Амелия Хатчинс

Разгадка судьбы

Глава 1

Я почувствовала, что меня тянут за волосы, а в животе взорвалась боль, словно по нему нанесли удар. Страдальческий стон сорвался с губ. Что-то теплое и мокрое капало на лицо, и я закричала еще громче, чем раньше. На нас напали! Я бормотала, чтобы Райдер призвал Элитную стражу, и высвободил зверя на тех, кто бы ни ворвался в комнату и не напал.

— Синтия. — За моим именем последовал рокот смеха, смешанного со странными шумами, отчего я открыла один глаз. Такое ощущение, что веки были налиты свинцом. — Не думаю, что нам нужны Элитная стража или зверь, чтобы с детьми справиться.

— Чёрта с два это дети. Они — монстры. Какого чёрта они имеют против сна? — бормотала я, наблюдая, как Калиин улюлюкала и продолжала пускать слюни мне на лицо и шею, смотря на меня с ангельской улыбкой. — Баловни мрака — вот они кто. Их послали маги, чтобы пытать нас отсутствием сна и милотой. Зандер головой ударил мне по животу, пока Калиин дёргала за волосы. Кейд продолжал пинать меня в бок, насасывая свой крошечный кулачок.　Я серьёзно начала переосмысливать идею отказаться от служанок, чтобы чаще проводить времени семьёй.

— Им нужна мама, — сказал Райдер, золотистые глаза которого искрились смехом. — Питомец, я сомневаюсь, что их послали маги. Они много времени провели с Ристаном, так что думаю, набрались от него всякого. — Он хрипло рассмеялся.　Звук пронесся по моему телу, и я, неспособная противостоять, улыбнулась. Райдер подошёл к кровати и сел на край, забирая Калиин и выпутывая её руку из моих волос. После чего осторожно отодвинул Зандера, чтобы я села. Поднявшись, я улыбнулась маленькому монстру, который смотрел на меня. Подавшись вперёд, я чмокнула Калиин в щеку, смотря в её золотистые — точь-в-точь, как у отца — глаза, которые мерцали, словно их зажгли изнутри. Моя малышка хорошеет день ото дня, и становится самой непослушной. К тому же она главная, и я начинаю подозревать, что самая смышлёная из тройняшек. Если Кейд — сила, то Зандер — спокойствие, с которым он наблюдает за хаосом Калиин и Кейда. По словам Зарука, когда они вырастут, спокойствие Зандера станет смертоносным. А я была уверена, Калиин умна в меня, хотя Райдер приписывал эту заслугу себе.

— Мои монстрики, — тихо прошептала я. В горле появился ком от такого блага. Я взяла Кейда и прижала к себе. Зандер посмотрел на нас и выпятил нижнюю губу, пока Райдер не взял его на вторую руку и откинулся с детьми на кровати.

— Ну, рано или поздно, они будут спать, так же? Я начинаю понимать, почему отец держал многочисленных детей в других покоях.

Я фыркнула и ударила его по руке.

— Может нам запереться в покоях? — Я рассмеялась, когда он нахмурился.

— Мы-то можем, но, если не забыла, мы планируем свадьбу, — проговорил он, после чего наклонился и нежно поцеловал меня в висок.

— Мы всегда можем сбежать. Лас-Вегас ещё никто не закрывал, — предложила я. — Кроме того, у меня есть костюм Элвиса. Весь такой в блёстках, — я тяжело вздохнула и добавила в голос хрипотцы. — Он чертовски сексуален.

— Весь мир ждёт этой свадьбы, Синтия. Маги уже какое-то время не появляются, и я намерен должным образом жениться на тебе. Скажи, кто этот Элвис и где мне его найти, чтобы убить?

— Он уже мёртв, а мы чертовски устали. Я едва держу глаза открытыми. Если маги появятся, и меня пнут, я упаду и усну. Тем более меня больше беспокоит затишье Дану. Она всегда была рядом, когда маги решались на ходы, а сейчас просто тишина. На неё это не похоже. Знаю, она держится в стороне из-за того что произошло между ней и Ристаном, но она прежде никогда не уходила так далеко и надолго. И это разжигает моё любопытство, что же именно произошло между ними, и как всё привело к такому ужасу, — вслух размышляла я, поглаживая Кейда по голове и прижимая к себе крепче. — А ещё я всё так же беспокоюсь за будущее детей и что же уготовила им судьба.

— Их мама — богиня; их будущее будет таким, каким захотят они. Их любят и воспитают сильными и справедливыми. Мы выиграем войну и спасём наш мир. На меньшее я не согласен. У наших детей должен быть мир, какой они выберут, а мы всегда будем рядом, укрепляя их мир.

Райдер с улыбкой посмотрел на меня.

— Всё быстро меняется для всех нас. Помнится, Питомец, не так давно ты думала, что Король Орды ходит на каблуках и пользуется помадой. С тех пор, мы прошли долгий путь.

— Я такое говорила, да? — Я нахмурилась, а Райдер кивнул.

— Тогда ты была восприимчивой и всего боялась. Теперь же, стоит мне подвигать бровями, и твоя одежда исчезает. — Райдер рассмеялся.

— Не правда. Ты раздеваешь меня магией, а я своей мало что могу сделать, — я застонала. — Боже помоги, но я тебя люблю. Даже, несмотря на то, что ты сводишь меня с ума, фейри. — Я улыбнулась. — И ты не можешь знать, какое у них будет будущее. Всё может измениться в мгновение ока. Давай сосредоточимся на сегодняшнем дне, — прошептала я и поцеловала Райдера, после чего тройняшки все захныкали и заплакали. Они против того, чтобы папа и мама целовались. Это и умиляло и раздражало одновременно.

Зандер схватил Райдера за волосы, а Калиин плакала крокодильими слезами, отталкивая меня от отца. Кейд… ну, Кейд рычал, как щенок, черта, которую он унаследовал от отца.

— Может, их и послали маги, — простонал Райдер и отстранился.

— А я о чём, — рассмеялась я. Стук в дверь нарушил идиллию в спальне. Я посмотрела на Райдера, который тут же одел меня магией в джинсы и черную футболку.

Убедившись, что с одеждой всё хорошо, он быстро поцеловал меня в щеку, к ужасу детей, если обиженные выражения лиц о чём-то говорили.

— Войдите, — прокричал Райдер, смотря в искрящиеся глаза Калиин, которая пыхтела всё чаще и выпячивала губу.

— Будто у вас времени до хера, — съязвил Ристан, открыв дверь. При взгляде на нас, в его глазах заискрился смех. Ристан прислонился к косяку, к огромному удовольствию Калиин, которая улюлюкала и тянула руки к любимому дяде, наплевав на отца.

Ристан улыбнулся ей и помахал пальцами привет.

— У нас огромная проблема. Такая не будет ждать, когда вы натрахаетесь или наобнимаетесь со зверятами, — тихо сказал он.

— В чём дело? — спросила я, любопытствуя, что же могло изменить его настроение с игривого на настороженное.

— Думаю, я знаю, почему ты всё ещё чувствуешь боль, а мы ощущаем нестабильность Царства Фейри. Я взял на себя смелость и вызвал служанок. Они отнесут детей в ясли. Элитная Стража ждёт нас внизу. То, что мы только что узнали нельзя объяснить словами, нужно показать.

Боль, которая стала моим постоянным спутником, в последние дни усилилась, ещё одна причина моего недосыпа. Дану связала меня с Царством, чтобы я смогла его защитить, но в отличие от нее, если земля погибнет, я нет.

Даринда плавно вошла в комнату, неся кофе, который поставила — так, чтобы не дотянулись дети — на прикроватную тумбочку. После чего улыбнулась Кейду, который прижался ко мне и внимательно за ней наблюдал. Кейд — до мозга костей мамин сын. Ему нравилось обнимать меня и слушать, как бьётся моё сердце, в отличие от Калиин, которой больше нравилось быть с отцом или Зандером, который просто предпочитал наблюдать за нами, хмуря милый лобик. Они очень быстро растут и мне страшно. Меня беспокоило то, что мы не знали, сколько времени они ещё будут маленькими. Дети фейри росли быстрее человеческих, а боги за считанные дни могли из младенцев стать взрослыми. С их смешанными генами, нам остаётся лишь гадать и ждать, чтобы увидеть, как быстро они вырастут. Элиран проводит анализы, но каждый результат приходит неоднозначный, оставляя нас без ясного ответа. Частично из-за этого я отпускала служанок ночью — к их ужасу — потому что хотела сама знать, сколько ещё они будут детьми. Я до усрачки боялась упустить какой-то момент взросления. Даже Дану не могла сказать, медленно или быстро дети вырастут.

Я передала хмурящегося Кейда Даринде, которая прижала его к себе, как ценнейшее сокровище. Затем она кивнула двум другим служанкам, которые ждали разрешения Райдера.

— В чём дело? — спросил Райдер, чьи глаза стали чёрными. Он кивнул и повернулся к Даринде, которая подала знак ближайшей няньке забрать ребёнка.

— Моё предположение: это начало полнейшей катастрофы, очередной, но, чтобы поверить, вы должны увидеть, — заявил Ристан, наклонился и поцеловал Калиин, когда ту выносили из комнаты. Она нахмурилась и замахала руками, чтобы он её взял, но Ристан нахмурился и повернулся к своему Королю. У меня свело желудок от осознания, что раз он не стал потакать прихоти моей дочери и находился в таком настроении, значит, случилось что-то нереальное. Я приняла руку Райдера и встала, не обратив внимания на кофе, который обозвал меня «сукой», оставшись стоять на тумбочке.

— Насколько всё плохо? — прошептала я и с трудом сглотнула.

— Сначала мы подумали, что всё пошло наперекосяк из-за херни Лукьяна, но больше, я не уверен в этом, — заявил Ристан.

— Погоди, Лукьян наворотил не хило, почти обрушил стены и разворотил миры, — застонала я. У нас не может быть перерыва. — Это ведь не так страшно, да? — Я смотрела прямо в его серебристые глаза. Ристан просто сглотнул и никоим образом не остановил ход моих мыслей. Я вновь с трудом сглотнула. Ком в горле становился больше и отказывался рассасываться. — Пошли.

— Вперёд, — возгласил Райдер. Он взял меня за руку и сплёл наши пальцы, затем поднёс их ко рту и поцеловал костяшки. — Каждый день, ведьма, — напомнил он мне, когда мы выходили из спальни.

В главном зале нас нетерпеливо ждала Элитная Стража. Райдер притянул меня ближе и кивнул присутствующим, вероятно, телепатически общаясь с братьями, а я потеряла эту способность. Что-то мешало мне подключиться к ним, и мы винили в этом происходящее в Царстве Фейри. Это или то, что мои новые силы скрылись от меня, несмотря на то, что я училась ими пользоваться.

— Идите вперёд, затем сообщите мне безопасно ли там для Синтии, — приказал Райдер.

Как только стражи просеялись, я повернулась к Райдеру и произнесла:

— Ты ведь в курсе, что я не из стекла сделана, и меня не так легко разбить.

— Знаю, но зато сейчас нет рядом детей, которые заплачут, если я сделаю так, — проговорил он, затем толкнул меня к стене и прижался своими губами к моим. Сначала поцелуй был нежен, но всё же жар нарастал, словно был подключён со всем, что делало меня женщиной. Я застонала ему в рот, углубляя поцелуй. Я так скучала по этому ощущению, и не суета, ни детский плач не нарушили наше единение. Райдер обхватил меня за зад и поднял, заставляя всё внутри меня петь.

Громкое покашливание позади нас заставило меня оторваться от губ Райдера и посмотреть ему за спину. При виде Ристана, я озорно улыбнулась и едва подавила смех.

— Сделайте мне одолжение и продолжайте. Я просто постою здесь и понаблюдаю, — прокомментировал Ристан. — При необходимости, буду рад дать пару советов.

— Размечтался, извращенец, — промямлила я.

— Определенно, Цветочек. — Он рассмеялся. — Если вы закончили шалить, пространство чисто, и мы ждём вас.

— Ясно, — прорычал Райдер и поцеловал меня в лоб. — Сегодня вечером дети могут остаться с няньками.

— Давай посмотрим, что там произошло. После, прогуляемся по бассейнам Царства.

Я поставила ноги на пол, затем прижалась к Райдеру, который просеял нас на новое местоположение. Я осмотрелась, и на глаза навернулись слёзы, а живот скрутило. Даже хуже, чем я представляла. Когда я осознала полностью увиденное, у меня задрожали руки.

— Спокан, — прошептала я. — Как Спокан оказался в Царстве Фейри? — потребовала я, неспособная принять то, что увидела.

— Отступи на шаг и поймёшь, — мрачно сказал Ристан, в голосе которого отсутствовала привычная игривость.

Я так и сделала, тогда то в меня и ударила сила. Портал выглядел иначе, и он был огромен. Больше ничего не сдерживало фейри от побега из Царства, или людей от того, чтобы войти в этот удивительный, но опасный мир.

— Остальные порталы? — спросила я, пытаясь осмыслить, что это означало для обеих рас.

— Есть ещё один такой же. Постоянные, кажется, не пострадали, — тихо проинформировал он нас. — Тот, что рядом с Павильоном выглядит стабильным. А этот и ещё один будто бы создан для того, чтобы оставаться открытыми и расти. И мы никак не можем это остановить. Мы пробовали комбинацию магии, но от неё портал лишь быстрее стал увеличиваться. Не зная катализатора или заклинания сложно остановить рост. И мы не знаем иных способов, кроме применения магии, как остановить это. С такой скоростью роста, нам недолго останется их охранять, — проговорил Зарук, сверля меня взглядом голубых глаз несколько секунд, после чего повернулся к Райдеру.

Райдер с минуту смотрел на портал, а потом поднял обе руки. Закрыв глаза и склонив на бок голову, он словно концентрировался на портале. На лбу Райдера пролегла морщина, а края портала стали золотыми на пару секунд, но затем свечение исчезло, словно Райдер потерял хватку на краях — видимо это он мысленно представлял. Райдер покачал головой и повторил снова, но результат был тем же.

— В основном порталы сродни ткани, я могу их разорвать или скрепить с небольшим усилием. Этот портал я чувствую, но он не даёт мне управлять собой или растянуть в какую-либо сторону, — настороженно объяснил Райдер.

— То же самое сказали Ристан и Кайлен, когда попытались закрыть портал. Ты создаёшь порталы намного крупнее, чем они, поэтому мы надеялись, что ты справишься с этим, — Зарук посмотрел на меня. — Синтия, может у тебя получиться остановить рост портала. Твоя магия работает совершенно по-другому.

— У меня лучше получается всё взрывать, Зарук, или ты упустил последний инцидент? — отрезала я в расстройстве. — Я не могу правильно использовать свои силы. Что если я попытаюсь и лишь усугублю ситуацию?

— Попробовать не помешает, — продолжил он. — Мы ничего не теряем, и я вполне уверен, что хуже, чем есть быть не может. Перед нами настежь распахнутая дверь, через которую можно войти и выйти из Царства… Куда хуже-то?

Посмотрев на портал, я кивнула. Зарук прав: кому помешает попробовать? Я была связана с Царством и могу чувствовать его… что-то большее, чем я могла объяснить, работало с этими порталами. Закрыв глаза, я призвала силу Царства Фейри к себе и направила пробную магию на портал, шепча заклинание силы, которое выучила в Гильдии. Старые привычки, но сейчас, стоя перед зияющей дырой между мирами, мне нужен каждый трюк, имеющийся у меня в рукаве. Я обратилась к Дану, Гекате и ко всем, кого вспомнила, прося силу и смелость, затем начала молиться богам древнее мира, чтобы помогли…

Ни хера не произошло. Я открыла глаза и покачала головой, лишь в этот момент, замечая, что свечусь голубым светом, такое я видела лишь раз… когда Дану злилась.

— Чёрт, — прокричал я, почувствовав, как через меня течет мощная сила. — Не уверена, что я могу контролировать силу. Парни… вам лучше разойтись, — прошептала я и развернулась, направив руку на портал. Из ладони выстрелил столп энергии и попал прямо в здание, которое начало рушиться. — Это ни есть хорошо, — застонала я, притягивая магию обратно. Я наблюдала, как мир, словно поставленный на перемотку, становился прежним. Здание встало на место — кирпичик к кирпичику, каким и было до того, как я его снесла.

— Боги, — прошептал Райдер, — вы это видели? — спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь. Я посмотрела на него.

— Ага, я видел, но не уверен, что могу в это поверить, — ответил Зарук.

— Цветочек, направь руки к краям портала и попробуй ещё раз, — подсказал Ристан.

Обернувшись, я направила руки к порталу и позволила силе вытекать из кончиков пальцев. По телу прошло эхо звука, и через мгновение нас всех откинуло неведомой силой. Я встала и посмотрела на портал, задыхаясь от того, с какой скоростью он рос. Пока мы стояли там, он, практически, втрое вырос, став размером с футбольное поле.

— Отлично, — пробубнила я. — Я сломала Царство.

— Нет, не сломала, — Зарук попытался облегчить мою вину. — Если народ Орды обнаружит выход в мир людей…

— Они уже знают, — прервала я его. — Должны знать. Это единственное объяснение приходящим сообщениям о том, что существа Орды сеют хаос в Терре. Я лишь не понимаю, почему порталы продолжают расти. Может, нашлись заклинания или способы разрушить каждую клетку Царства Фейри или завесы между мирами? Ристан говорил, что видел новые порталы, которые прежде не были частью мира. Что, если есть ещё, кроме этих двух, порталы, которые вот так же растут?

— Если да, то мы их ещё не обнаружили, — прорычал Зарук. — На прошлой неделе мы проверяли порталы, на случай если какие-то были созданы не магией фейри. Таковых не было. Но проведя проверку сегодня, мы нашли эти два портала открытыми… но всё же, следов заклинаний или магов нет. Мы попробовали разными способами закрыть порталы, но ничего не вышло. И чем сильнее мы старались, тем больше они становились. Мы хотели испробовать все способы, прежде чем позвать вас, но с их скоростью роста, решили не ждать, — Зарук нахмурился, беспокоясь, как и я, о том, что значат эти порталы для обоих миров.

— Ты знал об этом несколько часов назад, но мне сказал лишь сейчас? — потребовал Райдер.

— Мы хотели, чтобы вы хоть немного побыли вместе, прежде чем обрушить ещё одну проблему на ваши головы. Мы исчерпали все идеи, которые могли прийти в голову, прежде чем показать это вам. — Зарук пожал плечами и разочарованно выдохнул.

— Мы можем отменить свадьбу, по крайней мере, пока не разберёмся с этим, — произнесла я. — Царство Фейри на первом месте.

— Мы не отменим свадьбу, — прорычал Райдер. — Это не вариант. Наша свадьба даёт нашим людям надежду. Мы справимся. Не спорь, — быстро добавил он, когда я открыла рот, чтобы именно это и сделать.

— Мы могли бы это прямо сейчас сделать. Могли бы собрать всех сегодня и произнести наши клятвы, — предложила я, хотя знала, что он на это не пойдёт. Мадисон с нетерпением ждала этого, и Райдер хотел, чтобы у меня была шикарная свадьба, как заявление всем кастам фейри.

Я ещё гадала, не касалась ли вся эта шикарность свадьбы того, как воспитали Райдера. Обычно, в его мире, королевские свадьбы заключались не по любви; это были политические ходы и великие союзы. Ох, он сказал, что хотел для меня свадьбу, о которой я всегда мечтала — или как он думал, что я хотела — и я любила его за это, но таков наш мир. Я не хотела пышной церемонии, чтобы все знали, что он мой или чтобы доказать, что я его люблю. Я просто его люблю, это факт. Я бы произнесла наши клятвы босиком на поляне, если бы он просто стоял со мной.

— Я хочу, чтобы у нас была свадьба, о которой написали бы книгу. Я обещал обеим твоим матерям, что сделаю всё правильно, так и намерен поступить. Вместе мы проходили и через сложнейшие ситуации, — прошептал он, наклонился и поцеловал меня в щёку. — Я женюсь на тебе и заполучу медовый месяц. Когда мы поженимся, никто не станет сомневаться в твоей позиции или в том, какому миру ты принадлежишь.

Я нахмурилась.

— А кто-то сомневается?

— Многие. Кое-кто считает, что ты не богиня. С некоторыми уже разобрались, — заявил Райдер.

— Ты убил тех, кто сомневался во мне?

— Я убивал и за гораздо меньшее, Питомец, — ухмыльнулся он. — Кроме того, если я позволю им жить, после того, как они сквернословили о моей королеве, другие царства начнут делать то же самое. Я не могу показать слабость… Мы в Орде. А здесь правят силой и страхом.

— Ты понимаешь, что на место убиенных будут приходить другие с худшими теориями или мнениями, — проговорила я, на что Райдер холодно улыбнулся.

— Ну и пусть.

— Ладно, проведём чертову церемонию. У нас много дел, и все их нужно сделать одновременно. Нужно начать отстраивать Гильдию, найти учителей и защитников Гильдии от тех, кто посмеет бросить вызов.

Разобраться с порталами… а после всего этого, мы будем охотиться на Фэлана, как на дикую собаку, согласен? — мы сразились в немой битве взглядов. Райдер согласился едва заметным кивком.

— Чертовски кровожадная женщина, — прошептал он, прищурившись на моих губах. — Мне нравится, когда ты так говоришь. Напоминает о дерзкой ведьме, которая вошла в Темную Крепость и сотрясла мой гребаный мир, словно стеклянный шар со снегом.

— Ты знаешь про этот сувенир, но не знаешь, кто такой Элвис? — я рассмеялась.

— Нам нужно вернуться в замок и выяснить, как разместить больше стражи у порталов. Если внутрь войдут люди, этот мир поглотит их еще до того, как мы поймем, что они здесь, — не обратив внимания на мою насмешку про Элвиса, заявил Райдер.

— Я свяжусь с Дану, может она ответит, — сказала я, обернувшись и посмотрев через портал — который продолжал расширяться — на Спокан. — Если он продолжит так расти, нам понадобится очень много стражников.

— Если он продолжит так расти, Царство Фейри и Терра станут единым миром ещё до того, как у нас появится шанс это предотвратить.

Глава 2

Я вышагивала по спальне, пока Райдер стоял, подперев стену. Между нами повисло напряжение, и я то и дело сжимала кулаки, пытаясь составить план. Сейчас портал протянулся до Северного Спокана и стал слишком большим, чтобы его охранять, мы даже не могли распределить стражу. Если бы кинули все силы на портал, то оставили без защиты замок, а у нас военное положение.

— Думаешь, это лучший вариант? — В его золотистых глазах сверкало напряжение, а на лбу пролегла морщинка.

— Нет, но разве есть другой? — спросила я, вскинув беспомощно руки. — Сколько осталось времени, прежде чем создания Орды решат не подчиняться тебе, а покинуть Царство, или люди, разозлённые на твоего отца, заметят, что есть гребаная, открытая и неохраняемая дыра, через которую можно пробраться? — В моём голосе было столько боли и неуверенности в том, чего я у него просила.

— Синтия, у нас есть время дождаться Дану, — протянул он.

— Нет. Она исчезла, и это меня пугает, а теперь в Царстве появились огромные дыры, которые мы без понятия как закрыть. Мы не можем их так оставить. Ты много раз говорил, что Орда будет искать слабое место и использует его против тебя. Сейчас у тебя их три. Я не стану спокойно смотреть, как маги — или другие враги — забирают у нас детей. И мы оба понимаем, что эти самые враги знают об огромных дырах в нашем мире. Все ждут, что мы отправим детей к Дану, так что нет. Изменим тактику: отошлём их в Кровавое Королевство до самой свадьбы. И знать об этом будут лишь те, кому знать необходимо, и в этот список входят только те, кто напрямую связан с детьми. Твои братья, и то, лишь те, кому ты безоговорочно доверяешь, будут в курсе, куда мы послали детей. Мадисон и отец будут защищать их ценой своих жизней. Все вокруг меньше всего ожидают, что мы отправим детей туда.

— А если они вырастут, и мы это пропустим? — В его голосе было столько боли от возможности упустить бесценное время детства малышей.

— Значит, пропустим, — прошептала я сквозь ком в горле. — Я не знаю, что уготовила Судьба, но знаю, что как родители, мы не можем оставить их тут и подвергнуть риску. Они знают, что мы любим их больше всего на свете, но и наши враги тоже это знают. Считаю, что с ними нужно послать Кайлена — и, вероятно, Синджина — чтобы скрыть и защитить их. Я разберусь с возрождением Гильдии, ты правь Королевством. Если многие создания сбегут из Царства, весь мир узнает, насколько мы слабы и не защищены. Однажды, ты сказал, что Царство в приоритете, и такое положение не должно меняться. Теперь я это понимаю, фейри. Ты отдал меня, потому что любишь этот мир и готов ради него идти на жертвы. Я не могу просить тебя, изменить этому правилу сейчас, когда Царству Фейри ты нужен больше всего, как и не ожидаю, что ты проигнорируешь свои обязанности. Я уже вызвала Мадисон и отца, и они прибудут через час. Мне нужно подготовить детей, а тебе Кайлена и Синджина, остальных же держи подальше от детской.

— Я люблю тебя. — Подойдя ближе, Райдер обнял меня. — Мне противна мысль быть без них, но ты права. Только детей враги могут использовать против нас, а мы не можем этого допустить. Особенно, когда порталы растут в геометрической прогрессии. Если меня заставят выбирать: ты и дети или этот мир — я всегда выберу семью.

— Молись богам, чтобы они сыскали милосердие, и дети ещё какое-то время оставались малышами. Мадисон вернёт их домой к свадьбе, а пока, мы притворимся, что они здесь. Запрём нижний этаж, и держим в курсе только тех, кого нужно. Макайла поедет с детьми, а Даринда останется здесь, если и она уедет, начнутся подозрения. Чтобы план сработал, нам нужно заходить в детскую и проводить здесь столько времени, сколько мы проводим обычно. Притворимся, что всё, как всегда, и будем надеяться, что враги поверят в это.

Казалось, с момента, когда Райдер взошёл на трон, наши враги всегда активны. В последние напряженные месяца случались лишь слабые попытки убить Райдера, и никто не пытался напасть на детей, но ради защиты Царства, придётся идти на жертвы, а я не настолько глупа, верить, что так и будет происходить дальше. Я отсылала детей не только ради того, чтобы их защитить, но и чтобы не натворить необдуманного. Если они окажутся в руках врагов, я сделаю всё, чтобы их вернуть. Уничтожу миры ради их защиты, и эта мысль пугала. Дети не просто наша слабость, они всё для нас.

— Я позову Синджина, и скажу ему взять Кайлена. А ещё позову военного советника и Элитную стражу, чтобы приход Синджина не вызвал подозрений, — прошептал Райдер, сплетая наши пальцы вместе. — Ты готовь детей к поездке к бабушке с дедушкой, а мы разберёмся с порталами. Обещаю, они уедут лишь на пару дней.

*~*~*

— Держи. — Я передала Даринде очередной костюм, который нужно упаковать, а мысленно кричала Дану. — Калиин не может уснуть без медвежонка. Ристан принёс его из какого-то французского бутика, и она его просто обожает. Прошу, убедись, что его тоже упаковали.

— Хорошо, госпожа, — прошептала Макайла, поджав губы, когда по щеке скатилась одинокая слезинка.

— Так, остановитесь все и посмотрите на меня, — потребовала я. — Я едва сдерживаюсь, так что вам нужно быть сильными. Это не навсегда, а только до того момента, как закончиться свадьба.

— Мы просто беспокоимся о тебе, — проговорила Даринда, уставившись на меня зелёными глазами. — Ты их мать, и тебе сложно отсылать их.

— Да, сложно, но это ради их безопасности, — прошептала я, пытаясь проглотить ком, который, видимо, прописался у меня в горле. — В конце концов, их безопасность и защита — самое важное.

Мы все замерли и повернулись к двери, когда та открылась. В комнату неуверенно вошла Оливия, и помахала в молчаливом приветствии.

— Меня Ристан прислал. — Она неуверенно подошла ко мне и стопкам сложенной одежды. — Сказал, что тебе может понадобиться друг и, может быть, лишняя пара рук?

Наши с Оливией отношения начались довольно трудно. Она не нравилась мне из-за того, что случилось с Ристаном, но всё же, наша дружба крепла с момента, как я пустила Оливию за свои щиты. Теперь она возлюбленная Ристана, и они обожали друг друга. Я поняла, почему она так поступила с Ристаном и Старейшиной Гильдии, ведь её воспитывали так же, как и меня.

— Помощь очень нужна, Оливия. Ты и представить себе не можешь, сколько вещей для трёх малышей нужно упаковать в дорогу. Сумасшествие. Мне нужны мешки для подгузников, одежды и вещей первой необходимости.

Мама и папа скоро прибудут сюда, чтобы забрать детей в безопасное место, — радостно проговорила я, словно весь мир не разваливался. — Эй, Олден рассказывал тебе о новой Гильдии? — Мне нужно было сменить тему. Я видела, как она осматривает комнату. — Оливия? — позвала я её и остановилась складывать вещи.

— Прости, что? — робко прошептала она, в её глазах стояли слёзы.

Мне нужно было что-то выпотрошить, разорвать голыми руками, чтобы забыть о слезах, потому что я собирался присоединиться к ней и превратиться в ревущую дуру.

— В чём дело? — многозначительно спросила я, выискивая в Оливии намёк на неладное. Дрожащими руками, она подняла комбинезон, с рисунком крошечных голубых драконов, и начала его складывать. — Выкладывай.

— Ты не знаешь, хочет ли Ристан детей? — тихо спросила она и прикусила губу, осматривая присутствующих. — Ну, то есть, я знаю, он так ладит с твоими и очарован ими, но хочет ли своих? Его отец был жестоким сукиным сыном, и я не стану винить Ристана, если он никогда не захочет сам становиться отцом, но мы теперь вместе, и я вроде как хочу детей, поэтому, хотела бы знать.

Я вытаращилась на неё, когда она опустила руки на живот и с трудом сглотнула, прежде чем посмотреть на меня.

— Ты беременна, — догадалась я. С лица Оливии сошли все краски, и она вновь посмотрела на каждого в комнате. — Они все сохранят в тайне, ведь связаны со мной.

— У меня задержка, причём такая конкретная. — Оливия заламывала руки. — Я всегда хотела детей… много детей. Но сейчас, когда мечта может осуществиться, мне страшно. Я ведь даже не знаю, готова ли. То есть, думать, что ты чего-то хочешь и получить это — две разные вещи. Я не уверена смогу ли быть хорошей мамой, у меня ведь её не было.

И я ничего не знаю про детей. Нет, я хорошо лажу с теми, кто уже разговаривает. Мне нравилось их учить, но когда звенел звонок, они уходили в свои комнаты. Я никогда даже младенца на руках не держала, не то, чтобы заботилась о нём. Я не знаю, справлюсь ли. Я свихнулась, да? — протараторила она, закрыв глаза.

— Даринда, принеси, пожалуйста, Кейда. — Я не сводила взгляда с Оливии, которая пыталась сдержать слёзы. Когда Даринда вошла с мистером Обнимашкиным на руках и направилась ко мне, я отрицательно мотнула головой. — Дай его Оливии подержать… ей нужно практиковаться.

— Я… Э-э-э… На самом деле не умею держать детей, — пропищала Оливия, вытаращив глаза на воркующего Кейда, которого доверили ей. На лице Оливии появилась паника, она держала Кейда на вытянутых руках. Я выгнула бровь на неё, когда он начал беспокойно ёрзать. — Что с ним такое?

— Прижми его к себе и следи за головой. Ему нравиться ею бить. Резко и наугад. — Я подождала, пока она сделает так, как я ей велела, прежде чем вернулась к складыванию вещей. — Дети не коварны. Я понимаю, что ты напугана, но с ними чертовски легко, если ты не любишь спать, а они не хотят ложиться в кроватки. А ещё им очень нравиться будить тебя посреди ночи, просто ради того, чтобы посмотреть откроешь ли ты глаза. — Я рассмеялась, когда она скорчилась.

— Я простой библиотекарь и способна лишь отправить детей спать в общежитие, — проговорила она.

— А я была наёмницей, убивающей людей. Я несла смерть и чертовски умело. Ты учитель и библиотекарь. Ты учила детей, а я держалась от них подальше. Если уж у меня получилась, то у тебя подавно. Обучать их — полбеды, но, когда у тебя появятся свои дети, ты всё поймёшь. Я боялась ранить их или уронить, но ни разу такого не было. С моей точки зрения, если уж обученного убийцу можно одомашнить и научить пеленать ребенка, то у тебя всё получиться, — закончила я с дружелюбной улыбкой, а Оливии начала тихо укачивать Кейда. — С Кейдом довольно легко, он любит сиськи и наполняет свой желудок практически всем, что предлагают служанки. — Кейд посмотрел на Оливию и одарил её беззубой улыбкой, прежде чем положить голову ей на грудь.

— Как у тебя это получается? — она села в кресло-качалку. — Ты каждый день сталкиваешься с фейри, хотя столько лет подряд убивала их в нашем мире? — спросила она, нервно поглядывая на Кейда. — Я знаю, ты это делала. Я заполняла бумаги. Каждый отчёт каждой миссии. Теперь тебе придется жить среди них, точно зная, на что они способны. Но ты ведёшь себя так, словно это легко, как будто никогда не стояла против них.

Я нахмурилась и — аккуратно подбирая слова, поскольку Оливия пытается приспособиться к миру и жизни, с чем я сама едва справлялась — ответила:

— Я не очень хорошо справлялась. Да, в Гильдии Спокана я была лучшей наёмницей. Это — часть моей жизни, и твоей, это — часть прошлого. Они убивали наших, мы убивали их. Ну, не наших, в прямом смысле, но ты понимаешь. Люди и фейри враждовали ещё задолго до нашего рождения. Я живу среди них, да, но они точно знают кто я. Я не таю прошлого, а очень открыто о нём заявляю. Это я, и то, что мы сейчас здесь не меняет нас или то, как мы здесь оказались. И если ты сможешь увидеть сквозь завесу ненависти двух рас, то поймёшь, фейри не так уж плохи. Это выбор, как и всё остальное в жизни. Ты выбираешь поступки и как их совершать. Я выбрала счастье, и быть с Райдером, и всё прочее — тривиальность. — Оливия нахмурилась. — Тебя это беспокоит? Что живёшь среди существ, которых нас учили слепо ненавидеть?

— Нет, ну, иногда, да. — Оливия нервно сглотнула. — Бывает такое, что я смотрю на фейри и точно знаю, что он убивал, точно знаю, как и что они делают с людьми, и не могу не ненавидеть их. В моей голове застряли все архивы и слова, которые я когда-либо писала о них. Я не могу просто всё забыть, хотя понимаю, что многое — ложь, но кое-что неоспоримый факт, и некоторые из местных существ ужасны.

— Да, — согласилась я. — Хотя здесь они иные. Наш мир для них игровая площадка. Ими нужно руководить, как и всеми остальными. Они — как дети, оставленные без присмотра. Проходит время, и они начинают сеять хаос. Райдер уничтожает тех фейри, которые убивают людей. Он соблюдает правила и законы, защищает людей, потому что я его об этом попросила. На этом я и решила сконцентрироваться. Присматривать за людьми… ну от тех злобных созданий, которых создали в недрах ада. Не всё есть добро и не всё зло. Сатана был ангелом, изгнанным с небес. Он был любимым сыном бога. И служит доказательством, что любой может пасть. Каждый сам выбирает быть добром или злом. Плохой не может быть одна раса или один вид существ.

— Думаю, я ему понравилась, — проговорила Оливии, трепетно улыбаясь Кейду, который с интересом наблюдал за ней, насасывая пальцы.

— Ты сказала Ристану, что у тебя задержка? — Я с ухмылкой наблюдала, как Кейд одной ручкой, которую не смог засунуть в рот, схватил палец Оливии.

— Нет, мне нужно было с кем-то поговорить. Я испугалась. Сначала, подумала, что всё из-за изменений и переживаний. Элиас больше знает о моей физиологии, но мне неудобно об этом с ним говорить.

Ристан переживает за вас и провала с порталами, так что я не думаю, что сейчас самое время для ещё одного стресса. — Она вновь посмотрела на Кейда и начала с ним улюлюкать.

— С ним довольно легко… и ты всегда можешь дать ему пожевать сердце, пока рассказываешь.

— Что? — спросила она, нахмурившись. — Ребёнок жуёт сердца?

— Ристан. Но не бери в голову, вероятно, это не лучшая идея, — я рассмеялась.

— Тебе жаль, что не можешь сама кормить детей? — Она застенчиво оглянулась, задав столь личный вопрос.

Я поморщилась и пожала плечами.

— Я умерла. Выбора-то не было. Я не могу жаловаться, учитывая, что я здесь и наслаждаюсь материнством. В конце концов, остальное не важно. Я намерена найти тех, кто пытался убить меня и моих детей и оторвать им головы, пока они еще живы, но это история для другого момента.

— Ты только что с улыбкой на лице сказала, что собираешься кого-то убить, — Оливия нервно рассмеялась.

— Оливия, давай-ка на минутку вернёмся к реальности. Ты всерьёз думаешь, что если я изменилась снаружи, то и внутри стала другой? — Я отложила вещи, чтобы поговорить. Нужно много всего упаковать для детей, а мы едва прошлись по поверхностям необходимого. Конечно, мои родители могут всё что угодно наколдовать, но мне нравилось, что я могу передать с ними что-то, естественным способом. Так по земному, а мне нужно было за что-то ухватиться. — Я изменилась, но остаюсь той же, о которой ты читала. Я та, которую Гильдия воспитала и научила убивать. Мой брат убил моих приёмных родителей, потому что верил, будто может забрать мои силы и стать Кровавым Наследником. Он, на глазах отца, насиловал мою приёмную мать, доведя её до отупения и зависимости от секса. Я должна была тихо сидеть за скрытой панелью, наблюдая за тем, что вытворял он и его сумасшедшие дружки. Моих родителей убили, а матери было всё равно, потому что её лишили рассудка. Меня спасли Олден и Мари, но случившееся так и осталось мной. Благодаря этому я стала лучшей. Этот психопат пытался меня изнасиловать, когда у меня начались схватки, и если бы его не остановили, он бы так и сделал. Фэлан никогда не остановится, пока один из нас не умрёт. А я умирать не собираюсь. Я хочу убить его. Я должна победить. Тогда я перестану оглядываться через плечо. Без Фэлана мир станет безопаснее.

— Я не знала о твоих родителях, — прошептала Оливия. — Лишь поверхностно, но никто не архивировал деталей. А если да, то кто-то их удалил, нам всем было любопытно узнать о тебе и мы пару раз читали твоё дело. На самом деле, я не могу тебя винить за то, что ты хочешь его убить. — Я кивнула на её подлинную печаль по поводу моих родителей и сожаление из-за того, через что прошли я и моя приёмная семья по вине Фэлана.

— Итак, — начала я, вновь вернув разговор о ней. — Ты боишься, что Ристан бросит тебя, если ты скажешь, что беременна? — Не желая того, я прочитала её эмоции.

В последнее время всё труднее держать силы в узде, и один из наиболее неудобных побочных эффектов — случайно читать мысли и эмоции других. Я чувствую её дискомфорт, неспособность сказать Ристану из-за страха перед его реакцией и опасений разрушить то, что есть между ними. А ещё она боялась всех последствий материнства и этой неизведанной территории. Я сама лишь недавно переживала такое и могу её понять.

— Да, — выдохнула она. — Я хочу детей, но то, что они появятся так рано, чертовски пугает. У меня не было мамы, и я ничего не смыслю в рождении и воспитании детей.

— Ристан никогда тебя не бросит. Он предан, и да, он может быть чертовски упрямым, но тебя, Оливия, он любит. И детей тоже. Да, не секрет, что его детство было хреновым, но и у Райдера тоже. Когда дело касается наших детей, Райдер становится слабым. По началу, он их боялся, переживал, что станет отцом для ребёнка, затем оказалась детей двое. Но, он — лучший отец, которого я бы могла просить для своих детей. Он защищает их, успокаивает и дарит комфорт. Ему стоит лишь взять на руки Калиин, и он тут же тает. Вся Элитная Охрана состоит из самых жестоких воинов Орды, и каждый из них превращается в гигантского ребенка, стоит войти в детскую.

— Это обнадеживает, но я хотела бы, чтобы разговор остался между нами, хорошо? По крайней мере, пока я не узнаю точно ли беременна и как рассказать об этом Ристану. Ему без того хлопот хватает, и я не хочу прибавлять ещё и это.

Я посмотрела на неё, а затем кивнула. Я не хотела ничего скрывать от Ристана, но Оливия должна сама рассказать, когда будет готова. Здесь девочки должны держаться вместе, ведь нас гораздо меньше.

— Ладно, но Кейд уснул, а мне всё ещё нужна помощь, — я рассмеялась. — Уложи его в кроватку и помоги мне упаковать эти вещи. Родители скоро приедут, и нужно хотя бы упаковать любимые одеяла и игрушки детей. Адам и Ристан всё несут им игрушки, продолжая баловать, — пояснила я, наблюдая, как Оливия улыбается и кивает. — Завтра я собиралась в Гильдию, посмотреть, что отстроили, хочешь со мной?

— В последний раз, когда я там была, все верхние уровни были разрушены. — Она сморщилась от необоснованной вины.

— Но главный этаж стабилен, а катакомбы всё так же безопасны, — уточнила я. — Нам нужно отстроить её и довольно быстро. Из-за этих порталов, Гильдия будет нужна сильнее, чем когда-либо прежде.

— М-м-м-м, прекрасные дамы с прекрасными детьми… как по-домашнему. — Мужской смех сопровождал плавный баритон. Я улыбнулась и подняла взгляд, натыкаясь на пару серебристых глаз. Влад лениво опёрся о дверной косяк. — Синтия, я никогда не считал тебя одомашненным существом. Но, тем не менее, тебе идёт.

— Дракула, это — Оливия, — представила я. — Добрая часть Ристана.

— Мы уже имели удовольствие познакомиться, — сухо проговорил он и подмигнул Оливии, выходящей из комнаты. — Райдер сказал, что ты планируешь наведаться в Гильдию. Скоро?

— Очень скоро, — согласилась я.

— Он объяснил ситуацию, ты уверена, что это разумно?

— Нет, вероятно, не особо, но какой у нас выбор? Я не позволю созданиям Орды уничтожить родной город. Полагаю, что сейчас там царит хаос.

— Верно. — Он сел в кресло-качалку, с которого только что встала Оливия. — Бедлам и абсолютный хаос, — протянул он, сложив руки на коленях и уставившись на меня. — Лукьян древней магией удерживает ворота ада закрытыми, но это ненадолго. Ведьмы Металайн Фолс понятия не имеют, что именно происходит. Умно, но опять же, Лукьяну больше подходит сам хаос, чем его сдерживание. Тем не менее, Гильдия в руинах, за ней следят парочка Наёмников Сиэтла. Кажется, они сидят там с момента, как мы им заплатили. Думаю, они ждут тебя.

— И?

— Ты всё равно пойдёшь, — пробормотал он.

— Да. Скажи Лукьяну, что я жду ответного визита и что мне нужен Олден завтра на пару часов. Он может посмотреть, как моего дядю сопровождают и благополучно доставляют. Я прослежу, чтобы он так же благополучно вернулся, когда мы закончим с новой планировкой и дадим название обновлённой Гильдии.

— Ты хочешь, чтобы я сказал Лукьяну, что ты хочешь от него? — Влад скептически выгнул бровь. — Синтия, он не станет делать так, как мы просим. Он разбирается с собственным беспорядком, и, судя из того, что я видел, совсем этим не наслаждается. Я знаю о происходящем лишь потому, что за ним следили мои люди, но, считаю, о них он знал. Он мало что упускает из вида.

— Он очень занят, уверена. Не представляю, что он может наслаждаться вдали от Лены. Хотя, это ничего не меняет. Завтра я должна встретиться с Олденом, я обещала держать его в курсе дел и помочь с обновлением Гильдии. Я не боюсь Лукьяна, и понимаю, что одна ошибка может уничтожить всё, над чем он трудился с момента, когда мы ушли. Вообще-то, если задуматься, ещё займи Райдера, пока меня не будет, — сказала я и ехидно улыбнулась, Влад ругнулся, затем опять чертыхнулся, когда на его брань хихикнул Зандер, я перенеслась.

Глава 3

Я вошла в роскошный ночной клуб, высматривая возможную угрозу по пути к бару. Зеленоглазый бармен, с однодневной щетиной на щеках и одетый в белую накрахмаленную рубашку, верхние пуговицы которой были небрежно расстегнуты, внимательно наблюдал за моим приближением. Я хотела заказать напиток, да и хозяин заведения уже знал о моём появлении.

— Что-нибудь хотите? — бармен оказался передо мной, поставив руки на полированную стойку, и скользнул взглядом по моему телу. — Фейри? — ухмыльнулся он, заметив пульсирующие метки, которые я зачаровала. — Нечасто к нам заглядывают фейри, во всяком случае, не когда мы закрыты.

— Я по делу, — промурлыкала я, ухмыляясь в ответ, чтобы дать понять, что не представляю опасности.

— Синтия, Лукьян готов вас принять, — один из людей Лукьяна, положил руку на мое обнаженное плечо. — Немедленно! — добавил он рыком, посчитав, что я реагирую недостаточно быстро. Я повернулась с широкой улыбкой, положила руки на его массивную грудь и засмеялась:

— Полегче, здоровяк, такими сиськами рубашку недолго порвать. — Он угрожающе прищурился, призывая силу. Я сделала то же, немного — самую малость — перестаравшись, и притворилась, что не замечаю ни того, что все в помещении обернулись, глазея на меня, ни открытого в изумлении рта охранника.　- Я не хочу проблем. Просто пришла поговорить. Веди меня к своему боссу, — с нажимом добавила я. Он закрыл рот и резко кивнул, давая знать, что услышал меня.

— Прошу, богиня — он пошел вглубь клуба и ни разу не оглянулся, чтобы проверить, иду ли я за ним.

— У вас тут многое поменялось, — заметила я.

— Мы пробудем здесь дольше, чем планировалось, — пожал плечами он. — Почему бы не улучшить условия пребывания?

— Разумно… Заодно, вы и других существ пустили за барьер? — Я с любопытством отметила, что не все посетители клуба были людьми, но распознать, кто они не смогла.

— Держи друзей рядом, а врагов ещё ближе, — пробурчал он.

— Или прикончи их, и тема закрыта. — Я ухмыльнулась, когда его плечи сотряслись от беззвучного смеха.

— Умная и красивая, — хмыкнул он — Опасное сочетание, как подсказывает мне опыт.

— Богатый опыт? — мы поднялась по лестнице, и углубились в тёмный коридор. Почти все стены были стеклянными, открывая владельцу вид на клуб и всех входящих.

— Ну, не такой богатый, как у Лукьяна, но знаешь, не я гоняюсь за бабами, а они за мной, — бросил он, меняя направление — Зачем мне напрягаться, для этого есть женщины!

— Все лучшее в жизни не приходит само, — заметила я.

Он ухмыльнулся:

— Ну, ты-то пришла, красотка.

— Я занята, — возразила я.

— Дерьмо случается, — он порочно улыбнулся.

— Ну да, но если случается, ничто и никто не мешает мне ответить, — предупредила я.

— Иногда миру не нужен очередной герой, а нужен монстр, — охранник остановился перед огромной дверью, ведущей в кабинет Лукьяна. — Герои не хотят навредить людям, но иногда просто невозможно спасти всех. Лучше уж кто-то, кто не задумывается о сопутствующих потерях, — добавил он и прищурился, как бы пытаясь точнее донести свою мысль.

— Понимаю, — согласилась я. — А иногда миру нужны оба — герой, и злодей — чтобы сохранить баланс и спасти и невинных, и виновных. А монстр может оказаться и тем и другим. — Дверь открылась, и я вошла, обольстительно улыбаясь владельцу клуба. — Лукьян, — я кивнула, приветствуя его, — рада, что ты решил задержаться у нас. — Мы оба знали, что он никуда не собирался ближайшее время. Не сейчас, когда Лена под заклятием.

— Синтия, чем обязан твоему неожиданному визиту? — он бросил удивленный взгляд на зачарованные метки. — Как поживает твой жених? Он взглядом отпустил охранника, затем вновь посмотрел на меня.

— Хорошо, — ответила я.

— И Король Орды отпустил тебя сюда одну? — он оценивающе осмотрел меня.

— Мне не нужно разрешение. — Я прогулялась по его офису, и все охранные чары зашипели от моего присутствия. — Я сама в ответе за себя, да и здесь безопасно. Тебе нет смысла убивать меня. Ты — кладезь знаний, и мне просто нужно кое-что уточнить. Отвечать или нет — дело твоё. Кстати, можешь ослабить защитные чары. Я не собираюсь начинать с тобой войну.

Он не ответил, но я почувствовала, как он нейтрализовал защиту, хотя не двинул и пальцем. Значит, он сильнее, чем мы предполагали. Лукьян настороженно наблюдал за мной, и я задумалась, знал ли он цель моего визита или думал, что я пришла поразвлечься.

Я осмотрела его офис в поисках возможной угрозы, и остановилась на картине, которой было, кажется, несколько веков. Женщина на картине была похожа на Магдалену, но цвет глаз и изгиб губ не совпадали.

— Она узнала, что переродилась? — Я оглянулась через плечо. Лукьян стоял слишком близко, и я чувствовала его беспокойство. Я начала издалека и понимала это, но мы мало знали о Лене. Только то, что она могущественна… и опасна, если захочет.

— Доказательств перерождения нет, — увернулся он. — Они и вправду похожи, но я не уверен. И не думаю, что она — новое перерождение души Катарины. Люцифер взял Кендру, не Лену.

— Я вижу сходство между ними, значит и ты тоже. Ты её защищаешь, а это о многом говорит. Ты колебался, когда мог убить. Я наблюдала за тобой, и если ты еще не влюбился в неё, то близок к этому. К тому же, судя по сходству с портретом, она как минимум родственница Катарины, хотя это не так важно.

— Это только твои догадки — проворчал он. Я чувствовала, что он пытается пробить мою ментальную защиту.

— И держись подальше от моей головы. Тебе не нравится просить о помощи, но мы помогаем, когда необходимо. Лена возможно и не носитель печати, но сильна, и я не вижу в ней тьмы. Она свободна от грехов прошлого, с чистой душой. Думаешь, если она получит печать, останется такой же?

— Время всё расставит по местам, — ответил он спокойно и сменил тему, не желая продолжать спор. — Ты меняешься. — Он осмотрел меня так же, как я его до этого. — Ведьма, фейри, теперь богиня. Неплохая карьера! Тот, кто тебе помогает, должно быть, на самой вершине пищевой цепи.

— Мы не это обсуждаем.

— Это просто мои наблюдения. Гильдия уничтожена? — в голосе было чистое любопытство, но глаза его выдали.

— Не играй со мной. Ты же смотришь новости, читаешь газеты. В конце-то концов, ты бизнесмен, и знаешь, что это так, тем более использовал ситуацию в своих интересах, когда вынудил Ристана и Оливию достать кое-что, что вы не смогли получить сами, — сказала я осторожно. — Ещё я знаю, что твои люди рыскали в развалинах Гильдии, а значит, там спрятано то, что вам нужно. Что-то в глубине катакомб, всё еще тщательно охраняемое. Как тебе мои наблюдения?

— Не то, чтобы это твоё дело…

— Так давай изменим это, — выпалила я. — Я собираюсь восстановить Гильдию, и если там есть что-то нужное тебе… можем договориться.

— Синтия, ты не стремишься к переговорам, а ждешь, что я буду торговаться за то, что и так мне принадлежит? — хотя он говорил спокойно, в комнате стало не комфортно от прилива его силы, и я была не уверена, что Лукьян контролировал это. Что бы ни хранилось в Гильдии, он хотел это вернуть.

— Ты можешь попасть внутрь? — я повернулась к нему. — Думаю, нет. Что бы это ни было, защита настроена именно против тебя и твоего вида. Нужен кто-то, кто может обойти защиту, а у тебя таких людей нет, иначе ты бы уже получил желаемое. Если я права, когда ты в прошлый раз послал Ристана и Оливию, хотел проверить, смогут ли они достать это. Видишь, я вполне разумна и готова к сотрудничеству. Услуга за услугу.

— Ну да, а я-то думал, что ты не такая как все, — презрительно протянул он.

— У меня есть вопросы, у тебя ответы. Я не претендую на твою душу, Лукьян. Просто ответы.

Он отвернулся и с напряженной спиной сел за стол. Потом откинулся в кресле в показной расслабленности, будто мои вопросы совсем не беспокоили его. Я проигнорировала его, когда он махнул мне сесть в кресло напротив стола, и направилась к сервировочному столику с початой бутылкой выдержанного скотча и стаканами. Он ждал гостей? Или у него всегда наготове охлажденные стаканы? Я отмахнулась от этих вопросов и вернулась к столу, прихватив бутылку и стаканы. Обойдя сто Лукьяна, я устроилась на столешнице, покачивая ногами, пока разливала скотч.

— Что же такого Гильдия забрала у тебя, если ты даже готов ответить на мои вопросы? — я больше размышляла, нежели спрашивала, зная, что он не захочет обсуждать. — Это не документы, иначе ты бы добавил их к сделке с Владом. То есть, ты не хотел, чтобы мы узнали, что оно там. И ты, конечно, изъял все документы, которые Кендра копировала в Гильдии, из дома Лены. Полагаю, ты бы убил за обладание этим чем-то. А я всего лишь прошу ответить на мои вопросы.

— То есть, ты хочешь информацию в обмен на мою собственность? — прорычал он, неподвижно наблюдая за мной.

— Да, — улыбнулась я. — Ты же не думаешь, что я бы пришла из-за ерунды? Райдер не знает, что я сейчас здесь, а когда узнает, не обрадуется. Я рискую, и хочу знать, не напрасно ли?

— Он не знает, что ты здесь, — протянул Лукьян с волчьей усмешкой. — Я мог бы взять тебя в плен и обменять на то, что мне нужно. И он с лёгкостью, как и ты, отдаст это мне. И я не стану отвечать на херовы вопросы.

— Я не стану задавать «херовы» вопросы, Лукьян. — Я пошевелила бровями, зная, что он не станет рисковать и наживать себе новых врагов, пока под угрозой его карточный домик, готовый развалиться в любую минуту. — Обещаю, что ни один из моих вопросов не коснётся тебя или чего-то относящегося к тебе. Дело не в твоей ведьме, и никому твои ответы не навредят.

— Речь идет о проблемах с порталами? — спросил он, взяв у меня стакан.

— Возможно, — сдержанно ответила я.

— Хорошо, Синтия. Вот, что я предлагаю. Ты не узнаешь, что именно мне нужно, пока я не приготовлю всё для его возвращения. Тогда ты достаешь мне это, без единого вопроса. В свою очередь, я отвечаю на любые твои вопросы, если они не касаются меня, моей природы или причин, почему я здесь.

— Согласна. Но ты отвечаешь честно и говоришь всё, что знаешь.

— Отлично, я обещаю не лгать тебе. Можем скрепить сделку поцелуем, — он ехидно улыбнулся.

— Можем скрепить сделку рукопожатием. — Я протянула руку, уголки его губ дернулись от сдерживаемой улыбки.

— Согласен. Ты же не можешь винить парня, который захотел один поцелуй будущей Королевы Орды.

— Вообще-то, могу. Знаешь, мне любопытно, как ты сумел скрыть от ведьм, кто ты на самом деле. Видимо, дело в твоих синих, как полночь, глазах. Один взгляд, и у ведьм подгибаются коленки.

— И не только, — промурлыкал он.

— Не сомневаюсь. Сейчас тебя интересует только одна ведьма на свете, и она об этом даже не подозревает, правда?

— Не лезь в это, — прорычал он, качая головой. — Не сейчас, когда я готов пойти тебе навстречу.

— Первый вопрос, — начала я, отвлекаясь от проблем его девушки. — Что ты знаешь о порталах фейри?

— Не много. Слышал, что кто-то открыл парочку, и они увеличились до гигантских размеров. Даже сейчас неблагие фейри пробираются сюда и сеют панику среди людей.

— Это твои проблемы вызвали появление порталов?

— Будь причиной я, порталами бы дело не ограничилось, рухнули бы стены между мирами, Царство Фейри исчезло бы и стало частью мира людей. А ад и рай слились в единое целое.

— Ты знаешь, как это исправить? — у меня сердце сжалось от мысли о масштабах возможной катастрофы.

— Не уверен, что это возможно. Они словно врата ада, если сломаны, остается либо закрыть их навечно, либо запечатать все доступы в этот мир из Царства Фейри. Ты больше не сможешь открыть портал сюда или же оставить один открытым.

Я сглотнула ком в горле. Никогда больше не вернуться сюда. Потерять Олдена и Эдриана. Не контролировать фейри в этом мире. Ни тех, кто уже здесь, ни тех, кому будет дозволено прийти.

— Гильдия Сиэтла, я знаю, что ты следишь за ними. Они отправляли кого-нибудь в Спокан?

— Хотели, но мы им помешали, и предотвращаем любое возможное вмешательство. В основном, чтобы защитить мои интересы, — ответил он сдержанно.

— Вы убили их? — мне стало плохо от одной только мысли об этом.

— Да. Они собирались убить тебя, так что считай это услугой с моей стороны. Я знал, что ты собиралась реорганизовать местную Гильдию… Олден рассказывал мне об этом и о нескольких артефактах, которыми владела Гильдия.

— Гильдия Сиэтла хотела меня убить?

— У них были стальные пули и фотографии — твоя, и зеленоглазого брюнета, думаю, настоящего Тёмного Принца. Гильдия не оставляет в живых тех, кто раскрыл их тайны. Ты это знаешь, но все же поражена. Любопытно, ты действительно думала, что они оставят тебя в покое?

— Я не настолько наивна. Знала, что за мной придут, но полагала, что маги, которые, всё же, больше заинтересованы в моей смерти. Насчет порталов, я видела, как Райдер создает довольно большие, и знаю ещё нескольких, кто может открыть и закрыть их. Знаешь ли ты ещё кого-то, достаточно сильного и способного управлять порталами, открывший и забывший его закрыть?

— Таких много. Для этого нужны знания и глубокое понимание того, как устроены порталы. Тебе нужен кто-то, кто живет в Царстве Фейри и хочет освободиться. Угроза идет изнутри. Гильдия хочет, чтобы фейри ушли. Маги — анархисты, желающие уничтожить фейри. Им не хватает знаний, поэтому они не могли устроить что-то подобное. Они не жили в Царстве Фейри и не знают, как разрушать порталы. Угроза, скорее, среди фейри, действующих у тебя под носом. Что-то внутри того мира хочет вырваться.

— Зашибись, — я раздраженно запрокинула голову и зажмурилась. — А ты знаешь, сколько существ сейчас в том мире? — спросила я, не надеясь услышать ответ.

— Конечно. Но ты ищешь не иголку в стоге сена, а определенную расу существ, способных перемещаться незамеченными, неотъемлемую часть земли. Не у многих есть силы и знания, позволяющие действовать на таком уровне. Вопрос в том, как ты намереваешься сдерживать фейри, желающих проникнуть сюда.

— Это просто. Мы уничтожим всех, кто захочет сбежать, — я злобно улыбнулась. — Просто выпустим зверя и дадим ему разобраться, чтобы все поняли, мы не шутим.

— Ты не думаешь, что это настроит Орду против нового Короля? — он сделал глоток скотча и окинул меня задумчивым взглядом.

— Думаю, они должны понять, что их Король справедлив, но при необходимости может быть жестоким. Это Орда. Они должны слушать своего Короля и преклоняться перед ним. Если же откажутся преклоняться, узнают, что он — долбаный монстр.

— Иногда нужно быть монстром, чтобы править, — согласился он.

— Иногда и монстр может стать героем, — протянула я. Лукьян оторвался от стакана и посмотрел мне в глаза.

— Мы закончили?

— Если она не захочет вернуться в тело Лены, ты отпустишь её? — я внутренне сжалась, ощущая его напряжение.

— Я убил Катарину, чтобы освободить, — его голос был тих и задумчив. — Лена другая; в ней есть то, чего не было в Катарине и она сильна. Если то, что я искал — Лена, невозможно освободить её от того, что пробудится. Люцифер думал, что это в Кендре, и я надеюсь, что он прав. Пока о нём ничего не слышно. Как бы там ни было, стены ещё крепки — и поверь, мы бы поняли, если бы они рухнули.

— То есть Люцифер мог ошибаться, решив, что Кендра — носитель души и печати?

— Он забрал Кендру, потому что его лакеи решили, будто это Лена. Никто не знал, что они близнецы. Ни мы, ни он не знаем точно, есть ли у неё печать. Может быть, поэтому стены еще держатся. Или он застрял между мирами, и ищет дорогу в ад. Он не знал, что именно нужно искать, но знаешь, в чём главная проблема? Мы тоже не знаем!

— То есть это может быть кто угодно из ковена, — я прикусила губу и продолжила с сожалением, — даже Лена.

— Я почти — почти! — готов молиться, чтобы это был кто-то другой.

— Потому что испытываешь что-то к Лене, — заключила я. — Не завидую тебе. Но ты мог убить их всех и всё же нашел в себе силы, пощадить. Я восхищаюсь тобой. Но это повредило карточный домик, и как бы ты не старался, он рассыплется. Я молюсь ради тебя и ради нашего мира, чтобы тебе не пришлось выбирать. Это ужасно, но, буду откровенна, я всегда любила романтические истории. Ты хороший, даже если не хочешь таким быть, и не так жесток, как пытаешься заставить всех думать, а это что-то значит. Не волнуйся, я не скажу никому, даже Райдеру. Грядет война, и надеюсь, ты поможешь нам, когда придет время. Можешь привлечь могущественных союзников, и мы будем в долгу перед тобой за это. С радостью.

— Буду на связи. И когда буду готов, ты достанешь мне то, что я попрошу. — Он отмахнулся от меня, намеренно игнорируя мою просьбу.

— Вообще-то мы не скрепили эту сделку, — я спрыгнула со стола, а он встал, возвышается надо мной. Я видела, как его глаза становятся алыми, пока он решал, не оторвать ли мне голову. — Хорошо, что я честна, — с ухмылкой, я протянула ему руку. — Ох, Лукьян, не каждый настолько туп, чтобы взбесить тебя. Не все хотят тебя использовать, а некоторые даже смеют надеяться видеть союзником. Иногда надо просто доверять тем, кто рядом, — сказала я, сжимая его ладонь. — Завтра мне нужен дядя, и предпочитаю не вмешиваться в твои с ним дела. Прошу, позаботься, чтобы он к обеду был здесь и ушёл безо всяких инцидентов. Если я не приду, значит, решила, что ему небезопасно находиться здесь.

— Охранные чары сняты, и ты могла бы просеяться, почему ты этого не сделала? — он обошел стол.

— Потому что у нас соглашение, и ты ответил на мои вопросы. А ещё у тебя Олден. Ты обещал мне, что не навредишь ему, и я не хочу мешать тебе, сдержать обещание. Повторюсь, не все хотят тебя обмануть. Теперь ты знаешь, что я с уважением отношусь к сделкам. Помни об этом, потому что мне скоро может понадобиться помощь. И я почти готова продать душу, за неё. Почти, — прошептала я, поцеловала его в щёку и исчезла.

Я материализовалась в наших покоях, натыкаясь на хмурого Райдера, к которому медленно направилась.

— Да, знаю, что ты не хотел, чтобы я виделась с Лукьяном, но это было необходимо. А если бы пошёл ты, он бы запросил гораздо больше.

— И что такого, блядь, важного он мог сказать? За что мы теперь должны ему? — бросил он.

— Я думаю, что знаю, как сузить круг подозреваемых, — я пыталась говорить весело.

Его золотистые глаза сверкнули тщательно сдерживаемым гневом:

— Что ты пообещала ему, Питомец?

— Он ещё не сказал, но я почти уверена, что он попросит кое-что из катакомб Гильдии Спокана, — пробормотала я и отвела взгляд. Торговаться с Лукьяном было очень опасно.

Райдер расслабился и притянул меня в объятья.

— Не делай так больше, — промурлыкал он мне на ухо.

— Лукьян не так ужасен, каким его вынуждают быть. Под его броней бьется сердце, и бьется оно ради Лены. Теперь он знает, что мы в курсе его слабости, и понимает, что нам можно доверять.

— Ты рассматривала вариант, что он хочет, чтобы его недооценивали? — он поцеловал меня в лоб и скользнул губами на шею, отчего у меня участился пульс. — Твои родители в оперативном центре с малышами. Пора прощаться.

Глава 4

Я сидела между Мадисон и Дариндой, наблюдая, как небольшая свита, пришедшая забрать малышей, хватала сумки.

— В Кровавом Королевстве мы можем наколдовать что угодно, поверь, сестра! — проворчал хмурый Лиам, взваливая очередную тяжёлую сумку. От того, как легко он назвал меня сестрой, сердце подпрыгнуло.

