Сизов Владимир Константинович

Маленький Шкет

Глава 1

Эта история началась в обычном Тамбовском кафе. Ну, может не совсем обычном. Название "Сказка" предполагает ожидание чего-то этакого, исполнения каких-то невозможных заветных желаний. Интересно, а какое у меня тайная, несбыточная мечта? Наверное, опять стать маленьким и беззаботным, как моя внучка. Конечно многое в её возрасте не позволяется, зато любят и балуют больше чем когда-либо.

Я не спеша прогуливался и глазел по сторонам, любуясь вечерним городом. На улице стоял прекрасный, тёплый, летний вечер. На фоне тёмных окон соседних зданий, приглушённый свет и бегающие огоньки кафе выделялись ярким пятном, заманивая, приглашая зайти. Обычно в такое позднее время это заведение закрывается, но бывают видимо исключения для свадьбы, юбилея и прочих праздников. Вдруг что-то словно накатило изнутри, непременно захотелось выпить чего-нибудь прохладного и съесть мороженое. Тотчас обнаружилось, что дверь чуть приоткрыта и ноги как будто сами шагнули в красивый полумрак помещения. И за столиками, и за прилавком никого не оказалось. "Уже закрываются или кого-то ждут", — решил я, однако кашлянул и громко сделал заказ. (вдруг всё же обслужат?)

— КХЭ — КХЭ! Лимонад и мороженое можно?

Никто не отозвался, но сразу уходить не хотелось. Я стоял, облокотившись и любовался. Спешить собственно некуда. Еле слышно играет приятная музыка. Разноцветные огоньки, словно светлячки хаотично перемещаются по всему залу. "Какая интересная иллюминация", — мелькнуло в голове. Наверное, удачно подвесили светодиоды на лесках. Хотя создавалось полное впечатление, будто огоньки не мигают по очереди, как на ёлочной гирлянде, а именно летают и танцуют.

Внезапно на прилавке обнаружился фужер пузырящейся жидкости и вафельный стаканчик с десертом. Удивившись ловкости, с которой продавец всё бесшумно проделал и опять куда-то запропастился, я залпом опрокинул в рот приятный напиток. Лимонад оказалась необычайно сильно газированный, пузырьки так мощно "ударили" в нос, что даже заслезились глаза. Вытираясь платком, я вдруг заметил, как какой-то странный коротышка схватил мой стаканчик с мороженым и побежал, ловко семеня кривоватыми словно у кавалериста ножками.

— Стой, отдай, это моё! — В пол голоса произнес я и бросился следом.

Громко кричать неприлично, тем более, когда вокруг множество нарядных ребятишек в разных карнавальных костюмах с огоньками на шапочках. "Дети могут испугаться", — эта мысль казалась вполне разумной. Как они успели так быстро заполнить помещение, в тот момент в голову просто не пришло. Маленький человечек неожиданно "нырнул" в небольшой тёмный проход, словно сам собой образовавшийся перед ним в стене. Мне пришлось хорошенько нагнуться, чтобы на полусогнутых ногах шагнуть следом. Через пару шагов повернув за поворот, убегающий наконец остановился и обернулся, насмешливо смерив меня взглядом. Показалось, что он неожиданно подрос, потому что смотрит уже не в пупок, а выглядит только на голову ниже. Это удалось разглядеть благодаря тому, что необычный ребёнок поднял над головой медную масляную лампу, сделанную под старину, дающую небольшой круг света среди окружающей темноты.

— Что вам надо? Что вы ко мне привязались? — Спросил он необычным голосом, не детским и не взрослым.

Похожий тембр приходилось слышать у лилипутов в цирке или у тех, кто вдыхал газ из воздушного шара.

— Вообще-то вы забрали моё мороженое. — Ответил я, слегка удивляясь всему происходящему.

Мой голос вдруг тоже зазвучал писклявее обычного.

— Тебе жалко, да?! — Неожиданно с напором сказал незнакомец, словно соседский мальчишка рядом в песочнице отобравший машинку.

Он и выглядел смутно похожим на пацанов из моего детства, только какой-то слишком лохматый, неподстриженный, непричёсанный и что самое удивительное с небольшой бородой. Ещё поразили его уши, когда удалось присмотреться. Необычно большие и заострённые, они торчали, высовываясь сквозь пышную шевелюру. Можно было бы принять их за игрушечные, если бы не шевелились временами, как у кошки.

— Это мой заказ. — Недоумённо пожал я плечами на странный вопрос. — Вы тоже можете себе купить.

— А сколько стоит? — Поинтересовался человечек, ещё больше подрастая и становясь почти с меня.

— Н-не знаю. Мне не назвали цену. Продавца не было на месте. — Пробормотал я.

Растерянность и изумление охватывали всё больше и больше и не от того, что не заплатил, ну забыл, с кем не бывает, а оттого, что вдруг понял: это не он растёт, а моё тело плавно уменьшается, потому что одежда уже висит мешком, шорты пришлось подхватить руками, а голос окончательно превратился в детский писк. Я даже стал на голову ниже своего собеседника.

— Значит не купил, а стащил. Да ты ещё и маленький воришка, Шкет! Какое же тогда ты имеешь право на товар? — Хихикнул коротышка и стал с наглой усмешкой слизывать капли с тающего лакомства.

— Иди и заплати. Мы с мороженым тебя здесь подождём. Когда покажешь чек, тогда и получишь. И штаны подтяни!

Почти автоматически развернувшись, я осторожно сделал шаг в темноту прохода, потом ещё и ещё. Быстро как прежде идти не удавалось. Чтоб не потерять ботинки, которые стали больше на несколько размеров, как и всё остальное, получалось лишь кое-как брести и даже ковылять. Выхода всё не было. Я оглянулся. Светлого пятна и этого лохматого уже тоже не видно.

Тотчас пришло в голову, что надо было попросить фонарь или чтобы он проводил, посветил на дорогу, а пока что лучше вернуться назад. Шаг, другой… пятый. Света как небывало. Может быть ноги не туда повернули в темноте? Походив в разные стороны, пришлось сделать вывод, что окончательно запутался. Кругом полный мрак. Никаких препятствий не ощущается, даже шершавых стен узкого прохода. Куда идти непонятно. Вдруг слегка посветлело. Подул лёгкий ветерок. Внезапно запахло характерными лесными запахами: хвоей, грибами и прелыми листьями. Глаза неожиданно разглядели звёзды над головой, кое-где просвечивающие сквозь кроны деревьев. "Это сон, наверное," — посетила спасительная мысль, не позволившая окончательно сойти с ума.

Когда заблудишься в темноте, лучше не паниковать и никуда не ходить даже во сне. Можно запросто попасть в яму, болото или ещё больше заблудиться. Надёжнее подождать рассвета и лишь тогда принимать решение. Я так и сделал, просто усевшись на землю, где и стоял. Подтянув изо всех сил ремень, наконец удалось закрепить шорты, чтоб хоть как-то держались, не спадали. Потрогав вокруг руками, мне показалось, что рядом и подомной мягкая, густая трава, и можно прилечь. "Может быть это и сон, но мне очень хочется спать", — успело промелькнуть в затуманенном сознании и глаза закрылись сами.

Глава 2

Разбудили меня тявкающие поблизости голоса.

— … сестрица Лили, смотри человечек малюсенький и спит, ТЯВ. Мама говорила если мы, Лиси, набросимся вдвоём, то будем вдвое сильнее, ТЯВ — ТЯВ.

— А-а-а! Вдруг он палкой?! ТЯВ. И вообще мальчишка может быть невкусный, ТЯВ — ТЯВ.

— Ну так давай хотя бы попробуем кусочек. ТЯВ — ТЯВ.

— Хитрюга ты, сестрица Люси, иди сама первая. ТЯВ — ТЯВ.

Судя по тому, что солнышко щекотало реснички, наступило утро. Приоткрыв глаза, я разглядел двух лисичек, которые по всему видно осторожно подбирались ко мне со стороны ног. В этом было что-то странное, но что удивило, успеть понять не было времени. Ну подумаешь разговаривают животные! Хуже то, что одна уже открыла пасть, собираясь кусать меня за пятку, пробовать на вкус, как она сказала.

— Кыш!!! — Крикнул я, подтянув колени к голове и челюсти щёлкнули впустую.

— А вот сейчас вас палкой! — Подскочил я как пружина и в самом деле запустил в рыжих сестричек сухой веткой, подвернувшейся под руку.

— Злой! Жадный и злой, не дал даже попробовать! ТЯВ — ТЯВ! — Обиженно затявкали зверьки, шустро убегая, прячась в заросли кустов.

Нифига себе наглёжь! Это что же получается, они будут кусаться, а остальные терпеть? На ум вдруг пришли рифмованные строки, которые немедленно захотелось высказать нахалкам.

— Эти прохвосты совсем не просты.

— Намеренья лис нечестны, нечисты

— Мелькнули хвосты, затрещали кусты.

— Теперь будет слышно их на полверсты!

В зарослях до того было тихо, но вдруг затрещали ветки, будто вместо лёгких маленьких щенков сквозь них ломился большущий лось.

— ФЮ — ФЮ! Это заклинатель! ФЮ — ФЮ Мальчик заклинатель. — Послышалось над головой сквозь птичий свист.

Оглянувшись я не увидел поблизости ни мальчиков, ни девочек и пожал плечами. Наверное, показалось. Вокруг было тепло и красиво. Мягкая, будто шёлковая зелёная трава, поднимавшаяся почти до плеч, нежно гладила руки. Шелестели листья на деревьях. Кое-где качали головками огромные ромашки, колокольчики, лютики. Стрекотали гигантские кузнечики, пели птицы. На душе было хорошо и спокойно. Никакие вопросы вроде: "Как сюда попал?", "Что делать?", "Куда идти?" — не беспокоили. Я просто подтянул шорты, превратившиеся в широченные штаны, всунул ноги в огромные ботинки, приподнял подол футболки, завязал его в узел, чтоб не наступить и потопал, куда глаза глядят.

Правда идти оказалось непросто. Вскоре стало чудиться, что окружающая природа решила поиздеваться, подшутить над моим внешним видом и неуклюжестью. Ветками словно руками деревья постоянно зацепляли как будто хватали громадного размера одежду. Как я не старался, временами она попадала под ноги и приходилось останавливаться распутывать, выдёргивать. Несмотря на затянутый до предела ремень, постоянно спадали шорты. Но главные неприятности доставляли конечно ботинки, которые на маленьких ступнях смотрелись вроде укороченных лыж. Их вообще невозможно было как-то закрепить, подогнать по размеру. Впрочем, через несколько минут удалось привыкнуть, приспособиться и относиться ко всему спокойно, словно так и должно быть. Когда животик попросил еды, внутри меня словно кто-то посоветовал, заставил произнести определённые слова:

— Забирайся в кущи, ищи где погуще, там найдёшь покушать сладкие груши.

Пробормотав незнакомые фразы, я направился туда где, на первый взгляд, теснее стояли стволы и плотнее переплетались ветки. Там и правда обнаружилось дерево с сочными созревшими плодами. Взрослые, наверное, сказали бы, что сначала перед едой положено вымыть руки и продукты питания, но никого рядом не было, чтоб научить уму-разуму. В результате ребёнок беспрепятственно отправил в рот самые отборные, спелые фрукты, поднимая их прямо с земли и даже не вытирая.

Наевшись я побрёл дальше и встретил зайчат, которые встав в кружок хором декламировали считалочку:

— Заяц белый или серый будет заяц самый смелый…

Помахав рукой, я прокричал: "Привет!" и понял, что храбрецов среди них пока нет. Трусишки тотчас испугались, притаились, прижали ушки. Правда потом видимо разглядев малыша, замахали в ответ лапками, приглашая попрыгать с ними вместе, поиграть в чехарду. Попробовав, вскоре пришлось признать, что это невозможно. Огромная обувь не желала сигать вместе со всеми, а разлеталась в стороны, норовя получше замаскироваться. После первого же скачка чехарда превратилась в прятки, причём ботинки не выглядывали, не кричали: "Ку-ку, ищи нас", — лежали себе в канавке, зарывшись в прошлогоднюю листву и молчали. Не обрадовались они даже, когда глазастая белочка помогла их найти, разглядев сверху.

— Спасибо, Пушистый хвостик! — Поблагодарил я и побрёл дальше, загребая пыль словно лыжами снег.

Неожиданно сверху на голову что-то посыпалось. Оказалось, что вторая хвостатая подружка, хихикая как озорная девчонка, кидает мне кедровые орешки. Поблагодарив ещё раз, я собрал подарок в карманы и стал щёлкать. Через некоторое время под ноги попалась еле заметная тропинка, которая привела к корням большого, старого дуба. Там была чья-то нора или берлога. Над большим круглым входом висела вывеска с надписью: "Секунд Хонд". Что-то знакомое было в этих словах и захотелось зайти. Дверь оказалась заперта, не открывалась, но над ней висел колокольчик, а шнурок так и просил, чтоб за него дёрнули, причём просил не абстрактно, а вполне конкретно.

— Дёрни за верёвочку, дитя моё. — Уговаривал он еле слышно.

Когда удалось дотянуться и звякнуть, вместе со звоном послышался стон: "Ну зачем же так хватать?! Я же не резиновый".

— Извините, больше не буду. — Пробормотал я, а шнурок уже снова упрашивал: "Дёрни за верёвочку, дитя моё".

Пришлось задуматься. Как же поступить? Вдруг потяну, а ему будет снова больно? Разрешив сомнения, деревянная дверь вскоре открылась и на поляну выглянула красивая, нарядная девочка с весёлыми глазками и пышными фиолетовыми кудряшками. Её блестящее платице переливалось фиолетовыми блёстками в тон волосам. Повертев по сторонам головкой, юная мадмуазель наконец обратила на меня внимание, поняв, что больше звонить просто некому.

— Малыш, ты ко мне? Что ты хочешь?

Как тут ответить? Чего мне здесь надо? На ум ничего путного не приходило.

— Просто шёл мимо и увидел знакомую надпись. — В конце концов шёпотом вырвалось изо рта сквозь смущённое пыхтение.

Маленькая прелестница, хотя и была выше на голову, мне сразу понравилась, и я застеснялся.

— Как тебя звать? — Улыбнувшись спросила незнакомка.

— Не знаю… не помню. — Неожиданно пришло понимание вместе со словами.

— Его зовут маленький воришка Шкет. Юлки так сказал. — Прострекотала сорока с соседнего дерева.

— Ещё Лиси кричали, что он жадный и злой.

— Ну, этим прохвостам верить не стоит. Придумай сам как тебе называться. — Предложила симпатичная умница, щёлкнула пальчиками, и её одежда превратилась в розовую, словно сшитую из лепестков шиповника.

Как интересно, оказывается можно сочинить себе имя…, но закончить эту мысль мне не дали.

— Фея назвала лепрекона прохвостом! Фея назвала лепрекона прохвостом!

Сорока сорвалась с ветки и полетела куда-то вглубь леса постоянно повторяя последнюю фразу.

— Вот сплетница, а я ведь лис так отругала. — Всплеснула ручками барышня и стала жёлтенькой как одуванчик. — Теперь жди неприятностей от лепрекона. Эти создания необычайно мстительны в мелочах. На серьёзное-то противостояние у них "кишка тонка". Ладно, заходи, поговорим с тобой лучше дома.

Своей маленькой нежной ручкой она взяла мою ладошку и как старшая сестрёнка потащила за собой в нору. Я только успевал переставлять ноги в гигантских ботинках, которые так и норовили соскочить и потеряться в полумраке прохода.

— Что ты упираешься, еле плетёшься?! — Звенел её голосок по пути.

Сама юная фея то бежала, пританцовывая, то скакала на одной ножке будто играла в классики. Наконец вытолкав в освещённое старинными лампами круглое помещение, хозяюшка внимательно осмотрела меня с ног до головы и захихикала, перекрасившись в голубой цвет, став похожей на колокольчик.

— Да, в таком снаряжении не побегаешь! Тебе надо срочно переодеться. У меня как раз есть кое-что. Мы можем с тобой поменяться.

Я кивнул, но сразу сложилось впечатление, что согласия гостя и не требуется, оно подразумевается, само собой. Если бы мне пришло в голову отказаться, новая знакомая наверняка сильно удивилась бы и стала настаивать, уговаривать, словно приглашая играть в игру, которую сама придумала и хочет непременно испробовать.

Потянув шторку, оранжевая затейница воскликнула: "Вуаля!" — и перед взором распахнулась большая ниша. В глубине развешенная в шифоньерках, разложенная в шкафчиках на полочках, на столиках и на стульчиках располагалась разнообразная одежда, обувь и всякие знакомые и незнакомые предметы. Всё это было неновым, потёртым и даже слегка запылившемся. Проказница дунула в самый пыльный угол, звонко чихнула, рассмеялась и стала ловко меня раздевать. Стащив футболку, успевшую давно развязаться и волочившуюся по полу, сразу же закинув её в бельевую корзину, она напялила мне сначала пышное белое платице.

— Вылитая Снегурочка! — Захихикала озорница, отпрыгнув на шажок.

"Да она просто балуется!" — Промелькнуло в голове, но деваться было некуда. Придётся потерпеть. В моей предыдущей одежде действительно существовать очень неудобно.

После первого пришлось перемерить ещё несколько сарафанчиков, юбочек и остальных женских убранств. Меня сравнивали то с Дюймовочкой, то с Белоснежкой, то с другими девчонками, пока я наконец не за противился. Тогда появилось что-то яркое и пышное, словно клоунское. Было почти невозможно разобрать мужское это или женское. Подняв мои руки, заставив присесть, побегать, волшебница щёлкнула пальчиками и наряд испарился, оказавшись в шкафу на своём месте.

— Нет, он не хочет. — Пробормотала красотка и принесла другой уже точно для мальчиков, а потом ещё и ещё.

Мне досталась в этом спектакле роль манекена, а точнее куклы. Ведь чародейка щелчком могла творить что угодно, сделать всё быстро, но пользовалась магией очень редко. Девочкам же доставляет удовольствие лично наряжать игрушки, особенно живых кошечек и собачек. Настоящий мальчик согласившийся на такое представление это вообще здоровско! В конце концов перемерив ещё несколько одежд, было решено остановиться на коричневой кожаной курточке с коротким рукавчиком, одетой прямо на голое тело. Впрочем, кожа оказалась хорошей выделки, мягкой, не колола и не тёрла.

За штаны пришлось бороться. Мне нипочём не хотелось разоблачаться перед девочкой.

— Отвернитесь пожалуйста я сам. — Пролепетал я, краснея, не позволяя расстегнуть ремень.

— Поду-умаешь! — Наконец хмыкнула юная непоседа и задрав конопатый носик повернулась спиной.

Передо мной тут же появились короткие, синие штанишки с двумя помочами крест на крест. Кажется, когда-то раньше у меня были похожие. Они пришлись сразу впору. Глазомер у хозяюшки оказался точным. Когда стало ясно, что дружок решил сопротивляться, сразу подобрала то, что надо.

Закинув мои прежние шорты к футболке, мы занялись обувью. Усадив на скамеечку, на ноги выдумщица обула мне сперва чёрные мушкетёрские сапоги с блестящими голенищами выше колен, с большими брякающими на каждом шагу шпорами и звонкими подковами на каблуках. Повертевшись вокруг, феечка заставила пройтись и подпрыгнуть.

— А теперь спляшем! — Крикнула егоза, весело сверкнув глазками.

Со всех сторон мгновенно заиграла весёлая музыка. Схватившись за руки, мы запрыгали, напевая: "Тра-та-та, тра-та-та…", — впрочем, я довольно быстро запыхался. Обувь оказалась слишком тяжёлой. Похмыкав, разглядывая как её кавалер тяжело дышит, вытирает пот, сама юная дамочка в это время подскакивала от избытка энергии, видимо не наплясавшись. Вскоре она принесла примерить другие сапожки пониже колен, жёлтого цвета, на высоком каблучке, со шнурками и бантиками.

— Это же девчачьи! — Немедленно вырвалось у меня.

— Зато красивые! — Парировала милашка, но глядя на моё обиженное лицо, вскоре их заменила на коричневые туфельки с загнутыми носами.

Почесав затылок, пришлось на такие согласиться. Вроде бы они должны подходить и мальчикам тоже. Неугомонная непоседа опять сама обула мне каждую ногу, заботливо проверяя не жмёт ли, не станет ли натирать? "Она нянчится так, словно играет с любимой куклой. Как бы не заставила есть печенье из глины и конфеты из камней?" — Опять пронеслось в голове. К счастью ничего подобного не случилось. Когда мы проголодались, угощались вполне нормальным супом и манной кашей.

В обед отдыхая от переодевания, я вдруг заметил, что девочка сильно повзрослела. Когда мы примеряли одежду и обувь, к внешнему виду хозяюшки присматриваться было некогда, не до того. Она постоянно скакала туда-сюда, словно мимоходом щелчком пальца изменяя свой внешний вид: наряды, причёску, расцветку платьев, волос, даже зрачков. В глазах от этого разноцветного мелькания в конце концов зарябило. Однако в расположившейся неподвижно на кресле прелестнице, произошедшая трансформация просто поразила! Правда ростом красавица стала лишь немного повыше, зато фигура изменилась разительно. За столом напротив меня сидела не ребёнок семи-восьми лет, какой она показалась при встрече, а взрослая девушка. У неё и характер стал другой, более спокойный. Барышня уже не шумела, не прыгала, как раньше, относилась ко мне не словно подружка или сестрёнка, а снисходительно и немного свысока, будто взрослый к маленькому. Это открытие опять заставило изумиться, впрочем, разум стал привыкать удивляться. Может быть оно и должно так быть? Как надлежит быть правильно я не имел никакого понятия. Память подсказывала, что очень многое встречалось раньше, но в то же самое время кое-что представлялось странным, словно в первый раз вижу и слышу. Впрочем, когда присматривался и прислушивался некоторое время, начинало казаться, как будто забыл, а теперь вспоминаю.

Набив животы, мы одновременно посмотрели на пол. После всех переодеваний, там оставались валяться мои прежние носки, трусы и ремень.

— Тебе за это надо что-то дать. — Задумчиво сказала фея, по очереди поднимая и с любопытством рассматривая мои вещи, словно не зная, как ими пользоваться, для чего они служат.

— Ну вот это похоже на оригинальный платок или бандану. — Брезгливо двумя пальчиками повертела она перед лицом семейные трусы.

Я ухмыльнулся, но промолчал. Обсуждать деликатные вещи мужского туалета не хотелось, пусть считает хоть шапкой. Тут же мне пришлось по очереди примерить десяток головных уборов самых разных фасонов от широкополых шляп с большими страусовыми перьями, до высоких строгих цилиндров. Остановились в конце концов на самом невзрачном тёмно-зелёным колпачке, как у Буратино.

— Он больше всего подходит к костюму. — Сделала вывод хозяйка.

Кажется, мадмуазель знала это заранее, но со скуки или ещё отчего-то ей всё также хотелось повозиться примерить словно на куклу разные вещи. Вытянув в длину мой ремень с бронзовой бляхой, женщина, уже зрелая дама с первыми морщинками посчитала его похожим на оружие. Тут уж она принялась сосредоточенно колдовать и наконец выдала взамен серебристый, блестящий клинок, которым я сразу залюбовался. Когда-то у меня был пластмассовый игрушечный меч. Этот был такой-же лёгкий, но из какого-то металла вроде алюминия. Потом некоторое время волшебница отдыхала, с улыбкой наблюдая как подопечный восторженно трогает остриё, гладит, любуясь искрами от лезвия, отполированного до зеркального блеска, делает пробные, неуклюжие взмахи и выпады. Конечно мне приходилось играть когда-то пластмассовыми или деревянными палками, имитирующими мечи, сабли, шпаги, но этим всё и ограничилось. Ближе с холодным оружием я не был знаком, но как каждый мальчишка мечтал подержать в руках, сражаться настоящим клинком. Вот наконец кажется желание чудесным образом сбывается.

Вместо носок моложавая старушка, пытающаяся всё ещё быть бодрой не знала, что предложить. Мы долго перебирали всякие предметы и наконец по обоюдному согласию решили, пусть это будут ножны на красивом шнурке через плечо для этого чудесного меча. Не носить же его в самом деле подмышкой?

— А теперь детям пора бай-бай! — Непреклонным голосом проворчала румяная бабушка. — Да и взрослым не грех подремать рядышком. Что-то меня рано притомило сегодня. Может к полднику оклемаюсь?

— Ну ладно, можешь в этот раз прилечь не переодеваясь, испачкаться ещё не успел, а пижаму подберём после, и игрушку так и быть положи рядом. — Кивнула она на меч, который я прижал к себе с мольбой в глазах. (расставаться с такой ценностью не хотелось ни на мгновенье!)

Взяв меня на ручки, фея покачала, спела что-то колыбельное и поцеловала в лоб. Тотчас словно опустилось что-то на глаза, надавило невесомо, но неодолимо и заставило закрыться ресницы.

Глава 3

Разбудили ото сна тяжёлые, шаркающих шаги и невнятное бормотание. Себя я обнаружил в красивой кроватке под балдахином. Почти сразу отодвинулась занавесочка и взор встретился с сумасшедшим взглядом древней старухи, одетой во всё чёрное. Спутанные седые волосы клочками свисали с полуоблысевшего черепа, обтянутого сухой, морщинистой кожей.

— Кто ты и что здесь делаешь?!

Голос из уст этой с виду умирающей полу мумии зазвучал словно гром. По скрюченным костлявым пальцам забегали голубые молнии. А что ей можно было ответить? Увлёкшись подбором одежды и экипировки, расслабившись, чувствуя доброе, заботливое к себе отношение, я забыл придумать новое имя, а предыдущее так и не вспомнил. Хотя было-ли оно? Что происходило до сегодняшнего утра мне совершенно не было известно.

Испугавшись страшной ведьмы, соскочив с кроватки на пол, я тут же за неё пригнулся и вовремя. Прямо над головой в стену ударили молнии. Во все стороны посыпался мелкий щебень, больно ударив по спине, голым рукам и ногам. Подстёгнутый разлетающимися камешками, словно плёткой, я помчался вдоль стен помещения к выходу, который оказался как раз за спиной разбушевавшейся старухи. Приходилось "нырять" под столики, укрываться за шкафчики и стульчики, переползать втихарца по-пластунски, чтоб прятаться и уворачиваться от обстрела при перебежках от одного убежища к другому. Видимо фея стала слепа и глуха, так как длительное время в цель попадали только обломки, мусор и щепки, осколками разлетающиеся от разрушающегося помещения.

— Врёшь-не уйдёшь! — Рычала при этом ужасная бабка.

В коридорчике перед круглым выходом прятаться стало негде, укрываться не за что, можно было лишь рвануть на полной скорости. У меня почти получилось, но не дав захлопнуть за собой дверь за порогом всё же настиг электрический разряд. От боли на мгновенье потемнело в глазах, и тело рухнуло, содрогаясь в конвульсиях. Я не умер на месте только потому, что основной удар молнии попал в меч и как по молниеотводу стёк по нему в землю. Однако и того, что досталось хватило, чтоб онемела почти вся левая сторона организма. Сзади послышались тяжёлые шаги, кряхтенье и пыхтенье. Поняв, что злобная фурия скоро будет здесь и зажарит окончательно, пришлось кое-как подняться и превозмогая боль на правой ноге поскакать в кусты.

— Сюда! — Замахали лапками зайчики, выглядывая из-под коряги.

Из последних сил я с трудом доковылял, свалился к ним в небольшую канавку и заполз под ветки.

— У феи очередной приступ маразма! — Хихикнула белочка, осторожно выглядывая из дупла соседней берёзы.

На неё со всех сторон зашикали звери и птицы. Вскоре над поляной, а может даже над всем лесом повисла гробовая тишина. Не выводили трели беззаботные пташки, не стрекотали кузнечики, не квакали лягушки. Даже ветер казалось стих и не раскачивал больше макушки сосен и елей, не шелестел листвой. Наконец из темноты круглого прохода показалась колдунья. Согнутая "в три погибели", еле переставляющая ноги, выглядела она скорее несчастной, чем жуткой. Осмотрев окрестности мутным взглядом и видимо никого не разглядев, старуха подняла вверх скрюченные пальцы. Голубое небо над её головой тут же заволокли чёрные тучи, завыл ураганный ветер, загрохотал гром. Во все стороны полетели молнии, застучал град размером с булыжник. Несколько штук ударились над головой в корягу и прямо перед моим носом, наполовину погрузившись в почву. Неподалёку затрещали падающие деревья. Испуганные зайчата дрожа полезли друг под друга и под меня.

Впрочем, буря бушевала недолго. Фея задёргалась в припадке астматического кашля и поплелась в свою нору. Щёлкнули замки запирая дверь и сразу всё успокоилось. Заголубело небо, солнышко разогнало тучи. Среди обломанных ветвей и примятой травы мирно таяли куски льда. Из-под каждой коряги, из-за каждого толстого ствола стали вылезать звери, птицы, насекомые и даже смутно знакомый человечек, ростом с ребёнка. Впрочем, небольшая борода показывала, что он вполне взрослый. "По-видимому, лилипут из цирка", — промелькнуло в голове. Он единственный из всех выглядел довольным.

— У вас здесь заповедник что-ли или собрались на представление? — Спросил я зайчат. — Столько много разнообразных созданий вместе мне больше нигде не встречалось.

— Нет что-ты, — замахали они лапками. — Просто каждый вечер одно и тоже. Мы привыкли, и кто поблизости, собираемся сюда прятаться от гнева. Свою поляну фея старается сильно не разрушать. Молнии и град ведь и её зацепить могут.

В это время все существа расходились, разлетались, расползались. Пространство вокруг постепенно опустело. Остались видимо постоянно живущие здесь трое зайчат. По веткам бегала пара белочек, заполняя припасами своё дупло. Несколько пичужек запели с разных сторон. Лесная жизнь входила в своё обычное русло.

— А почему фея каждый день такое творит? С утра же она была такая милая и красивая? — Начал приставать я с расспросами.

Для меня в этой истории так ничего и не прояснилось.

— Он же новенький и ничего не знает. — Проворковала над головой горлица.

— Повелительница нашего леса из однодневок. — Стали наперебой объяснять зайчики. — Каждую ночь она перерождается и утро встречает молодая, добрая и радостная. Вот увидишь, с рассветом выскочит, запрыгает молодой козочкой, пролетит весёлой птичкой и наведёт порядок, приберёт всю округу. В течении дня госпожа стареет, у неё ухудшается здоровье, а с ним и характер. К вечеру она обязательно ухитряется на кого-то прогневаться и устраивает бурю. Иногда даже бывают пострадавшие.

— Ничего себе иногда! Вон сколько деревьев повалила, наверняка кого-то придавила! — Воскликнула белочка. — Надо обязательно сбегать, проверить ближайших родственников.

— Да, сегодня волшебница особенно сильно бушевала. — Согласились зайчики. — Нам бы тоже надо проведать родителей, но мы боимся. Эти противные Лиси караулят за каждым кустом. Здесь-то рядом с чародейкой негодники не осмеливаются безобразничать. Правительница как-то подпалила их нахальные хвосты, когда они стащили у неё сыр. А ты, мальчик, случайно ничего не прихватил?

Со всех сторон на меня уставились множество любопытных глаз. Выглянули из-под листиков кузнечики и лягушки, слетелись с соседних деревьев разные птицы. Среди них в первых рядах оказалась знакомая любопытная сорока.

— Это же маленький воришка Шкет! Он наверняка что-то стащил!! — Затрещала она с упоением.

— Неправда! Я ничего не брал без спроса! Мы с ней поменялись! Видите, у меня же нет старых вещей. — Стал оправдываться я, но сорока, видимо привыкла слушать только то, что ей нравиться.

— Маленький воришка Шкет обворовал хозяйку леса!! — Затрещала она и полетела, повторяя одно и тоже, как и прошлый раз.

— Перестань врать!!! — Закричал я вслед, но было бесполезно.

— Не расстраивайся, сорокам не все верят. — Пожалела белочка. — Мы-то знаем, что ты невиноват. Правда будь теперь осторожен. Кто не знает тебя лично, может поверить и глупым сплетням.

— А зачем мне кто-то другой? — Пожал я плечами. — Можно остаться и здесь, если не прогоните. Утром поговорю с феей, а вечером буду с вами прятаться.

— О чём ты с ней хочешь побеседовать? — Из дупла тут же выскочила вторая белочка и хихикая, косясь на меня зашептала что-то подружке.

— Наша госпожа тебе понравилась, да? Понравилась?! — Запрыгали вокруг зайчики.

— Она была хорошая и красивая, а что тут такого? — Пробормотал я и почему-то покраснел.

— А ваши лисы между прочим простой палки боятся! — Тут же добавил я, чтоб переменить тему. — Мне им только раз махнуть, и они сразу разбегутся!

— Проводи нас! Маленький воришка Шкетик, проводи нас! — Тут-же запрыгали косоглазые.

— Не называйте меня воришкой. — Нахмурился я.

— Хорошо, мы будем величать тебя маленький храбрец Шкет. — Пропищал самый младшенький из них.

— Ну-у-у, тогда можно и прогуляться с вами. — Решил я, погладив меч, висевший слева у пояса.

Глядя на клинок, прикасаясь к нему, в душе укреплялась уверенность в собственных силах. Хотелось чувствовать себя большим и сильным. Что там такому герою какие-то Лиси? Пусть они ростом по пояс, а встав на задние лапы могут оказаться выше, но у них же нет меча! Казалось, стоит вынуть из ножен это серебристое чудо и взмахнуть, как все враги сразу в испуге разбегутся.

— А кстати, как вас зовут, попрыгунчики? (надо быть вежливым, а то что это всё время зайцы да зайцы)

— Старший Зайка-Зазнайка, сестрёнка Бойкая Зойка, а я Заинька-Паинька. — Представил друзей младшенький и протянул лапку для знакомства.

Весёлой стайкой мы направились вглубь леса. Вокруг меня резвились новые друзья. Над головами постоянно хихикая о чём-то своём, прыгали с ветки на ветку хвостатые подружки. Новые туфельки с ног не слетали, и можно было смело бегать со всеми наперегонки. Однако вскоре запыхавшись, поняв, что за зайцами всё-равно не угнаться, пришлось перейти на шаг. Вспомнив про лис, я выбрал из множества валяющихся после урагана веток подходящую по размеру и весу. С обломанными сучками, дубинка превратилась в посох.

— Меч хорошее оружие, но палку не заменит. Ей, если понадобиться, то на болоте впереди себя можно дорогу проверять или в густой траве тоже тыкать, чтоб в нору не провалиться или на змею не наступить. Да даже крапиву сбивать, чтоб не обжечься не мечом же?! На посох обопрусь, когда устану, не слишком тяжёлое препятствие отодвину с дороги, как рычагом. И как всё это нагромождение мусора фея завтра убрать сможет? — Рассуждал я сам с собой, пробираясь сквозь кусты и завалы, во множестве преградившие путь.

— Она же волшебница, глупый, как повалила, так и уберёт. Раз и всё!

Я завертел головой. Зайцы где-то там, они через завал ловко перепрыгнули, белочки вообще в другую сторону свернули, кто же разговаривает?

— Не туда смотришь! — Раздалось снова. — Вынь меня из этого душного чехла. Пора вздохнуть свежего воздуха и посмотреть на мир!

Батюшки, слова раздались от моей левой ноги. Это же меч говорит, вон даже засветился.

— Да я это, я! Вынимай скорее, мочи нет терпеть!

С благоговением и восторгом рука медленно потянула из ножен серебристый клинок. Оказавшись над моей головой, он заблестел, засиял, будто перо жар птицы. Неожиданно прямо на лезвии проявились, словно нарисовались глаза, которые тут же открылись. Такой же проявившейся рот торжественно загрохотал.

