Анастасия Лик

Следы в прошлом

Огонь завораживает. А то, как он охотно поедает мою рукопись, даже пугает. Знает, что там, чувствует… спешит уничтожить.

Вырвала из исписанного вдоль и поперёк альбома ещё один лист, скомкала его и бросила в камин. Его вмиг объяло пламенем и превратило в пепел.

Вы скажете — глупость. Какой альбом? Какая рукопись в наш компьютеризированный век? Даже список продуктов в магазин мы пишем или на телефоне, или на планшете. Какой дурак будет писать книгу на бумаге?

Знакомьтесь, этот дурак я, точнее дурочка.

Но я не могу иначе… в этих словах, что так жадно поглощены обжорой огнём, моя душа. А как можно перенести её на электронный носитель? Кощунство, да и только. Нет, я должна писать. Эти пластиковые кнопки не в состоянии передать моего счастья. Они не знают моей боли. Только рука. А затем огонь.

Память меня стала подводить. Возможно, это защитная реакция организма, ведь бывает такое, когда воспоминания стираются, иначе рискуешь сойти с ума, но я думаю, что это происки врагов. Нет, я не параноик, честно, но никогда не думала, что такая дамочка с никчёмной жизнью может нажить столько недоброжелателей.

Нет, я ничего не забуду! Сон? Пусть будет сон. А может быть, я сплю сейчас? Эту безумную мысль также нельзя отбрасывать. Возможно всё. Главное помнить.

Я тебя помню.

Глава 1

Но, как следует, начнём с начала.

Разрешите представиться — Адалира. Да, знаю, имя немного странное, впрочем, это если не видеть меня воочию, тогда всё становится на свои места. Странное имя для странного человека. Хотя на моём недолгом веку встречались те, кто считал меня мутантом. Тоже мне, великие умы и знатоки! Да мало ли на земле людей с нетипичной внешностью! Что теперь, мы все уроды?!

Но сейчас не об этом. Я же хотела рассказать о своём сне, а может, и не сне… возможно, то была реальность… но я опять отвлеклась. А всё из-за этих… как же они меня злили. Мало того, что смотрят, когда я просто прогуливаюсь по улице, но комментировать! Так бы и заехала сумкой по наглой…

Так, обо мне. Уж не знаю, что такого страшного и ужасного я из себя представляла. Не косая, не горбатая. Высокая, чуть больше двух метров, это да. Но что, мало высоких людей на земле? Белые и очень густые, вьющиеся волосы длиной до поясницы, которые хоть стриги, хоть не стриги, но стремятся именно к этой длине? Эка невидаль! Как и светлая кожа. А большие, изумрудного цвета глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами, я всегда прячу за солнечными очками, так что нечего показывать пальцем!

Но, как бы мне ни было тяжело с «яркой» внешностью, человеком я была хорошим, добрым, отзывчивым, а главное скромным. Честно! Почти всю жизнь провела в странах третьего мира в качестве миротворца, и даже не простым рядовым, правда, я многого не помню, так как в каком-то конфликте меня контузило, и память отбило напрочь. Помню только последний год службы, который мог бы стать успешным, всё-таки навыки не память, пропасть не могут, но, как говорится, если тебе не везёт, то ты или плачешь, или принимаешь. Я принимала. Всегда и постоянно, так как везение — не моя стезя. Сейчас же я живу на большой земле, у меня есть работа, друзья и даже парень. Ну… как есть… мы иногда встречаемся для удовлетворения общих потребностей. Всё, что нужно для простого человеческого счастья и хорошего отпуска. А куда нормальные люди едут в отпуск? На море! Я же нормальной не была и по зову сна (да, да, именно сна) потащила своих тогда ещё друзей в пустыню. Верней, не в саму пустыню, разумеется, а в Ливию, но тоже с выходом к морю! А что, всё честно! Я хотела Сахару посмотреть, они на море, всё имеется в наличии.

— Ты дебилка, Лира! — орал на меня Серёга, а его девушка Зоя слишком уж энергично кивала, соглашаясь с этим очевидным фактом. Как бы шею себе не свернула, подумала я рассеянно.

— А в чём проблема?

— Проблема в тебе! Где ты здесь предлагаешь жить? Ты вообще думала, когда выбирала место отдыха?!

— Думала, — уверенно кивнула я.

— А о том, что мы не будем спать с бедуинами, что нам нужны нормальная кровать и еда, не говоря уже о чистой воде?

Я пожала плечами. Тоже мне, неженки. Поваляться брюхом кверху под солнцем и покупаться в луже можно где угодно, а Сахара — она одна, и мне страсть как хотелось посмотреть. На что? Не знаю, просто вдруг проснулась и поняла, что если не увижу её песков, то потеряю многое. (Потом мне уже стало понятно, что я «приобрела» и чем расплатилась.)

— О-о-о-о… мы-то думали, что ты поездила по миру, видела удивительные места, знаешь, что порекомендовать, — продолжал причитать Серёга, — а ты…

— Я тебя ненавижу! — зло пискнула Зоя и прижалась к своему бойфренду. Я же осмотрелась в поисках своего. Он ушёл искать нам жильё. Тоже мне, добытчик…

— Не понимаю, что вы так распереживались. Это хорошая страна с хорошими людьми, — ответила я уверенно. — И потом, вы же хотели экзотику, посмотреть на красивую природу и прочие прелести нетронутого мира. А в Турции вы такого не увидите.

— Экзотика бывает разной! — рычал Серёга.

— Это экзотика цивилизованная, уж поверь мне. Мы найдём гостиницу или дом снимем, а не станем спать в джунглях в палатке и ждать, когда к нам заползёт змея или хищник.

— Хищник?! — воскликнула на грани ультразвука Зоя, и на этом вопрос был решён.

На самом деле не так важно, как я умудрилась затащить своих несчастных друзей вглубь самой пустыни, с того самого момента, когда Серёга с Зоей и мой Илья согласились взять на прокат на пять дней квадроциклы, я встала на свой путь.

Судьба — коварная штука и, как это ни грустно, жестокая. Она предлагала мне возможность отступить трижды, после жизнь меняется раз и навсегда. То было первым моим шагом.

Пустыня действительно удивительна. Величественна. Горы и песок… в основном, конечно, песок, который мог бы быть и поприветливей. Нет, он, конечно же, не причём, и то, что я осталась одна, виновата сама. И даже мои «друзья» не виноваты. Это же я их привезла сюда, и бросать меня они не хотели, просто злая шутка. Да и не так уж мы далеко были от людей, до ближайшего населённого пункта всего пара километров, не совсем же мы сумасшедшие одни в пустыню идти, поэтому им показалось забавным и поучительным оставить меня одну.

Обидно… потому что я искренне считала, что это место действительно прекрасно.

— Ты фригидная сука! — орал весело Илья. Что показалось ему забавным, я так и не поняла. Возможно, то, что он так и не смог меня удовлетворить в постели за два года нашего тесного общения (просто как знакомые мы общались гораздо дольше), а может, то, что мне слили бензин с квадроцикла и, оставив компас и бутылку воды, улепётывали так, как будто вот-вот начнётся буря.

— Сам ты фригидный, — пробурчала я обиженно. Просто мне нужен особенный мужчина, и не моя вина, что такого на моём пути пока не встретилось. Подобрала свой скудный скарб, сложила его в рюкзак, убедилась, что бедуинка скрывает лицо и волосы полностью, очки с оранжевыми стёклами на месте и пошла в обратную от села сторону, тем самым сделав уверенный второй шаг к новой жизни.

Придурки, а то, что ключ от дома, который мы сняли у местного старейшины, у меня в кармане, они не подумали? И пускай попробуют объясниться, почему вернулись не в полном составе и без ключа с теми, кто кроме своего родного языка не понимают. У меня в этом опыта достаточно, и во время службы общаться с местным населением мне приходилось часто. Да, они простые люди, как везде, но самая глупая ошибка, какую только можно совершить, придя в их деревню, — вести себя как король. Они ненавидят городских, думающих, что они лучше их, и особенно сильно ненавидят, когда их пытаются купить.

Впрочем, пусть сами разбираются с местным населением. Вы скажете — жестоко? Да, но за двадцать девять лет я поняла, что за свои поступки и слова всегда нужно отвечать, а правила поведения с «аборигенами» я им объяснила. Хотели экзотику? Пусть наслаждаются.

Но на самом деле рассказ мой не об этих придурках, так что я целеустремлённо чапала вперёд, ну пусть будет, к горе, хотя та явно до неё не дотягивала. Так, каменистый холмик. Я не буду вас мучить пустым пересказом своего скучного пути и того, как горячий песок пёк ноги даже через обувь. В тот момент я упрямо шла вперёд, словно по зову. Нет, я вовсе не больная, и голосов в своей голове отродясь не слышала (ну, во время бодрствования по крайней мере), да и нездоровой жаждой приключений никогда не страдала, но в тот момент я смотрела на камни перед собой и улыбалась. Заберусь на неё… оттуда, наверно, такая красота открывается… я предвкушала захватывающее зрелище, карабкаясь на неё уже час, но…

— О! — сказала я сама себе, замечая у подножья с обратной стороны небольшой лагерь. И непонятно какой, то ли военный, то ли большая группа туристов или учёных. Хотя… нет, не туристы. Те, конечно, любят камуфляж, но оружие явно лишнее.

Меня заметили. Я помахала рукой, молясь, чтобы они не оказались террористами. Тех я, правда, видела не раз, работа обязывала, и условия их расположения совсем иные, но чего в жизни только не бывает.

Солдат, назовём его так, заметивший меня, помахал в ответ. Это уже хорошо, — решила я и начала спуск вниз. Тот терпеливо ждал и даже улыбался, смотря, как я скачу по камням, аки горный козёл.

— Хай! — крикнула я облегчённо, рассматривая солдата вблизи. Светлая кожа, русые волосы и чистая форма без опознавательных знаков.

— Привет, — ответил он на моём родном языке, осчастливив меня.

— У меня в квадроцикле бензин кончился. Не одолжите?

— Тут же не далеко до села. Дойти можно.

— С кадроциклом на горбу? — пробурчала я, осматриваясь. — А у вас тут что за тусня?

— Идём, спрошу у майора.

Я согласно кивнула и пошла следом за солдатом, осматривая какие-то непонятные машины с кучей приборов и суетящихся вокруг людей. Точно не военные. Учёные, наверно.

— Майор Ошун? — удивилась я, замечая впереди знакомое лицо и громкий голос.

— Ты знаешь его? — удивился мой сопровождающий.

— Конечно! Я служила с ним чуть больше года, — ответила я и энергично замахала руками, когда тот посмотрел в нашу сторону. Не по правилам, конечно, но радость от неожиданной встречи притупила чувство самосохранения. А этого сурового человека действительно стоило бояться.

Он, удивлённый моим поведением, подошёл.

Я, гордо выпятив грудь, выпрямилась, отдала честь, на этот раз как положено, и представилась по званию. Солдат рядом удивился неимоверно.

— Адалира? — удивление майора Ошуна было не меньше. А возможно, даже больше. Сам снял с меня очки и стянул с макушки бедуинку. Хорошо, что не снял полностью, а то выговора за длинные волосы было бы не избежать!

Я совершенно по-идиотски улыбалась и кивала.

— Я, майор Ошун.

— Что ты здесь делаешь? Ты же в отставке.

— Катались с друзьями на квадроциклах. Бензин закончился, — счастливо поведала я.

— А друзья где? — задал он резонный вопрос.

— Уехали. Там долгая история, — замялась я, морща нос. Опомнилась и выпрямилась.

— Пригони транспорт, — приказал майор солдату и снова повернулся ко мне. — А ты поможешь нам, раз оказалась поблизости. У нас катастрофически не хватает рук.

— Конечно!

Мне объяснили, что местный лагерь не что иное, как исследовательская лаборатория. А предметом изучения стала та самая гора, по которой я скакала. Якобы там нашли какой-то древний город, требующий пристального внимания. А так как учёных местное население не любит, и особенно сильно не любит, когда те взрывают их родные горы, приставили группу военных. Целых пять человек. Поэтому-то майор и переживал — с таким отрядом не повоюешь. Да и нужно было этих учёных сопроводить в саму пещеру, мало ли кто там засел, а с пятью людьми это невозможно. Шесть — гораздо лучше.

И операция начиналась прямо сейчас. Разумеется. Все очень спешили, так как рядом была замечена странная магнитная активность, а кто-то даже видел следы.

Меня переодели, снарядили оружием и попытались отстричь волосы. Не смогли. Сдались, вернув мне на голову бедуинку с очками, и послали вместе с ещё двумя солдатами вперёд. Точнее вниз, в пещеру. Разведать обстановку, так сказать.

На самом деле глупость. Очевидно, что пещера не природная, её взорвали, рядом ещё камни валялись, а значит, там никого быть не может. Но обсуждать приказы начальства — себе дороже, и мы пошли. Прибор ночного видения работал исправно и ничего подозрительного не засёк. Только радиосвязь почему-то барахлила.

— Сгоняй наверх. Скажи, что всё чисто, — предложила я своему напарнику, с которым уже минут десять бродили по кругу.

Спустя ещё полчаса к нам присоединились пятеро учёных, приволокли какую-то машинку, с помощью которой нашли вход в таинственный город. Мы с напарниками заинтересованно наблюдали за их попытками пробраться в него, то есть прогрызть скалу без взрывчатки и, представьте себе, с успехом.

— Идите за ними, — сказал нам майор и кивнул на узкое отверстие, в котором скрылись наши учёные и откуда слышались восторженные голоса.

Я смотрела в тёмный провал и… тогда ещё не знала, но чувствовала, что, сделай я шаг, всё изменится. Об этом был мой сон, сюда я шла по раскалённому песку, это место как будто ждало меня. И я, разумеется, с большой охотой устремилась вперёд.

— Ох, ты… красота какая, — прошептала я и чуть не споткнулась о взявшиеся из ниоткуда ступени. Но что там ступени какие-то по сравнению со сводами, искрящимися от солнечных лучей, каким-то удивительным образом пробивающихся сквозь толщу камня. Да, именно пробивающихся сквозь! Ни о каких дырах или прочих отверстиях речь не шла, но при этом свет был чистый, не преломленный потаёнными линзами. Он как лазерные лучи рассекал мглу, освещая узкой полосой дорожку по гладко отполированным ступеням, уходящим куда-то влево, очевидно, к главному входу (мы же своё отверстие варварски просверлили), вокруг миллиарды звёзд, а впереди… нечто. Не дом, не дворец, этому сооружению вообще нет названия. Парящее над чёрной водой, конца и края которой не видно, без потолка, но с разной высотой стен всех оттенков серебра. С первого взгляда беспорядочные колонны и прямые линии, но удивительно гармоничные и даже завораживающие.

— И это древний город? — спросил мой напарник, повторив мою мысль. Да уж, до древности этому месту далеко. И на творение рук человеческих тоже не похоже… Возможно, тут жили великаны? По размерчику вполне подходит. А может, продолжают жить? Или гномы… а почему нет? Это место просто создано для какой-нибудь сказочной твари.

А потом мы услышали крик. Вполне себе человеческий крик дикого ужаса, а вслед за ним вопли и приказы уходить. Мы же взяли в руки автоматы, предусмотрительно оснащённые глушителем, знали, что в пещеру идём, и побежали вперёд выполнять свой долг. За спиной слышался топот ещё двух пар ног подкрепления. Это хорошо, если погибать, то в компании.

Совсем забыв об удивительных красотах ещё более удивительной пещеры, мы пулей влетели по лестнице вверх и в ворота странного сооружения, названия которому я так и не придумала. Да и не так оно важно, честно говоря… а важно то, что едва мы оказались за порогом, поняли, что это лабиринт.

Ладно, с особенностями местной архитектуры разберёмся потом. Тех двоих, что прибыли нам на помощь, я жестом отправила направо, приказав сохранять тишину, а мы с напарником налево. Шли быстро, но беззвучно. Под ногами идеально гладкий пол цвета графита, стены — серебро и светло, как днём.

— Что это за мес…

Договорить мой боевой товарищ не успел. Прямо сквозь стену, словно та была голограммой, выпрыгнула до ужаса страшная тварь. Очень, очень отдалённо напоминающая паука с маленьким тельцем и огромными ногами, каждая из которых заканчивалась острым колом. И каждая из его многочисленных ног являлась страшным оружием! В секунду эта тварь проткнула солдата, лишая его жизни, а меня самообладания.

Когда я снова открыла глаза (а что, многие, когда пугаются, закрывают глаза), так вот, я обнаружила, что таки одолела это чудо-юдо, выпустив в него всю обойму. Но радоваться я не спешила, как и двигаться… ноги приросли к полу, а лёгкие замерли на вдохе.

Животное? Не-е-т, то, что лежало у моих ног, не было органического происхождения. Верней, маленькое тельце, возможно, содержало что-то… жидкое, похожее на кровь, но его конечности явно были из некого сплава, серебристого, как стены вокруг, — идеальные ромбы, заострённые на концах.

Я всё-таки нашла в себе силы выдохнуть и приказала себе успокоиться. С первым справилась… Медленно, на дрожащих ногах опустилась на корточки и провела пальцем в кожаной перчатке по серебристому краю, изучая мёртвого и, скорей всего, не единственного врага. Коснулась кончика, и кожа тут же порвалась.

Ничего себе заточка… что же это за материал, что эта тварь ходит на них, а он остаётся таким острым?

Ещё раз вздохнула для храбрости, максимально тихо достала новую обойму, перезарядила свой автомат, извещая громким щелчком всю округу о своём присутствии, и решительно взяла во вторую руку отстреленную конечность твари. Холодным оружием я владела не идеально, но вполне могла постоять за себя. Ну, берегитесь! Не пристрелю, так зарежу! — решила я.

Задача номер один — найти гражданских и вызволить их из пещеры. Задача вторая — не умереть самой. И только я сделала шаг вперёд, передо мной выскочил сородич убитой мной твари. На этот раз я не испугалась и смогла убить её с открытыми глазами. Даже патроны ещё остались. Убедилась, что та не двигается, оценила её прыть и смертоносность уже более-менее трезвым умом и поняла, что не умереть — моя основная задача. А с гражданскими… как получится. Что-то не уверена я, что простые учёные без оружия смогли тут выжить.

Обернулась, решив ретироваться, и замерла с открытым ртом. Я точно помнила, что мы вошли и свернули в широкий коридор. Впереди виднелись разветвления, это да, но мы до них не дошли! Сейчас же за моей спиной была стена. Подняла руку и коснулась её дрожащими пальцами. Твёрдая и вполне реальная, сквозь такую никакая тварь не прыгнет. Хотя… кто знает.

Что ж… умирать в мои планы не входило, так что я сжала в руке добытое оружие в виде конечности врага, убедилась, что ремень автомата удобно лежит на плече, а сам автомат под рукой, и решительно, но о-о-очень тихо пошла вперёд. Топографическим кретинизмом я не страдала и прекрасно помнила, что выход за моей спиной, а значит, мне нужно найти ближайший поворот и развернуться на сто восемьдесят градусов и улепётывать отсюда как можно быстрее. Я не герой и становиться им не желаю. Тем более посмертно!

Прошла я довольно много, моя часть лабиринта почему-то превратилась в коридор, а редкие повороты исчезали, как только я к ним приближалась. Но не это меня пугало… точнее это тоже, но вот множество мёртвых тварей на полу было куда страшнее. И тварей куда ужасней тех, что я уже прикончила. А вот то, что убили их не наши люди, шокировало… Да, именно так.

Сложно, но всё-таки можно было допустить мысль, что здесь живут чудовища, неизвестные человечеству, всё-таки древние пески, как и льды, могут таить в себе тайны, но вот встретить здесь кого-то, кто на них… охотится… а трупы-то явно свеженькие. И этот кто-то, очевидно, силён физически и владеет удивительным оружием. Не огнестрельным, а режущим.

Вот того, с большой головой и клыкастой пастью в полморды, просто рассекли пополам, а другой — змееподобный крокодил — лишён головы. Да уж, этот кто-то хорошо знал своё дело, и чудища, от которых у меня, к примеру, дрожат ноги, его не пугают, и он с лёгкостью их побеждает.

Но любоваться работой неизвестного убийцы я не стала, а быстро шла вперёд и свернула в первый же открытый проход и… едва не упала. Остановилась за мгновение до того, как полететь в пропасть под ногами, не имевшей конца, а лишь начало, на краю которого, собственно, я и стояла. Сделала шаг назад, и вдруг чёрная бездна… пропала? Сняла с левой руки перчатку, кинула вперёд, и она вместо того чтобы приземлиться на пол, как поступила бы любая нормальная вещь, пропала. Чудесно, ничего не скажешь. Древний город, наводнённый монстрами, исчезающие и появляющиеся стены в лабиринте, которому нет конца и края, — этого недостаточно. Это для слабаков! А попробуй не свалиться в яму, которой не видно!

Ещё раз взглянула на пол цвета графита в надежде увидеть свою перчатку, посетовала, что не бросила что-то ненужное, и увидела едва заметные искорки на тёмной поверхности. Нет, я туда не пойду! Ни за что! И то, что я каким-то чудом увидела границу этой бездны, нисколько меня не утешало. Нет, нет, нет… решила я, отступая назад, и вдруг оказалась в полумраке. О, ну конечно! «Везение» моё второе имя, если вы не забыли. Развернулась и… рефлексы сработали быстрей меня. Три выстрела в голову твари и удар моим чудо-оружием лишили ту жизни. Отпрыгнула от выскочившей из-за угла другой, ещё один удар, тот отбит, я падаю… враг тоже. А потом я увидела его!

Высокий! Из положения лёжа на полу, конечно, не оценить, но меня выше точно! В странном костюме чёрного цвета, по форме облик похож на человеческий, но плечи и руки больше в объёме, а голова… птицы. Орёл… кажется, а может, и нет. В тот момент, мне, честно говоря, было плевать на вид пернатого. Охотник, как я для себя его окрестила, в руке держал нереальных размеров шест, чёрное древко которого искрилось красным, а по обоим концам сверкали странной формы лезвия.

Он лёгким движением взмахнул рукой, перерубая очередную тварь, резко развернулся, ударив другую, отвернулся и хотел было идти дальше по своим делам, но заметил меня. Секунда, и у моей груди оружие охотника.

— Я д-д-друг, — пискнула я на грани ультразвука. — Н-н-е убив-в-вай пожалуйста.

Лезвие у моей груди даже не дрогнуло. А понял ли меня он? Возможно, что нет, но то, что я пока жива, вселяет надежду. Тех он убивал не задумываясь.

Я же смотрела в удивительные глаза охотника, действительно похожие на орлиные, и почему-то вспомнила о том, что те зеркало души. Не знаю, как у охотника, а мои бы многое могли рассказать о моём ужасе, но, увы, были скрыты очками. Глупо было надевать их, идя в пещеру? Да, но у меня это было на уровне рефлекса. Сняла прибор ночного видения, напялила очки, чтобы не смущать людей. Да и оранжевые стёкла прекрасно помогают видеть в полумраке, а на солнце делают свет мягче. Это так, для информации.

Но, видимо, и без перепуганных очей мой вид показался охотнику слишком жалким, чтобы убивать. В секунду потерял ко мне интерес, перешагнул меня и пошёл дальше.

— Я с тобой! — очухалась я от шока, резво подскочила на ноги и замерла, когда почувствовала остриё оружия у своего горла. Посмотрела в стеклянные глаза и нервно вздохнула.

Скажете, что надо было дождаться, когда он уйдёт и продолжить свой путь в попытке выбраться из этого места? Вы шутите? То, что я одолела парочку тварей, ничего не значит! Шанс увидеть белый свет ничтожно мал, а то, что этот охотник очень резво убивал врага и, безусловно, ориентировался в этом «древнем городе», меня, простую смертную, впечатлило! И если уж он меня не убил, то, возможно, поможет? Нет, защищать меня не надо, и просить о чём-либо я не стану, честно, просто постою рядом.

А потом я увидела паука-переростка за спиной охотника и, признаться, до сих пор не знаю, правильно ли поступила в тот момент, но я выстрелила в него. Может, стоило крикнуть «берегись» или ещё что-то предупреждающее об опасности, но этот паук был таким страшным, и он уже заносил свои лапы для удара… в общем, тварь я убила, а охотник меня… Не убил, конечно, не пугайтесь, всего лишь проткнул. А оружие у него что надо, я вам скажу! Я даже толком не поняла, что ранена, продолжала отстреливаться от новых врагов, в кого-то даже кинула конечностью ранее убитого паука, а потом упала без сознания.

Очнулась (представьте себе, не умерла) я на полу. Охотник с орлиной головой нависал надо мной, как скала. и что-то шаманил с моей грудью, точнее с раной, которой сам же и нанёс. Совершенно нахально разорвав на мне куртку и майку, светил каким-то чудо-фонариком, разнося по всему телу негу и унося боль. Закончил. Встал и ожидающе уставился на меня.

— Э-э-э… спасибо, — глупо протянула, осматривая себя. Надо же, шрам есть, а раны нет. Чудеса, да и только. Быстро поднялась на ноги, как смогла скрыла грудь и взяла в руки автомат. Охотник, убедившись, что я вновь в строю, развернулся и, отпихивая ногами многочисленные трупы тварей, решительным шагом направился вперёд. Я за ним, перепрыгивая убиенных и осматривая уровень катастрофы. Да тут ступить некуда, всюду разрубленные тела! Подняла глаза на своего нового друга, очень надеясь, что моя смерть не отсрочена, а отложена на неопределённое время. А то кто знает этого неизвестного типа, сперва с монстрами расправится, а потом за свидетелей возьмётся.

За своими переживаниями я едва не упустила своего охотника, он вдруг сорвался с места и ломанулся вперёд, не разбирая дороги и перерубая врагов, даже не глядя на них. Я бежала следом, думая лишь о том, чтобы не отстать. Нет, я не жалуюсь на своё физическое состояние и бегала довольно хорошо, всё-таки прошла физподготовку, но этот мчался в невероятной скоростью, а когда прыгнул сквозь стену, не замешкалась, прыгнула следом! А там… а там в центре довольно большого зала другие охотники. Трое. И много, очень много тварей, атакующих их.

Мой, не долго думая, присоединился к этой заварушке. Я же осталась стоять в сторонке, прекрасно понимая, что мне там делать нечего, как нечего делать муравью в слоновнике. Нет, то были серьёзные игры серьёзных людей. Ну или нелюдей…

Так бы я и стояла, никого не трогала, но когда количество врагов сократилось до минимума, один из охотников подлетел ко мне и хотел было лишить жизни своим убойным оружием, но его встретил мой доблестный защитник и спаситель. А я только сейчас заметила, что они хотя и похожи, но головы почему-то не орлиные, а волков. Странно…

Остальные, расправившись с чудовищами, также присоединились к изучению моей скромной персоны. Все молчали, и даже жестов никаких не использовалось, но было очевидно, что им всем интересно, кто я такая и почему меня нельзя убить. Хотя тот, что стоял справа, казался более доброжелательным, чем другие. Даже оружие опустил.

Я ему улыбнулась и помахала рукой, что взбесило другого с волчьей головой. Он снова ринулся на меня и снова встретился с моим охотником, который больше не ограничился безмолвным предупреждением. Схватил смутьяна за горло и без каких-либо усилий поднял наверх, а после кинул словно куклу. Охотник-волк, кувыркнувшись один раз, приподнялся и сел на колени перед моим орлом. Вот это поворот! Так он тут типа главный? Взглянула сквозь оранжевые стёкла на массивную фигуру. Это я удачно его встретила и каким-то чудом заручилась поддержкой, а то ведь могла нарваться на кого-то из этих…

Но разборки быстро закончились, очевидно обстановка не располагала, и охотники, поклонившись моему, разошлись по сторонам. Я приуныла… думала, что такой толпе уж точно ничего не страшно, и мы вскоре выберемся наружу, но, видимо, это одиночный квест и не на выход из пещеры.

Мы тоже отправились по своим делам, но далеко не ушли. Мой охотник вдруг резко повернул налево в один из тёмных провалов, кого-то убил и неожиданно опустился перед… ох, ты… перед убитым охотником!

Кажется, он расстроился, хотя сказать наверняка нельзя. Помолчал немного, затем что-то нажал на его костюме, и охотник взмыл в небо и улетел в неизвестном направлении. Мы своих мёртвых хороним в земле, а они запускают в небеса? Ни за что не поверю!

Совершив этот странный ритуал, мы вернулись на путь, известный лишь моему охотнику. Я устала ужасно, уже давно не чувствовала ног, а тяжесть автомата давила на плечо, а мы всё шли и шли по бесконечным коридорам и залам и убивали, и убивали этих тварей. Верней, убивал лишь охотник, он в отличие от меня был бодр и полон сил. И когда я уже думала просто упасть у очередной стены и будь что будет, как перед нами открылась круглая площадь невиданной красоты. Всё серебристое, разумеется, и переливается. Многочисленные высоченные арки, через одну из них мы пришли, на полу непонятные, но очень красивые иероглифы, искрящиеся красным, а в центре, как и положено, алтарь. У алтаря, по кругу охотники. С ходу я насчитала шестерых. Мой тоже пошёл к ним и занял своё место. Осталось ещё три.

Стоят, молчат.

И что прикажете делать?

Что делать, выяснилось быстро. Мой орёл вернулся за мной, грубо взял за руку, приволок к алтарю и поставил на свободное место среди своих собратьев с волчьими головами. Те не казались агрессивными, и я немного успокоилась.

Но позвольте, чего стоим? Кого ждём?

Стояли долго, я, плюнув на всё, развернулась и села на пол, облокотившись спиной на алтарь. Пусть хоть режут! Не встану!

И кажется, даже задремала в ожидании неизвестно чего, как меня растолкали и подняли на ноги. Я вновь осмотрела собравшихся. В наших рядах прибавилось, и теперь лишь одно место оставалось свободным, ну и то, что заняла моя персона. Получается, эти охотники прибыли сюда в количестве десяти штук, прошли этот безумный лабиринт, но живы остались лишь восемь. Что ж, недурно, если вспомнить все прелести этого места. Надо думать, что из наших никто не выбрался.

Впрочем, нужно заканчивать с изучением соседей, на алтаре наметилась активность. Все охотники положили левую руку в углубление перед собой. Положила и я, признаюсь, не без опаски. Лишиться конечности мне ох, как не хотелось! Но не дураки же эти охотники в самом деле, явно знают, что делают.

Алтарь впереди засветился, заставив меня в очередной раз засомневаться в разумности своих действий, и… ох, ты! Иглы! Миллионы маленьких игл впились в мою невинную несчастную ручку!

Мой звонкий всхлип эхом отозвался в помещении, а вслед за ним тихий смех. Смех?!? А в следующую секунду меня больше не волновала ущемлённая гордость. Со всех сторон полезли жуткие твари, а охотники как будто их ждали. Спокойно развернулись, разложили свои посохи с убийственными лезвиями и заняли боевую стойку. Я тоже быстро проверила патроны, убедилась, что их мало, и приготовилась к бою.

На самом деле моя помощь тут была не нужна. Охотники были высший класс! Врагов пусть и много, но бойцы были высококлассными, я подобного никогда не видела. Пусть и непростым, но всё же оружием ближнего боя сражаться с этими чудовищами… я прям обзавидовалась. Но это казалось сперва. Охотники убивали монстров, я отстреливала редких тварей, заходивших к доблестным бойцам со спины, а потом появился супербосс, как я его для себя назвала. Огромная сороконожка с не менее огромной пастью. Когда он появился, то занял собой всю огромную арку, лениво осмотрел поле боя, вычислил из всех моего орла и кинулся на него. Тот не оплошал, с готовностью принял бой и даже был близок к победе, но мелких тварей было слишком много, и они не брезговали грязными ударами в спину. Так что моему охотнику приходилось вдвойне, а то и втройне тяжелее своих собратьев, ведь он и с боссом дрался, и от прочих отбивался. И не знаю почему я так решила, но ситуация была скверной. Другие охотники старательно принимали на себя огонь основной массы противника, но противнику было всё равно, все лезли на орла. Силы того таяли на глазах.

Нет, так дело не годится! Если их всех тут положат, то и мне не выбраться! — решила я и побежала вдоль арок, стреляя в мегамонстра, отвлекая его на себя. Справиться с ним, разумеется, я не смогу, но может быть, если он повернётся ко мне, то охотник прикончит его?

Вот только тот не был дураком и отворачиваться не думал. Он явно чувствовал мою дробь в своей голове, но цель впереди была важнее, и мне досталось внимание его хвоста. Всего один взмах, и я лечу в неизвестность. Врезаюсь в неё… возможно, это была просто стена… не так важно… сотрясение мозга — меньшее, что я получила, ощущение, что мне размозжили голову и переломали все рёбра, а перед глазами звёзды. Хотя нет, не звёзды! Проклятые искорки на полу, прикрывающие дыру в бездну! Неимоверными усилиями стянула последнюю перчатку и кинула её в интересующее место. Перчатка пропала.

Бинго! Осталось заманить за эту арку нашего мегамонстра!

— Эй! — крикнула я. — Я ещё жива, придурок! — И всё, что было в обойме, выпустила в спину твари. — Иди! Сожри меня!

И — о, чудо (хотя возможно, что монстр просто удивился, ведь с ним до этого никто не разговаривал), он обернулся, зарычал на меня страшным голосом. Я, недолго думая, зарычала в ответ. Кое-как поднялась на пошатывающиеся ноги и, продолжая стрелять на этот раз в клыкастую пасть, а когда патроны закончились, просто давить на спусковой крючок, начала отступать к дыре.

Босс пошёл за мной. Сперва медленно, видимо, оценивая, как меня проглотить, целиком или по кусочкам, а когда я показала ему неприличный жест, кинулся аки безумный.

Вообще, я планировала, как в крутых боевиках, у самого обрыва перекувыркнуться и пропустить над собой врага. Не знаю, как я собиралась увидеть невидимую дыру, видно, повреждённый мозг забыл просчитать детали, в общем… я оступилась, что было ожидаемо. Почва под моими ногами оборвалась ровно в тот момент, когда тварь была совсем рядом.

Мы вместе полетели в пропасть. Он был тяжелее меня раз в триста, да и импульс от прыжка был хорошим, поэтому падал, как камень, я — медленнее, как птица, раскинув руки в стороны.

Последнее, что я увидела, — глаза моего орла. Ну, хоть он жив остался…

Глава 2

Я лежу в тёплых объятиях…

Знаю, что сон, знаю, что он нереальный, но это нисколько не портит прекрасный момент.

Он так трепетно обнимает меня, целуя в висок, перед глазами закат огненно-красного солнца. Сколько мы провели вот так, наслаждаясь друг другом? Кажется, вечность… и каждый раз каждое наше свидание для меня — как глоток свежего воздуха.

Я его жду, я им грежу. Безликими снами. Моим нереальным, но любимым.

— Я рядом, Ади. Всегда буду, — шептал он мне, но голоса его я не слышала. Никогда. Как и никогда не видела его лица. Только руки, так нежно ласкающие меня, только губы, подарившие мне бесчисленное количество поцелуев.

Я не стала повторять, что моё имя Лира. Он знал. Но я для него была Ади. Любимая Ади.

Я не возражала.

* * *

Я проснулась от боли. Нет, даже не так… я проснулась от Адской Боли, и сосредоточение её находилось в голове.

Тела я своего не чувствовала, однако, попытавшись пошевелить пальцем, поняла, что мне это удалось.

— Очнулась? — услышала я в туже секунду, но разлепить веки и посмотреть на говорившего не смогла. — Давай, приходи в себя, майор Ошин горит желанием допросить тебя.

— Кто? — просипела я, понимая, что ничего не понимаю. В голове непроглядный туман, а мысли путаются.

— Ты дурочку не играй, этот в амнезию не поверит и всё, что было в пещере, выбьет так или иначе, — ответил голос. — У нас тут пришелец, прикинь, — добавил он уже весело.

Кто?! Я таки смогла открыть глаза и увидела перед собой солдата.

— Он тебя вынес с объекта. Помнишь?

— Вынес? — прохрипела я.

— Ага. Чо, правда не помнишь? Ты там пробыла почти двое суток, никто больше не вернулся.

— Дай воды.

Солдат покачал головой, встал, скрывшись из поля зрения, и вернулся со стаканом воды и трубочкой. М-м-м, это лучшее, что может быть в этом мире!

— Сперва из самой горы вылетели семь объектов и скрылись в пустыне, а потом появился этот. Невидимый. Прикинь?

— Кто? О ком ты говоришь? — спросила я, уже приходя в себя. Всё-таки вода — чудодейственное средство.

— Да пришелец! Вы когда ушли, и стало ясно, что дело не чисто, подкрепление подогнали, гору оцепили, нашли ещё один вход на востоке. Там и появился этот с тобой на руках. И не увидели бы мы его, если б не тепловизоры! Шарахнули шокером, с него и слетела его невидимость. Обалдеть! Там такой монстр! С птичьей головой!

Что? Орёл! Мой орёл!

— Что, вспомнила? — повеселел солдат. — Он у нас тут. Ждём аналитиков и СБ.

Я закрыла глаза и сжала зубы, чтобы не выдать себя. Моего охотника взяли в плен. Он мог бы улететь вместе со всеми, но… спас меня. Взял на руки и вынес из пещеры. А его поймали.

Непрошеная слеза скатилась по щеке.

— Эй, ты в порядке? — спросил солдат.

— Нет, — покачала я головой. — Там… там был такой кошмар… мне нужно увидеть его.

— Даже не знаю…

— Я плохо помню. Ты сказал о птичьей голове, и я вспомнила этот проклятый лабиринт. Мне нужно больше. Нужно увидеть… пришельца, — соврала я. Всё я прекрасно помнила, и охотника мне нужно увидеть для другого.

— Давай. Но перед майором сама будешь отчитываться, — кивнул солдат. — Встать сможешь?

Нет, но встану, — решила я и, корчась от боли, приподнялась на кровати. Присела, некоторое время полюбовалась на чёрные пятна перед глазами, а когда снова увидела край больничной рубахи, решила попробовать подняться.

— Есть, что надеть? — спросила я.

— Только китель.

— Давай, — забрала у солдата китель, с его же помощь оделась.

— Да тут недалеко, вас двоих держат, как особо опасных, — пошутил солдат. Я смеяться не стала, хромая и спотыкаясь на каждом шагу, вышла из палатки и пошла к соседней. И гадать не надо, где охотник, здесь, кажется, собрался целый взвод.

— Свои, — подняла я руку и, не дожидаясь ответа, пошла вперёд. Наверно, если бы тут был главнокомандующий, то меня не пропустили бы, но его не было, и я спешила нарушить всё, что можно только было нарушить.

Внутри охраны было не много. Только двое с автоматами, наставленными на обездвиженного орла, гордо возвышающегося над ними. И даже закованные за головой руки нисколько не портили его величественного вида, как и связанные проволокой ноги.

Он увидел меня.

— Ребят, можно? Он крепко связан, я могу подойти? — спросила я у охранников.

— Крепко. Наручники ФАР, если тебе знакомо, — ухмыльнулся один из них.

Я кивнула. Мне знакомо, и спасибо, что сказали. Новейшая разработка, пока ещё не используемая повсеместно, но я успела узнать принципы её работы и даже заприметила на поясе охранника один из ключей, механический. Второй, магнитный, лежал на столе. Какая безалаберность!

Я медленно подошла к охотнику. Он опустил голову, глядя с высоты своего роста.

— Ты понимаешь меня? — прошептала я. Он едва заметно кивнул.

— За тобой придут?

Он покачал головой.

— Но они здесь? Ждут тебя? — прошептала я жалостливо.

Охотник кивнул, а я облегчённо улыбнулась.

— Сверху замок я открою, ноги связаны, разрежешь сам. Есть чем?

Охотник молчал. Я ждала.

— Тебя накажут, — неожиданно сказал он тихо низким глубоким голосом с сильным акцентом.

— Ну, что поделать, — пожала я плечами, удивляясь, что мне позволяют тут так долго стоять. Видимо, чувствуют, что контролируют ситуацию.

— Ты была другой.

Я закатила глаза. Нашёл время для обсуждения имиджа.

— Я прячу длинные волосы и глаза, они не нравятся людям. Ну, так ты разрежешь проволоку?

Он кивнул.

— Хорошо, — выдохнула я. — Спасибо, — коснулась его груди и повернулась к тому, у кого был первый ключ.

— Иди-ка, глянь, тут что-то не так, — сказала я и тот сразу же пошёл ко мне, разузнать, что случилось, и немедленно это исправить. Я тут же вывернула его автомат и приставила к горлу. Откуда силы? Не знаю. Я стояла-то лишь благодаря силе воли, а о физической силе речь не шла. Но я её нашла, чтобы спасть моего орла. Быстро, пока солдат не опомнился, сорвала с пояса ключ и посмотрела наверх, понимая, что к поднятым рукам пленника я ну никак не дотянусь. Так, ладно… значит, не по очереди буду открывать, а сразу двумя.

— Идём, — толкнула я солдата, который, кажется, не верил в происходящее. Ну да, я же жертва и прочее…

— Ты что делаешь? — спросил наконец солдат, рядом с которым я проснулась. Он и тот, второй, держали меня на мушке, но выстрелить не решались.

— А ты догадайся, — съязвила я, хватая в руку второй ключ, и снова посмотрела наверх. Как же тебя вызволить?

— Ты не понимаешь, что делаешь.

— Я? Я всё прекрасно понимаю в отличие от вас, — ответила, подходя к пленнику, а тот неожиданно дёрнул руками, ломая балку за своей спиной, и подставил мне наручники. О, интересно, а мог он сам выбраться? Может, мой самоубийственный героизм ему и не нужен был? Хотя… одно дело опустить руки, а другое снять наручники под прицелом автоматов, а то, что эти охотники гибнут так же, как и люди, я убедилась.

Не долго думая, я потянулась к охотнику, но мой пленный предпринял попытку освободиться и помешать мне… в общем, я не хотела, но… автомат выстрелил. Солдат упал, а я на мушке держала уже другого. То, что руки дрожали, их не волновало. Они боялись умереть. Все боятся, в этом нет ничего плохого.

— Ребят, я не хочу вас убивать, — дребезжащим голосом произнесла я. — Он не враг нам, не мешайте.

Поднесла первый ключ, на ощупь нашла гнездо и повернула два раза. Следом второй. Щелчок… а потом я ничего не помню. Кажется, в меня выстрелили, а может, и нет… но сознание меня покинуло и возвращаться не спешило.

* * *

— Ей здесь не место.

В ответ тишина.

— Ты слышишь?

Он подошёл и встал перед своим собеседником, но тот даже не поднял глаз. Продолжал смотреть на девушку. Она была пока ещё без сознания, что не мудрено после таких-то ранений. Причём то, что она получила уже во время своего безумного поступка, было мелочью. Трещина в черепе, перебиты рёбра и многочисленные ушибы внутренних органов. Как она вообще смогла встать и прийти на своих ногах? Люди невероятно слабые и болезненные существа.

— Ты не можешь её оставить, закон запрещает брать людей для игр. Слышишь меня, Яр?

Тот поднял глаза.

— Для игр? Я не играю с людьми, и тебе это прекрасно известно, — резко ответил он, подошёл к девушке и откинул покрывало, показывая татуировку на плече. Такую же, какую получил он сегодня. Какую получили они все, кто вернулся из Храма Силы. Пока ещё едва заметную, почти невидимую для глаз, но уже через несколько часов она проявится окончательно.

— И что ты хочешь сказать? Что она стала нам ровней? — недоумевал его собеседник. — И почему ты так сильно задержался? Мы вернулись на корабль, но лишь тебя мы ждали почти кваду!

Яр отошёл от девушки, вернув покрывало на место. Повернул голову налево, где сквозь прозрачную стену виднелась голубая планета. Зору был его другом, соратником, но даже ему он никогда не признается, что его пленили люди с Земли. И уж тем более никогда не признает то, что эта землянка помогла ему, рискуя жизнью.

— Оракул сказал, что поход в Храм Силы будет полезен, — сказал Яр, умалчивая о том, что Оракул обещал ему успокоение, путь выхода его энергии.

— Думаешь, она твоя польза? А признание тебя как сильнейшего воина для тебя ничто не значит? Уважение или даже поклонение?

Яр покачал головой.

— Всё это у меня было и раньше. Я хочу её оставить.

— Зачем?

— Зачем? — Яр посмотрел на своего друга. — Я должен обосновать тебе своё решение?

— Нет. Конечно, нет, — покачал головой Зору. — Ты всегда поступаешь правильно. Я тебе верю.

Яр кивнул, принимая ответ. Когда он остался один, снова подошёл к девушке, присел на край постели и посмотрел на утончённое лицо. Странно, но когда они встретились впервые, она даже не была похожа на женщину. Только сейчас он понял, что это всего лишь странная одежда скрывала её истинный облик, который, по её же словам, не нравился людям. Тело, глаза, волосы, всё было скрыто, но душа оголена. Горячая и сильная. Да, уже тогда он чувствовал идущую от девушки Силу Шиман. И то, как откликнулась его Сила Мон. А когда она пришла к нему… едва живая, но с явным желанием помочь.

Яр видел земных женщин, одно время они были очень популярны в Ирэ, их похищали, а потом продавали для сексуальных игр. Они очень подвластны страстям и охотно делились своей Силой Шиман, при правильном отношении, разумеется, но сейчас подобное вне закона. Конечно, те, что уже живут в Ирэ, а кто-то довольно неплохо, ведь хозяева быстро привязываются к своей игрушке, не подпадают под правила, но путь за новыми на Землю закрыт. Но эта девушка… она другая.

* * *

Я сладко потянулась, чувствуя под щекой мягкую подушку, нащупала одеяло, укуталась и повернулась на бок, чтобы поспать ещё чуть-чуть. М-м-м… так хорошо… и я уже ожидала писка ненавистного будильника, ведь закон подлости никогда в жизни не позволит мне насладиться сладким пробуждением в полной мере. Эта зараза всегда всё портит! И даже сон ушёл, и постель уже не казалась такой удобной в томительном ожидании, но где же он?

Но стоп! Какой будильник? И ещё более интересный вопрос — какая постель с мягким одеялом?

Я резко открыла глаза и села. Уставилась в серую стену. Та, как и ожидалось, безмолвствовала, и я продолжила осмотр по сторонам. Просторная комната, метров на тридцать, голые стены, пол не менее скучный, и странный тип, подпирающий дверь. Точнее то, что сочла дверью, но уж больно странная она, смахивает на бункер. Хотя… возможно, меня как особо опасного преступника там (в бункере) и разместили. А этот белокурый красавчик мой надзиратель. Ну, благо, что нашли нормального человека! Кто выше меня ростом! Черты лица резковаты и как будто вырезаны по линейке, волосы тоже светлые и идеально красивые, короткие и выгодно подчёркивающие не менее красивые скулы. Но при этом он казался невероятно мужественным, сильным и властным.

— Привет, — произнесла я осторожно, поднимаясь с кровати и кутаясь в одеяло. Одежда на мне почему-то отсутствовала.

Тот молчал и просто смотрел на меня.

— А-а-а… где я?

— На моём корабле, — ответил мой надзиратель, и я могла поклясться, что уже слышала его глубокий низкий голос.

— Корабле? Что-то не чувствую качки, — зачем-то сказала я и посмотрела себе под ноги. Воды не увидела и подняла взгляд обратно. — А зачем я здесь? Я ничего не расскажу, и вообще ничего не помню!

— Цим, физическое и эмоциональное состояние гостьи? — в приказном тоне спросил мой надзиратель.

— В полном порядке, Яр, ничего не изменилось с твоего прошлого запроса, кроме того, что она проснулась, — ответил голос, а потом добавил: — О, теперь она напугана. Очень. Могу предположить, что из-за меня.

Я прижала к себе одеяло и начала медленно отступать назад.

— Что здесь происходит? Кто это был? Где я?

— Центральный информационный мозг, мы называем её Цим. И ты на моём корабле, я же сказал тебе, — спокойно ответил мужчина и пошёл в мою сторону.

— Не приближайся, — пискнула я, вжавшись в стену, и поняла, что отступать, собственно, больше некуда.

— Не бойся, ты здесь в безопасности. Моё имя — Яр, — сказал он, останавливаясь в трёх шагах от меня.

— Поняла уже, — огрызнулась я.

— А твоё? — красавчик на грубость никак не отреагировал.

— Адалира. Для друзей — Лира. Но я всё равно ничего не понимаю.

— Адалира, я не имею навыков общения с землянами, этим занимается Служба Адаптации, но я не хочу отдавать тебя им. Поэтому просто уясни и прими: ты прошла обряд посвящения, преодолев испытание веры, вышла вместе с нами из Храма Силы и летишь на Ирэ. Если ты голодна, спускайся на нижний ярус, после обеда мы уходим.

На этих словах Яр развернулся и направился к выходу, а я, хохоча как истеричка, сползла по стене и уткнулась носом в колени.

— Ты охотник, — произнесла я между всхлипами, которые всё больше и больше стали похожи на плач, нежели на смех. — Ты тот охотник, что помог мне. Это невозможно… невозможно… я так испугалась за тебя…

— Адалира, — услышала я совсем рядом и подняла заплаканные глаза. Яр стоял совсем близко. — О том, что произошло в твоём лагере, никто не должен знать. Я не стану стирать тебе память, пока верю.

Я кивнула.

— Оденься и спускайся вниз.

Я кивнула ещё раз.

— Спасибо, Яр.

Он мне тоже кивнул, и я улыбнулась.

— А те, другие, они тоже здесь?

Но, видимо, лимит вопросов был исчерпан, Яр развернулся и быстрым шагом скрылся за дверью. Я же поднялась, глубоко вздохнула, успокаиваясь, — в самом деле, хватит сопли разводить, а потом поняла, что сказал Яр. Я на его корабле и куда-то там лечу. Хотя нет, иду… или пойду…

Это что же получается? Меня похитили, что ли?

Обшарила комнату на предмет одежды, которую мне было приказало надеть, попыталась вспомнить, что было надето на охотнике, ничего не вышло, кажется, безликий чёрный костюм, и решила идти так. Не голой конечно же! Обвязалась одеялом наподобие полотенца, благо, что тонкое, удобное, и решительно направилась вперёд.

Да, разумеется, я боялась! Но позвольте, какое это имеет отношение к голоду? Страх — страхом, но кушать-то хочется, а там, говорят, обед… Быстро проскочила по такому же серому, как и моя комната, коридору, нашла пологий спуск и, резонно решив, что он ведёт на нижний ярус, побежала по нему, добрым словом вспоминая свои кроссовки. Ножки мои вмиг закоченели — температура вне комнаты оказалась гораздо ниже.

Но я об этом тут же забыла, едва очутилась в обеденном зале. Восемь голов, которые от человеческих абсолютно не отличались, посмотрели в мою сторону, едва я появилась. Это они? Те охотники, так резво рубившие монстров совсем недавно? Выше и крупнее среднестатистического человека, но все совершенно обыкновенные особи мужского пола, почти все шатены и красавчики, восемь штук, сидят за небольшим круглым столом, аки рыцари со своим белокурым Артуром, и взирают на меня.

— Эм… приятного аппетита, — произнесла я, проходя вперёд и выискивая свободное место. Ну а что? Меня же пригласили. И что теперь, стесняться, пугаться и оставаться голодной? Вот только мест не было. Все сидели на каких-то пеньках, и все были заняты.

Подошла к Яру, рядом с ним было свободное пространство, равное одному седоку.

— Я постою, если вы не против, — сказала я, и только коснулась стола, как за мной появился пенёк, роняя меня на себя.

Охотник рядом тихо рассмеялся.

Я ему улыбнулась и обратила свой взор на множество плошек, горшочков и кувшинов на столе. Единственные предметы, имеющие цвет в этом чёрно-сером интерьере. Действительно красивая и богатая посуда разнообразных цветов и форм, но что с ней делать, я не знала. Каждый сидящий мужчина держал перед собой один или два горшочка, выковыривая их них странной вилкой не менее странную еду, кто-то и вовсе пользовался руками, не особо обременяя себя приборами, а я чувствовала себя глупо. Есть хотелось до спазмов в желудке, но я так и не поняла особенностей местного приёма пищи.

— Выбери уже себе что-нибудь, — посоветовал мне хохотун справа. Сдаётся мне, он же смеялся надо мной, когда иглы нам руку прокалывали перед последней мясорубкой. — А то на тебя жалко смотреть.

Я сглотнула подступившую слюну и потянулась к ближайшему горшочку.

— Бу! — вдруг выкрикнул хохотун справа, и тут же получил локтём в лицо. В тот же миг все повскакивали со своих мест и… ого, достали чудо-оружие, готовые прикончить меня.

— Сесть! — приказал Яр, который в отличие от этих нервных оставался сидеть на месте и невозмутимо ел что-то вкусное на вид. Признаться, я даже испугаться не успела, да и то, что рука дёрнулась, — просто рефлекс!

— Прости, — сказала я виновато, увидев разбитую губу соседа. При ближайшем рассмотрении мужчина оказался действительно привлекательным. Большой прямой нос, широкие скулы и челюсть, а глаза были красивого чисто-зелёного цвета. Прям загляденье.

— Тебе не за что просить прощения, — вмешался Яр. — Риш спровоцировал тебя и получил в ответ. Ешь скорее, ты нас задерживаешь. Мы и так задержались на три квады.

— Квады? — не поняла я и уже уверенно взяла понравившийся мне горшочек с центра стола и даже обнаружила в нём чудо-прибор, смахивающий на вилку с тремя зубьями разной длины. Наверно, у них была какая-то функция, но я о ней не знала и наслаждалась едой неземной вкусноты.

— Квада — это примерно двое земных суток. Храм Силы проходится меньше чем за кваду, но… — Яр замолчал и как будто нахмурился и расстроился. — Но из-за вашего вмешательства образов стало больше. Намного больше.

— Образов? Это те чудовища? Они ненастоящие? — спросила я, понимая, что ничего не понимаю.

— На момент миссии они настоящие, и их количество генерируется согласно числу вошедших в Храм Силы. И это впервые в нашей истории, когда каждый из воинов убил образов вдвое больше отведённого. Мы потеряли двоих, но победа воистину достойная.

— Я… — нерешительно начала говорить, глядя в опустевший горшочек. — Яр, ты помог мне, и я благодарна, честно, но, наверно, я вернусь домой.

Отвечать мне никто не стал. Обед закончился, я вернулась в комнату, где проснулась, и с ногами забралась на кровать. Не знаю, как мы собирались «лететь» в неизвестный мне мир… корабль в моём понимании ходит по воде, а этот Ирэ, вероятно, не остров в океане. Я совершенно ничего не понимала из происходящего, а объяснять мне никто не стал. Очевидно одно — я замёрзла. Меня буквально трясло от холода. И даже когда голос, названный Цим, известил, что мы прибыли домой, не удивилась.

— Ты почему до сих пор не оделась? — с проёме двери появился кто-то из охотников.

— В-в-во ч-ч-что одеться? — стуча зубами, спросила я.

— Рядом с тобой лежит лои, — как дурочке «объяснил» охотник.

Я осмотрелась, но ничего нового не обнаружила.

— Дикари… — тихо пробурчал себе под нос он, подошёл ко мне и с невысокой стойки, которую я сочла элементом декора, взял какую-то штучку круглой формы с чёрным камушком по середине. Протянул мне. Я взяла. И что дальше?

— Вставай.

Я встала.

— У всех землян такие глаза? — спросил охотник, нахально снимая с меня одеяло и перекидывая мои длинные волосы на одну сторону.

— Какие такие? Нормальные глаза, у тебя такие же, — огрызнулась я, смотря в совершенно обыкновенные глаза моего помощника. Их зелёный цвет был немного ярче и чище, чем у моих соотечественников, как и у шутника, только чуть светлее, но ничего особенного в них я не увидела.

— Красивые. Никогда не видел подобных, — ответил тот, вложил мне в ладонь найденную кругляшку и вместе с рукой положил на оголённое плечо. А потом я толком ничего не поняла, просто стало очень тепло и комфортно. Причины подобного состояния можно было узнать легко — просто опустив взгляд вниз, что я, собственно, и сделала.

— О… — многозначительно протянула я, осматривая чёрный костюм с сапогами, какой был на охотниках. — Удобно, ничего не скажешь.

— Адалира, Яр очень добр к тебе, но его вера хрупка, а моя и подавно. Лишь намёк на предательство, и я убью тебя, — сказал охотник, продолжая сжимать мою руку на плече.

— Ты веришь в судьбу? — спросила я.

— Конечно. Разве может быть иначе? Разве мы можем управлять высшими силами?

— Так вот, так получилось, что я оказалась в вашем Храме Силы совершенно случайно. Я живу на другом конце планеты, я больше не военный и не учёный, меня там не должно было быть. Но… меня как будто кто-то взял за руку и привёл к вам.

— Между судьбой и бредом есть большая разница! — услышала я резкий голос, подняла глаза и увидела крайне недовольного Яра. — Скоро спускаемся. Дай ей костюм Мира, — сказал он на этот раз охотнику, продолжавшему стоять рядом со мной. Развернулся и ушёл.

— Кто такой Мир? — поинтересовалась я.

— Убитый воин. Идём.

— А у вас это такое развлечение, приходить на Землю и сражаться с этими… образами? Или какая-то миссия? — поинтересовалась я, выходя из помещения, и вприпрыжку побежала за охотником. Тот резко остановился. Посмотрел на меня. Я на него. Он, как и воин-шутник, был идеально красив, но лицо его было более узким, да и ростом повыше. Этакий длинный богатырь.

— Развлечение? Адалира, ты не понимаешь, о чём говоришь, поэтому я прощу тебе это оскорбление. Поход в Храм Силы — величайшее событие и испытание для воинов Рошгар. Прошла почти сотня лет со дня последнего признанного похода, но столь удачный был впервые в истории.

— Удачный? — переспросила я.

— Мы потеряли двоих воинов из десяти, — пояснил охотник, отворачиваясь от меня и снова набирая крейсерскую скорость. Я побежала следом.

— А что значит признанный поход? — продолжала спрашивать я.

— Желающих испытать себя всегда много. Порой они собираются в группы и самовольно отправляются на Землю, но возвращаются единицы.

Я кивнула, соглашаясь с тем, что это действительно круто. То, что эти ребята круты, я видела собственными глазами, а тут оказывается, что даже по их меркам они высший класс и доказали это.

Тем временем мы дошли до круглого зала, сильно смахивающего на тот в «древнем городе». Без арок, разумеется, но такой же огромный и с алтарём посередине. И так же, как и там, вокруг него стояли охотники. Пока только трое. В своих мегакостюмах с волчьими головами.

Мы с моим сопровождающим подошли к алтарю, меня настойчиво толкнули к одному из свободных мест. Сам он занял место рядом, взял впереди лежащий красный искрящийся камень и, как показывал мне ранее, положил себе в ладонь и на плечо.

— Очуметь, — прокомментировала я удивительное облачение. И этот костюм с головой и сапогами хранится в маленьком камушке? — До чего дошёл прогресс, — вздохнула я и повторила незамысловатые действия, не особо надеясь на успех. Но всё получилось, не стоило и сомневаться. Меня вмиг окутало как будто туманом, а когда тот прояснился, стало понятно, что на мне не просто волчья голова, это суперкрутой шлем, оснащённый кучей высококлассных примочек. Оценить не было возможности, я просто не обладала должными знаниями, но вот круговой обзор и множество светящихся иероглифов впечатляли. Посмотрела на Яра напротив себя, и перед глазами тут же выскочил небольшой экран с характеристиками объекта, а его чудо-оружие, покоящееся в сложенном виде на поясе, засветилось золотым. Странно, мне почему-то казалось, что у него должно было быть больше оружия, выскакивающий из рукава меч, например, или какие-нибудь дротики… но мой сканер показывал лишь короткое древко, как и у остальных.

— Налюбовалась? — холодно спросил мой орёл.

— Нет, но я вернусь к этому позже, — ответила я.

— Не вернёшься, этот костюм не твой.

— Почему у вас лишь одно оружие? Разве не было бы эффективней взять с собой какую-нибудь пушку или лазер. У вас наверняка есть.

— Это бесчестно. Мы пошли в поход не ради знака Силы. Только священный бокар и наш дух, — пафосно произнёс Яр и поднял руку со своим оружием, которое меньше чем за секунду увеличилось в десять раз и раскрыло свои смертоносные лезвия.

— И клёвый костюм, — кивнула я. — Я бы от такого не отказалась, когда столкнулась с вашими образами и их зубами.

— Это не броня, Адалира. Этот материал не защищает даже от царапин, — прошипел Яр и полоснул себя по руке, пуская кровь. — Он не добавляет нам силы, он не делает из человека воина!

— Да я не думала вас оскорблять, — пробурчала я, не понимая такой яркой реакции на простые слова, по сути являвшиеся комплиментом местным мастерам. Видимо, у них тут бзик по их убийственному походу.

— Но ты это сделала, и не первый раз, — продолжал горячиться Яр всё больше, и я буквально кожей почувствовала его напряжение и то, что того вот-вот разорвёт. И тогда жертв не избежать.

Я посмотрела в стеклянные и бесчувственные глаза орла, которые ни в коей мере не отражали его чувств. Вышла из своего углубления алтаря и подошла к нему. Взяла за огромную ручищу, облачённую в массивную перчатку, впрочем, сейчас и моя была не на много меньше, сжала её.

— Я никогда не буду сомневаться в твоём подвиге, Яр. Ты спас меня, вытащил из этого ада, который вы называете Храмом. Я видела твоё непревзойдённое мастерство воина, и я первая брошу камень в того, кто скажет или просто подумает обратное.

Яр молчал и просто смотрел на меня, а напряжение таяло на глазах. Только что этот мужчина был похож на грозовой фронт, который вот-вот начнёт пускать гром и молнии, но кто-то щёлкнул выключателем, и тучи расступились. Кажется, я даже увидела солнце, но сказать с уверенностью нельзя.

— Вернись на своё место, — тихо произнёс он.

Я кивнула, встала в своё углубление и положила левую руку на стол, как и остальные участники нашего собрания.

— Для друзей я Лира, Яр, — посмотрела я на орла.

— Я это учту, Адалира, — ответил тот. — Когда спустимся, не пугаться, не вскрикивать, в обморок не падать. Стоишь рядом с Зору и молча ждёшь окончания церемонии. Ясно?

— Кто Зору? — прошептала я, вдруг потеряв голос. Почему-то то, что Яр не пожелал признавать во мне друга и называть нормальным именем, которое мне нравилось, расстроило. Не из-за имени, конечно, просто я к нему всем сердцем, так переживала, а потом обрадовалась, что жив, что… он почти такой же, как я, человек… и ведь слова поперёк не сказала, хотя он фактически вырвал меня из родного мира и куда-то ведёт.

— Зору стоит справа от тебя, — ответил Яр, но я его уже не слышала, а позорно всхлипывала. — В чём проблема, Адалира? — спросил он безразличным тоном.

— Лира! — заорала я неожиданно даже для себя. — Моё имя — Лира!

Яр подошёл ко мне, дёрнул на моём костюме какую-то штучку, и голова волка пропала, открывая всем мои красные глаза.

— Адалира, ты сейчас же успокоишься и завершишь вместе с нами церемонию. Только после принятия Силы печать станет стабильной, и только после признания Верховного Правителя ты получишь достойные права и статус.

— Ты… хочешь обмануть его? Выдать меня за своего воина? — не поверила я.

Яр кивнул.

— Я считаю, что ты заслужила это, а о Верховном не беспокойся. Он отбудет на Ардо сразу же после церемонии.

— Хорошо, — прошептала я. — Стоять рядом с Зору, не пугаться, молчать и не падать.

— В конце церемонии, когда Верховный закончит свою речь, идёшь вместе со всеми в Дом. Ты третья. Запомни, Адалира, третья. Я, затем Зору, ты, а за нами Риш и остальные.

— Почему так?

— По количествам побед в походе.

— Да я не убила почти никого по сравнению с вами! — возмутилась я, прекрасно помня, как перешагивала трупы десятков и десятков монстров. А от моей руки пало-то… по пальцам пересчитать можно.

— Последний образ засчитан за тобой, а он стоит сотни. Всё? Ты готова?

— Нет, но выбора у меня нет, как я понимаю, — ответила я и увидела уверенный кивок Яра. Он вернул мне голову волка, занял своё место и шарахнул кулаком по хрустальному шару, стоявшему перед ним. Всех окутало дымом и невесомостью. В какой-то момент я даже подумала, что что-то пошло не так, ведь Яр говорил что-то про то, что мы спустимся, а не полетим в самом деле. Но туман развеялся, и выяснилось, что мы стоим уже не в зале, а на… на чём? Очень хотелось осмотреться, но, помня чёткие наставления моего орла, стояла смирно и взирала ошалевшими глазами на бело-золотисто-серебристое сооружение, сильно смахивающее на пирамиду. Но лишь по форме. Это нечто было гигантских размеров, со множеством то ли окон, то ли просто отверстий, издалека не поймёшь, открытыми террасами, балконами и прочими красивыми элементами архитектуры. К пирамиде вела широкая золотисто-белая лестница, мы же стояли на неком постаменте, зависшем над ней, и просто смотрели вперёд. Недолго, мои соседи охотники вдруг развернулись на сто восемьдесят градусов, и я вслед за ними, вовремя спохватившись. И… ох ты… и это хорошо, что я высоты не боюсь!

Широкая лестница-то, оказывается, уходит далеко вниз, а внизу — город.

Ну как… город? Я думаю, что это он: высоченные острые башни и круглые конструкции, парящие над землёй острова с безумными постройками на них, светящиеся спирали, уходящие в небо, и ленты дорог без опор с неизвестным мне транспортом на них. Всё это великолепие освещало приятное оранжевое солнце, какое у нас бывает лишь на закате, а вокруг приятный тёплый, но свежий воздух. И за лицезрением всей этой необычной красоты я пропустила начало церемонии. Оказывается, нас встречала целая делегация, расположившаяся на такой же висячей платформе, как и мы, и, представьте себе, все человеческой наружности! Мы тут единственные стояли в костюмах со шлемом в виде голов волков и одного орла.

— Мы вернулись с Силой, — говорил тем временем орёл. Очевидно, что это был ответ на то, что я пропустила. Подошёл к тому, кто стоял впереди всех, в красивой мантии золотистого цвета, надетой на белый костюм. По всей видимости, он тут был самым главным, потому что только у него было совершенно чумовое ожерелье на груди — плоская толстая лента из золота (наверное, из золота, я не спец и природу материала на глаз не определю) с большим камнем посередине. Ну и он был самым солидным среди всех, и да, мой сканер костюма увидел на его поясе священное оружие бокар.

— Я приму её, — отвечал тот.

Орёл согласно кивнул и уверенно пошёл прямо. Откуда ни возьмись появился небольшой столик с крупным камнем чёрного цвета, на него он и положил руку. Я заинтересованно наклонила голову, ожидая искорок или других световых эффектов, которых, увы, не последовало. Ну что ж, это же просто церемония, по большей части символичная. А этот камень, наверно, их грааль. Орёл, сделав своё дело, отошёл в сторону, его место занял тот, что стоял справа от меня. Тоже передал свою пресловутую Силу камню, а я тем временем судорожно соображала, что делать? Наверно, мне также необходимо пройти процедуру, но когда? Яр говорил, что мне нужно зайти в Дом третьей, а тут?

Гневный рык в моём шлеме волка положил моим мукам конец.

— Адалира! Иди! — направил меня Яр, когда место у камня освободилось. Я тут же направилась вперёд решительным шагом, чтобы скрыть свой страх и дрожь в ногах. Подняла руку и плюхнула её на… ох ты… (нецензурная лексика). Только страх выдать себя удержал меня от вскрика.

Больно! Очень, очень больно! Руку, начиная от запястья с внутренней стороны, далее до локтя и вверх по плечу с внешней жгло неимоверно! Аж в глазах потемнело.

Но я стояла и терпела. Дождалась, когда это безобразие закончится, вернула свою потревоженную конечность и встала рядом с орлом и Зору, ненавидя всех вокруг. Нельзя было предупредить, что ли?!

Эту болезненную процедуру проделали все охотники. Потом главный из делегации (наверно, всё-таки это и есть Верховный Правитель) поздравил нас с великим достижением и успехом, поведал о счастье лицезреть столь великих воинов и прочее, и прочее. Затем взял чёрный камень — орудие пытки — в руки, и тот совершенно неожиданно засветился и начал источать красный дым. Я заворожённо наблюдала, как он скручивается в спираль и всасывается в красный камень, висевший на груди верховного.

Вот это да… Вот что-что, а это я увидеть не ожидала. Пришельцы и космические корабли, бороздящие бескрайние просторы космоса, — да, но подтверждение существования этой самой Силы, которой поклоняются охотники и ради которой отправились в поход, откуда, кстати говоря, могли и не вернуться, нет…

А затем откуда-то снизу послышались крики, хлопки и свист. Ликующая толпа? Но убедиться в наличии зрителей я не могла, так как те, если и были, то находились далеко внизу, и увидеть их можно было, заглянув за край парящей платформы. Этого делать было нельзя, так что я стояла и слушала очередную речь, восхвалявшую великую священную традицию похода за Силой. Когда та закончилась (речь, а не Сила, разумеется), орёл, гордо задрав голову к небу, направился к краю, а платформа, напугав меня до смерти, полетела к пирамиде. Мягко приземлилась у самого входа. Туда и направились доблестные воины. И я вместе с ними, заняв положенное мне третье место в строю. Зашли, двери за нами захлопнулись… и я подпрыгнула на месте, когда охотники вдруг начали оглушительно орать. Нет… на этом моё самообладание закончилось! Отползла в сторону и начала усиленно дышать, снабжая лёгкие кислородом и наблюдая за бешенством, не побоюсь этого слова, взрослых и благородных воинов. Они орали и бегали вокруг друг друга, как петухи, и так откровенно радовались, что даже завидно стало. Но мне, честно, было тяжело разделить с ними это великое веселье. Посмотрела на Яра. Он стоял уже без орлиного шлема и с лёгкой улыбкой наблюдал за безумством своих людей.

Да ладно? Улыбаться умеет?

— Костюм можно снять? — спросила я, подходя к нему.

— Можно.

Яр потянул за неизвестный мне замочек, и сперва исчез шлем, а за ним и сам костюм сложился в его руке маленьким камушком.

— Молодец, — неожиданно сказал он.

— Болит очень, — пожаловалась я, поднимая край чёрного костюма, в котором осталась стоять, и замерла, смотря на как будто татуировку на запястье — бордового цвета иероглифы и узоры.

— Это пройдёт, — заверил меня Яр.

— Да? Это хорошо, а то я не очень люблю тату.

— Нет! Пройдёт боль! Знак Силы останется! — возмутился Яр. — Адалира, это великая честь, неужели ты не понимаешь? В Ирэ подобных нам, прошедших Храм Силы и завершивших ритуал, единицы!

— Теперь я могу вернуться домой? — поинтересовалась я.

Яр покачал головой.

— Нет, ты моя гостья.

— Пленница, — поправила я его.

— Гостья, Лира.

Глава 3

Нет, всё-таки пленница более подходящее слово.

На цепь не посадили, и темница моя была открыта, однако до чувства свободы было далеко, как до луны. И это если учесть, что моя луна вообще в другом измерении, как выяснилось недавно.

Со дня окончания церемонии прошло… даже не знаю, дней десять, наверно, у них тут сутки совершенно чумовые. Когда Яр говорил о кваде, равном почти двум земным дням, мне казалось, что это просто иная мера исчисления, однако нет, в Ирэ сутки равны кваде, а значит, по моим внутренним часам спят они, как и я в последнее время, раз в два дня. И солнце светит почти всегда, опускаясь за горизонт лишь на три часа.

Но, как ни странно, подобное не было тяжёлым испытанием для организма. Как выяснилось опытным путём, я могу жить в подобном режиме и даже не испытывать дискомфорта. Ну почти… И потом, это очень удобно, сколько всего можно сделать! А то начнёшь дело какое-нибудь важное, делаешь его, делаешь, а уже наступила ночь, и пора спать. И сколько раз я себя ловила на мысли, что день слишком короткий.

Но про «делать дела» — это для нормальных людей (а живут тут люди, они даже сами себя так называют: они люди, а на Земле — земляне), у меня же свободного времени было вагон! Меня никто не ограничивал ни в перемещении по Дому, ни в изучении местного быта и порядков. А изучать было что!

В этом непростом деле мне очень помогла Цим, распространявшая своё влияние не только на корабль, но и на весь мир. Почти на весь, так как Ирэ являлась очень густонаселённой планетой, где свободных от влияния цивилизации мест почти не осталось. Так вот, этот чудо-мозг Цим сказала, что Ирэ является столицей Империи Рошгар, имевшей во владении пять солнечных систем, включающих в себя семнадцать планет и пять колоний в иных мирах, таких как моя Земля.

На мой вопрос, как корабли перемещаются между мирами, ведь когда мы шли сюда, я ничего даже не почувствовала, Цим ответила что-то невнятное про переходы.

Так вот, Рошгар управляет Верховный Правитель, который уже почти сотню лет ведёт войну с соседями и не появляется в Ирэ. Вместо него тут всем распоряжается его сын — Яр.

Да уж… я знала, что он не простой охотник, а главный среди той компании, что пошла в поход, но мне-то казалось, что он главнокомандующий, например, или просто лидер. А он, оказывается, тут за местного царя… И, по словам Цим, народ очень любил его, буквально боготворил. У них вообще сильно развита любовь к ближнему, преступность и смертность от руки «соседа» нулевая. Так что я прям даже и не знаю, как теперь в глаза Яру смотреть. Он не просто шишка, а сосна, а мы шишки, валяющиеся под его ногами.

