Ольга Олие

ГАДКИЙ УТЕНОК

Глава 1

Снова лето, снова приедет этот несносный мальчишка, который уже который год не дает мне нормально насладиться красотой природы, теплым ласковым солнышком. А все из-за того, что он вечно пытается меня побольней ужалить. Причем как морально, так и физически. Вот почему он выбрал меня для своего унизительного остроумия? Посостязался бы с кем-нибудь другим, так нет же, именно я ему понадобился. Меня и так демиург внешностью обидел, в отличие даже от того же Санраара (именно он и являлся моим врагом), красота которого всех заставляла млеть и закатывать глазки, в надежде получить хоть один взгляд этого сноба.

А я был обычным, ничем не примечательным подростком. Рыжие волосы вечно торчали во все стороны, никак не поддаваясь на мои попытки привести их в более-менее приличный вид. И если я еще изначально и пытался это сделать, то потом бросил сие неблагодарное занятие. Это же и стало предметом насмешек Санраара. В отличии от моих непокорных и растрепанных волос, его всегда были в идеальном порядке. Блондинистые прямые волосы чуть ниже плеч, с тремя черными прядями, всегда лежали как приклеенные, над чем издевался уже я. Ну не может быть такой идеальной прически.

Глаза у меня были серого цвета. Ничего необычного. Только в моменты злости они становились темно-серыми, как грозовое небо. А у него они были темно-зелеными, больше болотными, а в моменты злости или раздражения становились почти черными. В сочетании со светлым цветом волос смотрелось, конечно, эффектно, но, на мой взгляд, не настолько, чтобы падать в обмороки. Было бы от чего.

С ростом у меня тоже были проблемы. Невысокий, щуплый, сколько я ни пытался тренироваться вместе с другими мальчишками, все равно оставался таким же худым, без малейшего проявления приличной мускулатуры. Тогда как у других даже в таком возрасте мускулы уже намечались. Что ж я за неправильный такой. Зато у этого задиры они (мышцы) имелись в наличии. Причем уже хорошо были видны, несмотря на подростковый возраст. Это ж как надо тренироваться, чтобы получилось такое? Да и ростом он был повыше меня почти на голову.

Даже то, что творилось с моей кожей служило предметом насмешек. Кто же виноват, что она у меня была даже не белая, а серо-синюшного цвета, причем при соприкасании с солнцем я сильно обгорал, из-за чего солнечные ванны мне были противопоказаны. Зато у него кожа сияла аристократической белизной, без единого дефекта. Только на шее была одна единственная родинка.

Но самое обидное было в том, что представители нашей расы, дайхаров, отличались все как один ослепительно-красивой внешностью. И только я оказался паршивой овцой или гадким утенком, как меня называли. В человеческом облике представители нашей расы имели, как я уже сказал красивую внешность, а в боевой форме появлялась прочная чешуя, волосы становились острее кинжала, ногти удлинялись и ими можно было разрезать стекло. Единственное слабое место было у основания крыльев, которые тоже были массивными и тяжелыми, но само основание оставалось незащищенным. Но об этой слабости никто не знал, так как дайхары не афишировали свои слабые места, во избежание последствий.

Ни разу в нашем роду не рождался такой уродец как я. Но, несмотря на внешнюю непривлекательность, родители меня продолжали любить, холить и лелеять.

Для меня были наняты лучшие преподаватели естественных наук, боевых искусств, фехтования, даже танцев и живописи, хотя последние два предмета хоть убейте не знаю зачем. Ну с живописью еще ладно, это дело я люблю, особенно, сидя на берегу обрыва, свесив ноги, мечтая о несбыточном и воплощая свои фантазии на листе. Но вот танцы… Кто же в здравом уме и твердой памяти захочет танцевать с уродом? Правильно, никто. Но родители придерживались другого мнения. Истинный дайхар должен уметь ВСЕ. Так говорили родители, на корню пресекая мои попытки слинять по-тихому от учителя танцев. И еще ни разу мой фокус с незаметным исчезновением не удался. Приходилось танцевать.

Вот с Санрааром бы точно все выстроились в очередь, чтобы он снизошел до очередного или очередной претендентки и выразил свое сиятельное согласие на танец. Но, несмотря ни на что, ослушаться родителей я не мог, вот и занимался. Раз уж красотой демиурги обделили, так хоть умом наградили.

С другими мальчишками Санраар вел себя более сносно, то есть совсем никак. Он их не задирал, не унижал, не оскорблял. Он их просто в упор не замечал. Тогда за что же мне такое «счастье» выпало? Неужели только за то, что я такой некрасивый? Я, видите ли, оскорбляю его эстетический вкус своим внешним видом. Тоже мне нашелся ценитель прекрасного. Не нравится — не смотри. Никто не просит находиться в моем обществе, чтобы не травмировать нежный эстетический вкус сего индивида.

С утра с учителем я выехал на своем златогривом единороге Харфаде на прогулку, пока солнце еще не встало и не опалило мою чувствительную кожу. Учитель ехал в отдалении. И тут рядом со мной нарисовался Санраар. Я, задумавшись, даже и не заметил, как он подъехал.

— Разве можно оскорблять такую красоту своим присутствием? — издевательски начал он.

— Ты о чем? — не понимаю я его придирок.

— Не о чем, а о ком, бестолочь. О тебе, о ком же еще? — раздражаясь от моего непонимания, он перекинул ногу на бок своего эльфийского красавца-скакуна.

— Что ты имеешь в виду? — от такого наезда я даже не обратил внимания на то, как он меня обозвал.

— Ты идиот или прикидываешься? — от моего непонимания тот начал злиться, — я о том, что нельзя портить такую красоту, — взмах руки, окидывающей моего единорога, — таким уродливым убожеством, — взмах руки, на этот раз, прошелся от моей макушки до ног.

— Да ты… ты на себя посмотри! Жертва модного цирюльника, — я тоже стал распаляться. Но прекрасно понимал, что не смогу к нему придраться, так как было просто не к чему.

Дожидаться моих нападок он не стал. Соскочив со своего красавца, бросился ко мне, стащив меня за ногу с единорога. Я чуть не свалился, но сумел вовремя сгруппироваться и стать на ноги. При этом, с разворота, выбросив вперед кулак, попал прямо в его аристократическую физиономию, чем взбесил еще больше. И это было последнее, что я успел сделать. Схватив за одну руку, он тут же перехватил вторую и скрутил за спиной, заставляя сгибаться до тех пор, пока не упал на колени, после чего я только успевал закрывать лицо и голову, так как по моему телу стали долбить ногами со страшной силой. Неизвестно чтобы было, если бы не вмешался Харфад, оттеснив эту сволочь и загородив меня собой.

Сплюнув от досады, тому пришлось развернуться и, запрыгнув на коня, умчаться прочь.

Харфад, дождавшись пока тот скроется из вида, оставил меня лежать, а сам ускакал за учителем, который остался стоять там, где его попросили, как потом выяснилось, остаться. Соорудив из веток носилки, оба конца которых привязали к спине единорога, а за оба других взялся учитель, меня донесли до замка, где начался переполох при виде моего плачевного состояния.

Но, благодаря повышенной регенерации и лучшим лекарям, я смог быстро встать на ноги. После того случая этот несносный тип больше не появлялся в поле моего зрения.

* * *

Прошло два года.

Мне исполнилось шестнадцать. Пришло время поступать в Магическую Академию чародейства. За лето я вдруг резко стал меняться. Причем в лучшую сторону. Кожа стала белоснежной, волосы отросли и стали слегка виться. Они больше не напоминали взрыв, а лежали легкой волной вдоль спины чуть ниже лопаток. В росте я тоже пошел вверх и перестал быть заморышем. Но что радовало больше всего, худоба исчезла, на животе проступили кубики пресса, да и на руках мышцы стали видны. Вот теперь, глядя на себя в зеркало, я видел истинного представителя расы дайхаров. Но была одна-единственная проблема: я не чувствовал в себе ни капли магии. И вот как с такой проблемой ехать в Академию? Ведь там прямо на входе стоит арка, через которую должны пройти все, кто имеет желание учиться там. В проеме арки висит сфера, которая, во время прохождения претендента через арку, начинает светиться. Так она определяет наличие, вид магии или её отсутствие.

Цветов сферы всего семь, на каждый вид отдельный цвет. Так магия огня окрашивает сферу в оранжевый цвет, земли — в коричневый, воды — в бирюзовый, воздух — в голубой, магия жизни — белый цвет, смерти — черный. Последняя, седьмая магия относилась только к представителям двух рас: драконов и вампиров, это была магия крови. Но владеть ею могли только отпрыски правящих семей этих двух рас. Цвет она имела ярко — алый.

Если же у претендента не было магии, то сфера становилась полностью прозрачной, тогда дальше этому претенденту хода не было. Прозрачная стена не пропускала, приходилось разворачиваться и уезжать обратно. А у тех, у кого магия была определена, появлялась прядь волос того цвета, который и определяла сфера.

И вот именно туда мне и надо было ехать поступать. Я просил родителей оградить меня от позора, так как сколько бы со мной ни бились лучшие маги, у меня ничего не получалось. Ни одно заклинание не удалось выполнить. А если что-то и происходило, то очень неожиданно, когда я уже терял надежду на благополучное выполнение задания. Именно этот аргумент и стал решающим. Он-то и определил дальнейшее место обучения. Всем семейством меня стали собирать в Академию.

И вот я стою перед воротами. Коленки трясутся, все внутренности сводит от страха перед предстоящим испытанием. Передо мной огромная очередь претендентов, которая, хоть и движется довольно быстро, но от этого легче не становится. Момент моего позора все ближе. Несколько несостоявшихся учеников уже отправились в обратный путь, провожаемые в большинстве своем сочувствующими, но случалось и злорадными взглядами. Медленно, но верно моя очередь приближалась. Мандраж усиливался.

Моя очередь входить в арку. Проходит секунд десять. Я стою с закрытыми глазами, ожидая приговора в полной тишине. И тут слышу изумленные вскрики, вздохи и ахи. Открыл глаза… снова закрыл. Ничего. Вторая попытка. Открыл… ничего не изменилось. Я не чувствовал каких-то изменений в себе. Но вокруг разливалось мягкое фиолетовое свечение. Первой мыслью было то, что я схожу с ума, магии такого цвета просто нет. Или у всех вдруг начался приступ глюков. Ведь такого не может быть в принципе. Почему же именно мне так везет? И что теперь делать? Знает ли кто-нибудь, что сие означает? Подняв голову, я глянул на сферу прежде, чем сделать шаг вперед. Цвет не изменился.

Сфера сияла фиолетовым цветом.

Уважаемые и любимые читатели! Поздравляю вас с наступающим праздником 1 сентября. Успехов в учебе. И хороших отметок. А еще и понимающих и адекватных преподавателей.

Глава 2

Уважаемые и любимые читатели! Следующая глава выйдет не раньше вторника. В связи с началом учебного года появилось куча дел, поэтому такой скорости в написании как была, уже не будет. Заранее извиняюсь.

Еще раз всех с праздником! Началом учебного года.

С замиранием сердца я сделал шаг во двор Академии, в любую минуту ожидая врезаться в препятствие в виде прозрачной стены, но его не было и я благополучно оказался с обратной стороны. Ко мне тут же подошел представительный мужчина в длинной накидке. Глядя прямо в глаза, он задал довольно риторический вопрос:

— Что же нам с тобой делать?

— И вам здравствуйте, — не удержался от колкости я.

— А? — не понял он моего ехидства.

— А это уже вам решать, — решив не заморачиваться с приветствием, пожал я плечами, — что со мной делать, если честно, то магии в себе я вообще не чувствую.

— Ладно, пойдем, студенты старшего курса тебя проводят и расскажут что и как, потом видно будет, — задумчиво произнес он, а потом в ответ на последнюю мою фразу добавил, — вот это-то и странно: магию ты не чувствуешь, но сфера показала, что она есть. Причем довольно необычная.

— Скажите, — я непроизвольно дернул сопровождающего за рукав, — а какая у меня магия? Почему сфера была фиолетовой?

— Если бы я знал, — честно признался тот, — за триста лет такое происходит впервые, но и не принять тебя мы не можем, так как сфера дала добро, а противиться ее воле — себе дороже выйдет.

— А как же мой единорог? — задал я мучивший меня вопрос, — я не могу с ним расстаться, так как он всегда со мной и всегда поддерживает в трудную минуту. Да и плохо мне, когда я не чувствую его присутствия.

— Его пока отведут в отдельное стойло, — как-то странно глядя на меня, постарался успокоить тот.

— А у него будет надлежащий уход? — не унимался я.

— Конечно, — от его уверенного тона и мне стало тепло на душе, что мой Харфад будет недалеко от меня и под надлежащим присмотром.

Больше я ничего не спрашивал. Мы подошли к группе старшекурсников, сопровождающий передал меня им с указанием помочь разместиться и рассказать о правилах Академии. От группы отделился один из парней и, сделав приглашающий жест, повел меня внутрь.

Мы поднялись по широкой резной лестнице на третий этаж. Вручив мне ключ от комнаты, он сказал, что у меня будет сосед, но прибудет он чуть позже. Изначально для него была приготовлена комната на одного, но, чтобы не выделяться и не афишировать его высокий статус, Его Величество приказал поселить сына с кем нибудь вдвоем. Вот мне и предоставилась такая возможность познакомиться и соседствовать с наследным принцем.

Кого-кого, а меня такая перспектива не порадовала. Я только начал забывать насмешки и придирки. Да, сейчас, когда кардинально изменилась моя внешность, вместо придирок я стал получать недвусмысленные предложения, и надеяться на что-то хорошее от отпрыска королевской династии не стоило.

Старший вручил мне расписание, рассказал во сколько начинаются занятия и, представившись Велуаром, свалил по-тихому, пока я переваривал свалившуюся на меня информацию.

Когда он ушел, я стал осматриваться. Комната оказалась огромной. Возле стен, напротив друг друга, стояли две кровати. Посредине большой стол, с расчетом на двоих человек, чтобы они не мешали друг другу заниматься. Пара стульев за столом, еще по одному у кроватей. Небольшой диванчик и пара кресел с маленьким столиком между окон. Шторы на окнах были темно-бордового цвета, с серебряным шнурком и кисточкой. На полу лежал ковер нежно-персикового цвета. Рядом с каждой кроватью стояли тумбочки. А в изножье были расположены шкафы.

Подойдя к одному из них и выбрав, где я буду спать, я стал распаковывать свои сумки и аккуратно складывать одежду. В тумбочку сложил письменные принадлежности. Разложив все по своим местам, присел прямо на кровать. На удивление, она оказалась мягкой, как и большая подушка. Были еще две двери. За одной был туалет, а другая вела в просторную ванную. Проведя по покрывалу рукой, я решил, что с комнатой я уже разобрался, можно пойти прогуляться, а заодно и осмотреться.

Выйдя во двор, я решил обойти кругом Академию и посмотреть, что находится позади нее. Дойдя до угла, услышал крики и, естественно, решил глянуть что там. Подойдя ближе, я увидал студентов, что-то кричащих и размахивающих руками. Протиснувшись сквозь толпу, я замер. Передо мной оказалась арена, на которой проходили соревнования каких-то мелких животных. Дернув рядом стоящего за рукав, я поинтересовался:

— А что тут происходит? И кто эти зверушки?

— Ты что, с луны свалился? — удивился тот, — это фамильяры, они состязаются. Хозяин выигравшего фамильяра объявляется победителем месяца и получает кучу привилегий, например, поход в город.

— А что, без состязаний вы в город не ходите? — пораженно спросил я.

— Нет конечно. До самого выпуска выход в город заказан всем студентам, — как слабоумному принялся объяснять тот, — только в исключительных случаях, к одному из которых и относится победа в состязании.

— А-а-а, тогда ясно, — развернувшись уходить, почувствовал как теперь уже меня дернули за руку.

— А ты тот самый новенький, чья сфера засветилась фиолетовым? — на меня с интересом смотрели два золотистых с вертикальным зрачком глаза.

— Тот-тот, — вздохнул я, — только никто не знает, что со мной делать.

— Не переживай, магистр послал за древнейшим. Вот он приедет, тогда все и разъяснится, — стал участливо успокаивать меня парень.

— А откуда ты знаешь, что за кем-то послали? — теперь уже я с интересом уставился на студента.

— Так я же староста Академии и просто обязан все знать. Кстати, меня Навгар зовут, — заулыбался парень.

— А я — Картан, — в свою очередь представился я.

— Будем знакомы, — от улыбки парня и самому хотелось улыбаться, настолько она была заразительная, — ты, если что, обращайся. А сейчас извини, — он жестом показал, что занят.

Я только головой кивнул и пошел дальше. Но потом вспомнил, что так и не поинтересовался, откуда эти фамильяры берутся. Подумав, что времени у меня будет очень много, чтобы об этом узнать, решил сосредоточиться на осмотре.

С обратной стороны здания находился великолепный сад, разбитый на две части. В одной части росли плодоносные деревья, плоды некоторых из них я видел впервые. Похожие на яблоки, но цвет имели иссиня-черный, хотя по форме и напоминали яблоки. На втором дереве, идентифицировать которое я так и не смог, росли плоды фиолетового цвета, по форме напоминающие абрикосы. Пробовать ничего не стал, во избежание последствий. Решил сначала узнать, что это и с чем это едят, а потом распускать свои загребущие ручонки. Пройдясь от дерева к дереву, нашел яблоки, персики, груши, абрикосы и даже орехи. Сорвав с каждого по плоду, схомячил и не заметил как. А когда обошел все, направился в другую часть проводить обследования.

В другой части сада росли цветы. Разнообразие радовало глаз. Здесь тоже были как известные, так и неизвестные мне растения. Росли там и розы разных видов, и гортензии, и оксморы (большие желтые цветы, имеющие четыре ряда соцветия, а в середине красная головка), и ферлигусы (мелкие красные цветки, имеющие форму колокольчика). Из неизвестных мне растений я насчитал двенадцать видов. Решив узнать о них побольше, постарался запомнить их внешний вид. Осмотр занял довольно продолжительное время. Опомнился я тогда, когда услышал звук гонга. Как я понял, этот звук означал, что нас собрались кормить. Тут же о себе и мой желудок напомнил.

С трудом найдя столовую, я взял поднос и, набрав всяких вкусностей, стал осматриваться куда приткнуть свою тушку. Тут же увидел взметнувшуюся руку, и услыхал свое имя:

— Картан, идем к нам, — меня звал тот самый староста, с которым мы так и не смогли нормально поговорить в прошлый раз, так как он следил за соревнованиями.

На ловца, как говорят, и зверь бежит. Вот сейчас я и узнаю откуда берутся фамильяры и тем самым удовлетворю, наконец, свое любопытство. Сев к ним за столик, где находился еще и тот самый студент старших курсов, Велуар, который меня проводил в комнату. За столом сидел еще один студент, но с ним у меня не было желания знакомиться, уж больно холодная и надменная физиономия у него была. Да и он, судя по-всему, не горел желанием, поэтому момент знакомства мы решили пропустить.

Первые минут десять за столом царила тихая, спокойная атмосфера, слышны были только звуки вилок о тарелки. Утолив первый голод, я все же решил поинтересоваться животрепещущим вопросом.

— А откуда берутся эти самые фамильяры?

— Ты точно с лун свалился, — засмеялся староста, — если не знаешь элементарных вещей. Ну да ладно. Кто-то привозит с собой, а у кого не было, те вызывают.

— Как это вызывают? — от любопытства я даже застыл, не донеся вилку до рта.

— Это вам расскажут на уроке демонологии, — пояснил Велуар.

— А у вас у всех есть фамильяры? — с интересом глядя на ребят, поинтересовался я.

— Конечно, — на меня посмотрели, как на душевнобольного, — без фамильяра ты не сможешь магичить.

— Почему не смогу? — не понял я.

— Ну, то есть сможешь, но не будет такого эффекта, так как фамильяр дает дополнительные способности и помогает там, где ты сам не сможешь справиться, — попытался доступно объяснить Навгар.

— Угу, будем считать, что я понял, — хотя я и ничего не понял, но не хотел показаться совсем темным, поэтому пришлось принять объяснения.

Ужин подошел к концу. Мы разбрелись каждый в свою комнату, так как с утра начинались занятия. И все хотели отдохнуть. Этот день оказался очень суматошным и для меня в том числе. Сначала приезд, волнение о поступлении, новые эмоции, новые знакомства. Организм требовал отдыха.

Придя в комнату, обнаружил, что мой сиятельный сосед еще не появился. Естественно, принцам закон не писан. Ему даже опоздать можно, хотя для всех других ворота закрываются за последним претендентом и до следующего года больше не открываются. Кто не успел, тот опоздал, как говорится.

Разобрав постель, сходил в душ, который оказался довольно интересным, на основе магии и движения. Как только около душа появляется движение, он автоматически включается. А температура воды регулируется силой мысли.

Вымывшись и обвязав бедра полотенцем, все равно в комнате я один, поэтому и так сойдет, я вышел из душа. И тут же застыл истуканом. На кровати сидел…

Глава 3

На кровати сидел Санраар. Моя челюсть чуть было не встретилась с полом. Первой мыслью было, что это конец, сейчас начнутся издевательства. С трудом сдержав порыв сбежать и не показать своего страха, я медленно дошел до своей кровати и уже было собрался взять свои вещи и удалиться обратно в душ, не буду же я при нем одеваться, как услышал позади себя голос с нотками издевки:

— О, как меня встречают, вымытые и готовые ко всему.

— Во-первых: я не знал, что ты сегодня приедешь, — от его наглости я опешил, во мне стала подниматься злость, — а во-вторых, ты не в моем вкусе, высочество. Поищи себе кого-нибудь другого для постельных утех.

— Ничего, я тебя еще заставлю изменить свое мнение, — нагло скалясь, с ленцой произнес тот, — передо мной еще никто не мог устоять и ты не исключение, сам приползешь ко мне на коленях и будешь умолять меня трахнуть тебя.

— Самоуверенность на грани фантастики, — я решил не сдаваться, тем более, что выходило то, что он меня не узнал, что было мне на руку в данный момент, — мы еще посмотрим кто к кому приползет.

— Ха-ха-ха, ты в своем уме? — в комнате раздался оглушительный хохот этого засранца, — ты сам-то понял, что сказал?

— Прекрасно понял, — вздернув подбородок, уверенно произнес я, — и могу повторить для особо непонятливых, не будем показывать пальцами.

— Кстати, раз уж нам жить вместе, то не мешало бы познакомиться, — мерзко ухмыляясь, произнес он, а я только утвердился во мнении, что этот гад меня не узнал, — меня Санраар зовут.

— Картан, — не счев нужным что-то дополнять, я, отвернувшись от парня, взял свои вещи и ушел обратно в душ одеваться.

А выйдя, нарвался еще на одну ехидную реплику:

— Какие мы стеснительные, но ничего, в моем обществе твое стеснение быстро сойдет на нет.

— Сказочник и мечтатель, — не глядя на эту мерзкую и ехидную рожу, ответил я.

— Поживем-увидим, — ему явно надоело со мной препираться, он просто разлегся на кровати и достал светящийся шар-передатчик, в котором высветилось лицо смазливого подростка. Тот с немым обожанием смотрел на принца.

— Ну чего тебе? Только недавно… — посмотрев на меня, принц запнулся, видимо не хотел при мне говорить, что было недавно, потому и закончил фразу, видимо не так как планировал, — виделись.

— Я уже соскучился, — слезливо-плаксивым тоном законючил отрок, а мне аж противно стало, ну как можно ТАК унижаться перед этой сволочью, которая никого ни во что не ставит.

— И ради этого ты меня побеспокоил? — в голосе Санраара появилась угроза, — я, кажется, тебе говорил, чтобы ты беспокоил меня только в экстренных случаях. Что из сказанного тебе было не понятно?

— А разве это не экстренный случай? — удивился парнишка.

— И в каком месте здесь экстренность? — чересчур спокойно и холодно поинтересовался принц.

— ?

— Вот и я не знаю, все, больше меня не беспокоить, — не дав парню и слова сказать, Сарнаар отложил шар, убрав изображение, а потом, повернувшись ко мне, произнес, — между прочим, подслушивать нехорошо.

— Больно надо слушать все эти сопливо-слезливые признания, — я прям скривился, — фу, тошнит просто.

— Так сходи прочисть желудок, говорят иногда помогает, избавляет от желчи, которая из тебя так и прет, — скривился в свою очередь принц, не привык что с ним кто-то спорит и противоречит.

— Прет из тебя, и явно не только желчь, — не стал уступать я этому самоуверенному гаду.

— А что же еще? Просвети меня такого не просвещенного, — чем больше я с ним спорил, тем фальшивее становилась улыбка, тем яростнее взгляд.

— Тебе это все равно не поможет, — пожав плечами, устроился на кровати со всеми удобствами и, накрывшись одеялом, приготовился спать, как услышал вопрос, заданный изумленным тоном:

— Почему это?

— Клинический случай, восстановлению не подлежит, — больше не став ничего добавлять, отвернулся к стене, оставив того обдумывать сказанное, и втихаря радуясь тому, что последнее слово осталось за мной.

С раннего утра над головой раздался оглушительный звон, который заставил меня подскочить с кровати, чуть не навернувшись в запутавшемся одеяле. После звона в дверь стали стучать, чтобы быстрее собирались и шли на занятия, которые начнутся уже через несколько минут.

Скорости наших сборов позавидовал бы любой солдат. А глядя на неуклюжие попытки принца посоревноваться со мной в скорости, у меня поднималось настроение от неумения высочества все делать быстро и самому. Но самый пик наступил, когда он, смотря на мой почти собранный вид, попытался надеть брюки, мало того что шиворот на выворот, так еще и задом наперед. От комичности данной картины я не выдержал и зашелся в оглушительном хохоте. Увернувшись от брошенной в меня подушки, я выскочил в коридор, продолжая смеяться.

Всю дорогу сопровождающий косился на меня, но спрашивать ничего не стал. Так я и ввалился в класс с несходящей с лица улыбкой. Осмотревшись, заметил одну свободную парту, к которой и устремил свои стопы. Когда преподаватель собирался уже начинать процедуру знакомства, открылась дверь и в нее вошел гордой походкой, задрав нос к верху Его Высочество. Так же, как и я перед этим, осмотрел класс и, не найдя ни одного свободного места, кроме как со мной, скривившись и сделав недовольную мину, продефилировал ко мне.

— Как успехи с брюками? Я смотрю ты все же их победил в неравной схватке? — не удержался я от колкости.

— Я — аристократ, — задрав нос выше крыши, начал он, — и мне по рождению не положено иметь солдафонские привычки, коими ты обладаешь в совершенстве.

— Я, знаешь ли, тоже аристократ, пусть и не принц, как некоторые, но вполне в состоянии собираться быстро. Терпеть не могу медлительность и тормознутость, коими ты владеешь в совершенстве.

— Я вам не мешаю, господа студенты! — вклинился в наш диалог, а точнее во взаимные оскорбления, преподаватель.

— Нисколько, тем более, что мы ПОКА закончили и готовы слушать вас, — приняв напыщенный и царственный вид, обратился к преподавателю принц.

— Премного благодарен, — в тон принцу, ответил преподаватель, — а теперь начнем процедуру знакомства. Сейчас каждый из вас встает, называет имя, род и расу. Всем понятно?

Дружный кивок.

В итоге я узнал, что со мной в классе учится восемнадцать существ абсолютно разных рас. У нас оказалось: три вампира, четыре светлых эльфа, два нага, два дайхара, три оборотня, два темных эльфа и два дракона. Да уж, колоритная компания подобралась. Каждый со своими замашками и закидонами. Причем не у всех эти закидоны оказались положительными. Особенно выделялись драконы, один из которых как раз и оказался тем самым угрюмым парнем, сидевшим со мной за одним столом в столовой.

Имена всех запомнить я так и не смог, только некоторых. Мрачного дракона, как оказалось, звали Азрат, и он являлся наследным принцем. Складывалось ощущение, что в наш класс специально отбирали весь цветник наследной аристократии. Так как и эльфы, как темные, так и светлые, тоже оказались из правящих семей. Да уж, чувствует моя пятая точка, что здесь я еще отгребу себе проблем по самое не балуй. А еще для меня оказалось неожиданным открытием, что Санраар является оборотнем, причем с несколькими ипостасями, что являлось довольно редким явлением для нашего мира.

— Итак, знакомство окончено, — глядя на нас каким-то странным взглядом, произнес, как оказалось впоследствии, магистр теоретической магии, Эзор, — а сейчас приступим к основам того, без чего вы не сможете обойтись. Я сейчас кратко объясню что вам необходимо знать в первую очередь.

— Вообще-то, — начал было Санраар, — это нам уже объясняли и наши учителя, нельзя ли сразу к чему-то посерьезнее?

— Нет, нельзя, — недовольный тем, что его перебили, строго ответил магистр, — то, что объясняли вам будет кардинально отличаться от того, что буду преподавать вам я. Так что, впредь, попрошу меня не перебивать, а дождаться конца лекции, после чего и задавать вопросы или предъявлять претензии.

От тона магистра хотелось забиться под стол и не вылезать оттуда до самого конца лекции. Но, пересилив столь низменное желание, я, глянув на соседа, порадовался, что, судя по его плотно сжатым губам, у него было аналогичное желание, которое он с трудом подавил.

Как ни странно, но занятие прошло довольно увлекательно. Эзор рассказывал довольно интересные истории из жизни студентов, объяснял как лучше использовать магию, какие существуют заклинания, для чего они нужны, как управлять стихиями. И много чего другого. Кое-какие примеры он показывал непосредственно на самих студентах, чья стихия подходила под то, чтобы быть использованной в качестве наглядного примера. В таком темпе и прошло два часа лекции, после которой нам и объявили, что следующим уроком у нас будет зельеварение, где мы должны будем ознакомиться со многими неизвестными для некоторых растениями и как их можно использовать в сочетаниями с разными компонентами, чтобы получить абсолютно разные зелья.

Таким образом, я узнал многие названия из виденных мной в саду, растений. А так же какими свойствами они обладают. Некоторые меня очень и очень заинтересовали. Более того, возникли идеи по их использованию. А в качестве подопытного кролика я решил использовать этого наглого принца, который мне столько крови попортил, только он еще об этом и не догадывается. Представляю, каким сюрпризом для него окажется моя бурная фантазия. Раз уж мне представилась возможность отомстить, надо пользоваться ею на полную катушку.

Следующим занятием было теоретическая некромантия. Как нам объяснил магистр, до практической нам еще далеко, целых два курса, поэтому, изучать некромантию мы будем только в теории. Нам будут объяснять все виды нечисти. Как правильно ее упокоить или, при необходимости, поднять. Какие заклинания надо использовать, а каких не стоит. А так же как себя вести в присутствии этой самой нечисти. В общем и это занятие прошло довольно занимательно. Вот только от всей этой мешанины в голове, захотелось куда-нибудь свалить по-тихому и обдумать в тишине полученную информацию. Да только кто ж мне даст-то это сделать.

Выйдя из класса, я уже было собрался свалить куда-нибудь, как меня окликнул староста:

— Картан, пойдем со мной, тебя вызывает ректор.

— Зачем я ему понадобился? — раздраженно поинтересовался я.

— Увидишь, — хитро улыбнувшись, ответил он и двинулся в направлении кабинета ректора, а мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.

Мое желание побыть наедине и все обдумать и осмыслить накрылось медным тазом. Ну да ладно, время у меня еще будет, а сейчас интересно на кой вакхар (вид нечисти, делающей пакости) я ему понадобился.

Зайдя в кабинет, обнаружил сидящего там молодого парня, с платиновыми волосами, спускающимися ниже задницы, около висков, с двух сторон, были заплетены косички, причем одна косичка была синего цвета, а другая красная, на концах обеих косичек болтались металлические зажимы, больше напоминающие болты. Глаза с вертикальным зрачком и золотисто-коричневого цвета, смотрели пронзительно, как-будто сканируя. От этого взгляда я не выдержал и поежился. Язык прирос к небу, в горле резко пересохло, потому не было сил и возможности даже поприветствовать этих двоих. Так мы и молчали, пока блондин резко не подскочил, с изумлением глядя на меня, и не выпалил:

— Этого просто не может быть!

— Чего не может быть? — нетерпеливо поинтересовался ректор, — ты можешь определить какая магия у этого студента?

— Конечно могу, — уверенно произнес тот, — более того, тебе повезло и я приму, наконец, твое приглашение, которым ты меня соблазняешь уже сто пятьдесят лет.

— Ты будешь преподавать у меня в Академии? — радости магистра не было предела.

— Не совсем так, — обломал блондин ректора, — я буду преподавать только у этого дайхара, больше ни у кого.

— Но что в нем такого особенного, что сам владыка мира будет заниматься этим студентом? — изумленно поинтересовался ректор.

— Этой магии, которая присутствует у парня, я не встречал уже более пятисот лет, поэтому и хочу заняться обучением, чтобы ознакомиться с ней поближе. Узнать все ее возможности, достоинства и недостатки.

— Ты хочешь, чтобы я умер от любопытства? — ректор уже даже стал ходить по кабинету в нетерпении, — может ты наконец скажешь, что это за неизвестный вид магии.

— Конечно же скажу. Это довольно редкая и в то же время самая сильная и неизученная магия…

Глава 4

— Это довольно редкая и давно не появляющаяся магия желания, — ответил блондин.

— Это что за зверь такой? — не понял магистр, — что значит магия желания? К какой стихии она относится?

— А это, мой дорогой друг, — начал было блондин, хитро глядя на ректора, — такая магия, которой подвластны ВСЕ стихии, причем без всяких заклинаний и заморочек.

— Так не бывает, — уверенно произнес магистр, — в любом магическом действе требуются заклинания, а то и вербальная магия, без них никак не обойтись.

— Смею тебя уверить, что в данном случае ты не прав, — и тут же, глядя на меня вмиг загоревшимся азартом взглядом, предложил ректору, — хочешь проверить ее в действии?

— Ты еще спрашиваешь? — в ректоре тоже стал просыпаться азарт, — кто ж от такого откажется в здравом уме и твердой памяти?

— Малыш, подойди ко мне, — от такого обращения меня аж перекосило, но противиться приказу я не смог, потому и сделал как сказали, подошел, — закрой глаза, — последовал следующий приказ, но уже в более мягким тоном, я закрыл, — попытайся увидеть в данную минуту на моем месте огонь, — вот с ума сошел этот тип, я же его спалю нахрен, но, решив последовать его приказу, пусть сам потом отдувается и отвечает за последствия.

И я представил то, что сказали. Причем представил так явно, что сам увидел сие действо. И только услышав изумленный возглас ректора, открыл глаза и увидел, что там, где должен был находиться владыка, горит огонь, а сам он стоит рядом и ухмыляется, с превосходством глядя на магистра.

— Ну что, Регил, теперь убедился, что никакие заклинания в ЭТОЙ магии не нужны, — магистр мог только кивнуть согласно головой, так как у него даже слов не было чтобы что-то ответить. Он все еще был под впечатлением от такой демонстрации. Переводя взгляд с меня на владыку и обратно, он, обращаясь к последнему, спросил:

— И что, таким образом можно пожелать что угодно и оно сбудется?

— Да. Именно поэтому этому мальчику и нужен опытный учитель, который сможет контролировать его желания, — ответил блондин.

— А зачем их контролировать, — не понял Регил.

— А затем, чтобы потом не пришлось жалеть о содеянном, — строго произнес владыка.

— Опять загадками говоришь? — от непоняток магистр стал раздражаться.

— Хорошо, чтобы тебе было понятнее, я приведу пример: нашего малыша кто-то разозлил. Так? — согласный кивок в ответ, — он в сердцах выругался и пожелал тому провалиться сквозь землю. Представляешь последствия? — опять согласный кивок на автомате, а затем вытаращенные глаза по одному золотому.

— Арбакап ларгаз трисвин (непечатное выражение, ругательство), — в сердцах выругался ректор.

— Вот-вот, — согласился с ним блондин, — и я о том же. Теперь-то ты понимаешь зачем ему нужен специальный учитель?

— Да, теперь понимаю.

— Значит, с завтрашнего дня и приступим, — а потом, обратившись ко мне, произнес, — а теперь можешь идти, завтра с утра за тобой зайдут и покажут куда идти.

— А занятия со всем классом? — решил уточнить я.

— Вот завтра все и решим, стоит ли тебе заниматься со всеми или нет, ведь тебе те знания все равно не пригодятся, — задумавшись о чем-то, проговорил длинноволосый.

— Как это не пригодятся, — от удивления я даже рот открыл, — а зельеварение? А некромантия? А остальные науки, не связанные с заклинаниями?

— Да? — странно глядя перед собой, спросил владыка, — а ведь ты прав. Значит со всем классом ты занимаешься в обычное, учебное время, а после занятий идешь ко мне и мы занимаемся дополнительно.

— И до скольки я буду заниматься с вами?

— Пока не знаю, — качнул тот головой, — посмотрим по результатам.

— А время у меня свободное вообще будет? — от такого распорядка я чуть не взвыл.

— А зачем оно тебе? — хитро прищурившись, поинтересовался он.

— Надо, — в моем взгляде появился азарт и предвкушение от того, что я смогу сделать с этим гадом, благодаря открывшимся способностям. Я чуть руки потирать не стал от удовольствия и предвкушения. — Я уже могу идти?

— Да, иди, — разрешил ректор, глядя в мои глаза и чему-то улыбаясь.

Я уже почти дошел до двери, была бы возможность, бегом бы добежал, но в присутствии обоих преподавателей это было по меньшей мере не культурно, когда меня настиг окрик блондина:

— Стой, — вот же ж, блин, ну что ему еще от меня надо, — я кое-что забыл.

— Я вас внимательно слушаю, — попытавшись изобразить на лице подобие заинтересованности, я смиренно стал ждать продолжения.

— Я забыл уточнить, — начал он, а я почему-то подумал о вселенском обломе, который меня ожидает, — ты должен будешь подписать бумаги, где поклянешься не использовать свои возможности во вред кому бы то ни было.

— С какой такой стати я буду это подписывать? — не понял, это что, шутка такая?

— С такой, — голос владыки стал чересчур спокойным, — я не хочу потом убирать последствия твоих необдуманных действий.

— А если в целях самообороны? — попытался найти лазейку я.

— Я составлю тебе список, чего тебе делать нельзя, — пошел на уступку тот.

— Ага, а в словесной или кулачной баталии я буду махать руками и ногами и кричать: «подождите, я сейчас список достану, а то не помню, чем мне на вас можно воздействовать, а чем нельзя», так получается? — от моей реплики ректор рассмеялся, да и блондин, видимо представив себе данную картинку, тоже еле-еле пытался сдержаться.

— Я подумаю, как сделать, чтобы ты запомнил ограничения без списка, — сказал владыка, махнув мне рукой в направлении выхода, куда я и поспешил с превеликим удовольствием, пока не передумали. Оба преподавателя согнулись в оглушительном хохоте, когда за мной закрылась дверь.

И вот тут-то я дал волю чувствам. Вприпрыжку побежав в комнату, на ходу строя планы огромной пакости самовлюбленному идиоту, то бишь принцу. От открывшихся возможностей, я не знал за какую идею ухватиться первой. Решив, что некоторые идеи, не касающиеся моей магии, можно оставить на потом, когда я подпишу эту злополучную бумагу, можно попробовать поэкспериментировать с желаниями. Тем более, что как раз сегодня намечается вечер знакомства с новыми студентами, и по этому случаю устраивается бал. Вот там я и решил оторваться на полную катушку.

Сейчас надо детально продумать план, форму одежды и первую пакость, которая пошатнет корону на голове этого эгоиста. Сегодня МОЙ вечер и я им воспользуюсь в полной мере, устроив незабываемое зрелище как для себя, так и для зрителей. И я думаю, что после сегодняшнего Санраар немного приутихнет. А я смогу в любой момент поиздеваться над ним, если его снова понесет не в ту сторону.

В раздумьях дойдя до комнаты, я открыл дверь. Там, абсолютно нагой, стоял принц, выбирая одежду, которая была разложена на кровати, причем на моей тоже. Обернувшись на вошедшего, то есть меня, он, глядя на мое вмиг покрасневшее лицо, произнес:

— А стучаться тебя не учили?

— Во-первых, я захожу к СЕБЕ в комнату и не вижу смысла в стуке, — начал я свою речь, пытаясь отойти от увиденного зрелища, — а во-вторых, кто-то говорил, что никогда не смущается, более того, решил отучить и меня от этой привычки. Или ты уже передумал?

— Как кто-то выразился однажды, — в таком же тоне ответил тот, — это клинический случай, лечению не подлежит.

— Вот и замечательно, — парировал я, скидывая его одежду со своей кровати, — значит мне не грозит перспектива стать объектом твоей пламенной страсти.

— Не-не-не, — даже замахал руками он, — ни в коем разе, ты не в моем вкусе. Я люблю утонченных, красивых мальчиков, к коим ты, по определению, не относишься.

— Вот и замечательно. Даже если бы ты остался единственным парнем в мире, и то я бы не стал иметь с тобой никаких дел, так как ты тоже не в моем вкусе, — не остался в долгу я.

— Вот и выяснили, — отвернувшись и продолжая выбирать наряд, произнес он, — значит мне не придется каждый день лицезреть твою влюбленную физиономию, которая меня бы только раздражала.

— Не переживай, не придется, — я тоже направился к шкафу, чтобы выбрать одежду, подходящую случаю.

Когда пришло время идти в большой зал, где и намечалось развлекательное мероприятие, я вышел первым, чтобы: во-первых, не идти вместе с Санрааром, а во-вторых, подготовить феерический вход принца. Зайдя в зал, обнаружил там почти всех собравшихся студентов, которые знакомились друг с другом и ждали вступительную речь ректора, который и должен был открыть данное мероприятие.

Присоединившись к группе одноклассников, я в нетерпении наблюдал за входной дверью, ожидая прихода своего соседа по комнате. Вот уже и ректор показался. И тут я увидел макушку Санраара, маячившую за спиной магистра. Приготовившись и собравшись с мыслями, я закрыл глаза, представив себе то, что хочу получить. Услыхав дружный возглас, а кое-где и оглушительный хохот, я рискнул открыть глаза и наткнулся на смеющийся и, в тоже время, укоризненный взгляд магистра, который в упор смотрел на меня, пытаясь подавить смех.

Глава 5

Открыв глаза, я увидел результат своей бурной фантазии. На Санрааре красовался попугайский хохолок, вместо аристократического носа, был изогнутый клюв, тоже попугайский. Сзади развевался, аки флаг, хвост павлина. А, так как принц был упертым, как ята (тело барана, голова козла), то и бородка у него была как у ята. На голове — ночная ваза (в просторечии горшок), вместо короны.

Когда принц увидел хвост и почувствовал вазу на голове, которую он безуспешно пытался сбросить, то собрался развернуться и сбежать. Ага, кто ж ему даст-то это сделать? Представив за его спиной прозрачную стену, я увидел, как он безуспешно пытался пройти сквозь нее, и бьется, аки муха об стекло. Ну, попытка-то не пытка, а то, что ему это не удалось… Кто ж виноват, что плохо старался. Зал угорал. Студенты, держась за животы, валялись под лавками.

Через некоторое время, отсмеявшись, магистр махнул рукой, показывая, чтобы я прекращал сие безобразие. Как только я собрался убрать все следы своего творчества с принца, меня кто-то дернул за рукав. Обернувшись, обнаружил того самого принца драконов, угрюмого парня, сидевшего со мной в столовой.

— Как ты это сделал? Я не чувствую в тебе магии, — на меня смотрели два внимательных глаза.

— Что сделал? — прикинулся я тапочком.

— То, что происходит с Санрааром, — не отставал тот.

— С чего ты взял, что это я? — я уставился на него удивленно-невинным взглядом.

— Я наблюдал за тобой все время, — пояснил дракон, — ты в упор смотрел на него, причем твой взгляд был слишком сконцентрирован.

— Я всегда так смотрю, запоминаю на будущее, — вот же ж, наблюдательный нашелся на мою голову.

— Неправда, — не поверил тот, — ты не только смотрел, но и периодически закрывал глаза. Зачем?

— Знаешь, мне надоело с тобой препираться, — не выдержал я, — думай что хочешь, тем более, что ты сам только что сказал, что не чувствуешь во мне магии. Тогда как я мог что-то сделать?

— Именно это я и пытаюсь понять, — ответил дракон.

— Вот и пытайся без меня, — развернувшись, я услышал реплику дракона.

— Я обязательно узнаю как ТЫ это делаешь.

— Удачи, — не оборачиваясь, произнес я.

Отойдя достаточно далеко от назойливого принца, я, сосредоточившись, вернул Санраару первоначальный вид и приготовился слушать торжественную речь ректора.

Торжественная часть кончилась и можно было наконец выйти из душного помещения.

Вдохнув свежий воздух, я направился прямиком в стойла. Не видя своего Харфада целый день, я ужасно соскучился и неважно себя чувствовал без его поддержки и присутствия. В стойле находились несколько скакунов, пегасы и мой единорог. Подойдя к нему, я вспомнил, что даже не взял ему угощение, плохой я хозяин. Но и тут, решив попробовать со своей магией, представил большое сочное яблоко из сада академии. И, о чудо, это у меня получилось. В моей руке оказалось то самое яблоко. Протянув его единорогу, который с наслаждением захрустел предложенным лакомством, я обнял того за шею и стал рассказывать все новости, которые произошли со мной за этот день. А он внимательно слушал и кивал головой. Мы всегда понимали друг друга с полуслова, с полувзгляда. И сейчас я не заметил неодобрения в его глазах на мою выходку, что меня несказанно порадовало.

Пообщавшись таким образом со своим любимцем, я решил вернуться в зал, где уже должны были начаться танцы. У меня возникла кое-какая идея. Ведь Санраар терпеть не может плебеев, соответственно, их быт, культуру, танцы и прочее. Вот и устроим ему показательное выступление.

В зал я вошел как раз вовремя. Там играла быстрая музыка. Пары кружились в танце, а потом выстраивались живым коридором, через который должна была пройти каждая пара. В момент, когда из живого коридора вышел Санраар со своим партнером, и стал решающим. Я представил танец принца и уставился на него немигающим взглядом. А принца понесло. Он, уперев руки в бока, стал приседать, а потом, вставая, выкидывал коленца, разводил руки в стороны и кружился вокруг своей оси.

Когда музыка закончилась, один из студентов старших курсов подошел к Санраару, который стоял злой как вакхар (демон зла), и усмехаясь нагло поинтересовался:

— Ваше Высочество, а вы точно принц? Или возле принца лежали?

— Гкхр, — зарычал Санраар, пытаясь сохранить лицо, — узнаю чьи это шутки…

— И что ты сделаешь? — вклинился я в диалог, — станцуешь на бис? Чтобы уже наверняка поразить всех.

— Я станцую, — угрожающе зашипел принц, — вот только на костях пакостника.

— Ух, какие мы грозные, — не удержался я и представил на голове Санраара рога ята, которые тут же заветвились на лбу принца.

— Ваше Высочество, — обратился к нему хохоча один из темных эльфов, — кто ж вам рога-то успел наставить? Да еще так быстро. Видимо, не ко двору вы пришлись очередному любовнику, что он так быстро решил сменить вашу сиятельную особу на кого-то более подходящего.

В зале все зашлись в хохоте. А принц, не выдержав издевательств над своей высокородной персоной, выскочил из зала. Мешать я ему больше не стал. На сегодня лимит пакостей исчерпан. Не став дожидаться конца мероприятия, я тоже решил вернуться в комнату. Но по дороге меня перехватил магистр с беловолосым владыкой.

— Как это называется? — строго глядя на меня своими золотистыми глазами, с угрозой в голосе, поинтересовался блондин.

— Мелкая пакость тому, кто все детство издевался надо мной, — честно ответил я, так как врать не было смысла. Да и не смог бы я соврать, когда на меня так пронизывающе смотрят.

— Все детство, говоришь? — задумчиво протянул ректор, дернув владыку за рукав, — в следующий раз придумай что-нибудь другое.

— Ты с ума сошел! — возмутился владыка, обращаясь к магистру, — ты что, одобряешь подобное поведение студента? Это же недопустимо! Уронить достоинства наследного принца!

— Там-то и ронять нечего, — не удержался я и получил два сердитых взгляда старших.

