Республика Армения

Сказание об Ара прекрасном

Непростительная смерть

Доблестный Арам из рода Айка породил сына, по красоте подобного богу. На улыбчивом лице ребенка глаза сияли, как два солнца. И этого богоподобного малыша назвали по имени Творца – Ара. И рос Ара, окруженный любовью и теплой заботой. И как все счастливые малыши, был он весел и полон любви. И все называли его Ара Прекрасный.

И когда умер Арам из рода Айка, власть над Араратом унаследовал Ара Прекрасный. Перед смертью Арам вручил ему свой меч-молнию и сказал:

– Знай, сын , что единственное условие созидания – это мир, а мир находится на конце этого меча.

Заботливо, самозабвенно управлял Ара Прекрасный ариями. Он укреплял мощь Арарата, и долговременный мир утвердился на Арарате. И созидали армены, уверенные в своей силе, – строили города, рыли каналы, выращивали сады. И песни и танцы были спутниками счастливой жизни арменов.

От бессилия истекал желчью царь титанов Нинос. Давно уже он замышлял месть за смерть своего предка Бэла. Однако воспоминания о понесенных от Арама тяжелых поражениях сдерживали его порывы, и он ждал Арамовой смерти. Но когда он узнал, что Ара Прекрасный наращивает мощь Арарата, ужаснулся и, желая обезопасить себя, предложил свою дружбу Ара Прекрасному. Ара Прекрасный и Нинос заключили договор о дружбе. Но союз Ара Прекрасного был от силы, а Ниноса – от страха.

Но вскоре умер Нинос, и владычицей Степи стала его жена Шамирам. Властолюбива была Шамирам, зла и несдержанна. И это было крайне опасно, так как она в совершенстве владела всем арсеналом женских козней. Она не желала мирно сосуществовать с арменами и замышляла овладеть Араратом и положить конец его мирному развитию. Она принесла жертву Богу Вишапу и попросила его содействия.

И Вишап явился Шамирам и сказал:

– О, достойная дочь титанов, ты замыслила богоугодное дело. И пусть для тебя путеводной звездой будет твоя праматерь Хатун. Против ариев нужно бороться с помощью их крови.

– Но как я могу овладеть кровью ариев? – спросила Шамирам.

И Вишап сказал:

– Чей бык ни прыгнет на нашу корову, теленок, в конце концов, будет нашим.

Поняла Шамирам и послала гусанов к Ара, чтобы воспели ее красоту и женское обаяние. Послала с богатыми дарами своих людей, чтобы передали Ара Прекрасному ее письмо. Она писала: §О, великий царь арменов, богоподобный Ара Прекрасный, из твоих божественных благодатей, которые ты так щедро даруешь арменам, удели малую толику владычице титанов, как залог вечной дружбы двух Родов. Приди ко мне и либо женись на мне и правь всеми, либо же, заключив любовный союз со мной, возвратись в свое царство.

Но предание о Торгоме, которое, передаваясь из поколения в поколение, дошло до Ара Прекрасного, предупреждало о коварстве женщин титанового Рода. И Ара Прекрасный наотрез отказался исполнить просьбу Шамирам.

Щамирам в отчаянии заплакала от гнева и оскорбления. Она решила наказать дерзкого царя. Собрала большое войско, чтобы напасть на Арарат. Она разожгла большой костер, принесла жертву Вишапу и попросила помочь ей сломить мощь ариев.

Вишап явился Шамирам и сказал:

– О, великая титанида, я бессилен на Арарате, там царство света, и правит там Ваагн. Но я призову на помощь правителя подземного царства Яхвая, он мудр и хитер. может быть, он найдет выход.

Позвал Яхвая. Яхва выслушал Вишапа, долго думал и в конце концов нашел выход. Он дал Шамирам ожерелье и сказал:

– Надень это колдовское ожерелье на шею. И в самый разгар сражения, когда Ара Прекрасный будет полностью поглощен борьбой, явись перед ним, очаруй его, околдуй так, чтобы его рука ослабела и опустилась. В это время я снизу, Вишап сверху накинемся и вырвем у него меч-молнию. И твои воины с легкостью расправятся с ним.

– Но каким образом я должна очаровать и околдовать его? – спросила Шамирам.

И Яхва сказал:

– О, совершеннейшая из женщин, даже боги могут научиться у тебя находчивости и коварству, что же ты спрашиваешь у нас?

И вот дошла до Вечного Города недобрая весть , что Шамирам с большим войском движется к Арарату, чтобы завоевать и разрушить его. Ара Прекрасный собрал своих воинов, зажег большой костер, принес жертву богу Ваагну и попросил – всей своей Божьей Мощью освятить их мечи.

Ваагн явился и сказал:

– О, земной бог, потомок Ария, богоподобный Ара Прекрасный, трудная борьба ожидает тебя, ибо к мощи воинов – титанов присоединилось и женское коварство. Воинов- титанов ты легко одолеешь, но опасайся козней Шамирам. Если на поле битвы перед тобой появится женщина, в каком бы то ни было виде, знай, – то Шамирам. Не смотри на нее, устреми глаза на солнце и убей ее.

Затем Ваагн, крест – войны, выкованный из солнца, привязал на левую руку Ара Прекрасного, освятил мечи Ара и всех его воинов.

И арийское войско двинулось навстречу Шамирам.

Началась большая битва. С обеих сторон пало множество храбрецов. Земля гудела под ногами сражающихся богатырей. Пыль поднялась, и закрыла весь мир. Ара Прекрасный своим мечом-молнией направо и налево косил титанов. Никто не мог устоять перед ним. Титаны в панике убегали. Воодушевленные арии валили чариев и с победными криками расправлялись с ними. Победа была на стороне ариев, и титаны, чувствуя свое поражение, думали лишь о собственном спасении.