Поначалу я ходила из угла в угол в своей комнате, куда меня поселили, возмущалась стерильностью помещения и отсутствием элементарной мебели, за исключением кровати и потаённого входа в такой же безликий санузел, и обдумывала план побега. Но спустя некоторое время решила, что на Землю мне спешить незачем, родных нет, друзья такие, что забудешь и не вспомнишь, а работа… ну что работа, надо будет — другую найду. Вообще не проблема. И почему бы мне не задержаться и не полюбоваться на чудесный мир? В конце концов, по словам Яра, я должна быть суперпопулярным человеком в Ирэ, ведь таких, как мы (с печатью Силы) единицы и прочее.

Моё знакомство с миром началось с изучения местной письменности. А то, как оказалось, языку Яр меня научил с помощью какого-то гаджета, но только пониманию речи, всё остальное у них тут кому попало не дают. В чём разница между пониманием и чтением я не знала, но то, что подавала официальное прошению Яру, меня удивило. А то, что он ещё думал, возмутило!

Получив желаемое, я пару дней просидела, изучая местную историю, а после современные события, и уяснила, что подобным образом мало что понятно. Бумагу местные не признавали, вся информация хранилась в электронном виде, и каждый мог обратиться к ней в любой момент и в любом месте посредством чудо-экрана — монитора, появлявшегося чудесным образом то там, то сям в зависимости от моего местоположения. Так что я решила приступить к очередной стадии знакомства с окружающей средой, а к Цим обращаться по мере необходимости.

Выбрала себе наряд из скудного ассортимента, местные по поводу этого не заморачиваются, занесла чудо-камень над плечом и вмиг облачилась в простое золотистое платье неприлично короткой длины и балетки в цвет. Удобно, конечно, но мне бы зеркало не помешало, а как его достать, я не знала. Возможно, оно присутствовало в моей комнате, чудо-монитор, где я изучала информацию, тоже не был виден, пока в нём не возникла потребность, но просить Цим о такой ерунде, как зеркало, я не стала. Я и без того её замучила расспросами. А у неё, возможно, есть свои дела…

Так вот, после многочасовых переживаний и героического выхода из комнаты я поняла, что зря волновалась. Здешним обитателям было ровным счётом плевать на мою персону, прогуливающуюся по бескрайним просторам Дома. Слуги, стражники и ещё кто-то занимались своими делами и даже не смотрели на меня. Я же едва шею себе не свернула, осматривая окружавшее меня великолепие. Высоченные стены из светлого материала, отливающего белым и золотистым, колонны, украшенные фресками и выдержками из истории (теперь я понимала эти иероглифы), большие залы, пустые и заполненные непонятной мне то ли мебелью, то ли техникой, а балконы… мне кажется, я нашла своё любимое место в этом Доме. Длинные прямоугольные выступы, нависающие над изумительной красоты городом, и широкие бортики, словно созданные для того, чтобы на них сесть. Или лечь.

И я, не найдя для себя ничего интересного в бесцельном хождении по Дому, всё больше и больше времени проводила на одном из балконов. Лежала на животе на широком бортике и смотрела на город. Очень хотелось спуститься, вырваться из заточения Дома, но столь же сильным был страх. От рвения познакомиться со здешним миром не осталось и следа. Я снова думала о Земле и желании вернуться. Нафиг мне сдался неизвестный удивительный город?

За этими думами меня и застал Яр.

Он приходил ко мне довольно часто. Как в зоопарк… постоит, посмотрит, иногда пройдётся из стороны в сторону и уходит. Хотя он был гораздо более интересен для разглядывания. Разумеется, чёрный костюм был снят и ему на смену пришёл белый. На вид очень даже удобный и лёгкий: штаны, а сверху что-то вроде плаща без рукавов и какое-то безумнейшее количество золота в виде украшений. В принципе, если бы подобное я увидела на женщине, то отнеслась бы к этому нормально. Ну, браслеты, ну, кольца… это что, преступление? Но Яр был мужчиной, и видеть золотые побрякушки на его руках, шее и даже на поясе было… странно. Непривычно.

Так вот, захаживал он ко мне довольно часто, а сегодня заговорил!

— Что ты делаешь?

— Лежу, — ответила я, переворачиваясь на спину. — Хочу сходить в город.

— Если ты будешь тут лежать целыми днями, то никогда не сходишь.

— А чем тут у вас занимаются свободные женщины? Какие увлечения или развлечения?

Яр пожал плечами.

— А мужчины? — спросила я. Может, с сильным полом более понятно.

— Ирэ большой город, и в свободное от ремесла время каждый находит занятие по душе. Чем ты занималась на Земле?

— Писала статьи о развивающихся странах, вела колонку в журнале «Вопросы о жизни», — ответила я, вспоминая, что у меня на почте осталась куча непрочитанных писем от читателей. В последнее время мои советы стали популярны. Редактор говорил, что у меня нестандартное мышление и дурной язык, который нравится простым людям.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду, но можешь посетить Совет занятости и выбрать ремесло. В Ирэ все граждане должны работать.

Я удивлённо вытаращила глаза и даже приподнялась. Он упрекает меня в том, что я зря ем его еду и занимаю жилплощадь? Мол, иди, отрабатывай свой хлеб?

— Яр, я не твоя подданная, я землянка, если не забыл. Ты назвал меня гостьей, и я смиренно сижу в Доме и жду окончания твоего гостеприимства. А если у тебя тут диктатура и даже гости должны заработать еду, то я готова вернуться домой хоть сейчас.

— Заработать… еду? Лира, в Ирэ нет голода, и еда в изобилии, — недоумённо произнёс Яр. — Я не требую от тебя работать! Просто мне показалось, что тебе скучно. Сидишь в Доме, никуда не ходишь, ничем не занимаешься. Можешь и дальше лежать здесь, если тебе это нравится.

— Яр, а те люди, с которыми ты ходил в поход. Они для тебя кто? — спросила я, вставая на ноги.

— Мои воины. Я не понимаю, почему ты спрашиваешь.

— Я не об этом. Вы близки? Они твои верные слуги или друзья?

— Они из моей гвардии. Самые умелые и верные воины. Зору, Цро и Риша я мог бы назвать друзьями, но у меня их нет. Просто приближённые по мне.

— А я здесь одна, Яр, — сказала я. — Единственный, с кем я более-менее знакома, — ты.

Яр нахмурил свои идеальные брови и, кажется, задумался.

— Ты хочешь, чтобы я был рядом? — спросил он после тяжёлых раздумий.

— Я? Я ничего не хочу, — отвернулась. Говорить местному высочеству, что мне и правда не хватает его компании, я не стану даже под пытками. Ну а что? Я тоже человек! У меня тоже есть желания, и не слепая. Да и не обладай я зрением, смогла бы почувствовать Яра. Его безумная мужская энергетика буквально кружит голову. К тому же для меня отношения между мужчиной и женщиной никогда не были чем-то возвышенным и чувственным. Простая физиология. Я не нравилась мужчинам, они не особенно нравились мне. Они хотели попробовать экзотику, я — попытаться удовлетворить свои плотские потребности. Всё просто.

Хотелось бы чувств, конечно, не совсем же я чёрствая, но… их не было. Никогда.

— У землян ведь культ семьи? Вы всегда ищете пару, стремитесь родить детей… У тебя на Земле осталась семья? — неожиданно мягко спросил Яр.

Я покачала головой.

— Я пыталась найти мужчину, но отношения никогда не были серьёзными. Я не такая, как они, слишком высокая, слишком белая кожа, слишком длинные волосы… и глаза искрятся, — ответила я, глядя в пол. — Знаешь, одно время мне казалось, что на самом деле я не с Земли, что мои родители спрятали меня на этой планете, спасаясь от чего-то страшного, или подобная чушь. Это любимая тема у наших фантастов, если человек непохож на других, отвергнут обществом, то он, несомненно, должен быть особенным. Я пусть и не отвергнута обществом, спокойно нашла работу и раньше без дела не сидела, но отличалась от простого человека и надеялась, что не просто так… А сейчас смотрю на тебя и понимаю — я действительно мутант. Рождаются же иногда котята с двумя хвостами или козлята с пятью ногами…

— И ты это решила, посмотрев на меня? — удивился Яр.

— Ну, ты такой же, как земляне. Выше ростом разве что, а в остальном очень похож. Даже кожа нормального цвета, немного загорелее. Красивая, — пожала я плечами. — У вас ведь у людей глаза не такие, как у меня?

— Нет, подобного я никогда не видел, — ответил Яр, вдруг кладя руку мне на щёку и поднимая голову. — В Рошгар множество иных видов, отличных от людей, и в других империях, но такое чудо вижу впервые.

— Утешил, — вздохнула я. — Ну что ж, что есть, то есть. Если добудешь мне тёмные очки, могу выходить в город и не пугать твоих подданных.

— Что за глупость? То, что ты говоришь, возможно лишь на Земле. Твои сородичи удивительно агрессивны. Порой, узнавая новости об этой колонии, я поражаюсь изощрённой жестокости и нетерпимости. Здесь, даже если ты решишь отрастить себе пару рогов, никто не осудит твоего выбора. Я не шучу, Лира, — серьёзно сказал Яр, поднимая мою голову и смотря в глаза. — Сегодня у Зору свободный день, я предложу ему сопроводить тебя до города, если тебе так уж нужна компания, но я тебя уверяю, ты можешь гулять где угодно и не опасаться.

Что ж, Зору, так Зору. Лучше, чем ничего.

Вышеупомянутый пришёл на смену Яру, его я узнала сразу, это он удивлялся моим глазам и помогал с одеждой после. Он поинтересовался, что у меня случилось ужасного, и очень удивился, когда узнал, что был вызван, потому что мне скучно.

— Скоро середина дня, — изрёк Зору, когда я предложила погулять по Ирэ, и многозначительно посмотрел на меня. Должно быть, и у этого человека также отсутствует осознание того, что я тут ничегошеньки не знаю, как и то, что середина дня для меня ни о чём не говорит. Ну кроме того, что на прогулку меня сегодня не выведут.

Почему-то стало обидно. До этого сидела я в Доме и переживала, конечно, по поводу своего добровольного заточения, но сейчас мне срочно потребовалось покинуть помещение.

— Я тебе покажу кое-что более интересное, чем улицы Ирэ, — самодовольно усмехнулся Зору. — Идём, тебе понравится.

— Да? — не без опаски спросила я и пошла следом. То, как повеселел мужчина, мне совсем не понравилось. Очевидно же, что задумал гадость какую-нибудь.

— А почему ты так и ходишь в этом чёрном костюме? Поход ведь закончился, и Яр вот переоделся в светлую одежду, — поинтересовалась я, едва поспевая за Зору.

— Это форма воина, а не костюм для похода за Силой. В такой одежде ходят все, кто служит Яру.

— Яру? Вы его личные солдаты, а не Империи Рошгар? — удивилась я. Зору же обернулся и посмотрел на меня так, что я почувствовала себя глупо. Хотя что такого ужасного в моём вопросе, так и не поняла.

— Это ринг, — остановился Зору возле пяти небольших чёрных постаментов из блестящего камня. В высоту не больше локтя, диаметром метра три. — На Земле подобного нет.

Я пожала плечами. Пусть я даже и не догадывалась, что это за зверь такой — ринг, но была готова согласиться, что такого у нас действительно нет. На Земле вообще мало что есть, что используют здесь в простом быту.

Я вам рассказала про душ? Хотя это потом, ринг куда круче!

— Заходи, — улыбаясь до ушей, предложил мне Зору и сам взошёл на один из постаментов. Я, сомневаясь всё больше, тоже наступила на чёрный камень и тут же пригнулась, когда вокруг вдруг вырос лес. Лес как лес, вполне обыкновенный, лиственный, чистый и сухой… но какого хрена тут лес?!?

Это просто иллюзия. Отличная, качественная и очень яркая! Я, стоя на карачках, пыталась нащупать за спиной край платформы, прекрасно помня, что сделала всего один шаг, а значит, от реальности меня отделяют несколько сантиметров. Но… нет. Мои руки находили только траву.

— Лира! Вставай живо! — крикнул Зору, подходя ко мне, нисколько не волнуясь о том, что стоит на соседней каменной штуке. Подал мне руку, и только я коснулась его ладони, дёрнул вверх, поднимая на ноги. — Быстро, быстро! Выбирай себе оружие!

— Я? Как?! — крикнула, глядя очумелыми глазами на обезьян-мутантов, вдруг повылазивших из-за деревьев. Огромные, как гориллы, с клыками и когтями, каким бы позавидовал медведь гризли, но по телосложению мартышки. Мой бравый товарищ отошёл от меня на два шага и, вытянув руку, провозгласил: бокар. И — о, чудо! — в его руке появилось небольшой чёрное древко священного оружия, которое вмиг раскрылось в своей смертоносной красе и заискрилось красным.

Мартышки побежали.

Твою ж … (нецензурная лексика).

— Автомат Калашникова! — сдуру крикнула я. Но местному распорядителю моё требование не показалось глупым, и мне дали требуемое.

— Сейчас я научу вас финики собирать! — известила я своего напарника и открыла огонь по противнику. А что? Зря что ли я столько часов провела на стрельбище? Я отличный стрелок!

Но Зору не было дела до моих методов, он с поразительной лёгкостью рубил всех, кто был в зоне досягаемости, весьма и весьма ловко уходя от когтей и зубов противника. А я очень скоро поняла, что мой выбор оружия не самый удачный. Вот если все мартышки стояли бы на своих местах… да, и движения в сторону тоже допускаются… так вот, проблем бы не было! Но они же бегут ко мне! А у меня в руках оружие дальнего боя. Но я не воин, и, вступи я в ближний бой с этими пусть и не настоящими, но всё-таки страшными зверушками, одержу сокрушительное поражение.

Однако если не попробую, то проиграю этот квест совершенно точно!

— Гладиус в обе руки, — приказала я неизвестному и откинула в сторону автомат.

Конечно, была вероятность, что тут не знали древний римский меч, но думать не было времени. Мне нужен был именно он, не короткий и не длинный, достаточно удобный и лёгкий для моей руки.

Пригнулась, пропуская над головой прыгнувшую животину, и рубанула её. Исчезла. Они вообще хорошо умирали, качественно! Ни тебе окровавленных тел, ни раненых, пытающихся укусить тебя из последних сил, да и отрубленные конечности исчезали вместе с поверженными противниками.

Страшно… просто ужас! Но только сперва. Я очень быстро вошла во вкус, по достоинству оценив местное развлечение. Компьютерные игры со шлемами виртуальной реальности отдыхают! Вот только нужно было о нормальном костюме позаботиться! Но на самом деле это всё детали, я так не веселилась уже давно. Как очумелая скакала по полю боя, осознавая, что не могу пострадать от иллюзий, а вот оторваться на полную катушку — да!

Сколько прошло времени? Кажется, мы только пришли, а Зору снова меняет программу, новые противники и новая местность. А я, ненормальная, устала так, что валюсь с ног, но в то же время едва не прыгаю на месте от радости в ожидании нового задания.

— Конец программы, — вдруг сказал Зору, и тёмное ущелье, где мы стояли, пропало, вместе со змеями, не успевшими доползти до нас. Я стояла на постаменте из чёрного камня, без оружия, мокрая от пота и улыбкой на пол-лица.

— Результаты? — услышала я голос Яра. Обернулась и чуть не лопнула от радости неожиданной встречи. Мой орёл стоял, прислонившись к стене, и масляным взглядом смотрел на меня.

— Зору — восемьдесят, Адалира — тридцать шесть. Уровень — пятый, — известил голос.

— Восемьдесят на пятом? — возмутился Яр и посмотрел на своего друга.

— Отвлекался, — ответил тот.

Яр покачал головой и снова перевёл взгляд на меня. Улыбнулся.

— Молодец.

— Ещё хочу! — закивала я, как болванчик. — Я сначала испугалась, Зору не предупредил, что будет, а потом… это так здорово! Зору просто чумовой! Высший класс! Будешь меня тренировать? Пожалуйста! — посмотрела я на воина. Тот согласно кивнул.

— Буду. А то для той, кто носит печать Силы, — позор то, что ты показала.

— Класс! — воскликнула я, повернула голову к Яру, и нерешительно замерла. От его хорошего настроения не осталось и следа, а его лицо помрачнело.

— Ты против? — спросила я и, сама не знаю, зачем, подошла к нему. Но мне это было нужно… от Яра шла удивительная энергетика, сильная, горячая, страстная. Он смотрел на меня своими глазами цвета синего льда, и я могла поклясться, что видела в них желание. Глупость… но разве нельзя помечтать? А от Яра действительно шло тепло, к которому хотелось прижаться, которому я жаждала отдаться.

Яр поднял руку и убрал с моего лица спутанные волосы, а меня словно ударило током! Чудом устояла на ногах и сдержала уже зародившийся в груди стон.

М-м-м… эти руки… можно продать все органы и душу в придачу, если она вообще кому-то нужна, всё, что угодно, только за мгновение их ласки.

— Вернись к себе, — сдавленно прошипел он.

Я заморгала, прогоняя дурман. К себе?

— Ладно… — прошептала я, чувствуя неожиданную пустоту в своём горящем сердце. Развернулась и, не поднимая головы, потопала вперёд.

— Цим, где моя комната? — пропавшим голосом спросила я.

* * *

— Ты это чувствовал! — рычал Зору, быстро приближаясь к Яру. — Это невозможно было не почувствовать! Сила Шиман этой женщины была такой яркой, насыщенной. Она тянулась к тебе! — выкрикнул он.

— Она не моя, — ответил Яр.

Зору покачал головой.

— Она тянулась к тебе, — повторил последние слова он. — Нужно было просто взять. Ты только посмотри на эту землянку, она буквально горела! И из-за чего? Из-за ринга на пятом уровне!

— Я не буду с ней играть.

— Не играть, Яр, просто взять то, что она тебе предлагала, взять то, что тебе нужно!

— Нет…

— Да! — выкрикнул Зору. Он сам был на взводе, и отнюдь не из-за ринга. Когда они с Лирой вышли… когда он почувствовал её Силу Шиман… как ударная волна оглушила, заставила вспомнить о потребности мужчины. Заставила проснуться Силу Мон. — Она нужна нам всем, Яр. Не хочешь брать ты, возьму я. Таким сокровищем пренебрегать нельзя.

Яр сжал кулак, удерживая себя от порыва выхватить бокар и перерезать горло Зору.

— Лира, конечно, хотела тебя, но она сейчас в таком состоянии, что согласится на любого.

— Ты не подойдёшь к ней! — прорычал Яр.

— Почему? Ты дал Лире права гражданина Ирэ, и я предложу ей обмен согласно правилам. Никакого принуждения.

— Нет, — коротко ответил Яр, и одно это слово передавало настроение Правителя.

— Тогда иди и охраняй свою гостью! — заорал Зору. — Потому что она сейчас соберёт всех у своей комнаты! Цим, катер к десятому коридору! — приказал он, резко развернулся и вышел.

Яр смотрел в спину взбешённого воина и понимал, что тот прав. Не про его нужду в силе Шиман, конечно, он никогда не опустится до того, чтобы слиться с землянкой. Это развлечение для низшего класса… не для него. Но вот то, что Лира действительно соберёт всех, это да.

Как и почему она проснулась от ринга — вопрос сейчас не столь важен, сейчас Лира нуждалась в защите. Мужчины Ирэ действительно голодны по чистой Силе, которую не могут им дать местные женщины.

Бегом преодолел коридоры своего Дома и увидел у дверей Лиры застывшего на месте Риша — верного воина, прошедшего вместе с ним Храм Силы.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Яр.

— Там Лира, да? — тихо спросил тот, продолжая смотреть на стены, за которыми была землянка.

— Да, но к ней я тебя не пущу. И повторять каждому то, что она не для игр, я не стану, — угрожающе произнёс Яр.

Риш согласно кивнул, но уходить и не думал.

— Она же была нормальной…

— Иди, Риш. Лире просто нужно успокоиться. Она перевозбудилась на ринге. Подобное может случиться с любым.

Риш кивнул ещё раз.

— Будь другом, Яр, не пускай её на ринг. Цим, катер к десятому, — приказал он, развернулся и ушёл быстрым шагом.

Яр прислонился к прохладному камню стены. Зору и Риш отправились на Голу снять напряжение. Сегодня у жриц будет много желающих отдать свою Силу Мон, но никто не получит в ответ Шиман. Этот дар практически пропал.

Мимо прошёл стражник. Он шёл к комнате Лиры, но увидев своего Правителя, ускорил шаг и скрылся за поворотом. Вскоре появился другой. Следом ещё.

Яр прикрыл глаза, сдерживая свою жажду ворваться к Лире и взять то, что она предлагала. А она действительно готова была отдаться ему прямо там, у подножья ринга. Её изумительные глаза горели, а в груди огонь пылал ярче солнца…

Когда же она успокоится?

— Цим, состояние Лиры? — тихо спросил он.

— Она плачет, — было ответом.

— Почему? — удивился Яр.

— Мне это не известно. Предпосылок к этому не было замечено, но мною были зафиксированы повышенное давление и сердцебиение гостьи, а также гормональный фон. Возможно, она просто устала, земляне слабые представители человеческой расы.

Повышенное сердцебиение… Цим не может чувствовать Силу.

— Цим, Лира должна уснуть.

— Я могу в кислород её комнаты направить лёгкий усыпляющий газ, но существует вероятность, что она проснётся с сильной мигренью.

— Пусть будет так.

* * *

Я мерила шагами свою темницу и не могла успокоиться. Да какой там! Я ревела, как крокодил! И из-за чего?! Да из-за ерунды!

Просто… так получилось… никогда подобного не было со мной. Нет, адреналин и оружие в руках не были для меня в новинку. Ну да, я не воин и драться не умею, но всё-таки служила и в горячих точках бывала. Простой рядовой с незамысловатым набором умений… но дело не в этом! Я никогда не испытывала такую эйфорию, такой эмоциональный подъём!

Зору, его сила, его движения были фантастичны! Я рядом с ним и тоже с оружием в руках, сражаемся с ненастоящими тварями. Хотя… конечно, кто я по сравнению с Зору? В бою слабее его больше чем в два раза, и это у него был ещё плохой результат! Но плевать на непонятный мне рейтинг, я вышла с ринга словно на крыльях… а Яр…

— Дура! — выкрикнула я сама себе. Увидела желание… почувствовала тепло… дура.

Развернулась к двери с чётким намерением найти тут какой-нибудь корабль и угнать его.

— Открыть!

Дверь послушно отъехала в сторону, а потом я почувствовала, как закружилась голова, ноги подкосились…

— О… мой орёл, — прошептала я, увидев перед собой изумлённый взгляд Яра, и рухнула на пол.

* * *

— Как она меня назвала? — спросил Яр, смотря на девушку у своих ног.

— Мой орёл, — повторила Цим то, что услышала.

— И что это значит?

— Мне это не известно.

Яр наклонился, взял Лиру на руки, и в глазах потемнело от сильного всплеска Силы Мон. Нужно скорее положить её на кровать и уходить. Находиться так близко к ней невыносимо.

— Цим, Лира спит?

— Да, спит очень глубоко. Её сон продлится от пяти до семи часов.

— Тогда почему она не успокоилась?! — зарычал Яр, чувствуя, как Лира неосознанно прижимается к нему. И каждое её касание было равносильно пытке.

— Мне это не известно, но могу предположить, что девушке стоило дать успокоительное, прежде чем усыплять.

— Ты мне сегодня больше не понадобишься, Цим. И в эту комнату никого не пускай.

— Доброй ночи, Яр, — попрощалась та и исчезла.

Яр положил Лиру на ложе и присел рядом. Коснулся щеки, убирая с неё прилипшие от пота волосы, и не мог не заметить, как дыхание её стало ещё более нервным. Голову она откинула назад, а колени сжала.

— Ш-ш-ш, успокойся, Лира, — произнёс он, не зная, как ещё можно было угомонить взбесившуюся энергию девушки. Кажется, когда он приблизился к ней, стало ещё хуже.

— Больно… — прошептала Лира, задыхаясь.

— Что? Больно? Где? — тут же спросил Яр, поднимаясь над девушкой и осматривая её тело, выискивая повреждения. Может быть, на ринге она сама себе нанесла ранение, может, поэтому ей сейчас так плохо? Быстро сложил платье золотистого цвета и отбросил в сторону.

Во рту тут же пересохло. Нет… нет, он уже видел Лиру обнажённой. Несомненно красивая, но всего лишь землянка. Недостойная восхищения… но её грудь призывно поднималась, а живот покрыли капли пота.

— Больно… — повторила Лира, сжимая ноги.

Яр прикрыл глаза, понимая причину боли девушки. Мужчины, когда их Сила Мон требовала выхода, находили способы успокоить себя или самостоятельно, или с помощью жриц на Гола, а что делали земные женщины?

Действительно, не стоило её усыплять, возможно, Лира могла бы справиться сама, а теперь это его проблема. Очень, очень неприятная проблема. И основная сложность в том, чтобы остаться в стороне.

Погладил мокрый лоб и едва не отдёрнул руку, когда Лира обернулась к нему и потёрлась о его ладонь носом и губами. Такая нежная, беззащитная, как тогда, в их первую встречу в Храме Силы.

Опустил руку вниз, наблюдая, как всхлипывает девушка. Удивительно яркая реакция, которой наверняка не было бы, будь она в сознании. Лира его боялась… как и все. Так должно быть, это правильно. Но сейчас она спит и искренне наслаждается простыми движениями, щедро даря взамен свою Силу Шиман, бьющую сильным потоком.

Жажда попробовать её сводила с ума.

Быть может…

Яр опустился и коснулся губами губ Лиры. Это было ошибкой, после которой остановиться было нельзя. Он сам не заметил, как оказался между её ног, уже не целуя, а терзая рот девушки. Она же яростно прижимала его к себе ногами, требуя большего, рвала ногтями одежду и царапая спину. Её губы были словно источник невероятной силы и наслаждения, а его энергия Мон охотно впитывалась в неё, чтобы слиться с Шиман и вернуться. Вернуться и принести забытое удовлетворение.

Но он хотел большего. Знал, что Лира может ему это дать.

Погладил подвластное тело и обнял, притягивая к себе. Прижался плотнее, проклиная тонкий материал, удерживающий его от опасного шага. Вот оно… так близко… Взять — это желание было таким правильным! Толкнулся вперёд, чувствуя горячий жар огня, давно готового принять его, и зарычал диким зверем, поддерживая крик Лиры. Освобождение.

Спустя, кажется, мгновение Яр лежал рядом с девушкой и наблюдал за её ровным и глубоким дыханием. На самом деле времени прошло много, и ему следовало давно уйти, но Лира так трепетно прижималась к его руке, что отнять её было бы слишком жестоко.

Но нужно уходить.

Наклонился и коснулся последним поцелуем её губ, впитывая остатки её страсти.

— Моя Лира.

— Мой орёл, — улыбнулась та в ответ.

Глава 4

Какой мне приснился сон! Я даже сама от себя не ожидала!

Вообще, я болезнью серых снов не страдаю, мне нравится поспать и посмотреть парочку ярких и живых снов. Мне всегда приходили образы удивительных миров, навитые наивными мыслями о своей исключительности (а вовсе не ненормальности, как думали многие!). Я часто просыпалась в прекрасном настроении, вспоминая то, что видела ночью, а порой даже ждала когда стемнеет, надеясь на продолжение и объятия моего таинственного мужчины, часто ожидавшего меня. Но сейчас это неважно! То, что я пережила этой ночью, даже сравнивать с прошлым — кощунство.

Огонь, страсть, наслаждение… губы и руки… руки!

Я ещё раз перевернулась в своей кровати и подмяла под себя покрывало, продолжая улыбаться.

— Цим, а где сейчас Яр? — поинтересовалась я самым что ни на есть романтическим голосом.

— Яр и Зору сейчас у пятого коридора принимают гостей из Риндара. После состоится обед. Ты приглашена, — ответил мне голос.

Я приглашена? Это неожиданно… и интересно, что сегодня снилось Яру?

Странно, но я совсем не помнила, как засыпала. Помню, как с Зору были на ринге, потом повздорили с Яром, он видите ли был недоволен моим желанием тренироваться с другом, а потом я была так зла… все углы исходила в своей комнате! Непонятно откуда взявшиеся эмоции и чувства буквально разрывали изнутри. Мне было так плохо, меня терзала странная жажда, мне нужно было срочно куда-нибудь деться или что-то сделать, а потом чернота…. прекрасный сон с местным Правителем в главной роли и чудесное пробуждение. Вот так диво. И странно вдвойне то, что ощущала я себя словно заново родившейся. Сильной и как будто наполненной, не подберу иного слова. Хотя должна быть расстроенной, я вообще тяжело отхожу от ссор, есть за мной этот грешок, могу дуться на человека месяцами. Уже забуду причину ссоры, но всё равно не могу принять того, кто обидел.

— Цим, а форма одежды для приёма какая? — спросила я, выползая из тёплой кровати и идя в сторону душа.

— Любая. Это неофициальная встреча. И поторопись, Яр уже дважды спрашивал о тебе.

— Ладно… — ответила я и зашла в душ.

Так вот, душ… до знакомства с рингом я думала, что это самое гениальное и изумительное изобретение сего мира. Выплывающие интерактивные мониторы с доступом к безграничной базе знаний меня не так удивил, и чудо-кровать, подстраивающаяся под твоё тело и удобная неимоверно, и даже наряды, заключённые в камень, отошли на задний план. Ну а что? Да, я фанат душа, что плохого в желании быть чистой? А местное приспособление заставило меня влюбиться.

Отдельное помещение, закрытое от сквозняков, из-за которых вечно мёрзнут то плечи, то ноги. Регулируется всё, начиная от температуры, заканчивая составом воды. А на эксперименты с разным углом струй воды, а те могут бить откуда угодно, хоть из пола, я, по словам Цим, израсходовала недельный запас воды Дома. Как выяснилось позднее, у них тут дефицит воды. На Ирэ своих источников нет, и воду откуда-то привозят. У них тут вообще с этим туго, даже дождь не идёт, всегда одинаково жарко и ясно. Дикость, как по мне…

Но я не о местных причудах природы, сегодня расстраивать мегамозг я не стала и быстро ополоснулась.

Эта чудо-помещение также было оборудовано… я бы сказала, огромным феном, но воздух ниоткуда не дул, а вода из волос испарялась таинственным образом, оставляя тело сухим, а волосы плюс к этому расчёсанными.

С помощью моей бессменной помощницы был выбран немного странный костюм с длинным рукавом. Всё-таки меня смущало то, что Яр выдал меня за своего воина и позволил завершить обряд Силы. Теперь на моей руке от запястья и до плеча красовалась татуировка, выдающая обман. Наверно, он как высокопоставленное лицо мог творить что хотел и ни перед кем не отчитываться, но я всё-таки решила спрятать улики содеянного под рукавом.

— А куда ходят в таком наряде? — поинтересовалась я, смотрясь в зеркало и скептически кривя губами. Белая туника с широким рукавом, глубоким вырезом на груди и оголённым животом. Юбка под стать — короткая спереди и длинная сзади. Тоже белая с золотым массивным поясом.

— Это повседневная одежда, имевшая большую популярность среди высшего рабочего класса Ирэ сто пять лет назад.

— Да?… Раритет значит…

Но делать нечего, убедилась, что выгляжу более чем достойно, и направилась на неофициальную встречу.

Признаться… что-то боязно мне было. С чего бы это Яр решил позвать меня? Все прошедшие дни я ела в гордом одиночестве и гадала о традициях местного общества, так как спрашивать Цим о всякой ерунде мне быстро надоело.

Чётко следуя наставлениям мегамозга — прямо, направо, налево и далее прямо, я дошла до нужного мне зала и застыла у порога от неожиданности. Нет, меня вовсе не встретил огромный зал, заполненный до отказа людьми для торжественной встречи гостей, как я успела подумать, пока шла сюда, но вот такую резкую смену обстановки увидеть не ожидала!

Цим была права, обед обещал быть неофициальным, ибо не обедают нормальные и серьёзные люди, лёжа на диванах. Круглый зал, стены которого были выложены мелкими блестящими камушками, на полу… ковры? Может, конечно, не совсем ковры, странные они для ноги, словно резина, но выглядит похоже, а в центре круглый белый стол, точнее — столешница, парящая над полом и каким-то чудом не падающая под тяжестью маленьких тарелочек и горшочков с едой. Ну и небольшие, но, очевидно, очень комфортные диванчики вокруг. А на диванах восседают (или возлежат?) пока ещё трое воинов в чёрных костюмах. С десяток свободных мест говорили об ожидании прибавления.

— Лира, — помахал мне один из них. Кажется, его звали Риш, воин Яра, смеявшийся надо мной в Храме Силы, когда руку проткнуло острыми иглами, и потом, уже на корабле, напугал за обедом. В общем — весёлый малый.

— Привет, — пискнула я, как мне показалось, уверенно. Прошла вперёд. Немного. — Веселитесь?

— Пока нет, ждём Яра с Раоеном, — ответил мне Зору. Этого я помнила хорошо, только сейчас он почему-то сидел хмурый. Наверно, влетело вчера от Яра за моё желание потренироваться с ним.

— Это тот самый гость, ради которого званый обед?

— Сядь уже, — пробубнил незнакомый мне человек. Он располагался на диване справа от меня, имел довольно длинные волосы, в отличие от всех остальных тёмные глаза и был очень увлечён поеданием содержимого горшочка. Рядом на придиванном столике стояло ещё пять пустых. И чего он волнуется о моём стоянии? Лучше бы подумал о своём желудке, обжора.

— А места все свободны? Кто успел, тот и сел? Или выдаются в порядке иерархии какой-то?

— Какой иерархии? — посмотрел на меня Зору убийственным взглядом. — Здесь все, за исключением Яра, равны.

— Почти все, — тихо буркнул обжора.

— Это ты про себя? — огрызнулась я, решительно прошла вперёд и плюхнулась на диванчик, располагавшийся через один от весельчака и на максимальной удалённости от хама.

Тот оторвался от еды и поднял на меня злые глаза. Его острый подбородок заострился ещё больше.

— Про тебя, Адалира.

Я негодующе покачала головой. Тоже мне, взрослый и рассудительный мужчина… так откровенно дал понять, что он мне не друг.

— Да плевать я хотела на твоё мнение. На моей руке печать Силы, и в Дом я вошла третьей.

Обжора соскочил со своего места, а в его руке был бокар.

Наверно, он хотел вызвать меня на бой и проверить, кто сильней, но что я, дурочка, что ли? И так знаю, что он. Так что осталась сидеть на месте и демонстративно смотреть на дверь. Когда же придёт Яр и успокоит свой персонал? Спрашивал он, видите ли, обо мне два раза. Где ходит?!

Ждала я своего орла долго. И чего, спрашивается, меня торопили? Час, а может, и больше я провела сидя, а потом уже лёжа на диване и взирая на трапезу бравых воинов, количество которых увеличилось до семи. Два свободных дивана ожидали Яра с гостем.

В очередной раз перевела взгляд на дверь, рассеянно думая о своём наряде, который среди чёрных костюмов выделялся очень сильно.

— Зору, а бокар где можно достать? — спросила я. Очень клёвая штука, тоже такую хочу. И чтобы так же раскладывался.

— Достать нигде, только заслужить, — ответил тот, нисколько не обидевшись, что я отвлекла его от беседы с Ришем.

— Заслужить… да? Жаль, — вздохнула я.

— Почему жаль?

— Ну как я его заслужу? Сам подумай. Вы так здорово владеете им, а я даже в руках не держала.

Зору снял со своего пояса короткое древко, что-то покрутил на нём и кинул мне.

— На, подержи.

Я поймала… а он как раскроется! Я даже не поняла, что сделала! Просто осознала, что одно из его смертоносных лезвий проткнуло спинку дивана, а другое разрубило стол с едой, попавшей в зону поражения.

Раздался громкий хохот. Но обижаться я и не думала, как и пугаться. Осторожно вытащила из мебели, роняя на пол ещё несколько горшочков, и встала на ноги прямо на диван.

— Здоровенный какой! — сказала я, рассматривая чудо-оружие и вертя его в руках. Не лёгкий, но и не тяжёлый. Он лежал в руке как влитой и словно чувствовал мои желания, моё настроение. Мне понравилось!

— В бою проверить хочешь? — поинтересовался Риш, отсмеявшись.

— С ума сошёл?! Да я себе что-нибудь отрежу! Или тебе.

— Вот это да! — раздался восторженный вскрик. Я повернула голову и увидела Яра, а рядом с ним абсолютно чёрного человека. Кожа, волосы и даже костюм его был как будто призван воспеть его оригинальный цвет ночи. — Яр, это она?!

— Откуда у тебя бокар? — спросил Яр таким голосом, как будто я совершила преступление, за которое полагается мучительная смерть.

— У Зору попросила подержать, — ответила я, пряча оружие за спину и срезая одним из лезвий часть спинки дивана. Риш тихо хохотнул в кулак.

— Верни! — гаркнул на меня Яр.

— Да пожалуйста! Чего орать-то? — фыркнула я, перешагнула покоцанную спинку и спрыгнула на пол. Подошла к Зору и протянула ему бокар.

— Сложи. Пока бокар раскрыт, он твой, я не могу забрать, — сказал тот тихо.

— А как сложить?

— Под большим пальцем чувствуешь углубления? Надави на третье.

Не без усилий я нашла искомое и нажала. Лезвия исчезли. Бокар был отдан, а я вернулась на своё место.

— Я не претендовала на чужое оружие, Яр, и прекрасно осознаю, что его не заслужила. Просто попросила посмотреть, или за любопытство у вас наказывают? — сказала я, глядя в сторону.

Отвечать Яр ничего не стал, прошёл к своему месту, лёг на диван и жестом разрешил сесть гостю. Гость же вовсю смотрел на меня и улыбался до ушей.

— Она не землянка, — вдруг сказал он Яру со странным булькающим акцентом. — Не знаю, кто, никогда подобного не встречал, но ты знаешь… у меня много этих зверушек для игр, но такой странной особи никогда не видел.

— Вообще-то я всё слышу! — возмутилась я. Мало того, что рассматривает, словно в зоопарк пришёл! Да ещё и оскорбляет! Что ещё за зверушки для игр? И что значит особи? Мы для них животные?!?

— Слышит? — спросил гость у Яра.

— Мне надо было, чтобы Адалира меня понимала, а под рукой был только «общий язык», — ответил Яр спокойно. Взял со стола горшочек, странный прибор, похожий на крючок, и начал размеренно есть содержимое.

Гость посмотрел на злую меня и снова улыбнулся. Виновато? О нет, в этом человеке я не заметила ни грамма вины за сказанные слова. Ему ровным счётом было плевать на моё мнение, а вот посмотреть интересно.

Яр пригласил меня показать другу? «Ты только посмотри, что я привёз из похода! Глянь, какая забавная! И говорить умеет!» — так, что ли?

— Я тебе ещё нужна или могу идти? — спросила я, вставая и смотря через стол на Яра.

— Куда ты собралась? — безразлично поинтересовался тот.

— В Ирэ.

— Одна? — поднял Яр глаза.

— Одна и без поводка.

— Поводка? Что за поводок? — спросил он.

— Поводок — ремень, цепь или иной материал, прикрепляемый к ошейнику собаки или другого животного, которое может представлять опасность для окружающих, — ответил голос Цим.

Нет, вовсе я не обиделась, больно надо, я в свой жизни чего только не слышала в свой адрес, но зато Яр это сделал за нас двоих. Побледнел, а потом побагровел. Посмотрел на своего улыбчивого гостя.

— Ты оскорбил её.

— И что? — хохотнул гость. — Земляне не слишком обидчивые, особенно если хорошо их кормить.

Горло сжалось, но реветь и строить из себя чувствительную натуру я и не думала.

— Яр, не хочу вам мешать. Пойду погуляю, — сказала я. Тот кивнул, соглашаясь, что делать мне здесь нечего.

— Только переоденься, ткань этого платья слишком тонкая, печать видна. А я пока не хочу объявлять о твоём походе. В Ирэ жители очень традиционны и могут не понять.

— Конечно, — ответила я и невольно потёрла запястье, кожу которого до сих пор саднило. А на плече почему-то чесалось. Развернулась и пошла в свою комнату.

И зачем всё это было нужно? Поругалась с одним из воинов Яра, испортила мебель… гость этот… век бы его не видеть, да и голодной осталась. Тоже мне обед.

Думаете, я обиделась и решила, задрав нос к небу, потребовать вернуть меня домой? Вот ещё! Пусть думают, что хотят, к косым взглядам и разговорам за спиной я давно привыкла. Впрочем, привыкла и к оскорблениям в лицо. Мои соотечественники не гнушались грязным словцом в описании моей ненормальности. Так что пусть идут лесом со своими зверушками для игр, я пойду погуляю. И когда я уже почти дошла до своих покоев, ко мне подлетел чёрный смерч, при ближайшем рассмотрении оказавшийся хамом-гостем.

— Стой! — приказал он, преграждая мне путь.

— Стою, — ответила я, совсем не испугавшись. Ну почти…

— Я приношу свои извинения. Яр сказал, что из похода вернулся с землянкой, но то, что ты прошла Храм Силы — нет.

— И что?

— Я оскорбил тебя и прошу простить мне это.

— То, что на моей руке печать, сделало из зверушки человека? — спросила я.

— Нет… но… — замялся чёрный человек. Я решила избавить его от мучений.

— Я принимаю твои извинения, — махнула рукой и пошла дальше.

— Стой! — снова крикнул тот.

— Что тебе ещё надо от меня? — остановилась я.

— То есть ты не….

— Не, — ответила я. — И отстань от меня уже.

Но от меня не отстали…

Глава 5

Дурдом. И во главе этого дурдома Яр. Хотя… великие и могучие воины недалеко от него ушли. И в данном случае рыба сгнила не с головы, а целиком и сразу. Вопрос в другом — зачем позвали меня?

— Эту женщину игнорировать нельзя, она имеет влияние на жителей Ирэ, — говорил Яр спокойно, но его синие глаза возбуждённо блестели. Скажете, так не бывает? Я тоже так думала, пока не увидела данный феномен у своего орла.

— Скажи ей, что это дело её не касается! — недоумённо ответил Зору. Рядом стояло ещё пятеро его воинов. Создавали массу поддержки, так сказать, и не мешали разговаривать этим двум.

— Это её сын! — воскликнул Яр.

— Это твой воин, а уже потом её сын! — отвечал Зору. — И не её дело, куда ты его отправил служить. Скажи, послал на Оргу до разрешения конфликта в колонии.

Яр покачал головой.

— Я не стану её обманывать. Я никогда не врал своим подданным и начинать не собираюсь.

Я обречённо вздохнула и посмотрела на дверь, за которой находилась обсуждаемая женщина — мать Мира, воина, в костюме которого я покинула корабль и завершила обряд Силы. Эта дама, как и многие, присутствовала на церемонии и радовалась за вернувшихся. Но, как выяснилось сейчас, радовалась она по большей части за своего сына… который погиб. И о чём, спрашивается, думал Яр, когда нарядил меня в его костюм? Неужели думал, что никто не заметит пропажу этого человека? Точнее даже не пропажу, а его невыход. Наверняка же у каждого из воинов есть если не семьи, то друзья, знакомые… их поздравляли с обретением печати Силы, а может быть, и вечеринку закатили. Все, кроме Мира. Того никто даже не видел.

Ясно как белый день, что это вызовет подозрения!

И у кого? У матери Мира, по совместительству являвшейся Главной Служительницей Освещения Жизни Рошгар. Журналистка по-нашему. И не простая, а самая главная.

Конечно, можно было бы сказать, что, мол, дело государственной важности и вообще секретно, как предложил Зору, но в данном случае я была солидарна с Яром. Мать имеет право знать, что с её сыном, а оставлять в неведении и просто отослать, приказав прикусить язык, — бесчеловечно.

Мужчины спорили долго… и горячо.

— Как её зовут? — перебила я их, пока ругань не переросла в поножовщину.

— Зинара, — ответил Яр. — Ты куда? — спросил, когда я направилась к несчастной женщине, которая сидела в приёмной уже уйму времени.

— Туда, — ответила я и быстро, пока мужчины не поняли, что я собралась сделать, зашла в комнату и закрыла за собой деверь.

— Здравствуйте, Зинара, — поздоровалась я, прошла вперёд к двум одиноким креслам цвета золота в удивительно красивом, но пустынном зале. Но любоваться на его стены я не стала, села напротив женщины. Та была разозлённой, но при этом бледной ужасно, а синий просторный наряд, похожий на халат с широкими рукавами, это подчёркивал. Её чёрные волосы были длиной по плечо, распущены, но нисколько не растрёпаны, и, как ни странно, казались строгими. Что удивительно при наличии такого количества украшений. Местные вообще любили золото, обряжались побрякушками, как новогодние ёлки. И зря я Яру удивлялась, он отличался скромностью, остальные казались куда ярче. И это я ещё в город не выходила и видела лишь тех, кто в Доме!

Так вот, едва я села, вслед за мной в зал ввалились воины во главе со своим Правителем. Я на них не обратила внимания.

Женщина, сощурив глаза, осмотрела всех, перевела взгляд на меня и кивнула.

— Зинара, мне очень жаль, но ваш сын погиб в Храме Силы, — сказала я, и кто-то из толпы мужиков ругнулся.

— Но… он вернулся, — произнесла та недоумённо.

Я покачала головой.

— К сожалению, нет. Тот поход был сложным, силы были неравны, и по независящим от Яра и других воинов причинам противников оказалось слишком много — больше вдвое. Им пришлось пройти не просто сложное испытание, а совершить невозможное. Мир был сильным воином, он достойно сражался и был близок к цели, но дойти до неё ему не удалось.

Женщина моргнула, и из её глаз потекли слёзы.

— Но я видела его, — прошептала она.

Я взяла её за руку.

— Вы видели не Мира, Зинара. В его костюме была я.

Зинара замотала головой, достала откуда-то из складок своего платья небольшую серебристую пластину, из которой выехал экран наподобие того, на котором я пыталась изучать историю Ирэ. Несколько коротких и нервных движений, и появилось изображение церемонии. Девять воинов в чёрных костюмах, один с орлиной головой, восемь с головой волка.

— Вот он! — ткнула пальцем дама во второго от орла. Я удивлённо подняла брови. Как это она узнала среди всех костюм сына? Они же одинаковые!

— Посмотрите внимательней, — сказала я.

Зинара, нахмурилась и чуть ли не прилипла к экрану, изучая изображение.

— Рост, — прошептала она. — Мой сын выше. И бокар… его нет.

— Потому что у меня его нет, — кивнула я. — Мне правда жаль, что вы стали жертвой этого обмана, но, поверьте, это не со зла. Ваш сын пал в священном бою, его не забыли. Вы можете гордиться им и быть уверенной, что достойные воина почести ему оказаны, — сказала я и мельком взглянула на Яра. А то ляпну не то, не подумавши, но тот, к моему облегчению, кивнул.

Зинара молча смотрела на меня. Слёзы её высохли, она о чём-то думала.

— Значит, Яр привёз землянку… — сказала задумчиво.

— Я бы попросила вас об этом никому не говорить.

— Да уж конечно… жители Ирэ не поймут, каким образом их Правитель умудрился затащить землянку на обряд Силы.

— Честно, я не очень хорошо разбираюсь в ваших традициях и правилах, но Яр сказал, что раз я вышла из Храма Силы, то обязательно нужно завершить обряд, чтобы печать стала стабильной, — ответила я, что-то в последнее время слишком много внимания уделяется этой тату.

— О-о-о, — многозначительно протянула Зинара, пододвинулась ко мне и беззастенчиво подняла рукав моего платья. Уставилась на иероглифы. — Теперь всё понятно.

— Вы ведь не станете извещать жителей об этом?

Зинара покачала головой.

— Личные дела Правителя меня не касаются, даже если тот нарушает закон.

Что?!?

— Адалира в Доме как почётный гость, — тут же сказал Яр, не дав мне спросить, о каком нарушении идёт речь.

— Да? — удивилась женщина. — Тогда, Адалира, навести меня завтра. У меня свободный день, и мне будет очень интересно послушать о походе. Если того захочешь сама, разумеется.

Я тут же кивнула.

— Конечно! Я бы с удовольствием поговорила с кем-то, кроме воинов Яра.

Зинара кивнула в ответ, встала, гордо подняв голову, и пошла к Яру.

— Где прах моего сына?

— В святилище Рошгар, — ответил тот.

— Спасибо, — прошептала та и неожиданно для меня опустилась на одно колено и склонила голову.

— Можешь идти, — спокойно, словно подобное поведение в порядке нормы, сказал Яр, и дама быстро удалилась.

Как вы уже поняли, гулять в тот день я не пошла. Осталась выслушивать нарекания Яра. Вот нет бы спасибо сказать, вместо этого на меня спустили всех собак, даже не имевших ко мне отношения. Так я узнала о возмущениях на севере Ирэ, о том, что некий союзник задерживает поставку некого оружия, и то, что на Землю отправились десять человек, возомнивших себя воинами. И в том, что они не вернулись, как и предыдущие три группы, тоже оказалась виновата я.

Потом уже Цим мне рассказала, что всегда после возвращения воинов из признанного похода находятся желающие повторить их подвиг и обрести заслуженную честь и знак Силы, но, увы, практически никто не возвращается. Конечно, есть и те, кто смог пройти Храм Силы, таких сооружений пять, и два из них находятся на Земле, и героических смельчаков называют «свободный воин». Он в таком же почте, как и вернувшиеся из признанного похода.

Мне же приказано свою печать спрятать и никому не показывать.

Я в очередной раз предложила депортировать меня домой и перестать переживать из-за моей персоны, а то ж вдруг случайно задеру рукав и обрету незаслуженную порцию уважения, но получила в ответ ещё больше негатива и сомнение в разумности.

Но это было уже неважно. Причины слов Яра я понимала, своими действиями, а главное успехом, я оскорбила его — великого и мудрого Правителя, имевшего непоколебимую репутацию. Он, разумеется, скорее признает себя крокодилом, нежели ценность моей помощи, а мне всё равно. После того вмешательства в дела имперской важности моя жизнь в Ирэ приобрела осмысленный вид. Я дождаться не могла, когда наступит следующий день, истоптала пол сперва в своей комнате, а потом уже в Доме. Но вовсе не потому, что так жаждала встретиться с той дамой, просто появилась адекватная причина выйти в город, а не пресловутое «погулять».

Оделась, получила одобрение Яра, а он очень тщательно проверил, насколько длинен у меня рукав, и кажется, даже смущался, когда я ему улыбалась во время процедуры осмотра, и оценивающе окинул взглядом мою причёску в виде собранных волос в низкий хвост справой стороны и наконец нормально уложенные локоны. Потом выслушала наставления по поводу того, что можно говорить, а что нельзя. Мне в очередной раз напомнили, что эта Зинара влиятельный человек, а для душевного спокойствия Правителя и вовсе опасный, снабдили чудо-наушником, невидимым, но имеющим связь с Цим, и браслетом со множеством полезных штук, включающих карту местности. Это всё было милым и полезным, но лучше бы, конечно, мне дали проводника.

И, как выяснилось позднее, он у меня был. Но не проводник, а контролёр.

Буквально на крыльях побежала к лестнице, спускающейся к городу, на полпути сообразив, что наверняка был иной, более быстрый и рациональный способ спуститься вниз, нежели перебирать ногами тысячу, не меньше, ступеней. Вряд ли персонал Дома, да и сам Яр, ходят по этой безумной дороге. Но не поворачивать же на полпути! Доскакала до самого низа и, едва не лопнув от улыбки, пошла вперёд по площади нереальной красоты. Нереальной, потому что подобного в нашем мире вы никогда не увидите. Под ногами расплавленное золото, рекой стекающее прямо к городу, но твёрдое как камень и к ногам не прилипает. Деревья, кусты, цветы и прочая растительность отсутствует, а вместо неё парящие над золотой дорогой буквально в полуметре чаши, из который бил вверх поток белого света. И таких вот элементов декора было бесчисленное количество. Площадь-то оказалась огромной.

Но меня это не смущало, погода была замечательной, большое оранжевое солнце грело прекрасно (я вообще теплолюбивое существо), небо было чистым и синим, а воздух горячим, но свежим.

— Цим, а как мне добраться до дома Зинары? Она же хотела встретиться у себя? — поинтересовалась я.

— Главная Служительница Освещения Жизни Рошгар живёт в старом районе, но она оставила сообщение о желании встретиться в «Жиро» в полдень.

Я остановилась.

— Почему я об этом узнала только сейчас?

Ответа не последовало.

— Цим, почему ты не передала мне сообщение? — спросила я, повысив голос.

— Яр просил не извещать о данном сообщении, но ты спросила прямо, а приказа скрыть информацию не было.

В тот момент я усомнилась в бесчувственности Цим. Яр говорил, что это просто электронный мозг, набор знаний и программа, но что-то мне казалось, что у той имелись свои мысли и желания.

— И когда полдень?

— Полдень уже наступил.

— Чудесно. Зинара ещё в… как называется место встречи?

— «Жиро» — это клуб. Излюбленное место встречи жителей Ирэ. Да, Зинара ещё там, и я отправила ей сообщение, что ты скоро будешь, — ответила Цим, удивив меня ещё больше. Однако такое самовольство для безразличного мозга, существующего лишь в виртуальной реальности, очень странно. И даже не знаю, хорошо это или плохо.

Я кивнула.

— И как мне добраться до «Жиро»? Есть общественный транспорт? Или пешком?

— Нет! Пешком — три часа пути, а общими катерами я тебе пользоваться не советую. На них ездят только низший рабочий класс. У тебя есть небольшой кредит, я вызову тебе край.

— Край? — переспросила я.

— Такси, — уточнила Цим. — Пройдёшь площадь, он будет тебя ждать.

Отвечать я ничего не стала, а устремилась вперёд. Поведение Цим меня настораживало, а её власть пугала. Ну да, Яр говорил о том, что она, по большей части, удобный инструмент, вездесущий и всезнающий, выполняющий любые поручения. Однако подобная помощь была мне не понятна. Да и помощь ли? С чего бы это ей заботиться обо мне?

Надеюсь, что этот мегамозг не решил угробить меня, дабы лишить своего хозяина причины волнения.

Дошла до конца золотой площади, за которой начинался небольшой парк, вполне обыкновенный, трава, цветочные кусты, а перед ним серебристая лента дороги и, по всей видимости, край на ней. Я бы его назвала летающей тарелкой. А что, похоже! И жгучий брюнет, облокотившийся на её полированный бок, также к месту.

— Привет, — сказала я, подходя к нему вплотную. — Мне в «Жиро» надо.

— Садись, — кивнул он себе за спину и прыгнул на переднее сиденье.

Села и я… не без опаски, скажу честно, на удобный, но жестковатый диванчик, рассчитанный на троих. Тарелка приподнялась, над головой появился прозрачный купол, и взмыла вверх.

У меня перехватило дыхание.

— Всё в порядке? У меня сообщение, что ты спешишь, — обернулся водитель.

«На дорогу смотри!» — хотелось крикнуть мне ему. Но ответила другое:

— Конечно. Очень спешу, — и очень постаралась, чтобы мой голос не дрожал.

Нет, высоты я не боюсь, но о высоких скоростях речь не шла! А я-то, наивная, планировала полюбоваться окрестностями, а этот сумасшедший летел так, что за бортом был лишь смазанный пейзаж.

— Прибыли, — вдруг известил меня водитель и плавно затормозил.

Я кивнула, попыталась вылезли. Не смогла.

— А расплатиться? — таксист казался возмущённым.

— А, да, — глупо улыбнулась я и зашипела: — Цим, как платить-то?

— Справа сканер — красная пластина, посмотри в него, — было ответом. Я облегчённо выдохнула, прошла несложную процедуру и обрела свободу.

Летающая тарелка усвистала со скоростью света, а я стояла на пороге башни, перламутровые стены которой устремлялись вверх в бесконечность.

— Адалира, добро пожаловать. Тебя ожидают в сто пятой зоне, — услышала я приветливый голос. Прошла вперёд в пустое помещение с красным ковром посередине. Аккуратно наступила на него… а тот, зараза, полетел! И хорошо, что ещё не быстро! Плавненько так взмыл в воздух и по спирали башни вверх. Стояла я на этом ковре-самолёте и наблюдала, как мимо проносятся разнообразные залы, забитые людьми до отказа и почти пустые, наглухо закрытые и с практически отсутствующими стенами, так и по оформлению они отличались сильно. Никакой стерильности, какая была внизу, а каждый зал — маленький мир. А я всё летела и летела, пока не появился небольшой и очень миленький кабинет с двумя диванчиками и низким столом перед ними.

— Адалира, я уже отчаялась увидеть тебя, — улыбнулась мне знакомая женщина. Сегодня на ней был всё тот же синий халат, но чёрные волосы, увешанные золотыми жемчужинками, собраны на макушке.

— Я сегодня первый раз вышла из Дома в Ирэ, — ответила я, надеясь, что этот позорный факт станет моим оправданием.

— Да? Тебя держали в заточении? — Зинара указала на диван напротив себя, предлагая сесть на него, а может, и лечь. Она, к примеру, лежала и пила какую-то странную голубую жидкость.

— Нет, конечно, просто как-то не получалось выйти. Да и страшно было, я же здесь впервые. Ничего не знаю.

Дамочка сочувственно покивала и отхлебнула из своего бокала.

— Можно я сразу к делу? — спросила я.

— А у тебя есть дело ко мне?

— Есть. Я хочу работать у вас в… как организация называется? Освещение Жизни Рошгар?

Зинара замерла, подняла голову и посмотрела на меня, как на ненормальную.

— Разумеется, я ничего не знаю об этом городе, а о его жителях подавно, но я бы могла изучать их посредством ваших заданий, а потом делиться свежими впечатлениями, не замыленными привычным взглядом, — продолжила я уверенно.

Зинара заинтересованно приподняла брови.

— Я была журналистом на Земле, я знаю эту работу. Не думаю, что она сильно отличается от вашей, информация есть информация, и от мира и уровня развития цивилизации она не меняется. Она или есть, или нет, человек или получает её, или живёт в неведении, остальное детали.

Зинара достала уже знакомую мне пластину с появившимся из не экраном.

— Земля. Журналист, — сказала ей и несколько минут сосредоточенно сверлила глазами то, что ей показали. После снова посмотрела на меня. — Напиши мне статью о походе.

Я согласно закивала.

— Конечно!

Зинара протянула мне свой прибор с экраном. Я его взяла…

— Сейчас?

— Сейчас, — усмехнулась она. — Я никуда не спешу.

— А как им пользоваться? — пробурчала я, чувствуя себя глупо.

— Проведи пальцем справа на лево и откроется основной экран, — ответила мне Зинара. Я так и сделала. — Текст! — громко приказала она и передо мной открылся белый экран с прозрачной клавиатурой местных иероглифов сверху. — Письмом Рошгар владеешь?

Я кивнула, думая как бы начать свой рассказ. Для меня это был кошмар и ад, но для любого из воинов, прошедших Храм Силы, поход — великое испытание, о страхе и речи быть не может, и именно таким должны его увидеть другие.

Яр говорил, что ни в коем случае нельзя выдавать тайны Храма, можно рассказать об образах, но не об их слабых местах или особенностях. Тоже касается и лабиринта, его ловушках. Только общая информация, ничего конкретного. Так я и начала писать. Об удивительной красоте пещере, дороге к ней, освящённой солнечными лучами, и стенах Храма Силы, которые переливались всеми оттенками серебра. Об опасностях, испытаниях и вере в свою силу. Вере в силу других охотников. О том, что образы действительно ужасны, а их оружие смертоносно, что порой даже их вид заставлял застывать кровь в жилах, а в иной раз они ошибочно казались слабыми, так легко падающие от удара бокара, но верить глазам нельзя. В том месте главенствовали чувства, интуиция, сила и уверенность в себе и в том, кто сражается неподалёку. Каждый проходит свой путь, но исход один — победа. Иной цели быть не может.

Я много не знала и ещё больше не понимала, просто писала свои чувства и то, что видела в охотниках. Их стремление, их напор и их радость. Такую искреннюю. И не только из-за печати Силы, а потому что они стали другими, выйдя из Храма. И честь и уважение тут не основная награда. Яр очень горячо объяснял мне что те, кто отправился в поход вслед за ними, — глупцы, что их цели неверны. Поход — это ритуал. И каждый из них нашёл в Храме свою Силу.

Зинара терпеливо ждала, пока не закончу, а после, только пробежав глазами по моему тексту, что-то нажала на своём браслете, сказала: в вечерний «Глас» на заглавную страницу. Название — Душа похода. Всё закрыла и, улыбаясь, уставилась на меня.

— Отлично, Адалира. Немного наивно, но ярко и чувственно. Я возьму тебя к себе. Не на постоянную работу, сотрудников у меня больше, чем нужно, но делом останешься довольной.

— Для друзей я Лира, — ответила я, нетерпеливо ёрзая на своём месте. Зинара как-то странно нахмурилась, словно я сказала что-то неприличное, но согласно кивнула.

— О деньгах не спросишь?

— Я не знаю ни местных зарплат, ни цен, — пожала я плечами. — Яр пока позволяет мне жить в Доме, но также высказал желание, чтобы я нашла работу. Так что пока в хорошем жаловании я не нуждаюсь, но это продлится недолго. Мне остаётся лишь верить вам.

Зинара от удивления открыла рот.

— Яр же назвал тебя гостем!

— Ну я очень расточительный гость, — скрывая улыбку, пробубнила я. Да, то, как возмущалась Цим моими ежедневными омовениями, меня ужасно смешило. Она мне целую лекцию прочла про ценность воды и несоразмерность загрязнения моего тела с объёмами воды, выливаемой на него. И Яру нажаловалась наверняка.

— А на самом деле мне кажется, что Яр просто не знает, что со мной делать. Да, я вместе с ними вышла из этого Храма, который мне ещё долго будет сниться в кошмарах, но ведь он мог оставить меня на Земле. А теперь… разве что Зору да Риш меня принимают нормально, остальные вообще за человека не считают.

Зинара таинственно улыбалась, молчала и очень хорошо скрывала свой интерес.

— Что значит «зверушка для игр»? — спросила я. — О каких играх идёт речь? И почему Яр постоянно повторяет, что я не для игр?

Зинара опустила взгляд к своим скрещенным рукам.

— Лира… ты должна быть благодарна, что Яр считает тебя равной, предлагает жизнь в Ирэ, обмолвился о работе и, как я понимаю, дал кредит. Ты же на крае прилетела?

Я кивнула, чувствуя, что тема разговора очень, очень скользкая.

— В Ирэ много землянок с иной судьбой, и да, они абсолютно бесправны. Не люди. Береги свой статус гостя и не пытайся узнать то, чего знать не хочешь.

Мы проболтали ещё долго и по большей части на личные темы. Я рассказывала о своей жизни на Земле, о работе, друзьях, как они зло подшутили надо мной, Зинара о себе. Работала она, как я и предполагала, по-нашему — журналистом и главным редактором всеимперской электронной газеты «Глас» и действительно являлась очень влиятельным человеком в Рошгар. Не замужем, у них тут странное понятие брака, с которым я пока не разобралась, имеет большой дом в дорогом районе, почему-то называющемся старым, и двоих детей (третий был Марк), которых родила сама. Почему-то этим фактом она гордилась, а я себе намотала на ус и поставила галочку — разузнать, в чём тут причина. И было бы всё прекрасно, время шло с фантастической скоростью, и я даже не заметила, что уже совсем не переживаю о каких-то там играх со зверушками, пока не пришло время расстаться. Мы с Зинарой спустились вниз на ковре-самолёте, она как бы невзначай сказала, что перечислила мне десять единиц за статью и, настоятельно порекомендовав мне не отходя от дверей «Жиро» вызвать край, удалилась. Я, конечно же, заверила свою начальницу, что именно так и поступлю, дождалась, когда та скроется из виду, решительно повернула направо и пошла вперёд, где в небе, кроваво-красном от заката, красовался Дом. Величественная пирамида из белого камня.

Я шла по гладкой дороге, похожей на проспект, но машин на ней не было и в помине. Те проносились над головами по символичным прозрачным дорогам, никому не мешая, в том числе и солнечному свету. Внизу же было не так много народу, наверно, тут не любят ходить пешком, а зря. Не знаю, как во всём городе, но тут было очень много зелени. Мне были незнакомы и непривычны эти деревья с огромными лопухами вместо листьев, да и цветы голубого цвета казались странными, но то, что об этом месте заботятся — очевидно. Жаль, только лавочек нет, просто дорога и деревья в качестве декора, выстроенные в некий рисунок, видный лишь сверху. Местами я заметила небольшие колонны высотой до самого неба и несколько экранов на разных уровнях, показывающих то ли новости, то ли рекламу. Хотя, судя по столпотворению у того, что находился на уровне наших глаз, что-то интересное.

— А вот это не очень хорошо… — пробубнила я себе под нос, останавливаясь на полпути. Любопытно, конечно, что там такого занимательного для жителей Ирэ, но вот человек в чёрной форме, осматривающий каждого в этой толпе, мне совсем не нравился. Причём никто из них не роптал, спокойно протягивали руку, запястье которой осматривали, возможно, встроенным в глаз сканером, я не знаю, и отпускали.

Сдаётся мне, что это паспортный контроль или что-то вроде того. И мне это ну совсем не надо!

Медленно развернулась и потопала обратно.

Зря я это сделала… мой манёвр показался странным досмотрщикам, и меня тут же окружили трое.

— Светлого дня, — культурно сказал один из грозных мужчин. Наверно, это было традиционное приветствие, о котором я не знала, потому ответила:

— Вечер уже.

— Да, вечер. Предъявите свою карту, — ответил мужчина по-прежнему приветливо.

Я уж было собиралась сказать, что нет у меня никакой карты, возможно, так называется местный документ или чип в руке, который и считывали эти бравые товарищи.

— А зачем? — спросила я, невольно пряча руку с печатью за спину. — Разве я похожа на преступницу?

Отвечать мне не стали, терпеливо ждали. Недолго.

— У тебя её нет.

Я замотала головой.

— Пока не дали. Но дадут! — заверила я мужчин.

— Ты чья? Имя.

— Что значит «чья»? — возмутилась я. — Я своя собственная!

— Она моя, — вдруг услышала я за спиной знакомый голос. Обернулась и глазам не поверила, когда увидела спешащего ко мне Риша. В такой же чёрной форме, как и поймавшие меня мужчины. Очевидно, это форма не только воинов Яра, но и всех служителей правоохранительных органов. Но мне, признаться, не было до этого дела, я изумлённо наблюдала, как Риш резво подбежал к нам и нахально сгрёб меня одной рукой в объятия, а вторую предъявил товарищам.

— Почему без карты? И… откуда она у тебя? — подозрительно спросил другой.

— Подарили. Переоформить пока не успел.

— Странная она какая-то…

— А это уж тебя не касается, — ответил Риш уже без тени улыбки и посмотрел на мужчин перед собой так, что я бы на их месте ретировалась.

— Сделай ей карту, — нерешительно промямлил третий, до этого молчавший. Видимо, его чувство самосохранения дало сбой, двое его товарищей уже осматривались в поисках путей отступления.

Риш молчал, но его лицо было куда красноречивее слов.

— Почему не вызвала край? — посмотрел на меня Риш, когда причина беспокойства скрылась из виду.

— Погулять хотела, — пожала я плечами. — А что? Сказали же, что в Ирэ безопасно, ходи где хочешь и прочее.

Риш покачал головой.

— А ты тут что делаешь? За мной следил, что ли? — спросила я, решив подробности про «подарил» узнать позже.

— Не следил, а… ну да, следил, чтобы ты не заблудилась, — криво улыбнулся он.

— Да где тут блудить, Дом видно издалека, — кивнула я на пирамиду. — И ты всё время тут тусил? Мы же с Зинарой весь день в Жиро просидели.

— Да, тут не далеко, на третьем общем уровне, — нехотя ответил Риш. — Лира, ты бы не ходила одна по городу. Ирэ действительно безопасное место, но и покрытие сканерами полное. А отсутствие карты серьёзное нарушение, тебя сразу увидели, как только вышла из Жиро. Досмотр периметра организовали тут же.

— Глупость какая, — пробурчала я. — Если меня засекли, то зачем потом искать? Разве к факту нарушения не прилагается фото с сопутствующей информацией?

— Нет, конечно! Нельзя покушаться на личную жизнь граждан Рошгар и тем более фиксировать их положение! Эта информация доступна только высшему кругу, — ответил Риш негодующе. — Идём, у меня тут катер недалеко.

— Ладно, — сдалась я, и мы пошли дальше по широкой дороге. К этому времени почти стемнело, а фонарей, почему-то тут не было. — А у меня есть новость! — решила похвастаться я.

— Что за новость? — спросил Риш, подводя меня к… катеру. Вполне себе обыкновенный катер, двухместный, вытянутый спереди и закруглённый сзади. Стоит на плоском брюхе прямо на дороге, словно на парковке.

— У меня появилась работа, и я даже заработала десять единиц, — заявила гордо и залезла на соседнее от пилота сиденье.

— Да? Не знал, что в Ирэ кто-то получает так мало… — взглянул на меня этот наглец, взялся за рычаг перед собой, катер вдруг объяло голубым свечением, и он резко поднялся в воздух.

— Мало? Да? — погрустнела я. — Но это ведь не жалование за месяц, а за разовую работу.

— Какую работу?

— Статью в «Глас» написала. Про поход… — добавила я тихо. Риш побледнел, но очень вовремя путь наш подошёл к концу. Но выходить из катера он не спешил и, кажется, пытался совладать с желанием придушить меня.

— Цим, в вечернем «Гласе» есть что-то о походе? — спросил он наконец.

— Есть, — ответил голос Цим. — Яр ожидает тебя и Адалиру в Белом зале.

— Это плохо, да? — пискнула я.

Риш не ответил, вылез из катера и быстрым шагом пошёл в Дом. Я побежала следом, судорожно вспоминая, что написала такого ужасного, за что меня можно казнить. Ничего на ум не приходило. Я очень старательно подбирала слова, боясь не сказать лишнего, чтобы воины казались не просто тренированными машинами… но кто знает их истинные мысли? Может быть, они гордятся своей силой и первоклассными навыками, а я сморозила глупость, назвав их поход символичным. Может, я неправильно поняла слова Яра или, может, он специально сказал мне тот бред!

Время на гадания о причинах и о способах расправы истекло. Мы с Ришем вошли в действительно Белый зал, где в центре светился белый круг. Яр стоял перед ним, красивый просто невозможно, но ещё более грозный. Руки сложены на груди, непроницаемый взгляд.

Риш поклонился, легонько толкнул меня в спину, мол, вот, привёл, развернулся и ушёл. Дверь закрылась. К тому времени мой страх перерос в панику.

— Подойди, — тихо, но требовательно приказал Яр.

Я сделала малюсенький шажочек вперёд.

— Ты боишься меня? Почему?

Я пожала плечами, глядя на свои ноги.

— Наверно, мне стоило спросить у тебя, прежде чем писать. Но я считаю, что ничего плохого не рассказала и честь воинов не задела. Только общие слова, ничего конкретного, как ты просил, — на последних словах мой голос упал до шёпота.

— Тогда тебе нечего опасаться, — услышала я поблизости.

— Наверно… — пробубнила я. — Но ты ведь меня зачем-то позвал. Не пряниками накормить, в самом деле…

Яр вдруг оказался совсем рядом, коснулся моего подбородка тёплой рукой и поднял голову.

— У тебя изумительные глаза, Лира, и я хочу видеть их, когда говорю с тобой.

Я посмотрела на Яра и… увидела лёгкую улыбку на его губах. Мне мерещится?

— Ты не злишься на меня?

— Тебе действительно стоило известить меня о своём намерении, и впредь так следует поступать, но на этот раз твоя работа мне понравилась, — ответил Яр, а я облегчённо выдохнула и невольно положила свою руку поверх его, которая переместилась на щёку.

— Напугал меня… думала — всё. Казнят за посягательство на честь великих воинов.

— Ты должна бояться меня, Лира, — сказал Яр, смотря в мои глаза и проводя большим пальцем по губам. Меня тут же кинуло в жар. Тяжело дышать, грудь сдавило, а низ живота скрутило в узел.

Бояться? Когда он так держит меня, когда так близко и дарит своё обжигающее тепло, лишающее разума.

Но вдруг Яр сделал большой шаг назад. А у меня словно вырвали сердце. Больно…

Посмотрела на него.

— Что… что ты сделал? — коснулась своей щеки, которая горела огнём.

Яр покачал головой и потёр свою ладонь, подтверждая мои мысли, — он чувствует то же самое, что и я. Вопрос в другом — что это и зачем?!

Начала отступать к двери, но каждый шаг давался мне с великим трудом. Всё внутри разрывало от желания приблизиться к мужчине напротив, прижаться к нему, почувствовать его огонь.

— Яр, я фиксирую у Адалиры повышенное давление и сердцебиение, она на грани обморока. Мне позвать целителя? — услышала я голос Цим сквозь туман.

— Нет. Покинь эту комнату и отошли Риша и кто там ещё рядом на нижний ярус Дома, — ответил Яр, приближаясь ко мне. Я прижалась спиной к закрытой двери. Он обнял моё лицо своими потрясающими руками. — Лира, тебе нужно успокоиться.

— Не трогай меня, — прошептала я, сопротивляясь непонятно чему из последних сил. Хотя… это оно, то, чего у меня никогда не было, то, что я не испытывала ни разу в жизни. Безумное, сумасшедшее возбуждение.

Он меня чем-то накачал, какие-то наркотики… потому что не может быть такого… чтобы вот так, на пустом месте… я готова отдаться… нет, молить о том, чтобы он взял меня прямо здесь… на полу.

— Я тебя не трону, Лира, посмотри на меня, — одна из его рук спустилась к шее, причиняя мне сладкую боль.

— Нет… — ответила я, откидывая голову и ласкаясь о его ладонь. От неё шло такое нужное мне тепло, успокаивающее и дарящее блаженство.

Слёзы сами потекли из глаз.

— Что ты сделал? Хватит…

— Успокойся. Ты должна успокоиться, — продолжая говорить, Яр прижал меня к себе. Наверно, хотел утешить или что-то вроде того, но лишил остатков здравомыслия.