— Я это… лучше пойду. Можно? — решил я убраться по добру, по здорову. Кажется намечается полемика между магистром и владыкой, а попадать под горячую руку я не хотел. Не получив ответа на свою просьбу, я поспешил удалиться, надеясь смыться под шумок. Уже издали до меня донеслось:

— Ну-ну, только наследным принцам можно безнаказанно издеваться над более слабым, так? — не выдержал магистр и повысил голос на блондина.

— Но это не дает ему, — кивок в мою сторону, — права ТАК издеваться над принцем, — тоже стал распаляться блондин.

Но тут оба заметили, что я под шумок понадеялся смыться от греха подальше. Ага, надежда умирает последней, кто ж мне даст-то это сделать, то бишь удалиться под шумок. Только я собрался свернуть за угол и убраться с глаз долой по-тихому, как сзади раздался дружный окрик:

— Стоять!

Какая слаженная команда получилась, только что чуть не ссорились, а как меня остановить, так быстро пришли к единодушию.

— Да, — сделав самое невинное выражение лица, имеющееся в моем арсенале, я с выражением вселенской тоски уставился на этих двоих.

— Мы с тобой еще не закончили, — начал владыка, а магистр подхватил:

— Не дали список, которым ты можешь воспользоваться по своему усмотрению.

— Какой список? Что ты…? — стал распаляться блондин.

— Не сердись, мелкие пакости еще никому не навредили, — успокоил того ректор, — а самолюбие иногда стоит и пошатнуть. Так что…

— Что? — странно глядя на магистра, поинтересовался владыка.

— Оставь мальчика в покое, пусть развлекается, вреда-то он никому не причиняет.

— Ладно, сегодня я добрый, но завтра… — на меня посмотрели строго, обещая взглядом все кары мира, но я уже не купился, а только усмехнулся и спросил:

— Я могу удалиться к себе?

— Топай уже, — дружный взмах рукой, и я поспешил удалиться, пока опять не передумали.

Предвкушая сладкий сон и теплую, мягкую постельку, я уже было вознамерился чуть ли не вприпрыжку добежать до комнаты, но… Мечты, мечты. Мои мытарства на сегодня оказались неокончены.

Кто-то схватил меня за руку. Как же мне это надоело, все норовят схватить. Нет чтоб нежно и ласково, так нет же, надо обязательно ухватиться, да еще и с огромной силой, у меня точно синяк будет. Меня резко развернули к себе. А прямо в ухо раздался шепот, от которого у меня даже мурашки побежали:

— Так как ты это делаешь? Отпираться бесполезно, я все слышал.

Глава 6

Чуть не подпрыгнув на месте от неожиданности, я в сердцах выругался:

— Да чтоб тебя об стенку приложило.

И тут я почувствовал, что меня уже никто не удерживает. Обернувшись, увидел занятную картинку. Дракон медленно сползал по стенке вниз, глядя на меня ошалелыми глазами. Да уж, зрелище не для слабонервных, был бы холст, запечатлел бы для потомков: ошалелый дракон с глазами по золотому. Такое можно увидеть раз в жизни и то не каждому. Вот мне, например, повезло.

— Очешуеть, — выругался тот, как только смог дышать, — вот теперь ты мне расскажешь, как ты это делаешь.

— С какой стати? — несмотря на грозный вид парня, я чувствовал себя уверенно и ни на какие провокации поддаваться не собирался, и делиться информацией о своих возможностях тоже.

— А с такой, — начал было он, но потом о чем-то подумав, хитро глянул на меня и продолжил, — что если ты сейчас не скажешь мне, как у тебя это получается, я поделюсь с Санрааром, что все те изменения его сиятельной внешности это твоих рук дело, вот пусть он с тобой и разбирается.

— А ты не докажешь что это я, — попытался стоять я на своем. Вот зараза, еще и шантажирует!

— Еще как докажу, особенно продемонстрировав ему ментальную картинку: как ты меня только что приложил об стену, — ехидная ухмылка на угрюмом лице смотрелась жутко.

— Я терпеть не могу шантаж, — начал я злиться, — зачем тебе это надо?

— Мне интересно, — пожал плечами дракон, — тем более, что из этого можно извлечь выгоду.

— Какую? — теперь до меня дошло, что это был не простой интерес, а с далеко идущими намерениями.

— Ну, например, отвязаться от навязанного брака, — задумчиво начал он, — и добиться взаимности от того, кто действительно нравится.

— И для этого тебе нужен я?

— Конечно, — уверенно кивнул он.

— А если я откажусь? — решил узнать я свою дальнейшую судьбу при таком раскладе.

— Не откажешься, — от его уверенности меня пробила дрожь и я понял, что, да, не откажусь.

Подумав о своей нелегкой доле, я подошел к парню, взял его за локоть и потащил на улицу.

— Ты куда меня тащишь? — стал возмущаться он, пытаясь вырваться, да кто ж ему даст-то это сделать.

— Ты хочешь знать или нет? — от безысходности мой голос звучал устало.

— Хочу, но это не объясняет того, куда же ты меня ведешь, — нравоучительно поведал парень, продолжая дергать локтем, все еще пытаясь освободиться.

— Я не хочу чтобы еще кому-то праздношатающемуся стала понятна моя магия, — ответил я, продолжая тащить дракончика на улицу, — поэтому, мы сейчас выйдем во двор, найдем укромный уголок и я тебе все расскажу, но ты дашь клятву, что это останется только между нами.

— Хорошо, — подумав, согласился он, больше не упираясь. Любопытство пересилило упорство.

Мы вышли на улицу, дошли до сада, где я недавно заметил беседку, расположились там со всеми удобствами и я решил для начала поинтересоваться у парня, кто его жених и кто тот, кто ему нравится и чьей любви он с таким упорством пытается добиться.

Из его рассказа я узнал, что женихом является тот самый веселый, смешливый староста, Навгар, а тот, кто ему нравится… Им оказался Санраар. Ну кто бы сомневался! Наш пострел везде поспел. И даже у драконов он успел отметиться и завоевать сердце угрюмого наследника. Мне даже пришлось выслушать историю их знакомства и последующего за ним романа, правда недолгого. До секса у этих двоих так и не дошло. Всё что-то мешало или отвлекало, что очень злило Санраара. А я напротив, порадовался, что хоть здесь ему не удалось отметиться до конца.

Выслушав рассказ Азрата, я задумался. Переубеждать дракона было бесполезно, поэтому я решил кое-что уточнить:

— Но ведь брак с Навгаром выгоден вашим семьям. Правильно? — тот только кивнул, а я продолжил, — и ты ничего к нему не чувствуешь? — опять согласный кивок, — а до встречи с Санрааром тоже ничего не чувствовал?

— Ну, он мне немного нравился, но увидев принца, я понял, что он — тот кто мне нужен, — ответил Азрат, — хотя умом я понимаю, что Навгар намного лучше Санраара, но сердце не хочет соглашаться с доводами рассудка.

— Кхм, — почесал я макушку, сердце ли. А потом решил кое-что попробовать.

Приложив руку к груди дракона, где располагалось сердце, я представил Азрата и Навгара стоящими в объятиях друг друга, страстно целующимися, а вокруг них порхают бабочки, искрятся разными цветами звезды, образуя вокруг пары сердце. И тут услышал сдавленный вздох. Открыв глаза я увидел в шоке смотрящего на меня дракона.

— Что ты только что сделал? — удивился он.

— А что случилось? — с интересом к своему эксперименту, поинтересовался я, — в тебе что-то изменилось?

— Не то слово, — все больше поражаясь, ответил он, — я сейчас вообще не чувствую влечения к Санраару, а только к Навгару. У меня такое чувство, что я его люблю. Причем очень сильно.

— Ну, тогда мой эксперимент прошел на ура, — обрадовался я.

— Какой эксперимент? И может ты все же скажешь какая у тебя магия и как ты все это делаешь, — напомнил Азрат о моем обещании все рассказать.

— Конечно скажу, куда же я денусь, — устало произнес я.

А потом в ближайшие полчаса я пытался растолковать ему суть моей магии, демонстрируя наглядные примеры. Например: я нафантазировал нам двоим скатерть, а на ней всяких вкусностей, которые готовила мне мама, и которые очень понравились дракону. Потом я сделал ему крылья бабочки, только немного утяжелив их. Приделал ему рога, но он стал ругаться и просить чтобы таких экспериментов больше не было. Я, от души веселясь, согласился, не хотелось обижать дракона. Ведь за этот час что мы общаемся, я понял, что он довольно неплохое существо, просто к нему нужен особый подход. А как друг он может быть очень даже верным и преданным. Такого друга у меня еще не было. И вот теперь появился. Да и он признался, что у него за все его сто пятнадцать лет тоже не было друга. Все старались с ним сблизиться из-за его статуса наследного принца. А так, чтобы общаться просто и без прикрас, безо всяких выгод, такого существа еще не нашлось, не говоря уже о том, чтобы помочь в чем-то дракону. Поэтому он и стал одиночкой, никого к себе близко не подпускающим. Только меня он подпустил к себе, да и то благодаря тому, что я избавил его от пагубного влияния зазнавшегося Санраара и вернул интерес к жениху. Поэтому и удостоился чести быть названным другом Азрата, чему и был очень рад.

За разговорами мы не заметили, как пролетело время. Опомнились только тогда, когда услышали шум идущих сразу с двух сторон, существ. И вот мы смогли лицезреть две недоуменные, злые и удивленные физиономии, которые принадлежали: одна Навгару, а другая… Естественно Санраару, которого держал под руку смазливый парнишка и с которым принц танцевал на балу. Да уж, бедный он несчастный, и тут облом. Мальчики хотели уединиться, а их настигла и прикрыла своим крылом птица обломинго. Бедный Санраар, не везет ему сегодня. А Навгар, переводя взгляд с меня на дракона, пытался понять что мы здесь делаем, да еще и вдвоем. Но, придя к какому-то решению, вдруг улыбнулся. Не понял. Только что он злился, а уже улыбается. Повернувшись к Азрату, я понял причину смены настроения старосты.

Азрат не сводил влюбленного взгляда со своего жениха, что несказанно порадовало парня. После такого взгляда пропали все сомнения, вот Навгар и обрадовался. А Санраар, глядя на эту картину недовольно скривился. Его-то такое положение дел не устраивало. Он привык, что все и всегда любят только его. Тем более, он не мог понять что произошло, что Азрат вдруг резко воспылал любовью к своему жениху, ведь еще совсем недавно он прекрасно видел и чувствовал любовь дракона к себе любимому. А тут такая перемена. Он с подозрением уставился на меня.

Решив оставить обе пары разбираться между собой и делить место уединения, я поднялся с насиженного места. Подойдя к выходу из беседки, хлопнул Навгара по плечу и решил наконец, добраться до комнаты и завалиться спать. Но кто ж мне даст просто так удалиться. Сзади раздался ехидный вопрос Санраара:

— А что это вы тут делали?

Блин, тебя забыл спросить!

— Тебе какое дело? — не стал сносить его колкости я, — ты нам не брат, не сват и даже не возлюбленный, чтобы задавать подобные вопросы.

— Я-то нет, а вот староста очень даже да, — продолжал издеваться принц.

— Навгар с Азратом сами разберутся и выяснят, что мы здесь делали, без твоего участия, — начал я, — или у тебя совсем другой интерес? — намекая на его неудовольствие изменившимся к нему отношением дракона, в тон принца, поинтересовался я.

— Никакого другого интереса у меня нет, — о, демиурги, этот тип умеет оправдываться, — я радею за чувства жениха Азрата.

Я посмотрел на него как на тяжелобольного. Не выдержав, решил все же уточнить, вдруг я что-то не так расслышал.

— С каких это пор тебя волнуют чувства других, а не свои собственные? — удивился я. — Или ты влюбился? — продолжал я насмехаться.

Принц аж позеленел от злости.

— Я — будущий король и меня всегда должны волновать чувства народа, — начал свою пафосную речь принц, но договорить я ему не дал, перебив:

— Несчастный тот народ. Сколько пафоса, ты только не захлебнись им, а эти сказки ты можешь рассказать хотя бы вот этому дурашке, который от тебя не отлипает, боясь, что ты передумаешь его трахать.

— А ты никак ревновать надумал? — от удовольствия он аж надулся, грудь так и заходила ходуном.

— На тебя так подействовало то, что происходило в зале, что ты умом тронулся? Рога были явно к месту, — злорадно поинтересовался я, — что, пытаешься выдать желаемое за действительное? Так вот, спешу разочаровать, не дождешься. Я тебе говорил и раньше, и повторю для особо бестолковых, ты не в моем вкусе и ревновать и обращать внимание на твои похождения я не намерен. Нет у меня такого желания и не будет.

— Никогда не говори никогда, — философски изрек Санраар, а паренек в это время стал дергать его за локоть. — Чего тебе? — раздраженно обратился он уже к парнишке.

— Может мы уже пойдем куда-нибудь? — законючил он, а мне стало противно от этого лебезения.

— Пойдем-пойдем, не волнуйся, — покровительственно успокоил он парня.

А пока Санраар обращался к парню, я по-тихому свалил наконец от этой компании, достали меня сегодня стычки с этим эгоистом. Тем более, надо придумать очередную пакость. Да и день завтра будет длинным. После основных занятий, мне еще с владыкой заниматься. Неизвестно когда я освобожусь. Поэтому, надо сделать что-то завтра на уроках, так будет интереснее. Жаль только, что круг поиска принцем пакостника сузится до размеров только нашего класса, но не беда, не будет же он к каждому подходить и спрашивать: «Это не твоих рук дело?»

Тем более, кто же ему правду-то скажет. Он же должен это и сам понимать. Да, не спорю, когда-нибудь правда откроется, но до этого момента я хоть оторвусь по-полной программе, накажу его за все, что испытал в детстве по его милости.

Войдя в комнату, я с трудом дополз до душа, стараясь не затягивать удовольствие. Быстро вымылся и, обернув полотенцем бедра, вышел. Дежа вю. На кровати сидел Санраар и мерзко улыбался.

Уважаемые и любимые читатели! Следующая глава выйдет завтра. А потом-тайм-аут. Правда, всего на пару дней. А потом выход глав возобновится.

Глава 7

— Быстро ты, однако, управился, — съехидничал я, глядя на эту рожу, которая в наглую рассматривала меня.

— Весь запал прошел, вот и отправил мальчика гулять до следующего раза, — снизошел тот до ответа.

— Или места подходящего не смог найти? Не одни вы такие желающие попались, — не унимался я.

— Может и не нашлось, — как-то странно для него, согласиться со мной, а не спорить по обыкновению.

— Видать, плохо вы искали.

— Может и плохо, — продолжал соглашаться он.

— Слушай, ты не заболел, часом? — от удивления я даже забыл, что стою перед ним практически голышом.

— Почему я должен заболеть? — вполне себе миролюбиво поинтересовался парень.

— Ты несколько раз со мной согласился, — стал объяснять ему я.

— Ну, — философски изрек Санраар, — не все же время нам ругаться и спорить, — должно же быть хоть какое-то подобие перемирия.

— Сказал бы это кто-нибудь другой, может я и поверил бы, а так… Меня терзают смутные сомнения в твоем желании о перемирии, — глядя на то, как по мере моих слов меняется и взгляд, я только утвердился в своих сомнениях, — ты явно что-то задумал.

— Какие мы умные, — зло произнес принц, — что ты сделал с драконом?

— А что я с ним сделал? — состроив самое невинное выражение лица, поинтересовался я.

— Как тебе удалось так резко изменить отношение Азрата к его жениху? — все больше злясь и пытаясь убить меня взглядом, задал интересующий его вопрос Санраар.

— Мы просто поговорили и пришли к выводу, что ты не тот на кого стоит обращать внимание и тем более, влюбляться, — стараясь укусить побольнее, ответил я.

— И от одного разговора он вдруг резко поменял свои интересы? — уточнил тот.

— Конечно, — удивился я его тупости, — я умею хорошо убеждать, — а потом, решив съехидничать, поинтересовался, — а тебя так задело то, что теперь не тебя ТАК любят? Ты же у нас привык ко всеобщему обожанию и поклонению, а тут такой облом. Тем более, что до логического конца ваш так называемый роман так и не дошел.

— Ты слишком много знаешь, — зло выговорил принц, — с какой такой радости Азрат делился с тобой нашими отношениями?

— С такой, что мы теперь друзья, — мне надоела пустая болтовня с принцем. Я, решив не обращать на него внимания, натянул штаны, предварительно сбросив полотенце на пол, и завалился в кровать.

— Ничего так задница, — послышался со стороны Санраара ехидный комментарий.

— Да только не про твою честь, — парировал я, — смотреть можно, трогать нет. Особенно тебе.

Больше не говоря ни слова, я отвернулся к стене. Последнее, что я услыхал, был смешок принца. А потом я провалился в сон. А утром встал раньше звонка, спокойно оделся, умылся и приготовился ждать побудки, которая не замедлила последовать. Принц вскочил, глядя ошалелыми глазами на собранного меня и разозлился.

Кхм, чего злиться? Сам виноват. Надо раньше вставать, о чем я его и проинформировал. На что он только, зло зыркнув глазами, произнес:

— Мог бы и меня разбудить.

— Я не обязан этого делать, — парировал я, — только если ты попросишь. Но обязательно с использованием волшебного слова. А так… — я развел руки в стороны, показывая, что в противном случае он в пролете.

— Не дождешься, — ответил тот, — я могу и приказать.

— И что? Ты думаешь, что я поспешу тебя будить по твоему приказу? — меня очень удивила наивность парня, — спешу и тапки теряю. Смотри только об эти самые тапки не споткнись. Ты здесь такой же студент, как и все мы и приказывать ты не имеешь никакого права.

Высказав все, что думал, я вышел за дверь и пошел в класс. По дороге мне встретились Азрат с Навгаром. Последний подошел ко мне, тепло обнял и выговорил:

— Спасибо тебе большое.

— За что? — я удивился, неужели дракон проговорился.

— Мне Азрат сказал, что ты провел с ним воспитательную беседу, от которой у него и открылись глаза на истинную суть некоторых вещей, — стал объяснять староста, а у меня от сердца отлегло, значит дракончик не открыл ему мою тайну.

— Я рад, что у вас все хорошо, — ответил я, обнимая в ответ Навгара.

— А уж как я рад, ты даже представить себе не можешь, — произнес парень куда-то в район моего плеча, хлюпая носом.

— Так, кончай разводить сырость, — отстраняя его от себя, строго-шутливо произнес я, глядя на парнишку.

— Угу, это я от радости. Ты даже представить себе не можешь, как нам важен этот брак, — а потом уже тише добавил, — и как я его люблю, причем давно. Он сначала отвечал взаимностью, а после визита этого Санраара его как подменили. На меня Азрат больше не смотрел, а пожирал глазами того принца, а мне было очень больно от этого.

— Я могу тебе только посочувствовать, но я рад, что теперь все хорошо, — успокаивающе поглаживая старосту по спине, и в то же время с укором глядя на дракона, который стоял как пришибленный от слов парня, говорил я.

Кое-как успокоившись, Навгар отстранился, поблагодарил меня еще раз, чмокнул дракона в щеку и ушел к себе на занятия. Да и нам уже было пора. Мы отправились в класс вдвоем. По дороге дракон несколько раз пытался что-то сказать, но замолкал на полуслове. Я не выдержал такой пытки, очень уж страдал любопытством, и, повернувшись к нему, спросил:

— Ну что ты все телишься да телишься? Хочешь чтобы я скончался от любопытства? Говори уже давай.

— Я… Это… Тоже хотел поблагодарить, — начал с запинками дракончик, — я не знал, что он меня давно любит. И сейчас чувствую себя последней сволочью, что мог так поступить с ним.

— Не переживай, — стал успокаивать я Азрата, — главное, что сейчас все хорошо. И больше ты такой ошибки не совершишь. Правильно?

— Конечно! — горячо ответил тот, — мне и не нужен больше никто, кроме Навгара.

— Вот и славно. А теперь пошли, а то скоро занятия начнутся, а мне еще торжественный вход в класс для Санраара приготовить надо.

В класс мы вошли как раз вовремя. Санраара еще не было. Сегодня я решил приготовить ему новую форму одежды. Я прекрасно помнил, насколько трепетно он относился ко внешнему виду, причем не только к своему, но и ко всем другим. Если его что-то не устраивало, он мог и оскорбить. Вот сейчас мы и посмотрим, как он будет ощущать себя в шкуре тех, кого столько оскорблял.

В класс вошел учитель, а следом за ним шествовал Санраар. Ну кто бы сомневался, ему-то закон не писан. Ну что ж, сам нарвался. Закрыв глаза и представив принца в коротких шортиках и таком же коротеньком топике, открывающим живот, на ногах изогнутые черевички, а на голове — хаос. Давно мечтал испоганить его вечно идеальную прическу. Вот и появилась такая возможность. Теперь на его голове красовался стог сена. Волосы торчали в разные стороны, как будто минимум месяц не знали мытья и расчески. А сам наряд вызывал только одно желание, причем у всех: повалить и трахать. Хороший получился костюмчик, эротишненький.

Когда Санраар прошествовал в класс, у него была настолько вздернута голова, что он не сразу обнаружил изменения, только по дружному хохоту и строгому взгляду учителя понял, что что-то не так. Опустив голову и обозревая свои голые колени и пупок, он пришел в неописуемый ужас. Но даже здесь попытался сохранить лицо, что с трудом ему удавалось.

— Ваше Высочество, вы сняли наряд с одного из ваших наложников? — раздалось с задней парты, — или вы сами решили податься в наложники? Так я буду первым в очереди, вот только стоит вас отмыть и причесать, а то, глядя на тот шухер, который у вас на голове, все возбуждение пропадет.

От этих слов класс опять зашелся в оглушительном хохоте, а с других парт стали раздаваться похожие реплики:

— Тогда я буду вторым, но после того как его отмоют.

— Я тоже записываюсь в очередь, такого наложника у меня еще не было.

— Уф, и я следующий на очереди.

— А ну, все тихо, — раздался окрик магистра, — студент Санраар, вы решили всех шокировать вашим нарядом? Поздравляю, вам это вполне удалось. А теперь, не могли бы вы пойти и переодеться в более подобающую вашему статусу и академии одежду?

— Я и был одет нормально, — сквозь зубы процедил принц, — узнаю кто тот шутник, уши оторву и скажу, что так и было.

— Вы о чем? — не понял магистр.

— А вы разве не были на балу? — вопросом на вопрос ответил принц.

— Был, — потом о чем-то задумавшись, добавил, — так значит это продолжение тех проделок, что начались с вами на балу?

— Совершенно верно, — согласился Санраар, — вот мне и интересно, кто этот шутник и как он это делает. Ведь, насколько мне известно, для любого использования магии требуются заклинания. А я так и не смог увидеть кто читает эти самые заклинания. Так ладно на балу, там народа тьма, но здесь, в классе…

Тут же, после слов Санраара, возникла тишина. Все стали осматриваться, глядя друг на друга с подозрением. А я решил, что хорошего понемногу. Вернул принцу его одежду, вот только с волосами решил повременить, уж больно бесит меня его идеальность. Все в шоке застыли статуями самим себе. А магистр, осмотрев всех, вынес вердикт:

— Это необычная магия, для которой не требуются заклинания.

— Как такое возможно? — удивился темный эльф.

— Не знаю, — ответил учитель, — но другого объяснения у меня просто нет. Так как во время возврата одежды его высочеству, мы бы, в любом случае, услышали хоть слово, такая стояла тишина, а мы этого не услышали, следовательно и напрашивается вывод сам собой.

— Вот это номер, — поразился Санраар, — так что, я теперь до скончания века буду искать шутника?

— Получается так.

А потом начались уроки. Еще несколько раз я менял наряд Санраара по своему вкусу. А на теоретической некромантии приделал ему большущие ослиные уши. На вопрос преподавателя:

— Студент Санраар, что с вашими ушами?

Ответил я, так как у того пропал дар речи:

— Это чтобы лучше слышать вас, господин магистр.

Класс опять взорвался хохотом. Даже учитель улыбнулся и ответил в моей же манере:

— Такая тяга к знаниям очень похвальна.

А Санраар только зубами скрипел и ничего не мог сделать.

Когда закончились основные занятия, я пошел к владыке за знаниями. Чтобы не смущать учащихся и не афишировать мою магию, мы отправились за стены академии, на берег реки, к которой вела тропинка от неприметной на первый взгляд калитки, замаскированной под листвой каргоша (дерево, со стеблями как у лианы и крупными листьями на нем). Я поразился выдумке учителей. Ведь сам бы ни за что не обнаружил сей ход, а тут пожалуйста.

Спустившись к воде, я приготовился слушать. Сперва была недолгая лекция на тему блокировки своих желаний. То есть, суть сводилась к тому, что я должен поставить защиту-нейтрализатор, который не позволит мне причинить вред собеседнику, если вдруг тот меня разозлит и я невзначай пошлю его в далекие дали или в пеший эротический поход. А то ведь, не поставив блок, он пойдет куда послали, а мне потом отвечай. Особенно будет мерзопакостно, если у того имеется жених или того хуже муж, вот и объясняй потом, что я не со злого умысла. Когда теоретическая часть подошла к концу, я все понял, проникся и приготовился внимать дальше. Владыка, который наконец представился как Куршаан, сказал закрыть глаза и представить фонтан и бьющую из него воду. Я последовал его совету. Получилось. Потом было еще несколько заданий, с которыми я справился.

И вот спустя часа три наших занятий, Куршаан решил усложнить задачу и совместить несовместимое. Я должен был представить тот самый фонтан, который был вначале, но вместе с водой из него должен был извергаться огонь. Представив эту картинку, я открыл глаза и… ничего. Вопросительно уставившись на владыку, я молча ждал объяснения, которое он со смешком мне и дал:

— Ты хорошо представил себе фонтан с огнем?

— Ну, как бы, да, — с сомнением произнес я, так как на самом деле у меня перед глазами был отдельно фонтан и отдельно огонь, о чем я и поведал блондину.

— Я подкину тебе ментальную картинку как это должно выглядеть, но это в первый и последний раз, понял? — я кивнул, — ты должен сам развивать воображение.

Перед моими глазами встала картинка того, что должно получиться на выходе. Я ахнул, настолько красиво и завораживающе это смотрелось. Запомнив то, что показывал Куршаан, я сосредоточился и… у меня получилось. Перед нами предстал фонтан во всей красе. Из трех отверстий лилась вода вместе с огненной струей, которая достигая дна, тут же растворялась без следа, из-за чего вода в фонтане получалась кристально чистая, незамутненная. Я чуть не запрыгал от радости. Но моя радость тут же омрачилась заданным сзади вопросом:

— Ни фига себе? И как тебе это удалось?

Одновременно с владыкой мы повернули головы к задавшему вопрос.

Глава 8

— Что вы здесь делаете? — строго и холодно поинтересовался владыка.

— Погулять вышел, а тут такое зрелище не для слабонервных, — заметил, естественно, Санраар, кто же еще может с такой периодичностью попадаться на моем пути.

— А вы разве не читали устав Академии, где черным по белому написано, что студентам запрещено покидать стены Альма Матер? — как-то слишком спокойно поинтересовался блондин.

— Если бы я не нарвался на вас, то никто бы об этом не узнал, — склонив голову, стал оправдываться принц, что меня ну очень удивило.

— Как ты вообще узнал об этой калитке? — грозно поинтересовался владыка.

— Мне о ней отец рассказал, — понурив голову, признался Санраар.

— Кхм, — взгляд стал пронизывающим и проницательным, — ну что ж, придется прибегнуть к одному очень действенному способу чтобы не ходить там, где не надо и не высматривать то, что не положено, — вперив в Санраара немигающий взгляд, блондин некоторое время смотрел на принца, а потом последний в каком-то заторможенном состоянии развернулся и отправился обратно, не сказав больше ни слова.

— Что это вы сейчас сделали? — у меня даже слов не было от действий владыки.

Вот как он умудрился отправить Санраара обратно, причем без споров и ответов на свои вопросы?

— Всего лишь заблокировал тот отрезок времени в памяти, который касался непосредственно калитки и того, что он здесь увидел, чтобы не было лишних вопросов, — а потом, с хитринкой в глазах глядя на меня, продолжил, — но еще и задницу твою спасал, ведь он мог догадаться кто учинил ему все те пакости.

— Спасибо, — я аж покраснел от такой заботы.

— Не за что, пользуйся моей добротой, пока есть возможность, но за это ты должен всегда слушать то, о чем я тебе говорю и делать то, что надо. Понял?

Я только головой кивнул в ответ. И мы продолжили наше обучение.

Меня учили контролю, совмещению несовместимого. Мы пробовали экспериментировать не только с огнем и водой, но и с воздухом и землей. При должной концентрации внимания все получалось. Стоило на минуту расслабиться — и все… баста… ничего не получалось. Владыка старался не злиться, а доходчиво все объяснял. Когда он приказал силой мысли уничтожить дерево, а потом восстановить его первозданный вид, я не выдержал и поинтересовался:

— Вы меня для военных действий готовите? Так вроде мы ни с кем не воюем.

— На Академию очень часто нападают, — терпеливо ответил мне блондин, — поэтому ты, как никто другой, должен быть готов ко всему.

— А почему я? — его слова очень удивили. Как можно посылать куда-то первокурсника?

— Потому что только у тебя такая магия, которая не требует подпитки и расхода энергии, которая, в свою очередь, очень медленно восстанавливается, — глядя прямо в глаза поставил меня перед фактом владыка.

— Ни фига себе, — только и смог выдохнуть я.

— Да, и еще кое-что, — начал владыка, а я даже подобрался весь, так как его тон не сулил ничего хорошего, — пока прекрати все издевательства над принцем, пусть немного успокоится.

— Хорошо, — согласился я, а что мне еще оставалось, когда на меня ТАК смотрят, — а мелкие и редкие шалости можно?

— Ты же все равно без них не обойдешься, так? — с хитринкой во взгляде, поинтересовался он.

— Угу, — честно признался я.

— Тогда ладно. А теперь пора отдыхать, а то я совсем замордовал тебя, для первого раза мы и так отлично позанимались, — и тут его лицо осветила улыбка, которая очень сильно преобразила учителя.

Я только кивнул и поспешил к Харфаду, очень уж я соскучился. Надо будет в следующий раз попросить учителя, чтобы разрешил взять его с собой. Так я хоть буду видеть и чувствовать его рядом, а заодно читать в глазах или одобрение, или порицание. Но это завтра, сегодня я слишком устал, измотался. У меня было только два желания: увидеть своего единорога и попасть в ванну, а потом в постель.

Дойдя до стойла, открыл его, выпуская Харфада на улицу. Должен же он размять свои конечности. Мы пошли в сад. Пока единорог резвился и бегал вокруг деревьев, я решил сделать ему приятное и накормить. Собрав целую корзину яблок, любимого лакомства Харфада, я подозвал его к себе. Он с радостью накинулся на угощение. А я поделился своими успехами в учебе. Создавалось впечатление, что единорог тоже рад, что так быстро всему учусь. Я поделился с ним планами по поводу того, чтобы и его брать с собой на мои уроки с владыкой, он с радостью закивал головой. Недаром мы всегда понимали друг друга с полуслова, с полувзгляда.

Посидев около двух часов с единорогом, я почувствовал, что мои глаза просто слипаются. Была бы моя воля — прямо здесь бы свалился под деревом и в обнимку с Харфадом и уснул. Но… Пришлось заводить моего друга обратно в стойло, а самому тащиться в комнату. Кое-как доковыляв, я открыл дверь и тут же мои глаза распахнулись сами собой от шока.

На кровати лежали, переплетясь, два тела. Причем Санраар даже не озаботился тем, чтобы помочь мальчику, стонущему под ним, достигнуть разрядки. Тот бедный сам себе дрочил, умудряясь второй рукой обнимать принца и прижимать его к себе. О поцелуях я вообще молчу. Наш принц ни разу не поцеловал парнишку, вдалбливаясь в него и заботясь только о своем удовольствии. Вот же сволочь.

И тут я заметил, что мое покрасневшее лицо рассматривают с ехидной улыбкой.

— Что, нравится? Хочешь присоединиться?

— Не-а, я просто анализирую твою сволочную натуру, — не растерялся я, а тот очень удивился моим словам.

— И к какому выводу ты пришел? — не удержался принц.

— Что сейчас я иду в душ, ты кончаешь, даешь это же сделать парню под тобой, а потом и поговорим, — высказавшись, я ворвался в ванную, разделся и стал под холодный душ, пытаясь успокоиться.

Дав Санраару полчаса времени, я с удовольствием подставлял струям воды лицо и тело. Вымывшись, оделся и, понадеявшись на то, что они уже закончили, вышел из душа. На кровати сидел один принц и похабно улыбался.

— Чем это ты так долго занимался в душе? — с намеком на всякие непотребства, поинтересовался он.

— Мылся. А вот чем твоя голова забита, меня мало волнует, — в тон ему ответил я, а потом поинтересовался, — мальчик-то хоть кончил?

— Куда же он денется? — равнодушно пожал плечами принц.

— Вот объясни мне — как можно заниматься сексом с одним, разговаривая при этом с другим? — задал я волнующий меня вопрос, ведь я совсем по-другому представлял себе данную процедуру.

— А что тут такого? — удивился Санраар, — я удовлетворял свои физиологические потребности.

— Но ведь ты должен испытывать хоть какие-то эмоции к тому кого трахаешь? — продолжал я.

— Глупости. Мальчик попался довольно опытный, сумел хорошо меня возбудить, я сделал ему одолжение, трахнув его, в итоге удовольствие получили оба: он от секса со мной любимым, а я физическое удовлетворение. А что еще надо? — как-то странно глядя на меня, спросил принц.

— Не знаю, — честно признался я, — но я всегда считал, что секс это не просто механические движения, а хотя бы какое-нибудь проявление чувств, — а потом, вспомнив о чем хотел еще спросить, добавил, — а почему ты его ни разу не поцеловал?

— С ума сошел? — возмутился Санраар, — буду я еще всякую гадость в рот тащить и облизывать, неизвестно сколько членов побывало у него во рту, а я его целовать должен? Фу, — скривился тот, а я прифигел от такой трактовки.

— Ну ты и гад, — возмутился я, мне стало жаль парнишку, — ну и философия у тебя, а вдруг он никому не делал больше минет? Ты ведь не знаешь этого наверняка?

— Не знал бы не говорил, — отрезал принц, плотоядно поглядывая на меня.

— Ты что задумал, извращенец? — я стал бочком подвигаться к своей кровати.

— Пока ничего, — облизываясь, промурлыкал Санраар, — я же сказал, что ты не в моем вкусе и что ты сам приползешь ко мне и попросишь, чтобы я тебя трахнул. С тобой я мог бы позабавиться только потому, что ты девственник.

От такой наглости я чуть не задохнулся. Было желание прямо сейчас сотворить какую-нибудь гадость, но тогда он все поймет. Ну что ж, подождем до завтра. А уж завтра, на уроке, я устрою тебе показательное выступление. Легко ты не отделаешься. А вслух же я просто сказал:

— Мечтай-мечтай, только не захлебнись слюной, которую ты пускаешь на того, кто не в твоем вкусе. И от меня держись подальше, закапаешь, а мне не хочется от твоего слюноотделения отстирывать свои вещи.

— Ты обо мне волнуешься? — опять ехидство в голосе, — значит я тебе небезразличен.

— Вот же идиот, — пробурчал я, зарываясь в одеяло, — я о себе беспокоюсь, а не о тебе.

По привычке отвернувшись к стене, я стал проваливаться в сон.

Глава 9

Уважаемые, поставившие минусы, чем вам уже мой утенок-то не угодил? Я понимаю, что абсолютно всем нравиться не может, но имейте смелость написать, что же здесь уже не так. Хотелось бы получить объективную критику данной оценке.

Сегодня я опять проснулся раньше. Не став будить принца, оделся, умылся и пошел в класс. Там находилось несколько студентов, таких же ранних пташек как и я. Один из них, окинув меня неприязненным взглядом, зло поинтересовался:

— Что-то ты рано? Неужели Санраар так быстро выпустил свою игрушку из загребущих лапок?

— Ты неправильно информирован, — ответил я, не обращая никакого внимания на колкость парня, — я не его игрушка, а вот ты, судя по всему, оч-ч-чень мечтаешь ею стать.

— Да что ты себе позволяешь? — аж покраснел от злости тот.

— Я? — решив закосить под дурачка, я сделал невинное выражение лица, типа я не при делах и вообще мимо проходил, — ничего. Но ты так явно демонстрируешь ревность, что напрашивается вывод, который я и сделал.

— Да я… Тебя… Да я с тобой… — аж задыхаться от злости начал парень.

— Остынь! — надоел он мне своими воплями, мне еще надо сосредоточиться на Санрааре, а тут лезут всякие, потом вещи пропадают, вот и пришлось урезонивать.

И, как ни странно, получилось. Он моментом успокоился и больше не приставал. А рядом с ним сидящий парнишка как-то странно глянул на меня, улыбнулся чему-то одному ему известному и занялся своими делами, изредка бросая косые взгляды на меня. Думаешь я не заметил? Ага, как же, еще как заметил, но вида не подал. У меня сейчас другие заботы. Ко мне подошел вошедший в класс Азрат.

— Доброе утро, — начал он, присаживаясь рядом со мной, — что это с тобой?

— А что со мной? — в свою очередь поинтересовался я.

— Глядя на твою хитрую мордашку, создается ощущение, что ты что-то задумал, — улыбаясь пояснил он.

— Ага, а вот глядя на тебя, можно только порадоваться, уж больно радостное выражение на лице, — а потом, решив съехидничать, в шутку произнес, — тебе бы сейчас лимончиков и побольше.

— Зачем лимончиков? — не понял он.

— Чтобы убрать с лица это радостно-счастливо-восторженное выражение, а то ведь не так поймут, — стал пояснять я, еле сдерживая смех, и смотря на его, ставшую надуваться, физиономию, — будешь так всем улыбаться, вызовешь ненужные разговоры, которые дойдут до Навгара, что, в свою очередь, вызовет его ревность. А оно тебе надо?

— Нет, не надо, — тут же отходя и снова улыбаясь, согласился он.

— Вот и я о том же, — тихо соорудив под столом лимончик, торжественно вручил его Азрату, — на, съешь и успокойся.

Он без слов принял протянутое угощение. А я, увидев нарисовавшуюся в дверях персону Санраара, обратился к дракону:

— А теперь брысь к себе, скоро начнется шоу.

Тот только заржал и, встав с места принца, удалился к себе за парту. Принц подозрительно глянул на нас двоих, посмотрел на скамью, где до этого сидел дракон, и опустил седалище на свое место, продолжая подозрительно поглядывать на меня. А я, невинно глядя на Санраара, не выдержал и, еле-еле сдерживая смех, решил узнать причину подозрительности:

— Что такое? Что тебя так смутило? И неужели есть что-то, способное смутить такую холодную и непробиваемую статую как ты?

— Меня интересует с какого рожна он ржал, посматривая на меня, — решил снизойти до ответа принц.

— Мы говорили о своем, а ты так не вовремя подошел, — стал искать нелепые отмазки я, понимая, что чуть не спалился, благодаря несдержанности друга.

— А почему надо мной смеялись? Вы обо мне говорили?

— Да кому ты нужен? — решил пойти я в наступление, ведь недаром говорят: «лучшая защита — это нападение», — почему ты считаешь, что кроме твоей персоны больше не о чем говорить? Мы обсуждали свои вопросы, никоим образом не касающиеся тебя.

На мою тираду Санраар ничего не успел ответить, в класс вошел магистр, первым делом оглядывая класс и начиная осмотр именно с Санраара, так как только он любитель входить в аудиторию после учителя. Заметив его на месте, преподаватель наверно удивился, но вида не подал и начал урок.

Когда, в ходе объяснения темы, понадобился подопытный образец, оказалось, что данный вид магии был только у Санраара, его-то магистр и вызвал к себе на кафедру, чтобы всем наглядно продемонстрировать то, о чем он только что объяснял в теории.

Принц попытался встать со стула, но попытки успехом не увенчались. Он попытался еще раз, а магистр все поторапливал. Тогда я решил облегчить принцу задачу. Прикрыв глаза и сосредоточившись, я позволил ему встать со скамьи, но… Оставив на ней приличный клок брюк, пропажу которого он пока не обнаружил.

Сделав по направлении кафедры пару шагов, он одновременно почувствовал несколько вещей сразу: сквозняк, обдувающий голую задницу и оглушительный хохот студентов, раздавшийся за его спиной. И было от чего. Наш принц сиял голым задом, а на самой попе красовалась светящаяся стрелка, указывающая направление к анусу. Вот тут-то и наш непробиваемый не смог сдержаться и покраснел. А темный принц и тут не упустил случая вставить реплику:

— Ваше Высочество, какая картинка. Вы только так по коридору не разгуливайте. А то ведь найдутся желающие воспользоваться приглашением. Более того, я буду как всегда первым в очереди.

Санраар не знал куда деваться от стыда. А магистр, подойдя ближе, обозрел размер катастрофы, махнул рукой, что-то прошептав при этом, и на принце вновь красовались целые штаны. После этого он (магистр) почему-то посмотрел на меня, чему-то улыбнулся, покачал головой и пошел назад, на кафедру, а принц потянулся следом.

Но продолжить занятие нам не дал староста, возникший в проеме двери с о-о-очень озабоченным взглядом. Обведя глазами всех присутствующих, он подошел к магистру, что-то шепнул ему на ухо, после чего озабоченное выражение стало уже у него. Занимательная картинка. Озабоченность передается воздушно-капельным путем? Но тут учитель встал, осмотрел всех нас по очереди, а потом стал называть поименно кому следует встать и отправиться за Навгаром. Названными оказались: светлый принц, темный принц, Санраар (тоже принц), Азрат (принц), принц вампиров и принц нагов. Ни фига себе. Весь цветник аристократии вызвали к ректору. Но тут магистр произнес и мое имя. А я тут при чем? Каким боком и меня записали ко всем этим сиятельным особам? Но делать нечего, пришлось поднимать свой зад и плестись следом.

Как бы Навгар не подгонял всех, эльфы, что темный, что светлый, продолжали еле тащиться, неся свой венценосный зад с очень медленной скоростью, что неимоверно раздражало не только меня, но и всех остальных. Пришлось принять меры и устроить мальчикам ускорение. А потом, глядя на то, как эльфы со спринтерской скоростью бегут, выпучив глаза от удивления и изумления, пытаться всеми способами скрыть рвущийся наружу хохот. Но вот остальные не удержались и заржали.

В таком веселом настроении мы и попали в кабинет ректора, где уже находился довольно хмурый, со сдвинутыми к переносице бровями, владыка.

Оглядев нашу честную компанию, владыка решил сходу ошарашить нас известием:

— Пропал один из кристаллов «слеза боли», вы знаете к каким последствиям это может привести?

У нас у всех от услышанного отвисла челюсть и чуть не встретилась с полом, хорошо успели подхватить и вернуть на место, а после вопроса блондина мы согласно закивали головой. Ведь всем известно, что если этот кристалл попадет не в те руки, может случиться непоправимое. Наш мир утонет в крови и слезах, начнется голод, разруха, болезни, после чего мир может просто исчезнуть. Этого не хотел никто, поэтому, Азрат, первым пришедший в себя от такого известия, поинтересовался:

— Что мы можем сделать? Почему вызвали именно нас? Ведь мы еще первокурсники и ничего не знаем о практической магии высшего уровня, а это, как я понимаю, необходимый атрибут в борьбе с похитителями.

— Этот кристалл могут найти только члены правящих семей, больше никто, поэтому именно вы и отправляетесь на поиски кристалла и последующего его возвращения.

Мы дружно закивали головами, а потом уже не выдержал я и поинтересовался:

— Все это, конечно, хорошо. Но при чем здесь я? Какое отношение я имею к освобождению кристалла?

— Самое прямое, — сказал как отрезал владыка, — только твоя магия способна помочь освободить кристалл, без нее вы все можете погибнуть.

— Но ведь я еще мало что знаю и умею, — попытался возразить я.

— Кое-чему ты прекрасно успел обучиться, — глядя на меня нечитаемым взглядом и мельком бросая взор на Санраара, ответил блондин, и я, поняв о чем он говорит, покраснел.

— Я очень постараюсь, — выдавил я из себя.

— И что же у него за магия такая, что ОН будет нас всех спасать? — не удержался от колкости темный.

— Не важно, — отрезал уже ректор, который до этого молчал, — главное, что он справится, а остальное вас волновать не должно.

— Здравствуйте, пожалуйста, — вмешался светлый, — как это не важно? Если мы будем одной командой, то не мешало бы и открыть карты.

— Нет, — не согласился владыка, — это не обсуждается.

Больше не сказав ни слова, нас отправили готовиться к поездке, наказав утром прийти в этот же кабинет, чтобы получить инструкции по предполагаемому маршруту похитителя. Выйдя из кабинета, я еле-еле отцепился от приставучих эльфов, которые всеми способами вознамерились узнать какой же у меня вид магии, но не преуспели. Я, удрав от них, отправился прямиком к своему единорогу, чтобы проинформировать его о скором путешествии.

Глава 10

Придя к единорогу в стойло, по привычке соорудил угощение и стал рассказывать о пропаже кристалла, о нашем путешествии за ним, о конкретно на меня возложенной миссии. Я очень боялся что не справлюсь. Ведь это такая ответственность. Защищать сразу всех прынцев. А вдруг что случится? С меня же первого шкуру спустят. И не пойти я не мог. Теперь я еще и не знаю, как не раскрыть суть своей магии некоторым любопытным личностям, но это уже проблема владыки.

Харфад только головой качал, а потом просто положил ее (голову) мне на плечо и я почувствовал волны одобрения и успокоения, исходящие от единорога.

— Ты всегда умеешь меня успокоить, — потрепал я его по золотой гриве, — спасибо тебе. Что бы я без тебя делал?

Харфад только фыркнул, не убирая головы с плеча. Так мы и сидели, пока солнце не стало опускаться за горизонт. Я встал на затекшие от долгого сидения ноги и, попрощавшись с другом, отправился в комнату.

Зайдя, не обнаружил соседа на месте, ну и фиг с ним, опять где-то шляется, соблазняя всех кого не попадя. И тут мне в голову пришла довольно занимательная мысль. Когда еще я смогу так пошалить? Ведь в пути уже будет не до этого, поэтому, пока есть возможность, надо отрываться на полную катушку. Представив как у принца не встает, я согнулся от смеха, уж больно красочная картинка получилась. Видимо с пакостью я угадал на все сто. Минут через двадцать в комнату ворвался злой как тысяча варнгалов Санраар и все время возмущался про себя:

— Вот только найду этого шутника, зубы выбью, челюсть сломаю, член оторву и на уши натяну. Я ему устрою, это ж надо так поступить. Вот же шутник варнгал его дери. Сволочь, даже расслабиться не дал нормально, скотина, гад.

А я, слушая всю эту тираду, еле сдерживал смех, но потом все же не выдержал и заржал на всю комнату.

— Ты чего ржешь, как мой мерин? — со злостью поинтересовался принц, — что ты увидел смешное? Расскажи и мне, вместе посмеемся.

— Уж больно смешно ты возмущаешься, что у тебя такого случилось, что ты собрался кому-то яйца на уши натягивать? — и меня опять согнуло от смеха.

— Ай, — махнул рукой тот, — все равно уже, скорей всего, и так все знают, — начал говорить Санраар, — прямо во время секса у меня упал, да еще и в самый ответственный момент, я только собрался кончать. И как ни бился мальчишка, что только не делал: и сосал, и лизал, он ни в какую не поднимался. Пришлось собраться и уйти, оставив парнишку. А жаль, симпатяжка мне приглянулся. С ним я бы и во второй раз не отказался встретиться. Да только мне это больше не грозит. Уж больно злой он остался.

Я слушал и не мог нарадоваться. Неужели хоть один раз и мне удалось сделать хоть что-то, что смогло зацепить непробиваемого принца. А он от расстройства даже забыл что надо огрызаться и издеваться. Только сидел, удрученно смотря в одну точку перед собой. Глядя на него мне даже жалко его не было. Сам во всем виноват. Должен же хоть кто-то научить его уважать других и перестать издеваться над более слабым соперником. И эту миссию я возложил на себя. Я очень надеюсь, что в дороге ничего из ряда вон выходящего не случится. А то не хватало мне еще и принцев разнимать, зная их сволочную натуру. Даром что принцы. Хуже торговок на ярмарке когда дело касается выяснения кто круче.