Внезапно перед конем Ара Прекрасного появилась простоволосая полуобнаженная женщина. Конь стал на дыбы и остановился.

– О, храбрый царь ариев, – со слезами в голосе воззвала красавица, – если ты желаешь своим непобедимым мечом покончить с родом титанов, опусти меч на мою шею, убей меня и моей невинной кровью умерь свое исступление.

Воодушевление битвой было так велико, что Ара Прекрасный забыл о предупреждении Ваагна. И неожиданно появившаяся несчастная женщина ввела в заблуждение царя ариев. Забыв и себя, и солнце, и наказ Ваагна, он сказал:

– Встань, женщина, арий не убийца, он воин и сражается только с воинами.

И внезапно его взор упал на ожерелье женщины. Рука царя ослабела, меч-молния выпал из нее. Подоспел Вишап, схватил меч и метнулся в небо.

Как только из рук Ара Прекрасного выпал меч-молния, сразу же крест – войны на его левой руке почернел и потерял свою защитную силу.

Ара Прекрасный пришел в себя, услышав злорадный смех. Перед ним стояла вооруженная Шамирам, окруженная своими воинами. Она была довольна своей коварной победой. По ее приказу титаны набросились на безоружного Ара Прекрасного и зарубили мечами. При виде смерти своего царя арии отступили и понесли поражение.

А Ваагн стремительно догнал Вишапа, чтобы отнять меч-молнию И неистовая битва началась между Богами. К Вишапу присоединился Яхва. На земле сражение уже закончилось – титаны победили. И теперь люди изумленно наблюдали за Битвой Богов. Ваагн боролся против двух Богов. Долго длилась эта Битва. Наконец Ваагн вырвал у Вишапа меч-молнию. Вишап умчался и спрятался в расщелинах Пустыни. Яхва же спрятался в недрах Земли.

Ваагн, огорченный и расстроенный, посмотрел на меч-молнию и сказал:

– Если меч выпадает из рук ария, значит, не нужен ему.

И Ваагн забросил меч-молнию на солнце. Меч-молния упал на солнце и сплавился с ним.

Ара Прекрасный поднялся с земли, встал на ноги. Взглянул вокруг – всюду лежали тела ариев и чариев. И перед ним лежал он сам, со множеством ран. Удивился – он находился вне самого себя. И понял, что он убит. Горько улыбнулся: “Я потерпел поражение и убит”. И в ужасе бежал с поля смерти, оставив свое бездыханное тело. Он бежал к богочеловекам. И так он был легок, и так быстро мчался вперед.

Увидел, что война закончена. Армены побеждены, и титаны хозяйничают на Арарате. Добрался до своих воинов, нашедших пристанище в горах, приблизился, позвал их. Но никто не слышал его, никто не видел его. И понял Ара Прекрасный, что ему отныне нет места среди живых и ушел, чтобы воссоединиться со своими предками.

На вершине Масиса собрались предки. Там был и отец Ара Прекрасного – Арам из рода Айка. Все были опечалены, возмущены.

Ара Прекрасный встал перед ними, устремив в землю виноватый взгляд.

– О, мои святые предки, – сказал он, – примите своего побежденного сына.

Предки молчали, смотрели хмуро. Долго длилось изнуряющее молчание. Наконец отец сказал:

– Я передал тебе унаследованный от предков Арарат, ты же отдал его титанам.

– Отец мой, я стал жертвой коварства, – пробовал оправдаться Ара Прекрасный.

Но отец опередил его:

– Оправдания существуют для того, чтобы вводить в заблуждение живых, мы не принимаем никаких оправданий. Даже маленький кусочек земли, отторгнутый от Родины, вопиет о вине царя, даже одна капля пролитой детьми арменов крови вопиет о вине царя. Ты же потерял весь Арарат и предал наших малышей мечам титанов. Тебе нет прощения. Ты должен либо покинуть нас и, неся наказание за непростительный грех, вечно скитаться в безвестном одиночестве, либо должен вернуться и освободить Арарат. Вот наше решение.

И Ара Прекрасный сказал:

– О, мои святые предки, я достоин самого тяжелого наказания. Но я готов вернуться, освободить Арарат, передать своему наследнику и затем придти, чтобы просить вас о прощении.

И Арам из рода Айка сказал:

– Принимаем твое решение. Но знай, что нет меча-молнии, и отныне только готовность арменов к наивысшей жертве может стать залогом их мощи и условием поддержки со стороны Ваагна.

Наивысшее жертвоприношение

И Ара Прекрасный вернулся на поле боя. Среди множества тел убитых воинов нашел свое тело, прильнул к нему. Появились два аралеза, начали лизать его раны. И Ара Прекрасный живой и невредимый встал на ноги. Добрался до ближайшей деревни, переоделся в пастушескую одежду и стал бродить по Арарату. Везде он встречал победивших титанов, всюду видел осквернение и разрушение. И горько упрекнул себя:

– Правы мои святые предки, неужто все это можно простить?

В горах он нашел своих воинов и свою семью. Они признали царя и очень обрадовались. Весть о появлении царя разнеслась по всему Арарату. И со всех сторон стали собираться воины и объединяться вокруг своего царя.

Ара Прекрасный реорганизовал свое войско. Он был готов к войне. Но он уже знал, что только при условии наивысшей жертвы Ваагн своей божественной мощью освятит их мечи. Долго думал Ара Прекрасный. Затем разжег большой костер и бросил в огонь свою царскую корону и все имущество своей семьи. Этим огнем он освятил свой меч и мечи своих воинов. Призвал Ваагна и начал свой поход.