Я с силой притягиваю его к себе, сама нахожу его губы и впиваюсь страстным поцелуем. Мой нектар… без него я умру. А он отвечает мне с не меньшим напором.

Ноги за его спиной, а я прижата к стене и не дышу от наслаждения.

Его жар сжигает меня изнутри и дарует жизнь одновременно. Такой сильный, держит меня на руках и прижимается своим возбуждением.

Хочу его… хочу, хочу.

Его губы на моей шее поцелуем ловят вибрации моего крика. И… как будто качается на волнах. Вперёд, назад, вперёд. С каждым толчком разрушая мою тонкую плотину. А я сдерживала её, впитывая безумную страсть, накапливая огонь, но что мои жалкие попытки, когда рядом он. Когда Яр терзает моё тело, мою душу, требует отдать ему всё. Его руки уже давно сорвали с меня одежду, сжимая в своих объятиях обнажённое тело, а жадный рот опустился к груди.

Я была в его власти, и в его руках было моё наслаждение.

Ещё и ещё, Яр толкается в меня. Тонкая ткань его костюма единственная преграда, но она не мешает. Я чувствую своего орла, его огонь. Он вливается в меня… и я кричу от разрывающего меня наслаждения и слышу рык в ответ.

Мы не двигаемся. Яр нежно прижимает меня к себе, давая возможность безумству стихнуть. Мне так тепло и спокойно как никогда в жизни. Я бы могла провести всю жизнь вот так в объятиях этого мужчины, но ослабевают ноги, и опускаюсь на пол. Рядом валяется моё платье, беру его в дрожащие руки, но не понимаю, как мне его надеть.

Яр мне помогает, складывает его в камень лои и снова уже разворачивает на моём теле. Я не смотрю в его глаза, знаю, что в них увижу удовлетворение. То же увидит и Яр в моих.

— Цим, открой, — просипела я, подходя к двери. Но ответа не последовало. Верно, Яр же попросил оставить эту комнату. Подошёл, открыл сам.

— Спасибо, — прошептала я, сама не зная, за что благодарю. То ли за дверь, а может, за первый в жизни оргазм, едва не лишивший меня разума.

Глава 6

Яр буравил взглядом карту Лиры уже не один час. Ему давно следовало сделать регистрацию для неё, но вопрос со статусом оставался открытым. Землянка. Не для всех, но для многих в Ирэ они недостойны даже находиться вне своей дикой колонии. Грязный генетический материал. Возьми любую особь и найдёшь с сотню отклонений. Беспорядочное спаривание и неконтролируемая рождаемость привели к упадку. Нищие и голодные, словно скотина плодятся, не думая о потомстве, рождая подобных себе, смысл существования которых отсутствует. А в больших городах, где могли бы быть более сильные представители вида, экология изгажена так, что там просто находиться опасно.

Они не думают, они просто существуют, периодически убивая себе подобных, прореживая свою колонию.

В Рошгар, разумеется, множество видов, и человек среди них не основной. Но любой гражданин — украшение своей расы. Мутации, врождённые болезни или уродство — этого никогда не было и не будет. И никогда человек не смешает свою кровь с липартом, к примеру, или даже человеком с иным цветом кожи.

Земляне же об этом не заботятся, предложи им спариться с представителем иной расы, и те охотно согласятся, чем пользовались до недавнего времени граждане Рошгар. Да и других республик тоже.

Провёл пальцем по гладкой золотистой пластине, открывая карту Лиры. Перед ним появилась яркая объёмная голография девушки. Она была не такая высокая, как коренные жители Ирэ, но и не низкорослая, как земляне. Странные белые волосы, Яр хорошо помнил их мягкость и едва заметный сладкий аромат, и глаза… яркий изумрудный цвет, которого он никогда прежде не встречал, обрамлённые густыми чёрными ресницами. А кожа… Лира определённо не была генетическим мусором. Да, она была не похожа на жителей Рошгар, таких белых волос тут не встречается, как и настолько светлой кожи, но назвать её недостойной было невозможно.

Карта содержала полную информацию о гражданине и его ближайших родственниках. У Лиры же карта была практически пуста. Возраст, о котором она однажды обмолвилась, принадлежность к колонии Земля и со вчерашнего дня Служительница Освещения Жизни Рошгар. Зинара уже известила его о просьбе Адалиры и её согласии. Также просила предоставить её карту для регистрации в Совете занятости. Даже жалование назначила… смехотворное.

Снова взглянул на карту личности. В закрытом разделе, доступном лишь узкому кругу людей хранилась информация о походе в Храм Силы и победе.

— Ты должен отпустить Лиру, — услышал Яр рядом голос Риша.

— Я не держу её.

— Разве? — Риш подошёл к Яру и посмотрел на голограмму девушки. — Ты забыл указать её хозяина.

— У Лиры нет хозяина, — сверкнул злым взглядом тот.

— Она землянка, тут ясно об этом сказано, — ткнул пальцем Риш в карту. — А земляне обязательно кому-то принадлежат. Хозяин отвечает за свою собственность и несёт за неё ответственность. Это закон.

— Цим, новая запись в карте Адалиры: гражданка империи Рошгар, жительница Ирэ. Купи ей дом в Светлом районе и укажи адрес в карте, — сказал Яр. Немного подумал, добавил: — Служба Империи.

— Яр, Лира уже имеет работу Служительницы Освещения Жизни Рошгар, — отозвался голос Цим.

— В отставке. Жалование тысяча единиц.

— Ты сошёл с ума из-за этой девчонки, — покачал головой Риш. — Мы вчера успели почувствовать, как рождается Сила Шиман, пока ты нас не отослал. Она стоит того, чтобы идти против закона?

Яр не смог сдержать улыбку. Лира… у них даже ничего толком не было, ни вчера, ни в тот, другой раз, но… никогда в жизни он не чувствовал себя настолько спокойным. Полным. Ещё перед походом он нанес визит Оракулу, она тогда сказала, что в Храме Силы найдёт успокоение и путь выхода его энергии Мон. И впервые слова Оракула были так точны и прямолинейны. Как можно после этого отправить Лиру обратно на Землю? Как можно забыть изумрудные глаза, затуманенные страстью и заполненные Силой Шиман. Силой, в которой он нуждался. И размер этой нужды стал очевиден лишь сейчас. Когда попробовал, когда понял, что не может жить без неё. По крайней мере, пока…

— Понятно, — ухмыльнулся Риш, правильно поняв выражение лица Яра. — Ну, может быть, тогда поделишься? Понял! — отшатнулся от своего Правителя, взгляд которого говорил о много. Например, о том, что просто смотреть в сторону Лиры опасно для жизни.

* * *

Я сидела в одном из многочисленных залов Дома на широком диванчике, поджав ноги, и в гордом одиночестве завтракала. Утруждать себя освоением прибора, предлагающегося к данному блюду и похожему на рыболовный крючок, не стала и ела прямо руками. Да что там есть-то? Местные блюда были если не одинаковыми, то очень похожими друг на друга: некие кусочки, твёрдые или мягкие, в соусе или нет, и жидкость отдельно.

Почему я решила сегодня позавтракать вне своей темницы? Не знаю, может, хотелось этим примитивным жестом доказать, что я не хуже, что такая же, как эти напыщенные жители славного Ирэ или воины Яра. С чего я это решила? А разве можно подумать что-то другое, пообщавшись с местными органами правопорядка? «Ты чья?» «Она моя»… словно вещь.

Но, как ни странно, у меня не возникло желание всё бросить и закатить истерику Яру с требованием вернуть меня домой. Домой я не хотела возвращаться, там меня ничего не ждало, да и с Яром я видеться не горела желанием. До сих прийти в себя не могу, всё тело дрожит лишь от одной мысли, а как представлю его руки на своём теле — бросает в жар.

Проклятый извращенец, даже боюсь подумать о его мотивах! Что он сделал, а главное, как? Хотя у них тут цивилизация настолько более развита, что медицина, а может быть, элементарные, но действенные наркотики способны растормошить даже «фригидную суку», как меня называли те немногочисленные мужчины, с кем мне посчастливилось встречаться. Да и причины, по которым он польстился на землянку, не понятны, только то, что его касание является катализатором.

Разумеется, этот мужчина меня волнует, к чему спорить с очевидным: ещё с нашей первой встречи, когда на его голове был шлем орла, он странным образом тянул к себе, завораживал. Пугал — это бесспорно, но я интуитивно верила ему. Верила тогда, когда моя жизнь напрямую зависела от него, и, как дура, продолжаю верить сейчас. И да, никуда я не уйду, потребую эту проклятую карту и докажу Зинаре, что я достойна постоянного места в её штате сотрудников и хорошего жалования.

За своими мыслями не заметила, как моя тарелка опустела.

— Цим, а чай у вас есть? — спросила я мегамозг, отвечавший за всё подряд. В местном устройстве я пока не разобралась, и даже элементарный завтрак не обошёлся без её помощи. Но Цим совсем не была против принять от меня заказ и даже как заправский официант предложила десерт.

Очевидно, обслуги в Доме было страшное количество, но они так ловко прятались по своим норам, что за всё время, что я тут хожу-брожу, почти никого не видела. В основном военные в чёрной форме.

— Какой чай принести? — поинтересовалась Цим в ответ.

— Какой-нибудь фруктовый, ароматный, — улыбнулась я.

Спустя несколько минут я стала счастливой обладательницей кружки горячего чая и была почти счастлива… пока не почувствовала до боли знакомый аромат. Все лишние мысли из головы тут же выдуло, уступив место моему бреду. А это, представьте себе, был самый настоящий бред!

Сладкий терпкий запах чего-то вкусного, который снился мне с завидной регулярностью. Скажете, не бывает? О, мои безумные сны что только мне не выдавали! Как будто родные чувства счастья и безграничной любви, ощущение полёта и падения, и да, вкус и аромат, незнакомые мне, но искомые в реальной жизни. Я называла свои сны другой жизнью. И пусть в них не было ничего конкретного, и я даже ничего не видела толком, но ведь не обязательно иметь зрение, чтобы жить. Любить.

Я его любила. Моего незнакомца, часто составлявшего мне компанию ночью. Не видела и даже не слышала… нет, он говорил, но почему-то слова до меня не доходили, а лишь их смысл, как и глаза отказывались показать мне того, кому я отдала свою душу. Мы были одним целым, но мы не были вместе. Он часто приходил ко мне, обнимал… так нежно, трепетно. И я чувствовала его боль, как и он чувствовал мою тоску. Часто он учил меня летать, мы хохотали… потому что было ужасно забавно то, что он боялся высоты. Но в основном мы просто были рядом, и его любовь была такой нежной, чувственной. Я чувствовала себя его богиней.

А порой он приносил мне печенье… Это было так мило. Я знала, что это его любимое лакомство, которое всегда доставалось мне всё целиком, до крошки. Оно было сказочно вкусным, и оно пахло… как сейчас. Тот же самый аромат, что я почувствовала только что.

Не чай, что я держала в руках, а…

— Что это, Цим? — дрогнувшим голосом спросила я, смотря на одинокое печенье, лежавшее на тарелочке на столе передо мной. Галлюцинация. Точно, иначе и быть не может!

— Печенье, — ответил голос как будто недоумённо. — Многим очень нравится. Тебя смутило количество?

Я не ответила, а буравила взглядом печенюшку. Нет, меня не смутило то, что она была одна, а вот её нахождение в этой реальности было спорным.

— Это ланийская выпечка. Довольно дорогое лакомство, тем более печенье. В его состав входят редкие орехи, выращиваемые только в Лании. Советую поскорее съесть её, неподалёку ходит Цро. Увидит и заберёт себе, не спросив, кому предназначалось лакомство.

— Цро — это друг Яра. Кажется, он о нём говорил, — пробубнила, беря в руки точную копию моего сна.

— У Яра нет друзей.

Я кивнула. Об этом мне тоже говорили.

Положила в рот её край и надкусила.

М-м-м, какое блаженство!

Назовёте меня ненормальной и будете правы. Я с каким-то нездоровым наслаждением съела ровно половину, а остальное унесла в свою комнату, приказав Цим никого в неё не пускать. За моим сокровищем вернусь вечером и перед сном обязательно съем его. Может быть, тогда он придёт ко мне…

— Цим, а где Риш? — спросила я, бесцельно идя по коридору.

— Риш сейчас на верхнем ярусе в открытом зале.

Я кивнула, зная, о чём говорит Цим. Пирамида Дом, несмотря на свои гигантские размеры, имела всего пять этажей, грубо говоря. Их называли ярусами. На нижнем я не была, на втором и третьем располагалось множество помещений, часть из которых была закрыта, а то, что я увидела — не поняла. Какие-то приборы, странные круглые залы и прочее мало мне понятное, что и для каких целей. Среди всего только ринг мне был знаком. На четвёртом ярусе располагалась моя комната и ещё куча других, наверно, тоже жилых помещений, но опять же закрытых. А самый верх — вотчина Яра и его приближённых воинов. Ходить мне туда никто не запрещал, но Цим предупредила, что в сторону комнат Яра даже смотреть — не то что заходить — опасно для жизни.

Но простора для «побродить» тут было предостаточно и без запретной зоны, так что я даже и не думала о том, чтобы нарушить покой Правителя.

Поднялась по центральному пандусу, проходящему в самом сердце пирамиды, на этаж наверх и решительно пошла в сторону открытого зала. А открытый он потому, что не имел стен. Забавно… но сейчас меня больше волновало то, как бы у Риша попросить карту, столь необходимую мне для жизни в Ирэ. Наверно, он злится на меня из-за вчерашней статьи, как и остальные воины, вернувшиеся из похода, но он казался мне самым нормальным и адекватным среди всех, кого я знала. Знала я, правда, всего двух, но Зору был очень строгим и часто пугал меня.

— Риш, привет! — весело заявила я, входя в зал, залитый тёплым солнечным светом. Я решила вести себя так, словно не было вчера этого недоразумения со статьёй и конфликтом с правоохранительными органами. Интересно, кстати, как они зовутся, не полиция же в самом деле.

Риш стоял у открытой веранды (если так можно назвать пространство без стены), но, услышав меня, обернулся.

— Лира? Что ты здесь делаешь? — хмурый и строгий. Ну ладно, начнёт обижаться, извинюсь за эту проклятую статью, которая, кстати говоря, Яру понравилась.

— Тебя искала, — улыбнулась я, подошла к нему ближе и посмотрела вниз. Высота была сумасшедшей. — Слушай, тут такое дело… мне нужна карта. Не могу же я в Доме сидеть до бесконечности.

— И ты просишь её у меня? — опешил Риш.

— Ну не у Яра же мне её просить, — улыбнулась я. Риш остался строгим, а глаза смотрели поверх моей макушки. — Он стоит за моей спиной? Да?

Риш кивнул.

— Так почему ты не обратилась ко мне? — спросил Яр. Я обернулась. Глупо улыбнулась.

Зараза, какой же он красивый! А его рот… воспоминания о вчерашнем заставили живот больно заныть. В нём не было ни грамма нежности или чувственности, просто животная похоть. И моя похоть тоже, объявившаяся так неожиданно. Он потребовал, и я не смогла ему отказать.

И самое страшное то, что я смотрела на него и осознавала страшную реальность: пожелай он меня сейчас, и я отдамся ему здесь, на полу, без раздумий.

Я сделала шаг назад.

— Сам знаешь, почему, — мой голос упал на несколько октав.

Яр как будто задумался, лаская взглядом моё тело сквозь тонкую одежду, а я едва сдерживала нарастающее желание. Не секса, нет… я просто желала прикоснуться к нему. Просто обнять. Почувствовать тепло… и эта потребность была такой правильной и очевидной… но я продолжала отступать.

— Твоя карта, — вдруг сказал Яр и протянул руку с чем-то маленьким, предлагая подойти и взять её самой.

— Не подходи ко мне, — пискнула я, сделала ещё один шаг назад и упёрлась в грудь Риша. Мужчина почему-то был напряжён. Даже лицо покраснело.

— Лира, если тебе нужна карта гражданина Ирэ, подойди и возьми её.

Я замотала головой, а потом кивнула.

— Нужна. Можешь положить на стол? Пожалуйста.

Серьёзное лицо Яра стало каменным.

— Хватит мучить её, — пробурчал Риш сдавленно, но Яр смотрел только на меня. И было ясно, если я не подойду, он выбросит эту проклятую карту, и я останусь вне закона.

— Ладно, — прошептала я обречённо и поплелась вперёд. Маленькая карта золотистого цвета лежала на ладони Яра. Взять её, не коснувшись кожи, не получится. Подняла руку и зависла. Посмотрела в глаза:

— Пожалуйста, не надо.

— Я ничего не делаю, Лира, — ответил Яр хрипло, а я так и стояла бы вечность с протянутой рукой, но он избавил меня от страданий. В прямом смысле. Взял мою ладонь и нежно повернул запястьем вверх. Что он там делал с картой, не знаю, я глупо улыбалась и едва не стонала от наслаждения. Просто касание…

Лицо Яра тоже стало мягче. Кажется, что даже появилась тень улыбки, а его пальцы неосознанно задержались на моём запястье и нежно поглаживали кожу. Я положила вторую руку сверху, провела вверх, гладя его плечо.

Мой орёл…

Но нервное покашливание за спиной привело нас в чувства. Я убрала руки и сделала шаг назад, понимая, что я счастлива.

— Никому не говори, что ты землянка, — сказал Яр тихо, и по голосу было очевидно, что мои чувства, ох, как взаимны. — В твоей карте нет упоминания об этой колонии. Ты полноправная гражданка Империи, мой воин в отставке. С хорошим жалованием и домом в Светлом районе. Это недалеко от твоей новой работы.

— Дом? — не поняла я.

— Да, у тебя теперь есть своё жильё.

На меня словно ведро воды вылили, очень холодной и даже с кусочками льда. Так и чувствую, как по коже те скатываются.

Он меня выгоняет. Не отсылает обратно, а просто вышвыривает из своего дома, дав денег, чтобы не обижалась.

— К… когда мне нужно уйти? — спросила я.

— Цим, квартира Лиры пригодна для жилья? — спросил Яр.

— Да.

Яр посмотрел на меня.

— Сейчас.

— Уйти сейчас?.. — прошептала я, совсем растерявшись. Начала перетряхивать в уме всё, что мне нужно забрать, вернее… ничего. У меня ничего не было своего. Даже одежды. Только половина печенья. Мне разрешат забрать её?

Едва удержав всхлип, развернулась и поплелась вниз. На выход.

— Ты в своём уме? — услышала я крик Риша, когда почти дошла до четвёртого яруса, хотя он орал так, что, возможно, его слышно и на первом. — Зачем ты её выгнал?

Я остановилась и даже вернулась на пару шагов назад, чтобы лучше слышать.

— Я не выгонял её! Лира хотела независимую жизнь, работу нашла. Я помог ей! Дом и жалование, что ещё нужно?

В ответ тишина.

— Ты знаешь, сколько Зинара заплатила за статью Лире?

— Знаю, — ответил Риш тихо.

— А сколько она на ней заработала?

Риш молчал, а я дышала через раз, боясь выдать себя.

— Это не имеет значения, ты не должен был так грубо её выгонять. Тебе следовало предложить ей этот проклятый дом, а не требовать переселиться сейчас же! — рыкнул Риш спустя несколько секунд.

— Я этого не требовал! Она спросила, когда ей уехать, я сказал, что сейчас, дом ведь уже куплен. Не приказывал! — орал Яр и в его голосе появились странные и страшные ноты. Я бы на месте Риша бежала, куда глаза глядят.

— Ты слепец. Не видишь, что Лира открыта для тебя, что она загорается только рядом с тобой, и её Сила Шиман оживает только ради тебя. Ты не видел и того, в каком состоянии она ушла отсюда. Ты наказал Раоена за оскорбление этой землянки, но сам обращаешься с ней, как с мусором, — ответил Риш. — Ты бы уже решил, или она дорога тебе, или предложи ей самой выбрать свой путь и забудь. Реши, нужна она тебе или её возьмёт другой.

— Я уже выбрал! — заорал Яр, словно его цапнул крокодил за задницу. — И Адалире здесь не место! И она никому не принадлежит!

Я закрыла рукой рот, глуша предательские всхлипы, и спиной по стенке пошла вниз. Развернулась и побежала.

* * *

Риш молча наблюдал за буйством своего Правителя, крушившего открытый зал бокаром, и эта картина ему была очень знакома. Не порча мебели, разумеется, а состояние Яра.

Вспышки гнева, зачастую необоснованные, случались у него нередко. Одно неосторожное слово или просто движение, показавшееся провокацией… Яра могло вывести из себя что угодно. И причина ясна — Сила Мон не могла найти себе выход. Любой мужчина в Рошгар находил способы успокоить себя, с жрицами ли Гола или со своими женщинами, от которых отклика не найти, неважно. Главное — успокоить свою плоть и Силу. Яр же брезговал жрицами, а на равных не смотрел. Раньше…

Пока не появилась эта землянка, которую так ненавидит Ирго. Кто бы мог подумать, эта девчонка не только прошла Храм Силы, но и обошла многих воинов. Ришу, конечно, это тоже не нравилось, он мог бы войти в Дом третьим, а оказался четвёртым, но это было, пока он не увидел спокойные глаза Яра.

Ещё на корабле, казалось бы, малозначимый случай показал странную ее власть над Правителем. Лира плохо подобрала слова, говоря о походе, проявила сомнение честности боя с образами, якобы у неё не было ни костюма, ни бокара, Яр, как и ожидалось, взбесился. А Лира просто подошла к нему, коснулась руки… попросила прощения. И всё.

А сейчас каждый воин в Доме осознал, что Лира не просто землянка, она с открытой горячей Силой Шиман. Яр не подпускал к ней никого, запрещал даже думать об играх с ней, однако сам впервые за долгое время был удовлетворён. Спокоен. И это радовало, как ни грустно говорить об этом. Радовало, что Лира тянулась к Яру, и её Шиман разгоралась только рядом с ним, разжигала его Мон.

Взглянул на разгромленный стол. Правда, сейчас всё спокойствие испарилось без следа, а потому что он глупец. Не знает, что делать.

— Цим, где сейчас Лира? — спросил Риш, наблюдая за Яром с безопасного расстояния. Тот упёрся одной рукой в стену и, низко опустив голову, пытался успокоиться. Да, сейчас бы очень пригодилась рука Лиры. Обычно Яр быстрее справлялся с собой.

— Она покинула пределы Дома и пешком идёт в сторону Светлого района, — было ответом. — И хочу заметить, что она скоро выйдет на площадь Свободы, а её психическое состояние нестабильно. Это может вызвать интерес у Служителей Ирэ.

— Почему пешком?! — закричал Яр.

— Лира отказалась садиться в край. Она спросила о направлении её нового дома, остальное не желает слушать.

— Что за бред?! — орал Яр.

— Я могу ошибаться, но думаю, что Лира обиделась, — ответила Цим. — Она даже не зашла в свою комнату забрать лоу с одеждой и печенье, которое ей очень понравилось, но почему-то отложено, решила, что не имеет на них право. Пожелание покинуть Дом сейчас же воспринято буквально.

— Ты её выгнал, Яр, и она тебе этого не простит.

— Мне не нужно её прощение, — прошипел в ответ Яр, глядя на Риша злыми глазами. Больше он ничего говорить не собирался, как и признаваться в своей слабости перед этой землянкой. Действительно, её давно следовало отправить обратно, нахождение её в Рошгар незаконно и весьма опасно для него. Но он её не отпустит. Нужно время, чтобы прийти в себя, успокоиться, а после уже решить, что делать.

Лира растеребила странные чувства, незнакомые и слишком сильные, чтобы совладать с ними. Её касания как наркотик, а за улыбку можно отдать жизнь. Поэтому ей лучше покинуть Дом.

* * *

Ненавижу реветь!

А всё потому, что нос распухает, как у тукана!

Почему я не могу, как нормальный человек, спокойно выплакаться, а потом уже со свежей головой подумать над проблемой? Почему я удостаиваюсь компании опухшего носа?!

— Цим, где этот проклятый дом?! — спросила я, как мне показалось, тихо, но люди, прогуливающиеся в десяти метрах справа, шарахнулись от меня.

— Прямо через площадь, далее направо по парку, после него два квартала мастеров лои и один кулинаров. После них справа начнётся Светлый район, — ответила Цим. Я замерла.

— Он меня на другой конец города забросил что ли? — прошептала я. — Можно было же просто сказать «пошла вон из моего дома», зачем это всё нужно?

— Светлый район находится совсем не далеко от Дома. Но пешком никто не ходит. Ирэ очень большой город, он занимает две трети планеты, и неужели ты собираешься передвигаться по ней самостоятельно? — изумилась Цим.

— Как хочу, так и передвигаюсь! — капризно заявила я и устремилась вперёд через площадь, на которой действительно кроме меня и странной формы статуй никого не было. Сделала всего несколько шагов и замерла. Обернулась, никого не увидела, но я совершенно точно чувствовала на себе чей-то взгляд, и отнюдь не добрый и не изучающий или сочувствующей несчастной девушке, ревущей на улице.

Показалось. Сделала ещё пару шагов, нет, не показалось. За мной наблюдали.

Да плевать, наверно опять приставили ко мне кого-то из верных псов Яру! И твёрдо пошла вперёд. Однако далеко уйти я не успела, впереди замаячил чёрный костюм, который решительно направился ко мне и преградил путь.

— В чём проблема? — без приветствия заявила злая я.

— Предъяви карту, — потребовал тот.

— Да пожалуйста, — фыркнула я и вытянула руку с новенькой картой, без которой и жизнь не мила.

Страж правопорядка слегка удивился, считав информацию, но уходить и не думал.

— У тебя проблема?

— Какое тебе дело до моей проблемы?

— Мне необходимо знать…

— Тебе необходимо уйти с дороги! — резко сказала я.

Тот не ушёл.

— Цим, какого лешего ему надо от меня? — спросила я на этот раз вездесущий мегамозг.

— Ты вызвала подозрения у программы Спокойствия граждан Ирэ, — ответили мне в микронаушник. Интересно, а что будет за воровство имущества Яра? А то ж браслет с гаджетами я вернула, а про наушник забыла совсем.

— А разве моё спокойствие не является моим личным делом, или мне нужно каждому встречному рассказывать о своей жизни и службе Яру?

Тогда я ткнула пальцем в небо, вспомнив о подачке Яра — гражданстве Рошгар и галочке в личном деле о принадлежности к службе империи, но узнала очень важные вещи о жизни в Ирэ. Первое: личное дело граждан — табу для всех, в том числе всевидящего ока Цим и прочих программ разного назначения. Если ты не желаешь быть частью системы, просто «выгоняешь» из своего дома и от себя лично незримое око наблюдателей. Не навсегда и не окончательно, но всё же. Удивительно, но факт.

И второе, и самое важное — власть Рошгар неприкосновенна. Верховный Правитель, которого тут не видят и не слышат, и Яр. О них даже думать плохое нежелательно, не говоря уже об обсуждении вслух. Нет, никаким тоталитаризмом тут и не пахнет, свобода и ещё раз свобода правит этим миром, но ты обязан любить и боготворить своего Правителя, иначе собирай вещички и проваливай туда, где тебе власть нравится больше. И соответственно, в чьём личном деле (а в данном случае моём) написано «служба Империи», не путать со службой Ирэ — теми, кто блюдут порядок в городе, также имеют высокий статус в обществе.

Что ж, спасибо, Яр, за такой подарок. Я останусь и им воспользуюсь.

Дома на Земле мне делать нечего, а тут весьма приятные перспективы и столько всего нового, а главное — отсутствие косых и осуждающих взглядов.

Глава 7

— Быстрее, — подгонял меня Зору. Он стоял, казалось бы, спокойно и просто подпирал косяк моей двери, но его красноречивые глаза неотрывно наблюдали за моей беготнёй по дому. А я как угорелая носилась из угла в угол и совала в сумку всё, что могло понадобиться и что не могло. Отличная сумка, большая, вместительная и совсем не похожая на тряпку, что используется на Земле.

— Зачем тебе вода? В Гирле можно купить всё что угодно, — устало пробубнил воин грозной наружности.

— Да она там стоит небось, как самолёт! — воскликнула я, засовывая рядом с бутылкой воды ещё сок и пачку печенья. Его продавали у нас тут рядом, в квартале кулинаров, всегда свежее и вкусное. Не такое вкусное, как ланийское, но и дешевле в сто раз.

Удивительно, но факт: в Рошгар каждый гражданин занимается своим делом и больше ничем. Кулинары готовят еду и кормят народ, а народ работает свою работу и даже в мыслях не держит, чтобы прикоснуться к кастрюле. Это касается всех людей и каждого ремесла. Даже о том, чтобы подстричь волосы самостоятельно, мысли не возникало. Да вы что! Для этого есть специальные мастера, которые обладают нужными навыками и владеют техникой управления специальными инструментами по уходу за волосами.

— Если мы не вылетим сейчас же, то опоздаем.

— Не придумывай, начало ещё не скоро, а сейчас мне ещё статью надо написать про ваши безумные гонки, которые в глаза не видела, — ответила я, пихая в маленький боковой кармашек лои — камушки со сменной одеждой. Те отказывались помещаться в тесном пространстве, но грубая сила и моя настойчивость одержали верх. Конечно, можно было бы обойтись и без такого количества лои, но они мне так нравились! Совсем недавно я обнаружила чудесное место — квартал мастеров лои, Цим говорила мне об этом, но я благополучно забыла. Так вот, эти замечательные ребята могли сделать совершенно любой лои на твой вкус, который чудесным образом мог включать в себя и обувь и даже украшения. К последним, правда, я не разделяла любовь народа и отказывалась увешиваться золотом, аки ограбивший ювелирный, но остальное меня радовало неимоверно. Вот я и наслаждалась, каждый день приобретая всё новые и новые наряды, которые обыденному жителю казались странными. Все, как правило, носили однотонную одежду — или синюю, или белую (белый тут очень любят), но только я могла надеть белый верх обязательно с длинным рукавом и яркую красную юбку, длиной едва доходящую до колена, с белыми сапогами. А что? Мне нравится!

Но пусть меня и считали странной, но точно знаю, что за короткий срок я приобрела популярность, и пока не каждый, но многие знали Лиру из «Гласа» с белыми волосами и чумовыми нарядами. Чем и пользовалась Зинара, гоняя меня по Рошгар и прося написать статью то об одном, то о другом месте, куда простому Служителю Освещения Жизни Рошгар путь закрыт. А я изворотливая и болтливая, всюду пролезу!

— Всё, я готова… кажется.

— Планшет, — коротко сказал Зору.

— Точно! — воскликнула я и кинулась к столу, где лежал казённый компьютер. Вот бы Зинара «обрадовалась», забудь я главный инструмент для работы. Маленький, размером с телефон, но включающий в себя кучу всего нужного, даже чудо-видеосвязь, работающую с любой точки Рошгар. Его дала мне моя начальница после того, как я стала постоянной Служительницей Освещения Жизни Рошгар.

Сунула подмышку ценный прибор и под облегчённый вздох побежала на парковку моего отсека, где нас ждал катер Зору. Не знаю, как у всех, возможно, это тенденция всего Ирэ, мой дом представлял из себя отдельный отсек, парящий над десятком ещё таких же. Вся эта конструкция устремлялась вверх, а из опоры у неё был лишь одна серебристая труба для поставки в отсек воды. Очень удобно, ни тебе соседей, ни проблем с парковкой — она у каждого своя личная, а попасть в свой дом можно, если ты такой ненормальный, как я, и ходишь пешком, на ковре-самолёте, как в «Жоро».

Так вот, сели в катер, тот объяло голубым, и он полетел далее в Дом, к пятому коридору, затем корабль и недолгий путь до Гирле — небольшой колонии империи Рошгар.

На самом деле в сопровождении Зору я не нуждалась. Всего за пять квад (по-нашему десять дней) я полностью освоилась в чужом для меня городе. И даже летала в короткие командировки по соседним планетам, где требовалось осветить то или иное событие. Разумеется, моё мнение не было единственным, Зинара в большинстве случаев вместе со мной посылала кучу народу для официальных статей, а я, как она выражалась, должна была высказать своё личное неформальное мнение, такое непохожее и отличное от обыденности, которое нравилось народу Рошгар.

Я бы тоже заскучала, читай их газеты. Тупое и бесчувственное изложение фактов, подкреплённое такими же фото и видео. Качество материала и удивительные технологии могли показать произошедшее так, словно находишься там, но к этому тоже давно привыкли и не восхищались, как я.

Так вот, зачем я потащила с собой Зору. Да нам просто было по пути. Зинара сказала, что Зору и Ирго (воин Яра, который терпеть меня не может) участвуют в мероприятии и дала задание узнать их мнение о гонках. А я… признаться, скучала по ним. По Зору, Ришу и… Яру. Я ведь как ушла тогда из Дома, мы так и не виделись.

Цим по секрету говорила, что они часто интересуются моей жизнью и якобы даже радуются моим успехам, но разве трудно было в гости зайти? Я бы чаем угостила и рассказала, что успехов у меня не так уж и много, что Зинара часто смеётся над моей работой, однако издаёт всё, что я пишу, что… собралась купить ринг. Но он так дорого стоит! А жалование Яра пусть и большое, но не может дать мне всё, что я захочу, а на службе Освещения Жизни Рошгар я получаю гроши, на которые даже прожить нельзя.

А ещё… меня кто-то преследует. И если раньше можно было бы списать на волнения, всё-таки в чужом мире, новая жизнь и прочее, то сейчас я знала точно, что моя скромная персона кого-то привлекла. Не постоянно, но очень часто я чувствовала.

— Что-то случилось? — спросил Зору, когда мы уже отбыли от Дома-пирамиды.

— Зору, а ты случайно не знаешь, Яр не приставлял ко мне кого-то, ну, для контроля или типа того? — попытала счастье я.

— Нет, — уверенно ответил он. — Почему ты спрашиваешь?

Я помотала головой.

— Просто задумалась. Расскажи, что там за гонки у вас и что в них такого хорошего, что они тебя привлекли? — спросила я, решив зря времени не терять и уже к вечернему «Гласу» предоставить интервью с фаворитом гонок в Гирле. Тем более с этим таинственным преследователем вообще ничего не ясно, может, у меня паранойя. Попозже у Цим спрошу.

— Ничего особенного. Просто развлечение, — пожал плечами Зору. — Прилетим, посмотришь.

— Скорость?

— Конечно.

— Адреналин?

Воин кивнул.

— Деньги?

— Нет, участие стоит дороже, чем получишь за победу, — усмехнулся Зору.

— Так получается, что участники платят за свою долю ярких впечатлений? — спросила я.

Зору как-то неопределённо кивнул головой, но комментировать не стал. Я же решила посмотреть запись прошлых гонок в попытке найти новые вопросы, могущие разговорить собеседника.

Не без усилий нашла на своём планшете видео, всё-таки эта штука слишком уж мудрёная, а изобилие функций и информации совсем не облегчает знакомство с ней, включила, и передо мной возникло трёхмерное изображение. Необъятные трибуны и тысячи зрителей на них, почему-то стоячих. Немного в стороне что-то вроде ВИП-лож, тоже без кресел, но зато на парящих над землёй постаментах и имевших прекрасный вид на чудную дорогу внизу. Совсем небольшая, но с хитрыми и совершенно сумасшедшими поворотами и петлями… но я вдруг потеряла к ней интерес. Камера, снимавшая начало гонок, упорно поворачивала, чтобы засвидетельствовать старт чудных, как и трасса, машин, но я раз от раза возвращала её к ВИП-ложам. Вернее, к одной из них.

Яр. Я думала о нём постоянно, даже пыталась придумать причину для похода в Дом, а потом надеяться случайно встретить его. Просто так, посмотреть. Даже говорить не обязательно… выпросила у Цим его голографию, спрятала под подушку, чтобы перед сном посмотреть. А он тут. Верней, там.

Я буквально с головой залезла в удивительное видео, показывающее прошедшее так, словно оно происходит тут, на расстоянии вытянутой руки. Рядом с Яром стоял кто-то из его воинов, тоже высокий, эффектный, статный мужчина, но я смотрела только на него, моего орла. Надменный и властный взгляд, который обычно приклеен к его красивому лицу, но я помнила, как оно может меняться, озаряться улыбкой и смягчаться. Широкие плечи, твёрдость и нежность которых помнили мои пальцы, а его руки… так хотелось коснуться его.

— Яр также зависает над твоими изображениями, — услышала я голос Зору, совсем забыв, что он рядом. Подняла глаза. — Правда, он убьёт меня, если узнает, что я сказал тебе, но это так. Знаешь, хотя это и незаконно, но ты нужна ему.

— Что значит «незаконно»? — спросила я. — Ты об этих проклятых играх, о которых мне никто не говорит? Зинара запретила мне копаться в этом деле, Цим отказывается разъяснять что-либо. Я согласна даже не думать об этом, но не тогда, когда ты говоришь, что я нужна Яру. И очевидно, что не для красоты.

Зору молчал и просто пялился на меня. Я тоже, гадая, кто сдастся первым.

Оказалось, что великий и непобедимый воин.

— Тебя не должно это волновать. Яр запретил к тебе приближаться.

— Ты сидишь рядом со мной, — тут же ответила я.

— Нет, не так, — скривился Зору.

— Ты о… сексе? — неожиданная догадка поразила меня. Воин отвёл взгляд, подтверждая мои безумные слова. — Вы же землян даже за людей не считаете, держите за животных. Какой может быть секс? Это извращение какое-то!

— Поэтому подобное запрещено, — тихо ответил Зору.

— Зачем? — У меня был только один вопрос. — Зачем благородному гражданину Империи Рошгар осквернять себя недостойными связями?

— Это не связь, а игры, — почти шёпотом произнёс он. — Земляне открыты и охотно, а часто неосознанно отдают свою Силу Шиман. Она нужна нам, а наши женщины… они… кажется, они вообще не способны, — покачал головой Зору.

— Что ещё за Сила такая?

— Сексуальная энергия, — посмотрел на меня он, как на дурочку. — Во время связи мужчины и женщины совершают обмен — мужская Мон и женская Шиман сливаются и рождают иную Силу, энергию нашей жизни. Но секс с нашей женщиной или жрицей Гола, да с кем угодно, даже с самкой пална, это просто выход Мон.

— Ясно… — пробубнила я. — Но тут такое дело… с этим у меня тоже негусто. Я не совсем понимаю, что там за сила такая и как она взаимодействует с вашей, но с мужчинами у меня тоже… не совсем получается. Верней, у них-то всё нормально, а мне как-то не очень. Не помню ни разу, чтобы секс принёс мне хоть какое-то удовлетворение.

Правда, после этого я вспомнила то, что у нас было с Яром, как он прижимал меня к стене и целовал. Наверно, тогда он ещё не принял решение о моей неприкосновенности и решил проверить, накачал наркотиками и вкусил своей таинственной Силы Шиман, бывшей пресловутым возбуждением и оргазмом.

— За то недолгое время, что ты провела в Доме, удовлетворяла Яра весьма недурно. Он даже стал спокойнее. С ним можно было нормально разговаривать и не опасаться неожиданной вспышки гнева, — вздохнул Зору.

Я сжала губы и закрыла видео с гонок, где до сих пор красовался Яр.

— И как вы играете? Наркотики? — спросила я, прочищая горло.

— Иногда. Я всего не знаю, у меня никогда не было землянки, но слышал, что те очень пугливы, и часто им действительно дают наркотики. Не сильные, разрешённые в Рошгар для землян, притупляющие страх. Игры на ринге. Для этого есть программы.

— На ринге значит… многофункциональная вещь, — прошептала я. Опустила взгляд на свои дрожащие пальцы, нервно поглаживающие обивку кресла.

— Зору, можешь занять мне денег?

— Для чего? У тебя неплохое жалование.

— Надо.

— Конечно, — согласился Зору. — Сколько?

— Десять тысяч.

Зору поперхнулся воздухом.

— Так много? Зачем?!

— Ринг хочу купить, — ответила я.

— Ринг стоит больше десяти тысяч. Свой я покупал за тридцать, кажется.

— Я нашла за десять, на Шорун. Ещё за доставку, наверно, нужно… самый простой, как мне пообещали, но надёжный, — сказала я, пытаясь проковырять дырочку в обивке. Та не сдавалась, но и я настырная.

— Зачем тебе ринг? Ты нашла пару? Он знает, что ты землянка?! — начал орать Зору, приподнимаясь со своего места.

— Нет, — спокойно ответила я. — У меня даже знакомых-то нет, кроме тебя, Риша и Зинары. Я… у кого можно купить ринг, предлагает копию бокара.

— Лира, Лира, — покачал головой Зору. — Любая копия бокара незаконна, и продавцы, и покупатели наказываются очень сурово. И ринг тот, скорей всего, контрабандный. На Шорун чего только не продают — всеимперская свалка. Да и одним рингом ты не обойдёшься, к нему программы стоят по пять тысяч, а для тренировки, где были мы с тобой, ещё больше.

Зору привстал со своего места и положил руку на мою, продолжавшую ногтём буравить кресло.

— Я хочу попробовать, — прошептала я.

— Что?

— Игры ваши! Что ещё?! — выкрикнула я. — Надо только узнать, что за наркотик Яр использовал тогда, когда у меня крышу снесло.

— Ты с ума сошла?

— А что, у вас секс нужен только сумасшедшим?! — заорала я с новой силой. — Я тоже человек! Представь себе! И мне тоже нужна эта ваша проклятая Сила! Никогда у меня ничего не получалось, я… искала, пробовала, но была… я была подстилкой для мужиков. Только удовлетворить их и всё!!! А тут… я первый раз это почувствовала с Яром, и что теперь, сошла с ума? — уже ревела я в голос.

Вырвала свою руку из-под руки Зору и встала на ноги. Прошлась по комнате, пытаясь успокоиться и справиться с дыханием.

— Он там будет?

— Да, — ответил Зору, даже не спрашивая о ком речь. — Как узнал, что ты летишь, тоже пожелал посмотреть на гонки. Тебе нужно поговорить…

— Да пошёл он! — хотела выкрикнуть я, но дыхания хватило только на возмущённый сип. — Вышвырнул из Дома и поставил табу на личную жизнь! Да с какой стати я должна спрашивать разрешения у него, с кем мне переспать?

— Успокойся, — резко ответил Зору, но попытки приблизиться ко мне не предпринял. Я обернулась.

— У вас ведь землянки не сами по себе в Рошгар живут, они кому-то принадлежат?

Зору кивнул, не сводя с меня глаз, словно ждал неожиданной атаки.

— Так значит, я принадлежу Яру?

— Нет, он сказал, что ты свободна.

— Отлично, — попыталась улыбнуться я, но губы дрожали и не слушались. — Тогда я как свободная гражданка Рошгар предлагаю тебе, как там у вас этот обмен Силой называется… предлагаю стать твоим партнёром в играх.

— Ответ нужно дать сейчас? — вдруг осипшим голосом произнёс бравый воин.

— Скажешь, что не хочешь?

Зору сглотнул и с хрустом сжал кулак.

— Ответ нужно дать сейчас? — повторил он.

— Нет. Можешь подумать до вечера. Но, как я понимаю, с поиском пары у меня проблем не возникнет, так что в твоих интересах не тянуть, — ответила я почти спокойно и быстро утёрла льющиеся из глаз слёзы.

Зору кивнул и неожиданно пошёл ко мне. Я невольно сделала шаг назад и упёрлась в стену, даже не представляя, чего мне опасаться. Впрочем, я сейчас совершила такую глупость, что о благоприятном исходе думать не приходится.

Но мужчина не показывал агрессии, просто приблизился ко мне вплотную, поднял руку и стёр со щеки слезу.

— Почему ты плачешь?

— Не знаю, — ответила я.

— Не надо плакать, Лира. И не надо считать себя тем, кем ты никогда не была и не будешь. Не оскверняй свои прекрасные глаза грустью.

* * *

— Почему ты не на старте? — спросил Яр, когда к нему подошёл Зору.

— У нас проблема. С Лирой, — ответил тот, даже не смотря вниз на трассу. Сегодня он не будет участвовать в гонках, да и пришёл только с одной целью. — Цим, покажи мой разговор с Лирой на корабле. С той части, когда речь зашла о сексе.

— Зору, у тебя нет прав на подобную информацию. Могу показать только тебя, — ответил вездесущий голос.

— Цим, я хочу видеть разговор и целиком, — отдал Яр свой приказ. Перед глазами появилось объёмное изображение, а над головой непроницаемый купол.

Смотрел молча, только мельком взглянул на своего воина, когда тот говорил о нём и его любовании Лирой. А когда высказался о том, что Лира его хорошо удовлетворила, едва сдержался, чтобы не наказать слишком болтливого воина.

— О каких наркотиках она говорит? — спросил Яр, внимательно наблюдая за девушкой.

— Лира считает, что ты её одурманил Кошем. Что сама она бы не раскрылась.

Яр переместил взгляд снова на девушку. Она хотела ринг. И хотела… проклятье. Досмотрел до конца и взглянул на Зору.

— Ты ей откажешь.

— Я не большой знаток женских потребностей и того, каким образом они их удовлетворяют, но мне кажется, что в любом случае Лира имеет право выбирать…

— Нет! — выкрикнул Яр. — Я решу эту проблему. Где сейчас Лира? Я не вижу её среди Служителей Освещения Жизни Рошгар.

— Вернулась на Ирэ. И Яр… — Зору замолчал, подбирая слова. Правитель сейчас находился на взводе, да и то, что он услышал от своего воина, было слишком смелым и опрометчивым. Чудо, что он избежал наказания. — Лира только начала осваиваться в Ирэ, не мучай её.

— Ты действительно считаешь, что я желаю ей мучений? — спросил Яр, глядя на своего воина. Он понимал его желание, но также понимал, что никому не позволит приблизиться к Лире. Не для того он отгородился от этой девушки, чтобы ею воспользовался другой. Чтобы она сама ему отдалась! — Нет… я дам ей то, что она хочет.

* * *

Я вернулась домой. Верней, в дом, являвшийся моим жилищем. Заказала обед, съела его в гордом одиночестве и принялась писать статью. Ну и пусть я не была на этих гонках, мне не впервой писать о том, чего не знаю. В конце концов, есть видео и моё мнение, остальное дело техники.

Быстро исполнила свой долг. Дважды. Сварганила статью и интервью с Зору. Отослала Зинаре, получила уведомление о поступлении двадцати единиц на счёт. Как я давно успела понять — это смехотворно мало, но требовать достойную оплату труда пока не стала. На жизнь мне хватает. Пока.

Ещё раз сходила в душ, потратив на воду только что заработанные деньги, достала из сумки так и не пригодившиеся печенье и сок, села в кресло и задумалась. Нужно было как-то разгребать ту кашу, что я заварила сгоряча. И что дёрнуло меня допрашивать Зору? Права была Зинара, мне эти знания ни к чему. Яр дал мне возможность стать частью их общества, дом, деньги и карту, без которой о работе можно было бы и не мечтать.

Нет, надо было мне перевернуть с ног на голову, наорать на хорошего человека, а потом ещё с дуру предложить… Ой, голова моя соломенная. От нервов успокоительное надо пить, а не вываливать всё дерьмо на окружающих.

Интересно, не обидится ли на меня Зору, если я скажу, что, мол, погорячилась. Забираю свои слова назад.

Он так говорил об этом, словно это их амброзия, доступ к которой не вовремя закрыли. А он даже не успел попробовать.

Последний мой выдох получился особенно нервным. Глотнула сока неизвестного мне фрукта.

— Цим, где Зору?

— Зачем он тебе? — от резкого голоса я подпрыгнула на месте. Повернула голову и обомлела. В дверях стоял Яр и, судя по его позе, достаточно давно. — Я задал тебе вопрос, Адалира. Зачем тебе мой воин?

— Незачем. Просто так, — прошептала я, чувствуя, что сердце моё совершило побег в пятки и замерло.

— Просто так? — холодно произнёс Яр и потёр своими красивыми длинными пальцами подбородок. От этого жеста почему-то мне стало страшно. А когда он поднял на меня синие, как лёд глаза, пожалела, что не умею летать. Выход только один, и к нему не пройти, и если бежать, то только через окно. А у меня ни много ни мало, а пятидесятый уровень!

— Подойди, — приказал мне Яр и, не дожидаясь, когда я соизволю выполнить, оторвался от стены, которую подпирал, и пошёл ко мне.

Промедление стоило мне руки, которую Яр сжал, словно тисками, и потянул к выходу.

— Куда ты меня тащишь? — сделала попытку воспротивиться я, но больно надо ветру отвечать песчинке. Вот и меня подхватило, посадило в катер, припаркованный на моем уровне, и унесло в сторону пирамиды.

Я же забилась в угол транспортного средства, стараясь не смотреть на гипсовый профиль моего похитителя, и думала, что делать и куда бежать. А то, что дело добром не кончится, — очевидно. Как очевидно и то, что Зору не стал раздумывать над моим смехотворным предложением, а сдал своему Правителю с потрохами.

Придумать ничего путного не успела. Катер резко влетел в один из коридоров Дома, окатив меня очередной волной страха, и также неожиданно остановился.

— Я никуда не пойду! — заявила я, когда стало понятно, что отсидеться мне не дадут. Меня сюда привезли с какой-то целью, и узнавать её меня совсем не тянуло!

Яр же не стал затруднять себя ответом, взял меня за руку и потянул вперёд.

— Отпусти меня, пожалуйста, — пискнула я, едва успевая перебирать ногами за этим спешащим мужчиной. — Я не хотела, правда. Свяжусь с Зору и извинюсь за свои слова.

Яр вдруг остановился, развернулся ко мне и неожиданно нежно обнял моё лицо, однако глаза его были по-прежнему холодны.

— Дело не в словах, — сказал он, наклонился и коснулся губами моих губ. Но ни о каком тепле, какое я раньше чувствовала от него, речь не шла. Он был как будто пустым, безжизненным.

Обнял меня за талию и завёл в помещение. Я увидела знакомый мне ринг и замерла в оцепенении.

Нет… нет, нет!

Сделала попытку ретироваться, но была схвачена и буквально брошена на один из каменных дисков. Комната пропала в тот же миг, но ничего другого не появилось. Просто чернота.

Я говорила, что у меня никтофобия? Нет? Наверно потому что я о ней не знала. А теперь знаю. Так вот, будучи в не совсем здравом уме, но твёрдой памяти заявляю: я боюсь темноты! Боюсь до жути!

Прижалась к прохладному полу и замерла, прислушиваясь к своему сиплому дыханию. Ни о каком привыкании глаз речь не шла, вокруг меня была лишь беспросветная мгла.

Это просто программа, это просто программа, повторяла я себе. Я на ринге, в светлой комнате.

— Яр… — пискнула я.

— Я здесь, — раздалось у самого уха. Я вздрогнула и… вдруг оказалась… где? Этого мне узнать не удалось, потому что глаза мои почему-то завязаны, а я зачем-то лежу на спине. Попыталась пошевелиться. Не смогла. Руки и ноги связаны.

Я распластана, как лягушка на разделочной доске, и неважно, что доска мягкая, а под головой удобная подушка. В моей груди начала зарождаться паника, а когда я почувствовала движение рядом, и вовсе забилась в путах, как рыба.

Кричать? Нет, кричат, когда просто боятся или пугаются чего-то, пауков, например. Я же была в исступлении. Освободиться — единственная мысль, которая была в моей голове. Освободиться любой ценой. Но как я смогу снять путы, если я их не чувствую? Не верёвки, не ремни, руки и ноги просто зафиксированы крепко-накрепко неведомой мне силой. Я могу переломать себе все кости в попытке высвободиться, но не смогу сдвинуться ни на миллиметр!

— Тихо, Лира, я рядом, — сказал голос Яра, наверно, желая меня успокоить. Но в тот момент я уже не могла думать, и даже уговоры о том, что это всё иллюзия, не работали. Я задыхалась от паники и бессилия. Даже сказать «не надо» я не могла, из богатого набора умений, дарованных человеку, у меня осталось лишь дыхание. А силы меня оставили в тот же миг.

Это конец…

Я окаменела, смотрела вперёд, но ничего не видела, не осознавала происходящее.

Почувствовала чьё-то касание на щеке. Лёгкое, как пёрышко. Неуместная, чудовищная ласка спустилась к шее, обжигая. Далее вниз к груди, а что-то другое, иное, ползёт вверх от лодыжки к колену, сгибает ногу, откидывает в бок и касается внутренней стороны бедра, распространяя мертвецкий холод.

Я боялась вздохнуть. Только чувствовала, как по онемевшим щекам текут слёзы. Слёзы ужаса.

— Цим, на первый ринг кош, — на грани чувств услышала я приказ.

— Яр, мы не знаем, как он подействует на Лиру, — ответил голос.

— Она землянка, значит, должен успокоить. Давай же!

Нет… нет…

Я сжалась и затаила дыхание, чувствуя, как меня начал окутывать дурман. И ему было всё равно, вдыхаю я его или нет. Он пробирался под кожу, он завладевал сердцем. Он убивал меня.

* * *

Яр не мог дождаться, когда же он сможет получить её! Уже предвкушал знакомую страсть. Лира такая подвластная, загорается от одного лишь касания, и Сила её оживает в тот же миг.

Но вместо того чтобы открыться, она испугалась.

Она не видела его, стоявшего рядом, в программе Лиры её глаза завязаны, а она лежит на кровати. Но Яр смотрел в изумрудные глаза и не понимал, что происходит. Девушка была в ужасе.

— Цим, на первый ринг кош, — отдал приказ. Использовать наркотик он не планировал. Зачем, если Лира сама охотно тянется к нему? Но сейчас ситуация казалась критической и вышедшей из-под контроля.

— Яр, мы не знаем, как он подействует на Лиру, — ответил голос.

— Она землянка, значит, должен успокоить. Давай же! — зарычал Яр в ответ, уже в сотый раз напомнив себе, что Цим следует лишить собственного мнения.

Быстрее… готов был кричать он, уже не в силах сдерживать свою Силу Мон. Но вдруг яркие глаза Лиры начали гаснуть. Она замерла, коротко вздохнула и упала. Её белая нежная кожа, как и розовые губы, вмиг посерела.

— Остановка дыхания, остановка сердца. Смерть, — бесстрастный голос Цим прогремел в полной тишине.

* * *

— Привет, — я прошла к нему и села рядом.

Он мне не ответил. Так и смотрел вперёд. Но слова мне были не нужны, я знала, что мне рады, что меня ждали. Прислонилась к широкой груди и закрыла глаза от наслаждения, когда почувствовала тяжёлую руку на своих плечах.

— Я пришла, чтобы остаться.

— Нет, тебе быстрее нужно возвращаться, — услышала я ответ в своей голове.

— Не хочу.

Он развернул меня к себе, коснулся губами лба.

— Если ты умрёшь, то мы расстанемся навсегда.

— Лучше умереть в твоих объятиях, чем продолжать жить без них, — прошептала я.

— Я рядом, Ади…

Он всегда меня называл этим странным именем.

— Я всегда был и буду рядом. И ты сейчас же встанешь и уйдёшь, чтобы потом вернуться.

— Нет, — упрямствовала я и отказывалась уходить от единственного человека, который меня любит.

— Посмотри на меня, — сказал он, и я почувствовала, как его тёплые руки обняли моё лицо.

— Я тебя не вижу.

— Я знаю, Ади. Знаю, любимая, — ответил он, целуя меня таким сладким и нежным поцелуем, знакомым, родным. — Ты должна… поспеши, пока огонь не отнял тебя у меня. Он уже рядом, Ади, он близко… Иди и запомни — кош для тебя яд.

— Я не могу уйти.

— Можешь! — ответил он, и это было первый раз, когда я услышала его резкий голос. — Иди! Сейчас!

Поднялась на ноги и заставила себя отвернуться.

Меня все гонят… — это была последняя мысль, посетившая меня. Потом я проснулась. Открыла глаза, но ничего особенного не изменилось. Меня по-прежнему окружала тьма, но я больше не чувствовала чьего-либо присутствия. Я тут была одна.

Опоздала, что ли? Я умерла, и меня похоронили? И я уже начала в уме перебирать возможные способы выкопаться… как меня осенило. Огонь! В Рошгар не хоронят, а кремируют!

И тогда я закричала. Громко и очень вовремя! Прямо перед моим носом возник огонёк, опалив своим убийственным жаром, но в тот же миг пропал. Видно, я была очень страшной в своём испуге. А вслед за огоньком пропала и тьма. По глазам резануло ярким белым светом.

Меня подняли и попытались отодрать руки от лица, за которыми я пряталась от ослепляющего света. Кто-то что-то говорил, но я это поняла не сразу.

— Лира, тихо, тихо… открой глаза.

Я честно попыталась выполнить просьбу, к тому же она сопровождалась нежными поглаживаниями по голове и лицу.

— Ты цела?

Я всё-таки открыла глаза и, проморгавшись, уставилась на изумлённое лицо Яра. Он недоверчиво улыбнулся.

Кивнула. Слезла с его рук. Осмотрелась. Рядом стояла ещё куча народу. Вернее, воинов Яра, с которыми мы вернулись из похода. Все в чёрных костюмах, и все ошарашенно смотрели на меня.

На мне такая же чёрная форма, а впереди стол с чёрным покрывалом. За столом большая конструкция, и что-то мне подсказывало, что это была печь.

— Вы чего это удумали? — спросила я, пятясь назад.

— Как ты? — осторожно спросил Зору.

— Я? Была отлично, пока вы не решили меня сжечь! — заорала я, не совсем понимая, что происходит.

— Что ты помнишь? — спросил Риш.

Помню? Я опустила взгляд вниз.

— Да всё помню. Зинара послала меня на какие-то гонки. Я не долетела, вернулась на Ирэ, — сказала я, взглянув на Зору. — Написала статью. Потом Яр пришёл. Потащил меня на ринг.

Вышеупомянутый напрягся, а я копалась в своей памяти и раскладывала сумбурные воспоминания по полочкам. И да, я очень хорошо помнила этот проклятый ринг! Как и свой жуткий страх!

— Мне продолжать? — спросила я, смотря в глаза Яру. Он покачал головой. Перевела взгляд на стол, на котором лежала недавно. — А мне объяснят, что произошло?

— Ты умерла, — коротко сказал кто-то из воинов. Его имени я не знала. — Почти кваду назад.

— Кваду? — переспросила я. Вот так история… я не просто потеряла сознание от бездумно использованного наркотика, а два земных дня провалялась в отключке. Да так, что все решили, что я умерла. А тут, надо думать, медицина достигла таких высот, что спутать глубокий обморок со смертью уж точно не могут. И я действительно была готова отойти в мир иной, если бы не он, мой спаситель. Сказал: иди сейчас же. Сказал, что кош для меня яд.

Посмотрела на собравшихся.

— А вы, значит, подсуетились и решили меня кремировать по-быстрому, пока не пришла в себя. Конечно, прах разговаривать не умеет и проблем не приносит. Удобненько.

— Не говори так, — сказал Яр и подошёл ко мне. Аккуратно, как будто опасаясь, что я наброшусь на него и растерзаю аки дикий зверь, взял меня за руку и заключил между своими ладонями. Я надеялась ощутить знакомое мне влечение, жар в груди… но упёрлась в стену. Человек передо мной, так легко разжигавший во мне страсть, стал обыкновенным. Хотя… по-прежнему жутко привлекательным и, как ни странно, дорогим мне. Да, глупость — моё второе имя.

— Не говори? Яр, ты едва не убил меня, — посмотрела я на него. — И из-за чего? Хотел наказать за глупость, что ляпнула, не подумавши?

— Не наказать, Лира. Дать то, что ты хотела.

— Хотела… — прошептала я, положила свободную руку поверх его. Погладила… какие же они у него красивые. Это преступление иметь такие руки. И изящные, и мужественные в то же время. Сильные и удивительно мягкие. Провела ладонью вверх к плечу, обтянутому чёрным материалом. Таким же, как у меня. Они прощались со мной по традициям воинов. Наверно, это было почётно…

— Знал бы ты, что я хотела, Яр. И это уж точно не игры на ринге.

— Скажи, — хрипло произнёс он. Я ощущала, как от него шло знакомое тепло, как оно тянулось ко мне, ища отклик, но нет… я не могла ответить. В моём сердце что-то надломилось. Я действительно умерла.

— Ты хочешь знать?

Яр кивнул и, проследив мой взгляд, быстро отослал своих воинов, которые до последнего присутствовали при нашей милой беседе. Но спорить со своим грозным Правителем побоялись, хотя очевидно, что им очень хотелось остаться и поглазеть на нас. Зря переживали, ничего такого я делать не собиралась. Обняла мужчину и прижалась к нему всем телом, чувствуя, как его жар начал разгораться с небывалой силой. Приподнялась на носочки, поцеловала его плечо, зарылась руками в его волосы, сжимая голову и прокладывая дорожку из поцелуев к уху.

Руки на моей спине окаменели. Но возбудить мужчину это одно, а вот ответить на его страсть — совсем другое. Любовь? Нет, он не любил меня, как и я его… ну, я так думаю, по крайней мере. Да, меня всё так же сильно тянуло к нему, я чувствовала какую-то связь между нами, мне было хорошо с ним, спокойно и… правильно, но это всё. Теперь всё.

— Мой орёл, — прошептала я ему на ухо. — Я мечтала отдать тебе себя, я каждую ночь засыпала с мыслью о тебе, грезила твоими руками.

Яр погладил мою спину и с силой прижал меня к своему стальному телу.

— Знала, что недостойна, знала, что мои мечты — глупость, но попроси ты что угодно, отдала бы не задумываясь, — говорила я тихо. — Но… сейчас во мне больше нет той Силы, что так радовала тебя. Кош убил. Я больше ничего не чувствую, только пустота.

Я сделала шаг назад, выпутываясь из крепких объятий.

— Мне… так жаль, — прошептала я. — Это только моя ошибка, мои глупые импульсивные слова Зору. Я не хотела играть с ним, он мне хороший друг… верней, не друг, разве может быть у воина друг — землянка, — пробубнила я. — Просто я тогда расстроилась. Вынудила Зору рассказать об этих проклятых играх, о том, что часто используют наркотики, чтобы землянки сильно не волновались… И я вспомнила, как мы… — закрыла лицо руками, — и решила, что и ты меня тогда одурманил. Сейчас-то я знаю, что ничего такого не было, а тогда… мне стало так обидно.

Подняла глаза на Яра. Его лицо, обычно представлявшее гипсовую маску, сейчас передавало массу чувств и эмоций, мне непонятных, но, очевидно, болезненных.

— Прости меня, — сказала я. — Моя несдержанность, мои капризы… я всё испортила. Погубила и себя, и то, что могло бы быть. Не выгоняй меня, пожалуйста, из Ирэ, мне так нравится мой дом, работа. Я хочу остаться, хотя и недостойна этого. Обещаю не волновать тебя и стать законопослушной гражданкой.

— Конечно, — глухо ответил мне Яр. Сжал руку в кулак, словно останавливая её от необдуманных движений. — Мой Дом всегда открыт для тебя, Лира.

Глава 8

Что может быть лучше? Прекрасный тёплый день, куча свободного времени и невозможно вкусное печенье, доставленное специально для меня из Лании.

Это Яр меня балует. Разузнал, что я впечатлилась ланийской выпечкой, и вот тайком присылает мне посылки. Я птица не гордая, взяла коробку, найденную на пороге дома, и направилась гулять по Ирэ.

Верней, не гулять, любви к праздному шатанию у меня никогда не наблюдалось, но со стороны казалось именно так. Я сидела на удобной лавке в самом центре городского парка, больше похожего на площадь с торчащими из белого мрамора кустами, и наблюдала за людьми. Нет, я не сошла с ума, я просто пыталась их понять.

Недавно я предложила Зинаре в «Гласе», например, в дневном, выделить мне немного места для рубрики «Вопросы о жизни». И пусть я не психолог, но имела неплохой успех на Земле, высказывая своё мнение на разные темы и помогая советом людям. Тогдашний редактор тоже была пессимистично настроена, говорила, что подобная ерунда давно изжила себя, что никто не будет писать в редакцию, а потом ждать ответа. Однако писали и ждали. Но это было там… здесь Зинара мне сказала другое: разумеется, у жителей Рошгар есть трудности, и конечно же каждый сталкивается с сомнениями, а кто-то и с обманом. Это очевидно, нас окружает масса проблем, но никто и никогда об этом не расскажет. Ни соседу, ни другу, ни тем более Служительнице Освещения Жизни Рошгар.

— Потому что жаловаться на Правительство нельзя? — предположила я, резонно рассудив, что если у гражданина есть проблема, то в этом виноват Правитель. По крайней мере, у нас всегда и во всём винят президента. И в том, что зарплата маленькая, и в том, что собака нагадила на тапки.

— Не совсем так. Я не знаю, как это объяснить, — говорила тогда Зинара, сводя свои идеальные чёрные брови у переносицы и думая, как бы мне, несмышлёной, объяснить простую и очевидную для всех истину. — У каждого в Рошгар есть выбор. Выбор всего, даже выбор должности и зарплаты. Надоело тебе сидеть в самом низу, иди учись, получай новую должность с новыми обязанностями и оплатой труда. Или, к примеру, желаешь переехать жить в Ирэ, но не можешь себе этого позволить. Всегда можно найти менее благодарную работу на «грязном» предприятии, но зато с предоставлением бесплатного жилья. А уже потом двигаться выше. Мы имеем все возможности решить возникающие проблемы, и если кто-то этого не захотел или не нашёл у себя достаточного желания, то говорить о своей немощности он не станет. И спрашивать совета тоже. Жители Рошгар, да и не только, очень закрыты для откровений с посторонними. Они и без того находятся всегда на виду, за ними следят и наблюдают, и да, они действительно опасаются просто выказать недовольство чем-либо.

Вот и сидела я на лавке, жевала печенье и разглядывала народ, который просто обязан был быть счастливым и беззаботным. Но только мне не верилось вот в такое идеальное общество. Подобного не бы-ва-ет!

Вот, к примеру, дамочка, приветливо разговаривающая с другой. Всё чудесно и прекрасно, но пока они смотрят друг на друга. А когда приятельница отворачивается, она вдруг грустнеет. Улыбка пропадает. Что за проблема у неё и почему не может её решить?

А ещё у меня не выходила из головы вчерашняя встреча с моей неизменной начальницей. Нет, не из-за новой рубрики, о том поговорили и забыли, но она мне сказала странную вещь. Якобы нашла меня в давних «Гласах» семидесятилетней давности. Бред, потому что земляне так долго не живут, верней, живут, но тогда я должна быть девяностолетней старухой. И бред вдвойне, потому что я в Рошгар раньше никогда не бывала. Но Зинара утверждала, что уверена. Якобы это её работа — узнавать человека по крупице, а нашла она именно её — самую что ни на есть крупицу. Не статью и не упоминание, а просто след. Словно кто-то всё стёр. Этот факт её удивил, потому что в те годы она уже работала в «Гласе» и не помнит того, чтобы проводили чистку информации.

Я высказала своё мнение — мол, это очевидная ошибка, а она — нет, я знаю свою работу и вижу истину.

Ну, видит — и чудесно, пусть копает дальше, а когда накопает — посмеёмся вместе. Потому что это действительно бред, я никоим образом не могла фигурировать в их «Гласах» почти столетней давности.

— Светлого дня, — услышала я голос рядом с собой и едва не застонала от досады. Как же они меня достали!!! Всегда, всегда, когда я просто сижу и никого не трогаю, ко мне приходят блюстители спокойствия граждан и требуют предъявить карту!

Я, не дожидаясь продолжения, подняла руку и предложила проверить мою личность.

— Всё? — грубо спросила я, когда мужчина в чёрном удостоверился в законности моего нахождения тут.

— Я могу чем-то помочь? — спросил тот.

— Да. Если уйдёшь и больше не вернёшься.

— Не стоит говорить со мной в подобном тоне.

— А то что? — обернулась я и посмотрела в его глаза. И неважно, что данный конкретный субъект ни в чём не виноват, он просто проверял подозрительную личность, сосредоточенно наблюдавшую за людьми, но мне они надоели!

— Я приглашу на глубокое сканирование карты.

— Пригласи, давай, — огрызнулась я, отвернулась и тихо добавила: — Пусть и в отставке, но я была на службе Империи. Сомневаешься во мне, значит, подвергаешь сомнению…

— Нет! Ни в коем случае! — испуганно воскликнул мужчина. Что-то пробубнил про извинения и усвистал быстрее, чем край. Я же решительно поднялась с насиженного места, аккуратно собрала остатки печенья и побежала в редакцию «Гласа». Почти три квартала пешком, но местное такси я на дух не переносила.

Прошла тщательную проверку, всё-таки сюда лишь бы кого не пускали, и стремглав побежала к начальнице. Та удивилась.

— Лира? Что случилось?

— Мне нужно место в дневном «Гласе». Для «Вопросов о жизни», — решительно произнесла я. — И мне нужно сделать такую систему… закрытую от Цим и прочих сканеров, чтобы любой житель Рошгар мог написать сообщение и остаться инкогнито.

— Лира…

Я покачала головой, не давая договорить Зинаре.

— У меня получится. Я знаю, что делаю.

— Хорошо. У тебя три «Гласа», — вдруг согласилась Зинара. — Но первое: я не могу оставлять твою рубрику пустой, нет вопросов — значит, пиши статью на их место, и второе: если за три квады у тебя не будет желающих спросить совета, я её закрываю, а ты напишешь открытое письмо, извиняясь перед жителями Рошгар за свою глупость.

— Глупость? — переспросила я, приподняв брови.

Зинара развела руки в стороны.

На том и расстались. Я написала вступительную статью о том, какую роль играет непредвзятое мнение, как важно делиться своими мыслями, а не держать их в себе, не бояться обсуждения. Что мы все люди (зачеркнула, написала — живые существа), что наличие эмоций отличает нас от машин. Только у них есть набор функций и отсутствуют иные потребности. Мы же имеем право желать, мы имеем право думать и даже сомневаться. В себе, в своих действиях, в правильности решений. Потому что мы — это мы.

Сходила в технический отдел, меня заверили, что если в Доме разрешат требуемую анонимность, то я сегодня же получу программу. Вернулась. Задумалась.

— Цим, а информация, хранящаяся на моей карте, она конфиденциальна? — спросила я.

— Если того пожелаешь сама, — ответила мне та незамедлительно.

— А Яр не будет против, если я обнародую информацию о себе. Ну, ту, что как бы моя личная?

— Яр удивлён твоим вопросом, — ответила Цим, спустя несколько секунд. — Но ничего против не имеет. Твоя карта, можешь делать с ней, что хочешь, хоть выложить в «Глас». За исключением закрытого раздела, разумеется.

Какая проницательность, однако.

Первым я решила разместить свой вопрос и ответ на него же.

«Меня преследуют. Я прогуливаюсь в парке или сижу на лавке, любуясь прекрасным закатом Ирэ, неважно, чем занята, но раз от раза сталкиваюсь с блюстителями правопорядка. Им кажутся подозрительными мои действия, а может, бездействие, мне это неизвестно, но в кваду свою карту предъявляю по десять раз. Я уважаю их труд, Служба Ирэ сложна, а я постоянно вызываю подозрения у программы Спокойствия граждан. Как мне быть? Ведь мешать работе Служителей Ирэ я не могу, но и доказывать каждому, что я добропорядочная гражданка, тоже! Я имею право на спокойный отдых!»

В качестве ответа я просканировала свою карту и выложила её с комментарием: мне нравится наш город, и я люблю наблюдать за его жизнью. Это кажется странным? Оставьте свои подозрения при себе, в противном случае я буду подавать жалобу на любого, кто станет безосновательно вторгаться в моё личное дело и требовать ответа на личные вопросы.

Перечитала. Информация, конечно, обо мне скудная, но зато ярко выделяются «Служба Империи. В отставке» и «Правонарушения: ноль». В принципе, первое автоматически исключает второе, потому что на Службу Империи принимают только с кристально чистой репутацией граждан.

Втайне я также надеялась, что, получив знания, тот, кто следит за мной, отстанет. А он был, я в этом была уже уверена.

Отослала Зинаре и с замиранием сердца стала ждать выхода дневного «Гласа» и реакции народа.

Не знаю, как, наверно, есть какая-то программа, изучающая интерес читающих «Глас», а может, те сами оценивают ту или иную статью и информацию, но Зинара как главная Служительница Освещения Жизни Рошгар всегда знает успех того или иного материала, как и то, читали ли его вообще.

Теоретически доступа к этой информации у меня не было, но я подружилась с сотрудником технического отдела, и он пообещал ускорить решение вопроса с анонимной программой для новой рубрики и известить меня об успехе или отсутствии такового. Также я поинтересовалась, не хочет ли он помочь мне и что-нибудь написать или спросить, чтобы подогреть интерес народа, в ответ услышала «да ты с ума сошла» и «давай лучше в Дарт сходим». Первое проигнорировала, а от второго решительно отказалась. Этот местный Дарт — типа нашего земного театра, весьма специфическая вещь, и туда я пойду, только если приспичит по работе.

Вернулась домой, заказала у знакомой мне уже кулинара Раширы, работающей в соседнем квартале и имевшей небольшую кафешку, обед, съела его и загрустила. А когда время приблизилось к ночи, так и вовсе начала сомневаться. Недолго. С приходом нового дня всё казалось не таким уж и плохим! Я прогулялась по уже знакомому мне парку, получив массу внимания и со стороны Служителей Ирэ, которые откровенно косились на меня, но держались на расстоянии, так и от простых жителей. Кто-то даже мне помахал рукой. Ну да, после того, как я выложила свою карту в «Глас», меня в лицо знал каждый житель Рошгар.

Скажете, глупость? А я отвечу: никогда не боялась осуждения и не буду! Мне нечего скрывать, мне не от кого прятаться. Моя личная жизнь осталась при мне, и это главное.