Но расслабляться больше не стоило, нужно было собраться в дорогу. Продумать все до мелочей и взять с собой только необходимое, чтобы не тянуть ненужный груз на себе. Тем же самым занялся и принц, отбросив прочь ненужные сейчас переживания. Собравшись, мы с чистой совестью легли спать.

А утром мы собрались в кабинете ректора. Владыка оглядел нашу семерку и приказал следовать за ним. Провели нас в комнату, где посередине стоял одинокий постамент, на котором раньше находился кристалл. Блондин, осмотрев всех, кивнул чему-то своему и стал объяснять что надо делать.

— Для того, чтобы вам было легче найти пропажу, вы должны почувствовать его энергию, которая сохранилась здесь, на этом постаменте, к которому вы все сейчас подойдете и приложите руки, чтобы остаточная энергия кристалла осела на ладонях.

Принцы направились к возвышению. Я уже было собрался тоже топать за ними, но меня остановила рука ректора:

— А ты куда собрался? — со смешком спросил он.

— Как куда? Туда, — махнул я в том направлении, куда двинулись все сиятельные особы.

— Зачем? — удивился ректор.

— Как зачем? — не понял я, — все пошли и я иду, разве мне не нужна остаточная энергия?

— Постой здесь, со мной, — придержал он меня, сдерживая смех, — тебе все равно это не надо.

— Почему? — пришел мой черед задавать вопросы.

— Потому что энергию кристалла могут почувствовать только члены правящей семьи и больше никто, — терпеливо объяснил мне магистр.

— А-а-а-а, ну тогда ладно, — я прислонился рядом с ним к стене и стал ждать, попутно рассматривая своих будущих спутников.

Глядя на их лица, я поразился тому изменению и преображению, которое произошло с принцами. Сейчас передо мной стояли уже не те подростки с надменным, холодным и презрительным выражением лица, в данный момент я видел перед собой будущих владык своих рас. Сосредоточенные лица, в глазах уже не холодная пустота, а азарт и огонь предвкушения. А так же осознание того, что они должны сделать. Глаз двоих, стоящих ко мне спиной я не видел, но предполагал, что и у них горит такой же огонь.

Парни стояли вокруг постамента, вытянув руки к нему, минут пять-семь. После, развернувшись к владыке, стали ждать дальнейших указаний. И я оказался прав по поводу тех двоих.

Тем временем владыка стал каждого называть по имени и подзывать к себе:

— Дарниэль, принц светлых эльфов, подойди ко мне, — тот незамедлительно выполнил просьбу.

Подойдя к владыке, остановился напротив него. Владыка положил свою руку на лоб парня, от чего того окутало голубовато-серебристое сияние.

— Что это? — шепотом, чтобы не испортить такую красоту момента, поинтересовался я у магистра.

— Владыка делится силой, которая улучшит магию светлого и усилит ее мощь, — так же шепотом ответил мне ректор, а я только головой кивнул, что понял.

— Таргиаль, принц темных эльфов, подойди, — в то время, как светлый отошел к стене и стал ждать остальных, к владыке подошел темный и подвергся той же процедуре.

— Азрат, принц драконов…

— Санраар, принц оборотней…

— Криштан, принц нагов…

— Хорват, принц вампиров…

После того, как все прошли напутствие владыки и получили силу, Куршаан подошел ко мне и, глядя в глаза, произнес:

— Я надеюсь на тебя, мальчик. Не дай им погибнуть. Я понимаю, что ты еще совсем не опытен, но постарайся.

— Я обязательно постараюсь, — заверил я его, хотя у самого даже поджилки тряслись от страха.

— Вот и хорошо, — оглядев всех нас, владыка махнул рукой, показывая, что мы можем идти.

Мы дружно направились к выходу. На улице нас ожидали наши четвероногие друзья. У эльфов были их эльфийские красавцы-скакуны, только у темного был белый конь, а у светлого — черный. У нага и дракона — красавцы-мерины, иссиня-черного цвета, их шерсть так и переливалась в лучах солнца. У вампира конь был белый, только на лбу и на одном боку были серые пятнышки. У Санраара оказался пегас.

Каждый из участников похода подошел к своему другу, потрепал по гриве. А потом, дождавшись кивка владыки и ректора, резво вскочили на своих коней-пегаса-единорога, помахали руками и отправились в путь.

Я ехал самым последним, так как все равно не знал правильного направления. Выехав за городские ворота, куда нас беспрепятственно пропустили не потребовав даже сопроводительных бумаг, видимо стражники уже были предупреждены, мы поехали по тракту. Всю дорогу никто из нас не проронил ни слова. Все были напряжены и сосредоточены, пребывая каждый в своих мыслях. Да, нам всем было страшно. Справимся ли мы? Сможем ли вернуть кристалл? Но никто не хотел показывать свой страх.

Доехав до леса, остановились. Принцы к чему-то прислушались и углубились в лес. Ну а я что? Я за ними. Доехав до поляны, на которой можно было устроить привал, мы уже было собрались спешиться, как на нее (поляну) высыпали закутанные с ног до головы ассасины. Вот так номер. А нас, оказывается, ждали. И устроили засаду. Принцы не растерялись. Спрыгнув с лошадей, все выхватили мечи и клинки. У меня был короткий меч, который я тоже поспешил обнажить. Бросившись на поджидавших нас убийц, мы не учли одного момента, а именно лучников, засевших в кронах деревьев.

Когда засвистели стрелы, я не смог сразу придумать, что можно в этой ситуации сделать, поэтому, отворотив несколько стрел от Азрата, Дарниэля и Криштана, я не успел уследить за еще одной, которая попала в Хорвата. Но, к счастью, только немного оцарапала. Вот это-то меня и разозлило окончательно. Сосредоточившись по мере возможности, так как в этой ситуации, когда пытаешься отбиться от ассасинов, уследить за стрелами, да еще и пытаться отворотить их, сосредоточиться было очень тяжело. Но я постарался. Направив все стрелы в незащищенный участок кожи на шее у убийц, я с радостью обнаружил, что моя задумка удалась.

Ассасины не могли понять, что происходит. С какого перепугу свои же стреляют по ним. Но тут один из них сумел зайти за спину отбивающегося от двоих противников Таргиаля, и попытался наброситься на него с ножом. А другой попытался проделать такой же маневр с Хорватом, бросив в него клинок, который едва не достиг цели, но я сумел перенаправить клинок одного убийцы в горло другому. А первого представил горящим в огне. Сработало. После этого пошло намного легче. Поняв, что таким способом можно уничтожить их всех, я и проделал этот трюк с оставшимися убийцами. Когда не осталось ни одного живого ассасина, мы повалились где кто стоял. Вот только вид Хорвата, в которого попала стрела, вызывал опасения. Он и так от природы бледный, а тут его кожа приобрела синюшный оттенок. Но жаловаться и просить помощи он не стал. Какие мы гордые, аждар мах граан (непереводимое ругательство).

Заметив состояние вампира, все подошли к нему.

— Почему не действует регенерация? — спросил светлый, с беспокойством глядя на Хорвата.

— На стреле был яд, — ответил вампир, — они знали о регенерации, потому и смазали наконечники, чтобы уж наверняка убить всех нас.

— Что теперь делать? Как извлечь яд? — с тревогой глядя на уже задыхающегося вампира, спросил Азрат и посмотрел на меня.

— Я не знаю, как это сделать, — признался я, ведь силой мысли изгонять яд я боялся, а вдруг только хуже сделаю.

Но тут к Хорвату подошел Санраар, чиркнув по своей руке кинжалом, он поднес ему и сказал пить. На него посмотрели с недоумением, а он поспешил объяснить:

— Одна из особенностей моей семьи — целительство. У нас в крови содержатся компоненты, которые могут излечить даже смертельно больного или раненого, только об этом никто не знает.

Выпив крови оборотня, к Хорвату постепенно стал возвращаться прежний цвет лица. От чего все вздохнули с облегчением, а темный, глядя на Санраара с уважением, произнес:

— А ты, оказывается, не такая уж и задница, каким мы все тебя считали.

— Ты тоже не такая ехидна и зазнайка, каким МЫ тебя считали, — парировал оборотень, после чего все заулыбались.

А я смотрел и поражался, как же улыбки меняют всех этих парней, преображая их. Отсмеявшись, решили устроить привал. Дарниэль ушел за хворостом в лес, Таргиаль достал горшочки, котелок и какие-то травки. Азрат стал вынимать припасы, из которых можно приготовить еду. Санраар сидел рядом с Хорватом, все еще контролируя его состояние. Криштан освобождал место для костра. А я сидел и наблюдал за ними. Да, знаю, надо было встать и помочь им, но сил не было. Слишком испугался и переволновался. Причем не за себя, а за них. И это только первая стычка, а сколько их еще будет пока мы не найдем кристалл? И получится ли так же выходить из каждых с минимальными повреждениями?

Вернулся светлый с хворостом. Огонь был разожжен, котелок подвешен, а вот что делать дальше, никто не знал. Тут уже пришлось вставать мне и идти готовить на всех. Принцы, глядя на меня, удивились.

— Ты умеешь готовить? — улыбаясь, спросил Криштан.

— Да, я часто наблюдал за матерью, как она это делает и мне стало интересно, — пожал я плечами, если захотят посмеяться — пусть, мне все равно, не впервые, — вот и научился.

— Так это же здорово, — озвучил свою мысль Таргиаль, — я бы тоже хотел научиться, но мои родители были против. Но я частенько сбегал на кухню и наблюдал, как наш повар колдует над продуктами. Так что кое-чему и я научился, правда немного, — последние слова он произносил уже смущаясь.

— Я тоже пытался научиться готовить, — вставил свою реплику Хорват, с благодарностью принимая руку Санраара, который помог ему встать и подойти ближе к костру, — но у меня, к сожалению, ничего не вышло. Вечно то пересолено, то недосолено, то вообще сгорит.

— Это не беда, — стал успокаивать его Криштан, — значит, готовка — это не твое. И у тебя куча других достоинств помимо готовки.

За разговорами мы не заметили, как пролетело время. Еда была готова. Поев, решили распределить время дежурства, чтобы избежать ненужных проблем. Каждому досталось дежурить по часу. Мое время оказалось самым последним. Но я был только рад этому, так как привык рано вставать. Распределив обязанности, наметив маршрут на завтра, мы легли спать. Я так устал, что не успела голова коснуться плаща, расстеленного под головой, как провалился в сон.

Глава 11

Разбудил меня Азрат перед самым рассветом. Его дежурство было предпоследним. Дождавшись, пока я окончательно проснусь, он, недолго думая, улегся на мое место. На мой недоуменный взгляд, он просто пояснил:

— Чем ложиться на холодное, лучше на твое уже нагретое место, а ты иди к костру, посиди, подумай о жизни, посмотри, как будет заниматься заря, а я посплю здесь, — при этом мило улыбнулся, а мне ничего другого не оставалось, как последовать его совету.

Я уселся к костру и занялся разглядыванием моих спутников:

1) Дарниэль.

Довольно смазливый светлый эльф, хотя по-другому и быть не могло, ведь о красоте этой расы слагают легенды. Длинные белые волосы доходят до попы. Черты лица немного заостренные, но это нисколько не портит его красоту, а напротив, даже приумножает. Рост был где-то около метра девяносто, хотя у всех моих спутников был практически один рост. Глаза у светлого были небесного цвета, губы четко очерченные, нижняя чуть пухлее верхней, но не совсем пухлая. Тело было немного накачанным, но худощавым, тонким как тростинка. Но, как ни странно, его это не портило, а очень даже шло.

2) Таргиаль.

Тоже довольно смазлив. Разница со светлым в цвете кожи. Если у светлого она бледная, то у темного — смуглая. Глаза у Таргиаля темно-зеленые, почти болотные. Губы тонкие, чаще всего презрительно искривленные в усмешке. Это сейчас она на время исчезла, но ведь поход рано или поздно закончится, вот она снова и появится. Заостренные уши обоих эльфов были спрятаны под волосами, выглядывали только кончики.

3) Азрат.

Ну дракон тоже ничего себе. Высокий рост, накачанное тело, глаза с вертикальным зрачком, золотистого цвета. Темные волосы, доходящие до плеч. Губы не тонкие и не пухлые, средние. Волевой подбородок, который только подчеркивал мужественную красоту дракона.

4) Криштан.

Наг. Красотой как таковой он не обладает, но его красят глаза. Большие, темно-синие, с золотистыми искорками, они притягивают к себе взгляд. Черты лица заостренные, губы тонкие. Тело худощавое, кажется сейчас переломится. Но он молодец, держится, не ломается. Даже тренируясь наравне со всеми, у него не получается накачать хотя бы такие же мышцы как у эльфов, ведь они тоже худощавые.

5) Хорват.

Вампир. Бледная аристократическая кожа. Небольшие клычки, которые заметны только тогда, когда он улыбается, но его это нисколько не портит, а напротив придает какой-то шарм. Глаза темно-карие, почти черные. Волосы иссиня-черные, достигающие поясницы, немного вьющиеся. Черты лица мягкие, никакой угловатости. Губы средние, ярко-алые. Тело накачанное, но не так как у дракона, но все же мышцы хорошо выделяются. Видно что он основательно следит за собой. Красив именно порочной красотой.

6) Санраар.

Оборотень. Ну его я сумел рассмотреть детально уже давно, можно не рассматривать больше.

Сейчас, глядя на спящих спутников, я поразился, что во сне они все выглядят как сама невинность. Черты лица смягчились. Сейчас они все выглядели как дети. На них было приятно смотреть и любоваться чисто с эстетической точки зрения. А потом мой взгляд переключился на занимающуюся зарю. Вот это зрелище действительно заслуживает кисти художника. В сумеречном свете наступающего утра стали появляться золотые лучики, которые рассеивали темноту. Постепенно сумерки уходили, их заменяли теплота и свет. На душе становилось радостно. Понаблюдав за восходом солнца еще немного, я стал будить своих спутников. Нам пора отправляться дальше.

Собравшись, одевшись и позавтракав, мы отправились дальше. Все пока молчали, на разговоры никого не тянуло. Ехали мы недолго. Где-то часа полтора, когда перед нами встала проблема в виде болота. Но мимо него проходила тропинка на одного человека. Мы спешились и, взяв под уздцы своих четвероногих друзей собрались было двинуться дальше, как вдруг болото забурлило, зафыркало и перед нами предстала… гидра.

— Всем застыть и не двигаться, — тут же скомандовал Таргиаль с волнением в голосе.

— Эт-т-то кто? — шепотом поинтересовался я у темного.

— Ядовитая гидра, причем созданная магически, — пояснил темный, — кстати, не вздумайте воздействовать на нее магией, она ее впитывает вместо пищи и может полностью опустошить того, кто так неосторожно пытался на нее воздействовать.

— И что нам сейчас делать? — задал свой вопрос Азрат.

— Не знаю, — приуныл темный, — можно было бы попробовать сразить ее стрелой, но для этого надо достать и лук, и стрелу, а это невозможно, так как эта тварь реагирует на малейшее движение и сразу начинает плеваться ядом, который разрушает все живое за считанные минуты.

— Тогда может я попробую как-нибудь достать лук со стрелой? — предложил светлый, — он у меня как раз за спиной.

— Как только ты дернешься, мы получим порцию яда, — предупредил темный.

Стоим. Молчим. Думаем. Каждый пытается что-то придумать. Без вариантов. И тут мне в голову приходит мысль.

— Аккуратно протяни руки, как если бы натягивал тетиву, — попросил я светлого.

По миллиметрику Дарниэль вытягивал руки, чтобы не делать резких движений. На эту процедуру у него ушло где-то с полчаса. Гидра в это время только крутила головой, ведь чувствовать она нас чувствовала, но определить местонахождение не могла. Когда руки светлого приняли нужную позицию, я, закрыв глаза, представил его же лук у него в руках. Засвистела стрела.

— Ложись, — скомандовал Таргиаль. И мы все вместе с конями повалились на землю. А мимо нас пронеслось что-то зеленое, склизкое, которое шмякнулось в нескольких метрах от нас. Земля на том месте тут же вспенилась, зашипела и стала выгорать и чернеть.

— Вот это да, — выдохнули все, глядя на то, что осталось на месте плевка этой гадины.

Стрела вонзилась в шею, но особого вреда не причинила. Зверюга только взвыла, от чего у меня волосы на голове дыбом встали. Лежим. Думаем. Никому ничего на ум не приходит. Пролежали еще с час. Гидра перестала выть и скулить, только головой все время продолжала крутить. У меня возникла еще одна идея. Представив невидимый меч, я отрубил ей голову, которая скатилась прямо в болото, от чего то зашипело, забурлило и тут же проглотило голову этой твари. Когда все хотели вздохнуть с облегчением, даже встали и собрались двигаться дальше, как темный опять скомандовал:

— Стоять.

Мы встали как вкопанные, с изумлением смотря на то, как из обрубка шеи гидры показалась новая голова. Вот же засада.

— Это что такое? — тут же спросил Хорват, — как такое возможно?

— Возможно, — ответил темный, — это специфика строения тела и особенность этой твари. Сколько не отрубай ей головы, они опять вырастают.

— И как быть в этом случае? — спросил уже я.

— У меня в сумке лежит специальный состав, которым надо побрызгать место отделения головы от тела, тогда на восстановление у нее уйдет где-то с полчаса, которые помогут нам проскочить эту гадину.

— Да, проблема, — высказался я, — и как же нам достать эту твою бутылочку?

— Я сейчас попробую, — ответил Таргиаль, — а зачем тебе? — не выдержал он и задал вопрос.

— Хочу кое-что попробовать, — туманно ответил я.

Очень медленно темный протянул руку в сумку и стал на ощупь что-то искать.

— Как ты сможешь определить нужный тебе пузырек? — удивился я, услышав позвякивание в сумке как минимум нескольких бутылок.

— У каждой склянки своя форма, — ответил он, — эта бутылочка имеет восьмиугольную форму, поэтому ее легко найти. Главное нащупать.

Но его манипуляции были замечены гидрой. В нашу сторону понесся плевок. Я еле-еле успел его сместить. Но он плюхнулся совсем недалеко от нас. Пятно стало расползаться, причем все ближе подбираясь к нам. Я попытался его убрать, но не получилось. Тогда пришлось просто сместить его расползание в обратную от нас сторону. Вонища была та еще. Даже голова стала кружиться от этой вони. Но мы старались стойко терпеть. Ведь ничего другого просто не оставалось.

И вот наконец спустя минут сорок поисков и медленного вытаскивания этой склянки из сумки, искомый объект предстал перед нами.

— Сможешь отвинтить крышку? — спросил я, поглядывая на вдруг застывшую гидру.

— Попробую, — аккуратно отвинчивая колпачок, ответил темный. Все наши спутники следили за нами с каким-то затаенным страхом и ожиданием.

Когда крышка была отвернута, я снова представил невидимый меч, отрубающий голову гидре, а темный в следующее мгновение бросил бутылочку, которую я тут же направил на то место, где совсем недавно была голова.

И вот у нас появилась возможность убежать от этого проклятого места, что мы и сделали. Не долго думая, вскочили на своих четвероногих друзей и помчались подальше. Не успели мы отъехать и двести шагов, как по всему лесу раздался вой, крик, скулеж и наводящий ужас вопль этой гадины.

— Что это с ней? — удивился Азрат, — чего она орет, как в агонии, ведь восстановилась же.

— Она орет, потому что сейчас, в этот момент умирает, — стал пояснять почему-то Санраар. Мы на него глянули недоверчиво.

— С чего ты это взял? — спросил Дарниэль, — с чего ей умирать?

— Когда мы ступили на тропу, мы нарушили охранный контур, который я сразу заметил, но не мог понять сначала, к чему он здесь, а сейчас дошло. Эта охранка была привязана к гидре, чтобы не пропустить нас. Так что нас и здесь ждали. Так вот, когда мы нарушили этот самый контур, надобность в гадине отпала, мы-то прошли уже и задерживать уже некого, вот она и самоуничтожается. А каким бы магическим не было существо, оно все же живое. Вот и воет от боли, так как просто издохнуть она не может. Разрушается постепенно. Это ей как наказание за то, что мы смогли пройти.

— Вот это да! — присвистнул светлый. — Интересно, что следующее на очереди. И кто та зараза, которая все это спланировала и снесла кристалл?

— Я думаю, что мы об этом узнаем первыми, — ответил я.

Дальше мы скакали в тишине. Привал делать не стали, так как есть никто не хотел, в носу у всех все еще стояла та самая вонища от слизи гидры. Но Санраар не хотел молчать. Он, глядя на меня, хотел было что-то спросить, но я понял о чем, а так как в мои планы не входило делиться своей магией, раскрывать ее секрет, то я сделал только одну возможную и отвлекающую вещь: наслал на его задницу зуд, пусть почешется немного, а заодно и забудет о своем вопросе. Первым заметил нервные дерганья и почесывания Санраара Таргиэль.

— Что это с тобой? Ты чего дергаешься? — но тут же на лицо вернулась забытая ехидная ухмылочка и он добавил, — или у тебя засвербело в одном месте? Так я могу помочь, почесать.

— Да ну тебя, — насупился оборотень, — меня комар укусил, а тебе все шуточки.

— Вот видишь, даже комары знают куда надо кусать, — тут же улыбнулся светлый, — видимо и им твоя задница покоя не дает, что они тебя за нее кусают.

— Вот вам с темным она точно покоя не дает, — в шутку возмутился Санраар, — вы все время о ней говорите.

— Конечно не дает, — не стал отрицать темный, а светлый только кивнул в знак согласия, — я же тебе давно говорил, что с огромной радостью бы трахнул тебя. Только ты все упираешься.

— Да ну вас с вашими шутками, — собрался уже обидеться оборотень, продолжая чесаться, чем только вызывал улыбки у всех спутников, — я уже говорил, моя задница никому не достанется.

— Не зарекайся, — тут же влез в разговор Азрат, хитро поглядывая на меня. А я что? Я ничего. Еду себе тихонько, никого не трогаю, никому не мешаю.

— Все, проехали, — Санраару надоело отвечать на шутки и подколки спутников, поэтому, он просто попросил всех заткнуться.

Дальше поехали молча. Скакали мы часа два. Вот и лес закончился. Мы выехали к огромному полю, которое объехать никак не получалось, так как с одной стороны были болота с топями, а с другой — непроходимый лес. Поэтому выход был один: пересекать поле. Собравшись уже было ехать напрямик, как нас тут же остановил наг. Подняв руку вверх и к чему-то прислушиваясь, уже он скомандовал:

— Стойте, нам нельзя туда.

— Почему? — удивились мои спутники с недоумением уставившись на Криштана.

— Не знаю, — тут же пожал плечами он, — но я что-то чувствую неправильное, а что… пока не могу понять.

— Я тоже что-то ощущаю, — тут же о чем-то задумавшись и сосредоточившись, произнес светлый, — и тоже не могу понять в чем дело.

Присев на корточки, Дарниэль приложил руку к земле и стал что-то слушать. А потом, удивленно уставившись на нас, произнес:

— Это невероятно, я не чувствую этого поля, — мы сначала не поняли о чем он говорит, а он добавил, — совсем не чувствую.

— Он — маг земли, — пояснил темный, видя наше недоумение, — он может разговаривать с землей, чувствовать ее.

Но что же могло случиться такого, чтобы эльф не смог почувствовать этого поля? И тут Криштан решил кое-что проверить. Он поднял с дороги огромный камень и бросил его недалеко от нас, чтобы мы смогли видеть, что с ним будет происходить. Несколько минут ничего не происходило и мы уже собрались плюнуть на сомнения эльфа и нага, как вдруг земля вспучилась, колосья впились в камень и сама земля с громким чавканьем поглотила камень. А мы с ужасом наблюдали за этой сценой.

Никто не мог даже слова произнести. Мы не знали что можно сделать в этой ситуации. И стали думать.

Глава 12

Сидим. Думаем. Скоро уже смеркаться начнет, а мы мало того, что еще ничего не придумали, так еще и не нашли место ночлега. Переглядываясь со всеми, увидел усиленную работу мысли на лицах принцев. Но тут встал Хорват. С напряженным вниманием мы все уставились на него и на его действия. Он пошел вдоль дороги, нашел длинную ветку, вернулся обратно. Провел веткой над колосьями. Сначала ничего не происходило, а потом… колосья вдруг резко выросли и попытались схватить ветку. Но реакция у вампира отменная. Он выдернул ее (ветку) вовремя, не дав колоскам ее схомячить. О чем-то подумал, поднял ветку повыше. Та же ситуация.

— Что ты пытаешься сделать? — задал вопрос Криштан, наблюдая как и все мы, за действиями Хорвата.

— Хочу понять до какой высоты они дотягиваются, — ответил клыкастик, продолжая свои манипуляции с веткой.

— Зачем тебе это? — удивился уже Азрат.

— Если и у этих колосков есть предел, то мы сможем перейти по воздуху.

— А если нет? — тут же задал вопрос Дарниэль.

— Тогда не знаю, — честно признался Хорват, — об этом я пока не думал. Просто я считаю, что предел должен быть. Какой бы магией не накачали это поле, высота пожирания всего живого должна быть не бесконечной. Вот я и пытаюсь определить предел. Может быть мне и удастся это сделать.

Ближайший час мы наблюдали за безуспешными попытками Хорвата найти этот самый предел. И вот, уставший и измотанный, он, применив левитацию, взлетел повыше, провел веткой один раз… другой раз… третий раз. Ничего не происходило. Неужели предел найден? Хорват даже подержал ветку несколько секунд. Ничего не происходило. Данный факт всех нас очень обрадовал. Вот только левитировать мы пока еще не могли. А обращаться до совершеннолетия нам было категорически запрещено. Могло нарушиться что-то в организме, и это что-то может привести к необратимым последствиям, вследствие чего обращение может быть невозможно.

И тут Хорват, обводя всех нас по очереди, взглядом, поинтересовался:

— У кого-нибудь еще есть магия воздуха?

— Зачем тебе это надо? — тут же поинтересовался Санраар.

— Моих сил не хватит удержать воздушный мост и переправить по нему всех нас, — ответил вампир, продолжая разглядывать всех и надеясь, что еще у кого-то окажется такая же магия. Иначе, вся задумка пойдет прахом.

— У меня, — подумав о чем-то, тут же признался оборотень, — что надо делать? Я помогу.

— Я сейчас создам мост, а ты помоги его удержать, пока все будут переходить по нему, — ответил он Санраару, а потом, повернувшись к нам, добавил, — только старайтесь идти аккуратно, так как на широкий мост даже наших двоих сил не хватит, поэтому, я сделаю узкую тропу, постарайтесь не упасть.

Мы все согласно покивали головой. Не знаю как остальным, а мне было безумно страшно. Но делать-то все равно нечего, надо идти. Первыми мы переправили четвероногих друзей, которым хватило всего несколько секунд, чтобы оказаться на той стороне, а за животными пошел Хорват, чтобы иметь возможность страховать остальных и удерживать мост с двух сторон. За ним шел темный, дракон, светлый, наг, предпоследним шел я, а уже за мной — Санраар.

На самой середине, когда на мосту остались только наг, я и оборотень, наша переправа стала понемногу рассеиваться. Запас энергии у обоих магов подходил к концу. Наг успел спрыгнуть на другой стороне поля, а я вдруг почувствовал, как соскальзываю вниз. Сердце ушло в пятки. Мне было даже страшно представить, что будет, когда я окажусь на земле. Не хотел бы я оказаться на месте того камня, который мы бросали для проверки. Но додумать мысль о моей скорой смерти мне не дала твердая и уверенная рука, которая, подхватив меня, прижала к сильному телу. А потом был резкий скачок на пределе сил и возможностей. Уже прыгая на землю, я успел заметить, что мост растворился. Неужели мы успели и все остались живы?

В порыве благодарности, что не дал оказаться на земле, я повернулся в кольце рук, все еще обнимающего меня Санраара и чмокнул его в щеку, после чего сам же покраснел и отстранился. Да и Санраар покрылся краской смущения. А потом вампир с оборотнем повалились на землю, не имея сил идти дальше. А надо бы, так как начинал накрапывать дождь. Через несколько минут после нашего перехода, раздался вой, земля на поле вздыбилась, колосья стали переплетаться между собой, вырывая друг друга с корнем. Земля кипела как лава вулкана. Изнутри, из под земли, раздавался грохот, стон, рык. Это было страшно. Мы застыли, с ужасом наблюдая за беснующейся землей.

Когда перед нами предстала голая, как выжженная, земля, вдруг все успокоилось. Наступила тишина, от которой даже уши закладывало. А потом… из земли показались первые ростки, которым хватило несколько минут, чтобы вырасти в колосья. Криштан и Дарниэль подошли ближе, приложили руки к земле и радостно заулыбались.

— Вот теперь все хорошо, — с улыбкой на губах произнес светлый, а наг только радостно кивнул, соглашаясь.

Я, глядя на вампира и оборотня у которых не было сил встать, подошел к ним, положил руки каждому на плечо и стал восстанавливать утраченную энергию.

— Это что ты сейчас сделал? — удивился вампир.

— Всего лишь поделился энергией, — пожал плечами я, стараясь не вдаваться в подробности, — вы же совсем были опустошены, а нам надо ехать, если не хотим попасть под дождь.

— Ты можешь делиться энергией? — спросил Санраар, а глазки у моих спутников загорелись в предвкушении.

— Я этого не знал, просто попробовал, — начал было я, — я еще сам не знаю всех возможностей своей магии.

— Как это не знаешь? — удивился Таргиаль.

— Вот так, не знаю, — честно признался я, — мы с владыкой только начали изучать мои возможности, а тут такое…

— Так тебя поэтому послали с нами? — вступил в разговор Дарниэль, — чтобы развить способности, узнать возможности и побыть источником энергии?

— Что-то вроде того, — я с вызовом посмотрел на светлого и, в свою очередь, поинтересовался, — а ты что-то имеешь против?

— Нет-нет-нет, — замахал руками Дарниэль, — напротив, я рад что ты с нами. Хотя, честно говоря, когда сразу узнал о твоем присутствии — был очень даже против. Ведь никто не знал, зачем ты нам вообще нужен, если даже не являешься принцем, а теперь понимаю.

— Ладно, хватит разговоров, — вмешался Азрат, а я ему благодарно улыбнулся, ведь неизвестно к чему могли привести дальнейшие расспросы, — нам пора ехать и искать место для ночлега, иначе вымокнем насквозь.

Мы согласились. Запрыгнув на животных, поскакали к горам, видневшимся вдали. Во время езды я все время ощущал на себе взгляд оборотня. Он что, решил дырку во мне просверлить? Я старался не подавать вида, что что-то замечаю, но меня выдавала заалевшая от такого пристального внимания кожа.

— Сейчас укроемся в одной из пещер, которых здесь довольно много, — махнул рукой Азрат, показывая направление, а, повернувшись ко мне и увидев красного и смущенного меня, со смешком поинтересовался, — что это с тобой? Тебе плохо?

— Нет, что-то душновато стало, — не очень мне хотелось распространяться о своем смущении, — видимо от испуга и переутомления.

— Ага-ага, — засмеялся уже в открытую дракон, — от переутомления ли?

Ну вот. А еще друг называется. Я попытался обидеться на него, но он, хлопнув меня по плечу, заговорщически подмигнул и шепнул на ухо:

— Не смущайся. А к этому все шло. Неужели наш непробиваемый оборотень, наконец дозрел?

— Да ну тебя, — в шутку ударил я его по плечу, — веди лучше, показывай куда ехать.

— Ладно-ладно, не злись, — поднял руки в примирительном жесте дракон и поскакал вперед, чтобы выбрать пещеру посуше.

Когда мы подъехали, Азрат уже её нашел и махнул рукой, приглашая нас внутрь.

— Главное, чтобы и здесь обошлось без происшествий, — тут же заметил Криштан, оглядываясь вокруг.

— Здесь все чисто, — уверил его Азрат, — я все проверил.

На удивление, в пещере нашлось немного сухого хвороста, благодаря которому нам не пришлось выходить наружу, где разыгралась настоящая буря, которая была слышна даже через заваленный камень, которым Азрат закрыл вход в пещеру, чтобы туда не проникал ветер. Наспех приготовив ужин, мы стали укладываться спать. Хоть пещера была маленькая и, несмотря на то, что ветер не проникал внутрь, все равно было очень холодно, даже костер не помогал. Тогда решили укладываться по два, чтобы хоть как-то согреться. От такого предложения у меня уже пылало не только лицо, но и уши.

Я попытался было возражать, но на меня рыкнул Хорват:

— Ты что, заболеть хочешь? Прекрати вести себя как нецелованный девственник, тебя же не насиловать будут, а греть.

Когда все уставились на меня, красного, смущенного, Дарниэль не выдержал и заржал:

— Только не говори нам что ты…

А я только и смог что кивнуть. Пещера содрогнулась от всеобщего хохота. А я разозлился. Ну вот что в этом такого? Подумаешь, девственник.

— Даже если это и так, что смешного? — накинулся я на светлого.

— Просто непривычно, — пытаясь унять смех, стал оправдываться Дарниэль, — сейчас девственников днем с огнем не сыщешь, а тут такой раритет, да еще в непосредственной близости. Заманчиво.

— Даже и не думай, — тут же пресек я его попытки протянуть ко мне свои загребущие ручонки, — иначе, за последствия я не отвечаю.

— Не стоит его трогать, — тут же встал на мою защиту дракон, — а то ведь малыш и отомстить может, да так, что не рад будешь, что связался.

Когда у Азрата хотели спросить что он имеет ввиду, тот только рукой махнул и сказал, что пора спать. Но от меня пока отстали. Светлый лег с темным, наг — с вампиром. А мне ничего другого не оставалось, как разместиться с оборотнем, так как дракон сказал, что будет дежурить. На ватных ногах я подошел к уже приготовленной Санрааром лежанке. Да что со мной происходит, вакханай возьми, с каких это пор меня стала волновать близость этого эгоиста? Но потом, подумав, сообразил, что за все время нашего короткого путешествия, никто из принцев ни разу не показал свою сволочную натуру. Все были дружелюбны, внимательны к другим. Это конечно радовало. Огорчал только тот факт, что когда вернемся, они ведь опять станут такими, как были.

Решив оставить эти размышления, я примостился рядом с оборотнем на самом краешке лежанки. Но он, хохотнув, притянул меня ближе к себе и прошептал на ухо:

— Расслабься, я не съем тебя, — от чего у меня мурашки по коже побежали, а этот гад все не унимается. — Я не собираюсь тебя насиловать, прекрати зажиматься.

А потом, прижавшись к моей спине, стал тереться носом о шею. Я пытался его оттолкнуть, но не получилось. Когда он поцеловал мою шею, меня как молнией пронзило, приятно. А потом все резко закончилось.

— Давай спать, устал я сегодня, да и тебе не мешало бы отдохнуть, — уткнувшись мне в плечо, через несколько минут Санраар уже посапывал. А я, уютно устроившись в объятиях оборотня, согревшись, только успел подумать, что мне понравилось, как этот тип меня обнимает, и уснул.

Глава 13

Просыпаться не хотелось. Мне было тепло и уютно. Но, видимо, все уже встали, поэтому пришлось открывать глаза. Но не успел я их открыть, как мой взгляд наткнулся на другой, изучающий, серьезный, задумчивый.

— Ты чего? — хриплым со сна голосом поинтересовался я у Санраара, именно он и был тем, кто так меня рассматривал.

— Да вот смотрю на тебя и поражаюсь, — начал он, — ты когда спишь, очень красивый, как я мог раньше этого не замечать.

— Эй, притормози, — попытался вывернуться я из его объятий, но он не отпускал, — я все равно не стану одним из твоих мальчиков на одну ночь.

— А на несколько? — вот же гад, еще и издевается.

— Нет, — я наконец, вскочил с лежанки и подошел к костру, где уже сидели все наши спутники, которые поглядывали на меня и только посмеивались, но говорить никто ничего не стал.

Перекусив, стали собираться в дорогу, которая должна была пролегать через ущелье. Оно было настолько узким, что пройти можно было только по одному и гуськом. Первым решил пойти Азрат. Но не успел он войти, как вокруг него тут же образовался какой-то купол, а сам дракон начал частичное превращение, у него появились крылья, которые стали тут же загораться. С криком дракон выскочил из под этого купола. Крылья, так же, как и огонь, тут же исчезли. Попытать счастья решил наг. Его тоже поглотил купол, ноги стали превращаться в хвост, который, как и крылья дракона, начал загораться, наг выскочил. Удачу попытались испытать и эльфы, но у них стали плавиться уши. У вампира была такая же ситуация как и у дракона, то есть частичная трансформация, появились крылья, которые пытался поглотить огонь. Тогда рискнуть решил Санраар. Но не успел он войти, как стали появляться острые, как у лисы, уши и большой, пушистый хвост, которые тут же занялись огнем. Выскочив, оборотень только сжал зубы от боли.

Когда идти собрался я, меня просто туда не пустили, сказав что все равно ничего нового не произойдет и меня ожидает та же участь. Поэтому, разместившись около прохода в ущелье, мы стали думать, как нам быть.

— Этот купол рассчитан на нас, чтобы не дать пройти дальше, — стал говорить светлый, а у меня после его слов в голове забрезжила какая-то мысль, но уловить я ее пока не мог.

— Интересно, другая дорога здесь есть? — тут же, ни к кому в особенности не обращаясь, а, как бы мысля вслух, спросил темный.

— Нет, нету, — ответил дракон, — я здесь часто бывал, поэтому могу с уверенностью сказать, что дорога одна, только через это ущелье.

— Это плохо, — вампир стал осматривать вершины гор, надеясь найти хоть какую-то лазейку, — как же нам пройти?

— А если попытаться по воздуху, как через поле? — внес предложение наг.

— Не получится, — констатировал вампир, — это тебе не земля с колосьями, это купол, который может растягиваться до бесконечности.

— Я все же попытаюсь проверить, — не поверил Хорват, левитируя повыше и пробуя вновь войти в ущелье.

И снова частичная трансформация, снова огонь, пытающийся подпалить крылья. Ничего не изменилось, чем выше пытался взлететь вампир, тем выше становился купол, растягиваясь вместе с пытающимся повыше взлететь Хорватом. Неизвестно сколько попыток он бы еще предпринял, если бы его не остановили товарищи.

— Достаточно, — ухватив за руку вампира, который в очередной раз попытался набрать высоту, наг, — неужели ты не видишь, что это все бесполезно.

— Но ведь мы должны хоть что-то придумать, — огрызнулся Хорват, вырывая руку из захвата, — не будем же мы сидеть здесь вечность, думая что делать. Надо не думать, а действовать.

— От того что ты покалечишь себя, ничего не изменится, — возразил Дарниэль, — то, что воздух нам не помощник, мы уже поняли. Земля нам тоже не поможет. А если попытаться использовать воду?

— Как это? — не понял его Таргиаль, — при чем здесь вода?

— Под куполом огонь, правильно? — дождавшись нашего согласного кивка, продолжил, — а если попытаться входить не по одному, а по двое, вместе с магом воды, — но тут же смутившись, заозирался и добавил, — если у нас конечно такой имеется.

— Имеется, — согласился темный, — дальше.

— А дальше, когда огонь начинает распространяться по телу, нужно попробовать потушить его водой. Как вам такой вариант? — закончив мысль, Дарниэль, обводя всех нас вопросительным взглядом.

— Можно попробовать, — первым согласился Азрат и, недолго думая, подошел к краю ущелья, где предположительно находился купол.

Дракон с темным, держась за руки, ступили на тропу. Их сразу же охватил купол, началась трансформация. Огонь стал жечь крылья дракона и уши эльфа, который попытался воздействовать на него водой, но безрезультатно. На этот огонь вода не действовала. Она проходила сквозь пламя, не причиняя ему вреда.

— Да, попытка не удалась, — констатировал темный, выскакивая и хлопая себя по ушам, в то время как Азрат тушил свои крылья.

— Что же нам еще придумать? — задумчиво протянул Санраар.

— А если попытаться пролезть через горы? — внес бредовую идею Криштан.

— Ага, по отвесным скалам пешком, — тут же съязвил Таргиаль, как ты себе представляешь это?

— Но ведь у нас есть веревки, можно попытаться цепляться крюком за уступы, а потом взбираться по веревке, — стал пояснять Криштан.

— Не получится, — констатировал Азрат, — этот гребанный купол не даст нам взобраться на скалы, или веревку обожжет, или нас еще раз хорошенько подпалит.

И тут у меня в мозгах что-то щелкнуло. Я, осмотрев всех, спросил:

— Как вы думаете, тот кто это устанавливал, знал сколько нас?

— Откуда же нам это знать? — пожал плечами Дарниэль, — а что? К чему ты это спрашиваешь?

На меня с интересом уставилось шесть пар глаз.

— Кристалл могут освободить из загребущих рук злодея только члены королевской крови. Правильно? — все с непониманием кивнули, — все эти каверзы рассчитаны на принцев, так? — опять согласный кивок, а потом Таргиаль не выдержал:

— Не томи, говори что придумал, а то мы от любопытства умрем.

— А ты не перебивай, а то я с мысли собьюсь, — на темного сразу же все зашикали, а я продолжил, — судя по всему, похититель не знал сколько нас, и если все эти каверзы настроены только на вас, то я смогу пройти через этот купол, — дождавшись изумленных взглядов, я закончил свою мысль, — почему-то мне кажется, что здесь та же ситуация, как и в прошлых испытаниях, стоит только пройти преграду, она исчезнет, вот только я пока не могу с точностью сказать, достаточно ли будет того, что я пройду один.

Несколько томительных минут все переваривали сказанное мной, а потом Азрат подошел, положил руку на плечо и произнес:

— Давай так: ты сейчас оч-ч-чень медленно войдешь в ущелье, но как только начнется трансформация сразу же выходишь оттуда.

— Это само собой, — мне стала приятна такая забота дракона, тем более, что дураком я не был и плавиться все равно не собирался, поэтому только кивнул головой и пошел.

Ступив на тропу, я остановился, подождал. Ничего не происходило, купола не было. Прошел дальше. Та же ситуация. Так, мелкими шагами, я добрался до конца ущелья. Обернувшись, увидел изумленные лица своих спутников. А потом произошло нечто. В ущелье начался ураган. Я только успел укрыться за выступом скалы, чтобы не снесло. Все вокруг резко потемнело, со скал стали сыпаться камни, ветер завывал так, что казалось, будто плачет кто-то. Редкая растительность, пробивающаяся между скалами, была безжалостно вырвана с корнями и разбросана по ущелью. Из-за белого тумана ничего не было видно. Я даже не мог рассмотреть, что с принцами. Успели ли они укрыться хоть куда-нибудь? Не пострадал ли кто? Хоть они и ехидные, временами надменные и гадкие личности, но они мои спутники и, на время пути, товарищи. И я о них очень сильно волновался.

Спустя несколько минут, показавшихся вечностью от ожидания и волнения, туман рассеялся, темнота ушла, а передо мной предстало ужасное зрелище: вся тропа была завалена камнями, растениями, вырванными из скал. Спутников я не видел.

Бросившись к завалу, стал судорожно пытаться хоть как-то оттащить камни с тропы. И тут услышал, как с другой стороны громко ругается Азрат. Значит с этим все в порядке. Вторя дракону стали высказываться темный и светлый, пытаясь указывать один другому какой камень взять и куда положить. Такая пикировка немного развеселила и обрадовала. Значит с тремя уже ничего не случилось. Но где же остальные? Почему их не слышно? Целый час мы оттаскивали камни, чтобы пробиться друг к другу. И вот наконец показался небольшой проход, через который можно было протиснуться. Первым ко мне прошел Азрат, сжав в стальном объятии.

— Слава богам! С тобой все нормально. Я волновался, — продолжая сжимать меня, произнес дракон.

— Я думаю… это… ненадолго, — кое-как выдавил я из себя, чем очень удивил Азрата.

— Почему ненадолго? — смотря на мою посиневшую от недостатка воздуха тушку, спросил он.

— За… заду… ушшшишь, — воздуха стало катастрофически не хватать.

— А, вакханай аркшид продент, — выругался он и наконец-то отпустил.

Я закашлялся и стал хватать воздух, как выброшенная на берег рыба. За этим занятием нас и застали эльфы, которые протиснулись следом за драконом.

— А чего это с тобой? — удивился темный, а Азрат, потупившись объяснил:

— Это я его так от радости, что с ним ничего не случилось.

— Ну ты… — сгибаясь от смеха, произнес светлый.

— Ага, жив остался в этом урагане, но чуть не отдал концы от выражения радости нашего Азрата, — тоже засмеялся темный.

Пока эльфы пытались отсмеяться, а дракон пытался скрыть предательский румянец, из-за завала показался наг, а следом за ним вампир, который, поддерживая оборотня, помогал тому пройти. И тут мы заметили кровь у Санраара и его полуобморочное состояние.

— Что с ним? — подскочив к оборотню, я попытался обнаружить причину ранения, а так как он был весь в крови, то пришлось исследовать на ощупь.

— Когда начался обвал, один из камней угодил в него, — объяснил нам наг, который все время находился рядом с оборотнем.

Найдя рану, я ужаснулся. Рваные края, кожа висит клочьями. Хорошо же его зацепило. Кровь хлещет как из ведра. Первое что я сделал, это остановил кровь. Потом, приложив руки к ране, закрыл глаза и представил как края сходятся, не оставляя даже шрамов. Кожа больше не висит. Продолжая водить руками по тому месту где недавно была рана, я почувствовал гладкую и бархатистую кожу. Открыв глаза, обрадовался как ребенок, что у меня все получилось. А потом, поразившись тишине, оглянулся на товарищей, которые с изумлением смотрели на меня.

— Сколько же в тебе еще таится тайн и загадок? — услышал я шепот, раздавшийся у меня над ухом, а потом чьи-то руки притянули к себе и обняли, — я волновался, чтобы с тобой ничего не случилось.

— Со мной-то ничего, а вот с тобой… — договорить мне не дали губы, заткнувшие меня.

Поцелуй получился нежным, изучающим. Но продлился недолго. Сообразив, что меня целует мой бывший враг, я оттолкнул его от себя.

— Прекрати! Что на тебя нашло? — возмутился я, а этот гад просто стоял, улыбался и облизывался как кот на сметану.

— Это я от переизбытка чувств и в знак благодарности, — невинно улыбаясь, стал оправдываться оборотень.

Ну-ну, так я ему и поверил. Но тут Азрат откашлялся и произнес:

— Я думаю, нам надо двигаться дальше, — а потом, обращаясь к хихикающим эльфам, добавил, — что-то будет дальше?

Глава 14

ПОВ Санраар.

С самого детства я рос в любви, неге и ласке. Меня баловали все кому не лень. А когда я немного подрос, появились так называемые друзья и прихлебатели. Но от их фальшивых улыбок и неискреннего желания угодить только хуже становилось. Душа требовала чего-то этакого, но чего именно я и сам не знал.

Когда стал постарше, отец отправлял меня на лето в летнюю резиденцию, так как видел мое отношение ко всем дворцовым интригам. Они стали меня утомлять и раздражать. Хотелось естественности, искренности, а не подобострастия и подхалимажа.

В летней резиденции ничего не изменилось. Хотя чего я ожидал? Подростки, стоило им только узнать кто я, вели себя точно так же, как и все во дворце. То есть пытались подружиться, дарили фальшивые улыбки, даже травили того, с кем еще недавно неплохо общались. Кстати о нем. Этот парнишка отличался от всех других. Вот именно в нем и присутствовала та самая искренность, которой мне так не хватало. Но… Вот это самое «но» и мешало мне с ним подружиться. Я с детства любил все красивое, а этот был страшненьким. Неказистый, мелкий и рыжий в придачу ко всему. Он только одним своим видом портил мой эстетический вкус. На него же без слез было не глянуть. Ну вот как у таких красивых родителей могло родиться ЭТО? Не понимаю. Ведь раса дайхаров всегда славилась самыми красивыми представителями. А тут такое. Единственное, чем он привлекал внимание, это своим златогривым красавцем единорогом. Причем, глядя на их двоих, создавалось ощущение, что они разговаривают между собой. Странная пара. Ведь всем известно, что единороги свободолюбивые животные, которые не то что не подчиняются кому-то, а даже близко к себе никого не подпускают. А тут такая идиллия. Но что самое интересное, у всех дархаров всегда был повышенный уровень магии, а у этого я ее вообще не ощущал. Но тем не менее, он прекрасно общался с единорогом. Вот как такое возможно? Именно поэтому я и старался постоянно его подкалывать и оскорблять.

