ван де Вельде Теодор Хендрик

Техника брака

Д-р Т. Г. Ван-де-Вельде

Директор Женской Клиники в Гарлене

Техника брака

Совершенный брак —

опыт исследования и техники

К ЧИТАТЕЛЮ

Моя книга посвящена тем сторонам полового вопроса, которые до сих пор обходили молчанием. Появление ее навлечет на меня, несомненно, много нареканий и неприятностей, так как мне слишком хорошо известна людская привычка под страхом смерти запрещать все, что выходит из рамок условного и общепринятого.

Писать по этому вопросу раньше я не мог: врач, дающий себе отчет в условных требованиях своей практической деятельности, не мог позволить себе сойти с проторенного пути.

Но обязанность всякого, освободившегося от этих условных рамок, открыто высказать все, что он считает за лучшее и полезное для человечества.

Вот почему и я считаю себя обязанным поделиться всем, чему научила меня моя врачебная практика. И я не мог бы со спокойной совестью прожить остаток дней моей жизни, если бы не высказал всего того, что почерпнул из опыта.

Мне больно при мысли, каких страданий могли бы избегнуть люди, какие радости и рождающие счастье наслаждения могли бы они обрести, если бы своевременно знали истинный путь, который я имею в виду указать им.

Теперь на помощь мне приходят и возраст мой, и моя вполне достаточная осведомленность.

К труду, подобно моему, с равным успехом могут быть призваны и научный работник, более четверти века посвятивший себя разработке теоретических и практических вопросов, и писатель, привыкший облекать свою мысль во всевозможные формы, опытный гинеколог и просто житейски-опытный человек, в жизни близко соприкасавшийся с людьми и советами которого они пользовались, человек, которому не чуждо все людское, и мужчина, которому не чужды черты, свойственные мужчине вообще, муж, в браке переживший и счастье и горе, и пожилой человек, в радостном покое озирающий пройденный им жизненный путь, слишком старый для юношеских безумств и в то же время слишком молодой, чтобы не «иметь никаких желаний»…

Неприятностей мне можно было бы избежать, скрыв настоящее свое имя под псевдонимом, но от этого я должен отказаться потому, что к моей работе я приступаю с определенной репутацией человека с серьезной научной подготовкой, и анонимность труда, содержащего важные руководящие данные и советы, могла бы лишь умалить его достоинство.

Всякого рода нападки я готов снести совершенно спокойно, в надежде и даже в уверенности, что многие, которым не хватит мужества поблагодарить меня открыто, все же в тиши своего брачного алькова прошепчут мне слово благодарности.

ГЛАВА I

ВВЕДЕНИЕ

ОБЫДЕННОЕ СУПРУЖЕСТВО И ИДЕАЛЬНЫЙ БРАК

Цель моей книги указать путь к идеальному браку и научить продлить известный всякому кратковременный свадебный период жизни, быстро превращающийся в монотонное «состояние в браке».

* * *

К сожалению, нет ни малейшего сомнения в том, что современный брак — по крайней мере в странах христианских — нередко не оправдывает возлагаемых на него упований. Брак может вести человечество к осуществлению рая на земле, но превращается нередко в истинный ад, чистилищем же, ведущим нас к совершенству, которым в сущности должен быть брак, он бывает слишком редко.

Значит ли из этого, что самый институт брака подлежит уничтожению и его необходимо отвергнуть?

Много голосов раздавалось за подобное решение вопроса, но решительно никто не мог предложить взамен его чего-либо лучшего.

Впрочем, бесконечно больше тех, кто стоит за институт брака и в числе их наиболее солидные авторитеты.

Для верующих брак освящен религией, для государства и общества он — неизбежен, для потомства — жизненно необходим.

Женщина свою потребность в любви — с уверенностью и, по крайней мере, относительно — может удовлетворить лишь в браке.

И для подавляющего большинства мужчин узаконенные любовные отношения, предоставляемые браком, создают весьма благоприятные условия для продуктивного труда.

На этом последнем основании и я склоняюсь на сторону брака и еще главным образом потому, что в единобрачной форме любовных отношений между мужчиною и женщиною я усматриваю условие эволюции полового стремления людей, превращающей их эгоизм в полнейшее самоотречение, в безусловный альтруизм.

В браке приходится испить много страданий, но без него людям пришлось бы страдать еще больше.

* * *

Если мы станем на эту точку зрения и признаем необходимым институт брака, является неизбежным вопрос: должны ли мы во многих случаях равнодушно мириться с тем, что он не дает нам искомого идеального счастья, и не лучше ли попытаться помочь этому горю?

Ни один врач — в особенности, из числа гинекологов, родом своей деятельности поставленных в необходимость проникать за кулисы брака, — ни на минуту не задумается дать на последний вопрос утвердительный ответ.

Всеми силами следует стремиться к тому, чтобы по возможности, всеми доступными нам путями, поддержать в людях надежду на возможность продолжительного брачного счастья.

* * *

В наличии четыре краеугольных камня, на которых покоится любовь и счастье в браке:

1) Правильный подбор супругов.

2) Общее психическое соответствие между ними.

3) Благоприятное и соответствующее обоюдному желанию супругов разрешение вопроса о потомстве и

4) Гармонически-полная половая брачная жизнь.

* * *

О правильном подборе брачующихся можно найти много ценного у всех серьезных авторов по половому вопросу или по поводу брака — врачей, богословов или философов, — как давних времен, так и современных.

Повторять сказанное ими мне нет никакой необходимости. Могу лишь сожалеть, что на многие ценные их советы все еще слишком мало обращают внимания и большинство людей вступает в брак как бы ощупью, закрывая глаза на вопрос о подборе. Мои слова я подкрепляю мнениями тех, кто первым условием счастливого брака ставит безупречное здоровье обеих сторон, в него вступающих.

Ничто — или во всяком случае в очень незначительной степени — не влияет на брак столь длительно и вредно, как ошибка именно в этой области.

* * *

Собственно психологическая сторона брака не является главной темой этого исследования, и интересующихся этими вопросами, т. е., всякого, состоящего в браке, — я отсылаю к превосходним книгам: Левенфельда «О счастье в браке» и Т. ф. Шеффера «Философия брака». Книги эти всякому следовало бы не только прочесть, но и основательно изучить. В книге Гины Ломброзо «Душа женщины» читатель также найдет нечто, о чем стоит призадуматься.

«Брак — это взаимные долг и жертва, но если брак желают сделать идеальным, то самопожертвование надо довести до высшей точки».

Брак «может быть, величайший фактор истинного воспитания в школе жизни, и, как всякая школа, она нелегкая игра», — говорит Шеффер.

Величайшая опасность, подстерегающая человека на его брачном пути — скука и рождаемое ею отчуждение, от которых женщина, видящая в браке весь смысл своей жизни, страдает неизмеримо больше мужчины, главный жизненный интерес которого в его работе вне семьи.

«Умственная и нравственная беспомощность, на которую муж этим отчуждением обрекает жену, для нея бесконечно больнее и мучительнее, чем всякий деспотизм, насилие и грубость, против которых так восстает общественное мнение. Такие отношения всем видимы, грубое, правда, но часто временное зло, тогда как беспомощность, заброшенность женщины, ее отчуждение рождают невидимую, неосязаемую душевную пустоту, от которой никто не может защитить женщину, которая отравляет ей каждый час прожитого дня жизни, ибо влечет за собою безнадежное, беспросветное отчаяние, с годами становящееся более тяжким и непереносимым, чем любое резкое, но скоропреходящее страдание», — замечает Ломброзо. В другом месте Гина Ломброзо, устами г-жи Ферреро, высказывает глубокую по своему содержанию мысль:

«Муж должен был бы вменить себе в обязанность уделять жене известное место в своих трудах и, в свою очередь, интересоваться ее горестями, руководить ее деятельностью, защищать ее от опасности». Все это возможно потому, что «нет такого мужского труда, в котором женщина физически или умственно не могла бы принимать участия и нет такой самой страшной опасности, от которой мужчина одним своим словом не мог бы избавить свою спутницу жизни. Если муж сделает ее соучастницей своего труда, явится ее руководителем в жизни, тогда поверит она его любви и будет счастлива, каких бы это жертв ей ни стоило».

Если не в таких выражениях, то во всяком случае в подобном смысле говорят нам и прочие наблюдатели: Альберт Молль, в «Руководстве к познанию вопросов пола» подчеркивавший, что «если возможно, хотя бы в мелочах, жена должна являться разумной помощницей мужа и принимать участие в его трудах потому, что от этого взаимного разделения труда связь между супругами становится исключительно прочной. Вот, почему, может быть, мы наблюдаем относительно большое количество счастливых супружеств в среде, например мелких торговцев, где жена помогает мужу в лавке или среди мелких ремесленников, где жена зачастую является деятельной сотрудницей производства».

С подобными положениями я безусловно согласен, но к этому хотел бы добавить, что и жена со своей стороны может очень многое сделать, чтобы предотвратить зарождение роковой скуки и отчуждения в браке, если сумеет заинтересоваться тем, что могло бы остановить внимание и ея мужа. Прочла она, например, какую-нибудь интересную книгу или прослушала доклад или лекцию, если она связно и толково сумела бы передать об этом мужу, этим она с успехом могла бы отвлечь его от угнетающих мыслей, развлечь его в его занятиях, делах и заботах. Разумеется, и муж должен к ее болтовне относиться с должным вниманием и пониманием.

Именно в этих мелочах, крайне важных в семейной жизни и возбуждающих тяготение супругов друг к другу или уничтожающих его — важнее всего проявление чувства такта, указывающее обоим супругам истинный путь к теснейшему общению.

Только вооруженным этим чувством меры можно рассчитывать с успехом преодолеть затруднения, встречающиеся на брачном поприще…

Самым же действительным средством против взаимного духовного отчуждения супругов является общность между ними интереса к чему-либо, что связывало бы их в равной мере. Пусть это будет культура цветов или коллекционирование почтовых марок, музыка или спорт, шахматная игра или изучение автомоторов — все равно: общая заинтересованность в каком-нибудь занятии будет лишь способствовать их теснейшему общению и возбуждать обоюдное участие.

* * *

Что же, однако, может связывать супругов более тесными узами, как не совместная забота о воспитании детей, как не любовь к ним?

В нормальном браке дети обусловливают самую крепкую духовную связь между родителями. И тем, кто игнорирует эту вековечную истину, приходится очень в этом раскаиваться.

И кто глубже и серьезнее врача-гинеколога сознает и чувствует всю важность проблемы воспроизведения рода? Для врача, как и для многих, проблема эта далеко не так проста, как это представляется тем простодушным людям, которые решение ее просто-напросто представляют воле Божией.

На каждом шагу врач встречает таких несчастных, на брачном пути которых одно разочарование сменяется другим, а Божье благословение — дети — являются причиной развала семьи и брачного счастья.

Ежедневно заглядывая в спальни, покинутые мужьями из боязни перед последствиями, ему весьма часто приходится видеть брачное ложе, где жена напрасно с робким трепетом ждет любимого человека, и наблюдать единственно из страха перед беременностью расторгнутые браки…

И рассмотрение этого в высшей степени важного для счастливого брака вопроса и составляет задачу моего труда.

Решение этого вопроса в благоприятном смысле обусловлено определенным знанием нормальных жизненных функций половых органов человека, а оно, в свою очередь, немыслимо без знакомств с физиологией брака вообще.

* * *

Переходя к истинному существу моего труда, я должен напомнить о четвертом краеугольном камне, на котором покоится здание счастья в браке, а именно, о необходимости при нем гармонически-полной половой жизни.

Камень этот должен быть особенно крепок и прочен, ибо на нем ведь и держится большая часть здания семейного счастья. К сожалению, в большинстве случаев, качеству этой основы люди придают весьма мало значения, и материал ее нередко слишком слаб, и сама она укреплена плохо. Чему же после этого удивляться, если все здание брака весьма скоро превращается в обломки?

Половая жизнь — основа брака. И все-таки о составных элементах ее у большинства вступающих в брак нет даже элементарных представлений. И, повторяю, удовлетворить потребности в этом знании и указать путь к гармонически-полным половым отношениям — цель моей настоящей книги, с которой я обращаюсь к врачам и женатым мужчинам.

* * *

К врачам потому, что и в этом направлении они должны были бы помогать людям своими советами…

Должны были бы!.. Как редко, однако, берут они на себя эту роль, видно из следующей цитаты из книги Людвига Френкеля «Нормальная и патологическая половая физиология женщины»: «обращаюсь именно к исследователям половой жизни столь обстоятельно потому, что, быть может, по этому вопросу это касается их прямой специальности. Затем еще потому, что большинство гинекологов из какого-то совершенно неправильного взгляда или ложного стыда весьма мало осведомлены в этом вопросе».

* * *

К мужьям — потому, что они, в особенности в этом отношении, должны быть руководителями своих жен и потому еще, что это знание уяснит им истинные качества мужчины как хорошего мужа.

На свое несовершенство в этом отношении мужчина, к сожалению, не обращает никакого внимания, и одаренный нормальной потенциальной физической энергией муж, регулярно, по своему разумению, выполняющий свои «супружеские обязанности», считает себя добросовестно исполнившим все, чего от него может требовать его супруга. А если она все же в этом отношении остается неудовлетворенной и неудовлетворенность эта продолжается долго, то он — со вздохом сожаления пли с раздражением, смотря по характеру — в большинстве случаев относит это к «холодности» жены, жалуется на свою беду и все более и более отдаляется от своей подруги и к ней охладевает.

Но если ему выпадет счастье связать свою судьбу с более страстной в физиологическом смысле женщиной, при исполнении тех же «обязанностей» проявляющей темперамент и одаренной быстрою возбудимостью, то благодаря постоянным и легко удовлетворяемым половым излишествам между супругами невольно закрадываются утомление и скука, ставящие счастье брака под еще большую угрозу, ибо эти ощущения могут быть устранены лишь сменою объекта наслаждений, о чем муж и не преминет начать мечтать. Отсюда — охлаждение и отчуждение между супругами.

О том, что ошибка — в нем самом, что в сущности устранение этого отчуждения всецело в его руках — вовсе не приходит в голову мужу.

Точно так же не подозревает он, что во вполне нормальных пределах существует еще бесчисленное разнообразие половых наслаждений, которое может радикально удалить из супружеских отношений всю скучную обыденщину, подогревая их каждый раз новою прелестью обольстительных раздражений.

Но и познакомившись с этим, муж ложно начинает считать это «развратом», не понимая, что все, основанием своим имеющее физиологические потребности, должно считаться вполне правильным и дозволенным. Жену свою он считает «слишком недосягаемой для подобных вещей», все дальше и больше отходит от нее, стремится найти вожделенное разнообразие на стороне и в конце концов очень часто попадает в объятия настоящего распутства.

Человек среднего уровня развития даже не знает, что процесс удовлетворения полового стремления у женщины совершенно иной, чем у мужчины; не имеет представления, как бережно следует относиться к ее просыпающейся чувственности и как осторожно и предупредительно будить первое половое чувство женщины; для такого мужа совершенно непонятно, почему привыкшая в этом отношении к полнейшему уважению со стороны мужа индийская женщина саркастически величает европейских мужчин не иначе, как «деревенскими петухами», или почему там же мужчина гордится гораздо более им самим подготовленной к любовным наслаждениям женщиной, чем вполне неопытной в них девушкой.

Для подобного мужа образ обольстителя Дон-Жуана не только загадочен, но и вовсе непонятен, и такому следовало бы прочесть «Современного Дон-Жуана» Марселя Баррьера, чтобы уяснить, что идеал истинного обольстителя вовсе не в низменно-эгоистической смене объектов любви, а исключительно в наслаждении удовлетворять властный зов женской природы.

И в этом смысле муж должен являться каждый раз новым обольстительным любовником своей жены. Даря ей счастье, он и сам будет испытывать его взаимно, и брак его превратится в продолжительный «медовый месяц».

* * *

Если мужчиною не руководит гений любви и, тем не менее, хочет он справиться с этой задачей, ему во что бы то ни стало необходимо знание.

Следующие главы моей книги помогут ему в этом.

Некоторые из них будут без труда прочитаны людьми, даже вовсе к такому чтению не подготовленными, другие же — придется внимательно изучить, ибо, хотя я в изложении своем старался избегать излишней «учености», по по необходимости оно носит несколько научный характер. В моем труде попадаются иностранные слова и технические термины. Не вполне их понимающим рекомендую за разъяснениями обращаться к врачу. Ради цели знать, стоит приложить усилие.

ГЛАВА II

НЕСКОЛЬКО СЛОВ ОБ ОБЩЕЙ ПОЛОВОЙ ФИЗИОЛОГИЙ ЧЕЛОВЕКА

Часть I

Эволюция полового влечения. Половое чувство и его внутренние стимулы

В жизни людей царят два основных фактора: влечение к другому полу и инстинкт самосохранения. Цель первого — продолжение рода, второго — сохранение отдельной особи. И для целей природы половое влечение важнее, чем инстинкт самосохранения, и потому оно сильнее последнего и глубже в человеке заложено. Это яснее всего мы наблюдаем в царстве животных, где в борьбе за обладание самкой самец весьма часто самую жизнь свою ставит под непосредственную угрозу. Тоже видим мы и у дикарей. Да и среди цивилизованных людей мы изо дня в день можем наблюдать, как ради удовлетворения своего полового влечения современный человек не останавливается перед самой грозной опасностью и приносит в жертву любви даже самую свою жизнь.

* * *

Половое влечение, несомненно, в основе своей имеет стремление к размножению, но несомненно и то, что инстинкт этот в настоящее время значительно разнится от полового влечения.

Это допускает даже и богословская наука. В труде пастора Эрнста Баара, «Половая проблема», мы находим: «В физиологическом общении полов воля к воспроизведению себе подобных стоит на самом последнем плане».

С ростом цивилизации инстинкт размножения постепенно атрофируется, теряет свою силу и в наибольшей полноте сохраняется лишь в душе женщины под видом неодолимой жажды материнства.

Иначе обстоит дело с инстинктом мужчины. Единственно, что об этой «воле к произведению» у него, может быть, напоминает — это, несомненно, весьма нередко присущее ему желание иметь детей от любимой женщины. Но это желание почти ничего общего с половым влечением не имеет, это лишь род некоторого мистического, подсознательно живущего в мужчине стремления к достижению бессмертия путем продолжения своей индивидуальной личности в потомстве. Стремление это порой, конечно, достигает громадной интенсивности, гранича с чувством страстной тоски.

* * *

Многие выдающиеся авторы влечение полов друг к другу объясняют лишь простой похотливостью.

К этой точке зрения я не могу присоединиться. Хотя физиологическое сближение противоположных полов и находится в центре половых требований, однако такое определение неприемлемо потому, что стремление к половому общению — понятие, далеко не идентичное с понятием о половом влечении вообще, которое рождается в человеке задолго до появления в нем органической возможности иметь детей. Это подтверждает и то, что нормальному физиологическому сближению, весьма нередко предшествует ненормальное половое самоудовлетворение.

Половое влечение — чувство, глубоко заложенное в самой природе человека, имеющее целью при помощи ряда психических импульсов выявить особенности своего пола. Чувство это всемогуще и оказывает влияние далеко за пределы собственно половой сферы: достаточно припомнить его мощное воздействие на целую отрасль человеческого искусства — эротику.

* * *

Во всех своих внешних проявлениях половое влечение в значительной степени зависит от деятельности половых желез и, в особенности, не только от их внешних выделений (производительных семенных клеток), но и от так называемой внутренней секреции этих органов.

Железы эти вырабатывают известные химические вещества, наружу не выходящие, цо воспринимаемые кровью. Выделяемые в состав крови вещества эти играют главенствующую роль во всем физическом развитии тела человека, в его специфически-половых особенностях, признаках и отправлениях.

Если зародышевые железы почему-либо задержаны в своем развитии или вовсе отсутствуют, напр., после оперативного удаления в детстве, — перед нами тип кастрата, отличающийся от нормального человека и по телесному развитию, и по обмену веществ, и по психическим своим особенностям.

«Внутренняя секреция» женских зародышевых желез, как в развивающемся еще, так и во взрослом организме, влияет на образование специально женских характерных признаков и качеств, тогда как таковая же секреция мужских желез сообщает организму чисто мужские особенности. Проверить это мы можем на опыте. Если, напр., взять у животного половые железы и пересадить их в организм особи другого пола, то и особенности последнего, его половые склонности, его способ питания пойдут по тому пути, который соответствует его новым железам, и его физическое тело, как и его функции, изменится в соответствующем смысле, поскольку это, конечно, допустимо анатомической структурой самого организма.

Впрочем, половые особенности, чувства, склонности и отчасти и функции, в особенности у взрослых особей, вовсе не исключительно связаны с деятельностью зародышевых желез. Если бы это было так, то эти особенности и склонности не могли бы проявляться вовсе, раз деятельность их прекратится. А как раз это мы наблюдаем у некоторых особей даже тогда, когда деятельность их поражена какою-либо нарушившей правильность ее болезнью, или они в силу естественных причин прекращают свое дальнейшее развитие, как, напр., у каждой женщины в периоде, по большей части, между 43 и 50 годами.

По всей вероятности, во «внутренней секреции» — разумеется при вполне нормальной деятельности половых желез — принимают участие и прочие железы организма. И весьма важно, как в первом, так и во втором случае иметь в виду, что прекращение половых отправлений может являться следствием как благоприобретенного жизненного опыта, так и наследственного предрасположения, что в деле развития человека имеет громадное благотворное значение.

Итак, можно утверждать, что половое влечение, первоначальным своим источником имея исключительно зародышевые железы, у современного взрослого человека зависит, с одной стороны, от благоприобретенных и атавистических представлений и от внешних и внутренних выделений, т. е. от деятельности этих желез — с другой.

* * *

Альберт Молль в «Опыте исследования половой страсти» понятие о половом влечении расчленяет на две части: на неодолимое влечение, возникающее от прикосновения к существу другого пола и на непосредственно из полового общения вытекающее чувство удовлетворения.[1]

С таким двояким определением этого сложного понятия я совершенно согласен, но желал бы лишь подчеркнуть, что такого рода различие в видах полового влечения не может пониматься слишком узко, ибо во многих случаях между ними нельзя делать такого определенно выраженного разграничения.

Некоторые авторы, вроде Роледера (в его «Общей половой жизни человека») к этим двум определениям находят нужным прибавить еще третье и этим привходящим элементом стараются пояснить чувство удовлетворения от физиологического сближения, но я нахожу такое чрезмерное расчленение понятия этого излишним.

Физическое влечение к другому полу, нарастающее постепенно и приводящее сначала к coitus’y, а затем к высшему напряжению (оргазму) — кульминационному пункту сближения и началу ослабления деятельности половой сферы — не представляет собою еще истинного, идеального влечения, но лишь средство к достижению цели: удовлетворению полового стремления.

* * *

И хотя это стремление в известной мере зависит и от психических импульсов, но вызывается оно, у мужчин по крайней мере, непосредственным сильным переполнением семенных желез, так что иногда является без каких-либо внешних побудительных причин простым позывом к их опорожнению.

В животном мире у женских особей замечается глубокая связь между процессом опорожнения яичников и позывом к половому влечению. Ярче всего это выражено у рыб. У высших животных зависимость между этим видом половых побуждений и функциями яичников обнаруживается в периоде так называемой «течки». У зоологического «Homo Sapiens»’a, у его женских особей, позыв к удовлетворению половых требований, по мере развития интеллекта этих особей, все меньше зависит от выделений яичных клеток и не стоит с этими функциями в такой тесной и половой связи, как это обычно думают, хотя намек на эту связь все же существует, как мы укажем в дальнейшем нашем изложении (см. гл. V).

Резюмируя сказанное, следует прийти к заключению, что половая деятельность человеческого организма в основе своей кроется в деятельности зародышевых желез, внутренняя секреция которых является первой составной частью половых функций, выражаясь в стремлении к сближению с лицами противоположного пола, а внешние выделения этих желез управляют второй ее составною частью, выражаясь в побуждении к половому удовлетворению.

* * *

Вокруг первого стремления сосредоточиваются все чувства и помыслы человека, что и дает душевный комплекс индифференцированной любви.

Но жажда сближения полов представляет из себя лишь одну из ступеней развития сексуальной жизни человека. Вначале смутное стремление это через известный промежуток времени превращается в определенное чувство потребности любви. По мере того, как новыми мыслями и представлениями заполняется комплекс психического лица человека, крепнут и ассоциации идей и поток их начинает принимать вполне определенное направление. Чувство любви, вначале бессознательное, постепенно начинает облекаться в конкретные формы, и в душе человека начинается созидание идеального образа искомого объекта.

Наконец человек находит его в жизни облеченным в плоть. То, чего этому воплощенному идеалу, живой мечте не хватает в действительности, человек в своем любовном ослеплении и экстазе дополняет фантазией.

Робкая нечаянная встреча, незначительное слово, украдкой пойманный взгляд — и вспыхивает любовное пламя, в радости зарождается любовь.

С этого момента, подогреваемое страстью, все больше растет жажда сближения, растет, расцветает и утоляется, наконец, полным и тесным физическим сближением.

В тот момент, когда любящие друг друга друг в друге находят как бы дополнение, их взаимная страсть и влечение к сближению идут навстречу и претворяются в одно, высшее и нераздельное. Любовь их выросла и сможет приносить плод.

* * *

К этому добавлю, что, хотя тот комплекс чувств, который по полноте, глубине и постоянству своим не заслуживает еще названия истинной любви и в исключительных случаях может обращаться на несколько объектов одновременно, все же я твердо убежден, что основной формой ея, при полном развитии, следует считать форму моногамной.[2] Когда человек любит всеми силами своей души и всеми своими помыслами, весь его внутренний мир до такой степени поглощен объектом любви, что он остается единобрачным даже тогда, когда религиозные или расовые обычаи принуждают его к половому сближению с иным объектом, кроме любимого.

Когда половое влечение в любви не полно или когда развитие его приостанавливается, тогда, в особенности у мужчины, проявляются его исконные полигамические склонности.

* * *

Брак есть длительное состояние моногамной любовной связи.

Состояние это обусловливает дальнейшую эволюцию душевных движений человека, содействуя превращению, по существу своему, эгоистического стремления его к обладанию другим лицом в широкое альтруистическое чувство.

В этом смысле, помимо церковного освещения брака, любящие заключают между собою еще род священного союза. Потому что они дают взаимный обет в самом возвышенном и прекрасном и в то же время в самом тяжком, что только могут обещать друг другу мужчина и женщина: всю жизнь сдерживая поток своих любовных эмоций от распыления на стороне, всегда вести их в одном направлении и долгие, долгие годы, всю жизнь дарить друг другу лучшее, что только муж может дать жене, а человек человеку.

* * *

Любовь, доходящая до высшей степени своего развития, до идеальной полноты в совершенном браке, может дать сторонам самое продолжительное счастье.[3]

Но удивительно иногда быстро стынут самые пылкие чувства, погибают самые святые намерения!..

Хоть «дух бодр, тело немощно», но иногда и дух бодрствует недолго!

Несовпадение склонностей и вкусов, неодинаковый уровень полового влечения, несоответствие степеней развития — все это теоретически можно предварительно предусмотреть и последствия взвесить, и все-таки трагическая действительность опережает все расчеты и сводит их к нулю.

Худшее во всем этом то, что с исчезновением привлекательности начинается взаимное охлаждение друг к другу, появляющееся тогда, когда влечение к сближению теряет свою силу, и тем более мощное, чем больше была привлекательность вначале. Это взаимное отчуждение может, наконец, доходить до враждебности и даже ненависти. Много таких житейских драм видим мы повсюду, отражение их мы находим и в литературе (Стриндберг).

Для счастья в браке такое отчуждение опаснее всего вначале своего возникновения, в мелочах, когда человек еще не отдает себе отчета, перед какой ужасной пропастью он находится.

* * *

В борьбе с инстинктивным половым отвращением, столь легко закрадывающимся во многие брачные отношения, есть лишь одно действительно спасительное оружие: своевременное усиление половой привлекательности до такой степени, чтобы противоположная отталкивающая сила не могла даже проявляться.

Должно быть устранено несоответствие половых стремлений и вкусов и до одинаковой интенсивности доведен уровень взаимного влечения.

И хотя это нелегко, но вполне возможно.

Этого можно добиться, варьируя свое любовное обхождение новыми способами, когда в половом смысле в супружеском союзе проявляется постоянная предупредительность, приспособление к вкусам другого, внимательность и обольщение на альтруистической почве.

Этого можно достичь выработкой практических приемов обоюдного полового удовлетворения, обычно незнакомых рядовому браку.

Короче говоря — достигается это лишь в совершенном браке и через него.

Схема внешних половых частей женщины. (Vulus).

1. Паховая складка. 2. Лобок. (Motis Veneris). 3. Складка бедра. 4. Крайняя плоть клитора. (Praeputium clitoridis). 5. Ствол клитора (покрытый крайнею плотью). 6. Уздечка клитора. (Frenulum clitoridis). Между уздечкой и бугорком клитора мешочек кр. плоти клитора (Saccus praeputialis). 7. Внешняя сторона и внутренняя поверхность больших половых губ. (Labia maiora). 8. Устье мочеиспускательного канала (Ostium urethrae). 9. Устья малых слизистых желез преддверия. (Glandulae vestibulares minores). 10. Внешняя сторона и внутренняя поверхность малых полов, губ. (Labia minora). 11. Преддверие влагалища (vestibulum vaginae) — все пространство между малыми губами. 12. Передняя стенка влагалища. 13. Вход во влагалище. (Introitus vaginae).

14. Устья больших желез преддверия (с двух сторон) (Glandula vestibulares maior), чаще: (Glandulae vestibulares maiores), или бартолиниевы железы.

15. Передний край и внешняя поверхность девственной плевы. (Hymen).

16. Задняя стенка влагалища (видимая лишь после нарушения целости плевы).

17. Уздечка больших половых губ. (Fienulum labiorum).[4] 18. Промежность. (Perineum). 19. Заднепроходное отверстие. fdnws). 20. Задняя промежность. (Perineum posterius). 21. Оконечность седалищной кости позвоночника. (Os coccygis). 22. Кожный покров ягодиц.

ГЛАВА III

НЕСКОЛЬКО СЛОВ ОБ ОБЩЕЙ ПОЛОВОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА

Часть II

Половое чувство и его внешние возбудители

В предыдущей главе мы видели, как, расходясь со стремлением к воспроизведению рода, чувство полового влечения проходило различные ступени своего развития, пока достигало высшей формы своего проявления в совершенном браке.

Теперь попытаемся составить себе представление, какие импульсы и впечатления могут возбуждать это чувство или его задерживать.

Как бывают «возбуждения внутренние», чисто физиологического чувства (от действия секреций или переполнения известных каверн, выводимых каналов и кровеносных сосудов) и характера чисто психического (эротические представления, возбуждающие картины пережитого, фантастические образы), точно так же на половое чувство действуют и внешние возбудители физической природы, влияющие в то же время и на душевную область человека. Провести между этими внешними возбудителями резкую разграничительную черту весьма трудно, ибо оба эти стимула друг на друга сильно влияют, причем психические возбудители доходят до нашего сознания лишь путем рефлекса.

Несмотря на эту трудность, весьма важно внимательно присмотреться к действию последних на половую сферу, поскольку это, конечно, доступно опыту и в наших силах.

* * *

Если начать с душевных движений, влияющих на половую сферу, прежде всего мы столкнемся с тем неоспоримым фактом, что все явления природы, вызывающие страх или ужас, на половое чувство действуют возбуждающим образом.

В известной степени это объясняется стремлением находящегося в страхе человека искать защиты у другого, — по возможности, сильнейшего, — желанием, заставляющим, напр., женщину искать в страхе поддержки у мужчины и вынуждающим мужчину оказывать помощь существу слабейшему — женщине. На этой почве легко вспыхивает влечение к половому сближению.

Но это не объясняет еще всех подобных явлений, ибо в страхе не всегда обязательно ищут защиты и покровительства, а вызывающие страх явления природы, и в других случаях являются сексуальными стимулами как это, например, определенно замечается у ипсантов.

Быть может, в этом странном явлении принимает участие какой-либо доселе неизвестный фактор чисто физиологического свойства. Быть может, атмосферные явления оказывают на мозговые центры какое-либо неведомое нам пока действие — сказать это трудно.

Как заметил это еще Виргилий, наблюдается это чаще всего перед грозами, в душные «воробьиные» ночи, когда воздух насыщен электричеством, но нет еще его видимых разрядов.

Половое раздражение может быть вызвано не одним страхом, но и печалью. Конечно, при этом могут быть различные моменты и мотивами могут быть: склонность человека искать и дарить утешения, сближающее людей разделенное страдание, подсознательное стремление избавиться от угнетающих мыслей. Эту связь между печальным настроением и половым возбуждением может случайно наблюдать над собою или другими всякий. Явление объясняется известным нарушением душевного равновесия, так как подобное нарушение в состоянии расстраивать нормальные функции задерживающих центров мозга и вызывать волнение.