Зарядившись положительной энергией, я за неимением писем от читателей написала новую статью о любви к ближнему и о том, какие проблемы нам это приносит. Что вблизи мы бываем слепы, а посмотреть на ситуацию со стороны не можем или зачастую боимся. Конечно, у большинства из нас всё прекрасно, и этому нужно радоваться, но бывает и иначе. И как хорошо, что есть рубрика «Вопросы о жизни», анонимность которой гарантирована (последнее мой друг их технического отдела подтвердил). Ничего не теряем, но многое получаем. Да и услышать совет и сделать по-своему никто не мешает.

Вчера активность читателей у моей рубрики была довольно высокой, но… Наверно, Зинара права, здешний народ боится признаться в том, что у них не всё идеально. А о том, чтобы куда-то написать… нетушки. Но у меня есть ещё время и надежда.

Утром следующего дня я подскочила, как ужаленная, услышав непривычный перезвон. Правда, до утра было ещё далеко, и то, что солнце взошло, ничего не значит, в Ирэ оно вообще редко покидает небосклон, греет, а порой и жарит мне на радость. Но я не об особенностях местного солнцестояния, а о том, что в это время все нормальные люди спят!

— Кто там? Дома никого нет… — пробубнила я, точно зная, что кто бы ни завалился ко мне в гости, он меня не услышит.

— Лира, у твоей двери нет никого. Этот звук — извещение о письме в рубрику «Вопросы о жизни», — ответила мне Цим. — Ты просила извещать тебя сразу же, как только кто-то напишет.

— И кому не спится в такую рань? — уже весело спросила я. Да хоть ночью! Письмо — это очень, очень хорошо. Потому что у меня сегодня был последний выпуск дневного «Гласа», и если желающих поучаствовать не найдётся, то меня ждёт публичный позор.

— Личность написавшего скрыта, — ответила Цим.

Ну да… сон улетучился в тот же миг, я нетерпеливо вскочила с кровати и раскрыла свой планшет.

Полупрозрачный экран сонно моргал и неохотно шёл на контакт. Но деваться ему было некуда, и он послушно показал мне короткое письмецо:

«Светлого дня, Лира (скорее ночи, подумала я), у меня возникла затруднительная ситуация. Я обидел важного для меня человека. Она заслуженно отвернулась от меня, но я желаю это исправить. Не принудить».

Принудить… ну конечно, местные жители любители принуждать и требовать. Даже в кафе, казалось бы, что может быть не так? Так нет, Рашира — милая и приветливая девушка, у которой я часто покупаю разные вкусности, не просит, а требует оплату так, что попробуй откажись!

Я нетерпеливо поелозила на попе и ещё раз перечитала письмо. Что же посоветовать этому прекрасному человеку, спасшему мою карьеру?

«Светлого дня, мой первый читатель. С самого начала, когда возникают подобные трудности, любому человеку нужно признаться самому себе, что это нормально — чувствовать обиду, дурное настроение или даже гнев. Мы — создания чувств. Кто-то, конечно, ограничивается чувством голода и сна, но большинство имеет более богатый набор. Но, что бы ни происходило в нашей жизни и как бы это ни задевало наши чувства, нельзя отгораживаться от них гневом. Испытывая гнев и обиду, вы никогда не вернёте важного для вас человека и, возможно, потеряете друзей рядом. Впрочем, может быть, вы более стойкий человек и не станете кидаться на окружающих лишь потому, что женщина обиделась и ушла.

Есть мнение, что любой проблеме нужно отлежаться и остыть, что нельзя всё решать сгоряча, но я также считаю, что и оставлять надолго её нельзя. Как и любая рана, если за ней не ухаживать, она нагноится…»

Я перевела дух, заказала завтрак, походила вокруг планшета, сверля его глазами. Однако это волнующе, первый ответ в моей личной рубрике дневного «Гласа». Как бы не ляпнуть что-то, что недопустимо для этого мира. Я вроде бы поняла основные его законы и принципы жизни, но кто знает этих… идеальных людей.

Не дожидаясь, когда принесут завтрак, вернулась к работе.

Честно, я не психолог, и уж тем более не психолог Рошгар, но разве нужно иметь учёную степень для дачи дельного совета?

Я написала о том, что Рошгар прекрасная империя со множеством интересных мест, куда можно пригласить ту, чьё прощение необходимо получить, и зачастую даже слова «прости меня» не так важны. Просто нужно дать понять, что она важна, что вы желаете разделить с ней своё время и поделиться любимым местом. Возможно, преподнести подарок. И цена его роли не играет, но это обязательно должно быть что-то, о чём она мечтала, а не бестолковая вещица. Символ того, что о её желаниях думали. На самом деле не столь важно, что будет сделано, да хоть чаем угостить, главное — внимание и осознание того, что сделанное малое, но от души, принесёт многое. А если проблема требует объяснений, то хорошие аргументы, главное — краткие и по существу, помогут разрешить ситуацию. Но я лично считаю слова… просто словами. Если потребуется, то я смогу доказать необходимость поменять местами день и ночь.

Самое важное: держаться за свои обиды и вспоминать то, что было сделано или сказано под влиянием обстоятельств или эмоций, — дело неблагодарное. Вы оба должны смотреть вперёд.

Выдохнула, перечитала, удовлетворённо кивнула и с досадой отметила, что утро давно наступило. Ну, ничего страшного, на первый ответ не жалко потраченного времени. Да и это дело сноровки, а та приобретается (а в моём случае вспоминается) быстро.

В общем, найдя себе оправдание, отправила письмо с ответом Зинаре, ещё раз проверила почту на наличие других желающих приобщиться к «Вопросам о жизни», таковых не обнаружила и расстроилась этому факту.

Как школьница, в самом деле. Но что есть, то есть. И чтобы как-то справиться с волнением, отправилась гулять, но только спустилась вниз, как получила сообщение от Зинары с требованием срочно явиться в редакцию. Звонить начальнице и спрашивать причину дело бесполезное, так что вызвала край и полетела разузнать её настроение. Наверно, она уже радовалась, что моя затея провалилась, а тут…

— Лира! Быстрее! — услышала ещё на подходе к кабинету Зинары.

— А что случилось-то? — спросила я, забегая в помещение, заполненное людьми.

— Опаздываешь! — возмутилась Зинара. — Уже отбываете, а ты ходишь по парку и дразнишь Служителей Ирэ!

— Куда отбываем?

Все, кто был в помещении, посмотрели на меня как на дурочку, какой, собственно, я себя и чувствовала.

Зинара перевела взгляд на свою помощницу — Лонан. О её существовании я узнала совсем недавно, и виделись мы всего раз или два, но то, что она меня невзлюбила, поняла сразу. Но я, как человек, привыкший к неадекватному отношению, просто её проигнорировала.

— Я положила извещение Адалире в её ящик для материалов ещё две квады назад, — ответила та.

Я удивлённо подняла брови, глядя на дамочку с пшеничного цвета волосами длиной до плеч и ростом выше меня на полголовы.

— У меня есть ящик для материалов? И… ты распечатала извещение? — продолжала пялиться я, не понимая столь глупого поступка. Даже на моей родине, которая для Рошгар как каменный век, никто никогда не распечатывает такую ерунду, если, конечно, эта ерунда не официальное направление в командировку, например. Моё же извещение, очевидно, таковым не было.

— Вернёмся к этому потом. Сейчас некогда, — резко произнесла Зинара. Посмотрела на меня. — Лира, на Шигаре открывается сезон боёв. Ты знаешь, что делать.

Я уверенно кивнула.

— Узнай ты раньше, то могла бы полететь с Ришем, Цро и другими воинами, но те уже отбыли.

— Они тоже участвуют? — поинтересовалась я невинно.

— Списки пока ещё не известны. Летите уже, — махнула на нас рукой Главная Служительница Освещения Жизни Рошгар, даже не обмолвившись о моей рубрике. Но только мы все повернули к выходу, окликнула. — Лира, заявку можно подать в любое время, даже на финальные игры. Не хочешь?

— На бои?! — воскликнула я.

— Если скажешь, что не держала в руках бокар, ни за что не поверю, — усмехнулась Зинара, нисколько не обращая внимания на целую кучу любопытных глаз. Вообще-то это тайна — мой поход в Храм Силы! И пусть прямо не спросила, но кому надо, тот додумает… наверно.

— Держала, — ответила я тихо. — Но не мой. Я бокар не успела заслужить.

— И кто тебе дал свой бокар? — возмущённо удивилась моя коллега.

— Зору. Верней, не дал, я выпросила, а он не смог мне отказать, — подавив улыбку, ответила я. — Правда, потом явился Яр, и мне влетело. На всю жизнь запомнила, что даже смотреть на чужой бокар чревато проблемами.

Комментировать моё откровение, разумеется, никто ничего не стал, я часто говорила о воинах Яра, да и о самом Правителе так, словно они были моими добрыми соседями, но остальных это повергало в шок. Как?! Как можно говорить о столь великих людях без трепета в голосе? А Яр… простые граждане боялись его имя вслух произнести. И особенно в своих возмущениях преуспел мой коллега по журналистскому делу. Я часто слышала, как он за глаза обсуждал моё неподобающее поведение, а когда Лонан сделала мне подлянку с моим извещением в ящике, счастливо улыбался. Фу.

Спустя несколько минут, слишком уж спешил штатный редакционный катер, мы были на центральной станции Ирэ и искали корабль до Шигар. Не нашли, мы всё-таки опоздали на него. Но мои бравые коллеги не расстроились, оказывается, в связи с грандиозным событием рейсы до Шигар были увеличены, и следующий прибыл практически сразу. Я же была возмущена до глубины души. А чего спешили-то так сильно? Чем этот корабль хуже того, что ушёл пять минут назад?

Но коллеги игнорировали моё недовольное пыхтение, молча заняли свои места и углубились кто в чтение, кто в смотрение, а кто в сон. Последнее мне тоже было непонятно, дорога должна была занять около двух часов.

Салон транспортника был скуден и не имел окон. Странно, но я ни разу не видела космос, не видела с высоты Ирэ, говорят, он очень красивый… и пусть я летала не так много, но всегда это происходило в наглухо закрытых транспортных кораблях. Даже то, что тот передвигается, не чувствовалось. Пришёл, посидел, встал, глядишь, а ты уже на другой планете Империи.

— Лира? — в мои мысли бесцеремонно ворвался незнакомый голос. Я обернулась и увидела, как на свободное рядом со мной кресло села пожилая дама. Первая, увиденная мной за долгое время. Такое ощущение, что местные вообще не стареют.

Женщина по-доброму рассмеялась, увидев мой изумлённый взгляд.

— Да, я землянка. Ты позволишь мне сесть рядом?

— Конечно, — ответила я. — К тому же ты и так уже села.

С этой женщиной говорить на «ты» мне было тяжело. Но в Рошгар почему-то принято обращаться именно так. Сперва я путалась, сбивалась на «вы», чем удивляла окружающих.

— Я читаю «Глас», в последнее время он стал более живым благодаря твоим статьям, — продолжая улыбаться, сказала женщина. — Ой, я забыла представиться, — Роза.

Роза, надо же. Я смотрела во все глаза на свою соотечественницу и не могла заставить себя отвернуться.

— Как ты оказалась здесь?

Роза пожала плечами. Она не стала шутить про то, что вошла на корабль так же, как и я. Она поняла, про что я говорю.

— Как и все. Была совсем девчонкой, семнадцать всего. Гуляли ночью с подругами, увидели белый свет, очнулась уже у хозяина, — на последнем слове её голос смягчился и приобрёл трепетные нотки. Совершенно очевидно, что Роза души не чаяла в своём обладателе.

— А потом?

— Потом по-разному было… ты же не станешь об этом писать? — испугалась женщина. Ей явно хотелось поговорить. Да так сильно, что не сразу осознала, что я журналист. А то, что я приняла её нормально, а не брезгливо отвернулась, было очень заманчивым.

— Нет, конечно! — воскликнула я. — Мне просто интересно.

— Прости, если мои слова покажутся оскорбительными, но ты очень похожа на землянку, — неожиданно тихо произнесла Роза. — Открытая и с гибким умом.

Я натянуто улыбнулась.

— Роза, расскажи, как это — жить тут, когда тебя не считают за человека?

— Лучше, чем на Земле, — проворчала она. Подняла на меня выцветшие глаза, украшенные паутиной морщин. — Мне нравилась моя жизнь.

— Нравилась? А сейчас?

Роза молчала.

— Роза, ты ведь знаешь, что в дневном «Гласе» есть новая рубрика. Я её подсмотрела в земных газетах, — бессовестно соврала я. — Можно рассказать о волнующей проблеме и, возможно, получить помощь. А если не помощь, то просто совет. И всё абсолютно анонимно.

— Да, я видела… — проговорила женщина и вдруг достала небольшой планшет. Резво раскрыла его, в мгновение ока что-то написала, а через секунду у меня пропиликало извещение о новом письме.

— Я могу посмотреть сейчас? — осторожно спросила я свою новую знакомую, удивлённая тем, что она так быстро написала мне. Даже не сомневалась. Та махнула рукой и отвернулась.

Я достала свой гаджет. Мне потребовалось несколько больше времени на его открытие. Всё-таки я новичок, а эта дама тут провела всю жизнь. Подумать страшно.

Раскрыла послание для рубрики и замерла, вчитываясь в строки внушительного письма.

«Моё имя вам ничто не скажет, потому что я не человек. Я землянка. Прожила в Ирэ почти сто лет. Для любого из вас это смешной срок, но я глубокая старуха, в шаге от смерти. Я радовала своего хозяина и его друзей и была счастлива сама. Я нашла здесь свой дом, свой рай в Силе Мон. В своей Шиман, что с наслаждением отдавала. Мой хозяин — моя жизнь, но, увы, не такая длинная, как хотелось бы. Будь моя воля, я бы отдала ему вечность, но её у меня нет. Дорогая Лира, ты грозилась помогать советом тем, кто в них нуждается. Помоги мне… умереть. (я округлила глаза) Хозяин продлевал мою жизнь, но и его силы не бесконечны. Я уже давно не могу разбудить свою Силу и даровать её мужчине. Мне давно пора уйти на покой, и умереть я желаю на Земле. На родине».

Я закрыла рот, заметив, что сижу с открытым.

— Так… так зачем он тебя держит, если выгоды нет? — спросила я, наконец оторвавшись от письма.

— Мне кажется, что он привязался ко мне. Ну как к домашнему животному. Ни в чём меня не ограничивает, ничего не требует, но о том, чтобы отпустить, речи быть не может. Я его, — посмотрела на меня Роза. — Ну что, есть дельный совет?

— Не знаю, мне надо подумать, — прошептала я, опуская взгляд.

— Конечно, — фыркнула Роза.

— Я постараюсь помочь. Не советом, так делом, — решительно ответила я, глядя на старую женщину, которой было за сто лет. Я видела в ней себя. У меня есть эта проклятая липовая карта, но она не сделает из меня человека. Я также увяну через двадцать лет, а потом постарею и сгину. И будет писать «Глас» о коварстве землян и обмане…

— Как? И зачем? — спросила Роза.

Я нервно сглотнула. Так хотелось сказать, что я тоже землянка, что пусть и не понимаю её отношения к хозяину, но желаю помочь.

Но я была ещё в своём уме и придушила порыв признания в зачатке.

— Я попробую. Обещаю.

И едва всех известили о прибытии в пункт назначения, я выскочила из катера и побежала к пункту досмотра. Нервно сунула свою руку под сканер, дождалась не менее нервного кивка охранника, вышла со станции наружу и уже была готова вдохнуть тёплый воздух, какой мне нравился на Ирэ, но застыла.

Холодно. Просто зверски холодно.

— Лира, нам туда, — услышала я за спиной голоса своих коллег. На тех чудесным образом обнаружилась тёплая одежда в виде плотных плащей с капюшонами. — А ты почему не переоделась?

— Да мне никто не сказал, что тут зима, — пробурчала я. Но мои добрые коллеги сочувственно покивали головами, но помощь не предложили. Махнули рукой вперёд на широкую дорогу, выложенную чёрным камнем. По бокам возвышались стены до самого неба и производили неоднозначное впечатление.

— Цим, где сейчас Яр? — спросила я, следуя за своими товарищами. Те меня услышали и одарили возмущённым взглядом.

— Эта информация закрыта, — ответила Цим мне в ухо.

— Как это закрыта? Когда это она стала закрытой? — пробурчала я.

— Сегодня на рассвете, — мегамозг не поняла моего сарказма.

— А она закрыта только для меня? — спросила я настороженно.

— Нет. Для всех.

— Но он хотя бы тут? На Шигар?

— Лира, информация о нахождении Яра закрыта, — как для дурочки повторили мне. — Если желаешь, я передам Зору или Ришу, что ты нуждаешься в лои с тёплой одеждой.

— Да не особенно нуждаюсь. Холодно, но вполне терпимо, — ответила я, вдруг осознавая, что действительно не замерзаю. Пока. — Извести меня, как только можно будет узнать о Яре. Он мне очень нужен, — сказала я, встречаясь со злыми глазами моего коллеги, даже задержавшегося ради этого. — Что?

— Адалира, ты бы думала, что говоришь!

— Я тебя не понимаю, — ответила я.

— Имя нашего Правителя не должно так фривольно использоваться!

— Да нормально я его использую… — пробубнила я. — Его так зовут.

Мужчина зло сжал кулак, словно собирался меня припечатать им.

— Я постоянно слышу неуважение от тебя к нашему Правителю! — нарочито громко произнёс он, и спешащие мимо нас люди тут же остановились. Могу поспорить, что почувствовала волну негатива в свою сторону.

Вот зараза! Он это специально делает, обвиняет меня прилюдно, да ещё в такой вещи, за которую казнить могут, не то что угробить карьеру!

— Называть Правителя по имени это неуважение? — также громко ответила я, а то мало ли кто не услышит. — Так может мне при встрече с ним говорить «Эй, ты!» вместо нормального человеческого обращения? Ты в своём уме?! Я никогда не позволю себе подобного!

К нашей шумной компании присоединились местные Служители правопорядка в знакомой мне чёрной форме.

— Да ты! Как ты можешь вообще спрашивать, где он находится? Ты не имеешь права это знать! — орал на меня мой коллега. Я же вообще не понимала, что происходит и что за муха его укусила. Жители Ирэ вообще спокойный народ. Ни разу не слышала, чтобы те просто повышали тон, а этот стоит посреди толпы и орёт на меня. — Ты не имеешь права обращаться к Цим Дома!

Я открыла рот, не зная, что ответить. Не имею права? Почему?

— Ты в отставке, Адалира! — выплюнул он. — Первая в истории Служителей Империи в отставке, будучи живой и здоровой!

— Ну и что? — тихо спросила я.

— Что в закрытом отделе твоей карты? — рычал на меня мой добрый коллега, некогда поливавший меня грязью исключительно втихушку.

— Это… я не могу сказать, — потеряла я голос.

— Может быть, пометка о твоей неидеальной службе?

— Что здесь происходит?! — пронёсся эхом громкий голос. Народ вдруг расступился и склонил голову. Я обернулась.

Яр. Кто бы мог подумать! Пришёл засвидетельствовать мой позор?

Принц, без белого коня, но зато в белых одеждах, гармонично сочетающихся с его светлыми волосами и глазами цвета синего льда. Довольно эффектно, ничего не скажешь. Особенно золотой пояс ему очень идёт, как и тёплая накидка на плечах.

— Лира? Что случилось? — спросил он тише и подошёл ко мне. Взял за дрожащую руку и осмотрел так, словно искал повреждения. Да и взгляд был тот ещё, словно раздумывал, наказать сейчас или обождать и ликвидировать неугодную без свидетелей.

— Да ничего, повздорили немного, — прошептала я.

Яр буравил меня непроницаемым взглядом.

— Ты искала меня?

— Да, у меня небольшая проблема… с письмом одним. Мне нужен твой совет, если можно.

— Письмом? — вдруг весело спросил Яр. — У тебя первое письмо в твою странную рубрику, и советчику потребовался совет?

— Не первое. Я же не буду в «Глас» отсылать всё, что мне приходит, — сказал я, делая вид, что рубрика моя пустует потому, что я не нашла достойного вопроса.

Яр кивнул.

— Как открытие закончится, подходи к третьему выходу на мой корабль. Помогу твоему читателю, — улыбнулся он, однако до глаз улыбка не дошла. Так и остались как будто пустыми. Безразличными. Маска для народа Рошгар. Однако я каким-то образом знала, что не это его истинное настроение.

— Почему ты без одежды?

— Всё в порядке, — ответила я.

Кивнул ещё раз и перевёл взгляд на замерших Служителей местного правопорядка.

— Что здесь произошло?

— Ничего…

Яр поднял руку, прерывая мою речь. Я закусила губу и отвернулась. Да пожалуйста, но виновной себя не признаю!

— Эта женщина обвинена мужчиной, — показал он пальцем на моего соратника, — в неуважении к Правительству Рошгар и имени рода.

Яр посмотрел на меня.

— Я просто назвала тебя по имени, — промямлила я, смотря в сторону. — А он сказал, что я не имею на это права. Вот и весь конфликт.

Яр молчал. Но не долго.

— У меня сейчас нет времени заниматься подобной ерундой. После боёв на Ирэ вернёшься на моём корабле, — сказал он грозно.

— Хорошо, — обречённо сказала я и вздрогнула, когда Яр коснулся моей руки.

— Идём.

— Куда?

— Лира, трибуна для моих людей находится на втором уровне, а тебя я вижу где угодно, только не там!

— Так я же работаю, а не развлекаюсь, и обычно… да, конечно, — поспешила добавить я под тяжестью взгляда.

— Не задерживайся. Бои открывает Зору, я хочу, чтобы ты увидела его, — резко произнёс Яр, чинно развернулся и пошёл вперёд. За ним немаленькая толпа людей в чёрном.

Я выдохнула. Посмотрела на своего недавнего обидчика. Тот пребывал в шоке. Но утешать его и говорить «ничего страшного» я не стала. У меня тоже есть гордость, которую потоптали.

— Поспешу к Яру, — сказал я ему, выделяя имя Правителя. Теперь ни у кого не возникнет сомнения, что мне можно называть его по имени?

Проклятье… ну почему я не пошла вместе с Яром сразу? — говорила я себе спустя почти час. Конечно, я не была большим специалистом в местной ненормальной организации коридоров, но никогда не сталкивалась с подобным… э-э-э… неудобством. Собственно, я и не летала никогда в подобные закрытые места. Вместе со мной всегда были штатные журналисты, традиционно освещавшие те или иные события. А я просто ещё одно забавное мнение, которое народ Рошгар читал ради разнообразия. А мне много не надо, долетела, пошла вслед за всеми, не особо заботясь о том, куда иду, посмотрела, что интересного, вернулась, написала статью. Дело нехитрое. А если случалось работать одной, то всегда рядом был человек, говоривший: иди туда. А тут одна… хожу, брожу и нифига не понимаю, почему нельзя было построить нормальные человеческие коридоры с человеческими указателями? Или это я такая глупая и не понимаю принципов движения по этим лабиринтам?

Осмотрела пустынные коридоры. Да, очевидно, проблемы с поиском нужного уровня лишь у меня. Но я не я, чтобы не найти выход из сложной ситуации. Применив метод дедукции и подключив женскую логику, я всё-таки нашла нужный мне отсек. То, что это он, доказывала усиленная охрана.

— Привет, — подняла я руку. Бравые ребята удивились, промолчали, но один из них сжал губы, пряча улыбку. Дверь передо мной исчезла и появилась вновь, едва я зашла в тёплое помещение. И тут я поняла, как замёрзла.

И даже грозный голос Яра меня не волновал. Чесслово! Моей мечтой на данный момент стал горячий шоколад, камин и плед.

— Ты где была?!

Я, даже не взглянув на Яра, прошла вперёд к свободному креслу, сильно смахивавшему на грушу, села, поджала под себя окоченевшие ноги.

— Прости, заблудилась, — прошептала я.

— Ты почему без одежды? — ко мне подошёл… Зору.

— А ты почему не открываешь бои? — спросила я, смотря на главное лицо мероприятия.

— Лира, идёт уже второй этап, — тихо ответил он, неожиданно раздвинул моё кресло, сел рядом и… притянул к себе. — Ты вся закоченела. Что случилось?

— Заблудилась. Сказала же, — пробубнила я и, почувствовав горячий взгляд на себе, подняла глаза и увидела недовольного Яра. Кажется, тот был готов спалить нас своим взором. Но мне было всё равно. Я очень, очень замёрзла, а руки Зору были приятно тёплыми.

— Заблудилась? Поэтому голая? — продолжал допрашивать меня Зору, растирая мои плечи и руки.

— Ой, не приставай. Дайте посмотреть, из-за чего у вас тут переполох, и поеду домой.

— Иди сюда, — властно протянул мне руку Яр. Вот точно, словно собаку подзывал. Руки Зору тут же пропали. Я обречённо поднялась, подошла.

— Прости, я опоздала.

Яр отвечать не стал. Положил руку себе на плечо, и вдруг его красивый тёплый плащ белого цвета с золотой отделкой сложился в камень лои на плече. Протянул его мне.

— А ты? — спросила я, глядя в холодные глаза. Яр молчал и ждал.

Ладно, я птица не гордая. Взяла камушек и положила себе на плечо.

М-м-м, как хорошо и тепло. Я едва не застонала от наслаждения, когда приятная ткань легла на моё тело, принося с собой запах Яра. Подлая память подбросила мне воспоминания о его сильных руках на моём теле, горячих губах… и нет бы на этом закончить, но после вспомнился проклятый ринг, и наслаждение как корова языком слизала.

Но Яр словно и не заметил смены моего настроения, развернул к прозрачной стене и обнял со спины, прижав к своей сильной груди.

Перед моими глазами была арена. Ну, я так думаю. А чем ещё может быть парящий над чернотой серебристый диск в окружении бесчисленного количества бледно светящихся окон. А в каждом окне люди. Много людей. И судя по их активной жестикуляции и артикуляции, они громко кричали.

— Вперёд смотри, — шепнул не на ухо Яр.

Я тут же перевела взгляд на арену, на которую выходили две фигуры. По форме напоминали человека, но уж больно массивный был доспех, а ноги неестественно длинные. Один был странного земляного цвета с безликим плоским шлемом, второй скорее синий и с небольшими рожками, но очень похожий на своего противника.

— Как они двигаются в этом скафандре? Неудобно же, — прокомментировала я, всеми силами стараясь не думать о руках Яра и его причинах обнимать меня. Можно было бы подумать, что решил помириться, но его руки были напряжёнными, а не нежными. Наверно, решил сменить Зору в качестве телогрейки, — решила я и в очередной раз переключила своё внимание на действие перед глазами.

— Попроси у Зору его доспех. Он только с виду кажется громоздким, — ответил мне Яр.

Я недоверчиво обернулась.

— Я на всю жизнь запомню, что было, когда я попросила бокар подержать. Думаю, без демонстрации доспеха я обойдусь и оставлю своё душевное спокойствие при себе.

Яр сжал губы в тонкую полоску.

— Смотри, — кивнул он на арену.

А там тем временем началось активное действие. За спинами противников появилось что-то вроде герба и какие-то надписи, а сами они взяли в руки оружие, которое разворачивалось, как и бокар, только выглядело иначе. Точнее, вообще никак не выглядело, просто длинный заострённый то ли меч, то ли шест. Толком не понятно. Один провёл оружием полосу перед собой, второй перечеркнул её.

— Это один бросил вызов, а второй принял? — предположила я.

— Да, — коротко ответил Яр, сдавленно.

Я коснулась его руки, обнимающей меня.

— Ты замёрз, наверно.

Яр ничего говорить не стал. Я пожала плечами, больно надо… повернула голову и…

— Ого! — воскликнула я, вырываясь из тёплых объятий и буквально прилипая к прозрачной стене. Двое с поразительной скоростью танцевали друг с другом, иного слова не подберу. С оружием, сходясь, кружась в своём странном бое и отходя назад. Это было красиво. Яркие фигуры во мраке. Их клинки со звоном сталкивались, разнося по арене удивительный и непривычный звук. Не металла, а что-то сродни… музыке? Тук, тук-тук. Тук, тук, тук-тук-тук-тук.

Низкий удар, прыжок, разворот и атака.

А я как заворожённая смотрела и не моргала, пока не раздался перезвон и один из гербов не засветился золотым. Противники остановились. Изобразили какую-то фигуру своими клинками и сложили их.

— А что случилось? — посмотрела я на Яра. Тот улыбался. Совсем чуть-чуть.

— Ирго одержал победу, — ответил он. Я невольно скривилась, услышав имя воина, который откровенно ненавидел меня.

— Это же нечестно! Он сильный противник! С кем он сражался?

— С Ришем.

— Да? Жалко как… — расстроилась я, снова прилипая к прозрачной стене.

— Победа засчитывается, только если та была достойной. Можно выйти против слабого соперника, у кого маленький счёт, но тебе от победы над ним ничего не будет, — пояснил Зору.

— А счёт это типа рейтинг бойца? Чем больше, тем лучше?

— Да, — со знанием дела ответил Зору.

— А если новичок с маленьким счётом одолеет уже бывалого противника, тому снизят бал? — поинтересовалась я.

— Это мягко сказано, — тихо рассмеялся Зору. — Многие вызывали меня на бой в надежде, что я оступлюсь, но… — он многозначительно замолчал.

— Наверно, это скучно, драться только с тем, кого ты знаешь. Вас ведь не очень много, высококлассных воинов.

— Зору не самый лучший, — вдруг сказал Яр.

— Лучший ты?

— Нет, Лира, — ответил Яр.

Я снова погрузилась в удивительные бои, решив за спину больше не смотреть. Тем более вскоре к нам присоединились Риш с Ирго, а потом ещё кто-то и ещё. Очень быстро образовалась большая и шумная компания. Мне на их вечеринке делать было нечего, я тут не для того чтобы веселиться, и уж тем более обсуждать то, почему на мне одежда Яра, а подобные вопросы я слышала с каждым вновь прибывшим.

Хотя… от еды бы не отказалась. С утра у меня в животе были лишь печенья. Но это не страшно, вернусь на Ирэ, поем. К тому же бои оказались настолько захватывающим зрелищем, что на тот момент мне ничего и не надо было. Удивительные воины в разнообразных костюмах с совершенно разным стилем боя, но всегда с одинаковым оружием. Верней, оружие разное, там, видимо, был определённый набор, но вот у бойцов оно было одно и то же. Очевидно, это правило — противники сражаются одинаковым… надо будет потом у Зору спросить. Как и правила победы. Как и почему кто-то побеждал, нанеся один-единственный удар, я так и не поняла. Как и непонятно, почему другие бьются чуть ли не до смерти. Нет, серьёзных происшествий я не увидела, но многие так страшно дрались… кошмар!

Очередные воины покинули арену, а я обернулась.

— Зору, а можно мне… — договорить я не успела, так как осознала, что и говорить-то не с кем. В помещении находился лишь один человек. Яр. Он сидел в одиноко стоявшем кресле, развалившись в нём как король, и смотрел на меня.

— А где все? — спросила я, вдруг испугавшись.

— Уехали, как только бои закончились, — глубокий голос Яра можно было бы назвать доброжелательным, но что-то у меня переклинило, и я попятилась назад. Упёрлась спиной в прозрачную стену. Посмотрела на арену, куда выходила новая пара.

— Это стажёры. Доказывают своё право на бои и набивают себе счёт, — продолжил говорить Яр, хотя, очевидно, заметил мой глупый испуг. — Хочешь досмотреть?

Я замотала головой, потом кивнула и ответила:

— Не знаю. Я тебя задерживаю. Извини… — сказала я, сложила тёплый и уютный плащ Яра в лои и протянул ему дрожащую руку. — Спасибо.

Яр покачал головой.

— Не надо. Оставь себе.

Оставь… себе? Я сглотнула вдруг появившийся горький ком в горле. Не помогло. Чудесно… он брезгует брать после меня свою одежду. Лучше мёрзнуть или идти полуголым по коридорам Шигар, чем что-то надеть с плеча землянки.

А потом меня осенило! Тогда, когда я с Зору обсуждала эти проклятые игры, мне было непонятно, как это благородные и чистые граждане Рошгар оскверняют себя. Он ответил, что это просто игра. Верно. Игра. На ринге. Без прямого контакта.

Правда Яр несколько раз обнимал меня и целовал… но, наверно, это было минутное помешательство. В здравом уме он этого делать не станет. Как и надевать одежду, которую носила я.

— Что случилось? — спросил Яр как будто обеспокоенно.

— Ничего. Я не буду досматривать бои стажёров. Спасибо за тёплую одежду и хорошее место наблюдения за боями. До свидания, — ответила я, прошла вперёд, аккуратно положив камушек на маленький столик рядом с Яром и пошла на выход.

— Стоять! — я подпрыгнула от резкого голоса. Почувствовала, как Яр поднялся и приблизился ко мне. Надеюсь, что не убьёт на месте. Зинара говорила, что мне нужно ценить и беречь свой странный статус и быть благодарной Яру за такой подарок. Но что прикажете делать? Ползать перед ним на коленях и целовать ноги в знак признательности?

— Лира, повернись.

Нервно вздохнув, я выполнила приказ, опустив взор на красивые руки мужчины.

— Что ты хотела спросить у Зору?

— Ничего. Прости…

— Лира, — Яр коснулся моего подбородка и поднял голову. Посмотрел в глаза. — Ты слишком часто просишь прощения.

Я подавила очередное «прости» и закусила губу. Его руки были такими мягкими, горячими и нежными. Я чувствовала его зарождающуюся Силу, чувствовала, как она искала отклик, но… мне просто было страшно. От прошлой отзывчивой Лиры не осталось и следа. Яр это тоже чувствовал и понимал. Как и понимал, что я не управляю этим и не от обиды «выключила» свою Шиман.

— Я хочу знать, что происходит в твоей голове, — настойчиво произнёс Яр, гладя большим пальцем по моей щеке. — Почему допустила конфликт у выхода со стации, как умудрилась заблудиться и не спросила дорогу у Цим, почему без тёплой одежды и, Лира, — настойчиво поднял он мою голову выше, — почему ты едва не плачешь, когда я всего лишь пожелал оставить тебе свой плащ?

Я молчала, потому что слова рисковали превратиться в позорные всхлипы. Потом, когда успокоюсь, я всё объясню и расскажу, но не сейчас.

— Лира, — настаивал Яр.

— Я хочу домой. Можно? — прошептала я.

Яр вместо ответа нежно притянул к себе. Обнял.

— Я хотел подарить тебе ринг, но в твоём доме недостаточно места, — шепнул он мне на ухо и… прикоснулся губами. — Ты же хотела тренироваться с Зору, помнишь?

— Конечно, — изумлённо кивнула я.

— Я не против. Можете заниматься на его ринге или в Доме. Второе предпочтительней. Если хочешь, я могу поставить твой ринг, который я уже заказал в Лоргаре, рядом с моим. Или… на другом уровне.

И я уж было открыла рот, чтобы высказать своё изумление этим странным поступком, как вздрогнула от перезвона от моего планшета. Извещение о письме в «Вопросы о жизни».

— Это кто-то написал в мою рубрику, — сказала я, выпутываясь из тёплых объятий, потянулась к планшету, но передумала. — Я, наверно, пойду. Мне работать надо.

— Ты хотела показать мне письмо, спросить совета.

— А… да… но я думаю, что сама справлюсь…

— Лира, — Яр схватил меня за руку, разворачивая к себе. — Покажи мне это проклятое письмо.

— Ладно, — вздохнула я. Покопалась в своём планшете, нашла искомое и протянула Яру. Он углубился в чтение, хмуря брови. Кажется, даже перечитал несколько раз, уж больно долго он пялился на текст.

Поднял на меня глаза.

— Это невозможно, — наконец изрёк он.

— Она ему больше не нужна. Никакой пользы. Зачем держать подле себя старуху?

— Это не нам решать.

— Но…

— Лира, эта землянка ему принадлежит. Я не могу даже предложить ему отказаться от неё, это все равно, как предложить ходить голым.

— Что за нелепое сравнение? — возмутилась я. — Ты не понимаешь…

— Это ты не понимаешь! Землянок в Рошгар осталось очень мало, и все они в полной и безоговорочной собственности. Да и не стоят эти грязные рабыни… — Яр замолчал на полуслове, осознав, что говорит это мне.

— Ты прав, — кисло улыбнулась, забрала из его рук свой гаджет. Кивнула. — Ты прав, Яр. Просто иногда я об этом забываю.

Глава 9

Нужно идти, — сказала я себе в очередной раз, но не сдвинулась с места. Так и продолжала сидеть прямо на площади, облокотившись спиной об одну из парящих над землёй чаш с бьющим из них светом и смотрела на Дом. Я шла сюда с превеликим энтузиазмом и даже радовалась удачно подвернувшейся причине (не могла же я просто так завалиться в обитель Правителя), но только ступила на залитую золотом площадь, поняла, что не могу…

Кое-как дочапала до белой лестницы и без сил прислонилась к странному элементу архитектуры.

И что я ему скажу? Да ничего… я не к нему иду, а в Службу Империи, имевшую центральный пункт в Доме, а Яр… ну… хорошо, если мы увидимся. Я тогда смогу как-то дать понять ему, что не сержусь на его необдуманные слова, сказанные сегодня. Вот только надо бы поторопиться. Местный длиннющий день заканчивается, и просидев тут ещё немного, я рискую глупо опоздать.

И только я собралась решительно подняться, как передо мной возник человек в чёрном. Он неуверенно переминался с ноги на ногу, смотря на расплавленное золото площади, и что-то тихо говорил.

— Я вас не слышу, — сказала я, подавив улыбку. Похоже, что моя персона теперь будет пугать всех.

В вечернем «Гласе» появилась весьма интересная информация о позорном увольнении одного из его сотрудников, который посмел подвергнуть сомнению Служительницу Империи (это обо мне и том типе, что орал на меня в Шигар утром) и более того — требовал обнародовать закрытую информацию на карте. Великий и справедливый Правитель Рошгар был вынужден снизойти до простого люда и спасти своего человека.

Я прочитала лишь мельком, и то сама себя испугалась. Что говорить о Служителе Ирэ.

— Я могу спросить тебя о причинах нахождения на площади? — громче, но нерешительней спросил мужчина.

— Я тут сижу, — известила я его, — любуюсь на Дом. Он прекрасен, да?

Служитель Ирэ нервно покосился на пирамиду и кивнул.

— Здесь нельзя сидеть.

— Правда? — поспешила встать я. — А почему нельзя?

— Нельзя осквернять священный свет павших воинов.

— А-а-а… — глупо протянула я. — Я прошу простить меня, просто решила дойти до Дома пешком, тут правда очень красиво… задумалась и сама не заметила, как села.

Служитель кивнул.

— Я пойду, — сказала я и, увидев облегчение в глазах мужчины, пошла к белой лестнице. — Цим, а как в Дом попасть? — спросила я тихо, решив на время забыть о том, что мне нельзя обращаться с мегамозгом Дома. Конечно, мой некогда коллега был неправ, и то, что его уволили, подтверждало сей факт, но мне как-то было неприятно… и я снова начала чувствовать себя ущербной и недостойной. Глупость, но что поделать.

Вот только Цим меня не обрадовала.

— Лестница перед тобой, Лира, — ответила та.

— Пешком, что ли? — удивилась я. — А ничего другого, более быстрого, нет?

— Есть, но только по личному разрешению Яра. Все остальные посетители должны преодолеть путь и осмыслить свою цель.

— Чудесно… Они ещё землян называют варварами. У тех хотя бы лифт есть! — вздохнула я и начала подъём вверх. Спускаться — не подниматься. Надеюсь, я не паду на полпути, как лошадь.

Но задумка, конечно, интересная. Монотонно перебирая ногами, я, как и положено, осмысливала проблему. Нет, не цель. Моя цель была примитивна и проста — помочь одной из своих читательниц сменить ремесло. Её письмо пришло ко мне ещё в Шигар, во время откровенных обнимашек с Яром, а когда я наконец покинула эту проклятую арену, прочла его и, признаться, была в замешательстве. Неизвестная мне работала кулинаром, но желала стать Служителем Империи. Что тут такого сложного, до меня сначала не дошло. А потом, изучив правила и традиции выбора ремесла, поняла, что, как правило, вид ремесла выбирается один раз, а потом уже не меняется. Человек работает и развивается только в своих рамках. Но все же сменить ремесло можно, но если иная сторона пожелает тебя принять и если ты сам согласен начинать с самых низов. Вот я и шла к Служителям Рошгар поинтересоваться, может ли к ним попроситься моя читательница. А то я ей посоветую идти за своей мечтой, а окажется, что это в принципе невозможно. Ведь служить Империи — не пирожки печь!

Так что думать об этом я не стала, а перебирала в уме наши короткие и немногочисленные встречи с Яром. Это он написал то письмо в редакцию, спасшее мою карьеру. Я почти уверена в этом. Его беспокоил тот несчастный случай с кошем. Да и меня он тоже беспокоил, к чему душой кривить. Попробуй-ка умереть, а потом очнуться в печи для кремации! Ужас!

А Яр… ну, ему тяжело. Я прекрасно понимаю его. Он не привык думать о нуждах землянки и о её обидах и уж тем более подстраиваться под её привычки. Да и не обязан он этого делать. Яр Правитель великой Империи, и наверно, у него есть более интересные и важные занятия, чем узнавать меня. А узнавать есть что. Мы разные. Просто невероятно разные. Сейчас, пожив некоторое время в Ирэ, я поняла, что его жители хотя и отличаются от землян, но не сильно. Немного иной образ мышления, другие мысли, заботы, правила. Иной мир. Но Яр… он как будто выше всего этого. Очевидно, что у него совсем другого уровня проблемы, а до наших муравьиных переживаний и мыслей ему как до луны. Он даже думать об этом не может, не говоря о том, чтобы что-то учитывать. На его плечах миллионы подданных, а ему нервы портит какая-то землянка, не знающая элементарных правил.

Чертыхнулась про себя, вспомнив, как сидела у висячих чаш со священным светом.

Конечно, я тоже человек и тоже имею гордость. Но кроме этого я разумный человек, понимающий, что Яр просто не умеет иначе. Он говорит и делает то, что сочтёт нужным, и если его слова или действия не сочетаются с моим внутренним укладом, это мои личные проблемы. Они тут живут так. И если хочешь остаться, принимай новые правила. И одно из них — земляне не люди. Прими как должное.

Приняла и в очередной раз поблагодарила Яра за возможность приобщиться к жизни простого народа. А остальные… у меня сердце кровью обливалось, когда я думала о своих соотечественниках, когда корпела над ответом Розе. Но… что тут скажешь. Она сама знала, что выхода нет. Балом правят сильные, а мы лишь мусор. Мне не оставалось ничего иного, кроме как выложить её письмо, а в качестве ответа написать: «У каждого из нас есть своё понятие человечности. Для кого-то чистота крови и сильный род (а в Рошгар над этим трясутся неимоверно), а кто-то вкладывает в это понятие больше, чем физиология. Мне нечего посоветовать землянам, их судьба в руках хозяина, но я могу обратиться к тому, кому она принадлежит. Точнее даже не обратиться, а предложить осмыслить прожитые годы рядом с землянкой. Возможно, она не совсем бесчувственная игрушка для ринга. И не совсем уж безвольная и грязная рабыня? Возможно, она заслужила Человеческое отношение (с большой буквы). А даже если и нет, то, возможно, заслужила смерть? Просто подумать над тем, что было, что она отдала вам, и что сейчас перед вами. Просто подумать… мы люди, а не животные. Мы знаем цену жизни, нам знакомо чувство благодарности. Ведь иметь власть не значит пользоваться ей, ведь иметь право не значит требовать».

Уж не знаю, помогла ли я Розе, но сейчас меня больше волновал Яр. Он действительно хотел наладить со мной отношения. И, могу поспорить, что не до конца осознавал, почему те разладились. Верней, не понимал причину. Да, у нас всё было несколько сумбурно, но так… горячо, я буквально с ума сходила от желания и… наслаждения, какого у меня никогда не было. Я была готова молиться на него. Ну не совсем так, конечно, но то, что только один его взгляд разжигал во мне огонь, — очевидно! И Яр понимал, что это неправильно, но старался, чтобы мне было комфортно в его мире: дал мне карту, дом, жалование неплохое. А я психанула, посчитав, что меня выгоняют, и ушла, решив больше не возвращаться. И с этим рингом проклятым… Сама же попросила Зору, захотела попробовать. А знала ведь, что Яр запретил приближаться ко мне и брать для игр. И не удивительно, что верный воин пошёл и тупо нажаловался на меня, вместо того чтобы отдаться соблазну. А Яр, как настоящий мужчина, решил удовлетворить желание женщины. Тем более женщина ранее проявляла довольно очевидное желание! Но нет, я испугалась… Однако он не отчаялся и не отвернулся, написал и спросил, как со мной помириться, я посоветовала проявить заботу и дать понять, что думаешь о предмете своего желания. Я прилетела в Шигар как раз после выхода дневного «Гласа», и Яр как белый рыцарь спас от нападок коллеги, со своего плеча снял одежду, дабы согреть, хотел подарить ринг, который я так желала… а что в итоге? Я опять… ох.

Вы скажете, что Яр должен был подумать, предположить и вообще… но я отвечу: да ничего он не должен! С чего бы ему менять себя и свою суть ради…

Додумать я не успела. Лестница закончилась неожиданно, я оступилась и рухнула на белый пол к чьим-то ногам. Но мне было всё равно. Я вдруг поняла, что дико устала карабкаться на эту гору! Тёплый воздух обжигал лёгкие, а ноги онемели.

— Лира?

О, уже галлюцинации. Я слышу своего орла. Чудесно.

— Сгинь, видение, — пробормотала я и услышала в ответ тихий смех.

— Вставай, — прошептал он мне на ухо и потянул за руку. Я недовольно приоткрыла глаз. Удивилась и открыла пошире, подключив к работе второй.

— Яр? А ты здесь что делаешь? — спросила я, увидев перед собой крайне довольного Правителя Рошгар.

— Я тут живу, а вот твой визит стал для меня неожиданностью, — ответил он и всё-таки поднял моё тело в вертикальное положение.

— Ну я это… по делу, — сказала я, кое-как справляясь с дыханием. Воды бы кто предложил…

— Твоё дело уже закончило работу, — смеясь, заметил Яр.

Я нахмурилась. Чего это он такой весёлый? Не к добру это.

— А ты знаешь, зачем я пришла?

Яр удивлённо вскинул брови.

— Цим, все уже собрались? — спросил он, путая мои мысли окончательно.

— Да, — ответила ему та.

— Хорошо, — кивнул Яр и взял меня за руку. — Идём.

— Куда? — упёрлась я обеими ногами и посмотрела себе за спину, прикидывая как далеко смогу убежать по лестнице вниз на своих дрожащих ногах.

— На ужин, Лира, куда же ещё? В Службу Империи ты не попадёшь, они давно закончили свою работу. Идём, я уже известил, что ты сегодня будешь с нами, и Риш тебя ждёт.

— Ужин? — как эхо повторила я и пошла вперёд, ведомая уверенным и непривычно довольным Яром. Наверно, у них вечеринка по случаю открытия боёв, а я прервала их в самый разгар веселья. — А завтра утром я могу прийти в Службу?

— Конечно, но в этом нет необходимости. Любой гражданин может сменить ремесло даже на Службу Империи. Ограничений по прежней работе нет, лишь требования к новой, — ответил Яр официальным тоном.

— Это хорошо, — кивнула я, улыбаясь. — А обратиться нужно в Совет занятости?

— Да, по всем возникающим вопросам, связанным с ремеслом, принято обращаться в Совет занятости, но также можно прийти в главный отдел интересующего ремесла. Это даже будет более эффективно. Тем более это касается Службы Империи. Запрос о смене ремесла из Совета занятости будет идти вечность и рассматриваться неохотно. Личная встреча предпочтительней.

— Это чудесно! Спасибо! — воскликнула я и почувствовала, как рука Яра легонько сжала мою. — Постой… а как ты узнал?

— Мы уже пришли, — вместо ответа услышала я, а потом меня подтолкнули в спину направлении небольшого, но уютного помещения со знакомыми мне диванами и круглым столом по центру.

— Лира! — радостно воскликнул Риш и махнул рукой к себе. Я же осмотрелась. Свободное место было лишь одно и, надо думать, оно было для Яра. На остальных диванчиках лежали его неизменные воины из похода.

Похоже, что меня не ждали.

— Яр, наверно, мне стоит вернуться, — подняла я глаза на мужчину. Но тот, даже не удостоив меня взглядом, прошёл к своему диванчику и сел.

— Проходи к Ришу или, если хочешь, можешь рядом со мной сесть.

— Ко мне, Лира, — тут же сел Зору и похлопал рядом с собой рукой.

Что тут происходит? Из присутствующих лишь Ирго уже традиционно сверлил меня злющими глазами, остальные же буквально светились радостью и доброжелательностью. Сделала аккуратный шажок к ближайшему дивану, где находился Риш, и присела на край.

— Объяснишь мне, что происходит? — спросила я тихо.

— О, это было так забавно, — шепнул мне Риш. — Наблюдать за Яром и тем, как на его лице появляется то удивление, то смех, могу поклясться, что даже смущение было. Никогда не видел столько эмоций. Настоящих. Представляешь, он покраснел на короткий миг. А потом сказал, что ты скоро присоединишься к нам, и стало всё ясно. Наша Лира на лестнице Осмысления.

— Да? А мне вот что-то не очень понятно, — сказала я, краем глаза поглядывая на Яра. Он не сводил с нас пристального взора и что-то попивал из большого стакана.

— Она не знает? — спросил Риш Яра. Тот покачал головой.

— Чего я не знаю? — не на шутку испугалась я.

— Простому гражданину в Дом можно попасть только по этой лестнице. Пройдя весь путь и открыв Правителю своё сознание, если тот находится в Доме, разумеется. А Яр был здесь, и мы в полной мере насладились его реакцией на твои мысли, — объяснил мне Риш.

Твою ж… подняла глаза на Яра и начала судорожно вспоминать, о чём же я думала во время этого безумного подъёма. Да о чём только не думала! Мои мысли скакали, как бешеные кони, от одного к другому. Даже вспомнила как мы… как он меня…

— Что-то мне нехорошо… — прошептала, чувствуя, как онемели руки, а тело бросило в жар.

— Проклятье, я готов полжизни отдать, чтобы узнать мысли этой женщины, когда она поднималась в Дом, — рассмеялся кто-то из воинов. — Очевидно, они были гораздо более интересными, чем мы предположили.

— Ты им не рассказал? — пискнула я.

Яр покачал головой.

— Конечно, нет! И хватит уже обсуждать дела, вас не касающиеся!

Риш рядом со мной попытался сделать серьёзное лицо, но вышло это плохо.

— Держи, — сунул он мне в руки что-то съестное. Я по инерции взяла, залезла на диванчик и поджала по себя ноги, забившись в угол.

Может быть, мне разрешат тихонько тут посидеть, а потом уйти домой?

Ага, как же!

— Лира, почему ты расстроилась? — услышала я голос Яра. Подняла глаза и увидела, что шутника Риша рядом со мной нет, а его место занял Правитель Рошгар.

Я пожала плечами.

— Чувствую себя голой, — ответила я тихо.

— Голой? — не понял Яр.

— Ну… у вас это, наверно, нормально — вот так открывать себя, свои сокровенные мысли и желания, а мне… у меня такое ощущение, словно меня раздели и выставили на площади на показ. Какая забавная землянка.

— Никто не узнает твоих мыслей. Они так и остались твоими. Лестница Осознания не для того, чтобы выведать потаённые мысли человека, а после осмеять его, она позволяет заглянуть в душу, — ответил Яр. — В Дом не приходят просто так, это или просители ко мне на аудиенцию, или желающие служить Империи, но в любом случае мне никогда не узнать истинных желаний гражданина, а его чистая карта ни о чём не говорит.

— Ну, теперь ты знаешь мои, — прошептала я.

— Да, и я жалею, что не загнал тебя на эту лестницу раньше, — губы Яра едва заметно изогнулись в улыбке.

— Я уже была на ней. Когда первый раз спускалась в Ирэ.

— Нет, нужно обязательно подниматься. Просто нахождение на лестнице ничего не даёт.

— Да уж… надеюсь, что ты не депортируешь меня за недостойные мысли? — спросила я со вздохом и осмотрела зал. Воины тихо-мирно переговаривались между собой и даже не смотрели в нашу сторону.

— Ты права, ход твоих суждений для меня непонятен, как и то, почему ты сочла возможным возвращение на Землю, — ответил Яр, а я замерла. Что значит «сочла возможным»? Он ведь просто неправильно выразился? Или это я опять неправильно поняла?

— Пока я не хочу возвращаться, но когда-нибудь пожелаю навестить родину. Я ведь не пленница, могу свободно передвигаться по Империи, верно?

— Конечно, — нехотя буркнул Яр и посмотрел на мой пояс, где запиликал планшет.

— Я отвечу? — спросила и, получив ещё более недовольное согласие, ответила на вызов. Передо мной возник образ Зинары.

— Лира! — гаркнула она на меня так, что я подпрыгнула. — Вечерний «Глас» уже на выходе! Где твоя статья?!

Я закусила губу… статья, будь она неладна. Я о ней совсем забыла. Начала писать ещё по пути домой на транспортном корабле, закончить не успела, а потом отвлеклась…

— Она не закончена, — пискнула я виновато.

— Почему? — спросила моя начальница недоумённо.

— Я… не успела. Я обязательно закончу к утреннему «Гласу», мне осталось немного.

— Заканчивай сейчас! Я придержу выпуск…

Договорить Зинара не успела. Яр мягко подвинул меня и взял мой планшет в руки.

— Это невозможно. Лира будет занята до конца квады. Возможно, и утром тоже, — сказал он холодным и властным голосом.

Зинара замерла и быстро-быстро заморгала.

— Конечно, — кивнула она. — Лира, у тебя два письма в твою рубрику. Ты сможешь ответить на них к выходу дневного «Гласа»?

— Да, обязательно! — воскликнула я, забирая у Яра планшет.

— Яр, мы вас ждём на арене Дома, — за моей спиной возник Зору. — Лира, гору возьми!

— Чего взять? — обернулась я.

— Гору. Я тебе дам, — ответил Яр и снова уставился на несчастную женщину, не понимающую, что происходит и как на это реагировать. — Зинара, если у тебя есть ещё вопросы к Лире, задавай их быстрее.

— Нет, — ответила та.

Яр тут же всё закрыл и сунул мне в руки планшет.

— Зачем ты так? — тут же спросила я. — Это моя работа! И я вполне могла закончить статью!

— Хватит, Лира, — с угрозой в голосе произнёс Яр. Прикрыл глаза, вздохнул, снова открыл, но мягче те не стали. Так и излучали холодный синий блеск. — Идём, посмотришь, как отмечают открытие боёв мои воины.

— Признаться, я не совсем понимаю причину такого интереса к боям, — сказала я, встала с дивана и пошла за Яром, решив не развивать скользкую тему, которая может вылиться в очередной конфликт. — Яркое зрелище — да, но это же просто… бои. Вы делаете ставки?

— Да, многие делают ставки, но не это привлекает народ. Эти бои как катализатор нашей жизни. О них говорят, их ждут, а участников, даже не победителей, знают, любят.

— Как культ?

— Нет, им не поклоняются, — покачал головой Яр. — Просто любят. Не больше. Есть не так много вещей, делающих жизнь более динамичной, интересной, непредсказуемой. Бои одна из самых важных. Тебе же понравилось?

— Да, — широко улыбнулась я. — Жаль, что я не узнала правила ранее, но даже просто как зрелище эти бои нечто невероятное.

— У тебя неплохие навыки владения оружием. Почему ты занимаешься Освещением Жизни Рошгар, если твоё призвание Служба Империи?

— Я в отставке, — пошутила, но Яр не улыбнулся. Он хотел знать ответ.

— Мне это нравится. А оружие… — я покачала головой. Мы уже дошли до нужного нам помещения, но не заходили. Стояли у порога. — Уже навоевалась. Надоело.

— На Земле ты была солдатом, — Яр не спрашивал, а утверждал.

— Раньше. Я мало помню. Говорят, контузило, потеряла память. Осознанно я служила только год с небольшим. Потом ушла.

— Почему?

— Ты ведь знаешь, что Земля — не всегда сытые жители и чистая вода и еда? — посмотрела я на Яра. Он кивнул.

— Земля одна из самых отсталых колоний моей Империи.

Я кисло улыбнулась.

— Я, конечно, так не думаю, Земля прекрасное место, но, как бы то ни было, я служила в самых неблагополучных местах этой колонии. Голод, разруха, болезни, смерть. Я… я не могла им помочь, а им не нужна была моя помощь. Они просто ждали своей смерти и стремились унести с собой побольше народу, — я закрыла глаза, вспоминая прошлую жизнь. — Это… так ужасно. Страшно. Мы должны были не допустить разгара конфликтов, а в тех местах это означает лишь одно — убивать зачинщиков. Без раздумий, без суда, не смотря на возраст.

— Ты убивала? — спросил Яр, и в его голосе не было упрёка. Просто интерес.

— Да, — пожала я плечами и опустила взгляд на свои руки. — Убивала и не думала, что делаю что-то неправильное. Верила в скорый мир, верила в свою миссию.

Яр взял меня за руку и поднёс к своим губам.

— Верность — хорошее качество. Редкое.

— Редкое? Да у вас тут все поголовно боготворят тебя, даже думать плохо боятся, — усмехнулась я.

— Боятся, Лира. Их любовь основана на страхе, а не вере. Для этого и нужна лестница Осознания, она показывает мне суть. В тебе я уверен. Ты не предашь. Тебе я могу доверить свою жизнь.

— Тогда подари мне бокар, чтобы я могла защищать тебя от врагов, — рассмеялась я.

Яр тоже улыбнулся шутке. Покачал головой. Да я и не сомневалась, что мне откажут в этом маленьком капризе.

Мы вошли в зал, который представлял собой странное круглое нечто. В центре, по всей видимости, арена. Круглая, чёрная, матовая, утоплена в пол на полметра, наверху же столбы, за столбами традиционные дивны и парящие столешницы с едой и питьём.

— Сколь ж можно жрать… — проворчала я, смотря на обжору Ирго. Он, словно царь, лежал на самом большом диване с горшочком в руке и наблюдал за спаррингом Риша и Цро. Надо бы мне уже выучить имена воинов Яра, а то знаю только четверых.

Наше появление отвлекло Цро, чем и воспользовался Риш и под громкий хохот наблюдателей повалил своего противника и приставил к его груди оружие. Короткая рукоять, с одной стороны что-то вроде меча, длинного, плоского и с зазубринами, как камбала, а с другой веер из трёх лезвий. Центральный длинный, два остальных покороче.

— Лира! — Цро нисколько не расстроился своему поражению, резво вскочил на ноги и махнул рукой. — Иди.

— Я?! — возмущению моему не было предела. — Да ты никак с ума сошёл.

— Не бойся, — сказал Яр. — Переоденься только и возьми гору, — снял со своего пояса рукоять и протянул мне. Развернулся и поймал летящий в нас камень лои. Кто его кинул, я заметить не успела.

— Хочешь, чтобы все смеялись надо мной? Я же опозорюсь… — пробормотала, принимая из его рук гору и лои, отдавай взамен свой планшет. Мой пояс хотя и был оснащён удобной штукой для его закрепления, но вдруг свалится? Лучше не рисковать.

— От тебя многого никто не ждет, — «утешил» меня Яр. — И какой позор, Лира, это просто развлечение. Мои воины порой резвятся, как малые дети.

— Да я и правил-то не знаю.

— Какие правила? — крикнул мне с арены Риш. — Мы тут не за честь сражаемся.

— Ну ладно, — вздохнула я и приложила к плечу лои. Моё короткое белое платьице с ярким синим поясом сменилось чёрным костюмом.

— Этот наряд на тебе мне нравится больше, — сказал Яр, а мои щёки почему-то покраснели. Наверно, потому, что мне и самой очень хотелось попробовать сразиться с кем-то из этих сильнейших воинов Рошгар. А вовсе не из-за странного комплимента!

Взяла в руку оружие и побежала к арене. Спрыгнула вниз.

— Только, чур, не смеяться, — предупредила я, глядя на рукоять в своей руке и думая, как его открыть и при этом не проткнуть себя ненароком.

— Мы все друг над другом смеёмся, думаешь, для тебя будет исключение? — хохотнул Риш и показал на пять камней на моём гору, которые я приняла за украшение. — Первый горун, второй — горуш, горуе, горуз и пятый гор. Это виды оружия. У нас они должны быть одинаковыми. Выбирай.

Я подняла глаза. Выбирай? Но мне на помощь пришёл Зору, крикнувший: «Пятый, Лира!» Риш хрюкнул от сдерживаемого смеха, но кивнул. Я насторожилась.

Вытянула руку, нажала на пятый камушек и из древка вышел короткий широкий меч.

— О! — улыбнулась я. — Это то, что надо.

— Да? — самодовольно ответил Риш. Сделал большой шаг назад и сменил оружие на такое же, как у меня.

— А использовать можно только его? А руки или ноги? — спросила я, принимая боевую стойку.

— Тебе можно всё, — подмигнул мне Риш.

— Хватит болтать! — крикнули нам из «зала».

Да… мне тоже надоело это скучное дело, и я сделала первый высокий выпад в сторону противника, когда тот был отбит, провела низкий удар ногой, выбивая из-под него твёрдую землю, и Риш плюхнулся на попу. Раздался оглушающий хохот.

— Э! — возмутился тот, вскакивая в тот же миг. Замахнулся, я попыталась защититься, но… какой из меня защитник, в самом деле, — уже через секунду была на полу.

— Не наседай! — прозвучали возмущённые комментарии.

— Я в норме, — сказала и приняла протянутую мне руку. Встала, сжала рукоять оружия.

Вот она, жизнь! В движении и веселье, которое сопровождало наш бой. И прав был Яр, сказав, что воины его резвятся как дети. Я сама чувствовала себя таковой. И неважно, что на арене, и неважно, что с оружием в руках, происходящее даже не было боем в полной мере, а этакое развлечение для грозных воинов. И я веселилась вместе с ними.

Спустя некоторое время я сидела на одном из диванов, пила что-то вкусное и прохладное и любовалась на то, как Зору пытался одолеть Панора, одного из воинов Яра — высокого и крупного, как и все, мужчину с очень короткими тёмными волосами, всегда строгими глазами светло-карего цвета и мягким лицом. Улыбка буквально прилипла к мом губам, а настроение зашкаливало так, что рисковало лишить меня здравого ума. И спиртного не было (я так думаю, по крайней мере, но кто знает, что было в том коктейле, что я пила), но, как бы то ни было, я давно так не радовалась. Оказывается, наблюдать так же интересно, как и участвовать. Особенно комментировать. За то время, что я провела в этой компании, познакомилась со всеми и поняла простую вещь — они обыкновенные люди. Сильные, умелые, высокомерные, но с простыми радостями и потребностями.

— Панор! Да тебе и оружие не нужно! Брось его, шансы на победу должны быть равны! — крикнула я, вызвав одобрительные крики в ответ. Этот коротковолосый воин был очень хорош в подобных боях и, как выяснила только что, являлся чемпионом боёв на Шигар. Там действительно было много правил и условностей, от знания которых и умения ими пользоваться зависела победа. Короче, побеждает наихитрейший, грубо говоря, конечно, потому что умение и силу никто не отменял. Жаль, что я это поняла, когда понаблюдала за Панором со стороны, тогда бы не была так позорно отлуплена Ришем. Причём вспоминая серьёзные бои, что-то не помню, чтобы примечала хитрости и увёртки противников. Видимо, расслабленная обстановка делает их более очевидными.

Зору, показав какой-то жест Панору, наверно, неприличный, вернулся на свой диванчик и взял со стола кувшин, как у меня. Надо бы спросить, что тут наливают, может, и правда какое-то горячительное.

— Лира, — махнул мне рукой одинокий воин с арены.

— Не, я пас, — заявила я и подняла ноги на стол.

— Давай, обещаю, твоя попа не пострадает, — сказал он, улыбаясь. Я мельком взглянула на довольного Риша. Когда я сказала «отлуплена», то имела в виду именно это слово!

— Ну раз ты обеща-а-аешь, — встала со своего места и встретилась взглядом с Яром. Он лежал напротив меня с другой стороны арены и с плохо скрываемым вожделением смотрел на меня. Его заводят эти игры? Хотя, к чему скрывать, я тоже разгорячилась, могу поспорить, что у меня щёки красные, а глаза блестят сильнее, чем обычно, но сексуального возбуждения, увы, не чувствую. Даже жаль, так недолго я им наслаждалась и слишком быстро потеряла. И жаль вдвойне, потому что огонь Яра чувствовала совершенно отчётливо.

— Хватит Яром любоваться, — прервал мои мысли Панор. — Спускайся, я покажу тебе, как дерутся настоящие воины.

— Ты хотел сказать, покажешь, как настоящие воины обижают беззащитных женщин? — спросила я, спрыгивая вниз и доставая свой меч.

— Это ты беззащитная? — рассмеялся кто-то за моей спиной. Но я на него не обратила внимания, и только Панор сменил горуз на гор (я их всё-таки запомнила), кинулась в атаку под одобрительные крики из «зрительного зала». Разумеется, всё, что было направлено на Панора, он отбивал без особых усилий, но, надо отдать должное, сам не нападал, давал возможность мне порезвиться. Пока у меня не кончились силы. Оказывается, можно победить, взяв противника измором.

Я упала на арену и подняла руку вверх.

— Всё! Объявляю тебя победителем!

— Вставай, у тебя ещё остались силы, — возмутился мой наглый противник.

— Неа, всё что осталось — моё. Мне ещё работать надо, — грустно сказала я, вспомнив о неизбежном. — Кто из бравых воинов подбросит девушку до дома?

— Оставайся, — услышала я голос Яра рядом.

— О, а ты снизу смотришься просто отпадно, — хохотнула я. Нет, они определённо что-то добавляют в свои напитки. — Останусь, но с тебя душ. А то у меня цены на воду просто грабительские, а мне понадобится не меньше тонны.

— Вся вода в хранилище твоя, — в тон мне ответил Яр. Протянул руку, предлагая подняться.

— Неужели я так жалко выгляжу, что без помощи не встану? — спросила я, но с охотой ухватилась на горячую ладонь. — Наверно, мне и правда пора. Вы тут продолжайте развлекаться, а мне нужно помыться, закончить статью о боях и ответить на письмо в рубрику.

Поднялась и, взяв по пути кувшинчик с какой-то едой, помахала мужчинам.

— Всем спасибо за компанию.

— Лира, я напишу тебе. Дашь дельный совет? — крикнул мне Риш.

— Обязательно.

Яр сосредоточенно щурил глаза, наверно, решая провожать меня до комнаты или нет, но, оценив количество глаз и длину языков, решил остаться на месте. Я же, забрав со стола планшет, потопала в свою старую комнату. Голова гудела от обилия впечатлений, но я таки нашла в себе силы принять душ, дописать статью и отправить её Зинаре. Потом, побродив по комнате и съев утащенный с банкета ужин, залезла в кровать и принялась за ответ для рубрики.

Признаться, я переживала. Сейчас посоветую идти и взять свою мечту за хвост, а дамочка всё бросит и на крыльях побежит по этой проклятой лестнице… Кошмар. Я покачала головой и принялась писать свои соображения на этот счёт, очень тщательно подбирая слова. Мол, мечта — это чудесно, особенно если ту можно осуществить, просто приди и возьми, но что касается Службы Империи, нужно не просто хотеть, а быть уверенной в своём желании, а главное — в своей вере. Если твоя вера крепка, то путь только один — Дом, второй уровень. Отдел Службы Империи.

Выключила планшет, подняла глаза и увидела в своих дверях Яра, подпирающего стену. Кажется, это положение его любимое.

— Что ты ответила? — спросил он.

— Что одного желания недостаточно, нужно быть уверенной в своей вере, — ответила я, пожав плечами. — Повторила твои слова.

Яр кивнул. Помолчал, о чём-то подумал.

— Почему ты просишь называть себя Лирой? — вдруг спросил он.

— Адалира длинное имя и для Земли необычное. Почему ты спрашиваешь? — удивилась я, а когда Яр оторвался от стены и пошёл ко мне, опешила. Но дёргаться не стала. И даже не шелохнулась, когда он присел на мою кровать.

— У нас короткие имена имеют немногие, в основном высший круг, а простолюдины не позволяют себе подобного. Сокращать же своё имя считается… грубостью, — огорошил меня Яр. — И то, используются лишь первые буквы, но никак не последние. Возможно, это причина конфликтов на твоей странной работе.

Я невольно улыбнулась.

— Ты пришёл дать мне совет? Это так мило, спасибо.

— Мило? — Яру явно не понравилось это слово.

— И какого имени я достойна? Адал? — спросила я.

— Адал? Нет, я бы называл тебя Ади, — тепло улыбнулся мне Яр, однако мне вдруг подурнело.

— Нет, ты не можешь меня так называть, — прошептала я обескровленными губами и сама не заметила, как до боли сжала в кулаках покрывало и прижала к груди.

— Что случилось? — тут же спросил Яр, поднял руку, чтобы коснуться моего лица, но я отшатнулась. — Тебя кто-то так называл?

— Нет! — выкрикнула я.

Яр хмурился и наверняка решал, отпустить меня или надавить и выудить правду, а то, что я вру, было очевидно. Сложная задача, особенно если учесть его характер.

— Хорошо, — наконец изрёк он и недовольно сжал губы, когда увидел на мом лице облегчение. — Ты сама расскажешь мне, когда пожелаешь.

— Спасибо, — пискнула я.

Яр кивнул и, взяв в свою руку мою и применив немалую силу, разжал пальцы, спасая покрывало от удушения.

— Отдыхай, Лира. Я рад, что ты сегодня вошла в Дом и нашла своё место в нашей семье.

— Ты считаешь своих воинов семьёй? — удивилась я.

— Да, только иной. Не кровной, конечно же, — снова нахмурился Яр. Ох, он так часто это делал, удивительно, что у него на лбу нет морщин.

— Это чудесно, — я положила вторую руку поверх его, чувствуя, как зарождается его огонь. И тут же убрала. — Извини, мне, наверно, не стоит так близко быть к тебе. Я чувствую твою Силу, но ответить мне нечем…

— Это неважно. Не думай об этом, — холодно ответил Яр, словно не испытывал ничего. — Ты рядом, и надеюсь, что так и останется.

Наклонился, коснулся губами моего виска, опаляя жаром, и удалился. Я же открыла ещё одно письмо, пришедшее на личную почту.

«Адалира, что ты делаешь в Ирэ? Как смогла покинуть колонию?»

Несколько минут мне потребовалось на осмысление. Мозг, пропитанный неизвестными мне напитками и весельем, отказывался оценивать реальность адекватно.

Предчувствия буквально кричали о том, что это тот тип, который лишил меня спокойствия. И он мне написал?

Ответить? Нас всегда учили не вести переговоров с безумными, но… кто это и откуда знает? Может, Ирго развлекается? Нет, этот человек хоть и вредный, но считает себя благородным воином, он не станет опускаться до слежения, до какой-то землянки.

«Правила приличия требуют сперва представиться, а потом уже задавать странные вопросы» — написала я и отправила. Ответ пришёл почти сразу:

«Тебе здесь не место, Адалира».

Тоже мне новость.

Глава 10

— В этом сезоне бои обещают быть весьма интересными, — сказал он, прижимая меня к своему сильному телу, продолжая смотреть куда-то вперёд. Наверно, на арену, откуда слышались звуки боя. Я же смотрела только на него, подняв голову вверх и обвивая его торс руками. Лица как всегда не видно, но это нисколько мне не мешало.

— Интересными? Любимый, скажи мне, что ты решил вернуться на бои, — ответила я.

— Нет. Но… — он многозначительно замолчал, поднимая руки вверх и гладя мою спину. — Я видел среди списков участников Белого воина и основное оружие у него горун. Любимая Ади, ты думала, я не узнаю? — рассмеялся он. Притянул меня к себе плотнее и, наклонившись, поцеловал в шею. — Целую вечность я не видел тебя на арене.

* * *

Я резко открыла глаза, прогоняя остатки сна. Но тот уходить не желал, я до сих пор чувствовала сильное тело под своими руками, а на своей шее нежные губы.

— Что это было? — прошептала я. Мой бесплотный любимый, являвшийся мне изредка, и бои в Шигар? Что за бред?

Закрыла руками лицо. Он целую вечность не видел меня на арене? Да ещё и с горуном в руках. Да я первое оружие даже открывать боялась! И каким образом мой больной мозг смог выдать эту безумную комбинацию?

Подскочила на кровати и побежала в душ. Окатила себя прохладным тропическим ливнем, высушилась, оделась в чёрный костюм, любезно предоставленный Яром и, схватив со стола гору, побежала на арену Дома.

Риш говорил, что каждый боец имеет основное оружие и, как правило, это третье или четвёртое. Второе редко. А первый — горун — используют единицы. Когда он его раскрыл и показал мне, я поняла почему. Огромный, метра три в длину, оснащённый вытянутым трезубцем, наточенным, как мечи, с одной стороны, и веером коротких мечей с другой. Им нужно было уметь пользоваться. И самое главное — уметь не поранить себя.

Добежала до пункта назначения и прыгнула вниз на арену. Короткий вдох и, вытянув руку, открыла первое оружие.

На боях в Шигар практически нулевая смертность, да и тяжёлые травмы мало кто получал, и что-то мне кажется, что мизерный процент, что всё-таки имел место быть, приходился на тех, кто дрался этим.

Просто страшно красиво.

Немного осмелев, я взмахнула оружием, рассекая со свистом воздух. Резко развернулась и удар в невидимого противника. Горун словно слился с моей рукой и чувствовал мои желания. Странно, но с коротким мечом я подобного не ощущала, да и по сравнению с этим чудом казался слишком лёгким. А то, что сейчас было в моей руке и так охотно отзывалось на движения, имело хороший вес. Идеальный. С ним я чувствовала себя сильней.