Но парнишка меня не боялся. Сколько бы я его не оскорблял, не давал тумаков, он все время огрызался и пытался дать сдачи по мере своих сил и возможностей. А я старался как мог, чтобы обидеть, оскорбить, ужалить побольнее. И все это за то, что он оказался в душе именно таким, каким я бы хотел видеть своего друга, а вот внешностью… За это и страдал. В меня как будто вакхар вселился. И все было бы хорошо, может быть, если бы этот гадкий утенок не преследовал меня. Ну как преследовал? Просто куда бы я ни шел, везде был он. Это бесило и раздражало. Но апогеем стал один случай. Мне с самого утра испортили настроение. Один из этих самых мальчишек, что вечно ошивался рядом, притащился ко мне с утра пораньше и стал просить забрать его с собой. Он-де хочет во дворце пожить. Естественно я отказал. Но он оказался слишком настырным. Пришлось спасаться бегством.

Вскочив на своего коня, я решил отправиться на прогулку, развеяться, успокоиться. И каково же было мое удивление, когда и здесь я повстречал этого гадкого утенка. Вот тут-то моя злость и вырвалась наружу, особенно после того, как этот уродец посмел меня ударить. Не знаю что бы было, если бы его единорог не заступился за парнишку. Я бы его наверное в порыве злости убил бы. Не став дожидаться пока парнишке окажут помощь, я просто ускакал прочь. Именно в тот момент мне стало жаль бедного уродца, а заодно и своих несбыточных надежд на нормального друга, именно такого, как этот парнишка. Больше я в резиденции не появлялся.

И вот прошло несколько лет. Меня отправили в Академию Магии. Но прибыть туда я решил ближе к вечеру. Ведь проходить процедуру арки мне было не надо, так как моя магия и так фонила на несколько метров вокруг. Еще по дороге в Академию, я узнал довольно неприятную новость: мой отец решил поселить меня в комнате на двоих. А я-то, наивный, рассчитывал устроиться с комфортом в одноместной комнате. Ага, размечтался. Поэтому мое настроение было отвратительным. Это еще мне повезет, если сосед окажется адекватной личностью, а не одним из тех подхалимов-лизоблюдов, на которых даже смотреть неприятно, не говоря уже о том, чтобы нормально общаться.

Когда я вошел в комнату, там никого не было, но был слышен плеск воды. Значит мой сосед в душе. Ну что ж подождем, посмотрим, кто же окажется тем счастливчиком, а может быть и самым несчастным.

И вот дверь открылась и моему взору предстал… дайхар. Вот же, везет мне на них. Тут же перед глазами пронеслась картинка двухлетней давности: избитый гадкий утенок под копытами единорога. Но, отогнав воспоминания, я заметил толику страха, мелькнувшего в глазах парнишки. Хм, странно. С чего бы тебе меня бояться? Я тебя вижу первый раз в своей жизни. Но что-то в глазах парня меня насторожило. А вот что? Ладно, потом подумаю, надо начинать разговор. Должен же я узнать, что этот кадр собой представляет.

— О, как меня встречают, вымытые и готовые ко всему, — начал я, следя за его реакцией.

— Во-первых: я не знал, что ты сегодня приедешь, — так-так-так, а парнишка-то не так прост, вот уже и злиться начинает, — а во-вторых, ты не в моем вкусе, высочество. Поищи себе кого-нибудь другого для постельных утех.

— Ничего, я тебя еще заставлю изменить свое мнение, — это может быть очень интересно, поэтому я только оскалился и ехидно уставился на парня, — передо мной еще никто не мог устоять и ты не исключение, сам приползешь ко мне на коленях и будешь умолять меня трахнуть тебя.

— Самоуверенность на грани фантастики, — а он молодец, решил не сдаваться, да еще и огрызаться начал, это уже радует, — мы еще посмотрим кто к кому приползет.

— Ха-ха-ха, ты в своем уме? — от подобного предположения я просто расхохотался, не нашлось еще того, кто меня бы действительно заинтересовал, а тем более настолько, чтобы кого-то о чем-то просить, — ты сам-то понял, что сказал?

— Прекрасно понял, — вздернув подбородок, ответил парень, — и могу повторить для особо непонятливых, не будем показывать пальцами.

— Кстати, раз уж нам жить вместе, то не мешало бы познакомиться, — мне стало надоедать препираться с парнем в первый же день, поэтому решил закончить разговор знакомством, — меня Санраар зовут.

— Картан, — вот же гаденыш, даже не глянул больше в мою сторону, а просто взял свои вещи и ушел обратно в душ одеваться.

После того, как парень ушел, я попытался проанализировать свои ощущения. Вот крутится какая-то мысль, а поймать ее я никак не могу. Ладно, потом подумаю. Когда парнишка вышел более-менее одетый, я все же не удержался от реплики:

— Какие мы стеснительные, но ничего, в моем обществе твое стеснение быстро сойдет на нет.

— Сказочник и мечтатель, — даже не глядя на меня, ответил тот.

— Поживем-увидим, — я просто пожал плечами, решив не развивать больше тему. Я лег на кровать и достал светящийся шар-передатчик, в котором высветилось лицо смазливого подростка.

— Ну чего тебе? Только недавно… — я глянул на Картана и запнулся, не хотелось травмировать неокрепшую психику парнишки, так как, судя по всему, этот неопытный птенец еще девственник, поэтому, вместо того чтобы сказать, что мы только сегодня успели потрахаться, я изменил формулировку, — виделись.

— Я уже соскучился, — как же меня бесит этот его тон, кажется что вот-вот зареветь готов.

— И ради этого ты меня побеспокоил? — в моем голосе появилась угроза, которую кажется заметил и мой сосед, — я, кажется, тебе говорил, чтобы ты беспокоил меня только в экстренных случаях. Что из сказанного тебе было не понятно?

— А разве это не экстренный случай? — удивился парнишка.

— И в каком месте здесь экстренность? — вот же идиот, неужели непонятно было сказано, что я не люблю когда меня беспокоят просто чтобы увидеть или услышать.

— ?

— Вот и я не знаю. Все, больше меня не беспокоить, — надоел он мне, надо это прекращать, а то сейчас начнутся слезливые признания в любви, а этого я терпеть не могу. Но заметив, что Картан внимательно прислушивается к нашему разговору, решил и его осадить за компанию, — между прочим, подслушивать нехорошо.

— Больно надо слушать все эти сопливо-слезливые признания, — он скривился, причем вполне естественно, — фу, тошнит просто.

— Так сходи, прочисть желудок, говорят иногда помогает, избавляет от желчи, которая из тебя так и прет, — вот это номер, он еще и спорить со мной будет, от этого я даже скривился. Давно мне никто не противоречил.

— Прет из тебя, и явно не только желчь, — ни в чем не хочет уступать.

— А что же еще? Просвети меня такого темного, — я начинал злиться, вот не может он заткнуться, надо обязательно спорить.

— Тебе это все равно не поможет, — ничего себе заявочка, это уже интересно, надо узнать, что это он имел ввиду. Но увидев, что тот уже закручивается в одеяло, решил все же спросить:

— Почему это?

— Клинический случай, восстановлению не подлежит, — ну ладно, этот раунд остался за тобой, но не обольщайся, еще не все потеряно, я найду как отыграться.

Но потом со мной стали происходить непонятные вещи. Кто-то явно решил меня разозлить окончательно. Все те шутки, которые со мной проделывали, наводили на мысль о такой изощренной мести. Мне стало интересно, кого это я так обидел, что этот некто решил оторваться на полную катушку. Вот только узнаю кто это делает, шутнику не поздоровится. А тут еще и сосед по комнате радуется, как ребенок. Ну-ну, посмотрим кто из нас будет радоваться в итоге. И тут еще одно расстройство добавилось: дракон, на которого я возлагал надежды, резко решил заинтересоваться своим женихом, наплевав на меня. Не так чтобы это и задело, но было неприятно от того, что я ведь даже поиметь его не успел, а так хотелось хоть какого-то разнообразия. Дракон меня зацепил именно своей сильной, властной, непробиваемой натурой. С ним было бы очень интересно. Но не судьба.

И тут шутки резко прекратились. Причина была проста: у владыки мира Куршаана был украден кристалл разрушительной силы. А найти и вернуть его могли только члены королевских семей. Но вот что удивительно, Картана отправили вместе с нами, с чего бы это? Но что больше всего не давало мне покоя, так это то, что я не чувствовал в нем магии. Вообще. Что-то это мне напомнило? Ладно, сейчас некогда думать об этом, пора отправляться.

В дороге я узнал своих спутников с другой стороны. Сейчас рядом со мной ехали не те смешливые подростки, которые при каждом удобном случае старались поддеть, зацепить, ужалить. Сейчас это были собранные, серьезные товарищи, готовые в любую минуту прийти на выручку. Даже Картан меня удивил. Несмотря на то, что магии в нем не ощущалось, он каким-то образом смог прийти на выручку благодаря своему уму и сообразительности. Но вот когда он излечил мои раны, оставленные острыми камнями при обвале, вот тогда поразились мы все. Кто же он? Энергией делится, от ран излечивает, сколько еще тайн скрывает этот парнишка? Когда в благодарность за лечение я его поцеловал, то поразился тому чувству, которое испытал от такого, казалось бы, невинного поцелуя. В животе запорхали бабочки, а в груди стало как-то тепло. Захотелось прижать его к себе и никуда не отпускать. А как с ним оказалось приятно просыпаться рядом. Да и он со сна очень даже миленький. А когда смущается, так вообще хочется затискать его до умопомрачения. Да вот только он не согласится.

Собравшись ехать дальше, я увидел, как Картан подошел к своему златогривому единорогу и стал ему что-то нашептывать, а тот только кивал головой. Глядя на эту идиллию, у меня в голове щелкнуло. Глаза сами собой раскрылись от изумления. Кусочки мозаики стали складываться воедино. Так вот что не давало мне покоя все это время: его глаза цвета грозового неба. Ведь чувствовал же я что где-то что-то подобное уже видел. Только я бы даже не смог предположить о чем-то таком, если бы не эта картинка.

Но ведь этого просто не может быть. Или все же может? И как же теперь быть?

Конец ПОВ Санраар.

Глава 15

Хочу поблагодарить Daee за подсказку данного испытания. Спасибо огромное.

Когда мы уже собрались ехать дальше, я подошел к Харфаду, потрепал его по гриве, и стал рассказывать, как я волновался. А он, преданно глядя мне в глаза, только кивал головой. И тут мой взгляд упал на Санраара, который стоял и пристально смотрел на нас. А на лице читалась усиленная работа мысли. Что-то мне подсказывает, что ничем хорошим для меня эти его мысли не обернутся. Но поживем — увидим, выживем — узнаем. А пока Азрат первым запрыгнул на своего скакуна, его примеру последовали все остальные. И мы отправились дальше.

Ко мне подъехал Санраар и пристроился рядом. Сперва ехали молча, а потом он, как бы про себя, но так чтобы и я слышал, сказал:

— Кхм, вот мне интересно, как из гадкого утенка смог вырасти прекрасный лебедь? — а потом уже обращаясь непосредственно ко мне, — не подскажешь?

— Нет, — вот же ж, аклавай махат рутподор, у меня даже душа в пятки ушла, неужели вспомнил? Что-то сейчас начнется?

— Почему нет? — нежно и ласково почти прошептал оборотень, от чего шепот получился слишком интимным, а меня прямо передернуло от надвигающейся угрозы.

— Потому что ответа я не знаю, — решил попытаться отвертеться я, вдруг прокатит, — и вообще не понимаю о чем ты.

— Ой ли? — наигранно удивился оборотень, — неужели действительно не понимаешь?

— Не понимаю, — сказал, как отрезал, я, все еще лелея призрачную надежду, что он от меня наконец отстанет. Ну-ну, где это просто так отставали?

— Так может освежить твою память и напомнить о событиях двухлетней давности? — на меня смотрели злые глаза оборотня, а я весь даже сжался, что-то сейчас будет.

Но я решил просто так не сдаваться. Он думал меня смутить? Не тут-то было. Я уже не тот подросток, которого можно было превзойти физической силой. Сейчас я вполне в состоянии дать отпор и за себя постоять.

— Я и так все прекрасно помню, — умирать так с музыкой, то есть с высоко поднятой головой, — только не вижу смысла об этом вспоминать, зачем травмировать собственную психику этими воспоминаниями.

— Я думаю, что нам есть что вспомнить, — вот же заладил, вспомнил-вспомнил, когда же ты от меня отстанешь уже?

— Слушай, отцепись от меня, — попытался я от него отмазаться, но не тут-то было.

— Нет, крылатик, теперь ты от меня никуда не денешься, — вот попал, так попал. Что, интересно, он еще задумал? Опять травля начнется?

— И что ты станешь делать? — решил я озвучить некоторые из своих вопросов, — опять будешь травить и оскорблять? Так спешу разочаровать, это на меня не действовало тогда, не подействует и сейчас.

Мне стало интересно, что же он сможет придумать еще.

— Глупый, — усмехнулся оборотень, — сейчас я буду тебя соблазнять и извиняться за все прошлые обиды, нанесенные тебе.

— И ты считаешь, что я вот так расползусь лужицей от одного твоего извинения? — поразительная самоуверенность, от которой я немного прифигел. А потом до меня дошла первая часть его высказывания и моя челюсть чуть было не встретилась с землей, но он ничего не заметил, а стал отвечать на мой вопрос:

— Ну, может и не от одного, — протянул тот, как-то странно разглядывая меня, как-будто впервые увидел, а потом не удержался и поинтересовался, — что?

— Что ты еще собрался делать, кроме как извиняться? — слишком ласково спросил я его, а он аж дернулся, правильно, ни разу я еще таким ласковым не был, а значит — быть беде.

— Соблазнять? — хм, это он у меня спрашивает? Или уже и сам не уверен в своем желании?

— Кто ж тебе позволит-то? — вот же нахал, соблазнять он меня собрался, сейчас, пусть только попробует протянуть ко мне свои загребущие лапки…

За разговором мы и не заметили, как оказались около обрыва, через который был перекинут один, наспех сложенный из неровных досок, мост. В зоне досягаемости другой переправы не было. Поэтому решено было идти по этой ненадежной конструкции, ведь и обойти горы не представлялось возможным. Тут я заметил, как мой Харфад полез в сумку к Санраару, что-то там выискивая. Мешать я ему не стал. Зачем? От одного угощения моему единорогу, я думаю, он не обеднеет. А Харфаду радость. Но в этот момент произошло странное событие. Как только Криштан ступил на мост, из-за горы показался светящийся шар, от которого просто глаз оторвать нельзя было. И мы все стали завороженно смотреть на это чудо. Как не пытался меня мой единорог оторвать от этого зрелища, у меня не выходило оторваться, хотя я чувствовал, что еще немного и просто лишусь зрения. Что в итоге и произошло.

Перед глазами встала пелена, из-за которой я вообще ничего не видел. Судя по ругательствам спутников, такая же участь постигла и их. Но тут я услышал голос Криштана:

— Тихо, всем остановиться, я сейчас попытаюсь по вибрации земли привязать нас веревкой всех вместе и попробуем так пройти.

— Где ты здесь землю-то видишь? — удивился Хорват.

— Не переживай, — стал успокаивать его наг, — я землю даже в воздухе почувствую. Так что стойте смирно, тем более, что впереди пойдет единорог, так как он один из всех нас остался зрячим, а уже по вибрации от его копыт пройдем и мы. Переправляться будем по двое.

— Почему по двое? — не понял вампир.

— Потому что, одного повезет единорог, а второго за руку поведу я, — стал объяснять наг, как маленькому ребенку.

— Но ведь Дарниэль тоже маг земли? — тут уже удивился я, — почему бы не переправить сразу троих?

— Потому что Дарниэль хоть и маг земли, но здесь как бы горы, если ты не заметил, — решил подколоть он меня, да только я тоже не пальцем пиханный.

— Тогда как ты сможешь применить магию земли в горах? — задал я вопрос, который вертелся в голове у всех, я просто уверен в этом.

— Вот глупый, — начал злиться и раздражаться наг, — у нас строение организма таково, что мы чувствуем малейшие колебания земли.

И тут, словно в подтверждение его слов о колебании земли, где-то недалеко от нас раздался какой-то грохот.

— Что это было? — поинтересовался темный, крутя вокруг головой, тря глаза, пытаясь хоть как-то избавиться от пелены.

— За этой горой находится спящий вулкан, — стал пояснять Азрат, а потом поправился, — вернее, он был спящим до недавнего времени.

— Значит тот, кто пытается нас остановить, смог каким-то образом разбудить это несчастье, — сказал Хорват, — поэтому нам стоит поторопиться, иначе никакая магия в этот раз нас не спасет.

— Давай, Криштан, ноги в руки и веди нас к светлому будущему, — попытался даже в этой ситуации пошутить Дарниэль.

Первыми пошли я на своем единороге, при этом держа за уздечку коня нага, а за мной, естественно, Санраар, которого вел сам наг. Мне было легче, так как Харфад шел уверенно, а я, не видя опасности из-за слепоты, старался особо не волноваться, доверяя себя своему четвероногому другу. Перебравшись на ту сторону, я спрыгнул с единорога, погладил по гриве и попросил его помочь переправиться остальным. По тому, как под моими пальцами, которые водили по гриве, склонилась голова Харфада, я понял, что он согласен. Перед тем как пойти за остальными, единорог потянул меня в сторону, показывая где можно присесть в ожидании. Рядом со мной приземлился Санраар.

До нас доносились раскаты из недр земли. Вулкан набирал силу, готовый вот-вот извергнуть из себя потоки огненной лавы. Я стал волноваться о том, успеют ли все перебраться во время и как нам восстановить зрение? Причем так разволновался, что не сразу сообразил, что наглый оборотень уже вовсю шарит по моей спине, поглаживая.

— Ты что творишь? С какого… свои загребущие лапы распускаешь? — стал возмущаться я, скидывая с себя его конечности.

— Это я так извиняюсь, — ага, вот только в голосе не слышно ни грамма извинения.

— Я тебя предупреждал, чтобы ты не распускал руки? — дождавшись его согласного ответа, продолжил, — но ты меня не послушал. Так? — еще один согласный ответ, — значит посиди истуканом.

— Чт-т-т…. - больше он ничего не смог произнести, так как просто застыл.

А я попытался вернуть себе зрение своей магией… не получилось. Что же делать? Ведь мы не сможем двигаться дальше, пока не исчезнет слепота. А вот когда она исчезнет? Оставалась только одна надежда, что как только последний принц перейдет мост, вот тогда мы все станем зрячими. Я стал прислушиваться, что там происходит. Грохот был все ближе. Казалось еще немного, еще совсем чуть-чуть и парни не успеют. Но хуже всего было то, что невозможно было даже увидеть, где кто есть.

Мои размышления и волнения прервали оба эльфа, приземлившиеся рядом со мной и шершавый язык Харфада, лизнувший меня в щеку, подбадривая и давая надежду на благополучный исход переправы. Через несколько томительных минут Дариэль произнес:

— Алкарнай вакрап махрат, кажется эта зараза начинает рассеиваться, я начинаю видеть.

— Я тоже, — подтвердил темный.

Да и я тоже почувствовал, как зрение постепенно начинает возвращаться. Посмотрев в сторону последних спутников, ступивших на шаткую конструкцию, я замер. Они еще только ступили на мост, а сзади них уже показалась лава, которая стремительно приближалась к мосту. От вопля меня отвлек вопрос Дарниэля:

— А что это с Санрааром? Сидит застывшей статуей самому себе и даже не шевелиться.

— Я его наказал, — машинально ответил я, продолжая наблюдать за передвижениями дракона, вампира и нага. И у меня даже сердце замерло.

Но почувствовав неестественную тишину позади себя, через силу оторвав взгляд от переправы, обернулся. На меня с немым изумлением взирали оба эльфа.

— Что ты сделал? — спросил темный со странной интонацией в голосе.

— Наказал, чтобы не распускал руки, — пожал плечами я, пожелав чтобы оборотень отмер.

Но как только увидел, что сейчас начнутся ненужные вопросы, я махнул рукой в направлении парней.

— Смотрите, сейчас что-то будет, — все дружно повернули головы в том направлении, куда я и показал, а потом ахнули. Лава была уже совсем близко. Еще чуть-чуть и ребята не успеют. Вся эта ненадежная конструкция просто рухнет, и парни вместе с ней. С замиранием сердца мы следили за передвижением. Увидев выражение моего лица, на котором застыл ужас, Харфад обернулся и… Это было немыслимо. В один скачок он преодолел расстояние до земли, аккуратно сбросил дракона, вернулся, подхватил нага. Еще скачок… Возвращение обратно. Зубами взял под уздцы коня дракона и потащил с моста. Тот послушно шел следом.

И вот, лава уже достигла моста. Мы наблюдаем, как переправа начинает гореть и рушиться… Мгновение… Но единорогу и скакуну хватило этого мгновения. Фух. Успели. Только они ступили на землю, раздался оглушительны грохот и мост стал исчезать в огненной реке. Зрелище было не для слабонервных, но в то же время завораживало. На фоне серости гор, ярко-рыжий поток спускающийся в обрыв, смотрелся действительно красиво. Тут зрение вернулось ко всем остальным.

— Накрраф протенг авклай, — от души высказался Азрат.

— Ага, — только и смог произнести Хорват, представляя себе, чтобы было, если бы единорог не успел вовремя.

От такого потрясения все попадали кто где стоял. И никто даже не вспомнил о том, что я сделал с Санрааром. Но ведь еще не вечер. Вот чувствует моя пятая точка, что мы еще вернемся к этому.

Глава 16

Отдохнув и понаблюдав за низвержением огненной лавы в пропасть, мы наконец собрали себя в кучу и решили ехать дальше. Запрыгнув на коней-пегаса-единорога, двинулись в путь. Санраар ехал рядом со мной о чем-то задумавшись. Между бровей пролегла складка, говорящая о напряженном мыслительном процессе.

А еще и эльфы все время оборачивались и посматривали на меня как-то странно. Но вот Дарниэль не выдержал и поинтересовался:

— Картан, а ты ничем не хочешь с нами поделиться? — хитро поглядывая то на меня, то на оборотня, то на темного, заулыбался во все тридцать два он.

— И чем же я должен с тобой делиться? Хочешь, яблочком угощу? — попытался я уйти от этой темы разговора, да только кто ж мне даст.

— Нет, свои яблочки ты ешь сам, — не купился он, — а нам лучше поведай, каким таким образом ты смог воздействовать на того, на ком стоит усиленная защита владыки мира?

От слов светлого в ступор впал не только я, но и все остальные.

— А как он на него воздействовал? — заинтересовался вампир.

— Когда мы пришли, Санраар сидел истуканом, — начал рассказывать Таргиаль, — на наш вопрос о том, что с ним случилось, Картан сказал, что наказал оборотня.

— Что у них тут произошло, нас не касается, — продолжил речь Дарниэль, — но вот факт самого воздействия…

Договаривать он не стал, а красноречиво уставился на меня, пытаясь прожечь во мне дырку от любопытства, которое не смогла скрыть даже непроницаемая маска. А вместе с ним на меня заинтересованно посмотрели уже и все остальные, кроме дракона. Он смотрел с хитринкой и предвкушением.

Сделав лицо кирпичом, я попытался было проигнорировать как вопросы, так и взгляды, да куда там. Масла в огонь подлил Санраар, выплыв наконец из своих мыслей и изобразив удивление пополам с негодованием, произнес:

— Что-то мне напомнило это твое наказание? — а, глядя прямо мне в глаза, договорил, — не догадываешься о чем я? — и тон стал таким нежным, интимным и ласковым, что мне прямо сейчас захотелось спрятаться куда-нибудь подальше, чтобы даже рядом не находиться, а то ведь неизвестно до какой стадии бешенства он сможет дойти.

— С какой такой радости я еще и гадать должен? — попытавшись не показать собственного страха, я с вызовом посмотрел на него.

— Ну, как бы тебе помягче объяснить, — начал Санраар, а у самого уже прямо глаза кровью налились от бешенства, — это твое наказание без всяких заклинаний напомнило мне о недавних интересных вещах, которые со мной происходили. Совпадение?

Видя что еще немного и будет драка, вмешался Азрат, который глядя куда-то вперед, вдруг махнул рукой и сказал остановиться. Мы сразу же забыли о перепалке и посмотрели туда, куда показывал дракон. Перед нами раскинулось горное озеро, на берегу которого сидели водные жители. Я уже хотел было обрадоваться, ведь с русалками я умею договариваться, еще в детстве часто ходил на русалочий пруд, когда язвительность Санраара достигала пика, а там находил утешение в беседе с русалками. И хотя многие считают, что они только топить могут, это неправда. Мы довольно весело проводили время, резвясь в воде, пока вся тоска и печаль не исчезала, и я спокойно шел домой.

Поэтому сейчас, глядя на водных жителей я испытал радость, как от встречи со старыми знакомыми. Но Азрат, видя мой восторг, поспешил осадить мою радость:

— Посмотри на их лица, — начал он, — а потом глянь туда, — его рука указала в сторону водопада, который бурным потоком низвергался с горы. Высота этого водопада достигала метров двадцати. Чтобы рассмотреть начало, пришлось высоко поднимать голову. И вот там-то я и увидел полупрозрачного элементаля, который со злостью и злорадством смотрел на нас.

— Чего это он? — почему-то шепотом поинтересовался я у дракона, — мы ему в голодный год хлеба не дали?

— У тебя еще есть настроение шутить? — развернувшись ко мне и смотря как на нашкодившего кота, проговорил Азрат, — ты лучше глянь на его ауру.

Я глянул и ужаснулся. Она была не как обычно светлая и полупрозрачная, а клубилась вокруг него темным облаком. Посмотрев на водных жителей, увидел тоже самое.

— И обойти их тоже не представляется возможным? — обреченно прошептал я.

— Угу, — вздохнув, ответил на мой вопрос дракон.

— И что нам делать? — возле нас оказался Хорват.

— Надо что-то придумать, — глядя почему-то на меня, ответил вампиру Азрат.

— И что мы можем придумать? — заинтересовался Санраар, его злость прошла, как только на горизонте нарисовалась очередная проблема.

— Пока не знаем, — задумался дракон, — но придумать надо.

Легко сказать, да трудно сделать. В голове не было ни одной мысли. Свое предложение внес Дарниэль:

— А если с ними сразиться?

— Бесполезно, — пристально вглядываясь в застывших, как статуи русалок и водяных, ответил Азрат, — ты только посмотри на них, они же уже неживые, их оставили здесь только как убийц без души. От них остались одни тела и цель: не пропустить и убить. С ними даже поговорить нельзя.

— А если попытаться подойти поближе? — заинтересовался я.

— Лучше не рискуй, — попытался пресечь мою попытку Азрат. Да только кто ж меня удержит, когда любопытство одолевает? Правильно, никто.

Я двинулся в сторону водных жителей. Но на пути встала стена. Прозрачная и непробиваемая. Ну да, я попытался по ней постучать: и кулаком пробовал, и кинжалом пробовал, и мечом, позаимствованным у дракона, пробовал. Ничего. Более того, я даже попробовал сосредоточиться и убрать ее своей магией… ничего не получилось. Вот же засада-то.

Сидим. Думаем что нам делать дальше. Ведь здесь только один проход. И находится он как раз между водопадом и скалой. Другой дороги нет. И тут у меня вырвалось:

— Хоть дырку в скале пробивай, чтобы пройти.

На меня тут же уставились шесть пар глаз: кто с недоумением, кто с восхищением, а кто со смешком.

— И как ты себе это представляешь? — ехидно поинтересовался Санраар.

— Да-да, — тут же влез светлый, — горы не любят вторжения и проделанных в них дырок могут не простить. Как тогда быть?

— Мстить они будут тем, кто нас на это сподвиг. И я думаю, что месть будет страшна, ведь недра земли — это вам не шутки, — подумав, ответил я.

— Хорошо, — согласился темный, — а как мы эти самые дырки делать будем?

— А вот в этом нам может помочь как раз-таки Азрат, я так думаю, — и глянув на дракона, увидел, что его моя затея заинтересовала.

Все с ожиданием посмотрели на дракона. Он, подумав, кивнул головой и мы подошли к одной из скал. Сначала Азрат что-то простукивал, потом слушал, приложив ухо к скале и шел дальше. Простукав таким образом несколько скал, он остановился на одной из них. Направив поток огня на камень, мы с изумлением увидели, что он начал плавиться. И так несколько раз. Когда я увидел, что сил у Азрата не хватает, я подошел к нему и положил руки на плечи, перекачивая энергию. Восстановив баланс, Азрат продолжил. И вот мы уже в какой-то пещере. Но пройти дальше нам не давали сталактиты и сталагмиты, которые преграждали путь.

Первым решил пройти Азрат. Но не успел ступить и шагу, как в него с потолка тут же угодил один из сталактитов. Дракон упал на каменный пол, где ему в бок сразу же впился осколок сталагмита. Азрат стал синеть и задыхаться. Как оказалось впоследствии, эти осколки были ядовиты. Но тут на выручку пришел Харфад. Он, мотнув головой, подставил мне под руку свою голову. А перед глазами промелькнула картинка, что нужно выдернуть волосок и им вытаскивать осколки, обмотав вокруг, чтобы самим не заразиться ядом. А потом взять рог и нейтрализовать яд. Свой рог единорог может отдать только добровольно, и то в редких случаях. И вот сейчас как раз такой случай. Мы так и поступили. Вытащив из Азрата куски породы, я попытался восстановить его силу и залечить раны. Получилось. После этого нарастил рог своему Харфаду. Но теперь встал вопрос о продвижении дальше. Ведь, судя по всему, чем дальше мы будем продвигаться, тем вероятнее попасть под обстрел пород.

Но делать нечего. Вот мы и решили рисковать. Так и началось наше дальнейшее продвижение. Когда кто-то делал шаг, падал кусок породы, впиваясь в тело шагавшего впереди, жесткие, насыщенные солями, они тут же разъедали раны. Их невозможно было сломать, тут моя магия оказалась бессильна. С трудом вытаскивая очередной осколок и наспех пытаясь залечить рану, мы пытались продвинуться вперед. Я то и дело восстанавливал силы то Санраара, то Хорвата, то Дарниэля, но при этом еще и успевая наращивать обломанный для очередного лечения яда рог. А когда все были уже на середине пещеры, раненые и без сил, произошло то, чего мы и опасались.

Перед нами заклубился туман, из которого вышли четыре фигуры. Мы смотрели и ждали что же будет дальше. И вот вперед вышел один из прибывшей четверки, он был закутан в плащ, причем так, что разглядеть его лицо было просто невозможно, а на теле существ красовались доспехи, которые блокировали любую магию. И не только магию. Я, глядя на структуру доспехов, решил помочь избавиться этим четверым от такого груза. Но для этого надо было заговорить их, чтобы они не сразу обнаружили изменения. И тут один из них решил заговорить.

— Ну вот вы и в моих руках, наследные принцы, — начал он с издевкой в голосе.

— И что теперь? — даже в такой ситуации Санраар не смог без своего ехидства.

— А теперь мы просто убьем вас, а потом применим кристалл по назначению, — решил, как бы напоследок, объяснить нам похититель свою задумку, — и вот когда начнется разруха, гибель всего живого, мы истребим все расы, населяющие этот мир и останемся единственными существами. Этот мир будет принадлежать только нам.

— А чем тебе другие расы-то не угодили? — решил влезть Таргиаль, — или тебе места в мире мало?

— Мало, — стал злиться тот, — сейчас мы никто, нас даже в расчет не берут, мы должны подчиняться королям и владыкам, а когда никого не станет, МЫ сами станем править. МЫ будем и королями и владыками этого мира.

— Самоуверенность на грани фантастики, — решил я влезть в разговор, чтобы оттянуть момент смерти, тем более, что я заметил как Азрат, уже немного придя в себя, стал осматривать пещеру и его взгляд то и дело поднимался вверх, а потом он переглядывался с Санрааром и Хорватом, а те, в свою очередь, кивали еле заметно головой.

— А ты еще кто такой? — удивился злодей, — о тебе мы ничего не знаем. Ты ведь не принц?

— Нет, не принц, — согласился я, — а это играет какую-то роль?

— Зачем ты здесь? — его взгляд изменился, стал немного рассеянным, — я не чувствую в тебе магии, но в то же время, что-то такое есть, но невозможно понять что, я просто чувствую, что ты сильный соперник, поэтому ты должен умереть первым.

— И что же ты медлишь? — умирать так с музыкой, я решил язвить до последнего, — или тебе интересно стало, что же со мной не так? Ведь убив меня, ты сам умрешь от любопытства, что так и не узнал в чем суть моей силы.

— Ну так говори, — попытался приказать он мне, — иначе я сам залезу к тебе в голову и все равно все узнаю.

— Ага, разбежался, — сыронизировал я, — попробуй, залезь, вдруг что и получится, — все время, пока я заговаривал ему зубы, я потихоньку избавлял этих гадов от доспехов, пытаясь их просто растворить. У меня получалось, но медленно, — кстати, кристалл с вами? — мне стало интересно, это они вчетвером затеяли эту аферу или есть еще кто-то.

— Нет, не с нами. Он в надежном месте, — осчастливил меня ответом пришедший.

А этот тип вдруг сосредоточился и впился в меня взглядом. Вот тут-то я и увидел его глаза. Жуткое зрелище. Глазного яблока практически не видно. Одна чернота, с красным зрачком посередине. Стало жутко, но я постарался подавить панику, ускорив процесс избавления от доспехов. И тут произошло несколько вещей сразу: Азрат направил свою магию вверх, Санраар с Хорватом, взявшись за руки, тем самым усилив магию воздуха, стали поднимать нас всех вверх, Дарниэль и Криштан, тоже взявшись за руки, пустили свою магию на то, чтобы здесь, прямо из каменного пола пещеры стали пробиваться ростки и корешки, опутывая злодеев по рукам и ногам, а с прибывшей четверки слетели последние куски доспехов и Сила Недр, почуяв новую добычу, тем более виновников вторжения, стала кромсать тела этих четверых, впиваясь во все участки кожи осколками сталактитов и сталагмитов. Пришедшие закричали. А Таргиаль решил использовать свою магию, пустив воду, которая начала затапливать пещеру, а вместе с ней и злодеев.

Когда мы взлетели вверх, то оказались на вершине горы. Стоять мы могли только тесно прижавшись друг к другу. Надо было подумать, как спуститься. Ведь сил уже ни у кого не оставалось. Все были полностью опустошены. Я попытался восстановить хотя бы часть их магии, но у меня у самого уже просто не было сил. Поэтому и получилось это сделать с большим трудом и не до конца. Пришлось спускаться самим. Первыми решили спускать четвероногих друзей. Осмотревшись и найдя более-менее ровную площадку, мы по очереди спустили на нее скакунов, пегаса и единорога. И только после этого стали спускаться сами.

Я спускался последним. Во время спуска веревка перетерлась от такой нагрузки и, когда мне оставалось несколько метров до площадки, оборвалась. Рюкзак полетел в пропасть, а я, сконцентрировавшись, упал прямо перед спутниками, которые бросились ко мне со страхом на лицах. Во время падения, я почувствовал, как в руке что-то хрустнуло. Чуть не заорав от боли, я попытался перевернуться, чтобы уменьшить нагрузку на больную руку. Помощь мне в переворачивании оказали чьи-то сильные руки, которые не только помогли перевернуться, но и встать. Подняв голову, увидел Санраара, с беспокойством и тревогой вглядывающегося в мое лицо.

— Ты как? — смотря как я кривлюсь, поинтересовался он.

— Жить буду, — только и буркнул я, пытаясь отстраниться от него и попробовать излечить самого себя. Ни одна из попыток не удалась. Санраар только крепче прижал меня к себе, а рука не захотела излечиваться. Таким образом, я пришел к выводу, что на самого себя я воздействовать не могу.

— Мы испугались за тебя, — подойдя ко мне, произнес Дарниэль, рассматривая мою руку и направляя на нее потоки целительной магии, но и у него ничего не получилось.

— Не трать силы, — попросил я его, — все равно ничего не выйдет. Меня не берет магия.

Подошедший к нам Азрат, только усмехнулся, увидев как оборотень обхаживает меня и пригласил всех нас в очередную найденную им пещеру. Когда я попытался двинуться, то все тело прострелило болью, от чего мое лицо перекосило. Санраар, не долго думая, подхватил меня на руки и понес в пещеру. Сперва я попытался возмущаться, но потом решил, что раз ему так нравится, пусть таскает. Он внес меня внутрь, но тут темный решил меня слегка подколоть:

— Картан, тебе там удобно? Может ко мне на руки переберешься?

— И чем это лучше? — тут же ощетинился оборотень, угрожающе глядя на эльфа.

— Ну, я бы тоже не прочь отведать такой лакомый кусочек, — заулыбался тот, ни грамма не испугавшись угрожающего тона оборотня, — ведь девственники сейчас на вес золота.

— Гр-р-р-р, — не выдержав того, что у него появился конкурент, зарычал Санраар, — только попробуй протянуть свои загребущие ручонки, оборву.

— Хм, а силенок-то хватит? — парировал темный.

— Хватит, — не выдержал уже я, стоят тут, понимаешь, обсуждают МОЮ девственность, как-будто меня здесь нет.

Как ни странно, но они последовали моему окрику и заткнулись оба. Азрат разжег костер, над которым тут же соорудил котелок и стал что-то варить. Когда все было готово, то встал вопрос: чем мне есть? Ведь все принадлежности были в рюкзаке. Но и тут рядом оказался Санраар, видя мои затруднения, он предложил покормить меня со своей ложки и, соответственно, со своей тарелки. Деваться было некуда, пришлось согласиться. А поев, встал другой вопрос: как в таком холоде спать без одеяла. И тут со всех сторон посыпались приглашения. Но оборотень аккуратно, чтобы не задеть больную руку, спрятал меня к себе за спину и стал готовить место ночлега. Спать пришлось с ним под одним одеялом, а из-за холода, еще и тесно прижавшись к этой заразе. От усталости и насыщенного событиями дня, я быстро отрубился, уже сквозь сон почувствовав, как меня целуют в щеку, пожелав сладких снов и еще теснее прижимают к себе.

Глава 17

И за разработку этой идеи я снова хочу поблагодарить Daee, спасибо тебе за оказанную помощь. Твои советы мне очень пригодились. А еще, уважаемые и любимые читатели, глава вышла небольшая, но путь наших героев подходит к концу, поэтому, это последнее испытание, следующая глава будет от лица похитителя кристалла.

Проснулся я от поцелуев, которые, начавшись со скул, плавно переместились на шею. Минуты две я пребывал в астрале, а потом, сообразив кто может меня целовать, резко открыл глаза и попытался оттолкнуть нахала. Но отталкивая, почувствовал упирающееся в мое бедро достоинство принца, которое уже стояло по стойке «смирно», что еще больше подстегнуло меня к активным действиям в отталкивании от себя этой наглой рожи. Но он только продолжал целовать и еще теснее прижимался ко мне. Когда мое терпение приблизилось к отметке «минус», пришлось немного поднапрячься и… осчастливить оборотня упавшим членом, рогом на лбу, прямо как у моего единорога, обвисшими ушами и кусочками льда под рубашку. Он, подпрыгнув на месте, заорал и откатился от меня подальше, вытаращив глаза по золотому. А меня от такой картинки пробило на смех.

Наши спутники, оказывается, все это время сидели и наблюдали за нами. А после того, как Санраар получил по заслугам, тоже разразились хохотом. А Дарниэль просто не выдержал и сквозь смех, произнес:

— Да, дайхар-то наш не промах. Хотя другого мы и не ожидали, — а потом, обратившись ко мне, — может я могу предложить свою кандидатуру?

— Ты тоже хочешь себе такие же украшения? — разозлился я, — тогда попробуй.

— Нет-нет, — замахал руками светлый, — только не злись, а то, мне кажется, что с украшениями придется ходить всем нам.

— Не всем, — тут же парировал я, — кто не будет распускать свои загребущие лапки, тот избежит этой участи.

— Все, достаточно, — встал на мою защиту Азрат, — хватит языками чесать, давайте перекусим и в дорогу.

С ним все согласились. Быстро перекусив, мы собрали свои вещи и тронулись в путь. Спуск с горы проходил очень долго и утомительно. А я со своей больной рукой вообще не знал куда деваться от боли, но стойко терпел. И вот наконец-то все оказались на земле. Оседлав скакунов-пегаса-единорога, мы тронулись в путь. Пройдя горы, оказались перед долиной, через которую нам и предстояло пройти. Но, судя по тишине и какой-то жуткой атмосфере, мы стали сомневаться в легком переходе. Тем более, Таргиаль о чем-то задумался, а потом, хлопнув себя по лбу, произнес:

— Обойти долину нельзя — вокруг скалы. Пройти насквозь никак — не даёт магия туоннов. Их ловушки обращают нашу силу в слабость. Если сможем договориться — пройдем, а не сможем — останемся здесь навсегда.

— А кто они такие, эти туонны? — поинтересовался я.

— Туонны — полупрозрачные-полупризрачные духи, которым, однако, нужна привязка к земле. По сути — это предки эльфов, но по духу — это сущности, уже не влияющие на судьбы мира, им бы сохранить своё, — принялся объяснять темный.

— И как нам с ними договориться? — поинтересовался дракон.

Но ответа так и не получил. И тут Хорват и Санраар стали задыхаться.

— Помогите мне, — подхватив обоих, попросил дракон, — они смогут дышать только в долине, на маленьком участке у подножия горы. Надо их перенести туда.

Но тут слабеть стал Таргиаль. Его магия воды стала утекать в призрачную реку, ослабляя её владельца, оставляя без магических сил…

Дарниэль и Криштан вдруг попятились назад, как по ступеням. (Земля образует ступени ведущие назад).

Но пришла очередь и дракона. Он вскрикнул. Огонь впервые обжег своего повелителя. Все без сил опустились на землю, а у меня появилась какая-то апатия. Не хотелось ничего, просто сидеть здесь и никуда не идти. Похищение кристалла отошло на задний план, у меня было чувство, что вот здесь как раз то самое место, где бы мне хотелось остаться навсегда. В душе был покой и умиротворение. Ни о каком дальнейшем продвижении не хотелось даже и думать, не говоря уже о том, чтобы вставать и куда-то идти.

— Что это с нами творится? — слабея все больше и больше, спросил Дарниэль.

— Мы находимся в долине тоуоннов, а они видят магическую сущность, соответственно, вся магия оборачивается против ее носителя, — стал объяснять Хорват, — и договориться с ними могут только фамильяры.

— Какие фамильяры, — тут же влез я, — они у нас появятся только на третьем курсе.

— У нас они с детства, — устало стал объяснять мне Санраар, — только их форма еще не совсем окрепшая и они еще очень слабы, — а потом, обращаясь ко всем остальным, добавил, — я своего никуда не отпущу.

— Боишься? — ехидно поддел его Таргиаль, даже в таком состоянии не удержавшись от подкола.

— Чего мне бояться? — с непониманием поинтересовался оборотень.

— Выпустить своего фамильяра на переговоры, — ответил темный, а Санраар тут же почему-то покраснел.

— Все, не буди во мне зверя, — решил пресечь попытки темного оборотень, но тот так просто не хотел сдаваться.

— Ага, особенно сумыха (животное с головой суслика, щеками как у хомячка, а туловище как у мыши, только хвост пушистый, обычный размер такого животного с кулак, — примечание автора), — слабея все больше, но продолжая ехидничать, произнес Таргиаль, а, глянув на вконец смутившегося Санраара, добавил, — вот же, акшай макрах, неужели я угадал?

Но смеяться уже просто ни у кого не было сил.

— Что они смогут сделать? — чтобы не дать разгореться конфликту, спросил Криштан, — они ведь еще совсем мелкие и неопытные.

— Я не совсем помню эту легенду, — признался Таргиаль, — но постараюсь что-нибудь вспомнить.

Но сделать этого ему не дал мой Харфад. Он, к чему-то прислушавшись, пошел вперед. Я хотел было последовать за ним, но он, повернувшись ко мне, отрицательно мотнул головой и двинулся дальше. Выйдя на середину долины, он стал как вкопанный, словно чего-то ожидая. Вдруг вокруг него стали появляться призрачные тени, которые постепенно обретали более четкие очертания. Мы с напряжением и ожиданием наблюдали, что будет дальше. А призрачные существа стали о чем-то спрашивать единорога, а потом прислушивались, видимо к его ответу. Но вот как Харфад с ними общался я так и не смог понять. Тоуонны постоянно кивали головами, с чем-то соглашаясь.

Спустя, наверное, час переговоров, один из представителей эльфийских предков вышел вперед, обернувшись к нам. Оглядев наши измученные тушки, он, махнув рукой, убрал все последствия воздействия долины, всем сразу стало легче. Магия больше не была против своих носителей. А предок обратился к нам:

— Мы согласились с Харфадом, что вы вынуждены пройти через нашу долину в благих целях, поэтому, мы вас не только пропустим, но и укажем путь в Запретную Рощу, где в данный момент и находится тот, кто похитил кристалл, — а потом, глянув на нас грустным взглядом, добавил, — вот только одного из вас ожидает очень неприятный сюрприз, когда вы узнаете кто во всем этом замешан.

— А вы нам этого не скажете? — скорее уточнил, чем спросил дракон.

— Нет, не скажу, — улыбнулся туонн, — вы должны сами это увидеть. А теперь вам пора. Несмотря на то, что я убрал последствия воздействия долины, вам нельзя здесь долго находиться. Харфад знает куда надо ехать. Мы же сейчас перенесем вас на другой конец долины, а дальше сами.

— Спасибо вам, — поблагодарили мы туоннов, низко им поклонившись, как того требовал обычай, хорошо хоть это додумался вспомнить темный.

И вот мы, запрыгнув на четвероногих друзей, были подхвачены вихрем и в один момент перенесены на другой конец этой долины туоннов. Напоследок попрощавшись с духами и поблагодарив их еще раз, мы поскакали дальше. Наш путь лежал в Запретную Рощу. Каждый из нас ехал и думал, что же может там ожидать и для кого из нас будет неприятный сюрприз.

Глава 18

ПОВ Похитителя.

Всю свою жизнь я стремился к власти. У меня был младший брат, который эту самую власть просто презирал. Когда отец решал кому из нас двоих отдать трон, Акшан, так звали моего брата, сразу же пытался откреститься от такой перспективы. Зато я наоборот, ожидал с трепетом и нетерпением решение нашего родителя.

Зачем мне власть? Так интересовались многие, но правду так и не узнал никто. А все довольно банально и просто. Имея силу и корону, я бы смог добиться желаемого. А именно, стать единоличным правителем в нашем мире. Для этого и надо было всего лишь:

1) Получить корону.

2) Объявить войну соседям да и всем остальным расам.

3) Поработить их и заставить подчиняться только мне, принеся клятву верности.

4) Каким-то образом решить вопрос с владыкой мира, ведь демиургов уговорить или, тем более, поработить невозможно, вот и приходится идти на поклон, если хочешь чего-то добиться, а я поклоны не люблю. Поэтому придется решать вопросы по-другому.

Но к моему огромному потрясению, разочарованию, обиде, отец как-то утром, собрав нас в тронном зале, где присутствовали не только мы с братом, но и весь бомонд знати, во всеуслышание объявил свою волю:

— Я очень долго шел к этому решению, и наконец выбрал наследника, — после его слов все затаили дыхание, а я стоял и улыбался, будучи уверенным в том, что сейчас будет названо мое имя, и отец продолжил, — а посему, наследником станет… Акшан бла, бла, бла.

Улыбка сползла тогда с моего лица, меня перекосило от охватившего гнева и злости. Этого ведь не может быть… Это слуховая галлюцинация… Ведь не он, а я должен был стать правителем. Это несправедливо. Глядя на то, как моего брата все поздравляют, я медленно кипел, еле-еле дожидаясь возможности поговорить с отцом без свидетелей. И эта возможность представилась. Отец покинул собрание, степенно удалившись в кабинет.

Выдержав положенную паузу и поздравив брата, я отправился следом за отцом. Зайдя к нему в кабинет, я решил задать ему интересующие меня вопросы:

— За что, отец? Ведь это я должен был стать следующим правителем.