С другой стороны, аффекты страха и печали, вызывая подавленное настроение, действуют на половую сферу лишь тогда, когда они достаточно интенсивны и могут резко реагировать на лицо, находящееся в предрасположенном к половому возбуждению состоянии.

Но бывает, что под влиянием какой-нибудь посторонней мысли внешнее раздражение, вызываемое этими аффектами, может парализовать половую деятельность, как напр., при coitus’е, когда женщина, из страха беременности, нередко не достигает полового удовлетворения, а мужчина, по каким-либо другим причинам, теряет эрекцию.

Мы видим, какую громадную роль при половом общении могут играть подобного рода душевные движения вкупе с остальными представлениями и мыслями: для нормального общения в психической сфере должна обязательно быть налицо известная благоприятная почва, без чего немыслим сам половой акт.

Иногда, как я указал выше, это может давать повод к неприятным недоразумениям, но разумный и предусмотрительный человек и такое положение может употребить в свою пользу и к счастью своего партнера по любовной игре, влияя на сближение в положительном или отрицательном смысле, замедляя или ускоряя ход половой реакции.

Я коснулся этого вопроса столь детально лишь потому, что хотел показать, как возбуждающие и задерживающие начала, телесные и душевные ощущения и движения, внутреннее и внешнее психическое раздражение тесно между собою связаны, как часто очень трудно провести между ними грань, как они то взаимно усиливаются, то ослабляются, иначе говоря, как они чудовищно перепутаны.

Дальнейшее исследование зависимости полового чувства от всякого рода подобных стимулов его завело бы меня слишком далеко, и поэтому я ограничусь лишь напоминанием, что пути развития половой жизни в лабиринте человеческой души принадлежат к числу наиболее запутанных и сложных.

* * *

Эмоциональная жизнь одного человека может либо положительно, либо отрицательно поощряющим, либо задерживающим образом влиять на половое чувство другого. Преимущественно в том случае, когда на первый план выступают какие-либо специфические особенности и черты характера данного воздействующего индивида. Так, рыцарский и мужественный тип мужчины действует на женщину возбуждающим, малодушный и безвольный — парализующим образом. Скромность и стыдливость девушки влекут к ней мужчину, противоположные качества — отталкивают. Вообще все выдающиеся духовные особенности и качества в половом влечении играют немаловажную роль.

Уважение, внушаемое существом другого пола, нередко является основой любви. Вдвое сильнее действует восхищение им.

* * *

Помимо психических эмоций привлекают еще раздражения чисто чувственного свойства. И эволюция любовного чувства и сближения совершается на основании выбора такого объекта противоположного пола, из которого истекают наиболее ко вкусам данного лица подходящие обольщающие впечатления. («Половой подбор», по выражению некоторых авторов.)

Даже и после завершения эволюции чувства любви раздражения подобного рода не только не теряют своего значения и силы, но и крайне необходимы, так как лишь при наличии этих стимулов не остывает половое влечение.

«Любить — значит иметь счастье постоянно видеть, осязать, всем существом чувствовать возможно ближе любимого и любящего человека» — определяет Стендаль в своей книге «О любви».

Рассмотрим теперь эти стимулы в их различном воздействии на любовь.

* * *

Что вкусовые ощущения могут принадлежать к деятельным факторам полового раздражения — вообще по мнению многих, сомнительно. Часто совершенно невозможно или, во всяком случае, очень трудно различить воздействие вкусовых ощущений от влияния чувства обоняния (в особенности, такого, которое реагирует на тыльную часть носа через рот).

Во всяком случае я должен сделать оговорку и прибавить, что чувство вкуса я вовсе не считаю маловажным фактором в любви и половом влечении. Само собою понятно, что я вовсе не имею в виду общеизвестной поговорки, будто «любовь у мужчины в желудке», уже тем более потому, что хорошо приготовленный, хотя бы и «сухой» (безалкогольный) обед вряд ли может иметь какое-либо серьезное влияние на половую сферу супругов, ибо в данном случае вкусовые ощущения никакой прямой с ней связи не имеют.

Иное дело и гораздо важнее, что некоторые отделения, напр., слюна, имеют известный вкус и, благодаря этому, являются раздражающим веществом. Хотя раздражение от таких вкусовых веществ довольно незначительно, но в этом отношении много — чтобы не сказать все — зависит от их особенных свойств и от степени чувственности. Это, впрочем, относится и ко всякого рода другим раздражениям, способность реагировать на которые у одного и того же индивида изменяется в зависимости от времени и жизненных условий.

* * *

Я должен подчеркнуть, что в этом труде я рассматриваю лишь те чувства и ощущения, которые лежат в пределах нормального. Сколь бы важным, интересным и многообразным ни было все болезненно извращенное и противоестественное — оно к психологии брака не относится. И счастливый, совершенный брак надо тщательно оберегать от всего подобного. «Патология любви — ад, врата которого и приоткрывать не следует», — говорит в «Психике любви» Реми де Гурмон.

С великим сожалением принуждены и мы признать, что открывать их не следует.

* * *

Влияние слуховых восприятий на половое чувство слишком недооценивается многими авторами.

«Услышу я чудную песнь,

Что некогда милая пела, —

И сердце готово разбиться

От бурного горя и слез», — в «Книге песен» своей с печалью вздохнул однажды наш несравненный поэт любви Гейне. И кто не вздохнет вместе с ним, услышав мотив, воскрешающий перед ним былые счастливые мгновенья, хотя бы это была даже «песнь без слов»? Уже одна мелодия ярким пламенем озаряет забытое и будит больше, чем слова текста, воспоминания о прошлой любви. С ними в таких случаях ассоциируется мотив, и слуховые впечатления являются посредником между настоящим и переживаниями половой жизни в прошлом.

Людям с тонко развитым слухом и чутким в любви музыка доставляет половое раздражение высшего порядка. Никто из подобных людей без чувства высокого наслаждения не может слышать, напр., музыку второго акта вагнеровской «Тристана и Изольды» или без захватывающего дух восторга, без тончайших чувственных переживаний, затрагивающих самые глубокие струны сердца, — чудные мелодии Иоганна Штрауса.

«Яством любви» называет музыку Шекспир, и ее чувственное воздействие ярче охарактеризовать невозможно.

Важнейшим, а иногда, быть может, и сильнейшим фактором при этом является ритм, на половую область во всяком музыкальном произведении оказывающий первенствующее влияние.

Но вышесказанными путями ее раздражает не одна музыка. Много сильнее ее в этом смысле впечатление от голоса, т. е. чтения.

Тембр голоса, интонация, придаваемая отдельным, словам, даже не имеющим смысла, могут вызывать любовное очарование с невероятной силой. Уж одни неисчислимые нюансы и разнообразный смысл, который женщина умеет придавать простому слову «ты», сами по себе достаточны, чтобы дать мужчине счастье или зажечь в нем бурную страсть.

Мне, быть может, возразят, что в данном случае могут сказываться не одни слуховые восприятия, но большое значение имеют также фигура, выражение лица и взгляд поющей женщины. На это отвечу, что и это возможно и даже весьма часто бывает, но слуховые впечатления имеют все-таки первенствующее значение: они сильнее прочих удерживаются в памяти, а это лучший показатель их прочности и продолжительности. Я лично знаю случаи, когда подобный стимулирующий эффект производили звуки пения, переданного по телефону.

* * *

Теснейшую связь мы наблюдаем между половым чувством и чувством обоняния. Как способность реагировать на всевозможные запахи, так и выделять пахучие вещества, в общем, сильнее развита у женщины, чем у мужчины. Несомненно и то, что расовые отличия играют здесь немаловажную роль.

Индивидуальная восприимчивость к запахам колеблется в широких пределах. Есть люди, весьма мало к запахам восприимчивые, много таких, которые влиянию обоняния на половую жизнь не придают никакого значения или к впечатлениям от него относятся вполне бессознательно. Таким людям я рекомендовал бы обратить на это большее внимание и постараться заметить, какое наслаждение может доставить нежный, еле уловимый аромат тела любимой женщины.

Бывают, однако, люди с весьма развитым обонянием (ученые-схематизаторы называют такие типы «ольфакторными»), и такие люди стоят всего ближе к нашим прародителям и к первобытному человеку, у которых способность к восприятию запахов была развита бесконечно сильнее остроты зрительных впечатлений.

* * *

Как различны люди по реакции на обоняние, так же точно не похожи они друг на друга и в смысле выделения пахучих веществ.

Само собою разумеется, что под таким именем не следует понимать привходящие запахи, происходящие от нечистоты тела или одежды, от выделений кишечника или от испорченного специфически пахнущими пищевыми веществами дыхания (лук, чеснок и т. п.). Все подобные посторонние запахи при половом сближении имеют, разумеется, лишь отталкивающее действие и значение имеют лишь в отрицательном смысле.

Еще отрицательнее и противнее действует неприятный запах, выделяемый организмом в известного рода болезнях, в особенности при дыхании, так как тогда его трудно чем-нибудь замаскировать. К таким запахам относятся — зловонное дыхание при испорченном желудке, при кариозных зубах или из носовой полости и др.

Даже Коран имел в виду отвращение, в подобных случаях внушаемое этим женщине в брачном сожительстве, и разрешает жене просить о разводе, «когда муж — акбар, т. е. страдает испорченным зловонным запахом изо рта или из носа».

* * *

В том, что каждому человеку присущ свой особенный специфический запах, мы можем убедиться на примере с собакой. Среди сотни людей она обязательно по запаху найдет своего хозяина и отыщет его по следу, даже не оставившему видимого отпечатка, быстро и безошибочно.

И у людей развита эта способность улавливать тонкие запахи; у нас, европейцев, конечно, в значительно меньшей степени, чем у восточных или южных народов. И разве не доставляет нам аромат кожи и волос любимого человека высшего наслаждения? И разве в особенном, лишь свойственном, полном исключительной привлекательности, аромата его дыхания не находит любовник все новую и неизъяснимую прелесть?

«Что такое поцелуй?» — задает вопрос в своей «Философии любви» столь опытный в ней Казанова и отвечает: «Не страстное ли это желание вдохнуть в себя некоторую часть любимого существа?»

* * *

В силу своей неуловимой нежности запахи эти, разумеется, могут оказывать свое действие на половое чувство лишь тогда, когда люди в известной степени уже дошли до половой близости. Запах выделений потовых желез, нередко поражающий обоняние при первых попытках к половому сближению, дает отталкивающее впечатление.

Но и он, будучи по своему действию сильнее всех прочих, упомянутых выше, чисто субъективен. И так как он выделяется главным образом из подмышек и легко воспринимается органом обоняния, в особенности из-под легких женских одежд при быстром движении или во время близости в танцах, легко можно себе представить, какое воздействие он может оказывать на половое чувство мужчины и какую определенную антипатию может он у него возбуждать.

У многих женщин и девушек выделение потовых желез под мышками имеют весьма мало привлекательный запах и самое роковое для них то, что они совершенно этого сами часто не замечают, слишком он для них самих привычен. В этом отношении весьма показательно случайно попавшее мне на глаза объявление «The Strand Magazine»: «Всякий замечает это — только не они, — что запах, выделяемый их телом, бросается в нос окружающим. Они не думают, что этим они отпугивают от себя своих лучших друзей, которые молчат об этом лишь из вежливости…»

В сравнительно лишь редких случаях характерный запах пота может действовать привлекающим образом. Чаще всего, однако, будучи вначале отталкивающим, впоследствии он, несомненно, становится возбуждающим, в особенности, когда в качестве стимулирующих веществ к половому сближению пользуются иными раздражающими чувственность приемами.

* * *

До какой степени при этом имеют значение индивидуальные склонности как издающего запах, так и на него реагирующего, как вообще субъективны подобного рода впечатления, наблюдал я в одной беседе с двумя молодыми людьми. Речь зашла об одной молодой девушке.

— Нет, с ней я танцую с большой неохотой: от нее так невыносимо несет потом, — заметил один, лет 22-х, с виду несколько легкомысленный парень, вряд ли отдававший себе отчет в истинном смысле своих впечатлений.

— Неужели ты это всерьез? — возразил другой, тех же приблизительно лет и такой же наивный. — этого я никак понять не могу. А мне этот ее запах крайне приятен…

Случаю было угодно, чтобы через неделю после этого разговора мне пришлось быть невольным свидетелем подобного же интимного разговора между двумя восемнадцатилетними девушками о каком-то молодом партнере их по танцам.

В виде примера особой чувствительности к реакции некоторых людей на запах и изменений его оттенков у одного и того же субъекта, могу привести следующий случай. В числе моих пациенток была одна семнадцатилетняя девушка, страдавшая весьма частыми, хотя и легкими, повышениями температуры. Лишь только она повышалась, ее мать без всякого термометра, по одному лишь усиливавшемуся запаху пота дочери, который в ее «лихорадке» она слышала на расстоянии, определяла период наступления пароксизма. Но так как, кроме матери, никто этого изменения в интенсивности запаха не замечал, приходилось проверять ее «диагноз» по показаниям термометра, и последний всегда подтверждал его безошибочность. Не могу не привести здесь и другого замечательного случая: одна знакомая молодая дама с большой точностью могла определять состояние духа своего мужа по запаху его кожи. По ее уверениям, впоследствии мною проверенным, свежий и сладковатый ее запах свидетельствовал о вполне нормальном его здоровье и состоянии духа, более острый — об усталости, очень резкий — когда он был рассержен или чем-нибудь взволнован, в общем, тем острее, чем более было нарушено его душевное равновесие.

Другой важный в сексуальном смысле запах — в противоположность вышеупомянутым — специфически половой издают лишь в известные периоды появляющиеся менструальные выделения женщины. Помимо свойственных этим отделениям посторонних запахов от продуктов разложения и нечистот, он одинаков почти у всех женщин, разнясь лишь по силе и индивидуальным свойствам, по которым можно с несомненностью установить принадлежность его данному организму.

Само собою понятно, что запах этот почти совсем незаметен под одеждой и может быть сделан неощутимым вовсе частою сменою белья, тем не менее люди «ольфакторного» типа, с исключительно развитым обонянием, могут его улавливать тем более, что у многих женщин менструативный период сообщает характерную особенность поту, а в особенности, запаху дыхания.

И менструальные запахи можно, как и запах пота, по воздействию их на половое влечение, разделить на отталкивающие, привлекающие и — вначале вызывающие отвращение, а затем, по мере привычки, становящиеся не только привлекательными, но, в известных целях, и необходимыми. Второй род этих стимулов довольно редок, третий встречается чаще, чем можно думать, первый же наблюдается почти постоянно.

«Предупредительный муж — стоит двоих», — верно замечает поговорка. «Предупредительная жена — стоит троих жен», — прибавил бы я.

Запах мужских и женских детородных органов носит резко определенный, специфический характер и по своим оттенкам и индивидуальной силе составляет особенность лишь данного лица. Говоря ограничительно, он не должен быть резким, чего обычно, впрочем, и не бывает. Следует заметить, что запах половых органов действует на нормально восприимчивого в отношении обоняния человека противоположного пола возбуждающе. Но влияние этого стимула, при наших условиях жизни, может, разумеется, сказаться лишь после того, как отношения между людьми приобретут известную половую интимность.

Лишь только к естественному запаху этому, вследствие ли неопрятности или болезненных выделений, примешиваются посторонние, он немедленно начинает действовать в противоположном направлении и возбуждает половую антипатию.

Женские половые органы по запаху значительно отличаются от мужских. Особенно усиливается он у женщин при повышенном их раздражении перед coitus’ом, который сопровождается усиленным выделением желез, расположенных своими устьицами на внешних поверхностях половых губ. Запах этот для мужчины может являться специфически-привлекательным и соблазнительным раздражением. Впрочем, у известного процента женщин при повышенной чувственности при половом раздражении наблюдается своеобразное изменение запаха всех остальных выделений.

* * *

Мужское семя имеет своеобразный и определенный запах. Здесь мы снова встречаем громадную разницу в этом отношении среди различных рас: сперма людей востока пахнет, напр., острее, чем белых. Семенная жидкость здорового западноевропейского юноши имеет характерный свежий запах, у взрослого он — резче и напоминает аромат цветов каштана, как и он в зависимости от сорта дерева или погоды меняющийся, то свежий, то почти противный по своей резкости.

Запах этот у одного и того же человека весьма различен при различных условиях, как я заключаю на основании многих, заслуживающих полного доверия показаний. После психического возбуждения он, напр., более острый, едкий, после физического напряжения — скорее ароматичен, после несколько раз повторенного coitus’a — немного слабее, но зато менее свежий, скорее затхлый.

На основании вышесказанного, следует установить, что запах мужского семени обусловливается различным состоянием тела и души и колеблется в широких пределах. Врач, которому нередко в лаборатории приходится исследовать и производить анализ спермы, к удивлению своему, в весьма ограниченном числе случаев может констатировать эти изменения, и то лишь в отношении интенсивности запаха. Объясняется это, с одной стороны, тем, что во время анализа врач из известной брезгливости старается, по возможности, удалить орган обоняния от исследуемого препарата, а с другой — потому, что и самый запах спермы, выведенной из полового органа и некоторое время пробывшей на воздухе (в теле она пахнет очень слабо или вовсе не имеет запаха), значительно усиливается, так что в тонких его нюансах нет уже возможности разобраться.

В воздействии своем на половое чувство, как его стимул, запах спермы на женщин действует возбуждающе, на мужчин, наоборот, отталкивающим образом. Здесь громадную роль играют предвзятые представления, подавляющие собою первое впечатление. Так, напр., собственное семя, появляющееся после онанистических манипуляций, вовсе не кажется ипсантам отвратительным, между тем как чужое — вызывает положительную гадливость.

К этому следует добавить, что женщине не только нравится запах семени любимого человека, но он вызывает в ней желания, тогда как такой же запах нелюбимого или безразличного ей мужчины внушает неодолимое омерзение.

* * *

Значительная часть введенной во влагалище женщины семенной жидкости спустя короткое время вытекает обратно, остаток же ее во влагалище скоро теряет свой характерный запах и, вследствие смешения с выделениями (слизью) женских половых органов, приобретает новый своеобразный, хотя и более слабый запах, все-таки легко различаемый опытными людьми, с развитым обонянием, даже сквозь платье и белье.

На оба пола запах этот производит возбуждающее действие, но при этом следует оговориться, что и в данном случае связанные с известными впечатлениями ассоциации мыслей могут действовать в отталкивающем смысле и подавляющим образом влиять на первоначальное приятное впечатление.

* * *

В заключение я должен упомянуть здесь еще об одном специфически половом явлении, которое, быть может, встречается довольно редко, но на которое следует обратить внимание тем более, что оно ни разу не было описано.

По словам трех моих пациенток, которые сообщили мне это независимо друг от друга, они, спустя от четверти часа до часа после coitus’a наблюдали у себя изо рта характерный легкий запах спермы, ощущавшийся ими приблизительно в течение двух часов с момента его появления. И заметили его не они сами, а их мужья. В двух случаях запах этот был настолько раздражающим, что послужил поводом к возобновлению полового акта. Один из этих мужчин следующим образом объяснил себе, а также и мне, причину этого. По его словам, когда в дыхании жены он уловил легкий запах своей спермы и представил себе, что все существо любимой женщины полно теперь продуктом его пылкой любви, он был так счастлив и восхищен этим, что, под свежим впечатлением только что вкушенного упоительного наслаждения, снова пришел в половое возбуждение.

Это объяснение, согласно которому процесс полового экстаза получился вследствие сочетания известных мыслей и душевного движения, причем впечатление от обоняния запаха спермы играло главную роль в этих ассоциациях, — кажется мне гораздо правдоподобнее и убедительнее, чем предположение, что лишь один запах семени достаточен для возбуждения полового желания мужчины.

В положительном факте появления такого типичного запаха изо рта женщины, наблюдавшегося мною лично в двух случаях, я не могу сомневаться.[5] О третьем случае мне передал мой коллега по клинике. Кроме еще одного сомнительного случая, других подобного рода мне наблюдать не удавалось. Да и вообще наблюдать это явление довольно трудно, так как благодаря неуловимости запаха дыхание нужно исследовать непосредственно у самого рта женщины, а это не всегда удобно и не всегда дает результат.

* * *

Подводя итог всему вышесказанному, нельзя не прийти к заключению, что и у культурных людей впечатления обоняния имеют важное влияние на половое чувство.

В общем, запах пота и половых частей на людей интеллигентных при первом половом сближении действует скорее в отрицательном смысле — порождает или усиливает сексуальную антипатию. Но когда сближение это пережило уже известные стадии своего пути, стало привычным — многие индивидуальные запахи могут стать стимулирующими, а при повторных половых раздражениях — даже неизбежными и необходимыми. Но уже и далеко в своей интимности зашедшие отношения между супругами могут легко быть парализованы в своем дальнейшем развитии ненормальными запахами, в особенности, появляющимися вследствие неряшливости и неопрятности.

* * *

По этим соображениям становится понятным, почему с самой седой древности человек неизменно стремился умащать свое тело и напитывать одежду природными или искусственными благовонными веществами, чтобы замаскировать или усилить свой естественный запах.

Духи и половое чувство. Тема очень обширная, пожалуй, и для отдельной монографии, и как хотелось бы мне за нее взяться. Но вопрос этот слишком еще не разработан и по некоторым соображениям я не могу рассматривать его слишком детально. Тогда мне пришлось бы написать книгу, подобную бесчисленному количеству других, трактующих о любви и рассматривающих ее в одном смысле, в каком я в настоящем труде вовсе не хотел бы ее исследовать.

Хотя мне уже и теперь, как мы увидим дальше, представляется некоторая возможность высказать некоторые мои замечания и наблюдения, которые я, в интересах живой науки о рациональном использовании благовоний считаю безусловно важными, все же должен сознаться, что науке этой не хватает пока одного важного фактора, а именно — общего труда в этой области физиологов по половым вопросам и фабрикантов благовоний, тесного между ними контакта. Перед нами в этой области совершенно девственная, необработанная почва, и всякую попытку возделать ее следует лишь приветствовать.

Поэтому я считаю необходимым несколько ближе подойти к этому вопросу, как имеющему большое значение не только при возникновении любовных отношений между людьми, но и, главным образом, для прочной связи при дальнейшем развитии любви, иначе, для техники брака. Это вполне достаточное основание для расширения моей темы тем более, что в дальнейшем я попытаюсь дать интересующимся этим вопросом несколько практических указаний.

Употребление душистых препаратов с физиологической точки зрения преследует различные цели, которые можно разделить на пять категорий.

Первые две главные группы, служащие общеполезному назначению, имеют целью заглушать неприятный запах в воздухе — с одной стороны, а с другой — возбуждающим образом действовать на нервную систему, потому что разбавленные в известной пропорции благовония имеют свойство не только производить на обоняние приятное ощущение, но и благотворно раздражать центральную нервную систему и производить в ней известную необходимую реакцию. В этом последнем отношении благовония действуют также и на половое чувство.

Ко второй главной группе относятся такие вещества, которые действуют, главным образом, на половую сферу человека и служат для замаскированна отталкивающих и усиления привлекательных запахов. Кроме этих двух последних веществ, предназначаемых для лиц противоположного пола, есть еще некоторые, служащие для какого-нибудь одного пола. И мне кажется, что женщина, по большей части бессознательно, выбирает именно те духи, которые наиболее соответствуют ее половому чувству.

Рациональное употребление духов в целях привлечения противоположного пола и состоит в том, чтобы строго различать духи «мужские», т. е. наиболее соответствующие естественным запахам мужского тела и его физическим качествам, усиливая, подчеркивая последние, и «женские», гармонирующие с ароматом волос и тела женщины и в то же время могущие раздражающим образом действовать на мужскую половую сферу. Среди душистых веществ бывают и «негативно-мужские» и «негативно-женские», цель которых нейтрализовать неприятный запах, присущий каждому полу в отдельности.

Относительно закрепления и нейтрализации запаха я должен здесь заметить, что существуют такие пахучие вещества, которые, будучи употреблены в самых минимальных дозах, имеют способность закреплять собою другие, иначе слишком быстро улетучивающиеся запахи. Существуют и такие, которые могут усиливать в известной степени какой-нибудь данный запах. Так, некоторые духи, высыхая, вовсе теряют свой аромат, будучи же смочены, вновь начинают пахнуть.

Что касается вышеупомянутой гармонии запахов, то надо сказать, что современное парфюмерное производство согласованию их придает огромное значение. Французский фабрикант Piesse различные запахи духов расположил даже в известной градации, соответствующей приблизительно фортепианной клавиатуре и, по его мнению, аккорды запахов и гармония их могут существовать точно так же, как диссонансы благовоний.

Возвращаясь к вопросу о научной постановке вопроса подбора духов в целях раздражения половой деятельности, я должен сказать, что в этой области ничего еще не разработано положительно.

Характерный естественный запах специфически мужских духов представляет из себя мускус, извлекаемый, преимущественно весною, т. е. во время «течки» из особых желез мускусного быка, расположенных недалеко от его половых органов. Это пахучее вещество в парфюмерном деле имеет гораздо более обширное применение, чем это обыкновенно думают. Его, как самое сильно пахнущее из всех доселе известных, следует, однако, употреблять в сильно разведенных дозах и лишь в гармоническом сочетании с другими духами, ибо многие люди (в особенности мужчины) чувствуют к его запаху положительное отвращение. Парфюмерные заводы употребляют это драгоценное вещество весьма часто для изготовления тончайших сортов мыла, душистой пудры, туалетных вод и духов и против этого ничего нельзя было бы возразить, если бы мускус всегда употреблялся бы с настоящим знанием дела и препараты из него изготовлялись бы рационально, чего, однако, далеко не везде достигают.

Кроме мускуса необходимо упомянуть еще об одном, принадлежащем к «негативно-женским» благовониям, веществе — лаванде, которую еще в 16-м столетии арабы считали самым действенным средством, парализующим «отталкивающий запах женских половых частей». В большом ходу прелестные голубые цветочки этого растения были у наших бабушек, душивших ими белье в комодах и платяных шкафах. И запах лаванды действительно принадлежит к числу сильно дезодорирующих запахов, происходящих от неряшливости или болезненных выделений. Нейтрализующим свойством против запаха половых частей, а, может быть, и других характерных «женских» запахов и объясняется предпочтение, которое женщины оказывают препаратам из этих цветов: лавандовой соли для ванн и лавандовой туалетной воде.

Половые запахи усиливаются щелочами, ослабляются — кислотами.[6]

Камфора (с гольдкремом), амигдалин,[7] лаванда — принадлежат к числу веществ, нейтрализующих запах половых органов.

В самом незначительном количестве мускус закрепляет, а в более концентрированном растворе — заглушает запах всяких выделений тела и всех прочих благовоний. Менее сильно действует запах перечной мяты.

Вообще при употреблении духов следует обращать особое внимание, чтобы они гармонировали с личным запахом тела, и не такие, которые неприятно поражали бы орган обоняния.

* * *

О зрительных впечатлениях, получаемых от внешности человека, говорили и писали слишком многие.

Значение зрительных впечатлений поистине громадно, потому что в вопросе о влечении полов друг к другу они — первые. К счастью, они не единственные, ибо иначе взгляд на зарождение любви и на дальнейшее ее развитие оказывался бы часто далеко не в пользу ее серьезного характера.

В сравнении с чувствами обоняния и осязания, по мере сближения противоположных полов приобретающих все большее значение, впечатления от внешности все более теряют свою первоначальную остроту и силу и, если случайно долго сохраняют привлекательность, то являются могущественным орудием наслаждения, но перестав его давать, заменяются самым удивительным образом привычкой к данному лицу, мыслями о нем и разными другими душевными эмоциями, в которых внешность не играет уже никакой роли: ее почти не замечают.

* * *

Родовые признаки пола своим внешним видом сравнительно мало останавливают на себе внимание взрослого человека. Созерцание их может возбуждать его внимание лишь при более значительном развитии полового возбуждения.

Роль таких стимулирующих половых признаков играют побочные особенности сексуальной структуры тела женщины.

Вот почему мужчина прежде всего обращает внимание на хорошо сложенный бюст женщины, а женщина — па мужественное телосложение мужчины и почему столь нередки роковые последствия обманутых в своих ожиданиях брачных сожительств. Следующая выдержка из статьи гинеколога М. Гирша пояснит нашу мысль и подтвердит, каким, в сущности, верным врожденным инстинктом при этом руководствуется мужчина.

«Бесполыми я называю таких женщин, которым свойственны одна какая-нибудь или многие отличительно мужские черты или плохо развитые чисто женские особенности (мужская прическа, кадык, голос, черты лица, слабогрудость, мужской таз). Точно так же бесполыми могут быть названы такие, у которых слабо развиты чувственные наклонности или последние носят характерные признаки противоположного пола. Подобные женщины в половом отношении прежде всего не имеют никаких склонностей, по большей части, жмутся к матерям, и в некоторых случаях превращаются в гомосексуалисток, они робки, и мужчины их не интересуют. В их половой жизни наблюдается бесконечный ряд аномалий и расстройств половых отправлений. В девичестве они страдают задержкой месячных очищений (Dysmenorhöe), после замужества — воспалением влагалища (Vaginismus), бесплодием, токсикозом или тяжелыми родами (Dystokie), словом, такими болезнями, которые ведут ко всякого рода супружеским конфликтам и даже катастрофам».

Никто не станет отрицать, что при оценке свойственных мужчине или женщине качеств, имеющих значение в деле влечения полов друг к другу, большое влияние оказывает врожденное человеку чувство прекрасного. Отрицательно на это влечение действуют другие, воспринимаемые сознанием или чаще бессознательные или подсознательные впечатления, выносимые из условий окружающей жизни.

Не менее общей женской внешности на мужчину производят впечатление также и движения женского тела при более или менее эротических танцах или просто при бессознательно волнующей, влекущей своим хрупким изяществом походке женщины.

«Его смелая поступь, его благородная осанка!» — слова Гретхен о Фаусте в достаточной мере иллюстрируют привлекательность мужчины в этом отношении.

Ритм походки и телодвижений и здесь, как при слуховых восприятиях, имеет большое значение.

* * *

Целью одежды в холодных странах является, главным образом, сохранение тепла тела, в странах же теплых — одежда первоначально являлась лишь его украшением, ради привлечения к себе постороннего внимания. Это подтверждается рядом наблюдений выдающихся этнологов.

Мужская одежда, по крайней мере у северных культурных народов, действительно выполняет свое основное задание — предохранять от охлаждения покровы тела. Но по истории мы знаем, что иногда существовали такие направления в моде, целью которых было подчеркнуть и выставить на вид специфически- мужские особенности, как например, те к вязанным узким панталонам приделанные мешочки, в которых помещались мужские половые органы, конечно, при первом взгляде на мужчину бросавшиеся в глаза. Они назывались гульфиками (les braguettes) или «футлярами для срамных частей» (Schamkapsel), и любоваться ими мы можем на гобеленах в Нанси, относящихся к середине 15-го века, к эпохе Карла Смелого. Размеры их прекомично были увеличены в начале 16-го столетия, как можем мы видеть на портретах тогдашних ландскнехтов работы Дюрера и его современников.

Современная мужская мода таких целей вовсе не имеет в виду.

Иначе обстоит дело с одеждой женщин, которая рассчитана не столько на то, чтобы прикрывать тело, сколько, чтобы исключительно вызывать в мужчине половое раздражение. Впрочем, женщина испокон веков пользовалась тканями для одежд своих с целью подчеркнуть те характерные особенности своего пола, которые для мужчин особенно привлекательны, и демонстрировать свои чарующие линии тела. Вспомним о декольте, о корсетах, буквально выполнявших свое назначение поднимать груди, об «осиных» талиях, коими неестественно выделялся бюст и верхние задние части бедер, о «турнюрах» восьмидесятых годов, которыми женщины сначала стремились обратить внимание на округлость своих задних частей, среди стимулирующих побочных признаков, играющих большую роль,[8] а затем, несоразмерно увеличивая объем этих подкладных подушек и каркасов, начали напоминать готтентоток.[9]

В половом отношений особо утонченно-привлекательным и раздражающим образом действуют не только возможно полное оголение женского тела, как напр., во времена Директории или в настоящее время, но и в особенности, применение легких, плотно прилегающих к телу тканей, которые позволяют видеть то, что должно быть скрыто, или, по крайней мере, об этих прелестях догадываться, что возбуждает мужчину в гораздо большей степени, чем если бы оно было совершенно обнажено.

* * *

К числу важнейших половых эмоций, получаемых при помощи органа зрения, принадлежат те, которые исходят из глаза другого человека.

«Значением взглядов, которыми обмениваются любовники между собою, так много злоупотребляли, что к этому значению совсем потеряно всякое уважение, и с трудом решаюсь я заикнуться, что два существа могут полюбить друг друга, лишь однажды взглянув друг на друга. И все-таки любовь приходит именно лишь таким путем. Все остальное — побочное и приходит позже. Безусловно истинно то, что мощное влияние, которое друг на друга оказывают две человеческие души, рождается именно в то мгновенье, когда во взорах их вспыхнет искра, зажигающая пожар в сердце», — писал Виктор Гюго. Но подобно тому, как трудно объяснить, каким именно незначительным движением мускулов рождается такое выражение глаз, в чем состоит собственно «игра глазами», весьма просто объяснить значение этих неуловимых движений и цель, ими преследуемую.