— Тебе повезло, парнище! Разреши представиться, я Меч Сто Голов с плеч! Ну что молчишь, как не родной?! Ты что не рад?!

— И-извините, вы волшебный меч? — Кое-как от волнения выговорил я.

— Ты, наверное, перегрелся от восхищения. Я же только что это сказал. Разумеется, волшебный меч. Неужели не видно?

— А-а вы и правда сто вражеских голов уже отрубили?

— Ну-у, точно никто не считал, но конечно не меньше! Ох, как хочется снова почувствовать упоение битвы! У тебя, хлопчик, надеюсь много недругов? Не волнуйся, с моей помощью мы с ними живо расправимся!

— Э-э-э, у меня пока что кажется нет никаких неприятелей. — Осторожно сказал я.

— Ну это не страшно, малыш, супостаты всегда найдутся! Главное запомни, если тебе станет туго или хотя бы страшно, ты только позови: "Помогай Меч Сто Голов с плеч!!!" — и твои противники пожалеют, что оказались рядом. А теперь можешь убрать меня на место. Строгать деревяшки и рубить крапиву настоящим боевым оружием надеюсь ты не станешь. Мой крепчайший титановый сплав и для таких мелочей не предназначен.

— Конечно, конечно, как можно! Даже с лисиц будет довольно костыля. Ну теперь мне точно некого боятся. Клянусь, что буду обнажать тебя, необыкновенный клинок только против настоящих врагов. — Пробормотал я, осторожно пряча это чудо в ножны.

— Это вряд ли придётся. Пользуйся и дальше палками, деточка. — Донеслось из-за спины.

Вздрогнув, я обернулся. Рядом стоял всё тот-же бородатый лилипут, ухмыляясь неприятной улыбкой. Бывают же такие создания. Увидишь и сразу понимаешь, что от него можно ждать неприятностей.

— Отдай мне оружие! — Грозно потребовал он.

— С какой стати? — Возмутился я. — Этот клинок мой. Мы по-честному поменялись с феей. Она сама предложила.

— Ты всё такой-же жадина, Шкет. — Ухмыльнулся коротышка. — Сам подумай, таким соплякам, как ты нельзя доверять острые предметы, пальчик порежешь! Ну ладно, не хочешь по-хорошему, будет, как всегда. Он кинулся, попытался выхватить меч вместе с ножнами, но я сделал шаг назад и врезал нахалу кулаком прямо в нос.

— ОЙ-ЁЙ- ЁЙ!! — Запрыгал карлик, зажимая лицо. — Раз ты так дерёшься, я тебе отомщу! Всё-равно не будет у тебя меча!

Вскоре он остановился и щёлкнул пальцами. Из них выскочила маленькая синяя искорка и вонзилась в рукоять клинка. Я схватился за меч, боясь, что он исчезнет, но ничего не произошло. Наверное, колдовство не сработало. Когда я поднял глаза, вредного лилипута уже рядом не было. Бородатый волшебник исчез также беззвучно, как и появился.

Неожиданно прямо над ухом застрекотала сорока.

— Пока ты тут прохлаждаешься, Лиси схватили твоих друзей. Теперь у них будет праздничный ужин из зайчатины. Но тебе, наверное, не жалко. Ты их предал. Маленький воришка Шкет бросил своих товарищей! Он оставил их в лапах кровожадных хищников! — Полетела она, разнося по округе очередные гадости.

— Врунья и сплетница! — В сердцах плюнул я ей в след и "со всех ног" бросился напролом сквозь колючие ежевичные кусты и крапиву.

Пусть сорока почти всегда врёт, но хотелось убедиться, что с приятелями всё в порядке. Бежать было нелегко. Несколько раз случалось падать и катиться кувырком, спотыкаясь об валявшиеся кругом ветки и торчащие как специально на моём пути толстые корни. Но я тут же вскакивал и не обращая внимание на боль и кровоточащие царапины, снова упрямо лез напролом. Искать хорошую дорогу просто не было времени. Товарищи в опасности! Наконец вывалившись из очередных зарослей и вскочив, я увидел двух знакомых лисичек, вертящихся вокруг деревянной клетки. Внутри дрожа и оглядываясь, жались друг к другу мои знакомые зайчики.

— Та-ак! Это что здесь твориться?! Вы что-ли давно палки не получали?! Ну-ка "убирайтесь отсюда!!"

Мой грозный писк и нахмуренные брови почему-то никого не напугали. Лисы зарычали, обнажив довольно крупные клыки и загородили собой клетку с пленниками. Загривки у них встали дыбом.

— Ну ты, маленький воришка Шкет, мы такие же разбойники и это наша законная добыча! ТЯВ!

— Ах добыча! Ах вы не понимаете по-хорошему!!

Размахнувшись посохом, я неожиданно услышал сзади "БАМС!!!" Звук был такой, словно удар пришёлся по пустотелой деревянной колоде. Оглянувшись удалось увидеть, как испуганно скрывается в зарослях ещё одна лисица, видимо решившая напасть сзади, но нечаянно получившая тумака по макушке. Вскоре оттуда донёсся её вой: "У-У-У!!! Как больно!"

— А-А-А!!!! — Закричал я во всю глотку и вращая над головой своей клюкой кинулся в атаку на оставшихся негодяев.

Такого напора противники не выдержали и не захотели повторить участь подруги, причитающей в кустах. Практически из-под моей палки они прыснули в разные стороны.

— Не попадайтесь больше на моём пути! — Понёсся им вслед мой хохот.

Присмотревшись к клетке, вскоре удалось разглядеть замаскированную листьями и травой верёвку, тянущуюся от неё на дерево. Неподалёку нашёлся и ворот.

— Всё ясно, обыкновенная ловушка. Догнать не могут, так пошли на хитрость. Небось подманили морковкой или на что ещё зайцы "поддались"? — Ворчал я, крутя барабан ворота.

Вскоре ко мне подбежали пушистые приятели.

— Спасибо! Спасибо! — Запищали они, радостно прыгая вокруг.

— Ой, маленький храбрец Шкет, ты весь в крови! — Воскликнула Бойкая Зойка.

Она как любая девочка, хоть и зайчик более любопытна и заметила первой.

— Пустяки. Это царапины от колючек. — Небрежно отмахнулся я.

Радость за дружков и гордость собой переполняли душу. Как же, разогнал трёх разбойниц, а одной так здорово "зазвездил" в лоб! Какие-то царапины — это пустяки.

— Чтобы раны не загноились и быстрее зажили, их надо зализывать. Каждая собака это знает! — Важно сказала Зойка и первой принялась облизывать мои руки и ноги.

Язычки товарищей оказались шершавые. Было немного щекотно, но приятно и потому, наверное, противится не хотелось. Тем более мои повреждения назвали ранами, а это почётно, словно довелось побывать в настоящем сражении. К тому же у самого у меня получалось дотянуться языком только до некоторых царапин на руках.

— Маленький воришка Шкет отнял у лисиц законную добычу! Кровожадные зайцы доедают своего спасителя! — Неожиданно раздалось над нашими головами и очередные глупые слухи понеслись над лесом.

— Кровожадные зайцы — это уже смешно. — Хохотнул я, а потом задумался.

— Слушайте, эта сплетня может помочь. Если вас будут считать такими опасными, то станут побаиваться. И вообще, почему вы всё время убегаете и прячетесь от лис?

— Потому что у них большие зубы и когти? — Осторожно спросил Заинька-Паинька

— А у вас разве маленькие?! Вы же жёсткую кору грызёте, а лисицы мягкие. Ка-а-ак цапнете их за лапу или за нос и сразу отгрызёте! А когти, смотрите какие мощные когти особенно на ваших задних лапах! Если станете драть лисицу, сразу спустите с неё шкуру! Вы просто не пробовали никогда сражаться, всё время прячетесь или убегаете. Ну ничего, сейчас пришла пора это исправить.

Подобрав каждому длинноухому по трухлявому пеньку, я научил их прыгать, обхватывать тренажёр передними лапками, быстро драть задними, кусая при этом зубами. Старые, замшелые колоды рассыпались почти мгновенно. Расхрабрившись, приятли стали набрасываться уже на крепкие, недавно поваленные стволы. Кора клочками полетела в стороны из-под их сильных лап.

— Да какая лисица перед вами устоит! — Подбадривал я друзей. — Смотрите какие глубокие в древесине полоски от ваших когтей. Да вы не зайцы, а тигры!!! А для полной уверенности вот вам по дубинке. Видели, как лисы их бояться! Главное размахнуться и сильнее садануть.

Дальше мы пошли стрем. — Левой, левой! — Команда косоглазых браво маршировала под моим командованием. Время от времени мы называли какой-нибудь пенёк лисицей или волком и дружно колотили по нему палками. В сумерках мне показали нору, в которой жили их мама, папа и совсем крошечные недавно родившиеся младшие братья и сёстры. Здесь было всё в порядке. Рядом упавшее дерево ещё лучше замаскировало и прикрыло вход. Пожалуй, Лиси не смогут сюда пробраться. Мы с товарищами сами еле протиснулись. В норе сразу стало невозможно тесно, но переночевать нам разрешили. Не выгонять же своих на улицу. На ужин предложили заячью капусту и разные корешки. Коренья оказались горькими, но тут папа заяц принёс несколько груш утоливших мой голод. Перед сном друзья стали хвастать, какие они теперь храбрые и сильные. Особенно старался Зайка-Зазнайка.

Глава 4

Выспаться удалось великолепно, хоть нас и разбудили "ни свет, ни заря". Прижатому со всех сторон мягкими, пушистыми, тёплыми заячьими бочками, мне казалось, что сплю почти как на перине. Надо и "честь знать", понял я, когда заячий папа поскакал на работу, добывать пропитание для своей семьи, а зайчиха конечно же хозяйничала. Надо было покормить малышей, искупать, заняться уборкой после их шалостей.

— У любой мамы всегда забот полон рот. — Хихикнул я, глядя как зайчиха умывала язычком своих деток.

Выбравшись наружу, мы поняли, что в лесу со вчерашнего вечера ничего не изменилось. Мусор, обломанные ветки и целые поваленные деревья всё так же валялись, как и упали во время бури.

— Не заболела ли фея? — Затревожились приятели.

— Может она ещё не успела? Смотрите солнце только встаёт. — Возразил я. — Мы же всё-равно возвращаемся. На месте всё и узнаем.

В такую рань в лесу было тихо, а потому и наша команда не шумела. Товарищи по пути закусывали травой и листьями, а я свернул к знакомой груше, нарвал полные карманы и грыз потихоньку. Неожиданно отряд встал, словно вкопанный. Я поднял глаза. Перегородив тропинку, на поваленном дереве сидел огромный волк и цыкал сквозь зубы. Возможно он нас и не ждал специально, но тем не менее это была засада! Зайцы, забыв какие они храбрые, тут же "дали стрекача", побросав палки, а мне удирать было глупо. Побегав со зверьками на перегонки пришлось убедиться, что человек в лесу разве от ёжика сможет убежать или змеи, если конечно первый их заметит.

— Эй, дичь, как тебя зовут? — Рыкнул хищник, ковыряя в зубах. — Впрочем, какая разница. Красная Шапка вечно сидит на диете и стала слишком тощая, чтоб ей наесться, закушу сперва тобой.

Серый выглядел больше маленького ребёнка раз в десять, но у меня сбоку на шнурке висит волшебный меч, с которым небось и медведь нестрашен, поэтому я решил не пугаться. А вот выяснить про людей было бы неплохо. Они же в домах живут, а не под кустом или в тесной норе, как зайчишки. Может и меня кто-нибудь приютит? Исходя из этого надо поговорить как можно учтивее. Всем известно, что вежливым скорее помогают, чем нахалам.

— Извините, уважаемый волк, вы обмолвились про Красную Шапочку. Не подскажете ли, где живёт она или её бабушка?

— Зачем тебе это? В животе у меня познакомитесь! — Хохотнул зверюга. — Хотя молодец, что про старушку напомнил. Она хоть и жёсткая, не такая вкусная, но мяса не в пример больше, чем от вас малявок. После тебя сразу к ней пойду на обед.

— Вот блин! Не зря говорят: "Язык мой — враг мой", — кажется своей болтовнёй получилось подставить ещё одну пожилую даму. Теперь всякие сороки будут трещать, что маленький воришка Шкет ещё и наводчик. — Пробормотал я, вытягивая меч.

Судя по всему, по-хорошему субъект разговаривать не намерен. Потолкуем, как говориться с позиции силы.

— Помогай, Меч Сто Голов с плеч!

После призыва волшебное оружие засветилось, как и в прошлый раз, у него открылись глаза, но увидев зверюгу, они вдруг стали испуганными, огромными, словно вытаращенными.

— А-А-АХ! — Простонал клинок и изогнувшись, безвольно повис, словно был сделан не из крепчайшего титанового сплава, а из мягкой бумаги.

Серый захохотал, повалившись на спину и задрыгав ногами. Мне оставалось только развернуться и попробовать улизнуть, спрятаться. Другого выхода больше не было. Он конечно быстрее бегает, но сдаваться, ждать пока хищник отсмеётся и набросится это глупо.

— Кто старается, у того и получается. — Запыхавшись пробормотал я на бегу народную мудрость.

Впрочем, скрыться не удалось. Вскоре опять на пути оказался волк, лениво зевающий на пеньке. Сначала даже подумалось, что это другой зверюга.

— Ну насмешил, даже есть тебя жалко. — Рыкнул тот, неторопливо поднялся и одним гигантским прыжком оказался рядом.

— Мужайся, — похлопал он меня по плечу. — Я тебя не больно скушаю, ам и всё, даже не заметишь.

В подтверждении своих слов серый раскрыл огромную пасть, в которой, наверное, гораздо больше было свободного места, чем в заячьей норе, впрочем, и было обещано проглотить не жуя, без напряжения. Как ни странно, я не испугался, видимо потому, что с самого начала трусить не планировал из-за меча, а потом просто забыл.

— Фу-у-у! Как у тебя смердит изо рта.

Брезгливо поморщившись, я деловито вставил хищнику свой посох между нижней и верхней челюстью, словно распорку.

— Ты что-ли зубы ни разу не чистил? Посмотрите, звери добрые, у него же все клыки жёлтые. Наверняка где-нибудь дупло с кариесом!

Зверь попытался закрыть пасть, замотал головой, попробовал выковырнуть палку лапой, но у него не получилось. Клюка надёжно застрял между зубов, не собираясь выскакивать.

— Стоять, пациент! Доктор ещё не закончил осмотр полости рта! — Приказал я командным голосом, ухватив его за высунутый язык и огромный волчара притих, заискивающим взглядом косясь в мою сторону.

— Продолжаем разговор. Так-с, с какой стороны говоришь идёт Красная Шапочка?

Серый что-то замычал и показал лапой себе за спину.

— А старушка где живёт?

Огромный хищник показал вперёд.

— Ну правильно. Бедолажка идёт навестить родственницу через весь лес. И что же у неё за бессовестные родители? — Покачал я головой. — Как можно пустить маленького ребёнка тем боле девочку в такой бедлам? Эта же серая скотина может сделать с ней что угодно!

Под моим обвинительным взглядом волк испуганно вжал голову в плечи и затрясся.

— А ещё эти Лиси. Они хоть и дамы, но тоже с криминальным прошлым и нехорошими фантазиями. Вот что они планировали сотворить с зайчатами? Намеревались бы просто сожрать, так заглотили бы не хуже волка. У них и было-то всего по одному зайчику на рыло. Так нет же, посадили в клетку. Тут явно попахивает инквизицией и садизмом. Надо обязательно узнать где живут эти безрассудные граждане, мама и папа ребёнка и поставить вопрос ребром о лишении их родительских прав.

— Так, а на кого ты ещё покушался кроме Красной Шапочки? — Опять приступил я, словно следователь к подсудимому. — Трёх поросят ел? Ах да, нет, они же в кирпичном доме вроде бы закрылись. Серенького козлика ты негодник кажется задрал или всех семерых козлят сразу? То-то пузо у тебя подозрительно выглядит.

— Эй!!! Алё!!! Есть там кто-нибудь?!!! — Закричал я, засунув голову в тёмную волчью глотку, как в бездонный колодец. — Резать мне тебя жалко, хоть ты и разбойник, да и пострадавших нечаянно зацеплю, а вот рвотный рефлекс вызвать, пожалуй, можно. Все, кто в желудке находятся, естественным путём выйдут, не сильно испачкавшись и без моральных травм, связанных с навозом.

В это время снаружи кто-то заорал. Послышались звуки ударов. Зверь задёргался и меня откинуло в сторону. Сидя на попе, я застыл в изумлении. Зайчиков видимо замучила совесть и они, пренебрегая опасностью вернулись спасать друга. Характерная поза по пояс в волчьей пасти только подтвердила их самые худшие опасения. Подхватив свои палки или выломав новые, лопоухие азартно гоняли бедного хищника кругами, выбивая из него пыль. Серый бандит некоторое время набегу поглядывал на меня жалобным взглядом, вероятно надеясь, что уйму разошедшихся косоглазых, но потом огромным скачком перепрыгнул завал из деревьев и скрылся из глаз. Приятели с радостным писком погнались вслед.

— Ну а зачем мне было их останавливать? — Заговорил я сам с собой словно оправдываясь. — Зайцы долго терпели, пусть теперь немного порадуются ребятишки. Да и для их нового имиджа полезно. Сороке не все поверят, а вот если увидят такое зрелище своими глазами, задумаются и поостерегутся.

Когда поднялся на ноги, на глаза попалось волшебное оружие. Выпав из моей руки, клинок так и валялся безвольной, измятой тряпочкой. Придётся посмотреть на него по-новому. Вроде действительно изготовлен из металла, вон даже острый, а мягкий, как бумага. Что же с ним делать? Даже вместо ремня, на который поменяли не получится использовать, застёжек-то нет. Для начала, опустив лезвием вниз, надо попытаться выпрямить его и постарался спрятать в ножны. Нет, не лезет, сминается. Разозлившись, я размахнулся и стал, будто плетью хлестать мягким мечом по поваленному ветром стволу. В какой-то момент рука почувствовала, что оружие затвердело, стало упругим как пружина. Даже снова удалось разглядеть на лезвие глаза, правда всё ещё расширенные, словно удивлённые.

— Ну и что ты скажешь в своё оправдание? Помогай Меч Сто Голов с плеч! — Передразнил я. — И чем же ты помог своему владельцу?

Чудесный, хотя нет, теперь скорее чудной клинок поморгал глазами и стал оправдываться.

— Со мной такое впервые. Это, наверное, стресс. Ты же сам видел, каким этот зверь был необычайно крупным и страшным.

— Так и что мне теперь каждый раз при появлении серьёзного противника использовать оружие вместо плётки и стегать негодяев по попе?

— Ну я не знаю. Может моя болезнь — это результат поражения током и надо лечить? Ты же помнишь, как нас шандарахнуло?

— И что ты предлагаешь? Попросить фею пульнуть ещё разок, с другой стороны, чтоб значит клин-клином? Мы как раз направляемся в ту сторону.

— А может не надо? Ведь со временем возможно всё как-нибудь само рассосётся. — Попросил меч заискивающим голоском. — Никто-же не становится сразу смелым. Нам с тобой надо много тренироваться и в конце концов через пару тысячелетий…

— Стоп! Ты сейчас прямо намекаешь, что не являешься никаким героическим Мечом Сто Голов с плеч? — Вдруг дошло до меня.

— Ну почему же, — смутился клинок. — Имя я себе сам придумал. А что, хорошо звучит, торжественно и многообещающе.

— Обещает разве что много вранья и разочарований. — Хмыкнул я. — Ладно, полезай пока в ножны. Буду использовать тебя вместо фонарика, кухонного ножа и топора, хоть какая-то будет польза. Стоп, волк как раз уволок мой посох. Давай-ка помоги мне выстругать новый.

— Ты что, я же благородное оружие!!! — Воскликнул клинок грохочущим басом и даже засверкал, как раньше.

— Судя по поступкам, ты пока-что даже на ржавую железяку не тянешь, а тем более на аристократа. Вот заслужишь, тогда посмотрю. А пока, твоя светлость, закрывай свои глазки и ротик, а то неблагородная щепка залетит. — Проворчал я, перехватывая его двумя руками поудобнее.

К чести меча он оказался очень острым и работать было одно удовольствие. После первого же удара стало понятно, что даже ребёнок может строгать одной рукой и в пол силы. Дерево резалось почти как масло. Когда новый посох был готов, знакомые попрыгунчики так и не появились и пришлось идти к фее в одиночестве. За пушистых друзей можно было больше не волноваться. Кто посмеет тронуть зайчат, занятых таким увлекательным делом? Разве только помогут.

— Эй, птички, белочки! Кто тут поблизости? Укажите дорогу к фее. Пожа-алуйста! — Прокричал я оглядываясь.

Лес полон маленьких существ, все это знают. Надо надеется, что кто-то поможет. Из-под соседнего куста тут же выглянул колючий ёжик, обвешанный как ёлка разноцветными грибочками.

— Не ходил бы ты, парень, к ней сегодня. Попадёшь невзначай под горячую руку, погубит и не заметит.

— Постойте, мне обещали, зайцы думали, что с утра она будет доброй. — Удивился я.

— Обеща-али, ду-у-умали! — Передразнил Колючий Бок. — Все мы так полагали, а волшебница делает по-другому. У неё сегодня с самого утра "вожжа под хвост попала". Лесной народец пищит со страху. Кто успел — разбежались куда глаза глядят. Волка видел небось с палкой в пасти, которого зайцы по лесу гоняли, так он к хозяйке сунулся было, чтоб помогла и еле ускакал на трёх лапах с обгорелым хвостом. Зайчишки не успели и теперь вместе с белочками с ног сбиваются, пытаясь угодить. А попробуй ублажить старуху, которой годков двести, судя по внешнему виду.

— Как двести? Она же с утра должна молодо выглядеть. Сейчас ещё до обеда далеко и чародейке должно быть лет восемь-десять. — Растерялся я.

В памяти остался милый образ. Мне, наверное, и хотелось попасть к фее, из-за подсознательного желания снова увидеть смешливую девочку с фиолетовыми кудряшками.

— Сегодня с утра всё не так. — Вздохнул собеседник. — Не переродилась она почему-то.

— Смотри что на небе твориться, Колючий Бок! Спасайся кто может! Спасайся кто может! — Протрещала пролетающая мимо сорока.

Ёжик немедленно "нырнул" обратно в кусты. Вокруг сразу потемнело, будто наступает ночь. Я кинулся под толстый дуб, упавший вчера, а в то место, где мы только что стояли ударила ослепительная молния. Раздавшийся следом гром оглушил. Тело опять болезненно встряхнуло от электрического разряда, видимо очень мощного или попавшего слишком близко.

Пол дня выл ветер, грохотал гром, сверкали молнии, крупные куски града падали, подобно камням, выпущенным катапультой. Деревья валились одно за другим, словно фея специально в них целилась. Я лежал и дрожал промокший и озябший. Когда буря стихла, вокруг простиралось ужасное зрелище. Казалось, что от леса остались сплошные непроходимые завалы из поломанных и вырванных с корнем лесных великанов. Пришлось достать клинок.

— Ну извини, меч. Без тебя из этого бурелома просто не выбраться. Давай прорубать с твоей помощью дорогу.

— А собственно куда мне идти? — Вскоре стал рассуждать я сам с собой. — К фее точно нельзя, по крайней мере сегодня. Буду надеется, что к завтрашнему утру она всё же выздоровеет, а пока надо хотя бы разыскать грушу и поесть. Как же удалось её найти в прошлый раз? "Забирайся в кущи, ищи где погуще, там найдёшь покушать сладкие груши", — так кажется в тех строчках было сказано. Хотя сейчас везде одинаково плотно завалено. В какую же сторону направиться?

Оглянувшись, вдруг удалось обнаружить искомое совсем рядом. Вот рассеянный! И как только раньше не заметил то, что почти под носом? Фруктовое дерево на удивление стояло свеженьким, будто нарисованным. Ни одна веточка не поломана, хотя вокруг и даже под самим стволом всё было завалено так, будто специально строили баррикаду. Удивляясь своей невнимательности и радуясь, что недалеко идти, тем не менее дорогу к сладким плодам пришлось прорубать.

— Хотя бы согреюсь! — Бормотал я, махая мечом направо и налево.

Когда удалось добраться, со лба катился пот, а от одежды валил пар. Оказалось, что кроме меня здесь уже угощались множество зверей и птиц. К счастью груш было много, хватало на всех.

— О-о! Привет попрыгунчики и вы пушистые хвостики! — Обрадовался я, увидев рядом знакомых белочек и зайчат. В отличии от меня они умело пролезли между завалами.

— Вы сбежали от феи или она вас сама отпустила?

Зверьки рассказали, как, сбиваясь с ног добывали для волшебницы разные травы, корешки и прочие ингредиенты для её колдовства. Когда же госпоже понадобились алмазы и самоцветы, принести требуемого не удалось. До гномов достучаться нелегко, да они и не отдают просто так своё богатство. Подземный народец известные жадины. Тут-то и разразился скандал. И только когда чародейка устала и ушла отдыхать, друзья смогли сбежать.

Возвращаться на поляну к колдунье теперь никто не желал, и многие лесные жители решили остаться возле груши до следующего утра. Большинство рыло новые норки, некоторые, как и я прятались под поваленными деревьями.

Глава 5

Новый день оказался хмурым и нерадостным. Сразу стало ясно, что хозяйка леса всё такая же злая.

— Приглашай, сорока, зверей на совещание. Пусть собираются сюда под грушу. Будем вместе думать, как жить дальше. — Сказал старый ёжик с седыми колючками.

Через некоторое время вокруг дерева и на нём самом стало тесно. Прилетели всяческие птахи, пришли знакомые и незнакомые зайцы, белки, волки, лисы, кабаны, рыси, леопарды, росомахи и даже медведи.

— Лоси, олени и другие крупные копытные сквозь завалы пробраться не смогли, остальные здесь. — На удивление кратко отрапортовала Белобока.

Как ни странно, но слово взял всё тот же ёжик, оказавшийся хоть и маленьким, но самым старшим на собрании.

— Соседи и друзья! — Начал он. — С нашей феей случилась беда. Если всё будет и дальше так продолжаться, вскоре в этом лесу будет невозможно жить. Давайте думать вместе, что делать дальше?

— А чего тут размышлять, "линять" надо отсюда ТЯФ-ТЯФ! — Затявкали лисы.

— Р-Р-Р! Куда же вы пойдёте? В соседних борах и рощах всё занято. Коли к людям в курятник сунетесь, так сразу на воротник угодите. — Прорычал бурый медведь.

— Мне кажется, если сами не соображаем, у других известных мудрецов спросить необходимо. Надо отрядить кого-то от нашего общества с делегацией. — Предложил ёж.

Он, наверное, придумал это заранее и теперь просто ждал одобрения.

— Давайте Мишу нашего уважаемого Потаповича пошлём. Он солидный, представительный. — Пропищала мама зайчиха.

— Р-Р-Р! Да я бы рад, но когда смогу на опушку выбраться? Сюда-то насилу проломился сквозь все буреломы. Благо недалеко оказалось. — Зарычал медведь. — Птаху бы какую отрядить или в крайнем случае белочку. Им легче пробраться, да больно малы они. Ястреб, беркут или другой хищник перехватить может по пути. Филю бы отправить, он достаточно умён и силён, но спит днями у себя в дупле. Вижу и сейчас его не нашли. Да и характер для переговорщика у старика слишком скверный.

— Меня откомандируйте! — Застрекотала сорока.

— Извини, Белобока, но тебе больше других нельзя. Нет к балаболкам доверия. — Усмехнулся ёж.

— Тогда косоглазых наших давайте попросим. Вон они какие бравые ребята. Такого зверюгу отловили!

Трое знакомых зайчат подбоченясь стояли рядом с несчастным, похудевшим волком, у которого всё также в пасти торчал мой посох. Мне стало жаль хищника. Достав меч, одним махом я перерубил палку и пасть с громким клацаньем закрылась.

— Зачем ты это сделал?! Он же опять начнёт всех подряд лопать. — Запищали лопоухие.

— Успокойтесь, волки санитары леса и едят в первую очередь погибших и умерших зверей. Если они не будут этого делать, трупы станут разлагаться, и вы все заболеете страшными болезнями.

— Угу! — Подтвердил серый торопливо кивая головой. — Сейчас как раз бурей погубило многих и мне пора работать медбратом.

Косясь то на меня, то на зайцев, зверь осторожно удалился.

— Р-Р-Р! Так вот вам и посыльный, пожалуй, самый подходящий кандидат. — Задумчиво прорычал медведь, глядя на меня. — Он маленький, везде пролезть сможет, вон как лихо сюда добрался!

— У него волшебный меч, потому мальчик так легко прорубается. — Уточнил ёж.

— И защитить себя сможет. Это ведь он волка наказал. — Поддакнули зайчата. — А мы можем составить ему компанию.

— И мы и мы! — Запищали белочки.

Я обрадовался. С такими попутчиками, пожалуй, будет весело и потому можно сразу соглашаться. Ещё конечно необходимо помочь фее. Несмотря ни на что, снова хотелось увидеть волшебницу молодой и красивой. Так хотелось о многом с ней поговорить! Конечно и став взрослой женщиной она меня очень любила, заботилась и баловала. Такое не забывается.

— Чтобы не обмануться, наслушавшись кого попало, в первую очередь лучше всего отыскать бы вам не какого-нибудь самозваного мудреца, а общепризнанного учёного. — Напутствовали делегацию самые опытные животные. — Только неизвестно где взять такого?

— У лукоморья дуб зелёный, златая цепь на дубе том. И днём, и ночью кот учёный всё ходит по цепи кругом. — Тут же возникло в памяти.

— А где находится Лукоморье?

— Наверное где море лука. — Смешно пожал колючими плечами ёжик, чуть не поцарапав собственный нос.

— Мы знаем в каком месте растёт много лука! — Тотчас запищали зайчата. — Это на краю леса, рядом с бабушкой Красной Шапочки.

— Ну вот всё и образовалось. Идите с добром. — Замахали нам ёж с медведем на прощанье.

Остальные звери к тому времени уже почти разошлись. Все плоды с груши поели, будут снова собирать грибы, ягоды и орехи. Белочки поскакали по деревьям, прыгая с ветки на ветку. Зайка-Зазнайка и Бойкая Зойка высоко подпрыгнули, сразу оказавшись сверху огромной кучи мусора, лишь немного ниже белочек. Следующим прыжком они тоже скрылись из виду. Лишь Заинька-Паинька поманил меня лапкой пробираясь между корнями упавшей сосны. Я полез за ним и через некоторое время завалы стали реже. Уже можно было их обходить.

— А вот и тропинка к бабушке. — Обрадовали меня спутники собравшись опять вместе.

Неожиданно они взмыли в воздух, и пища со страху полетели назад.

— КАР, КАР, КАР!!! — Засмеялась чёрная ворона, усевшаяся на соседний сук. — Фея везде достанет своих слуг!

— Ну вот, а меня оставили одного. — Загрустил я. — Ворона, вы не хотите составить компанию путнику?

— КАР! Будет тебе попутчица. Беги быстрее и вскоре догонишь девчонку. — Лениво каркнула та. — Кстати почему ты не используешь свои волшебные башмачки? Помниться Маленький Мук лихо "рассекал", пока не потерял или выбросил. Если всё же надумаешь, то стукни пятками и обувь сама будет переставлять твои ноги, только держись!

— А я и не знал! Спасибо, птичка!

После щелчка каблучками туфельки "рванули". Ощущение было необыкновенное, будто скользишь на коньках, но они катятся по очереди, рывками. В подмётках словно попеременно включались пороховые ускорители. Правда счастье оказалось недолгим. В соседних кустах мне померещился знакомый лилипут. Я повернул туда голову, и немедленно правая нога словно споткнувшись, потянула за собой на землю всё тело. Падать на скорости оказалось не очень приятным.

— Не будешь вертеться на бегу, недотёпа! КАР, КАР, КАР!!!

Ворона снова ехидно засмеялась, закаркала. "Ничего не поделать, не стоит даже обижаться", — промелькнуло в голове, ведь меня предупредили, что надо держаться крепче, не отвлекаться, а то в следующий раз врежусь в дерево. Вскочив на ноги, я опять навернулся через несколько шагов, потом снова и снова. Правая туфелька почему-то временами забывала отталкиваться. Может быть потому-то предыдущий хозяин выбросил испортившуюся пару? Фея ведь отдала их, не говоря, что волшебные, а чтоб просто носил, как обычные ботинки. Однако я заупрямился, решив непременно научиться. Лучше потратить время в начале пути, потренироваться, зато потом буду носится быстрее ветра. Ворона перелетала следом с ветки на ветку и почти хохотала. Постоянные язвительные издевки наконец начали раздражать, пока не пришла мысль швырнуть в насмешницу палкой.

— Хватит накаркивать неприятности!

В конце концов стало понятно, что правая туфля просто через три шага хромает! И ладно бы левая. В неё попала молния феи, и это выглядело бы логичным, но почему правая?! Через некоторое время я начал привыкать к спотыкающейся походке, правой ногой стал четвёртый шаг делать сам. Скорость заметно прибавилась. Наконец за одним из поворотов виляющей тропинки показалась девица в красной шапочке и красном передничке поверх льняного белого платья. Она прогулочным шагом не торопясь гуляла под ручку со знакомым волчарой. В другой руке красотка несла плетёную корзиночку.

Мне почему-то всегда думалось, что Красная Шапочка совсем малышка, дошкольница, но этой барышне оказалось с виду лет пятнадцать-шестнадцать. Так вот почему её пускают одну через лес. Видимо родители считают мадмуазель почти взрослой. Правда рядом с волком, идущим почему-то на задних лапах, милашка всё-равно казалась маленькой. Когда я увидел эту "сладкую парочку", серый как раз недвусмысленно протянул лапу сзади спутницы и чуть ниже спины.

"Да наглец же неприлично лапает бедняжку своей лапой!" — Подумал я и грозно запищал: "Это что ещё такое?"

Лохматая конечность метнулась в корзиночку и мгновенно спряталась хищнику за спину с очередным пирожком. "Так он всего-навсего ворует продукты", — пришло понимание вместе с разочарованием. Вся интрига развеялась, как дым. Прелестница, однако остановилась, развернулась и окинула догнавшего незнакомца презрительным взглядом с ног до головы.

— Тебе чего, малявка?

Ну вот и здесь обозвали малышом. Правда фея называла ласково, словно меньшего братика, а эта балаболка произнесла пренебрежительным тоном. Чего мол путаешься под ногами? На этом вредина не остановилась, стала издеваться дальше.

— Дай угадаю? Ты, наверное, Буратино. А что, колпачок с курточкой похожи, и лоб такой же деревянный. Осталось нос прищемить дверью, чтоб распух и вырос! Ты идёшь в страну дураков, бедолага? Или уже оттуда с признанием талантов?

Я нахмурился, не зная, что ответить язвительной нахалке.

— Между прочим этот волчара тырит пирожки, предназначенные для бабушки. — Наконец выдал я.

— А не твоё сопливое дело! Может дама сама угощает кавалера. — Тут же "отбрили" меня. — И вообще он не животное, а заколдованный королевич. Звери не бывают такие.

— Это принц?! — Захохотал я. — Да его только что зайцы по всему лесу гоняли.

— Ошибаетесь, молодой человек-с. — Неожиданно произнёс серый совсем другим голосом. — Вы наверняка перепутали меня с местными хищниками-с.

Я сразу поперхнулся и закашлялся.

— Ещё он вегетарианец, потому что кушает пирожки с соей! Вот! — Добавила неугомонная задавака и с победным видом показала язык.

Правда у её спутника на последних словах испуганно расширились глаза, и недоеденная выпечка словно нечаянно выпала из пасти в кусты.