— Изначально я так и думал, — начал объяснять отец, — но потом, присмотревшись к тебе, понял, что ты не подходишь на роль правителя.

— Почему? — сказать, что я удивился, ничего не сказать.

— Потому, сын, что в тебе слишком много собственных амбиций. А истинный правитель должен заботиться в первую очередь о своем народе, а не о себе. И только во вторую очередь, он может сделать что-то для себя, да и то, если это не идет вразрез с мнением окружающих и не причинит вреда ни одному существу.

Не став ничего объяснять или доказывать обратное, я просто удалился, думая про себя, что наш отец действительно проницательный и умный, так как сразу смог раскусить мой замысел. И теперь передо мной встала задача, как добиться власти, не причиняя вреда своему брату. Какой бы амбициозный я не был, каких бы целей не поставил перед собой, но брат — это неприкосновенная личность. Вот кому-кому, а ему я точно вред причинить не смогу. Слишком уж им дорожу. Вот теперь надо думать как быть. А помочь мне сможет наша библиотека, в которой собраны все старинные талмуды и повествования о исторических ценностях нашего мира.

Библиотека и помогла мне в дальнейшем найти то, что я искал. А именно об этих кристаллах, которые находятся у владыки Куршаана. Он остался хранителем в нашем мире, в то время как другие демиурги отправились исследовать и образовывать другие миры. Вот так у меня и возникла идея похитить кристалл разрушения. Ведь именно благодаря ему я смогу поработить всех и стану единоличным правителем всего мира. Даже владыка мне ничего не сможет сделать. Ведь вернуть эту слезу могут только принцы, а с ними я решил разобраться по-своему, то бишь, просто умертвив их всех, ну, может быть одного оставлю, своего племянника. Да-да, среди всей этой шестерки находится мой племянник, за которым я слежу в шар-передатчик. А заодно наблюдаю за всеми передвижениями принцев.

Ого, с первым испытанием они справились. Но как такое возможно? Обойти или уничтожить гидру никому не под силу, а они смогли. Ну ничего, от следующего они не смогут отвертеться, ведь их магия еще слишком слаба и у них просто не хватит сил на ее использование.

О, нет. И с этим они справились. И поле они каким-то образом перешли, и обрыв одолели, и от лавины спаслись, да что же это происходит? Этого просто не может быть. Но ничего, пошлю им навстречу своих карнахов-бездушных убийц, это искусственно сотворенные существа, которые ни при каких обстоятельствах не смогут перечить сотворившему их, более того, такое существо очень сложно убить, практически невозможно, вот они-то и должны будут заманить их в ловушку, только надо решить вопрос с водными жителями, чтобы они смогли не дать этой шестерке пройти, а направили именно туда, где их будут ждать ядовитые осколки сталактитов и сталагмитов. Вот это они точно пройти не смогут. А мои верные карнахи их и возьмут тепленькими и добьют.

Наблюдая за принцами, я видел как они слабели, как в них впивались осколки. Но что это? Почему они встают и идут дальше. Там же яд, от которого просто нет и не может быть спасения. Тогда каким образом они встают?

Я стал прислушиваться к разговору карнахов с принцами. Хм, даже в такой ситуации они еще могут сопротивляться. Но тут меня прошиб холодный пот, когда я услыхал как один из посланных мной убийц у кого-то спрашивал:

— А ты еще кто такой? — в голосе карнаха я услыхал удивление, — о тебе мы ничего не знаем. Ты ведь не принц?

— Нет, не принц, — согласился чей-то голос, обладателя которого я не видел, — а это играет какую-то роль?

— Зачем ты здесь? Я не чувствую в тебе магии, но в то же время, что-то такое есть, но невозможно понять что, я просто чувствую, что ты сильный соперник, поэтому ты должен умереть первым, — странно, почему я прекрасно вижу своего слугу, но не вижу того, с кем он разговаривает.

— И что же ты медлишь? — вот это самоуверенность, он еще и язвить может, — или тебе интересно стало, что же со мной не так? Ведь убив меня, ты сам умрешь от любопытства, что так и не узнал в чем суть моей силы.

— Ну так говори, — карнах попытался ему приказать, — иначе я сам залезу к тебе в голову и все равно все узнаю.

— Ага, разбежался, — интересно, кто же этот парнишка, который еще и иронизировать может? — Попробуй, залезь, вдруг что и получится, кстати, кристалл с вами? — после этого вопроса и мне самому стало интересно, что же ответит мой карнах.

— Нет, не с нами. Он в надежном месте, — туманно дал ответ слуга. А я только порадовался, что он пока не открыл правду. Еще не время, да и ни к чему им это знать. Но все же, кто же там с ними идет седьмым? И почему я не могу его видеть?

И тут я увидал картину, которая меня просто потрясла: Азрат направил свою магию вверх, Санраар с Хорватом, взявшись за руки, тем самым усилив магию воздуха, стали поднимать всех вверх, Дарниэль и Криштан, тоже взявшись за руки, пустили свою магию на то, чтобы прямо из каменного пола пещеры стали пробиваться ростки и корешки, опутывая моих слуг по рукам и ногам, причем с карнахов каким-то образом слетели последние куски доспехов и Сила Недр, почуяв новую добычу, как-будто она знала, что это они виновны во всех бедах, стала кромсать тела этих четверых, впиваясь во все участки кожи осколками сталактитов и сталагмитов. Мои верные слуги закричали. А Таргиаль решил использовать свою магию, пустив воду, которая начала затапливать пещеру, а вместе с ней и моих карнахов.

Мне стало жаль мои творения, но изменить что-то я все равно бы не смог. Поэтому, у меня оставалась только одна надежда, что, идя через долину тоуоннов, они останутся там навсегда, как и все, кто пытался пройти через нее, ведь другого пути не было. Я стал внимательно следить за их передвижением.

Когда принцы, войдя в долину, стали слабеть, их магия оборачивалась против них, я стал успокаиваться, но тут… Это еще что такое? С кем эти предки говорят? Я прекрасно видел, что они кого-то обступили, но кого? Неужели опять того самого невидимого для меня парня? Но он бы не смог подойти так близко к туоннам. А если это не он, то тогда кого я еще не могу видеть? Да что же это творится? Впервые, за мою долгую, пятисотлетнюю жизнь, мне стало не по себе. Нет, страха, как такового, я не испытывал, но сумятица, вошедшая, нет, даже ворвавшаяся, в душу, мешала трезво и объективно мыслить и здраво оценивать ситуацию. Скрипя зубами от досады, я продолжал наблюдать за тем, как невидимый для меня собеседник туоннов, смог убедить их в чем-то, а понял я это по согласным кивкам всех предков.

И вот один из них, обратившись к принцам, сообщил, что они помогут им перебраться через долину. Что? Этого просто не может быть. Это немыслимо!!! За всю историю существования этой долины, никто не смог, мало того, что пройти через нее, а тут… Сами предки решили прийти на помощь!

Мой шар затуманился, отказавшись показывать дальнейшее. Ну что ж, судя по-всему, эти шестеро, нет, семеро, я все время забываю об этом невидимом для меня мальчишке, скоро будут здесь. Подождем-подождем.

Глава 19

Когда мы оказались в Запретной Роще, я поразился, что здесь не слышно пения птиц и шелеста листьев, что всегда присуще лесам. И только я хотел поинтересоваться об этом у своих спутников, как Дарниэль, не дав мне даже рта раскрыть, произнес:

— Что здесь произошло? Я не чувствую ничего живого.

— Как это? — тут же поинтересовался Санраар, — вот же деревья, они-то явно живы, ведь сухих веток на них нет.

— Дело не в сухих ветках, — попытался объяснить светлый так, чтобы мы, далекие от этого, смогли понять, — просто в них нет ничего живого.

— Я все равно не понимаю, — развел руками оборотень.

— Понимаешь, они растут, подпитываются, — подбирая слова, начал светлый, — но той ауры, при помощи которой мы общаемся с лесом, нет. Как-будто из них кто-то тянет всю живительную энергию, от чего лес больше не может говорить.

Больше никто ничего спрашивать не стал, дальнейший путь мы проделывали в тишине. Каждый думал о своем. Только эльфы как-то странно переглядывались между собой. Но в свете последних событий я не стал придавать этому значения. Да и Криштан с Хорватом ехали рядом и что-то тихо обсуждали, ни на кого не глядя. Только Азрат, ехавший впереди всех, хмурил брови и о чем-то напряженно думал.

Ко мне ближе подъехал Санраар.

— Так ты простил меня? — вот это наглость, я чуть не подавился травинкой, которую засунул в рот.

— Что-то я не припомню, чтобы ты вообще просил прощения, — решив так просто не сдаваться, произнес я.

— А как ты хочешь, чтобы я извинялся? — с хитрой улыбкой поинтересовался он.

— Я пока не придумал, — изобразив на лице усиленную умственную деятельность, проинформировал я парня, — но как только придумаю, ты первый об этом узнаешь. Это я тебе обещаю.

— Но тогда и тебе не мешало бы извиниться, — не переставая улыбаться, сказал он.

— Это за что это? — не понял я и удивленно уставился на него.

— За те неприятности, которые со мной происходили по твоей вине, — парировал он.

— Ничего не знаю. О каких таких неприятностях ты говоришь? — я постарался изобразить удивление, но, судя по взгляду оборотня, мне это слабо удалось.

— О тех самых, — продолжая улыбаться, ответил он.

— Я не собираюсь ни за что извиняться, — поставил я его перед фактом, — а вот тебе придется.

— Так я и не против, — согласился со мной оборотень, но что-то в его словах и взгляде меня насторожило, вот только что, я пока так и не смог понять.

Но дальнейший диалог пришлось прекратить, так как мы подъехали к огромному замку, который одиноко стоял в этой роще. Высились металлические ворота, которые при нашем приближении приглашающе распахнулись.

— Хм, нас здесь явно ждут, — оглянувшись вокруг, произнес светлый.

— И явно не с хорошими намерениями, — подтвердил темный.

— А может нас ждут за накрытым столом, — влез со своим комментарием Хорват.

— Ага, чтобы угостить нас ядом, причем быстродействующим, чтоб долго не мучались, — вставил свою реплику Криштан.

— Ну, пока не войдем, не узнаем, — отозвался Азрат, направляясь в распахнутые ворота.

Мы последовали за ним. Подъехав к дверям замка, остановились, спрыгнули со своих четвероногих друзей и стали думать, что делать дальше. Оставлять их без присмотра нам не хотелось, но и брать с собой было нельзя. Но тут опять помог Харфад. Он послал мне картинку, где он присматривает за всеми, посылая импульс спокойствия и умиротворения. О чем я и сообщил своим спутникам.

С чистой совестью мы двинулись дальше уже одни. Пройдя анфиладу залов, вышли в тронный зал, где нас уже ждали.

По кругу выстроились те самые существа, которых мы уже видели в пещере, а посреди зала, на троне, сидел… дракон. Азрат шумно выдохнул.

— Что, племянничек, не ожидал меня здесь увидеть? — раздался голос, как оказалось, дяди Азрата.

— Зачем? — только и смог выдавить из себя мой друг.

— Глупый вопрос, не находишь? — вот теперь в его голосе послышалась издевка.

— Не нахожу, — с трудом обретая уверенность и твердость в голосе, ответил Азрат, — и хотел бы получить ответ.

— Ну что ж, — начал было он, но потом задумался о чем-то и, спустя несколько томительных минут, продолжил, — я отвечу на ваши вопросы, — а потом, победно взглянув на всех нас, остановив при этом свой взгляд на мне, закончил, — тем более, что вы все всё равно будете скоро мертвы, так хоть перед смертью я утолю ваше любопытство.

После этот гад поведал нам о своих планах, которые заключались в порабощении этого мира, так как этот индивидуум не смог смириться с вопиющей, по его словам несправедливостью, что драконы, первыми придя в этот мир, оказались всего лишь одной из рас, хотя это именно они должны были стать главной расой, а соответственно и правителями этого мира. Мы слушали весь этот бред и поражались. Сколько амбиций, сколько экспрессии. Когда дракон закончил говорить, он, оглядев всех нас, обратился ко мне:

— Кто ты такой? Ты ведь не принц. Тогда почему ты с ними?

— Это не твое дело, — наглеть так наглеть, — считай, что я просто сопровождающий.

— Тогда почему я тебя не мог увидеть в своем шаре? — в свою очередь, не обратив внимания на мою наглость, поинтересовался он.

— Откуда же мне это знать, — удивился я такому раскладу.

— Ладно, я все равно это узнаю, но чуть позже, а сейчас… — и он махнул своим слугам, а те направились к нам с непроницаемыми лицами, доставая на ходу мечи.

Но и мы не собирались сдаваться так просто. Тоже достав свое оружие, мы бросились навстречу этим убийцам. И закипела битва, полилась кровь. Я только успевал следить за всеми принцами и стараться отводить мечи врагов. А потом мне в голову пришла блестящая идея. Сосредоточившись, я попытался обратить этих существ против самих себя… не вышло. Тогда я представил их в огне… не вышло. Что же делать? Увидев как скользит меч Дарниэля по одному из врагов, проходя вскользь, я чисто машинально направил его прямо в сердце врага… оп-па, получилось. Вот тогда дело пошло на лад. Раз не получилось воздействовать непосредственно на них, то будем воздействовать через оружие.

Спустя несколько изматывающих минут все было кончено. А сидящий на троне дракон просто выпал в осадок от потрясения. Но опомниться ему не дал Азрат, подойдя к дяде и, склонившись, что-то прошептал. А потом, подозвав меня, спросил:

— Ты можешь его заморозить так, чтобы он смог самостоятельно передвигаться?

— Кхм, странная просьба. Но я попробую, — ответил я, а дракон в это время пришел в себя и попытался вскочить и выхватить свой меч.

Ну-ну, кто ж тебе позволит-то? Представив в голове картинку того, что я хочу получить, я, открыв глаза, увидел вращающего глазами в разные стороны, дракона. Но двигаться он уже не смог. Только передвигать ногами и все. В то время, пока мы совершали свои манипуляции над драконом, Санраар пронесся по всем залам, стены которого начали трескаться, грозя вот-вот обвалиться, и, найдя кристалл, довольный позвал всех на выход, так как оставаться в замке стало слишком опасно.

Не успели мы выйти, как замок, словно по мановению волшебной палочки, обрушился, погребая под собой всех, кто там оставался: и живых, и мертвых. А мы, осмотрев себя, увидели, что Дарниэль и Криштан были серьезно ранены, но адреналин, бушевавший в крови, не давал сосредоточиться на ранах. А сейчас, когда сражение уже было позади, раны дали о себе знать. Подойдя к каждому из них, я излечил раны, больше не скрываясь и не притворяясь.

Но вопросов никто не задавал. Все приняли помощь, как должное. А Азрат, хмурясь, вскочил на своего коня и перекинул дядю, как мешок. Теперь нам предстоял путь домой. Что-то ждет нас в пути? Уж очень мне не нравились взгляды Санраара.

Глава 20

Уважаемые и любимые читатели! В этой главе будет присутствовать групповой секс. Поэтому, тем, кто не приемлет такое, очень большая просьба опустить эту главу и дождаться следующей. За НЦу тапками сильно не бросаться. Автор болеет и моя больная фантазия зашкаливает.

Выехав из Запретной Рощи, мы решили немного изменить направление, так как ехать снова через долину туоннов желания не было. Ведь неизвестно как себя поведут эти существа. Если они нас один раз пропустили, то это не значит, что и во второй раз нам так же повезет. Дарниэль попытался сопротивляться:

— Зачем нам делать такой крюк? Это же лишних два дня пути. Почему мы не можем поехать через долину? Ведь они нас один раз пропустили?

— Вот именно, один раз, — тут же вставил слово Санраар, — но не факт, что пропустят и второй раз. Поэтому, лучше ехать дольше, но это будет надежнее.

— А ты бы вообще молчал, — попытался наехать на оборотня светлый, — знаем мы почему для тебя это лучше, — и хитро глянул на Санраара, а потом на темного и почему-то смутился.

— А сам-то, лучше? — парировал оборотень и тоже глянул сначала на светлого, а потом на темного.

Но перепалку прекратил Хорват:

— Да хватит вам, — начал злиться он, — Санраар прав, если нам повезло один раз, то не стоит испытывать судьбу во второй. Но другой дороги здесь нет.

— Я тоже с этим согласен, — поддержал Хорвата Криштан. — Но на счет другого пути… Я заметил, когда мы были в роще, возмущение силы. Кажется, это переходы. Куда они ведут — я не знаю, но стоит попробовать.

— Нас может выбросить куда угодно: хоть в царство драконов, хоть к варнаху на кулички, а может и к Академии. Попробуем? — спросил я.

— Ну к Академии навряд ли, а побывать еще где-нибудь, да в такой приятной компании я бы не отказался, — невинно глядя мне в глаза, выдал Санраар.

— Значит, решено, — подвел итог Азрат, при этом тоже с хитринкой глянув на меня, — едем к переходу.

— К переходу, так к переходу, — пришлось согласиться Дарниэлю с мнением большинства.

И мы тронулись в путь, свернув в густую рощу на еле заметную тропку. Нда, до Академии еще — как до луны пешком. Но принцы решили не унывать, а смотреть на все философски. И для начала неплохо было бы перекусить и отдохнуть. Мы стали подыскивать место для остановки. И вскоре оно нашлось. Небольшую полянку окружали деревья, хорошо защищая от ветра. Посреди нее было уже готовое кострище, а между деревьями было пространство для ночлега, поэтому мы решили здесь расположиться и отдохнуть. Все равно торопиться нам было некуда. В Академию мы уже послали магического вестника с сообщением об успешно завершенной миссии. Теперь можно расслабиться и отдохнуть. А то после утомительной недели путешествия, полной тревог и напряжений, нервы у всех были не к варнаху.

Азрат отправился на поиски добычи, так как у всех остались жалкие остатки сушеных овощей, соль, да корешки для приправ. А хотелось чего-то существенного, и желудок требовал нормальной пищи. Дарниэль ушел за хворостом, Таргиаль стал раскладывать остатки приправ и корешков. Наг искал для себя место, где можно расстелить плащ, вампир наблюдал за манипуляциями нага, а Санраар сверлил меня взглядом. Ну а я просто сел там, где и стоял, не став особо заморачиваться с поиском удобного места. Так как ноги уже просто не держали. На меня нашло умиротворение от успешно выполненного задания. И от того, что никто особо не пострадал. Единственный момент, который меня немного напрягал — это взгляды не только Санраара, но и остальных. Они на меня смотрели, как на переходящий приз.

Когда пришел Азрат, неся на себе тушу харлака[1], я обрадовался, что наконец-то устрою своему желудку праздник. Тушку разделывали все. Шкуру, аккуратно срезав, повесили сушиться. Она хорошо защищает от холодов, а еще имеет довольно практическое свойство: ни одна стрела не пробьет.

Разделав харлака на куски, часть засолили, чтобы мясо в дороге не испортилось, а часть поставили готовиться. Пока я колдовал над мясом, ко мне поближе пристроились ВСЕ принцы, кроме Азрата. Самым наглым оказался Дарниэль. Обняв меня за талию, он прямо в ухо произнес:

— Картан, малыш, составишь мне сегодня ночью компанию. А то замерзнешь ведь. Ночи-то нынче холодные.

— Сейчас же убери свои загребущие лапы, — зарычал я, сцепив зубы от такой наглости, — иначе твой лоб познакомится поближе с горячей ложкой.

— Ну что ты, малыш, я обещаю что буду о-о-очень нежным, — не слушая меня, заулыбался ушастый, — тебе понравится.

— А я могу присоединиться, — подошел еще и темный и обнял с другой стороны.

— А ну отойдите от дайхара, извращенцы, — раздался рык Санраара.

— А если не отойдем? — хитро глядя на оборотня, скосил глаза светлый.

Но тут обоих эльфов отодвинул в сторону вампир. Он отцепил их руки от моей талии и я уже хотел было обрадоваться, как мое ухо обжег шепот:

— Вампиры самые лучшие любовники, поэтому гони в шею этих ушастых, а приходи ко мне ночью, я покажу тебе мно-о-ого интересного.

— А я помогу, — присоединился наг, обнимая сразу и меня, и вампира.

— Отвалите от меня, извращенцы, — попытался я отцепить этих приставучих зараз от своего бренного тела, не получилось. — Вы что, как с цепи сорвались?

Я стал злиться, глаза стали темнеть. Азрат, заметив это, только посмеивался. Вот же, зараза. Нет чтобы помочь, так он еще и лыбится. Представление нашел. Ну я им устрою представление.

Наконец, отпихнув с трудом от себя и этих двоих, я задумался, какую бы пакость сделать? Они хотят секаса… хм, они его получат. Пусть потом не жалуются, что у них недотрах или перетрах. Вот только надо бы четко сформулировать, что я хочу, и после плотного ужина устроить себе, Азрату и, так уж и быть, Санраару, порно-просмотр. А принцев научить, что нехорошо распускать руки и всё остальное. Довольный своим решением, я с аппетитом уплетал приготовленное мясо, облизывая с пальцев жир. И только по наступившей вдруг тишине и судорожному выдоху рядом сидящего Санраара понял, что что-то не так.

Осмотрев всех своих спутников, увидел расширившиеся глаза принцев.

— Что? — с набитым ртом поинтересовался я.

— Не. Делай. Так. Больше, — выделяя каждое слово, сквозь зубы процедил оборотень.

— Как не делать? — ну что им опять не так?

— Кхм, пальцы ТАК облизывать не стоит, — начал вампир и тут же подавился, когда я по привычке снова облизал палец, — а то наводит на пошлые мысли.

— А нечего смотреть чем и как я занимаюсь, — тут же парировал я, продолжая поглощать мясо, не забывая назло им облизывать пальцы.

— Ты хочешь, чтобы мы прямо здесь и прямо сейчас тебя разложили? — с милой улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего для меня, поинтересовался Таргиаль.

— Извращенцы, — бросил я, вставая и идя к выбранному месту для ночлега и просмотра сеанса, который я скоро устрою этим… даже слов нет, кому.

Когда все утолили голод и собрались опять подкатить ко мне с недвусмысленными предложениями, я стал осуществлять свой коварный план. Для начала освободил их всех от одежды, от чего они с недоумением уставились на меня. Но, так как пока еще никто ничего не понял, они продолжали предвкушающе улыбаться. Ну-ну, улыбайтесь-улыбайтесь. Посмотрим, кто из нас будет смеяться последним. Мельком глянув на Азрата, я заметил, что он еле сдерживает смех.

— Ты решил долго времени не тратить на наше раздевание? — с улыбкой поинтересовался Криштан, — похвально, но зачем ты всех-то раздел? Или решил устроить себе праздник тела?

— Ага, — мило ответил я на его улыбку, — вот только не себе, а вам.

После моих слов принцы недоуменно глянули на меня, но что-то сказать я им уже не дал. И вот перед нами троими развернулось действо.

Криштан обнял Хорвата, прижавшись к нему всем телом, Дарниэль прижался к Таргиалю, подтолкнув того к Хорвату, который, не теряя времени даром, вовлек темного в поцелуй. А пока темный целовался с вампиром, светлый с нагом гладили тела целующихся парней, задевая соски, поглаживая живот, обводя каждый кубик пресса, опускаясь все ниже, пока их руки не достигли членов ребят. Развернув партнеров к себе лицом, уже светлый целовал темного, а наг вампира. Стали раздаваться стоны всех четверых. Дарниэль, целуя Таргиаля, провел рукой по попе парня, обвел анус, после чего ввел в него один палец. Темный дернулся, но не отстранился. Наг проделывал такую же процедуру с вампиром.

Когда и в темном, и в вампире было уже три пальца, светлый и наг не выдержали больше, развернув парней лицом друг к другу, Дарниэль вошел в Таргиаля, а Криштан — в Хорвата. Парни вскрикнули, а потом вампир вовлек темного в поцелуй, постепенно опускаясь на скулы, на шею, на соски принца, где немного задержался, лаская каждый по очереди. Прокусывая, а потом зализывая укус, как-будто извиняясь. От такого действа у темного темнело в глазах. Он поражался, как можно чередовать боль с лаской, но ему это нравилось.

Наигравшись с сосками темного, вампир стал опускаться ниже, пока не дошел до сосредоточия желания Таргиаля, который уже еле сдерживал себя. Заглотнув сразу наполовину, вампир поднял замутненные желанием глаза на Таргиаля, а после перевел взгляд на Дарниэля, который ритмично вдалбливался в темного. А мы наслаждались зрелищем: Наг входил в вампира, который сосал у темного, в которого входил светлый. Замечательное зрелище. А главное, познавательное. Но тут я заметил еще кое-что. Санраар с Азратом как-то заерзали, стали отводить глаза. Хм, что это с ними? Ладно, потом спрошу.

Я снова повернулся к четверке, которая уже стонала и кричала в голос. Вот только картинка немного поменялась, теперь темный ублажал вампира ртом, а он, в свою очередь, насаживался то на член нага, то на рот темного. И вот раздался крик всех четверых. Они кончили практически одновременно и повалились на траву, запыхавшиеся, уставшие, но… удовлетворенные. Во всяком случае я надеюсь на это. Но заканчивать на этом я не стал. Дав отдохнуть парням маленько, я снова бросил их в объятия друг друга, но с той разницей, что теперь уже темный входил в светлого, а вампир в нага. Понаблюдав и за этой картиной, я стал думать, что еще сделать, но додумать мне не дал Санраар, вскочивший со своего места и бросившегося в лес. Я с недоумением глянул на дракона, тот сидел весь красный и напряженный.

— Что это и с ним, и с тобой? — не выдержал я и задал ему вопрос.

— Тебя что, совсем не завело это действо? — поинтересовался он у меня, а я только непонимающе посмотрел на него.

— Куда оно должно было меня завести? — что-то я не понимаю о чем это он говорит.

— Не куда, а как? — поправил меня он, — ты что, вообще не возбудился?

— А должен был? — так вот о чем он, — я смотрел на все с эстетической точки зрения, — объяснил я дракону, а он, больше не выдержав, бросился в лес, но в другую от оборотня сторону.

Повернувшись к принцам, я заметил клубок переплетенных тел, который мирно посапывал прямо там, где они и лежали. Подойдя к ним поближе, я, достав плащи, укрыл их, а то ведь ночью действительно холодно, замерзнут ведь. Вот такой я добрый. Сначала сделал гадость (хотя как посмотреть), а потом решил позаботиться.

Первым вернулся Санраар. Довольный, он подошел ко мне, подхватил на руки, я даже не успел пикнуть и оттолкнуть его от себя, поднес к моей приготовленной лежанке, опустил меня на нее, устроился рядом, обнял и засопел.

Ни фига себе. Это что, вообще, было? Но обо всем я решил подумать завтра. Ведь мне еще предстояли разборки с принцами из-за моей шалости.

Глава 21

Снилась мне мама. Ее ласковые и нежные руки, обнимающие и ласкающие меня. Было так уютно нежиться в ее объятиях. В душе тут же восстановились мир и спокойствие. Так. Стоп. Какая мама? Какие руки? В мой затуманенный сном разум пришла дельная мысль, что мама осталась дома. Я в походе с принцами. А руки… Вот я сейчас КАК проснусь, да КАК надаю по этим шаловливым рукам. Додумать мысль мне не дали… ох ты ж, выклай махдар, еще и губы в ход пошли. Вот пиявка. Вот зачем так присасываться к моей шее? Синяк же будет.

— Не синяк, а засос, — раздался шепот в ухо.

Я что вслух уже разговаривать начал?

— Да, — ну вот опять. Надо прекращать это безобразие.

Но только я собрался сделать очередную гадость наглому оборотню, как он резко откатился от меня на приличное расстояние. Ну-ну, как-будто меня это сможет остановить. Открыв, наконец, глаза, уставился с возмущением на Санраара. Но тут откуда-то сбоку раздался голос Дарниэля:

— Картан, — зарычал он, — это что вчера было? — он стал угрожающе надвигаться на меня. Но я, выставив вперед руку, останавливая все поползновения в мою сторону, произнес:

— Еще шаг и в следующий раз вы будете заниматься сексом с наргаалом[2], вот тогда я и посмотрю как вам это понравится.

— Ты этого не сделаешь, — глаза у светлого стали по одному золотому, а бравады в голосе поубавилось.

— Почему это? — удивился я, — напротив, мне будет интересно посмотреть на сие занимательное зрелище.

Светлый в шоке развернулся и пошел к темному, который, глянув на меня с уважением, обнял Дарниэля и прижал того к себе. А в это время в поле зрения появились и наг с вампиром, которые угрожающе надвигались на мою, еще толком не проснувшуюся тушку. Хорват первым обратил внимание на Дарниэля, уткнувшегося в плечо Таргиаля.

— Что это с ним? — обратился он к темному, кивком показывая на светлого.

— Да вот, представил себе картинку, обещанную нашим дайхаром, — пожал плечами темный, еле-еле скрывая смех.

— Что за картинка? — заинтересовался Криштан, развернувшись к эльфам. Он даже на время забыл что надвигался на меня с недвусмысленными намерениями.

— Кхм, кхм, — пытаясь сдержать рвущийся наружу смех, темный откашлялся и в красках расписал мою угрозу.

По мере описания, лица у нага и вампира все больше вытягивались, а глаза округлялись. Когда Таргиаль закончил, дракон, больше не сдерживаясь, ржал в голос. Санраар еще хоть как-то пытался скрыть улыбку, то и дело выползающую на лицо. А Хорват не выдержал и, повернувшись ко мне, поинтересовался:

— Ты ведь этого не сделаешь?

— Почему? — состроив невинное выражения лица, в свою очередь, спросил я у него, — напротив, мне уже интересно и мысль довольно заманчивая.

— Гр-р-р, — отстранившись от темного, зарычал светлый, пытаясь подойти ко мне с растопыренными руками. Как я понял, придушить хотел.

Держали его и вампир, и наг, и темный. С трудом, но удержали. И тут я заметил, что наг что-то прошептал на ухо вампиру, а потом, притянув к себе за голову эльфов, еще и им. Это еще что за тайны Караакского двора? А мне сообщить? Но они, только хитро глянув на меня, развернулись и подошли к костру, чтобы разогреть остатки вчерашнего пиршества. Вот чувствует моя пятая точка, что что-то эта четверка затевает. Понять бы только что. Должен же я знать, к чему мне готовиться.

Санраар и Азрат тоже заметили изменения в поведении этих четверых и подсели поближе ко мне. Хм, вот и защитники нарисовались. Ну-ну, подождем, что же будет дальше. Наспех перекусив, мы собрали свои вещи и тронулись в путь. Ко мне поочередно подъезжал то светлый, то темный, то наг, то вампир, и, глядя странным взглядом, что-то там шептали про себя, но ни слова из их бормотания я разобрать так и не смог. Даже попытался переспросить. Ага, так мне и ответили.

Повернув голову к дракону и оборотню, я удивленно уставился на их смущенные и покрасневшие лица. При этом они упорно отводили взгляд и от меня, и от всех остальных принцев.

— Вы чего? — удивленно спросил я.

— Ты что-нибудь ощущаешь? — кое-как выдавил из себя Азрат.

— Что я должен ощущать? — это становится интересным.

— Ну-у-у, какое-нибудь влечение к кому-нибудь? — опустил глаза дракон.

— Чего-о-о-о? У тебя что, крыша отпросилась в долгосрочный отпуск? Ты что несешь? — я стал злиться.

— На тебя попытались воздействовать магией соблазнения, которой владеем все мы по праву рождения, — погладив меня по руке, но так и не подняв глаз, ответил вместо дракона оборотень.

А я сначала завис, а потом в душе стала подниматься неимоверная злость. Вот же гады и сволочи! Мало им одного наказания? Ну так я им устрою. Они у меня… Додумать мне не дали штук двадцать небритых, грязных, но с устрашающим взором в глазах, мужиков, обвешанных оружием по самое не балуй.

— Деньги, драгоценности, оружие, доставайте все, что есть, — вышел вперед один из них.

— А я думал это вы нам предлагаете, — невозмутимо пожал плечами я, чувствуя как гнев вот-вот выйдет наружу, — так мы уже было хотели отказаться от такого жеста доброй воли.

— Самый наглый? — ухмыльнулся этот тип, нахально разглядывая меня с головы до ног, — мы любим таких наглых, — и только он собрался подойти ко мне, протянув руки, как я сорвался.

— Да чтоб вы к демонам провалились и они там вас драли и день, и ночь, — в сердцах выругался я… и обомлел.

Вся эта орава мужиков исчезла. А на меня пораженно смотрели все принцы.

— Куда это они исчезли? — продолжая оглядываться вокруг, спросил Дарниэль.

— Я почему-то думаю, — протянул Азрат, хитро поглядывая на товарищей, — что они отправились туда, куда их и отправили.

— Это куда? — поразился Таргиаль, — к демонам, что ли?

— Ага, — только и успел кивнуть головой дракон, как перед нами заклубился туман, из которого вышел… сам владыка демонов, собственной персоной.

На нем была только набедренная повязка и ничего более. Да, тело шикарное, нечего сказать. Мне такое точно не светит. А так хотелось бы. Черные длинные волосы развевались при малейшем дуновении ветра, чернота глаз завораживала.

— Это кто ж нам такой подарок-то преподнес? — оскалился он в улыбке.

— Наш малыш дайхар, — ответил светлый, показывая на меня и разглядывая красавца-демона плотоядным взглядом.

— Какая милашка, — теперь уже демон рассматривал меня как вещь на ярмарке, — я бы не отказался от такой игрушки в свою коллекцию.

Вот тут-то моя злость и достигла своего апогея. Милашка… Игрушка… Коллекция… Ну я устрою тебе… Как только демон направился ко мне с намерением снять с моего Харфада, я, протянув руку вперед, скомандовал:

— Стоять! — демон застыл. Только глазами и мог вращать, но сдвинуться с места никак не получалось. Даже пошевелить рукой или ногой… никак. Вот тут-то я и задумался. Что же мне с ним такое-эдакое сотворить? Хм. Думал я недолго. Еще раз бросив взгляд на своих спутников, заметил уже у четверых плотоядные взгляды, обращенные на демона. Я только усмехнулся. Ну что ж, думаю, что демону понравится моя мстя.

А потом вернем его обратно без права приближаться ко мне ближе чем на пять метров. Отличная идея. Склонив голову набок, я обратился к четверке:

— Что, господа принцы, понравился вам демон-то?

— Что ты задумал? — с тревогой поинтересовался Санраар, — его месть может быть страшна.

— Неа, — беспечно махнул я рукой, — я думаю, что ему понравится так, что и мстить мне он не станет, — а потом, обратившись к вампиру, спросил, — ты вроде говорил, что вампиры непревзойденные любовники?

— Ну да, — ответил тот, с опаской поглядывая то на меня, то на демона, — а к чему ты это сейчас спрашиваешь?

— Мальчики, надо показать нашему гостю всю вашу непревзойденность в сексе, — я мило улыбнулся, а все остальные только шарахнулись от моей улыбки.

Вот только демон от услышанного даже посинел весь от злости. Но на это я уже не обратил внимания. Сформулировав в голове картинку того, что хочу увидеть, я стал наслаждаться зрелищем, которое не преминуло развернуться перед нами троими: Азратом, Санрааром и мной.

Дарниэль подошел к демону, провел рукой по его голому торсу, опускаясь ниже, пока не достигла края набедренной повязки. Приподняв край, светлый усмехнулся:

— Просто замечательно, под повязкой ничего нет, — а потом, глядя в глаза демона, поинтересовался, — ты специально ТАК пришел? Как знал что тебя здесь ждет.

Глаза пришедшего стали о-о-очень большие и круглые. Но что-то сделать или сказать он был не в состоянии. К парочке подошли темный, вампир и наг. Каждый провел по телу демона, обходя его по кругу и исследуя руками каждый сантиметр тела.

И тут я решил вернуть демону голос. Ой, мамочки, лучше бы я этого не делал. Такой отборной ругани я еще не слышал. Мне в голову тут-же вошла мысль, которую я и поспешил реализовать. Соорудив себе письменные принадлежности, я замахал руками на демона, тот с непониманием посмотрел на меня, ожидая что я от него хочу.

— Подожди минутку, помедленнее, я хочу все записать, — демон завис, все принцы тоже. А потом наш гость не выдержал и спросил, обращаясь к тому, кто стоял перед глазами, им оказался Хорват:

— Он что у вас — идиот?

— Нет, — начал было отвечать вампир, но тут уже перебил его я:

— Это ты меня идиотом назвал? Ну что ж, а я еще хотел с тобой нежно и ласково обойтись. Хрен тебе, не дождешься, — демон непонимающе уставился на меня, а через минуту до меня донесся его вопль.

Светлый, смазав член, вошел в демона. И не дав тому даже привыкнуть стал двигаться.

— Ты что творишь, карлах тебе в задницу и… а-а-а… я же ни разу снизу не был… — орал демон, пока его рот не заткнул своим членом темный, от чего наш гость подавился… но заткнулся.

— Вот так-то лучше, — получая свою порцию удовольствия от умелого, как оказалось, рта демона, произнес темный, продолжая ритмично двигаться в такой манящей глубине рта.

Через несколько минут, когда эльфы достигли пика удовольствия, к демону присоединились уже вампир с нагом. Хитро переглянувшись между собой, вампир пристроился к попе демона, а наг к его рту. А сам гость уже стонал, не переставая, пытаясь достигнуть разрядки, которую ему пока так и не дали достигнуть эльфы, постоянно пережимая член у основания. И вот наконец раздался рык нага и вампира, а следом за ними блаженный стон демона.

Вернув гостю подвижность, я ехидно поинтересовался:

— Как тебе наш прием гостей?

— Р-р-р, я не знаю что я с тобой сделаю, — хотел было броситься ко мне демон, но я опять выставил перед собой руки и невинно поинтересовался:

— Тебе двух раз оказалось мало? Так я могу устроить повтор, — от сказанного демон шарахнулся, непонимающе посмотрел мне в глаза, а потом… чертыхнувшись, просто испарился. Хм, и что он там смог увидеть в моих глазах?

«Суть твоей магии» — раздался в голове отдаленный голос демона, а потом все стихло.

— Ну что, вы удовлетворены? — оглядев действующих лиц, спросил я, — теперь мы можем наконец поехать дальше?

Глава 22

Собравшись, мы тронулись в путь. Почти сразу же ко мне подъехал Азрат.

— Ты что творишь? — грозно глядя на меня, поинтересовался он.

— А что? — что-то я не понял, что я такого сделал?

— Ты зачем так поступил с принцами? — задал мне вопрос дракон, хмуро сдвинув брови, — более того, ты еще и повелителя демонов вмешал.

— А это точно был сам повелитель? — я вопросительно уставился на Азрата, — а то я его тату на шее увидел, но не рассмотрел, — я опустил голову и решил признаться, — очень испугался, когда он ко мне свои загребущие ручонки-то протянул.

— Картан, ты вообще понимаешь, что ты сделал? — спросил Азрат, но во взгляде стала пропадать угрюмость.

— А что я такого сделал? — непонимающе глядя на друга, решил узнать я, — они ведь любят заниматься сексом, так что тут такого, что я им немного помог?

— Глупый, — усмехнулся дракон, — они может и любят им заниматься, но никто из принцев и, уж тем более сам повелитель, никогда не были снизу, — стал просвещать меня друг, а я только непонимающе глядел на него и не мог понять о чем он говорит.

— Так они же все стояли, — начал я свою мысль, — никто же не лежал, тем более снизу, — после моих слов на Азрата напал сначала ступор, а потом он зашелся в смехе.

Я некоторое время понаблюдал за ним, а потом, пожав плечами, просто отъехал от него подальше. Пусть отсмеется, а потом я как раз и узнаю причину такого смеха. Принцы искоса поглядывали на ухохатывающегося Азрата, но никто не спросил причину такого веселья. А когда Санраар вопросительно глянул на меня, я только плечами пожал в ответ, дескать ничего не знаю. Он с сомнением покачал головой, но приставать с расспросами не стал.

А Азрат, отсмеявшись, снова подъехал ко мне и решил продолжить начатый разговор.

— Картан, наивная душа, ты вообще понимаешь хоть что-то в сексе? — начал он, с подозрением глядя на меня.

— Откуда? — тут же состроил я грозный взгляд, — я еще не нашел того самого-самого, с которым бы мне и хотелось заняться чем-то подобным. Да я и само действо-то видел впервые в исполнении принцев, — честно ответил я.

— Тогда с тобой все ясно, — подвел итог дракон, — тогда я попытаюсь объяснить, что то, что ты сделал отвратительно.

— Почему это? — не понял, что может быть отвратительного в занятии сексом?

— Потому что принцы всегда доминировали, а ты вот так запросто уложил их одного под другого, — стал втолковывать мне Азрат, а мне оставалось только непонимающе хлопать глазами, — понимаешь, они всегда были только сверху, ну или… как бы тебе это объяснить… — задумался дракон, видя что я ничего не понимаю из его объяснений, — в общем, вставляли всегда они, а не им. Понятно?

Я задумался. Последняя фраза внесла некоторую ясность, но не до конца.

— А какая разница кто кому вставляет? — что-то я не вижу принципиальной разницы.

— Большая, — но тут дракон задумался о чем-то и замолчал.

— Эй, ты чего снова завис, — потеребил его я, — начал так договаривай.

— Пока с тебя хватит информации, — отрезал он и отъехал от меня подальше.

Ну ни фига себе! Это почему это с меня хватит? Я не собираюсь оставлять этого просто так, все равно ведь узнаю правду. И почему это большая разница, кто кому вставляет? Этот вопрос меня мучал еще очень долго, но ответа на него я пока так и не смог узнать. Азрат постоянно увиливал от этой темы. А спрашивать у кого-то из своих спутников я не рискнул. Так мы и ехали. Светлый переговаривался с темным, иногда гладя его руку, от чего темный смущался и краснел. Ого, если бы мне кто сказал, что этот надменный представитель высокомерной расы может краснеть и смущаться, точно рассмеялся бы тому в лицо. А тут пожалуйста, такая картинка.

Наг с вампиром о чем-то спорили, это было понятно по жестикуляции последнего, а вот слов расслышать не удалось, да я и не пытался, если честно. Санраар ехал практически вплотную ко мне, после того как Азрат отъехал подальше, чтобы я не приставал к нему с вопросами. Зато оборотень решил поднять животрепещущую для него тему.

— Так ты меня уже простил? — поинтересовался он, беря меня за руку и с надеждой глядя в глаза.

— С какой такой радости я должен тебя просто так прощать? — ответил я вопросом на вопрос.

— Ну-у-у-у, — протянул он, — ты ведь уже отомстил мне, значит, должен уже простить, — убийственная логика, которая меня просто поразила.

— Я никому и ничего не должен, — отрезал я, отвернувшись.

Но оборотень не собирался так просто сдаваться. Он только ухмыльнулся и покачал головой. Это меня немного насторожило, но… как и всегда я решил пока не придавать этому значения.

Так мы и ехали, пока впереди не послышался звук водопада. Поэтому мы и решили сделать небольшой привал и искупаться, а то скоро корка грязи будет кусками отваливаться.

Остановившись и спрыгнув с лошадей-пегаса-единорога, принцы бросились в озеро, в которое как раз и спадал водопад, раздеваясь прямо на ходу.

А вот во мне вдруг взыграло стеснение. Я не стал следовать примеру всех своих спутников и пошел искать какую-нибудь тихую, спокойную заводь, где бы меня не было видно. Глянув напоследок на резвящихся в воде представителей сильных мира сего, я пошел вокруг озера. Пройдя совсем немного, я увидел то, что искал. Прямо в воде росли кусты, скрывающие это место от посторонних глаз, а сам берег был пологим, песчаным и с кристально чистой водой.

Оглядевшись еще раз по сторонам, я разделся и стал входить в воду, которая оказалась на удивление теплой. С наслаждением окунувшись пару раз, я поплыл к середине озера. Незабываемое впечатление. Нега, расслабленность. Проплыв до того места, где заканчиваются кусты, я повернул обратно.

Подплывая уже почти к самому берегу, я почувствовал как меня кто-то схватил за ногу под водой. Вскрикнув от неожиданности, я попытался отнять свою ногу. Но тут и сам похититель чужих конечностей вынырнул из воды. Ну естественно, кто же это еще мог быть? Передо мной предстал оборотень, собственной персоной.

— Ты что творишь? — заорал я на него, — хочешь меня заикой сделать?

— Тихо-тихо, не шуми, — стал пытаться успокоить разбушевавшегося меня Санраар, но не тут-то было, меня понесло.

— И ты еще говоришь о каком-то прощении, да я… да ты… я тебе устрою сладкую жизнь, — все больше распалялся я, кто ж виноват, что я действительно испугался, — ты еще не раз столкнешься с моей мстей, я тебе пок….

Договорить мне не дали губы оборотня, которые взяли в плен мои собственные, тем самым прерывая поток ругательств и обещанной кары. Сперва до меня не дошло что происходит, а когда Санраар притянул меня к себе поближе и я почувствовал что-то твердое, упирающееся мне в живот, хотя нетрудно догадаться что это было, вот тут-то я и запаниковал. Ну не так я представлял себе свой первый раз. И уж явно не на лоне природы, а хотя бы на чистой постели, где нет кусачих насекомых, которые так и норовят укусить побольнее.

А оборотень уже вовсю исследовал мой рот. Провел по зубам язычком, всосал сначала верхнюю губу, потом — нижнюю, после чего со всей страстью ворвался в мой рот. Я попытался своим языком вытолкнуть его, получилась борьба языков, от чего оборотень застонал, а я непонимающе посмотрел на него. Но у меня самого как-то потеплело внутри, внизу живота запорхали бабочки и стало как-то непривычно.

Наслаждался я недолго. Увидев победную улыбку Санраара, я, собрав все силы и рассчитывая на неожиданность, оттолкнул его от себя. Это его удивило.

— Ты чего? — спросил он, — тебе ведь понравилось, — он продолжал улыбаться, а я вспомнил о словах дракона о том, что ни один принц не будет снизу и решил проверить его слова.

— Ты меня хочешь? — склонив голову набок, поинтересовался я.

— Да, очень хочу, — не стал отпираться Санраар, — да ты и сам можешь увидеть всю степень моего желания, — показал он кивком головы на свой гордо стоящий член.

Я посмотрел, оценил размерчик… огромный. А потом, хитро улыбнувшись, произнес:

— Хорошо, я подумаю над твоим предложением, — увидев радость на его лице, продолжил, — только тебя наверное нужно будет хорошо разработать, а для этого нам понадобится масло, которое есть только у темного, — по мере произнесения моих слов, гримаса ужаса постепенно искажало красивое лицо оборотня, а под конец он уже чуть не задохнулся от возмущения:

— Да кто тебе сказал, что сверху будешь ты? — вдруг зарычал он.

— Ты сам, — ответил я, глядя на недоуменное выражения лица парня.

— С ума сошел? Когда это я такое говорил, — стал злиться он, — да я в принципе не мог такого сказать, потому что я НИКОГДА не буду снизу, — гордо вздернув голову, ответил он.

— Ну, как знаешь, — пожал я плечами, — это ведь ты меня хочешь, а не я тебя, поэтому… — договаривать я не стал, дав тому время на размышление, а потом продолжил, — по другому не получится, даже и думать не смей. Или так, или никак. А сейчас мне надо помыться, так что ты можешь быть свободен, — махнул я рукой в направлении берега, а оборотень только ухмыльнулся, задумавшись о чем-то своем:

— Может мне тебе спинку потереть? — все с той же хитрой улыбкой поинтересовался он.

— Я прекрасно обойдусь собственными силами и в твоих услугах не нуждаюсь, — а потом себе под нос пробурчал, — а то знаю я тебя, сначала спинку потру, потом зацелую до умопомрачения, а потом… и все остальное.

Нет уж, я как-нибудь сам. Поэтому, помотав отрицательно головой, я попросил Санраара удалиться, но он просто вышел на берег и стал наблюдать за моими действиями. Ладно, хоть так, хорошо что не пристает, а так, пусть наблюдает раз ему нравится.

— Я все равно сделаю так, что ты изменишь свое мнение, — произнес он, а у меня от его слов даже мурашки по коже побежали.

