Zaryana

ДРАКОН В ОДУВАНЧИКАХ

Ох уж эти балы!

Я, кажется, их ненавижу.

Все эти притворные улыбки, поклоны, комплименты… Всем этим леди и лордам, которым меня сегодня вечером представил мэтр Влас, я, Василика тей Фрайхэш, графиня Райзенде, безразлична. Они пришли сюда, потому их пригласил герцог Хэрмард, а ему отказывать не принято.

Гостей сегодняшним вечером интересовало только два вопроса: расследование обстоятельств смерти моей мамы и мои отношения с мэтром Власом. Хотя нет. Они еще интересовались драконьими сокровищами — правда ли те существуют?

Хороший вопрос! Я бы тоже с удовольствием узнала бы на него ответ. Но Алек и мэтр Влас в один голос утверждали, что поиски следует отложить до следующего лета. Розыск сокровищницы — дело долгое. Одна подготовка займет только месяц. И судя по всему, еще стоит определиться с местом поиска. Аналлеиса, моя прабабка, утверждала, что спрятала сокровища в Восточных горах, что весьма сомнительно, ибо там живут гномы, жадные до золота и изучившие Горы вдоль и поперек. Маги твердо заявили, что сокровищницу там мы не найдем. Другое дело, координаты оставленные господином Амалрихом Арне, бывшим управляющим моего родового поместья. Он долгие годы собирал информацию об этих сокровищах, исследуя записи, оставленные прабабкой. И пришел к выводу, что они запрятаны где-то в Княжеских Восточных степях. Там полно глубоких шахт и подземных пещер, где можно спрятать не одну драконью сокровищницу. А еще сотни зловонных болот и вечно голодные ядовитые насекомые. Про степи рассказывают много страшного, и соваться туда в разгар жаркого лета — чистое самоубийство. Даже для магов. Было решено, что мы отправимся туда в следующем мае, а сейчас стоит сконцентрироваться на решении другой задачи — поисках Эми.

Прошла уже неделя с нашего расставания. Семь бесконечно долгих и утомительных дней. Пожалуй, мне и некогда было думать о сестре: тяжелое и бесконечно болезненное расследование смерти мамы, сложное интервью для «Адрастерионской правды», вступительные экзамены в МагАкадемию, обучение управлению графством, подготовка к балу… Только ночью, лежа в кровати, я ментально пыталась связаться с Эми. Но отклика не получала.

Прикрыла глаза, этот бал уже подходит к концу — осталось всего два танца. Но завтра будет новый, и не простой, а бал-маскарад в королевском дворце, где я буду официально представлена королевской чете.

Эми мне отчаянно не хватало.

Красота королевы потрясала. Я знала, что она очень красива, но это «очень красива» не дает никакого представления о ее внешности. Длинные, до пола, белокурые волосы с благородным серебряным блеском. Черты лица аристократические, однако взгляд светло-карих глаз был далек от добродушия и невинности эльфийских дев. Ее величество смотрела на меня жадно, оценивающе — так как смотрят драконы, когда видят что-то крайне любопытное. Образ завершали невероятно легкое летящее бледно-голубое платье и массивная, украшенная драгоценными камнями, корона.

Первым моим порывом, когда я ее увидела, было пасть ниц и поцеловать кончики туфелек. Однако что-то во мне воспротивилось и я, злобно зыркнув на королеву, гордо присела в глубоком реверансе.

— Рада приветствовать тебя, мать великого рода Райзенде! Да пусть будут долгими годы твои! Да пусть будет разумно правление твое! Да пусть будет многочислен род твой!

Голос королевы был мягким и сладким, как взбитые сливки, но все-таки некоторая нотка ехидства скользнула в более чем официальных словах — видимо Ее величество позабавила моя внутренняя борьба.

— Я рада служить тебе, мать великого народа Адрастериона! Да пусть будут долгими годы твои! Да пусть будет разумно правление твое! — в тон королеве ответила и мы обменялись понимающими улыбками.

Принц-консорт ничего не сказал, а только хитро скосил взгляд на сына. Матримониальные планы были просто-таки написаны на лице Алиара огромными буквами. Однако Адалард делал вид, что ничего не замечает — ему хоть и было уже двадцать три, но выглядел он лет на четырнадцать-пятнадцать и вел он себя соответствующе.

Перед самым выходом в тронный зал зазвал меня в комнату к одной из леди, живущей при дворе, чтобы подлить чернил ей в духи. Месть за то, что она домогалась Рихара, да так усердствовала, что тот перестал появляться во дворце. Операция не должна была продлиться и минуты, но дракон-недотепа долго не мог вскрыть флакон. Я стала помогать. В итоге оба перемазались в чернилах и духах, опрокинули баночку с пудрой, раздавили помаду. Но духи все же были испорчены!

И хорошо, что есть магия!

— Ты была великолепна! — Похвалил мэтр Влас, перехватывая меня на входе в танцевальную залу и уводя в сторонку. — Такая гордая осанка и платье роскошное.

— О, знали бы вы, чего мне стоило отвоевать его у Найдин! Ибо таким юным леди, как я, не положено одеяние столь вызывающего цвета, — я с любовью погладила ярко-изумрудный шелк пышной юбки.

— И настроение, я вижу, у тебя сегодня просто чудесное. Скажи мне, это из-за того, что не нужно выполнять обязанность хозяйки бала, которые вчера тебя так тяготили? Ты ведь не хотела ехать на бал.

— Не знаю. Возможно, — неопределенно ответила я. — Просто настроение, в отличие от вчерашнего, хорошее и…

— А не испорченные ли духи леди Альвэ тебе его так подняли? — строго спросил мэтр. Я сделал недоуменное лицо, а маг продолжил меня отчитывать, — вы хоть следы за собой в следующий раз убирайте. Адалард, конечно, сказал, что был один, но Альвэ тей Мэйра — выпускница МагАкадемии, и засекла вас обоих. И если принц отделался строгим взором матери и подзатыльником от отца, то тебя «справедливость» обошла стороной.

— На что это вы намекаете? Запугиваете?

— Вовсе нет. Предупреждаю — Альвэ это просто так не оставит. Жди неприятностей.

— Ну, убивать она меня не будет, — легкомысленно махнула я рукой, — шалость не была столь уж ужасной. И раз она маг, то все легко исправит.

— Я бы так не сказал, — с намеком сказал мэтр. — Адалард не дурак, чтобы портить духи простыми чернилами, да и учился он у самых лучших…

Я призадумалась, чему это принц учился у самых лучших — шалостям или магии? Судя по всему и тому, и другому.

— Сама увидишь, — продолжил маг, — если Альвэ вдруг внимет маску…

— Все так ужасно?

— Более чем. У леди аллергия на пыльцу солнечника, которая была растворена в чернилах. Ее кажа покрылось ужасными бурыми пятнами. Я уж не говорю об испорченном платье. Но на бал она не могла не прийти — здесь будет Рихар.

— Ну, Адалард, — возмущенно выдохнула я. — Поймаю — уши оторву!

— Ты полегче только — он все-таки надежда нашего государства, — строго наказал мэтр Влас, — скоро начнутся танцы. Надеюсь, первый танец мой?

— А как же последние два? — удивилась я.

— Извини, Василика, как-нибудь в другой раз, — сделал грустное лицо маг, — на вечер у меня другие планы.

— А, понимаю, — улыбнулась я, — будете отмечать.

Мэтр все же выполнил свою угрозу, и сегодня утром передал герцогский титул Алеку со всеми его привилегиями, правами и обязанностями. И, судя по всему, сегодня будет кутить в обществе короля и прочих влиятельных особ.

— Идем? — предложил маг.

— Да, конечно. Только сначала маску надену. Вы не поможете мне? На маскараде нужно оставаться неузнанной!

Мэтр на мои слова только выразительно поднял бровь, молча вопрошая, как я смогу остаться неузнанной в столь запоминающемся платье? А маску мне пришлось снять — к королеве, пряча лицо, никто не выходит. Как выглядит и в чем сегодня одета леди Василика тей Фрайхэш, видели все.

Я прислонила украшенную цветами и жемчугом полумаску к лицу и повернулась к магу спиной, чтобы он мог завязать ленты. Быстро справившись с простой задачей, мэтр Влас повел меня в танцевальный зал.

Бал перевалил за половину. Я, леди Альвэ и несколько ее подруг стояли на балконе, отдыхали после непростой кадрили.

Королевская чета открывала танцы немыслимо романтичным вальсом, а не строгим полонезом, как я рассчитывала. Затем мэтр пригласил меня на мазурку, а это последний танец перед обедом!

Два важнейших танца на балу и оба я танцевала с мэтром Власом!

Страшно подумать, что я завтра прочитаю в газетах.

Мы обедали вместе с королем и королевой и другими высочайшими лордами. Тут я и решила высказать все, что думаю о мстительных драконах. Мой пыл несколько охладил Алиар, заметив, что все хорошо закончилось, но ее величество королева Амэлтеа была солидарна со мной и дала добро на наказание.

Сразу после обеда я изловила подлого принца и, не смотря на разницу в росте, весе и боевой подготовке, оттаскала его за уши, а потом повела извиняться перед леди Альвэ. И Адалард извинился, сказав, что так больше не будет шутить. И даже поклялся кровью дракона, за что получил пинок в голень и в очередной раз болезненно отдернутое ухо. Неохотно, сквозь зубы, закрепил свои слова клятвой принца крови.

А что? Если слову дракону доверять нельзя и даже глупо, то на слово принца можно положиться без оглядки. Даже если принц — дракон.

В общем, Адалард был прощен леди и отпущен мной на все четыре стороны.

— Все равно что-нибудь еще гадостное придумает, — задумчиво протянула леди Альвэ, глядя во след улепетывающему во всю прыть принцу. Затем повернулась ко мне.

— В свою очередь, — начала я, — тоже хочу принести вам свои извинения. Я не знала, что шутка как-то коснется вашего здоровья. Мне искренне жаль.

Леди Альвэ недолго смотрела на меня, а затем сказала:

— Идемте.

Мы вошли в небольшую комнатку с уютными диванчиками. Сели на один из них и леди Альвэ сняла маску. Я непроизвольно охнула, разглядывая редкие воспаленные точки, покрывающие лицо, шею и обнаженную часть груди, которую прикрывала раньше плотная ткань вуали на маске. Но все же повреждения были не столь значительными, как я себе представляла.

— Уже почти все сошло, — сообщила мне леди Альвэ. — К счастью, доброта ее величества не обошла меня стороной. Но еще дня три я не смогу выйти из дома.

— Мне искренне жаль, — повторила я.

— Я верю вам. И прощаю вас, — кивнула она и надела маску. — Я погляжу, мэтр Влас оставил вас одну. Не желаете ли присоединиться к моей компании?

Отказывать было бы невежливо, поэтому я произнесла:

— С огромным удовольствием.

На протяжении последующих двух часов я смеялась, шутила, пила шампанское, танцевала — одним словом весело проводила время на королевском балу. Не пропускала ни одного танца и ноги мои уже гудели, поэтому отказав очередному кавалеру, сославшись на усталость и пообещав другой танец, удалилась на балкон, где очень внимательно наблюдала за Альвэ. Та показывала мне приемы обольщения, ибо, узнав, что у меня совсем нет опыта в этом деле, сочла необходимым меня обучить всему, что знает сама.

Подопытным был выбран лорд Рилан тей Тадд, «тайно» влюбленный красавицу Альвэ. А она действительно была красивой: высокая и стройная, с приятными глазу формами, даже излишне закрытое платье их подчеркивало, длинные густые белокурые волосы блестящей волной ниспадали по плечам и спине. А то, что лицо весь вечер закрыто маской, только больше подогревало мужской интерес (новость о том, что леди настигла внезапная болезнь не просочилась в общество).

Однако досмотреть интересное зрелище, как леди вьет веревки из несчастного лорда, мне не дали. Появился лорд Уорик тей Корби и пригласил на танец. Увы, отказывать два раза подряд не только невежливо, но и неприлично. Поэтому я с улыбкой приняла приглашение и отправилась в зал.

Но танцевать я так и не стала. По дороге нас перехватил распорядитель бала и сообщил, что меня желает видеть его высочество принц-консорт Алиар. Вот радость! В очередной раз извинилась перед лордом Уориком и пообещала другой танец, ибо игнорировать желание короля недопустимо.

Пришлось минуту подождать — распорядитель загорелся идеей найти пару для явно огорченного Уорика. Выбор пал на леди Эбигейл, не пользующуюся популярностью у лордов из-за необъятных форм. Отказывать распорядителю и выбранной им даме непринято, и лорд Уорик, натянуто улыбаясь, повел приободренную леди в зал.

Еще через минуту вошла в небольшую комнату. Даже не знаю, где находится это помещение. Мы, как мне показалось, от бального зала ушли довольно далеко, поднявшись на третий этаж и свернув куда-то вправо. Однако здесь одна стена полностью была из стекла и открывала прекрасный обзор на танцевальный зал, слышалась приглушенная музыка, гул голос.

— Я рад тебя видеть, Лика, — поприветствовал меня король. — Присаживайся, — он рукой указал на свободное кресло, — Вина?

Я кивнула, присаживаясь и оглядываясь вокруг. Да, тут определенно есть, на что посмотреть!

Первое, тело мэтра Власа было здесь. Насчет души и разума не уверена — маг плавал в просторах Хаоса. Мэтр полулежал в кресле, голова его была откинута, глаза широко раскрыты, рот приоткрыт и из него на белоснежную рубашку стекала слюна. Бывший герцог никак не отреагировал на мое появление.

Второе, королева была здесь. Но, к счастью, просто спала, свернувшись калачиком и крепко обнимая желтого плюшевого дракончика, укрытая сюртуком с плеча Алиара.

Третье, мэтр Утан тоже был здесь. И, кажется, он употреблял тоже, что и мэтр Влас.

Больше никого не было — кутили вчетвером. Странно, что Рихара не пришел. Обычно он держался рядом с королем, но сегодня изменил этому правилу, лихо отплясывая в зале.

Еще раз уже неодобрительно глянула на мэтра Власа. Понимаю, конечно, что праздник у него, но чтоб так…

— Не волнуйся, с ним все будет хорошо, — «утешил» меня Алиар. — Не стоит так хмуриться, Лика, человеку расслабиться надо было — он расслабился.

— И все же есть другие способы…

— Есть, но они не работают уже. Ну да ладно, я тебя сюда не грибные эксперименты Власа обсуждать зазвал, — король сел напротив меня в кресло и расслабленно откинулся на спинку. — Поговорить хотел без лишних ушей.

Мы оба посмотрели на сознательно-отсутствующих. Да, действительно, лишние ушей здесь нет — они просто не работают.

— За Адаларда ругать будете? — Выслушивать нотации не хотелось, но я сделала вид, что готова внимать.

— Нет, — был простой ответ. — На самом деле я рад, что ты так поступила. Я окончательно убедился в правильном выборе.

— О чем вы?

— Титул графини неспроста тебе достался, — улыбнулся Алиар. — На тебя возложены большие надежды. Королевству нужны такие люди, как ты. Отзывчивые, умные, добрые, справедливые, способные настоять на своем и добиться своего. Маги, с недурными способностями. Такие люди, как ты, двигают королевство вперед. Очень скоро господство Адрастериона на континенте снова станет неоспоримым!

А что касается Адаларда — ему полезна подобная встряска. Пусть знает, что не все его поступки останутся безнаказанными. В будущем будет более тщательно все продумывать. Еще вина?

— Да, спасибо, — вообще-то, я хотела отказаться, но почему-то согласилась.

Король подал мне бокал с рубиновой жидкостью. Я пригубила и стала рассматривать бальный зал. Алиар смешивал травки и порошки из коробочек, которых полно было на низком столике, стоявшего около наших кресел. Мы молчали. Наконец, властвующий дракон закончил мастерить самокрутку, поджег и с наслаждением затянулся, прикрыв глаза.

— Заметила, как Влас изменился? — внезапно спросил он, я даже вздрогнула от неожиданности. Посмотрела на Алиара и кивнула. — Это после его осенних экспериментов. Он тебе рассказывал о них что-нибудь?

— Собирался, но пока некогда было, — призналась я. — С нетерпением жду его рассказа.

— Жаль, — огорчился король, — я думал, что ты как-то сможешь повлиять на него.

— Повлиять?

— Влас постарел. И постарел не только внешне — состарились и его кожа, и внутренние органы, начались проблемы с сердцем. Характер тоже претерпел колоссальные изменения — стал настоящим занудой, нотации мне постоянно читает. Сам Влас утверждает, что выглядит на столько, на сколько ощущает себя, но я боюсь, что если он продолжит…

Алиар замолчал, давая мне возможность самой додумать, к чему могут привести столь страшные эксперименты. О таком думать не хотелось.

— Вы преувеличиваете… — начала я, но Алиар прервал меня.

— Это как-то связано с первой цивилизацией и поиском источников магического могущества. Опасные эксперименты. Запретные знания.

Ничего не сказала. Просто потому, что ничего не знала об этом. Ну, кроме того, что это точно связано с тем магическим знаком, который я нарисовала почти два года назад. Будь он неладен — с него же все и началось!

— Ну да ладно, пора завязывать с грустным! У меня к тебе будет небольшая просьба.

— Какая?

— Повлияй на Власа, пусть он, если даже и не прекратит свои эксперименты, то действует более осторожно. Я не хочу терять друга.

— Я очень постараюсь! — пообещала я. Друга мне тоже не хотелось терять.

— Как прошел вечер? Тебе понравился бал? — резко поменял тему разговора Алиар.

— Очень! Много гостей, танцев и… и… — Я не знала как выплеснуть эмоции.

— И вина, — улыбнулся король.

— Ой! — я скосила глаза на уже пустой бокал, который я прижимала к груди. Хотела поставить его на стол, но промахнулась — бокал упал на ковер и прокатился несколько метров, остановившись у ног мэтра Утана.

— Так, тебе больше не наливаем, — усмехнулся Алиар и поставил рядом со мной бокал с чистой водой. — Тебе понравился Уорик тей Корби?

— А кто это?

— Тот несчастный лорд, который дважды приглашал тебя и дважды ему обламывалось.

— Аааа, — наконец-то вспомнила я, — не знаю даже, он обычный, как все.

— Рад, что он не затронул твоего сердца, — сказал король и продолжил, увидев недоумение на моем лице, — Уорик весьма красив, умен, обходителен, умеет нравиться дамам. Но беден, к тому же у него три сестры-бесприданницы.

— К чему это вы?

— К тому, что тебе надо быть крайне осторожной в выборе своих симпатий. В первую очередь в тебе видят большой кошелек, титул, а уж затем красивую девушку.

— Очень мило! — огорчилась я, вспоминая комплименты, сыпавшиеся на меня со всех сторон. — Никому нельзя верить.

— Ну почему же? Мне верить можно, — в очередной раз затянулся Алиар.

— Вам в двойне нельзя доверять! — Припечатала я.

— Почему? — подавился дымом король.

— Вы женаты.

— Аргумент, — улыбнулся Алиар и протянул мне свою самокрутку, — хочешь?

Неуверенно уставилась на окурок, а рука сама собой, без моего контроля, аккуратно взяла самокрутку и поднесла к губам.

Первая же затяжка отозвалась болью в горле и голове. Вторую я не стала делать, вернув окурок хозяину. Мир резко выцвел, став черно-белым. Очень скоро он посветлел еще больше, медленно сменяясь ярким белым светом.

— Как ты здесь оказалась, дитя?

— Где — здесь? — вопросом на вопрос ответила я, разглядывая странное… существо.

Существо, было очень высоким, метра три, наверное, и крайне тонким. Определить, кто это — мужчина или женщина, — не получилось, хотя, судя по голосу, все же мужчина. Существо, очень сильно походило на эльфа (или эльфийку) и было самым красивым из них.

Я стояла посреди огромной залы, тонувшей в белом свете. В центре стоял высокий трон. Существо сползло с него и подошло ко мне.

— Меня называют Эу. И до твоего появления меня никто так не представлял, — он с любопытством оглядел себя.

— Оооо!!! — округлила глаза я. Я в эльфийском раю!

— Ты не права, — покачал головой он. — Я не место и не сущность. Я память, коллективное бессознательное, стремления и чаяния всех эльфов. И мне крайне любопытно, как ты, маленький дракон, здесь оказалась.

— Сама не знаю, — развела я руками. — Вы назвали меня драконом? А я между прочим на две трети эльфийка!

— Эльфийка и дракон, — улыбнулся Эу. — Странное сочетание, невозможное. Но все равно, твоей крови мало, чтобы ты оказалась здесь. Связи со мной у тебя практические нет. Как ты здесь оказалась, дитя?

— Не знаю, — повторила я, а потом зачем-то призналась, — мы курили с королем.

— А король случайно не дракон?

— Дракон, — с улыбкой подтвердила я, — зубастый, глазастый и когтистый.

— Ты умираешь, — вдруг испугался Эу. — Но тебе нельзя здесь оставаться, ты должна уйти!

— Какой вы не гостеприимный! — Обиделась я, но тему развивать не стала, заметив ярко-рыжий кошачий хвост. — Киса! У вас есть коша?

— Кошка? — удивился Эу. — Какая еще кошка? У меня нету никаких кошек!

— А это тогда что? — я указала пальцем на рыжую животину, нагло пялившуюся на нас своими невозможно зелеными глазами.

— Тебе мерещится, — нагло соврал Эу, — прошу тебя, уходи. Ты не можешь здесь остаться.

— Сначала кису поглажу, — нагло ответила я и бросилась ловить животное.

Но хитрая кошка умудрилась увернуться и только хвостом мазнула мне по носу, скрывшись в белом свете. Я пустилась в погоню.

— Она явно ведет меня куда-то, — спустя некоторое время догадалась я.

Неуловимая кошка появлялась то тут, то там, подпускала меня близко, но схватить себя не позволяла.

Ловля кошки проходила в чем-то белом. Белом свете, наверное, потому что кроме себя, рыжего тельца кошки и белого ничего более не было — ни пола, ни потолка, ни стен. Страшно мне не было, но было настойчивое желание изловить пушистую животину. Почему-то мне казалось это очень важным.

Рыжий хвост в очередной раз мелькнул прямо по курсу и я бросилась вперед. Кошка неспешно убегала, то и дело, оглядываясь на меня. Нет, она явно ведет меня куда-то!

Белое внезапно закончилось — я очутилась на песочной дорожке перед высоким ажурным забором, за которым располагался сад. Его рассмотреть я не успела, мои глаза от буйства красок наполнились слезами. Пришлось их закрыть и проморгаться.

Снова открыв глаза, я заметила, что это не просто забор — это огромная клетка! Внутри было полно животных — кошки всех мастей и пород, волки, медведи, птицы… Да целый зоопарк! Вот Эу шутник! Говорил, что нет у него кошек. Да тут не только они!

Одни лежали на солнышке, подставив свои шкуры ласковым лучам, другие прятались в тени густых зеленых деревьев. Третьи купались в огромном озере. Четвертые играли в догонялки…

— Это не животные, — Эу подкрался незаметно, и я вздрогнула, оборачиваясь к нему.

— Кто же тогда?

— Оборотни. Точнее их души, застрявшие здесь и потерявшие возможность переродиться и снова жить, — Эу повернулся лицом к клетке и стал внимательно наблюдать за игрой двух белых пушистых кошек.

Я задумалась: как души оборотней могли оказаться в центре эльфийского мироздания. Две абсолютно разные расы из двух несвязанных друг с другом миров, с разной магией. Как такое возможно?

Присмотрелась к животным и ужаснулась. На многих из них были одеты…

— Наручни Эу, — потрясенно выдохнула я. Точно была уверена, что это они. Магистр Михаэль показывал картинки.

— Да, они самые, — тихо подтвердил Эу. — Будь они прокляты! — Прошипел он и внезапно рассмеялся, — они ведь и так прокляты, наручни эти.

— Это те оборотни, на которых были одеты наручни?

— Дело уже не в наручнях — дело в проклятии. Оборотни прокляли сами себя, проклятие ударило и по мне.

— Что же это за проклятие, вы знаете?

— Вот видишь ту пантеру, — Эу указал на кошку с роскошной черной шкурой, — это Салар, Великая мать, правительница всех оборотней. Одна из первых, кто опробовал на себе действие наручней. Она-то и прокляла свой род. Уже будучи здесь, она произнесла: «Я проклинаю свою кровь, да пусть она никогда не возродиться в потомках, да пусть она раствориться в мироздании и даже памяти о ней не останется. Да пусть будет так отныне и до великой жертвы».

— Великой жертвы?

— Ритуальное самоубийство, — ответил Эу. — Опробовано сотни раз — не помогло.

— Значит, не правильно жертву приносили, — задумалась я, — требуется особый подход. Возможно, это связано как-то с религией самих оборотней. Слишком маленькая теоретическая база.

— Ты хочешь помочь?

Я посмотрела на Салар — та внимательно смотрела на нас, и почувствовала, что, да, хочу помочь.

— Хочу. Только пока не знаю как…

— Большинство ответов на свои вопросы ты найдешь в старинных эльфийских эпосах и песнях. Советую посетить библиотеку в столице эльфов, — сказав это, Эу подошел ко мне вплотную, обнял за плечи — и тепло прокатилось по моему телу. — Тебе нельзя здесь оставаться иначе тебя не смогут реанимировать, — чуть отодвинувшись, продолжил Эу. — если у тебя получится — я щедро вознагражу тебя.

— А если нет?

— Я буду благодарен за попытку. Лети уже — время на исходе. Но сначала небольшой аванс, — Эу с силой толкнул меня и я полетела.

Летела не долго — минуты три. Полет сопровождался черными и белыми кругами перед глазами. Но внезапно все закончилось — и я очутилась посреди душной маленькой комнатки, больше похожей на грязный чулан. В комнатке кто-то находился. Я пригляделась и опознала в чумазой крайне усталой девочке сестру.

— Эми?

— Лика?

— Эми, где ты? Что с тобой? — Вскричала я и бросилась обниматься, но, к моему большому огорчению, руки прошли сквозь ее тело.

— Лика, ты умерла? Я вижу твой дух… Не уже ли тебя настигли циркачи? Ты умерла?

— Нет, Эми, не волнуйся со мной все хорошо… почти все хорошо, — поправилась я. — Скажи, где ты? Почему мы не можем тебя так долго найти? Ты, кажется, больна? Ты выглядишь ужасно!

— Это игры, — пошептала Эми, облизывая пересохшие губы. — Подпольные битвы магов. Тут и детей участвовать заставляют.

— И ты участвуешь? — Ужаснулась я.

— Иначе не дают пить и есть. Иногда просто выпихивают на арену — а там нет другого выбора, как принять бой, — Эми встала с пола, держась за стену. — Лика, скажи, что ты не умерла.

— Со мной все хорошо, просто с королем немного покутили, — неохотно призналась я, а сестра удивленно округлила глаза. — Да, я добралась до наших. И со мной все хорошо. Скажи, где ты, и мы спасем тебя.

— Я точно не знаю. Я вошла в Западные ворота Академии, разговорилась со студентами, они меня чем-то опоили и… и я оказалась здесь. Игры проходят в одном из подземных полигонов… Ты бледнеешь!

— Наверное, меня начали реанимировать. Жди, я скоро буду! — Произнесла это и меня резко дернуло вверх, к небесам, и понесло в сторону дворца.

Эми не врала — я действительно отдалялась от МагАкадемиии и, припомнив карту, пришла к выводу, что Западные ворота ближе всего.

Магические бои запрещены! Их нельзя проводить ни ради решения личных споров, ни ради развлечения. Есть, правда, дуэли, но они регламентированы жесточайшими правилами, нарушение который приравнивается к преступлению. Проще обратиться в Суд, чем рисковать своей головой.

И как же руководство Академии и Совет магов допустили такое? Да еще с участием подростков?

«Вселение» души в тело было болезненным. Я-то рассчитывала, что как очнусь — сразу расскажу про Эми и игры. Однако, я была слабее новорожденного котенка, даже мяукать не могла.

Надо мной хлопотали сразу три специалиста: встрепанный мэтр Утан в расстегнутой рубашке, безукоризненно прекрасный лорд Насилмэ и сам Алиар, сосредоточенный как никогда.

— Как вы могли?! — Услышала я голос Найдин. — Как вы могли допустить подобное? Да вам даже за котенком нельзя присматривать! Не говоря уж о юной леди. Сначала пожар в вашей лаборатории…

Чуть скосила глаза в сторону и увидела Найдин. Она плакала, размазывая косметику по щекам. Тушь потекла, из-за чего она сильно напоминала енота в ярости. Видела я этих смешных животных. Правда тогда они были вполне добродушном настроении и мыли овощи в речке.

— Эти пошлые намеки на счет вас и Василики, что ходят в обществе, — продолжала выговаривать девушка, виновато склонившему голову мэтру Власу. — Вы совсем не думаете о ее репутации! А ее жизнь только начинается! Теперь вот это! По вашей вине Василика едва не погибла и…

— Довольно, — тихо и как-то мягко сказал мэтр Влас и Найдин замолчала, уткнувшись в носовой платок, продолжая безутешно рыдать.

Мэтр зажмурил глаза, постоял так с минуту, а затем повернул голову ко мне. Наши взгляды встретились.

— Эми… Эми… — невнятно простонала я, и вряд ли меня хоть кто-то понял.

— Тише, маленькая, — ласково пошептал Алиар, — еще не готово. Полежи немного тихо.

Но тихо лежать я не хотела — время уходило и Эми могла пострадать еще больше.

— Эми… Игры… Академия…

— Она явно хочет что-то нам сообщить, — догадался мэтр Утан и я с благодарностью посмотрела на него. — Потом, Лика. Сейчас нам надо привести тебя в порядок.

Ждать я не хотела и маги решили меня усыпить от греха подальше.

Мне снилось, что я плыву в маленькой лодке в огромном бушующем океане. Холодные волны вздымались надо мной, норовя поглотить. Одна из них, темно-серая, недобрая, страшная, обрушилась на мое суденышко, разбивая его пополам. Холодные негостеприимные воды не успели сомкнуться над моей головой — я проснулась.

Мир мерно покачивался, отчего становилось немного дурно. Но прислушавшись к себе поняла, что чувствую себя довольно сносно. Сильная слабость не в счет.

Открыла глаза и обнаружила, что меня несет на руках мэтр Влас. Рядом шла Найдин, следом мэтр Утан и Алиар. У всех мрачные бледные физиономии. И тишина стояла гробовая, даже звуков шагов не слышно.

Я пошевелилась в объятьях мэтра и тот встревожено глянул на меня.

— Ты проснулась? — удивился он.

— Мне надо сказать вам, — начала я, поражаясь своему слабому голосу. — Надо сказать вам…

— Это подождет, — твердо заявил мэтр Влас. — Завтра! Все завтра.

— Я нашла Эми, — не стала слушать мэтра. — Она в Академии и участвует в битвах магов! Надо срочно ее спасать!

— Это не возможно, — мягко сказал маг, продолжая идти. — Академия хорошо защищена. И никто — ни ректор, ни Совет магов — никогда бы не допустили, чтобы в стенах сего учебного заведения проводились столь опасные развлечения.

— Но я правда видела Эми и она сказала…

— Это ложные воспоминания, Лика, — вступил в разговор мэтр Утан. — Такое бывает после столь серьезных… происшествий. Скоро все нормализуется.

— Найдин, — обратилась я к девушке, — ну скажите им, что я права. Скажите…

Но девушка с испугом посмотрела на меня и ее глаза увлажнились, и она промолчала, отвернулась, смахивая слезы.

Тогда я попыталась вырваться, но меня держали крепко. И что уж говорить силы были явно не равны.

Скоро меня внесли в богато обставленную спальню и уложили на кровать. Я продолжала вырываться и говорить, что мне надо идти спасать Эми, что в Академии враги и что я права.

— Думаю, что еще одно заклинание ей не повредит, — обеспокоено сказал мэтр Утан, удерживая мои руки.

— Давай я, — предложил Алиар и присел рядом со мной. — Прости меня, Лика, — начал он, обводя контуры моего лица своими длинными пальцами. — Я все время думаю, что ты дракошка. Маленькая дракошка. Я бы никогда…

— Поверьте мне, — простонала я.

— Спи, малыш, — Алиар склонился и легко коснулся губам моего лба.

Я уснула.

И снова дурной сон. И какой!

Мне снилось, что моя голова застряла в стеклянной банке в десять раз превышающей мой рост. Сначала мне снилось, что я полностью заперта в этом гигантском сосуде, но, проявив недюжинную ловкость и гибкость, смогла выбраться из нее. Однако голову не могла вытащить — мешали уши.

Огляделась вокруг, как назло, нигде не было ни камешка, чтобы разбить осточертевший сосуд. Как же избавиться от него?

Это все заклинания Алиара. Чужое влияние на мой разум, которое не дает мне проснуться. А я вовсе не желаю лежать в постели, когда действовать надо!

Тут кстати вспомнились циркачи и тот четверокурсник, который воспользовался заклинанием паралича, чтобы не дать нам сбежать. Я тогда применила белый огонь — весьма полезная вещь, помогающая сжигать чужеродную магию, но требующая много сил. Даже не знаю получится ли сейчас вызвать его, да и возможно ли такое во сне, но если не попробую — не узнаю.

Постаралась максимально расслабиться и представить как по жилам за место крови течет огонь. Голодный. Жадный. Белый.

Банка лопнула, обдав меня миллионами осколков, которые посыпались на меня, раня лицо и руки. Я посмотрела на свои окровавленные ладони и проснулась.

Еще несколько минут понадобилось, чтобы понять, что я проснулась и что не истекаю кровью. Придя в себя, встала с постели. Но тут же повалилась на нее вновь. Ноги меня совсем не держали.

М-да, в таком состоянии я даже из комнаты не выйду, не говоря уж о спасении сестры. Однако решительно сделала вторую попытку встать и она оказалась более удачной. Придерживаясь за тумбочку, стоявшую около кровати, сделала несколько шагов, пошатнулась и едва не упала. Голова невыносимо кружилась. Сейчас мне нужно оторваться от тумбочки и без опоры дойти до двери, которая находилась не так уж далеко — всего каких-то десяти шагах. Задача легкая даже для ползающего младенца, но не для меня.

Хм, а может мне действительно поползти?

На колени я рухнула, больно ударившись и уронив графин с водой. Замерла, морщась от боли и опасаясь, что на грохот кто-нибудь прибежит и все мои усилия пойдут насмарку. Но никто не пришел. Обрадовавшись, я довольно бодро поползла в сторону двери.

Оказавшись в коридоре, растерялась. А куда ползти дальше? Одна не справлюсь — это я четко понимала. Мэтр Влас, Алиар и иже с ними мне не помощники — усыпят опять и няньку посадят, чтобы следила за мной. Странно, что они этого сазу не сделали. Понадеялись на магию.

Оставался Адалард. Он вполне мог согласиться на мою авантюру. Главное, чтобы остыл после моей экзекуции. Принюхалась, определяя, где находится комната наследного принца, и полная надежд поползла вперед.

У меня отличный нюх — он появился два года назад после того, как я спалила алхимическую лабораторию Алека и проснулась моя драконья кровь. До сих пол с ужасом вспоминаю первые дни его появления, от изобилия различных запахов я терялась в пространстве. Позже, когда я так неосмотрительно прошла первое Посвящение, нюх пропал, но не надолго. По мере восстановления здоровья он возвращался, но уже не был столь сильным. Вся мощь моего носа просыпалась в моменты сильного эмоционального возбуждения, будь то злость, раздражение, радость — что угодно. В эти мгновения я отчетливо «слышала» как пахнет человек и без ошибки могла определить говорит он правду или врет.

Включать и отключать чудо способности моего носа научил меня Ашеро. Вообще зимовка в его пещере в плане обучения «Как стать настоящим драконом» прошла более чем продуктивно. Бывало я целые вечера просиживала на его лапе, слушая поучительные истории. Жаль, что это довольно редко происходило. А потом мы вообще сбежали…

К двери ведущей в Адалардову комнату я приползла через пятнадцать минут. Поскреблась и стала ждать хозяина.

— Что за шутки! — дверь резко раскрылась и послышался крайне раздраженный голос принца. А затем крайне удивленное от него же, — Лика?

— Дело есть, — задрала я голову, чтобы посмотреть в лицо собеседнику и не смогла сдержать смешка. Какая смешная пижама у его высочества! Голубая с игривыми котятами.

— Иди спать, доходяга, — закатил он глаза. — Как ты вообще проснулась? В тебя столько магии вбухали.

— Дело есть, — повторила я, вползая в комнату между его ног.

— Эй, — возмутился он. — Тебе в постельку надо, зомби недоделанное. Какое еще дело?

— Важное и срочное — спасение человеческой жизни. И может быть даже не одной. — О чем ты? Тебе приснился кошмар? — принц был так любезен, что поднял меня и усадил в кресло и сам сел напротив. — Да нет же! В Академии приводятся запрещенные игры магов. И моя сестра в них участвует. Она хотела поступить и…

— Стоп-стоп, — прервал меня Адалард, — ты говоришь полный бред. Игры в Академии — надо же такое вообразить! Давай я отнесу тебя назад в комнату и уложу спать. Могу даже сказку почитать.

— Адалард, пожалуйста, поверь мне, — застонала я и по моему лицу потекли слезу. — Мне больше не к кому обратиться. Ну, пожалуйста…

— Хорошо, — сдался он, — только не плачь. Я верю тебе.

— Правда? — недоверчиво посмотрела на него, шмыгая носом, и готовая, в случае чего, усилить моральное давление. — Тогда ты пойдешь со мной? Прямо сейчас?

Адалард закатил глаза и сокрушенно кивнул.

— Подожди, мне одеться надо.

Принц утопал в соседнюю комнату. Я же подумала, что как же была права Альвэ, говоря, что все мужчины, не зависимо от возраста, ненавидят женские слезы и истерики и готовы на все лишь это мучение прекратилось.

— У нас не более пятнадцати минут, — Адалард за полминуты успел сменить пижаму на черные кожаные штаны и белую рубашку с коротким рукавом, которую застегнул только на три нижних пуговицы — в вырезе виднелась уже весьма накачанная грудь. Образ довершали черные летние туфли с длинным носом. — Ты встать можешь?

— Нет, — честно призналась я. — Я даже ползти уже не смогу.

Адалард закатил глаза и легко поднял меня на руки.

— Так вот, у нас не более четверти часа, — повторил принц, быстро неся меня по коридорам замка, — потом меня найдет Рихар.

— Нам главное в Академию попасть, а там уж пусть взрослые разбираются, — буркнула я. — А почему тебя Рихар искать будет?

— Он мой наставник, — просто ответил Адалард, — и отвечает за мою безопасность. У нас с ним что-то вроде игры, — улыбнулся принц, — я ищу различные способы сбежать из замка. Рихар — ищет меня после побега. Удачным считается, если он ищет меня более десяти минут.

— Всего десять минут? — поразилась я.

— А попробуй сбежать от взрослого дракона! — Возмутился принц.

Х-ммм, я же сбежала. Не без помощи, конечно, но все же.

— У меня есть задумка, — продолжил говорить принц и хитро глянул на меня, — однако рискуем очень. Заклинание не проверено. Есть шанс, что нас сразу же схватят как только мы выйдем за пределы замка.

— А от сюда телепортироваться нельзя?

— Мне — нельзя, — просто ответил принц и сокрушенно вздохнул.

— Куда это вы направляетесь? — неожиданно для нас обоих вопросил строгий женский голос. Я не сразу узнала Альвэ.

Адалард в очередной раз закатил глаза и грубо ответил:

— Не твоего ума дело.

— Не груби! — Припечатала девушка. — Мне всего лишь нужно подать сигнал и через секунду вас схватят. Отвечайте, куда собрались?

— В Академию! Нам надо срочно в Академию! — встряла я, радуясь тому, что можно еще одного человека привлечь к спасению сестры. — Там проводятся игры магов. И надо спасать Эми.

— Что за чушь! — Поразилась Альвэ, перебивая мой поток слов. — Что ты курила сегодня? Я вызываю охрану, — девушка подняла руку, готовая выпустить заклинание, но остановилась, прикусив губу и наморщив лоб. Потом неожиданно улыбнулась, глаза ее приобрели лукавый блеск. — В Академию, говорите, собрались? Я с вами!

— О нет, — простонал Адалард, закатывая глаза.

— Ура, — воскликнула я. — Нам надо к западным воротам. В подземные полигоны. Знаешь, где это?

— Знаю, — кивнула девушка, — выйдем в сад — здесь телепорт не открыть.

Альвэ открыла телепорт прямо к западным воротам, затем мы просто перелетели через высокие ворота и направились к входу в подземные полигоны. Девушка, посмеиваясь над удивленными мной и принцем, пояснила, что защита Академии построена так, что войти может каждый, а вот выйти только с разрешения ректора или декана при предъявлении соответствующего документа.

А кому документы предъявлять? Охраны-то нету!

Это обстоятельство немного озадачило бывшую студентку МагАкадемии, но никто из нас не стал на нем заострять свое внимание — мы спускались в академические подземелья.

Адалард сразу учуял неладное, жадно вдыхая холодный воздух подземелий. Я тоже попыталась снова «включить» свой нос, но ничего не вышло — после телепортации я почувствовала, что силы совсем покинули меня. Голова разрывалась на части и перед глазами прыгали искры. Альвэ обеспокоенно глядела на меня, что-то бормоча про то, что меня нельзя было телепортировать.

Если бы не чудесный драконий нюх, мы бы ничего не нашли. Блуждали бы среди огромных темных и безлюдных подземных залов, а потом бы нас нашел Рихар и вернул бы всех во дворец.

А так через пять минут мы наткнулись на пару охранников Академии, играющих в карты. Адалард не стал спрашивать, что находится за массивными дверями, просто усыпил их и обездвижил. Альвэ пыталась взломать защитные плетения.

— Быстрее можешь? — нетерпеливо спросил принц. — Рихар вот-вот прибудет, а я хочу посмотреть, что там.

— Мне тоже очень любопытно, что там, — послышался голос мэтра Власа за нашими спинами.

Адалард сначала потрясенно замер, потом медленно повернулся и мы увидели мэтра Власа в мантии мага, злого Алиара одетого только в кожаные штаны, он даже без обуви был, растрепанного наспех одетого мэтра Утана, кутающегося в шелковый халат лорда Насилмэ, сонного Рихара и еще полдюжины незнакомых мне магов.

— Посторонитесь, — приказал мэтр Влас и поджал губы, мельком глянув на меня. Подойдя к двери, задумчиво протянул, — охранные чары не нарушены. — Опять глянул на нас и, что-то произнеся, толкнул тяжелые створки. Они нехотя приоткрылись…

Мне хватило мгновения, чтобы увидеть три ряда практически пустых трибун (время к рассвету и все самые интересные и зрелищные бои уже прошли и на трибунах остались самые стойкие), желтый песок арены и две голые тощие фигурки подростков, едва держащихся на ногах. Зрители откровенно смеялись над бойцами, кидая в них объедки и камни. Что-то прилетело в голову одному из бойцов и тот упал на песок без движения.

— Эми! — закричала я. — Эми! Эми! Эми…

— Лорд Насилмэ, — громко сказал мэтр Влас и шагнул внутрь полигона за ним потянулись и остальные маги. Даже Адалард и Альвэ ушли, оставив меня. В коридоре остался только эльфийский посол.

— Эми. Эми. Эми…

— Что же ты творишь, маленькая? — сокрушенно покачал головой эльф. — И мы хороши! Даже не удосужились проверить твои слова. Да найдем мы ее, найдем! Успокойся…

Мне накрыли поздний завтрак на крохотном балкончике. Вид был великолепным — огромное озеро, где весело плескались уточки, блестело в солнечных лучах, густая зеленая листва приветливо шелестела, цветы в красочных клумбах благоухали и их аромат я ощущала даже сидя на высоте четвертого этажа. Я радостно улыбнулась, поблагодарила слугу, и пришла к выводу, что столь необычное место завтрака только усиливает аппетит.

— Привет, — в дверях показался мэтр Влас, — позволишь к себе присоединиться?

— Добрый день, — улыбнулась я. — Конечно!

Мэтр уселся напротив меня и печально протянул:

— Что дракону хорошо, то человеку — смерть.

— О чем это вы? — мельком глянула на мага и попыталась дрожащей рукой снять металлическую крышку с блюда, которое поставил передо мной минуту назад слуга. Не получилось — сил во мне до сих пор было как у младенца.

— Можете идти, — отпустили прислугу маг, — я сам позабочусь о леди. — И когда слуга покинул нас, продолжил, — я о той траве, которую так неосмотрительно тебе предложил Алиар. Драконы курят ее или, что чаще, жуют, когда хотят сконцентрироваться на решении конкретной задачи. Она им как-то помогает в это деле. Для прочих — чистейший яд. И как же тебя угораздило?

— А вас? — намекнула я на недостойное поведение мага и его коллеги, мэтра Утана.

— Я первый спросил, — по-детски ушел от ответа мэтр Влас.

— Да случайно вышло. Я даже сама не сообразила, что происходит.

— Вот и я также. Даже не помню как эти злосчастные грибы оказались на столе. Сидели, пили вино, разговаривали… А потом Алиар в панике будит меня и сообщает, что ты умираешь. Ты простишь меня?

— За что? — не поняла я.

— За то, что видела меня в столь недопустимом для мага и лорда виде. И за то, что не поверил тебе, когда ты говорила про Эми и Академию.

— Прощаю. Я тоже хороша. Но все равно рада, что так вышло. Мы могли и вовсе не найти Эми… А как там расследование?

— Кушай, — улыбнулся маг и наконец-то снял крышку с блюда, на котором лежала…

— Овсянка? — разочарованно выдохнула я.

— У тебя сейчас такое лицо… И удивленное, и огорченное, и обиженное. Что ты рассчитывала увидеть? Огромный кусок мяса, истекающий жиром?

— Было бы неплохо, — буркнула я.

— Кушай, — посоветовал маг. — Овсяная каша самая полезная каша во всех мирах.

Я недоверчиво зачерпнула ложкой кашу, поднесла ко рту, понюхала и слизнула. Желудок радостно заурчал, требуя добавки. Я съела еще ложку.

— Умничка, — похвалил маг. — Расследование практически закончилось — отдел дознания пашет третьи сутки без перерыва. Арест лорда Гевина тей Конте вызвал настоящий резонанс в обществе. Самый лучший и самый любимый студентами преподаватель и замешан в организации битв магов с участием детей. Кажется, что такое не возможно. Я и сам бы не поверил, если бы не присутствовал на дознании… Я вынужден возглавить Академию.

— Почему?

— Лорд Герард Нерри потерял доверие Совета магов и отстранен от управления Академией. Совет даже хотел лишить его звания магистра, но, к счастью, не стал этого делать.

— Но ведь ректор не знал…

— Это не имеет значение, Василика. Ректор за безопасность студентов отвечает головой. А тут с попустительства Герарда пострадало три студента, пять абитуриентов этого сезона и двенадцать прошлогоднего и тьма знает сколько магов со стороны — точное число жертв еще устанавливается. Но цифра уже перевалила за сотню.

— Так много? — поразилась я.

— На подобных «играх» бойцы живут максимум четыре недели. Эми невероятно повезло — ее «хозяева» берегли ее, потому что знали, что вряд ли найдут другую жертву. Ладно, — нахмурился мэтр, — пора заканчивать с грустным. Эми найдена, игры больше не будут проводиться — и это хорошо. Я тебе подарок принес.

— Где? — я стала оглядываться вокруг.

— Он в комнате, — улыбнулся маг. — Здесь бы он просто не поместился бы. Доешь сначала, — остановил меня мэтр. — Никуда твой подарок не убежит.

Подарок и вправду находился в комнате. Огромная картонная коробка, перевязанная лентами и с красивым бантом, стояла на низком столике возле камина. Эми проснулась и с интересом оглядывала коробку.

— Что это? — Спросила она, когда мы с мэтром вошли в комнату.

— Мэтр Влас мне подарочек принес, — не дав и рта раскрыть магу, заявила я.

— А мне подарочек? — надула губки Эми.

— Действительно, где же подарочек для Эми? — и строго так глянула на мага.

— Но как же… — начал он, но я перебила.

— Вы же сами сказали, что принесли МНЕ подарок. А для сестры, получается, не принесли?

Маг закатил глаза к потолку, развел руками и сокрушенно глядя на Эми сказал:

— Извини, Эми. Как-нибудь в другой раз.

— Хорошо, — кивнула та. — Давайте же смотреть, что в коробке.

А в коробке находилась деревянная шкатулка с вращающимся диском сверху, ручкой с боку и огромной медной трубой. Мэтр сказал, что это «Механический оркестр» — экспериментальная гномская разработка.

— И как эта штуковина работает? — спросила я рассматривая загадочный аппарат.

— Это, — маг достал из коробки плоский круглый диск, — пластинка. На ней записана музыка. Кладем ее сверху, ставим иглу на пластинку, заводим механизм. И наслаждаемся музыкой.

Насладиться музыкой не получилось — она просто оглушила нас. Да и гномские марши вряд ли можно назвать приятными. Специфичная музыка у гномов — дробный бой барабана и ритмичное «Ух» и «Гррф».

Эми догадалась запихать пару мелких подушечек в трубу и звук стал приемлемой громкости. Мы могли говорить не надрывая горло.

— Это не оркестр! Это громофон какой-то! — возмущенно заявила я. — Бедные мои ушкииии…

— Отличное название, Василика! — Воскликнул мэтр. — Я обязательно передам гномам. И с подушками Эми хорошо придумала. А так штуковина весьма неплоха — передавать звук без магии, только с помощью чистой механики еще никто не пробовал.

— Так она совсем без магии? — удивилась я.

— Совсем, — подтвердил маг. — Они даже пластинки без магии производят. Я попрошу чтобы вам записали музыку для танцев. Ну, нравится подарок?

— Нравится! — подтвердила я, хищно глядя на экспериментальную гномскую разработку.

— Я только прошу тебя не разбирать аппарат и не смотреть как он работает — таких штук пока всего пять в мире. Подожди до второго курса — вы будите проходить передачу звуков, а также запись и хранение как магическими, так и не магическими способами.

— Хорошо, — пришлось согласиться.

— Чем вы планируете заняться в оставшийся месяц? — перешел на другую тему маг.

— Лечиться, набираться сил, отдыхать, — перечислила Эми. — А вообще, я бы не отказалась съездить на море.

— Это легко устроить, — улыбнулся маг. — На эльфийском побережье неприятности вас не найдут.

— Ну-ну, — припомнила я позапрошлый новый год. Эми захихикала, поняв про что я думаю.

— Эм… — засомневался мэтр Влас в своих словах. — И все же там вам будет лучше.

Через неделю я, Эми, Мари, Альвэ и Найдин лежали на белых эльфийских песках. Лорд Ваэн встретил нас очень радушно, пообещав самое лучшее лечение и самый веселый отдых, благо к этому все располагало.

Мне и Эми активно веселиться пока не позволяло здоровье. А прочие леди сочли катание на бананах и водных горках ниже своего достоинства. Поэтому большую часть времени мы лежали на песке, пили сок и разговаривали.

Сейчас обсуждали новости из школы леди Ильды тей Мертен. Нам было очень интересно узнать, как поживают оставшиеся там девчонки, и, хоть мы и знали, что никто не пострадал и бандитов, напавших на школу, повязали очень быстро, хотелось побывать там и воочию убедиться, что все хорошо.

Алек, в последнее время ходивший темнее тучи, нашел для нас время и телепортом переправил в школу, попутно жалуясь, что заседание кабинета министров Герцогства — скукотень смертная. Нас встретила мисс Альрая и посыпались новости одна интереснее другой.

Во-первых, при нападении действительно никто не пострадал. Сама мисс Альрая, а также Лиранни отделались испугом, а Мартина, не вовремя вышедшая из комнаты, шишкой на голове, которую получила при падении, когда в нее прилетел заряд шокера. Прочие благоразумно оставались в своих комнатах и не высовывались, пока в школу не прибыл наряд полицейских во главе с обеспокоенным Алеком и не скрутили оставшихся в школе бандитов.

И если первая новость нас только обрадовала, то вторая — шокировала.

Оказывается леди Ильда тей Мертен вовсе не является урожденной леди тей Мертен, да и леди вообще. Ильда Кросс — вот настоящее имя уже бывшей директрисы школы для юных леди. Дочь рыбака и крестьянки, бывшая продажная женщина и содержательница борделя. И хоть веселые дома у нас не запрещены, особенно если хозяин тщательно смотрит за здоровьем своих работников и регулярно платит все налоги, госпожу Ильду отправили на каторгу. У властей вызвал большой вопрос способ найма на работу новых девушек, который использовала «леди» Ильда. Она приходила на вокзал и высматривала одиноких путешественниц, предлагала им временный кров и помощь с обустройством новой жизни в городе. Доверчивых девушек привозили в бордель, где их опаивали… А потом им просто ничего не оставалось как смириться со своей незавидной участью, ибо сбежать оттуда было не возможно, а на самоубийство не каждая могла решиться.

После семилетней каторги, госпожа Ильда хотела было снова вернуться к старому и даже навела справки о своих бывших подельниках, но на свое счастье встретила отца Афинагена. Жрец Единого уговорил ее бросить все и уехать на юг, чтобы начать новую жизнь.

Здесь-то они и встретили настоящую леди Ильду тей Мертен. Непонятно как, но Ильда Кросс смогла втереться в доверие к весьма подозрительной, ничего не принимающей на веру леди Ильде, которая не только завещала ей недавно открытую школу, но и удочерила бывшую каторжанку, сделав ее своей полной тезкой.

И все бы ничего, но бывшая госпожа Кросс, а ныне леди Ильда тей Мертен, после смерти своей «матери» сознательно не поставила власти в известность, что умерла именно она, старая леди Ильда. В свидетельстве о смерти было указано имя леди Ильды тей Мертен, урожденной Кросс. Что по сути является подлогом и обманом, совершенным сознательно, ибо каждому понятно, что воспитание девочек бывшей каторжнице и проститутке никто не доверит. А терять спокойную и сытную жизнь ни ей, ни отцу Афинагену не хотелось.

Правда вскрылась благодаря магистру Михаэлю, который, заподозрив в леди Ильде неладное, начал свое расследование. Сейчас школой управляет мисс Альрая, которая, кстати, тоже далека от чистоты и невинности ангелов. У незамужней и никогда не вступавшей в брак мисс Альраи аж три взрослые дочери! Две уже счастливо замужем и порадовали новую директрису внуками. Третья дочь только в прошлом году вошла в брачный возраст и сейчас блистает на сельских балах и все сводится к тому, что и она скоро выйдет замуж.

Однако не смотря на столь компрометирующие обстоятельства, Рихар утвердил кандидатуру мисс Альраи на пост директора школы для юных леди, которая отныне носит название «Райские птички».

— А где же сейчас отец Афинаген? — спросила я у притихшей мисс Альраи.

— Они снимают один из домиков для прислуги… Что вы задумали? — забеспокоилась директриса, наблюдая как я встаю.

— У меня есть деловое предложение для отца Афинагена. Не беспокойтесь, все будет хорошо.

— Как еще предложение? — удивилась Эми.

— Доктор Олдман лишился лицензии на свои аптеки и их пришлось закрыть, а Эссентеру они необходимы. А также необходим опытный, но недорогой врач. Очень надеюсь, отец Афинаген примет мое предложение.

К слову жрец Единого даже думать не стал — сразу же согласился. И перед самым отъездом на эльфийский курорт я с огромным удовольствием подписала для него лицензию на право изготавливать и продавать лекарственные средства и лицензию на осуществление врачебной деятельности.

А еще мне вернули мою ромашку, которая, к слову, чувствовала себя прекрасно. Эми же вернули ее Зверя — летучего мыша Черныша. Скелетон кабанчика, оживленного ею, когда мы блуждали в Долгом лесу, остался у Марьяны. Уж очень он ей понравился в качестве охранника и истребителя мышей и ворон.

— Ты мог бы и поторопиться, — упрекнула Мари мужа в медлительности, одновременно целуя его в щеку и отнимая огромный сверток.

Мари начала рассказывать нам о своей свадьбе, которая, по слухам, по пышности и торжественности обогнала даже свадьбу Амэлтеа и Алиара, которая состоялась больше двадцати лет назад. Однако застопорилась практически сразу же — не смогла описать свое собственное платье, слов не хватало. Как и у Найдин, которая была подружкой невесты, и Альвэ, присутствовавшей на свадьбе в качестве гостьи. Поэтому все пришли к единому мнению, что необходимо воочию взглянуть на это чудо портновского искусства и, порядком уставший и соскучившийся по жене, Алек, так вовремя появившийся и не успевший даже «здрасте» сказать, был отправлен за платьем.

— Я спешил, как мог, — повинился муж. — Дорогая, ты прекрасно выглядишь!

— Ты очень мил, дорогой, — ответила Мари, и они уставились друг на друга, глупо улыбаясь.

— Может быть, ты уже примеришь платье, Мари, — взмолилась Эми, напрочь убивая столь романтичный момент, — а то я умру от любопытства!

— Ах, да! — Спохватилась она, — Найдин, ты не поможешь мне?

— С удовольствием, — улыбнулась девушка и они удалились в соседнюю комнату.

— Ху, — Алек приземлился в одно из кресел. — Ну, рассказывайте, как вы поживаете.

— Мы-то хорошо, — ответила я, отрываясь от полива своих ромашек (мы с лордом Ваэном разделили корневище и теперь у меня подрастало еще три волшебных цветка). — А вот ты, судя по всему, не очень. Чем ты занимался, что так устал?

— Да ловил того фанатика, который хотел вас сжечь. Хоть и старик — а бегает шустро. Едва догнал!

— Не уже ли ты сам лично его ловил? — поразилась Эми и смешно наморщила носик, явно воображая как герцог гоняется за преступниками.

— Ну нужно же мне хоть как-то развлекаться! А то как стал герцогом — света белого не вижу. И как отец со всем справлялся?

Это был риторический вопрос и ответа не требовал, но он все же прозвучал:

— Дело практики, сын. Через пару лет привыкнешь и нехватка времени не будет так остро ощущаться.

— Мэтр Влас! — радостно воскликнула я.

— Добрый вечер, дамы, Алек, — Поздоровались мэтр и лорд Ваэн, вошедший к нам вместе с магом.

— Добрый вечер, мэтр Влас, лорд Ваэн, — послышался в ответ нестройный хор наших голосов.

— Надеюсь, не ты сек тех парней, что пытались изнасиловать Эми, — продолжил тему мэтр, усаживаясь в кресло рядом с сыном.

— Нет, конечно, — поморщился Алек, — этим занялись палачи. Как и отловом неупокоенных духов займутся некроманты. Хорошо, что зомби не поднялись.

— Вы наказали господина Кошика? Почему неупокоенные? Можно посмотреть? — На одном дыхании выпалила Эми.

— Всякое преступление должно быть раскрыто, а преступник найден и справедливо наказан, — начал отвечать Алек и его голос приобрел неприятный назидательный тон. — Почему неупокоенные — сама знаешь. Или ты не будущая некромантка? А посмотреть нельзя — тебе лечиться и восстанавливаться надо.

— Ну хоть пол глазиком, — состроила жалобную мордашку сестра.

— Нет, Эми, — строго сказал мэтр Влас. — Твое здоровье сейчас важнее праздного любопытства. Если ты не поправишься — тебя не допустят к занятиям.

— Кстати, как дела в Академии? — наступил на больную мозоль Алек.

— Неплохо, — пожал плечами мэтр. — Сегодня нанял нового учителя танцев, который привез сюда новое направление — танго называется. Мастер Бенисиу клялся, что через пару сезонов его будут танцевать все.

— А вы видели этот танец? — Спросила молчавшая до сих пор Альвэ.

— Нет, зачем? Не думаю, что это что-то недопустимое. Раз его танцует высший свет Антенеро, почему бы и нам его не танцевать?

Антенеро — самый южный и самый жаркий континент, где совсем не бывает зимы, а апельсины и другие экзотические фрукты растут круглый год. Интересно, каким это ветром к нам занесло мастера танцев со столь далекого континента?

— А у мастера Бенисиу есть школа в городе? Я бы тоже хотела изучить этот танец! — Не унималась Альвэ, любившая танцевать и никогда не отказывавшаяся от этого развлечения.

— Откроется в октябре. Я тебе дам потом контакты. Лорд Ваэн, вам не надоело?

Упомянутый лорд отшатнулся от меня и сделал самое несчастно лицо.

— Вы не понимаете! Эти ромашки — настоящее открытие в магии. Их надо изучать. А леди Василика жадничает. Я предлагаю полторы тысячи золотых за вот этот маленький росток.

Я сглотнула — сумма огромная. Просто целое состояние! Однако, что-то большое и зеленое не позволяло мне продать саженец чудесной ромашки.

— Вы разделили корневища? Любопытно! — и у мэтра Власа появился настоящий драконий блеск в глазах.

Ну вот, еще один на мою голову!

— Еще не известно, будут ли эти ромашки волшебными! — Начала защищать я свое имущество. — Земля-то обыкновенная и подпитываю я их своей магией, а она не драконья.

— Ну, как сказать, — с сомнением протянул эльф и схватился за свою голову, — совсем забыл! Результаты анализов готовы. Вот, разбирайте, — и он вытащил из воздуха папку.

Однако изучить наблюдения врачей мы не успели — к нам вышли Мари и Найдин.

Мужчины разом поднялись и потрясенно замерли. И было отчего.

Мари была прекрасна. Даже без макияжа, украшений и с наспех сооруженной прической.

Мари выбрала для своей свадьбы классический цвет платья — красный. Хотя его трудно просто назвать красным. Платье было цвета живой ярко-алой крови. Корсет туго обтянул стройный стан, делая и без того тонкую талию Мари еще тоньше, а грудь приподнимал, делая ее зрительно больше. Вырез лифа был до чрезвычайности низким и практически обнажал аппетитные полукружья до самых сосков. Хорошо, что искусное кружево с вкраплениями бриллиантов несколько оттягивало внимание на себя. По крайней мере женские взгляды точно. За мужские не ручаюсь. Обнаженные шею и плечи должно украшать массивное колье из черных гранатов, которого сейчас не было, но это нисколько не портило красоту невесты. Пышная юбка из тончайшего шелка тоже украшена вышивкой из малюсеньких бриллиантов, которые призывно блестели в свете вечернего солнца, заканчивалась длинным шлейфом, который Найдин разложила на полу, давая нам возможность насладиться искусным рисунком. Довершали образ перчатки в тон к платью и невесомая фата, сейчас закрывавшее несколько смущенное лицо Мари.

— Драконы меня задери! — Потрясенно воскликнул мэтр Влас. — Как же я завидую собственному сыну!

И, распахнув объятья, двинулся к тут же вспыхнувшей от смущения девушке. Но Алек его опередил, успев встать между ними.

— Дорогая, ты прекрасна, — промямлил он, поднимая фату. — Я люблю тебя. А ты, отец, иди вон Лику обнимай. Здесь третий — лишний! — говоря это Алек даже не пытался скрыть нотки ревности.

Мэтр закатил глаза и направился ко мне, что бы стиснуть меня в крепких объятиях. Меня даже чмокнули в щечку, отчего я покраснела не хуже Мари.

— Ну, ладно, хватит, — возмутилась я произволу мага. — А чего это вы так удивились, как будто Мари в первый раз увидели?

— Почему как будто? В первый и увидел, — маг нехотя разжал объятья.

— Как в первый? — Хором вопросили я и Эми.

— Разве вы не были на свадьбе сына? — закончила вопрос сестра.

— Мэтр Влас действительно не присутствовал на свадьбе, — вместо мага ответила Мари.

— То есть как это не присутствовал? — Гневно вопросила я и уставилась на мэтра, уперев руки в боки, потребовала у него отчета. — А ну рассказывайте, где это вы пропадали и чем таким важным занимались, что пропустили свадьбу собственного сына?!

Мэтр в ответ спокойно уселся в кресло и посмотрел на меня, прищурив левый глаз. И ничего не ответил. Зато сказал Алек.

— Да брось, Лика, я уже достаточно большой мальчик, что бы жениться без родительского контроля.

Я обижено уселась в кресло и принялась рыться в папке с результатами анализов, позабытой всеми, выискивая свои. Прочие тоже потянулись и наступила минутная тишина, которую нарушил Алек, изучающий бумагу с результатами обследования своей жены:

— Что означают две полоски?

Этот казалось бы простой вопрос вызвал разную реакцию у окружающих. Мари ужасно покраснела, еще сильнее чем после недвусмысленного комплимента мэтра Власа. Сам мэтр поперхнулся чаем, который так неосмотрительно решил попить в столь неподходящий момент и закашлялся. Найдин смущено опустила глаза, сдерживая улыбку. Альвэ, наоборот, не стала скрывать своих эмоций и чувств, громко расхохотавшись. Я и Эми переглянулись — мы пока не догадывались о значении этих самых двух полосок. Лорд Ваэн улыбнулся, подошел к Алеку и пояснил:

— Прекрасная леди Мари в положении. Примерно три с половиной недели. Странно, что вы не заметили сами. Хотя под таким слоем всевозможных защит не удивительно. Даже я точно не смог определить по ауре — пришлось анализ крови делать.

— Ура, — закричали мы и бросились обнимать будущих родителей.

Но Алек не обратил на нас никакого внимания. Он стоял, как будто его ударили пыльным мешком по голове, раскрыв рот и выпучив глаза.

— Я смотрю вы как будто и не рады, что станете дедушкой, — я подсела к мэтру Власу, после того как суматоха с поздравлениями утихла, а сам Алек потащил жену переодеваться, ибо тесный корсет — совсем не та одежда, которую позволительно носить беременным женщинам.

— С чего ты решила, — удивился маг.

— У вас такое печально-философское лицо. Невольно подумаешь…

— Нет, ну что же ты… Я рад, очень рад, — улыбнулся мэтр, — просто неожиданно все это. Я вдруг полностью осознал, что сын действительно взрослый самостоятельный мужчина. А я… я стар, Василика. Это не может не огорчать.

— Вы вовсе не старый! Ну разве что чуть-чуть, — поправилась я, заметив ироничный взгляд мага. — Вспомните, сколько вам лет. Да вы еще столько же проживете!

— Мне много, непозволительно много для человека. И еще столько же я не проживу — раньше скончаюсь от скуки.

— Сколько же вам лет? — Поразилась я. Маг не ответил, поэтому я, не подумав, брякнула, — ладно, можете не говорить, я в учебнике по истории посмотрю.

Мэтр Влас обиженно поджал губы. А я разве виновата, что его имя внесено в анналы истории?

Что б хоть как-то разрядить обстановку схватила со стола результаты своего обследования и продолжила их изучать. Через несколько минут пораженно подняла глаза на мэтра и спросила:

— То есть, как на мне семь следилок?

— Вполне возможно, — пожал он плечами. — Я, Алира наверняка тоже поставил. Утан мне сам сказал. Алек тоже следит за вами. — Замолчал присмотревшись ко мне, улыбнулся, — лорд Насилмэ тоже. Даже Адалард. Не ожидал от них. И Рихар, разумеется. Ах да, лорд Ваэн восьмую поставил.

Я онемела от удивления и возмущения. Ну… маги, держитесь у меня!

— Ты сопишь, как рассерженный ежик, — похихикал надо мной мэтр, а потом серьезно продолжил. — Это ради твоего блага, Василика. Ты вечно попадаешь в неприятности. Так хоть есть шанс поспеть на помощь вовремя. И не думай сжечь их белым огнем — я защиту поставил, а прочие маги умудрились запихать свои заклинания под нее. Только зря энергию потратишь.

— Тут написано, что я теперь на восемьдесят процентов эльфийка. Как такое возможно? — Я решила пропустить мимо ушей замечание мэтра.

— Дай посмотрю, — маг отнял у меня листок, вгляделся в него. А затем внимательно посмотрел эльфа и требовательно позвал, — лорд Ваэн!

— Я сам удивлен, — как бы оправдываясь, прокомментировал результаты обследования эльф. — Но ошибка исключена. Я трижды все перепроверил.

— Вы утверждаете, что Василика почти чистокровный эльф и скоро превратится в дракона и при этом умудряется оставаться человеком? — мэтр Влас задал самый абсурдный вопрос в мире.

Маги посмотрели на меня, как на нечто невиданно и неизученное. Я смущенно шмыгнула носом.

— Согласен, такое невозможно, — кивнул головой лорд Ваэн. — Но раз леди Василика живет, значит возможно. Проще говоря, поживем — увидим, что с ней станет дальше.

— Усиление эльфийской магии плохо для твоего дракона, Василика, — невесело посмотрел на меня мэтр. — Быть и эльфом, и драконом никому не суждено.

Я промолчала. И лорд Ваэн тоже. Просто против мировой аксиомы возражать бессмысленно. Но раз я есть, может ли статься так, что аксиома неверна?

Перед сном я все же выпытала у Найдин все про мэтра Власа. Тот действительно не присутствовал на свадьбе сына, состоявшейся в конце сентября прошлого года. В это время он сидел у себя на необитаемо острове и проводил опасные эксперименты. Дома он появился только в начале ноября, когда вышел срок его экспериментов, но сам он не появился. За ним слетал Алиар и принес изможденного, едва дышащего мага. Мэтр Влас был так слаб, что даже сам сидеть не мог, только с посторонней помощью.

Про меня и Эми ему не сказали. Просто не осмелились еще больше травмировать и без того почти мертвого человека. О нас маг узнал через месяц — послал запрос в Академию с просьбой о встрече со мной. Но в ответ получил, что ни студентки Василики тей Райзенде, ни Василики тей Фрайфэш никогда не числились в Академии. Мэтр прижал сына к стенке и тот сознался, что потерял нас. Да не просто потерял! Меня еще и обвиняют в страшном преступлении — убийстве матери.

От таких новостей мэтр слег с сердечным приступом. Это после выздоровления, в январе, он душевно «поговорил» с моим отчимом, напугав его до мокрых штанов. Однако, ничего этим не добился.

Принялся нас искать, но мы сидели в защищенной драконьей пещере и все поиски были напрасны. Да и сами мы лежали чуть живые после экспериментов с магией крови.

По словам Найдин, именно в период с декабря по февраль мэтр Влас и постарел внешне.

Блин, что ж за эксперименты он проводил?

Через три дня мы присутствовали на свадьбе Алека и Мари. Идея принести клятвы любви повторно исходила от меня и невероятно понравилась Маринэ. Алек не возражал.

Позвали только самых близких. Присутствовали мисс Альрая, Рихар, я и Эми, Найдин, Альвэ. И, разумеется, мэтр Влас не смог отвертеться от этой чести.

На белоснежном берегу, почти у кромки воды, поставили увитую цветами арку. Обряд согласился провести лорд Ваэн. Надевать свое красно платье Мари не стала, не только потому, что муж запретил носить тесные корсеты. Просто не захотела париться в пышных многочисленных юбках в жару. И она, и Алек надели традиционные эльфийские свадебные одеяния — белые шелковые кимоно с вышитыми серебром цветами и широким темно-синим поясом.

Эльфийские свадьбы проводится на рассвете. И вот мы в начале пятого утра уже нарядные слушали как Мари и Алек признаются друг другу в любви.

Сначала лорд Ваэн сообщил всем, для чего мы собрались в столь прекрасное утро. Затем попросил брачующихся взяться за руки и, когда влюбленные выполнили просьбу, обвил их руки цветочной гирляндой — знаком неувядающей вечной любви. А затем попросил принести клятвы любви.

— Клянусь, — с нежной улыбкой начала Мари, — любить тебя до конца дней своих. Клянусь хранить верность тебе. Клянусь оберегать честь семьи нашей и быть тебе поддержкой и опорой. Клянусь всегда быть с тобой и делить все радости и невзгоды. Я отдаю тебе жизнь свою, Александр, потому что не представляю ее без тебя. Я люблю тебя и пусть даже смерть не разлучит нас!

— Клянусь, — подхватил эстафету Алек, нежно сжимая ладони любимой, — любить тебя до конца дней своих. Клянусь заботиться о тебе, оберегать и защищать тебя и наших детей. Клянусь, что для меня ты, всегда будешь моей единственно, моей настоящей любовью. Я дарю тебе жизнь свою, Мари, потому что я с ужасом понимаю, что не смогу без тебя и дня прожить. Я люблю тебя и даже смерть не сможет разлучить нас!

Очень простые клятвы, без излишеств, но наполненные настоящим чувством.

Мы сентиментально утирали слезы, наблюдая как Алек нежно целует жену, что не предусмотрено эльфийской церемонией. Лорд Ваэн хотел было влезть между ними, но Алек не позволил, все теснее и теснее прижимаясь к Мари. В конце концов, эльф махнул на них рукой, объявил что они теперь супруги и пригласил нас пройти в зал, чтобы мы могли выпить за здравие молодоженов. Самим же новоиспеченным супругам необходимо остаться наедине, чтобы насладиться восходом солнца и рука об руку вступить в новый день.

Дальше отдых и лечение проходили без потрясений. Алек и мэтр только изредка навещали нас. У лорда Ваэна оказалась большая библиотека и я засела за изучение эльфийской культуры. Эми, которой я рассказала про Эу и про свое обещание помочь, тоже засела за книги, но очень скоро потеряла интерес, предпочтя скучные рукописи веселому общению с Альвэ, Мари и Найдин.

Увы, про оборотней ничего найти не удалось. Как признался лорд Ваэн, книги об этом темном для всех эльфов времени хранятся только в столичной библиотеке. И если я хочу прочесть их, то мне следует обратиться к лорду Насилмэ.

Я решила оставить это на будущее. Сначала нужно усвоить все то, что я успела прочитать про эльфов морского побережья.

Двадцатого августа мы вернулись домой. Адрастерион встретил нас проливным дождем, который принес свежесть и прохладу в измученное жарой герцогство Эрхард.

Кстати, я на прощание я все же подарила один из ромашковых ростков лорду Ваэну. Тот обещал заботиться о нем как о собственном сыне. Правда, в момент передачи цветка меня что-то большое и зеленое начало нещадно грызть. И я не поняла за что: то ли за росток, который был мне дорог, как собственная рука, то ли за упущенную прибыль, ведь дар не предполагал плату.

Мы с Эми бегали как угорелые, собирая вещи — не позднее двадцать пятого нам необходимо заселиться в общежитие и до начала занятий ознакомиться с расположением аудиторий. Но как оказалась чемоданы мы упаковывали зря. Все содержание студента Академия брала на себя. Мэтр Влас сказал, что нам даже панталоны выдадут, не говоря уж о прочих нужных в учебе вещах. Мы могли взять с собой только по паре нарядных платьев, дабы надевать их на редкие академические балы.

Немного огорчившись, мы с одним небольшим чемоданом на двоих в назначенный день явились в Академию. Перед заселением нам следовало пройти контрольный осмотр в медпункте. И состояние здоровья сестры не вызвало нареканий в отличие от моего.

Со скорбным лицом я поднялась в ректорат и заглянула за массивную дверь.

— В чем дело, Василика, — спросил мэтр Влас не отрываясь от бумаг.

— У меня недопуск к занятиям.

— Почему? — маг соизволил посмотреть на меня.

Я зашла в кабинет и присела на стул, стоявший напротив рабочего стола ректора.

— Недовес, — и протянула справку.

Маг принял ее и просмотрел:

— Семь килограмм? — вопросил он. — Как такое возможно? Как ты за пять дней умудрилась похудеть на семь килограмм?

— Я кушала и много, — я опустила глаза, оправдываться не хотелось, но недопуск…

— Хорошо, — вздохнул маг, — давай спустимся в медпункт.

— Вы же понимаете, мэтр, что я не могу допустить студентку Фрайхэш к занятиям? — вопросил мастер Бирин, когда мы заявились к нему в кабинет. — Мне тогда придется допустить и других студентов, а это чревато.

— Сколько недопусков? — вздохнул маг.

— Еще трое. Один явился в подпитии, я его даже смотреть не стал. У двоих паразиты — назначил лечение. К первому сентябрю будут здоровы.

— Хорошо, — кивнул ректор. — Направьте-ка ко мне этого алкоголика, я поговорю с ним. Что же с тобой делать? — глянул он на меня.

— Допустить до занятий.

— Нет я не разрешу. — Возмутился мастер Бирин. — Мэтр Влас, не стоит так грозно хмурить брови! Тридцать девять килограмм — это детский вес, а леди Лика уже взрослая девушка. Пусть поправится хотя бы до сорока пяти — это минимальный порог.

— Мастер Бирин прав, Василика. Тебе необходимо набрать вес. Странно, что ты так быстро похудела. Что пошло не так?

— Да просто на побережье я все время ела. То печеньку-булку какую, то ягоды или фрукты, то конфеты или шоколад. Я все время что-нибудь жевала или пила. А дома ела только в назначенное время.

— Определенно драконья кровь, — почесал бровь мастер Бирин. — Вы не хотите определить ее на драконий факультет?

Ректор (как то странно осознавать, что мэтр Влас мой ректор) посмотрел на меня и покачал головой.

— Нет, ты останешься на стихийном, но мы можем кормить тебя, как дракона. Мастер Бирин, подайте-ка лист бумаги и чернила.

— Минуточку, — целитель стал копошиться у себя на столе, выискивая требуемое, — и все-таки, почему не драконий?

— У меня слишком сильна эльфийская кровь. Вы же понимаете, что это значит? — Ответила я.

— А, ну да, ну да, — мастер Бирин подал бумагу и ручку ректору и тот занялся составлением какого-то документа. — Леди Василика, у вас пять дней, что бы вернуть требуемый вес.

— Все будет хорошо, Лика. — Протянул мэтр Влас и подал мне бумагу. — На вот, зайди в деканат драконов, пусть подпишут и поставят тебя на питание. И не пренебрегай советами целителей.

— Хорошо.

— Числа тридцатого зайдите, я проверю ваш вес.

— Хорошо, — повторила и вышла в коридор, направляясь в драконью башню.

Пятиразовое питание с постоянными перекусами помогло и меня допустили к занятиям. Мы с Эми заселились в одну комнату — маленькая клетушка в десять квадратных метров. Две кровати, два стола, один шкаф и тумба с зеркалом — вот и все, что нас там ожидало. Негусто, но Эми с энтузиазмом сказала, что на голые стены можно повесить картины, полка займут книги и учебники, а на окно соорудим занавески. И будет вполне уютно.

Комендант общежития — сурового вида женщина в огромных очках — выдала нам постельное белье с полотенцами и одежду. По два форменных коричневых платья без рукавов, под них полагалось надевать белую рубашку, которых у нас было по четыре штуки — две с длинным рукав и две с коротким. Опять же, каждой выдали по два спортивных костюма, по паре строгих черных брюк, по одной темно-синей юбке и такого же цвета блузе. Еще были две мантии студента МагАкадемии. Ну и нижнее белье, разумеется — несколько длинных панталон и тонких нательных рубашек, халат.

За чистотой и сохранностью выданной одежды студент обязан следить самостоятельно. И если он еще не умеет чистить одежду магией — в общежитии на первом этаже работает прачечная.

Носить что-то, кроме выданной одежды, запрещено. Но пообщавшись со старшекурсниками, мы выяснили, что почти все носят свое лично белье, халаты, даже другую одежду, привезенную из дома. Но за стены общежития выходят исключительно в форме.

Последний день августа мы проводили студенческим балом. А первого сентября, надев форменные платья, поплелись на академическую линейку. Студентам необходимо было представить нового ректора и новых преподавателей, которые заменили профессоров, участвовавших в организации битв магов.

Все собрались во дворе перед широким крыльцом ГУКа. Ровно в девять из здания вышел ректор в сопровождении преподавателей. Мэтр Влас был одет так сказать в штатском — безупречно белую рубашку, не застегнутую на верхнюю пуговицу, только начавшем входить в моду пиджак темно-песочного цвета, идеально отглаженные черные брюки и легкие кожаные туфли черного же цвета. В купе с несколько небрежной прической и ленивой улыбкой, образ блистательного мага крепко засел во всех девичьих сердцах. Что уж говорить, мэтр даже мне показался невероятно симпатичным. Мы с Эми умудрились встать в первом ряду прямо по центру крыльца и имели возможность рассмотреть нового ректора во всей красе.

Он еще и подмигивает нам! Какая-то девица за моей спиной томно вздохнула, приняв этот знак внимания на свой счет. Бедняжка! Какое же ее ждет разочарование!

Мэтр Влас поднял руку и все шепотки, смешки и споры разом стихли. Все взоры устремились на него.

— Доброе утро, студенты Магической Академии Адрастериона! Наверняка вы знаете кто я, но все же представлюсь. Я Власлен тей Лотэйр. Повелитель стихий, мэтр школы четырех стихий, мастер-алхимик, практикующий демонолог. И я ваш новый ректор.

Толпа студентов возбужденно загомонила. Видно, не все верили, что мэтр Влас вступит в должность ректора, а не найдет очередного кандидата.

— Прошу тишины, — мэтр повысил голос и, когда студенты утихли, продолжил, — в этом году нас ждут большие перемены. С превеликим удовольствием сообщаю вам, что Совет магов решил увеличить срок обучения с семи до десяти лет. Мы с вами на целых три года дольше будем вместе. Разве это не прекрасно?

Судя по потрясенному молчанию толпы — прекрасно это не было. Особенно для выпускников, которым уже второй раз увеличивают срок обучения. Раньше до реформации Академии, студенты обучались пять или семь лет, срок зависел от подготовки поступающего. Два года назад всех уровняли, сделав срок обучения семь лет. И вот теперь еще три года добавили.

— Я понимаю недовольство старших курсов. Однако примите это как шанс изучить дополнительные разделы магии, на которые у вас раньше не хватало времени. Дальше, — мэтр снова повысил голос, заглушая недовольный ропот, — Академия будет выплачивать стипендию, размер которой будет зависеть от успеваемости каждого конкретного студента. В среднем она составит один золотой в месяц. Сумма не большая, но все же. Охранная система Академии изменена, — продолжил мэтр, — не пытайтесь искать свои старые лазейки — их больше нет. Защиту устанавливал я лично при участии одного моего хорошего друга.

Я усмехнулась. Хороший друг — это Алиар, наш король. А драконы спецы по защитным и маскирующим чарам. И тут же пригорюнилась — выбраться из Академии нереально.

— Не трудитесь ломать мои охранки, — предостерег нас ректор, — это бессмысленно. — И тут же сам подначил на преступление, — если вдруг случиться такое чудо и кто-то из вас умудриться обойти мою защиту, тот получит подарок лично от меня, — и хитро так посмотрел в мою сторону. — Но помните — несанкционированный уход из Академии будет строго наказываться. Вплоть до отчисления.

И последнее, если дисциплина в Академии будет удовлетворять меня, то я открою выход для вас в город по воскресным дням.

Эта новость особенно обрадовала студентов — возможность выходить в люди и посещать ресторанчики, парки, магазинчики да просто гулять по городу нравилась без исключения всем.

— А теперь позвольте представить вам новых преподавателей…

После того как нам представили троих новых профессоров, занимающих важные посты в Академии, всех отправили на занятия. Весь первый курс расположился в огромной аудитории на единственный сегодняшний урок — классный час. Нам должны представить куратора курса и более подробно рассказать о том, что нас ждет в ближайшие десять лет. И хорошо, что мы успели усесться за парты, иначе бы попадали, потому что в аудиторию зашел не кто иной, как магистр Шерт.

Мы выпучили глаза, разглядывая замечательно выглядевшего мага. Темно-серая мантия преподавателя, белоснежная рубашка, идеально выбритые щеки, русые волосы, забраны в низкий хвост на затылке, лицо с ямочкой на подбородке выглядело строгим, а взгляд карих глаз, скользнувший по аудитории и остановившийся на нас, уверенным. Маг широко улыбнулся и кивнул каким-то своим мыслям.

— Доброе утро, ученики, — поприветствовал он нас и мы все как-то разом вспомнили, что, когда в класс заходит преподаватель, всем ученикам полагается встать, приветствуя его. — Можете сесть, — разрешил он нам. — Позвольте представиться — я Шерт Волок, магистр общей школы магии и куратор всего первого курса. Моя обязанность — следить за тем, чтобы вам ничего не помешало учиться и благополучно окончить данное учебное заведение. По всем вопросам учебы и жизни в Академии прошу обращаться ко мне.

Теперь позвольте рассказать более подробно о том, что ждет вас в ближайшие десять лет. Первые два курса являются подготовительными — вы пришли сюда с разной подготовкой, не только магической, но и общеобразовательной, и культурной. Поэтому наряду с магическими предметами вам будут преподавать и историю, литературу, этику и этикет, математику и ряд других предметов. Посещение этих предметов обязательно для всех, даже если вы отлично знаете их. Предупреждаю сразу — десять прогул без уважительной причины поднимает вопрос об отчислении студента. И не стоит спрашивать, зачем вам эльфийская литература или гномий кодекс ремесленников — жизнь мага долгая и интересная и никто не знает, куда судьба соизволит вас занести. Запомните одну простую истину — знание не бывает лишним.

Пятый семестр — очень важный этап вашей студенческой жизни, да и жизни как мага вообще. Вы будете сдавать квалификационный экзамен на звание мастера. Для получения основного магического звания потребуется защитить свой первый научный труд, как правило это курсовая работа с большой исследовательской частью, возможно, новое заклинание, алхимический состав или артефакт. Все что угодно, на что вы окажетесь способны. К слову, на защите будут не только студенты, но и вольнослушатели, частные ученики, самоучки.

После защиты звания мастера, маг имеете право требовать за свои магические услуги плату. Напоминаю, что студентам Академии запрещено как само оказание услуг, так и требование платы за них. Нарушение этого правила ведет к отчислению.

Также в конце пятого семестра, после сдачи летних экзаменов, вы будете направлены на первую производственную практику, которая продлится всего три недели. С этого времени практика будет повторяться каждое лето и срок ее будет постепенно увеличиваться.

Академия сама распределяет студентов по местам, но, как правило, старается направить юного мага в регионы проживания его родственников.

Шестой семестр, начало третьего курса, еще более важен для вас. Самые одаренные и подготовленные студенты будут допущены к Академическому Посвящению. Надеюсь, никому из вас не стоит объяснять, как это важно? Не стоит огорчаться, если вам откажут в первый раз — рано или поздно, но Посвящение пройдут все студенты.

В следующем году, в качестве эксперимента, группа наиболее одаренных восьмикурсников пройдет второе Посвящение. За экспериментом будет следить лично лорд-ректор и высшие преподаватели, и, если Посвящение пройдет удачно, то это войдет в обычную практику обучения и многие из вас, еще будучи студентами, значительно увеличат свою магическую мощь и более глубже почувствуют связь с мирозданием.

Академия также поставила цель выпускать в свет не только квалифицированных всесторонне образованных мастеров, но и молодых магистров. Начиная с восьмого курса у вас появится возможность подать заявку, а затем и защитить звание магистра. Советую смело воспользоваться этой возможностью — Академия приложит все усилия, чтобы вы справились с этой задачей. Для получения этого звания нужно защитить более серьезный научный труд — исследование, что-то вроде диссертации. Руководство пока не определило, что это должно быть. Также звание магистра может быть присуждено вам по итогам защиты диплома. Поэтому прошу отнестись к его написанию максимально серьезно.

— А звание мэтра? Как можно получить звание мэтра? — с дальних рядов послышался голос одного из студентов.

Магистр Шерт улыбнулся и пояснил:

— Для получения мэтра, защиты научного труда не достаточно. Всем и так понятно на что вы способны — ведь вы уже защитили несколько подобных работ. Тут требуется выполнить иные требования. Иметь несколько учеников в звании не ниже магистра. Иметь незапятнанную репутацию. Быть активным общественным деятелем… Мэтра присуждает исключительно Совет магов за особые заслуги перед родиной. Но по большому счету звания магистра и мэтра равнозначны, особенно если вам уже под сотню.

Теперь позвольте кратко рассказать о магических Школах или, как их здесь называют, факультетах.

Во-первых, Школа стихий, куда входят кафедры водной, огненной, воздушной стихий и стихии земли. Здесь, впрочем как и на любом другом факультете, деление на кафедры весьма условно. Нет такого мага, который бы владел только одной стихией. Абсолютно все маги связаны так или иначе со всеми стихиями, только одна из них главенствует. Однако, есть такие счастливчики, прозванные Повелителями стихий, у которых все стихии главные. Это очень редкое явление, но я рад видеть здесь сразу троих Повелителей и еще нескольких учеников, которые при желании смогут достичь уровня Повелителя. Надеюсь, они не упустят этого шанса.

Вот так новости! Я начала вертеть головой, вглядываясь в окружающих и выискивая предполагаемых Повелителей. Тщетно! Уровень дара мы еще не умеем определить. Ну да ладно, я все равно со всеми познакомлюсь и узнаю кто есть кто.

— Во-вторых, — продолжил магистр, — Высшая школа жизни и кафедры некромантии и целительства. Не удивляйтесь, что эти две противоположные специальности объединены в одну Школу. Жизнь и смерть — две стороны одной медали. Позднее вы поймете, что жизнь — это начало конца, а смерть — начало чего-то нового. Все некроманты, чтобы понять ценность жизни, изучают целительство. Все целители, чтобы понять смерть, изучают основы некромантии. На мой взгляд, это две самые сложные профессии в магии, воспитывающие очень сильные, волевые и суровые характеры. Но несмотря на это, никто из целителей и только единицы из некромантов решаются вступить на высшую ступень этого искусства и стать магами Смерти.

Третья Школа — Школа разума. Здесь обучаются маги, у которых есть способности к магии разума. И это не только драконы.

Для драконов есть отдельный факультет — Школа драконьей магии, в которой обучаются счастливчики, которым суждено озвереть в прямом смысле этого слова. Их немного, но король делает все возможное, чтобы находить как можно больше носителей древней драконьей крови и помочь им обрести крылья.

Еще есть Школа эльфийской магии, где обучаются чистокровные эльфы, полукровки и носители эльфийской крови, у которых эльфийская магия преобладает над человеческой. Не оглядывайтесь, — рассмеялся магистр Шерт, — эльфов здесь нет, и уж тем более эльфийских дев. Они прибудут завтра на лекции своего факультета. Ректор умудрился договориться с несколькими высшими родами эльфов и нам пришлют с десяток учеников. Честно скажу, даже не знаю, что из этого эксперимента получится, но поживем — увидим. Прошу не обижать наших гостей и всячески помогать. Нет, эльфиек не будет, приедут только мужчины.

Мужская часть студентов разочарованно выдохнула. Вот не понимаю, что они находят в чистокровках? На мой взгляд, полукровки гораздо красивее.

— Школа призыва или демонология, — продолжил магистр, заглушая ропот студентов. — в общем тут призываются не только демоны, но и другая нечисть. Именно в этой Школе магии изучается возможность ходить по другим мирам. Должен сказать, это очень интересно. Миров огромное количество, но открыть межмировой портал пока никому не удалось. Даже с участием иномирцев, непонятно как оказавшихся в нашем мире.

Школа рун, Алхимия, Школа артефакторов — чисто прикладные магические школы. В той или иной мере вы будете посещать лекции этих школ.

Школа гномьей магии, Школа орочьей шаманской магии, Школа клириков, Школа ведьм, Школа магии викингов — созданы чисто для ознакомления студентов с данными видами магии. Ученики есть на гномьем факультете и то потому, что в Адрастерион перебрались две огромные ветви восточных гномих кланов, чьих детей необходимо обучать. Ведьминский факультет тоже не пустует — у нас целых три природные ведьмы и шесть пробужденных. И ни одного ведьмака.

И, наконец, Школа общей магии — здесь изучаются заклинания не требующие какого-то определенного дара, например, стихийного. Они доступны для всех магов. Телепорты, как ни странно, левитация, поисковые чары, заклинания гигиены, уборки, заклинание стазиса, прорицание… Это очень обширный раздел магии, который применяется как правило в быту, но есть и боевая магия, и охранная, и защитная…

Здесь обучаются маги, у которых нет ярковыраженного дара к определенной школе, которые я перечислил выше — у них всего понемножку.

Магистр помолчал, размышляя о чем-то. Затем оглядел аудиторию и сообщил:

— Я рассказал все, что хотел. Если у вас есть вопросы — задавайте. Я с удовольствием отвечу. — И выжидательно глянул на нас.

Тишина в ответ. Студенты размышляли над услышанным.

— Отлично, раз вопросов нет, перейдем к практическому заданию. Оно не займет много времени, — магистр сделала пас рукой и перед нами оказались бланки с названиями предметов. Напротив некоторых уже стояли галочки — это обязательные предметы, которые необходимо посещать. — Перед вами список предметов, вас следует поставить галочку напротив того предмета, который вы хотели бы изучить в этом семестре. Вам необходимо выбрать не менее восьми! Затем подняться в свой деканат и утвердить расписание у декана. Если вам потребуется пояснение по тому или иному предмету, просто поднимите руку, я подойду.

Через пятнадцать минут аудитория начала потихоньку пустеть. А я все мучилась, что же выбрать? Эми, уже справившаяся с этой задачей, выжидательно приподнимала бровь, поэтому я решила отметить раздел алхимиков полностью (ведь обещала же мэтру, что запишусь на эти курсы), еще мне были интересны артефакторы и, разумеется, эльфийская школа тоже полностью, благо дар позволял. Вышло двадцать два предмета. Плюс еще восемь обязательных. Тридцать предметов — это много или мало?

— Лика, какие-то проблемы, — к нашей парте подошел магистр Шерт.

Вздрогнув, я подняла голову, сфокусировала взгляд на улыбающемся маге и оглядела уже пустую аудиторию.

— Нет, все хорошо! Я очень рада вас видеть! Как же вы оказались среди преподавателей? — Выдала я на одном дыхании.

— Я тоже рад вас видеть. — Маг пододвинул к нам стул и сел. — Рад, что вы целы и невредим. Я слышал, что Эми…

— Со мной уже все хорошо, хотя было тяжело, — сестра опустила глаза.

— Мне так жаль! — вздохнул маг. — Невероятно жаль. Мне следовало проводить вас в Академию, как я и обещал. Но кто же знал, что вы…

— Так как же вы здесь оказались? — не терпелось узнать мне.

— Скажем так, мне сделали предложение, от которого я не мог отказаться.

Мы с Эми непонимающе переглянулись. Маг, дабы предотвратить поток вопросов, кратко ответил:

— Я уже работал преподавателем в Академии, — ошарашил он нас. — Но ушел — правление Сигманта многих не устраивало, и меня в том числе. Пришлось уйти. Долго скитался, искал свой путь в жизни. Так встретил Доржа и его слона… Мэтр Влас предложил заменить трехлетнее заключение в магической тюрьме на минимум десять лет преподавания в Академии — я согласился. Уж не знаю, почему ему взбрело это в голову.

— В любом случае это хорошо, а не плохо, — философски заметила Эми.

— Согласен, — кивнул магистр и его голос приобрел строгие нотки, — а теперь Василика тей Фрайхэш и Эмирьяра тей Бирди соизвольте-ка рассказать обманутому вами магистру, как это вы умудрились обмануть меня?

Ну да, мы при знакомстве назвались другими именами, точнее назвали не свои фамилии. Лика Рехат и Эми Танэ, так мы назвались.

Мы переглянулись и я неохотно призналась:

— Воспользовались феноменом вторых имен.

У каждого человека есть имя состоящее из самого имени (нескольких имен) и фамилии (нескольких фамилий).

Феномен вторых имен появился из-за сокращения имен. Мое настоящее имя Василика, но все называют меня сокращенно — Лика. А это, между прочим, совершенно другое имя! Но я привыкла, что меня все так называют, и в ауре оно прописывается как родное. Но в тоже время оно не мое, поэтому и фамилию я могу поставить чужую, и по ауре не будет видно вранье. Назовись я своим полным именем, Василика, поставить рядом с ним чужую фамилию Рехат я бы не смогла — маг сразу же увидел бы вранье. А так, к чужому, но привычному для себя имени я могу поставить любую фамилию.

Этим же принципом я хотела воспользоваться при поступлении в Академию, но бланки были защищены от феномена. Поэтому пришлось воспользоваться косвенным кровным родством с Эми.

А вот магистр не заподозрил подвоха и поверил сразу.

— Ах вот оно что! Умно. А откуда про него знаете?

— Алек рассказывал.

— Все с вами понятно, — вздохнул маг и посмотрел на часы. — Мне нужно идти, сейчас у меня уроки у старшекурсников. Но я хотел бы обо все подробно поговорить. Как вы смотрите на то, что бы встретиться за обедом и поболтать?

— Было бы здорово!

Неделю спустя я сидела в кабинете у ректора. Мэтр Влас с подозрением смотрел на меня, хмуря брови.

— Ты выглядишь несколько изможденной, — заметил он.

— Ничего, — равнодушно отмахнулась я, — не вошла еще в учебный ритм. Индивидуальные занятия с магистром Джорданом и уроки в Академии совсем разные вещи.

Мэтр кивнул, приняв ответ. Ну не сознаваться же мне, что тридцать предметов это все же много. Даже очень. У меня каждый день по пять-шесть пар, еще надо посещать факультативы и не забывать про физические нагрузки — танцы, бассейн, рукопашный бой и уроки владения мечом, которые служили дополнением к основному расписанию. А ведь еще и домашку надо делать, а в будущем готовиться к семинарам и практикам. На сон получалось выделять не более четырех часов.

— Меня, вообще-то, к вам делегатом заслали, — маг заинтересованно приподнял бровь и я пояснила, — старшекурсники требуют, что бы им уменьшили срок обучения.

— Требуют? — как-то недобро переспросил ректор. — Ну что ж, самых недовольных придется отчислить.

— Да вы что?

— Честное слово, Василика, я же их не вечность заставляю учиться! Всего три года! Три года! Тем более, что для них это шанс без особого напряга получить магистра и пройти второе Посвящение. Шикарнейшие перспективы! Вот ты бы осталась?

— Осталась, — действительно такие перспективы нельзя упускать, хоть еще десять лет проучись.

— А они выкобениваются! Пора это прекращать. Хотят свободы — пусть уходят. Академия насильно никого не держит.

— Но все же отчислять…

— Что бы получить диплом, нужно проучиться десять лет, — сказал мэтр, как отрезал, и я поняла, что затея семикурсников не выгорит (я должна очаровать ректора и он вручит им дипломы в конце этого учебного года).

— Ну я тогда пойду? Еще дел полно.

— Иди, — разрешил ректор. — Василика, — окликнул он меня у самой двери. Я повернулась, — не забывай отдыхать и кушай хорошо.

— Ага, — согласилась я и вышла за дверь.

Ох, зря не прислушалась к его словам! Если бы знала, чем эта нагрузка закончится, сразу бы подала заявку на пересмотр моего расписания декану.

— НЕТ, — в очередной раз истерически вскричала я и захлебнулась рыданиями. А за дверью ректорского кабинета, в приемной, секретарь Рон в очередной раз уронил что-то стеклянное и легкобьющеся. — Жестокосердечный! — выдавила я, тщетно пытаясь вытереть слезы абсолютно мокрым, хоть выжимай, платком.

Мэтр на мое замечание ничего не сказал, а только протянул свежий платок. Я приняла его и громко высморкалась. Полегчало и я приготовилась в очередной раз высказать все, что думаю о ректоре, но он опередил меня.

— Знаешь, Василика, я впервые оказался в столь… неловком положении, — ректор впервые за полтора часа обратился лично ко мне. До этого он размышлял вслух, для чего неразумная студентка выбрала тот или иной предмет.

Я же поперхнулась своим собственным возмущением и виновато опустила глаза, громко икая.

«Неловкое» — совсем не то положение, в котором оказался мэтр по моей вине. Я бы назвала его крайне унизительным и никак иначе.

Все случилось на королевском балу посвященном Ведьминой ночи. Приглашение на бал я получила, как и полагается, за две недели до события, в середине октября. И не от кого-нибудь, а лично от Его высочества принца-консорта Алиара. Праздник неумолимо приближался, а сил на него не было совсем, но Эми так просила, что отказать ей я не смогла, да и сама я хотела вырваться за стены Академии и посмотреть на внешний мир. Дисциплина студентов до сих пор не удовлетворяла ректора и мы не выходили в город. Сестра не могла отправиться на бал одна — она младший член семьи да еще и не совершеннолетний и ее необходимо сопровождать старшим. В нашей семье только я старше нее. Конечно же она могла отправиться с любой другой знакомой нам дамой, но это выглядело бы странно и неприлично, да и Найдин серьезно заболела, а Мари беременна и муж ей запретил куда-либо выходить.

Итак, я отправилась на бал, предварительно потратив кучу времени, что бы привести свое уставшее лицо и тело в допустимый для леди вид. Однако, ни краткий послеобеденный сон, ни тонизирующий напиток не помогли мне. Я потеряла сознание прямо посреди вальса, на который меня пригласил сияющий лорд Насилмэ, уведя меня прямо из-под носа мэтра Власа. И правильно сделал! Если бы я упала в обморок в объятьях ректора, все закончилось бы гораздо хуже — нас бы поженили не взирая ни на что. А так…

Почему девушка, с виду здоровая и веселая, может потерять сознание? Каждый скажет, что она беременная! Гости королевского бала сразу сообразили в чем дело и сразу же обвинили в недопустимом поведении мэтра Власа. Тот стал оправдываться и говорить, что к моей беременности не имеет никакого отношения, что мы и целовались то всего один раз. Ему не поверили, а, наоборот, только утвердились в своем предположении. Алиар предложил немедленно провести церемонию бракосочетания, дабы мэтр мог очистить мою, да и свою тоже, репутацию. И даже приказал принести Книгу Регистраций. Мэтр Влас пришел в неописуемый ужас.

Спас мэтра лорд Насилмэ. Сделав диагностику и установив причину обморока, он авторитетно заявил, что девушка вовсе не беременна, и вообще является именно девушкой, то есть девственницей. А потеря сознания произошла по вине сильнейшего переутомления. Слова эльфийского посла подтвердили и другие маги-целители, приглашенные на бал. Все тут же обвинили мэтра Власа в недосмотре.

Все это происходило в самом центре королевской бальной залы, где находилось почти полтысячи человек. И журналисты там тоже были и они очень хорошо запомнили слова мэтра про единственный поцелуй. В прессе такого понаписано… на улицу хоть не выходи.

Очень смутно помню тот поцелуй двухгодичной давности. Мэтр тогда едва коснулся моих губ, но мне это прикосновение показалось невероятно теплым и нежным.

Тем не менее, бал продолжился, а меня перенесли в гостевые покои, где оставили отдыхать. На следующий день переправили в Академию и поместили в лазарет, где за моим здоровьем тщательно следят. Вот только почти два часа назад мэтр Влас вызвал меня дабы мы вместе разобрались с моим расписанием.

Взглянув на него, у мэтра случился шок. Он долгие три минуты просто открывал и закрывал рот. А потом с энтузиазмом мясника-маньяка-садиста принялся кромсать мое расписание, попутно бросая ехидные комментарии про каждую «жертву», не обращая внимания на мои слезы, стоны, мольбы.

Так мы добрались до четверга. Какой дурацкий день! Именно в четверг все и случилось.

— Извините, — тихо выдавила я и горько разрыдалась.

— Да чего уж там, — тяжело вздохнул ректор. — Мы все виноваты. Ты, дорвавшаяся до знаний. Декан, не проверивший расписание. Я не проконтролировавший вас обоих. И Эми, видевшая твое состояние, но ничего не сказавшая мне.

Ну да, все так и есть. После разговора с магистром Шертом, Эми отправилась в свои некромантские подземелья, а я пошла в башню стихийников, где встала в образовавшуюся очередь. Процесс утверждения шел медленно — декан с каждым первокурсником обсуждал, что ему нужно изучить, тратя на посещение не менее пятнадцати минут.

Но в поле зрения появился ректор — он шел по каким-то делам в деканат стихийников. Увидев меня, удивился, спросил чего это я тут стою. Я объяснила. Тогда он, положив свою руку мне на плечо, повел в кабинет декана под ропот недовольной очереди.

— Вот, утвердите, — сказал он тогда моему декану магистру Рейнеру Грасси, отбирая у меня листок с моими многочисленными галочками.

Декан не глядя и подписал, видимо полагая, что расписание согласовано с ректором. Мэтр Влас остался в деканате, а я, радостная, умчалась в библиотеку за учебниками.

— Для чего тебе «Соединение с Эу», Василика? Это чистая эльфийская магия, причем только для чистокровных эльфов. Ты, конечно, почти чистокровная, но именно что почти. Этот предмет бесполезен для тебя, — и мэтр без колебаний вычеркнул его из моего расписание.

Я шмыгнула носом. Это как сказать! Для меня он был крайне полезен, я много интересного узнала об Эу. Ну, да ладно! Все меня интересующее я уже выспросила у преподавателя.

— Пятница, — произнес ректор, вчитываясь в строки, и без комментариев вычеркнул все лишнее.

Я судорожно выдохнула, закусив губу.

— Суббота, — продолжил метр. — Опять эльфийская литература? Да сколько можно?

— Это литература периода Возрождения, — осмелилась сказать я, — очень интересно.

— Тебе это не нужно, — решил мэтр и вычеркнул предмет из расписания.

— НЕТ, — взвизгнула я. — Пожалуйста, не надо!

— Василика, тебе хватит общего раздела.

— Ну пожалуйста… пожалуйста…

— Слезы тут не помогут!

— Я на колени встану!

— Василика! — вскрикнул ректор, — немедленно сядь на место!

Я подчинилась, давясь слезами.

— Это единственный предмет у лорда Итилорин…

— Ах, вот оно что, — мэтр нахмурился. Помолчал немного, внимательно глядя на меня, а за тем, как маленькой, начал объяснять. — Это чистокровный эльфийский лорд, Василика. Они не женятся на человеках, даже на таких симпатичных, как ты. Тебе следует выбрать другой объект для нежный чувств.

— Это не ваше дело, — знаю, что грубо, но мага не пронять. — Сама разберусь.

Ректор тяжело вздохнул и уставился куда-то поверх моей головы.

— Что? — нетерпеливо спросила я.

— Просто вспоминаю, куда положил плакательную жилетку. Чувствую, пригодиться.

Я надулась. Но видя, что ректор настроен решительно, заныла.

— Пожалуйста… Ну, пожалуйста.

Мэтр неуверенно помялся, но все же сдался.

— Ну, хорошо, — он сделал пас рукой, убирая зачеркивающую линую. — Но я тебя предупредил.

— О, спасибо! Спасибо!

— Так с этим разобрались. Теперь дополнительные факультативы. Хм, неожиданно, но здесь все в порядке. Физической нагрузки недостаточно.

— Рррр.

— Понедельник — бальные танцы. Вторник — бассейн. Среда — самозащита. Четверг — снова бассейн. Пятница — владение оружием. Суббота, — мэтр задумался. — О! Танго! И не морщись, это самое новое направление в танцах. Обещает стать очень популярным.

— А вы сами его видели?

— Нет. Вот выучишь, потом мне покажешь. В воскресенье ничего не будет — ни занятий, ни танцев.

Я в очередной раз хлюпнула носом, глядя на изрядно порезанное расписание. Четыре пары максимум. Да у меня полно свободного времени! И я высыпаться наконец-то буду.

— Спасибо, — вяло улыбнулась я.

— Не за что, — откликнулся ректор. — Какие планы на это воскресенье?

— Уже никаких, — я кивнула на листок. — А что, есть какие-то предложения?

— Есть, — кивнул маг, — я наконец-то расправился с неотложными делами Академии и, о чудо, воскресенье у меня тоже свободное. Я предлагаю посидеть в каком-нибудь ресторанчике и наконец-то обсудить мои прошлогодние эксперименты. Или тебе уже не интересно?

— Интересно, — оживилась я. — Очень интересно!

— Ну, тогда до воскресенья?

— Ага.

— Иди, отдыхай, — и он вручил мне мое новое расписание.

Я медленно встала, взяла листок, тяжело вздыхая (все же к своим предметам быстро привыкаешь) и направилась к выходу. Уже у двери мэтр окликнул меня:

— Василика, заверь расписание у декана. И не вздумай пренебречь им. Я проверю.

— Хорошо.

В воскресенье вечером мэтр привел меня в мужской клуб. И это был клуб не с девицами легкого поведения, как я подумала сначала, а привилегированное заведение для магической элиты мужского пола. Но как выяснилось, член клуба может привести с собой даму и никто на нее криво не посмотрит.

Здание полностью защищено от просмотра, прослушки, журналистов, что меня крайне обрадовало. И хоть работники пера не раз пытались проникнуть внутрь, руководство клуба тщательно следит за безопасностью гостей, сохранностью их тайн и конфиденциальностью проводимых здесь встреч.

Мы телепортировались из ректорского кабинета прямо в клуб в специально предназначенную для этого комнату. Нас встретил учтивый лакей и проводил в уютно обставленную нишу с мягкими диванчиками и невысоким столиком. Во всем клубе царил таинственный полумрак и играла ненавязчивая музыка.

— Ты голодна? — Спросил маг, помогая мне усесться поудобнее.

— Нет, — ответила я, — Но вы же знаете, что никогда не откажусь вкусно поесть.

— Хорошо, — улыбнулся маг, устраиваясь напротив меня, — я закажу легкие закуски.

Мэтр отвлекся на подошедшего официанта, а я стала рассматривать барную стойку, видневшуюся слева, и пустующую сейчас танцевальную площадку.

Ох, знала же, что вино развязывает язык и быстро. А таким неопытным в деле винопития, как я, в два раза быстрее.

Мэтр пригласил меня в клуб, что бы без лишних ушей рассказать о своих экспериментах, а в итоге я рассказывала о себе, то есть о своих снах про элементалей и тот загадочный предмет, который они прятали в пещере в корнях гигантского дуба.

— Они прятали там драконье яйцо, — чуть заплетающимся языком произнесла я.

— Драконье яйцо?

— Да. Оно было совсем маленьким, когда они его туда положили. Не больше грецкого ореха, — я прихлебнула очень вкусный кофе, заказанный мэтром для моего протрезвления. — Росло сначала очень медленно, а потом — очень быстро.

— И с каких же пор оно стало расти очень быстро? — Спросил маг, хотя и сам догадывался почему.

— В пещере Ашеро, — ответила я. — Оно выросло и вылупилось. То есть вылупился дракон. Зеленый. У него вот тут, — я приложила кулачки к бокам лба, — такие симпатичные рожки, а вот здесь, — я провела ладонью от лба до затылка, — частый гребень из костяных наростов. И хвост такой длииииный, — взмахнула руками, показывая длину хвоста, ненароком задела полный вина бокал. Он опрокинулся, расплескав содержимое, покатился по столу и упал на мягкий ковер. — Ой!

— Василика, с тобой не возможно пить! — покачал головой мэтр. — Два бокала и ты в стельку.

— Я вовсе не пьяна! — возмутилась я. — Это все пузырики.

— Нет, Василика, не стоит магичить. Еще подожжешь что-нибудь, — остановил меня маг. Я в ответ надулась. — Лучше расскажи, как сейчас поживает твой дракон.

— Он не доедает, — пригорюнилась я. — Они совсем его не кормят!

— Кто не кормит? — не понял маг.

— Элементали не кормят дракона. — И пожаловалась, — А ему не хватает сил, чтобы летать. На самом деле дракон очень мал. Огненный носит его на руках и поет ему песни.

— Мда, — прокомментировал маг. — Все страньше и страньше.

— О, танцы! — я посмотрела на танцевальную площадку, на которую вышел один из лордов со своей дамой. Дама была в шикарном вечернем туалете и дорогих украшениях с великолепной прической. Лорд поклонился своей леди и они закружились в вальсе.

Я завистливо вздохнула. Вот если бы я знала, что мэтр пригласит меня в столь дорогое и изысканное заведения, я бы надела одно из своих бальных платьев. А так повелась на слова ректора про «неофициальную обстановку» и вырядилась в синюю академическую юбку и белую рубашку с коротким рукавом, волосы забрала в красивую косу и украсила живыми цветами. Из украшений только крохотные серьги и практически невидимая цепочка браслета на левой руке. Выглядела я весьма неплохо, по домашнему. Но со здешней обстановкой мой облик никак не вязался.

Мэтр не правильно расценил мой тяжелый вздох, вопросив:

— Хочешь потанцевать?

— Я не подобающе одета. Не хочу, чтобы меня кто-нибудь видел.

— Ты отлично выглядишь! — опять не понял мэтр, но к танцующим пригляделся повнимательней. Затем глянул на меня, потом на танцующих, снова на меня, и в его глазах появилось понимание. — Да брось, Василика, здесь никому до тебя и дела нет, никто на тебя косо не посмотрит. Заметь, я ведь тоже одет не по дворцовому этикету.

Это я сразу отметила. Маг снова обрядился в пиджак, на этот раз темно-синего цвета, белоснежную рубашку, элегантный галстук-бабочку, идеально сидящие брюки в тон пиджака и черные туфли с острыми носами. Волосы, в начале уложенные в идеальную прическу, теперь находились в беспорядке и пару прядок даже стояло дыбом — мэтр за час с небольшим, что мы общались, раз семь запускал свою пятерню в волосы. Видимо это помогало стимулировать мыслительный процесс.

— Вы симпатичный, — должна была признать я.

И, не знаю почему, подалась вперед, и пригладила вздыбленные волосы мэтра. Маг блаженно сощурился, как довольный кот, которого погладили за ушком.

— Я себя ты считаешь не симпатичной? — спросил он.

— Я самая красивая и восхитительная. Но танцевать в этой одежде не пойду.

— Ну как знаешь, — пожал он плечами и начал убирать учиненный мной беспорядок.

— Вы так и не рассказали, — напомнила я.

— О чем не рассказал? — маг, в три секунды закончивший с уборкой, откинулся на мягкую спинку дивана и вперился в меня своими голубыми очами.

— Про свои эксперименты. Ведь мы именно за этим сюда и пришли.

— Ах, да, конечно, — спохватился он. — А я и забыл.

Маг помолчал, запрокинув голову и внимательно рассматривая потолок, затем столь же внимательно глянул на меня и начал говорить.

— Знаешь, твой знак меня невероятно заинтересовал. Даже не знаю, почему, но такого исследовательского энтузиазма я не испытывал очень давно. Сначала искал ответ среди эльфийских рун. Прочел сотни древних манускриптов, но к ответу даже близко не подошел. Нигде я не встречал взаимосвязи эльфийской и человеческой магии. Я бы даже сказал, что они чужеродны друг другу, потому что наш мир так и не принял полностью эльфийский народ и их магию. Из-за этого у них серьезные проблемы с чистокровным деторождением.

Вот так новости! Меня аж передернуло от очевидного ответа на так долго мучавший меня вопрос — почему не подействовали великие жертвы, которые эльфы приносили. Миру они просто были безразличны! Оборотни дико просчитались, проклиная себя и желая этим навредить эльфам, для которых самоубийство — страшнейший грех. Застряли в Эу, потеряв возможность переродиться, но помешав эльфам размножаться.

Эу не бесконечен, он может поместить в себе определенное количество душ, а большая часть «мест» оказалась занята душами оборотней. Из-за чего эльфы могут позволить себе определенное чисто живых. И что бы родился один чистокровный эльф, необходимо чтобы умер один чистокровный эльф — место для души в Эу освобождается и тут же занимается новой душой. Они научились обходить этот закон за счет полукровок — это как-то искусственно расширяли Эу. Но этот фокус давно не работает, даже искусственное расширение имеет границы. Хотя эльфы до сих пор ездят к нам, дабы соблазнять человеческих женщин. Это их национальная черта, прописанная уже на генном уровне.

— С тобой все нормально? Ты побледнела…

— Все хорошо, — пискнула я. — Можно мне вина?

Мэтр Влас с сомнением посмотрел на меня.

— Я вовсе не пьяна! Я буду пить по чуть-чуть.

— Ну, хорошо, — полным сомнений голосом протянул он и наполнил мой бокал.

— Спасибо. Продолжайте, мне жуть как интересно, — я сделала крошечный глоток для успокоения нервов и поставила бокал на стол.

— В общем, я решил, что выбрал неверный путь и переключился на человеческую магию. Ты — человек, размышлял я тогда, и после нанесения знака у тебя усилилась именно человеческая магия, а не эльфийская. Много читал, изучал древние рунические азбуки разных человеческих народов, но так и не нашел ничего похожего на то, что ты нарисовала. В отчаянии я попросил разрешение у Алиара посетить закрытое хранилище с информацией о первой цивилизации. Дурная идея! Я не рассчитывал найти там хоть что-то полезное, но после двухмесячного рытья в пыльных свитках, наткнулся на это.

Мэтр сделал пас рукой и достал из воздуха объемистую папку. Я вытянула шею от любопытства, а маг не спеша развязал ленты, скрепляющие края папки, порылся в ней и достал листок, на котором был изображен мой знак.

— Это знак Ха'Та. Из того что мне удалось перевести, я понял, что этот знак позволяет управлять элементалями и был частью пентаграммы призыва. Нанесение же на кожу вызывает принудительное Посвящение с появлением этих самых элементалей. У жителей первой цивилизации этот обряд назывался как-то по-другому, я не смог найти как, и практиковался крайне редко, по причине злобности элементалей. Ха'Та весьма слабый знак и без поддержки иных знаков и рун, для управления столь сильными сущностями не годиться.

Дальше я попытался разбить знак на составляющие и найти взаимосвязь с эльфийскими рунами, дабы понять, как тебе удалось нарисовать это. Но меня постигло разочарование! Знак я на составляющие разбил, но ни одна руна первой цивилизации не похожа руны эльфов. Это чистой воды случайность! Вот, посмотри, — и маг протянул мне четыре листка, где были изображены руны первой цивилизации.

Я внимательно вгляделась. Мда, таких закорючек у эльфов точно нет. Пододвинула к себе изображение знака и мысленно разбила его на составляющие. Все сошлось!

— Не огорчайся, Василика, из-за таких вот случайностей и происходят прорывы в науке. — Я непонимающе уставилась на мага, и он пояснил, — у тебя просто такое лицо…

— Нет, — замотала я головой, — я вовсе не огорчена. Потрясена! Действительно, невероятнейшая случайность. И что же было дальше?

— Дальше? — переспросил маг, расстегивая манжету рубашки. Он вздернул рукав, обнажая татуировку — мой (или все же не мой?) знак. — Дальше я отправился на свой необитаемый остров, где всего за три с небольшим месяца прошел еще четыре Посвящения.

Я подавилась глотком вина, который решила сделать, слушая рассказа мэтра.