Встретились войска ариев и чариев. Страшная битва началась. Но длилась она недолго. Арии потерпели поражение. Многие пали в бою, остальные снова ушли в горы.

Понял Ара Прекрасный, что его царская корона и все его богатство не являются наивысшей жертвой, и Ваагн не принял ее. Какова же наивысшая жертва? Сидя на склоне горы, он смотрел вокруг себя, смотрел на солнце. И вдруг лицо его прояснилось.

– Нашел, – воскликнул он, – наивысшей жертвой будет свет моих глаз.

Ара Прекрасный собрал свое войско, разжег большой костер.

– О, всемогущий Ваагн, – воззвал он, – я с радостью приношу свои глаза в жертву для освобождения Арарата. Пусть свет победно озаряет весь Арарат и только я буду лишен этого света. Прими мою жертву и освяти наши мечи своей божественной мощью.

И Ара Прекрасный пальцами выдавил свои глаза и бросил их в костер. Затем его воины этим огнем освятили свои мечи и снова пошли в поход против титанов. И во главе арменского войска шел слепой царь.

Недолго длилась битва. Арии снова потерпели поражение и убрались в горы.

Ара Прекрасный был в отчаянии. Даже его глаза не принял в жертву Ваагн. Значит, и это не было наивысшей жертвой. “В чем же наивысшая жертва?” – думал Ара Прекрасный и не находил ответа. Лишенный солнечного света, он не различал дня и ночи и все время думал об одном. В конце концов он призвал Богоматерь Анаит.

Мать Анаит явилась ему.

– О, мать Анаит, – сказал Ара Прекрасный, – скажи мне, назови наивысшую жертву, которую может принести человек.

И Мать Анаит сказала:

– Пожертвовать невозможноое – вот наивысшая жертва, сын мой, когда жертвуешь самое дорогое для себя.

Сказала и исчезла. И в это время к Ара Прекрасному подбежал его младший сын – двенадцатилетний Арен и прильнул к нему. Отец обнял сына и внезапно его сердце болезненно сжалось в беспредельной тоске. Он испуганно вздрогнул. “Сын мой, сын мой…” И с ужасом вспомнил слова Матери Анаит. “Неужели это наивысшая жертва? … нет, нет…”. Он крепко прижал сына к себе, и из его глазниц покатились слезы на голову сына.

Маленький Арен удивился:

– Неужели царь ариев может плакать?

Горько улыбнулся Ара Прекрасный:

– Сын, царь тоже отец, и у него есть отцовские слезы, которые льются, когда он видит печаль в глазах сына.

– Отец, но как ты видишь мои глаза?

И Ара Прекрасный сказал:

– Чтобы видеть сына, глаза не нужны. Отец душой видит сына.

С уходом сына страдания Ара Прекрасного возобновились с новой силой. Он уже знал, что наивысшая жертва – это та, которая причиняет максимальное страдание, это его сын. Однако он никак не мог примириться с этой мыслью. Он плакал как ребенок, корчился от боли, призывал на помощь Богов и предков. Но никто не слышал его мольбы, никто не приходил к нему, никто не утешал его. А в его мозгу постоянно звучали слова Богоматери Анаит: “Должен пожертвовать то, что невозможно жертвовать, это наивысшая жертва”.

Ара Прекрасный не знал, что ночь прошла, что уже солнце взошло. Голос сына привел его в себя. Арен подошел к нему и сказал:

– Отец, этой ночью Богоматерь Анаит явилась мне. Я знаю причину твоих душевных страданий. Чтобы победить, ты должен принести меня в жертву.

– Нет! – вскричал Ара Прекрасный, – нет, не могу, это невозможно!

– Отец, – сказал сын, – разве истинная жертва не требует невозможного?

– Твои слова предвещают недоброе, сын.

– Скажи мне, отец, если ты потерпишь поражение и титаны пленят меня, ведь убьют ?

– Да, обязательно, ведь ты царевич.

И маленький Арен сказал:

– Но, если так, отец, не лучше ли для меня быть принесенным в жертву ради славной победы, чем стать униженной жертвой поражения?

Ара Прекрасный пришел в себя, обнял сына и задумался.

– Да, ты прав, сын, – наконец сказал он и встал.

Арийское войско собралось вокруг большого костра и ждало царя. Наконец появился Ара Прекрасный, сопровождаемый своим младшим сыном Ареном. Встали у костра. Арен не увидел, как руки отца протянулись к нему, чтобы в последний раз прижать к груди. Он отважно пригнул в костёр, как раз в этот момент, без единого крика. Царь ощупал пустоту, и услышал удивлённый возглас войска. И понял отвагу духа сына, но не понял почему огонь не трещит?

Через минуту все увидели огненный человеческий силуэт, и услышали голос:

О Арий! По воле отца Ара я, часть дыхания Ваагна, воплотился в земном Боге, чтобы помочь Ариям освободить своё дыхание от страхов. Так освятите свои мечи, и очищайте Арарат от слуг тьмы. Старайтесь больше не терять своё дыхание. А мне пора возвращаться.

Арменские воины освятили свои мечи и под предводительством Ара Прекрасного двинулись в новый поход против титанов.

Долго длилось сражение. Освященные арийские мечи безжалостно сражали титанов. И больше всех косил меч Ара Прекрасного. Он, хотя и слепой, на расстоянии чувствовал врагов, и никто не мог спастись от его меча. Титаны в панике убегали из Арарата.