— Извините, наверное, в самом деле обознался. — Пробормотал я, осматривая парочку со всех сторон.

Действительно, как бы у меня получилось отличить одного волка от другого если они одинаково серые? Особых примет вроде бы невидно. Хотя, если учитывать, что этот ходит на задних лапах, то он явно другой.

— Сударь-с, а вы куда собственно направляетесь? — Галантно спросил лохматый королевич.

— Да мне на луковое поле, что за домиком бабушки. — Промямлил я.

— Вы правильно идёте-с, только если торопитесь, вот в сторону отходит тропинка, она короче-с. Мы, как видите гуляем-с и не спешим-с.

— Катись, катись малёк! — Пропела девчонка ехидным голоском и захихикала, словно в чём-то обманула.

— Благодарю вас, уважаемый принц. — Вежливо кивнул я. — И если вы всё же передумаете, навсегда останетесь волком, то ешьте смело эту "язву". Никто против не будет. Даже спасибо скажут!

Поставив всех, как мне подумалось на свои места, я направился в указанном направлении. Не знаю какая была та тропинка, но по этой башмачки топали и топали, и казалось не будет конца пути. Если бы не быстроходная волшебная обувь, мои маленькие ножки шагали бы дня два не меньше. Дорожка виляла то в право, то влево огибая большие валуны, будто специально разбросанные великанами. То приходилось подниматься в горку, то наоборот. Когда-же стёжка соединилась с другой, наверное, той самой длинной, на перекрёстке опять повстречался волк. Этот шёл как обычно на четырёх лапах и выглядел не принцем, а старым знакомым.

— О, привет, серый!

Хищник вздрогнул и обернулся. По откровенному испугу стало понятно, что на этот раз получилось угадать, и зверь никак не ожидал меня увидеть. Пузо у него уже слегка раздулось. Я дружески похлопал по округлившемуся боку.

— Ты больше не бойся. Конфликт исчерпан, и мы теперь друзья. У меня своя работа, у тебя твоя. Уже нашёл какую-то падаль?

— Ага! Одна попалась по пути. — Торопливо закивал волчище.

— А здесь ты не Красную Шапочку разыскиваешь? — Ухмыльнулся я. — Так напрасно, она не спешит, разгуливает с кавалером. Все пирожки похоже они на пару слопают и вам с бабушкой не достанется. Хотя можешь не переживать. Вместо мяса кто-то подложил сою. Как ты думаешь, если девчонка всё время вместо настоящей пищи ела такие вот заменители сама не стала соевой? Это потому она такая противная?

На последних фразах собеседник чем-то словно подавился и стал натужно кашлять. Пришлось постучать по спине, чтоб успокоился.

— Знаю уже, Шапка с каким-то чужаком связалась. — В конце концов пробормотал серый, по привычке ковыряя в зубах и с опаской поглядывая на мой новый посох. — А ты куда спешишь? На луковое поле? Ну беги, беги!

"И откуда он узнал куда меня послали, вроде бы раньше с собрания ушёл?" — Мимоходом мелькнули в подсознании удивлённые мысли. Если только сорока всем растрезвонила. Обогнав зверя, я прибавил скорость и вскоре увидел симпатичный домишко живописно оплетённый виноградной лозой. Из окошка выглядывала ещё вполне крепкая полноватая старушка.

— Сыно-ок, внучку мою не встреча-ал?! — Тут же окликнула она. — Что-то мне сегодня тревожно.

— Видел, бабушка, не переживайте она с кавалером. — Успокоил я пожилую женщину. — Только парочка не спешит, гуляет. Долго ждать придётся.

— Ну тогда пока стоит вздремнуть. — Вздохнула хозяйка, захлопывая ставни.

За домиком открылся вид на большущее поле, сплошь засеянное зеленеющим луком. Посредине посадок возвышался небольшой дубок. "Что-то маловат он для учёного кота, но необходимо проверить чтоб точно удостовериться", — пронеслось в голове. На дорогу к дереву времени ушло довольно много. Надо было осторожно перешагивать, стараясь не потоптать урожай. К сожалению, ни кота, ни золотой цепи найти не удалось. Ну с драгметаллом в общем понятно. Без охраны такая ценность небось и ночи здесь не провисела. По округе так и шныряют криминальные авторитеты. Один серый чего стоит. А вот куда подевался учёный? Не сожрали ли несчастного? Хотя зачем сразу думать о плохом? Любой котик даже не слишком умный наверняка обоснуется в бабусином жилище на печке, по крайней мере там будет проводить минимум пол дня. И чего бы мне не догадаться сразу спросить у хозяйки? Поругавшись на собственную глупость, пришлось направляться назад, всё также не спеша, стараясь не наступать на луковицы.

Когда получилось наконец вернуться к домику, дверь оказалась слегка приоткрытой, а внутри кто-то стонал. Подумав, что у пожилой женщины подскочило давление, я без стука заскочил вовнутрь и остолбенел. На кроватке развалился волчара с невозможно огромным животом. Такого даже у беременных не бывает. Почти тотчас до меня дошло, что там у него внутри взрослый человек, тем более, что пенсионерки невидно, а это наверняка её единственная кровать.

— Ну что, обожрался и теперь мучаешься? — Ухмыльнулся я.

Хищник сразу же прекратил скулить и вскочил на лапы. По утробному рычанию, вздыбленной шерсти и сверканию глаз, стало понятно, что тот решил драться не на жизнь, а насмерть. Мгновенно вспомнилось, что маленькому мальчику противопоставить огромному зверю собственно нечего. Не станет же серый совершать такие же ошибки, как в прошлый раз. Оставалось шмыгнув наружу, захлопнуть дверь и заклинить через ручку своим посохом.

В ту же минуту раздался сильнейший удар. Показалось, что вздрогнула вся избушка. К счастью и дверь, и моя клюка выдержали, да и лохматый балбес не сообразив толкал изнутри, вместо того, чтоб потянуть на себя. Увидев в соседнем сарае молоток с гвоздями, я незамедлительно стал укреплять ненадёжный запор дополнительно. Волчара ещё ударился в дверь несколько раз. Она трещала, но с каждым забитым гвоздём всё меньше.

— Ничего, сейчас охотников вызовем, они научат тебя, бандита, родину любить и женщин уважать. — Ворчал в это время трусливый меч, радуясь, что в безопасности. — Надо только пригласить сороку. Уж эта белобока-балаболка постарается, растрезвонит на всю округу.

Неожиданно с грохотом распахнулись ставни на окне, и хищник попытался выскочить оттуда. Если бы не толстенный живот, то ему скорее всего бы удалось. Сейчас же он упирался в стены протиснувшимися передними лапами, судя по звукам скрёб и пытался отталкиваться изнутри задними, но раздувшееся брюхо вылезать не желало. От натуги зверюга выпучил глаза, открыл пасть, и мне как в прошлый раз удалось вставить туда палку.

— Всё, голубчик, влип. — Удовлетворённо отряхнул я руки. — Ну что, будем ждать охотников с хирургами или сами попытаемся справится?

Серый замычал что-то жалостное и заморгал глазами.

— Не разжалобит больше, пусть даже не старается, правда, Шкет? — Приговаривал меч, пока я тащил к окну небольшую лесенку.

— Бабушка, вы как там?! — Позвал я, забравшись по ступенькам и заглянув в волчью пасть.

Там было всё также мрачно, пахло кариесом, но зато были явно слышны женские причитания.

— Ждите, сейчас спущу верёвку! — Крикнул я в темноту.

— А ты молись, негодяй, чтоб со старушкой ничего плохого не случилось! — Добавил меч.

Видимо почувствовав наконец себя в безопасности, клинок окончательно осмелел или обнаглел.

Толстый, длинный канат нашёлся во втором отделении сарая, оборудованном под конюшню, рядом с жующим сено невозмутимым осликом.

— Ты тут лопаешь, а твоя хозяйка в беде! — Опешил я от такого равнодушия, но тот даже ухом не повёл.

Выгнав животное наружу, один конец я привязал к нему, а второй закинул в темноту волчьей утробы, как в колодец.

— Ловись рыбка большая и маленькая, в смысле цепляйтесь! — Гаркнул я и стал подёргивать за верёвку, будто и в правду ловлю рыбу в проруби.

Наконец почувствовался натяг и ответные рывки. Пострадавшая пыталась выкарабкаться. "А бабуля-то старенькая, сама вряд ли справиться, надо ей помочь", — промелькнуло в голове.

— Ага, зацепились, держитесь крепче, а ты давай, пошёл, тяни! — Скомандовал я ослу, но тот меня словно и не заметил.

— Ну конечно, на улицу погулять ты вышел сразу, а тут Шкет для тебя слишком маленький чтоб командовать! Стой, стой, сейчас у серого всё перевариться, он и за тебя примется.

Обернувшись, сонно жующая скотина видимо только сейчас заметила хищника, торчавшего из окна. Глаза животного чуть не выпрыгнули из орбит. Взревев, он рванул сразу в галоп. Через мгновенье, как пробка из бутылки, из волчьей пасти вылетела старушка и покатилась по двору. К счастью она догадалась отпустить руки, и ишак ускакал, волоча за собой пустой канат.

— Как вы, уважаемая?!

Подскочив к пожилой женщине, я попытался помочь ей встать на ноги. Впрочем, всё моё тело с вытянутыми руками было размером едва ли до колена взрослому человеку и пыхтя удалось приподнять только её голову. Вскоре выяснилось, что всё в порядке. Отлежавшись и поохав, она встала сама, вся мокрая, в волчьих слюнях и желудочном соке.

— Вот серый изверг! Почитай каждую неделю одно и тоже. И как ему только неймётся? Когда же настырный разбойник успокоиться? — Запричитала хозяйка.

А мне оставалось удивляться почему эта пенсионерка на простые волчьи хитрости каждый раз поддаётся, если её так часто проглатывают? Не "МММ" ведь, денег не обещают. Вслух же пришла пора напомнил про внучку, не приходила ли ещё?

— То-то постоянно мерещилось, как-будьто что-то знакомое под ногами пищит! — Охнула старушка и рванула в домик.

Под мощным напором дверь вылетела вместе с петлями и гвоздями. Меня чуть не зашибло ненароком, еле удалось увернулся. Схватив клюку, на которую видимо обычно опирается при ходьбе, разъярённая бабуся стала охаживать серые бока приговаривая: "Возвращай, скотина, мою лапочку, отдавай мою звёздочку!"

Я сначала подумал, почему бабка не достаёт девчонку по моему примеру через пасть? Но вскоре вспомнил, что все взрослые привыкли наказывать по попе и успокоился. Наверное, ей виднее. Если каждую неделю одно и тоже, небось уже опытная. Хищник задёргался и забился, но вдруг его шкура, натянутая как барабан лопнула. Зверюга всё же вывалился в окно и убежал, но опять похудевший, зажимая лапой рваную рану. На полу осталась знакомая мне барышня, правда не расфуфыренная, как прошлый раз, а грязная и с неприятным запахом.

— Красная Шапочка опять изувечила бедного волка своими каблуками и заколками! Общественность требует запретить таким неадекватным особам ношение острых и колющих предметов!! Кто-же теперь поможет несчастному животному, если фея не в себе?!!! Юлки предлагает собрать средства для лечения раненого за границей в лучшей клинике! — Понеслось над лесом очередное стрекотание сороки.

Охая и причитая, бабушка с внучкой пошли в баню отмываться, а я решил подождать. Надо же разузнать про дуб и кота. Золотая цепь — бог с ней, пусть сами ищут. Моя забота быстрее спасти волшебницу. Через некоторое время подошёл мужичок с ружьём, ведя за верёвку сбежавшего ослика. Осмотрев разгромленный домишко, поставив на место дверь, он похмыкал узнав, что в этот раз управились без него и успокоившись ушёл.

Вечером мы втроём пили иван-чай с ватрушками. Пенсионерка уже привыкнув, что пирожки и масло до неё не доходят, справлялась сама. Оказалось, что пожилая женщина живёт здесь на отшибе потому, что подрабатывает сторожем на луковом поле из-за маленькой пенсии. Про золотую цепь и кота, хозяйка и слыхом не слыхивала, да и дуб тот давно мужикам надо бы срубить, чтоб не затенял огород.

Пока она выходила во двор подбросить сена ослу, Красная Шапочка посоветовала обратиться за помощью к мудрому филину, который живёт где-то в дупле, кстати тоже в дубу. Оставалось слушать, вздыхать и чесать затылок.

— Как же мне его найти, когда звери и птицы не смогли отыскать?

— Большие животные конечно не найдут, а маленькие бояться. Он же хищник. И зайца, и белку, и птаху любую на обед к себе пригласит, все премудрости расскажет, да и съест. — Усмехнулась мадмуазель.

— А ты его на живца лови! — Вскоре придумала коварная девчонка. — Погуляй ночью по дорожке, глядишь и познакомишься. Примет тебя за зайчонка и всему научит.

Я только заохал, качая головой. Хотелось бы хоть одну ночь провести в нормальном помещении, но рядом с этой бестией скорее всего не выдержу. Во всех своих неприятностях она обвиняла окружающих. Сегодня моя персона у вредной сумасбродки была главной мишенью для нападок. Оказывается, и волк из-за меня разозлился. Потому дескать и не стал оборачиваться принцем, а воспользовавшись моим советом пообедал. И спасать их нечего было спешить, проходил бы мол мимо. Глядишь им повезло бы дождаться какого-нибудь королевича или в крайнем случае симпатичного охотника. Герои ведь обычно женятся на тех, кого спасают.

— Из знатных никого не видел, а охотник приходил, Кондратом назвался. — Подтвердил я.

— У того Кондрашки кроме ружьишка за душой ни гроша. — Сморщила носик капризная собеседница. — Который раз ему твержу, чтоб оставил нас в покое, не спасал из неволи. Небось из-за этого недотёпы другие сюда и не топают.

— Вообще-то вы, мадам, так пахнете желудочным соком и желчью, что никакой королевич не сунется. — Хмыкнул я и тут же пригнулся, уворачиваясь от запущенной в голову поварёшки, а вскоре выскочил во двор.

Прячась в канаве пришлось задуматься куда же идти спать? Бабушка свою "ласточку" любит безумно и на все её проказы смотрит с улыбкой. Мой же маленький организм невзначай пострадает. Спишут конечно на случайную ошибку, мол не рассчитала силы как сейчас или наступила, села нечаянно в темноте. Может на конюшне переночевать? Осёл хоть и упрямый, и тоже вредный, но всё же не дерётся и молча в основном, жует своё сено.

— А почему ты не хочешь внять мудрому совету и сразу пойти к филину? Скоро стемнеет. Настанет его время. — Раздалось из ножен.

— Вот он, ещё один подсказчик ищет скорой смерти ребёнка. — Пробормотал я. — Ты же слышал, что дороги туда мне так запросто не отыскать, даже если и соберусь на это самоубийство.

— У тебя же волшебные башмачки. Они в нашем лесу должны всё знать.

— Не понял, эта обувь что же, через спутники с ГЛОНАСС связь поддерживает или карта местности вшита в подмётки? — Удивился я.

— Таких мудрёных слов мне неведомо, но куда прикажешь, туда в пределах нашего леса и доставят. — Обиженно пробубнил меч.

Он, наверное, думал, что хозяин над ним подшучивает, а мне и самому удивительно откуда в голову приходят всякие слова. И ведь разум их вроде бы понимает! Ну да неважно, если туфли умеют находить путь, то надо попробовать.

— Эй, ботиночки, ну ка доставьте меня к старому Филе! — Скомандовал я и стал ждать.

— Пятками надо щёлкнуть! — Напомнил клинок.

Поудобнее перехватив посох, вдруг придётся сразу вступать в бой, я стукнул каблуками. Думалось, что сейчас перенесёт мгновенно, как зайчиков с белочками к волшебнице, но как бы не так. Желаешь куда-то добраться — иди. Прямо-таки как в анекдоте! Захочешь быстрее — беги. Пришлось помчаться на уставших за день ножках, а потому, наверное, спотыкаясь гораздо чаще через шаг, через два, изо всех сил стараясь удерживать равновесие. Башмачки хорошо помогли лишь тем, что нашли приемлемый путь вокруг завалов не путаясь, не возвращаясь, будто заранее знали дорогу среди лабиринта буреломов. Когда лёгкие стали уже задыхаться, (всё-таки одной ногой через раз приходилось отталкиваться) обувь неожиданно выключилась. Носик тотчас чуть не прободал здоровенный ствол. Еле-еле руки успели подставиться, приняв на себя основной удар.

"Дуб порядочный", — осмотрелся я, походив кругами. Небось не одно поколение мудрых филинов здесь проживает. Вон и дупло чернеет, куда видимо надо попасть. И как же забраться наверх? Самые нижние ветки, наверное, метрах в трёх над землёй, а во мне и пол метра нет, ну, разве что с колпачком. Пока кружил и присматривался, мои пятки нечаянно стукнулись и вдруг взлетели, в смысле высоко подпрыгнули. Оказалось, чтобы попасть на дерево, почему-то надо давать отдельную команду. Ну сплошные недоделки с этим волшебством. Обязательно пожалуюсь фее, если, конечно доживу до того момента.

Видимо подпрыгнула только одна туфля, потому что до нужной высоты не добросило ровно наполовину пути, а потом началось падение назад. Хорошенько ободравшись и поругавшись, вскоре всё же удалось зацепиться руками за сучок и повиснуть, болтаясь словно сосиска. Неожиданно над ухом раздался вкрадчивый голос.

— Ух, и кто же это к нам на ужин пожаловал, угу?

Я чуть не сорвался от неожиданности.

— Дяденька, разве можно так пугать? — Пробормотал мой дрожащий голосок, а глаза рассмотрели в полумраке среди листвы и веток кого-то неопрятного, непонятно во что одетого, но зато в огромных дорогих очках и с большим крючкообразным носом.

— Мне вообще-то некогда к вам заходить, уже покормили в одном месте. Теперь надо к местному филину попасть на приём, а он, говорят кровожадный, так что не шумите, а то обоих загребут.

— Угу. — Подтвердил странный мужичок, отодвигаясь, позволяя мне подтянуться и забраться рядом на ветку.

— А вы не знаете, как с ним можно поговорить без ущерба для здоровья? — Уселся я, отдыхая и болтая ногами.

Где-то внутри моей памяти было известно, что живущие бок о бок звери с птицами зачастую не просто мирно сосуществуют, а помогают защищаться от врагов, ну и само собой знают все повадки соседей.

— Ты, ух, небось спросить чего-то хочешь, а за информацию платить надо, угу. — Вздохнул странный сосед.

Был он размером примерно с меня и закутан с ног до головы в странный плащ сделанный то ли из гладкой шерсти, а скорее из пушистых перьев, небось потерянных птицами при линьке.

— Платить это понятно, но не здоровьем же и не собственной плотью.

— Ух, чем же ты тогда можешь расплатиться ценным, у? — Заинтересовался носатый.

— Справедливо мне кажется менять одну информацию на другую. — Пожал я плечами.

— У — ХУ — ХУ! Так он же мудрец и всё ведает. — Усмехнулся собеседник.

— Всё-превсё на свете никто не может знать, иначе жить бы было неинтересно, скучно. — Возразил я.

— Ух, ну тогда пойди, попытайся удивить старого пройдоху, пожалуй, сразу тебя не съедят. — Сказал тот и показал головой вверх.

Я хотел опять стукнуть пятками, но передумал. Вдруг не успею зацепиться? Считать, как Вини Пух все сучки и колючки при падении, никому не понравиться. Не спеша, осторожно перехватываясь и перелезая с ветки на ветку, вскоре получилось взобрался почти на место к тёмному отверстию. Здесь надо отдохнуть и набраться сил перед опасной встречей.

"Находясь на большой высоте нельзя смотреть вниз!" — Возникла в голове мудрая инструкция, а взгляд словно наперекор ей, потянуло скосить именно туда, куда запрещено.

— Ох, высотища какая!

Голова закружилась, и я замахал руками потеряв опору. Правда далеко упасть не получилось. Дунул ветер, хлопнули крылья и меня как котёнка за шкирку закинули в черноту большого дупла. Когда глаза привыкли к мраку, удалось разглядеть, что напротив выхода, освещаемый со спины луной, переминается с ноги на ногу тот же самый человечек в больших очках. Но вот он встряхнулся, раскрыл свой плащ и оказалось, что это совсем не одежда, а широкие крылья. Крючковатый нос превратился в мощный клюв.

— Дядька Филя, так это вы что-ли мне голову морочили? — Пробормотал я, поднимаясь и отряхиваясь.

— Ничего мы не морочили, угу. — Отозвался тот почему-то во множественном числе. — Никто нас не просил представиться и кстати гость до сих пор не назвался сам, а кто помладше, по правилам должен сделать это первым, угу.

— Ну вот начинается, и какая же птица совсем недавно утверждала, будто знает всё? Не слышали про такую?

Мои губы сложились в усмешке, а глаза хитро прищурились.

— Угу, подловил. — Хохотнул хозяин дупла.

— Ну как, зачтётся мне ответ на этот вопрос взамен того, что необходимо задать?

— Непременно зачтётся. — Кивнул он.

— Хорошо, меня зовут маленький храбрец Шкет.

— А другие говорят маленький воришка Шкет. — Тут же ехидно поправил филин.

— Сорокам верить опасно, вы же сами знаете. — Пожал я плечами.

— Но прислушиваться стоит. — Парировал тот.

— Однако у вас похищать всё-равно нечего, а потому не будем заострять. Лучше ответьте теперь на мой вопрос. Где можно найти Лукоморье с котом учёным?

— Так тебе нужен кот или Лукоморье? — Переспросил настырный собеседник.

— Мне необходимо попасть к учёному коту, который проживает в Лукоморье и ходит по золотой цепи вокруг дуба.

Пришлось специально так подробно отвечать, почувствовав, что коварная птица хочет придраться к словам. (Скажу просто "кот учёный", так хитрюга отправит к какому-нибудь другому котику, которого любящий хозяин называет учёным. Попрошу указать только Лукоморье, опять может направить к бабусе на луковое поле или в какой-нибудь овощной магазин.)

Филин потоптался, подумал.

— А ты не так прост, маленький хитрец Шкет. — Наконец проворчал он.

— Ясен перец, чай не зря учился десять лет в школе, а потом ещё пять годков корпел в военном инженерном ВУЗе.

Почему-то тоже захотелось блеснуть талантами перед этим задавакой. Мне было точно известно, что говорю правду, хотя ни капли не понимал откуда это всё пришло.

— У — ГУ — ГУ, да ты сам получается учёный почти как кот. — Рассмеялся пернатый. — Что тебе может дать этот полу-домашний котёнок-всезнайка?

— Я же в отличие от некоторых не утверждаю, что всё на свете постиг, потому желаю пообщаться с общепризнанными гениями.

— Угу, снова подловил. — Пробормотал филин. — Ладно, раз ты такой настойчивый, то знай, что искомое тобой дерево с той самой животиной находится в Тридесятом царстве на берегу моря, а теперь нам пора ужинать.

— Постойте, где находится Тридесятое царство заодно не подскажете? А может вы даже сами располагаете сведениями как помочь фее?

— УХ нет, наше правило отвечать только на один вопрос. Ты не первый такой у нас гость, согласный до утра "лясы точить", лишь бы от ужина оторвать, угу.

— А если после ужина? Мне спешить некуда, могу и подождать. (даже заночевать, пробежала нахальная мыслишка)

— УХ, после нашего ужина нечем и некому будет слушать. Мы как волк обычно не заглатываем целиком. Желудок у птиц не такой тренированный, угу.

— Не понял, вы всё же решили меня кушать, а как же уговор?

Моё растерянное лицо, наверное, рассмешило собеседника.

— УХУ — ХУ — ХУ! Уговора тебя не кушать не было. Мы обещали не съедать сразу. — Хитро подмигнул пернатый, (мол его тоже так просто на мякине не проведёшь, своего всё-равно добьётся).

— Погодите, но мне же удалось рассчитаться за свой вопрос и ваш ответ. Вы сами это признали! — Попробовал я воззвать к порядочности.

— УХ, расплатился, угу, но это не значит, что желудок мудрой птицы должен оставаться пустым. Между прочим, благодаря твоей болтовне вечернюю охоту пришлось пропустить, а утренняя нескоро. Ты небось сам знаешь, что мозговая активность требует повышенного питания, угу?

— Ага, ещё ни для кого не секрет, что наглеть опасно, а умных людей и животных берегут, охраняют. Не боишься по макушке получить из-за такого важного гостя?!

Мой голосок начал крепчать, вместо растерянности пришла ярость, но Филя лишь усмехнулся, не замечая происходящих с собеседником перемен, а может быть, просто не считая нужным обращать внимания на злость такого маленького мальчика.

— УХ нет, бояться некого. Нас не зря зовут мудрой птицей. Совсем не сложно предварительно выяснить, что ребёнок пришёл один и без защитников, угу.

— Ну — у, если ты мудрый до такой степени, тогда попробуй вот этого: "Помогай Меч Сто Голов с плеч!!!"

По дуплу разнёсся грозный писклявый призыв, сопровождая появление волшебного клинка. Тембр малыша конечно не произвёл впечатления, но меч засветился. Как и в прошлый раз у него открылись глаза, но увидев огромного филина клинок опять упал в обморок, в смысле согнулся и размяк. Однако яркая вспышка ослепила ночного охотника. Спрятав голову под крыло, он закудахтал, как курица.

— Ка — ка — караул!!

На это и было рассчитано. Мои глаза не ослепли, потому что были вовремя закрыты. Вспомнив, как бабушка наказывала волка, дальше мне пришла удачная мысль использовать размякший меч вместо ремня, шлёпая кровожадного мудреца куда попало.

— А-ТА-ТА! — А-ТА-ТА!

Отступая, неприятель вывалился из дупла, но конечно не упал. Взмахнув крыльями, хищник куда-то полетел, ругаясь и видимо сослепа натыкаясь по пути на деревья.

В этот раз мучится запихивая мягкий клинок в ножны не пришлось. Волшебный меч приоткрыл один глаз и увидев, что страшного противника больше нет, моментально распрямился и затвердел.

— Ну, как мы его прогнали, а?! — С гордостью заговорил он. — Я же тебе обещал, сынок, что мы повергнем всех наших врагов! Ох какую трёпку мы ему задали!

— Да-а-а?! А мне показалось, папаша, что "задали перца" вам обоим. — Усмехнулся я. — Хотя надо признать, что в качестве плётки благородное оружие служило вполне достойно.

Подумав, что хозяин дупла в любой момент вернётся и может напасть на спящего, мне показалось, что рисковать, оставаться здесь на ночлег не стоит. Лучше перекантоваться в другом месте. Спускаться оказалось намного легче, чем подниматься. Из-за темноты голова не кружилась, высота не пугала потому что её не было видно. Очутившись на земле, стукнув пятками, я обнаружил, что туфли прекрасно ориентируются и ночью в темноте. Ободрав своего хозяина по дороге об ветки, вскоре они доставили к норке старого ёжика, где пришлось и заночевать под кустом, потому что лучше ничего придумать не получилось. В гости к колючим зверькам смогла пролезть только моя рука, но и та сразу укололась.

Глава 6

Проснулся я дрожащим от утренней прохлады. Колючий Бок теребил меня за нос, стараясь разбудить. После громогласного "А-апчхи!!" в ответ на щекотку, бедного старика опрокинуло на спину и лишь благодаря зацепившимся колючкам не сдуло совсем.

— Вижу не удалось гонцу узнать, как вылечить нашу волшебницу иначе сам бы не кашлял. — Проворчал тот, поднимаясь и отряхиваясь.

— Зато мне стало известно, что Лукоморье, это не луковые посадки, а курортное местечко на берегу моря в Тридесятом царстве. Не получилось только выяснить где найти это царство. Представляешь, чуть не съели.

— Да, такое бывает. — Задумчиво пробормотал ёжик. — Добираешься к чему-то важному, уже почти у цели и вдруг бац, замечаешь, что тебя уже нет. Бывшие друзья-попутчики по дороге сожрали и косточки обсасывают.

— Ты вроде бы ещё живой.

Моя рука осторожно потрогала мягкий животик собеседника.

— Ну да осязаемый и тёплый.

— Что? Не обращай внимания. Это абстрактные рассуждения. — Пробормотал тот. — А Тридесятое царство находится через три по десять вёрст от Тридевятого королевства, это и ежу понятно.

Мне почему-то стало смешно и захотелось похихикать: "А Тривосьмое соответственно перед Тридевятым, Триседьмое перед Тривосьмым и так далее. Главное найти самое первое, вернее Трипервое!"

Зверёк внимательно посмотрел мне в глаза.

— А-а-а, шутишь. Слышали мы, что вы, люди, на это дело падки. Нет, такого порядка не существует.

— Как же тогда найти Тридевятое?

— Можно попробовать спросить Филю, если, конечно не боишься. — Покосился на меня Колючий Бок.

— И ты туда же, на слабо берёшь.

Мои губы сложились в горькую усмешку.

— Беседовали уже мы сегодня ночью с пернатым разбойником. Видишь еле вырвался, весь побитый, поцарапанный. Медведь его пусть расспрашивает, небось найдёт как-нибудь.

Ёжик обежал вокруг меня внимательно осматривая.

— Стареет значит ночной охотник. Раньше от него так просто было не уйти.

— Так ты специально что ли к хищнику на погибель хотел послать, колючка ты этакая?! — Возмутился трусливый меч.

Ёж только захихикал.

— Надо же герою потренироваться. Дальше ещё тяжелее будет. Ладно, пойдём на болото, оттуда сегодня отходит рейсовый транспорт.

— Теперь в трясину заманиваешь? В мир иной небось отходит?

— Там в разные стороны отправиться можно. Они должны знать дорогу и в Тридевятое королевство.

Колючий Бок, не поняв чёрного юмора, "нырнул" между ветвями и поваленными стволами. Я кое-как стал протискиваться следом. Через некоторое время мы вылезли на берегу речушки.

— Помогай. — Сказал спутник и вдвоём удалось вытащить из воды подходящий по размерам листок лотоса. Загибая и закалывая края своими иголками, укрепляя смолой, зверёк вскоре превратил его во что-то наподобие лодочки.

— Так скорее доберёмся, чем лезть сквозь заросли по топкому берегу. — Запрыгнул он и поманил меня следом.

Отталкиваясь жердями, мы поплыли, как два гондольера.

— Поберегись, дорогу!!! — Послышался вскоре звонкий, весёлый голосок и на порядочной скорости на похожем листочке нас обогнала девочка. Растрёпанные волосы развевались на ветру. Целая стая крупных бабочек уцепившись лапками за верёвочки тянули её как буксиры. Поднявшаяся волна чуть не захлестнула наше утлое судёнышко.

— Ох, старый я кактус, совсем забыл, что сегодня очередные соревнования на приз Дюймовочки! — Простонал ёжик, ухватившись за меня и еле удержавшись на лапках.

— Это что за соревнования такие? — Заинтересовало меня.

— Ну ты разве про Дюймовочку не слышал? Всем так понравилась её история, что ежегодно решили повторять, причём каждый раз в ней всё больше желающих принять участие. Гляди сейчас жабы нас обгонят!

И точно: громко квакая, мешая друг другу, толкаясь и брызгаясь тесной стайкой проплыли штук пятьдесят здоровенных лягушек. Недовольные помехой, они чуть не выбросили нас на берег. К счастью Колючий Бок грозно запыхтел, растопырил иголки и заставил их отступить.

— Вот, самцы, знают же, что дамочка замужняя, а до сих пор на что-то надеются! — Проворчал он, отфыркиваясь, вычерпывая попавшую от лягушачьих брызг воду.

Вскоре мы увидели, как в воздухе над нашими головами жуки несли ту же девчонку, пытаясь вырвать из лап друг друга.

— Борются за право первого танца. — Прокомментировал спутник. — Самое интересное, что на второй танец бедняжку не пригласят. Это среди насекомых считается непрестижным, вроде как благородные кавалеры second hand (вторые руки) не приемлют.

— А что же кроты делают, роют туннели наперегонки? — Вспомнилась мне сказка.

— О, да ты же в курсе! — Обрадовался товарищ. — Каждый раз планируют этот этап и всегда срывается. Слепые пройдохи так увлечённо считают свои богатства, что про невесту и свою работу напрочь забывают. В общем-то все довольны в результате, одна полевая мышь только жалуется. Главная героиня выросла и половины зёрнышка давно стало мало. Ей, как жене эльфа, теперь подавай самую лучшую выпечку: торты, пирожные и т. п.

Вскоре наша лодочка заплыла в полосу тумана.

— Лошадка! — Тут же закричал ёжик и приложил лапку к уху, но никто не откликнулся.

— Какого друга потерял! — Горько посетовал он, безрезультатно повторив призыв несколько раз.

— Медведь наш, Потапович, всё подначивает, мол приснилось это мне тогда, дескать варенье попалось забродившее, а мы с ним его перебрали, но ведь точно помню, что была коняга. Она так смешно шлёпала губами "Тпр-р-р!"

— Зачем же её всё время в мареве-то искать? Невидно же ничего. — Удивился я. — А может кобыла давно уже на другой луг перешла пастись? Ты её точно в этом месте встречал?

— Да не знаю. Помню туман был такой-же, а в каком месте, на каком ручье не запомнилось. Молодой я был тогда, гулял с девушками, а тут такая попалась хорошая, губастая…

Приятель мечтательно закатил глаза, причмокивая.

— Тебе какая девушка встретилась, ежиха или лошадь? — Осторожно выглянул меч.

— И этого не знаю я! — Грустно вздохнул колючий Дон Жуан. — Дымка была слишком густой, не разглядел. Помню, что большая подошла, дышала страстно, ласково лизнула языком и заржала, как конь.

Через некоторое время мы выбрались из марева и выплыли в заболоченное озеро. Вся поверхность воды буквально кишела утками и лягушками.

— Жабы всё ещё соревнуются? Здесь следующий этап? — Огляделся я.

Вроде-бы ничего в известной сказке больше не вспоминалось, а потому происходящее действие заинтересовало.

— Нет, состязание закончилось. Теперь они отправляются восвояси. Будут тренироваться в своих водоёмах до следующего праздника. — Успокоил ёж.

— А птицы что делают?

— Как чего? Это же утиная авиакомпания перевозок пассажиров.

В этот момент словно в подтверждении его слов взмыли две утки, неся в клювах веточку с зацепившейся лягушкой. Несчастную квакушку трясло и бултыхало, как в стиральной машинке. Мне стало её жалко. То-то всё озеро грязное и в болото превращается. Небось каждую тошнит от такой поездки.

— Как видишь быстро и удобно! — Прокомментировал спутник. — У них недавно слоган появился: "Летайте утками аэрофлота!"

— Ты хочешь, чтоб и я так же? — Дошло наконец до меня.

— А что тебя не устраивает? Сейчас спросим, когда наш маршрут и вперёд.

— Да ты знаешь, что хозяину не удержаться ни руками, ни ногами, ни зубами?! — Охнул трусливый меч. — Он же тебе не квакушка!

— Вот так всегда! Для них стараешься, а в ответ одни претензии вместо благодарности! — Проворчал Колючий бок.

Внезапно над головой захлопали крылья и посередине озера села другая стая. Огромные гуси, скорее всего бройлерные, важно поплыли, возвышаясь над утками, как океанские корабли над невзрачными лодочками.

— Вон гляди Нильс заглянул пролётом. Хороший мальчишка, не капризный, не то что некоторые!

Посреди серых гусей на ещё более крупном белом восседал паренёк примерно моих размеров. Он вскоре заметил меня, шепнул своему приятелю, и они направились в нашу сторону.

— Это новенький. — Моментально представил меня ёжик. — Ему в надо в тридевятое королевство, но можно сразу в тридесятое царство.