Семь! В общей сложности семь Посвящений прошел мэтр Влас. Как же он смог? Ведь переизбыток магии убивает человека. А тут еще такой маленький срок… не удивительно, что Алиар нашел его в таком жутком состоянии.

— Это были опасные эксперименты, Василика, — мэтр подал мне салфетку. — Но я полностью отдавал себе отчет в том, что делаю. И у меня все получилось. И, как ты понимаешь, Посвящения прошли не без последствий для меня.

В очередной раз внимательно смотрю на мага, вытирая выступившие слезы.

— Нет, сейчас я тебе не покажу это. Боюсь, что на нас обратят не нужное нам обоим внимание.

— А когда?

— Сегодня. Заглянем ненадолго ко мне домой. А потом вернемся в Академию. Давай еще немного посидим здесь. Ты действительно не хочешь танцевать?

Мэтр все же раскрутил меня на танец и мы изобразили смесь вальса, польки и полонеза. Наш экспромт понравился немногочисленным гостям клуба и они долго аплодировали.

Сразу после танца мы покинули клуб, телепортом переместившись в столичный дом мэтра. Не смотря на довольно поздний час, нас встретил бодрый дворецкий и поинтересовался не желает чего-нибудь благородный лорд. Маг посмотрел на меня, вздохнул и сказал, что неплохо бы чаю попить с пирожными. Дворецкий удалился предварительно заверив нас, что все будет исполнено. Мы же поднялись на третий этаж, прошли по длинному широкому коридору и вошли в комнату.

Это была спальня. Большая, оформленная в серо-синих тонах. У дальней стены, по центру, стояла кровать с балдахином, такая широкая, что на ней вольготно могло разместиться человек десять. По бокам от нее — прикроватные тумбочки. Справа — громаднейший книжный шкаф и бар. Чуть ближе к нам небольшая гостевая зона с круглым столиком и тремя мягкими уютными креслами. Слева — три огромных окна, открывающих прекраснейший вид на вечерний сад. Между ними стояли напольные вазы со свежими цветами.

— Моя спальня, — проинформировал мэтр, снимая пиджак, — присаживайся, — он кивнул на кресла.

Я села в одно из них с потрясением наблюдая как маг снял жилетку и теперь принялся за расстегивание рубашки. Это что же такое но хочет мне показать, что надо раздеваться?

Осознав, что я смотрю на почти голого мужчину, смутилась, отвернулась к окнам и стала рассматривать садовый пейзаж. Однако боковым зрением все же видела, что маг уже расправился с рубашкой и сейчас внимательно смотрит на меня, сложив руки на груди.

Не выдержав, скосила глаза на мага — и наши взгляды встретились. Мэтр припахабнейше улыбнулся — я жутко покраснела, не зная куда деваться.

Зачем он пригласил меня сюда? Чтобы я поглазела на его идеальное сильное тело? Я-то думала, что он покажет мне что-то интересное, а он…

— Василика, кончай смущаться и смотри на меня! — приказал маг и повернулся ко мне спиной.

Да, что бы это показать, действительно нужно было снять рубашку! Я подошла ближе разглядывая…

— Что это?

— Магическая мутация.

— А что они такие маленькие?

— Маленькие? — Мэтр обиженно надулся. — Они еще растут!

Я осмелилась протянуть руку и дотронуться до небольших, не больше двух моих ладоней, крылышек с мятыми неопределенного цвета перышками. Крылышки мелко задрожали.

— А отчего они растут?

— Как ни странно от хорошего настроения. Ну, вообще от положительных чувств и эмоций. Например, когда ты так внезапно объявилась, я так обрадовался, что они за одну только ночь выросли на целый сантиметр.

— Это потрясающе! — прошептала я, разглаживая перышки.

Но тут крылья внезапно исчезли, а в спальню вошел дворецкий с чаем. Он встал, как вкопанный, с ужасом глядя на то, как моя рука лежит на обнаженной спине мэтра. Я смутилась и отдернула руку. И даже отошла на пару шагов от мага. А дворецкий справился с потрясением и безразличным голосом произнес:

— Ваш чай.

— Поставьте на стол, — попросил ничуть не смутившийся маг. — Можете идти.

Дворецкий ушел, и с его уходом наступило неловкое молчание.

Мэтр Влас потоптался на месте и сказал:

— Не переживай, Арнольд получает достаточно, что бы молчать о том, что происходит в этом доме, и держать свое мнение при себе. Кроме нас троих никто не будет знать, что ты видела меня без рубашки. Хочешь еще крылья посмотреть?

Разве я могла сказать «Нет»?

Двадцать минут спустя мэтр натянул рубашку, и мы сели пить уже остывший чай.

— Кто-нибудь еще знает о крыльях? — спросила я, откусывая кусочек от вкуснейшего пирожного.

— Только Алек. Трудно скрыть такое от человека, который помогал тебе мыться, одеваться и делал массаж. Одним словом — ухаживал. Да и не умел я тогда их прятать.

— Как вы думаете, вы сможете их отрастить до такого размера, чтобы летать?

— Очень на это надеюсь, но времени уйдет не мало, — маг отхлебнул из своей чашки и поморщился, — сахар не положил. Я рассказал Алеку все, — очень серьезно начал мэтр, — включая свои исследования и эксперименты. Я очень хорошо воспитал сына и его слову можно безоглядно верить. Он обещал не болтать. И я верю, что ты тоже не станешь. Но, Василика, если я узнаю, что ты хотя бы намекнула кому-нибудь на эту историю, я потребую с тебя клятву крови.

Клятва крови — клятва, которою нельзя нарушить, ибо клятвопреступника ожидает страшная смерть.

Вахтерша потрясенно округлила глаза, когда я под ручку с ректором вошла в здание женского общежития. Ну да, я ведь по режиму уже давно должна лежать в кровати, а не разгуливать с мужчинами. Мэтр Влас приветливо улыбнулся ей, и мы пошли дольше.

Он довел меня до комнаты и даже умудрился заглянуть внутрь, а потом и вовсе зашел к нам.

— А у вас тут уютно, — пробормотал он, оглядывая разбросанные чулки, тетрадки и книги.

Я неловко пнула валяющийся рядом чулок, стремясь его запихнуть под кровать, запуталась в широкой юбке и едва не повалилась на пол. Хорошо, что мэтр поймал и помог выровнять равновесие. Затем стрелой пронеслась по небольшой комнате, поднимая и складывая на стол разбросанные вещи.

— Извините, у нас не прибрано, — красней от стыда, покаялась я.

— Правда? — очень натурально удивился маг. — А я и не заметил. Кстати, Эми, отличная пижама!

Сестра, пытавшаяся выпутаться из-под покрывала, грохнулась с кровати. Ее ядовито-розовая с изображениями высшей нечисти пижама, была предметом постоянных пересудов. Ибо истинный некромант должен носить фиолетовое, на крайний случай темно-синее. А не этот пошлый розовый, от которого глаза слезятся.

— Спасибо, мэтр Влас! — глухо отозвалась с пола Эми. — Я так рада, что и вы отметили всю изысканность данного ночного костюма! Представляете, меня здесь ровным счетом никто не понимает. О, благодарю! — Маг, устав наблюдать за неудачными попытками Эми подняться с пола, одним рывком поставил сестру на ноги и сдернул с нее мешающееся покрывало.

— Ну, рассказывай, как прошло свидание! — Вперила Эми в меня нетерпеливый взгляд.

— Сейчас мэтр уйдет…

А мэтр вовсе и не собирался уходить. Он, разинув рот, с огромным интересом рассматривал интерьер нашей комнаты. Хотя такое поведение и не было для нас чем-то удивительным.

Все началось с занавесок. Мы не смогли решить какого цвета шторки повесить на единственное окно. Я хотела зеленые, а Эми настаивала на голубых. В итоге, решили, повесить занавески разных цветов — слева, где стояли моя кровать и стол, висела светло-зеленая в мелкую ромашку, а справа, где обитала Эми, бледно розовая с серыми черепами. На мое замечание, что сестра хотела повесить вроде как голубые занавески, ответила, что эти куда стильнее.

Далее спор пошел по поводу окраса стен и пола. И тут наши мнения тоже разошлись. Мне почему-то хотелось покрасить все в цвет серого гранита, как в пещере Ашеро. Эми пришла в ужас и наотрез отказалась, заявив, что раз занавески розовые, то и стены в тон покрасим. На этот раз в ужас пришла я. Спорили до хрипоты, но к единому мнению не пришли. И каждый покрасил свою часть комнаты в понравившийся цвет. Я — в светло-зеленый стены, а пол в насыщенно-зеленый, как свежая лесная трава. Эми сделала стены цвета фукси (правда, позже заменила на гораздо более бледный и ненавязчивый оттенок), а пол — черным.

Над потолком мы работали без всяких споров. А зачем? Итак уже каждый из нас видел четкие границы «своей территории».

Я решила воспользоваться сложной иллюзией — потолок менялся в зависимости от времени суток. Ночью он был темно-синим и на нем появлялись огромные звезды, утром окрашивался зарей, вечером разливался закатом, а днем светило яркое солнце и по потолку проплывали пушистые облачка.

Эми же не стала долго размышлять и покрасила потолок черным. В углу над изголовьем кровати притаился в своей невидимой на черном фоне паутине паук-зомби (одна из первых Эминых практических работ).

На мое замечание, что Эми вроде как учится на некроманта, а не темного мага, соответственно использование черного цвета неуместно. Ведь цвет некромантии — фиолетовый, как у самого простого заклинания массового подъема нежити. На что сестра ответила, что некромантия ответвление от магии Тьмы, и выбор черного цвета здесь вполне обоснован.

Я только пожала плечами и занялась расстановкой книг на своей полочке цвета темной вишни. Эми достала откуда-то череп и водрузила его на свою черную полочку, а свой розовый письменный стол украсила вазой с огромным букетом белых роз. Цветы подарил мэтр Утан в первый день учебы с пожеланиями не сворачивать с намеченного пути и стать магом Смерти.

Выбор цвета букета меня нисколько не удивил. Белый у нас является цветом смерти. Именно белые розы, лилии и калы принято садить около усыпальниц, дабы те украшали последний приют мертвых.

Я тоже решила не отставать от сестры и поставила на стол (совершенно обычного цвета темной вишни) вазу с желтыми тюльпанами — подарок от ректора — зачаровав его от увядания.

— Мда, — выдал свой вердикт ректор, разглядывая Эмину черную кровать с розовым бельем. Скосил глаза на мою, убедился, что мое постельное белье цвета болотного мха с яркими желтыми одуванчиками. — Да я смотрю — вы дружно живете!

— А чего нам ссориться? — Удивилась Эми.

— Понимаешь ли, Эми, — вздохнул ректор, — бытовые споры и ссоры самые часто встречаемые и приносят массу головной боли. А тут к вам хоть экскурсии води.

— Нет, обойдемся без этого, — решительно заявила Эми. — У нас и так дверь не закрывается.

И как бы в подтверждение Эминых слов, в дверь постучали.

— Дежурная по этажу, — в ужасе прошептала сестра.

— Мэтр Влас, прячьтесь в шкаф! — пропищала я, толкая ректора в сторону шкафа.

— Что происходит? — не понял маг. — Василика, прекрати толкаться, я все равно не влезу в эту коробку!

— Утрамбуем, — уверенно заявила, открывая дверцы шкафа. — Мэтр Влас, мне и так тут все страшно завидуют из-за того, что у нас с вами «шуры-муры», а если еще и обнаружат вас в моей комнате, то съедят и косточек не оставят.

— У тебя проблемы, — посерьезнеем маг.

— Откройте дверь! Немедленно! — послышалось за дверью и в нее забарабанили с новой силой.

— Пожалуйста, исчезнете.

Маг послушался и исчез, а Эми торжественно открыла дверь.

— Почему так долго не открывали? — требовательно воззрилась на нас студентка старшего курса Джисела Негрри, она же дежурная по этажу. — Разрешите войти!

— Нет, — ответила Эми сначала на второе требование, — Мы спали, твои крики, наверное, весь этаж разбудили.

— Только врать не надо! Спали они! — Она красноречиво посмотрела на мой наряд. — Я слышала мужской голос.

— Мы и вправду уже спали, Джис. — устало вздохнула я. — Я уснула за столом. Домашку делала. А если ты слышишь мужские голоса, то тебе к целителям надо. Галлюцинации нужно лечить на ранних стадиях, чтобы осложнений не было.

— Нет, я слышала мужской голос, — уперлась Джисела. — И доложу коменданту!

— Докладывай, — улыбнулась Эми. — Только нас не обвиняй, когда над тобой опять все общежитие смеяться будет. Джис, мы устали и хотим спать. И завтра у всех сложный день.

Дежурная по этажу надулась и ушла, не попрощавшись. А около шкафа появился серьезный такой ректор. Чего-то колданул, делая комнату недоступной для прослушки и просмотра. Затем взял Эмин стул цвета фукси, уселся на него задом наперед, положив подбородок на сложенные на спинке руки.

— Ну, рассказывайте.

Мы с сестрой переглянулись и поняли, что просто так его не выгоним.

— А что тут рассказывать? — я села на кровать и стала расплетать косу. — Все думают, что у нас с вами… отношения. Определенного мнения, как в высшем обществе нет. Бытуют разные версии.

— Разные? — переспросил маг.

— Очень разные, — подтвердила Эми и пояснила. — Самое популярное — будет ли свадьба и когда. Затем — будет ли секс и когда. И будет ли секс после свадьбы или же вы не вытерпите и соблазните Лику раньше. В связи с вашими четверговыми признаниями, более приличные версии про поцелуи теперь не популярны. Студенты даже тотализатор устроили и ставки растут с каждым днем.

Ректор потрясенно уставился на меня. Я пожала плечами и «обрадовала»:

— Мы с Эми тоже участвуем.

— Что? — выдохнул маг. — И на что же ты поставила.

— Не скажу, — смущенно ответила и залилась краской.

— А я на то, что секс будет все же после свадьбы, — никого не стесняясь, призналась Эми. — А что? Вы благородный. И то, что сумеете добиться Лику, я даже не сомневаюсь. Вот только когда эта свадьбы будет — большой вопрос.

— Я все понял, — ректор поднялся и выглядел при этом задумчивым. — Отдыхайте. Завтра действительно тяжелый день.

Маг исчез, оставив нас одних.

— И сколько ты поставила? — зачем-то спросила я.

— Два золотых.

— Всего два золотых?

— Это вся стипендия за два месяца! Хватит дуться. Лучше расскажи, как прошло свидание.

— Мы с мэтром ходили в мужской клуб.

— Это туда, где голые девицы крутятся вокруг шеста?

— Эми, что за мысли? — Возмутилась я, хотя сама вначале продумала про это. — Это было очень приличное заведение для магической элиты…

Я в подробностях поведала сестре обо всем, кроме посещения ректорской спальни, и мы улеглись спать. Сны снились яркие и запоминающиеся. В одном из них мы с мэтром посетили магазин, где продавали крылья. Их было несчитанное количество, а от разнообразия форм и расцветок рябило в глазах. Мне очень понравились нетопыриные черные крылья с острейшими когтями на изгибе, и я умоляла мэтра купить их. Но маг выбрал два сияющее-белых ангельских крыла да таких больших, что они с легкостью могли поднять его.

Я брела по второму этажу собственного дома в сторону картинной галереи. Хотела лично убедиться в выполнении собственного приказа — повесить портрет мамы рядом с немногочисленными предками. И вообще пора перебираться в апартаменты хозяйки дома раз уж ремонт давно закончен, а то ведь я так и живу в детской. Не солидно как-то.

Вот и мэтр Влас говорит, что мне пора «кончать маяться дурью и жить прошлым». Я молода, красива, умна, богата — не дело постоянно оглядываться назад и полнить плохое. Вся жизнь впереди и нужно идти по ней с улыбкой. Решено! Сегодня же переезжаю в новую комнату.

Так в раздумьях и добрела до галереи взглянула на первый портрет в полный рост. Вот и прабабушка, основательница магического рода тей Фрайхэш. Высокая, сказочно красивая полуэльфийка с белоснежными волосами до пола. Одета в серебристо-белое шелковое платье с невероятно низким вырезом, обнажающим соблазнительные полукружья грудей. Юбка слегка приподнята отчего виднелись почему-то босые ноги. Но меня заинтересовал не странный наряд родственницы, а ее до ужаса знакомое лицо: высокий благородный лоб, огромные миндалевидные глаза холодного льдисто-голубого цвета, прямой аристократический нос, алые губы, белая чистая сияющая кожа. Да это же… Да это же… Снежная Королева!

— Аааа… Ааааа… АААААА…

Я даже не сразу сообразила, что начала дико кричать, указывая пальцем на портрет. На мои крики начал сбегаться народ. Первым примчался Осто, следом — лорд Дилан, за ним уже на всех парах бежали Эми, мэтр Влас и Алек.

— Что случилось, леди Лика, — испуганно вопросил Осто, который служил у меня и конюхом, и поваром, и лакеем, и дворецким одновременно.

Прислугой я пока не обзавелась, просто не видела смысла нанимать обслугу в дом, где я появляюсь не чаще раза или двух в месяц. Лорд Дилан тоже здесь не жил, хотя и бывает довольно часто, управляя делами графства из столицы.

— ААААА…. Ааааа… ААААА… — Продолжала кричать я, указывая на портрет.

— Это леди Аналлеиса, — проинформировал всех лорд Дилан.

— Чем это тебя так потряс потрет твоей прабабки? — Спросил мэтр Влас, но я продолжала кричать, хватаясь за шею, на которой не было того самого амулета, который она мне подарила.

На мгновение портрет закрыло лицо Алека и сразу же пришло успокоение. Я перестала кричать, ощущая странную пустоту в голове.

— Лучше? — Спросил Алек и я кивнула. — Теперь расскажи, что случилось.

— Спасибо, — поблагодарила я друга. — Давайте спустимся в гостиную и я все расскажу. Только я сначала к себе в комнату зайду, взять кое-что надо.

— Так вот куда она подевалась! — Поразился мэтр Влас, крутя в руках амулет на черной шелковой ленте — круг с изображением оскаленной морды волка из черного серебра и яркими синими сапфирами в глазницах. — Все до сих пор гадают…

Мы расположились в гостиной на первом этаже. Весело горел камин, согревая нас, уютные мягкие кресла располагали к длинному неторопливому разговору, а плотно зашторенные портьеры скрывали от нас ненастье погоды. За окном бушевал порывистый ветер, поднимая мокрые листья, а с небес лил дождь вперемешку с ледяными крупинками снега. В такую погоду самый раз смотреть на весело потрескивающий огонь в камине и пить горячий час с лимоном и закусывать его пирожными.

— Да. Ушла из дома и не вернулась. По крайней мере, так говорят официальные источники, — невесело согласилась я.

— Но жить на Альде! — Поразилась Эми. — Там ведь невероятно холодно!

— Для мага уровня Аналлеисы это не проблема, — авторитетно заявил мэтр. — Только неясны мотивы переселения… Что планируешь делать? — спросил он меня.

И все заинтересованно повернулись ко мне.

— А надо что-то делать? На Альду не поеду, — решительно заявила я. — Как представлю эти вечные снега и жуткие морозы. Бррр… — я передернула плечами. — К тому же Новый год на носу. Если вы не забыли он будет через неделю. А там бесконечные балы начнутся, которые необходимо посещать. А мне еще сессию досдать надо. Мне и думать некогда будет о прабабке. Может быть как-нибудь потом…

— И действительно, — согласился лорд Дилан. — Вам необходимо налаживать дружественные отношения с древними родами Адрастериона, а не разгуливать где попало. Как известно, репутация рода Райзенде весьма дискредитирована. Это надо исправлять!

— Согласен, — кивнул мэтр Влас и от него не укрылись заговорщицкие взгляды Эми и Алека. — О последнем экзамене пока не думай. Лорд Итилорин вернулся домой, у него какие-то семейные проблемы. Литературу периода Возрождения после каникул сдавать будете.

— Так я могу не возвращаться в Академию? — обрадовалась я тому, что каникулы фактически удлинились на три дня. Хоть и было немножко жаль, что эльфийский профессор так внезапно уехал. Я хотела ему подарок подарить.

— Не можешь, — огорчил меня ректор Академии, где я имею честь обучаться магии. — Порядок должен быть соблюден, хотя бы в этом, — и такой тяжелый вздох.

Мы с Эми захихикали. В этот раз мэтр сам себя поставил в неловкое положение, раз в неделю приглашая меня то в театр, то в ресторан, то на бал, то еще куда-нибудь. В то время как остальным студентам запрещено покидать предела Академии. Эми, как и остальным аристократам, было несколько легче — они посещали королевские балы и балы высшей аристократии, куда имели честь быть приглашены. Прочие же с тоской смотрели на ворота и пытались взломать ректорские охранки.

Еще меня пытались подкупить, припугнуть, шантажировать и умолять как-нибудь повлиять на ректора, чтобы он ослабил режим. Не вышло — я самым бесстыжим образом жаловалась ректору и он принимал жесткие меры. Двух «шантажистов» отчислили, студентам, которые пытались давить на меня, назначили испытательный срок.

Моя несговорчивость вынудила студенток пойти на рискованный шаг — самим попробовать очаровать мэтра Власа и добиться желаемого. А что? Мэтр еще не старый, по крайней мере внешне, весьма красив, сказочно богат, из влиятельного древнего рода, а в случае рождения ребенка и титул можно будет попытаться вернуть. Идеальный муж! Сейчас на ректора идет настоящая охота, девушки изобретают все новые и новые трюки, но мэтр Влас стойко держит оборону и продолжает приглашать меня по воскресеньям на прогулки.

— И вправду, Лика! — Возмутилась Эми. — Почему это я должна учиться, а ты баклуши быть?

— Да ну, — махнула я рукой. — Всего три дня осталось учиться.

— Заметила, Влас начинает злиться? — Похихикал Рихар, буквально вырвав меня из рук мэтра на Новогоднем королевском балу.

Я оглянулась на мага — тот и вправду излишне резко схватил с подноса у подошедшего официанта бокал и сжал его так, что он едва не лопнул. Еще бы ему не злиться! Сначала меня пригласил лорд Насилме, опередив мэтра буквально на секунду. На второй танец меня пригласил Адалард, мэтр даже дойти не успел до меня. Третий танец я танцевала с мэтром Утаном. На четвертый мэтр Влас меня сумел пригласить, но ему пришлось уступить честь танцевать со мной королю. И вот пятый танец и опять неудача.

— Не смешно, — нахмурилась я. — Скажите, вы сговорились?

— Нет, — покачал головой дракон, кладя руку на мою талию и начиная первый шаг вальса. — Это здоровая конкуренция, Лика. Привыкай.

— Конкуренция?

— Что тебя удивляет? Ты симпатичная девушка, а танцы обязывают к разговорам.

— Так вы меня не просто так пригласили? — я не знала то ли мне радоваться, то ли огорчаться. Ох уж эти расчетливые драконы.

— Алек мне тут рассказал кое-что про твою прабабку. Это правда, что она нашлась?

— Ну как сказать, — замялась я. — Достоверно известно, что она присутствует в мире живых, но в каком качестве непонятно. И живет на Альде.

— Не хочешь по-быстрому смотаться туда?

— Да вы что? — поразилась я самому абсурдному предложению. — Там холодно!

— Лика, это же твоя прабабушка! Родная кровь! Не уже ли тебе не интересно, как она, что с ней.

— Интересно, но…

— Что но?

— Но… Сейчас Новый год, не могу же я покинуть дворец не попрощавшись. А попрощаться не получится — мэтр Влас сразу же прибежит и разборки учинит. Нет, — покачала головой я. — Тут даже пытаться не стоит.

— Прямо сейчас и не стоит бежать. Да, да именно бежать я предлагаю. Не уж то я не понимаю, что Влас тебя никуда не отпустит. Предлагаю сразу же после обеда и никого не предупреждать.

— Рихар… — начала я, но призадумалась и решила, что все же стоит попробовать. — На мне семь следилок.

— Это не беда, — отмахнулся дракон. — Наденешь свой амулет. Насколько я понял, он будет блокировать и следилки, и поисковые чары даже по-настоящему сильных магов. В любом случае, утром мы будем уже у викингов. Пока они туда доберутся, мы успеем слинять. Я ведь тоже не лыком шит.

— Так после обеда? Почему после обеда?

— Алиар и Влас уйдут, у них междусобойчик будет. Да не переживай ты раньше времени! — остановил меня Рихар. — Влас дважды на одни грабли не наступает. К тому же там Амэлтеа будет, уж она не допустит дебоша.

— Хм, — усомнилась я в словах Рихара, и еще больше начала переживать. Но решила сосредоточиться на главном, в конце концов мэтр обещал больше наркотические грибы не кушать. — А вообще никому рассказать нельзя?

— Никому! Я понимаю тебя — ты не привыкла что-либо скрывать от сестры. Но в деле побега, чем меньше народа знает о нем, тем проще сбежать.

Незаметно исчезнуть после обеда и подняться в апартаменты, которые нам с сестрой так любезно выделила Ее величество, оказалось на удивление легко. Мэтр, король с королевой и еще несколько высокородных магов действительно покинула танцевальную залу. Алек весь вечер занимался исключительно супругой. Бедная Мари! Она уже и не знает куда деваться от заботливого супруга — ни поесть нормально, ни поговорить, а танцы вообще под запретом. Эми затерялась где-то в стае ухажеров. Найдин вовсю веселилась и, кажется, вообще про нас забыла. Альвэ и Адалард были заняты исключительно друг другом. Оказывается у них начался бурный роман! Вот чудаки!

Сейчас я стояла посреди комнаты и нерешительно сжимала волчий амулет. Надо его надеть, раз уж решилась бежать.

— Ну же, — поторопил меня Рихар. — Надевай и полетели.

— Полетели?

— Это я образно. Хотя лететь придется, я никогда не был на викинговских островах. Сначала телепортируемся в пещеру в Северных горах, а там уж крыльями махать придется. Часа за два управлюсь. Даже поспать удастся немного, — и с улыбкой посмотрел на меня. — Чего же ты ждешь? Надевай скорее.

Я не споря надела амулет. Уууу, как здорово! Я полетаю на настоящем драконе!

— Это ваша пещера? — спросила я, разглядывая серый гранит. До чего же она мне напоминала пещеру Ашеро! Никакой фантазии у драконов. Хотя, помниться, Натан обустроил свое логово со всевозможным комфортом, чтобы его пленница жила припеваючи.

— Да, — просто ответил Рихар. — Знаешь, Лика, я не страдаю раздвоением личности или манией величия. Ты вполне можешь обращаться ко мне на «ты». Договорились?

— Хорошо, — улыбнулась я. — Ты… ты сейчас превратишься в дракона и мы полетим?

— Полетим, полетим, — закатил глаза он к потолку и проворчал. — Ох уж эти девушки! Вам бы только на драконе покататься!

Затем встал посреди пещеры и раз — стал драконом. Ярко-золотой красавец. Морда вытянутая с узкими ноздрями, огромные каре-золотистые глаза, от переносицы начинался частый гребень рожек, который заканчивался на затылке, по бокам лба два серповидных длинных рога, загнутых назад как у горного козла. Поджарое вытянутое тело с гигантскими крыльями, к сожалению, без когтя на изгибе, очень длинный хвост шипами на кончике.

Дракон вытянул лапы и выжидательно посмотрел на меня. Я сначала не поняла, что он от меня хочет, а догадавшись, стала устраиваться в лапе.

— Ну почему обязательно в лапе? — Негодующе вопросила я.

— Извини, мешка с собой не взял, — пошутил он, но потом серьезно спросил, — не уже ли ты думала, что я посажу тебя себе на загривок?

— Но ведь помечтать-то можно!

— Нельзя, — был простой ответ. — Драконы не лошади. Ни одни из нас никогда и никого не будет возить на себе. Только в лапах, как добычу! Удобно?

Последний вопрос был весьма неожиданным, поэтому я не сразу сообразила, что ответить.

— Э… Да. Можем лететь.

— Еще минутку, — пробормотал Рихар и начал колдовать.

Это были стандартные щиты от холода, ветра, и еще что-то, что я не смогла разобрать. Закончив, дракон на трех лапах выполз из пещеры и я обрадовалась такой предусмотрительности. Под защитными пологами я чувствовала себя в полной безопасности, мне было тепло и уютно.

А снаружи царил ураган. Сильный ветер поднимал с земли тонны снега, закручивал снежные хлопья в маленькие смерчи. Ничего кроме белой пелены видно не было. Как же Рихар найдет дорогу?

— Тебе лучше поспать, Лика, — обратился дракон ко мне. — Все равно ничего интересного не увидишь.

— А как же северные города?

— Не уже ли ты думаешь, что я полечу над городами? Я не сумасшедший! Мы полетим над океаном…

— Над океаном!? — Не дав закончить Рихару, воскликнула я.

— Сейчас зима, Лика, и он подо льдом. Ничего кроме белой снежной равнины ты не увидишь. Надо летом летать — потрясающе красиво!

— Я все равно не буду спать.

— Ну, как хочешь, — пожал плечами дракон и начал взлетать.

Мы летели вертикально вверх, преодолевая штормовой ветер и ледяные крупицы снега, которые, наверняка, застилали Рихару глаза. А когда со всего маху врезались в черную тучу, я не сдержала испуганного визга. Дракон не обратил на него никакого внимания, только перед самым столкновением с тучей сжал покрепче лапы. Взрыва, искр, всполохов огня, как я ожидала, не было. Мы пронзили грозовую тучу, как раскаленный нож масло, и вырвались в совершенно спокойные небесные просторы.

— А, — выдала я свои эмоции, глядя на мириады крошечных звезд в абсолютно черном небе. Внизу, под ними, бескрайняя бесформенная серая масса — причина ненастья на земле.

Рихар сделал круг почета и полетел на восток к вигинговским островам.

Любоваться звездным небом мне пришлось недолго, Рихар скоро снизился, пронзив тучи, и полетел над замершим океаном, наблюдать за которым было неинтересно. Однообразный пейзаж и мерное покачивание усыпляли — и я не заметила, как провалилась в крепкий сон.

Мне приснилась она — Снежная Королева. Она тепло улыбнулась и сказала, что ждет меня. А еще посетовала, что мне понадобилось так много времени, чтобы сообразить, что она приходится мне прабабушкой. Ведь у меня было все, чтобы сделать столь несложный вывод.

Проснулась я, лежа на неширокой кровати в куче мягких шкур. Рядом сладко посапывал Рихар. Больше в комнатке ничего и никого не было. Да и не комната это была, а закуток, зарытый от чужих глаз громадной шкурой.

— Ты чего не спишь? — сонно пробормотал Рихар.

— Мне… носик припудрить надо, — чуть смутившись, ответила я.

— Эх, девчонки! — вздохнул дракон и поднялся с кровати. — Пойдем, провожу. И раз уж ты проснулась, расскажу, где мы и что дальше делать будем.

Он помог мне выпутаться из шкур, и я попробовала разгладить безнадежно измятую юбку бального платья.

— Извини, — виновато опустил глаза Рихар. — Я как-то не учел, что к побегу нужно подготовиться. Я-то сам переоделся, а вот во что тебя одеть, не представляю. И да, за ночлег и еду я расплатился твоей жемчужной нитью.

Я схватилась за шею и нащупала только атласную ленту медальона. Возмущенно глянула на воришку, но он огорошил меня следующим:

— Кстати, мы супруги, — от этой новости я села на кровать, а Рихар продолжил. — Не бойся, это не по-настоящему, но иначе они не хотели селить нас в одной комнате. А я не хотел бы терять тебя из виду. Идем, ты хотела припудрить носик. Или передумала?

Я не передумала, а потому смерено поднялась и последовала за «муженьком». Куда он меня втянул? Почему я согласилась на эту авантюру? Где Рихар достал походную одежду? Последний вопрос я и озвучила.

— Вытащил магией из собственного шкафа. Нет, Лика, изучать это заклинание сейчас некогда, проще купить одежду у местных жителей. Она понадежней будет твоих шелковых рубах.

Мы прошли сквозь огромную комнату, посреди которой располагался очаг со столом и лавками. Громадные столбы подпирали потолок, а искусно выделанные шкуры закрывали от посторонних глаз небольшие помещения, которые использовались как спальни.

За столом сидело пару мужиков. Они с любопытством посмотрели на меня, попивая горячий чай.

Я понимала это любопытство. Мой наряд здесь был весьма необычен: темно-зеленое платье из тончайшей парчи с золотой вышивкой эльфийских рун и пышной многослойной юбкой. Лиф по столичным меркам имел скромный вырез, обнажая лишь ключицы, а плечи прикрыты короткими узкими рукавами. Длинных белых перчаток на мне не было, они остались во дворце. Не только покрой одежды, но и ткань не вязалась со здешними традициями. Бородатые мужики, сидящие за столом, как и древняя старушка, и молодая женщина, внезапно появившиеся на нашем пути были одеты в теплые шерстяные рубахи и штаны (на женщинах юбки), меховые жилеты и меховые же ботинки. Глядя на них, я почувствовала, что мне холодно.

— Hvor gar du? — спросила старушенция и неловко взмахнула своей клюкой, едва не угодив ей в живот Рихара.

«Куда собрались?» — перевела я ее вопрос и обрадовалась своей предусмотрительности. Как хорошо, что в прошлом месяце начала изучать викинговский! А все профессор Эйнар, заинтересовавший меня рунической письменностью викингов.

— Min kone plassee seg i, irede Magrid. La henne til trom. — На чистом вигинговском без малейшего акцента ответил Рихар и, дождавшись неохотного кивка старушки, повернулся ко мне, — идем.

«Моя жена хочет в туалет, достопочтенная Магрида. Я провожу ее», — довольно грубо перевела я ответ Рихара.

Мы вышли из комнаты и прошли по холодному коридору, свернув направо.

— Вот, тебе сюда. — Кивнул дракон на дверь. — Долго не засиживайся — здесь холодно!

Я зашла в комнатку — и меня постиг культурный шок!

Я понимала, что здесь вряд ли будут дворцовые уборные с канализационной системой или академические кабинки с унитазами с магической переработкой, но… банальное ведро?! Что мне с ним делать? Тем более, что оно не пустое…

Провозившись минут пятнадцать, я справилась со всеми делами и даже умылась, наколдовав себе чистой воды, и убрав все следы своего пребывания здесь магией.

Рихара в коридоре не было и я решила вернуться в комнату. Не мерзнуть же здесь? Зайдя в помещение, я увидела, что дракон расположился за столом и что-то быстро поглощал, попутно беседуя со старушкой. За столом также сидели те два мужика, которые с любопытством смотрели на меня и молодая женщина всюду следовавшая за Магридой.

Дракон, заметив меня, показал на место ядом с собой. Я не стала отказываться от приглашения, тем более, что кушать очень хотелось.

Не успела я усесться, как Рихар меня огорошил:

— Они хотят твое платье взамен на их одежду.

— Зачем оно им? — Удивилась я. — Ты уже отдал им жемчужную нить. Разве этого не достаточно, чтобы расплатиться за ночлег, еду и одежду?

— Они готовы вернуть жемчуг, но хотят получить твое платье. — Сказал Рихар. — Скорее всего, их заинтересовала вышивка из эльфийских рун.

Я глянула вниз, на лиф платья, который весь, включая рукава, был покрыт тонкой вязью защитных рун. Вышивала я сама и потратила больше двух месяцев. Конечно же, можно было вплести золотые нити магией, но тогда бы защитная магия не работала. Эльфийские руны, как впрочем и остальные рунические азбуки, не любят спешки и халтурного начертания, необходимо работать только руками и думать при этом о хорошем, вкладывая в каждый стежок определенный смысл.

— Это моя курсовая работа, — отдавать платье было жаль.

— Ну, ты же уже сдала все экзамены, — не понял дракон. — Давай, Лика, нас ждет более важное дело.

— Хорошо, — согласилась я и от огорчения вгрызлась в ароматный еще теплый кусок хлеба.

Рихар радостно улыбнулся, и повернулся к, терпеливо ждавшей окончание нашего разговора, старушке. О чем они говорили, я не слушала. Все равно беседа шла очень быстро, я и могла выхватить только отдельные слова.

Я с любопытством приглядывалась к Магриде. Интересно, кто она? Не маг, это я сразу определила. Но определенно разбирается в рунах, раз смогла с полувзгляда определить волшебная ли вышивка или нет.

После завтрака меня повели переодеваться. Быстро стянули не только верхнее платье, но и нижнюю белую шелковую сорочку и панталоны. Все это куда-то унесли. А взамен дали льняную рубаху, вязанные пушистые штаны в обтяжку, на них полагалось надеть теплые шерстяные штаны, ноги согревали вязанные носки и высокие меховые сапоги на толстой подошве. Сверху — меховая куртка до середины бедра, под ней вязанная теплая жилетка. Несмотря на обилие одежды, было удобно и ничего не стесняло движений.

Еще нам вручили по паре коротких широких лыж, называемых снегоступами, и небольшой запас еды и флягу с водой.

Когда мы уходили, нас провожали как в последний путь. Мужики смотрели на нас, как на сумасшедших, и их можно было понять. Кто же путешествует по северным островам в разгар зимы? Абсолютно спокойной и даже равнодушной оставалась одна Магрида. Мне показалось, что она была рада, что мы уходим.

Вышла из дома — и меня снова настиг культурный шок.

Видеть издали огромные массы снега это одно, а пребывать посреди снежной пустыни наяву, а не во сне (как это бывало раньше), совсем другое. Мне показалось, что мы вышли из сугроба. Списав это на темноту раннего утра, я все же решила оглянуться. Так и есть — свет огромной луны и мириад ярких звезд позволили разглядеть дверь в белом сугробе. И снег везде. И ничего кроме снега. Да как же они здесь живут?

— Выйдем за пределы фермы и полетим, — вывел меня из ступора голос Рихара. — Какие смешные штуковины! — он повертел в руках снегоступы. — Надевай.

Мы надели и поплелись вперед.

— Когда мы полетим уже? — взмолилась я минут через двадцать. Ходить на снегоступах непросто.

— Лика, мы и мили не пошли! — изумился Рихар. — Площадь ферм викингов от семи до десяти квадратных миль. Часа через три добредем.

— Я не смогу идти столько! Да кто нас увидит? — Настаивала я на своем. — Холодина собачья на улице. Все по домам сидят.

— Наверное, ты права, — задумчиво посмотрел на меня Рихар. — Хорошо. Полетели.

И он поднял нас левитацией и мы понеслись быстрее ветра.

— А ты заметил, что они не праздновали Новый год? — от нечего делать, меня потянуло на разговоры.

— А викинги и не празднуют Новый год, как мы. У них Новый год наступает в третью субботу октября с приходом зимы и переходом к ночной жизни.

— Ночной жизни?

— Вижу, ты ничего не знаешь о викингах, — улыбнулся Рихар и начал рассказывать. — У викингов два времени года: зима длится с конца октября по конец апреля и лето — соответственно с конца апреля по конец октября. Смена времени года — важнейшие события и празднуются по нескольку дней. Условия жизни тут суровы, а приход зимы означает переход к сложным временам, когда все зависит только от того, успели ли люди подготовиться. Зимние ночи здесь значительно темнее и дольше, чем у нас. Солнце поднимается поздно, а садиться рано — поэтому и говорят, что наступает ночная жизнь.

У них полно и других праздников. Викинги, как и мы, празднуют Ночь ведьмы, Дни весеннего и осеннего равноденствия, Дни летнего и зимнего солнцеворота… а в начале января они празднуют Ёль — поклонение лесному божеству. Это один из немногих праздников, где необходимо приносить жертвы.

— Человеческие? — не удержалась я.

— Раньше — да. Резали молодых сильных юношей и девственниц. Но сейчас это специально выращенное животное. Упитанное, здоровое. Даже несмотря на нехватку корма, жертвенное животное перекармливают. Чтоб оно было пожирнее, побольше.

— Зачем, — не поняла я. — Не лучше бы зарезать больное животное. Зачем портить то, что самому необходимо.

— Это ты мыслишь, как житель атеистической страны, где нет богов, а следовательно нет и их милостей, и наказаний. Викинги поклоняются Ёлю, лесному божеству, от расположения которого сильно зависит их жизни. Если принести божеству плохую жертву, которая ему не понравится или же обидит, он сделает так, что ты летом дров не напасешь, и дичи не поймаешь, и шкуры все дырявые будут. А без всего этого человеку здесь не выжить. Поэтому-то и проносят в жертву только лучшее, чтобы задобрить Ёля.

Викинги собираются у огромной старой ели, поют песни, танцуют, а затем старший рода приносит жертву. Внутренности развешивают на ветках, как мы елочные игрушки, а кровью обмазывают ствол.

— Фу! Какая мерзость!

— Согласен, — кивнул Рихар. — Не стоит портить еду. Ее нужно съедать.

Да, дракона за версту видно.

— Давай помолчим немного, — озадачено сказал Рихар, — я, кажется, заболтался и сбился с пути.

— А куда мы летим? — теперь озадачилась я.

— На Альду, разумеется.

Дальше летели молча. Кругом — снежная пустыня и ничего более. От унылого пейзажа стали приходить унылые мысли.

Ну, зачем? Зачем я ввязалась в эту авантюру? Зачем сбежала из дворца в празднование Нового года и никого не предупредила? Неужто нельзя было цивилизованно организовать экспедицию? Что скажет Эми, когда я вернусь? А Алек? Бедняга от огорчения на себе волосы, наверное, рвет. Он и так один раз нас терял… Сейчас Эми на месте, рядом с ним. Но легче Алеку от этого не делается.

Но помириться с ними будет нетрудно. Достаточно извиниться и рассказать, как прошло приключение. А о том, что скажет мэтр Влас, думать не хотелось. Да и не будет он ничего говорить — сразу убьет. Медленно, смакуя удовольствие. А Алиар будет подавать ему пыточный инвентарь.

Так и представляю пыточный подвал, освещенный только несколькими факелами. Я, прикованная к дыбе, в одном нижнем платье и с распущенными волосами. Мэтр Влас, почему-то без рубашки и в кожаных штанах в обтяжку, сжимает в руке плетку…

Дальнейшие мучения домыслить не удалось — я со всего маху врезалась в спину впереди летящего Рихара и мы покатились по снегу. Остановились, пропахав метров двадцать. Дракон спиной на снегу, я сверху.

— Не думал, что ваши отношения зашли так далеко, — потрясенно выдал он. — Да и маленькая ты еще для такого. Надо Али сказать.

— О чем ты, — удивилась я. — Фу, пошляк! — обиженно припечатала я, поняв, что Рихар случайно поймал мою последнюю мысль и неправильно ее понял. Беда просто с сильными менталистами, никакие щиты не спасают. — Нет у меня с мэтром никаких отношений. Только дружеские. А это… Это я воображала, что мэтр со мной сделает, когда поймает… в смысле, когда я вернусь домой. Пытки там… долгая мучительная смерть…

— Ааа… Аааа… — Выдал Рихар и в его глазах, ну просто бездна облегчения. — Да ничего он тебе не сделает, — дракон начал подниматься. — Пожурит немного и охранок побольше навесит.

Я с сомнением посмотрела на него.

— Но, если ты сомневаешься, я могу устроить тебе убежище в своей пещере.

— Так ведь найдет!

— И что? Ты хоть и сидела у Ашеро в плену, но ничего не знаешь про драконьи пещеры. Одно дело найти ее, другое — попасть внутрь, и совсем уж невозможное — найти там сокровища. Земля, напитанная магией дракона, не подчиняется даже Повелителям. Поверь на слово — у Власа ни шанса.

— Потом разберемся, — буркнула я. — Полетели дальше.

А если сказать, что Рихар меня заколдовал, мне поверят?

Полетели дальше. Чтобы спасти меня от грустных мыслей, Рихар стал рассказывать, что ему удалось узнать у Магриды, старшей женщины рода. Оказывается, что ферма Ульвхама, самая северная и далее нее никто не живет. Однако Магрида упоминала, что восточнее викинговских островов есть немногочисленное племя, проживающее на территории, где даже летом лежит снег. Так вот среди их богов есть Снежная Дева, сказочно прекрасная, но столь же холодная и неприступная, как зимние морозы. Они почитают ее как повелительницу снегов и зимней стужи.

— Как дед Мороз! — вклинилась я в стройную речь Рихара. — Только она получается не дедушка, а бабушка Мороз?

— Получается, что так, — согласился со мной дракон. — Слушай дальше. Смысл здесь немножко глубже зарыт. Она не только повелительница зимы, но и владелица местного пристанища душ. Жители племени верят, что после смерти Снежная Дева забирает их души к себе в самый центр Альды, где от невыносимого холода души превращаются в снег, а Дева затем лепит из него волков. Белоснежных, с льдисто-голубыми глазами. Тебе ничего не напоминает это?

— Напоминает, — кивнула я, вспоминая некоторые свои сны.

— Но не всем душам суждено переродиться и попасть в снежную стаю. Грешники вынуждены снова родиться и прожить жизнь человеком, надеясь, что после смерти смогут стать волком.

— Вот так новости! — Изумилась я. — Получается, Аналлеиса стала богиней?

— Получается, что так.

Часа через два Рихар сказал, что мы находимся на побережье Альды. Я огляделась — везде как был чистый нетронутый снег, так он и остался. Как дракон понял, что мы на Альде, было не понятно.

— Сейчас я обернусь и мы полетим, — сказал Рихар. — Драконом я быстрее облечу материк. Ты смотри внимательнее, может увидишь знакомые пейзажи.

— Рихар, а мишки здесь есть?

Рихар, уже ставший драконом, скосил на меня золотистый глаз и ответил:

— Есть.

— А эти… как же их? — Не унималась я, — моржи?

— Давай залазь в лапу, — он подставил лапу и я стала устраиваться. — Есть и моржи, и тюлени, и пингвины. Но гораздо восточнее, там, где океан льдом не скован. Здесь их можно увидеть только летом. Гляди в оба!

Летали долго. Уже начало темнеть, но мы так и не нашли никакой зацепки. Однообразный пейзаж не давал и шанса.

— Давай остановимся, — предложил Рихар, — и отдохнем, перекусим.

— Давай, — обрадовалась я. Тело от однообразной позы затекло и болело. Хотелось размяться.

Рихар успел поставить меня на снег и сделать несколько мелких шажков назад, что бы самому превратиться в человека. Но не успел. Со злобным рычанием из снега поднялась огромная волчья башка, а через несколько мгновений и весь волк целиком. Оказывается Рихар встал гиганту на лапу и это ему не понравилось. Волк обнажал страшные белые клыки и вздыбливал шерсть. Дракон пихнул меня лапой, да так, что я покатилась по снегу, и угрожающе встопорщил острые чешуйки, в миг сделавшись больше.

— Рихар, — испуганно закричала я.

— Не волнуйся, — услышала я приятный женский голос, — они просто играют.

Я оглянулась и увидела…

— Прабалуля…

— Ну, здравствуй, правнучка. Наконец-то ты явилась.

— Здравствуй. А чего ты так далеко забралась?

— А так получались! — легкомысленно ответила она. — Поднимайся и пойдем выпьем за встречу.

Она махнула рукой в сторону — там немного в стороне стоял круглый столик и два стула с высокими спинками. На столе расположились два хрустальных бокала и бутылка с чем-то рубиновым.

Мы присели за стол и Аналлеиса наполнила бокалы.

— За встречу! — произнесла прабабушка тост и пригубила вино, блаженно щурясь.

— За встречу! — повторила я и тоже отпила, глядя на Рихара и волка. Дракон как раз схватил белого гиганта за хвост и сильно дернул. Волк взвизгнул и вцепился в драконью лапу.

— Как маленькие, — прокомментировала Аналлеиса. — Ну, отвечай, зачем пожаловала?

— Где драконьи сокровища? — не стала увиливать я и начла с главного, хотя вопросов было много.

Прабабушка закатила глаза и покачала головой.

— Вот они, потомки! Только о деньгах и думают! Нет чтобы поинтересоваться, как я дошла до жизни такой…

— Об этом я хотела спросить после того, как ты мне расскажешь, где сокровищница, — я сделала еще один маленький глоток. Вино оказалось очень вкусным. — В Восточных гномьих горах или все же в центре княжеских болот?

— В болотах разумеется. Гномы тоже охотились за ними, но я оказалась первой и перенесла в Княжества. Этот гаденыш, Амалрих, правильно разгадал шифр, но для открытия двери ему нужна была кровь одного из членов семьи. Не знаю, почему он не воспользовался Вереней — она была под рукой. Он захотел уничтожить тебя. Жаль, что я не сумела спасти Вери, сконцентрировавшись на тебе. Мне казалось важнее спасти тебя, как будущее династии.

— Спасти меня? — я продолжала медленно попивать вино и наблюдала за дракой. На этот раз вол сумел запрыгнуть на спину дракону и вцепиться зубами в рог на голове. Рихар пытался вертеть головой в надежде скинуть волка, но пока не получалось.

— Тебя. Видишь ли, твоя мать не просто так потеряла свой дар. Твой дед, Алфихар, откупился жизнью жены и магическим даром дочери от марены. Марены или, как их еще называют, моры, — начала отвечать Анналеиса, предвосхищая мой вопрос, — зловредные духи, питающиеся магией. Страшная разработка сумасшедшего ученого, грезившего о небывалой магической мощи. Это было пол тысячи лет назад. Не известно, как он смог их создать, — все документы были уничтожены, но поговаривают, что использовались разработки магов первой цивилизации. Трехликие морены были созданы, чтобы отнимать магию у магов. Очень чисто, без искажения ауры и каких-либо последствий для будущих поколений. Совершенно невероятный факт, ибо это не удавалось сохранить при стандартной процедуре отъема дара. Но один из экспериментов вышел из-под контроля и морены, вырвавшись на свободу, убили своего создателя. К сожалению, эксперимент сумасшедшего ученого был способен эволюционировать и саморазвиваться. Да к тому же успешно размножался… Очень многие маги погибли, пытаясь найти способ уничтожить морен. И когда он был найден, прошла большая зачистка. Считалось что их всех уничтожили. Считалось…

Алфихар, когда был юношей, попал в волчью яму и сильно изранил ногу, потому и не мог сам выбраться из ловушки. Медленно умирал. Тут и появилась трехликая морена, она спасла Алфихара в обмен на обещание в вознаграждении. Чем будет являться это вознаграждение, обговорено не было. Она потребовали плату через тридцать лет, когда у Вери только-только проснулась магия и Родомира начала обучать ее магии. Морена явилась к твоему деду и сказала, что пора платить по счетам иначе она вернет те раны, что когда-то залечила. Алфихар, глупец, сказал, что она может взять все, что пожелает, не подозревая, что она заберет жизнь его любимой женщины и магию дочери. Родомира, в отличие от мужа, знала, кем являются морены и знала, чем они опасны, но не знала как с ними бороться.

Прабабушка замолчала, давая мне возможность самой домыслить как разворачивались события. Я очень ярко представила, как бабушка приводит маленькую маму в лабораторию и показывает ей элементарные упражнения на контроль Силы или рассказывает про медитацию. И тут в комнату врываются они и… и…

— Вери она «выпила» первой, — продолжила свой рассказ Аналлеиса. — никто ничего и не понять не успел. Вери расплакалась, потому что заклинание больше не получалось. Родомира решила, что дочь просто устала и отправила в комнату спать. Сама же осталась в лаборатории, требовалось разобрать бумаги. Справиться также быстро и тихо с хорошо обученным магом у морены не получилось, но она все равно получила бы желаемое. Родомира понимала это, поэтому решила использовать белый огонь. Он, как известно сжигает все, особенно хорош при уничтожении вредоносной магии, чем по сути и является морена. Разумное овеществленное заклинание, злой дух, сгусток магии. Морену она убила, но не учла, что в лаборатории полно взрывоопасных веществ. Ужасающий взрыв разорвал тело Родомиры, да так, что его до конца и не собрали.

Я была сосредоточена на тебе — ты должна была поступить в Академию. Веренею я упустила из виду, посчитав что дома ей ничего не угрожает. Я полагала, что Родерик и пальцем не тронет жену, будь она хоть самой падшей женщиной. Но он же… он так любил ее…

— Не переживай, — я сжала ладонь прабабушки. — Прошлого не вернуть. Ты защищала меня. А от кого ты меня защищала?

— От морен. Та, что уничтожила Родомира, была не единственной. В Адрастерионе есть еще одна. Одной из опасностей морен является что, что они связаны друг с другом. То что знает одна — знает и вторая. То, что обещано одной — по наследству переходит и второй. Одна из морен была связана с твоей семьей через твоего деда и не важно, что долг был уплачен еще до твоего рождения. Алфихар не ограничивал размер уплаты и морены считали, что могут питаться вновь родившимися магами в семье должника бесконечно долго. Пока магическая связь не разорвана, сохраняется опасность их появления.

— Как же разорвать эту связь?

— Убить последнюю из морен. Не переживай, я с расстройства явилась к ней сама и заморозила до полного развоплощения. Если бы не гибель Веренеи, я бы не смогла так. Подожди, сейчас найду ее.

— В смысле?

— Ну, ты же знаешь, что местные считают меня богиней. Так знай — это чистейшая правда. И то, что души праведников превращаются в снег, из которого я леплю волков, — тоже чистейшая правда.

— И как же ты дошла до жизни такой? — задала я самый долгожданный вопрос.

— Подожди минутку, — потребовала богиня, выглядывая что-то в снегу. — А ну иди сюда. Вот смотри, твоя морена, — и всучила мне белоснежного щенка.

Щенок, молодой кабель, между прочим, разинул пасть и лизнул меня в нос. Я рассмеялась и выпустила его на волю. Пес убежал оказывать моральную поддержку гигантскому волку. Он и дракон сейчас боролись, стоя на задних лапах и уперясь друг другу в грудь. Была ничья и никто не хотел сдавать позиций.

— Ну, как же так стало, что ты теперь богиня.

— Я изучала вопрос исчезновения оборотней. Рано или поздно этим вопросом интересуются все маги. Случайно наткнулась на легенду про Элинов и полуволков. Элины, после своего предательства покинутые Праматерью, исчезли из нашего мира. От них остался только небольшой городок в Заповеднике. А вот переселение полузверей на Альду меня невероятно заинтересовало. Мне почему-то показалось, что они смогут натолкнуть меня разгадку тайны исчезновения перевертышей. Не долго думая, я отправилась сюда. Ингвар сразу покорил мое сердце, — она с обожанием посмотрела на волка-гиганта и неожиданно закончила, — Потом у нас появились дети.

Я закашлялась. Как такое возможно? Ведь он волк, да красивый, но волк же! А она человек…

— Ой, — махнула Аналлеиса рукой. — Это сейчас он волк. А на самом деле он не хуже нас с тобой. Правда, чтобы остаться здесь, мне пришлось несколько… переродиться. Потом обо мне узнало местное племя. Пришлось соответствовать. Хорошо, что викинги, хоть и знают обо мне, но не поклоняются.

— Почему же? Для Бога, чем больше паства. Тем лучше.

— Много ли ты знаешь, что необходимо богу? Я, скажем так, еще не совсем богиня, занимаю промежуточное состояние. И мне хотелось бы сохранить данное состояние как можно дольше.

Мой следующий вопрос прервал болезненный визг Ингвара. Он допустил несколько ошибок и Рихар смог его забороть. Сейчас дракон победно уселся на волка и отвешивал ему щелбаны.

Ингвар не стерпел такого обращения и стал созывать свою стаю. Со всех сторон стали подтягиваться тысячи белоснежных волков. Рихар огляделся, понял, что не сможет справиться с таким количеством врагов и взлетел. Схватив меня лапой, понесся прочь. Вслед нам неслась многотысячная стая волков.

— Пока, прабабулечка, — крикнула я, хотя и знала, что мой голос уже не долетит до нее. Но я все же услышала в ответ.

— Пока, солнышко.

Последний раз взглянула на снежную пустыню и увидела невероятно красивого молодого мужчину, который беззастенчиво обнимал Аналлеису. Прабабушка и Ингвар махали нам вслед руками. Вокруг них было полно детей разного возраста и все они тоже махали нам руками на прощание.

— Неужели эти милые малютки вырастут в вот таких вот зубастиков под шесть метров? — спросила я, сжимая в каждой руке по крокодилу. Зверюги были мелкими, буквально три часа назад вылупились из яиц. Симпатяжки, в отличие от мамашки-крокодилицы, на которую я кивнула, задавая свой вопрос.

— Вырастут, — деловито подтвердил Рихар, вылавливая из озера очередного крокодильчика. — Ну, убедилась, то драконы и крокодилы вовсе не похожи друг на друга?

В ответ я только гадко хихикнула. Нет, я окончательно убедилась, что они дальние, очень дальние, но родственники. Зубастые, чешуйчатые, прожорливые, опасные.

Все началось с того, что Рихар неожиданно телепортировался в лето. Кругом шумела листва гигантских деревьев, трава блестела в лучах яркого солнца. Дракон приземлился на одну из полян, выпустил меня из лап и тут же улетел охотиться, ибо был зверски голоден. Вернулся быстро, сжимая в лапах тело несчастного оленя. Удобно расположился на травке и вгрызся в свою истекающую кровью жертву. Мне сделалось противно и я с ужасом посмотрела на так любезно предоставленную и пропаренную драконьим дыханием оленью ногу. Все мясо я больше не ем! Никогда!

Отвернулась, бурча под нос, что драконы похожи на крокодилов. Рихар подавился очередным куском, а справившись с собой, спросил, с чего это я пришла к таким выводам.

— Вы, драконы, как и крокодилы, нападаете на жертву исподтишка, — так и не поворачиваясь, пробурчала я.

— Ну, этим все хищники грешат, — пожал плечами Рихар, продолжая свою трапезу.

— Да, но не все они чешуйчатые! — Возразила я.

— Чешуйчатых хищников полно, — настаивал на своем Рихар. — Например, вараны есть. Почему ты сравниваешь нас именно с крокодилами? Драконов обычно называют летающими гадами, то есть змеями, ну, или на худой конец, ящерицами. Причем тут крокодилы? Они плоские и неповоротливые. Ты когда-нибудь видела летающих крокодилов?

— Не видела, — я улыбнулась. Возмущение Рихара было забавным. — Я вообще не видела крокодилов. Только на картинке.

Рихар тут же захотел показать мне этих зубастых пресмыкающихся воочию, чтобы я уяснила, что «дракон и крокодил ни фига не похожи».

Так через пол часа мы оказались по колено в воде среди только что вылупившихся из яиц малюток. Их мамашка была околдована драконом и принимала нас за своих, и даже позволила щупать крокодильчиков. Она с обожанием глядела на Рихара и медленно все ближе и ближе подползала к нему. Бедняжка! Когда мы уберемся отсюда, ее сердце будет навечно разбито!

А Рихар до сих пор продолжает уверять меня, что драконы и крокодилы не родственники.

— Я хочу себе одного, — заявила я, прижимая крошек к груди.

— Нет, Лика, так не пойдет! Им лучше остаться здесь.

— Почему?

— А где он будет жить? А чем питаться? Это сейчас он маленький, а через несколько лет станет гигантским. Что ты тогда будешь делать? А что ты будешь делать зимой? Он ведь замерзнем насмерть!

— Пожалуй ты прав, — пришлось согласиться с доводами дракона и отпустить зубастых малюток. — Слушай, а гиппопотамы здесь есть?

— Есть, — улыбнулся дракон. — Хочешь посмотреть?

— Хочу!

И мы полетели искать бегемотов.

Вдоволь на них насмотревшись, мне захотелось поглазеть на жирафов, затем на львов, потом на гигантских черепах, после на страусов, дальше на горилл и шимпанзе, а еще были павианы, носорога и я тоже не обделила вниманием.

— А давай еще на зебр посмотрим?

— Нет, Василика, — сурово ответил Рихар, который последние четыре часа мотался по орочьей пустыне туда и сюда. Дракон хищно прикрыл глаза и громко втянул носом воздух, — я понял твой замысел — ты просто тянешь время. Боишься возвращаться домой?

— А тебе разве не страшно? — вся моя веселость в миг испарилась.

— Нет, — был мне простой ответ. — И ты не должна бояться, Лика. Ты взрослая совершеннолетняя девушка. Глава рода! Такие люди, как ты, не обязаны ни перед кем отчитываться. Влас, чьего гнева ты боишься, не будет на тебя ни кричать, ни применять какого-либо физического наказания. Это не в его правилах. Может припугнуть, но его угрозы только пустое сотрясение воздуха. Поверь, тебе нечего бояться. Куда тебя телепортировать?

Жалобно посмотрела на Рихара.

— В библиотеку? — дракона не проняло.

— А разве ты знаешь другие ориентиры? — пробурчала я, с ужасом ожидая встречи с мэтром. — Подожди! — взвизгнула, увидев раскрывающуюся воронку телепорта. — Я вещи свои хочу забрать.

— Зачем? — устало выдохнул дракон.

— Это же настоящая викинговская одежка! Как от нее можно отказаться? Тем более вышивка на рубахе красивая.

— Ну, хорошо! — Закатил глаза Рихар и мы еще двадцать минут разыскали то место, где я переодевалась в Рихорову шелковую рубаху, которую он вытащил из своего шкафа и отдал мне, чтобы я не парилась в зимней одежде. Это было еще до крокодилов.

Радостно схватив свою одежку, оказалась в собственной библиотеке своего собственного дома. Гадкий дракон просто взял и телепортировал меня без предупреждения, оставив одну на произвол судьбы.

Огляделась вокруг. Гробовая тишина. Потопталась на месте и решила пойти к себе. Хотелось помыться, привести себя в порядок. И кушать тоже хотелось.

От самой себя тошно — крадусь, как воришка, испуганно оглядываясь назад и всматриваясь вперед. И это в собственно доме! Внезапно из-за угла вылетел Осто. Я взвизгнула, а мой друг подпрыгнул.

— Леди Лика? — спросил он, не веря своим глазам. — Леди Лика, это вы?

— Я, Осто, я, — тихо ответила, пытаясь успокоить суматошно колотящееся сердце. — В доме еще кто-нибудь есть?

— Леди Эми отбыла во дворец, — доложил Осто. — Мэтр Влас прогуливался по дому, заглядывал туда, сюда. Потом исчез. Это было часа два назад. Более в доме никого не было.

— Хорошо, — с облегчением вздохнула я. Теперь можно не трястись от каждого шороха. — Приготовь мне что-нибудь поесть. Я такая голодная, что готова слона слопать целиком.

— Думаю, что нежные куриные отбивные с начинкой из грибов и рассыпчатый рис со свежими овощами придутся вам по вкусу, — улыбнулся друг, а я сглотнула набежавшую слюну. — Вы расскажете, где пропадали?

— Расскажу, — кивнула я. — Все в подробностях расскажу. Только себя в порядок сначала приведу. И поесть надо.

Неспешно добралась до своей комнаты. Зашла внутрь, беспечно бросив зимнюю одежку возле двери, и уже хотела было снять Рихорову рубашку, но остановилась, заприметив странное движение в районе кровати. Испуганно замерла. Мое тело прямо-таки парализовало от ужаса. На моей кровати с книжкой в руках возлежал мэтр Влас!

Маг неспеша закрыл книгу, заложив на нужной странице закладку, положил ее на край кровати и поднялся. И все также медленно двинулся на меня. Я попятилась назад, но скоро остановилась, наткнувшись спиной на стену.

А мэтр все ближе и ближе. Он остановился, наклонившись надо мной, а его руки оказались по обе стороны от моей головы.

— Где тебя носило? — зло прорычал маг.

Затравленно посмотрела в его посеревшие от гнева глаза, плотно сомкнутые губы, сдвинутые брови.

«Я взрослая! Я совершеннолетняя! Я свободная! Я ни перед кем не в отчете!», — повторяла, как мантру, но на вопрос мэтра смогла только тихо пролепетать:

— Я расскажу. Потом…

— Потом? — еще злее прошипел мэтр Влас.

— Ну, не рассказывать же мне десять раз одно и тоже. Когда все соберутся, я расскажу, что удалось узнать у Аналлеисы.

Мэтр выпрямился, сложив руки на груди и чуть отодвинувшись от меня. Раздраженно и неприязненно поглядел на меня и согласился:

— Хорошо.

Еще с минуту хмуро рассматривал мои голые грязные ноги, расстегнутый ворот рубахи, веревку, которой я подпоясалась. Затем вышел из комнаты, аккуратно прикрыв дверь. А еще через пару мгновений я ощутила воронку телепорта — мэтр Влас покинул мой дом.

С облегчением вздохнув, отправилась в ванну. Рихар был прав — мэтр ничего мне не сделает.

В ванной я отмокала часа два. Там же и пообедала, приготовленной для меня отбивной. И в моих планах было еще столько же просидеть, нежась в душистой пене, но все испортил Осто, сообщив, что все собрались.

— Кто все? — удивилась я.

— Все, кто хочет услышать вашу историю. Мэтр Влас постарался.

«Вот блин!», — выругалась я про себя, вскакивая из ванны и судорожно вытираясь пушистым полотенцем. Надев халат, вышла из ванной комнаты. Глянув на Осто нахмурилась. Друг выглядел как-то взволнованно и растерянно.

— Случилось что-то еще?

— Я не знаю, чем кормить гостей, — опустил Осто голову, — в доме нет ничего съестного, кроме небольшого запаса сырых продуктов. Драконы, конечно парное мясо оценят, но эльфы…

— Эльфы?

— Лорд Насилмэ и Ее величество Амэлтеа…

— Хорошо, — я подошла к письменному столу и достала связку ключей, отстегнула один и подала Осто. — Возьми телепортационный артефакт из кабинета и слетай быстренько в Эссентер к Марте, пусть она подготовит еду. И зайти к господину Огусу, найми пару официантов потолковее.

— Вы собираетесь кормить высоких лордов пирожками с капустой, грибами и картошкой?

— Я не звала их в гости! Так что будут есть то, чем угощают!

— Все исполню, — поклонился Осто. — Вы не подумали на счет горничной?

— Думала, Осто, — тяжело вздохнула я. — Не хочется пускать в дом чужих людей.

Одежда и прическа заняли еще пол часа. Для столь ответственной встречи я решила надеть строгую белую блузу с кружевным воротником стоечкой и широкими манжетами. Темно-синяя юбка дополнила образ, как и строгая простая коса.

Войдя в гостиную, обнаружила, что народу собралось немало. Здесь помимо Эми, Алека с Мари и, разумеется, мэтра Власа, были Алиар с супругой, Адалард и Альвэ, мэтр Утан, лорд Насилмэ, Найдин, лорд Дилан, Осто, притулившийся в углу, и, неожиданно, Рихар.

Эми на правах заместительницы хозяйки дома разливала чай.

«Один их моих экспериментальных сборов, — мрачно подумала я, а затем гадко ухмыльнулась, — надеюсь, никого потом понос не пробьет».

Рихар, сделав большой глоток, поперхнулся. Затем внимательно принюхался к чашке и с наслаждением отпил.

«Жаль», — огорчилась я, а Рихар осуждающе глянул на меня.

— Добрый вечер, Ваше величество, добрый вечер, лорды, леди, — поздоровалась я.

— Добрый, добрый, — поприветствовал меня за всех Алиар и выжидательно так глянул. Они все глядели на меня и ждали.

— Прошу вас, лорды, присаживайтесь, — произнесла я и с гордостью прошла к единственному свободному креслу. Удобно устроилась и приняла из рук сестры чашку с горячим чаем. Поблагодарила ее и осторожно сделала маленький глоточек, надеясь, что Эми не плеснула туда яду. От некромантов всякого можно ожидать.

Мужчины, поднявшиеся со своих мест, приветствуя меня, уселись обратно и все также с интересов поглядывали на меня.

— Ну, рассказывай уже, — не выдержал Алек. — Нам страсть как интересно.

— А разве Рихар вам не рассказал? — деланно удивилась я, посмотрев на дракона.

— Рассказал, — подтвердил он. — Но я не слышал твой разговор с Аналлеисой и очень хочется узнать, о чем вы говорили.

Я на мгновение призадумалась, а стоит ли рассказывать? Ведь придется рассказать, что прабабушка стала богиней, ну или почти богиней. Если эта информация просочится в мир, может случиться беда. Полно безумных магов, стремящихся к мировому господству, да и просто любопытствующих. Тайну Аналлеисы начнут разгадывать, на Альду пойдут повальные экспедиции…

Но я все же решилась, предварительно стребовав с присутствующих клятву о неразглашении. Гости удивились, но клятву принесли.

— Кто бы мог подумать? — потрясенно отозвался мэтр Утан, когда я закончила свой рассказ.

— А что тут удивительного? — пожал плечами мэтр Влас. — У Аналлеисы башка всегда была набита безумными идеями. То ковер-самолет изобретала, то универсальный яд, не оставляющий следов, то крылья отращивала… — тут мэтр запнулся, поспешно хлебнул чай и закончил, — почему бы ей не стать богиней?

На запинку мага никто, кроме меня, внимание не обратил. А еще я подумала, что нужно ему пиявок подложить за нелицеприятный отзыв о прабабуле. Что значит «башка»?

— Яд, кстати, хороший получился, — вступил в разговор Алиар. — Одно меня только волнует. Влас, информацию на счет морен нужно перепроверить.

Мэтр кивнул и с его рук сорвалось заклинание. Маленький зеленый светлячок облетел вокруг меня и погас. Все с облегчением вздохнули.

— Связи с моренами нет! — обрадовал меня мэтр Влас. — Но нужно на всякий случай проверить все крупные и значимые города и деревни.

— Согласен, — кивнул Алиар.

Затем мужчины начали обсуждать план проверки, а я судорожно думала, как помириться с Эми. Сестра даже не смотрела в мою сторону, давясь пирожками.

— Эми, — позвала я ее и, когда она повернулась ко мне, спросила, — ты обиделась?

— Я тоже хочу посмотреть на крокодилов! — Заявила она. Громко так, чтобы все расслышали.

— Рихар тебе их покажет, — с улыбкой сказал Алиар и предупреждающе посмотрел на Рихара, мол, нечего девиц с балов похищать, за это и поплатиться можно.

Дракону ничего не оставалось как согласно кивнуть. Эми ужасно обрадовалась.

Через час гости стали расходиться. Первым ушел Алек с супругой, прихватив с собой Найдин. Мари перед уходом крепко обняла меня и расцеловала в обе щеки, наказав больше так не делать, а то она родит раньше времени. Дальше мэтр Утан, сославшись на важные дела, покинул мой дом, забрав лорда Дилана. Затем и королевская семья откланялась с лордом Насилмэ и Альвэ. В гостиной остались только я с сестрой, мэтр Влас и задремавший в кресле Рихар.

Я стояла в центре гостиной и, как завороженный змеей кролик, наблюдала за приближением мэтра. Маг подошел близко, очень близко. Поднял руку, провел костяшками пальцев по моей щеке, губам и неожиданно схватил за подбородок. Вздернул, заставляя меня запрокинуть голову и смотреть в его лицо.

— Чтобы такого больше не было! — заявил он. — А это, — второй рукой он сжал мой волчий амулет, который я зачем-то надела поверх блузки, — я заберу. — И сдернул амулет с шеи. Отстранился немного, строго глядя мне в глаза, а затем покинул гостиную и мой дом.

— Сурово, — прокомментировал Рихар, сладко зевая. — Слушай, а ты не приютишь на ночь одного безумно уставшего дракона? — и так глянул на меня жалобно.

— Приютю, — кивнула я, поддавшись жалости. — Пойдем, я покажу тебе комнату. Кстати, ужин в восемь.

Нет, все-таки мэтру необходимо подложить пиявок, а лучше отвратительный ком червей! Что это за поведение?

Утром Эми и Рихар улетели смотреть на крокодилов. Хитрый дракон специально разбудил сестру в пять утра в надежде, что ей будет лень вставать в такую рань и она откажется от поездки в Орочью пустыню. Но Эми, видимо, действительно было интересно и она, страшно зевая, собралась в считанные минуты. Перекусили остатками вчерашних пирогов и улетели.

Я же осталась дома. Мне следовало подготовиться к уроку с лордом Диланом. Мой управляющий сегодня будет учить меня организовывать небольшие балы, нанимать и обучать прислугу. Необходимо продумать меню, подобрать музыку для танцев, украсить дом…

Лорд Дилан давно склонял меня к необходимости найма прислуги. Нанять хотя бы горничную, повара и лакея. Осто, конечно, хорош в этих ролях, но конюх должен заниматься лошадьми, а не заправлять постели или подавать завтраки. А в виду завтрашнего небольшого торжества, которое мы с Эми запланировали, прислуга просто необходима.

Все началось с того, что я и сестра страшно устали от пышных многолюдных балов, где почти все гости малознакомы друг с другом и где необходимо следовать четким правилам поведения и мило улыбаться надоевшим поклонникам, которых хочется поставить к стенке и расстрелять. Мы запланировали небольшое семейное торжество, на которое были приглашены только самые близкие: Алек с супругой и, конечно же мэтр Влас, Найдин и Осто. Неизвестно каким образом о готовящемся празднике узнал Алиар и возмутился — ведь мы с ним тоже хорошие друзья! Спорить было бессмысленно, и я его пригласила. А вместе с ним и всю его семью, включая Рихара, Альвэ и лорда Насилмэ. Последний заявил мне, что придет со своими дочерями, которые уже давно мечтают со мной познакомиться. Мэтр Утан тоже придет со своей дамой и дочерью…

Планируемый семейный праздник превратился в светский раут, и оплошать никак нельзя!

— Ты долго еще? Все уже собрались в танцевальной зале. Только тебя и ждем, — Адалард постучался в дверь моей комнаты. — Ох, ты ж!..

Юный дракон жадно оглядел меня, когда я вышла в коридор.

— Ну как, нравится? — Поинтересовалась я, поворачиваясь, чтобы принц смог оглядеть меня и со спины.

— Ножки очень хороши! — Похвалил он. — Но ты уверена, что это нужно?

— Разумеется! Я планирую их всех сразить наповал!

— Думаю, что все гости уплывут в просторы Хаоса, как только ты войдешь в зал, и никакого танго не понадобиться…

— Ты преувеличиваешь, Адалард. От созерцания женских ног, пусть даже таких прекрасных, как мои, еще ни один мужчина не умер, не говоря уж о женщине. Идем, нас действительно ждут.

Драконьему принцу было от чего удивляться и чем восхищаться. Платье, в которое я переоделась, было далеко от приличий. Во-первых, оно было коротким, струящаяся шелковая юбка была всего на ладонь ниже колена. Во-вторых, имел глубокий вырез спереди, а спина вообще была обнажена. В-третьих, платье было эльфийского покроя, под которое не надевались ни панталоны, ни корсет. Только нежнейший темно-вишневый шелк на гладкой обнаженной коже. Но был крошечный кусок ткани, называемый трусиками, и черные чулки в мелкую сетку. Мой образ довершали тугой тучек, в который я скрутила волосы, чтобы не мешали, и туфли на невысоком каблуке.

Вырядилась я так неспроста. В начале вечера я пообещала гостям сюрприз — новый еще малоизвестный танец танго, который будем танцевать я и Адалард.

Я наморщила носик, пряча улыбку — принц тоже принарядился! Строгий фрак и белая рубашка сменились на черную рубашку и светлый жилет. А еще на Адалардовой голове появилась шерстяная черная шляпа. Ее он зачем напялил? Но должна признать — выглядел принц шикарно.

Через пару минут мы покажем, обещанный танец, в который я влюбилась с самых первых нот и движений.

Танго — танец неприкрытой яркой страсти. Страсти на грани боли, безумия. Равнодушным к нему невозможно остаться, даже если ты бесчувственный чурбан.

Танго — танец довольно простой. Чтобы его танцевать, достаточно знать несложные шаги, чувствовать ритм, доверять партнеру. Но мы с Адалардом решили выделиться и в нашей импровизации будут и стремительный темп, и эффектные поддержки, и шпагаты, и взмахи ногами…

— Волнуешься? — Спросил Адалард.

— Немного. — Призналась я. Мне не терпелось выступить перед публикой.

Сам танец мы не репетировали, однако принц, прослушав мелодию, довольно потер руки и сходу предложил несколько головокружительных элементов, которые мы и опробовали. У Адаларда на удивление крепкие и надежные руки, и, что важно, он, как и я, получает удовольствие от этого танца. Поэтому я верила, что у нас получится прекрасный танец.

Когда я вошла в зал, все сразу же обратили на меня внимание. У мэтра Власа от удивления брови чуть ли не на затылок перелезли. Я же танцевальной походкой подошла к граммофону (гномы, молодцы, доработали свой экспериментальный аппарат и теперь можно регулировать громкость), установила иглу на пластинке, нажала на рычажок.

На первых тактах я подошла к Адаларду, который стоял в центе залы, засунув руки в карманы и натянув на глаза свою шляпу. Остановилась за его спиной и моя рука медленно поползла по его боку вверх, перешла на грудь и начала опускаться вниз, но принц остановил ее, накрыв мою руку своей. Дальше я сделала шаг в сторону, оказавшись сбоку, и, сделав несколько оборотов вокруг своей оси, оперлась спиной о грудь принца. Повернула голову, посмотрела в глаза Адаларда, а дальше… Дальше были только я и он и наша страстная игра, подчиняющаяся ритму музыки, чувственная, выставляющая на всеобщее обозрение и нежность, и любовь, и тайные темные желания…

Нет! Все-таки танго — это неприличный танец! Ни один другой не допускает, чтобы партнеры стояли вплотную друг к другу — глаза в глаза, губы к губам. Ни один из них не позволяет, чтобы вдыхался тот воздух, который выдохнул партнер. Ни один из них не является столь интимным.

— И на… это ты тратишь по шесть часов в неделю? — Хмуро спросил мэтр Влас, когда Адалард подвел меня к родителям и магу. Принц быстро поцеловал мою ладошку и убежал в дальний угол к Альвэ, которая почему-то выглядела крайне недовольной.

— Вау! — Высказался Алиар, крепко сжимая талию жены. — Не слушай его, Лика, он просто ревнует. Как, говоришь, называется этот танец? Танго? — И такой фанатичный блеск в глазах, что страшно становится.

— Да. Мастер Бенисиу обучает студентов Академии…

— Обучал, — поправил меня мэтр Влас. И я удивленно посмотрела на него.

— Влас, ты слишком строг, — Алиар попытался вразумить друга. — Танец прекрасен.

— Этот танец развращает молодежь! — Заявил мэтр. — В приличном обществе это не приемлемо!

— Да ты просто ревнуешь! — Радостно повторил Алиар.

Но тут, как бы в подтверждение слов мэтра, раздался возмущенный вопрос от Адаларда.

— Да как же я буду щупать твои голые ноги, если ты ходишь на тренировки в штанах?

Альвэ вспыхнула, отвесила принцу пощечину и выбежала из залы.

Я невероятно расстроилась.

— Будь добра, — обратился ко мне мэтр Влас, — переоденься.

— Ты что, плакать собираешься? — Изумилась Эми, заканчивая шнуровать на мне корсет.

— Нет, — шмыгнула я носом.

Вечер, до недавнего времени бывший веселым, перестал меня радовать. Хотелось свернуться на кровати клубочком и закрыть глаза. И чтобы никого не было. Особенно мэтра Власа.

— Это ты из-за танца так расстроилась? — Сестра бросила шнуровку и развернула меня к себе лицом. — Брось, Лика. Алиар был прав — танец действительно прекрасен. Это было феерично! Он всем понравился! И держу пари, мэтру Власу тоже. Это он от зависти и ревности так налетел на тебя.

— Почему все говорят о ревности? — Возмутилась я, поворачиваясь спиной к сестре.

— Ну, если бы мою даму на глазах у всех облапали, я бы тоже огорчилась и ревновала. — И не давая мне возможности хоть слово вставить, возмущенно вопросила, — ты почему позволила Адаларду себя за бедра трогать? Он чуть ли тебе в трусы не залез!

Был такой момент, когда я, вытянув нору в шпагате, положила ее на плечо принца. Юбка при этом полностью задралась, оголив ногу. А Адалард, воспользовавшись случаем, провел пальцами от пятки до резинки чулок и вознамерился было пойти дальше, но я шлепнула его по наглой ладони, красивым движением опустив ногу.

— Ну, дак ведь не залез, — беспечно пожала я плечами, широко улыбаясь. А затем возмущенно отметила, — и вовсе я не дама мэтра Власа.

— Я на вас два золотых поставила! — Напомнила мне Эми. — Так что дама!

К слову Эми не обманула меня. Танец действительно понравился всем. И Алеку с Мари, которые планировали начать репетиции летом. И магистр Лисэль, дочь мэтра Утана, завтра побежит записываться на тренировки. Сам высший некромант сказал, что танец понравился, но учить его не будет, потому что очень стар. Я не согласилась и заявила, что танго все возрасты покорны. И малолетние дочки лорда Насилмэ тоже будут его изучать. Тайно, ибо эльфийские законы не позволяют мужчине дотрагиваться до женщины, если она не его супруга. И даже мэтр Влас вынужден был признаться, что танец более чем понравился, ибо я отказывалась с ним разговаривать.

Я еще выбила из него обещание не увольнять мастера Бенисиу.

Была суббота и очередной урок с лордом Диланом. Сегодня он принял у меня экзамен по налоговому законодательству. И по непонятным причинам раздел, где крестьяне платят налоги мне, запомнился очень легко и рассказала я его без запинки, а тот раздел, где я должна отдавать деньги государству, никак не усваивался у меня в голове. Я все время путала названия налогов, процентные ставки и сроки платежей. Наверное, всему виной апрель с его молодой травкой и цветущей вишней. Но я сделала над собой усилие и с третьего раза рассказала все, что мне следовало знать по этому важному вопросу.

Мы сидели в кафешке недалеко от Академии. Налоговая пытка уже закончилась и можно было вздохнуть свободно, что я собственно и сделала, увлечась созерцанием ярких клумб за окном и вдыхая упоительный аромат цветущей вишни, да и не заметила как к нашей компании присоединился мэтр Влас.

— Мэтр Влас? — Крайне удивилась я, очнувшись.

— Привет, привет, — поздоровался он. — Мне тут Дилан сообщил, что ты завтра собираешься в Веселые камыши, проверить информацию на счет местного вампира. Что за вампир?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Осто из Эссентера слухи привез. — Тут я наклонилась вперед и шепотом произнесла, — говорит, что уже пятеро погибли. Вампир из бедолаг всю кровь высосал.

— Ну уж, — нахмурился мэтр. — Неужели ты веришь, что вампир существует?

— Выдумки все это, — протянула я, отхлебывая из стакана с соком. — Но информацию на счет погибших нужно перепроверить. Я все равно хотела проехаться по своим владениям с инспекцией. Так почему бы не сейчас? Тем более повод есть.

— Я полностью поддерживаю леди Лику, — сказал лорд Дилан. — Но предлагаю отложить поездку на неделю-две. Завтра у меня деловая встреча и нет возможности сопроводить леди.

— Нет, нет! — Торопливо вставила я. — Следующие выходные у меня полностью заняты. Не стоит переживать, лорд Дилан, мы с Эми со всем справимся вдвоем. Или вы верите, что вампир существует?

Наставник стал уверять, что высшая нежить не могла завестись в Адратерионе, однако в одиночку юным леди не стоит ездить по малознакомой местности.

— Да брось, Дилан, — вступился за меня мэтр Влас. — Лике пора привыкать к самостоятельности. Если случится действительно что-то ужасное, она сразу же свяжется со мной или Алеком. Правда ведь?

— Ага, — подтвердила я, блаженно щурясь от ярких солнечных лучей.

У меня самое маленькое графство за всю историю Адрастериона. Всего две деревни «Веселые камыши» и «Красные пятки» и крохотный город Эссентер, где все жители отлично знают дуг друга. А еще есть огромный кусок леса, богатый различным зверьем, травами, ягодами и грибами. Лорд Дилан даже шутил, что у меня волков больше, чем людского населения. Да, графство небольшое, но необходимо навести порядок, ибо не фиг всяким непонятным личностям, прикрывающимся маской злобного вампира, наводить ужас на жителей. Я и сама могу, если потребуется.

Ясным воскресным утром мы с Эми отправились в небольшую деревеньку на тридцать пять хозяйств под названием Веселые камыши. Располагалась первая из двух моих деревень в семи милях к востоку от Эссентера. До города мы добрались без приключений, по пути проведав отца Афинагена и леди Ильду. У них все было хорошо и, пусть жители настороженно относились к жрецу Единого, все же охотно приобретали его лечебные настои и мази.

Выехав из ворот Эссентера, мы направили своих лошадок по широкой тропе, где спокойно могла проехать телега. И вроде бы нигде не сворачивали, сверяясь с картой, все равно умудрились заблудиться. То ли мы проехали нужный нам поворот к деревне, то ли не доехали до него, но в обещанные нам двадцать минут пути не уложились. Плутали больше часа и в конце концов решили воспользоваться магией. Заклинание «Путеводная нить» показывало дорогу с ближайшему от нас дому.

Следуя зову Нити, мы, продираясь сквозь лесной бурелом, колючие кусты и болотную жижу, скоро вышли к покосившемуся и погорелому с одной стороны дому.

— Это и есть Веселые камыши? — спросила Эми, стирая липкую паутину с лица.

— Скорее Унылые… — протянула я, оглядывая испорченный наряд.

М-да, мы хотели выглядеть как истинные леди, представительно, чтобы ни у кого не возникло и мысли о неподчинении. Но сейчас…

Грязнее всех была Луна, белоснежная кобыла Эми. Мой Лео тоже по брюхо измазался в болотной тине, но на вороной шкуре это было не так заметно. Осто будет недоволен. Для него лошади — священные животные, и о них он заботится даже лучше, чем обо мне.

Мы выглядели не лучше животных. Строгие, без лишних украшательств, но все равно богато выглядевшие платья по колено измочены в холодной болотной воде и юбки теперь липли к ногам. В туфлях мерзко хлюпало. Я вообще умудрилась упасть и теперь с плеч и груди стекала неопределенно-коричневая жижа. Эми же зацепилась рукавом за сук и сейчас огорченно рассматривала огромную дыру.

Да, хотели въехать в деревню по-королевски. А на деле же приедем, как последние оборванки.

— Должно быть, это дом мага или ведьмы. Они всегда строятся чуть в стороне от деревни. Давай зайдем, — предложила я. — Надо привести себя в порядок.

— Давай, — согласилась сестра. — Но лошадь я магией чистить не буду. А то мало ли что…

— Осто разберется, — буркнула я и потянула за повод Лео.

Повернули за угол и сразу же наткнулись на местного. Ребенок неопределенного пола лет пяти в выцветших от старости штанах и куртке с огромным капюшоном и длинными заячьими ушами. Не смотря на середину апреля, дите ходило босиком. И как же родители допустили такое? Ведь холодно же еще!

Ребенок, увидев нас, тоненько взвизгнул и завопил:

— Лесные чудища!!!

Я хмыкнула и активировала чистящее заклинание, которое плела, продираясь через лес. Мое платье в одно мгновение стало чистым. Эми завистливо охнула — у нее еще так ловко не получались гигиенические заклинания. А дите округлила карие глаза и восхищенно выдохнуло:

— Лесная фея!

— Волшебница, — поправила я, сдувая невидимые пылинки с плеча.

— Аля! — завопил в ответ ребенок и я поняла, что это девочка. — Я встретила лесную фею-волшебницу! Теперь все будет хорошо! — и резко развернувшись, скрылась во дворе дома.

Я и Эми озабоченно переглянулись. Видимо здесь не только проблема в вампире.

Потратила еще несколько минут, чтобы привести в порядок сестру. Пока магичила, к нам подошла молодая женщина в сером замызганном платье и лаптях. Светло-русые волосы ее были заплетены в длинную косу. Карие глаза на усталом, даже изможденном, лице глядели на нас настороженно, с опаской.

— Кто вы? — Спросила женщина, прижимая к себе ребенка.

— Она босиком, — ткнула Эми пальчиком в землю.

— Ната! — Воскликнула незнакомка. — А ну, живо в дом! Опять заболеть хочешь?!

— Волшебница-а-а-а, — завыла Ната.

Я не нашла ничего лучшего, как поднять девочку левитацией. Действительно, простудится ведь. Плачь тут же прекратился — и, восторженно хохоча, Ната замахала руками, как крыльями.

— Вы маги? — женщина не смогла скрыть ужас в голосе.

— Василика тей Фрайхэш, графиня Райзенде, — представилась я. — А это моя сестра, Эмирьяра тей Бирди.

Женщина сначала потрясенно замерла, открыв рот и широко распахнув глаза, а затем, очнувшись, присела в книксене.

Как странно! Она не коренная деревенская жительница, а горожанка. Лорд Дилан говорил, да я и сама видела — все деревенские кланяются, что мужики, что бабы. А тут такое изящное приседание.

— Разрешите войти в дом, — попросила я. Не то чтобы мне требовалось ее разрешение, но вежливость превыше всего. — Мы долго плутали по лесу и хотели бы немного передохнуть перед решением важного дела.

Женщина замялась. Было видно, что она не хочет пускать высоких гостей в дом, в котором не имела права находиться. Ибо он принадлежал магу-практиканту, который прибудет сюда в июле.

— Да, проходите, — чуть ли не плача прошептала женщина и повела нас за собой.

Первое, что мы увидели, войдя в дом, была корова. Эми запнулась и упала бы, если бы не повисла у меня на плечах. Мы переглянулись. Так, все интересней и интересней. Тут определенно стоит разобраться.

Спустя два часа и пять кружек травяного отвара, мы были посвящены в печальную историю Алевтины Кел и Наты Бранни.

Отец Али родом из Княжеств, но еще в юношеском возрасте сбежал из дома в Адрастерион в поисках лучшей жизни. Оказавшись здесь, он сумел быстро окрутить немолодую вдову, от которой и родилась старшая из сестер, Алевтина. Нельзя сказать, что отец девушки был хорошим мужем и родителем. Скорее наоборот. Деньги старой супруги вскружили ему голову и он, не задумываясь, тратил их на гулянки, пьянки и женщин. Жена его от расстройства слегла, да так и не поправилась, а когда Але было десять — умерла. Смерть жены не остановила вдовца, и он все так же продолжал тратить деньги, пока не обнаружил, что они внезапно закончились. Это отрезвило, и отец девушки так же фанатично стал деньги зарабатывать. Былое богатство вернулось, но Але легче от этого не стало, ибо в ее жизни появилась Мирта, вторая жена отца и мать Наты.

Мирта была юна и прекрасна и жаждала денег. Ей ничего не стоило окрутить богатого вдовца и женить его на себе, притворившись, что беременна от него. Отец Али был просто одержим этой юной красоткой, и даже не гневался, когда правда на счет липовой беременности раскрылась. Мирта не была верна супругу и до сих пор не понятно действительно ли Аля и Ната являются сводными сестрами. Постоянные измены и шепотки за спиной извели отца девочек и он умер два года назад от сердечного приступа.

Мирта же не пожелала делиться богатством и выжила из дома обеих сестер. Аля пыталась обратиться в Суд, но ее даже слушать не стали, послав дальним лесом. Чтобы хоть как-то прокормить себя и сестру, девушка устроилась на работу в дом знатного лорда горничной. Но через год пришлось бежать — приставания лорда ей были противны, и она не хотела становиться его любовницей.

Хорошо, что она на тот момент уже была помолвлена с Винасом Келом, уроженцем деревни Веселые камыши.

— Он всегда был странным, — рассказывала Аля. — Его любовь ко всему мифическому и сверхъестественному мне была непонятна, но я надеялась, что это пройдет. Даже ходила с ним на пару заседаний клуба.

— Клуба?

— Клуба вампиров, — пояснила девушка. — Участники собираются в специальном темном помещении без окон, переодеваются в красные одеяния и черные плащи, красят лица белилами, а губы в ярко-алый. Танцуют, поют, играют, разговаривают. Такая своеобразная вампирская вечеринка. Некоторые даже специально клыки себе наращивают, чтоб действительно походить на вампиров.

Аля замолчала, печально глядя в окно. Но потом нехотя продолжила свой рассказ.

— В тот последний раз я отказалась с ним идти. Все эти маскарады мне опротивели, я мечтала побыстрее оказаться здесь и познакомиться с родителями Винаса. Ну, и свадьбу сыграть. Всю дорогу до деревни он рассказывал, что ему удалось найти информацию о ритуале, позволяющем сохранить вечную молодость. Я же отмахнулась и посоветовала выбросить эту дурь из головы. И мне казалось, что он так и сделал. Казалось…

Первыми исчезли родители Винаса. Я думаю, что это была его месть за то, что мастер Ланс, отец Винаса, весьма жестоко пытался вразумить сына. Выпорол уже взрослого женатого парня розгами на виду у всей деревни. Энса во всем поддерживала мужа, не стесняясь вставлять свои крайне обидные комментарии про сына недотепу. Я поддерживала мужа, как могла, уговаривая забыть об этом вампиризме. Но…

— Так, стой! — Воскликнула Эми. — Помучается, твой муж, Винас Кел, и есть тот вампир, на поиски которого мы и прибыли?

— Да, — тихо ответила Аля, опустив глаза. — Все вскрылось, когда пропала Мая, пятая жертва. Девушку спасти не удалось, а самому «вампиру» удалось скрыться. Лес прочесывали с собаками, обыскивали склеп множество раз, но Винаса до сих пор не могут поймать. А люди все пропадают — девки, ослушавшиеся родителей и вышедшие на улицу без сопровождения.

— Сколько всего погибших? Нам известно, только о пяти, — поинтересовалась я, прикидывая, стоит ли звать мэтра или же мы с Эми сами во всем сможем разобраться.

Аля назвала цифру в двадцать человек. А заодно и описала каждого: как звали, как выглядел, когда пропал, какие действия по поиску предпринимались.

— А почему ты живешь здесь? — поинтересовалась Эми. — И почему дом в столь плачевном состоянии.

Оказалось, что соседи при поддержке старосты просто выгнали ее и Нату из их собственного дома, мотивируя это тем, что после появления Али в деревне Винас и сошел с ума, убивая своих друзей и родственников. Был добрым парнем, но превратился в жестокого убийцу. Что она, жена душегуба, недостойна жить рядом с ними. И ночью пять месяцев назад ворвались в дом и выставили сестер на улицу в одних ночных рубахах. Еще собак натравливали. Дом мага был свободен, да и идти в разгар зимы им больше некуда было. Августа, одинокая старушка, некоторое время приносила им кое-какую одежду и еду, но ей пригрозили, что тоже выселят, и она перестала приходить.

А корову она увела и не позволила отнять, заявив, что проклянет, да так, что все с ума посходят и переубивают друг друга, а она, Аля, на их костях придет поплясать. В отместку местная ребетня пыталась поджечь дом, но огонь удалось вовремя погасить.

Больше деревенские сюда не ходили, а они — в деревню.

— Разберемся и с этим, — уверенно заявила я, думая, что мэтра звать не стоит.

Слишком мелко для него. «Вампира» мы найдем и скрутим быстро, даже если он разбрасывает специальные травы, отбывающие нюх у собак, или натирается ими. От поисковых магических импульсов его это не спасет. Магией же мы его и обезвредим, я знаю уже пару нужных заклинаний. Эми наверняка тоже применит что-то некромантическое. Алю и Нату, незаконновыселенных из дома, вселим обратно, а старосту сменим. Соседям налог поднимем, чтобы неповадно было обирать несчастных девиц. Да всей деревне подниму налог! Ибо никто не вступился, видя несправедливость. Только старушка Августа сжалилась…

— А? Что? — Очнулась я от размышлений.

— Ты так сопишь смешно, — похихикала Эми. — Что надумала?

— Дом мы тебе, Аля, вернем, — начала я говорить. — Этот необходимо освободить и починить — летом здесь поселится студент-практикант, а осенью прибудет выпускник на трехгодичную практику. Не переживай, со старостой я поговорю — тебя и пальцем не посмеют тронуть. Твой муж… — тут я тяжело вздохнула. — Извини, Аля, но двадцать трупов — это гарантированная смертная казнь, даже если будет доказано, что он сумасшедший.

— Я понимаю, — прошептала она, роняя на сложенные руки соленые слезы.

Полдень подкрался незаметно! Хотелось есть, но объедать несчастных не позволила совесть. Тем более, что у них и есть-то было нечего. Поэтому мы вчетвером поплелись в деревню, по щиколотку утопая в холодной жиже.

Дорога от дома мага до деревни была неухоженной. Да и не дорога это была, а утопленная в весенней грязи узкая тропинка. То там, то тут виднелись глубокие ямы, полные воды. Одну огромную лужу пришлось переходить вброд, потому что обойти ее не было никакой возможности.

Вот правильно я приняла решение сменить старосту! Ведь именно деревня должна следить за домом, где живет маг, и за дорогой к этому самому дому. И хоть маг в Веселых камышах лет сто пятьдесят не жил, эту обязанность с деревенских никто не снимал. Именно из-за старосты, местного главы, я промочила ноги, испачкала подол дорогущего платья и, судя по всему, готова простудиться — в носу нещадно свербило, а в горле першило. Нет! Я уже болею! И староста одним повышением налога не отделается!

Предаваясь таким нерадостным мыслям и мрачно глядя на коровий хвост с бантиком на конце, я и не заметила, что мы остановились. Эми подошла ко мне и дернула за плечо, возвращая в мир реальности.

— Мы пришли, — оповестила она меня. — О чем думаешь?

— Молочка хочется, — простонала я в ответ и огляделась.

Мы стояли у ворот большого добротного дома. Белоснежный забор, выкрашенный известью, блестел в лучах яркого апрельского солнца. Вокруг ни намека на лужи или грязь. Идеальная чистота! Деревенская площадь вообще оказалась вымощена камнем, а в центре красовалось что-то похожее на фонтан. По крайней мере, круглый бассейн с цветком-статуей я приняла именно за него.

Посмотрела на подол своего платья, по колено заляпанный землей с прилипшими травинками и листочками. Переступила с ноги на ногу — в кожаных ботинках неприятно хлюпнуло. Шмыгнула носом и оглядела своих подруг по несчастью — выглядели они не лучше, а Аля так вообще походила на болезную оборванку. Девушка крепко прижималась к теплому боку коровы, которую она назвала почему-то Зюзей. Оставить животину в доме мага она отказалась, обосновав это, что единственную кормилицу и поилицу могут украсть.

Отлично чувствовала себя только Ната, всю дорогу ехавшая на Луне по причине отсутствия какой-либо обуви. Мы с Эми не захотели садиться на грязных лошадей и поплелись пешком, хотя… хотя всю дорогу могли пролеветировать и остаться сухими. Но с голодухи не догадались.

Настроение мое испортилось еще больше.

— Открывай ворота! — Заорала я, барабаня, что есть силы, в эти самые ворота.

Ворота нам не открыли.

Староста вышел из калитки в заборе. Он решительно подошел, хмуро оглядел меня и Эми, а на Алю с Натой посмотрел очень недобро, с обещанием чего-то страшного и непредсказуемого.

— Кто такие и зачем приперлись? — Пробасил этот высокий, под два метра, мужчина с необъятным пузом, сжимая пудовые кулаки. Неудивительно, что девочки его боятся и поспешили спрятаться за моего вороного Лео — староста, а это был именно он, выглядел действительно угрожающе.

Но меня его вид нисколько не впечатлил. Я насмешливо выгнула бровь и посмотрела прямо в глаза мужчине, давая ему время внимательно осмотреть меня и признать во мне свою графиню. Как мне показалось, мужчина проникся. Иначе, зачем он нервно передернул плечами? Я еще раз оглядела своих спутниц и снисходительно, как бы с высоты, произнесла:

— Мое имя — Василика тей Фрайфэш, графиня Райзенде. Моя сестра, — я кивнула на Эми, — Эмирьяра тей Бирди. Ну а Алевтина и Ната в представлении не нуждаются. Распорядись на счет обеда и приготовься к серьезному разговору.

— Графиня Райзенде, говоришь? — Точно также снисходительно переспросил староста. — Ну-ну. И часто ли графини путешествуют в образе последней оборванки? — и очень сурово, — не морочьте мне голову, ущербные, наша графиня сейчас в закрытой Академии сидит и носа не кажет. Проваливайте, а то собак спущу! А ты!..

Тут староста неожиданно сделал огромный шаг к Але и схватил ее за волосы. Девушка болезненно вскрикнула, царапаясь и вырываясь. Ната стала помогать сестре, колотя старостину ногу своими крошечными кулачками. Мужчина просто пнул девочку, и она покатилась по земле, скуля от боли. В это же время Эми попыталась выполнить какой-то боевой прием, который она изучала на уроках самообороны, но тоже потерпела неудачу, — староста толкнул сестру и она упала навзничь.

Я применила магию. Чтобы заклинание не ударило в Алю, пришлось потратить драгоценные пять секунд на расчеты. Зато все получилось, как было задумано! Молния на мгновение парализовала мужчину, затем он упал на колени, выпустив свою добычу. Девушка тут же бросилась к Нате.

— Займись Натой, — приказала я Эми, которая, сидя на земле, смотрела на все офигевшими глазами. Сестра не стала спорить и, чуть прихрамывая, пошла к девочке.

А в старосту, который уже начал приходить в себя, было брошено парализующее заклинание. И чтобы он не вопил так громко, навесила на него еще и полог тишины.

Ох, зря, зря староста не внял голосу разума. Ведь он узнал меня. Вернее мои глаза необычного для человека цвета, о который ходило так много слухов и о которых знали абсолютно все. Радужки ярко-золотого цвета притягивали много ненужного мне внимания, поднимая один единственный вопрос — почему они такими стали? Но с того времени, как я объявилась в столице, я ни разу не использовала капли, чтобы сменить их цвет.

Я подошла у Эми поинтересоваться, что с малышкой. Выглядела Ната неважно.

— Сломано три ребра. Одно из них пробило легкое.

— Вызвать целителя? — тут же спохватилась я.

Сестра мгновение подумала и покачала головой:

— Некогда ждать. Лучше разберись со старостой.

Мрачно кивнула и отправилась учинять разборки.

— Если Ната не выживет — сгниешь на дыбе, — прошипела я прямо в лицо старосты.

Затем левитацией подняла обездвиженное тело мужчины и запустила в ворота. Те рухнули, открывая проход во внутренний двор, где испуганно жались к крыльцу старостины домашние.

— Накройте на стол, — распорядилась я, обходя тело мужчины, распластанное на сломанный досках. — И приготовьте комнату для больной.

На меня угрожающе наставили вилы. Я просто сожгла их огнем, не позаботясь о безопасности, должно быть, одного из сыновей старосты. Огромный детина откинул горящую головежку, дуя на обожженные пальцы и недобро глядя на меня.

М-да, не заладилось у меня знакомство с местными.

— Давайте без глупостей! — раздраженно передернула я плечами. — Угроза оружием, а тем более причинение вреда своему сюзерену, выльется идиоту в смертную казнь, а его семье — изгнанием с территории графства. Если у вас есть сомнения, что именно я являюсь графиней Райзенде, то у меня с собой все бумаги, подтверждающие мой статус, есть.

Меня тут же пропустили в дом и усадили за стол, и даже бумаги смотреть не стали. Видимо, поверили на слово.

Я тут же сняла мокрые ботинки и чулки и потребовала чистую одежду. Мне принесли белую рубаху и синий сарафан. Все было размера на три больше моего. Я решила переодеться в рубаху, а заодно написать Осто, чтобы привез запасную одежду мне и Эми, и Але разумеется. Для Наты, к сожалению, у нас одежды не было. Хотя… пусть в Эссентере прикупит что-нибудь для девочки. Быстро написав послание, отправила его через почтовую шкатулку, которую я взяла с собой. Вообще-то это был дар деревне, но теперь я не знаю, стоит ли оставлять такую ценную вещь до приезда сюда мага.

Через десять минут в комнату вошли Эми и Аля, которая несла на руках спящую Нату. За это время я успела выпить крынку молока, успокоиться и даже подобреть. Совесть осмелилась поднять голову и заявить, что со старостой, которого тоже внесли в комнату и уложили на лавку у входа, не надо было так сурово. Лорд Дилан учил дипломатичности, что надо все конфликты решать путем переговоров, а не силовыми методами. На это что-то большое и зеленое злобно рыкнуло и посоветовало совести заткнуться, а то сожрет. Совесть испуганно спряталась где-то внутри организма, а большое и зеленое расправило крылышки и раздулось от гордости — назревающий внутренний конфликт решился путем переговоров крайне удачно.

— Что с Натой? — спросила я у Эми, когда она присоединилась ко мне за столом.

— Все хорошо. Но нужен постельный режим на неделю-полторы.

— Отлично, — обрадовалась я. — Надо будет еще отца Афинагена попросить ее осмотреть. Но это чуть позже.

— Ага, — подтвердила Эми, пробуя горячий суп. — Аля, иди к нам кушать!

После обеда я соизволила познакомиться с хозяевами дома. Конечно же Аля рассказала о них, но все-таки личное знакомство — это личное знакомство. Я сразу же проинформировала, что Изак снимается с должности старосты, утратив мое доверие. Затем попросила созвать всех влиятельных мужчин и женщин для решения вопроса о вампире. Хорошо, что ко времени собрания, Осто привез одежду (тунику и брюки), а то хороша бы я была, заседая в одной рубашке без штанов.

Друг, увидев нас, никаких вопросов задавать не стал, а заявил, что в имение не вернется. Только когда вопрос с вампиром разрешится. Про Луну и Лео тоже ничего не сказал, только горестно вздохнул, отловил какого-то пацаненка и заставил того приводить животных в порядок. А сам отправился со мной на собрание.

Первым делом я попросила подробно рассказать, какие мероприятия были проведены для поимки «вампира». К моему разочарованию и удивлению, за семь месяцев, как Винас бесчинствует, ничего не было сделано. Сначала не могли понять, куда делись трое жителей — родители Винаса и Онга, влюбленная в Винаса и не дававшая ему прохода даже после его женитьбы на Але. Их тела нашли примерно через три месяца после пропажи и с трудом опознали по особым приметам. Русси нашли на следующий день после убийства с перерезанным венам и горлом. Как Винас убивал Маю, видел ее пятилетний брат. Он попытался защитить сестру, но был слишком мал и слаб, чтобы справиться со взрослым мужчиной. Бросился в деревню за старостой, но подоспевшая помощь обнаружила только мертвое тело Маи. А Винаса и след простыл. С тех пор он больше не показывался в деревне, но раз в неделю-две кто-нибудь из девушек пропадал, а на следующий день их обескровленные тела находили.

Для жителей деревни новость о том, что Винас и есть ужасный маньяк, стала шоком. Никто и не мог предположить, что этот добродушный, отзывчивый и даже в чем-то доверчивый парень может стать хладнокровным убийцей. Аля поделилась со старостой, почему так могло произойти, и посоветовала обратиться за помощью в город. Но Изак почему-то решил, что именно Аля виновата в смертях жителей деревни, что она помогает мужу, указывая на очередную жертву. Началась травля, которая закончилась выселением девушек из их дома морозной зимней ночью.

— Вы правда так думаете? — Спросила я присутствующих.

Мужики стали что-то невнятно мямлить на счет «муж и жена — два драконьих крыла», что именно после ее появления в деревне Винас и сошел с ума, начав убивать всех подряд.

— Вы правду в это верите? — Остановила я нестройных хор голосов.

— Дак ведь, это ж очевидно! — Воскликнул один из собравшихся, и я внимательно посмотрела на него.

— Очевидно? — прошипела в ответ. — Очевидно?! Тоже мне, гении психологии! Да вы просто стая гиен, набросившихся на невинную жертву, которым не дано сообразить, что излишне впечатлительный юноша, отправившийся в город, — последнее слово я особенно выделила интонацией, — нахватался дурных идей, коих его душа не выдержала, покрывшись черными пятнами безумия. Причем здесь Аля? Молчать! — прикрикнула я, останавливая нарастающее возмущение, и для большего эффекта ударила кулаком по столешнице. — Тебе, господин бывший староста, следовало обратиться к городским магам, как только заподозрил неладное, благо Винас не скрывал своего увлечения вампиризмом. И по вашим же словам сама Аля не раз пыталась его вразумить. Так почему на нее была объявлена травля?! — от переизбытка праведного негодования, я и не заметила, что встала, уперясь в столешницу кулаками.

— Леди Лика, — попытался вразумить меня Осто. — Успокойтесь. Вот попейте молочка.

И он водрузил передо мной глиняную кружку. Я тут же присосалась. Выпив молоко, я села на стул и спокойно сообщила:

— Дом Келов к вечеру освободить. Сегодня туда возвращается хозяйка.

Один из присутствующих попытался возразить, но я подняла руку вверх, призывая к тишине.

— Именно Аля является хозяйкой, как законная супруга Винаса Кела. Только после ее смерти за дом и землю, на которой он стоит, могут поспорить наследники второй очереди, к которым ты, Сига, зять бывшего старосты Изака, ни в коей мере не относишься!

Тут у присутствующих удивленно округлились глаза и пооткрывались рты. Было ощущение, что они только что прозрели. Я тоже удивилась — неужели Изак умудрился так запудрить им мозги, что они не поняли очевидного?

— Молчать! Сесть на место! — снова прикрикнула я, видя, что намечается грандиозный мордобой. — Разборки будите учинять после того как с вампиром разберемся. И не раньше! — Затем посмотрела на Сигу и с намеком произнесла, — дом лучше освободить добровольно.

Сига в ответ сплюнул и покинул собрание.

— Продолжайте свой рассказ о вампире. И еще я хочу услышать внятные объяснения, почему никто из вас не обратился в полицейское управление города Эссентер.

Причина была до банальности проста — староста запретил, мотивируя это тем, что не хочет распускать лишние слухи и еще больше пугать людей. Конечно же, ему было не выгодно наличие здесь городских полицейских — они стали бы разбираться не только с вампиром, но и с делом Али. Дом пришлось бы вернуть. Сама девушка, уже имевшая печальный опыт общения с властями, просто не верила, что в городе ей помогут.

Осто о вампире узнал случайно. Зашел в таверну к Марте, передать ей от меня «привет», да и прислушался к одному из посетителей, перебравшего медовухи. Он и не предполагал, что слухи окажутся правдой.

Деревенские сами попытались поймать сумасшедшего — аж три раза прочесывали лес с собаками и регулярно дежурят около деревенского склепа. Результатов это не дало — вампир не найден, а девушки продолжают погибать.

Дальше стали разрабатывать план, как поймать Винаса. Кто-то высказал идею, что раз вампир — злодей ночной, то и охотиться на него надо ночью. Идея мне понравилась и мы решили, что Эми в образе деревенской девушки, как стемнеет, будет прогуливаться по деревне. Страховать ее буду я, Осто и пара хороших охотников с луками наизготовку. Всех прочих попросили не мешаться под ногами.

Вот только одно меня настораживало — мэтр Влас. Раз к вечеру я не успеваю вернуться в Академию, мне следует оповестить деканат. А это означает, что и ректор обо всем узнает. После Новогоднего приключения, мэтр потребовал, чтобы декан ставил его в известность обо всех моих передвижениях. И еще, возможно, на мне сейчас больше следилок и меток, чем на ком бы то ни было.

Вмешивать ректора в это дело было неохота. Но, сейчас же воскресенье! Вряд ли мэтр Влас появится до завтра в Академии, а завтра утром с «вампиром» все будет решено.

Быстро настрочив письмо о том, что для разрешения дела в Веселых камышах мне потребуется еще день, отправила его в деканат.

Дальше мне захотелось осмотреть деревенский склеп. Почему-то казалось, что там мы сможем найти какие-нибудь зацепки. Впятером — я, Эми, Осто, Изак и Отан, местный кузнец, — отправились в местную обитель смерти.

Еще на подходе я заподозрила неладное, — вокруг ни намека на белые цвета. Да, их не обязательно садить, это скорее дань традиции — отмечать территорию цветом смерти. Но отсутствие банальной тропинки к склепу, но обвалившаяся штукатурка, но дырявая крыша…

Да, у нас нет культа мертвых. Умер человек — его сожгли и забыли о нем. И только! Но все-таки за склепами принято следить и ремонтировать, когда требуется. Недобро посмотрела на Изака, затем спросила у Отана:

— А печь где?

— На хознужды разобрали лет пятнадцать назад, — поделился информацией кузнец.

— А трупы вы, где сжигаете? — возник закономерный вопрос. — Неужели костер разводите? Или же в кузне? — и не дождавшись ответа, обратилась к Эми, — а можно на простом костре сжечь труп?

— Нет, — поделилась знаниями сестра. — Точнее это очень сложно и трудновыполнимо для немагов.

— Да в Эссентер мы их везем! — Влез Отан. — В городской печи сжигаем. Потом сюда привозим.

— Хм, — прокомментировала я и толкнула покосившуюся дверь склепа.

Хм второй раз. Внутреннее убранство склепа меня потрясло. Опрокинутые постаменты, поломанные стеллажи, кругом разбросаны черепки от урн. И перемешанный прах толстым слоем по полу.

— И давно тут все… так? — поинтересовалась я у мужчин, стоя на пороге. Внутрь я не пошла — не было желание ходить по праху мертвых.

— Дак, как поняли, что Винас бесчинствует, здесь его поджидать стали. — Начал рассказывать Отан. — Тогда дежурили Изак с зятьями. Помню, они едва не поймали вампира, но тому удалось сбежать, сильно ранив Уцца. Бедолага едва руку не потерял… Вот с тех времен.

— Ага, — включилась в мою игру Эми. — Получается чуть больше шести месяцев назад. А где тогда урна Зои?

— Зои? — Удивился Отан.

— Зою во вторник кремировали, — оповестила я его. — Урна где?

Отан и Изак затравленно переглянулись. И я поняла, что дело тут нечистое.

— Лучше сказать правду мне сейчас, чем потом — дознавателям, — припугнула я их еще больше. — Учтите, я и Эми, как маги, чуем ложь.

Отан не выдержал и начал говорить.

— Идиоты! — взорвалась я, когда Отан замолк. — Какие же вы идиоты!

Оказывается, что после Маи они ни одного погибшего не кремировали. У старосты возникла «гениальная» идея, которой он воспользовался для того, чтобы запугать жителей деревни еще больше. Он припомнил один из способов по борьбе с вампирами, который используется в Княжествах и в Инаре — для того чтобы укушенный тоже не стал вампиром, в его грудь втыкается осиновый кол, потом тело следует закапать в земле. Староста гарантировал, что после этого вампиры не будут разгуливать по деревне. Но Винаса все равно нужно поймать.

Дело происходило поздней осенью и ковыряться в стылой земле никому не хотелось, поэтому трупы с вбитыми осиновыми колами были просто брошены в глубокий овраг и присыпаны снегом.

Так похоронили пять девушек. Когда принесли шестую, обнаружили, что одного трупа не хватает, но паниковать не стали, посчитав, что его могли утащить лесные звери. Ведь вампир не мог подняться — ритуал захоронения, пусть и в ущербном варианте, но был выполнен.

Столь незавидная участь после смерти, постигла еще четырех девиц. Тела последних пяти жертв вообще не были найдены — несчастные просто исчезли из деревни и их никто не искал, списав все на «вампира».

Сейчас мы спешным шагом удалялись от склепа. Шли в противоположную сторону, обогнув последний деревенский дом, зашли далеко вглубь леса.

— Может ли из-за несоблюдения традиционного ритуала захоронения подняться вампир? — спросила я Эми.

— Может, — серьезно кивнула она. — Это одна из основных причин подъема нежити, включая низших вампиров. Еще может подняться в результате проклятия. Сама насильственная смерть может стать причиной. Или же жертва так сильно хотела жить, что не смогла смириться со своей смертью. Ну, или грешила слишком много.

— Понятно, — протянула я, переходя на бег.

Меня переполняло одновременно и радостное, и ужасающее чувство. Вполне возможно, что дело о сумасшедшем, возомнившем себя вампиров, может превратиться в дело о самом настоящем кровососе. Первом в Адрастерионе за последние пятьдесят лет.

Что-то большое и зеленое расправило крылья и приготовилось к интересной охоте.

О том, что мы приближаемся к захоронению, нас оповестил отвратительный запах гниения. Я приложила к носу надушенный платок, но стало только хуже. Немного подумав, вспомнила о фильтрах. Правда он был от кусачих насекомых, но если переделать его, то и от неприятных запахов сгодиться. Через пять минут фильтр был готов, и я тут же его на себе опробовала. Получилось! Навесила его на носы Осто и Эми, «позабыв» о деревенских. Пусть нюхают дело рук своих.

Еще через несколько минут подошли к оврагу и я смело заглянула в него. Лучше бы я этого не делала — желудок скрутило спазмами и меня вырвало.

Это были не трупы! А неопределенная зловонная масса. Опознать в ней тела девушек было не возможно. Это было отвратительно! Даже Эми, за свою короткую некромантскую жизнь успела насмотреться на разные мертвые дела и их части и воспринимала все с абсолютным спокойствием, не выдержала — отшатнулась от оврага и отвернулась, закрыв лицо ладонями.

— Вот к чему приводит невежество, — прошептала она.

Я же, вытирая рот после последнего спазма, твердо сказала:

— Тела необходимо доставить в город и кремировать.

— И как же это сделать? — спросил Изак.

— Думайте сами! Я дала приказ — ваша обязанность выполнить его. И что бы уже этим вечером вы привезли в деревню прах погибших!

Отправка тел в город заняла более двух часов. И самую грязную работу пришлось делать нам с Эми, потому что никто из деревенских не мог решиться прикоснуться к гниющему, изрытому червями телу.

Я левитацией доставала из оврага труп, затем обмывала его, а Эми стерилизовала, уничтожая червей и прочих вредоносных микробов. Потом тело обкладывали бутонами белых роз и заворачивали в белоснежную простынь. Только после этого деревенские клали тела на носилки и несли их в деревню, где для них была приготовлена крытая телега.

Конечно же, я сама могла кремировать тела, использовав огонь. Но это было выше моих моральных сил. Да и через морг бумаги проще будет оформить, ибо эти девушки до сих пор числились у меня живыми.

Составив послание для главы крематория, где я просила сжечь тела вне очереди, отправила Осто и еще двух мужиков в город. Друг не хотел бросать меня здесь одну, но я боялась, что, если он не поедет, то эти два местных бугая просто выбросят трупы в ближайший овраг. А они так уже настрадались — никто не заслуживает столь незавидной участи после смерти.

Еще попросила привести пару дознавателей и следователя. Как ни крути, а не соблюдение правил захоронения — дело подсудное и я должна принять меры. Пусть этим следователь с дознавателями и занимаются.