— Ну-ну, — ответил я, — я тебе уже говорил, что мечтатель? Говорил. Так вот, ты можешь только мечтать и надеяться, но все равно будет по-моему, — твердо глядя ему в глаза произнес я.

Посмотрим кто из нас сдастся первым. И это явно буду не я.

Глава 23

Вымывшись и выйдя на берег, я оделся, перед этим очистив одежду, чтобы не одевать на чистое, вымытое тело, уже несколько дней носившуюся одежду. Санраар внимательно следил за моими манипуляциями, даже не пытаясь прикрыть собственную наготу.

— Ты так и будешь здесь сидеть в таком виде? — поинтересовался я.

— А чем тебя мой вид не устраивает, — хитро блестя глазами, он уставился на меня, — а может тебя возбуждает мой вид, но ты боишься это показать?

— Тьфу на тебя, я тебе уже говорил раньше, повторю и сейчас: Ты. Меня. Не. Возбуждаешь, — ответил я, выделяя каждое слово.

— Еще не вечер, — подходя ко мне и тем самым нарушая мое личное пространство произнес Санраар, при этом наклоняясь к самим моим губам, от чего мои приоткрылись, но этот гад просто отстранился и пошел вперед, бросив на ходу, — пойдем. Там, наверное, нас уже обыскались.

Я пошел следом за ним, глядя на его спину и сверля ее недовольным взглядом. Проходя мимо зарослей кустов, мы заметили Дарниэля с Таргиалем, которые увлеченно целовались, раздевая друг друга. Я было завис, но оборотень, дернув меня за руку, потащил прочь от парней.

— Нечего им мешать, идем уже, — потащил он меня ко временной стоянке.

А придя туда, увидели… нага и вампира, которые тоже самозабвенно целовались, ни на кого не обращая внимания. Санраар, чертыхнувшись, развернул меня на сто восемьдесят градусов и потащил куда-то в сторону.

— Может хватит уже таскать меня, как мешок с дер… овсом? — завозмущался я, выдергивая свою руку из его захвата.

— Пойдем, прогуляемся, — скомандовал оборотень, а я впал в ступор от его наглости.

— С какого перепуга ты мне приказываешь? — возмутился я.

— Я пока только прошу, — с нажимом, сквозь зубы, проговорил оборотень.

— ТАК не просят, — ответил я, тем не менее продолжая идти следом за ним.

Мы отошли на приличное расстояние, где встретили Азрата.

— Вы тоже решили уединиться? — с улыбкой поинтересовался он, — тогда я пошел, не буду вам мешать.

— Ничего ты нам не мешаешь, — попытался не отпускать дракона я, но краем глаза заметил какие-то знаки, которые подавал оборотень Азрату.

— Да нет, я пожалуй, пойду, прогуляюсь, — махнув нам рукой, он стал удаляться.

А мы остались с оборотнем вдвоем. Сев прямо на траву, я провел по ней рукой. Мягкая. Закинув обе руки за голову, я лег и стал смотреть на небо, по которому плыли облака, создавая причудливые узоры. Но долго любоваться красотой неба мне не дал Санраар, нависнув надо мной и пристально глядя в глаза.

— Ты чего? — какой-то вид у него странный, что-то мне это не нравится.

— Ничего, — только и ответил он перед тем как вовлечь меня в поцелуй. Я попытался оттолкнуть его, да только разница в силе и весе была ощутимая. Он даже с места не сдвинулся, продолжая целовать, прикусывать и ласкать мои губы. И снова, как совсем недавно, у меня появилось тепло в животе, стало как-то непривычно тянуть. Я прислушивался к своим ощущениям, не понимая, что со мной происходит.

А пока я прислушивался, оборотень не отрывался от моего рта, более того, стал расстегивать пуговицы на рубашке. Когда дело дошло до штанов, которые он попытался стянуть, я пришел в себя и стал брыкаться.

— Ты что творишь? — с трудом освободив свои губы из захвата, поинтересовался я.

— Я слишком хочу тебя, — прошептал он, — и не могу ждать больше ни минуты.

— Я тебе уже говорил, только если я войду в тебя, а не наоборот, — продолжал упрямиться я, а Санраар шарахнулся от меня как от чумного.

— Но я так не могу, — умоляюще глядя на меня, прошептал он.

— А ты через не могу, — подвинулся к нему ближе уже я.

Несколько долгих минут он думал, а потом… обреченно кивнул головой.

— Ты хоть знаешь что делать-то? — сдавленным голосом спросил он.

— Ну-у-у, я видел как это делали тогда принцы, — пожал плечами я, а оборотень просто взвыл, — но ведь ты мне подскажешь?

— О-у, вот за какие такие грехи мне такое наказание? — запричитал он, а я решил обидеться.

— Ну и ладно, — сказал я, состроив обиженное выражение и вставая с травы, — не очень-то и хотелось.

Да только кто же мне вот так вот запросто даст уйти. Меня за талию обняли и притянули к себе, прошептав в самое ухо:

— Ну, малыш, не злись, просто ты должен меня понять. Ты требуешь невозможного, но я даже на это готов пойти. Не дуйся, иди ко мне.

— Так ты готов все мне показать и рассказать? — охотно возвращаясь обратно в такие теплые и уютные объятия, хитро глядя на оборотня, поинтересовался я.

— Готов-готов, — фальшиво вздохнул он, — ты ведь по-другому не согласишься? — с затаенной надеждой глядя на меня, на всякий случай поинтересовался он.

— Нет, не соглашусь, — обломал я все его надежды.

— Ладно, достаточно разговоров, — подвел он итог, притягивая меня к себе поближе и снова вовлекая в поцелуй.

Целоваться с Санрааром было очень приятно. Мне понравилось. Почувствовав, что штаны поползли вниз, я было дернулся, но оборотень прошептал прямо в губы:

— Ты же не собираешься заниматься любовью в штанах?

— Не-а, — протянул я, уже сам ища его губы и начиная тоже ласкать его.

Когда мы оказались абсолютно нагие, ну Санраар-то понятно, он и так не одевался, только меня раздел, я почувствовал, как по моему, еще не совсем возбужденному, члену прошлась рука оборотня. Ощущения были необычными: приятными, расслабляющими и… возбуждающими. Вот тут-то я и почувствовал томление внизу живота. Стало очень хорошо и приятно. Тогда я решил последовать примеру оборотня и провел рукой по его члену, от чего он застонал, продолжая исследовать мой рот.

Когда воздух стал заканчиваться, он оставил в покое мои губы и переместился на шею. А я узнал, что это самое чувствительное место, во всяком случае, у меня. Пока он выцеловывал мою шею, у меня стадо мурашек чамбру (очень быстрый танец) танцевали. Я просто таял и плавился. Никогда бы не подумал, что это ТАК приятно. А когда Санраар опустился ниже и занялся моими сосками… я чуть было не взвыл. Я говорил, что шея — чувствительное место? Не-е-е-ет. Соски оказались еще более чувствительными. Я даже сам не заметил как начал стонать от его действий и ласк.

Только когда я почувствовал его руки, которые кружили в опасной близости от моего ануса, до меня дошло чего этот тип добивается. Ну уж нет. Я дернулся, и каким-то образом перевернул его на спину, от чего он сначала непонимающе посмотрел на меня, в его глазах была бездна похоти и желания, а потом до него дошло и пришлось смириться с неизбежным.

Вот тут-то я и стал отрываться по полной. Полностью копируя его действия, я начал с шеи, следя за реакцией оборотня, ему нравилось, так как он даже выгибаться начал от удовольствия. А когда я переместился на соски… Он просто взвыл. Так-так, не у одного меня это оказалось очень чувствительным местом. Продолжая играться с горошинами, я их то прикусывал легонько, то зализывал, извиняясь за причиненную боль. А мои руки в это время гладили, ласкали такое красивое тело, пока не добрались до члена.

Проведя несколько раз по стволу, я уже было собрался добраться до ануса, как позади нас раздался голос:

— Так-так-так, а чем это вы собрались заниматься? Там обед стынет. Подъем. Ждут только вас.

Глава 24

Мы подскочили с земли и уставились на… Вот же зараза длинноухая, такой момент испортил. Мы же не стали им мешать, когда они с Дарниэлем в кустах обжимались, а просто тихо-мирно ушли, оставив их наедине, а он вот как поступил. Взял и обломал. Да еще и на самом интересном месте.

— Ты чуть позже не мог прийти? — зарычал оборотень.

— Не-а, — заулыбался темный, довольный сделанным, — нечего совращать невинных мальчиков.

— Или этот невинный мальчик собрался совращать меня? — в такой же манере ответил Санраар, — об этом ты не подумал?

Глаза у темного стали о-о-очень большими от услышанного.

— Наш Картан… Тебя? — от удивления у Таргиаля челюсть чуть не встретилась с землей, но он успел вовремя ее подхватить.

— Ага, — довольный произведенным эффектом от его слов, кивнул Санраар.

— Ладно, — влез в разговор я, так мне надоело быть предметом обсуждения, а еще и мелкую мстю надо было придумать этому ушастому, за то, что не дал довести дело до конца. Ведь не факт, что этот оборотень и во второй раз окажется таким же покладистым, — нам пора. Ты, кажется говорил, что там уже все стынет? Тогда пошли.

И мы пошли к поляне, на которой уже сидели вокруг костра все мои спутники, дожидаясь только нас. Обед прошел спокойно, никто никого не задирал, не подшучивал. Быстро поев, мы собрались и тронулись в дорогу. Нам предстоял еще долгий путь. Вот только каким он окажется? С препятствиями или без? Но нам всем оставалось только надеяться на то, что никаких сюрпризов больше не будет.

Ехали до самого вечера. Я весь путь наблюдал за эльфами, чтобы в нужный момент вмешаться и не дать этим двоим уединиться, как темный помешал нам. На лицах у всех было спокойствие и радость от того, что мы скоро будем в Академии и только Азрат ехал задумчивый и хмурый. Я подъехал поближе к нему и поинтересовался:

— Что-то случилось? Ты чего такой?

— Как-то все слишком тихо и спокойно, — ответил мне дракон, — не нравится мне это.

— Не буди лихо, пока все тихо, — отозвался наг.

— Вот-вот, а то точно накличешь, — поддержал его вампир.

— Буди не буди, кликай не кликай, а мне все равно это не нравится, — ответил Азрат, внимательно оглядываясь по сторонам.

Проехав еще немного, мы услыхали шум драки и естественно двинулись в ту сторону, узнать что там происходит. Выехав на ровное место, мы заметили, что четверо здоровых бугаев окружили парнишку, который пытался отбиться мечом от этих мужиков, но, судя по всему, был уже на последнем издыхании, а эти четверо только ехидно скалились и сужали круг.

— Эй, ребятки, — позвал дракон, — четверо-то на одного, не многовато будет?

— В самый раз, — оглянувшись, ответил самый старший из них, продолжая скалиться, — а вы ехали бы дальше и не мешали нам развлекаться с нашей добычей.

— Ну уж нет, — спрыгивая с коня, произнес наг, — так дело не пойдет.

Все мои спутники последовали его примеру, спрыгнув со своих четвероногих друзей и доставая мечи, клинки, ножи. А я, глядя на все это, решил пока не вмешиваться, там и без меня разберутся. Вот только что-то не давало мне покоя. Было во всей этой картинке какая-то неправильность, но вот что… Ну да, я — тормоз, и не отрицаю этого. До меня доходит все очень долго. И здесь я разберусь что к чему, главное, чтобы не было поздно.

Принцы быстро разобрались с этими четырьмя, освободив мальчишку. И это тоже мне показалось как-то странно. Мужики особо и не сопротивлялись, более того, складывалось ощущение, что они и дрались-то просто ради отмазки, что мне тоже не понравилось. Ну что ж, посмотрим, к чему это приведет. Тем временем, мужики дали стрекоча от принцев, оставляя добычу им. А я решил рассмотреть парня поближе. Хм, что я могу сказать, парнишка оказался действительно красив: русые волосы достигали попы, завиваясь на концах, глаза, цвета шоколада, смотрели наивно, даже на мой взгляд, слишком наивно для его возраста, тело тренированное, красивое, это было видно сквозь порванную спереди тунику, в которой он был. Губы алые, не пухлые и не тонкие, а еще он их постоянно облизывал. Ну-ну, теперь понятно чего на него накинулись те мужики, стоило только глянуть на то, как он облизывает губы и в голове сразу возникнут нескромные желания. Это понимал даже я со своей неопытностью и скромностью. А вот как на это отреагируют все остальные… Об этом даже думать не хотелось.

И наши принцы оказались не исключением. Они все уставились на парня голодным взглядом. Тут уж я решил вмешаться, так как мне не очень хотелось проделывать дальнейший путь с истекающими слюной и озабоченными спутниками. Спрыгнув со своего Харфада, я, растолкав принцев, сгрудившихся вокруг парня, подошел ближе к нему и поинтересовался:

— Ты кто такой и как здесь оказался?

— Я? — спросил в свою очередь тот, пристально глядя на меня и от чего-то удивляясь.

— Нет, тот парень, — съязвил я, продолжая ждать ответа на свой вопрос, — конечно ты, я пока только к тебе обращаюсь, своих спутников я и так знаю.

— А что ты хочешь узнать? — стреляя в меня глазами, с улыбкой поинтересовался он, а я скривился.

— Хотя бы, как тебя зовут, — пожал я плечами.

— Аргаз, — ответил он, продолжая сверлить меня взглядом.

— Хорошо, Аргаз, а к какой расе ты принадлежишь? — продолжал я свои вопросы.

— Это имеет значение? — решил уточнить он.

— В принципе нет, но хотелось бы знать, — уверенно глядя в его глаза, сказал я, — уж больно ты подозрительный.

— И в чем же заключается моя подозрительность? — задавая вопрос он начал… кокетничать?

Я с изумлением смотрел на КОКЕТНИЧАЮЩЕГО парня и не мог взять в толк, чего же он добивается. Но додумать мне не дал Таргиаль, оттолкнув меня в сторону и со словами:

— Ну что ты пристал к бедному парнишке, ему и так досталось, — подошел к нему, приобнял и, уже обращаясь к нему, произнес, — Я-Таргиаль, принц темных эльфов.

Тут же отмерли и все остальные и бросились к парню, наперебой представляясь и пытаясь то приобнять, то просто коснуться. В стороне остался только Азрат, который, подойдя ко мне, произнес:

— Ты тоже считаешь, что здесь что-то не так?

— Да, — ответил я, — а глядя на поведение наших принцев, все больше в этом убеждаюсь.

— Вот и я тоже, — задумался Азрат, — хотелось бы знать, зачем этому парню понадобились принцы.

— Знаешь, — задумался уже я, — почему-то мне кажется, что очень скоро мы об этом узнаем.

И как бы в подтверждение моих слов, раздался голос спасенного парня:

— Вы все очаровательны и выбрать кого-то одного я пока не в состоянии, но я постараюсь, — при этом он почему-то смотрел именно на меня, — но для этого мне надо знать кто какой силой обладает, — продолжил он, а когда принцы хотели уже было начинать рассказывать суть своих магий, вмешался я.

— Достаточно, — а потом, глянув на всех, решил попробовать применить свою магию по назначению, то есть, пожелал, чтобы они все опять стали адекватными, и у меня это получилось, хотя признаюсь, не с первой попытки, — вы что, совсем ополоумели, раскрывать свою магию первому встречному? — орал я на них, с радостью замечая возвращение осмысленности во взгляде.

— Кому мы что собирались открывать? — удивленно спросил Хорват, — ты вообще о чем?

— Да кто ты такой? — взвизгнул спасенный парень, со злостью и недоумением глядя то на меня, то на, пришедших в себя, принцев.

— Это ты кто такой и что тебе надо от нас? — начиная злиться, в свою очередь поинтересовался я.

— Уже не важно, — от гнева лицо парня исказилось, изо рта показались клыки, да и сама красота стала как-то таять, — ты испортил все, к чему мы готовились долгих десять лет, я тебе это еще припомню, — начиная таять в воздухе, произнес Аргаз.

А мы наблюдали за исчезающим парнем и не могли взять в толк, к чему все это было и зачем ему понадобились принцы. Но, как потом сказал Азрат, мы скоро об этом узнаем.

Глава 25

— И что это было? — первым пришел в себя Дарниэль.

— А что ты вообще помнишь? — спросил Азрат, а я, затаив дыхание, стал ждать ответ на этот вопрос.

— Драку помню, мальчишку помню, а вот куда делись те мужики… уже не помню, — поразился светлый, пытаясь хоть что-то вспомнить. Но как он не напрягал память, ничего так и не вспомнил.

Тогда Азрат, глядя на все остальных, поинтересовался уже у них:

— А кто-нибудь из вас хоть что-то помнит?

— Я помню, как эти мужики удирали, — сдвинув брови к переносице, стал отвечать Санраар, — потом… помню как наш малыш к нему подошел и пытался узнать, кто этот парень, а потом… все… больше ничего не помню, — и он удивленно посмотрел на нас с драконом, — а что было-то?

— А было то, — добавив сарказма и ехидства в голос, стал просвещать сразу всех дракон, — что вы, как стадо голодных варлахов, облизывались на этого пацана, более того, — заметив удивление, смущение и ужас на лицах принцев, Азрат стал их добивать, морально конечно, — вы всем скопом предложили парню брак, а когда он поинтересовался вашей магией, вы уже готовы были раскрыть ему все секреты, чтобы только он кого-то из вас выбрал.

Последняя фраза просто добила парней, они сели прямо там, где стояли, с ужасом глядя на нас.

— Этого не может быть? — прошептал Санраар, — мы не могли пойти на такое.

— Могли-могли, более того, — стал забивать последний гвоздь в крышку гроба наших спутников, дракон, — если бы не наш дайхарчик, — при этом он глянул на меня с благодарностью, — то неизвестно до чего бы вы договорились и чтобы из этого вышло.

— А что он сделал? — поинтересовался Хорват.

— Заткнул вас, — но когда вампир попытался что-то сказать, дракон не дал ему этого сделать, махнув рукой и призывая к молчанию, — более того, своей магией убрал всю ту хрень, которую на вас навесили.

Вот тут уже на меня пристально посмотрели пять пар глаз. Разглядывали они меня несколько минут, после чего первым не выдержал Криштан.

— Так может хоть сейчас ты нам скажешь в чем же суть твоей магии? — поинтересовался он, с надеждой глядя мне в глаза.

— Ага, чтобы вы и это разболтали, когда на вас навесят очередную хрень, — возмутился я, — ну уж нет.

А принцы, понимая что я прав, опустили головы, поникли. Им впервые в жизни было стыдно за то, что они творили.

Больше никто ни о чем не спрашивал, но на лицах всех читался один и тот же вопрос: «Кто же это был? И что ему было надо?» Вот только ответа на этот вопрос естественно никто не знал. Поэтому в таких раздумьях мы и двинулись дальше, решив по прибытию в Академию обязательно узнать или у ректора, или у владыки по поводу этого парня, ведь они-то должны знать ответ. Да еще в придачу ко всему, неизвестно, что ждать от дальнейшего пути. Ведь если была одна попытка прибрать к рукам принцев, то не факт, что этих попыток больше не будет. Поэтому надо быть готовым к любым сюрпризам.

Да, чувствует моя пятая точка, что сюрпризы на этом не закончатся. И как в воду глядел. Не успели мы далеко отъехать, как нас окутал туман, в котором у моих спутников сразу стали слипаться глаза, и снова только мы с Азратом остались бодрствовать. Но так как мне это очень не нравилось, ведь неизвестно, какая такая бяка нас поджидает, и сможем ли мы справиться с этой напастью вдвоем, то, гаркнув:

— Не спать, — я применил и свою магию, причем делать это пришлось опять несколько раз, так как очень уж сильным было это инородное марево. А заодно попытался и этот туман рассеять, но это уже у меня не получилось.

Но в итоге я добился того, что ни один мой спутник не заснул. Все были собраны и готовы к неприятностям. И они не замедлили явить себя в виде трех фигур, показавшихся в тумане и двигающихся в нашем направлении. Когда они подошли, то очень удивились, что никто не спит.

— Кто вы и что вам надо? — решил первым пойти в наступление Азрат.

— Почему вы не уснули? — спросил один из пришедших, напрочь игнорируя вопрос дракона.

— Вас не учили, что отвечать вопросом на вопрос, по меньшей мере, невежливо? — не унимался Азрат.

— Что вы хотите знать? — спросил второй, сверля взглядом дракона.

— Я уже задал свой вопрос, — ни мало не смутился Азрат, — и хочу получить на него ответ.

Трое пришедших переглянулись между собой, о чем-то посовещались, но так, что нам слышно не было, и выдвинули одного вперед. А он, осматривая сразу всех нас, начал говорить.

— Мы из расы суккаров, должны были вас обезвредить и выкачать силу и магию. Но для этого нам надо было узнать какая у кого магия. А рассказать это вы нам должны были пока спали.

— Как можно спать и разговаривать? — не понял я.

— Для вас это должен был стать сон, а на самом деле вы бы находились между сном и явью. То есть, ничего бы потом не помнили, но все свои тайны открыли, — охотно стал пояснять парнишка.

— Стоп-стоп-стоп, — замахал я руками, — во-первых, что это у вас за раса такая, мы о ней никогда не слышали, а во-вторых… почему вы решили нам все рассказать?

— Начну по-порядку, — стал говорить парень, — наша раса — это, в некоторой степени, разновидность демонов-суккубов, только, если они получают энергию и подпитку непосредственно от секса, то мы можем только влюблять в себя любого, туманить мозг, читать мысли и узнавать все, что нам надо. А вот сексом мы занимаемся только по любви, — от этой фразы у всех моих спутников брови резко взлетели вверх, — да-да, именно по любви, — подтвердил он.

Он на несколько минут замолчал, собираясь с мыслями, а мы все ждали ответ на второй вопрос, и парень, не став нас мучить, продолжил:

— А по поводу второй части вопроса, то здесь все просто. Мы не справились с заданием, поэтому должны умереть, а умирать не хочет никто, — опустил голову парнишка, а мне стало его жаль, так как я чувствовал, что он говорит правду.

— Хорошо, — начал я, — а кто вас послал-то? И зачем вам магия принцев?

— Наш мир на грани катастрофы, — охотно стал рассказывать парнишка, — и нам в спешном порядке нужно найти подходящий мир, где бы мы смогли жить, наши маги вычислили именно этот, как наиболее подходящий для нас. Но наш повелитель не хочет мириться с тем, что он будет здесь уже не главным лицом, а обычным жителем. Ну может правителем только нашей расы, поэтому, он с магами разработал план. И состоял он в том, чтобы править единолично, надо лишить все правящие семьи магии и силы. Тогда она перейдет только нашему повелителю и он сможет спокойно править единолично.

Мы задумались. А потом я, всплеснув руками, выдал:

— Вот же, ахлар ваклаг барнаг, еще один желающий править миром выискался. Как же они все достали. Хорошо хоть этот ничего не успел стащить.

— А что, до нас еще кто-то был? — удивились все трое.

— Ага, вон болтается на спине коня Азрата, — махнул рукой я, показывая где именно болтается дядя дракона.

Пришедшие посмотрели в ту сторону. На их лицах читалось удивление и поражение. А потом я решил узнать у парней, раз уж они так разоткровенничались, еще один интересующий всех вопрос:

— А вы случайно не знаете, кто такой Аргаз, который встретился нам совсем недавно?

— З-з-знаем, — ответил один из парнишек, даже начав заикаться, — а как вы от него смогли уйти?

— Неважно, — ответил я, — так кто он?

— Это будущий супруг нашего повелителя. Он самый сильный из нашей расы. Если он берется за дело, то все… ни разу не бывало осечек. Он всесилен. Может и очаровать, и заворожить, и свести с ума. Причем не прилагая особых усилий. Вот нам и стало интересно, как вы смогли избежать его чар. Этого еще никому не удавалось. Даже самым сильным магам.

— А нам удалось, — а потом этот разговор стал меня утомлять. Да и не только меня, глядя на кислые выражения лиц спутников, поэтому я и решил его закончить, — все. Тема закрыта. Нам пора ехать.

— А вы… — начал было парнишка, но запнулся, так как не знал, как выразить свою мысль, но все же рискнул продолжить, — а вы не могли бы взять нас с собой? — на одном дыхании выпалил он и с надеждой посмотрел на всех нас.

А мы задумались. Таргиаль хотел было возмутиться, но Дарниэль удержал его и посмотрел сперва на Азрата, потом на меня, а потом и на всех остальных. Мы с драконом переглянулись, он едва заметно махнул согласно головой и предоставил мне право проинформировать этих троих о нашем согласии. Что я и сделал.

— Хорошо, мы возьмем вас с собой. Но есть проблема, на чем же вы поедете? — решил поинтересоваться я.

— Мы призовем своих коней, — радостно возвестил один из парнишек, а остальные двое даже засветились от счастья.

— Ну тогда убирайте эту вашу гадость, призывайте коней и в путь, мы и так задержались, — подвел я итог и тотчас туман исчез, а перед нами стояли три белоснежных красавца, на которые и запрыгнули парнишки. И мы отправились домой, в Академию.

Познакомиться поближе решили уже на очередном привале, а сейчас хотелось бы подумать и решить, что делать дальше, если их повелитель не успокоится и продолжит свои коварные действия.

Глава 26

К вечеру мы нашли место для привала. Все время пока ехали, да и на самом месте для отдыха, мы присматривались к нашим новым попутчикам. Но ни к чему придраться не могли. Парни вели себя смирно, не применяли никакой магии, ни к кому не цеплялись. Но в то же время, они ни с кем не общались, только переговаривались между собой. И все время хмурились, словно чего-то опасаясь.

Найдя место для ночлега, мы, уже по заведенной схеме, разложили свои принадлежности, приготовили место для костра, я стал готовить, а суккары, сев около меня, с интересом наблюдали за моими манипуляциями. Не став зря тратить время, я решил с ними познакомиться. Ведь нам вместе ехать еще пять дней, надо же к ним как-то обращаться.

Парни с радостью представились. Их звали Ал, Вэл и Тан. Они все трое братья, родителей у них не было. Они погибли, и братья уже несколько лет жили одни, пока их не решил взять к себе на службу их повелитель. Но служба у них была специфическая: они должны были соблазнять послов и прибывавших гостей, чтобы у правителя не было накладок с подписанием договоров на выгодных для него условиях. Такая служба парням совсем не нравилась, но… Отказаться не было возможности, так как от повелителя уходили только вперед ногами, то бишь, прямиком к демонам.

Пока мы разговаривали с суккарами, я не заметил как к нам присоединились и все остальные, слушая их рассказ. Да, парням можно только позавидовать. Теперь становится, по крайней мере, понятно, почему они с таким рвением старались пойти с нами, а не возвращаться в свой мир. Во время разговора, я заметил, что Таргиаль с Дариэлем как-то заговорщицки переглядываются, а потом, встав, они отправились прогуляться, как они нам решили поведать. А у меня даже глаза загорелись от азарта. Ну-ну, прогуляйтесь. Только на долго ли вашей прогулки хватит?

Выждав минут десять, я оставил готовку на Азрата, тем более, что там осталось только помешивать, чтобы не пригорело, а сам отправился тоже прогуляться. Санраар, глядя с интересом на меня, спросил:

— Ты куда собрался? Уже темнеет, еще заблудишься.

— Не заблужусь, — хитро глядя на него, ответил я, — я недалеко.

— Я с тобой, — видя, что я что-то замыслил, он пошел следом.

Прошли мы метров десять, когда услышали шорох и звуки поцелуев. Я даже мысленно ручки потер. Но когда я уже направился в ту сторону, откуда раздавались недвусмысленные звуки, оборотень схватил меня за руку.

— Я думаю, что не стоит им мешать, — начал было он, пытаясь повернуть меня в другую сторону.

— Нам, значит, мешать можно, а им нет? — вырываю свою руку из захвата, я продолжал идти в том же направлении.

— Хм, — только и хмыкнул оборотень, а потом хитро улыбнулся и последовал за мной.

Подойдя поближе, но не сильно близко, чтобы в случае чего не смущать наших эльфиков, я, набрав в грудь побольше воздуха, гаркнул:

— А что это вы здесь делаете? Там ужин уже почти готов, ждем только вас.

Оба эльфа подскочили, как ужаленные, оглядываясь по сторонам. А потом Таргиаль, узрев нас с оборотнем, сплюнул и произнес:

— Картан, ты мне скажи, ты в своем уме, так пугать? Ты хочешь чтобы я импотентом остался на всю свою долгую жизнь?

— Я думаю, — пожал плечами я, — что тебе это не грозит, так что, поднимайте свои задницы и вперед, к столу.

— Отомстил? — прошептал Санраар мне в самое ухо, от чего я дернулся, так это было неожиданно и приятно.

— Угу, — ответил я, а потом добавил, — они у меня до самой Академии будут вести здоровый образ жизни, куда явно секс входить не будет.

— Жестоко, — пытаясь переубедить мою решимость, произнес оборотень.

— Нормально, — не согласился я, — от недотраха еще никто не умирал, а пять дней довольно маленький срок, так что им придется потерпеть.

Услыхав мою последнюю фразу, Таргиаль взвыл:

— Ты, маленький живодер, ты на что меня обрекаешь? Я же сойду с ума от нехватки секса.

— Не сойдешь, — возразил я, — ведь когда мы шли в этот поход, ты ведь даже предположить не мог, что вы со светлым и споетесь и станцуетесь, так что…

— Идемте есть, — перебил меня Санраар, закончив мою фразу.

Эльфы нехотя поднялись с земли, застегнули рубашки и штаны, которые они, слава демиургу, еще не успели снять, вовремя я им помешал, и направились следом за нами. А придя на поляну, я только усмехнулся, хорошо же я время-то под рассчитал. Как раз уже и ужин готов. А то даже страшно представить, чтобы со мной сделали эльфы, приди мы к костру, а там еще ничего не готово. Точно прикопали бы в лесу. Но… Не будем о грустном. Перекусив, отправились на боковую. И, уже больше не шарахаясь от оборотня, который без лишних слов расположился рядом, я, пригревшись в таких уютных и теплых объятиях, сладко уснул, почувствовав нежный поцелуй в шею, но решив не дергаться.

* * *

Оставшиеся пять дней пути прошли на удивление спокойно. На принцев больше никто не нападал, суккары вели себя спокойно, постепенно втягиваясь в разговоры не только со мной, но и с моими спутниками. Они постепенно стали осваиваться и вести себя не зажато, а более непринужденно. Хмурое выражение лица сменилось на радостное и улыбаться они стали чаще. Что неимоверно меняло их внешность. Они и так были очень красивы, а когда улыбались, становились просто прекрасны. Так как было чувство, что они прямо светятся изнутри. Эти изменения не прошли мимо наших озабоченных принцев, которые то и дело плотоядно поглядывали в сторону парней. Но пока никаких действий по их соблазнению не принимали, так как прекрасно запомнили, что эти существа могут заниматься сексом только с тем, кого полюбят. Вот и не лезли со своими пошлыми предложениями.

А еще за все пять дней я так и не дал эльфам уединиться и заняться своим черным делом. Темный уже и сам не рад был, что тогда помешал нам с Санрааром, но… что сделано, то сделано. Вот и страдали оба от недотраха. Но ничего, скоро уже Академия, а там я им больше мешать не стану, пусть делают что хотят, но они еще об этом не знали и говорить я им ничего не собирался. Пусть помучаются от неизвестности. А оборотень только ходил и посмеивался, наблюдая и за мной, и за эльфами. Ну-ну, смейся, смейся, скоро уже родная альма-матер, я посмотрю как ты там смеяться будешь, когда мы начнем с того места, где нас прервали.

И вот наконец, показались ворота Академии. Встречали нас ректор с владыкой. Заметив, что наша компания значительно возросла, они, как по команде, удивленно подняли брови, а потом, представившись суккарам и выслушав наш краткий рассказ об их появлении, забрали дракона и троих парней и ушли, отправив нас отдыхать.

Но так как за время пути мы привязались к нашим попутчикам, то решили поинтересоваться их дальнейшей судьбой.

— Что с ними будет? — первым не выдержал я.

— Ничего, — пожал плечами ректор, а потом, улыбнувшись, добавил, — мы их обследуем, проверим их рассказ, а затем, если все сойдется, то проверим на наличие магии и, если она есть, то оставим в Академии.

— А если нет? — спросил Азрат.

— То все равно что-нибудь придумаем, — ответил владыка, тоже заулыбавшись.

— А с дядей что будет? — снова не удержался от вопроса Азрат.

— А вот с ним посложнее, — задумался ректор, — он чуть было не погубил этот мир из-за своих амбиций, поэтому…

— Поэтому, если нам не удастся полностью изменить его память, то будем решать вопрос по-другому, — ответил за ректора владыка.

— А по-другому — это как? — никак не мог успокоиться дракон.

— А по-другому… — на несколько минут Куршаан задумался, — это ссылка в другой мир без права возвращения или… — договаривать он не стал, но мы и так прекрасно поняли смысл.

— Казнить?! — с ужасом вскрикнул Азрат.

И ректор, и владыка только еле заметно кивнули головой, но ничего добавлять не стали, а, развернувшись, пошли заниматься делами, махнув нам рукой, что мы можем быть свободны. Минут пять мы стояли в тишине и переваривали информацию, а потом, решив понадеяться на лучшее, завели своих четвероногих друзей в стойло, где к ним сразу же бросился конюх, чтобы обтереть и накормить, попрощались с ними и пошли каждый по своим комнатам.

Только эльфы переглянулись между собой, глянули искоса на меня и… отправились в комнату светлого. А я только усмехнулся им вслед. Ведь решил же больше не вмешиваться. Пусть порадуются обществом друг друга.

Азрата выбежал встречать его жених, Навгар. И они, обнявшись, махнули нам рукой и тоже ушли. Криштан с Ховатом тоже, обнявшись последовали в общежитие, остались только мы с Санрааром. Переглянувшись, мы пошли к себе. И в эту минуту, каким бы смелым я не был все это время, у меня вдруг затряслись поджилки, так как, судя по взгляду оборотня, я прекрасно понимал чем мы сейчас займемся. Меня охватило волнение от предвкушения. На ватных ногах я добрался до комнаты, которую открыл оборотень, пропуская меня вперед.

Закрыв дверь на ключ, он обернулся и, улыбнувшись, с похотливым блеском в глазах, поинтересовался:

— Ну что, малыш, продолжим с того места, где нас прервали?

Глава 27

От слов Санраара меня еще больше пробила дрожь. Он это заметил, подошел, обнял и в самое ухо прошептал:

— Ну что ты, малыш, не стоит бояться, — а потом, коротко хохотнув, добавил, — это ведь я должен бояться, а не ты.

— А вдруг я что-то не так сделаю, — произнес я, с какой-то надеждой глядя на оборотня.

— Не переживай, — гладя меня по волосам, стал успокаивать парень, — я подскажу что и как.

— Хорошо, — согласился я, в свою очередь обнимая оборотня за талию и прижимая крепче к себе.

А потом… Неизвестно кто первым к кому потянулся, но наши губы столкнулись, языки переплелись и устроили борьбу за власть. Руки ласкали тела, попутно расстегивая рубашки, штаны. По пути к кровати мы умудрились, не прекращая поцелуя, остаться совершенно обнаженными. А упав на кровать, Санраар, оторвавшись от моих губ, от чего я разочарованно застонал, начал выцеловывать мою шею, опускаясь к соскам, уже зная, что мне это очень нравится. Краем глаза я успел заметить, как мелкий зверек, выскочив из под кровати, прошмыгнул мимо нас, напоследок оглянувшись, создалось впечатление, что он улыбается. Но действия парня тут же выветрили из головы все лишние мысли.

Посасывая один сосок, пальцами руки теребя другой, от чего меня только подкидывало на кровати и я безостановочно стонал, извиваясь под такими ласками, комкая простыни, хватаясь за них, то тянул на себя, то снова отпускал. Закончив терзать соски, которые успели немного припухнуть, Санраар стал опускаться ниже, проводя языком по каждому сантиметру тела. Обведя пупок, он резко опустился ниже и заглотил мой член сразу на всю длину. А я чуть не задохнулся от испытанного удовольствия. Наблюдая как голова оборотня двигается вверх-вниз, я готов был уже кончить, но, стараясь сдерживать себя, отстранил Санраара от члена, что неимоверно удивило его, перевернул на спину и стал дарить такие же ласки, которые он только что дарил мне. Выцеловывая, вылизывая, я двигался к сосредоточию удовольствия, от чего теперь уже он извивался подо мной и стонал.

Добравшись до его члена, я сначала лизнул головку, как бы пробуя на вкус, вкус мне понравился и я провел языком от основания до головки. И эта ласка понравилась Санраару. Достав из под подушки тюбик, он протянул его мне. Я, открутив крышку, зачерпнул немного вязкой субстанции пальцами, растер и продолжил ласкать член оборотня, попутно пытаясь ввести в него один палец. Получилось. Внутри было очень узко и жарко. Поводив по мягким, нежным стенкам, я попытался добавить второй палец, отвлекая Санраара от дискомфорта и боли. И вот, продолжая посасывать член, я ввел второй палец, а за ним третий.

— Достаточно, — на выдохе произнес оборотень, — давай уже.

Отстранившись от члена, я, смазав себя, попытался медленно войти в подготовленное тело. А войдя до конца, остановился, дав ему привыкнуть ко мне. И только когда он немного дернулся, побуждая меня к действию, я стал сперва медленно, а потом все убыстряя темп, двигаться. И если сначала оборотень кривился от боли, то в какой-то момент все изменилось и его подкинуло на кровати от удовольствия. Глубокие, властные толчки, откуда что взялось, истекающий смазкой член, пульсирующий внутри. Наше дыхание учащалось. Раздавались хриплые стоны и крики. Чувствуя скорый финал, я стал надрачивать член Санраара и только когда оборотень излился себе на живот, я последовал за ним. А затем — поцелуи, частое, отрывистое дыхание, объятия.

Уснули мы на его кровати, обнявшись и прижавшись друг к другу.

* * *

От автора.

Сегодня сумыху крупно повезло — на кухне упал на пол здоровенный кусочек сушёной мягги. Торопливо подхватив крупную добычу, шустрый зверёк привычной дорогой побежал в спасительную норку, ведь кинуть тапком, а то и заклинанием в бегущего насекомоядного считали своим долгом почти все адепты Академии. Но, хвала Небесам, уже давненько в нескольких спальнях никто не жил, и сумых проложил замечательный маршрут через эти спальни. Откуда же мелкому хвостику было знать, что теперь эта дорога также могла стать небезопасной?

Маленькие коготочки еле слышно царапали пол, неся раскормленное тельце, ушки настороженно крутились, улавливая малейшие звуки, усы топорщились от страха и тут, да будь оно всё неладно, чьи-то ноги направились прямо ко второй безопасной спальне!

Таргиаль и Дарниэль начали целоваться еще не доходя до комнаты, но потом, отстранившись один от одного, огляделись по сторонам и, быстро открыв дверь, вошли и сразу же ее закрыли.

— Я надеюсь сейчас нам уже никто не помешает, — произнес светлый, подушечками пальцев проводя по губам темного, от чего губы последнего слегка приоткрылись.

— Я тоже надеюсь на это, — ответил темный, — иначе я его просто пришибу, он и так заставил нас воздерживаться от секса целых пять дней, — от возбуждения стали подкашиваться колени, учащаться дыхание.

— Тогда продолжим? — хитро улыбнулся светлый, обнимая Таргиаля, прижимая его к себе и руками исследуя его грудь, живот, опускаясь к бедрам и сжимая их, но не сильно, чтобы уже в следующую минуту провести по уже вставшему члену через ткань брюк.

— Угу, — отвечая на ласку, промычал темный.

Так, не разжимая объятий, парни двинулись к кровати, по пути избавляясь от одежды. Уже на кровати, когда светлый только-только начал ласкать темного, тот взвыл и взмолился:

— Потом, все потом, давай уже, не могу больше терпеть.

— Как скажешь, дорогой, как скажешь, — согласился Дарниэль, так как и самому терпеть не было никаких сил.

Подготовив темного, Дарниэль медленно вошел в расслабленное тело и сразу стал двигаться. Таргиаль застонал от удовольствия, подаваясь навстречу и стараясь поглубже насадиться на член светлого. Естественно, при таком темпе надолго любовников не хватило и с криком удовольствия они излились, один себе на живот, а второй внутрь партнера.

Немного отдышавшись, Таргиаль перевернул тело Дарниэля на спину, сам улегся сверху и, уже в самые губы, произнес:

— Ну что, продолжим? Только теперь я сверху.

— Ага, — улыбнулся Дарниэль, вовлекая темного в поцелуй.

Еле слышно пискнув, сумых помчался дальше. Его почему-то опять никто не заметил.

* * *

Криштан с Хорватом дошли до комнаты последнего и остановились.

— Зайдешь? — спросил вампир нага, при этом хитро улыбаясь.

— Если ты пригласишь, — в той же манере ответил наг, после чего вампир открыл дверь и приглашающе распахнул ее, пропуская нага внутрь.

Войдя, они закрылись на ключ и сразу же бросились в объятия друг друга.

— Кто первый? — в промежутке между поцелуями спросил Хорват.

— Давай ты, — ответил наг, — а то я быстро кончу, слишком хочу тебя.

— Хорошо, — согласился вампир, раздевая нага.

Когда оба парня были обнажены, вампир стал медленно ласкать тело любовника, а тот только плавился от удовольствия оглашая комнату своими стонами. Хорват протянул Криштану два пальца, чтобы парень их облизал как следует, чем тот и занялся. Он сосал и вылизывал их, обильно смазывая слюной, как некое лакомство, от чего вампиру захотелось взять его прямо так, без растяжки, ворваться внутрь, чтобы терзать податливое тело, но вместо этого он сдержался, вырывая пальцы изо рта, а зубами прикусывая мочку уха нага, в то время, как пальцы ворвались в податливую плоть. Криштан сжимал их в себе, насаживаясь и требуя большего. И вот когда оба были уже на пределе, вампир медленно вошел, остановился, давая привыкнуть к себе, но Криштан взмолился:

— Двигайся, — прошептал еле-слышно парень и посмотрел затуманенным от возбуждения взглядом.

И Хорват ворвался в тело нага, заполняя его полностью, головкой задевая простату, а затем замирая, чтобы немного помучать любовника. Медленно член двинулся обратно, не выходя полностью, и снова замер, после чего резкий толчок вперед, касание простаты, терзание сосков. Хорват не дал возможности Криштану прикоснуться к себе. Нагу было настолько хорошо, что он задыхался от страсти, от удовольствия. Губы были приоткрыты и блестели от постоянного облизывания. Он всем телом извивался под своим любовником. Оргазм настиг его внезапно, от чего парень не смог сдержать крика удовольствия, рвущегося из груди. Хорват, сделав несколько толчков, последовал за партнером, впиваясь в шею и оставляя на ней ярко-алые засосы.

А отдохнув несколько минут, лениво гладя тела друг друга, прижимаясь один к одному, парни без всяких разговоров решили продолжить, предварительно поменявшись местами.

Вообще-то, сумыхи не живут в домах, но этот отличался сообразительностью. Зачем нужно прятаться от коллиагов с их острыми когтями и бесшумными крыльями в поле, если можно, прикидываясь комочком пыли, таскать всякие никому не нужные вкусности на кухне, в которой всегда много ног, мало внимательных глаз и много кривых рук, роняющих разные лакомства на пол? Вот теперь бы только донести добычу!

* * *

Навгар, встретив Азрата, дошел с ним до его комнаты и вошел следом, слушая рассказ последнего о их путешествии. Слушал и не перебивал, а когда дракон закончил говорить, парнишка подошел к нему, обнял, уткнувшись носом в ключицу, и произнес:

— Я скучал. Волновался очень-очень и скучал, — повторил он, прижимаясь сильнее к такому желанному телу.

— Я тоже очень скучал, — ответил Азрат, подхватывая жениха на руки и неся на кровать.

Научившийся не обращать внимания на шумных двуногих, сумых деловито протиснулся в следующую комнату. И даже усом не дёрнул, обнаружив в ней ещё одну пару, которая была занята…

Усадив Навгара к себе на колени, Азрат стал очень медленно расстегивать пуговицы на рубашке, и целовать шею жениха, который все время ерзал на коленях и извивался, стараясь побыстрее избавиться от одежды, но дракон не торопился, тогда Навгар, резко спрыгнув с колен, избавился от мешающей преграды и снова уселся на уже полюбившееся место. Дракон на это только усмехнулся и стал нежно гладить обнаженное тело возлюбленного. Большая ладонь Азрата резко опустилась на его ягодицы, а пальцы толкнулись в тело, задевая простату, от чего мир вокруг зашелся радужными искрами. Навгар уже едва понимал, что с ним происходит. Он так истосковался по любимому, что в голову ударило возбуждение и ни о чем другом он и думать больше не мог. Посчитав, что жених уже готов, Азрат вынул пальцы из его тела, чтобы в следующий миг смениться напряженным, стоящим колом членом. Ладони Азрата сжали бедра юноши, резко опуская того вниз. Боль и удовольствие смешались в опьяняющий, дурманящий душу коктейль. Навгар вскрикнул от такой смеси.

Руки Азрата на бедрах Навгара задавали темп — быстрый, яростный, уверенный. Навгар стонал, кричал, выгибал спину, откидывался назад. Парни были погружены в эту страсть и неистовое наслаждение, губы терзали губы, руки Азрата скользили по телу жениха, заставляя того выгибаться еще сильнее, а потом прижимал к себе, давая возможность любовнику целовать его губы и вылизывать шею и слегка выступающие ключицы.

Подняв Навгара на руки, Азрат, не выходя из любимого, уложил его на кровать, целуя припухшие от поцелуев губы.

Двигаясь медленно, размеренно, дракон тем самым сводил с ума жениха, который, спустя некоторое время, просто не выдержал такого темпа и зашептал, так как говорить в голос уже просто не было никаких сил:

— Быстрее, сильнее, прош-ш-шу.

И только тогда Азрат сорвался на быстрый темп, а Навгар даже выгнулся на кровати, и, обхватив дракона ногами за талию, стал двигаться на встречу. Первым излился Навгар, причем ни разу не прикоснувшись к себе, и только потом за ним последовал дракон, наполнив жениха.

Уставшие, но довольные и удовлетворенные, парни, обнявшись, отправились в страну Морфея.

Глава 28

Проснувшись утром, никак не мог сообразить от чего мне так уютно, так хорошо. В теле ощущалась приятная истома и расслабленность. А под головой была необычайно теплая, приятно пахнущая подушка, только немного жестковатая.

Попытавшись перевернуться и устроиться поудобнее, я понял, что это невозможно, так как меня обнимали чьи-то руки, даже во сне вцепившиеся мертвой хваткой. Руки? И снова здравствуйте. Перед глазами пронеслись картинки вчерашнего вечера. Я только улыбнулся, как кот, объевшийся сметаны.

Ну что сказать, мне понравилось. Внутри Санраара было так горячо, так узко. Я был бы не против повторить вчерашнее, но прекрасно понимал, что второго такого раза не будет. И если уж он согласился быть, как говорит Азрат, снизу, то и мне придется на это пойти. Но я элементарно боюсь. Я ведь видел, что первое время ему было очень больно, а я боюсь боли. Я к ней еще не готов. Но тут, почувствовав неладное, кое-как извернулся, приподнял одеяло и заметил, что у меня стоит. Вот же… Вспомнил о вчерашнем, называется. И тут до меня дошла одна простая истина. Это что же получается? Я теперь буду постоянно возбуждаться только от воспоминаний? И стану таким же похотливым и озабоченным, как и принцы? Нет. Я не хочу.

— Малыш, ты уже проснулся? — прервал мои самокопания оборотень, прижимая меня еще крепче к себе и утыкаясь носом в макушку.

— Угу, — выдохнул я, прижатый к его груди, мои губы как раз находились на уровне его соска, поэтому, я, не удержавшись, лизнул такую притягательную горошину, от чего оборотень только и смог, что выпустить воздух сквозь сжатые зубы.

— Т-ты, ч-что творишь? — прошипел он, — я же сейчас не выдержу. Посмотри, что ты со мной делаешь.

Приподняв край одеяла, я с удовольствием заметил внушительный такой стояк. Его член, налитый кровью, был уже в полной боевой готовности.

— Ну и? — глядя на меня затуманенными от страсти глазами, поинтересовался Санраар.