— В тридесятое далековато, вожак стаи не согласиться, а в тридевятое можем подбросить попутно. — Весело сказал хлопец с лёгким акцентом. — Нам как раз в дороге не хватает товарищей, чтоб повеселиться.

— Ну что, удержишься верхом-то. — Подтолкнул меня колючий приятель. — Небось не слабее Нильса.

Сравнение тотчас зацепило. Как девчонки вечно соперничают в красоте и нарядах, так и мальчишки соревнуются в силе, ловкости, смелости. Я ревниво посмотрел на пацана, сопоставляя его бицепсы со своими.

— Вот и договорились, а то мне домой пора.

Ёжик подтолкнул, гусь подставил крыло, парнишка схватил за шкирку, дёрнул и моё тело, словно мешок, неожиданно оказалось на спине пернатого водоплавающего рядом с новым знакомцем. Я растерянно оглянулся. Мне не дали ещё времени подумать соглашаться или нет, а идти на попятную уже стыдно. Никто не хочет прослыть трусом в моём возрасте. К тому-же прежний спутник, сунув мне в руки какой-то мешочек, уже шустро отгребал в своей убогой "посудине".

"Опасается видимо, что испугавшийся путешественник может прыгнуть назад, придумав какую-нибудь отговорку", — промелькнуло в подсознании. Мне бы и хотелось, но все правильные слова куда-то попрятались, не желая меня выручать. На "языке вертелись" ругательства, но я знал, что они неприличные и молчал. Вскоре мы подплыли к остальным гусям и меня пересадили отдельно. Это оказалось ещё хуже, ведь никто уже не помогал, не поддерживал.

— Ни разу не летал ГА — ГА? — С усмешкой спросили окружающие, глядя как новый член команды судорожно ухватился за перья.

Я замотал головой. В этот момент от страха забылись даже самые простейшие фразы.

— Оно и видно, значит плата будет хорошая КРЯ — КРЯ! — Удовлетворённо заголосили соседки утки.

Отдохнув и подкрепившись, гусиная стая стала подниматься в воздух и выстраиваться косяком. Когда пришла наша очередь, показалось, что птица, посадившая меня на спину, не сможет взлететь. Крылья так сильно хлопали при разбеге, что заплескали водой с ног до головы и меня, и всё вокруг, а мы всё не могли оторваться. В душе уже пробудилась надежда, что не ничего не получится и сейчас высадят, но неожиданно болото и лес стали быстро отдаляться, будто оторвались нити притяжения, связывающие нас с поверхностью. Желудок резво провалился куда-то вниз, в одну из пяток, а в другой испуганно затрепыхалось, как птичка моё несчастное сердечко. Почувствовав состояние пассажира, гусь прогоготал: "Осторожнее, не разбросай по дороге деликатесы ГА — ГА!" Поняв, что волнуются больше за мешочек с чем-то вкусным для пернатых, тотчас пришла идея привязать его к штанишкам. Теперь если сорвусь будут спасать хотя бы ради него.

Перелёт мне не запомнился. Это была сплошная болтанка. Не выдержав, организм просто впал в забытьё. Очнулся я от того, что положили на спину и безжалостно облили водой. Когда удалось подняться на ноги, всё вокруг по-прежнему кружилось и колыхалось, будто мы ещё летим.

— А ты неплохо держался для первого раза. — Хлопнул меня по плечу Нильс.

Сам он стоял, покачиваясь рядом. "Так вот почему гуси и утки ходят, переваливаясь с боку на бок", — неожиданно дошло до меня. У них просто всё время кружится голова! Мы с мальчиком сейчас двигались точно так же.

— Меня в первом полёте два раза ловили в воздухе, а тебя даже не стошнило. — Завистливо вздохнул парнишка. — Ты прирождённый летун. Познакомься с Дюймовочкой. Её муж эльф добыл для супруги крылья. Может и тебе повезёт?

— Нет у меня никаких способностей лётчика, просто вовремя уснул, отключился. — Утешил я нового приятеля. — К тому же болтаться под небесами больше не хочется. Надо узнать, как отсюда в Тридевятое королевство пройти. Уж лучше мне дальше пешком хромать.

— Ну так давай прогуляемся по городу и спросим. — Предложил паренёк. — Уже темнеет, прохожих мало, затоптать нас не должны.

Только сейчас, когда всё в организме успокоилось и перестало раскачиваться, приглядевшись удалось понять, что мы находимся на крыше высокого дома. Вокруг насколько было видно простирались черепичные покрытия похожие на наше некоторые чуть выше, другие пониже. Одинаковые поверхности различались, наверное, только великим разнообразием всяческих флюгеров.

— Как же мы отсюда спустимся?

Осторожно взглянув вниз на мощёную улицу, я оценил расстояние. Конечно после полёта над лесами и полями высота не такая пугающая, но разбиться хватит.

— За это не переживай, у меня всё под контролем. Уже много раз приходилось останавливаться в этих местах и ходить дразнить бронзового короля. Знаешь, как весело?!

— Не волнуйся, сегодня мы сразу пойдём расспрашивать деревянного боцмана про твою дорогу. — Немедленно успокоил товарищ, заметив мою отвисающую челюсть.

Подойдя к краю, Нильс свистнул и постучал по крыше. Немедленно с разных сторон с надеждой выглянули мохнатые многоглазые существа.

— Главное иметь в запасе несколько свежих мух. — Важно сказал мальчуган, роясь по карманам.

Глядя как нас стали деловито оплетать тонкими нитями, из памяти всплыло, что странные создания называются пауками. Некоторые из людей их почему-то боятся, но мне небольшие восьминогие насекомые показались вполне безобидными. Может быть это благодаря новому дружку. Наблюдая за его спокойным поведением, тоже не хотелось волноваться. В крайнем случае разрежу нити мечом. Клинок, даже сгибаясь в обмороке, остроту терять не джолжен. Тем более, что руки нам оставили свободными.

— Ну что, пошли? — Сказал приятель и бесстрашно шагнул с крыши.

Я заглянул вниз. Паучки, сидевшие на нём, как страховщики или лифтёры, распускали паутину и аккуратно опускали пассажира на такой далёкий отсюда тротуар. Неожиданно меня подтолкнули, и мы полетели следом. Видимо моим паукам или гусям надоело ждать. В первый миг захотелось закричать от страха, но падение тут же замедлилось, и я решил не позориться перед новыми знакомыми. Во время спуска стало понятно, что домишко всего-навсего одноэтажный. Это он просто кажется большим, в сравнении с моим ростом.

Нильс встретил, помог быстрее распутать паутину и расплатился.

— Поплыли дальше на лодочках! — Азартно предложил он. — Местная шпана во множестве их бросает уходя домой. Днём же они устраивают настоящие гонки. Я присмотрел нам парочку.

Рядом с дорогой оказался жёлоб с бурным ручьём. "Возможно сюда сливают нечистоты", — подумалось мне, затыкая нос. Плавать по такому не хотелось. Вдруг авария и придётся окунуться? Однако пацанёнок уже вскочил на кораблик, грубо вырезанный из древесной коры и балансируя руками, с весёлым криком помчался по течению.

Вот, блин, сущность мальчишеская! Не хочу, а придётся плыть, чтоб "не ударить в грязь лицом" перед новым товарищем! Надо хоть какое-нибудь подобие весла найти, чтоб увереннее держаться на таком ненадёжном плав-средстве.

Нильс уже скрылся вдалеке за грудой камней, но я всё-равно не стал спешить и сплавлялся осторожно, отталкиваясь от берегов и препятствий длинной тросточкой. Подстраховаться палкой оказалось очень правильно. Сразу за поворотом улицы меня поджидал, приплясывая, азартный дружок мокрый с ног до головы. Я не решился проплывать опасный изгиб ручья и с помощью шеста сумел осторожно пришвартоваться.

— Давай рискни! — Подтолкнул меня парнишка, но я категорически отказался.

Тогда он вскочил на мой кораблик, сделал вторую попытку преодолеть бурный участок и снова свалился в воду.

— Фу-у, как от тебя "несёт", голубчик! — Поморщился я, помогая ему выбраться на сушу.

— Подумаешь, зато искупался в тёплой водичке! — Бодро отряхнулся пацан.

— Ага, только зубы стучат почему-то!

Дальше мы пошли пешком. Мальчишка видимо соскучился по собеседникам и не закрывал рот всю дорогу. Вставляя отдельные вопросы, удалось узнать всю его историю. Оказывается, когда гном простил Нильса и снова сделал большим, паренёк вдруг понял, что весь год жить на ферме с родителями чрезвычайно скучно. Сестёр и братьев нет. Приятели далеко на соседних хуторах и с ними он видится редко. Не знаю уж как, но этот шустрый товарищ уговорил родителей и гнома, чтобы время от времени опять летать с гусями, путешествовать.

— А как ты, Шкетик, стал таким маленьким? — Неожиданно спросил он.

Я задумался и пожал плечами.

— Наверное всегда таким был.

— Круто! Мне бы так. — Восхитился спутник.

Неожиданно совсем рядом раздалось: БОМ, БОМ, БОМ! Будто звон колокола. Мой дружок резко остановился.

— Не может быть! Король так рано не ходит, тем более его ещё никто не дразнил!

Почти сразу из-за очередного поворота узкой извилистой улицы нам на встречу вышел человек в металлической одежде и маске. Рядом выступал другой в похожем наряде, только деревянном. Вслед им бежали горожане с криками: "Да здравствует король! Да здравствует боцман!"

— Это же карнавал. — Расслабился я, но Нильс испугался.

— Сейчас затопчут! — Воскликнул пацан, дёргая меня за руку, и мы помчались назад, поглядывая по сторонам в поисках убежища.

Вскоре над головами раздалось хлопанье крыльев. Налетел белый гусь, подхватил Нильса и сразу взмыл вверх.

— Держи его!!! — Немедленно заорали люди.

Вдогонку полетели камни и палки. "Какие они жестокие", — промелькнуло в голове, но надо было прятаться, спасаться самому. Сейчас заметят и мне достанется. Схватят, примут за куклу и оторвут ножки, ручки. Заметив дырку в стене, прогрызенную, наверное, крысами, я протиснулся в темноту. Впереди показалось неяркое свечение, послышалась приглушённая музыка. Вскоре стало свободнее и можно было подняться на ноги. Через некоторое время звучание усилилось, замелькали тени танцующих пар.

— Батюшки, да тут какой-то праздник! — Вырвалось у меня.

— Проходите, молодой человек! Приглашаем всех! — Гаркнул над ухом голос, заставивший подпрыгнуть от неожиданности.

Надомной возвышалась кукла в форме швейцара с нарисованной улыбкой на лице. Приглядевшись в полумрак обширного помещения, я вдруг понял, что все здесь присутствующие это тоже игрушки. Вон неуклюже пританцовывают плюшевые мишки. Рядом пляшут собачки. Прыгают взяв их за лапки зайчики. Большой деревянный слон на колёсах катает обезьянку с барабаном и матроса с медными тарелками. Целый взвод оловянных солдатиков ангажировал разнообразных кукол. Почти все они кружились в ритме вальса. То, что праздник у игрушек, меня ни капли не удивило. Почему игрушки не могут веселиться, если им так хочется?

— Наши дети очень рады скушать гору шоколада, а у каждой девочки должно быть по конфеточке!

Стихотворные строчки пришли как всегда неожиданно и случайно, хотя давно пора было "заморить червячка". "Интересно, здесь кормят, а то у ребёнка с утра крошки во рту не было?" — Подумал я, проходя по краю зала и присматриваясь. Внезапно голодный организм уловил волшебно-вкусный запах. К счастью это оказалась конфета, а не шоколадная игрушка. Она оказалась огромная и пахла необыкновенно соблазнительно.

— Угощайтесь. — Предложила красивая куколка с голубыми волосами и фарфоровой головой, она единственная почему-то сидела рядом на стульчике и не танцевала.

Предложение оказалось, как нельзя кстати. До этого ещё были сомнения, вдруг лакомство здесь находятся для каких-то особенных целей? Посмотрев на свои грязные руки, я взялся было за меч, но передумал. Как будет выглядеть человек, кромсающий сладости клинком? Да и эта красотка может испугаться. Развернув шуршащую обёртку, разинув как можно шире рот, я погрузился в шоколад всеми своими зубами. Конфета оказалась чрезвычайно вкусной и просто таяла во рту. Даже не успев как следует пережевать, захотелось скорее ухватить следующий кусок и побольше!

— Ой, мальчик, ты же весь перемазался. Теперь ты похож на негритёнка. — Захихикала кукла.

— Фиг с ним, зато вкусно! — Промычал я с полным ртом.

— Как же так, надо тебя умыть!

Прелестница всплеснула руками, но одна её пластмассовая конечность вдруг упала на пол.

— Ах! — Смутилась бедняжка и побежала её догонять.

— Надо помочь. — Вздохнул я, отрываясь от лакомства и поспешил следом.

Несчастная стеснялась и ахала, но пришлось бесцеремонно обнажить ей сломанное плечо.

— Да тут и делов-то прицепить пружинку!

Мои губы изобразили небрежную улыбку знатока. Захотелось покрасоваться перед этой симпатичной девочкой. Вскоре механизм щёлкнул, и рука встала на место.

— Одевайтесь мадмуазель! — Важно промолвил я.

— Ой, как я рада! Как я вам благодарна! — Запищала красавица, а к нам тут-же подошла кукла-клоун.

— Мальвина, Мальвина невеста моя…

— Погоди, Пьеро, посмотри на этого мальчика. Он настоящий волшебник как папа Карло!

На её звонкий голосок стали собираться другие игрушки и мне опять пришлось оторваться от шоколада. У кого-то что-то отклеилось, оторвалось. Принесли клей, нитки, иголку. Работа оказалось в основном пустяковая и это меня возмутило.

— Да что-же вы сами не можете друг другу помочь? На такой простой ремонт даже ваших фарфоровых и тряпичных мозгов должно хватить! Ну-ка давайте учитесь, а то всем помочь у меня просто времени не хватит.

Прискакал даже оловянный солдатик со сломанной ногой.

— Извини, братан. — Хлопнул я его по плечу. — Если найдёшь паяльник, приходи. Клеем тут не поможешь.

Неожиданно всё стихло и музыка, и голоса, а посреди тишины раздался мерзкий, скрипучий, писклявый голос: "Кто посмел съесть мою конфету!"

Все оглянулись. Около сладкого уперев лапы в бока стояла здоровенная крыса, большая меня ростом раза в два. Её глаза грозно хмурились, а длиннющий хвост бил по бокам. Не смотря на страшный вид, чепчик, фартук и очки, которые носил грызун здорово рассмешили.

— Я ещё раз спрашиваю, кто посмел съесть мою конфету! — Пропищало это чучело, в то время, как я затыкал себе рот от смеха.

— Это Шушера. — Прошептала Мальвина, закрывая меня пышным платьем.

— Извините, бабушка, там ещё больше половины осталось. — Наконец получилось у меня выговорить сквозь смех. — Вам должно хватить, не то слипнется где-нибудь, а в этом помочь мы уже не сможем.

— Хам! Какая я тебе старуха!! — Воскликнула возмущённая крыса и метнула в меня недоеденное лакомство.

— Вот видите, вы оказывается совсем не хотите кушать, а скандалите. — Поймав конфету, я с удовольствием стал её доедать.

— Так просто это тебе не сойдёт с рук, невежа. — Проворчала вредина и вдруг оглушительно засвистела, засунув пальцы в рот.

Некоторое время ничего не происходило. Заткнув уши, я стал подумывать, что или сейчас она устанет, прекратит, или придётся чем-нибудь треснуть хулиганку. Нервы и уши уже не выдерживают. Неожиданно из того-же угла из которого появилась Шушера побежали крысята. Они были меньше своей начальницы, но их была целая стая.

— Принесите мне голову мальчишки! Я съем её вместо десерта! — Взвизгнула серая предводительница и послала свои полки в атаку.

— Защитим паренька, который нам помог. — Воскликнула Мальвина и нас с ней стали окружать игрушки, сбегаясь со всех сторон.

С громким писком крысята кинулись вперёд. Хоть они были невелики ростом, но оказались очень сильными. Первый ряд самых маленьких плюшевых игрушек грызуны просто разметали в стороны. С игрушками потяжелее им пришлось повозиться подольше. Здесь хвостатые воины нападали вдвоём, втроём на одну. На удары мягких тряпичных кулаков зверьки просто не обращали внимание. Я заволновался, но тут нагнув штыки, ровными рядами врукопашную пошли оловянные солдатики. Они не могли быстро бегать из-за своего тяжёлого веса и потому подоспели последними. Зато как они наступали! Красивым, ровным строем, плечом к плечу.

Ударили барабаны, с флангов загрохотала артиллерия. Хотя пушки и выстреливали конфетти, их грохот очень напугал крысят. К тому же металл оловянных бойцов оказался им не по зубам. Удары же пусть неострых, но тяжёлых штыков и прикладов по крысиным мордам, вконец развернули их в бегство.

Я принялся запихивать в ножны опять смявшийся, упавший в обморок меч, понимая, что мне подраться уже не придётся. Мальвина радостно прыгала, обнимаясь с Пьеро, как вдруг под потолком что-то блеснуло. Подняв голову, мы увидели, что бородатый лилипут, взобравшись на возвышение пищит и машет руками. И здесь он решил подгадить! Блеснуло ещё раз и все куклы кроме Мальвины с Пьеро замерли. Пушки перестали стрелять, барабаны бить.

— Всё, теперь нам конец. — Заплакала только что радовавшаяся красавица.

— Не время реветь! — Воскликнул её жених. — Побежали через чёрный ход. У тебя же есть золотой ключик!

Схватив девчонку вдвоём за руки, мы рванули в темноту. Наверное, нам не удалось бы удрать. Крысы носятся очень быстро, особенно такие крупные. Однако пробегая мимо пушек, я догадался дёрнуть за верёвочки и выстрелы опять напугали, задержали наших врагов. Когда же они осмелели, им навстречу уже катился столкнутый с горки большой слон на колёсах и две машинки поменьше. Заведённые с помощью ключиков, обезьянка опять громко стучала в барабан, а матрос гремел медными тарелками. Грызуны сперва прыснули в стороны из-под колёс, а когда те остановилась, с остервенением набросились, облепили, пытаясь прокусить толстые деревянные ноги слона и колёса автомобилей.

— Болваны! Тупицы! Отпустите игрушки! — Верещала Шушера с балкона, потрясая кулаками. — Мне нужны только те трое!!!

В это время наша красотка сумела открыть потайной ход, и мы вырвались в сумрак ночи. В двери за спинами автоматически защёлкнулся замок. Крысятам придётся возвращаться к другому выходу.

Хотя уже стемнело, на столбах светили фонари и было видно под ногами. Мои друзья побежали, ведя куда-то по лабиринтам улиц. Через некоторое время вдалеке вновь послышался писк преследователей.

— Догоняют! Не успеем! — Опять захныкала Мальвина.

— Осталось совсем немного. — Подбадривал Пьеро.

Вдруг перед нами чуть ли не камнем приземлился один гусь и следом второй с пассажиром на шее.

— Ну где ты шляешься? Тебя вся стая обыскалась! Забирайся скорее! — Затараторил Нильс.

Я оглянулся, на прижавшихся друг к другу новых товарищей.

— Извини, мне нельзя их бросать. Нас преследуют крысы.

— Крысы!! Топить грызунов это же моё любимое занятие! — Обрадовался мальчишка. — Даже больше, чем дразнить бронзового короля. Ладно, отправляйтесь куда вам нужно. Ты всё-равно хотел на этой остановке сойти. Я задержу ваших врагов и постараюсь заманить в море. Где тут моя дудочка?

Мы опять помчались, а сзади заиграла свирель. "Парнишка мог бы стать музыкантом, вон как душевно выводит", — мелькнула в голове мысль.

Глава 7

Через некоторое время куклы завели в какую-то хибару-развалюху. Кроме лежанки с сеном вместо постели и старого стола, из мебели больше ничего не было. Единственным можно сказать украшением на стене прямо над полом, был приколочен старый драный холст с изображением камина и висящего над огнём котелка.

— Классика жанра! — Хохотнул я перед тем, как дверь за этой картиной отперли и наша команда, держась за руки, вступила в проход.

Оглянувшись, мы успели увидеть тающую в белом дыму злобную морду Шушеры. Старая крыса видимо хотела прорваться за нами вслед, но не успела. Волшебный проход вовремя закрылся. Мальвина показала ей язык. Вскоре наша троица оказалась в похожей хибаре, только пошире предыдущей. Вдоль всех стен здесь оказалось много лежанок и полатей над ними. На одной из них сладко спал Буратино. Его сразу удалось узнать по длинному носу и одежде похожей на мою, аккуратно сложенной стопочкой. Встретил нас зевающий папа Карло. Ну а кем ещё может быть пожилой мужчина в этом доме?

— Сколько можно выплясывать на танцульках? — Проворчал он, впрочем, без всякой злости в голосе. — В следующий раз не дождётесь у меня золотого ключика. Ишь выдумали на каждый пустяк такой артефакт тратить! Вдруг где-нибудь потеряете?

На меня дядька внимания практически не обратил, потрепал по голове, как и других и предложил располагаться где захочу. Утром разбудил весёлый крик и треск. По каморке бегал, прыгал, кувыркался, стучал, трещал, ходил на голове и делал множество других возможных и невозможных для обычного ребёнка дел Буратино. Мальвина и Пьеро пытались участвовать в этом веселье, но они явно не успевали за деревянным мальчишкой. Тот был намного энергичнее. Увидев, что я проснулся, они налетели на меня обули, одели и потащили за руки включив в свою дикую пляску. Мне по-честному удалось продержаться минут десять, пока не запыхался. К счастью появился папа Карло и баловство прекратилось, как по волшебной палочке. Мужчине даже не пришлось повышать голос. Куклы его очень любили, окружили, обняли, Буратино даже попытался понести на руках, но не осилил.

— Ну, озорники, кто будит луковицу?

С хитрым видом папаша достал из кармана горсть овощей.

— Фу-у-у!!! — Сморщились и отвернулись кукольные дети.

— Тогда давайте готовить луковую похлёбку.

Он тут-же распределил обязанности. Мальвина и Пьеро стали чистить, обжаривать луковицы, а мы с Буратино побежали за водой. Деревянный мальчишка баловался и по дороге. В результате воду два раза проливали и приходилось возвращаться к роднику. В конце концов я отобрал кувшин, пока не разбили и пыхтя, потащил один. Мой спутник же просто не мог идти спокойно. Казалось внутри него неправильный механизм, не позволяющий ему медленно двигаться, сидеть, или что-то спокойное делать.

Почти у самой хибары нам повстречался драный — передранный, грязный — прегрязный котище, вдобавок на костыле и с перевязанным глазом.

— Богатенький Буратино, не завелись-ли у тебя ещё монетки? Я знаю верное дельце и могу помочь тебе заработать уважаемому папе Карло на курточку. Тысячу процентов прибыли за месяц с гарантией, представляешь?! — Замурлыкал тот, подпрыгивая, пытаясь приноровиться к нашим шагам.

— Не — е, пиджак из крокодильей кожи мы ему уже купили, а на феррари последней модели лишь чуть-чуть не хватает. — Небрежно отмахнулся мальчик.

— Хотя стоп, сегодня же пора собирать золотые сольдо! Наверняка уже созрели! — Хлопнул он себя по лбу и прибавив ход сразу меня обогнал.

Когда я зашёл домой, Буратино хихикая шептался с приятелями.

— Прогуляешься с нами в Страну Дураков? — Тут же предложил Пьеро.

— Вообще-то мне надо в Тридесятое царство или хотя бы в Тридевятое королевство. — Пробормотал я.

Новые друзья переглянулись.

— Мы не знаем туда дороги, но по пути спросим в таверне. Там бывают всякие путешественники и хозяин наверняка подскажет. — Ответил за всех папа Карло.

— А ваш золотой ключик не может открыть туда дверцу? — Осторожно выглянул волшебный меч.

— Вряд ли. С помощью этого артефакта можно попасть только в кукольные театры, а в тех странах видимо их нет, иначе мы бы знали.

После завтрака весёлой стайкой наша компания вышла на улицу. Неженка Мальвина сидела на плечах у папы Карло, нас с Пьеро он держал за руки. Буратино носился по тротуару туда-сюда. Встречные косились на меня и поздравляли Карло с новой удачной поделкой. Тот кивал головой. "Может он меня и в самом деле считает игрушкой?" — Промелькнуло в голове. Хотя какая разница? Окружающих его кукол очень трудно отличить от детей. А может я и в самом деле кукла, сделанная кем-то и забытая, заброшенная?

— Уважаемый мастер, вы не в Страну Дураков ли случайно направляетесь? — Раздался вдруг слащавый голос.

Хромающий кот-инвалид выбрался из-под ближайшей подворотни и щурился одним глазом, внимательно осматривая нашу команду.

— Нет, Базилио, мы просто гуляем и нам в другую сторону. — Ответил папаша, демонстративно показывая Буратино кулак и громким шёпотом уговаривая не разбалтывать всем прохожим важные семейные секреты.

Всю дорогу до мусорной свалки Мальвина крутила головой и шептала:

— Из кустов следит!

— А теперь на дерево забрался!

— За лисой Алисой успел сбегать!

Когда мы наконец дошли, то я ахнул. На краю пустыря стояло деревце с блестящими на солнце кружочками. Мы бросились бежать к нему, а чуть сбоку отбросив костыли прыжками мчались туда-же так называемые инвалиды.

— Стой, Базилио, это наш саженец! — Заорал Буратино и вцепился коту в хвост, Пьеро сделал подножку лисе.

Животные покатились кувырком, мальчишки их не отпускали, а в это время остальные быстро собрали монеты, оказавшиеся медными, просто начищенными до золотого блеска. Кот орал и требовал свою долю. Я отмахивался палкой, не подпуская визжащую Алису. С трудом удалось их успокоить и объяснить, что это Папа Карло позавчера лично сажал в землю денежки и потому урожай наш.

— Подожду пока дома дозреют, а потом опять посажу. — Пробормотал мужчина.

Назад в город кот и лиса нас не провожали.

— Купились! — Потирал деревянные ладони Буратино.

Одному мне не была понятна их радость. Подумаешь, эти проходимцы тоже посадят деньги и соберут урожай. Только в таверне на берегу моря, куда новые товарищи вскоре завернули, всё встало на свои места. Сначала, правда, несколько минут пришлось сидеть и чего-то ждать. Буратино в это время азартно торговался с хозяином заведения за три корочки хлеба, пока тот наконец не отдал их бесплатно. Лишь тогда друзья заказали нормальную еду. Наконец в двери показался мужчина с большим красивым пуделем.

— Привет, сизый нос, здорово, Артемон! — Закричал деревянный мальчишка и кинулся их обнимать.

— Стой, пострелёнок, свалишь! — Взмолился вновь прибывший, ссаживая Буратино на пол.

— Всё как ты и обещал. Вот твои пять золотых. Собачий нюх их легко обнаружил.

Порывшись в карманах, он отдал пять монеток.

"Это же те самые, которые у него выманили кот и лиса!" — Вспомнилась мне история. Теперь они сами обманули жуликов и возвратили своё. Чтож молодцы и поделом мошенникам!

— Ну, заработал старый Джузеппе на кружечку эля? — Хитро прищурился мужичок.

— Давно всё на столе, как ты любишь, дружище! — Широким жестом пригласил папа Карло.

Во время шумного обеда вспомнили и про меня.

— Для чего, сынок, тебе в Тридевятое королевство? — Спросил Джузеппе. (После выпитого его большой нос из сизого стал красным.)

Я вкратце пересказал свою историю.

— Мне про другого мыслителя известно, про мудрого Гудвина. — Подумав ответил мужчина. — К тому же он волшебник и, если не так, то этак поможет. Туда ведёт дорожка…

— Из жёлтых кирпичей! — Опередил я его.

Знание об этом опять пришло откуда-то из глубин мозга независимо от моего желания.

— Точно. — Удивлённо пробормотал собеседник.

— Если ты в курсе, то тем более начни оттуда. Золотой ключик поможет добраться в ту страну достаточно быстро. — Обрадовал меня папа Карло.

— А кто-нибудь из вас не хочет со мной прогуляться? — Подмигнул я непоседливому Буратино.

"Уж он-то точно любит путешествовать", — подумалось мне.

— Извини, малыш, — обнял его папа Карло и легонько щёлкнул по длинному носу. — По некоторым направлениям ключик открывает дверь только в один конец. Чтоб вернуться, надо будет искать другие способы. Да и климат я слышал там для кукол неподходящий. Слишком частые дожди повредят их тонкий механизм. Ты же не хочешь, чтоб на пол пути твои друзья неожиданно сломались и погибли?

Мне осталось только вздыхать и надеется найти попутчиков там на месте. Неожиданно с громким стуком распахнулась дверь и в таверну ворвались несколько человек в серой форме.

— Все арестованы именем Тарабарского короля! — Важно выступил вперёд толстяк с огромной бородой.

Растительность на лице оказалась настолько длинная, что можно было несколько раз обмотаться ей вокруг пояса.

— Карабас Барабас! — Испуганно прошептала Мальвина.

Стражи порядка надвинулись на нас доставая наручники, но вдруг от входа разнёсся оглушительный голос: "Мои верные полицейские, вашему королю грозит беда! Неизвестные преступники атакуют мой дворец! Срочно возвращайтесь мне на помощь!"

Люди в сером тут же развернулись и убежали, а из огромного горшка, стоящего у двери выпрыгнул Буратино с довольным лицом.

— Всё тебе неймётся, старый бородач! — Джузеппе и папа Карло, поднялись из-за стола, засучивая рукава, надвигаясь на Карабаса. — Сколько можно тебя лупить?

Толстяк развернулся и "дал стрекача". Правда без потери сбежать ему не удалось. Деревянный мальчишка схватил за конец развевающейся бороды. Мужчина дёрнулся и у парнишки в руках осталась почти вся его пышная растительность.

— Я уже думал, что так быстро отросла, а этот проходимец просто приклеивал волосы! — Усмехнулся Джузеппе.

Буратино размахнулся и зашвырнул свою добычу в огонь очага.

— Нечего больше народ пугать! — Весело воскликнул пацан. — А теперь пойдёмте скорее отсюда, пока полиция не вернулась!

Расплатившись, взрослые стали подталкивать нас к выходу. Вскоре свернув с дорожки в кусты, мои новые друзья привели в небольшую пещеру. Папа Карло достав из кармана свёрток, развернул и повесил на стену старый холст с нарисованным очагом.

— Ну что, парень, давай прощаться. — Протянул он свою большую, мозолистую ладонь. — Как бы опять не пришлось удирать от полиции. Лучше тебе сразу отсюда идти к своему мудрецу.

Я оглянулся вокруг ничего не понимая.

— Куда идти?

Подскочивший Буратино с видом фокусника отодвинул картину и о чудо! Откуда ни возьмись, в стене пещеры образовалась дверь, в которую немедленно вставили золотой ключик.

— Ступай скорее! Волшебный коридор не может долго существовать в таком месте. — Прозвучало над ухом.

Кто-то подтолкнул в спину, и ноги перешагнули порог. Сделав ещё шаг, я обернулся помахать, но сзади уже оказалась совершенно другая деревянная дверь с надписью: "Меня нет дома". Пещеры больше не было и следа. Вместо неё стоял деревянный домишко и деревья вокруг.

Глава 8

Кого это нет дома? Подумав пару секунд, я решительно зашёл в избушку. По толстому слою пыли сразу стало понятно, что в помещении давно не было хозяев. Оставалось только хмыкнуть мол точно, его тут нет. А куда же направиться дальше? Тропинка из жёлтых кирпичей тянется в обе стороны.

Почесав затылок, побродив по комнатам, пришлось сделать вывод, что никаких подсказок здесь не найти. Пойду наружу, может отыщется какой-нибудь здешний житель?

Местные тут же обнаружились, да не один, а целая группа. Мужчины в голубых одеждах с вилами наперевес взяли домик в кольцо и осторожно приближались к двери. Они небыли такими рослыми, как папа Карло или Джузеппе, но меня оказались выше раза в два. Пришлось срочно попятиться.

— Э-э! Не надо тыкать в ребёнка! Вас же никто не трогает!

Нападающие смущённо остановились. Видно было, что они очень нерешительные и скорее пугают, чем действительно атакуют.

— Он же совсем маленький. — Наконец пробормотал кто-то самый смелый.

Из толпы вскоре вышел старик с седой бородой.

— Малыш, что ты делаешь в жилище Элли, феи серебряных башмачков?

— Я… так это…, разрешите представиться, перед вами её любимая кукла! — Придумалось после усиленного шевеления мозгов. — Нам экстренно надо встретиться с хозяйкой или мудрым Гудвином. Мне тоже срочно понадобились мозги, сердце, печёнка, почки, желудок и прочие внутренние органы. Скучно знаете ли порой одному, нигде не бурчит, не стучит, не колет. А волшебник изумрудного города говорят великий трансплантолог. Вы лучше подскажите в какую сторону идти глупой игрушке, а то заблужусь, и хозяйка будет плакать.

Ошарашенные напором и болтовнёй, люди расступились и молча показали направление. Ну хотя бы так. Не мешают и то хорошо. Остальное мы как-нибудь сами с мечом и туфлями. Стукнув пятками, мои ножки рванули с места ка говориться в карьер, пока никто не передумал. Бежал я почти пол дня. В какой-то момент поля с лугами закончились и сменились лесами. Когда пришла в голову идея временами менять самоходные башмачки с ноги на ногу, чтоб правая нога тоже отдыхала, передвигаться оказалось намного легче. Остановило только напоминание желудка, что не смотря на враньё он внутри всё-таки есть и очень хочет есть.

— Так, а в здешних лесах, интересно, плодовые деревья водятся? — Задумчиво погладил я беспокойный животик.

Пробежав ещё немного, показалось, что пора сворачивать в чащу. Лес уже густой, целый бор! Вдруг среди кустов и травы мелькнули знакомые шляпки грибов.

— Ба, да это сморчки! Настоящий деликатес!

Захотелось уж было нарвать охапку, но вовремя пришло понимание, что не то что сковородки с котелком нет в наличии, даже костёр развести не смогу, потому что опять же нечем.

— Не нужны эти сморчки, найти бы лучше яблочки. — Разочарованно вздохнул я и побрёл дальше.

О удача! Вскоре неподалёку сквозь ветви мелькнули знакомые листья и румяные плоды. Только что о них придумалось и вот пожалуйста, как будто по заказу. Ноги прибавили ходу, но вдруг преградив путь выскочил огромный, волосатый похожий на гориллу мужик. Как и у обезьяны, его руки почти доставали до земли. Самое странное оказалось то, что человек был явно разрублен на две части от шеи до попы, но перевязанный в нескольких местах верёвками, чувствовал себя великолепно. Кровь не текла, он улыбался и облизывался.

— Вы тоже хотите кушать? — Сразу дошло до меня.

— Ага! — Радостно кивнул тот. — Мы людоеды всегда голодны.

— А-а-а может грибочков вместе нарвём? Представляете, только-что под кустиком столько сморчков встретилось! Ещё наверняка тут водятся трюфели. Знаете, их французы обменивают по весу на золото. Сумасшедшие, да?! Но грибы действительно вкусные. У вас тут нет поблизости лопаты, а?

Забалтывая встречному мозги, я потихоньку пятился, но великан, разгадав план побега, сделал гигантский скачок и схватил меня здоровенными ладонями, словно ковшом экскаватора.

— Я людоед, а не грибоед, — прорычал он. — Впрочем грибы тоже давай, пригодятся, пойдут вместо гарнира!

— Ну вы хотя бы руки мне отпустите. Как же можно показывать согнутым в баранку? — Взмолился я.

Когда он выполнил просьбу, я немедленно ткнул пальцем ему за спину.

— Вон сморчки, сзади!