Еще следовало заняться оскверненным оврагом. Но об этом я буду думать завтра. Напишу заявление в Академии, пусть стихийники с некромантами поработают.

Медленно приближалась ночь. Менее чем через час я, Эми и Осто выйдем на охоту. Местным был дан приказ сидеть по домам и не высовываться. Стрелков заменили, прибывшие с Осто полицейские. Они показались мне более надежными.

— Я тут подумала, — ко мне подошла Эми. — Сколько трупов мы должны были достать?

— Девять, — секунду подумав, сказала я и приподняла бровь, ожидая пояснений от сестры. С чего у нее возник такой вопрос?

— А достали сколько?

— Сем… Семь достали, — я даже подскочила со скамейки. — Где еще два трупа?

— Звери сожрали? — предположила Эми. — Или…

— Или у нас не один вампир, а три. Еще не известно, что стало с последними пятью жертвами. Так что мы можем столкнуться с целой армией монстров.

— Не желаешь связаться с мэтром?

— НЕТ! — излишне громко и резко ответила. — Нет. Это мои владения. И я сама справлюсь. Мэтра Власа не будем вмешивать.

Сестра нахмурилась. Было видно, что она не одобряет моего решения, но настаивать на обратном не стала.

Настал час Икс. Эми неспешно прогуливалась по деревенской площади. Присела на край фонтана и опустила в холодную воду ладошку. Затем встала, поправила широкую юбку, которую мы конфисковали у жены Изака, прошлась вдоль улицы и вернулась обратно, опять села на холодные камни, плеснула водой… И так повторялось уже четвертый раз. Сестра изображала сбежавшую из дома несознательную девицу, которую зазвал на свидание еще более глупый жених… Но вампир не приходил.

Я уже стала сомневаться в успехе нашего плана. Хоть на улице и стояла непроглядная тьма — небо было затянуть тяжелыми тучами, закрывавшими луну и звезды — самое подходящее время, чтобы выйти на охоту. Но вампир или, что интереснее, вампиры не появлялись. И вот-вот должен начаться дождь — сильный ливень — и рисковать здоровьем Эми не хотелось. И так она гуляет уже почти час, и любой девице давно стало бы понятно, что жених не придет. Поэтому несколько разочарованно дала Эми мысленный приказ идти домой. Похоже, придется воспользоваться поисковыми чарами, как мы и планировали с самого начала.

Сестра встала с бортика, но тут же опустилась обратно, настороженно замиря. Не успела я удивиться такому странному поведению, как заметила за ближайшим к Эми забором смазанное движение.

— Пришел! — Прошипела я. И мне даже показалось, что я провела по своим губам огромным шершавым языком. Хотя на самом деле ничего подобного не было.

Пока удивлялась своим ощущениям, около фонтана произошло столкновение. Вампир, настоящий или притворный сейчас не имело значения, блеснув лезвием огромного ножа, со спины набросился на Эми. Сестра, ожидавшая этого нападения, ловко увернулась, точным ударов выбив опасное орудие из рук убийцы, еще одним движением повалила его на колени и заломила руку за спину. И уже начала применять какие-то чары, стараясь удержать лжевампира (а это был именно Винас, ибо девушки по описанию не обладали такой высокой фигурой), как в фонтан врезался стальной болт арбалета, едва не задев ее голову. Эми испуганно отшатнулась, выпуская из захвата убийцу. А тот не стал терять случая и побежал, намереваясь скрыться в лесу.

— Идиот! — рыкнула я на полицейского, у которого, видимо, нервы не выдержали и он нажал на спусковой крючок. — Ты едва мне сестру не убил! Что сидите? — Взревела я рассерженным драконом. — В погоню!

И мы вчетвером бросились за вампиром, а через мгновение и Эми к нам присоединилась, выбравшись из бабских одеяний.

— Держи! — Сестра кинула мне неактивированную структуру поискового заклинания и быстрее ветра побежала вперед, на ходу плетя второе — она касалась руками искомого предмета, поэтому могла запустить поисковые импульсы без дополнительных средств.

Ох, зря! Зря я пренебрегала уроками физкультуры. А то сейчас бы бежала также быстро и легко, как сестра. Танцы, конечно, хорошо, но они не тренируют тело для бега с препятствиями. Мы сейчас находились в лесу, полицейские и Осто отстали, Эми что-то высматривала в темноте, быстро и легко передвигаясь. Я же… я постоянно спотыкалась, задыхаясь и держась за колющий бок, пыталась не отстать о зеленого маячка, зовущего меня все дальше в лес. Но… Как же хороша охота!

— Ну, пойдем, что ли? — Неуверенно переступила ногами в мягких кожаных сапогах.

— Я чую страшную смерть, — без тени улыбки произнесла Эми.

Я посмотрела в черный лаз подземной пещеры. Наши поисковые импульсы недвусмысленно намекали, что вампир скрылся именно там. Спускаться туда отчего-то было страшно. И впервые за день у меня возникла мысль, что помощь мэтра была бы не лишней.

— Идем, — я взяла сестру за руку и первой начала спускаться.

Десять полуобволившихся земляных ступеней, узкий и низкий коридор, по которому мы проползли на карачках, и большая пещера. Наши маячки звали нас куда-то влево и вверх. Но мы с Эми не пошли, застыв на месте, широко раскрыв глаза и не дыша.

Моим вниманием безраздельно завладело голое тело, подвешенное над большим медным тазом. У тела не было головы, грудей, а из распоротого живота, вываливался отвратительный ком органов. Тело слегка покачивалось и крюк, на котором оно было подвешено, мерзко скрипел, вызывая озноб.

Я моргнула, снимая наваждение. Мой взгляд зацепился за соломенную лежанку в углу, стол с остатками съестного, разбросанные кости. И вернулся к телу.

Эми решилась подойти к нему поближе и заглянуть в таз, оглядеть пещеру более внимательно.

— Тут есть еще одно помещение, — тихо произнесла она, с опаской оглядываясь.

А я… я же рванула прочь. Мне хотелось исчезнуть из этого ужасного места и никогда о нем не знать. Чудовище! Самое настоящее чудовище этот Винас! Это как же он сам себе умудрился мозги вывихнуть, что стал совершать столь ужасные преступления?

Как выползла из пещеры — не помню. А глоток свежего лесного воздуха, стал сигналом для моего организма. Меня выворачивало долго и основательно. Затем болезненные спазмы сменились неудержимыми рыданиями. Я были кулаками по земле и выла.

— Лика, Лика, ну, что ты? — Эми подошла ко мне и обняла. Я ухватилась за нее, уткнувшись носом в шею. Теплую. Живую. Стало легче, но слезы все-равно текли ручьем.

Прийти в себя мне не дали. Чья-то огромная сильная рука вздернула за ворот туники и я повисла в воздухе, глядя прямо в разъяренные голубые глаза.

Мэтр Влас.

Эми, которую тоже подвесили за шкирку, но быстро отпустили, обрадовалась и вознамерилась поздороваться с неожиданным гостем, но рот ей зажал Натан.

— Что ее так напугало? — Тихо спросил дракон.

— Сейчас узнаем, — мрачно буркнул мэтр, делая пассы свободной рукой. Меня он так и не выпустил.

Мэтр Влас щелкнул пальцами, глядя на проход, — и в воздухе повисло изображение внутреннего убранства пещеры. Я снова вздрогнула, узрев подвешенный труп, и быстро перевела взгляд на вторую комнату, где мы с Эми не были. Лучше бы я туда не смотрела! Это был склад мертвых тел. И там были не только тела пропавших девушек, но тела животных. Их было много. Очень много.

— Ох, ты ж… — Выдохнул Натан, второй ладонью закрывая глаза Эми. Сестра брыкнулась, но дракон ее не отпустил.

— М-да, — протянул мэтр, обеспокоено глянул на меня, а затем как рыкнул, — дома поговорим.

И все также держа меня за шкирку, пошел прочь из леса.

Надо было видеть глаза Али, когда мэтр внес меня, все также держа за шкирку, как напроказившего котенка, в ее дом! Круглые карие плошки блестели от изумления. Девушка даже тарелку из рук выронила и не заметила этого.

Мне, кстати, еще повезло. Натан, который поначалу тоже схватил сестру за шкирку, вообще связал активно сопротивляющуюся Эми лентой с ее волос и водрузил себе на плечо и шлепал ее по ягодицам, когда сестра пыталась кусаться.

Войдя в комнату, мэтр почему-то не отпустил меня, как я рассчитывала, а, пройдя к свободному углу, поставил меня лицом к стене. Я даже дышать перестала от такой наглости. Это что за намеки? Я, что, наказана? За что?

После, не удостоив меня и словом, мэтр сел за стол и потребовал у Алевтины отчета о том, что происходит в деревне и почему в лесу найдена пещера с трупами людей и животных. Аля про трупы ничего не знала, но, настороженно посматривая на меня, во всех подробностях поведала о вампире и о сегодняшнем дне.

— Да поставь ты ее уже на пол! — Раздраженно потребовал мэтр Влас у Натана.

Дракон тяжело вздохнул и отпустил Эми, которая, как только почувствовала твердый пол под ногами, отвесила звонкую пощечину и вознамерилась повторить маневр, но Натан перехватил ее руку, сказав, что одну он стерпит, а вот за вторую придется расплатиться. Из его уст это прозвучало очень зловеще, а я не люблю, когда моим близким угрожают. Поэтому бросила глупое стояние в углу и, яростно зашипев, налетела на наглого дракона. Точнее попыталась налететь, ибо была перехвачена мэтром.

— Хватит буянить! — Отрезал он, усаживая меня на стул рядом с собой. — Алевтина, принеси всем по кружке молока с медом.

Девушка кивнула и ушла на кухню.

Когда, выпив угощение, немного успокоились, мэтр заявил, что необходимо вызвать некромантов для прояснения ситуации.

— Зачем? — Поинтересовалась я. — Винас обычный человек. Да, сумасшедший, но не вампир. Зачем некроманты?

— Надо проверить местность на наличие умертвий, — пояснил маг. — Три пропавших трупа — не шутки. К тому же неупокоенные духи и призраки могут здесь разгуливать. А они далеко не безобидны.

— У нас уже есть некромант, — я кивнула на Эми, понимая, что мэтр прав.

— Эми не некромант. Она ученица. Несовершеннолетняя. Начало магического законодательства вы, вроде как, в первом семестре сдавали. На переэкзаменовку хочешь?

— Я отлично знаю законы, — поджала я губы и отвернулась. — Зовите своих некромантов.

Мэтр Утан и магистр Ален появились очень быстро. Также быстро проверили местность радиусом пятьдесят километров, распустив свои некромантические щупальца. И точно определили, что в здешнем лесу обитает один вампир, два упыря и одна Белая леди — дух невинной девушки, которая умерла накануне свадьбы.

— Ну, что, устроим охоту? — Улыбнулся мэтр Утан, довольно потирая руки.

Магистр Ален также довольно улыбнулся и кивнул. Давно Адрастерион не видел самопроизвольного подъема столь опасной нежити.

Во мне же при слове «охота» что-то большое и зеленое заинтересованно подняло голову и переступило с лапы на лапу, в ожидании занимательного действа. Но мэтр Влас охладил мой пыл:

— Ты не идешь!

— Нет, пусть идет, — заявил Натан, внимательно глядя мне в глаза. — Влас, недури. Я прослежу за ее безопасностью.

— НЕТ!

— Влас, в самом деле… — начал было магистр Ален, но был остановлен мэтром Утаном:

— Детей не берем. Возьмем отличников со старших курсов.

Магистр кивнул и куда-то телепортировался. Должно быть за своими подопечными.

— Влас, я гарантирую, что с Ликой ничего не случиться. Она должна пойти на охоту!

Да! Да! Я должна пойти на охоту!

— НЕТ! — Еще раз рыкнул мэтр и, дернув меня за рукав телепортировал… в свою спальню в столичном доме.

— Арнольд! — Крикнул маг и, не дожидаясь, пока дворецкий появится, продолжил командовать, — принеси молока нашей гостье.

И исчез.

Через пять минут в спальню вошел Арнольд, поставил на стол поднос с графином молока, высоким фужером и блюдом с ароматной клубникой и удалился, пожелав мне спокойной ночи.

А мне было так обидно… Так обидно…

— Василика, ты собираешься вылезать из ванны? — Мэтр Влас настойчиво пытался выдворить меня из собственной ванны.

— Нет! — Нагло ответила я. — Я только половину баночек просмотрела.

За дверью послышался тяжелый вздох.

После того как я заела обиду сладкой клубникой и запила свежим молоком, я решила помыться и лечь спать. Все равно делать больше было нечего, раз охота накрылась медным тазом. Зайдя в ванну, я зависла там на два часа, ибо там было столько всего интересного. Душистые мыльца, ароматные шампуни, эфирные масла, благоухающие крема, разноцветные порошки, пряные притирания… И все это добро мэтр делает сам.

Вначале я растерялась, что же взять. А затем решила, что попробую все. И сейчас стояла по колено в воде, которая от изобилия алхимических составов искрилась всеми цветами радуги и была густой как сметана. Сама же я блестела, как новенький золотой. Надеюсь, я завтра не покроюсь какой-нибудь сыпью…

— Василика, я тоже хочу помыться, — требовательно постучал мэтр в запертую дверь.

— Послушайте, — не выдержала я, — у вас, что мало ванных комнат в доме?

— Действительно, — изумился маг, вопрошая сам себя, — чего это я? Ты только розовую банку со звездами не трогай.

— Почему? — Заинтересовалась я, глядя на названную баночку. Я сразу обратила на нее внимание. Уж очень она отличалась от прочих своей яркостью и звездами на крышке. Ее я решила оставить на потом. И вот мэтр Влас мне напомнил о ней.

— Если ты воспользуешься кремом, то твое тело порастет бурой шерстью. И даже могут вырасти клыки.

— Ну, уж… — буркнула, откручивая крышку.

Внутри находилась прозрачная приятно пахнущая субстанция. Было видно, что кремом активно пользовались.

— Я предупредил, — крикнул мэтр и вышел из комнаты.

Я же зачерпнула крема побольше и натерла им ноги, живот, руки, даже спину немного. Затем решила, что пора закругляться с водными процедурами, а то рассвет скоро, а я еще и глаз не сомкнула.

Завернувшись в чистую рубашку мэтра, улеглась в середине его огромной кровати. И не заметила, как заснула.

Снился сон, долгий, выматывающий и неприятный. О том, что я охочусь на вампира, но схватить его никак не могу. А под конец кровосос сам заявился ко мне, усталой и огорченной, с претензиями, мол, что это я все гоняю и гоняю его, и не поймаю никак. Что это за охотник из меня такой неудачливой получится?

В очередной раз огорченно вздыхаю и просыпаюсь.

Надо мной навис мэтр. Он обеспокоенно вглядывался в мое лицо, аккуратно обводя пальцами контуры моего лица.

— Ты даже во сне обиженно всхлипываешь… Так расстроилась из-за вчерашнего?

Какой странный вопрос! Почему я должна расстраиваться из-за вчерашнего? А что собственно вчера произошло? Спросонья память отказывалась работать.

— А что вы делаете в моей кровати? — Возмутилась я.

— Это моя кровать, — заявил в ответ мэтр, — и я в ней спал.

Вот новости! Оглядела помещение — это действительно было спальня мэтра Власа, оформленная в серо-синих тонах. И что я здесь делаю?

Перевела взгляд на мэтра. Маг лежал на боку лицом ко мне, опирясь на локоть, и я могла в полной мере насладиться созерцанием его широких плеч, стальных мышц груди, твердого пресса с кубиками и узкой полоской темных волос под пупком, уходящих куда-то под одеяло.

— Я в трусах, — «обрадовал» меня мэтр, нагло улыбаясь.

А я же сообразила, КУДА я только что смотрела, и щеки опалил жар. Я ужасно покраснела, ибо приличная девушка, в чьей бы спальне она ни проснулась, смотреть ТУДА не должна.

Закрыла лицо ладонями и замерла.

Что за извращение? Зачем мэтр одел на меня варежки?

— Василика, ради Неба, не плачь! — Взмолился мэтр, спешно что-то колдуя над спиртовками.

— Ыыыыы…

— Я же предупреждал, — в тысячный раз напомнил мне маг. — Предупреждал, чтобы ты не трогала розовую банку со звездами на крышке. А ты?!

— Ыыыыы…

А я ревела в три ручья.

Кто же мог знать, что мэтр Влас действительно хранит заготовку для оборотной мази среди мыла и шампуней? Такие алхимические вещества причисляются к особо опасным и хранятся в закрытых холодильниках, куда не суют своего любопытного носа разные девицы.

И в результате вчерашних экспериментов тело мое, а особенно ноги, живот, руки и нижняя часть спины, покрылось густой бурой шерстью. И она не пропала после использования стандартных средств. Я вчера втерла в себя около полусотни составов и мэтр предположил, что один из них или сочетание нескольких подействовали как катализатор-закрепитель.

Перед походом в лабораторию, мэтр заглянул в ванну, присвистнул, узрев «радужную сметану» вместо мыльной воды и наказал Арнольду не входить туда. Взял образец моих художеств и отправился исследовать.

— На вот, — маг, после часового метания по лаборатории, протянул миску с кремообразным веществом. — Этим надо все тело натереть.

— Горячее, — шмыгнула я носом.

— Пойдем, тогда чаю попьем?

— Руки волосаааатыееее…

Еще через час я, свежевымытая и растерявшая всю шерсть, радостно попивала чаек в компании мэтра.

— И что, шерсть больше не будет расти?

— Не будет, — уверил меня маг. — Если ты вся полностью натерлась.

— Вся натерлась, — сытно откинулась на высокую спинку стула, сонно хлопая глазами. — А это важно?

— Важно, чтобы исключить возможность поростания шерсти да и просто волос на обработанных частях тела. Люблю, — мечтательно сощурился мэтр, — когда у девушек там совсем нет волос.

Я поперхнулась очередным глотком, сообразив, где это ТАМ мэтр любит, чтобы не было волос.

— Извини, — тихо промямлил маг. — Что-то я разоткровенничался. Давай вернемся в деревню, — предложил он. — Ты вроде хотела нового старосту назначить?

— Да, давайте вернемся.

А в Веселых камышах жизнь била ключом!

В доме Али было не протолкнуться. Здесь кроме нашей компании и прибывших вчера ночью мэтра Утана и магистра Алена с тремя старшекурсниками, были Рихар и лорд Дилан, который, едва узрев меня, менторским тоном заголосил:

— Я же говорил! Говорил, что поездку необходимо отложить!

— Успокойся, Дилан, — остановил моего наставника мэтр Влас. — Что нового произошло?

— А ничего, — ответил мэтр Утан. — Никак не можем решить, кому достанутся умертвия.

— В академию, как учебный материал. — Тут же вставил ректор.

— Вампирка моя, — настаивал на своем высший некромант. — Я ее поймал.

— Но, Утан, студентам тоже необходимо обучаться. Такие редкие экземпляры, — это магистр Ален.

— Всех умертвий необходимо уничтожить, — громко оповестила я всех. — Вампир и другая нежить были обнаружены и схвачены на моей земле и по моей просьбе. Вы не имеете на них никакого права.

— Но леди Лика… — попытался возразить магистр Ален.

— Так гласит закон! — отрезала я. — Всех умертвий необходимо уничтожить.

— Леди Лика абсолютно права, — поддержал меня лорд Дилан.

— Василика, они нужны Академии, как учебные материалы.

— Проще говоря, чтобы студенты издевались над ними, — нахмурилась я.

— Хорошо, я готов купить их.

Что-то большое и зеленое внутри меня почуяло быструю наживу, и я вынуждена была начать торг.

Через полчаса упыри и Белая леди были проданы за три с половиной тысячи золотых. Сумма астрономическая, но ее можно было объяснить редкостью экземпляров. Все-таки самопроизвольный подъем нежити у нас практически не встречается.

Вампирку же я самым наглым образом подарила мэтру Утану. Просто из проснувшейся вредности — вспомнила вчерашнее таскание за шкирку, стояние в углу, лишения меня охоты.

Ректор хотел было возмутиться, но мэтр Утан быстро уволок свой подарок в неизвестном направлении. А мэтр Влас, скрепя зубами и едва сдерживая ругательства, поставил подпись на договоре купли-продажи. Одним из условий которого, было то, что ректор обязуется следить, чтобы за упырями и духом хорошо ухаживали, кормили и лишний раз не обижали.

Рихар и Натан откровенно ржали. Все прочие пытались сдерживаться. А я… я была отомщена. И золото лишним не бывает.

Затем был устроен показательный суд над Винасом Келом, которого поймали Осто с полицейскими, и Изаком Тин. Судили Рихар, как верховный Судья герцогства, и лорд Дилан, как мой официальный представитель.

Рихар быстро просканировал память Винаса и обнаружил, что первые три жертвы он убил сознательно. Только после этого, что-то в его мозгах щелкнуло, и он довольно быстро начал утрачивать над собой контроль, стремясь к все большей крови. В декабре после встречи с восставшей вампирессой окончательно тронулся умом и начал убивать девушек и животных, чтобы кормить свою королеву. Значительно позже к ним присоединились упырицы и дух.

Немного брезгливо сжимая пальцы после сканирования, Рихар не глядя поставил свою подпись на приговоре рядом с подписью лорда Дилана. И они оба перешли к делу Изака.

Его обвинили в ряде серьезных преступлений — превышение должностных полномочий и невыполнение своих прямых обязанностей, что привело к появлению вблизи деревни опасной нежити. Также на старосту была возложена ответственность за гибель шестнадцати жителей деревни — он знал, кто убийца, но не предпринял никаких действий по его поимке, да к тому запретил остальным обратиться в город за помощью, преследуя свои личные цели.

Рихар и лорд Дилан без раздумий подписали приговор.

Дальше правосудие коснулось остальных жителей деревни — им подняли налоги на пять процентов на полгода. Все по той же причине — знали кто убийца, но ничего не сделали.

Потом перешли к Алевтине и Нате. Их наказание в виде повышения налога не коснулось, хотя Рихар и упрекнул старшую из сестер в бездействии. Але официально вернули дом, а также обязали ближайших соседей и семейства Тин и Рохо (они участвовали в изгнании Али и Наты из их дома) выплатить сестрам компенсацию за материальный, моральный и физический ущерб. По тридцать золотых каждой из сестер. Суммы небольшие, но все же…

И здесь Рихар и лорд Дилан без раздумий подписали решение. А еще договор купли продажи — Аля решила уехать из деревни, понимая, что здесь для нее и Наты нет будущего. Алевтина вообще хотела подарить дом родственникам мужа, но я запретила. Да суммы в шестьдесят золотых достаточно, чтобы обосноваться на новом месте, но это если получить ее всю разом, а не в рассрочку в течение двух лет. Поэтому отдавать за даром богатое хозяйство неразумно, и я решила выкупить дом Келов и продать его по минимальной рыночной цене ближайшим родственникам Винаса. Алевтина в миг обогатилась на пятьсот пятьдесят три золотых.

Дальше мне следовало назначить нового старосту, но я, откровенно говоря, не знала, кого поставить на это место. Поэтому было решено, что после обеда устроим собеседование и по его результатам определимся.

Все разбежались по своим делам, а я осталась седеть за столом в каком-то болезненном оцепенение. Это состояние у меня вызвала открытая папка с документами, забытая лордом Диланом. И вроде ничего необычного в этих документах не было — я уже имела честь вплотную ознакомиться с ними. Документы как документы, только на верхнем листе выделялись два слова, вызывая озноб, как только мой взгляд падал на них: «Смертный приговор».

Ну вот, опять похолодели кончики пальцев, а по шее и спине прокатилась волна жара.

Почему эти слова вызывают у меня такую реакцию? Ведь я знаю, что Рихар и лорд Дилан действовали в рамках закона. Или может быть дело в том, что смертный приговор подписан для Изака Тин? Здоровый и крепкий мужчина, которому еще жить и жить… Можно было и каторгой обойтись. Пожизненной… Слишком много вреда этот человек причинил деревне, слишком много людей по его вине погибло…

— Пообедаешь со мной? — Ко мне подошел мэтр Влас и протянул руку, приглашая подняться.

Я глянула на него. Идти куда бы то ни было не хотелось. Но мэтр без дела вряд ли меня дернул, тем более Алевтина обещала угостить своим фирменным блюдом.

Мэтр выжидательно поднял бровь, и я вложила свою ладонь в его руку. В следующую секунду мы уже стояли на веранде таверны господина Сян-Дзыо. Здесь царили сумерки. Пол слегка покачивался, а влажный свежий воздух был наполнен ароматом апельсинов.

Я улыбнулась, а мое тело как-то само собой расслабилось. Что поделать? Люблю я таверну господина Сян-Дзыо, и самого господина Сян-Дзыо люблю, хоть и не понимаю, что он там мяукает каждый раз, как видит меня.

— Идем, — маг потянул меня вперед, пройдя мимо комнаты, где мы обычно ели.

Господин Сян-Дзыо ужасно нам обрадовался и сильно удивился, когда мэтр изъявил желание поесть в общем зале. Нам достался столик у окна и в ожидании обеда было очень здорово смотреть на буйство зелени и дождя.

Я настороженно поглядывала на мага, ожидая взбучки за вампира и за драконовский договор, по которому он купил умертвий. Однако мэтр хмурился и молчал. Затем неожиданно гляну на меня и улыбнулся.

— Не переживай, я тебя сюда не ругать зазвал. По другому поводу, — сказал это и посерьезнел.

— Приговор?

— Да. Ты не должна так болезненно реагировать. Понимаю — тяжело. Сам через это проходил. Быть Судьей действительно тяжелая работа, но мы с Алиаром верим в тебя, иначе бы не отдали тебе титул графини Райзенде.

— Я не хочу быть графиней.

— Ты можешь назначить Верховного Судью, — маг пропустил мои слова мимо ушей, — который будет решать все дела за тебя. Однако я не хотел, чтобы ты бежала от трудностей. Судейство — одна из сфер, где полномочия я не рекомендовал бы отдавать.

Мрачно посмотрела на мага и опустила голову. Все это было ужасно противно.

— Относись к этому как к выдавливанию гнойного прыща. Преступники — это чирии на лике общества, которые необходимо удалить, уничтожить, дабы очистить общество и обезопасить его.

— Прыщи нельзя выдавливать, — брякнула я, хотя понимала, что мэтр просто привел пример. И суть его слов вовсе не о заболевании кожи.

— Только не говори, что ты этого никогда не делала.

Я слегка порозовела и, чтобы хоть как-то очиститься от нелепых подозрений, заявила:

— У меня эльфийская кровь. У меня не бывает прыщей! — И еще язык показала.

— Должен тебя огорчить — прыщи бывают у всех. Даже у эльфиек, хоть они и тщательно скрывают это.

Я хихикнула, но потом позерьезнела:

— Я постараюсь. Тяжело все это.

— Ты не одна, — мэтр взял мою руку, поднес к губам и поцеловал.

Да, я как-то забыла, что я не одна.

Дальше обедали молча, а после чая я усиленно старалась не закрыть глаза. Сколько я спала сегодня? Не более трех-четырех часов. Это слишком мало для этих двух таких неспокойных дней.

— Так не пойдет! — Заявил мэтр. — Ты не выспалась. Давай сейчас снимем комнату и ты поспишь пару часов.

— Но выборы старосты…

— Никуда твой староста не убежит. Я попросил Осто присмотреться к местным. Вечером вместе сядете, обсудите и сделаете наилучший выбор.

— Хорошо!

Через пять минут я уже во всю сопела носом в специально отведенной для сна комнате, свернувшись калачиком на огромной подушке, которую наколдовал мэтр, и укрывшись его мантией.

— Изаку нужно поменять приговор на более мягкий, — это было первое, что я сказала, когда проснулась.

Мэтр кивнул и сказал, что мне следует обговорить это решение с Рихаром и лордом Диланом. Затем повел меня в зал, где мы обедали, пить чай.

После двухчасового сна, я чувствовала себя гораздо лучше, и сегодняшнее судейство уже не выглядело таким угнетающим. Но все же с бывшим старостой судьи обошлись слишком сурово. Приговор необходимо пересмотреть.

Когда я допивала уже второю кружку зеленого чая с мятой и имбирем, в таверну зашел мужчина. И какой это был мужчина!

Все встреченные мной тенерцы отличались низким ростом и щуплым телосложением. Этот же был очень высок, как мэтр Влас или же Алиар с Натаном, столь же широк в плечах и под холщовой рубахой отчетливо угадывались накачанные мышцы.

На лицо, как и все тенерцы. Высокий лоб, выразительно изогнутые брови, узкие раскосые темные глаза, тонкий острый нос, узкие четко очерченные губы. Черные густые волосы коротко стрижены и зачесаны назад.

Мужчина сразу обратил на меня внимание и, усаживаясь за стол, улыбнулся.

— На вот, слюни подотри, — мэтр Влас подал мне платок.

Я перевела на него взгляд, до сих пор видя только могучего тенерца, и почувствовала, как по подбородку течет слюна.

Какой позор! Надо же так засмотреться на незнакомого мужика, что слюни потекли! И ладно бы красавец какой был…

— Давайте уже вернемся в деревню, — взмолилась я. — Еще дел столько!

— Пошли.

В деревне дела разрешились быстро. Осто и вправду потолкался среди местного населения и выяснил, кто лучше всего подойдет на роль старосты. После небольшого собеседования, я и лорд Дилан утвердили кандидатуру Осипа Нэра, низкорослого кряжистого мужика, умеющего огромное хозяйство. На его плечи сразу же возложили обязанность привести дом мага в порядок и отремонтировать к нему дорогу. А еще выбрать новое место для возведения деревенского склепа. Старый было решено снести, а землю очистить от эманаций мертвых. Для этого мэтр Влас пришлет из Академии студентов-старшекурсников, они же займутся и оскверненным оврагом.

Алю и Нату я решила забрать к себе. Старшая из сестер от всего произошедшего была сама не своя, не знала, что делать, и ходила, растерянно озираясь. Я отвела ее в сторонку и предложила несколько вариантов.

— Мы можем устроить тебя в Эссентере. Откроешь магазинчик или кафешку какую. Или вообще можешь не работать, а жить на проценты. Той суммы, что ты получила за дом, вполне достаточно. Еще Рихар обещал разобраться с твоей мачехой, так что отцовское наследство ты тоже получишь. И не возмущайся! — Строго сказала я, видя, что девушка против, что мы вмешиваемся и в эту историю. — Таковы наши законы. И такова справедливость. Ты и Ната получите не больше и не меньше того, что вам причитается! А вообще ты можешь устроиться в любом другом городе или деревне, — продолжила я, — только скажи, где, и мы обязательно поможем.

— Да я и сама пока не знаю, что делать, — вздохнула Аля. — Все так кардинально поменялась.

— Не переживай, — подбодрила я ее. — Я вообще хочу предложить тебе работу, если ты не против. Тебе ведь и не нужно зарабатывать себе на жизнь. И я ни в коем случае не хочу тебя обидеть…

— Работу?

— Да. У меня есть вакансия экономки, а еще повар нужен. Ты вроде неплохо готовишь. Осто очень хвалил.

— Да ну, скажешь… — Смутилась Аля. — С дворцовыми поварами не сравнюсь.

— Отучишься в высшем кулинарном училище и будешь готовить не хуже. А может и лучше. Время есть. Я редко бываю дома, и буду редко бывать еще на протяжении девяти лет. В доме только Осто живет со своим приемным сыном. И Рихар ночует три раза в неделю.

— Рихар? — Удивилась Аля и глянула на размахивающего руками дракона, который что-то втолковывал Натану. — Он твой жених? Я думала, что мэтр Влас твой жених.

— Ну, ты и скажешь! — От удивления я чуть ли со скамейки не упала, на которой мы сидели. — С чего ты это взяла? Нет у меня женихов! Мэтр Влас мой друг, как и Рихар. Просто мы с Рихаром зимой летали кое-куда и он очень устал, и теперь ему требуется отдых. Вот он и отдыхает.

— Почти полгода прошло…

На это я просто пожала плечами. Ну, не вдаваться же мне в подробности, что золотой дракон вообразил себя моим женихом и поселился на моей территории, как того требуют драконьи традиции. Скоро, наверное, совсем переедет.

— Ты главное не отказывайся сразу от моего предложения, — вернулась я к первоначальной теме. — Подумай.

— Я подумаю, — кивнула она головой. — А сейчас куда?

— Домой, — улыбнулась я.

В «Озерный край» мы вернулись всей толпой, не забыв в Эссентере прикупить пирогов и рагу в глиняных горшочках. Натан, наглая драконья морда, тут же застолбил за собой одну и гостевых комнат. Чую, что мне не только Рихара выкуривать из собственного дома придется, но и Натана. Сестры отказались селиться в разных покоях, и заняли комнату с видом на цветущий сад. Мэтр Утан согласился понаблюдать Нату, которую осмотрел еще в деревне, строго отчитав Эми за какую-то ошибку. Девочку подлечили, но ей все равно требовался хороший уход.

После ужина обсудили результаты инспекции. Такого никто не ожидал! Чтобы и гнусный заговор против несчастных девиц, и восставшие мертвецы… Было принято решение, что лорд Дилан и Осто как можно быстрее съездят к краснопяточникам и проверят все ли там в порядке. Увы, я отказалась от поездки, хоть это один из способов вдохнуть свежий воздух и развеется, но мэтр Влас меня одну теперь никуда не отпустит. Он прямо так и сказал. А какой смысл куда-то ехать, если тебе в спину дышат нервные маги и лорды и мешают веселой охоте? Да и некогда мне — в следующие выходные мы едем добывать прабабушкины сокровища. Нужно подготовиться.

За час до отбоя мы с Эми вернулись в Академию и тут же ринулись искать своих одногруппников. Выходной выходным, а домашка должна быть выполнена!

— ААаааААА! — грозно вскричал Натан, потрясая над головой пойманной серебряной форелью.

— Аааааа! — Тоненько запищала я, потрясая пустыми руками. Да, рыбу я не поймала, но кайфа от рыбалки это не портило.

Мы рыбачили в академическом пруду. Погода стояла теплая, даже жаркая, и многие студенты уже вовсю купались. Натан, пользуясь тем, что он дракон, повыгонял отдыхающих студентов из воды, и загнал туда меня. Сначала я пыталась сопротивляться, но поняв затею, сама разделать до панталон и рубаху завязала узлом на груди. И принялась учиться ловить рыбу голыми руками.

Получалось плохо, точнее не получалось вообще. У меня не было той быстроты движений и ловкости, которой обладал дракон. Но было весело, и я верила, что смогу поймать большую рыбину.

— Ты слишком медлительна, — говорил дракон. — Делай движения резче. Вот так.

И он молниеносно опустил руку в воду и тут же достал из нее окуня.

Я завистливо вздохнула и попыталась повторить маневр. Не получилось! Только намокла в очередной раз. И остыла немного. Натан красовался передо мной топлесс. И я не могла отвести глаз от сверкающий на солнце, как маленькие бриллианты, капель на его груди. Красив, мерзавец, и знает это. И пользуется этим. Вон, какими голодными глазами на него смотрят старшекурсницы.

— Не так, Васюша, — продолжил наставлять дракон. — Быстрее. Быстрее и резче надо.

Ррррр… Опять он назвал меня этим дурацким именем. Вот если бы не это, я бы уже давно бросила рыбалку и потребовала уединиться. Не для супружеского долга, нет, это только после свадьбы. Но вот рассмотреть, как следует, и даже пощупать…

— Что здесь происходит, — выдернул меня из мечтаний строгий голос мэтра Власа.

— Хана рыбалке, — мрачно протянул Натан и закатил глаза к небу.

— Студентка Фрайхэш, как это понимать? — Ректор обратился непосредственно ко мне.

— Нет, Натан, судя по всему, хана мне, — я жалобно посмотрела на дракона, тот подмигнул и ответил за меня:

— Мы рыбачим.

— Рыбачите? В таком виде? — мэтр многозначительно оглядел меня, задержавшись на груди.

И только после этого я начал осознавать, что стою посреди многолюдного парка в одних панталонах, которые плотно облепили ноги, а рубашка от воды стала практически прозрачной и не могла скрыть того, что от холода соски сжались в тугие горошины и теперь зазывно торчат. И Натан все это время пялился на меня!

Злобно зыркнула на него, поджав губы, и выбежала на берег. Быстро высушила одежду и торопливо натянула мантию, наплевав на платье. Меня больше занимал разговор дракона и ректора.

— Послушай, Влас, — Натан тоже вышел на берег и остановился возле мэтра, сложа руки на груди. — Васе необходима была эта рыбалка…

— Необходима? — Прошипел мэтр Влас, не дослушав друга. — Ты считаешь, что загнать приличную девушку в холодную воду в одном исподнем, это рыбалка? Да ты просто воспользовался случаем и наивностью!

— Ты за кого меня принимаешь? — Обиделся дракон. — Василика дракон! Дракон! А драконам необходимо охотиться. На охоту ты ее не пустил, так не мешай рыбалке!

— Не ты ли утверждал, что Василика никогда не сможет стать драконом? — Мрачно посмотрел на меня мэтр.

— Говорил, — кивнул Натан. — Но обстоятельства поменялись. Еще максимум полгода, Влас, и ты получишь крылатую и зубастую гадину. Рыбалка, охота, хорошее питание и золотые украшения — все это стимулирует рост зверя. И не делай такие удивленные глаза! Ты прекрасно видишь, к чему все идет. Не так ли, Васюша?

Я хотела возмутиться — опять он назвал меня этим именем! Но лишь согласно шмыгнула носом и громко чихнула.

— Заболела! — Вынес вердикт ректор и направился ко мне.

— Влас! — Позвал дракон, но ректор проигнорировал его, толкая меня в воронку телепорта.

Из телепорта я вывалилась прямо на кровать в спальне мэтра Власа. Попружинила немного, раскинув ноги и руки, и настороженно наблюдая, как маг подошел к столику, налил в высокий стакан воды из графина и залпом выпит.

— Я предупреждал тебя на счет Натана! — Зло бросил он.

Поежилась, все также возлежа на кровати, и тихо ответила:

— А я и не связывалась. Мы просто рыбачили…

— Ты плохо знаешь мужчин. И никогда не сталкивалась с их коварством и подлой натурой. Натан отъявленный бабник! Никогда не проходит мимо понравившейся леди. А они и рады упасть к нему в постель! А если же девица упрямится, он, как истинный дракон, открывает охоту, — и девица очень скоро оказывается в его объятьях. Причем рада этому обстоятельству без меры. Мой приятель из тех, о ком говорят «поматросил и бросил».

— Натан про вас тоже самое говорил, — подала я голос с кровати.

Мэтр весело улыбнулся, но затем его лицо резко приобрело грустное выражение. Маг отвернулся к окну и оперся руками о подоконник.

— Не спорю, я был тем еще придурком. Отъявленным женоненавистником. Женщины были для меня всего лишь средством удовлетворения своих нужд… Анна научила меня уважать и ценить женщин. И любить… она научила меня любить. — Мэтр замолк, закрыв глаза.

Как странно! Каждый раз, когда мэтр вспоминал свою покойную супругу, его лицо озарялось радостью, а сейчас же была откровенная боль. Видя, что маг не желает продолжать, решила сказать что-нибудь утешительное и перевести разговор на другую тему, но мэтр вновь заговорил:

— После смерти Анны, я не жил — я существовал, — маг говорил тихо, отрывисто, как будто каждое слово действительно причиняло ему боль. — Открывая по утрам глаза, я никак не мог понять, почему в небе светит такое яркое солнце, когда внутри меня царит мрак. Всепожирающий мрак… Позже, когда у меня появилась цель — спасти эту страну, погрязшую в гражданской войне, стало легче.

Мэтр Влас подошел к кровати, сел и протянул мне руку, чтобы помочь подняться. Когда я села, он нежно провел рукой по моим волосам, убрал выбившуюся из прически прядку за ушко и безэмоционально сказал:

— Я смог пережить эту разрушающую изнутри боль. И теперь хочу спасти тебя от похожего чувства — чувства безответной любви.

— Вам не о чем беспокоиться, — заверила я мэтра. — Я вовсе не влюблена в Натана.

— Это не помешало тебе таращиться на его голое тело, — протянул маг, а я покраснела, глядя на свои сжатые кулачки на коленях. Но магу видно было мало моего смущения, и он решил добить. — Да не просто таращиться! Ты буквально пожирала его глазами! Хорошо, хоть дело до слюнопускания не дошло!

Я покраснела еще больше и только смогла из себя выдавить:

— Вы ведь знаете, мне нравится лорд Итилорин…

Мэтр ну очень тяжело вздохнул и призадумался. Я скосила на него глаза, и, когда он заметил это, сказал:

— Ни как не могу вспомнить, куда положил плакательную жилетку.

Я надулась.

— Честное слово, Василика, чистокровные эльфы и драконы не для человеческих девушек. Обрати свое внимание на людей. Вроде за тобой ухаживал Рейнер тей Рицци…

— Ухаживал? — Прорычала я, да так злобно, что мэтр вздрогнул. Пару раз глубоко вздохнула, успокаивая большую и зеленую злость, что сидит внутри и быстро затараторила, как мне показалось безразличным голосом. — Я совершенно обычная девушка, и как все — не чужда некоторой доли романтичности. Я хочу ходить на свидания при луне! Целоваться при свете звезд! Слушать оды в честь своей красоты! Внимать серенадам с балкона! Да и просто получать банальные цветы и конфеты! А что ваши хваленные лорды?

— Что?

— Сразу замуж зовут! И не потому, что я им нравлюсь, а потому, что мое поместье приносил боле двух сот пятидесяти тысяч золотых в год! А тот кусок леса, что входит в мое графство? Его вообще оценивают в пол миллиарда из-за ценнейшей древесины! Да откуда они вообще сумму такую взяли?

— Там не только дерево дорогое, но и пушнина, — не в тему вставил маг.

— Нет, я не против выйти замуж, но не сейчас! И не на тех условиях, что предлагают «благородные» лорды.

От воспоминаний вторничного «предложения руки и сердца» от Рейнера тей Рицци я едва не расплакалась. Быстро заморгала, чтобы слезы не полились рекой. Это я во вторник была в праведном гневе, а сейчас обида накатывает… Но мэтр все равно заметил и потребовал:

— Рассказывай, что случилось!

Задыхаясь, начала рассказывать:

— Во вторник я беседовала с обоими Рицци, — маг на это только кивнул — сам подписывал разрешение для Рейнера тей Рицци старшего. Я продолжила. — Так вот Рейнер старший требовал, не просил, не предлагал, а требовал, чтобы я вышла за его сына Рейнера тей Рицци младшего не позднее чем через месяц, то есть на следующий день после моего шестнадцатилетия. И подсовывал мне отвратительный брачный договор, по условиям которого все мое состояние после свадьбы переходит под управление мужу, а жене назначается содержание в сто золотых в месяц. Всего сто золотых! Но самое обидное, что в договоре есть пункт, в котором прописано, что супруги могут не хранить верность друг другу. Зачем тогда жениться, раз брачные обеты не действительны по договору? Еще боле обидно, что по тому же договору, мои дети, рожденные не от супруга, не имеют права на наследство. МОИ дети не имеют право на МОИ деньги! Они что, меня за идиотку держат? И за это лестное предложение я им еще и благодарна должна быть, потому что из-за опозоренного имени Райзенде мне вообще ничего не светит!

И тут я не выдержала и позорно разревелась. Мэтр притянул меня к себе, крепко-крепко обнял, гладя по голове.

— М-да, — прокомментировал он. А потом спросил, — так та обугленная аудитория твоих рук дело?

Я испуганно замерла, боясь даже дышать. После столь унизительного предложения, я не на шутку рассвирепела и не смогла сдержать рвущийся изнутри огонь. Рейнар-младший учится на седьмом курсе и уже умеет телепортироваться, и, к моему огромному разочарованию, успел смыться и отца прихватить. Мой огонь меня не тронул, а вот несчастная аудитория… там только обугленные стены остались и то благодаря защитным заклинаниям.

— Вижу, что ты, — спокойно констатировал маг. — Не бойся, ругать не буду. Но отработать придется.

— Я лучше деньгами отдам, — прошептала я, думая, что зря мэтр беспокоиться — его мантия как раз подходит на роль плакательной жилетки.

— Хорошо. Есть что-то еще, что я не знаю?

Я выбралась из объятий и принялась искать платок.

— Это не единственное предложение. За последний месяц я получила около двадцати. И все похожи как один, только Рицци переплюнули всех по наглости и унизительности.

— Не переживай, я поговорю с Рейнером-старшим и он принесет тебе официальные извинения. И с другими лордами тоже поговорю. Больше тебя не станут беспокоить.

— Спасибо. Но я вообще-то хотела поговорить с Натаном, чтобы он стал моим фиктивным женихом…

— Даже не думай! — Не дослушал меня маг. — Не связывайся с Натаном! Он не отпустит тебя, даже если трижды поклянется своей кровью. Если хочешь фиктивного жениха-дракона, предложи Рихару, он с радостью согласится. А Алиар не даст ему нарушить договор.

— Почему Натана нельзя, а Рихара можно? Оба ведь драконы?

— Рихар очень молод, а потому управляем. Восемьдесят лет — самое начало драконье юности и он по привычке еще слушается взрослых. К тому же Алиара он любит и уважает. Пройдет лет через тридцать-сорок.

— Как-то… печально звучит.

— Драконы — существа себялюбивые, горды и в одиночестве самодостаточны. Кстати, на счет дракона… ты не чувствуешь в себе чего-нибудь… Кого-нибудь?

— Чувствую… Чувствую, что после рыбалки обида на вас приутихла.

— Обида на меня? — Не понял маг. — Откуда взялась обида?

— Я хотела сама поймать вампиров. Ну, или хотя бы Винаса-безумца…

— А я тебе не дал, — закончил за меня мэтр. — Похоже, Натан прав, в тебе и вправду растет дракон и охота тебе жизненно необходима. Запишем-ка тебя на охоту к студентам-драконам. Но неделю придется подождать, они охотятся по субботам и сегодня они уже отохотились.

— А переводить на Драконий факультет не будите?

— Разве у тебя есть драконья магия?

Я отрицательно покачала головой.

— То-то же. Вот станешь драконом, тогда и переведем. А сейчас давай возвращаться, дел еще полно.

— А завтра-то все в силе остается? — обеспокоено спросила я, когда мы переместились в мою студенческую комнату.

— В силе, — кивнул мэтр. — Но! Если ты заболела, то все отменяется.

Сказал и вышел. А я беспорядочно заметалась по комнате, потом выбежала в коридор и отправилась искать Эми, пусть полечит. А то прабабулечкины сокровища уже устали ждать свою новую хозяйку.

Следующим утром, через час после рассвета, мы все собрались в кабинете ректора. Мы — это сам мэтр Влас, Алек и я. Эми отказалась вставать в такую рань, попросив потом все подробно рассказать. В общем, сестра осталась дрыхнуть, а я отправилась добывать сокровища.

Первым делом мэтр потратил почти час, чтобы рассказать нам, чем опасны Княжеские Восточные степи. Помимо зловонных ядовитых болот и ядовитых же кусачих насекомых, водится другая опасная живность. Самые ужасные — василиски. В отличие от василисков орочьей пустыни, где эти зверюги вырастают огромными, похожими на смесь петуха и змеи, василиски Княжеских степей — маленькие, с виду очень милые изящные ящерки. И очень многие поплатились жизнью, позабыв о их смертоносном взгляде и ядовитом укусе. Увидев эту симпатичную тварюшку, следует остановиться и дышать через раз, так как василиск реагирует на движение. Это весьма пугливое животное, и его взгляд, заставляющий все живое каменеть, своего рода защита от предполагаемой опасности. Любые василиски, вопреки мнению большинства, редко кого превращают в камень. Иначе как они могут питаться разнообразной животной пищей?

Но, по мнению мэтра, мы вряд ли встретимся с василисками, они живут почти у самых болот, гораздо восточнее, чем те координаты, что оставил Амалрих Арне, но бывает, что они уходят от болот. Которые в это время еще спят и их ядовитые испарения, поднимающиеся густым зеленым туманом над доброй половиной степи, пока не опасны.

Не известно, откуда происходят эти ядовитые испарения, ведь по немногочисленным исследованиям удалось установить, что в земле и воде нет ничего опасного. Эта тайна пока осталась тайной — поиски отгадки затруднялись погодными условиями. Зимой болота покрываются льдом, некоторые из них промерзают до дна, в остальное время они весьма опасны для жизни — ядовитый туман проникает через любые защитные плетения, оставляя на теле ужасные ожоги, а если вдохнуть этот туман, то он очень быстро сожжет все внутренности.

Но, несмотря на то, что болота не пригодны для жизни человека, там полно всякой мутировавшей живности. Всякие тушканчики, сурки, суслики, крысы… Змеи, ящерицы, лягушки, даже черепахи… Орлы, дрофа, жаворонки… По словам мэтра вся живность отличается зеленой или желтой кровью и весьма ядовита.

— Сегодня мы проверим координаты Амалриха, — внимательно посмотрел на меня мэтр. — Если ничего не найдем, в следующее воскресенье двинемся восточнее, но надеюсь это не понадобиться.

— Ну, пойдемте уже! — Взвыла я от нетерпения.

— Идем, идем, — маг встал посреди кабинета. — Алек готовь воздушную платформу, я пробиваю портал по координатам. При малейшей опасности хватаешь Василику и сматываешься.

Алек слегка поморщился и согласно кивнул.

Впервые наблюдала, как пробиваются порталы по заданным координатам. Мэтр сделал это очень легко и буднично, как будто каждый день это делает. Затем мы вступили на воздушную платформу, которой управлял Алек, и неторопливо вплыли в портал.

Я едва не сверзилась с высоты десяти метров, почему-то посчитав, что мы будем над самой землей. Мэтр, держа меня за шкирку, внимательно осмотрелся, решил, что ничего опасного нет, и велел Алеку опускаться.

Кругом было пусто. То есть ничего кроме покрытой только-только проклюнувшейся травой с чахлыми редкими кустиками степи.

— Ну, и где здесь искать пещеру? — Несколько разочарованно протянула я.

— Сейчас просканирую землю, — сказал мэтр. — Наблюдай, как я это делаю!

И он кровожадно уставился себе под ноги. Постоял так минут пятнадцать, а после сообщил:

— Вижу три пещеры и какую-то аномалию, как будто кто-то неумело пользовался магией земли. Давайте поверим?

Спустившись на землю, мы пошли проверять. Точнее я попыталась побежать, но мэтр успел схватить меня за шкирку. Это уже становится какой-то нехорошей традицией.

— И где здесь пещера? — Спросил Алек, когда мы остановились, пойдя метров сто пятьдесят.

— Под нами, — сообщил мэтр. — Разве ты не чувствуешь движение воздуха под землей? Или не проверял?

Алек смутился. Стало понятно, что не проверял.

— Давайте уже открывать вход! — Нетерпеливо поторопила я магов. — Сколько крови надо? Дайте нож!

— Подожди! — Остановил меня мэтр. — Сначала нужно проверить, нет ли опасности.

И он снова уставился на землю. И Алек вместе с ним. Один пользовался магией земли, второй — воздуха.

— Позвольте вашу ручку, — через несколько минут мэтр протянул мне руку.

Я сразу же протянула свою пятерню, мэтр зажал мои пальчики в кулачок, оставив указательный, и сделал крохотный укол узким трехгранным ножом. Показалась крохотная капля темно-красной, почти черной крови. Она скатилась в бок и упала на землю. И… ничего не произошло.

— Хм, — прокомментировала я. — Давайте вернемся на то место, куда мы прибыли.

— Нет, — был простой ответ.

— Может крови больше надо? Дайте нож!

— Нет! Василика, наберись терпения!

— Там что-то есть, — Алек указал на кучку чахлых кустиков в шагах двадцати от нас.

Я тут же бросилась туда, успев до того как мэтр протянул ко мне руку.

— Ага! Тут дыра в земле!

— Стой!

Нырнуть в дыру я не успела. Мое тело спеленали непонятно откуда взявшиеся лианы и потащили прочь от пещеры. Затем я была подхвачена крайне сердитым мэтром Власом. За шкирку.

— Еще одна такая выходка и мы продолжаем искать сокровищницу без тебя!

Пришлось сделать вид, что я все-все поняла.

Как можно медлить? Там ведь сокровища томятся в одиночестве!

Вход в пещеру был вертикальным, как колодец, и столь же глубоким. Мы аккуратно спускались вниз на воздушной платформе с Алеком. Мэтр летел один перед нами. Освещая нам дорогу и держа наготове что-то убийственное.

Когда мы оказались на дне, зов стал нестерпимым. Теперь я поняла, что неосознанное желание прыгнуть в дыру, было навеяно зовом, истосковавшихся по хозяину сокровищ.

Извернувшись в руках Алека, я припустила в сторону одного и пяти черных провалов. За спиной послышался крик «Стой» и ругань, а затем и топот ног. Но я неслась, не замечая препятствий, пересекая огромные подземные залы, проползая по узким и низким коридорам, запутывая след в лабиринте поворотов и спускаясь все глубже и глубже под землю.

В какой-то момент опустилась на передние лапы-руки, покрытые редкой сетью зелено-золотистых чешуек, пальцы удлинились и на месте ногтей теперь были острейшие когти. Аккуратно пощупала лицо: вокруг глаз, на висках, около губ тоже ощущались чешуйки. Невероятно! Я действительно дракон!

Зов был нестерпимый. Он причинял боль. Я из последних сил рванула, что есть мочи, и оказалась в огромной пещере, забитой золотыми монетами, драгоценными камнями, артефактами…

— Детушки мои! — Прошипела я. — Я пришла, мои милые!

И с головой закопалась в сокровища.

Разбудил меня запах жаренной на костре курицы и гречневой каши. Сглотнув слюну, стала выбираться из огромной кучи монет. Сокровища не отпускали. Пришлось припугнуть, что оставлю их здесь.

Мэтр Влас и Алек расположились прямо у входа в сокровищницу и живо что-то обсуждали, поглощая бутики один за другим. От этого зрелища голод мой стал поистине драконьим. Плюхнулась рядом с Алеком и выдрала когтями из его рук покусанный бутерброд. Маг хотел было возмутиться такому поведению, но глянув на меня, подавился.

— Отлично выглядишь, — задыхаясь, пропыхтел он.

Я посмотрела на свои руки с удлиненными пальцами и темными когтями. Интересно, как сейчас выглядит мое лицо в частичной трансформации? Мэтр понял все без слов и достал из воздуха зеркало на вычурной ручке.

В общем, черты лица не изменились, если не считать увеличившихся глаз и слегка выпирающей вперед нижней челюсти. Веки, виски и губы были покрыты мелкой сетью чешуек зеленого цвета. Потыкала их когтем — твердые.

— Кашу давайте! — Потребовала я, приканчивая бутик.

— Еще не готово. Скоро, — ответил мэтр, подавая мне румяный кусок курятины.

Ммм, ням-ням.

После того как я съела целый котелок гречневой каши и всю курицу, я развалилась на куче сокровищ, лениво передирая монеты и камни, и размышляла о том, где во мне спрятала черная дыра. Я знала, что частичная трансформация забирает много энергии, и самый простой способ восполнить ее — хорошо поесть. Но не за троих же!..

— Что собираешься делать с сокровищами? — Прервал мою послеобеденную медитацию мэтр Влас.

— Как что? — удивилась такому вопросу. — Себе все заберу!

— Это понятно, — улыбнулся маг, поглядывая на закопавшегося в очередной сундук сына. — Но где ты их будешь хранить? Сама понимаешь — здесь их оставлять нельзя.

«Пожалуй, мэтр прав», — проскочила мысль у меня в голове. И так уже все знают, что сокровища, найденные прабабулей, существуют на самом деле, и что мы сегодня пойдем на их поиски. Откуда это стало известно окружающим — не понятно. За Эми я могла поручиться — она не болтушка. И знает, как эти сокровища важны для меня. Алек вообще не появляется в Академии. Мэтр Влас… Нет, ну не станет же он болтать на право и налево. Но факт остается фактом, если я оставлю сокровища здесь — я их больше не увижу.

— А вас есть варианты? — с подозрением в голосе спросила я.

— Предлагаю подвалы своего дома, — пожал плечами маг. — А что, у тебя есть другие варианты? — Спросил мэтр, увидев недоверие, смешанное с подозрением, в моих глазах.

Вариантов у меня не было. Нет, конечно же, подвалы у меня есть и весьма обширные, но туда не влезет и треть всех этих сокровищ. А вот у мэтра…

— Не бойся, Василика, с твоими сокровищами ничего не случиться. Раз в неделю ты будешь навещать их. Что-то можно перенести и в «Озерный край», но я бы не советовал — защита не того уровня. И драконы у тебя «гостят».

— Хорошо, — упоминание у драконах меня доконало, и я согласилась с доводами мэтра. — Но чтобы ни одной монетки не пропало!

— Да, когда это я тебя обманывал!

— Когда речь идет о сокровищах — доверия нет никому!

Маг на мой последний выпад только огорченно поднял брови, посмотрел на меня, покачав головой, и пошел выкапывать сына.

Алек печально наблюдал, как сундуки с драгоценными камнями исчезают в портале один за другим. Очередной тяжелый вздох и мэтр Влас пнул сына в голень, и очень выразительно посмотрел на него. Я могла понять Алека — не каждый день находишь настоящие сокровища дракона и не каждый день они уплывают у тебя сквозь пальцы. Найти и тут же потерять! Алек так и не смог смириться с этим, хотя знал, что сокровища по праву мои. Они достались мне в наследство от прабабулечки.

— Ну, хотя бы вот этот сундук мне оставь! — Не выдержав, взвыл он. — Что тебе стоит?

— Алек! — строго начал мэтр. — Мы же обсуждали это!

Но Алек не слушал отца. Он смотрел на меня, и в его глазах виднелась неприкрытая драконья тоска вперемешку с золотой лихорадкой. Он то и дело облизывал сухие губы и сжимал полы своей куртки побелевшими от нервного напряжения пальцами. Мне стало его невероятно жалко — такая любовь к сокровищам не должна остаться незамеченной! И я нехотя, через силу, как будто кто-то (а конкретно большой и зеленый дракон) зажимал мне рот своими лапами, выдохнула:

— Забирай.

Сказала и замерла потрясенно. А Алек не стал медлить! Он схватил свой сундук, где можно было спрятать метра Власа и еще место бы осталось, и уволок, в наспех сотворенный портал.

Мэтр тяжело вздохнул и покачал головой, неодобрительно глядя на сына.

— Куда?! — порычал мэтр Влас, да так злобно, что Эми вжала голову в плечи. — А на наличие проклятья проверить? Хочешь начала темных искусств пересдать?

Сестра потрясенно уставилась на кольцо, которое я ей только что подарила. Изящная ажурная золотая безделушка с сапфирами и бриллиантами.

— Но ведь вы проверяли сокровища на наличие проклятий! — Напомнила я.

— Я проверил только основной фон, чтобы не тащить в дом всякую гадость. — Пробурчал маг. — По-настоящему сильные и опасные проклятья и иже с ними практически не фонят. Все сокровища нужно специально проверять на такие вещи.

— Зачем же тогда они вообще нужны, эти сокровища, если потенциально опасны? — Эми с опаской положила кольцо на стол.

— Да нет там никакого проклятья! — Обиделась я и, схватив обсуждаемое колечко, надела его себе на палец. — Вот! Нет проклятья!

Я помахала рукой в воздухе и испуганно съежилась, поняв, что сейчас здесь будут убивать. Меня.

Мэтр Влас аж побелел от гнева и с нездоровым блеском в глазах глядел на меня.

— Пойду я, что ли, чаю попью, — Эми решила самым наглым образом слинять и оставить меня с разгневанным мэтром один на один. Она медленно, по стеночке, обошла, стоящего посреди нашей студенческой спальни, ректора. Аккуратно приоткрыла дверь, выскользнула в коридор и без шума ее закрыла.

Я сидела на своей кровати, боясь пошевелиться и смотрела, куда угодно, только не на мэтра.

— Кольцо сними! — Послышался подозрительно спокойный приказ мага.

Я подчинилась, торопливо стянув колечко и швырнув его на стол. Затем одновременно произошло несколько вещей. Мэтр подхватил меня за подмышки, поднял так, чтобы наши лица оказались на одном уровне и прижал к стене, явно намереваясь высказать все, что думает обо мне, но не успел. Дверь в комнату с грохотом открылась и на пороге показалась, улыбающаяся во все тридцать два, студентка Алика тей Роме и несколько ее подружек. За их спинами маячила довольная рожица Эми.

Уууу, паразитка! Как будто мне старых сплетен мало! Итак все уже считают, что мы с мэтром давно в тайне от всех поженились и я вот-вот рожу ректору наследника… похоже эти слухи сегодня нашли свое подтверждение. По крайней мере, в глазах первых сплетниц Академии.

— О, да вы целуетесь! — Потрясенно округлила глаза Алика, подтверждая мои опасения. Я закрыла глаза и мысленно застонала. — Ладно, не будем вам мешать!

Девушка схватилась за ручку и, с нескрываемым интересом глядя на нас, резко захлопнула дверь.

Мэтр Влас аккуратно поставил меня на пол и сделал шаг назад.

— Это я забираю, — со стола исчезли три ларца, которые я, с разрешения ректора, принесла в Академи, но при условии, что я не стану болтать о найденных сокровищах и хвастаться украшениями. Все понимали, что на новые драгоценности сразу же обратят внимание и начнут интересоваться, откуда они у меня. Было решено говорить всем, что я что-то прикупила к шестнадцатилетию, что-то получила в подарок… Но защитные плетения окружающие спальню необходимо было усилить. Собственно, мэтр за этим и пришел к нам в комнату, когда мы с Эми начали разбирать первый из ларцов. — Верну после проверки.

И тоже исчез.

А я бесстрашно вышла в коридор. Как говорится, врагов, то бишь сплетниц, нужно встречать лицом к лицу.

— А вы уже закончили? — Деланно удивленно воскликнула Алика, и мне захотелось собственноручно придушить Эми.

— Ты прервала нас, — деланно огорчилась я. — А я стесняюсь.

По опыту знаю, что лучше подыграть Алике. А то чем яростнее отрицаешь слух, тем он все больше и больше покрывается новыми подробностями, порождая все новые и новые слухи.

— Бедняжечка! — Алика обняла меня за плечи. — Пойдем, расскажешь, каково это — целоваться с ректором!

Нет, я все же Эми придушу!

Ночь спала плохо. Мучили кошмары. Будто я мчусь на помощь сокровищам, но не успеваю и их похищают у меня прямо из-под носа. Или рыскаю по пещерам в поисках плачущих сокровищ, которые умоляли забрать их, а я никак не могла найти вход в сокровищницу. Но продолжаю искать и искать и все напрасно.

От последнего кошмара проснулась в поту и холоде. За окном загорался рассвет. Глядя на просыпающееся светило, призадумалась. Такие сны просто так не снятся! Это явно намек, что моим сокровищам угрожает опасность. Их хотят похитить. Мэтр Влас не просто так предложил свои подвалы… Ох, не просто так.

Но тут на ум пришла другая мысль, закружив меня в водовороте воспоминаний, и я позабыла о «преступных замыслах» мэтра.

Только начало пятого утра. Как долго ждать!

Без пятнадцати восемь утра, я выскочила в коридор и помчалась в кабинет ректора в надежде, что он сможет помочь мне. Эми удивилась такой моей прыти, обычно это она встает раньше, а я лежу до последнего. Но сегодня у меня была причина для раннего подъема и я надеялась, что мэтр Влас не опоздает на работу.

В приемной ректора уже находился сонный Рон, который, страшно зевая, заваривал себе кофе. Увидев меня, он приветливо улыбнулся.

— Доброе утро, леди Лика. Не желаете ли кофе?

— Ректор…. где?.. — задыхаясь и держась за колющий бок, пропыхтела я.

— Мэтр Влас обещал подойти к девяти, — сообщил секретарь. — Случилось что-то серьезное?

— Да! — воскликнула я, огорченно плюхаясь в кресло для гостей. — Вопрос жизни и смерти.

— Ну уж, — с сомнением протянул Рон, ставя на подлокотник маленькую чашечку с ароматным кофе. — Возможно, декан сможет вам помочь? Магистр Рейнер уже здесь.

— Нет, — отмахнулась я. — Это не по учебе. Можно я подожду здесь?

— Разумеется, — кивнул Рон. — Если что-то понадобится, я к вашим услугам.

— Василика? — Мэтр Влас сразу же меня увидел, как только вошел в приемную с девятым боем настенных часов. — Что случилось?

— У меня большая беда! — прошептала я и душераздирающе, как мне показалось, вздохнула.

— Пошли в кабинет, — посерьезнел мэтр. — Рон, меня пока не беспокоить.

В кабинете мэтр тут же схватил меня, поставил на стул и принялся внимательно вглядываться в глаза. Я даже растерялась от такого поведения.

— Следов проклятья не видно, но нужно посоветоваться с Утаном.

— Да не было никакого проклятья на том кольце! — я даже ножкой топнула, чуть не свалившись со стула. — Уж я это точно знаю! Я пришла по другому поводу.

Мэтр с сомнением посмотрел на меня, но затем отошел к своему рабочему столу, обошел его и сел в кресло, расслабленно откинувшись на высокую спинку.

— Слушаю, — этот сухой и деловой тон неприятно царапнул слух, но я сползла со стула и со всеми удобствами устроилась в кресле напротив мэтра. Открыла рот и… ничего не сказала. — Послушай, Василика, у меня сегодня крайне важное совещание, к которому еще нужно подготовиться. Не отнимай у меня время всякими пустяками.

— Это вопрос жизни и смерти, — повторила я и снова замолчала.

Как странно! Полночи не спать, мучиться, примчаться впопыхах спозаранок в кабинет ректора и не суметь ему ничего объяснить.

Ректор пристально вгляделся в меня. Я мучительно тяжело вздохнула и решила начать издалека.

— Когда мы сидели в плену у Ашеро, Эми учила меня варить гречневую кашу…

— А что я получу взамен на помощь?

— В смысле? — не поняла я последнего вопроса мэтра, которых за прошедших полтора часа было очень много.

— Я помогаю тебе добыть вторую сокровищницу дракона, я же переношу ее на временное хранение к себе в подвалы, я же делаю так, чтобы на сокровищах не осталось и следа от проклятий или иных зловредных влияний, я же несу ответственность за их сохранность, пока они находятся у меня… Все делаю я, Василика. Так что я получу за помощь?

Смотрю на мага круглыми, как чайные блюдца, глазами и откровенно не понимаю, на что он намекает. Хотя…

— Сокровищами делиться не буду. Даже не просите.

— Да не нужны мне твои сокровища, — поморщился маг.

— Тогда я не понимаю, на что вы намекаете.

Да я вообще ничего не понимаю! Это первый раз, когда мэтр Влас требует какой-то платы за свою помощь. И это мне не нравится.

Маг загадочно улыбнулся и произнес:

— Желание. Я прошу у тебя исполнение одного моего желания.

— Какого?

— Я пока не знаю, но как только я созрею, сразу же поделюсь с тобой.

— Хо-хорошо, — заикаясь, согласилась я. Как необычно. Надеюсь, маг не потребует от меня чего-нибудь плохого. — Но на мокруху я не пойду!

— Василика! — Потрясенно воскликнул мэтр. — Неужели ты думаешь, что я потребую от тебя убить кого-нибудь?! Хорошего же ты мнения обо мне!

— А кто же знает, что ударит вам в голову? Вы что угодно можете пожелать.

Маг при этих словах снова как-то странно улыбнулся и произнес:

— Тут ты права.

У меня аж мурашки поползли по коже от этих слов. Что же задумал мэтр?

— Ну что, полетели? — мэтр протянул мне руку.

— А как же важное совещание? — Я вложила свою ладошку в руку мага.

— Завтра посовещаемся. Мне сегодня уже лень.

И мы телепортировались в Верхогорье.

Княжеский город Верхогорье был точно таким же, каким он мне запомнился. Те же каменные в основном двухэтажные дома. Колонны и горгульи, летучие мыши и драконы на фасадах зданий. Высокие заостренные арки, стрельчатые окна с цветными стеклами. Сказочно красиво, несмотря на мрачность.

— Василика, рот закрой, а то ворона залетит, — прошептал мне на ухо мэтр.

Я тут же захлопнула варежку.

— Куда мы теперь?

— Прочь из города, в сторону драконьих гор. Вот только еды прикупим. Ты, кстати, завтракала?

— Неа. — отрицательно покачала головой. — Аааа!

— Тише. — Мой рот накрыла широкая ладонь мага. — Не кричи, это иллюзия.

— Предупреждать надо! — злобно прошептала я, разглядывая в оконном отражении вихрастого конопатого парня лет пятнадцати в потрепанной кожаной куртке, плотных штанах и мягких сапожках. — Почему именно мальчик?

— В противном случае мне пришлось бы назвать тебя своей женой или дочерью. А мне этого не хотелось бы.

— Почему?

— Мала ты для жены еще. А дочерью… Просто не хочу. И вообще, быть мальчиком намного удобнее.

— Сомнительное заявление, — протянула я, разглядывая мага. Мэтр Влас остался сам собой, только вместо ректорской мантии была коричневая кожаная куртка, а за спиной виднелась рукоять меча. — И как же меня теперь зовут?

— Вася, — нагло улыбнулся маг.

ЧТО? Рррррр!

— Ну, согласись, что имя Лик странное даже для Адрастериона, что уж говорить про Союзные Княжества.

Ррррр!

— Идем! — И меня потянули в сторону одного из зданий.

Что-то мэтр Влас непозволительно веселый.

Пока я торопливо поедала рагу, пирожки с картошкой и пила травяной отвар, который был популярен здесь вместо чая, мэтр рассчитывал координаты для совершения пространственного прыжка. Сомнительные расчеты. Но маг сказал, что прыжок поможет сэкономить нам время, а точнее два-три дня. После прыжка, я почувствую Зов, на который мы и полетим… Должны все провернуть к вечеру и вернуться в Академию. Я должна подготовиться к отработке пропущенного дня и сделать домашку, а ректор — подготовиться к совещанию, которое перенес.

После завтрака, а точнее обеда, мы покинули город. Я старалась не разевать рот, разглядывая причудливую архитектуру. Необычно, мрачно, красиво. У нас тоже полно и колонн, и фигур, и резной лепнины. Но смотрится все это легко, воздушно, светло. Здесь же все было по-другому…

Мэтр оказался прав! Я действительно почувствовала Зов сразу же после прыжка. И вступив на воздушную платформу, мы помчались спасать сокровища.

Гору и пещеру я не узнала — ландшафт был сильно изменен. Это либо обвал какой-то был, заваливший вход в пещеру, либо Ашеро пытался проникнуть туда, но не смог — сокровища уже признали меня своей хозяйкой и усиленно прятались от чужих лап.

Прав был Рихар, когда говорил, что найти пещеру дракона — это только самое начало. Найти сокровища в ней, если они того не хотят, практически невозможно. Мне тогда невероятно повезло.

— Это точно здесь? — в третий раз уточнил мэтр, оценивая фронт работ.

— Точно! Точно! — Нетерпеливо прыгала я вокруг него. Зов был нестерпимым, и вынужденная задержка только добавляла нервозности.

— Отойди, не мешайся, — был следующий приказ, и спряталась за спиной мага.

Пара пассов руками и каменная преграда осыпалась пылью. Через секунду я была уже в пещере. А еще через мгновение нырнула пролом в стене, через который в прошлый раз я попала к сокровищам. Мэтр не пытался меня сдерживать, хоть и старался не отставать.

Проснулась и обнаружила, что по шею закопана в сокровища. Откапывалась с трудом — лапы с длинными когтями были непривычны. Выбравшись, огляделась в поисках мага. Он стоял у входа во вторую пещеру, где лежал бывший хозяин сокровищницы. Мертвый дракон.

— Какая величественная и печальная картина, — грустно протянул он, когда я подошла к нему.

Я согласно кивнула.

— Прррредательство любиммммой жжжженщщщины, — оказывается, клыки мешают нормально говорить. — Надо его похорррронить.

Маг в ответ тяжело вздохнул.

Подготовка к сожжению дракона заняла больше двух часов. Сначала выбрали поляну, где собственно будет проходить кремация. Затем мэтр наметил опорные точки Силы для огненных потоков. Потом занимался телепортацией тела. Когда тело переместилось на поляну, обнаружили, что маг неправильно учел размеры и вес дракона и опорные точки необходимо перенести. К этому моменту маг выглядел измотанным. Я хотела помочь, но слышала только «Кыш, не мешай!».

Когда к кремации все было готово, мэтр Влас позвал меня.

— Вот теперь нужна твоя помощь, — печально улыбнулся он. — В белом огне горит даже чешуя дракона.

Я все поняла. Сделав шаг вперед, протянула руку, на которой уже полыхал небольшой язычок нестерпимо белого огня. Аккуратно положила его на нос дракону рядом с точно таким же от мэтра Власа.

— Спи спокойно, дружище, — прошептала я, наблюдая, как белое пламя охватывает тело дракона. А через несколько минут от зеленого гиганта не осталось даже пепла.

Постояв в тишине, в обнимку, еще минут десять, мэтр Влас неожиданно заторопился.

— Нужно убираться отсюда. Не дай Небо Ашеро учует такую сильную магию.

Я согласно закивала головой, и мы вернулись в пещеру, чтобы перенести сокровища в подвалы мэтра.

Когда и с этим было покончено, мэтр устало прислонился спиной к стене и, прикрыв глаза, сказал:

— За это ты мне не одно желание должна, а два.

— Да хоть три! — не подумав, ляпнула я.

— Заметано, — и опять такая странная улыбка, от которой у меня по рукам и спине поползли мурашки.

«Куплю семена или корешки одуванчиков! Дорого!».

— Что это? — Спросил мэтр Влас, протягивая мне лист плотной гербовой бумаги.

Я присмотрелась и признала в ней собственное объявление, которым был обклеен весь Эссентер. Я еще в городской газете его разместила. Объявление висело более двух недель, но на обещание хорошего вознаграждение никто не клюнул. Жители не понимали, зачем мне понадобились эти вездесущие сорняки. А когда я начинала объяснять, что хочу засадить одуванчиками целое поле, — это вызывало истерический смех. Обижаться я не стала, а стала потихонечку выкапывать все найденные одуванчики и складывала у себя в подвале до прекрасного момента высадки. Но количество их было катастрофически мало. А вчера ко мне пожаловала крохотная девчушка, которая узнав, что я готова купить одуванчики за любую цену, привезла мне на своей детской тележке целый ящик этих желтых цветов вместе с корешками. За что получила полновесную золотую крону, была безжалостно накормлена и отвезена Осто обратно в Эссентер, где всем и похвасталась, как добрая и щедрая графиня расплатилась с ней настоящей золотой монетой.

И после этого народ попер! Весь вечер и всю ночь мы принимали ящики, корзинки и коробки с корешками одуванчиков. Подвал просто забит и можно засадить целое поле.

— Одуванчики садить буду! — Я хихикнула. — Идемте, — позвала я мэтра, — покажу кое-что. От смеха помрете!

Маг заинтересованно глянул на меня и мы пошли на внутренний двор. Пройдя его, вошли в светлый лес с исполинскими древними деревьями. Минут через пятнадцать мы вышли к огромной, где могли вольготно разместиться три дракона, поляне. Это было то самое «поле», которое я определила под посадку одуванчиков. И вскопкой поля сейчас занимались мои «женихи».

Во-первых, Рихар. Вспотевший и от этого его и без того кудрявые волосы закрутились в еще более тугие спиральки. Он то и дело засовывал свою пятерню в шевелюру, от чего она разлахвачивалась, и Рихар все больше и больше начинал походить на обожаемые мной одуванчики. Работал он с энтузиазмом, но четко держался на втором месте.

В спину Рихару с неменьшим энтузиазмом дышал Ашеро. Черный дракон прилетел на следующий день после того как мы с мэтром перенесли вторую сокровищницу. Все-таки учуял сильную магию, прилетел к пустой уже пещере, определил, что там была я, и полетел в Адрастерион. Найти меня для него не составило большого труда, а вот то, что у меня в «гостях» уже два дракона, для Ашеро стало неприятным сюрпризом. Рихара он не воспринял в серьез по причине его молодости, а вот Натан… они мне чуть дом не развалили. Пришлось припугнуть, что ремонт будет осуществляться за их счет. Драконы притихли.

Сам Натан находится в рядах отстающих. Он лениво ковырял землю, устало вздыхал и, наверное, проклинал все вокруг, потому что именно он стал инициатором этого грядкокопания.

Я уже давно определила это поле для посадки одуванчиков. Просто нужно было дождаться весны и вскопать поле, о чем собственно и было объявлено драконам. Натан начал говорить, что в деле копания грядок ему нет равных. Ашеро, видимо, не желая быть хоть чуточку хуже соперника, заявил, что он грядки копает с самого детства. Натан обсмеял его. Ашеро потребовал дуэли — кто проиграет, тот сваливает отсюда. Натан набычился, но отступить — значит признать поражение. Грядкокопание началось. Немного позже на безобразие я подбила и Рихара, изменив условия «поединка» — победитель получает от меня поцелуй. Но тут уж не устояли и остальные мои «женихи» — Адалард, заглянувший ко мне в гости, и Ашинарри.

Не знаю почему драконий принц ввязался в этот фарс. Моим женихом он не был — у него была Альвэ и она не просто девушка, а невеста, у них уже и дата помолвки назначена. Но, видимо, сработало драконье стремление усидеть на всех стульях разом. Но стул под названием «вскопка поля» ему явно не нравился — он лениво ковырял землю, плетясь в самом конце.

А вот лидером был Ашинарри. Он прилетел ко мне буквально пару дней назад и не с пустыми лапами, как прочие, а с подарками. Во-первых, огромный ящик чудесных ромашек. Их я определила под посадку вместе с одуванчиками. Во-вторых, ларец с украшениями, которые я сразу же заныкала в тайник, а вчера перенесла к остальным сокровищам.

Ашинарри одобрил мою затею с посадкой одуванчиков. Мы даже обсудили способы слива Магии в почву для скорейшего приживления корней. Хотя цветы не скоро станут чудесными — для этого потребуются годы. Еще ему понравилось, что я сохранила его первый подарок — чудесную ромашку, которая в цветнике чувствовала себя более чем прекрасно.

Увы, далеко не сразу в доме наступил мир и покой. Не успела я привыкнуть к нахальному Натану, потом к напористому Ашеро, как в доме появился деятельный Ашинарри. Коричнево-красный дракон, вручив мне подарки, схватил меня и понес прямо в спальню! Я даже опомниться не успела, как меня опрокинула на кровать и уже хотели содрать платье… Хорошо, что Найдин, огрела дракона тяжелой вазой. Нет, Ашинарри сознание не потерял, но отвлекся, а тех трех секунд хватило, чтобы в комнату ворвались Натан и Ашеро и вдвоем скрутили его и увели. Потом до ночи втроем сидели, что-то обсуждали.

Нет, Ашинарри мне очень симпатичен. Именно как мужчина. Очень высокий, мощное накачанное тело, стальные мышцы и ни грамма жира. За таким мужчиной, как за каменной стеной. Надежно, безопасно. И лицо необычное — высокий лоб, выразительно изогнутые брови, узкие раскосые почти черные глаза, тонкий острый нос, узкие четко очерченные губы. Но что мне больше всего польстило так это то, что именно из-за меня этот дракон пренебрег своими принципами и научился быть человеком.

Несмотря на свою экзотичность, из-за которой я и опозорилась со слюнями в харчевне господина Сян-Дзыо, я не готова стать супругой Ашинарри ни сейчас, ни когда-нибудь потом. В отличие от Найдин…

Да, девушке понравился этот дракон, в чем она мне напрямую и призналась. Я дала добро на его соблазнение. И добавила еще, что если Найдин удастся его отбить у меня, то я буду очень благодарна.

Немного опечалившись тем, что мое желание иметь в доме хоть одного вменяемого человека накрылось медным тазом, я с огромным интересом наблюдала за открытием сезона охоты на драконов.

Эми, возродив в себе былую страсть к Ашеро, не упускала возможности заговорить с ним, схватить за руку или просто поглазеть на него. Именно для него она надевала свои лучшие наряды и делала великолепные прически. Именно из-за него она проливала ночами слезы и жаловалась мне на свою «уродскую» внешность.

Найдин внешне никак не проявляла интереса в Ашинарри, понимая что, пока я рядом, он и не посмотрит на другую женщину. Девушка выжидала. И правильно делала.

Аля, которая осталась у меня на должности повара, активно готовилась к поступлению в кулинарное училище, и кроме как о рецептах ни о чем другом говорить не могла.

У Наты обнаружились крохотные магические способности, и она изъявила желание стать лекарем. Мы отправили ее к отцу Афинагену на обучение. До поступления в школу лекарей, он обучит девочку травничеству, основам медпомощи, составлению лечебных составов…

Осто. Одна из моих лошадей недавно ожеребилась и Осто принимал роды. Жеребенок родился крепким, здоровым. И мой друг до сих пор ходит гордый и довольный, как будто сам был отцом этого жеребенка.

Одним словом — не дом, а дурдом.

— Как ты добилась этого? — Пораженно спросил мэтр Влас, глядя на драконов.

— Ну, они не просто так копают. Победителя ожидает приз.

— Приз? Какой?

— Поцелуй прекрасной леди, — важно сообщила я, гордо задрав нос.

— Ммм, поцелуй, — многозначительно произнес маг. — На, поддержи.

Маг снял куртку и протянул мне, после чего направился к драконам:

— А ну, разойдитесь. Глядите, как действуют профессионалы!

И мэтр начал колдовать. Земля заходила ходуном, трава сама собой повылазила и сложилась аккуратной кучей рядом с полем. Через пять минут почва стала мягкой и рыхлой, готовой к посадке. Вот здорово!

— Ну, я победил? — спросил мэтр, подходя ко мне.

Я важно сложила руки на груди и напустила на себя суровый вид.

— Вообще-то, по условиям поединка магию применять нельзя! — Тут я развила руками и горестно сообщила, — извините, но победителя не будет.

Развернулась и неторопливо пошла к дому. Но все же успела увидеть в глазах мэтра безграничное потрясение, а в глазах драконов — жажду крови.

— Ты так и не надумала делать большой праздник? — Спросил меня мэтр Влас, самым волшебным образом улизнув от обозленных драконов.

— Нет, — поморщилась я.

Сколько можно? И лорд Дилан, и мэтр Влас последний месяц талдычили мне, что надо утроить грандиозное празднество в честь моего шестнадцатилетния. С охотой, пышным балом и фейерверками. Было бы что праздновать! Не спорю, шестнадцать лет для мага один из важнейших жизненных этапов — маг становится взрослым и несет полную и безоговорочную ответственность за свои действия. Одним словом, становится совершеннолетним. Но я ведь уже почти год как совершеннолетняя! Для обычной девушки эта дата тоже важна и значима — она вступает в брачный возраст и может выходить замуж. Но я вовсе не стремлюсь связать себя узами брака до окончания Академии. И вообще, в ближайшие тридцать-пятьдесят лет даже задумываться над этим вопросом не буду.

— Да и поздно уже кого-либо приглашать. За последние шесть дней, что остались до моего дня рождения, леди не успеют подготовиться. Да и лорды тоже…

— Василика, так нельзя! — В очередной раз упрекнул меня мэтр. — Тебе над налаживать связи с обществом, приобретать политический вес, обзаводиться деловыми связями… А ты что творишь? Своим нежеланием устраивать праздник ты обидела все высшее общество!

— Ну что же вы, мэтр Влас, праздник будет и высшее общество тоже.

— Общество состоит не только из королевской семьи и эльфийских послов, — напомним маг. — Тебе следовало пригласить все влиятельные семьи, включая лордов Рицци. Это бы сгладило учиненный тобой конфликт…

— Учиненный мной конфликт? — Разъяренно прошипела я.

— Рейнер тей Рицци старший пришел извиниться за свое столь… неблагоразумное предложение, оскорбившее тебя, а ты натравила на него муравьев. Не стыдно?

Я опустила глаза. Не потому что мне было стыдно, вовсе нет. А потому, чтобы не смотреть в небесно-голубые ректора, по чьей прихоти мне пришлось выслушать «извинения» лорда, возомнившего себя пупом вселенной. Дело происходило в начале недели. Видеть лорда, памятуя о прошлой встрече, не хотелось, но я знала, что он придет с извинениями, и встретиться с ним было необходимо. Разговор по причине хорошей солнечной погоды состоялся в Академическом парке. Лорд Рицци и вправду извинился, и, возможно, я бы стерпела его высокомерный холодный взгляд, которым он окинул меня, и те слова извинения, которые он неохотно, явно заставляя себя, бросал мне, если бы в конце не добавил, что я «…маленькая неблагодарная мерзавка, по непонятным причинам пользующаяся расположением властвующих драконов. Ты мнишь себя значимой? Особенной? Да ты ноль! Незаконнорожденное ничтожество! С несмываемым позорным пятном на семейном древе! Ты не достойна славного и древнего имени тей Рицци. Но именно тебя я хотел назвать своей дочерью, но увидел лишь черную неблагодарность!..» Лорд еще что-то говорил, но я уже не слушала. Мозг просто отключился и я впала в тихую ярость. Парализовала мужчину, проткнув тонкой, словно иголка, нитью Силы один из нервов в спине, да так удачно, что каждое движение причиняло ему боль, и говорить он больше не мог, только сдавленно сипел. Тей Рицци упал, но мне этого было мало, хотелось причинять боль, терзать и резать. И крови, хотелось крови. Это немного отрезвило меня и я напустила на лорда муравьев с пять ближайших муравейников. Тысячи насекомых облепили мужчину и принялись кусать и грызть его. Полюбовавшись на дело рук своих пару минут, я ушла успокаивать нервы, а через полчаса поднялась в кабинет ректора.

Рейнер тей Рицци уже был там и выглядел весьма здоровым, но очень злым. Увидев меня, он излился ядом, понося меня, как только мог, но за грань приличий не выходил. Мэтр хмурился и осуждающе глядел на меня, внимательно слушая лорда, которого я остановила двумя словами: «Право чести».

В наступившей гробовой тишине, я подошла к столу ректора и уселась в свободное кресло, как бы невзначай рассуждая, что поединок мага и простого человека будет не честным, но если я попрошу Ашеро или Натана, которые гостят у меня, защитить мою честь, то все будет вполне честно. Бой на мечах. Без магии.

В общем, мы сошлись на том, что тей Рицци более не беспокоят меня ни своими предложениями, ни извинениями, а не инициирую поединок чести, на который имела полное право.

Мэтр Влас знает всю историю и еще упрекает меня!

Подняла на мага глаза — он удобно устроился в кресле напротив весь такой уверенный в своих словах. Аж тошно.

— Василика…

— Довольно! — Не выдержала я. — Я пригласила тех, кто мне приятен и кого я хочу видеть в столь радостный для меня час. Все прочие пусть катятся к демонам! Мне не приятен этот разговор, — не дав и слова вставить магу, резко сказала я. — В конце концов, я дракон! И буду поступать, как дракон! А обществу придется смириться с этим!

Мэтр поднял руки, признавая поражение, и перевел разговор на другую тему.

— Почему на охоту не ходишь?

Я улыбнулась. Нашел же, что спросить!

— А вы сами хоть раз наблюдали за «охотой» драконов? Со смеху помереть можно! Лучше уж на рыбалку ходить.

— Но ведь курицу ты же поймала!

— И съела! — еще шире улыбнулась я. — Но все-таки рыбалка намного лучше. Можно книжку почитать и платье целое останется.

Это сейчас я хохочу безудержно, вспоминая «охоту», а поначалу… Надо же такое придумать!

В позапрошлую субботу нас, драконят, собрали на одном из полигонов. Выдали номерки. Я достала из холщевого мешочка деревянный шарик, на котором была вырезанная цифра шесть, но инструктор, мастер Рошес тей Фром, высоченный и широкоплечий недружелюбный мужчина, сказал, что это цифра девять. Я пожала плечами — девять так девять, — но шесть мне нравится больше.

Затем мастер Рошес стал объяснять правила охоты. Не то чтобы это требовалось уже охотившимся студентам, это скорее было сделано для меня. На полигон запускали куриц. На каждой висела маечка с номерком. Наша цель — поймать свою курицу. Ловить не своих можно, но только после того, как поймаешь свою. Можно применять различные стратегические и тактические хитрости и магию, но ничего не разрушать, не сжигать и курица должна быть живой после всех наших ловчих ухищрений.

Задача мне не показалась сложной, но все же подготовила примитивную ловчую сеть и активировала плетения личной защиты. Хоть за процессом охоты и будут наблюдать сильные маги и никто не должен пострадать, но дракон в охотничьем азарте весьма непредсказуем (по себе знаю!) и лучше перестраховаться. Тем более что мои сотоварищи сделали тоже самое.

Кстати, о студентах-драконах. Войдя на полигон, я бегло осмотрела разномастный строй — ни одной девочки! Только парни в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет. И все как-то жадно на меня смотрели. Даже страшно стало. Но суровый инструктор быстро всех привел в чувство и охота началась.

На словах ловля курицы казалось делом простым. А на практике же…

Провозилась я долго. И дело не только в том, что мои ожидания от охоты не оправдались еще до ее начала, — беготня за курицей казалась мне невероятно глупым занятием. Но указующий перст мастера Рошеса в сторону куриц не оставил выбора. Я тихонечко начала подходить к белой, упитанной, даже, не побоюсь этого слова, жирной домашней птичке, называя ее ласковыми именами. Курица в ответ смотрела на меня круглыми блестящими глазами, чуть наклонив голову. Мне в куриной позе показалась некоторая снисходительность, но я не придала этому значения. Как оказалось, зря. Брошенная мной ловчая сеть не достигла цели. То есть она упала точно туда, где стояла курица, но самой птицы уже не было. Как? Как это толстое недоразумение смогло увернуться? Я добрую минуту удивленно и разочарованно смотрела на пустую сетку и магических нитей, а парни за моей спиной громко и совершенно неприлично жрали. Хорошо что мастер Рошес устроил им маленький армагеддон и драконы отправились ловить своих жертв.

Зря я радовалась! Топот и громкие крики парней распугали всех куриц и я, разумеется, потеряла свою. Драконы продолжали беспорядочно носиться за птицей, а я же решила подойти к делу охоту более цивилизованно. Первым делом нужно найти свою «жертву» и пометить ее. Например, поставить маяк. Сказано — сделано. Быстро начертив прутиком на земле необходимые схемы и удостоверившись, что расчеты сделаны верно, активировала формулу. Слева от меня, в метрах десяти, вспыхнуло ярко-голубое пятно. Ага! Попалась!

Инструктор за моей спиной весело хмыкнул и, оглянувшись на него, я заметила, как он покачал головой. Я нахмурилась, — что такого я сделала? Сам же сказал, что можно использовать любые тактические хитрости.

Махнув на него рукой, приготовила парализующее заклинание и начала потихонечку подбираться к курице. Бабац! И… облом. Птица опять улизнула. Ну хорошо же! Попробуем тогда самонаводящиеся снаряды.

Как? Ну как она уворачивается? Все пять моих самонаводящихся парализующих снарядов, пущенных друг за другом с промежутком в одну секунду, прилетели в землю в каком-то миллиметре от белого хвоста!

Пока глупо хлопала глазами, в стороне раздался победный вой — один из парней поймал свою курицу, а затем, крепко прижимая птичку к груди, куда умчался.

Я же подумала, что раз курица так шустро бегает, то нужно пускать не точечный снаряд, а «заморозить» участок. Расчеты радиуса заклинания заняли всего пять минут но за это время половина парней каким-то необычайным образом изловили своих куриц и теперь бросали свои жадные взгляды на мою. Но мастер Рошес сказал: «Не сегодня», и быстро выпроводил более удачливых, чем я, охотников с полигона.

Рррр! Опять неудача! Курица непостижимым для меня образом умудрилась уйти от зоны заморозки. Телепортируется она, что ли? Попробовала еще раз — и опять неудача.

А тут еще парни один за другим издавали победные крики и уносили своих жертв. Интересно, что они с ними будут делать?

Очень скоро я осталась одна на один с верткой птичкой.

Курица, курица. Кто бы мог подумать, что это такие шустрые твари! Что я только не вытворяла, что бы изловить ее! Какую магию только не использовала! И зыбучие пески, и внезапно вырастающие стены, и расползающиеся дыры в земле, и сети различных форм, и воздушные полусферы, и даже стала бить ее файерболами, окончательно выйдя из себя. Но была перехвачена мастером Рошесом, который напомнил, что такую магию применять нельзя.

А мне было уже все равно! Я устала, была раздражена и зла. И хотела уже попроситься наружу, плюнув на курицу и эту «охоту», но большой и зеленый дракон, сидящий внутри меня, вдруг заявил, что поймать эту демонову птицу — дело чести.

Отбросив все магические ухищрения и подхватив юбку, начала гоняться за курицей. А что, парни ведь именно так своих и поймали! Без всякой магии! Наверное, в этом было рациональное зерно.

Эта курица явно издевалась надо мной! От ярости у меня чуть ли огонь их ушей не повалил. А эта… это… косило на меня свои черные бусины глаз и явно ржало, обсмеивая мои неумелые попытки ее схватить. Иначе ее обидны «Ко-ко-ко» я расценить не могла.

Курицу я взяла измором! После четырех часового метания по полигону курица настолько выдохлась, что она лениво и неохотно перебирала лапами, и мне не составило труда в прыжке ее схватить.

Итог охоты.

Плюсы — курица моя!

Минусы — разбитая губа, после одного из неудачных приземлений, многочисленные ссадины, синяки и царапин, порванное платье.

Но курица моя! И я ей за все отомщу!

Что бы придумать?

Мастер Рошес решил проводить меня до общежития. Посчитав, что в столь возбужденном состоянии я могу быть опасна для окружающих. По дороге встретили мэтра Власа. Тот, увидев меня, удивленно присвистнул и отпустил инструктора по охоте, пообещав позаботиться обо мне.

Мы телепортировались в «Озерный край» и я тут же бросилась на кухню, где потребовала у Али немедленно сварить из курицы суп. Девушка сильно удивилась, но требование исполнила. Только съев приготовленное блюдо, вкуснейший куриный суп с фрикадельками, я смогла успокоиться и дать магу залечить мои раны. А до этого носилась из угла в угол и чуть ли молнии не метала.

Когда я окончательно успокоилась и пришла в благодушное настроение, мэтр сказал, что у меня была обычная реакция на первую охоту. Поначалу все долго ловят неожиданно шустрых птиц и ужасно психуют. Потом привыкают, и, быстро поймав, начинают присматриваться к чужим курицам. Конкуренция — лучший способ подстегнуть рост драконов.

Я же подумала, что ну ее, эту охоту. Лучше на рыбалку ходить с Ашеро, Натаном и прочими «женихами».

Глянула на развалившегося в кресле и расслабленно попивающего лимонад мэтра. Как бы спровадить его? И дело не в том, что маг мне как-то неприятен. Нет, вовсе нет. Мэтра Власа я люблю и всегда рада его видеть в своем доме. Просто его я сегодня не ждала, а ко мне скоро должен прийти лорд Насилмэ, что бы обговорить со мной дела, о которых мэтр знать не должен. Но маг, похоже, не собирается уходить. Рассматривает великолепные клумбы, разбитые приходящими садовниками, блаженно щурится, когда солнечные лучи, пробравшись сквозь густую зеленую листву, падают на лицо. Ну вот, книжку достал — сейчас читать начнет.

— Лорд Насилмэ, — объявил Осто, пропуская эльфа в мой кабинет.

Я тяжело вздохнула — скандалище сейчас будет.

— Проходи, проходи, Насилмэ. Мы только тебя и ждем, — как-то очень недобро ответил за меня мэтр.

— Влас, ты здесь? — Крайне удивился эльф и затравленно глянул на меня. Тоже понимал, что сейчас произойдет.

— Вы знали, что я жду лорда Насилмэ? — Возмущенно спросила я у мага. — Откуда?

— И у стен есть уши, — менторским тоном ответил маг и требовательно глянул на нас. — Рассказывайте, что это за дела вы ведете втайне от меня?

— Вот именно поэтому я ничего вам и не рассказала! — Остановила я гневное недовольство мэтра, которое он изливал на эльфа, а тот только нос морщил. — Я знала, что вам эта «глупая» затея не понравится, и вы мне не разрешите поехать на лето в эльфийскую столицу. А ведь это уникальнейшая возможность изучить культуру эльфов изнутри! А она мне нечужая — я почти чистокровная эльфийка! К тому же такие предложения дважды не делаются! Откажись я сейчас — лорд Насилмэ больше не удостоит меня такой чести.

— И то верно, — отмер эльфийский посол. — Леди Лика абсолютно права. Да ты и сам это знаешь.

— И все-таки три месяца вдали от дома… — Пробурчал мэтр, и за этими словами мне почудилось гораздо больше, чем мое отсутствие дома.

Я тяжело вздохнула. Мэтр Влас иногда такой упрямый!

— Да, что с этим домом может произойти? Лорд Дилан согласился управлять графством, — тут я закатила глаза к потолку, вспомнив размеры графства, — до конца августа. А когда я вернусь — и заживем по-старому.

— Раз ты так решительно настроена — я не вправе воспрепятствовать, — сдался мэтр Влас. — Но ты должна была мне все рассказать! Что это за заговоры у меня за спиной?

— Не заговоры, а небольшие тайны, — поправила я мага. — В конце концов, каждый человек имеет на это право.

— Это вовсе немаленькая тайна, — возмутился маг. — Крайне неприятно, что ты начала что-то скрывать от меня. Я вынужден применять не совсем законные методы, чтобы хоть как-то контролировать твою жизнь.

— Контролировать? — Возмутилась я.

— Следящие чары. Допросы. Шантаж… — прокомментировал лорд Насилмэ.

— Заботиться о тебе, — поправился маг, слегка смутившись.

— Нет, мэтр, в первый раз вы высказались весьма точно. Вы пытаетесь контролировать мою жизнь, прикрывая это заботой обо мне.

— Василика…

— Взять хотя бы, — перебила я мага, — то, что деканат в полном составе, да и все профессора докладывают вам обо всех моих передвижениях по Академии. Но вам этого показалось мало, вы и студентов подсадили на это дело. И не отрицайте! Люсиль сама мне призналась. Теперь выяснилось, что вы и незаконными методами не брезгуете. Надо же, следящие чары!

— Василика… — попытался опять встрять мэтр.

— Да вы даже знаете, когда у меня месячные! А это вещь сугубо женская и очень личная.

И тут наступила тишина. Лорд Насилмэ удивленно округлили глаза. Мэтр поморщился. А я смутилась, но сказанного не вернешь.

— Теперь понятно, как вы узнали про студенческую вечеринку. Вы следили за мной!

— Никакими следящими чарами я не пользуюсь, ты тут, Насилмэ, не прав. Преподаватели докладывают мне обо всех драконятах, что находятся на территории Академии. Как понимаешь, это не только ты, Василика. Студентка Люсиль… Кхм… Ну да, я попросил ее приглядывать за тобой все по той же причине, но ни о какой слежке и речи не было. Она что-то напридумывала сама себе.

— А вечеринка?

— И у стен есть уши, — пожал плечами мэтр. — Я заметил, что студенты первого курса ведут себя крайне странно: обсуждают что-то в темных углах, постоянно оглядываются, записки друг другу носят… Я заподозрил неладное и предпринял меры. Да, в конце концов, я же разрешил вам провести вечеринку.

— Но ведь она уже не будет тайной и запретной! — Воскликнула я. — А это не так интересно. Неужели вы, будучи студентом, никогда не устраивали тайных студенческих вечеринок? — Вопросила я мага, глядя на его скептическое лицо.

— Проводил, конечно, — улыбнулся маг. — И более того, в большинстве случаев был их инициатором.

— Вот, видите!

— Хорошо, в следующий раз я сделаю вид, что ничего не знаю.

Нет, ну как с ним можно разговаривать?

Я тяжело вздохнула, глядя на стол, переложила папку с документами, которые мне дал лорд Дилан на изучение еще две недели назад, но я так и не добралась до них, на другой край, посмотрела в окно, шмыгнула носом.

— Ну ладно тебе, Василика, не обижайся. Я же забочусь о тебе.

Я опять тяжело вздохнула и посмотрела на терпеливо ожидающего окончания наших разборок лорда Насилмэ. Тот, увидев, что я обратила наконец-то свое внимание на него, оживился и заговорил.

— Раз вы закончили выяснять отношения, то я хотел бы перейти к цели моего визита — обсуждению летнего отдыха леди Василика и леди Эмирьяры на эльфийских землях.

— Давайте, обсудим, — буркнул мэтр и придвинулся ближе к столу, — как некоторые будут скучать три месяца.

— Ну, что ты, Влас! Ни о какой скуке и речи не пойдет. Я подготовил насыщенную программу. Во-первых, посещение живительных источников в Алонроде. СПА, салоны красоты, баня, массаж и многое другое.

Небо, какая прелесть! Эти слова — просто музыка для моих ушей! Все это мне очень нравится!

— В конце второй декады, — продолжил излагать эльфийский посол, — обе леди отправятся вглубь Тилгейл, в сторону Таурэ, где в назначенный час примут участие в Танце цветов на поляне Тысячи Теней.

— Лорд Насилмэ, вы говорите загадками, — довольно прищурилась я.

А справа от меня раздался потрясенный вопль мэтра:

— Что?

— А что такого? — Изумился эльф.

— Да, что такого? — Возмутилась я. — Я люблю танцы.

Маг закатил глаза, а потом, глядя прямо мне в глаза, пояснил:

— Танец цветов на поляне Тысячи Теней — религиозный эльфийский обряд и к танцам, в прямом понимании этого слова, не имеет ни какого отношения. Это сакральное действо, к которому не каждую чистокровную эльфийку допускают. Я удивлен, что дракон и некромант будут участвовать. — И такой внимательный, требовательный взгляд в сторону притихшего эльфа.

— Кхм… Кхм. И все же мы решили, что леди достойны, — чуть запинаясь, ответил лорд Насилмэ и перешел к следующему пункту. — В июле продолжится путешествие по Тилгейл с обязательным посещением Эйлинвэл — столицы эльфов. Я более чем уверен, что прогулки по одному из самых первых городов Второй цивилизации понравятся обеим леди. Музеи, обсерватория, театры… Посмотреть есть на что и скучать не придется! В августе на три декады лорд Ваэн зовет леди Лику и леди Эми к себе на морской курорт. В начале двадцатых чисел августа девушки вернуться домой и успеют подготовиться к новому учебному году.

— Подозрительно все это, — мрачно прокомментировал мэтр Влас.

— Это все очень замечательно, — поправила я мага, возмущено глядя на него. — Лорд Насилмэ, огромное вам спасибо за предоставленную честь посетить эльфийские земли этим летом.

Мой День рождения прошел, как и было запланировано! Весело, шумно, в атмосфере дружбы и любви. Я была великолепна в золотисто-зеленом платье, которое сверкало и переливалось как чешуя дракона. Однако, Эми умудрилась выглядеть еще более чудесно, чем я. Ее платье из синего шелка оттеняло небесно-голубые глаза, делая их еще более яркими, кожа казалась невероятно белой и нежной, а волосы, забранные в высокую прическу, блестели в свете вечерних огней. Но ее старания не оправдались — Ашеро даже не взглянул на нее, весь вечер ухаживая за мной. Зато Натан…

Подарки были чисто драконьи — драгоценные украшения и забавные артефакты. Это Адалард подарил мне механико-магическую игрушку — заводного зеленного дракончика.

Мэтр Влас выделился — он подарил мне книгу с интригующим названием «Воспитание дракона в домашних условиях». Сказал, что купил книгу лет сто тридцать назад на одном из черномагических рынков. Название понравилось. Оказалось, что это не просто завлекательно чтиво, как подумал маг вначале, а подробнейший дневник-исследование некое-кого магистра Миксаша тей Фокс. Когда-то очень давно магистр Миксаш принял на работу шестилетнего Элиаса в качестве мальчика на побегушках. Магистр довольно быстро заметил некоторые странности в поведении ребенка и, присмотревшись повнимательнее, увидел, что в нем просыпается драконья кровь. Тогда магистр усыновил юного Элиаса и стал его изучать. День за днем, год за годом, пока щуплый юноша не превратился в бронзового гиганта. И даже после этого исследования продолжились, но касались в основном мерзкого характера бронзово-чешуйчетого красавца.

Мэтр еще пошутил, что задумал написать аналогичный труд про одну зеленую гадину, ибо дракошки совершенно другие, нежели драконы, и потомки будут благодарны ему, мэтру Власу, за столь полезные знания. А я же подумала, что может быть мэтр не просто так тщательно следит за моей жизнью, может быть он действительно исследование проводит… Как-то невесело быть подопытной дракошкой.

Два дня спустя мы с Эми сдали последние экзамены, я практику магии стихий, а сестра — контрольное вскрытие. Затем, побросав книжки и тетрадки в комнате, помчались организовывать почти тайную вечеринку. С разрешения мэтра Власа дата и место проведения нелегального праздника были перенесены.

Веселились всю ночь, и наутро, а точнее ближе к обеду, я с больной головой поднималась в кабинет ректора. Хотела поручить магу присматривать за моей поляной, которую я благополучно засадила одуванчиками и ромашками. Конечно, дома остаются драконы, но они скорее все мне там разворотят, нежели проследят, как приживаются напитанные магией цветочки. Бедная Найдин! Она там одна осталась с четырьмя драконами. Но сама не захотела покидать Ашинарри. Да и за домом должен кто-то приглядеть. А Осто и Аля ей помогут.

Сегодня последний день, когда можно будет поговорить с мэтром Власом. Завтра мы с Эми будем уже на пути к эльфийской границе, и увидеться с магом я смогу только через три месяца.

Медленно кивнув на приветствие Рона, который, не отрываясь от дел, сказал, что мэтр на месте, и я могу пройти к нему в кабинет.

Поблагодарив секретаря, я толкнула дверь и зашла. Несколько секунд понадобилось, чтобы осторожно прикрыть дверь и обернуться. Лучше бы я этого не делала!

Маг стоял у дальней стены и любовался на себя в зеркало, которое было повешено на внутренней дверце шкафа. И маг был обнажен и крылат. Было видно, что он только что вышел из душа — по его широким плечам, рельефной спине, подтянутым ягодицам и по длинным ногам стекали блестящие капельки влаги.

Мэтр Влас резко убрал белые уже довольно большие, по метру в длину каждое, крылья и чуть повернулся. В глазах мага мелькнул испуг, который тут же сменился облегчением — ведь его главная тайна осталась нераскрытой, — на смену которому пришла настороженность.

Тишина.

Ректор молчал и не предпринимал попыток хоть как-то прикрыться, и я молчала, широко раскрыв глаза, глядя на голого мэтра Власа. Мне бы зажмурится, закрыть лицо руками, отвернуться, выбежать из кабинета, в конце-то концов! Но я как привороженная продолжала глядеть на обнаженного мэтра.

— Отвернись, — чуть слышно приказал мэтр и я, вздрогнув, повиновалась.

Оделся он быстро, и минуты не прошло, как я услышала спокойное:

— Можешь повернуться, я оделся.

Сначала я оглянулась, удостоверилась, что маг и вправду оделся, и только после этого повернулась.

— Зачем пришла? — все также спокойно спросил ректор, сидя за своим рабочим столом.

— Я забыла, — честно призналась я. — Я позже зайду, когда вспомню.

Резко развернулась, но выйти не успела — в двери раздался щелчок замка. Затем я почувствовала, как маг встал и медленно двинулся ко мне, и не смогла сдержать дрожь, когда его большая ладонь легла на мое плечо.

— Я напугал тебя? — тихо и настороженно спросил мэтр.

— Нет, вовсе нет. Просто неожиданно было. Закрываться, знаете ли, надо в такие моменты.

— Я не ждал посетителей, — мэтр чуть улыбнулся, а потом серьезным тоном повторил свой вопрос, — я точно не напугал тебя? Василика, с этим лучше разобраться сейчас. Я не хочу, чтобы у тебя, когда придет время, были проблемы с мужчинами из-за того, что ты увидела голого мужчину в неподходящий момент.

— Да что, я голый мужчин не видела? — Поразилась я. — В морге их полно!

— Ну ты и… сравнила! — Поразился мэтр, а потом, внимательно глядя мне в глаза, спросил в третий раз, — все хорошо?

— Да, — подтвердила я и для наглядности даже кивнула. — Я вспомнила, зачем пришла.

— Обсудим?

— Да, давайте обсудим.

Все-таки эльфы — изверги! Меня и Эми буквально силком выдернули из теплого и нежного нутра салона красоты и с головой окунули в лесную действительность. Переход по Тилгейл до боли напоминал наши блуждания по Долгому лесу. И должна отметить, что это был не самый лучший период жизни.

Тилгейл — лес хоть и эльфийский, но и тут присутствовали и бурелом, и комары, и непонятно откуда взявшаяся паутина… Неужели Танец цветов на поляне Тысячи Теней стоит таких мучений?

О том, что путешествие по Тилгейл продолжится после загадочного обряда, думать не хотелось.

Про сам праздник лорд Насилмэ ничего не рассказал. Он только загадочно улыбался и говорил, что нам все станет понятно во время Танца.

Заканчивался второй день нашего перехода до Таурэ — крохотной деревушки, расположено у поляны Тысячи Теней. Почему поляна носит такое нетипичное для эльфов название, лорд тоже не объяснил. Его ответ, что всему свое время, несколько раздражал, но я ничего не могла с этим поделать. Завтра вечером мы прибудем на место, а на закате следующего дня состоится обряд. Вот тогда то мы все и узнаем. А пока нам нужно отмахиваться от комаров и снимать с лица паутину, а с кожи и волос — различных насекомых.

Кажется, я уже жалею, что согласилась на эту авантюру.

— Тут не менее двухсот эльфиек! — Поразилась Эми, оглядываясь и совершенно не смотря под ноги. — Ты когда-нибудь видела столько эльфиек?

— Нет, — ответила я, аккуратно переступая с кочки на кочку. — И это не самое странное, Эми. Присмотрись по внимательнее — всем этим девушкам нет и ста лет. По человеческим меркам им не более двадцати. И вот тут возникает закономерный вопрос — зачем эльфы погнали в лес столь ценных для себя и сохранение своего вида девиц в самом детородном возрасте?

Сестра только плечами пожала, а затем внезапно нахмурилась и сообщила:

— Похоже на обряд Падших, который проводится для бога Аюш.

— Фу! Эми, откуда у тебя такие мерзкие мысли в голове? — От слов сестры у меня даже озноб по телу прошел, хотя ночь стояла теплая и безветренная.

Мы, адрастерионцы, ко все богам относимся нейтрально. Знаем, что они есть, но своих не имеем. Верующих у нас не гонят, но и навязывать свою религию никто не разрешает. Хотя и есть небольшой список запретный богов. Одну из верхних строчек в нем занимает кровожадный и жестокий Аюш, который питается кровью и болью, замученных по его приказу девственниц. Родом Аюш с острова Чаррад, что находится недалеко от Тенеро и непонятно, как информация о его существовании проникла на наш континент. Поговаривали, что один маг-путешественник описывал обряд массового убийства девушек, по другой версии, что сам Аюш мог путешествовать по миру под личинами волхвов и проповедников и рассказывал о себе, а может дракон какой-нибудь был свидетелем обряда. Это, в общем-то, не важно, а важно то, что эту религию и самого Аюша сразу же запретили, и не только у нас. Слишком неоправданно жестоким он оказался. Служители его культа два раза в год, в особые дни, в такие как, день летнего Солнцестояния, когда во всем нашем мире происходит прилив магии, собирали пятьдесят красивых и невинных девушек, вели их в свой храм, где насиловали, резали живьем, истязали на алтарях… Аюш питался кровью и болью девушек. А также поглощал похоть и злобу мужчин. Все закончилось тем, что женщин у чаррадарцев не осталось и они попытались нападать на прибрежные тенерские деревеньки, но получили яростный отпор. Злой Аюш, не получив в назначенный срок свою пищу, разгневался и обрушил на остров гром и молнии, окончательно погубив свой народ.

Сейчас Чаррад необитаем и напоминает безжизненный камень — там нет ничего живого, ни животных, ни растений. Аюш все уничтожил, оставшись один и отвергнутый иными народами.

— Женщины для эльфов слишком ценны, что бы они резали их на алтарях!

— Но ведь не зря у них эльфиек в четыре раза меньше, чем эльфов! Тут явно, что-то неладное!

— Эми! — Я попыталась урезонить сестру, но в душу забрались сомнения.

Ведь и в правду у них есть такая проблема! У них не только с деторождением проблемы, и не только проблема в том, что родить может определенная каста эльфиек — эльфийки в возрасте восьмидесяти — ста двадцати лет и не более двух детей, что уже сейчас редкость, основная проблема в том, что девочек с каждым годом рождается все меньше и меньше. То есть становится меньше тех, кто может увеличить численность эльфийского народа. Эльфы медленно, но верно вымирают.

— Не думаю, что эльфы будут как-то вредить своим дочерям, с которых они пылинки сдувают чаще, чем я со своих сокровищ! Тут дело в другом.

— Но в чем тогда? — нетерпеливо вопросила сестра, которая за пять дней устала наблюдать загадочно молчаливого лорда Насилмэ. — Смотри, кажется, пришли.

Мы вышли из-за громадного дерева и очутились на краю абсолютно круглой гигантской поляны. Эльфийки, как и мы остановились на краю поляны, не заходя на сине-зеленую, блестящую траву. Все одеты одинаково — в простые платья из белого льна, босые, с распущенными светлыми волосами. Только я выделялась своей черной гривой, но меня это ни сколько не смущало.

— Вы пришли, — услышали мы за спиной и резко развернулись.

— Лорд Насилмэ, разве можно так пугать? — воскликнула Эми, схватившись за сердце.

— Вы пришли, — снова сказал эльф и улыбнулся, как маньяк со стажем. Этакая неприятная безумная улыбка.

— Лорд Насилмэ, вы нам, наконец-то, объясните, что происходит? — Вопросил я.

Эльф в ответ обжог меня взглядом и, все также безумно улыбаясь, ответил:

— Вы можете присоединиться к любому кругу, — снова внимательно посмотрел на меня и нормальным тоном без тени улыбки добавил, — извините, леди, но мне нельзя здесь оставаться. Хороших танцев вам.

Поклонился и ушел.

— Ты что-нибудь поняла? — Сестра была явно недовольна ситуацией.

— Нет. Но думаю, что нам скоро все станет ясно. Гляди, — я повернулась к поляне, где девушки, стоя на краю, собирались ступить на нее, но не делали этого, ожидая пока лорд наговорится с нами и уйдет.

— Поляна явно волшебная, — задумчиво пробормотала Эми. — Чувствуешь, напряжение магии.

— Да, непростая поляна. Ох, не простая.

Мы стояли на краю поляны еще минут двадцать. Молчали, внимательно наблюдая за оживленными девушками. Эльфийки разговаривали, смеялись, кото-то тихо пел, кто-то бродил между деревьями. Ничего странного и подозрительного не происходило. Ну, кроме того, что эльфы зачем-то согнали сюда столь ценных для себя женщин. Комаров кормить, что ли? Хотя… Ни одного кровососущего не заметила.

Для чего все это?

Ответа на этот важный вопрос не было.

Задумавшись, я не заметила, что поведения эльфиек изменилось. Пропала их беззаботность и насмешливость. Они внимательно уставились на стремительно темнеющее небо, где уже виднелись крупные звезды.

— Какие они здесь огромные! — Восхищенно прошептала Эми. — Как ты думаешь, обряд уже начался?

— Нет, — покачала я головой, также как и все глядя на звезды. — Думаю, что нет. Вот появится Малланиадарра…

— Почему именно Дарующая свет?

— Это главная звезда эльфов. Смотри, Эми, как здесь много звезд! Красиво!

Действительно, небо наполнилось чернильной темнотой, что было не характерно ни для летнего времени, ни вообще для здешних мест. Эльфийские земли славились светлыми ночами в любое время года, а сейчас вообще сезон белых ночей наступил. И эта ночная тьма была очень странной. И даже яркие звезды не делали ночь светлее.

— А вот и Малланиадарра, — с восхищенным вздохом прошептала Эми.

— Где? — Я начала судорожно всматриваться в небо и через мгновение увидела, как на черном небе начала рождаться одна из самых больших звезд.

С появлением Дарующей свет, ночь преобразилась. Точнее преобразилась поляна — она стала светиться загадочным голубо-синим светом, а за стеной деревьев было все также темно. Еще я почувствовала магическое возмущение и, приглядевшись к траве, увидела, что лесные цветы открыли свои бутоны, пыльца и крошечные капельки росы поднялись в воздух и стали покачиваться, подчиняясь неслышимому ритму.

Внезапно я услышала голос — пела одна из эльфиек. Ее печальные протяжные ноты подхватила вторая, третья… Скоро все эльфийки пели очень грустную песню. И хоть, за последний год я довела знания эльфийского языка до совершенства, могла разобрать только некоторые слова, из которых стало ясно, что девушки поют балладу об Тириэль, эльфийском воине Света, ушедшего на вечную войну с Тьмой.

— Откуда музыка? — Эми оторвала меня от сосредоточенного прислушивания к словам песни.

— Что? Музыка?

Действительно играла музыка — флейта, скрипка, волынка, еще какие-то инструменты издавали удивительной красоты мелодию, но ни одна из эльфиек не держала в руках ни одного музыкального инструмента. Девушки, когда начали петь, взялись за руки и стали водить хоровод вокруг поляны, не делая даже попыток вступить на нее. Мы с сестрой стояли чуть позади и пока не вмешивались в происходящее.

— Помнишь, что нам сказал лорд Насилмэ? — толкнула меня в бок сестра.

— Мы должны танцевать вместе с эльфийками, либо вернуться в деревню, — мрачно проговорила я и подала сестре руку. — Идем?

Эми взяла мою руку и мы вместе отправились танцевать.

Это действительно были танцы! И было не понятно, зачем их надо было устраивать в столь необычном месте. Хотя… поляна поглощала нашу магию, наши эмоции, наши физические силы. Но никакой усталости я не чувствовала.