— Что? — невинно хлопая глазами, и сделав вид, что не понимаю о чем он, переспросил я.

— Как мы будем решать, хм… — последовав моему примеру и приподняв край одеяла, он широко улыбнулся, заметив мой стояк и закончил свой вопрос, — НАШУ проблему?

— Ну-у-у, — протянул я, сделав вид, что задумался, но эту мою попытку протянуть время проигнорировали самым наглым образом, перевернув меня на спину, ложась сверху и вовлекая в поцелуй, страстный, горячий, крышесносный.

И в тот момент, когда я уже собрался было перешагнуть через свой страх и подарить оборотню то, чего он так страстно желал… раздался звонок. Оглушительный, пронзительный, от которого мы уже успели отвыкнуть. И от которого мы оба подскочили, естественно с резко опавшими членами от такого звука. Ничего не попишешь. Занятия-то нам никто не отменял, поэтому, пришлось нехотя одеваться и идти на уроки.

Но Санраар не собирался так просто сдаваться. Одевшись, он, хитро глянув на меня, уже у самой двери, резко притянув меня к себе, чмокнул в висок и произнес:

— Это только начало, а вечером мы как раз и продолжим с того места, на котором нас прервали.

— Пошли уже, — засмущался и покраснел я, — на занятия опоздаем.

— Пошли-пошли, стеснительный ты мой, — пропуская меня вперед, продолжал улыбаться оборотень.

А мне стало так приятно и тепло на душе от его слов, но в то же время заставило задуматься о том, как такое могло произойти, что ненависть к этому существу каким-то образом переросла в симпатию. В какой момент это случилось? Ведь еще перед этим путешествием я даже и подумать о подобном не мог. А вот теперь пожалуйста, таю как те самые мальчики на одну ночь, стоит только ему улыбнуться или обнять меня. Надо прекращать так себя вести, иначе и меня ожидает та же участь, что и всех остальных.

Но решить и сделать — две разные вещи. Не так-то это легко. В душе я все равно не мог спокойно и адекватно реагировать на оборотня, хотя и старался изо всех сил хотя бы внешне это не показывать, а оставаться такой же колючкой как и был. Уже подходя к нашему классу, нас перехватила какая-то девчонка, с обожанием глядя на Санраара и пытаясь строить ему глазки, она с придыханием, произнесла:

— Ваше Высочество, вас требует к себе магистр, все остальные уже там и ждут вас.

— Спасибо, — приняв свой надменный вид и даже не удостоив ту взглядом, ответил оборотень и, подхватив меня под локоть, чинно прошествовал в указанном направлении.

А мне оставалось идти за ним следом, болтаясь как ленточка от его быстрого шага, за которым я не успевал. Но стоило нам свернуть за угол и скрыться от любопытных глаз, как я резко вырвал свой локоть из захвата и, нахмурившись, возмутился:

— Ты что себе позволяешь? С какого перепуга ты меня хватаешь и тащишь? У меня есть ноги, и я в состоянии прекрасно дойти сам, — возмущался я, глядя как этот… этот… нехороший оборотень просто стоял и мило улыбался на мою гневную тираду.

— Все сказал? — подходя ко мне, от чего мне пришлось отступать, пока не уперся в стену, которая и преградила путь к отступлению, беря меня за подбородок и прижимаясь своими губами к моим, после чего весь гнев как ветром сдуло.

Заметив изменения, Санраар отстранился и, снова хитро улыбнувшись, развернулся и сказав:

— Нас все еще ждут, — двинулся в направлении кабинета ректора.

Мне не оставалось ничего другого, как, гордо задрав голову повыше, последовать за ним.

Войдя в кабинет, в котором уже действительно находились все принцы, а с Азратом сидел Навгар, тесно прижимаясь к дракону, мы устроились в единственном свободном кресле. Меня оборотень усадил в него, а сам, сев на подлокотник, положив одну руку мне на плечи, а второй сгребая мои конечности, приготовился ждать ректора.

Через несколько минут дверь распахнулась и в нее вошли магистр, владыка и трое наших попутчиков-суккаров. Они улыбались, глядя на нас всех. Из чего можно было сделать вывод, что парней оставляют в Академии, так как ничего предосудительного обнаружено не было и наличие магии тоже имелось. Я мог за них только порадоваться, так как парни мне были симпатичны. Милые, общительные и потрепанные жизнью в столь юном возрасте. Хотелось, чтобы и они нашли свое счастье.

Куршаан заговорил:

— Ну для начала, хотел бы начать с первого вопроса, касающегося этих молодых людей, которых вы привезли с собой, — начал он, смотря на нахмурившего брови Азрата, ведь его явно не это интересовало в первую очередь, но спорить с владыкой он не стал, внимательно слушая, что тот говорит, а владыка продолжил, — мы проверили их рассказ, все оказалось именно так как они и говорили, а при проверке наличия магии обнаружилось, что запас магической энергии у них довольно большой, поэтому, так как вы с ними уже успели познакомиться и подружиться, мы решили поместить их в ваш класс.

— Замечательно, — произнес Таргиаль после того, как Куршаан замолчал, — в наш, так в наш, мы постараемся помочь ребятам освоиться, но…

— Это ведь не все, о чем вы хотели нам сообщить? — продолжил за Таргиаля Дарниэль.

В кабинете повисла напряженная тишина. Все ждали ответа владыки, особенно дракон, так как ему очень хотелось узнать, какая участь ожидает его дядю, ведь хотя он и оказался сволочью, но ведь — родная кровь. И если того казнят, то… Даже думать дальше не хотелось. Оставалось только надеяться на благополучный исход.

И чтобы больше не мучать нас ожиданием, владыка начал говорить:

— Нет, не все. Теперь о том, что касается дракона… — замолчав, он обвел нас всех взглядом, заметив возросшее напряжение от его слов, продолжил, — память до конца подчистить не удалось и изменить тоже, поэтому… — и снова эта пауза. Он точно хочет довести всех до белого каления.

И тут Азрат все же не выдержал. Подавшись вперед, он спросил:

— Поэтому, что?

— Терпение, юноша, терпение, — заулыбался владыка, — ты помнишь вашего советника? — задал он вопрос, хитро поглядывая на парня, а после его кивка продолжил, — так вот, мы решили сочетать браком твоего дядю и вашего советника, но… твой дядя будет младшим супругом, во всяком случае, до тех пор, пока из его головы не выветрится вся дурь, касающаяся захвата мира.

— Офонареть, — изумился Азрат, — советнику крупно повезло, — и видя наши недоумевающие взгляды, пояснил, — он давно уже влюблен в дядю, а тот все лицо воротил, хотя некую симпатию все же испытывал, но у дяди был один пунктик, что его статус не позволяет заводить отношений с тем, кто ниже его по положению. И вот теперь… дядя — младший супруг… — Азрата сложило пополам от смеха, — хотел бы я посмотреть на его выражение лица в тот момент, когда ему об этом сообщили.

Ага, нам бы тоже было интересно на это посмотреть.

— Ты прав, — заулыбался Куршаан, — посмотреть там действительно было на что. Изумление, поражение, недоверие, возмущение, наконец, но только не радость от того, что казнь заменили на такое решение вопроса.

— А что, ему было лучше, чтобы его казнили? — удивился Дарниэль.

— А вот этого он нам не сообщил, — уже откровенно смеялся магистр, — так как был очень занят выражением своего возмущения в о-о-очень нецензурной форме.

— Да-да, — подтвердил владыка, — я таких слов даже в порту у грузчиков не слышал, зато мой лексикон нецензурных выражений значительно увеличился.

— И когда свадьба? — не удержался от вопроса, всхлипывающий от смеха дракон.

— Через неделю, — ответил магистр, — вас отпустят поприсутствовать на свадьбе.

Мы смотрели на дракона и на лицах всех присутствующих расплывались улыбки от того, что все так мирно разрешилось. А что касается дракона, то он заслужил свою участь. Пусть побудет на перевоспитании, глядишь, может и изменится. И больше уже не будет помышлять о захвате мира. Теперь у него будут другие проблемы.

Дальше, в течение часа, шли благодарности за удачный исход дела. И когда мы уже собирались уходить, Куршаан обратился ко мне:

— Картан, ты же не забыл, что сегодня, после занятий, мы с тобой встречаемся, чтобы продолжить обучение?

— Такое разве можно забыть? — пробурчал я.

— Значит договорились, — произнес владыка, — а теперь все на занятия.

Нам ничего другого не оставалось, как отправиться туда, куда послали.

Глава 29

Когда мы всей толпой вышли из кабинета магистра, то направились на занятия, прихватив с собой и суккаров. Уже подходя к классу, я заметил ту самую девчонку, которая передала нам сообщение от ректора. Она жадным взглядом рассматривала всех парней, но потом все же остановилась на Санрааре, просто поедая того глазами. Уверен, что в мыслях она его уже не только раздела, но и успела постонать под ним. В груди как-то больно кольнуло. Да что это со мной, варлах побери?! Неужели я ревную? Нет! Нет! Этого не может быть. Глянув одним глазом на оборотня, я заметил, что он с пренебрежением глянул на девчонку и, опять двадцать пять, подхватив меня под локоть, вошел в класс вместе со всеми.

Так как мы пропустили целых три недели, то наверстывать упущенное пришлось в ускоренном и углубленном режиме. Я пытался вникнуть в суть, что, надо сказать, не очень важно выходило, но оборотень, нагнувшись ко мне, прошептал в самое ухо:

— Не переживай, малыш, я помогу, когда вернемся в комнату.

— Это будет очень поздно, — прошептал я, чтобы не слышал магистр.

— Ничего, я подожду, — усмехнулся оборотень, — я терпеливый.

— Как хочешь, — пожал я плечами, чувствуя, что мое лицо медленно, но верно заливает краской смущения.

Остальные занятия прошли в том же ключе непонимания материала. Но я честно старался вникнуть в суть, а то, что выходило это слабо — это уже другой вопрос. И вот после занятий я отправился искать владыку, чтобы поделиться с ним своей проблемой. Но стоило мне свернуть за угол, как увидел, что он как раз идет мне навстречу.

— Ну что, готов? — спросил он и после моего согласного кивка, продолжил, — тогда пошли.

Мы пошли на то же место, где уже занимались. А пока шли я решил озвучить свою проблему.

— Куршаан, у меня проблема.

— Какая? — удивился тот.

— За то время, что мы пропустили занятия, я уже ничего не могу понять из того, что объясняют магистры, — честно признался я.

— И это вся проблема? — мое высказывание очень удивило Куршаана, — так тебе все равно те знания не пригодятся, — начал говорить он, пытаясь меня успокоить, — у тебя своя магия, которая не имеет ничего общего с тем, что преподают магистры, так что не стоит расстраиваться.

Это меня немного обрадовало. И я со спокойной совестью стал ждать указания владыки. Он постоял, подумал и выдал:

— Ты помнишь тот воздушный мост, который соорудили ваши воздушники? — я только кивнул, — тогда ты должен сделать такой же и удержать его, а потом и самому пройти. Сможешь?

— Попробую, — ответил я, закрывая глаза и вспоминая тот самый мост.

Воссоздать его получилось. Удержать тоже. Владыка порадовался моим успехам и сказал идти по нему. Я и пошел. Дойдя до середины, вспомнил о том, как Санраар удерживал меня, когда я чуть не упал и… ой, больно. Я взвыл, оказавшись на земле и потирая ушибленную задницу.

— Ну и о чем ты подумал? — ехидно поинтересовался Куршаан, — что потерял концентрацию.

— Ни о чем, — буркнул я.

— Тогда все сначала, — скомандовал тот, — и если не хочешь второго падения, не думай о посторонних вещах.

— Угу, — согласился я, начиная все заново.

Почти получилось. Почему почти? Потому что, дойдя уже почти до конца моста, снова перед глазами встал этот наглый оборотень. Мне стало интересно чем же он сейчас занимается. И снова я по его милости оказался на земле, потирая ушибленную задницу. Ну точно куча синяков останется. Оправдывайся потом откуда что взялось. А я уверен, что этот гад спросит, когда увидит. Но тут раздался хохот владыки.

— Сначала.

Пришлось опять начинать все заново. Но хоть на этот раз все получилось без осложнений. Владыка порадовался вместе со мной моим успехам и дал новое задание.

Теперь мне надо было воссоздать огромный гейзер, бьющий из земли и подняться на нем вверх, при этом оставшись самому СУХИМ!!! Вот как, скажите мне на милость, можно подняться на водном потоке, оставшись сухим? Но… Владыку это не волновало. Он задание дал? Дал. Будь добр исполнить. Я пытался. Честно пытался. Но мокрым все равно остался, несколько раз упал на свою многострадальную задницу, окончательно отбив копчик. И только с восьмой попытки у меня, наконец-то, получилось. Тогда Куршаан не стал меня больше мучить и отпустил отдыхать. Тем более, что стало уже смеркаться. А мои глаза просто слипались. Хотелось поскорее добраться до подушки.

На негнущихся ногах я фактически полз, как улитка до нашей с Санрааром комнаты. Не доходя совсем не много, заметил оборотня, стоящего с той самой девицей и внимательно слушающим ее. А потом… она, резко взвизгнув, повисла на его шее и присосалась к губам парня, как пиявка. Я даже забыл, что устал. От шока мои глаза распахнулись, рот приоткрылся, а сердце стало выбивать такой немыслимый ритм, что казалось сейчас выскочит из груди. Но уже в следующую минуту, мои глаза сузились, я представил, как оборотень оборачивается. Что он и сделал. Увидев меня, наблюдающего за этой сценой, Санраар резко изменился в лице, стал пытаться оттолкнуть от себя девицу. Но я только посмеялся над его жалкими попытками.

Усмехнувшись, забыв про усталость, я, с гордо поднятой головой, прошел мимо них, не забыв обронить напоследок:

— Извините, что помешал. Я надеюсь, — произнес я, глядя с вызовом в глаза оборотня, — что ты не притащишь ее для тупого траха к нам в комнату? А то я, знаешь ли устал и хочу отдохнуть, так что… поищите другое место уединения. Тебе ведь не впервой.

— Картан, подожди, — попытался отцепить руки девушки от себя оборотень, но с таким успехом он мог попытаться ее просто попросить отстать, успех был бы одинаковый, эта пиявка не собиралась выпускать свою добычу из рук, — это…

— Только не надо говорить банальностей, что я не так все понял, — даже не оглядываясь, ответил я, входя в комнату и захлопывая ее за собой.

В груди защемило. Стало больно и неприятно. Сначала возникла мысль отомстить, но она тут же выветрилась, не стану же я мстить всем, кто вешается на оборотня, да и ни к чему это. Надо просто начать игнорировать его как и прежде. А он пусть развлекается. Не выдержав такого самокопания, я решил сходить к своему Харфаду. С ним я всегда чувствую поддержку и восстанавливаю душевное равновесие. Решившись, выскочил из комнаты и побежал, чтобы не смотреть на эту парочку, только бросив на ходу:

— Комната свободна, можете располагаться.

— Стой, — раздался голос Санраара, — ты куда?

— Не твое дело, — и скрылся за поворотом, больше ничего не став добавлять.

Добежав до выхода, куда только усталость делась, я в кого-то врезался. Подняв голову, заметил Таргиаля, который успел вовремя меня поймать.

— Ты куда так торопишься? — спросил он.

— На конюшню, к Харфаду, а ты что один? Куда Дарниэля дел? — не удержался от вопроса я.

— К нему отец приехал, сообщить новость, что мать беременна и у него скоро будет сестра, — с грустью ответил темный.

— Ну так это ненадолго, — стал успокаивать его я, — так что не грусти, скоро снова будете вместе.

Темный посмотрел на меня как-то странно, словно решая, говорить или не говорить о чем-то, но потом, решившись, все же решил сказать:

— Понимаешь, не все так просто.

— Не понимаю, — честно признался я, — что именно не просто?

— Пойдем куда-нибудь, если ты поменяешь общество своего единорога на мое, я тебе расскажу, — предложил Таргиаль, а я с радостью согласился. Мне надо было отвлечься от собственных проблем, а это именно тот случай, когда я смогу это сделать.

Мы вышли во двор, расположились на ближайшей скамье и Таргиаль начал говорить:

— Понимаешь, мы пока не можем афишировать наши отношения, потому что, например, я не знаю, есть ли у моего отца планы на мой счет по поводу брака или нет. И если мы признаемся нашим родителям, то не факт, что сделаем только хуже. Вот и приходится скрываться и скрывать наши отношения до поры до времени. Пока не узнаем планов родителей.

— Но подожди, — начал я, видя, что темный совсем голову повесил, — ведь ваш союз со светлым был бы идеальной партией, это смогло бы предотвратить всякие разногласия между вашими народами.

— Это-то да, но если бы так же считали и наши родители, было вообще замечательно, — с грустью согласился Таргиаль.

А потом о чем-то вспомнив, пристально посмотрел на меня и спросил:

— А теперь рассказывай, что у тебя произошло?

— Ничего, — буркнул я, не собираясь еще кого-то посвящать в свои душевные терзания.

— Нет, так не пойдет, — тут же возразил темный, — рассказывай. Я же все равно не отстану.

— Ладно, — пришлось рассказать.

Темный смотрел на меня сочувствующе, а потом задал вопрос:

— А ты не думал, что действительно не так все понял?

— И ты туда же? — тут же вскипел я, — а как можно было еще понять то, что он стоял и нагло целовался с этой девкой? Как? Скажи мне? Вот если бы ты увидел Дарниэля целующимся с кем-нибудь, чтобы ты сделал?

— Подпортил бы личико того, кто посягнул на мое, — не задумываясь, выдал темный.

— Кхм, — только и смог скептически хмыкнуть я.

И тут на темного налетел ураган в виде Дарниэля. Не обращая на меня внимания, светлый, радостно повиснув на темном, сообщил ему радостную весть:

— Отец сказал, что они с твоими родителями договорились и мы скоро заключим брак.

У Таргиаля от такой новости чуть крышу не снесло от радости. Он, подхватив светлого на руки, закружил его в вихре. А я стоял и радовался за них двоих. И чтобы не мешать, все же решил пойти к Харфаду.

И только я сделал несколько шагов, задумавшись о своем, как сзади раздался рык:

— Ты куда собрался?

Глава 30

Daee, твоя идея с невидимой стеной была замечательная, это как нельзя хорошо сможет показать, что даже в магии Утенка без должного обучения и без тщательного подхода могут быть ошибки. Спасибо огромное за подсказку.

Мне даже оглядываться не надо было, чтобы узнать голос этого оборотня. Не оборачиваясь, только выкрикнув:

— Не твое дело. Это тебя не должно волновать, — я опрометью бросился от него подальше.

Обиделся? Нет, я не обиделся. Мне было горько, да. Наверно, ему хотелось узнать, каково это — быть снизу и он хладнокровно выбрал того, кто не разболтает. Меня. Мной попользовались. Я быстро вытер слёзы и почти бегом устремился в сад Академии, где редко гуляют студенты.

Я долго думал и принял решение. В той части сада, где росли плодоносные деревья, я так пристально смотрел, собираясь с духом, на то дерево со странными плодами иссиня-чёрного цвета, что под моим взглядом у него осыпались листья…

Я больше не допущу, чтобы мне плевали в душу.

Пройдя через сад, я добрался до конюшни.

В стойле, где держали моего единорога, я так и озвучил свои горестные мысли. Харфад, почему-то, негодующе фыркнул, словно знал больше меня. Но решение принято. Я не отступлюсь.

Кожа к коже, горячий, такой весь… мой? О чём это я? Хватит. Я сосредоточился и, вспоминая уроки владыки, стал сосредоточенно возводить невидимую стену. Она будет пропускать ко мне всех, кроме Санраара. Он не сможет подойти, и всё, что у него получится — это только донести слова через невидимый барьер.

ПОВ Санраара.

Да что же это такое? Опять эта девка. Где-то я ее уже видел. Вот только где? Никак не могу вспомнить. А она стоит и глазки строит. Зачем ей это надо? Она же прекрасно видела, какими глазами я смотрю на моего малыша Картана. Ей явно что-то нужно. И для того, чтобы это понять, я не мог её оттолкнуть. Не мог, серьёзно! Как назло, эта мерзавка повисла на моей шее около нашей с ним комнаты. Я только молился, чтоб этот грёбаный поцелуй закончился побыстрей, да видать мои духи-хранители были далеко, а фамильяр слаб и — вот она расплата — мой парень нас видит!

И тут, словно молния, пронзает мысль-воспоминание. Я вспомнил. Вспомнил где ее видел. Во дворце драконов. Она всегда на приёмах вертелась около дяди! Так что сейчас изменилось? И я решил выведать планы и причины, по которым девка, всегда строившая глазки дяде, вдруг повисла на моей шее!

Выведал называется.

Сначала я думал, что смогу ему объяснить. Но он словно в невидимом панцире. Я вижу, что ему плохо, я не оставляю надежды, что он поймёт, услышит…

Политика, политика, мой Картран, если бы ты знал, насколько это мерзко, на что только не идут ради власти, денег, почёта! А в жизни, как оказывается, есть и другое, более важное. Я раньше не задумывался об этом…

И что мне сейчас делать? Как? Как объяснить? Как извиниться? Он даже не смотрит в мою сторону, как будто меня нет. Как будто я пустое место. Хотя я прекрасно видел тот огонь в глазах, когда он смотрел на меня раньше. Видел зарождающееся чувство. А сейчас… Ничего этого больше нет. Как же мне быть? Что надо сделать, чтобы вернуть все обратно? Я не знаю. Объяснения он не слушает. А если и слушает, то не верит ни одному моему слову. Как же мне доказать ему, что я никого, кроме него не хочу, что мне нужен только он?

Во время моих терзаний ко мне на руки уселся мой фамильяр — сумых. И грустными глазками посмотрел на мое искаженное мукой лицо, а потом, покачав головой, куда-то убежал. Вот так всегда. Все меня оставили. Даже фамильяр сбежал.

Конец ПОВ Санраара.

Сидя около Харфада я решил сделать вокруг себя непроницаемую стену, чтобы этот наглый оборотень не смог подойти, не хотелось слушать его лживых объяснений. А стена не позволит ему приблизиться ко мне. Всем позволит, а ему нет. Мне не важно, что он может сказать в свое оправдание. Мои глаза лучшее доказательство его двуличности, его похотливой натуры. А я больше не хочу, чтобы меня использовали. Не хочу. Я буду, благодаря стене, слышать все, о чем он пытается сказать. Но кто сказал, что я БУДУ это слушать?

Только много позже я осознал свою ошибку. Я действительно слышал все его оправдания, но… Это были просто слова. Ни раскаяния в голосе, ни его интонации я не мог понять. Я не слышал убежденности в своей ошибке. НИЧЕГО. А на выражение лица старался даже не смотреть. Когда он что-нибудь говорил, я просто отворачивался, боясь сорваться и… поверить. Сердце хотело этого, а разум твердил, что предавший один раз, ни перед чем не остановится и предаст еще не раз.

Поэтому я только слушал, так как ничего другого просто не оставалось, потому что он постоянно крутился рядом. Да и сидели-то мы за одной партой. Вот только после занятий, стоило прозвенеть звонку, означавшему конец урока, я хватал все свои принадлежности и опрометью бежал к владыке на урок. Так как просто, элементарно боялся сорваться. Тем более, мне хотелось узнать, что я не так сделал. Почему я только слышу сквозь стену слова, но не слышу эмоций.

Потому что, слушать — это одно, а прислушиваться — совсем другое. Тогда я решил поинтересоваться у владыки, в чем я оказался не прав и почему все пошло не так. И его ответ меня почти не удивил.

— Твоя магия особенная, — начал объяснять Куршаан, — на первый взгляд она кажется простой, но… Даже магия желания требует тщательной концентрации. Ты пожелал стену — пожалуйста, но ты не подумал о том, какими функциями она будет обладать. Вот и результат. Ты просто слышишь то, ЧТО говорят, но не понимаешь КАК это произносится. А все потому, что ты, когда сооружал свою стену, руководствовался эмоциями, а не разумом. Вот тебе и результат.

— Я понимаю, — склонив голову, произнес я, — а исправить это как-нибудь можно?

— К сожалению нет, — был мне категоричный ответ, — это магия. А магия не терпит ошибок и не прощает их. Поэтому, получи и распишись.

Две недели я усиленно выматывал себя занятиями, чтобы отвлечься от мыслей о Санрааре. Владыка был рад моим успехам, у меня стало многое получаться. Повысилась концентрация. Я больше не отвлекался на посторонние мысли. На занятиях я тоже втянулся, разобрался и теперь объяснения магистров больше не были для меня темным лесом. Более того, у меня стало получаться изготавливать зелья. Правда без хитрости здесь не обошлось.

Пришлось применить свою магию, но результат стоил того: когда нам предложили изготовить омолаживающее зелье (иногда Академия выполняла такие заказы для народа, не наделенного магией), то я, добавив все нужные компоненты и зная свою криворукость в этом плане, просто пожелал, чтобы оно омолаживало лет на двадцать. Магистр, подойдя ко мне и удивившись цвету моего зелья (оно должно было получиться бордовым, это как раз соответствовало пяти годам омоложения, на большее нам пока нельзя было рассчитывать, но я, как всегда, все прослушал, и сделал этот эффект двадцатилетним), которое получилось нежно-зеленого цвета, отпил из моей колбы. И…

Все ахнули. Наш преподаватель помолодел. Причем хорошо так помолодел. Теперь перед нами стоял довольно привлекательный парень, который с огромными глазами и пораженно смотрел то на меня, то на зеркало, висевшее на стене, то на всех учеников.

— Это что? Это как? — смотря на меня открывал и закрывал рот наш магистр.

— А по-моему, вам очень идет, — состроив невинный взгляд, произнес я.

— Но как тебе это удалось? — поразился преподаватель, — ведь эти ингредиенты были рассчитаны на эффект омоложения максимум семь лет, а тут больше двадцати.

Мне оставалось только поразиться словам магистра.

— Хм, видимо опять чего-то перепутал, — пробурчал я себе под нос, но учитель услышал.

— Что ТЫ мог перепутать? Все компоненты выдавал Я, — почесал нос магистр, хотя сейчас, глядя на этого парня, язык не поворачивался назвать его магистром, — тут и перепутать-то ничего, в принципе, невозможно.

— У нашего Картана возможно все, — заулыбался Таргиаль, со смешинками в глазах смотря на меня.

— Это я уже понял, — вздохнул магистр и, взяв из шкафа какой-то пузырек, залпом выпил его.

А мы, затаив дыхание, ждали, что будет дальше. А дальше… ничего не произошло. Когда преподаватель в очередной раз глянул в зеркало, он обомлел. Подошел. Потрогал зеркало. Потрогал свое лицо. Провел рукой по зеркалу. Снова по лицу. Обернулся. С шоком в глазах, уставился на меня.

— С-с-сывор-р-ротка обр-р-ратного эффекта… она… не работает. П-п-почему? — бедный, он даже заикаться начал. А мне только и оставалось, что пожать плечами и потупить взгляд.

— Но вам так больше идет, — попытался успокоить его я. Но видимо, не вышло. Он, с поникшей головой, подошел к своему столу, сел. Задумался о чем-то. А потом, подскочив, подошел ко мне и со словами:

— Пойдем со мной, — направился прочь из класса. А мне не оставалось ничего другого, как последовать за ним.

Естественно, он повел меня к кабинету ректора. Стоило нам войти, как и ректор, и владыка, сидящий у того в кабинете, посмотрели сначала на магистра, потом на меня. Снова на магистра и на меня, а потом… сложились пополам от смеха.

— Снова наш малыш Картан отличился, — сквозь всхлипы смеха, произнес Куршаан, — что на этот раз?

— А вы не видите? — насупился преподаватель, — мы составляли зелье омоложения, самое простое средство, при котором не может быть осечек и вот пожалуйста… — развел руками учитель. А оба мужчины снова сложились от смеха.

— Омолодил, так омолодил, — выдавил из себя ректор.

— Ага, — подтвердил преподаватель, — причем ТАК омолодил, что сыворотка обратного эффекта не работает.

После его слов в кабинете повисла тишина. И ректор, и владыка, резко прекратив смех, пораженно уставились сначала на омоложенного магистра, а потом на меня.

Глава 31

В кабинете ректора повисла тишина. Куршаан сверлил меня взглядом.

— Рассказывай, — приказал он, а я стоял и не знал, как мне что сказать, чтобы не выдать свою тайну. Владыка это понял и, махнув магистру, чтобы он вышел, снова устремил свой взгляд на меня, — теперь тебе никто не мешает. Мы ждем.

Что мне оставалось делать? Естественно все рассказать, что я и сделал. Я поведал о том, что, зная себя, умудряющего испортить все к чему прикасаюсь, я и пожелал, чтобы зелье получилось с омоложением лет на двадцать.

— Ну я же не знал, что оно только на пять лет рассчитано, — склонив виновато голову, произнес я в конце своего повествования.

— Не знал он, — пробормотал ректор, осуждающе глядя на меня, а я при этом еще ниже склонил голову.

— Как исправлять думаешь? — поинтересовался Куршаан.

— Не знаю, — я даже не рискнул предлагать просто желание, а то ведь опять чего-нибудь напортачу. Еще проблем не оберешься.

— Ладно, — смилостивился Куршаан, — иди пока, а мы подумаем что можно сделать в этой ситуации и как ее исправить.

Раз послали, то я, сделав как можно более виноватый вид, вышел из кабинета, а вслед только успел услышать голос владыки:

— И не забудь, сегодня в обычное время у нас занятия.

Я только кивнул в пустоту и побежал к своему Харфаду, чтобы пожаловаться на судьбу. Вот что такое не везет и как с ним бороться? Почему на меня свалилось все и сразу? Сначала Санраар со своими поцелуями с другой, потом магистр с этим омоложением. Что в следующий раз будет? Даже страшно представить. Все больше не использую магию без владыки, а то еще так напортачу, что и исправить будет невозможно.

С такими думами я и пришел в стойло к моему единорогу. Он, казалось, уже ждал меня и знал, что и с чем я приду. И даже он смотрел на меня осуждающе. Но его осуждение, как я понял из предоставленных перед моими глазами картинок, относилось к оборотню. И ты туда же? Тоже защищаешь этого гада, который, никого и ничего не смущаясь, нагло целовал какую-то деваху прямо около нашей комнаты, тем самым показывая, что мое мнение и отношение ко всему этому его мало волнует. И я же еще и виноват? Вот где справедливость?

Но тут ко мне на руки забрался маленький, пушистый комочек. Хм, фамильяр Санраара. А он-то что здесь делает? И тут я понял что, Пушистик, нагло забравшись на мое плечо, лапкой схватил меня за подбородок, и стал показывать картинки, как оборотень сходит с ума от того, что не имеет возможности все мне объяснить, так как я попросту игнорирую его объяснения и не слушаю их. А если и слушаю, то все равно не слышу. А ему от этого очень больно.

Смотря на то, что показывал мне сумых, я даже если бы и захотел не поверить, все равно не смог бы. Потому что фамильяры никогда не врут. Они всегда говорят только правду, особенно, если это касается их хозяев. Вот и мне пришлось поверить. Но теперь передо мной встала проблема, как исправить то, что я натворил. Как убрать стену, чтобы больше ничего не напутать? Вот об этом я и решил сегодня поинтересоваться у владыки на очередном занятии. А сумыха я, поблагодарив, отправил обратно к хозяину. А сам, глянув на довольного моим решением единорога, отправился на занятия к владыке.

— Пришел? — окликнул меня строгий голос.

— Куда же я денусь-то? — ответил я, а потом решил сразу же начать с интересующего меня вопроса, — Куршаан, а вы не подскажете мне, как без всяких последствий убрать ту стену, которую я воздвиг вокруг себя?

— Куда же я денусь-то? — в моей же манере ответил мне владыка, а я впервые за день улыбнулся, раз шутит, значит, больше не сердится на меня, а это уже очень хорошая новость.

Целый час владыка давал указания как и что мне надо сделать, чтобы все прошло без последствий. И вот, наконец, у меня получилось. Стены больше не было. И мы занялись обычным делом, владыка пытался задать мне задачу, а я ее выполнить. Так как сегодня настроение резко пошло вверх, то и получаться у меня стало все намного лучше и быстрее.

— Ты сегодня молодец, — даже похвалил меня владыка, — кстати, не хочешь узнать, что произошло с магистром?

— Очень хочу, — признался я, — но боюсь.

— Ха-ха, — рассмеялся тот, — сначала наворотил дел, а потом боится. Бояться надо было ДО того, как что-то сделал, а не после. Зато теперь тебе будет урок на будущее, что не стоит что-то делать не подумав.

Пока Куршаан говорил, я смиренно ждал конца его отповеди. А когда он закончил поучать, то решил, наконец, рассказать, что случилось с нашим магистром и вернули ли ему былые годы или все же оставили молодым.

— Все вернули на место, — глядя на мою нетерпеливую мордаху, снизошел до ответа владыка, так что, теперь все в порядке.

— Я рад, что все обошлось, — признался я, так как все равно чувствовал себя виноватым.

— Это будет тебе наукой, что прежде чем что-то сделать, сначала стоит подумать и взвесить, а потом только делать. Ясно?

Я только головой кивнул в знак согласия. И мы продолжили занятие. А уже когда сил совсем не осталось, Куршаан решил отпустить меня отдыхать. И я, еле-еле передвигая ноги, поплелся в свою комнату. По дороге мне никто не встретился. Ну еще бы, все нормальные существа уже спят и видят десятый сон, только я как полуночник, плетусь с занятий.

Войдя в комнату, до которой я с большим трудом добрался, я с удивлением обнаружил бодрствующего оборотня, который сидел, склонив голову и о чем-то думал, а в руках у него сидел сумых и подставлял брюшко под ненавязчивую ласку Санраара.

Когда я вошел, он, вскинув голову, посмотрел с какой-то затаенной грустью мне прямо в глаза, а потом, с удивлением обнаружив пропажу стены, подскочил и, сжав меня в объятиях, стал торопливо говорить, не давая освободиться, чтобы я никуда не сбежал, а выслушал его. Да я, в общем-то, и сбегать никуда не собирался, но ему пока об этом рано знать. Так как мне очень интересно послушать, что он скажет в свое оправдание.

А оборотень, глотая слова, принялся объяснять, что эта девка сама повисла на нем, не давая возможности отстраниться, пока сам Санраар пытался вспомнить, где мог ее видеть и ведь вспомнил же.

Все это он пытался поведать мне на одном дыхании, а я слушал и тихо млел от таких уютных и, уже ставших родными, объятий оборотня. А когда он закончил говорить, он, с надеждой глядя на меня, поинтересовался:

— Ты мне веришь? — мой согласный кивок, — ты меня простишь? — на грани слышимости и снова мой согласный кивок.

После чего меня подхватили на руки и закружили по комнате с радостными воплями. А потом, не давая опомниться, Санраар стал целовать меня, а я, обняв его и прижав к себе, со всей страстью отвечал на поцелуи. И вполне закономерно, что наше окончательное примирение закончилось в постели. Только теперь уже я решил расслабиться и получать удовольствие. Когда Санраар понял, что я отдаю ему себя, он просто засиял от радости и стал бережно, как фарфоровую статуэтку, ласкать, целовать и исследовать мое тело, хотя и так уже успел выучить все мои слабые места. А мне было так хорошо, так приятно, что мы, наконец-то, пришли к пониманию и единению.

Боль. Вот же, ваклах маргенит, как же больно. У меня из глаз полились слезы. А оборотень пытался слизать каждую слезинку, пытаясь успокоить. Что-то шептал на ухо, но в смысл я уже не вслушивался, меня как будто раздирало изнутри. Ну вот как ЭТО может кому-то понравится? Значит Санраар врал, когда стонал подо мной, изображая страсть и желание? Но зачем? Слезы не переставали течь. Я уже готов был взвыть, чтобы он вытащил из меня свой член, ведь по сравнению с пальцами, которые я практически не чувствовал, так, только легкий дискомфорт, это было больно. Причем раздирающе больно. Нет. Не хочу. Не буду.

Спустя несколько минут, Санраар, не спрашивая разрешения, двинулся, войдя до конца, и когда я уже готов был заорать от очередной порции боли, как почувствовал… О, демиурги! Неужели это было что-то приятное? А оборотень, видя изменения в моем лице, повторил движение. Вот тут-то меня и выгнуло от удовольствия. И я уже сам пытался насадиться на его член, шепча и хватая воздух:

— Ещ-щ-ще, так… сделай…

И он сделал. И не раз. Оргазм был крышесносный и оглушительный. Я наконец, расслабился в его руках и, положив голову ему на грудь, сладко уснул. Напоследок услышав, как мне в макушку прошептали:

— Спи, мой хороший. Я люблю тебя и больше никогда не дам повода на меня обижаться.

А я только и успел подумать, что у меня от такого оргазма и от радости крыша уехала в далекое путешествие, раз уже объяснения в любви привиделось.

Глава 32

Дежа вю. Приятно-то как вот так лежать и чувствовать руки, которые обнимают и крепко прижимают к себе. Потершись о грудь оборотня, почувствовал, как мне в макушку легонько подули, а затем над самым ухом раздался шепот, от которого мурашки побежали по телу:

— Доброе утро, малыш. Как ты себя чувствуешь? — я уже хотел было ответить, что все замечательно, но… попытавшись повернуться набок, скривился от боли чуть пониже спины. Вот же…

— Н-н-нормально, — попытался выдавить я из себя, — чего оно так болит?

— Может потому, что мы вчера перестарались немного? — нежно глядя на меня, с улыбкой произнес оборотень.

— Ага, вчера было хорошо, — мечтательно протянул я, — но вот последствия…

— Я сейчас попытаюсь немного убрать боль, — попытался успокоить меня Санраар и, протянув руку, погладил по пояснице, опускаясь на мою многострадальную попу.

По телу разлилось тепло, стало приятно, боль постепенно стала исчезать. Я с благодарностью посмотрел на парня, а потом, чмокнув того в кончик носа, встал с кровати и стал одеваться. Санраар, снова улыбнувшись, последовал моему примеру. Ко времени звонка мы были уже одеты и собраны. И вместе вышли из комнаты, но на пороге столкнулись снова с той же девахой, которая, с презрением глянув на меня, и тут же расплываясь в фальшивой улыбке, обращенной на оборотня, проворковала:

— Санраар, проводишь меня до моего класса, — а потом, склонив голову набок и тряхнув гривой волос, добавила, — заодно договоримся о планах на сегодняшний вечер.

— Если ты не заметила, — прищурился оборотень, — то я со своим парнем, — от его слов тепло разлилось по телу, — и мне есть кого провожать и с кем проводить вечера, — а потом, подмигнув мне и ласково посмотрев, добавил уже почти шепотом, — и ночи тоже.

Но как бы тихо Санраар это не произнес, эта девка услышала и, с ненавистью посмотрев на меня, прищурилась от негодования. А потом, со злостью вскинув голову, развернулась и пошла прочь. А мы только заулыбались друг другу и, едва коснувшись губ в мимолетном поцелуе, пошли на занятия.

Но на первом же уроке в класс заглянул ректор и вызвал Санраара, Криштана и Хорвата. Они, недоуменно переглянувшись, вышли. А у меня от какого-то нехорошего предчувствия сжалось все в груди. Я и сам не мог предположить, с чем связано это предчувствие, но… оно было. Оставшиеся уроки я просидел как на иголках, а потом, сорвавшись с места, стоило только прозвенеть звонку, побежал на занятия к владыке, надеясь у него узнать для чего же вызвали оборотня, вампира и нага.

Санраар.

Когда ректор вызвал нас троих, у меня закрались смутные сомнения на этот счет, но я всеми силами попытался отогнать от себя свои догадки. Да только отгоняй-не отгоняй, а все равно я оказался прав. В кабинете сидел мой отец и отцы обоих принцев. Посмотрев на нас троих, от чего мы с Хорватом и Криштаном напряглись, мой отец начал говорить:

— Санраар, сынок. Нам поступило предложение от вампиров и нагов заключить брак. Но я пока не решил с кем из двоих принцев ты обручишься, поэтому решил предоставить право выбора тебе.

— Отец… я… — слова застряли в горле. А глянув на нага и вампира я увидал шок, обреченность и неизбежность в их глазах. И то, как они смотрели друг на друга убедило меня сделать то, что я бы побоялся сделать в обычной ситуации, перечить отцу, но здесь другая ситуация. Ведь теперь это были уже не только мои интересы, но и моих, уже можно сказать, друзей.

Вампир и наг смотрели на меня с ожиданием и надеждой, видя по моим глазам, что сейчас что-то будет. И я их не разочаровал. Набрав в грудь побольше воздуха, как перед прыжком в воду, я стал говорить:

— Отец, но у нас и так мирное соглашение и с вампирами, и с нагами. А не проще будет заключить союз как раз между этими двумя расами, ведь насколько я знаю, у них-то нет мирного соглашения, — Криштан и Хорват с благодарностью на меня посмотрели, что не укрылось от взглядов всех присутствующих, — поэтому, я считаю, что может будет лучше, если брак будет заключен между Хорватом и Криштаном, а я… в общем… у меня… — слов больше не было, я просто не знал, как признаться отцу, но мне на помощь пришел Криштан, который, решив отблагодарить меня за такую проникновенную речь, решил вмешаться и устроить и мою судьбу.

— У Санраара уже есть любимый человек, — но видя зарождающееся возмущение со стороны отцов, поспешил продолжить, — дело в том, что заключать политические браки уже по сути не с кем, так как темный уже объявил о помолвке со светлым, дракон имеет жениха уже давно А мы с Хорватом тоже любим друг друга и ОЧЕНЬ надеемся, что нам будет позволено скрепить наши отношения. Поэтому, принцев уже не осталось, так может дать влюбленным возможность обручиться?

От произнесенной речи Криштана челюсть отвисла у всех, у меня в том числе, я никак не ожидал такой защиты, но был очень рад приведенным доводам. В кабинете повисла тишина. Слышно было как работают шестеренки мозгов у всех троих отцов, которые напряженно о чем-то размышляли, а мы с принцами сидели как на иголках и ждали своего приговора. Но тут отцы переглянулись, а мы напряглись. Встал мой отец, о чем-то тихо пошептавшись с вампиром и нагом, он, сделав серьезное лицо, обратился к нам троим. А мы просто застыли от предвкушения.

— Ну что я могу сказать? — начал отец, но увидав, как мы напряглись, решил больше не томить и, улыбнувшись, продолжил, — мы пришли к выводу, что Криштан оказался прав. У нас действительно заключен договор и с нагами, и с вампирами, а у них такого договора нет, поэтому… — отец замолчал, а Криштан и Хорват, взявшись за руки и даже не заметив этого, с напряжением ожидали вердикта, который не замедлил последовать, — поэтому мы согласны обручить Криштана и Хорвата.

Сначала, целую минуту, была оглушительная тишина, а потом… Дружный вскрик радости оглушил отцов. Мы с принцами, обнявшись, закружили по комнате, а папы только улыбались такому неприкрытому выражению радости. А потом нас просто отправили обратно, но… занятия-то уже закончились, а искать моего малыша не имело смысла, так как я прекрасно знал, что он сейчас занимается с владыкой. Поэтому и решил пойти в нашу комнату и дождаться его там.

Картан.

Я так бежал на занятия с владыкой, что не заметил, как врезался в кого-то. А подняв голову, с огромным сожалением и прискорбием вынужден был признать в том, с кем я столкнулся, ту самую девицу, которая так и вилась вокруг моего оборотня.

— Что, прошла любовь? — ехидно заметила она, глядя на меня в упор.

— Что за упаднические мысли? — я не стал показывать, как на самом деле меня задели ее слова.

— Это не мысли, а жестокая реальность, — зло произнесла она, — ты разве еще не знаешь, что в скором времени будет объявлено о помолвке Санраара с одним из принцев?

— Пока не знаю, — пытаясь сохранить остатки самообладания, произнес я, — но думаю, что скоро узнаю.

Развернувшись и не став больше слушать что она еще говорила, я уже не бежал, а на ватных ногах плелся к Куршаану. Теперь даже смысла спрашивать зачем вызвали всех троих не было. И так все было ясно. Значит обручение? Свадьба? Из глаз полились слезы, которые я уже даже и не замечал. Так и дошел до владыки, который только удивленно на меня посмотрел, но слава демиургу, ничего спрашивать не стал, начав занятие.

На удивление получалось все с первого раза. Более того, сила вырывалась каким-то неконтролируемым потоком. Куршаан смотрел на это широко открытыми глазами, а потом просто не выдержал и гаркнул:

— Достаточно. Что с тобой? Кто провел инициацию? — распалялся владыка, — ты должен был сразу предупредить меня. Теперь у нас будет другая программа.

А я только стоял и молчал, не зная что сказать и как объяснить и про инициацию, и про слезы. Но владыка, вдруг осмотрев меня с головы до ног, только еще больше чертыхнулся и, схватившись за сердце, уже шепотом, проговорил:

— Вот же, маклах ковтар навтиз, этого еще не хватало. Да что же это такое?

— Что случилось? — не на шутку встревожился я, — что не так?

— Все не так, — как-то вдруг заулыбавшись произнес Куршаан, а потом, подойдя ко мне и потрепав по волосам, произнес, — на сегодня достаточно, иди в комнату. Ты устал и переутомился, тебе надо отдохнуть.

Удивленно посмотрев на такое проявление заботы, я уже собрался было идти куда послали, но потом, вспомнив, что там оборотень, который наверняка ожидает меня с дурными вестями, развернулся и пошел к единорогу. Придя в стойло, уже по обычаю стал жаловаться на жизнь, сам прекрасно понимая, каким нытиком становлюсь. Но Харфад, положив голову мне на плечо, легонько подул в ухо, от чего мне стало щекотно и я только улыбнулся такой ласке и проявлению заботы со стороны моего четвероногого друга. Потрепав того по гриве, я уткнулся в нее носом. Так и стоял, впитывая спокойствие, которым пытался поделиться Харфад. Просидев в стойле часа два, немного успокоившись и придав себе сил, я наконец поднялся и, решив больше не оттягивать момент объяснения с оборотнем, двинулся в свою комнату.

Я шел как на эшафот. Пытаясь оттянуть момент, от которого мое сердце точно не выдержит. Ведь именно сейчас, в этот самый момент, я, наконец, осознал одну простую истину: я влюбился. Причем полюбил всем сердцем, всей душой, а тут… такой облом. Теперь тот, кого я люблю женится на другом. А я… Я остаюсь не у дел. От такой мысли сердце готово было выскочить из груди, но я пытался сдержаться. Причем пытался всеми силами. Но вот что-то слабо получалось. Я ведь знал, что такая любовь до добра не доведет. Он-принц, а я… Я-никто. Поэтому я даже не могу претендовать на что-то большее, чем быть фаворитом. Но этого уже не позволит моя гордость. Нет. Никогда я не опущусь до этого. Лучше прямо сейчас оборвать все отношения.

Пусть мне будет больно, горько и обидно, но… я постараюсь все выдержать.

Не успел я войти, как на меня обрушился ураган, под названием «Санраар», который стал радостно обнимать меня, тискать как игрушку, и все время что-то шептать. Но я был настолько подавлен, что даже не прислушивался. И только когда оборотень, заметив мое состояние, отстранил меня и, внимательно посмотрев в глаза, спросил:

— Малыш, что с тобой? Тебя кто-то обидел? — я сорвался. Все эмоции наконец, нашли выход, так же как и слезы, полившиеся из глаз, и я закричал:

— Обидел?! Ты еще можешь это спрашивать? — но глядя на непонимающее лицо оборотня, я решил снизойти до объяснения, — когда ты собирался мне сказать о помолвке? И кто же из двух принцев счастливый жених? — из недоумевающего, лицо Санраара стало сначало удивленным, а потом радостным. И он, еще крепче сжав меня в объятиях, прямо в ухо прошептал:

— Ну я так и знал, что ты все прослушал, — теперь пришла моя очередь удивленно смотреть на парня, а он, видя мое замешательство, продолжил, — своего счастливого жениха я как раз и сжимаю в объятиях, вот только он еще не сказал, согласен ли он им стать.

Все. Я в ступоре. О чем это он? Что-то я уже ничего не понимаю. И только собравшись спросить, что он имел ввиду, говоря о женихе, как Санраар, вдруг, опустившись передо мной на одно колено, протянул коробочку и спросил:

— Малыш, ты согласен выйти за меня? — а у меня вдруг резко потемнело в глазах. Я просто не мог поверить в свое счастье. Смотря затуманенными от переизбытка эмоций глазами на оборотня, я протянул руку и, взяв коробочку и открыв ее, только и смог, что просто кивнуть в знак согласия.