У Ванского моря Ара Прекрасный догнал Шамирам, схватил за волосы, сорвал колдовское ожерелье и бросил в море. Отрубив ей голову, отдал ее потерпевшим поражение титанам и сказал:

– Унесите эту голову с собой, укрепите ее высоко, чтобы ваши цари всегда видели ее и не шли войной на Арарат.

Арарат был свободен. Все ликовали, все были счастливы. А Ара Прекрасный обратился к арменам с последним напутствием:

– О, Армены, готовность к наивысшей жертве – вот залог вашей непобедимости.

Сказал, передал власть своему старшему сыну Анушавану и отправился к предкам.

Вардавар

Потомки Титана таили злобу на потомков Ария Мана. Много раз они нападали на Арарат, но каждый раз их выбрасывали вон.

Особенно хитрым и упрямым был Греш. Он обратился к Богу Вишапу, попросил повести его войско в Арарат. Но Вишап отказался:

– В Арарате Ваагн, а я не могу в Арарате победить Ваагна. Обратись к Богу подземного царства Яхве, он мудр и хитер. Если он победит Ваагна, я помогу тебе одолеть Ариев.

Титан Греш принес большие жертвы Яхве, и Яхва предстал перед Грешом:

– Твоя набожность достойна вознаграждения, скажи, чего желаешь.

– Я хочу Арарат, я хочу, чтобы там жил мой род, а не Арии.

– Даже живя в Арарате, Чарии не станут Ариями. Не пытайся идти против законов Творца, ты будешь сокрушен.

– Но я должен отомстить Ариям, а ты таишь злобу на Ваагна, помоги мне овладеть Араратом, и я принесу тебе в жертву много Ариев.

– Ты желаешь слишком многого, но я должен выполнить свое слово Бога. Знай, твоя сила – в слабости Ариев. Сила Ариев заключена в Ваагне, а источник мощи Ваагна – любовь. Если среди Ариев не останется любви, Ваагн будет уже не в силах защитить их, солнце померкнет в Арарате, Арии станут бессильными, и ты с помощью Вишапа овладеешь их землей.

– Кто может уничтожить любовь среди Ариев? – спросил Греш.

– Только я, – ответил Яхва, – я украду Любовь и закую ее в своем подземном царстве. Но для этого мне нужна сила. Если твой род будет верить в меня, я стану мощнее.

Согласился Греш, и его род стал поклоняться Яхве.

И стал сильнее Яхва. Долго преследовал он Богиню Любви Астхик. И однажды, когда Астхик, не ведая ни о чем, купалась в водах Ерасха, на нее напал Яхва и утащил в подземное царство. Недоумевали Арии – в Арарате исчезла любовь. Искали, искали ее повсюду – не нашли.

Злорадствовал Яхва: "Нет, вы не найдете свою любовь. Я дам вам другую любовь – любовь к ненависти, к смерти. Вы возненавидите себя и своего Бога Ваагна".

Яхва сконцентрировал всю свою ярость и выплеснул ее. Вздрогнул Арарат, земля заколебалась, разорвалась, извергнув огонь и раскаленную лаву. Разрушились дворцы, храмы, разрушились целые города, похоронив под своими обломками много Ариев. Оставшиеся в живых впали в панику. Густой дым застлал их глаза и их души.

Лица Ариев стали хмурыми, взгляды омрачились, ужас и исступление владели ими. Арии возненавидели друг друга, возненавидели песни и смех, возненавидели Арарат и само солнце. Собрали весь свой ужас, всю свою желчь и бросили в небо. Солнце померкло, высохли цветы и травы, пересохли реки и ручьи, птицы покинули Арарат. И с помощью Вишапа Греш утвердился на земле Арарата.

Вместо любви к жизни в сердцах Ариев утвердились ненависть и любовь к смерти. Исчезли улыбки, не слышно было песен. Жена покидала мужа, родитель бросал детей, брат поднимал меч на брата.

Титаны Чарии торжествовали и приносили Ариев в жертву Яхве.

Всемогущий Ваагн встревожился:

– Отец мой, – обратился он к Ара, – я властелин Космической Мощи, неужели я не могу спасти свой Арийский Род от этого унижающего порабощения?

– Нет, – сказал Ара, – ты не сможешь спасти Ариев, пока они не призовут тебя. Сила твоей Мощи – Любовь. Найди Астхик, верни любовь Айг Ариям, тогда они призовут тебя, и ты обретешь Мощь.

Ваагн долго искал Астхик, но не мог найти, не слышал ее голоса. Яхва знал, что Ваагн может найти Астхик по ее голосу. И чтобы Ваагн не услышал ее, он часто руками Чариев устраивал погромы Ариев. И ужасные стоны, мольбы, плач и вопли Ариев заглушали голос Астхик.

Встревоженный Ваагн обратился к Богоматери Анаит:

– Как я могу расслышать голос Астхик в этом невообразимом шуме?

И Богоматерь сказала:

– Найди в Арарате малое дитя, который не испытал чувства ненависти, в глазах которого не померк жизненный огонь, в душе которого не угасла жажда жизни. Он услышит голос Астхик.

В горах Арарата Ваагн увидел малыша, усталого, изнуренного, который спотыкаясь и падая шел вперед.

– Мальчик, – сказал Ваагн, – кто ты и куда идешь таким усталым и одиноким?

– Я Вирап и ищу Ваагна, – ответил мальчик, – я услышал голос Астхик, она звала Ваагна. Если Ваагн освободит Астхик, мои родители будут любить меня.

Он повел Ваагна к скале, откуда слышался голос Астхик. Ваагн громко закричал:

– Эй, Яхва, я пришел. Верни Астхик, или же выходи на поединок.