Старинные выражения: «в глазах — зеркало души» и «читать в глазах кого-нибудь» — становятся особенно понятными при зарождении любовного чувства. И первые впечатления, получаемые глазом влюбленного, остаются столь же свежими и интенсивными у человека, получившего полное удовлетворение от физического сближения с любимым объектом.

Значительно менее важное влияние на половое чувство оказывают впечатления посторонние, не личного характера. Литературные произведения, картины, изваяния производят на нас впечатления лишь постольку, поскольку они ведут нас к соответствующим чувственным ассоциациям мыслей.

Но и не имеющее, казалось бы, личного характера, не имеющее, по-видимому, отношения к половому чувству, тем не менее нередко способно на него влиять в стимулирующем смысле. Много, напр., таких нормально-здоровых людей, которых приводит к сексуальному возбуждению прекрасный вид природы. Меньше таких, которые в подобном же смысле могут реагировать на краски и линии, но и такие люди существуют и хорошо известны всякому, случайно заинтересованному этим вопросом.

* * *

Чувство осязания из всех половых чувств следует считать главнейшим и самым действительным.

Осязательные нервы находятся на всей поверхности кожи и в прилегающих к ней слизистых оболочках, но далеко не все эти места и нервы реагируют на половое раздражение.

Для нашего исследования существенно важное различие представляют органы, главным образом предназначенные для восприятия половых ощущений, т. н. органы активного осязания и пассивно-осязательные, т. е. реагирующие на всякие другие осязательные раздражения.

Активные органы могут сами осязать исследуемый предмет при помощи ощупывания, как это делают, напр., пальцы рук, снабженные особо чувствительными нервами на концах, или кончик языка, между тем, как подошвы и пальцы ног, даже у людей, ходящих босиком, играют в этом отношении второстепенную роль.

Губы в отношении осязания играют двоякую и пассивную, и активную роль и при важнейших половых отправлениях в том и другом случае значение их чувственных восприятий вполне равноценно.

Органы пассивного осязания, рассеянные по поверхности всего тела и по слизистой оболочке, предназначены для восприятия прочих впечатлений. При известной интенсивности ощупывания на осязание реагируют и другие, под кожей находящиеся клетки и органы, теснейшим образом связанные с вышеупомянутыми нервами внешних покровов тела.

* * *

О значении пассивного осязания для области сексуальной можно сказать, что — при благоприятных психических условиях — те места, которые подвергаются ощупыванию, могут реагировать на него сильнейшим половым раздражением. И тем большим, чем с большим разнообразием оно в данном месте вызывается и чем больше способность данного лица на подобного рода телесное и духовное раздражение, чем повышеннее его чувственность, которую можно развить в нем путем опыта и упражнения.

Отмечу попутно, что, хотя чувствовать половое раздражение от ощупывания может вся поверхность тела, однако есть на нем места (эрогенные области), в особенности чувствительные к такому ощупыванию.

Характерными особенностями этих областей является то, что они находятся преимущественно поблизости отверстий в теле. По мнению некоторых (напр., Хавелок Эллиса) места эти находятся там, где кожа переходит в слизистую оболочку. С этим я согласиться не могу. Удивительно, почему же тогда не только места вблизи половых органов, но и вокруг рта (не самые губы), и нос чувствительны к подобным половым раздражениям?

В меньшей степени чувствительны в этом отношении места вокруг глазных впадин и слуховых органов. У некоторых людей эрогенными областями являются ушные раковины и мочки уха. Половое возбуждение от прикосновения к ним языком или сосания у таких субъектов может быть очень сильным.

Кроме этого, на человеческом теле есть еще другие места пассивного осязания, никакой связи с отверстиями тела не имеющие; например, весьма в половом возбуждении чувствительная (даже при слабом прикосновении) глубокая между седалищными округлостями и верхней задней частью бедер складка или их внутренняя, обращенная к половым частям поверхность с особенно нежным покровом — все это эрогенные области, при ощупывании дающие такой же эффект, как и при непосредственном прикосновении к половым частям. Менее определенно можно это сказать об области, лежащей вблизи оконечности ложных ребер, или выдающейся кости нижней челюсти, или затылочного бугра.

Есть и другие места кожных покровов, которые при ощупывании могут вызывать чувственные представления, но такие восприятия в половом отношении, разумеется, уже чисто индивидуальны.

* * *

Совершенно особое место среди этих эрогенных зон занимают, по своей исключительной половой впечатлительности, груди и, в особенности, их оконечности — соски.

Уже при легком пощипывании их и ощупывании всей ладонью женщина приходит в половое возбуждение, более или менее сильное, в зависимости от темперамента.

На раздражение соска рукой — и еще больше языком или губами — реагируют не только грудные железы (от притока крови набухающие и усиливающие выделения), но и самый сосок, вместе с прилегающей к нему областью, сморщивающийся и отвердевающий. От груди раздражение рефлекторным путем передается матке, начинающей от этого сокращаться.

Реакция раздражения сосков на половое чувство вообще весьма значительна. В некоторых случаях чувственное удовольствие вызывается даже ребенком, сосущим грудь, как это допускают некоторые научные авторитеты. Большой вопрос, соответствует ли это действительности в тех случаях, когда перед нами вполне здоровая, нормальная женщина. Я лично не рискнул бы это утверждать. За правдоподобие такой реакции говорят физиологические основания, тогда как психологические — свидетельствуют против. Лично я могу утвердительно сказать, что сравнительно небольшое число женщин, которым я вполне доверяя, ставил этот вопрос, — ответило мне на него отрицательно, и все без исключения заявили, что при кормлении детей грудью они никогда не чувствовали ни малейшего полового возбуждения, хотя с характером его при раздражении сосцов во время супружеских сношений они, без сомнения, были хорошо осведомлены.

Дальше мы увидим, какую значительную роль в возбуждении чисто половых желаний играет раздражение сосцов.

* * *

Активное чувство осязания вызывает иногда особенно большое половое возбуждение, если ощупывание тела происходит в эротических целях или, по крайней мере, при благоприятном к этому подсознании.

Если человек подсознательно настроен к восприятию подобных впечатлений, его бросает в сладостную дрожь при самом легком, случайном прикосновении к другому.

В случаях равнодушия к этому последнему или если человек волею или посторонними мыслями сможет удержать в себе возникновение эротических представлений или подавить их, то ощупывание половых органов лица противоположного пола может продолжаться весьма продолжительное время и все-таки не возбуждать активного полового раздражения: чувство осязания служит тогда проводником совершенно иных ассоциаций мыслей, ничего общего с чувственностью не имеющих.

В качестве психического посредника активное чувство осязания с тем большей силой передает нервным центрам возбуждающие половые впечатления, чем явственнее обнаруживается сексуальный признак ощупываемого места тела.

Вот почему чувство осязания является в процессе возбуждения полового стремления доминирующим над всеми остальными чувствами. Ведь преимущественно оно требует, в виде основания для своего зарождения, — известного психического воздействия, почему и может активно производить реакцию лишь тогда, когда пользоваться им позволяет известная близость к данному человеку.

ИНТЕРМЕЦЦО I

Не может быть счастья в любви иначе, как в браке.

M-me де Сталь.

* * *

Что такое брак? Общность желаний, деятельности и страданий между супругами. Худшее, что может случиться в браке, не то, что женщина страдает физически, но то, что она тоскует, скучает, живет одиноко, как вдова. Чего же удивляться, если она начнет отдаляться от мужа, чувствовать от пего отчуждение? О, если бы он с первых же дней совместной жизни, с первых же трудных ее шагов сделал бы жену действительно участницей своих переживаний, познакомил бы ее со своими мыслями и планами, со своими тревогами и заботами, о, тогда они вместе пошли бы одной дорогой, одинаково смотрели бы па окружающее, имели бы общность мыслей и тогда образ его глубоко запечатлелся бы в ее сердце. Страдание — величайший связующий элемент для людей, истинно друг друга любящих. Страдать вместе — значит любить.

Жюль Мишеле.

* * *

Брак должен вести непрестанную борьбу со всепоглощающим чудовищем — имя которому привычка.

Бальзак.

* * *

Если бы Господь Бог предназначил жене роль владыки мужа, Он сотворил бы ее из его главы, если бы Ему благоугодно было сделать из нее рабыню его, Он создал бы ее из ног, но Он произвел ее из ребра мужа, так как желал предназначить ее ему в помощницы.

Блаж. Августин.

* * *

Чем совершеннее человек, тем глубже его любовь.

Леонардо да Винчи.

* * *

Женщина — слабое существо, с замужеством приносящее волю в жертву своему мужу. Муж, со своей стороны, должен приносить на алтарь семейного счастья, в виде жертвы, свой эгоизм.

Бальзак.

* * *

Муж неодолимо влечет жену в замкнутый круг своего общества.

Гете.

* * *

Женщина для своего мужа представляет только то, что он из нее создал.

Бальзак.

* * *

Не тирания мужа, а лишь его равнодушие самое ужасное и мучительное для женщины.

Мишеле.

* * *

В любви не должно быть ничего половинчатого, посредственного. Кто не может заключить женщину в крепкие, могучие объятия, того ни любить, ни уважать она не будет. Ей становится с ним скучно, а скука — сестра отвращения.

Мишеле.

* * *

«Холодная» женщина это такая, которая еще на своем пути не встретила мужчину, которого должна была полюбить.

Стендаль.

* * *

Честь человека в том, чтобы любить больше, чем нас любят, и никогда в любви не уступать другому.

Ницше.

* * *

Ничего в жизни нет лучшего в любви, как давать, вечно отдавать последнее: жизнь, мысли, все свое существо, все, что у тебя есть, чувствовать, что даешь и ставишь все на карту, чтобы быть в состоянии давать еще больше.

Гюи де Мопасан.

* * *

Благовония столь же необходимы человеку, как молитва, забота о здоровье, вода и любовь.

Омер Галеви.

* * *

Сладкое благоухание будуара — западня, которую не так легко обойти, как думают. И не знаю, завидовать ли тому человеку, которого бросает в дрожь аромат приколотого на груди его милой цветка, или жалеть его.

Ж.-Ж. Руссо.

* * *

Созерцание всего исключительно прекрасного в творениях природы и искусства с молниеносной быстротой переносит наши мысли на ту, которую мы любим.

Стендаль.

ПОЛОВАЯ ФИЗИОЛОГИЯ И АНАТОМИЯ

ГЛАВА IV

ИЗ ПОЛОВОЙ ФИЗИОЛОГИИ ВЗРОСЛОЙ ЖЕНЩИНЫ

Часть I

Наружные половые органы

Кто серьезно вникнет в эту главу, немедленно же убедится, что она не представляет собою законченной монографии по половой физиологии женщины, а значительно суживает эту тему.

В рамках этого труда нас интересует лишь замужняя женщина, и вне поля нашего исследования, по необходимости, остаются, как неразвитый еще женский организм, так и период его полового созревания. Мы обойдем и беременность и роды, коснувшись их лишь попутно.

Излишне давать полный обзор половой физиологии взрослой женщины: для человека без специального медицинского образования он остался бы в значительной мере непонятным, а для врача — излишним. Вниманию врачей могу особенно рекомендовать только что появившуюся монографию Людвига Френкеля (Бреслав) «Биология и патология женщины», содержащую исчертывающую библиографию этой области.

Итак, я ограничусь рассмотрением только того круга понятий о нормальных, специфически-сексуальных отправлениях взрослой женщины, которые необходимы для уяснения физиологии и техники брака. Для этого все же, по разным соображениям, я должен дать больше, чем можно найти в руководствах по физиологии и гинекологии.

Как и в других областях науки, и здесь много спорных, ожидающих еще своего решения вопросов. Поэтому, во избежание неясностей, я буду придерживаться при освещении интересующих нас явлений современных данных науки и данных личного опыта. Нет сомнений, что с течением времени немало наших взглядов на детали вопроса будет видоизменено, но все же не думаю, чтобы это значительно могло обесценить практические выводы, к которым я пришел.

* * *

Женские половые органы представлены на фиг. 1. Они разделяются на внутренние и наружные. К последним принадлежат те, которые видны у женщины, когда раздвинуты ноги и большие половые губы.

Если разделить пальцами более или менее утолщенные, с верхней поверхности покрытые волосами Labia majora (большие половые губы) (№ 7), у нерожавших женщин обычно прилегающие друг к другу, то открывается Vulva (половая щель) и остальные части наружных половых органов. При этом в глаза прежде всего бросаются нередко весьма мало заметные Labia minora (малые половые губы) (№ 18). Размерами они в длину в среднем от 25 до 35 миллиметров, при 8—15 в вышину и от 3 до 5 мил. толщиною. В нижней задней своей части они более или менее явственно переходят в рубец, образующийся позади влагалищного отверстия (входа во влагалище). Рубец этот, Frenulum labiorum (уздечка губ) (№ 17), при частом половом общении, обычно исчезает. В своей верхней части Labia minora становятся все тоньше и уже и соединяются у основания клитора в Frenulum clitoridis (уздечку клитора) (№ 6).

* * *

Клитор (№ 5 фиг. I и № 27 фиг. II) представляет из себя орган, расположенный в самой верхней части половой щели, оканчивается бугорком (Glans clitoridis) и расположен по большей части свободно между верхними частями Labia majora (больших срамных губ). По своей структуре и внешнему виду он напоминает мужской половой орган в миниатюре, точно так же наклонен книзу и плотно обтянут кожицей (Praeputium clitoridis) (№ 4), или т. н. «крайней плотью». Прикрытый кожной складкой, он заметен глазу как небольшая выпуклость и легко осязаем благодаря лежащей под ним лобковой кости. «Крайняя плоть» эта, в некоторых случаях, у недоразвитых индивидуумов покрывающая и Glans clitoridis, легко сдвигается, открывая его. Ее можно с него сдвинуть, но не оттянуть.

Клитор — весьма чувствительный орган для возбуждения сладострастия. Соответственно этому, он исключительно богат нервами, густо устилающими своими многочисленными ответвлениями поверхность Glans’a и весьма легко раздражимыми. Наиболее чувствительна его нижняя сторона, в месте прикрепления клиторной связки (Frenulum clitoridis) (№ 6) и самая связка в этом месте. Достаточно незначительного прикосновения к этим органам, чтобы вызвать сильный позыв к удовлетворению полового желания, жгучее ощущение сладострастия.

Подобно мужскому половому органу, он состоит из ткани кровеносных сосудов, обладающих способностью при усиленном притоке крови набухать и отвердевать. Это явление называется эрекцией, возникающее под влиянием физического или психического сексуального раздражения, увеличивает клитор приблизительно в полтора раза по сравнению со спокойным его состоянием. При этом кожица с glans’a сдвигается, обнажая бугорок и приводя его таким путем более непосредственно в соприкосновение с раздражающим телом. Одновременно весь орган слегка приподнимается и выдвигается, чем еще более усиливается раздражение его, однако подниматься так, как penis при эрекции, клитору не свойственно. Вообще, мужской орган обладает относительно большею способностью набухания, зато клитор богаче нервными центрами, а потому легче раздражим, чем penis.

Не лишено значения, что клитор (как и остальные женские половые органы) достигает полного развития и своей нормальной величины лишь после продолжительного полового общения. Однако он и у девушки может достигнуть предела своего развития, если она сама раздражает его трением, иными словами, если она длительно занимается мастурбацией (самоудовлетворением, ипсацией).

* * *

Под крайней плотью клитора, по обеим сторонам frenulunm’a, находятся мешочки, Saccus praeputialis (№ 6), где между складками кожи и над головкой клитора собирается Smegma clitoridis — выделяемая находящимися там железами секреция, которая, не будучи удаляема, обычно жирно-мягкая, ссыхаясь, начинает крошиться. Это сальное выделение имеет весьма большое значение, на что, однако, мало обращают внимания. Оно содержит ряд соединений жировых кислот вроде валериановой, карпиновой и, в особенности, группы карпиловых (С_8Н1бО_2).

Значение содержания этих кислот станет ясно всякому, если пояснить, что соединения эти, с одной стороны, обусловливают приятный специфический запах (напр. напоминающий ананас), а с другой — могут порождать в высшей степени отталкивающий — вроде испорченного сыра или потных ног. Запахи эти легко разлагаются, и первоначально приятный может перейти в отвратительный и наоборот.

Этой жировой смазкой и обусловливается характерный специфический женский запах, по своим оттенкам и силе крайне индивидуальный, от явственного до почти неуловимого. И не приходится сомневаться, что он в известной мере выполняет важную функцию (разумеется, если он, по несчастию, не отталкивающ), влияя на половое чувство мужчины в благоприятном для женщины направлении, т. е. увеличивая половое желание мужчины.

Если смегма скопляется в частях клитора в значительном количестве, то нормальный ее запах становится чересчур резким, благодаря наступающему ее разложению, и в результате может получиться, что запах этот подействует на половое чувство мужчины весьма отрицательно.

Разложение скопления смегмы тем опаснее, если, вследствие нечистоплотности, в половых частях женщины происходит отложение остатков клеточной ткани, крови, спермы или грязи, причем в этой клоаке пышно развиваются вредные бактерии, делающие свое разрушительное дело. Вот почему идеальная чистота половых частей, в особенности, женских — предпосылка, главнейшее условие здорового состояния всего женского организма.

Отрицательное значение разлагающихся выделений не ограничивается лишь их отталкивающим запахом. Продукты вышеупомянутых химических изменений вызывают воспаление тканей, с которыми они соприкасаются, вызывая красноты, опухоли и водянистые выделения. В то время как последнее явление способствует распространению воспалительного процесса, припухание тканей вызывает чувство зуда и болей, со всеми остальными последствиями, вплоть до затруднения полового общения.

Регулярное и своевременное (лучше всего ежедневное) обмывание женских половых органов и удаление клиториальных выделений поэтому настоятельно необходимо. Против этого грешат не только вообще нечистоплотные женщины, но и те, к сожалению, которые обычно много уделяют внимания чистоте и туалету. Трудно даже представить себе, с чем в этом отношении приходится сталкиваться врачу-гинекологу! Впрочем, в оправдание таких женщин, внешне очень чистоплотных по отношению к прочим своим органам, следует сказать, что такого рода упущения вызываются просто недостаточною осведомленностью в вопросах гигиены, а также некоторым ложным целомудрием — опасением касаться собственных половых органов и, в особенности, клитора. Помимо того, в области клитора — масса мелких углублений, настолько скрытых, что полное удаление всех выделений, нередко довольно прочно прилипших, и для специалиста-врача представляет некоторую трудность. Тем не менее это безусловно необходимо, не только в силу упомянутых уже оснований, но и потому, что гнездящиеся в выделениях клитора бактерии могут серьезно угрожать заражением крови при различных операциях, родах и т. п.

Названные выше жировые выделения находятся не только на внутренней стороне покрывающей клитор плоти, но откладываются и на наружной ее стороне во впадинах по обе стороны между клитором и большими половыми губами. Выделения можно найти в глубине складок кожицы между малыми и большими губами. Там выделения не носят такого специфического характера, как вышеописанные, но во всех других отношениях имею, одинаковое с ними значение, и удаление их также безусловно необходимо. К счастью, они в этих местах легко удалимы и обнаружить их здесь можно лишь при заведомой и злостной нечистоплотности женщины. Но врачу встречаются сплошь да рядом такие явления, и он ничему уже не изумляется!

* * *

Продолжая рассмотрение влагалища, мы найдем, что та часть его, которая видна между раздвинутыми малыми губами и позади ограничена уздечкою губ (Frenulum labiorum) называется входом во влагалище (Vestibulum vaginae) (№ 11). Здесь собственно и начинается половая щель Introitus vaginae, частично, у девственниц, закрытая более или менее тонкой перепонкой, плевой (Hymen) (№ 15). Над входом во влагалище, по направлению к клитору, мы видим значительно меньшее отверстие — устье мочеиспускательного канала (Ostium urethrae) (№ 8), а также двухсторонние устьица малых и больших слизистых желез.

* * *

Побеседуем сначала о них; значение их недооценивается многими.

С обеих сторон устья мочеиспускательного канала, немного глубже его, заметны два величиною с булавочную головку отверстия, которыми оканчиваются здесь выводные каналы слизистых желез, называемых малыми влагалищными железами (G1adula vestibularis minor) (№ 9). Длина этих каналов обычно от одного до двух сантиметров.

Устья больших слизистых желез, Gladula vestibularis majores (№ 14), по имени первого описавшего их называемые бартолиниевыми (Gladulae Bartholini) — тоже едва заметны. Эти крохотные отверстьица мы найдем с обеих сторон половой щели в складке внешней поверхности девственной плевы и внутренней — малых половых губ. Если последние не доходят до этого места, то выводные отверстия помещаются на узеньком рубчике, отделяющем край плевы и основание больших губ. Когда плева разорвана, устья желез часто помещаются на ее лоскутках. Иногда устья эти вообще трудно обнаружить. Сами железы — длиною от одного до полутора сантиметров — расположены под кожей на глубине тоже от одного до полутора сантиметров.

Большие и малые железы выделяют совершенно прозрачную, жидкую, скользкую слизь, которая появляется обычно под влиянием, полового, равно как и душевного возбуждения. В нормальных условиях секреции этой вместе с выделяемой стволом мужского органа вполне достаточно, чтобы сделать влагалище увлажненным в целях выполнения акта coitus’a. Само собою понятно, что недостаточное выделение этих желез влечет за собою необходимость прибегать к искусственному увлажнению влагалища, чтобы избежать затруднительности при совершении акта. Реже наблюдаются случаи, когда слишком обильные выделения желез являются помехой ему, иначе, когда мужскому органу недостает известного необходимого трения для нормального раздражения. И такие случаи известны многим врачам-специалистам.

* * *

О мочеиспускательном отверстии (Ostium urethrae) можно сказать немного: обычно оно расположено на небольшом возвышении и по своим формам и расположению среди половых органов представляется широко индивидуальным. Гораздо большего нашего внимания заслуживает устье самого влагалища (Introitus vaginae).

Прежде всего на пути нашего ознакомления с физиологическим строением влагалища мы найдем ту его часть, которая частично закрывает его устье, девственную плеву, или Hymen, орган, не играющий почти никакой роли в течение брачных половых сношений, но весьма важный при первом coitus’e.

Hymen по форме и величине чрезвычайно различен у всех девушек. В нормальном же виде он представляет из себя складку тонкой кожицы, имеющей форму полумесяца и являющуюся продолжением нижней стенки влагалища. Перепонка эта закрывает большую нижнюю часть отверстия влагалища. Нередко она, впрочем, имеет кольцевидную форму, или с двумя отверстиями, или имеет изрешеченную поверхность.

Во время первого coitus’a, при нормальных условиях, перепонка эта разрывается или, по крайней мере, на правой и левой своей стороне надрывается и завертывается лоскутами вовнутрь, отчего обычно происходит легкое, а иногда и довольно обильное, кровотечение. Это почти всегда сопровождается более или менее ощутительною болью, что (помимо технической небрежности мужчины и излишней боязливости женщины) зависит от ширины, толщины и упругости самой перепонки. Последнее ее качество у всех почти девушек является отличительным, и весьма нередко сопротивление ее на разрыв довольно значительно. О толщине этого органа я должен заметить, что он, колеблясь в широких индивидуальных пределах, у основания своего (т. е., там, где он соединяется с задней стенкой влагалища) имеет около двух миллиметров, лишь немного утончаясь к краю и никогда не бывает толщины бумаги, как себе это представляет простонародье.

Сколько, между прочим, создалось вокруг этого женского органа народных поверий и суеверий!.. Сколько удивительно вздорного не только среди примитивных диких народов, но и среди наших образованных классов ходит по этому поводу!.. Это было бы смешно, если бы, в свою очередь, не было в то же время крайне опасно. Это может в результате вести к очень ложным выводам при решении вопросов, касающихся лишения невинности. Следует всегда иметь в виду, что существует, напр., особый вид девственной плевы (так назыв. Hymen fimbriatus), края которой естественно бахромчаты и могут быть отличны от надорванной при coitus’e лишь опытным гинекологом.

Наоборот, к ложным в этом направлении заключениям может подать повод либо слишком слабое развитие этого органа, либо такая его форма, хотя и близкая к нормальной, когда он вял и растянут до такой степени, что нисколько не мешает нормальному половому акту и не только ему, но даже и родам. Правда, такие случаи, когда плева при таких условиях остается целой, представляют редкие исключения.

Менее редкими бывают другие случаи, когда девственная перепонка имеет слишком малое отверстие или столь толста и мясиста, что не поддается надрыву, как и в случаях излишней своей упругости. Тогда она должна быть удалена, разумеется, оперативным путем.

Несмотря на надрывы, получаемые ею при первом coitus’e, ее все-таки легко узнать; окончательно она деформируется лишь после родов, когда ее следы лишь слабо заметны в виде плоских небольших бугорков или сосочков при входе во влагалище.

* * *

Вход во влагалище (преддверие, Introitus vaginae) имеет вид настоящего отверстия лишь в исключительном положении женского тела (коленно-локтевом); лишь в подобных условиях, под давлением внутренностей желудка книзу живота, влагалище расправляется и дает возможность заглянуть в его полость.

В обычном положении тела женщины вход во влагалище обнаруживается лишь тогда, когда какое-нибудь постороннее тело раздвигает плотно прилегающие друг к другу стенки его. Таковым телом может быть палец, или мужской половой орган, или, наконец, тело ребенка.

Таким образом, обычно вход во влагалище постоянно закрыт благодаря эластичности его краев и расположенных в них мускулов и прилеганию их друг к другу.

В общем, у девушек и женщин, непродолжительное время имевших половое общение, оба вышеупомянутых фактора вместе с девственной плевой или ее остатками вполне достаточны для совершенного замыкания входа в vagin’y, так что наружу выступает лишь самая маленькая часть ее передней стенки (см. рис. № 12). После продолжительных супружеских половых сношений, по большей части, стенка эта все более выдвигается наружу, особенно заметным делается это после первых родов. После повторных родов вход во влагалище начинает замыкать и нижняя задняя ее стенка, вследствие, с одной стороны, потери вагинальным мускульным кольцом известной эластичности и наклонности этих стенок вступать вглубь — с другой.

Причины этих видоизменений в том, что во время родов в тканях оболочки vagin’ы происходят бесчисленные незаметные, а иногда и большие ссадины и трещины, обычно становящиеся заметными глазу лишь спустя несколько дней после родов. Направление этих разрывов — к вагинальному кольцу.

* * *

Что такой разрыв может достигать промежности (Perineum) (№ 18), хорошо известно всякой роженице. Но мало — или даже вовсе — не обращают они внимания на то, что разрыв промежности непременно сопровождается прорывом влагалища, которое от этого тоже страдает. От них совершенно ускользает, какое важное значение для будущего имеет подобный разрыв, они со своими мужьями знают, однако, что обнаружение его вызывает необходимость временного прекращения половых сношений и, следовательно, мучительное ограничение. Они умоляют врача возможно скорее избавить их от этого: «ведь вы говорите сами, что там лишь незначительный надрыв, который заживет сам, без сшивания». И врач нередко уступает подобным просьбам; в боковом положении женщины без особого тщания накладывает на скорую руку шов на промежность, так как это меньше беспокоит пациентку и ее родственников, а с другой стороны — удобнее для самого врача.

И, должен признаться, что и я, идя по стопам своих учителей и подражая тем приемам, которые наблюдал в большинстве крупных европейских клиник, долго относился к подобного рода операциям полубессознательно.[10]

Впоследствии я лично убедился, что благодаря поверхностно производимой операции в этой области трудно достигнуть вполне благоприятных результатов: особенно в задней части промежности остаются после такой операции небольшие углубления, вход во влагалище несколько отодвигается кзади и становится менее эластичным, потому что лежащие под ним части недостаточно залечиваются и разорванные во время родов, как следует не сросшиеся мускулы не могут столь энергично работать, как прежде.

Схема внутренних половых органов женщины в продольном разрезе

(от живота к спине).

1. Внешний кожный покров спины. 2. Внешние покровы живота. 3. Передняя стенка брюшной полости. 4. Брюшина. (Peritoneum). 5. Полость брюшины. (Cavum peritonei). 6. Канал позвоночного столба. 7. Позвоночный столб. 8. Мыс. (Promontorium). 9. Связка яичника. (Ligamenta suspensoria ovarii). 10. Яичник. (Ocarium). 11. Яйцепровод. (Tuba uterina Fallopii). 12. Крестцовая кость. (Os sacrum). 13. Подкрестцовая полость. 14. Тело матки. (Corpus uteri). 15. Дугласова полость. (Выемка брюшной полости) (Cavum Douglasii, Excavatio rectouterina). 16. Шейка матки. (Cervix uteri). 17. Задний свод влагалища. (Laquear posterius, Fornix vaginae). 18. Влагалищная втулка матки. (Portio vaginalis uteri). (14, 16 и 17 все вместе — матка). 19. Внешнее устье (губы) матки. (Ostium uteri externum). 20. Задняя стенка мочевого пузыря. 21. Мочевой пузырь. (Vesica urinaria). 22. Связка лобка. (Symphysis ossium pubis). 23. Шейка мочевого пузыря с замыкающимся мускулом. 24. Оконечность седалищной кости позвоночника. (Os coccygs). 25. Прямая кишка. (Rectum). 26. Влагалище. (Vagina). 27. Клитор и его свободнолежащая головка. (Clitoris и Glans clitoridis). 28. Внутренняя сторона правой ягодицы. (Nates). 29. Заднепроходное отверстие. (Anus). 30. Устье мочевого канала. (Ostium urethrae). Мочевой канал — (Urethra). 31. Вход во влагалище. (Introitus vaginae). 32. Девственная плева. (Hymen). 33. Внутр, сторона правой малой половой губы. (Labium minus dextrum). 34. Внутр, сторона правой большой половой губы. (Labium maius dextrum). 35. Внутренняя поверхность правого бедра.

В особенности же пришлось мне убедиться, какое громадное значение для нормальной половой жизни, а следовательно, и для счастья в браке, имеют подобные последствия небрежных операций: coitus для обеих сторон теряет свою привлекательность. Поэтому впоследствии я стал производить сшивание промежности и влагалища самым аккуратным образом, стараясь прилаживать мускулы друг к другу в таком положении, в каком они должны быть в нормальном состоянии, словом, накладывать швы с теми же предосторожностями, какие употребляют обычно при операциях лица или шеи. Иначе говоря, процесс сшивания влагалища и промежности должен производиться, как настоящая операция: хорошим набором инструментов, с помощью опытного ассистента, при ярком освещении и под достаточным местным наркозом.

Этого следует требовать не только от врачей, но и от пациенток и их мужей: последние вместо того, чтобы доставлять лишние хлопоты врачу жалобами на свои «затруднения» да «огорчения», должны сами настаивать на самой тщательной и аккуратной операции.

Прежде чем перейти к описанию внутренних половых органов — несколько слов о двух парных органах, расположенных на глубине приблизительно от одного до полутора сантиметров по обеим сторонам влагалища и его устья, о луковицах преддверия (Bulbi vегtibuli). Они представляют из себя два тонкостенных грибообразных, губчатых кровеносных сосуда, реагирующих на половое раздражение, физическое или психическое, подобно клитору. Своими сильно утончающимися концами они обращены в угол, где помещается клитор. Задняя их часть (в ненабухшем состоянии) диаметром от половины до одного сантиметра в вышину и от одного до полутора см в ширину, длиною же они от 3 до 5 сантиметров. Задний их конец в виде шляпки гриба прикрывает сверху и охватывает сбоку бартолиниевы железы, прилегая к задней стенке влагалища. Оба органа охватывают его преддверие и вход в него наподобие подковы, открытым концом обращенным назад.

С набуханием этих пещеристых тел большие губы становятся упруже и эластичнее, и их внутренняя поверхность начинает вытягиваться наружу. Вследствие этого, губы сами немного раздвигаются и приоткрывают вход во влагалище. От сильного прилива крови увеличивается позыв к coitus’y. В свою очередь подковообразный орган, от набухания суживаясь, вроде подушек, усиливает не столько видимое, сколько явственно ощутимое мужским половым органом трение о влагалище, повышая этим чувство полового раздражения обоих участвующих в акте лиц.

ГЛАВА V

ПОЛОВАЯ ФИЗИОЛОГИЯ ВЗРОСЛОЙ ЖЕНЩИНЫ

Часть II

Внутренние половые органы

Фигура II таблиц представляет схематический разрез женского тела через грудь и спину. Пояснения рисунка в достаточной мере показаны на этой фигуре.

Прямая кишка (Rectum), (№ 25 рис. II) есть нижнее продолжение толстой, идущая сверху налево и, перейдя линию сечения тела, немного выгибается вперед, образуя некоторую искривленность, вроде мешка (Ampula recti). С поверхностью тела Rectum сообщается много меньшей короткой кишкой, заканчивающейся сильным, закрывающим заднепроходное отверстие мускулом. Прямая кишка отличается своею длиною и растяжимостью стенок, благодаря чему в ней могут скапливаться значительные количества кала, собирающегося преимущественно в вышеупомянутом углублении или мешке. Если твердые каловые массы не могут быть удалены, то переполненный мешок этот начинает надавливать на заднюю стенку влагалища, причиняя этим давлением болезненное ощущение.