— Я и не сомневалась, — возразила я, устраиваясь удобнее на полу с детьми.

— Она сама хочет выбирать им наряды. Это вполне нормально. Не так-то просто отпускать своих детей. — Мадисон положила руку на моё плечо в знак поддержки. Возможно, она делала то же самое, когда отсылала меня ради моей безопасности.　- Мы защитим их ценой своих жизней, если понадобится. Мы устроили детскую в самом дальнем крыле дворца, защитили чарами и войти смогут только те, кого вы с Райдером одобрили.

— Они мало спят и не любят, когда их разлучают. А если мальчишки потеряют из виду Калиин, скорее всего, расплачутся, — сказала я, борясь с бурей эмоций в душе. Желудок сжимался, глаза горели от не пролитых слёз. Я хотела схватить детей и не отпускать, но у нас с Райдером было слишком много неотложных дел, и я чувствовала, что мы приняли верное решение. — Кейд любит обниматься, а Зандер всегда хочет, чтобы его кормили первым, — я сглотнула. — И Зандер не любит сидеть на руках. Если его сестру и брата взяли на руки, а его нет, он ревнует и позволяет поднять себя на руки.

— Калиин любит спать посерединке, — добавил Райдер. Он почувствовал, что я вот-вот расплачусь и опустился ко мне. — Кейд не любит купаться, но не возражает, когда не один. Мы купали их вместе, чтобы Кейд не плакал.

— Синтия, — Лиам прижал руки к сердцу. — Они будут жить в любви и безопасности. Со мной самые отважные телохранители и они скорее умрут, чем позволят обидеть тройняшек. Они плоть от плоти моей. Прими мой обет. Мы не позволим никому навредить им.

— Я знаю, тем более, отправляю Кайлена. Он защитит моих детей и присмотрит за ними, как за мной. — Я взглянула на мужчину, молча наблюдающего за моими страданиями. — Я знаю, что ты хочешь остаться, но ты нужен моим детям.

Взгляд зелёных глаз скользнул на меня, темные брови нахмурились:

— Я хочу остаться с тобой и защищать тебя.

— Я знаю, но со мной Райдер и его братья. — Я слабо улыбнулась. — Ты нужен моим детям. Ты дал обет защищать их, и я взываю к твоей клятве. Ты последуешь за ними в Кровавое Королевство и будешь защищать их до последнего вздоха. Никто не знает Фэлана так, как ты, а именно он придет за ними. Ты не потерпишь поражения второй раз, мы оба знаем это. Ты просил прощения за то, что не смог защитить меня. Сейчас ты можешь его заслужить.

— Как пожелаете, моя принцесса, — сказал он, склонив голову в знак согласия, и его светлые волосы скрыли лицо. — Я буду защищать их ради вас, клянусь.

Больше часа прошло, прежде чем я согласилась попрощаться с детьми и ещё больше, чтобы уйти из оперативного центра в тронный зал, где остаток дня мы разбирали жалобы пришедших за справедливостью. Все притворялись, что ничего не изменилось. Даринда и остальные служанки сменялись в детской, Элитная Стража использовала мощные охранные чары, запечатав каждый вход магическими барьерами, чтобы посторонние не могли попасть на жилые этажи. Новая защита была видна всем приходящим во дворец, как будто мы усилили существовавшие чары, ради защитить тройняшек. Всё было хорошо, просто ни я, ни Райдер не могли слушать всех этих вопрошающих с их повседневной ерундой.

— Мой Король? — спросил фейри с грязными каштановыми волосами, вглядываясь в наши лица.

— Повтори, — я попыталась взять себя в руки и выслушать его.

— На нас напали оборотни. Вся деревня и прилегающие фермы полностью разрушены. Они забрали еду, подожгли дома и похитили несколько женщин, — объяснил низший фейри.

— Как ты узнал, что это оборотни? — Я выгнула брови на такое предположение.

— Потому что они обратились в Драконов, а Драконы больше не ходят по земле и не летают в небе. Они все были убиты по приказу Алазандера, — заикаясь, пояснил он и упал на колени. А после затряс головой, как если бы нанёс большую обиду своему Королю.　- Я не хотел проявить неуважение к моему Королю, а лишь рассказал правду. — Я почувствовала напряжение Райдера, когда он услышал про Драконов… или это от произнесённого вслух имени отца? Как бы там ни было, это привлекло моё внимание.

— Говори открыто, — мягко сказал Райдер, — я знаю о поступках моего отца.

— Подожди, Драконы существовали? — перебила я изумленно.

— Тысячи лет они были хозяевами неба в этом мире, — подтвердил Райдер. — Со временем их стало меньше, а несколько веков назад мой отец приказал уничтожить всех, кто остался.

— Он вырезал целую расу? — я не поверила своим ушам. Я думала, главный злодей в истории был Гитлер. Возможно, Алазандер пьёт с ним кофе в аду.

— Алазандер приказал уничтожить всех до единого, даже самок и детёнышей. Никто не выжил. Замок Владыки Дракона был сожжён, и лишь пепел служил мрачным напоминанием о безжалостности Алазандера. Я могу лично засвидетельствовать, что драконов в Царстве Фейри не осталось. Последний из них пал при мне, — пробормотал Райдер.

— Клянусь, мой Король, я видел его своими глазами. Это был дракон, — возразил фейри.

— Хорошо, ты видел Дракона, — вмешалась я, призывая фейри немного успокоиться. — Откуда уверенность, что это не какой-то другой вид оборотней?

— Потому что оборотни, которые умеют прикидываться Драконами могут удержать этот облик недолго, максимум несколько минут, — сообщил фейри.

— Ты следил за ним всё время? — я прищурилась, перебирая варианты. — Мог ли он сменить облик несколько раз, когда ты видел его? Ты не мог находиться близко, раз выжил, а твоя жена пропала. — Или он был тем ещё говнюком.

— Я был далеко, но дракона рассмотреть сумел, — нервно пробормотал он.

— И куда драконы забрали твою жену?.. — Райдер внимательно посмотрел на него. Похоже, у Райдера возникли те же подозрения, что и у меня.

— Хаггис, Сир — он снова поклонился. — Меня зовут Хаггис. Я проследил за ними до портала в мир смертных. Я нашёл лоскуты её платья и другие вещи… и кровь, много крови.

— Какова вероятность, что это был настоящий дракон? — Райдер задумался. — Что если твой отец убил не всех?

— Молись своему богу, чтобы это было не так, потому что если они скрывались сотни лет и размножились, нас ждёт война. А проблем и без них хватает, не хотел бы я добавлять ещё и драконов.

Он замолчал, взглянул на Хаггиса и вздохнул.

— Мои люди проведут расследование и сообщат о наших выводах. Последний вопрос, ты уверен, что они прошли через портал во владения смертных? Может, они хотели, чтобы ты так думал, и поэтому привели тебя туда?

— Наверное, они могли запутать следы, но проходить через порталы запрещено. Я развернулся и пошел прямо сюда, мой Король, — пробормотал он, в тревоге заламывая руки.

— Спасибо за твою честность, мы займемся этим немедленно. — Райдер встал, повернулся к охране, наблюдавшей за ним, и громко сказал: — Приём продолжиться завтра, все прошения будут заслушаны позже.

Я встала, чтобы пойти за Райдером, когда активировались защитные чары. Нас окружила Элитная стража. Низший фейри бросился бежать, а стража перекрыла выход. Райдер повел меня в оперативный центр, двери в который располагались за троном.

— Кто-то вломился на жилые этажи, — прорычал фейри, и у меня внутри все перевернулось, а сердце бешено колотилось. Я повернулась к Райдеру и прорычала в ответ:

— Найди и накажи их! Никакой пощады тем, кто пришёл в наш дом, кто угрожал нашим детям. Пусть их тела висят в бойницах замка, предупреждение любому, кто захочет причинить вред малышам.

— Чёт возьми, — вздохнул Ристан, — тебе идёт кровожадность, Цветочек.

— Знаю, что если пойду я, ты останешься, так что иди, Райдер, я буду ждать здесь с Ристаном, — твердо заявила я, гладя, как его одежда исчезает и зверь предстает передо мной в своей мощи. — Уничтожь их. Оставь трупы как предупреждение каждому, кто посмеет приходить за нашими зверенышами.

Мы с Ристаном, Оливией и несколькими стражниками прошли в оперативный центр. Ристан предложил присесть, но я не хотела. Вместо этого металась по комнате, пока не заметила, что Ристан склонил голову, как будто слушая кого-то. Я тоже прислушалась, но было тихо. Охранные чары в комнате продолжали тревожно пульсировать, и мои силы заглушали способность услышать братьев, переговаривающихся мысленно. Я лелеяла надежду, что когда-нибудь эта способность вернётся.

— В чём дело? — я наклонилась к нему, как будто могла уловить то, что говорили.

— Даринда ранена, но жива. Зарук повёл её к Элирану. Сиара пропала, её нигде не могут найти. Даринда говорит, что её схватили. Мы не можем связаться с ней по ментальному каналу, а Райдер не чувствует её в замке. Браслет со следящими чарами был сорван с её руки, везде следы борьбы и много крови.

— Зачем кому-то похищать Сиару? Разве она не в павильоне? — предположила я.

— Она хотела помочь с новыми охранными чарами, а ещё участвовала в притворной охране детской, и у нас не было причин запрещать ей это. Не с тем количеством охраны, что у нас есть.

— И они ушли? — это было невероятно, учитывая, что во дворце была целая армия. — Как такое возможно?

— Точно не знаю, но Райдер и Зарук отправляются на поиски со всей Элитной Стражей. Только я застрял здесь как какая-то нянь… Ох, — простонал он, и я увидела, как Оливия щипает Ристана с многозначительным взглядом. Демон с невинным видом поднял руки. — Эй, я защищаю вас двоих до их возвращения.

— Как кто-то смог пробраться во дворец незамеченным? — бросила я. — Но возможно они уже были внутри, ожидая возможности нанести удар, — пробормотала я, начиная перебирать все возможные варианты, зная, что Ристан присоединится, если услышит что-то разумное.

— Они действительно могли быть внутри. С тех пор как Райдер взошёл на престол, в замке прибавилось низших фейри, а Сиаре позволили покидать павильон. Она единственная признанная дочь Алазандера, и её освободили вместе со всеми женщинами, несмотря на то, что она могла стать мишенью врагов. В Дальних Землях ещё не узнали о тройняшках, а врагов у нас там полно.

— Умеют ли жители Дальних Земель открывать порталы? — я наблюдала, как он размышляет над этим.

— Всё возможно. Большинство жителей — мирные фермеры и именно поэтому они поселились подальше от замка Орды. От нас сплошные неприятности, хоть мы и стараемся избегать этого. Но в последние лет пятьдесят становится все больше сведений о том, что среди мирных фермеров прячутся враги.

— Где расположены Дальние Земли? — я села в кресло Райдера и знала, что он чувствует моё местоположение. А я хотела поддержать его, придать сил в поисках младшей сестры.

Ристан криво ухмыльнулся и покачал головой:

— Далеко. Их потому и назвали Дальними.

— Умник, — проворчала я, сдавливая виски. — Где жили Драконы?

— Ближе, в замке на самом краю северо-восточных земель Орды. Они и были Ордой, пока отец не уничтожил их.

— Можно как-то узнать, выжили ли они? — я опустила руки на стол и провела пальцем по гербу с именем Райдера.

— Они не выжили. Их преследовали, выкуривали из убежищ и не останавливались, пока не уничтожили каждого, — тихо ответил Ристан, понурив плечи. Он притянул Оливию себе на колени. — Думаю, с тех пор прошло почти шестьсот лет. Владыка Дракон отказался отдать Алазандеру дочь в наложницы. Они слыли гордым народом и, конечно, слышали об ужасах, которые вытворяет отец со своими жёнами и наложницами. Фьюри не хотел такой судьбы для единственной дочери. В попытке спасти, он отправил её Светлому Королю, который обещал защитить девушку. Но солгал. Светлый Король отдал её нашему отцу, который разорвал её на глазах Владыки Дракона, пока Элитная Стража держала Фьюри.

Убив дочь, Алазандер взялся за отца. Он долго пытал его перед смертью, — Ристан закрыл глаза, тень сожаления скользнула по его лицу и он тяжело вздохнул. — Иногда, когда я засыпаю, слышу её крики, смешанные с рёвом Владыки Дракона, который пытается вырваться из нашей хватки. Я до сих пор слышу плач детей, когда их убивали.

Оливия дрожала в руках Ристана, который распахнул свои странно серебристые глаза и посмотрел на меня. — Без Владыки, драконы легко пали и, на самом деле, стали не более чем мифом нашей истории.

— Ну, тогда, — я скривилась, представляя ужас произошедшего с целой расой, — скорее всего он предполагал, что убил всех, а я считаю, что стоит проверить замок. Потому что если они не умерли, то сильно хотят нашей погибели, и я не могу винить их.

— Как и я, но им нужен не Алазандер. Райдер вёл зачистки. В противном случае, Алазандер бы его убил или наказал. Помни, тогда Райдер был наследником. — Взгляд Ристана стал многозначительным.

— Райдер убил их? — прошептала я, и почувствовала тепло трона. — Проклятье, тогда это объясняет, почему он сказал, что они все мертвы.

— У нас тогда не было выбора. Мы не знали, убьёт ли Алазандер Райдера или заставит смотреть, как убивает одного из нас. Тогда и у меня и у Зарука были дорогие нам братья. А Эодан вообще был малышом.

Я прикусила губу, представляя, что пришлось испытать Райдеру, подчиняясь этому ублюдку. Тяжело понять, как он честен и насколько не желал поддаваться злу, которым был его отец. А люди считали его таковым, потому что Алазандер заставлял исполнять убийственные приказы, а если бы Райдер отказался, расплачивались бы те, кто ему был дорог.

— Думаю, чтобы убедиться, нужно сходить в замок, — твёрдо заявила я, наблюдая за тем, как Ристан вжимается в кресло. — Если кто-то выжил, мы должны знать и объяснить им обстоятельства, почему Райдер должен был так поступить. Мы дождёмся, конечно, стражей, но что ещё остаётся? Сиара где-то там и может быть ранена, — выдохнула я, и мысленно приказала себе даже не думать, что уже поздно её спасать.

Глава 5

— Хрена с два, — прорычал Райдер. Сжав руки по бокам, он метался, словно зверь, по комнате. Я вынуждена была встать у него на пути.

— Мы не можем просто стоять и ничего не делать, Райдер! — возразила я, прищуриваясь, когда он впился в меня взглядом. — Не смотри на меня так.

— Мои разведчики прочёсывают Царство вдоль и поперёк, ища Сиару, — отрезал он.

Я крепок обняла его за талию.

— Я тоже боюсь, но Хаггис сказал, что видел дракона. Лишь некоторые перевёртыши могут принимать этот облик не более чем на несколько минут. Не повредит же посмотреть и убедиться? Мы сможем добраться до наступления темноты, а если до этого кто-то найдёт Сиару, мы узнаем, так? — спросила я.

— Я разрушил замок, Синтия. Там не осталось ничего, кроме выжженной земли.

— Я видела, как бездомные спят в картонных коробках.

Он нахмурился и скривил губы, обдумывая мои слова.

— Зачем кому-то жить в коробке?

— Потому что они не могут арендовать жилье. — Я пожал плечами, не желая обсуждать детали того, как люди оказывались бездомными. Райдер все продолжал смотреть. — Когда люди не могут позволить себе оплачивать счета за дом, а приюты переполнены, они оказываются на улице. Иногда люди сами выбирают такой способ жизни. Так что, вынуждены спать во всём, что смогут найти. Слушай, это не главное. Я говорю, разумно, если кто-то выжил, ему вернуться домой. Им там всё знакомо, и неважно насколько разрушен, но, всё же, там их дом.

— Если ты пойдёшь, увидишь, что я с ними сделал, — тихо сказал, почти покрасневший, Райдер. — Не хотел бы я, чтобы ты это вообще когда-то видела.

— Нет, я увижу то, что твой говнюк отец заставил тебя сделать с ними. Тебя вынуждали, шантажируя чьей-то жизнью, и я знаю тебя, Райдер. Знаю, что ты сделаешь всё ради защиты своей семьи.

— Помни об этом, — пробормотал он. — Хорошо, мы пойдём, но ты наденешь доспехи Элитной Стражи, и, раз так настаиваешь на этом безумии, вся Элитная Стража пойдёт с нами.

— Отлично, — согласилась я, наблюдая, как он нахмурился. — О, да ёжкин кот, я не буду спорить. Мы можем столкнуться с Драконами!

— Что на хрен такое «ёжкин кот»? — потребовал он, и я рассмеялась.

— Выражение, — прошептал я, вставая на цыпочки, чтобы поцеловать его.

— Когда мы вернёмся, нам нужно обсудить планы на свадьбу, — пробормотал он. — Сейчас тяжёлое время, и Сиара исчезла. Вероятно, следует отложить свадьбу, но я не могу. Хочу жениться на тебе, и люди должны видеть, как мы продолжаем жить, несмотря на хаос. Им нужно знать, что все в норме.

— Фейри, с нами всё будет хорошо. Даже эти порталы не убьют нас. Мы уже через многое прошли.

*~*~*

Как только я гламуром надела на себя доспехи Элитной Стражи, Райдер накинул мне на плечи лёгкую, почти прозрачную мантию и закрепил её у основания шеи. Эта мантия, словно камуфляж, сливалась с окружением, и в ней было заклинание, чтобы Элитная Стража могла легко выследить меня. Райдер надел такую же, говоря, что так можно и от врага скрыться и легко быть обнаруженным союзниками.

Мы оставили замок Орды с мыслями о загадочном враге, который проник внутрь.

Даринда оправлялась в лазарете у Элирана, и, хотя Зарук этого не признает, я могу сказать, что он беспокоился о ней. Я наткнулась на него, вышагивающего у палаты Даринды. Но он сразу же ушёл, и у меня не было возможности поговорить с ним об этом. Хотя разговор — спорный момент, учитывая, насколько Зарук твердолобый в отношении эмоций и их обсуждений.

Я взглянула на Райдера, который выглядел, как и все остальные, напряжённым, и не без основания, вероятно, или потому что они знали об ужасах, происходивших при правлении Алазандера, или потому что были непосредственными участниками той резни.

Ристан ещё кое-что рассказал о том дне, и с каждым словом мой кофе становился всё безвкуснее.

Даже считая драконов выдумкой, я не допускала мысли, что они слабы и, рассуждая логически, армия фейри должна была проиграть. Но именно драконы были повержены, потому что в своём истинном облике не смогли противостоять тому, что сейчас скрывалось под личиной мужчины-фейри, ехавшего рядом со мной.

Прошли века с тех пор, как кто-то из моих спутников был здесь, поэтому мы взяли огромных боевых коней, Райдер призвал зверя, отчего его глаза были красными. Зарук, Дристан и Эодан, в волчьем обличье, шли впереди, проверяя, нет ли засады.

— Замок будет виден с вершины следующего холма, — угрюмо сообщил Райдер.

— Не слишком-то стратегически выгодная позиция. — Меня поразило, что кто-то мог добраться так далеко пешком. Когда мы взошли на холм, на горизонте, между двумя лунами Царства, возникли обугленные остатки когда-то гордого замка. В центре стояла одинокая, заброшенная статуя, покрытая мхом за века забвения, но в ней все ещё угадывалась фигура дракона.

Спуск с холма был напряжённым. Останки, напоминающие и людей, и драконов, усыпали поле, где когда-то началась битва. Рядом со своими гордыми владельцами лежали мечи, покрытые обломками битвы, которая случилась так давно, что была почти забыта.

Я не ожидала увидеть павших в бою не захороненными. Яркий пример яростно исполненного Райдером приказ Алазандера. Некому было похоронить погибших. Никто не выжил.

Стена замка тоже вся была во мху и, разросшимися в стремлении к солнцу, растениях. Зелень была усыпана яркими цветами. Словно ожившая картинка из книги о средневековье. Прекрасная, покинутая и забытая. Здесь было тихо. Безмолвно, как и мертвецы, усыпающие землю и ставшие её частью. Все было укрыто зеленью, будто земля признаками жизни старалась скрыть произошедшие ужасы. Ни единого движения, тишину нарушали лишь цоканье копыт наших коней.

Мы спешились во дворе, окружённом стенами, которые построили для защиты. Но у них не было шанса против Райдера, который пошёл бы против всех демонов ада, чтобы защитить своих братьев.

Я знала, что Короля Орды может убить только Наследник, но как насчёт самого Наследника? Мог бы кто-то убить Райдера до того, как он стал Королём?

Что если бы Райдер пал в битве с драконами? Волновало ли это его отца? Вероятно, нет. Алазандер, скорее всего, отправил бы следующего сына, чтобы уничтожить всех, кто сражался против него или стоял у него на пути.

Мы не нарушили призрачную тишину двора, и я не смела, издать и звука, пока шла за Райдером вверх по лестнице в замок. Он толкнул дверь, и плечи его поникли под гнетом стыда за то, что произошло здесь.

— Алазандер не оставил тебе выбора, — пробормотала я, нарушая тишину. Его братья, готовые защищать, окружили нас.

— Мне хватило бы сил забрать корону, но я не стал, — ответил Райдер, переступая порог замка.

По каменному полу были рассыпаны кости. Чьи-то останки лежали с воткнутым в грудь оружием, другие погибли, сжимая мечи. Все они настолько древние, что, казалось, стали частью зала, в котором умерли. Это был кошмар, и что бы я ни сказала, Райдер нёс бремя вины на своих плечах. Но самое худшее ожидало в центральном зале. Пол был усыпан крошечными костями, хрустевшими под ногами. Их было так много, что мы не могли не наступать на них.

— Драконы окружили своих детей и убили всех, когда мы пробились во двор замка, — потерянно пробормотал Райдер, взяв меня за руку, и мы продолжили путь в замок.

Свет просачивался через ветхие шторы, освещая ужас обугленных стен и остатки следующей комнаты.

— Что там было? — я повернулась, чтобы разглядеть маленькие обугленные силуэты на полу.

— Молодняк. Дети. Почти четверть — совсем малыши. Они сожгли их драконьим огнём. Решили, что лучше самим убить детей, чем позволить нам добраться до них.

— Это не твоя вина, — мягко возразила я и спросила, указав на руины. — Ты поэтому приводил меня сюда? Я помню, твои слова: это место — напоминание о том, что происходит, когда мы нарушаем законы этого мира. Ещё ты рассказывал о том, что здесь произошло. — Я глубоко вдохнула, части головоломки встали на свои места. — Господи, ты рассказывал, что когда унаследовал метки Наследника, проявились образы драконов. Это было за века до того, как тебя заставили… убить своих сородичей, — я говорила все тише, увидев боль в его глазах. — Тот рисунок на песке — два взрослых дракона и три малыша… это ты пытался передать то, что случилось с ними мне и нашими детям. Это была вина, точнее, твоя вина. Ты понимаешь, что настоящие изверги — каким ты себя считаешь — никогда не возвращаются, чтобы захоронить тех, кому причинили вред? Им безразличны смерти и они уж точно не возвращаются, чтобы почтить тех, кто давно уже мёртв.

— Взгляни на их прах, Синтия, и скажи, что не изверг решил их судьбу. Что не изверг вынудил их сделать это, — потребовал он. Я посмотрела на останки и к горлу подступила желчь. Пошатнувшись, я отпустила руку Райдера и зажала рот, но подавила рвоту и покачала головой. Они убили собственных детей, чтобы защитить их. — Я предупреждал, что я — монстр, — тихо сказал он и отвёл глаза.

— У тебя не было выбора. Монстры уж точно сами выбирают свой путь, но ты не такой. Это дело рук твоего отца, а ты лишь стал его орудием, — пробормотала я. — Я не виню тебя, и хватит пытаться заставлять меня, тебя во всём винить, фейри. В моём мире, в месте под названием Окинава во время Второй мировой войны случилось нечто похожее. Война это грязь, и в любой войне больше всего страдают невинные. Вина лежит на том, кто отдал приказ, а не на солдатах, которые были вынуждены его исполнять.

— Я виню себя, — пробормотал он. — Они, бляха, винят меня.

— Они мертвы, а мёртвые не ненавидят и не винят, они безразличны к этому. Уверена, они выбрали лучший, из всех возможных, вариант, и решили лишить жизней детей на своих условиях. Кто знает, что ваш отец с ними сделал бы или потребовал сделать вас? — заметила я. — Так что, возможно, они поступили правильно, по крайней мере, они не страдали.

— Они сожгли их, Синтия, — пробормотал Ристан, с другой стороны комнаты.

— Да, но разве это не лучше неоднократных побоев, или ужасающего приказа какого-то чокнутого кретина с невероятной силой, который не подарит избавление в виде смерти? Всегда есть что-то хуже. Всегда, — прорычала я. — Откуда вам знать, может, он держал бы их в качестве домашних животных? Да, я знаю, что он делал так со своими заключёнными, и что сделал с моим братом. Знаю, на что Райдер пошёл ради защиты тебя и других. Райдер не похож на вашего отца… и никогда не будет похож на него.

— В одной из комнат были убиты женщины, — пустым голосом проговорил Райдер, и вздрогнул, будто вернулся в тот день. — Некоторые ужаснее других.

Я не хотела этого видеть. Я уже поняла по костям солдат, насколько жестокая была схватка, и могла представить зверства с невинными женщинами. Кости рассказывают историю, которую живые могут попытаться собрать воедино и понять. Меня затошнило от того, что кто-то мог так умереть. Райдер был пешкой, которую использовал изверг, угрожающий его семье. Сила этого монстра была не больше, чем у мёртвых, которые теперь, давно забытые и покрытые мхом и пылью, лежали на этом полу.

Райдер открыл дверь, и в воздух взметнулась пыль. Мы задержали дыхание, готовясь увидеть ужасы. Я вошла внутрь и остановилась. Тут было чисто, и зажжённые свечи, насыщали воздух запахом расплавленного воска, который скатывался на, недавно отполированную, поверхность пианино.

— Как в долбаный «Балбесах»[1], - прошептал Ристан, беря меня за руку.

— Что ты делаешь? — зашипела я.

— Мне страшно. Держи меня за руку, Цветочек, — нахмурился он, сдерживая улыбку.

— Здесь всё не так, как при последней осаде, — прорычал Райдер, осмотрев комнату, после чего повернулся ко мне.

— Это не означает, что Драконы выжили. Помнишь, я рассказывала о бездомных? Может, кто-то другой переехал сюда, решив, что здесь безопасно, — предположила я.

Ристан поднял, с недавно отполированного стола, медальон и поднёс к свету. На медальоне был изображён двуглавый дракон. Я каким-то образом сумела подавить, рвущийся наружу, стон. — Они, может, думали, что здесь офигенно жить, — предположила я, как заправский мастер по предположениям. — Ты забыл свои слова? Доказательств нет. В Царстве Фейри может быть всё, что угодно. Не верь, пока не увидишь это своими глазами.

Хаггис, скорей всего, не видел дракона; он трусливо побежал, спасая свою задницу. Если бы схватили мою жену, я бы побежала за ними, но не стала останавливать, пока не узнала бы, куда, черт возьми, её забрали.

— М-м-м сексуально, Цветочек, — протянул Ристан с дьявольской усмешкой.

— Завали демон, — предупредила я, изучая стены на предмет другого входа. — В эту комнату есть другой путь. Кто-то был здесь недавно, и никто не мог пройти через эту дверь, не будучи замеченным, — пояснила я, когда мужчины вопросительно посмотрели на меня. — Дверь была нетронута, пока мы не открыли её. Должен быть другой вход.

— Она дело говорит, — согласился Эодан. — Кому-то очень нравятся оружие и ведение боя высшими фейри, — продолжил он, поднимая тяжёлые тома, лежащие на полу рядом с грязным тюфяком.

— Вероятно, кто-то изучал, как уничтожить нас, ища возмездия, — добавил Райдер, глядя на меня. — Нам нужно вернуть тебя в замок.

— Я никуда не пойду, — прорычала я. — Слушай, я знаю, что ты скрываешь в прошлом много дерьма, и понимаю, на что подписываюсь. Я не слабачка, которую нужно защищать, фейри. Нужна защита от меня. Потому что я — богиня и испепелю всех, кто хочет навредить моему будущему мужу. Ясно?

— Где мне подписаться, чтобы получить такую же женщину? — подмигнул Эодан.

Я приступила к поиску секретного прохода, когда в комнате раздался шум. Вся Элитная Стража тут же встала в стойки. Райдер пихнул меня себе за спину и вытащил оружие, пока мы ждали, чтобы узнать, кто вошёл. Щелкающие звуки продолжались, и к нему добавился скрежет камня о камень. Никто не дышал, ни издавал и звука, пока свежий ветер не заполнил комнату. Райдер расслабился, а я выглянула из-за его спины и увидела Зарука, выходящего из скрытого дверного проёма.

— Я пошёл за свежим ароматом из леса в туннель у берега. Под замком есть пещера, ведущая в подземелья, — объявил он, когда все вернули оружие в ножны. — Вероятно, отходной путь на случай осады, — продолжил он и кинул сочувственный взгляд на Райдера. — Жаль, что они не использовали его, когда мы пришли.

— Они не могли им воспользоваться. Мы их окружили и послали солдат на берег. Туннель тоже обыскали, чтобы убедиться, что никто не выжил, — пояснил Райдер.

— Кто-то все ещё здесь, или кто-то выжил и замышляет месть, — прорычал Зарук, игнорируя вину в голосе Райдера.

Между ними была связь, которую я никогда не смогу понять, но знала, что если Райдер что-то чувствовал, его братья точно знали что.

— Тебе нужно кое-что увидеть.

Мы последовали за ним по извилистой тропе, ведущей в недра замка. В лезвии моего меча, лёгкого, несмотря на то, что выкован из железа, отражался свет факелов.

— Драконы были фейри, верно? — спросила я.

— Да, — подтвердил Эодан.

— Зачем фейри делать оружие из железа?

— Их не фейри делают, а маги или другие враги, — прорычал Райдер.

— Я думаю, мы наткнулись на запас оружия для предстоящей войны, — мрачно улыбнулась я. — Может, уничтожим его?

— Нет, замените металлом, чтобы вес был такой же, — приказал Райдер. — Пусть придут к нам с оружием, которое не причинит того вреда, которое могло бы железо. Пусть думают, что они в безопасности. По крайней мере, теперь зная об оружии, мы сможем следить за ними. Давайте выясним, куда ведёт этот туннель.

Глава 6

Проходили дни, и с каждым мгновением я всё больше и больше скучала по детям. Я не могла подвергать их опасности, и с приближением войны, не осмеливалась улизнуть, чтобы увидеть их. Я боялась за фейри, и за людей, которые стали их жертвами.

Влад принёс нам новости об убийствах людей, которые он и Эдриан расследовали и считали убийцами фейри. Случаи, когда люди становятся ЗПФ, увеличивались с тревожными темпами.

И в клубах было полно фейри, которые легко проникали в мир людей, где у них под рукой неограниченное количество еды и развлечений.

Всё быстро выходило из-под контроля, поэтому я и половина Элитной Стражи стояли перед гильдией Спокана. Я через Влада отправила сообщение Лукьяну, отменив встречу с Олденом, не желая приводить его сюда.

Я чувствовал взгляды Наёмников, и знала, что они не будут нападать на нас здесь и сейчас, но это не означало, что я не нападу в случае угрозы. А в таком случае Олден оказался бы меж двух огней.

— Сколько? — спросила я, не утруждаясь повернуть голову, когда вернулся Эдриан.

— Пять или больше, но не похоже, что они собрались нападать, — подтвердил Эдриан, поравнявшись со мной. — Я никого из них не знаю. И дольше тебя тут не был и не видел последнюю группу Наёмников, вступившую в ряды Гильдии.

— Они не станут здесь нападать, иначе будут разоблачены, и у нас есть преимущество. Тем более, здесь много посторонних. Сейчас они уверены лишь в том, что мы можем убить их.

Мы превосходим их по количеству, а ещё на нашей стороне элемент неожиданности, и они это понимают. А ещё я удостоверилась, что любой, кто пройдёт по лей-линии, должен натолкнуться на нас. Так они не смогут призвать кого-то сильного.

— Отправила сообщение? — спросил он, покосившись на меня.

— Всё или ничего, верно? Мы здесь руководим, и они должны понять, что вмешиваться не стоит. Могут прямо сейчас уйти или умереть. Или сразиться со мной. — Я изумлённо моргнула, когда Райдер материализовался передо мной. — Всё под контролем?

— Как и прежде, полная херня. Не только Лукьян пытался туда попасть. Судя по всему, несколько заинтересованных сторон, пытались проникнуть за охранные чары, — ответил он, смотря через моё плечо, вероятно, в сторону наёмников Гильдии.

— Не обращай на них внимания, они просто любопытные маленькие обезьяны, которые приходят подслушать, — улыбнулась я.

— Мы их не знаем, а мне не нравятся те, кого я не знаю… как и сюрпризы, — прорычал он, подходя ближе и кидая раздражённый взгляд то на меня, то на Эдриана.

— Фейри, веди себя хорошо, мы на их территории. Нелегко смотреть, как мы её отбираем.

— Они идут, — предупредил он, и я кинула взгляд через плечо.

— А у них есть яйца. Я под впечатлением. — Я подарила им нахальную ухмылку, надеясь, что они знают как себя вести, ведь Райдер мог лишь силой мысли стереть их с лица Земли. Я повернулась, скрестила руки и ждала.

— Вы должны уйти отсюда; фейри не имеют права находиться внутри Гильдии, — крикнул лидер, достаточно приблизившись. Ему было тридцать с чем-то, блондин с голубыми глазами, весь такой милый, но с явной силой, которая может нанести серьёзные раны… только не нам.

— Нет? — возразила я.

— Нет, разворачивайтесь и убирайтесь из нашего мира, — отрезал он.

Я не мешкала, кинулась к нему и заломила ему руку за спину, прижимая к его шее нож. Затем посмотрела на других с решительной ухмылкой.

— Я никого из вас не знаю, так что вы не из этой гильдии и не имеете права указывать здесь.

Я — Синтия, рождённая фейри, но выросшая в этой Гильдии. Я может, не имею право находиться здесь по законам Гильдии, но эта Гильдия — моя. Если хотите забрать её у меня, то вам нужно больше, чем эта шайка Наёмников, потому что у меня за спиной вся Орда и фейри.

Я многозначительно посмотрела на каждого.

— Эта Гильдия — объединённая, и пока мы не хотим начинать войны, я буду за неё бороться. Я собственноручно разрушу каждую Гильдию на планете, чтобы спасти эту. Так что, надеюсь, когда ты вернёшься к Старейшинам, обязательно передашь им, что мы фейри.

И что мы не хотим войны, но если вы попробуете нас остановить, мы её начнём… и не сомневайся, мы победим. Мы пришли остановить тех, кто питается от людей, против воли.

Однако мы больше не позволим вам публично убивать фейри на лестницах Гильдий, чтобы породить враждебность и ненависть между фейри и людьми. Вам повезло, что я не потребовала возмездия за тех, кого казнила Гильдия Сиэтла.

Сегодня я тебя отпущу, но этого не повторится. Гильдия должна искоренить свои проблемы. Любые попытки вмешаться в наше дело будут расцениваться, как нападение, и мы, не колеблясь, будем мстить.

Теперь, вали, и на твоём месте, я бы побежала, — прорычала я и оттолкнула Наёмника, который тут же развернулся ко мне. Я даже не дрогнула.

— Тебе это с рук не сойдёт, — отрезал он, а я холодно улыбнулась.

Я позволила силе окружить наёмника, почувствовав момент, когда фейри за мной присоединились. Воздух начал потрескивать, пока Райдер не добавил своей силы, отчего все фонари в округе взорвались.

У машин заработали сигнализации, а воздух наполнился запахом озона. Я так скучала по уникальной силе Райдера, которая так манила. Его сила скользнула по мне, и волоски на руках встали дыбом от грубого напряжения.

Я добавила своей силы, чтобы сравняться с его, и стёкла ближайших домов и машин разбились, осыпав нас осколками.

— Чересчур? — спросила я у Райкера, притворяясь невинной и не обращая внимания на бледные лица Наёмников.

— Ну, только немного. Чуть убавь и повтори, — проговорил Эдриан, засмеялся и подмигнул мне.

— Нам придётся заплатить за разбитые стёкла. — Я поморщилась.

— Мы оставим записку с контактами, — предложил он.

— О, давайте скажем людям выставить счёт Гильдии… Их Гильдии, не нашей. Я бы не хотела начинать с долгов… да и они нам задолжали.

— Что ты такое? — прокричал Наёмник, отвлекая меня от шуток с Эдрианом.

— То, что ты даже в самом страшном кошмаре не увидишь, — прорычала я. Эдриан рассмеялся. — Опять чересчур, да? Блин, я так давно хотела это сказать. — Ладно, я могла позволить себе подурачиться.

— А если серьёзно, мы — Орда. Знаешь те, о которых шёпотом рассказывали на истории Гильдии. Те, о которых ты ничего не знаешь, потому что, как предполагается, Король Орды исчез.

Так вот, я его нашла, и он с удовольствием поможет мне управлять этой Гильдией. И, пожалуйста, когда будешь отчитываться за провал, не забудь сказать, что зад тебе надрала Синтия МакКенна, чьи друзья помогут восстановить эту Гильдию, которая будет принадлежать фейри. А теперь, беги.

Они смирно стояли, смотря на нас, просчитывая лучшие ходы. Я топала ногой, гадая, где, чёрт подери, они нашли эту группу.

— Эдриан, сколько нужно оставить в живых, чтобы передать послание Гильдии?

— Одного. — Он холодно улыбнулся, после чего, они развернулись и стремглав побежали прочь.

— Питомец, они скоро вернуться, — проговорил Райдер.

— Так и было задумано. — Я улыбнулась, а затем нахмурилась, окинув взглядом Гильдию. — Давай проверим повреждения.

— Проказница, — улыбнулся Райдер, затем склонил голову и прищурился. А когда выпрямился, выглядел взбудораженным.

— В чём дело? — спросила я.

— Мы нашли след Сиары, — тихо ответил он и нахмурился.

— Иди, — проговорила я, встала на цыпочки и поцеловала Райдера. — Найди её и верни домой к семье. Я останусь и со всем разберусь.

— Я тебя не оставлю, — начал спорить он.

— Фейри, я не одна, со мной Адам, Эдриан и Влад. Со мной всё будет хорошо. Бери Ристана и Зарука с собой, — ответила я. — Твои люди уже убедились, что мне здесь безопасно, и обыскали каждый сантиметр катакомб. Я справлюсь, а ты иди и найди сестру. — Я вновь его поцеловала.

— Никто не говорил, что будет легко, но опять же, оно того стоит. Мы нужны обоим мирам. — Я улыбнулась и прижала ладони к его груди. — И твоему и моему, помнишь? Мы не можем днями напролёт придаваться унынию. Я разберусь с восстановлением Гильдии, а ты найди Сиару.

— Лучше тебе просеяться отсюда при малейшем признаке опасности, женщина, — прорычал он, целуя меня в лоб. — Я хочу, чтобы ты вернулась сегодня домой… детей нет, и я планирую тебя растлевать.

— Растлевать? Как угрожающе, — дразнила я.

— Господи, — пробормотал Адам в притворном отвращении, но улыбаясь мне глазами.

— Влад. — Райдер недвусмысленно посмотрел на вампира. — Она не отходит от тебя, — добавил он, сплетая наши пальцы и поднося мои к своему рту. — И ни при каких обстоятельствах не исчезает из поля твоего зрения.

— Мне не нужна сиделка, — возразила я, отдёргивая руку и упирая её в бок. — Я взрослая женщина.

— Ведьма, я только вернул тебя, и не стану рисковать вновь потерять, — он рассмеялся, подмигнул и просеялся, прежде чем я смогла продолжить спор.

Глава 7

Внутренняя часть Гильдии оказалась в том же состоянии, что и в последний раз, когда мы здесь убирали. Кучи мусора загромождали пол, и тонкий слой пыли лежал везде. У меня скрутило живот, и душа заболела от увиденного хаоса. То, что когда-то было гордой, сильной крепостью и убежищем для отбросов общества и сирот, стало не чем иным, как жалкой грудой развалин. Я провела большую часть жизни здесь, в этих стенах, думая, что я часть этого места. Эта Гильдия была частью меня. И её развал, ну, как нож в сердце.

— Тяжело видеть всё это, — тихо проговорил Адам, оглядывая обломки. Из-за необычайно жаркой для Спокана весны, его тёмные, густые волосы прилипли ко лбу. В его изумрудно-лаймового цвета глазах плескалось сожаление. Неважно, чем мы стали; это место было и всегда будет частью нас. — Не знаю, почему ты хочешь даже беспокоиться об этом.

— Здесь был наш дом, Адам. Мы не можем оставить его в таком виде, — пробормотала я. Он уже был здесь после разрушения, все мы были, и видели, что предстоит делать. Чтобы отстроить это место и распахнуть двери понадобиться много времени, но теперь больше, чем когда-либо, это было необходимо. — Влад сказал, что на прошлой неделе Гильдия Сиэтла отказала двум сиротам. Боюсь, это из-за нас, когда-то и мы были сиротами, которые оказались фейри вместо ведьм. Из-за нас они отказываются от сирот. На данный момент те находятся в приёмных семьях, и ты знаешь, что из этого ничего не выйдет. Поэтому я хочу, чтобы Гильдия вновь работала, по крайней мере, настолько, чтобы мы могли взять тех, кого Гильдия отвергает, и как можно скорее. Этот мир на грани захвата. Тут и там открываются и расширяются порталы, и кто-то должен стоять между людьми и фейри. Мы можем вновь спасти людей, — прошептала я с волнением. — Разве ты не скучаешь по этому? — Я скучала. Скучала по ощущениям от охоты и миссий по спасению невинных.

— Скучаю, — решительно кивнул Адам, соглашаясь со мной. — Но у меня полно другого дерьма, Син. Даже в самых смелых мечтах, я не думал, что заполучу обязанности перед целой расой, не говоря уже о том, что нужно найти Светлую Наследницу.

— И что ты планируешь с ней делать, когда найдёшь? — Раз уж он поднял эту тему, мне было любопытно узнать.

— Трахну её, — проворчал он уныло. — И заделаю наследника.

— Что-что? — Я закашлялась, чтобы скрыть шок от его слов и утомлённого тона.

— Ты слышала меня, — тихо пробормотал он.

— И всё? Она станет лишь утробой, вынесшей ребёнка из пророчества? — Я повернулась, внимательно наблюдая за ним.

— Да. Для меня она будет только ей. Я сделаю всё необходимое, чтобы получить наследника, но не думай, что полюблю саму девушку. У меня была любовь всей моей жизни, и я потерял её, — огрызнулся он, и посмотрел на меня с открытым вызовом в, сверкающих зелёных глазах. Он хотел, чтобы я начала спор, но не из-за злости, а от боли.

Передо мной уже не тот Адам, которого я знала, как саму себя. Тот был беззаботным, всегда улыбчивым и шутящим. Он был семьёй… Был до тех пор, пока я не умерла и не переродилась богиней. Этот Адам после смерти Лариссы, после Перехода, после потери всего, что знал и понимал. И он другой, настолько, что рядом с ним приходилось быть ниже травы, тише воды. У меня в голове мелькнула тревожная мысль. Поэтому ли Адам был так равнодушен в вопросе женитьбы на мне, думая, что я Светлая Наследница? Потому что это был лишь способ выполнить возложенные на него обязательства?

И не вынудить кого-то полюбить себя или не чувствовать, что предаёт Лариссу? Нам было спокойно друг с другом, но между нами не существовало душераздирающей любви, и Адам знал, что я не ожидаю этого от него.

— Мы оба потеряли её, Адам. И оба любили, — прошептала я, склонив голову и хмурясь на то, как его кадык дёргается от волнения. — Это нормально снова любить кого-то; ты знаешь, она желала бы этого. Лариса никогда не была эгоисткой, и она не хотела бы, чтобы ты жил без любви. Она ожидала, что мы отпустим её, даже попросила нас об этом, а мы всё ещё не можем.

— Я не могу, конец дискуссии.

Я смотрела, вслед Адаму, шедшему сжимая кулаки от скорби. Вместо того чтобы смириться и отпустить, он застрял в гневе. Кир рассказывал, что Адам ненасытно кормился, наплевав на то, кто перед ним. Фейри, которые предпочитали питаться от боли, как правило, тяготели к Адаму, некоторые, постоянно крутившиеся вокруг него, говорили только о том, сколько в нём боли. Мне хотелось схватить его и хорошенько встряхнуть, но это не излечит от горя. Каждый переживает по-разному.

— Он страдает, — пробормотал Влад, мой молчаливый телохранитель.

— Знаю, но, в конце концов, он должен отпустить её. — Я повернулась к Владу, но заметив, как пристально он на меня смотрел, быстро сменила тему. — Строитель здесь?

— Ты тоже должна отпустить её, — мягко заметил он, отказываясь так просто отступить. — Строитель здесь, тебе не понравится что он, но тебя впечатлит, что он может сделать.

Я покосилась на Влада и нахмурилась на его загадочную формулировку, пока мы шли дальше по руинам Гильдии. Он кивнул на сломанную лестницу, ведущую в библиотеку, и я подавила стон, когда моя «свита» медленно двигалась к ней. Уже у неё, Влад просеял нас, не дождавшись, что это сделаю я. Всегда такой джентльмен, он расчистил дорогу от обломков и отпустил мою руку, когда мы прошли через чары фейри.

— Я слышу, как быстро колотится твоё сердце, Син, — протянул Влад с ухмылкой.

— Кровосос — прошипела я с соблазнительной улыбкой на губах.

— Несомненно, красавица, — Добродушно улыбаясь, он предложил мне взять его под руку, я согласилась, и мы спокойно начали обходить обломки. Фейри укрепили потолки, когда мы были здесь в последний раз, так что нас не завалит.

Я потерялась в мыслях о том, что ещё предстоит сделать для реконструкции, что, когда мы завернули за угол, не сразу заметила чудище. Я застыла, ненависть и отвращение скрутили живот, вызвав приступ тошноты. Эдриан и Адам тоже напряглись, каждый потянулся за оружием, но остановились, потому что Влад приветственно махнул монстру, который наблюдал за нами с насторожённостью в гротескных чертах.

— Всё в порядке, — заверил нас Влад. — Он на нашей стороне. Пока.

Чудовище посмотрело на меня. Сероватая кожа свободно обтягивала кости. Череп был практически голым, лишь в паре мест пучки жирных волос прилизаны к голове. Он улыбнулся, показывая ряды острых, коричнево-жёлтых зубов, между которых застряли кусочки недавно убитого. Во впалых глазах была видна насмешка, на то, как я яростно глотала, сдерживая в желудке ланч.

Адам и Эдриан смотрели на меня, ожидая приказа, пока мы медленно, и осторожно приближались. Их инстинкты отражали мои, и Адам подошёл вплотную ко мне, всё такой же бдительный и стремящийся защитить меня, как и до того, как мы стали фейри.

Мы годами охотились и убивали монстров вроде этого, избавляя людей от угрозы этих тварей.

— Господи, — зарычал Адам, сжав рукоять меча, а затем выдал тираду красочных выражений. Воздух в комнате искрил от напряжения из-за молчаливой необходимости убить монстра, и оно было таким густым, что его можно было разрезать ножом.

Адам был со мной, когда я впервые зарубила одного из этих тварей. В Царстве Фейри их называли Fiacla an éadóchais (ирл. зубастое отчаяние), но у нас в Гильдии иначе — сгнившие трупы, потому что для человека они пахли дождём и розами — этот запах маскировал вонь гниющей плоти — и, если они долго не питались плотью, то вскоре сами усыхали до смерти. Зубы, которые он облизывал, наблюдая за нами, могли отделять плоть от кости с почти хирургической точностью, и пока с людей снимали плоть, они не чувствовали ничего, кроме сильнейшего удовольствия — благодаря иглообразным заусенцам, торчащим из пальцев монстров — и видели перед собой лишь прекрасное создание. Такую тактику использовали эти существа, чтобы не привлекать ненужного внимания во время кормления. Тем не менее, большинство из тех, с которыми нам пришлось столкнуться, наслаждались криками жертв и лакомились ужасом, который сковал их от осознания участи. Когда мы уничтожали последнего встреченного нами, тот убивал ребёнка, которому не было и пяти. Нам не терпелось грохнуть его и тем самым спасти пару тройку людей в будущем.

— Это Сор, и он строитель, — представил Влад твёрдо и перевёл взгляд с меня на существо.

— Сор, серьёзно? — рыкнула я, сопротивляясь желанию перепрыгнуть через стол, который стоял между нами, и убить монстра. Этим тварям не место в нашем мире.

— Синтия, он может построить то, что нужно нам за пару дней, а не месяцев. Если попросим, он уже за эту неделю реконструирует Гильдию, — пояснил Влад. Сор на очень коротком поводке Короля Орды — одна ошибка, и Райдер его прибьёт.

— Она красивая, нужно её попробовать, — прошипело существо, начав обходить стол, но замерло, когда все потянулись за орудием. Я сморщилась, посмотрев на его обнажённое тело. Член болтался между ног, кожа которых свисала с костей.

— Сор, если хочешь и дальше дышать, лучше не засматривайся на невесту Короля Орды. А теперь, надень что-нибудь, пока я тебе не отрезал никчёмный причиндал, — предупредил Влад голосом, пронизанным обещанием смерти.

— Жаль, у такой плоти был бы райский вкус, — мерзко просипел Сор. — Я изменяю условия сделки, её вместо той. — Существо кивнуло, отчего кожа пошла волнами и ещё больше отлипла от костей. Оно было выше двух метров, и с интересом смотрело на меня. Я не двигалась и не осмеливалась проявить хоть каплю слабости, потому что существо могло двигаться молниеносно, и я сомневалась, что оно оставит мне жизнь. Хотя, я стояла в окружении натренированных убийц, и существу вряд ли удастся подобраться ко мне ближе, чем на полметра, прежде чем они отправят его в ад.

— Сор, я могу найти другого строителя, который реконструирует здание, и доставит меньше проблем, протянул Влад, с блеском ярости в глазах.

— Я выбираю жизнь, — прошипело оно. — И Лейлу. — Он улыбнулся, показав ещё больше острых зубов.

— Лейлу? — спросила я, смотря на Влада. Ни за что я не отдам этой твари кого-то.

— Лейле семнадцать лет и она умирает от редкого и неизлечимого заболевания крови. Ей очень больно, а так, по крайней мере, умереть она сможет безболезненно, — пояснил Влад. — Она хочет уйти из мира на своих условиях, и я заключил сделку от лица Новой Гильдии.

— Она хочет умереть от его… рук? — я подавила тошноту. Некоторых людей не спасти от их желаний или глупости. Этот урок я уже давно выучила.

— Она умирает, и обратилась к нам, чтобы фейри её забрали, — смотря мне в глаза, объяснил Влад. — Фейри не могут помочь её беде, она может пойти в Царство, но и там будет болеть и однажды умрёт. Мы пытались её изменить, но её кровь настолько опасна, что едва не погубила вампира. Сор жаждет вкуса человеческой плоти и осознает риск, который представляет для нас, и потенциально для него, её кровь. А ещё понимает, что Гильдия сделает с ним, если поймает на акте наслаждения «Пудингом из человеченки», поэтому готов рискнуть. Синтия, веришь или нет, но это самый лучший вариант из всех возможных для того, чтобы в кратчайшие сроки восстановить и открыть Гильдию.

Я посмотрела на Эдриана, который кивнул, но не ради подтверждения слов Влада, хотя вампир, вероятно так и подумал. На самом деле, я давала Эдриану понять, что когда всё закончиться, убью эту тварь. Ни за какие коврижки я не дам крови этой девочки выполнить мою работу и не отдам Лейлу Сору. Если она хочет умереть, стоит попробовать узнать у Элирана, нет ли более гуманного способа.

Я мимолётно посмотрела Адаму в глаза, понимая, что его мысли вторят моим, пока в комнате всё сгущался аромат роз. Когда я вновь посмотрела на зубастое отчаяние, меня затошнило сильнее.

— Сор, спрячь член и веди себя так, словно хочешь жить, — прошипел Эдриан, вытаскивая кинжал и кладя его на стол. — Это последнее предупреждение.

Что-то мерзкое потекло с губ существа, когда он улыбнулся Эдриану, а затем магией завернул себя в одежду. И после этого в комнате вновь завоняло гнилью и плесенью, намного лучше, чем альтернатива.

Уперев руки в стол, я окинула чудище ледяным взглядом и накрыла комнату своей силой, заставляя тонкие волоски существа встать дыбом от статического напряжения. Меня прикрывали молчаливые Адам и Влад, пока я показывала силу, чтобы пресечь любые выходки монстра на корню.

— Покажи мне план или ты мне не нужен, — мягко, без капли, испытываемой, ненависти в голосе, проговорила я и продолжила смотреть на тварь, которая мёртвыми глазами наблюдала за мной, заполняющей комнату силой, пока воздух не стал искрить от неё.

— Не смешно, — отрезало существо, отодвигая бумаги и растопыривая пальцы, между которыми появилась 3D модель здания. И когда Сор сильнее растягивал пальцы, модель увеличивалась, как тянучка. — Разработано стратегически, как просил Король, — зашипело существо. — Линии здесь — наполненные магией заклинания, которые будут охранять стены и двери. — 3D модель Гильдии пульсировала магией, демонстрируя под потолками зелёные линии. Вероятно, как я подумала, в них крылись защитные чары.

Чем больше я смотрела, тем больше замечала, что за основу взята планировка прежней Гильдии, с небольшими изменениями для лучшей функциональности.

— Двери будут предупреждать тех, кто внутри, о намерениях тех, кто входит. Чары над входом будут менять цвет. Вместо того чтобы поставить защиту на вход, мы растянем её на всю стену. — Существо указало на перегородку.　- Раньше были недостатки, теперь же всё исправлено. Здание будет охраняться ещё и магическим барьером. — Сор стиснул пальцы, а затем вновь растопырил, чтобы увеличить модель и показать план каждого этажа и больше деталей. — В этой части здания люди смогут контролировать, что именно за существо пришло. — Сор указал на несколько закрытых комнат. — В стене каждой комнаты будет запасной выход, на случай, если чары подведут. Король сказал, что больше всего внимания нужно уделить защите тех, кто управляет Гильдией, студентов и проживающих.

— А как направить магию непосредственно в чары? — спросила я. В ответ существо сдвинуло пальцы к арке, показывая пурпурную линию, идущую из катакомб под нами. — Чары нужны для того, чтобы отфильтровать или остановить тех, у кого нет доступа в Гильдию. Их обычно ставит сильный колдун, но, если нет надёжного источника силы, они могут отключиться.

— Под нами лежит первоисточник силы, — ответило существо, пристально смотря на меня. — Здание стоит на лей-линии, у которой хватит сил питать весь город, если возникнет необходимость.

Я сглотнула, смотря на зубастое отчаяние, которое знало, что здание стояло на лей-линии, а значит, чувствовало силу, пульсирующую в стенах и руинах Гильдии. Не многие существа могли это чувствовать, а значит, Сор мог подпитываться от них. Существа, способные коснуться лей-линий, всегда знали их местоположения, что очень помогало, когда тебе угрожали смертью. Я не знала, что этот вид на такое способен, теперь буду знать.

— Продолжай, — тихо сказала я, хотя ни секунды дольше не могла стерпеть его.

— Линиями можно управлять и с магией, проходящей по зданию, тебе хватит силы сделать, что пожелаешь. Если свет в городе потухнет, Гильдия будет сверкать, как маяк. Вход в катакомбы стал проблемой, и мы решили сделать из него лабиринт комнат, которые будут перемещаться согласно установленному таймеру. Лишь те, у кого высший чин смогут зайти в те комнаты или открыть в них двери. Уйдёт время на то, чтобы выстроить распорядок, но твои враги не вычислят того, что кроется в Гильдии. Самое сложное — жилые помещения, их доступ на твоей совести. Влад сказал, что важнее защищать тех, кто живёт в Гильдии. Я построю её так, чтобы она, словно тату, читала метки. Чтобы могла предупредить тебя о том, что вошёл тот, кто не должен и нейтрализовать врага, вошедшего без права.

— Нейтрализовать? — уточнила я, наблюдая, как он поднял мёртвые глаза от 3D модели.

— Обездвижит и сделает так, что нарушитель никому не сможет навредить, пока кто-нибудь не заберёт его. Фейри нужно несколько секунд, чтобы убить жертву, поэтому в жилых помещениях будет работать нейтрализация. Так что, те, кто внутри смогут убежать в убежище, пока главный не разберётся с угрозой.

— Какова цель этой комнаты? — спросила я, указывая на этаж, который казался пустым, но был разделён стеклянной стеной.

— Сектор для тренировок с камерами для мониторинга прогресса студентов и инструментами для обучения, — пояснил он, а затем широко развёл руки, отчего все, кроме меня потянулись за оружием. — Успокойтесь, это всего лишь план, — засмеялся он, когда на модели появились миниатюрные люди, тренирующиеся в полностью оборудованных спортзалах. Два спортзала, один для маленьких детей, а другой для старшего возраста и более тренированных. Ещё была комната, где дети двигали пальцами, а светящиеся линии показывали, что всё безопасно и дети просто практикуют магию. В голове всплыли воспоминания, когда я наблюдала за спаррингами детей, пытающихся одолеть соперника, чтобы впечатлить тех, кто наблюдал за ними. — Влад и Король говорили, что тебе нужно место для тренировок, комната будет заколдована на случай казусов. Под тренировки я отвёл целый этаж, потому что Король сказал, что тебе нужно пространство, и добавил, что нужно сделать его магически защищённым от проникновения извне. Я так и сделал. Этаж будет подключён к линиям внизу, каждая стена и каждый вход с защитными чарами. Этого ты хотела?

— Да, но почему здесь пусто? — спросила я, указывая на нижние этажи, которые он нам ещё не показал, и увидела, как он прищурился.

— Там всё плохо. Пахнет смертью и многими гадостями, — фыркнул он, ну или попытался фыркнуть. — Даже спустя огромное количество времени после убийства, смерть витает там. Скотобойня, место кошмаров. Там внизу не моих рук убийства и не мне убирать. Этого в сделке не было, — холодно прошипел он.

— И что это должно значить? — я скрестила руки на груди.

— Кто-то не без причины забрал те жизни. Пусть лучше мёртвые останутся там, привязанные к святилищу и принесённые в жертву ради цели. Там не весело, — ответил он, а на мой пронзительный взгляд продолжил: — Они были здесь с самого начала и служат цели. Это не храм магии и не священное место, но там хранятся тайны, и чтобы не дать их раскрыть, в жертву была принесена жизнь. Там дом ужаса, который создали ведьмы, и это твоя проблема, а не моя.

— Ты не можешь туда спуститься, да? — догадалась я.

— Я говорю, что там стоят охранные чары, а ты меня не слышишь, — рыкнул он. — Под этим всем лежит зло, страшнее меня. Души забрали, но не дали им по-настоящему умереть. То, что там дремлет, очнётся, и тогда нам будет негде спрятаться.

— Какого лешего ты несёшь? — Я начинала злиться, желая понять, как много он знает о том, что скрыто внизу, но когда он не ответил и, казалось, закончил вообще это обсуждать, я уступила и сменила тему. — Сколько уйдёт времени на постройку новой Гильдии? — мне нужны были временные рамки, потому что, как только он всё закончит, покинет этот мир.

— Несколько часов, возможно день. На чары уйдёт больше всего времени, но это проблема Короля. Я строю, он будет настраивать.

— Несколько часов? — ляпнула я, а когда он кивнул, посмотрела на Влада, ожидая подтверждения. — Эдриан, Адам? — Я ждала их ответа.

— Всё получится, и Гильдия будет защищённой, — согласился Эдриан.

— Нужно показать модель Олдену и спросить, согласен ли он, — проговорил Адам. — Такая магия выходит за рамки наших знаний, да? — Он хмуро наблюдал, как дети в модели колдуют. — Олден тоже должен участвовать, и его познания важнее и нужнее в реконструкции.

— Я позже обговорю с ним все детали, — я вздохнула и подняла глаза на чудище. — Сор, будем на связи. — Мы подождали, пока Сор ушёл, а затем я повернулась к Владу.　- В следующий раз лучше предупреди.

— Если бы я сказал, что он, ты бы его убила. До нашей встречи, ты лично ради удовольствия охотилась на таких.

— Потому что они детей убивают, ведь те — лёгкая добыча! Самый первый, которого я убила, увёл детей из школы и держал их в своём доме. А дом был заброшенным складом.

Когда он был готов начать питаться от их плоти, позволял им думать, что есть шанс спастись. Эта тварь давала им сбежать, и они несколько дней бегали по иллюзии бесконечных коридоров и комнат. И стоило им найти то, что они считали выходом, он убивал их. К моменту, когда мой ковен убил ту тварь, в живых остались лишь три ребёнка. Думаю, ни одна терапия в мире не сможет вернуть их к норме. Да, я выслеживала и убивала каждого из них. И если для того, чтобы ребёнок спокойно рос, не беспокоясь, что его кожа довольно гладкая для гниющего трупа, придётся вновь выслеживать и убивать этих гадов, я пойду на это. Никто не заслуживает такой смерти.

— Неудивительно, что ты ненавидела фейри, от них тебе доставалось только плохое, — проговорил Влад, осматривая комнату. — Нужно возвращаться домой.

— Нет, мне нужно спуститься в храм и посмотреть, о чём, чёрт возьми, он говорил, — пробубнила я, кусая нижнюю губу. — Олден ходил туда раз в неделю, а нас никогда не пускали. Я хочу узнать, зачем он и другие старейшины туда спускались. Я должна всё сделать правильно, и не уверена, что он расскажет нам о том месте, даже если мы надавим. Так что надо сходить самим и всё проверить.

— Как в старые добрые времена, — с широкой улыбкой проговорил Адам. — Нарушим правила и проберёмся в гробницы.

— Ну, в этот раз, мы не попадём в беду, — указала я, пока мы пробирались по проходам к одному из церемониальных залов. — Кровь, — прошептала я и нахмурилась. Её не было, когда мы в прошлый раз проходили здесь, но она и не свежая. Хотя на полу были видны багровые разводы.

— Тут кому-то яйца оторвали, — Эдриан вздрогнул. — И ты нам не рассказала? — Он похлопал меня по плечу, привлекая внимание. — И я помню, что кто-то другой пролил здесь кровь, и тоже не очень невинно, — продолжил ласково щебетать Эдриан, а я покраснела. — Это место хранит много историй.

— Сосредоточься, — я нервно хихикнула и ударила его в плечо, не обращая внимания на жар в глазах. Он лишил меня девственности в одном из церемониальных залов. — Я уже не та маленькая девочка, вампир.

— Ты никогда не была маленькой, — задумчиво протянул он, а затем кивнул, получив молчаливое предупреждение от Влада.

— Между нами есть история, — сказала я Владу. — Наша история, которую нельзя просто так откинуть, несмотря на то, кем мы стали.

— Тем не менее, Райдер оторвёт уже мне яйца, если пацан решит соблазнить тебя.

— Поэтому я и говорю, что между нами история. Всё в прошлом, Влад, и там этому самое место. — Я улыбнулась и подмигнула ему. — А теперь, давайте-ка спустимся в недра Гильдии и посмотрим, что там кроется.

Глава 8

Мы стояли перед большой дверью, отмеченной пентаграммой и изучали причудливые охранные чары. Я знала их, как свои пять пальцев, и не раз видела, как старейшины накладывали такую защиту. Когда я была подростком, очень хотела узнать, что там, а сейчас не была в этом так уверена.

— Сильнейшая защита, — заметил Влад. — Не уверен, что нам стоит туда идти.

— Ну и не ходи, жди здесь, а мы сходим.

Влад посмотрел на меня и тряхнул головой.

— Я иду, хотя не уверен, что Райдер такое бы одобрил.

— А ты ему не говори, — предложила я, и подняла руку, обводя в воздухе очертания защитных чар, чтобы их отключить. Одна за другой защита отключалась, пока на нашем пути не осталась лишь дверь. Я коснулась дерева, и по спине прокатилась дрожь, а когда распахнула дверь, все мы напряглись от силы, хлынувшей в покои. Я выдохнула и хотела войти внутрь, но Влад удержал меня и потянул назад, как раз в тот момент, когда перед нами появилась призрачная фигура женщины, которая улыбнулась, смотря мимо нас. Мы отступили, и она проплыла от верха лестницы до алтаря у задней стены покоев.

— Какого хрена, — прошептал Эдриан, отчего призрак повернулась к нам и склонила голову, демонстрируя рану до самой кости.

— Офигеть, — прошептал Адам.

— Это лишь одно привидение, — пробубнила я, надеясь, что оно и вправду здесь одно. — Должно быть, она привязана к тому месту.