Однако Яхва на поединок не вышел, он испугался и углубился в недра земли.

Ваагн своим Мечом-Молнией ударил по скале. Скала рассыпалась, открылась яма, откуда Ваагн вытащил Астхик.

А маленький Вирап взглянул на Астхик, улыбнулся, затем легко оторвался от земли и медленно поднялся в небо. И уже из бездонной глубины неба крикнул:

– Когда Астхик подарит любовь моему отцу и моей матери, я каждую осень в день равноденствия буду спускаться сюда, чтобы обнять их.

И эта яма, по воле Ваагна, осталась доныне и называется Хор Вирап – в честь имени этого мальчика.

Астхик поднялась в небо, обняла Отца Ара и Мать Анаит и, получив их благословление, взяла кувшин с божественной водой и вернулась на Землю, в Арарат.

Она не узнала Арарат. Всюду колючки, тернии, везде кишат змеи. Слышны лишь стоны и плач, и не видно ни одной улыбки. Увидела, что приближается группа Ариев – с изможденными лицами, угасшими глазами.

– Куда идете, благородные Арии? – спросила Астхик.

– Мы покидаем эту проклятую землю, мы вняли призыву Вишапа.

Астхик пошла вперед. И увидела девушек, извивающихся по земле, которых кусали множество змей.

– Что вы делаете, юные Арийки, – удивленно воскликнула Астхик.

– Не видишь разве, мы кормим детей Вишапа.

Заплакала Астхик. Там, куда упали ее слезы, выросли прекрасные розы, и их благоухание разнеслось далеко вокруг. Змеи уползли. Полумертвые девушки с недоумением смотрели на розы. Астхик дала каждой девушке по розе, затем обрызгала девушек божественной водой из кувшина. Девушки преобразились, их раны зажили, они как будто вышли из спячки, их лица прояснились. Они смотрели на розы, смотрели на Астхик, потом посмотрели друг на друга и заулыбались.

– Кто ты? – спросили они.

– Я Астхик, Богиня Любви, по воле Отца Ара я возвращаю вам божественную любовь. Давайте песнями и плясками обойдем весь Арарат, устроим Вардавар, освятим Ариев розами и водой, чтобы они улыбались, чтобы девушки с радостью становились невестами, чтобы юноши обрели мощь Ваагна и с любовью стали на вашу защиту.

Девушки присоединились к Астхик. И процессия любви двинулась в путь. Астхик окропляла Ариев божественной водой, девушки нежными песнями пробуждали любовь в сердцах юношей.

Улыбались матери и отцы, смеялись дети, радовалась молодежь, крепла, воодушевлялась при виде Астхик и окружающих ее девушек. Улыбнулись Арии, улыбнулись Астхик, улыбнулись друг другу. Полюбили Астхик, полюбили друг друга. И улыбки любви расцвели по всему Арарату.

То был Вардавар – Праздник Любви.

Астхик собрала улыбки Ариев в букет и послала Солнцу. И Солнце тоже улыбнулось тысячами лучей Ариям и Арарату. Собрало оно воды океанов и оросило дождем Арарат. Снова зажурчали ручьи, наполнились озера. И Арии стали играть с водой, поливать друг друга, и все были радостны и счастливы.

То был Вардавар.

Торк Ангех

Один из потомков Айка – Торк Ангех – не был похож на обыкновенного человека. Великан, страшный на вид, издали он походил на громадный утес. Его синие огромные глаза едва виднелись из-под черных косматых бровей. Грудь его была широка, как горный склон, руки – как бревна, одним словом, это был дэв, по силе равный пятидесяти буйволам.

Торк Ангех был пастухом в Араратских горах, он мог бы пасти и диких зверей – даже львы и тигры были покорны ему. Обычно одного его вида было достаточно, чтобы устрашить врагов, и он прибегал к силе лишь в крайних случаях.

На берегу Черного моря стояли несколько деревушек. Морские разбойники повадились грабить эти деревни и увозить в плен арменских девушек. Не имея возможности дать отпор наглым похитителям, жители деревень однажды решились просить о помощи Торк Ангеха.

Торк Ангех поспешил на помощь, но разбойничьи корабли уже отплыли от берега. Рассердился Торк, закричал, зарычал как раненный лев. Начал бросать вслед разбойникам прибрежные скалы. Море зашумело, поднялись волны, качая корабли как игрушки. Разгневанный Торк бросал и бросал скалы и потопил все корабли.

Слава о подвигах Торка дошла до самого царя. Призвал он к себе Торка – посмотреть на него и наградить. Удивился царь, увидев Торка:

– Ты не воин один, а целое войско.

Слышал царь, что великаны не бывают умными и решил испытать Торка.

– Как думаешь, – спросил он, – что выше – сила или ум?

И храбрый Торк сказал:

– В маленькой силе не может быть большого ума, а сильный не может быть глупым. Но что такое ум – никто не знает, глупый умного не понимает. Есть ум для жалкого существования, есть ум для грабежа и захвата, таковыми не обделены ни человек, ни зверь, ни умный, ни глупый. Но выше всего – ум созидания. Это и есть настоящий ум, этим и отличается человек от зверя.

Удивился царь, восхитился ответом Торка. Предложил ему остаться при дворе, но Торк попросил разрешения уйти снова в горы.

Когда пришла весна, Торк затосковал, день и ночь бродил в горах с печалью в глазах.

Ему явилась Богиня Астхик:

– Скажи мне, мой земной брат, почему не играешь со зверьми, не бросаешь камни с горы на гору, почему печален, безнадежно вздыхаешь, почему влажны твои бездонные глаза?