Соседство прямой кишки и заднепроходного отверстия для половых органов имеет еще значение в том смысле, что им постоянно угрожает загрязнение от находящихся в ней продуктов разложения и инфекционных начал экскрементов.

* * *

Мочевой пузырь (Vesica urinaria) (№ 21 рис. II), как и Rectum, на рисунке показан в полунаполненном содержимым состоянии. Опорожняется он простым стягиванием стенок, почти лишенных мускулатуры, уменьшаясь в то же время в объеме. Задняя и верхняя его части тогда налегают на нижнюю и переднюю. По мере же его наполнения, он приобретает все больше и больше форму шара и начинает своею верхушкою надавливать выше лобковой кости па переднюю стенку живота, которая в свою очередь начинает оказывать давление на расположенные позади нее половые органы.

Если такое переполнение и происходящее отсюда ненормальное давление бывает часто, это может повести к перемещению или смещению органов и вызвать болезненные явления. Крайне вредное чрезмерное переполнение пузыря мочею (еще вреднее — менее обильное, но частое переполнение) может повлечь за собою растяжение его стенок, причем пузырь теряет способность так их стягивать, чтобы удалять из него всю мочу без остатка. Отсюда происходит весьма опасное явление: после каждого мочеиспускания, не только затрудненного и замедленного, но и дающего впечатление неоконченного, в пузыре остается известное количество мочи, представляющее из себя великолепнейший рассадник болезнетворных бактерий, каким только без труда удается туда попасть. В результате — моча начинает разлагаться, и дело кончается острым или хроническим воспалением мочевого пузыря со всеми серьезными, связанными с этой болезнью страданиями.

Из этого видно, какое важное значение для организма имеет своевременное и правильное выделение мочи; это вовсе не такое пустяковое отправление, как об этом в большинстве случаев думают. Поэтому я считаю нужным прибавить, что неполное и в высшей степени вредное поверхностное опорожнение мочевого пузыря весьма часто происходит от скверной привычки женщин и девушек делать это всегда наскоро и торопливо, не доводя мочеиспускание до конца. Сначала они ждут, Бог знает, сколько времени, а решившись, наконец, делают это быстро, быстро, тем удваивая опасность накопления мочи в пузыре.

Хуже всего тогда, когда мочеиспускание должно происходить в лежачем положений, так как многие женщины этого положительно не умеют, и функция эта нормальным путем просто невыполнима. Если же она и происходит, в пузыре остается значительное количество мочи. При родах или после операций, разумеется, приходится прибегать к искусственному выводу мочи, но и в этих случаях не гарантируется ее полное удаление.

Не могу попутно упустить случай посоветовать женщинам и девушкам опорожнять мочевой пузырь своевременно, при первом же позыве к мочеиспусканию, уметь находить удобный для этого момент к полному выделению мочи из пузыря и в здоровом состоянии поучиться производить это отправление лежа.

* * *

Следует заметить, что мочевой пузырь не имеет непосредственного выхода наружу, а выводит жидкость через слегка изогнутый, длиною от четырех до пяти сантиметров, канал (Urethra). Замыкается этот канал на дне мочевого пузыря, то есть, моча начинает течь по этому выводному протоку лишь тогда, когда у его устья в пузыре отомкнет проход жидкости известный мускул. Выходное наружное устье мочеиспускательного канала лежит, как мы видим на рисунке, над входом во влагалище и никаких особенностей не представляет.

И здесь близкое соседство половой щели с отверстием для вывода мочи может, как напр., при длительной инфекционной болезни, взаимно отражаться на обоих органах, оно может повести к заражению друг друга, почему, вообще, еще раз можно только рекомендовать усиленную, до высшей степени доведенную опрятность этих важнейших в жизни каждой женщины органов.

* * *

Влагалище (Vagina) (№ 26 рис. II) является органом физиологического сближения полов и в то же время выводным протоком содержимого матки, в особенности при месячных очищениях, родах, и послеродовом периоде.

Vagina представляет из себя довольно широкий канал, длиною приблизительно от семи с половиной до 10 сантиметров, лежащий на продольной оси малого таза и, в силу этого, имеющий легкий наклон кпереди… В неповрежденном еще органе, в самой нижней части этого прохода замечается легкий изгиб в противоположном направлении, происходящий от сужения в этом месте канала как раз над входным отверстием. Тут Vagina как бы стянута в одну сторону мускульными тканями и эластичными связками, ее охватывающими и образующими один сравнительно слабый замыкающий мускул, оттягивающий назад переднюю стенку канала. Другой мускул, много сильнее этого, охватывает заднюю стенку влагалища, оттягивает ее несколько вперед и кверху. Так как мускулы эти при половом акте, да и в обычном состоянии, играют немаловажную роль, я указал их расположение на особом схематическом чертеже (фиг. III), представляющем из себя точную копию рисунка на фиг. II. Для правильного уяснения расположения этих мускулов следует заметить, что первая группа мускулов, т. н. Sphincter vaginae. (А на рис. III), или обычно Constictor cunni, при анатомическом препарировании представляет из себя весьма трудно отделимую часть внешней тазовой клетки. Другой же, глубже лежащий мускул образуется из узлов более однородных и сильных мускульных образований, словно петлей охватывает влагалище и одновременно и прямую кишку. Отсюда его название: Musculus levator ani (заднепроходный подъемный мускул).

Сокращение его передней части (т. е. той, которая охватывает влагалище) можно ясно ощущать при гинекологическом исследовании, когда, введя два пальца в вагину, врач предлагает пациентке «подтянуть матку». Тогда то место, где этот мускул сзади и с боков, охватывая влагалищный канал, притягивает его к лобку, прощупывается очень легко. Врач, при исследовании вагины и прямой кишки обращающий главное свое внимание на работоспособность мускулов таза, встречает здесь удивительное разнообразие индивидуальных способностей у различных женщин.

Большинство женщин и девушек в состоянии — и то обычно лишь весьма слабо — приводить в действие всю тазовую мускулатуру. (В этих случаях энергичнее всего действуют все-таки те, которые закрывают вход в заднепроходное отверстие и прямую кишку). Но встречаются, наоборот, женщины, способные заставлять сокращаться не только всю группу тазовых и вагинальных мускулов, но и управлять каждой в отдельности.

Способность произвольно владеть функциями вагинальных мускулов до такой степени характерна для них и так выявляет самостоятельность их деятельности, что я с полным правом могу назвать эту группу — мускулами, приподнимающими влагалище (Musculus levator vaginae). (С. на рис. III).

Наряду со способностью произвольно приводить в действие Levator vaginae можно наблюдать и другую способность распоряжаться сокращением мускулов половой щели (Constrictor cunni). Способность эта встречается значительно реже и является результатом действия обоих вышеупомянутых мускулов, без участия тазовых. Есть очень мало женщин — и то почти исключительно такие, которые сознательно развивают в себе эту способность — по желанию могущих управлять каждым мускулом в отдельности или обоими одновременно. А между тем подобного рода способность имеет важное значение при технике акта coitus’a.

Произвольное управление мускулами таза по меньшей мере столь же необходимо, как и вообще всей остальной мускулатурой тела. Ибо лишь благодаря гимнастике этих мускулов возможно полное восстановление до нормального округлости мясистых частей ягодиц, которые от родов становятся вялыми и плоскими. Между тем на это женщина обращает чрезвычайно мало внимания, не сознавая обычно, что отсутствие упражнения тазовых мускулов ведет и, помимо вышеупомянутого, к вреду для всего организма. Те мои пациентки, которых я во время беременности и после родового периода дважды в день заставлял проделывать подобного рода гимнастику, были мне лишь благодарны и замечательно хорошо себя чувствовали. Чтобы научиться произвольно владеть сокращениями этих мускулов, что в лучшем случае предписывается роженицам, одного упражнения мало; женщина должна кроме того приобрести способность управлять каждым мускулом в отдельности. Указания в этом направлении она может получить лишь после основательного гинекологического исследования, и врачи должны бы пользоваться представляющимися им при освидетельствовании случаями и быть полезными своим пациенткам и в этой области.[11]

* * *

Наоборот, в дальнейшем нашем изложении, кроме именуемых в науке «продольных» мускулов, состоящих из более или менее параллельных волокон и подчиняющихся волевым импульсам, мы в женских половых органах встретим такие так называемые «гладкие» мускулы, которые в своих отправлениях воле не повинуются. Подобные мускульные ткани сокращаются лишь под действием различных раздражений и реагируют на механическое или химическое, прямое или непосредственное раздражение через нервную систему. Они могут быть подчинены, конечно, и психическим воздействием, но лишь попутно, окружным путем, так как высшие психические центры и волевые импульсы правильно на них действовать не могут. И как раз в деятельности женских половых органов эти гладкие мускулы играют важнейшую роль. Все стенки полового канала устланы целой их сетью.

* * *

Мы отвлеклись от описания влагалища в область ее мускулатуры с целью дать возможно полное представление о ее значении в половой жизни женщины.

Влагалище (Vagina) представляет из себя внутри розовый, довольно упругий, мускулистый, покрытый слизистой оболочкой проход со стенками не толще четырех миллиметров. Хотя стенки его и тонки, но, к счастью, очень эластичны и отвечают этим своим свойством тем важным физиологическим требованиям, которые к этому органу предъявляются природой. Не следует, однако, упускать из виду, что растяжимость эта сильно понижается при родах и проход после них остается расширенным.

На высоте двух третей этого канала, на передней и задней его стенках мы замечаем два утолщения, вроде подушечек, состоящих из ряда поперечных складок. Сидящее на передней стенке утолщение это несколько даже высовывается из отверстия (фиг. I № 12), так что получается впечатление, будто влагалище несколько загибается в этом месте назад. Чрезмерное набухание этой подушки, как это бывает во время беременности, может повести к выпадению передней стенки vagin’ы. Эти подушки с поперечными складками, остатки девственной плевы, оба мускула, о которых мы говорили раньше, припухание Bulbi vestibuli — все это усиливает трение мужского полового органа о влагалище и вызывает выделение из него семени, одновременно усиливая у женщины оргазм, т. е. чувство сладострастного удовольствия и следующего за ним удовлетворения.

* * *

Влагалище вовсе не представляет из себя пустоты, как это показано на фиг. II, ради наглядности. Оно открывается лишь в тех случаях, если в него вводится какой-либо предмет или воздух, как я это пояснял раньше при описании, входа во влагалище. В обычных условиях передняя его стенка лежит на задней.

В верхнюю часть влагалища втыкается нижняя часть матки, имеющая вид пробки и образующая здесь влагалищную часть матки (Роrtiо vaginа1is) (uteri) (№ 18, рис. II). Верхняя часть влагалища обхватывает матку кольцом, образуя Fornix vaginae (№ 17). Но так как ось матки по отношению к влагалищному каналу лежит под косым углом, то передняя часть (Fornix vaginae anterior, Laquear anterius) этого кольцевого соединения тоньше длинной задней его части (Fornix posterior, Laquear posterius (на фиг. II № 17). У лежащей на спине женщины эта задняя часть кольцевого обхвата является самим глубоким местом vagin’ы, в котором и скопляются мужские семенные нити. Отсюда и название его — Receptaculum seminis — семенеприемника.

* * *

Как видно на фиг. II, это углубление влагалища сзади граничит с лежащей в брюшной полости (№ 5), имеющей форму кармана каверной в желудке, названной по имени первого, ее описавшего, (Cavum Douglassi) — пустотой Дугласа — (№ 15) и более или менее глубоко простирающейся между передней стенкой прямой кишки и задней частью влагалищного кольца. Следует иметь в виду, что оба эти углубления отделены друг от друга лишь очень тонкой клеточною тканью, так как брюшина — (Peritoneum) (№ 4) вообще представляет из себя тонкую, весьма восприимчивую к заражению кожицу и стенки влагалища в этом месте тоньше, чем где-либо, почему крайне опасным, в смысле заражения брюшины бесчисленными бактериями, постоянно находящимися во влагалище, является разрыв или прободение этого места мужским половым органом, если он по длине своей значительно превосходит длину влагалища.

* * *

Хотя влагалище собственных желез не имеет, оно тем не менее выделяет некоторую жидкость, содержащую в известном количестве молочную кислоту. Содержание ее колеблется в определенных пределах и зависит от повторяющегося в определенные промежутки процесса созревания яичка и менструаций. Приблизительно посреди двух менструаций, в период выхода яйца из яичника, содержание молочной кислоты в этом выделении — наименьшее, приблизительно около 0,05 процента, что имеет существенное значение для жизнеспособности семенных нитей спермы, сравнительно скоро погибающих в более сильном растворе молочной кислоты.

Но ее присутствие в вагинальных выделениях имеет еще другое значение: она создает в этом органе весьма благоприятные условия для развития некоторых безвредных и даже полезных микроорганизмов, с другой стороны препятствуя размножению угнездившихся там вредных зародышей. Этот род самообороны организма, по учению Цвейфеля весьма важен, в особенности, для предупреждения послеродовых инфекционных заболеваний.

С влагалищною жидкостью смешиваются отжившие частицы эпителия (кожных покровов) и некоторые лейкоциты (белые кровяные шарики), так что при полном здоровом состоянии половых женских органов во влагалище собирается слабая молокообразная жидкость. Всякие иные отделения, либо слишком обильные, либо слишком слизистые или, в некоторых случаях, гнойные должны считаться ненормальными. Несомненно болезненными можно считать обильные и желтые выделения.

* * *

Помимо способности выделения жидкости, стенки вагины могут всасывать и передавать в соки тела химические вещества, приходящие с этими стенками в соприкосновение, циркулирующие в крови и затем спустя некоторое время удаляемые из организма легкими, слюнными железами, почками и т. д.

Этой всасывательной способности влагалища редко придают должное значение, и я должен указать, что некоторые сильные яды, вроде сулемы, в растворах обычно употребляемые для полоскания влагалища, весьма легко всасываются его стенками и могут быть причиною даже смерти.

* * *

Во время беременности это свойство влагалищных стенок увеличивается вследствие переполнения кровью их сосудов и их большей влажности. Поэтому в это время стенки становятся много мягче, легче разрываются и кровоточат при малейшем ушибе. Цвет их из розового делается сине-багровым. Подобные же изменения наблюдаются и во внешних половых органах: вследствие набухания тканей, большие половые губы обыкновенно несколько раздвигаются, делая половое отверстие более открытым.

* * *

Попутно, в нескольких словах коснемся общих изменений, постигающих влагалище и внешние половые органы в старости. В особенности сказываются эти изменения от большого числа родов у женщин, не прекращающих половые сношения. В этих органах тогда замечаются явственные следы изнашивания. Подушки влагалища становятся более плоскими, а весь канал — более втянутым и вялым. Для избежания этого весьма полезна гимнастика тазовых мускулов и самое тщательное сшивание порванных мускулов и трещин оболочки влагалища, о которых мы говорили раньше.

Типичны для женщин подобного возраста — уменьшение эластичности, сморщивание и выпрямление вагинального канала и утончение его стенок. Сам он становится значительно более узким. Половая щель и вход во влагалище соответственно перерождаются, пещеристые тела уменьшаются в объеме, выделяющие слизь железы сморщиваются. От атрофии жировых тканей появляется вялость половых губ, и весь половой орган приобретает сморщенный, дряблый вид.

* * *

Матка (Uterus) (№№ 14, 16, 17 фиг. II и А. и В фиг. IV) выполняет гораздо более серьезную в организме работу, чем высшие половые органы и влагалище. Но этому органу мы не уделим такого же внимания, как этим последним, так как его главное назначение в том, чтобы, приняв в свое лоно оплодотворенное яйцо из яйцепровода и прикрепив его к своей слизистой оболочке, сберегать и питать его и, наконец, вывести продукт беременности на Божий свет. Этот орган предназначен природою для выращивания плода и рождения его; описание его деятельности не входит в рамки настоящего труда.

Вот вкратце описание его внешнего вида. Это плоский грушевидный мешок из гладкой мускульной ткани, многочисленные эластичные волокна которой реагируют лишь на внешние раздражения. С внутренней стороны эта мышца выстлана слизистой оболочкой, а с внешней прикрыта брюшиной. Верхняя ее широкая часть называется телом матки (Corpus uteri) (фиг. II № 14), нижняя же, суживающаяся часть — Cervix uteri — (№ 16) шейкой матки.

* * *

Нижняя треть шейки плотно прилегает к верхней части влагалища. Эту область не мешает рассмотреть внимательнее, потому что она при половом акте играет немаловажную роль. На фигуре IV, слева мы в натуральную величину изобразили ее у женщины, еще детей не имевшей, а справа — у много рожавшей. Разница между ними сейчас же бросается в глаза. У нерожавшей — она более стройна, а ее устье (Ostium uteri) более округло, тогда как от частой беременности и родов она становится больше, массивнее, и устье ее делается похожим на более или менее зияющее поперечное отверстие, от которого по обе стороны видны обыкновенно зарубцевавшиеся трещины. И лишь у таких женщин устье принимает вид настоящих губ. Так устье всегда и называют: верхней и нижней маточными губами. Самое устье по большей части заткнуто слизистой стекловидной пробкой из клейкого, со щелочной реакцией, вещества, выделяемого железами слизистой оболочки шейки. На медицинском жаргоне пробка эта носит наименование «Кристслер», по имени первого ее описавшего ученого-гинеколога. С одной стороны, назначение ее — прикрывать проход в полость матки, а с другой — облегчать проникновение в нее семенных нитей после полового акта. Каким путем это происходит — мы объясним дальше. Пробка эта до такой степени крепко пристает к краям маточных губ и так плотно, в большинстве случаев к ним прикреплена, что ее очень трудно, иногда даже невозможно, удалить отмыванием. Как мы уже упоминали, в нормальной, здоровой матке — она прозрачно стекловидна, или немного мутновата. Ее желтый цвет свидетельствует о ненормальной деятельности матки, а свешивающаяся из губ последней капля гноя говорит, несомненно, о болезненных изменениях в этом органе.

Чтобы подробнее ознакомиться с окружающими этот важный женский половой орган частями, взглянем опять на фигуру II.

* * *

Прежде всего я должен заметить, что положение матки на этом чертеже не совсем соответствует обычным ее условиям. На рисунке матка показана лежащей выше, чем в действительности, ее верхняя часть как бы выдается из входа в таз, между тем она обычно вся помещается в области малого таза. Эта неточность рисунка — да и не одна эта — зависит не от одной схематичности его. Дело в том, что на прилагаемом чертеже матка и влагалище показаны в том положении, в каком они обычно бывают при введении в последнее мужского органа. Тогда полость влагалища значительно растянута и удлинена, а матка приподнята.

Обычно же, при опорожненном мочевом пузыре и пустом влагалище тело матки, corpus uteri, много больше наклонено книзу и налегает на пузырь, угол между телом матки и ее шейкой острее и перегиб матки вперед (антефлексия) гораздо больше. Поэтому, лишь только стенка вагины перестает оттягивать шейку матки книзу и приподымать ее, иначе говоря, как только из влагалища будет удалено растягивающее его тело penis’a, шейка снова занимает свое обычное, наклонное назад положение, и семенеприемник, вместе со своим содержимым, приближается к маточным губам. При этом вагина складывается сама и ее передняя стенка ложится на заднюю.

В этом и вся разница между положением матки и влагалища в период полового акта — и в состоянии спокойном. Я на своем рисунке изобразил первое положение этих органов не только потому, что оно, само собою разумеется, интересно для «физиологии брака», но и потому, главным образом, что так нагляднее всего можно пояснить общее положение этих органов в теле женщины, яснее представить себе их взаимное соотношение.

Теперь становится понятным, какою значительною подвижностью должна обладать не только матка, но и все вообще внутренние половые органы. Под влиянием самых разнообразных причин матка способна принимать самые странные положения и перемещаться даже от собственного веса. С приподниманием ее кверху мы только что ознакомились. Иногда она отклоняется книзу — обычным живым весом мужского организма, или вперед — от сильного переполнения прямой кишки, или назад — главным образом, раздутым мочею пузырем. Она не только подвижна вся, но относительные положения ее тела к шейке изменяются, вращаясь в различных плоскостях. Если мы к этому добавим, что, кроме этих нормальных причин перемещения, есть еще бесчисленное множество других, вызываемых болезненными изменениями организма, то поймем, в каком неустойчивом равновесии находятся вообще внутренние женские половые органы.

Сейчас мы покажем, каким образом им, все-таки, свойственно приходить в нормальное положение.

* * *

Достигается это следующими эластичными, гладкими, т. н. «непроизвольно сокращающимися мускулами, играющими роль связующих и предохранительных приспособлений», а именно:

1) двумя круглыми маточными связками (Ligamenta

rotunda), с обеих сторон прикрепленных к верхним боковым стенкам матки, покрытыми брюшиной и тянущимися через выводной проток к основанию больших половых губ и лобку, и

2) сильно волокнистыми мускулами (Ligamenta sacrouterina), называемыми также маточными тяжами (Musculi retractores uteri), начинающимися на задней стороне матки, между самим ее телом и шейкой, под брюшиной окружающими Дугласову пустоту и прямую кишку и прикрепленными к задним Степкам тазовой кости.

При половом акте эти мускулы имеют большое значение. Па чертеже мы видим их на фиг. III. Назначение их оттягивать uterus кверху и назад, как для того, чтобы облегчать ей нормальный перегиб вниз (антефлексию), так и для того, чтобы приподымать этот орган, когда он, под давлением желудочного пресса слишком глубоко погружается в область таза.

Третья пара связок идет от обоих боков матки, сверху вниз, направляясь к внутренним боковым поверхностям костей малого таза. Эти связки, именуемые широкими (Ligamenta lata), главным образом состоят из утолщений брюшины, в которой скрыты идущие с обеих сторон к матке сосуды и нервы.

Всех этих связок все же недостаточно, чтобы поддерживать орган в нормальном положении. У основания широких связок, рядом с маточной шейкой находится еще способствующий этому особый эластичный, упругий предохранительный мускул, сопротивляющийся давлению снизу, сверху и с боков.

На основании точных опытов Эд. Мартина, этот задерживающий, пружинящий аппарат может предохранять помещающиеся в тазовой области органы, в особенности матку и влагалище, от всякого рода повышения давления в брюшной полости, напр., при подъеме тяжестей, кашле и пр., избавляя эти органы от опасных и продолжительных смещений. Пока этот аппарат в исправности, органы, временно перемещаясь, затем безболезненно занимают свои обычные места.

Эластичности его, однако, может повредить чрезмерная нагрузка. Поэтому весьма важно не допускать ее и, чтобы держать органы газовой полости в нормальном положении, необходимо иметь неповрежденный предохранительный аппарат и укреплять соответственными упражнениями мускульную систему таза.

Ширина внутренней полости матки (Cavus uteri) не велика: длина ее — у неродивших около 7, а у имевших детей — около 8 сантиметров. В поперечном разрезе область тела матки представляется треугольным углублением, доходящим до ее дна. Вершина этого треугольника обращена книзу и лежит на одной высоте со сгибом тела матки и ее шейки, образуя там между ними весьма узкий проход (самое большее в три миллиметра). Как широкое устье матки носит название внешних маточных губ (Ostium uteri externum), так этот узкий проход — внутренним маточным устьем (Ostium uteri internum). В углах этой треугольной выемки находятся очень небольшие отверстия, коими через фаллопиевы трубы, или яйцепроводы, матка соединяется с яичником.

Внутренняя полость ее выстлана очень богатой железами слизистой оболочкой, выполняющей весьма важное свое назначение при сохранении и питании оплодотворенного яйца. Для правильного исполнения возложенной на нее природою задачи, оболочка эта должна претерпевать и соответствующие изменения в своей структуре, заметные уже по истечении каждого месяца даже помимо беременности. Эти изменения в строении слизистой оболочки бывают тогда, когда матка готовится к восприятию оплодотворенного яйца, в случае же, если оно почему-либо не оплодотворено, разросшаяся и набухшая слизистая оболочка извергается вместе с кровью и ее выделениями в виде месячных кровотечений. Затем оболочка эта через короткое время принимает свой нормальный вид.

Несколько дней после менструации остается в матке лишь нижняя клеточная ткань. И в таком виде слизистая оболочка держится до тех пор, пока снова не начнет разрастаться и набухать в ожидании появления нового яйца. Если яйцо оказывается снова неоплодотворенным и ожидания матки — напрасными, слизистая оболочка начинает снова отделяться и выходить через влагалище вместе с менструальной кровью. Такой процесс наблюдается беспрерывно вплоть до того момента, когда появляется, наконец, беременность. В течение всего периода половой зрелости у женщины видим мы эти четырехнедельные промежутки между менструациями.

В ближайшей главе, где пойдет речь о месячных очищениях и зависимости их от прочих периодических колебаний в жизненных процессах женского организма, мы поговорим об этом подробнее.

* * *

Мускульные стенки матки имеют толщину от одного до полутора сантиметра; толще всего они в самом ее теле, которое представляет из себя большой мускул. О мощности его можно судить по той громадной работе, которую ему приходится выполнять при родах.

Насколько он к ней подготовлен, можно судить по следующим цифрам: весь мускульный аппарат, в нормальном состоянии весящий у неимевших детей до 50, а у имевших их — до 70 грам., тотчас после родов весит уже от 900 до 1200 граммов. Настолько увеличиваются мускульные элементы матки, благодаря беременности разрастаются ее ткани.

Но и помимо беременности она может производить усиленную работу, что наблюдается, наприм., при ее мощных сокращениях для удаления какого-нибудь содержимого, вроде кровяных сгустков и т. п.

Мускульные органы в ней расположены в различных направлениях, но главное приложение их сил все-таки преимущественно направлено от головы к выводному устью.

Свою деятельность мускулатура эта проявляет тогда, когда в полости матки находится что-нибудь постороннее, кроме, разумеется жизнеспособного яйца, напр., какое-нибудь плотное тело или столько жидкости, что ее стенки начинают испытывать известное давление. Ибо Матка стремится освободиться от всякого содержимого, не имеющего связи с непосредственными продуктами беременности. Кроме этого мускулатура ее может сокращаться под влиянием кровообращения и раздражения соответствующих нервов.

Особенно характерным для маточных сокращений является то, что, начинаясь со сравнительно слабых, они делаются все более интенсивными, после же того, как они некоторое время остаются в повышенно напряженном состоянии, наступает их ослабление. После известной паузы вновь начинается сокращение. Свойство это яснее всего наблюдается при родовых схватках, впрочем, таков же характер сокращений матки и при нормальных условиях, вне беременности.

К особенностям этих мускульных сокращений матки следует отнести сопровождающую их типичную, исключительно им свойственную боль. «Спазматический характер» этой боли более или менее знаком всем женщинам, как во время родовых схваток, так и помимо беременности.

Лишь самые незначительные спазмы, в особенности такие, которые не имеют целью удалить что-либо из полости матки проходят безболезненно и иногда даже незаметно, как напр., в пылу полового акта.

* * *

С внешней стороны матка покрыта брюшиной (Peritoneum); не покрывает она лишь узкие полосы прикрепления широких связок и низ этого органа.

С лежащей под ней мускулатурой матки брюшина связана самым тесным образом, лишь там, где uterus прикрывает собою мочевой пузырь, т. е. на передней его части, ткань брюшины значительно слабее, там она легко сдвигается с лежащих под нею частей.

В этом месте брюшина образует так называемую маточнопузырную складку. Далее кпереди она обтягивает верхнюю часть пузыря и над лобком спускается к передней стенке живота. Задняя половина брюшины, окутывая всю Дугласову полость, покрывает переднюю часть позвоночника и боковые части внутренних стенок желудка.

Короче говоря, брюшина, представляющая из себя тонкую глянцевитую кожицу, охватывает всю брюшную полость и обтягивает собою все ее внутренности. И все внутренние половые органы, за исключением влагалища, сдерживаемые поперек таза проходящими утолщениями этой кожицы, лежат внутри брюшины.

На чертеже фиг. II я попытался, сколь возможно яснее и понятнее, изобразить эти вообще плохо уяснимые подробности. Следует при этом помнить, что область эта переполнена кишками, во многих местах соприкасающимися с половыми органами.

Взаимоотношение и взаимодействие этих последних на брюшину очень значительны, потому что, имея постоянную живую связь с внешним миром, они очень легко становятся проводниками инфекционных заразных начал, вызывающих воспалительные процессы.

* * *

Яйцепроводы (Tuben), (фиг. II № 11) с обеих сторон примыкают к двум верхним углам треугольного углубления матки. Это две тонкие спиральные трубки, уходящие к боковым стенкам таза, длиною от 10 до 15 сантиметров, у своего основания, у матки, они очень узки. Хотя далее они несколько расширяются, все-таки остаются еще очень тонкими, нежными и гибкими.

Помещаются они в верхнем рубце широких связок. Воронкообразная же, расширяющаяся часть яйцепроводов, лежит вне этих связок. Со своей темно-алой бахромою и нежными продольными складками слизистой оболочки они похожи на цветок махровой гвоздики.

Как видно на чертеже, между внешними половыми отверстиями и полостью живота есть непосредственная связь. Эго обстоятельство имеет очень важное значение. Разумеется, это не значит, что речь идет о каком-либо непосредственном, прямом их сообщении между собою. Оно прерывается налеганием стенок проходов друг на друга (Vagina), кристеллеровской слизистой пробкою (uterus), постоянным присутствием известного количества жидкости в узких трубках. Если же в матку впрыснуть какую-нибудь жидкость, то, пройдя по яйцепроводам до свободной полости желудка, куда она будет стремиться, она, при сильной способности брюшины к всасыванию, может повести к местным, а то и общим воспалительным процессам.

Внутренность яйцепроводных трубок покрыта бесчисленными продольными складками и выстлана клеточною тканью, несущей микроскопически малые волоски, т. н., мерцательный эпителий, характерной особенностью которого является движением кончиков волосков проталкивать предмет лишь в одном определенном направлении — к матке. Так как этот эпителий безостановочно работает в течение всей жизни женщины, по яйцепроводам постоянно струится влага, выделяемая капиллярными сосудами и облегчающая им отправление. А последнее состоит в сближении мужских и женских зародышевых клеток: женского яйца с семенными нитями мужского организма — и в передвижении оплодотворенного яйца в матку. Жидкость эпителия яйцеводов и мерцательный эпителий служат этой двоякой цели. Этот поток увлекает с собою яичко, доставляет его в брюшное отверстие яйцеводов, где оно оплодотворяется, и, наконец, в уютную, уже набухшую и мягкую колыбель слизистой оболочки матки. С другой стороны, встречный поток этой жидкости раздражающим образом действует на семенные нити (Spermatozoa), в своих поисках яичка двигающиеся против этого течения. От борьбы с ним «живчики» семени двигаются быстрее и энергичнее, ибо таково уж природное свойство этих зародышевых клеток, одаренных способностью самостоятельно передвигаться — идти непременно против течения. Таким образом, этот поток способствует сближению различных клеток, одна другую ищущих, их соединению и взаимному поглощению. Обычно происходит этот процесс в боковой части яйцепроводов, где, тотчас по оплодотворении, начинается и первая стадия развития зародыша, с которой яйцо и переселяется в маточную полость. Движению этому по яйцепроводу способствуют свойственные ему перистальтические сокращения его мускульной ткани (вверх и вниз, вправо и влево), направленные к матке, точно так же, как и всасывательная способность самих трубок.

* * *

Яичников (Ovarium), как и яйцепроводов, — два. Это продолговато-круглые тела с продольным рубцом на поверхности, имеющей весьма неровный вид от скопления на ней вскакивающих и развивающихся яичных пузырьков плотно-эластичной консистенции, длиною от 3 до 5, шириною от полутора до трех и толщиною от половины до полутора сантиметров.

Кривая сторона яичника лежит свободно в полости желудка, а прямым своим продольным краем он прикреплен к задней стороне широкой связки. Кроме того, с боковой стенкой матки яичник соединен собственной связкой, а другою — (подвескою яйцепровода фиг. II № 9) к стенке таза. Воронкообразное углубление яйцепровода (махровая гвоздика) находится в самой непосредственной близости к свободному заднему искривленному краю яичника посредине его.

В последнем мы находим бесчисленные яички в зародышевом состоянии. Там же происходит непрестанное их образование и разложение. При образовании их появляются наполненные жидкостью пузырьки, у одной стенки которых можно различить яичко. В течение четырех недель пузырек, называемый Граафовым фолликулом, или пузырьком, вызревает то в одном, то в другом яичнике. В своем созревшем виде он величиною с небольшую вишню. Вырастая и увеличиваясь в объеме, пузырек как бы вспухает на поверхности яичника бугорком. Наконец оболочка пузырька настолько утончается, что лопается на верхушке. Вытекающая из фолликула жидкость увлекает за собою яичко (имеющее теперь диаметр всего в две десятых миллиметра), падающее в воронкообразный приемник яйцепровода, находящегося по соседству, откуда поступает в его трубку.