Мне хотелось отвлечь внимание от себя и как только монстр отвернулся, стал вглядываться в траву, ладонь сжала рукоять волшебного оружия. В этот раз хватило ума не кричать, призывая меч. Времени нет, а трусишка наверняка опять испугается, станет негодной тряпкой. Пока этого не случилось, остриё клинка быстро полоснуло по верёвкам, связывающим огромное тело. Людоед моментально распался на две части, рухнул на землю и от неожиданности разжал пальцы. Как ни странно, меч в этот раз не упал в обморок, но правда и не засветился.

— Э-это я его так? — Заикаясь спросил он, открыв глаза и вытаращив их по привычке, видимо заранее приготовившись бояться.

— А кто же ещё-то? Кроме тебя здесь другого оружия нет. Пойдём закончим работу, разрубим чудовище помельче, а то ишь оно ворочается.

Мои губы подрагивая растянулись в усмешку. Страх ещё не прошёл, зубы стучали, но изнутри уже поднималось ликование победой над таким громадным негодяем. А половинки людоеда и правда извивались, стараясь опять приблизится друг к другу и связаться как было. Верёвку мы и разрубили на мелкие части в первую очередь.

— П-пойдём с-скорее к-куда-нибудь, х-хватит с него. — Пробормотал клинок, после того как пальцы гиганта промелькнули совсем рядом с нами.

Наверное, великан попытался опять сцапать жертву, но промахнулся. Хватать этой рукой ему оказалось сложно. Голова-то осталась на другой половинке. Однако рисковать не хотелось. Хотя чудовище и кажется беспомощным, но слишком оно большое по сравнению со ребёнком, одним щелчком убить может. Всё время оглядываясь я торопливо нарвал яблок и поспешил отсюда подальше.

— Ничего! Юлки ещё раз поможет, и мы до всех вас доберёмся, а в первую очередь до железного дровосека. — Донеслось злобное бормотание людоеда.

Наверное, со страху ноги направились не в ту сторону, а через некоторое время выяснилось, что получилось окончательно заблудится. Сколько волшебные башмаки ни носили по лесу, знакомая тропинка из кирпичей не появлялась. Вокруг становилось темнее. Опускались сумерки.

— Где же буду ночевать? Малым детям пора спать. — Пробормотал мой ротик, начиная зевать.

Надо подыскать что-нибудь, хоть нору или берлогу, главное, чтоб была не занята и пригодна. Поблуждав ещё немного, присматриваясь к каждой канавке и коряге, оценивая надёжность защиты от ночных хищников и непогоды, сквозь листву зарослей удалось вдруг разглядеть огромный замок. Ворота оказались нараспашку. Внутри пустота и тишина. "Здесь живёт людоед!" — сообщали буквы на двери.

— Жил людоед, а сегодня ночует Шкет! — Разнёсся над лесом мой гордый крик, хотя для кого-то он может быть прозвучал, всего лишь как писк.

Табличка с надписью полетела далеко в кусты, а в одной из множества безлюдных комнат нашлись сваленные в кучу шкуры животных.

— Самое подходящее место для детской спальни. — Промелькнуло в голове перед тем как завалиться в самую середину и сразу уснуть от усталости.

Утром настроение было неважное. Болели всё тело, а особенно ноги. Целый день бегать практически без отдыха тяжело и для ребёнка. Позавтракав яблоками, я снова отправился искать кирпичную дорожку. Далеко уйти правда не дали. От усталости притупилось внимание, не позволив заметить простейшей засады. Из кустов вдруг выскочил волк и схватил зубами за шкирку, как зайчонка.

— Меня нельзя есть! — Заорал я испуганно. — Великий Гудвин мой хороший знакомый и накажет за самоуправство!

— Мы не людоеды, Р-Р. — Проворчал второй хищник, выходя вслед за первым.

Он оказался немного поменьше, наверное, волчица.

— Нашему детёнышу не с кем играть, и ты составишь ему компанию. А Гудвина здесь никто не боится. Он тебя не найдёт. До Изумрудного города очень далеко, Р-Р.

— Но перед вами великий воин, убивший людоеда! Поимейте совесть хотя бы из-за этого. — Пробормотал я.

— Врёшь, Р-Р! — Воскликнул первый волк и даже на мгновение выпустил меня из пасти.

— Почему это сразу обманываю? Раз маленький, значит мне нельзя верить? — Обиделся я. — Хотите, прогуляйтесь до его замка и сами посмотрите. Кстати бывший хозяин где-то в лесу валяется, и вы могли бы его скушать, правда я заблудился и не помню точного места.

— Вместе пройдёмся, — решила волчица. — И если ты сочиняешь, то мы сами отдадим тебя чудовищу на съедение, Р-Р!

— Ой, да испугала! Пойдём убедишься, Фома неверующая. — Передразнил я.

Первый страх прошёл. Если меня не собираются слопать, то чего-же бояться?

— Р-Р, замок и вправду пуст. — Вскоре убедились новые знакомые.

— Пожалуй из него выйдет отличное волчье логово, Р-Р. — Прорычал серый папа. — Беги-ка мать за ребёнком, а я пока посторожу, чтоб никто не занял, Р-Р.

— Ты всё-равно останешься с нами. Надо же с кем-то играть детёнышу, р-р. — Было сказано мне.

В то, что людоеда сразил маленький мальчик, они не поверили и в принципе правильно. Мой меч ведь только разрезал связывающие его верёвки.

Волчонок, которого вскоре привели, оказался размером почти с меня и непоседливый, как Буратино. Пришлось под присмотром волчицы пол дня возится с ним, пока глава семьи добывал пропитание. Щенок быстро замучил своими дикими играми и с ног до головы намочил слюнями. Главной забавой у него были догонялки, причём он всегда ловил, а схватив несильно, но всё-равно неприятно кусал. Если я не давался, вмешивалась мать волчица и придерживала меня. Вскоре стало понятно, что она просто учит сына охотится.

Сначала хотелось всё бросить, выбрать момент и сбежать. В башмачках-скороходах звери скорее всего не догонят. Сдерживало только то, что даже приблизительно неизвестно направление. Заблужусь и серые опять найдут по запаху, притащат в зубах, а это очень неприятно и страшно. Вдруг сожмут клыки сильнее, чем нужно или откусят ноги, чтоб больше не дёргался? Вспомнилось, что хищники обычно так и поступают: слегка придушат свою жертву или повредят конечности, тогда и играют с инвалидом.

В следующие дни пришлось серьёзно задуматься, что же делать дальше? Не жить же здесь всю жизнь? Шкет ведь не Маугли! К тому же сырое мясо оказалось невкусным. Если бы не молоко, которым угощала волчица наравне с сыночком, мой организм бы, наверное, обессилел и мог умереть с голоду. Выход нашёлся неожиданно. В один из дней оба родителя ушли охотится, поняв видимо, что новый член коллектива никуда не денется. Разговорившись с четвероногим товарищем стало ясно, что он, как и другие дети хочет стать поскорее взрослым.

— Да у тебя нюх слабый! Да ты в лесу сразу потеряешься!

Мои губы сложились в высокомерную ухмылку, а глаза презрительно сощурились.

— У тебя самого нюха совсем нет! Ты сам в трёх соснах заблудился, ТЯВ-ТЯВ! — Тут же затявкал волчонок, ведь рычать он ещё не умел.

— А я и не утверждаю, что большой. К тому же мы, люди, по запаху дорогу найти не можем.

— А волки умеют, ТЯВ-ТЯВ! — Важно заявил лохматый дружок.

— Большие может на многое способны, но у тебя точно ничего не получится, щенок! — Засмеялся я.

— Ах так, да я тебя сейчас покусаю, ТЯВ-ТЯВ! — Кинулся он, собираясь в очередной раз бороться.

Однако подобная реакция была ожидаема. Ничего не стоило вскочить на подоконник, а потом болтать перед его носом ногами и вовремя отдёргивать.

— Бе — бе — бе! Покусаю-покусаю, кроме этого ничего и не умеешь. — Подразнил я его ещё немножко. — Ну давай сбегаем до жёлтых кирпичей и обратно, посмотрим кто быстрее?

Простодушный приятель тотчас рванул в лес, приглашая следовать за ним. По пути я постоянно подтрунивал: "Ты наверняка заблудился! Да мы мчимся по другой тропинке!" Волчонок принюхивался и упорно вёл в одну сторону. Когда наконец удалось выбраться на кирпичную дорожку, он присел, высунул язык от усталости и стал хвастать: "Видишь, совсем не заблудился и раньше тебя прибежал, ТЯВ-ТЯВ!"

— Может быть даже знаешь в какую сторону Изумрудный город?

Всё мое тело изобразило высокомерное превосходство, будто самому всё на свете известно.

— Конечно знаю, ТЯВ-ТЯВ. — И товарищ показал мордой.

— Да, когда вырастишь, ты будешь хорошим волком, но пока прощай. — Хихикнул я и щёлкнул пятками.

Щенок попытался за мной угнаться, но сразу отстал. Куда ему, малышу, тягаться с волшебной обувью!

— Э-э, стой, мама с папой будут ругаться, ТЯВ-ТЯВ! — Послышалось где-то сзади удивлённое тявканье.

— Не меня же они будут бранить. Уж мы с туфельками теперь постараемся. — Усмехнулся я на бегу.

Глава 9

Не останавливаясь, башмачки несли почти весь день. В это время в голове просчитывались варианты: насколько можно опасаться погони и как далеко надо отдалиться? Большие волки не этот глупый кроха, наверняка быстрее бегают. Наконец от голода свело живот, а от усталости через шаг стали спотыкаться ноги.

— Ох, как хочется покушать! Жаль, что нету рядом груши. У дорожки в этот раз найти б огромный ананас.

Глаза моргнули, а туфли тотчас затормозили, чуть не врезавшись в большое желтовато-зелёное растение. Своими листами оно практически перегородило кирпичную дорожку. Куда же я раньше смотрел? Как издалека не заметил такую преграду? Устал, наверное, так сильно, что бежал с закрытыми глазами. Да это же ананас и действительно гигантский, спелый! Значит нюх не подвёл. Даже стихотворение придумалось в тему!

Глотая слюни, изнывая от аромата, я принялся бродить по краешку леса, в поисках подходящего дерева для ночлега и ужина. Нужны сучки такие густые, чтоб можно было не боятся упасть, достаточно удобные, чтоб мальчику с небольшим росточком легко забраться вместе с ананасом и в то же время чтоб волки по крайней мере не дотянулись. Прыгать, когда руки заняты не хотелось. Слишком обувь непредсказуемо себя ведёт. Можно запросто сорваться, рухнуть и разбиться вместе с едой. Задачка казалась неразрешимой. Подходящих деревьев на опушке не попадалось. На те, что росли, мог залезть любой хищник, а в глубь было идти страшно. За каждым кустом мерещились враги.

Вдруг неподалёку мелькнула какая-то деревянная избушка. Интересно, кто там проживает? Уж не людоед ли очередной? Что-то в этой стране на пути попадаются одни только неприятности. Ладно, деваться некуда. Надо осторожно подкрасться поближе осмотреться и прислушаться.

Кроме звуков домашних животных и птицы, изнутри ничего не доносилось. Заглянув в окошко, я оторопел. И в самом деле бык, баран, свинья, гусь и петух расположились за столом в очень маленьком, тесном помещении. И всё бы ничего, но они вели себя подражая людям так, будто хозяева дома. Поколебавшись ещё немного, я всё же постучал.

— Пустите провести одну ночку пожалуйста.

— Бе — бе беги мимо путник, у нас и бе — без тебя не повернуться. — Тут же проблеяли в ответ.

— Жаль! У хозяина такой огромный ананас, что одному не съесть. Придётся, наверное, выбрасывать. — Томно вздохнул волшебный меч.

Форточка сразу распахнулась и оттуда выглянул петушок.

— Ко — ко какой большой ананас и ко-ко крошечный путник! Пожалуй, его можно поместить ко-ко-ко мне на чердак.

Петуха подвинули и по очереди выглянули все остальные жильцы. Недоверие на их мордах мгновенно заменялось восторгом при виде лакомства.

— Бе — бе бесподобно! Бе — бе берём! — Проблеял баран.

— Хор — хор хорошо. — Хрюкнула свинья.

— Му — у, мужичок му — у муравья меньше. — Промычал бык

— Га — га габариты га — га годятся. — Гоготал гусь.

Когда меня впустили, то пришлось убедиться, что в помещении просто невозможно тесно. Хозяева стояли практически вплотную. Как же они спят, неужели стоя? Чтоб не затоптать, маленького гостя сразу подняли на небольшой чердак, где обитали пернатые. Разрезая ананас на дольки, оттуда было намного безопаснее раздавать угощение. Хоть я и старался делить поровну, всем кроме меня досталось больше. Животные и птицы ели деликатес целиком, вместе с листьями и кожурой.

Такой сладкий, спелый ананас удалось кушать впервые. Когда-то раньше мне где-то доводилось пробовать подобный плод, но с этим переспелым, срезанным самостоятельно сравниться ничто не смогло. Хрюшка внизу чавкала, даже повизгивая от удовольствия.

Спать между гусем и петухом оказалось вполне комфортно. Мягкие, тёплые, они вдобавок накрыли своими крыльями.

На рассвете к нам в избушку стали ломиться.

— Мой бык, мой баран, мой гусь…, а наш мальчишка!

Какие-то разбойники поделили нас между собой и решили взять домик штурмом. Я заподозрил, что волки всё же пришли по моим следам и привели подмогу. Первым в дверь прорвался медведь, но не успел он разинуть пасть, как бык наскочил и саданул прямо в пузо. Косолапый очень сильный зверь, но удар быка не выдержал и он. Словно бабочка иголками, он оказался пришпилен рогами к стене.

— Бе — бе бей бандита! — Скомандовал баран.

Немедленно со всех сторон налетели остальные жильцы и начали колоть рогами, пинать копытами, кусать, клевать глаза. Бык отошёл на два шага, намереваясь забодать повторно, добить окончательно, но топтыгин, почуяв слабину, незамедлительно вырвался наружу. Разъярённые животные выскочили следом. Завизжали волки и лисы, попавшие под лапы убегающему медведю и под копыта его преследователей. После первого-же натиска, они уже не смотрели, кто их прогоняет, поддаёт сзади, главное было спастись. Мне показалось разумным в драку не лезть. Петух с гусем ненамного больше размером, но они летели, нападая сверху. У меня-же большая вероятность попасть под лапы и копыта, быть задавленным своими или чужими. Даже свинья крупнее ребёнка в несколько раз. Так как ночь всё-равно закончилась, было разумным отправиться своей дорогой. К вечеру надо оказаться как можно дальше от всяческих хищников.

Глава 10

"Этак ты, Шкет, скоро станешь марафонцем, вечно бегущим и вечно голодным", — раздумывал я на ходу. А ведь животик сегодня даже без завтрака. Эх, сейчас бы хоть самый малюсенький абрикосик. Говорят, эти фрукты для бегунов очень полезны. Хотя лучше, если бы их было много и крупные. Интересно, а они растут в этой местности?

— У меня появились вопросы: не растут ли в лесу абрикосы? Да и кто б с голодухи не рад заглянуть в абрикосовый сад?

Рифмы иногда самостоятельно рождались в голове и казалось командовали ртом, заставляя их произносить. "Скорее всего нос опять что-то учуял", — пролетело в мыслях и глазки принялись внимательнее посматривать по сторонам. Вскоре недалеко от дороги среди листьев показались небольшие жёлтые плоды. Когда я приблизился, то удалось разглядеть растущие по соседству похожие деревья. И вправду сад, ведущий вглубь леса. Нижние ветви правда оказались высоко и пришлось карабкаться по стволу. Стучать пятками и подскакивать, будто кузнечик, что-то не хотелось. Ну как тут рассчитаешь, сработает правая туфля или нет? Впрочем, тающие во рту сладкие фрукты возблагодарили все затраченные на них усилия.

— Ай — яй — яй, малыш, ты небось и руки не помыл, мур-р-р.

Ласковый голос послышался совсем рядом, заставив вздрогнуть, выронить очередной кусочек изо рта и бросить взор вниз. Увлёкшись вкусной едой, мне недосуг было осматриваться по сторонам и вот результат. Здоровенный полосатый котище сидел под деревом и демонстративно облизывался, поглядывая на меня голодными глазами, словно на птенчика. Из-под верхней челюсти у него торчали два длинных жёлтых клыка, будто две сабли. Да-а уж, это явно не кот учёный. Однако надо вести себя как можно более миролюбиво и вежливо. Вдруг ему понравится? Некоторые хищники дружат со своими перспективными жертвами.

— И-извините, в-вы случайно не саблезубый тигр?

— Р-р да — а, конечно тигр-р!

— О-очень рад с вами познакомиться.

— М-р-р, мне тоже будет необыкновенно приятно узнать поближе такого хорошенького во всех отношениях мальчика. Уси-пуси-муси, какой аппетитненький! — Замурлыкал зверюга. — Ты ешь, наворачивай плотнее, не отвлекайся. Мясо с абрикосами говорят становится нежнее и на вкус изысканнее.

— Но я ем только абрикосы без мяса.

— Р-р, это ничего. Такую ошибку легко исправить. Ну что, набил пузечко? Слезай, толстячок, пельмешка абрикосовая, теперь моя очередь кушать.

— П-прошу прощения, а в-вы не м-могли бы п-позавтракать на соседних деревьях? С-сад б-большой. — Пробормотал мой дрожащий голосок.

Несмотря на миролюбивый голос хищника, слезать почему-то не хотелось.

— Р-р-роща и вправду немаленькая, но человечек в нём только один. — Усмехнулся полосатый разбойник.

— Так в-вы решили кушать м-меня?

— М-р-р, ну конечно. — Мурлыкнул тот так нежно, будто признавался в любви, хотя может и признавался, как он любит человеческое мясо.

— И-извините, тогда точно с-слезать не стоит. В-вы лучше идите ищите д-другие жертвы. Абрикосов здесь м-много и мне можно будет жить на ветвях хоть н-неделю.

Хмыкнув, монстр небрежно стукнул по стволу огромной лапой и открыл пасть. Наверное, он был опытным и не раз проделывал подобный трюк. Моё тело сорвалось прямо ему в глотку, словно перезревший плод. Лишь благодаря необыкновенному везению в последний момент руки зацепились за другую ветку. Огромные зубы щёлкнули прямо у моих ног, а я мгновенно вскарабкался на самую макушку дерева. Как это вышло так быстро, не понял, наверное, никто.

— Р-р, ты считаешь, что мне надо потрудиться и нагулять аппетит?

Ни капли не расстроившись, тигр выгнул спину и лениво потянулся, словно домашний котик, только огромных размеров. — Ну чтож, пожалуй, разомнусь немножко.

Встав на задние лапы, он упёрся передними в ствол и принялся его трясти. Спелые абрикосы посыпались градом вместе с листьями. Дерево некоторое время дрожало и трещало, как под действием ураганного ветра, но мои пальцы так крепко вцепились, будто сами стали деревянными. Уже начало казаться, что зверюга вот-вот устанет и "уйдёт не солоно хлебавши", как вдруг макушка обломалась и полетела вниз, увлекая за собой.

Ещё налету я стукнул пятками и крикнул: "Туфельки выручайте!!!", а подскочившему хищнику метнул в приготовленную пасть обломанные ветки. Это скорее всего и спасло. Разбойник не сразу разобрался, что схватил, а потом ему пришлось отплёвывался. В это время ноги вынесли на дорожку из жёлтых кирпичей. Башмачки, наверное, тоже испугались, потому что даже не спотыкались первое время. Вскоре абрикосовая роща осталась позади.

Погоня, чуть начавшись, почти сразу отстала и прекратилась. Чудище скрылось в зарослях. Через несколько минут подумалось, что всё закончилось благополучно, удрал. Сердце застучало спокойнее. Громадный котище, по всей вероятности, не любит или не умеет много бегать. Я перестал оглядываться, начал, как обычно любоваться окружающей природой, прислушиваться к пению птиц. Однако неожиданно наперерез выпрыгнул полосатый монстр. Видимо сократив дорогу по лесу, хитрец выскочил из засады после очередного поворота. Гигантским скачком тигр оказался рядом. Наклонив голову, я чудом увернулся из-под его громадных когтей, проскользнув под лапой. Промахнувшись, ужасный хищник начал преследовать. Его громкое сопение и клацанье зубов слышалось прямо над ухом.

— Кажется меч, пора тебя доставать. Ты уж постарайся, продержись немножко. — Пропыхтел я на бегу.

— А кто там сегодня во врагах? — Осторожно поинтересовался тот из ножен.

— Лучше бы тебе не знать и не открывать глаза.

— М-м-может тогда л-лучше отступить. — Жалобно попросил он.

— Да мы и так несёмся "во все лопатки", но кажется нас вот-вот догонят.

— А х-хозяин не пробовал пришпорить туфли? С-стукни каблуками ещё раз. — Пробормотал клинок. (видимо сражаться ему не хотелось ни в какую)

Мысль показалась интересной, но трудновыполнимой. На полном ходу исхитрится щёлкнуть пятками, когда сзади уже чувствуется страшное дыхание, а башмачки временами запинаются?! Впрочем, спотыкание и помогло. Выбрав момент, когда ботинок в очередной раз отказал, изловчившись я подпрыгнул, ударил в воздухе пятками друг об друга и взмолился: "Не подведите, родные, прибавьте, а то всем достанется!"

К счастью сработало. Ноги заработали в два раза быстрее. Даже практически перестал замечаться дефект ходьбы. Сзади раздался обиженный вой. Оглянувшись, я увидел, как мой преследователь остановился и растерянно смотрит в след. "Интересно, а если ещё раз стукнуть каблуками"? — забрела в голову любопытная мысль. Впрочем, рисковать не стоит. Без того ветер в ушах, будто газую на мотоцикле. К тому же как бы подмётки не стёрлись раньше времени.

Наверное, из-за маленького роста, стремительного бега и ещё потому что постоянно оглядывался, получилось не заметить огромную трещину в земле, внезапно появившуюся под ногами. Среагировать успел только трусливый меч. Раскрыв рот, он заорал, когда левая туфля, оттолкнувшись от самого края, взметнула нас вверх. Или скорость оказалась подходящей, а скорее всего волшебная обувь не захотела закончить существование на дне пропасти вместе с разбившимся хозяином, но БАЦ! Гигантским кузнечиком перелетев через широкое ущелье, кувыркнувшись через голову, моё тело распласталось, раскинув руки. Из карманов высыпались запасённые в дорогу плоды. Какое-то время я лежал не шевелясь, ничего не видя и не слыша. Наверное, сильно оглушило при ударе об землю. Постепенно к организму стали возвращаться чувства. Лягушки квакают, бабочки порхают, мышки растаскивают мои абрикосы.

— Э — э - э! Стоп! Куда?! Ну-ка положите всё на место!

Проворно заработав руками, я сгрёб оставшиеся плоды вместе с пылью, мелкими камешками и маленьким мышонком. Малявка хотел сбежать вместе с другими, но его хвостик оказался случайно зажатым между большим и указательным пальцами.

— Ну и что с тобой делать, наглый воришка? — Усмехнулся я, раскачивая его перед лицом.

— Не ешь меня, я костлявый! — Запищал вдруг тот, заставив поперхнуться.

— Уж о чём, о чём, а об этом подумаю в последнюю очередь. Вы, грызуны, говорят разносчики всяких болезней. Но видимо не только заболеваний, тащите всё подряд.

Неожиданно вокруг из травы показалось множество серых хвостатых зверьков видимо родственников моего пленника. Словно мышиный ковёр окружил со всех сторон. Вперёд выступил важный, толстый парламентёр в короне.

— Чужестранец, перелетевший через пропасть подобно птице, отпусти пожалуйста нашего принца!

— Отпущу, конечно, зачем он мне нужен ваш усатый карапуз. Только одна просьба: не надо больше у меня, ничего брать без разрешения.

— Ну хорошо, раз ты такой прижимистый. — Презрительно пожал плечами переговорщик, оказавшийся мышиной королевой.

— Вот не надо опять про жадность. — Высказался меч вредным голосом. — Это между прочем был единственный обед нашего хозяина, а если не повезёт, то и ужин.

— Раз такое дело, то мы извиняемся и всё вернём. — Пробормотала хвостатая государыня и громко пискнула.

К нашим ногам вскоре вынесли объеденные плоды. Один абрикос товарищам пришлось буквально вырывать из лапок самого маленького. Крохе так понравилось лакомство, что даже в последний момент он ухитрился откусить ещё кусочек. Взглянув, оставалось только поморщиться. Кто же после грызунов догрызать будет? Там оказались практически только косточки. Волшебный клинок это тоже понял и пошёл на попятную.

— Извините, мышиная мадам, Шкету, пожалуй, пора похудеть. Да и как можно отобрать угощение у маленьких мышат?! Доедайте уж. Ему хватит того, что осталось. Только больше ничего не трогайте особенно оружие!!! а также одежду и обувь.

— За кого вы нас принимаете! — Возмутилась госпожа. — Понимаем, что волшебные вещи портить нельзя. Так и быть в качестве компенсации мы тоже вам поможем, когда придёт нужда.

— Пусть чужеземец хотя бы расскажет, где растут такие чудесные плоды? — Пискнул принц.

— Там, — махнул я рукой. — Если перемахнёте через пропасть, бегите по дорожке и увидите целую рощу абрикосов. Правда где-то неподалёку саблезубые тигры обитают, которые чуть меня не сожрали.

— Эти большие кошки нам не помеха. — Отмахнулся малявка и гордо закрутил усики, словно гусар.

— Они нас не замечают, мы их тоже не трогаем, а если вдруг накинутся, то пожалеют!!

И он погрозил малюсеньким кулачком.

— Вперёд дети мои за абрикосами! — Пискнула королева и махнула лапкой, будто призывая своих в атаку.

В ту же минуту все грызуны исчезли в траве, а я осторожно подполз к краю трещины. Интересно же посмотреть, как мышиная мелюзга переберётся через такую широкую и глубокую пропасть? Лично мне даже стоять рядом было просто страшно. Если бы получилось заметить её раньше, ни за что бы не прыгнул, пошёл бы искать другой путь.

Некоторое время ничего не происходило. Подумалось, что серые зверьки тоже пошли вдоль трещины искать мост, как вдруг неподалёку рухнуло длинное дерево. Своей макушкой оно как раз легло на другую сторону. По нему вскоре пробежал целый хвостатый полк. Я подошёл поближе. Точность филигранная. Видимо непростая эта мышь, а целый инженер! По такому переходу никакой крупный зверь не пройдёт, даже я побоюсь. А как быстро перегрызли ствол! Может быть у них зубы волшебные? Кстати главная обещала помочь в случае неприятностей. Интересно и как можно их позвать? Они же убежали. Да и что сможет эта мелкота?! Надо своей головой соображать. Сейчас вот необходимо как-то вымыть оставшиеся абрикосы и перекусить, пока остатки кто-нибудь не "выцыганил". Углубляться в лес в поисках воды теперь страшно из-за всех этих местных волков и тигров, да и мало-ли какие сюрпризы ещё притаились в чаще? Вдруг опять заблужусь?

Глава 11

"А не пробежаться ли мне ещё"? — пришла в голову очередная мысль. Вдруг вода встретится по пути? После отдыха, в ногах опять почувствовалась сила. Даже голод немного притупился. Стукнув пятками сразу дважды, я еле удержался в вертикальном положении, чуть не вылетев из обуви. Ветер засвистел в ушах, заслезились глаза, замелькала кирпичная дорожка под ногами.

Нет, всё же не умеют волшебники колдовать как следует. Надо было сделать какую-нибудь газульку, для плавной регулировки скорости. Вот чтобы затормозить, надо пересилить туфли и резко упереть пятки в землю. На такой скорости понятно, что падение неизбежно, поэтому увидев домики, людей на полях, стога сена я без раздумий врезался в копну.

Хорошо, что тело ребёнка мало весит. Сгруппировавшись, оно как мяч влетело в мягкую, сухую травку, проделав отверстие чуть ли не насквозь. В остальном ни стожок, ни организм не пострадали. Немного полежав, успокаивая дыхание и брыкающуюся по инерции обувь, всё ещё бултыхающую ступнями, я наконец выглянул наружу. К этому времени вокруг собралось множество народу, испуганно и в то же время с любопытством выглядывающих друг из-за друга. Ростом они были примерно такие же невысокие, как и те, живущие около домика Элли. Если бы не бороды и морщины некоторых старожилов, их за невысокий рост можно было бы принять за подростков, отдыхающих в летнем лагере. Правда я по сравнению с ними выглядел малявкой из ясельной группы детского сада или ещё меньше. В отличие от тех людей в голубых плащах, одежда у этих оказалась преимущественно зелёных оттенков. "Началась Изумрудная страна! Уже недалеко осталось бежать"! — С радостью промелькнуло в голове.

К счастью местные жители не собирались ничем в меня тыкать, а наоборот первыми поприветствовали вежливыми поклонами и реверансами.

— Позволь спросить тебя, о маленький рыцарь, откуда ты взялся? — Спросила женщина самая старшая из присутствующих.

Тотчас скосив глаза, я внимательно окинул взглядом свой внешний вид, не насмехается ли старуха? Кроме меча, ведь нет ничего рыцарского, а пенсионерка выглядит серьёзной. Однако это прозвище гораздо больше понравилось, чем маленький воришка или хитрец, да даже храбрец Шкет. Оно гораздо более взрослое. Пусть лучше так называют.

— Мне довелось пройти много земель в своих путешествиях, подниматься под небеса, плыть по воде. Сейчас мой путь лежит по жёлтой дорожке в Изумрудный город. Надо переброситься парой словечек с вашим знаменитым мудрецом и волшебником Гудвином! — С гордостью ответил я, важно подбоченясь.

— Но ведь в той стороне трещина в земле, и она очень широкая. Её невозможно перепрыгнуть! Как тебе удалось перебраться? — Удивилась бабушка.

— Для настоящего воина нет преград, в дальних странствиях запросто удавалось перескакивать и не такие препятствия, а вы радуйтесь, что расщелина такая огромная! В тех местах за пропастью обитает множество диких зверей и ужасные монстры. Если бы не ущелье, вас бы давно скушали. Скорее всего даже великий Гудвин со всеми сразу бы не справился. Уж не он ли и отгородил вашу страну этой бездной?

Жители переглянулись и пожали плечами. Кто же мол знает этих волшебников?

— Зайди в наш дом, попробуй вкусные угощенья, о маленький герой, но большой попрыгун. — Пригласила старушка, видимо оказавшись здесь главной.

— Ну вот начинается! Парям хоть молчи. Теперь попрыгушкой обозвали!

Поворчав немного сквозь зубы, я всё же решил согласится. Услышав про обед, желудок сразу стал волноваться и требовать пищи. Пожалуй, он не простит, если пройду мимо и действительно сбежит. Придётся тогда обращаться к Гудвину ещё и по этому вопросу, чтоб чародей его нашёл или пересадил новый. В сказочной стране можно ничему не удивляться. Здесь возможно всё. Может быть существует даже отдельное поселение со всякими внутренними и внешними органами. Сердце, печень, лёгкие и все прочие живут, ждут будущих хозяев, ходят в гости друг к другу.

Раздумывая таким образом и хихикая себе под нос, представляя деревню из внутренностей, я не спеша шёл к одному из деревянных домиков. Каждый из них был обвит плющом и виноградом и от того казался зелёными. С обоих сторон меня вели за руки две миленькие, молоденькие девочки, однако каждая выше на две головы. Одна кудрявая, стройная блондиночка, другая чуть более фигуристая аппетитная брюнеточка. "Папик с двумя секретаршами", — пришла на ум соответствующая ассоциация, правда, что она означает, память пока не знала.

Увидев стол, заставленный разнообразными блюдами, душа возликовала. Подножный корм в виде щавеля, заячьей капусты и фруктовая диета признаться порядочно надоели. Хотелось жирной, мясной пищи и даже простого хлеба. Однако передо лицом почему-то поставили огромную лоханку с манной кашей. Хмыкнув, отодвинув её, мол сами ешьте, пришлось выхватить у кого-то из-под носа блюдо с куриными ножками. Впрочем, пострадавший нисколько не обиделся, а наоборот загордился, что гость отметили его вниманием.

Утолив первый, самый сильный голод, я вспомнил об абрикосах и щедро раздал окружающим. Экономить на еде больше не хотелось, тем более, что плоды переспели, помялись и долго хранится не могли. Не только мыши, оказалось, что местное человеческое население тоже не слышало о подобных фруктах, хотя о чём тут думать? Мыши всегда доедают за людьми то, что нечаянно роняем или теряем и конечно в курсе наших вкусов. Кстати сотрапезникам абрикосы понравились не меньше, чем грызунам и их съели в первую очередь. Семена запасливые земледельцы рассовали по карманам, надеясь прорастить. Пожалуй, в волшебной стране урожай они смогут получить довольно скоро.

От сытной еды и усталости, вскоре стали закрываться глаза. В полудрёме померещилось, что меня точно грудного младенца раздели, вымыли в тёплой воде и уложили спать. Сопротивляться не было сил, да и не хотелось. Может быть я в самом деле ещё маленький? Вон как понравились забота и внимание. Вдруг почудилось, что послышался знакомый скрипучий голосок бородатого лилипута. Впрочем, он говорил хорошие, добрые слова, убеждая, чтоб за юным гостем здесь хорошо ухаживали. Это были последние сонные, спутанные мысли, а может быть организм уже грезил и видел сны.

Проснувшись утром собравшись вылезти из постели, я вдруг понял, что сам не справлюсь. Оказалось, что меня уложили в гамаке, а скорее даже в люльке и высоко подвесили над полом. Если перевешусь над краем, то обязательно навернусь. К тому же моей одежды не было видно, а тело оказалось облачено в настоящие детские ползунки, судя по расцветки девчоночьи. Ё-моё! Шкет им что-ли младенец или кукла?! Быть карапузом, о котором заботятся, но не дают и шагу ступить без присмотра, сразу расхотелось.

На возмущённый шум появились две вчерашние улыбчивые девицы и стали с шутками и прибаутками нянькать. Отчаянное сопротивление подопечного вызвало только умиление и смех. Я чуть не разревелся. Каждая из них оказалась гораздо сильнее, а вдвоём подружки легко справлялись со маленьким рыцарем и заставляли делать то, что считали нужным. В частности, несмотря на ужасный стыд, усадили на горшок прямо перед собой. Повязав мне слюнявчик, есть вредины заставили именно манную кашу, а когда попробовал воспротивился, накормили насильно. В принципе обильно сдобренная сливочным маслом она была вкусная и понравилась, но под принуждением делать не хотелось даже приятные вещи. Будто продолжая издеваться, вместо штанишек затейницы заставили одеть зелёные колготки по здешней моде. Такие яркие, цветастые на мой взгляд они выглядели словно девчачьи. Вместо любимой курточки вынудили нарядиться в пышную салатовую рубашку с кружевами, тоже явно не мальчиковую. "Уж не в барышню ли Шкета решили переделать?" — с испугом промелькнуло в голове. К счастью цвет колпачка и до того был тёмно-зелёным, а потому его оставили, лишив, зато волшебной обуви и оружия. Вместо туфелек пришлось носить сапожки с медными колокольчиками. Впрочем, когда мы втроём вышли на улицу, стало понятно, что все местные мужчины одеваются примерно также. Женщины же в отличие от нас носят длинные платья.

— А теперь, сынок, пошли в поле, будешь учиться и помогать.

Я открыл рот и вытаращил глаза.

— Чей сынок?

— Ты теперь наше общее дитятко. Так постановил совет старейшин.

Моему возмущению не было предела. Как это так, без согласия человека раз и меняют его жизнь по своему усмотрению. Да кто им дал такое право?!

— Но вообще-то мне нравиться жить без наставников и у меня важное дело!!! — Запищал я изо всех сил.