И Торк сказал:

_ О, прекрасная Богиня, даже у змея есть любовь, даже у камня есть любовь. И небо, и земля, и море, и суша – дышат любовью. Во всем мире только я один без любви. Да и кто полюбит меня? И найдется ли хоть одна женщина, которая захочет стать женой Торка?

Богиня Астхик улыбнулась:

– Не отчаивайся, юный великан. Желаешь любви? Она ждет тебя – прекрасная Айкануш. Ты увидишь ее во сне. А утром отправляйся вслед за солнечными лучами и у родника под скалой найдешь свою суженую.

Сказала Астхик и исчезла. Торк заснул и увидел во сне свою любовь. Она была красива и нежна, она обещала любить его, но поставила условие: "Если придешь, сразишься со мной и победишь, ты получишь меня, возьмешь и умчишь".

Проснулся Торк. Лицо его сияло, душа трепетала, безумное сердце волновалось и на крыльях любви взлетало до солнца.

Встал Торк и пошел вслед за солнечным лучом; не шел, а летел как орел. Дошел до скалы, из-под которой била вода. Напротив стоял замок. Торк постучал в ворота. Стучал, стучал – никто не открывает. Рассердился Торк, в сердцах сокрушил железную дверь и уселся наверху, понурив голову как обиженный малыш.

Тут подошла к Торку прекрасная дева, заговорила как будто сама с собой:

– Кто может быть этот великан, не Торк ли из Ангеха? Кто же кроме него осмелился бы сорвать ворота моего замка.

Торк ответил в том же духе:

– Если знает Торка Ангех, зачем закрыла перед ним дверь? Хотела шутку злую сыграть, и вот перед нею такой результат. Торк сейчас пойдет, починит дверь и запрет ее.

Когда Торк починил дверь и, поднявшись наверх, уселся на прежнем месте, Айкануш посмотрела на него уже другими глазами:

– Почему уселся на голом камне? Пойдем, ты как искусный умелец достоин всяческих почестей. Наверное, с дороги ты проголодался?

– Да, я голоден, очень голоден, – со вздохом ответил Торк, – но ни хлеб не насытит меня, ни вода не утолит. Я жажду твоей любви, твоя любовь для меня – и хлеб, и вода. Не смотри, что я груб и неотесан, под этой грубостью скрывается нежное сердце. Со мной ты всегда будешь в безопасности.

И Айкануш сказала:

– Ты защитишь меня от всех напастей, но кто защитит меня от твоих когтей?

И Торк сказал:

– По воле Творца Ара, Богиня Астхик соединила наши сердца. Творец повелел, чтобы ты была женой Торк Ангеха, и Торк беспредельно любил тебя.

Любовь преобразила Торк Ангеха. Его грубое лицо светилось нежностью, его грозный взгляд, испепеляющий врагов, теперь, как чистый родник, излучал одну лишь любовь.

Но чем больше разгорается огонь, тем дальше отодвигается греющийся у огня. Торк заливался как соловей. Айкануш была безмолвна, как тигр. Благоразумие, свойственное ее полу, она держала в руке, как острое оружие. Наконец она сказала Торку:

– Не так уж легко взять девушку в жены. Ты очень силен, я это хорошо знаю. Но кем бы ты ни был, мы должны сражаться.

– Прекрасная Айкануш, – сказал великан, – не доводи меня до безумия. Я признаю себя побежденным, я твой пленник. Я готов сражаться с сотней, даже тысячей богатырей, ты можешь потребовать, чтобы я изменил русло бурной реки, чтобы вырвал в лесу все деревья с корнем, чтобы смешал горы и долины, но к тебе, Айкануш, я не могу притронуться.

– Если так, то иди и приведи ко мне двадцать пленных богатырей. Этим ты окажешь мне честь и только тогда возьмешь меня и увезешь с собой.

Пошел наш богатырь пленить богатырей, сражаться с богатырями и, по воле Айкануш, привести двадцать пленных богатырей. Долго шел Торк и наконец дошел до непроходимых гор, где жило племя великанов. И великаны, увидев гостя, с большой радостью пригласили к себе, с большими почестями угостили его и даже не спросили – кто он и откуда.

Когда прошло три дня, Торк подумал про себя: "Эти люди своей бескорыстной любовью сковали меня. И после этого могу ли я сражаться с ними? Нет, я не могу. Пусть Айкануш потребует что-нибудь другое, а не кровь братьев моих".

И после четвертого дня Торк сказал великанам:

– Дорогие братья, уже прошло четыре дня, а вы ничего не знаете обо мне – почему и из-за чего я брожу по горам и долинам. Вы почтили меня любовью, весельем, гостеприимством, достойными богатырей. Я пришел к вам с одной просьбой. Я выбрал девушку себе в невесты и хочу ее взять без сражения. И я пришел к вам: или зарежьте меня и похороните здесь, или идите со мной, чтобы все вместе взяли эту девушку и мирно и с любовью справили свадьбу.

И сказал старый патриарх племени великанов:

– Вставайте, ребята, мы все пойдем с любовью, с песней и пляской и предложим упрямой девушке, чтоб отказалась от единоборства.

По воле Ара и по Любви Астхик поженим их и справим веселую свадьбу.

И великаны с песнями и танцами, с весельем и смехом тронулись в путь.

Когда Айкануш услышала шум, из своего дворца выбежала во двор, пошла навстречу. Она увидела Торка вместе с богатырями, которые шли с песнями и танцами. И Айкануш удивленно сказала:

– Богатырь Торк, ты обещал привести мне богатырей. Вот привел ты множество богатырей – не плененных, а сватов. Если так, то давай сражаться. И если ты победишь, то богатыри пусть будут почетными гостями на нашей свадьбе.