Сразу после того, как я с сестрой присоединилась к печальному хороводу, эльфийки и мы вступили на поляну и началось безудержное веселье. Каждый танцевал, как умел и как хотел, не подчиняясь строгим правилам бального танца. Стало понятно, что за круги имел ввиду лорд Насилмэ, когда говорил нам, что мы можем присоединиться к любому из них. Оказалось, что девушки разделились на группки по шесть-восемь человек, где каждая могла показать свои танцевальные умения. Изредка группы объединялись для массовых танцев.

Эми, позабыв про все, ударилась в безудержное веселье — волосы растрепались, щеки раскраснелись, глаза лихорадочно блестели. Моя незамужняя сестра показывала замужним эльфийкам, как правильно соблазнять мужчину танцем! Все началось вполне прилично — Эми показала чопорным и ОЧЕНЬ благовоспитанным девушкам пару стандартных приемов флирта и кокетства, потом перешла к откровенному соблазнению и закончила неприличными танцами с раздеванием и вульгарными движениями бедрами, имитирующими супружеский долг. Сейчас сестра красовалась в одних крошечных трусиках и маечке и пыталась показать эльфийкам, как правильно нужно трясти бедрами и ягодицами, чтобы заставить их колебаться и покачиваться. Эльфийки были в восторге, но повторить не пытались.

Я танцевала в другой группе и мне тоже было весело, хоть я и не позволяла себе потерять голову. Я наблюдала, как магическая энергия стекается в центр поляны, накапливаясь там и превращаясь в яркое белое пятно, на которое, в прочем, никто не обращал внимания. Кроме меня.

Пятно все ширилось и росло и до меня наконец начало доходить, что в центре поляны находится портал, а энергия нужна для его активации. И я даже знаю, кто пожалует к нам на огонек.

Любопытно!

Я не поняла в какой момент сработал портал — слишком увлеклась танцем. Просто оглянулась и увидела его. Эу глядел на меня и печально улыбался. Оставив свой круг, я направилась к нему.

— Веселой ночи, Василика, — поприветствовал меня Эу.

— И вам веселой ночи, — я была рада видеть его. Но для чего он организовал эту встречу? — Вы хотите поговорить со мной?

— Хочу, — согласился Эу. — Именно поэтому я и сделал так, что бы ты участвовала в Танце цветов на поляне Тысячи Теней.

— Расскажите, наконец-то, что это за обряд такой. Я не понимаю его смысла!

— Все очень просто, Василика. Это очень древний обряд, который мы принесли из своего старого мира и заключался, да и сейчас заключается он в том, чтобы эльфийка, мечтающая родить ребенка, получила благословение Эу и смогла осуществить свое желание.

Я даже дышать перестала от ужаса и осознания. Ну, лорд Насилмэ! Ну, эльф ушастый!

— Не беспокойся, мое благословение ни тебя, ни твою сестру не коснется. Вы ведь люди. Да и детей пока не хотите.

— Ну, знаете! У меня сердце чуть не остановилось! — Возмутилась я. — Неужели нельзя было по-другому увидеться? Без сомнительных обрядов?

— Увы, нельзя, — покачал головой Эу. — Я не умею являться во снах, как твоя прабабушка. Другим вариантом была твоя временная смерть, но не факт, что снова попала бы ко мне. И я бы не хотел рисковать тобой.

— Ну, хорошо! — Решила простить Эу, но внезапно меня словно раскаленный нож пронзил, — так все эти девушки хотят родить ребенка? Но ведь они такие молодые! Куда торопятся?

— Это и есть тема нашего разговора, Василика, — Эу нахмурился, помолчал немного и продолжил. — Ты уже знаешь, что у нас проблемы с деторождением и что родить может совсем юная эльфийка до ста двадцати лет, — кивнула, подтверждая его слова, да это я знала. — Так вот это не совсем так — уже очень долгое время, точнее более трех сотен лет, ни одна эльфийка не может родить ребенка без моего прямого благословения. Пришлось вспомнить и возродить один из древнейших обрядов, который мы принесли из своего мира.

— Как так?

— Мир не принял эльфов и всячески препятствует их выживанию здесь.

— Но почему? Наш мир принял людей, принял гномов, орков, да и все прочие расы. Почему он не принял именно вас, что в эльфах такого… отталкивающего?

Эу молчал, печально глядя на веселящихся девушек. Молчал долго, как будто решался на что-то.

— Я расскажу тебе то, что ты не найдешь ни в одной их хроник. Я расскажу тебе о первых годах, проведенных эльфами в этом мире.

Аэнара — так назывался наш родно мир. Увы, но он подвергся нападению демонов. Жуткие, кровожадные твари, стремящиеся уничтожить все на своем пути. Они не хотели захватить мир, они хотели его уничтожить. Иной цели демоны не преследовали. Война длилась очень долго, многие расы, населяющие Аэнару, исчезли, не сумев спастись. Эльфы были одни из тех, кто продолжал отправляться в бой, который нельзя было выиграть. И одни из последних, кто решил покинуть погибающий мир.

Но путешествовать по мирам не просто. Одно дело, когда перемещается один человек — по большому счету мир и не заметит, что что-то произошло. Он не сможет как-то повлиять и изменить существующий порядок вещей.

— Ну не скажите, — протянула я. — А Праматерь?

— Исключения существуют во всех законах. Это редкость. Величайшая редкость. Но все же в одиночку невозможно что-либо сделать. А, когда перемещается целая раса существ, прожившая в своем мире многие сотни тысяч лет, обладающая своей магией, уникальными знаниями, обычаями, памятью предков. Это совсем другое дело. Новый мир оценивает, полезны пришельцы или нет, могут ли они принести для развития что-то новое, уникальное. Если пользы было больше чем вреда — пришельцы приживались, если наоборот — погибали, либо уходили в другой мир.

Эльфам с трудом далось решение покинуть родной мир, но выбор был невелик — либо погибнуть вместе с ним, либо проститься и начать новую жизнь в новом мире и иметь надежду на будущее. Решение было принято и начались поиски информации о межмировых переходах. И неожиданно для всех появилась та, которую здесь называют Праматерью. Она предложила эльфам поселиться в мире под названием Марэир. Они с радость приняли помощь и переселение прошло удачно. Эльфы очутились на тихом морском берегу, а портал на Аэнару был навеки запечатан, а координаты стерты из памяти. И мир принял бы сильную и красивую расу, если бы эльфы тайно не протащили бы сюда проклятые демонами реликвии. Праматерь предупредила их о последствиях, но эльфы не смогли отказаться от своего прошлого, своего наследия, от памяти своих предков… И я оказался здесь.

От удивления, неожиданности и ужаса и вскрикнула.

— Эльфы надеялись, что смогут снять с меня проклятие и смогут жить, как жили до войны с демонами. Не вышло. Мир почувствовал опасность и предпринял все, что бы пришельцы исчезли.

— Значит на вас не только проклятье оборотней, но и проклятье демонов? Проблемы с деторождением у вас начались еще до прихода на Марэир?

— Оборотни прокляли себя, демоны — непосредственно меня — память эльфийского народа, его прошлое, настоящее и будущее. И да проблемы с деторождением начались задолго до перехода на Марэир, но не ощущались столь резко.

— Не вижу разницы, — передернула я плечами, разглядывая печально улыбающегося Эу.

— Ну как же! — Эу посмотрел на меня. — Разница есть и большая! Память можно очистить и наполнить другими знаниями, прошлое — забыть, настоящее — вершить, будущее — загадать. Представь, что ты не властна над своим настоящим, ты не можешь что-либо сделать и сказать, ты просто идешь в темноте по воле чьей-то прихоти. Как марионетка. У тебя нет будущего, потому что нет надежды что-то исправить, вырваться из темного круга, и только память прошлого давит и травит, потому что к нему нет возврата. Эльфы притащили сюда свое прошлое, надеясь на будущее, которого у них не могло быть.

Они поняли свою ошибку быстро и решительно вырезали проклятье из меня. Это было больно и страшно, не знаю, как я смог вытерпеть этот ужас, но вытерпел. А проклятые куски правитель Тилгейл, его супруга Таурэ и еще тысяча воинов унесли в один из мертвых миров, проход в который был запечатан, а координаты стерты из памяти. Да, эта поляна потому и носит название поляны Тысячи Теней — по числу отправившихся в небытие эльфов.

— И что же было дальше? Мир так и не принял вас.

— Расчеты эльфов оказались ошибочны — мир не захотел принимать инвалида. По крайней мере, сразу. Возможно, Марэир дал бы мне силы залечить свои раны и даже переродиться во что-то иное, что дало бы жизненный толчок для развития эльфов, но…

— Оборотни? На Марэир пришли оборотни и случилась война?

— Да. На Марэир пришли оборотни. Красивая, сильная, магически одаренная раса, имеющая лишь один недостаток. С приходом сюда оборотни потеряли возможность контролировать свои обороты, потеряли человеческий разум в животном теле. Были невероятно агрессивны, кровожадны и жестоки. Чужие звезды, иная луна, другие магические потоки тому были виной. Но мир принял оборотней и дал им волшебный источник, испив из которого перевертыши могли контролировать свое животное. А через поколение проблема и вовсе исчезла — начали рождаться оборотни, для которых здешние луна и звезды были родными.

Эльфы обратили внимание на колодец с волшебной водой и решили, что он способен им помочь. И вправду, эльфийки, пившие эту воду, могли зачать, выносить и родить столько детей, сколько хотели, невзирая на возраст и магические силы. Эльфы потребовали отдать им источник. Оборотни отказались, ведь колодец находился в центре их столицы, а уходить со своей территории они не стали, но и не препятствовали эльфам приходить к волшебному колодцу. Но эльфам этого было мало. Они хотели владеть волшебным источником единолично. Началась война, которую эльфы скорее проиграли, нежели выиграли. Раса оборотней была более чем уничтожена — перевертыши были заточены во мне, потеряв возможность переродиться, но и эльфы не добились того, что хотели — после гибели последнего оборотня источник загнил и волшебная вода стала ядом.

Тогда эльфы решили смешать свою кровь с кровью местных жителей, благо восток стал заселяться людьми. Расчет был сделан на то, что полукровки и квартероны будут заведомо приняты миром и они же будут иметь сильную связь со мной, что даст мне возможность накопить энергию и залечить раны. Это работало… некоторое время. Марэир понравилась идея генетически улучшить одну из рас, но абсолютно не понравилось, что эльфы будут паразитировать за счет своих полукровок. И мир сделал так, что полукровки наследуют все лучшие характеристики от родителей, но не наследуют связь со мной. Зов Эу теперь ощущают только чистокровные эльфы.

— Но ведь я тогда как-то оказалась внутри вас, — воскликнула я.

— Оказалась, — улыбнулся Эу. — Исключения бывают. Но на самом деле я думаю, что это Праматерь направила тебя ко мне, что бы ты, наконец-то, нашла решение проблемы, которая длится уже почти четыре тысяч лет.

— Я? Ну вы скажете! Почему Праматерь сама не решила эту проблему?

— Потому что эльфы не маленькие дети, что бы с ними нянчится. Она помогла им перебраться в другой мир, предупредила на счет проклятия. И все было бы хорошо, если бы эльфы послушались ее. Но они решили пойти своим путем и прогадали. Им были даны несколько шансов исправить ситуацию, но они не были использованы. И тогда Праматерь привела тебя ко мне.

— Чувствую себя мессией, — было неловко произносить эти слова, но Эу услышав их радостно улыбнулся. — Так вы тут получается уже четыре тысячи лет и до сих про не нашли выхода из сложившейся ситуации?

— Как ты думаешь, что такое четыре тысячи лет для эльфа? — Последовал встречный вопрос.

Я призадумалась — для человеческого мага невероятно много, для дракона средний возраст, для эльфа — тоже должно быть много. Эльфы не обладают такой любовью к жизни, как драконы, и уже в полутысячелетнем возрасте — моральные старики. А старики впадают в спячку, чтобы лет через триста проснуться бодрыми и отдохнувшими, способными чувствовать вкус к жизни.

— На самом деле маленький срок, — продолжил говорить Эу. — Эльфы на Аэнаре жили десятки тысяч лет, сохраняя молодость души. Здесь же, достигнув четырехсотлетнего возраста, вынуждены уходить в летаргический сон или вызывать состояние комы, потому что устали от жизни. И это тоже влияние мира, который так и не принял эльфов.

— Я постараюсь вам помочь, — неуверенно пробормотала, абсолютно не чувствуя уверенности в своих словах.

— Достаточно снять проклятие с оборотней и «вынуть» их из меня и тогда у меня появится возможность исправить ситуацию в лучшую сторону.

— Я бы хотела изучить попытки принесения великой жертвы. Это можно устроить?

— Ты же направляешься в эльфийскую столицу! — Напомнил Эу. — Библиотека будет в полном твоем распоряжении. А теперь ступай, Танец цветов еще не закончился.

Я вернулась к своему кругу, но расслабиться и забыться не смогла. В итоге решила совсем уйти с поляны и лечь спать, прихватив по пути не в меру расшалившуюся Эми.

— Мэтр Влас? Эми? — сонно пробормотала я, сладко зевая.

— Привет, привет, — весело поздоровался со мной маг. — Что же это ты спишь средь бело дня?

— Потому что средь темной ночи не спала, — ответила я, провожая взглядом сестру. Она была странной. Прошла, не поздоровавшись и даже не взглянув на меня, к креслу у окна, села, мрачно глядя на улицу — под ее взглядом герань, цветущая на подоконнике, в одно мгновение завяла, пожухла и осыпалась трухой. — Что это с ней?

Мэтр пожал плечами, уселся на стул, стоявший у моей кровати, предварительно переложив на постель белые шелковые чулки, корсет и панталоны. Я смутилась и осознала, что лежу перед мэтром в одной ночной рубашке, которая, пока я спала, задралась выше колена и маг беззастенчиво рассматривает мои ноги. Отдернула подол, вскочила и побежала в гардеробную, на ходу крикнув: «Минуточку!».

— Эми говорит, что ты заперлась в библиотеке и не выходишь оттуда, — услышала я от мэтра.

— Ну почему не выхожу? Смотрите, — я высунула за дверь гардеробной руку почти по плечо, — разве в библиотеке можно получить такой загар? Водопад на озере Семи ветров очень живописное местечко! Именно там я провожу большую часть времени.

— Отчего же Эми тогда сбежала от эльфов, оставив тебя здесь одну?

На вопрос я не ответила — мэтр и так знал почему.

В столице эльфов — Эйлинвэл — мы были уже полторы декады, и не могу сказать, что здесь весело. Чрезмерно спокойный, неторопливый и благовоспитанный образ жизни никак не вязался с ожиданиями веселого отдыха, и Эми, быстро заскучав, захотела вернуться в Адрастерион. Тем более, что Ашеро остался там один одинешенек и мы единогласно решили, что без меня сестре будет проще его очаровать. Но, видимо, не вышло, раз Эми в таком плохом настроении.

— А вы-то что здесь делаете? Неужели тоже решили у эльфов отдохнуть?

— Небо, упаси меня от этой сомнительной чести, — воскликнул маг, и я готова была поспорить, что он еще и знак, защищающий от несчастий, в воздухе начертил. — Я здесь с дипломатической миссией.

— Это с какой? — Я выглянула из-за двери.

— Договариваться на счет эльфийских студентов. Многие из них выразили желание продолжить обучение в Магической Академии Адрастериона.

— И лорд Итилорин останется? — с надеждой в голосе протянула я.

Мэтр закатил глаза к потолку, а Эми хихикнула. Значит, не все так плохо.

— Разумеется, и лорд Итилорин останется, — пробурчал маг, тяжело вздыхая.

Я вернулась к одеванию.

— Тогда почему вы не на переговорах? Или они уже закончились?

— Они начнутся только завтра, — хмуро ответил маг. — Послушай, ты не рада меня видеть?

Вот так вопрос! Я снова выглянула из-за двери.

— Почему не рада? Рада. Я всегда рада вас видеть. Но учтите, без лорда Итилорина я буду страдать! — И, насладившись шоком мэтра, вернулась к зеркалу, поправила бледно розовый шелк домашнего платья и, схватив расческу, вышла из гардеробной.

— Вообще-то, я хотел в выходные сходить на черномагический рынок, — огорошил нас мэтр Влас.

— Черномагический рынок? — удивленно протянула я и даже Эми позабыла про свои печальные мысли и повернулась к нам. — А зачем?

— Прикупить плакательных жилеток!

Сестра гадко захихикала, а я надулась.

— Мне нужно пополнить запас алхимических реагентов. Предлагаю вам пойти со мной. Если, конечно, не заняты.

— Я пойду, — тут же отозвалась Эми.

— И я не занята, — кивнула магу, в уме составляя список нужных веществ.

— Я полная бездарь и неудачница! — Заявила мне Эми, шмыгая носом и вытирая слезы моей юбкой.

Я полулежала на кровати, подложив пол спину четыре подушки, Эми же, свернувшись калачиком и положив голову мне на колени, делилась своими печальными новостями. С Ашеро она разругалась в кровь. Мы ошибочно полагали, что дракон без меня утратит контроль и потеряет голову, поддавшись очарованию сестры. Не тут-то было! За пять дней, что Эми провела дома, чешуйчатый гад даже не взглянул на нее. Как бы сестра ни одевалась, какие бы прически не делала, что бы ни говорила — все, абсолютно все пролетело мимо. Эми так отчаялась, что сегодня ночью заявилась в комнату к Ашеро голышом! Так этот бесчувственный дракон завернул ее в простыню и выставил за дверь! Хоть он поступил правильно — за сестру было обидно.

Утром Ашеро в поместье не было. Как сказал Натан, чернокрылый посреди ночи почему-то был в бешенстве и от греха подальше решил улететь к себе в пещеру. Эми, когда узнала, что Ашеро нет, связалась с мэтром Власом и попросила переправить ее ко мне.

— Ты не права, — мягко заметила я, осторожно гладя сестру по волосам. — Ты умная и красивая. Просто мужчину выбрала неподходящего.

— Это не мужчина, а козел! — Зло буркнула Эми, а потом печально продолжила. — Дело ведь не только в Ашеро. Дело во всем!

— Что-то я совсем не понимаю тебя.

— Ну как же! Взять хотя бы тебя — ты у нас сильнейший маг в Академии, одним щелчком пальцев можешь выпускника в брусчатку закатать, будущий дракон, почти чистокровная эльфийка. Сказочно богатая. А я? Средней силы некромант с неясными перспективами на будущее. Попробовала бы я, к примеру, Соне высказать все, что я о ней думаю, да она меня в одно мгновение в блин раскатает. Да и зачем Адрастериону некроманты? У нас и трупов-то не водится.

— Зато ты красивая, — решила утешить сестру. Упоминание о Ирвине, которого я и в правду под брусчатку закатала, вызвало улыбку.

Заканчивалась вторая неделя сентября, несостоявшиеся выпускники пытались надавить на меня, чтобы я в свою очередь повлияла на ректора и он уменьшил им срок обучения. Влиять на мэтра Власа мне было лень, да и некогда, учитывая, что нагрузка у меня была тогда сумасшедшая. Семикурсник Ирвин тей Рофе, потеряв терпение, во всеуслышание заявил, что я ректорская подстилка, учусь в Академии только благодаря постельным талантам, но никак не магическим, что мой уровень Повелителя стихий — всего лишь фикция. Ничего у меня нет, не было и не будет никогда. Я понимала, что слова здесь не помогут, нужна демонстрация Силы, и я решила вызвать Ирвина на поединок. Все свершилось на площадке перед главным входом. Когда судья — один их приятелей Ирвина — дал отмашку к началу боя, я сделала пас руками — и неприятель оказался под брусчаткой. Ирвин ничего и сделать не успел. Ему не помогли ни знания, которых у него было гораздо больше, чем у меня, ни опыт ведения магических боев, которого у меня вообще не было, ни то, что он является талантливым магом земли. Я действовала на голой Силе и победила только за счет того, что магия во мне сильнее. На шум и крики прибежали преподаватели, позвали ректора. Мэтр Влас, узнав, в чем дело, сильно разозлился и бедолага Ирвин подвергся жесткой переэкзаменовке по разделу магии земли, а затем попал в списки под отчисление — он не смог ответить и на половину вопросов, которые задавал мэтр Влас в рамках академической программы. Я вступилась за несчастного и его оставили на курсе с испытательным сроком. Мне было не трудно, тем более что Ирвин искренне извинился и добавил, что за прошедшие шесть лет обучения оказывается пропустил очень много интересного.

— Сомнительное достоинство, — буркнула Эми.

— Зато тебя уродиной в глаза не называют.

— Эрик был пьян, — попыталась утешить меня сестра, но я почувствовала, как напряглась ее спина.

— Не зря же говорят: что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. И согласись — я не обладаю такой яркой, привлекательно внешностью. Но и не уродка, конечно. Так что-то среднее.

— Ты просто не пользуешься преимуществами своей внешности! — Эми поднялась, сев напротив меня. — У тебя великолепные волосы! А ты их постоянно скручиваешь в узел или косу заплетаешь. Никто не видит их красоты. Или читаешь до поздней ночи учебники, отчего у тебя постоянно темные круги под глазами. И даже сейчас, в каникулы, ты не вылазишь из библиотеки, — и она выразительно указала на стол, который был завален книгами и свитками. — Ты хоть спала сегодня?

— Нет, — покачала головой. — Я только уснула, как вы пришли.

— Лика! — возмущенно воскликнула сестра. — Быстро спать.

— Хорошо, хорошо! — Я начала перекладывать подушки. — Но ты, Эми, вовсе не бездарь и не неудачница. У тебя есть талант, возможности, а главное желание воплотить свою мечту в жизнь. Так добивайся ее, а все остальное — ненужные мелочи!

Я выдохнула — какая пафосная речь! Но, кажется, она подействовала — сестра широко улыбнулась и ее глаза весело заблестели.

— И вправду чего это я? А сейчас спать, спать, Лика.

Я начала устраиваться среди подушек — спать хотелось жутко. Перед тем как закрыть глаза посмотрела на задумчиво трущую бровь сестру.

— Лика, спать! — Приказала она, оторвавшись от своих дум.

— А ты не будешь меня больше донимать?

Эми закатила глаза к потолку — видимо переняла эту вредную привычку у мэтра Власа — и, широко улыбаясь, сказала:

— Ладно, не буду, ты спи только.

Я нахмурилась — надо же было сглупить и рассказать Эми, что я случайно увидела голого ректора. О крыльях, разумеется, умолчала. Это было еще до отъезда на эльфийские земли. И сестра, как только появляется возможность, начинает трепать мне нервы, — что это судьба и мы должны поженить. А еще требовала подробностей! Накачаны ли мышцы и мэтра? Есть ли шрамы? Понравился ли мне голый мэтра Влас? А больше всего ее интересовало — видела ли я то, самое главное! И понравилось ли мне это!

Дошло то того, что мэтр Влас мне сниться начал. Голый. Скромно прикрывающий то самое главное белыми крыльями. Потому что ничего уж особенного я и не увидела. Маг стоял ко мне спиной, а зеркало, висевшее на дверце шкафа, было небольшим, там отражались только лицо и грудь. А вообразить, что там у мага должно быть ниже талии, воспитание не позволяет.

Все! Не думаю об этом, а то опять приснится.

Я быстро уснула.

— Ты считаешь, что взять на черный рынок двух столь юных и прелестных девиц — разумная идея? — Как-то уж очень недобро вопросил лорд Насилмэ у мэтра Власа, когда он пришел за нами.

— Эмм… Видишь ли, Насилмэ, я собственно и пришел, чтобы…

Мэтр Влас замолчал, встретившись со мной взглядом. Ну да, продолжения не требовалось, я и так уже поняла, что нас никуда не возьмут.

Маг потоптался на месте, поморщился, видимо, вспомнил свое жизненное кредо — «Обещал — выполни! Не можешь выполнить — не обещай!».

— Мы ж не просто так пойдем! Мы замаскируемся сначала! — все же принципы победили и маг, сам себе не веря, посмотрел на меня.

— Влас! — Разозлился эльф.

— Я мальчиком не буду! — тут же заявила я, вспомнив, как мэтр замаскировал меня в Верхогорье.

— Как желает прекрасная леди, — коварно улыбнулся мэтр Влас. — Насилмэ, успокойся! Они ведь не одни пойдут, а со мной. А я с них глаз не спущу.

Эльф рыкнул что-то неразборчивое и вышел из комнаты.

Вообще-то, беспокойство лорда Насилмэ можно было понять. Город-государство Виджая и есть один сплошной черный рынок. Громаднейший невольничий рынок. Рынок редких животных и растений. Рынок запрещенных алхимических веществ, заклинаний и магии. Да к тому же Виджая — официальная база пиратов. Действительно, место, куда юным леди лучше не соваться. Но! Приключение нам было обещано, и отказываться мы от него не намерены.

— Ну, давайте перевоплощаться, — мэтр как-то предвкушающе потер ладонью о ладонь.

Моя маскировка заняла меньше пяти минут, и, когда маг закончил колдовать, чувствовала я себя странно. Мир вокруг как-то смазался и потускнел, спина заболела, и все прочие кости немилосердно ныли, особенно левая нога. Голова и корпус наклонились вперед и выпрямить спину не получалось. И в довершении, мне показалось, что зубов во рту не хватает. Очень не хватает. Что за чертовщина?

Пока размышляла над своими ощущениями, мэтр занялся Эми. Провозился минуты три. Затем отошел на шаг, давая мне возможность осмотреть сестру. Или брата?

Эми, согласившаяся быть мальчиком, выглядела ужасно. Это был самый отвратительный мальчик, которого я когда-либо видела. Рыжий и вихрастый, весь испещренный коричневыми веснушками, да так, что кожи не видно. Непропорционально длинный и невероятно тощий. Мальчик нервно улыбнулся, отчего стали видны два частых ряда зубов, растущий почему-то вперед. Зато теперь понятно, отчего губы так странно топорщатся. Губы, кстати, были толстыми, мясистыми, и смотрелись на худом лице двумя красными лопухами. Одета сестра-мальчик была в серые полотняные штанишки, которые были явно коротки, и такую же тунику, а еще были несуразные ботинки, надетые на босу ногу.

Как же я выгляжу?

— Подождите, я зеркало сейчас принесу, — радостно заявил маг и широким шагом направился в гардеробную и через полминуты вынес оттуда огромное зеркало в полный рост. — Ну как нравится?

Я неверяще вперилась в отражение. В чистой зеркальной глади отражалась сухопарая древняя бабулька. Сгорбленная, с мутными глазами неопределенного цвета и самым огромным носом, который можно только вообразить. Толстый и длинный с широкими провалами ноздрей. На кончике носа цвела преотвратительнейшая волосатая бородавка. Подковыляла ближе к зеркалу и, оскалив зубы, сосчитала. Их оказалось ровно восемь. Желтые, с червоточинами кариеса. А запах! Не только изо рта дурно пахло, а вообще от моего тела так и веяло заплесневелой старостью вперемешку с кошачьей мочой.

Мее-е-едлено (потому что быстро не получалось) обернулась к магу и только вознамерилась высказать все, что я думаю о подобной маскировке, как мэтр Влас очень серьезно заявил:

— Либо так, либо — остаетесь здесь. Двух молодых и красивых леди, равно как и юношей, я с собой не возьму. Украдут.

Я и Эми переглянулись. Ах, вот значит как!

— Мне нужна клюка, — чуть подумав, прокаркала я, поражаясь, что маг еще и голос умудрился изменить. — И, мэтр, зрение лучше вернуть. И способность быстро двигаться.

— Я воде нисево, — прокортавила Эми, отчего во все стороны брызнули слюни. Сестра возмущенно уставилась на мэтра.

— Хорошо зрение верну, что-то я и вправду перестарался. А вот старческую походку придется оставить. Где ты видела старушек, бодро шагающий, как юницы? — не давая мне и слова вставить, вопросил маг. — Это часть маскировки, Лика.

— Дак, я ведь ходить быстро не могу!

— А мы не спешим. Минутку, я тоже перевоплощусь.

Маг провел по лицу, груди и животу ладонями, как будто натягивая на себя иллюзию. Поменялся цвет волос — из темных, густых и блестящих они стали бледно-русыми с явным проблеском лысины. Кожа на лице посерела и на щеках появились следы перенесенной когда-то оспы. Нос расширился и расплюснулся. А еще рост мага уменьшился и он сильно похудел. Одет мэтр был в добротные полотняные штаны, белую рубаху и кожаную безрукавку. На ногах — ботинки на толстой подошве. За спиной выглядывала рукоять меча, на поясе были прикреплены еще пара ножей.

— Дамы… Эээм, и юноши, прошу, — маг широким жестом указал на дверь.

— Клюка! — Напомнила я.

— Ах да, держи, — мэтр наколдовал деревянную палку и подал мне. Я тут же схватила и облегченно оперлась. Стоять на своих двоих было тяжело. — Идемте!

По черному рынку мы гуляли уже больше трех часов и заканчивали обходить алхимические ряды. Еще планировали заглянуть к ювелирам — там можно купить различные металлы и их порошки, а еще драгоценные камни, ну, или сами украшения. Это кому, что нужно. Увы, к оружейникам сегодня попасть не сможем. Но мне и не сильно хотелось, а вот Эми чуть ли не плакала — она хотела присмотреть хороший меч. А тут, на Виджае, можно найти поистине уникальные вещи. Мэтр сказал, редкая вещь — хорошо, даже очень. Но оружие лучше всего заказывать под индивидуальное изготовление у хорошего мастера и участвовать во всех этапах создания, вкладывая свою магию в заготовки.

Пока ходили по лавкам, магазинчикам, подвалам, мэтр рассказывал о самом рынке и том, как некогда мирная Виджая стала сердцем преступного мира. История простая и печальная. Прибрежные городок и деревеньки часто подвергались нападению викингов, да и соседи с Вималы отправляли свои корабли в захватнические плавания, а брахатцы, преодолев невысокие горы, уводили жителей в рабство. В одно из нападений викингов на помощь виджайцам пришел сильный и отважный капитан Джай Анил. Имея в подчинении семь кораблей, оснащенные пушками, он легко разгромил привыкших к легким победам викингов. Виджайцы с радостью приняли Джая и его моряков и так были благодарны ему за помощь, что предложили стать королем. Ох, не знали они, что Джай Анил не просто моряк, отправившийся в плавание по крайне опасным водам Мирового Океана. Он был командиром целой армады пиратских кораблей, и прибыли они к берегам Виджаи с той же целью, что и викинги. Тем не менее, Джай принял корону — и наступили для Виджаи темные времена.

Много веков прошло с тех пор и в городе воцарилось некоторое подобие законности. Правит городом и подчиненными территориями пиратская династия, которая следит за соблюдением правил и законов. Например, местных жителей в рабство запрещено продавать. Пришлых — сколько угодно, но не виджайцев. Очень распространена ситуация, когда маг, пренебрегший правилами безопасности, заявлялся в лавку с алхимическими реагентами и попадал на невольничий рынок в качестве товара. Хотя магов обычно не продают — их трудно контролировать. Их всевозможными способами перетягивают на свою сторону. И действуют успешно — магов на Виджае с каждым годом становится все больше и больше.

Зато на Виждае можно купить все. То есть абсолютно все. От банального ромашкового чая до порошка из рога единорога. Если чего нет или требуется поистине уникальная вещь, то местные наемники с удовольствием выполнят заказ и доставят вам хоть божью коровку с чайных плантаций эльфов, хоть девицу королевских кровей. Вопрос только в цене.

— Зачем Адрастериону вмешиваться в дела Виджаи? — Вопросил мэтр, с интересом глядя на меня.

— Так это все, — я обвела клюкой видимое пространство узкой улочки, где не спеша, как и мы, прогуливались люди, — преступники.

— И? — мэтр поднял брови, требуя от меня продолжения мысли.

— Преступники должны сидеть в тюрьме. Не так ли?

Маг улыбнулся, перехватил поудобнее мою руку, погладил морщинистые пальчики с желтыми ногтями.

— Все так, Лика. Да не так.

Я нахмурилась. Что не так-то?

— Вы непонятно говоите, — в очередной раз брызнула слюнями Эми. Вообще, она предпочитала помалкивать — мэтр наотрез отказался снимать эффект слюноразбрызгивания. Все сошлись на том, что это отвратительно, чего и добивался маг. Раз отвратительно, то никто не позарится на юношу. Мы с Эми ментально общались и, если ее что-то интересовало, она спрашивала у меня, а я уже — у мэтра. Но иногда она забывалась…

— А что ж тут непонятного? Виджая — это сила, девочки. Сила, с которой необходимо считаться и викингам, и вимальцам, и брахатцам. И даже гномам, хоть они никогда и не нападали ни на кого. А Адрастерион слишком далеко, его дела Виджаи никак не касаются. К тому же, победить быстро не получится — Виджая имеет сильную, дееспособную и организованную армию с магической поддержкой.

— Да? А если меня, к примеру, закажут? — Негодующе прокаркала я, едва не закашлявшись. — Меня ведь украдут и продадут на невольничьем рынке.

Мэтр Влас нахмурился и помрачнел. Он внимательно посмотрел на меня, остановившись.

— Твое похищение, равно как и похищение Эми — невозможно, как невозможно украсть сокровища у дракона. На вас такие охранки стоят… Но! Если похищение все же произойдет, клянусь вам, ни похитители, ни заказчик долго не проживут. — Маг грозно посмотрел на нас и неторопливо двинулся дольше. — В любом случае из-за похищения простого гражданина война развязана не будет. Разве только кого-то из королевской семьи украдут. Но и там все безнадежно.

Мы заканчивали обедать в одной из таверн. Я размазывала по тарелке уже остывшее картофельное пюре, от другой еды пришлось отказаться — зубы не позволяли, — как к нашему столу подошел, а затем и вовсе уселся рядом с мэтром, мужчина в неприметной походной одежде.

— Слушай, а продай мне ее, — обратился мужчина к магу, указывая на меня.

Я подавилась и закашлялась. Картошка разлетелась в стороны, оседая на лицах и руках моих сотрапезников. Незнакомец нервно стер крупный кусок пюре со щеки, нехорошо посмотрел на меня и медленно поднял руку, что отвесить мне затрещину, но был остановлен мэтром и его сухим:

— Уходи!

— Я хорошие деньги предлагаю! — незнакомец даже не сдвинулся с места. — Этот нос будет весьма популярен в цирке уродов.

Мы с мэтром переглянулись, затем я скосила глаза на свой носище и почесала бородавку. Все проследили за моим движением.

— Знаешь, — задумчиво протянул маг, с нежность глядя на бородавку. — Мне самому нравится любоваться этим чудным носиком. Не хочу, чтобы другие мешали мне.

— Шутишь? — не понял мужчина.

— Уходи! — Повторил мэтр и недвусмысленно положил перед собой нож.

— Пожалеешь! — зло бросил мужчина и удалился.

Мы все в очередной раз переглянулись.

— Надо же, цирк уродов, — печально покачал головой мэтр. — Надо будет Камале сказать, что ее нос пользуется такой популярностью.

— Камале? — Не поняла я.

— А как ты думаешь, откуда я такую интересную внешность взял? С живого человека лепил. Не все, конечно, но нос точно Камалин. Ладно, леди, если вы поели, то давайте уходить отсюда. Нужно… переодеться.

«Переодевались» мы в неприметном тупичке, скрывшись от приступного мира отводящими глаза чарами. В этот раз я не стала упорствовать и согласилась побыть мальчиком. Через десять минут к магазину алхимических редкостей господина Самара подошли двое парней самой обычной и неприметной внешности, что и взгляду зацепиться не за что, чтобы запомнить. Юношей сопровождал полноватый мужчина средних лет, припадающий на правую ногу.

— Ну как же все-таки сделать такие иллюзии, чтобы и зубов не чувствовать, и боли в пояснице были… и запах, — не унималась я, то и дело хватая мэтра за руки и бегая вокруг него.

— Лика, прошу тебя, успокойся! — Прошипел маг, пытаясь угомонить меня. Но я, почувствовав легкость движений молодого тела, чуть ли не до небес прыгала. — Ты привлекаешь ненужное нам внимание. Прекращай, иначе домой отправлю!

Я насупилась, домой идти не хотелось. Тем более, что мы вошли за ограду большого двухэтажного дома с несколькими пристройками. Из одной из них раздалось конское ржание, и мне сразу стало понятно, что животное не просто разозлено, оно в ярости. Через мгновение двери у дальней пристройки резко распахнулись и ударились о стены, отчего одна из створок отвалилась и с грохотом повалилась на пол, а из нутра здания выскочил конь. Животное было исполинских размеров, раза в полтора больше, чем боевой рыцарский конь, оно гневно расставило передние ноги, низко наклонив голов. Гнев животного ощущался физически. Мне даже показалось, что сейчас струи огня хлынут у него из носа, но конь резко взмыл в воздух и, с легкостью перепрыгнув трехметровые ворота, умчался вниз по улице.

Из пристройки повалил народ. Трое рослых мужиков, грязно ругаясь и сжимая в руках огненные плети, промчались мимо, даже не взглянув на нас. А вот четвертый, в богатых одеждах — сразу видно, что хозяин дома, — при выходе из конюшни едва не упал, запнувшись об обломки дверей, чертыхнулся, выравнивая равновесие, повернул голову и нахмурился, увидев нас, а затем широко улыбнулся, распахивая объятья.

— Лен! Мой самый платежеспособный покупатель!

— Приветствую, Самар, — также приторно-сладко ответствовал мэтр, отвечая на крепкие объятия мужчины.

Мужчины похлопали друг друга по спине и разошлись на шаг.

— Это кто? — спросил Самар, показывая на нас.

— Ученики, — маг скосил на нас глаза, напоминая, чтобы помалкивали.

— Ученики? — Удивился продавец редких алхимических реагентов. — Не ты ли говорил, что никогда в жизни и ни за какие коврижки?

— Время идет, — философски пожал плечами маг, — все меняется. Лучше скажи, что это за летающие лошади у тебя тут.

— Да, — раздосадовано махнул рукой Самар, — единорога на декокты решил пустить. Ты как никогда вовремя. — А затем очень злое, — никуда он не денется — приведут. Зараза, Пранайю череп проломил.

Единорог? Это был единорог? Но ведь рога я не видела. Я точно помню, что рога у коня не было!

Открыла было рот, что спросить про рог, но остановилась, увидев предупреждение в глазах мэтра. Он еще незаметно для Самара ребром ладони по горлу провел. Мол, молчи, а то хуже будет. Я состряпала самое невинное выражение лица.

Мы уже минут двадцать сидели в гостиной и мирно пили чай. Мэтр и Самар сидели чуть позади нас и обсуждали реагенты, которые необходимы были магу. Если быть точнее — единорожьи декокты. Во-первых, рог. Не порошок, а рог целиком. Тридцать пять тысяч золотых. Несколько пинт крови — пять тысяч золотых. И самый дорогой орган, после рога, конечно, — единорожье сердце было продано за семь тысяч золотых. Ну как проданы — декокты еще добыть нужно. У того самого единорога, который сбежал, когда мы пришли.

Волшебного коня мне было безумно жаль, и в душе я надеялась, что его не смогут поймать.

Но моим надеждам не суждено было сбыться. И я печально наблюдала в окно, как в ограду ввели, судя по всему, сломленного и смирившегося со своей незавидной участью, единорога. Конь припадал на левую заднюю — на бедре зияла огромная рваная рана. Он сильно хромал и жалобно выл от боли.

К драконам предосторожность мэтра! К демонам маскировку! Если я это так оставлю, то не прощу сама себя. Решительно повернулась к мужчинам, внимательно наблюдавшим, что происходит за окном, вырвала руку из рук Эми, которая попыталась меня остановить, и громко и отчетливо сказала:

— Я хочу купить этого коня. Целиком.

Мэтр в ту же секунду гневно уставился на меня. Он так разозлился, что личина поплыла, но маг быстро спохватился, и попытался взять себя в руки. Меня гнев мэтра Власа не интересовал нисколько. Поверить не могу — еще зимой я боялась его, воображая различные сцены расправы, а сейчас — не страшно, ну вот, ни капельки. Сейчас мне крайне важно непомерное удивление торговца алхимическими редкостями.

— Лен, о чем говорит этот милый юноша? — спросил Самар у мэтра.

— Ни о чем, — хмыкнул маг, — тебе должно быть показалось.

Ах, мы еще и магию используем! Ну-ну, мэтр Влас, у этого мужчины жажда наживы сильнее, чем ваши неумелые упражнения в ментальной магии. И ведь не боитесь психически здоровому человеку мозги расплавить.

Я улыбнулась и повторила:

— Я хочу купить этого коня стоимостью полмиллиона золотых.

— Лен, — слабо простонал Самар, поворачиваясь к мэтру, — Лен…

И время остановилось. Точнее оно остановилось для торговца, но не для меня и Эми.

— Василика! — Гневно взревел мэтр, подходя ко мне и хватая за руку.

— Полегче, мэтр Влас, вы мне руку оторвете, — меня тут же отпустили.

— Мы же договаривались!

— Я просто хочу купить этого единорога, — спокойно ответила я, потирая предплечье.

— Василика, — тоже спокойно начал маг, — этому единорогу уже ничем не помочь. У него дважды отнимали рог. Третий не вырастит ни при каких обстоятельствах и жить ему осталось не более недели. Его только на декокты пусти…

Мэтр не договорил, увидев в моих глазах слезы. Я часто заморгала и, отвернувшись, решительно заявила.

— Я куплю его… Или украду, чего бы мне это ни стоило.

Послышался тяжелый вздох и маг вернулся на свое место. Время возобновило свой ход.

— … я не понимаю, — закончил свою мысль Самар.

— Что ж тут не понятного? — Слегка удивленно отозвался маг. — Я покупаю… коня целиком, — и такой неприязненный взгляд в мою сторону.

— У тебя есть полмиллиона? — Как-то по-детски спросил Самар.

— Есть, Самар, есть. — Заверил его мэтр. — Иди, останови своих людей, пока они не разделали моего единорога.

— О! О! — Потрясенно начал вздыхать Самар, выбегая из дома.

Мэтр Влас со мной не разговаривал. Демонстративно. Даже не смотрел в мою сторону, пока подписывали договор, пока Самар ждал перевода денег на свой счет, пока загоняли единорога в магически созданную клетку. Ему пришлось заговорить, когда поднялся вопрос о телепортации. Проблема в том, что единственные открытые ориентиры для телепорта — библиотека в поместье. Остальной дом, а также радиус в триста метров вокруг него полностью закрыты для пространственных перемещений. Телепортироваться в помещение — не вариант. Единорог просто разнесет мне полдома. Да и вообще — куда его девать?

Решили обустроить единорога рядом с моей одуванчиковой поляной, предварительно расширив охранные чары дальше в лес еще на полкилометра. На первое время ему этого хватит, а дальше я придумаю что-нибудь. При этих словах мэтр как-то странно посмотрел на меня, покачал головой и стал готовиться к телепортации — сначала переместим клетку с животным во двор его дома, затем внесем необходимые изменения в охранные настройки моего поместья, и только после этого выпустим единорога. Его бы еще осмотреть целителю, но просить мэтра еще и об этой услуге я не буду. В конце концов, Эми изучает медицину, пусть и посмотрит.

— Поверить не могу, что вы купили единорога, — покачал головой лорд Насилмэ, которому пришлось сообщить, что я на пару дней вынуждена задержаться дома.

Эльф сразу же примчался узнать причины. Узнал — и на время выпал из жизни. Потом я упросила его осмотреть начинающего приходить в себя от сонных зелий и успокаивающих чар единорога. Увы, эльфийский посол подтвердил слова мэтра — волшебному коню ничем нельзя помочь. Если единорог потерял свой рог — источник единорожьей магии — он начинает медленно умирать, потому что магия, без которой он не может жить, медленно уходит из него. В редких случаях вырастает второй рог. Третий — никогда.

Мне было безумно жаль это чудесное животное, у которого люди дважды украли жизнь, но о потраченных деньгах не думала. Я была рада, что купила единорога. Пусть он хотя бы умрет… достойно.

Осто, который стоял со мной и лордом Насилмэ на краю поляны с одуванчиками и наблюдал за растерянным единорогом вместе с нами, почувствовал мою боль и притянул меня к себе, крепко обнимая. Ему тоже было безумно жаль единорога.

Удобно устроившись в теплых объятиях друга, подумала, что и драконов ведь на декокты пускают. Потому что волшебные они… Я волшебная.

— А ведь драконьей кровью можно лечить? — спросила я у лорда Насилмэ.

— Можно — Подтвердил эльф. — Это одно из самых верных средств от ядов и составов, влияющих на разум. Хорошо идет при простудных заболеваниях, для укрепления иммунитета, общего физического здоровья… Что вы задумали?

— Дайте нож, — потребовала я.

— Василика, — занервничал эльф, а Осто попытался крепче прижать меня к себе.

— Осто, прошу тебя, — меня отпустили. — Дайте нож, — снова потребовала у друзей. И видя их нежелание, решительно заявила, — я ведь все равно сделаю это.

Лорд Насилмэ неохотно снял длинный кинжал с пояса и протянул руку, но затем опустил ее, так и не передав мне оружие.

— Неразбавленная драконья кровь может быть токсична… опасная для ослабленного организма…

— Я принесу воды, — тут же откликнулся Осто и побежал к дому.

Через пять минут мы стояли в метрах десяти от лежащего на боку единорога. Конь с интересом поглядывал на ведро с пока еще чистой водой.

— Ну, чего же вы медлите? — Спросила я у лорда Насилмэ. — Режьте руку и покончим с этим.

Эльф нервно передернул плечами, взял мою левую руку и аккуратно разрезал ладонь. Черная горячая кровь тоненькой струйкой потекла в воду.

— Достаточно, — сказал эльф и начал лечить мою руку, а Осто понес ведро и поставил его в метре от единорога. Отошел к нам.

Конь лениво встал, нерешительно потоптался на месте, но затем все же осмелился подойти к ведру. И начал шумно пить. Закончив, поковылял к нам. Лорд Насилмэ залечил ужасную рваную рану, оставленную огненной плетью, но конь все равно припадал на левую заднюю. Подойдя, единорог начал обнюхивать карманы на штанах Осто. Друг раздосадовано вздохнул — он не взял никакого лакомства для коня. Не найдя ничего интересного у Осто, единорог перешел ко мне.

— Извини, — тихо, чтобы не напугать, произнесла я. — У меня нет ничего вкусненького для тебя.

Подняла руку и провела ладонь ото лба к ноздрям по светло-серой шкуре. Вообще, единороги бывают разных окрасов, но в большинстве жемчужно-белые, и, независимо от цвета, их шкура светится в темноте. У моего же единорога шкура была именно серой с грязноватым оттенком и не светилась. Как пояснил лорд Насилмэ — магия практически покинула тело волшебного коня.

Снова подняла руку и аккуратно отодвинула челку. Моим глазам предстала багровая, опухшая по краям дыра. Место, откуда должен расти рог.

То, что случилось дальше, стало для всех шоком.

Я, резко выбросила правую руку в сторону, схватила кинжал лорда Насилмэ, который был прикреплен к поясу, выдернула его из ножен и полоснула себе по запястью левой руки. Приложила кровоточащую руку к болезненно пульсирующей дыре.

Единорог удивленно взвизгнул, но остался на месте. Позволяя моей крови заполнить рану, а затем и стечь по морде.

— Василика! — Зло прошипел эльф. — Вы сума сошли!

Затем лорд Насилмэ схватил кровоточащую руку и принялся лечить, что-то неразборчиво шипя.

Единорог потрясенно отошел от нас, растерянно огляделся и направился к ведру. Расстроено фыркнув в него, пнул и пустое ведро покатилось по траве.

— Он хочет еще пить! — догадалась я.

— Я принесу, — ответил Осто и, подхватив ведро, направился к конюшням.

— И нам лучше вернуться в дом, Василика. Не спорьте! Вам не помешает попить горячего сладкого чая.

Меня подхватили на руки и понесли прочь с поляны.

Четыре дня спустя я, понурая и злая, вернулась в эльфийскую столицу. Причины для моего плохого настроения были — я вдрызг рассорилась с мэтром Власом. Он отказался принять от меня те полмиллиона, которые маг потратил на покупку единорога. Деньги были переведены с его счета, специально открытый для рискованных приобретений. Мэтр мотивировал свой отказ желанием забрать тело волшебного коня после его смерти и пустить на декокты.

Какое злое коварство!

Это я магу и заявила, а заодно наотрез отказалась отдавать ему рог, вырванный у единорога, который шел комплектом к дорогостоящей покупке. Рог я отобрала у мэтра еще в магазине Самара. Мне почему-то казалось, что его можно будет прирастить обратно. Но ни одна из попыток не оправдалась. Более того, сам единорог смотрел на свой источник магии равнодушно и на все попытки приращивания отвечал насмешливым фырканьем и мотанием головы.

И еще раз потребовала, чтобы мэтр Влас забрал свои полмиллиона, потому что волшебного коня отдавать я не намерена.

Маг в ответ назвал меня садисткой, которой доставляет удовольствие мучать умирающих животных. Очевидно же, что единорог не выживет! Каждый прожитый день без рога приносит ему невероятную боль. Лучше прервать его страдания и пусть он послужит подспорьем для магической науки после своей смерти.

Я едва не задохнулась от негодования и несправедливых обвинений и в свою очередь обвинила мага в жестокосердечии и корысти. Разве можно желать смерти существу, попавшему в беду? А случись что со мной? Тоже на декокты пустят?

И тут бы мне следовало заткнуться и вообще извиниться, ибо мэтр жутко побледнел, отчего его голубые очи болезненно заблестели. Но я уже не могла остановиться и продолжила, требуя, что он забрал свои деньги и оставил в покое меня и моего единорога.

Последнее требование мэтр Влас и выполнил. Он как-то странно посмотрел на меня, затем медленно направился к выходу из гостиной. Натан, наблюдавший всю эту некрасивую сцену, покачал головой и догнал мэтра, приговаривая что-то вроде: «Нашел же с кем спорить! Пусть девочка поиграется, раз так хочет!».

Все мысли об извинениях тут же выдуло у меня из головы. В гробовой тишине я наблюдала, как маг и дракон вышли из комнаты, а через несколько минут почувствовала, что в библиотеке открылся, а затем и закрылся, телепорт.

Больше я о мэтре Власе ничего не слышала.

А вот причина нашего раздора пребывала в преотличном состоянии. Единорог, окончательно оклемавшийся от сонных зелий и успокаивающих чар, был бодр и весел. Видать, драконья кровь, которую он пил каждый день, помогала ему. Всего несколько капель, разбавленных в ведре воды, но оздоровительный эффект потрясающий. Увы, никто не знает, как долго он продлится и сможет ли вырасти рог в третий раз.

В последний день перед отъездом, Осто отвел единорога, которого мы решили назвать Найтриан, что в переводе с эльфийского означает дважды рожденный, на пастбище, где паслись остальные наши лошади. Найтриан с интересом смотрел на породистых скакунов, но сам к ним близко не подходил и к себе не подпускал. Вечером вернули назад к одуванчиковой поляне — единорог отчего-то стал нервничать. В лесу успокоился, проскакал несколько кругов вокруг поляны, напился воды с драконьей кровью и улегся спать. Утром наотрез отказался куда-либо уходить, и мы решили его больше не беспокоить.

Я же отдала несколько пузырьков своей крови Осто, что бы он мог поить единорога, и, полная мрачных мыслей, отбыла в Эйлинвэл.

В эльфийской столице мы с мэтром пару раз виделись — он продолжал вести переговоры на счет эльфийских студентов, а мне и Эми лорд Насилмэ показывал достопримечательности. В моменты встречи мэтр Влас холодно смотрел на меня и равнодушно произносил: «Добрый день», и быстро уходил, сославшись на важные дела.

Долгожданное примирение произошло в начале августа, когда мы уже отдыхали на морском курорте лорда Ваэна. Я прогуливалась в одиночестве по пляжу и решила посидеть в беседке, увитой плющом. Она находилась в тени тропических деревьев, а мне как раз захотелось скрыться от палящих солнечных лучей.

Зашла в беседку и замерла. Просто не ожидала увидеть сидящего в плетенном кресле мэтра Власа. Хотела уйти, но маг поманил меня пальцем и указал на соседнее кресло. Мне ничего не оставалось, как усесться рядом с ним.

Молчали. Просто сидели как в старые добрые времена и молчали, а привычный нам в такие моменты огонь камина заменяло бескрайнее море. И крики чаек.

Красиво.

Мэтр пил из высокого стакана ягодный коктейль и вглядывался в голубую даль. Был он несколько усталым и расстроенным. Мне было интересно как у него дела, но не осмеливалась нарушить эту замечательную тишину.

— Ты, наверное, уже знаешь — переговоры с эльфами прошли успешно. В этом году в Академию прибудет уже две группы эльфийских студентов. И лорд Итилорин тоже вернется, — наконец-то произнес маг.

— Да, лорд Ваэн уже все нам рассказал, — откликнулась я, продолжая разглядывать мага. Было ощущение, что он долго не спал. Был каким-то измученным.

— Ты, должно быть, рада…

Это не вопрос. И не констатация факта.

— Да. Наверное. Не знаю. Я не думала об этом, — путанно ответила, изумляясь тому, какой нелепый разговор у нас выходит.

— Алиар отправил меня отдыхать, — сообщил мэтр, чуть морщась. — И… приказал с тобой помириться…

— Вот как? — Через чур резко вопросила я и поднялась, собираясь уйти. Одно дело, мириться по собственному желанию, и совсем другое — по приказу короля. Разумеется, я в любом случае извинюсь сама и приму его извинения, но сейчас к официальным речам не готова.

— Я не договорил! — Мэтр повысил голос, хватая меня за руки. — Вернись на место, пожалуйста.

Села, со слезами в глазах глядя на море.

Маг выпустил мои руки, затем потер виски, болезненно морщась, нервно хохотнул и, наконец, выдохнул:

— Дурацкая ссора вышла.

— Согласна, — тихо отозвалась.

— Я должен извиниться. Знал же, что ты близко к сердцу воспримешь судьбу этого единорога. И вступишься за него… Мне вообще не стоило вас брать тогда. Не знаю, почему предложил пойти со мной.

— Извините, — я опустила глаза.

— За что? — устало спросил маг.

— За мое упрямство и… те слова. Я не хотела вас оскорбить или обидеть. Извините.

— Оба хороши, — маг опять взял маю ладонь в свои руки. — Помнишь, ты должна мне желание?

— Три желания. Я должна вам три желания, — едва слышно отозвалась.

— Теперь я хочу загадать одно из них, — улыбнулся маг, поглаживая мои пальчики. — Давай… помиримся.

Неверяще замерла, широко распахнув глаза, а в следующую секунду бросилась обнимать мага. Кресло, в котором сидел мэтр, не выдержал моей чрезвычайно радостной прыти и сломался под нами. Через мгновение мэтр Влас, громко хохоча и сжимая меня в крепких объятьях, шлепнулся на пол. Он опрокинулся на спину, увлекая меня за собой, затем перевернулся, нависая надо мной. Аккуратно убрал с моего лица несколько прядей волос, выбившихся из хвоста, который я сделала перед прогулкой, и потерся носом о мой нос.

У меня случился шок. Что это только что было?

Пока удивленно хлопала глазами на внимательно изучающего мое лицо мага, в беседку зашел лорд Ваэн.

— О! — Воскликнул он потрясенно, откровенно таращась на нас, лежащих на полу. Опомнился, смутился, залился краской и перевел взгляд на потолок. — Э… ну… кхм, — пояснил он суть своего визита. А потом и вовсе ушел, сказав, что зайдет позже.

Мэтр Влас тяжело вздохнул, закатывая глаза к потолку. Я же захихикала. Бедный эльф! Теперь и он будет думать, что у меня с мэтром роман.

Через пять минут мы присоединились к остальным — к Эми и Алеку с семейством. Все ужасно обрадовались нашему примирению, и мы стали делиться новостями.

У нынешнего герцога Эрхард дела шли хорошо. Даже прекрасно. Он окончательно смирился с новым статусом, находя все больше плюсов. Его четырех месячный сынишка Влад абсолютно здоров, а любимая супруга души не чает в своих мужчинах.

Кстати о Мари. Мы с Эми давно с ней не виделись и здесь, на морском курорте лорд Ваэна, были счастливы ее встретить, обнять, поговорить. Увы, с последним были некоторые трудности — новая герцогиня Эрхард любую тему умудрялась перевести на детей, в частности на своего ненаглядного Влада. В разговорах Мари упоминала, что не прочь родить еще ребенка, тем более что врачи уже разрешают. Она вообще хочет большую семью и много детей. Пять или семь.

Алек слушал наши разговоры и с улыбкой качал головой. Его можно понять, — он с трудом пережил рождение первенца, присутствуя на родах супруги. Целители тогда не знали, кому оказывать помощь в первую очередь — герцогу или его жене. Его даже хотели выгнать из комнаты, но Алек уперся и оставался там до самого конца. Несколько часов спустя, когда роды уже закончились, он вошел к нам бледный, измотанный, с дрожащими руками и слабо сообщил, что стал отцом — у него родился сын, которого решили назвать в честь деда. Мэтр Влас возмутился, но Алек только махнул рукой на него. Но через несколько дней все-таки уступил, заменя одну букву в имени.

Мэтр Влас казал, что ничего особенного в его жизни не произошло, пока мы были в ссоре. Только заметил, что эльфы как-то подозрительно оживились, даже возбудились, явно готовятся к чему-то. При этих словах он с подозрением посмотрел на меня и мне пришлось удивленно округлить глаза — какое отношение я умею к возбуждению эльфов?

Еще сказал, что ему пришлось поменять легенду, чтобы покупать в магазине Самара редкие ингредиенты. Маг засветился по полной и чудаковатому алхимику Лену туда возвращаться опасно. Одно дело тратить большие суммы на дорогие порошки, и совсем другое — полмиллиона. Сколько людей на континенте обладает таким состоянием? Это просто невероятная сумма! Хорошо, что Самар был так потрясен, что позволил магу с учениками уйти и забрать покупку. В ином случае мы попали бы в пыточные подвалы, а затем, когда продавец алхимических редкостей все узнал бы, и на кладбище.

Сейчас мэтр Влас восстанавливал старое знакомство под новой личиной.

Пожалуй, у нас с сестрой было больше всего новостей. Во-первых, я за последние две недели умудрилась растерять всех своих женихов. Первым отвалился Ашеро — после ссоры с Эми он так и не вернулся в поместье. Надеюсь, он так и останется в своих горах, когда я вернусь домой. Вторым улетел Рихар — не выдержал конкуренции более сильных и взрослых соперников. Ашинарри поддался очарованию Найдин и перебрался в ее столичный дом. А Натан же устал сидеть один в пустом доме и тоже решил улететь к себе. Но обещал вернуться!

Найтриан чувствовал себя просто замечательно, о чем я и поспешила рассказать мэтру. Драконья кровь помогала единорогу. Но маг только печально посмотрел на меня и задал один единственный вопрос:

— Неужели ты думаешь, что единорогов не пытались спасти с помощью драконьей крови?

Я задумалась. Действительно были такие исследования — единорогов, вызволенных из плена контрабандистов, пробовали лечить драконьей кровью. Неуспешно — в ста процентах случаев волшебное создание умирало. Но! Драконья кровь драконьей крови рознь. Я отдаю свою кровь добровольно, а исследования Алека подтверждают, что такая кровь не то, что другим магическим воздействие обладает, у нее даже химический состав другой. Уверена, что в случае с мом единорогом результат лечения будет положительным. Тем более что Найтриан чувствует себя отлично, он весел и активен. Даже подружку завел — тонконогую и пышногривую Велаю, лошадку чистокровных эльфийских кровей. Осто даже всерьез задумался о разведении полукровок.

Все это я на одном дыхании выдала мэтру Власу, а он только покачал головой. Я нахмурилась и тут Эми сказала, что тему единорога лучше закрыть, а то опять поругаемся. Все согласились с ней.

Черезчур деятельная натура мэтра Власа не могла вынести долгий отдых и ничего неделание и маг сбежал с курорта через пять дней. Перед уходом обещал мне присмотреть за одуванчиковой поляной — было несколько случаев, когда Найтриан пытался сожрать мои цветочки.

Алек тоже отправился домой — все-таки у герцога не может быть ни отпуска, ни выходного. Мари ужасно скучала по мужу и через пару дней отправилась на родину. Мы с Эми остались одни и если бы не это, наверное, ничего бы не случилось.

Мы маялись от скуки и потому затеяли спор. Совершенно глупый и нелепый. Я поставила на кон пятьдесят порций мороженного, любимого Эминого лакомства, сестра обещала подарить мне зомби. Куда потом его девать, я не знала, но ставку приняла. Сам же спор заключался в том, смогу ли я вызвать частичную трансформацию без душевных потрясений.

Все эксперты говорят, что уже в ноябре я озверею настолько, что превращусь в огнедышащее чудовище и взмою в небо. Сейчас нахожусь на пороге последней стадии созревания. Все мои «коллеги» уже давно не испытывают трудностей при вызове частичной трансформации, а мне же до сих пор требуется серьезный эмоциональный стимул вроде нахождения заброшенной сокровищницы.

В спор я ввязалась не только из-за того, чтобы победить и получить личного зомби, а скорее из интереса — получится или нет?

Ставки были названы и приняты. Спор начался.

Первым делом я поудобнее уселась в кресле, расслабилась, закрыв глаза, и стала представлять, как мои руки стали покрываться блестящей зеленой чешуей. Внезапно почувствовала, что пальцы мои как-то отяжелели. Приоткрыла глаза и увидела, что руки и вправду покрылись чешуйками, пальцы значительно удлинились и заканчивались теперь не розовыми ухоженными ноготками, а острыми черными когтями.

Ура! Я выиграла спор!

На этом можно было бы и закончить вызов трансформации, но мне захотелось продолжить эксперимент. Поэтому закрыла глаза снова и стала представлять, как уже все мое тело покрывает темно-зеленая бронированная чешуя, как у самого настоящего дракона.

Я была так поглощена процессом трансформации, что не обратила внимание на треснувшее на мне платья и испуганный вскрик Эми.

Открыла глаза и обнаружила, что нахожусь в маленьком тесном, набитом разнообразной ненужной мебелью комнате. Глубоко вздохнула, снимая с себя какие-то странные тряпочки. Там, за окном, соблазнительно пах горячий, нагретый солнцем, песок, а море просто-таки звало к себе. Но я обратила внимание на еще один ужасно знакомый запах, он не был приятен, скорее наоборот. Его источала голубоглазая блондинка, прижавшаяся спиной к противоположной стене. Помимо холодного запаха тлена, который главенствовал над остальными, девушка пахла легким страхом и неконтролируемым любопытством. Интересное сочетание.

Подошла к ней, тщательно обнюхала. Девушка подняла руку и погладила по морде. Ммм, приятно!

— Лика? Лика, ты понимаешь меня? — спросила она, видимо, меня, потому что в комнате более никого не было.

Ничего не ответила, а, развернувшись к окну, в один прыжок подскочила к нему, затем и вовсе сиганула вниз со второго этажа и направилась на пляж. Хотелось погреться на солнышке. На крики блондинки внимания не обратила.

Позагорать мне не дали. Находившиеся на пляже двуногие существа, внешне похожие на блондинку, оставленную мной в комнате, начали запускать в меня огненные шары сразу же, как увидели. Вреда файерболы мне не причиняли, но было неприятно и обидно. Грозно зарычав, побежала на обидчиков.

Людишки с испуганными криками бросились прочь с пляжа. На белом песке остались стоять лишь четверо мужчин.

Белобрысые и длинноволосые, одетые, не смотря на жару и пляж, в шорты по колено и туники с коротким рукавом. Уши заостренные. Значит, все-таки не люди, а эльфы. Хотя сути это не меняет — враг он с любыми ушами враг.

Внезапно на пляж выбежала уже знакомая блондинка и, истерично вскрикивая, принялась что-то объяснять эльфам. Мужчины ее не стали слушать и продолжили обстрел «морского чудовища».

Девушка обиженно закусила губу, а потом и вовсе побежала к домикам, видневшимся на горизонте.

Я же призадумалась, что еще за морское чудовище? То есть это я — морское чудовище? Какое еще морское чудовище? Я — ДРАКОН!

Обиженно взревев, подскочила к ближайшему эльфу. Он оказался шустрым и в моих когтях остались только его шорты.

Упс, а под ними ничего и нет!

Гадко хихикнула, наблюдая, как эльф пытается натянуть свою тунику на колени, но все было напрасно — она оказалась слишком короткой. Мужчина жутко покраснел, но не понятно толи от смущения, толи от ярости, прикрыл ладонями неприличное место и спиной, медленно и осторожно, попятился назад. Я не стала его задерживать, внимательно обнюхивая трофей. Карманы шорт источали сладкий и горький аромат. Шоколадные конфеты!

Ням-ням.

Проглотив шоколадки вместе с обертками, удостоила своим вниманием потрясенных случившимся эльфов.

Резкий взмах хвостом — и мужчин с головой окатило белым песком. Они закашлялись и схватились за лица. Пока эльфы пытались прийти в себя, я схватила одного из них и сдернула штаны. Мужчина заверещал, совсем как девчонка. Выпустила его, а затем и его шорты — конфет там не было.

Насуплено уставилась на оставшихся двух. Эльфы слажено сделали шаг назад и схватились за пояса. Было видно, что они жалели, что связались со мной. Видать, никогда не имели дел с драконами-сладкоежками.

Еще раз хихикнула. Эльфы напряглись и ремней из рук не выпустили. Пришлось прикусить язык, чтобы в голос не расхохотаться. Вот чудаки! А еще шустрые — второй несчастный, которому я оголила зад, за секунду натянул шорты и принялся готовить какое-то заклинание. И без того горячий пляжный воздух раскалился до предела. Я с интересом уставилась на эльфа, самозабвенно размахивающего руками. Внезапно песок облепил меня с ног до головы, а затем сплавился в стекло.

Воздух сразу закончился. Я запаниковала, забилась в своей прозрачной тюрьме и, не соображая, что делаю, дунула ярким желтым огнем. Стекло треснуло, покрылось сетью мелких трещин, а затем и вовсе осыпалось острыми хрусталиками.

В очередной раз обиженно взревела. И не давая эльфам окончательно прийти в себя и понять, что я на свободе, боднула головой ближайшего, ударила лапой второго, а третьего схватила и бросила в море. Потерявших сознание от резких ударов мужчин, я решила закопать в песок, оставив на поверхности только голову.

Когда заканчивала работать, на берег выполз третий эльф. Он поднялся и, заметно пошатываясь, уставился на меня, злобно сверкая глазами. Плотоядно улыбнулась и облизнулась. Мужчина напрягся. Клацнув зубами, бросилась на него. Эльф, что-то испуганно вереща, помчался по кромке берега, позабыв про весь свой магический арсенал. Я за ним.

Веселая гонка продолжалась бы, наверное, долго, но к нам на встречу вышла целая дюжина эльфов во главе с блондинистой девушкой, которая, увидев меня, что-то быстро зашептала, стоящему около нее эльфу. Мужчина нахмурился, обернулся к соплеменникам и кивнул. В воздух поднялись духовые трубки.

Стрелы, обильно вымоченные в снотворном зелье, не причинили мне вреда. Шкура-то у меня бронебойная. Чтобы снадобье подействовало, необходимо игру загнать под чешую, таким образом, чтобы отравленная игла вонзилась в нежную и тонкую еще кожу. Но я не дам им такой возможности — все мои чешуйки лежали плотно одна к другой.

Эльфы быстро поняли, что снаряды не попадают в цель, поэтому решили использоваться чары. Глупцы! Разве можно дракона побороть ментальной магией? У нас природный иммунитет ко всем психикоподавляющим заклинаниям. Да на мне к тому же защита стоит от Алека.

Алек? Какое знакомое имя… Нет, не вспомню. Да и некогда придаваться воспоминаниям, ибо эльфы поняли всю тщетность своим попыток взять меня малой кровью и стали окружать. Я решила, что пора спасаться и побежала.

Ушастики бросились за мной. На месте остались только та беловолосая девушка и главный эльф, они не спеша направились к закопанным мужчинам. Скоро к ним присоединился счастливчик, который смог избежать этой участи, и стал что-то рассказывать, нервно размахивая руками.

Мда, от десятка эльфов убежать непросто. Поэтому я, недолго поразмыслив, резко развернулась и, активно щелкая зубами, сама бросилась на преследователей. Те не сразу поняли, что произошло, притормозили, давая мне возможность вырваться вперед и нанести ближайшему преследователю несильный удар хвостом по затылку. Эльф вскрикнул и повалился на песок скорее от неожиданности, чем от боли.

Зарычав, бросилась на второго, но тот успел отскочить и броситься наутек. Как и остальные эльфы. Потратив полминуты на закапывание в песок, пытавшегося уползти недруга, побежала ловить остальных ушастиков.

Условия игры кардинально изменились.

Эльфы закончились через час. Восьмерых постигла участь песочного плена, троих я умудрилась вырубить прицельными бросками кокосов, забравшись на пальму. После чего эльфы как будто совсем исчезли — на пляже осталась только одна блондинка, которая заманчиво помахивала конфетой, надеясь приманить меня. Еще она что-то говорила про какого-то мэтра Власа, который всех здесь поубивает, если я не приду в себя.

Имя мэтра Власа вызывало у меня некоторый трепет и учащенное сердцебиение, но я так и не смогла понять, почему оно пробуждало во мне такую реакцию. Но решила быть с этим мужчиной поосторожнее и повнимательнее.

Вскоре я осталась совсем одна — блондинка, видимо, вконец отчаявшись, бросила конфету на песок и ушла с пляжа.

Я совершила самую страшную ошибку, которую можно себе вообразить. Я уснула. Солнце было таким ласковым, а песочек так и манил. Как же здесь удержишься?

Разбудили меня осторожные прикосновения к морде. Открыла глаза и увидела склонившегося надо мной мужчину. Весьма симпатичного, даже красивого. Он был давно не мальчиком, но и стариком его назвать язык не повернется. Так сказать, мужчина в самом расцвете сил и возможностей. Темные волосы коротко стрижены, однако их уже тронула благородная седина. Лицо открытое, глаза нереально голубые и эти милые ямочки на щеках, возникающие каждый раз, когда мужчина улыбался. А еще он был очень высоким. Я встала на все четыре лапы, и мы оказались одного роста.

Мужчина в очередной раз улыбнулся и попытался дотронуться до меня. Я не далась и настороженно зарычала.

— Василика, ты не узнаешь меня? — спросил он меня. — Это я, мэтр Влас.

Я насторожилась еще больше — а ум пришли предупреждения блондинки, о том, что некто, называемый мэтром Власом, придет и всех поубивает. И начать решил, видимо, с меня.

Мужчина в очередной раз улыбнулся, но я ему уже не верила. Осторожно попятилась назад.

— Василика? — мэтр Влас нахмурился. — Василика, послушай меня.

Слушать я не стала. А резко развернувшись, попыталась броситься наутек, но мне не позволили. Меня поймали. За хвост.

— Стоять! — Послышался сзади натужный приказ. — Василика, успокойся! Я не причиню тебе вреда!

Ага, я так и поверила! Потянулась вперед из-за всех сил, но даже с места не сдвинулась — мужчина держал хвост крепко. Было больно и обидно.

— Ну, Василика, стой же ты!

В ответ я повернула голову и, зарычав, куснула держащую меня руку. То есть мои зубы прихватили воздух, но я получила такую желаемую свободу — мужчина выпустил мой хвост, испуганно отшатнувшись. Я воспользовалась случаем и сиганула вперед.

— Куда? Стой! — послышалось сзади.

Убежать не получилось. Мэтр Влас летел по воздуху с легкостью повторяя все мои маневры, ни на мгновение не отставая от меня. Он пытался мне что-то втолковать, но быстро понял, что докричаться до меня не получится, и стал просто ловить. На моем пути вырастали различные преграды: от внезапно выросших стен из песка, до глубоких ям. Я успешно преодолевала все, что предлагал мне маг, удивляясь тому, что эта гонка ужасно похожа на студенческую охоту на куриц. В роли курицы — я, а в роли охотника — мэтр Влас.

Сопоставить происходящее и мелькавшие в мозгу обрывочные воспоминания мне не дали. Мэтр Влас изловчился и запрыгнул мне на спину. Я взбесилась окончательно и запрыгала по песку, как сумасшедший кузнечик, пытаясь скинуть с себя мага. Но мэтр держался крепко.

Оставалось только лечь на спину и задавить его. Маг понял к чему все идет и, когда я повалилась на бок, спрыгнул, покатился по земле, а остановившись, ударил кулаком по песку, глядя, как я улепетываю в сторону зеленых зарослей.

День медленно клонился к ночи и становилось холодно, а еще есть очень хотелось. Я спряталась в пещерах на восточной стороне берега и просидела там остаток дня, грустно размышляя о случившемся. После встречи с магом, память потихонечку стала возвращаться ко мне и сейчас я полностью осознавала, кто я есть, хоть по-прежнему и оставалась в «драконьем» обличии.

Частичная трансформация вышла забавной — от дракона у меня была только чешуйчатая шкура. В остальном же я больше походила на гиену ростом с лошадь с непропорционально длинной шеей и хвостом, как у ящерицы. Крыльев не было. Рогов и гребней тоже не было. Неудивительно, что эльфы не признали во мне дракона.

Стыдобища-то какая!

Тяжело вздохнула, припоминая, что я сотворила с бедолагами. И ладно бы только в песок закопала, я ведь с них еще и штаны поснимала, что бы выкапываться постеснялись. И как они при этом верещали! А что они обо мне сейчас думают? Может быть, лорду Ваэну удастся всех убедить, что это действительно было морское чудовище?

Шорох и всплеск воды отвлекли меня от грустных мыслей. Я настороженно вглядывалась во вход в пещеру, уже догадываясь, кого я там увижу. Так и есть! Освещая, дорогу магическими огоньками в пещеру заглянул мэтр Влас. Он облегченно вздохнул и улыбнулся, увидев меня, но тут же напрягся. Наверное, подумал, что я его до сих пор не узнаю.

Да узнаю, узнаю.

Тяжело вздохнула и виновато опустила глаза. Маг все понял, прошел внутрь пещеры и сел рядом со мной.

— Ну что, уже осознаешь себя? — Спросил он как-то напряженно.

Я кивнула.

— Стыдно небось? — Был следующий вопрос.

Я посмотрела прямо в глаза мэтру и недружелюбно зарычала, намекая, что эту тему лучше не развивать.

— Мне очень жаль, но отдых на море придется окончить раньше запланированного. Ваэн объявил, что один из морских жителей сумел преодолеть охранные щиты и выбраться на берег, перепугав отдыхающих. Ему поверили. Но та четверка, что пыталась тебя остановить вначале, из пояснений Эми поняла, что это ты была.

Я замерла, ожидая продолжения. И оно не заставило себя ждать.

— Знала бы ты, во что вылился ваш невинный спор, — очень устало и безнадежно протянул маг. — Это же скандал межгосударственного уровня!

Я снова виновато опустила глаза.

— О чем ты думала, когда стаскивала с эльфов штаны?

Каюсь, я не смогла удержаться и хихикнула.

— Тебе смешно? Ты думаешь, что стащить с принца штаны — смешно?! Да к тому же на глазах у друзей и недругов.

Я зажала пасть лапами, чтобы не расхохотаться в голос.

— Ну да, это действительно смешно, — раздраженно прокомментировал мое поведение мэтр.

Ну правда, мне и стыдно ужасно, но, когда вспоминаю, какие лица были у эльфов — от смеха не могу удержаться. Я постаралась и взяла себя в лапы. И с интересом посмотрела на мэтра Власа — что еще за принц?

— Альморон, тот эльф, у которого ты отобрала конфеты, является двоюродным дядюшкой Иллиниора, повелителя эльфов, и вторым наследником престола…

Потрясенно посмотрела на мага, а он похлопал меня по коленке и тихо сказал:

— Знаешь, такие оскорбления не прощаются. Даже женщинам. Этот позор сможет смыть только кровь. Твоя.

С надеждой посмотрела в суровое и печальное лицо мэтра. Тот только в очередной раз тяжело вздохнул и похлопал меня по коленке.

Я решила заползти в пещеры поглубже — вдруг не найдут.

— Да не бойся ты, — остановил меня маг, хватая за заднюю лапу. — Не будет он тебя убивать!

Вернулась на место и потребовала подробностей.

— Я, как узнал, что вы натворили, сразу же сообщил Алиару. Он помчался в эльфийское посольство, откуда с Насилмэ отправился в Эйлинвэл. Там состоялась встреча, где Али авторитетно заявил, что все обвинения против тебя — наглая ложь! Потому что ты, леди Василика, и твоя сестра леди Эмирьяра, были в Адрастере, в королевском дворце, где пили чай с королевой и беседовали на возвышенные темы. А знаешь, что самое интересное?

Я наклонилась вперед — так было интересно узнать реакцию эльфийского правителя на наглое заявление Алиара.

— Иллиниор полностью и безоговорочно согласился! Али так удивился, что позабыл, чем хотел свою речь закончить.

Ик!

Вот так новости!

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — очень напряженно спросил мэтр.

Я призадумалась, а потом покачала головой.

Не понимаю я реакцию эльфов. Оскорбление чести и достоинству второму наследнику я нанесла нестерпимое. Правильно мэтр сказал — такое только кровью смыть можно. Но моя смерть эльфам не выгодна. И не только по тому, что план по спасенью эльфийского народа выработан и некоторые его части уже действуют. А скорее из-за того, что Алиар не простит смерти маленького дракона. И Натан. И Рихар. И Ашинарри. Четыре дракона с легкостью спалят здесь все. Хотя реакция милорда Иллиниор, мягко говоря, странная.

— Альморон не обрадовался такому решению своего родственника и потребовал поединка Чести. Али принял вызов за тебя — и теперь под глазом второго наследника красуется огромнейший фингал.

Вот к чему приводят необдуманные споры! А ведь я знала, что юные драконы при неполном обороте теряют человеческий разум. Точнее на первый план выходит личность животного — без меры наглая, себялюбивая, гордая, капризная, и которая в человеческом теле находится в состоянии сна. Именно поэтому я и не могла остановить саму себя и никого не узнавала. Слияние личностей происходит постепенно, со временем. Каждому дракону нужен свой срок. У меня личности срослись примерно за восемь часов, но я такого успела наворотить… и за год не расхлебаешь.

— Пойдем, Василика. Скоро начнется прилив и эти пещеры затопит. Да и в порядок тебя надо привести — завтра сложный день. Нас ждет встреча с их королевскими величествами милордом Иллиниором и принцем-консортом Алиаром.

А можно я стану морским чудовищем?

Дома (мэтр проводил меня до нашего гостевого домика) мне обрадовались только Алиар и Эми. Лорд Ваэн поджал губы и покачал головой. Лорд Насилмэ приподнял свою идеальную бровь, внимательно оглядывая меня. Королева Амэлтеа продолжала, как ни в чем не бывало, пить чай, даже не удостоив меня своим высочайшим вниманием.

Сестра и Алиар обняли меня с двух сторон. Эми сразу же запричитала, что ужасно волновалась. Дракон назвал меня настоящей красавицей и чмокнул в нос, отчего Амэлтеа заметно напряглась и обижено поджала губы. Ревнует.

Затем лорд Ваэн отправил меня и Эми в спальню и приказал приготовиться ко сну. Я удивилась — а как же ужин. Сказали, что никакой еды я не получу, пока не превращусь опять в девушку. Мне даже чая не налили!

В спальне мне вкололи лошадиную дозу успокоительного вперемешку со снотворным и оставили отдыхать.

Лежа на мягких подушках, чуть ли не плакала — очень хотелось есть. А они там, внизу, не только ароматный чай пьют, но и пышными булочками закусывают и сладкими пирожными.

Что за несправедливость?

Встреча с правителями состоялась только через три дня. Частичный оборот сожрал слишком много магических и физических сил, и для восстановления здоровья потребовалось время. Взрослые обеспокоились и призадумались над такой моей странной реакцией — обычно частичный оборот способствует росту как магического резерва, так и физического здоровья. А я же потеряла двенадцать килограмм и магия до сих пол колеблется в районе нуля.

На закате третьего дня мы все собрались в королевской резиденции в славной эльфийской столице Эйлинвэл. Официальным поводом встречи глав двух держав послужило желание королевы Амэлтеа навестить своих эльфийских родственников, которых она лет сто не видела. В прямом смысле этого слова. И еще столько же была бы рада не видеть — о неприязни нашей королевы к эльфийской родне знали все. Но обстоятельства…

Итак, официальная встреча делегации плавно перетекла в столь же официальный ужин, а затем и в официальные посиделки на открытой террасе, где все гости могли насладиться великолепием заката, красотой ночных цветов и бессмысленными разговорами.

За эти три часа я так измаялась, что едва могла стоять на ногах. Богато украшенное платье было слишком тяжелым и тянуло к полу. Чтобы замаскировать болезненную бледность, пришлось наложить много грима, под которым кожа чесалась. Хотелось умыться. От обморока переходящего в сладкий крепкий сон меня удерживало только одно — через полчаса все будет кончено.

Неофициальная встреча состоялась через пятнадцать минут после того, как все отправились спать. Я успела переодеться в более легкое платье и поправить макияж. Затем нас с сестрой проводили в кабинет милорда Иллиниора, где нас уже поджидали все заинтересованные лица. Мэтр Влас, Алиар с супругой, лорды Ваэн и Насилмэ, та четверка, что пулялась в меня файерболами во главе с лордом Альмороном, и, конечно же, сам эльфийский правитель милорд Иллиниор.

Невероятно! Алиару удалось все перевернуть с ног на голову и теперь эльфы извинялись передо мной, а не я перед ними.

Во-первых, лорд Ваэн извинился за то, что допустил нападение на меня, хотя должен был обеспечивать мою полную безопасность. А еще он выразил надежду, что я продолжу свой отдых на его курорте. Во-вторых, сам милорд Иллиниор просил прощение за своего родственника за то, что тот напал на меня, не разобравшись, кто я есть, и за то, что не стал слушать мою сестру, когда та просила остановиться. Сам же лорд Альморон даже не взглянул в мою сторону, высокомерно задрав нос.

Затем принесли свои извинения и спутники чересчур гордого лорда и, чтобы подкрепить свои слова делом, принесли подарки. Различные драгоценные побрякушки. Но один все-таки выделился. Лорд Тэсэль, тот эльф, которому посчастливилось остаться в штанах, преподнес мне огромную коробку шоколадных конфет.

Я еще никогда в жизни так не краснела! Сдавленно поблагодарила и приняла дар.

В конце правители двух держав выразили надежду, что такого больше не повториться.

На этом неофициальная встреча была закончена, и можно было идти спать, но я чувствовала, что что-то пошло не так. А точнее — я не извинилась! Ведь я тоже виновата, и даже больше, чем лорд Ваэн или тот же лорд Тэсэль.

— Лорды! — Резко встала, отчего закружилась голова, и я вынуждена была опереться об ручку кресла. Через пару мгновений продолжила, — я тоже хочу извиниться! Ведь и я виновата не меньше вашего.

Эльфы, мягко говоря, удивились. Даже напыщенный лорд Альморон обратил на меня свое высочайшее внимание. Сзади послышалось злое рычание Алиара, а слева отчаянный стон мэтра Власа. Потом присутствующие начали переглядываться, но вскоре все взгляды остановились на ректоре, как бы вопрошая его, что это только что было. Тот пожал плечами.

Я продолжила говорить:

— Я прошу прощения за свое столь недопустимое для леди и мага поведение. И со своей стороны обещаю, что подобного более не повториться.

Наступило тягостное молчание, которое нарушил мягкий голос милорда Иллиниора:

— Леди Василика, а вы в курсе, что драконы не извиняются за свои поступки, какими бы ужасными они ни были?

— Я знаю об этом, — вздохнула, — и поверьте, мне было несколько… неприятно произносить эти слова. Но я не только дракон. Я еще и эльфийка! На восемьдесят процентов. А это обязывает поступать соответствующе!

Милорд Иллиниор, как то странно скосил взгляд на Амэлтеа, а затем спокойно произнес:

— Мы принимаем ваши извинения, леди Василика, и надеемся, что вы не откажетесь продолжить отдых на морском побережье лорда Ваэна.

Я мельком глянула на эльфа — тот был напряжен. Явно ждал моего ответа.

— Я и моя сестра, Эмирьяра, с огромным удовольствие останемся в гостях у лорда Ваэна.

Оба эльфа, милорд Иллиниор и лорд Ваэн, облегченно выдохнули и расслабились.

— Отлично, — улыбнулся эльфийский правитель. — Но во избежание дальнейших неприятностей примите от меня дельный совет, — и снова странный взгляд в сторону Амэлтеа, — впредь старайтесь придерживаться одной линии поведения. Драконьей!

— Х-хорошо, — заикаясь, согласилась я.

Когда засыпала, в моей душе происходила настоящая война. Нечто большое и зеленое, что я определила как дракона, наседало на мое светлое и пушистое — эльфийскую часть души. Дракон рычал, бил хвостом и грозил, что сожрет мое эльфийское я. Эльф, как ни в чем не бывало, гордо вздернул нос и утверждал, что поступил так, как должно поступать всем цивилизованным существам. Дракона это бесило, а эльф настаивал на своем. Спор грозил затянуться до утра. Но все же усталость взяла свое и я уснула.

Утром, когда Алиар с супругой и лордом Насилмэ отправились домой в Адрастерион, а мы с Эми, лордом Ваэном и мэтром Власом отправились на море продолжать отдых.

Когда мы прибыли на место, я пожаловалась лорду Ваэну на раздвоение личности. Эльф обеспокоился и провел ряд тестов, которые показали, что мое психическое здоровье в норме. В отличие от физического. И это надо срочно исправлять.

Мэтр Влас перед возвращением в Академию также сказал, что мне не о чем беспокоиться. Когда я стану драконом, лишние светлые и пушистые сущности исчезнут — их поглотит огненная кровь, — и я буду только драконом без примеси эльфичности и человечности.

Скорее бы!

Жаль только, что магия тоже исчезнет и придется учиться заново. На драконьем факультете.

— Сорок килограммов, — нерадостно сообщил лорд Ваэн. — Недостаточно!

— Но это лучше, чем тридцать три, — я аккуратно сошла с напольных весов. — Вы сделали все, что возможно. Дома я продолжу соблюдать прописанную вами диету и быстро наберу недостающие килограммы.

— Я бы предпочел, чтобы вы остались здесь до полного излечения, — нахмурился эльф, помогая мне сесть в кресло.

— Это не возможно, — печально улыбнулась я. — Нужно готовиться к новому учебному году, и обязательств по управлению графством с меня никто не снимал. Да к тому же я давно не была дома — ужасно соскучилась.

— Понимаю, — кивнул лорд Ваэн. — Я передам мэтру Власу, чтобы вас не нагружали сильно, все-таки здоровье ваше далеко от идеала. И помните, вам нужно не только правильно питаться, но и правильно двигаться! А то наберете вес в ущерб фигуре.

— Было бы неплохо иметь пару лишних килограмм. Про запас, так сказать.

На это мое заявление эльф только покачал головой, и мы вместе покинула кабинет главного целителя.

С момента неполного оборота прошло уже десять дней. Я относительно поправилась, по крайней мере, меня теперь не сносило в сторону резкими порывами ветра.

Как ни странно, вместе с нами на курорт вернулся и лорд Тэсэль с друзьями. В эльфийской столице остался только принц Альморон — он счет себя слишком оскорбленным, чтобы продолжить наше знакомство.

С эльфами мы с Эми сдружились — они оказались веселыми, обходительными и умными собеседниками. Сегодня вечером должна состояться прощальная вечеринка. Действительно уже пора вернуться домой! Интересно, как там моя полянка?

— И как там моя полянка? — спросила я Осто, когда он разжал свои крепкие объятья.

Мэтр Влас, Аля и Осто переглянулись. Лорд Дилан неуверенно переступил с ноги на ногу. Немного помявшись, Алевтина деланно весело предложила:

— Может быть, по кружечке освежающего чая? Вы наверняка устали с дороги! — И сцапав мою, руку попыталась потащить в гостиную.

— Так стоп! — Я вырвалась. — Что происходит? Что с моей поляной?

— Дак… Я… Мэтр Влас недоглядел, — опустил глаза Осто, а названный маг потрясенно уставился на него.

А я же бросилась к поляне.

— Что? Как же так? Как же? За что?! — Вопрошала я у небес, размазывая горькие слезы по щекам. — Ыыыыыыы…

Я стояла посреди уничтоженной, изрытой копытами поляны. Найтриан постарался. Все, абсолютно все одуванчики были погублены! Яркие желтые головки, под завяку накачанные магией, были съедены, а листочки и стебельки затопаны. Чудесные ромашки Ашинарри тоже пострадали, но в значительно меньшей степени, — они умели за себя постоять.

Помимо общей печальной картины, было видно, что поляну пытались возродить или сделать вид, что цветы не прижились. В той стороне, что ближе к дому, виднелись густо насаженные чахлые кустики без цветов.

— Что сейчас делать? Где я найду столько одуванчиков? Это конец! Конец!

— Лика, — попыталась утешить меня сестра, — кинем клич крестьянам — они быстро натаскают тебе одуванчиков.

— Да где они их возьмут? — захлебываясь рыданиями, простонала я. — Время одуванчиков давно прошло. Да и если наберем, они все равно не успеют прижиться к зиме!

— Ну, Лика! Ну, не плачь!

— Не надо, Эми, — отмахнулась я от сестры и подошла к одной из ромашек, размышляя, стоит ли их выкапывать или все-таки оставить как есть.

Принять решение я не успела — из леса выскочил единорог. Увидев меня, он радостно подпрыгнул и потрусил ко мне. По дороге отвлекся на ромашку, попытался ухватить лепесток, но, получив электрический заряд по наглому носу, решил продолжить путь к цели — ко мне. Подошел и по старой привычке начал обнюхивать руки и карманы. Не найдя ничего вкусненького, с немым укором уставился мне в глаза. Это меня доконало.

— ТЫ! — Бешено взревела я и с этим воплем из моего носа хлынули потоки желтого пламени.

Найтриан не пострадал. Он успел отпрыгнуть, затем попятился и через несколько шагов сел на зад, вскочил, удивленно взвизгнув, и бросился в лес.

Я же скосила глаза на нос. Потыкала в него пальчиком, как будто это нечто инородное, а не мой собственный носик. Задумчиво повернулась к притихшим зрителям и скомандовала:

— ВСЕ взяли лопаты и на поиски одуванчиков!

Спорить со мной никто не решился.

Ужинали в гробовой тишине. Я была ужасно расстроена и подавлена. За весь день мы смогли найти только двадцать кустиков, ибо все одуванчики были найдены и выкопаны еще весной. И поляну придется обустраивать заново. В следующем году.

А мэтр Влас еще говорит, что ее нужно будет перенести. Потому что Найтриан не уйдет с нажитого места и, если засадить старую поляну, история повториться.

Эми тут же предложила сделать поле около лесного озера Малое крыло, что в семи километрах от поместья. Далеко, но можно будет рыбу ловить. Я неохотно согласилась.

Проснулась на рассвете и, проворочавшись с боку на бок два часа, пытаясь уснуть, решила больше не мучиться и встать. Одевшись, спустилась на кухню, где уже во всю хозяйничала Аля.

— Доброе утро, Лика. А чего ты так рано встала? Еще ничего не готово, даже кофе пока не заварить, — и она печально посмотрела на только-только поставленный на огонь чайник.

— Что-то не спится. Не переживай, Аля, — отмахнулась я. — Завтрак должен быть по режиму, ты все успеешь приготовить. Я возьму пару яблок?

— Конечно, бери!

Я взяла яблоки и большую морковку и направилась на одуванчиковую поляну. Первое, что увидела, было то, как Найтриан пытался сожрать одну из ромашек. Цветок не давался, метко пуляя в единорожий нос маленькие молнии. Я даже сначала оторопела от такой наглости единорога, а затем помчалась вперед, воинственно размахивая морковью, как саблей. Но прийти на помощь несчастному цветку не получилось — я запнулась о первую же кочку и со всего маху полетела лицом вниз.

Найтриан меня увидел, бросил воевать с ромашкой и с интересов уставился на морковку. Я же, поднявшись, призадумалась, почему единорог так настойчиво пытается съесть магическимутировавшую растительность. В этих цветах имеется немалый запас Силы, который при съедании и поглощает единорог. Может ему именно магии не хватает? Неужели драконьей крови не хватает, чтобы восстановить магический баланс организма?

— На вот, это тебе, — я потянула морковь.

Найтриан весело тряхнул гривой и подошел. Аккуратно взял угощение с ладони и с аппетитом захрустел.

— У, негодяй, — припечатала я, а единорог скосил на меня темно-лиловый глаз и ехидно фыркнул. Непробиваемое существо! — Значит так, ромашки я перенесу в теплицу. И даже не думай разворотить мне ее! А раз тебе не хватает магии, то мы можем организовать донорство или артефакт какой-нибудь купить.

Найтриан, внимательно слушавший меня, отрицательно покачал головой, а затем ткнул носом в карман легкого домашнего платья. Там лежало яблоко.

— Что значит «Не надо»? — уточнила я у него, отдавая яблоко. — Со здоровьем не шутят! — Назидательно заявила и печально оглядела разоренную поляну, — и с моими одуванчиками тоже.

В ответ — опять ехидное фырканье.

Я поднесла руку к гриве и мои пальцы запутались в мягких, шелковистых прядях. Вот чудеса! Как бы единорог ужасно не выглядел, его грива никогда не путалась. В ней не застревали веточки и травинки, она всегда оставалась чистой, в отличие от самого единорога. И Найтриан просто обожает, когда ему гриву расчесывают. Достала гребень и принялась за дело.

— Леди Лика, что вы тут делаете в такую рань? — Удивился Осто, поставив около меня и Найтриана ведро с чистой водой.

— Тренируюсь в плетении сложной косы, — ответила я, наблюдая, как друг обыскивает свои карманы. — Что-то потерял?

— Да вот, похоже, пузырек с кровью не взял. Сейчас вернусь.

— Не надо, Осто, — остановила я друга, завязывая последнюю ленту на шикарной прическе единорога. — Кровь тут, — помахала рукой в воздухе. — И не хмурься! От простой царапины мне плохо не сделается.

Достала миниатюрный кинжальчик, который я, по совету мэтра Власа, стала всюду носить с собой, проткнула им указательный палец на левой руке. Несколько капель крови неохотно упали в воду, растворившись в ней, после чего Найтриан принялся жадно пить. Затем единорог благодарно ткнулся мне в шею. Я погладила его, а после, отодвинув челку, осмотрела лоб.

Болезненной красноты и припухлости больше не было. Мягкая сероватая шерстка, небольшое углубление. И не намека на волшебный рог.

Потрепала единорога по челке, поцеловала в нахальный нос и напомнила:

— Мы договорились!

В ответ только ехидное ржание.

Покачала головой и направилась в дом завтракать.

На следующий день я приобрела для единорога артефакт, позволяющий аккумулировать сырую Силу и преобразовывать ее в необходимую организму магическую энергию. Но Найтриан наотрез отказался надевать его, равно как и напрямую принимать магию от меня или другого мага. Он все также продолжал приставать к ромашкам, ловко уворачиваясь от слабых электрических разрядов, хотя сожрать их уже не пытался. Нашел же, чем развлечься!

А еще через пару дней случилось страшное.

Я и Эми заканчивали завтракать, когда на террасу, вбежал Осто и, бешено сверкая глазами, закричал:

— Там… Найтриан… Там… Найтриан… Он… — и горько разрыдался, пряча лицо в ладонях.

Я отбросила недомазанную вареньем булку и побежала к поляне.

Здесь было все так, как должно быть утром. Шум начинающей желтеть листвы, звонкий говор лесных птиц, аромат поздних летних трав и блестящие в лучах раннего августовского солнца капельки росы. Найтриан умиротворенно лежащий на боку и его пышногривая подруга Велая была рядом. Мирная и обычная картина, которую я не раз наблюдала, приходя проверить единорога после завтрака. Но… Велая тыкалась носом в гриву Найтриана и жалобно звала его, а он не откликался. Не шевелился даже.

— О, нет! — простонала Эми и озвучила страшную догадку, — неужели он умер?

— Найтиан! Найтриан!

Я бросилась к единорогу, упала рядом с ним на колени и обняла могучую шею. Это я сразу почувствовала, как только прикоснулась к жемчужно-серой шкуре. Найтриан был мертв.

— Как же так? Найтриан… Почему? Почему?

Не знаю, как долго я просидела, безутешно рыдая, но когда пришел мэтр Влас, роса уже высохла, а солнце, поднявшись высоко-высоко, согревало землю на многие мили вокруг.

И хотя маг ничего не сказал и даже не коснулся меня, а просто сел рядом и смотрел на мертвого единорога, я взяла себя в руки и постаралась успокоиться. Почему-то было стыдно перед ним плакать. Он ведь предупреждал. Он с самого начала знал, что так будет. А я… упрямая ослица, даже слушать его не хотела.

Но все же почему? Почему единорог умер? Все же было так хорошо!

Наверное, последнюю мысль я высказала вслух, потому что мэтр ответил:

— Найтриан не хотел жить.

Я вздрогнула, оборачиваясь на голос.

— Почему? — все еще задыхаясь от рыданий, прошептала я.

— Представь, что ты выгорела, — внимательно посмотрел на меня маг, и я все поняла. Опустила голову, и слезы тоненькой струйкой потекли на ладони. — Да, к твоим услугам будут все маги мира, любое волшебство, любые зелья и артефакты. Но это не отменяет того факта, что ты стала калекой. Ты больше не можешь созидать, творить чудеса. Тебе остается лишь наблюдать со стороны и день за днем мучиться от того, что все потеряно и ничего нельзя исправить. И так до последнего дня, до последнего вздоха.

Мэтр Влас замолчал. А я все плакала, плакала, плакала.

— Удивительно, что он так долго продержался, — снова заговорил маг. — Наверное, надеялся, что твоя необычная кровь совершит чудо, но… Даже она не способна вернуть магию. Поэтому Найтриан решил возродиться в потомстве.

— Ик? — я подняла вопросительный взгляд на мэтра. — О чем вы?

— Велая беременна. Дня три не больше. Но я не специалист и ее лучше показать ветеринарам.

Кивнула, соглашаясь с магом и одновременно пытаясь успокоиться и прекратить плакать, но проклятые слезы все лились и лились и не собирались останавливаться.

— Не плачь, Василика, — на этих словах мэтр Влас сгреб меня в свои сильные и надежные объятья. — И не вини себя.

Я посмотрела на мага и попыталась себя сдержать, но из глаз полилась новая порция слез. Мэтр покачал головой, аккуратно убрал со щеки мокрые волосы, которые выбились из прически, осторожно обвел пальцами контуры моего лица, наклонился низко-низко, так чтобы коснуться губами нижних ресниц, прекращая соленый поток.

От этого его прикосновения меня как будто молния пронзила. Я напрягла тело и задержала дыхание. А мэтр Влас, словно не замечая моего состояния, продолжил исследовать мое лицо. Его губы скользнули чуть ниже и я почувствовала, как его язык слизнул соленую влагу. Потом еще ниже и еще ниже по щеке, миллиметр за миллиметром, подбираясь к уголкам губ, где скопилось целое море слез. И вот и оно уже осушено и сейчас очередь дойдет непосредственно до губ. И я даже неосознанно чуть приоткрыла рот, ожидая… поцелуя, но вовремя очнулась. Запрокинула голову и мэтр Влас впился поцелуем в мой подбородок (тоже мокрый от слез).

— Мэтр Влас! — Возмущенно воскликнула я и начала выбираться из объятий. — Что вы делаете?

Меня не стали держать и даже помогли, придержав за бедра, когда я, от возмущения позабыв о приличиях, встала на карачки и поползла от мага проч.

— Что вы себе позволяете? — Я поднялась и гневно уставилась на мага.

— Я всего лишь хотел успокоить тебя, — нагло заявил маг, невинно улыбаясь.

— Теперь это так называется? — Я впала в еще большее негодование.

— Я хотел тебя именно успокоить, чего собственно и добился, — и, видя мое непонимание, добавил, — заметь, ты сейчас не плачешь и думаешь совсем о другом.

Я открыла рот, чтобы возмутиться, но умных мыслей не приходило, поэтому спросила:

— А где Осто?

— В конюшне с Велаей. Она нервничает.

— Пойду и я проведаю ее, — решительно заявила и, не дожидаясь ответа от мага и не попрощавшись, направилась к конюшням.

Когда миновала край поляны, оглянулась. Маг все также сидел на траве и улыбался, глядя на меня.

— Нахал, — буркнула я себе под нос и решительно потопала к конюшням.

— В последние несколько дней Найтриан вел себя странно, — рассказывал Осто, когда мы немного успокоив Велаю, присели на лавку. — Он заставлял ее пить воду с драконьей кровью. Сам пил и ее заставлял.

— А сегодня утром?

— А сегодня утром, — друг тяжело вздохнул, подавляя рыдания, — сегодня утром он не стал пить. Велаюшка все выхлебала, хотя и не хотела. Найтриан заставил. Я налил и второе ведро, но и его он отдал своей подружке. А через пару часов… через пару часов он был уже мертв.

— Осто, не плачь. Пожалуйста, не плачь! Так должно было случиться.

— Понимаю, — прерывисто вздохнул друг.

А я решила направить его мысли в более позитивное русло:

— А ты знаешь, как ухаживать за беременными единорожками?

Осто призадумался. Хоть Велая и была чистокровной лошадью, без примеси волшебства, но в ее чреве сейчас растет самый настоящий единорожек. Нюансы в прохождении беременности и родах должны быть.

— Давно я не писала Эрмиасу, — задумчиво протянула я. Уж кто-кто, а мой друг из Национального Заповедника «Белые озера» в волшебной фауне разбирается превосходно.

Эрмиас приехал через пару дней. Несколько минут мы удивленно разглядывали друг друга. Ну, еще бы! Он видел меня десятилетней девочкой. Сейчас же я уже взрослая девушка.

Сам маг жизни тоже изменился. Я помнила его юношей, только-только окончившим Академию — высокий и щуплый, с копной пшеничных волос заплетенных в низкий хвост и шальной улыбкой, но с серьезным взглядом, когда того требовали обстоятельства.

Ничего прежнего, кроме шалой улыбки, в Эрмиасе не осталось. Он заметно возмужал. Тело его налилось стальными мышцами. Плечи стали шире раза в два. Волосы выгорели на солнце и были коротко стрижены в соответствии с новыми веяниями моды. Вокруг глаз и губ появились едва заметные морщинки. Он сильно загорел, почти до черноты. Одет по последнему писку моды: костюм тройку. Бежевые брюки, белоснежная, сверкающая на солнце, рубашка с серой жилеткой выгодно подчеркивали его высокую статную фигуру. Пиджак он держал в руках, но отбросил на плетеное кресло и распахнул объятья.

— Лика! Как ты выросла! Стала настоящей красавицей!

Меня стиснули в крепких объятиях. Я ответила тем же, радостно хохоча, когда он закружил меня.

— Эрмиас, да и ты изменился!

Меня выпустили из объятий и мы пошли знакомиться с остальными домочадцами. В общем, они стояли здесь же, на открытой террасе, куда Осто привел долгожданного гостя.

Первой я представила Эми.

— Эрмиас, чрезвычайно рада тебе представить мою родную сестру Эмирьяру. Эми, это мой хороший друг Эрмиас. Я тебе много рассказывала о нем.

— Приятно познакомиться, — хором ответили они, отчего Эми смутилась и залилась краской, а Эрмиас ТАК улыбнулся, что куда там Ашеро.

Следующей была Аля. Эрмиас и ее умудрился в краску вогнать.

Последним был Ханс, приемный сын Осто.

Более никого не было, а мэтр Влас и лорд Дилан должны подойти позже.

Затем, не откладывая дело в долгий ящик, мы направились в конюшни. Там Эрмиас внимательно осмотрел Велаю и подтвердил, что она беременна. Как ухаживать за такими кобылами он не знал — слишком мало случаев, когда единороги спаривались с обычными лошадями. Но обещал поискать информацию. А потом вообще предложил переправить кобылку к ним в Заповедник, для обеспечения наибольшей безопасности, да и уход за ней, а потом и за родившимся малышом, будет более профессиональный.

Я обещала подумать. Безумно не хочется расставаться с нерожденным еще единорожиком. Но живой единорог — искушение. В первую очередь для браконьеров и любителей легкой наживы. Смогу ли я организовать достойную охрану? И сможет ли единорог жить в просторной, но все же клетке?

После легкого обеда, к которому присоединились мэтр Влас и лорд Дилан, мы перебрались на террасу, где любовались великолепным садом и предавались воспоминаниям.

Мэтр Влас с большим интересом выслушал история нашего знакомства, и зачем-то уточнил для себя несколько деталей.

С моим уходом из Заповедника дружба наша не прекратилась. Мы очень много и часто писали друг другу. Я интересовалась вопросами магии, Эрмиас рассказывал о Заповеднике и его обитателях.

При воспоминании о забавных случаях, ненароком сболтнула о том, что когда-то умудрилась заразить всех обитателей школы для девочек глистами. И не простыми, а жутко опасными. Посвященные, то есть я, Эми и Эрмиас, рассмеялись, смакуя наиболее смешные моменты. В то время как прочие удивленно вытаращили глаза, не веря своим ушам.

— То есть ты, Василика, — прервал наше веселье мэтр Влас, — утверждаешь, что заразила всех учениц и учителей в школе леди Ильды червями Моур?

Как-то сразу стало тихо. Я вдруг поняла, перед кем откровенничаю. Попыталась спрятать голову в плечи и сделаться менее заметной. Да и Эрмиас как-то подувял, подобрался, готовясь дать отпор. Одна Эми продолжала улыбаться. Она-то с чисто некромантским хладнокровием и спасла нас всех:

— Да, мы это сделали! Мы еще и не на такое способны! — И сказано это было с намеком.

— Я так понимаю, — чопорно отозвался ректор Академии Адрастериона, — что это шантаж.

— Возможно, — мило улыбнулась Эми.

— Который подразумевает, — продолжил мэтр, — что я должен открыть выход в город для студентов по выходным и праздничным дням, чтобы не пасть жертвой ваших… кхм… шалостей.

Сестра ничего не ответила. Она продолжала мило улыбаться.

— Я подумаю, — через минуту отозвался ректор и улыбка Эми слегка подувяла. — Уж что-что, а ваши проказы я точно переживу.

На следующее утро Эрмиас отправился обратно в свой Заповедник и забрал с собой Велаю. Я все же решила, что там, среди других единорогов, ей и малышу будет гораздо лучше. И безопаснее.

А еще через день я уныло поднималась в кабинет ректора, держа в руках отвратительную справку о недопуске к занятиям.

Рона в приемной не было, но дверь в кабинет была чуть приоткрыта и я слышала шелест бумаги. Осторожно заглянула за створку.

Картина, представленная моим глазам, шокировала. Мэтр Влас расслабленно сидел в своем рабочем кресле. А напротив него — трое гномов. Один, как и маг, сидел в кресле и попивал из маленькой чашечки кофе. Он был одет в дорогой костюм гномского покроя со множеством металлических блях и драгоценных камней. Двое других стояли и были одеты попроще — в дорожные костюмы не первой свежести. Но главное каждый из этих двоих держал в руках по огромному арбалету, которые были направлены прямо на мэтра Власа!

В моей руке сам собой зажегся яркий желтый огонь.

— Даже не думай, — остановил меня маг.

— Но…

— Потуши огонь, — строго сказал ректор и я подчинилась. Одновременно с этим мэтр сделал знак рукой, и арбалеты опустились, щелкнув предохранителями. — У меня важные переговоры, Василика.

— Я… Позже зайду, — моя рука, держащая справку поднялась и безвольно опустилась.

Я вышла из приемной и даже успела дойти до лестницы, ведущей вниз, размышляя над необычными переговорами, как меня догнал мэтр.

— Василика, — на мое плечо легла тяжелая рука мага. — Зачем ты приходила?

Я удивленно посмотрела на мага и в свою очередь спросила:

— А как же важные переговоры?

— Подождут, — нахмурился маг и требовательно уставился на меня.

— У меня недопуск, — я протянула справку. — Мастер Бирин обнаружил у меня серьезный недовес.

Мэтр изучил документ, внимательно посмотрел на меня и предложил:

— Давай спустимся вниз и поговорим с мастером Бирином.

И мы пошли в медпункт. Когда спустились по лестнице, я все же не удержалась и спросила:

— А что это за переговоры такие странные… с гномами?

Маг поморщился и ответил:

— Наши инарские разведчики. Говорят, что на Алиара готовится покушение. Для этого инарцы изобрели новое оружие. Так наши сперли у них чертежи. Создали несколько образцов…

— И я так понимаю, что на вас они их и тестировали, — я недовольно поджала губы.

Мэтр кивнул:

— Не знаю что в них нового — арбалеты как арбалеты. Что-то упустили наши героические гномы.

— А…

— Василика, — маг остановился и просительно посмотрел на меня. — Пожалуйста, не спрашивай меня ни о чем. Я не имею права рассказывать тебе.

— Тогда почему рассказываете?

— Потому что не могу удержаться, — пожал он плечами. — Мне все тебе хочется рассказать.

— Вы должны понимать, мэтр, что я не могу допустить студентку Фрайхэш к занятиям! — заявил мастер Бирин, когда мы зашли к нему в кабинет. — Тридцать семь килограмм!!! Да леди необходимо в лазарет положить! Не понимаю, эльфы, что ее голодом морили? Вы точно были на морском курорте?

В общем-то, недовольство мастера Бирина мне было понятно. Я в место того, чтобы набрать недостающие килограммы, их потеряла. История с Найтрианом не прошла для меня бесследно. Я потеряла аппетит и практически не ела, а моему дракону постоянно требуется энергия и, когда ее не хватает, он начинает сжирать сам себя, то есть мое тело. Увы, все были так потрясены смертью единорога, что не проконтролировали меня. Только мэтр Влас в последние дни заметил, что я стала вялой и слабой. Как он ругался! Но время уже ушло.

— Студентку Фрайхэш к занятиям допустить. Это приказ, — остановил ректор недовольство целителя. — Василика будет к вам приходить два раза в неделю на осмотр. Если в течение месяца ситуация не улучшится, мы отстраним ее от занятий. — И такой внимательный и очень серьезный взгляд на меня. Я кивнула. — Не беспокойтесь, мастер Бирин, в начале семестра нагрузка не большая, и долгов у студентки нет, так что нервных потрясений у нее не будет. Физические нагрузки ограничим — бассейна пока хватит, со временем дополним танцами.

— Хорошо, — через силу согласился целитель, недовольно глядя на меня.

— Еще недопуски есть? — Поинтересовался ректор.

— Как и в прошлом году, у пары студентов паразиты. Удивительно, четвертый курс — и паразиты. Как такое возможно?

При этих словах мэтр Влас выразительно глянул на меня. Я покраснела.

— Выдал лекарство, — не замечая моего состояния, продолжил мастер Бирин, копаясь в своих бумажках, — к началу учебного года будут здоровы. А в остальном все хорошо.

— Отлично, — отозвался ректор. — Раз вопрос решен, то я хотел бы вернуться к прерванным переговорам.

— До свидания, мэтр Влас, — попрощался с ним целитель. — А вас, студентка Фрайхэш, я жду в пятницу на осмотр.

— Я приду. До свидания.

— До свидания, — попрощался мастер Бирин и со мной.

Первое сентября!

Как и в прошлом году, день начался с общеакадемической линейки. Мы собрались у главного входа, и ровно в девять ноль-ноль из здания вышел ректор в сопровождении преподавателей. Выглядел глава МагАкадемии замечательно. Он надел ультрамодный темно-синий в едва заметную белую полоску костюм-тройку. Черные лакированные туфли блестели в лучах утреннего сентябрьского солнца. Идеальная прическа, блеск ярко-голубых глаз, едва заметная улыбка… все это делала образ блистательного мага сверхпривлекательным. Я даже сама себе позавидовала, ведь именно с этим мужчиной я открывала вчерашний студенческий бал, посвященный началу учебного года.

Люблю, когда мэтр Влас «забывает» про свои длинные мантии и надевает пиджак.

К слову, примеру мэтра последовали и преподаватели. Но только те, что помоложе. Старшие коллеги так и продолжали носить мантии цветов своих магических школ. И сейчас на широком крыльце ГУКа можно было наблюдать занимательную картину: справа от мэтра Власа стояли суровые, нахмуренные маги в длиннополых мантиях, а слева — молодые специалисты в пиджаках, радостно улыбающиеся и щурившиеся, словно сытые коты, на ярком солнце.

Оглядела преподавателей еще раз — и сердце мое екнуло. Лорд Итилорин в противовес мэтр Власу был одет в белое. Белоснежная рубашка, белые брюки, белый же пиджак. И даже туфли и галстук были белого цвета. Его белые, словно первый снег, волосы были рассыпаны по плечам и спине. Ярким пятном во всем этом белом великолепии выделялись бирюзовые глаза. Эльф настороженно глядел на ректора и внимательно слушал, что тот говорил. И не удивительно. В этом году у нас будут учиться две группы чистокровных эльфов, среди которых будет и пара девушек. И лорд Итилорин, как глава делегации, в ответе за их безопасность.

Огляделась вокруг и насторожилась. Еще пара десятков студенток с обожанием глядели на МОЕГО эльфа. Большое и зеленое внутри меня тяжело переступило с лапы на лапу и зло бухнуло шипастым хвостом. А светлое и пушистое принялось закатывать рукава, грозно сжимая кулачки. Ура! Ну, хоть в этом вопросе две мои сущности были полностью согласны со мной.

Обратила свое внимание на ректора — тот как раз заканчивал свою речь тем, что открыл для студентов выход в город по воскресеньям и праздничным дням. А еще напомнил, что оказывать магуслуги жителям города, равно как и брать у них плату на нелегально оказанные услуги, строго запрещено. Нарушение запрета будет караться строго. Вплоть до отчисления.

И еще одно нововведение: студенты, получившие звание мастера, могут устроиться на работу как в самой Академии, так и за ее стенами. Но должны получить письменное разрешение от декана.

После этих слов, мэтр Влас отпустил изрядно обрадованных и обнадеженных студентов на занятия. Я, распрощавшись до обеда с Эми, побежала в башню стихийников.

Невольно вспомнился вчерашний день. Меня вызвали в деканат, где лорд-ректор и мой декан в моем же присутствии обсудили мое расписание. Во избежание повторения прошлогодних обмороков и неприятных ситуаций, так сказать. Согласна, в прошлом году я сглупила, но я же не дурочка, чтобы дважды на одни и те же грабли наступать! Предметы выбирала с умом, с прицелом на будущее. Но и в этот раз ученые лорды обнаружили непорядок. Видите ли, их смутил курс по «Алхимии трансмутаций». Его настоятельно посоветовали взять года через три-четыре, а сейчас нужен углубленный курс по «Лечебным травам и ядам». Пришлось взять.

В обед, когда я забежала в нашу с Эми комнату в академическом общежитии, меня ждали неприятности. В лице нагло развалившегося на моей кровати Натана и напряженно сидевшего за моим столом Ашеро.

Натан листал женский журнал, который я засунула под подушку, когда уходила на линейку, и мерзко хихикал, шаря рукой в пустой миске, а Ашеро доедал пирожок. МОИ пирожки! Огненная струя сама собой сорвалась с рук и полетела в наглых воров. Чернокрылому дракону удалось увернуться, после чего он с непониманием сначала уставился на меня, а потом на огромную дыру там, где раньше было окно. Я тоже посмотрела туда, потом на Ашеро и почувствовала, что злости больше не осталось. Зато наличествовали обида.

Взвыла сирена, вторя голодному урчанию моего желудка.

— Васюш, ты чего? — раздался из-под обломков стола и кровати голос Натана.

Чего, чего? У меня недовес! Мне толстеть срочно надо! А они… А они…

Ыыыыы…

Села на пол и разревелась.

— Васюшечка! Да что такое? — Натан попытался взять меня на руки, но получил по наглым лапам электрическими разрядами. — Вася! Ты не рада меня видеть?

Ыыыыыы…

Я разрыдалась еще горше.

Тем временем из комнат повылазили студентки и с интересом следили за развивающимся спектаклем под названием «Прекрасная леди в слезах, а два дракона не знаю, что с эти делать».

— Лика, не сиди на холодном полу, — влез со своими инициативами Ашеро и попытался поднять меня с пола, за что получил кулачком в глаз. Отшатнулся, нахмурился, но приставать более не стал.

— Ликусичка, — ко мне подошла Алика тей Роме, — почему ты плачешь? Это они тебя обидели? — и девушка кивнула в сторону насупленных драконов.

— Да! — Не стала скрывать я.

— Негодяи! Мерзавцы! — Послышался со всех сторон гомон девчонок, а я посмотрела на Алику самым несчастным взглядом. Та покачала головой и сказала:

— Действительно, Лика, не сиди на холодном полу. Тебе сейчас нельзя болеть. — И около меня оказалась мягкая подушка. Я не стала привередничать и пересела на нее.

И еще горше разрыдалась.

Ашеро рыкнул и решил внести меня в комнату, невзирая на мое сопротивление, и закрыть дверь, дабы скрыться от посторонних глаз, но не успел. На звук орущей сирены прибежал комендант общежития и ректор, которому, видимо, сообщили, что взрыв произошел в моей комнате.

— Что здесь твориться? — Строго и решительно вопросил мэтр Влас, оглядывая меня и драконов.

— Они, — указала пальчиком на мужчин Алика, — обидели ее, — и девушка погладила меня по голове, сочувственно вздыхая.

— Благодарю вас, студентка Роме, за предоставленную информацию, — сдержанно кивнул мэтр, — но я хотел бы услышать ответ от… пострадавшей.

Я постаралась сделать самое несчастное лицо, затем подняла полные слез глаза на мэтра Власа и, задыхаясь от обиды, прошептала:

— Они съели мои пирожки. Все-все. Даже крошечку не оставили. — И много, много слез.

Ректор удивился. Нет, не так. Ректор УДИВИЛСЯ.

Я, как в замедленном времени, наблюдала, как сначала правая бровь мэтра Власа начала приподниматься, затем за ней поспешила и левая. Глаза сделались круглыми, как чайные блюдца. Но маг быстро взял себя в руки, требовательно посмотрел на Алику:

— Студентка Роме, отведите Василику в столовую и проследите, чтобы она хорошо поела.

— С удовольствием, — улыбнулась Алика и потянула меня вверх. Я неохотно встала, но уйти не успела. На сцене появилось новое действующее лицо.