— Горун определённо твоё оружие, — услышала я голос рядом, резко обернулась и наотмашь ударила трезубцем. — И рефлексы хороши, — продолжил неизвестный.

— Панор? — разглядела я во мраке колонн мужчину. — Ты что, подглядывать за мной пришёл?

Что-то мне не очень хотелось, чтобы за моими кувырканиями кто-то наблюдал. А то, что было вчера не в счёт.

— Пришёл? Лира, это ты вбежала к нам, как от погони. Не поприветствовав никого, прыгнула на арену… как тебе спалось?

— Нормально, — пробормотала я, замечая за спиной мужчины ещё одну фигуру. — А вы не уходили, что ли?

Панор покачал головой, снял со своего пояса гору и прыгнул ко мне. Раскрыл смертоносные лезвия первого оружия и махнул мне рукой.

— Давай.

— Да ты свихнулся, — сделала я шаг назад. — Ты меня убьёшь этой штукой.

— Зачем тогда пришла?

— Просто интересно стало. Проснулась и подумала о горуне. Решила попробовать, — продолжала отступать я. — Попробовала, всё, больше не хочу.

— Что-то не похоже, что ты его держишь впервые, — за спиной Панора появился Риш. О… их тут и правда целая банда. — Гором ты владеешь гораздо хуже и менее уверенно.

Панор утвердительно кивнул.

— Определённо ты не новичок. Кто тебя учил?

— Да никто! — воскликнула я. Что за наезды? И как это они определили моё умение по одному взмаху руки?

— Должно быть этот «никто» очень хорош, потому что держишь ты горун правильно. Да и твои движения не просто удары, а те, что могут быть применены только с первым оружием, — недовольно произнёс Риш. — Цим! Адалира принимала участие в боях на Шигаре?

— Информация закрыта, — последовал ответ.

— Да там закрывать нечего! Нигде я не участвовала! Алё, я землянка! Не забыл?! — закричала я.

Риш покачал головой.

— Ты не землянка, Лира…

— Эта тема закрыта! — громко сказала Цим. — Происхождение и блок памяти Адалиры — закрыты для обсуждения!

— Чего? — прошептала я.

— Идём. Ты уже завтракала? — протянул мне руку Риш.

— А что это происходит, а? — спросила я, складывая горун, и вложила свою ладошку в ручищу мужчину. Может быть, он хотя бы намекнёт?

Риш довёл меня до диванчиков, посадил и сел рядом. Задумался. Видимо, о том, что можно сказать и обойти запрет. Панор дипломатично ушёл, а может быть, у него дела какие были, не знаю, но лишние уши мне тут были не нужны.

— После того как ты едва не умерла от наркотика, Яр начал разбираться. Кош используется во всех играх с землянками, он лёгкий и практически безвредный, за всё время даже передозировки не зафиксировано, а ты… там доза то была мизерная, — покачал головой Риш, — я сам проверял. Сказать большего я не могу, да и говорить по большей части нечего, никто ничего не знает и не понимает, но будь ты землянкой, то той трагедии бы не произошло.

— А что там с памятью?

— Яр говорил, что у тебя была потеря памяти.

— Была, — пожала я плечами. — Но я совершенно точно не появлялась из ниоткуда. У меня была жизнь, остались документы, очевидцы в конце концов. У меня был и есть начальник, он знает меня давно, кажется, даже ещё до того, как меня контузило. Да и служила я не простым рядовым, как-то же успела пройти по карьерной лестнице.

— Возможно… — пробурчал Риш. — Но целитель…

— Риш! — воскликнула Цим, перебивая болтливого воина.

— Цим, я имею право знать! — возмутилась я.

— Лира, у вас есть прекрасная поговорка, — ответила мне та.

— Меньше знаешь, лучше спишь?

— Верно. Ты оставила планшет в своей комнате, и у тебя два письма и звонок от Зинары.

Я побарабанила пальцами по столу, обдумывая ситуацию. Та была непонятной.

— А я и не знала, что Цим у нас за верховную власть.

— Лира, это не моё решение! — обиделась мегамозг.

— А чьё? Хотя постой, дай угадаю, закрытая информация, — сказала я и приняла из рук Риша горшочек с едой. Приятно, что его предложение о завтраке не было предлогом увести с арены. Попробовала, но вкусовые рецепторы безмолвствовали, отдавая все силы работе мысли.

Это, конечно, хорошо, что Яр не забыл о том происшествии и решил выяснить причины, вот только то, что я об этом узнала случайно — скверно. И скверней всего, что результаты исследования мне не скажут. Вот только землянка я или нет, меня волновало мало, я хорошо изучила историю колонии и знала, что та была заселена людьми такими же, как среднестатистический житель Ирэ, у тех даже легенды были о неких богах, выбравших эту планету для себя. Но не в этом суть, мне, честно говоря, было плевать с высокой колокольни, что там было миллион или три тому назад и как на Земле жизнь зародилась, важно другое — мы одинаковые. Мы люди.

А вот то, что Цим упомянула о блоке моей памяти, меня насторожило. А вкупе с недавними словами Зинары о том, что она нашла якобы мои следы, и письмом от неизвестного — напугало. Дело тут нечисто — очевидно!

— А где сейчас Яр? — спросила я Риша.

— Лира… — начала говорить Цим, но продолжить не успела.

— Цим, в твоих советах я больше не нуждаюсь! — громко сказала я. — Покинь эту комнату и меня!

— Ты не можешь… — хохотнул Риш. — Только Яр управляет Цим в Доме.

— Да? Попробуй позвать её.

Риш, продолжая смеяться надо мной, позвал. Та не откликнулась. Я посмотрела на воина:

— Видимо могу. Все ушли, тут только мы, рассказывай.

Риш покачал головой.

— Тут правда нечего рассказывать. Яр начал разбираться, почему кош на тебя так подействовал и что ещё может представлять опасность для твоей жизни. Целители изучили твою кровь, гены и пришли к выводу, что ты не землянка. Всё.

— Почему кош применяется к землянам, мы же по сути такие же, как все, — спросила я и встретилась с оскорблённым взглядом.

— Дело в особенностях планеты. Те, кто там родился или пробыл достаточно длительное время, приобретают иммунитет к веществу, которое составляет основу для кош. Не знаю почему, экология или причина в воде или земле, но земляне лишь успокаиваются и расслабляются от того, что может нас убить.

— Кош — это яд? — прошептала я изумлённо.

— В больших дозах и если ранее не введена вакцина, да.

— С этим понятно. А что с моим блоком памяти?

— Лира, я бы очень хотел помочь тебе. Ты права, и любой имеет право владеть информацией о себе, но нарушать приказ я не стану, — резко ответил мне Риш.

— Ясно. Вернёмся к другому: знаешь, где сейчас Яр?

— У себя, наверно. Он ушёл незадолго до твоего прихода. А так как он последние две квады не спал, предположу, что он отдыхает.

— Да? — погрустнела я. — Жаль. Тогда я, конечно, не буду беспокоить его. Две квады — это много…

— Лира, — взял меня за руку Риш. — Поднимись к Яру. Но не за своими ответами, а просто побудь с ним рядом.

— Мне жаль, но моя Сила Шиман умерла, — прошептала я, смотря в сторону. — Кош убил. Я больше не чувствую её и не могу подарить Яру. Да и неправильно это всё было, обезумев от страсти кидаться на Правителя Рошгар. Так, наверно, даже лучше…

— Я не знаю… мне никогда не приходилось почувствовать на себе Силу, но думаю, что Яр будет тебе рад и без неё. Никогда мы его не видели таким счастливым, как вчера. Да и ты не могла глаз отвести. С Шиман или без.

Я нерешительно встала и посмотрела на дверь.

— А он меня не убьёт ненароком, если я войду на запретную территорию?

Риш пожал плечами, что показалось мне не слишком обнадёживающим.

Ну ладно. Схожу разведаю, может быть, у Яра будет хорошее настроение, и он сам мне всё выдаст? Маловероятно, конечно, но просто так уйти я тоже не могла.

Дошла до центра пирамиды и по спиралеобразному пандусу пошла наверх. Туда, где была вотчина могучего и справедливого Правителя Империи. И уже на подходах услышала крики. Как ни удивительно, но кричала Цим. Я подбежала ближе и прижалась спиной к стене, чтобы случайно не быть замеченной в открытом проёме двери. Сказала бы, что навострила ушки, но тут впору было их прикрывать, дабы спасти от оглушения.

— Ты не понимаешь! Этого не может быть! Как это возможно? — кричала Цим, словно той резали провода. Ну или как там она работает… может быть, палили ей эфир?

— С Лирой многое непонятно, но это тебя не должно волновать, — отвечал Яр строго, но я услышала в его грозном голосе усталость. Если эта зараза разбудила моего орла, чтобы поорать, то я её точно процессор спалю!

— Яр, это не может не волновать меня! Эта девчонка просто приказала выйти из зала с Ареной и всё, больше я её не вижу! — верещала Цим, а я удивлённо приподняла глаза. Подобралась к дверному проёму, ещё раз удивляясь тому, что тот открыт, заходи кто хочет, и осторожно заглянула. Кровать Яра представляла собой большой матрас цвета золота и, как ни странно, скромных размеров. У меня в комнате была больше. Светловолосый мужчина лежал наполовину обнажённый, прикрыв рукой глаза, отвечал:

— Ты не можешь не видеть её. Только отец и я могу закрыться полностью.

— Я! Её! Не вижу! — возмутился голос Цим. — Более того, её карта и прочая информация для меня закрыты. Даже её писем я не вижу. Как такое возможно?

Иди, перезагрузись, — хотела предложить я, но благоразумно промолчала.

— Яр, ты уже выяснил, что эта Адалира не землянка, так может быть, она враг?

— Отстань от неё.

— Она не заслужила твоей веры.

— Хватит! — рявкнул Яр и вскочил со своего ложа. Я тут же отпрянула и прижалась спиной к стене. — Не ты, а я решаю вопросы со своей верой! И говорю в последний раз: Адалира — закрытая тема для обсуждения. Это касается всех! Включая тебя!

— Яр…

— До конца квады ты мне не нужна! — оглушительно закричал Яр. Потом некоторое время было тихо, очевидно, Цим ретировалась, поджав хвост, фигурально выражаясь, конечно. Я же усиленно прислушивалась и пыталась понять, вернулся ли Яр в кровать или эта электронная зараза перебила ему сон. Но было тихо, наверно, всё-таки лёг. Мне даже в какой-то момент стало любопытно, как спят Правители империй, и я думала заглянуть и посмотреть, но вместо этого подскочила на полметра, когда раздался громовой грохот неизвестного происхождения, сопровождаемый вполне понятным и различимым рёвом Яра.

Затаив дыхание, я прижалась к стене, хотя разумней всего было бы бежать. Закрыться в своей комнате и делать вид, что ничего не видела и не слышала, но… я стояла у этой проклятой стены, слушала буйство Яра, и у меня сердце кровью обливалось.

Похоже, что он громил свою спальню, и не просто выпускал пар, а был в ярости.

Вздрогнула от очередного рыка, наполненного злобой и болью.

Мой бедный орёл.

Прикрыла глаза, в очередной раз говоря себе, что дурость моё второе имя и мою героическую смерть никто не оценит по достоинству, вздохнула и вышла из своего укрытия. И только моя нога пересекла порог комнаты, как рядом со мной возник смерч с бокаром в руках. Я замерла, почувствовав прохладное оружие на своей шее. И струйку горячей крови, стекающую по ней.

— Привет, — просипела я, стараясь говорить тихо и не особенно шевелить губами. Но лицо Яра было полностью лишено эмоций и каких-либо движений. Словно гипсовая маска, мужественная, идеально красивая и с яркими синими глазами, в которых полыхал холодный огонь.

— Я тут проходила мимо, решила заглянуть. Можно? — спросила я, смотря в глаза Яру и пытаясь уловить в них хоть что-то. Проклятье, если его рука дрогнет, то я лишусь головы!

Ответа, как и следовало ожидать, я не услышала. Сделала осторожный шажок в сторону, но и лезвие рога сместилось настолько же.

— Не убивай меня, пожалуйста.

Яр моргнул, но с места не сдвинулся.

— Знаешь, я тут подумала, пожалуй, ринг мне и правда не помешает. Ты же всё ещё хочешь подарить его мне? Буду учиться держать в руках горун.

Брови Яра слегка нахмурились. Это ведь хорошо, правда?

— А вчера… я была не права, когда так грубо ответила тебе. Ты можешь называть меня Ади, если того желаешь. Так меня называет один… друг. Но ты ведь тоже мне друг, — посмотрела я в синие глаза. Ох, я так долго не простою, ноги дрожат, а я, того и гляди, сама упаду на его оружие. Медленно подняла руку так, чтобы было видно мою пустую ладонь, и двумя пальчиками взялась за лезвие. — Давай уберём это, ладно? А то очень страшно, — и осторожно отодвинула его в сторону.

Яр опустил руку с бокаром вниз, страшно чирикнув им по полу.

Я нервно сглотнула, но отступать и не думала. Сделала шаг вперёд и положила свою руку на обнажённую мужскую грудь.

— Прости, — сказала я и провела рукой вверх, гладя упругие мышцы. Приблизилась ещё немного и погладила напряжённое плечо. — Это моя вина. Если бы я только знала… — положила ладонь на его щёку и почувствовала, как глаза защипало от слёз, когда Яр прикрыл веки. Он, промедлив несколько секунд, поднял свою руку и положил поверх моей. Так мягко, нежно. Поднёс к губам. Поцеловал.

— Хватит, — его резкий и грубый голос совсем не был похож на ласку. — Хватит просить прощения за всякий бред!

Я сделала ещё один шаг и оказалась в стальных объятиях. Яр обеими руками обхватил мою голову, зарываясь пальцами в водопад волос, и, запрокинув назад, впился диким поцелуем, обжигая взявшимся из ниоткуда жаром. И также резко прервал его.

— Зачем ты пришла? — грубо спросил он, продолжая жадно поедать глазами мой рот.

В груди проснулось что-то горячее.

— Не знаю… соскучилась… — прошептала я.

— Что ты хочешь? — прорычал Яр, сжимая мои волосы и посылая очередную волну жара в самый пах. Я невольно застонала и прижалась к мужчине.

— Тебя. Без проклятых игр и рингов. Тебя настоящего. Во мне.

Я не верила себе. Не верила в то, что чувствовала.

Яр словно зверь набросился на меня, завладевая своей яростью и ненасытной Силой. И мне это понравилось. Огонь в моей груди больше не горел, он волной выплеснулся наружу и вмиг нашёл родную стихию. Нашёл Силу Мон. Слился с ней и растворился во мне, даря блаженство. Рождая новое пламя. Ещё более сильное, безрассудное. Он не умер от проклятого наркотика, вовсе нет, он просто ждал. И то была слепая похоть.

Я на полу, на том же месте, куда успела дойти, горячие сильные мышцы под моими руками ощущались, как рай, а жадные губы, словно безумные, терзали моё тело. Грудь, живот, бёдра. Яр, как голодный… целовал, кусал и сжимал в своих горячих объятиях.

Но это было слишком… я изогнулась и закричала:

— Быстрей, Яр, ты меня убьёшь!

Секунды казались бесконечностью. Тело горело от адской нужды в нём. Только в нём, в моём орле.

Требовательная рука появилась у меня под поясницей, вторая раздвинула мои ноги. Толчок, и мы кричим в экстазе. Одно движение, он во мне и освобождение.

Сознание мутилось, я не могла сосредоточиться больше ни на чём, кроме яростных движений внутри меня, кроме экстаза его губ, продолжающих смаковать мои губы и вниз к груди. Уже нежнее, но так же горячо. Я слышу нечеловеческий рык, когда пытаюсь прижать его к себе ногами, мои руки на его плечах… мне нужно больше, сильнее. Я не могу это сказать, вместо слов изо рта вырываются только крики и нечленораздельные стоны, но он знает мою нужду, даёт это и берёт сам, впитывая мою Силу Шиман, вырвавшуюся на свободу.

— Лира… — слышу я, кажется, спустя вечность, когда сознание начало возвращаться, а мир обретать чёткость. Приоткрыла глаза и улыбнулась. Мой орёл лежит на мне. Во мне. И тоже улыбается. Какой же он красивый. Вот только улыбка почему-то пропала. — У тебя кровь.

— А, порезалась, — ответила я хрипло и вздрогнула, когда он вышел из меня, оставляя после себя пустоту и странное чувство удовлетворения. Хотя… от продолжения я бы не отказалась, пусть и была удовлетворена впервые за свою жизнь.

— Порезалась? — переспросил Яр, приподнялся и нежным движением руки откинул мою голову, смотря на рану.

— Ага. Об твой бокар, — ответила я и посмотрела на его обнажённый торс. Тоже в красных разводах. Как и правая щека. — Нам обоим нужно в душ.

— Тебе нужен целитель, а не душ! — рыкнул на меня Яр и резко, но аккуратно поднял на руки и понёс к своей кровати. Я краем глаза заметила на полу, где мы лежали, небольшую, но всё же лужу крови. Рядом разорванная в клочья одежда. Мой чёрный костюм и белые штаны Яра. Чудесненько.

Яр положил меня на низкое ложе, по комфорту схожее с камнем, и накинул на меня золотистое покрывало, скрывая наготу, что странно, так как сам он, видите ли, оделся. Из стены появился прозрачный столик с маленьким планшетом золотистого цвета.

— Риш! — крикнул Яр. Планшет тут же ожил, и появилось изображение воина. — Мне нужен заживляющий дым.

Даже со своего места я увидела возникшее удивление на лице мужчины.

— Быстро! — приказал Яр.

— И пусть в мою комнату за планшетом зайдёт, — попросила я.

— Зачем? — обернулся Яр ко мне.

— У меня два письма. Нужно ответить к дневному «Гласу».

— Возьмёшь мой, твои письма дублируются мне, — отрезал он и посмотрел на своего воина. — Только дым и быстрее, Риш.

Яр выключил видеосвязь и, опершись руками о прозрачную столешницу, опустил голову вниз.

Меня так и подмывало извиниться за то, что ворвалась к нему, спровоцировала нападение, а после ещё и секс, но молчала.

Риш появился очень быстро. Осмотрелся, оценивая обстановку, очевидно, приметил и лужу крови, и до сих пор валяющийся на полу бокар во всей своей смертоносной красе. Однако я в кровати Правителя его удивила больше всего.

Но только он хотел подойти, Яр оторвался от созерцания стола и протянул руку.

— Давай.

— Что с Лирой? — осторожно спросил Риш, отдавая маленький флакончик.

— Я её ранил, — хмуро произнёс Яр, подошёл ко мне и нежно, едва касаясь, собрал мои волосы и перекинул их мне через другое плечо. Наклонил голову и пшикнул дымом на шею. Кажется, таким же он меня лечил в тот раз, когда проткнул в Храме Силы.

— Чему ты улыбаешься? — спросил Яр, сосредоточенно хмуря брови и не отводя глаз от моей шеи.

— Похоже, что у тебя входит в привычку испытывать на мне остриё своего оружия, — ответила я неуместно весело.

— О чём ты?

— А ты уже забыл, как едва не убил меня в Храме Силы? У меня даже шрам остался, — улыбнулась я. — Красивый. Показать?

Яр перевёл взгляд на мою грудь, спрятанную под покрывалом. Он прекрасно помнил, как проткнул меня и куда. Но предпочёл бы забыть.

— Так что произошло? Только что два верхних уровня сотрясало от Силы Шиман, а у тебя, оказывается, Лира вся в крови, — спросил Риш, и услышать недовольство в его голосе было легко. Да он его и не скрывал даже.

Яр отвечать не собирался. Он уже закончил с заживлением раны и теперь сосредоточенно оттирал кровь с кожи шеи. Почему нельзя было сходить в душ, я так и не поняла. Я опять исчерпала лимит воды?

— Просто не вовремя пришла, — пояснила я. — Услышала громкие звуки, решила, что враги, и нужно спасать нашего Правителя, влетела, не подумавши, и была атакована.

— Спасать? — зыркнул на меня Яр. Я виновато пожала плечами.

— Извини, обычно я думаю, прежде чем что-то делать, а тут забыла.

Риш тихо хохотнул.

— Можешь идти! — приказал Яр.

— Кто, я? — спросила.

— Нет! Риш уходит! Ты останешься! — возмутился Яр.

— Ладно, ладно, здоровяк, — подняла я руки. — Но ты мне обещал свой планшет.

Спрашивать, каким образом Яр получает доступ к моим письмам, я не стала, как и почему те дублируются ему: очевидно, это не проблема. А вот у Цим, помнится мне, возникли сложности.

Риш удалился, тихо напомнив Яру, что его оружие лежит на полу, а тот, пошаманив со своим гаджетом, протянул мне мои извещения с пропущенным звонком от начальницы и двумя письмами.

— Я могу позвонить Зинаре? — посмотрела на Яра. Он так и остался стоять рядом, нависая надо мной, как скала, да и руки ещё скрестил на груди для пущего эффекта.

— Нет.

— Ладно… напишу тогда, — вздохнула и быстро настрочила письмо, спрашивая, что она хотела.

Ответ пришёл молниеносно. Мне следовало отправиться в некий Ланг и полюбоваться на открытие какого-то ресторана на закате этой квады. Ну и написать об этом, разумеется.

— Где находится Ланг? — спросила я. Подняла глаза. — И ты стоять не устал?

— Ланг — это колония зиров. Дикие племена, по большей части неразумные, — ответил Яр на первую часть вопроса, продолжая стоять.

— И что там у них за ресторан может появиться?

— Не ресторан, Лира, а пункт питания. Ланг является колонией Рошгар, а значит, имеет право на помощь!

— А… — покивала я. — Ну конечно, только земляне отбросы, в чью сторону даже смотреть противно, — пробурчала я, открывая первое письмо с личной почты. Оно оказалось от хозяина дома, где я снимаю жилплощадь, с предложением переехать в отсек побольше, так как присланный мне ринг в него не поместится.

— Ты не землянка, — запоздало ответил Яр.

— А какое отношение имеет моё происхождение? — спросила я, не поднимая головы. — Знаешь, самим землянам всё равно, они даже не знают о вашем существовании, живут сами по себе и самостоятельно решают свои проблемы. Но ты-то должен понимать, что если любишь свои отсталые колонии, то любить их должен все одинаково независимо от своих внутренних убеждений. Либо откажись от той, которая тебе неприятна и дел ты с ней иметь не желаешь.

— Отказаться? — воскликнул Яр. — Ты не понимаешь, о чём говоришь!

— Да, скорее всего, это так. Просто высказала своё мнение. В Рошгар свобода слова, — ответила я, открывая следующее письмо, которое было адресовано в рубрику «Вопросы о жизни».

Вопрос был странным. Хотя пора бы уже привыкнуть к странностям этого мира.

«Светлого дня, Лира. Я не знаю, как поступить. Я хочу выносить ребёнка сама, но муж против и известил об этом Службу рождаемости».

Я несколько секунд смотрела на эти две строчки и не понимала.

— В чём проблема? — спросил Яр холодно. Ох, ну что с ним случилось? Только что я буквально плавилась под его страстными поцелуями, а сейчас передо мной снова скала. Такая мужественная и сексуальная, но холодная и неприступная.

— А… — я снова посмотрела на письмо. — Не пойму, что у вас за заморочки с деторождением. Когда ещё Зинара говорила, что своих детей родила сама, это выглядело как что-то уникальное, но как-то случая не было узнать подробности. А сейчас… — я покачала головой, — даже не знаю, что ответить этой даме.

Яр сперва присел рядом со мной, а потом и вовсе лёг, запрокинул руку мне за спину. Наклонил голову, изучая письмо.

— Желание мужа понятно, но если эта женщина так уж сильно хочет, то у неё только один выход — расстаться с мужем, а генетический материал взять в банке, — сказал Яр.

— Почему? Разве женщина не имеет права на малыша? — удивилась я.

Яр молчал и, сам того не осознавая, гладил моё плечо.

— Конечно, имеет, — ответил он спустя почти минуту. — Но если на то согласен её супруг или она свободна.

— А… э… что значит выносить сама? В остальных случаях дети… даже не знаю, — замялась я. — Рождаются иным способом?

— Да, обычно, когда возникает или необходимость, или желание родить ребёнка, обращаются в Службу рождаемости, и они подбирают из Служительниц ту, кто лучше всего подходит паре. Она и становится вместилищем генетического материала супругов, — ответил Яр.

Я приподнялась и посмотрела на невозмутимого мужчину.

— Зачем?

— Беременность для женщины — всегда риск. Только двадцать процентов из всех могут выносить здоровое потомство и остаться здоровой самой. А Служительницы рождаемости чисты генетически, и дети у них рождаются без отклонений.

Я не верила в то, что слышала. У них детей делают «свиноматки»…

— То есть вы контролируете не только количество населения, но и его… качество. Брак отсеиваете на стадии планирования.

— Да, — кивнул Яр уверенно, но в его холодных глазах я всё-таки уловила грусть.

— Ты считаешь это правильным? — спросила я.

— Моя мать пожертвовала собой, чтобы родить меня, — тихо ответил он, взяв мою руку в свою. Погладил пальцы и накрыл ладонью. — Как человеку… как мужчине мне бы тоже хотелось зачать наследника традиционным способом, а после наблюдать за его развитием в утробе жены, ждать его рождения, но как Правитель я не могу допустить бессмысленные и бездумные смерти. Ведь если контроля не будет, то каждая, кто пожелает попытаться, будет надеяться, что сможет. И каждый муж будет знать, но продолжать верить в то, что его сила подарит потомство.

Я не сразу уловила смысл сказанного. То, что местные дамочки слабы и не способны выносить ребёнка, — поняла, а что с мужчинами?

— Так проблема в мужчинах или женщинах? — уточнила я.

— В обоих. И даже исследования не дают ответ, сможет ли пара зачать и родить ребёнка или нет. Это случай и риск. Всегда, — ответил Яр, продолжая сжимать мою руку.

— Надо же… получается, что Зинара мать-героиня. Троих родила.

— Да. И от этого мне тяжелее было говорить о гибели её сына, ради которого она рисковала жизнью.

Я ещё долго смотрела на открытое письмо и, положив голову на грудь мужчины, думала, что ответить. Ритмичные нежные поглаживания теплых пальцев на моём плече удивительным образом успокаивали и возвращали к мысли, что в чужой монастырь со своим уставом мне лезть не стоит. Да и Яр говорит, что с удовольствием бы… но… увы. А то, что местная медицина сродни магии, я сегодня убедилась в очередной раз.

Написала ответ: «В моём понимании брак — это в первую очередь взаимное уважение двух людей. (что тут у них с любовью, я понять не успела) А уважение — это желание и умение слушать друг друга и Слышать, что ещё более важно. Поговорите друг с другом. Для многих мужчин проще просто сказать „нет“, нежели признаться, что просто боится за жизнь важного для него человека. Уж не знаю почему, но мужчины, да и некоторые женщины, считают подобные страхи слабостью, о которых рассказать равносильно самоубийству. Но и с твоей стороны важно понимание — подобное решение должно быть общим, если вы семья, разумеется. Просто одного желания недостаточно. Осознать риск и понять мотивы мужа — первое. И второе — понять себя и свои желания».

Отослала Зинаре.

— Молодец, — услышала я и почувствовала поцелуй в волосах. — Признаться, когда я узнал о твоей затее с этой рубрикой, она показалась мне бредовой. Однако… тебе пишут. До сих пор поверить не могу, что вижу интерес граждан. В Ирэ в каждом квартале есть Отдел связи со мной, любой может оставить жалобу или просто пожелание, но… там пусто.

— Да, в какой-то момент я тоже думала о том, что твоим подданным не нужны советы. Зинара дала мне три «Гласа», и если желающих не нашлось бы, то всё… но ты спас меня своим письмом. Мой спаситель, — сказала я и прижалась щекой к груди Яра. Он меня обнял. — Тебе нужно отдохнуть, а мне посмотреть рейсы в Ланг.

— В отдалённые колонии корабли ходят раз в кваду на рассвете и обратно на закате по местному времени. Ты опоздала. Так что закрывай глаза и отдыхай, — усмехнулся Яр.

— Да? И каким образом я должна была попасть в Ланг и посмотреть, как кормятся дикие племена? — пробурчала я, совсем разомлев от горячих рук.

— Это ты спроси у Зинары.

Приоткрыла глаз, посмотрела на планшет, переместившийся в свободную руку Яра, и закрыла обратно. Нет, не буду я ей писать. И уж тем более звонить.

— Странно, я же только недавно проснулась. Так хорошо себя чувствовала, даже на арену успела сходить, горун опробовать. А сейчас так хочется спать…

— Ты потеряла много крови, Ади, — прошептал Яр.

Ой, неужели помнит, что я говорила ему, когда стояла под прицелом его оружия. Выглядел он, конечно, не очень разумным. Хотя, может быть, это уже сон.

* * *

— Риш, ко мне, — приказал Яр тихо, когда убедился, что Лира уснула.

Рисковать и тревожить девушку очень не хотелось, она так трепетно прижималась к его груди, а её горячее дыхание дарило невообразимое наслаждение. Пожалуй, даже большее, чем недавно… когда эта безумная ворвалась к нему и едва не погибла, а после… что случилось и почему, но её Сила Шиман вдруг ожила. Она бурным потоком снесла все его преграды, возведённые уверенно и решительно. Яр больше не собирался требовать от девушки то, на что не имел права. Да и раньше, когда она так охотно просыпалась, ему не стоило пугать её и требовать, ведь было очевидно, что ей непонятны испытываемые чувства. Нет, Яр желал просто наслаждаться её ярким присутствием и светом, что она дарила. Но разве можно было устоять?

Она сказала: «Я хочу тебя. Во мне».

Нужно встать, иначе Лира почувствует зарождающуюся в его теле Силу Мон. Но не успел. В его комнату вбежал Риш, но тут же затормозил, увидев девушку в объятиях Яра.

— Что ты с ней сделал?

— Тихо! — шикнул на своего воина Яр. — Ничего я не сделал, она просто спит!

Риш заметно расслабился.

— А я тебе зачем понадобился? Обнять её с другой стороны?

Яр предостерегающе сощурил глаза. Риш часто говорил лишнее, но не со зла. Он был хорошим и верным его воином.

— Пока Лира спит, я хочу просканировать её. Ты ведь владеешь сканером.

Риш кивнул.

— Но лучше это сделать, когда она проснётся. Спящий мозг человека непредсказуем.

— Нет, я не хочу, чтобы Лира знала.

— Почему? — осмелился спросить Риш. Он не сомневался в решении своего Правителя, знал, что тот всегда поступает правильно, но и за девушку было обидно.

— Она не останется в неведении, я расскажу ей всё, как рассказал бы любому из своих воинов, но только когда сам всё пойму и разберусь, — прошипел Яр. — Неси сканер.

Риш кивнул и убежал выполнять поручение. А Яр наклонился и поцеловал девушку в висок. Она тут же откликнулась и прижала его к себе, закинув ногу на его.

— Ади, — прошептал он, гладя её по бедру. Да, это имя шло ей гораздо больше, нежели Лира. Нежная, яркая и страстная. Она дышала жизнью.

Лира что-то тихо прошептала во сне. Яр наклонился ближе к губам и услышал.

— Летать так забавно… — её голос был очень тихим, словно и правда доносился из глубокого сна. — Не бойся, я тебя буду крепко держать. Не отпущу.

Что ей снится?

Риш вернулся молниеносно. Быстро, но тихо подошёл к кровати и остановил Яра, когда тот попытался снять со своей груди голову девушки и встать.

— Лучше останься. Как только датчики подключим, она уже не проснётся, но вот испугаться может. Пусть чувствует тебя рядом.

Яр кивнул, а Риш положил на виски Лиры тонкие серебристые пластины с голубоватым свечением. Лира тихо всхлипнула.

— Это больно? — спросил Яр, хотя прекрасно знал ответ. Всё зависит от опыта оператора и его владения сканером. Риш профессионалом не был.

— Я очень постараюсь аккуратно, — ответил тот нерешительно и открыл свой планшет. Он вообще не был уверен в затее и том, что риск оправдан, но Яра понимал.

— Хорошо. Но если увидишь угрозу, прекращай немедленно. Лира нужна мне с цельным сознанием.

Риш кивнул, сосредоточенно изучая карту связей. У каждого человека она своя и сильно зависит от возраста и рода деятельности. У простого гражданина, всю свою жизнь занимавшегося одним ремеслом, всё просто и логично, у Лиры же сознание представляло собой Дом, не меньше.

— Яр… она точно не землянка, — тихо сказал Риш. — У землян сколько средняя продолжительность жизни? Лет восемьдесят?

— Может, и меньше.

— Лире гораздо больше. Сколько точно, не скажу, но гораздо больше. Возможно, что она старше тебя, — пробурчал Риш, копаясь в казалось бы понятных памяти и сознании девушки, но странных.

— Она говорила, что в каком-то военном конфликте получила травму и потеряла память. Можешь найти тот блок?

Риш покачал головой.

— Я его вижу, но блок не от контузии, он искусственный.

— Чей? — спросил Яр и прижал к себе Лиру, когда та застонала. Погладил по спине и почувствовал себя последним мерзавцем, что так мучает девушку. Но выхода другого не было. Ему необходимо было знать о ней всё. Даже то, что она забыла.

Риш поднял глаза и посмотрел на Яра.

— Он странный и… как будто наш.

— Наш?

— На простой не похож… правда, я видел их всего несколько раз, в Рошгар редко вмешиваются в память людей, но этот, он точно искусственный. Я бы даже сказал, что твой. И, соответственно, снять я его не смогу.

— Этого не может быть! — резко ответил Яр. — Даже если предположить, что эта женщина нарушила закон и попала под программу Очистки, то, во-первых, почему сослана на Землю, а не на Дар, и самое главное — даже от стёртых граждан остаётся карта, не говоря уже о людях, которые их помнят. А на Лиру нет вообще ничего, зато на Земле полное досье с неплохим послужным списком и историей жизни!

— Не знаю, Яр. Говорю, что вижу. Память Лиры открыта лишь на малую часть, остальное за блоком, к которому я даже приблизиться не могу. Тут словно огромными буквами написано: «Закрытая информация. Степень — высшая». И открыть или просто взглянуть на неё невозможно, потому что печать блока такая, что не подступиться. Может быть руку приложил твой отец?

Яр посмотрел на девушку в своих руках, красивое утончённое лицо которой исказилось из-за боли.

— Лира не может быть моей гражданкой, с такой-то открытой Силой Шиман… — прошептал он и коснулся её головы, чтобы снять датчик, но девушка болезненно вскрикнула.

— Давай я, — предложил Риш. — И вот что ещё: Лира каким-то образом спровадила Цим с арены. И… странно это всё: её никто не знает, сама она ничего не помнит, однако имеет блок правящей семьи и власть над Цим, а та, хотя и говорит много, но отступить от программы не может.

Глава 11

Открывать глаза не хотелось… хотелось вернуться в сладкий сон, в котором я со своим таинственным любимым летала на странных приспособлениях, похожих на мопеды без колёс. Это было так захватывающе и красиво… в лучах заходящего солнца рассекать облака… а он так забавно боялся высоты, но виду не показывал. А потом я проснулась, и реальность оказалась ужасной, мягко говоря.

Сегодня я познала всю силу слов «болит голова» и боялась даже пошевелиться. Однако шевелилась моя подушка — грудь Яра.

— М-м-м… ты можешь не дёргаться? — прошептала я. — Если ты продолжишь трясти мою голову — я умру.

Почувствовала поцелуй на виске и нежные руки в волосах. Они мягко, но настойчиво массировали кожу головы. Приятно, но голова болеть меньше не стала.

— Ты знала, что твоя читательница с тобой знакома? — спросил Яр, и его голос колоколом отозвался в затылке.

— Ты о ком? — пробурчала я и, приложив неимоверные усилия, перевернулась и положила больную часть тела Яру на живот.

— О той, кто писала тебе. Желающая Служить Империи. Помнишь? — Яр нежно гладил моё лицо и улыбался. Вот только улыбка была с толикой грусти и слегка виноватой. Чувствовал свою причастность к моей головной боли?

— Конечно. В сегодняшнем «Гласе» должен был появиться ответ, — ответила я, поймала руку и положила себе на щёку. — Почему ты думаешь, что мы знакомы? Письма абсолютно анонимны.

— Она на лестнице Осмысления. Очевидно, едва прочитала твой ответ, всё бросила, побежала в Дом, — хохотнул Яр.

— А-а-а… и теперь ты имеешь доступ к её мыслям? Чудесно… — пробурчала я. — Воды можно? Литров сто…

— Помочь с душем?

— А можно? — с надеждой спросила я.

Яр, больше ничего не говоря, взял меня на руки и куда-то пошёл. Я ничего не видела, так как уткнулась носом в его грудь и не могла открыть глаза до тех пор, пока не почувствовала прохладную воду на своём теле.

— Не пойму, что случилось… никогда в жизни так не болела голова.

Яр аккуратно поставил меня на ноги и прижал к своему телу, нисколько не смущаясь того, что стал моей опорой и вынужден мокнуть.

— Сейчас сходим к лекарям. Потерпи, Ади, — шепнул мне на ухо он.

Спрашивать, почему бы их не пригласить сюда, я не стала, как и то, почему он назвал меня другим именем. Именем, которым меня может называть только один, пусть не реальный, но любимый человек. Но я же разрешила… вроде как…

— Так что там с той дамой, поднимающейся по лестнице? — спросила я, когда усилиями воды боль начала стихать. — Она думает обо мне?

— Постоянно. Её мысли то и дело возвращаются к тебе и тому, что ты не появлялась в её лавке уже давно. Волнуется.

— Лавке? — переспросила я, вспоминая письмо. Неизвестная работала кулинаром, кажется… — Рашира? — удивилась я.

— Да, — кивнул Яр, выключая воду и снова подхватывая меня на руки.

— Надо же. Она милая девушка. Я у неё покупаю еду. И что ещё у неё в голове?

Яр не спешил с ответом. Мы высушились и оделись, Яр в свой царственный белый с золотом костюм и кучей побрякушек, я в чёрный его воина. Надо сюда платья свои принести, что ли.

— Эта женщина действительно очень хочет служить Империи, — наконец произнёс Яр.

— Но? — продолжила я, выходя вслед за мужчиной в белоснежный коридор и далее вниз по центральному пандусу.

— Но её история не так чиста, как требуют правила.

Я фыркнула.

— Идеально чистых не бывает, Яр. Просто кто-то умеет скрывать свои недостатки. А другие и вовсе не будут считать правонарушение чем-то ужасным и, поднимаясь по этой ужасной лестнице, даже не подумают о нем, посчитав свои ошибки обыденностью.

— Ты не совсем понимаешь то, что открывает мне лестница Осознания, но да, ты права. Нужно посмотреть на эту девушку, — Яр взял меня за руку, а второй коснулся подбородка, поднимая голову. — Сама идти можешь?

— Конечно! — фыркнула я.

— Хорошо, тогда идём, встретим твоего кулинара на последней ступени, а потом сходишь к лекарю.

— Ладно, — ответила я и пошла следом за Яром. — Я, кстати, осквернила площадь у подножья Дома. Ты ведь меня не разжалуешь за это?

— Нет, — рассмеялся Яр и прижал к себе.

— Ты смеёшься, это здорово, — обняла я его.

— Благодаря тебе, — сжал он мою руку, решив не уточнять, что радуется он не мне, а моей вдруг проснувшейся Силе Шиман. Возможно, даже жалеет, что раньше мне кровь не пустил.

Мы подошли к лестнице, когда моя знакомая уже преодолевала последние ступени. Уставшая и запыхавшаяся, но шага не сбавляла.

— А ты встречаешь всех, кто поднимается на этой лестнице?

— Разумеется, нет! — посмотрел на меня Яр, как на ненормальную.

— А претендентов на Службу Империи?

— Только тех, кто получил первичное одобрение, — пробурчал Яр недовольно. Видимо, мне положено было замолчать и не мешать. Я и не мешала. Знакомая мне Рашира. Видеть её тут, а не в квартале кулинаров, было непривычно.

Девушка поднялась наверх и, опершись руками о колени, пыталась отдышаться. Своего Правителя заметила не сразу. Но тот не обиделся, молчал и даже слова не сказал, когда всё-таки был замечен и перед его великой персоной склонили колено и голову. Я же стояла от Яра на расстоянии вытянутой руки и смотрела вниз на город. И вдруг осознала потребность побыть одной. Всё обдумать. И неожиданное известие, что якобы не землянка, и неожиданный секс с умопомрачительным оргазмом, и неожиданную дружбу с воинами Яра. И вдруг осознала, что проспала уйму времени! Дневной «Глас» уже вышел и, очевидно, давно.

— Яр, если моё присутствие больше не требуется, я пойду.

— Куда? — посмотрел на меня тот, отрывая свой прожигающий взор от претендентки.

— Домой. Куда же ещё.

— Сходи к целителю, потом иди, — сказал Яр тихо, подошёл ко мне и погладил по щеке.

— Мне уже лучше. Не хочу.

Но Яр меня не отпускал.

— Мне нужно ещё работать… верней, спросить у Зинары, что с той колонией, может быть, она транспорт предоставит, — сказала я, млея от горячих рук.

— Останься. Мне нужно решить несколько вопросов, потом я отвезу тебя. И поесть тебе нужно.

Желудок, предатель, громко заурчал.

— Я не могу, Яр. Мне нужно побыть одной. А ужин я закажу. Спасибо, я чудесно провела эту кваду.

— Ты ведь помнишь, что всегда можешь прийти в Дом?

— Да, конечно, — пробормотала я и пошла вниз по белой лестнице, запоздало вспомнив, что надо было попросить Яра дать мне разрешение пользоваться иным входом. Ещё раз раскрывать ему свои мысли я бы не хотела. Тем более они сейчас не самые лучшие.

Не помню, как добралась до дома и поднялась в свой отсек. Солнце к тому времени село, и Ирэ погрузился во мрак. Улицы тут не освещались фонарями, потому что в те три часа, что солнце пряталось за горизонтом, у нормальных людей принято спать или просто сидеть дома.

Я же нормальной не была.

Позвонила Зинаре, та была сонной, но вполне общительной.

— Что случилось? — поинтересовалась она.

— Помнишь, ты говорила, что находила следы моего пребывания в Рошгар?

Зинара кивнула.

— Да. И много, — добавила она многозначительно. — И да, я уверена, что это ты. Очевидно, всё было стёрто, но даже когда человек проходит через чистку, всегда остаётся та или иная информация. О тебе информации ноль, но, сложив найденные следы, складывается размытая, но реальная личность.

— Где найдены следы?

— Везде, Лира. И нет, я не знаю, как это объяснить. А тебе есть что мне сказать?

— Да я сама ничего не понимаю, — пробурчала я. — Цим талдычит «закрытая информация», у Яра страшно спрашивать, он слегка нервный… не знаю. Мне нужно пару выходных.

— Хорошо, — кивнула Зинара.

— Если письма в «Вопросы о жизни» до меня дойдут, отвечу обязательно.

Собирать мне было нечего, вызвала край и полетела на центральную станцию.

Как и говорил Яр, рейсы в отдалённые колонии ходили регулярно — раз в кваду. На рассвете. И меня интересовала Земля, а не Ланг. Купила билет, прошла досмотр и выслушала рекомендации по нахождению в колонии. Ничего страшного в общем-то. Мне и ещё трём туристам не стали говорить о грязных дикарях, а всего лишь предупредили о высокой преступности, обменяли денежные единицы на местную валюту, дали документы и браслеты с маячками и кнопкой sos. Мило. А, ну и предупредили, что своими гаджетами пользоваться нельзя, только то, что используют сами земляне.

Дорога до Дома (с большой буквы) прошла незаметно, также незаметно я вышла со станции и спустя лишь несколько минут поняла, что нахожусь не в какой-нибудь пустыне, а в горах. До ближайшего города рукой подать, всем приезжим предоставлялись машины с водителем, видимо, включено в стоимость билета, и спустя пару часов я уже была в аэропорту. Любоваться на Европу, а моё место прибытия оказалось ни много ни мало, а горы Швейцарии, у меня желания не было. Хочу море. Тёплое.

Спустя двенадцать часов я уже лежала на горячем песке в крошечном бикини, сытая и счастливая. Ну почти. На глаза наворачивались слёзы. Не знаю почему. Ностальгия, наверно. По родному воздуху и родной воде. И как я была не права, говоря, что на Земле меня ничто не держит. Нет, конечно, я совсем не скучала по прошлой жизни. Друзья — не друзья, родных нет, знаковые уходят быстро, как и появляются, а работа… ну разве что работу было жаль, но сейчас у меня была не хуже. Но вот то, что у меня была нужда просто побыть тут, — очевидно.

Мне нужно было всё обдумать, в последнее время столько всего случилось, но как только я покинула Ирэ, проблемы словно остались там. Они меня больше не волновали. Я просто лежала на одном из самых прекрасных пляжей в мире, огненный песок приятно согревал тело, слух мой ублажал тихий шелест волн, и я наслаждалась, как тело впитывает тепло родного солнца… которое почему-то пропало.

Я приоткрыла один глаз и сквозь стёкла тёмных очков увидела три больших силуэта. Очевидно, мужских.

— Чем могу помочь? — спросила я.

Те молчали.

Я встала на ноги и сняла очки. Удивилась, но быстро пришла в себя. Действительно, можно ли было надеяться, что мне позволят уйти?

— Яр? Что ты здесь делаешь? — спросила я спокойно.

Он молчал и просто буравил своим холодным взглядом. За его спиной Риш и Зору также с безразличными лицами.

— Что-нибудь выпьете? — спросила я, обходя дружную компанию истуканов, и пошла к пляжному бару, работавшему только для меня. У них тут на острове то ли не сезон был, то ли ещё что-то, но люди почти не встречались.

— Махито, — попросила я. Забрала свой заказ и пошла к шезлонгу.

— Яр, зачем ты прилетел, если говорить не желаешь?

— Лучше молчи, — покачал головой Риш.

— А вам не жарко? — спросила я, переводя взгляд на бравых воинов, прибежавших словно псы со своим хозяином за беглянкой. — Снимите уже свои ужасные костюмы. Это же рай, тут носить одежду — преступление.

— Поэтому ты голая? — сквозь зубы прорычал Яр, и любой нормальный человек упал бы ниц перед могущественным и взбешённым Правителем Рошгар.

Встала со своего места и пошла к Яру.

— Можете оставить нас наедине? — посмотрела на Риша и Зору. — Обещаю, что не стану покушаться на его жизнь.

Яр резко дёрнул головой, отсылая своих воинов. Я дождалась, пока те уйдут, взяла напряжённую руку мужчины в свою.

— Идём искупаемся.

Яр не ответил, и я начала сама снимать с него белую майку. Опустилась на колени и взялась за обувь.

— Штаны оставим, — посмотрела я снизу вверх. Яр не мешал мне, но и не помогал себя раздевать.

— Ты с ума сошла, — прошипел он, когда я потянула его к воде.

— Никогда не купался в океане?

Яр покачал головой и замер, когда приливная волна окатила его ноги.

— Не бойся, это просто вода, — прошептала я, чтобы никто больше услышал. — Её на нашей планете много.

— Да, я знаю, — по-прежнему резко ответил Яр и под властью моего напора, а может, просто не желая показывать слабость перед своими воинами, которые наверняка наблюдают за нами, пошёл вперёд. Но только до пояса. Я же оторвалась от своего грозного орла и поплыла вперёд.

— М-м-м, как хорошо, — обернулась к напряжённой фигуре. — Яр, попробуй, вода чудесная.

— Лира, хватит!

Я нырнула под воду и, проплыв пару метров, вынырнула перед Яром. Встала и прижалась к его горячему телу.

Его руки тут же сомкнулись за мной спиной.

— Что случилось? — тихо спросила я.

— Что случилось? Ты убежала! — зарычал на меня Яр с новой силой.

— Да куда я от тебя убегу?.. — начала говорить я, но продолжить не смогла, так как обнаружила, что моё горло сжато сильной рукой.

— Ты убежала, Адалира, — рыкнул Яр. — Только Зинару известила о том, что тебя не будет на Ирэ, и всё. Меня же ты не сочла нужным предупредить, что сбегаешь? Ты знаешь, что недоступна для Цим? Знаешь, сколько я тебя искал?!

— Мне больно, отпусти, — отодрала я его руку от шеи. — Кажется, мы решили вопрос с тем, что я свободный человек, или нет?

Яр молчал и зло щурил глаза.

— Мне нужно было некоторое время побыть одной. Если бы я тебе сказала, то ты бы не разрешил, а тут моя родина, которой ты не можешь меня лишить. И мне всё равно, что вы думаете, что я якобы не землянка, — положила я ему на губы палец. — Я не смогу жить в клетке Ирэ.

— Эта родина недостойная, — пробубнил Яр, очевидно, не зная, что ещё сказать, и ляпнул глупость. Потому что любой скажет, что родина не может быть плохой или хорошей, достойной или нет, это место, где твоя душа, и ничего ты с этим не сделаешь.

— Земля прекрасна, Яр, вы просто слепы. Я тебе покажу…

— Нет, мы возвращаемся, — перебил меня он. Грубо схватил за руку и потащил вглубь острова. — Риш, Зору!

Цепные псы явились незамедлительно и встали по обе стороны от нас, дабы предупредить попытки помочь несчастной девушке. А я была явно несчастной, брыкалась и лягалась, осыпая Яра ругательствами вперемешку с просьбами отпустить меня и нормально поговорить!

Но говорить он не желал, а волок как собаку, до боли сжимая запястье.

— Риш, никакой информации и изображений не должно остаться, — отдал приказ Яр, затаскивая меня на неизвестно откуда взявшийся корабль.

Воин кивнул и убежал. Меня же толкнули на холодное кресло.

— Оденься! — приказал Яр, бросив мне чёрный камушек лои.

— У меня в номере остался планшет и деньги, — прошептала я сквозь слёзы.

Яр не ответил, скрестив свои массивные руки на груди, ждал выполнения приказа.

— Ты бы определился, или я твоя собственность, или всё-таки свободный человек! — воскликнула я, надевая проклятый чёрный костюм.

— Все жители Рошгар — моя собственность, Адалира, — холодно сказал Яр.

Риш вернулся нескоро, где-то два часа ему потребовалось, чтобы стереть следы моего пребывания на острове, сказал, что многие из персонала пожелали меня запечатлеть на свои примитивные устройства, а кто-то даже попытался срисовать мою татуировку, украшавшую левую руку от запястья до плеча. После этого я была удостоена ещё одного гневного взгляда, и мы отправились обратно на Ирэ.

Я же сидела во всё том же кресле и ревела как крокодил.

— Лира, — ко мне подошёл Риш. Протянул мой планшет. — У тебя три письма, но дневной «Глас» уже вышел.

— Спасибо, — прошептала я, забирая гаджет дрожащими руками. — Риш, мне нужна помощь.

— В чём? — нахмурился он. Да неужто подумал, что попрошу помочь с побегом?

— Мне нужен целитель… не слишком болтливый, — сказала я, подняла рукав чёрного костюма и показала опухшее и посиневшее запястье, где красовалась запретная печать Силы.

Риш зло зыркнул на дверь, за которой скрылся его Правитель.

— Больше так не поступай, — произнёс он, глядя мне в глаза. — Яр не просто взбесился, он подумал, что ты сбежала.

— Что за глупость?

— Это не глупость, Лира! Он не мог найти тебя. Цим в неведении, Зинаре досталось… — покачал головой мужчина. — Едва центральную станцию не разнёс, когда узнал о том, что улетела на Землю. Яр испугался потерять тебя.

Я взглянула на своё запястье. Да уж… и размер его испуга весьма нагляден.

Риш тоже посмотрел на мою несчастную руку.

— Не похоже на просто синяк.

— Мне кажется, что перелом. Оттёк слишком сильный и болит, — пожаловалась я всхлипывая.

— У нас здесь ничего нет, нужно подождать, пока не прилетим в Ирэ. Потерпи.

— Конечно, — прошептала я и обречённо закрыла глаза. Я с тоской вспоминала недопитый махито и вкуснейшие морепродукты, которыми меня накормили по прибытии в отель. В Ирэ такого нет и не будет. Они едят неопознанную еду из безликих горшочков и пьют такую же жидкость. Вкусно, но не более. Риш ушёл, оставив меня с моей печалью наедине. Но ненадолго.

— Иди ко мне, — услышала я нежный голос и почувствовала горячие руки. Яр аккуратно приподнял меня и пересадил к себе на колени.

— Я не собиралась сбегать от тебя, — произнесла я охрипшим голосом. — Я же не дура и понимаю, что если тебе будет надо, найдёшь меня и на окраине Рошгар.

Обнимающие меня руки напряглись.

— Я знаю, что не должен принуждать тебя, но я хочу, чтобы ты жила в Доме.

— Хорошо, что ты это знаешь, — фыркнула я.

— И это всё, что ты мне скажешь? — рыкнул Яр. — Ты же сама говорила, что понравилось время, проведённое со мной. Спать в одной кровати! Глупо отрицать, что ты наслаждалась обменом Силы.

Я приподнялась и посмотрела на мужчину.

— Я не стану ходить к тебе за сексом! И уж точно не стану жить в твоём Доме, чтобы получить возможность поскакать на арене! Тем более после всего этого голова раскалывается!

Встала и хотела пересесть в другое место, но Яр схватил меня за руку, посылая огненную волну боли по всему телу. Я вскрикнула.

— Не трогай меня!

Но чтобы оставить меня в покое, и речи не шло. Яр подлетел ко мне смерчем и вернул к себе на колени. Повреждённую конечность аккуратно, словно та фарфоровая, взял в свои руки. А вот мне интересно, скажет он «прости» или что-то вроде того или нет?

— Ади, давай просто забудем этот инцидент, — предложил мой добрый «хозяин». Да, видимо услышать слова извинения мне не придётся.

— Какой? — поинтересовалась я.

— Что значит «какой»?

— Ну, ты имеешь в виду то, что ты мне руку сломал, или мне надо забыть, как мы сексом занимались? — спросила я. Нет, я не была дурочкой, не понимающей, что происходит, но этот грозный мужчина должен хоть что-то сказать мне прямо. Без своих увиливаний!

Яр опешил.

Я прикрыла глаза и сосчитала до трёх.

— Я не готова всё забыть, — сказала тихо. — И как я поднималась по твоей проклятой лестнице, и то, что было потом, а после я просто испугалась. Я ведь живой человек, Яр, со своими проблемами и переживаниями. Ты прав, я никогда не испытывала того, что случилось с тобой. Я… у меня и оргазма-то никогда не было раньше. А ты такой разный, тебя не поймёшь. И тайны тоже… Цим: «это закрытая информация», Риш: «я не буду это обсуждать», а я ничего не понимаю. Пришла к тебе, надеясь, что хоть что-то прояснишь, а ты едва не убил, а потом заставил с ума сходить от страсти. Вот скажи, это нормально? Нормально желать человека, который то режет бокаром, то на цепь сажает?

— Не знаю, но чувствую то же самое, — грустно улыбнулся Яр и прижал мою голову к своей груди.

— Я тебя бокаром не протыкала! Не придумывай! — обиделась я.

— Нет, но проблем приносишь невообразимое количество. Я только и делаю, что слежу, чтобы ты не влезла туда, куда не следует. Понимаю, что не прав, но отпустить не могу.

— Я? Проблем? Да какие от меня проблемы?

— О, да лишь твоя деятельность в «Гласе» взбудоражила весь Рошгар. Мне кажется, что уже не осталось ни одного в Империи, кто бы не знал Лиру. А «Глас» благодаря тебе Зинаре стал приносить большие деньги.

— Ну не знаю, мне она ничего не платит, — пробубнила я, думая, отнимать свою больную конечность у Яра или пусть бережёт дальше.

— И это мне не нравится, — строго произнёс Яр. — Реши этот вопрос сама или это сделаю я.

— Прибыли, — раздался голос Зору откуда-то издалека, но мы так и остались сидеть на месте. Яр, видимо, пригрелся, держа меня в объятиях, а я думала, говорить ему о странной находке Зинары или нет. Ясно, как белый свет, что я одна в этом не разберусь, мне нужна помощь людей, имеющих доступ к информации. У Зинары свой интерес, и то, что он совпадёт с моим, маловероятно, она та ещё хитрюга, но и Яра с его воинами назвать друзьями я не могу. Доблестные воины сдадут меня при первом же подозрении, и то, что мы почти сроднились за последнее время, мне не поможет. А Яр…

— Расскажи мне, что там с моей памятью, — попросила я, решив, что если и делиться информацией, то только в обмен. Но Яр не знал, что намечался бартер, и говорить что-либо не желал.

— Как только это будет возможно, ты всё узнаешь, — было мне ответом.

Чудесно.

Глава 12

Нет, всё-таки умение писать статьи меня не делает журналистом. Для этого нужна особая хватка и интуиция. У меня, по всей видимости, не было ни того, ни другого. Я полдня потратила на просмотр старых выпусков «Гласа», но ничего подозрительного не нашла. Однако задумалась над тем, сколько же Яру лет? По всему выходило, что и сто лет назад он был Правителем Рошгар. Интересно, а возраст и прочая подобная информация, типа знака зодиака является сугубо личной и не предаётся огласке? А то кто знает, что случится, если я поинтересуюсь?

Впрочем, что мне с возраста местного Правителя, пусть ему будет хоть тысяча, мне страсть как хотелось разобраться со своей головой и воспоминаниями. А то, что мои сны с неизвестным, но дорогим мне мужчиной — именно воспоминания или их отголоски, я осознала вдруг. Неожиданно, но совершенно точно. Иначе откуда я помнила и вкус ланийского печенья? Самый яркий и точный предмет, а сколько неизвестных образов… не счесть! Во сне это и правда казалось фантазией без плоти, но сейчас, анализируя нынешнюю жизнь, понимаю, что помню. Я уже была в «Жоро» — месте встречи с Зинарой в первый раз, но на другом уровне, где было много народу, и пусть не помню обстановку, но дух того места ощущала совершенно точно! И на гонках в Гирле, до которых так и не долетела, и на боях в Шигар. Я многое воспринимаю не глазами или ушами, а в большей степени чувствами, и то, что часто начала ловить себя на мысли о дежавю, поняла для себя только что.

У меня была другая жизнь, которую стёрли. И стёрли следы моего пребывания тут.

Кто, зачем и каким образом? Вопрос из вопросов! Как и то, каким образом мне докопаться до истины, если та, разумеется, есть. А то вдруг я, зацепившись за бредовое предположение Зинары, накрутила себе золотые горы… но, к чему отрицать, всё это очень волнующе. Никто ничего не помнит… кроме таинственного наблюдателя, который так и продолжает ходить за мной не по пятам, но довольно часто.

Зинаре, конечно, проще, она тут всё знает, и где порыться, и куда посмотреть. Мне же ничего не известно, и очевидную странность пропущу мимо глаз и не моргну. Да и наверняка мои поиски мониторятся Домом. Как тут искать свои следы? Если таковые есть. И то, как неожиданно изменилось моё мироощущение, меня смущало. Мягко говоря. Я сама себе не верила.

Бои!

В последнем из моих снов я была на боях в Шигар. Мой мужчина так нежно обнимал меня и говорил о том, что бои будут интересными, потому что….

Я принялась просматривать списки участников за последние сто лет. Ближайшие пятьдесят пролистала мельком, а вот те, что были дальше…

— Твою ж… (нецензурная лексика), — я замерла, увидев среди кучи имён Белого воина. Неизвестный. Основное оружие — горун. — Этого не может быть, — рассмеялась я истерическим смехом.

Не слишком долго думая, позвонила Панору — фавориту нынешнего сезона боёв. Помнится, когда я взволнованная после сна прибежала на арену, он охотно раскрыл первое оружие и был готов к спаррингу. Да и из всех, с кем я накануне дралась, был самым человечным!

— Лира? Что случилось? — ответил мне воин, когда я уже подумала, что не судьба и мне не ответят.

— Привет, — слишком жизнерадостно сказала я. — Есть немного времени поговорить?

— Говори, — нахмурился мужчина.

— У тебя там Яра рядом нет случайно?

— Есть, — вышеупомянутый появился в «кадре». — Что ты хотела?

Чертыхнулась про себя, но отступать — значит навлечь подозрения.

— А вас там много? А то мне бы не хотелось много свидетелей, — невинно улыбнулась я, спешно придумывая новую причину. Говорить Яру о Белом воине я пока не хотела, Яр сжал губы, подавляя улыбку. Поднял голову и сказал, что совет окончен.

— Ой, прости, я вас отвлекла…

— Не страшно. Говори уже, даже интересно, что за дело у тебя.

— Да никакого дела, — пробормотала я. — Просто хотела попросить Панора выделить в своём плотном графике для меня место и потренироваться на арене.

— Почему он? — удивился Яр. — Раньше твоим выбором был Зору.

— Он меня отлупил! — воскликнула я.

Мужчины рассмеялись.

— Хорошо, я согласен, — великодушно ответил мне Панор, продолжая смеяться. — На арене Дома или у меня?

— У тебя! Свидетели мне не нужны! — тут же ответила я и вызвала очередную волну хохота. Вот и не стыдно им смеяться над беззащитной женщиной?

Яр забрал планшет у своего воина и теперь лишь его лицо красовалась у меня перед глазами.

— Ади, тебе нечего стесняться, ты на арене выглядишь более чем неплохо, — сказал он мягко. Я покраснела, как девчонка.

— Яр, в доме слишком много народу, я правда не хочу… И ещё мне нужно с тобой поговорить.

Яр молчал. Смотрел на меня странным взглядом, а его красивые глаза цвета синего льда, как будто ожили. С тех пор, как он притащил меня с Земли, прошло две квады. Тогда мы вернулись, руку мне залечили и, как ни удивительно, позволили вернуться домой. Тот, что на Ирэ, конечно. Но мы с Яром так и не закончили разговор. Проблема и наши странные отношения остались в подвешенном состоянии. От него ни слуху, ни духу, а я тихо и спокойно продолжала жить своей размеренной жизнью и отвечать на шквал писем в «Вопросы о жизни». Недавно выяснилось, что землянку Розу, ту саму несчастную старушку, хозяин отпустил на Землю, и остальные, вдохновившись таким результатом, решили вывалить на меня все свои проблемы. Начиная тем, какой наряд выбрать для поездки куда-то там, и заканчивая помощью в выборе пола ребёнка.

И сейчас, когда я обмолвилась о встрече, наверно, Яр решил, что я согласна кинуться в его объятия и молить о прощении, совсем не подозревая, что причина в другом. Как один мой знакомый с прошлой работы говорил: если не знаешь, откуда копать, то копай с начала. Вот и я собралась совершить раскопки своей биографии, которая была, но лишь на бумаге, начиная с родного дома. И сделать я это могла лишь с разрешения.

Яр после долгих раздумий наконец кивнул.

— Сегодня на закате. Я пришлю за тобой катер.

— На закате я сплю, — возмутилась я.

Где-то на заднем плане Панор хрюкнул от смеха.

— На закате, Ади, — мягко, но настойчиво повторил Яр.

— Ладно… — вздохнула я, упорно не понимая, чем ему имя Лира не угодило!

Ожидание заката было томительным. Я обычно в это время давно видела десятый сон, так как у местного населения закат — глубокая ночь. Не знаю, на что рассчитывал Яр, выбирая это время встречи, может, на то, что я, обессилев, усну прямо в его объятиях или тёмное время суток поможет воспылать к нему любовью, а может быть, он просто не спит, как все, предпочитая решать свои дела, когда сочтёт нужным… мне, честно, было плевать. Решив скоротать время, я открыла письмо, присланное мне неизвестным. Он мне больше не писал. Я тоже. А смысл разговаривать с ветром?

Вопрос в другом — как мне с ним встретиться? А то, что этот тип даже на глаза мне ни разу не попался, говорит о его желании остаться инкогнито. Но, по всей видимости, этот человек единственный, кто понимал, что происходит и почему. И моё появление в Ирэ незапланированно, мягко говоря.

Постучала пальцами по губам, думая писать или нет.

«Почему меня не помнят?» — спросила я, понимая, как неоднозначна эта фраза. Возможно, он сочтёт, что я всё знаю и помню? А может, и нет, посмотрим. Отослала.

Быстрого ответа не последовало, так что я дождалась катера на парковке своего отсека, едва не засыпая залезла в него, услышала «прибыли» и на ватных ногах поплелась на верхний уровень.

Спрашивать, где Яр, я не хотела. Цим по-прежнему была изолирована от меня каким-то чудесным образом, и меня это полностью устраивало. Ещё не хватало, чтобы она прознала о моих поисках и сомнениях.

Правитель Рошгар обнаружился в Открытом зале, да, том самом, что без стен. А так как на улице стояла беспросветная мгла, то в помещении было темно соответственно. А ещё холодно. В Ирэ и без того холодало резко, когда солнце садилось, а Дом ещё находился довольно высоко. В общем, мои зубы известили о данном факте громким стуком, едва переступила порог.

— Закрыть стены, — приказал Яр и тем самым спас моё бренное тело от замерзания. Стены появились, словно стояли тут всегда, а помещение залил приятный жёлтый свет. Но я сюда пришла не любоваться чудесами Дома и уж точно не восхищаться геройством Правителя.

— Яр, я бы хотела посещать Землю, назначь мне куратора или смотрителя, не знаю, как назвать. В общем, верного тебе человека, чтобы мой поводок держал, — сказала я прямо с порога.

— Поужинаем, — протянул он руку и указал на два диванчика и стол между ними. Почему-то пустой. Чем ужинать-то?

Я покачала головой.

— Спасибо, нет.

— Я не спрашивал.

— Яр, у меня был тяжёлый день, — бессовестно соврала я и добавила для убедительности, — спать очень хочется.

— Ты веришь в свои слова? В то, что советуешь людям в своей рубрике? — неожиданно спросил он.

— Конечно. Почему ты спрашиваешь?

— Потому что я пытаюсь действовать согласно твоему совету, но ты не позволяешь даже приблизиться к тебе, — ответил Яр слишком спокойно, и это меня насторожило. Вообще Яр не человек эмоций, но я, как правило, видела его настроение или чувствовала его.

— Я бы с удовольствием разделила с тобой ужин, но… — начала говорить я, но замолчала. Посмотрела на Яра и поняла, что для него этот шаг — пригласить меня — был нелёгким. И неважно, что вышла ерунда полная, он старался как мог. — Да, конечно.

Прошла вперёд и села на один из диванчиков, поджав под себя ноги. Яр сел напротив, и по всему было видно, что ему неуютно. Спина прямая, руки напряжены, взгляд такой, словно только и ждёт, что я на него наброшусь и укушу.

— Почему вы не любите Землю? — спросила я, решив не заикаться о еде, которая была обязательным атрибутом ужина.

— Отсталая колония с воинствующими и жестокими жителями, — ответил Яр нехотя. — Там практически нет здоровых и генетически чистых представителей. Они убивают сами себя.

— Земля — прекрасное место, Яр, — покачала головой я. — Но ты не дал мне возможности показать это. Удивительные места, куда я так желала бы попасть, но не успела.

— Какие места?

— Например, Голубая Лагуна в Исландии с термальными источниками.

Яр тут же приказал Цим показать ему Лагуну. Рядом со столом появилось шикарное изображение одного из самых красивых мест в мире.

— Или Мраморные пещеры в Чили. Я много читала, но увидеть… так хотелось бы. А мыс Перпетуа, врата в подземелье? Говорят, это что-то нереальное… А сколько раз я собиралась в Венецию?…

Я всё говорила и говорила, вспоминая все места, куда мечтала попасть, что хотела увидеть. Яр с хмурым видом листал картинки, а Цим ему помогала, комментируя то одно, то другое.

— А знаешь, какое самое удивительное и в то же время простое явление в нашем мире? Цветение сакуры. Эти цветы заставляют замереть время, и ты просто стоишь и наслаждаешься.

Я замолчала, молчал и Яр, рассматривая розовые цветы. Наверно, они ему не казались удивительными.

— Ирэ прекрасный город, и мне действительно нравится тут жить, но я не готова забыть Землю. Да, там много проблем, но и прекрасного тоже хватает, как и людей с добрым сердцем.

Яр кивнул, взмахом руки закрыл картинки и… пересел на мой диванчик. Мне вмиг стало жарко. Надо бы отодвинуться, разум настаивал на этом — оказаться на максимальном расстоянии от этого человека самое разумное, но тело предательски задрожало, а Яр, могу поспорить, почувствовал волну жара, исходящего от меня. Его я почувствовала совершенно точно!

Но надо отдать должное выдержке этого мужчины, видно, приобрёл опыт в борьбе с вожделением, выглядел он по-прежнему строго, только синий огонь в глазах выдавал его чувства. Я же была готова растечься лужей перед его ногами и отдаться прямо на полу.

— Ади, — произнёс он хрипло, немного отрезвляя. Я оторвала взгляд от губ Яра, осознавая, что сморю на них с откровенной похотью и едва дышу от желания прикоснуться к ним, но нашла в себе силы посмотреть в глаза. Яр, удостоверившись, что его слушают, продолжил:

— Ты можешь посещать Землю, и своего воина к тебе приставлять я не стану.

— Хорошо… — прошептала я и только опустила взгляд, как Яр взял меня за подбородок и поднял голову.

— Но я не могу позволить тебе находиться там одной. Прекрасное это место или нет, оно опасно — это я знаю точно. И Земля — большая планета, перемещаться по ней удобней всего на корабле, не говоря уже о том, что станция прилёта там лишь одна.

— Ты даёшь мне личного водителя? Это так мило, — улыбнулась я, как дурочка, впитывая огонь рук Яра и едва не закрывая глаза от наслаждения.

— Это не мило! — зарычал тот. — Ты будешь извещать меня о своём желании, а я организую твоё сопровождение. Только на моём корабле тебе разрешено посещать эту колонию и проводить на ней не больше квады. А взамен… — Яр обхватил моё лицо двумя руками, — я хочу показать тебе свою Империю. Её красоту и величие.

Я кивнула и закрыла глаза.

— Мне лучше уйти.

Яр притянул меня к себе и посадил на колени, лишая остатков здравомыслия.

— Почему ты бежишь от меня? Почему борешься? — прошептал он мне на ухо, покрывая поцелуями шею.

— Это всё неправильно, ты сам знаешь, — ответила я и откинула голову, сходя с ума от наслаждения.

— Что?

— Наши чувства. Ты не должен иметь такую власть над моим желанием. Я хочу сама им управлять, но когда ты… рядом, — задохнулась я на полуслове, когда горячая рука поднялась вверх от колена по внутренней стороне бедра.

— Неправильно, но отказываться от этого я не хочу, — прорычал Яр, вмиг разворачивая меня на своих коленях так, что теперь я его обнимаю ногами, а его руки под моим платьем ласкают ягодицы и спину.

— Я тебе не верю, — едва не плача, проговорила я. — Знаю, что ты много мне не говоришь, знаю, что скрываешь… а ты пользуешься моей слабостью, тем, что я не могу устоять… — я ахнула, когда Яр нежно прикусил основание шеи, пуская сноп искр в самый низ живота.

— Клянусь, Ади, ты узнаешь всё, когда я сам пойму. Сейчас рассказывать нечего… идём ко мне, — сказал он и, обняв меня, резко встал. Секунда, и мы в его постели. Я лежу на спине, он нависает надо мной, как большая скала. Убрал с моего лица прядь волос.

— Знаешь, я ведь действительно был не прав.

О, да он ещё в состоянии шутить! И что ещё более интересно — я в состоянии улыбаться.

— Правда. Ты мой дар, появившийся так неожиданно и заставший врасплох. Я был требователен и груб и не был с тобой по-настоящему. Не позволял ощутить мою Силу.

На ответ у меня сил не осталось, только покачать головой. А потом ещё и застонать, когда Яр от слов перешёл к делу. Он сел прямо, взял мою ногу и снял сандалию. Поцеловал лодыжку.

— Вот так, Ади, — в тон мне ответил Яр. — Как мне нравится слышать твой голос.

Вслед за первой сандалией отправилась вторая, а потом и платье на мне распахнулось, не выдержав грубой силы. Разгорячённой кожи коснулся прохладный воздух, а потом его губы. И это было лучшее, что случалось в моей жизни. Я ощущала, как все мои чувства проснулись, как каждый нерв словно оголился… я чувствовала то же и у Яра.

Наверно, и правда старался сделать всё как нужно, целовал меня и ласкал так нежно и страстно, но… видимо, это мы отложим на следующий раз. Мне был нужен он. Сейчас.

Дрожащими руками нащупала его лои на плече и сложила его, вызвав нечеловеческое рычание у своей груди. Но я не могла просто наслаждаться той бурей эмоций и чувств, что разрывали нас на куски. Яр сильный, сможет придержать свой нрав и растянуть прелюдию, чтобы дать мне максимум того, что желает, но я просто лишусь разума, если не почувствую его Силу в себе.

Требовательно перевернула мужчину на спину и, завладев его губами, опустилась на него. После я уже не могла думать ни о чём другом, кроме того, как твёрдая плоть погружалась в меня, того, как пресловутый оргазм, названный великим словом Сила Шиман, накатывал на меня волнами, струился по венам, копился…

Это не было просто сексом, не его тело меня влечёт, и даже не сладкое освобождение, которого никогда у меня не было. Яр раз от раза возвращает меня к жизни. И я хочу ещё.

Я наклонила голову, водопад моих волос мог бы скрыть наши глаза от других, но больше никого тут нет. Только мы. Только наша безумная страсть. Он хочет меня, его синие глаза горят наслаждением и вожделением, изо рта вырываются стоны и хрипы, а сильные руки держат меня за ягодицы, задавая ритм движения. А он… он нужен мне. И не ради редкого секса. Больше… я хотела гораздо больше. Но у меня этого не будет. Только то, что дадут, и ни взглядом больше.