* * *

Но этим задача лопнувшего фолликула еще не окончена. В его стенках начинается деятельный процесс распада, после чего он превращается в подобие железистого тела, по своей окраске получившего название «Желтого» (Corpus luteum), выделяющего такие вещества, которые, попадая в кровь, оказывают большое влияние на весь организм, как и на слизистую оболочку матки. Если женщина делается беременной, эти «желтые тела» растут в продолжении нескольких месяцев, если же оплодотворение яичка не произошло, после некоторого расцвета деятельности, умирают, оставляя по себе на яичнике след в виде рубца.

Так как каждый фолликул, или пузырек, достигает зрелости лишь каждый месяц, а таких пузырьков множество, то остальные подвергаются процессу распада, и в клетках их образуются элементы, подобные железам, и отделяющие вещества, через посредство крови, влияющие на различные жизненные процессы.

Таким образом, яичники представляют такие органы, которые, помимо своего прямого назначения, служат для выделения в организм необходимых ему соков.

Их роль в менструации и общем состоянии тела женщины, в половом смысле созревшей, мы рассмотрим в следующей главе.

ГЛАВА VI

ПОЛОВАЯ ФИЗИОЛОГИЯ ВЗРОСЛОЙ ЖЕНЩИНЫ

Часть III

Деятельность яичников, периодические явления в жизни женского организма и менструация

Некоторые вопросы лежащей перед нами темы чрезвычайно трудно разрешимы, не только по их сложности и спутанности, но прежде всего потому, что для решения их в положительном смысле недостает опыта даже в главнейших и важнейших деталях, а во многом — и с трудом уяснимо.

Попытаемся все-таки осветить эту сложную область половой жизни женщины, не только затрагивающую, ио и повелительно управляющую ее телесным и душевным миром.

«Propter solum ovarium mulier est, quod est» — гласит старый латинский афоризм. «Лишь благодаря яичнику женщина есть то, что она из себя представляет».

Сейчас мы увидим, как правдиво это древнее изречение.

В чем же задача этого столь важного органа? (Придерживаясь общеупотребительного выражения, мы будем в дальнейшем называть его яичником, хотя этих органов, в сущности, два).

Задача его двойная: произвести женскую зародышевую клетку и сохранить ее в ее дальнейшем развитии.

О первой части задачи, выяснению которой много помогли микроскопические исследования, мы знаем уже достаточно много.

Но и здесь многое неясно. Когда именно отделяется яйцо? Через равные ли интервалы это происходит? Какое отношение к кровотечению, каждые четыре недели появляющемуся из матки, имеет момент отделения яичка (Ovulation)?

По обычному распространенному убеждению, кровотечение это, регулярно появляясь, служит вернейшим признаком отсутствия беременности. Повсюду и всегда, как для самих женщин, так и для врача менструация являлась исходным контрольным пунктом, знаменующим важнейшую функцию женских половых органов. Воспользуемся и мы им, как для измерения периодов времени, так и для обозначения временных фаз различных отправлений половых органов и многих остальных функций тела. Четырехнедельный период, переживаемый нормальной небеременной женщиной, определим точно в 28 дней с первого дня менструации до дня следующего за началом нового кровотечения.

* * *

В какой же именно из этих дней происходит выделение яичка? Ответ на этот вопрос имеет не только теоретическое значение. Для плодотворного coitus’a, очевидно, наиболее благоприятно время, непосредственно следующее за освобождением яичка из яичника. Эта гипотеза, однако, до последнего времени определенно точными данными не могла быть подтверждена. По в последние годы, во время многочисленных операций и наблюдений над женщинами, у которых по другим признакам можно было судить о времени созревания фолликул, удалось получить такой обильный материал по этому вопросу, что я, хотя с некоторыми оговорками, считаю себя в праве сущность решения этого сложного вопроса изложить следующим образом:

Неоплодотворенное яйцо умирает за два дня до начала менструации, и в это же время начинается образование и развитие нового граафова пузырька, который в свою очередь становится зрелым. По моим личным наблюдениям, подтверждаемым другими гинекологами, пузырек достигает полной зрелости на 11-й, 12-й и 13-й день. Допуская возможность более позднего и более, раннего его созревания, а в особенности то, что при coitus’e он вообще может лопнуть раньше, ближе всего к действительности будет предположение, что фолликул освобождает яичко в среднем па двенадцатый день. Яйцо опускается в яйцепровод, пребывает там около 15 дней и, наконец, умирает, если не произошло его оплодотворения. Тотчас же после этого на яичнике начинает расти новый граафов пузырек.

* * *

Непрестанно развиваясь до известного предела, фолликулы, естественно, теснят друг друга (приблизительно, как ягоды в виноградной кисти), и потому в яичнике царит напряженность. Лишь только какой-нибудь пузырек, вследствие увеличения в нем жидкости, начинает набухать, напряжение это увеличивается. Оно постепенно растет; перед тем, как пузырек должен лопнуть, достигает высшего предела, и, после того, как фолликула лопнет, быстро спадает. Быстрое освобождение сравнительно большого количества жидкости, по всей вероятности, низводит общее напряжение до той степени, в которой яичник находится при начале роста лопнувшего пузырька. Постепенно, по мере наполнения жидкостью нового фолликула, напряженность эта растет снова, достигая опять своей прежней интенсивности.

Напряжение ведет за собою естественную реакцию — стремление избавиться от напряжения в органе. У некоторых женщин стремление это ясно сказывается в усилении половой страсти после coitus’a в дни перед выделением яичка из пузырька. Если мы представим себе возможность (благодаря ли приливу крови к яичнику и возникающему отсюда внезапному временному увеличению напряженности или благодаря случайному механическому раздражению), что пузырек может лопнуть непосредственно от происшедшего в это время coitus’a, если вспомним далее о благоприятных условиях в это время для семенных нитей спермы во влагалище (умеренное содержание в ней молочной кислоты, необходимое для жизнеспособности этих зародышевых клеток) и примем, наконец, во внимание, что овуляция сейчас же сопровождается изменениями в половых органах и во всем организме, имеющими целью доставить оплодотворенному яйцу возможность правильно развиваться, — то станет ясно, с каким высоким совершенством и как предусмотрительно природа связывает все эти явления друг с другом для достижения поставленной ею цели — воспроизведения рода.

Сколько мудрости в процессе выполнения яичником своей первой и важнейшей задачи!

Волнообразное периодическое явление созревания фолликул представлено на фиг. V нижнею кривой.

* * *

Посмотрим теперь, как выполняет яичник свою вторую задачу, как охраняет яичко после его выделения.

Для его охранения, развития и питания этот важный орган создает в теле женщины возможно лучшие условия.

Тут и выступают на сцену железы «желтых телец». Тела эти, как мы уже упоминали раньше, принадлежат к железам внутренней секреции, продукты которой, за неимением особых выделительных органов, поступают прямо в кровь, которая и доставляет их туда, где в них является необходимость. Работают эти железы лишь известное определенное время. Каждое «желтое тельце» живет лишь до тех пор, пока живо то яичко, которому это тельце принадлежит и для которого оно работает (а затем еще 8 дней, в течение которых оно деформируется). Если, вследствие оплодотворения, яйцо продолжает жить, то живет и его «желтое тельце», и даже увеличивается в объеме. Если же яичко умирает, железа сама начинает преобразовываться, а выделения ее — уменьшаться.

Мы уже знаем, как лопнувший граафов пузырек немедленно превращается в «желтое тело» и быстро начинает свое дальнейшее развитие, а попутно и внутренняя секреция этой железы. Как именно идет этот процесс ее развития, и с какою скоростью он ежедневно проходит, разумеется, по весьма понятной причине, мы с точностью знать не можем.

Во всяком случае, на основании научных сообщений Л. Френкеля, Р. Шредера, Г. Мейера и многих других исследователей этого вопроса, можно с достаточной уверенностью сказать, что процесс развития «желтого тельца» первые четыре дня идет быстрее, а в четыре последующих — замедляется, так что полного своего развития тельце достигает в восьмидневный срок. Шесть, даже семь дней, железа функционирует полностью и, наконец, в случае смерти яичка, начинает умирать и сама. Восемь дней длится ее деформация, и в конце концов она становится столь маленькой, что уже ничего выделять не может.

Кривая № 1 на табл. V иллюстрирует сказанное.

Для представления о росте и деформаций «желтого тельца» интересно сравнить кривые № 1 и № 3 между собою. В высшей и низшей точках этой кривой № 1 лежат рождение и смерть яичка. О внутренней зависимости одного явления от другого можно сказать следующее: «желтое тело» задерживает развитие нового граафова пузырька (новое его образование и ненужно и нежелательно, пока не закончены приготовления к приему только что вылупившегося из пузырька и предназначенного к оплодотворению яйца).

Каким образом из лопнувшего пузырька образуется эта желтая железа и почему гибель яйца влечет за собой ее смерть?

На первый вопрос, может быть, можно ответить, что здесь действует реагирующая на «чуждый» белок содержимой в пузырьке жидкости, поступающей в область желудка, кровяная сыворотка. Аналогичный ответ на второй вопрос многие исследователи пытаются дать в положительном смысле, но, чтобы не слишком далеко забираться в дебри научных гипотез, лучше поставим здесь большой знак вопроса.

* * *

Corpus luteum яичника, однако, выполняет еще одно важное задание. Своими выделениями эта железа заставляет слизистую оболочку матки подготовиться к восприятию и дальнейшему питанию оплодотворенного яичка.

Под влиянием этих выделений она увеличивается, деятельность ее усиливается, а это знаменует собою первоначальную ступень беременности матки. Фазы этого разрастания слизистой оболочки, предварительно в 1907 году описанные Гиршманом и Адлером, впоследствии были окончательно выяснены многочисленными и точными микроскопическими опытами ф. Дриссена и теперь вне сомнений. Наблюдения его я перевел на язык цифр и на табл. V представил в виде кривой № 4.

Из спокойного, безразличного состояния она, спустя два дня после образования «желтых тел», начинает подниматься равномерно с линией их деятельности, хотя и несколько отставая от нее, так как клеткам слизистой оболочки требуется известное время для роста. Обе кривые идут почти рядом во время высшего расцвета деятельности «желтого тельца» и в один и тот же день достигают кульминационной точки. Тотчас же по прекращении деятельности этой падает и кривая слизистой оболочки, возвращаясь к своей исходной стадии безразличного покоя.

В среднем через два (от одного до четырех) дня после начала падения этой кривой начинается менструация.

Признаками ее являются: выделение большей части омертвевшей разросшейся слизистой оболочки и кровяной жидкости, к концу явления иногда превращающейся в чистую кровь.

* * *

Рассмотрим теперь кривую № 4 изображенную мною на основании опытных данных Дриссена. Она показывает в слизистой оболочке матки количество гликогена (C_6H_10O_5) — печеночного сахара, среднего вещества между углеводами и сахаром — очень важного запасного питательного материала. Накопление его в предназначенной для питания яйца среде — необходимый процесс подготовки для этой цели.

И эта кривая, в общем параллельная линии слизистой оболочки, спустя два дня после образования «желтого тела», начинает подыматься, идет рядом с линией этого тела и резко падает, как только оно начинает деформироваться.

* * *

Даже столь далеко расположенные половые органы, как груди, явственнейшим образом реагируют на периодические выделения яичек, проходя через стадии роста, расцвета и, наконец, деформации «желтых телец». Микроскопическим и анатомическим исследованием груди это определенно установлено А. Розенбергом в различные эпохи менструального периода. Им же и создана та кривая № 2, которую я привожу на той же таблице V. Точно так же, как изменения в слизистой оболочке матки, о первоначальной ступени беременности свидетельствует и описанное Розенбергом набухание грудных желез.

Для каждого яйца, покидающего яичник, в ожидании его оплодотворения, мудрая мать-природа сама подготовляет благоприятную для развития плода почву, но, когда она замечает, что ожидания ее обманули и плода не будет, собственными руками разрушает все свои приготовления.

Что груди перед менструацией несколько припухают, делаются упруже и могут даже становиться неприятно заметными, — знает каждая женщина. Но набухание это не следует смешивать с описанным Розенбергом ростом их перед месячными кровотечениями. Прежде всего уже потому, что оба эти явления не совпадают по времени. А затем, ощутимое набухание может быть слишком быстрым, чтобы исключительно зависеть от одного только роста грудных желез.

Можно ли вообще ощущать описанные Розенбергом явления роста желез — очень сомнительно. У одной женщины это может наблюдаться, другая — нечего подобного ощущать не будет. Обычное ощущаемое припухание груди может зависеть и от увеличения притока крови, в большинстве случаев, происходящего от расширения кровеносных сосудов, в свою очередь являющегося вовсе не от химических (т. е. внутренней секреции) воздействий, но воспроизводимого также рефлекторным путем.

Прекрасною иллюстрацией сказанного и в то же время важным дополнением к интересующему нас вопросу служит быстро наступающие опухания грудей, наблюдаемые у некоторых женщин именно в промежутке между двумя менструациями, точнее говоря, незадолго перед тем, как наступает время лопнуть граафову пузырьку.

С уверенностью можно сказать, что в подобных случаях никакой речи о росте железистой ткани и быть не может. По опухание все-таки налицо. Вызывается оно рефлекторным приливом крови, происходящим от повышенного как раз в это время напряжения в яичнике, тем самим приливом, который нередко наблюдается в то же самое время и в матке. Путем опыта подтвердил это П. Штарсман: он впрыскивал в яичник желатин, и оказалось, что он вызывает совершенно такие же явления, исключительно благодаря повышению напряженности в этом органе.

* * *

Не менее сильно и значительно сказывается деятельность яичника и на всем женском организме.

На основании наблюдений М. Г. Якоби и работ Гудмана, подтвержденных впоследствии многочисленными опытами, теперь можно положительно утверждать, что в важнейших жизненных процессах женского организма в половой его зрелости происходят закономерные колебания по силе своей и напряженности. Наибольшая ее сила падает на период перед менструацией, наименьшая — в промежуток между последними. Эти фазы напряженности сменяют одна другую, обычно довольно последовательно, через каждые четыре недели.

Реагируют они и на температуру тела, на деятельность сердца, и на давление крови, на мускульную силу, и на отделение мочи, на общий обмен веществ, и, наконец, на важную область половых органов. Есть и еще другие признаки, позволяющие думать, что смена периодов напряженности, подобная приливу и отливу морской волны, сказывается и в некоторых других областях женского организма.

В своей первой, появившейся еще в 1904 г. монографии «О внутренней связи между деятельностью яичника, колебаниями напряженности и менструальными кровотечениями» я уже указывал, что периодичность эту лучше всего наблюдать по кривой линии температуры тела. Линия эта очень характерна и идет параллельно тем, которые обозначают прочие жизненные отправления. Там же я говорил, что лучшее время для измерения температуры тела — утро, в определенный час, тотчас после пробуждения, так как тогда на него не оказывают еще влияния разные побочные причины, вроде приема пищи, движения и т. п.

Такие в высшей степени интересные наблюдения над колебаниями температуры тела в связи с нормальными внутренними процессами половой своей жизни может делать каждая сознательная, ведущая правильный образ жизни, здоровая женщина в возрасте половой зрелости при помощи хорошего термометра, ежедневно по утрам, после пробуждения от сна. Правильные наблюдения в этом направлении и точная их запись представляют из себя ценнейший материал, которым можно воспользоваться для изображения на чертеже, в виде кривой линии, малейших изменений отправлений половой жизни. Необходима, разумеется, лишь безусловная точность наблюдений.

Несомненно, что подобные наблюдения может производить над собой лишь в известной мере интеллигентная женщина, принадлежащая, к тому же, к обеспеченному классу общества. Несмотря на мои точные наставления, мне редко удавалось получать сколько-нибудь удовлетворительные данные от женщин прочих классов, из простого народа. Измерения температур пациенток в общих клинических палатах тоже не могут дать надлежащих результатов, потому что утренние часы при пробуждении больных в помещениях клиники — самое беспокойное время. Кроме того, ведь, пациенток этих нельзя назвать и совершенно здоровыми женщинами.

* * *

Повышение температуры не предшествует началу деятельности «желтого тельца»; наоборот, именно последняя обусловливает это повышение; т. е. высшая и низшая точки температуры зависят от процветания и увядания тельца.

Таким образом, corpus luteum своей внутренней секрецией влияет на общие жизненные процессы, в то же время заставляя разрастаться слизистую оболочку матки. Прекращение же деятельности «желтого тельца» вызывает как общий обратный ход этих процессов и возвращение оболочки в прежний вид, так и начало менструации.

Что все эти видоизменения процессов и образований зависят исключительно от деятельности внутренних выделений, я мог бы подтвердить бесчисленными примерами — при операциях пересадок органов, кастрации и т. д., — в изобилии находимыми в гинекологической литературе, но это завело бы меня слишком далеко и отвлекло бы от темы.

Ограничусь лишь приведением здесь двух новых доказательств влияния функций Corpus luteum на кривую температуры (иначе: общих жизненных процессов).

Первое: в случае оперативного удаления этого тельца, — немедленно наступает менструация и падает температура, ее кривая несвоевременно ломается.

Второе подтверждает то же самое, но в обратном смысле. Если, несмотря на смерть яичка, желтое тельце продолжает существовать — температура повышается, ее кривая идет вверх и не падает. Подобный случай наблюдаем мы при начале беременности.

Что corpus luteum не только продолжает жить во время беременности и в первые ее месяцы даже развивается дальше — было известно давно. Что прекращаются менструации — знает всякий. Набухание слизистой оболочки матки и цель этого явления все чаще и подробнее изучаются опытным путем. Дриссен доказал нам важное значение выделяемых слизистою оболочкою uterus’a гликогенов в первые месяцы беременности. Набухание грудей от разрастания железистых тканей нам стало ясным из анатомии.

Теперь нам понятно, почему при зачатии линии № 1, № 2, № 4 и № 5 вместо того, чтобы падать на шестнадцатый день после выпадения яичка, стоят на высших своих точках и немного даже повышаются.

Что это же явление наблюдается и на черной черте, до сих пор не было известно. И мне удалось получить кривую температуры одной молодой, вполне здоровой женщины, через каждые 28 дней имевшей менструации и ставшей впервые беременной во время регулярных измерений температуры. По моей просьбе она продолжала эти измерения ежедневно по утрам до самых родов. От самого зачатия и позже на полученной кривой явственно отразились волнообразные равномерные повышения и понижения температуры тела. По наступлении беременности не только исчезли менструации, но и понижение температурных волн. До конца четвертого месяца беременности, — состоящего, как и менструационный, из 28 дней, — температура удивительно стойко держится на одной средней высоте, постепенно и равномерно понижается в течение пятого и шестого, ускоренно — на седьмом месяце. В начале восьмого месяца появляется новый уровень, соответствующий средней температуре менструационного периода (внебеременного), продолжаясь от 12 до 14 недель и держась замечательно упорно до начала самых родовых болей.

Привести здесь подлинную кривую, длиною в полтора метра, я, разумеется, не могу, но она до такой степени интересна, что я все-таки на чертеже VI привожу ее в схематическом сокращении.[12] Эта кривая беременности соответствует состоянию Corpus luteum graviditatis (желтому телу беременности), функционирующему до конца четвертого месяца и лишь затем понемногу начинающему деформироваться.

* * *

Кривая линия во время беременности никаких волнообразных колебаний не дает, что наблюдается также и у женщин, перешедших за черту зрелости, и у неразвитых еще в половом отношении девиц и у мужчин.

Волнообразные движения жизненных процессов женщины зрелой и менструация, являющаяся одной из составных частей и последствием этих равномерных приливов и отливов напряженности, зависят исключительно от деятельности яичников.

* * *

Описанию этих явлений я с умыслом посвятил такую часть моего труда, ибо явления эти в повседневной жизни женщины имеют не только для нее самой, но и через нее для окружающих — в первую очередь для мужа — громадное значение.

Изменение напряженности и рода самых различных процессов в организме женщины прежде всего отражается на ней. Ее телесное и душевное самочувствие сильно меняется под влиянием этих внутренних процессов и от приподнятого деятельного настроения, от ощущения силы и здоровья, она может впадать в упадочное, апатичное или болезненное состояние.

Па подъеме волны температуры при менструации женщина чувствует себя бодрой и оживленной,[13] в подавленном состоянии она чувствует себя преимущественно тогда, когда волна начинает быстро падать и, в особенности, за один или два дня до и при начале кровотечения, нередко и в дни особо глубокого падения волны.

В теле в эти дни вялость, общее чувство усталости и плохое самочувствие, затем склонность к постоянным, хотя и мало заметным недомоганиям или к осложнению тех болезней, от которых организм женщины страдает постоянно и большая восприимчивость к вредным воздействиям, напр., заразным болезням. В психической области в эти периоды у некоторых женщин наблюдается сильнейшая депрессия. Обычно телесно и душевно здоровая, веселая женщина становится нервно-раздражительной, скучной и вялой.

У нее появляются разные причуды, быстрая смена настроений, наклонность к ссорам и резкость, т. е. шероховатости характера, те отрицательные его свойства, которые ранее у нее не замечались. В некоторых опасных случаях явления эти могут вызывать серьезное нервное расстройство.

Само собою понятно, что самой женщине, и мужу, и врачу, ее пользующему, следует обращать внимание на причину этих телесных и душевных расстройств и проявлять возможно больший такт и снисходительность, сдержанность и любовь.

В особенности, в борьбе с собою, женщина в эти дни никогда не должна забывать основного правила: хотя бы физически она в известной мере должна щадить себя, избегать всякого ненужного напряжения, взять себя в руки и твердо помнить об основной причине своего недомогания. Этим она много облегчит свою жизнь и жизнь окружающих.

Она не должна забывать, что ее расположение духа всецело зависит в эти дни от внутренних процессов, и постараться с этим примириться.

Когда весь мир начинает казаться ей отвратительным, жизнь — несносной каторгой, окружающие люди — мерзкими, и, чувствуя себя очень обиженной, она намерена затеять ссору с горячо любимым человеком — пусть только вспомнит, в каком положении в эту тяжелую минуту ее организм, я уверен, она с внутренним смехом подавит в себе все раздражающие и тяжелые мысли и с уверенностью сама себе скажет: «Все это скоро пройдет, и буду я себя чувствовать по-прежнему великолепно».

Нелегко женщине в эти дни, потому что в глубине души она все-таки чувствует, что серьезных оснований для недомогания нет, а состояние тем не менее раздражающе-тяжелое. Но именно в эти дни и можно судить, как она умеет владеть собою и быть хозяйкой своего настроения.

Что же должен делать муж в это время?

Свой такт, сдержанность и самообладание он может, за исключением времени беременности жены и серьезного расстройства ее здоровья, проявить во время первых дней брака и первого периода менструаций. Труднее всего ему, разумеется, быть рассудительным и быть хорошим руководителем женщины в последний период, так как он приходит каждые тридцать дней и с душевной неуравновешенностью женщины мужчина сталкивается часто.

* * *

Менструация у здоровой, в половом отношении зрелой женщины появляется регулярно (откуда ее другое название «регул») через определенные промежутки и выражается кровотечением из влагалища, прекращающимся с беременностью.

Хотя обычно период этот равен 28 дням, но есть женщины, у которых регулы появляются на 26-й или 27-й день, у других — через 29–31 день. У иных явление это показывается чрезвычайно точно, день в день каждый месяц, у других — в иной месяц появляется несколькими днями раньше, а в следующий — позже. Кроме чисто индивидуальных и наследственных особенностей, здесь имеют влияние образ жизни женщины, климатические условия и другие причины.

Хотя менструация вызывается деятельностью яичников, но слишком раннее ее появление или ее задержка могут зависеть и от других причин. Таковыми бывают, напр., перемена климата или в особенности сильно влияющие на регулярность кровотечений душевные движения: испуг или неожиданная радость. От душевных же потрясений может оно и внезапно совсем прекратиться. Пока мы еще доподлинно не знаем, каким путем собственно происходят такого рода изменения половых функций. По всей вероятности, перед нами целый ряд сложных явлений. Проще всего может это быть объяснено непосредственным раздражением нервов, которые в свою очередь или сокращающим или расширяющим образом действуют на мельчайшие кровеносные сосуды половой области. Ведь душевные волнения подобным же образом действуют и в других сферах деятельности этих сосудов. Вспомним, напр., появление на лице сильного румянца при различных психических эмоциях, или мертвенную на лице бледность при страхе от внезапного сокращения кровеносных сосудов. Продолжительное воздействие душевных переживаний на регулы в смысле их задержки мы нередко можем наблюдать, напр., из страха перед ожидаемой беременностью или, наоборот, от радостной надежды на нее. Всякой опытной матери хорошо известно, что у девушки перед свадьбой могут появиться преждевременные регулы, и, чтобы избежать подобного неприятного явления, мать день этого торжества обязательно отложит до того срока, когда появление менструаций совершенно исключено.

Нормальная продолжительность кровотечения — от трех до пяти дней. Но не только у различных женщин, но и у одной и той же наблюдаются в этом значительные колебания. Продолжительность и количество выделений при регулах крови зависят нередко от образа жизни: значительные телесные напряжения женщины увеличивают и усиливают регулы. Но во всяком случае, по свидетельству самих женщин, и даже женщин-врачей, при утомительных деловых или служебных занятиях и даже при спортивных упражнениях кровотечение всегда меньше, чем при абсолютном покое. В общем можно сказать, что продолжительность регул в один, два дня — ненормально мала, а в семь и более дней — должна считаться уже болезненным явлением, в особенности если при этом они непрерывны. В последнем случае необходимо обязательно прибегать к врачебной помощи.

Обычно менструация начинается усиленным выделением слизи, скоро становящейся все жиже и принимающей все более кровяную окраску. В течение первых двух дней кровоотделение наиболее интенсивно, немного утихает, а затем начинается снова в более жидком виде и в небольшом количестве. Мало-помалу оно и совсем прекращается. Нередко, приблизительно на четвертый день, на полдня или на сутки регулы совсем исчезают.

Количество выделяемой крови обычно сильно преувеличивают. В старину даже врачи определяли его в 90—250 и даже 600 граммов. Из опытных наблюдений Гоппе-3ейлера и других современных гинекологов мы теперь определенно знаем, что все это количество в нормальных условиях не больше 30–50 граммов, так что ежедневно — не больше 12–20 граммов. Большинство женщин, однако, кроме, разве, таких, у которых выделения сравнительно незначительны, склонны преувеличивать количество потерянной крови. Ошибочное заключение их, что «сегодня вышло целых полгоршка крови», обычно объясняется тем, что им и в голову не приходит, что собственно к маточной крови примешиваются и другие жидкости, напр., вода, которой они подмываются, или окрашенная кровью моча.

Очень смущает женщин появление в выделениях так называемых «кусочков», т. е. сгустков запекшейся крови, в особенности в больших комках. Но именно особенностью менструальных отделений и является то, что кровь от примеси слизи и створаживающих выделений матки остается жидкой лишь до тех пор, пока она идет в нормальном количестве, если же ее много, она не успевает разжижаться и выходит более или менее большими комками и сгустками.

Менструальная кровь имеет особый характерный запах, усиливаемый разными в это время выделяющимися из половой щели продуктами желез. Понятно, что малейшая погрешность против самой тщательной опрятности от присутствия в менструальных выделениях значительного числа бактерий ведет к разложению крови и делает запах ее положительно неприятным. Кроме того, постоянная сырость на внешних половых органах и на окружающих ее частях и трение смоченной кровью повязки может вызывать местные воспалительные процессы в нежных тканях.

К ним усиленно притекает кровь и изнутри; большие половые губы становятся значительно краснее и, припухая, немного приоткрываются, как при известной степени полового возбуждения. Влагалище принимает синевато-багровый цвет. Матка делается немного больше и мягче. Как внутренние, так и внешние половые органы становятся весьма чувствительными ко всякого рода ушибам и ранениям.

Поддерживающие матку связки и окружающие ее ткани в это время также переполнены кровью, отчего внизу живота получается ощущение какого-то переполнения, давления на мочевой пузырь и прямую кишку и чувство тянущей боли в верхней части таза. Все это более или менее нормальные явления.

К этому прибавляются еще легкие боли, вызываемые сокращениями матки. Боли эти, по большей части, характерны для первого периода регул и прекращаются с обильным кровотечением, когда выделяются отлагающиеся на маточных губах сгустки крови и комки слизи. Женщины, перенесшие роды, утверждают, что эти боли в пояснице и внизу живота несколько напоминают родовые боли. Сила менструальных болей в значительной степени различна не только у разных индивидуумов, но и у одной и той же женщины в разные периоды ее жизни и колеблется от самой незначительной до такой, которая говорит уже о болезненном состоянии организма.

Тем не менее обычно все эти явления, в общем даже вполне нормальные, дают, вполне понятно, женщине право называть их «недомоганием». Нередки, впрочем, и такие, которые в этот период никаких затруднений не испытывают и узнают о его наступлении лишь по появившемуся кровотечению.

Чувство недомогания возникает не только от местных ощущений боли, но охватывает весь организм, ибо общее плохое самочувствие в данном случае несомненно находится под влиянием местных болезненных восприятий.

К числу чисто физических переживаний во время регул относится весьма часто чувство нездоровья и общего упадка сил. Преимущественно в это время у предрасположенных к этому женщин появляются сильные головные боли и даже мигрени; усиливается выделение слюны; увеличивается и переполняется кровью печень (желчные колики!); появляется расстройство желудка, отсутствие аппетита, озноб. Наблюдаются и позывы ко рвоте, дурной запах изо рта, увеличение кишечных газов, частые и обильные испражнения и поносы, в конце периода оканчивающиеся запором. Отражаются регулы и на общем процессе кровообращения: прерывистый пульс, сердцебиение, усиленная потливость, набухание век, суставные опухоли, приливы крови к слизистой оболочке носа — все это характерные для регул симптомы. Явственно опухают щитовидная железа и голосовые связки. От опухания сосудистой и весьма богатой железами задней стенки гортани суживается голосовой проход, что у часто им пользующихся (напр. певиц, учительниц пения) вызывает утомление, весьма заметно изменяется тембр голоса, появляется склонность к детонации и уменьшение объема верхнего регистра. В глазах заметны легкое воспаление и функциональные расстройства: особый блеск, явственное сокращение поля зрения и восприимчивости к краскам. Появляются и расстройства органов слуха.

В тканях тела, где они не напряжены от переполнения их кровью, замечается общая вялость. Бросающаяся в глаза бледность в лице, быстро сменяемая ярким румянцем, и синие круги под глазами дополняют картину, набросанную здесь с исчерпывающей полностью с тем, чтобы показать, что в дни регул женщина в полном смысле этого слова одною ногою стоит в болезни. К большому счастью, всех этих расстройств никогда не бывает у одной женщины: у одних страдает тот, у других иной орган, а есть, повторяю, такие, которые наступления менструаций вовсе не чувствуют и ни от каких болей при этом не страдают.

* * *

Есть еще ряд явлений, кажущихся на первый взгляд вредными для здоровья и поэтому некоторыми авторами относимых к явлениям самоотравления, хотя степень их вредности и характер их проявления находится под большим знаком вопроса.

Будучи вполне уверен, что в области этих явлений мы попадаем на весьма скользкую почву, обойти их полным молчанием я все-таки не считаю себя в праве.

На самом деле, удивительно, что такие строгие исследователи и серьезные ученые последнего времени, как, напр., Ашнер, видят в менструации оздоравливающий, кровоочистительный процесс, возвращаясь таким образом к старинному, общераспространенному мнению, от которого никогда не в состоянии будут отказаться женщины.

Схема важнейших мускулов.

A. Кольцевые мускульные связки входа во влагалище. (Musculus constrictor cunni).

B. Мускульные волокна, соединяющие А с D.

C. Мускульные связки, охватывающие и приподнимающие влагалище (М. levator vaginae).

D. Замыкающий заднепроходное отверстие мускул. (М. sphincter ani).

E. Мускулы Дугласовой полости и приподнимающие нижнюю часть матки назад и вверх. (М. m. retractores uteri). Связки этих мускулов принадлежат к числу плоских, рефлекторных, непроизвольно сокращающихся. Все 4 остальные группы мускулов — «произвольные», т. е. подчиняющиеся и волевым импульсам.

* * *

Разрушает ли точная опытная наука старинное понятие о «нечистоте» женщины в период регул? Не наводит ли на серьезное размышление, что понятие это столь распространено среди почти всех народов и признано всеми религиозными учениями с самой седой древности до наших дней? Не странно ли, что женщины никак не могут расстаться, например, с поверьем, будто у менструирующей не может хорошо подняться тесто, портится сваренный ею компот или варенье, киснут заготовленные консервы? Но мы, врачи, обязанные быть скептиками и потому немного чересчур склонные объявлять все то вовсе не существующим, чего мы не можем объяснить, относим подобные «суеверия» к области «бабьих сказок».