— Дети не могут жить в одиночестве, а важными делами станешь заниматься, когда подрастёшь.

Переглянувшись красотки захихикали и щёлкнули меня по носу. Я попытался вырываться, брыкаться, хныкать, кататься по земле… в общем делал всё то, что вытворяет каждый ребёнок, когда пытается добиться чего-то того, чего не разрешают взрослые и точно также все наивные попытки поступить по-своему пресекались опытными воспитательницами.

— Ну как ты можешь быть самостоятельным, когда даже вести себя как следует не умеешь! — Заявили в конце концов молодушки, шлёпнув по попе.

Стало больно, но главное обидно. Почесав зад, пришлось задуматься. Надо как-то сбежать, но сейчас лучше подчинится, пока негодницы не придумали наказания похлеще. Увидев, что подопечный притих, дамочки повели меня на огород полоть грядки.

— Прям какая-то эксплуатация детского труда. — Ворчал я под нос, делая свою работу.

Конечно дёргать траву оказалось нетрудно. В душе было понятно, что каждого надо приучать к работе с младенчества вот так понемножку. Это очень полезно в воспитательных целях и для здоровья. Но у меня-то совершенно другой случай! В свободное время, пожалуй, можно с удовольствием вернуться сюда, сделать что угодно, но сейчас срочной помощи ждут звери целого леса, страдает фея от внезапной старости. Что же делать? Как отсюда удрать? В задумчивости рука потянулась почесать затылок и заодно поправить попавшийся под руку колпачок. Ситуация казалась тупиковой. Няньки ведь не отходят ни на шаг, всё время присматривают. Да и далеко ли смогу умчаться на своих коротких ножках без волшебных туфель?

— Ты просто так меня скребёшь или просишь помощи? — Внезапно зашептало что-то сверху.

Я поднял голову, оглянулся, но кроме воспитательниц и прочих родственников из этой семьи никого не увидел.

— Какие люди всё же глупые! Что ты оглядываешься? Неужели сам не знаешь, за какое место себя трогаешь? — Зашептало повторно. — У тебя на макушке только колпак-невидимка и больше ничего нет. Вот меня-то ты и треплешь. Ещё раз спрашиваю, чего тебе надобно, хозяин?

Мой рот открылся и тут же захлопнулся. Захотелось немедленно расспросить колпачок обо всём, но не при свидетелях же? Не дай бог и его отнимут! Глаза исподлобья покосились по сторонам, словно у шпиона, готовившего заговор и остановились на том самом стоге сена, стоявшем неподалёку. Вчера уже приходилось туда врезался. Пожалуй, копна может ещё раз пригодиться. Губы растянулись в ухмылочку. В голове созрел план.

— Мамочки-нянечки, можно Шкетику немножко полежать в сене? Что-то меня утомило сегодня на жаре. — Попросил я самым ласковым голосочком.

— И правда, дитятке пора передохнуть. — Согласились спутницы. — Только молочка выпей сперва.

— Ну ла-адно, молока так, молока-а! — Прогнусавил я капризным голосом и сделав несколько глотков, полез в середину стога.

Но тут выяснилось, что подопечного малыша и здесь одного не оставят. Барышни решили поваляться рядом, рассказать какую-то сказку. Не выдержав, пришлось возмутиться такой плотной опекой и заорать первое что пришло в голову:

— Ну в кустики-то человеку хотя-бы можно сходить без присмотра?!

— Нечего такому крохе одному гулять в лесу. Присядь и сделай свои дела рядом со стожком. — Переглянувшись решили подружки.

Пришлось их уговаривать, чтоб хотя бы отвернулись и закрыли глаза.

— Вы же не подглядывайте, мальчики ведь стесняются девочек!

Дождавшись, когда вредины похихикали и выполнили просьбу, я начал экспериментировать. Из сказок вспомнилось, что шапку невидимку надо надеть и повернуть задом наперёд, чтобы она сработала. К удивлению, и очередному разочарованию, прозрачным стало только тело, но не одежда. Опять магические недоработки! Делать нечего, надо быстренько раздеваться. Побегаю голым, как человек-невидимка в какой-то старинной истории.

— Ну ты скоро управишься? — Раздались голоса из стога.

Я вздрогнул, торопливо запихнул одежду с обувью под сено и захихикал ехидным голоском: "Считайте до десяти и начинайте искать!"

— Что за шутки?! — Немедленно выглянула кудрявая женская головка.

— Ребёночку захотелось поиграть. — Неуверенно сказала её подружка брюнетка, оглядываясь рядом.

— Где же тут спрячешься? Он удрал в лес! — Испуганно вскрикнули они одновременно и рванули в ближайшую рощу на поиски.

Дурёхи не догадались про волшебные туфельки, решили, что подопечный сам так быстро бегает и успел домчаться до деревьев. Как удачно получилось! Пусть недотёпы поищут дитятку под кустиками. Он у всех под носом в это время опять станет самостоятельным рыцарем и отправится по своим делам. Ой, какие острые здесь колючки и камешки, попадающие под босые ножки! Надо постараться не обращать на боль внимание, торопиться в домик сжав губы, стороной обегая работающих мужчин и женщин.

Внутри помещения оказалась только одна старушка убирающая пыль, готовящая еду и выполняющая прочие дела по хозяйству. Моего имущества нигде не было видно, пока бабуся не отперла большой сундук. Там оказалось всё аккуратно сложено сверху на остальных вещах. Забрав что было необходимо, закрыв замок, хозяйка вышла, а мне пришлось задуматься. Незаметно вытащить ключи из кармана, пожалуй, не получится. Заметит пенсионерка, а не дай бог ещё схватит за руку, посчитает воришкой. Тогда и колпачка-невидимки могут лишить и опять отшлёпают. Но вскоре оказалось, что за волшебными предметами охотятся и другие. Бородатый лилипут (а кто же ещё) прошмыгнул в горницу, зажимая в кулаке заветный ключик. Этот проныра оказался опытным карманником и разыграл спектакль как по нотам. Натравив на меня добрых людей, негодяй заодно собрался решить свои проблемы: обокрасть и гостя, и хозяев одновременно.

Я пошёл за ним, ступая на цыпочках и дождавшись пока прохиндей отомкнёт замок, со всей силы врезал ему по уху. Карлик отскочил, взвыл, оглянулся и, хотя никого не заметил, в ту же минуту исчез. Мне оставалось быстренько одеться, обуться и привычно повесить через плечо меч.

— Куды же ты, чадушко, собрался без дозволения?

Я оглянулся. Бабуля уже успела зайти в комнату и перегородила выход. Наверняка даже маленькому мальчику нетрудно было бы справился с пожилой женщиной, но не драться же и с ней тоже? Все прекрасно знают, что это недостойно мужчины!

— Кажется вы вчера назвали Шкета прыгуном! — Усмехнулся я и выскочил в открытое окно прямо под её носом.

Щёлкнув каблучками, туфельки рванули, унося прочь, уворачиваясь от встречных жителей деревни. Известие о пропаже ребёнка разнеслось мгновенно и всё население подключилось к поискам. Увидевшие стали ловить. К счастью у местных не было ни коней, ни других быстрых животных для преследования, потому вскоре отстали даже самые упорные, особенно после повторного удара пятками. Я мчался и удивлялся своему неприязненному отношению к этим хорошим в общем-то людям. Чрезмерное внимание и назойливая забота, как оказалось тоже ужасные вещи.

Глава 12

В спешке прошёл почти целый день. На двойной скорости, как ни странно бежать было легче. Спотыкание меньше замечалось. По пути встретилось несколько похожих селений с зелёными домиками и зелёными жителями. Останавливаться я больше не рисковал. Вдруг и эти будут любить слишком сильно?

К вечеру заходящее солнце наконец-то осветило город, судя по цвету тот который надо. Высокие стены и башни его поднимались так высоко, словно прямо в небеса. Они целиком были выложены зелёным камнем, не изумрудом, но тоже красивым. Ворота лишь оказались деревянные, резные, правда с закреплёнными во множестве великолепными, блестящими, крупными изумрудами, заметными своим сиянием издалека. Увидев ров с водой, я на ходу прыгнул туда, тормозя скорость. Вылезу мокрый, зато без синяков.

Над калиткой висели два медных колокола разных размеров. Под большим колоколом надпись гласила: "к Гудвину", а под маленьким извщала: "в город". Чуть-чуть подумав, я для надёжности позвонил сразу в оба. Дверь открылась сама, приглашая в сводчатую комнату со множеством изумрудов на стенах, потолке, мебели, подсвечниках и прочей обстановке. Встретивший пожилой человек в зелёном, тоже оказался весь увешан драгоценными камнями.

— Ты один? — Удивлённо осмотрел он меня с ног до головы.

Я оглянулся вокруг и пожал плечами.

— Вроде вдвоём с вами.

— А кто звонил во второй колокол?

— Сходите да посмотрите. Эта кажется ваша работа. — Устало пробормотал я.

После целого дня марафона, хотелось только лежать, в крайнем случае сидеть, а не бегать по просьбам незнакомцев. Мужчина вышел и через минуту снова зашёл.

— Там никого нет.

— А должен? — Лениво поинтересовался я.

— Ну кто-то же был и звонил.

— Вы только что оттуда. — Пожал я плечами.

— Но я же не звонил!

— Возьмите, да позвоните, если так хочется.

Старик растерялся.

— Я сорок лет служу здесь стражем ворот и ни разу не звонил.

— Тем более! Надо непременно попробовать! — С воодушевлением сказал я. — Этак и на пенсию уйдёте не испытавши.

Мужчина похлопал глазами, подумал и опять пошёл наружу. Тотчас над городом разнёсся перезвон колоколов. Вскоре собралась толпа людей. В зелёной одежде и такого же цвета очках все жители казались очень похожими друг на друга и на предыдущих сельчан.

— Что случилось, Фарамант? — Заговорили они разом.

— Послушайте, как красиво звучит! — Сказал восторженно дед и зазвонил снова.

— В некоторых городах колоколами играют музыку. — Заметил я.

— Необходимо и нам такое устроить! — Послышались со всех сторон голоса. — Давайте предложим Страшиле. Да вот он сам идёт.

Из ворот вскоре вышло большое пугало в рост здешнего человека. Правда называть его вслух чучелом огородным язык не поворачивался. Да, у существа оказалось лицо, нарисованное на холщовом мешке. Местами торчала солома, которой он видимо был набит, но одежда без сомнения выглядела очень дорогой. На голове красовалась новая широкополая шляпа со множеством серебряных бубенчиков. Увидев его, люди дружно поклонились. Кто-то крикнул: "Да здравствует наш мудрый правитель!"

— Как правитель? А где же Гудвин? — Громко удивился я.

На меня сразу уставились десятки глаз. Посреди зелёных людей мой внешний вид выделялся, как чужеродный.

— Волшебник покинул нас, малыш, а народ выбрал нового градоначальника. — За всех ответило пугало. — Меня зовут Страшила. Чем могу помочь?

Оставалось только расстроенно вздохнуть.

— Не стесняйся, расскажи. Наш правитель самый мудрый. Сам великий Гудвин подарил ему мозги! — Раздалось со всех сторон.

— Нельзя же так давить на человека. Может он стесняется. Расходитесь граждане. Вопрос насчёт колоколов будет передан господину сегодня же. — Сказал Фарамант и стал всех выпроваживать.

Вскоре мы остались втроём.

— Ребёнок, наверное, голодный. — Засуетился привратник и поставил на плиту разогреваться чайник.

На столе появились всяческие печенья и варенья.

— За славным ужином и разговор сердечнее. — Пробормотал добрый дедушка.

— Прихлёбывая чай и уплетая сладости я принялся рассказывать свою историю, всё, что помнил и знал.

Неожиданно в сторожку зашёл знакомый бородатый лилипут.

— А, вот ты где! Опять вывернулся. — Искоса глянул он на меня и тут-же подсев к Страшиле начал ябедничать.

— Между прочим вы приютили маленького воришку и хитреца Шкета, который непременно стащит у вас изумруды. — Донёсся шёпот до моих ушей.

— Если мальчику потребуются зелёные камни мы сами дадим сколько надо. — Невозмутимо пожал плечами соломенный правитель.

— Вы кто такой, молодой человек? Невежливо заявляться в чужой дом без звонка, без стука, без разрешения. — Язвительно заметил страж ворот.

— Где хочу, там и гуляю. — Ухмыльнулся лилипут и щёлкнул пальцами.

Ничего не произошло. Он попробовал, повторил попытку ещё и ещё, недоумённо глядя на свои руки.

— Здесь чужое волшебство не работает. — Удовлетворённо переглянулись хозяева. — Пожалуй тебя стоит арестовать и поучить манерам.

Лилипут в тот же момент развернулся и выскочил наружу.

— Может быть прохвоста и в самом деле надо было задержать? — Задумчиво проговорил Страшила. — Сдаётся мне это его происки навредили той фее, а теперь прощелыга строит козни нашему гостю.

— Это очень сложно поймать и удержать лепрекона. — Пробормотал Фарамант. — Весьма скользкий он тип. Слышал я про таких. Сильное колдовство проныре неподвластно, но по мелочам пакостник великий. Надо тебе, парень, всегда быть настороже. Пожалуй, и вправду дадим ему наших изумрудов. Они помогут защититься от гадостей таких вот чародеев-недоброжелателей.

— Так может статься нашей волшебнице просто принести эти изумруды?! — Выглянул волшебный меч.

— Нет, это к сожалению, уже не поможет. Камни защищают от магии, но исправить случившееся не смогут. Придётся вам идти дальше и искать ответы в других странах.

— А как же мудрый Страшила? Зря что ли называется мудрым?

— Я совсем недавно получил мозги и когда стал умным, сразу понял, что кроме острого интеллекта нужны ещё знания и опыт. — Развёл руками пугало. — Вот Фарамант гораздо старше и то не знает ответа. Ищите мыслителей, живущих давно. Ещё огорчу, что вполне вероятно первый встречный разумник вряд ли поможет. Возможно ценную информацию придётся собирать по крупицам от всех понемногу. Запоминай, что тебе рассказывают, делай выводы. Когда-то ты найдёшь истину. Мы в тебя верим.

— Ну вот, это и есть первая ценная информация. — Грустно усмехнулся я.

— А теперь детям пора спать. Ложись прямо здесь в сторожке. Мы будем оберегать твой покой. Не зря же он охранник, а я пугало.

Страшила взял меня на руки и стал укачивать, напевая колыбельную. Утром в каждом из моих многочисленных карманов штанишек и курточки оказалось по три изумруда.

— Это чтоб ты сразу всё не потерял. Вы, ребятня, такие растеряши! А вообще-то для защиты от магии довольно и одного. — Сообщил страж ворот.

Кроме вчерашних знакомых в комнатке теснились робот с топором и крупный зверь похожий на саблезубого тигра, только без полосок и с большой гривой. Вскоре вспомнилось что это железный дровосек и трусливый лев — друзья Страшилы и Элли.

— Куда теперь посоветуете идти? — Спросил я на новых знакомых.

Те переглянулись и заговорил, как самый главный Страшила.

— Нашу страну окружают высокие горы, преодолеть пешком которые невозможно. Гудвин перенёсся на воздушном шаре. Наши мастера конечно смогут сделать ещё один, но это долго, а лететь опасно. Над вершинами лютуют ураганы. Мы предлагаем тебе пойти пещерами. Там конечно тоже опасно, обитают всякие звери, но лучшей дороги никто не знает. Наш отряд сопроводит тебя насколько получится.

— Вы не сможете провожать мальчика, ваше превосходительство. — Возразил Фарамант. — У меня ломит кости, значит ожидается дождь. Вам опять смоет глаза, и вы станете только обузой нашему гостю. Ваш железный приятель непременно заржавеет и тоже застрянет.

— Р-Р-Р, тогда я пр-ровожу один. Гудвин меня сделал таким смелым, что сам себя боюсь! — Прорычал лев.

Трусливый лев с трусливым мечом будет та ещё парочка. Усмехнулся я в мыслях, но вслух товарища, готового помочь несмотря ни на что, обижать не хотелось. Надо всегда поддерживать стремление быть смелым, тогда и получиться по-настоящему.

— А почему вы не хотите одеть плащи с капюшонами и взять зонты? — Осенило меня.

Оказалось, что про эти элементарные приспособления в Изумрудной стране просто никто не знал. Послушать про устройство и назначение тотчас собрались лучшие мастера. В результате выход задержался ещё на сутки, но зато каждому, даже мне и льву смастерили по великолепному плащу и зонту. На следующее утро стояла ясная погода.

— Где же твой ливень, Фарамант? — Усмехнулся дровосек.

— Сам не пойму, но кости всё также ломит. — Поёжился старик.

— Наверняка это проделки вредного лепрекона. — Задумчиво пробормотал Страшила. — Дождь пойдёт, когда мы достаточно отдалимся от жилья. Придётся двигаться очень быстро. Тучи ведь не могут мгновенно собраться, им требуется время, чтоб принести ненастье. Пожалуй, надо попросить летающих обезьян. Непогоде за ними не угонится.

— У вас разве осталась волшебная шапка? — Удивился я.

Мне почему-то вспомнилось, что её обезьянам вернули. Это было очередное знание, самопроизвольно зародившееся в моей голове.

— Шапку отдали, но взамен приобрели хорошее отношение. — Нравоучительно заметил Страшила. — Любое задание, выполнять по дружбе всегда лучше, чем по приказу. Фарамант, попроси пожалуйста почтовых голубей, пусть известят четвероруких.

Через час двор заполнился громким хлопаньем крыльев и характерными обезьяньими криками. Я вышел и удивлённо открыл рот. Повсюду кривлялась, шумела, что-то ела и тут же мусорила дикая смесь дельтапланов с мартышками.

— Кто же их так скрестил? — Удивлённо покачал я головой.

Впрочем, выбирать было не из чего. Лучше опять потерпеть болтанку и быстро добраться до пещер, чем всю дорогу отбиваться от мелких, но назойливых гадостей лепрекона. Первой пакостью ожидался ливень. В голове возникло воспоминание, что Элли с друзьями уже раньше чуть не смыло половодьем. Испытывать такое-же приключение не хотелось. Одна из мартышек наконец что-то крикнула по обезьяньи и они дружно взмыли бесцеремонно, как попало, похватав свою живую ношу. Меня несла, обняв двумя задними руками самая маленькая летучая обезьянка. Спутников тащили по несколько мартышек каждого, облепив со всех сторон и временами меняясь. Видимо было тяжеловато.

Как только стая немного отдалилась, на горизонте со всех сторон незамедлительно появились чёрные тучи. Я так переживал успеем ли и не уронят ли моих провожатых, перекидывая из рук в руки, что совершенно было не до собственных удобств, и даже забыл испугаться высоты с неимоверной болтанкой. Однако летуны передвигались быстро, горы надвигались и стало понятно, что непогода не успевает. Неожиданно наперерез с высоченных круч поднялись огромные орлы, но наш лев рыкнул так страшно, что они тут же струсили и развернулись. Правда и обезьянки испугались, чуть не потеряли ценные ноши, снова поймав лишь у самой земли. Эти манёвры сильно задержали и тучи стали догонять. Наконец, когда они казалось обложили со всех сторон, крылатые носильщики спикировали к ближайшей скале и влетели вместе с ношей в обширную пещеру. Почти сразу снаружи обрушился сильнейший ливень с грозой. Я обернулся и показал язык. Мне казалось, что коварный враг подглядывает где-нибудь неподалёку. И всё видит.

Обезьянки остались пережидать нелётную погоду, рассевшись на сталагмитах, словно на насестах, а остальные углубились в проход, ведущий вглубь горы. Первым двигался железный дровосек, освещая факелом путь и помахивая топором, заранее отпугивая возможных врагов. Страшила и лев огонь не любили, держались подальше, завершая нашу экспедицию. Я шёл вприпрыжку, между дровосеком и остальными насвистывая весёлую мелодию. В такой дружной компании да под охраной изумрудов, казалось ничего на свете не страшно: ни людоеды, ни прочие чудовища. Вскоре ход разделился на два поменьше, и отряд остановился.

— Слушай внимательно, малыш! — Обратился Страшила. — Направо туннель ведёт в подземное королевство. Наши жители обмениваются с теми людьми товарами, но их самих вниз не пускают, чего-то опасаются. Охраняются владения свирепыми шестилапыми чудовищами и драконами, которых подземный народ давно приручил. Левый проход ведёт мимо них. Туда очень редко ходят. Говорят, он тоже опасный, длинный, запутанный, труднопроходимый, хотя и пронзает насквозь горный хребет, и выходит с другой стороны на поверхность. Решать тебе.

— А чего тут думать? Если в королевство не пускают, пошли мимо. Не воевать же с ними. — Пожал я плечами.

Глава 13

И тут на нас напали. Из правого отверстия один за одним полезли звери похожие на белых медведей, с такой-же густой, светлой шерстью и такие-же большие только с шестью лапами, словно жуки. Дровосек бесстрашно вступил в бой. Левой рукой он отпугивал животных факелом, а правой наносил быстрые и точные удары топором. Всё же набросившись кучей, его вскоре сбили с ног. Факел покатился, но к счастью не потух и попал прямо мне в руки. На помощь товарищу прыгнул лев. Двоих ближних противников он отбросил ударами мощных лап, а потом зарычал так страшно, что все от него попятились и свои, и чужие. Я тоже отшатнулся, споткнулся и покатился под уклон в левый туннель, а сверху неожиданно стали падать камни. Когда удалось вскочить стало понятно, что поверхность под ногами качает и подбрасывает, будто это не твёрдый каменный пол, а какой-то бешенный аттракцион.

— Землетрясение! — Закричал железный дровосек.

Страшила хотел кинуться ко мне, но куски породы повалились стеной разделив нас. "Ничего", — промелькнуло в голове, они ребята крепкие. Железный и соломенный парни не устают и быстро расчистят этот завал. Надо лишь немного подождать. Неожиданно толчки повторились, стены и потолок продолжили осыпаться, заставляя отступать вглубь пещеры всё дальше и дальше. Вскоре ноги уже бежали при помощи волшебных башмачков. Кто-то будто специально целил в меня или заваливал мой проход, методично отделяя от друзей новыми грудами булыжников.

"Не может же это быть проделками лепрекона"? — размышлял я по пути. Хотя почему нет? Горы устроены так, что порой сдвинь маленький камешек и образуется огромная лавина. Возможно негодник забрался на макушку скалы и устраивает камнепады, а у нас здесь дрожит земля?

Бежать пришлось, наверное, не меньше часа, пока землетрясение не прекратилось. Обернувшись, убедившись, что хода больше нет, как говориться и мышь не проползёт, мне стало понятно, что провожатых просто не дождусь, погибну с голоду и от жажды. Такой большой слой камней очистить даже спецмашинами не просто. Подумав я вынул из ножен клинок и нацарапал на стене: "Шкет жив, иду дальше." Если друзья вдруг доберутся, то прочитают и будут меньше переживать.

Через некоторое время факел стал гаснуть и вскоре совсем потух.

— Ну давай что-ли ты, дорогуша, посвети немного. — Достал я оружие.

Титановый приятель почему-то не среагировал. Пришлось потрясти и даже постучать по стене.

— Дремлешь, что-ли, соня?

— Тебя учили, как положено призывать. — Приоткрыл он один глаз и чуть-чуть засветился, ровно столько, чтоб удалось его увидеть.

— Слушай, хватит вредничать, я же не на бой вызываю. К тому же некоторые после призыва слишком часто падают в обморок. Давай просто пообщаемся, как оружие и его хозяин.

— Ты мне не хозяин. Мы равноправные партнёры. — Обиженно буркнул клинок.

А ведь совсем недавно твердил прямо противоположное! Зазнался нахал, чувствует, что в темноте без него не обойтись и набивает себе цену! Однако и ругаться сейчас не стоит. Какой-никакой, а он всё же товарищ и самый болтливый из остального снаряжения. С таким будет не скучно. Колпачок в отличие от него неразговорчивый тип и даже толком не объяснился почему раньше молчал, не предупредил о своих способностях. Башмачки же, кажется вообще не умеют разговаривать.

— Ну хорошо, давай побеседуем как меч и меченосец. Так доволен?

— Это другое дело. — Удовлетворённо отозвался привередник, открывая второй глаз.

— А раз так, свети давай как следует, чтоб мне под ногами было видно, а то сверну себе шею, упаду в колодец или пропасть и будешь ржаветь никчёмной железякой!

— И нечего так грубить, просто объяснил бы. — Проворчал клинок добавляя освещения.

— А ты мог бы догадаться, в чём твои приятели нуждаются.

— Нам мечам не положено догадываться. — Проворчал капризуля.

— Послушай, драгоценный наш, вот когда ты будешь полностью выполнять свои прямые обязанности, сносить головы врагам, тогда тебя будут применять только по прямому назначению. Пока не можешь, делай пожалуйста то, что умеешь, свети сильнее под ноги и ослепляй недругов ярким блеском. Под землёй этого может оказаться вполне достаточно. Небось живущие в темноте не любят интенсивного освещения.

— Ла-адно, договорились. Вежливое обращение и оружию приятно. — Вздохнул клинок.

— Я иду, иду, иду, ищу и воду, и еду. Ищу еду и воду подгорному народу. — Шёл и бормотал я от скуки.

Стоп! Зачем мне какой-то подгорный народ? Сейчас главное быстрее найти выход.

— Ищу еду и воду, плетусь к выходу. Нет, рифма не получается и ударение не туда прыгает.

Но как не мучился, ничего подходящего больше не получалось. Вскоре вдали показался неяркий свет и пришлось переключить внимание.

"Ого, что-то интересное", — подумал я и стал подкрадываться на цыпочках. Хотя, чего красться? Свет от меча небось за версту виден, а без освещения мои ноги так начнут шуметь, спотыкаясь! Решив так, я пошёл обычным шагом, но на всякий случай приготовившись как сражаться, так и удирать, и что себя обманывать, скорее драпать. С такими ростом и силой можно только с зайцами сражаться. С лисами, волками и филином были правда удачные столкновения, но всем прекрасно понятно, что это случайно, за счёт наглости, безрассудства и необыкновенного везения.

Когда светящееся пятно приблизилось, оказалось, это грибы или плесень растут на влажных камнях и светятся призрачным фосфорным светом. Оставалось только смяться над глупыми страхами: "Ну вот, а ты дурочка боялась!" Осмотревшись, я подобрал небольшую каменную пластинку, покрытую этим светящимся составом. Пусть будет у меня в качестве ночника, когда устану и устроюсь отдохнуть. Не оставлять же меч рядом, вдруг упрут? А одному в темноте боязно. Пусть зайцы и называли меня храбрецом, но самому-то прекрасно известно, что маленький заносчивый мальчишка просто бравировал перед ещё большими трусишками.

Нашлась и маленькая трещинка из которой каплями вытекала, сочилась вода, питая эту растительность. Набрать её было не во что, потому пришлось просто слизывать влагу, пока не напился.

Когда прошло ещё какое-то время и некоторое расстояние под ногами, во всём теле почувствовалась усталость. Мысли всё чаще стали переключаться на ночлег, однако кругом были жёсткие булыжники.

— А на что ты рассчитывал, малыш? — Передразнил я всех своих предыдущих нянек. — К сожалению, никаких взрослых рядом нет с мягкими коленками и тёплыми объятьями.

Покрутившись, как собачонка, наконец удалось найти более-менее ровное место, разгрести мелкие колючие камешки и улечься, свернувшись калачиком. "Был бы у меня большой пушистый хвост, пожалуй, накрыл бы себя вместо одеяла, как делают все хвостатые создания", — промелькнуло в засыпающем мозгу.

Не знаю сколько получилось вздремнуть, но разбудили тихие звуки приближающихся шагов. Когда подкрадываются, всегда чудится опасность, хотя возможно спящего всего-навсего не хотят беспокоить. Тем не менее вскочив на ноги, я обнажил клинок. Меч почувствовав момент, засветился сам без просьбы и призыва.

— Ой ослепил! Убери свет! — Закричали в два голоса незнакомые бородачи, остановившиеся в трёх шагах.

Они оказались лишь на голову выше меня, но такие коренастые, что ширина плеч раза в полтора-два превышала рост. Облачены мужчины были в куртки, штаны, сапоги тёмных оттенков. Одежда с обувью хотя и выглядела пыльной, грязной, но сразу понятно очень крепкая, ноская. Только на головах яркие, весёлые колпачки похожие на мой вносили праздничное разнообразие в облик простых трудяг. Парни стояли зажмурившись, закрыв глаза руками.

— А почему это вы на цыпочках еле слышно подходите? — Проворчал я, но меч убрал в ножны.

— Что же нам прикажешь, топать, стучать, кричать? Любой трусишка тогда бы ещё больше испугался.

— Вообще-то я смелый и ничего не боюсь обычно, просто мало ли что у вас на уме? Надо быть осторожным с незнакомцами.

— Это правильно, а потому давай познакомимся. — Радостно сказал ближний мужичок. — Я Буй, а он Тур. Мы братья, гномы подгорного племени. Знаешь почему нас так назвали?

— Наверное потому что буйные. — Брякнул я наугад.

— А ещё турнуть можем. — Удовлетворённо добавил дальний гном. — А ты кто?

— Просто путник, бредущий сквозь эти горы. Можете звать Шкет. — Пробормотал я.

А что надо было ещё сказать? Назваться: "Маленький воришка, хитрец", — только себя позорить, к тому же это неправда, храбрец или рыцарь — неудобно, вроде как слишком себя расхваливаю перед действительно сильными с виду товарищами.

— Ну, здравствуй долгие годы, маленький путник Шкет. — Хором сказали крепыши и одновременно протянули мозолистые, широкие, словно лопаты ладони.

— И вам доброго здоровья. — Вложил я в них свои кулаки. (в темноте всё-равно не поймут)

Подсознание как будто предчувствовало, когда заставило так поступить. Кулаки сжали будто стальными тисками. Если бы дал ладони, то расплющили бы нафиг, переломали все косточки! Даже в этом случае пришлось изо всех сил сжать губы, чтоб не закричать.

"Уж не специально-ли негодники чуть не задавили"? — Думал я, тряся за спиной пальцами, восстанавливая кровообращение, когда меня отпустили. Однако по их лицам ничего было невозможно понять. Прикреплённый на уровне груди плоский камень с фосфорным мерцанием давал такой минимум света, что различалось только нечто бородатое без всяческих подробностей. Покажи братья фигу, подразни языком, сострой рожицу, всё-равно ничего не разгляжу.

Мою светящуюся пластину наконец-то заметили.

— А что, почтённый Буй, давай попросим у путника эту никчёмную безделушку. Надеюсь он не жадина. — Сказал гном стоящий справа, чуть ли не ткнув пальцем в плесень.

По ушам прям как будто резануло. И эти начинают дразнить! Ещё даже не попросили как следует, а сквалыгой обзываются. Вот фигушки им с макушком! Отдал бы, но теперь сделаю вид, что не слышал и не понял намёков.

— Ну что ты, уважаемый Тур. — Забормотал второй гном, не дождавшись ответа. — Пусть эта финтифлюшка никуда не годится, но мы с тобой щедрые господа, давай сперва что-то сами подарим. У тебя, например, есть копчёная лягушка. Пускай она без лапок, но остальное-то осталось.

— Так и быть пожертвую жабу, если ты добавишь горсть сушёных мокриц. — Поддакнул его собеседник с таким выражением, словно делает великое одолжение.

Меня тотчас передёрнуло. Нормальный человек такую гадость ни в жизнь не то, что есть, в руки брать побрезгует. Новые знакомцы видимо отлично видели при скудном освещении и сразу поняли гримасы неудовольствия.

— Мальчик не желает набивать пузо, он сытый. — Решили братья, переговариваясь между собой так, чтоб было отчётливо слышно. — У нас есть в загашнике кусок горного хрусталя, чистого, как слеза младенца, от алмаза не отличишь.

— Не — е, знатоку разобраться раз плюнуть. — Немедленно поправил один из них и получил, судя по звуку тычка от другого.

"Батюшки, да они же торгуются! Мужичкам зачем-то очень нужен этот камень с плесенью"! — промелькнула догадка. Ну что же, продолжим игру. Пока хорошо получается молчать, а стоимость растёт. Местные цены не проживающему в пещерах всё-равно незнакомы. Пусть ребята сами стараются.

Дальше стали предлагать гранат, опал, кварц, аквамарин и прочие полудрагоценные камни. Я в ценности минералов почти не разбираюсь, но то, что кварц валяется практически под ногами, знаю точно. Значит и остальные предложения явная туфта!

— Дружище, может парнишка думает, что у нас по одному такому самоцвету? Мы же можем выложить горсть или даже две полных наших горсти!

Я сперва пытался слушать серьёзно, но в конце концов не выдержал, улыбнулся их наивности. Гномы сразу замолчали, словно споткнувшись.

— Партнёр, кажется уважаемый Шкет не простой бродяга и не лопух, цены знает. — Наконец высказал предположение ближний из братьев. — У тебя же имеется с собой золотой самородок и у меня припрятан. Давай сложимся и возьмём эту порцию на двоих.

"Ну вот, похоже разговор пошёл серьёзный", — решил я, но всё-равно промолчал и поморщился. Зачем мне сейчас золото? Может быть потом когда-нибудь и пригодиться, но пока в дороге и про финиш ничего неизвестно, таскать с собой тяжёлые куски жёлтого металла нет смысла. Только уставать буду быстрее. Крепышам очень не понравилась очередная моя гримаса. Они уже было полезли в свои заплечные мешки-рюкзаки, но остановились.

— А может турнуть упрямца, брат Буй? — С угрозой сказал Тур пододвигаясь на шаг.

Пришлось отскочить и опять обнажил меч.

— Ой ослепил! Убери свет! — Опять зажмурились и закричали бородачи, закрыв глаза руками.

— Хулиганить, драться не станете? — На всякий случай спросил я.

— Ну как же, обязательно будем, мы без этого не можем. Каждый день разминаемся, как говориться кулаки чешем. — По-честному ответили крепыши.

— Меня хотя-бы обижать не станете?

— Наше правило маленьких не трогать! — Гордо ответили гномы. — Это мы так, пошутили, но ты хотя-бы сам скажи, что за это хочешь?

— Мне нужна помощь, вернее не мне, а целому лесу. — И я вкратце пересказал свою историю.

Богатыри зачесали затылки под своими колпачками.

— У нас король конечно мудрый, не зря же он правит. — Наконец пробормотал Тур.

— Но лучше отыскать Хозяйку медной горы. Она очень древняя. Никто не знает, сколько ей лет, хотя и выглядит молодо. — Добавил Буй.

— Не — е, Хозяйка — женщина. Чего она смыслит кроме своего хозяйства? — Хмыкнул Тур.

— А наш монарх только пиво пить горазд, да драчки устраивать! — Возразил Буй.

— Да государь…! Да баба…! — Заспорили бородачи, бурно жестикулируя руками.

Я на всякий случай отодвинулся. У мужичков такие толстые конечности и большие ладони что, если нечаянно приголубят оплеушиной, мало не покажется. Наверное, упрямцы и сами не поняли кто из них кого нечаянно задел или толкнул первым, но препирательство внезапно переросло в рукопашную. Замелькали кулаки, размером с мою голову, послышались смачные удары и ругань сквозь зубы. Я уже намеревался было опять вынуть меч, чтоб прекратить потасовку, ведь затопчут невзначай, но забияки внезапно остановились сами. Глянув друг на друга, они обнялись так, что послышался хруст костей, а потом трижды поцеловались.

— Ух, хороша была драчка! — Сказал один из них, похлопывая брата по спине.

— Да — а! Размялись неплохо. — Закряхтел второй.

— Ну их хозяек вместе с коронованными особами, почтённый Буй! Пусть малыш сам выбирает.

— Надо их обоих посетить, уважаемый Тур. Где живёт государь известно, а он должен лучше знать и про хозяйку.