Яр увидел в моих глазах зарождающуюся слезу, но я наклонилась и завладела его губами. Целуя и кусая. Мой нектар и рай… который я достигла в объятиях своего орла.

В мой сладкий и очень глубокий сон пробралась назойливая и вредная муха.

Убейте её кто-нибудь!

А нет… не муха. Это мой планшет верещит как ненормальный. Приоткрыла глаз, увидела у подножья кровати свой гаджет и попыталась дотянуться. Не вышло. Меня придавило тяжеленной рукой Яра так, что не выбраться.

— Кто там? — пробубнил он сонно.

— Если ты меня отпустишь, то узнаю, — ответила я и тут же получила свободу. Взяла неугомонный планшет и вернулась в кровать, успев отметить, что спящий Правитель Рошгар совсем не выглядит грозным. Скорее очень мягким и нежным, впрочем, пока нас не разбудили, он таковым и был.

— Да открой его уже, — не разлепляя век, сказал Яр.

Я выполнила поручение, прикрылась одеялом и только ответила на звонок, как тут же была атакована. В переносном смысле, разумеется.

— Лира! — заорал на меня Панор. — Где ты?!

— Я? — возмутилась. — Сплю!

— Где ты спишь?! — пуще прежнего крикнул воин. Он выглядел страшно, но я не испугалась.

— Где хочу, там и сплю. Какое твоё дело?

— Лира, я потратил половину квады сначала ожидая у двери твоего дома, а потом на поиски! Ты попросила помощи с ареной, если помнишь, а сама… спишь?! — гаркнул мужчина.

— Да я не знала, что ты ищешь меня, — сникла я, даже не представляя, сколько мы проспали. Спальня Яра не имела ни окон, ни балконов. Точнее, те, возможно, присутствовали, но были закрыты наглухо.

— Ади, пошли его к праотцам и возвращайся ко мне, — услышала я голос Яра. Его услышал и Панор. Замер, заморгал.

— Там Яр? — одними губами произнёс он. Я кивнула и виновато пожала плечами.

— Вы закончили? — спросил Яр.

— Э… нет, Панор, извини…

— Не извиняйся, — тут же вставил своё слово Яр. Да что у него за бзик на эту тему?

Я покосилась на так и не открывшего глаза мужчину и снова посмотрела на Панора.

— Наверно нам стоило договориться о времени. Давай я тебя извещу, как только у меня появится э… возможность? — сказала я, робко улыбаясь.

— Конечно, — тут же ответил Панор. — И… мне жаль, надеюсь, я не сильно помешал.

— Ещё одно слово и помешаешь, — уже громко ответил Яр и изображение воина пропало в тот же миг. Но закрывать планшет я и не подумала, мне срочно требовалось узнать, сколько сейчас времени, и ещё более важный вопрос — вышел ли уже дневной «Глас». «Потратил половину квады» из уст Панора слышалось угрожающе. Но всё оказалось не так страшно… на первый взгляд. Да, времени у меня действительно куча, но мне также надо было слетать на Шигар. Зинара напомнила о том, что сегодня очередной день боёв, и что мне обязательно нужно туда наведаться. И на этот раз не просто полюбоваться на любимые всеми бои, но и как-то найти таинственного участника — Тёмного. Боец, настоящего имени которого никто не знал, и участвовал он не постоянно, а раз от раза в виде развлечения, но всегда с ошеломительным успехом. Охотников сражаться с ним всегда много, но не ради победы, а благородного «попробовать». И, разумеется, ничего о нём не известно и на контакт он идёт не охотно.

Раскрыла его карту участника.

— Какой красавчик, — невольно восхитилась я, когда передо мной появилось изображение огромного воина в иссиня-чёрном доспехе. Непроницаемый шлем представлял собой как будто чёрное стекло сверху и блестящая пластина, опоясывающая голову и затылок снизу. Массивные плечи и грудь с каким-то гербом, а руках раскрытый горун.

— Кто? — спросил Яр.

— Тёмный. Ты видел его на арене? — посмотрела на Яра. Он кивнул.

Я покрутила образ бойца, чтобы рассмотреть. И да, он был хорош со всех сторон. Остановилась, наклонилась к изображению.

— У него Печать Силы! — воскликнула я, узнавая знакомые иероглифы, украшавшие его доспех левой руки.

— Да, в этом сезоне он с Печатью. Очевидно, наш успех его вдохновил на поход в Храм Силы, и он его смог пройти, — сказал Яр безразличным тоном, но взгляд его говорил, что ему совсем не всё равно. Может быть, ему не нравилось, что нашлись и другие воины, по его мнению, недостойные, и совершили неофициальный поход и обзавелись священной Печатью, а может быть, ему просто был неприятен мой интерес к участнику.

— А много на боях вот таких бойцов, кто скрывает свою личность?

— Не много, но есть. Многие приходят на бои анонимно, но когда доказывают свою силу и умение, набивают себе неплохой счёт, раскрываются и сражаются уже под своим именем.

— А-а-а, боятся опозориться, — усмехнулась я. — Хитро. Ничего не скажешь. А этот Тёмный, он вообще общается с людьми?

— Почему он тебя интересует?

— Зинара отправляет на Шигар, говорит, сегодня этот участник должен выйти на арену. Просит полюбоваться, высказать своё восхищение и, если удастся, встретиться с ним, поговорить.

Яр задумался.

— Нет, этот боец не появляется на публике, никогда не видел его среди толпы зрителей или рядом с журналистами. Единственное место, где ты его можешь перехватить, — это выход с арены. Сразу после боя. Будет ли он с тобой говорить — не знаю, да и то, что тебя пропустят к арене, маловероятно. Но попробуй, — улыбнулся Яр так, что и дураку станет ясно, что мне туда не пройти.

— Может, ты мне поможешь? — предположила я.

— Нет, в Шигар я поеду только на закрытие. Тратить целую кваду на игры я не стану.

А, ну конечно, не пристало Правителю Империи заниматься такой ерундой. Так что я быстро распрощалась с мужчиной, подарившим мне умопомрачительную ночь, и побежала искать Панора. Верней, где я его искать-то буду? Позвонила, узнала, что он в Отделе Службы Империи, и пошла уже туда, на второй уровень.

— Мне очень, очень надо, — скулила я вскоре. — Всего на несколько минут. Гляну на Тёмного с близкого расстояния и всё!

— Лира, это невозможно. Это часть обязательств Шигар перед участниками — ни единой посторонней души в рамках арены.

— Да я же не на арену….

— Лира — нет! — резко ответил мне Панор, обернулся и крикнул себе за спину. — Раши!

К нам как ветер подлетела знакомая мне девушка, некогда кулинар из соседнего квартала — Рашира. А нынче, судя по чёрной форме и туго собранным волосам на затылке, — Служитель Империи. Вот это реально круто! Своими глазами видеть эффект от своей работы.

Но дамочка, лишь взглянув на меня и едва улыбнувшись, встала перед Панором по стойке смирно.

— Бегом на ринг, твой счёт должен быть пятьдесят на пятом уровне. На закате к пятому выходу быть готовой к отбытию на учения в Лартуш. Завтра, если я не появлюсь, найдёшь Ирго, скажешь, что тебя распредели на усиление в Ронг на три квады.

Девушка уверенно кивнула.

— Молодец, — неожиданно сказал Панор, и Рашира от радости едва не растеклась лужицей перед своим грозным наставником.

— Иди, — кивнул он себе за спину и снова посмотрел на меня. — Лира, я хотел позаниматься с тобой утром… — замялся он. — Я не знал…

— Да ничего страшного, я тоже не знала, что так получится.

Панор кивнул.

— Сейчас я на Шигар, так что встретимся завтра. Извести меня, если утро у тебя будет занято.

— Конечно. Прости, что так получилось.

— Летишь со мной? — спросил он.

— Нет, — немного подумав, ответила я. — Нужно одно дело сделать. Прилечу попозже.

— Лира, — остановил меня мужчина, когда я уже развернулась, чтобы уйти. — Не пытайся пройти на арену.

— Ничего противозаконного, — улыбнулась я ему и побежала в свою комнату. Залезла на кровать и достала планшет. Первым, что я увидела, это сообщение от моего тайного «поклонника» — всего несколько слов: «В „Жиро“ в полдень». Вот ещё! У меня другие планы. Пусть промаринуется. А то, «что ты делаешь в Ирэ? Как смогла покинуть колонию? Тебе здесь не место»…

Через час я узнала всё, что мне было нужно, а ещё через несколько минут входила в нужный мне магазин.

— Лира? — ко мне вышел темноволосый высокорослый и, разумеется, красивый мужчина. — Чем заслужил внимание прекрасной Служительницы Освещения нашей скучной Жизни Рошгар?

Я рассмеялась, услышав неожиданную шутку. Надо же, а местные умеют шутить. Это радует.

— Мне нужен доспех, — сказала я.

— О… — протянул мужчина. — Какой?

Я осмотрелась, убедилась, что мы одни.

— Для боёв в Шигар.

Мужчина недоверчиво улыбался.

— Пожалуйста, я очень спешу. Есть что-то готовое? Мне нужно сегодня.

— Есть… но он… белый. Тебе для кого?

— Белый — это прекрасно! — воскликнула я. — Давай его сюда. И быстрее, пожалуйста. Мне нужно успеть в Шигар к боям.

— А гору тебе нужен? — спросил торговец, открывая в чёрной стене потаённую дверку и доставая оттуда увесистый лои жемчужного цвета.

— Гору… как же я про него забыла, — охнула я. — Нужен конечно! Как я без гору?

Мужчина смотрел на меня, как на безумную, но всё же протянул мне камень.

— Ты ведь никому не расскажешь, — посмотрела я на него.

— Никогда, — коротко ответил мужчина и махнул рукой, предлагая примерить.

— Так… — посмотрела я на камень, весивший пару килограммов точно. — И как его надевать? Прямо на одежду?

— Можно и на одежду.

— А зеркало есть?

Торговец рассмеялся, провёл рукой по стене, и оно превратилось в зеркальную поверхность. Посмотрел на нерешительную меня.

— Ты же спешишь…

— Да, спешу. Очень, — вздохнула я и положила лои себе на плечо. Он вмиг раскрылся, заключая моё тело в доспех изумительного жемчужного цвета с угольного цвета поясом, перчатками и ещё некоторыми деталями костюма, названия которых я не знала.

— Круто, — сказала я, рассматривая своё отражение в зеркале. Яр был прав, костюм смотрелся нереально большим и громоздким, но я его не чувствовала совсем. Даже плотный шлем не мешал. Обзор у меня был полный, а может быть и лучше. Этот удивительный доспех словно делал тело более управляемым, а движения легче.

Подошла ближе и повернулась левым плечом, смотря как на белом материале стали проявлять иероглифы моей Печати Силы. Улыбка с лица торговца-шутника пропала, а глаза приобрели ошалелый вид.

— Лира, это…

— Да… — вздохнула я. — А можно её как-то спрятать?

— Как ты спрячешь Печать Силы?! — воскликнул мужчина. — И зачем?

— Яр не разрешил показывать мне её.

— Почему? — кажется торговец был близок к обмороку.

— У него спроси. Думаешь, мне так нравится ходить в одежде с длинным рукавом? — пробурчала я. — Наверно, ему не хочется рассказывать о том, что и женщина может пройти Храм Силы. Он не знает, что делать с теми ненормальными, кто возомнил себя воином и пошёл на смерть в Храм Силы, а представь, если к ним ещё и женщины прибавятся? — ответила я, придумав ответ прямо на ходу.

— Это верно, — кивнул торговец.

Я сняла доспех, взяла гору и, ещё раз уточнив подробности вступления в ряды участников на бои, расплатилась и поспешила на центральную станцию Ирэ. Попыталась купить билет и обнаружила, что мой счёт пуст. Я отдала за этот проклятый костюм все свои деньги. Чудесно просто.

Недолго думая, позвонила Зинаре. В конце концов, пусть работодатель оплачивает мне командировочный билет!

Зинара удивилась, мягко говоря, но согласилась перечислить мне сумму, равную стоимости билету в обе стороны до Шигар.

Я думала, что дорога до арены будет нервной и волнующей, что было бы ожидаемо, такую глупость я нечасто совершаю, но отступать и не думала, так что время потратила с пользой — ответила на все письма в рубрику «Вопросы о жизни», которых становилось всё больше. Очень скоро придётся выбирать, кому отвечать, а кому нет. Или же просить у Зинары расширения полосы.

По прибытии немногочисленный народ направился прямо по знакомому с прошлой поездки коридору, мне же надо было направо к широким воротам. Пока ещё открытым. Справа искрился серебром ряд щитов — для анонимных бойцов. Зашёл, переоделся и к распорядителям вышел уже в доспехе. Мило, но глупо. Ни о какой конфиденциальности тут речь не идёт. Это сейчас тут народа нет, а в час пик, когда все валом валят из корабля? Да все пялятся на эти «незаметные» щиты, как и на тех, кто в них заходит! Впрочем, наверно, только я прилетела на бои на общественном транспорте, серьёзные бойцы так не поступают и пользуются более продуманными входами для личного транспорта.

Убедилась в том, что я одна и зашла за щит. Быстро нахлобучила доспех и побежала на регистрацию. Опоздать именно сейчас было бы очень глупо!

Наверно, вы скажете, что вся моя затея была не слишком умной, и, представьте, я с вами соглашусь. Но мне так надоело писать всякую ерунду о ерундовых событиях! Я хотела что-то стоящее… Это была первая версия, а вторая — находка про Белого воина вскружила мне голову. Нет, я не возомнила себя супер-пупер бойцом, но так ведь не бывает, что сперва сон, а потом его подтверждение. Мне нужно было что-то сделать, совершить какой-то шаг в эту сторону. Ну и пусть этот шаг получился дурной, посмотрим, что получится.

— О! — удивился одинокий мужчина в серебристом костюме, сидевший на одиноком высоком стуле, как только я вошла. Посмотрел на время, ухмыльнулся. — Успел! Быстро на диск, — указал он на кольцо света перед собой.

Я подошла и встала куда положено. Мужчина тем временем копался в своём планшете, развернувшем экран на два метра, и скучным голосом зачитывал мне правила прибытия новичков на бои и необходимость пройти стадию стажёра. Закончил, поднял глаза. Замер. Моя бордовая Печать Силы на белом была очень яркой. Зараза такая…

— Имя? — спросил он почтительно.

— А-а… — глупо протянула я. — А я не придумала ещё.

Мужчина побледнел. А, да, я женщина. Знаю.

— Давай Белый воин? — предложила я.

— Белый воин был… давно, правда. Но нельзя занимать имена бывших участников, — так же тихо сказал мужчина, бесстыдно пялясь на меня.

— Тогда Нэкст, — ухмыльнулась я.

— Что это за слово такое «нэкст»…

— Твоя задача меня зарегистрировать, а не обсуждать имя, — сказала я, заставив мужчину побелеть ещё больше.

— Конечно. Я сейчас создам карту бойца и сделаю голографию. Это необходимо. Выбери основное оружие.

Я сняла с пояса гору и раскрыла горун.

Мужчина нервно сглотнул.

— Тебе необходимо набить… верней, набрать десять чистых побед. После станешь регулярным участником. Это обязательно для всех новых участников, к сожалению…

— Конечно, — кивнула я.

— Сегодня один бой по договорённости с любым из стажёров. Победа обязательна. Но ты также можешь…

— Я всё знаю, — перебила я нервного мужчину, избавив его от необходимости объяснять мне принципы зачисления очков с действующим бойцом.

— Хорошо. Удачи, — протянул он мне маленькую прозрачную карту. Её место было в подённом кармашке на наруче, о котором мне рассказал торговец.

Я покинула помещение распорядителя и оказалась в большом и шумном зале с множеством кресел, диванов, стульев и прочих предметов мебели, которые были заняты участниками боёв. Все в доспехе и по большей части без шлема. Кто-то болтал друг с другом, кто-то что-то пил или просто лежал, отдыхал… и это пока в зал не вошла я. Единственная в белом. Как светлячок в темноте, будь он неладен!

Я быстро осмотрела присутствующих, отметив среди всех группу воинов Яра — Риш, Зору, Ирго и Панор. Они также смотрели на меня во все глаза. Торговец в магазине, где я купила доспех, говорил, что участники, как правило, дожидаются своего боя в общем зале, это для них что-то вроде клуба для избранных. Стажёров тут не жалуют, для них есть другие залы, а кто-то и вовсе приходит, регистрируется и уходит, возвращаясь лишь к своему выходу на арену. Но в любом случае никто никого ни к чему не принуждает, и выгнать меня не могут. Да и помещений для бойцов много, для небольших групп и личные, просто этот зал типа для своих.

Постояв немного в дверях, я твёрдым шагом пошла прямо, демонстрируя всем свою решительность и Печать Силы заодно. И почти уже дошла до конца, где была дверь, как услышала за спиной голос Риша.

— Эй, привет, — сказал он.

Я остановилась и обернулась. Кивнула, хорошо понимая, что первое же слово выдаст меня с потрохами. Молчать и ещё раз молчать!

— Ты стажёр?

Я ещё раз кивнула.

— Риш! Это ваш? — кто-то крикнул из зала, намекая на то, что я с ними вышла из Храма Силы.

— Нет, только не такой низкорослый, — ответил Ирго за своего друга, чем вызвал громкий смех.

Я сжала руку в кулак, желая врезать этому гадёнышу, который постоянно меня задевает. И очевидно, что дело не в том, что я землянка или женщина, он такой по жизни! И да, я думала, что в этом чумовом костюме буду как они, однако нет… Рядом с Ришем я по-прежнему казалась мелкой, но это не повод оскорблять человека.

Риш заметил мой однозначный жест и понимающе ухмыльнулся.

— Молчун, значит, — развёл руками Ирго. — Друзья, у нас новый безымянный! Дай угадаю — Светлый? Карлик-урод.

Все дружно заржали. Я же шутку не оценила, обошла Риша и приблизилась к вредному воину. Встала перед ним — да, он был выше меня на голову. Однако я знаю больное место этого гордеца.

Подняла руку и показала ему палец, затем второй, третий, четвёртый, пятый. Задумалась. Подняла вторую руку и отсчитала ещё два. Указала обоими пальцами на воина. Да дружок, ты был всего лишь седьмым, кто вошёл в Дом после похода.

Ирго моргнул, соображая. Потом, видимо, допёр, что я сказала, и с рыком бросился на меня. Замахнулся кулаком, но я ждала этого удара, резко пригнулась, пропуская массивную руку над своей головой, и со всей дури ударила его ногой в грудь. Ирго отлетел на добрых три метра и грохнулся на пол. Вскочил, зарычал, и тут же был схвачен своими друзьями.

— Нет, Ирго! — говорил Зору, удерживая взбешённого воина. — Тебя дисквалифицируют!

— Не меня! Все видели, что он напал на меня! — уже хрипел боец. — Я требую раскрытия личности и дисквалификации.

Я покачала головой и снова показала пальцем на него.

Риш кивнул.

— Ирго, лучше молчи.

Я развернулась и пошла к выходу из главного зала. И уже потянулась к сканеру, чтобы открыть дверь, как почувствовала сильный удар в спину. Рефлексы сработали быстрее мысли. Секунда, а я уже в боевой стойке с раскрытым горуном в руках и сканирую пространство.

Риш заслонил собой Ирго.

— Ты не станешь заявлять об этом, — сказал он, смотря на меня и особенно внимательно на первое оружие.

Я опустила голову вниз, демонстративно разглядывая осколки мебели, которой в меня запустили. Да если бы не доспех, он бы меня убил!

— Пожалуйста, — выдавил из себя воин.

Я кивнула и поспешила выйти из помещения. Кажется, я недооценила опасность, и она исходит не от арены. Нашла свободную одиночную комнату с одиноким диванчиком, зашла, закрылась. Что-то мне нехорошо, трясёт от неожиданного выброса адреналина… вот только отступать поздно. Ознакомилась с расписанием боёв, дождалась нужного мне, наблюдая за ареной через прозрачную стену, и когда Тёмный отправился на бой, я устремилась к выходу для победителя. Почему воины покидают арену врозь, я не поняла и думать сейчас об этом не хотела. Главное — не пропустить бойца.

Встала у стены, сняла доспех и гору, спрятала в сумку. И всё это очень вовремя, так как бой не продлился долго, и двери открылись, едва я успела скрыть следы своего преступления, грубо говоря, конечно.

Огромный и весь в чёрном. Он впечатлял даже на фото, а тут вживую, я едва слюни не пускала от яркого эффекта. Ну, слабость у меня к большим и сильным мужчинам, а у какой нормальной женщины её нет? Быстрым и решительным шагом он вышел с арены, но резко остановился, увидев меня, невозмутимо стоявшую у стены и делающую вид, что это нормально.

— Светлого дня. Лира, Служительница Освещения Жизни великого и могучего Рошгар, — протянула я руку для приветствия. — Ты позволишь задержать тебя на очень-очень короткое время?

Тёмный сначала молчал и не двигался, а потом… начал дрожать. Что за ерунда?

Ох, ты… нет, не дрожать. Он смеялся. Сперва тихо, а потом громко и так искренне во весь свой красивый глубокий голос. Где-то я его уже слышала.

— Прошу простить мне вторжение. Тебе, наверно, интересно, как я сюда попала?

Тёмный перестал смеяться и кивнул.

— Пройдём туда? — кивнула я себе за спину, где располагались одиночные комнаты для участников.

Воин покачал головой и, тихо посмеиваясь, пошёл куда-то направо. Наверно, на парковку к своему кораблю, грустно подумала я, но бежать следом не стала. Нет, значит, нет. И что-то мне подсказывает, что настаивать и скакать перед ним козой не стоит. Повезёт в следующий раз.

Осмотрелась в поисках ненужных глаз, вернула на место доспех и тоже последовала на выход. До конца игр мне здесь делать нечего. А потом ещё нужно решить, что делать с боем… изначально же я рассчитывала на одно посещение арены, думала — увижусь с Тёмным, поболтаю и уйду. Никто меня не заставляет идти на бой. А сейчас выходит, что мне надо вернуться, а значит, сразиться с кем-нибудь, победить и закрепить за собой место стажёра. Вот только я не боец, и это делало ситуацию прискорбной.

Вернулась к главному входу Рошгар и направилась к аренам, верней, на второй уровень. Яр ведь говорил, что желает видеть меня там, так к чему расстраивать Правителя, пусть даже того здесь и нет.

— Привет, что за тусня? — спросила я, заходя в самый разгар споров. Риш, Панор и Ирго. Зору не было, наверно, на арене.

— Адалира, что тебе здесь надо? — гаркнул на меня Ирго.

— У тебя забыла спросить разрешения войти, — ответила я спокойно и посмотрела на Риша. — Кто растормошил осиное гнездо?

Тот меня не понял.

— Кто обидел грозного воина? — пояснила более понятно, чем вызвала очередное рычание обсуждаемого. Интересно, а сколько в его речи слова и рык занимают в процентном соотношении?

— У нас произошёл небольшой конфликт.

— Заткнись, — гавкнул Ирго на Риша, достал прозрачный квадратик карты бойца и, быстро пролистнув своё изображение с рейтингом, открыл список участников. Судорожно просмотрел всех, добрался до самого низа и раскрыл мою карту бойца.

— Он ещё не выбрал себе противника. Чего тянет?

— А тебе что? — спросил Панор недовольно. Он наблюдал за буйством соратника крайне неодобрительно.

— Хочу вызвать его на бой.

Я опешила. Но промолчала.

— Ты в своём уме? Он даже ещё не стажёр, — ответил Риш. — Успокойся и скажи спасибо, что он не подал на дисквалификацию за то, что ты напал на него.

Я демонстративно отвернулась к арене. Мол, мне не интересны ваши склоки.

— Тёмный уже выходил, — сказал мне Панор.

— Я знаю, — подмигнула я ему.

— Ты с ним встретилась?

— Он отказался со мной говорить, — пожаловалась я. — Он вообще разговаривать умеет?

Панор рассмеялся.

— Не знаю, никто не слышал его голоса. Ты была на арене? Как?

— Я не проникала на арену незаконным путём, — фыркнула я.

Панор хмурился.

— И что?

— Ничего. Говорю же — Тёмный не стал со мной говорить, только посмеялся и ушёл.

Воины ещё некоторое время спорили и успокаивали своего товарища, после Риш с нервным Ирго ушли, у них скоро бои, а Панор пялился на меня в немом требовании рассказать ему всё и немедленно.

Вообще-то я не планировала раскрываться, так спокойней, но мне по любому понадобится кто-то свой, знающий, а главное, кто поможет расхлебать кашу, что я заварила.

— Тут такое дело… — начала говорить я, глядя на хмурого воина с добродушным лицом. Покопалась в сумке, нашла лои с доспехом.

— Нет, нет… — поднял руку Панор. — Ты не можешь быть тем участником в белом костюме.

— Ну, мне надо было пройти на арену, — пожала я плечами.

— Ты сумасшедшая! Не понимаешь, куда ввязалась! — мужчина взялся за голову и осмотрелся, словно выискивая потаённое место, куда можно меня спрятать и забыть о проблеме.

— Мне требовалось поговорить с Тёмным, мне нужна эта статья. Сегодня он мне отказал, а значит, я остаюсь до следующего тура.

— Лира, чтобы остаться на следующий тур, нужно одержать чистую безоговорочную победу в первом бою.

— Или достойно выступить с постоянным участником боёв.

Панор прекрасно понял мою мысль, и ухмылка появилась на его красивом лице.

— Нет. Я не стану драться с тобой и уж тем более поддаваться. Это не детские игры, Лира. Тебе вообще не стоило приезжать.

Чудесно. Всё-таки друзей я выбирать не умею.

Достала свою карту бойца, нашла среди участников Ирго, мельком взглянула на его не самый большой счёт и оставила заявку на первый бой с ним. Согласие пришло практически молниеносно.

Закрыла, убрала на место, спрятала доспех.

— Мне не стоило раскрывать тебе свой секрет. И мне не стоило забывать, что в Рошгар у меня нет друзей и быть не может. Надеюсь, что я могу рассчитывать на твою честь, и то, что ты узнал, останется тайной.

Не дождавшись ответа, вышла из помещения и побрела к арене.

Несомненно, что противник гораздо сильней меня. Он опытный боец и вообще воин Правителя Рошгар. Можно не любить его и злиться на постоянные подколки, но очевидное от этого не исчезнет — он воин, прошедший Храм Силы и действительно заслуживший Печать Силы. У меня был маленький шанс на нормальный исход, потому что, во-первых, он не владел горуном, его основное оружие четвёртый горуз, и, во-вторых — он скверно контролирует себя и слишком импульсивен. Возможно, эти крохи помогут мне пройти дальше.

Переоделась, прошла распорядителя, он проводил меня удивлённым взглядом, далее общий зал. Народу тут поубавилось, но не слишком. Но я не смотрела на удивлённые лица, как и на группу воинов в полном составе. Надо же, Панор успел спуститься вперёд меня. Наверно, есть какой-то ещё вход от зрителей, о котором я не знала.

— Нэкст! — крикнул мне кто-то. Я обернулась. — Я поставил на тебя.

— Ему не нужна победа, — ответил другой. — Один чистый удар, и бой закончится.

Я не хотела слушать. Прошла зал, нашла свободную комнату и провела в ней остаток времени, изучая своего противника. Посмотрела видео с его боями…

Не знаю, что из этого выйдет, но я попытаюсь.

В установленный срок взяла гору и пошла искать вход на арену для стажёров. Тут действительно совершенно дурные правила входа и выхода на арену, для победителей, для проигравших и для стажёров соответственно. Мне надо было пройти коридор до конца, и я бы прошла, вот только совершенно неожиданно увидела… Тёмного. Он стоял на том самом месте, у выхода, где я встретила его, и чего-то ждал. Сдаётся мне, что меня. Передумал и вернулся, чтобы познакомиться. Вот только поздновато он спохватился.

Задержавшись взглядом неприлично долго и даже остановившись на короткий миг, я решительно пошла дальше к толпившимся стажёрам. Они громко разговаривали и показывали пальцем на меня. Я фыркнула, тоже мне, цивилизованное общество. Посмотрела на голограмму участника у входа на арену и надпись «Нэкст». Вопросов нет, мой выход.

Я и вышла. На песок. Звучит глупо, но факт. Серебристый диск оказался не просто металлом, а щедро посыпанным серебристым песком.

Раскрыла оружие и, дождавшись появления противника, чиркнула перед собой лезвием. Ирго же был готов кинуться на меня без промедления, и не нужны были ему эти условности с вызовом на бой, но всё-таки ответил.

Я не боялась.

Странно, а должна была бы. Стою на арене и не в Доме, где мы резвились, а на серьёзном состязании с противником, который только и ждёт, чтобы выбить из меня дурь, но в моей душе не было страха, только предчувствие. Предчувствие хорошего боя.

Для него я сюда пришла, и это ощущение мне было знакомо. Горун был моим оружием, и рука его помнила.

Противник, едва церемония приветствия завершилась, бросился в атаку. Я встретила его напор достойно, заблокировав его веер мечей своим трезубцем, следом удар ногой в живот. Он сделал шаг назад и получил чистый удар моим горуном в живот. Нет, не насмерть, конечно, доспех крепкий, не разрубить, но я увидела, как надо мной моя карта бойца загорелась золотым, знаменуя о победе.

Но кого это волновало, в самом деле? Ирго перехватил своё оружие и снова атаковал меня с ещё большей злобой. Он первого удара я увернулась, от второго нет. Ничего толком не почувствовав, лишь появившийся экран перед глазами известил меня о «ранении», я резко развернулась и как копьём толкнула противника в грудь своим трезубцем. Тот отлетел на добрых три метра, доказывая, что костюм и правда увеличивает силы. Ирго встал не сразу, я даже в какой-то момент подумала, что повредила его доспех, может, стоит подойти посмотреть… однако нет, это промедление было вызвано чем-то другим, а не ранением. Он вскочил и кинулся на меня тараном.

К чему спорить? Он действительно сильнее меня, по крайней мере физически. Его удары могли прошибить стену, не то что слабую женщину! Я отбивалась, но больше, конечно, уворачивалась. Пропустила несколько ударов, но и свои наносила тоже. Не думая, действуя на инстинктах, доверившись забытым рефлексам.

Я не боец, не в этой жизни, но руки помнили, тело помнило…

Не знаю, каков был счёт, я победила и прошла в следующий этап первым же ударом, но какой был итоговый счёт, я не знала, как и то, как остановить бой. Я не ударила в грязь лицом, сразилась достойно, но, может быть, хватит уже?!

Оттолкнув от себя противника, кажется, уже в сотый раз, вместо того чтобы завершить удар горуном, я подняла оружие в знак предложения закончить. Может, и не этот жест призывал к завершению, но действовала я по наитию. Ирго замер на секунду, подбежал ко мне и дрожащей рукой чиркнул лезвием у моих ног… вызывая на бой?

Он сдурел?

Я покачала головой. Сложила оружие и не без опаски повернулась к противнику спиной. Не будет же он кидаться на меня прямо при всех на арене, правда?

Глава 13

— Адалира! — гневный и очень громкий голос застал меня в самый разгар битвы с обезьянами-мутантами. Седьмой уровень основной программы Служителя на ринге.

Я только вернулась с Шигар, тут же пошла в Дом на ринг — снять напряжение. Видимо, и Ирго пришёл за этим.

— Конец программы, — сказала я и обернулась. — Что тебе?

— У тебя есть свой!

— У тебя тоже.

— Но твой в соседней комнате! Освободи ринг! — недоумевал воин, с которым я рассталась совсем недавно.

— Я хочу этот, — спокойно сказала я. — Пошёл на хрен.

И хотела было развернуться и включить новую программу, как услышала перезвон своего планшета. Прыгнула с чёрного диска. Открыла. Звонил Панор.

— Лира, где ты? — без приветствия спросил он.

— На ринге! Забери её! — крикнул у меня из-за спины Ирго.

— Он со всеми такой агрессивный? — спросила я у Панора.

— Нет, только с тобой и с сегодняшнего дня с Нэкст. Теперь вас двое, — хохотнул Панор.

— Очень смешно. Что ты хотел? Я немного занята.

— Подходи на арену.

— Хватит с меня арены, насмотрелась уже. С рингом мне помешали, пойду Яра навещу и домой.

Панор покачал головой.

— Когда ты будешь дома? Я к тебе приеду.

Я не ответила, закрыла планшет и, не глядя на Ирго, пошла на верхний уровень, который оказался полностью закрытым.

Что же мне так не везёт?

Опустилась по стенке и села прямо на пол. Решила позвонить Яру, но тот не отвечал. Наверно, занят, он что-то говорил про важные дела… но подняться и уйти не было сил. Что-то я устала…

Почему я не могу жить, как нормальный человек? Ни на Земле, ни тут, у меня всё идёт наперекосяк. Ни друзей, ни нормального мужчины. Для первых я всегда была уродом, а вторым от меня нужен только секс. На Земле — экзотика, тут эта проклятая Сила Шиман, которой молятся. А ещё этот Ирго… ну чем я ему не угодила? Да так, что он меня почувствовал в доспехе и тут же принялся издеваться. У него как будто свербит в одном месте, чтобы сделать мне плохо!

Я просто сидела, прислонившись к закрытой двери, и сокрушалась о своей никчёмной жизни.

— Ади! — ко мне вдруг подлетело что-то белое. Горячие сильные руки подняли моё лицо, и я увидела синие глаза Яра. А он, надо думать, мои слёзы. — Что случилось? Почему ты тут?

— Я тебе звонила, — хлюпнула я носом.

— Я видел, — ответил Яр, но комментариев, почему не ответил, не последовало, подтверждая мои недавние мысли. — Что случилось?

— Да ничего… просто с Ирго опять поругалась. Он ненавидит меня.

— Он сказал, что ты его провоцировала, — строго произнёс Яр и выпрямился. Сложил руки на груди. — Из-за этого ты расстроилась?

— Нет, просто как-то всё накопилось. Знаешь, стресс и всё такое. Я пойду, — встала на ноги и подняла голову. — Яр, завтра я хочу посетить Землю. Ненадолго, за кваду вернусь.

— Зачем?

Что значит «зачем»? И вообще, откуда эти вопросы взялись?! Мы же всё решили, договорились! Но не могу же я ему сказать, что собираюсь поднять всю свою историю до потери памяти.

— Маникюр хочу сделать, съесть пиццу и выпить мохито.

Яр молчал. Кажется, я его удивила. Но он уже привыкший, так что я просто ждала решения.

— Завтра — нет. Через две квады у меня, возможно, будет время.

— У тебя?

— Ади… — погладил он меня по голове, перекинув прядь волос мне на грудь. — Я сейчас не стану обсуждать Землю, ступай к себе. И мне не нравится то, что Цим тебя до сих пор не видит. Не знаю, что случилось, видимо, сбой в программе, но тебе следует отменить свой запрет.

— Я подумаю над этим, — ответила я и сделала шаг назад, прижимаясь спиной к стене. От рук Яра шло мягкое тепло, оно ласкало мою кожу и просило откликнуться… и как бы я ни сопротивлялась, у тела было собственное желание, и оно было очевидным.

— И перестань провоцировать Ирго.

— Яр, я просто зашла на твой уровень в Шигар, а он начал орать: «Что ты здесь делаешь». Если это провокация, то нет, я не перестану.

Яр недоверчиво щурил глаза, вероятно, собираясь проверить мои слова. Наверно, конфликтов в его кругу отродясь не бывало, но моё появление — это всегда что-то новое.

— А что с Тёмным? Тебе удалось его увидеть? — спросил он, и в синих глаза появилась хитринка. Маленькая.

— Он не стал со мной говорить. Только посмеялся, — вздохнула я. — Но хотя бы посмотрела на него… Жаль только, его боя не увидела, нечего Зинаре написать. Но ничего страшного, я заметила, что через четыре квады он тоже заявлен. Попробую ещё раз.

— Ты прошла на арену? Как?

— А это секрет, — подмигнула я мужчине, помахала рукой и под значительно потеплевшим взглядом пошла вниз.

Да, этот совершенно чумовой участник боёв не выходил у меня из головы. Конечно, все они в своих внушительных костюмах казались большими и могучими, но этот… он какой-то нереальный. Может, он не человек? В Рошгар много разных видов, не только же людей пускают на бои. Буду просить снять доспех, а окажется, что это какая-нибудь ящерица зелёная, испугает меня до чёртиков. Но к чему думать о плохом? Тёмный мне был интересен, но как боец. И не имеет значения, что мне страсть как хотелось снять с него доспех и посмотреть на того, кто обладал таким красивым и глубоким… смехом.

Я замерла в центре площади, до которой успела дойти. Смех. Как я сразу его не узнала?

Как, как… да потому что это невозможно!!! Не может быть этот Тёмный моим мужчиной из сна! Но смех… он так похож. Такой же глубокий и чистый… я так его люблю.

Вы скажете, бред. Да вся моя нынешняя жизнь — один сплошной бред! Чем этот хуже? Тем более я чувствую, что права, что это он. Реальный. И он знал меня. Скорей всего забыл, тут все забыли, но этот боец… если я права, то мы были близки.

Мои сны, это просто сны — отголоски воспоминаний, без лиц и даже звуков. И этот смех я толком не слышала, но помню. Чувствую.

Мне нужно с ним увидеться. Обязательно.

Бегом добежала до своего дома, приложила карту к сканеру и нетерпеливо дождалась, когда ковёр-самолёт отвезёт меня к моему отсеку.

— О, Панор, что ты здесь делаешь?! — воскликнула я, когда увидела у дверей бравого воина с коробкой ланийского печенья в руках. — Я сейчас совсем не настроена ругаться. Давай потом?

— Я пришёл не ругаться, Лира, — пробурчал Панор, заходя вслед за мной в дом.

— А для чего? И спасибо за печенье, — забрала я у него вкусняшку.

— Это не от меня. Нашёл под дверью. Кто-то тебя балует.

— Да не томи, говори уже, — сказала я, открыла коробку и засунула в рот целую печенюшку.

— Я был не прав, — коротко сказал он.

Я пожала плечами.

— Правда. Не знаю, откуда и как, но ты хороший боец. Я не должен был сомневаться и оскорблять тебя. Ты немного неуверенная, и движения не обдуманы, действуешь скорее на рефлексах, но ты можешь занять высшие позиции в рейтинге. Я помогу тебе.

— Мне не нужны бои. Я пришла только чтобы увидеться с Тёмным, — пожала я ещё раз плечами. — В этот раз он отказался со мной поговорить, вернусь в следующий. Я же ещё стажёр, могу приходить, когда захочу, и выходить на арену не обязательно.

— Лира, ты не должна бросать арену! Горун создан для твоей руки! — воскликнул мужчина, смотря на то, с какой скоростью я поглощаю дорогущее печенье.

— Панор, что я должна, я решу сама. Хорошо? Мне и без арены проблем хватает.

— Это ты про Ирго? Он подал Яру жалобу на тебя.

— Да, Яр сказал мне, что якобы я провоцирую его. Бред, — отвернулась. — Представляешь, пришёл сегодня в Дом, грубо выгнал меня с ринга, а в итоге я ещё виноватой осталась. Как это называется?

— Так ты его боишься? — ухмыльнулся Панор.

— Мне на него плевать. Я на арене только ради Тёмного. Мне очень надо с ним поговорить, а бои у него только через четыре квады.

— Да, он редко выходит на арену, а порой меняет своё расписание в последний момент. Ты его можешь долго ловить. Но я могу попытаться вызвать его на бой, на завтра, предположим. Если он согласится, то ты пообещаешь мне начать тренировки и выходить на арену как участник.

Заманчиво, но что-то мне не очень хочется обременять себя ещё и боями. И так забот полон рот. А эта арена… чувствую, что, согласись я, она может стать моим наркотиком. Знаю, что станет.

Я прошла к своему шкафчику, спрятанному в стене, открыла его и взяла гору в руки. Раскрыла первое оружие. Оно мне было знакомо, моя рука знала его. Где-то внутри… не знание, а чувство…

Я не хотела отдаваться арене, хотя её зов был силён, но должна была как-то выведать правду, а в данный момент моя правда — Тёмный. А к Тёмному можно пройти только в доспехе. А если он мне откажет и во второй раз? Я не могу отступиться, мне нужно вывести его на разговор!

— Я согласна, — тихо сказала я. — Только у меня ещё просьба.

— Всё, что хочешь, — с готовностью ответил Панор.

— Можешь мне занять немного денег? Я на доспех всё до последней единицы потратила.

— Конечно! И, Лира, ты должна решить вопрос оплаты с Зинарой, Риш говорит, что она тебе платит безобразно мало!

— Да, завтра… — кивнула я.

Панор при мне достал свою карту бойца и вызвал на бой Тёмного. Сказал, что как только получит ответ, известит меня. Перечислил на мой счёт две тысячи и совершенно счастливый удалился в ночь. Да уж… день был длинным и насыщенным. Но у меня было ещё одно незаконченное дело, а именно пропущенное свидание с неизвестным. Подумав, я решила, что встреча мне без надобности. Видимо, я оказалась права, и моя фраза о том, что меня никто не помнит, его взволновала, и теперь он желал удостовериться, что я по-прежнему в беспамятстве. Отвечать на мои вопросы он не станет. Открыла личную почту и увидела сообщение: «Ты не пришла».

Ответила: «У меня были другие планы».

Через минуту планшет запиликал, извещая о новом сообщении. Интересно, а он вообще не спит?

«Ты сука, Адалира! Всегда ею была и осталась!» — гласило недовольное послание.

О как! Была, значит, и осталась? Он меня знает. Но проситься поговорить бесполезно (вовремя я это поняла, ничего не скажешь), этот мой тайный «поклонник», очевидно, не пытает ко мне тёплых чувств и способствовать поиску истины не станет. Поэтому я ответила «Да» и закрыла планшет. Посмотрим, что он предпримет, а то, что он что-то сделает, — точно. Слишком я его растормошила.

Я легла спать и в объятиях любимого провела остаток ночи и кусочек утра. В этот раз никакого экстрима, как и никакой полезной информации. Мы встречали рассвет над Ирэ на верхнем уровне «Жоро» и слушали тишину. Проснувшись, я впервые в жизни пожалела, что являюсь простым наблюдателем и не могу поговорить с ним. По крайней мере не сейчас.

Традиционно просмотрела почту, заказала завтрак и принялась отвечать на письма, отмечая про себя, что интерес к рубрике растёт, а мои смехотворные десять единиц — нет.

Открыла первое письмо и… удивилась. Нет, ничего страшного, просто настолько нетипичный был вопрос для Ирэ. Для какой-нибудь далёкой деревеньки на Земле — да. На Ирэ? Нет, никогда.

Однако:

«Светлого дня, Лира. У меня произошёл неприятный случай. Я мастер по изготовлению лои, и так случилось, что я украла деньги из дневной выручки, всего сто единиц, но я волнуюсь, что муж заметит эти деньги на нашем счету, догадается и уйдёт от меня. Что делать?»

Ответила:

«Тебя волнует реакция мужа? А то, что ты совершила правонарушение, — нет? Любое действие и любые поступки влекут за собой следствие. И за свои поступки нужно отвечать. Перед тем, кто платит за работу, перед мужем, перед законом, перед собой. Я для себя давно поняла, что даже незначительный вред, принесённый другому, возвращается. Всегда. И дело не в сумме, и даже не в боязни мужа, а в отношении к этой ситуации. Я не знаю, что посоветовать, потому что просто не понимаю, почему вопрос такой, а не к примеру: так получилось, сама не знаю как, но украла деньги. Знаю, что надо признаться и вернуть, но боюсь. И боюсь поделиться с мужем. Он мне очень дорог, но как я могу сказать ему, что я воровка? Тогда бы я посоветовала всё рассказать, ведь он всё равно узнает, и будет лучше, если от тебя, вместе решить, что делать, поговорить с потерпевшей стороной, возможно, предложить компенсацию за свою глупость. Но тебя это не интересует, а у меня нет совета».

Остальные вопросы были более традиционными и проблем не вызвали. Всё написала, отправила и тут же позвонила своей начальнице.

— Лира, — обрадовалась та. — Удалось ли тебе встретиться с Тёмным?

— Да, но статьи у меня нет. Он не стал со мной говорить. Я звоню за другим.

— Слушаю.

— Мне нужна нормальная зарплата. Какую платят всем Служителям Освещения Жизни Рошгар.

— У всех жалование разное, — со всё той же улыбкой ответила Зинара.

— Тогда реши сама, какое жалование я заслужила.

— Что случилось?

— А что-то должно произойти, чтобы работа была оплачена достойно? — спросила я.

Зинара рассмеялась.

— А я всё гадала, когда ты потребуешь свои деньги? Или так и будешь за даром работать? Сегодня перечислю тебе оплату за всю проделанную работу. Не думала же ты, что я тебя бесплатно эксплуатирую?

— Ой, не знаю, что и думать, — вздохнула я. — Зинара, ты как-то обмолвилась о людях, прошедших через очистку, и что после них остаются и свидетели, и другая информация.

Та кивнула.

— То есть эта процедура проводится над человеком? Не над обществом?

— Нет, конечно. Просто ставится блок на память и удаляется вся информация из общих источников. Но это так происходит в большинстве случаев. И я понимаю, к чему ты спрашиваешь, Лира.

Зинара помолчала, смотря куда-то вниз, судя по звукам, постучала пальцами по столу.

— Не нравится мне это дело. Понимаю твоё желание узнать истину, я бы тоже стремилась к этому, но тут не всё так просто.

— Что это значит?

— В программе Очистки тебя нет, а это значит, что это дело имперской семьи, а может быть, и тех, кто выше. В любом случае я отступаю, — нехотя сказала Зинара.

— Мне кажется, что я нашла того, с кем была близка, — решила я подогреть интерес полезного мне человека.

— Да? Каким образом? — как и следовало ожидать, глаза женщины загорелись.

— Это не так важно. Вопрос в другом — я с ним встретилась, он меня не узнал, и вывести его на беседу практически невозможно.

— Кто?

— Пока не могу сказать. Тем более ты решила больше не заниматься этим делом. К чему неоправданные риски, — грустно улыбнулась я, хотя в душе надеялась, что Зинара заинтересуется и поможет. Потому что больше у меня информаторов нет.

— Конечно, — кивнула она. Попрощалась, отключилась, и на её месте тут же возник Панор.

— Лира, он согласился. Лети в Шигар, бой в полдень!

— Уже в пути! — воскликнула я радостно, запихала в сумку планшет, карту бойца, гору, лои с доспехом и только что доставленный завтрак. По пути съем.

Вызвала край и стремглав полетела на станцию, а оттуда уже на Шигар.

Скоро это станет традицией — дождалась, когда весь народ уйдёт, свернула к дверям для бойцов, за тайным щитом переоделась… и поняла, что сумку мне девать некуда. В прошлый раз я обошлась лишь планшетом, и он так и остался висеть на поясе, а сейчас куда всё девать?

Разделась, решила также закрепить сумку на поясе, вытащив остатки завтрака, снова надела доспех, молясь, что бы тот сошёлся нормально. Мне повезло. А тому, кто зайдёт в эту кабинку для переодевания следом за мной, повезёт с завтраком, он остался здесь.

Спустя ещё минуту я входила в общий зал. Тут, как и в прошлый раз, царила дружественная обстановка. Я же стремилась миновать её побыстрее, но не вышло. Кто-то незнакомый в синем буквально выскочил у меня на пороге и поднял руку.

— Привет. Идём к нам, — указал он себе за спину царственным жестом.

Я покачала головой.

— Да ладно, Ирго сегодня не будет… — начал говорить незнакомец в синем доспехе, но замолчал и обернулся. В зал вошёл Панор.

— Светлого дня, — пробурчал он, смотря на нас.

— Вот пытаюсь уговорить нашего нового бойца остаться с нами, — кивнул на меня незнакомец. Я на всякий случай покачала головой.

— Он ещё не боец. Один удачный выход ничего не значит. Отпусти его. Здесь никто никого не принуждает. Моё мнение вы знаете — стажёры должны общаться с бойцами, а вот будет ли он это делать или нет — его дело.

Кивнув в знак благодарности, я поспешила выйти из зала и занять свободную комнату для одиночек. Достала планшет и, пока оставалось свободное время, решила изучить скудную информацию о Тёмном. Возраст, раса не известны. Место жительства тоже. Наивысший рейтинг среди всех, счёт рекордный, оружие только горун независимо от того, он вызывает на бой или его. Появляется не каждый сезон и выступает не всегда, но неизменно эффектно и обязательно инкогнито. А самое интересное то, что на боях он очень, очень давно — порядка двухсот лет. Кто-то его даже назвал душой Шигар.

Посмотрела на время, открыла карту бойца, увидела несколько приглашений на бой от постоянных участников. Удивилась, но не это меня сейчас интересовало, ещё раз взглянула на расписание.

Проклятье! Время боя Панора и Тёмного перенесли на более раннее время! И он уже идёт! Быстро стянула с себя доспех, сунула в сумку и про гору не забыла, стремглав выскочила в коридор и понеслась к выходу.

Я не должна его упустить! — было моей последней мыслью перед тем, как врезаться в стену.

Это потом уже я поняла, что стена была вовсе не стеной, а живым человеком, но по ощущениям того не скажешь! Он притаился и буквально слился с тёмной обстановкой коридора, а я бежала, как угорелая… и бац, лежу на полу, голова звенит, а на лбу шишка.

— М-м-м, — протестующе замычала я, когда почувствовала чью-то холодную руку, пытающуюся мне помочь. Я закрыла лицо руками и пыталась унять скачущие перед глазами звёздочки. Но руке было всё равно, меня схватили и резко подняли на ноги.

— Из чего твой доспех, из камня сделан? — пробурчала я, ощупывая несчастную голову.

Холодная перчатка коснулась моего подбородка и подняла голову. О! Какая удача! Я врезалась в Тёмного, и теперь он с интересом осматривает мои повреждения. Надеюсь, что значительные! Пусть ему будет стыдно!

— В качестве компенсации за ущерб требую беседу, — заявила я. — Надолго не задержу, обещаю, и не для «Гласа».

Тёмный заинтересованно наклонил голову вбок. Не ушёл. И это очень хорошо.

— Пожалуйста, давай уйдём отсюда. Меня увидят — проблемы будут.

Кивнул, взял меня за локоть мёртвой хваткой, в мгновение ока протащил по коридору и зашёл в отдельную комнату. Посадил на диванчик и встал напротив, сложив руки на своей широкой груди.

Я прочистила горло. Не помогло, потому что просто рядом находиться с ним было так… волнующе и горячо одновременно. Да могу поспорить на миллион, что он, если нормальный мужик, почувствовал просыпающуюся мою Силу Шиман. Что было глупо! Я ругала себя, пыталась отвлечься, напомнить о работе… но мне было плевать на неё! Я хотела подойти к нему ближе, но не могла. Потому что он прихлопнет меня, как комара, в тот же миг. Потому что не помнит.

— Просить снять шлем бесполезно, я так понимаю? — просипела я и сделала ещё одну попытку прочистить горло.

Боец покачал головой.

— Ладно… Признаться, меня интересует только одно: Белый Воин, ты помнишь?

Тёмный молчал и, кажется, даже не двигался.

— Лет сто назад и раньше тоже. Вас было двое, кто скрывал свою личность, двое, кто сражался не за славу и выходили на арену когда заблагорассудится. Двое сильнейших бойцов с основным оружием горун, вы никогда не сходились на арене, но… общались. Ты должен её помнить! — выкрикнула я.

Тёмный отмер, наклонился ко мне, словно всматриваясь, а потом вытащил из своего наруча планшет и начал очень быстро что-то там листать на микроскопическом экране. Остановился. Смотрел несколько секунд, а потом рядом возникла голография знакомого мне Белого Воина. Перед ним появилась таблица с участниками, рейтингами и счётом. Тёмный нашёл в ней себя и всего в двух шагах Белого Воина.

Перевёл взгляд на меня и покачал головой.

Он меня не помнил.

— Постой, — сказала я, достала свой планшет и открыла из закладок изображение, попавшееся мне на глаза просто чудом, где эти двое чуть ли не обнимались, стоя у центральных дверей Шигар. Увеличила и показала Тёмному. — Посмотри, вы рядом.

Он взял у меня из рук планшет, и его голография сменилась моим фото.

— Как ты можешь не помнить? Твои руки обнимают не друга по оружию, а женщину, — ткнула я пальцем на его чёрные лапы на белом бедре. И когда они стояли рядом, было очевидно, что один мужчина, а второй — женщина, пусть об этом и не писали.

Тёмный поднял руку, останавливая мои крики. Коротким движением перекинул фото к себе и всё закрыл.

— У тебя, наверно, было много женщин, — тихо сказала я. — Но эту ты не мог забыть. Ведь не просто так ты её обнимаешь, неспроста не выходил на арену против неё. Расскажи мне, пожалуйста.

Тёмный прямо в воздухе написал: «Я этого не помню, значит, не было. Это всё?»

— Ну, вообще у меня задание у тебя интервью взять, но я не в настроении, — вздохнула я. — Может, в следующий раз?

Послышался тихий смех.

Тёмный наклонился ко мне и, мягко обхватив подбородок рукой в перчатке, снова посмотрел на мой несчастный лоб.

«Иди к целителю. Рана выглядит плохо», — написал он в воздухе.

— Спасибо за заботу.

Ничего не ответив, он вышел из помещения, закрыв за собой дверь.

Спустя некоторое время, когда я убедилась, что меня никто не караулит у порога, надела доспех и направилась на выход. Но уйти мне не дали…

— Эй! — окликнул меня Панор, когда я проходила главный зал. Я остановилась и посмотрела на мужчину. Что ему надо? — Так и уйдёшь, не выбрав себе противника? Давай хотя бы один бой, возьми кого-нибудь из стажёров, докажи моим друзьям, что твоя вчерашняя победа не случайность.

О, что он несёт?! Я домой хочу, а не на арену! Но отказаться — значит лишиться того тонкого уважения, что мне удалось нарастить.

Открыла карту бойца и ошалело уставилась на внушительный список вызовов на бой. Причём стажёров среди них не было.

И кого мне выбрать? Может, Панора? Нет, он меня слишком хорошо знает, отметелит, я даже пикнуть не успею.

Недолго думая, я подошла к болтливому мужчине и протянула ему свою карту.

— Ты хочешь, чтобы я выбрал тебе соперника? — недоверчиво спросил он.

Я кивнула. А потом зал взорвался хохотом и криками с требованием выбрать его.

— А если я выберу себя? — спросил Панор.

Я покачала головой. Нет, любого другого.

Панор ухмыльнулся и принялся изучать мои приглашения на бой. Что-то нажал, у кого-то за спиной пропиликало.

— Да! — раздалось вслед за этим.

Я спокойно забрала своё имущество, всё закрыла и пошла обратно.

— А посмотреть на своего противника не хочешь? — спросил Панор.

Я покачала головой, а та отозвалась звоном. Вернулась к воину и наклонилась к его уху.

— Вне арены есть целитель?

— Кажется, нет. Только для бойцов, — удивлённо ответил Панор. — Что случилось?

— Ничего, — ответила я тихо, отвернулась и пошла к арене.

— Ты можешь отказаться от боя! — крикнул мне Панор. — Откажись!

Я ничего не сказала, а за спиной все тут же оживились и начали громко меня обсуждать. Послышалось слово «травма», но комментировать я ничего не собиралась. Дочапала до входа для стажёров, под пристальным вниманием дождалась своего выхода и пошла на арену.

Под ногами серебристый песок, вокруг тысячи огоньков — зрительских окон. Ну и крики народа, куда без них.

Навстречу мне вышел выбранный Панором противник, я открыла горун и чиркнула им по песку, вызывая бойца на поединок. Он также подошёл, в его руках появилось первое оружие и… он им не провёл линию, как я, а пересёк мою. Развернулся и ушёл.

И что это за хрень?!

— Вирон сдался Нэкст без боя, — услышала я голос сверху.

Сдался?!

Прямо там, не уходя с арены, я достала карту и приняла приглашение первого попавшегося бойца. Уходить и не думаю. Стою, жду.

Тот явился, подошёл ко мне, я вызвала его на бой, а он… сдался. Как и предыдущий. Они что, издеваются?! Да я толком на арене не была, имею я право подраться или нет?

Выбрала из приглашений Панора. Нажала «принять». Воин вышел ко мне практически сразу, сдаётся мне, что они там все тусят и забавляются моим позором.

Я с силой царапнула горуном по арене, откидывая серебристый песок в сторону, пусть только попробует отказаться.

Но тому плевать на мою очевидную злость. Спокойно перечеркнул мою полоску и пошёл обратно. И когда ему оставалось всего пару шагов, на арену решительным шагом вышел Тёмный. Приблизился ко мне, как чёрный смерч, раскрывая горун на ходу, и изящным движением руки провёл линию у моих ног.

Я опешила. Этому-то что надо?!

Тёмный развёл руками, мол, чего медлишь, хотелось подраться, так вот он я.

Но что-то мне было боязно… мягко говоря. Да и сравнил силы, я начинающий стажёр, а он суперспец, способный отмочалить даже чемпиона!

Но что ж теперь, поступать, как те доблестные бойцы, что кинули меня «у алтаря»? Сжала рукоять горуна и решительно ответила на вызов. Вокруг раздались оглушительные крики одобрения, подтверждая мою глупость.

Его удары как молот, теперь понятно, почему у него столько побед, против такого устоять невозможно! Я могу только изворачиваться как змея и пытаться атаковать, а не только защищаться. Но не могу…

Одно мне в помощь — ноги, Тёмный их не использует в бою, только оружие, которым владеет мастерски. Я отбиваю сильный удар, который почти выбивает горун у меня из рук, но в то же время бью противника под ноги. Он пошатнулся, но не упал. Всего лишь непредвиденный шаг назад и снова жёсткая атака, оттесняющая меня к краю арены.

Панор говорил, что движения у меня необдуманные, сплошные рефлексы, но с таким противником и подумать-то некогда. Какие стратегические ходы? Какие хитрости? Этому воину они явно не нужны, он просто задавит своим мастерством и умопомрачительной силой. А мне остаётся полагаться только на рефлексы и не допускать прямого удара, который может меня уложить в мгновение ока.

Уворачиваюсь от летящего прямо на меня острия наточенного трезубца, пригибаюсь от веера мечей, в один шаг оказываюсь за спиной противника и едва успеваю коснуться его своим горуном, зарабатывая себе очко. В этом бою их у меня будет ничтожно мало, в то время когда Тёмный меня просто размазал по арене. Вот только по его агрессивным ударам не скажешь, что он рад. В его понимании я должна была уже упасть и молить о пощаде. Но я держусь и сопротивляюсь из последних сил, встречаю его сокрушительный напор и отказываюсь сдаваться. Давно уже забыто, что это простой бой стажёра, где требуется просто набить себе счёт для выхода в большие игры. Тёмному плевать на всё это, он на арене, а значит — бой. Я согласилась. Согласилась и каким-то чудом умудряюсь проводить свою атаку, и каждая моя ничтожная удача злит его ещё больше.

Он наносит ряд стремительных ударов, последний из которых бьёт по ногам. На интуитивном уровне я подпрыгиваю и ногой бью его в живот. На этот раз он делает два шага назад. Короткая заминка и ещё более короткий рык, и снова атака.

Я выдохлась, и хотя держу горун и яростно сопротивляюсь, но не могу устоять, попробуй устоять против тарана… В какой-то миг руки ослабевают, не выдержав сильного удара сверху, и смертоносное остриё опускается на меня.

Я коротко вскрикиваю и падаю на песок. Доспех прочный, специальный для боёв с конкретным оружием, не разрубит, но простой человеческий страх никто не отменял, и он только что выдал меня. Каждый на этой арене и на зрительских трибунах услышал женский голос. Я лежу, дышу, как загнанная лошадь, а Тёмный вдруг откидывает в сторону своё оружие и опускается передо мной на колени.

Он нависает надо мной, и я буквально чувствую его желание сорвать с меня этот проклятый доспех. Он должен знать, должен удостовериться, но я молчу и надеюсь, что не так уж и громко крикнула, может быть обойдётся…

Но Тёмный так не думал.

— Нет, — попыталась возразить я, когда он потянулся к моему шлему. Легонько, словно боялся меня повредить, отодвинул мою руку и провёл пальцем по потаённой застёжке, и мой шлем исчез, открывая на всеобщее обозрение мои белые волосы и, надо думать, рассечённый лоб от столкновения с ним же.

— Ади, — слышу я тихий шёпот. И да, этот голос я уж точно ни с кем не спутаю. И вовсе этот Тёмный не мой призрачный любимый. Он вполне реальный человек — Яр.

Глава 14

— Великая Сила… это же Лира из дневного «Гласа», — послышался голос сверху, а вслед за этим зрительские трибуны взорвались криками. Но Тёмный, он же Яр, как я подозреваю, вовсе не был рад. Он с рыком ударил кулаком покрытие арены так, что поднялось облако песка, вскочил на ноги и сделал нервный круг по арене, но только я попыталась подняться, подлетел ко мне, нежно подхватил на руки, поставил на землю.

— Стою крепко, спасибо, — хохотнула я и, дождавшись, когда Тёмный соизволит меня отпустить, отошла от него, подобрала свой горун, изобразила на песке немного кривой символ проигравшей стороны, вызвав у публики очередную волну истерического крика. На ватных ногах побрела к выходу для стажёров, попутно помахав зрителям. Меня ждала целая делегация постоянных бойцов Шигар во главе с целителем. Он единственный среди всех был без доспеха.

— Панор, подвезёшь до Дома? — спросила я, подставляя повреждённый лоб под заживляющий чудо-дым.

— Конечно, — коротко ответил тот, недовольно щуря глаза. — Тёмный пробил доспех или это то, о чём ты говорила?

— Не удивлюсь, если пробил! — воскликнул кто-то из толпы. — Ты же сражался с ним, знаешь, что его удар скалу может прошибить! Его давно надо проверить на запрещённые препараты!

— Нет, это уже было, — ответила я, обернулась и посмотрела на арену. Тёмный всё ещё стоял там и прожигал своим взглядом мою спину.

— Ты не должна была выходить на арену! — рыкнул Панор. — Да ещё против Тёмного! Ты в своём уме?!

— Это ты не должен был отказываться от боя со мной, а ещё лучше молчать о моей травме, тогда бы всё осталось в тайне! — крикнула я в ответ. — А теперь что я Яру скажу? Он меня убьёт.

— Нужно более глубокое обследование, — перебил нас целитель. — Рану залечить не сложно, но тут явно присутствовал сильный удар, и он мог повредить не только кожу.

— Да, голова болит ужасно… — кивнула я. — Но только не сейчас. Нужно с Яром поговорить, возможно, он ещё ничего не знает…

— Возможно? — Панор посмотрел на меня как на дурочку, что навело на мысль «а не знает ли он, что Тёмный и есть Яр»? Но нет, не думаю.

— Лира, откуда у тебя Печать Силы? — спросил у меня кто-то из бойцов. Они весьма тактично оттеснили стажёров и столпились вокруг меня.

— Из Храма Силы, откуда же ещё?

Спустя несколько часов мы подлетали к Дому, а я начинала осознавать случившееся. Нет, дело было даже не в том, что я обманула Правителя, проникла на арену и вышла на неё, не спросив разрешения и не известив о своём намерении, а вот то, что раскрыла свою Печать, которую скрывала так тщательно, — скверно.

* * *

Яр снова и снова просматривал свой бой с Лирой. Это было невозможно, чтобы неопытная женщина, которая горун-то держала всего второй раз в жизни, так сражалась! Разумеется, она была слабее его, это не видел лишь слепой, но против него нет достойных соперников. А Лира… его Ади… видно, что неопытная, видно физическую слабость, но мастерство поразительное.

И теперь понятно, как она прошла на арену.

Яр знал, что эта женщина не отступится, её интерес к Тёмному был очевиден, и знал, что будет искать помощи у его воинов. Вот только ему казалось, что те откажут! И каково же было удивление, когда он встретил её на арене. Такую маленькую, смелую и решительную. Как белый огонёк стояла в своём ярком платье и с длинными белыми волосами. Потом она призналась, что была на арене, отказалась рассказать, каким образом, но пообещала вернуться. А когда пришло приглашение на бой с Панором, стало ясно, кто ей помогает.

Снова взглянул на бойца в белом доспехе и горуном в руках.

Нет, такого он не ожидал.

И эти её вопросы про Белого Воина. Открыл голографию и не мог вспомнить. Да, времени прошло много, но Лира была права, слишком откровенно он обнимал неизвестного бойца, и обнимал, как женщину. Но кто она?!

Поднял глаза и увидел заходящих к нему Зору и Риша.

— Вы знали? — спросил Яр у свои воинов.

Те покачали головой.

— Нет и не догадывались, — ответил Риш. — Мы, конечно, видели Лиру на арене Дома, но это всё было баловство… а тут… Ты видел бой Нэкст с Ирго?

— Нет, но слышал, что появился стажёр с Печатью Силы, который хорошо выступил в первом бою.

— Не хорошо. Будь это реальный бой, а не проходной для стажёра, Ирго потерял бы очень много, — сказал Риш. — Всего один бой сделал новичка очень, очень популярным. А после того, как он, верней Лира, уложила его в общем зале, героем среди участников.

— Яр, Панор с Лирой прибыли, — раздался голос Цим.

— Пусть ждут! — посмотрел на своих воинов. — Что произошло в зале?

— Если опустить детали, Ирго оскорбил его… её, а она его в ответ. Ирго напал, она увернулась и ответила так, что тот вмиг лишился уважения, — Риш покачал головой. — А потом он ещё и стулом в спину кинул. Позор.

Яр сжал кулак.

— Цим, Ирго ко мне. Быстро. И Панора с Лирой.

* * *

— Как ты? — посмотрел на меня Панор. Но что ему сказать… хреново. Боль — полбеды, тошнит и головокружение — это хуже. Значит, не просто ушиб.

— Сейчас все решим, пойду к целителю. Ничего страшного за час не случится, — сказала я и прилегла на вытянутую на диване руку.

— Откуда это?

— В стену врезалась. С разбегу.

Ответить на мою глупость Панор не успел, Цим известила нас о желании Яра встретиться с нами. Не без помощи поднялась на ноги, дошла до приёмной Правителя и, не обращая внимания на довольно внушительную компанию, молча остановилась.

Ирго как петух скакал из стороны в сторону, что-то там доказывал Яру, а за этим наблюдали хмурые Риш и Зору. Я же осмотрелась, предметов мебели не наблюдалось, а значит, просить посидеть не имеет смысла. И зачем меня позвали?

Яр поднял руку, останавливая своего болтливого воина, который в это время в красках рассказывал, как я их опозорила.

— Ты подал жалобу на провокацию со стороны Адалиры. Согласно правилам, если ты обвиняешь Служителя Империи, ты должен представить неопровержимые доказательства и упомянуть не менее чем о двух фактах нарушения.

Ирго открыл рот, подумал, ничего, что можно было бы мне предъявить, не нашёл и закрыл.

— Ади, — посмотрел на меня Яр.

— У меня претензий нет, — пробубнила я.

— Было бы странно, если бы они были! — прорычал Ирго. — Лгунья!

— Я никого не обманывала, и моё нахождение на арене было законным.

— Тебе был дан приказ не раскрывать свою Печать Силы!

— Шлем с меня снял Тёмный, до этого я была инкогнито, и никто не знал о мой личности. И хватит уже. Если меня в чём-то обвиняют, то обвинения я хочу слышать от Яра, а не от тебя.

— Да кем ты себя возомнила, грязная землянка! Генетический мусор! Тебе даже рот непозволительно открывать в присутствии благородных воинов…

— Закончили, — поднял руку Яр. Посмотрел на Ирго. — Верни мне бокар.

— Яр… нет… — прошептал тот. — Из-за этой девки?

— Из-за твоего высокомерия и неуважения. Повторять дважды не стану.

— Да с какой стати я должен её уважать!

— Сдаётся мне, что речь идёт не о Лире, — проворчал Зору.

— Яр, ты же знаешь, что я до конца жизни буду верен тебе, — сказал Ирго, снимая с пояса чёрное древко священного оружия.

— Да, поэтому ты остаёшься на Службе Империи. Можешь идти, — приказал Яр после того, как забрал бокар. — Вы тоже, — посмотрел на остальных.

— Яр, прежде чем разбираться, отведи Лиру к целителю. На арене её рану исцелили, но… — договорить Панор не успел. Я вдруг почувствовала, что мне резко поплохело, а из носа потекло что-то горячее. Коснулась верхней губы пальцами. Кровь.

— Я в норме! — поспешила сказать, пока эти бравые ребята не кинулись меня спасать. Но… что им моё мнение. Меня подхватили и потащили к целителю. Тот, заохав, положил моё бренное тело на светящийся стол и через пару мгновений сказал: ничего страшного, просто сильный ушиб.

Когда все процедуры были выполнены, а рекомендации от лекаря получены, Яр, не особенно стесняясь окружения, спровадил своих воинов, а меня подхватил на руки и потащил на своё ложе. Раздел, уложил, накрыл мягким одеялом. Подперев голову рукой, лёг рядом.

— Слушаю, — коротко сказал он.

— Это ты.

— Это вопрос или утверждение? — улыбнулся он одними уголками своего красивого рта.

— Я уточняю.

Яр задумчиво провёл рукой по моей щеке и, спустившись к шее, взял в руку локон волос.

— Белый Воин. Я хочу знать всё.

— Ты правда не помнишь? — спросила я и погладила мужскую руку.

— Белый Воин, Ади, — настаивал Яр.

— Я точно не знаю… просто мысли, догадки, — отвернулась я, но настойчивость Яра была слишком велика. Он просто так не отстанет, а подходящей легенды у меня не припасено.

— Яр, ты тоже мне должен рассказать свои мысли, — попыталась приподняться, но затылок болел зверски. Целитель заверил меня, что покой и хороший отдых помогут мне, а после того, как на меня подействовал кош, обезболивающее мне не рискнёт дать.

— Нет.

— В таком случае я ничего не знаю, — фыркнула я. — Я не стану выворачивать наизнанку свою душу и выкладывать тебе, не получив ничего взамен! Это моя жизнь и мои воспоминания!

— Воспоминания? — тут же спросил Яр, и его рука, гладящая меня по волосам, замерла.

— Я ничего не скажу.

Яр покачал головой.

— Ади, я верю тебе, но говорить то, чего сам не понимаю, не стану. Это равносильно лжи.

— Хорошо, давай тогда только факты. Что с моей памятью?

— На ней стоит блок, и твоя амнезия не из-за ранения на службе, она искусственная, — ответил Яр. — Белый Воин. Говори ты.

— У меня нет фактов, — предупредила я. — Только догадки. И то, что связано с Белым воином… я думаю, что это я.

— Что? Как это? — спросил Яр, и в его голосе насмешки я не услышала, хотя была готова к ней.

— Часто я вижу сны о незнакомых мне местах, об одном человеке… Яр, — посмотрела я на мужчину. — Скажи честно, ты боишься высоты?

— Почему ты спрашиваешь? — пробурчал тот недовольно, подтверждая сей факт.

— Значит да… Яр, не знаю, как объяснить, но когда я жила на Земле, видела сны и радовалась красивой сказке и удивительным ощущениям, была счастлива рядом с ним. Я не видела его лица и голос толком не слышала, только ощущения, чувства. А сейчас… это звучит странно, но я узнаю те места, что видела во сне. И из сна я узнала о Белом воине. И знала, что это я скрывалась за белым доспехом.

Яр молчал и позволял мне говорить, очень внимательно слушая и наверняка не упуская ни единого слова.

— В тот раз, после ваших забав на арене, я провела ночь в Доме, утром проснулась и побежала на арену, раскрыла горун и поняла, что это оружие знакомо мне. А потом, покопавшись в хрониках, нашла упоминание о Белом Воине. Понимаешь? Не бывает таких совпадений!

Яр согласно кивнул.

— Ты сказал, что я не землянка, что память моя заблокирована намеренно, но… если это всё правда, что я была, что я тот боец, что мои следы Зинара нашла…

— Зинара? — перебил меня Яр.

— Она говорит, что никто ничего не помнит, что информация стёрта, но следы остались, что они ничтожны, но их настолько много, что становится очевидно — был человек! — горячилась я всё больше. — Но Служба Очистки не может удалить память всем в Империи!

— Нет, — покачал головой Яр. — Это невозможно. Я могу допустить, что ты попала под Программу Очистки и сослана на Землю, но очистить Рошгар… нет.

— Но ты не помнишь Белого Воина! — воскликнула я. — Это фото — чудо, и лишь потому, что выступал Белый инкогнито. Никто не знал имени бойца, кроме тебя. Поэтому все его помнят, а ты нет! Для тебя он был личностью!

— Так ты думаешь, что мы…

— Мы были знакомы, — уверенно кивнула я. — И если мои сны действительно отголоски воспоминаний, то не просто знали друг друга, а были очень близки. Ты тот, с кем я проводила ночи во сне.

— Звучит это всё как бред, — покачал головой Яр.

— Да, и как узнать правду я не знаю. Хочу слетать на Землю и проверить достоверность своей истории. Кто, где, откуда. По документам я служила не один год, значит, должны остаться свидетели… много свидетелей. Минимум взвод.

— Для этого ты собралась туда лететь? — недоверчиво спросил Яр.

— Нет, не только. Я по-прежнему хочу пиццу и мохито. А ещё в Ирэ есть кто-то, кто знает меня. Меня другую, — сказала я, решив, что если говорить правду, то всю. Достала свой планшет, открыла письма от тайного «поклонника» и показали их Яру.

— Почему ты молчала об этом?! — зарычал он, просто взглянув на них.

— А ты сам как думаешь? — возмутилась я. — Я не знаю, о чём ты думаешь, что хочешь.

— Ш-ш, — положил Яр палец мне на губы, наклонился и навис надо мной. Даже страшно стало. — Ади, посмотри на меня. Я разговариваю с тобой не в Белом зале и не в приёмной. После всего того, что ты натворила, подвергла свою жизнь опасности, выйдя на арену с травмой головы, а Ирэ наверняка сойдёт с ума от твоей выходки, но ты в мой кровати. Что это значит?