Однако в самое последнее время в научных сферах нередко подымают громкие голоса, на основании точных опытов утверждающие, что подобного рода народные поверья вовсе не так уж беспочвенны и бессмысленны, ибо отделяемые вместе с менструальною кровью ядовитые вещества находят выход из тела не одним этим путем, а еще, напр., потовыми железами. Вопрос этот еще далек от разрешения и еще очень трудно выделить истину из скорлупы народного суеверия, потому что наблюдения еще не свободны от многочисленных ошибок и полученные результаты страдают большою односторонностью. Всесторонне осветить этот сложный вопрос могут лишь опыты в самых разнообразных направлениях и систематически проконтролированные. Во всяком случае с пренебрежением относиться к подобного рода народным поверьям непростительно свободомыслящему врачу.

* * *

Зрелый в половом отношении возраст женщины продолжается в среднем от тридцати до тридцати пяти лет, смотря по индивидуальности и расе. У сорока процентов женщин половая зрелость оканчивается между 46 и 50 годами, у двадцати шести, приблизительно, процентов — между 41 и 45, а у пятнадцати процентов — между 51 и 55 годами. Бывают редкие случаи, когда регулы появляются и по истечении этих сроков, чаще же всего раньше, т. е. прекращаются на сороковом году жизни.

Хотя в таком раннем прекращении нельзя усматривать болезненного явления, но и нормальным его считать нельзя. Во всяком случае слишком раннее исчезновение регул означает уже полную неспособность внутренних половых органов к нормальным своим физиологическим отправлениям.

В общем, половая зрелость раньше оканчивается у женщин, никогда детей не имевших. С другой стороны, конец половой зрелости прекращается позже указанных выше сроков в том случае, если роды случатся в сравнительно пожилом возрасте, скажем, после сорока лет. Обыкновенно, чем позже женщина созревает в половом отношении, тем раньше кончается и ее половая зрелость. Если в девичестве женщина начала иметь регулы поздно, то тем раньше они прекращаются. Противоположное явление наблюдается у женщин умеренных широт и северных стран: там раннее наступление менструаций сопровождается, по всей вероятности, их позднейшим прекращением. У южанок обычно раннее прекращение половой зрелости следует за очень ранним вступлением в этот важнейший период женской жизни.

Очень большое значение в этом вопросе имеют климатические и расовые особенности. Не меньшую роль играет и наследственность, как в этом, так и в прочих областях половых отправлений (напр., плодородии, легких или тяжелых родах, предрасположении к послеродовым кровотечениям и т. д.). Каковы эти отправления у матери, таковы они, по большей части, и у дочери.

Равным образом на время прекращения половой зрелости влияет образ жизни и ее условия: у женщин обеспеченных классов она продолжается дольше, чем у простонародья.

* * *

Когда начинают прекращаться периодические функции внутренних половых органов, женщина вступает в так называемый климактерический возраст своей жизни. Наступление его у различных женщин и продолжительность весьма разнятся друг от друга, причем последняя длится от одного до трех лет, пока, наконец, не наступает полное прекращение регул, менопазия, и женщина превращается в матрону.

Как и при прочих с менструацией связанных явлениях, мы из предыдущего видели, что она вовсе не занимает среди них первого места, не стоит на первом плане, а является лишь вторичным, последующим симптомом деятельности яичника. Точно так же прекращение последней в климактерическом возрасте ведет за собою исчезновение менструаций по основному закону природы: без функций яичника, не может быть и регул.

Прекращаются они различно. Временами потеря крови значительна и продолжительна. Иногда кровотечения прекращаются мало-помалу, затем исчезают, чтобы появиться вновь. У немногих женщин менопазия наступает сразу, у других после очень продолжительного времени регулы появляются вновь.[14]

Зная теперь, какое громадное влияние на все здоровье женщины, на внутренний обмен веществ и на ее душу оказывает деятельность яичников, нам не придется удивляться, что прекращение ее также отражается на всех областях женской природы: волнообразное колебание жизненных процессов дает уже совершенно иную кривую, чем прежде.

Уменьшение деятельного обмена веществ иногда характеризуется отложениями жира в теле. Общие явления, знакомые нам по дням падения волн и начала менструаций, принимают более хронический характер и форму, подчиняясь в то же время тем же законам.

Весьма большой помехой для правильного обмена веществ являются расстройства, вызываемые изменением малых кровеносных сосудов: внезапно и периодически появляющийся жар и приливы крови к лицу, увеличенная потливость, припадки сердцебиения, головокружение, шум в ушах, рябь в глазах и т. д.

И в душевный мир женщины явления эти могут вносить большие расстройства и портить ее самочувствие. Причина, их вызывающая, сама по себе продолжительнее, и действует она продолжительнее, чем при кратковременных недомоганиях подобного рода перед или во время регул. Их прекращение в пожилом возрасте вызывает капризы и раздражительность, повышенную страстность при значительно меньшей возможности удовлетворить ее, подавленное состояние духа и склонность к грустным, горестным мыслям. Резко эти настроения, по большей части, уже не выражаются и уже более легко сносимы окружающими. Но у женщин, и ранее душевно неуравновешенных, «нервных», истеричек и психически больных по наследству, настроение может проявляться в такой форме, которая во многих отношениях может быть названа опасной.

В особенно сильной степени проявляются расстройства при климактерическом периоде жизни женщины, когда прекращение функций яичников и менструации наступает внезапно. Если же период этот протекает медленно, сопровождаясь все постепенно уменьшающимися, количественно, кровотечениями с большими между ними промежутками, то обычно и физиологические и психические проявления менее резки и легче переносимы самою женщиною. В таких случаях большинство женщин отличаются безупречным душевным равновесием, покойным, ясным самочувствием и довольством своею судьбой.

* * *

Но проходят климактерические годы, наступает менопазия, и для женщины, наконец, наступает период вожделенного, заслуженного покоя, общего физического здоровья, столь характерного для пожилой женщины. Природа сама как бы вознаграждает ее за предъявленные ей требования в период половой зрелости, за все ее страдания… Ровное душевное и физическое самочувствие дает возможность перенесшей свою долю жизненных тягот женщине — жене и матери — стать в семье надежным прибежищем, мирной гаванью от житейских бурь, умной, доброй, любящей и мудрою матроною в лучшем смысле этого слова. Она знает, что нужно детям и что ждет их в будущем, понимает их и помогает им своими советами, ибо за ее спиною — прожитые годы молодости и зрелых лет. Лишь теперь она вполне понимает мужа и может облегчить ему жизненный путь; быть снисходительной к его слабостям и идти навстречу его желаниям. Сторицею вознаграждает она его за ту снисходительность, с какою он относился к ней в прошлой жизни, в ее тяжелых физических и нравственных переживаниях, за оказанную ей помощь в нелегкие для обоих дни климактерических годов.

Впрочем, женщине не должно быть тяжело идти в этот свой период жизни навстречу и половым желаниям мужа. Наоборот, ее желания в данном случае совпадают с его желаниями, ибо женщина пятидесяти лет, привыкшая к правильному половому общению и еще любящая мужа, несмотря на прекращение функций яичников, может иметь не меньшее, чем ее муж в том же возрасте, сексуальное влечение, увеличиваемое еще тем, что ей уже не грозит возможность сделаться беременной.[15]

Перед самым наступлением климактерического периода половое влечение и получаемое от удовлетворения его наслаждение обычно повышается и усиливается. Обострено оно нередко и в климактерические годы, проявляясь иногда и в эпоху менопазии. По большей же части половое чувство, вспыхивая, быстро угасает, но если его продолжают раздражать, оно может жить долго, причем и органы coitus’a не теряют своей жизненности, хотя возраст и кладет на них известный отпечаток (исчезновение влагалищных подушек, сморщивание больших половых губ и т. д.). Если сексуальных раздражений нет, то половое чувство во время менопазии постепенно атрофируется и совершенно, наконец, исчезает и половые органы сморщиваются от истощения.

* * *

Сказанным раньше о деятельности яичников роль их в организме, однако, не ограничивается. Теперь мы рассматривали этот орган, как самостоятельный, автономный, самодовлеющий. В большой мере он, действительно, таковым и является. Но вполне независимых друг от друга органов в теле человека нет и быть не может. И на деятельность яичников имеют неоспоримое влияние, кроме щитовидной железы, в первую очередь железа, находящаяся у основания мозга, своею внутреннею секрецией сильно действующая на внутренние половые органы женщины, а во вторую — мозжечок.

И что же дальше? Почему именно цикл регул непременно должен быть в 28 дней? Почему через известное определенное время прекращаются функции яичника? На эти вопросы наука никогда не сможет дать ответа.

Ignoramus, ignorabimus![16]

Вот почему по крайней мере из того, что мы уже знаем, следует извлечь всю пользу, на благо людей употребить всю сумму наших теперешних знаний.

Поэтому же все это понять и уяснить должен руководитель женщины — мужчина.

ГЛАВА VII

АНАТОМИЯ И ФИЗИОЛОГИЯ МУЖСКИХ ПОЛОВЫХ ОРГАНОВ

Как при изложении физиологии женских органов, я попутно объяснял их анатомическое строение, так же буду и говорить и о мужских органах.

И речь о них будет короче, потому что в жизни мужчины половые органы играют значительно меньшую роль, чем в жизни женщины.

Возложенная природою на женщину задача состоит в охранении жизненной искры. Задача мужчины ограничивается доставлением женщине оплодотворяющего элемента. В жизни женщины поэтому доминирует половое начало, в жизни мужчины оно занимает второстепенное место.

Символически это подчеркнуто даже самою природой: женские половые органы находятся в центре организма, они являются лишь придатком — у мужчины.

Придаток этот, в виду его неизящества с эстетической точки зрения, и художественные произведения скульптуры и живописи изображают всегда в уменьшенном сравнительно с действительностью размере.

* * *

О внутренних половых органах мужчины столько же, сколько о женских, говорить не приходится. В тазовой его области, правда, есть несколько небольших и не имеющих важного значения образований, но так как они играют второстепенную роль, то их лучше всего рассматривать вместе с внешними половыми частями.

О продуктах же его половых желез — сперматозоидах — мы должны поговорить подробнее и рассмотреть их внимательнее, чем мы это делали с женским яичником.

* * *

Половые мужские органы и прилегающая к ним область в поперечном разрезе схематически изображены на фигуре VII.

Яички (Тestes, № 18) — органы с придатками, у которых различают головку (№ 17) и хвостик (№ 22); семеноводы (№ 15), о различных частях которых мы будем говорить дальше, семенные пузырьки (№ 8), куперовые железы (№ 12) со своими протоками — все эти органы парные, двойные.

Непарные, одиночные органы: мужской член (Penis) яичный мешок (Scrotum, № 23) и предстательная железа (Prostata, № 9).

Из неполовых частей на чертеже в разрезе показаны лонное соединение (Symphysis) и мочевой пузырь (№ 3).

Последний орган у своей шейки (№ 7), где, как и у женского пузыря, помещается сильный мускул, переходит в мочеиспускательный канал (Urethra, № 11), более длинный, чем у женщины и служащий не только для вывода мочи, но и для прохода семенной жидкости.

* * *

Внешняя часть мужского полового органа (Penis) выдается, или точнее, висит из тела, на 9—10 сантиметров. Его скрытая в промежности и яичном мешке часть, легко прощупываемая рукою, называется корнем и находится под кожей. Верхняя часть этого корня лежит под лобком и прочными, широкими связками прикреплена к тазовым костям, почему и весь орган держится крепко.

Весь ствол органа состоит из ноздреватой, губчатой ткани кровеносных сосудов, расширяющихся и напрягающихся при сильном притоке крови, как губка. Называют их пещеристыми телами (Corpora сavernоsа), со структурой которых мы уже познакомились при описании женского клитора.

Penis состоит из пещеристых тел мочеточника и двух таких же тел самого ствола (№ 16 и № 20). Эти последние расположены попарно и соединены внутри, образуя одно целое, и в задней своей части прикреплены к лобковой кости.

Пещеристые тела мочевого канала в своей более длинной средней части (по стволу penis’a проходящей) представляют из себя сравнительно тонкую оболочку этого канала. Кзади эта оболочка утолщается и образует так называемую луковицу мочеточника (Bulbus urethrae), легко прощупываемую под кожей яичного мешочка (№ 13). В конце penis’a оболочка (corpus cavernosum utherale) снова внезапно утолщается и образует здесь головку (Glans penis) (№ 26) члена, вытесняя пещеристые тела ствола и образуя собою, таким образом, его крайнюю оконечность. Губчатая ткань оконечности или головки с пещеристыми телами мочеточника и ствола образуют одно неразрывное, плотно между собою соединенное тело, без каких-либо промежуточных кровеносных сосудов, все в общем реагирующее на раздражение.

Каково бы ни было это раздражение, местное ли или от центральных нервных узлов исходящее, — все равно результатом его получается эрекция, т. е. увеличение всего органа в поперечном разрезе и в длину, отвердение и подъем его кверху, происходящие от усиленного притока к пещеристым его телам крови и набухания его.

Corpora cavernosa заключены в мощной волокнистой ткани, столь растяжимой и эластичной, что без ущерба для своей прочности могут выдерживать значительное растяжение при увеличении объема пещеристых тел.

* * *

Кожа верхних покровов мужского полового органа почти лишена растительности, очень тонка, чрезвычайно нежна, эластична и растяжима.

К покрываемым ею частям прилегает опа непосредственно, не имея под собою сколько-нибудь значительных жировых клеток, но легко с этих частей сдвигается. В нижнем конце органа кожица образует вокруг головки двойною складку, в то же время обнажая ее, и на 2–3 миллиметра отодвигаясь от закраины головки. Складка эта носит название крайней плоти (Praeputium) (№ 28). В детском возрасте кожица покрывает всю головку органа, имея вид хоботка. У взрослого крайняя плоть, обнажая головку, имеет вышеописанный вид. Сама головка при полном ее обнажении имеет коническую форму, на своей верхней стороне объемистее и длиннее, чем на передней. Благодаря этому выдающийся задний рубец головки (Corona glandis) имеет не круглую, а овальную форму в наклонной к оси члена плоскости.

Поэтому мешочек или утолщение крайней плоти (№ 27), к верхней части головки прилегающей, гораздо глубже и объемистее, чем на противоположной стороне. На последней между головкой и крайней плотью мы находим небольшую связку, натягивающуюся при попытке оттянуть назад кожицу крайней плоти и препятствующую чрезмерному ее оттягиванию назад. Эта связка носит название уздечки крайней плоти (Frenulum praeputii) (№ 24). Это соединение аналогично уздечке крайней плоти, которую мы уже видели на женском клиторе, подобно тому, как и в остальном в миниатюре, на этом же органе, мы видели аналогию с мужским половым органом: головку, стерженек, пещеристые тела, крайнюю плоть с мешочками. Ведь клитор и есть по своей структуре, уменьшенная копия penis’a, за исключением, конечно, мочевого канала, проходящего через мужской орган.

Так как мы уже подробно говорили о выделениях сальных желез клитора и о необходимости их тщательного и регулярного удаления, о сальных железах мужского органа мы говорить не будем. Заметим лишь, что скопление этих выделений позади края головки, под крайнею плотью, далеко не так обильно и не имеет столь резкого запаха, как у женщины или у самцов животных. Тем не менее, должен подчеркнуть и тут, что периодическое очищение мешочка крайней плоти от этих секреций, во избежание местных воспалительных процессов, безусловно необходимо по требованиям элементарной гигиены.

И религиозные предписания восточных народов (иудеев, магометан и др.), по большей части, истекают именно из подобных соображений гигиенического свойства. С удалением крайней плоти (предпринимаемыми современными врачами в случаях крайнего сужения ее отверстия), сами собою исчезают скопления смазки плоти (Smegma praeputii), и облегчается их удаление.

* * *

Головка penis’a покрыта кожицей внутренней стороны плоти, в устье мочевого канала переходящей в слизистую оболочку. Под этой кожицей находятся многочисленные нервные узелки разного рода, тесно друг с другом переплетенные и образующие настоящую сеть нежнейших нервных аппаратов, приспособленных исключительно к передаче мозгу иными нервными путями всяких раздражений — разумеется, не слишком сильных и болезненных — сладострастного свойства.

Наиболее чувствительным в этом смысле местом органа, кроме края (ободка) головки, следует считать ее нижнюю часть, в особенности же область уздечки. Раздражение этих мест вызывает особо сладострастное ощущение, точно так же, как и те же самые места женского клитора.

Поверхность крайней плоти также усеяна нервными окончаниями, служащими для передачи мозгу и восприятию им сладострастных раздражений. Той же цели отвечает и на те же раздражения реагирует и остальная часть кожи penis’a, хотя и в меньшей степени.

Эрекция органа является следствием как механических раздражений, рефлекторным путем вызывая прилив крови к пещеристым телам, так и чисто психических представлений.

Последний род сладостно-раздражающих представлений обычно рождается в психической сфере, механические раздражения являются позже, при самом половом акте.

Кроме этих, вызывающих эрекцию причин, существует и третья, кроющаяся во внутренних органах, напр., самопроизвольное напряжение penis’a по утрам, наблюдаемое у просыпающихся от сна людей и являющееся прямым следствием переполнения мочевого пузыря в период крепкого сна. В болезненных случаях эрекция, длительная и иногда мучительная, может происходить и от непосредственного раздражения спинного мозга.

Общераспространенное мнение, будто эрекция является исключительно следствием воздействия спинного мозга, совершенно неправильно, как это теперь установлено новейшими исследованиями. Хотя путь рефлексов и проходит около нижнего конца спинного мозга, центр их, их узел, находится в группе «симпатических нервных узлов» большого таза.

* * *

Совершенно не пригодный к половому акту в его обычном состоянии мужской орган, с помощью эрекции, превращается в эластически-упругий, самою природою предназначенный лишь в таком состоянии глубоко проникать во влагалище. Если мы припомним, что оно имеет несколько согнутый кзади вид, то станет ясным, что в напряженном состоянии, во время эрекции, мужской орган, также немного согнутый в том же направлении, получает возможность извергать семенную жидкость в непосредственную близость к матке. При нормальных условиях, так как он входит во влагалищный канал не до самого своего основания, а канал этот достаточно растяжим в длину, длина мужского органа в состоянии эрекции должна соответствовать длине влагалища. По Вальдейеру, длина свободной, активной части мужского органа в состоянии эрекции от 14 до 16 сантиметров, а объем посредине — 12 сантиметров.

После прекращения раздражения его, эрекция прекращается, так как из пещеристых тел отливает кровь.

* * *

Мочеточником (Urethra) называют длинный изогнутый канал, берущий свое начало из мочевого пузыря и проходящий вдоль penis’a эксцентрично под его продольной осью. Самая верхняя его часть, у самого пузыря, служит для выведения исключительно мочи, с места же впадения в этот канал семепротоков, он служит и для выведения семенной жидкости. (Место это на чертеже указано под № 11).

По телу человека мочевой канал пробегает в трех направлениях. Первое, в области таза, когда человек стоит прямо, — отвесно вниз (на чертеже — соответствует действительности). Здесь его, в большей части, охватывает предстательная железа (№ 9), и от пузыря канал отделяет группа сильных мускулов.

Далее, меняя свое направление, под лобковой костью и между предстательной железой и пещеристыми телами, канал проникает между мускульными связками таза и идет по промежности (Perineum). Этот отрезок канала, лежащий под нею, доходит до основания penis’a в горизонтальном, немного подымающемся направлении. Наконец, последняя, идущая уже по стволу penis’a часть канала, последний его изгиб и носит, в собственном смысле слова, название мочепровода, мочеточника.

Как видно по рисунку, вторая и третья его части проходят среди пещеристых тел и в практической медицине называются «передним мочеточником», а первая, верхняя, небольшая и отвесно вниз спускающаяся — «задним мочеточником». При спокойном состоянии penis’a длина переднего — около 15 сантиметров; его изгиб книзу и назад при подъеме penis’a при эрекции, параллельно к поверхности живота, круто подымается кверху. В голове penis’a канал расширяется, а у самого выходного отверстия снова сужается, в виде вертикального раздвоения, образуя в этом месте самый узкий проход на всем своем протяжении.

* * *

В передней части мочеточника находится много маленьких желез, вместе с двумя бобовидными Куперовыми железами (№ 12), под влиянием полового возбуждения выделяющих некоторое количество светлой, прозрачной с щелочной реакцией клейкой слизи. Выделение это, напоминающее таковое же в женских половых органах, в преддверии влагалища, не лишено практического значения. Слизь эта своим назначением имеет увлажнять собою головку penis’a и тем облегчать проникновение его во влагалище. Главная же роль этого слизистого выделения следующая. Так как мочеточник постоянно влажен от остатков мочи, имеющей сильно кислую реакцию и могущей крайне вредно влиять на семенные нити, проходящие по каналу во время эякуляции, то щелочная реакция слизи, парализуя собой кислоты капала, тем самым обезвреживает среду, по которой проходит семенная жидкость.

Впрочем, такое назначение этой слизи присваивают лишь некоторые исследователи, с мнением которых я, в данном случае, согласиться не могу. По-моему, первое назначение ее — увлажнять головку penis’a — гораздо важнее и вот почему: незначительное, сравнительно, количество мочи, задерживающееся в мочевом канале, не может иметь особо вредного влияния на несравненно большее количество семенной жидкости, к тому же проскальзывающей по мочепроводу с большою быстротою.

Выделение этих слизистых желез может следовать за эрекцией penis’a и его местным раздражением, образуя, таким путем, вторую фазу полового возбуждения. Чаще же, показываясь уже при вялом полуприподнятом положении penis’a, появление этих выделений знаменует собою первую стадию сексуального раздражения.

Подобное раздражение сексуальной сферы, а вместе с тем и появление слизи перед эрекцией могут возбуждать психические влияния: мыслей, соблазнительного чтения, картин нескромного характера, без непосредственного участия при этом лица противоположного пола, но также и психический контакт с желанным женским существом при прелюдии к физиологическому сближению.

Истечение таких слизистых выделений часто принимается юношей за выделение семени, что при неопытности его или при известной мнительности, нарушает его душевный мир и заставляет беспокоиться за свое здоровье. Между тем, это не что иное, как некоторая подготовительная стадия полового органа к настоящему семяизвержению и свидетельствует лишь о некоем душевном импульсе половой области.

Моралисты-теологи доброго старого времени были очень хорошо знакомы с этим явлением мужского организма, ценили его по достоинству, определяя ему место и в ряду душевных эмоций и проводя грань между (Destillatio) «очищением», предшествующем (Pollucio) «поллюции» — извержению семени.

Заметим кстати, что в особенности в тех случаях, когда эрекция возникает от механического раздражения при условном участии душевных эмоций, нередко выделение слизи не появляется вовсе. Если при этом от недостаточной подготовленности к половому акту и у женщины на частях преддверия влагалища таких отделений не появляется, акт для обоих сторон может оказаться затруднительным и даже болезненным.

Два яйцевидных ядра (Testes) лежат в особом мешочке (Scortum), причем левое свисает несколько глубже вниз, вследствие чего и весь мешочек принимает слегка асимметричный вид. В нормальном организме середина мешка спускается несколько ниже висящего полового органа. Кожа Scortum’а темнее остальной кожи тела, густо покрыта волосами и жировой ткани не имеет. Под кожным покровом мешка — сеть плотных, гладких (непроизвольно сокращающихся) мускулов, сжимающихся от различных внешних раздражений (напр., от холода) и превращающих обычно вяло висящий мешок в небольшую морщинистую сумочку, крепко охватывающую свое содержимое. Подобная внешность мешочка как античными, так и современными ваятелями по справедливости поэтому считается более изящной (или, по крайней мере, не такой некрасивой), но зато мало соответствующей обычному его виду у живого индивидуума.

Scortum мускульной стенкой разделен на две половины, из которых каждая содержит по одному яичку с придатком. С внешней стороны мешочка мы видим соответствующий стенке кожаный шов, сзади переходящий в промежность, а спереди на нижнюю сторону penis’a.

Мужской половой орган расположен в непосредственном соседстве с яичками, в которых вырабатываются семенные клетки, выводимые затем наружу penis’oм. Но путь, который им предстоит сделать от места своего образования до выводящего их наружу органа, несмотря на такое близкое с ним соседство, очень долог. Объясняется это тем, что в первоначальной стадии своего развития, на заре человека, яички помещались в брюшной полости и лишь в настоящей физиологической эпохе человека мы видим их опущенными в предназначенный им мешочек. Это явление мы можем и теперь наблюдать у многих самцов животного царства, у которых эти два ядра, постоянно находясь в брюшной полости, лишь во время течки выпадают в scortum. Напоминают это явление и некоторые болезненные изменения в человеческом организме, напр., грыжа.

Путь семенного канатика (Funiculus spermaticus), состоящего из семепровода с сосудами и нервами и идущего позади лобковой кости к задней части яичка, и есть тот путь, по которому у человека когда-то оно спустилось в scortum из брюшной полости.

Яички с их придатками и семенной канатик (на каждой из обеих сторон тела) окружены покровами соответствующих данному месту клеток брюшной полости. Вместе с клетками мы видим и мускульные волокна, назначение которых приподнимать ядра и действие которых стоит в связи с кожными мускулами мешочка и с их сокращениями. Последние наблюдаются простым глазом в виде типичных рефлекторных передвижений яичка вверх при непродолжительном, но сильном трении внутренней поверхности бедра с соответствующей яичку стороны.

* * *

Вполне развитое ядро имеет от четырех до четырех с половиною (в исключительных случаях — 5) в длину и от двух до двух и четырех пятых сантиметра в ширину и толщину. Весит оно от 15 до 26 граммов. Левое всегда несколько большее. Положение его в мешке таково, что, при вертикальном положении тела, можно различить как верхний, так и нижний конец яичка. Все сосуды и нервы присоединены к нему в его задней части. К сосудистой части яичка прилегает придаток его, сзади в виде длинного нароста, охватывая его. Головка придатка (№ 17) находится на верхнем конце ядра (№ 18), плотно к нему приросши; каналы яичка проходят через головку. Хвостик придатка (№ 22) плотно сращен с нижним концом яичка в месте поворота семепровода в сторону брюшной полости.

Само яичко правильно расположенными стенками разделено на пирамидальные лоскутки, состоящие из клубков нежных, в петли перепутанных спиральных канальцев, в которых, собственно, и происходит зарождение и развитие семенных нитей (Spermatozoa).

Толщина этих капилляров не превосходит толщины волоса. На вершине лоскутка эти спирали соединяются в один канал, устье которого выходит в ткань тонких трубочек, ведущих к головке придатка. Трубочки этой сосудистой системы, таким же образом, переплетены между собою своими спиральными ходами соединяясь затем в один проток, сильно витым ходом проходящий по всему телу придатка и падающий вниз к хвостику его, откуда также змеевидным путем следующий дальше по семепроводу. (Схематический разрез яичка я привожу на таблице VIII А.)

* * *

Образование семени в яичках происходит в мужском организме непрерывно с начала возмужалости до глубокой старости. В спиральных канальцах яичек мы можем видеть различные степени развития семенных клеток, постепенно принимающих форму одаренных собственным движением и уже сложных нитей. Так как в этом моем труде я не могу приводить никаких подробностей микроскопических исследований, умолчу и об образовании семенных клеток в этих каналах яичка. Объяснить же структуру и образ жизни готовых мужских оплодотворяющих и служащих целям воспроизведения рода зародышевых нитей, несмотря на их микроскопическую величину, считаю нужным и важным.

Клетки эти, называемые семенными нитями или сперматозоидами,[17] прежде носившие также название «живчиков», среди всех остальных зародышевых образований являются самыми маленькими, так как такие же клетки даже меньших животных значительно больше. Величина семенных клеток человека — от 50 до 60 тысячных миллиметра и состоит из головки, шейки и хвостика (Табл. VIII В). Головка их — плоско-грушевидной формы, на конце немного утончающаяся. Тут, собственно, и помещается оплодотворяющая клетка, со всеми свойствами, присущими самостоятельно существующему индивиду. Размеры головки следующие: 4,2 тысячных миллиметра в длину, 3,1 — шириною и 2 тыс. мил. в толщину (на конце еще меньше — около 0,2 тыс. мил.). Шейка соединяет головку с хвостиком (нитью), сравнительно очень длинным и служащим для передвижения всего этого микроскопического живого существа. При помощи змееобразных движений, напоминающих способ передвижения угрей или извивающийся бич, семенная клетка проворно пробирается по самым мелким каналам, но двигаться начинает, лишь придя в соприкосновение с продуктами выделений семенного пузырька и предстательной железы. Пока эти клетки находятся в яичке или головке его придатка, они неподвижны и по большей части даже незрелы. Лишь продвигаясь по выводным каналам яичка и по придатку, становятся они вполне годными к оплодотворению. В бесчисленных спиральных ходах придатка, являющихся богатым складом зародышевых клеток, к ним примешиваются, по всей вероятности, жидкие выделения стенок этих протоков, придающие семенной жидкости известный нам вид. Предположить это мы можем потому, что в выделениях хвоста придатка семенные нити были найдены не в виде плотных комков, а свободно подвешенными в среде этих выделений.

Таким образом, помимо собственного движения семенных нитей в мужские половые органы, возможно, что и в самом яйце эти клетки испытывают известное мускульное давление и постепенно вытесняются в придаток самими выделениями. В придатке на них также реагирует давление, а дальнейшему их продвижению помогают волоски мерцательного эпителия, коим выстланы стенки змеевидного канала придатка, и выделения капилярных его сосудов, стремящихся по направлению к семепроводам.

В последнем, в стенках его, находится прочная мускульная ткань, своими сокращениями кверху проталкивающая семенную жидкость вместе с зародышевыми клетками, а своим расширением стенок после каждого сокращения действующая всасывающим образом на содержимое нижней части канала придатка. Последний свой путь сперма совершает с большой быстротою по мочевому притоку во время эякуляции.

Все вышеприведенное имеет не только исключительно научное значение. Правильное освещение деятельности этого важного в жизни человека органа имеет большой практический смысл, так как лишь близкое знакомство с функциями и анатомическим строением его может и должно исключать всякие ошибочные умозаключения. Например, тем, что мы только что описали, объясняется, почему после ряда эякуляций или, иначе говоря, после нескольких быстро один за другим последующих половых актов, сперма не только уменьшается в количестве, но и содержание в ней нормальных двигающихся, живых семенных нитей, становится значительно меньше.[18]

Сперматозоиды свободно двигаются в самой семенной жидкости и в нормальных выделениях женских половых органов, но еще вопрос, постоянно ли они двигаются в последних или временами находятся в покое, черпая дальнейшую для своего продвижения вперед силу, потерянную при сравнительно большой затрате энергии, из окружающей их в женских органах среды. Ответить на этот сложный вопрос чрезвычайно трудно, хотя не исключена возможность и утвердительного ответа: примеры подобного рода питания окружающей средой мы видим нередко. Нет ничего невозможного и в том, что эти нити могут на время прекращать свое движение и находиться в состоянии покоя: это мы наблюдаем при смешивании семенной жидкости с некоторыми веществами, парализующими это движение.

Совокупление летучих мышей, напр., происходит осенью, и сперма мужской особи, недвижно пролежав в матке самки всю зиму, лишь весною оплодотворяет созревающее к тому времени яичко.

С другой стороны, мы видим, что в шкафу для искусственного вывода цыплят, где поддерживается температура живого тела, предохраняющая сперму от высыхания, зародышевые клетки живут восемь дней, все время находясь в непрерывном движении. Поэтому ничего невозможного нет и в предположении, что им свойственно подобное же постоянное движение и в среде женских половых органов.

Продолжительность жизни сперматозоидов в этих последних определяется очень различно. Одни считают ее не более как от 24 до 36 часов, по мнению других, они не меньше восьми и даже четырнадцати дней. По аналогии со многими представителями животного царства и по данным практических опытов, в противоположность искусственно производимым исследованиям, я полагаю, что продолжительность эту нужно считать во всяком случае большою.

Скорость движения семенных нитей под микроскопом определяется в 3 миллиметра в минуту, иначе говоря, каждая нить в секунду перемещается на расстояние своей длины. Движение происходит всегда против течения и с такою, сравнительно, силою, что отбрасываются в стороны на пути нити попадающиеся тельца. Так как в женских половых органах, как мы видели, волоски мерцательного эпителия (внутренней слизистой оболочки) двигаются кнаружи, к внешним половым частям, сперматозоидам приходится постоянно преодолевать это препятствие и пробираться против течения. Во всяком случае, принято считать, что они в течение каждых трех минут проходят расстояние от одного до полутора миллиметров, так что, чтобы достигнуть глубины матки от внешних маточных губ им требуется от полутора до трех часов. Несколько часов спустя они могут уже быть в яйцепроводе, в боковой части которого встречают женское яичко. Одна из нитей проникает в него и растворяется в его ядре, следствием чего и является его оплодотворение, которое, по нашему расчету, может произойти, таким образом, спустя восемь часов после coitus’a.

Так выходит, судя по ходу явления, но не может ли и спустя сколько времени позже происходить оплодотворение? Определить это трудно. По моему мнению, вынесенному из наблюдений, яичко может быть оплодотворено, возможно, даже спустя восемь, десять дней после последнего и, разумеется, единственного coitus’a. Я не думаю, чтобы сперматозоиды, попавшие от coitus’a до менструации, имели бы много шансов пережить те, которые находятся во влагалище и быть способными к оплодотворению следующего яичка, но и не исключаю этом возможности.