– Постой, Айкануш, – сказал старый великан, – я согласен на ваше единоборство, но прежде выслушай слово мудрости. В старых сказках, возможно слышала ты, когда человечки хотят девушку, и эту девушку захватили драконы, человечек освобождает девушку от дракона и становится ее героем-женихом. Большая честь, когда маленькие человечки силой и борьбой берут девушку. Но что за честь для мощного богатыря – показывать свою силу будущей жене? Напротив, если он покажет любовь, то это действительно большая честь для него. Ты, упрямая девушка, не в темном мире и не в плену у дракона. Какой предлог у тебя сейчас, и намерена ли ты сражаться?

Айкануш опустила голову, покраснела и улыбнулась:

– Я поступлю, как ты решишь, если прикажешь, то сражусь.

– Я прикажу, – сказал старик, – чтобы по нашим законам вы соревновались, но… оружием любви. Пусть любовь будет вашим единственным оружием. Любите друг друга – каждый больше другого и защищайте и сохраняйте друг друга – вот закон святой женитьбы.

И взял старый богатырь дубовые венки и благословляя, надел обоим на головы.

Тигран и Аждаак

В те времена арменским царем был потомок доблестного Айка – Тигран. Царем титанов был потомок Бэла Аждаак. Они заключили между собой союз о мире. Но могущество Тиграна всегда держало в напряжении Аждаака. Особенно беспокоила, терзала Аждаака дружественная связь, существовавшая между родственными арийскими язицами армян и персов, которая еще более способствовала укреплению позиции Тиграна. Однажды ночью Аждаак, постоянно обуреваемый сомнениями и подозрениями, увидел страшный сон. В ужасе от увиденного, он проснулся и, не ожидая рассвета, собрал своих советников. Аждаак сидел мрачный, встревоженный, устремив взгляд в землю и горестно стеная. Несмотря на расспросы советников, он долго молчал, но затем рассказал им страшный сон.

– Мои дорогие, во сне я был в незнакомой стране, у высокой горы, с вершиной, покрытой вечными снегами. Как будто кто-то сказал мне, что это страна арменов. Я долго смотрел на эту гору, вдруг появилась женщина в порфире, под небесно-голубой фатой, она сидела на вершине горы. Она была высокой, у нее были большие глаза и розовые щеки. Я с восхищением не отрываясь смотрел на нее. Внезапно у нее начались родовые схватки, и она разродилась тремя младенцами, все трое по виду были настоящими богатырями. Первый верхом на льве направился на запад, второй на барсе отправился на север, а третий, оседлав огненного жеребца, напал на наши владения. Затем я увидел, что стою на крыше моего дворца, там были разноцветные фонтаны, там же стоял наш Бог во всем своем великолепии, и я, вместе со всеми вами, приносил ему жертвы и курил фимиам. В этот момент я взглянул наверх и вдруг увидел того огненного всадника, который как орел стремительно спустился вниз, напал на нас и, приблизившись, хотел погубить нашего Бога. Я не медля вмешался и принял на себя удар этого дивного зверя. Мы долго, долго сражались. И сражение закончилось моим поражением. От страшных переживаний я сильно вспотел, мой сон пропал, и мне казалось, что я мертв. Думаю, что мой сон предвещает внезапное нападение ария Тиграна на нас. Поэтому прошу вас – словом и делом, добрым советом помогите и поддержите меня.

Советники дали множество полезных советов Аждааку, который их с благодарностью принял. Затем он принес жертву Богу Вишапу и попросил помочь ему освободиться от Тиграна, мысль о котором денно и нощно преследует его.

Вишап явился Аждааку и сказал:

– О, храбрейший из храбрейших, знай, что лучшим орудием борьбы с врагами, лучшим средством предугадать их намерения и погубить их является интрига под маской любви. И потому советую тебе взять в жены сестру Тиграна – прекрасную и скромную Тигрануи. Ваши родственные отношения, во-первых, дадут тебе возможность беспрепятственного передвижения, во-вторых, позволят тебе обещанием богатства или почестей подкупить близких арменского царя с тем, чтобы они либо тайно убили, либо покинули Тиграна, лишив его власти и фактически предав в твои руки.

И Аждаак немедленно начал действовать. Он послал Тиграну письмо вместе с дорогими подарками. Он писал:

Мой дорогой брат знает, что в мире нет ничего ценнее дарованных нам свыше любви и согласия, в особенности между мудрейшими и сильнейшими. Имея в виду эту несомненную пользу любви и согласия, хочу упрочить наши отношения, чтобы мы оба были в безопасности, а наши царства стояли незыблемо. Так и будет, если ты отдашь мне в жены твою сестру – арменскую царевну Тигрануи. Будь здоров, мой венценосный брат.

Тигран соглашается и свою прекрасную сестру Тигрануи отдает в жены Аждааку. Аждаак женится на Тигрануи, она становится первой среди его жен. Причина была не только в коварных замыслах Аждаака, но и в несравненной красоте Тигрануи.

Проходят годы. В душе Аждаака зреют злобные чувства, в голове – коварные мысли. Он пробует вовлечь Тигрануи в свои недобрые планы. – Знаешь ли ты, – говорит Аждаак, – что твой брат , под влиянием жены, завидует тебе – супруге царя чариев. Следствием этой зависти будет моя смерть, после чего жена Тиграна станет супругой единовластного царя ариев и чариев. Теперь все зависит от тебя – либо станешь на сторону брата и на твоей совести будет мое позорное поражение, либо, сознавая свою же пользу, дашь мне хороший совет для обеспечения нашего будущего.