— Вероятно, её принесли в жертву, — указал Влад. — Ей горло перерезали, а такое часто встречается в жертвоприношениях.

Мы втроём с беспокойством уставились на Влада.

— Сколько тебе лет? — Я вглядывалась в него, пока он не фыркнул.

— Достаточно стар, чтобы быть свидетелем парочки, — поддразнил он и встал передо мной.

— Влад, — предупредила я.

— Я иду первым, — быстро бросил он. — Кто знает, что нас там за дерьмо ждёт.

— Ладно, — я уступила, так как знала, он не сдастся, потому что пообещал Райдеру, а я не собиралась искушать судьбу. — И каково наблюдать за тем, как кого-то приносят в жертву? — Меня передёрнуло от ужасной темы для разговора.

— Ну, когда я наблюдал впервые, было ужасно. Она сама согласилась стать жертвой, чтобы избавить деревню от монстра из замка, — проговорил он.

— От монстра?

— От меня, — прорычал он. — Её звали Ватина, прекрасная и наивная. Её народ верил, что принося девственницу в жертву монстру, больше не будет обескровленных трупов.

— Ты питался жителями её деревни? — поинтересовалась я, он указал на меня и кивнул, словно я выиграла в викторине.

— Я был молод с точки зрения вампира, а она намного моложе. Тогда Валахия была неспокойна, из-за постоянных набегов Турков, на которых легко можно было возложить вину за мои действия. Но, приверженец мистицизма обнаружил, что пара трупов полностью обескровлена. На самом деле это были одни из моих шпионов, которых я послал, чтобы защитить мою землю, но тел хватило, чтобы испугать глупых селян, — пояснил Влад, затерянный в воспоминаниях о давних временах и местах. — Поэтому они принесли жертву, чтобы очистить землю от моей тьмы. Она сама вызвалась, чтобы восхвалить свою семью, которая уже и без того не тому поклонялась. Я был в толпе, когда она шла к алтарю такая гордая и красивая, — продолжил он, с отстранённым взглядом. — Она даже женщиной не стала, насколько мне было известно, ей только-только исполнилось четырнадцать, а по меркам тех времён, она уже была достаточной взрослой для мужа и детей. Она была одета в прозрачное платье, показывающее каждый изгиб тела, — шёпотом закончил он и громко вздохнул. — Я стоял там, и она посмотрела мне прямо в глаза, моля тьму покинуть земли. Она знала, кто и что я, потому как я питался от неё, как знала и то, что ей нечего бояться меня, но отдала свою жизнь, чтобы смыть грязь с семьи.

Они перерезали ей горло, и ушло несколько секунд на то, чтобы вся кровь вытекла из её тела. Я хотел вмешаться, но понимал, что этого и хотела Ватина. Она не представляла, что вместе с её кровью из неё вытекала и моя. Когда её похоронили, я вернулся, чтобы забрать её.

— Гадость, — проговорил Эдриан позади меня.

— В те времена, такова была жизнь, — объяснил Влад. — Она была слишком красивой и молодой, чтобы умереть, тем более так бессмысленно. Ватина до сих пор ненавидит меня за то, что я сделал.

— Не то, что эти, — проговорил Эдриан, указывая на стены вокруг нас, в которые вбиты черепа с гексаграммами на лбах. И в центре каждой гексаграммы была римская цифра.

— Ого, — прошептала я, прослеживая пальцем одну из гексаграмм, которая начала светиться от моего прикосновения. Следом за ней и остальные. Я подавила желание сбежать, поджав хвост, потому что должна всё выяснить. — В них есть сила, но она защищена.

— Они призваны охранять это место, — согласился Влад. — Здесь есть что-то, ради чего их принесли в жертву. Судя по черепам, они все были молодыми девушками.

— Откуда ты знаешь? — Я посмотрела на него, пытаясь понять, как он догадался. Может, это какая-то вампирская супер сила?

— У мужчин более толстые черепа, — ответил Влад, а я фыркнула, пытаясь сдержать нервный смешок. — Женские же меньше в размерах и нижняя челюсть короче. И глазницы, у женщин острее. А ещё, потому что на лестнице парит группа женщин.

Я посмотрела ему через плечо и застонала. Я уже давно не имела дел с призраками, не могла вернуться на кладбище, после случая с Лариссой. Больно понимать, что она пожертвовала силой.　 Её больше там не было, как и Эдриана. И мне нужно проведать духов, я им задолжала.

— Кажется, они не могут общаться, — тихо произнёс Эдриан, но я в этом сомневалась.

— Или не хотят, — добавила я. — Призраки не сильно коммуникабельны. Обычно для разговоров с ними нужен некромант. Я могу с ними разговаривать, и они об этом знают, просто предпочитают не общаться. Та, что выше, моложе всех. Она ещё не привыкла, поэтому и смотрела сквозь нас.

— Они на нашей стороне? — спросил Адам.

— Не представляю, — пробубнила я, наблюдая за той, которая казалась смутно знакомой. Она держалась позади, наблюдая за нами, пока мы медленно и осторожно спускались.

Когда мы подобрались к огромному залу, ступени обратились в черепа.

— Черепов больше, чем духов, — прошептала я, пытаясь понять, что здесь не так. Я никогда не видела, чтобы вниз отводили девушек, но, всё же, на некоторых одежда нашего века. У меня сердце сильно колотило по рёбрам, пока я пыталась, понять какого хрена произошло? Олден настаивал, чтобы мы держались отсюда подальше, и я думала, что это из-за чар.

— Синтия, на ней футболка с концерта «Nirvana», — указал Влад, когда призрачная девушка прошла через других, наблюдающих за нами и видящих нас, и повернула голову в нашу сторону.

— Она новенькая, — прошептала я. — Что, чёрт возьми, скрывает Гильдия, ради чего им нужны человеческие жертвы?

— Может, линию? — поинтересовался Адам.

— Лей-линия была здесь ещё до постройки Гильдии. И для её активности не нужны жертвы, хватает пары ритуалов на Самайн и другие праздники. Человеческая жертва предназначена для чёрной магии или древних заклинаний, которые Гильдия не стала бы применять без подменыша, страхующего их.

— То есть мага, — вежливо заметил Эдриан.

— Нет, — я покачала головой. — Обновление: скорее всего, всё, что нам говорили в Гильдии — ахинея. Райдер рассказывал, что те, кого Гильдия называла Друидами и есть те самые подменыши. Ну, по крайней мере, были ими до того, как разделились на две группы. Одни стали магами, другие — ведьмами. Сила магии, которая лежит здесь, должна принадлежать одному из древних друидов.

Как только мы ступили на землю, свечи вспыхнули, освещая комнату, в которой мы стояли. На стенах до извилистых туннелей, ведущих вперёд, светились глифы. В голове началась пульсация, словно там взмахнула крыльями огромная бабочка.

— Прекрати, — рыкнула я на одно из старых привидений, смотревших на меня. Скорее всего, она одна из первых жертв. — Не лезь ко мне в голову.

— Там много тьмы, — тихо проговорила она. — Слишком много для такой молодой, — закончила она, подплывая ко мне.

— Не переживай, я давно подружилась со своими демонами. Иногда даже могу уговорить одного из них накрасить мне ногти, но это если очень мило попрошу, — заверила я её, почувствовав, что она лезет в мои воспоминания. Мне бы остановить её, но я понимала, что тогда она перестанет говорить. — Что это за место?

Я чувствовала, что другие призраки копались в головах моих сопровождающих, но, скорее всего, они были связаны друг с другом, и вышло так, что все проникли в голову ко мне, отчего я тяжело сглотнула. Они что-то искали, но что? Я втянула воздух, когда в голове зародилась боль из-за того, как глубоко залезли призраки в важные воспоминания. Они перемещали и перебирали их, будто решили, что они не нужны. И когда нашли воспоминание о том, как Ристан кричал вытащить детей из меня, умирающей на столе, остановились и покинули мою голову.

— Ты дала жизнь, ты мать, — прошептала одна, смотря на меня.

— Да, — согласилась я.

— Но не в этом теле, — так же тихо сказал другой призрак, с удивлением в глазах. — Ты умерла, но ожила. Как и она, — закончил он шёпотом.

— Как кто? — спросила я, наблюдая, как они возбуждённо смотрели на меня. — Кто здесь такой же, как я?

Призраки направились в один из туннелей, и нам пришлось почти бежать, чтобы успевать за ними. Когда они остановились, я тоже встала и почувствовала, как за дверью, перед которой мы стояли, пульсировала сила. Призраки с нетерпением смотрели на меня.

— Кто за дверью? — настороженно спросила я.

— Та, которая не может умереть, но и жить не должна, — загадочно ответил один из призраков.

— Злая? — спросила я и задумалась, ответят ли они, или знают ли вообще ответ, учитывая, что для них, тот, кто там, вероятно, и не был злом.

— Ни добрая, ни злая, ни живёт, ни умирает, — пропела одна, склонив голову и показывая такой же, как и у других, разрез на горле до самой кости.

— Почему вас принесли в жертву? — Я надеялась, что возражение в моём голосе заставит их ответить.

— Чтобы накормить её, — прошептал кто-то.

— Чтобы она так и не могла умереть и не смогла жить, — добавила юная девушка с кроткой улыбкой. — Мы пролили свою кровь, чтобы она осталась такой, как и прежде.

— Что произойдёт, если она очнётся? — задала я следующий вопрос, гадая, во что же вляпалась? Никто не ответил, и один за другим, призраки начали исчезать. — Стойте, — закричала я, но они будто боялись той, что за дверью, и превратились не более чем в туман.

— Это плохо, — заметил Адам, и Эдриан согласно кивнул. — Может не стоит нам открывать дверь?

— И что? Восстановить Гильдию над чёртовым монстром?

— Ты права, но чёрная магия, магия крови и древняя очень хитры. Что, если открыв дверь, мы разбудим того монстра? — Эдриан впился в меня беспокойным взглядом бирюзовых глаз.

— Я не могу вновь открыть Гильдию, не зная точно всё об этом. Не могу привести сюда детей, если не разузнаю все факты. Некоторые призраки из нашего века, значит, их убили, когда мы жили тут. В этой Гильдии кто-то или что-то занимался жертвоприношениями, а мы даже не подозревали, и это, до усрачки пугает, — призналась я, и своей магией распахнула дверь.

Внутри в стеклянном гробу, с выбитыми на нём древними глифами и, вероятно, проклятиями, лежала женщина вечно молодая и красивая. Как и у жертв, её волосы были цвета воронова крыла, а глаза ясно-голубые, казалось, она смотрела на что-то на потолке.

Руки были сложены вместе. Возникало ощущение, что она просто спала. Вдоль стен пробегали жуткие голубые огоньки, которые, как я знала, питались от лей-линии, пролегавшей прямо под гробом.

— Твою же мать, это та, о ком я думаю? — прошептал Эдриан, и я посмотрела на него.

— Это не Геката, — прошептала я, кусая губы. — Если это та, о ком думаю я, нужно, как можно скорее уходить. Никто не станет говорить об этом за пределами этого склепа.

— Синтия, — предупредил Влад.

— Влад, я тоже не хочу врать Райдеру, — вставила я. — Но, если это она, и если она проснётся, война станет самой меньшей из проблем. А появляющиеся и расширяющиеся сами по себе порталы — детскими забавами. Мне нужно встретиться с Олденом и спросить, что он знает. До тех пор, реконструкция Гильдии заморожена. Никто сюда не спускается, и никто не говорит о том, что здесь находится. Спасите нас боги от её пробуждения, — прошептала я, идя к двери. Выйдя и дождавшись, когда выйдут все, я вернула на места чары.

— Синтия, — вновь заговорил Влад, наблюдая, как я один за другим устанавливала как можно больше чар. Я отошла лишь после того, как удостоверилась, что больше никто не сможет туда войти или даже коснуться двери.

— Давай выбираться отсюда, — приказала я, вновь игнорируя его и проходя мимо. Я бежала по лестнице так, словно за мной гналась стая адских гончих.

Глава 9

Я обдумывала, как и новые проблемы, так и старые. Мы не успевали перевести дух, как очередные трудности валились нам на головы. И то, что Райдер собирался справлять нашу свадьбу среди этого хаоса, меня поражало.

Планы Сора по строительству отличные, и всё сработает, только вот мне надо обсудить их — и тело в стеклянном гробу под Гильдией — с Олденом. Существовали сотни историй про лей-линии, но ни одна не казалась правдивой. Большинство нам рассказывали библиотекари Гильдии. Существовали загадочные существа, похожие на богов, которые одарили нас магией, чтобы ведьмы продолжали существовать. Небылицы и сказки, рассказанные на ночь и подпитывающие фантазии детей. Теперь же, будучи взрослой и живя в таком мире, я заметила крупицы истины в этих сказках.

Я посмотрела на дверь. С каждой пройдённой минутой без Райдера я волновалась всё больше. Мне ненавистно работать поодиночке. И день был просто сумасшедшим. Я пережила не один неожиданный поворот событий, и последний оказался худшим. Мне претило скрывать такое от Райдера, но даже прошептать всё это вслух — страшно. Мне до паранойи казалось, что что-то во Вселенной слушает и предупредит наших врагов о бомбе замедленного действия под Гильдией.

Я надела длинную ночную сорочку в греческом стиле с высокой талией и на тонких бретельках с бантиками. Длинный подол окутывал ноги атласной лаской при каждом шаге к кровати. Остановившись, я склонила голову.

Где он, чёрт возьми? Выдохнув, я начала разминать шею, чтобы снять напряжение, когда ощутила, как Райдер вошёл в комнату. Меня накрыло облегчение. Он заменил мою руку своей и начал разминать шею и плечо, а другой обнял за талию. Он ничего не говорил, но его запах проник в меня, принося спокойствие. Слова не нужны. Мы с Райдером могли прикосновением или взглядом сказать больше.

— Трудный день, ведьма? — пробормотал он, целуя меня в шею, отчего чувствительные искорки пронеслись по телу.

— Мне ненавистно, что я не могу найти тебя и поговорить, когда захочу. Я скучаю по связи, — ответила я, даже не обернувшись. — Нашли что-нибудь о Сиаре?

— Кое-что есть, но не точно. — Он перекинул волосы с одного плеча на другое и начал чувственную ласку ртом. Тело тут же отреагировало, и я застонала. — Я чувствую твой аромат, — промурлыкал он, продолжая сотрясать мою систему поцелуями. — Боги, я скучал по твоей уязвимости.

— Я неуязвима, — ощутив, как бретелька сползает и оголяет грудь, я улыбнулась. Райдер обхватил полушарие и начал его ласкать.

— Ошибаешься, — прорычал он и сжал грудь, заставляя меня ахнуть. — Я это знаю, потому что без тебя я уязвим. Постоянно тебя ищу. Оборачиваюсь через плечо, со всех боков смотрю. Когда ты не со мной, я словно бешеный зверь тебя ищу. — Он понизил голос до шепота и снова начал целовать плечо, сжимая грудь и наворачивая волосы на кулак.

Я улыбалась, но в газах стояли слёзы. Мы стали слабостью друг друга. Райдер прав, если его не было рядом, я его искала. Каждый ход стрелок часов напоминал, что я без него, и мне становилось худо, но я ничего бы не стала менять.

— Нам придётся с этим жить, — протянула я, когда он перекатывал сосок между пальцев и дразня мою кожу грешными губами, распаляя огонь внизу живота. Этот мужчина мог довести до оргазма лишь поцелуями, не спускаясь ниже талии. Райдер медленно прокладывал дорожку поцелуев от плеча. Убрав руку с груди, он наклонил мою голову за подбородок и зарычал на ухо, отчего каждое нервное окончание словно обожгло.

Он сильнее потянул меня за волосы, и я застонала. Убрав руку с моего подбородка, райдер спустил вторую лямку, и ночнушка упала к ногам, оставляя меня полностью обнажённой.

Он отпустил мои волосы и провёл кончиками пальцев вдоль позвоночника, затем, не спеша, повторил ласку губами.

— Я скучал по этому, — пробормотал он грубо, отчего я хотела развернуться начать его целовать. Райдер начал ласкал губами изгиб моего бедра, а моё тело уже полыхало от страсти. Он оставлял неспешные поцелуи на моей попке, опаляя горячим дыханием плоть.

— Райдер, я уже на грани, — простонала я, чувствуя, как он встал сзади. Он раздвинул мои ноги коленом и скользнул рукой между складок, смачивая пальцы, но, не входя в тело, а лишь раздвигая складки и дразня.

— Дай знать, когда грань начнёт ломаться, — он хрипло рассмеялся мне на ухо. — Я не дам тебе кончить, пока что, — рыкнул он, кружа пальцем вокруг клитора. — Закрой глаза, — приказал он, и я подчинилась, несмотря на то, что ощущение падения стало сильнее. Я откинулась на Райдера, пока он продолжал дразнить пальцами моё естество.

В одну минуту мы стояли в спальне замка, а в другую оказались голыми на красивой поляне. От цветов, вокруг которых танцевали маленькие светлячки, исходил мягкий свет. Ветер развевал мои волосы, пока я осматривала пейзажи. Единственные звуки исходили от нас. Я стонала, пока Райдер продолжал ласкать меня, доводя до края и свешивая над выступом. Он отпустил меня, повернул к себе лицом и прижал к себе. Его налитый ствол упёрся мне в живот. Я смотрела в золотистые озёра глаз Райдера, в которых искрились миллионы звёзд.

— С момента, как ты вернулась, я хотел привести тебя сюда, — заявил он. — Это цветочное поле, где фейри пробуждают древнюю магию, заставляющую светится камни в озёрах. Об этом месте я думаю, смотря на тебя. Ты свет для моего мира, Питомец. Не важно, как в нём темно, ты отражаешь свет этого поля, — прошептал он, поднимая меня и заставляя обнять себя ногами за талию.

Райдер мало говорит таких сладких речей, но когда такое происходит, я раскрываюсь. Он выворачивает меня наизнанку и взрывает мозг, как ничто другое. Я поцеловала его, запутывая руку в волосах. Райдер застонал, и я сплела наши языки в танце, древнем, как сам мир. Этот мужчина, это создание — мой мир.

— Я люблю тебя, — прошептала я, желая принять его глубоко в свое тело, уже влажное от желания. Я чувствовала пульсацию внутри, она походила на музыку. Лишь Райдер мог заставить моё тело петь.

— Питомец, хочешь меня, да? Чтобы я вошёл в тебя по самые яйца, — прорычал он, потянул за волосы и склонил голову, подставляя горло под греховные поцелуи. Он прижался губами, а затем языком к жилке. — И как же ты меня хочешь? — спросил он грубым голосом, продолжая медленно целовать мою шею, подбородок и губы.

— Сильнее, чем сделать следующий вдох, — простонала я, чувствуя прикосновение шелковистой головки к входу в тело. Я так близка к оргазму, но всё же так далека. Райдер любил всё контролировать, и изредка отказывался покомандовать. В плане секса, он мог всё контролировать.

— Кому принадлежит твоё тело? — дразнил он. Его золотистые глаза зажглись изнутри.

— Мне, — рыкнула я, когда его головка скользнула по складкам, но не проникла внутрь.

— Кому? — переспросил он, выгнув брови. Я потянула его за волосы и впилась требовательным поцелуем в его губы. — Мне нравится, когда ты играешь грубо, потому что в итоге ты начинаешь хныкать от страсти, а я питаюсь.

— Разве так? — прошептала я, потираясь ядром о его ствол. Я так близка была к концу.

— Порочная ведьмочка, — с голодом в голосе, рыкнул он, поставив меня на землю и потянув за собой. Я была так близка к оргазму, что словно в тумане, пошла за ним в озеро, которое не замечала тут прежде. Вода светилась зелёным от камней, которые одновременно подогревали воду.

— Не твоё это тело, Питомец. Ты можешь лишь довести его до края, но только я могу заставить истекать соками возбуждения и содрогаться от вожделения. Когда я закончу, ты точно будешь знать чьё это тело.

— Моё, — дразнила я, когда он обернулся и обнял меня за талию, чтобы усадить на ровный, идеально подходящий для солнечных ванн, камень в воде.

— Разведи ноги, — приказал Райдер. Я посмотрела ему в глаза, в два озера расплавленного янтаря, откинулась назад и развела ноги. Я старалась сосредоточиться на нём, но множество огоньков с поля так и влекли. Райдер смотрел на меня, не требуя, чтобы я перестала любоваться окружающей красотой. Этот мир был таким диким и прекрасным. А ещё опасным, как и сам Райдер. Я впитывала в себя всю эту красоту, которой Райдер хотел со мной поделиться. Высоко в ночном небе сияли две луны, добавляя свой свет красоте пышных полей. Аромат жасмина и других цветов наполнял воздух.

— От этой красоты захватывает дух, — прошептала она, боясь нарушить тишину, которую предлагали луга.

— Это наш мир, — тихо проговорил Райдер. — Эта магия может убить смертных. — Он опасно улыбнулся. — Такие цветы питаются плотью, но обычно они остаются в состоянии покоя, добавляя свою красоту земле.

— Если эта земля, смертельно опасная в своей красоте, действительно наша, я приму её таковой. — Я сглотнула и посмотрела на Райдера.

— Синтия, этот мир, как и твой, попробует нас разлучить.

— Пусть попробуют, — прорычала я, бултыхая ногами воду. — Я отказываюсь жить в реальности, где у нас нет всего этого. Нас. — Я указала пальцем то на него, то на себя. — Мы — это не просто мы, и мир может и дальше продолжать попытки нас разлучить. От этого мы лишь ближе и сильнее. Так что, да, я твоя. Каждая часть меня, фейри, принадлежит тебе. Всегда была твоей. Раньше, я была слепа, но сейчас прозрела. Ты — моя вторая половинка. Именно тебя мне не хватало всё время. Теперь, когда я нашла тебя и нашу любовь, убью ради этого. Уничтожу миры, чтобы быть с тобой.

— С каждым взглядом, я всё больше в тебя влюбляюсь. — Он сглотнул. — Каждый раз, когда ты смеёшься, во мне что-то распускается, и мне приходится ущипнуть себя, чтобы поверить в реальность твоего существования. В реальность того, что ты выбрала меня, когда я тебя не заслуживал, — проговорил он, обхватывая руками моё лицо. Он замер в миллиметрах от моих губ и продолжил. — Иногда, смотря на твои губы, не знаю, чего хочу больше — зацеловать их или трахнуть. — Он порочно рассмеялся.

— Ты всегда такую милую чушь несёшь, фейри. — Я рассмеялась и сократила расстояние между нашими лицами, клеймя его губы в жадном поцелуе, который закончился пылкой необходимостью никогда не отпускать Райдера.

Он пошевелил пальцами, и в ладони появилась повязка. Мы улыбнулись. Райдер действительно наслаждался контролем, а я могу его предоставить, потому что знала, что в итоге буду выкрикивать его имя, а он будет владеть мной, когда всё закончится. Я подалась вперёд, думая, что он завяжет мне глаза. Но Райдер просто стоял и смотрел на меня.

Я готова была спросить, в чём суть игры, когда меня обняли сзади. Я обернулась и посмотрела на второго Райдера. Я хотела встать, не понимая, что происходит, когда первый Райдер положил руку мне на бедро.

— Питомец, это всего лишь я, — заверил он меня, когда его двойник прикоснулся к моей груди так же, как и сам Райдер недавно. — Чем больше я кормлюсь от тебя, тем сильнее, — сказал он, когда другой он взял повязку и сел с боку гладкой скалы. Он ласкал нежными поцелуями мою шею, завязывая на затылке клочок ткани. У меня участился пульс.　- Я хочу, чтобы ты почувствовала меня. Нас обоих. Я могу быть тем, чем пожелаешь, — он гортанно рассмеялся.

— Райдер, это всё… в новинку, — призналась я и сглотнула, когда мои груди грубо обхватили, а лоно опалило горячее дыхание. — Я никогда такого не пробовала. — От страха по моей спине стекал пот.

— Знаю, — рассмеялся он и втянул в рот мой клитор, заставляя вскрикнуть. — Не переживай, в первый раз, я планирую не увлекаться. Придвинься ко мне и вытяни руки, — приказал он, и я подчинилась. Он опустил меня в воду. — Я — это он, а он — это я. Когда он будет входить в тебя, это буду я. Он — продолжение меня.

— Значит, ты можешь себя клонировать? — спросила я, когда он обхватил мою попку.

— Я могу плодить себя. Думаю, это как-то связано с тем, что я сплю с богиней. Ты скармливаешь мне силу, и лишь эта причина мне кажется реальной для роста силы, проверить которую я могу лишь на твоей плоти, — хрипло сказал он и отдал меня в руки другого Райдера.

Я была в шоке, когда тот Райдер, как я поняла, сидя на камне, поднял меня, усадил себе на колени и прижался кончик члена к моей сердцевине. Прежде чем я успела сказать хоть слово, он вошёл в меня на всю толстую, восхитительную длину, принося сладострастную боль. Я ощутила горячее дыхание, а затем первый Райдер начал языком ласкать клитор, пока первый за бёдра поднимал и опускал меня на своём стволе. Райдер застонал, втянув в рот комок нервов, а я принимала в себя член его близнеца. Райдер с жадностью сосал, целовал и лизал мою плоть, словно был голоден, а я стала изысканным блюдом. Лишь от его стонов я едва не кончила, но в момент, когда приблизилась к краю, двойник Райдера вышел из меня и уложил животом на камень. Меня передвинули и развели ноги, когда к губам прикоснулось что-то мягкое и солоноватое. Я открыла рот и вобрала в себя член первого Райдера, пока второй трахал меня пальцами.

— На это стоит посмотреть, — прорычал двойник, нажимая мне на поясницу, чтобы я прогнулась. — Какая ненасытная. Ещё хочешь? — проговорил он, вытаскивая пальцы и прижимаясь к плоти налитым членом. Я почувствовала, как он входит в меня, и напомнила, что это всего лишь магия, которой Райдер и прежде меня трахал. Только теперь, она ощущалась полнее.

Они брали меня в идеальном ритме, доказывая, что действовали, как единое целое, что у руля лишь один мужчина. Слабый ветерок напоминал, что нас легко могли увидеть, и это придавало большей пикантности.

Райдер обхватил мои груди и ущипнул соски, а рука другого ласкала клитор, пока я не закричала, заполненная двумя членами.

Меня успели подхватить, прежде чем я упала. Один Райдер встал позади меня, подхватил под колени и широко раскрыл для Райдера впереди, который стал двигать головкой члена по чувствительной плоти. Я закричала, зная, что он скоро войдёт в меня и, понимая, что он наслаждается влажностью моего естества.

Я застонала, когда тело заполнили. Другой Райдер облокотился на скалу, не проникая в моё тело, а лишь наблюдая, как Райдер без жалости и на нечеловеческой скорости трахал меня.

Из меня резко вышли, и развернули. Другой Райдер вошёл в меня, а первый впился в губы. Я была заполнена, но мне было мало.

— Ещё, — стонала я у губ, которые меня целовали, после чего из-за спины донёсся смех. — Я хочу больше.

— Моя, — послышался рык, и я застонала, стоило грубо обхватить меня за попку, а члену во мне увеличиться. Дикие толчки довели меня до предела. Райдер шептал мне на ухо остаться с ним, потому что тот Райдер сошёл с ума от похоти. Зверь взял контроль над двойником Райдера, и впился зубами мне в плечо.

— Такая сладкая, — протянул зверь, разводя мои ноги ещё шире. Я ощутила, как моих губ коснулся член. Затем с моих глаз сорвали повязку. Взгляд золотистых глаз Райдера был направлен на зверя.

— Господи, — прошептал Райдер и посмотрел на меня, когда я втянула в рот головку его восхитительного члена. Он никогда не видел своего зверя. Глаза Райдера были круглыми от удивления, и я не знала точно из-за того, что он наблюдал, как зверь берёт меня, или потому что он столкнулся лицом к лицу со своим внутренним демоном. Меня дёрнули назад, лишив члена Райдера. Инстинктивно, я хотела сопротивляться, потому что Райдер не спасёт меня, если зверь взял контроль над одним из двойников.

— Синтия, — предупредил Райдер, хотя поглаживал член в такт толчкам зверя. Меня трахали, а Райдер мог только наблюдать. Мои груди оцарапали острые когти, и я знала, что зверь смотрит на Райдера, трахая меня в открытом вызове.

— Смотри на меня, — сказала я, начиная поглаживать свою плоть. Я не знала, что между ними происходило, понимала лишь, что Райдер не мог сражаться со зверем, потому что тот часть его. Часть его, которую он не ожидал увидеть. Он опустил взгляд золотистых глаз на мою промежность и приблизился. Я захныкала, когда меня лишили толстого члена, и положили на скалу. Зверь всё также смотрел на Райдера. Я перевернулась, села, раздвинула руки и начала ласкать себя, привлекая внимание и зверя и Райдера.

Моё лоно ныло, и мне было больно ласкать себя, и тут зверь прижался ртом к нему, лаская и дразня, пока проникал в тело пальцами. После этого встал, вынул пальцы и огрызнулся на Райдера, расправляя крылья на всю ширину, затем вошёл в меня на всю длину. От этого по телу прошёл спазм, и волна за волной оргазма омыли меня. Райдер зарычал, его глаза сверкали ярче, чем когда-то прежде в жизни, а затем я взорвалась в экстазе. В одну минуту я была со зверем, а в следующую — Райдер вбивался в моё тело.

Когда он, наконец, кончил, я была сплошным месивом без костей. Райдер склонился надо мной и шептал успокаивающие слова, извиняясь. Я не плакала от боли, хотя по честному, завтра при ходьбе буду морщиться, да и не могла плакать, ведь Райдер встретился лицом к лицу со своим зверем и вернул контроль.

— Ты победил, — простонала я, когда он вышел из меня и начал целовать.

— Что? — спросил он, усадив и осматривая ноющую плоть. — Господи, Синтия…

— Вот не надо господить, мне офигенно это понравилось, — я рассмеялась и вновь стала его возбуждать.

— Синтия, он чёртов монстр и он тебя ранил, — прорычал Райдер. — Я наблюдал за ним, — продолжил он с отвращением, отчего я замерла. — Он увеличивал размер, пока тебе не стало больно. Он мог порвать тебя.

— Он не сделал мне больно, — заверила я. — Он знает пределы, и, да, со стороны всё смотрится иначе. Зверь меня любит. Он никогда не перейдёт грань, как и ты. Когда он видит, что мне больно, отступает, а ты берёшь контроль. Думаешь, он не стал бы бороться за контроль? — спросила я, смотреть на него.

— Я люблю тебя, — сказал он, притягивая меня в свои объятия и целуя.

— И я тебя люблю, и его тоже. Райдер, зверь тоже мой. Нечего тебе бояться. Он уже много раз мог мне навредить, но не стал, и я думаю, что сегодня ты не планировал наблюдать, хотя очень рада, что вы встретились.

— Не знаю, почему ты не убежала с криками после первой встречи со зверем, — он застонал, обнимая меня крепче.

— Ты не видишь его, когда он у руля? — спросила я.

— Нет, я чувствую и вижу то, что видит он. — Райдер пожал плечами. — Всегда вижу то, что видит он, и этого не хватило, чтобы подготовить меня к сегодняшнему дню.

— Я рада, что ты привёл меня сюда, фейри, и даже больше, я рада, что ты встретился лицом к лицу со своим демоном. Зверь — часть тебя, и я приняла, и буду принимать всего тебя. Ты и я фейри. До самого конца, — проговорила я и улыбнулась мужчине, за которого собиралась выйти замуж. Если бы кто-то раньше сказал мне, что вот таким будет мой мир, я бы посмеялась и назвала их сумасшедшими. Так вот, теперь я не могу представить себе иную жизнь.

Глава 10

— Ты что, лыбишься? — в ужасе спросил Ристан у Райдера, когда мы вошли в главный зал, где собрались некоторые члены Элитной Стража для обсуждения проблемы растущих порталов.

— Да, — протянул он, улыбнулся и подмигнул мне.

— Отвяжись от него, — я рассмеялась. — Мне нравится эта улыбка.

— Конечно, Цветочек, из-за тебя же она у него на лице. Он раньше никогда так не улыбался нам, — поддразнил Ристан, подмигнув и кивнув мне.

— Ну, вы же не можете того же, что она, — парировал Райдер, а я покраснела.

— Чертовски верно. Не можем и не собираемся пробовать! — он ухмыльнулся и перевёл понимающий взгляд на меня. Этот извращенец всегда всё знал.

— Есть что-то от Дану по поводу порталов? — он потянулся и почесал спину, словно там было раздражение, вызывающее страшный зуд.

— Нет, она уже давно молчит. Прошлой ночью я пыталась призвать её, но ответа не было. Я начинаю волноваться. Это не в её привычках. Обычно, именно она становиться неприятностью, и длительное молчание беспокоит.

— Может она нашла кого-то другого помучить, — пробубнил Ристан себе под нос, подпитывая любопытство, какого хера происходило между ними? Дану всё чаще попадала, хотя проблемы мира нарастали, как снежный ком, а Оливия и Ристан всё больше были тут.

— Она обещала меня обучить, но пока, я лишь мучаю овец в Царстве. В прошлый раз всё стадо едва не сбежало, как только я подошла. — Я видела, как все пытались сдержать улыбки. Я взорвала одну овцу! Одну! А они ведут себя так, словно я нарочно.

— Бедная овца, — усмехнулся Райдер.

— Вот именно, овца! Одна овца! — я шумно выдохнула. — Мои силы изменились. Я, буквально, простым мановением пальца могу взорвать всё к чертям. Дану нужно вернуться и научить меня пользоваться силой прежде, чем маги нападут, а я буду стоять столбом.

К нам присоединилась Оливия. Краем глаза я видела, как она нервно заламывает руки, а глаза у неё были красными и опухшими. У меня сдавило сердце, и я задумалась, что стало причиной ее расстройства.

— Ристан, — прошептала она. — Мне нужно с тобой поговорить. — Она закусила губу.

— Оливия, — он улыбнулся и поцеловал её, не волнуясь о зрителях. — Ты прекрасно выглядишь, что случилось? — Он нежно сжал её плечи и посмотрел прямо на неё, наконец, замечая отёки.

— Мне нужно поговорить с тобой наедине, — проговорила она, нервно переступая с одной ноги на другую.

— Оливия, я сейчас немного занят, — неловко ответил Ристан, осматриваясь. — Мы можем позже поговорить?

— Больше уже нельзя откладывать, — нетерпеливо зашептала она. — Мне прямо сейчас надо с тобой поговорить.

— Оливия, — предупредительно протянул он, пока его глаза нервно вспыхивали красным.

Я, скрестив руки на груди, наблюдала за ними. Можно заметить, что Ристан почувствовал что-то неладное, но не похоже, что он замечал, что Оливия, расстроенная, вероятно, после встречи с Элираном по моему совету, впадала в панику. Обычно, Ристан очень хорошо читал Оливию, но на нас навалилось столько проблем и беспокойство о Сиаре отвлекали его.

— Я не могу уйти прямо сейчас, — терпеливо пояснил Ристан, но она не ответила, и он с замешательством окинул её взглядом. Замечая то, как она нервно сминала пояс юбки, словно маленький клочок ткани мог её удержать при необходимости. То, как она переминалась с ноги на ногу. Затем Ристан посмотрел ей в глаза, наводнённые беспокойством.

— У меня задержка! — выпалила она, словно больше не могла сдерживать это в себе. Господи. Она резко накрыла рот ладонью и осмотрела каждого, широко распахнутыми глазами. Я сглотнула и задумалась, как ей помочь. Но Оливия расправила плечи и вздохнула, словно готовясь к битве. — И виноват ты! — прорычала она, ткнув ему в грудь пальцем.

— Ты не задержалась, мы только начали, — спокойно возразил Ристан с улыбкой, но нахмурился, словно не понимал, почему из-за него она задержалась. Поколебавшись секунду другую, он продолжил. — Оливия, я тебя омыл магией и хотел одеть, чтобы ты не тратила время на выбор наряда, но ты отказалась. Так что я не виноват, что ты задержалась на встречу, тем более, что она ещё не началась, так что, любовь моя, нечего переживать.

Я рассмеялась про себя на его суждение, и заметила улыбку, с которой он смотрел на Оливию в ожидании ответа. Правда ли он так её понял, или просто не хотел услышать то, чего она пыталась сказать? Я сдержала стон, когда Оливия перевела на меня взгляд, ища поддержки. Я должна была кинуть ей спасательный круг, но хотела, чтобы она сама сказала Ристану о своём положении.

— У меня задержка, — прошипела она.

— Мы только…

Я перебила его:

— У неё задержка менструации. Уже какое-то время к ней не приходит и ещё не скоро вернётся проклятье матушки природы, — пояснила я. Ристан посмотрел на меня, поражая болью в клубящихся серебристых глазах. Демон был великолепен в извращениях; он знал все позы для секса; имел бесконечные запасы шуток, а ещё он ходячая энциклопедия лучших фильмов мира, но, по-видимому, сейчас он превратился в тугодума. Казалось, до него не могли дойти наши слова.

Цвет кожи Ристана менялся с красного на алебастровый и обратно. Я начала задумываться, не принести ли ведро, на случай тошноты Оливии и Ристана. От обоих исходила нервозность, а хихикающие мужчины всё лишь усугубляли. Когда Ристан продолжал молчать, я вновь вмешалась.

— Поздравляю, ты станешь отцом, — объявила я, наслаждаясь тем, что теперь моя очередь над ним стебаться. Это ведь он разрезал живот и достал детей, и мне хотелось отомстить, хотя я безмерно благодарна за спасение детей.

Однако Ристан выглядел отнюдь не счастливым, а злым и даже, казалось, ему было больно. Я переводила взгляд с него на Оливию и обратно. Казалось, Оливия со смесью ужаса и паники ждала реакции Ристана.

— А можем ли мы дитя демона и ангела называть Демгел? Или как таких созданий зовут? — спросила я, пытаясь разрядить обстановку.

— Нечего называть. У меня не может быть детей, — со злостью отрезал Ристан. В его глазах сверкало бешенство со смесью боли от предательства Оливии. У меня волосы на затылке встали дыбом, и я сглотнула. Ой.

— Ну, у неё будет ребёнок. От тебя. Ребят, мне кажется, вам надо обсудить это всё наедине, — предложила я, подавляя беспокойство, скручивающее живот. Оливия не из тех, кто спит со всеми подряд, и любит Ристана. На это я бы поставила жизнь. — Может, вам стоит поговорить с Элираном, вероятно, он вам поможет всё объяснить?

— У неё не от меня ребёнок. Не может у меня детей быть. Алазандер убедился в этом, когда кастрировал меня, чтобы я не мог создать жизнь. Он не желал, чтобы я пополнил генофонд Орды, так что он лишил меня репродуктивной функции, как и всего остального, — яростно выплюнул Ристан.

— Дерьмо, — выругался Райдер, чьи глаза менялись с золотых на черные, а злость на отца вырывалась из глубин души.

— Хреново, — прошептала я.

— Ерунда какая-то, — Оливия всхлипнула, а по её щекам потекли слёзы.

— Нет, правда, — Ристан продолжал рычать, и я без чтения мыслей могла сказать, что он про себя матерится. — Я не могу иметь детей, так что если ты…

— Демон, не заканчивай этого предложения, — перебила я его, и оказалась под натиском злобного взгляда.

— Ни хрена не лезь в это, — прошипел он, и я ощутила его боль. Это прекрасное создание хотело детей. Моих он так яростно любил, отчего я обожала его сильнее.

— Ристан, — предупредил его Райдер, но я махнула ему. В зале разлилась неловкая тишина, пока все ждали, что произойдёт дальше. Ристан посмотрел на меня, затем на Оливию, а Райдер уставился на меня. Демон двинулся на Оливию, склонился и прижался губами к её уху, чтобы никто больше не слышал его слов. Я уловила что-то взглядом, ожидая дальнейших действий от Ристана или Оливии.

С другого конца зала на меня смотрела Дану. Её образ мелькал, рябился, а потом исчез. Испугавшись, я проморгалась, чтобы вновь найти её и обернулась. Но в этот момент моего плеча нежно коснулись. Я обернулась и увидела Дану, то исчезающую, то опять появляющуюся.

— Что с тобой? — выговорила я, но на то, чтобы услышать меня ей потребовалось время.

— Это я сделала, — её едва было слышно.

— Сделала что? — настороженно спросила я.

— Помогла Ристану, Синтия, — пояснила она, пока её облик продолжал мерцать и испаряться всё чаще с каждой секундой. — Он обожает твоих детей, особенно Калиин, и заслужил счастья стать отцом. Я так много ему задолжала. И это мой подарок ему. Он вновь может иметь детей. Учитывая всё, что он потерял, подарок не такой уж и грандиозный.

— Что именно ты с ним сделала? — спросила я, ощущая напряжение позади себя, так как все поняли, что я разговариваю с Дану, сыгравшей роль в исправлении повреждений, которые так давно Алазандер нанёс Ристану. Я надеялась лишь, что это никак не связано с заменой яиц или улучшением сперматозоидов или чем-то ещё таким.

— То, что происходило между мной и Ристаном, не твоё дело, дочь моя. У тебя есть проблемы серьёзнее. То, что мы вылечили Древо не помогло Царству, как мы того ожидали. Больше меня не видит никто, кроме тех, кто порождён от моей крови. Происходит что-то страшное, и ты должна это предотвратить. Царство Фейри в беде, как и я. И если повреждения не исправить, я перестану существовать.

— Ты умираешь? — спросила я, сглатывая ком в горле и сдерживая слезы.

— Я связана с Царством, а оно разрушается. Ты видела порталы, которые никак не закрыть. Если мой мир объединится с Террой, я прекращу существовать, Синтия. Я связана с миром, ты — нет, хоть и можешь чувствовать, что происходит с царством. Я не могу исправить всё без твоей помощи.

— Поэтому ты меня вернула, — прошептала я. — Ты умираешь, кто-то должен занять твоё место, — выдохнула я. — Ты связала меня с фейри, но не с Царством, так что если мир падёт, я буду всё равно с ним связана. Ты знала, что это произойдёт, — подытожила я. — Надо было раньше мне сказать, чтобы всё не зашло так далеко. Ты вернула меня ни для того, чтобы спасти Царство, так как ты уже умирала и знала, что то же произойдёт и с миром, да?

— Разве? Или я эгоистично спасла своего ребёнка единственным доступным мне способом? Ты кровь от моей крови, и единственная дочь, которая не предала меня. Может, ты так и не думаешь, Синтия, но я тебя очень люблю, — прошептала она. — Я не могла спасти и тебя и мир, мне нужно было выбрать, и я выбрала тебя. Но это заметили другие. Этот мир может умереть, и тебе, вероятно, придется отказаться от него, но наш народ ты не бросишь. Я понимала, что об этом прознают, но в общей картине не сомневалась в твоей преданности. Если ты не можешь спасти этот мир, ничего страшного. Я прожила отличную жизнь. И уже устала.

— Нет, Дану! — прорычала я. — Если мы не можем спасти Царство, ты умрёшь, так? Ты связана с проклятым деревом, и оно не может жить за пределами этого мира, потому что является его сердцем. Ты говорила мне, что делать, сказала, как его исцелить, — прокричала я и сжала кулаки. Мне едва удавалось сдерживать рыдания, дышать глубоко и не сломаться. — Так что и сейчас скажешь, что делать.

— Всё не так просто. В мире людей тоже не всё ладно. Не только Царство разрушается. Что-то нарушило баланс, и это что-то мы контролировать не можем. Это сильнее нас, дочка. Я постараюсь, как можно дольше защищать твоих детей. Найди оленя, он может знать о порталах больше меня и поможет с твоим обучением. Синтия, он помощник там, где я бесполезна.

— Я не хочу, чтобы меня обучал олень. Мне нужна ты, моя мать, — заспорила я, хоть и понимала, что она не может. Возникало ощущение, что я её теряла, а для неё это ничего страшного. Почему она не сражалась? Почему не злилась?

— Потому что выбрала тебя. И если бы меня заставили выбрать снова, поступила бы так же. Я вмешалась в судьбу, и если такова цена, я её заплачу. Передай Ристану, что мне жаль и что я прощу прощения за всё, что с ним сделал отец, что я не смогла это предотвратить или изменить, так как не должна вмешиваться напрямую. Я уже расплачиваюсь за то, что бросила вызов, так что больше со мной ничего не могут сделать. Вот почему я возвращаю то, чего его физически лишили, раз не смогла помочь ему раньше. Он, верно, служил мне ни один век и заслужил хотя бы этого. Я лишь надеюсь, что этого хватит, сил у меня осталось мало. — Она говорила тихо и с таким сожалением, продолжая мерцать и тускнеть. Она уходила. — Я люблю тебя, дочка, сильнее всего.

— Дану! — закричала я, когда она ушла. — Вернись! — Я начала кружиться вокруг своей оси и искать её. Остановившись, я посмотрела в глаза Райдера, а затем бросилась в его объятия, пряча лицо у него на груди. Слова Дану лишила тепла мой мир, но Райдер вновь согревал его, обнимая и утешая меня.

— И какого хрена Дану теперь наворотила? — злобно рыкнул Ристан. Я его не винила, но мне было больно.

— Выбрала меня, — прошептала я, игнорируя Ристана, а затем посмотрела в глаза цвета янтаря, которые стали центром моего мира и не давали сойти ему с орбиты. Райдер стал моим якорем. — Оживив меня, она сделала выбор, и теперь её жизнь висит на волоске, как цена за меня. Она умирает. — Я подавила всхлип, пока Райдер крепче обнимал меня и не давал упасть, хотя у меня подгибались колени из-за пронизывающей боли произнесённый вслух слов.

Как только я смогла стоять на своих двоих, повернулась и посмотрела на Ристана, стоящего неподвижно и с неопределённостью на лице. Мои глаза жгли слёзы, готовые пролиться.

— Я не знаю, что произошло между вами, и раз вы решили оставить нас в неведении, пусть будет так. Что бы ни произошло, оно в прошлом, где ему самое место и больше не имело значения. Дану умирает. У нас появилась проблема важнее порталов. Царство Фейри умирает. И чтобы спасти его, нужно работать вместе. Дану сказала, что исправила то, что сделал Алазандер, и твои мальчики, — я посмотрела на его пах, а затем вновь в глаза, давая понять, на что намекаю, — вновь работоспособны. Она вроде как сказала, что ты сможешь вернуть всё остальное, чего лишился, только не сказала когда. Типа, это дар за то, что было между вами, хотя вслух она этого не говорила. Она не должна была вмешиваться, но когда нарушила правила со мной, смогла это сделать. Без Дану не будет Царства Фейри. Так что сейчас необходимо излечить мир, а затем опять сможешь её ненавидеть.

— Дану не может умереть, — тихо возразил Ристан. В его глазах виднелся страх, но не за себя или Оливию, а за Дану.

Я подавила гнев и тряхнула головой. Что бы там между ними не было, когда-то давно он любил её. И сильно.

— Может, и она привязана к Царству. Я к людям, и пока дышит последний фейри, я буду жить. Она несколько раз говорила, что не могла непосредственно вмешиваться в наши дела, но когда я умерла, вернула меня обратно, тем самым отдала свою жизнь за мою, а я не принимаю такой дар. Нам нужно исправить все огрехи Царства Фейри.

— Исправим, Синтия, — заверил меня Райдер, беря меня за руку и притягивая в свои тёплые объятия. — Мы спасём Царство, потому что это наш мир.

— Я стану отцом, — прошептал Ристан. Когда я обернулась, увидела, как он целует Оливию с удивлённым выражением лица, которое я никогда не забуду. Какое бы дерьмо Дану с ним не вытворяла, казалось, сейчас старалась всё исправить. Я лишь не была уверена, награда ли это за всё время служения или искупление… а может и то и другое.

— Что насчёт Сиары? Она у них и может быть ранена, — проговорил Дристан.

— Сиара сильная и умная. Она будет тянуть время, пока не появимся мы, — сказал Райдер и поцеловал меня в макушку. — Мы её найдём. Не сегодня, так завтра, но я уверен, что найдём. А тот, кто её украл, познает, что такое настоящая боль.

Глава 11

Я ходила по детской и складывала игрушки в пустые кроватки, а сердце рвалось на куски. Мои обязанности в Царстве и дети должно быть одним и тем же, но выходит так, что, спасая что-то одно, я уничтожаю другое.

— Синтия, — Лиам удивил меня, появившись в комнате.

— Как ты сюда пробрался? — потребовала я, накрывая рукой, бешено колотящееся, сердце.

— Райдер дал разрешение. Хотел сделать сюрприз тебе, раз уж Мадисон придёт помочь со свадьбой.

Ах, да, я же сегодня должна выбрать платье. То, в котором пойду к алтарю и посвящу жизнь своему Королю и Царству.

— Я удивлена. — Я нахмурилась, стараясь не расстраиваться, что с ним не было малышей.

— Сюрприз не я, — Лиам рассмеялся, отчего зажглись его трёхцветные глаза. — Сюрприз там. — И он открыл дверь в игровую комнату. Оттуда донёсся самый счастливый для меня смех детей. Я вошла в игровую и увидела Райдера, сидящего на полу и держащего нашу дочь на коленях. Калиин подняла глаза и улыбнулась. Я вздохнула и медленно села на пол напротив, принимая от Синджина Кейда, который тянулся ко мне.

— Я подумал, что нужно тебе напомнить ради чего мы так усердно боремся, — проговорил Райдер, целуя платиновые локоны Калиин. Они подросли. Калиин встала и сделала пару шагов ко мне с вытянутыми ручками.

— Она пошла? — я с трудом сглотнула.

— Только начала, — ответил Райдер, поворачиваясь к Зандеру, тянувшемуся к нам. — И подросли совсем немного.

— Мы пропустили её… их первые шаги? — спросила я у Лиама, который с улыбкой, натянувшей шрамы на лице, садился рядом, но когда заметил слёзы у меня в глазах, улыбка увяла.

— Они говорят пару слов. Когда мы проецируем им твоё изображение, она лепечут «мама». А когда Райдера — «фейри». Полагаю, потому что ты его так называешь, — гордо сказал Лиам. — Они смышлёные. Мама говорит, что они умнее детей, каких ей когда-либо доводилось видеть, и я уверен, что они уже могут просеиваться. У Калиин самый большой прогресс. Она очень умная и решительная. Кажется, что лидер она, а мальчишки просто следуют за ней.

Я усмехнулась, ведь предупреждала, что дочка станет лидером. Она коснулась крохотными пальчиками моего лица, и я улыбнулась, когда она начала осматривать меня янтарными глазами. А когда она тихо заагукала, у меня сжалось сердце. Я знала, что они быстро вырастут, но за короткое время их отсутствия мы столько упустили.

— Мама, — сказала Калиин, а потом взволнованно рассмеялась.

— Ты такая большая, — прошептала я, подалась вперёд и поцеловала её в нос и лоб. — Я так по вас скучала.

— Она вся в тебя, — Райдер фыркнул, потянувшись к Зандеру, который хотел показать, как ходит, но плюхнулся на попу. Он выпятил нижнюю губу, но Райдер взял его за руку и помог подняться. Зандер дошёл до отца, который обнял его и поцеловал в темноволосую макушку.

— Привет, Зандер, — прошептал Райдер.

— Упаси нас боги, если они пойдут в тебя, фейри, — я рассмеялась и посмотрела на Райдера поверх головы Калиин.

— Фейри, — произнёс Кейд, отчего я запрокинула голову и рассмеялась.

— Ты неисправима, — рыкнул Райдер, посмотрел на Кейда и несколько раз повторил: — Папа.

— Па-па, — проговорил Кейд, смотря на Райдера полными радости пурпурно-голубыми глазами.

Послышался стук в дверь и шум возни, а затем в комнату вошли Ристан, Оливия и вся Элитная Стража. Они уселись у стен, пока мы играли в центре комнаты.

— Вскоре нам понадобится комната больше, — протянул Райдер. В Царстве Фейри было не так много детей, поэтому каждый ребёнок считался благословением. Но в глубине души я знала, что братья Райдера обожали наших детей больше, чем обычные фейри других, и мы никогда не стали бы препятствовать их посещениям, так как знали, что они скучают по детям так же, как мы.

— Точно, — согласилась я с улыбкой. Нацелившись на Ристана, Калиин встала и пошла к нему, пока он тихо чертыхался.

— Она ходит? — прошептал он, вероятно, чтобы не испугать Калиин, идущую к нему. — Когда она уезжала едва могла ползать. — Он ахнул, когда она едва не упала. Я, как и Оливия, наблюдала за Ристаном, как каждый раз, когда Калиин почти падала, он наклонялся к ней. Я знала, каких усилий ему стоило не броситься к ней, позволяя дочери самой идти.

— Ристан, — проулюлюкала она, наконец, дойдя до него. Он разинул рот, а я усмехнулась. Да, она крута. Калиин положила голову Ристану на грудь и принялась насасывать свой большой палец, смотря на меня.

— Она меня только что по имени назвала, — он нервно хихикнул. — Их не было всего несколько дней.

— Они очень выросли, — пояснил Лиам, а Синджин кивнул в согласии.

— Они начали колдовать, чего не бывает в таком возрасте. Мы видели, как они переносили к себе то, чего хотели. Два дня назад, медвежонок Зандера ожил и начал ходить сам, — вставил Синджин. — Они требуют к себе внимания, но когда видят, что мы начинаем не справляться, успокаиваются. Словно чувствуют наши эмоции. Были признаки того, что они начали просеиваться, но никто не ловил их на этом, и я не уверен, что в младенчестве хоть один фейри мог такое.

— Они не младенцы, — заметила я, наблюдая за раздумывающим Райдером. — Кроме того, я призвала к себе Адама. Он — мой фамильяр, и я помню, что приёмная мать рассказывала, как я в детстве колдовала.

— Ты — дитя Дану, Питомец, в тебе её кровь, а ещё ты наполовину фейри, так что вполне логично, что ты сильнее, — протянул Райдер, обнимая Зандера, который выкрутился и сел на колени отца, чтобы посмотреть на меня.

— Твоя мама внизу, — тихо заговорила Оливия. — И за сегодня ты должна выбрать торт и платье. Мы останемся с детьми, пока вы не закончите, — застенчиво предложила она, с румянцем смущения. — Думаю, мне нужна практика.

— Мы только пришли, я нахмурилась. — Это не может подождать?

— Мадисон вся в нетерпении твоего большого дня, — Лиам рассмеялся, протягивая руки за Кейдом. — Я слышал, что свадьба Кира и Мари померкнет по сравнению с великим событием, которое наша мать запланировала.

— Не знаю, зачем она планирует такой огромный праздник. Последний закончился не очень хорошо… — Ристан тихо заворчал, когда Оливия любопытно на него посмотрела. — На последнем меня чуть не убили.

Я скривила мину на Ристана, обняла и чмокнула Кейда в щеку, а потом передала его Лиаму.

— Перед тем, как мы вернёмся домой, ты ещё с ними побудешь, — заверил меня Лиам.

Я встала и отряхнула задницу, смотря, как Райдер отдаёт Зандера. Я не хотела планировать свадьбу. Я хотела нянчиться с детьми и спать под их сопение.

— Пошли, Питомец, — сказал Райдер, взял меня за руку и просеял.

Глава 12

Мы сидели с Райдером за столом, и, казалось, должны были попробовать все торты, которые были испечены во все времена. Мы попробовали и «Шоколадный декаданс», и «Красный бархат», и ещё много всяких разных. Мадисон привела кондитера из Терры, чтобы испечь свадебный и дополнительные торты для Орды (в прямом и переносном смысле) фейри, которые прибудут на свадьбу. Райдер сказал, что кондитер входит в список того, что нужно для «человеческой сказочной свадьбы».

— Вкусный, — прокомментировал Райдер, пробуя торт из тёмного шоколада с кремом и глазурью.

— М-м-м, — протянула я с набитым ртом. — Очень.

— Ещё несколько нужно попробовать, — проговорила Мадисон, сама поднося торт ко рту. — И правда, вкусный. Может, стоит попросить его сделать маленькие образцы каждого типа торта для гостей. Знаешь, как те маленькие петифюры?

На мгновение, на лице кондитера отразилась паника, но я покачала головой и улыбнулась.

— Не вижу необходимости, и я больше не могу есть.

Вытерев рот, я положила салфетку на стол.

— Мне понравился этот с тёмным шоколадом и сливочным кремом, а тебе? — Я посмотрела на Райдера, слизывающего крошки с губ.

— Выбор за тобой, — он улыбнулся, и я не смогла сдержать ответную улыбку.

— Это наш день, — возразила я. — Значит и за тобой выбор тоже, а раз ты не можешь выбрать мне платье, на твоей совести торт.

— С тёмным шоколадом и кремом, — отдал приказ Райдер, хотя смотрел на меня с порочной улыбкой.

— Нужно выбрать дизайн. — Мадисон достала каталог и начала его листать. Она отметила несколько вариантов, которые были за гранью экстравагантности.

— Мне этот больше всего нравится, — Мадисон указала на торт, в котором было слоев больше, чем кто-то мог вообразить. Я подавила стон, когда они с Райдером начали обсуждать цвета для каждой касты и представителей других существ, населяющих Царство, которые Райдер пригласил на торжество. А значит придут гоблины, вампиры, красные колпаки и пуки, да и Слуа. Великолепная толпа для сказочной свадьбы.

— Красный, чёрный, белый и золотой, — согласилась Мадисон, давая подробные инструкции кондитеру, который выглядел взволнованным таким подробным описанием.

Я притянула к себе каталог и начала его просматривать, ища меньший торт с куда более простым дизайном. Я не очень хотела шикарное торжество. Будь оно менее масштабное, мне было бы нормально, но я не хотела ранить чувства Мадисон… или Райдера, так как и он настаивал на огромной свадьбе, которая стала бы заявлением для всех фейри.

— Синтия, — позвал Райдер, и я подняла взгляд. Торт, который они выбрали, занял весь стол. — Пойдёт?

— Этим можно накормить весь Китай, — прошептала я.

— На свадьбу придёт много людей, — пояснил он. — И чтобы накормить всех нужно около полусотни тортов.

Я сглотнула и заставила себя улыбнуться.

— Выглядит потрясно. — Никто не заметил, что я солгала. Дождавшись, когда они вернуться к обсуждению, я вновь опустила взгляд в каталог. И наткнулась на милый торт, сделанный в виде дерева, а на коричневой глазури ствола вырезано сердечко, в центре которого надпись: «И жили они долго и счастливо». Я незаметно вырвала страницу, пока Мадисон и Райдер обсуждали план заказа, в котором было столько шоколада, что запросто можно было укокошить человек двадцать. Затем до меня долетели приказы Мадисон и Райдера сделать торт монстр. Бедный кондитер выглядел так, будто у него случится сердечный приступ, пока Райдер не сказал, что нужно сделать лишь главный гигантский торт и несколько маленьких, а фейри повторят его работы для остальных.

— Время примерки, — пропела Мадисон, на что я покачала головой.

— А где будет проводиться мероприятие? — спросила я, выглядя сконфужено.

— Здесь, конечно. Ты выходишь замуж за Орду, так что правильней провести церемонию здесь. Если только ты не хочешь жениться в часовне или Церкви, как люди.

Она нахмурилась и я поняла, что замок Орды подходит лучше, чем церковь, учитывая, что приглашенные Райдером и Мадисон просто не вместятся в часовне. Только если они не знают расширяющее пространство заклинание. Когда мы закончили с планированием, то уже все хмурились. Я согласилась, что лучше провести церемонию в замке, и заметила, как они перемигивались по дороге в главный зал, который был украшен в красных, малиновых и золотых тонах. Над столами парили крошечные огоньки, но, приблизившись, я поняла, что это феи. Пол устилали лепестки белых и красных роз. Было так красиво, но чем больше я вглядывалась, тем больше меня одолевало ощущение перегрузки этим событием.

Мадисон хотела этого, Райдер был согласен, потому что думал, что я этого хотела, а я согласилась, потому что не хотела никого обижать. Завись всё от меня, я бы вышла за Райдера голой, стоя в прудах Царства Фейри. Райдер стиснул мою руку, и я посмотрела на него, обнаружив, что он изучает выражение моего лица.

— Не нравится? — спросил он, и я с трудом сглотнула.

— Красиво, — просто ответила я, потому что и в правду красиво… просто это не моё.

— Идеально! — пропищала Мадисон, и я с восхищением улыбнулась. — Наш цвет смешан с его. Никогда прежде Орда и кровавые фейри не объединялись, так что событие грандиозное. Церемония будет великой. — Она махнула рукой, и зажглись свечи, следом появились стулья и их ряды тянулись и тянулись, насколько позволял зал. Комната была в янтарных тонах с красными коврами, по которым были раскинуты белые лепестки роз. — Так всё будет выглядеть в начале.

— Мило, — прокомментировала я.

— Перебор? — Она переводила неуверенный взгляд с меня на Райдера.

— Не совсем… Платье? — Я сдержала дрожь, когда она радостно захлопала в ладоши.

— Мне нужен список подружек невесты. — Она смотрела в свой список дел, когда этот вопрос выбил из меня воздух.

Я замерла и покачала головой, желудок скрутило.

— У меня никого нет, — тихо ответила я. В горле образовался комок, ладони вспотели, а на глаза навернулись слёзы. Здесь должна быть Ларисса, она моя лучшая подруга. Мы планировали так, но её больше нет. — И мне они не нужны.

— У тебя же должны быть друзья. — На сумятицу в её чертах я рассмеялась.

— Могу попросить Адама, — сказала я. — Он может стать моей подружкой… другом невесты. И я уверена, ему платье не понадобится, — прошептала я. — Пойдём примерять платье. Не терпится вернуться к детям.

— Конечно, — хрипло сказала она, словно что-то сдавливало ей горло.

Три часа спустя, я стояла у зеркала и примеряла платье, наверно, пятидесятое. У этого был лиф, обшитый драгоценными камнями, Мадисон сказала, что это настоящие бриллианты. На спине перекрещивались тонкие золотые цепочки. А юбка была огромной с несколькими ярдами шлейфа, который портниха держала… пыталась удержать в руках весь его немалый вес. И, несмотря на всю красоту платья, это было чересчур.

— Оно! — Мадисон захлопала в ладоши.

Закрыв глаза, я покачала головой. Определённо не моё платье.

— Можешь сделать одно красное? — спросила я, на что портниха нахмурилась, но кивнула.

— Оно не традиционное, — протянула она.

— Скажи это невестам из Индии и Китая, — буркнула я, пока Мадисон помогала мне избавиться от тяжёлого наряда. Но когда портниха начаровала красное платье, улыбнулась.

— Красное? — спросила Мадисон, закусив губу и пытаясь понять, что я делаю.

— Кровавые фейри, — ответила я, аккуратно надевая платье. Простой дизайн с высокой талией и лиф без бретелек с малиновым кружевом. Малиновая юбка плавными складками стекала на пол. Я бы такое не выбрала, завись всё от меня, но оно было милым.

— Ты прекрасна, — прошептала Мадисон, смахивая слёзы. — Это оно.

— Да, — улыбнулась я. — Я хочу увидеть детей, — пробормотала я, переодевшись силой мысли и наслаждаясь мягкостью простой одежды.

— Тогда пошли к ним, ты заслужила, — ответила она, взяла меня за руку и перенесла в детскую.

С детьми сидели мужчины, которые улыбнулись нам и продолжили играть с малышами. Райдер посмотрел на меня, когда я подошла к нему и села между его ног.

— Выбрала платье? — шепнул он мне на ухо.

— Да.

— Не слишком к нему привязывайся. Недолго оно будет целым после того, как ты скажешь «да».

— Серьёзно? — подтрунивала я, на что Кейд посмотрел на меня и хихикнул.

— Абсолютно, — Райдер рассмеялся, обнял меня, и мы смотрели, как наши дети играли с его братьями.

Мы должны найти Сиару, иначе она пропустит всё детство наших малышей.

Глава 13

Я целый час общалась с организатором свадьбы, который ахал и качал головой на каждое моё замечание. Я знала, что это дико, но у меня было желание добавить свои штрихи в собственную свадьбу. И не была уверена, что нам нужен организатор свадьбы. Мадисон — организатор свадьбы на стероидах, разведённых Ред Буллом. Закончив, я встретила Райдера в главном зале и объяснила, зачем хочу встретиться с Лукьяном. Вскинув руку, я не дала ему произнести угрюмый ответ, склонила голову на бок и уставилась на него.

— Ты уходишь искать сестру. Наши дети вернулись в безопасность, а мне необходимо поговорить с Олденом. Я не стану разрушать шаткие отношения с Лукьяном. Тебе необходимо найти Сиару, иначе на свадьбе у меня будет друг невесты — Адам.

— Ты не сможешь позвать меня, если потребуется помощь, — прорычал он.

— Со мной будут Ристан и Адам, — ответила я. — Я беру себе нянек, потому что не могу взять всю стражу, и ты это знаешь. Слишком много внимания. Ристан позовёт тебя в случае опасности. Встретимся позже здесь, и ты отшлёпаешь меня за плохое поведение.