— Что тебе стыдно, что по голове шибанул, а потом ещё и на арене отмочалил? — пискнула я. Яр рассмеялся.

— Ади, я тебе верю и хочу, чтобы ты верила мне.

— Тогда сам скажи, почему я здесь?

— Потому что мне нужно, чтобы ты была рядом. Я хотел тебя рядом с собой, когда ты была для меня землянкой, хотел, когда ты стала неизвестной женщиной с непонятной родословной, и сейчас хочу тем более, — тихо, но твёрдо произнёс Яр, смотря мне в глаза. — Твои предположения о прошлой жизни… в них хочется верить и, клянусь, я узнаю правду, но даже если это всё окажется бредом, даже если выяснится, что ты простая землянка, я тебя не отпущу.

— Звучит угрожающе, — улыбнулась я.

— Так и есть, — сказал Яр, не оценив шутки. — Мне надоело придумывать причины, чтобы увидеться с тобой. А ты должна перестать бегать от меня!

— Да я разве бегаю? — пробурчала я. — Просто что-то не хочется отношений ради секса.

На последних словах Яр запустил свои руки в мои волосы, и я буквально почувствовала, каких усилий ему стоит оставаться нежным. Сжал пальцы, наклонился и коснулся губами лба.

— Что ты хочешь, Ади?

— Не знаю, — сказала я не совсем правду. Но к чему признаваться в желании получить то, чего никогда не будет. И его «не отпущу тебя» — ерунда. Отпустит… Каждое утро будет отпускать, чтобы, когда захочется, позвать. А я буду реветь в подушку и понимать, что не смогу ничего сказать поперёк, потому что он мне нужен. Не из-за выгоды или удобства, просто… я просто не смогу. Старалась огородиться, не думать, да, бегала от него, но едва увижу, загораюсь, как свеча.

Так же и сгорю.

— А я надеялся, что скажешь — меня, — прошептал Яр, обдавая моё ухо своим сумасшедшим жаром.

— Ты сам знаешь, что хочу я тебя всегда. Даже когда ты был в доспехе Тёмного. Не знала, что ты, но, видно, чувства не обмануть… моё тело узнало тебя и тут же потребовало, — прошептала я, откидывая голову для губ мужчины.

— Да, это было сложно, почувствовать твоё желание и остаться безмолвным, — рассмеялся он, покрывая поцелуями мою шею и поднимая рукой юбку. — Возможно, и правда стоило мне раскрыться там, чтобы взять своё и не допустить глупую женщину на арену.

— Я не глупая, — попыталась обидеться я, но жар в груди заглушал разум. Теперь похоть заправляет всем, а рассудок стоит в сторонке и ждёт своей очереди.

— Нет, Ади, ты определённо не глупая. Ты слышала, какой резонанс принес твой ответ, — вдруг спросил Яр и поднялся надо мной.

— Какой? — испугалась я, на время забыв о своём сумасшедшем желании.

— Ответ воровке. Зинара тебе не говорила?

— Я, как улетела на Шигар сегодня, так с ней и не общалась. А что случилось то? Я что-то не то написала?

— Нет, хотя и были комментарии о слишком жёсткой и неприкрытой критике частной жизни человека, но подавляющее большинство резко осудили воровку, требуют раскрытия личности и суда. Ирэ буквально гудит о том, что Лира из дневного «Гласа» оказалась вовсе не мягкосердечной и слабой, как думали многие, и если потребуется, не только совет даст, а предаст твёрдой критике. Но это до того, как выяснилось, что Нэкст ты. Думаю, что все разговоры только об этом.

Я обречённо застонала.

— Яр, раскрытие личности написавшего убьёт мою рубрику.

— Она преступница, Ади! — воскликнул Яр. — И не простая, а оставшаяся незамеченной!

— Отпусти её, возможно, она сама явится, терзаемая совестью, но раскрыв её и осудив, ты дашь понять гражданам, что инкогнито — это ложь! И потом ты говорил, что никто никогда не жаловался на жизнь или… тебя, а дневной «Глас» может стать отражением истинных дел в Рошгар. Если тебе это интересно, конечно.

— Я против, — пробурчал Яр, развернулся и достал откуда-то свой планшет.

— Линг, воровку не искать, — отдал он приказ неизвестному. — В «Глас» напиши письмо, что обещанная анонимность для рубрики Адалиры в силе, и мы не станем открывать личности всех, писавших из-за преступления одного.

— Скажи, что если преступница признается и явится добровольно, ты обещаешь это учесть и смягчить приговор, — попросила я.

Яр в очередной раз недовольно что-то пробурчал, но передал моё пожелание своему помощнику, выключил и посмотрел на меня.

— Ты счастлива?

— Нет.

— Что ты ещё хочешь? — сжав зубы, прошипел он.

— Тебя. И плевать на то, что мне нужен покой, и прочую ерунду.

Синие глаза Яра вмиг потеплели. Отбросил в сторону свой гаджет и, обняв меня, перевернулся на спину.

— Весь твой.

* * *

Когда солнце уже клонилось к закату, говоря о глубокой ночи в Ирэ, я проснулась оттого, что стало холодно. Яра рядом не было, но зато слышались голоса.

Вставать не хотелось категорически, постель ещё хранила аромат моего мужчины и его страсти, но также сильно я желала вернуть его и продолжить сон в тёплых объятиях.

Прикрыла грудь одеялом и пошла на тихий голос. Судя по всему, Яр находился недалеко, в одной из комнат, принадлежащих только ему, и старался говорить шёпотом. То, что он этого делать не умел — другой вопрос, но он очень старался меня не разбудить.

— … нужно найти — услышала я, когда подкралась ближе. — Не знаю, каким образом, но я не могу получить доступ к информации об этом человеке.

— Цим говорит что-то конкретное? — в голосе второго я узнала Зору.

— Нет, только то, что «закрыто». Цим просто программа, она не может обойти установленные правила, но вопрос в другом — кто смог поставить правила для меня?

— Верховный? — предположил другой. Риш?

— Нет, отец не стал бы это делать, но я ему уже написал и потребовал встречи. И дело даже не в Лире, нужно выяснить, что происходит.

— Может, пусть Лира вызовет его на встречу, а мы его возьмём? — предложил Зору. Кстати, хорошая мысль.

— Он больше не согласится. То приглашение было импульсивным, больше этого не повторится. И благодаря лишь чуду Лира тогда отказалась, я уверен, что та встреча стала бы для неё последней.

Я икнула от неожиданности и закрыла себе рот рукой. Но лишь успела подумать, что услышала я достаточно и надо бы уходить, как передо мной возник Зору с бокаром наперевес.

— Привет, — пискнула я.

— Подслушиваешь?

— Я ничего не слышала, честно! — попыталась воспротивиться я, однако мужчина уверенно, но мягко толкнул меня в спину к залу. Взору открылась прекрасная картина — Артур и рыцари круглого стола. А именно Яр и трое его верных воинов — Риш, Зору и Цро.

— Простите, я не хотела вам мешать…

— Что ты здесь делаешь? — спросил Яр, притягивая к себе и заключая в объятия. Похоже, что он не злится и… даже не думает скрывать наши отношения. Верней, все-то давно уже знали о них, а кто не знал, то догадывался, но, так сказать, официально между нами ничего не было.

— Я проснулась, а тебя нет, — тихо сказала я, краснея как рак. Руки Яра были очень горячими и нежными, они вмиг прогнали остатки сна и пробудили желание. Снова.

— Как твоя голова? — наклонился он и поцеловал в лоб.

Что он делает? Может быть, его тоже кто-то стукнул?

— Нормально… Болит совсем немного.

— Хорошо. Вернись в кровать и отдохни. Утром с Зору летишь на Землю. Проверишь, что ты там хотела со своей прошлой службой, — приказал Яр.

Кивнула, посмотрела на круглый стол и полупрозрачные экраны, светящиеся над ним. Моя переписка с неизвестным, Белый воин и куча статей и фото, неизвестных мне.

— Яр, если есть кто-то, кто имеет более высший доступ к Цим, он же, наверно, может узнавать всё, что происходит в доме… в том числе и разговор ваш, — предположила я.

Все трое воинов как один посмотрели на своего Правителя. Тот замер и, кажется, даже не дышал.

— Цим, кто-нибудь запрашивал информацию о моих переговорах и встречах?

— Яр… — замялась та. — Я не могу сказать.

— Это мой отец?

— Нет.

— Как давно? — зарычал Яр.

— Всегда.

— Он один? Это человек? Что ты можешь сказать об этом?! — выкрикнул Яр.

— Любая информация от них засекречена.

— Значит, он не один, — сказал Риш.

— А Лира? — спросил Зору. — Информация о ней так же интересна?

— Да, но Лиру я не вижу. Она поставила запрет… не знаю, как. И, предугадывая следующий вопрос — нет, Яр, ты не можешь сделать то же самое.

— Что за глупость? — прошептала я, словно Цим могла меня услышать. — Давайте перезагрузим Цим. Обнули её правила и запреты, установи свои! — посмотрела я на Яра.

— Это не так просто… — пробурчал он, растирая мои плечи.

— Значит, если вы что-то решите обсуждать на эту тему или принимать решения о следующих шагах, то только там, где нет всевидящего ока Цим.

— Таких мест практически нет. Покрытие Империи почти девяносто процентов, — ответил Цро.

— Земля, — коротко сказала я.

Цро кивнул. Видимо, он в этом деле был специалистом и сообразительным малым, раз не стал говорить в голос. Меня-то Цим не слышит и не видит, а его — да.

— Я найду цивилизованное место.

— Таких мест полно! — обиделась я за свой дом. — Любой крупный мегаполис предоставит и место, и охрану! Земля не отсталая и не дикая, она просто с иным путём развития!

Яр сжал губы, пряча улыбку.

— Это не смешно!

— Конечно, нет, — поцеловал меня в макушку Яр. — Иди. Тебе нужно отдохнуть.

Да, не всё спокойно в «Датском королевстве»…

Я послушно вернулась в кровать, но сон ушёл окончательно. У меня не выходили из головы слова Яра, что якобы встреча с моим тайным «поклонником» могла стать для меня последней. Ирэ безопасный город, невообразимое количество программ по защите спокойствия, сканеров и Служителей Ирэ, все они стерегут покой граждан. Преступность нулевая, почти. Так почему Яр так легко сказал о том, что меня могли похитить, если он не знал нашего врага? Может, догадывается? Или строит предположения на основе имеющейся информации? А она есть и довольно чёткая — неизвестные, имеющие большее влияние и власть, нежели неприкосновенные и богоподобные Яр и Верховный.

И особенно интересно, почему я, изгнанная и лишённая памяти, могу отгородиться от Цим? Имею над ней власть? Нет, однозначно не власть, но некое влияние — точно.

А Яр? Что за муха его укусила? Откуда все эти любезности и прилюдные обнимания? Услышал моё признание о таинственном незнакомце, без которого я жизни не знала, уверился, что это он и есть, и решил соответствовать?

Вот только пусть я и считаю моего мужчину из сна отголоском памяти о Яре, но… они такие разные. Яр — он страсть, похоть, жаркие чувства, что сжигают дотла. Ему нельзя противостоять, нельзя не желать, а мой любимый из сна… он был моей душой и сердцем. Наша любовь была нежной и трепетной. Невинной.

Так и пролежала я, глядя в одну точку до самого утра. Планшет начал издавать тихие попискивания, извещая о приходе писем в рубрику (от громкого перезвона я давно отказалась, он бы верещал не переставая), но Яр так и не пришёл.

Но я птица не гордая, оделась во вчерашнее платье, попробовала связаться с Правителем, тот не ответил, и я пошла вниз, в центральный отдел Службы Империи. Как выяснилось опытным путём, воины Яра зачастую тусят там.

— Лира! — засветился, словно огонёк, неизвестный мне мужчина, встречавший посетителей у входа в отсек. — Чем могу помочь?

— Я… э… — не ожидала я такой радости. — Мне нужен или Риш, или Зору.

— Сегодня они не приходили. Может быть, Панор тебе поможет?

— Да мне помощь не особенно нужна, просто Яр сказал, что утром я с Зору должна куда-то лететь, — сказала я почти правду. — Я никого найти не могу, а мне нужно в «Глас». Может быть, как кто-то появится, передашь, что я ненадолго отлучилась?

— Конечно, — совершенно счастливо ответил мужчина.

— И есть у тебя свободный кто-нибудь? Я не умею катером управлять, а край я не люблю.

— Да тут бездельников! — воскликнул тот. — Цим, катер к пятому!

— Спасибо, — поблагодарила я и пошла к пятому коридору. По пути меня догнал кто-то в чёрном костюме, восхитился моим боем в Шигар и, как только я села к катер, вылетел со скоростью звука из Дома.

— Правда не умеешь катер водить? — искоса на меня посмотрел молодой человек.

— А что? — спросила я, просматривая письма в рубрику.

— Ничего, просто странно.

— Ничего странного, — пробубнила я, опуская взгляд к планшету. Задумалась и снова подняла голову. — А куда это мы летим? Что-то не помню я этого района, — недоверчиво сказала я.

— Нужно одно место посетить, не волнуйся, это не займёт много времени, — ответил мой водитель доброжелательно.

— Какое это место?! А ну живо разворачивайся! — закричала я и толкнула парня в плечо.

— Эй! Ты же не хочешь разбиться! — возмутился тот.

— А ты хочешь головы лишиться?! — закричала я. — Если сейчас же не развернёшься, то это меньшее, что с тобой случится!

Но этот тип даже и не думал подчиниться, чувствовал свою власть над моим скверным положением. Но я не я, чтобы вот так сдаться неизвестно кому, а то, что этот парень не посыльный Яра, я была уверена! И решительно толкнула его так, что тот с глухим стуком ударился о голубой щит, закрывавший катер сверху, перехватила рычаг управления и ещё раз пихнула наглеца ногой. Но и тот сдаваться не думал, начал бороться со мной, вырывать рычаг. Катер резко вильнул влево, пролетев в опасной близости от какого-то строения, а через секунду врезался в другое. Нет, наше транспортное средство вовсе не распахало чьё-то жилище или офисное здание, как это обычно показывают в фильмах, всего лишь раздался неприятный скрежет защитного купола, и мы полетели прямо уже с дырой в голубом свечении.

Но любоваться на неё я не стала, мне срочно требовалось вернуть контроль в свои руки. Бороться в замкнутом пространстве довольно затруднительно, а когда противник тебя сильнее, то тяжелее в разы, однако я не паниковала. Поймала удачный момент и, когда предатель замахнулся кулаком, захватила тот, вывернула в болевой захват.

Парень закричал.

— Опускаемся! Быстро! — приказала я.

— Нет… — прорычал парень и сильно вильнул катером, намеренно врезаясь в здание. Хватку я потеряла (а попробуй её удержать, если тебя колбасит по всему салону судна), но с удивлением обратила внимание, что голубой щит со стороны водителя, не рассчитанный на свихнувшихся Служителей Империи, разрушился практически полностью. Этим я и воспользовалась — быстро вернулась на место, упёрлась спиной в свой край и со всей силы обоими ногами толкнула неприятеля. Тот не ожидал подобной подлости и со свистом полетел вниз, дернув напоследок рычаг управления. Эта его предсмертная подлость оказалась худшим, что вообще могло случиться. Вмиг я потеряла ориентацию в пространстве. Верх или низ — с этим худо-бедно я бы разобралась, но не когда катер раскрутило, как юлу!

Я мёртвой хваткой вцепилась в своё кресло, повторить судьбу предателя я бы, ох, как не хотела и молилась, чтобы в этом транспорте оказалась хоть какая-то система безопасности! Недолго жила моя надежда, очень скоро сильный удар выбил из меня дух.

Глава 15

Как выяснилось позднее ненадолго…

Многострадальная моя голова звенит, а левая рука словно объята огнём. Я открываю глаза, но, как ни удивительно, никого не вижу. Моя авария не привлекла внимание и не собрала кучу зевак, что наводит на мысль — а в Ирэ ли я? В Ирэ, конечно, вся планета — один большой город, а на катере далеко не улетишь, не корабль же…

Но хватит глупости думать. Закусив губу, чтобы не вскрикнуть, я приподнялась, обнаружив, что лежу на земле. Вокруг ни души и… туман? Никогда не видела в Ирэ туман, да ещё настолько плотный, что не видно ни солнца, ни прочего окружения. Здания или… я на пустыре? Единственная информация, что у меня была, — рядом разбитый катер не дымится и не горит.

Приняла сидячее положение и дотянулась до пояса. Стараясь не потревожить левую руку сильно, нажала вызов Яра. Он, как и в прошлый раз, не отвечал. Набрала Риша, затем Зору, Цро, Панора… проклятье, мне ответит хоть кто-нибудь?! Я перебрала всех воинов Яра, кого знала, пока не остановилась на имени Ирго.

Смотрела на него с минуту, наверно. Какова вероятность, что он мне ответит, а, узнав о моей беде, не прилетит добить?

Нулевая. Яр ему верит.

Набрала, и тот ответил практически сразу.

— Адалира?! — гаркнул он на меня возмущённо. — Что тебе надо?

— Ирго, найди Яра, пожалуйста. Я не могу никак связаться с ним, — сказала я как можно уверенней, но голос сипел и дрожал, выдавая моё плачевное состояние.

— Что случилось? Ты где? За твой спиной туман?! — выкрикнул он.

— Меня… — замялась я, — я разбилась на катере. Не знаю, где нахожусь. Будь человеком, найди Яра или кого-нибудь ещё.

— Не двигайся, а ещё лучше — не дыши, — сказал Ирго, судя по дёрганому движению картинки, тот бежал. — У тебя есть оружие?

— Нет, только руки. Одна, — показала я ему целую конечность.

— Это плохо, — прошептал Ирго, видимо, он уже сидел в катере. — А теперь замолчи и не двигайся. Я тебя найду.

Я не стала спрашивать, почему он не попытался связаться с Яром, меня пугало «не двигайся, а лучше не дыши». А факт того, что мне нужно было оружие, заставило и правда замереть.

Бледный экран видеосвязи показывал мне сосредоточенное лицо мужчины, совсем недавно так самозабвенно издевавшегося надо мной. Он не считал меня за человека, грязная землянка…

— Ирго, — позвала я мужчину тихо. Тот посмотрел на меня. — Прости меня, я не должна была указывать тебе на твоё место в походе.

Ирго нахмурил брови.

— Вы все достойные воины, все прошли Храм Силы сами и своими руками убивали образы. Свою Печать Силы вы заслужили. А я… мне Яр помог. Сама бы я не смогла.

— Тебе лучше сидеть тихо, — ответил он.

— Я вижу свет сверху. Это ты?

— Свет? Нет, — прорычал Ирго. — Держись, я уже близко.

А чего держаться-то? — хотела спросить я, но не стала. Возможно, именно это спасло мне жизнь.

Откуда ни возьмись, на светящихся крыльях начали медленно спускаться странные стрекозы-переростки. Видела я их плохо, они были пока ещё далеко, а туман густой, но те казались совсем не агрессивными и как будто слепыми. Но наблюдала я за странными созданиями недолго, острая боль в и без того потревоженной голове положила конец моему неверию. Попытка ответить неизвестному закончилась полным провалом. Единственная действующая рука была тут же покусана, подтверждая слова Ирго: плохо, что у меня не было оружия. Очень плохо.

Перед глазами мелькали светящиеся крылья и зубы, каким позавидовали бы пираньи. И их было много…

Это конец… решила я, когда поняла, что отбиться от этих тварей мне не удастся ни при каких обстоятельствах, но противники вдруг куда-то делись.

— Вставай! — громкий голос Ирго не дал мне возможности поразмыслить о странном поведении неизвестных мне тварей. Мой спаситель прилетел и принял огонь на себя. Мне же надо было встать. Как-то…

— Быстро! — гаркнул на меня мой рыцарь, разя стрекоз с поразительным умением, словно всю жизнь этим и занимался. Причём эти твари потеряли ко мне интерес и полностью переключили своё внимание на воина, пытаясь цапнуть его. Но тот был очень хорош в своём деле!

— Да пытаюсь я! Не могу! — ответила я, вдруг обнаружив, что действительно не могу толком управлять ногами. Я их словно вообще не чувствую, хотя те явно не сломаны.

Издав гневный рык, Ирго ловко увернулся от стрекоз и подлетел ко мне. Грубо поднял и, прижав свободной рукой к своей груди, начал быстро куда-то передвигаться. Как он умудрялся отбиваться от безумных тварей, нападавших со всех сторон, не знаю, но меня держал крепко и старался сильно не дёргать.

Откуда-то появился катер, Ирго очень ловко запрыгнул в него со мной на руках, секунда — и над нами синий купол, а мы улепётываем с места боя.

— Тебя укусили? — спокойный голос мужчины казался неуместным.

— Наверно, не знаю, — просипела я, морщась от яркого солнца и задыхаясь от огненного воздуха. — Как жарко…

Ирго быстро взглянул на меня.

— Цим, подготовить камеру для заражённого и найди Яра!

— Яр на встрече с Агми, его нельзя беспокоить, — ответил голос Цим.

— Я сам буду разбираться с его гневом! Он мне срочно нужен у пятого! — этот крик последнее, что я помнила. А потом меня поглотила чернота.

* * *

«Яр, Ирго требует встретить его у пятого выхода», — появившееся перед глазами сообщение Цим отвлекло Правителя от переговоров с лидерами торговой гильдии.

«Что ему надо?» — ответил он, продолжая слушать докладчика.

«Он не сказал, но перед этим приказал приготовить камеру для заражённого. Возможно, это связано с Серым районом».

Яр посмотрел на Агми. Переговоры с ними были слишком важными, но и Ирго не стал бы требовать встречи, не будь проблема серьёзной.

Поднял руку, останавливая говорившего.

— Будьте здесь. Я вернусь в кратчайшее время, — сказал он и быстро вышел из зала. У дверей стояли его воины, как непроницаемый щит и гарант.

— Зору, за мной, — приказал Яр и побежал к пятому выходу. Они приблизились к длинному коридору как раз в тот момент, когда катер приземлился. Защитный купол пропал, из катера вышел Ирго с бесчувственной и окровавленной Лирой на руках.

— Не приближайтесь, её укусил разс, — предупредил Ирго и бегом побежал в корпус целителей.

— Что случилось?! — закричал Яр.

— Не знаю. Адалира позвонила мне, сказала, что разбилась на катере, не может ни с кем связаться, — говорил Ирго, вбегая в зал, где в центре уже стояла камера. Осторожно положил в неё девушку и закрыл её. Отошёл, а ему на смену тут же подбежали целители. Ирго продолжил:

— Просила найти тебя или ещё кого-нибудь, кто поможет ей. Я увидел на заднем фоне туман и тут же полетел в Серый район. Когда прибыл, её уже обнаружили.

— Мне нужен её планшет! — приказал Яр целителям и уже через секунду ему дали требуемое. Он раскрыл его. Увидел попытки связаться с ним и его воинами, но те были недоступны, так как находились на посту. Он сам же и запретил все связи, чтобы не мешать переговорам, которые хотя и планировались задолго, но оказались совсем не кстати. Но как она оказалась в катере?!

Обернулся к камере.

— Как Лира?

— Она жива, — нерешительно ответил один из целителей, в то время как остальные спешно залечивали раны девушки и проводили обследование.

— И это всё, что ты можешь сказать?! — рявкнул Яр, удерживая себя от импульсивного поступка.

Кто-то из целителей подошёл к Ирго, чтобы проверить, не заражён ли он.

— Да, потому что это странно. Её тело заражено довольно сильно, любого другого это давно бы убило, а она жива и быстро избавляется от яда. Удивительная женщина.

Яр посмотрел на Ирго.

— Сам цел?

— Да, — кивнул за воина целитель и вернулся к камере с девушкой.

— Зору, идите с Ирго и узнайте что случилось и как Лира оказалась в катере, — приказал Яр и, когда те ушли, подошёл к камере с девушкой. Положил руку на прозрачный щит, оберегающий окружающих от яда разса — единственного из естественных животных планеты, с кем не могут они справиться, кого не могут истребить окончательно. Страшные убийцы, в зубах которых яд, их удалось изолировать в Сером районе, и каждый житель Ирэ знает, что даже пролетать над ним опасно. Почему там оказалась Лира, вместо того чтобы сладко спать в его кровати?

— Если Лира борется с ядом, то камера не нужна? — спросил он, желая коснуться её и убедиться, что жива. Обнять, поцеловать бледные губы, утешить и унять боль… и так тяжело скрывать свои желания перед своими подданными и воинами. И одно дело прилюдно обнять её… всё-таки Правителю никто не запрещал иметь женщин и отношения с ними, но проявлять слабость и давать понять, что она его волнует… нет, никто не должен знать, что эта женщина нужна ему больше, чем кто-либо из его воинов.

— Нет, пока она окончательно не избавится от яда, — ответил один из целителей. — Думаю, ещё несколько часов, но проспит Адалира до конца квады. Я буду держать вас в курсе её состояния.

Яр кивнул, но оторвать руку от щита не мог. Не мог оставить её.

Сколько проблем принесло её появление, импульсивное желание забрать с собой землянку, каким-то чудом оказавшуюся в Храме Силы и не погибшую там, и сколько чувств и наслаждения.

— Об изменении состояния сообщайте Цим. К Лире никого не подпускать, кроме меня, Зору и Риша. Никого! — повторил грозно Яр.

— Конечно! — испугались целители.

Яр вернулся к Агми, приказав Ришу, стоявшему у дверей, идти к Лире и охранять её.

* * *

— Я тебя люблю, — прошептала я, сходя с ума от чувств.

— Моя Ади, что с тобой, ты говоришь мне это уже десятый раз, — рассмеялся он, продолжая перебирать пальцами мои волосы.

Я сидела, облокотившись на мужскую грудь, и смотрела на потрясающий пейзаж города. Ирэ в лучах оранжевого солнца всегда был прекрасен, а из открытого зала — бесподобен. Да, теперь я знала, где нахожусь, и пейзаж мне этот бы знаком.

— Я знаю твоё имя, — сказала я, и рука в моих волосах замерла.

— Нет.

— Знаю…

— Нет, Ади, ты не должна знать. Никто не должен знать, — сказал он, прижимая меня к себе словно тисками.

— Почему?

— Потому что тебя у меня отнимут. Снова.

* * *

— Ну же, открывай глаза. Сколько можно тут торчать? — услышала я шутливый голос сквозь сон.

— Риш? — не поверила я своим ушам и приоткрыла один глаз. — Что ты здесь делаешь и… где это я?

— У целителей, только те уже давно ушли. Сказали, что тебе нужно отсыпаться и набираться сил, но мне тут совсем нет охоты стоять. Так что просыпайся и иди в свою комнату, — выдал мне ответ мужчина.

Приподнялась и осмотрелась. Я лежала на столе, аки на алтаре принесённая в жертву, и пропитанная кровью одежда добавляла колорита.

— Что помнишь последним? — поинтересовался Риш и протянул руку в помощь.

— Да всё помню… кажется. Этих, как их… стрекозы со светящимися крыльями, потом Ирго примчался, буквально на руках выволок меня из этого ада, а потом в катере потеряла сознание, — ответила я, с мужской помощью вставая на ноги. Те держали крепко.

— А что было до этого?

— Катер разбился… — пробормотала я. — Риш, без обид, но я Яру расскажу, а он, если захочет, передаст вам.

— Конечно, — тут же согласился тот. — Яр пока ещё занят, идём в комнату к тебе, отдохнёшь.

На удивление бодро я дошла до своей комнаты в Доме, приняла душ, вылив на себя месячный запас воды, переоделась в чёрный костюм (свыклась я с ним, что ли?) и, нигде не обнаружив своего планшета, выпросила у Риша его, связалась с Зинарой. Та с задержкой, но всё же ответила. И выглядела моя начальница сонной.

— Я тебя разбудила? — удивилась я.

— Ночью обычно я сплю, так что да, разбудила, — усмехнулась та. — А что у тебя стряслось? Я думала, что после своего фееричного выступления в Шигар заскочишь к нам или хотя бы напишешь что-нибудь, но ты скрываешься.

— Ночь? — спросила я, тактично пропустив мимо ушей всё остальное. Совсем не хотелось обсуждать бои. Но Зинара думала иначе.

— Ночь, и ты пропустила дневной «Глас». Не представляешь, сколько у тебя писем. Все жаждут узнать о Нэкст и Тёмном.

— А Тёмный тут причём? — удивилась я.

— Есть мнение, что вы знакомы. Ну или как минимум он знает тебя. Лично.

— Что за глупость? — отвернулась я и встретилась с внимательными глазами Риша. Разумеется, он ловил каждое моё слово.

— Глупость? Лира, можешь думать так, но ты мне нужна в «Гласе». И в утреннем, и в дневном, и в вечернем. Пока у меня есть только факты, доступные всем.

— Письмами я сейчас займусь, о Шигар напишу, но смогу ли попасть в «Глас»… не знаю.

— Почему? — улыбаясь, спросила Зинара.

— Да я уже пыталась вчера… но не долетела. Да и у меня есть дело… важное. Секретное, — пробурчала я, понимая, как глупо это всё звучит. Но говорить Зинаре о том, что я собираюсь на Землю, не стану. Как выяснилось, предатели есть везде, даже в Доме. Чего уж говорить о газете. И пусть сама Зинара честный человек, верный Яру, но кто её окружает — не известно, как и размер их ушей.

Распрощавшись с начальницей, я принялась разгребать письма читателей, которые по большей части сводились к пресловутому восхищению моим подвигом. Почему-то то, что я была очевидно слабее Тёмного и в конце оказалась на песке арены, никого не волновало. По словам Зинары, я и раньше была популярна среди народа Рошгар, а сейчас эта любовь превратилась почти в истерию.

— Да уж… — покачала я головой, пролистывая письма с признаниями в вечной любви и сообщения от тайных «доброжелателей», сторожащих мой дом от врагов и грозящихся составлять мне компанию в командировках и прочих полётах, дабы уберечь от опасности. Последнее меня пугало.

— Что случилось? — поинтересовался Риш.

— Кажется, я нажила себе проблем в виде поклонников. Поживу-ка я пока в Доме, пока те не забудут о моём существовании.

— Забудут? — хохотнул Риш. — Даже не будь ты Лирой из «Гласа», народ не забывает бойцов Шигар с яркими боями. Тем более бой таинственного Нэкст с Тёмным, и оба — с печатью Силы.

Если бы это было так…

— Я серьёзно. Спроси Панора, каждый его выход в город — это событие, которое собирает кучу народа и Служителей Освещения Жизни Рошгар.

— Да… но он звезда боёв, — пожала я плечами. — Как можно нас сравнивать?

— Можно. Ты засияла на арене не хуже Панора, — улыбнулся Риш. — А видела новенькую? Он её курирует.

— Рашира?

— Теперь её имя Раши. Да, твоя протеже.

— Она не моя, — возмутилась я. — И что с ней?

— Она с ума сходит от Панора. Он говорит, что даже чувствовал у неё зарождающуюся Шиман, — хохотнул мужчина. — Бред, конечно, но кажется, она ему тоже нравится.

— Он с ней спит и обсуждает это? — воскликнула я.

— Не спит. Пока, — подмигнул Риш, а я негодующе покачала головой. Мужики…

Разобравшись с фанатами и своей рубрикой, написала коротенькую статью о том, что вовсе я не боец и пошла на арену лишь за одним — порадовать своих читателей интервью с таинственным Тёмным, которое когда-нибудь обязательно будет. И вообще я просто Лира, разве может быть иначе?

Отправила весь материал Зинаре и, решив, что если я сама буду верить в свои слова, то и другие непременно поверят, всё закрыла и уставилась на Риша.

— Где Яр?

Мужчина пожал плечами.

— А Зору?

— Там же. А он тебе зачем?

— Яр же сказал, что Зору сопроводит меня на Землю. Конечно, это дурацкое нападение испортило планы, но отказываться от посещения дома я не хочу!

— Нападение? — разумеется цепкий ум Риша поймал мою оговорку. — Поэтому ты разбилась?

— Больше слова не скажу, — заявила я и начала пролистывать «Глас». И не то чтобы меня интересовали прошедшие события, просто слишком уж красноречивым был взгляд мужчины. Но меня спас Яр. Мой рыцарь в белом ворвался в помещение, перепугав своего воина и меня заодно.

— Проснулась? — спросил он сурово, подошёл ко мне и нежно взял за подбородок. Посмотрел в глаза.

— Как видишь… — осторожно ответила я.

— Ади, свидетели говорят, что в катер ты садилась с человеком в форме Служителя Империи, но его никто не знает. Кто он, откуда?

— Не знаю. Я попросила водителя у того, кто сидит в приёмной Службы Империи. Сказала, что мне нужно в «Глас», но известить тебя или кого-то из твоих воинов не могу, попросила передать сообщение, что вернусь быстро, — ответила я.

— И что произошло?

Я обречённо закатила глаза, но послушно выложила всю правду о своём глупом геройстве и о том, чем это закончилось. Напоследок восхитилась самоотверженностью Ирго, но Яр не вдохновился. Стоял, хмурился и раз от раза осматривал меня взглядом.

— Теперь я могу слетать наконец на Землю? — спросила я, прерывая размышления Правителя.

— Ты в своём уме после случившегося лететь туда? — спросил Яр, аккуратно убрав из своей речи слово «Земля». Верно, его Цим слышит и сечёт всё сказанное и сделанное. Считать её врагом неверно, просто программа, и по сути ничего не изменилось, но и Яр, и Риш, как я сейчас заметила, не используют компрометирующие слова, давая возможность сказать мне. Потому что меня Цим не слышит. Умно.

— Наверно, это глупо, но мне кажется, что если бы мне желали смерти, то убили бы давно. И этот, кто катером управлял… Произошедшее — случайность, — сказала я.

— Думаешь, что смерть — это худшее, что может случиться?

— Я не буду сидеть в Доме в этой комнате, как преступница! Я хочу на Землю! — закричала я. — Мне нужно увидеть нормальных людей, землян, встретиться с майором Ошином, найти своё дело… правда, возникнут сложности, я же вроде как предательница, — вспомнила я о досадной неприятности.

— Что?! — воскликнул Риш, но был остановлен рукой Яра.

— Да и Зору будет со мной, а он сильный, всех победит, если надо будет, — высказала я, на мой взгляд, самый весомый аргумент.

— Хорошо, но только на одну кваду. Не больше. Я не могу сейчас покинуть Ирэ, но если ты задержишься, то…

— Поняла, — перебила я Яра, хорошо помня, как он прилетел за мной на Землю и силком притащил на корабль. — Сейчас?

Спустя меньше часа я уже нетерпеливо ёрзала в кресле корабля и ждала Зору с Панором. Зачем мне два смотрителя, я так и не поняла, но Яр приказал, и спорить бесполезно. Воины наконец прибыли, и мы тут же отправились. Первый за штурвалом, а второй расположился напротив меня и сверлил внимательными глазами.

— Ну что тебе, говори, — не выдержала я.

— Ты вернёшься на арену? — спросил Панор.

— Нет, наверно. А что?

— Почему? Если ты думаешь, что твоё раскрытие…

— Я ничего не думаю, — покачала я головой. — Мне нужно было встретиться с Тёмным, я встретилась. Большего мне не надо. Да и обещание стать бойцом я дала до того, как меня раскрыли. Напишу статью и успокоюсь.

— Успокоишься ли? Я же вижу, что арена — это твоё. Не ринг, не игры, что Яр устраивает в Доме, нет, ты раскрываешься только на арене с настоящим противником. И выйдя против сильного бойца первый раз, ты не сможешь успокоиться и забыть. Я знаю, о чём говорю.

— Мне не нравится вся эта популярность, — нехотя призналась я. — Если бы всё осталось инкогнито, то, возможно, я бы и продолжила, а так… ты бы видел, что мне написали…

— Об этом надо было думать раньше.

— Надо было, — согласилась я. — Ты лучше расскажи, что у вас там с Раширой, а то, говорят, ты соблазняешь подчинённых, — хохотнула я по-доброму. Панор тут же расплылся в улыбке.

— Раши, её имя теперь Раши. Она очень целеустремлённая девушка, — уклончиво ответил он, решив не уточнять, что за условности с именами. Яр говорил что-то про сокращение и то, что это как бы нельзя и вообще грубо, но, очевидно, Служба Империи автоматически делает твоё имя более коротким и крутым.

— А Сила Шиман? — спросила я на этот раз серьёзно.

— Возможно, мне показалось, — пожал он плечами. — Откуда у нас подобное. Я чувствовал-то её всего несколько раз и только от тебя.

— А как она выглядит, эта ваша Сила?

— Не знаю… как зов. Огонь. И видно, к кому она тянется, ищет отклик…

— И Раши ты…

— Говорю же, показалось, — грубо ответил мне Панор и отвернулся. Я пересела к нему на диванчик.

— Разбуди её, — сказала я уверенно.

— Это невозможно, — отвернулся он в другую сторону.

— Возможно, — взяла я грозного мужчину за подбородок и повернула к себе. — Я не верю, что тебе просто почудилось. Я не верю, что женщины Ирэ глухи к мужской ласке и желанию.

— Ласке?! — возмутился Панор, словно я его оскорбила.

— Ласке, — уверенно кивнула я. — Разбуди её, Панор, а не просто возьми. Она тебе отдастся, даже сомневаться не станет, но не это тебе нужно. И нет ничего зазорного в том, чтобы стремиться доставить женщине удовольствие. Тем более если в ответ получишь больше.

Панор хмурился и, кажется, чувствовал себя оскорблённым.

— Хорошо, что Яр не узнает о моих словах, но знаешь… он такой нежный. Каждый раз смотрю на него, его руки и вспоминаю их на своём теле, — я улыбалась как блаженная. — А губы… за них можно душу продать.

— Ты землянка, Лира!

— Ты говоришь это, как оскорбление, — фыркнула я, встала и вернулась на своё место. — Моё мнение такое: если Раши не совсем мертва, и её Шиман откликнулась на тебя, то разбудить её можно. Было бы желание. А ты поступай, как хочешь.

Панор отвечать мне ничего не стал, а строил из себя обиженного воина. Лира, такая сякая, грязная землянка, посмевшая учить общаться с женщинами. Да пусть думает что хочет!

Вернулся Зору, сказал, что мы прибыли к Земле, и спросил, куда лететь дальше.

Я, не представляя, откуда начинать поиски, сказала — летим в Рим есть пиццу. И уж не знаю как, но таки прилетел! Правда, не в сам Рим, а пригород, но всё-таки!

Надеясь, что власти не засекут НЛО и не сгонят на поле, куда мы приземлились, всю свою армию, мы с Зору оставили Панора сторожить наше транспортное средство, поймали машину и уже через час сидели в кафе и ждали свой заказ. Верней, ждала его я, так как воин сказал, что пока ещё в своём уме и есть что-либо в этой дикой колонии не будет, даже если умрёт с голоду.

— Яр предупредил, что у тебя могут возникнуть проблемы с твоей службой. Настоятельно просил никого не убивать, а тебе напомнить об обещании. Что это значит? — спросил Зору, брезгливо осматривая улицу. Кажется, его смущало то, что мы сидели на улице. В Ирэ вообще нет культуры питания где-то кроме дома, и даже редкие кулинары, держащие в своих лавках маленькие кафе, не пользуются популярностью.

— Да… так получилось, что поход в Храм Силы для меня не был запланированным. Помнишь же, что вам помешали? — спросила я.

— Когда образов больше вдвое, то это довольно тяжело забывается, — пробурчал недовольно Зору, но не из-за похода, а потому что мне принесли пиццу и капучино.

— Ну так вот, местные военные засекли какую-то активность в горе, собрали команду и пошли внутрь разузнать, что да как. Я случайно оказалась рядом. На удивление, операцией руководил мой бывший командир. Он меня увидел, снарядил и отправил в пещеру, где находился Храм. Как ты помнишь, мы с Яром задержались немного… м-м-м… как вкусно, — откусила я кусок от пиццы.

— Немного? Мы уже думали возвращаться, — ответил Зору, морща нос.

— Ну так получилось, что нас засекли на выходе. А дальше сам додумай — исследовательская экспедиция закончилась бойней, выжила я одна.

— А Яр?

— А что Яр… у него костюм клёвый… — неопределённо ответила я. — Суть в том, что на меня наверняка повесили всё произошедшее.

— Почему? — удивился Зору, не отрывая взгляда от куска моей пиццы, истекающей сыром.

— Потому что я сбежала с Яром. А невиновные так не поступают. Не находишь?

Мужчина согласно кивнул.

— У нас мало времени. Что будешь делать?

— Не знаю… думаю. Изначально я хотела найти своё дело, но где я его искать буду… — прочавкала я, предложила кусочек Зору, увидела испуганный отказ и откусила сама. — Оно, наверно, перекочевало в какой-нибудь секретный архив. Нужно найти майора Ошина. Он был первым и последним, под кем я служила в здравой памяти.

— И как ты его собираешься искать?

— Ну… попробую позвонить ему, — подмигнула я мужчине. Достала свеженький, купленный по пути мобильник и симку. Вставила, включила. — У него есть номер, ну знаешь, для своих и только для экстренных случаев. Все взводные должны были выучить его наизусть.

Несколько секунд посмотрела на телефон, набрала полную грудь воздуха, выдохнула и набрала номер. Два гудка и тишина. На звонок ответили, но голоса майора я не услышала.

— Добрый день, майор Ошин, — сказала я нерешительно, подняла глаза и посмотрела на Зору, словно тот мог мне помочь.

— Ночь, — коротко ответил знакомый мне голос. Я выдохнула.

— Это Адалира.

— Я узнал тебя.

— Мы можем встретиться?

— Где ты? — последовал вопрос.

— В Европе. Рим. Но я могу приехать в любое место, какое вы скажете.

— Даже так… — майор молчал некоторое время. — Адалира, что тебе нужно? Ты ведь понимаешь, что я тебя задержу, и на суд можешь не рассчитывать. За то, что ты совершила…

— Это не я… верней, не всё, — прошептала я. — Мне нужна кое-какая информация, взамен отвечу на ваши вопросы.

На последних словах Зору подскочил на месте, но был остановлен моей рукой.

— Хорошо, — согласился майор, продиктовал своё местоположение, предупредив, что лагерь укреплён и у них там военное положение. Сопротивление не оказывать, иначе расстреляют и паспорт не спросят.

— Скоро буду, — сказала я и отключилась. Посмотрела на взволнованного воина. — Я ему ничего не скажу.

— Но…

— Я соврала, — коротко сказала я. — Земляне… они врут, знаешь ли. Летим в Афганистан.

Спустя три часа мы были уже на месте. И да, действительно ночь…

— Они нас засекут, — сказала я, наблюдая за переговорами воинов. Те в итоге решили идти в костюмах для похода. Они якобы оснащены какой-то штукой, делающей их невидимыми. Возможно, потому мы до сих пор не замечены, но то, как поймали Яра, я помнила хорошо.

— Нет, — обернулся ко мне Панор.

— Засекут. У них тепловизоры.

— Что это?

— Это прибор такой, улавливает температуру. Сейчас ночь, как думаете, они сканируют территорию? Ничего же не видно.

Воины смотрели на меня, как на ненормальную.

— У вас есть такие технологии?

— Этой технологии лет пятьдесят. Вы за кого нас считаете? — удивилась я.

— И что предлагаешь?

— Можно дождаться утра и надеяться, что при свете дня их использовать не будут, или сдаться. Панор останется здесь и прикроет наше отступление. У вас тут оружие дальнего боя есть?

— Есть, но Яр приказал не убивать никого, — нехотя ответил Панор.

— Ну, постарайся не убить, — пожала я плечами.

— Панор, на постоянной связи. Услышишь, что возникли проблемы, прилетаешь и забираешь нас, — решил Зору. — Лира, переоденься.

Я обречённо вздохнула, но послушно переоделась в траурный чёрный костюм, белое платьице действительно не к месту будет. Кивнула, ещё раз вздохнула, поздравила себя с тем, что дура, и пошла к выходу.

— Лира, ты ведь понимаешь, что здесь ты всех ответов не найдёшь? — спросил меня Зору, когда оставался всего шаг. — Они на Ирэ. Не на Земле.

— Я хочу знать, — прошептала я и обернулась к Панору. — Как только выйдем, закрывай корабль сразу же, чтобы не получить ракету в лоб.

Тот нахмурился, но кивнул.

— Идём, — сказала я и решительно нажала на сканер. Холодный влажный воздух тут же облепил нас, словно паутина. Два шага, и ноги на песке. Панор сказал, что лагерь в трёх километрах от нашего приземления, но повсюду зафиксированы небольшие группы людей. И разумеется, нас засекли сразу же.

— Свои! — громко сказала я и завела руки за голову.

— Кто такие? — послышался вопрос.

— Свои! Глухой? — возмутилась я. — Майор Ошин ждёт меня.

К нам подбежали, ощупали на предмет оружия и в полной темноте повели вперёд, передав по рации, что найдены нарушители. Зору на удивление воспринимал всё спокойно. Наверно, понимал, что дикари дикарями, но у них численный перевес, а воины мрут так же легко, как и все.

— Вы откуда появились-то? — спросил солдат, ведущий меня.

Я молчала, пока не вошли в лагерь. Ну как лагерь… хорошая военная база с кучей военных машин и двумя вертолётами. И это то, что я успела разглядеть в темноте. А потом к нам вышел майор Ошин, и нас волоком потащили в штаб.

Я осмотрелась. Четверо солдат с автоматами держат нас на прицеле.

— А наедине нельзя поговорить? — спросила я.

— Адалира, ты ещё мне условия будешь ставить? — спросил майор таким голосом, что любой бы от страха заполз под стол, но я привыкшая, потому просто прикусила язык и выпрямилась по стойке смирно.

— Слушаю, какого чёрта ты здесь делаешь? — спросил он, вообще никак не отреагировав на моё сопровождение. Словно Зору рядом не было.

— Вам известно, где я служила до распределения в вашу роту? — спросила я, как мне показалось уверенно.

— Нет. Тебя распредели из госпиталя, а в деле ничего не было, кроме пометки об отличной службе сроком в пять лет и звании лейтенанта. Я решил, что ты служила в секретной организации, а когда пришла в негодность — выкинули.

Я открыла рот. Пришла в негодность? Выкинули? Ничего себе словечки!

— Теперь ты — что произошло в Ливии?

— Да перебили всех… — прошептала я. — Сама еле выбралась, сами видели.

— Кто?

— Чудовища какие-то, не знаю. Никогда раньше не видела, — ответила я и, воспользовавшись заминкой майора спросила:

— А вы не пытались узнать кто я и откуда. Может, шпиона подослали…

— Адалира, разумеется, я всю душу вытряхнул из штаба! Подсунули мне девку странную с волосами в два метра длиной и говорят, что она контужена, но служить будет хорошо, — возмутился майор Ошин. — Но в ответ услышал всё то же — информации нет. Ни частей, где ты служила, ни командующих, у кого можно было бы спросить о живом человеке, а не довольствоваться красивым послужным списком! Я перетряхнул все архивы и спросил всех, кого знал. И знаешь что?! Тебя не было, Адалира! — выкрикнул майор. — И пусть служила ты и правда хорошо, но все твои скудные документы — липа!

— Но… но я же откуда-то попала в госпиталь, — прошептала я.

— Да. И всем интересно, откуда?! Мне такие бойцы не нужны.

— Поэтому я и была отправлена в отставку… — закончила я.

Майор Ошин кивнул.

— Теперь ты скажешь мне, куда делась та тварь!

— Какая тварь? — тут же спросила я.

— Какая?! Та, что мы поймали у выхода из пещеры! Та, что была невидимой и несла тебя на руках! Скажешь, что не знаешь?! — крикнул на меня майор.

Я закусила губу.

— Ты его выпустила, он сам уйти не мог.

Я продолжала молчать, чувствуя, как напрягся рядом со мной Зору.

— Адалира, я повторяю ещё раз: где та тварь, что ты спасла?! Он был прикован и находился под вооружённой охраной. Ты была едва живой, но встала и пошла, чтобы открыть его наручники, и ты закрыла его собой, когда того попытались убить! И только попробуй соврать, что не знаешь! Не жертвуют собой ради монстра просто так! Говори! — гаркнул на меня майор так, что я подпрыгнула на месте. — Говори, как ты добралась из Европы за три часа, говори, кто пришёл с тобой и, кто тебя прикрывает!

Я сделала шаг назад под натиском громкого голоса.

— Ты одна из них. Такой же мутант…

— Нет… — покачала я головой. — Я… нет…

— Убейте их, — отдал приказ майор Ошин своим солдатам.

Глава 16

Грохот, кто-то кричит, слышится автоматная очередь, но боли нет. Я вообще ничего не чувствую, а потом и зрение пропадает… Как будто ветер толкает меня в спину, и я лечу… сквозь веки вижу белый свет, такой яркий, холодный. Меня похищают инопланетяне. Забавно. Но я не смеялась.

Панор, как и договаривались, всё время был на связи. Быстро смекнул, что дела у нас плохи, и когда убедился, что я узнала все, что могла, поспешил нас забрать. Шумно и эффектно.

Но, признаться, мне было всё равно. И плевать на потревоженный лагерь и на то, что тайна Яра была раскрыта. Я сидела на диванчике, поджав под себя ноги, и не могла остановить поток слёз. Мутант… тварь… убейте их. Я не землянка и не человек, простой житель Рошгар, я вообще непонятно кто! Для всех чужая. И опять с раздутым носом тукана!

Но бравые воины не понимали моей печали и смотрели на меня в немом требовании подтвердить факт пленения Яра и моего участия в его вызволении.

— Яру не говорите, — прошептала я сквозь всхлипы.

— Конечно, — тут же кивнул Зору. — Я бы тоже не признался, если бы меня земляне пленили. Но… Лира, ты правда жертвовала собой, спасая Яра? Ты ведь его тогда не знала, даже не видела. Только костюм для Священного похода, а он, если не знать, напугает любого.

— Он мне помог в Храме, а я ему помогла после, — пожала я плечами. — Как я могла бросить его после того, что произошло? Что мы прошли…

Мужчины смотрели на меня восторженными взглядами и молчали. Я тихо всхлипывала.

— У тебя дела ещё на Земле есть? — тихо спросил Панор. Я покачала головой.

— А чего ревёшь? — подсел он ко мне и взял за руку.

— Ты же слышал, я не такая, как они, все мои документы поддельные, никто не знает, кто или что я такое. Даже майор не стал в своей роте терпеть, в отставку отправил, — прошептала я. — Хотя я служила без нареканий, даже волосы обрезала по первому требованию. Я… мутант…

— Это не так, — резко ответил Зору. — И то, что Яр не отпускает тебя, в подтверждение.

— Сам знаешь, почему он меня держит! — выкрикнула я. — Из-за этой вашей проклятой Силы Шиман! А что будет потом, когда я постарею? Будет держать рядом, как собаку?! Это вы сильные и чистые люди, а я генетический мусор! И для вас, и для землян! Для всех!

— Ты сама себя слышишь? — пробурчал Зору. Развернулся. — Летим на Ирэ.

Мужчины ушли, оставив меня наедине с моими проблемами, а я нашла плед, укуталась и закрыла глаза. Пусть думают, что хотят… надоело мне быть чудовищем для всех и каждого. И то, что я вдруг приобрела популярность в Ирэ среди народа, — ложь! Узнай они, что я землянка, или того хуже — неизвестно кто и откуда с амнезией, вмиг превращусь в изгоя. А Яр вообще непонятен со своими чувствами. Они то ли есть, то ли нет. То он обнимается на глазах своих воинов, то рычит и… и ведь даже не предложил полететь со мной! Дела у него, видите ли… да я бы всё бросила, заикнись он о своей проблеме.

На этой «позитивной» мысли я провалилась в омут без снов. Как раз это и нужно было мне, отдохнуть уставшему сознанию… однако нежный поцелуй на губах сказал мне, что не всё так просто. Я счастливо улыбнулась, узнавая любимые губы.

— Я тебя уже и не ждала.

— Почему?

— Потому что я вспомнила твоё имя, а ты расстроился. Не люблю, когда ты злишься, — прошептала я.

— Ади, открой глаза, — последовал следом приказ. Я недовольно сморщила нос, но глаз приоткрыла. Яр.

— Яр?! — воскликнула я, просыпаясь окончательно.

— Я. А ты с кем разговаривала? — строго спросил он.

— Да ни с кем, думала сон, а это ты, — криво улыбнулась я.

— Это ты о том, кого считаешь своей памятью обо мне?

— Не знаю, вы слишком разные. Что ты здесь делаешь? — спросила я, решив сменить тему кардинально.

— Вы прилетели, Панор вернулся на службу, а мне передал, что Зору сторожит твой сон. Не пристало моим воинам заниматься подобным, — покачал головой Яр, но я видела в его синих глазах смешинки.

— А, и ты решил сменить его на этом посту? — улыбнулась я и притянула мужчину к себе. Он присел рядом и переложил мою голову к себе на колени.

— Как прошло посещение Земли? Съела пиццу? — спросил он, перебирая мои волосы между пальцами.

— Да… вкусная была… а Зору на меня смотрел, словно я живых жуков ела, — хохотнула я.

— А что с твоим делом?

— Ой, не спрашивай, — попыталась отшутиться я, но губы предательски задрожали, а глаза намокли. Попыталась отвернуться, но не смогла. Яр требовательно положил горячую ладонь мне на щёку и повернул голову к себе.

— Говори, Ади.

— Яр, я… моя жизнь — ложь, — прошептала я. — Майор Ошин сказал, что я взялась из ниоткуда. Никто не знает, никто не помнит, но с хорошим послужным списком и даже званием. Он… назвал меня странной девкой, которая не нужна была ему в роте… мутант. Нас пытались убить, Панор молодец.

— Ади, — обнял Яр моё лицо и посмотрел в глаза. — Мы летим обратно.

— На Землю? Зачем?

— Я тебе всё расскажу, — взял он мою руку и поцеловал пальцы. — Потерпи.

— Хорошо, но можно я сперва на письма в «Глас» отвечу?

Яр улыбнулся.

— Конечно.

Я раскрыла свой планшет и первое, что увидела, это письмо от Зинары и её извинения.

— Не понимаю, — произнесла я, перечитывая короткое письмо.

Яр заглянул мне через плечо и сказал:

— Утренний «Глас» посмотри.

Я пожала плечами. Ну и посмотрю, тоже мне секретность…

Сперва я ничего не увидела. Пролистала несколько страниц, но Яр сказал «нет, на первой», вернулась… и увидела небольшое объявление, верней разоблачение: Лира — землянка.

— Она меня выдала? — не поверила я своим глазам. Зинара?!

— Да, и судя по извинениям и размеру статьи не сама. Её заставили, — хмуро сказал Яр.

— И надо думать, что наш тайный и могущественный недруг…

— Очевидно да.

— Но я ведь ещё работаю в «Гласе»? — обернулась я к Яру. — У меня есть документы, разрешение на работу в Рошгар, да и не увольняла меня Зинара.

Яр кивнул, хмуря брови так, что и дураку ясно, что моя мнимая должность временное недоразумение. Страшно подумать, какой подняло переполох это заявление. И хорошо, что я здесь, а не хожу по улицам Ирэ и не объясняюсь с гражданами. В лучшем случае, конечно, но, скорей всего, меня просто закидают камнями.

— Ладно… — протянула я, открывая письма читателей. Наверно это те, что были присланы до утреннего «Гласа», а что пришло потом, Зинара тактично удалила.

На то, чтобы ответить всем желающим, потребовалось больше времени, чем мне думалось. Писем у меня оказалось не просто много, а даже слишком, каждый житель в Рошгар счёл за обязательство вывалить на меня все свои проблемы и не забыть восхититься боем в Шигар, о котором пора бы уже и забыть! Но Яр терпеливо топтался у меня за спиной, наблюдая за тем, с какой скоростью я строчила ответы, и, разумеется, просматривая их. Потом я провозгласила, что всё сделала, Яр уверенно кивнул и, обернувшись себе за спину, крикнул: «Летим!». В ответ послышалось: «Наконец-то».

Дорога обратно казалась короче и пролетела незаметно. Почти всё время я провела в объятиях Яра, он молчал, о чём-то думал и неосознанно гладил мои руки, а я не мешала ему. Мой орёл сейчас как никогда раньше был так сильно похож на того… из сна. Они были разные, очень, и даже когда я провела аналогии с ним, назвала моего мужчину Яром, верней, его памятью, никогда до конца не верила себе. Но сейчас… когда он так нежно прижимал к себе, без капли сексуального желания, просто наслаждаясь друг другом… надо же, а я думала, что он просто на это не способен.

— Ади, — наконец сказал Яр. Видимо мы покинули владения Цим и можно было поговорить. — Посмотри на меня, — и сам обнял моё лицо.

— Ты меня пугаешь, — сказала я, когда продолжения не последовало, а синие глаза стали как будто жёстче, решительней.

— Ади, я хочу, чтобы ты знала — независимо от того, чем закончится встреча, я тебя не отпущу. Ты останешься со мной.

— Что за встреча? — осторожно спросила я.

— С Верховным Правителем.

— Что?! — воскликнула я. — Ты ведёшь меня на смотрины к отцу?

Яр кивнул.

— И то, что он требует встретиться в кратчайшее время и на Земле, говорит о том, что он знает. Но ты не должна бояться, понимаешь?

— Понимаю, — кивнула я, ошарашенная известием. Мало того — объявили во всеуслышание, что я даже не человек, а землянка, так ещё и Верховный пожелал разобраться со мной на родине, так сказать. — А вы с отцом в хороших отношениях, я надеюсь? Он меня не казнит за… происхождение, которое теперь уже известно всем в Рошгар?

— Мы почти не общаемся. Он увлечён войной, и ему нет дела до Рошгар или меня. Поэтому его интерес очень важен. Я рассчитываю на его помощь, — серьёзно ответил Яр, продолжая смотреть в мои глаза и пытаться понять мою реакцию. Но я пока не совсем осознавала масштаб события, потому реакции не было.

— А от меня что требуется?

— Присутствие. Если задаст вопрос — ответить. Но ни в коем случае не опускать глаза, Ади!

— Ладно… — пробормотала я. — Когда?

— Пока не известно. Цро всё подготовил, зал для приёма и наше размещение, после свяжется с Верховным и сообщит о нашей готовности.

Я погладила Яра по светлым волосам.

— Всё хорошо, не волнуйся. Мы уже прилетели?

— Да… идём, — нехотя ответил Яр, подхватил меня за руку и быстро повёл на выход.

А мы приземлились не где-то на окраине неизвестного городишки, а в самом центре Дубая на крыше одного из небоскрёбов. Я так и замерла на пороге, смотря на Башню Халифа.

— А не плохо, а? — услышала я за спиной голос Риша. — Земляне хорошо подросли за сотню лет.

Яр фыркнул, выражая своё брезгливое мнение и, прижав меня к себе сильной рукой, повернулся направо, где нас ожидал Цро.

Как выяснилось, наша делегация была не такой уж и маленькой, как мне показалось изначально. Целая толпа людей в чёрном вышла вслед за нами, и возглавляли толпу Зору и Риш. Цро сопроводил нас до лифта, показал, как им пользоваться (дело-то не простое), и мы опустились на один этаж вниз. Позже я узнала, что нам была отдана вся башня целиком, а территория внизу оцеплена, видимо грозные Правители Рошгар со своими непобедимыми воинами опасались диких землян.

Мы с Яром и тремя его неизменными товарищами разместились в большом и шикарном номере, я тут же заказала себе мороженного и побежала в ванную, отмечая про себя, что статус мой пока не изменился и под стражу не посадили. А увидит Яр, что я налила воды целый бассейн, в обморок упадёт!

С этой позитивной мыслью я нежилась в ароматной пене, пока ко мне не ввалился предмет моих мыслей с мороженицей в руках.

— Мы здесь не для отдыха! — рыкнул он на меня и протянул мне десерт. — Обслуге запрещено подниматься на этот уровень, а ты заказываешь это!

— Спасибо, — невозмутимо сказала я и под пристальным взглядом встала и забрала чашку. Кивнула себе за спину. — Присоединишься?

— Что это? — недоверие в голосе Правителя было очевидным.

— Иди ко мне, — протянула я руку.

Яр медлил, я ждала.

Все его слова о том, что нужна, не отпущу, о доверии и прочем, ничего не значат, пока он сам не начнёт мне верить. Пока не докажет, что ему неважно моё происхождение. Пока это слова. Ему тяжело, я вижу это, понимаю. Наверняка у него были и другие женщины, много… но близко к себе он никого не подпускал, даже неразлучную тройку воинов, которых мог бы назвать друзьями. Но друзей у него нет, он сам так сказал, сам возвёл стены вокруг себя, положение обязывает… но если он начал говорить о желании быть рядом, и не просто проводить время за чашкой чая, а большем, то вера должна быть взаимной.

Я верила ему.

И если скажет, что я сбрендила, и он никогда не залезет в эту грязную воду, если его реакция будет как тогда, когда я хотела показать ему океан, то всё кончено. И плевать на Верховного и его желание встретиться, я соберусь и уйду. Перестану волновать Рошгар.

Но Яр медлил совсем не потому, что брезговал водой. Я со своими сумбурными мыслями и решительностью разобраться в отношениях совсем упустила очевидный факт — я стою перед мужчиной абсолютно голая, прозрачная пена в некоторых местах не в счёт. А Яр… он, конечно, видел меня без одежды, но сейчас… его взгляд был таким… даже не горячим, хотя волну жара, исходящего от него, ощутила совершенно точно, а нуждающимся.

Я должна ему помочь.

— У нас ведь есть немного времени, — сказала я.

— Есть, — хрипло ответил Яр. — Нужно… — обернулся он себе за спину. — Отослать…

— Ты заботишься о своих воинах, — улыбнулась я и поманила мужчину рукой. — Не переживай, им не придётся терпеть мою Шиман и думать о несправедливости жизни. Мы просто помоемся и поедим мороженого. Иди быстрей, я уже замёрзла.

Последние слова оказались решающими. Мой грозный Правитель сдался слабой землянке, ну или кто там я, неизвестно, которая быстро расправилась с его одеждой и затащила в воду.

Сидеть в пусть и большом, но всё-таки корыте с водой для Яра было необычно, а пена, надо думать, добавляла страха. Он был напряжён и, садясь на дно ванной, вцепился в её края мёртвой хваткой. Но я сделала вид, что не заметила подобного поведения, раздвинула ноги мужчины и села между ними, облокотившись на широкую грудь.

— Да отцепись ты! — возмутилась я, отдирая одну из рук от ванной, и обнялась ею, когда мне это удалось. Взяла мороженое, которое уже почти растаяло, и застонала от наслаждения, когда положила в рот кусочек. — Как вкусно.

Закрыла глаза и откинула голову назад. Почувствовала поцелуй на виске.

— Он убьёт меня.

— Нет, я не позволю, — тут же ответил Яр, прижимая меня к себе крепче. Второй рукой он продолжал сжимать край ванны, готовый в любой момент выскочить из воды.

— Твой папа будет против того, чтобы мы встречались, — хохотнула я.

— Это неважно. Ты была права, нельзя не любить свой народ, даже если считаешь его диким, а ты к тому же к нему не относишься.

* * *

— Землянка, Яр… — говорил Верховный Правитель, глядя в глаза сыну. — Мы не просто так запретили контакт с этими женщинами. Они наша погибель!

— Вздор!

— Нет, сын, и то, что ты находишься под её властью, доказывает, как велика наша зависимость от их Силы. А Рошгар… ты позволил ей жить среди нас! И она завладела умами народа!

— Ты говоришь о землянах, словно это наши могущественные враги, — фыркнул Яр. — Да и Адалира, вполне возможно, не землянка.

Верховный покачал головой и прошёлся по тёмной, почти чёрной комнате.

— Приведи её, — приказал он.

— Сперва я хочу, чтобы ты увидел…

— Приведи! — крикнул тот на сына.

— Я здесь не для того, чтобы оправдываться или выпрашивать согласия, отец! Я желал получить помощь или совет, но если тебя волнует только её происхождение… — Яр сжал кулак, сдерживая себя от лишних слов. — Адалира — это мой выбор.

* * *

Я мерила шагами просторный холл уже не один час, а гнетущая тишина усугубляла обстановку.

Все молчали, и воины Яра в чёрном, и воины Верховного в белом, все как на подбор высокие и сильные. Последних я не знала, потому держалась ближе к своим.

— Остановись уже, — сказал мне кто-то из «белых». — В глазах рябит от твоего мельтешения.

— А ты не смотри, — ответила я.

— Ты мне грубишь? — сощурил тот глаза.

Ответить очередную глупость я не успела. Дверь, перед которой собралась наша делегация, неожиданно открылась, и к нам вышел Яр.

— Ади, — протянул он мне руку. — Иди ко мне.

Я, не чувствуя под собой пола, подошла. Он твёрдой рукой обхватил мой подбородок и поднял, чтобы увидеть мои перепуганные глаза.

— Ты всё помнишь?

— Да… вроде бы, — пискнула я.

— Хорошо, — ответил Яр. Кажется, он тоже волновался, но кто знает эти холодные глаза.

Я поправила идеальное белое платье, подпоясанное тонким золотым поясом, собрала волосы в хвост и перекинула их через плечо.

— Идём, — потянул меня мой орёл. Я пошла.

Дышала через раз, спина вмиг покрылась противным липким потом, а когда увидела, что общаться нам предстояло в почти чёрной комнате, замерла, и тут же была затолкнута в помещение. За спиной захлопнулась дверь.

— Великая Сила! — услышала я во тьме. Передо мной возник знакомый мне Верховный Правитель в белом с массивным золотым поясом и испуганным лицом. Я невольно сделала шаг назад, но закрытая дверь сделала побег невозможным.

— Её ты назвал землянкой?! — то ли спросил, то ли возмущённо воскликнул мужчина.

— Я этого не говорил! Да, нашёл я Адалиру в этой колонии, но я не уверен, что её родина на Земле, — ответил Яр, прижимая меня к себе и защищая. Наверно, ему поведение отца тоже показалось не совсем адекватным, а реакция — слишком бурной.

Я же смотрела в синие глаза мужчины, такие же, как у сына, и думала, стоит ли поучаствовать в разговоре или позволить великим самим решить вопрос с моим происхождением.

— Яр… — покачал головой Верховный и как будто отшатнулся от меня. — Землянку я бы мог принять. Не сразу, конечно, попытался бы тебя отговорить или запретить, но всё-таки бы мог впустить в наш круг… но аштарианку…

— Кого?! — в один голос спросили мы с Яром.

— А она тебе ничего не сказала?

— Тут такое дело, я этого не помню, — сказала агрессивно. Наверно, следовало бы быть более осмотрительной и осторожной, всё-таки с серьёзным человеком говорю, но кто ему дал право на такое пренебрежение?

— У Адалиры блок на воспоминания. Она помнит только свою жизнь на Земле и считала себя землянкой, — сказал Яр, продолжая защищать меня в своих объятиях. — Риш сканировал её, но даже приблизиться к блоку не смог, лишь подтвердил, что она не землянка и блок искусственного происхождения, имеющий печать высшей защиты. Предположил, что он твой, раз я об этом ничего не знаю. И, отец, я согласился на эту встречу только из-за того, что рассчитывал на твоё разъяснение или помощь! Нет, значит, я забираю Ади и возвращаюсь на Ирэ!

— Ты хотел мне что-то показать, — тихо произнёс Верховный, старательно отводя от меня взгляд.

— Да, — коротко ответил Яр, наконец отпустил меня и, убедившись, что я стою крепко, подошёл к отцу. Перед ними появилось красочное трёхмерное изображение Храма Силы. — Говорить что-либо или комментировать я не стану. Смотри сам.

Я, признаться, напряглась. Чего это он собрался показывать.

Ответ я узнала очень скоро. Поход. Разумеется.

Я стояла за спинами мужчин и любовалась тем, как бравые воины вошли в Храм Силы и разошлись в разные стороны. Невидимое око, фиксирующее происходящее, последовало за Яром. Я невольно улыбалась, наблюдая за тем, как ловко он рубил страшных монстров. Мой орёл был очень хорош. А потом он встретил меня. Напуганную, с «калашом» в руках, закутанную в бедуинку и с оранжевыми очками на глазах.

Я закрыла руками лицо, чтобы не видеть своего позора. Зачем он это показывает? То, что я чёрт-те кто, недостаточно?

Было показано наше странное знакомство, а после моё ранение бокаром. Я невольно потёрла грудь в месте шрама. Да уж, мне тогда было страшно до жути, а со стороны всё выглядело вообще кошмарно! Тогда, оказывается, к Яру со спины заходил не один образ, а целая толпа! А я под прицелом его священного оружия начала палить в них и продолжала даже с пробитой грудью, помогая своему орлу отбиться от большой, без преувеличения, проблемы, пока не упала без сознания.

Затем было долгое и скучное хождение по лабиринту, но Яр временами «проматывал» запись, показывая отцу лишь некоторые моменты, где я вместе с ним сражалась с образами, а в некоторых моментах и вовсе прикрывала спину. Надо же, а я и не помню этого… кажется, только и делала, что плелась и ждала, когда дорогу расчистят. Но, как бы то ни было и как бы я ни старалась тогда выжить, рядом с орлом смотрелась жалко. А когда мы пришли в большой зал, я до боли закусила губу, прекрасно помня кошмар, происходивший там. Хорошо, что звука нет и Верховный не услышит, как я материлась. Но и так не легче. Кажется, я сейчас сгорю от стыда.

Мы там постояли, подождали подкрепления, а потом попёрли образы. Яр, как и следовало ожидать, блистал, а я на него любовалась. И тут, в этом мрачном помещении, и там. Вот только если тогда я просто была обеспокоена тем, что противников было слишком много, то сейчас, с трезвой головой и видом со стороны, поняла, что ситуация была скверной. Образы как тараканы лезли на Охотников, которые еле стояли под их натиском.

А потом явился мегабосс. Попёр он на Яра, Яр отбивался, но силы были неравны. Превосходство противника стало очевидным.

Я побежала, отвлекая монстра на себя. Тот отвлекался неохотно, зато хвостом размахивал так, что зашиб бестолковую девчонку. Я невольно скривилась, хорошо помня, как больно шарахнулась головой.

После, когда я обнаружила невидимую дыру за одной из арок, мне таки удалось переманить чудовище к себе, показав ему неприличный жест и… даже звук не нужен, и так видно, что я орала на него неприличными словами. Три коротких прыжка, я снова закрываю глаза, отказываясь смотреть на свой стыд, а потом всё кончилось. Верней, кончился поход, а вот трёхмерное изображение показывало нам пленённого орла и солдат рядом. Недолго. Вскоре появилась я уже без бедуинки и очков, но хромающая и морщащаяся от боли.

Я не хочу это видеть… не хочу!

Но я, сжав губы, смотря на потрёпанную себя и то, как пытаюсь освободить моего орла, убивая при этом своего сослуживца. Благо, что это всё продолжалось недолго. Вот только на этом ничего не закончилось… потом перед нами появилась арена Шигар.

— Нет… нет, Яр, — заскулила я. — Ты уже остаточно показал…

— Ади, тебе лучше помолчать, — ответил мне Яр, даже не оборачиваясь.

— А можно мне уйти?

— Нет, — ответил за своего сына Верховный, наблюдая, как маленький белый боец отпрыгивал от горуна Тёмного. Он казался просто огромным! А его мастерство… я рядом с ним была… ну со стороны ничего так, конечно, но очевидно слабее. Да и в отсутствии эффектности наш бой обвинить было нельзя, это точно. Я была слабой, но настырной и отказывалась сдаваться этому танку, облачённому в броню.

— Ещё я хотел, чтобы ты услышал один наш разговор, — сказал Яр, останавливая бой в тот момент, когда я оказалась на песке. — Адалира каким-то образом не позволяет Цим видеть себя, поэтому я воспользовался независимой камерой. Эта запись только для одного просмотра, после этого я её уничтожу, — сказал он, и перед нами появилось изображение меня с Яром в его кровати.

Я издала протяжный вой.

«Часто я вижу сны о незнакомых мне местах, об одном человеке… Яр, — тем временем говорила я там. — Скажи честно, ты боишься высоты?

— Почему ты спрашиваешь? — спросил Яр.

— Значит да… Яр, не знаю, как объяснить, но когда я жила на Земле, видела сны и радовалась красивой сказке и удивительным ощущениям, была счастлива рядом с ним. Я не видела его лицо и голос толком не слышала, только ощущения, чувства. А сейчас… это звучит странно, но я узнаю те места, что видела во сне. И из сна я узнала о Белом воине. И знала, что это я скрывалась за белым доспехом».

— Речь идёт о Белом воине, бойце Шигар, выступавшем около сотни лет назад, — пояснил Яр отцу. — Согласно истории боёв он был очень популярным, но личность его была скрыта. Была найдена голография, где Тёмный и Белый воин вместе.

«В тот раз, после ваших забав на арене, — говорила я там, — я провела ночь в Доме, утром проснулась и побежала на арену, раскрыла горун и поняла, что это оружие знакомо мне. А потом, покопавшись в хрониках, нашла упоминание о Белом Воине. Понимаешь? Не бывает таких совпадений! Ты сказал, что я не землянка, что память моя заблокирована намеренно, но… если это всё правда, что я была, что я тот боец, что мои следы Зинара нашла…

— Зинара? — перебил меня Яр.

— Она говорит, что никто ничего не помнит, что информация стёрта, но следы остались, они ничтожны, но их настолько много, что становится очевидно — был человек! — почти кричала я та. — Но Служба Очистки не может удалить память всем в Империи!

— Нет, — покачал головой Яр. — Это невозможно. Я могу допустить, что ты попала под Программу Очистки и сослана на Землю, но очистить Рошгар… нет.