Сильно опечалилась Тигрануи после этих слов – в них почувствовала она зловещее предзнаменование. Нарушилось ее спокойствие, потеряла она сон. Уединившись, ни с кем не делилась своими тревожными предчувствиями. Днем запиралась в своей опочивальне, ночью в одиночестве бродила по полям..

Однажды, обессилев от недосыпания, душевных страданий и чувства отчаяния, Тигрануи упала на землю и не имела сил подняться. Богоматерь Анаит явилась ей, обняла и сказала:

– Я знаю твое горе, дочь моя.

Тигрануи прильнула к ее груди и заплакала:

– Скажи мне, Мать, как мне поступить? Сильную ненависть питает Аждаак к Тиграну. На чью сторону мне встать, кого предать? Тигран брат мне, с ним я связана кровными узами, я не могу изменить своей крови. Аждаак муж мне, с ним я связана своими детьми, я не могу предать своих детей. Скажи, Мать, что мне делать?

И Мать Анаит сказала:

– Трудный вопрос задала ты мне, дочь моя. Когда птица отрывается от своей стаи и примыкает к другой, то в случае возникновения вражды между двумя стаями, первой жертвой становится эта птица. По происхождению ты принадлежишь к ариям, но стала матерью чариев. И ты первая станешь жертвой вражды этих двух Родов, если не сможешь умерить взаимную ненависть.

После этого Тигрануи всячески старалась смягчить Аждаака и убедить его отказаться от злобных намерений в отношении Тиграна.

– Я обещал своему Богу, что принесу ему в жертву кровь Тиграна, – отвечал Аждаак и все свои силы отдавал претворению в жизнь своих интриг.

И однажды Тигрануи, уставшая и отчаявшаяся, встала перед Аждааком:

– Царь титанов, ты обещал своему Богу принести в жертву кровь царя ариев, а во мне течет эта же кровь. Я добровольно приношу себя в жертву, чтобы освободить тебя от тяжести данной тобою клятвы. Самопожертвование матери твоих детей, возможно, утолит жажду твоего Бога и умерит в тебе злобные чувства.

Сказала и вонзила кинжал себе в грудь.

Аждаак тяжело перенес смерть любимой жены. Он объявил большой, сорокадневный траур в своем царстве и соорудил величественную усыпальницу, на которой было высечено: “Мать божественная, жена верная, сестра преданная”. И Боги титанов – Вишап и Яхва – освятили усыпальницу Тигрануи.

Между тем весть о случившемся дошла до Арарата. Тигран очень опечалился, но траура не объявил. Он собрал свое войско и приготовился наказать войной Аждаака и привезти останки Тигрануи в Армению. Он разжег большой костер, принес жертвы Отцу Ара и Всемогущему Ваагну.

– О, Ваагн, о, Бог Силы, – воззвал он, – освяти мой меч, чтобы я смог размозжить голову этого вишапа, который, притворившись другом, обвился вокруг моей шеи, желая задушить. Помоги мне убить Аждаака и вырвать из вечного плена останки Тигрануи.

Узнав, что Тигран с большим войском направляется к его границе, Аждаак зашел в усыпальницу Тигрануи, пал на колени и с горечью сказал:

– О, святейшая среди святых, тебе казалось, что своим самопожертвованием ты положишь конец нашей вражде? Тигран, горя местью, хочет убить меня, я, боясь его мести, должен убить его. Наша взаимная ненависть исчезнет только смертью одного из нас. И я буду просить у своего Бога победы только для того, чтобы ты осталась в моей стране – как символ, идеал матери, жены и сестры.

И Аждаак собрал большое войско, принес жертву своему Богу и отправился навстречу Тиграну..

Встретились войска ариев и чариев, и началась яростная битва. Длилась она долго – обе стороны имели много храбрых бойцов.

Закончилась битва лишь тогда, когда отважный Тигран лицом к лицу встретился с Аждааком и насмерть пронзил его грудь копьем.

Победоносное войско Тиграна вошло в столицу страны титанов. Однако Тигран не разрушил и не разорил город. Он направился к усыпальнице Тигрануи и приказал перевезти ее набальзамированное тело в Армению.

Но перед Тиграном встали сыновья Аждаака:

– О, царь ариев, ты победил, ты можешь разорить всю нашу страну, но ты не властен над нашими душами. Она твоя сестра и ты пришел в нашу землю с мечом, чтобы отомстить за ее смерть.. Но она и наша мать также. И мы не допустим, чтобы ты перевез останки нашей матери в Арарат. Арарат для нас чужой. Останки нашей матери не должны лежать в чужой земле. Хоть она огнерожденная, но она мать детей земли, и ее тело должно быть предано нашей родной Матери – Земле.

Рассердился Тигран, выхватил меч, чтобы расправиться с дерзкими детьми вишапа, но вдруг появилась Богоматерь Анаит, остановила его и сказала:

– Исступление мести затмило твой разум, сын мой. Знай, что победный меч должен не только наказывать, но и вершить справедливость. Тигрануи по крови лишь арийка, она мать титанов. Поэтому ее брат арий не вправе распоряжаться ее останками. Это право принадлежит ее сыновьям-титанам.

Тигран повиновался Матери Анаит и позволил сыновьям Тигрануи взять останки матери и с большими почестями предать матери- земле. Тигран присутствовал на похоронах, затем посадил на трон старшего сына Аждаака, а сам вместе с войском вернулся в Армению.

Content

Республика Армения
Сказание об Ара прекрасном

Непростительная смерть

Наивысшее жертвоприношение

Вардавар

Торк Ангех

Тигран и Аждаак