— Спроси Лукьяна, не узнал ли он что-то о порталах и… Син, мне не нужно твоё плохое поведение для порки, — он ехидно улыбнулся.

— Будь осторожен, а то я тебя свяжу и отшлёпаю.

— Попробуй, будет интересно посмотреть за твоими попытками, — он рассмеялся и поцеловал меня. — Будь умницей, ведьма, и не лезь на рожон не спасай никого без меня.

— Ладно, поняла. Не строить из себя супервумен, — пошутила я и поцеловала Райдера. Затем гламуром надела на себя кожаные штаны и белую футболку с принтом на груди: «Ведьмы делают это лучше всех». — А ещё обещаю не спасать бездомных животных. Уже усвоила урок.

— Погоди, ты только что сказала, что усвоила урок? — он расхохотался, а я рыкнула.

— Следи за языком! — предупредила я и отстранилась. — Пойду на поиск своих стражников, О, Древнейший, — я рассмеялась.

— Зато за все эти года, я набрался опыта, благодаря которому ты ночь напролёт кричишь моё имя, так что, малютка, не чеши языком.

— Ох, ты ж, прямо опыта набрался, — я подмигнула Райдеру и просеялась прежде, чем он смог бы ответить. Войдя в библиотеку, я нашла Ристана сидящим за столом, а когда посмотрела ему за плечо, увидела страницы «Отцовство для чайников».

Когда я рассмеялась, Ристан посмотрел на меня.

— Это не поможет. Ты знаешь, что делать… к тому же, слышала, что в этой книге советы не слишком дельные.

— Мне просто было любопытно, да и на первый взгляд советы практичны. Хотя вряд ли человек, даже с докторской степенью, может что-то посоветовать в плане воспитания ребёнка, который родится у меня. У детей демонов и фейри свои особенности, к тому же нужно учесть уникальное происхождение Оливии, и нет, я не стану приставать к Элиасу с расспросами про особенности детей ангелов, — возразил он, качая головой.

— Посмотри на меня, демон, — потребовала я. Когда он повернулся, я взяла в руки его лицо. — Ты справишься, я знаю. Ты помогал моим детям, помогал мне с детьми. Всё будет хорошо.

— Не могу поверить, что она уже ходит и говорит, — пробормотал он, нахмурившись, словно сильнее меня расстроен тем, что пропустил всё. — Калиин не должна так быстро расти. Я хочу, чтобы она осталась малышкой… навсегда.

— Согласна, — пробормотала я. — Мои дети сильные, но мне страшно, что в таком возрасте они могут пользоваться магией. И если сейчас они способны на такое, что будет, когда они подрастут?

— У них есть мы, — ответил он, и я нахмурилась.

— На самом деле, мне нужна твоя помощь. Кое в чём секретном, — дразнила я озорной улыбкой. Мне нужно, чтобы во всех уголках этого и моего мира стало известно о свадьбе. Хочу, чтобы об этом кричали с крыш.

— Цветочек, если о свадьбе начнут кричать со всех крыш, каждый узнает, когда она состоится.

— Уже и без того многие знают, — сказала я. — Но мне нужно, чтобы услышала определённая личность. Мне нужно, чтобы он был здесь, и ждать его дольше не могу.

— И под ним, ты имеешь в виду?.. — Он замялся, прищурившись на меня.

— Не задавай вопросы, на которые не хочешь получить ответы, — протянула я и повернулась к входящему Адаму.

— И почему Дристан только что сказал, что мне пойдёт платье? — спросил он, уставившись на меня зелёными глазами.

— Ты станешь моей подружкой невесты, — прошептала я тихо, но он меня услышал. Мне просто нужно было произнести это, потому что даже для меня это звучало нелепо.

— Извини? — он замер.

— Ну, не подружкой, а другом ладно. Просто у меня, кроме тебя, никого нет, — начала пояснять я. — Ларисса должна была ею стать, но не может. Сиара пропала, а если я попрошу Даринду, то все остальные служанки поднимут крик. Да и Мадисон хватит удар из-за всей этой проклятой иерархии. Кроме них, больше никто не может стать подружками невесты, так что ей станешь ты, Адам. Ты мой лучший друг. Хотя, не подружкой, а другом и точно не в платье. — Я нервно хихикнула.

— Синтия, — ворчал он, наблюдая за мной, — ладно, но я не стану никого держать за руку, пока иду к алтарю. И ко мне будут обращаться друг, а не подружка.

— По рукам, — я рассмеялась.

— Ты не дослушала, — рыкнул он.

— Да? — А вот это уже плохо.

— Нет. Кир хочет, чтобы я женился на Светлой Наследнице, когда мы ту найдём, и мне понадобится шафер. Ты станешь моей шафереткой. — Он поморщился и подошёл к столу, смотря на книгу Ристана. — Чёрт, ты вообще представляешь, какого он будет вида?

— Не-а, и даже не знаю, как это обозвать, — проговорила я.

— Но точно не Демгел, — проворчал Ристан.

— Да, это просто на первый взгляд кажется неуместным, — я улыбнулась на его пожатие плеч. — Интересно, а будут ли у малыша крылья и хвост, или он докажет, что мы все неправы и будет совершенно не совершенным, как и папочка?

— Молись богам, чтобы она не пошла в меня, — проскрежетал он. — Потомки демонов легко убивают.

— Она? — я усмехнулась.

— Калиин нужна помощь, она в меньшинстве, — ответил он и встал. — Может, уже пойдём? Тратим впустую время. — Я посмотрела на другие книги, которые он читал: «Огненные обряды драконов», «Карты территории драконов» и «Камасутра для беременных».

— «Камасутра для беременных», хм-м-м, — я улыбнулась, а Ристан подмигнул мне, складывая книги в стопку.

— Во время беременности женщины голоднее, а я никогда не устану искать способы удовлетворить сексуальные желания моей партнёрши.

— Ого, посмотри-ка на себя, оттачиваешь навыки, — я хихикнула. Ристан же взял меня за руку. — Пошли-ка с секс-клуб, потому что нет ничего лучше, чем испробовать в реале прочитанное, да? — на его смех я фыркнула.

— Спасибо, но с меня хватает секса.

Ристан открыл портал, и мы оказались в нескольких метрах от входа, а сзади со странным шипением закрылся проём. Я улыбнулась вышибале, прочитавшему надпись на моей футболке.

— Правда? — протянул он, поднимая взгляд к моим глазам.

— Конечно, они всё делают лучше, — я улыбнулась, а он кивнул на вход.

— Внутри праздник оргий, и ты, вероятно, захочешь надеть его, — проговорил он, протягивая мне ожерелье.

Я улыбнулась, вспомнив, когда Райдер пытался меня так приструнить.

— Бейн, ты пытаешься на меня надеть ошейник? — я рассмеялась.

— Даже не мечтал, ведьма, — тихо ответил он. — Лукьян внутри, ему казалось, что ты зайдёшь, так что он послал машину за Олденом. Скоро он приедет.

— У него такая отличная интуиция? — спросила я, идя за Ристаном и исследуя кулон силами. Выяснив, что в нём не сокрыто ничего волшебного, я надела его. Лукьян управлял секс-клубом, куда приходили, в основном, сверхъестественные существа и лишь несколько людей в поисках освобождения от повседневной скучной рутины, в которой жили.

— Лукьян пытается всё предвидеть, и узнать, где он нужен ещё до того, как понадобится, — он усмехнулся, кивая на дверь. — Входи, но, должен предупредить, сегодня там — «вседозволенность».

— Прямо как мы и любим, — сказала я и пошевелила бровями.

Глава 14

Мы шли по клубу, точно зная, что с самого появления, все взгляды устремлены на нас. Дойдя до барной стойки, я села на стул и принялась осматривать толпу. Люди смотрели на существ, кто-то со страхом, а кто-то в поисках освобождения, которое могли дать лишь бессмертные. Я заметила фейри различных каст, они танцевали и обжимались с людьми.

Лена — или называть её Кендрой? — тоже была там, танцуя с ведьмами своего ковена. Ни один мужчина не подходил к ним, хотя может, в этом виновен Лукьян. Я медленно осмотрела её наряд: мини-юбка и чертовы шпильки. Каждый шаг, каждое движение танца даже то, как она проводила руками по бёдрам, было просчитано. Она смотрела на что-то или кого-то в углу. Бит песни создавал безумие на танцполе. Я уловила в ритме принуждение и ухмыльнулась.

— Что могу предложить? — прокричал бармен, обращая на себя моё внимание. Парень был моложе, чем я ожидала, не больше двадцати одного, судя по едва заметному пушку, который он пытался отрастить. Под кожей рук пульсировали глифы, и были похожи на метки фейри. Но он не фейри, и я бы поспорила, что глифы создали магически, чтобы имитировать фейри.

Он смотрел на меня голубыми глазами. Я прищурилась, он не человек, но что именно, не понятно. Я усмехнулась на то как он округлил глаза на мои глифы, которые я продемонстрировала.

— Джин с тоником, — ответила я, но он не сводил взгляд с глифов, словно был ими очарован. — Нравятся? — Я слышала смешки Адама и Ристана, пока те наблюдали за подражателем. Адам тоже продемонстрировал свои глифы, положив руку на стойку. Паренёк был в восторге, но посмотрев в светящиеся глаза Адама, побледнел. Он понял кто перед ним.

— Вы такие красивые, — он тяжело сглотнул, а его руки слабо задрожали. — Заберите меня с собой.

— Извини? — пробормотала я.

— Всё становится лишь хуже, — Ристан пробормотал. — И зачем же ей тебя забирать.

— Без разницы. Трахнет меня, помоет мной пол, убьёт. Лишь бы не чувствовать эту боль. Я не могу больше на неё смотреть. Знаю, я заслужил это, но больше не могу. Она меня даже не помнит, — прокричал он, глотая слёзы, пока мы пытались понять о чём он.

— Брендон, хватит. Они здесь не для того, чтобы спасти твою жалкую душу, — глубокий голос Лукьяна раздался позади нас.

— Я не могу вечность этим заниматься! — прокричал Брендон, отойдя от того места, куда сел Лукьян. — Даже ещё минуту не могу, — он начал хныкать, и я смотрела, как Лукьян кивнул своим людям. Паренька вновь заменила серебряная лиса.

— Прошу прощения за это, — Лукьян кивнул бармену, и тот протянул заказанный мной джин с тоником. — Брендон продал мне душу, так что пока я не решу иначе, он должен смотреть за своей бывшей невестой каждую ночь. Однако она даже не знает, кто он такой.

— И за что же он продал душу?

— Чтобы стать фейри, — Лукьян удержал мой взгляд и улыбнулся. — Конечно, я объяснил, что никто не может стать фейри, только если не родился таковым, но детали его не волновали. Он просто хочет стать фейри. Высшим фейри, чтобы впечатлить девчонку. А вот его подружка продала душу, чтобы забыть боль, которую перенесла в детстве от рук отца. Без подробностей. Так что, они оба у меня в долгу. Брендон однако, нарушил правила и попытался найти лазейку в сделке, поэтому теперь он проведет вечность, наблюдая за любовью своей жизни, которая работает официанткой и без понятия кто он такой.

— А, ну, тогда ладно. — Я отвернулась и глотнула напиток. — Вижу здесь Кендра, наблюдает за тобой, — бросила я и посмотрела за Лукьяна на танцпол, а потом вновь демону в глаза. — А ещё ей не нравится, что ты так близко ко мне сидишь.

Чёрные глаза смотрели на меня с ледяной убеждённостью. Это существо тёмное, но я точно знаю, что душа у него не изо льда. Что-то есть в нём такое, пробуждающее желание обнять, хотя точно знала, что ему это не понравится.

— Ты сегодня райски выглядишь. — Он перевёл взгляд с меня на танцпол.

— А ты по-адски, — парировала я, смотря, как он вновь переводит взгляд на меня. — Я тебе не друг, и не стану лгать, чтоб посидеть рядом, — пояснила я, когда он выгнул бровь.

— Прямолинейно, — он рассмеялся, отпивая скотч. — Такие слова от вскоре Королевы фейри.

Я закатила глаза и вернулась к разговору.

— Тяжело наблюдать за её танцем, — проговорила я, зная, что он слышит. — Хотя, она наблюдает за тобой, а это хороший знак.

— Откуда ты это знаешь? — усмехнулся он.

— У меня есть сиськи, — я улыбнулась. — И мне легче рассуждать так же, как и та, у которой тоже такие имеются. Думаю, она на самом деле злится, что ты так близко ко мне сидишь.

— Ты этого не знаешь, — он отмахнулся от моих слов и посмотрел через плечо.

— Спорим? — я бросала вызов, а на его кивок, улыбнулась. — Хочешь знать, откуда мне известно, что она наблюдает? Что она не рада моей близости? Я покажу. Не целуй меня и не прикасайся, просто смотри за Кендрой, когда я придвинусь к тебе. — Я слезла со стула и встала напротив Лукьяна. — Разведи ноги, — прошептала я, смотря за тем, как в его глазах загорается подозрение, словно я змея, готовая напасть. — Лукьян, я не подготовила ловушек. Просто хочу показать, что она заинтересована в тебе. — Заверила я. Когда он развёл ноги, я встала между ними, положила руки ему на бёдра и улыбнулась, склонив голову. От Лукьяна пахло чем-то свежим, чистым и уникально мужским. Я улыбнулась, закусила губу и посмотрела в глаза Лукьяну. После чего убрала его волосы ему за ухо и придвинулась ещё ближе. — Положи руку мне на плечо и посмотри на Кендру. Её глаза будут прищурены, а зрачки расширятся от гнева. Сейчас у неё сердце колотится от злости, что я настолько осмелилась, а ты мне позволяешь. Затем она прикажет девчонкам, с которыми пришла, уйти с танцпола, чтобы ты не заметил, что она перестала танцевать. — Я отступила. — Она пришла соблазнить тебя, об этом одни лишь шпильки кричат. А юбка?.. Может, ты и знаешь женщин, ты без понятия, каково это любить кого-то и не знать, почему. Лена, вероятно, даже не знает, почему это ее бесит.

— Она три ночи подряд приходит, — проговорил Лукьян и отвернулся у бару.

— Три ночи подряд… в таких нарядах? — Я сделала ещё глоток.

— Шпильки, короткие юбки, в которых видна её идеальная задница, — он отсалютовал мне стаканом, подчёркивая свою точку зрения.

— У ведьм это отлично выходит, — поддразнила я, когда он повернулся ко мне. — Ты уверен, что она из тебя цель не сделала? Лукьян, три ночи на таких шпильках — серьёзное дело. — Я рассмеялась. — Её Олден обучал, так что на твоём месте, я ждала бы неожиданного. — Я подумала, что Олден может быть тут.

— Она приходит со своим ковеном и пытается смешаться с другими. Пытается, но я не позволяю мужчинам к ней приближаться. Думаешь, она тут из-за твоего дяди? — Он прищурился, наблюдая, как Кендра покачивалась под медленный такт.

— Я думаю, что у неё тот же учитель, что и у меня, и считаю, что она поставила на тебе метку. На тебе или ком-то другом в этом клубе, — я пожала плечами. — Как минимум, будь осторожен. Олден — лучший учитель Гильдии, и он, может, захочет помочь ей, учитывая происходящее.

— Я не этого от тебя ожидал. — Он поджал губы, немного нахмурился и покачал головой. — Думал, что ты задиристее.

— Извини, что разрушила иллюзию, будто все чего-то от тебя хотят, — я рассмеялась и посмотрела на дверь, через которую прошёл Олден. Вздохнув, я встала. — Мне нужно тихое местечко, чтобы поговорить с дядей.

— Иди в кабинку, — предложил он, и махнул в сторону задней части клуба. — Там есть чары, и никто вас не потревожит.

— Спасибо. — Я махнула Адаму и Ристану держаться ближе и идти следом к кабинке, на которую указал Лукьян. Приблизившись к ней, я притормозила, посмотрела на Ристана, и тот кивнул, останавливая Адама и встав, как охранники.

Я скользнула внутрь и посмотрела на Олдена, когда он присоединился. Он был счастлив и казался моложе. Морщины не испещряли лоб, а улыбка казалась искренней.

— Старик, нам нужно поговорить, — прямо заявила я. — О том, что лежит в защищенной и запечатанной комнате в самой глубокой части Гильдии, — пояснила я. Он резко вскинул голову и побледнел. Потом с трудом сглотнул, когда официантка подошла к столику и поставила перед Олденом скотч, а передо мной джин с тоником.

— Ты её видела? — он поморщился от боли.

— Кто она? — Олдену не удастся отговориться или уйти от этого разговора. — Не меняй тему. Мне нужно знать до того, как я приведу детей в Гильдию.

Он посмотрел на потолок, словно раздумывая, сколько можно мне рассказать.

— Она всё. Ты ведь не представляешь, что делаешь, беря на себя руководство Гильдии, да? — Он уронил голову на руки.

— Нет, поэтому ты объяснишь мне, кто она, — тихо рыкнула я. — А затем объяснишь, почему в жертву приносили девочек, чтобы она продолжала пребывать в летаргическом сне. Теперь я понимаю, почему Гильдия Сиэтла так упорно хотела забрать эту. Кем бы ни была та, что спит, она сильна.

— Когда я был ребёнком в Гильдии, нам рассказывали про первородных ведьм. Маленький ковен, происходящий напрямик от Гекаты. Даже сейчас, считается, что осталось несколько потомков одних из самых могущественных ведьм. Первородные ведьмы опасны по одной, но вместе они могли уничтожить города или даже целые страны, если бы захотели. Их никто не беспокоил, и они были одними из самых могущественных созданий этого мира, которые решили жить в тени. Так было, пока до них не долетели известия о преследовании ведьм. По мере того, как пытки и убийства становились всё хуже, первородные ведьмы выходили из тени и уничтожали деревни, города, направляясь в Салем, чтобы найти людей, ответственных за смерть детей. Они заставляли охотников на ведьм покончить жизнь самоубийством, колдовали язвы, которые охватывали земли, убивая тысячи. Тогда и появился страх, что станет с ведьмами, которым удалось сбежать и скрыться. Америка и Англия уже тогда находились на грани войны, но добавить к этому ведьм, численность которых сокращалась, и всё закончилось бы плохо. Примерно в это время отделился ковен Лены, и начали появляться Гильдии. Первородные ведьмы продолжали убивать, и Гильдия испугалась, что больше не сможет контролировать существ из потустороннего мира — фейри — так что начали заключать сделки с главами других ковенов, которые, в конечном итоге, присоединятся к ним в создании других гильдий. Они рассказали обо всём паладинам, и сильнейшие союзники заключили Первородных ведьм в тюрьмы. Но даже из магической тюрьмы они сеяли хаос. Они были заперты все вместе, отчего были сильнее и злее. Вскоре, многие ковены начали заболевать странными болезнями. Кто-то лишался магии, другие сходили с ума от голосов в голове. Многие призывали убить Первородных, но каждый опасался, что убийство стольких ведьм прямой линии Гекаты могло навлечь гнев на всех. У паладинов тоже есть магия, но она не этого мира. Гильдия и ковены согласились с их идеей поместить ведьм в стазис и использовать лей-линии под Гильдиями, чтобы те питали летаргический сон, не давая проснуться ведьмам. Самый счастливый способ нейтрализовать ведьм, не убивая. Как только паладины погрузили ведьм в стазис, их поместили в глубины тринадцати различных ковенов. Поскольку Гильдии основаны на Среднем Западе и Тихоокеанском побережье, трёх ведьм перевезли сюда… и одну похоронили под Гильдией Спокана. Они в стазисе очень долгое время, а теперь, когда ты взяла на себя управление Гильдией Спокана, Национальная Гильдия не перестанет бороться с тобой за её возвращение, Синтия. Если одна из ведьм очнётся, она отправиться за врагом.

— За Гильдией, — прошептала я, понимая, во что ввязалась.

— Или за нами, потому что мы в Гильдии, — поправил он. — Мы знаем, что они связаны, но, как и почему — нет. Некоторые предполагают, что если кто-то из них проснется, другие тоже, но это, конечно, предположение. Однако если это произойдет, Боже спаси наши души, потому что милости у ведьм нет.

— А души? — я очень не хотела знать больше о ведьмах. Я всё поняла, придёт апокалипсис. Почему всегда был худший сценарий? Почему мы не можем найти ситуацию, которая не будет как-то связана с концом света?

— Жертвы, которые держат ведьм в стазисе, — тихо ответил он и тяжело сглотнул. — У магии паладин есть цена — кровь и мы её платим. Тринадцать душ в год, чтобы удерживать тринадцать ведьм.

— И Геката не вмешивалась? Она просто позволила это?

— Ее не видели и не слышали с тех пор, как эти дочери начали убивать людей. Мы никогда не знали, как она к этому относится, лишь знаем, что она не вмешивалась, чтобы спасти их. Заклинания были наложены до хаоса, Гекату призывали, чтобы остановить дочерей и спасти ковены, но она не пришла. Или ее больше нет среди нас, или она нас бросила. Мы не знаем, что именно. В Гильдии продолжают рассказывать про неё, но мало что известно наверняка. Для нас она — наша богиня. Но доказательств её существования нет, но мы продолжаем выполнять ее наказы и следуем правилам.

Я переварила информацию и аккуратно задала следующий вопрос.

— Ты убивал, чтобы удержать ведьм в стазисе?

— Да. И сделаю это снова. Только старейшины знают, что скрыто под Гильдиями, наша задача не дать им очнуться. Нужно ещё учитывать — так как Гильдия пользуется силами тех же лей-линий, которые используют для ослабления ведьм — что Первородные знают каждую живую ведьму. Представь, что будет, когда они очнутся.

— Они могут уничтожить каждую ведьму на континенте, — я застонала и надавила на виски. — Любое существо, коснувшееся лей-линий, рассказало о себе первородным, да?

— Да. И ты тоже, — ответил он и на мгновение закрыл глаза и допил скотч.

— Под нашей Гильдией лежит ящик Пандоры, на котором мы должны строить будущее. Как мы можем привести невинных детей туда?

— Этот мир нуждается в детях, которых обучили правильно. И сейчас эти дети нужны больше, чем прежде, — тут же ответил Олден. — Я знаю, что фейри наводнили этот мир. И знаю, что ты и те, кто следит за порталами, не признали бы способа так охранять, если бы нашли другой. Что-то ведь не так с порталами, да?

Я боялась отвечать, переваривая то, что он рассказал. Затем вспомнила, что Райдер, Ристан и Дристан рассказывали об истории фейри и о переплетении с ведьмами и Гильдиями. Теперь ещё больше кусочков пазла встали на места.

— Ладно, старик, это всё дерьмово. Мы оба знаем, что Гильдия рассказывала искажённые факты про то откуда мы и что мы. Геката такая же богиня, как и Дану. Они не должны вмешиваться напрямую, а если это сделают, будут серьезные последствия. Но последствия от кого? — я медленно всё проговаривала, обдумывая все факты. — Первородные ведьмы появились ещё до друидов и были подменышами, судя по словам Райдера, значит Геката как-то вмешалась в дела подменышей, создавая эту линию, поэтому ведьмы так сильны. Они не просто ведьмы, а полубогини. — Олден моргнул и кивнул, соглашаясь с моей догадкой. — Если это так, то, возможно, Геката или какой-то другой бог помог объединить ковены и паладинов, как косвенный способ нейтрализации ее детей. Так, они уклонились от убийства детей и обвинений во вмешательстве. — Я смотрела на Олдена, а в голову мне пришла другая мысль. — Олден, паладинов же не так много, и Гильдия обращается к ним в самом адски крайнем случае. Когда всё началось, вас охраняли двенадцать паладин. Ларисса говорила, что не знала, кто их послал. Ты послал? — Если всё было так, как я думала, то в дело вовлечено гораздо больше существ.

— Нет. — Олден покачал головой. — Я считал, что это сделала Гильдия Вашингтона. Со мной они были недолго, а затем Гильдия послала своих людей. Я не задавал вопросов, а с того момента их не видел. — Он нахмурился, когда начал видеть ту же картину, которая формировалась в моем сознании. Я мало что знала о паладинах — лишь то, что они не из нашего мира и что их магия иная. Они не фейри, но и не люди. Так кто же они на самом деле?

— Значит, чтобы разбудить одну Первородную, нам, вероятно, понадобится паладин?

— Или друид. Они не умерли, когда ведьм поместили в стазис, и я знаю, что и их силу вписали для усыпления Первородных. Давно уже не встречали друидов в штате.

— Подменыши произошли от друидов и стали ведьмами Гильдии, — пояснила я. — Мог ли кто-то из них не выбирать сторону, а прятаться? Думаешь они ещё живы?

— Возможно. Если бы они были полукровками, мы жили бы дольше. А если и так, то моя кровь настолько разбавленная, что просто помогает мне неплохо сохраняться, — хихикнул Олден.

— Ладно, будем копать в эту сторону. Если маги захватывают Гильдии и вызывают дисбаланс из-за войны с фейри, возможно ли, что кто-то ещё участвует в этом? Кто-то, кто послал паладинов охранять тебя? А те паладины, возможно, сообщали тому, кто их контролирует, о том, что происходит с Гильдиями, — размышляла я вслух.

— Вероятно, — согласился Олден. — В таком случае, надо узнать, дружелюбно ли они настроены к фейри? Или же они их враги?

— Отличный вопрос. — Я допила джин, а Олден показал официантке повторить, затем посмотрел на меня и вздохнул:

— Мы всё выясним, а пока покажи мне планы.

Глава 15

Следующие несколько дней мы обсуждали каждую деталь новой Гильдии с людьми, которым Райдер доверял больше всего. Если не планировали работы с Гильдией, мы разрывались между поиском каких-либо следов или признаков Сиары и планированием свадьбы. Райдер с братьями были в ужасе от того, что могло произойти, и с каждым днём надежда найти ее живой сильнее угасала.

Меня бесило, что я не могла посвятить больше времени и сил её поискам, но из-за разрастания порталов и готовности Орды вырваться наружу, такое было невозможно. Иначе, крепость Орды была бы незащищённой вообще.

Мир вокруг казался спокойным и безмятежным, будто мы не стояли на пороге войны. Словно в этом мире не было дыры, которую мы не могли закрыть, неважно сколько экспертов приводили, казалось, ничто не мешает порталам медленно расширяться.

По утрам я планировала свадьбу, к обеду скучала по детям. До полуночи я тренировалась так, чтобы потом рухнуть в постель без сил, но зная, что тело и разум будут готовы к любой битве.

Хрупкий мир долго не протянет, и мы все с замиранием сердца ждём переломного момента, который приведёт нас к полномасштабной войне. Маги притихли, а это обычно значило, что они замышляли и планировали что-то опасное, так что все постоянно были наготове. Никто не расслаблялся от их бездействия. Мы забрали у них большую часть арсенала, когда захватили бога, который, как маги думали, сделает их непобедимым, так что, скорее всего, они сейчас зализывают раны. Но, даже зная это, мы понимали, что долго они ждать не будут и предпримут новые шаги, а мы будем к этому готовы.

Фэлан — очередная проблема — скрывался, ожидая подловить меня и нанести удар в спину. Он не перестанет за мной охотиться, пока кто-то из нас не умрёт, а я не собираюсь на тот свет. Я планировала убить Фэлана, и мне было противно, что когда это случиться, Мадисон будет разбита. Я не могла найти другого способа, ведь его злость угрожает жизням моих детей. Своим поступком, Фэлан пересёк черту, и его нужно остановить.

— Райдер согласился, что на приёме должны быть места во дворе и за пределами замка, чтобы любой, кто захотел бы разделить веселье, мог присоединиться к торжеству. Я знаю, что несколько столетий назад в человеческом мире свадебный пир королей длился несколько дней. Думаю, это стало бы отличным чтением традиции, — лепетала Мадисон, выдёргивая меня из тяжёлых дум.

— Что? — я отвернулась от окна и посмотрела на неё, сидящую на изящном диванчике и рассматривающую кексы, который нам принесла Даринда.

— Синтия, ты не слышала ничего из того, что я сказала, — обвинила она, поджимая губы. — Может мне позже зайти?

— Нет, всё здорово. Можно поставить столы где угодно, — пожала плечами. — Извини, я немного задумалась.

— Нам нужно закончить с планированием свадьбы. — Без намёка на расстройство, она похлопала по свободному рядом с собой месту. — Иди, покажу, что я придумала.

Я проигнорировал её приглашение и села на стул напротив. Мадисон принесла ещё фотографии платьев для подружек невесты, тортов и макетов того, как будет выглядеть главный зал, когда все рассядутся. Я думала, мы всё уже решили, но увидев решительный настрой в глазах Мадисон, поняла, у неё другие взгляды на свадьбу.

— Это твоё платье, потому что, хоть я и ценю твоё желание выйти в красном в честь кровавых фейри, невеста в алом — неслыханность. Райдер предельно ясно дал понять, что хочет свадьбу, как у людей.

Он поменял моё платье? Я посмотрела на фото и нахмурилась. Красивое, с колоколообразной юбкой, кружевным лифом, шлейфом и вуалью. На самом деле, оно было похоже на платье, которым я восхищалась в пятилетнем возрасте, но лишь потому, что в таком была одета каждая принцесса Диснея.

— Что скажешь? — спросила Мадисон взволновано. Я посмотрела на неё и слабо улыбнулась.

— Красивое. — Да, оно красиво, но не для меня. У меня свело живот, а нервы натянулись. Я была расстроена тем, что не остановила ни Райдера, ни Мадисон от того, чтобы они превратили свадьбу в огромное пиршество. — Слишком много ткани, — выдавила я, пытаясь быть корректной. Мадисон улыбнулась.

— Оно идеальное, и думаю, что из всех платьев, оно лучше всех подчеркнёт твою фигуру. А ещё думаю, тебе нужно сделать вот такие локоны.

Она пошевелила пальцами, и я почувствовала, как мои волосы собираются в пучок, а пара мягких кудряшек обрамляет лицо.

— Смотри, — взволнованно воскликнула Мадисон, и в её руках появилось зеркало. Я посмотрела на сложную прическу, которую она создала. — Она подчеркивает твои черты, и каждый сможет рассмотреть бриллианты.

— Бриллианты? — спросила я одеревеневшим голосом. Я не была шокирована тем, что фейри могли их создать, а тем, что я вообще-то планировала надеть жемчуг.

— Вот. — Она показала на каталог ювелирных изделий: бриллианты размером с кулак младенца и выглядели чопорно, обрамленные платиновым каркасом и бриллиантами чуть меньшего размера, создавая водопад на декольте. — От них твои глаза будут блестеть и привлекать внимание к Короне. Райдер всю неделю выбирал.

— Корона? — вновь спросила я, задумываясь, откуда у этих двоих столько времени на планирование свадьбы. Мы с Райдером встречались на пару минут вечером в спальне, и он уставший тут же засыпал. Хотя фейри не нужно было спать, им было необходимо отключаться от мира иначе бы они сошли с ума. И Всё же Райдер с Мадисон планировали нашу свадьбу в самых мельчайших подробностях.

Именно в этот момент у меня появилось подозрение, что больше часть плана составлена Мадисон, а не Райдером. Фейри слишком хорошо меня знал, для таких глупостей. И хотя Мадисон необязательно врала, она очень умело выбирала слова, каждый раз, когда я спрашивала, изменял ли это Райдер. У меня было чувство, что нами с Райдером манипулировали, ведь мы не хотели обидеть Мадисон. Так что она стала адским созданием, замаскированным под прекрасную королеву фейри.

— Ты принцесса, и не можешь вступить в брак с Ордой, не изменяя статус. Поэтому, когда ты пойдёшь к алтарю у тебя будет тиара, а затем Райдер наденет тебе на голову корону. Ты станешь Королевой Орды.

— Точно, — прошептала я, пока Мадисон передавала мне фотографии тиары с кровавым рубином и золотой короны с сотней бриллиантов, которая выглядела чертовски тяжёлой. Придется подкачать мышцы шеи, если я каждый день должна буду её носить.

— Ты привыкнешь, — заверила меня Мадисон, заметив мой хмурый взгляд. — Она служит напоминанием твоего положения, и люди должны видеть тебя в ней. Орда процветает на власти, и если они забудут кто ты, придется напомнить.

— Знаю, — я кивнула. — Сколько дней до свадьбы? — Я отпила чай с ромашкой, чтобы успокоить нервы в ожидании возвращения мужчин с поисков Сиары.

— Два дня, — ответила она с хмурым взглядом. — Ты же не могла забыть, ведь помогала рассылать приглашения.

— Как я могла забыть, — проворчала я, хотя не могла вспомнить кого мы пригласили — имен было так много, что я перестала спрашивать, кто есть кто. Мне было всё равно, потому что я не хотела большую свадьбу, и в тайне была впечатлена армией маленьких крылатых фей, которые доставляли приглашения.

— Так, завтра у нас репетиция. Думаю, что ты должна всё обдумать и позволить детям присутствовать на церемонии. Они должны быть здесь.

— Абсолютно, нет, — ответила я гораздо жестче, чем хотела. — Мадисон, я очень хотела бы, чтобы они здесь были, но пока Фэлан на свободе, не хочу рисковать, чтобы он схватил их, и использовал против нас.

— Понимаю, — тихо ответила она со слезами на глазах, после чего отвернулась. Я знала, что ей трудно это принять, но ее сын монстр.

Я могла спустить ему с рук много из того, что он намеревался сделать со мной, но никогда не подставлю детей под опасность, чтобы их использовали против меня. Они беззащитны и невинны.

— Что ещё требует моего внимания? — спросила я на выдохе.

— Ты ещё туфли не выбрала. — Она перелистывала страницы, пока не нашла то, что искала, и протянула листок мне. Там было изображено много прозрачных туфель разных фасонов.

— Райдер сказал, что он видел, как ты любуешься туфлями персонажа какой-то сказки. Как она называлась… Золушка? Он описал историю, и мы нашли несколько дизайнов подобных туфель.

Я усмехнулась, просматривая фасоны, и выбрала туфли на маленьком каблуке, которые выглядели прочными. Когда мы закончили с деталями, Мадисон ушла, напомнив мне о завтрашней репетиции свадьбы, чтобы я не растерялась, когда придет время идти к Райдеру.

Как только она ушла, я вытащила карты, которые изучала до её прихода. Инстинкты вели меня к участку пересеченной местности и гор, который стража вычеркнули из поисковой сетки. Если бы я пряталась от Орды, отправилась бы в последнее место в этом мире, где они могли бы искать. Но, эй, это ведь я. Райдер объяснил, что никто туда не пойдёт, там даже растения плотоядные. Затем он подробно рассказал о них и чудовищных созданиях, которые были частью самой земли.

Я замерла и склонила голову, двигая пальцем по карте и одеваясь магией в облегающую броню. После чего собрала нелепые кудри в хвостик и нацепила несколько умно скрытых ножен для кинжалов на запястье, бедрах и лодыжках.

Подойдя к окну, я посмотрела вниз на мужчин, только что вернувшихся с поисков, и подумала дождаться Райдера, но когда увидела, как он спешивается с лошади с поникшими плечами, знала, что должна сделать. Мне было ненавистно, что каждый раз, когда они возвращались ни с чем, сильнее расстраивались тем, что могут не успеть спасти Сиару.

На полу и мебели было много крови, ее крови. Она дралась с нападавшим изо всех сил, но чего это стоило ей?

Жизни?

Райдер поднял янтарные глаза на меня, словно ощутил моё присутствие, и покачал головой. Для него поражение — новое, и он, как и я, ещё к нему не готов.

Глава 16

Я просеялась в то мест, которое решила называть Чудовищными Горами. Райдер же закрылся в оперативном центре со своими людьми, изучая карты. Он обыскивал весь мир, чтобы найти Сиару — единственную признанную дочь Алазандера и единственную сестру Райдера, которую он поклялся защищать. Неспособность найти ее причиняла боль всем. Они все её очень любили.

Я медленно шла по тропам, внимательно вглядываясь в любую опасность, всё, что угодно, что могло бы доказать присутствие здесь драконов. Пройдя сквозь поросль деревьев, я замерла, заметив поляну.

Запах жареного мяса витал в, белом от тумана, воздухе. Но на мгновение туман рассеялся, открывая лагерь. Гениально спрятаться в тумане, который практически всегда стоит густым, и даже с небес не видно, что внизу.

Я слышала голоса мужчин и женщин, а ещё визг играющих детей.

Пока я огибала лагерь, глаза привыкли к клубящемуся, густому туману. Я заметила, что по периметру стояли палатки, а вокруг них лежали большие камни, чтобы сохранить магию тумана и скрыть этих людей ото всех, и, вероятно, поэтому никто не знал, что они здесь.

Я призвала завесу невидимости и прошла по самому краю лагеря, наблюдая, как мужчины собираются в группы или для спарринга или для игры, а женщины готовили на кострах или нянчились с детьми. Некоторые несли тяжёлые корзинки с продуктами или одеждой. Туман рассеялся, и я поняла, что палаток не несколько, а сотни. Этот лагерь не временный, установленный за ночь, он здесь уже годами стоял. Я видела камни с рунами, которые охраняли лагерь. И чем больше вглядывалась, тем больше замечала чар.

Инстинктивно, я хотела отступить и призвать Райдера, но если это и в правду драконы, мне нужны доказательства, а не мои подозрения. Я выдохнула и осмотрела лагерь в поисках самой большой палатки. Не могу я, зайдя так далеко, уйти без доказательств или не поискав Сиару. Я увидела у мужчин тату драконов, схожих с тату Райдера и вспомнила, как фейри рассказывал, что эта метка появилась у него сразу после меток наследника. И у этих мужчин глифы двигались… вот и доказательство. Такое не подделать, а значит это метки вида чертовых драконов. Святые ягодицы фейри! Драконы!

Я отошла в тень деревьев, из-за которых вышла, продумывая следующий шаг. Мне следовало уйти и направиться к Райдеру, рассказать ему обо всём, но я не собиралась так поступать и знала это. Все эти драконы просто люди. Некоторые стояли у костра, пили что-то и разговаривали. Маленькие мальчики играли с деревянными мечами. Я сглотнула комок в горле, осознавая, что вижу. Притеснённые люди, объединившиеся ради выживания.

Если я вернусь и расскажу Райдеру, ему придётся нейтрализовать их всех. А мне ненавистна мысль, что я должна это сделать.

С другой стороны, нам нужно больше о них узнать, что они делают и что планируют. Я сомневалась, что они простят Райдера, даже если он просто выполнял приказы. Тем не менее, они выжили, и Райдер не всю расу уничтожил. На моих глазах мужчина подошёл на большое пустое пространство, перекинулся в дракона с блестящей, зелёной чешуёй, взмахнул огромными крыльями и поднялся в воздух.

Лазутчик? Она так долго прятались, потому что умны. Они перебрались туда, где считалось невозможным жить… Но они здесь. Эти долбаные драконы.

Я вновь осмотрела лагерь и нашла самую большую палатку, вокруг которой стояли стражи. Либо в ней жил кто-то важный, либо тот, побег которого они хотели предотвратить. Мне надо бы обыскать и другие палатки, но я поставила бы всё на то, что начать стоит с этой, в которой, казалось, жил тот, кто управлял лагерем.

Я медленно направилась к столбу с нанесёнными рунами, дотронулась до них пальцами, и когда они не завопили о тревоге, прошла сквозь чары. Я остановилась, ожидая услышать сирену, но было тихо. Как только я поняла, что всё в порядке, пошла к центру лагеря, мимо резвящихся детей и пары мужчин, играющих в игру с кубиками, которые походили на кристаллы, и хлопающих друг друга по спине.

— Чёрт! Да ты, должно быть, жульничаешь, Эйдан, никому так везти не может! — закричал мужчина, сидящий напротив, и хлопнул ладонями по столу, бросая открытый вызов.

— Сифон, это кости, с ними нельзя сжульничать. Посмотри! И следи за языком, прежде чем обвинять меня, — прорычал другой, со смертельным блеском в глазах, смотря на своего противника.

— Никому не может так везти, — отрезал Сифон и убрал руки со стола. Я отошла от них, осторожничая, чтобы никто не налетел на меня. Подойдя к ближайшей палатке, я встала у неё и прислушивалась пару секунд, чтобы понять, что происходило внутри, а затем двинулась дальше. Я проходила палатку за палаткой, и ни из одной не доносилось и звука. Видимо, все были снаружи, работая или играя.

В небольшом разрезе одной палатки я увидела, как женщины пекли разный хлеб в каменных печах, оживленно разговаривая на повышенных тонах; я остановилась, услышав ремарку про шлюху орды.

— Он покажет ей, что чувствовали наши женщины, когда её народ насиловал их, — вставила одна, перемешивая что-то в большой деревянной миске.

— А я считаю, что он должен просто оторвать ей голову и отправить её королю. Всё закончится, и мы спокойно продолжим жить. Её присутствие здесь на всех нас навлекает беду.

— Если бы он так поступил, они были бы уже здесь. А пока они рыщут, но сюда не станут заглядывать. Учитывая сколько чудищ здесь скрываются. Мне, например, надоело здесь прятаться, как крысам. Эти горы мне сиськи заморозили.

— Фиа, дорогуша, было бы там что отмораживать, — поддразнила пожилая женщина, приглушая смех рукой, когда другая женщина взглянула на ее сиськи. — Даже ребёнку нечего схватить. Так что перестань нести чушь. Повелитель знает, что делает. Что бы он ни решил, это его дело. И не место таким разговорам у печи. А теперь возвращайся к работе, еда сама себя не приготовит. К тому же нам всем нужно постирать или нижнее бельё уже изотрётся.

Я сглотнула и пошла дальше к самой большой палатке. Подойдя к ней, я увидела охранников, которые ходили туда-сюда, и поняла то, что до этого момента до меня не доходило: я не смогу войти в палатку и не сдвинуть ткань.

Я задержала дыхание, услышав, доносящийся изнутри, стон. Внезапно один полог отодвинулся, и из палатки вышел высокий мужчина, за спину которого я скользнула внутрь.

У меня перестало биться сердце при виде Сиары, одетой в тонкое, порванное платье и прикованной к одной из опор палатки. Её волосы свисали спутанными прядями, а на щеках играл яркий румянец. Она вперила взгляд в мужчину, лежавшего на кровати, заваленной мехами. У него были светло-каштановые волосы чуть ниже плеч. На его жилистой спине была татуировка близнецов драконов в полёте. Задница упругая, а член — хоть и в спокойном состоянии — впечатлял размером.

— Румянец на щеках принцессы Орды? — поддразнил он, уставившись на Сиару кристально-голубыми глазами, после чего сел, давая мне возможность рассмотреть его обнажённое совершенство. Но тут Сиара покраснела сильнее, когда он встал и подошёл к ней. Схватил её за подбородок и заставил смотреть себе прямо в глаза. — Тебе нечего меня бояться, Сиара. Я не трахаю нежелающих меня женщин, как твой вид. И не убиваю невинных. Нет, не стоит бояться, что я опущусь до того, что трахну тебя, неважно насколько бы наслаждался этим изумительным телом. — Он тяжело сглотнул, и я поняла, что он изо всех сил старается не сделать того, о чём только что говорил.

Она вздрогнула, а я еле сдержалась, чтобы не вытащить кинжалы и не разрезать этого придурка на кусочки.

— Делай со мной, что хочешь Блейн, но я никогда не заманю своих братьев на смерть. Забыл, я Орда, — прошипела она, медленно передвигая голодный взгляд от его лица на тело — Вскоре тебе придётся меня кормить или станешь смотреть, как я медленно угасаю. Мне постоянно нужно кормиться. Поведай-ка, Дракон, каково это? Наблюдать за тем, как единственное средство отмщения увядает? Или стоит меня накормить? — дразнила она, говоря гортанно. Сиара играет в обольщение.

Я усмехнулась. Мы переживали за неё, а она беспокоится о нас. Я так гордилась ей. Она жива и не боится его. По крайней мере, не показывает ему страха. Она повела бедром, и тонкий пояс на её талии сжался, словно сирена, звеня. Сиара чёртова ловушка. Я медленно перевела взгляд на золотую цепочку на её бедре и заметила, что на ней есть тонкие, металлические зацепки, впивающиеся при каждом движении, в плоть Сиары. Я побледнела, но старалась сдержаться при виде тонких струек крови. Блейн тоже их заметил и сглотнул, когда эти капельки скользнули вниз и впитались в платье, где уже виднелись засохшие капли, а Сиара вновь повела бёдрами, наблюдая за его реакцией. Блейн провёл рукой по лицу, развернулся и придвинулся так быстро, что я едва успела заметить. К счастью, он не врезался в меня, когда выходил из палатки. Я усмехнулась, понимая, что Сиара так вывела его из себя, что он вышел из палатки без штанов.

И после этого, Сиара обмякла, а на её глазах выступили слёзы. Я медленно подошла к ней с другой стороны, замечая чары, которые дадут войти, но не выйти любому существу Орды. Да, определённо ловушка.

— Сиара, — прошептала я.

— Син? — вскрикнула она, и я шикнула на неё.

— Тише, а то стражи тебя услышат, — прошептала я. — Ты ранена? — спросила я, а когда она мотнула головой, выдохнула, даже не зная, что затаивала дыхание. — Драконы, да? Кто же знал? — Я медленно пригнулась, чтобы лучше рассмотреть цепь, и чтобы Сиара не двигалась.

— Братья? — прошептала она.

— Как сумасшедшие ищут тебя, — проговорила я, сосредоточившись на странных цепях.

— Син, они не должны меня найти, — выдала она, дрожа, когда один из крошечных шипов слишком глубоко вонзился в кожу после моего прикосновения к цепи. — Это ловушка, если кто-то из Орды войдёт сюда, выйти уже не сможет. Весь лагерь создан так, чтобы схватить Орду, если сюда кто явится.

— Знаю. Я изучила чары и это… — я замолчала и махнула на палатку, но услышала, как приближается Блейн.

— Тебе нужно уходить, живо, — прошипела она.

Полог распахнули, и Блейн, все еще голый, вошел, держа ведро с водой, которое он поставил у ног Сиары. Несколько мгновений он задумчиво наблюдал за ней.

— Разговариваешь сама с собой? — поддразнил он, медленно ведя пальцами по её груди и наблюдая за реакцией тела. Я могла бы убить Блейна, но её реакция остановила меня. Ее зрачки расширились, а спина выгнулась, как будто его прикосновение взволновало её. Сиара, озорница, шокировала меня. Он ей нравился.

— Не сама с собой, а с богами, — отрезала она и пнула ведро, отчего лужа образовалась прямо под её ногами.

— Это было глупо, — рыкнул он, и двое стражей раздвинули вход, чтобы посмотреть, в чём дело. Они держали мечи наизготове, чтобы разрезать Сиару на лоскуты. — Женщина, ты могла бы магией помыться и не стала бы вонять, заставляя меня мыть тебя.

Я почти рассмеялась вслух. Сиара умна, магия оставляла следы в воздухе, и если бы она воспользовалась ей, чтобы помыться, братья могли бы её найти. Она знала, что они перевернут мир в поисках, и ей лишь нужно было использовать магию, чтобы привести их прямо к себе. К этой хорошо продуманной ловушке, которую драконы создали с ней в качестве приманки.

Блейн намотал волосы Сиары на кулак и запрокинул её голову. После чего прильнул губами к её уху и прижался к её телу. Я заметила, что его это волновало сильнее, чем он хотел бы.

Я медленно опустила руку на кинжал в набедренных ножнах, но продолжала наблюдать, как он боролся со своими эмоциями. Я не осмеливалась читать его мысли, потому что он мог почувствовать меня. Я ощущала его силу: мощную, горячую и первобытную. Чем больше он возбуждался, тем жарче становилось в палатке. И это придавало совершенно новый смысл фразе «Обжигающе сексуально». Он задел ее губы своими. Сиара застонала, открыла рот и улыбнулась, затем закрыла глаза, когда почувствовала, что он мечется между тем, что хотел сделать и тем, что должен.

— Покорми меня или освободи, — прошептала она у его губ. — Одно или другое, Дракон… А может, убей и отошли мои останки брату. Скоро тебе придется выбрать, у меня мало времени.

— Думаешь, я куплюсь на твоё дерьмо? — холодно отрезал он и попятился, смотря на неё убийственным взглядом. — Обольстительница Орды, ты от многих мужчин кормилась? Для каждого раздвигала ноги?

Я едва не зарычала, но её смех меня поразил.

— Для каждому возжелавшего, Дракон, — выдала она сквозь смех и вильнула бедрами, отчего еще больше крови полилось на платье. — Девушку нужно кормить, а с моим аппетитом делать это надо часто.

— Я не войду в их число, — прорычал он и провел рукой по волосам, успокаиваясь. Его член пульсировал, и всё же, он сдержался и направился к кровати, поворачивать ко мне спиной. Я шагнула вперёд, но в этот момент он остановился, повернулся и внимательно посмотрел на Сиару. После чего окинул задумчивым взглядом палатку и повернулся, позволяя мне выдохнуть, взял с кровати штаны и надел их. — Продолжай меня дразнить, и тебе не понравится, как я тебя накормлю, — предупредил он. — Меня не удержать и не сбить с пути к цели какой-то влажной плотью или похотливой шлюхой.

Я сглотнула и решила выпотрошить его. К чёрту последствия. К чёрту, если он ей нравился. Этому грязному языку нужно преподать урок. Я увидела, как он смотрел на кровь и как дергался нерв на его щеке. Ему тоже не нравилось, что Сиара причиняла себе боль.

Интересно.

Она знала об этом? Подцепила ли она его на крючок, который продолжает дёргать? Блейн схватил рубашку из той же кучи, в которой были его штаны, меч и упряжь, а затем медленно двинулся к ней с холодной улыбкой, от которой я задрожала.

— Он придет за тобой, даже если мне придется заманить его частями твоего тела. После того как я убью его и займу его трон, смогу держать тебя прикованной к кровати целую вечность. Интересно, будешь ли ты умолять накормить себя или молить о безболезненной смерти?

— Рядом с ним богиня. Он не падёт перед тобой, драконье отродье, — возразила она. — Ты хоть представляешь, насколько сильна Синтия? Она прямо сейчас может быть здесь, а ты и не догадаешься, пока не будешь лежать на полу в луже собственной крови. Ты не можешь противостоять ей. Никто не может. Думаешь, она даст Райдеру попасть в ловушку? Она заметит чары в лесу, увидит их за мили. Глупец. Забирай своих людей и уходи. Живи… ему всё равно, что ты жив. Блейн, поверь и просто уходи, пока не стало слишком поздно.

— Он король Орды, Сиара. Он не придет, а просеется, и к этому времени будет слишком поздно уйти. Он хладнокровный убийца. Я знаю, потому что был там, когда он убивал моих людей. Моих родных. Мою мать изнасиловали несколько его людей. А я всё видел с того места, где меня спрятала горничная матери. Я не стану больше от него убегать. В прошлый раз я был мальчишкой. Теперь же — мужчина, который отплатит ему за всё, что он сделал. Я не допущу повторения прошлого.

— Он следовал приказу, и всегда сожалел о том, что пришлось сделать с вашим народом, — прошептала Сиара. — Он убил нашего отца, так что настоящий убийца заплатил за деяния.

— Но он принял того монстра, который сводил с ума твоего отца. И лишь вопрос времени, когда сам Райдер пойдет по стопам отца и уничтожит то немногое, что осталось от этого мира. Он убил отца не из-за его деяний, а потому что жаждал власти. Мы слышали, как он хотел этого. Убийство Алазандера не освобождает его от преступлений. Те, кого он убил, были невиновны. Они не заслуживали такой смерти или того, чтобы их оставили на поедание падальщикам, — прорычал Блейн, в чьих голубых глазах стоял лёд, и плескалось столько ненависти. Сиара сглотнула, заметив его взгляд.

— Зверь моего брата подчиняется только ему, а не отцу. Я знаю, кто он и была рядом, когда он убил Алазандера. Я видела, что произошло и почему. Райдер не такой, каким ты его считаешь, — осторожно возразила она, наблюдая за драконом, которой подходил к ней. — Думаешь, отец, который был монстром для всех, к своим детям проявлял добро? Он использовал нас, избивал братьев, пока они не сдались и не подчинились ему. Если бы они отказались, он убил бы тех, кто им дорог. Он пытал их, но Райдер не наш отец, фейри не такие.

— И ты лжёшь, чтобы его защитить, — прошипел он.

— Эй, я же фейри. Чистокровная фейри из королевской семьи и ты это прекрасно знаешь. Я не могу лгать! — прорычала она и посмотрела на него. — Я говорю правду.

— Кто сказал, что фейри не могут лгать? Гильдия? Откуда тебе знать, что они не выдумали это для Гильдии, а та купилась? Если бы я был древним высшим фейри, я бы так и сказал. Обойтись без пыток, да? Они повелись бы на что угодно, потому что фейри ведь не могут лгать.

— Ты невероятно упрямый осёл! Можешь ты меня выслушать? — прорычала она, вырываясь из цепей.

Я нахмурилась. В его словах был смысл, потому что, будь я тем же фейри, так и сказала бы Гильдии.

— Сиара, чем больше ты сопротивляешься, тем меньше у тебя сил, — протянул он, медленно скользя взглядом по её груди, которую не особо скрывало изорванное платье, тем более что при каждом яростном вздохе, она вздымалась. — На твоём месте, я бы берёг энергию, потому что не планирую кормить тебя или пасть жертвой твоего обольщения, соблазнительница.

Он не станет её кормить, а я буду. Мои силы не проследить, и никто в лагере её не заметит. Он отошёл к выходу, обернулся и прищурился. Я видела, как на его щеке дёргался нерв, когда он хотел что-то сказать.

— Я этого не просил, но не позволю этому монстру навредить ещё кому-то, не дам уничтожить ещё одну касту фейри. Ты не виновата, но и мои люди тоже. Как и младенцы, которых пришлось убить, чтобы они не стали игрушками для тошнотворных удовольствий Короля Орды. Эти люди, — он махнул на улицу, — все выжившие или их дети. Мы должны убить этого монстра. Мы долго ждали и время пришло. Принцесса, много не дёргайся, мне не нравится твоя кровь, — прорычал он, развернулся и вышел.

Я ждала, наблюдая за Сиарой. Она опустила голову, а потом посмотрела туда, где я стояла.

— Синтия, ты должна уйти. Тебе нужно сдержать моих братьев. Они будут сражаться до смерти, но никто не победит. Я не смогу жить, зная, что мои действия навлекли смерть на этих людей или на Короля Орды. Я знаю, что он не перестанет меня искать, но ему нужно.

— Это они создали проблемы с порталами? — спросила я, говоря едва громче шепота.

— Нет, их не волнуют дела фейри. Они, однако, крадут женщин, из деревень которые не замечает Орда, так как своих у них мало. У драконов в основном рождаются мужчины, а так как большинство женщин были убиты в битве, продолжать род-то нужно. Думаю поэтому сейчас их здесь не тысячи. Присутствующие здесь — это те, кто был далеко во время битвы с Ордой, были ранены или оставлены умирать на поле битвы, а ещё были маленькими детьми, которым удалось сбежать. Как я поняла из разговоров, у них несколько небольших лагерей, разбросанных то тут, то там по нежилым секторам, в которые мало кто осмелится зайти. По большей части, из-за климата, в этих секторах пустынно. Свой новый дом они назвали Крепость Драконов, а Блейн их король. Он был там, и видел, как Райдер всех убивал.

— Думаю, я смогу снять с тебя цепь, — проговорила я тихо, размышляя над её словами и проверяя цепь. Но Сиара нетерпеливо прервала меня.

— Не можешь, — прошипела она, — цепь разрежет меня пополам, если открыть её поддельным ключом. Я — ловушка, созданная заманить сюда Орду, чтобы посмотреть, как я умираю при попытке освободить. Блейн — неплохой, но чокнутый. Он многое пережил, и думаю, что могу до него достучаться, Син. Мне просто нужно ещё время. И я думаю, что цепь — одна из религий, которые ищет мой брат.

— Сиара, если это так, к чёрту эту реликвию. Я тебя здесь не оставлю, — огрызнулась я.

— Придётся, — шепнула он, а по её щекам покатились слёзы. — Обещай, что не позволишь моим братьям прийти за мной. Береги их. Клянусь, я освобожусь.

— Если он не накормит тебя, ты ослабнет и увянешь. В этом лагере много эмоций: гнев, боль, негодование, ненависть, но их недостаточно. Ты недолго продержишься, — прорычала я, борясь с эмоциями, бурлящими внутри. Невероятно, что я подобралась так близко и вынуждена оставить Сиару. Но чем дольше я смотрела на цепь, тем больше деталей видела. Цепь нельзя снять. Убрать её может лишь тот, кто надел. И что ещё хуже — на тонком поясе, было видно что-то вроде жучка. Вероятно, на случай, если удастся сбежать.

— Он меня накормит, — уверенно ответила она. — Я прорвусь к нему, и заставлю его увидеть, что я плоть и кровь, такая же, как он. А тебе нужно уйти. Прошу, поверь. Мои братья не поверили, всегда думали, что я слаба, потому что женщина, но это не так. Я справлюсь, и закончу войну до её начала.

Нахмурившись, я положила руку ей на плечо и толкнула в неё энергию, придавая сил. Чары начали светиться, поэтому я уменьшила количество энергии. Пока я её подпитывала, волос стали гладкими и волнистыми. Тёмные круги под глазами исчезли, а тело немного пополнело. Теперь она выглядела здоровее, и чтобы немного покружить ему голову, я одела Сиару в чистую кофту и юбку, которые оставляли неприкрытыми живот и цепочку.

Я отступила, наблюдая, как фиолетовое свечение от кормления потухло в её глазах, и покачала головой, неуверенная, что смогу сделать то, о чём она попросила, но я ей доверяла. Я её знала — она сильная, упрямая, прямо как её брат. Если она сможет закончить эту войну до того, как она дойдет до наших дверей, это того стоит.

Я быстро обняла её и прошептала на ухо:

— Сиара, я вернусь за тобой. Придумаю, как снять эту цепь и приду за тобой. У тебя очень мало времени. Я не могу ещё дольше наблюдать за тем, как ваши братья возвращаются в унынии с пустыми руками. Сделай всё, что сможешь, но я вернусь. Поняла?

— Он идёт, — прошептала она, и я отошла, стоя у стены и наблюдая, как вырвались солдаты с орудием наготове. Когда они оказались внутри, я последний раз посмотрела на Сиару, как она улыбалась королю драконов.

— Она это сделала, — прокричал один из мужчин. — Я говорил, что она слишком тщеславна, чтобы оставаться грязной, — он хмыкнул, схватил Сиару за руки и развернул. — Тщеславие та ещё сука, Сиара.

— Разве? — проворковала она, смотря на короля. — А может что-то ещё? — она порочно улыбнулась.

— Начистите орудия и скажите солдатам быть готовыми к войне с Ордой. Они придут за ней, — холодно сказал Блейн.

Я сглотнула и произнесла молитву всем богам, чтобы у Сиары получилось всё. Я всех убью, прежде чем они тронут Райдера. Всех до единого.

Глава 17

Я стояла на балконе нашей спальне и ждала Райдера. Вина снедала, пока я осмысливала, на что согласилась. Я оставила Сиару на милость врага Райдера, и ненавидела себя за это, как и понимала, почему она так поступала. Сиара хотела доказать силу, но какой ценой? Она желала остановить войну, но, что если отдаст за это жизнь, и война с драконами всё равно начнется?

Положив руки на перила балкона и кинув взгляд на прекраснейший вид, я постаралась обдумать всё, что произошло за последний год, особенно за последние недели. Секреты, которые мне было ненавистно таить от Райдера, прожигали изнутри. Мне было противно лгать Райдеру, даже если это ради его защиты от тех, кто может и обязательно ранит его.

— Ты чересчур усердно думаешь. — От глубокого тембра Райдера, я подпрыгнула. Обернувшись, я кинула на него раздражённый взгляд, ненавижу, когда он вот так просеивается. — Переживаешь по поводу свадьбы? — Он взял меня за руки и притянул к себе.

Сглотнув, я мотнула головой.

— Мне надо тебе кое-что рассказать, и не хочу, чтобы ты взбесился, — проговорила я, закусила губу и посмотрела в его золотистые глаза.

— Синтия, у нас нет секретов, — прорычал он. — Я от тебя ничего не таю.

— Знаю, поэтому и должна тебе кое-что рассказать, но с условием, что ты не взбесишься и не начнёшь вести себя, как неандерталец. Я дала обещания, но не хочу выходить за тебя с секретами.

— Что ты скрываешь? — потребовал он. — Какие секреты?

— Ты мне веришь? — тихо пробормотала я, пытаясь сглотнуть ком в горле и наблюдая, как в его глазах появляется неверие.

— Синтия.

— Ты мне веришь?

— Конечно, — отрезал он.

— Под Гильдией покоится Первородная ведьма. Поэтому Гильдия Сиэтла хочет вернуть Споканскую, и если другие существа узнают, что она там, придут и попытаются забрать её.

Он кивнул.

— Я это знал, — ответил он, и я моргнула. — Синтия, я не глуп. Я знаю своих врагов, и моё дело попытаться выяснить, что они скрывают от меня. Гильдия Сиэтла в первую же неделю моего присутствия в Терре в роли Тёмного Принца, послала за мной Наёмников. Так что я убрал их до того, как они стали проблемой. А ещё пообщался со Старейшинами, которые отдали приказ уничтожить меня, и они вопили ещё до того, как Ристан всадил им меч в живот. Он несколько лет следил за Старейшинами Гильдий Сиэтла и Спокана, и узнал о существовании ведьмы. — Он нежно очертил пальцем мои губы, пытаясь выяснить, насколько я шокирована или зла на его тактику. — Ты знаешь, кто я, как и я знаю, кто ты, так что не злись на мою месть врагам. В противном случае, некоторые подумали бы, что я слаб.

— Я нашла её, — выпалила я, после того, как переварила новость об убийстве не только тех, кого послали за Райдером, но и тех, кто отдал приказ. Но винить Райдера не могла. Я бы так же поступила, ибо закон Гильдии: «Убей или умри». И тем более, в последние века, некоторые Старейшины спутали убийство на законных основаниях с теми, что совершаются в корыстных целях?

— Первородная ведьма, и только о ней ты захотела поговорить? — подтолкнул он с лёгкой улыбкой, когда уверился, что я не расстроена из-за убийства членов Гильдии.

— Райдер, ты должен пообещать мне, что ты ей веришь, и должен в неё поверить. Но у меня не спрашивай, где она.

Он на мгновение замер, затем отошёл от меня.

— Ты нашла Сиару, — прошипел он.

— Да, — я кивнула. — Она жива и в безопасности.

— Где она? — прорычал он, а когда я придвинулась, он вновь отошёл. Я остановилась, посмотрела на него и фыркнула. — Ты скажешь мне, где моя сестра. Живо.

— Нет, не скажу. Потому что ты ворвёшься туда, как маньяк и попытаешься её убить, но если так сделаешь, увидишь, как убьют Сиару. Так что, нет, Райдер, я не скажу тебе, где она. Можешь отменить свадьбу, если хочешь, но я пока не могу сказать, где она. Прости, я слишком сильно тебя люблю. — Я развернулась и ушла с балкона под звук его тяжёлого дыхания, пока он переваривал мои слова.

Я не начну нашу совместную жизнь со лжи. Но и в ловушку его не отправлю, я не смогу позволить ему увидеть, как сестру разрывает на части какая-то волшебная цепь в тот момент, когда он войдёт в эту палатку, потому что не уверена, что после чего-то подобного, он будет тем же прежним, моим любимым Райдером. К тому же я пообещала Сиаре, и по какой-то причине, я верю в её способности.

Я просеялась из спальни в главный зал, и хотела выйти в сад, но Райдер схватил меня за руку, а за ним появились Ристан и Зарук.

— Ты скажешь мне, где сестра! — потребовал он. — Это не твоя битва, и ты не имеешь права скрывать это от меня. Я твой Король!

— Нет, — возразила я, подавляя ярость. — Меня вырастили люди, и хотя я признаю, что ты здесь Король, мне приказывать ты не можешь, фейри. Я не скажу где она!

— Цветочек… — вмешивается Ристан, но его перебил Райдер.

— Спроси, где Сиара, — прорычал он, негодуя.

— Да, демон, спроси меня, и я тебе ничего не скажу. Больше ни слова о её местонахождении, и я уже сказала об этом ему! Передай своему напыщенному брату, что она приманка. Из неё сделали ловушку для него и всех вас гиперопекающих неандертальцев. Они надеются, что вы все, как долбаные Рембо, пойдёте к ним, чтобы убить вас всех разом. Так что, я ни хрена ему не скажу, пока не выясню, как снять с неё чёртову цепь.

— Какую цепь? — спросил Зарук, чьё спокойствие и расчётливость испарились при упоминании Сиары.