От радости оборотень подпрыгнул и снова стиснул меня в своей железной хватке. Но нас самым наглым образом прервали. В открывшуюся дверь, которую я забыл закрыть, так как был всецело поглощен своим горем, вошли отец Санраара и владыка, который показав на меня, произнес:

— А вот и сам жених вашего сына, который в скором времени, под… — запнувшись, владыка глянул на довольного оборотня и замер. Потряс головой, посмотрел сначала на отца Санраара, потом на меня, потом на Санраара, потом снова на отца. И так несколько раз. Его Величество, не выдержав, задал вопрос:

— Так что там в скором времени? Вы не договорили.

— Кхм, — откашлялся Куршаан, и, повернувшись к королю, хитро произнес, — сюрприз вас ожидает в скором времени, а вот какой я пока не скажу. Пусть ЭТО действительно окажется для вас сюрпризом.

Его Величество только пожал плечами, так как понимал, что спорить и настаивать на чем-то бесполезно. Все равно владыка не скажет больше того, что уже сказал. Поэтому, повернувшись ко мне, с улыбкой произнес:

— Ну что, малыш, давай знакомиться.

Глава 33

— Ну что, малыш, давай знакомиться.

— Меня Картан зовут, — скромно представился я. Конечно, не каждый же день с тобой знакомится один из сильных мира сего.

— А меня Авалар, — представился король, а я просто завис, да у меня язык не повернется назвать Его Величество просто по имени. А он, как будто угадав мои сомнения, улыбнулся и, потрепав меня по волосам, продолжил, — раз уж скоро ты станешь мне вторым сыном, то тебе придется называть меня по имени или… — тут прищур глаз короля стал совсем хитрющим и он, после паузы, закончил, — отцом.

Все, я окончательно завис. А Куршаан, глядя на мое совсем тупое выражение лица, рассмеялся. А потом, помахав нам всем рукой и со словами:

— Ладно, не буду вам мешать, — удалился. А мы остались, чтобы решить когда будет помолвка. Решили, что проведем ее через неделю, чтобы как раз успеть на свадьбу дракона-старшего, а потом и на свадьбу светлого с темным. А вот наг с вампиром решили, что сейчас и так достаточно торжеств, поэтому они свое празднество устроят только через три месяца. Все согласились с их мнением.

Когда Его Величество удалился, Санраар, обняв меня, решил поинтересоваться, кто же оказался таким доброжелательным, что поспешил осведомить меня о предстоящей, якобы, свадьбой оборотня и одного из принцев. Ну а я что? Взял и рассказал. А потом пожалел. Глядя на выражение лица моего уже жениха, я мог только посочувствовать той девке. Если бы она попалась ему в данную минуту, то я нисколько не сомневаюсь, что ее голова уже была бы самым некультурным способом отделена от тела. Такого садистского выражения лица я еще у оборотня не видел.

— Вот гадина, — только и смог он процедить сквозь сжатые зубы, — но как ты мог ей поверить? — тут же накинулся он на меня.

— Как-как? — я даже опешил от такого, — а что мне оставалось делать, когда вас вызвали троих, а у меня сразу же стало тяжко на сердце. Вот и поверил.

— Глупый. Какой же ты глупый, — сменив гнев на милость, обнял меня Санраар и стал нежно целовать куда придется и до чего смогли достать губы. А я только таял и нежился в таких уже родных объятиях.

Эта ночь была полна нежности и страсти. Мы любили друг друга по очереди. Прикосновение горячих губ. Переплетение прекрасных тел. Это была сказка. Каждый не только брал, но и всецело отдавал часть себя, часть своей души. А утром… мы даже не услышали того оглушительного звона, который нас обычно будит по утрам, поэтому, немудрено, что мы проспали, причем самым наглым образом. А когда, наконец, проснулись, то ужаснулись. Мне только и оставалось, что пойти на занятия к владыке, раз уж мы пропустили основные уроки. Санраар не хотел выпускать меня из объятий, но ему просто пришлось это сделать, так как в нашу дверь стали тарабанить.

Нехотя встав, накинув на себя, как оказалось, рубашку оборотня, ну а что, одел первое, что под руку подвернулось, и пошел открывать. За дверью обнаружился Куршаан, собственной персоной.

— Проспали? — хитро глядя на нас двоих спросил он, а мне оставалось только кивнуть головой, — ко мне на занятия собрался? — снова кивок, — можешь не торопиться, — это очень удивило, а так как спросонья мозг еще не соображал, то я просто изумленно уставился на него, но пока спрашивать ничего не стал, дожидаясь объяснений, и они не замедлили последовать, — до свадьбы дракона вы оба свободны, а потом у нас будет совсем другая программа обучения, — закончил он. И уже собрался выходить, как я не удержался от вопроса:

— Почему другая? С чем это связано?

— Скоро узнаешь, — был ответ, после которого он нас покинул.

— Вот же, интриган, ваклах макруз, — в сердцах выругался я и направился обратно в кровать, потому что у меня как-то резко закружилась голова и я, глядя на обеспокоенное лицо моего оборотня, поспешил прилечь.

Несколько минут тот удивленно смотрел на мое побледневшее лицо, а потом не удержался и спросил:

— Что с тобой? Тебе плохо?

— Да нет, — попытался отмахнуться я, — просто видимо резко встал, вот и закружилась голова.

— Хм, резко встал, говоришь, — о чем-то задумался он, — ну ладно.

Целый день мы провели в ничегонеделании, я вообще валялся в кровати, еду мне приносил оборотень. Как-то даже странно видеть его такую заботу. Но мне очень нравилось. К нам заходили принцы, узнать почему нас не было на занятиях, а потом, слово за слово и они остались до вечера, рассказывая о своих планах на будущее, о приготовлениях к свадьбе. Но все очень за нас порадовались, что и мы решили обручиться. Проговорили мы до поздней ночи, причем даже сами этого не заметили. Но когда глаза стали слипаться у всех, нас, наконец, оставили наедине и мы благополучно отправились в объятия Морфея.

Неделя пролетела незаметно, мы исправно посещали занятия, искали достойные подарки будущим молодоженам. Куршаан меня от своих занятий пока избавил, как и обещал. Поэтому, после уроков я ходил к единорогу, проводил с ним время, делясь своими мыслями и мечтами. А он только кивал головой и я чувствовал, что и он радуется вместе со мной. Тем более, что теперь я мог не только видеть то, что он мне показывает в картинках, но и ощущать его чувства, настроение и… даже мысли. Не все, конечно, а некоторые, но все равно, это было для меня странно и неожиданно. Но еще большей неожиданностью для меня стало, когда я уже по привычке, хотел угостить моего Харфада яблоком, а у меня в руке оказалось… молодое деревце с кучей яблок на нем. Хм, странно, я же вроде о дереве и не думал. Еще несколько попыток не увенчались успехом, моя магия стала давать сбои, причем эти сбои были крупномасштабными. Захотел яблоко-получил дерево, захотел попить-получил целый водоем чистой, кристальной воды, но больше всего меня поразило, когда я машинально провел рукой по песку, пропуская тот сквозь пальцы, а у меня в руке тут же сформировалась сфера, которая стала увеличиваться, становясь как бы живой… Я испугался. Что со мной не так? Эту сферу выбил из моих рук Харфад, и, подув на нее, рассеял. Больше экспериментов я не проводил, так как мне было реально страшно.

Никому ничего не сказав, я решил оставить все эти новшества в моей магии пока при себе, может быть потом у Куршаана поинтересуюсь, с чего это все. Даже Санраару пока не стал говорить об изменениях, тем более, что он не знает до сих пор о специфике моей магии, но ничего, на свадьбе я ему скажу.

На торжество дракона мы отправились все вместе: все принцы, жених Азрата и я вместе с ними. Прибыв туда, Азрат обнялся с отцом, познакомил всех нас и мы пошли поздравить молодых. Вот только дядя был насуплен и никак не радовался предстоящей свадьбе. Ну еще бы. Ведь не о таком он мечтал. И уж явно никогда не думал, что станет младшим супругом. Но вот советник, в отличие от дяди, просто лучился счастьем. Ведь сбылась его мечта. И он наконец-то будет с тем, кого любил всю свою жизнь.

К драконам был так же приглашен и… владыка демонов. Я когда его увидал, у меня даже глаз дергаться начал. Мне стало так стыдно от того, как я с ним поступил. Но он, как ни странно нисколько не разозлился, а только, мельком глянув на меня, кивнул и отвернулся. Но тут же, резко обернулся снова и изумленно уставился на меня. Потом перевел взгляд на Санраара, обнимающего меня за талию и… его глаза стали увеличиваться в размерах, а челюсть медленно, но верно падать на пол. Ну вот, еще один. Да что это с ним такое? Что уже он такое увидал, что даже челюсть уронил? Ага. Вот сейчас и узнаем. Он, судя по-всему, сейчас стремительно направляется к нам. Это же увидали и принцы, поэтому поспешили стать около меня, чтобы в случае чего помочь и защитить. Но этого не потребовалось.

Демон подошел, поздоровался со всеми, а потом сказал то, что я вообще не понял:

— Поздравляю тебя, Картан, и твоего жениха, — я кивнул с благодарностью, а он продолжил, — я бы хотел заключить с тобой договор о мире, основанный на брачных узах. Ты согласен?

— Не понял, — я даже головой помотал, о каких таких брачных узах он говорит, у меня же есть жених, — а я здесь причем? У меня уже есть жених, другой мне не нужен.

— Да я на тебя и не претендую, — тут же засмеялся владыка демонов, — я намекаю на другое.

— На что, на другое? — что-то я совсем торможу и ничего не соображаю о чем это он говорит.

— На тв… — договорить ему не дал Куршаан, который подошел к нам и увел демона поговорить, а мы стояли и терялись в догадках о чем же он хотел нам сказать. Мыслей ни у кого никаких не было, поэтому все только плечами пожимали и ничего толкового не могли сказать. У Куршаана спрашивать было бесполезно, все равно не ответит, а любопытство разъедало.

Но ответ на свой вопрос мы получили оттуда, откуда и не ждали. Блуждая по залу, мы с оборотнем искали тихое и спокойное место, где можно отдохнуть от всей этой суеты. И вдруг наткнулись снова на эту самую деваху. У меня даже скулы свело от ненависти и напряжения, а ей хоть бы что. Она предприняла еще одну попытку повиснуть на моем женихе, но он, резко оттолкнув ее от себя, процедил:

— Еще одна попытка и я сам лично сверну твою шею, — а потом с угрозой поинтересовался, — ты поняла?

— Д-д-да, — залепетала та, смотря на грозного и страшного в гневе Санраара, но потом ее взгляд прошелся по его телу, потом она перевела взгляд на меня и…

Да что же это такое, в конце-то концов? Ну а она-то что там увидала? Ответ не заставил себя ждать:

— Оп-па, — она даже присела от удивления, — такое я вижу впервые. Вас можно поздравить со скорым прибавлением в семье?

— О чем ты? — удивился оборотень.

— А вы разве не знаете? — тут ее улыбка стала похожа на оскал.

— Не знаем чего? — уже откровенно рычал мой жених, и тут…

— О вот вы где, — ну кто бы сомневался, Куршаан, собственной персоной, — а я вас обыскался уже везде, — потом, повернувшись к девке, со злостью гаркнул, обращаясь к ней, — брысь отсюда, — после чего ее, как ветром сдуло, — а вы пойдемте.

Но тут я почувствовал, как в голове взорвался фейерверк боли, от чего я зажмурился и не мог сдвинуться с места.

— Что? Что с тобой? — взволнованно стал спрашивать Санраар, подскочив ко мне и прижимая крепче к себе.

— Г-г-гол-л-лова, — только и смог выдавить я из себя, а оборотень, как совсем недавно, пустил на меня поток энергии, от которого стало сразу становиться легче. Я смог расслабиться. И тут до меня дошло.

— Но как? — при этом смотрел я на владыку, так как только он мог дать мне ответ на этот вопрос.

— Что как? — не понял оборотень.

— Он имеет ввиду, — любезно согласился пояснить Куршаан недоумевающему оборотню, — что его никакая магия не берет, а ты смог его вылечить.

— И как я это смог? — заинтересовался тот.

— В свое время все узнаете, еще рано, — ну вот опять, одни загадки, — ладно, нам пора, а то в храм опоздаем.

Нам ничего другого не оставалось, как последовать за владыкой. А войдя в храм, мы с замиранием сердца наблюдали церемонию бракосочетания советника и дяди. Это было красиво, завораживающе. Мы смотрели на все и слушали, затаив дыхание, как жрец читает слова брачного обряда, как у этих двоих появляются браслеты, ведь это значит, что демиурги одобрили этот брак. А потом начались поздравления. Мы с Санрааром подходили почти последними. Подойдя и поздравив молодых, я случайно зацепил алтарь, после чего вокруг меня стало появляться свечение, а нежный девичий голос произнес:

— Приветствую тебя… — услышать последние слова мне не дал вопль оборотня:

— Да что за варнил авар бакат?

Глава 34

На них все смотрели с удивлением. Никто не мог понять, что же происходит. И только владыка демонов и Куршаан стояли и чему-то улыбались. Вот ведь, две заразы. Знают же что-то, но молчат. И ведь спрашивать бесполезно — не ответят. Спелись они что ли? Или спились? Кто их разберет?

Но тут Куршаан подошел к нам, стукнул слегка оборотня по плечу и со словами, обращенными к Санраару:

— Не ругайся в храме, — обернулся к алтарю, что-то там шепнул и… свечения как не бывало. Напоследок я только и смог услышать смешок той самой девушки, которая меня и приветствовала. Ну вот, так всегда, на самом интересном месте. Так и не узнали правду. А так хотелось. Но… облом.

Все оставшееся время, пока длилось торжество около нас постоянно крутились то Куршаан, то владыка демонов. Когда последний подошел к нам в очередной раз, я не выдержал:

— Скажите, что вы имели ввиду, когда говорили о каком-то договоре? — задал я вопрос, впрочем, не особо рассчитывая на ответ, и, как оказалось, правильно рассчитывал.

— Скоро узнаешь, — хитро улыбнувшись хотел уже было отойти тот, но я вспомнил еще кое о чем.

— Подождите, — он недоуменно обернулся, — а как вас зовут-то?

— Ха-ха-ха, — раздался искренний смех демона, — а я разве не представился? — мы синхронно кивнули с оборотнем головой отрицательно, — Иллариар, — после чего сразу же растворился в толпе гостей.

Остаток праздника мы веселились и радовались за молодых, ну, во всяком случае, за одного молодого, так точно. А утром отправились обратно в Академию, чтобы снова приступить к занятиям. А так как моя лафа закончилась и Куршаан все же решил приступить к занятиям, то мне пришлось тащиться к нему. Вот только он меня удивил, когда, встретив, серьезно осмотрел с головы до ног и сказал:

— Ну что ж, Картан, с сегодняшнего дня мы переходим на новый уровень наших занятий, — ни фига себе, начало его фразы меня уже заинтриговало, — вот теперь тебе потребуется вся концентрация, собранность и внимательность. А главное, ты должен правильно формулировать свои желания.

Мне не оставалось ничего другого, как только кивать головой и соглашаться со всем, что он говорит. Начали мы с того, что владыка приказал взять горсть песка. Я взял и снова, как и в прошлый раз, поразился, так как в руках тут же начала формироваться песочная сфера. Тут над ухом раздался новый приказ:

— Представь, что это новый мир, — я, хотя и с трудом, но представил, — а теперь надели этот мир разумом, — а вот с этим сложнее, но я честно пытался, и вроде как, у меня получилось. Куршаан порадовался моим успехам, а затем продолжил, — а теперь подумай, какими расами ты хочешь наделить этот мир?

Я задумался. Но в голове ничего не было, кроме как узнать, для чего все это надо, что я и попытался узнать у владыки.

— Куршаан, а зачем это все надо? И что я потом буду делать со всем этим?

— Сделаешь мужу подарок на свадьбу, — ответил владыка и как-то хитро заулыбался.

— Какой подарок? — не понял я юмора.

— Ты в дар преподнесешь ему целый мир, — улыбка стала еще шире, а я просто завис.

— Вы о чем? — от изумления у меня глаза стали как блюдца.

— А ты еще не понял? — я отрицательно покачал головой, — ну что ж, начну по-порядку, — я от радости даже дыхание затаил, ожидая, что сейчас-то уж я точно узнаю правду, — да ты дыши-дыши, — засмеялся тот, — а правда состоит в том… — вот же зараза, да что ж он меня мучает-то?

— В чем? — не выдержав молчание, поторопил я.

— Ты никаких изменений в себе не чувствуешь? — задал он вопрос, а я только отрицательно покачал головой, — ну тогда ладно, с этим позже разберемся, — так вот, сейчас твоя сила в связи с некоторыми обстоятельствами перешла на новый уровень, поэтому тебе стало многое подвластно, но… — я его сейчас точно укушу, — до определенного момента, а потом все снова станет как прежде.

— И до какого такого момента? — хотел узнать правду? Получи и распишись. Вообще ничего не понял от его объяснений.

Некоторое время мы молчали. Он собирался с мыслями, как мне все рассказать, чтобы запутать еще больше. Вот же гад. Хочет, чтобы я умер от любопытства.

— Я тебе чуть позже скажу после чего твоя магия вернется в прежнее русло, — я аж скривился, опять загадки, — а сейчас продолжим.

И мне ничего не оставалось, как продолжить начатое. Но, естественно, до рас пока дело не дошло. Сначала надо было оформить ту сферу, что я держал в руках. То есть, создать благоприятные условия для жизни, обустроить. Мы начали с простого. Сперва появились реки, моря и озера. Потом лес. Луга и поля. Но чего-то не хватало. Но так как время было уже позднее, Куршаан отправил меня отдыхать. Что я и сделал.

Всю неделю мы только и занимались, что создавали новый мир. Я настолько втянулся, что теперь после занятий уже бегом бежал к владыке на занятия. А вот Санраару это не очень нравилось. Как-то, после занятий, он, схватив меня за руку, развернул к себе, прижал и поинтересовался:

— Мне уже начинать ревновать? — а я просто завис от такого вопроса.

— С какой такой радости? — решил я узнать причину.

— Ну как же? — стал объяснять оборотень, — если раньше ты шел на свои дополнительные занятия, как на эшафот, то сейчас ты бегом туда бежишь, при этом сияя от радости.

— А-а-а, — я даже заулыбался, — ты скоро уже узнаешь причину. Я готовлю тебе сюрприз.

Теперь пришла очередь Санраара улыбаться во все тридцать два. Он довольно закивал головой, а я решил еще кое-что узнать раз уж представилась такая возможность:

— Санраар, — начал я, состроив умильный взгляд, чтобы у него просто не было возможности мне отказать, — а ты покажешь мне своего зверя?

— Э-э-э, ну-у-у, — как-то сразу замялся тот, а я насупился, так как меня уже успели проинформировать, что оборотни показывают свою ипостась только тем, кого действительно любят, и вот пожалуйста.

— Ясно, — произнес я с обидой в голосе и развернулся, чтобы уйти, но кто же мне даст-то.

— Малыш, — стал шептать в ухо оборотень, а мне было так обидно, что уже ничего не действовало и он это заметил, — не дуйся, — ага, легко сказать, но трудно сделать, — ну конечно же я покажу тебе зверя и не одного, — а вот от этой новости я развернулся и уже сам повис на женихе.

— Правда покажешь? — прижимаясь теснее, с улыбкой переспросил я, а он только согласно кивнул в ответ.

На этой радостной ноте наш разговор был окончен и я побежал на занятия к владыке. Так как у нас осталось совсем мало времени, ведь уже скоро наша свадьба. И мне стоило поторопиться. Тем более, что осталось совсем немного. Всего лишь населить новый мир разнообразными расами. Вот этим-то мы сегодня и занялись. Провозившись до поздней ночи, мы все же закончили. Но тут встал вопрос, куда же нам ее спрятать, чтобы раньше времени Санраар не увидел свой подарок. Тогда Куршаан предложил свой вариант:

— Мы можем пока оставить его в пространственном кармане, а во время церемонии ты как раз и сможешь его достать.

— Отличная мысль, только… — и только сейчас мне в голову пришла одна мысль, — а этот мир всегда будет таким маленьким?

— Вот же глупый, — потрепал меня по волосам владыка, — это для тебя и для меня он маленький, а для существ, уже находящихся там, он такой же, как для нас с тобой вот этот мир, — и он развел руки в стороны, показывая наш теперешний мир, в котором мы находимся, — точно так же, как для демиургов этого мира, которые держат нас в своих руках и наблюдают за нами.

Ого. Вот даже как. А я даже и предположить такого не мог. Ну да ладно. Зато теперь я могу с чистой совестью от законченной работы пойти спать. Ведь завтра мы едем во дворец Санраара готовиться к свадьбе. А пока будут идти наши приготовления, мы как раз успеем побывать у эльфов. Ведь у них-то свадьба раньше.

С утра меня разбудил нежный и ласковый поцелуй моего жениха. Вставать совсем не хотелось, но надо было. С трудом подняв свое тело с кровати, я оделся, собрался и с удивлением обнаружил, что Санраар уже давно готов.

— Тебе что, не спится? — задал я вполне логичный вопрос.

— Да я и сам удивлен, — ответил тот, пожимая плечами, — только со мной в последнее время что-то странное происходит, — я очень этому удивился, значит не я один такой со странностями, — мне хватает всего часа два, чтобы выспаться, а в теле какая-то непонятная энергия, бьющая через край и что-то еще, но вот только никак не могу понять что, — он задумался, а я решил окольными путями выведать, в чем же эта странность заключается.

— А что именно ты не можешь понять? — поинтересовался я.

— Да я даже сформулировать не могу, но попробую, — на минуту он задумался, а потом… у него в руке появился стакан с соком, а у меня даже глаза на лоб полезли, — вот что-то в этом роде. Я всего лишь захотел пить и… вот… пожалуйста…

Все. Я в ауте. Неужели моя магия каким-то образом передалась и ему? Но как такое возможно? И ведь узнать не у кого. Владыка приедет только на церемонию эльфов, а это самое раннее, когда я смогу у него что-то узнать. Что же делать? И говорить пока о своей магии нельзя. Сюрприз испортится. Ладно, попытаемся выкрутиться.

— Ого. Ты поаккуратней со своими желаниями, — он только удивленно на меня посмотрел, но говорить ничего не стал, — а обо всем мы узнаем у владыки. Идет?

— Хорошо. Только… Мне почему-то кажется, что ты что-то знаешь, — на меня смотрел хитрый прищур глаз оборотня, но я только отрицательно качнул головой.

— Ничего я не знаю и вообще, нам пора, — неуклюже попытался я перевести тему, но… меня сграбастали в тиски и прошептали:

— Знаешь-знаешь, не стоит отпираться. Но ведь ты мне расскажешь, — я обреченно кивнул головой, — и про свою магию тоже? — снова мой согласный кивок, после чего меня соизволили отпустить и с ожиданием в глазах уставиться на меня.

— На свадьбе ты обо всем узнаешь, — выпалил я и поспешил выскочить за дверь, на ходу крикнув, — а сейчас нам уже пора.

— Вот же… — побежал меня догонять оборотень.

Замок оборотней впечатлял своим великолепием. Высокий, имеющий три этажа, с остроконечными шпилями крыши и арочными окнами, он возвышался над всеми зданиями. Двустворчатые деревянные двери при нашем приближении сразу же распахнулись и нас вышли встречать все обитатели замка, рассматривая меня как девицу на выданье. Но успокаивало то, что на лицах всех были только радостные улыбки. Со всех сторон слышались поздравления. Мы вошли внутрь и я обомлел. Такого великолепия я еще не видел. Все в золотых тонах: плитка на полу, обои на стенах, подвесные потолки, только вот перила лестницы, уходящей на этажи повыше были окрашены в белый цвет. От блеска золота слепило глаза так, что пришлось даже зажмуриться. Нас провели по лестнице на второй этаж и показали наши покои, чтобы мы смогли отдохнуть и подготовиться к знакомству со всем честным народом. Честно говоря, я немного трусил. Ведь я не принц, поэтому немного теряюсь в присутствии сильных мира сего. Но оборотень поспешил меня успокоить и придать уверенности в себе.

— Ты мой будущий муж, поэтому, не стоит волноваться, — начал было он, а потом с хитрющей улыбкой добавил, — тем более, скоро прибудут твои родители и тебе надо будет их встретить достойно.

У меня даже колени подкосились.

— А кто их проинформировал? — спросил я, так как хотел преподнести новость сам лично.

— Отец, — заулыбался Санраар, — он вчера сам ездил к твоим родителям знакомиться, чем немного привел их в шок, но потом все обошлось, знакомство прошло на ура. Так что, если увидишь, что сегодня все будут с больной головой, не волнуйся.

— А что случилось? — встревожился я не на шутку.

— Вот же глупый, — стал успокаивать меня жених, — ничего не случилось, чего ты так заволновался?

— Но ведь больные головы от чего-то есть, — не унимался я.

— Перепили они малость, понял? — и тут до меня дошло. Я улыбнулся и кивнул.

Раздавшийся стук в дверь ознаменовал приход моих родителей, которые приехали раньше и пришли меня поздравить. Мама радовалась как ребенок, прижимая к своей груди и шепча ласковые слова. Поговорив и обсудив все, что касается свадьбы, мы все вместе спустились вниз, где нас уже ждали. Знакомство с элитой оборотней прошло отлично. Никто не кривился, не смотрел на меня с презрением, чего я больше всего боялся. Правда было несколько пареньков, которые зло разглядывали меня с головы до ног, а один даже подошел к Санраару и высокомерно поинтересовался:

— Ваше Высочество! Скажите мне, что такого есть у него, — кивок в мою сторону, — чего нет у меня.

— Может быть то, — заулыбался мой жених, — что он долгое время ненавидел меня и не реагировал на мои подначки и соблазнение, а ты сдался сразу, и еще… — увидев как в шоке распахнулись глаза парня, Санраар решил его добить окончательно, — никому другому я бы не позволил быть сверху, а ему… — не договорив, оборотень с довольной улыбкой наблюдал, как парнишка, схватившись за сердце убежал, не став дожидаться ответа.

А мы только улыбнулись друг другу и сразу же выбросили из головы всех бывших любовников Санраара. Ведь теперь он только мой и больше уже никому не достанется. В этом я был уверен.

Свадьба эльфов прошла весело, красиво и феерично. Мы поздравили молодых, поприсутствовали на церемонии, хорошо еще, что хоть здесь обошлось без казусов. Пытаясь отловить неуловимого Куршаана, мы потерпели фиаско. Он всячески старался скрыться с глаз. Так что наша затея не удалась. Поэтому, пришлось дожидаться уже нашей свадьбы, ведь там, я просто уверен, он уже не сможет так скрываться. Отвлекли нас от поисков молодые. Подойдя к нам они с доброй усмешкой глянули на нас и Дарниэль произнес:

— Картан, я надеюсь хотя бы на вашей свадьбе узнать какая же у тебя магия.

— Ты ведь нам скажешь это? — подхватил Таргиаль.

— Конечно скажу, — улыбнулся я в ответ, — и не только вам. Вот на свадьбе придется всем рассказать о моей магии.

— Ну что ж, тогда мы подождем, — согласился Дарниэль, — ведь осталось-то всего ничего.

Когда торжественная часть закончилась и молодые удалились в свои покои, мы тоже задерживаться не стали, так как что-то мне было не очень хорошо. Кружилась голова, тошнило.

— Тебе плохо? — встревожился оборотень.

— Наверно отравился чем-то, — прошептал я, практически теряя сознание от помутнения в голове.

— Ага, печенкой, — влез Куршаан, внезапно появившийся из-за спины, — отведи его в комнату и уложи в постель, — скомандовал он оборотню, — пусть поспит и ему станет легче.

— Вы знаете, что с ним? — поинтересовался оборотень.

— Да, ничего серьезного, просто переутомление, — высказавшись, он исчез так же внезапно, как и появился.

Меня отвели в комнату, уложили отдыхать. Но на утро стало еще хуже. Все утро я провел в туалетной комнате. Меня выворачивало наизнанку. Санраар все время находился рядом, вливая в меня свою энергию, от чего немного полегчало и я, наконец, смог собраться в дорогу.

Во время пути, мы еще несколько раз останавливались, так как тошнота не проходила. А уже в замке, до которого мы с большим трудом доехали, вокруг меня все время порхали лекари и маги, пытаясь воздействовать на меня, но безуспешно. Меня не брала ни одна магия, кроме Санрааровской. Я удивился, но под воздействием бунтующего организма, не смог заострить на этом внимания. Так и прошли два дня, оставшиеся до свадьбы.

И вот с самого утра, на удивление, исчезли и головокружение, и тошнота. Я чувствовал себя просто прекрасно. Что неимоверно обрадовало моего жениха, который зашел за мной после того, как слуги привели мою тушку в надлежащий вид. На мне красовался белый костюм, с золотой вышивкой по краям и большими золотыми пуговицами. А когда вошел Санраар, я замер от восторга. На нем был такой же костюм, как у меня, с точно такой же вышивкой, только черного цвета, что неимоверно красиво смотрелось в сочетании с его белыми волосами и этой черной прядкой. Я не мог глаз оторвать от этого великолепия. Мне даже расхотелось куда-то идти. Захотелось медленно раздевать и владеть этой красотой целиком и полностью.

Но сделать этого мне естественно, не дали. Вошедшие король и мои родители потащили нас вниз, к ожидающей нас карете, которая и должна была доставить нас в храм. Нам ничего не оставалось, как последовать за ними. А вот в самом храме нас ожидал сюрприз.

У самого входа нас встречала очень красивая девушка, которая, с озорным блеском глаз, посмотрела на нас и произнесла:

— Приветствую вас, молодожены. Прошу в храм, — приглашающий взмах рукой и мы, переглянувшись, вошли внутрь.

— Кто это? — шепотом спросил я у жениха, но он только пожал плечами.

— Не знаю, но скоро узнаем, — ответил он, входя вслед за мной под стены храма.

Нас подвели к алтарю и девушка, подняв руку что-то зашептала, после чего нас окутало золотое свечение. В храме раздался дружный вздох. Но мы не обратили на него внимания, так как нас занимала другая картина, развернувшаяся перед нами. Девушка показывала нам картины других миров, их население и структуру. Мы смотрели, затаив дыхание. А когда все закончилось, она нараспев начала что-то читать, а когда ее чтение закончилось, под сводами храма раздался ее чистый и звонкий голос:

— А теперь, братья, объявляю вас супругами.

Если мы и удивились этим братьям, то виду не подали. Первым поздравить нас подошел Иллариар:

— Поздравляю вас с вашей сбывшейся мечтой, — а потом, хитро улыбнувшись, добавил, — Картан, ты подумал над моим предложением?

— По поводу чего? — прикинулся я недалеким.

— По поводу договора, — ответил тот.

— Вы хотя бы объясните, что за договор, — попросил я, но вмешалась девушка, взмахом руки прекратив дальнейшие разговоры.

В храме установилась тишина. Все ждали, что скажет девушка. И только Куршаан, обнимая ректора, стоял и улыбался.

— Многие из вас уже наверное догадались кто я, — начала девушка, но видя недоумение в глазах присутствующих, продолжила, — я — демиург этого мира, который мы создавали вместе с Куршааном, — все затаили дыхание, ведь не каждый день обряд венчания проводит сам демиург, — а эти двое, — взмах руки в нашу сторону, — теперь наши братья, которые стали ими благодаря детям, находящимся внутри их, — мы ахнули. Это что получается, что мы ОБА беременны? — Да, — подтвердила девушка, — оба носите детей, причем не простых детей, а будущих демиургов. Ведь ты, Картан, не раз задавался вопросом, почему такой магией как у тебя никто не владеет? — я кивнул согласно, — это легко объяснимо. Все, кто когда-то владел этой магией — теперь демиурги, создающие свои собственные миры. Ты ведь хотел подарить подарок мужу? — снова мой кивок и заинтересованный взгляд Санраара, — тогда сейчас самый подходящий момент для этого.

Я протянул руку и достал из пространственного кармана тот самый новый мир, который мы создали вместе с Куршааном и преподнес мужу. У него даже слезы выступили на глазах.

— Этот мир я дарю тебе, — произнес я и нежно поцеловал своего мужа после того, как он взял мой подарок в свои руки и рассматривая его.

— Ты сам его создал? — удивился он.

— Да, но мне помогал владыка, — ответил я и посмотрел на Куршаана, тот стоял и улыбался, а потом подошел к нам и стал говорить:

— Ты спрашивал, почему никакая другая магия тебя не берет? — я кивнул, — благодаря твоему ребенку, унаследовавшему твою магию желания, которая, кстати, проявилась в твоем муже, он смог воздействовать на тебя магией, так как она у вас теперь одна на двоих.

Мы улыбнулись друг другу с мужем и посмотрели на всех присутствующих, а потом, вспомнив про вопрос демона, я обратился к нему:

— Иллариар, вы ведь имели ввиду моего ребенка, когда говорили о договоре? — он, улыбаясь, кивнул, — а зачем вам это надо? — не удержался я.

— Хороший вопрос, на который я с радостью отвечу, — улыбка стала еще шире, — как только я тебя увидел, я почувствовал какую-то тягу, но не понял этого, так как за все свои две тысячи лет ни разу такого не испытывал. А потом, заметив свечение, идущее изнутри тебя, я понял, что ты носишь как раз моего истинного, потому и подошел к тебе с предложением. Так ты дашь свое согласие?

— Я согласен, — и тут со всех сторон раздались радостные крики и поздравления. Король вообще светился радостью, он ведь даже и предположить не мог, что ему в зятья достанется почти демиург, а два внука, которые скоро появятся на свет, уже будут рождены демиургами. Его счастью не было предела. Он радовался как маленький ребенок.

Выйдя из храма, мы стали принимать поздравления. Все были довольны и счастливы. Но самыми счастливыми были мы с мужем. Так как у нас скоро должны будут появиться дети, которые для всех являются цветами жизни.

Эпилог

Раннее утро. На огромной кровати спят два красивых парня. И тут один из них резко просыпается и кричит от боли. За ним раздается крик второго парня и тоже от боли. В комнату вбегают маги и начинают суетиться вокруг этих двоих. Парни лежат рядом и держатся за руки, продолжая корчиться в адских муках от боли, пронзающей их тела, но руки друг друга не выпустили из захвата.

И вот оба мага, стоящие около парней, радостно переглянулись между собой и, кивнув друг другу, направили потоки магии на эти два страдающие тела, от чего их выгнуло, а на свет, наконец-то появилось двое детей. У одного был мальчик, у другого — девочка. Все четверо вздохнули с облегчением. И тут дети, которые все еще находились на руках принявших их магов, открыли одинаковые глаза. Маги поразились. Цвет глаз обоих детей был фиолетовым.

Сиквел.

Прошло двадцать лет.

Арилий.

Сегодня я закончил Академию и решил сделать сюрприз Иллариару, придя к нему пораньше. Я влетел в его замок и побежал искать по всем комнатам. Останавливать меня никто не стал, так как все уже привыкли к моему присутствию, ведь с самого моего рождения он постоянно был рядом, а когда я подрос, то уже самостоятельно мог открывать его мир и приходить в гости. Тем более все давно уже знали, что мы — пара. Даже нет, не так — Пара. Он даже перестал устраивать свои оргии с моим появлением. Чему я был несказанно рад.

Так. Вот и его комната. Открываю дверь и… замираю на пороге. В кровати лежит МОЙ демон с… каким-то парнем. Очень красивым парнем, надо признаться. И хотя и я не урод, но с прискорбием вынужден был признать, что красота этого парнишки напрочь затмевала мою.

— Это еще что такое? — не выдержав, возмутился я. А у самого в душе все оборвалось. Вот же гад. А еще говорил, что любит, что мы Пара. Да какая к варлаху пара. Все.

— Ты чего? — вполне себе натурально удивился демон и повернул голову в том направлении, куда смотрел я, — ты кто? — спросил он у парня, лежащего рядом с ним абсолютно обнаженным.

— А ты что не помнишь? — сделав вид, что обиделся, поинтересовался парень, а после отрицательного кивка Иллариара продолжил, — ты что забыл, как ночью говорил, что я твоя судьба, твой суженный?

И тут я окончательно завис и разозлился еще больше. Демон… расхохотался. Что? Он с ума сошел? Еще и хохочет. Больше не выдержав такого издевательства я развернулся и ушел. Но уже на пороге успел услышать слова демона:

— А ну, брысь отсюда, и вообще, кто тебя послал? — видимо он что-то такое сделал парню, явно болезненное, потому что он застонал от боли и прохрипел:

— Повелитель… — дальнейших слов я уже не услышал.

Ну я ему устрою Варг… Вапр… в общем какую-то там ночь из мира людей, который странно называется «Земля». Мы там были с Лидией, сестрой моей наставницы по созданию миров. Странное название для мира. Ведь в моем понимании земля — это то, по чему я иду сейчас, но никак не название мира. Но… У каждого свои причуды. Вот так я и шел домой, замышляя планы мести неверному демону.

Около дома я заметил несколько карет. Хм. Это еще что за гости к нам пожаловали? А-а-а, драконы. Друг отцов Азрат с супругом и его советник со своим младшим мужем. Вот и еще одна странность которую я никак не могу понять. Ведь дракон, супруг советника, является братом повелителя, а тут… всего лишь младший супруг. Странно. А еще бесит, что они постоянно ссорятся, а потом… из их комнаты раздаются ТАКИЕ стоны и крики, что их не может заглушить даже защита от прослушивания. Это что надо там делать, чтобы ТАК орать?

Ладно. Хватит о них. Теперь надо узнать в честь чего это они все решили к нам в гости заявиться. Захожу. В гостиной стоят два моих папы: Картан и Санраар, и улыбаются, обнимая друг друга. А у меня даже зависть, правда белая, взяла. Как же они любят друг друга. Готовы один одного на руках носить. И почти ни разу не поссорились. Папа Санраар иногда помогает папе Картану придумывать новый мир, новых обитателей, ведь сам-то он творить не может, потому что такая же магия, как у папы Картана у него исчезла, когда родилась моя сестра, та еще оторва, Корсиния. Это еще хорошо, что ее сейчас нет. Я ее давно уже не видал. Она с Лидией обосновалась на этой самой Земле. Очень уж ей там понравилось. Но иногда она путешествует по другим мирам, сотворяя и свои. У нее магия чуть послабее моей, но все равно… Единственное, что есть у нее и нет у меня — это способность усмирять всяких взбесившихся существ. Она только одним взглядом может сделать из хищника нежно — ластящуюся зверушку. Вот это да. Мне такого не дано.

Так. Снова я отвлекся. Я же хотел узнать, что за праздник. Но только я собрался поинтересоваться, как во дворе раздался стук подъезжающей кареты. Оп-па. Еще кого-то принесло. Точно какой-то праздник, а я ни сном, ни духом. Выглянув в окно, я заметил выпорхнувшую первой Латиэль, вот же любитель нарушать этикет, но именно поэтому мы с ней и дружим. Она веселая забавная девчонка, с которой интересно творить шалости и пакости. Что мы вытворяли в Академии? Это не передать словами. Особенно, побывав на Земле и поднабравшись у людей всяких штучек, которыми я поделился с эльфийкой, от нас стонали все. Чего мы только не вытворяли. И стулья клеем мазали, и слабительное добавляли, и цвет кожи некоторых существ с бледного меняли на зеленый, с желтоватого на синий. Было очень весело. Но так мы поступали не со всеми, а только с тем, кто задирал других, в особенности тех, кто помладше и послабее, которые не могли дать отпор, вот мы и разбирались с такими по-своему.

Ну вот, снова отвлекся. В гостиной уже стояло семейство эльфов. Латиэль тряпочкой повисла на мне, с чем-то поздравляя. Так. Стоп. Меня? Поздравляют? С чем интересно? Я все прослушал. Вопросительно глядя на отцов, все же решил поинтересоваться:

— А что хоть за праздник? — от моего вопроса Литиэль прямо под ухом задорно рассмеялась.

— Как что? — удивился папа Санраар, — во-первых, ты закончил Академию, а во-вторых… сегодня же твоя помолвка с Иллариаром.

— Что-о-о-о? — взвыл я, — нет. Никакой помолвки не будет. Не нужен мне этот изменщик, — после моих слов в гостиной повисла тишина.

— Что значит изменщик? — строго поинтересовался папа Картан. Вот это да! Таким я его никогда не видел, поэтому, скажу честно, немного испугался и поспешил рассказать о том, что видел.

После моего рассказа повисла тишина. А потом дверь широко распахнулась и в гостиную влетел Иллариар, собственной персоной.

— Ну что, мальчики, — он обратился к принцам, которые после его вопля смотрели как-то выжидающе, — можете меня поздравить, я тоже познакомился с тем самым фаворитом Повелителя, от которого вы все чуть не потеряли голову, — а вот после его слов завис уже я. Даже так?

— Не все, — поправил его Азрат, — остались мы с Картаном, который и привел этих оболтусов в чувство.

Эльфы, Криштан с Хорватом, которых я даже не заметил, как они вошли и… мой папа Санраар, виновато опустили головы. Ну ни ваклаха себе? Это что же получается, что и их хотели охмурить? Но тогда… Мой демон невиновен? Все равно. Я так просто это не оставлю.

— Да, — произнес Хорват, — давно он не объявлялся. Но, видимо, свою затею с покорением нашего мира не оставил.

— Судя по-всему, да, не оставил. — согласился папа Картан и о чем-то задумался, — я был в том мире и нашел причину по которой он (мир) погибает, — на папу уставились несколько пар заинтересованных взглядов.

— Почему? — первым не выдержала паузу, естественно, Латиэль.

— Этот самый повелитель опустошил все энергетические и магические источники, из-за чего миру больше не откуда питаться, вот он и гибнет.

— Так надо сделать ему… м-м-м-м… как там говорят в мире людей: «секир башка», — снова встряла эльфийка.

— Точно, — подтвердил я.

Все заулыбались, а демон, подойдя ко мне, попытался обнять, но я отстранился, тогда он произнес:

— Я больше не отпущу тебя в этот мир людей, сам понабрался невесть чего и Латиэль научил.

— И ты думаешь, что я тебя послушаю? — тут же ощетинился я, — да кто ты мне такой?

— Твой будущий супруг, — улыбка во все тридцать два, — поэтому…

— Обломись, — вот это выражение мне очень понравилось, коротко, емко и как никогда в тему, но демону это не понравилось, — ты провинился, и я не буду жениться на изменщике, — гордо вскинув голову, я отвернулся и отошел, а демон удивился и поразился.

— Но ведь… как же… это же… меня и тебя обманули… — попытался оправдаться он, а папы… вот предатели, его поддержали.

Они наперебой принялись убеждать меня, что тот, кого к нему подослали, мастер соблазнения, но… у демона ничего не было, так как самая лучшая защита от таких вот гадов — это как раз-таки наличие пары. На другого просто не встанет. Это они попытались объяснить мне самым доступным языком. Я проникся их речью, но вида не подал. Нечего моему демону расслабляться. Пусть помучается.

Проводив гостей по комнатам, которые для них приготовили, я решил пообщаться с эльфийкой. Тем более, она как-то странно строила мне глазки. Явно что-то хочет сказать. Как оказалось, я был прав. Не успели мы выйти в сад, как она, сияя глазами, поведала мне, что влюбилась. На мой вопрос: «кто же счастливчик-то?» Она ответила, что это один из красавцев-суккаров, Тан. По ним сходила с ума вся Академия, но они оказались непреклонны. И когда я уже хотел было посочувствовать подруге, она огорошила меня тем, что ее любовь взаимна. Вот теперь мне осталось только порадоваться за подругу.

Поговорив с ней, мы пошли в дом. И каково же было мое удивление, когда на пороге я столкнулся со своей сетрицей с… Алом, вторым суккаром. Аклахам бандахай варгус. Девочки явно решили покорить суккарчиков. Осталось только третьего женить и все. Мальчики пристроены. Встречать сестру вышли родители. Они тоже очень удивились, увидев Ала, но только порадовались за дочь. Она сияла как звезда в лунную ночь.

Долго поговорить нам не дали. Родители погнали всех собираться на праздник, который как раз должен был начаться через час. Мы и пошли куда послали. Я все обдумывал стратегию мести демону и… расплылся в улыбке. Я кое-что придумал. Вспомнив обрывки разговора родителей и их друзей, я тоже решил последовать примеру папы Картана. О чем и решил уведомить моего жениха. Согласится — будет помолвка, не согласится — не будет. Да-да, я тоже могу быть вредным.

В назначенное время раздался стук в дверь. Это оказался Иллариар, который пришел, чтобы проводить меня на праздник. Вот тут-то я и решил осведомить жениха о своих планах.

— Иллариар, — начал я, нежно улыбаясь, а он напрягся, правильно, неспроста я начал расточать нежность, ему осталось только ждать пакости, — я вот тут подумал… — я замолчал на несколько минут, а он напрягся, — в общем, ты ведь хочешь получить прощение? — он только кивнул, превращаясь в напряженную статую, — вот и замечательно, значит… — снова секундное молчание, — в нашу первую брачную ночь сверху буду я, — причем я даже не спрашивал, а утверждал, вот только его глаза… они стали как в человеческой сказке, которую мне дала прочитать Лидия, «Огниво», называется. Там у одной собаки были такие, я на картинке видел. Вот и глаза моего демона стали такого же размера.

Он несколько минут помолчал, а потом взвыл:

— Ты с ума сошел? Я — владыка демонов… и снизу… да никогда… — слушая его вопли, я постепенно каменел от злости.

— Никогда? — в моем голосе появился лед и сталь, — ну что ж, значит никакой помолвки не будет, до свидания, — вытолкав демона за дверь, я закрыл ее перед его носом.

Несколько минут стояла тишина за дверью, а потом демон решил поинтересоваться:

— Может передумаешь? — я ответил категоричным отказом, — да уж, вы со своим отцом два сапога — пара. Любите помучить своих избранников.

— Это еще кто кого мучает, — возразил я, — не ты меня застал в кровати с парнем, так что…

И снова молчание. На этот раз оно затянулось. Я даже подумал, что он ушел, но…

— Я согласен, — приглушенный голос моего демона, как будто он с трудом выдавливал из себя слова.

— Вот и прекрасно, — рывком распахнув дверь, я подхватил его под руку, — значит решено, а теперь нас ждут.

Он офигел от моих действий, но безропотно последовал за мной. А что ему еще оставалось делать?

На празднике было объявлено не только о моей помолвке, но и сестра тоже решила объявить о своей. Праздник вышел отличным. Но, устав от поздравлений и суеты, мы решили уйти к себе. А в комнате… Эта ночь была наполнена нежностью, страстью и обоюдным желанием. Несмотря на то, что мой демон согласился на мои условия, я все же решил сделать и ему приятно, поэтому, этой ночью мы любили друг друга, уже просто не соображая кто и когда был снизу, а кто сверху.

Одно могу сказать: утром попа болела у обоих. Причем настолько, что мы даже встать не могли.

— Да, перестарались малость, — констатировал Иллариар, крепче прижимая меня к себе.

А через пару дней я услышал обрывки разговора родителей. Как оказалось, они-таки нашли управу на повелителя-пакостника и отправили его вместе с фаворитом в междумирье, перед этим изъяв из него всю накопленную энергию и вернув ее миру. А повелителем стал… Ну кто бы сомневался, Вэл. Да, из него выйдет отличный правитель. Я рад за него, так же как и за всех остальных. И за эльфийку, нашедшую свое счастье с Таном, и за сестру с Алом. Но больше всего за себя. Мой демон все время порывался носить меня на руках, но… Я что ему, изнеженное создание?! Нет. А значит…

Вот и сейчас, побывав в гостях у сестры, которая была на восьмом месяце, я возвращался домой, чтобы сообщить моему мужу радостную новость: через семь месяцев у нас будет полноценная семья.

Примечания

1

Харлак — животное, напоминающее нашего оленя, только с нежным, сочным мясом, — прим. автора.

2

Наргаал — смесь медведя и гориллы, — прим. автора.

Content

Ольга Олие
ГАДКИЙ УТЕНОК

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Эпилог

Примечания