* * *

Посмотрим теперь, что творится с теми семенными нитями, которым не удалось раствориться в яичке. Ведь оно, допустив одну семенную клетку, от которой и развивается человеческий зародыш, закрывается для всех прочих. А между тем в слизи, попавшей от эякуляции при каждом coitus’e (разумеется, если последний акт не происходит несколько раз подряд) их от двухсот до пятисот миллионов. И каждый раз все это громадное количество должно погибать без пользы?

Где же они?

Большая их часть вытекает из влагалища вместе со спермой. Другая, не меньшая, часть быстро погибает во влагалище от его кислой реакции. (Особенно вредна для них она у беременных.)

Отмершие семенные нити распадаются, а их остатки либо вытекают сами, либо удаляются промыванием вагины. С другой стороны, продукты их перерождения вместе с другими, находящимися в сперме веществами всасываются влагалищными стенками и поступают в состав соков тела.

Часть попавших в матку клеток погибает также, и с ними происходят те же явления, как и в вагине, лишь восприимчивость ее слизистой оболочки к продуктам разложения их больше, чем во влагалище. Тем не менее, в этой оболочке мы находим некоторое количество зародышевых нитей среди ее клеток и в самих клетках в различных степенях разложения. Вполне понятно, что в таком видоизмененном состоянии эти клетки сперматозоидов весьма легко всасываются маткой и поступают в общее кровообращение женщины.

Сравнительно незначительное количество семени попадает, наконец, и в яйцепроводы, где его ждет общая судьба всех таких микроскопически-малых существ, кроме одного, предназначенного для высшей цели зарождения новой жизни. По в слизистой оболочке яйцеводов остатков нитей не наблюдается. По всей вероятности, отмершие нити удаляются в матку мерцательными волосками этих каналов.

Наконец, очень немногие нити, наиболее жизнеспособные и одаренные исключительною подвижностью, выходят в свободную полость брюшины, где, согласно опытам Гене, впрыскивавшего сперму в эту область, поглощаются белыми шариками крови (фагоцитами) — мощными ассенизаторами тела, разлагаются ими и удаляются в течение двадцати часов.

* * *

Предстательная железа (Prostata) (фиг. VII, № 9) — орган, формою своею напоминающий каштан и охватывающий мочевой канал сзади своею большею, а спереди — меньшею частью, которая граничит с нижней оконечностью лобковой кости. Шейка мочевого пузыря с верхней воронкой мочеточника прилегает к поверхности этой железы. Задняя ее стенка лежит по соседству с передним изгибом прямой кишки, описанным при изложении анатомической структуры женских половых органов. Введенным в эту кишку пальцем железа явственно прощупывается. Нижняя часть Prostata лежит на мускульной ткани таза над самым местом входа мочевого канала в систему пещеристых тел penis’a.

Орган состоит из большого числа отдельных желез, друг от друга отделенных тканью связок, заключающих в себе много гладких мускулов, а вся их железа покрыта такою же их сетью. Наступающее в момент экстаза при половом акте рефлекторное (непроизвольное) сокращение этих мускулов выталкивает продукт внутренней секреции этого органа к выводным каналам. Устья выводных отверстий, числом около 30, близко сидят друг к другу в том месте задней стенки мочеточника, где находятся и оба выходных отверстия семенопроводов — на семенном бугорке (№ 10).

Бугорок этот представляет из себя овальное возвышеньице посредине той части мочевого канала, которое окружено предстательною железою. Он выдается в просвет канала у его задней стенки. Длину его определяют приблизительно в 7,8 миллиметра. Состоит он преимущественно из богато снабженной плотными эластичными мускулами пещеристой ткани.

Предстательная железа выделяет мутно-молочную щелочную жидкость, содержащую химический продукт «Спермин», сообщающий секреции этой железы и самой сперме характерный запах. Выделение это при половом акте вытекает в мочевой канал и там смешивается с семенною жидкостью. Сперматозоидов эта секреция побуждает к движению.

Семенопроводы имеют значительную длину — около 45 сантиметров, — объясняемую большим путем, который этим трубкам приходится от придатка яичка пройти до брюшной полости. Переплетаясь в настоящий жгут с сосудами и нервами, они подымаются к пахам и в этой части своего пути канатики легко прощупываются сквозь кожу в виде твердой круглой трубки размером в тонкий карандаш.

Отсюда трубка семепровода идет под брюшиной (нигде не выходя в полость желудка) в малый таз, к основанию мочевого пузыря, как это видно на фиг. VII (№ 6), где переходит в веретенообразное утолщение — в семенные ампулы.

Длина семенопроводов имеет, безусловно, важное практическое значение: их длинные трубки служат в роли всасывающего и нагнетательного насоса, перекачивающего содержимое яичка дальше. Благодаря длине они являются также хранилищем его продуктов.

* * *

Обе семенные ампулы, лежащие у основания мочевого пузыря служат резервуарами семенной жидкости. Они имеют вид небольших наростов и гнездораздельное строение. Их внутренняя полость покрыта сетчатой, сильно ноздреватой слизистой оболочкой и длина их от трех до четырех сантиметров при одном сантиметре ширины. Здесь, в этих ампулах, и сосредоточивается, главным образом, семенная жидкость из придатков яичка. Рефлекторным сокращением мускульных стенок этого приемника содержимое его по тончайшим выводным каналам выбрасывается в мочеточник.[19]

* * *

Семенные пузыри (№ 8) представляют из себя два удлиненно-плоских тела от четырех до пяти сантиметров длиною, 2 сантиметров ширины и 1 см толщиною, лежащие между мочевым пузырем и прямою кишкой. Внутреннее их строение то же, что и у ампул, с тою лишь разницею, что каждый семенной пузырек состоит из очень спирального главного канала с большим числом мелких витых канальцев, не имеющих выхода (слепых). Эти побочные канальцы открываются в главный канал, а этот — в нижнюю удлиненную часть ампул, так что семенной пузырек можно рассматривать как более или менее самостоятельный слепой мешок (дивертикул) при ампуле. Семенным пузырькам долгое время приписывали роль хранителей спермы, резервуаров, где она собирается, т. е., ту роль, которую, как мы только что видели, выполняют ампулы. Несомненно, у взрослого мужчины в семенных пузырьках всегда находят сперму, и жидкость, впрыснутая в семенопроток, попадает не только в ампулы, но и в пузырьки.

По моему мнению, семенные пузырьки, по всей вероятности, служат лишь дополнительными складочными помещениями при ампулах и, в случае их переполнения, часть их содержимого переливания в пузырьки.

Главнейшей, однако, задачей их является выделение в сперму различных примесей — главным образом, желтоватой, клейкой массы, в совершенно свежей сперме замечаемой в виде крупинок, подобных зернам лягушечьей икры и сообщающей семенной жидкости клейкость при эякуляции. Так как эти крупинки очень скоро в сперме растворяются, она получает от этого свою позднейшую более жидкую консистенцию.

* * *

Конечная часть семенопровода, выводящая в мочевой канал содержимое как ампул, так и пузырьков, — не велика, от двух до двух с половиною сантиметров длины. Проходя через предстательную железу в косом направлении, они впадают своими тесно рядом расположенными устьями на самой вершине семенного бугорка.

Сначала ширина этих частей семенопровода — около двух миллиметров, затем она уменьшается до полмиллиметра, так что семенная жидкость в мочеточник выбрасывается в виде сильных струек или брызг, что имеет большое значение при последующем процессе.

* * *

При помощи эякуляции (выбрызгивания) из полового органа, наконец, удаляется семенная жидкость.

Это выбрызгивание семени является заключительным моментом полового акта.

Здесь следует иметь в виду, что она может иметь место чисто физиологическим путем, без полового акта, независимо от эротических раздражений и даже вообще без мыслей сексуального характера.

Когда в итоге раздражения (механического или чисто психического, или, наконец, от переполнения ампул и пузырьков) перейден известный предел, гладкая мускулатура этих четырех сосудов сокращается рефлекторным путем и тончайшими, но сильными струями выбрасывает их содержимое на переднюю стенку мочеточника. В тот же момент начинает сокращаться мускульная ткань предстательной железы, выжимая ее сок в тот же мочеиспускательный канал. Здесь смешиваются между собою различные секреции, что и представляет собою знакомую нам сперму.

Это в высшей степени разумное и целесообразное приспособление увеличивается еще тем, что у здорового индивида эти рефлексы [20] постоянно сопряжены с эрекцией и с набуханием пещеристых телец семенного бугорка (также рефлекторным путем). Этим достигается то, что косые ходы конечных отрезков семенопроводов еще более утончаются, вследствие чего жидкости еще лучше перемешиваются, направляясь к выходу, так как сперма в мочевой пузырь никоим образом, по особой структуре мускульной сети предстательной железы, попасть не может. Единственное направление, которое может принять семенная жидкость, — это по мочеиспускательному каналу наружу. Невозможен также одновременный проход мочи вместе с этою жидкостью. Пока длится эрекция и набух бугорок — мочеиспускание немыслимо.

* * *

Эякуляция (извержение семени) происходит непроизвольно. Иначе говоря, раз она началась, ее нельзя прервать или приостановить психическим воздействием, она продолжается вполне автоматично, хотя и вызывается произвольно сокращающимися, поперечнополосатыми мышцами, обычно подчиненными управлению воли. Когда семенная жидкость начинает выбрызгиваться на стенку мочеточника, весь организм человека охватывает сильное чувство полового наслаждения, сопровождаясь резкими ритмическими сокращениями мускулатуры корня penis’a и даже тазовых мышц. Особенно заметны на ощупь сокращения одного мускула, находящегося под кожей промежности (фиг. VII, № 14).

Этими последовательными сокращениями семя выбрасывается наружу струею, обычно не превосходящей 15, 20 сантиметров, но в нередких случаях достигающей и целого метра длины.

По всей вероятности, после первого сокращения мускулов, выбрасывающих жидкость, наступает второй толчок и этою сменою сокращающихся и слабеющих после каждого толчка мышц и достигается действие их, как нагнетательного насоса по направлению к устью мочеиспускательного канала.

Рефлекс кончается тем, что при помощи более слабых и на большем друг от друга расстоянии сокращений выбрасывается из канала остающаяся в нем жидкость, но уже с гораздо меньшей силой. Кончается и эрекция, которая, впрочем, может и продолжаться при наличии дальнейшего раздражения.

* * *

Трудно сказать, опорожняются ли семенные ампулы и пузырьки при эякуляции полностью, или нет. Следует, однако, предположить, что, по всей вероятности, опорожнение это происходит не полностью, так как, напр., при немедленно за первым следующим половым актом и эякуляцией семенопровод может начать новое сокращение и подать в мочевой канал новое количество жидкости. Возможно также, что полное или частичное опорожнение стоит в тесной связи с индивидуальными особенностями человека. Кроме того, некоторые исследователи допускают возможность одностороннего опорожнения ампул. Этим объясняется, что один индивидуум может совершить половой акт лишь один-единственный раз, между тем, как другой — в течение короткого промежутка может их иметь несколько. Вернее всего, впрочем, что это меньше зависит от выделений продуктов работы яичек, чем от усиленной деятельности желез, выделяющих дополнительные к сперме вещества.

При быстро друг за другом следующих эякуляциях в конце концов появляется лишь очень жидкий сок предстательной железы, никаких живых сперматозоидов не содержащий.

* * *

Поллюции — непроизвольное выделение семени, бывающие у очень молодых людей при половом воздержании вследствие скопления в ампулах и пузырьках семенной жидкости, являются каждые две-три недели, а иногда даже через каждые 8 дней. В более зрелом возрасте — они реже. Происходят они, главным образом, во сне при известных чувственных сновидениях, и эякуляция во время их сопровождается чувством сладострастия и следующего за ним полового удовлетворения. Связь между явлениями, происходящими в половых органах, и психическими процессами в таких случаях самая тесная. Напряжение в семенных ампулах (и семенных пузырьках?) вызывает рефлекторные эрекцию и эякуляцию и во время сна психические процессы, в свою очередь ведущие к опорожнению этих сосудов.

Во всяком случае, в явлении этом мы видим простейшую форму чисто физиологического освобождения телесного органа от мучительного для него состояния напряженности.

* * *

Но каким сложным путем реагирует на эту напряженность в ампуле душа человека в состоянии бодрствования!

Стремление организма к облегчению напряженного состояния (влечение к половому удовлетворению) ничего общего не имеет со стремлением к простому опорожнению переполненного чем-нибудь органа в тех частых случаях, когда нет местного напряженного состояния (напр., от большого количества скопившейся семенной жидкости), а лишь душевная напряженность.

Какая здесь происходит борьба между раздражением и сдерживающими началами!.. Ведь, рефлекс эякуляции от переполнения ампул происходит исключительно во время сна, что лучше всего доказывает мощную деятельность большого мозга во время бодрствования, сдерживающим образом влияющую на этот процесс.

* * *

Еще несколько слов о сперме.

Количество ее при каждом выделении — от пяти до десяти кубич. сантиметров, из коих каждый содержит около 60 миллионов живых сперматозоидов. При повторных, быстро друг за другом следующих эякуляциях — количество жидкости и семенных нитей уменьшается.

При доступе воздуха жидкость эта представляет собою студенистую массу, содержащую маленькие комочки, беловато-желтоватого цвета, со щелочной реакцией и характерным запахом, усиливающимся при подогревании (напр., при промывании теплой водой). Комочки скоро исчезают и растворяются, жидкость становится жиже, сохраняя, однако, свое нитевидное строение. При высыхании на белье она оставляет белые жесткие пятна, отмываемые лучше холодною, чем горячею, водою. В воде этой оказываются живые сперматозоиды, что весьма важно для судебно-медицинского исследования.

Под микроскопом в здоровой сперме видна масса живых по разным направлениям движущихся зародышевых нитей, а также небольшое количество незрелых форм вместе с разными клетками и образованиями, никакого практического значения не имеющими.

Замечательны еще впервые описанные Бетхером в 1865 году кристаллы, образующиеся при охлаждении или выпаривании спермы, длиною почти со сперматозоид. Несмотря на очень разнообразные их формы, они все — из одного и того же элемента — соединения спермина.

* * *

Со спермином много ценных и точных химических и физиологических опытов в последнее десятилетие прошлого века удалось произвести А. фон Пелю в Петербурге и тем легче, что он получил его искусственно химическим путем.

Этими опытами он положительно установил, что характерный запах семенной жидкости обусловливается исключительно спермином. Таким образом, запах этот вовсе не свойствен продуктам выделения яичек, которые его вовсе не имеют или имеют лишь в очень слабой степени, а присущ выделениям предстательной железы. Взятое из семенопроводов вещество, составляя существеннейшую часть спермы, ее запаха вовсе не имеет.

И другие химически чистые соединения спермина в самом разжиженном виде могут давать характерный запах, что вполне объясняет его появление в дыхании некоторых женщин после coitus’a.

Далее Пель нашел, что введенный в тело спермин повышает обмен веществ и на весь организм производит животворное действие. Это обстоятельство, в свою очередь, доказывает, что при способности организма всасывать семенную жидкость, coitus должен укрепляющим образом действовать на женщину. Конечно, таким путем реагирует не один лишь спермин, но и другие вещества, в сперме заключенные. Я признаю возможность — и даже вероятие того предположения, что половой акт может благотворно действовать на женщину и в другом смысле, напр., в деле увеличения внутренней секреции и при психических процессах.

* * *

Внутренняя секреция мужских половых органов играет видную роль. Па телесные силы взрослого мужчины оказывает она благотворное влияние, равно как и на его психический мир и на половое чувство.

В противоположность тому, что мы видели в женском организме, — в мужском эта секреция протекает равномерно и не отзывается, как у женщины, так резко на всей его жизни. Физиологическим колебаниям жизненных процессов при этих выделениях мужской организм не подвержен.

По достижении человеком известного возраста, как внешние, так и внутренние выделения уменьшаются. В этом следует видеть показатель наступающей общей старости. То, что железы эти начинают стареть, гораздо важнее для всего тела, чем увядание некоторых прочих органов, ибо с понижением деятельности и благотворного влияния половых желез, а также оживляющего действия их выделений на весь организм падают и общие силы его и слабеют даже духовные силы. Получается что-то вроде circulus vitiosus, вроде замкнутой цепи, важнейшим звеном которой является внутренняя секреция яичек.

С другой стороны, новейшие научные исследования, опираясь на опыт прежних экспериментаторов, внесли много нового в это понятие внутренней секреции. Штейнах показал, что перевязка семенопровода, поднимая внутреннюю секрецию яичек, не только приостанавливает ход одряхления организма, но и в некоторой степени способствует исчезновению появившихся уже симптомов старости. Таким же успехом увенчались и опыты Воронова, недостающие внутренние выделения стареющих половых органов заменяющего пересаживаемыми в человеческий организм тканями яичек обезьян.

Самым, по моему мнению, разумным средством, избежать возможно дольше отмирания и старческого одряхления этих важных органов для стареющего здорового мужчины было бы давать им регулярную работу.

Всякий орган чахнет либо от слишком малого его использования, либо от полного отсутствия той деятельности, для которой он создан. «Атрофию от бездеятельности» врачи встречают на каждом шагу своей практики, и мы обращаем на это исключительное внимание и от этого предостерегаем. Бездеятельность яичка ведет за собою преждевременную старость и кладет неблагоприятный старческий отпечаток на все существо мужчины, тогда как равномерная работа — не слишком усиленная и не слишком малая — работа яйца до глубокой старости делает человека сравнительно молодым. Конечно, рекомендовать старым людям половое общение может быть опасно в различных отношениях.

Но на свою совесть я все-таки беру совет продолжать брачное сожительство и стареющему человеку (пока, конечно, врач не запретит его при известных болезненных симптомах). И в этом смысле брак, совершенный, идеальный брак, может благодатно действовать на душу и тело.

ИНТЕРМЕЦЦО II

* * *

Чтобы плотское соитие выполнять по Божьим законам, необходимо исчерпывающе полное знание всего того, что касается мужской и женской половых сфер.

Омер Галеви.

* * *

Из всех жизненных вопросов нет более важного, как исследование условий зарождения новых существ.

Камилл Моклэр.

* * *

Для всех решительно людей нет более волнующего предмета жизненных коллизий, для разрешения которого они больше всего нуждались бы в совете опытного человека, чем те бесчисленные глупости, которые они творят под страшным скипетром маленького, слепого и злобного божка.

Л. де Лангле.

* * *

Если бы мужчина посвящал своим брачным отношениям хоть одну десятую тех забот и мыслей, которые он уделяет своим делам, большинство браков были бы счастливы.

Роберт Гаад.

* * *

Кто утверждает, что любит, ничего от любимого существа не требуя, вообще не способен ничего желать.

W. Т.

* * *

Чувственность — не грех. Наоборот, это украшение жизни, Божий дар, как бури весною и осенью. Пробуждение ее в здоровом взрослом человеке следует не только радостно приветствовать, но и от души ее желать.

Г. Френссен.

* * *

Если в браке царит настоящая глубокая любовь, и жена, в период своего здорового состояния, идет навстречу желаниям мужа без капризов и эгоистичных побуждений, то, несомненно, и муж безропотно помирится с теми затруднениями, которых требует, со своей стороны, должное уважение к благоденствию жены.

С. Риббинг.

* * *

Лучше вступить в брак, нежели разжигаться.

1 посл. ап. Павла к Коринфянам 7, 9.

* * *

Всякий, у кого в груди доброе и великодушное сердце,

Уважает свою жену и всегда с нею ласково нежен.

Илиада Гомера IX, 341.

* * *

Несомненно, тот благочестив,

Кто печется о своей жене.

Лютер.

* * *

Всем известно, как недолговечен огонь женской любви.

Его постоянно надо раздувать взглядом и прикосновением.

Данте.

* * *

По лицу женщины узнаешь, каков у ней муж.

Гете (поговорки).

* * *

В женщине все загадочно, но разрешение этих загадок одно — беременность.

Ницше.

* * *

Мужчина — осторожен,

Женщина — прозорлива.

Старая итальянская поговорка.

* * *

Очень редки на свете женщины умные и обходительные, в то же время не теряющие своей женственности, хорошо познавшие свою истинную природу и свои силы.

Жюль Гюре.

* * *

Любовь покрывает множество грехов.

1 посл. св. Петра 4, 8.

* * *

Как долго женщина остается юной?

До тех пор, пока ее любят.

Из золотой книги графини Дианы.

* * *

Любовь не знает старости.

Стендаль.

* * *

Что нам старость, если оба мы — одно.

Стендаль.

* * *

В любви мое «я» стремится к «тебе».

В любви мое «я» растворяется в «тебе».

W. Т.

ФИЗИОЛОГИЯ И ТЕХНИКА ПОЛОВОГО ОБЩЕНИЯ

Всякую природную способность, проявляющуюся в органической деятельности, упражнением, развитием можно довести до степени искусства и даже передать по наследству.

Г. Вайгингер.

ГЛАВА VIII

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОНЯТИЯ О ПОЛОВОМ ОБЩЕНИИ. ПРЕЛЮДИЯ К НЕМУ И «ЛЮБОВНАЯ ИГРА»

Прежде всего необходимо точно определить понятие нормального полового общения.

Под этим я разумею всякое нормальное физиологическое соединение двух в половом отношении зрелых людей противоположного пола с прямою или косвенною целью получить и дать другому удовлетворение, без грубых приемов и без употребления каких-либо вспомогательных средств, соединение, достигающее своего высшего, наиболее чувственного момента (оргазма) при переходе известной границы раздражения, с выделением мужского семени в женское влагалище.

* * *

Половое общение заключает в себе несколько стадий и состоит из прелюдии к нему, «любовной игры», coitus’a и следующей за ним развязки, эпилога.

Высшей своей ступени и цели своей общение достигает в своей третьей фазе — в coitus’e.

Так как в идеальном, совершенном супружестве не должно существовать таких условий, при которых лишь мужчина при половом акте проявлял бы свою активность, а женщина оставалась совершенно к акту равнодушною, я буду везде называть его латинским этим словом, чтобы избежать некоторых других названий, истинному понятию о нем не отвечающих.

Начинается coitus введением мужского полового члена во влагалище и достигает высшей кульминационной точки обоюдного наслаждения, равно как и своей цели, при выделении спермы в женский орган и при поглощении ее им. Оканчивается акт удалением мужского органа из влагалища, Цель природы при этом в оплодотворении, но как бы важна ни была эта цель сама по себе, с половым общением, как таковым, она в прямом отношении не находится. [21]

* * *

После coitus’a следует эпилог любовной близости, отсутствующий вовсе у многих супружеских пар, где нет истинной любви, а есть лишь привычка. По удовлетворении половой потребности, такие люди расходятся почти как чужие друг другу.

Поэтому в совершенном супружестве за физиологическим сближением непременно должно следовать такое общение мужчины и женщины, которое и в помине не имело бы не только равнодушия и пресыщенности, часто граничащих с отвращением, но, наоборот, доказывало бы обоюдную благодарность за полученное удовлетворение, вызывало бы чувство особой близости и радостного довольства.

И конца такому эпилогу полового акта, такому духовному сближению — после телесного — не должно и не может быть.

Лаской и нежностью начинается игра любви, и лаской же она должна завершаться с тем, чтобы вызывать новую нежность и ласку, подготовляя почву для нового сближения.

В этом и заключается постоянство в половом общении, что я считаю лучшим достоинством всякого идеального брака, его важнейшей основой.

* * *

Когда стремление к взаимной близости между мужчиной и женщиной дойдет до известной степени напряженности, между ними начинается пролог чисто полового общения, растущий часто не по дням, а по часам, рождающий страстное желание постоянно быть поблизости к любимому существу или хоть издали видеть его, прикасаться, если не к нему, то к принадлежащим ему вещам и предметам, бывшим в его руках…

Кто из пас в свое время не переживал этого томительно-сладкого периода жизни и не переживает его сейчас?

Где кончается он? Когда?

Когда начинается игра чувственности, когда человек начинает всем существом своим ощущать, что для полного его счастья не хватает обладания, физического господства над телом любимого объекта.

Установить какой-нибудь определенный срок для этого, разумеется, невозможно. У одного или у одной это стремление приходит позже, у других скорее; по большей части обе эти фазы полового стремления друг с другом сливаются во времени. Нередко, наоборот, чаще всего со стороны женщины, еще слышны робкие ноты первого чувства любви, хотя жгучая страсть охватила уже ее целиком, безраздельно царит в ее покоренном безвольном сердце.

Но для нашего изложения между этими двумя стадиями полового чувства лучше провести некоторую грань, что и в действительности, не так уже трудно, как кажется на первый, может быть, взгляд.

Одною из вех такой грани я считаю поцелуй, как прототип эротического прикосновения, с тою лишь поправкою, что его я отношу к «любовной игре», к чувственным восприятиям второй стадии полового общения.

* * *

Между первым поцелуем и физиологическим сближением происходит процесс развития полового влечения, причем поцелуй любви подготовляет почву для рано или поздно следующего за ним овладения телом любимого существа. Он неминуем и необходим для того, чтобы мужчину и женщину, друг друга любящих, поставить в такие условия, при которых физиологическое сближение как с психической, так и телесной стороны произошло бы правильно.

С сексуальной точки зрения, подобная любовная игра в особенности необходима, чтобы разбудить чувственность, обычно дремлющую у женщины, неопытной в любви и впервые с этим чувством непосредственно сталкивающейся, и сделать ее более восприимчивой к специфическим, свойственным физиологическому акту раздражениям.

Иное дело с людьми как с одной, так и с другой стороны достаточно хорошо знакомыми с подобного рода наслаждениями: их любовная игра вместе с прелюдией к пей длится сравнительно весьма недолго, а иногда и вовсе отсутствует. Мимолетного взгляда, полунамека им совершенно достаточно, чтобы понять друг друга и, в особенности после долгого полового воздержания, выполнить все, необходимое для начала coitus’a.

Однако подобное взаимное понимание друг друга и совпадение половых влечений наблюдается, в виде исключения, лишь у людей с повышенным интеллектом и чрезвычайно чутких — а только такие, замечу мимоходом, и способны к идеальному супружеству, — и притом под некоторой стилизованной маской. Если этой чуткостью не одарены сходящиеся люди — все может свестись лишь к грубости, тяжело отзывающейся на их душевной области.

Небрежность в периоде «любовной игры» самого мужчины может не только быть грубостью, но и своего рода зверством, к телесному и психическому вреду женщины.

И вообще, подобного рода небрежность, невнимание к вкусам женщины — большая глупость.

Ибо чувственная игра, как искусство, дает человеку столь же тонкое, очаровательное наслаждение, как и самый половой акт. И в идеальном браке на эту вторую стадию развития полового общения необходимо обращать столь же серьезное внимание, как и на его третью ступень — coitus.

* * *

Помимо взгляда и речи в «любовной игре», имеющих большое значение в важнейшей в этой стадии области психического воздействия, существуют еще чувственные раздражения, напр., обоняния. Вспомним о словах Руссо о «сладком аромате будуара».

Хотя в цивилизованном мире танец и потерял часть своего главного характера, еще сохранившегося у первобытных народов — средства при сватовстве, тем не менее и в наше время, и нашем обществе он содержит сильно эротический элемент. В особенности приходят мне на память национальные русские, сицилианские и тирольские танцы. Помимо содержания в них известного сорта пантомим, танцы эти производят чувственное раздражение на глаз своими двусмысленными движениями, которое увеличивается еще связанным с ними ритмом музыки.

Стремление к сближению в прологе «любовной игры» питается, главным образом, органами зрения, слуха и обоняния. Ощущения осязания и вкуса помогают в развитии чувственности во втором периоде полового сближения — при «любовной игре», причем осязание доставляет человеку наибольшую сумму впечатлений раздражающего, дразнящего характера.

* * *

Кокетство женщины с тонко развитьями чувствами, проявляемое ею с правильною постепенностью, грациозными нюансами и известной ловкой осторожностью может быть одним из действеннейших вспомогательных средств чувственного раздражения в любовной прелюдии. Смена преград, которые женщина ставит влюбленному в нее человеку, и маленьких уступок его домогательствам является характерным завлекающим аксессуаром изящного и умного кокетства. Постепенно, с каждой новой встречей, с каждым шагом к сближению смена холодности и отчужденности на ласку и симпатию все сильнее действует на психический мир мужчины, сообщая всем его переживаниям какую-то особую прелесть. В подобного рода сладкую, раздражающую истому погружают нас некоторые музыкальные композиторы, умеющие производить мощное влияние на слушателей удачными музыкальными паузами; или драматурги — краткими перерывами в развитии действия театральной пьесы приковывающие внимание зачарованного, с трепетом ожидающего зрителя. Искусное кокетство вызывает чувственные раздражения подобного же рода.

Такие мимолетные, умышленные помехи, как тонко рассчитанное средство завлечения мужчины в любовную сеть, мы находим и при «любовной игре» и даже при самом половом акте.

Не следует, однако, забывать, что всякое раздражающее средство в излишне больших дозах превращается в яд, может лишь повредить, точно так же, как и всякий яд в минимальных надлежащих количествах может служить действенным и плодотворным средством раздражения.

Кто в совершенстве этим средством не владеет и в нужный момент и правильно не умеет его пустить в ход, пусть лучше не пользуется им вовсе. Во всяком случае, и мужчины (не меньше женщины) пусть остерегутся от излишеств в этом отношении, от глупого и пошлого кокетства. Ибо вместо имеемого в виду раздражения чувственности — ее легко парализовать совершенно излишними дозами этого яда.

Сладкий яд кокетства в излишнем количестве, употребленный неумело, парализует любовное чувство и даже возбуждает отвращение. Больше одного раза принимать его не придется.

* * *

Следует предварительно условиться, что мы понимаем под словом флирт. В словарях мы найдем лишь подстрочный его перевод и объяснения, в центре понятия ставящие шутку, любовную шалость, пустую ветреную любовную игру. В таком смысле мы этого слова не употребляем. Для него у нас есть другое, гораздо более точное объяснение.

Тем менее флирту можно придавать слишком общий сексуальный смысл, как толкуют это понятие некоторые авторы, означая им, с большим обобщением, процесс «заманивания».

В конце концов, нам нечего говорить о половых отношениях вне брака: для развития их и в его области слишком достаточное поле. Пусть некоторые современные общественные круги считают и практичным и особо изысканным под флиртом подразумевать все чувственные наслаждения, «любовную игру» в полном ее объеме, нам этим искаженным и неправильным определением пользоваться вовсе не приходится. Для нашей работы мы ни в каких прикрасах или затемняющих смысл вуалях не нуждаемся.

Точное понятие флирта мы установим, лишь приняв его в первоначальном значении, то есть, по-моему, как выполнение любовной прелюдии, с употреблением всевозможнейших средств для психического сближения, но с предварительно поставленным условием не переходить за грань этой прелюдии.[22]

В такой форме флирт, именно между супругами, дает блестящий успех и лучшие достижения в деле постоянного возобновления и освежения между ними чувства любви.

И пользоваться им, как и. правильно дозированным кокетством, следует своевременно, не забывая применять его в технике идеального брака.

* * *

В любовной прелюдии первенствующее место занимает разговор о любви, темы чувствительного и чувственного характера, так как это на половое общение действует самовнушающе, а на слушателя или собеседницу — подчиняющим путем, располагающим к сближению.

Влагалищная часть матки. (Portio vaginalis uteri). (В натуральную величину).

A. Женщины нерожавшей.

В. Женщины, перенесшей много родов.

1. Передние маточные губы. 2. Трещины и рубцы на них от родов. 3. Края маточных губ. (Ostium uteri externum), у А — круглые или поперечноовальные, у В — в виде продольной щели. 4. Кристеллеровская слизистая пробка. 5. Задние маточные губы. 6. Задний свод влагалища. (Laqueur posterius). 7. Задняя стенка влагалища.

Как в половом смысле сказывается на человеке это вступление в близость с лицом противоположного пола, лучше всего заметно по физиологическим процессам тела в это время. Об общем его влиянии на организм, вроде, напр., сердцебиения и т. п., я говорить не стану. Но местные явления нам говорят вполне ясно, что прелюдия любви и в тесном физиологическом смысле есть прежде всего — подготовка. В результате этой общей подготовки, если она идет чисто психическим путем и вызывает чувственное раздражение lege artis, т. е., умело и искусно, является, как у мужчины, так и у женщины (по крайней мере, опытной, нормальной) один и тот же эффект — Destillatio,[23] которое служит необходимой предпосылкой к дальнейшему половому общению и главным условием гармонически удовлетворяющему обе стороны coitus’y.

В полном своем проявлении «любовная игра» обусловливает в человеке сильное влечение к половому удовлетворению, к насыщению полового голода.

У окружающих нас людей Старого и Нового света начинается эта игра почти исключительно вместе с первым поцелуем любви, когда два тела впервые в горячем чувстве как бы сливаются воедино, когда от страсти, с мощной силой вспыхивающей в людях, они почти теряют на мгновение сознание.[24]

Есть поцелуи, ничего общего с половыми инстинктами нс имеющие. Было бы глупо всякому поцелую приписывать сексуальную подкладку, ибо, несомненно, люди обмениваются поцелуями, не представляющими ничего иного, как лишь бессодержательную условность, а некоторые даются и принимаются людьми из побуждений, с чувственностью решительно ничего общего не имеющих. Следует, однако, заметить, что подобного сорта поцелуев не так уж много, как думают, или как хотели бы верить некоторые наивные люди.