— Такую, которая разорвёт её на куски, если кто-то из Орды прикоснётся к ней или попытается забрать. Там, где её держат полно чар от Орды, не только, в роли сигнализации, но и тех, которые обездвиживают любое существо. — Я сделала глубокий, успокаивающий вдох и потрясла головой, проясняя мысли. — Я знаю, где она, но не представляю, как её забрать и не убить. И пока я не выясню, никто туда не пойдёт. фейри, её окружает армия. Я не могу потерять тебя, и если за это ты меня возненавидишь, пусть так и будет. Уж лучше ты будешь меня ненавидеть, но жить. — Я злобно тыкала пальцем ему в грудь. — Возможно, убить они тебя не смогут, но, уверена, точно знают, что сотворить с тобой, и это будет куда хуже. Мне до сих пор в кошмарах снится, как маги пичкают тебя железом. Я буду в саду и сдержу обещание Древу, если понадоблюсь, потому что обещания я стараюсь держать. А сегодня, едва два не нарушила, — заявила я с решимостью. — А это больше, чем за всю жизнь. Так что ненавидь меня или нет, чёрт возьми, отмени свадьбу — это твой выбор, но враги не заберут тебя у меня. На это я не пойду. Поэтому, хочу выяснить, как можно её освободить, а когда узнаю это, скажу, где Сиара. До этого момента, хоть немного поверь в неё, ибо она приказала мне её оставить. Ты её воспитал, все вы. Она не беспомощна и намного сильнее, чем ты думаешь. Поверь в неё и себя, ты воспитал воина в теле леди. Я не жалею, что не могу сказать тебе, где она, потому как уверена, что она покажет, из какого теста сделана. Она твоя копия — выносливая, упрямая, но преданная и умная.

Я пошла на выход, когда Зарук развернулся и отправился за Райдером в оперативный центр. Инстинктивно, я знала, что Ристан пошёл за мной. Я вышла за ворота, ведущие в сад, и помчалась через главную оранжерею на свежий ночной воздух. Оказавшись там, судорожно вздохнула и присела на одну из скамеек, на которых прорастали саженцы Древа.

— Цветочек, ты оставила её, — обвинил он меня с намёком на разочарование и гнев в голосе. — Объясни мне всё.

— Думаешь, я хотела её оставить? Если могла, я бы вырубила сучку и притащила сюда. Но не могу снять цепь, и если Сиара немного сдвинется, та воспримет это, как угрозу и разорвёт её на куски. Но Сиара не сдвигается и даже не показывает и капли боли. Сиара считает, что цепь — одна из реликвий, которые вы ищете. И я думаю, она права, но не буду знать наверняка, пока не загляну в библиотеки и не найду эту штуку. Мне было ненавистно оставлять там Сиару, но она сильнее, чем мы все вместе взятые думаем. Она сказала мне уходить, чтобы она смогла предотвратить войну.

— У кого она? — Он подошёл и сел рядом со мной. Если кто и понимал, что я делаю, так это демон, даже если это его сестра в опасности.

— У Короля Драконов, — прошептала я и закрыла глаза. — Райдер бросит меня, да?

— Нет. Он расстроен, но не глуп.

— Я не могу потерять его, — проговорила я, глядя на Ристана, и обнаружила, что он наблюдает за мной, терпеливо ожидая, пока я выложу остальную часть того, что знала. Положив голову ему на плечо, я выдохнула. — Они винят его, нечестно, но я их понимаю. Понимаю причины Блейна — Короля Драконов. Как я думаю, Блейн видел, как Райдер убил его семью, и знаю, что за невинно убиенных нужно мстить. — Я сглотнула и посмотрела на Ристана. — Он — это я, только с членом.

Ристан рассмеялся, но его улыбка померкла, и он покачал головой.

— Тогда, ты понимаешь, что мы должны убить его прежде, чем он пойдёт против Райдера.

— Знаю, — я грустно вздохнула. — Я могу вернуться туда, где её держат. Чары, окружающие лагерь и Сиару меня не заметили, вероятно, потому что настроены на поимку существ Орды. И я боюсь, что жажду мщения не остановит убийство Блейна. Если мы их всех убьём, история повторится.

— Иногда мне кажется, что мы застряли в бесконечном цикле, остановить который не можем, — задумчиво сказал он и кивнул головой в сторону, как будто что-то услышав. — Райдер ждёт тебя в твоей комнате, Цветочек. Будь нежнее с ним. Райдер не привык быть на шаг позади, а то, что ты нашла Сиару первой, немного задело его эго, тем более что ты искала её не так сосредоточенно, как он.

— Демон, она не только твоя сестра, но и вскоре моя сестра, и ты думаешь, что я не сосредотачивалась на её поиске? — Встав, я повернулась к нему.

— Нет, я просто подумал, что ты попытаешься раньше, но у нас у всех был беспорядок в мыслях, а ты ещё и детей отослала. — Он встал и сделал несколько шагов в сторону оранжереи. — Синтия, ты вступаешь в битвы, всегда так делала. И если ты говоришь, что спасти её, пока мы не выясним всё про цепь, невозможно, я тебе верю. И я точно сказал «мы», потому что ты не одинока. Мы с Дристаном отлично знаем библиотеки, и можем помочь тебе найти ту штуку, что на Сиаре, и как её снять. Вопрос в том, сколько есть времени, прежде чем этот Блейн поймёт, что мы не придём за Сиарой и убьёт её, чтобы отослать домой по кусочкам.

— Не её Блейн винит, — возразила я, — а Райдера, и не думаю, что он станет ей вредить. Напугать, да, но она умнее, чем я считала, и мы все её недооценивали. Он не разрешил ей мыться, но она знала, если использует магию, ты её выследишь. Она умно ведет войну; вы все должны гордиться. Я бы на её месте до этого не додумалась.

— Твой будущий Король нетерпелив, — Ристан ухмыльнулся и кивнул, когда улыбнулась я. — Синтия, ты сказала, что он не твой Король в присутствии нескольких слуг. — Он рассмеялся на мой хмурый вид. — Иди к нему, расскажи о настоящих чувствах… только в этот раз правду.

— Спасибо, демон, — простонала я, когда он просеивался.

Я же просеялась в спальню и нашла в ней Райдера, бешено ходящего взад-вперёд. Мне было больно смотреть на это, зная, что могу положить этому конец, и всё же Сиара заслужила шанс попытаться предотвратить кровопролитие. Она знала, как сильно убийство драконов давило на Райдера, и если Сиара найдёт способ примирить драконов и своих братьев, я готова дать ей этот шанс, даже если мира не настанет.

Я подошла к кровати и остановилась, думая, что сказать, что вообще могу сказать, и поняла, что не в состоянии найти правильных слов.

— Я тоже дал клятву, ведьма. Когда она родилась, я поклялся защищать её ото всех и всего. Она под моей ответственностью.

— И я уважаю это. — Я кивнула и повернулась к нему. — Она с Королём Драконов.

— Что — отрезал он, и я нахмурилась, когда все краски сошли с его лица. — Он давно умер… ты видела, что от драконов ничего не осталось.

— Ну, тот дракон, которого я видела сегодня, был довольно-таки жив, и я не говорю о перевёртышах, которые лишь пару секунд могут удержать облик. Я видела, как один мужчина превратился в дракона и взлетел в небеса. Они выжили. Когда вы напали на них, сын Короля Драконов сбежал. И он очень долго ждал возможности отомстить. — Райдер схватил меня за плечи, и я поняла, что он изо всех сил старается не встряхнуть меня.

— Синтия, где, чёрт подери, он её держит? Он убьёт её! — В его глазах читалось столько страха за сестру.

— Нет, не убьёт, потому что она нужна ему живой, дабы заманить тебя. Если он будет думать, что она служит его цели, не станет причинять ей вред, а нам это даёт время выяснить, как убрать с неё цепь. Она не голодает и сама приказала мне уйти. Она не ранена, но может пострадать, если ты ворвёшься туда без плана. В том месте везде чары. Ты входишь и оказываешься в ловушке. А что ещё хуже, она умрёт на твоих глазах. Я, конечно, не уверена, но думаю, что та цепь — реликвия, и если кто-то из нас попытается её снять, Сиару разрубит на части. Так-то вот! фейри, теперь ты знаешь, и не можешь спасти её, ворвавшись туда. Так что мне нужно, чтобы ты доверился мне, и мы разберемся с этим вместе. Вы с братьями можете прекратить поиски, но лучше продолжать ежедневно посылать патрули, делая вид, что вы её ещё ищите. А ещё я узнала, что Драконы не имеют отношения к порталам, что возвращает нас в самое начало.

— Синтия, а если она пострадает, потому что я не приду? — Он сопротивлялся инстинктам, которые развил за последние тысячелетия. Он хотел кинуться на помощь и спасти положение, но не смог.

— Было похоже, что сам Король напрягался, когда Сиара поворачивала не туда и цепь ранила её. — Я съежилась, когда Райдер напрягся. О, да, ему не нравилось, что его сестрёнка пострадала. — Он не наслаждается её болью, но станет, если узнает, как больно тебе от этого. Сиара думает, что может до него достучаться и помешать мести. У меня нет в это особой веры, но и такой вариант возможен. Люди, пережившие страшные трагедии, могут простить тех, кто принёс им столько боли, — говорила я, прижимаясь к Райдеру. — Я винила тебя за то, что произошло с родителями, но простила и влюбилась в существо, которое ненавидела сильнее всех в мире.

— Но Фэлана ты не простила, — начал спорить он.

— Мне пришлось. Не ради него, а ради себя и тебя. Ненависть — это мрак, и она душит. Чтобы полюбить тебя, мне пришлось простить Фэлана. Райдер, я выбрала тебя и всегда буду выбирать. Мадисон тоже хотела, чтобы я простила его. Так я и сделала, но знаю, что он должен умереть; речь о самообороне и выживании. Он должен умереть, чтобы мои дети были в безопасности.

— Ты не говорила, что простила его. — Я увидела задумчивое выражение удивления на его лице, когда он прижал меня к себе и поцеловал в макушку.

— Не могла сказать… Я не могла признаться, что простила монстра. Не вслух, но ради Мадисон я должна постараться и показать ей, что простила. И в тот момент, когда я это сделала, у меня с души, словно булыжник свалился и будто свет вновь стал ярче. Так что я склонна думать, раз у меня получилось сменить гнев на милость, то и у Блейна есть шанс.

— Ты знаешь его имя? — он говорил натянуто, словно опять лишился контроля, и посмотрел на меня.

— Не то, чтобы мы вместе пили чай, фейри, — хихикнула я, игриво хлопнув его по руке. — Я наблюдала за ним, думая, что он навредит Сиаре. И будь так, принесла бы Сиару сюда с цепью или без. Так что я понаблюдала за ним и тем, как он обращается с Сиарой. Поэтому, заверяю, если кто и сможет достучаться до него, так это твоя сестра.

— Думаешь, с ней всё будет хорошо, пока мы не выясним, как спасти её? — Он смотрел мне прямо в глаза, почти боясь надеяться, что с ней всё будет хорошо без его помощи.

— Да, потому что она — Сиара, с твоим упрямством и рассудительностью, разумом Ристана и яростью Зарука. В ней есть всё от каждого из вас, потому что вы её воспитали. Поверь в неё, а я обещаю присматривать за ситуацией, но только если буду уверена, что ты не вмешаешься, пока мы не выясним, как вытащить ее живой.

— Обещаю, ведьма, — проговорил он, затем развернул меня и нежно поцеловал в затылок. — Но я всё равно отшлёпаю тебя за безрассудство.

— Думаешь, сможешь? — поддразнила я и повернулась к нему. В уголках моих губ играла порочная ухмылка, демонстрирующая, что буду бороться, дабы не получить по заднице.

— Да, Синтия, смогу.

— Райдер, если ты меня отшлёпаешь, да помогут тебе боги! — предупредила я.

— Питомец, у тебя были от меня секреты, и ты должна за это ответить, — спокойно проговорил он. — Я планировал брать тебя медленно, но теперь же подумываю помучить, смешать боль с удовольствием… с большим количеством удовольствия, — он улыбнулся и потянулся ко мне. Но я просеялась на другой конец комнаты.

— Игра началась, фейри, — я улыбнулась и просеялась прежде, чем он смог меня поймать.

Глава 18

Я смотрела, как Мадисон заламывала руки. С момента, как я проснулась, вокруг творился абсолютный хаос. Сегодня — день нашей свадьбы, и все были на пределе. Охрану в замке усилили, и у моей двери стояла стража. Всем было некомфортно, потому что сегодня в замке было слишком много существ.

— Сорха, ты прекрасна, да, Адам? — спросила Мадисон, заставляя меня поднять взгляд с дрожащих рук к глазам Адама. — Прости, то есть Синтия. Просто сегодня моя дочь действительно здесь.

— Она самое прекрасное, что я видел за последнее время, — ответил Адам, отводя внимание от ошибки Мадисон, хотя сам был прекрасен в смокинге в стиле фрака с черным галстуком и серой жилеткой, а волосы зачёсаны назад.

Мои же волосы были элегантно собраны наверх, и держала их серебряная корона с красными рубинами на каждом пике. Серебряные браслеты обвивали предплечья и звенели при каждом движении. Макияж был естественным, но придавал чертам лица элегантность. Платье не то, которое выбрали мы вместе, а сюрприз от Мадисон, который она создала на мне в последнюю минуту. И я могла бы поклясться, что подлая Королева фейри начнет плакать, если я не сдамся и не надену его. Платье было из кремово-белой тафта с открытой спиной, на которой скрещивались лямки, оборками из органзы, которые красиво ниспадали на пол и с V-образным вырезом спереди. Фата была прозрачной с едва заметным кружевом, окаймлявшим края.

Я поднялась с маленького пуфика и повернулась к Мадисон и Адаму, которые ждали, пока стража обыщет периметр, чтобы я могла пройти по проходу и выйти замуж за своего фейри. Нервы были на пределе, сердце колотилось о рёбра лишь от мысли, что я собиралась сделать. Я не боялась быть связанной с Райдером, ведь любила его. Я словно знала в глубине души, что так и будет. Я не боялась провести с ним остаток своей долгой жизни; для меня не было другого выбора. Райдер мой. Остальное не важно, пока мы есть друг у друга. Я нервничала, потому что сегодня так много всего может пойти не так. В замке присутствовало огромное количество существ, и если бы кто-то захотел нам навредить, сделать это было просто.

— Син, нервничаешь? — Адам подошёл ко мне и протянул бокал красного вина.

— Не из-за того, что выхожу за Райдера, — тихо ответила я. — Я его люблю. Я переживаю насчёт того, что что-то может пойти не так.

— Все мы нервничаем из-за этого. — Он слабо улыбнулся, когда я приняла бокал, и сжал мою руку, успокаивая. Я поставила бокал на туалетный столик, на котором стояли прохладительные напитки.

— Лариссе бы здесь понравилось, — он улыбнулся и с нежностью посмотрел на меня. — Она бы с ума сошла от того, что ты станешь Королевой.

— Точно, и перемерила бы все короны. Здесь бы ей понравилось, вероятно, даже больше, чем нам.

Ларисса с Мадисон спланировала бы всю свадьбу, и была бы в восторге. С самого детства, она контролировала свою жизнь, и именно она хотела детей, свадьбу и принца. Не я. Я сглотнула, образовавшийся в горле, комок, силясь вспомнить образ Ларисы. Возникало ощущение, что время стирало воспоминания о подруге.

— Я не помню, как она выглядела, — дрожащими губами прошептала я. — Адам. — Со слезами на глазах я повернулась к нему. — Я не помню Лариссу.

— Большие глаза цвета весенней травы. — С нежностью в голосе начал он и коснулся моего лица. — Каштановые волосы, которые всегда торчали в разные стороны, — он усмехнулся. — Они были настолько непослушными, что на ночь ей приходилось их закалывать. Помнишь, она постоянно на это жаловалась? Никогда волосы не лежали так, как она хотела, и всё же, каждое утро Ларисса выглядела идеально, словно потратила часы на укладку, а не те жалкие минуты, что нам давали на подготовку. Ни одна прядь не лежала неправильно, а ты всегда над ней подтрунивала, говоря, что она, встав с постели, уже была готова воевать.

— Она всегда была готова, — я поморгала, чтобы слёзы не стекли из уголков глаз. — Всегда при макияже и никогда не выглядела измотанной, в отличие от нас.

— Нет, она всегда выглядела отдохнувшей, даже за те крошки, что мы называли сном, — он рассмеялся.

— Помнишь её розовую пижаму с лягушками? — я тоже начала смеяться.

— Господи, они сводили с ума, — он фыркнул, — но в ней её задница была сногсшибательной.

— Извращенец, — я прыснула со смеха. Слёзы затуманили зрение, и я прикусила губу, чтобы не всхлипнуть. — Я скучаю по ней, и хочу, чтобы сегодня она была здесь.

— Ты испортишь свой макияж, — упрекнул он, обнимая меня. — Она бы всё отдала, чтобы быть здесь.

— Знаю, но не проходит и дня, чтобы я не думала о ней и не скучала. — Я сглотнула и отстранилась, аккуратно утирая глаза.

— Мы все по ней скучаем, — согласился он.

— Синтия, уже пора. — Мадисон прервала нас, открывая дверь, и поговорила со стражей. — Мне нужно занять место. — Она махнула Адаму идти за ней. — Адам будет ждать тебя и твоего отца у дверей тронного зала, как мы репетировали.

— Хорошо. — Я приподнялась на цыпочках, чтобы поцеловать Адама в щеку, прежде чем обнять Мадисон, которая улыбнулась в ответ.

— Сегодня ты просто чудо, о котором земли будут говорить до конца времен, — хрипло проговорила она, прежде чем утереть слёзы и вновь улыбнуться. — Спасибо, что разрешила сделать это всё для тебя.

— У меня не было бы другого выхода. — Я смаргивала слёзы, когда Адам и Мадисон уходили. И как только закрылась дверь, я вздохнула и вернулась обратно к туалетному столику, глядя на незнакомое отражение.

Я смотрела, как мой образ менялся на тот, что хотела. На мгновение я стала собой, когда была простым Наёмником, светящиеся синие глифы, усиленные невидимыми чернилами, а затем образ сменился на девушку, которой я прибыла в Царство Фейри. Метки наследника закружились на коже, наливаясь, пока сражались друг с другом за господство на плоти. Метки, тонкими линями, закружились по рукам, формируя цветной кельтский узел женственности на плечах. Там, где когда-то были звёзды в память об опекунах, которых я потеряла. По одной за каждую жизнь.

Я закрыла глаза, а когда открыла они стали блестящими лазурно-сиреневыми, которые я унаследовала после Перехода. Нежные, тонкие чёрные линии кружили у зрачков, триколор королевской семьи фейри. Открыв рот, я увидела аккуратные клыки. Так я должна выглядеть. Это и есть я.

— Вот она, — прошептала я отражению, наблюдая, как метки пульсировали и сражались за доминирование. Тёмно-красные, золотые, чёрные и серебряные линии, излучавшие силу, ползли по рукам. Белые чернила Гильдии тоже пульсировали, светясь сильно и уверенно, даже под метками фейри. Прошло много времени с тех пор, как я видела их, когда пришла в Царство Фейри. Та девушка всё ещё жила во мне, но уже не была прежней. Я хотела убрать фату с лица, когда раздался стук в дверь. Я не подумав, пошла к ней, но она открылась, и в проёме показался Ласар. В костюме он выглядел по-королевски, но глаза были другими.

Он кивнул страже и велел ждать нас во внешнем коридоре, чтобы проводить в главный зал.

Уже войдя, он посмотрел на меня своими фиолетово-кобальтовыми глазами и улыбнулся. Однако его улыбка заставила меня задуматься, и волосы на затылке встали дыбом в осознании того, что что-то не так.

— Ласар? — Я задумчиво посмотрела на него, пытаясь понять, что случилось, когда он улыбался мне, его глаза, казалось, мерцали.

— Сорха, милая, что-то не так? — спросил он, сверкая белыми зубами.

— Не совсем, Фэлан, — зарычала я, смотря на него. Он прищурился и усмехнулся, а когда закрыл дверь, я проглотила желание позвать на помощь. — Я знала, что ты получишь моё сообщение. — Он запер дверь. Я его не боялась. Больше не боялась. Он отнял у меня столько времени, которое я потратила на думы где он и что делал. Фэлан — безумец, и единственный способ защитить себя и детей — исключить его из уравнения.

— Боишься, сестрёнка? — он усмехнулся, достал мечи и сменил образ отца на тот, что преследовал меня большую часть жизни. Фэлан всё так же красив — обманчиво светящиеся глаза и эфемерная красота фейри его главный козырь, но это всё ложь. За красивым фасадом крылся монстр. Склонив голову и смотря на меня, он подошёл ближе, а я отошла, чтобы между нами было как можно большее расстояние.

— Я не боюсь тебя, — спокойно ответила я, не выказывая слабости. Он был холоден, маниакален, и его вид питался страхом. Я убрала фату с лица и сняла хрустальные туфли, которые надела ради Райдера. Ему нравилось трахать меня, когда я в туфлях на каблуках, потому что они чертовски сексуально смотрятся на его плечах. — Я была ребенком, когда ты убил людей, которые меня защищали. Ты знал, как близко ты был ко мне в тот день? — дразнила его я, отвлекая внимание от груди, которую он пожирал глазами. — Братик, я была там, смотрела, как ты насиловал мою приёмную мать, как обезглавил приёмного отца. Я была прямо у тебя под носом, но ты не смог меня найти. Так близко Фэлан, и всё же, вне пределов твоей досягаемости.

— Теперь ты одна, сестра, и я привёл кое-кого с собой. Тех, кто хотят увидеть смерть твоего женишка. И когда я закончу с Ордой, от неё ничего не останется, а ты станешь моей. На этот раз я заберу то, что по праву принадлежит мне. И могу даже подарить тебе немного удовольствия, прежде чем убью.

— Как всегда, бред. Фэлан, я твоя сестра, больной ты ублюдок. — Я рассмеялась. — В тебе нет, и не будет такого мужского начала, чтобы меня трахнуть. Кого бы ты ни привел, их убьют, а наши история закончится здесь и сейчас.

— Она закончиться, когда я найду твоих близнецов и буду их пытать, — отрезал он, брызжа слюной.

— Тройняшек, Фэлан. У меня тройня. Три дитя, которые более тебя достойны меток наследников. Мне тебя жаль. Ты такой жалкий и печальный. — Я покачала головой в отвращении, создавая магией мечи и ожидая, когда он нападёт. — Ты всегда проигрывал, а всё потому, что слишком сильно этого хочешь. Слишком сильно. Ты никогда не возглавишь ни одну касту фейри, потому что не имеешь лидерский качеств. Ты побежал к магам и попросил помощи, потому что слишком слаб, сделать что-нибудь самостоятельно. Мы в Орде зовём тебя Фэлан Неудачник, рождённый проваливать всё, за что берётся.

— Однажды, шлюха, я тебя поймал и сделаю это ещё раз. А затем заставлю его смотреть, как трахаю тебя. А ты будешь кричать, от удовольствия или боли — плевать, но кричать ты будешь! — проорал он и бросился на меня, но я увернулась и отбила мечи своими, вставая спиной к двери. Его лезвия были из железа, а рукояти завернуты в ткань, так как для фейри железо смертельно. Он держал их, медленно осушая себя, а я ждала его, зная, что свадьбы не будет, если Фэлан придёт. Но наша битва важнее. Она всё.

— Железо? — я выгнула бровь, гадая, зачем столько усилий, если он не собирался меня убивать, а хотел насиловать.

— Железо убивает фейри. Думаешь, я пришёл брать пленных? — выплюнул он.

— Нет, я думаю, ты пришёл умереть, — спокойно ответила я.

Он бросился вперёд, и я отразила удар. Мы двигались в древнем танце воинов — каждый удар был лёгок, но я отбивала их. Я упала на пол и перекатилась, когда Фэлан подошёл слишком близко и нанёс удар, который пришёлся в дверь, и мы переместились в коридор. И оказавшись там, я услышала эхо криков, но проигнорировала их. Сейчас важнее убить Фэлана. Когда он бросился на меня с ударом, который мог бы снести мне голову, я подняла мечи. И отступила, но на мгновение мне показалось, что потеряла контроль над телом, как сокрушительный взрыв шума и чистой силы сбил с ног; по коридору полетели камни и щепки.

Взрывная волна отправила и меня и Фэлана в полёт, и мы приземлились в куче мусора и осколков. Я встала первой и потянулась за мечами, в ушах ещё звенело. На мне был тонкий слой каменной пыли, но я не замерла, чтобы осмотреться, а схватила клинок и вовремя повернулась, чтобы отразить ещё один удар и выпад, а затем парировала очередной, пока Фэлан безжалостно атаковал.

У меня сжалось сердце, когда из зала, где меня ждал Райдер, донеслись визг и крики. Я не побежала туда, потому что стоило сделать шаг, как Фэлан исчезнет. Я опустилась и принялась искать второй меч, который лежал среди обломков, ощущая, как чары на стенах предупредительно гудят.

В свободной руке я сформировала энергетический шар. Сверкающая флуоресцентно-синим цветом сфера полетела к Фэлану прежде, чем он успел даже подумать заблокировать её. Удар пришёлся в центр его груди и откинул на стену позади.

Из зала шёл дым, и моё сердце бешено колотилось под звуки криков и стонов боли, заполняющих коридор вместе с дымом, из-за которого сложно было увидеть Фэлана.

Я посылала в его сторону один за другим энергетические шары. Не в состоянии увидеть, попала ли в цель, я подошла ближе, только чтобы почувствовать жгучую боль, когда Фэлан отправил в меня свой шар. Я пригнулась, не решаясь перекатываться по полу, заваленному камнями и мусором. Стена с моей стороны горела, но я не проиграю эту битву. Я не двигалась. Даже не дышала, пока Фэлан искал меня в густом, удушающем дыму. Когда он приблизился, я вскинула меч, целясь в живот Фэлану, который успел отпрыгнуть, но судя по крику, я попала в цель. Поэтому снова притихла и пошла через коридор, используя дым как щит.

Фэлан продолжал ходить, и шорох камней под его ногами выдал местоположение. Я кинулась в ту сторону и вскинула меч, пока другой рукой посылала в него шар. Стон боли Фэлана принёс удовлетворение.

— Сука, ты всё портишь! — прокричал он, приглушённо. Он, должно быть, задыхался от крови, которая, несомненно, заполняла его лёгкие. — Я должен был стать Наследником, и тогда мог бы убить нашего нытика-отца и забрать его корону! Но ты, ты всё испортила! Они выбросили тебя, как мусор, и ты могла бы остаться там и жить, но нет, ты вернулась в Царство Фейри и положила начало своей судьбе. Теперь эта судьба убьет тебя!

— Фэлан, я не просто Наследница трона кровавых фейри. Я — богиня, — злобно отрезала я. — Никто бы не позволил тебе занять трон! Ты злобен до мозга костей. Дану и Царство Фейри уничтожили бы тебя, чтобы метки перешли Лиаму. Этот мир сражается с тем, кто хочет ему навредить или ты этого не заметил?

— Я бы убил их всех… и всех их детей бы убил! — закричал он, кидая в меня другой энергетический шар, который я не заметила, и удар пришёлся по виску.

Фэлан бросился на меня, пытаясь использовать элемент неожиданности. Но я была готова и взмахнула клинком, когда почувствовал, что сила, витающая в зале, переместилась в коридор. Фэлан напоролся на мой меч, который застрял у него в плече, и вновь бросился в дым. Я затихла, слушая, как Фэлан кряхтит, потирая руку. Я бесшумно двинулась к нему, и в момент, когда встала позади, увидела, как он поражённо опустил плечи. Он проиграл и осознал это.

— Ты можешь измениться, — начала я. Ради Мадисон, я бы попыталась, но моя надежда умерла постыдной смертью, когда Фэлан повернулся, держа в каждой руке по энергетическому шару. В этот момент, я поняла, что он никогда не изменится: он — зло до последнего вздоха.

Я вскинула меч ещё до того, как он смог послать огромные светящиеся шары магии в меня. Голова Фэлана слетела с его плеч и покатилась по полу, заваленному обломками. Я следила за тем, как она катилась под аккомпанемент криков из зала. На моём лице застыла кровь, которая брызнула из артерии Фэлана. Платью пришёл конец — изорванное и всё в крови. Но я не остановилась. А бросилась к залу, где царил хаос, и где я должна была разделить с Райдером жизнь. Радости после убийства Фэлана всё не было, лишь умиротворение, что он никогда не сможет коснуться моих детей.

Я замахала руками, рассеивая дым, и ахнула, когда увидела на полу множество тел без рук и ног. Адам тоже лежал на полу, и я начала пробираться к нему через тела.

— Нет, нет. Вставай! — взмолилась я, ища в комнате Райдера. — Адам прошу, — умоляла я, а когда он открыл глаза, словно камень с души свалился. Я магией просканировала его на предмет ран, пара ушибов, но внутри ничего. — Что произошло?

— Господи, — выдохнул он, обнимая меня и ища раны. — У тебя кровь.

— Не моя, — заверила я его. — Где Райдер?

— Не знаю. Когда произошёл взрыв, его здесь не было.

— Почему произошёл взрыв? — спросила я, осматриваясь и ища улики. Обломки и камни того, что когда-то было стеной, валялись то тут то там. Самые сильные повреждения были на помосте, значит, взорвали его. — Райдера хотели убить. — Я старалась сглотнуть комок страха, застрявший в горле от понимания случившегося.

— Ты не знаешь этого точно, — прорычал Адам, когда я помогла ему встать, после чего начали проходить через тела и обломки.

— Посмотри, помоста нет, — прошептала я и подавила крик. Не было признаков ни Райдера, ни его братьев Я осматривалась, натыкаясь на тех, кто начинал шевелиться. В дальней части комнаты, покрытые пылью и кровью, были Ласар, Кир и Мадисон.

— Могли ли они найти способ убить его? Адам, я не могу его потерять, — всхлипнула я. Райдер — мой мир. Если его не станет, я сломаюсь. Разрушусь. Превращусь в монстра мщения.

— Нужно помочь раненым, — решительно заявила я, хотя у меня дрожал голос. — Нужно их вытащить отсюда.

Адам наклонился и взял на руки ребёнка, которого укрыл собой от взрыва. Закрыл на минуту глаза, открыл, посмотрев на меня, и вновь попытался просеяться. Ничего.

— Это купол, направленный на подавление магии фейри, — прошептала я, прощупывая, что же блокировало магию. — Это не нападение, — тихо, чтобы услышал лишь Адам, добавила я. — Гильдия. Чары и заклинание ведьм. — Они наложили заклинание, чтобы фейри не просеялись, чтобы заблокировать нашу силу, а значит, они пришли передать сообщение, забрать что-то.

У меня сжался живот, когда я обернулась и посмотрела на помост, где стоял Райдер. Нападение на главный зал было лишь отвлекающим манёвром, а значит то, за чем они пришли ещё здесь.

— Нужно найти Зарука и Ристана. — Я сражалась со страхом, который грозил меня одолеть.

— И Райдера. — Адам осмотрел комнату, когда я посмотрела на него ледяным взглядом.

— И Райдера.

Глава 19

Я прошла по залу, не обращая внимания на плач и крики. Я была вся в крови Фэлана, к которой примешались несколько капель и разводов тех, кому я помогала. Я переносила тела и обломки во двор, чтобы добраться до выживших. Адам всё время находился рядом. Я изо всех сил старалась взять ситуацию под контроль, но в главном зале ещё царил хаос, пока люди старались добраться до мёртвых или умирающих. Чары, не дающие просеиваться, обнаружили и ликвидировали. Хуже всего было увидеть руны, которые я знала, как свои пять пальцев. Руны Гильдии. Гладкие камни с высеченными на них рунами нашли как снаружи замка, так и внутри.

Бомба, взорвавшаяся первой, была заложена под помост с троном Райдера. Небольшие энергетические бомбы заложили в паре других мест по всему замку, в результате чего число раненых достигло сотен. Хотя взрывчаткой не убить фейри, начините её железом и другое дело. Гвозди, стружка и другие мелкие металлические частицы застряли в стенах и колоннах вместе с осколками бомб. Непривычное оружие для Гильдии, но небольшие энергетические бомбы даже новичок знает, как зарядить.

Я осматривала урон, когда в зал вошла группа знакомых мне мужчин. Сердце остановилось, горло сдавило и, словно пол ушёл из-под ног, от нехорошего предчувствия. Ристан и Зарук медленно подошли ко мне. Несознательно, я задержала дыхание, и почувствовала, как Адам положил мне руку на спину, поддерживая.

— Где он? — прошептала я едва слышно, что даже фейри не смогли бы разобрать.

— Нам стоит поговорить в более уединённом месте. — Я никогда не слышала от Зарука столь мягкого тона, а то, как он стискивал челюсть, о многом говорило. Он смотрел на меня в упор, когда я едва не упала на глазах тех, кто нуждался в моей силе.

— Где он? — повторила я, не в состоянии сдержать вопрос. — Мне нужно знать. — И как только получила ответ, пожелала вновь быть в неведении.

— Они его забрали, — тихо проговорил Ристан.

— Ладно. — Я глубоко вдохнула и меня начало шатать, когда реальность обрушилась на голову. — Где вы, черт подери, были? — потребовала я, обвиняюще.

Зарук посмотрел на Ристана и снова на меня, а потом заговорил, взвешивая каждое слово.

— Ты сказала, что тебе нужно с ним поговорить. — Он впился в меня взглядом голубых глаз. — Ты сказала, что передумала, так что он пошёл с тобой в зал совещаний, чтобы всё обсудить. — Зарук махнул в сторону зала, примыкающего к тронному, и я увидела снесённые двери. — Через пару мгновений пришла Мадисон и сказала, что ты готова. Тогда мы и поняли, что в зале с ним не ты. Его не было задолго до того, как мы вломились туда. — Он яростно вздохнул. — Мы несколько часов его искали, но безрезультатно. Тот, кто его забрал, спланировал всё до мельчайшей детали и не оставил ни единой подсказки, куда идти.

— Гильдия, — прохрипела я. — Это была Гильдия. Без сомнений, на каждом фрагменте бомбы найдём отпечатки Гильдии.

— Откуда ты знаешь? — спросил он.

— Энергетические бомбы — привычное для Гильдии оружие диверсантов. Мы с Адамом специалисты по таким бомбам и гранатам. Руны на камнях — основные руны Гильдии, но в них много сил, чтобы не дать фейри просеяться. — Я ткнула в Ристана. — Он бы заметил эти руны, так как видел их в Гильдии Спокана.

Я знаю Гильдию, и замечу признаки, что напали они. Если бы я хотела оказаться в Царстве Фейри и похитить сильнейшее из существ, тоже так всё тщательно бы спланировала. Это нападение было лишь отвлекающим маневром, чтобы мы сосредоточились на нём, а не на том, что происходило на самом деле.

— И куда, как ты считаешь, они его забрали? — Ристан скривился.

— Думаю, в Гильдию Сиэтла. Она ближайшая и рядом крупнейший портал, который может закрыться. — Я говорила на автопилоте, не в состоянии в голове уложить произошедшее. — Нужно отправить людей к Элирану. Мы многих потеряли.

— Устранение повреждений можно отложить. Король пропал, — прошипел Зарук.

— Король у Гильдии. Мы не можем просто прийти к ним и забрать его. Нужно всё спланировать, — заявила я. Зарук начал обдумывать мои слова, а затем кивнул, соглашаясь. — Помогите перенести тех, кто в критическом состоянии, остальные могут подождать.

— Синтия, ты в порядке? — спросил Ристан, осматривая подтёки и капли крови на моём лице и платье.

— Это не моя кровь, — заверила я, и Ристан принялся осматриваться. — Фэлан мёртв, — проговорила я. — Он пришёл прямо перед взрывом, и я позаботилась, чтобы он больше никогда не стал угрозой мне или детям.

Я отвернулась от Адама и мужчин, потому что отчаянно пыталась занять голову и не поддаться желанию развалиться. Я хотела упасть на колени, кричать и плакать. Но не могла. На меня все смотрели. Они должны видеть во мне бесстрашного лидера, а не ту, что поддалась боли и панике.

— Что ты сделала? — потребовал Зарук, и Адам указал на тело, рядом с которым сидела Мадисон.

— Его больше нет, и это самое главное.

Я медленно перевела взгляд туда, где сидела Мадисон. Она истерично плакала, когда Адам решил отнести тело к остальным, и остановила его. Мне ещё не удалось посмотреть ей в глаза и выразить сожаления, хотя точно знаю, что эта боль съедает её живьём. Фэлан отвернулся от семьи, от меня. Я пошла на многие жертвы, давая ему шанс изменить жизнь, но его действия показали мне всё, что нужно.

— Она хочет забрать его домой, — тихо сказал Ристан. — Его нельзя хоронить в Кровавом Царстве и ему не отдадут честь посмертно. Жаль, что нельзя подвергнуть его наказанию предателя, ежедневно свежевать на протяжении следующих нескольких столетий — его должно сбросить в пропасть, как предателя, кем он и являлся.

— Она понимает, что творит, и Ласар в курсе. Ей просто нужно время. Неважно, каким чудовищем он стал, всё же он — её ребёнок.

Я просеяла тело во двор и вернулась, магией смывая кровь с рук, но не могла унять дрожь от неопределенности того, что Гильдия намеревалась сделать с Райдером. Гильдии мало что известно про Орду, именно против этой касты мы боролись вслепую, и именно это нам на руку. Мы вернём Райдера.

Я была занята, пока последний труп не достали из завалов, не очистили его и не подготовили к захоронению. Адам предложил Киру привести Сумеречных воинов — элитная гвардия версии тёмных фейри — так как наши силы уже были разделены. Это была долгожданная демонстрация поддержки с их стороны.

Стражи крови тоже пришли и окружили нас в зале. Возвращалась Элитная стража, каждый с отчётом, который Зарук передавал мне. Никто не нашёл и следа Райдера, и с каждым последующим пришедшим с пустыми руками, меня подташнивало всё сильнее.

Когда мы закончили, Зарук и Ристан проводили меня в наши с Райдером покои. И чем ближе я подходила, тем становилось хуже.

— Цветочек, мы его найдём и вернём, — заверил меня Ристан, когда я остановилась и обняла себя. Слёзы жгли глаза, но я не давала им воли.

— Синтия, — Зарук мешкал, осматриваясь, мог ли нас кто-то подслушать, затем схватил меня за руку и потащил за собой к покоям. Открыв дверь, он дождался, пока я войду. — Ты справишься. — Он улыбнулся, заверяя меня.

— Не могу. — Я шмыгнула носом, слёзы так и полились ручьём, колени подкосились, и я рухнула на пол прежде, чем Зарук или Ристана успели среагировать. Обняв себя, я зарыдала. — Я не справлюсь без него. Я дышать без него не могу, — стенала я. Нет, не могу. Я сильно дрожала, подавляя желание свернуться клубком и лежать так на полу.

— Твою мать, — Зарук поднял меня и протянул Ристану, который уложил меня на постель. — Она не может встретиться с ними в таком виде, — прорычал он, убирая волосы с лица.

— Ей нужна минута-другая. Она всё сможет, — пробормотал Ристана ободряюще, обнимая меня. Я плакала, пока не иссякли слёзы, затем отстранилась от Ристана и посмотрела на него. И демон и Зарук выглядели уставшими и неуверенными, что лишь добавляло боли. Я выпрямилась, утерла глаза и заговорила с уверенностью, которой не чувствовала.

— Джентльмены, каков план?

— Нам нужна Орда. Но за тобой они не пойдут, и уже знают, что Райдер пропал. В Царстве новости разлетаются молниеносно. — Голос у Зарука был тихим, но твёрдым.

— Мы можем попросить у них помощи? — спросила я.

— Всё не так просто. Орда идёт за тем, кто хранит в себе зверя. В тебе, как и в любом из нас зверя нет, Синтия. А другой способ управления Ордой — сила и страх перед последствиями их отказа.

— Значит, мы запугаем их, — прорычала я. — Убьём любого, кто начнёт сомневаться в нас, даже если это будут главы Каст. — Я бросила яростные взгляды на обоих. — Соберите всех, и если кто-то откажется идти за мной, я заставлю их передумать.

— И как ты это сделаешь? — Зарук вперил в меня взгляд, не страшась.

— Поговорим на их языке, — ответила я уверенно. — Он их Король, и они должны сражаться рядом со мной, чтобы его вернуть.

— Если мы поддержим её, это может сработать, — предложил Ристан. — Они больше не считают её аутсайдером, — объяснил он, пока мы таращились на него. — Не смотри на меня так. Это Орда — они чертовски любят власть. Если Элитная Стража поддержит Синтию, они дважды подумают перечить её приказу.

— Может получиться, — согласился Зарук, потерев подбородок, и в его глазах появился расчётливый блеск. — Но даже с численностью Орды, нам нужно больше людей. Не думаю, что в Гильдии не понимали, что мы пойдём за ним. Чтобы поймать Райдера, они использовали немалые силы, и вряд ли его нам просто так отдадут.

— Они будут биться с нами, и умрут. — Ристан и Зарук смотрели на меня, пока я переваривала слова. Я убью ради Райдера, разрушу миры. Он — воздух для моих лёгких. Райдер — мой мир, и если кто-то думал, что может спокойно прийти и забрать его — они сумасшедшие. — Призовите Орду. Того, кто не подчиниться взяться за орудие, линчевать на месте, — приказала я, поправляя окровавленное свадебное платье, не желая его переодевать. Посмотрев на сломанные ногти, я подняла взгляд на улыбающегося Зарука. — Я готова на всё, чтобы вернуть его. Мы не можем не среагировать, ответим тем же, и если они станут с нами сражаться — умрут. Они должны увидеть, что мы стоим единым фронтом, и понять, что такое дерьмо не сойдёт им с рук. И месть будет тысячекратной. Так ведь Орда действует? Вы будете моими советчиками и стоять рядом, когда я стану призывать к оружию.

Я гордилась, что не потеряла контроль. Хотя хотела ворваться в Гильдию и забрать Райдера домой, но понимала, что Гильдия могла забрать его, лишь заручившись поддержкой кого-то очень сильного.

Стук привлёк наше внимание к входу, и Ристан подошёл и распахнул дверь. Вошёл Адам, кинул на меня взгляд и тут же нахмурился на припухлость глаз. Я подошла к нему и взяла за руку, смотря в глаза и выдавливая улыбку, дабы убедить, что со мной всё в порядке, но слова не приходили. Я была не в порядке.

— Синтия, что хочешь? — тихо спросил Адам.

— Мне нужно знать, что замок, пока нас с Райдером нет, будет защищён. Если ты сможешь оставить нескольких из Сумеречных Воинов здесь на несколько дней, я спокойно уйду. Я не могу оставить наш народ незащищённым, когда столько раненных. Если драконы сейчас нападут, захватят замок, а мы не можем этого допустить.

Адам в замешательстве посмотрел на нас.

— Драконы? Мне кажется, я что-то пропустил, но что бы тебе ни понадобилось, я помогу, буду защищать замок ценой своей жизни. — Он пытался найти во мне любой признак, что я не в порядке. Адам знал меня, знал, что я не в порядке, но не стал бы указывать на это, не сейчас.

— Спасибо, — тихо проговорила я. — Адам, если я не вернусь, — начала я, но замолчала, когда он покачал головой.

— Нет, тебя я не потеряю, — отрезал он. — Даже не думай.

— Мне нужно знать, что если я уйду и не вернусь, мои дети будут защищены и любимы. Ты мой самый старый друг, и я знаю, что ты будешь их защищать от любого, кто посмеет даже подумать напасть. Пообещай мне это, Адам. Я не планирую, не возвращаться, но они забрали Райдера, а значит, им помогает очень могущественное существо. Простой бог не остановил бы Райдера от сопротивления, значит, против нас сражается что-то сильное.

— Кто, чёрт, мог нейтрализовать Райдера? — спросил он.

— Первородная ведьма или, вероятно, все двенадцать, — заявила я и посмотрела на Зарука и Ристана. — Под Гильдией Спокана покоится одна. Олден подтвердил, что это за спящая красавица, и у Гильдий есть доступ к остальным.

— Мать твою, — пробормотал он. — Я считал их обычной сказкой, которой Старейшины нас пугали.

— Хотела бы я, чтобы так и было, — проговорила я, подходя к Ристану и Заруку.

Глава 20

Мы молча шли по коридорам, и все смотрели нам в след. Орда уже искала в нас признаки слабости. Любой признак крови, и они попытаются найти способ короновать нового короля прежде, чем я смогу вернуть Райдера. Будь я проклята, если покажу им хоть малейший признак слабости. Король жив, просто не здесь. Кроме того, ни у кого больше не было его зверя, так что Королём никто не мог стать.

Да, я хотела свернуться клубком, но не стану. Я шла с высоко поднятой головой, установленными защитными щитами на эмоциях и с короной. Они, возможно, нанесли первый удар, но последний удар будет за мной, и я буду наблюдать за их падением.

— Мы вернём его, — тихо проговорил Ристан, останавливая меня перед тронным залом, из которого Зарук выпроваживал людей. Я ждала, когда комната опустеет, а Ристан наблюдал за мной.

— Помни, ты не можешь показать им и капли страха. В оперативном центре должна стоять Наёмница Гильдии. Ты будешь доверенным лицом Райдера, его заместителем, и если кто-то уловит запах страха, ничего не сработает.

— Демон, я не боюсь того, что должна сделать. — Я повернулась и посмотрела прямо ему в глаза. — Если я уничтожу Гильдию, чтобы вернуть Райдера, ни на секунду не задумаюсь. Я обязательно отошлю им чёткий, однозначный ответ. Настолько ясный, что они больше никогда не подумают такое провернуть. Если они начнут с нами сражение или откажутся отдать Райдера — умрут. — Я переводила взгляд с Ристана на Зарука и обратно, укрепляя решимость. — Никому нельзя даже допустить мысли, что фейри слабые, или, что у нас во врагах не только маги. Если мне придётся стать тем чудовищем, которым они нас видят, так тому и быть. Я сделаю всё, чтобы вернуть Райдера.

— Уверена? — спросил Ристан, а когда я кивнула, продолжил: — Орда начнёт давить на тебя, сомневаться в твоей способности вести их.

— Я не дам им и шанса. Если будут сомневаться, отвечу тем языком, на котором они привыкли разговаривать. Гильдия сильно по нам ударила, и нужно ответить в сто крат сильнее. Необходимо, чтобы Орда нас поддержала, так что нельзя, чтобы они сомневались в моих лидерских качествах.

— Это Орда, — вмешался Зарук. — Все они играют на две стороны и в лучший день, а сегодня услышали, что Короля похитили враги. Что он не так силён, чтобы сражаться с похитителями, и из-за всех слухов в их головах возникают идиотские идеи. Их нелегко в одиночку успокоить.

— Я буду не одна. — Я положила руку ему на плечо. — Ты же со мной. Ты станешь моими глазами и ушами, поможешь идти верным путём. Я не родилась в Орде, а ты глава Элитной Стражи. Орда дважды подумает, прежде чем пойти против нас.

— Нужно идти, — вмешался Ристан. — День подходит к концу.

— Богиня, готова ли ты? — Зарук протянул мне руку, чтобы я взяла его под локоть, и вперил в меня взгляд голубых глаз, уверенный, что я не уверена. Я не отрицала этого, в животе завязывались узлы от одной мысли пойти в оперативный центр и… столкнуться с Ордой.

— Готова, — подтвердила я, взяв Зарука под руку, когда Ристан открыл дверь в комнату, полню людей. Я и раньше сидела в оперативной комнате, но лишь вместе с Райдером, и в присутствии лишь Элитной Стражи. Сейчас же Кир, мой отец, и главы небольших Каст и Кланов сидели за столом со своими охранниками за спинами. Я зашла в комнату, заставляя себя притворяться, что всё в порядке. Как только я дошла до кресла Райдера, замерла. Но Зарук был готов. Он выдвинул кресло и спокойно положил руку мне на плечо, поддерживая. Казалось, что пол рушился у меня под ногами, когда я уставилась на кресло короля. Мой король, моя любовь, пропал.

— Спасибо, что пришли, — сказала я без малейшей слабости. Адам и Эдриан наблюдали за мной с поддержкой во взгляде. — Нужно закончить с уборкой замка, починить повреждения и найти каменщиков, которые могут немедленно начать восстанавливать стены. Я бы предпочла каменщиков-фейри, которые починят всё с помощью магии, если возможно, так как время имеет огромное значение. Тела надо сжечь или доставить домой, чтобы похоронить, но они не могут оставаться во дворе. Их присутствие вызывает слабость у тех, кто в замке. А сейчас мы не можем позволить себе слабину. Если кто-то в такой час бросит нас, будут изгнаны. Райдера забрала Гильдия, и мы пойдём его вызволять, уничтожая любого, вставшего у нас на пути. Как только вернём Райдера, сравняем с землёй Гильдию. Послание будет ясным для всех, кто решит шутки с нами шутить: Мы едины. Кто-то может что-то возразить?

Я гордилась, что не дрожала и сохраняла голос ровным и хладнокровным. Внутри я разваливалась на части, но снаружи — кремень.

— Что, если они убьют его? — спросил Лиам, а мой отец положил руку его на плечо, напоминая об осторожности.

— Такое невозможно, — ответила я, скрывая ужас, который появился от этого вопроса. Гильдия не знает, как убить Короля Орды. Немногие это знали, но это не означало, что они не будут пытаться. Меня беспокоило то, что я знала, насколько они находчивы, и если существовал способ убить Райдера, они бы попытались найти его. — У Гильдии нет и шанса. Они забрали его, потому что им что-то нужно. Что-то, что есть лишь у него.

Раздался стук в дверь, и мы все замерли, пока Эйдан не открыл. В центр вошли Олден и Лукьян, сопровождаемые охраной Лукьяна. Все они посмотрели на меня, на окровавленное платье и пустое место Короля. Я не хотела, чтобы Олден приходил сюда.

— Что-то ещё? — спросила я, как можно увереннее, пока Лиам наблюдал за мной.

— Но что, если он мёртв, Синтия. Стоит рассмотреть такую возможность. Ты не можешь возглавить Орду, которая будет ожидать следующего Короля. Если Райдер мёртв, за трон — не выбери Дану другого наследника — начнётся схватка. Правление Ордой не переходит по наследству, а зарабатывается силой.

— Лиам, он не умер, — прорычала я.

— И если он не умер, а мы пойдём и уничтожим Гильдию, отправив сообщение, — продолжил он, смотря на то, как с лица Олдена сходят краски, — наживём себе ещё врагов.

— Гильдия уже доказала, что она наш враг. Адам, Эдриан и я уже увидели в нападении отличительные знаки Гильдии. А если мы не ответим сейчас, они придут снова. Мы идём, а встретив сопротивление, подавим и уничтожим всех. Другого варианта нет.

— Мы не можем вот так просто пойти туда. Стоит нам показаться на горизонте, они попытаются убить Райдера, а затем кинутся маршем на всех фейри, — добавил Ристан.

— Что они от него хотят? — спросила я, смотря на Олдена. — Зачем забрали Короля Орды?

— Потому что, Синтия, чтобы забрать самого сильного фейри, тебе нужно продемонстрировать огромную силу, — пояснил Лукьян.

Я посмотрела на него, затем опять на Олдена.

— Почему его? Зачем им самый сильный фейри?

— Им нужно то, что может убить фейри… Зверь Райдера, — ответил Олден. — Раньше ходили слухи, что зверя можно разделить с носителем. Гильдия, должно быть, раз уж они пришли сюда, в отчаянии. Их что-то спровоцировало, и если мы узнаем что именно, найдём Райдера.

— Им нужен другой носитель. Как они его найдут? — спросила я. Всё работает не так, но опять же, они этого не знают. Они ни хрена не знают.

— Они попробуют создать носителя, — предположил Олден.

— Это непросто. Зверя сложно отделить, — сообщила я. — Наследника или носителя выбирает Дану, а не сила.

— Они этого не знают. Они слепы. Отчаявшись, они беспечны, и очень мало знают об Орде. Они предполагают, что если найдут сильного носителя, смогут контролировать зверя.

Олден говорил уставшим голосом. Когда-то он был с ними на одной стороне. Сейчас же, я убеждена, ему сложно делиться с нами сведениями о людях, которые когда-то были его товарищами и друзьями.

— Кто мог запланировать нечто настолько масштабное? — спросила я.

— Маги, которые затесались в ряды Старейшин Гильдии. Кто-то составил план, а кто-то другой помог его осуществить.

— Они мало что знали о нас, а значит, среди нас был их помощник, — заявила я и прикусила губу. — Они были в замке. Вероятно замаскировавшись магией. Чарам нужно время, чтобы привыкнуть к приходящим, значит, кто-то из них бывал здесь прежде. Кто мог помочь Гильдии?

— Перевёртыши могут пользоваться гламуром, как и паладины. По слухам, даже друиды могли, проговорил Олден. — Если бы я хотел послать ясное сообщение фейри, забрал бы то, чего они боятся больше всего. Я бы пришёл за зверем и попробовал бы сделать его своим.

— Зверя нельзя забрать. Всё не так, — запротестовала я.

— Может и так, но они этого не знают, как и я не знал до этого момента. Гильдия практически ничего не знает об Орде, но уверена, что зверь правит силой и страхом. Контролируешь зверя — контролируешь Орду. Так они думают.

— Но это не точно. Кто настолько силён, чтобы защитить Гильдию от нас? — задала я вопрос.

— Ведьмы защищают Гильдию, но старейшины позовут паладинов, если почувствуют угрозу, — он пожал плечами и нахмурился. — Синтия, если пойдёшь в Сиэтл за Райдером, польются реки крови.

— Я пролью океаны крови, если понадобится, Олден. Огромные океаны и бесконечные моря, чтобы вернуть его. Они забрали его у меня… Они уже достаточно у меня забрали. Я не спущу им этого. И ты не станешь возражать, потому что как никто другой знаешь, что я не могу. Мне надоело терять тех, кого я люблю, из-за безмозглого, безликого, трусливого врага. Для Гильдии здесь всё и закончится. Я заберу Райдера силой, и подавлю их сопротивление. Таков выбор. Они забрали моего мужчину, и я без колебаний сделаю всё, чтобы его вернуть. Из всевозможных вариантов, они решили прийти сюда. Но больше не смогут, ни сегодня, ни когда бы, то ни было впредь.

— Ты забрала их ведьму и Гильдию, в отместку они забрали твоего Короля. Ты всё начала, дитя. Ты сама сотрясла их мир, и ждала, что они это проглотят? Тебе лучше всех известно, что так не будет. Они хотели привлечь твоё внимание, и у них получилось. Ты хочешь привлечь чьё-то внимание — приходишь и устраиваешь сцену, сотрясаешь мир и оставляешь после себя неизгладимое впечатление. Но если хочешь донести послание, приходишь и говоришь. Райдер — сильнейший из фейри, и он твой. Не фейри были целью, а ты.

— Я получила их послание, но они облажались. Просчитались, и поплатятся, — отрезала я.

— Ты не можешь убить их всех. Не все там маги.

— Я иду туда, Олден, и верну его любой ценой. В Гильдии Спокана они убивали детей, и сегодня опять. Такому в Гильдии не учат. Гильдия уже не та. Не с теми уродами, что ей руководят… и сейчас у нас нет возможности отделять овец от козлищ. Они решили начать убивать, заложив здесь бомбу, хотя понимали, что пострадают невинные. Они могли бы сделать всё чисто, и мы это знаем. Но выбрали грязные методы, за что и падут в битве. Гильдия не может забирать у меня. Не вновь. Не я выбирала этот путь, и не было у меня выбора. Во всём виноваты они. Если ты не можешь поддержать меня или тебе слишком тяжело, понимаю. Но не думай, что сможешь остановить меня. Райдер — отец моих детей и любовь всей моей жизни. Я сделаю всё для его возвращения. Я не прошу у тебя помощи, потому что знаю, ты окажешься в трудном положении, но я больше не предана Гильдии. — Я глубоко вдохнула и пристально посмотрела на каждого собравшегося в оперативном центре. Затем с уверенностью произнесла: — Я Синтия, богиня фейри и Королева Орды. Я собираюсь кровью и огнём вернуть моего Короля, и если мне придется сделать это без вас, да будет так. Я не паду и не встану на колени. А стану монстром, которого Гильдия видит в нас. Вы можете либо пойти со мной, либо посторониться. Выбор за вами. Жду решения и ответа от всех вас в течение следующих нескольких часов. Предлагаю хорошенько обдумать решение.

Глава 21

Я прислонилась к стене, ища поддержки, и закрыла глаза, медленно проводя руками по мягкому шёлку свадебного платья, в которое всё ещё была одета. Оно была изорвано в клочья и в крови невинных людей, погибших сегодня, смешавшись с кровью Фэлана. Туфли я сменила на ботинки, в которых было легче ходить. Волосы до сих пор были собраны в пучок, правда он уже был грязным и липким от крови и блесток, которыми Мадисон обрызгала причёску.

Я даже не задумалась в порядке ли Мадисон, от чего, вероятно, становилась худшей дочерью в мире.

Я не могла позволить себе сосредоточить внимание на событиях сегодняшнего дня, так что концентрировалась на конкретном моменте. Учитывая всё произошедшее, я очень хотела просеяться в Царство Крови, прижать к себе детей и плакать по их отцу, который сейчас находился неизвестно где и неизвестно чему подвергался. Я не могла потерять его, неважно, что случилось. Я собираюсь вернуть своего парня, вот только выясню как. Я открыла глаза и увидела, что Зарук и Ристан наблюдают за мной.

— Я не собираюсь опять плакать, — решительно сказала я и сама в это поверила.

— Знаю, — обыденно кинул Зарук, словно наш мир не висел на волоске или не был в чьих-то руках. — Ты боец, мы все это знаем. Я не сомневаюсь, что ты сможешь вести нас в бой и вернуть его. Тем не менее, считаю, что тебе стоит снять это платье. Оно сильно порвано.

— Ага, дайте мне пару минут. Я всё сделаю, — выдохнула я, пытаясь снова закрыть глаза, когда услышала шаги. Олден и Лукьян направлялись к нам. Я ждала, пока Олден откашляется, растягивая время и думая, что сказать, и молчала. Просто смотрела в глаза мужчине, который меня воспитал. Неважно, что случилось, и как мы изменились, он — моя семья. Я ничего ему не посылала, не говорила ни слова и не просила приехать, но была благодарна, что он здесь. У него обширные знания и он хорошо понимает Гильдию. А это бесценно. А ещё у меня возникло чувство, что помочь нам было ему необходимо, чтобы освободить себя от чувства вины, которое мучило его за роль, что он играл в планах Гильдии и, возможно, пытался помочь тем, кого маги ввели в заблуждение.

Вздохнув, он покачал головой и посмотрел мне в глаза.

— Его больше нет, так, дитя? — спросил он и прислонился к стене рядом со мной. — Последний кусочек человечности, который у тебя сохранился, сегодня забрали, и единственный способ его вернуть — вернуть Райдера?

— Не я начала эту войну. Я не хочу их смерти, но если ради его возвращения придётся всех убить, так тому и быть, Олден. Я не могу потерять его, и без того же много отдала Гильдии. Они не могут так поступить со мной. Больше нет.

— Знаю, дитя. Это больше не наша Гильдия. Они играют по новым правилам. Они пустили в свои ряды зло, и мы должны смириться с этим. По большей части, смириться должен я, а не ты. Но я на твоей стороне, и всегда был, даже если тебе так не казалось. Если они пробудили первородных ведьм стоит предположить, что они им что-то пообещали, иначе ведьмы не стали бы помогать, особенно учитывая, что знают, какую роль Гильдия сыграла в их усмирении. Предполагаю, им пообещали больше, чем свободу, если они всё ещё одержимы уничтожением людей. Мы не можем этого допустить.

— По-твоему, они привели первородную сюда в Царство фейри? — спросила я.

— А кто ещё смог бы забрать у тебя Райдера в день вашей свадьбы? Скажи-ка, кто настолько силён, чтобы похитить Короля Орды без боя?

— Честно говоря, понятия не имею, — простонала я.

— Кого-то с огромной силой привели сюда для этого, — настаивал Олден.

— Почему бы ведьмам просто не убить старейшин, которые их разбудили? Первородные ведьмы сильные, они полубоги, как я. Как только вышли из стазиса, почему просто не сбежали? Зачем помогать магам?

— Потому что у тебя в руках их сестра, и старейшины, вероятно, сказали им об этом. Я понятия не имею, разбудили ли старейшины одну или нескольких или всех членов ковена, к которому у них был доступ. Боюсь, я поторопился с выводами о связи, и о наших предположениях, что произойдёт, если кто-то проснётся. По крайней мере, сейчас это неважно. В конце концов, старейшины настроили ведьм против тебя и против фейри, поэтому они забрали у тебя и Царства Райдера. Они привлекли внимание.

— Я не забирала их чёртову сестру, — огрызнулась я, — а получила в наследство. И точно не хочу, чтобы их сестра была здесь, как не хочу и того, чтобы ведьмы убивали людей. Знаю, что они находятся на низшем уровне пищевой цепи, но это не так. Люди не заслуживают наказания за то, что произошло так давно. Они не имеют никакого отношения к тем событиям, и ничего об этом не знают.

— Нет, но ведьмы видят это иначе. Они были в стазисе, поэтому, всё, что произошло для нас так давно, для них — будто бы было вчера, — возразил Олден. — И магам, прячущимся в рядах Гильдии наплевать, что правильно, а что нет. Как, впрочем, наплевать и на количество погибших. Их волнует только победа.

— Их поступок гениальный. У них есть враг, поэтому они пробуждают другого врага, чтобы тот напал на первого.

— Враг моего врага — мой друг.

— Проклятье, почему я до этого не додумалась, — прошептала я, качая головой.

— Это всё твоя человечность, дитя, — произнёс он, спустя мгновение молчания. — Знаю, у тебя есть право напасть со всей силы, и понимаю, почему ты этого хочешь, но не все заслуживают смерти. Я не стану судить тебя, если ты решишь их уничтожить, просто прошу, не превращаться в монстра, которым они тебя считают. Не позволяй им забрать ту человечность, которая ещё остаётся внутри тебя.

— Я не потеряла эту человечность, она во мне. Просто нужно адаптироваться к жизни в обоих мирах. Я не стану отказываться от своей человечности, мы починим порталы и восстановим то, что потеряли. Но лишь тогда, когда я верну Райдера. Я не успокоюсь, пока он не вернётся.

— Хорошо, тебе нужно трезво мыслить, если хочешь вернуть Райдера. — Олден кивнул, словно был доволен.

К нам подошли Кир, Лиам, Элиас и Ласар. У меня перехватило дыхание, я стояла и ждала, пока Ласар едва заметно мне не поклонился и не заговорил:

— Синтия, мы с тобой. Ты ключ к этому миру. Без тебя мир умрёт быстрее. Так что мы будем помогать. Я пошлю с тобой Лиама и Стражей Крови, а Кир пошлёт своего сына, Адама, который поведет Рыцарей Света и Сумеречных Воинов. Утром мы узнали, что в Светлом Царстве творится беспорядок. Очевидно, несколько недель назад, никого не предупредив, принцесса Ши всё бросила. Адам согласился взять на себя управление Светлым Царством после свадьбы, хотя сегодняшние события внесли изменения в план, — Ласар сглотнул, смотря на меня без осуждения.

— Думаю, Адаму лучше заняться поиском настоящей наследницы, — протянула я и медленно перевела взгляд на Адама. — Но это тема для другого дня, сейчас у нас проблема серьёзнее.

— Синтия, — прервал меня Зарук, — за воротами стоят лидеры Орды. Они требуют поговорить с… — он покосился на Ристана, а когда демон ухмыльнулся, ожидая реакции на то что, Зарук собирался сказать, продолжи, — с претендентом на трон.

— Тогда не станем заставлять их ждать, — сказала я и наколдовала на себе черные кожаные брюки и черный корсет, в котором были спрятаны кинжалы разной длины. Ещё я наколдовала, спрятанные в ножнах на бедрах, мечи и чёрные, удобные сапоги, которые подходили к наряду.

Несколько раз в неделю мы с Райдером сбегали и практиковались для таких ситуаций. Хотя он не думал, что его похитят, но хотел убедиться, что если мне, по какой-то причине, придётся сражаться, чтобы заслужить уважение Орды, я буду готова.

Что касается крови в моих волосах и на лице, я не стала её стирать. Хотела, чтобы эти ублюдки увидели её и поняли, что меня нельзя недооценивать.

— Я готова, — проговорила я, после чего Зарук и Ристан встали по бокам от меня, как делали это с Райдером. Остальные встали за капитаном Элитной Стражи и демоном, и пошли по замку. Мы шли, потому что мне необходимо было время морально подготовиться, и все это понимали, а ещё это было важным проявлением силы и солидарности. Все останавливались и поворачивались в нашу сторону, наблюдая, как мы шли к главным воротам. Когда мы проходили мимо зала к нам присоединились четыре группы воинов и Элиас со своими бойцами, и вместе мы направились к неопределённости, ждущей нас у ворот. Не существовало способа узнать, собирались ли они просто бросить вызов мне или хотят свергнуть нас всех. Существа Орды самые смертоносные и отвратительные из известных в царстве и Терре. Они непредсказуемы и понимали лишь власть и смерть.