— Я только что узнала, — пропыхтела Эми, тяжело дыша. — Что случилось? — Вопросила она и тут заметила драконов. Встретившись взглядом с Ашеро, сначала побледнела, затем покрылась красными пятнами и… бросилась в комнату. Там она схватилась за голову и как завопит, что в соседних комнатах посыпались стекла, — МОЙ ПАУЧОК!

Выпрыгнула обратно в коридор, бешено сверкая глазами, ткнула наманикюренным пальчиком в Ашеро:

— ТЫ, — захрипела она, — сжег моего паука!

— Ой, — пискнула я, но на меня никто не обратил внимание. Все смотрели на Эми.

Она чем-то пригрозила совершенно ошарашенному и непонимающему, что происходит, дракону, жутко рассмеялась и засветилась ядовито-зеленым светом. И густая неконтролируемая волна некромантии полилась во внешний мир.

Началась паника, связанная с тем, что на опасность среагировали внутренние блоки студентов. Я загорелась, защищаясь от холодных лучей некромантии, Алика, стоявшая за моей спиной, отпрыгнула, зашипев, и покрылась корой. Кто-то из девчонок превратился в водяной столб, кто-то в воздушный вихрь. Кто-то просто застыл, покрывшись испаренной.

Очень неприятное чувство, когда через тебя, хоть и максимально защищенной, проходит чистая магия смерти, ища что-нибудь мертвое, чтобы вернуть к «жизни». Мертвого во мне не было, а было очень холодно. Это при том, что я горела. Боюсь представить, что чувствовали остальные. Особенно не повезло целителям.

Трое не выдержали и упали без сознания. Наверное, резерв закончился. Или не защитились, как следует.

Натан решительно шагнул к Эми, сдернул с ее шеи подвеску, служившую усилителем ментальных блоков, и принялся ломать защиту установленную Алеком. При этом совсем не заботился о безопасности сестры. У Эми были неестественно широко раскрыты глаза, а из носа и ушей потекла алая кровь. Вскоре она болезненно вскрикнула и потеряла сознание, но некромантические волны продолжали исходить из ее тела. Видимо, сестра была более сильным некромантом, чем думала.

— Проклятье, — выругался Натан. — Влас, не стой столбом, зови своих некромантов.

Ректор удивленно моргнул, приходя в себя и, достав из кармана небольшое зеркальце, заговорил в него. А я все думала, зачем в деканатах и в некоторых кабинетах повешены зеркала. Это для экстренной связи!

Через десять минут все было кончено. То есть некромантические волны были локализованы — Эми продолжала светить все тем же ядовито-зеленым светов, но магия уже не уходила во внешний мир, а циркулировал в теле сестры. Это не совсем полезно для здоровья, но гораздо лучше, чем дать ей вырваться на волю.

— Ты извини, я не знала, что они заперли Пучика в ящике стола, — винилась я, стоя перед кроватью Эми в ее палате. — Я бы никогда…

— Я верю, — печально выдохнула Эми. — Ты тоже любила паучка.

— А что на тебя нашло? Ты так страшно смеялась… А потом еще эта твоя некромантия. Я уж подумала, не тронулась ли ты умом…

— Да, сама не знаю, — пожала сестра плечами. — Увидела Ашеро и такое зло взяло. А тут еще смерть Пучика… Вот я и…

Эми опустила глаза, печально хлюпнув носом.

— Ты не стой, присаживайся. Или вообще ложись рядом, — предложила она мне и я с удовольствием растянулась на кровати рядышком. — Рассказывай. Долго тебя мучили?

— Ой, долго, — поморщилась я.

После того, как Эми успокоили и унесли в лазарет, все внимание обратилось на меня. Я даже сначала засмущалась. Но смущение сразу же прошло, когда заговорил мэтр Влас, сменившись ужасом.

— Студентка Фрайхеш, я отправлял вас в столовую обедать, — строго проговорил ректор. — Почему вы до сих пор здесь?

— Ну, как же? — удивилась я, не понимая, к чему он клонит.

— Идите в столовую, студентка Фрайхеш.

— Нет, — твердо сказала я, содрогаясь от того, во что превратилась еда в столовой, расположенная на первой этаже общежития, после того как там поработала магия смерти. Ожившие куриные окорочка. Скользящая по полу, как змея, колбаса. Летающие котлеты. Шевелящийся суп. Брр… — Я в городе поем. Ведь сегодня выход в город для студентов открыт?

— Нет, — сказал, мэтр Влас и как будто камень упал. — Для вас и вашей сестры, студентки Бирди, выход в город закрыт.

— За что?! — Взвыла я.

— За это, — и маг указал на разрушенную комнату.

— Я здесь ни в чем не виновата! — заявила я и сделала несчастное лицо. — Это все гадкие драконы!

Гадкие драконы удивленно воззрились на меня. Я продолжила:

— Я защищалась!

— В смысле? — хором спросили драконы и ректор.

— Только представьте, — трагическим голосом начала повествовать я, — прихожу я после напряженейшего учебного дня к себе домой, а там… — я сделала трагическую паузу, чтобы все слушатели могли сами представить, что там меня ждало. Мэтр Влас нахмурился, неприязненно глядя на драконов. — А там они.

— И? — Не понял ректор и все прочие также с непониманием смотрели на меня.

— Мэтр Влас, а скажите, зачем двое взрослых мужчин вламываются в комнату невинной девушки, которая находится в исключительно женском общежитии?

Толпа ахнула и загомонила.

Все, каюк драконам!

— А при чем здесь твои пирожки?

Ох, зря мне напомнили про пирожки. Глаза мои наполнились слезами. Я опустила голову, припомнила все самые горестные моменты жизни и воззрилась на мэтра Власа.

— Они съели их, — давясь рыданиями, выдавила я. — Не понимаю, как им не стыдно объедать ребенка?

— Ну-ну, милая, не плачь, — ко мне подошла Алика, крепко обняла. — Пойдем ко мне, у меня есть замечательный тортик! Правда, я теперь не знаю, съедобный ли он.

Ну да, все, что ранее не относилось к живой материи, должно потухнуть.

Алика медленно повела меня в сторону своей комнаты. Но, не пройдя и десятка шагов, мы были остановлены холодным приказом ректора:

— Василика, ко мне в кабинет. И вы тоже, — последнее относилось к драконам.

«Проклятье», — подумала я, а Алика сочувствующе сжала плечо.

В кабинете мэтр Влас напрямую спросил драконов, какого дракона они приперлись в Академию. Натан пояснил, что считает меня своей невестой и по драконьим традициям должен поселиться на территории избранницы. Так как я нечасто бываю в поместье, он сильно скучает и не может показать мне, какой из него получится замечательный отец для нашего ребенка, поэтому решил поселиться поближе ко мне. То есть в моей комнате в общежитии Академии. То, что меня это может не устраивать, его нисколько не волновало.

Ашеро, видимо, руководствовался той же логикой. Плюс не хотел, чтобы соперник был ближе ко мне, чем он сам.

«Гады», — подумала я и была абсолютно права.

Мэтр Влас заявил, что нахождение мужчин на территории женского общежития недопустимо. Это нанесет непоправимый ущерб репутации девушки и не одной. На что Натан радостно сообщил, что это только ему на руку. Ведь на опозоренную девицу никто не позарится, а это означает, что будет меньше конкурентов. Ну и сама девица будет более благосклонна к страдальцу.

Мне захотелось что-то… кого-то взорвать.

Не дали.

Мэтр Влас настоятельно рекомендовал драконам покинуть Академию и не появляться здесь, если не пригласили. Те уперлись и ни в какую не хотели уходить.

Через двадцать минут я заедала обиду плотным обедом, принесенным из ближайшего ресторана. На самом деле после слов Натана кушать вовсе не хотелось, но мне не оставили выбора, поэтому я давилась едой, совершенно не чувствуя ее вкуса.

Понимаю, конечно, что Натан не хотел ничего такого сказать, что могло бы обидеть меня. Просто указал на наиболее устраивающий вариант развития событий конкретно для него. Но, драконы раздери его, меня кто только не ткнул в дурнопахнущую репутацию рода Райзенде. Пытались еще «давить» и моими недавними «грехами» — убийством мамы, но все происходило при лорде Насилмэ. Дело тогда закончилось Правом Мага и госпитализацией недоумка, посмелевшего усомниться в добром имени эльфийского посла и его непредвзятости в раскрытии ужасного преступления. А обиженный и разозленный целитель, должна заметить, это все равно, что голодный дракон. То есть жутко опасный.

Не хватало еще, чтобы меня, ко всем моим прочим неприятностям, еще и легкодоступной женщиной считали. Или извращенкой какой.

Так, надо думать о позитивном, а то от последней мысли меня аж затошнило.

В дверь аккуратно постучали и через мгновение в кабинет вошел Рон, держа в руках тонкую папку.

— Мэтр Влас, — обратился он к начальству, — поступили предварительные данные по ущербу.

— Положи на стол, — произнес мэтр, насмешливо глядя на драконов. Те имели такие лица… решительно настроенные не отдавать кровно нажитое золото.

Рон, положив папку на стол, вышел, а ректор продолжил объяснять драконам, что они должны покинуть территорию Академии. Причем объяснял основательно — в качестве веских аргументов на стол была поставлена пузатая бутыль с коньяком и открыта коробка с горьким шоколадом.

Пока мэтр Влас изволил напиваться в хорошей компании, я решила заглянуть в папочку. Ну, нужно же знать на какую сумму мы с Эми отличились. Цифра на первой странице повергла меня в шок. Только на кухне ущерб составил более трех тысяч золотых! Что собственно не удивительно, если учесть, что некромантическая волна уничтожила все съестные припасы. Абсолютно все, включая крупы, специи, даже соль.

Решительно пробежала глазами по второму листу. Ага! Эмина некромантия полностью накрыла все четыре этажа женского общежития вместе с подвалом, и начала по спирали распространяться вширь, захватывая все новые территории. Так кроме самого здания и прилегающей к нему площадки с качелями и цветочными клумбами, пострадали еще и котельная, прачечная, купальня с бассейном. Губительная волна на этом не остановилась и мертвенно-зеленым огнем опустошила первую цветочную теплицу, пробежалась по малому тренировочному полигону и уперлась в одну из библиотек, где и замерла, не сумев пробить защиту.

При этом некромантическая волна на своем пути уничтожила все, что относилось к понятию «живое» и воскресив мертвое. Конечно, крупных тел таких, как кошки или собаки, на территории Академии и не сыщешь, но и зомби муравьев или комаров могут доставить море неприятностей.

Хорошо, что морг, кладбище и все прочее некромантическое находится в другом конце академического города. Равно как и лаборатории алхимиков и артефакторов.

С ужасом отложила листок и посмотрела на третий. Тут я увидела несколько строк с суммами ущерба. Первая — общий ущерб академии. Пятнадцать тысяч золотых!

Сердце мое быстро-быстро забилось и я почувствовала, как кровь течет по венам. Сглотнув слюну, глянула ниже. Предварительный ущерб личному имуществу студенток, проживающих в женском общежитии, оценен в сто двадцать три тысячи семьсот четыре золотых! Чего? Откуда такая сумма? Да у нас студенток, которые могут позволить себе столь дорогую косметику и парфюмерию, по пальцам пересчитать. Да и не наберется ее на такую сумму. Что-то темнят наши дамы!

Одинокой строкой, странной и, казалось бы, лишней, числился ущерб от взрыва, который я учинила. Всего пять золотых. Даже обидно как-то стало.

Но самое печально, что двадцать три студентки были госпитализированы, не сумев защититься от губительной некромантии.

От сильных переживаний проснулся аппетит и я принялась поглощать обед. Увлеклась и не заметила, что драконы ушли, а мэтр Влас с улыбкой смотрит на меня.

— Что? — Вопросила я, оглядываясь по сторонам.

— Вот думаю, что тебя так разволновало, — лениво протянул маг, посмотрел на документы, принесенные Роном.

— Ни монеточки не дам! — Слова вырвались прежде, чем я сообразила, что говорю.

— И почему я не удивлен? — Философски вопросил мэтр. Опять с улыбкой глянул на меня, а потом серьезно сказал, — за разрушенную стену придется заплатить, либо отработать. Остальной ущерб к тебе не относится.

Бедная Эми!

— Но-но, — грубо остановила я мэтра, — Эми моя сестра. Младшая рода. Поэтому ее долги — мои долги. Но я ни монеточки не дам. Пусть драконы оплачивают. Это они во всем виноваты.

Ректор откинулся на высокую спинку своего рабочего кресла, прищурил глаз, а потом сказал.

— Ты не права.

Я возмущенно подпрыгнула и уже готова была снова встать на защиту своих денежек, но была остановлена ректором.

— Успокойся, Василика. Натан и Ашеро, конечно, виноваты, но стену взрывала ты, а Силу не удержала Эми. Впредь контролируйте себя! А вообще, корень проблемы, — продолжил маг, — кроется в несоблюдении мер безопасности. Вахтерша, достопочтенная госпожа Вайха, поддавшись очарованию Натана, пропустила его и Ашеро на территорию женского общежития, где мужчинам без сопровождения старших женщин, коменданта и дежурной по этажу, находиться запрещено. И что совсем уж возмутительно, вахтерша воспользовалась запасным ключом, чтобы впустить драконов в твою комнату, из-за чего сигнальные маячки не сработали и не предупредили, что в закрытое помещение вошли посторонние.

Прав! Во всем прав! Но… мои денежки. Большой и зеленый дракон внутри меня рыдал, но не был готов расстаться даже с одной медной монеткой.

В очередной раз шмыгнула носом и посмотрела на мэтра взглядом самого бедного, голодно, обделенного и несчастного дракончика.

— Хоррррошо, — поморщился маг. — Я что-нибудь придумаю.

И придумал.

Через пятнадцать минут в кабинет вошли мой декан магистр Рейнер и преподаватель по стихийной магии магистр Джордан. Мэтр Влас передал меня им с рук на руки и суровые магистры повели меня на отработку. Честное слово, лучше бы я деньгами отдала! Что такое пять золотых? Тьфу. Эти изверги сначала полтора часа стояли над душой, пока высчитывала параметры заклинания, затем еще час мучили, чтобы я самостоятельно нашла ошибку. Затем я магичила, восстанавливая стену, деревянные рамы, стекло… После чего почувствовала, что выдохлась, но нужно было еще починить мебель. Магистр Джордан отпустил меня, сказав, что продолжим после обеда, сейчас мне необходимо отдохнуть и поесть.

Пообедать решила в главном корпусе Академии. Хотя можно было пойти столовку мужского общежития, которая была ближе, да и не была я там ни разу, но мне очень нравилась атмосфера столовой ГУКа. Да и не столовая это была и самый настоящий ресторанчик с высокими стрельчатыми окнами, темными бархатными гардинами, небольшими круглыми столиками и уютными плетеными креслами. Проштрафившиеся студенты-официанты в белых фартуках разносили подносы, на которых стояли тарелки с борщом, пюре и котлетами и стаканами никогда не заканчивающегося компота.

В столовой оказалось неожиданно много народа. Странно как! Время обеда давно прошло, а до ужина еще далеко. Остановилась в дверях, выискивая свободный столик. Не хотелось бы к кому-нибудь подсаживаться — на вопросы отвечать придется. На меня и так все уставились, когда я показалась в дверях. Такой реакции я не удивилась и поморщилась, вспоминая какие слухи поползли всего через двадцать минут после взрыва в моей комнате.

О том, что в мою комнату пробрались два дракона, было известно всем. И то, что я стену разнесла, пытаясь их выгнать из комнаты, — тоже. На это относительно достоверные факты закончились и начались вымыслы. Взять хотя бы то, что некромантическую волну пустил издыхающий дракон, которого я собственноручно удушила своими нежными пальчиками. По второй версии, я и Эми спрятали в комнате ужасного монстра, который, умирая в жутких муках, и высвободил магию смерти. Монстра конечно же прибили драконы. Притом говорят еще, что и сами чешуйчатые померли после кровопролитной битвы от ядовитых укусов. На слуху была и еще одна версия, которая мне больше всего понравилась. Драконы, гадкие растлители, ворвались в мою комнату, когда я переодевалась, с намерением надругаться над моим телом и душой, но мэтр Влас успел спасти меня в последнюю секунду, надрав ящерам уши и погнав их пинками с территории Академии.

Нет, ну надо же такое придумать! Интересно, как мэтр Влас отреагировал на новость о своем подвиге?

Свободный столик нашелся. Я уселась, заказав стандартный обед, в уме составляя список всех погибших вещей. Все тетради и письменные принадлежности, а также часть учебников, которые я не поставила на полку. Да и саму полку разнесло, но часть книг все же уцелело. Эмин стол тоже пострадал, обгорев наполовину. Ей тоже придется покупать тетради и ручки с карандашами. Кровать и постельные принадлежности. Мелочевка всякая. Расходы меня не радовали, но не все можно восстановить магией.

Быстро поев, вернулась в женское общежитие. Здесь кругом шныряли некроманты-старшекурсники под руководством магистра Алена — делали зачистку территории от зомби насекомых и эманаций смерти. Вошла в свою комнату, когда магистр Джордан заканчивал восстанавливать защитные плетения.

— Ты быстро, — пробормотал он, внимательно рассматривая свою работу. — Я думал, что к сестре сбежишь.

— Так еще работы полно, — я показала на тот угол, где должна стоять кровать.

— И все-таки, хорошо, что защита оказалась слабой и стена обвалилась, гораздо хуже было бы, если бы твой огненный залп отзеркалило.

— Продолжим работу? — Предложила я, не желая думать о таких страшных вещах.

— Да, нужно починить, кровать и стол. Можно еще попробовать восстановить ткань, но белье проще купить.

— Посмотрим по обстоятельствам, — буркнула я, начиная расчеты для починки кровати.

Через три часа я, страшно усталая и магически опустошенная, поплелась в мужское общежитие ужинать. Столовка у них оказалась точно такой же, как и у нас. Довольно светлое помещение с длинными дубовыми столами и лавками. Официантов не было, еду нужно было брать самостоятельно на раздаче, выстояв небольшую очередь.

Пока стояла в очереди, с большим интересом выслушала еще одну версию произошедшего. Оказывается я, вертихвостка нехорошая, втайне от мэтра Власа, с которым меня некоторые уже давно поженили, завела роман сразу с двумя драконами. Ректор, узнав, что я ему не верна, страшно разгневался, ворвался ко мне в комнату в разгар «измены». Драконы испугались гнева мага и сиганули через стену и, чтобы запутать следы, напустили некромантического туману.

Еду заглатывала, практически не жуя. Это надо же такое придумать! Совсем наши ополоумели. Да еще и смотрели на меня с таким ненормальным гастрономическим интересом. От греха подольше я решила скрыться в больничной палате сестры.

— Мда, — протянула Эми, выслушав меня. — Что будешь делать?

— А что тут сделаешь? — пожала плечами я. — Побузят немного, да успокоятся. Тем более ничего такого и не было. В прошлом году сложнее было — нас едва не поженили прямо во дворце. И то выкрутиться удалось.

— Ага! — Хихикнула сестра. — Это первое сентября запомниться всем надолго!

— Есть чем гордиться!

Через три дня все пришло в норму — ремонт в комнате я доделала, полностью восстановив мебель, купила тетрадки и ручки, натаскала из библиотеки новые учебники. Эми окончательно поправилась и целители ее отпустили. Еще мы обе пересдали теорию и практику контроля Силы и стали посещать уроки медитации каждый день.

Пострадавших студенток тоже выписали. Никто из них не заболел и необратимых последствий не получил. Вахтерша, госпожа Вайха, отделалась суровым внушением и поклялась никогда больше не впускать в общежитие мужчин.

Чтобы хоть как-то возместить ущерб студенткам, мэтр Влас выдал всем по десять золотых на покупку лекарств первой необходимости, новых чернил, кое-какой косметики и прочих милых женских вещичек, которые пропали в результате потери контроля над некромантической Силой. Этой суммы было более чем достаточно, чтобы компенсировать утраты, но некоторые леди были крайне недовольны — этих денег было мало, чтобы купить духи из эльфийских роз. Мэтр Влас весьма жестко оборвал все претензии, сказав, что столь дорогие вещи запрещены в Академии, но имеют место быть лишь по тому, что женские сумки не досматриваются при прибытии студенток. В отличие от мужских. Дамам пришлось заверить ректора, что они всем довольны и что проверять сумки не потребуется и далее.

Меня же с Эми лишили стипендии на все оставшиеся годы обучения. Это не радовало, но мэтр Влас был настроен решительно и слушать ничего не стал.

Хорошо что он отменил запрет на выход из Академии для нас. И первый выходной мы с Эми решили провести в городе. Посидеть в кафешке и прогуляться в столичном парке.

Обожаю раннюю осень!

В измученный жарой Адрастерион наконец-то пришла долгожданная прохлада. Солнце все еще по-летнему яркое, но больше не жалит нежную кожу и совсем не требуется брать с собой зонтик, чтобы прикрыться от жарких лучей. Солнечный свет теперь другой! Он нежно ласкает кожу, даря последнее тепло. Воздух чист и ароматен. Он наполнен запахами осенних цветов, что растут на пышных красочных клумбах, спелых груш и яблок.

Я и Эми, накинув на плечи легкие шали и шурша опавшей листвой, неспешно шли к Центральным воротам Академии. Нам хотелось отдохнуть в тепле и уюте Королевского парка, полюбоваться на разноцветные краски осени и покормить уточек, которые за последние десять лет окончательно угнездились на городском парковом пруду.

Однако нашим планам не суждено было сбыться. Еще на подходе к воротам я увидела Натана. Дракон, для которого вход в Академию был закрыт, явно скучал. Интересно, сколько он ждет? Ведь ему не было известно, что именно сегодня, сразу после обеда, мы отправимся гулять. Неужели с самого утра поджидает?

С Натаном не хотелось встречаться. Я остановилась, как вкопанная, закусив губу в раздумьях, попятилась назад, но остановилась, злобно глядя на дракона. Почему из-за некоторых нехороших личностей, я должна отказаться от долгожданной прогулки? Тем более, что нас заметили.

Натан сначала обрадовался, потом резко напустил на себя жалобно-страдальческий вид и просяще уставился на меня. Я же, высоко задрав нос, прошла мимо, принципиально не глядя на него.

— Василика? — послушался за спиной растерянный голос.

О, чудо! Ко мне обратились по полному имени. На моей памяти — это первый раз.

— Василика, ты даже не посмотришь, что за подарок я тебе приготовил?

Подлец! Ведь знает, на что меня можно поймать!

Большое и зеленое, сидящее внутри меня, заставило повернуться и заинтересованно уставиться на коробку в руках дракона. Ням-ням, шоколадные конфеты!

Я быстро справилась с собой и снова напустила высокомерно-неприступный вид. Подумаешь конфеты! А ты молчи, зеленая сладкоежка! И руки прочь от коробки!

Конфеты я все же приняла и, развернувшись, гордо двинулась по намеченному пути.

— Василика? — опять все тот же потрясенный голос. Натан, наверное, сегодня побил все рекорды по удивлению! — Василика, ты даже не поговоришь со мной?

Я бы ушла! Честно ушла и даже не оглянулась бы! Но светлое и пушистое заявило, что дракона как минимум поблагодарить нужно за подарок, а как максимум выслушать то, что он хочет сказать.

Проклятье! Почему в моей душе бунты начинают подниматься, как только на горизонте появляются гадкие чешуйчатые?

Со стоном повернулась и даже улыбнулась Натану, отчего он вздрогнул и сделал шаг назад. Приподняла бровь, как бы вопрошая, чего надобно. Натан напустил на себя жалостливый вид. Я поджала губы. Натан тяжело вздохнул.

— Послушай, Натан, мы спешим, — прервала Эми нашу пантомиму. — Если хочешь что-то сказать — говори.

Натан с полминуты раздраженно смотрел на сестру, растеряв весь свой несчастный вид, затем кивнул каким-то своим мыслям и перешел к сути дела.

— Я пришел извиниться, — заявил он, отчего я и Эми удивленно переглянулись. Виданное ли дело — дракон извиняется! — Мы не имели права мешать тебе учиться и… взрослеть. Ты ведь еще совсем девочка!

— Не такая я уже и девочка, — ворчливо отозвалась я, — мне уже шестнадцать и я могу выйти замуж!

— Да хоть сейчас! — Заявил Натан, но увидев мои поджатые губы, снова напустил на себя несчастно-просящий вид и протянул, — ты ведь простишь меня?

Хотелось сказать «Нет!» и гордо развернуться, оставив гадкого чешуйчатого ни с чем. Но! Две мои сущности, словно сговорившись, потребовали простить его. Эльфийскую часть души могу понять, но драконья-то с чего? Что? Укусить его хочешь? М-да.

— Хорошо, Натан, — сквозь зубы выдавила я, вздохнула и спокойно продолжила, — я прощаю тебя. Но! Чтобы такого больше не было и еще ты разрешишь мне себя укусить.

— Заметано! — неподдельно обрадовался дракон, схватил меня в охапку и закружил.

Когда драконья радость утихла и меня отпустили, было решено, что мы пойдем в очень тихий и уютный ресторанчик, где нас дожидается еще один жаждущий получить прощение.

Вот же ж!

А чего они вместе не пришли?

На этот вопрос Натан просто пожал плечами и сказал, что Ашеро ужасный перестраховщик.

— Ты это серьезно насчет «укусить»? — Шепотом, чтобы Натан не услышал, поинтересовалась Эми и так глянула на меня, что я поняла — вопрос замять не удастся.

— Более чем, — кивнула ей. — И не спрашивай почему. Просто очень хочется.

Дракон не обманул — ресторанчик и вправду оказался очень тихим и уютным. Располагался он в районе богачей в двухэтажном здании с садом на крыше. Стены здания полностью были увиты цветущим вьюнком, отчего казалось, что перед нами огромный куст над которым поработал садовник-гигантофил. Яркие клумбы и выстриженные фигуры из кустов только подтвердили эту догадку.

Мы вошли в ресторан и к нам тут же подошел один из работников. Затем нас проводили на крышу, где среди пышных деревьев и кустов располагались несколько беседок. Мы вошли в одну из них и увидели Ашеро.

Чернокрылый тут же встал, встревожено глядя на меня и Эми. Поклонился, приветствуя нас, и, чуть растягивая слова, произнес:

— Василика, Эмирьяра, прошу простить меня. И чтобы восполнить потери, понесенные Эми, я подготовил подарок. — Мы с сестрой заинтересованно глянула на стол, где стоял большой стеклянный короб. В коробе кто-то был. Приглядевшись, обнаружила, что это паук. Нет, это паучище! Ужасное чудовище!

Я скривилась от отвращения, а вот Эми жуть как обрадовалась. Ну еще бы! Не каждый день встречаешь красноспинного песочного дьявола из семейства драконьих невест. Агрессивный, очень активный, невероятно прыгучий, гигантский (размером с кошку) паук, обладающий токсичным двусоставным ядом. Эти членистоногие преобразовывать яд в своих жвалах под свои нужды. Если нужно просто обездвижить жертву, они впрыскивают один яд, если убить — меняют состав и укушенный за пять дней заживо сгнивает. Известен только один антидот — убойная доза неразбавленной драконьей крови. Но драконья кровь сама по себе весьма токсична и можно приобрести ряд других заболеваний. А может и нет. Тут как повезет. Но от яда красноспинного дьявола точно излечишься.

Живут эти твари исключительно на жарком юге орочьей пустыни или в пещерах драконов-самцов, которые заводях их в качестве домашних любимцев (отсюда и название семейства «Драконьи невесты»).

Питаются всем, что поймают: мелкими и крупными животными. Могут скушать человека целиком.

Считаются одними из самых опасных созданий в мире.

Ашеро, видимо, с ума сошел, раз притащил песочного дьявола в самое сердце Адрастериона. Паук даже в качестве низшего зомби будет крайне опасен.

Я ошиблась. Дьявол был жив живехонький. Эми постучала ноготком по прозрачной стенке — и паук забесновался в явно тесном для него стеклянном коробе. Шипел и подпрыгивал, устрашающе стуча жвалами.

— О! — Выдохнула сестра. — Просто мечта!

— Понравился ли вам мой подарок? — улыбнулся Ашеро.

— Да!

— Нет!

Одновременно сказали я и Эми. Потом посмотрели друг на друга: сестра вопросительно и просяще, я — с брезгливым отвращением.

— Он не будет жить в нашей комнате! — Твердо заявила я и добавила. — Даже в качестве зомби.

— Ну, Ликусечка, ну, пожалуйста.

— Эми, нет, — поморщилась я. — Он ужасен!

— Он прекрасен! — не согласилась со мной сестра. — Я все равно возьму его! Потом придумаю, куда деть.

— Отлично! — Обрадовался Ашеро. — Раз мы помирились, предлагаю это отпраздновать!

Вот ведь… гад чешуйчатый! Подарил сомнительный подарок и считает, что я его простила. Ну да ладно, кто старое помянет — тому глаз вон. Тем более, что подали пирожное и чай. Да и Ашеро старался — к оркам ходил, паука ловил. Прощаю!

Дальше в течение получаса я наблюдала занимательную картину из разряда «проучи неблагодарного возлюбленного». Эми вовсю флиртовала с Натаном, который с удовольствием принял правила игры. Еще бы ему не нравилось — сестра чудо как хороша! Темно-синий атлас плотно облегал тонкий стан и оттенял идеальную белизну кожи. Длинные белокурые волосы Эми собрала в красивую косу, которую то и дело перекладывала с одного плеча на другое. Еще она часто вздыхала, привлекая мужское внимание к неглубокому декольте. Натан с огромным удовольствием смотрел на то, что предлагала ему сестра. А Ашеро едва ли не рычал от досады и уязвленного чувства собственника — некогда надоедливая поклонница переметнулась к конкуренту.

К слову, на чернокрылого Эми не обращала никакого внимания. Принципиально!

Еще в августе в поисках рецепта от неразделенной любви Эми решила, что даст шанс любому ухажеру завоевать ее сердце. И с тех пор понеслось. Сестра постоянно ходит на свидания. Ей ежедневно дарят подарки. Из-за нее случаются драки и дуэли. Но сердце ее так и осталось неизлеченным. И вот прямо сейчас Эми упивается своей небольшой, но сладкой победой.

Ну что же Ашеро второй раз сестра тебе просто так не достается. Ох, и не просто тебе придется! Ой, как не просто!

Стоило мне об этом подумать, как о себе дали знать мои сущности. Обе! Зеленая и большая ревниво прорычала, что драконы МОИ женихи! Почему они оба ухаживают за ДРУГОЙ?! А светлая и пушистая еще напомнила, что не более часа назад кое-кто готов был жениться!

Я едва не подавилась горячим чаем. Замуж на Натана? Нет уж, увольте! Мне хотелось бы кого-нибудь более основательного, серьезного, верного и чтобы хрясь кулаком по столу и «Все будет так, как я сказал!».

Из всех знакомых мне мужчин под описание идеально подходит только мэтр Влас. Но ведь он мой ректор и учитель и я должна его слушаться. Не во всем, конечно, но во многом.

Эх, где же ты — мужчина моей мечты?!

Пока я сама себе задавала философские вопросы, в беседку вошел Ашинарри. Высокий, плечистый, стальные мышцы угадывались под тонкой тканью рубашки, интересная экзотическая внешность и характер решительный, жесткий, властный.

«Просто мечта!» — подумала я, а следующее ввергло меня в шок.

«Зачем ты отдала такого мужчину Найдин?!» — оглушая меня, завопила моя драконья сущность.

«И вправду, зачем ты его отдала?» — возмущенно спросила эльфийская часть души.

«Я отдала?» — обижено вопросила я у… самой себя, — «Да вы сами только „за“ были! Так что нечего меня винить!».

Пока шла внутренняя борьба, рядом со мной устроился Ашинарри, приобнял и поцеловал в макушку, а затем протянул белый конверт запечатанный сургучом. Я машинально взяла и вскрыла конверт.

— Приглашение на свадьбу, — прочитала я, — Дорогая Василика, мы будем невероятно рады разделить с тобой один из самых счастливых моментов нашей жизни и приглашаем тебя на праздник, устроенный в нашу честь… — я оторвалась от письма и посмотрела на Эми, которая тоже получила подобное письмо. Мы ошарашенно переглянулись, затем продолжили читать.

Свадьба была назначена на первое октября. Это совсем скоро — меньше месяца осталась.

— Почему вы так спешите, — поинтересовалась я у Ашинарри. — То есть я очень рада за вас и буду счастлива посетить ваш праздник!

— Нам нельзя откладывать, — ответил дракон, и все стало понятно — Найдин ждет ребенка!

— О, поздравляю! — Радостно воскликнула я. — Я так рада за вас!

— Спасибо! — улыбнулся Ашинарри и кивнул на бумаги на столе. — В конверте еще одно письмо! Прочти!

Я заинтересовано схватила конверт, заглянула в него и достала еще один листок.

«Василика! Я невероятно, безмерно счастлива!» — Гласило письмо. — «Именно благодаря тебе я встретила свою любовь, которую уже и не надеялась найти. Кому нужны старые девы? Никому! Поклонникам и воздыхателям нужно было только мое так внезапно вернувшееся богатство! Но не я сама. Ашинарри отличается от столичных лордов — ему нужна я сама! Только я, а не мои деньги!

Василика, говорю тебе спасибо! Ведь благодаря тебе я люблю и любима! Я люблю самого великолепного в мире мужчину: сильного, решительного, но нежного и чувственного.

Ашинарри сделал мне предложение руки и сердца!

Я до сих пор не верю в это! Я выхожу замуж за этого невероятного, непостижимого мужчину!

Василика, прошу поддержать меня в самый счастливый и хлопотный период моей жизни и быть одной из моих подружек невесты.

С надеждой на согласие и поддержку, твоя Найдин».

— Я буду подружкой невесты! — Радостно завопила я размахивая письмом, заглушая внутренние разборки моих сущностей. Что-то они сегодня чрезмерно активны! — А я подружка невесты! А я подружка невесты! Бе-бе-бе!

— Ты как маленькая, — прокомментировала мое поведение Эми. В ответ я показала ей язык. Сестра покачала головой.

— Ашинарри, передай Найдин, что я согласна. И завтра… Мммм, да завтра, приду к ней для решения предсвадебных хлопот! Найдин уже выбрала фасон платья?

Дракон замял вопрос и вообще отказался что-либо рассказывать про себя и Найдин, переведя тему на красноспинного песочного дьявола.

— Прекрасный экземпляр! — похвалил он Ашеро. — Для охран самый раз, хотя Черные душегубы более эффективны.

— Да, — поддержал разговор Натан, — они не столь ядовиты, но более стойки к заморозкам. У меня дьяволы не прижились — слишком холодно.

Фу! Использовать мерзких тварей для охраны. Да эти пауки и хозяина слопают при первой же возможности!

— Давайте не будем о пауках! — возмутилась я.

— А о чем ты хочешь поговорить? — Поинтересовался Натан.

— Кое-кто обещал, что даст себя укусить…

В ответ мне протянули чешуйчатую ладонь. Я непонимающе глянула на нее, подтянула ближе, а потом как… Ам!

Сижу, жую драконью ладонь, стараясь разодрать плотно прилегающие друг к другу чешуйки, и гадаю об истоках таких странных желаний и о том, как часто они будут меня посещать. Мужчины смотрят на меня с умилением. Ашинарри даже погладил меня по голове и чмокнул в макушку.

Спустя минуту я выплюнула недожеванную натанавскаю ладонь.

— Ну и как? — Поинтересовалась Эми.

— Невкусная! — Надула губки я.

К Академии подходили с опаской. Стеклянный короб с пауком Эми несла под пологом невидимости, впрочем, мы наложили на него еще семь разных щитов, но все равно была вероятность, что опасный подарок засекут и конфискуют. И разборок с ректором не миновать. А если и пронесем незаметно, то ребром встанет другой вопрос — куда девать паука? Он опасен, крайне опасен и без присмотра оставлять его нельзя! Но Эми несмотря ни на что наотрез отказалась возвращать подарок.

Мы постояли около Южных ворот несколько мину, собираясь с духом. Их мы выбрали из-за того, что здесь редко кто ходил, и охрана была минимальной. Надеялись на удачу, но как только мы сделали первый шаг по территории Академии, все пространство в радиусе десяти метров залило красным светом, завыла сирена, стало трудно дышать и двигаться. Через пару мгновений нас парализовало окончательно и стали ждать, когда за нами придет начальник службы охраны.

В сложившейся ситуации радовало только одно — вопрос, куда девать опасного паука, отпал сам собой.

— Вы вынуждаете меня идти на крайние меры, студентки! — Сурово отчитывал нас мэтр Влас.

На сигнал первой степени опасности к Южным воротам прибыл лично ректор. Увидав нас, мэтр Влас возвел свои голубые очи к небу и страдальчески вопросил, чего мы в этот раз удумали. Мы промолчали, не потому что нам нечего было сказать, а потому что не могли даже пискнуть. Охранное заклинание действовало должным образом.

Когда нас выпутали из охранных систем, ректор повторил свой вопрос, но и этот раз мы промолчали, строя самые невинные мордахи и с непониманием смотря на окружающих, намекая, что вообще не вкурсе, что и почему все это произошло. Мэтр Влас хмурился в ответ. Я же радовалась, что мы так здоровски зачаровали короб, что его не видит такой опытный и сильный маг, как мэтр Влас.

Нас обыскали и естественно ничего не нашли (Эми умудрилась опустить короб на землю и оттолкнуть на обочину, а же незаметно замела след). Ректор и начальник службы охраны вынуждены были признать, что сработал ложный вызов. Нас отпустили, и мы даже успели отойти шагов на двадцать, притворно возмущаясь, но случилось непоправимое: один из работников охраны, запнулся о наш невидимый короб. И вот мы, виновато опустив голову, стоим посреди ректорского кабинета и на нас недовольно взирает не только мэтр Влас, но и наши декады и заведующие кафедрами.

— Если вы меня не поняли, то я намекаю на отчисление, студентки, — все также сурово продолжил отчитывать нас ректор.

Я вздрогнула и подняла голову, увидела хмурого мэтра, серьезных профессоров и снова опустила голову. Отчисление, конечно, нехорошо, но и не смертельно. За меня, как за Повелителя стихий, дракона, эльфийку, одним словом перспективного мага с огромными возможностями, магистры и мэтры передерутся, чтобы взять в ученицы. Эми же к себе возьмет мэтр Утан, но о нем, как о наставнике, ходят страшные слухи. Учиться у него не просто, но высший некромант гарантированно раскроет все грани таланта.

— Согласитесь, что причина для этого более чем весомая, — на этих слова все находящиеся в кабинете ректора посмотрели на стеклянный короб, в котором был заключен красноспинный песочный дьявол из семейства драконьих невест. Короб висел в метре от пола, укрытый мощнейшими щитами, которые переливались всеми цветами радуги. Красиво…

— Дактилоскопическое исследование, — продолжил ректор, — показало наличие ваших отпечатков пальцев. Вы и дальше будете утверждать, что не знаете, как короб оказался на территории Академии? Мне менталистов позвать?

Отвечать я не хотела, но и Эми молчала, судорожно кусая губы. Осмелилась поднять голову — узрела сурового мэтра Власа, который ждал ответа. Покаянно опустила голову и тихо ответила:

— Это подарок Ашеро…

— Опять эти драконы! — Зло бросил магистр Рейнер Грасси, мой декан. — Леди, как вам ума хватило принять столь опасный дар?

— Гоша очень милый, — осмелилась подать голос Эми, — и почти совсем неопасный…

— Гоша? — Хохотнул магистр Ален.

— Не смешно, Ален! — Еще более обозлился магистр Рейнер. — Это все твое влияние! В последние годы некроманты совсем перестали чувствовать грань дозволенного, рискуя не только своей жизнью!

— Зато мы развиваем свою науку, а вы, стихийники, все топчитесь на месте, в ожидании чуда!

— Хватит! — Мэтр Влас оборвал спор, ударив ладонью по столу. — Я даю вам последний шанс, студентки. Еще хоть один даже мелкий проступок и я вас отчислю!

На этих словах мы испуганно вздрогнули и уставились на мэтра, широко раскрыв глаза.

— Ален, — продолжил распоряжаться мэтр, — твоей студентке совсем нечем заняться, обеспечь ей соответствующее времяпрепровождение!

— Будет исполнено, — спокойно ответил магистр некромантии.

— Студентка Фрайхэш, — я снова вздрогнула и удивленно посмотрела на своего декана — разве не он будет решать мою судьбу? Тем временем мэтр Влас продолжил, — вам, как представительнице титулованной аристократии, предстоит всерьез погрузиться в управление собственным графством.

Я непонимающе посмотрела на ректора. Тот пакостно улыбнулся и сказал:

— Минимум раз в неделю будете посещать заседание кабинета министров герцогства Эрхард.

— О нет! — Вырвался у меня горестный возглас.

А мэтр Влас, все также пакостно улыбаясь, добил:

— Я лично переговорю с герцогом! В дальнейшем вам предстоит посещать еще и Совет лордов королевства Адрастерион.

— Мэтр Влас, а может не надо?

— Надо! — отрезал ректор. — Я уже неоднократно говорил вам, что на вас возложены определенные ожидания, и вы обязаны их оправдать!

— Никому и ничего я не обязана! — обозлилась я.

— Я не намерен спорить с глупой избалованной девчонкой! — Сухо бросил ректор. — Я принял решение и, если ты, Василика, хочешь остаться в Академии, будь любезна исполнять!

Я ничего не ответила, но сильно обиделась.

Дальше ректор занялся судьбой паука.

— Что вы намерены делать с дьяволом? — спросил магистр Ален. Было видно, что паук ему был очень интересен.

— Уничтожу, — буркнул мэтр, неотрывно глядя на меня.

Ммм, это он меня уничтожить собрался?

— Гоша хороший, — протянула Эми, шмыгая носом.

— У тебя какие-то планы на паука? — мэтр перевел взгляд на некроманта.

— Да, — тут же отозвался магистр Ален и кивнул на короб. — Это очень хорошая возможность изучить данный вид пауков. Если ты оставишь его, то я с уверенностью могу сказать, что через пару лет в наших лабораториях будет выведен антидот от их яда. Я уж не говорю про десятки научных работ студентов.

— Ну, если смотреть с этой точки зрения, — озадачился ректор, — то да, забирай. Хотя нет, — остановил ректор обрадованного некроманта, — артефакторам и алхимикам он тоже будет интересен, так что определяю его в лаборатории Школы общей магии.

Магистр Ален заметно расстроился, но вынужден был согласиться.

— Вот бы еще парочку таких, — мечтательно потянул некромант и все почему-то посмотрели на меня.

Я фыркнула в ответ.

Вечером я встретилась с Рихаром. Тот признался, что с ним уже беседовал мэтром Власом и что он уже дал свое согласие на то, чтобы я посещала заседания.

— Пойми, Василика, это не прихоть Власа, а суровая необходимость. Тебе нужно научиться управлять своим графством без помощи Дилана, моей или того же Власа. И не только управлять, но и защищать, отстаивать права своих подданных. Для этого нужна практика. Где как не на заседаниях, ты сможешь ее приобрести, разбирая реальные дела?

— Рихар, да чем мне управлять? В моем графстве всего две деревни и небольшой город, в которых живет менее тысячи человек.

— Так не всегда будет, — ответил дракон, и, увидев мой удивленный взгляд, продолжил. — Открою тебе секрет, но не рассказывай никому о нем, даже сестре, — дождавшись положительного кивка, Рихар продолжил, — в планах Алиара за последующие десять лет расширить твое графство раз в двадцать. Ты должна раздвинуть границы на юг и юго-запад, полностью поглотив баронства Фридхолд, Эммерик и Полдти, оттяпать жирный кусок у графа Меинрад и куснуть маркиза Лансо.

— Ничего себе! — Выдавила я, во все глаза глядя на Рихара.

— Ага! — Кивнул тот. — Так что, добро пожаловать на заседания кабинета министров герцогства Эрхард.

Я совсем сникла, печально уселась на кровать (разговор проходил в моей комнате в академическом общежитии).

— Зачем все это?

— Нам нужно максимально бескровно убрать неугодных лордов и показать некоторым, что с драконами лучше не цапаться.

— А без меня никак? — с надеждой посмотрела на дракона.

— Никак, — просто ответил Рихар, обнял меня и поцеловал в макушку.

— И как все это будет происходить? Как я оттяпаю кусок у Меинрадов?

— Об это пока не думай, — нахмурился дракон. — Планы интриг пока разрабатываются, что-то достанется тебе по наследству, что-то благодаря твоей Силе. Ближе к делу определимся. Сейчас не думай об этом, — повторил Рихар, — до твоего двадцатилетия ничего не изменится. Но к этому времени тебе нужно всему научиться.

В ответ я только тяжело вздохнула.

— Знаешь, — вдруг оживился дракон, — у меня появилась идея. Кое в чем Влас все же не прав: тебе для начала нужно набрать вес в обществе, наладить деловые и светские связи, а уж потом за политику браться. В этом да и в последующем году тебе незачем появляться на заседаниях — ничего коме пренебрежения тебя там не ждет. Поэтому предлагаю работу на два года в Верховном Суде герцогства. Будешь в основном наследственные дела разбирать, кражи всякие… Ну, до макрухи я тебя не допущу — не зачем тебе, хотя и это тоже бывает интересно. От тебя потребуется три-четыре часа в день и детальное изучение юридических тонкостей. Согласна?

Я размышлял ровно полминуты. Просто вспомнился Алек и его ностальгические вздохи по работе в Суде. Представила, как я гоняюсь за ворами, ловлю их и съедаю… Эээ, нет, съедать я их не буду, лучше в тюрьму отправлю!

— Согласна! — радостно сообщила я Рихару, уже представляя сотни интересных дел.

— Хорошо, я сообщу Власу о нашем решении. Завтра подпишем договор и примемся за работу.

В понедельник утром я не пошла на первую пару — я с Рихаром и мэтром Власом обсуждали и подписывали трудовой договор. Было решено, что к своим обязанностям личного помощника герцога Эрхард я приступлю в середине октября. К этому времени мне необходимо самостоятельно набрать достаточную теоретическую базу знаний по наследственно-семейному и уголовному праву. Мэтр Влас пообещал, что лично проконтролирует меня, приняв экзамены. Я скривилась, но от этого никак не уйти.

Ближе к вечеру я вместе с Эми спускалась в некромантитеские подземелья. Сестре предстояло узнать свое наказание, и одна она боялась идти. В деканате нам сказали, что магистр Ален в лабораториях общей Школы магии. Пришлось пониматься и идти в ГУК.

Магистр Ален и в правду оказался в лаборатории, где в одиночестве с нездоровым энтузиазмом изучал Гошу. Мы остановились перед стеклянной стеной, где некоторое время наблюдали за действиями некроманта, который был так увлечен работой, что не замечал нас. Но вскоре он поднял голову и, увидев нас, жестом позвал к себе. Эми, сверкая белоснежной улыбкой, едва ли не влетела в лабораторию. Я ее придержала, показала на вешалку, где висели белые халаты. Мы их надели и только после этого вошли через стеклянную дверь к магистру.

— Что вы делаете, магистр? — тут же спросила Эми, подходя к странному коробу из бронированного стекла с двумя дырками. В коробе сидел злой Гоша и яростно стучал жвалами.

— Собираюсь собрать яд со жвал для экспериментов, — проинформировал нас маг о своих намерениях.

— О, можно я? Можно я? Я знаю как надо! — тут же запрыгала Эми вокруг некроманта.

— Подожди, — улыбнулся магистр. Он нажал какие-то кнопочки и короб засветился зеленым светом, который парализовал паука. Паук зашипел, но более ничего сделать не мог. — Аккуратно надевай латексные перчатки, — маг уступил сестре место, встав за ее спиной, — и бери вот эту пробирку и этот нож.

Эми выполнила все указания и, просунув руки в перчатках в дырки, постучала ножом по голове паука. Гоша взбесился — и яд потек по жвалам.

Магистр Ален чуть наклонился вперед, наблюдая как яд стекает в пробирку. Не знаю специально или нет, но его руки оказались на талии сестры. Оба были увлечены действом и ни на кого не обращали внимания. Вдруг Эми чуть повернула голову и страстно выдохнула прямо в губы магистра:

— Вы такой милый!

Магистр Ален чуть удивился, но не отодвинулся, а медленно поднял правую руку по боку сестры, осторожно и нежно провел костяшками пальцев по щеке, убрал волнистую прядку за ушко и чуть хрипловатым голосом ответил:

— Ты очень красивая.

Эми порозовела, снова перевела взгляд на паука, совсем не обращая внимание на то, что рука магистра вернулась на талию, да к тому маг прижался к сестре, дыша той в шею. Затем его левая рука переместилась на живот, чуть сдвинулась вниз, а затем направилась вверх и остановилась под грудью. Еще миллиметр и он обнимет ее.

От сестры пахнуло восторженным интересом, а вот от магистра Алена сексуальным возбуждением. Я решила прекратить все это и напомнить о себе.

— Кхм, кхм.

Эми вздрогнула, едва не выронив почти полную пробирку яда. Магистр повернул голову и воззрился на меня. Я выразительно покрутила пальцем у виска. Глаза мага удивленно расширились и он резко сделал шаг назад. Красная, как вареный рак, Эми заканчивала манипуляции с пауком. Она дрожащими руками установила пробирку в штатив, положила нож в мойку и хотела уже бежать из лаборатории, но я ее остановила, спросив магистра о наказании для нее. Некромант ответил, что Эми наказана до конца семестра, она должна с понедельника по среду отрабатывать после уроков в крыле целителей, выполняя указания госпожи Солле, а с четверга по субботу в подвалах некромантов, убирая за ними после протикумов. Эми скривилась, но кивнула. После чего мы покинули магистра.

— Ты совсем спятила? — отчитывала я сестру, пока мы поднимались в крыло целителей. — Соблазняешь собственного учителя!

— Извини, не знаю, что не меня нашло. — Выдавила она.

Но я не успокоилась:

— Это тебе не ретивый студент, которого можно остановить файером промеж глаз или моим грозным именем!

На этих словах Эми покраснела.

— Извини, — промямлила она, виновато опуская глаза.

— Это взрослый мужчина, — продолжила я ее отчитывать, — который знает чего хочет и умеет этого добиваться! Скажи, оно тебе надо?

— Нет, — поморщилась Эми. — Извини, я и вправду не знаю, что на меня нашло. Но такого не повторится, обещаю! Завтра я поговорю с магистром Аленом. Наверняка ему тоже не нужны неприятности.

— Не нужны, — уверенно ответила я.

Проводив сестру к целителям, я направилась в библиотеку — нужно было взять книги по юриспруденции.

Не смотря на все предупреждения мэтра Власа и на строгое наказание, мы с Эми опять набедокурили!

Был поздний вечер субботы и я с Эми спускалась в одну из лабораторий при морге, где совсем недавно закончилось практическое занятие у старшего курса некромантов. Сестре требовалось прибрать за ними: убрать реактивы в лабораторные шкафчики и холодильники, вымыть скальпели и прочие инструменты, протереть столы, смыть с пола кровь, если таковая имелась, и, самое ужасное, засунуть человеческие трупы, над которыми издевались студенты во главе с преподавателем, в холодильные ячейки в морге.

Вообще, я бы уже отправилась спать, но Эми уговорила пойти меня с ней, мотивируя это тем, что при моей моральной поддержке справится с работой в два раза быстрее. Я и пошла, о чем почти сразу же и пожалела. Сестра за пятнадцать минут, что мы шли от общежития до морга, успела рассказать несколько историй про неудачников-некромантов, которых съели их собственные зомби.

— Я сожру твое сердце! — загробным голосом провыла Эми и открыла дверь лаборатории. Вспыхнул яркий белый свет. — Так-с, что у нас тут сегодня? О, три трупа! Хи-хи-хи.

— Что смешного? — не поняла я ее веселости.

— Входи, входи, что в дверях встала? — обернулась она ко мне, коварно блеснув глазами. — Вот уж не думала, что ты у меня такая трусишка!

— Я вовсе не трусишка! — Праведно возмутилась и сделала маленький шаг внутрь лаборатории. — Я просто трупы не люблю.

— А кто их любит? — тяжело вздохнула Эми.

Она подошла ко мне и заглянула в огромную корзину, в которой лежал неопрятный ком грязных лабораторных халатов.

— Поможешь постирать? — Умоляюще посмотрела сестра на меня. Я тяжело вздохнула и кивнула. — Отлично! — Обрадовалась Эми и ткнула в сторону, — развесишь их потом вот на эту вешалку. А я пойду столы приберу.

С заляпанными непонятными пятнами халатами я справилась быстро, развесила, как и просила сестра на вешалку около входа и решила оглядеться повнимательнее. Ведь я впервые в некромантической лаборатории.

Ничего особенного я не увидела. Большое помещение без окон. Полно шкафов с реагентами и приборами, причем точно такими же, как и у алхимиков — это меня удивило. Есть полки с книгами, свитками и пишущими принадлежностями. Напротив входной двери, три стола. На столах трупы, укрытые белыми простынями. Эми суетилась вокруг них, собирая на большой поднос посуду, которую необходимо было помыть и убрать на полки. В дальнем конце лаборатории на каменном полу была изображена большая черная пентаграмма, которую некроманты использовали в своих обрядах. От нее веяло холодом. Еще было несколько дверей, одна из которых и вела в морг.

Пока я осматривалась, Эми собрала всю посуду, отнесла ее к мойке и принялась мыть.

— Почему ты не используешь магию? — Удивилась я.

Сестра как-то странно посмотрела на меня, то ли удивленно, то ли недовольно, и пояснила:

— На посуде могли остаться следы заклинаний, не говоря уже про реактивы, которые не совместимы с бытовой магией. Может случиться взрыв или несанкционированный подъем нежити. Поэтому вся лабораторная посуда моется обычной проточной водой и дезинфицируется простым спиртом. Неужели тебе об этом не говорили? Или алхимики моют свою посуду магией?

— Тоже водой, — обиженно поджала я губы, упрек сестры мне был неприятен. — Просто я не знала, что и у некромантов дела обстоят также.

— Ну не обижайся, — примирительно протянула Эми. — Лучше помоги мне посуду помыть, а я пока трупами займусь.

— Ну знаешь…

— Ту же хочешь поскорее уйти от суда, — пожала плечами сестра, — так что помогай! — И сунула мне в руки мокрую губку, и отошла к столам.

А меня пронзила внезапная догадка, для чего Эми зазвала меня сюда. И вовсе не для моральной поддержки! Вот уж коварная некромантка! Дождешься ты у меня!

Пока я лихорадочно обдумывала план мести, натирая посуду мылом и споласкивая ее, Эми успела прибрать два стола: убрать реактивы в шкафы, прикатить каталку и с помощью левитации перетащить трупы на нее, отвести их в морг, вымыть столы и протереть пол вокруг них. Попутно она рассказывала очередную байку про некроманта, решившего создать самую могучую нежить. Эксперименты мага, конечно же, вышли из-под контроля и зомби сожрали его.

— Ну вот, почти закончили, — устало произнесла Эми, убирая за ухо выбившуюся из косы прядку. — Один стол остался. Так куда я дела каталку?

— Ты оставила ее в морге, — недовольно буркнула я.

— Точно! — обрадовалась сестра, — сейчас прикачу.

Но до морга Эми не дошла, она резко развернулась и бросилась вон из лаборатории, на ходу сказав, что она внезапно осознала, что ей срочно нужно в уборную, а я могу начинать мыть пол. Только пентаграмму мне трогать не следовало.

Я осталась одна на один с трупом, над которым не более часа назад некроманты ставили эксперименты, с открытым моргом, где «спят», дожидаясь своей участи, более полусотни мертвецов. И как-то боязно стало. И сразу же вспомнились все ужастики, которые сестра рассказала сегодня о внезапно восставшей нежити, о ее кровожадности и мстительности. И сделалось еще страшней.

Стала пристально следить за трупом, если он «проснется», то я его сразу спалю! Я даже заклинание подготовила.

И страшное случилось! Труп пошевелил мизинцем правой руки.

Я моргнула и вперилась в мертвеца в ожидании, что он снова пошевелиться. В моих руках горел мощнейший огненный шар. Но труп лежал спокойно. Тогда я не стала ждать, когда коварный мертвец усыпит мою бдительность и нападет, и сама запустила в него своим файерболом.

Пффф… Рхясь… Бряц… Бумц… Бабах!

Всю лабораторию в одно мгновение заволокло черным едким дымом. Я начала безудержно кашлять, задыхаясь и хватаясь за горло.

«Надо срочно убираться отсюда!», — подумала я и осталась на месте, так как совершенно не понимала, где выход.

Внезапно кто-то жутко завыл, и я не стала дожидаться, когда зомби доберется до меня, и, выпустив мощную струю пламени туда, где, по моему мнению, должен был находиться оживший мертвяк, бросилась в противоположную сторону. Через несколько шагов запнулась обо что-то и со всего маху врезалась лбом о каменный пол. По лицу побежала горячая кровь. Глотая кровь и слезы, поползла на карачках вперед. Внезапно я взлетела вверх и чьи-то руки прижали меня к горячему сильному телу.

Мэтр Влас!

Мой спаситель!

— Две идиотки! Глупые курицы! — Орал на нас ректор. Не ворчал, не шипел, а именно орал, да так, что стены тряслись.

Это пугало пострашнее, нежели восставшие мертвецы. Даже наши бравые магистры, которых срочно вызвали в Академию, оторвав от заслуженного отдыха, втягивали голову в плечи при каждом резком окрике. И им сегодня досталось от мэтра. Я же с сестрой испуганно жалась к стене, молча выслушивая непрекращающуюся ругань в нашу сторону. Рон вообще упал в обморок, когда мэтр Влас в приступе гнева разломал кресло. Он просто приподнял тяжелое кресло из моренного дуба и с невероятной силой шарахнул им об пол, что оно разлетелось на куски. После этого мэтр несколько успокоился, но орать не перестал.

Абсолютное спокойствие и даже веселость сохранял лишь Алиар, который именно этим вечером решил навестить давнего друга. Их душевный разговор за бокалом горячительного и прервал инцидент в лаборатории.

После того как мэтр спас меня, он собрал всех в своем кабинете. Пока дежурная целительница обрабатывала и залечивала мои раны, я рассказала присутствующим магистрам и крайне взволнованной сестре, что произошло. После этого ректор и озверел. Он начал носиться по кабинету и орать.

— Убью! Собственноручно выпорю! Отчислю! Замуж выдам!

— Влас, ты зря разоряешься, — Алиар умудрился влезть со своим мнением, пока беснующийся маг делала вдох для очередной тирады. Мы все посмотрели на дракона. — Василика и вправду видела, как труп пошевелил рукой. По крайней мере, она в это искренне верит.

Мэтр Влас перевел тяжелый взгляд на магистра Алена. Некромант неприязненно посмотрел на меня и в очередной раз уверенно повторил:

— Это исключено! Я лично проверил мертвецов после лабораторной работы. Они все были упокоены.

Тогда мэтр перевел свой кровожадный взгляд на Эми. Сестра с обидой в голосе ответила:

— Я никогда не подшутила бы над сестрой столь мерзким способом. Я не анимировала труп. Я сообщила Лике, что иду в уборную и я там была до того… до того, как…

Эми замолчала, опустив голову. А взгляды мужчин остановились на мне.

— Я и вправду видела, как труп пошевелил пальцем, — чуть осипшим голосом начала оправдываться. — Вот так, — подняла кулак с оттопыренным мизинцем на уровень своего лица и сдвинула палец буквально на миллиметр вперед-назад.

В наступившей гробовой тишине веселый хохот Алиара казался далеким. На мэтра Власа было страшно смотреть. Я опустила голову и съежилась, чтобы стать меньше.

Мэтр Влас тем временем поднял лицо к потолку, сделал пару глубоких вдохов, после чего простонал, спрятав лицо в ладонях:

— Вон. Все вон.

Присутствующие потянулись к выходу. Только я не хотела уходить и даже сделала шажок к мэтру, но наткнулась на внимательный взгляд Алиара. Дракон покачал головой и кивнул на дверь. Я вышла последней.

Магистры ждали нас в приемной. Магистр Рейнер зло уставился на меня и хотел было уже что-то сказать, но его отвлек магистр Ален:

— Пойдем, напьемся. Возможно это наша последняя ночь в Академии.

Магистр стихийной магии моргнул, после чего пропал в телепорте вместе с некромантом.

Я и Эми молча направились в общежитие. Затем молча умылись и переоделись в пижамы. Молча легли в кровати. Долго не могли уснуть, размышляя о своем.

Раз уж магистров Алена и Рейнера могут уволить, то нас точно отчислят. Без права на восстановление.

Утром после завтрака поднялись в кабинет ректора. Мэтр Влас сидел за своим большим столом и перебирал бумажки. Завидев нас, неуверенно мнущихся на пороге кабинета, он поманил к себе и протянул какой-то документ.

— Приказ на отчисление, — прочитала я, холодея.

— Подписывайте, — приказал маг и положил перед нами ручку.

На документе уже стояла его подпись и печать. Не хватало только наших.

— Подписывайте. Мне некогда ждать, когда у вас совесть проснется.

Я взяла ручку и через мгновение в строке «Ознакомлена» была моя подпись. Затем и Эми расписалась.

— Тут дата отчисления не указана, — протянула сестра, а я стала внимательно читать документ. Даты и вправду не было.

Мэтр Влас улыбнулся уголками губ, мрачно посмотрел на нас и пояснил:

— Его высочество принц-консорт Алиар просил за вас — и я не посмел ему отказать. Но, студентки, еще хоть одно мелкое нарекание и приказ будет оформлен должным образом. Свободны!

— Вот уж не думала, что ты такая трусишка! — Воскликнула Эми, когда мы оказались в коридоре.

— Вовсе не трусишка, — возмутилась я. — А труп и вправду пошевелился. Вот так, — я снова подняла кулак с оттопыренным мизинцем и сдвинула палец буквально на миллиметр вперед-назад.

Эми закатила глаза к потолку и мы, взявшись за руки, пошли в академический парк на качели.

Бал, посвященный Празднику Урожая, перевалил за середину. Я, устав от танцев и поклонников, решила скрыться на балконе. Здесь никого не было — ледяной порывистый ветер загнал всех любителей свежего воздуха в бальный зал, да к тому же лил мелкий противный дождь, что тоже не поддерживало желание лордов и леди посетить балкон. Я же наоборот обрадовалась долгожданному одиночеству и, высушив себе небольшой участок, оперлась о резные деревянные перила и подставила лицо ветру и дождевым каплям. Нужно было привести мысли в порядок и остыть немного.

Закрыла глаза, глубоко вдыхая ночной воздух. Как хорошо!

Прошло уже почти две недели с тех пор, как я разнесла лабораторию. Мэтр Влас до сих пор гневался. На обеды и ужины не звал, новостями из дворца не делился, в гости перестал приходить. Да он даже здоровался со мной простым кивком, нарушая все правила приличия!

Было бы из-за чего так обижаться! Я ведь без всяких споров оплатила и ремонт лаборатории, и покупку всех утраченных реактивов, книг, расходных материалов, и даже лицензию на приобретение шести (!) трупов, хотя Академия по моей вине потеряла всего один. И вели мы себя с Эми очень хорошо, прямо как образцовые студентки — ничего не взрывали и не жгли, никого не травили и на территорию монстров не вносили. Хотя в последнем магистр Ален и был очень настойчив, буквально умоляя меня выпросить у Ашеро еще одного песочного дьявола или еще какую-нибудь ядовитую зверюшку. Я была непреклонна, ибо гневить мэтра Власа еще больше опасалась. И так в прошлый раз еле ноги унесли.

Обернулась и через стеклянную гладь посмотрела на объект своих дум. Мэтр Влас стоял в обществе короля и еще пары влиятельных лордов, осторожно придерживая за талию свою новую пассию — леди Ликкари тей Фойлеро. Лорды не скрывали своего интереса к девушке, беззастенчиво разглядывая ее, а вот Алиар враждебно скалил зубы. Мне эта леди тоже не понравилась, хоть и не понятно чем конкретно. Наверное тем, что она кардинально отличалась от тех леди, которых обычно выбирал мэтр — взрослых состоявшихся женщин, умеющих позаботиться о себе и безоговорочно принимавшие те правила игры, которые предлагал им маг. Были они высокими, фигуристыми, чаще всего блондинками. С хорошим вкусом и образованием. И не ведали, что такое стеснительность и смущение.

А эта же… Очень юная, недавно отпраздновавшая восемнадцатилетие, миниатюрная, худенькая шатенка с медового оттенка глазами. Внешне весьма симпатичная, особенно когда так смущенно опускает глаза, при этом щеки ее окрашиваются румянцем. Столь искреннее смущение и румянец при дворе явление редкое и необычное, а потому притягивающее внимание. Леди Ликкари давно бы сбежала куда-нибудь, но мэтр Влас держал ее крепко и заставлял участвовать в беседе.

Несмотря на столь юный возраст, леди Ликкари уже успела выйти замуж и овдоветь. Она родом из обнищавшего затухающего рода Сайас, и чтобы хоть как-то возродить род родители девушки выдали ее в шестнадцать лет замуж (а точнее продали) за старого девяностосемилетнего баронета Грешена тей Фойлеро. Несмотря на возраст и скорую смерть после свадьбы, лорд Грешен успел зачать ребенка. И сейчас трехмесячный наследник рода тей Фойлеро наслаждался обществом нянек, когда его мать развлекается на балах.

Наверное, это-то мне и не нравится. Хотя Эми говорит, что я просто ревную. Причем тут ревность, когда я чую в ней злое намерение? Вон и Алиар со мной согласен.

Отвернулась и выбросила ее из головы. Мэтр Влас взрослый мужчина и сам разберется со своими женщинами.

Подставила разгоряченное лицо холодным каплям. Разочарованно вздохнула — через четыре дня свадьба Найдин, а платье для невесты еще не готово. Три недели — слишком маленький срок, чтобы подготовить свадебное торжество, да еще все портнихи были заняты пошивом нарядов для бала по случаю Праздника Урожая, и пришлось платить втридорога, иначе мастерицы отказывались брать заказ. Хорошо, что все прочее успели подготовить. А церемонию, между прочим, будут проводить Алиар и Амэлтеа! Это огромная честь и опозориться никак нельзя! Если портнихи не успеют дошить платье, я им лично все шевелюры сожгу. И они об этом в курсе.

Холодно. Пора бы вернуться в зал. Повернулась к двери и поняла, что еще хочу постоять в одиночестве, а холод… не страшно. Холод позволяет мыслить трезво.

Вдохнула полной грудью мокрый осенний воздух. Куда деваться от надоедливых поклонников? Сестра умеет их осаживать так, чтобы не портить отношения, не опускаясь до грубостей. А я же… я говорю прямо в лицо, что человек мне неприятен и чтобы он ушел, куда подальше, пока ноги целы. Лорды — народ гордый и сильно обижается на грубость и отвечает грубостью.

Поморщилась, вспоминая лорда Хервона, который попытался зажать меня в укромном углу зала и поцеловать. Я отвесила ему звонкую пощечину, а затем прокляла — след от моей ладони покрылся черной шерстью. После этого лорд попытался натравить на меня мэтра Власа, но я дословно зачитала обоим статью из магическо-правового кодекса, в которой ясно говорилось, что маг имеет право использовать свою Силу против немага, если его чести и достоинству угрожает опасность. Я вынуждена была защищаться, ибо лорд не желал слышать мое «Нет». Мэтр принял мой ответ и неприязненно уставился на Хервона, заявив ему, что если он сейчас соврет, то упадет замертво. Лорд не стал артачится, признал свою вину, извинился и покинул бал. Затем на меня тоже неприязненно посмотрели и напомнили, что мне нужно восстанавливать репутацию, а не порочить ее еще больше. После чего флиртовать я решилась только с Натаном, а с остальными лордами хранила вежливую отстраненность. На контакт идти я просто боялась.

А вот Эми… Эми отрывалась по полной!

Так уж сложилось, что именно сегодня, когда отмечался Праздник Урожая, моей сестре исполнялось шестнадцать лет. Эми хотела отметить день рождение с размахом, но устраивать праздник мы не стали — просто некого было приглашать, все были уже приглашены на бал во дворце. Сегодня утром мы в семейном кругу пили чай с праздничным тортом, а устроить пышный бал решили через неделю после свадьбы Найдин, когда высшее общество немного успокоится.

Нашла взглядом сестру — она была окружена толпой поклонников. Вот уж неугомонная!

Ярко-алое платье шло сестре как ни одно другое. Наверное, если не день рождение, она не осмелилась бы его надеть, ибо такие наряды носят исключительно состоявшиеся абсолютно уверенные в себе женщины. Сам цвет платья был вызывающим, еще более вызывающим было декольте, оголяя небольшую, но красивую грудь практически до сосков, лиф плотно облегал стан, подчеркивая его изящество, пышная, но легкая юбка струилась по длинным стройным ногам. Образ дополняли колье и серьги из черных алмазов в оправе из красного серебра.

Сегодня Эми затмила всех! Даже королеву — признанную первую красавицу королевства. Амэлтеа походила на бледную моль в своем платье цвета летнего неба. И королева это понимала, кусая губы от ревности, когда Алиар пригласил на танец Эми. Он что-то наговорил сестре, от чего ее лицо и шея были такого же цвета, что и платье. Я поинтересовалась, но Эми, схватившись за румяные щеки, сказала, что слишком хорошо воспитана, чтобы повторять такие неприличности. Затем она танцевала с мэтром Утаном, который вернул мне сестру слегка напуганной.

— Ой, Василика! — округлила она глаза и затем прошептала, — он пригрозил, что, если я продолжу в том же духе, то украдет меня и лишит невинности!

— Так и сказал? — С сомнением протянула я глядя на высшего некроманта.

— Ага, — радостно подтвердила Эми, счастливо улыбаясь. — Кажется, он настроен решительно.

— Этого мне еще не хватало! — Пробормотала я, мрачно глядя на мэтра Утана. Надо за ним приглядывать, а то мало ли что.

Сестра еще несколько минут постояла рядом со мной, а затем убежала покорять оставшиеся четыреста двадцать восемь мужских сердец.

В очередной раз вдохнула холодный воздух, обняла озябшие плечи ладонями — я вправду замерзла, пора возвращаться. И даже сделала шаг к двери, но услышала шорох в кустах. Кто это там ходит в столь мерзкую, холодную и мокрую, погоду?

Вернулась к перилам и вгляделась в кусты. Никого не увидела. Только яркая белая точка стремительно приближалась ко мне. Как завороженная, я следила за ее полетом. И даже когда она врезалась в мое тело, вынуждая сделать шаг назад, я совсем не почувствовала боли. Только очень удивилась, когда опустила голову и увидела лохмотья плотного некогда ярко-изумрудного шелка, вывернутые изломанные кости, и кровь, много крови.

Я накренилась влево, а затем начала падать. Я умерла, не долетев до пола, и не увидела, как дверь на балкон сорвало, а затем на пороге показался встревоженный Алиар.

Эмирьяра сидела в окружении поклонников и откровенно упивалась восхищением и обожанием, которое они ей дарили. Однако сердце сжала крепкая рука тревоги за сестру, когда та, ментально предупредив, чтобы ее не беспокоили некоторое время, закрылась и пропала в неизвестном направлении. Беспокойство за Василику все нарастало и нарастало и, не выдержав и пяти минут, Эми отправила одного их своих воздыхателей на поиски, жалуясь остальным, что лорда Эндрю нет слишком долго. Еще через пять минут на поиски пропавшей Василики был отправлен лорд Морган.

— Да что же они так долго ищут Василику? — Возмутилась Эми, хмуря свои идеальные бровки. — Здесь всего чуть более тысячи человек! Неужели так трудно найти одну единственную девушку?

— Успокойтесь, леди Эми, — начал утешать взволнованную чем-то девушку лорд Гордон, целуя ее ледяные пальчики, что было весьма странно, ибо в бальном зале было жарко и душно. — Красавица моя, да вы замерзли!

— Я? — Удивилась Эми, пропустив мимо ушей фамильярное обращение очередного кавалера, успевшего занять место рядом с ней. — Нет, лорд Гордон, — покачала она готовой, одновременно отнимая у него свои ладони. — Я беспокоюсь за сестру. Умоляю, найдите ее. Это очень, очень важно для меня!

— Но, леди Эми, лорды Эндрю и Морган уже ищут ее. Уверен, они уже сообщили вашей сестре, что вы зовете ее. — Лорд Гордон был решительно настроен не покидать внезапно обретенное место рядом с вожделенной красавицей.

— Прошу вас, — пошептала Эми едва не плача, — я чувствую, что с ней вот-вот случиться беда! — И, видя нежелание лорда покидать ее, добавила, — умоляю вас. Умоляю…

Лорду Гордону ничего не оставалось, как подняться и отправиться на поиски, с сожалением отмечая, что его место тут же занял другой.

А Эми уже не могла скрыть непонятно откуда взявшуюся тревогу. Страх за сестру накатывал снежным комом, лишая дыхания, изгоняя все мысли, кроме одной: «Сестра! Найти сестру!».

Эми поднялась со своего места и принялась вглядываться в толпу, абсолютно не обращая внимания на то, что говорили, удивленные ее поведением, лорды. Наплевав на то, что Василика просила не беспокоить ее, Эмирьяра начал лихорадочно создавать поисковый импульс и, когда он поплыл через танцевальный зал, где кружились в вальсе пары, девушка ни мгновения не медлила. Эми, путаясь в длинных юбках, бросилась вперед, невежливо распихивая танцующих, которые то и дело возникали на ее пути. Одно из столкновений привело к падению — девушка неуклюже поднялась, пропустив все замечания о невоспитанной молодежи, и хотела было вновь побежать за маячком поискового заклинания, но замерла, широко раскрыв глаза и запрокинув голову. Ее крик: «Василика!», полный боли, раздавшийся на весь зал, заставил остановиться не только танцующих, но и музыкантов, оторвал от разговоров высокородных лордов и леди и всех прочих гостей бала. Все, абсолютно все посмотрели на изумительно прекрасную юную леди в красном платье, в оцепенении наблюдая, как она схватилась за живот, удивленно распахнув глаза, и как затем упала бесформенным кулем, лишившись чувств.

После этого сразу девять лордов бросились к балконной двери, где догорал зеленый огонек поискового импульса. Алиар был первым — он одним пси-ударом выбил дверь и вбежал на балкон. И замер там, потрясенный открывшейся картиной.

— О, Бескрайние Небеса, — прошептал он, подходя к уже мертвой девушке в изумрудном платье.

— Не трогай! — Приказал лорд Насилмэ, вбежавший на балкон вслед за драконом. — Уйди, Али, сейчас не твое время! Утан! Утан!

Высший некромант, оттолкнув Натана, показался на пороге. Замер там на мгновение, потрясенный, как и остальные, а затем присоединился к эльфийскому целителю, оценивая повреждения, которые нанесло неизвестное оружие.

Натан практически сразу же, как вошел на балкон, спрыгнул в мокрые кусты, услышав едва уловимый шорох. Рихар и Адалард начали расплетать чары, выискивая брешь в защите и отслеживая чужаков на территории дворца. К ним присоединился Алиар.

Бездействовал лишь один мэтр Влас. Мертвое тело Василики с огромной дырой в животе так потрясло мага, что он впал в транс: он стоял, опустив руки и чуть покачиваясь, зрачки его закатились. И на крики лорда Насилмэ о том, что ему срочно нужен алхимик, ибо яд, содержавшийся в неизвестном снаряде, продолжает разъедать плоть, ни как не реагировал.

Алек, пытавшийся привести отца в чувства, поспешил на помощь к целителю. Его место занял Алиар. Дракон не стал церемониться и весьма грубо вывел друга из транса.

— Добро пожаловать в мир живых, Влас, — произнес Алиар, накладывая обезболивающее заклинание.

— Василика! — Прошептал мэтр Влас, с трудом делая шаг вперед.

— Стой ты, — грубо одернул его дракон. — С ней уже работают. А ты мне нужен будешь в другом деле. — И, дождавшись пока маг переведет свой все еще мутный взгляд, продолжил, — Натан поймал исполнителя. Надо допросить.

— Там есть, что допрашивать? — шепотом спросил мэтр, на что Алиар кровожадно оскалил клыки:

— Он разорвал парнягу на части, но голова относительно цела: глаза и мозг не пострадали. Идем. Идем, Влас, мы здесь ничем не можем помочь.

Мэтр Влас последний раз взглянул на тело Василики, на уверенно накладывающего заклинания лорда Насилмэ, на помогающую ему Амэлтеа, на Алека, который аккуратно резал вены Ашеро, на что-то сосредоточено шепчущего Утана.

— С ней все будет хорошо, — уверенно сказал Алиар. — Влас?

Маг на мгновение прикрыл глаза: разве можно восстановить тело после столь сильный повреждений? Но все же нашел в себе илы ответить:

— Да, с ней все будет хорошо. Идем!

Они практически миновали балконную лестницу, ведущую в сад, когда услышали полный горечи крик Эмирьяры, заставивший их вздрогнуть:

— Василика!

Мэтр Влас не выдержал и обернулся. Его взору предстала рвущаяся к сестре Эми и с трудом удерживающий ее Ашеро.

«Ай-яй-яй, как не хорошо! Маги могли потерять концентрацию», — как-то отстраненно подумал мэтр.

И он бал прав: — вслед за криком Эми, раздался грозный голос мэтра Утана:

— Уведи ее!

Когда установилась требуемая тишина, некромант пару раз глубоко вздохнул, обретая былую концентрацию для поиска души Василики.

Странно, но души девушки не было среди живых, и мэтр решил искать ее в Хаосе, для чего стал вспоминать образ живой теплой Василики. Он даже улыбнулся, припоминая тот разнос, который учинила ему эта изумительная девушка, когда выговаривала ему за Эми. Прозвучала даже угроза покусания, и ему, Утану, пришлось дать слово лорда, что перед «позором» Эми, обязательно женится на ней. После этих слов, Василика расслабилась, даже развеселилась и как бы невзначай сказала, что магистр Ален тоже увлечен Эмирьярой. Некромант не нашелся, что сказать на это, ибо на самом деле никаких планов на сестру Василики не строил, слова про бесчестье сами сорвались с губ — Эми напрашивалась на них. Однако, нахмурился и сурово сказал, что со всем сам разберется.

Поднимаясь в Хаос, мэтр Утан держал в голове образ веселой Василики. Это-то, наверное, и помогло ему практически сразу же обнаружить ее и в ужасе замереть — душа Василики плыла в Воронке Перерождений, а точнее прошла уже половину пути.

«Куда же ты так спешишь? — печально подумал некромант, сплетая один из самых надежных арканов. — Неужели у тебя не осталось неоконченных дел здесь на земле?».

Когда заклинание было уже готово и мэтр Утан готов был воспользоваться им, некромант в замешательстве опустил руки, и даже не почувствовал, как заклинание истаяло в его руках. Душа Василики, вопреки всем законам мироздания, резко развернулась и поплыла назад, легко преодолевая силу, которая втягивает души в Воронку.

— Этого не может быть! — Потрясенно выдохнул некромант, впервые в жизни наблюдавший подобную картину, ибо раз уж душа попала в Воронку Перерождений и прошла столь длинный путь по ней, то самостоятельно выбраться ей уже не суждено. Более того, не каждый некромант может ее оттуда вытащить. И сам мэтр Утан не был уверен в успехе своих усилий.

Но душа Василики покинула Воронку и полетела куда-то вверх и вправо, а может быть вниз и влево — пространство в Хаосе понятие весьма субъективное.

Некромант полетел вслед за девушкой, накидывая на нее сильнейшие арканы один за другим, так на всякий случай — он понимал, что если Василика захочет улететь, то вряд ли сможет удержать ее.

«О, это так интересно — Первозданный Хаос! А Воронка Перерождений — нечто невообразимое. И почему ее так все бояться? Сочиняют ужасные истории» — думала я про себя, однако подчиняясь смутному опасению, все же покинула ее и полетела осматривать просторы Хаоса дальше.

Было темно и странно.

Много пустого пространства. Много звезд — ярких, больших и маленьких. Они то гасли, то зажигались вновь. Много сверкающих облаков газа. Много черных пугающих дыр. Много быстрых комет. Много… Да всего много!

Но интересовала меня лишь одна планета, сейчас похожая на крошечную блестящую жемчужину. Я полетела к ней.

Еще находясь достаточно далеко, я начала узнавать ее. Кровавое море, остров посередине и громадный дуб. Неужели… Неужели это тот самый мир, который элементали специально создали для моей дракошки? Для моей зеленой и вредной дракошки.

Подлета совсем близко и в ужасе замерла: крошечный мир, который так часто снился мне, особенно после частичного оборота, выглядел безжизненным. Некогда веселое море более не играло волнами — теперь оно застыло, как желе. Могучий дуб растерял все свои листочки и выглядел старым, лишенным былых сил. Огненный элементаль взирал на это дело устало и отрешенно — ему вновь предстоит восстанавливать этот хрупкий мир. Моей дракошки видно не было, равно как и остальных элементалей.

Обычно во снах я находилась на уровне густой кроны, играя в прятки с воздушным элементалем, и изредка опускалась на остров, помогая огненному поливать небольшой садик, который он разбил рядом с пещерой. Сейчас же я находилась выше, гораздо выше и могла видеть, что мой мир заключен в прозрачную сферу, на которой зияла огромная трещина. Подняла взгляд выше, вгляделась вдаль и в ужасе замерла — на мой маленький, едва не погибший, мир неслась огромная комета.

Я оторопело замерла и… проснулась.

Открыла глаза для того, чтобы узреть белую пелену и снова погрузиться во тьму. Во второй раз, открыв глаза, я увидела над собой сияющую черным сферу. Долго вглядывалась в нее и, в конце концов, признала в ней знаменитого Ловца душ — редчайший артефакт некромантов.

«Неужели здесь есть призраки?» — Подумала, глядя на Ловца. — «А кстати, где это „здесь“?».

Попыталась повернуть голову и осмотреться, но не смогла. Равно как не смогла и пошевелить рукой или ногой.

«Что это со мной?» — Запаниковала я, и пространство вокруг меня залилось красным светом и где-то невдалеке завыла сирена. — «Неужели я опять что-то взорвала? И когда успела?» — Поразилась я. И еще больше удивилась, когда надо мной склонился не разгневанный мэтр Влас, а усталый лорд Ваэн.

Задать тысячу вопросов эльфу я не успела — меня внаглую, без моего разрешения, усыпили.

Третье пробуждение было более продуктивным — еще до того как я открыла глаза, услышала шум моря и крики чаек. Тут мне припомнилось лицо лорда Ваэна, и я поняла, что оно мне не привиделось в странном сне, а что я действительно видела главного целителя и владельца морского курорта на эльфийском побережье.

«Что я тут делаю в разгар первого семестра?» — Задалась я закономерным вопросом и открыла глаза.

Надо мной по-прежнему сиял черным Ловец душ. Еще выше — белый потолок, который расходился в стороны без конца и без края. Светло. Откуда-то справа лились лучи яркого солнечного света. Пахло вкусным морским воздухом.

Больше ничего почувствовать или увидеть я не смогла. Вертеть головой или шевелить конечностями снова не получилось. Пробовала обратиться к магии — не получилось.

«Да что же это такое?» — Снова запаниковала я и, наверное, все снова бы закончилось появлением лорда Ваэна, но надо мной внезапно склонилось такое родное, измученное, с воспаленными глаза и заросшее щетиной лицо мэтра Власа.

Маг аккуратно провел пальцами по моему лицу от виска до подбородка, а я, с трудом разлепив губы, то ли прошептала, то ли простонала:

— Мэ… Вас…

Глаза мэтра вспыхнули радостью и он, наклонившись ко мне, потерся своим носом о мой.

— Как хорошо, что ты меня вспомнила! — прошептал он и снова это жест.

Это было неудивительно, но весьма неожиданно. На мэтра Власа иногда находили приступы нежности, и бывало, что он приставал ко мне со всякими обнимашками и поцелуйчиками в висок. Но если вспомнить в каких отношениях мы были в последнее время… Это было приятно.

У меня было много вопросов, но начать я решила с необходимого:

— Пи… ть, — едва слышно простонала, поражаясь своему слабому голосу.

— Пить? — удивленно протянул маг. — Извини, Василика, но тебе нельзя пить, у тебя еще нет желудка…

— Не… т… ше… лу… ка? — Как сложно произносить слова! Но я снова простонала, — Пи… ть.

— Хм, может и не будет ничего страшного, если я тебе немного помогу. Только, — тут маг заговорщицки подмигнул мне, — Ваэну ничего не говори.

Мэтр Влас приложил свою большую ладонь к моему лбу — и мне перехотелось пить. Зато тут же снова вспыхнул красный свет и завыла сирена. Мэтр выругался, отскакивая от кровати, где я лежала. В эту же секунду в комнату ворвался лорд Ваэн с парой целительниц. Узрев мага и меня, обычно спокойный и меланхоличный эльф как заорал:

— ВОН! Немедленно вон!

— Ваэн, я ничего такого не сделал, — попытался оправдаться мэтр, но его слушать не стали.

— Вон отсюда!

— Я тебя еще навещу, — передо мной снова появилось лицо мэтра. Он снова потерся носом о мой нос, а затем коротко поцеловал его, — не волнуйся, все будет хорошо!

— ВОН! НЕМЕДЛЕННО ВОН! — Лорд Ваэн перешел на визг и мэтр более не стал гневить целителя и пропал из поля зрения, оставив меня, измученную и удивленную, на растерзание целителям.

Перед тем как усыпить меня, лорд Ваэн кое-что пояснил.

Во-первых, на меня было совершенно покушение. Весьма удачно, ибо я действительно умерла.

Во-вторых, две недели лучшие умы Адрастериона и Эйлинвэла думали, как восстановить мое искореженное взрывом тело.

В-третьих, желудка у меня и вправду сейчас нет. Еще не успели вырастить — я очнулась гораздо раньше запланированного.

На этом пояснения, родившие еще больше вопросов, были окончены и меня погрузили в сон.

Снова открыла глаза через неопределенное количество времени. Ловца душ уже не было. Зато наличествовала сладко спящая Эми. Сестра уткнулась носом мне в щеку, чудом уместившись на узкой койке.

Скосила глаза на Эми и поперхнулось вздохом. Сестра выглядела изможденной, истощавшей: щеки впали, под глазами залегли черные тени, уголки губ опущены, нос заострен. Оно и понятно — я ведь единственная, кто есть у нее. Еще неизвестно как бы я сама реагировала на смерть сестры.

Эми приоткрыла глаза, потянулась, едва не уронив меня с кровати. Ойкнула, вскочила, а затем бросилась обратно обниматься. Наверное, она что-то неловко задела, потому что снова вспыхнул красный свет и завыла сирена, а через мгновение в комнате появился лорд Ваэн.

— Эмирьяра, я же просил! — грозно прошипел целитель.

— Я ничего не трогала! Честное слово! — Эми выглядела очень несчастной.

— Отойдите в сторонку, — приказал лорд Ваэн, — я осмотрю пострадавшую.

Сестра нехотя послушалась и, когда она отступила на пару шагов от кровати, с меня было откинуто покрывало.

Я была совсем неодета! Ни ниточки на мне не было! И наверное я бы покраснела, но меня отвлекла Эми. Она шумно сглотнула и пошептала:

— О бесконечные Небеса…

А лорд Ваэн, не обратив внимания на мои скудные телеса, уткнулся носом в мой живот. Провозился около пяти минут и довольный накрыл меня покрывалом.

— Все идет хорошо, — улыбнулся он. — Давайте я вас сейчас усыплю…

— Нет, — воскликнули мы с Эми одновременно.

— Пожалуйста, — взмолилась сестра, — дайте нам поговорить хоть немножко. Я не буду утомлять Лику. Честно-честно! — Эми села на край кровати и погладила меня по голове.

— Ну, хорошо, я дам вам четверть часа, — недовольно нахмурился целитель. — Но помните, больную нельзя волновать!

— Я помню, — кивнула Эми и снова погладила меня по голове.

— Рассказывай! — Потребовала я.

— Что рассказывать?

— Все что знаешь! Проклятье, — взвыла я, — надо было попросить лорда Ваэна снять с меня паралич.

— Он не снимет, — уверенно заявила Эми. — У тебя ребрышки только-только начал срастаться и шевелиться тебе нельзя. Поясни, что ты хочешь знать?

— Все! — повторила я. — Что случилось на том балу? Я совсем ничего не помню.

— Даже не знаю, что тебе ответить, — печально развела руками Эми. — Я ведь тоже не знаю ничего. Никто мне не рассказывал, да я и не интересовалась. Мне тогда другое было важно…

— Ну, хоть что-нибудь ты знаешь? Лорд Ваэн сказал, что на меня было совершено покушение и что я… умерла.

— Покушение было, — важно кивнула сестра, — только не спрашивай кто, зачем и как — я не знаю. Хотя… — Эми задумалась, а потом продолжила. — Последствия весьма впечатляющие! Алиар напал на Инару, и теперь он не кринц-консорт, а император, а Адалард — король Инары. Его уже короновали. Бедняжка Альвэ!

— Почему? — только и смогла выдохнуть я. Новости были потрясающими во всех смыслах.

— Адалард заявил, что они через полгода, когда он наведет порядок, женятся!

— Я не про это! Почему Алиар напал на Инару и как я с этим связана?

— А! Расследование покушения на тебя показало, что здесь замешаны инарские спецслужбы. Алиар отомстил, — пояснила Эми.

— Ммм, подробностей, как я понимаю, ты не знаешь?

— Нет, только то, что было написано в газетах, — развела руками Эми. — Но там ни слова не сказано, что ты причастна к этим событиям. Напечатали, что это был превентивный удар, ибо Инара планировала начать полномасштабную войну.

— А разве Альвэ против выйти замуж за Адаларда? — перевела я тему.

— Не против, — вздохнула сестра, — только… она хотела за принца замуж, которому еще долго не светил трон, а тут уже готовый король будет… И неспокойная ситуация в стране…

— Да понимаю ее. А Найдин? Они поженились?

— Поженились, — улыбнулась Эми. — Алиар и Амэлтеа провели церемонию, но праздника, ка вы планировали, не было.

— А остальные как?

— Остальные носятся как угорелые, злые и нервные. Да ты не беспокойся, как только узнают, что ты очнулась, то сразу же тебя навестят, — утешила она меня.

— А что там с моим желудком? И вообще со мной?

— С тобой… — Эми замолчала, погладила меня по голове. — С тобой все будет хорошо.

— Не расскажешь?

— Нет… Мне тяжело сейчас говорить об этом.

Через пятнадцать минут пришел лорд Ваэн, снова осмотрел меня, удовлетворенно покивал своим мыслям. Я не удержалась и спросила про желудок. Целитель покачал головой, по затем понял, что этот вопрос сильно волнует меня, принялся рассказывать.

— В вас угодил снаряд, состоящий из двух частей. Во-первых, сильный яд, разъедающий мягкие ткани и даже ваша кровь, кровь еще необернувшегося дракона, была бессильна перед ним. И, во-вторых, взрывчатка, которая, сдетонировав, разворотила и раздробила ваши ребра и органы. Снаряд проник в ваш желудок и полностью уничтожил его. Очень сильно пострадали и другие органы, не столько от яда или взрыва, сколько обломков костей. Только из вашего сердца я вытащил пятнадцать обломком ребер, про печень я и не говорю, — целитель поморщился. — Органы мы успешно регенерировали, ребра сращиваются, а вот желудок… Желудок пришлось выращивать заново.

— Выращивать? Как выращивать? — Удивилась я.

— Это Алиар предложил, — улыбнулся лорд Ваэн. — А я и Влас воплотили задумку в жизнь. — Затем целитель перестал улыбаться и предельно серьезно продолжил. — Сейчас на вас система искусственного жизнеобеспечения — без нее вы умрете. Она выполняет функции вашего желудка, которого у вас сейчас нет, она же помогает вам дышать и говорить, и она помогает биться вашему сердцу. Через неделю или полторы, когда ваш желудок созреет, мы вставим его на место и понаблюдаем, как он приживется.

— А шевелиться совсем нельзя? — печально протянула я. Ну уж очень хотелось пошевелить руками или ногами.

— Совсем, — отрезал лорд Ваэн. — Наберитесь терпения!

Целитель встал, собираясь уходить, но я его остановила новым вопросом:

— Скажите, а ведь умерла?

Эльф тяжело вздохнул, опустился на кровать рядом со мной.

— Это правда — вы умерли, но мэтр Утан мастер своего дела. Настоящий профессионал! Он нашел вашу душу в Хаосе, а затем, когда ваше тело стало относительно жизнеспособно, вернул душу в него. Ловца повесили для перестраховки. Чего же вы так удивляетесь? — спросил целитель. — Вы ведь знаете, что душу умершего человека можно вживить в тело в течение трех дней с момента смерти. Разумеется, нужно соблюсти некоторые условия, но с вами не было никаких проблем.

— Какие еще условия? — устало спросила я. Новость о моей смерти и необычном воскрешении была еще более волнительной, нежели новость о падении Инары.

— Желание жить — основное условие, — тихо ответила Эми, а эльф кивнул.

— Вам нужно отдохнуть, — лорд Ваэн поднялся. — Я усыплю вас. К вечеру, скорее всего, у вас будут гости.

И меня опять усыпили. А вечер и вправду были гости. И какие!

Ко мне нагрянул Алиар и, несмотря на то, что целители были категорически против, все мне рассказал. Мы с Эми внимательно слушали, по ходу задавая вопросы.

Оказывается, семнадцать дней назад, на Празднике Урожая в королевском дворце, один из сотрудников охраны внутреннего периметра, подкупленный лордом Рейнером тей Рицци-старшим, выпустил из арбалета непонятной конструкции таинственный снаряд, похожий на мелкую яркую звезду. Задание было выполнено — указанная девушка была мертва, но скрыться убийца не успел — он никак не ожидал, что буквально через мгновение после выстрела на балкон ворвется его высочество принц-консорт Алиар, а за ним и другие приглашенные на бал драконы и даже сам мэтр Влас. Сканирование глаз и головного мозга убийцы показало, кто заказчик.

— Это была скорее месть, Лика, нежели выполнение задания для Инары, — говорил Алиар. — Тебе — за тех муравьев, которых ты натравила и последующее унижение, за то, что у него не получилось наложить лапы на твои сокровища и титул, и мне — за пренебрежение их родом. Рицци возвысились во времена регентства. Анна привечала толковых людей, наделяя их властью, не смотря отсутствие магических способностей и происхождение. За прошедшие годы влияние Рицци укрепилось, из провинциальных столяров и торгашей они превратились во влиятельный дворянский род, только титула не хватало до полного счастья. Рейнер-старший всячески добивался его получения, но я всякий раз вставлял ему палки в колеса. Не знаю почему, но я не желал видеть его в Совете лордов. Я даже обрезал ему некоторые ниточки влияния и лишил части земель, которые отошли Рихару. Поэтому Рейнер-старший ухватился за отличный шанс одним ударом отомстить и тебе, и мне.

Это было тестирование оружия против драконов в человеческой ипостаси. И планировалось, что его запустят в меня, Адаларда и Рихара. Инара подкупила Рицци, пообещав ему чуть ли не адрастерионский трон, и вручила три снаряда. Но Рейнер-старший распорядился ими иначе… Он понимал, что Инара вряд ли выполнит свои обещания, и решил устранить тебя, надеясь, что его сын, Рейнер-младший, женится на Эми, которая унаследовала бы все твое богатство и титул. Он ведь ухаживал за тобой? — Вопрос был адресован сестре.

— Да, — тихо отозвалась та. — Он даже у Лики просил разрешение на ухаживания и интересовался не обиделась ли она, ведь еще в мае просил ее руки…

Наступило молчание. Алиар, взволнованный, расхаживал по комнате туда-сюда, а Эми погрузилась в печальные размышления.

— А зачем вы напали на Инару? Неужели нельзя было действовать иначе? Последнее дело — бить в лоб! — посетовала я.

Алиар выразительно скривился. А затем уверенно заговорил:

— Я не мог поступить иначе! Согласен, сначала я действовал сгоряча. Но даже такой влиятельный человек, как мэтр Влас, не мог вразумить и остановить более двухсот драконов…

— Чего? — выдохнули мы с сестрой.

— Мы с парнями бросили клич и отозвались все. Драконы хоть и живут только для себя, но дети, даже чужие, для нас величайшая драгоценность. И потом… Оказывается инарские ученые более года испытывали свои разработки на юных драконах, на таких же детях как ты, Лика. Погибло более пятидесяти драконят. Еще не обретших крылья драконят! Мы выжгли это гнездо дотла! Никого не пощадили!

Не переживай за Адаларда — он справится! Тем более, что население на нашей стороне и подавить бунты храмовников не составит труда.

— А почему на нашей стороне?

— Ох, Лика, и чему тебя только в Академии учат? — Покачал головой Алиар. — Надо будет попенять Власу на незнание студентами современной международной политической обстановки. — Внимательно посмотрел на меня и продолжил говорить, — пару лет назад, когда у власти оказалось культы Санкар, Джиан и Бехнам со схожими взглядами на мироздание, что и помогло им договориться и поделить территории влияния, началось активное подавление других религий. Население страны в буквальном смысле этого слова заставляли отказаться от своих старых богов и принять новую веру. Нежелающих следовать новой политике ждала только смерть — вырезали целые деревни. До нашего вмешательства семьдесят процентов населения Инары было порабощено этими тремя культами. — Тут Алиар улыбнулся, — драконов встретили как освободителей. Храмовников, всех подряд, стали бить. Сейчас Адалард пытается навести порядок в своей стране — столица под полным контролем, а вот провинции еще бушуют.

— Да уж… — Выдохнула я. — Дела, дела.

— Ты главное не переживай, — Алиар наклонился надо мной. — Ты обязательно поправишься.

И потянулись мучительно долгие дни без движения. Я уже жалела, что очнулась раньше времени. Лорд Ваэн предложил усыпить меня на две недели, но Эми и гости, регулярно навещавшие меня, были категорически против. В один из таких дней на меня напала меланхолия и печально просила сестру:

— Расскажи мне правду, Эми. Я приму любую, ты только расскажи правду.

— Какую еще правду? — не поняла она.

— Что я зомби!

— Что за чушь ты говоришь! — Обиделась сестра. — Живая ты. И еще всех нас переживешь.

— Но ведь я умерла! Ведь так? — не унималась я.

— Так, — неохотно подтвердила Эми. — Но сейчас ты живая.

— Вот! Я живой мертвец! Зомби!

— Василика, да живая ты, в смысле не зомби, а просто живая. Кого хочешь спроси.

— Прошу тебя Эми, не подменяй понятия. После смерти человека можно оживить только зомби…

Эми не смогла доказать мне, что не зомби. Расстроилась и в слезах выбежала из комнаты. Вернулась она, точнее ее внес, бьющуюся в истерике, лорд Ваэн. Сгрузил ее на соседнюю кровать, что-то прошептал и Эми успокоилась. Затем подошел ко мне, злобно зыркнул и лишил дара речи. Два дня я молчала, а Эми дулась. Она даже хотела вернуться в Академию, но на мое счастье ко мне в гости нагрянул мэтр Утан. Прочитал длинную лекцию о мертвецах и живых и посоветовал нам помириться. Мы и помирились, но Эми все равно немного была обижена на меня, а я все до конца не могла поверить, что живая.

Еще через пару дней Эми вошла в комнату чрезвычайно довольная.

— Только что видела твой новый желудок! — сообщила она мне.

— И как?

— Растет как на дрожжах! Через два-три дня будет операция!

— Скорее бы, — простонала я.

Операция по вшиванию нового желудка прошла через три дня. Еще через неделю целители решились его испытать и посмотреть, как он прижился в моем организме. Я съела две столовые ложки пресной каши и запила ее двумя чайными ложками воды, после чего удовлетворенно уснула, а лорд Ваэн решил, что операция прошла более чем удачно. Потихоньку стали отменять инъекции и капельницы, с помощью которых мой организм получал все необходимые вещества, и переходить на нормальное питание.

Однако, я еще неделю лежала без движения — ребра еще не срослись и любое движение могло стать фатальным для меня.

Когда с меня сняли паралич, я едва могла пошевелить пальцами. Я-то рассчитывала, что сразу же взлечу, как птичка, но мышцы после долго бездействия отказывались работать и невероятно болели. Лорд Ваэн разводил руками и уговаривал меня потерпеть, пока мне делали массаж рук и ног, растирали плечи и спину, говоря, что в данном случае боль — это жизнь. Но и после недельного курса массажа я едва могла передвигать конечностями. Сказывалось не только долгое лежание на кровати, но и сильное истощение.

Я, слегка пошатываясь, стояла около ванны полной ароматной воды и не знала, как в нее забраться. Вроде бы такое простое действие, но мои ноги не хотели отрываться от пола. Пришлось звать дежурных целительниц. Они легко сгрузили мое тощее тельце в воду и, не слушая моих возражений, помыли. После чего вынули меня и уложили на кровати. Я тут же уснула — вместе с грязью вода смыла и все мои силы.

— Я уже жалею, что разрешил вам подниматься, — выговаривал мне лорд Ваэн, а я обиженно посмотрела на дежурных целительниц — они, глядя на меня самыми честными глазами, клятвенно заверяли, что ничего не расскажут про сегодняшнее купание, а на самом деле сдали со всем потрохами. — Но я вижу, что купание пошло вам на пользу — щечки окрасились румянцем и глаза блестят. Считаю, что вам, как стихийному магу — магу Воды, будет весьма кстати пообщаться с морем. Только умоляю вас, не ходите на пляж в одиночестве. Во-первых, вы не дойдете — до берега довольно далеко. А, во-вторых, можете упасть и сломать себе что-нибудь. Леди Альфина и леди Фийритти будут сопровождать вас. Или можете дождаться Эми.

Разумеется, ждать Эми, которая уехала в Академию сдавать контрольные, я не стала, а сразу же запросилась на пляж.

Оказавшись на пляже, сразу же вошла по колено в воду, наплевав на возмущенные вопли целительниц. Они бросились за мной, но море легко откликнулось на мою просьбу и не пустило их. Эльфийки еще что-то покричали, но вскоре убежали — должно быть, за лордом Ваэном.

Море…

Как много силы в этом коротком слове!

Меня всегда восхищала его необъятная мощь. Скрытая глубоко на дне, почти всегда дремлющая. Но только стоит ей проснуться, как она вмиг снесет все вокруг себя.

Вошла в воду по талию — дальше просто побоялась, и попросила у моря чуточку его сил. Самую малость.

Кто же мог предполагать, что море окажется более чем щедрым.

— Все-таки вы с мэтром Власом два сапога — пара, — как-то уж слишком безразлично промолвил лорд Ваэн, внимательно наблюдая, как крупные хлопья снежинок падают с темного неба. — Раньше, когда он приезжал сюда, все время что-нибудь приключалось. А теперь вы перехватили эстафету. Вспомнить хотя бы летнее «морское чудовище».

— Извините, — ничуть не чувствуя вины, произнесла я. — А надолго это? — кивнула на окно, за которым бушевала стихия.

— А кто ж его знает? — Пожал плечами эльф. — Стихийники работают. Но пару дней точно придется посидеть взаперти. И мэтр Влас не раньше сможет нас посетить — магический фон не стабилен и портал не пробить.

Я снова посмотрела в окно — с небес медленно сыпались крупные снежинки и мягко опускались на уже холодную землю, образовывая самые настоящие сугробы, которых здесь отродясь не было. Да и быть не могло. А там дальше, у берега, море было скованно льдом.

А все из-за того, что я применила одну из медитативных практик, которым нас обучали в Академии. Медитация должна была восстановить мои магические силы, а стихия — залечить темные пятна на ауре. И поставленной цели я добилась, только… похоже, что я прошла очередное Посвящение. Третье, если не ошибаюсь.

Но вот только эльфийский курорт… Посвящение вызвало волну цунами. Хорошо, что оградительные щиты не позволили стихии обрушить всю свою разрушительную мощь на беззащитный полуостров и приняли основной удар на себя. Но гостевые домики, стоявшие ближе всего к морю, были снесены. К счастью, там никто не поживал. Но вода докатилась и до жилых домов. Отдыхающим пришлось спасаться на крышах. Кто умел летать, занялись спасением детей и женщин, унося их в безопасное место. Остальные же… магичили все, что могли вспомнить в столь экстремальных условиях. Соответственно, пошла несовместимая магия, в результате над курортом образовались грозовые тучи, из которых попеременно то лил холодный дождь, то сыпал пушистый белоснежный снег, то падал крупный град. А море у берега вообще покрылось льдом…

Сейчас все наличествующие маги-стихийники разбираются. Лорд Ваэн с трудом смог передать сообщение в столицу, что на побережье творится хаос и нужна помощь. Подмога обещала быть не ранее завтрашнего вечера — магам предстоит добираться на лошадях от Найритта, а это более ста километров от побережья. Ближе портал просто опасно пробивать и рисковать никто не будет.

Тем удивительнее для нас стало появление мэтра Власа уже этим вечером. Он уверенно вошел в палату, где меня расположили, остановился у двери, неприязненно глядя на крайне удивленного лорда Ваэна, а затем поспешил ко мне.

— Что ты тут делаешь? — Задал глупый вопрос эльф.

— Василику приехал навестить, — угрюмо отозвался маг и присел на мою кровать.

Он внимательно вгляделся в мои глаза, обняв лицо ладонями, покачал головой, нахмурившись, а затем осторожно провел пальцами от виска до подбородка. Неуверенно коснулся губ… Ам!

— Ай! — Болезненной воскликнул мэтр и, зашипев, попытался разжать мои челюсти. — Василика, ты чего творишь?

Я же вцепилась в ладонь намертво, удерживая добычу не только зубами, но и руками с острыми когтями. Дернулась, раздирая плоть, — в рот полилась горячая кровь. Кажется, я зарычала от удовольствия.

На помощь маги поспешил лорд Ваэн. Он нажал на моей шее какие-то точки, и я расслабилась, выпустив руку мэтра и откинувшись на подушки.

— Надо немедленно обработать рану! — обеспокоенно заявил целитель, подходя к шкафчику и доставая из него какие-то лекарства. — Подойди сюда.

— Да ладно, это просто укус, — беспечно отмахнулся мэтр Влас, накладывая на рану простейшие исцеляющие чары.

— Не просто, — улыбнулся эльф. — Слюна Василика ядовита и, если не принять меры, тебя парализует. Так что не привередничай и подходи.

— Да? — удивился маг и посмотрел на меня с искренним изумлением, а затем все же поднялся и подошел к эльфу, у которого уже все было готово. — Почему она не перекинулась? — задал весьма интересный вопрос мэтр. — Ведь энергии высвободилось немало. На трех драконов хватило бы.

— И хорошо, что не перекинулась, — беря пробу крови для анализов, буркнул целитель. — Тело Василики слишком слабо и не выдержало бы такой метаморфозы. В результате мы получили бы мертвого дракона с костяной крошкой вместо ребер. Так, сейчас антидот вколем и будешь здоров.

— Уже и антидот есть? — Весело переспросил мэтр, хитро глядя на меня. Я в ответ пожала плечами.

— А ты думал, что единственный удостоился чести быть покусанным? — Таким же тоном вопросил эльф и тоже глянул на меня. Я состряпала самое независимое лицо — подумаешь, укусила. Жалко, что ли? — Она пятерых целителей покусала. Причем, все они были мужчинами…

— Потом разберусь, — отчего-то нахмурился маг. — Расскажи поподробнее, что случилось.

Однако лорд Ваэн не торопился делиться информацией. Сначала он позвал дежурных целительниц, которые помогли мне умыться, и только после этого, выпроводив, лишние уши, перешел к пересказу недавних событий. Маг слушал внимательно, попутно задавая уточняющие вопросы.

Я в разговор не влезала. Я пыталась привести мысли в порядок — мэтр Влас оказался удивительно вкусным, вкуснее лорда Ваэна, и мне очень хотелось его еще раз укусить. Аж зубы чесались.

Пока я пыталась взять себя в руки, эльф рассказал мэтру Власу все, что знал и даже сделал предположение, что я прошла очередное Посвящение. Маг был с ним частично согласен. По всем признакам выходило, что Посвящение все же состоялось, только… странное оно было. Ничего нового оно мне не дало (даже ребра не залечились), за исключением полного восстановления резерва и повышенной кусачести. Раньше это хоть как-то можно было контролировать, а теперь я постоянно ловлю себя на том, что смотрю на руки мэтра и облизываюсь.

— Дак как ты добрался до нас? — Напоследок спросил лорд Ваэн.

— По воздуху, — просто ответил маг. — Повелитель стихий я, или нет?

Затем мэтр отправился помогать местным стихийникам, а я стала ужинать, после чего быстро уснула.

Утро подарило мне яркий солнечный свет и нервные крики чаек. Не спеша поднялась с кровати и подошла к окну. На улице царило лето! Хотя кое-где в тени еще сохранились грязные снежные кучи, светило яркое жаркое солнце, согревая все вокруг. На ярко-голубом небе — ни облачка, и ветер нежно обдувал лицо.

Красота!

Ближе к обеду ко мне заглянул мэтр Влас, поделился новостями из Адрастерионского дворца и о том, как он помогал усмирять стихию. Рассказ про стихию вышел крайне эмоциональным и захватывающим. Придя на помощь эльфам, мэтр как-то подзабыл, что человеческие и эльфийские маги владеют стихиями на разных уровнях. У эльфов более глубокое понимание самой сути стихии, а у людей больше возможностей. Но, несмотря на все преграды, у магов все получилось.

Еще через день на побережье возобновили работу стационарные порталы и ко мне нагрянула Эми. Она белокудрым ураганном ворвалась в палату, едва не зашибив дверью мэтра Власа, который как раз в этот момент решил навестить меня, бросилась ко мне на постель и крепко обняла. Затем мы стали делиться новостями, как-то совершенно позабыв, что в комнате кроме нас есть еще один человек. Но маг не стал нас отвлекать, с минуту потоптался около кровати и вышел.

— Я все решила, Василика, — вдруг очень решительно и серьезно заявила Эми.

— Что решила? — Обеспокоенно спросила я, почему-то ожидая худшего. И оказалась права.

— Никаких мужчин в моей жизни больше не будет! — сказала — как отрезала. — От них одни неприятности! И ничего кроме корысти ждать не приходится.

— Ну, прям уж ото всех? — недоверчиво переспросила я, намекая на небезызвестного нам обеим мэтра Власа. Алиар опять же нас обеих любит. И не только они…

— Ну, мэтра Власа я не беру в расчет — он же твой будущий муж, — от этого заявления я поперхнулась воздухом, закашлялась и, пока приходила в себя и думала, чтобы такого ответить, Эми вскочила с кровати и начала пояснять свои мысли. — Таких мужчин, как мэтр Влас, больше не существует. Он единственный в своем роде! А остальные же… Кроме денег, титула и власти, им ничего не нужно. Они даже верность хранить не могут! — вскричала Эми, топнув ножкой, а ее красивое лицо исказила гримаса ярости.

— О чем это ты? — еще больше обеспокоилась я. Что-то не припомню, чтобы у сестры были сердечные привязанности. Даже тяги к Ашеро и той не сохранилось.

— А, ерунда, — резко успокоилась сестра. — Да застала одного из своих воздыхателей с потрепанного вида девицей. И ладно бы он мне просто изменил — нас кроме пары танцев и флирта и не связывает ничего, — так он ей жаловался на меня. Видите ли много хлопот я доставляю: на танцы приглашай, подарки дари, комплименты говори, других поклонников отгоняй, будь лучше прочих… Ох и не легко ему, горемычному, приходится!

— Это был просто не твой мужчина, — уверенно заявила я. — Вокруг тебя всегда будет много мужчин, они будут соперничать друг с другом за право быть рядом с тобой. Будут стараться всячески привлечь твое внимание… Да что я говорю — ты и так все это прекрасно знаешь. Но… — Я немного помолчала, подбирая слова. — Не стоит все грести под одну гребенку. Все мужчины разные: кто-то слаб, а кто-то силен. И человек, которому нужна будешь именно ты, пройдет все испытания и добьется тебя.

— Посмотрим, — нахмурилась Эми. — Но я пока разочарована во всех.

Незаметно минула еще одна неделя. Я окрепла на столько, что стала ходить на берег без сопровождения. И вчера глядя на закат решила, что с меня хватит. Хочу домой! В заснежено-дождливый, продуваемый всеми ветрами Адрастерион.

Поделилась своими ностальгическими мыслями с лордом Ваэном. Так эльф раздулся от возмущения! Сказал, что мне лечиться и лечиться надо. Раньше Нового года лечение нельзя прекращать, а потом еще полугодовой курс реабилитации, ну и летние каникулы мы по традиции должны провести на его курорте. Так что до сентября мне и думать нельзя, чтобы вернуться в Адрастерион!

Теперь от возмущения раздулась я. У меня там графство без присмотра осталось, в Академии я давно не была и вообще надо народу показаться, а то наверное считаю, что померла давно…

Эльф ни в какую не хотел меня отпускать. Я рассказала о своих желаниях Эми и она меня поддержала, сказав, что устала туда сюда мотаться и привыкать к климату, а дома тоже целителей полно, долечат меня. Но и это лорда Ваэна не проняло, он наотрез отказывался меня отпускать.

К счастью, на нашу сторону встал мэтр Влас, заявив упрямому эльфу, что для дракона важно находиться на своей территории. Он от этого выздоравливает. Лорду Ваэну нечего было на это возразить, и он нехотя отпустил нас, предварительно проинструктировав мэтра на предмет моего здоровья. А еще пригрозил магу, что если со мной что случится, то снесет ему голову.

А все говорят, что эльфы добрый, миролюбивый народ! Ага, как же!

В начале двадцатых чисел ноября я уже сидела в своей гостиной в уютном кресле возле горящего камина и пила горячий травяной сбор. За окошком падал снег и дул сильный ветер, наметая самые настоящие сугробы.

Конечно, это самая обычная погода для ноября, но Осто и Аля в один голос утверждали, что такая погода стоит аж с конца сентября. Точнее с дня покушения на меня.

Зима в Адрастерионе теплая — температура редко опускается ниже трех-пяти градусов. Снег выпадает редко, в основном с небес льет холодный дождь вперемешку с острыми крупицами льда. Зато, если пойдет мягкий и пушистый снег, его выпадает так много, что можно строить самые настоящие ледяные города. К сожалению, лежит он не долго, быстро источаясь под неумолимыми зимними дождями.

В этом же году случились самые настоящие морозы! За окном было пятнадцать градусов ниже ноля. И снега уже выпало столько, что на десять зим вперед хватит. Алиар ввел чрезвычайное положение и по городам и деревням сейчас разъезжают маги и раздают бесплатно дрова.

Это показалось мне странным. И я решила незамедлительно поговорить с прабабулечкой. Что это она нас морозит?

Встреча с Анналеисой была фееричной. Иначе не скажешь!

Прабабуля встретила меня фейерверком из звезд и северным сиянием. Долго обнимала и целовала, затем запричитала, не давая мне и слова вставить, а напоследок вручила мне белоснежного щенка, заявив, что мэтру Власу она никогда не доверяла, а после произошедшего его и вовсе убить мало. Остановило ее от задуманного только одно обстоятельство, которое она не назвала, но прокомментировала так:

— Ох, Василика, ничегошеньки ты в мужчинах не понимаешь. И очевидное видеть отказываешься. А вот я в твои годы… — прабабушка сощурила глаза, как довольный котяра, объевшийся сливок, — ну да ладно. Тебе сейчас о другом думать нужно. — И меня мягко вытолкнули из сна.

Проснулась я в полном офигении. Повторно пробиться за разъяснениями к Анналеисе не получилось — она почему-то закрылась от меня.

Щенка я назвала Санто и отдала на воспитание Осто, рассказав, откуда он у меня взялся. Друг впечатлился и пообещал заботиться о нем, как о собственном сыне.

А погода у нас наладилась! С небес все также сыпал пушистый белый снег, но заметно потеплело. И через пару дней мы с Эми решили отправиться в Эссентер и навестить отца Афинагена.

Оказывается, пока я болела, он успел обзавестись сыном. Произошло это знаменательно событие, о котором жрец Единого умолчал, в середине октября. Если бы Осто случайно не проговорился, я бы до сих пор оставалась в неведении.

Немного посетовав на старого друга, я и Эми уселись в крытые сани и покатили в город.

— Почему же вы раньше не решались завести ребенка? — Вопросила Эми, глядя на пухлого розовощекого малыша.

— Так Ильдушка не хотела, — с улыбкой ответил отец Афинаген, пристраиваясь рядом с нами около колыбели.

— А сейчас, получается, хочет? — не поняла я ответ жреца Единого.

— А сейчас ей совсем заняться нечем. Вот и надумала…

В аптеку к отцу Афинагену мы с Эми прибыли значительно позже обеда. Просто я сначала решила зайти к Марте, моей хорошей знакомой. Она содержит трактир и печет замечательные булочки. Их-то я и захотела купить перед тем, как идти к жрецу Единого.

Меня не узнали! Я поначалу обрадовалась, подумала, что можно будет ускользнуть без особого шума. Но затем призадумалась — если даже такой близкий человек меня не узнал, то, что думать об остальных?

Марта с интересом поглядывала то на сестру, то на меня. Ее взгляд как бы вопрошал: «Кто эта славная девочка?». А затем, осмелев, начала задавать вопросы: кто такая, откуда прибыла и надолго ли. И видела ли молодую графиню, которая недавно должна была вернуться от эльфов, ведь я прибыла вместе с ее любимой сестрой. А то новостей из поместья не слышно: леди Эми и не спросишь, не по правилам это, а Осто молчит, как будто воды в рот набрал. А по городу страшные слухи пошли. И что из этого правда — непонятно, но все звучит правдоподобнее некуда. То ли зловредные некромансеры кровожадного вампира из бедняжки сделали, то ли эльфы мутации какие произвели, то ли все-таки померла графиня, а король всем мозги пудрит из драконьей вредности.

Я даже опушила от такого заявления и не нашлась что сказать. Но выручила Эми, посоветовав трактирщице меньше слухи слушать и сообщив, что графия жива и здорова, и скоро покажет свой светлый лик народу. Схватила меня за руку и потащила к выходу. Но тут с моей головы слетела огромная меховая шапка, которую я натянула по самые глаза, и меня тут же признали.

