Дмитраш Мария

Касперский Евгений Валентинович

Евгений Касперский о себе, русских хакерах и интернет-паспортах

Мария Дмитраш

Евгений Касперский о себе, русских хакерах и интернет-паспортах

Компьютерные вирусы в последнее время совсем разошлись: болеют уже банкоматы и мобильные телефоны. О том, каких еще мутаций ждать в будущем, кто и для чего сейчас пишет вирусы и что по закону грозит вирусописателям в России, корреспондент "Известий" Мария Дмитраш поговорила с главным вирусологом страны, руководителем "Лаборатории Касперского" Евгением Касперским.

Этого интервью я ждала долго — в Москве Касперского застать очень сложно. "Евгений Валентинович в Лондоне, Париже, Китае…" — регулярно переносила встречу его PR-менеджер Кристина. Но вот я наконец-то оказалась в кабинете главного специалиста страны по борьбе с компьютерными вирусами. Касперский должен появиться с минуты на минуту, а пока есть время осмотреться.

На кабинет миллионера не очень-то и похоже. Небольшая комната со стеклянной стеной. На вешалке — сомбреро и другие заморские шляпы. На рабочем столе — палочки и упаковка с иероглифами, в которой лежит что-то очень похожее на мотыля. Полки шкафов забиты сувенирами. Такое ощущение, что я попала в турагентство.

Сквозь стеклянную стену видно, как к кабинету миллионера Касперского подходит мужчина с забранными в хвостик волосами. Он по-хозяйски заходит, широко улыбается и протягивает руку: "Касперский".

— Видали? — показывает Евгений на карту Антарктиды. — Я там Новый год встречал.

— А что у вас за червячки на столе? — киваю я на подозрительную упаковку.

— Это из Японии. Конфетку хотите? — Касперский подвигает вазочку.

Я пробую. На вкус нечто соленое, пахнущее водорослями и с привкусом рыбы.

— Это тунец. Конфеты под пиво. Ну что, поехали?

известия: Поехали. Евгений Валентинович, вас в Москве не застать. Сложно управлять компанией, разбросанной по всему миру?

евгений касперский: Меня сейчас действительно по всему миру мотает, поэтому в стандартном понимании я компанией и не управляю. В смысле, когда каждый день проводятся летучки, сбор менеджеров и так далее. Для этого в "Лаборатории" есть другие люди. У меня вообще принцип работы следующий: если чувствую, что довел дело до конца или оно мне стало неинтересно, я ищу людей, которым его можно доверить. В 94-м году, например, я занимался подписанием контрактов на дистрибуцию. Мне этого вот так хватило! — Касперский резко проводит рукой по горлу. — Раньше я и базу вирусов вел один. Теперь это делают 50 вирусных аналитиков.

и: На китайском рынке ваша компания называется "Кабасицзи". Как это переводится?

касперский: Точно не скажу — это сложный набор звуков. Его ассоциативное значение — сила, которая движется вперед. Для вывода новых продуктов Китай — очень трудный рынок. Европейские названия здесь не воспринимаются. Но и при смене названия нужно быть очень аккуратным, чтобы правильными остались и звучание, и смысл. А то как-то одну компанию переименовали так, что в переводе получилась "тайваньская шлюха". "Кабасицзи" китайцы придумывали год. Еще примерно год придумывали, как перевести мое имя. Получилось "юдзин". Короче, там такая штука получается… (Касперский берет лист бумаги и рисует иероглифы.)

и: Вы что, учите китайский?

касперский: (Показывает большой учебник китайского языка.) Ну так… Мне очень нравятся иероглифы, с их помощью лучше понимаешь культуру страны. Китайцы совершенно другие. Для того чтобы хоть немного приблизиться к их пониманию, нужно полностью очистить мозг, забыть все, что знал, и наблюдать за ними. Слушать, подражать, и вот тогда начинаешь с ними более-менее на одном языке говорить. Любая нация ценит чужака, который с уважением относится к ее традициям, языку, культуре.

и: В прошлом году Дмитрий Медведев в Кремле вручил вам Госпремию в области науки и технологий… Что-то изменилось после этой встречи для вас?

касперский: Хм… Появилось больше историй, которые можно рассказать за столом. А если серьезно, то что должно было поменяться? "Мужики, я — крутой. Я президента видел"? Мой мозг умеет владеть эмоциями. Это проверено уже неоднократно. Но, чего уж тут скрывать, было очень волнительно.