Райдеру приходилось разбираться с небольшими восстаниями. А теперь мне необходимо узнать, как доказать Орде, что я достойна сидеть на троне Райдера в его отсутствие. Я обязана доказать, что сильная и могу продолжать их контролировать, а ещё наказывать, если они начнут сопротивляться.

— Не показывай страха, — прошептал Зарук.

— Не позволяй им говорить о тебе, Цветочек. Не отводи взгляда, что бы они ни делали. Держи голову высоко поднятой, и расправь плечи. А ещё покажи клыки, которые постоянно прячешь.

— Я так и хотела сделать.

Глава 22

Рёв толпы снаружи оглушал, а зловоние смерти со слабым оттенком серы и крови наводняло воздух.

Воинственные создания Орды не обращали никакого внимания на, лежащие во дворе, тела, ожидающие, когда родственники заберут их на погребение или сжигание, если родственников не найдут.

Группа, поджигающая нас и называющая себя предводителями Орды, не была преданной Царству, как и не принадлежала ни к одной правящей касте Орды.

— Кем себя эта сучка возомнила? — выкрикнул один из лидеров, когда мы подошли.

— Твоей королевой, — фыркнуло существо, похожее на гоблина с красными глазами. С его красной кепки капала кровь. Похоже это дантер или поури. Отлично. Они кровожадные быстрые засранцы. Единственное различие между двумя типами красных колпаков — количество убийств.

— Моей королевой, пробормотал первый, — я бы нагнул её и показал, для чего нужны королевы. Она бы узнала своё место и не заставила нас ждать у ворот своего замка, притворяясь, что её тело родит нам нового короля.

Я слушала всё это, пока мы подходили и останавливались не так далеко от них, но продолжала молчать, позволяя им нести чушь. Я не отворачивалась и не уходила. Расправив плечи, я терпеливо ждала, пока они не прекратили болтать. А когда один из них болтунов обернулся на меня, округлил глаза.

— Она не похожа на королеву, — сказал мужчина, окидывая взглядом радужных глаз моё тело и задерживая взгляд на вздымающийся от каждого вздоха груди, затем поднял глаза к моим и фыркнул. — Она даже не сможет ночью согреть мужчину. — Я попыталась выяснить, что это за существо, но не вышло. Чрезвычайно высокий и тощий с длинными, черными, сальными волосами. Вокруг радужных глаз пролегли тени, создавая видимость глубоко посаженых глаз. Губы слегка голубого оттенка, а кожа настолько бледная, что отдавалось серостью.

Толпа за ним смеялась, выкрикивая согласия, смешанные с оскорблениями. Я ухмыльнулась его непристойности и стала ждать, когда же толпа стихнет. Как только наступила более-менее тишина, я заговорила:

— Вашему королю нужна ваша помощь. — Толпа разразилась хохотом.

— Милая, его здесь нет, — фыркнул первый. — А мы возьмем его женщину и его королевство. Мне вообще пофиг на того придурка.

— Какую касту ты возглавляешь? — спросила я, и он усмехнулся, словно нашёл мой вопрос забавным.

— У слуа нет лидера, — рассмеялся он и снова его отряд фыркнул. — Но думаю, если бы нам пришлось выбрать, им бы стал я. — Все существа позади него согласно закивали.

— Ясно, — бросила я и кинулась на него, прежде чем он успел среагировать. Я сжала его талию ногами, когда он попытался меня скинуть. Зарук и Ристан тоже кинулись в драку, но я приказала им оставаться на месте. Я свернула шею гоблиноподобному существу, разрывая клыками его сонную артерию. Встав на ноги, я сплюнула кровь. — Выбирайте другого лидера, — крикнула я зрителям.

Никто не пошевелился и не говорил. Они просто смотрели, словно не могли понять, что только что произошло. Мудак упал на колени, а из его вены лилась кровь, которая стекала с моего подбородка. Я подняла руку и стерла её тыльной стороной ладони под взглядами толпы.

— Предлагаю выбирать мудро, — добавила я, возвращаясь к Ристану с глупой усмешкой на лице, хотя меня тошнило от мерзкого привкуса медной крови, оставшегося во рту.

— Проклятие, Цветочек, чертовски дико, — он тихо рассмеялся.

— Это единственное, что они понимают, — прорычала я.

— Ты привлекла их внимание, теперь удержи его, — подбодрил он. — Твой следующий соперник будет сильнее, быстрее. Этот маленький манёвр займёт их на какое-то время.

— Хорошо, — протянула я, поворачиваясь, после чего уставилась на толпу, которая выискивала мои слабости. — По-твоему, как долго они будут перегруппировываться и выбирать воина.

— Недолго. Вероятно, они отправят нескольких. Латэ был одним из лучших, а ты только что вырвала ему горло зубами, чем, честно говоря, я бы не гордился. Надо было вырвать у него сердце и поделиться со мной. А вот в следующий раз, они будут к такому готовы.

— Пущу в ход мечи. Печально. Я хотела ещё немного крови.

— Вы двое такие отвратительные, — проворчал Зарук.

— Ты ревнуешь, потому что сам никого не разорвал на части, — насмехалась я с улыбкой на губах.

— С чего это ты так решила? — протянул Зарук.

— Парни, почему вам достается всё веселье? А я должна сидеть дома, — я хмурилась, гадая, почему Райдер не делился этим со мной.

— Потому что ты станешь Королевой Орды, — ответил Зарук монотонно. — Мы не можем потерять вас обоих, поэтому нужно кому-то всё время оставаться в замке.

— Эй, они решились. — Ристан подошел ко мне ближе. — Вздёрни подбородок, Лютик. Ты справишься, — пробормотал он, заменяя мои элегантные мечи обоюдоострыми клинками. — Второй и третий раунд точно будут тяжёлыми, тебе понадобится железо.

Насколько я знала, Ристан был одним из немногих созданий, кто легко мог пользоваться железом. Он так быстро двигался, и я не была уверена, что кто-то заметил подмену. Я подошла ближе, а несколько мужчин шагнули ко мне. Заслышав звон стали, я положила руки на лезвия, висящие по бокам, и улыбнулась, когда ко мне вышел самый большой парень. Выше девяти футов ростом с короткими седыми волосами по всему телу и лицом обезьяны. По опыту я знала, что всё громоздкое падает тяжело.

Я обнажила клинки, когда парень подался вперёд, и полоснула мечом под коленями этого гиганта. Он закричал и упал на колени, а я провела мечами дугу и послала его голову в толпу.

Банда поури окружила меня. Я ухмыльнулась и начала размахивать мечами, режа плоть, как растопленное масло. Потому что клинки Ристана всегда были идеально заточены и готовы к работе. Стоны и крики раздавались отовсюду, пока я кружилась, даже не думая останавливаться. Я резала, колола и убивала злобных ублюдков, пока никого не осталось. После чего выпрямилась, вся в крови так называемых лидеров.

— Выбирайте ещё раз, но теперь, предлагаю, думать лучше, — приказала я, повернулась и подошла к своим союзникам, которые уступили мне место. Даже Ристан не говорил, пока кровь стекала с моего тела, скапливаясь лужицей у ног.

Никто не вышел. Орда уставилась на меня, пропитанную кровью их лидеров. Они спорили, подталкивали друг друга ко мне, но никто не шёл. Я стояла, давая возможность выбрать или же присоединиться ко мне. Через несколько мгновений я заговорила:

— Вашему королю нужна ваша помощь. Вы можете её дать или же вас выследят и убьют, как неверных собак. Вы пойдете со мной в бой или я скормлю гончим ваш запах и натравлю их на вас. — Я почувствовала, как Зарук, Ристан и Эодан подходят ко мне, придавая правдоподобности моей угрозе. — Они станут охотиться за вами даже в аду. Вы не скроетесь. У вас есть десять минут на ответ или мы начинаем охоту. Усекли?

Когда никто не ответил, я зарычала и выпустила огромный столп энергии, который удивил даже меня. Я вскинула руки к небу, а затем хлопнула ими.

Орда, собравшаяся у главных ворот, встала на колени и поклонилась мне. Я медленно опустила руки и представила, как их самодовольные лица врезается в землю. До меня донеслись вздохи боли и удивлённые крики, когда суставы начали трескаться, а земля изгибалась от давления, которое я оказывала на этих существ.

— Да! — крикнул один из мужчин. — Сдаюсь и преклоняюсь перед тобой, моя королева.

Я улыбнулась и позволила ему подняться. Один за другим существа просили пощады и поднимались. Все были в грязи. Я выдохнула и закрыла глаза, пока толпа продолжала преклоняться мне. Я справилась, поставила Орду на колени, хотя и пришлось воспользоваться своей силой. Но, я победила, а нам это было необходимо.

— Готовьте ваших сильнейших воинов к битве, — победоносно крикнула я, повернулась и посмотрела на Зарука, на лице которого было привычное суровое выражение, словно именно этого он и ожидал. Затем перевела взгляд на Ристана, который кивнул с чем-то похожим на гордость в глазах.

— Синтия ты была рождена для этого, — тихо пробормотал он. — Не думаю, что орда когда-либо умоляла о пощаде.

— Орда никогда прежде не сталкивалась со мной, по крайней мере, не в этом качестве. Они теперь будут знать, на ком женится их Король. Будь я ведьмой, шансы были в разы меньше.

— Да, но ты не ведьма, а богиня. Наша богиня. И они последуют за тобой туда, куда ты или Райдер прикажете, — произнёс Зарук. — Орда вновь пойдёт за своим королём в бой и пойдёт по своему желанию.

— Зарук, мне ненавистно прерывать твою речь, но пока я не верну Райдера, мне плевать на мир. Я хочу вернуть своего грёбаного фейри и немедленно.

— Цветочек, завтра мы отправляемся в путь. Объединённые касты фейри. — Ристан ухмыльнулся. — Да, будет интересненько. Надо сделать попкорн.

— Демон, это больше походит на лигу реслеров, чем на официальный бой, — предупредила я, глядя на него. А затем побледнела от медного запаха моего нового парфюма. — Убери с меня это дерьмо. Моя магия в действии.

— Ты мне так нравишься в красном. Тебе к лицу этот цвет.

— Демон, — прорычала я.

— Ладно. Он шире улыбнулся и махнул рукой, наконец, очищая меня от крови. — Я только что убила семерых фейри, кто мог бы нам помочь. Семерых воинов, у которых где-то были семьи, может даже дети. Но нам нужна была эта победа.

— Отведите меня обратно в покои, — прошептала я, дрожа от необходимости обнять Райдера. — Мне нужно отдохнуть, прежде чем отправиться на бой с Гильдией.

Глава 23

Кровать пахла им. Комнаты пахли им. Каждая точка здания напоминала его. Я хотела впитать в себя всё, вспоминая, когда впервые увидела Райдера. Меня пленили его глаза. Я до сих пор помню его первое прикосновение, когда меня пронзил электрошок, сотрясая мой жестко контролируемый мир. Он заставил меня чувствовать то, чего я не хотела. И в то время я ненавидела его и всё, что было связано с ним.

Прижав руку груди, я подавила чувство вины. Глубоко внутри я чувствовала, чем закончится эта роскошная свадьба. Демон пытался меня предупредить, и даже не нужно было видение. Мы все знали, что произойдет после объявления, хотя хотели, чтобы это объявление дошло только до Фэлана.

Боль ударила по мне, когда обрушилась реальность того, что произошло. Я убила, разорвала мужчине горло зубами, и меня беспокоил не акт убийства, а эмоции, которые я испытывала в тот момент.

Когда всё закончилось, меня тошнило. Ужасный запах меди цеплялся за кожу, кислый привкус желчи стоял в горле, и никакое количество воды или вина не смывало его. Я понимала, что сделала и размышляла о том, что предстоит сделать, ради возвращения Райдера. А я пойду на всё — абсолютно на всё — чтобы вернуть моего зверя.

Я знаю, как работает Гильдия. Они начнут его пытать, будут резать на куски, если посчитают, что так смогут получить ответы об Орде. Мне доводилось видеть останки фейри, которых захватывала Гильдия, а ещё провальные научные проекты, когда они пытались создать монстров, способных противостоять фейри.

Райдера нельзя убить, но можно пытать, как его брата… если не хуже. Сейчас ему должно быть больно, а я ничего не могу сделать. Чувство беспомощности сводило с ума.

Я перевернулась на кровати, ненавидя чувство, сдавливающие сердце. Мне стало так плохо, что я побежала в туалет и выблевала то немногое, что удалось съесть и выпить после того, как разорвала горло самопровозглашённому представителю орды. Утерев рот тыльной стороной ладони, я магией очистила тело, и рот наполнил вкус свежей мяты. Когда вернулась в спальню, в голове был полный хаос, но я всё равно продумывала следующие шаги Гильдии.

Я была на полпути к кровати, когда опять свело желудок. Я вернулась в ванную, и меня вновь вырвало. Поле чего я поддалась желанию помыться. Я жила, как фейри, но иногда жаждала комфорта простых вещей, к которым привыкла. Я наполнила ванну лавандовыми цветками и залезла в неё, вдыхая успокаивающий аромат, после чего погладила себя по рукам, ногам, животу и груди и начала плакать.

Закрыв глаза, я скользнула под воду и закричала. Под веками в глазах стояли слёзы, но крик принёс небольшое успокоение, даже если его никто не слышал.

Я села и обхватила руками голые ноги. Прошли часы с тех пор, как Райдера похитили, и не было никаких признаков его в человеческом мире. Я послала разведчиков следить за Гильдией… за всеми Гильдиями. И, можно сказать, что Гильдии вели обычные дни, словно Райдера там и нет. Если они держали его там, то хорошо скрывали.

Меня немного успокаивало, что не существовало оружия, которое способно убить Райдера. Кроме того маленького ножичка, который дала мне Мадисон, но и он не убил бы фейри. Тогда мы этого не знали. Но что если маги нашли способ убить Райдера? Возможно всё, и меня это пугало. У Гильдии были скрытые ресурсы и союзники. И если я права, они пробудили ведьм, которые одержимы уничтожением мира.

Раздался стук в дверь. Я посмотрела на неё, но ответила, так как знала, кто там. Зарук с момента, как похитили Райдера, постоянно был рядом и готов был сделать всё возможное, чтобы меня защитить. Я следила за тем, как он проходит по комнате и заходит в ванную, останавливаясь, когда заметил меня обнажённую.

— Я созвал тех, кого ты просила, — заявил он, не обращая внимания на мою наготу. — Встреча в оперативном центре.

Я встала, наблюдая за тем, как он скользнул по моему телу взглядом без единого намека на желание. Зарук скорее проткнёт себя мечом, чем прикоснется к чему-нибудь, принадлежащему Райдеру, включая меня. Я завернулась в полотенце, которое он мне протянул.

— Я отослал служанок, но могу сам тебе помочь, — тихо предложил он.

— Я прекрасно знаю, как обойтись без них, — ответила я, направляясь в спальню.

— Тебе нужно кормиться, — бросил он небрежно. По языку тела казалось, ему было некомфортно. — Я не Райдер, но знаю, что он убьёт любого, кто попытается тебя накормить.

— Я не кормлюсь через секс. — Я слабо улыбнулась на бесстрастное выражение его лица.

— Знаю, но Райдер упоминал, что иногда ты слабее, особенно когда Царству больно и случаются разломы, но после кормления ты можешь думать.

— Ты предлагаешь мне заняться с тобой сексом? — многозначительно спросила я.

— Нет, не особо хочется, и точно не с тобой, без обид. — Он глубоко вздохнул, затем поднял руки и покачал головой. — Но ты нужна нам в самом лучшем виде. Ты только что по-человечески принимала ванну. Так что если мой член — ключ к твоему разуму, с учетом того, что поставлено на карту, тогда да, я займусь с тобой сексом.

— С моим разумом всё нормально. Я принимала ванну, потому что меня рвало кусочками существа, которому я недавно разорвала горло. Так что, нет, спасибо, конечно, но нет. Мне не нужен твой член, чтобы чувствовать себя умной. Я почти уверена, что после секса с тобой не особо смогу думать.

— Это комплимент? — усмехнулся он.

— Не совсем, но, думаю, что твой член может лишить женщин разума. Я это много раз видела, — ответила я. — Единственный член, который мне нужен, принадлежит твоему брату. Так что, если предлагаешь мне секс, верни мне своего брата.

— Слава богам, — Зарук нервно рассмеялся.

— Ты мне всерьёз предлагал заняться сексом? — Я рассмеялась и покачала головой. — Посмотри на себя, Зи, предлагаешь трахаться, ради пользы.

— Я готов на всё, чтобы вернуть его. По сравнению с нами, ты знаешь его всего минуту. Он — наш король. А до этого, он был моим братом, спасал нас из всякого дерьма бесчисленное количество раз. Так что, да. Если мне бы потребовалось принести себя в жертву, я бы отдал за него жизнь.

— Ну, будем надеяться, что до этого не дойдёт, потому что трахаться с тобой было бы верхом идиотизма. — Я одела себя в личную версию брони элитной гвардии и усмехнулась. — Хотя, я вот тебя покормлю, — предложила я, и прежде чем Зарук успел отказаться, коснулась рукой его щеки и в организм потекла моя сила. Я заметила, как он округлил глаза, а затем закрыл их, впитывая небольшой кусочек моей силы. Он охранял меня, а я не собиралась ждать, пока он с кем-то займётся сексом, чтобы ощутить себя моей полноценной правой рукой, помощником и стражем. У нас слишком много дел, и совсем нет времени.

— Боги, — простонал он, пытаясь шевельнуться, но упал на колени. А я смотрела на него с понимающей улыбкой. Райдер так мог кончить, но с Заруком я не намеревалась предавать этому сексуальный подтекст. Тем не менее, я планировала дать ему сил, чтобы он пережил следующие несколько дней. — Прекрати ведьма, — проворчал он. Я отступила, но во рту появилось ещё больше привкуса желчи, и у меня закружилась голова. — Ты в порядке? — Он с трудом поднялся на ноги, задавая вопрос. Я моргнула, когда перед глазами полетели тысячи звёздочек.

— Да, в порядке, — пробормотала я, заставляя себя расслабиться, чтобы остановить головокружение. — Думаю, этот парень съел что-то испорченное.

— Вполне возможно, — пробормотал Зарук, направляясь к двери. — Нужно найти Элирана.

— Нет, нас ждут в оперативном центре, куда мы и идём, — приказала я и, не дожидаясь, когда Зарук пойдет за мной, вышла из спальни, глубоко вдохнув запах Райдера напоследок. — И лучше не говори ему, что видел меня голой.

— Это всего лишь тело, я видел их тысячами. Я фейри, и, честно говоря, считаю человеческую скромность абсурдной, зачастую ложной, — пояснил он. — Райдер знает мои чувства по этому поводу. Он, возможно, и принял твою глупую человеческую логику, но не я.

— Глупая человеческая логика? — задумчиво повторила я, обернувшись на Зарука через плечо, и фыркнула.

Мы вошли в комнату, и я притормозила, заметив, что Ристан взволнован, а остальные встревожены. Я посмотрела на Олдена, который стоял с Лукьяном, корпя над бумагами, то время, как Эдриан и Влад о чём-то шептались в углу.

— Джентльмены, — поздоровалась я, садясь на своё место и осматривая лица. — Знаю, что большинство из вас ещё нее успели отдохнуть, но нам нужно кое-что прояснить.

— Например? — спросил Олден, откладывай бумаги в сторону и обращая на меня внимание.

— Гильдия Сиэтла знала, что мы в первую очередь отправимся искать Райдера туда, но, прежде чем мы нападём, нужно убедиться, что Райдера действительно держат там. А ещё, мы понятия не имеем, что у них припрятано в рукавах. Обычно, они не похищают кого-то столь важного, и мы знаем, что им помогли, но точно не знаем кто. Мы такое не пустим на самотек. Знаю, что Национальная Гильдия проводила эксперименты с фейри, и они выходили далеко за рамки того, что делают в местной. Где это проводилось? — спросила я напрямую Олдена.

— Глубоко в горах Аляски есть лаборатория. Как только убеждаются, что фейри безвредны, их перемещают в другие места для изучения в контролируемой среде. Не думаю, что они поведут Райдера туда. Не тогда, когда у Гильдии Сиэтла есть подобная лаборатория. Ее вырезали глубоко под Гильдией в месторождении пирита и добавили в цементную смесь большое количество порошкообразного железа, из этого вылили плиты для стен. Так что, если кто-то из фейри попытается войти быстро ослабнут.

— Проблемка, — присвистнул Ристан.

— Не для тебя, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Я возьму Синджина, а ты возьмёшь Оливию и отправишься в Царство крови, присмотреть за моими детьми. А ещё я хочу, чтобы ты забрал детей, которых мы вывели из Гильдии Спокана. Вообще, демон, забери любое юное создание, которому нужно убежище. Мы не можем рисковать молодняком, его и так мало.

— Я тебе здесь нужен, — отрезал он, прищурившись на меня.

— Мне нужно, чтобы ты защитил моих детей, а я могла бы сосредоточиться. Ты переживаешь за Оливию, и это беспокоит меня. Она отказалась оставаться там, где ты её спрятал, и вернулась сюда. Мне необходимо знать, что все они в безопасности. Ради их спасения, ты отдашь жизнь, мы все это знаем. А я возьму с собой Лиама и Синджина.

— Цветочек, — запротестовал он, но я покачала головой. — Ладно, если у тебя возникнут проблемы, вызови меня.

— Договорились, — согласилась я.

— Теперь, к другому вопросу. Мне нужна команда из пяти человек, чтобы провести разведку, и нужно, чтобы у них не было аллергии на железо.

— Я могу сходить, — предложил Олден, но я отрицательно мотнула головой.

— Нет, — возразила я. — Тебе нужно наладить связь. У Зарука полно всякой такой ерунды, он покажет тебе, как их использовать. Я считаю, что послать надо Элиаса и его приятелей. Я хочу, чтобы у всех были средства аудиовидеосвязи и чтобы все были до зубов вооружены. Но оружие не должно привлекать нежелательное внимание. А ещё мне нужно, чтобы кто-то смог выманить Наёмника из Гильдии, которого мы допросим. Наемники осведомлены о каждой угрозе, которая может повлиять на Гильдию. Одного мы поймаем и заставим рассказать всё, что он знает.

— Как в старые добрые времена, — с ухмылкой произнёс Адам.

— Для его допроса нам понадобится место. Понимаю, Наёмника легче привезти сюда, но следить за Гильдией тоже придётся. Мы должны знать каждый их шаг, и близость к достижению обеих целей. Здание должно быть звуконепроницаемым и с электричеством для связи и видео. Эдриан, сможешь найти мне такое?

— Легко. В районе рыбацкого рынка очень много конфискованных зданий, и они все очень близко к Гильдии. Так что, мы сможем легко наблюдать за ними, пока делаем свои дела.

— Тогда, джентльмены, отправляемся на охоту, — сказала я, встала и посмотрела, как все направляются на выход. Я подождала, пока комната опустела, и остался только Ристан. Как только остальные ушли, он сердито посмотрел на меня.

— Ты ведь понимаешь, что я тебе нужен, — огрызнулся он. — Оливия справится с детьми, а я нужнее здесь. Не проси меня сидеть, сложа руки. Он — мой брат.

— Понимаю, но остальным необязательно это знать. Я хочу, чтобы ты прикрывал наши спины, и хочу, чтобы ты делал это с безопасного расстояния, пока не скажу иначе. Рядом с нами будет Синджин и Лиам. Я хочу, чтобы ты дал Оливии повод сидеть на месте и избегать опасности. — Он немного расслабился, а выражение лица стало мягче.

— Ты бледная, — заметил он.

— Я дала Заруку немного силы и не спала, — прошептала я.

— Что-то ещё не так, — настаивал он.

— Нет, всё нормально. Скажем так, на ужин мне попался горький слизняк. Пошли на дело, — заткнула я его.

Глава 24

Выбранное здание было пустым, за исключением вещей бездомного, которого Зарук прогнал, дав денег на новый дом. Здание выходило на рынок Пайк-Плейс, и из него отлично просматривалась Гильдия. Связь и видео наладили, и все надели бронежилеты, даже Зарук, который отказывался выпускать меня из поля зрения.

Пайк-Плейс — огромный фермерский рынок, одна из многих достопримечательностей, манящих туристов в Сиэтл. Эпицентр свежих, особенных продуктов и разнообразных ингредиентов, которые не похожи ни на какие другие в штате Вашингтон, или несколько других, если на то пошло. Рыбацкие лодки в любое время дня и ночи приходили и уходили с пирса, выгружая улов Тихого океана. Летающая рыба, которую на рынок поставляли браконьеры, всегда была хитом у туристов.

Вдоль пирса стояли самые разные палатки, от мясных лавок до киосков, где можно купить всё, что угодно. А ещё более двухсот магазинов с уникальными товарами, занимающие остальную часть девяти акров рынка и привлекающие огромные толпы. Так что до поздней ночи на рынке стоял шум, который напоминал мне карнавал, куда мы попали однажды с Адамом и Лариссой, а Эдриан валялся раненным в кровати. И наряду с шумом воздух наводнял тошнотворный запах различных продуктов.

Когда-то я обожала это место, и старый исторический район, где было на что посмотреть. Я словно вернулась во времени в другую эпоху. Экономика приняла на себя огромный удар, а учитывая, что большинство предприятий — семейный и малый бизнес — это печальное зрелище.

Я перевела внимание на Зарука, который заговорил:

— И изображение с камер будет выходить на эти экраны, а ещё камеры будут считывать пульс, и мы сможем контролировать твои жизненно важные показатели отсюда. Если попадёшь в передрягу, мы узнаем и поможем. Мы слышим все переговоры по рации. На рынке ходят пять Наёмников, один из которых преследует пикси, на вид безобидную, но со странной одержимостью швыряться рыбой.

Кивнув Заруку, я улыбнулась.

— Эта швырятельница крутая.

— Твой план? — спросил он, намеренно игнорируя комментарий. Мне было очень плохо, тело ныло, но я не обращала на него внимания и кивнула в ответ Заруку. Солёный запах океана, смешанный с вонью рынка, растормошил чувства.

— Мы с Адамом можем выманить Наёмника. Я притворюсь человеком, чтобы казалось, будто Адам кормится от меня… так мы привлечём внимание, и придурки нарушат протокол. Нам нужен один Наёмник, поэтому, если за ним пойдут другие, разберитесь с ними, — сказала я Эдриану и Владу, и те кивнули. — Только не убивайте.

— Будто ты не думала убить того, кого мы схватим, — тихо проговорил Эдриан.

— А это проблема? — спросила я, на что он покачал головой.

— Расскажешь остальным? — осторожно спросил он, а я моргнула.

— Рассказать что?

— Ничего, — ответил он, развернулся и ушёл, оставив меня в недоразумении. Я увидела, как он подошёл и кивнул Владу, который перевёл взгляд серебристых глаз на меня. Что-то похожее на беспокойство мелькнуло в них, но быстро исчезло, и Влад с Эдрианом ушли на свою позицию.

Я повернулась к Адаму, кивнула и быстро проверила связь и оборудование, пока мы пробирались к месту. Через несколько минут мы уже шли по пирсу туда, где находился один из Наёмников, который казался моложе остальных.

— Как в старые добрые времена, да? — тихо сказал Адам и улыбнулся мне.

— Новые тела и оборудование лучше… Не совсем, как раньше, — проговорила я. Не было прежнего куража выхода на миссию. Слишком многое стояло на карте. — Вот он, — сказала я, когда мы завернули за угол. Наёмник в открытую таращился на пикси, даже не скрывая, кто он. В его оружии отражалось послеполуденное солнце, пока Наёмник шёл за пикси.

— И как будем действовать? — спросил Адам.

— Я закричу, а ты потащишь меня в переулок. — Я указала на переулок в нескольких футах. — Пусть метки фейри светятся, а я буду стараться вырваться, а потому типа, попаду под чары.

— Готова? — Он озорно улыбнулся и нежно коснулся моей руки.

На мне был надет сарафан, довольно простой, но с намёком сексуальности, и туфли на небольшом каблуке. А под подолом сарафана скрывалось столько ножей, что я могла бы уничтожить небольшую армию. Подавив тошноту, я кивнула. Обойдя Адама, чтобы ему легче было затащить меня в переулок, я истошно завопила, перекрикивая болтовню на пирсе, и даже заставляя Адама вздрогнуть. Он схватил меня за талию и потащил в проулок. Я продолжала звать на помощь, а его метки начали сиять.

— Черт, давно я не слышал, чтобы ты кричала, как девчонка, — засмеялся Адам, как можно реальнее сражаясь со мной, чтобы заставить Наёмника покинуть пост.

— Я уже давно не изображала жертву, — выдохнула я, а затем вновь вдохнула, чтобы продолжить кричать. Наёмник смотрел, но не двигался с места. — Попробуй сорвать с меня платье, — предложила я, затаив дыхание, и глаза Адама стали размером с блюдце. — Давай, он не хочет покидать пост, — прошипела я, а затем вздрогнула, так как Адам сделал, как я велела, впиваясь пальцами мне в плоть.

Наёмник двинулся к нам, и его вид меня обеспокоил. Я притворилась, что поддалась Адаму, а он притворился, что целует меня, чтобы заткнуть. Мне уже были знакомы прикосновения его губ, ведь мы не впервые проворачивали такое. Мы всегда мастерски притворялись парой. Подпрыгнув, я обхватила Адама ногами за талию, а руками за шею. Я провела пальцами по его волосам, и в тот момент, когда Адам прижал меня к стене переулка, боль пронзила живот. Я застонала, а на глаза навернулись слёзы, но я подавила боль и продолжила претворяться ЗПФ. Я издавала бессвязные стоны, которые больше походили на стенания умирающего животного.

Я заметила, как Наёмник забежал за угол, вытаскивая меч, и кинулся на Адама. За мгновение до того, как он вонзил клинок с железным наконечником в спину Адама, я оказалась перед Наёмником, схватила его за руку и резко развернула, ударив головой об стену. Тогда-то другие Наёмники бросились за угол. Влад, Эдриан и Лукьян схватили каждого в удушающий захват, и один за другим Наёмники отключились.

Я выдохнула и встала, затем наколдовала облегающую броню, наблюдая, как Адам взвалил на плечо, заманенного нами Наёмника.

— Неприятно признавать, но, как только эти придут в себя, предупредят Гильдию и поднимут тревогу, — заметил он.

— Заберите и их, побудут нашими гостями, пока мы не вернём Райдера, — неохотно приказала я. Мы молча шли по переулку, каждый не хотел испытывать удачу и говорить.

Оказавшись внутри командного поста, я прошла в большую комнату, где располагалась остальная команда фейри, и ждала, пока не принесут и не привяжут каждого Наёмника к стульям, которые нагламурил Зарук, воображение которого, когда он в режиме палача, могло нарисовать ужасные картины. Эти стулья напоминали кресла дантиста, с подлокотниками, к которым крепились кандалы. Один стул поставили стратегически так, чтобы другие Наёмники всё видели. Я ходила по комнате, ожидая, когда все займут свои позиции.

Когда Наёмники начали просыпаться, я вытащила нож и провела пальцем по острию. Я чувствовала, как Наёмники смотрят на меня, поэтому надавила кончиком лезвия на палец и прошептала заклинание, которое заставило кровь подняться в воздух. Пролевитировав пару секунд, капли сформировали образ бабочки, которая мгновение порхала вокруг, а затем приземлилась мне на плечо. Пошептав пару слов, я отослала бабочку в полёт. Она пролетела по комнате и опустилась на колено самому на вид старшему Наёмнику, который был привязан к стулу, видимому всеми.

— Как тебя зовут? — спросила я, впиваясь в него взглядом, пока остальные приблизились ко мне.

— Отправляйся в ад, — отрезал он, с яростью смотря на меня зелёными глазами.

— Ох, сладкий, я была в аду, и та яма не смогла меня сдержать. — Наблюдая за ним из-под ресниц, я повторила вопрос: — Как тебя зовут?

— Шлюха Сатаны, — прорычал он, вырываясь из пут, а затем попытался прогнать бабочку.

— М-хм, думаю, тебе это имя не идёт, попробуй ещё раз. — Я медленно перевела взгляд на бабочку. — Думаешь, если сохранишь тайны, спасёшься? — Он прищурился, явно гадая, как я собиралась узнать его тайны. — Много времени не понадобится. Стены у тебя слабы, а вот воля сильна. Ты считаешь, что поступаешь правильно, хотя и думаешь, что Гильдия загнивает.

— Убирайся из моей головы, сука, — потребовал он. Я сглотнула, когда Зарук двинулся быстрее, чем человек успел бы заметить, и кинул кинжал, который рассёк ухо Наёмника и вонзился в кожу кресла.

— Следи за языком, парниша, или я его тебе вырву, — предупредил Зарук. — Не хочу повторять дважды. Не только ты можешь отвечать.

Я посмотрела на других Наёмников, которые молча наблюдали за происходящим, и прошептала заклинание, после которого бабочка превратилась в крошечного жука и скользнула в ушной канал допрашиваемого. Крик Наёмника разорвал тишину здания и эхом отразился от звуконепроницаемых стен. Первая мысль, которая скользнула от жука в голове ко мне — имя. Эндрю.

— Господи, оно внутри него, — в ужасе завопил другой Наёмник.

— Не «оно», — пробормотала я, улыбаясь. Комната начала исчезать, когда я стала единой с бабочкой внутри головы Эндрю. Детство Эндрю было ничем не примечательное. Родители его любили. Уже позже что-то пошло не так. Его отправили в Гильдию, когда отец убил его мать. Он усердно тренировался, старался впечатлить Старейшин, которые его даже не замечали. Вероятно, поэтому его и назначили на пирс.

Я прошла мимо личных воспоминаний и углубилась в то, что хотела знать, с удивлением обнаружив, что поверхностные воспоминания — ложные. Сильное заклинание, которое позволило Эндрю скрыть то, кто он на самом деле.

Я оттолкнула его мысли, стараясь не повредить ни одного воспоминания. Это требовало времени и усилий. Хоть я и сильная, такая магия требовала точности. По груди и шее стекал пот, пока я продолжала копать в поисках его недавнего задания. Я стала Эндрю, наблюдая, как старый Старейшина говорил с ним. В Гильдии воняло шалфеем, миррой и другими резкими благовониями. Руны в стенах светились от древней магии. Здесь полно заклинаний. Я повернула голову Эндрю, вглядываясь в детали памяти.

— Я хочу его увидеть. — Голос Эндрю дрожал от едва сдерживаемого волнения.

— Это не он, а оно, если говоришь о существе. Ты сыграл огромную роль, достал друида, который сделал всё это возможным, так что заслуживаешь шанса посмотреть.

Я знала этого Старейшину, он часто бывал в гильдиях Сиэтла и Спокана. Приподняв мантию, он потянулся за тростью и показал Эндрю следовать за ним.

— Мы узнали, как его убить? — спросил Эндрю, глядя на серебряную мантию Старейшины, которая обозначала высокий чин.

— Пока нет, но скоро.

Старейшина закашлялся и пошёл по коридору, в конце которого была лестница.

— Ведьмы уверены, что у каждой касты фейри есть слабость. А его, скорее всего, в крови. Они взяли у него кровь и смазали ей руны. Хотят узнать, что может убить грозного Короля Орды. Ведьмы древние, и у них сил больше, чему всех Гильдий вместе взятых. Если кто и может уничтожить этого монстра, так это они.

Оказавшись на лестнице, он остановился и запел, рисуя пальцами в воздухе сложный узор, чтобы убрать чары, которые, должно быть, действовали как охрана, или барьер или и то, и другое. Руны в стене ожили, пульсируя, пока скрюченные пальцы Старейшины стирали чары. Я следила за движениями, а затем посмотрела на стены, запоминая нарисованные руны.

Острый аромат мирры, смешанный с шалфеем и другими травами, был тошнотворно сильным. Старейшина снял чары, и мы спустились, после чего направились по коридору, мимо палат с дверями и решётками, на которых тоже были нанесены руны. Мы минули несколько палат, где находились молчаливые фейри, над которыми велись эксперименты.

При виде большой палаты в конце коридора у меня быстрее забилось сердце, но уже внутри надежды рухнули. Очередная палата, ещё одна лестница и больше чар. И вновь мы шли по нескольким длинным коридорам, пока, наконец, не добрались до палаты, похожей на свинцовый ящик с железом со всех сторон, кроме деревянной двери, но и в неё были вмонтированы железные руны. Железо, должно быть, расплавили и вылили из него руны, выгравированные на дереве. Когда дверь открылась, послышался хохот, и мы вошли. Внутри комнаты лежал неподвижный Райдер.

Из его рук, ног и торса торчали спицы бога. Над ним склонились две ведьмы, одетые в древние робы. Волосы ведьм были длинными и чёрными, с несколькими тёмно-синими прядками. Сине-зелёные глаза светились, а воздух в комнате вибрировал от силы. Ведьмы ходили вокруг Райдера, скандируя и наблюдая, как он мучительно сопротивляется спицам. Ведьмы выглядели молодыми, чуть за двадцать. Их фарфоровая кожа отсвечивала, когда они задирали юбки в танцах.

Райдер лежал обнажённым, беспомощным и неспособным им сопротивляться. Его мощное тело было вспотевшим от усилий освободиться. Мне хотелось закричать, протянуть руку, кинуться к Райдеру и прикоснуться к нему. Я хотела сказать ему, крепиться, что я иду. Но не могла. Здесь была не я, а Эндрю. Я увидела, как золотистые глаза открылись и вперились в меня. Суровость в его глазах на мгновение смягчилась, будто Райдер почувствовал меня в той палате. Но такое невозможно, это всего лишь воспоминание. И даже не моё. Я видела, как он сопротивлялся, желая освободиться от спиц, но их невозможно убрать. Я уже чувствовала эту силу раньше. Холодные, ледяные, они сводили на нет силу, и притупляли чувства.

— Оно очнулось, — заметил Эндрю, и ведьма с улыбкой подошла к Райдеру. — Можно? — спросил он, когда она достала клинок.

— Думаешь, сможешь убить короля Орды? Если он сбежит, в первую очередь захочет твоей крови, — гортанно прошептала она, словно эта мысль её будоражила.

— Хочу попробовать, — выдохнул Эндрю, беря клинок.

В его сердце было так много тьмы, что я задохнулась. Эндрю приблизился к Райдеру и в страхе отпрыгнул, когда фейри зарычал. И эти глаза снова встретились с моими. Он знал. Он знал, что я здесь, что я его ищу. Его глаза сказали всё, и потребовалось много сил, чтобы остаться там, пока Эндрю снова и снова вонзал лезвие в грудь Райдера.

Я вытащила себя из воспоминаний. Я вновь всё видела чётко, и тогда заметила отвратительную улыбку на лице Эндрю, с удовольствием вспоминающего свои действия. Я подошла к нему и позвала бабочку, наслаждаясь криком боли. Как только Эндрю вернулся в настоящее, я наколдовала в руке один из длинных клинков, которые сделал мне Зарук, и ударила козла в грудь. Его потрясённый крик успокоил меня. Воинственная, кровожадная богиня во мне мурлыкала.

— Мне стоит нанести тебе столько же ран, — прошептала я, борясь с тошнотой от того, что Гильдия и ведьмы делали с Райдером. — Стоит разорвать на куски, пока ты будешь умолять меня остановиться. — И улыбнулась. — Что ещё хуже, я оставлю тебя в живых, верну его и позволю ему содрать с тебя кожу, чтобы перевязать свои раны. Увы, я эгоистичная стерва. Тебе доставляло удовольствие делать ему больно, а мне — убить тебя.

— Синтия? — предупредил Олден, кладя руку мне на плечо.

— Нет, он не выживет. Никто из них, — выплюнула я, повернувшись к наставнику. — Это яд, который попал в Гильдию. Эндрю — маг, а не наёмник. Его детство было сложным, а Старейшины увидели лишь поверхностные воспоминания, когда он пришёл в Гильдию на обучение. Всё ложь. Его мать и отец были магами. Его мать навещала его раз в неделю и отдавала приказы. Он лишь формально числился наёмником, мудила родился и всегда будет магом в сердце. Так что, нет, жить ему нельзя.

— Его внедрили? — спросил Олден. А когда я кивнула, покачал головой. — Скольких же внедрили в Гильдию, а мы не в курсе. Мы учили их убивать фейри.

— Да. — Я не собиралась приукрашивать жизнь и успокаивать его вину. — Ты натравил их на фейри, но теперь это неважно. Райдер в этой Гильдии. Его пришпилили спицами бога и ещё какими-то. Я никогда такого прежде не видела. Там и другие фейри, над которыми тоже экспериментируют. Стены коридоров усеяны рунами, и чары как-то с ними связаны. Думаю, один раз заденем, и все замки закроются.

— И что ты планируешь делать? — спросил он.

— Эндрю помнил, где найти пару друидов. Мне один нужен, — ответила я.

— Зачем? — поинтересовался Олден, которому претило быть вдалеке от действий.

— Разбудить ведьму, конечно. Гильдия разбудила других, — сказала я и уловила краем глаза призрачную фигуру женщины. И беспокоил меня не предсмертный хрип Наёмника, а материализовавшаяся богиня. Какого хрена Судьба тут делает? — Сейчас вернусь, избавьтесь от трупа, — приказала я.

Глава 25

— Зачем ты явилась? — потребовала я, закрыв дверь в центр. Я не сказала богине следовать за мной, и без того знала, что она так и сделает. Я спустилась по лестнице на этаж ниже и направилась к одному из диванов, не обращая внимания на биение сердца.

— Тебе здесь делать нечего, вмешиваться в дела людей запрещено, — высокомерно заявила она.

— Я не вмешалась ни в одну человеческую жизнь, в жизнь гадов — да. Я таких много убила, но ни одного человека, потому что всегда стараюсь их не трогать, — огрызнулась я.

— Дитя, ты в человеческом мире. Их жизни — часть запутанной паутины и все связаны между собой. Ты этого не видишь, но уверяю, это так. Вред всем, кто живет в этом мире, несёт последствия.

— Они напали на нас и забрали Райдера. А я должна просто сидеть, сложа руки, пока они его пытают? — запротестовала я.

— Ты не можешь вмешиваться!

— Я не могу спокойно сидеть и ждать, пока они его на лоскуты режут! — зло выкрикнула я.

— Синтия, существуют силы могущественнее нас. И они устанавливают правила. Мы не более чем пешки в этом мире, в смысле во Вселенной. Ты вмешиваешься туда, что даже не можешь понять, — тихо сказала она, настороженно глядя на меня.

— Они пришли в мой мир, похитили Райдера, а ты говоришь, что я не имею права его вернуть? — потребовала я, сдерживая слёзы.

— В этом мире все жизни связаны. Гильдия защищает людей, а ты хочешь напасть на Гильдию, которой, может быть, суждено спасти кого-то, либо убить кого-то важнее. Люди похожи на домино. Вот почему до сих пор ни один бог не вмешивался в этот мир. Человеческий бог сплёл каждую жизнь с определённой целью, и эта цель должна исполниться. Скажем, ты убила ребёнка в человеческом мире, а жизнь должна была привести его к встрече с женщиной и рождению дитя. И судьбу того дитя ты только что оборвала. А может, судьбой тому дитю было предначертано улыбнуться человеку и не дать наложить на себя руки? Такова судьба. Один жест доброты может изменить мир. Люди, в лучшем случае, непостоянные существа, но у каждого есть цель. Ты — богиня фейри, и забрала жизнь в человеческом мире, теперь они потребуют что-то взамен.

— Эти засранцы забрали его со свадьбы! — прорычала я, указывая на Гильдию. Я понимала логику Судьбы, хоть она и ошибочна, но таков мир. — Я не могу просто стоять здесь и не помогать ему. Неужели ты не понимаешь?

— Ты богиня, — пояснила она. — И у тебя, Синтия Рейн, связаны руки. Ты не можешь нарушать равновесие.

— В данный момент, Царство Фейри связано с Террой, так что этот мир тоже мой. Судьба, я чувствую этот мир, потому что, несмотря ни на что, все миры связаны с ним. Он — якорь для других измерений. Дану позаботилась о том, чтобы я могла вмешиваться в жизнь Царства, когда стану богиней.

— Это так не работает, — выдохнула она, словно ища терпения и не находя. — Ты можешь возглавлять отряд, но сама что-то делать — нет. Никто не должен погибнуть от твоей руки. Поняла? Веди их, но не действуй напрямую. Цена будет больше, чем ты готова заплатить, уверяю, — взмолилась она.

— Он — любовь всей моей жизни, отец моих детей. Я заплачу им, — на этих словах я нарисовала в воздухе кавычки, — всё, чего они хотят, чтобы его вернуть!

— Боюсь, мои слова останутся неуслышанными, — печально пробормотала она, взмахнув рукой, и старый диван превратился в красивый и белый. — Посиди со мной, дитя.

— Ты не заставишь меня передумать, — предупредила я, внимательно за ней наблюдая.

— Дану предупреждала, что я не смогу сбить тебя с нацеленного курса, — хохотнула она, но как-то пусто и сухо.

— Я люблю его, — беспомощно выдохнула я, и тиски сжали моё сердце. — Он ради меня уничтожил бы миры.

— Нет, Синтия, он уже выбрал твою смерть, — отрезала она.

— Потому что знал, что я этого хотела, — возразила я. — У него тоже не было выбора — в любом случае, я бы умерла. Он не смог бы этого предотвратить. Никто не смог бы, даже Дану.

— Это правда, и если быть честной, ситуация была дерьмовой. Ему пришлось выбирать между тобой и детьми, и ты лишила его выбора. Твои последние слова предопределили судьбу, но мы уже знали, что произойдёт. Твоя мать создала тебя для спасения любимого мира. Создала тебя для Райдера, но твоя судьба — заменить мать. Дану знала об этом с самого твоего рождения, и мне была показана твоя судьба. Я умоляла её уничтожить тебя. Остановить это, отпустить тот мир и создать новый. Но она не смогла. После того, как Мадисон родила тебя, Дану взяла тебя на руки, пока Мадисон спала, и в тот момент познала любовь, какую не испытывала прежде. Посмотрев в глаза своему ребёнку, она не смогла ничем спасти себя, и связала тебя со мной, обмотав мой волос вокруг твоего пальца. Она связала тебя с богами, хотя должна была дать тебе умереть и избежать такой участи, но не смогла. Дану очень часто наблюдала за тобой в младенчестве и детстве, а когда Фэлан убивал твоих приёмных родителей, чуть не вмешалась. Я предупредила её так же, как тебя сейчас. Если бы она вмешалась, откуда знать, что твоя жизнь не стала бы платой за вмешательство в этот мир?

— Она там была? — спросила я с тяжестью в груди. — Она могла бы мне помочь.

— И лишить тебя или себя жизни? Боги — злобные создания. Они сделали магов похожими на играющих детей, которые могут потребовать крови или того хуже. Она знает это, как ты думаешь, почему она послала меня? По-твоему, сколько стоило вмешательство в твою жизнь? Ты была Наёмником, тебе было суждено спасти сотни жизней. Не имело значения, что ты — её кровь, или что судьба благословила тебя. Тебя послали в этот мир, и ты стала его частью. Но сейчас уже нет. Какая бы судьба ни была у тебя здесь, она закончилась в момент, когда твоё смертное тело погибло. Ты не фейри и не полубогиня. Теперь ты настоящая богиня.

— Тогда забери всё назад! Я отдам своё бессмертие за одну смертную жизнь с ним! Райдер для меня всё, — всхлипнула я, вскакивая. Я злилась из-за слёз, но плакала не из-за того, что расстроилась, а потому что бесилась.

— Боги, ты мила настолько, насколько она и говорила, — прошептала Судьба, вставая. — Этого не отнять у тебя. Единственный способ лишить тебя жизни — настолько разозлить богов, что они сами её заберут или же её заберут в качестве платы за вмешательство туда, куда не следовало.

— Что они от меня потребуют? — Я не могла позволить ему сидеть в той палате и стать, как другие фейри. Ведьмы экспериментами пытались его убить. Как скоро им это удастся? Нет. Какой бы ни была цена, я её заплачу.

— Это твоё первое нарушение, поэтому трудно сказать. Я знаю, что они не смогут тронуть твоих детей, их судьбы уже предопределены, и Дану договорилась, что независимо от твоих действий, дети будут защищены. Дану, к счастью, поняла, что упрямства тебе, как и ей, не занимать. Хотя, это не значит, что к тебе они будут добры.

— Мои дети в безопасности? — настороженно спросила я, а когда богиня кивнула, улыбнулась. — Тогда они могут забрать мою жизнь. Если моя жизнь за его, так тому и быть.

— Они могут потребовать жизнь Райдера, — тихо прошептала она.

— Тогда им лучше и мою забрать, — предупредила я. — В противном случае, тот монстр, в которого я обращусь, станет для них самым страшным в бессмертии.

— Синтия, никто не угрожает богам.

— Это не угроза, — холодно возразила я. — Сейчас они могут позволить себе роскошь сидеть и наблюдать за тем, как разворачиваются события, но если бы мучили любовь всей их жизни, уверена, они не возражали бы немного нарушить правила. Я очень постараюсь никого не убить, но я не святая. Если окажут сопротивление, предпочту думать, что на судьбе им было написано умереть от моей руки. Таков ведь выбор? Мы сами себе судьба, ничто не предопределено за нас. Может это как-то и связано с другими, но мы сами руководим нашими жизнями. А вы лишь судите нас, потому что боги, хотя так не должно быть. Из-за стольких связанных рук и правил ты не можешь контролировать происходящее дерьмо.

Она улыбнулась.

— В тебе столько от неё, — натянуто проговорила она со слезами на глазах. — Она долго не протянет; если поторопишься и спасёшь своего короля, твоя мать сможет присутствовать, когда ты пойдёшь к алтарю и выйдешь замуж за зверя. — Затем сглотнула. — Ты так изменилась; больше нет той злой маленькой девочки, которая проклинала меня за вмешательство в жизнь, Синтия Рейн, — прошептала она с подавленным волнением, глубоко вздохнув и мягко улыбнувшись. — Я даже не могу разозлиться на Дану за её выбор, потому что понимаю — за тебя стоит умереть. Ты можешь сделать то, чего она не могла и даже больше. Ты и мать и солдат — то, чем ей так и не удалось стать.

— Она солдат и моя мать. Дану никогда не умрёт ни для нас, ни для истории. Своими действиями мы сохраним ей жизнь.

— Да. Ты нужна внизу. Они разобрались с трупом и ждут тебя. Иди и поторопись, у нас нет времени.

Глава 26

Топот сапог по холодному мраморному полу был единственным звуком внутри недавно построенного верхнего этажа Гильдии. Не было ни болтовни, ни шума двигающихся людей, готовившихся к миссии, ни криков детей, которых учили на Наёмников.

Тишина нервировала, и то место, которое было для меня домом, теперь казалось таким чужим.

Сор отлично трудился над восстановлением, и пока отстроил лишь первый этаж. Но и это прогресс. Я смотрела на холодный мрамор, с эмблемами королевских домов фейри. Четыре герба четырёх королевских каст. Стойка регистрации, куда будут первым делом подходить те, кто пришёл за нашей помощью, была укреплена чарами, защищая работников. На стенах были похожие чары, невидимые для невооружённого или неподготовленного глаза.

— Это временно, — заметил Дристан, наблюдающий за мной. — Пока смотреть не на что, да и не шикарная тут мебель, но со временем добавим остальное.

— Здесь так тихо, — отметила я и нахмурилась. — Думаю, и шум со временем вернётся. Просто меня нервирует такая тишина.

— Здесь тихо, потому что сейчас это гробница, — согласился Дристан, убирая с лица каштановая волосы и улыбаясь мне. — И ты права, как только Гильдия откроется, здесь станет очень шумно. Уверен, тогда мы будем хотеть тишины и покоя.

— Демон пришёл и принёс нам подарок, — объявила я, чувствуя, как чары загудели в предупреждении о людях у дверей. Через несколько секунд за дверью послышался шум, когда Ристан затащил друида внутрь и толкнул его к моим ногам. Друид оказался моложе, чем я думала. Ну, по крайней мере, так выглядел. Я больше не гадала возраст, так как фейри легко его подделывали. У друида были каштановые волосы до плеч и мягкие карие глаза. На шее и руках нанесено много рун и древних каракуль, которые были похожи на защитные заклинания, нанесённые магическими чернилами. Такой же был когда-то у меня на затылке.

Друид с опасением осмотрел меня, а затем округлил глаза, заметив свечение исходящее изнутри.

— Она… — протянул он, но потом замолчал и покачал головой, продолжая неверующими глазами пялиться на меня. — Ты же богиня. — Он опять осмотрел меня с головы до ног, потом повернулся к Ристану, которая притащил его Гильдию. — Демон, она же богиня.

— Должно быть, вылетело из головы, — пробормотал он, поворачиваясь ко мне. — Честно говоря, никогда не говорил что это не так, — Ристан говорил сухими безэмоциональным голосом.

— Да, я богиня, — подтвердила я. — И у меня есть веские причины полагать, что единственный способ разбудить Первородную ведьму, которая спит под этой Гильдией — привести друида, который сможет разрушить заклинание, держащее её в стазисе.

— Думаешь, я помогу тебе разбудить её? Или что вообще помогу фейри по какой-то причине? — огрызнулся он. Я уверенно улыбнулась. Ну, по крайней мере, у него есть характер.

— Поможешь, — заверила я, глядя на свой новый маникюр.

— Нет. Я скажу тебе то же самое, что сказал Гильдии — этих ведьм нельзя будить, особенно, после того, как паладины поместили их в стазис. Я, вместе с остальными друидами, поклялся, что мы будем следить за ними, и делать всё, чтобы они оставались в этом же состоянии. Ты не можешь заставить меня пробудить их, даже грозя пытками, — ответил он, твёрдо настаивая на своём.

Вот же хрень. Непонятно, как Эндрю наёмник/маг нашёл двух податливых друидов, раз уж они такая редкость и печально известны своей скрытностью. Ещё непонятнее, как он их заставил.

— Каким-то образом Гильдия заставила другого друида, которого они нашли, нарушить клятву. Интересно, помог ли подкуп… или пытки… или что-то ещё в этом духе? Полагаю, я смогла бы докопаться до сущности этого в твоей голове, но предпочту не портить маникюр, — я говорила тихо и ровно. — Будет чертовски больно и очень грязно.

— И как бы ты достала это из моей головы? Мой разум и тело　защищены от фейри и ведьм Гильдии.

— Хорошо, что я ни то и ни другое. Уверена, что эти чары выдержат моё присутствие. Однако мне очень нравится, когда мне бросают вызов, — проговорила я с опасной улыбкой. — Может, проверим? — Я наколдовала кинжал в руке, обхватила рукоятку и наблюдала, как друид напрягся. Его зрачки расширились, пульс ускорился — едва заметные признаки страха, которые я так часто видела во времена бытия Наёмником. Я прижала кончик кинжала к пальцу, мягко повторяя заклинание призыва волшебной бабочки, я тут подумала, может назвать её присоска на мозг, ведь именно так, технически, она и делала. Вероятно, когда у меня будет лучше получаться это заклинание, придумаю другое название — более броское, чтобы не страшиться произнести его рядом с фейри. Демон точно начнёт каламбурить и придумывать шутки с присоской. — Эта крохотная красавица вот-вот проникнет тебе в голову. Я точно знаю, что это будет очень больно, должна предупредить, когда я в последний раз позволила этой бабочке проникнуть в разум, по окончанию процедуры, человек был уже совершенно другим, — промурлыкала я. Не совсем ложь. Бабочка не убила наёмника, это сделала я, но другим подробности не нужны. — Итак, вот краткое изложение того, что может произойти. — Я наслаждалась тем, как друид съёживался при виде прекрасной бабочки. — Как только я её отпущу, она залезет тебе в голову через ухо. Подсказка: вот это самая болезненная часть, а оказавшись внутри, я переживу все твои воспоминания. Узнаю о тебе всё с момента, когда ты первый раз в жизни обмочился до тех пор, пока демон не притащил тебя сюда. Так почему же не пропустить все эти угрозы, споры, боль… хотя я этого никому не пожелаю, но я настолько садист, что весь процесс засниму и буду периодически прислать тебе фотографии. Что скажешь, друид? — я прикусила губу и прищурилась на него.

— Значит, ты можешь уничтожить мир, как планируют Гильдии? Перезапустить человеческую расу по своему образу и подобию? Потому что считаешь этот мир ущербным? Иди ты к чёрту! Делай, что хочешь, — огрызнулся он. Я уловила в его голосе гнев и замерла.

— Нет, я не этого хочу. — Я очень пристально наблюдала за ним, когда он склонил голову и посмотрел на меня, ясно показывая, что не верит. — Полагаю, ты знаешь о том, что происходит с порталами, которые ведут из Царства Фейри в этот мир? — он напрягся от того как изменилась линия допроса. — Сочту твоё молчание за ответ «да». Расскажи, что знаешь, — потребовала я, и он медленно сглотнул, обдумывая мой вопрос.

— Сначала ты, богиня, — прохрипел он.

— Меня зовут Синтия, — начала я, гадая, представится ли он. Иногда к доверию надо делать крошечные шаги. Когда он ничего не ответил, я кивнула. — А как тебя зовут?

— Тебе на самом деле важно как меня зовут? — спросил он, наблюдая за моей реакцией. Когда я так и осталась стоять, он смягчился и вздохнул. — Ладно, меня зовут Деррик.

— Что же, друид Деррик, я не намереваюсь разрушать какой-либо мир. Я — богиня фейри и скоро стану Королевой Орды. Посреди свадьбы Гильдия напала на нас и украла любовь всей моей жизни из Крепости Орды, — заявила я, наблюдая, как он нервно сглотнул при упоминании Орды. — У Гильдии не хватило бы сил провернуть это в одиночку. Видишь ли, началось с того, что порталы в Царстве Фейри разрушились и из-за этого легко обвинить меня в желании разрушить мир, но не из-за меня порталы расширяются. Думаю, это их рук дело, но они не понимали, к чему это ведёт. В Гильдии не глупцы работают, но сейчас у них очень большая проблема с руководством. В их рядах скрываются маги, и они неофициально захватили несколько Гильдий. На наш взгляд уже несколько недель Гильдии управляются магами. Я считаю, что они разбудили пару ведьм и сказали, что мы удерживаем в плену одну из них. Ну, мы оба знаем, что те ведьмы совсем не похожи на ведьм Гильдии. Это дети Гекаты, полубоги, поэтому, вероятно, вы удерживали их в состоянии стазиса. — Когда он слабо кивнул, я продолжила: — А ещё думаю, что маги заставили этих ведьм открыть порталы, и почти уверена, они хотели, чтобы мы искали причины в слабости Царства. И мы могли бы на это купится. В конце концов, они уже какое-то время проникают в Царство и отравляют его. — На ошеломлённый взгляд Деррика я слабо улыбнулась. Очевидно, это для него новости. — Вот только маги не рассчитывали, что заклинание ведьм ослабит порталы, и они продолжат быстро расширяться. Не думаю, что маги понимали, насколько глубока потребность в мести у этих ведьм. Слепая ненависть магов к фейри толкнула их дать ведьмам возможность, в которой те так нуждались. Маги, похоже, не понимают, что если Царство Фейри погибнет, его жители придут сюда. А там обитает слишком много существ опасных для этого мира. И именно Орде поручено удерживать их в Царстве, подальше от мира людей. Уже очень давно маги всеми возможными способами отравляли Царство, а сейчас они похитили Короля Орды и открыли порталы. Своими безрассудными действиями они уничтожают не только Царство Фейри, но и этот мир, на что, я уверена, и рассчитывают ведьмы. Прямо сейчас Царство изрыгает фейри через эти порталы, и люди начинают паниковать. Мы не можем это предотвратить, учитывая размеры порталов. Маги же воспользовались порталами, как отвлекающим манёвром. Ты не знаешь ещё кое-чего — маги заключили договор с могущественным фейри, у которого был свой план. С помощью его и ведьм они вторглись на территорию Королевства Орды и забрали Короля. Уверена, маги думали, что могут контролировать фейри и использовать его в своих интересах. Но реальность такова, что тот фейри использовал их, и как только они бы воплотили в жизнь его план, он бы уничтожил магов. Им очень повезло, что тот фейри мёртв. Как видишь, мы не намерены разрушать этот мир, а хотим спасти и мир людей, и Царство Фейри. Мы планируем восстановить это место и создать новую Гильдию, которая сможет защитить этот мир от вторжения фейри. В конечном итоге, мы построим такие же и в других регионах, например, там, где Гильдия тоже пала. Я не из плохих, и они тоже, — сказала я, махнув на фейри, защищающих меня. — Я хочу исправить то, что наворотили маги, но для этого мне нужно действовать с умом. А ещё нужно вернуть моего фейри. Он — мой якорь, без него я даже не знаю, захочу ли спасти эти миры.

— А ты уверена, что он у них? — спросил он, наконец, вставая.

— Я знаю, что он у них, но не понимаю, почему его забрали. Они послали нам сообщение, что не боятся нас, и я хочу послать им своё.

— То, что ты мне рассказала, многое проясняет. — Он осторожно вздохнул, глядя на меня. А затем, удивив, дерзко улыбнулся. — Ты ведь понятия не имеешь кто я на самом деле? — Он улыбался глазами, которые начали светиться изнутри.

— Согласно воспоминаниям одного мага, ты друид, — ответила я, пристально смотря на него и позволяя бабочке испариться.

— Не совсем, я паладин. Некоторые из нас прикрываются образом друида, на случай, если Гильдия нас призовёт, и мы можем связаться с остальными членами ордена. Хотя я понимаю твоё положение, ты должна понять, что эту просьбу орден паладинов считает богохульством.

— Но ты ведь можешь разбудить ведьму? — Меня не волновало кто он, даже будь этот Деррик единорогом, который изрыгал радугу. Если он мог разбудить ведьму — хорошо, иначе я воспользуюсь присоской к мозгу и выужу из его головы заклинание. Как бы я этого не хотела, отказ не принимался.

— Могу, потому что помогал отправлять её в стазис. Моя родословная очень древняя, и мы живём по весьма строгому кодексу.

— И согласно этому кодексу, ты не можешь помогать фейри? — осторожно спросила я.

— С незапамятных времён, фейри доставляли неприятности, — признался он, фыркнув.

— А богам? Они тоже в списке тех, кому ты не помогаешь? — На этот вопрос он склонил голову, словно обдумывая, что именно может рассказать.

— Об этом я не имею права говорить, — пробормотал он, нахмурившись. — Твоя просьба может вызвать ещё больше проблем. Если этим ведьмам позволят воссоединиться, на землю обрушится ад.

— Ох, милый, ад уже обрушился. Из Царства сбегают существа, демоны засели в ближайшем городе в ожидании, когда откроются врата преисподней, маги объявили войну фейри. Ты не можешь спрятать голову в песок. Этот мир на грани войны, невиданной прежде. Помоги нам, и мы попробуем спасти тот мир.

— Не могу, — ответил он.

— Почему? — с разочарованием спросила я.

— Потому что, когда мы помещали их в стазис, нам помогли, и очень сильно. Гильдия, друиды и паладины объединили усилия в попытке подчинить ведьм. Это трудно объяснить, но мне нужна помощь. Богиня, можешь дать мне сока?

— Какого к чёрту сока? — скептически спросила я, анализируя каждое его движение. Этот парень намного старше, чем казалось и намного сильнее, но я никак не могла дать ему сока или силы.

— Не то, о чём ты подумала. — Он рассмеялся, и звук эхом отозвался во мне. Паладин щёлкнул пальцами, и я отступила, почувствовав огромную силу, которая ворвалась в комнату. Сила шипела и пузырилась, вызывая ощущение вставших дыбом волос. Я ахнула, когда посмотрела на друида, волосы которого стали серебристо светлыми и мягким шёлком лежали на плечах. Глаза цвета синего океана смотрели прямо на меня, на шее и руках улыбающегося друида до сих пор были татуировки, но теперь они стали немного другими, а ещё на нём появился амулет наполненный магией. Смертельной магией. — Весьма польщён, но ты обручена, а я не вожусь с замужними, это отвратительно. Я предпочитаю свой мир таким, какой он есть. — Он подмигнул мне и позволил себя осмотреть.

— Что только что произошло? — я посмотрела на Ристана, который выглядел таким же ошарашенным, какой я себя чувствовала.

— Не имею хренового понятия, — проговорил он. — Это для меня в новинку. Паладины, охранявшие твоего дядю, были одеты в доспехи, поэтому я их не разглядел и, должно быть, они скрывали свою силу.