— Ликусичка! Милая моя девочка! — всплеснула руками женщина. — Так что ж ты молчала, негодница, пока я тебе вопросы нескромные задавала?

После чего выход тут же загородили, и нам был предложен ароматный чай с еще теплыми пышными булочками. Мы отказываться не стали, и задержались в гостях у Марты на целых два часа.

Распространяться о случившемся я не стала. Просто сказала, что ничего серьезного со мной не приключилось, но пришлось подлечиться у эльфов. Но сейчас все хорошо за исключением странных слухов про вампиров и мутантов. Эми предложила устроить зимнюю ярмарку или игры с призами и подарками. Принимать активное участие в забавах мне пока здоровье не позволяет, но выступить перед публикой и произнести торжественную речь я в состоянии. Заодно народу покажусь и развею нелепые слухи. А для знати можно бал устроить.

Идея мне показалась здравой — слухи надо пресекать на ранних стадиях, а то напридумывают невесть что, а топом доказывай, что не чудовище. Нет, я чудовище конечно. Но всего лишь дракон, а не мутант!

От Марты мы вышли с набитыми животами и с полной корзиной не только свежих, еще горячих, булок, но и всякой разнообразной снеди: начиная от копченого окорока и заканчивая маринованными огурчиками. О том, что мне такую пищу есть вредно, сердобольная женщина и слышать не хотела.

Отец Афинаген принял нас радушно, сразу пригласив на второй этаж в жилые помещения. А еще совсем не обиделся, когда мы отказались от чая. Охотно рассказывал о сыне, которого назвал Захаром, и о своей аптеке. Дела у него шли замечательно, и все близкие были здоровы.

— Дела я веду все сам, да и Ната мне помогает, — продолжал объяснять жрец. — Ильда только бухгалтерией рабрирается. Но работы там совсем немного… Вот она и нашла себе, чем заняться!

— Кстати, а где ваши девочки? — Внезапно осознала я, что рядом нет ни матери Захара, ни малышки Наты.

— За молоком вышли. Скоро уже должны вернуться, — отец Афинаген взглянул на часы, а я же подивилась такому странному времяпрепровождению.

Леди Ильда и Ната зашли в аптеку буквально через пять минут, изрядно подивившись тому, что дверь оказалась запертой. Мы услышали дробный топот детских ножек, а затем звонкий голосок Наты оповестил:

— Дядя Аффи, дядя Аффи, — кричала девочка с первого этажа, а мы с Эми удивленно посмотрели на жреца, молча вопрошая «дядя Аффи?». Мужчина с улыбкой пожал плечами. А Ната же продолжали кричать, подбегая к двери гостиной, — Там банк взорвали!

От такого заявления мы сначала опешили, молча переглядываясь между собой, но затем в комнату ворвался ураган в огромной меховой шапке по имени Ната.

— Лика! — Воскликнула девочка, заставив нас всех вздрогнуть, а малыш в колыбели обиженно захныкал от того, что его сон прервали столь безобразным образом.

— Пусти, задушишь же, — простонала я, когда Ната из всех своих детских сил, которых было немало, сжала меня в объятьях. — И не кричи так громко! Видишь, Захара разбудила.

Ната нехотя отпустила меня. Я же, тряся свои многострадальные косточки, с удивлением отметила:

— Выросла-то как! Меня скоро догонишь.

— Ага, — радостно кивнула девочка и снова обняла меня, но теперь уже бережно, а затем поспешила к Эми.

— Ната, почему ты не разделась? Немедленно сними шубу и повесь в шкаф. Негоже леди ходить по дому в уличной одежде, — в уютную гостиную вплыла леди Ильда, бывшая директриса школы для девочек, где я училась.

Увидев меня, глаза леди Ильды удивленно округлились, и она едва слышно выдохнула:

— Леди Лика… Живая…

Но ее потрясение не длилось долго. Услышав мамин голос, малыш Захар захныкал, требуя внимания. Леди Ильда, всплеснул руками, поспешила к сыну.

Я сразу увидела перемены во внешности бывшей директрисы, когда она наклонилась над колыбелью. Лицо ее озарилось радостью, она нежно улыбнулась сыну, что-то неразборчиво шепча ему, затем взяла на руки и прижала к груди.

«Да… — протянула я про себя, отмечая, что некрасивое похожее на лошадиное лицо, внезапно стало весьма симпатичным, а блеклые то ли серые, толи голубые глаза, загорелись двумя яркими огнями. — Вот что делает с женщиной материнская любовь!»

Уделив немного времени сыну, женщина снова обратила пристальное внимание на меня.

— Да, я живая. Не зомби, не мутант. Собственно, тогда ничего особенного и не произошло. Так пару царапин.

— Таких, что пришлось больше двух месяцев у эльфов их лечить? — С сомнением в голосе протянула леди Ильда.

Я в ответ просто пожала плечами, говорить правду не хотелось да и не нужно было, а что-то выдумывать — только сплетни плодить. А их и так много.

— Кстати, добрый день, леди Ильда, — вспомнила я о приличиях.

Женщина усмехнулась и в тон мне ответила:

— И вам добрый день, леди Василика. Что же вы стоите? Присаживайтесь на диван. А ты, Ната, сними, наконец, шубу и отцепись от гостей. И приготовь-ка нам чаю. Помнится, ты составила отличный травный сбор от простуды. — И не дожидаясь пока Ната кинется выполнять просьбу, перешла совершенно на другую тему, — поторопись, Аффи. Взрывом разнесло весь второй этаж, много раненных. Твоя помощь там необходима сейчас.

Отец Афинаген отреагировал сразу же — потрясенно охнул, всплеснув руками, кинулся к шкафу, где лежала его медицинская сумка и начал собирать инструменты и зелья.

— Дак, Ната не шутила, говоря, что банк взорвали? — Спросила Эми.

— Ну, вот еще! — Обиделась девочка и нравоучительно заметила, — если ты не знаешь, то такими вещами не шутят!

— Извини, Ната, — покаялась Эми, — я не хотела тебя обидеть.

— Взрыв был ужасающим! — Стала делиться впечатлениями леди Ильда. — Мы как раз были в лавке госпожи Мирро, присматривали Нате ткань на новое платья, а магазинчик находится ровно напротив банка, и видели, как сначала на улицу вылетело окно, а затем полыхнул яркий огонь. Когда мы уходили, пламенем было объято все здание.

— Пожалуй, я тоже пойду, — заявила Эми. — Я ведь некромант и моя помощь не будет лишней! — И не обращая внимания на двусмысленность своих слов, гневно обратилась ко мне, — А ты куда?

— Я? — переспросила и, нахмурившись, призадумалась, как бы сформулировать ответ, чтобы меня правильно поняли. Не нашла верного варианта и сказала как есть, — я не могу оставаться в стороне, когда сокровища гибнут!

Мои слова вызвали странную реакцию: леди Ильда хмыкнула, отец Афинаген покачал головой, а Эми скептически приподняла бровь. Только Ната поняла меня верно, торжественно оповестив:

— Вот, настоящий дракон!

Я благодарно ей улыбнулась.

Через пять минут мы вышли на заснеженную улицу. Расстроенная Ната осталась дома — отец Афинаген отказался ее брать, объяснив это тем, что ему некогда будет приглядываться за столь резвым и во все сующим свой любопытный нос ребенком. К нам на встречу вышел Осто и был он несколько смущенным.

— Что случилось? — сразу заподозрила я неладное.

— Ничего, — ответил друг, опуская взгляд. — Все хорошо. Вас к банку надо отвести? Так пожалуйте в сани.

— Осто, — уже Эми занервничала. — Что случилось?

— Да, колись, — поддержала я сестру. — И куда ты ходил?

— Да, я это на почте был…

— И что ты там делал? — недовольно продолжила допрос Эми.

— А разве не понятно? — я не дала другу и рта раскрыть. — Письмо отправлял. Вот только кому?

— Только не говори, что мэтру Власу, — недовольство Эми было осязаемым.

— Ему самому, — кивнул Осто и расстроился еще больше.

Мы немного помолчали, осуждающе глядя на Осто. Его конечно можно понять — никто не хотел повторения Праздника Урожая. Точнее того, что случилось на нем. Но ведь банк находится в центре Эссентера, а дом отца Афинагена на самом краю, почти в лесу. Жрец Единого специально выбрал это место, чтобы разбить аптекарский огород. И не смотря на некоторую удаленность, аптека приносила неплохой доход.

— Ладно, что уж теперь, — вздохнула я. — Может быть это и к лучшему. — И скомандовала, — едем к банку! Время не ждет.

Мы уселись в сани и через пять минут были на месте.

Посмотреть на пожарище собрался весь город! Охваченное огнем здание окружала огромная гомонящая толпа и пробраться к банку сквозь нее не представляло возможности. Даже не помогало то, что отец Афинаген громко просил его пропустить к зданию, распихивая людей локтями. Нас игнорировали!

И тогда я решилась взлететь, прихватив с собой и сестру и жреца Единого. Эми тут же возмущенно запищала, обещая придушить меня особо извращенным образом, ибо мне магичить не то чтобы не рекомендовалось, а вообще запрещалось. А тут полеты…

На угрозы сестры внимание не обратила, равно как и не обратила внимание на толпу дружно выдохнувшую «О!», когда мы пролетели над головами. Зато стала рассматривать то, как шустрая детвора закидывает огонь снежками и как дюжина мужчин в форме полицейских безрезультатно пытаются сбить огонь с ближайших к банку зданий.

«Где городские маги? Где пожарная служба?» — Недоуменно вопрошала я саму себя. — «Так ведь и знала, что надо было мэра сместить! Но, „нет, не стоит портить отношения с уважаемым семейством без стопроцентных доказательств“. Эх, лорд Дилан! Теперь расхлебывать последствия придется мне».

Сосредоточилась, припоминая, что нам рассказывали в Академии про пожаротушение. Заклинание слетело легко, но оставило после себя полное опустошение. В голове сделалось пусто и звонко, мир на мгновение стал ярким и белым, а потом я плашмя упала на землю.

Мир взорвался болью, отбирая дыхание. Перед тем как потерять сознание, я почувствовала, что кто-то меня перевернул на спину, а затем начал расстегивать шубу.

— Эми, — слабо прошептала я и зачем-то улыбнулась.

Телепортировавшись в небольшой городок Синие Буки, что находится на окраине герцогства Лавена, я поняла, что уже совсем поздно, темно и холодно. Рихар, очнувшийся от своих грустных мыслей, оглядел безлюдную улицу и озвучил мои желания:

— Поздно уже, может домой пойдем?

И внимательно уставился на меня, ожидая моего решения. Я же потопталась на месте. Домой действительно хотелось — день был невероятно тяжелый и насыщенный событиями и усталость давала о себе знать. Однако в поместье меня ждут не дождутся мэтр Влас и лорд Ваэн. Мэтр каждый раз старательно пронизывал гневными взорами, ожидая, когда же у меня проснется совесть, а эльф пытался залечить до смерти.

— Раз уж мы здесь, давай хотя бы трактирщика опросим, — приняла я решение. Как бы мне не хотелось оказаться дома, в своей теплой кроватке, но нежелание видеть своих мучителей пересилило. — Заодно погреемся и чаю попьем.

Рихар пожал плечами, а затем стал оглядываться по сторонам, выискивая, где расположена единственная в Синих Буках таверна. Через минуту взял меня за руку и мы неспешно пошли по заснеженной улице. Еще через пару минут остановились перед добротным домом. Первый этаж был каменным, второй — деревянным, крепкий высокий забор окружал здание, калитка была гостеприимно распахнута, однако здоровенный черный кабель, развалившийся на тропинке, явно отпугивал желающих пропустить по рюмочке для согрева поздним зимним вечером.

— Не торопись, — мягко перехватил меня Рихар, — сначала посмотрим, что внутри.

На последних словах дракон выдохнул сгусток огня, поймал его на ладонь, пошептал что-то неразборчиво, после чего в пламене стало видно внутреннее убранство таверны. Только завистливо потерла нос варежкой — я пока так не умела.

Чистый дощатый пол, дюжина прямоугольных столов с лавками, за одним из которых сидела тройка посетителей и мирно вкушала поздний ужин, сам трактирщик стоял за браной стойкой и протирал стаканы. Подавальщица, дородная девица в коричневом платье и белом переднике, подметала пол в дальнем углу.

— Вроде все тихо. Идем? — Рихар довольно безразлично стряхнул с ладони свое волшебство.

— Идем.

Черного кабеля пришлось обходить, но мы в общем-то и не настаивали ни на чем, особенно после смачного зевка, при котором наглая зверюга обнажила крупные белые клыки.

Внутри все было так же, как показал огонь Рихара, только подавальщица куда-то исчезла. Должно быть скрылась во внутренних помещениях.

Мы устроились в максимальной близости от цели нашего визита — трактирщика. Такие люди по роду своей деятельности являются ценнейшими осведомителями, ибо через них проходит неуправляемая река информации. Именно в трактирах, кабаках и пабах торговцы обсуждают свои дела, заключают сделки. Именно здесь воры, убийцы и мошенники получают свои заказы. Именно в таки местах слухи и сплетни приобретают новый непредсказуемый виток развития. Трактирщик, находясь в эпицентре этого информационного поля, поневоле будет в курсе всего, что происходит в городе и округе, а уж в таком мелком городке, как Синие Буки, и подавно.

Рихар помог мне устроиться за барной стойкой и заказал чай с пирожками. Молча пили — дракон осторожно прощупывал ментальное пространство, а я же размышляла о своем.

О мэтре Власе, о своих несросшихся ребрах, о бедняжке Эми, запертой в Академии…

После моего фееричного появления на площади Эссентера и не менее фееричного падения, я очнулась дома, в своей собственной кровати. В комнате было светло и шумно. Но стоило мне издать слабый стон, как наступила гробовая тишина, в которой ко мне подплыл, кровожадно улыбаясь, лорд Ваэн и таким убийственным голосом вопросил:

— Ну, лежим-с, голубушка?

Тут-то я и поняла, что все, конец. В гроб вгонят из лучших побуждений.

А дальше начался сущий кошмар! Посыпались обвинения в идиотизме, злонамерении и ребячестве. Все! Абсолютно все осудили мое желание посетить давнего друга, а уж мое геройство, которое едва не привело к гибели мирного населения, вообще назвали «преднамеренным массовым убийством». Злые и жестокие слова! Хорошо, что мэтр Влас подоспел вовремя и видел мой полет и то, как я сплела заклинание и запустила его… нет не в горящее здание, чтобы потушить, а в толпу перед ним. Мне просто сил не хватило. Мэтр для начала решил спасти людей, а уж потом подхватить меня, но не успел. Он только чуть-чуть смягчил падение. Но это не помогло — на моих еще не до конца срощенных ребрах пошли крупные трещины.

Все, а их собралось немало — на зов мэтра Власа откликнулись не только лорд Насилмэ и лорд Ваэн, которого эльфийский посол сдернул с побережья, но и Алиар, Рихар, Натан, мэтр Утан тоже примчался и выглядел злее всех, — решили, что мне просто опасно оставаться без присмотра и единогласно назначили моей нянькой мэтра Власа. Тот воспринял этот как самую страшную кару ибо «вошкаться с маленькой и избалованной девочкой нет никакого желания». А еще было решено переправить меня обратно на эльфийское побережье.

На этом мое терпение и лопнуло. Пусть я лежала на кровати, парализованная и страдающая от боли в сломанных ребрах, но командовать в моем доме не позволю. Никому! Никогда!

О чем я и заявила собравшимся тихим слабым голосом. Меня даже не сразу расслышали. А когда поняли, что я несу… праведным негодованием можно было дрова колоть.

Новый виток скандала был в корне задушен Рихаром. Он предложил лишним людям покинуть мои покои, а целителям не задерживаться более чем следует. Все последовали его совету. А мэтр Утан перед уходом вдруг заявил, что в качестве наказания для Эми берет ее в свои ученицы. Тогда я не поняла его слов — в чем собственно наказание? — да и сейчас не особо понятно, но собранная информация о некроманте, как о наставнике, пугала.

Спустя пару дней я оклемалась настолько, что решила разобраться с мэром и заняться расследованием взрыва в банке. Однако оказалась, что с мэром разобрался мэтр Утан, а расследованием руководит Рихар.

На вопрос, почему с мэром разбирался герцог Рронат, а не лорд Дилан, получила ответ, что пока я нахожусь в крайне тяжелом состоянии, руководство графством переходит к моей сестре, как к наследнице. А так как у Эми есть официальный наставник, который отвечает за все ее действия, то собственно мэтр Утан и решил все вопросы. Эми только рада была избавиться от такой обузы, как графство.

Оказалось, что маги, заскучавшие от бездействия, просто-напросто уволились и уехали из города. А мэр, в чью обязанность входил найм магов, решил что, Эссентер вполне успешно проживет без волшебников, благо Веселые Камыши неподалеку и, если что, мага можно будет позвать оттуда.

А вот пожарная служба была им распущена специально. Кони и оборудование были проданы, люди уволены или переведены в другое место службы. Все вырученные деньги мэр положил к себе в карман.

В самые короткие сроки был назначен новый мэр, наняты требуемые маги и возобновила работу пожарная служба.

Нахмурилась, такое самоуправство мэтра Утана мне было не по душе, но пришлось смириться.

А что же касаемо расследования, то тут меня резко спустили с небес на землю. Никаких расследований, никаких незапланированных походов по гостям, никакой магии! Мне следовало сидеть дома и лечиться.

Но неожиданно помощь пришла от Рихара. Он внезапно заявил, что готов под свою ответственность взять меня на расследование. Это его заявление было встречено стойким неприятие, но через несколько дней дракон сообщил, что мэтры дали добро.

И вот я взялась за свое первое расследование. Дело о взрыве в одном из крупнейших банков Адрастериона обещало быть крайне интересным!

Первым делом я выяснила, что никаких успехов Рихар не достиг. По его словам это дело «самый настоящий висяк». А еще добавил, что все будет так как я скажу. То есть мне дали полную свободу действий.

Дальше я узнала, что же все-таки рвануло в банке. Взрывчатка, спрятанная в граммофоне! Гномский аппарат, упакованный в нарядную коробку, принес в банк молодой человек, наружности которого никто не запомнил, в памяти сотрудников, принявших коробку, осталась только огромная меховая шапка. Страшный подарок предназначался некой Розе Каен, восьмидесятилетней одинокой старушке, работающей уборщицей в банке. Однако граммофон ей так и не передали — господин Дашен Лайен, глава кредитного департамента, которому сотрудники передали коробку, решил оставить подарок себе. Он отнес его в свой кабинет, открыл и использовал по назначению, благо пластинка прилагалась. К заводной ручке и был подключен взрывной снаряд. Когда глава кредитного департамента завел механизм и отпустил ручку, взрыв и прозвучал. Господин Дашен и его секретарь, который в это время тоже находился в кабинете, погибли на месте. В стоящих поблизости от банка зданиях, выбило стекла. Осколками были ранены больше дюжины человек.

— И что ты обо всем этом думаешь? — Поинтересовался Рихар, когда я закончила беседовать с Розой, а точнее Розалией Каен, в девичестве Ринно.

— Думаю, что произошла чудовищная ошибка, — чуть подумав, ответила я.

— В смысле? — Не понял дракон.

— Я думаю, что убийца ошибся с объектом. Посуди сам, — поторопилась я с разъяснениями, видя полное непонимание, — граммофон шикарный подарок. Такой аппарат могут позволить себе только богачи! А тут одарили безродную с нищенским достатком. И ладно бы госпожа Розалия была молода и красива. Тогда было бы понятно — огненный привет от любовника. Ан нет же! Роза Каен — старушка, едва не рассыпается. Как-то не увязывается дорогущий граммофон и бабушка.

— А может привет из прошлого? — Выдвинул версию Рихар.

— Исключено, — улыбнулась я. — Ты же проверил ее прошлое, равно как и прошлое всех сотрудников банка, а также их родственников и ближайших друзей. Роза Каен чиста, как младенец. Да и никому из ее окружения не по карману граммофон. Только если все свое имущество продать. Но вряд ли кто пойдет на это.

— А если маг? Им заработать такую сумму гораздо легче. Да и в алхимии взрывчатых веществ разбираются.

— Нет, Рихар, — покачала я головой после минутных размышлений. — Маги, скажем так, действуют более точечно. Но кое в чем ты прав! Убийца, кем бы он ни был, превосходно разбирается в алхимии и артефактах. Даже в артефактах больше — так ювелирно запрятать взрывное устройство в аппарат — тут нужны и знания, и опыт. Нет, это не маг, либо человек с минимальным Даром. Таких как раз и берут на обучение в свои мастерские артефакторы. Академия им не светит.

— Хорошо, — кивнул Рихар, — ты меня убедила. Я озадачу Власа поиском подходящих под описание молодого, на вид до тридцати пяти лет, среднего роста, стройного телосложения мужчины. Но, Василика, их у нас таких больше сотни наберется.

— Понимаю, — нахмурилась я. — Военных, наверное, еще больше будет.

— Пожалуй, — согласился со мной дракон. — Но я так и не понял, почему ты решила, что убийца ошибся с Розой Каен.

— Ну, про несоответствие дорого подарка и старушки, я уже объяснила. Во-вторых, если верить очевидцам, подарок предназначался Розе Каен. Роза — слишком распространенное сокращение, и вполне возможно, что преступник адресовал свой подарок Розалинде Каен, или Розанне Каен, или все той же Розе Каен. Понимаешь о чем я?

— Понимаю, — кивнул дракон. — Дальше. Это ведь не все…

— В-третьих, — послушно продолжила я. — Узнать, где живет Розалия Каен, не составляет труда. А уж пробраться в ее дом и убить по-тихому, так чтобы только через несколько дней заметили, проще простого. А тут взрыв в банке, посреди бело дня! Это куда более громкое преступление, расследованием которого займутся лучшие сыщики страны. И не надо так улыбаться! Это я тебя имела в виду!

— Не обижайся! — Примирительно поднял вверх ладони Рихар. — А ты молодец! С удивлением должен признать, что твои версии весьма состоятельны — и по личности убийцы, и по тому, что он не знал, кому отправлял подарок. Что будем делать дальше?

Вопрос был неожиданным. Как-то странно ощущать себя главой следствия и принимать решения, от которых зависит судьба всего расследования.

— Нужно узнать, работают ли в других отделениях банка женщины по имени Роза или по фамилии Каен.

— Даже так? — Удивился Рихар, но все же кивнул. Таких женщин будет значительно меньше, чем подрывников, и проверить их не составит труда.

Однако я рано начала радоваться сыскному успеху. Через несколько дней пришло сообщение, что женщин по имени Роза или по фамилии Каен в других отделениях банка нет.

Следствие зашло в тупик.

— Что будем делать дальше? — В очередной раз спросил меня Рихар.

Идей не было. Зато на руках у нас был список артефакторов, подходящих под весьма расплывчатое описание и имеющий требуемый уровень мастерства, чтобы спрятать взрывчатку в сложном аппарате.

Я крутила список так и эдак, усиленно соображая, и в итоге поинтересовалась, можем ли мы узнать, кто из этих людей является клиентом нашего банка. А еще лучше — конкретного отделения, расположенного в Эссентере. Ведь как-то преступник узнал про Розалию Каен! Он должен был ее видеть! Разговаривать с ней!

Рихару моя идея показалась разумной, и на следующий день у нас на руках был список из двадцати имен. Двадцать свободных мастеров-артефакторов, специализирующихся на взрывчатых веществах и взрывных устройствах, проживающих в разных уголках Адрастериона, пятеро из которых по стечению обстоятельств открыли счет в эссентеровском отделении банка.

В самом начале наш выбор пал на Триррен, ближайший к нам городок. Когда-то давно, еще до правления регента Анна, этот город входил в исконные владения графов Райзендэ, а теперь он принадлежит барону Эммерик.

В Тиррене проживал Джеро Кани — первоклассный специалист, когда-то работавший в полиции. Бывшие коллеги, соседи друзья отзывались о нем очень хорошо. Но в тихом омуте и черти водятся. И мне кажется, что взрыв в банке утроил как раз такой человек — тихий, спокойный, добрый, только у него что-то перемкнуло в мозгах…

Господин Кани принял нас радушно, на вопросы отвечал охотно и даже не обиделся, что мы его подозревали в страшном преступлении. У него оказалось твердое алиби — в тот день он был на обеде у мэра. Однако, как бы мужчина не пытался скрыть расстроенных чувств, я все равно углядела. И поинтересовалась в чем дело. Джеро заметно занервничал, украдкой глянул на почтовую шкатулку и попытался сделать вид, что все хорошо. Я бы дальше не стала настаивать, но на состояние артефактора обратил внимание Рихар. И через пять минут нам была поведана страшная тайна.

Оказывается, что семью (жену и шестилетнюю дочку) господина Джеро похитили. Бандиты уже больше полугода пытаются склонить артефактора к сотрудничеству. Тот никак не соглашался и преступники перешли к активным действиям.

— Оооочень любопытно, — протянул Рихар, недобро улыбаясь, а Джеро Кани рухнул на колени, умоляя спасти его семью.

В помощи дракон не стал отказывать.

Было понятно, что со спасательной операцией затягивать не стоило. Тут каждая минута была на счету. И Рихар решил заняться этим делом лично. Меня отправили домой — я не стала сопротивляться, прекрасно понимая, что ничем не смогу помочь полицейским, только мешать буду.

Дракона не было два дня, а когда он наконец-то появился, то с порога ошарашил новостью, что за преступниками стоял барон Андрэ Эммерик! Всех бандитов повязали, а вот барону удалось вывернуться. Он заявил, что не знал, кем являются торговцы, весьма часто снабжающие его редкими антикварными вещицами. Алиар сделал вид, что поверил. Время Эммерика еще не подошло. Возможно, это дело еще послужит подспорьем, чтобы лишить его титула и земель, а сейчас его оставили в покое.

Потом мы отправились в тихий городок Неккарт, что находится в герцогстве Рронат. Мэтр Утан разрешил нам похозяйничать на своей территории.

Неккарт встретил нас пустынными улочками и порывистым ветром. В воздухе плавал горький аромат страха — я это сразу учуяла. Леденящий душу ужас заставил замереть сердце на несколько мгновений. Рихар зябко передернул плечами и шепотом вопросил:

— Что это?

— Это страх, — также тихо ответила. — Разве ты не чувствуешь? — И я выразительно повела носом.

— У тебя удивительный нюх, Лика, — улыбнулся мой друг. — Редко кто по запаху может различать чувства и эмоции людей, да и нелюдей тоже.

— Ну, должно же быть у меня хоть что-то от драконов! — Воскликнула и тут же испуганно вжала голову в плечи — атмосфера в городе заставляла осторожничать. — Чего они так боятся?

— Сейчас узнаем, — нахмурился Рихар, но перед тем как начать колдовать попробовал меня успокоить, — а ты все-таки не переживай на счет драконьей магии. Когда ты станешь драконом, у тебя появится и драконий огонь, и способности к школе разума, и еще много чего будет. Потерпи немного.

Я весело сморщила носик. «Еще много чего будет», — это он так обтекаемо о чешуе и клыках выразился? И тут же нахмурилась, призадумавшись. С одной стороны, приобрести это все заманчиво и очень хочется, а с другой — совершенно не хочется терять то, что я имею сейчас. Магию Повелителя стихий.

Ладно, не надо размышлять о печальном. Еще не известно, как этот оборот повернется. Может, я настолько уникальна, что смогу сохранить старую магию и приобрести новую. Варианты, как это провернуть, уже имеются. А сейчас лучше всего понаблюдать, как Рихар работает с ментальным пространством, и намотать себе на ус!

Дракон расслабился, опустив руки и глубоко вдохнув. Постоял так с минуту, после чего удивленно распахнул глаза.

— Они боятся… оборотня?

— Кого?

— Оборотня. Волка-убийцу, — пояснил Рихар. — Причем этот волк восстал из мертвых.

— Однако, — поразилась я и нахмурилась. — Все интереснее и интереснее.

— Согласен. Пойдем, — потянул меня дракон за руку, — нужно разобраться с этим… оборотнем.

Мэр лорд Джозеф тей Серра, пожилой представительный мужчина, сначала начал юлить, но под нашими проницательными взглядами выложил все, как на духу.

Оказывается, все началось еще тридцать лет назад. В семье портных Брунса и Мегги Пере родились близнецы. Младший, Вольф, рос злым, даже жестоким мальчиком. Нередко взрослые находили его в укромном уголке истязающего какое-нибудь животное. Чаще всего страдали кошки и некрупные собаки. А вот старший, Дитли, наоборот, был очень милым, добрым и отзывчивым. Эго все любили, баловали, когда младшего сначала пытались перевоспитать, затем, когда ребенок подрос и стал болезненным подростком, начали опасаться, а спустя еще несколько лет, когда Вольф превратился в нескладного щуплого юношу, одно его имя вызывало настоящий ужас среди жителей. Он смотрел на всех зло, кривил губы в жестокой улыбке, вызывая тем самым животный ужас. И все также продолжал резать животных. Его несколько раз задерживали полицейские, к нему приглашали священников и мистиков для откровенных бесед, даже проезжий маг пытался ему помочь, но все было тщетно!

Юноша еще больше озлобился и начал… убивать людей.

Сначала кровавые убийства никто не связывал с младшим Пере, но его брат Дитли стал свидетелем одного из нападений и спасителем несчастной Норис Троэ, которой Вольф зашил веки.

Вольфа казнили и мирная жизнь на долгие тридцать лет вернулась в Неккарт. Но совсем недавно кровавый убийца вернулся.

— Это все весьма любопытно и стоит внимательно изучить материалы того дела, — задумчиво потянул Рихар, допивая уже давно остывший чай. — Вот только объясните мне — почему вы решили, что вернулся именно Вольф-убийца, причем мертвый?

— Дак, видели его! — Нервно воскликнул лорд Джозеф, затравленно глядя на дракона. — Убийство-то с сентября начались. Поначалу их никто и не сравнивал с теми… тридцатилетней давности. И предположить никто не мог, что мертвец из небытия вернется. Мы ж тогда все честь по чести сделали. Расследование. Приговор. Казнь. Только… — Тут мэр замялся и виновато опустил глаза, — урну с прахом мы не стали в городской склеп ставить. Побрезговали. Старший брат, Дитли, забрал и где-то в лесу захоронил.

— А вы точно умертвие видели? Не призрака? — Встряла я в разговор старших. Лорд Джозеф строго уставился на меня, мол, не вмешивайся в дела мужчин, а Рихару моя мысль показалась здравой, и он вопросительно поднял бровь, ожидая ответа.

Мэру ничего не оставалось, как ответить:

— Это не призрак, и не умертвие, леди. Это живой человек, — огорошил он нас. — По крайней мере, так утверждают наши городские маги.

— Тогда почему вы считаете, что вернулся из мертвый Вольф Пере, — не унималась я. — Просто какой-то сумасшедший копирует события тридцатилетней давности.

— Говорю же, — раздраженно ответил мэр, — видели его. И узнали! Хоть и не просто это было, но в состарившемся, скрюченном, передвигающемся на карачках и воющем на все лады человеке, Дитли Пере узнал собственного брата. Это было сильнейшим ударом для него. Да и для всех нас.

— Что ж, — вздохнул Рихар, размышляя над дальнейшими действиями. — Как удачно, что мы наведались в ваш городок, хоть цели визита и не достигли, мастер Джокэн Хэйго уехал отсюда в пошлом году. Но, мы, как полномочные представители герцога Рронат по уголовным делам, готовы помочь вам в расследовании этого дела и поимке опасного преступника. Ты же не против, Лика?

— Конечно, не против! — воодушевилась я, наблюдая, как скривилось лицо мэра. Он явно не желал, чтобы мы вмешивались.

Все-таки, тут что-то не так. Носом чую!

Первым делом после того, как вышли от лорда Джозефа тей Серра, мы плотно пообедали в уютной таверне и сняли пару номеров. Нет, мэр был сама любезность и пригласил нас к себе в дом, но мы отказались. Точнее я, записав его толи в подозреваемые, толи в соучастники.

Потом мы отправились в местный полицейский участок, дабы изучить дело по Вульфу Пере тридцатилетней давности. Откопировав материалы дела, пошли на поиски мастера Майка тей Ноа — мага-стихийника, прибывшего в Неккарт для отработки трехлетней практики прямо из МагАкаделии.

Пока шли, я бегло просматривала увесистую папку по делу Вульфа. И чем больше я погружалась в чтение, тем больше мрачнела. Полный псих этот Пере — иначе про него и не скажешь, — на совести которого семнадцать загубленных жизней. Причем убийца действовал весьма изобретательно, но всегда кроваво и очень мучительно. Взглянув на пару картинок с места нахождения жертвы и бегло пробежав по описанию, решила эти места пропускать. И плевать, что это может важно для расследования! У меня нервы не железные, да и поела я не более часа назад, а уж расстроенные чувства никак не могут способствовать скорейшему выздоровлению.

Хоть половину дела я и не прочитала, но одну странность увидела. Жители Неккарта с первого же убийства поняли, кто преступник, но почему-то Вульфа, который и не скрывался, не арестовали и позволили ему дальше бесчинствовать в городе.

Пока я размышляла над этой преступной халатностью горожан, мы с Рихаром вошли в небольшой одноэтажный дом. Пахло здесь, как в аптека. Я огляделась — и в правду на стенах у потолка висели увесистые пучки разнообразных трав, многочисленные полки были уставлены горшочками, баночками, пакетиками с порошками, мазями и лечебными составами. Напротив двери находился прилавок, за которым, доброжелательно нам улыбаясь, стоял пожилой целитель.

— Добрый день, леди, лорд, — поздоровался он с нами. — Чем могу помочь?

— Девин Годи? — Отчего-то строго спросил Рихар и целитель неуверенно кивнул, с удивление глядя на него. — Полномочный представитель герцога Рронат по уголовным делам, Главный Судья герцогства Эрхард, лорд Рихар ар'шад эн Драган, герцог Эрхард — представился дракон по всей форме, зачем-то показывая свое удостоверение, — где я могу найти Майка тей Ноа?

В ответ старик, выпучил глаза, несколько мгновений вглядываясь в протянутый документ, а затем повалился на пол без чувств.

— Рихар! — испуганно закричала я.

Но дракон уже сам понял, что перестарался, быстро подошел к целителю, легко поднял его и уложил на прилавок.

— Живой, — констатировал он, когда нащепал пульс на шее. — Найди что-нибудь, чем можно привести его в чувства.

Я бросилась к полкам. Быстро отыскав нюхательную соль, отнесла ее Рихару, а затем продолжила шерудить по полкам. Нужно заварить восстанавливающий силы чай. Мастеру Девину он пригодиться.

— Вы уж извините меня за такую реакцию, — слабо улыбнулся мастер Девин, поудобнее устраиваясь в кресле в гостиной, куда мы перешли, когда хозяин дома очнулся. — Не ожидал, что в нашу глушь такие важные персоны пожалуют. Леди Василика, примите мои искренние поздравления — ваш чай действительно стоящая вещь! Силы быстро возвращаются ко мне.

— Спасибо! — Широко заулыбалась я. Похвала была приятной, учитывая то, что это один из первых моих экспериментальных составов.

— Это мы перед вами должны извиниться, — улыбнулся Рихар, отхлебывая из большой кружки моего фирменного чая. — В жизни многое видел, но столь… бурная реакция на мое имя стала неожиданностью. Есть причины?

Мастер Девин не ответил, только сумрачно посмотрел на нас и тяжело вздохнул. Я решила перевести тему разговора в иное русло:

— А где мы можем найти Майка тей Ноа? Он же у вас квартирует?

Целитель только еще больше помрачнел, а потом, как будто на что-то решившись, начал говорить.

— Молчи не молчи, а ведь все равно донесут… Про маньяка небось слыхали уже?

Мы слажено кивнули. Собственно именно поэтому мы и пришли сюда.

— Убийства с конца сентября начались, — продолжил говорить целитель, — аккурат после Праздника Урожая.

Я вздрогнула, испуганно уставясь на Рихара. Тот легонько сжал мою ладонь, и стал еще внимательнее слушать, что говорит мастер Девин.

Проклятье! Что же это за сентябрь такой разрушительный?

— Майк тут уже третий год работает — практику проходит. Будущим летом планирует в столицу вернуться, свое дело открыть. Ну, я не про это хотел рассказать… Вначале осени он, как обычно, домой ездил на три недели, в отпуск. А как вернулся… На первое же утро труп нашли. Истерзанный до такого, что только по особой примете и смогли опознать бедняжку Лизу Фокси. — Тут целитель замолчал, жадно отпивая из кружки. Затем нехотя продолжил, — в общем, никаких доказательств причастности к убийству у полицейских нет, но они нашли это совпадение очень занятным и интересным, а главное перспективным.

— Так они считают, что это Майк тей Ноа, притворившись восставшим из мертвых Вольфом Пере, убивает жителей Неккарта? — Задумчиво протянула я.

А что? Версия очень даже состоятельная! И совпадение действительно занятное. Если конечно это совпадение, а не реальность…

— Да, — печально кивнул целитель. — Видите ли, полицейские не нашли у других жителей ни причин убивать Лизу, ни возможностей это сделать. А Майк…

— У него были конфликты с местными? — Вопросил Рихар, хитро прищурившись.

— Только с девицами на выданье, — скривился мастер Девин. — Посудите сами, Майк молод, хорош собой, а главное из дворянской, весьма обеспеченной семьи. Для местных барышень такой муж — предел мечтаний.

— Так на него была объявлена охота? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла я.

— Охота. — Фыркнул целитель, скривившись. — Иной раз бедняга из дома выйти боялся! А если обязанности заставят, так постоянно брал с собой Ингу, мою внучку, как гарант того, что его не обвинят в бесчестии какой-нибудь девицы.

— Да, дела, — вздохнул Рихар, видимо вспомнив времена, когда за ним бегала Альве. — А где он сейчас?

— Домой повез невесту прятать. А заодно и с родителями познакомит. Они с Ингой решили пожениться ближе к лету.

Я при этих словах весело захихикала, Рихар пытался сдержать улыбку, но не преуспел. Сам целитель тоже весело сморщил нос.

— Ох, и скандал она ему устроила! — Продолжил говорить мастер Девин. — Не поеду, говорит, и точка. Так он ее слушать более не стал, на плечо взвалил да и отбыл. По темноте должен вернуться.

— Хорошо, — кивнул Рихар, — как прибудет, пусть наведается в таверну господина Джойса Менси. Нам побеседовать с ним нужно по делу маньяка.

— Дак вы решили расследовать это дело? — Удивился целитель, и дождавшись утвердительного кивка, с облегчением выдал, — ну и слава Небесам! Хоть кто-то здесь порядок наведет.

Мы просидели у мастера Девина еще с час. Он поведал нам все, что знал по делу. Оказывается, Майк, устав от беспочвенных обвинений и бездействия полицейских, решил сам расследовать это дело. Как и мы, он изучил дело Вольфа Пере тридцатилетней давности и наткнулся на несколько несостыковок. Во-первых, в семье Брунса и Мегги Пере родился только один ребенок — Дитли Пере. По крайней мере, так говорят регистрационные книги. Жители же города, да и сам господин Пере, утверждают иное. Во-вторых, смертная казнь была очень странной. Сожжение. Обычно преступников вешают, а тут… В-третьих, Майк был на том месте, где, предположительно были захоронен прах Вольфа Пере, но следов могилы не обнаружил. Конечно, Дитли мог ошибиться с местом, показывая его магу, ведь времени прошло немало, но Пере утверждал, что это именно то самое место.

— Куда теперь? — Спросила я, пряча нос в воротник шубы. Нет, холодно мне не было — Рихар поставил согревающий щит. Но наблюдать, как резкий порывистый ветер поднимает с обледенелой дороги снег, было холодно.

Рихар посмотрел на закрывшуюся за нами дверь аптеки мастера Девина Годи и тоже зябко повел плечами.

— Ты в номера отдыхать и набираться сил, я — в архив мэрии.

— С чего это ты работать будешь, а я отдыхать? — Праведно возмутилась.

— С того, что кое-кто едва на ногах держится, — резко оборвал меня Рихар. — Ты бледная как полотно, и если бы я не подпитывал твои силы магией, давно бы уже свалилась. Василика, не упрямься. Если ты сляжешь, то тебя запрут в поместье, и никто не знает когда выпустят, а меня вообще на декокты пустят.

Упоминание о доме и моих мучителях возымело действие и я неохотно согласилась:

— Хорошо, давай в номера. Но ты без меня ничего не расследуй!

— Не буду, — улыбнулся дракон. — Я только откопирую необходимые нам документы и тоже отдыхать пойду. Вечером будет весьма содержательный разговор с мастером Майком. Еще надо бы с этим Дитли поговорить, но это уже завра.

— Угу, — согласилась я и мы перенеслись в таверну.

Уснула я быстро, еще до того как моя голова коснулась подушки. И сладко проспала, увы мне, не до вечера, а аж до самого утра. А утром меня ждал сюрприз.

— Собирайся, Василика, — ко мне в комнату ворвался Рихар. — У нас труп!

Я едва не подавилась чаем от таких новостей. Быстро поставив кружку на стол, натянула валенки и, подхватив шубку, сбежала вслед за драконом на первый этаж таверны. В зале нас ждал высокий симпатичный маг в серо-голубой не застегнутой мантии, выдававшего в нем адепта школы Воздуха. Должно быть, это и есть Майк тей Ноа. Но больше всего меня потрясло наличие мэтра Утана.

А он-то что здесь делает?

Я притормозила. Рихар тоже замедлил шаг и оглянулся на меня. В его взгляде читался вопрос. Пожала плечами. Оглядела зал еще раз и только сейчас заметила еще одно действующее лицо. Эми улыбалась во все тридцать два.

Теперь понятно, кто нам так удружил! Хотя сама виновата, не нужно было посылать сестре сообщение, что мы наткнулись на умертвие волка-убийцы. Наверное, Эми стало ужасно интересно, и она поделилась новостью с наставником, и тому тоже захотелось посмотреть на «оборотня».

И что сейчас делать?

Мэтр Утан просто кивнул Рихару, а со мной же мрачно поздоровался:

— Доброе утро, Василика, — затем замолк, внимательно вглядываясь в меня, после чего вынес вердикт, — ты выглядишь уставшей и больной.

Все находящиеся в зале таверны уставились на меня. Пожала плечами — всем и так известно я, что нездорова. А что на счет усталости, то я за ночь прекрасно отдохнула и выспалась, и готова к работе как никогда.

— Со мной все хорошо, — грустно ответила, понимая, что от очередной лекции по поводу моего неблагодарного поведения это меня не спасет.

Мои худшие опасения почти подтвердились. Почти!

Метр Утан явно был настроен не пускать меня на улицу, а вернуть обратно в номер и уложить в постель, но увидел, что Эми делает ему непонятные знаки в виде поднятия брови, закрыл рот, сжав губы так, что они побелели. После чего заявил, что должен осмотреть меня и, если я действительно больна, то на улицу никто меня не пустит.

Пришлось согласиться. А что еще оставалось делать?

Осмотр ничего нового не показал, кроме начинающегося насморка. И где я умудрилась простыть? И это под щитами-то?

Лечить меня не стали — некромант просто побоялся вмешиваться в работу лорда Ваэна. Но прописали укрепляющие эликсиры и чаи с лечебными травками.

Выпив настойку на основе сельдерея, я вместе со своими спутниками направилась на место преступления. По пути Рихар рассказал, что ничего нового ему не удалась выяснить. Хотя информация, поведанная нам мастером Девином, полностью подтвердилась. Затем он во всех подробностях обрисовал ситуацию мэтру Утану и Эми.

— Так никакого вурдалака нет?! — Расстроенно взвыла Эми, почти испепеляя меня взглядом.

Ну, я немножко приврала, каюсь.

— Не егози! — Строго одернул ее некромант. — Дело очень серьезное — семь человек погибло.

Эми тут же присмирела, покаянно опустив голову.

Так мы дошли до места преступления. Точнее остановились в метрах пятидесяти от центральной площади города. Невероятно, убийца оставил труп прямо посреди широкой самой многолюдной улицы! Впрочем, сейчас она была оцеплена полицейскими, вокруг ограждающей ленты, наверное, собрался весь город, а жители, жившие в оцепленном районе, прилипли к окнам — выходить из дома им запретили.

— Разойдитесь! — Приказал мэтр и, когда толпа расступилась, испуганно кланяясь своему герцогу, мы прошли за оцепление.

И тут же остановились, наблюдая, как к нам быстро подходит местный целитель.

— Майк, мальчик мой! — Воскликнул запыхавшийся мастер Девин Годи. — Я не позволю им… Поверь, я не допущу…

Мы так и не узнали, что там не позволит и не допустит целитель, так как мастер Девин замолк, схватившись за сердце, судорожно хватая ртом воздух.

— Девин, — воскликнул Майк и поспешил на помощь будущему родственнику, но был остановлен новым действующим лицом.

Судя по форме, немолодой полноватый мужчина был полицейским, а звезда, прикрепленная к мундиру, указывала, что мужчина является главой полиции Неккарта.

— Майк тей Ноа, — с торжествующей улыбкой произнес полицейский, — вы арестованы по обвинению в убийстве Маргариты Нейко и еще шести жителей Неккарта!

— Не позволю! — Тут же завопил целитель, а Майк подхватил его под руку, помогая удержаться на ногах.

— Дед, не нервничай, — тихо попросил молодой маг, доставая из кармана ампулу. Вскрыл и влил в рол целителю, судя по запаху, сердечные капли. — У вас есть доказательства моей вины?

Вопрос Майка был весьма интересен, а главное правомочен. Все наше внимание было направлено на полицейского, а тот отчего-то испугался. Хотя через мгновение, когда он дрожащим голосом протянул: «Герцог Рррроннннат?», все стало понятно — темный взгляд некроманта, казалось, прожигал дыры в душах. Тут даже допроса не нужно, каждый готов рассказать все свои тайны, лишь бы на него так не смотрели.

Полицейский судорожно открывал и закрывал рот, но произнести так ничего и не смог. Тогда мэтр обратил свой взгляд на целителя и тот, откашлявшись, начал говорить:

— Погибшая Маргарита Нейко, двадцать лет, скончалась вчера примерно в десять-десять тридцать вечера от обильной кровопотери. Убита не здесь. На площадь ее принесли уже мертвой.

Когда целитель замолк, мэтр перевел тяжелый взгляд на Майка и спросил:

— Где вы были вчера с десяти до десяти тридцати вечера?

— С семи вечера и до часу ночи я беседовал с герцогом Эрхард.

— Да, все верно, — сказал Рихар, не дожидаясь вопросов, и уже конкретно главе полиции Неккарта, — Майк тей Ноа не виновен в убийствах жителей города. Тема закрыта.

— Конечно это не он, — послышался над нашими головами старческий голос. Мы все подняли головы и увидели, высунувшегося в форточку совсем седого стрика. Старик беззубо улыбнулся и пояснил, — это сделала Вольф Пере. Он вернулся. Зло вернулось!

После чего старикан скрылся за стеклом, с хлопком закрыв форточку.

Мэтр Утан страдальчески сморщился, пробурчав что-то невнятное себе под нос. После чего обратился к полицейскому.

— Идемте, я хочу осмотреть тело девушки. И место нахождения трупа тоже.

— И леди тоже? — Потрясенно вопросил целитель, когда мы все тронулись вперед.

Некромант обернулся, оценивающе оглядел меня и приказал:

— Василика, остаешься здесь. Эмирьяра, за мной.

— А…

— Моя ученица, — пояснил мэтр, и целитель спокойно выдохнул.

Ну да, некромантам и целителям ко всяким ужастям не привыкать. А мне было обидно.

— Майк, присмотри за ней, — остановил стихийника Рихар, — я буквально на десять минут.

Когда Рихар ушел, наступила напряженная тишина. Я демонстративно дулась на весь мир. Майк тоже был обижен на судьбу — я прямо кожей чувствовала, как ему не хотелось возиться с капризной мелкой девчонкой, когда как там, в центре площади, происходит много интересного.

Переступила с ноги на ногу в мягком подтаявшем снегу и только сейчас сообразила, отчего я простыла. Погода менялась! Началась очередная недолгая оттепель, это я еще вчера заметила. Снег начал стремительно таять, образуя слякоть и грязные лужи. Ночью или завтра утром, наверное, дождь пойдет. А через несколько дней опять наступят холода и все замерзнет. Скользкий лед покроет все дороги и студенты Академии и практиканты выйдут на улицы, чтобы помочь простым жителям Адрастериона пережить эту напасть. Вот такая вот у нас зима.

А в такую погоду надо бы надевать непромокаемые кожаные сапоги, а не валенки.

— Вот уж вселенская несправедливость! — Топнула я ногой.

— Что такое? — Вздрогнул Майк.

— Валенки промокли!

— А! — С облегчением улыбнулся маг. — Это мы сейчас поправим.

И мои ноги окутали небольшие воздушные смерчи, и валенки через минуту просохли. А еще Майк убрал снег из-под ног, и я теперь стояла на совершенно сухой земле.

— Спасибо, — улыбнулась магу.

— Не за что, — ответная улыбка, а потом Майк добавил, — не расстраивайте из-за того, что вас не пустили туда, — он кивнул в сторону площади. — Поверьте, там вас не ждет ничего хорошего.

— Я знаю, — насупилась. — Но ведь обидно! Туда нельзя, сюда не смотри, это запрещено! Сколько можно мной помыкать?!

— Но ведь это все для вашего же блага, — мягко сказал маг.

— Матер Майк, благими намерениями вымощена дорога в гроб! А я еще слишком молода, чтобы помирать. И вообще, я уже взрослая девушка, а они все возятся со мной, как с ребенком. Надоело!

— Вам на вид не больше тринадцати, — «обрадовали» меня.

— Ну, вы скажете, — возмутилась в ответ. — Мне шестнадцать! Я имею полное право выйти замуж и…

— Вот только не надо про это! — Майк отчего попятился от меня, поскользнулся, едва не грохнувшись в грязный снег. — И… и вообще у меня невеста! Вот! Я почти женат!

Удивленно округлила глаза, не сразу поняв, куда он клонит, а сообразив, мерзко захихикала.

— Что, достали? — Но увидев, что маг собирается сбежать, наплевав на приказ, смилостивилась и призналась, — не бойтесь, я до окончания Академии не собираюсь заводить мужа. И вообще в ближайшие сто лет. Хотя… — тут я бросила оценивающий взгляд на мага, — вы симпатичный. Даже очень.

Молодой мастер-стихийник и вправду был хорош собой. Высокий, статный, уверенный. Лицо, осанка сразу выдают в нем человека благородного происхождения. Длинные густые волосы цвета воронова крыла рассыпаны по спине и плечам. Широкие брови почти всегда нахмурены. Идеальный прямой нос. Глаза темные большие в обрамлении длинющих ресниц. Губы довольно пухлые для мужчины складываются в обворожительную улыбку, перед которой трудно устоять. Плечи широкие. Майк явно занимается фехтованием или какими-нибудь единоборствами. Всю его мускулатуру и даже кубики на животе точно обрисовывала тонкая ткань черной водолазки. Прибавить ко всему выше описанному тонкую талию, узкие бедра и длинные стройные ноги и становится понятным, почему местные девицы, а их мамаши наверняка поддержали в этом начинании, возжелали заполучить этого самца в свои лапы.

К красивой внешности прилагается еще дворянство и немалое богатство.

Этот мужчина идеален!

— Вы несомненно красивы, — закончив осмотр, вынесла я вердикт. — Неудивительно, что вас хотят захомутать все, кто увидел хоть раз.

— Ну не все, — Майк оценивающе посмотрел на меня.

— К счастью для вас, мое сердце уже не свободно, — призналась я и чуть порозовела, вспомнив внимательный взгляд лорда Итилорина.

— Ну, нашим легче, — в голосе мага сквозило явное облегчение.

Я снова захихикала. Хотела выспросить у него о домогательствах девиц, но увидела, что к нам возвращается Рихар. Дракон был явно расстроен.

— Идем, Василика, Утан поручил нам опросить Дитли Пере. Да и мы сами планировали это сделать.

— Все так плохо? — просила я.

Дракон ничего не ответил, только неопределенно кивнул. Я побежала за ним, а Майк направился к целителю.

Допрос четы Пере ничего нам не дал. И версия Рихара о том, что это Дитли, претворившись своим покойным братом, убивает жителей Неккарта, тоже не подтвердилась. Господин Пере был стар. Очень стар, сед, болен и немощен. Он и чайную ложку держал с трудом, не говоря уже о более тяжелом столовом приборе. Нет, убийца кто-то другой. Кто-то кто в курсе событий тридцатилетней давности. И местный, ибо отлично знает город.

— Ладно, — расстроено сказал Рихар, когда мы покинули дом Пере. — Отрицательный результат тоже результат.

— Угу.

— Пошли в таверну обедать, а после подумаем, как быть. Возможно, я раскину ментальную сеть.

— Может, обойдемся без крайностей? — взволновалась я.

Ментальная сеть — заклинание, позволяющее магу-менталисту собирать все мысли, чувства, желания и даже воспоминания разумных существ, проживающие в районе, где было использовано заклинание. Это может быть отдельная комната или же целый дом, а может быть улица или даже город. Рихар без труда может захватить сетью весь Неккарт. Но воспринимать мысли людей работа неблагодарная, тяжелая и неприятная. Дракон после этого будет восстанавливать душевное равновесие несколько недель.

— Может и обойдемся, — задумчиво протянул Рихар. — Вообще-то, есть варианты попроще. Обсудим после обеда с Утаном. Он, кстати, воспользовался заклинанием «Последний вздох» и отправился исследовать непосредственное место смерти Маргариты Нейко. Интересно, что покажут исследование некроманта.

— Пожалуй, — согласилась я. — А выяснили, что делала девушка на улице так поздно? Все-таки девица из приличной семьи и…

Рихар скривился:

— Майка выслеживала. И самое паршивое, что ее мать, госпожа Амалия Нейко, собственноручно выпихнула дочь на улицу ночью. И вот… результат.

Я не нашлась, что на это сказать. С одной стороны жалко, что так получилось, а с другой — сами и виноваты. Причем все трое. Майку не следовало так демонстративно себя показывать — в ситуации с обезумевшими девицами виноват только он. Родителям девиц на выданье нужно думать о безопасности и не пускать своих чад на улицу, где бродит маньяк. Самим девицам нужно вести себя скромно и достойно. И соображалку вовремя включать — голова женщине дана не только для того, чтобы прически делать, но и думать хоть иногда.

— Ладно. Идем быстрее, я голоден, как дракон, — Рихар потянул меня за рукав в сторону таверны, но внезапно остановился.

— Ты чего? — возмутилась врезавшаяся в дракона я.

— Слушай, а ты ничего странного в Дитли не заметила?

— Что ты имеешь в виду? — призадумалась, наморщив лоб. — Он говорил чистую правду. Вчера в районе девяти вечера он с супругой лег спать. Спали всю ночь, а утром им сообщили об очередном убийстве, в котором он уверен, что виноват его воскресший брат Вольф. Магическими способами я не смотрела. Ты же знаешь, мне нельзя.

— Я тоже почувствовал, что он говорит правду, но эта его уверенность на счет Вольфа… Хотя в этом весь город уверен. И опять же регистрационные документы. Неужели за столько лет нельзя было исправить ошибку внести имя младшего брата в списки рожденных и умерших? Опять же урну с прахом так и не нашли… Ладно, пойдем, запаздываем уже.

— И все же, какие у тебя подозрения на счет этого Пере?

Все интересующие нас вопросы мы выяснили. В списки рожденных Вольфа Пере банально забыли внести (такое бывает и довольно часто), в списки умерших — посчитали ненужным. Если честно, о нем просто хотели побыстрее забыть. Урна с прахом действительно где-то зарыта в лесу, но где точно никто не знает.

Рихар ответил не сразу, минут пять размышляя над ответом, но потом все-таки признался:

— Мелькнуло в его сознании что-то… темное. Я и рассмотреть не успел.

— Мы именно поэтому больше часа у него просидели? Может тебе показалось?

— Может и показалось, — вздохнул Рихар. — Давай поторопимся, действительно есть охота.

— Дыши глубоко носом и медленно выдыхай через рот, — приказал Рихар, легонько похлопывая меня по щекам. — Ну, соображаешь, что происходит и где ты находишься?

Голос дракона был резок и сух. Никаких дружелюбных ноток. Но он был для меня ориентиром и, слушая этот голос, я медленно и верно выходила из страшной истерики, которую я учинила, когда за обедом мэтр Утан сообщил, что мы с Эми возвращаемся в поместье.

Огляделась. Мы находились в моей комнате в таверне. Надо же! Даже не помню, как мы здесь оказались.

— Пришла в себя? — Уже тепло спросил Рихар и я кивнула. — Что это за истерики, Василика? — Крайне устало с ноткой раздражения. — Ты без устали твердишь всем, что взрослая, самостоятельная, замуж пора. И при этом ведешь себя как маленький ребенок. Что о тебе должны подумать окружающие? Что ты уже взрослая девушка? Нет, Василика! Всем становится видно, что ты далека от самостоятельности и что ты избалованная маленькая девочка. Ребенок! — Повторил Рихар.

— Извини, — опустив голову, пробормотала я.

Дыхание медленно приходило в норму, а за учиненную истерику становилось стыдно. Рихар во всем прав. Но…

— Нас ведь не обязательно отправлять домой. Мы можем остаться в таверне, под щитами и…

— И вы усидите на месте? — Не дав мне договорить, вопросил дракон. — Я вот не уверен. И более того, я знаю, что ты и Эми самостоятельно пойдете ловить маньяка, как только мы оставим вас одних.

— Ну уж, — я снова опустила глаза.

— Утан в своем праве — мы находимся на его территории, — снова заговорил друг, тяжело вздыхая. — Здесь и вправду небезопасно. Дело очень серьезно, а за вами приглядывать некому, так что…

— Рихар, я клянусь, что мы останемся здесь…

Я не стала договаривать, глянув в решительное лицо дракона. Снова вытерла набежавшие слезы. Домой решительно не хотелось.

— Все никак не могу понять, что такого тебе сказал Влас, что ты так не хочешь его видеть.

Я отвернулась, поджав губы. Ответить мне было нечего. Мэтр Влас не говорил — он делал. Решительно и беспощадно. И не считаясь с моим мнением.

— Значит так, — решил закончить этот разговор Рихар, — приведи себя в порядок, через четверть часа ты и Эми отправляетесь в Озерный край. Это не обсуждается! — Остановил меня дракон. — У тебя будет важное задание — нужно будет составить приказ и проследить за его исполнением.

— Что нужно сделать? — Тут же оживилась я.

— Мы слишком много времени потратили на дело по взрыву, и ничего пока не накопали. А с меня уже требуют результатов. Так что оставшихся подрывников пусть оперативники проверяют.

— Но…

— Василика, никуда от тебя расследование не денется. А рутинную работу, на подобии опроса, даже не подозреваемых, а просто артефакторов, всегда выполняют обычные рядовые. А мы вообще не должны были из офиса выходить. В обязанности руководителя входит анализ собранных данных и дальнее направление хода следствия. Я сознательно повел тебя на опрос, потому что тебя надо было отвлечь от грустных мыслей. Но повторюсь — с меня требуют результатов. Акционеры, да и Алиар весьма заинтересован в этом деле.

— Но ведь времени прошло совсем немного. — Встала я на защиту Рихара, хоть и защищать его было не перед кем.

— Ну, что ты почти две недели прошло. При обычной практике преступление уже должно было быть раскрыто. А я сначала ждал, пока ты оклемаешься, потом воевал с Власом, затем мы потеряли несколько дней в Тиррене и здесь уже сутки топчемся. Только представь, — с ужасом округлил глаза Рихар, — что в каждом городе, где проживают наши условно подозреваемые, мы будем расследовать по еще одному делу.

— Мы и за год не управился, — хихикнула я.

— Ага, — Рихар тоже улыбнулся, но улыбка тут же сползла, — а наше время уже вышло. Дело серьезное, Василика. — Я важно кивнула и Ризар продолжил, — у тебя будет семь человек. Все маги, владеющие телепортацией, так что за два-три дня они должны будут опросить всех из нашего списка. Все триста с лишним подрывников. Пусть начнут с той двадцатки, что являются клиентами банка. Джокэна Хэйго пропусти — вас отправлю и к нему наведаюсь и все разузнаю. О результатах сразу сообщу. На тебе приказ.

— Хорошо, — сосредоточено ответила, в уме набрасывая черновик. — А ты сам надолго здесь?

— Только до вечера, максимум до завтрашнего обеда. Не люблю маньяков, так что пусть Утан сам разбирается. Менталистов у него своих полно.

— Тебе не интересно, кто убийца? — поразилась я.

— Нисколько. Говорю же, не люблю расследовать кровищу. Мне по душе кражи или тайны на подобии нашего взрыва в банке.

— Тогда зачем ты здесь остаешься? — Все никак не могла понять.

— Да это… Темное пятно в сознании Пере никак не дает покоя. Наведаюсь к нему еще раз.

В дверь осторожно постучали, а через секунду в комнату заглянула Эми.

— К вам можно? — Неуверенно спросила она.

— Заходи, — кивнул дракон. — У вас пять минут на сборы. Жду вас у себя, оттуда и отправим.

— Мы все-таки уезжаем? — Протянула Эми.

— Девочки, — устало воздел очи к потолку Рихар, — у вас будут минимум сутки, чтобы провести их вдвоем, посплетничать и наговориться. Вы ведь сейчас так редко видитесь. Воспользуйтесь моментом!

Я и Эми переглянулись. И так ужасно домой захотелось. В мою уютную теплую гостиную с камином и мягкими креслами. И чтобы горячий сладкий чай с малиной и шоколадные конфеты…

А мэтра Власа к драконам. И лорда Ваэна туда же.

Дом встретил меня полумраком, тишиной и пустотой. Я даже опешила от неожиданности. Но через мгновение послышались шаги и к нам вышел лорд Ваэн.

Увидев меня, покачал головой.

— Добрый день, леди, — вежливость у эльфов превыше всего, а вот следующее весьма ожидаемо, — Василика, где вы умудрились простить?

— Добрый день, лорд Ваэн. — Поздоровалась и я, кладя на кресло шубу и стаскивая с ног валенки. — А я плохая девочка, — улыбнулась, наблюдая, как при этих словах округлились глаза эльфа, — хожу по улице в промокших валенках, насморки подхватываю. Поэтому мне сейчас просто жизненно необходима банька и горячий чай!

— Согласен, — кивнул лорд, — я распоряжусь. А вы пока поднимитесь к себе. Я буду через пять минут.

При этих словах меня перекосило. Но эльф не обратил внимания, он быстро покинул библиотеку и направился на поиски Осто.

— Лика, все хорошо? — обеспокоено спросила Эми, вглядываясь в мое лицо. — Ты плачешь?

— Все хорошо, Эми, — задыхаясь, выдавила я. Ну вот опять истерика.

— Значит так, — решительно начала сестра, — объявляю женский день! Никаких мужиков (кроме мэтра Утана)! Запремся в купальне — туда они точно не вопрутся — будем пить чай и разговаривать.

— А почему кроме мэтра Утана? — не поняла я. Идея про женский день мне очень понравилась.

— Этот вопрется куда угодно, — со странным выражением, то ли радости, то ли отчаяния, то ли грусти на лице, — ему всякие условности побарабану.

— Эми, что за выражения? — возмутилась я.

— Идем быстрее, — сестра подхватила меня под руку, — пока они не прознали про наш коварный план.

— А ты расскажешь?

— Ммм?

— Про мэтра Утана! У вас роман?

— Чего? — Эми даже остановилась и возмущенно вопросила. — С чего такие мысли?

— Нет, так нет, — притворно печально вздохнула я, — но ты просто обязано мне все рассказать!

После чего заторопилась в большую купальню.

Женский день мы таки устроили! Из купальни нас не смог выкурить ни лорд Ваэн, ни вернувшийся к ужину из Академии мэтр Влас. Он просто напомнил, что кое-кому завтра рано утром вставать надо. На что сестра заявила, что завтра воскресенье, а мэтр Утан, занятый в Неккарте расследованием, прислал сообщение, что прибудет не раньше обеда, так что у нее, Эми, законный выходной. После чего мэтр ушел, и нас не беспокоили до самой ночи.

Я же не забыла про поручение Рихара и сразу же, как мы заперлись в ванной, написала черновик приказа, а после того, как получила от дракона сообщение по поводу мастера Джокэна, у которого было твердое алиби, переписала на чистовую и отправила в управление. К ночи оперативники должны будут оббегать нашу главную двадцатку, и если преступника среди них не будет, то отправлю их на допрос оставшихся подрывников.

А Эми мне таки рассказала про мэтра Утана!

Оказывается, некромант живет в огромном древнем замке, охраняет который высшая нежить. Вампиры, умертвия, духи Смерти, и даже запрещенный в Адратерионе лич.

— У высшего вампира, — рассказывала Эми, — если он правильно сделан, даже сердце бьется и кровь по венам течет. Правда, чтобы заполучить по-настоящему могущественную нежить, ее нужно растить десятки, а то и сотни лет.

— А на солнце они могут находиться? — поинтересовалась я.

— Конечно, — важно кивнула Эми. — Это у совсем слабых и только-только возрожденных трупов солнце разрушает защитный покров, созданный некромантической силой. А все прочие могут его восстанавливать за счет внутреннего резерва, ну и… питания конечно.

— Кровь? — Испуганно пискнула я. Все-таки некромантия это не мое.

— Не только, — коварно улыбнулась сестра. И, наклонившись поближе ко мне, страшным шепотом добавила, — им еще и мясо нужно… Человеческое.

— Ой, — совсем испугалась я, но тут вмешалась Аля:

— А ну хватит нас пугать! — Строго прикрикнула она на Эми. — Нашли же, что обсуждать!

— А о чем еще говорить? — Пожала плечами Эми. — Мэтр Утан встает в пять утра! Меня будит! — Возмущению сестры не было предела. — Потом тренировка на мечах, после чего завтрак и меня отправляют в Академию. Там я учусь целый день! Затем я возвращаюсь в логово некроманта, где меня мутузят второй раз. Потом мне рассказывают что-нибудь интересное, затем мы ужинаем, я делаю уроки и без ног валюсь спать. Все!

— А поцелуи при луне? — вопросила Ната. Она даже огуречный кружочек приподняла с глаза, чтобы с любопытством глянуть на Эми.

— Поцелуи? — Как-то печально вздохнула сестра, а затем скривилась. — Мала ты еще, чтобы про поцелуи сказки слушать. А так… Мэтр Утан не тот мужчина, за кого я бы согласилась выйти замуж.

— Почему? — Хором вопросили мы все.

— Так ведь с ним невозможно жить! — Возмущенно воскликнула Эми. — Он все время воспитывает. Причем всех, не только меня, но и свою нежить, и дочь, которая замуж вышла, и мужа ее. А они, между прочим, живут своим домом.

— Это он от одиночества, — уверенно заявила Ната. — Вот женится и характер у него исправится.

— Над этим я уже работаю, — с улыбкой заявила Эми. — Две вазы ему разбила, так он помягче стал.

— Я о том и говорю, — с умным видом заявила малышка. Возвращая огуречный кружочек на глаз.

А мне же было интересно другое.

— Как он отреагировал на разбитые вазы?

— Приказал починить, — коварно улыбнулась Эми. — Я и починила. Клеем.

— Клеем? — не поверила я.

— Ну, я же не стихийник, чтобы магией земли баловаться. Поэтому я склеила… Как смогла.

— Ну, и дела, — протянула Аля и мы все весело захихикали.

Как бы мне не хотелось, чтобы этот день длился и длился, но всему приходит конец. Вот и мы в первом часу ночи вышли из купальни. В комнате нас уже заждались спокойный и оттого пугающий мэтр Влас и порядком раздраженный лорд Ваэн.

Увидев нас, мэтр открыл было рот, но его опередил целитель:

— В постель! Живо! — Прошипел эльф, и мы втроем, я, Эми и Ната (Аля покинула нас задолго до ужина, сославшись на важные дела), быстренько улеглись в мою кровать, побоявшись что-то возразить.

Затем последовал осмотр, при котором лорд Ваэн кривил рот и бурчал что-то неразборчивое на эльфийском. Первыми были проверены мои ребра и, судя по лицу целителя, хороших новостей не было. Был обновлен магический корсет, помогающий сращению костей, и возобновлено обезболивающее заклинание. Все это происходило под монотонное шипение эльфа. А вот когда дело дошло до желудка:

— Василика! — Завопил лорд Ваэн, прямо-таки испепеляя меня взглядом.

— Что случилось? — Тут к кровати подошел мэтр.

— Глупая, безответственная девчонка! — Припечатал целитель. — Я же просил, чтобы, кроме четко оговоренного списка продуктов вы ничего более не ели. Просил?

— Шоколад? — Очень устало и печально спросил мэтр. Глянул на меня и покачал головой, тяжело вздыхая.

— И как только пронести умудрились, — тоже крайне усталое и печальное от эльфа. — Будем надеяться, что эта безрассудная выходка не будет иметь последствий. Отдыхайте, леди.

— Спокойной ночи, — тихо отозвалась я, пытаясь спрятать улыбку.

Нет, слова эльфийского лорда были обидными, но, к сожалению, справедливыми, ибо до меня еще никому не вшивали искусственно выращенные органы. И по мнению ученых магов процесс приживления моего нового желудка должен быть под чутким контролем.

А я… я не могу питаться только пресными кашами и жидкими супами. Да на таком питании и крылья склеить недолго! Очень благодарна Нате, которая обманув лорда Ваэна, пронесла в купальню шоколадные конфеты, спрятав их в несуразной высокой прическе.

О Небо, как же тяжело быть подопытной дракошкой!

Утро наступило рано!

Эми не преувеличивала, когда рассказывала, что мэтр Утан поднимает ее в пять утра. И сегодня он явился вовремя. Но сестра, уснувшая не более четырех часов назад, наотрез отказалась просыпаться. Тогда некромант недолго думая поднял свои ученицу за ворот пижамы и потащил в ванну. Через полминуты дом огласил истошный девичий визг:

— АааааААА! Вода холодная!

— Я предупреждал, — мрачно ответил некромант. — У тебя десять минут. Жду в холле.

После чего мэтр преспокойно покинул мои покои.

— А мне с мэтром Власом и лордом Ваэном еще повезло, — пришла я к выводу, глядя как Эми лихорадочно вытирает волосы полотенцем и одновременно пытается натянуть штаны.

— Согласна, — зевнула Ната. Затем она повернулась на бок и тут же уснула.

Я завистливо вздохнула — мне полагалось спать только на спине. И, после того как Эми ушла, тоже быстро заснула.

За завтраком Эми дулась на весь белый свет — наставник не стал ее брать в Неккарт, куда он вернулся после двухчасовой тренировки. А на все вопросы, которые сестра ему задавала, отвечал крайне загадочно: «Дело обретает ясность».

Мне тоже было интересно узнать, кто же тот загадочный маньяк. Поэтому я с нетерпением ждала Рихара, который все же согласился помочь мэтру Утану и был посвящен во все подробности дела.

Завтрак прошел в напряженном молчании. Мэтр и целитель следили за тем, как я ем. Мне под столь пристальным вниманием кусок в горло не лез и я откровенно давилась. Но пытка закончилась и я радостно встала из-за стола, храня в кармане шоколадную конфету, которую «случайно» обронил мне на колени Ханс, когда ставил тарелки с кашей на стол. Однако насладиться сладостью мне не дали. Мэтр Влас тихо окликнул меня, когда я была у дверей.

— Василика, — повторил он мое имя и… — Конфету на стол.

— Какую еще конфету? У меня нет никакой конфеты, — очень правдоподобно удивилась я. И наверное, это прошло бы за правду, но моя рука сама, неосознанно опустилась в карман и зажала в кулаке то, чего у меня не было.

— Вот эту, — сурово нахмурил брови мэтр, и сладость вылетела из кармана, облетела столовую и улеглась около лорда Ваэна.

— Василика! — Гневно прошипел эльф.

Я не стала слушать, что думает о моем поведении целитель, гордо вздернула подбородок и направилась в свой кабинет, нужно было проверить корреспонденцию.

На втором этаже столкнулась с неопознанным типом. Незнакомец зажал мне рот рукой и уволок в ближайшую комнату. Там меня отпустили и развернули лицом к лицу.

— Адалард? — выдохнула я, вглядываясь в лицо драконьего принца. Или уже короля Инары?

— Привет, доходяга, — улыбнулся он.

— Привет! Как же я рада тебя видеть! — и крепко-крепко обняла его.

— И я рад тебя видеть.

— А где Альвэ?

В ответ на этот вопрос Адалард важно выпятил грудь и заявил:

— Запомни, Лика, жену надо воспитывать с детства! — Затем весело подмигнул мне и также важно продолжил, — так папа говорит.

— Эээ…

Ничего не понимаю.

— Да дома она осталась. Наказана.

— Только не говори, что она опять отказалась выходить за тебя замуж, — я была немного огорчена, что не увижу Альвэ.

Дракон помрачнел. Кажется, я права.

— Вот что ей не хватает? — вдруг зло спросил Адалард. — Любую только пальцем помани, а она же…

— Разберетесь, — уверено заявила я и перевела тему, — ты завтракал?

— Завтракал, — ответил дракон. — И даже если бы не завтракал, есть твои пресные каши не стал бы.

Я только печально вздохнула.

— Совсем они тебя загнобили, — сочувственно протянул Адалард.

— Ну, не то чтобы загнобили, — чуть подумав, ответила, — но продыху не дают.

— Пойдем, что ли, в картишки разок сыграем, — предложил дракон.

— Да ты же жульничаешь! — Возмутилась я и выдвинула контрпредложение, — давай лучше партию в шахматы.

— Ну, знаешь, — уже Адалард возмутился, — я не такой мозговитый как некоторые!

Хихикнула и потянула дракона к выходу.

— Пойдем, Эми уже наверное доела.

— Идем.

Адалард подхватил меня, взвизгнувшую от неожиданности, на руки и вышел из комнаты.

Время до обеда прошло невероятно быстро. Адалард охотно делился новостями как Адрастериона, так и Инары. Особенно нам понравился рассказ об Альвэ, которая попыталась сбежать из дворца, когда ей сообщили, что ее свадьба состоится в феврале. Собственно из-за этого Адалард и наказал ее.

— А вы не торопитесь? — сурово спросила Эми, которой было жалко плененную драконом подругу.

— Мне нужна жена, — серьезно ответил Адалард. — И желательно та, которую я выбрал сам. Ибо не люблю лишнего насилия.

Ну да, молодой красивый и неженатый король величайшее искушение для любой леди. И знатные дамы Инары не собираются упускать этой соблазнительной возможности захомутать дракона, скованного эльфийским воспитанием и законами страны, в которой он собирается править. Избавиться от навязанной жены будет непросто.

После Адалард показывал карточные фокусы Эми и Нате, а также начал обучать мастерству жульничества. И даже лорд Ваэн заинтересовался ловкостью рук. Мне же это было не интересно и я предпочла сыграть несколько партий в шахматы с мэтром Власом.

— Ты снова проиграла, — сообщил мэтр. Отвлекая меня от грустных мыслей.

— А? Что? — Очнулась, вглядываясь в доску.

— Что такого ты нашла в Адаларде? — вдруг спросил мэтр и, видя мое непонимание, продолжил, — ты все время смотришь на него и печально вздыхаешь. Так что в нем не так?

— Адалард изменился, — вынуждена была признаться я. — Очень сильно. И не могу сказать, что эти изменения мне нравятся.

— Война меняет людей. Заставляет мгновенно повзрослеть. Лишает иллюзий, свободы, оставляя взамен лишь два пути: биться до конца или сдаться. Адалард принял этот вызов и одержал победу. Хоть и далась она ему непросто.

Снова оглянулась на Адаларда. Да, дракон более не выглядел подростком. Это был сильный уверенный в своих силах молодой мужчина. Волосы собраны в хвост, открывая благородный профиль. Губы растянуты в веселой улыбке, но в глазах затаились усталость и печаль. В них более не было того детского озорства, которое и подкупило меня, когда мы пошли портить духи леди Альвэ.

Жаль терять того старого Адаларда. Но прошлого не вернуть.

К обеду пришли Рихар и мэтр Утан. Но в туже минуту узнать, чем закончилось расследование, не получилось.

— Ну, не за едой же о маньяках рассказывать! — Возмутился Рихар и мне пришлось уступить.

Размешивая в тарелке чуть теплый, совершенно несоленый суп, нетерпеливо поглядывала на дракона, в обе щеки уплетающего спагетти. Сглотнула набежавшую слюну. Вот бы и мне макароны поесть. Но приходится есть то, что дали, закусывая гневным взглядом лорда Ваэна.

— Ну, не томи, рассказывай, — взмолилась я, когда мы перешли в гостиную.

— Рассказываю, — важно начал Рихар, поудобнее устраиваясь в кресле напротив меня. — Маньяком, что тридцать лет назад, что сейчас был Дитли Пере.

— Как так? — в один голос с Эми воскликнула я.

— Слушайте, случай очень и очень интересный. Ни я, ни Утан такого раньше не встречали. — После этого заявление Рихар сделал театральную паузу, а потом выдал. — У Пере раздвоение личности.

Мы снова переглянулись и с еще большим интересом приготовились слушать.

— Помнишь ту странную тень на его сознании, о которой я тебе рассказывал? — Дракон посмотрел на меня и, дождавшись кивка, продолжил, — так вот это и была она — вторая личность. Этим психическим расстройством Пере страдает с раннего детства. Именно поэтому все горожане и утверждали, что у Дитли был брат. То есть он сам и его вторая личность, которая просыпалась у него все чаще и чаще и становилась с каждым пробуждением сильнее. Увы, тогда, тридцать лет назад, в Неккатре не было мага Школы Разума, способного диагностировать недуг и помочь. Хотя помочь пытались. Приглашали и магов, и мистиков, и просто вразумить пытались, но все было тщетно. По совету какой-то ведьмы, Дитли Пере, в личине Вольфа, окурили травами, от которых ему показалось, что его жгут заживо. Удивительно, но это помогло усыпить вторую личность.

— Но только на тридцать лет, — вставила Эми.

— Да. — Кивнул дракон. — Увы, но пробуждению Вольфа поспособствовал труп черной кошки, который Дитли увидел, идя из таверны домой. Что-то в его мозгу щелкнуло, открывая двери для его второй личности.

— Но Рихар, — мне было не понятна одна вещь. — Дитли Пере совсем немощен. Как он мог кого-то убить?

— Тут вот в чем дело, — дракон откинулся на спинку кресла и потер переносицу. — Все его физические силы забирал Вольф. В те часы, когда он, скажем так, главенствовал над телом, на сто процентов активизировались все жизненные ресурсы. Именно поэтому он был невероятно силен и с легкостью мог справиться не только с девицами, но и с мужчинами. И даже сейчас физическая сила не была для него вопросом — он брал остатки здоровья Дитли, которому доставались откаты и все связанные с ними болячки.

— Вот уж дела, — прокомментировала Эми. — А как вы все-таки вышли на Пере? Лика рассказывала, что вы к нему ходили и ничего подозрительного не увидели.

— Утану захотелось лично поговорить с мэром. И когда мы к нему пришли, старик с испуга тут же все и выложил. Про раздвоение личности он ничего не знал, но утверждал, что в Пере вселился злой дух. В общем, они готовились второй раз провести окуривание теми самыми травами, но я сомневаюсь, что Дитли выжил бы. Уж слишком он слаб.

— А почему жители Неккатра не наказали его еще тогда, тридцать лет назад? — Спросила я. — Ведь они знали, что убийца Дитди, то есть он прячется в теле Дитли, а стали выдумывать сказки про младшего брата…

— Не знаю, Лика, — честно признался Рихар, — но могу предположить, что пожалели его мать, которая не хотела терять единственного ребенка.

— А тех несчастных, что убил Пере, им не было жалко? — задала вопрос Эми и тут же сама на него ответила, — хотя чего это я. Тут уже дело принципа — всеми силами попытаться спасти «невинного» Дитли, а уж как этого добиться и сколько погибнет при этом — неважно.

А после ужина был фейерверк, который на пару с Адалардом изготовил мэтр Влас.

А все началось с того, что Адалард вдруг заявил, что после ухода Эми и Наты, которых забрали наставники, стало как-то грустно, даже тоскливо, поэтому нужно что-нибудь взорвать. Против взрывов резко против высказались мэтр Влас и лорд Ваэн и даже я была несколько солидарна с ними. Но дракона это не остановило. Он схватил меня и потащил в лабораторию. Там он меня усадил за стол, всучил в руки ступку и приказал смотреть и записывать.

Я смотрела и не записывала. Ни ручки, ни тетради в лаборатории не было, а выходить из лаборатории было опасно — мэтр Влас стоял на пороге и испепелял нас гневным взглядом. Но потом его отвлек Рихар «на пару слов», после чего маг вернулся излишне спокойным и, что было удивительным, присоединился к нам. Были отворены все шкафчики, вытащены ингредиенты и волшебство началось.

Как бы Адалард не настаивал, но мне смешивать порошки не дали. Мне была отведена участь пассивного наблюдателя, поэтому я сидела за столом, крепко прижимая к груди ступку, и с огромным интересом смотрела, как маги колдуют над пробирками.

На мои бесконечные «а когда можно…», «а что будет…», пытались сначала подробно отвечать, но потом просто отмахивались, а когда я спросила:

— А если смешать вон то и вот это… — указала на голубой порошок и симпатичную светящуюся жидкость в пробирке.

Адалард отчего-то сделался солидарным с мэтром, что меня без присмотра в лаборатории оставлять не следует, а указанные ингредиенты самым волшебным образом исчезли со стола.

Я обижено надулась.

Фейерверк получился потрясающим! Ярким, красочным, громким.

Каждый залп я встречала восторженным визгом и аплодисментами. Я даже охрипла немного, отчего лорд Ваэн сокрушенно повздыхал, качая головой. После очередного осмотра я засыпала очень счастливой. Давно такого не было.

Утром я с Рихаром направилась в управление. Мэтр Влас и лорд Ваэн, конечно же, были против, но мне не хотелось слушать их очередные недовольства каждым моим действием и я, взяв Рихара за руку, отбыла.

В офисе дракон распорядился, чтобы в его кабинете поставили еще один стол. Пока новая секретарша, серьезная женщина средних лет, занималась обустройством моего рабочего места, я и Рихар обсудили текущее положение дел. А дела выглядели так.

За полтора дня пятерка магов управления опросила семьдесят девять артефакторов и подрывников. Гораздо меньше, чем мы планировали. Но, если учесть, что парней оторвали от законного отдыха, их можно понять. Хотя тут дело не в том, что магам было лень работать. Вовсе нет. Как это ни странно, но предположение дракона на счет дополнительных расследований, подтвердилось. Ребята Рихара поспособствовали раскрытию сорока административных и уголовных дел и еще порядка восемнадцати находится в работе.

— Ну, Василика, твой стратегический ум выведет Адрастерион в лидеры. Я горжусь тобой!

Я раскраснелась и гордо выпятила грудь, хоть и понимала — никакого стратегического ума у меня нет, все произошедшее чистая случайность. Но похвала была очень приятной.

— Одно радует — для Алиара эти цифры будут оправданием. А вот для мэнера Харгина Несокрушимого задержка не обрадует.

— Причем здесь гномы? — Не поняла я.

Лицо Рихара вытянулось от удивления, затем, видя, что я так и не понимаю, что происходит, дракон нахмурился и возмущенно выдал:

— Василика, ты уже два года крутишься в высшем свете, а до сих пор не знаешь ключевых имен королевства. Так нельзя!

— Но… — хотела встать на свою защиту, но дракон не позволил, продолжив меня распекать:

— Мир не крутится только вокруг Академии и мэтра Власа. Тебе отведена немалая роль в возвращении величия Адрастериона, а ты что творишь? Ты не просто должна, ты обязана знать всех аристократов и их родословные. И дело не в том, что ты маг, а в том, что ты сама аристократка. И уж поверь мне, что все, абсолютно все, даже шестилетние лорды, знают историю рода Райзендэ.

— Ну да, особенно их интересует то, как леди Элейнэ тей Райзендэ соблазнила двенадцатилетнего принца, отчего тот сошел с ума. Принц Дайон Адрастерионский был единственным наследником трона, бережно оберегаемый и воспитываемый в строгости леди-регентом Анной и моей прабабушкой. Маги разума так и не смогли помощь юноше — в силу вошло проклятие. Проклятие Адрастерионских королей, полностью уничтожившее всех в ком текла хоть капля королевской крови. Исключение составил род тей Регел, и лишь только для тех его членов, кто мог стать драконом. При обращении человеческая кровь погибает в драконьем огне. Но не об этом сейчас речь. Принц умер — поджог сам себя, и леди Анне пришлось созвать совет лордов для решения весьма щекотливого вопроса — что делать с осиротевшим королевством. Решение лордов ее не устроило — регент не хотела становиться королевой и быть родоначальницей нового королевского рода. В свою очередь лорды тоже не хотели брать на себя такую ответственность — опасались, что и их убьет проклятье. Удивительно, лорды сознательно отказались от власти и богатства. Но их опасения были не беспочвенны — новые короли гибли так же, как и потомки Адрастериона. И наступило время безвластия, через пять лет вытекшее в затяжную гражданскую войну.

Я выдала эту речь на одном дыхании, после чего замолчала, возмущенно сопя. Рихар тоже молчал, глядя на свои руки, расположенные на крышке стола. Но внезапно и подмигнул мне и широко улыбнулся. Я удивленно моргнула. Дракон откинулся на спинку кресла, погрузил свою пятерню в волосы, отчего его кудряшки встали дыбом. При этом выглядел Рихар очень милым и безобидным. Но его улыбка немного подувяла и он заговорил:

— Ты права — это отвратительное, дурнопахнущее пятно на репутации рода. И даже ты кривишь рот, когда упоминают твой титул. Но, Василика, не стоит забывать, что род Корнела Райзендэ, пришедшего на эти земли вместе с Адрастерионом, один из тех немногих, которым удалось просуществовать до наш дней…

— Во мне нет крови Райзендэ, — весьма резко напомнила я.

Рихар подался вперед, сложил пальцы в замок и очень спокойно и вкрадчиво продолжил говорить:

— Тут дело уже не в крови, а в самом имени. Райзендэ всегда занимали ключевые посты в королевстве, были советниками королей, и лишь последние несколько поколений свели величие рода на нет. Всего несколько человек, Василика, разрушили то, что строилось веками. Но разрушение не означает гибель! Тебе предстоит восстановить славное имя Райзендэ. И я знаю, тебе под силу это!

В ответ поджала губы. С драконом спорить бесполезно, он все слова вывернет, так что я сама поменяю мнение на совершенно противоположное. Нельзя так с маленькими дракошками!

— Я понимаю, — продолжил Рихар, — от этого имени тебя отталкивает не столько история Малорика тей Райзендэ, не уследившего за своей развратной женой, сколько рана нанесенная лордом Родериком.

Я резко втянула воздух и отвернулась. Ненавижу, когда упоминают его. Ненавижу!

— Эта рана еще кровоточит, — как ни в чем не бывало продолжил дракон, — и, наверное, не заживет никогда. Но он всего лишь человек, да принадлежавший к роду, но он один. Не стоит переносить ненависть с одного человека на весь род. Род, в далекие времена послуживший опорой для становления целого королевства.

Что-то в словах Рихара было, и я неохотно буркнула:

— Я подумаю об этом.

— Хорошо, — кивнул дракон. — Давай вернемся к нашим делам. Что там с Яном Аркур?

Столь резкая смена темы разговора меня сначала вогнала в ступор, но я быстро справилась с собой и деловито затараторила:

— Точное местонахождение Яна Аркур, последнего из нашей главной пятерки, пока устанавливается. Занимается гражданской артефакторикой, хотя учился на военного. Он все время переезжает, не задерживаясь в новом городе более месяца. В эссентеровском отделении счет не открывал, но деньги переводил. Поэтому и попал в список. Во все отделения полиции даны ориентировки на него. Скоро отыщем.

— Хорошо, — кивнул Рихар, нахмурившись, и вдруг заявил, — рейд по артефакторам прекращать не будем, даже если найдем преступника.

— Почему? — Удивленно протянула я.

Дракон с состраданием посмотрел на меня и сокрушенно сказал:

— Все-таки с твоим образованием надо что-то делать.

— Я хорошо учусь! — Праведно обидевшись, надулась в ответ.

— Я и не отрицаю. Голова у тебя светлая, и соображаешь быстро. И вообще ты у нас умница и красавица. Но элементарных вещей не знаешь или не хочешь замечать. — Рихар полюбовался на мою скорченную в обиде рожицу, усмехнулся моему непониманию ситуации и продолжил. — Твоя идея опроса артефакторов выльется в операцию государственного масштаба. Проблем с магией и магами в столице никогда не было — это своеобразное место сбора магов всех мастей. В крупных городах уже нет. А вот жители глубинки до сих пор с недоверием относятся к таким как мы с тобой. Слишком свежа память деревенских о бесчинствах магов, потерявших всякое понятие о законности и проводившие эксперименты на живых людях.

До меня начало доходить, но Рихар не дал мне и слово вставить, закончив сам:

— Алиар уже несколько лет борется с этой проблемой. Именно по этой причине было увеличено число практик и их продолжительность в Академии — цель вернуть традицию безвозмездного оказание магических услуг крестьянам и ремесленника, но пока только студентами. Затем это правило коснется и прочих магов. Об этом студентам в начале учебного года напоминает Влас. Об этом написано в информационных листах, расклеенных чуть ли не на каждом столбе.

— Я поняла, — серьезно ответила, когда Рихар замолк. — Вы планируете, что маги будут наведываться в тот или ной городок или деревню и выяснять, у кого какие проблемы, нет ли бесчинства власти, справедливы ли суды… Но Рихар использовать для этого полицейских мне кажется несколько нецелесообразным.

— Так и не полицейские будут этим заниматься. — Усмехнулся Рихар. — Для этого есть студенты, аспиранты и просто сочувствующие. Ладно, — дракон перешел на деловой тон, — мы опять отклонились от темы. Сегодня работаем в офисе, мне нужно разобрать подзаброшенные дела, тебе — помочь мне в этом нелегком деле. Так что держи, — мне передали толстую папку, — это дело лорда Иора тей Кампо и господина Саймона Серро. Они не могут поделить участок земли, что находится между их владениями. Каждый считает себя наследником, у каждого есть документы на владение. Подлинные, — опережая мой вопрос, сказал Рихар. — В общем, бери, изучи все материалы, к концу рабочего дня должна сказать, кто истинный владелец. Если потребуется дополнительная информация, обращайся к моему секретарю, миссис Анфисе Ленсо.

— А куда делась старая? — Нет, и вправду интересно! Ведь Рихар обещал от нее, выражаясь его словами, избавиться.

— Пришлось уволить. Не люблю, когда на меня смотрят как на бутерброд с ветчиной. И ничего смешного! Работать!

— Так точно, шеф! — Я встала, схватив папку, но не удержалась и захихикала.

— Вредная ты, — покачал головой Рихар. — Как самая настоящая дракошка.

Я важно вздернула нос к потолку и направилась к своему рабочему столу.

Время до обеда пролетело как одна минута. Не успела я изучить семейные древа обоих мужчин, как Рихар сказал, что надо идти кушать, а после будет совещание с акционерами. Там мне полагалось помалкивать, отвечать нужно только тогда, когда лорды обратятся непосредственно ко мне.

Совещание не заняло много времени. Рихар рассказал высоким лордам о ходе следствия и о том, во что вылилась моя идея с опросом артефакторов и подрывников. Под пристальным взглядом акционеров банка, я смущенно опустила глаза и начала что-то неразборчиво мямлить, напрочь позабыв о предупреждении дракона.

— Сколько еще продлиться расследование? — Спросил Алиар, тем самым спасая меня от позора.

— Нам понадобиться еще не более двух дней, — неожиданно заявил Рихар, отчего я удивлено икнула и уставилась на него во все глаза.

На мою реакцию обратили внимание все восемь держателей акций банка. Его императорское величество с усилием подавил улыбку, мэнер Харгин Несокрушимый нахмурил кустистые брови и осуждающе покачал головой, прочие же сделали вид, что ничего такого не произошло.

— Да, в среду во второй половине дня мы представим вам исчерпывающую информацию по делу о взрыве в эссенторовская отделении банка Адрастериона.

— Хорошо, — вступил в разговор мэнер Харгин. — Но, магистр Рихар, это последняя отсрочка, которую мы вам даем. В четверг к работе приступят мои специалисты.

Я с трудом подавила высокомерное хмыканье. Мне даже удалось сохранить нейтральное выражение лица. Довольно и того, что я сегодня опозорилась, не хватало еще и оскорбить высокого лорда.

Гном-следователь — что может быть нелепее? Эти жители гор мастеровые, они работают руками, создавая поистине великолепные вещи. Тайны и загадки не их стихия. Это вотчина других жителей гор — зубастых и чешуйчатых драконов. Хотя, в гномских городах тоже бывают преступления и их кто-то расследует…

Пока Рихар, что-то рассказывал акционерам, я решила пристально рассмотреть мэнер Харгина. Чистокровный гном, что уже не так удивительно для Адрастериона. Глава гномьей общины и держатель тридцати процентов акций банка, которые ему всучил хитроумный Алиар.

Гном, как и все его родичи, напоминал тумбочку — такой же низкорослый и широкий. Обладал короткой бородкой, что выдавало его молодость. Но, не смотря на это, в бороде виднелись две тонкие косицы с витиеватыми заколками, что говорило о том, что мэнер Харгин облечен высшей властью. Также при нем была секира, что подчеркивало его, если не равенство Алиару, то бесконечное доверие к нему со стороны венценосного дракона. Это было странно, ибо драконы и гномы не ладят друг с другом и стремятся при случае уничтожить, чтобы завладеть сокровищницей.

Из задумчивой созерцательности меня вывело всеобщее шевеление. Оказалось, что совещание закончилось и наши гости начали быстро расходиться. В комнате остались только мы с Рихаром, да Алиар с мэнером. Недолго пошептавшись о государственных делах, о которых я ничего не знала, венценосный дракон и его спутник заторопились на выход.

— Бесконечно рад знакомству с вами, леди Василика, — вежливо попрощался со мной мэнер Харгин.

— И для меня знакомство с вами — величайшая честь, — я присела в книксене.

После этого гном покинул зал совещаний, на прощание кивнув Рахару, а вот Алиар задержался. С укоризной глянул на меня, явно осуждающе качая головой. А вот моему напарнику достался полный недоверия взгляд и суровое:

— Надеюсь ты знаешь, что делаешь.

После совещания мы вернулись в офис и я продолжила разбирать дело с наследованием земельного участка. Работа осложнялась тем, что эти семьи между собой были связаны многочисленными браками и спорный кусок земли переходил от одной семь в другую в качестве приданного или подарка на свадьбу. Поэтому я решила шаг за шагом проследить когда, кем и кому он был подарен. И к своему удивлению обнаружила, что ни лорд Иора тей Кампо, ни господин Саймон Серро не имеют на эту землю никакого права. Она принадлежала семейству Фрессон.

Все дело в том, что Эллисон Серро, прапрабабушка господина Саймона Серро, получила эту землю в качестве приданного на свадьбу. Вышла замуж Эллисон не за Эррана тей Кампо, как ожидали от нее отец, а за Джорджа Фрессон. Девушку поддержала бабка, на тот момент и распоряжающаяся всем движимым и недвижимым имуществом. К сожалению, юная госпожа Фрессон после брака не прожила и года, умерла от гриппа.

После смерти супруги, Джордж Фрессон остался наследником ее имущества. В том числе он должен был наследовать и кусок земли, подаренный его покойной жене в качестве приданного. Но господин Джордж видимо забыл о нем или же не захотел отстаивать права на земельный участок, который находился за сорок миль от его дома.

В общем, земля осталась у семейства Серро, которая продолжила традицию дарения участка на свадьбу, но уже не имея на это никакого права.

— Ты совершенно права. Молодец! — Похвалил меня Рихар, изучив все мои выкладки. — Надо же, какое интересное дело! И так быстро, а главное верно ты его расследовала.

— Еще бы дело о взрыве в банке так лихо расследовать, — протянула я, хотя похвала была мне приятна. — Ты уверен, что мы справимся до среды? Мне кажется, ты погорячился.

— Ничуть, — улыбнулся дракон. — Я более чем уверен, что мы на верном пути.

— Мммм…

Уверенности Рихара я не разделяла.

— Как на счет небольшой прогулки перед ужином? — Неожиданно предложил Рихар.

— Прогулки?

— Я тут подумал, кое о чем, и решил, что мы с легкостью можем найти этого Яна… как там его?

— Ян Аркур, — напомнила и даже подалась вперед, ожидая, что скажет дракон.

— Вот ты, когда окончишь Академию, продолжишь обсуждать свои эксперименты с Власом? — неожиданно вопросил Рихар.

— Конечно, — не задумываясь, ответила.

К чему этот вопрос?

— А почему? — Последовал следующий странный вопрос.

— Я всегда как делаю, не думаю, что что-то изменится и через десять лет. У мэтра Власа большой опыт, он многое знает, даже из таких областей, к которым у нет дара. Например, ментальная магия, некромантия. Да и вообще…

— То есть ты считаешь его своим наставником? Учителем? — Не унимался дракон.

— Да, — неуверенно ответила. Просто я не думала о нем как о наставнике. Он всегда был для меня другом. Очень хорошим, самым лучшим другом.

Но зачем Рихар спрашивает меня об этом? Задала себе этот вопрос и тут же сообразила:

— Ты думаешь, что Ян Аркур сохранил связь со своим наставником и тот может указать нам на его местожительства?

— Зришь в корень, — улыбнулся дракон, и заговорщицки подмигнул, — ну, пойдем?

— Идем!

Но сразу отправиться в путь не получилось. Пришлось потратить немного времени на изучение информации о наставнике Яна Аркур — артефакторе Эрране Рэбере.

Так мы оказались в небольшом городке Синие Буки, в таверне Томаса Фрейя.

— Я ведь все понимаю! — Неожиданно воскликнула не только для окружающих, но и для самой себя.

Рихар, который только-только начал разговор с трактирщиком, повернул ко мне голову. Господин Томас тоже с любопытством на меня глянул, но дракон подал ему знак и хозяин отошел, занявшись своими делами.

— Слушаю со всем внимаем, — Рихар снова уставился на меня.

— Я все прекрасно понимаю, — очень тихо повторила, опустив глаза. — Покушение на меня… Я знаю, что вы пережили, — тут мой голос стал сиплым, — очень хорошо знаю, что вы тогда чувствовали. И я понимаю эти чувства. Также понимаю, сколько усилий было приложено, чтобы спасти меня. И сейчас вы делаете все, чтобы помочь мне. Но, Рихар… — тут немного помолчала, подбирая слова, — не хочу показаться неблагодарной, но так больше не может продолжаться! Я понимаю, что мне надо лечиться и лучше всего это делать дома, а не путешествуя по всей стране в зимнюю непогоду. Но вместо того, чтобы помочь мне пережить это трудное время, вы заставляете чувствовать себя виноватой! За то фиаско с банком, за неспособность отвечать за свои действия, за то, что иду наперекор, за каждый свой шаг. А еще я больше не хозяйка в своем доме, я не могу ничего решать. Мое мнение просто не важно. А вы так долго и упорно твердили мне, что возложили огромные ожидания, что графство отдано мне не просто так, что я должна научиться и оправдать доверие… Но вы относиться ко мне, как к несмышленому ребенку! Даже Осто на стороне мэтра Власа! Докладывает ему о каждом моем шаге. И что теперь? Я не хочу возвращаться туда, где мне снова плохо.

Какая эмоциональная и сумбурная речь, но я выговорилась. На душе стало легче. Но понял ли меня Рихар?

К счастью, меня поняли. Дракон, прежде чем заговорить, глубоко вздохнул, нахмурился, явно размышляя над тем с чего начать.

— Я понял тебя, Василика, — улыбнулся Рихар. — Я что-то такой и предполагал, однако не ожидал, что ты испытываешь чувство вины. Ты серьезно?

— Более чем, — кисло подтвердила. — Согласна, не самое лучше чувство для дракона. Даже запретное.

— Именно что запретное, — важно подтвердил дракон и перешел к нашей теме разговора, — действительно, это пора заканчивать. Я передам твои слова Власу, он должен понять.

— А лорд Ваэн?

— Ты же знаешь целителей, — усмехнулся дракон, — они не могут успокоиться, пока не вылечат. Ну, или в гроб не вгонят.

— Не радостная перспектива, — от осознания, что ничего не изменится, делалось совсем горько. — А если мэтр не захочет понимать?

— Моя пещера для тебя всегда открыта, — подмигнул друг.

— Ну, уж нет! Я лучше свою заведу. — А что, хорошая ведь идея!

От мысли, что у меня будет своя пещера в горах, внутренности обдало теплом и сделалось очень хорошо. Даже настроение улучшилось.

— Эй, хватит мечтать, — голос Рихара безжалостно ворвался в мой внутренний мир. — Мы сюда работать пришли, соберись!

— Да, давай послушаем, что поведает нам господин Тамас.

А поведал нам трактирщик поистине занимательную историю. Около одиннадцати лет назад Ян Аркур заканчивал обучение у артефактора Эррана Рэбера. Учился превосходно и подавал большие надежды. Но на свою беду встретил вдовствующую госпожу Майю Кален.

Вдова умела расположить к себе, была радушной хозяйкой и весьма обаятельной женщиной. Обладала многими талантами, среди которых было рисование. Госпожа Кален действительно превосходно рисовала портреты. В один из них, к несчастью, и влюбился молодой Ян. А кто бы не влюбился в прекрасного белокурого ангела, с глазами, яркими как сапфиры, губами алыми, как маки, и волосами…

— И волосами, как лунные реки. Ну-ну, — предвкушающе хмыкнула я. Кажется, начинаю понимать, что здесь произошло.

Трактирщик, глянув на меня, усмехнулся. В полном непонимании происходящего оставался Рихар, поэтому с удвоенным интересом сал слушать дальше.

Девушка с портрета была представлена, как законная дочь вдовствующей госпожи. Она же пообещала Яну выдать красавицу за него, когда она приедет от родственников, у которых сейчас проживает. Но попросила соблюдать секретность — очень много претендентов на прелестницу, но только он, Ян Аркур, виделся ей в качестве зятя. И началось…

Наивный ученик артефактора на свои деньги сделал ремонт дома, построил баню, батрачил на огороде… он полностью взял на себя все расходы предприимчивой Майи, не ведая о том, что у нее никогда не было детей. Ни мальчиков, ни девочек.

Портрет был создан по описанию главной героини популярного тогда женского романа. И звали прекрасную героиню Роза Кален. Госпожа Майя просто воспользовалась наивностью и доверчивостью молодого человека, а также схожестью имен и артефактор, слабый маг, не заподозрил обмана.

Ян продержался полгода, питаясь надеждами, что Роза вот-вот приедет от далеких родственников. Но она не приезжала, и тогда молодой человек решил обратиться к своему наставнику, рассказав о договоре с Майей. Ян просил учителя о содействии, о том, чтобы он воспользовался своим влиянием и наконец-то вынудил госпожу Кален позвать дочь домой, чтобы они могли сыграть свадьбу.

Мастер Эрран Рэбер только рассмеялся в ответ, приняв его слова за неожиданную шутку. Все жители городка, как и сам мастер Эрран, думали, что у Яна страстный роман с Майей и что свадьба действительно скоро будет, но не та, на которую рассчитывал ученик артефактора.

Ян отказался верить наставнику, он отказался верить старожилам, он даже отказался верить регистрационным книгам! Он не переставая требовал, чтобы ему представили прекрасную Розу Кален, законную дочь Майи Кален, проживающую в Синих Буках.

Мастеру Эррану Рэберу пришлось увести ученика в другой город и показать магам разума. Те выполнили свою работу на отлично, и Ян зажил прежней жизнью. Закончил обучение у наставника, прошел трехлетнюю практику в армии, после чего отправился в вольное плавание, так как военная карьера его не прельщала.

Эрран Рэбер вернулся в Синие Буки с очередным учеником, и за прошедшие годы, он воспитал четверых, но ему до сих пор припоминают недотепу Яна, которого обвела вокруг пальца предприимчивая вдова.

— Рихар, это он! Он взорвал банк! — Уверенно закричала я, подпрыгнув на стуле.

— Я ничего не понял, — признался дракон. — Причем здесь эта история и наше дело?

— Ну как же! — Нетерпеливо начала объяснять. — Это месть. Он мстил за то унижение, которое ему пришлось пережить по вине Майи Кален.

— Василика, — нахмурился Рихар, размышляя над моими словами. Трактирщик же не вмешивался в наш разговор, он с большим интересом следил за нами обоими. — Во-первых, — начал дракон, — согласен, что у него была психологическая травма, но ее вылечили. Во-вторых, фамилия нашей Розы — Каен, а здесь же Кален. Несостыковочка!

— Не соглашусь с тобой по обоим пунктам, — важно сказала, но затем поморщилась. Почувствовав боль в ребрах. Обезболивание заканчивалось. — Яна действительно лечили, но память ему не стерли и осталось чувство унижения и обида. Насмешки, обидные слова — все это он помнил и хранил в себе долгие годы. Скажите, господин Томас, ведь над Яном смеялись?

— Ваша правда, — согласился трактирщик, — над ним весь город потешался. Он ведь так и не был здесь после того, как мастер Эрран увез его.

— Вот! Что и требовалось доказать, — я отхлебнула чаю и продолжила. — Фамилии наших героинь созвучны. Разница между «Кален» и «Каен», всего один звук. Я думаю, что эта схожесть могла всколыхнуть память и ту обиду, и, возможно, даже гнев, которые копились в нем все эти одиннадцать лет. Это вылилось в жажду мести. Хоть кому-нибудь. Роза Каен оказалась ближе, поэтому ей и был адресован опасный подарок.

— Весьма состоятельная версия, — признался Рихар, хотя скепсиса в голосе скрыть не пытался.

— Я думаю, что так все и было. Нужно его брать!

— Что ж, благодарю вас, господин Томас, за содействие. Нам пора.

Ян Аркур действительно поддерживал связь со своим наставником, и Мастер Эрран сообщил нас, где сейчас проживает его бывший ученик. Однако верить в его виновность отказался.

К моему удивлению, мы переместились в провинциальный городок Риавэль. Он располагался в дне пути от Эссентера. И это дало мне право полностью утвердиться в своих словах. Даже Рихар, который сначала скептические отнесся к выдвинутой мной версии, теперь склонялся к ней.

— Будь осторожна, — прошептал он, окутывая меня защитными плетениями. — Или давай я лучше тебя домой отправлю.

— Нет! — Мой голос взорвал вечернюю темноту. Я уже тихо продолжила. — Рихар, ты забыл, о чем мы беседовали в таверне? Не надо меня опекать, словно я хрустальная ваза!

— Хорошо, — неохотно согласился дракон. — Но вперед меня не лезь. Иначе домой отправлю!

— Хорошо, — уже я вынуждена была согласиться.

Мы двинулись к дому артефактора, по дороге обсуждая план действий. Но все было зря. Яна Аркур мы встретили гораздо раньше, чем рассчитывали.

Завернув за очередной угол дома, наткнулись на молодого человека.

— Простите, — прошипела я, морщась от боли на земле.

— Это я должен просить прощение, юная леди, — раздался надо мной приятный мужской голос, после чего сильные руки помогли мне подняться с земли. — Надеюсь, вы не ушиблись?

— Со мной все хорошо благодарю, — я подняла голову, чтобы посмотреть в лицо неожиданному собеседнику и тут же узнала его.

Это был Ян Аркур.

Свет магических огней Рихара, да и масляная лампа артефактора давали достаточно света, чтобы разглядеть худое лицо с карими глазами, тонким острым носом, узкими губами. Одет мужчина был в легкую дубленку, плотные брюки и кожаные ботинки на толстой подошве.

Я напряглась, открыв рот и судорожно соображая, что делать дальше. А вот Рихар не растерялся. Он неуловимым движением встал напротив Яна, загородив меня своей спиной, и властно вопросил:

— Ян Аркур?

— Он самый, — подтвердил мужчина. — Мы знакомы? Кто вы?

— Главный Судья герцогства Эрхард, лорд Рихар ар'шад эн Драган, герцог Эрхард, — голос дракона был деловит и сух.

А вот на лице Яна отразилась целая гамма эмоций. От удивления и непонимания, до осознания того, что его нашли. Вот только страха не было совсем.

Мужчина расправил плечи и спокойно произнес:

— Долго же вы меня искали. Я даже стал думать, что уже никогда не найдете.

Допрос артефактора полностью подтвердил мою версию. Обида и гнев неожиданно всколыхнулись в нем, когда он столкнулся в зале эссенторовского отделения банка с уборщицей престарелых лет. Ему хватило секунды, чтобы прочитать имя, вышитое на нагрудном кармане униформы, после чего он сам не свой покинул банк, так и не сделав вклад. Бродил без памяти весь день и вечер, очнулся в лесу, кое-как выбрался. Вернувшись домой, попытался выбросить все из головы, сосредоточившись на новом заказе — ему поручили разработать аппарат сходный по функционалу с гномским граммофоном, для чего презентовали сам проигрыватель — но голова отказывалась работать. Он все время думал о том, какое унижение пережил, и жажда мести с каждым днем усиливалась. Ян даже не понял, как мог начинить безобидную музыкальную шкатулку взрывчаткой, но когда осознал, понял, что пути назад нет. И он отправился в банк…

— Вы наверняка знаете, что ваш аппарат попал в другие руки? — Спросила я, с интересом ожидая ответа.

— Да, — хрипло сказал артефактор. — В газетах писали.

— Что вы почувствовали, когда поняли, что по вашей вине погибли люди? — Вот зачем мне это знать?

— Сожаление. — Последовал предельно честный ответ. — Я почувствовал сожаление от того, что она осталась жива.

Вернулась я домой далеко за полночь. Пока арестовывали Яна Аркур, пока телепортировали, пока обыскивали его квартиру, еще допрос вели… Больше шести часов прошло. Рихар несколько раз пытался спровадить меня домой, но я ни в какую не хотела уходить. Мне было важно довести это дело до конца, а то, что ребра нещадно ноют и от бутерброда с непонятным черствым мясом болел живот, тогда было совсем не важным.

Это уже когда я пришла домой и доковыляла до кровати, почувствовала всю гамму ощущений. Лорд Ваэн позлорадствовал и сообщил, что оставит боль на ночь, чтобы я наконец-то поняла, что должна лечиться, а не шастать непонятно где. Но мэтр Влас холодно сказал ему, что прибьет в коридоре, если меня не полечит.

Меня полечили. Но сделали это с такой вселенской обидой на лице, что мне захотелось укусить их обоих.

Ночью, не смотря на усталость, практически не спала. Утром, заметив это, мэтр категорично заявил, что ни на какое расследование он меня не отпустит. Даже решил остаться дома, чтобы меня проконтролировать. Я же спокойно ответила, что никуда и не собираюсь, так как преступник найден. После чего преспокойно доела диетическую гречку и ушла в спальню.

Заканчивала приводить себя в порядок перед сном, напевая популярную бульварную песенку. Но веселой я не была — я просто храбрилась. Ибо сегодняшний день был неимоверно скучен и мрачен. Лежала в кровати, смотрела в потолок. Тишина и пустота царили вокруг, которую один раз нарушила Аля, принеся мне обед, да лорд Ваэн пару раз заглядывал, чтобы осмотреть меня. И страшно радовался такой примерной больной.

О том, что такая безрадостная жизнь продлится еще как минимум пару месяцев, думать не хотелось. Может все же стоит принять предложение Рихара пожить у него в пещере?

Вышла из ванной и замерла, сделав всего пару шагов. И было от чего — на моей кровати сидел полуобнаженный мэтр Влас. На маге были светлые узкие брюки, рубашка лежала на полу возле босых ступней. Он не спеша перелистывал страницы одного из любовных романов, которых напритаскивал мне целую гору, и казался увлеченным. По крайней мере, моего появления он не заметил.

Но тут мэтр поднял голову. Лицо его озарила радостная улыбка и он протянул руку:

— Привет. Присаживайся рядом. Не бойся, — начал утешать он, видя мою недоверчивую рожицу, — ругать не буду. Я пришел с тобой серьезно поговорить.

Приближаться к мэтру не торопилась, судорожно вспоминая, где опять умудрилась накосячить, чтобы со мной нужно было «серьезно говорить». Мэтр не торопил, внимательно оглядывая меня своими голубыми очами. Озарение пришло через пару минут — судя по всему, Рихар исполнил свое обещание и поговорил с магом.

Да уж, разговор действительно будет серьезным.

Подошла к кровати и хотела уже сесть рядом, но мэтр аккуратно взял меня за талию и усадил себе на колени. От такой наглости я сначала онемела, а затем покраснела, потому что лицо уткнулось в обнаженную грудь мэтра.

В мозгу вспыхнула картинка из того самого романа, который так увлеченно листал мэтр. А там, между прочим, сердцеед-граф соблазнял свою невинную и чересчур наивную гостью. Ее точно также усадили на колени и подвергли массированному зацеловыванию. Потом опрокинули на спину и… дева перестала быть невинной.

А в другом романе, «Сердце ночи». Там главный герой был древним вампиром, влюбившемся в монашку. Так и эту несчастную перипетии судьбы привели на колени к кровососу, но не для того чтобы тот насладился ее кровью, а… В общем монашка тоже перестала быть невинной.

Или вот еще…

Припомнить, что было в иных прочитанных мной романах, не получилось. Все мысли выдул мягкий золотистый свет, исходящий от белоснежных крыльев, которыми меня и себя укрыл мэтр.

— Они просто гигантские! — Потрясенно выдохнула я, подпрыгивая на коленях мага.

— Василика, — простонал мэтр, которому мои дерганья явно мешали. — Успокойся.

И меня прижали к груди покрепче.

— Отчего они выросли такими большими? — С подозрением вопросила я, намекая на то, что маг говорил, что крылья растут от положительных чувств и эмоций.

Мысль о том, что мэтр Влас мог радоваться моей смерти, я сразу отбросила, как абсурдную. Но ведь он мог и влюбиться! А это вызывало странные чувства, замешанные на радости, от того что маг будет счастлив, и на осторожности по отношении к той несомненно прекрасной даме, что смогла покорить неприступного мэтра. А еще почему-то была ревность. Захотелось коварную незнакомку покусать.

Но все оказалось проще и банальнее.

— Работа с магией высшего порядка и взаимодействие с прямыми потоками магии, — пояснил мэтр. А следующее стало для меня неожиданностью, — Я сглупил.

— Эээ… — протянула я, отвлекаясь от крыльев чтобы посмотреть в лицо магу, — в каком смысле?

— Крылья-то выросли, а вот летать я не могу.

— Научитесь, — уверенно заявила я и потянулась к перьям. Они были теплыми и мягкими.

— Это само собой, — важно кивнул маг, настороженно наблюдая за мной. — Хотя тут дело в том, что мышцы спины слишком слабые, да и кости в крыльях хрупкие.

— И что теперь делать? — было обидно, что мэтр имеет такие красивые крылья, а летать не может.

— Кости должны окрепнуть сами, а мышцы натренирую. Думаю, что можно еще магический корсет носить, но свою тайну пока не хочу раскрывать.

— Ну и зря! Они великолепны!

И дождавшись пока мэтр Влас потеряет бдительность, дернула крупное перо.

— Василика! — Возмущенно воскликнул маг и мое бедро обжег смачный шлепок.

— Буду им важные указы подписывать, — довольно произнесла я, — или уроки делать. А вы не обижайтесь, я вам свою чешуйку подарю, — и преданно так посмотрела в глаза мага.

Тот только глаза к потолку поднял, а затем широко улыбнулся, наклонившись ко мне, и потер своим носом о мой. А потом еще и поцеловал кончик.

— И все-таки я не курица, чтобы меня щипать.

Крылья исчезли. Я печально вздохнула.

Сидели в обнимку в тишине. Я уже начала засыпать, удобно устроив голову на плече мэтра, как вспомнила, что он хотел со мной поговорить. Неохотно подняла голову и тихо произнесла:

— О чем вы хотели со мной поговорить?

Маг внимательно посмотрел в мое лицо, нежно провел ладонью по щеке, печально улыбнулся.

— Я виноват перед тобой. Прости.

Онемела от удивления! Что такое сказал ему Рихар, что мэтр решил извиниться?

— Мы все неправы в сложившейся ситуации. Но я как более опытный человек должен был предвидеть то, как ты воспримешь заточение в собственном доме. Хотя на тот момент, да и сейчас, — это наилучший вариант для тебя. А тебя же на следственные подвиги потянуло!

— Еще бы не потянуло после того, что вы мне наговорили!

— Прости, — меня обняли покрепче.

— И что сейчас будет?

— Боюсь, что все останется по-старому. Но со своей стороны, я постараюсь разнообразить твой досуг.

— Это чем же? — ехидно поинтересовалась. — Опять напритащите мне гору макулатуры? — И я кивнула на прикроватную тумбочку, где высилась стопка книг в жанре любовного романа.

— Это книги моей жены, — сухо признался маг, а я в ответ напряглась — надо было промолчать. — Она их сотнями покупала, так что целая библиотека накопилась.

— Я ничего не имею против дамских романов, — начала оправдываться. — Они даже интересные бывают. Иногда. Мне по душе больше приключения. Ну там, погони, расследования, взрывы, похищения или тайны и загадки…

— Хорошо, я зайду завтра в книжный. Но мы не об этом сейчас говорим. Я так понимаю, что просто лежать в кровати и болеть ты не хочешь?

— Ответьте на один простой вопрос — вы, когда болеете, просто лежите в кровати и ничего не делаете? Нет! Вы носитесь по всей стране, выполняете свои обязанности. Да еще и эксперименты магические ставить умудряетесь.

— Но ты же маленькая и слабенькая! — Возразил маг и осекся.

— Мы пришли к тому с чего все и началось, — нахмурилась я. — Вы не верите в меня!

— Верю! — Горячо заверили меня и снова крепко обняли. И обреченно спросили, — чем бы ты хотела заниматься?

— Я хочу учиться. Принимать гостей. Управлять графством или хотя бы собственным домом. — И видя нерешительное лицо мэтра, решила добить, — я действительно могу все это делать. И даже больше! Разве раскрытое мной дело — не доказательство моих слов?