и: Дмитрия Анатольевича компьютерные темы интересуют?

касперский: Его интересует компьютерная безопасность. Я и мои сотрудники очень плотно работаем с нашими силовыми структурами и правоохранительными органами. Помогаем ловить киберпреступников. То есть ловят, конечно, они, а мы консультируем по технической части: можем провести экспертизу, рассказать, что и где, вывести на след. Работаем и с киберполицией других стран. Так, в Бразилии сидят с нашей помощью и в Голландии сидят. И я этим горжусь. Вор должен сидеть в тюрьме.

и: А в России-то сидят с вашей помощью?

касперский: Сидят, но у нас с этим сложнее. Голубчиков надо бы посадить, но порой это невозможно сделать, потому что в Уголовном кодексе нужной статьи нет. Обычно компьютерных преступников у нас судят по 159-й и 162-й статьям — это мошенничество, вымогательство, кражи. Проблема же заключается в том, что по этим статьям можно возбудить дело только по заявлению пострадавших. Нет заявления — нет дела. А по компьютерным преступлениям обычно заявлений нет. Русские хакеры иногда идут на хитрость. Они не заражают компьютеры, которые понимают кириллицу. То есть в некотором роде гарантируют, что преступление совершается за пределами России. Сейчас (Касперский включает компьютер и за пару секунд находит нужную информацию)… Вот! Было громкое дело в 2004 году. Русская банда. Интернет-рэкет. Выбрали несколько букмекерских компаний в Англии и обрушили им сайты. Потом — звонок: "Ребят, платите, чтобы мы прекратили атаку". Эти компании раз заплатили, два… Русским понравилось. Они долбали их до тех пор, пока англичане не обратились в Скотленд-Ярд. В результате взяли восемь человек. Трое из них получили по восемь лет. Получается, что если есть громкое международное дело, то сажают по полной программе. Если же судят у нас, то, к сожалению, часто эти люди получают по два-три года условно. Потому что наш суд не понимает, с кем имеет дело. Так, в прошлом году какие-то мерзавцы в Питере заразили банкомат, собрали информацию о кредитных картах и PIN-кодах и сняли миллионы рублей. А получили они за это три года условно! Судья говорит: "Ну и что? Компьютер был заражен троянской программой. Разве это преступление?" И такая ситуация будет до тех пор, пока у судьи не украдут всю зарплату с его карточки и он не поймет, что это действительно самое настоящее преступление.

и: А какие выгоды у создателей вирусов, которые не имеют отношения к банкоматам?

касперский: Пшш… Деньги. Что еще?

и: Но они соревнуются между собой?

касперский: Кто круче всех? Это было. Раньше. Сейчас хакеры сотрудничают. Один хакер пишет модуль, второй — другой модуль. Они их складывают в единое целое и продают третьему. Третий купил и, заразив этим чужую машину, украл нужную информацию. Продал ее четвертому. Четвертый, используя полученную информацию, напечатал кредитные карточки и продал пятому. Пятый пошел снимать деньги… Цепочки бывают очень длинные. Это индустрия. Вот когда все только начиналось, вирусы писали дети. Для них это была всего лишь игра. Сейчас детям некогда — они в сетевые игрушки играют.

и: Сколько вирусов написали сами?

касперский: Нисколько! Вы еще у пожарного спросите: поджигали ли вы когда-нибудь дома? Возвращаясь к создателям вирусов: зловреды пишут не только дети и мошенники, но и так называемые киберпатриоты — патриотично настроенные киберпреступники. Помните, Бронзового солдата снесли в Эстонии? В это же время страну "отключили" от интернета. Кто это сделал? Скорее всего, вот эти самые, патриотично настроенные…

и: Кто еще пишет вирусы? Может, спецслужбы для своей работы создают программы-шпионы? Говорят, это особенно практикуется в Китае и в России.

касперский: У меня нет никакой информации об этом. Но я не исключаю, что за некоторыми атаками могут стоять государства.

и: Наши создатели вирусов сильны по сравнению с иностранными?

касперский: Да. Русские программисты вообще считаются лучшими в мире — у нас система технического образования хорошая. Так что многие русские вирусописатели занимаются разработкой вредоносов на заказ. То есть они сами ничего не воруют, никого не грабят, просто занимаются производством оружия. Оружейники они.

и: Вы берете на работу хакеров?

касперский: Нет. Зачем?

и: Ну как же, они талантливые люди.