— Мы тени, — тихо сказал Деррик, улыбаясь. — Нас самих ты не видел, потому что мы не хотим быть на виду. При рождении меня назвали Каллаган первый сын Дугласа рыцаря паладинов.

— А я всё ещё Синтия, дочь Дану богини и создательницы Царства Фейри. Я выросла в этой Гильдии. Была Наёмница, теперь стала богиней, после того, как недавно мой почивший брат пытался провести мне кесарево сечение в каком-то причудливом магическом ритуале, который должен был лишить меня первородства, как наследника крови и отдать силу ему. Всё получилось не так, как он рассчитывал. Теперь я богиня фейри и скоро стану Королевой Орды. Теперь, когда мы избавились от всякой ерунды, время всё меньше, а мне действительно очень нужно, чтобы ты разбудил ведьму, и мы обменяли её на Короля Орды.

— Тебе лучше не дёргать меня за член, если не собираешься заставить кончить.

— Разве, похоже, что я дёргаю тебя за член? — нахмурившись, спросила я. — Райдер — Король Орды, первенец Алазандера.

— Значит, это правда. Мы о тебе слышали, первая, родившая тройню фейри. За тобой следует очень мрачное предзнаменование. То, что ты рассказала, и, что с тобой случилось — всё часть этого предзнаменования, которое рассказали паладинам века назад.

— Клянусь Царством, если скажешь, что мои дети — плохое предзнаменование, я тебе язык вырву. Мои дети никакое не предзнаменование.

— Нет, твои дети никак с этим не связаны, но когда ты переродилась, очень многое пришло в движение. У всего в Царстве Фейри есть миф, но то, о чём я говорю похоже на слышанное мной прежде. «Когда от Орды и бога появятся трое и откроются порталы, фейри освободятся, а миры объединяться и воцарится хаос».

Я повернулась к Заруку, который мне кивнул, а потом на Ристана, и тот тоже кивнул. Я ничего об этом не слышала.

— Хочешь сказать, что рождение моих детей нарушило состояние порталов? И это никак не связано с Первородными ведьмами? — спросила я.

— Наоборот. Они открыли их, но только потому, что ты дала им ключи.

— Так не может быть. Дети не могут быть ключом и к лечению мира и к его уничтожению.

— Но так и есть. Всё зависит от того, как ты исправляешь сломанное. Ты сама сказала, Царство Фейри болеет, потому что его давно отправили, и периодически добавляют яда. Царство Фейри — собственная жизненная сила и по логике вещей, чтобы оно не погибло, его нужно исцелить, а для этого нужен мир людей, от которого оно может питаться. Так же, как самим фейри нужны люди. ведьмы Гекаты только ускорили этот процесс, возможно, сами того не понимая. Я считаю, что твоё предположение о том, что они открыли порталы и хотели отомстить, правильным, но мы не позволим разрушить миры, Синтия, для этого мы созданы.

— Для чего конкретно? — настороженно спросила я.

— У тебя есть пустая Гильдия, а у меня Рыцари, которые захотят помочь тебе преуспеть в охране Царства. Если твои слова — правда, но есть ещё кое-что, если я соглашусь помочь, тебе придётся помочь мне выследить нескольких злодеев, тех, кто одержим желанием уничтожить этот мир. И не беспокойся о правилах и законах богов, потому что даже они согласятся, что тех существ нужно усмирить. — Я посмотрела на него с прищуром, а затем быстро окинула взглядом своих защитников, чтобы ничего не выдать. Откуда он узнал о правилах и законах богов, о которых мне говорила Судьба?

— Насколько те существа ужасны? — спросила я, смотря на свои ногти.

— Богиня, боишься, что не справишься с этой задачей? — усмехнулась я.

— Нет, хочу узнать, смогу ли расправиться с этим до обеда, — с улыбкой ответила я. — Договорились, Каллаган, но только если ты её разбудишь.

— Хорошо, нам нужно пожать руки. — В его руке материализовался кинжал, и Каллаган кивнул. — Уверен, ты слышала, их усыпляли кровью и удерживали также кровью. Бесконечными реками крови. Я надеюсь, что крови богини хватит разбудить ведьму. — Он порезал ладонь и протянул мне кинжал.

Я мешкала и смотрела на его руку. Затем подняла взгляд и увидела, как его глаза светятся жутким пламенем изнутри. Тут же у меня возникло чувство, что как только я соглашусь, назад уже не будет никакого пути. А какая разница, уже и без того всё стоит на кону. Я взяла кинжал и порезала ладонь, которую потом протянула Каллагану. Мы пожали руку, и я поморщилась, когда его сила вспыхнула между нами, скрепляя сделку.

— Добро пожаловать в новую Гильдию, — усмехнулась я ему. — А теперь пойдём и разбудим спящую ведьму.

Мы пошли по лабиринтам коридоров и извилистым лестницам в библиотеку, которую ещё предстояло отремонтировать. Оказавшись внутри, Каллаган громко свистнул при виде разрушения, ремонт чего стоял следующим в списке. Мы прошли дальше до комнаты жертвоприношений, откуда спустились вниз к призракам. Но они больше не нужны и заслужили вечный покой за свою жертву. Я остановилась и посмотрела на Ристана, который кивнул.

— Пора спать, леди, — объявила я, шевеля пальцами и пламенем сжигая руны, написанные на стенах, чтобы освободить призраков. Обычно, для этого они должны завершить свои незаконченные дела. — Все готовы убраться или кому-то надо что-то доделать? Если так, я помогу.

— Мы лишь хотим, наконец, отдохнуть, — мягко сказала одна из девушек. Я кивнула и закрыла глаза, шепча заклинание, и освобождающая их из гробницы.

— Вы свободны, — проговорила я, чувствуя на себе взгляды паладина и остальных. На мгновение яркий свет всех ослепил, и мне пришлось тереть глаза, чтобы избавиться от чёрных пятен. После чего я сосредоточилась и увидела отсутствие призраков.

Каллаган вздохнул и направился к стеклянному гробу, в котором находилась одна из дочерей Гекаты. Прикоснувшись к стеклу, он улыбнулся, словно узнала её.

— Ты знала, что не все ведьмы, которых мы поместились в стазис, были злыми? — Он печально покачал головой. — Либо всё, либо ничего. Если бы мы пожалели тех, кто не был злым, они бы сделали всё, что в их силах, чтобы освободить своих сестёр. Эту зовут Ханна, и единственным её преступлением была поддержка сестёр. Ты планируешь её вернуть остальным ведьмам, тогда она может стать злобной.

Я посмотрела на Каллагана и подумала, меняет ли это всё? Нет. Они её сёстры, и я не собиралась отдать спящую красавицу незнакомцам. Ну и что, что она не злая? Нам проще будет охотиться, имея внутри своего человека. Я улыбнулась паладину.

— Давай её разбудим.

Каллаган осмотрелся и заметил, что в комнате выгравированы обереги. Он подошёл к одной из стен, положил руки на холодный камень и осветил голубым пламенем комнату. Лей-линия загудела от неизвестной силы, и землистый запах обрушился на мои обострённые чувства.

— Кто бы ни разместил эти чары, не хотел, чтобы кто-то спускался вниз, — проворчал Каллаган. Приступая к работе, он снял рубашку, и мышцы груди перекатывались при каждом движении. На его торсе были вытатуированные руны, и каждая шевелилась от заклинания, над которым он работал. — Мне понадобится время, но… — он замолчал, о чём-то задумавшись. — Нет, оно многослойно. Я могу его разобрать, — пробормотал он, продолжая двигать руками.

Я не могла их убрать или разобрать их структуру, потому что чары не похожи ни на что, виденное мной ранее. Я лишь чувствовала наверняка, что эти заклинания в десять раз мощнее тех, которые обычно ставили старейшины Гильдии. А эти способны обрушить потолок на тех, кто попытается их убрать. Я ещё заметила несколько ловушек, которых не видела прежде. Нам повезло, что наши чары не включили сигнализацию.

— Готово, — объявил Каллаган, и голубое пламя взметнулось выше. — Она не обрадуется пробуждению, так что придётся её держать, иначе она, вероятно, телепортируется.

— Мы принесли кое-что, чтобы такое предотвратить, — перебил его Зарук и наколдовал золотой браслет вокруг запястья ведьмы. После чего посмотрел на меня и на Каллагана. — Этот подарок давным-давно Дану дала фейри, чтобы защитить их, если Геката когда-нибудь вмешается. Браслет не причинит ведьме вреда, но сдержит магию, скорее всего, разозлив, — сказал он, отступив и предоставляя нам место для работы.

Каллаган прошептал слова на другом языке, и пламя поднялась ещё выше по стенам, заставляя всю комнату сотрясаться от слов, достигших крещендо. Моё тело гудело от необузданной силы, будто заклинание тянулось к нему и пыталось использовать энергию. Каллаган поднял на меня синие глаза и улыбнулся, почувствовав огромный прилив моей силы. Мне не очень понравилось, что он теперь о ней знал. Я подошла ближе, взяла Каллагана за руку и вложила ещё чуть больше энергии. Его глаза засветились, и что-то тёмное двигалась в их глубинах.

— Ты хранишь секреты. — Я задумалась, стоит ли мне настоять на том, чтобы увидеть их?

— Конечно, у нас у всех есть секреты. Но сегодня мы ими делиться не станем, девочка, сосредоточься, мне нужна твоя энергия.

— Ты меня раздражаешь, выплюнула я и услышала за спиной смех Ристана.

— Ты всегда так груба? — грубо спросил Каллаган.

— Нет, иногда ещё веду себя саркастично, но для этого нужно хорошее настроение.

— Ты точно помолвлена? — он хитро улыбнулся, хотя по его широкой груди стекал пот.

— О, да. А ты можешь её разбудить или нет?

— Она проснулась. — Он вытащил платок из кармана и ветер пот с шеи. Я прищурилась и посмотрела на ведьму, которая осторожно наблюдала за мной.

— Доброе утро, красавица. Добро пожаловать в XXI век. Сейчас ты в безопасности. А мне нужна твоя помощь, — тихо сказала я, смотря в её красивые глаза, и улыбнулась. — Принести тебе кофе, да?

Глава 27

Ристан стоял передо мной, и мы молча наблюдали, как ведьма исследовала комнату и её содержимое. Она так и не заговорила с нами, но очень заинтересовалась обстановкой — брала одну вещь, но тут же отвлекалась на что-то другое. Каллаган стоял у двери, на случай, если понадобится, и Ханна с опаской поглядывал на него.

— Ты искупала её? — спросил Ристан, покосившись на меня.

— Она очень долго спала. Для большинства женщин, ванна — всегда отличная идея для улучшения настроения. Она мне не враг, — протянула я, зная, что ведьма нас слышит.

Мы с Дариндой искупали её в ванне. Так как многое изменилось с тех пор как её и сестёр поместили в стазис, если бы я магией помыла её, она бы вышла из себя. Ханна аккуратно двигалась в огромной ванне, но больше всего её шокировала не это. Мне пришлось сдерживать улыбку, когда она начала искать под ванной огонь или уголь, который бы нагревал воду. Вместо того чтобы таскать вёдра с горячей водой, как было принято тогда, я опустила пальцы в воду и нагрела её до комфортной температуры. Пузырьки изменили цвет, придавая воде насыщенный и пьянящий аромат лаванды.

После ванны я наколдовала на Ханне нижнее бельё и одежду — юбку цвета плюща, которая доходила до лодыжек, и мягкий белый шёлковый топ на широких бретельках с кружевной каймой. Ханна прикрывала грудь, вероятно, из-за того, что казалась себе голой, но на дворе XXI век, и ей нужно вписываться. Даринда уложила ей волосы, закрепив их заколками цвета полуночи, чтобы убрать длинные тёмные локоны от лица.

Я рискнула, приведя Ханну в Царство. Здесь полно сильнейших лей-линий, могущественнее, чем где-то ещё. Прикосновение к линии для неё детская забава, но я готова поспорить, что она дезориентирована и немного смущена своим внезапным пробуждением. Пока не узнает, зачем она здесь, карты раскрывать не станет, как и я, пока не узнаю всё, что нужно.

— Я так и не могу взять в толк, зачем ты привела её сюда, — проговорил Ристан, нахмурившись, и посмотрел на ведьму, как на неизвестный фактор, как это сделал бы Райдер. — Опасно показывать любой аспект нашего мира, учитывая, что её сёстры повинны в проблеме с порталами, — закончил он тихо, не упрекая, но и не одобряя моё решение.

— Они открыли их, но она может сказать, как их закрыть, — предположила я.

— Тебе больно, — заметил Ристан, и я вздрогнула от его проницательной способности читать меня как книгу.

— Царству тоже больно. Мы единое целое, — проворчала я. — Это недостаток связи. Мы чувствуем, что происходит вокруг. Представь, что Дану чувствует, пока Царство соединяется с Террой? — я повернулась к нему, не обращая внимания на ведьму, которая внимательно слушала наш разговор.

— Я не могу сказать, что она чувствует, но ты можешь отказаться от этого, Цветочек. Скажи, как помочь. Тебе нужно отдохнуть. — На обеспокоенное выражение его лица я слабо улыбнулась.

— Я устала, да. — Я рассмеялась, но пустым звуком, настолько же пустым, какой чувствовала себя внутри. — Я убила Фэлана, и ничего не почувствовала. Ни сожаления, не угрызений совести. Знаю, что не должна ничего чувствовать, потому что он был монстром, но что насчёт моего отца? Или матери? Они должны похоронить ребёнка, которого убила я. Это на меня давит. Я должна чувствовать что-то ради них, но внутри пустота, и что ещё хуже, я бы сделала это снова. Я бы миллион раз его убила и заставила родителей его хоронить, чтобы мои дети могли жить, не прячась в тени. Дану умирает, потому что спасла меня, а я ничем не могу спасти её. Райдер в руках Гильдии. И ты больше других знаешь, что они делают с ним. Существует столько всяких этих «что» и «если». Я частично знаю, что там происходит, благодаря воспоминаниям Наёмника. И могла бы, сломя голову, пробраться туда и спасти его, но на пути слишком много неизвестных. И в довершение всего появляется Судьба и говорит, что если я вмешаюсь в возвращение Райдера, мне придётся заплатить цену, но не может сказать какую именно, потому, что не знает. Я не могу оставить Райдера там. Это не вариант. Так что мне придётся жить с тем, что от меня потребуют. И если ты, демон, можешь что-то из этого изменить, не стесняйся, предлагай варианты.

— Что ты подразумеваешь под ценой? — спросил он, прищурившись, и я поняла, что сказала лишнего. Его недавние поведение с Дану подсказывало, что он много знает о том, как работают боги.

— Честно говоря, без понятия, — ответила я, поворачиваясь к ведьме, внимательно наблюдавшей за нами.

— Мы вернем его, и сделаем Царство безопасным для всех, — задумчиво протянул он, и я не была уверена, убеждал ли он меня или себя.

— Знаю. Хотя и думала, что раз уж Гильдия нанесла первый удар, я, по крайней мере, могу дать сдачу, не заплатив за это. Я не напрашивалась, и не люблю играть в игры Гильдии. Я бы позволила им жить, верни они Райдера… Ну, большинству из них.

— Боги непостоянные ублюдки. В их поступках редко бывает смысл. Они вмешиваются и называют это судьбой или божественным вмешательством, но когда дело доходит до людей, всё становится щекотливым.

— С этим я спорить не буду. — Я судорожно выдохнула и размяла шею. — Ханна, пора поговорить. — Она посмотрела на меня с неприкрытым любопытством.

— Ты богиня. Но родилась ли такой или была сотворена? — спросила она с сильным акцентом, принадлежность которого я не смогла разобрать.

— Полагаю, сотворена… Это довольно сложно. — Я не знала, как объяснить.

— И ты пробудила меня, так как считаешь, что мои сёстры что-то у тебя забрали? Или что-то сделали с этим миром? — продолжила она с недоверчивым взглядом.

— Не что-то, а кого-то. Если уж быть точным, того, кого я очень люблю, но ты это уже знаешь. Я видела на твоих щеках румянец.

— Матильда и Беттина его забрали в Гильдию Сиэтла, и ты хочешь обменять меня на него.

— Таков план, — согласилась я. — Откуда ты это знаешь? Ты с ними общаешься?

— Нет. Да и в стазисе мы не спали. Ну, не совсем. Мы просто лежали, не в состоянии что-либо сделать. Просто слушали и ждали дня, когда вы вытащите нас. — Она с обвинением посмотрела на Каллагана.

— Что ещё ты слышала в Гильдии?

— Всё, что говорили. Ты много чего говорила за все эти годы, а я слушала всё, что происходило внутри. Каждое слово, каждый шёпот, каждую ложь, каждый момент любовных утех, проходивших за закрытыми дверями. И тебя. Ты была одним из моих любимых существ, живших там. Такой грустный ребёнок из-за пережитого, а потом ещё Гильдия добавила. Ещё до того, как ты ушла всё изменилось. За последние двадцать лет шептаться стали иначе. Уже не невинные интрижки влюблённых, не обучение Наёмников или болтовня детей на уроках. В тенях начали скользить коварные маги. Ты уверена, что мы не знаем, чему помогаем или в том, что мы используем магов для мести? Мы понимаем, что повинные в том, что мы оказались в стазисе уже давно умерли. Но их дети нет, а у большинства наших детей выбора не было. Их убивали самыми ужасными способами. Били будто животных.

— Каллаган говорил, что ты не похожа на своих сестёр. — Я махнула на молчаливого паладина, который чертыхался под нос, пока я думала, как справиться с Ханной.

— Я хорошая, — она улыбнулась, — и не желаю людям смерти. Хотя некоторые из них заслуживают чего-то ужаснее. Когда-то мы все были хорошие, но это не помогло ни нам, ни нашим детям.

— Жизнь ещё та стерва, — тихо проговорила я. — С ними не должно было случиться такого, но это древняя история. Ты и твои сёстры это понимаете. Но убивать людей, которые никак не связаны с действиями предков, бессмысленно. Люди несовершенны — никто не совершенен — но они учатся на своих ошибках. Мир изменился.

— Некоторые судьбы хуже смерти, — закончила она, смотря на меня. — Я бы предпочла умереть, а не превратиться в безжизненные существо, которое может видеть и слышать всё происходящее, но не может двигаться. Я чувствовала каждую жертву, смерть каждой девушки, благодаря которой оставалась обездвиженной. Каждую из них я узнала после смерти, и они заслуживали справедливости. Но этот мир даже не всплакнул об этих девушках. — Она вздохнула, покачала головой и её глаза затуманились слезами. — Признаю, что хотела уничтожить человеческую расу, но в отличие от моих сестёр, слушала. Я узнала, что мир живет без нас, что наши дети живут в Гильдиях. Мы перешагнули через это и начали жить дальше. Я понимаю, что убийство потомков людей ответственных за смерть наших детей, означало бы убийство наших потомков, поскольку в некоторых случаях потомки наших детей воспитывались с их. А их смерти я не могу допустить, — решительно сказала она.

— Значит, ты не хочешь убивать людей? — с надеждой спросила я.

— Я нет, — ответила Ханна. — Я всегда буду чувствовать необходимость отомстить тем, кто совершил преступление, но понимаю, что они не ответственный за поступки своих предков. Я никогда не убивала невинных, но большинство моих сестёр думает иначе. Я не святая и мне нравится грешить. Те, кто проводил испытания, издевались лишь, и я знала, что они не остановятся. Поэтому и присоединилась к сёстрам. Всё нужно было остановить. Для них мы и наши дети были чудовищами, но именно они совершали чудовищные поступки против наших сестёр, детей и потомков. Ты мать, и как никто другой поймёшь нас и будешь чувствовать то же самое к каждому ребёнку своей родословной. Ты бы смогла смотреть, как их убивают, словно животных?

— Мои дети бессмертны, как и ты, — заметила я.

— И ты считаешь, что они найдут себе бессмертные пары? Нет. Любовь слепа. Они не будут думать, когда влюбятся. Думаешь, в древности ведьмы выходили замуж за таких же, как они бессмертных? Самые первые ведьмы, как я, бессмертные, но выходили замуж и рожали детей от простых людей. Те дети становились слабее и слабее, пока не превратились в простых смертных. Тебе неизвестно, кого полюбят твои дети или дети твоих детей. Если на то пошло, в этом ты беспомощна, как и мы. А теперь представь, что твоих потомков убивают за то, что они унаследовали твои способности. Представь их крики, когда они проклинают тебя за это, пока их убивают. Ты жаждешь мести, словно воздух, которым дышишь. Мы немногих убили, лишь тех, кто лишил жизни наших детей и прочих потомков. Людей кто забивал их камнями, сжигал или топил, доказывая, что они бессмертны. А когда те умирали, никто не наказывал убийц. В истории написано, что ведьм не сжигали заживо, но до сих пор чувствую запах плоти правнучки, когда собирала её сожжённые останки, чтобы похоронить. Так поступали люди, а чудовищами называли нас. Уложили в стазис, потому что мы хотели отомстить тем, кто будет продолжать охотиться на нас и наших детей. Вот почему сёстры жаждут уничтожить людей. Да слишком поздно мстить людям, ответственным за смерть потомков. Но люди всегда будут рожать новых чудовищ, которые будут стремиться делать то же самое с детьми или с теми, кто может отличаться от них или иметь то, что они хотят. Алчность, ревность, фанатизм — это всё человеческие черты, которые привели к смерти наших детей.

— Не могу представить, через что ты прошла. Но месть не изменит того, что с ними случилось, не вернёт их назад и не утешит. Думаешь, твои сёстры жаждут мести? — спросила я.

— Я не буду притворяться, что знаю их мысли. Когда меня схватили, я собиралась уйти из ковена, планировала отправиться к священному алтарю, найти нашу мать и спросить, может ли она вразумить чудовищ. Мои сёстры узнали об этих планах, поэтому во время стазиса я практически ничего от них не слышала. Только недавно они снова начали со мной общаться, и даже после этого я не знаю, что они чувствуют.

— Гекаты очень долго не было, — согласилась я.

— Мы считаем, что она не по собственной воле покинула этот мир, и думаем, что её похитили. Но не знаем, у кого хватило сил на это. Сначала винили Моргану, но и она пропала. Быть может, кто-то собирает очень сильных ведьм, чтобы наложить или разрушить заклинания. Я решила, что если не смогу найти мать и попросить у неё помощи, обращусь к богам.

— Поэтому твои сёстры помогают Гильдии? Верят, что там смогут помочь отыскать вашу мать?

— Неужели Судьба тебя ничему не научила? — небрежно пробормотала она, словно была мной раздражена. — Твоего жениха неслучайно похитили. Я попросила ведьм сыграть в игру Гильдии. Мне нужно было проснуться и найти нашу мать. Ты сильнее других должна это понимать, учитывая твоё положение с Дану. Нас не волнует, падёт ли Гильдия, там больше нет наших потомков. Наши наследники живут в Англии и Шотландии, туда мы отправимся. Большинство полагает, что сёстры в Гильдии Сиэтла самые сильные из тринадцати, но они ошибаются. Мы сильны вместе, поэтому отправимся будить остальных. Как только мы это сделаем, гарантирую, примемся выслеживать только тех, кто знает, что произошло с нашей матерью.

— Твои сёстры открыли порталы в Царство Фейри. Смогут они их закрыть?

— Я не верю, что порталы можно починить, пока этот мир не исцелиться. Если не заживут все раны, они никогда не закроются полностью. Всё взаимосвязано и всё происходит не просто так, поверь.

— А что насчёт Райдера? Они мучают его, и твои сестры помогают им искать способ убить его, — прошипела я, а Ристан замер рядом со мной.

— Он бессмертный король грозной орды. Мы не можем убить его и не станем этого делать. План сестёр состоял в ожидании, и я согласилась на него. Как только ты отведёшь меня к ним, мы уйдём, а Гильдия будет открыта. Но она ни без ресурсов. Тем более на их стороне зло.

— То есть, с самого начала таков и был ваш план? — спросила я и её улыбка стала мне ответом.

— Конечно. Как только мы услышали, что маги согласились разбудить некоторых из нас, чтобы помочь уничтожить Царство Фейри, мы знали, что лишь тебя они боятся. Нам нужно было заставить тебя драться с ними, дать причину освободить меня. Какое-то время ты уже не приходила в Гильдию, поэтому мы не рассчитывали, когда запускали план, что ты станешь богиней и матерью. Как я уже говорила всё время, пока ты была в Гильдии, я наблюдала за тобой. Ларисса позаботилась об этом, а я так обрадовалась, когда узнала, что ты освободишь нас.

Сердце сдавили тиски.

— Не трогай её.

— Почему нет? Она моя прямая наследница. Всё взаимосвязано. Я уверена, Судьба рассказала тебе как именно всё связано и упоминала домино. Самое простое. Например, толчок в правильном направлении, и ты нашла фейри, и он дал тебе то, что ты потеряла — сердце, которое ты считала разбитым после смерти первого возлюбленного. И твоё сердце привело тебя ко мне. Ларисса ещё до того, как всё произошло, знала о своей судьбе, и даже тогда решила завершить цель. В своей смерти она не одинока, рядом родители. Она любила тебя, очень сильно. Так сильно, что не хотела оставлять тебя или Адама, мужчину, которого любила, даже зная, что у них есть лишь краткий период времени. И вот мы здесь, и не важно, как сюда пришли. Важно лишь то, что ты решишь делать дальше. Поэтому действуй осторожно, помни, все костяшки домино всегда падают независимо от того, как ты хочешь их удержать.

— Ты преодолела такие трудности, чтобы добраться до меня, — настороженно сказала я.

— А чтобы стать собой, ты прошла ещё через большее. Жаль, что ты не из моей родословной. Когда придут маги, я буду стоять рядом, потому что в неоплатном долгу перед тобой. Мы испортили твою свадьбу, но я привела к тебе Фэлана. Сделки с дьяволом не всегда плохие.

— Ты велела магам привести Фэлана ко мне? — спросила я.

— Когда ты сбежала, он лишился репутации. Они разочаровались его бесконтрольностью и исчезновением, особенно, когда так много их братьев пало от кинжала фейри. Он хвастался, что ты умерла, хотя среди фейри ходили слухи, что ты выжила.

Я покачала головой, гадая, кто сумасшедшая она или я. Я хотела ей верить, вот только она ударила меня по носу, да и не из доверчивых я.

— Если ты говоришь правду, ты и твои сёстры покинете Гильдию следующим утром.

— Мы уйдём, как только ты окажешься там, чтобы её контролировать.

— Я не хочу контролировать Гильдию, — ответила я и отрицательно покачала головой. — Я просто хочу вернуть Райдера.

— Понимаю, и должна кое о чём тебя предупредить, — она мешкала, и я нахмурилась.

— В чём дело? — спросила я.

— Мои сёстры пытались с ним кое-что сделать.

— С кем и что? — запутавшись, спросила я.

— С Райдером… Пытались с ним спариться.

Я сглотнула, когда ярость, словно грузовик со скоростью восемьдесят миль в час, врезалась в меня, и почувствовала, как магия распространяется по телу. Но на моё плечо легла рука. Ристана, и я наблюдали, как Ханна отступала.

— Клянусь богами, сдеру с них кожу живьём, если они заставят его что-нибудь сделать. Что угодно. Мне плевать, кем они себя возомнили — он мой.

— Я не знаю, удалось ли им это…

— Не заканчивай это предложение, — отрезала я. — Не смей! Если они причинили ему боль или сделали то, чего он не хотел, и это не было частью представления для магов, им не спрятаться от меня. И я не просто так бросаюсь словами. Вы не захотите увидеть во мне своего врага, потому что местью своим недругам я наслаждаюсь.

— Понимаю, — тихо проговорила она, глядя на меня, как на змею, готовую укусить.

— Отдохни; завтра мы нападём на Гильдию Сиэтла, — сердито проговорила я и повернулась, натыкаясь на внимательный взгляд Ристана. Демон чувствовал силу, которую я не могла полностью контролировать.

— Цветочек, прибереги это для Гильдии. Нам она понадобиться.

Глава 28

Я стояла перед Гильдией Сиэтла и смотрела на чары, горящие на стенах. Давным-давно меня восторгал размер Гильдии, ведь она намного больше той, в которой я выросла. Охранные чары в десять раз сильнее Гильдии Спокана, а престижное положение, занимаемое этой, добавляло изумления, на момент, когда я впервые оказалась здесь. Однако розовые очки, которые были тогда на мне, потерялись, и я видела запустение.

Сайдинг уже отслаивался, фундамент был весь в трещинах, а здание окружала тьма зла, которое теперь контролировало её.

— Не совсем обычные чары, — заметил Ристан, глядя на сверкающие руны.

— Это потому что они не наши, — с грустью проговорила я. — Их не Гильдия нанесла, и в последний мой визит сюда, их не было, — уточнила я. Иногда я не могла отделить Гильдию, в которой выросла, от Гильдии, которой она стала. В глубине души я всё ещё чувствовала себя частью этого места, хотя меня бросили на съедение волкам, как только узнали, что я фейри. Это место ещё часть меня, независимо от всего произошедшего и того, что они меня бросили волкам. Я вернулась и привела с собой свою стаю.

— Маги, — пробормотал, стоящий слева, Олден, а затем перевёл встревоженный взгляд на меня. Казалось, он выглядел побеждённым, понимая, что чары действительно были нанесены магами. — Всё очень плохо.

— Нет. Или Гильдия пала, или главный Старейшина на самом деле маг, — пробормотала я, гневаясь, при воспоминании мага, которого видела в памяти Эндрю. Мне уже всё осточертело. Надоело, что маги проникают в мою жизнь и окружают со всех сторон. Единственное учреждение, которое могло защитить людей от тварей, попало в руки тех, кто хотел уничтожить нас. Они позволили дочерям Гекаты открыть и сломать порталы, что теперь их нельзя закрыть, и сделали они это, понимая, что наносят вред людям.

Я выдохнула и посмотрела на Олдена. У меня защемило сердце при виде слёз в его глазах. Он знал значение этих чар. Не было больше причин сохранять Гильдию, когда все доказательства смотрели на нас.

— Расскажи, что думаешь, — тихо попросила я, давая ему время обдумать ответ. Этот мужчина — моя семья, он меня вырастил.　Большинство из нас вырастил, и я любила его, во что бы он меня не втянул, потому что, как сказала Судьба, он лишь толкнул костяшку домино и привёл картину в действие. Остальное он не контролировал.

— Не знаю, дитя, — выдохнул он, сжимая кулаки и борясь с эмоциями бурлящими внутри.

— Думаешь, их уже не спасти? — спросила я, зная, что прошу его признать поражение Гильдии. Я не была уверена, скольких людей маги переманили на свою сторону, либо же убили.

— Эта Гильдия пала, — признался он, напрягаясь от гнева. И я понимала, что признать поражение для него сложно. Мы знали, что и другие Гильдии столкнутся с этим же вскоре, если мы не опередим магов.

— И что, чёрт возьми, это означает? — спросил Каллаган.

Я бросила мрачный взгляд на него. Лукьян, стоящий рядом, бегло осмотрел паладина в белых доспехах, словно такой в наших рядах обычное дело.

Я закрыла глаза и спрятала боль, черпая силы от окружающих. Через мгновение я открыла глаза и посмотрела на тех, кто собрался перед Гильдией. Мои фейри защитники были одеты в доспехи, похожие на те, что были на мне. Паладин и люди Лукьяна стояли рядом со слуа и остальными воинами Орды, кровавых, тёмных и светлых фейри. Даже Элиас со своей бандой был тут. Маги внутри Гильдии, должно быть, обделались, увидев нашу силу. Глубоко вздохнув, я обратилась к толпе.

— Гильдия Вашингтона и Луизианы больше не под контролем национальных и глобальных. Мы точно не знаем, сколько Гильдий пало. Маги взяли их под свой контроль, а это значит, что фейри воюют на два фронта. И здесь, и в Царстве. — Я сглотнула, так как эти слова сделались очень горькими. — А значит, либо других членов Гильдии взяли в плен, либо убили. Спокан и Новый Орлеан были пробными, их цель была Гильдия Сиэтла, и, похоже, они её достигли.

— И ты можешь это сказать только по чарам? — скептически спросил меня Лукьян.

— Да. — Я кивнула и посмотрела на толпу. — Ни один настоящий Старейшина Гильдии не позволит отдельным фракциям поместить чары на свою Гильдию. Это считается признаком слабости. А Старейшина должен быть самым сильным, и если такие чары нарисованы на стенах его Гильдии, значит, его заменили. В этом мире чары Старейшины были самыми сильными, потому что он может черпать силу из каждого Наёмника, который подчиняется ему. Я думаю, их всех убили, как только получили контроль. — Я с трудом сглотнула. — Или же Старейшина маг.

— А ещё это может означать, что они убили всех, кто встал против магов, — добавил Олден. — Старейшина не может создать эти чары без тех, кто ему подчиняется и добавляет сил. Я не верю, что они сбежали или пошли против Старейшины. Мы внушаем им страх за неподчинение с момента, как берём под своё крыло на обучение. Отказаться от Гильдии в час нужды — не вариант, неудача ведёт к отставке. Эти чары не работа друидов или первородных ведьм. — Он посмотрел на Каллагана, который покачал головой. — И не паладин. Нельзя позволить магам нанести такие чары и на другие Гильдии.

— Значит, эту Гильдию не спасти, — проворчал Зарук.

— Не думаю, что стоит её спасать, — без колебаний ответила я. — Эти люди — наши враги, и никак не часть Гильдии. Любой, кто был верен истиной Гильдии, скорее всего, мёртв, как это произошло в Спокане и в Новом Орлеане. Маги забрали нашего Короля и заплатят за это своими жизнями. Нет пощады ни одному магу. Давайте выкажем им, столько же милосердия, сколько они проявили тем, кто был внутри Гильдии Спокана и Нового Орлеана. Пленных не брать. Спасти можно только фейри, которых, как мы знаем, держат внутри. А ещё всех членов истинной Гильдии, которые могут оказаться заключёнными. Любой, кто встанет против нас — умрёт.

— Зачем их убивать? — нерешительно спросил Олден.

— Раз они там и свободно ходят по Гильдии, выбрали не ту сторону, — заявила я. — Маги хотят абсолютного контроля и Сиэтл ступенька для достижения цели, коей у них считается Национальная Гильдия. Все приказы из неё отправляются в любую Гильдию соединённых штатов и даже в Европу. А Национальные Гильдии по всему миру получают приказы из Белого Дома… На что бы ты напал, если хотел всё контролировать?

— На Белый Дом, — ответил Ристан, посмотрев на Гильдию Сиэтла. — Но мне понадобилась бы помощь тех, кто знаком со зданиями.

— А ещё понадобится тот, кто может доказать, что ты — избранный глава. А значит, кто-то из Гильдии ещё жив. Вот почему Олден любого, кто свободно передвигается внутри нельзя спасти.

— Цветочек, мне жаль, — проговорил Ристан, но я отмахнулась.

— Всё кончено. Мы не можем изменить того, что здесь произошло, но можем отомстить за тех, кто погиб, пытаясь защитить Гильдию. Можем остановить магов и не дать им отравить другие Гильдии. — Движение перед дверьми привлекло моё внимание. — Пора начинать шоу.

Маги, одетые в туники Старейшин, выходили наружу. Знакомых среди них не было, но они же изменили внешность. Вроде и походили на Старейшин, но не хватало пары тонких деталей. Никого из них я не знала, кроме того, которого видела в воспоминаниях мёртвого якобы Наёмника.

— Вы принесли войну к нашим дверям? — потребовал голубоглазый, хотя его глаза были тусклыми по сравнению с цветом одежды. — Вы за это заплатите! Это наш мир, и мы его защитники!

— С чего это? — заспорила я, проходя мимо остальных и вставая во главе армии, собравшейся перед Гильдией. — Почему ты считаешь себя защитником?

— Потому что я Старейшина Гильдии Сиэтла, и в моих руках власть на западном побережье! А ты не имеешь права приводить чудовищ в этот мир. Это агрессия против людей. И ты ответишь за это. — Он тихо рассмеялся, словно мы играли по правилам. — Ты — глупая девчонка и недооценила нас. Ты принесла ягнят на заклание. Без короля ты их контролировать не можешь.

— С чего ты так решил? — Он ухмыльнулся и махнул рукой, привлекая внимание к людям, съёжившимся в дверных проёмах заданий, окружавших Гильдию. Они с ужасом смотрели на созданий, стоящих перед ними. Некоторые снимали на телефоны каждое наше движение. Подъехали репортёры, которых, без сомнения, вызвали маги. Да, они хотели привлечь внимание и укрепить права самозваного Старейшины. Желали, чтобы другие Гильдии увидели, как они побеждают Орду, но этого не будет.

— С помощью богов, Гильдия всегда защищала слабых, — закричал он, разворачиваясь так, чтобы камера снимала его лицо. — Люди нас поддерживают. Они видели, как мы побеждали монстров, защищая их. Боги увидели нашу работу в этой Гильдии и наградили за защиту людей.

— Боги? — спросила я, гадая, действительно ли боги рядом с ним или он считал Первородных ведьм таковыми?

Он хлопнул в ладоши и холодно улыбнулся, а когда заговорил, его голос прогремел для всех:

— Выходите мои богини.

Я увидела, как сёстры Ханны двинулись к магам, и в тот момент, когда они встали перед ними, послали магический импульс в толпу. Этих же ведьм я видела в памяти Эндрю и запомнила свечение их рук, на которые были нанесены руны и магические заклинания. ведьмы на секунду задержали взгляд на мне, а потом осмотрели объединённую армию. На своём теле я нарисовала руны, скрывающую огромную силу, управлять который я ещё не научилась. На Зарука и Ристана они смотрели, на мой взгляд, слишком долго. Но с другой стороны, вероятно, они почувствовали силу, которой оба обладали.

— Уничтожить их всех, — прошипел лидер магов странным тоном.

Ведьмы подняли руки и начали плести узоры. Фейри позади меня хмыкнули и начали закрывать уши, когда сёстры Ханны начали синхронно петь. Они затянули заклинание смерти, но я подняла руки и опустила их, затем вновь подняла и вытянула ладонями вперёд. Ведьмы округлили глаза, как раз перед тем, как их небольшое собрание отлетело к стене Гильдии. Фейри за мной без особых усилий поднялись.

Я перешагнула руны, которые нанесли на землю, чтобы задержать нас, и улыбнулась, когда главный маг очень медленно моргнул, следя за тем, как я иду по ступеням прямо к нему. Они знали, что мы придём и предприняли всё, чтобы заманить в ловушку любого фейри, у которого хватило бы смелости попытаться прорваться в Гильдию.

— Полубогини далеко не боги, — громко сказала я. — Хватит врать, маг, — крикнула я, чтобы репортёры меня услышали. — Где настоящие члены этой Гильдии?

— Ты не можешь пройти мимо этих рун, — запротестовал он, будто я должна об этом сейчас вспомнить и пасть ниц перед ним. Я обернулась, потом посмотрела на него и указала себе под ноги.

— Ну, очевидно, что могу, — саркастично ответила я, замечая, как Каллаган, Ристан, Элиас и Лукьян со своими людьми проходят через чары. — Теперь последний раз спрашиваю, где настоящие члены этой Гильдии?

— Она ведьма и смертная, убейте её, — закричал маг. Я ощутила, как первородные ведьмы пытаются прорваться сквозь мои слои защиты, скрывающие, кто я. Обернувшись, я посмотрела на них, когда их глаза стали красными от напева, в попытке пробиться сквозь защиту и ослабить меня.

— Они не могут меня убить, — небрежно бросила я. По лбам ведьм стекал пот, но они продолжали петь. Я же перевела внимание на мага. И холодно улыбнулась, взмахнув рукой от чего все его кости начали ломаться. И в тот момент, когда он упал, боль пронзила моё тело, застигнув врасплох. У меня свело желудок от кислого привкуса во рту. Я посмотрела на первородных ведьм, гадая, не их ли заклинание меня одолело, но заметила судьбу, стоящую в тени. Её густые локоны шевельнулись, когда она качнула головой, а потом исчезла.

— Где он? — потребовала я у дочерей Гекаты, которые смотрели на меня с беспокойством в глазах. Ханна положила руку мне на плечо, и я повернулась к ней. Ханна перевела нежный взгляд на сестёр и кивнула. Маги зашипели от ярости, когда сёстры двинулись к Ханне.

— Где Король? — спросила она. Но они посмотрели на неё, будто не были уверены, что нужно ответить. Она пустила небольшой поток энергии, который сдерживала, но как только его освободила, ведьмы закрыли глаза и улыбнулись. — Где держат Короля Орды? — повторила Ханна.

— Его заколдовали и держат в подвале. Он ослаблен, но невредим. Маги охраняют здание и говорят, что как только фейри окажутся внутри, выйти уже не смогут. По всем углам разложены бомбы, наполненные железом, которые взорвутся в момент появления внутри фейри. Эта Гильдия станет для них могилой. Так маги предохранились на случай, если потеряют Гильдию. Как только фейри окажутся внутри, таймер начнёт обратный отсчёт.

— Что ещё нас ждёт? — спросила я, зная, что это не всё.

— Ничего такого, что могло бы стать проблемой для богини, — тихо сказала одна из сестёр.

Боль разрывала меня на части. Мне казалось, что меня режут тысячами кинжалов изнутри. Маги медленно двигались к двери, поэтому я подняла руку, щёлкнула пальцами и опрокинула магов на землю. Искривлённые тела магов распластались по бетону, а меня накрыла очередная волна боли. И на этот раз я почувствовала, как что-то внутри сломалось, будто у меня разрушались органы.

— Что ещё? — потребовала я, игнорируя сильную боль.

— Много магов, — продолжила ведьма. — Некоторые, самые сильные, сидят глубоко внутри, но большинство прячутся среди трупов истинных членов Гильдии. Они устроились всё так, будто фейри напали на Гильдию, и в последнюю минуту, все пожертвовали собой, чтобы спасти человечество и Гильдию. Так фейри выглядели бы злобным тварями. Маги устроили здесь несколько типов ловушек. Одни заманивают внутрь и уничтожают фейри. Другие добиваются суда общественного мнения. Король в самой дальней комнате внизу.

— Вы не знаете, может ли он ходить? — спросила я.

— Сомнительно. Им нравилось делать ему больно. Мы произнесли заклинание, чтобы он не спал, но я не могу сказать, что мы не делали с ним ничего другого. Если бы простаивали, маги заметили. Они заковали его в цепи и поместили в камеру с огромным количеством Наёмников Гильдии, которых накачали наркотиками. Маги планировали так — Король освободится и разорвёт Наёмников на части. Другие Гильдии осудили бы его за это, и тогда люди встали бы против. Ему пришлось бы взять на себя всю вину, если магам не удалось бы удержать его.

— А где дети этой Гильдии? — спросила я.

— В камере с Королём, чтобы, когда он ослабеет, начал питаться самыми невинными.

— Можете уходить, — сказала я, но они не двинулись, даже когда я повернулась к Орде.

— Богиня, — позвала Ханна, прежде чем я отошла.

— Что? — отрезала я, ненавидя, чтобы перед людьми мы вновь выглядим монстрами.

— Они заколдовали это место, не давая моим сёстрам уйти. Я выполнила свою часть нашего соглашения, прошу, выполни и ты свою.

— Я сказала, что отведу тебя к сёстрам и, что позволю тебе покинуть это место. Но никогда не соглашалась помогать тебе. — Я не могла дать им уйти, но знала, что они чувствовали, понимала их гнев и суждения. Они не могут исправить то, что запустили в действие. Она приблизилась ко мне, наклонилась и зашептала на ухо. После чего отстранилась. Я вздрогнула и кивнула на её слова, подавив очередную волну боли, и повернулась к сёстрам Ханны.

— Людей убивать нельзя, повторите, — потребовала я.

— Ты не знаешь, на какое зло они способны, — начала одна спорить.

— Лучше всех знаю, как знаю и то, кто настоящие монстры и что они могут сделать. Но мы не судьи и не присяжные. То, что произошло в прошлом, должно остаться в прошлом, если ты объявишь войну их расе, я встану против тебя. В этом мире без того достаточно войн, и убийство потомков тех, кто выступил против вас, не ответ. Это не вернёт детей и не облегчит ваши страдания. Как не заберёт чувство вины за то, что вы потеряли или не смогли спасти детей. Поверьте, за каждую жизнь, которую отнимите вы, боги отнимут что-то у вас или, по крайней мере, так мне говорили. Это не стоит таких затрат.

— Тебе никогда не приходилось собирать останки своих детей, которых бросали в лесу, как мусор. Надеюсь, что никогда и не придётся. Мы не собираемся вести войну со всей расой, вместо нас это будут делать фейри. Их тянет к тем, кто обладает огромной силой, а с меня хватит, — тихо сказала одна из сестёр.

— Я никогда не позволю им вести войну против людей.

— Удачи, — она рассмеялась.

— А вы свободны, но помни, Ханна, у меня везде есть глаза, — заметила я, не обращая внимания на насмешки сестёр. — Тебе нигде не скрыться. Мы всегда сможем с тобой связаться.

— Мы в расчёте, — тихо сказала Ханна.

— Уверена, что мы скоро снова встретимся, — проворчала я.

— Когда война дойдёт до Царства, лишь позови, — твёрдо заявила она. — Может ты не из моего рода, но ради любви к Лариссе, я всегда буду в долгу перед тобой и твоими людьми. До скорой встречи, богиня, — прошептала она и пошла к сёстрам, которые уже исчезали.

Я сжала кулаки, подойдя к фейри, которые внимательно наблюдали за мной. Боль до сих пор не утихала, и каждый шаг давался с трудом. Когда я подошла к Ристану и Заруку, объяснила, что нас ждёт внутри.

— Готовы? — спросила я, не желая больше ждать.

— Как только переступили порог, включаться таймер, — отметил Зарук.

— То есть кто-то не вернётся оттуда живым, — добавил Ристан.

— И? — спросила я, зная, что мы это переживём.

— И я в деле. — Ристан пожал плечами, смотря на меня. — Кажется, будет весело.

Как только мы подошли к дверям разразился ад.

Глава 29

Сёстры не лгали. Внутри нас ждали маги, которые слушали всё, что происходило снаружи. В момент, когда мы взломали двери, мимо нас проплыли энергетические шары, ударяясь в стены вокруг. Я воздвигла стену магии, когда в нашу сторону полетели ещё шары. Затем повернулась и увидела, что Зарук бил в невидимый барьер, удерживающий фейри снаружи. Только Ристан, Лукьян со своими людьми, Каллаган и банда Элиаса смогли войти. Я осмотрела пол и нашла руны, не дающие войти фейри. Импульсом магии я разрушила шаблон, который создавал заклинание, заставляя каждую руну сдвинуться с места. Заклинание было снято.

И как только фейри оказались внутри, на бомбе запустился таймер. Я обнажила мечи, Зарук и остальные фейри последовали моему примеру. Лукьян повёл своих людей на другую сторону приёмной и кивнул мне, материализуя на себе доспехи и превращая небольшие клинки в длинные мечи.

И в момент снятия рун я почувствовала запах смерти. Изломленные тела Наёмников и прочего персонала Гильдии валялись на полу там, где сражались за свои жизни и проиграли.

Звон металла о металл наполнил Гильдию, когда моя армия начала сражение с магами. Густой медный запах крови наполнил вечерний воздух, пока я наблюдала за разворачивающейся битвой. Когда маг кинулся на меня, я отразила его удар и медленно встала спиной к стене, после чего резко взмахнула клинками, отделяя плоть от кости, когда молодой маг встал в атакующую позу. Но удар нанести больше никогда не сможет, потому что его тело развалилось и кучкой рухнуло на пол.

Ристан и Зарук сомкнули ряды, охраняя меня, пока мы пробивались сквозь сражающуюся толпу. Каллаган, Лукьян и его люди последовали за нами вглубь тёмной Гильдии. Я не боялась темноты — тем более видела так же чётко, как днём — но чем глубже мы заходили, тем больше тел находили. Некоторые были разорваны на куски со следами укусов на горле. Сёстры не солгали, что в этом бы обвинили Райдера. Следы укусов не оставили другого правдоподобного вывода. Я слышала крики магов, когда Орда и остальная армия продолжали проникать в Гильдию. Сегодня они хорошо покормятся телами наших врагов… если мы переживём взрывы бомб.

— Если бомбы взорвутся, пока мы внутри… — начал предупреждать Зарук, но я понимала, что это значит. Фейри могли пережить почти всё, но бомбы, начинённые железом, оставляли мало шансов.

— Я могу унести бомбы, если буду знать, что искать, — предложил Лукьян, и я остановилась. Он же не фейри.

— Вперёд, — приказала я и указала на несколько бомб, которые заметила по дороге, люди Лукьяна начали действовать. — Ещё на растениях. Некоторые внутри стен, я слышу, как они тикают. — Я вовремя обернулась и увидела, как Зарук замахнулся клинками на мага, который бросился на нас из тени. Оба клинка рассекли мускулы, словно ножи масло, и Зарук даже не вздрогнул, когда вытер кровь об одежду мага. Он повернулся, его голубые глаза оглядели тени, после чего быстрее, чем я успела заметить, сунул мечи в ножны за спиной, взяв вместо них кинжалы. Которые тут же метнул, поражая цели с тошнотворным звуком, от которого я содрогнулась.

— Пусть твои люди обыскивают горшки, любые укромные уголки и другие потайные места, — прошептала я Лукьяну, когда мы начали идти по длинным извилистым коридорам Гильдии. Но не успели пройти и пары шагов, как маги с оружием и колдовством преградили нам путь.

Я отошла в сторону, давая своим парням сражаться, а сама схватилась за живот, пронзаемый болью. Со мной что-то было не так, но я не знала, что и как это остановить.

— Синтия, — прорычал Зарук, заставляя меня посмотреть в его голубые глаза.

— Я в порядке, пошли дальше, — соврала я.

Я гадала такова ли цена вмешательства; плата за тех, кого я здесь лишила жизни? Мы проходили комнату за комнатой, быстро освобождая их. Я чувствовала, как люди Лукьяна со всей возможной скоростью убирали бомбы. Очередная дверь с чарами встала перед нами, и через мгновение я открыла её, используя воспоминания Эндрю. Мы прошли дальше, натыкаясь на фейри, ещё не до конца погибших, но уже и не живых. Некоторым вспороли животы, чтобы маги могли наблюдать, как работают внутренности.

Зарук гневным тоном приказал фейри, которые шли за нами, забрать тех, над кем проводились эксперименты, и отвести к порогу Гильдии, откуда другие заберут их обратно в Царство.

Время работало против нас, и мы понятия не имели, когда рванут бомбы. Нас окружило оханье еле живых фейри и вонь гниющих трупов, которую едва перебивал запах земли.

В последней комнате, в которую мы вошли, было полно маленьких тел. Я замолчала, и на глаза навернулись слёзы при виде этих невинных лиц. У меня затряслись руки от пустой траты жизни людей, которых убили лишь за то за то, что стояли на пути магов.

— Они живы, — удивлённо проговорил Ристан, опускаясь на колено рядом с маленькой девочкой и кладя ей на щеку руку. — Живы. Нужно вытащить их отсюда.

— Тогда выносите их, скорее, — приказала я, и Ристан с Заруком принялись просеиваться к входу и обратно с детьми на руках. Когда они перенесли последнего ребёнка, я повернулась к Ристану. — Должен быть способ двигаться быстрее. Ведьмы предупредили, что фейри не смогут выйти из Гильдии, когда войдут в неё. Похоже, вы, ребята, можете просеяться внутри здания, но я не уверена, что фейри могут уйти так отсюда. Мне нужно, чтобы ты нашёл и уничтожил то, что держит нас внутри этого места.

— Понял, — ответил демон и просеялся.

Я с Заруком и Каллаганом пошла дальше, и нашла Райдера, прикованного к столу толстыми цепями, выкованными из железа. Маги, должно быть, вытащили спицы перед тем, как выйти к нам. Бессознательные охранники лежали на полу. Я сглотнула, смотря на неподвижного фейри. Даже со своего места я чувствовала запах железа, которым он был напичкан. Не в состоянии сдержаться, я рванула к нему, желая прикоснуться.

Кожа ледяная, и всё же, как только я коснулась его лица, он отстранился и зарычал. Слюна, смешанная с кровью, потекла из уголка рта. Дикий взгляд встретился с моим, и Райдер немного успокоился, но не полностью прекратил попытки вырваться из оков.

— Райдер. — Я сняла цепь с его груди. — Это я, фейри, — пробормотала я, поцеловав его в висок.

— Синтия, — предупредил Зарук, почуяв неладное.

Я перевела взгляд с цепей на Райдера, который смотрел на меня с недоверием в глазах. Он выглядел диким, неприручённым… словно настоящий зверь, Рождённый убивать всех, кто слишком близко подойдёт. Он отслеживал каждое моё движение, когда я приближалась, и моё сердце бешено колотилось от страха. Спиц бога не было, а эти цепи не могли бы его удержать. Так почему же он не сбежал? Он медленно встал, гладкие мышцы перекатывались под кожей, по которой стекал пот. Я отступила. Зарук встал перед Райдером, привлекая внимание, и, прежде чем я успела что-либо сделать, Райдер ударил его. Зарук пролетел по комнате, с громким стуком врезался в стену и сполз на пол. Я задрожала, когда посмотрела на мужчину перед собой. Он заманил меня в ловушку, отрезал все шансы на побег и загнал в угол. Я заметила, что Каллаган встал в атакующую позу, и покачала головой, говоря отступить.

Я слышала, как остальные бежали по коридору, и мотнула головой, когда Райдер прижал меня к стене и зарычал совсем не по-человечески, душераздирающе. Пальцы на одной его руке превратились в когти. Райдер разорвали мою броню, а затем втянул когти, после чего смял одну грудь, а второй сдавил горло, перекрывая поток воздуха.

Это не мой Райдер, а монстр, над которым проводили эксперименты, пытали и убивали таким количеством железа, которое могло убить сотню фейри.

— Райдер, — выдохнула я, используя драгоценный воздух, что ещё оставался, в попытке достучаться до него. Я почувствовала, как он ослабляет хватку, но только настолько, чтобы я не потеряла сознание. Коленом он развёл мне ноги, а его налитый ствол прижался к моему животу. Он до боли стиснул мою грудь, и я почувствовала, как когтями он разрывает на ней кожу. Я не выдержала и вскрикнула, но глазами предупредила остальных фейри оставаться на местах. Я могла сбежать, но что-то заставляло меня оставаться рядом, не сдаваться. Что-то говорило, что мой Райдер внутри этого монстра, который облизывал мою шею, словно пробуя вкус. В момент, когда он вонзил зубы мне в ключицу, я закричала. Райдер остановился и отстранился. Я обняла ногами его за талию и заставила отстраниться ещё дальше.

— Райдер, вернись ко мне, — взмолилась я. Он поднял руки и прижал их к моим щекам, опасно улыбаясь, а затем прижался к моим губам в примитивном поцелуе. Зубами он оцарапал мои губы, пока целовал, как голодный человек, который не касался плоти десятилетиями. Я застонала, слёзы катились по лицу, когда он потянул меня за волосы, наклоняя голову и получая полный доступ.

Райдер проник в мой рот языком и сплёл его с моим. Я почувствовала, как его член стал ещё больше, пока он тёрся им об мой живот, желая кормиться. И тут меня осенило. Он умирал с голоду, потому что не питался от детей. Поэтому и был таким голодным зверем! Я призвала силу и вогнала в его организм, выталкивая железо. Мужчины предупреждающе заговорили. Я почувствовала, как он схватил меня за талию, намереваясь загнать свой член в моё тело. И в тот момент, когда я уже подумала, что мы дадим его братьям взглянуть на нашу сексуальную жизнь, он остановился. А затем начал целовать меня медленнее и глубже, завоёвывая. Затем убрал когти, а член медленно опал. В его чёрных глазах появились янтарные проблески. Я сглотнула крик, обняла его обнажённого и заплакала.

— Синтия, нужно уходить, — сказал Ристан, не понимая, что происходило.

— Он здесь, я знаю, — прошептала я. — Он возвращается.

— Он может тебя ранить, — начал спорить демон.

Райдер отдал боль зверю. Это его способ избежать того, что они с ним делали, но сам был всё ещё внутри. Он стал нежнее со мной, и всё же изо всех сил пытался контролировать то, что сдерживало его. Зверь доминант, но и Райдер такой же. Когда он отстранился, я с жадностью накинулась на его губы. А затем осыпала поцелуями его лицо, так как он не дал себя целовать. Я кормила его силой, но это не вернуло янтарный взгляд, который я искала в обсидиановых глубинах.

— Я люблю тебя, — всхлипнула я и закрыла глаза, не желая признавать, что потеряла Райдера. Возможно, он и есть та цена, которую я должна заплатить за то, что пришла спасти его. — Райдер, я так тебя люблю, — прохрипела я, а боль продолжала меня разрывать. — Фейри, вернись ко мне и пошли домой.

— Питомец, — грубо прорычал он, вытирая кровь со рта о мою изодранную броню. Я открыла глаза и закричала, когда натолкнулась на золотистые глаза.

— Фейри, я тебе так зад надеру, — закричала я, крепко его обнимая. — Я так боялась, что потеряла тебя, — захныкала я, измученная борьбой его возвращения. Мы ещё не закончили.

— Я чувствовал тебя здесь, скажи, что это не было сумасшествием, — прошептал он, поцелуями убирая слёзы с моих щёк.

— Я всё тебе расскажу, но позже. Сейчас нужно убираться. — Я чувствовала, что сражение наверху стихает. Когда Райдер магией одел себя в броню, я отстранилась и встала, но согнулась пополам от агонии.

— Синтия, — рявкнул Зарук, подходя ближе, так как Райдер тоже старался остаться в вертикальном положении. — Она ранена. — Нет, по крайней мере, не так, как думал Зарук. Он обыскал моё тело на наличие крови и не нашёл. Я попыталась встать и почувствовала, как леггинсы между ног стали влажными. — Какого чёрта? — Зарук поднял меня, чувствуя запах крови, стекавшей по леггинсам.

— Я в порядке. Помоги Райдеру, — приказала я. — Нужно убраться до того, как взорвутся бомбы.

— Бомбы? — спросил Райдер, и я покачала головой.

— Не сейчас, у нас нет времени. — Я обхватила руками живот. Каллаган помогал Райдеру, а Зарук мне. Мы помчались по коридорам и вернулись тем же путём, каким пришли. К счастью, Ристану удалось снять заклинание, не дающее фейри выйти.

Как только мы оказались снаружи, земля сотряслась. Бомбы на нижних этажах, которые Лукьян и его люди не нашли, взорвались одна за другой, и верхний этаж, с оглушительным шумом, обвалился. Я начала падать, но меня схватили сильными руками за талию и повалили на землю, прикрывая моё тело своим. Я посмотрела на Зарука, пока вокруг нас осыпались обломки, затем повернула голову, встретив обеспокоенный взгляд золотистых глаз.

Лукьян что-то прокричал Ристану, но я не расслышала. Я отключалась, не в состоянии оставаться в сознании, я увидела перед глазами звёздочки. Я всё сделала, Райдер освобождён и жив. На меня навалилась усталость, и я опустила тяжёлые веки, позволяя боли унести меня в забвение.

Глава 30

— Как она? — Голос Райдера вырвал меня из сна. Я моргнула, едва осознавая, где нахожусь.

— Не плохо, но учитывая, сколько она на себя взвалила, не удивлён, что она этого не заметила, — ответил Элиран.

Я закрыла глаза, слушая их разговор. Райдер лежал в постели рядом, крепко меня обнимая. Его руки успокаивали больше, чем тысяча доз морфия. Они забирали боль и держали её на расстоянии вытянутой руки. Этот мужчина стоил того, что требовали боги.

— Она исцелится? — Райдер говорил тихо, а я дрейфовала между сном и явью.

— Она уже быстро поправляется. Невероятно, но она исцеляется быстрее, чем любой из нас.

— У неё ещё будут? — нерешительно спросил Райдер, и я моргнула.

— Ещё что будет? — спросила я, не задумываясь. Из-за усталости я говорила раздражительнее, чем намеревался, но понимала, что довела своё тело до предела. Пока Райдера не было, я не спала и измучила себя до такой степени, что даже не могла держать глаза открытыми.

— Дети, — пробормотал он с оттенком гнева в голосе.

— А? — Я была сконфужена, почему сейчас это важно. — Почему ты спрашиваешь? Конечно, будут, но не сейчас. — Я открыла глаза и увидела, что он склонился надо мной и смотрел в глаза.

— У тебя был выкидыш, Питомец, — нежно пояснил он. — Ты была беременна. — Он стиснул меня в объятиях, утешая, а я закрыла глаза и сглотнула.

— Я не могла быть беременной.

— Была, по крайней мере, несколько недель, судя по размеру плода. Помни, беременность у фейри короче, чем у человека, и кто знает, насколько короче у богинь. Вот откуда кровь и почему ты потеряла сознание. Пришлось ждать, пока ты сама себя исцелишь; я ничем не смог помочь, на самом деле, делал только хуже. Ты потеряла много крови, и несколько дней провела в отключке. — Элиран, как всегда, говорил нежным и успокаивающим голосом.

— Сколько дней? — спросила я.

— Три, — ответил Райдер и поцеловал меня в лоб. — Я звал Дану, но она не ответила. Мы сделали всё возможное, чтобы разбудить тебя, и Элиран пытался сохранить беременность, но ничего не вышло. Мне жаль, Синтия.

Я сморгнула слёзы, а сердце налилось болью. Я попыталась сесть, но всё ещё была уставшей.

— Эта цена, которую запросили боги, — прошептала я. — Чтобы вернуть тебя, мне пришлось напрямую вмешиваться в человеческий мир. Я убивала там. Меня предупредили, что за это придётся заплатить.

Из моей груди рвались рыдания, я повернулась и посмотрела на Райдера.

— Я не знала, даже не представляла, что беременна. Я так переживала и могла думать только о том, чтобы вернуть тебя.

— Ты не знала, что была беременна? — выплюнул Элиран с неверующим взглядом. — Срок уже был несколько недель. После рождения тройняшек, цикл восстановился? По крайней мере, должны были быть какие-то симптомы.

— С момента беременности тройняшками у меня не было менструации. — Я посмотрела на Райдера и покраснела. — Ты мне ещё ребёнка заделал? Мне казалось, мы говорили об этом. — Я потеряла ребёнка, о котором даже не знала. — Я… я ничего не чувствую, — всхлипнула я, и вина навалилась на меня. Я не сожалела о потере или жертве, отданной за Райдера. — Как?.. Почему я ничего не чувствую?

— Потому что я заблокировала боль, которую они хотели, чтобы ты почувствовала, — ответила Судьба с порога, заставляя всех посмотреть на неё. — Ты сделала то, что сделала не из корыстных побуждений, а из-за слепой любви, и Дану попросила меня защитить тебя, потому что ты должна послужить большей цели, если согласишься. Я не могу позволить тебе испортить мои планы.

— Твои планы? — переспросила я, замечая, как Райдер крепче меня обнял.

— Прошу, мне нужно, чтобы ты пошла со мной. Кое-кто хочет попрощаться, — тихо проговорила она со слезами на глазах.

— Она готова умереть, да? — Я пыталась скрыть, как мне тяжело.

— Да. Времени мало, если хочешь её увидеть, — пояснила Судьба. — У тебя впереди долгая жизнь с твоим зверем, но, боюсь, пришло время попрощаться с матерью.

Я приподнялась и поцеловала Райдера в лоб.

— Скоро вернусь, — заверила я его и поднялась с кровати, не обращая внимания на свою наготу. Затем ощутила лёгкое прикосновение кашемира, в который завернули моё тело, взяла Судьбу за руку и улыбнулась Райдеру, пока мы исчезали.

*~*~*

Дану лежала на шезлонге в ярко освещённом саду с редкими экзотическими цветами, которых я никогда раньше не видела. На пышной зелени видны бутоны, и каждый редкий цветок словно сиял изнутри. Слева от сада расположился бассейн, и по сверкающей поверхности воды плавали цветы лотоса и лилии. Даже не спрашивая, я знала, что Дану создала Царство по образу своего волшебного сада. Бутоны раскрылись, выпустили в воздух пьянящий аромат и закрылись.

— Красиво, правда? — спросила Дану, на лице которой отразилось солнце.

— Мне плевать на чертовы цветы, — прорычала я, не сумев скрыть страха в голосе. — Я не могу потерять тебя, ведь только обрела. Не могу принять того, что тебя никак не спасти.

— Ты не потеряешь меня. — Она повернулась ко мне, и сейчас была похожа на меня. Платиновые локоны ниспадали на плечи, а лазурного цвета глаза смотрели на меня. — Ты моя дочь. — Она рассмеялась, но натянуто. — Как думаешь, откуда взялась твоя красота?

— Ты такая настоящая? Без магии? — спросила я, ошеломлённая тем, насколько мы похожи. Я подошла к большому камню и села на него рядом с ней.