— Как же тяжело с вам — с подрастающими дракошками, — прошептали у меня над головой.

И мэтр задумался.

— На счет того, что тебе надо учиться, — ты несомненно права. — Начал говорить мэтр после недолгой паузы. Но то, что он сказал следующим, стало для меня неприятной неожиданностью, — мне кто только не попенял на твою необразованность! Необходимо закрыть пробелы в твоих знаниях.

— Это вы о чем сейчас? — спросила, предчувствуя недоброе.

— Будешь изучать геральдику и историю всех древних родов Адрастериона. А как освоишь — возьмемся за современность.

Я в ответ только скуксилась:

— Я не это имела ввиду, когда говорила про учебу.

— Понимаю, — улыбнулся мэтр. — Но тебе пока нельзя колдовать. Хотя я ничего не имею против теории, но она без практики бессмыслена.

— И как же быть? Я не могу ничего не делать целыми днями. Это же чудовищная пытка!

— Мы обратим внимание на прикладные науки. Артефакторика, алхимия, рунные азбуки, иностранные языки. Кстати, кое-кто скоро чешуей покроется и когти отрастит, а из родного языка даже простейшего иероглифа не знает. Нехорошо!

— Нехорошо, — согласилась, пристыженно опустив глаза, но тут же подняла их снова, потому что взгляд уткнулся в голый живот мага. — Надо это дело исправлять!

— Хорошо, — кивнул мэтр, — Скажем, пару часов после ужина я могу тебе выделить, днем ты самостоятельно изучаешь историю, читаешь книги. Возможно, Ваэн что-то тебе расскажет по целебным зельям.

— А он согласиться?

— У него не будет выбора, — жестко ответил маг. — Заартачится — отправим на родину. И хана его исследованиям.

— Каким еще исследованием? — насторожилась я.

— Ваэн не зря так печется о твоем желудке. Он ведет наблюдения с самого начала, записывает, готовит материалы для диссертации.

Ой-ой-ой, они таки сделали из меня подопытную дракошку!

— Не расстраивайся, — меня обняли покрепче, — результаты исследований помогут исцелять калек и смертельно больных. Представь только, что руку или ногу можно будет купить в любой аптеке.

— Все равно, — надулась я. — Не хочу, чтобы надо мной ставили эксперименты!

Наступила тишина, в которой я окончательно пригрелась, уткнувшись носом в грудь мага и прислушиваясь к равномерному биению его сердца. И не сразу поняла, что мои мысли зашли в какую-то неприличную, непозволительную плоскость. Я задалась вопросом: а каково это — быть с мужчиной? Не так как я сейчас, а по-настоящему принадлежать ему.

Любовные сцены из романов казались мне неестественными, чересчур напыщенными, странными и нелогичными. Леди, чаще всего чопорные и благовоспитанные, теряли рассудок, даря себя человеку, которого ненавидели или боялись, но влюблялись в него после первого поцелуя. А лорды, уставшие от женщин, почему-то быстро оттаивали и делались очень покладистыми. Смешно!

Интересно, как мэтр отреагирует, если я попробую его соблазнить? Ну, или хотя бы поцеловать.

К счастью, моим экспериментам не суждено было сбыться. Наше уединение нарушил лорд Ваэн.

— Влас!!! — Тоненько завопил эльф, стоя в дверях, красный от гнева. — Немедленно отойди от нее!

Мэтр закатил глаза к потолку, еле сдерживая улыбку. Затем поднялся со мной на руках.

— Вон отсюда, — продолжал вопить целитель уже нормальным голосом. — Растлитель.

Я едва не закашлялась. Это мэтр Влас растлитеть? Интересно, как бы эльф меня припечатал, узнав о моих планах? Нимфоманкой?

Пока размышляла, мэтр откинул одеяло и уложил меня на прохладные простыни. Накрыл одеялом, подоткнув его, чтобы мне было теплее, и уселся рядом на кровать.

— Вон! Немедленно вон, — удвоил усилия эльф.

Его можно было понять. Эльфы очень трепетно относятся к невинности, духовной и телесной чистоте своих женщин. Эльфийки очень мало общаются с мужчинами, если те не родные братья или отцы. Даже двоюродным родственникам мужского пола запрещено подходить к девушке. Для меня до сих пор загадка, как эльфийки знакомятся со своими мужьями, да еще и умудряются в них по уши влюбиться. Ведь свадьбы у эльфов происходят только по взаимной любви.

Застань лорд Ваэн свою дочь в столь компрометирующей ситуации — и дуэли не миновать.

Хм, такая забота характерна только для чистокровных эльфиек. К человеческим женщинам отношение противоположное. Чего это лорда так разнесло?

— Успокойся, Ваэн, — попросил мэтр, поднимая рубашку и натягивая ее на плечи.

— Усссспокоиться? — прошипел эльф.

— Все хорошо, лорд Ваэн, — подала голос я. — Правда.

— Хорошшшшо? — не хуже дракона прохрипел целитель.

— Мне лучше уйти, — вздохнул мэтр, — а то его удар хватит. Завтра тебе придется еще немного поскучать, если не найдешь в своей библиотеке нужных книг. Спи малыш, — и наклонившись ко мне, потерся носом о мой, а затем еще и поцеловал кончик.

— Не ожидал я от вас такого, — сердито сказал целитель, откидывая одеяло и начиная свои процедуры.

— Знаете что? Моя сексуальная жизнь вас не касается!

Эльф только глаза округлил.

— Да я разве против? Мэтр Влас будет отличным мужем и отцом. Только сначала брак зарегистрируйте. До свадьбы — ни-ни!

Ничего не ответила на это. Прощаться с девственностью сейчас или в ближайшем будущем не намерена. И замуж примерно до пятидесяти лет не пойду — нужно окончить обучение в Академии, получить магистра, насладиться экспериментами и вольной жизнью. И только после этого о семье думать. Но не ходить же полвека девственницей? Люди засмеют.

А вот эксперименты с поцелуями начать хотелось. Интересно же! Но только не с мэтром, нужно найти кого-нибудь попроще.

Вздохнула. Дурацкие романы! Раззадорили — теперь хочется страсти неземной и любви занебесной.

Моя жизнь наладилась. Мэтр не обманул и мы действительно тратили пару часов после ужина на изучение прикладных наук. И не только в теории. Мы ставили опыты, экспериментировали, вели наблюдения, анализировали. Днем я изучала геральдику. Эта наука оказалась не такой скучной, как мне представлялось. Даже наоборот — следить за становлением рода, его традиций было чрезвычайно увлекательным. Лорд Ваэн тоже не остался в стороне, рассказывая о различный лечебных травах, методах лечения и болезнях разумеется.

Непонятно отчего, но через неделю новой жизни включилась моя природная регенерация и ребра стали понемногу заживать. Это привело к смене питания — теперь мне стало мало каш и свежих овощей. И питание разнообразили мясом, рыбой, яйцами, фруктами, орехами. Мой новый желудок с радостью принимал всю пищу и ни разу не взбунтовался.

Еще я наконец-то решила нанять слуг — лакеев, горничных и нового повара. Сначала Аля восприняла мое решение, как предательство. Мне с трудом удалось ей объяснить, что она, состоятельная дворянка, не должна находиться у меня в служанках. В конце концов, мне неприятно, когда мои друзья прислуживают за столом, вместо того, чтобы сидеть за ним вместе со мной.

Мы решили, что Аля, раз она увлеклась кулинарией, откроет в столице ресторацию. Какой она будет — еще вопрос, но успех ей уже обеспечен. Я фигура видная, мэтр Влас еще более колоритный персонаж, а если мы вместе придем на открытие — будет настоящий фурор. Если не сработает, то привлечем Его императорское величество.

Так время незаметно подошло к Новому году.

Несмотря на значительное улучшение, до полного выздоровления мне было далеко. Поэтому меня не пригласили на праздник во дворец. Конечно же встречать Новый год в одиночестве не приходилось, — к себе на праздник меня зазывал отец Афинаген, но я замыслила иное. Стала проситься на морское побережье. Лорд Ваэн как раз собирался вернуться домой на пару дней отпраздновать наступающий год и повидаться с родными, по которым очень скучал. В моих силах было увеличить срок его пребывания дома на срок академических каникул. Эльф воспринял мое предложение с радостью, а вот мэтр Влас неожиданно — с подозрением.

— А что такого? — Вопросила, с непонимание глядя на мага. — Помниться вы сами меня туда гнали, а сейчас что?

— Но тебе так не хотелось. Что изменилось?

— Я давно не выходила на улицу, — аккуратно подбирая слова, начала разъяснять, — перемещения телепортами и кратковременные поездки к отцу Афинагену не в счет. Меня так укутывают защитными заклинаниями, что едва могу пошевелиться. Мне же хочется пройтись по теплому песочку, подставить лицо солнечным лучам. Здесь же это как минимум три месяца еще будет невозможным.

И я, не удержавшись, глянула в окно, за которым вовсю бушевала зимняя вьюга. Новогодняя ночь обещала быть морозной. Мэтр тоже скользнул взглядом по оконной глади и впал в еще большую подозрительность.

— Мне уже пятую ночь снится море, — решила я добить его. — Разве это не знак?

В моем желании поехать на Новый год на море не было ничего преступного и никаких преград для этого не было, поэтому меня отпустили. Хотя мэтру отчего-то не понравилась эта идея. Он бы предпочел проигнорировать приглашение императора и отметить праздник в моем обществе, но я была категорически против. Тем более, что меня, скорее всего, уложат спать и мэтр останется совсем один.

Два дня спустя я, принимая солнечные ванны в удобном шезлонге и краем уха прислушиваясь, как лорд Ваэн распекает младшую дочурку за то, что та подлила мне слабительного в чай, размышляла над природой поведения мэтра Власа. По всему выходило, что интуиция мага сработала на все сто процентов, но он предпочел отмахнуться от предчувствия беды и отпустить меня.

И это к лучшему! Ибо я задумала осуществить задуманное и снять проклятие с эльфов и освободить оборотней.

Не то, что я очень хотела покончить жизнь самоубийством, но чья-то незримая воля осторожно и целенаправленно подталкивала меня к этому страшному шагу. И ментальные щиты не помогали. Меня так и манило на юго-восток, туда, где располагались мертвые территории оборотней.

А еще время было не самым лучшим. Новогодняя ночь не была волшебной и магия не концентрировалась в окружающем пространстве. Но мир наполнялся положительными эмоциями, добрыми намерениями, ожиданием только лучшего. И это-то не и должно сыграть на руку.

Для операции все было готово — я выкрала телепортационную карту у лорда Ваэна, определила координаты, по которым буду перемещаться, зачаровала кулон из агата, чтобы он на время скрыл мое исчезновение, упаковала в сумку рог единорога, с помощью которого я пробью себе сердце…

Сегодня ночью с проклятьем будет покончено.

— Иллитиль! — Взревел вконец взбешенный лорд Ваэн, нарушая течения моих мрачных мыслей.

— Лорд Ваэн! — Красная от ярости кроткая эльфийка не уступала своему родителю. — Мало того что она, — тонкий пальчик указал на меня, — увела у меня жениха, так еще и на отца покусилась!

— Влас никогда не был твоим женихом, — прошипел эльф, а затем твердо заявил, — и никогда не будет! Смирись уже с этим! А я веду важные исследования, и Василика мой подопытный кролик…

Тут эльф понял, что проболтался и виновато глянул на меня. Выглядел он очень несчастным.

— То есть дракон, — поправился он и замолчал, не зная как выкрутиться из сложившейся ситуации.

— Не переживайте так, лорд Ваэн, — слабо улыбнулась. — Я уже давно все знаю.

— Извини, Василика, я не так хотел выразиться.

— Ничего страшного, я от этих исследований только в выигрыше.

— Как вы меня оба бесите! — Встряла в разговор юная эльфийка.

— Иллитиль! — Не поверил своим ушам лорд, но девушка решительно нас покинула.

— Хотите, я с ней поговорю? — предложила разочарованному родителю.

— Не стоит, Лика, — отмахнулся он, — она ведь и прибить сгоряча может.

— В кого она такая «кроткая»? — Спросила я, на что получила весьма загадочный ответ:

— Я что ты знаешь об эльфийках и их жизни? Только то, что мы позволяем вам узнать. Эльфийки, несмотря на огромную значимость для нас, проходят суровое обучение военному делу, изучают фортификацию, дипломатию, юриспруденцию. Они равны мужчинам.

— С трудом верится, — поразилась я. — Хотя, судя по поведению вашей дочери, вы говорите чистую правду. И где она умудрилась познакомиться с мэтром?

— В газетах увидела. Лично они не встречались.

— М-да…

Час Икс настал! Без четверти двенадцать я еще раз проверила все ли упаковала в сумку и раскрыла телепортационную карту. Она была иной нежели у магистра Шерта, рассчитана на одного или двух путешественников, полностью заряженная и активировалась одним мысленным усилием.

Поправив халат и потоптавшись в пентаграмме в шерстяных носках и тонких тапках, усмехнулась. Ну и видок у меня! Интересно, кто-нибудь в ночнушке проводил ритуальное самоубийство? Как по мне, это должно быть весьма торжественное событие и выглядеть нужно соответствующе. Но с собой у меня были только платья и без помощи служанки пуговки на спине не застегнуть.

Оглянулась на свой муляж на кровати и на хитро поблескивающий красным агатовый кулон, которому придется сыграть роль моей ауры. Выглядело правдоподобно, но я понимала, что эта маскировка может обмануть только школьника. Лорды быстро раскусят мой обман и явятся. А потому времени у меня не более десяти минут. Главное успеть начать ритуал, нарушение которого — чистая смерть.

Сосредоточилась и пожелала переместиться на территорию оборотней.

Земли оборотней и вправду были мертвы. Каменная пустыня расположилась на сотни километров вокруг. Там и тут попадались остовы полусгнивших, когда-то исполинских, деревьев. Зловоние наполняло воздух и тишина, как в склепе.

Поспешила к источнику неприятного запаха — к колодцу с живительной водой, которая могла в один миг излечить самые страшные болезни, а ныне это была зловонная лужа с гнилой водой.

— Фу, — прокомментировала я, глядя на заплесневелый ковш, плавающий в непонятной мутной жиже. — Ладно, нельзя медлить.

Быстро расчистив пентаграмму, оставленную моими предшественниками, от камней и мусора, определила точки силы, расставила ритуальные свечи, осторожно зажгла их. Радуясь, что ветер слабый. Затем сняла халат, оставшись в тонкой сорочке. Тапочки и носки так же остались лежать без дела. Сама же я встала в центре пентаграммы.

Голые ступни холодила земля, но не это мне не понравилось, а ощущение чужой воли, по чьей вине я сейчас находилась здесь. И она торжествовала! Она с нетерпением ожидала мгновения, когда врата, удерживающие ее в плену многие сотни лет, откроются и она снова станет свободной.

И тут до меня дошло, что управляет мной не Эу, а Салар — правительница оборотней. Но как она смогла? Зато теперь мне стало ясно, что за черный хвост маячил у меня перед глазами все эти семь дней.

— Ай онэ ресайтерре, Марэир, — начала я на древнем эльфийском обращение к нашему миру.

И в тоже мгновение свечи вспыхнули ослепительно белым — и пламя потекло по линиям пентаграммы. Воздух довольно и жадно загудел — мир был готов принять мой дар.

— Этсэ рейтан сайлерэ, Марэир, — продолжила более уверенным голосом, но договорить не успела. Меня самым наглым образом оборвали.

— Глупая девчонка! — Глаза лорда Ваэна лихорадочно блестели. — Василика, мы же обо всем договорились, дак какого демона ты здесь делаешь?

— А я… я…

Я все также стояла в пентаграмме с занесенным рогом. Вокруг начал подниматься ветер — мир возмущался тем, что ритуал остановился. Возмущенной была и Салар. В моей голове так и звучали ее слова: «Вонзи нож в сердце! Вонзи!». Я не смогла противостоять столь яростному приказу.

— Ай! Лорд Ваэн! Не надо!

Но эльф не слушал, он, выбив рог из моих рук, поднял меня на руки и вынес из границ пентаграммы. И тело сразу же скрутило болезненными судорогами, воздух отказался проникать в легкие.

— Ритуал нельзя прерывать, — только и смогла прошептать.

— Проклятье! — выругался эльф, осторожно кладя меня на землю, затем быстро подобрал рог и встал в пентаграмму.

— Ай онэ ресайтерре, Марэир, — с надеждой произнес он и воздух вокруг нас остановился, отяжелел от напряжения, — Ай онэ ресайтерре, Марэир, — повторил эльф, — Этсэ рейтан сайлерэ, Марэир. Ай роннэ'шраннерэ сайнеллен шайнен!

Воздух все также был напряжен. Мир не желал принимать жизнь эльфа в замен моей. А меня все также скручивало болью.

— Ай онэ ресайтерре, Марэир, — с отчаянием проговорил лорд Ваэн. — Этсэ рейтан сайлерэ, Марэир. Ай роннэ'шраннерэ сайнеллен Ваэн.

На мгновение воздух напрягся еще больше. Я почти теряла сознание от боли. Но внезапно все прекратилось. Напряжение ослабло и в вершинах пентаграммы вспыхнул яркий огонь, который затем потек по жилам ритуального рисунка.

— Ай роннэ'шраннерэ сайнеллен Ваэн, — продолжил ободренный эльф. — Ай нейрро шайсе канн Василика. Ай роннэ'шраннерэ сайнеллен Ваэн.

Что?

— Нет! Не надо! — Я хотела было броситься в пентаграмму, но огненная стена не позволила мне проникнуть внутрь.

Лорд Ваэн измени ход ритуала. Он не просил спасти эльфов и освободить оборотней, он просил принять его жизнь вместо моей!

— Не надо! — Плакала я в отчаянии. — Не надо…

«Эу, уведи его оттуда! — Потребовал влатный женский голос на задворках моего сознания».

«Боюсь, это уже не в моей власти! — Был ей ответ Эу».

«Проклятье! — Взвизгнула Салар. — Потратить так много сил, чтобы привести ее сюда, и ничего не добиться!»

«Возможно, что еще не все потеряно. Смотри»

И я тоже стала смотреть.

Лорд Ваэн окончил говорить и, закрыв глаза, занес над собой рог.

— Нет! — не смогла я удержаться о слез, когда острие пронзило грудь эльф.

Но лорд Ваэн не пал замертво. Нет. Он все также остался стоять и даже моргнул пару раз, после чего оно и началось. Все происходило так, как описывалось в исторических хрониках.

Время на мгновение остановилось. А через секунду задул шквалистый ветер. В небесах грянул оглушающий гром и огромная яркая молнила ударила в колодец. Меня опрокинуло на сину, но я не чувствуя боли, продолжила во все глаза наблюдать за эльфом.

Лорда Ваэна приподняло над землей. Его тело выгнулось дугой. В груди все также торчал рог эдинорога. Эльф с неимоверным усилием поднял руки и выдернул его, отбросив в сторону. Кровь из раны текла медленно, неохотно. Но как только первые капли упали на ритуальный рисунок — это и случилось.

Врата открылись.

Первой из врат выпала… здоровенная призрачная лягушка.

— Ква, — поздоровалась она со мной.

— Ква, — растерянно ответила я, наблюдая, как лягушка трансформировалась в мальчика лет двенадцати.

— Эх! — радостно подпрыгнул парень и побежал босыми ногами по камням, радуясь начавшемуся дождю.

После чего из груди Лорда Ваэна просто таки повалило призрачной зверье. Изящные кошки, сильные волки, огромные медведи, зоркие птицы… Их было тисячи! И они все никак не заканчивались. Души оборотней резко выскакивали из нараспашку открытых врат, превращались в людей и быстро шли к живительному, теперь уже живительному, источнику. Делали глоток и преспокойно оглядывали свои бывшие территории.

Дождь усиливался. Земля с жадностью принимала долгожданную влагу. Казалась, что и она оживала.

Последней из врат в образе потрясающе красивой женщины вышла Салар в сопровождении Эу. Он выглядел теперь иначе, чем я его помнила — высокий статный мужчина эльфийской наружности. Такой же красивый, с манящей внешностью, как и правительница оборотней. Они выглядели парочкой.

Эу остановился поблагодарить меня за помощь, а Салар, даже не глянув на меня, поспешила к колодцу. Зачерпнула деревянным ковшом воды и с наслаждением отпила.

— Эу, — позвала она, и, когда тот повернулся к ней, протянула ему ковш. — Твоя очередь.

Эу еще раз улыбнулся мне и отправился к женщине. Я как в тумане наблюдала, как он принимает ковш с живительной влагой и собирается сделать глоток. Меньше чем через секунду я оказалась возле них и отобрала ковш.

— Ему нужнее! — Нагло заявила и побежала к лорду Ваэну, оставляя кровавые следы на камнях.

«Он не дышит! Совсем не дышит!» — металась лихорадочная мысль в мозгу. Я присела возле мертвого тела и осторожно вылила в рану содержимое ковша.

«Ну же, водичка, ты же чудотворная! Пожалуйста, пожалуйста, подействуй!», — молила я и рана действительно затянулась. Только лорд не задышал.

— Надо же, не для себя, — подивилась Салар за моей спиной. — Эу!

Я вздрогнула, когда моего плеча коснулась прохладная рука. Эу присел рядом и коснулся груди мертвого эльфа. Лорд Ваэн сделал слабый вздох.

Я, не помня себя, схватила ковш и понеслась к источнику второй раз, но на пол пути резко развернулась и побежала к уже поднявшемуся Эу, обняла его, беспрерывно шепча: «Спасибо! Спасибо! Спасибо…»

Я все же набрала ковш второй раз и понесла к эльфу. Напоила слабо сопротивляющегося лорда, наблюдая, как Эу пьет воду из ладоней Салар.

— Надо же, как о родном заботиться, — саркастично промолвила королева оборотней, заметив, что я наблюдаю за ними.

— Лорд Ваэн мой хороший друг! И он…

— Друзья не прочь и нож в спину воткнуть! — Не дала она мне договорить.

— Вы тоже любители со спины нападать, — вмешался Эу и грозно посмотрел на женщину. Та опустила глаза.

Похоже, от взаимных претензий за прошедшие столетия они так и не избавились. Удивительно, что они смогли договориться и повлиять на меня.

— Василика, — подал голос эльф.

— Лорд Ваэн, — обрадовалась я, — как вы себя чувствуете?

— Не знаю, — признался эльф. — А это что? — он указал на быстро приближающиеся точки.

— Драконы, — торжествующе сказала Салар. — Быстрее прячь своего эльфа, девочка, ибо из пепла его не сможет восстановить даже эта поистине волшебная вода. Нам-то ничего не будет, а вот твоего эльфа точно спалят!

Вот ведь стерва!

— И не говори, — согласился со мной лорд Ваэн.

Я, что это вслух сказала?

Салар в ответ только гадко рассмеялась.

А рядом с нами приземлился золотой дракон, превратившийся в Алиара. В небе остались парить Натан, Ашеро и Рихар.

— Вот ведь чешуйчатые! Никакие законы магии и ритуалов им нипочем, — приветствовала его Салар. И нагло закончила. — Вам тут не рады!

Алиар на это ничего не ответил. Он убийственным взглядом смотрел на лорда Ваэна.

— Не позволю! — Я встала впереди, закрыв спиной эльфа. — Если хотите его сжечь — жгите и меня.

— Надо же какая жертвенность! — Не удержалась Салар от язвительного комментария.

— Знаете, что? — Взорвалась я. — Уже жалею, что вы освободились вас из плена!

Королева оборотней обиженно надула губки и отвернулась.

— Не позволю, — я снова загородила эльфа, решительно сложа руки на груди.

Алиар только тяжело вздохнул, поднял лицо, подставляя его упругим струям дождя, а через минуту снова посмотрел на нас.

— Дракон с ним, пусть живет. Но на глаза мне чтоб не попадался!

Мы с лордом Ваэном переглянулись и облегченно вздохнули.

— Собирайся, Василика, — продолжил Алиар, — пора домой. И тебя надо показать врачам.

— Минуточку, — вмешалась Салар, подходя ко мне. — Ты единственная кто не испил из источника.

И мне протянули ковш.

— А зачем мне-то? — Я с подозрением посмотрела на жидкость. Мало ли, может она туда яду плеснула.

— Пей! — рявкнула оборотень и стала силой вливать мне воду в рот. — Запомни, от таких даров не отказываются.

Мне пришлось выпить все, а ковш, между прочим, литра на полтора.

Когда отпустили, меня, пошатывающуюся, подхватил на руки лорд Ваэн.

— Что теперь будет? — спросила я у Салар.

— Мой народ ждет новый виток жизни, — ответила она. — И эльфов ждет новая жизнь. А тебя — сильная порка.

— С чего бы это?

— Эльф, заканчивай ритуал, — ушла от ответа она.

Лорд Ваэн передал меня на руки Алиару и встал в центр пентаграммы, подобрав единорожий рог, проткнул себе палец и позволил стечь на линии своей крови, активировав ритуальный рисунок.

Воздух снова напрягся, подул шквалистый ветер, но скоро все прекратилось, и я увидела, как оборотни один за другим растворяются в пространстве. Их путь лежал к Воронке Перерождений. Очень скоро возле колодца остались только Салар да Эу.

— Прощай, — тихо промолвила красавица. — Помни обо мне.

— Всегда, — также тихо ответил Эу. — Прощай.

Салар ушла вслед за своим народом в новую жизнь. С ее уходом погасли линии пентаграммы. Ритуал завершился.

— Подойди, Василика, — позвал Эу, но меня не пустил Алиар. — Не держи ее, дракон, это не в твоих силах. А если опасаешься, что опять ноги изранит, то это легко исправить.

И камни при этих словах сдвинулись, освобождая идеально ровную тропинку. Я вырвалась из рук дракона и направилась к Эу.

— Спасибо тебе, — он ласково провел ладонью по моему лицу.

— Вы же отправитесь в Воронку Перерождений?

— Нет, — покачал головой Эу. — У меня другой путь, который изменит всех эльфов. И тебя тоже.

— Да? А я-то тут причем?

— Ты теперь чистокровная эльфийка. Так что изменения, которые произойдут со мной, коснуться и тебя. Не пугайся, возможность стать драконом у тебя осталась. И еще, — замялся Эу, — тот дар, который ты приняла — это дар не только от меня, но и от Салар.

— Какой еще дар? Когда я успела его принять?

Эу только хитро улыбнулся.

— Это древняя Сила, которой в моем родном мире владели единицы, а в этом никто, усиленный возможностями оборотней.

— И что это?

— Не торопись, всему свое время. Мне пора уходить. Прощай!

— Прощайте!

Я успела отойти только на несколько шагов, как невыносимо яркая вспышка поглотила мироздание эльфов. Лорд Ваэн болезненно вскрикнул и упал на землю, без сознания.

— Его я не потащу! — Гневно заявил Алиар.

— А придется! — Я уперла руки в боки.

Алиар не стал телепортироваться в Адрастерион — всерьез опасался, что со злости спалит кого-нибудь. Для начала решил немного полетать, а когда чуть поостынет, прыгнуть домой.

Меня надежно зажали в лапе, да еще всяких щитов понаставили, а вот несчастного лорда Ваэна обозленный до белого каления дракон схватил, как попало. Я все боялась, что эльф выпадет, но он очень скоро очнулся и, узрев свое бедственное положение, закрепился в драконьей лапе сам, чем огорчил Алиара еще больше.

Натан и Ашеро практически сразу же улетели по своим делам, а Алиар упорно махал крыльями. И, наверное, если бы не лорд Ваэн, летели бы мы так до самого Адрастериона. Но целитель на то и целитель, что в любой ситуации и в любом месте найти себе пациента. Благородному эльфу вдруг срочно потребовалось меня осмотреть. Видите ли леди, то бишь я, испила из непонятного источника подозрительной жидкости, да к тому же еще и в мокрой сорочке!

То, что лорд Ваэн сам пил эту чудотворную воду, а так же был промокшим и холодным, словно зимний день, его нисколько не смущало.

Алиар, хоть более и не доверял целителю, все же был с ним согласен. И мы все приземлились на небольшую площадку в горной гряде. Дракон распахнул крылья, закрывая нас от ледяного ветра, и эльф приступил к осмотру. Как и ожидалось, от переломов не осталось и следа, желудок вел себя, как родной, и даже признаков насморка не наблюдалось. А еще он подтвердил, что я ощущаюсь, как чистокровная эльфийка. Хоть моя человеческая часть вместе с драконьей кровью и осталась на месте.

— И как это понимать? — Задумчиво протянула я.

— Да кто ж его поймет? — пожал в ответ плечами эльф. — На сколько я знаю, такого на Марэир еще не было. Но то, что ты став эльфийкой, не потеряла шанс на приобретение драконьей шкуры, может означать, что и у других драконо-эльфов появится такая возможность.

И такой хитрый-хитрый взгляд на Алиара.

Дракон впал в задумчивость. Еще бы ему не задуматься когда любимая супруга, дочка эльфа и драконихи, может озвереть в любую минуту.

Их знакомство и началось с того, что совсем юная Амэлтеа, не разменявшая еще и четверти века, заявилась к одному из ухажеров своей матери с требованием помочь ей обрести крылья. Алиару понравилась эта смелая и невероятно красивая юная дева, и он начал активно ей помогать, зная наверняка, что у них ничего не выйдет. Эльфийская кровь не позволит.

Но сейчас… Сейчас в глазах золотого дракона появилась крошечная надежда на то, что он сможет подняться в Небеса со своей возлюбленной.

В задумчивости Алиар опять загнал нас в свои лапы, не слушая возражений эльфа, что он и сам может добраться до дома. В конце концов, лорд Ваэн добился только того, что на него рыкнули, да так, что с гор скатилась лавина, напоминая, что дракон все еще зол. Теперь защитные плетения окутали не только меня, но и лорда Ваэна. Мы снова полетели.

Очнулась в шикарных апартаментах. Сладко потянувшись на шелковых простынях, стала оглядываться. Я явной находилась в Адрастерионском дворце, но такую богато обставленную комнату видела впервые. Золотисто бежевые она были приятны взгляду и не раздражали, дорогущей мебели на вычурных ножках было минимум, кроме гигантской кровати в комнате находился столик с тремя креслами, книжные шкафы а у дальней стены небольшой диванчик. Окно во всю стену задрапировано тяжелым шелком и прозрачным тюлем, пропускающим в комнату яркое зимнее солнце.

— Интересно, сколько я спала? — Спросила я саму себя и простонала, — поесть бы.

Как бы в ответ на мой стон, дверь открылась и в апартаменты вошла служанка. Чистокровная молодая женщина лет двадцати пяти, что для дворца было странным, и я даже засомневалась, что нахожусь именно здесь. Но миссис Айми развеяла все мои сомнения, подтвердив, что я нахожусь во дворце, но не в гостевых покоях, а в личных комнатах его императорского величества Алиара первого Адрастерионского.

— Амэлтеа меня убьет, — простонала я.

— Это уж очно! — «Утешила» меня Айми. — Вы ведь тут уже вторые сутки…

— Сколько? — Не поверила я.

— Да, — кивнула женщина, — именно позавчера Алиар принес вас и… этого эльфа, которого к себе забрал Насилмэ. Вас было приказано не беспокоить, не будить, а как проснетесь — плотно накормить. Что вы хотите на завтрак.

— А что мне можно? — Отвлекаясь от раздумий о том, что с лордом Ваэном все в порядке, поинтересовалась. — Хотя я сейчас готова съесть и переваренный геркулес. Вот какая я голодная.

— Хорошо, тогда я выберу на свой вкус, — поклонилась миссис Айми и направилась к выходу. — Ах, да, — спохватилась она. — В соседнюю комнату лучше не входить, — она кивнула на дверь напротив кровати. — Там отсутствует одна из стен. Алиар не выдержал вчерашнего скандала и обратился в зверя. Никто сильно не пострадал. — Закончила она и вышла из комнаты.

Эх, Алиар, Алиар! Ну, удружил, так удружил. Теперь мне и шагу не сделать без перестраховки. Амэлтеа и так меня ревновала, а теперь и вовсе со свету сживет.

И зачем ему понадобилось тащить меня в свою супружескую кровать? Ведь опасности больше нет, да и не буду я больше подписываться на такие «приключения». Пусть без меня разбираются.

Через четверть часа, когда я успела привести себя в порядок, умыться, причесаться и надеть оставленное для меня платье. Подали завтрак. Я и глазам своим не поверила, когда увидела на сервированном серебром столике истекающую жирным соком отбивную, теплые булочки с шоколадом внутри и ароматный кофе. Кофе! О Небеса, мир явно перевернулся. Даже гречневая каша с грибами нисколько меня не расстроила, а, наоборот, подзадорила аппетит.

Села за стол и… И в комнату ворвался белокурая фурия по имени Эми. Сестра была в красной от ярости, со вздыбленными волосами и маниакально горящими глазами. Начала она с обвинений, претензий и требований. «Да как ты могла!», «А обо мне ты подумала?!» так и сыпались из ее уст. В конце концов, она не выдержала и, разревевшись, выбежала в коридор.

Аппетит исчез вместе с Эми. Я же хотела пойти за ней, чтобы успокоить и извиниться, но была остановлена миссис Айми. Она, плотоядно улыбаясь, буквально приказала мне продолжить завтрак и сама направилась за сестрой.

Вернулись они минут через пять, когда я заканчивала кромсать на куски ни в чем не повинный кусок мяса.

— Извини, Василика, я знаю — ты ни в чем не виновата, — срывающимся голосом начала Эми, но не выдержала и горько разрыдалась.

Я тоже была уже готова разрыдаться, но была остановлена суровым взглядом миссис Айми и ее:

— Леди Василика, вам лучше продолжить завтрак.

— Да, Лика, — тут же встрепенулась, — кушай. Кушай.

И уселась напротив меня. Перед ней тут же была поставлена чашечка с кофе.

Я неохотно принялась за еду, то и дело поглядывая на Эми. Ее лицо разгладилось, но следы от недавней истерики еще оставались. Она задумчиво попивала кофе, все больше и больше мрачнее. В конце концов, это закончилось еще одной истерикой.

— Подать мне этого эльфа! — Вскричала сестра и вскочила, едва не опрокинув стол. — Я его на мыло пущу! Да я его… Я его…

Ничего Эми совершить не успела — ее перехватила миссис Айми. Она каким-то необычным образом скрутила сестру и повела в коридор, взглядом приказав мне продолжать завтрак.

Аппетит окончательно и бесповоротно пропал.

Ну, почему? Почему каждое мое приключение вызывает волну негатива? И ладно бы все кончилось плохо, а тут же… Конечно же нынешний Новый год ни в какие сравнения предыдущим не идет — в этот раз я переплюнула саму себя. И теперь по собственному замку бродит до крайности обозленная драко-эльфийка, кротость которой и уравновешенность плод воображения авторов дамских романов, а еще по коридорам носится моя буйная сестра с желанием убивать эльфов. Вот еще мэтр Влас придет…

На этом месте я решила думать о чем-нибудь приятном, но не получалось. С ним тоже предстоит нелегкая беседа.

Тяжелая дверь тихо открылась, отвлекая меня от грустных мыслей. Подняв голову, увидела лорда Насилмэ, на руках которого лежала спящая Эми. За спиной эльфа стояла миссис Айми.

— Что с вашим лицом? — Не удержалась я от возгласа, ибо эльфийская физиономия была разукрашена красными и фиолетовыми синяками. — Только не говорите, что наступили на грабли.

— Не скажи, — чуть поморщившись, ответил эльф и направился к кровати.

— Так что с вами приключилось? — Не унималась я.

— Поговорил с Власом, что у вас, у людей, называется по-мужски.

Ответ меня на секунду огорошил и я даже начала оправдывать мэтра, не поверив лорду:

— Мэтр Влас никогда бы…

— Я тоже так думал, — перебил меня лорд Насилмэ. — И я был слепо убежден, что он сдержится, когда шел ему сообщать, что его… Кхм, его воспитанница отправилась в долину оборотней, чтобы совершить ритуальное убийство. Но я ошибся. Власа едва смогли остановить. Эй, ты чего? Плакать собралась?

Мне протянули платок.

— Брось, Василика, это всего лишь синяки. И если тебе станет легче, Власу тоже досталось. Перестань реветь! Это мужские дела и ты здесь не причем! Айми, — обратился он к тихо стоявшей женщине, — помоги мне. Как надоели мне эти плачущие женщины! То одну утешь, то вторую успокой…

Я все же не позволила себя уложить в кровать и усыпить. Зато мне показали на стол и сообщили, что я совсем ничего не съела. Отнекиваться от завтрака уже не было сил и я покорно уселась за стол. Лорд Насилмэ устроился напротив и с наслаждением приложил холодное серебро к щеке.

— Почему вы не лечите себя магией? — вопрос вырвался сам собой.

— Не могу. Влас проклял меня и теперь себя лечить не могу и другие целители тоже. Все должно пройти само собой.

— Это что за проклятие такое? — послышалось с кровати.

— Да драконы его знают. Хотя, — поправился эльф, — как раз они-то и не знают. Влас в сердцах такого наговорил, что не удивлюсь, если еще что-нибудь всплывет.

— Я скажу ему, чтобы он извинился, — буркнула нахмурившись. — В конце концов, вы тут ни при чем.

— В давние времена, курьера, принесшего дурные вести, убивали.

— Это вы к чему сейчас, лорд Насилмэ?

— Забудь, — замотал он головой. — Неудачная шутка.

— Я вот только понять не могу, как она умудрилась на меня повлиять?

— У меня есть одна мыслишка, — неожиданно ответил эльф и подмигнул, когда я подняла на него глаза. — Не удивляйся, Алиар нам все в подробностях рассказал. Не бойся, — тут же успокои он меня, — знают только те, кому положено знать. Даже о твоем пребывании в королевских покоях ведает всего несколько человек. Так что тебе лучше не выходить отсюда.

— Понятно, — кивнула, доедая кашу.

Надо же и не заметила, как все слопала!

Эльф нежно улыбнулся, пододвинул ко мне булочки.

— Дак что там за мысль у вас?

— Я думаю, что Салар имела возможность повлиять на тебя из-за крови оборотней, которая есть в твоей сестре, а, следовательно, и в тебе.

Что?!

— Вы хотите сказать, что я оборотень? — Эми спрыгнула с кровати и, пошатываясь, направилась к нам. — Я не ослышалась?

— Ты все правильно расслышала, — лорд Насилмэ помог сестре устроиться за столом, уселся обратно, налил кофе Эми и себе, и только затем продолжил. — В этом нет ничего удивительного. У оборотней сильная кровь. Не столь сильная как у драконов, и если бы оборотни жили среди нас, твоя значительно разбавленная кровь не позволила бы обратиться в зверя. Но все же она есть. И эта небольшая часть передалась и Василике, когда вы провели обряд крови и породнились. И как раз эта малая капля позволила Матери всех оборотней повлиять на леди, — и кивок в мою сторону.

— Так стоп! — Нахмурилась Эми. — Если вы правы, и при ритуале моя кровь передалась Лике, то она теперь не только человек, — Эми стала загибать пальцы, широко улыбаясь, — эльфийка, дракошка, но еще и оборотень?

— Совершенно верно, — спокойно кивнул эльф, посмеиваясь за моей удивленной рожицей. — Я даже больше скажу: при ритуале кровь Всилики передалась и тебе, ритуал крови — обоюдоострый меч, и теперь ты вполне можешь покрыться чешуей и взлететь в небо.

— Ой! — Это потрясенная я.

— Ежкин кот! — Это не менее потрясенная Эми.

— Хотя… кхм, драконизм подобным образом не передается, — продолжил эльф. — Но глядя на твою сестру, могу сказать только одно — возможно все.

Так в задумчивой тишине доели завтрак и переместились на диванчик возле окна. Мне не давал покоя весь насущный вопрос, но озвучить его не решалась. И так оказывается, что я непонятный чудо-юдо зверь, а тут еще и это.

Я бы промолчала и попыталась разобраться в ситуации самостоятельно, но интересующую меня тему задела Эми.

— А как на счет того дара, которым отблагодарили Лику. Известно, что это такое? — И сестра с любопытством посмотрела на меня.

И даже лорд Насилмэ и миссис Айми не скрывали любопытства.

— Нет, — неохотно буркнула я. — Эу сказал, что это древний магический Дар, которым в его родном мире владели единицы, а здесь — никто. Да к тому же он усилен возможностями оборотней.

— Но что это может быть? — Не унималась Эми, но теперь ее взгляд был направлен на эльфа.

Лорд Насилмэ задумчиво нахмурился. Отвечать не спешил, прикладывая холодный металл то к одному синяку, то к другому.

— На ум приходит только одно, — наконец начал он, затем выдержал торжественную паузу и огорошил всех нас. — Абсолютный дар целителя.

— Этого мне еще не хватало, — огорчилась я.

— Согласна. Звучит как-то не очень. — Поддержала меня Эми.

— И что же позволяет этот дар? — Миссис Айми сохраняла твердое спокойствие.

— Трудно сказать, — пожал плечами эльф, — крохи информации об этом даре сохранились в немногочисленных песнях и сказаниях. Ну, например, дар должен помочь целителю диагностировать болезнь еще до того, как она появится. Согласен, звучит несколько нелепо, но, думаю, что наши с вами современники высоко оценили бы возможность предугадать появление раковых опухолей. Что еще… Дар интуитивный, то есть не требующий обучения. Целитель просто прикладывает руки к больному месту и выпускает свою Силу — исцеление происходит. Но в это, если честно, верится с трудом. Может вылечивать неизлечимые болезни, запущенные, безнадежные случаи… Пожалуй, это все, что нам известно, но далеко не все, на что способен Абсолютный дар целителя.

— Спасибо и на этом, — уныло буркнула я. — Как-то целителем мне не особо хочется быть.

— Не паникуй раньше времени, — поддержала меня сестра. — Ведь у вас, — взгляд на лорда Насилмэ, — есть еще какие-нибудь великие Дары?

— Есть, — кивнул эльф, — но информацию о них нужно искать в хрониках времен завоеваний Аэнары демонами. Сами понимаете, из баллад и поэм информации будет мало. Так что новую Силу, какой бы она ни была, Василике придется изучать самостоятельно.

— Информацию в любом случае надо найти. Хоть морально подготовлюсь.

— И то верно, — согласился со мной эльфийский лорд. — Тебе ведь не только от эльфов прилетело, тебе еще и от оборотней бонус перепал. И тут мне почему-то кажется, что возможности оборотней лучше всего сочетались бы с Даром целителя. Но я могу и ошибаться.

Лорд Насилмэ развлекал нас до самого вечера, не смотря на то, что ему явно нездоровилось. Я попыталась пробудить свою новую Силу, но не получилось. Эльф сказал, что Дар должен пробудиться в исключительный момент мой жизни, или же, когда я морально и физически смогу его принять. В любом случае, торопить события не следует.

Вечером, совсем поздно, пришел мэтр Влас. Он попросил оставить нас наедине и Эми, хитро улыбаясь и таща за руку миссис Айми (которая оказалась не просто служанкой, а опытной телохранительницей и одной из первых в Школе разума).

Мы молчали. Я просто опасалась что-либо говорить. Мэтр во все глаза разглядывал меня, как будто не веря, что я живая и здоровая стою перед ним.

Чувствовала себя неуютно под немигающим взглядом в одном халате и тонкой ночной рубашке. Я уже собиралась лечь спать, как в гости нагрянул мэтр.

Молчание затягивалось.

Наконец мэтр шумно вздохнул, сжал переносицу, прикрыв глаза.

— Я не ругать тебя пришел, — обреченно признался он.

— А зачем? — Ну да, глупый вопрос.

— Чтобы убедиться, что с тобой все хорошо.

И снова тишина, в которой мэтр подошел к окну и стал вглядываться в ночью темноту.

— У меня нет сил злиться на тебя. И нет желания отчитывать, ругать или воспитывать, — усталое признание.

Я подошла совсем близко, так чтобы можно было упереться лбом в его спину.

— Я больше так не буду, — получилось совсем по-детски.

— Что не будешь? — Мэтр осторожно повернулся ко мне лицом и обнял.

— Это очень-очень страшно, — прошептала я, опустив саму причину. И тоже обняла мага.

— Не надо слез, малыш. — Маг попытался вытереть мокрые дорожки на моих щеках, но я отстранилась.

— Я весь день только и делаю, что рыдаю. Все закончилось хорошо и все должны быть рады. Но на деле все совсем наоборот!

— А ты на что рассчитывала? Знаешь ли, твой поступок несколько… шокировал.

— Это была не моя воля… Не только моя.

— Давай не будем об этом. Что было — то было.

Я через силу улыбнулась и меня снова крепко обняли.

— Какая же ты худенькая!

— Зато здоровая!

— Это радует, — улыбнулись в ответ. — Тебе что-нибудь надо? Платья? Книги?

— А я надолго здесь?

— Боюсь до момента вылета твоего дракона. Я шокировал тебя?

— Немного.

— Алиар больше никому не верит, даже мне, и решил сам за тобой приглядывать.

— Но я не могу жить в его комнате и спать в его кровати!

При этих словах мэтра перекосило. Он даже сжал кулаки, но затем заставил себя расслабиться.

— Тут он, конечно, перегнул палку. Я попробую его убедить переселить тебя, хотя бы в соседние покои. А Амэлтеа мне в этом поможет.

— А как же учеба? Я рассчитывала вернуться в Академию…

— Василика, — закатил глаза к потолку маг, — ты в своем репертуаре. Попробую решить и этот вопрос, но ничего не обещаю. В конце концов, переупрямить дракона невозможно.

Алиар под общим напором сдался через два дня и я вернулась в свой собственный дом, который тут же наполнился людьми. И драконами.

Ко мне погостить приехал Алекс с семейством. Бедный герцог был затискан, его наследнику досталось тысяча поцелуев и восторженный ахов, а Мари подверглась допросу на счет новинок моды и светских сплетен.

Ашинарри прилетел из своих гор и захватил с собой свое главное сокровище. Найдин выглядела потрясающе! И во всю жаловалась, что в горах одиноко и она скоро совсем одичает. А мы ее предупреждали, чтобы она не соглашалась ехать в горы…

Еще свои комнаты снова облюбовали Натан, Ашеро и Рихар, что меня несколько озадачило. Не ожидала, что они возьмутся за старое. Хотя… Пусть остаются — я все равно буду жить в академическом общежитии, а туда им путь заказан.

Адалард с Альвэ отложили подготовку к свадьбе и приехали ко мне. Девушка вовсю жаловалась на тирана-дракона, но по ней было видно, что она очень счастлива.

Лорд Дилан не отказался навестить меня и к моему удивлению с интересом приглядывался к Але, которая пока еще жила в моем доме, но на правах гостьи, а не повара. А в конце каникул мой бывший наставник стал просить совета, как лучше ухаживать за девушкой и, вообще, не против ли я этих отношений. Я была только за, но советовать ничего не стала. В конце концов, лорд — взрослый мужчина, а Алевтина — свободная женщина, так что пусть сами и разбираются.

Еще к нам забегал мэтр Утан. В пять утра будил Эми на тренировку и меня звал — восстанавливать физическую форму. Я знала, что мне нужно тренироваться, поэтому разок сходила. Но такая рань! На второе утро наотрез отказалась вставать, после чего меня принялись учить боевым искусствам все кому не лень. В конце концов, решила выбрать наименьшее зло и стала ходить на тренировки вместе с Эми к некроманту. Тем более что от меня ничего такого и не требовали — ходьба, бег, прыжки и приседания. И все.

Мэтр Влас тоже часто бывал у меня. Как и Алиар с супругой, которая, после моего исчезновения из своей спальни, пришла в благодушное настроение.

Эльфов только не было. Но сейчас все они разбираются с той неразберихой, которая началась после снятия с них проклятия и освобождения оборотней. А еще они искали и собирали мельчайшие крупицы знаний о своих Великих магических Дарах.

Об оборотнях пока ничего не известно. Появились ли они в нашем мире или ушли в иной? Лорд Насилмэ придерживался мнения, что часть душ оборотней, пройдя через Воронку Перерождений, уйдут в другие миры и обретут новую жизнь в телах иных рас или все тех же перевертышей. Но все-таки большая половина останется здесь, на Марэир, и возродятся в своих потомках, в тех в ком есть всего лишь капля их крови. Так что оборотни в нашем мире уже не быль, а самая что ни есть реальность.

Волшебный источник исчез с земель оборотней. Как говорят драконы, он будет являться лишь тем, кому он действительно нужен.

В последний день каникул мы с мэтром Власом снова спустились в медкабинет к мастеру Бирину. Это уже традиция какая-то! Маги обсудили мое далекое от идеала физическое здоровье, назначили режим питания, оптимальную физическую нагрузку, и еженедельные осмотры. После чего главный целитель Академии дал мне разрешения на посещение занятий.

Я стала с удвоенным интересом грызть гранит науки. Нагнать своих одногруппников не составило труда. Спец предметов на первом и втором курсах — минимум, а в общеобразовательных я разбиралась неплохо. Закрыть все задолженности нужно было до конца марта, но уже в середине месяца я была свободна.

— Прошу все внимание на меня, — разнесся по классу требовательный голос профессора Герарта Ромэн.

Пришлось заставить себя отвернуться от окна, в которое настойчиво светило яркое апрельское солнце. Это просто преступление сидеть в душном кабинете в столь солнечный день! А приходиться сидеть и не только потому что учеба, а еще из-за того, что все тело ломит от боли.

Вчера согнала всех на посадку одуванчиков. Даже драконы не смогли отвертеться и задача была выполнена — несколько тысяч желтоголовых растений переселились из теплицы на мою полянку. Однако расплата за труды наши тяжкие не заставила себя долго ждать — весь в полунаклонном состоянии, да еще мэтр Утан перед ужином Эми погонял на тренировке. Ну и меня заодно.

— Сегодня мы затронем довольно интересную тему, — продолжил вещать профессор, добившись от нас полного внимания. — На сегодняшнем занятии и еще семи последующих мы погрузимся в знания, которые могут спасти жизнь вам или вашему товарищу.

Я тихонько хмыкнула. Примерно с этих слов начинался каждый новый раздел, которому отводилось всего шесть-восемь занятий.

Магистр Герарт преподавал нам основы магии. Причем каждой. Мы за полтора года прошли уже основы стихийной магии (и хорошо, что рассматривали каждую стихию отдельно), основы некромантии, основы целительства, основы бытовой, боевой, даже аграрной магии… Таким образом закладывался прочный фундамент знаний для изучения на последующих курсах.

Судя по методичке очередь и до Школы разума дошла.

Грустно вздохнула. То, что я дракон, а способностей к ментальной магии у меня нет, заставляло несколько беспокоиться.

— Итак, внимание на доску, — последовал приказ профессора, а затем он вывел несколько любопытных слов.

Я ошиблась! Мы собирались проходить не заклинания из раздела ментальной магии. Мы собирались изучить один из важнейших магических навыков, который доступен без исключения всем магам. Особенно целителям.

На доске уверенным четким подчерком было выведено все три слова: «Основы магической диагностики».

Как я долго этого ждала!

— Сегодня мы начнем разбирать, как проводить личную диагностику ауры, обнаруживать вредоносные воздействия на ваше тело и разум и как удалять, уничтожать или хотя бы минимизировать эти воздействия. Также сообщаю, что по основам магической диагностики у вас будут не только теоретические занятия, но и практические.

Вот это новости!

Хотя чего это я — это же практический навык, как истинное зрение, который необходимо тренировать. И наличие практических занятий закономерно.

— Мы не будем глубоко погружаться в виды и способы магических диагностик — их слишком много. Досконально этот вопрос вы будете проходить на старших курсах. — Продолжал вещать магистр Герарт. — Сейчас мы разберем лишь общий алгоритм действий, научимся определять признаки воздействия и, конечно же, классифицируем виды воздействий.

Приготовилась внимательно слушать. Тема ох как интересна, особенно на фоне того, что у меня исчезли все метки и следилки, которых ранее было не сосчитать. И это немного пугало.

— К вредоносным воздействиям относятся все заклинания Школы разума третьего ранга и выше. Даже защитные технологии считаются таковыми. Именно поэтому все менталисты вынуждены проходить лицензирование и ведется точный список всех магов разума. В последнее время даже драконов в него вносят.

Ну, список неточный. Я-то знаю, Алек нелицензированный маг разума. Но это одна из величайших тайн семейства Лотэйр.

— Безусловно, все виды проклятий можно отнести к опасный воздействиям как для живых, так и для мертвеца. Также сюда можно отнести заговоры на воде. Все ритуалы с использованием крови…

А через неделю уже на практическом занятии у профессора Сильвана тей Хамона мы тренировались в диагностики своей собственной ауры. Мои опасения подтвердились — я не обнаружила ни следа от следящих меток и маячков. И это было странно, очень странно, учитывая то, что за мной пристально следят. Чистоту моей ауры подтвердил и магистр Сильван, изрядно подивившись моему недовольному виду.

А что, если я не то ищу? Что если нужно искать не следящие чары, а заклинания Школы разума? Их, кстати, и прикрыть иллюзиями легче, и замаскировать под естественный окрас ауры не проблема. Особенно для знающего человека.

Принялась за изучение ментальных воздействий. Профессора меня в этом начинании только поддержали, порекомендовав пару стоящих книг. Ведь я скоро озверею, превращусь в дракона. А все драконы, как известно, сильные менталисты. И магистры даже вопрос не стали задавать, зачем мне это надо.

На втором практическом занятии я нашла у себя признаки, слабые, едва ощутимые, но все-таки, ментального воздействия. Обратилась к магистру. Профессор Сильван долго всматривался, хмуря брови, даже полистал рукописную древнюю книгу, которую достал из сейфа в стене, и вынужден был признать, что воздействие есть. Очень хорошо и умело скрытое и просто так его не обнаружить. Что-то из высших ментальных заклинаний. Точнее он определить не смог.

— Не нравится мне это, — обеспокоено заглянул он мне в глаза. — Давайте прямо сейчас вместе сходим в драконью башню к магистру Стефану тей Диэртэ.

— Давайте, — кивнула, уже понимая, кто мне так удружил. Но это если воздействие все-таки есть.

Магистр Стефан — декан Школы разума и один из ведущих преподавателей на драконьем факультете. Очень сильный менталист, экспериментатор и новатор в области ментальных технологий.

Увы, но магистр Стефан подтвердил наличие ментального воздействия. И даже больше того — назвал само заклинание.

— Это «Маска Шрезера», — «обрадовал» он нас. — Весьма неприятная штука, должен сказать. Незаметная, легкая, отлично маскирующаяся под ауру жертвы. Но полностью подавляет волю человека, когда его действия начинают расходиться с условиями заданной программы. А также блокирует иные ментальные воздействия, если таковые есть. — И неожиданно улыбнувшись, таинственно произнес, — надо же, а мальчик вырос. Не ожидал от него.

И если профессор Сильван сильно удивился последнему предложению, то я сразу поняла, что за «мальчика» имеет в виду декан разумников.

Алек!

Именно его в строжайшей тайне обучал магистр Стефан, хоть ментальный дар у нынешнего герцога Хэрмард небольшой. Но в школе разума главное не сила Дара, а умение тонко плести чары.

— Надо немедленно сообщить ректору! — Встрепенулся магистр Сильван.

— Не беспокойтесь, — равнодушно начала я, останавливая взволнованного профессора. А потом весьма грозно прошипела, — сама разберусь!

И направилась к ректору.

— Поспешим, Сильван, — раздался за моей спиной голос декана разумников, — надо спасать мэтра Власа.

— Но как же…

— Разгневанный дракон — это вам не шутка! Идемте.

У мэтра Власа в разгаре было совещание. О чем мне и сообщил Рон, попытавшись грудью закрыть дверь переговорной. Но я легко его снесла воздушной волной и выбила двери. После чего в полной тишине вошла в зал, где дюжина профессоров во главе с ректором обсуждали грядущие экзамены. В той же тишине подошла к мэтру и бросила на стол перед ним тетрадку, где было выведено моим подчерком «Выявлены признаки ментального воздействия».

Мэтр глянул на меня на тетрадь, потом снова на меня и дверь. Узрел в проходе взволнованного профессора Сильвана и уже что-то нашептывающего магистра Стафана.

— Не стоит, — остановил мэтр декана, а потом последовал приказ, — оставьте нас.

Профессора, с любопытством поглядывая на нас, стали освобождать помещение. Через минуту мы остались одни. Совсем одни, так как кто-то починил дверь.

— Зачем?! — Прошипела я.

— Никто не собирается заставлять тебя делать то, что ты не хочешь, — начал оправдываться мэтр. — Это для твоей безопасности.

— Безопасности?! — Взвизгнула так, что стекла в окнах задрожали.

— Василика, успокойся…

— Знаете что…

— Успокойся! И послушай меня.

А вот и приказы пошли. Я почувствовала, как успокоение медленной волной начало затапливать сознание и тело. Захотелось удобно строиться на стуле и со всем внимание слушать мэтра.

— Ненавижу вас, — тихо прошептала, прикрыв глаза и пытаясь бороться с приказом из вне.

Но мэтр услышал. Давление на разум тут же пропало.

Почувствовав это, встрепенулась, разгневано глянула на потрясенного мэтра Власа и, гордо задрав нос, покинула переговорную.

— Разойдитесь! — Рявкнула, когда оказалась в приемной, и профессора отшатнулись, освобождая мне проход.

Вечером состоялся разговор с Алеком. Я уже поостыла, поэтому другу удалось донести до меня основную мысль. В первую очередь безопасность: Маска Шрезера одно из немногих заклинание, которые могут подавлять ментальные воздействия, теперь никто не сможет принудить меня пожертвовать собой. Во-вторых, мэтр Влас будет всегда в курсе, где я нахожусь, и поспешит на помощь, если понадобится. И в-третьих, никто и никогда не будет меня ни к чему принуждать. И вообще, лучше пусть будет он, Алек, а не Алира или Натан.

Я это все прекрасно понимала. И даже была частично согласна, но… На душе было так тоскливо.

— И где наша дракошка в одуванчиках? — Весело спросил мэтр Утан у своей ученицы, которая и не ожидала его появления, потому что вовсю наслаждалась редким выходным.

Девушка тут же вскочила, оправила юбку, уронив книгу, которую читала, а затем ножкой запихнула под диван. Но затем опомнилась и с достоинством уселась обратно.

— Вот вы и сами ответили на свой вопрос, — улыбнулась Эми, наблюдая, как наставник устраивается напротив, с досадой думая, что сейчас ее будут отчитывать за любовный роман. Мэтр отчего-то не приветствовал такую литературу. — Полянку свою поливает.

— А что, эпопея с посадкой уже закончилась?

— И слава Небесам! — Вздохнула Эми. — Крестьяне еще приносят одуванчики, но Лика с ними сама разбирается.

— Ты так ей и не рассказала? — Перешел мэтр Утан к цели своего прихода в дом Василики.

— Нет, нет, — взволновалась девушка. — Я много думала об этом. И решала пока ничего не говорить Лике. Все расскажу после того… как все случится.

— Как по мне, пусть лучше знает.

— Нет, нет, — снова повторила Эми. — Еще разволнуется, распереживается. Итак бед много… Зачем вы с ней так?

— Я был против, — спокойно отвел мэтр Утан, сразу поняв, о чем спросила его ученица. — Вообще, это была идея Алиара и ему удалось убедить Власа о необходимости такой меры. Он сам хотел наложить заклинание, но Влас привлек сына. И это к лучшему.

— А какая разница? Дракон или Алек? Суть одна…

— Не скажи… — улыбнулся некромант. — Алиар уже несколько лет мечтает, чтобы Влас и твоя сестра поженились. Если бы заклинание накладывал Алиар, Василика уже во всю готовилась бы к свадьбе.

— О! — Эми потеряла дар речи.

— Влас слишком благороден, чтобы воспользоваться своим положением, потому и привлек к делу своего сына.

— А на мне тоже есть нечто подобное?

— Нет, — показал головой некромант. — Я был против и не позволил. Ты моя ученица и я несу полную ответственность за твои поступки и твою жизнь. Но ты у меня девочка умная, и я тебе полностью доверяю.

Эмирьяра расцвела от этих слов. Гордо вздернула носик, но затем погрустнела:

— Жаль, что у Василики нет такого понимающего наставника.

— Разберутся, — уверено ответил некромант. — И все-таки я настаиваю, что Лике необходимо знать.

— Нет, — твердо ответила девушка. — Расскажу после того, как все случится. Все пойдет по плану?

— Разумеется, — не понял намека мэтр Утан.

— А пораньше никак нельзя? — Море надежды в голосе Эми.

— Нет. Все случится через три недели, в середине мая, как и планировалось. И это не обсуждается! — строго закончил некромант.

Прошло уже две недели с того дня. Я все же могла смириться с наличием в моем сознании подавляющего волю заклинания. Но обида сохранилась. На все попытки примирения не отвечала, и от меня быстро отстали со вздохом облегчения: «Наверное, это и к лучшему». Мне после этого сделалось еще обиднее.

Надо же так не доверять мне. И не верить в меня!

Бесцельно бродила по безлюдным коридорам Академии. Вообще-то сейчас я должна была сидеть на лекциях, но было лень, и я решила нагло прогулять. Только не учла, что остальные студенты не отличаются такой безалаберностью, как я. Да к тому же угроза отчисления за прогулы не была такой уж нереальной — отчисляли, и иногда даже без права восстановления.

Мне же это не грозило. Да если и отчислят — ничего страшного, пойду в ученицы к Рихару. Он из них всех самый адекватный.

Шла по переходу от корпуса целителей в башню эльфов. Пройдя очередной поворот, наткнулась целующуюся парочку. Эльф и эльфийка.

«Надо же, какой страстный!», — восхитилась я, наблюдая, как эльф прижал возлюбленную к стене своим телом, одна рука запуталась в ее волосах, а вторая медленно поднималась от талии к груди. Девушка же, не замечая этого, буквально висла на плечах мужчины, жадно принимая его поцелуи и постанывая.

И мне следовало бы незаметно уйти, чтобы не смущать влюбленных, но только одним из целующихся был мой дорогой, мой любимый, мой обожаемый лорд Итилорин.

Сумка выпала из вмиг ослабевших рук. Эльф отскочил от девушки, испуганно вперившись в меня.

— Извините, я не хотела вас отвлекать, — кое-как выдавила из себя.

— Студентка Фрайхэш, — эльф попытался грозно посмотреть на меня, но неумолимо краснел. — Почему вы не на занятиях?

— Я уже освободилась, — промямлила, не заботясь о том, эльф явно почуял мою ложь. — Извините, я наверное пойду…

— Ступайте, — лорд Итилорин посторонился.

Я, кое-как подхватив сумку, на негнущихся ногах прошла мимо лорда и его девушки, закрывшей от смущения лицо ладонями, и готова была уже завернуть в первый попавшийся класс, как за спиной раздалось весьма неуверенное:

— Леди Василика, — голос эльфа подрагивал от волнения. Я остановилась, чуть повернувшись. — Леди Василика, я и моя невеста, леди Эрианэ, хотели бы пригласить вас на свою помолвку, которая состоится этим летом. Мы были бы счастливы видеть вас среди гостей…

— Да, — неопределенно выдохнула я и потопала дальше.

Шла, не соображая куда иду, пока не наткнулась на озабоченное лицо Рона.

— Леди Лика, что свами? — Рон придерживал меня за плечи, с испугом вглядываясь в меня. — На вас лица нет.

— Я не… я не…

Хотела уйти из приемной ректора. Вообще не понимаю, что я тут делаю. Но меня не отпустили, насильно усадили в кресло для гостей и сообщили, что мэтр будет с минуты на минуту. Попыталась уйти до того, как он здесь появится, но не успела.

— Василика? — удивился ректор, увидев меня. — Что случилось? Ты плачешь?

И тут я не выдержала:

— У него невеста! Невеста! — Задыхаясь, выдавила из себя и горько разревелась.

— О! — донеслось от все понявшего Рона.

А мэтр Влас поднял глаза к потолку, а затем, глянув на меня, покачал головой.

— Рон, меня пока нет, — сообщил ректор, поднимая меня на руки и неся к двери кабинета.

— Хорошо, — согласно кивнул секретарь. — Может быть чаю?

— Не стоит, — отказался мэтр и скрылся в кабинете.

Мэтр Влас широким шагом пересек кабинет, подошел к скрытой за книжными шкафами двери и вошел в богато обставленную спальню.

— Что это? — Очнулась я, разглядывая огромную кровать, прикроватные тумбочки, многочисленные полки и горшки с цветами.

— Это спальня прошлого ректора. Именно сюда он «приглашал» студенток.

— А вы тоже тут спите? — Спросила, когда меня уложили на покрывала и подали стакан с чем-то темным.

— Я предпочитаю свою кровать. Пей, Василика.

И стакан подтолкнули к моим губам.

— Что это за ужас! — прохрипела я, справившись с огромным глотком обжигающего внутренности напитка.

— Это отменный коньяк, — мэтр уселся рядом со мной. — Ну как, полегчало?

— Ой, у меня же горе! — Спохватилась, но плакать уже не хотелось. — Только не надо говорить, что вы предупреждали и все такое.

— Не буду, — улыбнулся маг и тут же посерьезнел, — меня другое интересует — почему ты не на занятиях?

— Прогуливаю, — честно призналась, — имею право, между прочем. Я студентка!

Мэтр только головой покачал.

— Ты можешь побыть здесь, если хочешь. Даже ванну принять, — маг указал вправо на неприметную дверцу. — Мне надо работать.

И он начал подниматься, но я сама не осознавая, что творю, вдруг схватила его за руку и попросила:

— Не уходите.

А затем, когда мэтр вернулся на кровать, забралась к нему на колени и заявила:

— Я еще немного поплачу, — и уткнулась в мантию, судорожно всхлипывая. — А где ваш отменный виски?

— Коньяк, — мне вернули стакан.

Так мы просидели, наверное, с час. Мэтр, осторожно обнимая меня и подгаживая по спине, а я же, сжавшись тихой мышкой у него на коленях, утирала горькие слезы его мантией и попивала его коньяк мелкими глотками.

Размышляла собственно о том, любила ли я лорда Итилорина? Точно нет! Нравился ли он мне? Безусловно, да!

Он удивительно красив, с глубоким бархатным голосом, умен, остроумен, весел… Короче, это идеал для романтических грез сопливых студенток. Однако для меня эта книга теперь закрыта.

И вообще надо бы найти себе настоящего ухажера! Семнадцать скоро будет, а еще ни разу по-настоящему не целовалась. Эх…

— Ты простишь меня? — послышалось сверху, — когда я окончательно успокоилась.

— Вы же видите, что я на вас больше не сержусь, — чуть заплетающимся языком ответила. — Однако ваши действия меня смертельно оскорбили и даже унизили.

— Прости, — полная сожаления просьба.

— Прощаю, — также тихо произнесла и подняла голову.

Мэтр Влас выглядел уставшим и расстроенным. Он печально улыбался, глядя на мое лицо и поглаживая подушечками пальцем щеки. А в мою пьяную голову вдруг пришла ужасная мысль — вот он новый идеал мужчины. Высокий, тренированный, симпатичный (нет, по сравнению с эльфом — урод, каких поискать, но для человека очень даже ничего), но самое главное глаза — как глянет своими голубыми очами, так и сердце замирает. А еще он один из сильнейших магов мира, влиятельная фигура на политической арене. Опять же общаться с ним одно удовольствие. Он не только в магии разбирается, но и в искусстве, в новинках литературы, любит театры и отлично танцует. Нереально богат — у него в подвалах сокровищ более моего будет.

«Надо его брать!» — Вдруг открыло глаза мое зеленое и вредное.

«Да! Покудова свободен, надо брать!» — Влезло со своим мнением светлое и пушистое.

От этих внезапных мыслей сильно покраснела и пришлось снова спрятать лицо на груди мага.

— Василика, в чем дело? — Обеспокоился маг. — Ты покраснела!

— Ну, ситуация несколько двусмысленная, — начала придумывать оправдания. — Мы одни в спальне… Неприлично!

— Фу, ерунда какая, — хмыкнул маг. — Как будто мы с тобой в первый раз в такой ситуации…

— Ну… — не нашлась я с ответом.

Нет, если я втрескаюсь в мэтра — это будет конец. Он слишком хорош, чтобы просто так смириться с его потерей. Так что ни в коем случае! Слышите, ни в коем случае!

— Влас, ты здесь? — Послышался в кабинете голос Алиара.

— О, нет, — я попыталась сползти с колен мага, но он почему-то, наоборот, прижал меня к себе сильнее.

— Влас, — голос дракона был совсем рядом, видно он знал о наличии тайной спальни в кабинете ректора, — О! — глаза Алиара стали как чайные блюдца, когда он нашел нас. — Неожиданно.

— Я не ждал тебя, — заявил мэтр, поднимаясь вместе со мной на руках. — Подожди в кабинете, я тут сейчас закончу.

— Ну, уж нет! — Дракон сложил руки на груди, с удовольствием наблюдая, как ректор сажает свою студентку на кровать. — Да она пьяна!

— Только немого, — поморщился маг, откидывая одеяло. — Василика, тебе надо поспать.

— Голоса в моей голове… Они разговаривают со мной…

— Влас, чем ты ее напоил? — вознегодовал дракон.

— Тем, что мы с тобой в прошлый раз пили. Не кричи, Али, она просто пьяна. Ей надо поспать. Давай, Василика, залазь под одеялко.

Проснулась и не сразу поняла, где нахожусь. Сообразив, поднялась с кровати, кряхтя как столетняя бабка. Нет, головной боли не было, тошноты тоже не было, но в голове был космический вакуум и живот требовал, чтобы его наполнили. Посмотрела в окно — м-да, время обеда уже давно прошло.

Переплела растрепавшуюся косу, умылась и попыталась расправить мятое форменное платье — не получилось. Оно как было, как будто его старательно выжимали, так таким и осталось. Применить магию я отчего-то не сообразила.

Осторожно выглянула за дверь. Мэтр Влас сидел за рабочим столом и внимательно вчитывался в бумаги.

— Выходи, раз проснулась, — внезапно сказал он, не отрываясь от документов. — Тут бутерброды и чай. Поешь.

И мне указали на низенький столик у окна.

Желудок мой восторжествовал, заурчав так, что, наверное, было слышно в приемной у Рона. Покраснев, быстро промаршировала к столу и уселась в кресло, схватив первое, что под руку попалось. Бутерброд с мягким сыром и красной рыбой.

Мэтр молчал, пока я утоляла первый голод, и заговорил только тогда, когда я прикончила второй бутик.

— Как ты себя чувствуешь?

— Неплохо, — прочавкала я и посмотрела на мага. — Голова не болит…

Мэтр улыбнулся.

— Алиар тебя полечил, — признался он. — И… мы решили снять с тебя Маску Шрезера.

— Да?! — Я на миг замерла, сканируя свою ауру. Закончив, печально хмыкнула, — да, ее я не чувствую, но зато вижу огромное количество следящих маячков.

И сурово уставилась на мага. Мэтр в ответ только расхохотался. Ну да, насупившийся и жующий бутерброд маленький дракон может вызвать лишь улыбку, но никак не ужас. Мне и самой стало смешно. Так, посмеиваясь, я и доела очередную вкуснятину и потянулась к следующей.

— Чаем запивай, — посоветовал маг, — что ты все всухомятку давишься.

— Угу, — кивнула и последовала его совету. Определенно подсказка была дельной.

— Кстати, — многозначительно продолжил ректор МагАкадемии, — если ты поторопишься, то успеешь на четвертую пару.

Я едва не подавилась от такого заявления.

— Да как вы смеете, — деланно возмущенно вознегодовала. — У меня сердце разбито, а вы… Ни капли жалости к несчастной мне!

И так душераздирающе вздохнула, что дрогнуло бы любое, даже самое черствое сердце.

— Ты еще слезу пусти, — не скрывая сарказма, произнес мэтр.

Я напряглась, пытаясь выдавить из себя хоть каплю влаги, но новый бутерброд был такой вкусный…

— Не получается, — прошептала я, скося глаза на мага.

Мэтр опять расхохотался.

— У меня есть идея, как помочь твоему горю, — через пару минут тишины, вдруг произнес мэтр. Я даже вздрогнула от неожиданности, но затем внимательно посмотрела на мага, откусывая кусок от пятого бутерброда (И куда только в меня столько влезло?), а мэтр продолжил, — предлагаю устроить свидание!

Сразу сказать твердое «Нет» и продолжить демонстративно страдать, мне не позволили огромный кусок бутера. Я стала торопливо жевать, а мэтр продолжил говорить, добавив в голос соблазняющих ноток:

— Только представь — ты в красивом платье, с великолепной прической и в брильянтах.

«Да!» — завопило мое зеленое и вредное, услышав заветное слово.

— Интимный полумрак дорогого ресторана, — продолжал мэтр, — мерцание свечей и легкое розовое вино…

«О, да…» — простонало мое светлое и пушистое. И весьма романтичное.

— Шепот комплиментов, дурманящий аромат духов, — уже откровенно соблазнял мэтр. — Нежные и уверенные объятья партнера по танцу, и, несомненно, это будет танго. Осторожный, трепетный поцелуй на балконе под светом звезд и луны.

— Да, — как завороженная прошептала я, но резко опомнилась, — поцелуй?

— Это так, к слову пришлось, — отмахнулся маг. — Ну, твое решение?

— Я согласна, — важно кивнула. — Только ко всему выше перечисленному добавьте прогулку по городу. Вы еще с прошлого раза обещали!

— Хорошо, — важно кивнул мэтр, но не выдержал и разулыбался. — У тебя есть почти пять часов, чтобы подготовиться.

Намек был понят и я, быстро дожевав последний бутер и допив чай, поторопилась вон из кабинета. Но на пороге, когда я уже открыла дверь, и находившийся в приемной Рон мог нас слышать, была остановлена суровым:

— А завтра, студентка Фрайхэш, мы поговорим о вашем поведении!

Я отчего-то вздрогнула и потерла ладонью ягодицу. Мэтр Влас в очередной раз расхохотался. Злорадно так, с удовольствием.

Красная от негодования и смущения, закрыла дверь и наткнулась на сочувствующий взгляд Рона. Секретарь видимо что-то хотел предложить, но я только отрицательно качнула головой и, гордо вздернув нос, удалилась.

Открыла шкаф рывком, едва не вырвав хлипкую дверцу, державшуюся на честном магическом слове. Внутренности шкафа меня не обрадовали: на вешалке сиротливо висела пара форменных платьев, на дне шкафа лежали грязные ботинки, прикрытые Эмиными спортивными штанами и моим носком. Красивыми платьями тут и не пахло.

Огорченно оторвалась от шкафа, размышляя, где бы достать платье.

Рвануть домой? Не вариант. Покинуть территорию Академии сейчас не получится, а телепортационный амулет в пределах нашего учебного заведения не действует.

Упросить мэтра Власа помочь мне? Точно нет! Не хватало, чтобы он мне еще и платья покупал. Да еще и по такому случаю.

Занять у кого-нибудь? А это идея! И кто тут у нас самая главная модница?

Состоятельных молодых леди, скупающих все новинки эльфийской моды, в Академии было много. Только не все они привозили сюда свои наряды — просто ни к чему они здесь. Всего пара балов за год, а в остальное время студент обязан ходить в форме. Так зачем организовывать склад тряпок?

Но не все слепо следовали правилам и наряды девушки прятали в своих шкафах. И я точно знала, у кого можно достать платье. Только этот очень любопытная особа, а еще первая сплетница Академии.

Осторожно поскреблась в дверь Алики тей Роме. Никто не открыл. Видимо, она на занятиях. Метнулась к доске расписания. Ага, у восьмикурсников последняя пара на сегодня, но затем еще будут факультативы. Так что Алику надо перехватывать на перемене.

Ожидание было томительным, но оно того стоило. Увидев выходящую из аудитории студентку Роме, подбежала к ней, схватила за руку и потащила подальше от любопытных сокурсниц.

— Да тише, ты, тише, — возмущено вырвала Алика руку из захвата. — Ты что вся такая в пене да в мыле? Что это на тебе надето?

И она очень пристально оглядела меня. В ее взгляде читалось откровенное сочувствие. Ну да, я не переоделась, так и ношусь по Академии в мятом платье.

— Слушай, — начала я с главного, — одолжи платье в эльфийском стиле. Я знаю, у тебя есть.

Девушка сначала неимоверно удивилась, а затем оценивающе прошлась по моей фигуре и подтвердила:

— Платье у меня есть. И мне даже его не жалко тебе одолжить. Но, Василика… — Алика замолчала, явно тщательно подбирая слова, но все же произнесла крайне неприятное для меня. — У меня тут чистый третий размер, — и она демонстративно сжала свои груди. — Ты просто утонешь в лифе со своими пупырышками.

Да, о размере я как-то не подумала. Надежда скончалась быстро. Опустив плечи и повесив голову, потопала обратно в общежитие.

— Да стой ты, — прилетело мне в спину, а через пару мгновений меня резко развернули. — Нашла из-за чего так расстраиваться. А ну, слезы прекратила лить! — Приказала Алика мне. — Сейчас найдем тебе платье, — и она ищущим взором обвила полный студентов коридор. Наморщила свой изящный носик, но так никого и не нашла подходящего. Со вздохом повернулась ко мне и вопросила, — с кем хоть на свиданку-то собралась?

— С метром Власом, — не подумав, призналась я.

— ЧТО? — Вопль Алики сотряс коридор.

Все, абсолютно все посмотрели на нас, и даже профессор Вейзер выглянул из своего кабинета и испуганно спросил:

— В чем дело, студенты?

— Ничего страшного магистр, — разулыбалась Алика, легкомысленно моргая. — Так, житейские будни.

— Не кричите так больше, — нахмурился преподаватель и скрылся за дверью учебной аудитории.

— Ты это серьезно? — Уже шепотом вопросила девушка, пожирая меня глазами.

— Я, наверное, пойду, — стала медленно пятиться назад. — Извини за беспокойство.

— Стоять! — Алика преградила мне путь. — Так значить свидание с ректором? — Многозначительно протянула она. — А знаешь, что? Будет тебе платье!

И она стала рыться в своей сумке. Покопавшись там немного, вытащила связку ключей.

— Вот возьми, — она сунула мне в руки свою находку. — Сейчас иди ко мне в комнату и жди там. Я отпрошусь у магистра Зюкиса и тоже приду. Будем добывать тебе платье!

— Но…

— Никакие возражения не принимаются! Иди! — И мне указали вглубь коридора.

Я и пошла, размышляя по дороге о том, что я, похоже, влезла в очередное приключение.

Алика появилась практически сразу же в след за мной. Я и осмотреться толком не успела.

— Так, что тут у нас, — хищно протянула она, потирая ладони.

Я испуганно сделала шаг назад.

— Что трясешься, как перепуганный кролик? — Усмехнулась она. — Я тебя не пытать собираюсь, а наряжать. Так что, расслабься и получай удовольствие. А это кого еще принесло? — Негодующе воскликнула девушка, когда в дверь настойчиво постучали. — Чего тебе, Магри? — Недовольно вопросила Алика у стоявшей на пороге темноволосой высокой девицы.

— Фу, какая ты злая, — девушка, оттолкнув плечом хозяйку комнаты, вошла и пояснила, восторженно разглядывая меня, — у меня внезапно начались желудочные колики и меня отпустили с занятия. Ну, рассказывайте уже, что здесь происходит.

Алика нахмурилась, но дверь и принялась ставить щиты имитирующие то, что в комнате никого нет.

Алика и Магри были весьма дружны. Их объединяла ярая любовь к сплетням. Но они столь же люто и не любили друг друга, по причине постоянного соперничества в приобретении модных новинок. В этого начале учебного года явились на бал практически в идентичных платьях. Увидев друг друга, стали меряться на ком платье сидит лучше. В качестве аргументов были задействованы площадная ругать и кулаки. Хорошо что до магии дело не дошло, а то мэтр Влас, явившийся разнимать драку, этих красавиц сразу же отчислил бы.

К слову, после этого «аргументированного» разговора, обе девицы выглядели помятыми и быстро смылись переодеваться. Но на бал не вернулись, решив пойти на мировую и прекрасно провели время за распитием красного вина в комнате женского общежития.

Пока я предавалась воспоминаниям, Алика успела посвятить Магри в суть дела и теперь обе напряженно смотрели на меня.

— Что? — Испугалась я, очнувшись.

Магри только тяжело вздохнула.

— Но ведь сейчас гораздо лучше, чем зимой, — прокомментировала этот вздох хозяйка комнаты.

— Все равно слишком худая, — недовольно буркнула Магри, а затем добавила, — и маленькая. Даже не скажешь, что семнадцать скоро.

И снова обе напряженно посмотрели на меня.

— Я, пожалуй, пойду? — Слова девушек были мне неприятны. Решила, что справлюсь сама.

— Стоять! — Скомандовала хозяйка комнаты. — Что ж ты такая обидчивая? Извини, если обидели. Мы просто оценивали фронт работ.

— А на счет внешности, — подхватила ее Магри, — не переживай. Полукровки, что драконьи, что эльфийские, расцветают после двадцати двух. Успеешь еще полмира с ума свести.

— Да зачем мне полмира? Мне только мэтра Власа надо!

И тут я поняла, что сказала что-то не то, потому что девушки потрясенного переглянулись, затем их глаза заблестели пониманием и они жадно оглядели меня.

— То есть я…

— Не боись, все будет! — Хищно улыбнулась Алика.

— А для начала горячая ванна с ароматной пеной и расслабляющий массаж с увлажняющими маслами, — вторила ей Магри, в предвкушении потирая руки.

Я думала, меня отправят мыться в общажные душевые, и я смогу потихонечку слинять. Но нет. Алика просто схлопнула кровать соседки в одну точку, после чего на освободившемся месте был установлен щит в виде небольшого круглого бассейна, который очень быстро заполнился горячей водой, в которую затем добавили пену.

Я смотрела на творящуюся магию круглыми глазами и с разинутым ртом. Пространственную магию раньше видела только в исполнении взрослых магов, а тут… Да, они восьмой курс заканчивают, но все же… Не уже ли и я скоро смогу так делать? Девушки, видя мое удивление, снисходительно качали головами.

Затем меня загнали в «ванну», где оставили одну. А сами устроительницы моего счастья, как прозвали себя девушки, устроились на Аликовой кровати с модными журналами и что-то тихо обсуждали, то и дело посматривая на меня. Минут через двадцать, договорившись между собой, Алика отправила сообщение через личную почтовую шкатулку. И сразу же получила ответ.

— Платье и туфли будут через час, — широко улыбаясь заявила она. — Что ЭТО?

Алика совершенно неприлично вылупилась на моих уточек, которых я налепила из густой пены. Затем, осознав «что это», прикрыла глаза ладонью и что-то мученически простонала.

— Да не переживай ты так, — решила поддержать ее Магри, едва сдерживая смех и наблюдая как я уничтожаю свое творение, — мэтр Влас знает с кем связался. Давай лучше голову мыть.

Так сразу в руки я не далась. Сначала изучила состав шампуня, кондиционера и маски, убедилась, что нет посторонних веществ. А то был у нас случай — двум студенткам понравился один мальчик (что уж говорить, такое часто случается), так одна и них, чтобы избавиться от соперницы, подлила той в средство для умывания и шампунь сильнодействующее средство для депиляции. В результате несчастная жертва лишилась и бровей, и ресниц, а также значительной части волос на голове.

Когда правда вскрылась, мэтр Влас был в гневе и хотел отчислить негодяйку, но сжалился, дав доучиться. Но обязал ее семью оплатить лечение, выплатить огромную сумму за моральный ущерб, а также штраф в пользу Академии, который позже заменили на общественные работы.

Ректор наш суров, но справедлив.

Алика сопроводила мои действия надутыми губками и понимающим взглядом. Косметические средства оказались хорошими, хоть и покупными. Я вот уже давно сама для себя делаю и мыла, и шампуни, и даже крема.

После ванны настало время массажа. Места в студенческой комнате катастрофически не хватало, поэтому Алика опять воспользовалась пространственной магией. В этот раз она не схлопнула в одну точку мешающуюся вещь, а увеличила в три раза комнату. Затем устало вздохнув кивнула своей подружке, которая тут же наколдовала новый щит. Теперь уже в форме стола для массажа.

Под конец расслабляющих процедур принесли платье и, как это ни странно, довольно плотный перекус. На свой вопрос, что я буду делать в ресторане, если сейчас поем, получила весьма оригинальный ответ.

— Ты туда мужчину соблазнять идешь или пожрать на халяву?!

Я отчего-то покраснела. «Соблазнять мужчину» — как-то неприлично звучит. Особенно, если мужчина — мэтр Влас.

— Ты все покраснела, — прокомментировала Магри.

— Отлично, значит все-таки думала о ректоре не только как о наставнике, но и как о мужчине, — закончила Алика.

— И вовсе нет, — еще больше покраснела я.

— Не стоит обманывать нас, но прежде всего саму себя, — нравоучительно заметила Алика. — Мы видели твою реакцию и истолковали ее совершенно верно. Ты сколько угодно можешь утверждать, что вы только друзья, что он твой наставник. Да почти отец. Но… — тут была сделана театральная пауза, — но в своих мыслях ты допускаешь, что мэтр Влас может быть тебе любовником.

— Любовником? — взвизгнула я.

— Кажется, ты поторопилась с выводами, — хохотнула Магри.

— Ну, о поцелуях ты ведь мечтала? — Не унималась Алика.

Мечтала, мысленно призналась я самой себе, а затем еще и кивнула, чтобы девочки удовлетворили свое любопытство.

— Вот видишь! — Алика явно была счастлива. — Советую взять быка за рога.

— Да к тому же, — перехватила эстафету Магри, — мэтру ты тоже явно нравишься.

— С чего бы это? — Нет, я действительно удивилась.

— Ну хотя бы с того, что мэтр Влас обладает репутацией человека, который не любит попусту тратить свое время. И не приглашает на свидания, а судя по приготовлениям у вас действительно будет свидание, безразличных ему женщин. Поверь, ты действительно ему приглянулась, иначе бы он нашел другой способ вылечить твое «разбитое» сердечко.

Ну да, во время массажа, девчонки сумели меня разговорить и я им честно призналась, почему мэтру пришла в голову мысль пригласить меня на свидание.

— Да, — согласилась со словами подружки Алика, — подарил бы тебе огромный шоколадный торт. И ты была бы на седьмом небе от счастья.

Это уж точно! Что-что, а шоколадный торт — моя большая слабость.

— Ладно, — хлопнула в ладоши Алика, — хватит языками чесать. Сейчас едим, затем урок вечернего макияжа.

Посмотреть, какое платье для меня принесли, эти две мучительницы не дали. Более того, заявили, что себя я увижу только, тогда полностью будет готов образ. Посоветовали набраться терпения. Тем более, что это одна из черт драконьего характера.

Пришлось играть по их правилам.

Пока Алика наносила макияж, а Магри делала прическу, со всех сторон сыпались советы:

— Не смей говорить с ним о политике!

— Об учебе вообще забудь. Там мэтр Влас — не твой ректор, а ты — не его ученица!

— Не спрашивай, сколько женщин у него было!

— И не показывай так явно свою неопытность в амурных делах. Держись уверенно!

— Не стоит открыто восторгаться его внешностью. Или, наоборот, кривить губы, если тебе не понравится его костюм.

— Здоровье — тема тоже запретная. Тем более аппетит может испортиться.

— Не говорите о плохом или страшном. Говорите только в позитивном ключе!

— Оставь все проблемы за дверью этой комнаты!..

О Небо, сколько правил! Надо крепко помнить не только то, о чем говорить, но и как улыбаться, как смотреть, как двигаться.

— И конечно же поцелуй!

— Запомни, если он тебя не поцелует — то все сегодняшние приготовления были зря!

— Надевай туфли, — мне протянули изящные туфельки на немыслимым каблуке. Я потрясенно уставилась на Алику. — Чего рот раскрыла, как вытащенная из воды рыба? Тут сего двенадцать сантиметров.

— Двенадцать?

— Не бойся, Лика, — поддержала подругу Магри. — Время еще есть. Потренируешься.

Делать было нечего, пришлось надевать и тренироваться. На удивление туфли идеально подошли. Мягкая кожа приятно холодила, высокий каблук не чувствовался, подошва, как влитая, легла по ступне. Я сделала пару шагов.

— Почти идеально, — посыпались комментарии.

— Двигайся плавнее и делай шаг мельче.

— Не думай о том, что не будет поспевать за кавалером. Это мужчина должен приноровиться к твоему шагу.

— Ну что, Василика, снимай халат, будем платье надевать!

Через пятнадцать минут я, потрясенная, во все глаза рассматривала свое отражение в зеркале. Из зеркальной глади на меня глядела удивленная девушка и, как это ни странно, выглядела она как я, только соответствовала моему возрасту. Семнадцать лет. Хоть семнадцать мне и стукнет через пару недель.

Алика сделала акцент на глаза, ярко выделив их черным карандашом и темными тенями. А вот губы имели бледный розово-персиковый цвет.

— Может румян добавить? — С сомнением протянула Алика. — Бледновата она.

— Не стоит, — остановила ее Магри. — Мэтр ей комплиментов наговорит, да вина еще выпьет — раскраснеется и твои румяна все испортят.

Алика бросила косметичку на кровать. А я продолжила себя разглядывать.

Волосы были уложены в невероятно сложную высокую прическу, только пара прядок кокетливо вились у висков. Удивительно, что такое можно сотворить с волосами. Обычно я их в кору заплетаю и этим ограничиваюсь.

Но главным было, конечно же, платье. Алое, как свежая кровь. С длинными рукавами и абсолютно закрыто спереди, а вот спинка… Спинка была волнующе обнажена. Вырез спускался значительно ниже талии. Платье плотно облегало стан, от бедер расходилось мягкими складками и заканчивалось небольшим шлейфом.

— Идеальный образ! — Воскликнула Магри.

— Согласна, — кивнула Алика, — но… Василика, что тебе не нравится?

— На мне совсем нет белья… Трусов.

— По платья такого фасона и из такой ткани белье не надевается — его будет видно, — как маленькой начала объяснять Алика.

У меня сделалось совсем несчастное лицо. Образ красив, но… Но!

— Алика, — с упреком посмотрела на подругу Магри.

Та только губы поджала, но все же пошерудила в коробке, в которой было доставлено платье, и вынула совсем крошечный кусочек ткани с практически невидимым тесемочками.

— Либо эти трусики, либо совсем без белья! — Категорично заявила Алика, видя мое нерешительно лицо.

Я выбрала трусики.

— Мы проводим тебя до административного корпуса и проследим, чтобы на тебя никто не налетел, — мне протянули плащ.

Мы с мэтром договорились, что я поднимусь к нему в кабинет в районе восьми вечера, откуда мы телепортируемся в его городской дом и уже оттуда в карете с гербом рода Лотэйр отправимся в ресторан.

— О помаде не беспокойся. Она не сотрется, не размажется и не будет пачкать. Можешь спокойно целоваться.

— Алика! — Негодующе воскликнула я.

— Тише, тише, — примиряюще подняла она руки вверх. — Идемте, уже без четверти восемь. Опаздываем.

И мы пошли.

В административном здании, в отличие от коридоров общежития, было полно народу. Зайдя, сразу же наткнулась на группку некромантов, которых распекал мой собственный декан. Понадеялась, что меня не заметят и даже капюшон на голову натянула, но магистр Рейнер, увидев меня, заткнулся на середине слова. Некроманты, изрядно удивившись этому, стали оглядываться по сторонам, ища то, что так поразило преподавателя. И хоть я уже успела скрыть лицо, точно знала, что меня узнали и поняли, к кому я направляюсь. Да еще и в таком странном виде.

Ну, ладно, это не страшно. Некроманты не болтуны какие-нибудь, они относятся к бытию серьезно, с пониманием. А вот от декана мне завтра придется выслушать нотацию о моем неподобающем поведении.

Быстро промаршировала, пока мне не стали отчитывать, да еще и при свидетелях. Скрывшись за поворотом, подобрала подол платья, чтобы не было видно шлейфа, убедилась, что капюшон надежно скрывает лицо и крадучись двинулась дальше.

Проклятье! Ну почему я не настояла на том, что бы мэтр сам пришел за мной? Хотя нет, это было бы еще более двусмысленно, чем теперешнее положение вещей.

Пока шла по коридорам, создалось впечатление, что все знали, что я приду сегодня вечером к ректору, и более того, специально задержались на работе, чтобы посмотреть на это зрелище. Мою закутанную в темный плащ фигуру сопровождали любопытные взгляды, но никто не посмел меня остановить и задать вопросы.

Уже у приемной столкнулась с магистром Аленом, да так, что едва не полетела на пол, не удержавшись на высоких каблуках. Хорошо, что некромант успел меня подхватить. Но при этом плащ распахнулся, а с головы слетел капюшон, так что магистр смог увидеть меня во всей красе.

— Ах, вот в чем дело! — Весело воскликнул он, ставя меня на ноги. — Ну что ж, давно пора. Счастливого свидания вам, леди Василика. В смысле, — поправился он, опережая мое «вы все не так поняли», — до свидания, студентка Фрайхэш.

После чего поцеловал мою ладошку и, весело насвистывая, отправился по своим делам.

Отдышавшись, досадуя на невезение, убедившись, что платье от всех моих маневров не помялось, а прическа осталось столь же идеальной, осторожно заглянула за дверь ректорского кабинета.

Мэтр Влас был там и был он полностью готов. И, если предположить, что магистр Ален выходил от ректора, то становится понятно, почему он предположил, что я иду на свидание.

— Заходи, Василика, — приглашающе махнул мэтр рукой. — Что из-за угла выглядываешь?

И я зашла, а потом стояла смирно, пока мэтр Влас потрясенно разглядывал мое лицо, шикарную прическу, фигурку, скрытую плащом. Но скоро мэтр очнулся, как будто от наваждения, даже головой потряс, и медленно, словно ему с трудом давались слова, произнес:

— Я не знал, какого цвета платье ты выберешь, поэтому, чтобы гармонировать с твоим нарядом, надел черный костюм.

— Вы потрясающе выглядите, мэтр, — улыбнулась я.

Нет, мэтр Влас действительно выглядел роскошно. Одет он был в костюм-тройку. Все в образе мага подчеркивало его высокую стройную фигуру, позволяло увидеть сдерживаемую мощь тела. И белоснежная, почти сверкающая, рубашка, и светло-серый жилет с выглядывающей золотой цепочкой из нагрудного кармана, и идеально отглаженные брюки. И даже галстук-бабочка добавлял в образ изысканного величия. Только пиджак висел на спинке кресла.

Его-то мэтр и хватил, перед тем как протянуть мне руку.

— Себя-то мне не покажешь? — спросил он, нежно сжимая мою ладошку.

— Только тогда, когда прибудем в ресторан, — я плотнее закрыла полы плаща.

— Ваше желание для меня закон, прекраснейшая, — чуть хрипловато прошептал мэтр, а я вдруг вспыхнула, смутившись так, что даже сказать ничего не могла.

В доме мэтра Власа мне вручили огромный букет алых роз. Он был таким большим, что я его едва удерживала. Меня быстро освободили от непосильной ноши, вручили один-единственный цветок, рассыпаясь в извинениях и комплиментах. Также попытались раскрутить на снятие плаща, но я держалась стойко и в карету с гербом рода Лотэйр уселась, посмеиваясь над досадующим магом.

Ресторация, куда привез меня мэтр Влас, назвалась «Белый пегас». Это было небольшое двухэтажное здание, от низа по самую крышу увитое цветущей лозой. Несколько небольших балкончиков выглядели, как игрушечные. Из окон лился мягкий свет и слышалась ненавязчивая музыка. А в пространстве разлился умопомрачающий аромат цветущих вишен и яблонь.

— Лорд Лотэйр, леди Фрайхэш, рад, очень рад видеть вас в «Белом пегасе», — к нам на встречу поспешил пухлый краснощекий господин, видимо владелец ресторана.

— Добрый вечер, господин Кондар, — любезно поздоровался мэтр, а я же присела в книксене. — Наш столик уже готов?

— Все подготовили так, как вы просили, — заверил нас ресторатор. — Леди, позвольте, я помогу вам с плащом.

Мне ничего не оставалось, как снять с себя плащ под внимательным и любопытным взглядом мэтра, а потом как ни в чем не бывало повернуться к зеркалу, делая вид, что поправляю прическу.

Обнаженную спину обожгло взглядом, а тишина в холле стала какой-то нехорошей.

Осторожно оглянулась. Господин Кондар покинул нас с моим плащом. Я и мэтр Влас остались один. Встретилась взглядом с магом и… испуганно отпрянула. Голубые очи мэтра посерели, сделавшись совсем как грозовое небо, и сейчас было в них что-то низменное, поистине демоническое. Но мгновение — и все изменилось. Теперь на меня смотрел абсолютно нормальный мэтр Влас, и протягивал руку в приглашающем жесте. И я поверила бы, если бы не его плотоядная улыбка.

— Пора ужинать, — чуть хрипловато сказал он, когда вернувшийся ресторатор готов был нас проводить в зал.

— А может не надо? — Испуганно пролепетала я.

— Надо, милая, надо, — и он сам вложил мою обессиленную руку в свою и потянул к лестнице, ведущей на второй этаж. — Ты великолепна, — прошептал он, склонившись к моему уху, когда мы подходили к залу.

Я посмотрела на мага и увидела то, что и должна была увидеть в первый раз: восхищение и обожание.

Ужин подходил к концу. Мы в ожидании десерта затеяли разговор о новомодном писателе, создавшем историю про абсолютно немагический мир, где жители этого самого мира изобретали потрясающие механизмы, дабы облегчить свою жизнь. Железные самоходные автомобили, трубки, позволяющие разговаривать на расстоянии, экраны передающие изображения и звуки, и еще сотни проборов, работающих на батарейках.

— Это все не такая уж и фантастика, — заявил мэтр. — Электричество и сейчас добывают безмагическим способом. Гномы в этом спецы. Фотоаппараты, — маг скривился, — у журналистов на вооружении уже третий год. Они даже картинки цветными научились делать. Граммофонные пластинки сама уже знаешь, как изготавливать.

— Вас послушать так и трубки, позволяющие разговаривать без магии, скоро появятся.

— А вот это уже вряд ли.

— Почему?

— Это не выгодно с любой стороны, с какой не посмотри, — маг откинулся на спинку стула и в очередной раз окинул меня восторженным взглядом. А я в очередной раз залилась краской смущения. — Звуковой сигнал легко перехватить, это может сделать даже самый слабый маг. Да это можно сделать даже без всякой магии. Скажи, ты будешь рада, если твои разговоры станут всеобщим достоянием?

— Пожалуй, нет, — нахмурилась я. — А если защитить канал?

— Маг в любом случае может перехватить. А если защищать магически, то э то уже будет не аппарат, а магический артефакт.

И пока я придумывала достойный ответ, мэтр подался вперед, взял мою ладошку и осторожно поцеловал пальчики.

— Вам так нравится меня смущать? — Не выдержала я.

— Нравится, — уверенный ответ. — Безумно нравится, как твои нежные щечки украшает румянец, как ты опускаешь глаза, как закусываешь губу. В эти моменты ты выглядишь восхитительно беззащитной, маняще нежной. Головокружительно красивой.

Я окончательно смутилась и попыталась не делать то, что сейчас перечислил маг. Но глаза сами собой опустились, а еще я поймала себя на том, что губу закусила. Решительно подняла глаза, отчетливо осознавая, что щеки пылают смущением.

— У нас по плану еще танец, — напомнили мне.

— Но…

— Никакие возражения не принимаются! И чтобы ты не сбежала от меня, станцуем прямо сейчас!

— Но…

— Трусишь? — Мэтр весело приподнял бровь и в очередной раз восторженно оглядел меня. — Брось, Василика, это всего лишь танец. — И видимо решил добить меня, заявив, — на поцелуе я ведь не настаиваю.

— Так это-то мне от вас и надо! — Вырвалось у меня, после чего захотелось провалиться сквозь землю.

Маг расхохотался. Но потом резко нахмурился.

— Значит, — сурово начал он, — танец подарить мы стесняемся, а на поцелуи без зазрения совести напрашиваемся? Где логика, милая?

— Извините, — выдавила я из себя.

Мэтр Влас покачал головой и уверено заявил:

— Сначала танец, Василика. А про поцелуй я подумаю.

Маг решительно встал и протянул мне руку. Пришлось вложить свою дрожащую ладошку в раскрытую ладонь мэтра. Встала и обнаружила, что мир быстро крутится. Мы на двоих распили бутылку розового вина. И что такое три бокала вина для опытного человека? Сущая ерунда. А вот для меня…

Тем не менее, я решительно, полагаясь на крепкие объятия мэтра, пошла небольшую, только для одной пары, танцевальную площадку.

Вообще зал, где мы расположились, был небольшой, рассчитанный на полдюжины столиков на двоих. Как только я здесь оказалась, подумала, что зал только для парочек, занятых исключительно собой. Должно быть, так оно и было, но спросить постеснялась. Помимо столиков, отгороженных друг от друга живыми изгородями, и танцевальной площадки, здесь была еще барная стойка, на которой стоял граммофон. Бармен движением фокусника извлек из специального шкафа пластинку, деловито крутанул в пальцах и установил на аппарате. Зазвучали первые аккорды.

— Танго? — поразилась я.

— А что такого, — деланно удивился маг. — Не бойся, наступать тебе на ноги не буду. Я брал несколько уроков.

— Но это танец только для женатых пар, — попыталась урезонить мэтра.

— Мы маги, — был мне ответ. — Что нам условности простых смертных? Расслабься.

Попыталась последовать совету. Не получилось.

Тогда мэтр, расположивший руку у меня не шее, чуть потянул вниз пряди волос, заставляя меня поднять голову. А затем наклонился к моему лицу, низко-низко. Я только подумать успела, что сейчас это и произойдет. Поцелуй. И была права, но мэтр целовал не губы — он коротко чмокнул меня в кончик носа, а затем, по старой привычке, потерся кончиком своего носа о мой. Я улыбнулась и расслабилась.

И чего, спрашивается, я испугалась? Мэтр Влас никогда ничего плохого мне не сделает.

Но как только я свободно вздохнула, как почувствовала, что рука, только что удерживающая мою голову, начала опускаться вниз, едва задевая кончиками пальцев обнаженную кожу спины. Опустилась до талии и даже ниже. Остановилась, только дойдя до ткани.

— Дыши, — выдохнул мне в губы мэтр, делая первое плавное движение.

Я судорожно втянула воздух, хватаясь за плечи и позволяя увлечь себя в танец.

Пара уроков? Всего пара уроков? Да этого быть не может! Мэр двигался значительно лучше меня, а я тренируюсь по четыре часа в неделю. Конечно, он не пьян, как я, и на нем нет непривычных туфелек на высоченном каблуке. Но все же…

Да, я была пьяна. Иначе с чего бы меня так волновала близость мэтра? Сводил с ума жар его тела, который чувствовался даже сквозь шелк рубашки, от пиджака маг избавился, как только мы устроились за столом, так как в зале было довольно тепло. Кружил голову аромат его тела. Нет, не парфюма, а его естественный запах, который всегда мне невероятно нравился. Запах бушующего моря — его так и хочется вдыхать и вдыхать. Будили что-то страшное, поднимающееся из глубин нутра, прикосновения его рук к моей обнаженной коже.

— Василика, — послышался обеспокоенный голос мэтра. — Василика…

В следующую секунду я обнаружила себя стоящей на балконе в кольце рук мэтра Власа. Маг взволнованно всматривался в мое лицо.

— Очнулась, — облегченно выдохнул он, когда я открыла глаза.

— Что со мной? — слабо спросила.

— В зале было слишком душно и ты начала терять сознание. Теперь все хорошо. Присядь, — и меня усадили на стул, а затем всучили в руки бокал и пояснили. — Это вода, тебе надо попить.

И я пила. И с каждым глотком чувствовала, что становится легче.

— Извините, — в очередной раз смутившись, произнесла я.

— Тебе не за что извиняться, милая. — Вздохнул мэтр. — В том, что произошло, виноват исключительно я. Но кто знал, что ты такая впечатлительная и совсем не искушенная!

— О чем это вы?

— Я применил только один легкий прием соблазнения, а ты сразу в обморок падать. Это никуда не годиться!

«Легкий прием»? Это всего лишь «легкий прием»? Да я чуть с ума не сошла!

— Нет, Василика, — деланно печально продолжил маг. — Целовать я тебя не буду, а то твое сердечко не выдержит такого потрясения.

— Ну, знаете, не такая уж я и неженка! — Обиженно надула губки.

— Согласен. Однако ж…

Мэтр не стал озвучивать свои опасения, а перевел тему разговора.

— Смотри, какие крупные звезды сегодня.

И я посмотрела на небо. Звезды и вправду буди большими и яркими. Они сверкающими гроздьями висели в небесах и, казалось, только руку протяни, как схватишь одну из них.

На балконе мы просидели еще полтора часа, беседуя о звездах. Там же съели и десерт. Мне пришлось кормить мэтра с ложечки, потому что он уронил свою. Выпили еще по два бокала легкого вина. И… Нет, к счастью, из ресторана я вышла на своих двоих и меня даже поддерживать не пришлось. Но в карете я почувствовала себя дурно. Все-таки не надо было мне больше пить. Похоже, прогулка по ночной столице опять у нас не получится.

— Остановите, — простонала я, не выдержав.

— Василика, — обеспокоено позвал мэтр, после того как помог мне выбраться из кареты.

— Со мной все хорошо, — слабо отозвалась. — Не ходите за мной, пожалуйста.

И я, пошатываясь, поплелась по тротуару, дойдя до перекрестка, свернула вправо и остолбенела. Двое преступников в черном, аккуратно вырезав стекло витрины, обчищали ювелирный магазин.

— Ааааа, — не помня себя, закричала и побежала бить грабителей, грозно размахивая сумочкой. За спиной слышались встревоженные крики мэтра Власа, кучера и двух лакеев, ехавших на запятках.

До злодеев я не добежала — запуталась в подоле собственного платья и начала падать и упала бы, больно расшибив себе что-нибудь, но была подхвачена мэтром Власом, им же укрыта от заклинания, брошенного одним из бандитов. После чего была надежно заперта в карете, а маг вернулся к магазину, где, как восковые фигуры, застыли преступники и орала сирена. Через минуту нагрянул патруль, а еще через минуту вернулся мэтр, скомандовав кучеру: «Домой!». Мы поехали.

— Что, Василика, без геройства никак? — Устало спросил мэтр, обнимая меня.

— Я тоже хочу ограбить банк, — простонала, пряча лицо на груди мэтра.

— Это был не банк, а ювелирный магазин, — поправили меня, нежно улыбаясь.

— Плохо мне…

— Потерпи немного, милая, скоро уже приедем.

Уснула я раньше, чем мы добрались до дома.

Проснулась я от яркого солнца, бывшего в окно. Не сразу поняла, где нахожусь, и даже сначала испугалась, но быстро успокоилась, поняв, что спала я в постели мэтра Власа в его столичной доме.

А где он сам?

И что на мне надето?

А надета на меня была одна рубашка. Гигантская такая, явно с плеча мэтра. А где мое платье? И… и трусы?

Попыталась встать, но голова от малейшего движения раскалывалась.

— Леди Василика, вы проснулись? — в комнату заглянул дворецкий.

— Господин Арнольд, — простонала я и мужчина тут же подошел к кровати.

— Ай-яй-яй, — осуждающе покачал он головой, а затем заявил. — Вам надо выпить лекарство.

После чего помог мне учесться и протянул стакан с мутной жидкостью.

— Пейте, леди, это лекарство от алкогольного отравления. Снимает все симптомы, включая головную боль.

Я поверила и выпила чуть солоноватую жидкость.

— Вот, молодец, — похвалили меня. — Через десять минут будете, как огурчик! А пока полежите еще немного. Я распоряжусь на счет завтрака.

И меня снова оставили одну.

Через десять минут я действительно чувствовала себя превосходно. Оказавшись от помощи служанки, быстро ополоснулась в душе, почистила зубы, расчесала волосы, заплетя их в косу. Оделась, кстати, в академическую форму, непонятно как оказавшись здесь. Сгрузила в любезно предоставленный слугами пакет свое красное платье и туфли и растерянно огляделась вокруг в поисках крохотного лоскутка ткани на почти невидимых тесемочках.

— Вы что-то потеряли? — Поинтересовалась горничная.

— А… нет, все хорошо, — ну не говорить же им, что я трусы потеряла.

— Тогда прошу вас, пройти на террасу. Там вам накрыли завтрак.

— Благодарю, — улыбнулась и направилась к выходу, на ходу осматривая комнату.

Поела быстро, после чего меня также быстро доставили в Академию. Сверившись с расписанием, обнаружила, что совсем немного опоздала на вторую пару. Поторопилась в аудиторию. Как ни странно, магистр Герарт Ромэн никаких претензий не предъявлял и ни о чем не спрашивал, просто разрешил пройти и сесть на свое место. После чего в классе установилась какая-то подозрительная тишина.

Время до обеда прошло незаметно.

Наверное, я была очень задумчивой, потому что не замечала, как при моем появлении студенты замолкали и с интересом вглядывались в меня. Это было странно, но эта странность фиксировалась где-то в глубине сознания. На любопытные взгляды никак не реагировала.

Я спокойно дожевывала обед, когда ко мне подлетели две подружки-сплетницы Алика и Магри.

— Ну, рассказывай! — потребовали они в один голос.

Я только тяжело вздохнула и собралась уже поведать краткую историю вчерашнего вечера, как в столовой появилось новое действующее лицо.

Эми выглядела встревоженной. В руках она держала свежий выпуск «Адрастерионской правды». Впервые за долгое время появилось желание прочитать газету. Интересно, что журналисты одного из авторитетнейших изданий понаписали про меня и мэтра?

— Вот ты где? — налетела на меня сестра. — Объясни мне, будь так добра, что это все означает! — и на стол передо мной легла газета.

А там… Фото на первой полосе достойно самого популярного любовного романа и никак иначе. На фотографии я узнала мэтра и себя. Мы стоили на балконе, увитом цветущей лозой. Под нами пышным цветом розовели вишни. Над нами — ночное звездное небо. Но это не самое плохое. Хуже было то, что я смотрела на мага абсолютно влюбленными глазами и при этом глупо улыбаясь. Мэтр не отставал от меня — он, обняв ладонями мое лицо, склонился низко-низко, отчего казалось, что он меня вот-вот поцелует. И каждый, наверное, думает сейчас, а был ли поцелуй…

Но добил меня заголовок. «Свадьба века не за горами».

Вот так вот и случаются незапланированные мужья.

Я застонала, спрятав лицо в ладонях.

— Это еще не самое паршивое, — «обрадовала» меня Эми. — Весь номер только вам двоим посвящен. И у меня вопрос возник — откуда эти журналюги узнали подробности твоей жизни?

Я заинтересовано стала листать восьмистраничный номер «Адрестерионской правды».

— Проклятье! — выдохнула я, обнаружив, что журналисты начали с событий семилетней давности. То есть с момента моего знакомства с мэтром, когда мне было десять, а ему… ему значительно больше.

И главное ни слова вранья! Писали чистую правду, но из этой «правды» выходило, что мэтр Влас, переобщавшись с драконами, сам решил воспитать себе невесту по обычаям повелителей небес. И выбрал меня.

Выбор мэтра, по мнению авторов статьи, был закономерен и очевиден. Я правнучка небезызвестной Аналлеисы тей Фрайхэш, которая была его любовницей. Недолгое время, но все же. И вот лорд Лотэйр снова попал под чары женщин рода Фрайхэш. Но в этот раз все обязательно закончится свадьбой.

Тот факт, что мэтр Влас и моя прабабка были любовниками, неприятно резанул сердце. Вызвал жгучее раздражение. Вот уж молчуны! Ну, поговорю я с прабабулечкой, будет знать, как такие истории от меня скрывать.

— Не переживай, Эми, дадим опровержение. Не собираемся мы жениться.

— А что это вообще было? — Спросила сестра, кивая на фото.

— Ну, сходили, поужинали в ресторане. Что такова-то?

— Что значит «сходили, поужинали»? — В негодовании воскликнула Алика. — Мы тебя на свидание отправляли. Не больше и не меньше.

— Ну, хорошо, — покорно согласилась я. И уже всем начала объяснять. — Мэтр пригласил меня на свидание. Именно на свидание, Эми, а девушки, — кивок в сторону Алики и Магри, — помогли мне собраться. Спасибо вам за это! Без вас я бы не справилась! Так вот, свидание действительно состоялось. Мы были в тихом ресторанчике, разговаривали и пили вино, танцевали танго, — при этих словах все ахнули, а я гордо выпятила грудь. — В зале было душно и мы решили выйти на балкон освежиться. Там мы тоже пили вино и разговаривали. Потом поехали домой.

— А ограбление ювелирного салона? — Эми моих слов было мало.

— Это случайно вышло. Честное слово, я не хотела.

Эми фыркнула, а Алика с Магри не спускали с меня осуждающего взора.

— Ну а поцелуй? Вы целовались или нет? — Не выдержала Магри.

— Поцелуй? — Протянула я, чем еще больше зля девушек.

Ну, если учесть, что я проснулась в постели мэтра, да еще и в его рубашке… но не говорить же об этом всем подряд, тогда точно замуж выходить придется. Алиар такого случая не упустит.

— Да какие уж тут поцелуи, когда я трусы потеряла…

Рты открыли все трое и синхронно. Даже Эми глаза выпучила в немом удивлении. Пока девушки пребывали в прострации, я быстренько подхватила сумку и испарилась из столовой.

Но направилась я не на занятия, а в кабинет ректора. После обеда почувствовала прилив храбрости и у меня будут силы задать один щекотливый вопрос.

Рона на месте не было, поэтому я осторожно заглянула в кабинет. Мэтр был там и, кажется, совсем один. Читал какие-то бумаги. Был очень сосредоточен.

Я постучалась и вошла.

— Василика? — Как-то растерянно спросил он, но потом твердо сообщил. — Я сейчас занят. Давай вечером поговорим.

— Я просто хочу знать, где мои трусы!

Ху, я это сказала. Да, я это сказала сейчас, потому что вечером ни за что не осмелилась бы.

— ЧТО?! — завопил на весь кабинет Алиар.

Он, оказывается, сидел в одном из кресел, повернутых ко мне спинкой, и я не могла разглядеть, что в них кто-то сидит.

О, проклятые Небеса!

— Я не ослышался? Ты ищешь свои трусы здесь? Влас, — Алиар повернулся к мэтру, — чего я не знаю?

Мэтр Влас только глаза закрыл. Посидел так несколько мгновений и, снова открыв глаза, посмотрел на дракона и покачал головой.

И его можно понять. Ситуация действительно патовая.

— Ты прав, — тут же пошел на попятную Алиар. — Вам нужно поговорить. А я зайду позже.

И дракон начал быстро и небрежно собирать бумаги, лежащие на столе. Скидал в папку и направился к выходу, весело насвистывая. Поравнявшись со мной, остановился, покачал головой.

— Надо же! — Хитро улыбнулся он и оставил нас одних.

Мне как никогда хотелось провалиться сквозь землю. Мэтр молчал, поэтому я решилась еще раз сказать.

— Вы заняты. Я вечером зайду. — И развернулась, надеясь сбежать.

Не вышло. В замке повернулся ключ.

— Раз пришла — давай поговорим. — Как-то ехидно начал мэтр. — Так что у тебя там за вопрос возник?

Нет, второй раз я это сказать не смогу!

— А то вы не знаете? Честное слово, мне не до смеха сейчас.

— Извини, — опустил глаза маг и начал делиться информацией. — Когда ты вчера уснула в карете, тебя вырвало.

О, проклятые Небеса! Позорище-то какое!

— Мне пришлось тебя искупать, — продолжил мэтр так, как будто ему пришлось сделать что-то крайне неприятное.

О, дважды проклятые Небеса!

— И? — вдруг охрипшим голосом вопросила я. — Где мои… мое белье?

Мэтр ничего не ответил и было видно, что и не скажет ничего. Но его рука, не знаю специально или нет, коснулась ручки ящика стола.

— Вы храните их в ящике своего рабочего стола? — Поразилась я и решительно направилась к столу.

Подошла и схватила ручку ящика. Мэтр сначала не позволял мне его открыть, но затем сдался, поднявшись из кресла и отойдя к окну. Я с силой дернула ручку на себя, едва не вырвав ящик.

Сверху лежал свежий номер «Адрастерионской правды». Решительно достала его и… газета выпала из ослабевших рук, потому что под ней лежал маленький лоскуток красной ткани на едва заметных тесемочках.

О, Небеса! Зачем они понадобились мэтру?

Быстро схватила и засунула в карман, возмущенно сопя. Хотелось многое сказать магу, но с чего начать не знала. Слов решительно не хватало. Мне было и неловко, и стыдно, и ужасно, и я не понимала, что происходит, потому что в ящике рабочего стола были не только мои пропавшие трусики, но мои же белые носочки, мой же помятый носовой платок, моя же массажка с выдернутыми зубцами, и погрызенный мною же карандаш. Есть за мной такая дурная привычка — грызть в приступах задумчивости кончик ручки или карандаша.

Я в растерянности смотрела на все эти дела и откровенно не понимала, что происходит. Однако с расспросами повременила: на дне ящика лежала еще одна любопытная вещица и мне она не принадлежала. Это был большой старинный медальон из потемневшего золота. От него так и фонило магией. Моей магией.

И я не удержалась — схватила медальон, погладила кончиками пальчиков исчерченную незнакомыми рунами крышку и боязливо открыла. Внутри среди древних рун хранилось пять стеклянных бусин-хранов с моей кровью. Первый содержал совсем обычную кровь, ту, которая текла по моим венам до того, как я разворотила лабораторию Алека. Во втором была драконья кровь, которая пробудилась сразу после того случая. Третий — кровь после первого Посвящения, четвертый хранил кровь сразу же после второго Посвящения. В пятом была совсем свежая кровь, в хране она находилась не более двух месяцев. Все бусины располагались по краям, а в центре под магическим стеклом лежали две прядки моих волос. Темно-русая, именно такого цвета у меня были волосы до пробуждения драконьей крови, и жгуче-черная — такого цвета они сейчас у меня.

— Что это? — Растерянно спросила я, держа в руках медальон и оглядывая вещи в ящике стола.

Мэтр Влас закрыл лицо руками. Постоял так, потирая пальцами виски, а затем, не глядя на меня, начал говорить.