— Но ты не помнишь Белого Воина! Это фото — чудо, и лишь потому, что выступал Белый инкогнито. Никто не знал имени бойца, кроме тебя. Поэтому все его помнят, а ты нет!

— Так ты думаешь, что мы…

— Мы были знакомы, — уверенно кивнула та я. — И если мои сны действительно отголоски воспоминаний, то не просто знали друг друга, а были очень близки. Ты тот, с кем я проводила ночи во сне».

Яр остановил запись на том моменте, когда он довольно эротично нависал надо мной.

— О том, что пишут в «Гласе», что пишет сама Адалира в своей рубрике, ты видел сам. И сам видел то, что жителям Ирэ плевать на то, что появилась информация о том, что она землянка. Также она не подвластна яду разса. А её популярность несоизмерима ни с чем. Народ её любит.

Да?! — хотела воскликнуть я, но не стала.

— Её люблю я.

На последних словах Яра я чуть не поперхнулась воздухом. Любит? Меня?

И об этом первым узнаёт отец, а не я? Романтично, ничего не скажешь.

— Ади… так ты её называешь? — тихо сказал Верховный, поворачиваясь ко мне.

— Для друзей я Лира, — зачем-то сказала я, запоздало подумав, что мне и правда стоит молчать. Но Верховный согласно кивнул.

— Подойди, Лира.

Я взглянула на Яра. Сумеет ли он спасти меня, если его отец решит избавить всех от моего существования? Но тот уверенно кивнул.

Сделала малюсенький шажочек вперёд.

— Ближе, Лира, — протянул он мне руку.

Я сделала ещё два шажка и остановилась. Ближе не подойду. Ни за что! Пусть хоть режут!

Но Верховный не обиделся. Его красивые губы изогнулись в улыбке, а взгляд устремился к сыну. Тот тоже улыбался моему страху. А затем Верховный совершил странный поступок — он снял со своего пояса белое древко оружия, сильно похожее на священный бокар, и протянул мне.

— Ади, возьми, — сказала Яр, видя мою заминку и, надо думать, недоверчивый взгляд.

Я протянула дрожащую руку и взяла его.

— Знаешь, что это? — спросил Верховный.

— На бокар похож, — прошептала я, — чувствуя, как рукоять раскалилась, того и гляди оставит ожог.

— Это он и есть. Ступай, Лира, мне нужно поговорить со своим сыном.

Я, не совсем понимая, что происходит, развернулась к выходу.

* * *

— Ты знаешь, — сказал Яр, как только Лира покинула комнату.

Верховный кивнул.

— Я тебе говорил о них. Высшие существа, истинные Правители нашего мира. Тайные и могущественные властители.

— Они стёрли ей память, потому что она узнала о них? — не понял Яр.

— Нет, сын, это она. Аштарианка. Адалира одна из них. Как она оказалась на Земле и что с её памятью, я не знаю, но в том, что она не человек, — уверен. Я их видел всего несколько раз в жизни, но запомнил навсегда. Малочисленная и могущественная раса, прекрасная. Изумительные белые волосы, красивая кожа, неподвластная солнцу и радиации, и изумрудные глаза, искрящиеся силой. Я слышал, что мы их давние потомки, утратившие чистоту и приобрётшие пороки, что мы для них дети, за которыми они следят, но не вмешиваются.

Верховный покачал головой.

— Не знаю, каким образом Адалира оказалась здесь и как она могла быть в Ирэ раньше, но то, что её никто не помнит, а она была найдена на Земле, значит, что оказалась в немилости у своего народа. Эта женщина самый неподходящий твой выбор, сын, но я тебя понимаю. Лира сильна и прекрасна духом, к ней тянутся люди… потому что она аштарианка. Её нельзя не любить, потому что она идеальна, она создание Силы.

— Аштариане… это те, кого ты наставлял опасаться.

— Не опасаться, сын, а уважать и бояться. Когда-то их считали богами, им поклонялись, потом они оставили нас, позволив жить без их влияния, но мы… я и ты всегда должны знать о них и помнить, что они — всё. Наша свобода, наша жизнь.

— Цим говорит, что за мной наблюдают и все мои встречи и переговоры им доступны. Что информация для меня закрыта.

— Цим — это их око, а не наше, Яр. Нам как Правителям доступна лишь часть её умений, и я не знаю, что тебе посоветовать. Видимо, что они заметили возвращение Адалиры, и очевидно — не рады этому.

— Я её не отпущу, — решительно ответил Яр.

— Да она и сама от тебя не уйдёт. Ты ведь и сам осознал, что пусть её память и стёрта, и она была оторвана от тебя, но всё же вернулась. Тянется к тебе, и её Шиман оживает только для тебя. Как мужчина я бы сражался до смерти за такую женщину, но как Верховный Правитель я тебе говорю — она погубит Рошгар.

* * *

— Что это у тебя в руках? — поинтересовался Зору, когда я вышла из тёмной комнаты и закрыла за собой дверь.

— Да вот… бокар дали, — ответила я, осматривая белое древко в своей руке. — Только он странный какой-то. Белый. И что мне с ним делать?

В зале образовалась тишина.

— Верховный дал? — осторожно спросил кто-то из «белых».

Я кивнула.

— Только я не совсем поняла, зачем. Его ведь полагается заслужить… Я у Яра уже сколько бокар выпрашиваю, а с Верховным только познакомились — и заслужила? — хохотнула я в попытке пошутить. Но воины шутку не оценили и ошарашенно смотрели на мой белый бокар. Только Риш криво улыбнулся.

— Наверно, за красивые глаза.

— Наверно, — рассмеялась я, закрепила оружие на поясе. — Он сам не раскроется, я надеюсь? А то лишиться ноги таким оригинальным способом не хотелось бы.

— Он почти такой же, как и мой, — ответил Зору, видимо вспомнив, как я попросила подержать его оружие и испортила мебель впоследствии. — Молодец, ты первый человек — за сколько? — посмотрел он на «белых», — лет за пятьдесят, кого Верховный наградил священным оружием. Да ещё и своим, как я понимаю.

Я пожала плечами. Обсуждать мой подарок охоты не было, я присоединилась к группе воинов Яра и, присев на подоконник, принялась рассматривать пейзаж Дубая. Рядом присел Риш.

— Он что-то сказал? — спросил он тихо.

— Нет, — покачала я головой. — Но он знает, кто я. Сказал лишь то, что никогда не впустит меня в свой круг.

— Лира, он наградил тебя своим оружием. Не это ли принять в свой круг? — усмехнулся Риш.

— Нет, не думаю, — ответила я. — Яр показал ему наш поход. Возможно, он вдохновился моим убийственным подвигом, а может быть, просто счёл несправедливым, что бокара у меня нет… не знаю, Риш, но это точно не признание.

— Как бы то ни было, я рад за тебя.

— Спасибо, — вздохнула я, отвернулась от завораживающего вида и нахмурилась. За спинами «белых», за тёмным стеклом дверей что-то промелькнуло. Воины мой интерес заметили сразу. Секунда им потребовалась на то, чтобы дверь эту разбить (видимо, это было проще, чем пытаться открыть варварские замки), и в комнату за шкирку втащили человека. Ещё через секунду он сидел на коленях, а его горлу угрожали с десяток раскрытых бокаров.

— Илья?! — воскликнула я, узнавая в поверженном бывшего бойфренда.

— Привет, сладкая, — хохотнул он нервно. — А я всё гадал, что за шишка тут обосновалась, а это ты.

— Что ты здесь делаешь?! — недоумевала я. Подошла и оттолкнула непонятливых воинов, которые так и продолжали держать на «прицеле» журналиста. А то, что Илья был одет, как обслуга, а на шее у него был фотоаппарат, не оставляло места для полёта фантазии. Он тут за сенсацией.

— Я? Как тут оказалась ты? Мы уже похоронили тебя.

— Ты его знаешь? — встрял в наш разговор Зору.

— Да. Старый знакомый. Не друг, — пояснила я. — Потому что друзья не бросают своих в пустыне.

Илья подленько рассмеялся и поднялся на ноги. Надо же, а когда-то он казался вполне нормальным человеком.

— Илья, фотоаппарат, — протянула я руку.

Тот покачал головой.

— Это моя собственность и внизу у меня коллеги, которые знают, что я здесь.

— Лира, объясни нам, почему этот человек здесь, и мы его слушаем? — спросил Риш, снова подходя к Илье.

— Нельзя его убивать! — возмутилась я, вставая у него на пути и заслоняя безумного и не осознающего опасности человека. Молчал бы! Но он молчать и не думал, Илья всегда был безбашенным, а сейчас и вовсе свихнулся! Он перехватил мою талию своей рукой и прижал к себе.

— Да, объясни, а лучше расскажи, сколько раз ты была в моей постели. А любовников убивать нельзя…

Я резко ударила локтём его в живот и вырвалась из хватки. Обернулась.

— Ты совсем больной?!

— Я? Это ты больная, фригидная сука. Бревно в постели с нормальным мужиком!

Первыми активировались воины Верховного. Они как танки попёрли на глупого человека, а следом и воины Яра.

Я снова встала на защиту Ильи, хотя была готова придушить его собственными руками.

— Нет, не убивайте его. Он, наверно, пьяный, не понимает, что говорит… — договорить я не успела. Илья, и правда больной на всю голову, схватил меня за волосы и потянул вниз. А потом он вдруг упал. Я обернулась и увидела рядом Яра с окровавленным бокаром в руках и полыхающим бешенством в глазах.

— Лира просила не убивать! — воскликнул Зору, очевидно, чувствуя неминуемое наказание за бездействие.

— Ади, ко мне! — приказал Яр и протянул руку. Но во второй у него всё ещё было страшное оружие, и что-то мне не очень хотелось находится рядом.

Яр понял меня правильно, сложил смертоносные лезвия и, приказав обыскать человека, сам подошёл ко мне. Прижал к себе. Верховный тем временем отчитывал своих.

— Да что вы так переполошились, — решила я заступиться за воинов. — Это просто человек. Глупый и потерявший чувство самосохранения.

— Ади, в сложившейся ситуации любой посторонний рядом с тобой, проявляющий агрессию, — реальная опасность, — ответил Яр, сжимая меня слишком уж крепко.

— Тем более это не простой человек, — услышала я голос Зору. — Верней, не совсем землянин.

Воин поднялся от тела и показал в руке небольшую пластину. Карту гражданина Рошгар.

— Это карта? — спросила я, уже зная ответ.

— Да, и не открывается, — протянул её Яру. Тот тоже повертел её в руках, даже ногтем покарябал, но ничего не последовало.

— Дай Лире, — предложил Верховный.

— А я тут причём? — испугалась я, наотрез отказываясь брать карту. Но Яр меня не слышал, сам взял мою руку и положил в ладонь пластину. Пальцем второй моей руки провёл по ней. Та засветилась, и перед нами возник трёхмерный образ Ильи. Рядом иероглифы. Не Рошгара, но понятные мне. «Колония Земля. Жрец, на службе пятьдесят три года. Цель: Адалира. Наблюдение. Сопровождение. Организация жизни. Недопущение выхода с Земли — не выполнено. Подлежит ликвидации».

Глава 17

Меня трясло.

Яр посадил меня к себе на колени и обнимал своими огромными и горячими руками, захватывая, казалось, каждую частицу моего тела. Недалеко стоял Верховный и тихо разговаривал с кем-то из своих приближённых воинов. В другом углу комнаты Зору уже полчаса буравил взглядом кондиционер, гадая, как остановить идущий из него холод.

— Пятьдесят… — повторяла я. — Пятьдесят лет, а я даже не помню этого. Как такое возможно? Организация жизни… видимо, это он делал для меня документы и послужной список, помогал с работой и жильём. А зачем? И… почему я помню только последние годы? Куда делись ещё полвека?

— Мы со всем разберёмся, — сказал Яр казалось бы уверенно, но я знала, что он врёт. Вырвалась из его объятий, подошла к кондиционеру и выключила его, закончив муки Зору. Отвернулась к окну.

— Мне лучше остаться здесь.

— Ади, нет!

— Да, Яр! — обернулась я. — Если бы ты был простым рабочим, то даже разговора бы не было, мы бы попытались воспротивиться неизвестным силам, возможно, найти истину или просто закрыть глаза на проблемы и жить для себя, но речь идёт не только о нас двоих.

Я, заметив одобрительный взгляд Верховного, отвернулась обратно к окну, но ничего там не видела. Не красивые виды меня волновали.

— Моё желание против интересов Империи, Яр. А то, что нам удастся просто объявить о том, что мы вместе, я сомневаюсь. Я чувствую, что мы идём по опасному пути.

— А что касается моих интересов? — резко спросил Яр. — Ты же грезишь тем, кто снится тебе ночами, говорила о том, что он твоя душа, что он — это я. Что, если я хочу вспомнить?

— Это просто сны… — прошептала я.

— Нет, Ади, — также тихо ответил Яр, подошёл ко мне и обнял. Поцеловал в макушку.

— Ты совсем не похож на него. Может, я ошиблась, и это вовсе не ты, — вырвалась я из его рук и незаметно вытерла слёзы. Глупость… я всем сердцем желала быть с этим мужчиной, с первого дня меня тянуло к нему. Я думала о нём постоянно, желала, когда логичнее было бы отступиться. Но нельзя… я чувствовала, что… просто нельзя быть нам вместе.

— Ты… ты грубый, — сказала я, не оборачиваясь. — Ты не умеешь радоваться жизни, не желаешь видеть то, что рядом, заслоняясь холодной стеной надменности. Ты… не можешь быть им. Его любовь… — я сжимала и разжимала кулаки, борясь с собой. Нужно остановиться, просто уйти и всё. Он не сможет меня остановить, заставить… но я продолжала говорить: — Его любовь такая светлая, открытая, а ты скрываешь от меня всё, даже вещи мои личные, тебя не касающиеся. Рядом с ним я чувствую себя счастливой, человеком! Рядом с тобой же я землянка, от которой требуется её Сила Шиман, и всё. Только похоть. Ты… ты дважды проткнул меня бокаром!

— Если ты сейчас же не замолчишь, проткну и третий.

Что?!

Я обернулась и увидела на лице Яра сдерживаемую улыбку. За его спиной стоял удивлённый Верховный и его воин с отвалившейся от изумления челюстью.

— Только попробуй. Я буду защищаться.

— Я в этом не сомневаюсь.

— Хватит, Яр, — отвернулась я к окну. — В происходящем есть одна большая проблема, и это не наш тайный недоброжелатель. Я тебе не верю.

За спиной послышались шебуршания и тихие переговоры. Хлопнула дверь, а затем я почувствовала горячие руки на своих плечах. Яр… он аккуратно собрал мои волосы и перекинул их мне на грудь. Поцеловал шею, посылая миллион приятных искорок прямо к животу.

— Я не хочу рассказывать всё, что знаю, Ади. Будь моя воля, я бы принял на себя все проблемы и удары врага, а тебя бы оставил в неведении, но если ты хочешь, если правда оставит тебя рядом со мной и вернёт твою веру… я расскажу.

Я развернулась и, присев на подоконник и обняв ногами мужчину, сказала:

— Говори.

— Когда Цим впервые известила о том, что доступ к информации для меня закрыт, я уже знал причину и того, кто мог сделать подобное, — начал говорить Яр, смотря мне в глаза. — Никогда я с ними не встречался и не видел их влияния на мою Империю… мой мир. О них никто не знает, вернее, их забыли, потому что они того пожелали сами, но отец и я знаем. Знаем, чтобы не питать иллюзий о своей безмерной власти и влиянии. Да, Рошгар наша Империя, наш род всегда правил и будет править, но мы… просто люди. За нами стоят аштарианцы — истинные хозяева всего. Высшие существа, наделённые могуществом и силой, которые нам даже неведомы.

— И, надо думать, я им помешала? Меня «стёрли» первый раз, я как-то вернулась, и теперь думают, как убить?

— Нет, не думаю, что тебе грозит смерть. Аштариан слишком мало, они не убивают своих.

— Что?! — воскликнула я.

— Да, мне тоже верится с трудом, но отец уверен, что ты аштарианка. Ты выглядишь, как они, твоя стёртая память и то, что Цим слушается тебя, говорят об этом. Как и то, что люди тянутся к тебе. Часто неосознанно, но ты для них важна, ты — не только мой источник Силы, но и для всего Рошгар. И то, что ты не была убита, а сослана на Землю под надзор, лишь доказывает то, что твоя жизнь важна.

— Яр, Илья слил топливо с моего квадроцикла и бросил одну в пустыне! А это прямая угроза жизни! Хреново он следил за моей безопасностью! — возмутилась я. — Да и то, что ты говоришь, звучит, как бред! Какое из меня высшее существо? Сам подумай!

— Признаться, мне всё равно, аштарианка ты или землянка. Ты хотела узнать правду, я всё рассказал, остальное не так важно. Оставь переговоры и споры с неизвестным мне. Сейчас у нас другая забота.

— Да? И какая же? — спросила я с опаской.

Яр нежно обхватил мой подбородок рукой и поднял. Наклонился и, нежно касаясь губами, поцеловал. И хорошо, что я сидела на подоконнике, иначе растеклась бы лужей перед ногами своего орла. Но под моей попой была твёрдая поверхность, поэтому я позволила себе обнять его крепкую спину руками и прижать ногами.

Жаркий огонь тут же вспыхнул в груди, пробуждая Шиман, которая вмиг проснулась и ринулась на встречу Силе Мон.

— Постой, мы ещё не закончили, — прошептал Яр мне в губы.

Я заморгала, но туман перед глазами и не думал уходить. Перед глазами были лишь его губы, к которым я желала вернуться.

— Ади. Ты станешь моей женой.

— Что? — спросила я, наконец отрываясь от вожделенных губ, и посмотрела в синие глаза.

— Священный союз, заключённый самой Силой. Обряд на крови, оставленный нам самими аштарианцами, как незыблемое. После него никто не сможет отнять тебя у меня.

— А меня спросить? — прошептала я.

— Принудить я тебя не могу, — ответил Яр нерешительно. — Я люблю тебя и желаю видеть рядом независимо от твоего происхождения или желания высших. Но это лишь моё желание, если ты хочешь другого, то… так и поступим, только скажи.

— Яр, только что ты меня ни во что не ставил. Кем я была для тебя? Проблемой, от которой надо бы избавиться, но жалко отказываться от Силы Шиман. Ты забыл, как кричал на весь Дом, что мне здесь не место? — возмутилась я.

— Ты не понимаешь, что говоришь, — прошептал Яр, прижимая меня к себе. — Подумай, у тебя будет на это время. Официально ты останешься на Земле, а я с отцом вернусь на Ирэ. Наверняка за нами будут следить, и то, что Цим тебя не видит, нам не поможет. Есть множество иных способов определить количество человек на корабле и то, что кто-то там остался и скрывается. Ты вернёшься спустя две квады с воином отца прямо к церемонии. Он же тебе всё объяснит и расскажет, что нужно делать. Никто кроме нас четверых не будет знать об этом. Даже своим воинам я скажу, что ты решила остаться здесь, а отец, чтобы исчерпать конфликт, объявит о том, что выбрал мне жён, и потребует союза Силы.

— Жён?! — воскликнула я.

— Ш… — поцеловал Яр меня в губы. — Ио тебе всё объяснит, когда вернётся, а до этого времени ты будешь тут. Цро купил дом, не на твоё имя, разумеется, а инкогнито, внизу тебя ждёт катер…

— Машина, — пробубнила я. — Тут машины, и они передвигаются по земле.

— Местные женщины ходят в закрытых одеждах, — продолжил Яр, не обращая внимания на мой комментарий. — Это нам подходит. Оденешься в неё, и тебя никто не узнает, но выйдешь после того, как мы улетим. Жди Ио в доме. Никуда не выходи. Слышишь, Ади? — обнял Яр моё лицо руками и снова поцеловал.

— А если он не вернётся? — прошептала я.

— Вернётся, — уверенно ответил Яр.

— А если нет? Как ты меня тут будешь искать? На Земле семь миллиардов человек, и из Эмиратов меня депортируют, едва узнают обо мне. А ведь я в международном розыске… Я боюсь просто сидеть и ждать.

— Вернётся, Ади, — уверенно произнёс Яр. — Ио ближайший воин отца. Он ему верит, как себе, а отец желает видеть тебя рядом со мной. Он поддерживает моё решение и поможет.

— А… ты сам знаешь адрес этого дома?

— Конечно. Я тебя здесь не оставлю, надо будет — сам прилечу, но возвращаться сейчас на Ирэ вместе опасно. Тебя уже пытались похитить, и прямо из Дома. Нет, любимая, я тебя им не отдам, — прошипел Яр и с силой прижал меня к себе.

Угу… нашли дурочку, просто сидеть и ждать в доме, о котором знают минимум четверо! Да это равносильно тому, что известно всем. Нет, я проводила своего орла, пообещав ему выполнить его наказ и убедившись, что его слова о любви и желании заключить со мной союз искренни, а его глаза были весьма красноречивы, ещё немного и расплакался бы, присутствие воинов остановило позор. Я надела чёрную паранджу. Благо, что опыт у меня был. Проверила бокар на поясе и то, что его не видно, спустилась вниз к ожидавшему меня лимузину.

Надо же, Яр действительно ничего не рассказал приближённым о своём спонтанном решении и плане. Цро на полном серьёзе думал, что купил мне дом для постоянной жизни, и, передавая документы и деньги, спрашивал, уверена ли я в своём решении.

Я согласна, спокойные времена для меня закончились. На Ирэ опасно, а я всё-таки ничего не знаю и не помню, на Земле тоже, как выяснилось, есть засланцы нашего тайного врага. Ничего толком не понятно, даже то, чем я не угодила и что от меня хотят. Не убить, на этом спасибо, но и чаем с печеньем потчевать, очевидно, не станут.

Яр уверен, что этот союз поможет нам остаться вместе… возможно, но, предприняв самые высокие меры по безопасности, не подумал о том, что четыре дня ожидания на одном месте — это безумие. Но существовало и другое… я окончательно запуталась в происходящем и просто не знала, что делать, а все мои обострившиеся чувства кричали об опасности. Да, мой орёл прав, у меня будет время всё обдумать, но боюсь, что мне это не удастся.

Машина остановилась у большого особняка, стоявшего в ряд с такими же. Я вышла, а водитель, удостоверившись, что я вошла в дом, развернулся и уехал. Мне это не понравилось. Не знаю почему, но сейчас мозг мой работал неважно, и оценивала я всё исключительно на своих предчувствиях и ощущениях. Поэтому быстро прошла дом насквозь и попала во двор. Покусившись на чужую территорию, окольными путями я вышла обратно на главную дорогу и направилась в торговый центр, замеченный мною ещё на подъезде к дому.

Моя паранджа ничем не отличалась от десятков других, но оставаться в ней я была не намерена. Купила закрытый костюм нейтрального зелёного цвета, никаб и тёмные очки. Переоделась в туалете и пошла обратно к дому, который уже не пустовал… Кто там был и что делал, я не разглядела, но вот то, что активность была — совершенно точно.

Я прошла вперёд и уже из-за угла следующего дома, скрывшись за кустом, наблюдала за происходящим. Интересно, кто это так быстро прибыл на мою поимку? Ответ не заставил долго себя ждать. Из дверей вышел человек в странном чёрно-золотистом костюме, смахивающим на плащ длинною в пол, и чисто белыми волосами. Он повернул голову, и я увидела, что волосы у него собраны в хвост и имеют немалую длину! Но не нетипичная растительность для мужчины меня смутила, а то, что он был похож на меня. Я чувствовала, что мы одной крови.

Аштарианцы… Яр назвал меня этим странным словом, сказав, что мы высшая раса. Признаться, я не придала большого значения этим словам, меня больше волновали мои личные проблемы и отшибленная память, ну и то, как жить дальше. Сейчас же было очень интересно, кто этот человек, сканирующий своим взглядом улицу.

Выйти и спросить? Яр сказал, что они своих не убивают и что мне не причинят вреда, но в жизни есть более жестокие вещи, чем лишение жизни, например — лишение памяти, лишение любимого. Полюбить Яра я не успела. Привязаться — да, вожделеть — дважды да, можно даже сказать, что меня тянет к нему, мысли заняты только этим мужчиной, мне рядом с ним хорошо, спокойно, несмотря на его слова. Но любовь… я любила того, из моего сна. Он был моей душой. И он был Яром. Его воспоминанием, верней. Вот такая путаница.

Но, как бы то ни было, я буду бороться за то, что забыла. Дождусь воина Верховного со странным именем Ио и вернусь на Ирэ. Попытаюсь, по крайней мере, потому что мой «земляк» знал, что я рядом. Чувствовал меня. Он мельком осматривал редких прохожих и проезжающие машины и раз от раза взглядом возвращался к кустам, за которыми я пряталась.

А ещё меня волновало, насколько они готовы на беспорядки и шум. Может быть, поймать любой ценой? Или всё-таки поднимать переполох они не станут?

Вслед за первым вышли ещё двое с белыми волосами и в таких же плащах. Они посовещались, первый кивнул на куст, и я поняла, что надо сваливать со своего места укрытия. Вопрос: куда? Вариантов немного. Дорога просматривается очень хорошо, так что только назад. А за спиной у меня частный дом.

Думала недолго. Порадовалась, что забор был символичным, пролезла через него и побежала покушаться на частную собственность. Засекут… ну что ж, у меня теперь есть оружие. Лучше бы хозяину быть на работе. Пролезла в приоткрытое окно, стараясь не шуметь, поскакала вверх на второй этаж и уже из хозяйской спальни наблюдала за тем, как мужчины осматривали моё бывшее убежище. Посовещались, вернулись в мой дом. Жаль, что задний двор я не видела, уйдут, и не замечу. Но не совсем же они дураки сидеть и ждать меня. Очевидно же, что я сбежала.

Но возвращаться я и не думала. Подвинула к окну кресло, сбегала вниз за водой и печеньем и заняла хорошую обзорную позицию. Активность у моего дома была высокой, у его дверей за прошедшие сутки побывала куча народу. И местная полиция, и просто прохожие, кажется, каждый, кто проходил мимо, счёл за честь заглянуть внутрь и поискать меня. Также появлялись военные, которые в дом не заходили, но зато досматривали прохожих.

Просто крайне возмутительная процедура для мусульманок! Кто им ещё позволил подобное?! Женский ор стоял невозможный. Женщины в хиджабах отпускались спокойно, но большинство носило паранджу.

Дурость! Больно надо мне ходить рядом с этим треклятым домом!

Спустя ещё сутки улица опустела. Да неужели смекнули, что меня тут нет?

На третий день моего пребывания в чужом доме, когда я уже хорошо подчистила продовольственные запасы хозяев и устала от сидения на одном месте без сна, у дома появился высокий мужчина в белом костюме с бокаром на поясе.

Ио!

Я подскочила на месте, но всё-таки заставила себя не ломануться сломя голову к посланцу Яра, что и спасло меня. Едва Ио зашёл в дом, как был захвачен аштарианцами.

— Твою ж… (нецензурная лексика) — выругалась я горько, смотря, как мою надежду уводят вверх по улице. Они и правда караулили меня столько времени! И что же теперь делать, а?

Я нервно прошлась по шелковому ковру, запустив пальцы в волосы. Те встали дыбом от мысли, что это конец… сама я не смогу вернуться на Ирэ, а при таком «колпаке» я и из Эмиратов не выберусь. А если и смогу покинуть страну, до Европы и станции Рошгар не доберусь. Прихлопнут как муху. Да и то, что смогу беспрепятственно выйти из дома, маловероятно.

Снова посмотрела на улицу. Ио и аштарианцев уже след простыл. Дверь в мой дом осталась открытой нараспашку, говоря о том, что там уж точно никого не осталось.

Очевидно, они собираются допросить Ио и выведать у него наш тайный план с церемонией. А тот меня выдаст, потому что служит Верховному и Рошгар, а не проблемной мне.

Что же делать?!

Сперва успокоиться. Единственное в этой ситуации было приятным, что хозяева дома, где я скрывалась, до сих пор не объявились, так что я спокойно сходила в душ, сделала себе кофе и снова поднялась наверх на свой обзорный пункт. Две квады ещё не прошли, Ио пришёл рано, видимо решив подстраховаться, так что время ещё есть. Буду паниковать потом, когда безвыходность ситуации станет очевидной.

Прошло ещё несколько часов. Я едва не засыпала и уже давилась проклятым кофе, потому не сразу заметила женскую фигуру, застывшую у раскрытой двери. Во-первых, уже наступила ночь и довольно тёмная, фонарей тут почему-то не было, машин тоже, во-вторых, дамочка была вся в чёрном.

Я некоторое время наблюдала за ней, она вертела головой, очевидно желая войти, но боялась. А потом меня осенило! Это же Рашира! Некогда кулинар, но сменившая специальность на Службу Империи и сократившая своё имя на две буквы.

Каким ветром её сюда занесло?

Я, конечно, человек доверчивый, но не настолько, чтобы кинуться с распростёртыми объятиями к знакомому лицу. Поэтому быстро обулась, надела никаб с очками, сняла с пояса священное оружие и, раскрывая его, как кошка — тихо, но быстро, побежала вперёд.

Рашира к тому времени всё-таки решилась пройти внутрь, и я застала её на пороге. Вот только приблизиться к ней я не успела. Замерла, когда почувствовала на своей шее холодное лезвие оружия.

— Не двигайся и бокар убери.

— Панор? — узнала я голос одного из воинов Яра. Оружие сложила, но оборачиваться не стала.

— Лира, ты?

— А есть варианты? — огрызнулась я, хотя понимала, что не права. На мне до сих пор был никаб и тёмные очки. Да, я помню, что ночь, но светить своими изумрудными глазами было опасно. — Вопрос в другом: что вы тут делаете?

Панор тут же сложил своё оружие и обошёл меня, всматриваясь в тёмные стёкла.

— Яр послал за тобой. Раши! — окликнул он свою подопечную, и та в мгновение ока подбежала к нам. Панор обнял её одной рукой, но вторая по-прежнему сжимала бокар. Одно лишнее движение, и он меня убьёт.

— В Ирэ готовится какая-то церемония, Яр нам ничего не говорит, но злой неимоверно. Дал координаты этого дома, — кивнул мужчина на особняк, — сказал найти тебя и привезти. Быстро.

— Панор… — я осмотрелась, но ночная улица была пуста. — Я не верю тебе. Мне нужно доказательство.

— Что? — удивился тот.

— Доказательство, что тебя прислал Яр. Что ты отвезёшь меня к нему.

— Лира, ты в порядке? — протянул он мне руку, но я сделала шаг назад.

— Нет, не в порядке. За мной охотятся и свои, и чужие, я не спала чёрт знает сколько, ждала Ио, но… его поймали.

— Кого? Ио?

— Это воин Верховного, — огрызнулась я. — В короткий миг вокруг меня все стали врагами. Яр сказал, чтобы я ждала здесь, что никто не знает об этом месте, только он, Цро и Верховный со своим Ио. Но не прошло и часа, как ко мне явились гости, обыскали всех и всё в округе, я едва смогла скрыться. Ио пришёл, но эти… они ждали меня почти три дня! И ты думаешь, я поверю тебе?

Панор молчал, задумчиво кривил губы и гладил плечо Раши. Девушка едва заметно дрожала в его объятиях.

— Держи, — протянул он мне свой бокар.

— Зачем? У меня есть свой! — рыкнула я.

— Вижу, — усмехнулся Панор. — Это гарант моих слов. Раши без оружия, у меня только бокар. Вернёшь, как только приземлимся в Доме. Или, если не приземлимся, убьёшь нас.

Я смотрела на чёрную рукоять священного оружия и понимала, что значило для воина отдать его. Я помнила, как расстроился Ирго, когда Яр лишил его бокара. Для этих людей это не просто оружие, а очень важный символ.

— Думаешь, я не заберу его? — подняла я глаза.

— Ты? Нет, Лира, я так не думаю. Забирай, пока я не передумал. Как только ты коснёшься его, он станет твоим. Потом ты его мне вернёшь.

Я решительно забрала бокар Панора и, не обращая внимания на то, что он слегка раскалился, повесила себе на пояс. Оружие меняло хозяина, теперь я это знала.

— Всё? Теперь можем лететь? — спросил Панор, вмиг растеряв хороший тон. Он ревностно смотрел на своё оружие и, кажется, жалел о содеянном.

— Да, — ответила я, и меня тут же потащили вниз по улице. Та заканчивалась причалом, но на нём ничего странного или отдалённо напоминающего корабль я не заметила. Но Панор уверенно тянул меня к пустой пристани, и вдруг раз, и мы оказались перед широким пандусом и ярким светом на другом конце.

Я всё ждала нападения недоброжелателей и заходила на корабль не без опаски. Так долго сидеть в этом проклятом доме напротив, увидеть, как увели Ио, потерять надежду… я просто не верила, что я сейчас просто сяду в кресло на корабле, и меня отвезут Яру. Но мы беспрепятственно зашли на борт, Панор приказал нам с Раши сесть, потому что мы очень спешим и скорость корабля не позволит даже стоять, а сам пошёл за штурвал.

Всё это было волнующе и неспокойно.

— Как обстановка в Ирэ? — спросила я девушку, расположившуюся напротив меня в кресле. Та пожала плечами.

— Обстановка не самая лучшая. После того как в «Гласе» появилась информация о том, что ты землянка, народ начал волноваться, многие говорили, что земляне тоже люди, что мы от одной крови, но большинство, конечно, в твоё разоблачение не поверило… а потом Яр объявил о том, что ты решила вернуться на родину. Сейчас очень много волнений, а в некоторых районах Рошгар даже приходили требования о предъявлении доказательства, что Империю ты покинула добровольно, — ответила Раши. — Я слышала, что даже кто-то отправлялся на Землю, чтобы найти Лиру из «Гласа».

— Надо же, — ухмыльнулась я. — Никогда не подумала бы, что народ Рошгар будет настолько терпим к землянке.

— А ты правда с Земли?

— Да, — ответила я, смотря на реакцию Раши. Однако та была странной. Девушка хмурилась, но брезгливости или иного чувства антипатии я не заметила.

— Панор… он говорит, что мы тоже можем дарить мужчинам Силу Шиман, — тихо произнесла она, не поднимая глаз.

Я положила голову на спинку кресла. Спать хотелось… просто невыносимо, и обсуждать что-либо не было охоты.

— Я тебе в «Вопросы о жизни» даже написала, но… ты же покинула Ирэ, да и не понятно, что вообще с «Гласом». Я же теперь в Службе Империи, имею доступ к информации, недоступной простым гражданам. В общем… Главная Служительница Освещения Жизни Рошгар пожелала уйти со своего поста. Пока ей этого не позволяют, но эта женщина имеет немалый вес в обществе, она слишком много знает, — закончила Раши тихо.

— Что у тебя там за вопрос был? — проворчала я, стараясь не думать о Зинаре. Я и без того чрезмерно чувствительная натура, всем сопереживаю, но сейчас своих проблем навалом.

— Да собственно, о том и вопрос, — пожала плечами Раши. Видимо, это её любимое движение. — Панор попытался затащить меня на ринг для… для игр, сказал, что сможет разбудить мою Шиман, а я испугалась.

— Это не мудрено, — ухмыльнулась я. — Вообще не пойму, кто придумал эти игры и счёл это подходящим для любви. Меня трясёт только от одной мысли.

— Но… он сказал, что я могу! — жалобно воскликнула Раши. — Я так хочу, чувствую, что действительно что-то есть, тепло в груди, в животе, когда он рядом. Когда касается меня.

— Ну, значит, тебе придётся всё взять в свои руки. Пригласи к себе домой или напросись к нему, если твоё жильё не предусматривает уединения. Купи что-то вкусное или сама сделай, у тебя, помнится, отличные печенья были. Накорми его, предложи посмотреть запись какой-нибудь игры или ещё ерунды какой-то, это неважно на самом деле. Твоя задача — оказаться рядом с ним, позволить ему обнять себя и не сдерживать свой огонь, не пугаться его, а отдаться ему и не стесняться разжигать его Мон. Я, правда, не большой специалист по этому делу, у меня он рождается сам, и мне бы удержать его, — тихо хохотнула я. — Но попробуй сдержать лаву. Она сжигает всё здравомыслие, стирает границы. Перед глазами только он, только его Сила, которую моё тело впитывает с жаждой умирающего. Мне бы остановиться… но я не могу.

— Почему? Это ведь великий дар, почему ты хочешь от него отказаться? — удивилась Раши.

— Потому что предмет моего вожделения — Яр. Желать Правителя Рошгар само по себе довольно опасное дело, но меня волнует другое — я не вижу в его душе чувств, не вижу любви. Только вожделение и только желание моей Силы Шиман, — сказала я грустно. Раши встала со своего места, подошла ко мне и, взяв за руку, присела у моих ног. Это правильно, потому что скорость корабля не позволяла стоять.

— Но ты его ждала, он прислал Панора, и ты вопреки всему летишь к нему, — сказала она.

— Потому что я хочу любить, — прошептала я. Положила вторую руку поверх руки Раши. — А ты попробуй совратить Панора. Он неравнодушен к тебе, а ты к нему, это прекрасный повод попытаться. А знаешь что, — улыбнулась я. — На Земле есть один фильм, называется «Эммануэль, урок наслаждения», как раз ваш случай. Старый, но довольно забавный и познавательный, вам с Панором стоит посмотреть его вместе. И если ты позволишь своей Шиман проснуться, то у вас всё получится. И никакого ринга!

— Урок наслаждения?

— Угу, — ответила я, закрывая глаза. — Как же хочется спать…

— Засыпать не стоит. Мы скоро будем уже на Ирэ, — сказала Раши, так и продолжая сидеть у моих ног.

— А Яр не оставлял для меня инструкций? — приоткрыла я один глаз.

— Нет, только приказал доставить тебя в кратчайшие сроки и так, чтобы никто об этом не знал. Поэтому мы летим на спутник Ирэ, а оттуда в Дом на катере. Панор говорит, что это опасно, катера не рассчитаны на преодоление атмосферы, но зато мы точно останемся незамеченными. Всё-таки в Дом катера прибывают постоянно, и их не досматривают.

— Да уж… — прокомментировала я, снова закрыла глаз, но подремать действительно не успела. Панор ворвался в помещение словно смерч, одной рукой схватил Раши, второй меня и бегом побежал на выход. Я даже толком не смогла ничего рассмотреть, нас тут же затолкали в катер, вокруг засветился голубой щит, и мы взмыли вверх ракетой.

— Панор, а Раши зачем с собой привёл? — поинтересовалась я, стараясь не смотреть на бездонную черноту вокруг.

— Тебя выманить, — ответил он, мельком взглянув на меня. — Яр сказал, что возникли проблемы, место дома раскрыли, но тебя не поймали, а ты пообещала оставаться там. И тебя нужно найти.

— Ты думал, что делаешь? — возмутилась я. — А если бы я её убила?

— Хорошо, что не убила, — ответил Панор сдавленно. — Откуда у тебя бокар? Это ведь бокар не Яра…

— Нет, Верховного. Не знаю, почему он решил, что я достойна его, но… — я покачала головой, — снял со своего пояса и отдал мне. Может быть, предсмертный подарок?

— Вряд ли, — ответил Панор, не поняв мою шутку.

Мы летели с бешеной скоростью, голубой купол катера превратился в красный. Раши рядом со мной сидела белее снега, а Панор напряжённо смотрел вперёд и даже не моргал.

— Лира, я не знаю, что происходит… — начал говорить воин, но замолчал на мгновение. — Это первый раз, когда Яр скрывает от нас происходящее, но, как бы то ни было, я рад, что ты вернулась.

Наверно, следовало ответить, что я тоже рада и прочее, но… мне было страшно и тревожно. А ещё я устала и думала только о том, чтобы лечь спать. И, как говорится, если не знаешь, что сказать, лучше помолчать. Правда, молчать долго не пришлось, мы кометой спустились вниз и прямо в один из коридоров Дома. Также резко остановились. Опалённый и уже не такой голубой, как раньше, купол открылся, Панор выскочил и схватил меня за руку. Обернулся к Раши.

— На пост, живо!

Девушка кивнула и быстро ускакала. Мы же с воином побежали вглубь пирамиды на верхний уровень так, словно нам стреляли в спины.

— Успели, — выдохнул он, притормаживая у комнаты Яра, где хозяин ходил из угла в угол. Панор мягко толкнул меня в спину, а в следующий миг меня заключили в страстные и очень крепкие объятия.

— Ади… — только и произнёс Яр, впиваясь в мои губы поцелуем и так же резко отстраняясь. — Ади, времени нет рассказывать о церемонии, тебе придётся самой всё понять. Только, прошу тебя, займи место второе с конца. Держи, — вложил он мне в руку золотистый с чёрным лои. — Надевать на обнажённое тело. При себе ничего не иметь, и бокар придётся пока оставить у меня.

Опустил взгляд к моему поясу и удивлённо вскинул брови.

— Второй — мой, — сказал Панор за моей спиной. Подошёл и протянул руку, — верни.

Я отдала мужчине его оружие, но Яра это не обрадовало.

— Ты не должна была забирать у моего воина оружие! — возмутился он.

— Это ты не должен был бросить меня на Земле одну! — выкрикнула я в ответ. — Они пришли за мной в ту же минуту, и задержись я в доме, то не вернулась бы! И ради чего я две квады боялась закрыть глаза, вздрагивала от каждого шороха? Чтобы ты меня упрекал за то, что я не верю твоим воинам? Чтобы ты сунул мне в руку лои и велел встать второй с конца?!

Яр молчал. Просто смотрел на меня, доказывая в очередной раз, что он не тот, кого я ждала каждую ночь.

— Куда мне нужно идти? — спросила я, сжимая в руках проклятый камень.

— К третьему выходу, Ади, — сказал Яр тихо. Поднял руку и пальцем погладил меня по щеке. Заправил за ухо белый локон. — Переодеться нужно по пути, и поспеши.

Я повернулась к выходу и замерла на секунду, услышав: «Я тебя люблю». Отвечать не стала. Не собиралась я врать. И что значит «переодеться по пути»? Мне нужно прямо в коридоре раздеться до гола?

А, ладно! На бегу расстегнула кофту, скинула кеды. Остановилась на секунду, стянула штаны и занесла над плечом лои. Зеркала у меня, разумеется, не было, чтобы оценить новый прикид, но это и не надо. У третьего выхода толпилось с десяток… кого? И по тому, как обрадовался незнакомый мне престарелый мужчина в белом платье и рукавами до пола, выглядела я как… они.

Мне вмиг стало дурно… честно. Чёрный облегающий костюм, скрывающий всё тело от ног до кончиков пальцев. На руках золотые перчатки и, кажется, это не ткань или имитация, а реально золото, массивное и тяжёлое на вид, но не ощущение. Перчатка на кисти руки и далее к локтю переходила в золотую сетку иероглифов. На поясе тоже золотая бляшка, на ногах невесомые и изящные чёрные сапоги с тонкой золотой полосой от носка до клена, и всё это художество завершала кошачья голова с вытянутой мордой.

— Наконец-то, — сказал мужчина в белом. — Теперь внимательно слушайте меня, вы все были выбраны Верховным Правителем в жёны его сыну, но рядом с ним встанет лишь одна, та, кого он выберет сам, руководствуясь зовом. Этот обряд священный, оставленный нам богами, после которого ваши души сплетутся настолько плотно, что даже смерть не сможет разлучить вас. Это обряд Силы, и Сила указывает на избранницу, она же после скрепляет союз. Или… не скрепляет. В таком случае Правитель выбирает себе другую жену, угодную богам.

Вот это да… теперь понятно, почему Яр заранее выбрал для меня место. Тут дамочек десятка два, если не больше, и попробуй-ка среди одинаковых найти ту, что хочешь!

— Займите своё место, — сказал мужчина, показав на золотую линию. — Место, какое вам укажет сердце.

Дамочки с кошачьими головами нерешительно начали подходить и толпиться у самого начала, думая, что именно там их судьба. Я же решительно пошла в самую середину.

Вы скажете, глупость? Возможно. Но задачу Яру я облегчать не собираюсь. Если этот обряд действительно священный, если Сила сулит выбор, то он должен сам выбрать меня. Найти. Я бы нашла. Независимо от количества одинаковых голов.

Когда все «кошки» заняли своё место, под нами появился длинный чёрный постамент.

— Напоминаю, что двигаться или каким-либо способом привлекать к себе внимание запрещено, — напомнил мужчина. — За церемонией наблюдают воины Верховного, и любое движение будет ими замечено, и вы потеряете место жены Правителя.

Чудесно.

Я глубоко вздохнула и даже не вздрогнула, когда почва под нами взмыла в воздух, и нас понесло по третьему коридору, и только яркие лучи коснулись моего чёрного костюма, послышались крики народа. Но никого я не увидела, так как наша странная платформа, пролетев всего немного, зависла в воздухе. Я совершенно чётко ощущала за спиной людей. Много, но крики шли снизу. Вот только осмотреться и понять, где же всё-таки мы находимся и что вообще происходит, не было возможности. Мы стояли как статуи и слушали звуки какой-то церемонии, что проходила за спиной. Правда, до нас доходили лишь обрывки фраз, и ничего не было понятно.

Стоять и ничего не делать было тяжело. Глаза предательски закрывались, хотя мозг работал на редкость трезво. Но продлилось это недолго. Наша платформа пришла в движение, нас мягко развернуло, и перед взором открылось невообразимое. Огромный золотой диск, парящий над площадью у подножья пирамиды, а священный свет павших воинов бил вверх насквозь. На диске стояло некое сооружение — мини-пирамида высотой метров тридцать, а перед ней справа Верховный Правитель и его весьма и весьма многочисленные воины в белом, выстроившиеся в три ряда, а слева Яр и его воины в чёрном. А то, что этот человек в золотисто-белом костюме, сильно похожем на наш, только с орлиной головой, мой Яр, я не сомневалась. Посередине тот самый престарелый мужчина, что нас наставлял перед выходом. Очевидно, что он тут не последнее лицо.

— Жрец, я готов выбрать свою пару, — сказал мой орёл.

О-о-о… жрец…

— Я вижу, что среди этих жён ты её найдёшь, — ответил тот.

Яр решительно пошёл в нашу сторону и сразу в конец, очевидно, ожидая, что я послушалась его и заняла положенное второе место с конца. Но… дойдя до дамы с кошачьей головой, занявшей моё место, остановился. Почувствовал, что под ней не я? Очевидно, что да. Повернул голову в сторону длинной шеренги. Оценил проблему? О, да…

Ещё раз взглянул на ту, что была перед ним, и решительно отошёл. Я едва не кричала от счастья. Он всё-таки не слеп! Он чувствует! Осталось узнать, насколько хорошо…

Яр медленно шёл вдоль своих «жён», даже не смотря на них, как будто прислушиваясь к своим чувствам, а может быть, и к Силе, что должна была подсказать ему выбор и… благополучно прошёл мимо меня.

Но не успела я огорчиться, как он замер. Обернулся.

— Ты её чувствуешь, — прокомментировал жрец движение Правителя. Но Яр отвечать не стал, подошёл ко мне и остановился.

Стоял долго. Кажется, целую вечность! Молчал и просто смотрел на меня. Возможно, ждал что-то… что я возжелаю его, и он, почувствовав искру Силы Шиман, удостоверится в выборе, ведь двигаться нам запрещено. Но я так устала, что была просто неспособна на даже маломальское чувство. Да и то, что произошло на Земле, угнетало меня. Да что там Земля… последние дни превратились в кошмар, а Ирэ вмиг перестало быть мне домом! Я летела сюда, стремилась всем сердцем, но… что к чему? К Яру?

Яр наконец пошевелился и посмотрел на «жён», до которых так и не дошёл. Затем снова на меня. Он рисковал очень сильно, и понимал это.

— Я выбрал свою пару, — уверенно произнёс Яр и взял меня за руку.

— Подойди и позволь Силе принять твою избранницу, — сказал жрец и указал на большой камень за своей спиной, сильно похожий на жертвенный алтарь. Я даже засомневалась, стоит ли идти и проверяться на пригодность в жены. Да и как эта их Сила будет принимать меня.

Но Яр крепко сжимал мою руку и тянул вперёд, чувствуя мою нерешительность. Подвёл к камню и… ох ты, взял лежавший на нём кинжал!

— Не бойся, — очень тихо, только для моих ушей сказал он, когда я неосознанно воспротивилась.

Нет, я верила Яру, тем более после того, как он меня нашёл, узнал среди многих! Но… я смотрела на этот кинжал и… и неизвестно почему боялась его.

Не знаю, можно ли мне говорить сейчас, когда Яр уже совершил выбор, возможно, что нет, так что я покачала головой, отказываясь даже прикасаться к ритуальному оружию.

— Это часть церемонии, — уже рычал Яр, но по-прежнему тихо.

Я снова покачала головой и вырвала свою руку из железной хватки. Сделала шаг назад.

— Цим, ритуальное оружие содержит посторонние вещества? — послышался тихий голос Верховного у меня за спиной.

— Кош в незначительном количестве, — последовал такой же тихий ответ.

— Кош? — зашипел Яр и отбросил кинжал, как ядовитую гадюку, каким, собственно, он и являлся. Не для него, разумеется, для простого человека Империи это яд, но не в малых количествах, а вот мне и капли хватит. Не умереть, но отключиться на две квады точно! И не спрашивайте, как я о нём узнала. Сама в шоке.

Яр снова взял меня за руку, отказываясь отпускать даже на короткий миг, вместе со мной подошёл к ближайшему своему воину — Зору и снял с его пояса бокар. Быстрым шагом вернулся к алтарю, раскрывая смертоносные лезвия на ходу, и занёс наши переплетённые руки над камнем. Короткое движение, резкая боль, и наша кровь из глубоких порезов потекла на камень. Некогда спокойная поверхность камня вспыхнула золотым светом, затем он сменился на алый и вдруг белым столпом взмыл вверх, окрашивая небо в цвет золота.

Внизу, в городе, кто-то кричал и радовался столько яркому и эффектному подтверждению союза, но не жрец. Он смотрел в золотое небо, открыв рот. Затем перевёл взгляд на меня.

— Аштарианка, — прошептал он очень, очень тихо. Яр тут же сгрёб меня в объятия, всем своим видом говоря: не отдам. Моё.

Жрец перевёл испуганный взгляд на Правителя.

— Ты знал.

Яр снова соединил наши многострадальные руки и поднял, показывая всем появившиеся откуда ни возьмись браслеты на запястьях, широкие и словно сотканные из золотого тумана.

— Этого нельзя было делать. Они не позволят…

— Церемония проведена по их священным законам и правилам, — ответил Яр. Повернул меня к себе и, проведя пальцем у основания кошачьей головы, убирал её, открывая всем мою личину. Аккуратно перехватил волосы и положил их мне на грудь. Наклонился и, крепко обняв, поднял на руки и поцеловал страстным поцелуем, который бы следовало приберечь для спальни.

— Сила признала пару Правителя и соединила их души и сердца в священном союзе, — убитым голосом произнёс жрец. — И да поможет вам… хотя… — он покачал головой. — К чему пустые надежды.

Глава 18

Я лежу с закрытыми глазами, делаю вид, что сплю, но на самом деле таю от наслаждения.

Я чувствую его взгляд на себе, тёплый, любящий, боготворящий. Он боится пошевелиться, боится коснуться меня, довольствуясь лишь глазами, боится меня разбудить.

Но я не сплю. Я впитываю его любовь, как губка, запоминаю те ощущения, что дарит его присутствие… и безмолвно плачу. Плачу, потому что то счастье, что испытываю я, больше не повторится.

— Ади, — целует он меня в шею. — Мне нужно уйти, но я скоро вернусь.

— Угу, — шепчу я в ответ, пытаясь выдать свои слёзы за сонный голос.

— Я скоро, любимая, — говорит он, чувствуя мою печаль.

Я ничего не отвечаю, жду, когда он уйдёт, а потом быстро встаю. Пока есть силы, пока не передумала. Подхожу к стене, движение рукой — и та пропадает, открывая прекрасный вид на Ирэ, освещённый лучами рассвета, но я отвожу взгляд и выхожу на балкон. Под ногами белый пол и красивая вязь золотого узора.

Я опускаюсь на колени и дрожащими рукам со своего запястья беру карту. Маленькую полупрозрачную пластину золотистого цвета. Кладу в углубление узора. Она почти сливается с ним, не знающий ни за что не заметит.

— Яр сюда не заходит, боится высоты, — говорю я сама себе. — А я… я вспомню, если ошибусь. Если… я буду молить Судьбу, чтобы этого не произошло.

Сжимаю руки в кулаки. Ногти впиваются в кожу. Слёзы капают на красивый пол.

— Я вспомню…

* * *

Я резко открыла глаза и вскочила с кровати. Холодный пот облепил всё тело, а вместо дыхания лишь сипы. Опустила взгляд. Руки трясутся.

— Ади! — Яр проснулся в тот же миг и обнял меня. Прижал к своему твёрдому и горячему телу. — Всё закончилось, Ади, теперь ты в безопасности. Мы вместе.

Он целовал моё лицо, стирая с него слёзы, и снова, и снова прижимал к себе. Но меня трясло словно в лихорадке.

— Посмотри на меня, — обнял он моё лицо и поднял, чтобы я увидела его уверенные синие глаза. — Вчера ты стала моей женой, моей священной парой. Теперь никто не посмеет отнять тебя у меня, слышишь?

Я кивнула. Звучит хорошо, вот только… обернулась и посмотрела на стену, за которой скрывался балкон. Я даже не знала о его существовании, но если он там, если там моя карта…

Дождаться, пока Яр уйдёт, и одной попытаться отыскать её? Нет, он в ближайшее время не отпустит от себя, вчера даже в душ пошёл со мной, боялся выпустить из поля зрения. Да и ждать я не могу.

Встала с кровати, обвязала себя покрывалом, напрочь забыв о лои, и пошла к стене. Подняла руку и коснулась её. Стена вмиг растаяла, открывая знакомый по недавнему сну прекрасный вид на Ирэ — вотчину Яра, но небо всё ещё имело золотые следы нашего преступления. Но только я сделала шаг, как хозяин остановил меня.

— Что случилось? — спросил он, крепко держа меня за плечо.

— Мне нужно проверить, — вырвалась я из его рук и как заворожённая пошла по белому полу, украшенному золотым узором. Как отыскать на двадцати метрах нужный узор? Но я его помнила, помнила, сколько сделала шагов вперёд, как опускалась на колени.

— Ади, вернись. На этом балконе нет защитного контура, — сказал Яр, медленно заходя за мной с чётким намерением затащить обратно в комнату.

Но я быстро приблизилась к цели и упала на колени, всматриваясь в золотые полосы орнамента, и замерла, не веря своим глазам. Это была она! Моя карта, пролежавшая на этом самом месте немыслимое количество лет! Как такое вообще возможно?! Я провела пальцем по углублению, подцепляя полупрозрачную пластину, положила на дрожащую ладонь и едва успела сжать её в кулак, когда Яр схватил меня сзади и затащил в дом.

— С ума сошла! Хочешь упасть?! — шипел мой орёл, закрывая стену. — Откуда ты вообще узнала о балконе? Я его никогда не открываю!

— Он мне приснился, — прошептала я и протянула руку, показывая свою находку. — Яр, мне приснилась я и то, как прятала это. От тебя.

— Это карта, — сказал он уже тихо, смотря пластину в моей ладошке. — Но не Рошгар. Я такой никогда не видел. — Поднял глаза на меня. — В твоём сне она откуда появилась?

— С запястья сняла. Это моя карта, — сказала я и попыталась вернуть её на место, но Яр схватил за руку, останавливая.

— Лучше не стоит.

— Нет. Это что-то важное. Помоги лучше…

— Ади… — покачал головой Яр. — Нам стоит просто забыть это всё.

— Ты мне поможешь или я сама! — посмотрела я на своего новоиспечённого супруга. Тот очень не хотел участвовать в этом и вообще желал выкинуть пластину, как опасную гадюку, но я отступать была не намерена. Он это понимал.

— Конечно, только себе не ставь её, попробуй открыть с руки, — проворчал Яр, беря мою вторую руку и пальцем проводя по карте. Та тут же вспыхнула бледным белым светом, а перед нами появилось трёхмерное изображение… меня. Белые волосы буквально светятся и красиво уложены идеальными локонами на груди, глаза яркого изумрудного цвета, а одета я в лёгкое обтягивающее платье золотистого цвета длиной до пола.

— Ты понимаешь, что написано? — голос Яра отвлёк меня от разглядывания моего бесспорно красивого и яркого изображения.

— А? Где? — ответила я, замечая, что рядом также присутствует информация. — Да. Имя — Адалира, возраст… э… неважно, — пробубнила я, ошарашенная цифрой пятьсот тридцать три года. — Аштарианка. Место рождения — Рингро какое-то. Хранительница памяти по наследованию. Смотрительница по назначению. Что это? — спросила я у Яра. Тот покачал головой.

— Не знаю. Посмотри информацию о месте жительства, социальная жизнь или ещё что-то конкретное.

— Место жительства… Ирэ, — сказала я не совсем то, что увидела. На самом деле тут говорилось о том, что Ирэ — место моей работы, а объект наблюдения — Яр. Далее — отказ от миссии, отзыв судом Аштар домой и моё нежелание подчиняться. Связи… — преступная связь с Правителем Рошгар.

— Тут какая-то запись есть или что-то вроде того, не пойму, — сказала я, активируя странный значок, казавшийся тут лишним, и изображение ожило. Яр тут же прижал меня к себе и выхватил бокар, раскрыв его в секунду.

Но трёхмерная я не собиралась нападать на нас.

— Ты ошиблась, — сказала она (или я?). — Ты вспомнила. Моя задача уберечь тебя от дальнейших ошибок, которые исправить уже будет нельзя. Ты можешь спросить.

Мы с Яром замерли. Дамочка в золотом ждала.

— Спроси, кто поставил блок на твою память, — шепнул мне на ухо Яр.

— Э… — замялась я, удивлённая способом общения с картой, но всё-таки спросила интересуемое.

— Я, — ответила голограмма.

— Ты?! — воскликнула я. — Или я? Ты ведь это я?

— Верно, — кивнула голограмма.

— Зачем? И… как это произошло, что я додумалась до этого?!

— Я спасала Яра, — ответила я с карты и совершенно неожиданно её губы задрожали. Надо же… — Мы почти сто лет скрывали наши отношения, но жить втайне долго невозможно. Я полюбила Рошгар, Ирэ стал моим домом, а Яр… — моё изображение тихо заплакало, удивив меня ещё больше. — Он стал моей душой, — повторила она мои слова. — Но нам запрещены связи с людьми.

— Почему? — спросила я, вцепившись в обнимающие меня руки.

— Потому что они… люди, — пожала плечами та. — Они не такие, как мы. В Аштар многие не считают их за разумных, приравнивая к животным с испорченной генетикой. Они даже не способны размножаться самостоятельно. Но ведь жители Рошгар наши потомки, пусть и с проблемами, и я желала донести до аштарианцев то, что нужно помогать некогда своей колонии, а не выкидывать, как переработанный мусор. Что они наша половина.

Яр за мой спиной шумно выдохнул. Да уж… я и сама была в шоке! Они относились к землянам, как к генетическому мусору и дикарям, а оказывается, находятся в такой же роли!

— А что бывает за подобную связь? — спросила я.

— Никогда подобного не было, я первая, кто увидела в них душу, так похожую на нашу, но горько поплатилась за это, потому что наказание понесёт Рошгар.

— Какое наказание? Разве я не могу сама решать с кем быть или не быть?!

— Ты? Нет, — коротко ответила она.

— Так что с памятью? Как и почему это произошло? Как я оказалась на Земле?

— Когда я поняла, что наша связь стала слишком очевидной и привлекла внимание суда Аштар, я попыталась договориться, поклялась жить тайно, пообещала… не рожать детей от Яра, — голос её дрогнул, а глаза снова намокли. — Но меня даже не слушали. Суд состоялся без моего участия, и было решено ликвидировать все следы моего пребывания, а это означало ликвидацию рода Правителей и перезагрузку Рошгар. Я успела первой. Поверхностная чистка умов Империи с помощью друга из Хранителей Памяти и… ушла добровольно, известив об этом Суд Аштар.

— Ушла? Сама? А Яр? Как ты могла бросить его?!

Моя копия закрыла глаза и по её призрачным щекам потекли слёзы.

— Смогла, — прошептала она. — Чтобы спасти его и Рошгар. Поставила себе блок на воспоминания, чтобы не помнить, и его обновление каждые пятьдесят лет.

— Зачем обновление? — откашлявшись, спросила я.

— Потому что рано или поздно я бы вернулась. Потому что, даже не помня, я бы нашла дорогу к своей душе. Потому что даже Земля не удержит моё сердце. А Суд приставил ко мне смотрителя, помогавшего скрыть от землян свой возраст и переломные пятьдесят лет, когда блок памяти обновлялся.

Причём тут память, я так и не поняла, если нас с Яром тянет к друг другу на высшем уровне, то хоть каждый день стирай, толку не будет.

— А если э… нам заключить священный союз? Если я стану его женой по священным законам аштарианцев?

— Даже не думай об этом! — воскликнула голография. — Это будет конец всему! Если ты нашла карту, если находишься в Доме, то нашла свою любовь, но ты должна отказаться от неё.

— А если мы уже сделали это? Заключили союз? — осторожно спросила я.

— Значит, наслаждайтесь друг другом, пока можете. Осталось вам недолго. Аштарианцы не позволят низшей расе одолеть себя. Их гордость выше священных традиций.

На этом игра в «вопрос-ответ» закончилась. Моя трёхмерная копия замерла, как, впрочем, и мы с Яром. Известие о том, что наша только что начавшаяся семейная жизнь подошла к концу, казалось нереальным. Какие-то аштарианцы, какие-то могущественные суды, во власти которой угробить цивилизацию, которую я считала мегаразвитой! Совершенно непонятные технологии и абсолютная власть над умами людей, могущая просто стереть человека из жизни и заставить забыть. И это сделала я!!!

— Ади, — Яр развернул меня к себе и, обняв моё лицо горячими ладонями, поднял. — Ади, мы справимся…

— Нет, — перебила я своего орла. — Я не помню ничего из того, что было, но чувствую трагедию, ощущаю её скорый приход, а та, другая я, прожила тут немыслимое количество лет, знала и Рошгар, и своих аштарианцев, знала оба этих мира. И если бы была возможность решить проблему, неужели бы не воспользовалась даже призрачной надеждой? Нет, нет… она отдала всё, пожертвовала собой не просто так.

Я взяла руку Яра в свою. Он был напряжён и готов броситься в бой с любым врагом. И неважно, насколько он силён и влиятелен, мой орёл собирался драться до конца. Очень, очень скорого конца…

— По снам я помню лишь отголоски того, что было, те чувства, что испытывала, и понимаю ту боль, через которую пришлось пройти. Эта жертва не должна быть напрасной, Рошгар не должен страдать из-за нашей любви, которую мы даже и не помним, — сказала я, гладя красивые пальцы. — Цим! — крикнула я громко.

— Адалира, рада снова тебя видеть, — тут же отозвалась та.

— Цим, извести Суд Аштар, что я возвращаюсь. Ты ведь можешь это?

— Ади, нет! — зарычал Яр, заключая мои руки в железные тиски.

— Лира… рядом с тобой Яр, а для него эта информация закрыта, — ответила Цим. — Я выполню твою просьбу и подготовлю корабль к пятому коридору, но тебе запрещено говорит об Аштар.

— Хорошо, только, пожалуйста, быстрей, сообщи кому там следует, что я не ведала, что творю и возвращаюсь, чтобы объясниться.

— Тебя ждут, Адалира. Если ты поторопишься, то успеешь.

— Я не отпущу тебя, Ади, — решительно сказал Яр.

— Яр… возможно, что это даже хорошо, что мы не помним, — сказала я, погладив мужчину по его идеальному лицу. Его глаза цвета синего льда горели как никогда. — Мы чувствуем, что нас тянет друг к другу, нам хорошо вместе, но той любви, что была… — я покачала головой, чувствуя горький слезливый ком в горле. — Они меня могли убить уже сотни раз, но я пока жива, значит, правда, что своих не убивают, так что я попробую договориться. Может быть, за столько времени они стали более понятливыми, более терпимыми. Я попытаюсь…

— Значит, я лечу с тобой!

Я обняла своего орла и, поднявшись на носочки, поцеловала его. Так сладко и так горько… Он целовал меня в ответ, лаская мои губы и даря свою страсть и нежность. Такой разный, но неизменно дорогой мне человек. Он обнимал меня своими крепкими руками, и да… я бы отдала многое, чтобы оставаться в его объятиях вечность. Но жертвовать Рошгар, губить Яра и его род… нет. Никогда.

— Я вернусь, — сказала я, отстраняясь от Яра. Сделала шаг назад, а следом ещё два.

— Ади… — прошептал он.

— Я вернусь, Яр.

Разумеется, я не верила в то, что говорила, да и не следовало Яру присутствовать при допросе моей копии из далёкого прошлого. Он — воинственный и решительный, он Правитель большой Империи и не привык пасовать. И даже осознание того, что враг сильнее, что он для них никто, мусор, не умерит его пыл. Будет рваться в бой и не думать о последствиях. Он просто не умеет считать себя слабым. Мой орёл.

Развернулась и побежала до своей старой комнаты, выбрала золотистое платье, похожее на то, что увидела на своей голографии, и поспешила к третьему выходу. Яр стоял уже там, смотрел на меня и не верил в то, что отпускает меня. И, могу поспорить, что обладай он забытыми воспоминаниями, ни за что не позволил бы уйти.

Хорошо, что мы, по сути, лишь в начале нашего пути. Боюсь даже представить, какую боль испытывала я тогда, когда уходила от любимого человека. Стирала воспоминания о себе. Нет, Яр сейчас не обладает и толикой той любви, что была тогда. Потому я в тот раз и дождалась его ухода, потому так спешила… потому что даже мысль могла всё испортить, а идти на попятную — обрекать всю Империю на чистку и уничтожение рода Правителей.

Кажется, кораблём не управляли, этакий транспорт в одну сторону для избранных. Небольшая конструкция, чем-то похожая на катер человек для десяти. Я, разумеется, была одна, заняла удобное кресло у окна. Хоть напоследок взгляну на Ирэ с высоты, думала я, но моим мечтам не суждено было сбыться. Вылетела я из Дома, пролетели вперёд, казалось, чуть-чуть, к башне «Жоро», воздух перед кораблём словно загустел, исказился, а после короткая вспышка, темнота на миг и снова яркий свет. Над головой ярко-голубое небо, внизу бескрайняя гладь воды бирюзового цвета настолько чистая и искрящаяся от большого солнца, что дух захватывало. А потом я подняла голову — посмотреть, куда, собственно, лечу, и действительно забыла как дышать. Красота… нереальная, невозможная и явно не принадлежащая миру Рошгар. Призрачный город словно в дымке… белые и серебристые стены острыми шпилями устремлялись ввысь, и всё это парило над океаном.

Корабль приближался к нему быстро, и я даже не успела рассмотреть удивительный город со стороны, заметила лишь множество золотистых водопадов, низвергающихся в воды океана внизу, и цветущие сады по краю этой чудо-конструкции, бывшей городом. Я ракетой промчалась в самый центр и приземлилась на белый мост, не имевший ни начала, ни конца. Просто висит в воздухе сам по себе и не падает. Но едва только вышла из корабля, уже не волновала такая ерунда, как какой-то мост, да и белый город тоже… передо мной стояли трое аштарианцев в длинных золотистых одеждах и пятеро справа в серебристых плотных костюмах. Все как один с белыми волосами, прям как у меня. Сомнений, что я одна из них, больше не осталось.

— Адалира, ты как раз вовремя, — сухо сказал один из трёх. Наверно, они тут были главные, возможно, что даже судьи, решающие судьбы мира.

— Вовремя? К чему я успела, можно узнать? — спросила я, как мне кажется, твёрдо и без дрожи в голосе.

— Мы как раз отправляем Чистильщиков и Хранителя памяти в Рошгар. Можешь стать наблюдателем.

— Мне кажется, что вы поспешили. Разве я не имею права хотя бы высказаться в защиту Империи и свою, раз уж я стала причиной, — сказала я всё-таки дрогнувшим голосом.

— Суд уже состоялся давно, и ты об этом знаешь… — покачал головой он.

— Да я узнала об этом только что! — воскликнула я. — И только недавно узнала, что аштарианка, думала, что с Земли. Я ничего не помнила, ничего не понимала… Конечно, незнание не освобождает от ответственности, но я же здесь, прилетела, чтобы понести наказание. Правители и Империя Рошгар не причём! Они тоже не помнили. Никто не помнил!

— Тогда как же ты оказалась там? — спросил другой в золотом.

— Случайно! Клянусь… чем вы там клянётесь, но в Ирэ я оказалась по воле случая или судьбы, я не знаю, кто там руку приложил, но Цим подтвердит, что я жила как землянка и все считали меня таковой!

— Да, это нам известно, — проворчал тот, что стоял в центре и повернул голову к своему собрату. Что-то шепнул ему. Тот покачал головой. Что-то ответил.

— Цим, блок на памяти Адалиры повреждён?

— Нет. Блок цел. Адалира до сих пор ничего не помнит из произошедшего, — услышала я знакомый голос. Предательница! И вообще непонятно с этим мегамозгом! Она же так искренне возмущалась тем, что я имею на неё влияние, с Яром спорила о том, что мне нельзя верить. Или же у неё тоже отшибло память, а в связи с последними событиями ей её вернули? Мне этого, разумеется, не скажут.

— Тогда я не понимаю, как она смогла вернуться, — сказал тот, что стоял слева.

— Случайность, я же говорю, — ответила я, хотя спрашивали явно не у меня. — И узнай я о прошлом раньше, ни за что бы не допустила повторения! Не согласилась бы на священный союз! Я тогда пожертвовала многим, пожертвовала собой не для того, чтобы всё испортить!

— Но тебя по-прежнему волнуют эти люди…

— Конечно! Они волнуют и вас, раз контролируете их жизнь, — фыркнула я. — Но вы же должны понимать, что власть и сила не должны использоваться импульсивно. У меня есть оправдание, доводы, у вас разум и сердце!

— И что ты предлагаешь? Каким видишь своё наказание? — спросил мужчина в центре.

— Я… я вернусь на Землю, и всё вернётся к тому, как было раньше, — прошептала я.

— Нет, на место ничего не вернётся, слишком много ты изменила в Рошгар, — покачал головой другой. — А повторная поверхностная чистка умов ничего не даст.

— Ну и что? Изменила и изменила… Ничего же страшного не случилось. Всё, что сделала я, могло и само произойти, а тайна ваша в сохранности, никто не знает об Аштар, и Лиру из «Гласа» скоро забудут. Время лучший чистильщик.

Мужчины тихо рассмеялись.

— Адалира — ты истинная аштарианка с богатым и верным духом, и нам очень жаль, что потеряли тебя, — сказал центральный. — Только ты, ничего не помня и ничего не зная о своей жизни и работе в Аштар, можешь говорить те же слова, что и раньше. Это крик твоей души, и он нисколько не изменился за прошедшие годы. Хорошо, мы оставим Рошгар как есть, твоё влияние на него было сильным, но приемлемым, однако тебе появляться там запрещено. Как только ты пересечёшь его границы, решение суда тут же будет приведено в исполнение.

Я кивнула, соглашаясь с условием.

— Но это не всё…

Мужчина замолчал, взглянул на своих соседей, те согласно кивнули.

— Подойди, — указал он одному из пяти в серебристом. Мужчина подошёл и слегка склонил голову.

Я насторожилась.

— Это Хранитель памяти. Ты тоже была им, — сказал мне главный. — Он снимет твой блок памяти и блок Правителя Рошгар. Это будет вашим наказанием.

Меня словно окатили холодной водой.

— А можно ограничиться только моим? — прошептала я, понимая весь ужас и жестокость наказания. Помнить и любить, но не иметь возможности даже увидеться. Попрощаться.

— Нет. Ваша вина обоюдна, и наказание будет соответствующим.

Я повернула голову к Хранителю памяти.

— Пожалуйста, Яра не трогайте. Его вина лишь в том, что полюбил меня.

— Лира, мне жаль, — очень тихо ответил тот. Положил руку мне на затылок, и перед его глазами появилась дымка с мельтешащими картинками. Что-то остановилось. Я моргнула и… вспомнила.

Свою любовь, свою боль.

Горло сдавило невидимой рукой, а сердце замерло, боясь расколоться на части.

— Адалира, ты можешь остаться в Аштар, — сказал Главный судья Нарган, теперь я его знала.

Но я покачала головой и сделала шаг назад. Встретилась с сочувствующим взглядом Хранителя знаний. Альлэд когда-то был моим другом. Он помог мне в тот раз с чисткой умов Рошгар и моей памятью. Сейчас он стал моим палачом.

— Запомни, посещение Рошгар под запретом, но ты всегда можешь вернуться в Аштар. Мы будем рады твоему возвращению, — продолжал говорить Судья. — Твой блок снят полностью, а значит, помощь в обустройстве жизни тебе не потребуется.

Я смотрела на некогда свою семью сквозь слёзы и… не имела сил ответить. Какая жестокость. Я знала… он знал… я любила Яра, а мы, аштарианцы, — создания чувств, и мы ищем свою пару и только для неё раскрываем свою Силу. Я нашла свою половину, другой у меня не будет никогда, и разделить нас это равносильно пытке. Убийству. И его «мы будем рады твоему возвращению» — бред!!! Потому что аштарианец без души не может жить.

Я, даже не помня Яра, не помня нас, нашла дорогу к его дому.

Он, не помня меня, тянулся и оберегал… как мог, как умел…

Мы одно целое. Он моя жизнь!

На негнущихся ногах дошла до корабля. Села. Заставила себя вдохнуть и утереть мокрые щёки. Активировала панель управления, написала в пункт назначения «Земля» — некогда дом аштарианцев и моя тюрьма. Где тоска убьёт меня.

Но пусть будет так.

Content

Анастасия Лик
Следы в прошлом

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18