— На протяжении многих столетий лишь несколько существ видели мой истинный облик. И ты одна из них. Я больше не могу использовать гламур, — объяснила она, отмахиваясь, будто только что сказала, что завтра не будет дождя или чего-то обыденного. — А ещё я не могу использовать магию. Судьба сказала, что у меня осталось совсем немного времени, поэтому я послала за тобой. Я слышала о твоей потере из-за вмешательства во время спасения любимого, и сожалею о ней. Ни одна мать не должна терять ребёнка, но мы знали, что если даже расскажем о малыше, мало что изменится. В конце концов, ты моя дочь.

— Судьба сказала, что заблокировала чувство потери.

— Да, — призналась она. — Я попросила об этом, потому что у меня есть к тебе просьба. Кое-что эгоистичное, но столкнувшись со смертью, я нашла то, что страшнее её.

— Ты и твои загадки, — задумчиво произнесла я. — Ты знала, что всё вот так произойдёт, так зачем это делать? Почему ты выбрала меня, а не себя?

— Да, я богиня, но я твоя мать, — сказала она, как будто это всё объясняло. — Я бы, не задумываясь, сделала это снова. Ты моё творение, и самое дорогое для меня. Ради тебя я пожертвую жизнью, как и фейри, чья любовь к тебе может спасти твоих детей. Они — ключ к исцелению Царства, да, но они же и ключ к его гибели. В пророчестве не говорится, что именно может произойти и почему. Твои дети связаны с обоими мирами, поэтому стали ключом к разрушению порталов. Они запустили пророчество в тот момент, когда сделали первый вдох, но это не конец Царства Фейри. Ты — это сами фейри, Синтия. И Царство будет жить так же долго, как и ты, даже если сейчас нестабильно.

— Порталы нельзя закрыть?

— Нет, но Царство не соединиться с Террой. Царство открыто для Терры, но пока оно вытягивает жизнь из Терры, исцеляет и тот мир в ответ. В конце концов, решение найдётся само, поговори с оленем, он тебя направит. Хватит об этом, — она обернулась, прерывая ход моих мыслей. — Моё время на исходе, и я должна спросить у тебя кое-что важное. — Склонившись, она зашептала мне на ухо, и от её слов на моих глазах появились слёзы и мир перевернулся с ног на голову. Кивнув, я отстранилась.

— Да, — без раздумий согласилась я.

— Я люблю тебя, Синтия и всегда буду любить. А ещё всегда буду с тобой, обещаю. Во всех твоих делах и поступках, я буду рядом, — заверила она и кивнула Судьбе. Я посмотрела на богиню, которая улыбнулась мне.

— Нужно поторопиться, прощайтесь, леди, — приказала она.

Глава 31

Я шла по густой траве долины, а звук одного из ручьёв, питавших бассейны Царства, стал громче. Здесь было спокойно и так красиво, воспоминания об этом месте прочно укоренились у меня в голове. Сюда привёл меня Райдер после Дикой Охоты. Здесь мы впервые были вместе. Занимались любовью, если это можно так назвать. В первый раз всё произошло первобытно, но этим словом можно описать всё, связанное с Райдером. Он до мозга костей доминант, и мне нравится это в нём. Я всегда этого хотела, хотя и боялась принять свои к нему чувства. Он заставил меня посмотреть в лицо своим чувствам и принять то, в чём я боялась признаться. Наши отношения начались сложно, и их можно назвать самой невероятной поездкой на американских горках, но я не могла представить жизнь без Райдера.

Когда я его потеряла его, не могла дышать. Он мой воздух, сама квинтэссенция жизни. Мы сталкивались с потерями, сражениями и многим другим вместе. Смерть пыталась нас одолеть и проиграла. Цена за нас оказалась велика, но все трудности стоили того.

— Неприятно разочаровывать тебя, но так не пойдёт. Это не сработает. — Ристан покачал головой, осматривая бассейны и пруды. — Здесь мы беззащитны и не можем гарантировать, что на нас опять не нападут. У меня есть намётка, где лучше устроить церемонию, хотя у твоей идеи приёма есть пара достоинств.

— Лишь пара? — Я бросила на него обиженный взгляд, а он пожал плечами. — Медовый месяц. Вот что я с нетерпением жду. — Я ухмыльнулась и наигранно подмигнула ему. На что Ристан фыркнул.

— Я же просто рад, что ты решила провести медовый месяц не в замке, — ответил он с понимающей улыбкой. — Боги знают, когда вы сходитесь в постели, барьер вокруг замка шипит от напряжения.

— Ты это чувствуешь? — выдохнула я.

— А чего ты ожидала, Цветочек? Ты — богиня фейри, а твоя мать — богиня плодородия. Когда вы трахаетесь, даже цветы это чувствуют. Прошлой ночью они расцвели. Знаешь, эти цветы распускаются лишь раз в год, но своей силой вы их пробудили. Ивы плакали, и животные… даже не спрашивай, что они делали. Когда вы счастливы, земля это чувствует, но когда вы занимаетесь сексом, то и земля тоже. Ты — часть всего этого. — Он откинул волосы с лица и оглянулся на долину. — Что-нибудь слышно о ней? — спросил он неловко.

— Да. Вчера я её мельком видела, — тихо ответила я, смотря, как демон хмурится. — Ты расскажешь мне, что между вами случилось?

— Всё сложно, — пробормотал он, отворачиваясь.

— Это я уже поняла, Ристан, но ты её любишь, — заметила я, смотря на то, как он напрягается. А затем улыбнулась. Он любил её, по крайней мере, до тех пор, пока между ними не разразилась вражда. Я не сомневалась, что он любил Оливию всем своим естеством, но в то же время влюблён в Дану.

— Она подарила мне ребёнка. — Он небрежно пожал плечами. — Всю вечность я буду гадать, мой ли он, или её.

— Твой, и я могу сказать пол, если хочешь. — Я всё чаще открываю в себе новые силы. Но, как я узнала пол их ребёнка, точно сказать не могла. Вероятно, их дитя связано с землёй, а я связана с ней.

— Ты знаешь, кто у нас будет? — Он обернулся и вытаращился на меня с нечитаемым выражением лица. — Откуда ты знаешь, что ребёнок наш, и что она не подсадила нам другое семя?

— Ребёнок полу ангел, полу демон, — пояснила я. — О, я уверена, она могла бы создать шикарный коктейль Демгела, но для чего? Бессмысленно делать что-то подобное, вместо того, чтобы вернуть то, что у тебя отобрали. Ваш ребёнок связан с землёй, как и ты. Кстати, малышу не нравятся солёные огурцы, которые Оливия продолжает есть. И я понимаю ребёнка. Она макала их в острый соус и арахисовое масло.

Ристан ухмыльнулся и кивнул.

— У неё просыпаются странные желания.

— Солёные огурцы в остром соусе и арахисовом масле ерунда по сравнению с тягой к человеческим сердцам. Думаю, что маленький демон растёт с жаждой крови. Хотя, реакция Оливии на эту тягу была офигенной, — я засмеялась, а Ристан скривился. — Ребёнок твой, Дану не стала бы так с тобой поступать. Она сказала, что вылечила тебя, потому что задолжала.

— Задолжала, — фыркнул он. — Это слабо сказано и сильно упрощено. Я не совсем уверен, что ты разбираешься в желаниях Дану, прорычал он с жёстким взглядом. — Я был её любовником. Ну, одним из них.

— Это я уже знаю, но не могу понять, за что ты так её ненавидишь? — Я окунула пальцы ног в тихий пруд.

— Я её не ненавижу. — Он откинул голову, словно находя утешение в тепле солнца, и вздохнул. — Я могу злиться на неё, негодовать из-за того, что она сделала со мной, но ненавидеть не могу. Почти восемьсот лет я был с ней связан, и да, любил, хотя она заставляла меня проходить через ад. Любую женщину, которая была мне небезразлична или, возможно, которую я даже любил, она убивала, — прошипел он, и у меня застыла в жилах кровь.

— Мне жаль, — проговорила я, наблюдая за демоном. — Я не могу сказать, почему она так поступала, знаю лишь, что она не такая, как мы. Я только начинаю понимать всё то, за что она отвечала и сделанный ею выбор. Большая часть того, что я видела — такая хрень. Но, Ристан, она тебя отпустила, дала тебе Оливию. А если бы ты полюбил кого-то другого, не оказался бы там, где ты есть сейчас. Может, Судьба права. Вероятно, все наши переживания — кусочки пазла, которые складываются в единую картину. Возьмём нас с Райдером. В нашу первую встречу, я готова была ему горло перерезать, а теперь не могу представить мир без него.

— Цветочек, она не дала мне Оливию, а хотела её убить, и Киросу это удалось. Я же потребовал у Дану отпустить меня. Я был на пределе, и, честно говоря, думаю, она боялась моих возможных действий, если не отпустит. Я многое знаю, но всё же есть то, что мне никогда не позволяли увидеть. Она не позволяла мне помочь ей. Я бы помог, попроси она. Но, вместо этого, Дану использовала меня как инструмент, хотя очень полезный и чертовски верный, — сказал он мрачно, покачав головой. — Но она не отвечала или не могла ответить взаимностью на мою верность. Она знала о моих чувствах, но, должен признать, что за все эти столетия, были и хорошие моменты. Правда, плохие были настолько ужасны. Она могла надолго — иногда на годы — исчезнуть, а потом внезапно появиться и потребовать внимания. Тогда я видел другую её сторону. Представь, ты занимаешься любовью с кем-то, — фыркнул он. — В одно мгновение это личность, а в следующую — её тело захвачено разгневанной богиней, которая решила, что я уделяю слишком много внимания кому-то другому. Что слишком небезразличен к кому-то, кроме неё, а потом я наблюдаю, как она разрезает их тела на лоскуты и умоляю остановиться. И это только одно, что она со мной делала. Другая её любимая уловка — завладеть телом и использовать его, чтобы трахнуться со мной, но покидала сознание этой женщины, когда я глубоко в её теле, и женщина умоляет меня остановиться. Словно я её насилую. Это случалось настолько часто. Сложно вот так вот её простить. — Он мрачно усмехнулся. — Нас с Олденом захватили из-за последствия одного из её обманов. И Вил приложил руку к забавам надо мной в Гильдии. Потому что от меня несло Дану, а я не говорил почему.

— Должно быть, тебе было тяжело помогать мне, — проговорила я сквозь ком в горле.

— Часто я получал предупреждения перед тем, как она наносила удар. Мне казалось странным, что она поощрила меня и приставила присматривать за тобой, и я думал, что это потому, что ты предназначена моему брату. — Он печально покачал головой. — Когда я узнал, что ты её дочь, всё встало на свои места.

— Почему ты мне ничего не рассказывал?

— Зачем? Какая польза от этого была бы? Ты новичок в этом мире и учишься здесь ориентироваться. — Он тяжело выдохнул. — Ты так обрадовалась, что у тебя не одна, а сразу две матери. Я не хотел портить тебе жизнь и объяснить, какой доброжелательной и в то же время злой может быть твоя мать. Две стороны одной монеты, — объяснил он.

Я проглотила комок в горле, глядя на демона. У Дану и Ристана были непростые отношения, но я знала, что она любила его, потому что потратила оставшиеся силы на исправление своей ошибки единственным известным способом.

— Думаю, вернуть тебе утраченное — единственный способ, по её мнению, всё исправить, — выдохнула я. Дану, конечно, не самое простое существо. — Спасибо, что рассказал мне. Знаю, это было нелегко, — мягко сказала я. — Ты рассказала Оливии о Дану?

— Нет, хотя она понимает, что что-то не так, когда меня спрашивают о Дану и видениях. Это непросто рассказать, но ей нужно знать.

— Да, хранить секреты или скрывать что-то подобное — бомба замедленного действия. Тебе лучше рассказать ей, и как можно скорее.

Я наблюдала за танцами фей, как они выскакивают, а потом ныряют в бассейны. Радужные крылья касались воды, скользя по поверхности и создавая свечение, когда волшебная пыль оседала на воду.

— Сегодня твоя свадьба, и не стоит застревать в прошлом. Я бы хотел, чтобы ты пока не говорила пол ребёнка. Оливия старомодна и предпочитает оставаться в неведении до рождения. Если только там не что-то из ряда вон выходящее. — Он покосился на меня. — Четыре ноги там или что-то такое. О подобном я бы хотел её предупредить.

— Там один нормальный ребёнок. — Я рассмеялась.

— Как ты переживаешь потерю? — Он взял меня под руку.

— Ничего не чувствую, — призналась я. — Судьба заблокировала мои эмоции на этот счёт, и я не могу оплакивать ребёнка, хотя и должна. Я даже не знала, что беременна, так что у меня проблемы с тем, чтобы принять это. Я знаю, что у нас будут ещё дети, когда придёт время. Рано или поздно мы одолеем магов, и надеюсь, что буду участвовать в этой борьбе, которая не станет рассматриваться, как вмешательство.

— Синтия, если ты должна платить цену каждый раз, когда вмешиваешься… — предупреждающе, проговорил он.

— Я не стану. Пока они не придут в Царство. Судьба ясно мне дала это понять. Если начнут угрожать этому миру, я стану сражаться. Особенно после падения Гильдии. Баланс нужно сохранить. Я могу вести, но не убивать своими руками. Нужно начать набирать людей. К слову, слышал, что Каллаган и другие паладины заинтересованы в помощи нам? Я считаю, что взять их к себе — мудрый шаг.

— Хм-м-м, до меня дошли слухи, что пропал Сор. — Он улыбнулся. — Ты ведь не знаешь, где он?

— Нет, конечно. — Я подмигнула ему. — Ты слышал, чтобы фейри ели других фейри? — спросила я невинно, на что он широко улыбнулся.

— Да, что ты говоришь, — с притворным удивлением протянул он и засмеялся. — Цветочек, а ты злобная. — Он повернулся ко мне. — Давай вернёмся в замок и подготовимся, чтобы уже выдать тебя замуж за моего брата. Счастливый ублюдок, наверное, не заслуживает тебя. Я понял, что ты слишком хороша и для Царства Фейри, и для Райдера в тот день, когда позволил тебе сбежать — не говоря уже о том, что поцеловал невесту прежде, чем она узнала, что будет свадьба. И хотя я видел части будущего Райдера, хотел бы знать обо всём, чтобы предотвратить некоторые события.

— Например, то, когда разрезал мне живот? — поддразнила я, на что он ехидно улыбнулся.

— Нет, это я бы менять не стал, — он рассмеялся, когда я ударила его по плечу.

— Придурок.

— Ладно, может быть, это изменил. Хочется верить, что мы могли бы предотвратить всё, но опять же, тогда среди нас не было бы богини. Думаю, ты права — иногда кусочки головоломки должны быть такими, какими их преподносят, чтобы мы могли оказаться там, где должны.

— Демон, знаешь что? — спросила я и дождалась, чтобы он посмотрел на меня, прежде чем продолжить. — Ты много говоришь. Пошли уже домой, мне нужно ногти накрасить, чтобы уже выйти замуж за своего зверя.

— О, в какой цвет? — усмехнулся он.

— «На медовый месяц еду в Нади». — Когда он скривился, я хихикнула.

— А по точнее, что за цвет?

— Розовый, и очень красивый. Твой брат обязательно спросит, что это за цвет, потому что научился судить о моём настроении по цвету лака.

— Умный мужчина, — заметил Ристан.

— Согласна, поэтому я и собираюсь жить с ним вечно.

— Вечность — очень долгий срок.

— Вечности с этим мужчиной будет мало.

Глава 32

Я была, как на иголках, переминалась с ноги на ногу и волновалась, представляя в голове список того, что может пойти не так. Ристан хмурился, уверенный, что я разрушу все планы своим дико нервным видом.

— Успокойся, — тихо проговорил он. — Сегодня бояться нечего, Цветочек. Твой фей-крёстный со всем разобрался.

— А если он передумает? — отрезала я. У меня ладони вспотели от неприятного сочетания нервов и страха. В животе поселился свинцовый шар, а сердце, казалось, застряло в горле.

— Он ни за что не передумает, — заверил меня Ристан. — Хотя нервничает не меньше твоего. — Он рассеянно поднял руку Оливии и поцеловал её, и от этого милого жеста я сильнее разволновалась.

— Мне кажется, её сейчас стошнит, — громко произнесла Оливия. — Ристан, сделай что-нибудь.

— Пытаюсь, лисичка. — Он похлопал её по руке. — Цветочек, поговори со мной.

— Мадисон нет, — прошептала я, кусая губу. — Они не придут, потому что я убила их сына.

— Да он говнюком был, и они это знают.

— Они мои родители, кроме них, здесь никого нет с моей стороны, не считая Адама, — продолжила я шёпотом, словно кто-то мог меня услышать.

— Если только это тебя беспокоит, думаю, ты удивишься, — проговорила Оливия с улыбкой. — Пойду на своё место, ноги разболелись.

— Поцелуй меня, — тихо потребовал Ристан, и она прижалась к его губам, а он ответил самым нежным поцелуем, словно боялся сломать Оливию. Когда она ушла, он повернулся и многозначительно посмотрел на меня. — Пора надевать платье.

— Хорошо, но клянусь богами, разорву кому-нибудь горло, если в конце прохода, когда я выйду отсюда, не будет Райдера.

Он засмеялся и покачал головой. Ристан создал из ткани небольшой павильон, создавая уединение. Я же пыталась подавить паническую атаку. Ещё никогда в жизни я так не нервничала. С магами я могла бы справиться с закрытыми глазами, но с этим? Смешно. Мне казалось, что я сейчас взорвусь.

Ристан напугал меня, коснувшись плеча, чтобы повернуть к себе. В импровизированной палатке пахло свежими персиками, что, по мнению Ристана, должно стать моими духами. Демон улыбнулся, когда я нахмурилась.

— Я не могу создавать шедевр, когда ты вертишься и дёргаешься, — прорычал он, отступая. — Думаю, нужно что-то незамысловатое, потому что ты — это ты. Что-то красивое, но не слишком длинное, — бормотал он, наклоняя голову из стороны в сторону. — Точно. Красивое. — Он кивнул дизайну, который создал у себя в голове.

Я упёрла руки в бедра и собиралась заговорить, когда воздух с магией окутал меня, и мягкая ткань скользнула по коже. Я посмотрела на себя и увидела красивое свадебное платье в греческом стиле — винтажное и белое, с V-образным вырезом и кружевными цветами на талии и плечах. Без спины, с трапециевидной талией и прозрачной шифоновой юбкой, которая плавными волнами ниспадала вниз. Подол украшен нежными оборками. Не было экстравагантно, но потрясающе и всё, что я хотела. Улыбнувшись, я посмотрела на демона. Платье идеальное и не слишком длинное. Туфель не было, вместо них на лодыжках блестели нежные браслеты. Усмехнувшись, я поблагодарила всё, что могла за понимание демона, в чём именно хотела выйти замуж за зверя.

Просто я и ничего больше. Я очень не хотела сверхпышную свадьбу, потому что она далеко не я.

Я хотела простую поляну, босые ноги и никакого макияжа. Всё элементарно, без суеты и фанфар, как Райдер это называл. Только самое необходимое.

Я склонила голову, когда прохладный ветерок коснулся моей задницы, и нахмурилась на Ристана, который улыбнулся немного озорнее, чем мне хотелось. В этот момент мягкая ткань скользнула по моей попке, и демон ухмыльнулся, хотя казалось, что не смотрит на меня, а был сосредоточен на нижнем белье. Низа живота коснулась тоненькая цепочка, которая слабо звенела при движении. Трусики едва ли что-то прикрывали.

— Демон, — предупреждающе рыкнула я.

— Мужчина заслуживает твою задницу, завёрнутую в бант. Тем более после всего, что вы пережили. Тебя завернули, слово очень соблазнительный, красивый подарок. Кроме того, на кону моя репутация фея-крёстного Цветочек. Нельзя, чтобы они не говорили об этом, верно? — он рассмеялся.

— Волосы, — напомнила я.

— Всему своё время. — Он прикоснулся к моему плечу.

— Сначала, украшения, — добавил он и начал размахивать руками. Я ощутила вес на руках, когда серебряные браслеты королевской семьи появились на предплечьях, а над ними серебряные браслеты с выгравированными на них драконами герба Райдера. На запястьях появились маленькие тонкие серебряные браслеты, которые звенели при каждом движении. Мне нравились идеи Ристана. Если у него не срастётся с делами демонов, он всегда сможет стать стилистом.

Он провёл двумя пальцами по моей ключице и шее, а затем спустился по спине, создавая на ей простое, но красивое ожерелье. В стиле арт-деко и, вероятно, 1912 года или где-то того времени производства. Овальные и квадратные аквамарины соединены вместе с крошечными бриллиантами и серебряными крыльями, из которых была создана цепочка ожерелья. От застёжки ожерелья на спине к копчику тянулась цепочка бриллиантов.

— Давай уже корону и уложи волосы. Я хочу увидеть Райдера, — рассмеялась я, когда Ристан слишком долго смотрел на украшения. Ещё немного, и я бы никогда не пошла к алтарю. Он пальцами завил мне волосы и украсил их крошечными цветами. Короной служила простая платиновая тиара, в центре которой был знак кровавого Королевства, вырезанный из рубина. Склонив голову, демон осмотрел меня, а затем снова пошевелил пальцами, изменяя аквамарины в ожерелье на рубины, схожие с теми, что на короне. — Думаешь, они придут? — встревоженно выпалила я.

— Думаю, они не винят тебя за брата. Он стал злым задолго до твоего рождения. Они молчали, и у меня такое чувство, что они оплакивали его, кем бы он ни был и кем бы ни стал. Они же его родители, — тихо ответил Ристан, нахмурившись. После чего опять пошевелил пальцами. Я ощутила тяжесть на ушах и подняла руку, коснувшись серёжек, которые, как была уверена, подходили к ожерелью и короне. — Готово, Цветочек. Нам пора. Адам ждёт, чтобы проводить тебя к алтарю.

— Скажи ему, что я готова, — ответила я, поворачиваясь к зеркалу. — Ого, — ошарашенно прошептала я, смотря на шикарную невесту в отражении. — У тебя шикарно получается роль фея-крёстного.

— Спасибо, и запомни это, — усмехнулся он, просеиваясь из шатра. Несколько мгновений спустя внутрь зашёл Адам.

— Я ждал снаружи… Ого! — пробормотал Адам, смотря на моё отражение. — Ты уже в третий раз готовишься к свадьбе, но это, — продолжил он, — думаю, это совершенство в лучшем виде.

— Ты тоже неплохо выглядишь. — Я улыбнулась, посмотрев на его килт и пояс. — Тот же наряд, что и на нашей свадьбе.

— Ну, я же не мог позволить ему пропасть даром. Тем более, мой гламур ещё не на высоте. Итак, вперёд, малышка. — Он лукаво подмигнул и предложил мне руку.

Я взяла его под руку и сглотнула, пытаясь успокоить нервы и бабочек, которые порхали во всём теле. Я вышла из шатра и ахнула.

Лес блестел от тысячи пикси. Маленькие плавающие фонарики висели на деревьях, крошечные пикси внутри них танцевали, а их пыльца освещала ёмкость фонарика, придавая красочное свечение.

Зелёный лес был устлан цветами всех мастей. Земля, по которой я шла, была покрыта кроваво-красными розами. Калиин хихикнула, и на мои глаза навернулись слёзы при виде её красного платья, украшенного рюшами и перьями. Я опустилась на колени, протянула руки и поймала её, когда она бросилась ко мне. Я не видела её несколько дней, и каждое мгновение было пыткой.

— О, моя дорогая, — прошептала я, отстраняясь и смотря в золотистые глаза, которые так походили на глаза её отца. — Ты прекрасна. — Я сглотнула слёзы, встала и принялась искать мальчиков.

— Они с Райдером, — сказал Адам. Я улыбнулась и протянула руку, но Адам застыл на месте вместе с Калиин. Я осмотрелась, и моя кровь похолодела, когда я почувствовала, как падаю.

Глава 33

Я приземлилась в комнате, где тут и там горели костры. Пламя вырывалось из гигантских котлов, а мужчины и женщины ходили вокруг, что-то бормоча и выпивая. Несмотря на мрачность обстановки, они выглядели так, будто наслаждались вечеринкой, пока не заметили меня, одетую в свадебный наряд.

— О, да ладно! — прорычала я и пошла вперёд. Но почувствовала Судьбу сразу перед её появлением рядом с большой толпой. — Я собиралась выйти замуж! — огрызнулась я, но замолчала, увидев кровь на её одеянии. Из её носа шла кровь, будто она недавно дралась.

— Синтия, — произнесла Судьба кротким тоном, какого я прежде от неё не слышала, а затем повернулась к мужчине, который наблюдал за мной, идущей вперёд. Каждое моё движение сопровождало бряканье цепочек и браслетов. — Тебе пора познакомиться с нашим Королём, — тихо прошептала она и кивнула в сторону красивого мужчины, который смотрел на меня шоколадно-карими глазами. От него исходило сияние, которое слегка резало глаза. — Он известен под многими именами. Некоторые знали его как Атума[2], другие поклонялись ему как Хаосу… он существует с самого начала. Первый из нас.

Цвет его волос напоминал песчаные берега Карибского моря. Кожа загорелая, будто он проводил целые дни на этих пляжах, и энергия, которая исходила от него, говорила об огромной силе. Я не знала, стоит ли мне присесть в реверансе или встать на колени.

— Зачем я здесь? — спросила я и вздрогнула, когда люди в комнате заговорили обо мне и моей невоспитанности.

— Ты будешь молчать, пока я не позволю говорить, — отрезал Хаос или Атум, или как там его звать. Про себя я решила, что куда бы он ни пошёл, мог бы посеять хаос, но называть его так было странно. — Она очень молода, и определённо не фейри, притворяющаяся нами. Интересно. Ты очень на неё похожа. Дану выбрала пожертвовать собой ради тебя, — пробормотал он, заставляя напрячь слух, чтобы услышать его. — Я думал, что ты такая же, как остальные: фейри, притворившийся богом, чтобы собирать последователей и кормиться.

— Да, я слышала, что некоторые фейри так поступают, но я не одна из них, — согласилась я.

— Что ты собираешься делать с её жертвой? — поинтересовался он, не обращая внимания на богинь и богов, которые хихикали позади меня.

— Продолжить её начинания. Хочу, чтобы фейри остались в том мире, которому принадлежат — в Царстве. Сделаю все возможное, чтобы сохранить его, чего бы это ни стоило. Понимаю, меньше всего вы хотите, чтобы фейри наводнили мир людей, и намерена гарантировать, что они не останутся в нём.

— Не ты их впустила туда, и это не должно быть твоей проблемой, — ответил он, словно мои планы его озадачили. — Зачем тебе это делать?

— Потому что она моя мать, а они её люди. И потому что я выросла среди людей, которые мне небезразличны. Почему бы не попытаться держать фейри под контролем?

— Потому что это проблема Дану и легко исправляемая проблема. — Раздался глубокий, чувственный голос позади меня. Я повернулась и наткнулась на самые красивые голубые глаза, которые мне доводилось видеть в жизни.

— Легко исправляемая? — спросила я.

— Как думаешь, кто нейтрализовал первую расу, которую она создала? Драконы и другие существа стали угрозой мирам, которые мы, боги, создали.

— Зевс, представься гостье, — посоветовал Атум.

— Зевс, — быстро проговорил он.

— Синтия, — представилась я, кивая. — Я знаю о её первой расе, но не думала, что вы помогли её нейтрализовать. Фейри считают, что Дану натравила их друг на друга. — Он посмотрел на меня так, словно жалел.

— Большинство из них были уничтожены, но не все. Затем она создала новую расу — высших фейри и остальные касты, которых привязала к Царству. Но не привела их к нам и не рассказала, что сделала. Эти древние существа живут с тобой в одном мире, — сказал он и со злой улыбкой посмотрел на меня.

— И ты в этом уверен? — спросила я.

— Думаешь, я лгу?

— Я не стану притворятся, что знаю тебя или знаю, когда ты лжёшь. Знаю лишь то, что мне рассказали другие существа — если Царство погибнет, фейри и остальные сбегут в мир людей. Если это произойдёт, оба мира будут уничтожены. Я выросла в мире людей, и считаю, что Дану хотела, чтобы меня и судьба людей волновала, чтобы я ценила оба мира. Так что я сделаю всё возможное, чтобы остановить разрушение Царства Фейри и найти способ исцелить мир. Сделаю всё, что в моих силах, и верну сбежавших фейри, заставлю их соблюдать законы Орды и попытаюсь удержать оставшихся фейри в Царстве.

— Ты хочешь сохранить жизнь и своей матери? — перебил меня Атум.

Я уставилась на него и подумала, с чего это его так интересует? Это какой-то тест? Я пожевала губу и склонила голову.

— Если бы могла, — призналась я. — Честно говоря, думаю, причина её смерти — полная лажа.

Я услышала спор других богов, что меня нужно наказать или изгнать, но Атум молчал, с любопытством глядя на меня.

— Редко кто встаёт перед королём и раскрывает свои планы, даже зная, что это может быть конец существованию.

— Ага, я не могу фильтровать то, что говорю, и частенько у меня случается словесный понос. Большинство очень быстро это узнаёт, — призналась я, на что он запрокинул голову и рассмеялся. — При всём уважении, Атум, — начала я, надеясь, что стану кучкой пепла. — Судьба и Дану, если вкратце, сказали, что это ты сделал. Что это цена, которую ей пришлось заплатить за вмешательство, и я никак не могу это исправить. Так что, в конце концов, это спорный вопрос. Одно я точно узнала о смерти, с которой сталкивалась очень часто — даже если тело умирает, память остаётся навечно. Ты можешь до конца времён сохранить кого-то живым, пока о нём помнишь. Умершие живут в тебе. Они меняют тебя и становятся твоей частью. Дану моя мать, но и мой защитник. За то короткое время, что я её знала, она изменила меня больше, чем те люди, с которыми я жила каждый день. Так что, со всем уважением, я сохраню Дану в своей памяти… она фейри и живёт внутри всего, что касается Царства. Поэтому она всегда будет частью меня и того, что я буду защищать.

Я утёрла скатившуюся слезу и сглотнула ком в горле.

— Ты её любишь, — проговорил он, и его взгляд смягчился. Атум откинулся в кресле и уставился на меня, заставляя ёрзать от напряжения. — И так похожа на неё, такая же красивая и полная огня. Я не верю, что она приняла решение поспешно. Она видела себя, когда смотрела в твои глаза, как и я.

Я задумалась, а не связывалась ли Дану с Атумом? Могу поклясться в мифологиях, которые я читала в Гильдии, говорилось про его супругу или жену или что-то в этом роде, вот и возник вопрос, спала ли Дану с Атумом? Атум не казался похожим на сварливого Зевса. Того упоминали в большинстве историй про богов. Атум улыбнулся глазами, словно прочитал мои мысли. О, пожалуйста, не дай ему услышать это. Пожалуйста?

— Притворюсь, что не слышу твои мысли, — поддразнил он, и толпа рассмеялась. Вот дерьмо. — Тебя несколько раз предупредили по поводу вмешательства в дела людей, но ты упорствовала. Мне нужно знать, что если ты уйдёшь отсюда, больше не будешь вмешиваться в их дела. Следующая жизнь, которая ты заберёшь, будет оценена тем, кого ты любишь и кем дорожишь.

— Маги пришли в Царство Фейри и забрали у меня кое-кого. Я просто вернула его, и не хотела причинить вреда или неуважения. Но я не буду выглядеть слабой, как и ты. Те, кого я убила, не были людьми, а существами обеих рас, теми, кто намеревается уничтожить фейри, и люди для них просто побочный ущерб.

— Существуют правила, которых ты должна придерживаться. Дай слово, что ты меня понимаешь. Судьба сообщила мне о ваших планах по созданию новой Гильдии в Терре, и хотя я не могу дать разрешение, отказать так же не могу. Мой долг предупредить, если пойдёшь по выбранному пути, каждый шаг и движение будут контролироваться. Ступай осторожно, и убедись, что каждый твой приказ исполняется со свободной волей. Ты не можешь требовать исполнять приказ или влиять на результат. Лишь приказываешь и наблюдаешь, но не участвуешь.

— Принято к сведению, — ответила я. — Я намерена руководить, но не собираюсь никого принуждать или заставлять без их воли. В отличие от Гильдии. Я буду контролировать ситуацию, но буду в тени, как и все остальные.

— Ты пахнешь ею, — небрежно заметил он. — Из всех моих женщин, она была моей любимой. — Ох, святое дерьмо фейри. — Не переживай, моя супруга в этой комнате, и я далеко не «пещерный человек», как ты это называешь. Возвращайся на свою свадьбу, но будь осторожна, потому что больше я не буду предупреждать, как бы ни дорога была мне твоя мать. Иди, — приказал он, щелкая пальцами, и я снова оказался там, где была, уставившись на Адама и Калиин, застывших во времени. Вот чёрт. Что только что произошло?

— Синтия, — тихо позвала меня Судьба, стоящая за мной. В её руках была тонкая цепочка с голубым кристаллом размером с мой мизинец. — Когда будешь готова, проглоти, — тихо продолжила она. — Оно пустит корни, и всё остальное будет происходить так, как должно. Я буду здесь, если понадоблюсь. Твоя мать… — Боль пронзила меня, и огромный порыв ветра сотряс гигантские деревья. Царство Фейри плакало от боли. Я покачнулась, а на глаза навернулись слёзы. — Ушла, она умерла, — тихо всхлипнула Судьба с глубокой печалью в глазах.

Ожерелье загорелось изнутри, и я недолго смотрела на него, прежде чем сорвать цепочку Ристана с шеи и заменить на ту, которую протягивала Судьба. Взяв её, я закрыла глаза и произнесла молитву, чтобы всё получилось.

— Синтия, выходи за него. Он слишком долго тебя ждал. Твоя мать вас благословила. Она создала для него идеальную пару со своей сущностью. Будь благословенна и, если я тебе понадоблюсь, прошепчи моё имя на ветру, — сказала она и исчезла.

— Что это на хрен было? — потребовал Адам, смотря на меня, как на галлюцинацию. — Земля плачет, — проговорил он, чувствуя каждую жизнь внутри Царства Фейри.

— Дану мертва, — ответила я, протягивая ему руку и выпрямляя спину. После чего посмотрела на Калиин, которая не могла понять, что чувствует. — Выпрямись, дочь моя.

— Мама, — печально прошептала она, и я задумалась, понимают ли даже невинные жители Царства всю серьёзность случившегося. — Мама, — повторила она и захныкала, бросаясь ко мне. Я наклонилась и взяла её на руки, пока она цеплялась за материал платья.

— Калиин, всё будет хорошо, неважно, что мы, — прошептала я.

Я кивнула Адаму, который направился к иве, ветви которой закрывали нас. Адам махнул женщине, которая утёрла слёзы и включила музыку. Заиграла «All of Me» John Legend, и я улыбнулась. Песню выбрал Райдер, и это единственное, что он должен был сделать. Ветви ивы шевельнулись, и я уставилась на своего короля, одетого в традиционные доспехи Орды. Всей этой свадьбой я хотела отдать дань уважения его народу, и им разрешили посмотреть её. Я посмотрела на проход, который, как предполагала, был пуст… но это не так.

Там стояла Мадисон, мой отец и вся моя семья кровавых фейри. Рядом стоял Олден, Лукьян и его люди. Эдриан кивнул мне и одними губами произнёс «Вау», на что с конца прохода послышалось рычание.

Я улыбнулась сквозь слёзы и послала ему воздушный поцелуй, хотя мне пришлось наклониться к ладони, так как держала Адам под руку. Затем наклонилась и опустила Калиин. Той вручили корзинку. Я улыбнулась, когда она хитро на меня посмотрела и кинула горсть лепестков в меня, прежде чем встать впереди. Маленький чертёнок. Я перевела взгляд с её кудряшек на золотистые глаза своего мужчины и пропала. Я двинулась вперёд, застав Адама врасплох. Он-то ждал сигнала, а я не могла больше ждать, потому что прямо сейчас собиралась выйти замуж за любимого, и сделать это прежде чем что-то могло произойти.

Отпустив руку Адама, я просеялась к Райдеру, улыбнулась ему и притянула к себе.

— Да, чёрт возьми, — прошептала я.

Разразился смех.

— Вы пропустили пункт с клятвами, — с кривой ухмылкой проговорил Священник.

Я улыбнулась в рот Райдеру и засмеялась, когда он поднял меня, сжал в кулаке мои волосы и нашёл мои губы в сокрушающем душу поцелуе. За нами раздался кашель. Я отстранилась от Райдера и улыбнулась ему. Он смотрел мне в глаза, и я знала, что он почувствовал смерть Дану. Все это почувствовали.

— Мне жаль, Питомец, — прошептал он.

— Всё в порядке, я знаю, как всё исправить, — ответила я и оттолкнула его, чтобы он меня отпустил. — Давай поженимся, фейри, и быстрее, пока ничего не случилось.

— Быстрее, — повторил он и повернулся к Священнику. Десять минут ушли на клятвы и пять, чтобы уйти от толпы зевак. Я переоделась для вечеринки и улыбнулась, когда поняла, что он не переодевается.

— Доспехи? Ты в них собираешься танцевать со мной? — спросила я.

— Мне они понадобятся, чтобы защитить ноги во время танцев, ведьма, — поддразнил он.

— Мы женаты, — задумчиво протянула я и закусила губу. — Твою мать, фейри. Когда я впервые тебя встретила, была уверена, что убью тебя.

— А я был уверен, что трахну тебя, — рассмеялся Райдер. — Я никогда ещё ничего так не хотел за всю жизнь. Я хотел трахать тебя, пока ты не начнёшь умолять остановиться, а потом собирался нагнуть тебя и продолжить, пока в твоей голове не осталось лишь моё имя, которое ты бы кричала в небеса.

— Ох, фейри, ты и эти твои предложения. — Я улыбнулась, — прибереги эту идею на медовый месяц.

— Думаешь, нам стоит в него отправиться? — спросил он, притягивая меня к себе и крепко обнимая.

— Считаю, что нам это необходимо больше, чем когда-либо. Нас всегда кто-то будет пытаться убить, и это нормально. Мы вместе столкнёмся со всем, что против нас. Мы больше не можем жить в страхе. Страх едва нас не уничтожил. Так что, да, мы поедем в чёртов медовый месяц, и там будут пляжи, по которым мы будем гулять нагишом. Я собираюсь опробовать столько поз и ещё у меня на уме несколько порочных идей.

— К чёрту вечеринку. Поехали, Питомец, прямо сейчас.

— Ни за что. — Я расхохоталась. — До отъезда, я хочу увидеть детей. Я так по ним скучаю.

— Ладно, посмотрим на них и валим.

Глава 34

Я думала, что на приёме мы пропустим человеческие традиции, но нет. Нам пришлось разрезать торт, и я смогла немного размазать глазурь по лицу Райдера, прежде чем он мазнул её по моим губам, а затем слизал. Хотя Зарук не привык к публичным выступлениям, которые не относились к бою или подготовке к нему, он постарался произнести тост, прежде чем Ристан перебил его и направил тост в более порочное русло. Адам наколдовал букет, который поймала Даринда, а затем испуганно спросила у Эдриана, что ей с ним делать. Затем был танец отца и невесты. Мне было неловко танцевать с отцом под «My Wish» от Rascal Flatts, но он сказал, что рад смерти Фэлана и что тот больше не может нанести нам вред. Он объяснил, что, хотя после его смерти им было нужно время, присутствие детей помогло пережить и понять причину, по которой Фэлан должен был умереть.

Следующим со мной танцевал Олден, и старик отлично отплясывал для своего возраста. Хотя Олден и уверял, что он не такой старый, каким я его всегда представляла. Я танцевала с братьями и смеялась над их ожиданиями насчёт женщин, с которыми пришли. Даже Лиам пригласил меня на танец. Эдриан тоже танцевал со мной, и Райдер даже не вытащил ему позвоночник через рот, несмотря на постоянные угрозы сделать это.

— Ты сегодня прекрасна, — отметил Эдриан. — Думаю, это никак не связано с нарядом, дело в улыбке и глазах. И я почти ненавижу тебя за то, что ты так счастлива без меня.

— Когда-то я и с тобой была счастлива, но мы были детьми, — тихо ответила я, обняв его за шею и улыбаясь. — Наша любовь была бы недолгой. Мы не любили друг друга, нам просто нравилась сама идея любви.

— Я знаю, что любил тебя, — заспорил он. — И всё ещё люблю, и всегда буду любить. А ты всегда будешь любить его, и это нормально. Я счастлив, потому что ты счастлива. К тому же, у вас получаются очень милые дети. И будут ещё.

— Ты знал, что я была беременна. — Теперь все эти обеспокоенные взгляды Эдриана и Влада обрели смысл. Взгляд его бирюзовых глаз блуждал по округе, прежде чем, наконец, вернуться ко мне.

— Я слышал его сердцебиение, но ты, кажется, не знала об этом. Но было не время говорить об этом, мы были на поле боя, и знал, что ты проигнорируешь всё, что бы я ни сказал. Да, не думаю, что он прожил бы гораздо дольше. Сердцебиение было медленным и слабым. Вероятно, потому, что мать была истощена и понятия не имела, что ей нужен отдых. Ты не виновата, такое просто происходит.

— Они отобрали его у меня за вмешательство в человеческий мир, — ответила я, и он хмурился. — Я не знала, что беременна, но убила Наёмника, и не имело значения, что он на самом деле маг. Я всё твердила: «Яжебогиня» и не понимала, что мне хотели сказать словами: «придётся заплатить, если не перестану вмешиваться в человеческие дела». Теперь я всё усвоила. Я могу только командовать, иначе они потребуют ещё одной жертвы. Понимаю, что мне понадобится помощь, чтобы управлять новой Гильдией, и я должна найти людей, которые будут следовать моим приказам, не чувствуя, что их заставляют или принуждают.

— Говорить о войне на собственной свадьбе? — перебил меня Адам и взял за руку. — Ц-ц-ц, что с тобой делать?

— Любить, — ухмыльнулась я. — Пойдёшь со мной в Гильдию, когда начнём вербовку? — спросила я, и Адам нахмурился.

— Кир отправляет меня в Тёмную башню, так как пора найти пропавшую невесту, — сказал он с болью в глазах. — Мне придётся быть и там и управлять Светлым Королевством, но всё равно буду рядом. Если понадоблюсь, просто скажи отложить обязанности и послужить коронованной Королеве Орды.

Я посмотрела туда, где Кир разговаривал с Райдером, который смотрел на меня, и уже собралась подойти к нему, когда моё внимание привлекло хихиканье. Я обернулась на звук и увидела, что мужчины играют во что-то похожее на чехарду с детьми, а женщины смотрят на них.

— Прошу прощения, но, кажется, мужчины используют моих детей, чтобы заманить в постель женщин, — простонала я и пошла туда под взглядом Синджина.

— Сестрёнка, выглядишь сногсшибательно, — отметил он. — Не самое удачное время, Синтия, выходить замуж, когда наша сестра по крови пропала, да?

Меня шокировали его слова, и я покачала головой. Синджин один из тех, о ком говорят — не знаешь, шутит ли он или говорит серьёзно.

— Ситуация под контролем Сиары, а над нашими головами всегда будет висеть молот опасности, и мы каждый раз должны будем останавливать жизнь? Думаешь, сможем жить, если каждый раз придётся отвлекаться на угрозу, постучавшуюся в нашу дверь?

Он сглотнул, а я почувствовала силу Райдера, когда он встал у меня за спиной. Фейри ничего не сказал, как и остальные, а просто молча поддерживал меня, не беря контроль в свои руки.

— Слышал, ты разорвала горло предводителю слуа? — спросил Синджин спустя мгновение.

— Да. Мне сказали, что для того, чтобы возглавить Орду, нужно стать Ордой. Но речь не об этом, мы вернём Сиару. Хотя она попросила оставить её там. Она хочет что-то сделать, и я дам ей шанс, который она заслужила. Если скоро не вернётся, привезу её обратно. Она попросила довериться, и так поступает семья. Она прикрывает тебя, но доверяет. Сиара не слаба, она принцесса Орды. Уверена, если она в опасности, будет разорвано не одно горло. Дай ей шанс, и она тебя удивит.

— Питомец, пришёл черёд моего танца, — прервал нас Райдер, сплетая мои пальцы со своими и вытаскивая на танцпол под взгляды остальных. Заиграла песня Эда Ширана «Thinking Out Loud». — У тебя есть последняя песня и танец, прежде чем я сорву с тебя платье прямо перед всеми.

— Одна песня? — Я усмехнулась.

— Одна, потому что в момент, когда я увидел тебя на другом конце прохода, больше всего захотел сорвать это платье и медленно скользить в твоём теле.

— Медленно? — тихо спросила я, смотря на его губы. — Это что-то новенькое, — прошептала я, — не думаю, что мы умеем медленно.

— Это вызов? — поддразнил он, согревая меня благоговейным взглядом, пока двигал меня — в прямом смысле, так как мои ноги стояли на его — и легко танцевал.

— Спорю на твою задницу, что так и есть. — Я рассмеялась, а затем мы исчезли. Я упала на кровать, и моё внимание привлёк мягкий звук волн, плещущихся о берег. Я села и оглянулась на залитый лунным светом пляж, на котором стояла гигантская кровать. Не совсем с этого я планировала начать медовый месяц, но мне понравилось. — Мы даже не попрощались, — пошутила я.

— Ты бросила мне вызов, но ведь знаешь, что я все вызовы принимаю всерьёз.

— А я разве бросила тебе вызов? — я ему порочно улыбнулась. — Не припоминаю. — Я хихикнула, и он покачал головой. В его глазах сверкали миллионы звёзд, запертых в янтарных глубинах.

— Медленно и вызов? Я могу заставить тебя умолять, лаская твоё тело… медленно и часами.

— Чёрт, — улыбнулась я. — Боюсь, мне это понравится так же, как и тебе, фейри.

— Сомневаюсь, — прорычал он, наклонившись и завладев моими губами.

Глава 35

Я улыбнулась, чувствуя стеснительность, хоть это и не имело смысла, учитывая, что я миллион раз видела, как он раздевался. Я наблюдала, как он медленно снимал с себя броню. Уверена, он делал это, чтобы покрасоваться, но я его хотела. Его накаченное тело меня погубило, заставляя чувствовать себя так, словно всё происходило впервые. Этот зверь — мифическое существо, которое я любила — погубил меня. Этот мужчина — моя жизнь. Где-то в разгар противостояния Райдеру, я влюбилась в него так сильно, что меня больше не волновало, есть ли дно на глубине моей любви.

— Ты так красива, — прорычал он, а у меня на глаза навернулись слёзы. — В чём дело? — Почувствовав моё беспокойство, он остановился.

— Я люблю тебя, — прошептала я сквозь ком в горле. — Так сильно люблю, что вгрызлась в потную, вонючую шею и убила кучу тварей, чтобы вернуть тебя.

— И это тебя пугает? — догадался он.

— Нет. Я, не задумываясь, сделаю это снова, и даже выпью противную кровь ради тебя. — Я поморщилась, вспоминая об этом.

— Тогда, почему плачешь? — спросил он.

— Потому что люблю тебя, — проговорила я и откинулась на подушки, с грустью смотря на Райдера. — Ты — мой мир. Я хотела тебя убить, а сейчас… теперь же не могу представить жизнь без тебя. — У него запылали глаза. — Я думала, что потеряла тебя и хотела уничтожить всё, чтобы вернуть. Это страшно, потому что если бы пришлось, я это сделала. Не думаю, что смогла бы остановиться, даже если захотела.

— Ты сделала то, что должна была, — нежно, не обвиняя и не наказывая, проговорил он. — Ты яростный борец, и я тоже не могу представить себе мир без тебя. Не знаю, как я жил до тебя. Даже не хочу вспоминать, кем был до тебя. Весь мир казался чёрно-белым, а потом появилась ты и своими голубыми глазами, бросая вызов на каждом шагу, добавила цвета. Ты моя слабость и сила. — Он посмотрел вниз, раздвинул мне ноги и сел между ними. Затем улыбнулся, окидывая взглядом мой свадебный наряд. Тут пришла моя очередь улыбаться, когда Райдер усадил меня и прижался губами к шее, а затем встал и поднял меня. После чего развернул, прижал спиной к своей груди и обнял одной рукой за талию, а второй скользя по изгибу плеча, сдвигая бретельку, чтобы медленно и томно исследовать кожу поцелуями. Я затрепетала, когда жар его рта согрел моё плечо, остывшее под прохладным ветерком. Он коснулся языком моей шеи, доведя до грани безумного ожидания. Платье медленно соскользнуло и сложилось у моих ног. Райдер обошёл меня и отошёл, глядя на крохотные, почти прозрачные трусики и тонкие цепочки с крошечными колокольчиками, которые звенели при движении.

— Подарок Ристана, — пояснила я, вновь борясь с неуместной стеснительностью. Но ничего не могла поделать, из-за Райдера я нервничала. Он смотрел на моё тело, и я начинала нервничать. Опустившись на колени, он сделал то, чего я меньше всего ожидала — поцеловал в живот и озабоченно посмотрел мне в глаза.

— У нас будут и другие, когда будешь готова, мы заведём ещё, — прошептал он и продолжил целовать мой живот. Я запутала руки в его волосах.

— Я понимаю, что потеряла ребёнка, но такое ощущение, что его отняли у нас до того, как мы вообще его обрели, — ответила я, борясь с непролитыми слезами.

— Знаю, но мы его потеряли, — прошептал Райдер, вставая.

— Мы не можем родить ещё ребёнка, пока нас окружают маги, — ответила я, гадая, удастся ли мне ещё раз забеременеть. Я не планировала вообще детей, но у меня теперь есть прекрасные тройняшки, которые растут быстрее, чем я ожидала.

— Значит, мы дождёмся, пока их не ликвидируем, — заявил он.

— Хорошо, — согласилась я.

— Я хотел сказать, что уже на следующей неделе ты должна быть готова к зачатию, учитывая, что моя кровожадная ведьма рвёт глотки всем подряд и отрезает ноги гигантам. Пойдёт? — спросил он весьма по-человечески.

— Засранец. — Я рассмеялась. — Ты никогда об этом не забудешь, да?

— Не-а, женщину, которая разрывает глотки и убивает членов Орды, как букашек нужно держать при себе, — заметил он. — Мне не переставали рассказывать о том, что ты делала в моё отсутствие, я уже испугался, что они назначат тебя королём. — Он игриво рассмеялся. — Когда я встретил тебя, понял, что ты особенная, — признался он.

— Никогда бы не подумал, что ты станешь той, кем стала. Не думаю, что Судьба сыграла огромную роль в том, чтобы мы встретились. Скорее, звёзды начертили наши пути, и мы при любом раскладе должны были найти друг друга.

— Ты сегодня такой милый и сладкоречивый. — Я прыснула со смеха.

— А теперь забирайся на чёртову кровать, я докажу, что это не так, — приказал он и толкнул на матрас.

Застигнутая врасплох, я приземлилась на кровать и улыбнулась, чувствуя, как тонкая ткань трусиков исчезает слабо звеня. Райдер склонился над моим обнажённым телом, сжимая мой подбородок пальцами и впиваясь в губы неторопливым поцелуем. Затем раздвинул мне ноги и языком скользнул мне в рот, клеймя. Я застонала, ощутив прикосновение члена, когда Райдер в обольстительном танце двигал бёдрами, в том же ритме, что двигал языком у меня во рту.

Я чувствовала магию Райдера, окутывающую нас и посылающую тысячи поцелуев по обнажённой коже. Я хотела потребовать, чтобы он вошёл в меня. Немедленно. Не могла больше ждать. Но Райдер продолжал дразнить медленным темпом. Каждый раз, когда я приближалась к кульминации, Райдер оттягивал момент и начинал всё сначала. Он прикусил мою губу и потянул на себя, затем отпустил и отстранился.

— Медленно, Питомец, — предупредил он, и я зарычала. Райдер медленно опустил рот к моей груди, втянул сосок и оцарапал ореол зубами, а затем проделал то же самое со вторым.

— Райдер, ты смерти моей хочешь? — спросила я, на что он усмехнулся мне в живот и продолжил спускаться поцелуями к сердцевине. Но не прижался ртом туда, где мне это так было нужно, а принялся ласкать пальцами и языком внутреннюю сторону моих бёдер. А я была такой влажной от желания.

— Нет, я занимаюсь с тобой любовью, — прошептал он хрипло. Его глаза сверкали неприкрытым голодом, метки пульсировали, а крылья вырвались из спины. Неземная красота, хоть и пугающая. Но я не боялась его ни в каком из обликов. Я любила их всех, потому что принимала его таким, каким был. Этот мужчина мой лучший друг, моя вторая половинка, пусть даже самая плохая.

Он скользнул пальцами по узелку нервов, влажному от страсти, придвинулся ближе, опаляя дыханием плоть. Я, покрытая бисеринками пота, лежала на шёлковых простынях, изнывая от желания. Райдер прижался ртом к моей сердцевине и провёл языком по набухшим складкам, чтобы потом проникнуть в горячее лоно, заставляя стонать и молить о большем. Он проник в меня пальцами и изогнул их, задевая нужную точку. Из моих глаз потекли слёзы, когда я достигла пика и взорвалась на миллион кусочков.

Райдер скользнул вверх по моему телу, поцелуями стёр солёные слёзы, прижался к моим губам и вошёл в меня.

— Я тут понял, что не могу действовать медленно, — пробормотал Райдер, шире раздвигая мне ноги для лучшего проникновения, затем почти вышел из меня и подался вперёд, а я встретила его на полпути. Я вновь кончила, сжимая его член внутренними мышцами. — То есть, ты не возражаешь? — Он перекатился, усаживая меня на себя.

— Совсем нет, фейри, — поддразнила я под действием эйфории, которую мог подарить только он. Я покрутила бёдрами, приспосабливаясь к нему, пока его член вновь не стал твёрдым.

Он меня удивил, подняв и вновь сотрясая маленький остров, на котором мы жили. Свечи мерцали, нежный ласковый ветер не охлаждал мой пыл. Райдер улыбнулся, я оказалась прижатой к кровати с широко разведёнными ногами, а он полностью контролировал ситуацию. Я откинулась на подушки и посмотрела на звезды, пока Райдер входил в меня с решительной потребностью, повергающей в шок.

— Дочери Гекаты, — пробормотал он, — пытались соблазнить меня, доводили до грани освобождения, но я не позволил им ничего большего. Они хотели от меня детей, — признался он, и я подняла голову. Я издавала слишком громкие звуки, но говорить не могла, как и думать ни о чем, кроме ярости, пронзающей меня. Мне следовало их убить, разодрать глотки, но я их отпустила. — Мои дети дали бы им такую необходимую родословную, но мои дети должны рождаться лишь из твоего чрева. Я выдержал их заклинания, выходки, и даже зеркальное отражение тебя. Они притворялись тобой, но я знал, что это не ты, как знал и то, что Наёмник, вошедший в комнату — ты, я каким-то образом почувствовал тебя… твой взгляд в его глазах. Я почувствовал тебя, моя Королева. Каждый раз, когда ты оказываешься рядом, я тебя чувствую, потому что я внутри тебя, а ты внутри меня. Больше я никого не хочу, ни сейчас, ни когда-либо захочу. Только ты моя, и всегда её будешь, — закончил он, кончая. — Ты — моя Королева.

— А ты мой Король, навеки, — прошептала я, достигнув пика, затем опустила голову ему на плечо и прикусила кожу. — Мне следовало укокошить тех ведьм.

— Нет, ты поступила правильно. Нам они нужны. В будущем нам понадобится любая помощь.

— Знаю, поэтому я и отпустила их. Но тогда я не знала того, что знаю сейчас. Я их убью. Ты только мой.

— Нет, потому что они могут вернуть Лариссу из пустоты.

— Что? — спросила я, поднимая голову.

— Я слышал, как они говорили, что могут возвращать души и помещать их в сосуды. Я планировал сбежать и привезти их сюда. Надеялся найти для них сосуд, чтобы вернуть душу Лариссы.

— Надо сказать Адаму, — прошептала я.

— Нет, пока точно не узнаем, что это правда.

— Он любит её, — заметила я.

— Это не измениться, такая любовь не умирает. Вот почему ему сложно двигаться дальше.

— Открытие пустоты опасно, — проговорила я. — Ларисса пожертвовала всем ради помощи нам. Когда мы прощались, она сказала что-то про перерождение. Как мы вообще можем быть уверенны, что вернётся именно Ларисса?

— Потому что ты её знаешь, она твоя лучшая подруга.

— А если она не захочет вернуться? — сказала я, а тысяча вопросов наводнила мою голову.

— Это же Ларисса. Судя по твоим рассказам, она хотела, чтобы и у неё были свои «долго и счастливо». Она была одержима этим; чёрт, если кто-то заслуживает спасения, чтобы быть счастливым, это она.

— Ханна сказала, что Ларисса из её родословной. Если кто и будет рад помочь нам, так это Ханна. Но как насчёт Светлой Наследницы? Адам должен найти её и жениться на ней.

Я печально замолчала. Для Адама будет казнью, если ему придётся жениться на Светлой Наследнице, хотя у него будет малейший шанс вернуть женщину, которую считает своей второй половинкой.

— Если боги смогли соединить нас, после всех препятствий, как мы можем утверждать, что судьба не найдёт способ им оказаться вместе? — Райдер притянул меня к себе и поцеловал в макушку.

— Фейри, как бы я не хотела её вернуть, хоть на краткое мгновение, давай забудем обо всех проблемах. Пусть сейчас будем только ты и я. Никаких войн, никаких попыток убийств. Давай просто поведём себя, как подростки, которые только что познали всю радость секса. Давай, нагни меня и заставь кричать.

— Это я могу, жена. — Он широко улыбнулся на слове «жена».

— Пара… Я твоя половинка. Жена звучит очень одомашнено и дерьмово.

— А братья велели называть тебя женой, чтобы ты знала — ты моя, — засмеялся он. — Они все тебя неправильно поняли.

— Естественно, потому что лишь ты меня знаешь, — признала я и улыбнулась.

— Что же, ведьма, в тебя и обратно.

— В меня и обратно, фейри.

Глава 36

Райдер обнял меня и прижал к себе, пока мы наблюдали за волнами. Кристально-голубая вода ударяла и откатывала назад, а мы стояли в волнах, сопротивляясь приливу. Хаос окружающего океана успокаивал. Лёгкий ветерок взъерошил мне волосы, и я радостно вздохнула, держась за любимого человека. Нам не нужны слова, чтобы рассказать о мыслях друг другу; каким-то образом, даже без потерянной связи мы знали, о чем думали.

Я чувствовала, что Райдер переживал из-за надвигающейся войны, а он чувствовал моё переживание из-за потери Дану, но мы молчали. Какое-то время просто стояли так, а затем я отстранилась и посмотрела в золотистые глаза.

— Нам нужно поговорить, — прошептала я, понимая, что должна рассказать о своих действиях, хотя не могла выдать всего.

— Знаю, — согласился он, и я напряглась, неуверенная в том, что он мне скажет. Он вытащил нас на пляж, одев магией в купальники — меня в крошечное белое бикини, которое мало что оставляло воображению, а на себе чёрные шорты бермуды, над которыми я ухмылялась. Райдер в них — то ещё зрелище, тем более, когда осмотрел меня с головы до ног, пах его шорт напоминал палатку.

— Сначала ты, — проговорила я, гадая, что же он скажет.

— Я не хочу, чтобы ты участвовала в войне с магами, — признался он. Я хотела было заспорить, но он поднял руку. — Знаю, ты будешь там, и ты нам понадобишься. Это не меняет того факта, что я боюсь за тебя. Да, ты можешь сражаться, и я не знаю другой такой воинственной богини, которая так же хорошо сражается, но нужно думать о наших детях.

— Дети, — прошептала я, ошарашенная его словами. — Они могут стать целью наших врагов.

— Да, поэтому, когда начнётся война, один из нас должен остаться с ними в замке, — прошептал он.

— Я богиня и должна быть на поле боя.

— Я это прекрасно понимаю, — рассмеялся он. — А я Король Орды, а мы с тобой знаем, что Король Орды может умереть только от рук наследника Орды. Я обязан быть на поле боя. Но ты или я должны остаться защищать детей, если только не назначим кого-то опекуном, как люди, который бы присматривал за ними в наше отсутствие.

— Отстой, — прокомментировала я, жуя губу.

— А о чём ты хотела поговорить? — спросил он, и я помешкала, гадая, что должна ему сказать и зачем. Я махнула рукой, и ожерелье, которое мне подарила Судьба, материализовалось в ладони. Маленький синий кристалл, казалось, светился.

— Ты нашла кристалл?

Я нервно хохотнула и посмотрела в глаза Райдеру.

— Я нашла лекарство для Царства Фейри.

— Как может простая безделушка стать лекарством? — поддразнил он, а я нахмурилась.

— Не могу рассказать тебе всего, я и сама всего не знаю, как и не подозреваю, сработает ли, но знаю, что Дану считала его действующим лекарством. Хотя, она сказала, что мне придётся кое-что сделать, прежде чем всё получиться, да и Судьба о том же предсказывала. Ханна, ведьма, которую мы нашли под Гильдией, перед уходом прошептала мне верить Дану и Судьбе, так как они знают, что делают. После этого я вошла в Гильдию, чтобы спасти тебя. Она знала, что произойдёт. Скажи, Райдер, пойти ли мне путём исцеления мира, сделать ли прыжок веры, что они все правы, или подождать когда выстроятся звезды, а затем попробовать?

— Я не знаю, что ты попытаешься сделать, — прошептал он, тяжело сглотнув и глядя на меня.

— Я скажу, что могу, но не могу сказать всего.

— Это как-то повлияет на нас? — поинтересовался он.

— Абсолютно, — проговорила я. — Не так плохо, как могло бы, но наши жизни изменятся. А если я не сделаю ничего, Царство продолжит слабеть, пока от мира ничего не останется. А если всё сделаю правильно, Царство Фейри начнёт исцеляться. — Я убрала волосы в сторону и надела ожерелье на шею. — Если это вообще сможет помочь. — Я приподнялась на цыпочки, а Райдер опустился вниз. Я едва громче шёпота рассказала ему часть своих секретов, чувствуя, как он напрягся при словах о моих намерениях. Как только я закончила, отстранилась и отступила, давая ему возможность переварить мои слова.

— Боги, — проговорил он, уставившись на меня. У него задрожали руки, а я улыбнулась.

— Боги этому не помогут, — холодно проговорила я.

— Синтия, — выдохнул он и покачал головой.

— Вил там. Его освободили, когда умерла моя мать. Он уже вернулся к магам и руководит ими. Мне надоело проигрывать. Пора перестать ждать, пока они нас найдут. Больше я не стану ждать, когда они придут к нашим воротам. Пора отправиться на их поиски. Возможно, я не смогу сражаться с ними за пределами Царства, но это не значит, что мы не можем сражаться. Если я не могу воевать с ними за пределами Царства, сидеть, сложа руки, пока ты на поле боя не собираюсь. Я Синтия, дочь Дану, богиня фейри и Королева Орды. Я избранная королева и королева праву рождения. И тем более не их тех девушек, которые сидят и ждут. Пора устроить им войну. Считаю, надо уравнять правила игры и использовать их тактику. Дану сказала искать лазейки в правилах богов, чтобы засранцы не могли вмешаться. Мы их используем. Вернём наш мир и заставим дрожать от страха, заслышав наши имена. Мы — Король и Королева Орды, и я готова к охоте.

— Вот это моя девочка, — гордо произнёс он и притянул меня к себе. — Давай бить в барабаны войны, моя Королева хочет поохотиться.

— Мы отправимся вдвоём и вернём себе своё.

— А это? — спросил он, коснувшись кристалла.

— Дождёмся победы, тогда приступим к этому.

— Ведьма, я тебя люблю.

— А я тебя, фейри. А теперь, давай немного пошумим, — предложила я с улыбкой.

Конец… Пока что…

ПОЛНОЕ ИЛИ ЧАСТИЧНОЕ КОПИРОВАНИЕ БЕЗ УКАЗАНИЯ ГРУППЫ И ПЕРЕВОДЧИКОВ — ЗАПРЕЩЕНЫ!

Книга не несёт в себе никакой материальной выгоды и предоставлена исключительно в ознакомительных целях.　Просьба удалить после прочтения. Спасибо!

Примечания

1

«Балбесы» (англ. The Goonies) — фильм, снятый в 1985 году режиссёром Ричардом Доннером. Сценарий написан Крисом Коламбусом по сюжету Стивена Спилберга. Этот фильм о группе детей из района «Гун Докс» города Астория, штат Орегон. «Балбесы» пытаются спасти «Гун Докс» от разрушения. Для этого они решают найти сокровища легендарного пирата XVII века по имени Одноглазый Вилли.

2

Атум (егип. jtm(w) или tm(w) — завершённый) — бог-демиург в древнеегипетской мифологии, сущность бога солнца Ра, одно из ранних божеств древнеегипетской мифологии.

Content

Амелия Хатчинс
Разгадка судьбы

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Примечания