— Ну что, малыш, если согласен пойдём. — Гномы развернулись и бодро пошли по проходу, а я поспешил следом.

Споткнувшись несколько раз, стукнувшись о выступы породы, я достал меч, но товарищи не смогли идти при таком ярком освещении, даже если оно достаточно далеко и сзади. Тогда один из приятелей легко закинул меня себе на спину, и наша группа стала передвигаться ещё быстрее. Вскоре получилось задремать. А чего ещё ребёнку делать в темноте, когда несут и мягко укачивают? Проснуться пришлось оттого, что тело грубо свалили на землю.

— Привал! — Объявил Буй и уселся там-же где стоял, прислонившись спиной к стене.

С другого бока присел его брат и стал развязывать мешок.

— А не перекусить ли нам, господа путники? Ты точно не хочешь лягушку или сушёных мокриц? — Захрустел он чем-то и протянул мне под нос гость чего-то противного.

Есть хотелось, но только не это, потому что передёрнуло уже только от запаха.

— Может у вас есть что-нибуть другое съедобное? — С надеждой спросил я.

Бородачи закряхтели и переглянулись.

— Есть у нас кое-что. — Наконец сказал Тур. — Только эта штука очень ценная. Слышал когда-нибудь про горный мёд?

— Я гречишный мёд знаю, ещё липовый, цветочный, башкирский, кубанский, алтайский. Много их разных сортов. Зависит от местности, цветов, вида пчёл.

— А-а-а! Это ты про пчели-иные рассказываешь. — Разочарованно протянул Буй. — Наш мёд особенный его сами горы делают. Думаешь почему мы такие сильные?

Крепыш стукнул кулаком в стену пещеры и из неё вывалился камень. От удивления у меня отвисла челюсть.

— Так вы что-ли прямо руками ископаемые добываете?

— Нет конечно! — Засмеялись богатыри. — У нас есть молотки и другие инструменты, но иногда можем и так.

Тур стукнул рядом с братом и тоже выворотил булыжник.

— Вон гляди: хрусталь блестит, слюда, кварц. — Полюбовался он и отбросил в сторону.

Вот проходимцы, хотели мне эту безделицу впихнуть, чтоб ребёнок ходил, таскал, мучился, рвал карманы, а они раз и всё.

— Давай так: мы тебе дадим чайную ложку нашего мёда и расскажем дорогу, а ты свою штуку прямо сейчас. — Предложил Буй.

— Две ложки!

Что-то в подсознании подсказывало, что сразу соглашаться нельзя, надо поторговаться.

— Ты ещё скажи, что всю банку. — Хохотнули товарищи. — Да знаешь сколько стоит одна ложка?! Это мы тебя по дружбе угостить хотим, потому что ты маленький и хилый. Больше одной порции в день всё-равно кушать никому нельзя иначе станешь таким сильным, что матушка земля не выдержит, провалишься.

— Не смейся. — Серьёзным голосом сказал Тур. — Брат говорит правду.

— А если у меня ещё есть камни с плесенью?

Стать сильнее очень хотелось. Вспомнилось, как папа волк схватил меня за шкирку, а я ничего не мог сделать, только беспомощно дёргал его за усы или как мама волчица одной лапой небрежно отправляла кувырком к её щенку волчонку, или как две бесстыжие девчонки переодевали маленького рыцаря, насильно пичкали кашей, играли, будто с куклой. Даже мыши храбреца Шкета не боялись! Пришла идея выторговать у гномов побольше волшебного мёда и попробовать стать хоть немного сильнее.

— Да ты знаешь сколько за банку надо?! Вот столько! — Развёл руками Буй.

Посмотрев на размах его ладоней, я вспомнил, что на стене пещеры было примерно такое-же количество светящихся организмов и сообщил приятелям.

— Где?!!! — Воскликнули они хором. — Покажи скорее, пока другие не нашли!

— А у вас мёд с собой?

Тур безотлагательно вынул маленькую жестяную баночку грамм на сто пятьдесят.

— На месяц тебе хватит, если в день по одной ложке принимать. Когда всё съешь, почти как мы станешь!

— Надо возвратится туда, где вы меня нашли, а потом ещё дальше. — Рассказал я.

— На перекрёстках не заблудишься, запомнил куда сворачивать?

— Никаких поворотов не было. Там всё по прямой.

— Так это-же у самого выхода, где не бывает. — Разочарованно протянул Тур.

— Не хотите, как хотите. — Пробормотал волшебный меч. — Другие гномы туда уже небось подходят. Кажется, с той стороны доноситься топот сапог.

"Врёт небось", — промелькнуло в голове. Лично мне ничего не было слышно, но лучше промолчать.

Этот маленький обман подстегнул лучше всего. Когда никому не достанется, не так жалко, чем, когда твой знакомый добудет у тебя под носом. Меня незамедлительно закинули на спину и побежали вприпрыжку. Я даже забоялся, как бы не врезались куда-нибудь в темноте. Их-то не жалко, выбьют ещё пару камней и всё, а вот меня могут нечаянно размазать по стенке и не заметят. Однако пронесло и вскоре два бородача тяжело дышали напротив светящейся стены.

В одиночестве пришлось топать отсюда почти пол дня, с гномами дальше плелись тоже прилично, но возвратились, казалось за десять минут.

— Брат, а вдруг это не те грибы? — Засомневался Буй. — Надо попробовать.

— Ага, уснём и остальное достанется другим. — Возразил Тур. — Сначала соберём, потом попробуем.

— Э-э, ребята! Прежде чем засыпать, мёд отдайте и к королю доставьте.

— Да это мы быстро! — Отмахнулись приятели.

Спутники достали ножи и стали осторожно соскребать грибы или плесень, или всё в месте. Им виднее. Потом мы долго шли, пока их ноги не устали. Мне-то было легче у крепышей на плечах. После ложки мёда, чувствовалась не только сытость, но и необыкновенный прилив сил. Хотелось скакать в припрыжку и самому тащить на плечах этих двух мужичков сразу. Единственное останавливало, что глаза по-прежнему ничего не видели, и неизвестна дорога.

— На сегодня хватит. Всем спать. — Скомандовал Буй.

Перед сном послышалось чавканье.

— Это лучшие грибы из всех, что приходилось вкушать. — Простонал удовлетворённый Тур.

Меня даже посетили сомнения. Может быть всё же продешевил? Возможно надо было самому попробовать. Но тут товарищи успокоили.

— Вы много теряете, люди, из-за того, что не можете есть чудесный деликатес, а сразу умираете. — Пробормотал Буй и захрапел. В ту же минуту к нему присоединился второй храп.

Мне не спалось. Пришлось натянуть колпачок на уши и дополнительно заткнуть их ладонями. Вскоре стало понятно, что данная мера изоляции слуха не помогает. Казалось, что задрожали камни, как при землетрясении и вот-вот снова посыплются с потолка. Утомившемуся организму по-честному хотелось отдохнуть, ведь прошла уйма часов, небось целый день. Сначала была надежда, что в конце концов сморит усталость. Когда понял, что не получится, начал свистеть, затыкать бородачам носы. Закончилось тем, что просто прыгал у братьев на животах, изо всех сил хлеща по щекам. Ничего не помогало. Товарищи отшвыривали меня, словно пушинку, ни на мгновение не прекращая храпа. Через некоторое время голова просто стала раскалываться от боли. Поняв, что больше рядом с ними не выдержу, я накарябал на стене: "Прощайте", — и пошёл дальше прямо по туннелю.

В полном одиночестве удалось пройти в темноте лишь несколько метров, когда впереди послышалось шипенье, рычанье, замелькали красные глаза, словно фосфоресцирующие блюдца. Вытянув меч подальше вперёд, получилось разглядеть в его блеске белые шкуры шестилапых. От яркого сияния звери поначалу отпрянули, но постепенно привыкая, начали медленно надвигаться. Теперь отступать приходилось мне. Уворачиваясь от ударов их страшных когтей, я старался подставлять клинок. Иногда это получалось, и твари отскакивали обиженно рыча, зализывая царапины. Да, для них это были всего лишь мелкие травмы как например от колючек кактуса или шиповника. Размером мой меч чуть превышал когти животных. Атаковать, нанести серьёзные раны таким оружием не стоило даже пытаться, тем более, что просто не сумею. Меня же никто не учил сражался.

Держаться против шестилапых выходило только за счёт того, что они несмотря на огромную силу, оказались медлительны и неповоротливы. Видя, как зверь размахивается, можно было успеть отскочить и поранить в ответ. Ещё, конечно, радовал меч. Возможно он просто спал, а потому не открывал глаза и не пугался.

Внезапно животные стали разворачиваться, и я оторопел. Что это? Они до такой степени не уважают Шкета?! Захотелось уже наскочить на ближнего и от обиды уколоть в толстый зад, как неожиданно на него упали сети. Минута и все чудовища оказались спеленатыми, как младенцы. Освещая мечом над головой, словно пером жар-птицы, подойдя к зверям поближе, удалось разглядеть полтора десятка бородачей похожих на моих новых знакомых. Они деловито увязывали трёх шестилапых, собираясь куда-то тащить. Впрочем, при моём приближении гномы прекратили работать, стали недовольно щуриться, заслоняя глаза ладонями, и я торопливо спрятал клинок в ножны. Вскоре ко мне подошёл один из крепышей, по всей вероятности начальник.

— Кто ты такой, человечек? У тебя есть разрешение для пребывания на нашей территории?

— Я Шкет, иду к королю за советом. Ещё мне пришлось защищать ваших сородичей. Про разрешение ничего не известно. Наверху говорили, что земли не заняты и граница нигде не отмечена.

— Про пропуск ещё никто не знает. — Усмехнулся здоровяк. — Монарх только вчера подписал указ. И пограничные столбы не успели поставить на новом участке, это правда. Однако законы положено соблюдать. Незнание не освобождает от ответственности. Ты арестован, парень.

— Извините, а мне хотя бы удастся увидится с правителем? Надеюсь он поймёт и поможет. — Философски заметил я.

— Это само собой. Государь любит смотреть на новеньких. — Кивнул начальник.

Потом он подошёл к спящим братьям и попинал ногами.

— Опять Буй и Тур. Небось снова нашли грибы и объелись. — Сказал другой гном.

— Этих тоже в темницу. Пусть платят налоги за сбор урожая.

Подняв всех пленных, в том числе и меня на плечи, отряд лёгкой рысью двинулся в путь. Я поразился их силе. Тяжёлых зверей мужички тащили почти также непринуждённо, как и ребёнка. Ещё удивило и обрадовало, что никого кроме животных не связывали, не обыскивали, ничего не отобрали. Наверное, у меня была возможность вырваться, стукнуть пятками и сбежать, но куда? Во всех этих поворотах и разветвлениях сразу заблужусь. По крайней мере единственный выход, который знаю завалило. Снова встречаться с шестилапыми не хотелось. Лучше пообщаться с властью, раз уж всё-равно туда ведут, а там будет видно.

Постепенно глаза стали что-то различать в темноте, да и полного мрака не было. Где-то что-то отблескивало, фосфоресцировало. Ползали по потолкам, стенам и летали светлячки. Несколько раз перед первым членом отряда открывалась и закрывалась за нашими спинами стена вместо двери. Механизмов, двигающих эти огромные плоские камни, не было заметно, значит без подсказок точно не смогу пройти. Потом меня и спящих братьев оставили в какой-то каменной каморке почти без мебели и ушли.

Со скуки рука потянулась к оружию. Темнота надоела. Хотелось пусть искусственного, но освещения. Некоторое время потом я ходил вдоль стен словно в музее и любовался миллионами блистающих искрами камешков, создавших неповторимые узоры. Кажется, некоторые из минералов были настоящими дорогими самоцветами. Неожиданно клинок открыл глаза и зевнул. Как хорошо, что он может спать и светить одновременно.

— Ах, напарник, какое мне прекрасное приснилось сновидение! — Пробормотал он. — Мы с тобой вдвоём отбивались от целой стаи огромных белых зверей. Как я лихо подстригал их ужасные когти! Но и ты неплохо держался.

Мне оставалось только хмыкать.

— Вообще-то это были не грёзы. Нам и в самом деле довелось сражались.

— А-А-АХ! — И меч сложился в обморок сразу потухнув.

Меня тоже наконец-то сморила дрёма, несмотря на непрекращающийся храп.

Глава 14

И тут на нас напали. Из правого отверстия один за одним полезли звери похожие на белых медведей, с такой-же густой, светлой шерстью и такие-же большие только с шестью лапами, словно жуки. Дровосек бесстрашно вступил в бой. Левой рукой он отпугивал животных факелом, а правой наносил быстрые и точные удары топором. Всё же набросившись кучей, его вскоре сбили с ног. Факел покатился, но к счастью не потух и попал прямо мне в руки. На помощь товарищу прыгнул лев. Двоих ближних противников он отбросил ударами мощных лап, а потом зарычал так страшно, что все от него попятились и свои, и чужие. Я тоже отшатнулся, споткнулся и покатился под уклон в левый туннель, а сверху неожиданно стали падать камни. Когда удалось вскочить стало понятно, что поверхность под ногами качает и подбрасывает, будто это не твёрдый каменный пол, а какой-то бешенный аттракцион.

— Землетрясение! — Закричал железный дровосек.

Страшила хотел кинуться ко мне, но куски породы повалились стеной разделив нас. "Ничего", — промелькнуло в голове, они ребята крепкие. Железный и соломенный парни не устают и быстро расчистят этот завал. Надо лишь немного подождать. Неожиданно толчки повторились, стены и потолок продолжили осыпаться, заставляя отступать вглубь пещеры всё дальше и дальше. Вскоре ноги уже бежали при помощи волшебных башмачков. Кто-то будто специально целил в меня или заваливал мой проход, методично отделяя от друзей новыми грудами булыжников.

"Не может же это быть проделками лепрекона"? — размышлял я по пути. Хотя почему нет? Горы устроены так, что порой сдвинь маленький камешек и образуется огромная лавина. Возможно негодник забрался на макушку скалы и устраивает камнепады, а у нас здесь дрожит земля?

Бежать пришлось, наверное, не меньше часа, пока землетрясение не прекратилось. Обернувшись, убедившись, что хода больше нет, как говориться и мышь не проползёт, мне стало понятно, что провожатых просто не дождусь, погибну с голоду и от жажды. Такой большой слой камней очистить даже спецмашинами не просто. Подумав я вынул из ножен клинок и нацарапал на стене: "Шкет жив, иду дальше." Если друзья вдруг доберутся, то прочитают и будут меньше переживать.

Через некоторое время факел стал гаснуть и вскоре совсем потух.

— Ну давай что-ли ты, дорогуша, посвети немного. — Достал я оружие.

Титановый приятель почему-то не среагировал. Пришлось потрясти и даже постучать по стене.

— Дремлешь, что-ли, соня?

— Тебя учили, как положено призывать. — Приоткрыл он один глаз и чуть-чуть засветился, ровно столько, чтоб удалось его увидеть.

— Слушай, хватит вредничать, я же не на бой вызываю. К тому же некоторые после призыва слишком часто падают в обморок. Давай просто пообщаемся, как оружие и его хозяин.

— Ты мне не хозяин. Мы равноправные партнёры. — Обиженно буркнул клинок.

А ведь совсем недавно твердил прямо противоположное! Зазнался нахал, чувствует, что в темноте без него не обойтись и набивает себе цену! Однако и ругаться сейчас не стоит. Какой-никакой, а он всё же товарищ и самый болтливый из остального снаряжения. С таким будет не скучно. Колпачок в отличие от него неразговорчивый тип и даже толком не объяснился почему раньше молчал, не предупредил о своих способностях. Башмачки же, кажется вообще не умеют разговаривать.

— Ну хорошо, давай побеседуем как меч и меченосец. Так доволен?

— Это другое дело. — Удовлетворённо отозвался привередник, открывая второй глаз.

— А раз так, свети давай как следует, чтоб мне под ногами было видно, а то сверну себе шею, упаду в колодец или пропасть и будешь ржаветь никчёмной железякой!

— И нечего так грубить, просто объяснил бы. — Проворчал клинок добавляя освещения.

— А ты мог бы догадаться, в чём твои приятели нуждаются.

— Нам мечам не положено догадываться. — Проворчал капризуля.

— Послушай, драгоценный наш, вот когда ты будешь полностью выполнять свои прямые обязанности, сносить головы врагам, тогда тебя будут применять только по прямому назначению. Пока не можешь, делай пожалуйста то, что умеешь, свети сильнее под ноги и ослепляй недругов ярким блеском. Под землёй этого может оказаться вполне достаточно. Небось живущие в темноте не любят интенсивного освещения.

— Ла-адно, договорились. Вежливое обращение и оружию приятно. — Вздохнул клинок.

— Я иду, иду, иду, ищу и воду, и еду. Ищу еду и воду подгорному народу. — Шёл и бормотал я от скуки.

Стоп! Зачем мне какой-то подгорный народ? Сейчас главное быстрее найти выход.

— Ищу еду и воду, плетусь к выходу. Нет, рифма не получается и ударение не туда прыгает.

Но как не мучился, ничего подходящего больше не получалось. Вскоре вдали показался неяркий свет и пришлось переключить внимание.

"Ого, что-то интересное", — подумал я и стал подкрадываться на цыпочках. Хотя, чего красться? Свет от меча небось за версту виден, а без освещения мои ноги так начнут шуметь, спотыкаясь! Решив так, я пошёл обычным шагом, но на всякий случай приготовившись как сражаться, так и удирать, и что себя обманывать, скорее драпать. С такими ростом и силой можно только с зайцами сражаться. С лисами, волками и филином были правда удачные столкновения, но всем прекрасно понятно, что это случайно, за счёт наглости, безрассудства и необыкновенного везения.

Когда светящееся пятно приблизилось, оказалось, это грибы или плесень растут на влажных камнях и светятся призрачным фосфорным светом. Оставалось только смяться над глупыми страхами: "Ну вот, а ты дурочка боялась!" Осмотревшись, я подобрал небольшую каменную пластинку, покрытую этим светящимся составом. Пусть будет у меня в качестве ночника, когда устану и устроюсь отдохнуть. Не оставлять же меч рядом, вдруг упрут? А одному в темноте боязно. Пусть зайцы и называли меня храбрецом, но самому-то прекрасно известно, что маленький заносчивый мальчишка просто бравировал перед ещё большими трусишками.

Нашлась и маленькая трещинка из которой каплями вытекала, сочилась вода, питая эту растительность. Набрать её было не во что, потому пришлось просто слизывать влагу, пока не напился.

Когда прошло ещё какое-то время и некоторое расстояние под ногами, во всём теле почувствовалась усталость. Мысли всё чаще стали переключаться на ночлег, однако кругом были жёсткие булыжники.

— А на что ты рассчитывал, малыш? — Передразнил я всех своих предыдущих нянек. — К сожалению, никаких взрослых рядом нет с мягкими коленками и тёплыми объятьями.

Покрутившись, как собачонка, наконец удалось найти более-менее ровное место, разгрести мелкие колючие камешки и улечься, свернувшись калачиком. "Был бы у меня большой пушистый хвост, пожалуй, накрыл бы себя вместо одеяла, как делают все хвостатые создания", — промелькнуло в засыпающем мозгу.

Не знаю сколько получилось вздремнуть, но разбудили тихие звуки приближающихся шагов. Когда подкрадываются, всегда чудится опасность, хотя возможно спящего всего-навсего не хотят беспокоить. Тем не менее вскочив на ноги, я обнажил клинок. Меч почувствовав момент, засветился сам без просьбы и призыва.

— Ой ослепил! Убери свет! — Закричали в два голоса незнакомые бородачи, остановившиеся в трёх шагах.

Они оказались лишь на голову выше меня, но такие коренастые, что ширина плеч раза в полтора-два превышала рост. Облачены мужчины были в куртки, штаны, сапоги тёмных оттенков. Одежда с обувью хотя и выглядела пыльной, грязной, но сразу понятно очень крепкая, ноская. Только на головах яркие, весёлые колпачки похожие на мой вносили праздничное разнообразие в облик простых трудяг. Парни стояли зажмурившись, закрыв глаза руками.

— А почему это вы на цыпочках еле слышно подходите? — Проворчал я, но меч убрал в ножны.

— Что же нам прикажешь, топать, стучать, кричать? Любой трусишка тогда бы ещё больше испугался.

— Вообще-то я смелый и ничего не боюсь обычно, просто мало ли что у вас на уме? Надо быть осторожным с незнакомцами.

— Это правильно, а потому давай познакомимся. — Радостно сказал ближний мужичок. — Я Буй, а он Тур. Мы братья, гномы подгорного племени. Знаешь почему нас так назвали?

— Наверное потому что буйные. — Брякнул я наугад.

— А ещё турнуть можем. — Удовлетворённо добавил дальний гном. — А ты кто?

— Просто путник, бредущий сквозь эти горы. Можете звать Шкет. — Пробормотал я.

А что надо было ещё сказать? Назваться: "Маленький воришка, хитрец", — только себя позорить, к тому же это неправда, храбрец или рыцарь — неудобно, вроде как слишком себя расхваливаю перед действительно сильными с виду товарищами.

— Ну, здравствуй долгие годы, маленький путник Шкет. — Хором сказали крепыши и одновременно протянули мозолистые, широкие, словно лопаты ладони.

— И вам доброго здоровья. — Вложил я в них свои кулаки. (в темноте всё-равно не поймут)

Подсознание как будто предчувствовало, когда заставило так поступить. Кулаки сжали будто стальными тисками. Если бы дал ладони, то расплющили бы нафиг, переломали все косточки! Даже в этом случае пришлось изо всех сил сжать губы, чтоб не закричать.

"Уж не специально-ли негодники чуть не задавили"? — Думал я, тряся за спиной пальцами, восстанавливая кровообращение, когда меня отпустили. Однако по их лицам ничего было невозможно понять. Прикреплённый на уровне груди плоский камень с фосфорным мерцанием давал такой минимум света, что различалось только нечто бородатое без всяческих подробностей. Покажи братья фигу, подразни языком, сострой рожицу, всё-равно ничего не разгляжу.

Мою светящуюся пластину наконец-то заметили.

— А что, почтённый Буй, давай попросим у путника эту никчёмную безделушку. Надеюсь он не жадина. — Сказал гном стоящий справа, чуть ли не ткнув пальцем в плесень.

По ушам прям как будто резануло. И эти начинают дразнить! Ещё даже не попросили как следует, а сквалыгой обзываются. Вот фигушки им с макушком! Отдал бы, но теперь сделаю вид, что не слышал и не понял намёков.

— Ну что ты, уважаемый Тур. — Забормотал второй гном, не дождавшись ответа. — Пусть эта финтифлюшка никуда не годится, но мы с тобой щедрые господа, давай сперва что-то сами подарим. У тебя, например, есть копчёная лягушка. Пускай она без лапок, но остальное-то осталось.

— Так и быть пожертвую жабу, если ты добавишь горсть сушёных мокриц. — Поддакнул его собеседник с таким выражением, словно делает великое одолжение.

Меня тотчас передёрнуло. Нормальный человек такую гадость ни в жизнь не то, что есть, в руки брать побрезгует. Новые знакомцы видимо отлично видели при скудном освещении и сразу поняли гримасы неудовольствия.

— Мальчик не желает набивать пузо, он сытый. — Решили братья, переговариваясь между собой так, чтоб было отчётливо слышно. — У нас есть в загашнике кусок горного хрусталя, чистого, как слеза младенца, от алмаза не отличишь.

— Не — е, знатоку разобраться раз плюнуть. — Немедленно поправил один из них и получил, судя по звуку тычка от другого.

"Батюшки, да они же торгуются! Мужичкам зачем-то очень нужен этот камень с плесенью"! — промелькнула догадка. Ну что же, продолжим игру. Пока хорошо получается молчать, а стоимость растёт. Местные цены не проживающему в пещерах всё-равно незнакомы. Пусть ребята сами стараются.

Дальше стали предлагать гранат, опал, кварц, аквамарин и прочие полудрагоценные камни. Я в ценности минералов почти не разбираюсь, но то, что кварц валяется практически под ногами, знаю точно. Значит и остальные предложения явная туфта!

— Дружище, может парнишка думает, что у нас по одному такому самоцвету? Мы же можем выложить горсть или даже две полных наших горсти!

Я сперва пытался слушать серьёзно, но в конце концов не выдержал, улыбнулся их наивности. Гномы сразу замолчали, словно споткнувшись.

— Партнёр, кажется уважаемый Шкет не простой бродяга и не лопух, цены знает. — Наконец высказал предположение ближний из братьев. — У тебя же имеется с собой золотой самородок и у меня припрятан. Давай сложимся и возьмём эту порцию на двоих.

"Ну вот, похоже разговор пошёл серьёзный", — решил я, но всё-равно промолчал и поморщился. Зачем мне сейчас золото? Может быть потом когда-нибудь и пригодиться, но пока в дороге и про финиш ничего неизвестно, таскать с собой тяжёлые куски жёлтого металла нет смысла. Только уставать буду быстрее. Крепышам очень не понравилась очередная моя гримаса. Они уже было полезли в свои заплечные мешки-рюкзаки, но остановились.

— А может турнуть упрямца, брат Буй? — С угрозой сказал Тур пододвигаясь на шаг.

Пришлось отскочить и опять обнажил меч.

— Ой ослепил! Убери свет! — Опять зажмурились и закричали бородачи, закрыв глаза руками.

— Хулиганить, драться не станете? — На всякий случай спросил я.

— Ну как же, обязательно будем, мы без этого не можем. Каждый день разминаемся, как говориться кулаки чешем. — По-честному ответили крепыши.

— Меня хотя-бы обижать не станете?

— Наше правило маленьких не трогать! — Гордо ответили гномы. — Это мы так, пошутили, но ты хотя-бы сам скажи, что за это хочешь?

— Мне нужна помощь, вернее не мне, а целому лесу. — И я вкратце пересказал свою историю.

Богатыри зачесали затылки под своими колпачками.

— У нас король конечно мудрый, не зря же он правит. — Наконец пробормотал Тур.

— Но лучше отыскать Хозяйку медной горы. Она очень древняя. Никто не знает, сколько ей лет, хотя и выглядит молодо. — Добавил Буй.

— Не — е, Хозяйка — женщина. Чего она смыслит кроме своего хозяйства? — Хмыкнул Тур.

— А наш монарх только пиво пить горазд, да драчки устраивать! — Возразил Буй.

— Да государь…! Да баба…! — Заспорили бородачи, бурно жестикулируя руками.

Я на всякий случай отодвинулся. У мужичков такие толстые конечности и большие ладони что, если нечаянно приголубят оплеушиной, мало не покажется. Наверное, упрямцы и сами не поняли кто из них кого нечаянно задел или толкнул первым, но препирательство внезапно переросло в рукопашную. Замелькали кулаки, размером с мою голову, послышались смачные удары и ругань сквозь зубы. Я уже намеревался было опять вынуть меч, чтоб прекратить потасовку, ведь затопчут невзначай, но забияки внезапно остановились сами. Глянув друг на друга, они обнялись так, что послышался хруст костей, а потом трижды поцеловались.

— Ух, хороша была драчка! — Сказал один из них, похлопывая брата по спине.

— Да — а! Размялись неплохо. — Закряхтел второй.

— Ну их хозяек вместе с коронованными особами, почтённый Буй! Пусть малыш сам выбирает.

— Надо их обоих посетить, уважаемый Тур. Где живёт государь известно, а он должен лучше знать и про хозяйку.

— Ну что, малыш, если согласен пойдём. — Гномы развернулись и бодро пошли по проходу, а я поспешил следом.

Споткнувшись несколько раз, стукнувшись о выступы породы, я достал меч, но товарищи не смогли идти при таком ярком освещении, даже если оно достаточно далеко и сзади. Тогда один из приятелей легко закинул меня себе на спину, и наша группа стала передвигаться ещё быстрее. Вскоре получилось задремать. А чего ещё ребёнку делать в темноте, когда несут и мягко укачивают? Проснуться пришлось оттого, что тело грубо свалили на землю.

— Привал! — Объявил Буй и уселся там-же где стоял, прислонившись спиной к стене.

С другого бока присел его брат и стал развязывать мешок.

— А не перекусить ли нам, господа путники? Ты точно не хочешь лягушку или сушёных мокриц? — Захрустел он чем-то и протянул мне под нос гость чего-то противного.

Есть хотелось, но только не это, потому что передёрнуло уже только от запаха.

— Может у вас есть что-нибуть другое съедобное? — С надеждой спросил я.

Бородачи закряхтели и переглянулись.

— Есть у нас кое-что. — Наконец сказал Тур. — Только эта штука очень ценная. Слышал когда-нибудь про горный мёд?

— Я гречишный мёд знаю, ещё липовый, цветочный, башкирский, кубанский, алтайский. Много их разных сортов. Зависит от местности, цветов, вида пчёл.

— А-а-а! Это ты про пчели-иные рассказываешь. — Разочарованно протянул Буй. — Наш мёд особенный его сами горы делают. Думаешь почему мы такие сильные?

Крепыш стукнул кулаком в стену пещеры и из неё вывалился камень. От удивления у меня отвисла челюсть.

— Так вы что-ли прямо руками ископаемые добываете?

— Нет конечно! — Засмеялись богатыри. — У нас есть молотки и другие инструменты, но иногда можем и так.

Тур стукнул рядом с братом и тоже выворотил булыжник.

— Вон гляди: хрусталь блестит, слюда, кварц. — Полюбовался он и отбросил в сторону.

Вот проходимцы, хотели мне эту безделицу впихнуть, чтоб ребёнок ходил, таскал, мучился, рвал карманы, а они раз и всё.

— Давай так: мы тебе дадим чайную ложку нашего мёда и расскажем дорогу, а ты свою штуку прямо сейчас. — Предложил Буй.

— Две ложки!

Что-то в подсознании подсказывало, что сразу соглашаться нельзя, надо поторговаться.

— Ты ещё скажи, что всю банку. — Хохотнули товарищи. — Да знаешь сколько стоит одна ложка?! Это мы тебя по дружбе угостить хотим, потому что ты маленький и хилый. Больше одной порции в день всё-равно кушать никому нельзя иначе станешь таким сильным, что матушка земля не выдержит, провалишься.

— Не смейся. — Серьёзным голосом сказал Тур. — Брат говорит правду.

— А если у меня ещё есть камни с плесенью?

Стать сильнее очень хотелось. Вспомнилось, как папа волк схватил меня за шкирку, а я ничего не мог сделать, только беспомощно дёргал его за усы или как мама волчица одной лапой небрежно отправляла кувырком к её щенку волчонку, или как две бесстыжие девчонки переодевали маленького рыцаря, насильно пичкали кашей, играли, будто с куклой. Даже мыши храбреца Шкета не боялись! Пришла идея выторговать у гномов побольше волшебного мёда и попробовать стать хоть немного сильнее.

— Да ты знаешь сколько за банку надо?! Вот столько! — Развёл руками Буй.

Посмотрев на размах его ладоней, я вспомнил, что на стене пещеры было примерно такое-же количество светящихся организмов и сообщил приятелям.

— Где?!!! — Воскликнули они хором. — Покажи скорее, пока другие не нашли!

— А у вас мёд с собой?

Тур безотлагательно вынул маленькую жестяную баночку грамм на сто пятьдесят.

— На месяц тебе хватит, если в день по одной ложке принимать. Когда всё съешь, почти как мы станешь!

— Надо возвратится туда, где вы меня нашли, а потом ещё дальше. — Рассказал я.

— На перекрёстках не заблудишься, запомнил куда сворачивать?

— Никаких поворотов не было. Там всё по прямой.

— Так это-же у самого выхода, где не бывает. — Разочарованно протянул Тур.

— Не хотите, как хотите. — Пробормотал волшебный меч. — Другие гномы туда уже небось подходят. Кажется, с той стороны доноситься топот сапог.

"Врёт небось", — промелькнуло в голове. Лично мне ничего не было слышно, но лучше промолчать.

Этот маленький обман подстегнул лучше всего. Когда никому не достанется, не так жалко, чем, когда твой знакомый добудет у тебя под носом. Меня незамедлительно закинули на спину и побежали вприпрыжку. Я даже забоялся, как бы не врезались куда-нибудь в темноте. Их-то не жалко, выбьют ещё пару камней и всё, а вот меня могут нечаянно размазать по стенке и не заметят. Однако пронесло и вскоре два бородача тяжело дышали напротив светящейся стены.

В одиночестве пришлось топать отсюда почти пол дня, с гномами дальше плелись тоже прилично, но возвратились, казалось за десять минут.

— Брат, а вдруг это не те грибы? — Засомневался Буй. — Надо попробовать.

— Ага, уснём и остальное достанется другим. — Возразил Тур. — Сначала соберём, потом попробуем.

— Э-э, ребята! Прежде чем засыпать, мёд отдайте и к королю доставьте.

— Да это мы быстро! — Отмахнулись приятели.

Спутники достали ножи и стали осторожно соскребать грибы или плесень, или всё в месте. Им виднее. Потом мы долго шли, пока их ноги не устали. Мне-то было легче у крепышей на плечах. После ложки мёда, чувствовалась не только сытость, но и необыкновенный прилив сил. Хотелось скакать в припрыжку и самому тащить на плечах этих двух мужичков сразу. Единственное останавливало, что глаза по-прежнему ничего не видели, и неизвестна дорога.

— На сегодня хватит. Всем спать. — Скомандовал Буй.

Перед сном послышалось чавканье.

— Это лучшие грибы из всех, что приходилось вкушать. — Простонал удовлетворённый Тур.

Меня даже посетили сомнения. Может быть всё же продешевил? Возможно надо было самому попробовать. Но тут товарищи успокоили.

— Вы много теряете, люди, из-за того, что не можете есть чудесный деликатес, а сразу умираете. — Пробормотал Буй и захрапел. В ту же минуту к нему присоединился второй храп.

Мне не спалось. Пришлось натянуть колпачок на уши и дополнительно заткнуть их ладонями. Вскоре стало понятно, что данная мера изоляции слуха не помогает. Казалось, что задрожали камни, как при землетрясении и вот-вот снова посыплются с потолка. Утомившемуся организму по-честному хотелось отдохнуть, ведь прошла уйма часов, небось целый день. Сначала была надежда, что в конце концов сморит усталость. Когда понял, что не получится, начал свистеть, затыкать бородачам носы. Закончилось тем, что просто прыгал у братьев на животах, изо всех сил хлеща по щекам. Ничего не помогало. Товарищи отшвыривали меня, словно пушинку, ни на мгновение не прекращая храпа. Через некоторое время голова просто стала раскалываться от боли. Поняв, что больше рядом с ними не выдержу, я накарябал на стене: "Прощайте", — и пошёл дальше прямо по туннелю.

В полном одиночестве удалось пройти в темноте лишь несколько метров, когда впереди послышалось шипенье, рычанье, замелькали красные глаза, словно фосфоресцирующие блюдца. Вытянув меч подальше вперёд, получилось разглядеть в его блеске белые шкуры шестилапых. От яркого сияния звери поначалу отпрянули, но постепенно привыкая, начали медленно надвигаться. Теперь отступать приходилось мне. Уворачиваясь от ударов их страшных когтей, я старался подставлять клинок. Иногда это получалось, и твари отскакивали обиженно рыча, зализывая царапины. Да, для них это были всего лишь мелкие травмы как например от колючек кактуса или шиповника. Размером мой меч чуть превышал когти животных. Атаковать, нанести серьёзные раны таким оружием не стоило даже пытаться, тем более, что просто не сумею. Меня же никто не учил сражался.

Держаться против шестилапых выходило только за счёт того, что они несмотря на огромную силу, оказались медлительны и неповоротливы. Видя, как зверь размахивается, можно было успеть отскочить и поранить в ответ. Ещё, конечно, радовал меч. Возможно он просто спал, а потому не открывал глаза и не пугался.