касперский: На самом деле нам нужны ребята, которые более талантливы, чем вирусописатели и хакеры. Потому что разрабатывать защиту всегда сложнее, чем средство нападения. И потом, я хочу доверять людям, с которыми работаю. Знаете, люди делятся на три категории: первая — человек видит мобильник на полу и спрашивает: "Чей?"; вторая категория — кладет телефон себе в карман; третья — видит телефон в чужом кармане, вытаскивает и кладет в свой карман. Вирусописатели — это третья категория. Тогда как мы принимаем на работу людей из первой.

и: Каких мутаций вирусов нам ждать? Лифт, например, может подхватить вирус?

касперский: Может. Все зависит от того, насколько безопасна операционная система лифта. Сейчас вообще все больше устройств становятся компьютеризированными. Скажем, запустил через мобильный телефон микроволновку, сидя на работе, приехал домой — там уже все готово. Стиральные машины, холодильники через интернет уже работают (хотя в нашей стране этого еще нет). Значит, теоретически их можно заразить. Как и автомобиль — там же тоже есть операционная система. Но пока подобных инцидентов не было. Что еще? Самолеты. Да, осенью 2008 года очень интересная история произошла с самолетом авиакомпании Quantas. Во время полета, на высоте 11 тысяч метров, автопилот грохнул самолет на 200 метров вниз. Все непристегнутые пассажиры оказались под потолком. Пилоты перевели самолет на ручное управление. Однако автопилот снова бросил самолет вниз. Пилоты включили сигнал SOS и экстренно посадили самолет в ближайшем аэропорту. Натуральный сбой компьютерной системы! В итоге около 70 пострадавших. Я теперь вообще не отстегиваю ремень безопасности во время полета.

и: Вам принадлежит идея создания интернет-паспортов. Не станет ли это цензурой?

касперский: Посудите сами: современный интернет — это дороги без светофоров, дорожных знаков и ГИБДД. То есть полный хаос! На заре автомобилестроения такая ситуация была нормальной. Но с ростом числа автомобилей и водителей пришла необходимость регулировать процесс, вводить правила дорожного движения. Просто для того, чтобы было удобно и безопасно ездить. Примерно то же самое происходит сейчас в интернете. Люди, которые создают вирусы, взламывают сайты и т. д., умеют прятаться и делают это профессионально. Будут интернет-паспорта — киберпреступникам прятаться станет сложнее. Но это ни в коем случае не связано с введением цензуры: электронные паспорта никак не ущемляют права пользователей. Вы по-прежнему будете общаться в чатах и зависать в социальных сетях под никнеймами. До вас никому дела не будет, пока вы не совершите что-то противозаконное.

Обычный пользователь думает, что сейчас он анонимен и за ним никто не следит. На самом деле это полная фигня. Если вы сегодня даже без наличия паспортов напечатаете: "Вася — дурак", а у Васи найдутся влиятельные друзья, то вас запросто вычислят и за уши вытащат. Придут к интернет-провайдеру, потребуют ваш IP-адрес, а по нему узнают номер дома, квартиры. Про необходимость введения интернет-паспортов я начал говорить еще лет восемь назад. И сейчас правительство начало задумываться об этом.

и: Евгений Валентинович, чем занимаются ваши сыновья?

касперский: Максиму сейчас 22 года, Ивану 19 лет. То есть это большие мальчики уже (Касперский поднимает руку над головой). Старший пошел на геофак — ему почему-то понравилась география. Я не знаю, правда, как он будет работу искать. Младший — по компьютерным делам, учится в МГУ на факультете ВМК. Я не поддерживал выбор ни одного, ни другого. Хотя, знаете, я вообще очень плохой отец. Меня один знакомый журналист обозвал конкистадором. Потому что я постоянно где-то там — Америку завоевываю. А быть одновременно и хорошим отцом, и конкистадором нереально. Либо ты дома у семьи, либо ты в набеге. Я вот, получается, в набеге.

и: Иван не собирается продолжить династию?

касперский: Не знаю. Я сыновей не буду подталкивать к этому. Захотят — продолжат, не захотят — не судьба. Не обязательно, чтобы мое дело попало в "родственные по крови" руки. Оно должно попасть в руки, "родственные по духу".

17 мая 2010 г.

Content

Дмитраш Мария и др Евгений Касперский о себе, русских хакерах и интернет-паспортах

Мария Дмитраш Евгений Касперский о себе, русских хакерах и интернет-паспортах