— Ты всегда была мне интересна, Василика. С того самого момента как мы познакомились. Ты была такой славной девочкой с огромными карими глазами и заразительной улыбкой. Да ты и сейчас такая, несмотря на некоторые изменения во внешности. Знакомство с тобой стало для меня глотком свежего воздуха и одновременно постоянным напоминание о прошлом, от которого я бежал, хотел вырвать из памяти. Оно приносило мне только боль, вгоняя в пучину отчаяния. Я ведь так и не смог смириться с потерей жены… Но ты все поменяла! Твоя огромная Сила, необычная кровь, неутолимая жажда знаний, умение достигать желаемого, жизнелюбие и жизнерадостность. Все в тебе привлекало. Ты, несмотря на валившиеся на тебя неудачи и катастрофы, всегда находила в себе силы подняться и с верой на лучшее идти дальше. Я смотрел на тебя и удивлялся тому, с какой легкостью ты отпускаешь прошлое. Такая маленькая, совсем еще дитя, а сколько внутренней силы! И я… Я поддался твоему влиянию и тоже отпустил прошлое, то прошлое, за которое я держался и которым жил долгие годы. Я снова стал экспериментировать, мне нова стали интересны знания древних, мне захотелось творить.

Но время шло — оно неумолимо, и из милого ребенка ты превратилась в чересчур любопытного подростка. Результаты твоего любопытства мы до сих пор вынуждены разгребать. Но скоро ты… озвереешь и все встанет на свои места.

Я сразу отметил, что ты будешь красавицей, но тогда меня этот факт нисколько не заботил. А мне следовало бы опасаться тебя!

Знаешь, у меня ведь твердые принципы в отношении своих учениц. Никаких личных отношений! Все регламентировано жесточайшими правилами поведения и четкими пунктами договора. Но ты не моя ученица. Официально. Я так и не смог предложить тебе договор, хотя составил его и даже подписал. Я просто не захотел отдаляться от тебя. Сам не захотел.

И сейчас, когда ты превратилась в очаровательную девушку, я… я не знаю, что мне делать.

Мэтр замолчал, повернувшись ко мне. Его глаза лихорадочно блестели, брови нахмурены, а губы плотно сжаты. Было видно, что он решительно настроен продолжить это странный разговор. А я… я не понимала к чему он это все мне говорит и опасалась дальнейших его слов.

— Я устал скрывать от самого себя эти чувства и, наконец, решил признаться самому себе в них. И хочу, чтобы и ты знала, — тут мэтр глубоко вздохнул и с выходом решительно произнес, — я люблю тебя, Василика.

Я сразу увидела Эми, когда она вышла из-за деревьев. Она зорко выглядывала меня среди одуванчиков, а углядев, предвкушающе улыбнулась и заторопилась ко мне.

Сама я сейчас сидела на своей полянке и размышляла над сложившейся ситуацией. Отчего-то здесь думалось легче, чем в сокровищнице. Наверное, из-за свежего ветра и безмятежного голубого неба, да еще одуванчики так сочувственно качают своими желтыми головками.

Я как раз закончила раскладывать подушки на пледе, чтобы сестра могла сесть напротив меня, как Эми подошла и с ходу вопросила:

— Скажи сразу, — обеспокоенно глянула она мне в глаза, — вчера мэтр Влас тебя чем-то обидел?

— Нет, — предельно честно ответила я и увидела, как просто бездна облегчения промелькнула у нее в глазах. Эми сразу расслабилась и откинулась на подушки.

— Ну, хорошо, план мести осуществим в другой раз, — немного грустно протянула она. — Тогда скажи, что подвигло тебя в очередной раз выбить дверь ректорского кабинета, пронестись через половину Академии с выпученными глазами и перекошенным от ужаса лицом? Да еще и нанести по ограждающему барьеру удар такой силы, что в нем образовалась дыра, через которую ты выбежала и тут же испарилась в воронке телепорта?

— Да так, ничего особенного, — уклонилась я от ответа, потому что за свое поведение мне было стыдно.

— Ммм? — Эми расправила складки на своей желтой юбке и схватила пирожок.

Лицо ее разгладилось и беспокойство пропало из глаз. Переживать и терзаться больше не из-за чего, поэтому можно было предаться плотским утехам.

— Учти, — начала она, потрясывая надкушенным пирогом, — что ваше позавчерашнее свидание, а точнее весьма содержательную статью в «Правде» и твой вчерашний побег все восприняли как то, что мэтр соблазнил тебя, а потом отказался жениться!

— Чего?! — Не поверила я своим ушам.

— Того! — Мрачно ухмыльнулась сестра. — Впрочем, ходят и другие версии. Мэтр, кстати, сразу же исчез, как разобрались с пробоиной в системе защиты. И до сих пор его не было в Академии. Преподы ходят мрачные — сессия ведь на носу, защита дипломов. Самый ключевой момент сейчас, а ректора нет! Так что у вас там приключилось?

И Эми спрашивала это не из праздного любопытства — она действительно переживала за меня.

— Мэтр Влас сказал, что любит меня, — зажмурившись, ответила я.

— Прости, что? — Эми выпучила глаза и потрясла головой, приготовившись слушать внимательно.

— Мэтр Влас признался мне в любви, — повторила я. — Сказал, что любит.

— О! — только и смогла сказать сестра. Откусила большой кусок от пирога, тщательно прожевала, глядя куда-то в даль остекленевшими глазами. Затем моргнула и вопросила, — а ты?

— А я? Я… Я… сбежала…

— Василика… — простонала Эми, рухнув на подушки.

Вот и я о том же. Ну что такого в том, что мужчина признался тебе в любви? Такое со многими случается и вместо того, чтобы достойно переварить эту новость и что-то вразумительное ответить я убежала сломя голову. Что теперь обо мне мэтр подумает?

Вообще от шока я отошла не сразу. А признание мэтра Власа было для меня действительно шоком. Телепортировавшись домой, спряталась в своих подвалах среди сокровищ и боялась нос показывать. Но через пару часов, когда сердце успокоилось и я начал мыслить логически, передралась на полянку. Что делать и что говорить мэтру не знала. Да и стыдно так… Ужасно просто.

А еще смущали его чувства. Что с ними делать? Отказаться? Принять? А нужны ли они мне? Смогу ли я полюбить мага, не как наставника, а как мужчину? Вопросы, вопросы, одни только вопросы и ни одного ответа.

— Это так романтично! — Вывел меня из задумчивости голос Эми. — Ты и мэтр Валас.

— Так стоп! — Жестко оборвала я все инсинуации. — Я еще ничего не решила. Так что нет никаких «Я и мэтр Влас».

— Извини, — пробормотала она, пытаясь скрыть улыбку и блеск в глазах. — Что ты теперь собираешься делать?

Я ничего не ответила. Просто у меня не было ответа.

— Значит так, — решительно начала Эми, — слушай умудренную опытом женщину!

Многозначительно приподняла бровь. Это где она успела опыт получить?

— Я прочитала в два раза больше любовных романов, чем ты, — пояснила она свои слова, заметив мой скептический взгляд, и продолжила. — Во-первых, ты должна вернуться в Академию. Любовь — любовью, а учебу бросать никак нельзя! И от мэтра Власа ты вечно убегать не сможешь. Вам нужно поговорить! И это во-вторых. Подумай, хорошенько подумай, сможешь ли ты ответить взаимностью на чувства мэтра. Здесь главное не торопиться. Ты невероятно молода, и он это знает, поэтому не принимай решение сразу. И не отталкивай его сразу. И главное знай, каков бы ни был твой выбор, мэтру придется с ним смириться, потому что неволить он тебя точно не будет, как и навязывать свои чувства.

Я круглыми от удивления глазами смотрела на сестру, которая все это говорила с умным видом. И главное я понимала, что она все правильно говорит. Абсолютно! После ее слов у меня как будто камень с сердца свалился, я вздохнула свободнее и печально улыбнулась.

— Спасибо, — прошептала, крепко ее обнимая.

— А для чего еще нужны сестры? — Эми тоже обняла меня. И нравоучительно добавила, — завтра в Академию, прогульщица.

На следующее утро мы действительно вернулись в Академию. И если Эми сразу умчалась на занятия, то я больше двух часов выслушивала нотации декана. Мне ставили в вину прогулы, порчу академического имущества, безнравственное поведение, подрывающее моральные устои прочих студентов. Припомнили все, абсолютно все, что я вытворяла с начала учебного года. Назначили отработку по каждому из пропущенных предметов, исправительные работы в библиотеке под руководством суровой госпожи Либс до конца семестра и денежный штраф за выбитые двери. А еще вынесли предупреждение — еще один прогул и меня отчислят. И в конце добавили, что мэтр Влас мне здесь не поможет, так что придется все отрабатывать и быть пай-девочкой.

Все это я выслушала молча, покаянно склонив голову. После чего признала свою вину и сообщила ошарашенному декану, что с наказанием полностью согласна. На этом меня отпустили.

До конца недели никаких происшествий не было. Я исправно ходила на занятия, а после два часа работала в библиотеке. С мэтром Власом поговорить не сумела, он не появлялся в Академии.

В субботу вечером телепортировалась в поместье с твердым намерением отыскать мэтра и поговорить с ним. Нет, так сразу ответить на его чувства я не решилась, но извиниться стоило.

Ночью долго не могла уснуть, все мучилась и не могла решить, что делать. Все во мне, абсолютно все, требовало согласиться и принять любовь мэтра. Эти две мои заразы словно сговорились. Зеленая и вредная ревела, едва не оглушая меня, что мэтр будет прекрасным отцом для детей, а светлая и пушистая — что теперь, после его признания, жить без него не может. Но разум! Разумом я понимала, что совсем ему не пара. Во-первых, возраст. Я так и не смогла найти в учебниках дату его рождения. Она у магов почему-то не указывается, да и возраст тоже нигде не упоминается. А мне же только семнадцать. Я еще совсем ребенок. И во-вторых, он — взрослый зрелый мужчина, который знает, чего хочет и умеет этого добиваться. А я? Меня кидает от одного дела к другому. Я часто бросаю начатое, чтобы взяться за новое. Куда это годиться?

Но больше всего меня страшил один вопрос — что будет, если я соглашусь быть его подругой? Ведь взрослому мужчине поцелуев явно будет мало? А я не готова для более серьезных отношений. Точно нет.

Это, почему-то, пугало меня больше всего.

«Надо брать, пока другая самка не увела!» — ревел мой дракон.

«Он ведь сам! Сам пришел. Такой красивый, мужественный, сильный. Ммм…» — мечтательно закатывала глаза моя эльфийка.

«Мне рано обзаводиться мужем!» — спорила я сама с собой.

«Не рано!» — орал дракон на меня. — «Сейчас главное лакомый кусок урвать. А потом подумаем, что с ним делать».

«Никакого „потом“!» — Возмутилась эльфийка. — «Сразу по назначению употребим. Я не намерена ждать!»

«Ага, и детишек наплодить и поставить крест на карьере мага», — съехидничала я.

В ответ гробовая тишина.

Я уже подумала, что вот она, долгожданная тишина, но ошиблась.

«Ну, я не против детей в принципе, только ты права с ними подождать надо», — медленно и неуверенно прошептала дракошка.

«Можно его в сокровищнице спрятать до поры до времени. А там уж…», — внесла предложение эльфийка.

«Тогда брать его надо. И прямо сейчас, пока тепленький», — решительно поднял голову дракон.

«Вперед! На охоту!» — скомандовала эльфийка.

«У, заразы!» — Зло прошипела я, что обе мои личности разом растеряли всю свою решительность.

«Но…», — дракон мой не из трусливых оказался.

«Полностью согласна!» — и эльфийка кротостью не отличается.

Промучившись так с полночи, я наконец-то уснула. И почти сразу же оказал на очень знакомом острове и гигантским дубом посередине. Мир, где когда-то жила моя дракошка. Мир, который был специально создан для нее элементалями. Мир, который должен быть уничтожен, потому что нужды в нем больше нет. Мой дракон настолько окреп, что теперь живет во мне и не хватает совсем чуть-чуть, крошечного толчка, чтобы он смог подняться в Небеса.

Мне здесь запретили появляться. Да сами элементали давно покинули этот мир. Могучий дуб мертв, в ветвях более не играет веселый ветер, а море не бурлит игривыми волнами. И огненный не поливает свои цветы. Их нет. Никого нет. Только я стою посреди крошечного мира и смотрю, как на меня несется раскаленная добела комета. Еще минута и она расколет островок на мелкие песчинки, сожжет так, что даже пепла не будет.

Я в ужасе отпрянула, но деваться мне было некуда.

Проснулась от того, что едва могла дышать. Слабость была страшная, не возможно было пошевелить ни рукой, ни ногой. За окном только-только занимался рассвет, и я с ужасом поняла, что до слуг мне не докричаться.

Но дверь в комнату с грохотом открылась и в комнату торопливо вошел мэтр Утан, на ходу зажигая свет.

От яркого света я зажмурила глаза и тихо застонала. Мэтр же подошел ко мне, откинул одеяло и в отчаянии забормотал:

— Я так и знал. Так и знал.

После чего одним прикосновением погрузил меня в беспамятство.

Поздним утром, когда слуги искупали мое обессиленное тело, усадили на кровати среди подушек и даже накормили с ложечки, начался разбор того, что произошло.

Оказывается, вчера ночью Эми проходила свое первое Посвящение, к которому готовилась больше месяца. Мне ничего не сказала, чтобы я не нервничала. И вот он результат.

Хотя если бы сестра не нарушила правила, которые ей методично втолковывал мэтр Утан, то все было бы хорошо. Она прошла бы свое некромантическое Посвящение, а я бы порадовалась за нее. Но Эми показалось мало того, что ей досталось и она решила хапнуть побольше. Взять максимально много дармовой Силы разлитой по просторам Хаоса. Естественно ее организм не смог принять все, что ей досталось. И пошел откат. Только он накрыл не сестру, а меня.

Почему меня? Мэтр объясним это тем, что мы с сестрой очень сильно связаны. Связаны духовно, эмоционально, кровно обрядом Единения. Для Силы Хаоса мы были одним целым и откат достался мне, как наименее подготовленной и защищенной, да к тому же была полностью расслаблена и спала.

Именно начинающийся откат притащил меня в погибший мир, который, по случайному стечению обстоятельств, должен был быть уничтожен именно прошедшей ночью.

Мэтр Утан сразу почуял неладное и стал готовиться к реанимации Эми. Но он совсем не ожидал, что откат достанется мне. Анализируя происходящее, мэтр потерял слишком много времени. Ко мне он нагрянул случайно, чтобы успокоить совесть. И появился он очень вовремя.

Похлопотав надо мной с полчаса и удостоверившись, что состояние мое стабилизировалось, он направился к Эми. Отругал ее и притащил ко мне, посмотреть, что со мной сделала ее самонадеянность.

Эми рыдала четвертый час подряд. И успокоить ее никак не получалось. Сейчас она, сжавшись в комочек и спрятав лицо в ладонях, тихо и безутешно плакала. Буйная стадия истерики осталась позади. И это хорошо.

Вообще я была рада, что получилось так, как получилось. Эми бы не смогла справиться с откатом. Нет, мэтр Утан не позволил бы ей умереть, но магом моя сестра уже не была бы. Она выжгла бы себя дотла.

А я же… большую часть отката поглотил мой нереальных размеров резерв. Только крохи ударили по ауре и зацепили физические силы.

Я полностью поседела. Вся: волосы, брови, ресницы. Большая часть растительности выпала, когда меня купали. Волосы сыпались толстыми прядями, ресниц и бровей вообще больше нет. Решила совсем на лысо побриться, но этот вопрос был отложен до появления косметолога.

Дверь снова с грохотом открылась, напугав всех нас. На пороге появился Натан за его спиной стояли Алиар и мэтр Влас. Вообще-то, дракона послали за лордом Ваэном, а он…

Мэтр Влас оттолкнул Натана, окинул меня расширившимися от ужаса глазами и взревел:

— На этот раз что?

Лорда Ваэна все же пригласили меня осмотреть, хоть Алиар и был против. Просто эльф постоянно лечил меня и знал меня и мое тело, как никто. Ничего опасного, кроме слабости и истощения как магического, так и физического, у меня не обнаружили. Прописали постельный режим, укрепляющие настои и позвали на море лечиться.

От последнего я, не раздумывая, отказалась, заявив, что у меня сессия на носу. Мэтр Влас отреагировал немедленно:

— Твоя сессия переносится на сентябрь. И в Академии чтоб не появлялась!

— Не волнуйся, Василика, — решил подбодрить меня Натан. — Я буду заниматься с тобой. Мы ведь так и не доучили драконьи иероглифы.

Я только вздохнула. Как учитель, дракон ни куда не годился. Зато с ним было весело.

— Ты простишь меня? — тихо осипшим голосом спросила Эми четыре дня спустя.

Просто именно столько ей понадобилось, чтобы прийти в себя.

— Я на тебя совсем не злюсь. И прощаю, — устало произнесла я. Самобичевание сестры мне совсем не нравилось. — Ты-то сама как?

— Да что мне будет? — Воскликнула она в ответ и уже значительно спокойнее продолжила. — Со мной все хорошо, Сила увеличилась, как и следовало ожидать. А вот ты… Ты…

Из глаз сестры опять потекли слезы.

— Только не надо реветь! — Взмолилась я. — Лучше расскажи, как некроманты проходят вои Посвящения.

Эми удивленно уставилась на меня, даже дышать прекратила.

Ее реакция была понятной — о Посвящениях не говорят никому, это очень личное. Но Эми кивнула своим мыслям и заговорила.

— Мы с мэтром готовились больше месяца. Он рассказывал мне о правилах Посвящения, ритуальном оружии… ну и о других вещах. Мы выбрали наилучшую ночь для Посвящения и в заданный час мэтр меня у… у… усыпил.

«Усыпил», ага, как же. А то я не знаю, что некромантские Посвящения связаны со смертью. Убил он тебя, дорогая сестра. И ты поднялась в Хаос. И что же ты там увидела?

— Хаос это… это великолепно! — делалась Эми впечатлениями. — огромные пространства. Звезды. Черные дыры. Воронки Перерождений…

— Воронки, — удивилась я. — Так она не одна?

— Не одна, — улыбнулась Эми. — Их огромное множество, так же как и миров. Я видела, — тут сестра понизила голос до шепота, — как одна из них поглотила целую планету!

— Ого! А что еще там было?

— Ну… — Эми замялась. — Мне показалось, что я видела тебя на одной маленькой планете, почти астероиде.

— Ты можешь верить своим глазам, Эми, — загадочно улыбнулась я и поведала ей то, что раньше знали только я и мэтр Влас.

Мой День рождения, который состоялся через неделю после разговора с Эми, праздновали без меня. Просто в этот день был наконец-то приглашен косметолог, который восстановил мне и брови, и ресницы, и волосы. После процедуры уснула и меня никто не беспокоил.

Я упросила магистра Элейну тей Рошенно отрастить волосы по плечи, хоть это и было очень вредно. В конце концов, есть травы, мази и притирания. Все подлежит восстановлению и укреплению. Женщина на уговоры поддалась быстро, и спустя шесть часов я рассматривала себя в зеркале.

Черные, как смоль, волосы, черные пушистые ресницы, густые черные брови. Слишком худое, до анарексичности, лицо. И глазища… М-да, обычно девушки с лишними килограммами борются, а вот я борюсь за каждый грамм.

К началу июня я окрепла на столько, что могла ходить по дому без боязни рухнуть бес сознания от усталости. В Академию меня не пускали и общалась я в основном с Натаном. Он же меня развлекал и учил, как мог.

Мэтр Влас не появлялся и поговорить с ним у меня не было возможности. Но это и к лучшему, потому что я так и не решила, что ему ответить на его чувства и как теперь с ним вести себя.

В середине месяца ко мне заявился мэтр Влас с сопровождением. С ним пришли и мэтр Утан, и Алиар, были и «мои» драконы: Натан, Ашеро и Рихар. И даже лорды Насилмэ и Ваэн. Последнего я вообще не ожидала увидеть, очень уж его не любил наш царствующий дракон после новогоднего приключения. У всех лица такие суровые, сосредоточенные, решительные.

Глядя как маги рассаживаются вокруг меня, начала лихорадочно вспоминать все грехи за прошедшую неделю. Ничего особенного, что могло вызвать недовольство, не припомнила и испугалась еще больше. Нет, ну не из-за взорвавшейся эссенции привидения, которую, как оказывается, нельзя было нагревать, мэтр Влас пришел меня чихвостить, да еще и не один. Да, ингредиент редкий и дорогой и так его бездарно профукать для алхимика вещь недопустимая. Но я ведь начинающий алхимик и много не знаю, а в учебниках не про все пишут. Тем более ничего страшного и не случилось, кроме закопченного стола.

Тем временем маги устроились вокруг моего рабочего стола в кабинете, усмехнулись, глядя на мое взволнованное лицо, и все как один посмотрели на мэтра Власа, как бы давая ему право начать этот нелегкий разговор. И он начал.

— С тобой все время что-нибудь происходит, Василика, — напряженно произнес, нахмурив брови. — Особенно за прошедший год.

На этих словах все посуровели. Казалось, сам воздух стал гуще и с трудом проникал в легкие. Но мэтр решительно продолжил:

— Сентябрь всем нам дался нелегко. Покушение на тебя, затем долгое восстановление. Дальше был Новый год…

— Новый год пошел мне на пользу, — решила вклиниться я в нестройную речь мага. — Ну, правда же!

— Это да, — подтвердил лорд Насилмэ, — но это не означает, что мы за тебя не переживали!

Потупилась. Нет, я все равно рада, что проклятие с эльфов снято, а оборотни обрели долгожданную свободу, но чувство стыда было. И не понятно откуда оно взялось. Неприятно. Странно. Тоскливо.

— И теперь ошибка Эми едва не стоила тебе жизни, — продолжил говорить мэтр Влас.

Я уже открыла рот, чтобы встать на защиту сестры, что-что, а Эми обижать никому не позволю, она и так настрадалась, но была остановлена ее наставником. Мэтр Утан сделал знак рукой, чтобы я молчала.

Он чувствовал себя виноватым в случившемся. И был он крайне недоволен поведением ученицы. Но все-таки часть ответственности лежала и на нем. Именно он объяснял правила прохождения Посвящения и, видимо, объяснил плохо, раз ученица решилась их нарушить. Но как же здесь не нарушить?! Ведь перед глазами все время маячил яркий и сверхуспешный пример! Я, ее любимая сестра, сумевшая в короткий срок пройти несколько Посвящений и ничего не потерять. Только приобрести. И это без подготовки, без напряженного ожидания, по чистой случайности…

— Мы боимся, что рано или поздно тебе перестанет везти и Смерть возьмет свое. — Серьезно сказал Алиар. — Мы можем не успеть к тебе на помощь.

— Да к тому же, — внезапно вклинился в разговор Натан, — из-за этих… ммм… происшествий ты никак не можешь обрести крылья.

Дракон выглядел крайне недовольным этим обстоятельством.

— Мы ожидали, что ты поднимешься в небо еще в ноябре, но… — Рихар не стал объяснять свое «но». — И вот теперь тебе снова нужно восстанавливаться и набираться сил.

— И у вас есть идеи, как помочь мне? — Стало понятно, что они сюда не просто так пришли. Интересно.

— Есть, Василика, — слово снова взял мэтр Влас. — Есть один обряд, очень древний, который позволяет установить прочную духовную и магическую связь между людьми. Мы используем эту связь для твоего восстановления, оно произойдет быстрее и проще. А также укроет от … неприятностей. Основной удар придется на Старшего пары. Младшему тоже достанется, но только крохи.

— Старший… Младший… Пара… Звучит пугающе и отталкивающе, — неуверенно протянула я, разглядывая собравшихся.

— Возможно, — сухо бросил Алиар. — Но, Лика, это связь восстановит тебя в кротчайшие сроки и ты сможешь подняться в Небо уже через три-пять недель.

— Я согласна! — Эти слова вырвались у меня помимо воли, даже не осознала, что сказала.

— Отлично! — Решил воспользоваться ситуацией коронованный дракон, но его оборвали.

— Подожди, — мэтр Утан был суров. — Эта связь сопряжена с некоторыми неудобствами. Тебе нужно выбрать своего Старшего. Это должен быть сильный маг, сильнее тебя или хотя бы равен по Силе. Тот, которому ты доверяешь и он тебе не противен, ибо… Алиар, она должна знать! — Мэтр Утан весьма грубо прервал попытки дракона влезть в объяснения. Мне стало в двойне интересно послушать объяснения некроманта.

— Я согласен, — поддержал коллегу мэтр Влас.

Драконы разом скривились, а Ашеро презрительно пробормотал что-то вроде: «человеки».

— Ибо, — продолжил мэтр Утан, когда все успокоились, — тебе со своим Старшим придется все время проводить вместе. Совсем все, Василика, в том числе и спать вместе, потому что отойти более чем на дюжину шагов друг от друга у вас не получится.

Я быстрой и неумолима покраснела. Придется спать с мужчиной, потому как друзей-женщин под вышеуказанные характеристики у меня нет, в одной комнате. О! Кошмар какой!

— Конечно, вы не всегда будете так зависимы друг от друга. Связь можно развить, так, — продолжил пояснять некромант, — что вы сможете находиться в разных частях мира. Но для этого потребуются годы, а у нас будут считанные недели. Можно и потерпеть.

— А сестру нельзя выбрать? — Умоляюще посмотрела на мэтра Утана.

— Нет, — сухо ответил он. — Она значительнее слабее тебя, она не сможет быть тебе Старшей. К тому же магию Смерти в таких ритуалах лучше не использовать. Не в нашем случае. Ты можешь выбрать либо Власа, либо кого-то из драконов.

— А эльфы? — Я глянула на молчаливых лордов Насилмэ и Ваэна.

— Не думаю, что это хорошая идея, — нахмурился лорд Насилмэ. — Да, сейчас мир принял нас и нашу магию, но она все также остается враждебной драконьей. Мировые магические потоки по щелчку пальцев, — тут он изобразил этот самый щелчок, — не меняются. Нужны годы, десятилетия, чтобы все пришло в норму. Тебе действительно нужно выбрать человека, лучше с примесью драконьей крови. А еще лучше — дракона.

— Мне необходимо подумать, — нахмурившись, сообщила я присутствующим. Алиар при этом недобро посмотрел на мэтра Утана.

— Подумай, — улыбнулся Натан. — Но учти, что с этим обрядом ты сможешь взлететь в Небо уже к концу лета, а без него примерно в середине зимы или вначале следующей весны. И это при условии, что с тобой ничего не приключится.

Вечером пришла Эми. Она, взволновано вглядываясь в мое лицо, сообщила, что ее прислал мэтр Утан для серьезного разговора со мной. И при этом ничего не объяснил.

— Что случилось, Василика?

— Мне сделали предложение, от которого сложно отказаться, но, наверное, придется…

— А поподробнее? Давай, Ликусь, колись. Раз мэтр послал меня поговорить с тобой, то считает, что я тебе могу помочь советом. Так что выкладывай все как на духу!

И я выложила. Эми минут пять потрясенно смотрела на меня, а затем осторожно спросила:

— И ты хочешь отказаться?

— Это очень соблазнительное предложение, но… Я приличная девушка и жить с мужчиной в одной комнате неприемлемо. Тем более с драконом. Это ушлые ребята и они своего не упустят. Даже Рихар… Я видела его глаза, и его собственническое выражение сегодня за завтраком, когда подумала, что неплохо было бы его взять на роль Старшего. Но нет, игрушкой в чужих лапах я не буду!

— А мэтра Власа ты, как вариант, не рассматриваешь?

— Ты же знаешь о его чувствах ко мне…

— Тебя только это останавливает?

Я нехотя кивнула.

— Значит так! — Командным голосом начала Эми. — Сразу отказываться не стоит. Думаю, что необходимо узнать немного больше об этом ритуале, чем мы знаем сейчас. Наверняка, тебе рассказали не все. Далеко не все.

— Об этом я сразу подумала, — буркнула в ответ, — и потребовала предоставить всю информацию.

— И?!

— Мне ее дали, — кисло откликнулась. — Только это все невозможно понять далекому от практики ритуалов человеку. Я ровным счетом ничего не смогла понять. Ни направления энергетических потоков, ни схему плетений, ни…

— Дурындушка ты, Ликуся! — Внезапно оборвала сестра, с состраданием глядя на меня.

— Ммм?

— Что тебе дадут эти схемы и плетения? Не о том думать надо. А интересоваться для чего древние использовали этот ритуал. Что он дает, как ты выразилась, Старшему и что получает Младший. Ведь суть ритуала сводится не только в подпитки магических и физических сил. Это скорее второстепенные, побочные его функции. А основная суть в чем?

— Не знаю, — потрясенно выдохнула я.

— Эх, ты! — Покачала головой сестра, доставая из-за ворота платья длинную цепочку, на которой висел медальон связи.

Мэтр Утан прибыл через час и мы атаковали его вопросами. Маг сначала опешил от такого напора, но затем все подробно рассказал.

Этот ритуал вытек из обрядов, отнимающих магию. Маг что-то намудрил и вместо того, чтобы отнять магические силы, привязали жертву к себе. И сам оказался зависим от нее. Эту связь стали изучать. Оказывается, что аура более сильного мага как бы укрывает ауру слабого, делая его сильнее и выносливее во всех смыслах. Сильный маг в разы увеличивает свою магический мощь за счет достижения резонансного эффекта. Именно это увеличение и стало основной целью ритуала.

Связь, возникающую в результате ритуала, пытались ослабить, сделать так, чтобы Младший пары был полностью подчинен Старшему. Но сделать это не получилось, не во всех случаях. Здесь важны еще и личностные данные — при определенных условиях и при достаточно длительной связи Младший вполне может стать Старшим.

А еще этот обряд был очень популярен среди романтично настроенных влюбленных. Как же, ведь всю жизнь вместе и даже об измене не подумать — вторая половина сразу узнает. Однако, из-за того, что чувства временны, а связь практически вечна, обряд запретили использовать, как свадебный — он не предполагал разводов.

— Практически? — Ухватилась я за весьма интересный факт.

— Да, ритуал обратим. Именно поэтому мы и выбрали его, — улыбнулся некромант. — Еще вопросы?

Я неуверенно посмотрела на Эми. Та пожала плечами.

В принципе, мы все необходимо узнали. Ритуал безопасен — из меня не будут вычерпывать силы, а наоборот будут вливать, укрывать и поддерживать. И этот ритуал обратим — я снова стану свободной, когда все закончится. Только смущала сама связь: мы будем чувствовать физическое и душевное состояние друг друга. Голод, боль, грусть или же радость, интерес, увлеченность. Да это можно приглушить, но лишь отчасти.

— Я понимаю твое недоверие, Василика, — голос мэтра Утана был неожиданно участлив. — Но знай — мы хотим помочь тебе.

Я посмотрела в глаза магу — тот подмигнул. Улыбнулась, но вынуждена была сказать:

— Я подумаю.

— Думай, — вздохнул маг. — Завтра мы ждем от тебя окончательный ответ.

Утром, сразу после завтрака, я собралась сказать свое окончательное и решительно «Нет», но кое-кто подкорректировал мой ответ. Эти две гадины, чешуйчатая и зеленая, а также белая и пушистая, несмотря на то, что эльфийка, все равно гадина, перехватили контроль над моим телом и заявили свое твердое и уверенно «Да». А дальше я все видела как будто со стороны. Я быстро подошла к мэтру Власу схватила его за руку и прижалась к ней со счастливой улыбкой.

— Василика, ты уверенна? — Ошарашенно переспросил мэтр.

— Да, — еще раз твердо ответила я, глядя прямо на мэтра Власа.

— У тебя зрачки вертикальные…

— Ну дак, и момент несколько волнительный! — Нахмурилась я, не понимая, что не нравится магу. А затем еще крепче обняла руку.

— Василика, — начал мэтр Утан, тоже удивляясь моему поведению, — ты действительно решилась?

— Да! — сурово заявила я, не понимая чего они удивляются. А затем снова посмотрела на мэтра Власа и счастливо вздохнула.

— Ты странно себя ведешь, — констатировал мэтр Утан.

— Дак момент такой волнительный!

Маги переглянулась.

— Послушай, Влас, — начал Натан, с несколько печальной улыбкой наблюдавший за нами, — если ты вдруг решил пойти на попятную, то я с удовольствием тебя заменю.

Только не это! Я зашипела, грозно растопырив пальцы, на которых медленно начали вырисовываться черные когти.

— Ути, какая грозная, — умилился дракон.

Я снова схватила мэтра за руку.

— Идемте проводить ритуал. Время идет, а еще дел столько! — Поторопила всех.

— Все-таки ты странно себя ведешь, — проворчал мэтр Влас, но повел меня в воронку телепорта, который открыл некромант. Мы пошли в его лабораторию.

За нами увязался Натан. Рихар после того, как мы направились в некромантские подземелья, заявил, что отправляется на работу. Ашеро, наблюдавший за нашим диалогом молча, но с огромным любопытством, и даже, кажется, посмеивался надо мной, остался сидеть в кресле.

Для ритуала было все готово, не хватало только лорда Ваэна. За ним-то и отправили дракона, и, пока Натан отсутствовал, мэтр Утан только и успевал отгонять меня от полок и шкафов. А когда еще выдастся возможность побывать в центе логова страшного и опасного мага? Пока есть возможность, надо все хорошенечко рассмотреть.

В конце концов, маги не выдержали и мэтр Влас, схватив меня в охапку, усадил к себе на колени. Я тут же притихла, наслаждаясь ощущениями. Кажется, даже замурлыкала от удовольствия.

— Я не ощущаю воздействия психотропных веществ и заклинаний, — мрачно произнес мэр Утан.

— Я тоже. Вообще никакого воздействия не ощущаю, — также мрачно ответил мэтр Влас.

— Мне показалось, что Натан что-то знает, — мэтр Утан оставался напряженным.

— Спросим, — твердо решил мэтр Влас.

Натан отсутствовал примерно полчаса. Я вся извелась, ожидая его. И первое, что он сказал было: «Сильна!»

Повисла напряженная тишина, в которой лорд Ваэн начал доставать из своей сумки и раскладывать на столе инструменты. Затем он понял, что что-то не так, поднял голову, узрел меня, нежащуюся на руках мэтра Власа, и раскрыл от удивления рот.

— Спокойно, лорды, — начал Натан, — это все та же Василика. Абсолютно здоровая, адекватная и обыкновенная.

— Обыкновенная? — Не поверил некромант.

— Адекватная? — Вторил ему мэтр Влас.

— Совершенно точно! — Подтвердил дракон. — Это я вам как дракон говорю. Давайте начинать — обед скоро.

Маги хором фыркнули. Кому что, а дракону лишь бы пожрать.

Но тянуть более не стали. Меня уложили на огромный стол, разрезав рукав платья на левой руке по самое плечо. Мэтр не стал портить одежку и просто снял рубашку. Я перестала дышать. Какой же он красивый! И сразу, как он лег около меня, полезла на него с поцелуями.

— Василика, — удивленно пропыхтел маг. — Прекрати! Что ты делаешь?!

— Ликусь, Ликусь, — Натан начал стаскивать меня с мэтра. — Ликусь рано еще.

Меня стащили с мага, а затем, подхватив на руки отнесли в сторонку. Маги за нами напряженно наблюдали. Натан мне ничего не сказал, просто иронично так поднял бровь, глядя мне в глаза. Я потупилась, виновато шмыгая носом. Он погладил меня по голове и отступил в сторону, давая мне возможность вернуться к магам и ритуалу.

Подошла к столу, улеглась и как можно сдержаннее сказала:

— Эксцессов больше не будет. Можете начинать ритуал.

Но маги меня не слушали, они смотрели на дракона. Натана пожал плечами и, как ни в чем не бывало, заявил:

— Работаем, лорды, работаем. А то кушать хочется!

И маги принялись за работу.

Мэтр Влас снова улегся рядом со мной, повернув ко мне голову. Мэтр Утан проверял свои инструменты. Лорд Ваэн накапал что-то в огромную серебряную чашу и поднес к моим губам. Сделав пару глотков, разу почувствовала, что засыпаю.

— Я не… — только и успела сказать, перед тем как крепко уснуть.

Проснулась и обнаружила, что лежу на обнаженной груди мэтра Власа. Маг дремал, но было понятно, что он вот-вот проснется. Так и произошло. Мэтр еще не открыл глаза, рефлекторно обняв меня сильнее. Его ладони прошлись по моей спине, спустились к бедрам и сжали их.

Я пискнула.

Маг открыл глаза и резко перевернулся так, что я оказалась под ним. Он сумрачно смотрел на меня посеревшими глазами, что показывать, что он чем-то недоволен.

— Что это было сегодня утром?

— А разве Натан не объяснил вам?

— Объяснил. Но я бы хотел услышать твою версию. Ну!

— Понимаете, — начала мямлить я, — у меня растроение личности. Я не хотела! Ничего не хотела! Но эти… эти… — я даже не знала как назвать их, то есть саму себя. — Не буду таить, Вы очень приглянулись моей дракошке, да еще ее эльфийка моя подначивает постоянно. И не надо так удивляться — за вас ведь все подряд эльфийки замуж хотят. Даже те, кто вас лично не знает. А я знаю! То есть моя эльфийка вас знает и хочет замуж! И теперь еще и дракон хочет замуж. А я…

— А ты? — Хитро улыбнулся маг.

— А я живу разумом, а не инстинктами. Вот! — И гордо вздернула нос, но все испортила тем, что зажмурилась.

— Хм, — только и ответил маг. Я приоткрыла один глаз и он продолжил. — Так значит, живешь разумом? Тогда мне придется свести тебя с ума, милая, потому что отказываться от тебя я не намерен.

И меня поцеловали. В первый раз. Очень жарко и жадно. А я еще и губы приоткрыла, совершенно теряясь под лавиной новых и прекрасных ощущений.

— Не будем спешить, милая, — прошептал мэтр, уткнувшись мне в шею. — С ума сходят медленно и неотвратимо. Поэтому сейчас встаем и изучаем все свойства ритуала. Хочется знать предел растяжения ауры. Сейчас моя покрывает твою полностью и получается у нас одна аура на двоих. Кстати, как ты себя чувствуешь?

Чувствовала я себя странно и словами не объяснимо, поэтому промямлила что-то вроде «Ммм», ощупывая пальчиками чуть припухшие губы.

Предаваться меланхолии мне не дали — в мэтре проснулся исследовательский энтузиазм и мы стали выяснять наши возможности. Во-первых, никакого прироста магических сил мы не получили. Но этого и не должно было случиться. Резонансный эффект возникает при связывании сильного мага со слабым, а мы с мэтром по силе примерно равны. Нет, он конечно посильнее меня, но для резонанса этой разницы не хватает. А вот я и вправду чувствовала себя намного лучше. Откуда-то появилась сила, легкость, желание двигаться.

Еще правдой оказалось то, что мы действительно не могли далеко отойти друг от друга. Двадцать шагов — это предел, который мы физически не могли преодолеть. Неосознанно делали шаг назад или вперед, если вторая половина упорствовала, но предельное расстояние было неизменным.

Остаток дня и весь вечер мы провели в исследовательском азарте, едва не забыли поужинать. И если бы не Натан, легли бы голодными.

Кстати о драконах. Они все разлетелись. Ну, почти все. Натан остался, заявив, что ему очень интересно посмотреть на эксперимент. Вроде бы и правду сказал, ему действительно интересно, но эта была далеко не вся правда. Что-то еще держало его в моем доме.

А вот Рихар и Ашеро улетели, сказав, что им здесь больше ничего не светит. Но обещали наведываться в гости.

— Василика, в чем дело? — Спросил меня мэтр.

Был уже поздний вечер и мы решили ложиться спать. Устали оба и спать хотели оба. И вот она кровать… Но я раньше спала одна, а теперь… а теперь…

Покачала головой, не желая объяснять. Подумает, что паникерша, знаю ведь, что ничего не будет.

— Василика, — маг подошел, обнял нежно, и настойчиво продолжил, — я же чувствую, что тебя что-то беспокоит. Почти до паники. Ну?

И я решилась. Мямля и заикаясь, поведала о взрослых мужчинах с потребностями и юных девах, которые не ощущают в себе сил удовлетворить их.

У мэтра сделалось такое лицо, после моего объяснения. И обиженное, и недоверчивое, и потрясенное. И удивление плескалось в голубых очах.

— Василика, милая, — чуть хрипло начал он, — я действительно взрослый мужчина с определенного рода потребностями. Но я способен их контролировать. И я еще не настолько низко пал, чтобы воспользоваться ситуацией. — И тут меня поцеловали второй раз за сегодня. — У нас все будет, милая, и будет только тогда, когда ты сама этого захочешь. И когда магическая связь между нами будет разорвана — я никак не хочу влиять на тебя. Это должно быть только твое решение. Но знай, это случится, обязательно случится между нами.

И снова поцелуй. Очень нежный и легкий.

— Уже поздно. Пора спать. — Меня подтолкнули к кровати.

— Да, спать, — как зачарованная прошептала, а потом, как будто очнувшись, выпалила, — я первая в ванну!

И убежала, выскользнув из нежных объятий потрясенного мага.

В ванной под теплыми струями я окончательно пришла в себя и решила, что зря себя так накручивала. Мэтр Влас благородный человек. А вот драконы не преминули бы воспользоваться ситуацией, даже Рихар, хоть он и самый адекватный из них.

Быстро помывшись, выбралась из душа, обтерлась полотенцем и открыла шкаф. И замерла, открыв рот. Просто на полочках не было ни одной моей пижамки! Ни одной! Там сиротливо лежал совершенно прозрачный кусок кружева, по какой-то странной причине называвшийся ночной сорочкой.

Ну, Эми! Ну, держись у меня!

Пришлось надеть, не голой же выходить к мэтру. Обернулась и поняла, что и халатов тоже нет. Ни одного!

Проклятье. Завернулась во влажное полотенце и вышла в спальню. Неумолимо краснея под внимательным взглядом мэтра, прошествовала к гардеробной. Выбрала просторные брюки и свободного кроя рубашку. Быстро натянула на себя одежду, скрывшись за дверью и чувствую, что мэтр все еще в комнате.

— В ванну! — Строга скомандовала магу. — Чего стоите?

Мэтр Влас отмер и отправился мыться.

Я же устало опустилась на кровать. С Эми я завтра поговорю, а вот кое с кем можно и сейчас. Но вредные гадины не желали общаться, скрывшись где-то в глубине сознания.

Скоро вышел мэтр. В одних трусах. Я снова покраснела, отворачиваясь от него. Он конечно красивый, сильный, тренированный, но я не привыкла к такому зрелищу.

— Я воспользовался твоей зубной щеткой, — огорошил он меня. — Что-то я упустил этот вопрос из виду. Завтра сходим по магазинам, прикупим всего, что надо.

После чего погасил свет и преспокойно лег, притянул меня к себе, уткнувшись носом мне в шею.

— Привыкай, Василика, — прошептал маг, обнимая мое напряженное тело. — Так теперь будет постоянно.

— Ты почему не спишь? — Устало простонал мэтр Влас, которому я не давала заснуть уже более двух часов.

Давно наступила ночь, а у меня сна ни в одном глазу. И сам мэтр приступил бы к просмотру третьего сна, но я… Я не могла уснуть, размышляя над сложившейся ситуацией.

Прошла неделя с того памятного ритуала и мы полностью привыкли друг к другу. Точнее я к постоянному присутствию мэтра.

Сам маг воспринял случившееся абсолютно спокойно и даже равнодушно, что меня несколько обидело. Он ничего особенного не видел в том, чтобы лечь в постель с девушкой. И пусть между нами ничего не происходило, но решение пустить мужчину в свою кровать далось мне нелегко. В первую ночь с трудом подавила желание согнать его на диван или кушетку. И вот спустя всего семь дней я лежала на обнаженной груди мага — и это стало для меня чем-то совершенно естественным и даже неотъемлемым от ночи. Это больше не пугало, не вызывало приступы смущения. Только чуточку волновало, потому что маг принципиально не надевал рубашку, заявив, что он всегда спал обнаженным, а ночную одежду придумали извращенцы. Но он исключительно ради меня согласился побыть извращенцем, исправно надевая широкие пижамные штаны в бело-бордовую клетку.

Кстати, точно такие же штаны да еще и рубашка были и на мне. Парные пижамные костюмы мы приобрели на следующий день на рынке, как и с десяток других необходимых вещей, о которых маг не подумал перед ритуалом.

А еще в тот самый день мы оба осознали, в какую ловушку загнали сами себя. Я как раз смотрела на магазин с готовой одеждой и думала, что платье, выставленное в витрине, весьма неплохо, за исключением некоторых деталей, но их можно исправить. И тогда платье идеально подойдет к моему новому образу — туго завитым коротким кудряшкам, умело уложенным в элегантную прическу, и в нем не стыдно будет появиться на Большом Маскараде, который проводиться ежегодно в день восшествия на престол новой королевской династии.

Мэтр Влас, уставший от праздного разглядывания витрины, заявил, что, если мне нравится платье, то мы его купим. Я объяснила, что само платье мне не нравится, мне нравится фасон. А еще сказала про бал-маскарад, после чего на лице мага отразился настоящий ужас. Сначала не поняла, что его так испугало, но через несколько мгновений и сама от шока округлила глаза.

Большой столичный Маскарад — крупнейшее светское событие лета. В столицу съедутся тысячи аристократов, половина из которых будет приглашена во дворец. Представление юных дворян королевской чете, танцы, званый обед, салют…

И мы оба там тоже обязаны быть. Но мы не может отойти друг от друга и на две дюжины шагов!

И ладно мэтр — он может воздержаться от приглашения дам на танцы, а у меня бальная карта полностью заполнена! И что будут говорить о нас люди, когда поймут, что мы все время проводим вместе? И так сплетни рождаются с катастрофической скоростью! Вспомнить хотя бы мой внезапный побег из Академии и исчезновение мэтра после этого…

И не пойти мы не можем — тоже сплетни будут.

Решили смотреть на эту ситуацию с оптимизмом. Есть вероятность, что я озверею в ближайшие недели. Все предпосылки для этого есть — Сила во мне так и бурлила, я стала воспринимать мир несколько иначе, более ярко, что ли. А самое главное, моя дракошка, буквально на следующий день высунула голову из своей норки и подала голос. Равно как и моя эльфийка. И если дракон вел себя прилично, то светлая и пушистая часть меня постоянно напевала свадебные песни.

Устраивать им разнос не стала. Это полное сумасшествие — ругать саму себя. Но меня эта ситуация с растроением личности начала пугать. Ни у Натала, ни у Рихара, ни у Ашеро, ни у Алиара и даже у Ашинарри такого не было. То есть они вообще ни с кем внутри себя не разговаривали. Адалард тоже ничего не смог мне объяснить, потому что тоже, как и его отец, со своим драконом не говорил. Они все становятся зверем или человеком по своему желанию и никаких лишних голос не слышат.

В поисках выхода из сложившейся ситуации решила, что мне нужен объективный, непредвзятый, женский совет.

«Обрадовала» этим требованием мэтра и драконов. Мужчины призадумались, где бы взять достойную доверия женщину, которая была бы ни за и не против моей с мэтром свадьбы. И спустя несколько дней таковая нашлась. Рихарова старшая сестра. Драконесса Тиона.

Условились встретиться в Орочьей пустыне в одном из оазисов. И когда мы телепортировались в метрах трехстах от места, я сразу же ее увидела. Трудно было не заметить темно-вишневого гигантского ящера на изумрудной траве. И она нас тоже сразу увидела. Повернула к нам свою огромную башку с раскосыми глазами и облизнулась, потянулась, словно кошка, а затем с усмешкой стала наблюдать, как мы подходим.

В общем-то, ее я понимала. Я бы тоже посмеялась, наблюдая, как мэтр удерживает меня и не дает к ней подойти. Ему все это абсолютно не нравилось — и незнакомое место, и незнакомый дракон, от которого неизвестно, что ожидать, и то, что я сама иду в лапы к чудовищу. А по словам Рихара, его сестрица обладала ужасным характером.

Меня это не остановило. Мне нужно было понять, что происходит.

Да и какое это чудовище? Более прекрасного дракона я в жизни не видела. И сейчас я четко видела разницу между величественной драконессой и уже полюбившейся мне дракошкой.

— Ну, спасибо, — весело фыркнула Тиона, протягивая мне когтистую лапу.

Я не сразу сообразила, что мне следовало сделать. Но драконесса не стала ждать, пока пойму, а быстро сцапала меня. Мэтр Влас закричал, но был остановлен внимательным взглядом Тионы. Мне показалось, что они ментально разговаривали. После минутного молчания, мэтр уселся на землю и напряжено уставился на нас.

Для начала меня подвергли тщательному обнюхиванию, после чего задали неожиданный вопрос:

— Вы связаны. Зачем?

Пришлось объяснить. Драконесса нахмурилась, глянула на мага и неожиданно весело хмыкнула.

— Ты и правда думаешь, что они это с тобой провернули только из-за заботы о тебе?

— А из-за чего еще? — не поняла я.

— Эх, молодость, молодость, — философски протянула Тиона. — И я когда-то такой же наивной была.

— Это ты о чем сейчас? — Я с подозрением посмотрела на мэтра. Тот сидел на траве и недовольно хмурил брови.

— Он нас не слышит сейчас, — ушла от ответа драконесса. — Ты хотела что-то спросить. Спрашивай.

Я и спросила, как мне быть с внутренними голосами. Но Тиона ничего не поняла. Пришлось объяснять, но через пять минут я обнаружила, что сама запуталась. Решила, что нужно рассказывать с самого начала, с того момента как мне взбрело в голову проявить любопытство и рассмотреть Алековы алхимические приборы. Именно тот пожар в лаборатории и стал отправной точкой, разбудившей драконью кровь, которая и защитила меня тогда от огненного безумия.

Тиона слушала меня внимательно с большим интересом. Я сама увлеклась и не заметила, как выболтала и то, что к делу не относилось. Историю с мамой, историю про Эу и оборотней хотела задеть вскользь, но поведала в мельчайших деталях, рассказала о наших с Эми злоключениях в Долгом лесу.

— Как, оказывается, интересно живут люди! — Протянула драконесса, когда я замолчала. — Вот я, например, купаюсь в этом замечательном озере, — она указала крылом на безмятежную водную гладь в метрах ста от нас. — Греюсь на солнышке. Охочусь на диких кабанов. А ты, козявка мелкая, умудрилась собрать вокруг себя с полдюжины женихов. Как? — И в голосе столько чисто женской зависти. — Говорят, Натан, настоящий красавчик.

— Натан выглядит, как чистокровный человек, — не согласилась я. — Разве что глаза выдают его натуру — слишком яркие. А во Ашеро… Да, он действительно красавчик, — и неожиданно для себя добавила, — хочешь, познакомлю?

Тиона фыркнула и расхохоталась.

— Ну, вот еще! — Прищурила она глазища. — Мала ты для сводничества!

— Что мне делать с внутренними голосами? — Вспомнила я о главном.

— Ничего, — получила я ответ.

— Как…

— Вся проблема в том, что ты сама напридумывала себе все эти голоса. Не знаю по какой причине, но ты не хочешь принять себя такой, какая ты есть. Ты хочешь быть правильной, идеальной, боишься совершить ошибку, все время оглядываешься на толпу, пытаясь быть такой же, как все. Но ты другая! Забудь. Отпусти. Разберись в себе. Пойми, что ты хочешь. Просто будь собой.

После этих слов драконесса аккуратно поставила меня на землю и закончила:

— Больше мне нечего тебе сказать.

Затем отвернулась и направилась к озеру.

А я осталась стоять, где стояла, с открытым ртом. Да, не такого совета я от нее ждала.

— Василика, — ко мне подошел мэтр. — Все хорошо? Ты узнала, что хотела?

— Не знаю, — честно призналась я. — Тиона весьма туманно объяснилась. Надо подумать.

— Идем домой, милая. — Улыбнулся маг, — здесь лучше не задерживаться.

И мы отправились в поместье.

Весь вечер я обдумывала слова Тионы и они показались мне полной глупостью. Как ни обидно, но это была чистая отговорка. А что она еще могла сказать совершенно незнакомой девице? Ничего больше, кроме: «Разберись в себе. Просто будь собой».

Но тем не менее эти слова запали в сердце. Последующие два дня я все время вспоминала их и неожиданно для самой себя спросила себя же: «А, действительно, чего я хочу?» И я начала размышлять.

Взять хотя бы магию. Я сильнейший стихийник. Повелитель с гигантским резервом. Так или иначе моя карьера мага будет связана со стихиями. И все именно этого и ждут. А я? Я понимаю, что мне не уйти от этого. Такую Силу нужно уметь контролировать. Но хочу ли я быть стихийником? Не знаю. Мне нравятся прикладные науки — алхимия, артефакторика. Я бы с удовольствием открыла свою аптеку или возилась бы в лаборатории. Но маг с моей Силой…

А графство? Тут я действительно оглядываюсь, но не на толпу, как выразилась драконесса, а на высоких лордов. Мэтра Власа, Алека, мэтра Утана, других аристократов, владеющих землей. Здесь я действительно боюсь совершить ошибки и действую крайне неуверенно.

И самое главное, мэтр Влас и наши отношения. Мои… мои дракон и эльфийка влюблены в него и жить без него не могут. А я? Выходит, я тоже в него влюблена, ведь дракон и эльфийка не существуют отдельно от меня, они — это я.

Права, абсолютно права была Тиона. Хоть и звучали ее слова банально и даже пошло, но мне действительно нужно разобраться в себе!

Еще два дня прошло в напряженных раздумьях. В конце концов, мэтр не выдержал и вчера вечером, когда мы уже легли, притянул к себе и обеспокоенно сказал:

— Мне это не нравится, Василика, ты в смятении.

Я ничего не это не ответила. Просто попросила:

— Поцелуйте меня, — получилось крайне жалобно.

— Что?

— Пожалуйста, поцелуйте меня.

И меня поцеловали. Очень нежно и бережно. И я впервые целовала сама. Не знала, как правильно надо целоваться, поэтому просто повторяла движения мэтра. Получилось очень неуклюже и я рассмеялась. Маг тоже развеселился и сказал, что мне надо больше тренироваться. И тут же сам принялся тренировать, я не возражала. Но вскоре мэтру пришлось сбежать в ванну и постоять там несколько минут под холодной водой. Когда он вернулся, сказал, что надо спать, и мы уснули.

А сегодня мне не спалось. Просто утром я четко поняла, что по уши влюблена в мэтра. И причем давно, очень давно. Еще со школьных времен, когда мы начали разгадывать тайну нарисованного мной знака, обедали в харчевне господина Сян-Дзыо и шли воровать ромашки у Ашинарри. Только тогда это чувство было вытеснено более ярким и насыщенным чувством — восхищением. А затем изгнано на затворки сознания желанием иметь любящего отца, но ни как не мужчину.

О своих чувствах решила пока молчать. Просто чувствовала, что не время еще. Мое признание может привести к тому, что мы оба будем жалеть о своих действиях. Подожду до своего озверения. А пока просто наслаждаюсь его близостью.

— Я знаю один действенный способ быстро уснуть, — донеся сверху голос мага.

— И какой же? — Лениво вопросила я.

Маг не ответил. Но я ощутила, как его ладони обхватили талию и стали медленно опускаться вниз. Напряглась, почувствовав, как его рука осторожно заползли под широкую резинку штанов и сжали мои ягодицы.

— Мммм, — блаженно простонал мэтр, а затем резко повернулся.

Оперся на руки, нависая надо мной. Потом поцеловал, одновременно выпустив из своих губ сонное заклинание. Оно легко вошло в мой полураскрытый рот. Я улыбнулась, думая, что это действительно самый лучший способ быстро уснуть.

Жаркий летний день. Тихо. Ну, на сколько это возможно близь леса. Ведь здесь слышно и стрекотание кузнечиков, и кваканье лягушек, и шебуршание белок в высоких кронах, и фырканье ежей, плеск озерной воды… Все это успокаивало и настраивало на мирный лад. И абсолютное отсутствие толпы, криков базарных торговок, ржания испуганных коней, горячего городского воздуха только радовало.

Я, раздевшись до нижней рубашки и положив голову на колени мэтру Власу, разлеглась в сочной лесной траве. Наслаждалась ярким солнцем и ни о чем не думала. Было очень хорошо! Я, наверное, пролежала бы так до самого вечера, но сверху раздалось:

— Надо бы в Академии показаться.

Резко открыла глаза. Узрела лицо мэтра, который пытался улыбаться, но все равно выглядел очень несчастным. День резко перестал быть хорошим.

— Я так больше не могу! — Протянул печальный маг, с озверением насаживая на рыболовный крючок мелкого червя.

Животину было жалко, но мэтр заявил, что рыбе нравятся червяки больше, чем хлеб, и поэтому будет больше. Я не спорила.

— Мэтр, — строго начала, — вам надо научиться отдыхать!

— Я не могу бездельничать целыми днями!

— Вы не бездельничаете — вы рыбачите! А вчера, например, ходили в лес. Целых три гриба нашли.

— В лес? — Перебил меня маг. — Василика, вчерашний поход на опушку того самого леса, о котором ты твердишь, за полноценный поход в чащу не считается.

— Ну, знаете, эта фобия у меня не на пустом месте родилась.

Вчера мы действительно хотели пойти в лес. Собирались долго и тщательно, потому что планировали провести там дня три-четыре, насобирать трав и ягод. Но как только мы оказались на опушке, я обнаружила, что моего дома не видно. Вообще ничего не видно не было. Только кусок поля и деревья, деревья, деревья… Страх сковал мое сердце. Да что там страх — настоящий ужас. Я вцепилась в собаку и наотрез отказалась куда либо идти. Мэтр меня кое-как упокоил, надеясь, что это просто истерика, но я рвалась домой. И мы вернулись.

Да, блуждание по Долгому лесу еще долго мне будет аукаться.

— Прости, малыш, — мэтр погладил мою щеку, виновато улыбаясь, а затем наклонился и поцеловал.

Я закрыла глаза, намереваясь вернуться в мир ленивого созерцания природы, как мэтр снова произнес:

— И все-таки в Академии появиться нужно. Ритуал ритуалом, а управление Академией с меня никто не снимал.

Только вздохнула, понимая, что придется сдаться. У нас с мэром слишком разное понимание работы и отдыха. Я всегда придерживаюсь позиции, что работа может и подождать, ее легко отложить или перенести, а освободившееся время можно посвятить себе или сну. Тогда как мэтр Влас готов работать сутки на пролет. А заниматься делами, которые в итоге ни к чему не приведут, для него настоящая пытка. Вот, например, эта самая рыбалка — мало того, что рыба не ловится (наверное, черви ей все же нравится меньше чем хлеб), так мы ее после обратно в озеро вернем. Маг не понял этой моей позиции и рыбачить ради самого процесса, а не результата, долго не соглашался. Но моя вредность победила.

— Скажите, — чуть напряженно начала спустя пять минут, — а мы теперь парочка?

— Парочка? — Не понял мэтр.

— Ну да, парочка, — я поднялась и уселась рядом с мэтром, опустив голову ему на плечо. — Типа, вы мой парень.

Сказала это и тут же изумилось нелепости своих слов. Мэтру ведь не шестнадцать лет. И не двадцать. И не пятьдесят даже. Одним словом, мэтр на парня не тянул, но и своим мужчиной я его назвать не могу, потому что мы не… мы не…

— А, это, — маг украдкой глянул на меня, нахмурился. — Почему ты спрашиваешь?

— Мне важно определиться со статусом.

«После вчерашнего особенно», — хотела добавить я, но промолчала.

Просто вчера вечером мэтру пришла в голову идея потанцевать. Танго и только танго. Я не возражала, но только не учла, что платье, в котором я была, для танцев не годилось. Как и обувь. В итоге на одном из резких поворотов, осталась без юбки — мэтр нечаянно наступил на подол и крепкие на первый взгляд швы не выдержали. Юбка опала бесформенной кучей, безжалостно оголяя ноги и белые кружевные трусики. Хотела убежать, испариться, исчезнуть, но… Но я от мэтра никуда не могу деться. А он смотрел и смотрел. Потом опомнился, стянул с себя рубашку и одел на меня, даже на талию непонятно откуда взявшийся шнур повязал и… И танец продолжился, но он не был уже столь быстрым, безумным. Но стал до предела чувственным.

Моя рука лежала на обнаженном плече мага и мне безумно, до боли, хотелось коснуться мощной груди, провести ладонью вниз к твердому животу, залезть пальчиками под ремень. Но нельзя! Неприлично! Я знала это и держалась, как могла.

Я остро чувствовала, как шершавая ткань брюк прикасалась к внутренней стороне бедра, вызывая каждый раз жаркое томление внизу живота. Тягучий огненный шквал медленно, но неотвратимо, нарастал внутри моего естества.

Аромат гладкой упругой кожи опьянял, манил, сводил с ума. Я едва могла сдерживать себя, чтобы не начать целовать ее. Но все-таки в какой-то момент потеряла над собой контроль, издав тихий сладкий стон, и в следующий момент мы с мэтром оказались в ванной под холодными струями. Маг крепко обнимал меня, шепча что-то утешительное, но мне было неприятно вот так резко прийти в себя и я расплакалась.

Посмотрела на профиль мага. Мэтр был задумчив, даже брови нахмурил. Но вот он повернул ко мне лицо, озорно улыбнулся, чмокнул в кончик носа и подтвердил:

— Парень! И да — мы парочка!

После чего сосредоточился на рыбалке.

— На самом деле, я хоть прямо сейчас готов кольцо на твой тонкий пальчик надеть. Или даже браслеты на запястья.

— Нет, нет, — замотала я головой и даже чуть отодвинулась. — А у вас есть?

— Что есть?

— Ну, брачные браслеты!

— Разумеется! Мой род — род Лотэйр — насчитывает восемнадцать поколений. И если учитывать, что главы рода жили по двести пятьдесят, а то до четырехсот лет доживали, то не удивительно, что эта семейная реликвия дошла до наших дней и теперь пылится без дела в семейной сокровищнице.

Я округлила глаза.

Брачный обряд Солнца, при котором как раз новобрачные и надевали друг другу браслеты, был отменен еще за несколько тысяч лет до рождения Адрастериона. Обряд магически связывал мужа и жену и не предполагал развода. А маги любят свободу, особенно те, в чьих жилах течет драконья кровь. Поэтому на замену браслетам пришли более простые и надежные кольца без всякого божественного вмешательства и благословения. Да к тому же, вера в бога Огня, в честь которого и проводился обряд, тогда уже практически угасла.

— Жуть просто! — Потрясенно прошептала. — Какой же вы древний!

Мэтр закашлялся.

— Привет, Рон, — поздоровался мэтр с секретарем, входя в приемную.

Рон в свою очередь от удивления раскрыл рот, но вскоре опомнился, вскочил с места, да так, что стул с грохотом повалился на пол, и очень радостно воскликнул:

— Мэтр Влас, вы вернулись!

Но тут он увидел меня, смутился, но все же нашел в себе силы тихо произнести:

— Доброе утро, леди Лика.

— Здравствуйте, Рон, — откликнулась в ответ.

— Дел много накопилось? — Перешел мэтр к главному.

Секретарь только растерянно махнул рукой на тумбу, стоявшую около его рабочего стола. На тумбе высилась гигантская гора папок, папочек, писем и записок. Я пригорюнилась, понимая, что мы и до вечера со всеми делами не разберемся. Но затем увидела, что и вокруг указанной тумбы на полу лежали большими кипами все те же папки с отчетами, письмами, заявлениями и донесениями.

Я посмотрела на все это, потом на окно, за которым светило яркое солнце в безоблачном небе, снова на бумажки, на окно и мой выбор был очевиден, но сбежать не получилось.

— Мы только до обеда, — голос мэтра неохотно проникал в мое сознание. — Самое важное и срочное неси в мой кабинет. И да, поставь отдельный стол для студентки Фрайхэш — она отрабатывать будет.

Рон на все согласно кивал, хоть на последнем и бросил на меня сочувственный взгляд.

Место для меня обустроили быстро — и получаса не прошло. Затем мэтр, уже полностью погруженный в работу, скинул на меня проверку бухгалтерских отчетов и смет на приобретение всего, чего надо Академии. Время до обеда будет ползти со скоростью сонной черепашки.

Время шло. Работа впрочем тоже на месте не стояла. Я заканчивала проверять очередную смету для строительства нового корпуса общежития. И никак не могла понять для чего он нужен. Неужели прогнозируется резкий рост студентов?

Не выдержав, все же спросила у мэтра, оторвав того от внимательного прочтения уже наверное сотого письма.

— Тут все просто, Василика, — улыбнулся мэтр, — в августе мы собираемся притупить к обучению более пятидесяти драконят, которых нам удалось найти в течение года. Именно для них и будет построен отдельный корпус, ибо драконятя в период взросления несколько неадекватны и чрезмерно агрессивны.

— И как же вы их нашли? — Изумилась я ответу мага.

Про то, что я вовсе не неадекватна или неагрессивна решила не думать. В моем случае все идет не как у нормальных драконов.

— То покушение на тебя…

Мэтр тяжело вздохнул, прикрыв глаза, затем продолжил:

— Инарцы изобрели технологию позволившую им находить носителей древней крови с точностью до семидесяти процентов. Именно по этой причине они имели так много драконят для своих экспериментов. Мы эту технологию изучили, переработали, подстроив под себя. Теперь она работает на сто процентов. Мы можем находить людей подобных тебе, то есть тех, в ком драконья кровь спит и просыпаться не собирается. Если, конечно, ей не дать толчок, как это было с тобой.

— И как вы будите ее пробуждать? — Нет, ну правда, очень интересно.

— Пока это не решено. Не хотелось бы подвергать подростков смертельной опасности, — тут мэтр строго глянул на меня. — Иногда достаточно просто находиться рядом с взрослым драконом или на худой конец с такими же, как ты сам. В любом случае, мы об этом будем думать уже в ходе эксперимента.

— Еще бы узнать, откуда во мне эта драконья кровь, — печально вздохнула.

— Я думаю, что со стороны твоей прабабки. Она хоть и полуэльфийка, но весьма часто проявляла черты характера типичные для драконов, — поделился со своими мыслями мэтр.

— Я спрашивала у Аналлеисы, она ничего не знает. Да и не думала никогда об этом — сами сказали, она полуэльфийка. Тогда это был приговор. И родню мою по прабабке найти не удалось.

— Найдем, — уверенно заявил маг, — крестьянские семьи большие, не могли всех уничтожить во время войны. Да и линию твоего отца не стоит оставлять без внимания. Он хоть и тоже полуэльф, но родословная у него занятная…

— Не будем о этом, — перебила я мага, поджав губы. Сложила все ручки и карандаши в специальную коробочку. После чего деловито осведомилась, — мы на обед пойдем?

На обед мы не пошли. Маг неожиданно вспомнил, что у него для меня давно приготовлен сюрприз, и сейчас самое время его мне подарить.

Мы телепортировались в горы. Ветер едва не сдул меня с обрыва, но мэтр удержал, а топом и вовсе щит поставил. Я решилась оторваться от его мантии и оглядеться.

От дикой красоты захватывало дух. Мы находились в Драконьих горах, в той их части, что носила название «Зеленые горы». И назывались они так неспроста — здесь почти круглый год царило лето и все вокруг было покрыто изумрудными полями и лесами. Только лента реки выделялась своими сапфировыми водами да озеро, далеко внизу, блестело голубым бриллиантом.

— Идем, — подтолкнул меня маг, — здесь недалеко.

И мы пошли по узкой тропке вверх. Но до вершины не дошли, остановившись метров через триста на широкой площадке. Мэтр тихо посмеивался, глядя на мое удивленное и обескураженное лицо. Когда я отдышалась, он подошел к стене и сделал такое странное движение руками, как будто сдергивал покрывало, и в горе открылся проход в пещеру.

— Заходи, милая.

И я зашла, с потрясением оглядывая довольно большую пещеру.

— Там слева, — маг указал рукой, — есть коридорчик, который ведет еще в две … ммм… комнаты.

Я несмело сделала пару шагов по направлению, оглянулась на мага, а затем побежала рассматривать свою (СВОЮ!) пещеру. Коридорчик и вправду был, и были две «комнаты». С радостным писком побежала в противоположную сторону, где нашелся вход в еще одну пещеру.

— А это что за лаз? — Вопросила я выглядывая наружу. Маг стоял посреди главной пещеры и с улыбкой оглядывался.

— Где? — Тут же нахмурился он.

Я скрылась в комнате, дождалась, пока маг подойдет, и ткнула в сторону едва заметного отверстия. Мэтр пригляделся.

— И вправду лаз, — вынес вердикт он и запустил туда светлячок.

Светлячок нырнул вниз пролетел метров тридцать, вильнул вправо и исчез.

— Хм, — прокомментировал мэтр. — Отойди в сторонку. Сейчас разберемся.

После чего преспокойно снял с себя обувь, носки и встал напротив лаза, упирясь ладонями в стену. Я притихла, словно мышка под веником, во все глаза глядя как маг применяет магию уровня Повелителя. Снимает топографическую карту пещеры.

Моей пещеры!

Мэтр простоял так минут пятнадцать, после чего оторвался от стены, передернул плечами и преспокойно начал надевать носки и обувь.

— Ну, что там, что? — Скакала я вокруг него.

— Василика, — возмутился маг, — дай хоть отдышусь, — после чего продолжил неторопливо приводить себя в порядок.

Через пару минут маг воссоздал трехмерную карту. И я увидела, что узкий извилистый, словно змея, лаз спускался глубоко вниз и заканчивался огромной анфиладой пещер, от которых в свою очередь вели коридоры и ходы, заканчивающиеся подземными залами.

— Ого, — восхитилась я, — тут даже подземное озеро есть!

— Угу, — кивнул мэтр, — и, судя по всему, там живет что-то большое и зубастое.

— Откуда вы это знаете? — обиделась я за неведомого монстра.

— В километрах двух отсюда есть еще одна пещера. Она, конечно, поменьше этой будет, но тоже ничего, — и предложил, — посмотрим?

— Нет! — твердо сказали я и Натан одновременно.

Мы оглянулись и увидели как серебристый, словно боевой меч, дракон осторожно вползает в мою пещеру, тщательно принюхиваясь.

— Я ту уже занял. — Пояснил дракон свое «нет». — Так что мы с тобой, Ликуся, будем соседями. А чем вам эта не понравилась? Она больше и вид открывается превосходный.

Мэтр Влас проигнорировал вопрос друга, зато задал свой и весьма интересный:

— С какие это пор драконы селятся по соседству?

Натан самым наглым образом ушел от ответа, насмешливо фыркнув и заявив, что он мясо принес. Пора кушать.

Мой живот радостно заурчал на всю пещеру.

В пещере мы были до самой ночи. И то меня насильно уволокли, пообещав, что в пещере мы будем появляться как можно чаще.

И уже лежа в кровати, я размышляла над тем, что мир вовсе не склонен к изменениям. Мэтр Влас мне так и не разрешил посмотреть на неведомого монстра. Точнее он к подземному озеру не пошел, так как меня надо было взять с собой. Натан к чудовищу отнесся равнодушно, сказав, что вряд ли оно сможет проползти по столь узкому лазу, а значит, мне навредить не сможет. А раз Влас так боится за мою безопасность, то он может подарить мне пару паучков, которые жрут все, что попадет им в пасть. Я решительно отказалась от столь сомнительного подарка, а мэтр просто запечатал озеро, а затем еще и лаз, чтоб уж наверняка никто не вылез.

Да, мир не меняется и теперь мне уже в собственной пещере не покомандовать. А монстра отчего-то было жалко. Ведь он должен же чем-то питаться.

Время потихоньку шло. Мы каждый день до обеда проводили в Академии, разбирали текущие дела и готовились к потоку абитуриентов, а затем мчались в мою пещеру и до самой ночи занимались ее исследованием. Как ни странно, но неведомого чудовища из подземного озера мы так и не смогли обнаружить. Натан пошутил, что монстр просто сбежал, прознав о том, что рядом поселился дракон. Мэтр отчего-то был с ним солидарен, а я же придерживалась мнения, что маг просто что-то напутал, и никакого чудовища и в помине не было.

Мы довольно быстро облазили все внутренние пещеры, наметили «ремонтные» работы для объединения нескольких залов. А еще установили надежную защиту и теперь наглая Натановская морда не могла вломиться на мою территорию, нарушая наше с мэтром Власом уединение. Но зато Натан оглушительно бил хвостом по стене, давая понять, что он пришел в гости и его надо впустить.

Но это полбеды! Идея поселиться по соседству понравилась не только Натану, но и Рихару, который успел занять крохотную пещерку, а точнее щель в горе, совсем недалеко от меня. И теперь он ее с огромной скоростью расширял и углублял. А Ашеро решил рыть пещеру немного севернее от Натана. И тоже неплохо стравляется с поставленной задачей.

Эти строительные работы взволновали эльфов. Еще бы они не занервничали! Ведь Зеленые горы находятся на южной границе с их землями, и столь тесное соседство с драконами им было не по нраву. Они даже ноту протеста отправили Алиару, на что тот только руками развел и сказал, что только я являюсь гражданкой Адрастериона и только мне он может запретить селиться в Зеленых горах. Но беда в том, что эльфы как раз были не против моего близкого соседства с ними, а вот другим драконам Алиар приказывать не мог и не хотел. Да и кто его слушать будет?

Так абсолютно незаметно и совершенно коварно наступила середина июля. И день восшествия на престол новой королевской династии, который ежегодно отмечался балом-маскарадом во дворце и городскими гуляньями.

Идти совершенно не хотелось. И так о нас с мэтром слухи ходят, а тут еще мы и отойти друг от друга далее чем на тридцать шагов не можем. Страшно подумать, что обо мне будут говорить, когда я стану отказывать все кавалерам подряд. Мэтру в этом плане легче — он редко танцует на таких балах. И только с дамами, с которыми у него хорошие дружеские отношения.

Но у мэтра Власа был припасен план на этот случай! Люблю его за это — он всегда, даже из самой сложной ситуации, может найти выход. Он предложил замаскировать меня так, чтобы я сама на себя была не похожа и без проблем могла находиться рядом с ним. А меня тем временем будет изображать сотрудница службы имперской безопасности.

Сначала я обрадовалась такому решению проблемы, но немного подумав, решила что это не для меня. Весь вечер выслушивать унылые разговоры о политике, промышлености, законопроектах и инвестициях и это вместо того, чтобы веселиться, танцевать, пить шампанское и целоваться в укромных уголках. Ну, последнее я, конечно, нафантазировала, хотя мэтр Влас мне вряд ли откажет. Поэтому прежний план был мной категорически отвергнут и предложен новый — маскировке будет подвергнут сам мэтр, чтобы он мог быть моим спутником на балу, а в его же обычном образе будет разгуливать сотрудник СИБ. План с ходу одобрили все. Маг даже сказал, что так будет лучше.

Вечером я, наряженная в роскошное платье из темно-синего тончайшего шелка, во все глаза разглядывала преобразившегося мэтра. Он ничего лучшего не нашел, как предстать передо мной в образе семнадцатилетнего юноши. Именно таким, какой он был в этом возрасте. Высокий, стройный, несмотря на юный возраст, уже обладатель сильного тренированного тела, что подчеркивалось идеально сидящим костюмом. Черные, как вороново крыло, волосы были коротко стрижены и уложены в пижонскую прическу, глаза горели голубыми огнями, а губы сложились в такую манящую улыбку, что я не удержалась и с визгом помчалась в подставленные объятья, а когда он поймал меня, впилась в его губы жадным поцелуем.

Остановил нас Натан, которого я даже не заметила. Дракон, строго глядя на нас, заявил, что «до свадьбы ни-ни». После этих слов я стала походить на варенного рака, маг тоже смутился, кашлянул пару раз, собираясь с мыслями и явно подбирая слова, чтобы ответить дракону, но ничего не придумал и потащил меня к выходу из дома.

А в карете, когда мы устроились и я внимательно рассмотрела Натана, который тоже «помолодел», как и мэтр, мне была поведана душещипательная, полная опасностей и невзгод история знакомства дракона Натана и мага Власа.

Они оба тогда были совсем юными. Самонадеянный маг, только-только отпраздновавший свое совершеннолетие, и молодой дракон, которого совсем недавно родительница выгнала из своей пещеры. Маг, как и полагается, шел грабить драконью пещеру, чтобы похвастаться перед друзьями, но не учел, что у найденного им дракона совсем ничего не будет. Ни обустроенной пещеры, ни тем более сокровищ. А вот драконье любопытство имелось, а еще была склонность к авантюризму, и наглость, разумеется. А еще мэтр обладал радом убеждения и мог сподвигнуть ближнего своего на безумные приключения. Иначе не сидел бы он сейчас передо мной, да и Натан никогда бы не принял облик человека, если бы в ту роковую минуту, потерявший всякую надежду на спасение юный маг, с переломанными конечностями, нулевым резервом и изрядно подкопченный, не предложил обозленному дракону, у которого не было сокровищ, пойти и украсть их у другого дракона, у которого они были. Натан от этого предложения обозлился еще больше и хотел было спалить наглеца, но мысль о собственной сокровищнице смягчила его сердце и он сохранил будущему мэтру и другу жизнь.

К слову, безумную идею мэтра они таки осуществили, хорошенько пошарив в сокровищнице у родительницы Натана.

Ох, зря! Зря я предложила изменить план мэтра Власа! Пусть мне было бы невыносимо скучно и завидно, глядя на молодых леди и лордов лихо отплясывающих на паркете и шушукающихся по укромным уголкам. Пусть! Это не столь тяжело, как глядеть на то, как все те же юные леди в легких платьях эльфийского покроя льнут к моему магу. Прямо как спелые вишенки — то по одной, то по две, а то и целой гроздью повиснут. Только и успевай срывать, да и в рот складывать!

Хотя, что это я? Во всем мэтр Влас виноват! Что ему стоило принять образ невзрачного юноши? Который никому, кроме меня не будет интересен. Но нет, захотелось вспомнить старые времена! Молодость, чтоб ее…

А дело в том, что как только мы приехали на бал, где, к слову, уже находился сотрудник СИБ в образе мэтра, по залу тут же пополз шепоток, что мой спутник — внебрачный сын мэтра Власа. Сходство просто поражало, и даже полумаска не могла его скрыть. Те же черты лица, те же глаза, та же улыбка и все те же ямочки на щеках от нее! И если безопасник мог избежать неудобных вопросов, то нас сия участь не миновала. И леди Элизабет тей Рохо, возглавившая стайку юных лордов и леди, подошедших к нам, дабы я представила им своего кавалера, напрямую, позабыв про такт и воспитание, просила, а не внебрачный ли сын мэтра Власа мой Лен?

У мэтра Власа тут же сделалось такое лицо… А я, едва сдерживая рвущийся наружу дикий хохот, заверила окружающий, что Лен никак не может быть внебрачным сыном мэтра. А сходство — не более, чем совпадение.

Я, между прочим, чистую правду сказала! И маги, которых на балу было много, это почувствовали. Но мне все равно не поверили. Юный Лен был признан окружающими внебрачным сыном мэтра Власа, а потому сразу же получил статус желанного жениха для любой из девиц на выданье.

Что здесь началось! Леди позабыли о скромности, о благочестии, о воспитании. Все это с лихвой заменили коварство, лесть, бесстыдство.

Позже мэтр мне признался, что еще никогда не был таким популярным у противоположного пола. Да и мужчины, все как один, пытались завести с ним дружбу.

Меня в наглую пытались оттеснить от мага, чуть ли не в глаза называли изменщицей и обманщицей. Даже назвали женщиной легкого поведения, которая без стыда на глазах у всех изменяет мэтру Власу с его же сыном. Завуалированно, конечно, но мэтр не стерпел и ответил, да так, что нахалка в слезах сбежала от нас. После чего притянул меня к себе поближе и однозначно заявил, что я его леди и только за мной он будет ухаживать. Девицы присмирели, но бал мне уже разонравился.

— Прости, я дурак, — мэтр Влас печально вздохнул, обнимая меня. Нежно и осторожно.

Мы стояли на балконе, закрыв магией двери, чтобы к нам никто не мог войти. Просто нашу просьбу оставить нас ненадолго одних на балконе, девицы не восприняли и трижды пытались помешать нашему уединению, а точнее увести от меня мэтра под очередным глупым предлогом. В конце концов, у мага лопнуло терпение и он воспользовался магией.

— Моя, ошибка, — продолжал каяться мэтр, держа мои ладони в своих. Со стороны, наверное, выглядит очень романтично. — Я и не подозревал, что это воспримут именно так… Ну, Василек…

— Я же просила не называть меня так! — Рявкнула на несчастного мага и это были мои первые слова за прошедшие полчаса на балконе.

— Василика, — явно теряя терпение продолжил мэтр, — малыш, — чуть смягчившись обнял он меня. — Не надо так ревновать. Я весь твой, — шепот, от которого идут мурашки по всему телу, — от макушки головы и до пяток. Абсолютно твой. Весь.

В ответ я только гордо вздернула нос, обиженно поджав губы. Ну, что ему стоило принять другую личину?

— Хорошо, — вздохнул маг. — У меня есть план. Василика, посмотри на меня.

Я неохотно скосила глаза. Маг обольстительно улыбнулся, поцеловал ладошки, чем добился моего полного внимания.

— Сейчас я выхожу в зал и ищу двух тружеников СИБ. Веду их сюда, после чего они становятся нами, а мы… Мы прыгаем с балкона и идем гулять по ночной столице. Я ведь обещал тебе такую прогулку. Помнишь? Только представь, — продолжал соблазнять мэтр, — ты, я и ночь. И никого вокруг.

Я завороженно задержала дыхание, представляя такую потрясающую картину. А когда губы мэтра осторожно накрыли мои, тихо застонала. Маг тут же отпрянул от меня.

— Ну, как согласна?

Я, не раздумывая, кивнула.

Зря мэтр Влас решил выйти в зал без меня. Его тут же облепили девицы, одна из которых предложила ему бокал вина. Мэтр с поклоном принял подношение и у них завязалась беседа, в процессе которой леди то и дело бросали мимолетные взгляды на балконную дверь, за которой оставалась я, покинутая всеми, в том числе и своим ухажером. По крайней мере, так думали девицы, не пытавшиеся скрыть победных улыбочек. Однако их ждало разочарование, мэтр, высмотрев в толпе официанта, жестом подозвал к себе, а когда тот подошел быстро что-то сказал. Слуга поклонился и ушел выполнять поручение, а сам маг, извинился, развернулся к щебечущим леди спиной и собрался уже покинуть их ядовитое общество, но был остановлен Эйзой тей Иркас. Она внаглую потянула его за рукав, а когда маг удивленно обернулся, провела ладонью по его щеке, что-то страстно прошептав прямо в полураскрытые губы мага.

Мэтр вздрогнул, отступил назад, наступив на ногу одной из девиц, что стояли у него за спиной. А я…

А у меня закончилось терпение. Решила, что так дальше продолжаться не может. Нужно смять, раздавить, уничтожить соперниц!

Не обращая внимания на то, что подомной вдруг стал рушиться балкон и там, за стеклом, испуганно закричали, вцепилась когтями в кирпичную кладку стены, протянула лапу, чтобы схватить нахалку, посягнувшую на моего мужчину. Но в дело вступил мэтр Влас.

Зачем он выпустил крылья? Ведь так долго и тщательно скрывал их. Да и личину зачем снял?

Неважно! Главное схватить и уничтожить.

Но не успела. Воздушная волна откинула, окружавших мага девиц, вглубь зала, и моя лапа могла дотянуться только до него.

Ну что ж, так даже лучше.

Схватив добычу, оттолкнулась от стены, раскрывая крылья и с каждым взмахом набирая высоту.

Полет — это так здорово!

Мэтр Влас очнулся резко, как будто его спящего облили холодной водой. Украдкой огляделся и обнаружил, что находится в пещере Василики. Уже не скрываясь огляделся в поисках хозяйки. И обнаружил ее около входа в пещеру. Она металась из стороны в сторону, грозно порыкивая на непрошенных гостей. Там за границей охранных чар виднелись три чешуйчатые морды. Одна серая, словно сталь меча, принадлежала Натану, две других были золотыми. И маг признал в них Алиара и Рихара.

Драконы явно пытались попасть внутрь, но защита была надежной. Скреблись когтями, били хвостами, выпускали из глотки огонь. Вот-вот друг с другом сцепятся за право обладания юной дракошкой. Сейчас все человеческие чувства спали, зато были полностью обнажены звериные инстинкты.

Мэтр метнул взгляд на Василику и расслабленно выдохнул. Никаких ран и царапин видно не было. Дракошка оказалась быстрее и маневреннее и успела скрыться за защитой пещеры раньше, чем ее настигли три возбужденных дракона.

«Проклятье, давно я не влипал в такие передряги с драконами», — мысленно взвыл маг, соображая, как привести друзей в чувства. Рихар слишком молод и ему не тягаться ни с Натаном, ни с Алиаром. А вот последние могут сцепиться не на шутку.

Мэтр усмехнулся, припоминая знакомство с Алиаром.

Он и Натан, несмотря на двадцатилетнюю дружбу, ума так и не набрались, а возможно причиной провала были три успешно подчищенные драконьих пещеры и они просто не ожидали подвоха… Но поход в Алиарову пещеру закончился пленением мэтра. Натан умудрился сбежать и даже предпринял попытку отбить друга у Алиара, но маг снова использовал все свое красноречие и смог заинтересовать чешуйчатого пленителя. И через несколько месяцев они уже втроем шли грабить пещере очередного дракона. Тогда тоже все закончилось плохо — смертью хозяина пещеры. Но выбора у них не было — либо он, либо они. С тех пор мэтр зарекся ходить на «охоту» с драконами. Надежнее в одиночку.

И хоть Натан и Алиар между собой никаких отношений не поддерживали, то с мэтром обоих связывала крепкая дружба.

Маг снова посмотрел на свою возлюбленную. Усмехнулся. Да, дракон из Василики получился, как и она сама, небольшой. Но это не беда — драконы растут всю жизнь, так что успеет поразить всех своими размерами. Темно-зеленая шкура блестела в свете факелов, развешанных по стенам. Хвост длинный, гибкий, постоянно извивается, словно пустынная змея. Гребень угрожающе встопорщен и рога на голове безобидными не выглядели.

— Красавица моя, — прошептал маг и попытался встать, но, болезненно вскрикнув, повалился на землю. Оба крыла его были смяты и сломаны.

Зато Василика обратила внимание на свою добычу. Повернула башку в его сторону и принюхалась. Рыкнула недовольно и осторожно подошла к магу. Лизнула того в щеку, как бы пробуя на вкус, после чего подцепила рубашку и сдернула с тела. Мэтр с трудом удержал сознание, хоть и потемнело в глазах на мгновение, а затем почувствовал как гигантский шершавый язык, пройдясь по окровавленной спине, приносит облегчение. Драконья слюна всегда славилась, как отличный антисептик с обезболивающим эффектом.

Мэтр расслабился, о чем сразу же и пожалел, ибо почувствовал, что с него стали стягивать штаны. После чего лизнули бедро, стопу, вернулись к спине.

— Нет, малыш, не надо меня облизывать! — Попытался уйти от сомнительной чести мэтр. Но разве драконницу остановишь, когда она решила поухаживать за возлюбленным?

— Ммм… А лапушки какие! Коготочки острые! — Эми расхаживала вокруг меня и восхищалась опять же мной. — Хвостик длииииинный…

Она попыталась поднять мой хвост, но, попыхтев пару минус, смирилась с неудачей.

— О, у тебя тут чешуйка отваливается! — Вдруг заявила она и начала ковырять чешую.

— ЭМИ! — Проревела я, поворачивая к ней голову.

— Ну, хорошо, она не отваливалась. Но ты мне обещала чешуйку!

«Уууу», — мысленно взвыла я, — «Если каждый первый мне об этом будет напоминать, то меня на сувениры разберут раньше, чем я моргнуть успею».

— Да не расстраивайся ты так, — начала утешать меня сестра, — я только одну возьму. Нет две. Одну на память, а вторая на опыты…

— Что?!

— А что такого? — И такой невинный взгляд…

Тяжело вздохнула, прикрыв глаза. Прошла уже неделя с момента моего этического озверения. Почему эпического? Да потому что работники пера, то бишь, журналисты, именно это так и преподнесли. «Похищение» мэтра Власа было представлено как кровавая битва с многочисленными трупами и горящим дворцом. А то, что император, герцог-дракон и еще один приглашенный дракон бросились в погоню за обнаглевшим зеленокрылым, похитившим одного из гостей, назвали праведным гневом. Ибо нечего всяким неопознанным чешуйчатым вламываться в чужой дворец. А еще была выражена надежда, что «наши» драконы покарали «не нашего».

Когда же суматоха несколько стихла и журналисты узнали, что незнакомый дракон был все-таки нечужим — это я наконец-то озверела. «Дождались!» — так звучал громкий заголовок в «Адрастерионской правде». Мое превращение было представлено, как будто произошло событие государственного значения. «…Адрастерион поднимет голову и не будет страны сильнее в это мире…»

Тьфу, напридумывали чепухи!

Однако, о мужчине, которого я, одраконившаяся, похитила, не было сказано ни слова. Журналисты так и не смогли понять, кого на самом деле я прихватила с собой. Девицы, коих мэтр спас от моего праведного гнева, на перебой утверждали, что молодой человек, весь вечер сопровождавший меня, был никем иным как замаскированным мэтром Власом. С огромными болоснежными крыльями, растущими из спины. Но все те же журналисты преотлично видели, как мэтр Влас чинно беседовал с императором, а когда началась неразбериха рядом с балконом, поспешил на помощь…

Мэтра назвали «загадочным незнакомцем» и оставили в покое. А вот вокруг моего дома шастают всякие подозрительные личности в надежде разузнать хоть крошечку свежей информации.

Еще были стремительный полет и три дня в пещере. Увы, но выйти все же пришлось — заканчивались съестные припасы, да и мэтр чувствовал себя все хуже и хуже из-за поломанных крыльев. Моя слюна убирала боль, но и только. А еще он переживал, что Натан и Алиар сцепятся друг с другом и покалечат друг друга из-за меня. Или еще, что хуже, поубивают.

Ага, как же!

Сдалась я им! Эти драконы вовсе не стремились заполучить молодую самку и вовсе не думали драться из-за нее.

На третий день, когда я осмелилась высунуть нос из пещеры, выяснилось, что их мучило банальное любопытство! Видите ли, все случилось так быстро и они не успели меня как следует рассмотреть. Потому и погнались.

Мэтр Влас так смеялся, так смеялся…

Зато мне было не до смеху, когда я обнаружила, что в четыре раза мельче самого молодого из них. Честное слово, живешь и веришь, что вот-вот станешь большой и сильной, а на самом деле… Как была мелкой, так ею и осталась.

Зато мэтру быстро сложили все кости и срастили крылья. Теперь он даже летает — низко над землей и на короткие расстояния. А еще получил нагоняй от Алиара, которому не понравилось, что от него скрыли такую информацию. И за свои сумасшедшие эксперименты он тоже получил. Маг морщился, кривился, но друга не прерывал.

Еще оказалось, что наша связь с мэтром после моего озверения не оборвалась, как рассчитывали маги. Я должна была стать драконом и перестать быть эльфийкой и человеком. Следовательно, ритуал должен был потерять силу, так как связывалась именно человеческая кровь. И я стала драконом, но своей эльфийской и человеческой сути не потеряла. В причинах такого исхода еще будут разбираться, а вот обратный ритуал, который оборвет связывающую меня и мэтра нить, придется проводить. Я так поняла, что они хотели избежать этого, даже занервничала, но меня быстро успокоили и заверили, что все будет хорошо. Я успокоилась, но хмурые лица от меня не укрылись.

— Утан пришел, — оповестил нас мэтр Влас. — Дракошка моя!

И не сдвинулся с места, с любовью полирую мой бок тряпицей.

Я закатила глаза. Вот ведь два чудака — одна все пытается вырвать из меня чешуйку и наглеет прямо на глазах и требует, чтобы ее покатали, а второй каждый пять минут лезет с обнимашками и поцелуями. Иногда мне кажется, что мэтр рад моему озверению больше, чем я сама.

— Идемте уже, — к нам подошел Натан. — Утан ждет в лаборатории. Надо покончить с этим.

— Да, идемте, — мэтр тут же посерьезнел.

Я моргнула и превратилась в девушку. Мэтр тут же подхватил меня на руки и поцеловал. Как-то отчаянно, как в последний раз.

В лаборатории нас расположила на столе, опоили каким-то снотворным зельем.

— Не радостное чувство, — пробормотала я, ожидая, когда подействует снотворное.

— Не переживай. — Уверено произнес мэтр. — Я полностью доверяю Утану.

Только вздохнула в ответ и принялась ожидать, когда же подействует зелье.

— Это бесполезно, — сказал Натан полчаса спустя, — на Василику больше не действуют психоподавляющие вещества.

— А если заклинание? — С надеждой в голосе произнес мэтр Утан.

Дракон только головой покачал — нет, не сработает.

— Да, что, в конце концов, происходит? — Не выдержала я. — Объясните!

Мэтр Влас от моего вскрика застонал. На него, в отличие от меня, зелье подействовало, но и он не может уйти в мир сновидений из-за меня же. Глаза мутные, ничего не понимающий взгляд…

— Для ритуала обязательно находиться без сознания?

— Необязательно, Василика, — осторожно ответил некромант. Он явно искал выход из сложившейся ситуации. — Но тебе лучше не знать того, что мы хотим сделать.

Я слезла со стола, с подозрением глядя на мага и дракона.

— А почему ритуал проводите именно вы? Где лорд Ваэн? — начала задавать вопросы, припоминая, что в прошлый раз эльф был и не только он. — Что происходит? — задала этот вопрос и сама нашла ответ, вспомнив последние слова мэтра Власа.

«Не переживай. Я полностью доверяю Утану».

— Вы хотите убить его! — Воскликнула я. — Вы же сказали, что ритуал обратим! Обратим!

— Обратим, — согласился некромант. — Точнее связь обрывается со смертью одного из участников.

— Что? — потрясенно выдохнула я. — И это вы называете обратимостью?

— Именно так, — твердо ответил некромант. — В большинстве случаем при подобных ритуалах связь сохраняется и после смерти. Здесь нет. Ничего страшного не произойдет, если маг будет мертв меньше минуты. Он умер быстро и безболезненно…

— НЕТ! НЕТ!

— Прекрати истерику! — Повысил голос некромант. — Я пробью ему грудь ножом и нить, которая связывает вас, оборвется. Затем я воскрешу его. Все будет хорошо.

— Нет! Не позволю!

Я бросилась к некроманту, но он был быстрее. Схватил один из ножей, которые были разложены на столе со стороны мэтра Власа, и замахнулся.

Мир перед глазами потемнел и я не увидела, как нож пронзает грудь мэтра.

— Я тебе шею сейчас сверну! — Прорычал Натан, наблюдая, как оседает на полу в беспамятстве Лика.

— Отпусти, — попросил некромант, потому что дракон перехватил его руку своей, да так сжал, что послышался треск костей.

Натан неохотно разжал пальцы.

— Я не собирался его убивать. Сейчас. Просто хотел довести до обморока, — мэтр Утан осторожно сжал и разжал кулак. Переломов не было. — В чем и преуспел.

— Повезло, — согласился Натан. — Однако, в следующий раз помни, что Лика — дракон, и она не обернулась зверем исключительно потому, что еще не привыкла к это форме.

— Учту, — кивнул маг, понимая, как рисковал. — Надеюсь, ты истерик закатывать не будешь?

— Нет, — холодно ответил дракон, подходя к бессознательной девушке. — Действуй.

— Ну, милая, что ты так рыдаешь? Я же жив. Жив!

Мэтр Влас нежно обнял меня, в надеже утешить, но все было тщетно. Я рыдала третий час к ряду.

— Так… не хорошо… со мной… поступать… За что? — Задыхаясь, прошептала.

— Прости. Прости нас, милая. Но иначе ты бы не согласилась на ритуал. А мне было это важно.

— Почему? — Я перестала активно рыдать и приготовилась внимательно слушать, чувствуя, что сейчас мэтр будет откровенничать. А это не часто случается.

— Потому, что мне важно было, чтобы ты узнала меня не только как учителя и наставника, но и как мужчину, как возможного партнера. А узнав, не захотела отпускать. Это и была главная цель.

— А озверение? — я глупо захлопала мокрыми ресницами.

— Милая, мы же сразу сказали тебе, что ритуал для этого не обязательно проводить. Ты бы и сама смогла бы, только времени для этого понадобилось бы больше. А так я преследовал совсем иную цель. — Мэтр перевернулся, оказавшись надо мной. Аккуратно стер слезинку с ресниц и очень тихо спросил, — я все еще мил тебе?

После чего последовал поцелуй. Долгий и безумно нежный.

— Я жду ответа, — потребовал мэтр, продолжая целовать мои щеки, губы, шею.

— Это коварство, — наконец-то выдохнула я. Ну не признаваться же мне, что я люблю его. Пусть помучается! Очень неприятно знать, что тебя обвели вокруг собственного хвоста.

— А ты чего ожидала? — И очередной безумный поцелуй. — Скажи мне, малыш, скажи…

Без остановки просил маг, лаская кожу. Раньше он никогда так не делал… Точнее не позволял себе. Сейчас же его руки ласкали грудь, бедра. Я только теперь заметила, что нахожусь с одной тонкой нательной рубашке, хотя на ритуал пришла в полном платье.

И когда я уже позабыла все на свете, мэтр отчего-то остановился. Дождавшись того, что я сфокусировала на нем свой взгляд, уже несколько осмысленный, вопросил:

— Ты будешь моей?

— Да, — ответила я, не совсем поняв, что он имел в виду.

Но маг не стал разбираться правильно ли я его поняла. Сдернув с меня рубашку, он принялся неистово целовать кожу. Губы, шея, грудь. Руки его скользили по мом бедрам, животу, спине, осторожно и несмело проникали между ног…

Я не сопротивлялась. Просто не было сил. Да и зачем? Я отдавалась его ласкам, теряясь в водовороте новых, неизведанных ранее чувств.

Но вот мэтр отстранился, судорожно срывая с себя одежду. Через минуту он предстал передо мной во всей своей красе. А я… я уже успела прийти в себя и задаться вопросом «Что происходит?». И обнаруженная действительность меня испугала.

Тем временем мэтр подался ко мне, намереваясь продолжить. Такой большой, сильный, возбужденный…

— Нет, — испуганно пискнула я, заворачиваясь в измятую простынь.

— Ммм? — Мэтр не понял меня, схватил за лодыжку и подтащил к себе.

Я снова испуганно пискнула и попыталась выдернуть ногу. Маг почувствовал неладное, с вопросом глянул на меня, в его взгляде промелькнула сознание и, кажется, даже понимание.

— А ЭТО только после свадьбы! — заявила и отвернулась, чтобы не видеть голого мэтра.

«Голый! О Небеса! Он голый!», — других мыслей у меня не было.

Маг несколько мгновений потрясенно смотрел на меня, затем подхватил свои штаны и направился в ванну.

Его не было не более пяти минут, но я за это время успела полностью прийти в себя, устыдиться своего поведения, всплакнуть о не случившейся близости, раскаяться и поистерить.

Мэтр вышел хмурым, мокрым и в одних штанах.

— Так нельзя, Василика, — сурово начал он меня отчитывать. — Пообещать мужчине и не… Это называется нехорошим словом.

— Каким? — едва слышно спросила, опустив голову.

— Не скажу, — Явно с улыбкой произнес он. Судя по тону, на меня больше не сердились. — Приличные девушки не должны знать таких слов.

Я осмелилась мельком глянуть на мага. Он стоял опустив руки и печально глядел на меня. Не выдержав побежала к нему и уткнулась носом в грудь. Меня осторожно обняли.

— Мне нужно уйти…

— Нет, не уходи!

— Ты опять плачешь, — вздохнул мэтр. — Сколько же слез храниться в тебе?

— Я больше не буду, — простонала, шмыгая носом. — Не уходи…

— Я не железный, Василика. Сейчас мне лучше уйти.

— Не пущу…. Я… я согласна… на все согласна, только не уходи…

— Василика, — со стоном произнес мэтр, целуя мои мокрые щеки.

Но нас самым коварным образом прервали.

— Василика, у меня череп светится! — Радостно завопила Эми, врываясь в мою комнату. — Ой!

Глаза сестры приняли абсолютно круглую форму, когда он разглядела, что мэтр полуобнажен, я завернута в простынь, а постель смята.

— Ой, — еще раз сказала Эми, стремительно краснея и скрываясь за дверью.

— Я пойду, — решительно сказал маг, подхватывая свою рубашку. И я его отпустила, просто не был сил удержать. — Не скучай, малыш. Скоро увидимся.

После чего надел туфли и покинул мою спальню, на прощанье поцеловав.

А через мгновение в двери показалась виноватая рожица Эми.

— Я вам помешала?

Я покачала головой, после чего уселась на кровати, грустно вздыхая.

— Точно все хорошо, — обеспокоилась сестра. — Он тебя не обидел?

Снова отрицательно покачала головой.

— Это хорошо, что ты пришла, — вынуждена была признсться.

— По твоему виду не скажешь. Заплаканная и голая…

— Ну…

Не сдержалась и поведала сестре краткую версию произошедшего.

— Эх, любовь, — закатила она глаза в ответ. — Завидую я тебе. Но ты правильно поступила, что остановила его. Ишь, какой хитрый, решил моментом воспользоваться и твоей неопытностью.

— Это точно, — нахмурилась я, только сейчас осознавая весь коварный замысел мэтра. А еще меня виноватой решил оставить!

— И на мэтра Утана не сердись. Ему это решение тоже далось нелегко — он ведь не бездушный убийца. И с мэтром Власом он в последние годы очень сблизился.

Решила об этом вообще не думать. Слишком больно.

— Так что там с твоим черепом, — перешла я на нейтральную тему.

— С моим все в порядке, — сурово заметила сестра. Она, как всякий некромант, весьма трепетно относилась к своим частям тела, — а вот у этого глаза светятся.

И она, словно фокусник, материализовала деревянный череп со светящимися зеленым глазницами.

Следующим вечером мэтр пригласил меня на романтическое свидание. Был очень милым и общительным, но все разговоры об эпизоде в моей спальне пресекал, а в ласках был очень сдержан. От былой страсти и следа не осталось.

А еще решили, что будем делать дальше. То, что надо привыкать жить раздельно друг от друга, было понятно и без слов. Хоть и странно было это осознавать, но без мэтра и пары часов было тяжело провести. Было как-то пусто, грустно и одиноко.

Для меня наступило время полной свободы и можно было бы провести август на море, как это происходило в последние несколько лет, но уезжать далеко не хотелось. Вообще не хотелось что-либо делать без мэтра. Поэтому решили, что я буду работать в приемной комиссии. А вечером маг меня будет забирать, мы будем ужинать, гулять. И расставаться на ночь.

— Вам следует заполнить анкету и отдать ее мне, — я протянула листки очередному абитуриенту, — Проверка Дара состоится завтра с девяти утра до двух дня. Рекомендую прийти пораньше, чтобы не стоять в очереди!

— Спасибо, — улыбнулся в ответ круглолицый, загорелый дочерна парень.

Я тут же от него отвернулась, консультируя следующего поступающего на стихийный факультет.

Вообще, наша Школа в этом году пользовалась небывалым успехом. Все, кто хоть мало-мальски владел стихиями, шли именно к нам. И догадываюсь, что причиной такой популярности стала я. И не только потому, что стала единственным драконом Повелителем стихий — в такие подробности только профессорский состав вдавался, а потому, что последние несколько дней добиралась до Академии и обратно домой своим ходом. То есть прилетала и улетала в облике дракона.

Мэтр Влас был очень недоволен — мало ли что может произойти в воздухе, но согласился, что летать мне необходимо.

Вообще окружающие вели себя странно. В воздухе так и летал аромат неудовлетворенного любопытства, но с глупыми вопросами ко мне никто не приставал. Ни студенты, работающие летом в Академии, ни профессора. Абитуриенты и те смотрели на меня только издали, а вблизи жутко робели.

— Студентка Фрайхэш, — услышала я до боли знакомый голос. Сердце радостно подпрыгнуло. — Будьте добры проследовать за мной.

И взгляд, и голос строгие, лицо выражает неудовольствие. Испуганно моргнула — где я опять успела накосячить? Да так, что сам ректор явился по мою душу?

Неужели некроманты нажаловались, что я у них анкеты взяла? Да, мне было лень подниматься в деканат и клянчить у неторопливого секретаря очередную кипу анкет, я просто стащила их с соседнего стола.

— Ну же! — Поторопили меня.

Делать нечего, пришлось подниматься и топать вслед за мэтром.

Однако ни в деканат, ни тем более в кабинет ректора мы не поднялись. Мэтр Влас за первым же поворотом схватил меня в охапку и прижал к стене, страстно целуя.

— Попалась, — весело сообщил он мне, едва оторвался от моих губ.

— Что это все значит, — сурово нахмурила я брови. — Все думают, что вы будете ругать меня!

— Малыш, — закатил он глаза, — что я по-твоему должен был сказать? Что я до боли хочу поцеловать тебя? При всех?

Ничего ответить не получилось — меня снова страстно начали целовать.

— Я так хочу тебя! — пробормотал мэтр, посасывая мочку уха.

— Влас…

Нет, попыток вырваться или остановить мага я не предпринимала. Во-первых, было неохота останавливать его, я сама принимала активное участие. А во-вторых, я так соскучилась по его ласкам. И пусть представители Школы разума, напротив которых и находился поворот в коридор, где мэтр зажал меня в своих объятьях, наблюдают за нами. Пусть! Пусть к ним подходят другие студенты и гости Академии, съедаемые любопытством. Пусть! Пусть они шепчутся, завидуют, плодят слухи. Пусть!

Сейчас это не важно. Все не важно, кроме нежных объятий любимого, его жарких поцелуев и опьяняющего чувства счастья.

— Я хочу тебя, — прошептал маг в очередной раз, оторвавшись от моих губ. — Малыш, посмотри на меня, — и дождавшись от меня осмысленного взгляда, огорошил, — свадьба в субботу! Или…

— Или? — как зачарованная произнесла, только сейчас начиная понимать, о чем он говорит.

— Или сегодня вечером я сделаю тебя своей! Я даю тебе выбор, малыш!

Снова сумасшедший поцелуй, после которого последовало предупреждение:

— Меня больше не остановит твой испуг!

— А я больше и не испугаюсь! — Успела выдохнуть перед новым поцелуем.

Мэтр после моих слов замер, неверяще глянул на меня, отодвинулся на полшага, выпуская из объятий. После чего снова окинул взглядом, на этот раз внимательным, оценивающим.

— Правда?

Я кивнула, жутко краснея. О Небеса, я только что согласилась стать любовницей мэтра Власа!

— Ну что ж…

Меня нежно обняли, поцеловали кончик носа.

— Тогда до вечера?

— Угу…

Еще один короткий поцелуй и маг ушел, как ни в чем не бывало. Я же еще постояла с минуту, искоса глядя на шокированных зрителей. Мне только кажется или они действительно не дышат? А нет, моргают — значит живы!

Расправила плечики и гордо направилась к рабочему столу, прихватив у соседей стопку анкет. Никто не возражал. Ну, и отлично!

Через четверть часа все вернулось на свои места. Никаких шушуканий, глупых вопросов и сплетен не последовало. Все делали вид, что ничего особенного не случилось. И правда, подумаешь студентка с ректором за углом потискались. Эти стены и не такое видели!

Через два с половиной часа, когда рабочий день закончился и я вышла на крыльцо Академии, меня ждал сюрприз. Не пойми от куда на залитой солнцем площади появились розы. Их было много — цветы занимали половину площади и были расставлены так, что можно было без труда прочитать слово «Люблю».

Откуда-то сверху лилась изумительной красоты мелодия. А когда в мелодию стали вплетаться слова эльфийской баллады о вечной любви, я забыла, как дышать. Пел мэтр хорошо поставленным голосом, легко произнося древние слова любви. Для меня.

Окончив, протянул ко мне, так и стоявшей на крыльце, руки и выжидательно глянул. Смущаясь и робея под всеобщим вниманием, подошла.

— Малыш, — начал он громко, чтобы слышали все, вставая на одно колено передо мной. Поцеловал мои ладошки, а затем быстро достал из внутреннего кармана коробочку. Не трудно было догадаться, что там находилось! Широкое виное колечко с крупным бриллиантом перекочевало в его ладонь, коробочка была спрятана. — Будешь моей женой! — уверенно произнес он и одел кольцо на мой пальчик.

Что?!

Пока я оторопело хлопала глазами, он поднялся, поцеловал, а затем под одобрительный гомон толпы, подхватил на руки и закружил.

Ну вот, окольцевали!

Свадьба в субботу конечно же не состоялась. Она прошла десять дней спустя, когда было сшито мое свадебное платье. Организацией занимались Мари и Найдин, меня же отправили на курорт — «подправить здоровье и набраться сил перед нелегкой семейной жизнью». В ответ только фыркнула, но на эльфийское побережье все же полетела, прихватив с собой сестру.

В назначенный день я глядела в зеркало. Там отражалась миниатюрная хрупкая изящная девушка в алом кружевном наряде с лица, которой не сходила счастливая улыбка. Глаза горели золотыми огнями, волосы убраны в высокую элегантную прическу. И даже подрагивающие от волнения ладошки не портили впечатления.

— Готова? — В шатер, предназначенный для подготовки невесты, то бишь меня, заглянул Алиар. Увидев меня, он восхищенно присвистнул. — Какая же ты красавица!

Я смущено упустила глаза, продолжая глупо улыбаться, но с места не сдвинулась, хотя понимала, что все готово и ждут только меня.

— Идем, Василика, — снова позвали меня.

Я не шелохнулась, только мельком глянула в окно.

— Даже не думай сбежать! — Предостерегающе произнес Алиар. — Я ждал этого момента два года. И если понадобиться, за волосы потащу тебя к алтарю!

— Фу, как грубо, — надула я губки, глядя на дракона. Судя по всему, он не шутил и действительно воспользовался бы силой, если понадобилось.

Вздохнула, приподняла юбки и смело пошла в новую жизнь.

Свадьба проходила на берегу живописнейшего озера близь моей пещеры. Собрались только самые близкие и родные, но и их было около полусотни. Помимо наших общих знакомых, мэтр пригласил своих наставников по боевым искусствам с Тенеро, я же позвала своих подружек и Академии.

Алиар вел меня по узкой дороже, усыпанной лепестками, по бокам от нас стояли плетеные стулья. Гости расселись по местам и восхищено ахали, когда я проходила мимо.

— Влас, — обратился к моему жениху Алиар, когда мы подошли к алтарю, — я отдаю тебе это сокровище, — дракон вложил мои дрожащие ладошки в ладони мага и опутал наши сплетенные руки гирляндой из живых цветов. — Береги ее!

— Всегда, — едва слышно выдохнул маг, с восхищением глядя на меня.

Затем Алиар встал на шаг позади меня, а за спиной мэтра расположился нахмурившийся Натан. Вообще-то им обоим полагалось сесть на места для гостей, но драконы то ли боялись пропустить самое интересное, то ли опасались, что кто-нибудь из нас сбежит в последнюю минуту…

— Леди и лорды, — голос Алека, проводившего обряд бракосочетания, несколько подрагивал от волнения, — сегодня мы все собрались здесь, чтобы сочетать законным браком лорда Власлена тей Лотэйр, Мэтра Школы четырех стихий и леди Василику тей Фрайхэш, графиню Райзендэ. Есть ли среди гостей и свидетелей те, кто против этого брака?

Таковых, разумеется, не нашлось. А если бы даже и были, то Алиар и Натан быстренько от них избавились бы.

— Отлично, — улыбнулся Алек. — Жених готов ли ты принести клятвы любви?

— Да, — уверенно ответил мэтр, окидывая меня плотоядным взглядом.

— Невеста, — обратился Алек уже ко мне, — готова ли ты принести клятвы любви?

— Да, — чуть замявшись, ответила.

Просто эту клятву я сочиняла два дня и в итоге от волнения позабыла. И что сейчас говорить?

— Василика, прошу, — кивнул мне Алек, — ты первая…

Я глубоко вздохнула:

— Клянусь, — после чего закусила губу и решила начать с классической формулировки, — любит тебя до конца дней своих. Клянусь прислушиваться к словам твоим, однако жить я все равно своим умом буду! Клянусь стойко пережить все трудности и невзгоды и надавать по морде всем неприятелям. Клянусь уничтожать врагов твоих, да и своих тоже, но речь сейчас о тебе идет. Клянусь сберечь сокровища твои, приумножать их. Клянусь защищать тебя от всех опасностей, а в случае надобности лечить не экспериментальными зельями. Клянусь откусывать головы подозрительным девицам, позабывшим стыд и честь, которые постоянно надоедают тебе. Впрочем, мне тоже. Клянусь…

— Кхм, кхм… — громкий кашель Алека привел меня в чувства.

Что-то я действительно увлеклась.

— И пусть смерть только сунется к нам — ей же и не поздоровится! — быстро закончила.

В гробовой тишине Алек повернулся к отцу, улыбнулся, кажется сочувственно, и молча предложил уже ему принести клятвы.

— Давай же, не робей. Смотри, какая жен… девушка тебя дожидается! — подбодрил мэтра Натан.

— Клянусь, — дрогнувшим голосом начал мэтр, — любить тебя до конца дней своих. Клянусь оберегать тебя, холить, лелеять и баловать. Клянусь быть тебе поддержкой и опорой. Клянусь защищать тебя от невзгод и трудностей, — тут маг немного помолчал, затем улыбнулся каким-то своим мыслям и продолжил. — Клянусь девиц надоедливых и бесстыдных игнорировать, а при случае и зельем от запоров угощать. Клянусь сокровища твои хранить и приумножать. Клянусь даже на рыбалку ходить… Иногда. А смерть… да ей лучше к нам не соваться.

— Объявляю вас мужем и женой! — Весело закончил Алек церемонию. — Можете поцеловаться.

Я шагнула к мужу, в его теплые и надежные объятья. Его губы осторожно накрыли мои. Уже не обращая внимания на восторженные крики, овации и чоканье бокалов, увлеченно целовались.

— Эй! Ну, хватит! Хватит! — Ворвался в наш тесный мирок голос Алиара. — Успеете еще нацеловаться! Идемте, сейчас должен быть первый танец новобрачных.

И дракон указан на небольшую круглую площадку.

— Идемте же, — подтолкнул он нас. И мы пошли.

Это была странная и нетипичная свадьба. Никакого дорогущего банкетного зала, напыщенных официантов, двадцати перемен блюд и дворцового этикета… вместо этого был просто пикник с шашлыками, барбекю и закопченной рыбкой. Легкое вино и освежающие соки, развеселые танцы и прыжки через костер, игры и купание в озере…

А в конце вечера я, став драконом, унесла своего возлюбленного мужа в пещеру.

Эпилог

8 лет спустя.

— И как поживает единственный в мире магистр-артефактор? — Спросил мэтр Влас свою супругу, входя в спальню. — Чего это ты голышом разгуливаешь? Заболеть не боишься?

Маг был чрезвычайно горд своей супругой, сумевшей доказать всем, и ему самому в первую очередь, что из нее выйдет отличный артефактор. И не просто мастер, хорошо знающий свое дело, а настоящий ученый, способный привнести в эту науку новое, неизведанное. И он нисколько не жалел, что восемь лет назад первого сентября прислушался к ее желанию, тогда казавшемуся ему бредом, и перевел любимую на факультет артефакторики.

Какой это был скандал! Но она не остановилась. Она доказала, что может. И ее летучий корабль действительно летает. И дело здесь не в возможностях Повелителя стихий.

Невероятное тонкое кружево чар. Невозможное сплетение эльфийских рун и драконьих иероглифов…

— Я хотела полетать, — как бы извиняясь, ответила женщина. — Не составишь мне компанию?

— Гроза скоро начнется, — неодобрительно покачал головой мужчина.

— И что?

— Василика…

Мужчина привлек хрупкую фигурку жены к себе, обнял нежно, но крепко, так чтобы ей не захотелось улетать.

— Я так соскучился по тебе!

— Сам виноват, — в голосе супруги проскользнула обида, лицо помрачнело. Она мельком глянула за спину мужа, туда, где стояла детская колыбель.

— Но ведь сейчас уже можно…

— Ах, Влас…

Женщина выскользнула из объятий, подобрала с пола халат и укрыла им свое идеальное тело.

Мужчина вздохнул. Да, прощение у жены добиться будет не просто. Особенно, если она — дракон. Но риск себя оправдал! Он глянул на кроватку, в которой, сладко посапывая в туго затянутых пеленках, спала его надежда, его мечта, его дочка.

Договор! У него с супругой был договор — дети появятся не раньше, чем она окончит Академию. Так и случилось. И плевать, что защиту диплома пришлось устроить на полтора месяца раньше. Студенты взвыли, а собственная супруга пригрозила удавить несчастного ректора, ошибившегося в подсчетах и зачавшего ребенка раньше, чем следовало.

— Малыш…

Мэтр снова притянул к себе жену и поцеловал. Сладко и нежно.

— Ты ведь тоже скучаешь по мне? Ммм?

— Я придумала имя для дочери, — ушла от ответа супруга.

Мэтр сложил руки на груди и приподнял бровь в ожидании. С именем для единственного пока ребенка возникли сложности. Ведь оно должно отвечать куче правил и традиций семейства Фрайхэш. Оно должно звучать на княжеский манер, и одновременно быть близким к эльфискому и конечно же должно отражать драконью суть!

Такое имя подобрать не просто.

— Эфа, — кратко ответила женщина.

— Что?!

— А что такого? Эфа близко к «Эва». А это имя принадлежит одной из княжеский святых. Опять же по эльфийски Эвель, — тут Василика скривила свой изящный носик, — согласна, звучит не очень… А для дракона это имя в самый раз!

— Ты хочешь назвать дочь именем ядовитейшей из змей? — Отказывался верить в очевидное отец девочки.

— Пусть знают, с кем связываются! — Сурово заявила супруга.

Мэтр только рассмеялся, запрокинув голову. Затем в очередной раз притянул жену к себе, обнял.

— Мне нравится, — прошептал он. — Люблю тебя.

— Люблю тебя.

Content

Zaryana
ДРАКОН В ОДУВАНЧИКАХ

Эпилог