Внезапно животные стали разворачиваться, и я оторопел. Что это? Они до такой степени не уважают Шкета?! Захотелось уже наскочить на ближнего и от обиды уколоть в толстый зад, как неожиданно на него упали сети. Минута и все чудовища оказались спеленатыми, как младенцы. Освещая мечом над головой, словно пером жар-птицы, подойдя к зверям поближе, удалось разглядеть полтора десятка бородачей похожих на моих новых знакомых. Они деловито увязывали трёх шестилапых, собираясь куда-то тащить. Впрочем, при моём приближении гномы прекратили работать, стали недовольно щуриться, заслоняя глаза ладонями, и я торопливо спрятал клинок в ножны. Вскоре ко мне подошёл один из крепышей, по всей вероятности начальник.

— Кто ты такой, человечек? У тебя есть разрешение для пребывания на нашей территории?

— Я Шкет, иду к королю за советом. Ещё мне пришлось защищать ваших сородичей. Про разрешение ничего не известно. Наверху говорили, что земли не заняты и граница нигде не отмечена.

— Про пропуск ещё никто не знает. — Усмехнулся здоровяк. — Монарх только вчера подписал указ. И пограничные столбы не успели поставить на новом участке, это правда. Однако законы положено соблюдать. Незнание не освобождает от ответственности. Ты арестован, парень.

— Извините, а мне хотя бы удастся увидится с правителем? Надеюсь он поймёт и поможет. — Философски заметил я.

— Это само собой. Государь любит смотреть на новеньких. — Кивнул начальник.

Потом он подошёл к спящим братьям и попинал ногами.

— Опять Буй и Тур. Небось снова нашли грибы и объелись. — Сказал другой гном.

— Этих тоже в темницу. Пусть платят налоги за сбор урожая.

Подняв всех пленных, в том числе и меня на плечи, отряд лёгкой рысью двинулся в путь. Я поразился их силе. Тяжёлых зверей мужички тащили почти также непринуждённо, как и ребёнка. Ещё удивило и обрадовало, что никого кроме животных не связывали, не обыскивали, ничего не отобрали. Наверное, у меня была возможность вырваться, стукнуть пятками и сбежать, но куда? Во всех этих поворотах и разветвлениях сразу заблужусь. По крайней мере единственный выход, который знаю завалило. Снова встречаться с шестилапыми не хотелось. Лучше пообщаться с властью, раз уж всё-равно туда ведут, а там будет видно.

Постепенно глаза стали что-то различать в темноте, да и полного мрака не было. Где-то что-то отблескивало, фосфоресцировало. Ползали по потолкам, стенам и летали светлячки. Несколько раз перед первым членом отряда открывалась и закрывалась за нашими спинами стена вместо двери. Механизмов, двигающих эти огромные плоские камни, не было заметно, значит без подсказок точно не смогу пройти. Потом меня и спящих братьев оставили в какой-то каменной каморке почти без мебели и ушли.

Со скуки рука потянулась к оружию. Темнота надоела. Хотелось пусть искусственного, но освещения. Некоторое время потом я ходил вдоль стен словно в музее и любовался миллионами блистающих искрами камешков, создавших неповторимые узоры. Кажется, некоторые из минералов были настоящими дорогими самоцветами. Неожиданно клинок открыл глаза и зевнул. Как хорошо, что он может спать и светить одновременно.

— Ах, напарник, какое мне прекрасное приснилось сновидение! — Пробормотал он. — Мы с тобой вдвоём отбивались от целой стаи огромных белых зверей. Как я лихо подстригал их ужасные когти! Но и ты неплохо держался.

Мне оставалось только хмыкать.

— Вообще-то это были не грёзы. Нам и в самом деле довелось сражались.

— А-А-АХ! — И меч сложился в обморок сразу потухнув.

Меня тоже наконец-то сморила дрёма, несмотря на непрекращающийся храп.

Глава 15

Как ни странно, проснуться пришлось от тишины, когда этот самый храп неожиданно прекратился, видимо так к нему привык, что безмолвие напугало. Поняв по моей возне, что тоже не сплю, братья принялись в пол голоса беседовать.

— Где это мы, уважаемый Тур, опять в королевском дворце? Да, не вовремя нас угораздило наесться деликатеса, почтенный Буй. Надо было спрятаться в дальних пещерах. Опять теперь заставят делится.

Вскоре открылась каменная дверь и вошёл незнакомый гном. Мне сразу показалось, что он не такой как те, что встречались до этого. Присмотревшись, стало понятно, что этот аккуратно, красиво одет и подстрижен. Прежние бородачи вместе со вчерашними охотниками по сравнению с ним казались лохматыми неряхами.

— Такс, кто у нас здесь сегодня? — Пробормотал пришедший. — Ага, этих знаю. С шестилапыми пойдёте биться или опять друг дружку мутузить будете?

— Нам вдвоём привычнее. — Дружно ответили приятели и вышли из помещения.

— Ага, а ты что за фрукт? Чего умеешь?

Я растерялся и пожал плечами. А действительно чем можно ребёнку похвастать? Никаких особых способностей и навыков у меня вроде-бы не замечалось. Если только воспользоваться волшебными свойствами имущества.

— У меня меч ярко светит, бегаю быстро, но сражаться не умею. — Осторожно сказал я.

— Свет нам не нужен, убегать не в почёте, а ратовать совсем не умеешь?

Я кивнул.

— Придётся подучиться. Да и хилый ты какой-то. Даже против младших королевских ребятишек не потянешь. — Покачал он головой, осматривая со всех сторон.

— У вас и дети сражаются? — Удивился я.

— А как же, с пелёнок топором и мечом машут. Иначе низкорослому народу в мире не выжить.

На минуту гном вышел, принёс два меча, два щита и протянул мне один комплект.

— На, держи, будем пробовать.

Пока он ходил, я успел съесть ложку горного мёда и чувствовал себя богатырём. Наверное, благодаря этому удалось пол дня без устали махать достаточно тяжёлой учебной железякой под руководством тренера. Потом на половину суток учитель покинул, отправившись к другим подопечным, рекомендовав повторить на манекене то, чем сегодня занимались. Для упражнений он оставил оружие и снаряжение. Стало конечно не так интересно, но не покидала радость, что наконец-то буду не просто красоваться с оружием, а чему-нибудь научусь и вправду стану рыцарем.

Ближе к вечеру силы начали покидать. Навалилась усталость, ухудшилось настроение. Захотелось скушать ещё ложку мёда, но вспомнилось предупреждение и пришлось потерпеть до утра. На следующий день снова пришёл гном-учитель. Мы опять сражались пол дня, а остальное время, когда действие мёда заканчивалось, приходилось скучать, хандрить и пораньше ложиться спать. Так прошло несколько дней. Меня пытались кормить жуками, червяками и прочей всякой гадостью, от вида которой мутило. К счастью ложка мёда насыщала, как полноценный обед. Я как-то попытался узнать, зачем меня учат сражаться и когда смогу увидеть монарха?

Тренер удивился.

— Ты разве не знаешь правил? Если нарушил закон, то должен искупить свою вину, устроив перед королём и свитой красивую драчку. Или у тебя есть в откуп сундук драгоценных камней? Там государя и увидишь.

Закон есть закон. Жалко было только терять время. Старуха фея небось замучила уже лесных жителей, да и себя заодно. Прошло ещё три недели. У меня кое-что стало получаться, по крайней мере со слов учителя. У него как-то вырвалось, мол теперь малыша сразу уже не убьют. Я думал он шутит, но гном даже не улыбнулся.

Однажды тренер появился вместе с мальчишкой. Оказалось, что это гномик-подросток, который тоже учиться сражаться. Он был ниже меня на голову, но зато вдвое шире в плечах.

— Ну-ка, Фальк, испробуй на крепость этого человечка, только смотри, сразу не покалечь.

Заорав, как сумасшедший, паренёк кинулся, замахнувшись своим топором. Я еле успел вскочить с лежанки и подставить щит. После удара топора, не останавливаясь последовал пинок ногой и не удержавшись, мне пришлось покатился по полу. Когда противник попытался добить, врезав кромкой щита, я уже был на ногах и отклонился.

К счастью, как и все гномы хлопец оказался хоть и очень силён, но слегка неповоротлив. В каждый удар он вкладывал всю мощь. Когда его щит пролетел мимо, я своим успел врезать пацану в открывшийся бок и тут же испугался, не покалечил ли юного противника, не поломал-ли ему рёбра? Гномик только крякнул и в ответ двинул мне с разворота локтем. Я опять оказался на полу. Как и в прошлый раз неприятель бросился, а мне в последний момент удалось перекатился и вскочив уйти из-под топора. Правда в этот раз ответный тычок нанести не получилось. Мы закружили по каморке обмениваясь ударами и выпадами. Я стал постепенно приспосабливаться к спарринг партнёру. В отличие от учителя он не-был таким ловким и быстрым. Обычно мне удавалось отступать, отклоняться, уворачиваться и бить в ответ мечом или щитом. Правда мои тычки пацанёнок казалось не замечал. Зато если я пропускал удар, то непременно оказывался на полу с болью в рёбрах. Когда мы закончили и по привычке гномов стали обниматься, я заорал. Оказалось, что у меня болит всё тело. Тренер заставил раздеться, осмотрел и удивился, насколько нежная и тонкая человеческая кожа.

— Возможны трещины в рёбрах и несколько переломов, но ничего, зарастёт, как на шестилапых. — Наконец сделал он заключение.

Густо намазав всё тело жирной, резко пахнущей мазью, учитель сунул что-то мне в рот и ушёл. Когда распробовал, показалось, что похоже на вкус горного мёда. О ужас! Это же было нельзя, ведь с утра уже ел одну порцию! Прощайте все. Кажется, ваш Шкет сейчас провалится в земной шарик словно в болото. Голова закружилась, пришлось прилечь на лежанку, зато боль и в боках, и в конечностях сразу исчезла. Ну чтож, это случается перед смертью. Умирающий перестаёт страдать как будто он выздоравливает.

Утром я встал живой, здоровый и полный сил. "Может обманули братья Буй и Тур"? — промелькнуло в мыслях, но на каменном полу тотчас обнаружились отпечатки в виде следов моих ног. На лежаке тоже оказалась вмятина по форме моего организма, словно перед сном прочнейший гранит на минуточку стал податливым пластилином. Наверное, вчера вовремя улёгся. Давление всей площади тела гораздо меньше, чем одних лишь ступней, потому и обошлось. К счастью сегодня пол держал крепко, не проваливался.

Пока не было учителя, я решил осмотреть свою курточку насколько сильно вчера порвалась? Не попросить-ли иголку с ниткой, чтоб починить? К величайшему удивлению и радости оказалось всё цело, правда сильно испачкано мазью. Стряхнув пыль, я принялся оттирать ладонями пятна.

— Что прикажешь, хозяин? — Неожиданно пропищало в моих руках.

Подумав, что где-то мышонок, я стал выворачивать карманы, но кроме изумруден, ничего не нашлось. Решив, что показалось, я стал чистить дальше.

— Да чего надо? Щекотно-же. — Пропищало опять что-то.

— Ты кто? — Спросил я оглядываясь.

— Как кто? Куртка твоя. Ты что ослеп или оглох?

И как же мне сразу не пришло в голову? Фея подарила волшебный меч, туфли, колпачок, значит у неё всё волшебное и курточка тоже!

— Привет куртка, а что ты можешь?

— А чего надо? Спрашивай.

— Надо… — я задумался. — Мне много чего надо. Есть хочу нормальную пищу, к королю на приём побыстрее попасть, а может ты знаешь, как фею вылечить?

— Не — е - е! Это всё не ко мне. Быстрее это к обуви, еда к скатерти самобранке, знания из книг получают.

— А ты-то что умеешь?

— А чего надо? — Опять повторила куртка, будто бестолковый мальчишка.

— Ты разве не знаешь, чего умеешь? — Удивился я.

— Почему не знаю — знаю… но не помню.

— Это же небось проделки лепрекона! — Догадался я. — Он испортил все подарки феи. Совсем сломать не смог, но немного подгадил. Так, для чего обычно служит одежда? От дождя защитить сможешь? Впрочем, прикрывать от непогоды и согревать умеет и любое простое пальто, и даже рубаха. Кстати у разведчиков бывают маскхалаты или маскировочные плащи-невидимки. Может и ты такая-же?

— Не — е, у тебя уже есть колпак-невидимка. — Напомнил клинок, висящий на крючке вместо светильника.

— Это точно, себя он хорошо прячет, делает невидимым, а хозяина только, если голый. В следующий раз придётся всё снаряжение в него запихивать. От чего же волшебная куртка защищать должна, кроме дождя? Фея ничего не говорила? Ну-ка вспоминай, меч, если такой умный. — Задумался я.

— От него могу в смысле от меча. — Неожиданно пробормотала куртка.

— Здорово!! — Обрадовался я. — А от топора?

— Тоже могу. — Важно добавила она.

— Ты значит, как бронежилет!

— Да, как броня могу, но про жилет впервые слышу.

— Жилет, это модное название для таких курточек.

— А что такое модное?

— Модное, значит хорошее.

— Ты лучше скажи, почему вчера хозяина не защищала? — Возмущённо запищал волшебный клинок. — Ему же все рёбра переломали и по мне несколько раз стукнули. Ты разве не заметила?!!

Я умилился. Как оказывается приятно, когда кто-нибудь жалеет, хотя бы даже трусливый меч.

— Не все, а только пару рёбрышек, к тому же они за ночь срослись. — Смущённо проворчала куртка.

— А синяки, шишки, ссадины?

— Между прочим все эти мелочи украшают мужчину, хотя и они зажили. Та чудесная мазь даже мне старые дырки залатала.

— Хватит оправдываться! Когда нас всех защищать будешь?!

— Когда хозяин скажет, тогда и буду. — Буркнула одежда.

— Шкет, скомандуй, чтоб защищала всегда! — Подсказал трусишка.

— Не — е - е! Так не получится. Курткам тоже отдыхать надо.

— Тогда защищай, когда нас бьют. Так сможешь?

— Как же я об этом узнаю?

— А как ты вчера узнала про его рёбра и синяки?

— Обыкновенно, почувствовала.

— Вот когда снова почуешь опасность, сразу и защищай. Может и мы с хозяином, если успеем, подскажем.

В этот момент открылась каменная дверь и опять зашли учитель с Фальком. Я еле успел набросить курточку, как мальчишка кинулся в атаку с учебным мечом. Помня вчерашние уроки, я сражался хладнокровно и быстро, хотя и он мечом орудовал ловчее, чем топором. Сегодня мне досталось меньше, а противнику больше. После окончания боя тренер осмотрел наши рёбра и остался доволен. Ну правильно. Теперь удары почти не чувствовались. Волшебная броня защищала добросовестно. На всякий случай он всё же вновь смазал моё тело и показалось, что куртка с удовольствием прижалась к коже, словно обняла.

В следующие дни Фальк приходил всё время с разным оружием. Наверное, он перепробовал на наших тренировках всё, чем владел. Меня тоже кроме учебного меча научили держать в руках топор, копьё и булаву. Ещё через три дня нам решили показать, как проходит реальное сражение-драчка разных участников на арене. После того зрелища спарринг-партнёр был в восторге, а я ходил в своей камере, как в тумане. Их драчка оказалась вовсе не забавой, а гладиаторскими боями. Гномы и звери убивали друг друга по-настоящему. Всю ночь потом снились стоны раненых в лужах крови, отрубленные конечности, выпущенные внутренности. Это что же? Мне придётся убивать, например, Фалька или другого такого же мальчишку? Вся человеческая сущность протестовала против того. Да мне даже шестилапых жалко! Я совсем не подумал, что скорее всего убить могут как раз меня. Звери и гномы намного сильнее.

Перед самым выходом на арену учитель положил мне в рот что-то сладкое, в руки сунул тяжёлый топор. Из-за сильных переживаний я совсем забыл, что недавно съел порцию из своей баночки и проглотил не задумываясь. Тут же почувствовалось, как в руки, в ноги, во всё тело из земли потекла сила. Огромная секира показался лёгкой пушинкой, но башмачки стали проваливаться в песок, тонуть, словно в мягкой глине. Чтоб совсем не увязнуть, пришлось не останавливаться на краю арены для приветствия зрителей, как мой противник, а сразу пойти на него.

— Ну куртка, сейчас нас будут бить насмерть. Пора тебе превращаться в самую мощную броню, какую только сможешь. — Напомнил я, похлопав по бокам.

— Глянь, какой бычок! Не смотрит, что мал, так и рвётся в бой. — Одобрительно послышалось со стороны.

Под действием лишней ложки мёда стало расплываться в глазах. Все лица на трибунах слились в одно серое пятно. Напрягшись, с трудом удалось рассмотреть даже неприятеля. Почему-то я не удивился, увидев перед собой взрослого гнома намного выше меня. Голова вообще перестала соображать. Видимо не простой, обычный горный мёд мне подсунули, а чего-то в него дополнительно подмешали. Руки, ноги, тело двигались теперь словно сами по себе, автоматически выполняя приёмы, которыми удалось овладеть за последнее время.

Хотя в результате избыточной порции постоянно приходилось проваливаться словно в болото и с трудом передвигаться, моя сила сделалась почти равной взрослому бойцу. Мы замолотили друг по другу, как кузнецы по наковальне. Трибуны взревели от восторга.

Вскоре малый опыт сражений у меня всё же стал замечаться. Супротивник всё чаще и чаще проникал за мой щит. Если бы не куртка, я давно бы валялся трупом. Исхитрившись, он наконец разбил мой щит и выбил топор.

"Здесь же разрешается пользоваться любым оружием", — вспомнил я и вынул волшебный меч. Неприятель на мгновение ослеп, трусливый клинок упал в обморок и потух, но перед этим мы с ним успели перерубить топорище гнома и ударом ноги уронить его на арену.

— Добей!!! — Взревели трибуны.

Они не знали, что мягким лезвием это сделать уже непросто, да мне и не хотелось никого убивать. Развернувшись, я побрёл на выход.

— Добей или умри!!! — Чей-то бас перекрикивал остальные голоса.

Вскоре почувствовалось, как в спину ударило какое-то оружие, сбило с ног, но спасибо курточке не поранило. А мне стало всё безразлично. Накатила сильнейшая апатия — последствие передозировки горного мёда. Хотелось только лежать, не защищаясь, и не шевелиться, даже если совсем утону.

Вдруг в пещере стихло. Прямо из стены вышла полупрозрачная статная женщина с зеленоватой кожей, подняла меня, прижала к себе и понесла обратно в стену. Её ладони, платье, всё остальное оказались холодными и твёрдыми, словно мрамор. Оглянувшись, я успел увидеть удивлённые лица на трибунах, а перед глазами внезапно замелькали разноцветные минералы. Мы словно поплыли внутри каменного океана. На некоторое время забылось, что человеку положено дышать, так всё оказалось красиво.

Вскоре удалось уснуть, убаюканному на руках, а проснуться уже в каком-то огромном зале. Вокруг было одиноко, тихо и как ни странно непривычно светло. Мягкое освещение лилось со всех сторон непонятно откуда. Пройдясь я понял, что здесь настоящая галерея скульптур. Чего только не было: разнообразные цветы, животные, насекомые высеченные из камня. Некоторые были собраны из множества драгоценных камней и переливались своими гранями. Кроме изваяний попадались барельефы, мозаичные панно и всей этой красоте казалось нет конца и края. Произведения искусства заполняли центр помещения, располагались вдоль замысловато изогнутых стен, в узких переходах и лабиринтах. Обнаружилась даже статуя той женщины, вырезанная из розоватого мрамора. Лицо и руки у неё выглядели словно живые. Казалось вот сейчас она моргнёт своими мерцающими изумрудными глазами и сойдёт с постамента. Через некоторое время выйдя прямо из стены появилась и хозяйка.

— Нравится? — Улыбнулась она, разводя руками.

От восхищения не было слов. Оставалось только закивать головой.

— Оставь и ты частицу своей души.

Я не сразу понял, а потом запротестовал.

— Н — е, вам нужен скульптор или художник. Мне же когда-то давно приходилось лепить только из пластилина.

— Что это такое? — Заинтересовалась женщина.

Как мог, я попытался объяснить. Она подошла и дунула на один из бесформенных камней.

— Испытай. — Прозвучало приглашение.

Я подошёл, коснулся и рука провалилась, словно в нежнейшее желе, сродни туману. Вспоминая молодость, пальцы стали вытягивать куски и полоски формируя что-то наподобие деревьев, домиков машинок. С давних пор мои таланты не улучшились и получалось коряво, однако дамочка подошла поближе, заинтересовалась.

— Попробуй сама. — Предложил я.

0на только покачала головой.

— Вспомни детство золотое, познай новое ощущение.

Продолжая уговаривать, я взял её за холодную ладонь и притянул к мягкой заготовке.

Внезапно незнакомка улыбнулась, уменьшилась почти до моего роста, превратившись золотоволосую девчоночку с озорными глазками. Засучив рукава, она стала тискать и мять камень, словно тесто, отрывая куски и шлёпая их на место. Навыков у малышки оказалось ещё меньше, чем у меня, однако ей понравилось. Вскоре она вся перепачкалась каменными брызгами. Каменные капли попадающие на лицо, проказница просто слизывала розовым язычком. Попадающие на одежду, частицы впитывались, делая наряд пятнистым. Она брызгала и на меня, балуясь, но с моей кожи и одежды крупицы скатывались мелким песком.

Когда шалунья немного успокоилась, начала лепить вдумчиво, у неё стало получаться что-то красивое, правда это было нечто абстрактное. За работой, я рассказал ей свою историю и попросил совет. Девчоночка смешно пожала узкими плечиками и ответила, что в феях и подобных болезнях ничего не понимает.

— А в Тридевятое королевство ступай в ту сторону. — Показала она пальчиком.

Я даже оторопел с непривычки, столько сидел в каменном плену, а тут!…

— И ты меня просто так отпускаешь?

— Разве можно заставлять что-то делать насильно? — Искренне удивилась малышка.

Поднявшись, всё ещё не веря в услышанное, я пошёл в указанную сторону. Подойдя к стене, потрогав холодный, твёрдый гранит, я оглянулся и посмотрел с упрёком. Она хихикнула, словно прозвенел хрусталь, подула в мою сторону, старательно надувая щёчки и помахала пухленькой ручкой. Моя ладонь тут же провалилась как будто в воду. Задержав дыхание, я вошёл, как нырнул. Потом пришлось долго брести, раздвигая ставшую жидкой каменную субстанцию. Наверное, в какой-то момент получилось потерять направление и чуть не заблудиться в полумраке. Постепенно окружающее пространство начало становится всё более густым и вязким. Когда уже стала тихо накатывать паника, показалось, что сейчас застряну, застыну, словно жук в янтаре, меня взяли за плечи повернули в нужном направлении и поддали под зад маленькой коленочкой.

Глава 16

Шлёп! И тело вывалилось на зелёную лужайку, словно мешок с картошкой. Глаза сразу зажмурились от непривычно яркого солнышка. За спиной раздалось знакомое хихиканье, подобное звону хрусталя. Однако обернувшись удалось увидеть только базальтовые стены скалы.

— Какая чудесная девушка, познакомишь? — Раздался голос будто бы из-под земли.

Прямо почти под ногами у меня оказался зелёный человечек ростом с травинку.

— Ты Мальчик с пальчик? — Спросил я, нисколько не удивляясь.

Мужичок внезапно вырос, став с меня ростом.

— Так тебе удобнее? — Спросил он улыбаясь. — Меня зовут Луговой.

— Знакомая фамилия, где-то слышал, пробормотал я.

— Не фамилия, а хозяин луга — луговой.

Всё тело парня вдруг покрылось травами, как густым мехом. Вместо волос на голове распустились одуванчики, на месте голубых глаз расцвели васильки. Розовые губы составили маленькие гвоздики. Клумба, да и только.

— А-а-а! Это как домовой, водяной, овинный, лесничий. — Высунулся меч.

— Стоп, стоп! Вы всех-то в одно лукошко не собирайте! Лесничий — это человек, а вот лешие — мои одичавшие братья. Домовые, овинные, банники — это наоборот двоюродные одомашненные создания. Водяной зазнался, считает себя хозяином всех вод, хотя и ребёнок знает, что в каждом море свой морской царь, а в болотах хромают болотники. Полевой — вот мой самый ближний родственник.

— Скажи пожалуйста, уважаемый Луговой, есть здесь где-нибудь поблизости какие-нибудь мудрые или на крайний случай учёные? — Пробормотал я, запихивая клинок обратно, чтоб не позорил своей безграмотностью.

— Премудрых и мудрёных в наших краях хватает. — Закивал тот.

— Небось проходит слёт премудрых Василис? — Хихикнул я, вспомнив мультик.

— Нет, Василиса премудрая одна, остальные прекрасные, пригожие и просто хорошие, хотя встречаются среди них и привередливые, и с прибамбасами. Тебе какие больше нравятся?

— Да нам сейчас не до девушек. — Опять выглянул меч. — У нас важное дело. Срочно нужен совет мудреца. Слышал может-быть про кота, что ходит по цепи кругом?

— Это который сказки рассказывает?

— Во-во! — Обрадовались мы с клинком одновременно.

— Ну да, в лесу неподалёку есть какой-то котяра-сказочник. Вон туда тропинка ведёт. Говорят, он временами на цепи эквилибристику показывает, но разожрался так, что постоянно падает. Однако я бы никакую животину на пригожую кралечку не променял.

— У каждого своя проблема. Мне этот котик нужен, чтоб как раз одной барышне помочь. Плохо ей, а чем вылечить, никто не знает.

— Про лекарство из кошек я ещё не слыхал. — Усмехнулся зелёный парень. — Однако девушка за девушку. Я тебе путь подсказал, и ты мне помоги. Как с этой очаровательницей познакомится?

— Да мне собственно неизвестно. Это Хозяйка медной горы и живёт она там внутри. Меня она сама к себе в гости затащила.

Луговой подошёл к выступу скалы, прислонился, раскинул руки, словно обнимая и превратился в плющ, который тут же стал оплетать весь утёс, стараясь проникнуть в каждую трещинку.

— Счастливо вам познакомиться. — Пробормотал я, щёлкнул пятками и побежал в указанную сторону.

Дорожка пролегала среди колючих кустов и высыхающих деревьев почти с облетевшей листвой. Чем дальше я углублялся, тем больше лес казался умирающим, словно год не было дождей. Чёрные ветки цеплялись за одежду, будто не желая пропускать. Я лёгкой трусцой бежал по тропинке приговаривая то, что пришло на ум:

— По цепочке ходит кот, только он совсем не тот.

— Ничего, скоро придём и разберёмся, что это за киска. — Вторил мне меч.

Через некоторое время посреди завалов и буреломов открылась небольшая полянка с пожелтевшей травой. Там вокруг гигантского пня, бывшего когда-то давно могучим дубом в самом деле висела большая, ржавая якорная цепь. Ну чтож, ржавчина издалека, да если прохожий подслеповат, близко не подходил, может сойти за золото. Хотя про драгметалл могут и наврать ради красного словца. Море вполне возможно отступило. Берег теперь на другом месте. Так бывает. Дуб от времени рухнул и сгнил. Он же не волшебный. Зато котяра вот он передо мной чёрный, откормленный, шерсть так и лосниться. Пузо того и гляди за землю зацеплять будет. Придётся вскоре бедолаге не ходить кругами, а лежать, да и на цепь уже небось толстячок не взберётся.

Какие-то сказки бормочет болтун, зубы и клыки заговаривает честной аудитории. Вот работёнку себе нашёл непыльную счастливчик! Народу вокруг прилично. В смысле людей как раз не видно, но разных животных множество. В основном молодые зверята. Ну правильно, взрослые-то мамки с папками сказок уже наслушались. Они живут среди простых и строгих будней. А слушатели все до одного какие-то вялые, полусонные. Некоторые конкретно дрыхнут, даже до опушки доносится дружное сопенье. Ладно, сейчас рассказчик закончит очередное повествование, и придёт время его по расспрашивать. Прерывать на середине как-то неудобно, невежливо. Пока присяду на травке или даже прилягу. Что-то я утомился за последнее время. Кошачье мурлыканье так и втекает в уши, убаюкивает, расслабляет. Не зря его называют лечебным. Перед глазами закружились разноцветные звёздочки, в голове поплыл розовый туман.

— Спи, спи. — Будто нашёптывал кто-то.

Внезапно в кармане напротив сердца что-то забилось, стало нагреваться так, что обожгло кожу. Пришлось проснуться. Оказалось, обжигал один из изумрудов. Зелёный свет его был виден даже сквозь курточку. Когда удалось очнуться, он вспыхнул последний раз и испарился. Вот для чего значит их несколько! Кот уже не мурлыкал, не ходил по цепи, а с урчанием рвал, терзал какую-то маленькую тушку. Вся морда, лапы с огромными когтями были в крови.

— Чтож ты творишь, тварь хвостатая!? — Воскликнул я, вытаскивая клинок.

Впрочем, меч как обычно тут же согнулся и упал в обморок. Однако краткого блеска и громкого оклика хватило. Котище немедленно прервал трапезу и постарался слизнуть кровь с лап и морды.

— Это не я! Бедняга сам скончался! Пришлось просто подобрать, похоронить таким способом. Не пропадать же парному мясу. — Забормотал он.

— Посмотрите, звери добрые!!! — Заорал я во весь голос. — Он же вас бессовестно жрёт, пока вы спите с заговоренными зубами! Кролик не мог сам умереть, он совсем молодой был. Это же не Кот Учёный, а кровожадный Кот Баюн!

Зверята вокруг стали дружно просыпаться, будить соседей, смотреть на мёртвого кролика и разбегаться.

— Стойте! Он всё врёт! Мальчишка сам несчастного зарезал! — Заорал котяра, но враньё уже не помогло. Окружающим было безразлично, кто убийца. Главное скорее оказаться подальше от опасного места.

Поняв, что дичь скоро вся разбежится, заорав громогласное: "Мяу-У-У-У!!!" — Монстр бросился на ближайших зверьков. Однако он видимо давно отвык от честной охоты. Жирный и неповоротливый охотник не мог догнать даже маленьких мышат. Раздувшееся брюхо уже волочилось по земле. По всей вероятности, до кролика негодяй успел загрызть ещё несколько усыплённых животных. Наконец видя, что один лишь человек не трогается с места, Баюн кинулся на меня.

Эта атака оказалась полной неожиданностью. Почему-то думалось, что коты на людей не нападают. Хлестнув его мечом, как плетью, я отскочил, однако удар по густой шерсти зверюга видимо не заметил и продолжил нападение. Растолстевший, он не был столь ловок, как обычный кот, но и я не так быстр, как зайчик. Мы оказались почти на равных. Выпустив когти, огромные, как кинжалы, монстр стал полосовать моё тело, а я отступал и хлестал его мечом по морде. Развернуться, чтобы убежать не было никакой возможности. Враг всё время норовил сбить с ног и вцепиться в горло. К счастью уроки во дворце у гномов не пропали зря. Зверь попадал в основном по курточке, а она надёжно защищала. Неожиданно меч затвердел, и кошачья голова со страшной гримасой на морде покатилась по траве, щёлкая клыками.

— Как мы его, с одного удара! — Похвастался меч, гордо сверкая в моей руке.

— Ты, конечно молодец. — Пробормотал я, тяжело дыша. — Только в следующий раз делай этот свой один удар пораньше.

После краткого осмотра выяснилось, что ноги и руки оказались в глубоких порезах. Пришлось немедленно собирать подорожник, растущий вдоль тропинки и заклеивать раны, останавливая кровотечение. Вскоре сделалось заметно, как с каждым шагом от страшной поляны, лес начал оживать, зеленеть. Неожиданно послышалось робкое чириканье, и стало вдруг понятно, что уже давно не было слышно птичьих трелей. Видимо всю округу затерроризировал злобный котище, все соки земли высосал. Однако мне с каждым шагом становилось только хуже. Порезы стали распухать, нарывать. Наверное, Баюн вдобавок был ядовитым. В конце концов ноги зашатались и сложились, как у игрушечного робота, у которого сели батарейки. Вынув баночку с горным мёдом, я поскрёб по стенкам, по донышку и облизал палец. Ёмкость оказалась пуста. Подзаряжать мой аккумулятор нечем. "Ну вот и всё", — промелькнуло в голове. Сейчас трупик найдут какие-нибудь лисы с волками и сделают свою работу санитаров леса.

— Эй, Шкет, ты чего улёгся? Да у тебя температура, парень! Зайчики! Белочки! Есть тут кто-нибудь? Срочно приведите врачей! — Заголосил клинок.

Но маленькие зверьки небось разбежались из этих страшных мест, а которые оставались, попались коту на обед.

— Кто тут просит помощь? — Еле слышно запищали около уха.

Скосив глаза, я увидел маленького мышонка. Он стоял среди травы, словно в густом лесу гордо подбоченясь, сверкая бусинками глаз.

— Это ты здоровый жадный дядька, рассказавший нам про абрикосы?

— Как ты здесь оказался, карапуз? — Удивился я.

Даже в таком состоянии обрадовало, что кто-то считает меня большим.

— Я не малыш, а почти взрослый парень. У меня уже невеста есть! — Обиделся тот. — А гуляешь по свету не ты один. Мне тоже захотелось сказки кота послушать.

— Не к тому ты рассказчику пришёл. Этот — кровожадный монстр. Видишь лес пустой. Его работа. Столько зверья истребил!

— Ну тогда давайте с ним сразимся! — Запищал храбрец.

— Здесь ты опоздал. С ним мы уже разобрались. Видишь, теперь хозяин лежит, кровью истекает. — Пробормотал меч.

— Тогда надо спасти его! Повелительница всем мышам объявила, что за нами должок перед человеком. Мне известно, где неподалёку живая и мёртвая вода. Правда не знаю, как их отличить.

— Это же просто, сынок. В мёртвом источнике любая травинка сразу завянет, а в живом и сухая веточка расцветёт. — Выглянула из травы королева.

— Опять ты меня контролируешь, мама!!! — Возмущённо запищал маленький герой. — Я уже большой и сам совершу свои подвиги!

— Да не контролирую, а помочь пришла. Ты же один не сможешь принести и ту, и другую воду сразу, а этого ребёнка нужно срочно лечить, видишь, он уже умирает!

Мышь подхватила баночку из-под меда и пропала в траве. Мышонок шмыгнул за ней. Я остался один. Сначала руки и ноги онемели. Организм перестал их чувствовать. Потом холод стал подниматься от низа живота к сердцу. Глаза сомкнулись, дыханье замедлилось. Стало понятно, что наступают последние минуты. Вдруг удалось почувствовать какую-то щекотку. Открыть глаза сил не хватило, но сквозь ресницы получилось увидеть, как мышонок бегает по моему телу, макает хвостик в баночку и смазывает раны. Все повреждения после этого сразу зарастали, опухоль спадала. Когда он закончил, хвостик его почернел и не шевелился. Сам мышонок еле ползал, подволакивая задние лапки, будто раздавленные. Но вот он лизнул что-то в ореховой скорлупке и сразу повеселел. "Живая вода в действии", — пронеслось в мыслях.

Теперь в первую очередь он смазал мне губы и удалось вздохнуть.

— Ур-ра-а-а!!! — Запищал малыш. — У меня получилось! Я теперь настоящий герой!

— Погоди, удалец. — Улыбнулась мышка мама. — Надо закончить. Смазывай теперь раны.

Маленький спаситель опять забегал по рукам и ногам. Шрамы вскоре рассосались, и удалось почувствовать конечности.

— Спите теперь, герои. Вы оба устали.

Королева взмахнула хвостом, и мышонок свернулся калачиком, махнула ещё раз и мои глаза закрылись.

Content

Сизов Владимир Константинович
Маленький Шкет

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16