Чувственность на половой почве в жизни человека играет гораздо большую роль, чем это обычно допускают или решаются в этом открыто сознаться.

Во всяком случае, «почтительный поцелуй» — понятие будто бы выражающее его внеполовой характер, — вовсе не так уже «невинен», как по соображениям морали или по другим основаниям обычно принято считать. Многим вдумчивым людям, не скрывающим от себя правды, эта кажущаяся «невинность» почтительных или соболезнующих поцелуев в лоб или в руку, на поверку в дальнейшем оказывалась чистейшей фикцией.

Есть еще род поцелуев, которым нельзя отказать в сексуальной подкладке — это робкие, застенчивые, проявление пролога любви, а не самой «любовной игры». К таким следует, например, отнести поцелуи во время некоторых салонных игр, а также и те, которыми робко и украдкой обменивается, частью из любопытства, лишь на заре чувственности очень зеленая молодежь.

Все эти поцелуи характеризуются тем, что взаимно передаются и получаются при помощи уст, и мы поэтому считаем их исключительно любовными.

* * *

Любовный поцелуй имеет бесчисленное множество оттенков и разновидностей, от самого легкого прикосновения кончиками губ (французского «effleurage») до так называемого «марэхинажа»,[25] когда поцелуй состоит в том, что язык глубоко погружают в рот партнера и двигают там им в течение долгого времени (иногда часами).

Что такой тесный контакт не всегда и не для всех является наиболее «подходящим» и позволительным и не у всякого вызывает наибольшее чувственное раздражение, само собою, конечно, понятно, точно так же, как несомненно и то, что известное искусство при любовных поцелуях сказывается больше всего именно в нюансировании их, их разнообразии.

Но без помощи языка поцелуй все-таки обойтись не может, и этот орган вкуса в нем играет одну из важных ролей. Если его, в порыве страсти энергичным движением и вводят глубоко в полость рта, эта деталь поцелуя все-таки много утонченнее, чем грубый, соответствующий лишь некультурному простонародью способ, практикуемый марэхинами. Даже наоборот, когда кончик языка нежно и осторожно щекочет губы и язык партнера по «любовной игре», поцелуй приобретает наибольшее чувственное действие, способствуя более интенсивному раздражению сексуальных желаний.

* * *

Восприятию поцелуя способствуют три чувства: осязания, обоняния и вкуса.

Запах в этом акте любви имеет очень немаловажное значение. Ольфакторные впечатления, получаемые от запаха кожи вокруг рта, с которой во время поцелуя орган обоняния приходит в самое тесное соприкосновение, смешиваются с исходящим из полости рта ароматом дыхания. Запах кожи вокруг рта, по всей вероятности, действует гораздо сильнее, чем это можно было бы думать по поверхностному взгляду. Теория, приписывающая возникновение нашего поцелуя обнюхиванию животных, имеет за собою много основательных доводов. У народов, у которых вместо поцелуя принято прикасаться носами к щекам друг друга и даже потираться этими органами обоняния, по всей вероятности, играет немалую роль впечатление от запаха кожи, точно так же, как и запах дыхания, также доходящий до органа обоняния целующего при таком способе любовного приветствия.

Чувство осязания при таком соприкосновении носами тоже производит соответствующее действие, хотя, конечно, меньшее, чем при настоящем поцелуе в губы.

Хотя на вкусовые восприятия при поцелуе слабо реагирует большинство людей и в этой области очень немного таких гурманов, какими были в свое время древние римляне,[26] но и эти ощущения, различные у разных индивидуумов и даже одного и того же в разное время, все-таки, несомненно, существуют. По всей вероятности, зависят они от выделений слюнных желез. Из опытов физиологической химии мы знаем, что состав слюны меняется в зависимости от различных состояний организма (напр., при беременности)[27] и что поглощаемые им вещества, усваиваясь им, выделяются в этот состав.

У нас, таким образом, достаточно данных для того, чтобы признавать за слюною известный индивидуальный вкус и даже запах.

Вот почему горячий любовный поцелуй, более или менее продолжительный и страстный, всегда имеет некоторый вкус (в противоположность условному и церемонному): при нем некоторое количество слюны неизбежно попадает в полость рта целующихся. Вот почему многие, если не все, любовники предпочитают умышленно длить поцелуи и почему нельзя назвать одной фантазией призыв поэтов: «о, дай мне упиться твоими лобзаниями», поскольку, конечно, здесь идет речь о технике любви: поцелуи, действительно, можно пить.

Вкусовые ощущения от поцелуя, сообразно с впечатлениями, ими производимыми, могут быть активными, т. е. вызывающими чувственное раздражение, пассивными, не производящими никакого раздражающего действия и, наконец, смешанного характера.

Зубы, в отношении к поцелую, будучи не только внутренним оплотом губ, могут также являться активным средством раздражения сексуального влечения, в особенности, при страстном лобзании.

Маленькие, нежные, тихие, периодически на одном и том же месте и быстро одно за другим следующие, но отнюдь не причиняющие боли покусывания, встречающиеся в процессе «любовной игры», передают особо интенсивное эротическое раздражение мужчины женщиною и наоборот.

* * *

Предыдущим я пытался показать, как многочисленны и разнообразны элементы, из которых от поцелуя любви получается целая цепь общих впечатлений чувственного свойства.

Сколько возможности усиливать и ослаблять, менять и нюансировать их характер!

Опытные в любви люди все это превосходно знают и охотно этой возможностью пользуются, извлекая из поцелуя высшее наслаждение.

Человеку, в этом неопытному, если он желает свое супружество сделать идеальным, необходимо с этим хорошо ознакомиться.

«Тот рано женится, кто не умеет создать разнообразия наслаждений двух следующих друг за другом ночей», — пишет Бальзак.

Кто не понимает очарования разнообразия любовного поцелуя или не умеет пользоваться своим знанием, тот никогда не будет пользоваться и счастьем истинно разделенного чувственного наслаждения в браке.

* * *

Кроме поцелуя в уста, целям этого раздражения чувственности весьма помогают и поцелуи разных мест тела любимого существа.

В общем следует сказать, что кроме общеупотребительных мест тела, вроде рта и груди, степень реакции па раздражения от поцелуев становится больше от периферии (конечностей) к центру тела: от лба к щекам, от кончиков пальцев к плечам, от ступней к бедрам, по направлению к половым органам, т. е. к местам, которые мы ранее называли эрогенными областями, участками, особенно сильно возбуждающими при прикосновении к ним половое раздражение.

Различное по интенсивности раздражение получается и от ее силы и рода; так большая разница между легким поглаживанием и нежным щекотаньем и впивающимся в губы поцелуем-укусом.

* * *

В противоположность к поцелую в уста, в котором смешивается активное и пассивное раздражение, оба они, оба эти рода чувств при поцелуе тела взаимно друг друга вытесняют. Совершенно разнородны чувства от того, сам ли человек целует любимое тело близкого существа, или его тело ласкают любимые уста. По то и другое доставляет высшее эротическое наслаждение, которое увеличивается во много раз, если оба существа одновременно отдаются ему.

Анализируя психическую сторону подобных актов проявления любви, мы найдем, что субъект, получающий поцелуи, воспринимает лишь чувственные ощущения, тогда как при активном действии человека, расточающего поцелуи, передаваемые мозгу ощущения от прикосновения губ и кончика языка, раздражение усиливается еще чувством обоняния запаха данного участка тела.

При таких телесных поцелуях это чувство обоняния играет гораздо большую роль, чем при типичном, любовном поцелуе и не только для активного, но и пассивного участника акта, так как в нем половое желание усугубляется настоящим «обнюхиванием». Действенные впечатления, воспринимаемые кожными покровами осыпаемого поцелуями и в то же время обнюхиваемого тела по большей части внесознательные, очень, однако, значительны в смысле раздражения, и многие мужчины, а в особенности, женщины, своими центрами мозга воспринимают эти впечатления даже совершенно сознательно. (Бесспорно важным фактором в этом явлении следует считать своего рода воздушный массаж этих покровов, производимый прерывистым неравномерным потоком воздуха, холодного при вдыхании и горячего при выдыхании.)

Что обонятельные ощущения целующего от запахов, исходящих от тела целуемого, всецело зависят от силы и нюансов осыпаемого поцелуями места тела — в пояснении не нуждается.

Еще менее нуждается в пояснении тот факт, что вкусовые ощущения, очень небольшое место занимающие в подобного рода акте, при известных условиях, у известных индивидуумов и в известных местах, могут иметь влияние на общие впечатления, получаемые лицом, принимающим в этом сладострастном действии активное участие.

* * *

Я уже отмечал при описании поцелуя в уста, равно как и телесных поцелуев, роль зубов и упоминал, что легкие безболезненные укусы должны входить в условия нормальной техники поцелуя. Это не должно вовсе означать, что при каждом поцелуе любви неизбежно подобного рода покусывание. Но в высшей стадии «любовной игры», когда напряженность поцелуев доходит до границ возможного, на сцену выступает участие зубов, вовсе не являясь чем-либо ненормальным.

Впрочем, трудно установить в этой области, как и в прочих областях психо-физиологической жизни, тот предел, где нормальное явление переходит в болезненное, противоестественное. Не кажется ли каждый влюбленный нам немного помешанным или, по крайней мере, не совсем нормальным человеком, жизненная цель которого сужена, нравственный кругозор которого необычно ограничен?

Тем не менее, границу нам установить необходимо.

Правильнее всего, по моему мнению, если предел этот отнести к границам той области, за которой уже начинается грубость.[28]

* * *

Помимо моментов оживленной «любовной игры», любовный укус может иметь место и при самом половом акте, в минуты оргазма. Предпочтительные для этого места в теле мужчины — плечи, главным образом левое плечо или область под ключицею, у женщины — шея (замечательнее всего тоже левая ее сторона) и оба бока тела, ниже подмышек. Здесь все зависит от роста и позиции совершающих акт. Немаловажную роль при этом имеют скрытые от нас и в атавистических склонностях покоящиеся причины.

Склонность к укусам в чувственной игре развита больше у женщин. Особенно страстные из них нередко оставляют на плечах мужчин кровоподтеки или синяки в виде небольших поперечных овальных пятен. Почти исключительно награждают они этим мужчин во время самого coitus’a или непосредственно после него, тогда как более нежные, обычно легкие и во всяком случае не оставляющие таких заметных следов любовные укусы мужчины имеют, в большинстве случаев, место лишь при чувственных наслаждениях перед coitus’oм, а иногда и после этого акта.

* * *

Значит ли это, что мужчина в это время более осторожен и сострадателен, чем женщина и что он может владеть собою даже в минуты высочайшего полового экстаза?

Не совсем так. Ведь никакого сомнения нет, что для женщины было бы в высшей степени грустно не чувствовать себя действительно страстно любимой, не ощущать всем своим существом его безумного увлечения ею. И темно-синие пятна на ее руках и шее, эти интимные отметки, долго спустя напоминающие ей о чудных мгновениях дивного экстаза, лучше всяких его слов говорят ей о его любви.

«Здесь мы видим глубоко в природе самки заложенную самой природой жажду быть подчиненной самцу — насилием».

«Мужская склонность к наслаждению в сознании своего физического превосходства и женская — в чувстве блаженства от необходимости ему подчиняться связаны с древней традицией, чтобы самец притеснял самку».

«Торжество мужчины при порабощении ему женщины и причинение ей некоторой боли должно рассматриваться, как пережиток первобытной любви и как явление почти нормальное, всегда сопутствующее мужскому половому влечению. Но в настоящее время проявление этого торжества у нормального, здорового человека находится под целым рядом угроз и ограничений. Если такой человек причинит или вознамерится сделать женщине какую-нибудь физическую боль, это еще не дает права утверждать, что он вынужден к этому своею грубостью или зверством. Более или менее ясно он отдает себе отчет, что боль, которой он был причиною или которую в мыслях намеревался вызвать, в сексуальном смысле лишь часть его любви и любимым женским существом не сочтется за боль, причиненную со злым умыслом».

«Если же человек будет несомненно уверен, что может причинить женщине действительно серьезную боль, он тотчас же внутренне раскается; если же он угрызений совести не почувствует, его следует считать или совершенно ненормальным или таким, у которого страсть уже стоит на грани душевной болезни».[29]

Мужская атавистическая мощь и ее властный характер, сказывающиеся в полном и безраздельном обладании женщиною, при половом акте чувствуются и самим мужчиною и женщиною, как подсознательное первобытное, в самом существе человека кроющееся стремление, необходимое, однако, к воспроизведению рода.

И как подтверждение этой атавистической склонности им обоим нередко кажется даже желанной некоторая дикость, грубость и неснисходительность в объятиях друг друга.

Отсюда — усиленные щипки, укусы и даже синяки на всех доступных во время акта частях тела.

Это выражение мужской грубой силы в любви проявляется исключительно при coitus’e и никогда при предшествующей ему чувственной игре.

* * *

Впрочем, происхождение любовных укусов совершенно иное, чем половая грубость, о которой мы только что говорили.

Не думаю, что ошибусь, если объясню склонность женщины к покусыванию просто ее желанием довести в момент экстаза силу поцелуя до возможных границ, а это, в свою очередь, ведет к несоразмерно усиленному присасыванию губами и к конвульсивному сжатию челюстей и при взаимодействии этих двух импульсов к чувству ее удовлетворения и к ощущению острого наслаждения мужчиною.[30]

В подобном ощущении восторг доставляет сама боль.

Во всем теле этот восторг вызывается сильным раздражением чувственных нервных центров, психически же он рождается от смутного сознания, что и любимая женщина показывает этим всю силу своего пылкого чувства.

Что же касается боли, то «такой укус не болит», настоящей болью в прямом смысле этого слова ее назвать нельзя. Зубы редко пронзают кожу насквозь, и кровоизлияний не бывает, а кровавые пятна, нередко наблюдаемые на местах свежего укуса, обычно не что иное, как слюна укусившего, слегка окрашенная кровью из десен. Так что раны от такого укуса никогда не получается, но в течение нескольких дней — самое большее двух недель — на теле остается след в виде сначала багрово-синего, а затем зеленовато-желтого родимого пятна; подлинного рубца не остается никогда.

Очень редки случаи, когда любовный укус оставляет после себя ясно выраженный рубец, как в поэме Гейне, когда Эдит Шваненхалс среди трупов на поле битвы при Гастингсе по таким рубцам на плече узнала своего возлюбленного, короля Гарольда.

Такие поранения нельзя рассматривать, как нормальное явление, хотя происходить такой след может и не только от болезненно настроенного человека.

* * *

Я должен обратить внимание на еще одно объяснение этого явления. Укусы могут быть следствием не только половой любви, но и таковой же ненависти. Лишь от поверхностного наблюдателя может ускользнуть, что в отношениях противоположных полов бывает не одно только влечение, но они могут и отталкивающим образом влиять друг на друга. Хотя сексуальное влечение обычно и, по крайней мере, по временам может одерживать победу, но взаимно отталкивающие мужской и женский элементы значительно сильнее и прочнее по своему постоянству.

На страже любви всегда стоит ненависть.

И, я думаю, глубоко прав тот, кто в этом видит серьезную тайную трагедию всей человеческой жизни.

Воздержимся, однако, от всего трагического. Ведь важнейшая задача идеального брака и состоит в том, чтобы, по возможности, всей силой любви, что есть в человеке, постоянно бороться с половым отвращением. Запомним лишь твердо восхитительную мысль, выраженную Матильдой Везендонк в ее чудном стихотворении, переложенном на музыку Р. Вагнером, — «Страдания»:

«… в страданиях — восторг… О! Благодарю тебя, природа, за такие страдания»; или слова одного русского романса:

«Да, я страдала, зато и любила… Рада я вновь и страдать и… любить!»

* * *

Кроме различных разновидностей поцелуя, в «любовной игре» важное место занимает ощупывание во всех его проявлениях — от осторожного щекотания и самого нежного поглаживания концами пальцев до ощупывания всею ладонью и щипания.[31] В общем, наиболее легкие и нежные прикосновения производят наибольший эффект раздражения.

Сильнее всего последнее тогда, когда как ощупывающая, так и ощупываемая сторона обоюдно обмениваются им, и оно у того и другого совпадает.

Само собою разумеется, что при такого рода раздражении чувственности главным условием является психическая подготовка, эротическое настроение, благоприятствующее такого рода игре, как у пассивного, так и у активного ее партнера.

Для пассивного — имеет громадное значение место, которое подвергается ощупыванию. А такие места, как мы уже видели, находятся в эрогенных областях тела (сравн. гл. III). Следует лишь заметить, что у различных индивидуумов они различны или, во всяком случае, не везде проявляют одинаковую на прикосновение реакцию. Каждому супругу могу лишь рекомендовать самым тщательным и внимательным путем ознакомиться с личными особенностями своего партнера в этом отношении, узнать степень восприимчивости каждого места его тела на половое раздражение от прикосновения с тем, чтобы впоследствии с пользой для нормального начала полового акта употреблять в дело полученный от этого опыт.

Для активного участника игры прежде всего важна та часть тела любимого существа, к которому он прикасается, потому что она вызывает в нем необходимое чувственное возбуждение. Он должен знать эту часть, ощупать и видеть ее.

Сила и размер самого прикосновения зависят от особенностей ощупываемого органа тела, причем специально-половые и их окружение, само собою разумеется, являются источником наивысшего чувственного раздражения.

* * *

Набухание грудных сосцов и способность их от механического их трения пальцем или концом языка приходить в напряженное, полутвердое состояние таковы же, как у клитора и penis’a. В особенности раздражение их носит чувственный характер, если оно происходит одновременно с раздражением половых органов при прикосновении к ним. (Особо страстные женщины реагируют на это раздражение даже не механического, а чисто психического свойства.)

Представляя из себя те же образования, что и у женщин, сосцы мужской груди не что иное, как недоразвитая форма женских. В связи с этим, они гораздо слабее реагируют на половое чувство, хотя и они не лишены чувствительных восприятий и также имеют свойство набухать.

Раздражение сосцов активной стороны, являясь лишь следствием чисто психических стимулов, менее сильно реагирует на чувство наслаждения, ибо свойство их не таково, чтобы самостоятельно порождать от взгляда или прикосновения эротическое возбуждение в сильной степени.

Иначе — с женскими грудями. Уже один взгляд на них — предполагая, конечно, известное душевное настроение в мужчине — приводит его в некоторое половое возбуждение, ощупывание же их ладонью значительно его увеличивает. Если мужчина и женщина оба определенно чувственно настроены, то и у последней подобного рода тисканье или легкое пощупывание этого органа вызывает приятное чувство полового аппетита. И даже больше: женщина нередко сама более или менее определенно желает и ищет подобных прикосновений.

И тем не менее, по общим наблюдениям, этот особый род эротических прикосновений сильнее действует на активную сторону человеческой пары, чем на ее пассивную часть, т. е. вид женской груди и прикосновение к ней гораздо сильнее действуют на мужчину, чем прикосновение к мужской — на женщину.

* * *

Во время процесса «любовной игры», при нежном и деликатном его ведении, в тех преимущественно случаях, где оба любящих еще не привыкли друг к другу, мужская рука, блуждая по телу близкого существа, редко устремляется прямо к его половому органу. Осторожно, робко и лишь постепенно, после ряда легких прикосновений к животу и бедру его, она, как бы нечаянно скользнув по волосяному покрову этого органа, немедленно, словно стыдясь, переходит на другое бедро. После нескольких таких застенчивых движений мужская рука в конце концов все-таки останавливается на области внешних половых губ.

Здесь начинается то, что я называю игрою раздражения. Под жадным поглаживанием мужской руки бедра женщины сами собою немного и легко раздвигаются, чтобы облегчить доступ к ее половым частям. И если под влиянием все более настойчивых любовных ласк ее сексуальное возбуждение доходит до известного предела, то к ее labia maiora (большим половым губам) начинается усиленный приток крови, они начинают припухать и от этого немного раздвигаются в стороны, а вход во влагалище более или менее открываться. Вследствие этого лежащие в преддверии его образования, в первую очередь, клитор, становятся доступными для осязания. В то же время начинающиеся выделения желез преддверия немного увлажняют его слизью и тем подготавливают более легкий доступ penis’a, находящегося уже в состоянии большей или меньшей эрекции, в предназначенное ему природой место.

Тогда для мужской руки наступает очередь скользить в область губ и начать там пальцами легкое щекочущее движение. Палец прежде всего, разумеется, на своем пути встречает также в напряженном состоянии клитор, благодаря этому уже немного увеличенный в размере и уже обнаживший головку. Палец невольно должен попасть, таким образом, в область самого чувствительного в половом отношении места, в самый эрогенный центр, — на уздечку клитора, ставшую еще восприимчивее от его эрекции.

Что на эти часто почти ненамеренные, инстинктивные легкие движения пальца женщины реагируют самым сильным чувственным позывом, — вполне понятно, как понятно и то, что, замечая, как на любимое существо действуют попытки усилить его страсть, мужчина и сам все больше приходит в экстаз чувственного восторга.

«Раздражающая игра» идет так дальше своим чередом, усиливаясь от поцелуев и от дальнейших объятий, а нередко и от ощупывания мужского органа женской рукой — вплоть до момента введения его во влагалище (immissio penis).

Этим, собственно, и кончается чувственная игра и начинается процесс полового акта.

* * *

Любовным ласкам, при помощи непосредственного раздражения мужского органа, женщина не всегда предается первая и не играет в этой игре столь активной роли, как мужчина.

Но не исключены возможность и важное значение подобного рода раздражения со стороны женщины. Если она уже достаточно продолжительное время любовно прожила с мужчиною, когда чувство ее возбуждения достигает известного предела и в особенности, когда он вышеуказанным способом еще больше раздразнил ее половой голод, то она почти рефлекторно тянется к его половому органу, ища случая прикоснуться к нему рукой.

Наблюдение за тем, как от ее прикосновений уже начавшаяся эрекция его все более его приподнимает, делая его упруже и напряженнее, наполняет все существо женщины чувственным раздражением высшего порядка. Имея, наконец, в виду возбудить в мужчине еще большую страсть, дать ему еще большее наслаждение, она от обычных объятий и бессильных прикосновений переходит к планомерному раздражению эрогенных областей его тела. Она ищет наиболее чувствительные места и сразу их находит, приобретя известный опыт в этом после некоторого совместного сожительства и после ряда любовных игр.

Она скоро приобретает в этом надлежащий навык. Реакция мужчины на половое раздражение от ее манипуляций, если она быстро попадает на нужное для того место, и проявление его страстного возбуждения, скоро становятся ей хорошо известными.[32]

При применении, однако, всех этих способов женщине рекомендуется некоторая мера, и в «любовной игре» чувство такта и сдержанности играет немаловажную роль.

Этим я не хочу сказать, что на мужчину отталкивающим образом могла бы действовать известная «предприимчивость» или навязчивость его возлюбленной.

В общем же следует подчеркнуть, что женщине, сравнительно с мужчиной, для получения оргазма или полного раздражения в половом акте, требуется гораздо больше времени и больший ряд сексуальных манипуляций. Во время раздражающей игры с женщиной ее партнер уже в столь достаточно сильной степени насыщен половою напряженностью, что для эякуляции при следующем половом акте ему довольно лишь нескольких спазматических движений. Между тем, настоящая опасность заключается именно в том, что женщине может оказаться недостаточным полученное перед актом и во время него раздражение для оргазма, и она поэтому, из-за собственных технических в любовной игре ошибок, может оказаться неудовлетворенной, вынести из акта впечатление неполноты и ненасыщенности.

Вот почему мужчина может почти никакого внимания не обращать на чувственную игру лишь в том случае, когда он по каким-либо основаниям не может уже подвергаться ее раздражению, как напр., немедленно после выделения семени.

* * *

Что касается анализа этого процесса, должен ограничиться замечанием, что запах и вкус у активного партнера чувственной игры при такого рода поцелуях могут играть гораздо большую роль, чем при обычном поцелуе. И так как именно в этом отношении переступить границу очень легко, то пассивному партнёру можно рекомендовать стараться по возможности уменьшать неблагоприятные впечатления и содержать себя и надлежащие органы в безукоризненной опрятности.

Здесь уместно будет повторить, что наслаждение активной стороны при раздражающем поцелуе получается исключительно в сфере психической и заключается в счастливом сознании возможности давать другому блаженство, между тем как половые ощущения женщины, как бы велико ни было раздражение душевной ее области, покоятся главным образом на телесных восприятиях.

И в этом акте в особенности чувственное раздражение дает, по большей части, мужчина. Причина этого не только в одном, в духовном различии между ними и женщиною, но и в различной их возбудимости, безусловно меньшей у женщины до тех по крайней мере пор, пока она еще не вполне подготовлена к условиям правильной сексуальной жизни.

Если же случайно менее возбудимым, наоборот, является мужчина, тогда женщина — что может быть лишь очень желательно, берет на себя активную роль в игре раздражения и вышеупомянутым путем сама прибегает к раздражающим чувственность его поцелуям.

Что касается навязчивости, настойчивости в этом отношении, то нужно ли предупреждать женщину быть — в психическом смысле, — по крайней мере в начале брачных сношений, осторожнее, советовать ей даже совершенно воздерживаться от подобных актов и пользоваться осязательными раздражениями такого рода лишь значительно позже, иначе говоря, нужно ли напоминать ей, что для нее гораздо больше, чем для мужчины, на этом пути опасности перейти границы от самого упоительного восторга до отвращения от чувственной грязи? Она сама это чувствует, и сама внесознательно знает.

Иное дело, когда люди сживутся и прочно полюбовно сойдутся и взаимно найдут общие точки соприкосновений вкусов и взглядов в половом отношении.

Тогда лишь может и женщина, наравне с мужчиной и попеременно с ним, быть активной стороной в раздражающей чувственной игре, и женщине уже не придется ощущать при этом ни столь обычного стыда, ни боязни. Тогда только можно пожелать ей пользоваться этим способом полового раздражения, весьма желанного для мужчины.

Большее или меньшее значение раздражающей игры и поцелуя при сравнительном дальнейшем ходе половых сношений, как и при других условиях любовной игры, зависит от склонностей, темперамента и практики участвующих в ней лиц.

Ведь и в каждой игре опытный игрок пользуется всякой возможностью, чтобы варьировать ходы и вести ее с успехом для себя, пользуясь всеми предоставляющимися ему шансами.

Может ли быть иначе при такой сложной и изобилующей бесчисленными возможностями любовной игре?

ГЛАВА IX

ПОЛОВЫЕ СНОШЕНИЯ

Часть I

Физиология и техника процесса

В идеальном виде, который, к счастью, вполне осуществим, половое сношение между мужчиной и женщиною должно было бы, в сущности, как в душевном, так и в телесном отношениях, создавать из них в полном смысле из двух одно существо.

И хотя мужчина является подателем наслаждения, а женщина — стороною, лишь его воспринимающей, и он в половом акте, по большей части, является главным активным фактором, она, женщина, уж во всяком случае не пассивная сторона, каковою ее столь долго считали и каковою продолжают, к несчастью, считать ее многие и до сих пор.

Во всяком случае, она этим быть не должна.

И половой акт с физиологической стороны может считаться осмысленным и целесообразным, согласным с законами природы лишь тогда, когда оба его участника отдаются ему полностью и ощущают от него полное и обоюдное половое наслаждение и вместе с тем безусловное взаимное удовлетворение.

Если где-либо или когда-нибудь неопровержимо требование равноправия полов, то именно — в их интересах — ввиду равного значения их при половом общении.

В идеальном браке не мужчина должен жениться на женщине, но двое людей должны сочетаться в равноправном брачном союзе.

* * *

Половой акт — соитие, coitus — третья фаза половых отношений наступает с введением находящегося в эрекции penis’a (фаллоса, как в этом виде называли его древние) в женское влагалище. Акт заканчивается извержением семенной жидкости в самый отдаленный от входа в него конец с одновременным наступлением обоюдного оргазма и с удалением из вагины исполнившего свое назначение мужского полового органа.

Сумма необходимых для полового экстаза как мужчины, так и женщины раздражений получается в момент высшего напряжения их с помощью ряда более или менее продолжительных и оживленных движений и трения. В то время как фаллос, главным образом своей верхнею поверхностью, трется о подушки и складки более или менее шероховатого влагалища, концы его нервов, главным образом на головке, раздражаются до такой степени, что в конце концов через рефлекс на нервные сплетения спинного мозга наступает освобождение спермы из семенных хранилищ. В те же мгновения корковому серому веществу мозга передается ряд теснящих друг друга, быстро друг за другом следующих чувственных раздражений, на психическом состоянии человека сказывающихся в виде полного напряженности и наслаждения чувства. Это чувство растет, делается все нестерпимее и острее вплоть до того момента, когда наступает семяизлияние и вместе с тем кульминационная степень наслаждения. После этого очень скоро наступают во всем теле ощущение полнейшего удовлетворения и чувство приятной расслабленности, оканчивается напряжение, и связанные с ним ощущения переходят в состояние покоя, в сознание достигнутой цели и отсутствия всяких дальнейших желаний.

* * *

Многочисленные на головке фаллоса находящиеся концы нервов могут реагировать на раздражение с различной интенсивностью и разнообразными путями. В связи с этим весьма различны сила и характер наслаждения от процесса акта. Больше ли раздражается frenulum praeputii (уздечка крайней плоти) или нижний ободок головки фаллоса, глубже ли влагалище и имеются ли на нем складки или оно совершенно гладкое, крепко ли охватывает его преддверие (vulva) весь ствол мужского органа или он входит совершенно свободно, почти не ощущая трения, и, наконец, касается кончик головки фаллоса маточных губ — все это вызывает, конечно, и различного рода раздражения, неодинаковые по своей силе. Само собою становится из этого понятным, какою важною предпосылкою не только для самого акта, но нередко и для всего супружеского бытия является известная соразмерность и соответствие половых органов мужчины и женщины. Ненормально малых размеров или с ненадлежащею эрекцией penis не может в необходимой и достаточной Для правильного оргазма женщины мере раздражать нормальный женский орган точно так же, как и при нормальной его величине и правильной эрекции не получается надлежащего эффекта от вялой и слишком растянутой vagin’ы.

При наличии значительного полового голода, конечно, для эякуляции достаточно, быть может, малейшего раздражения, но ощущение полного чувственного наслаждения с соответственным впечатлением, что акт совершен хорошо, испытывается лишь при условии полнейшей гармонии действующих половых частей участвующих в нем лиц.

Вот почему я совершенно не придаю значения и не считаю важными вопросы, пассивна или активна женщина в половом акте, «холодна» ли она в нем или всем своим существом на него реагирует. Все эти вопросы задаются с чисто мужской, эгоистической, преследующей цели лишь личного удовольствия точки зрения.

Не относиться с уважением к чувствам женщины во время акта, к ее психическим и телесным восприятиям и переживаниям — значит быть не только дикарем, неосмотрительным и бездушным человеком, но притом еще, безусловно, глупым, хотя бы лишь потому, что раздражение фаллоса женским половым органом существеннейшим образом усиливается степенью чувственного возбуждения женщины и теснейшим путем с ним связано. Помимо выделения слизистых продуктов желез преддверия, делающих безболезненным и самому мужчине введение penis’a, сексуальное возбуждение женщины безусловно необходимо, чтобы с помощью набухания пещеристых тел, припухания слизистой оболочки влагалища, сужения его стенок и, наконец, отхода матки вглубь канал vagin’ы стал теснее и эластичнее, а вход в него уже, вследствие чего и прилегание фаллоса плотнее, а трение о подушки ее сильнее, что в свою очередь неизбежно ведет к большему и скорейшему раздражению самого мужского органа, а следовательно, и к большему оргазму.

Уже одно то, что нежное горячее влагалище плотно охватывает фаллос, может давать ощущение сильнейшего раздражающего свойства, даже без движения органа в канале. Кроме того, очень утонченное и весьма своеобразное раздражение может доставлять свойственное, однако, далеко не всем женщинам, особое спазматическое сокращение гладких мускулов влагалища, наблюдаемое у них от времени до времени в моменты высшего полового голода. Наконец не следует забывать, что по мере повышения наслаждения и при оргазме происходит сокращение группы мускулов таза, чем также усиливается чувственное наслаждение как самой женщины, так и мужчины. Эта группа мускулов тесно связано с levator’oм vaginae и constrictoc’oм cunni, что тоже влияет в весьма благоприятном смысле на половое раздражение, очень сильное, кроме того, от трущихся движений фаллоса во влагалище.

Технику этих движений мы рассмотрим подробнее в следующих главах нашей книги.

В отношении технических условий полового акта — активным выполнителем их является, большею частью, мужчина, женщина же всегда более или менее пассивна. Есть, однако, виды coitus’a когда роли их меняются.

В привыкшей друг к другу супружеской чете женщина нередко присоединяется к телодвижениям мужчины и в нужные моменты приподнимает таз навстречу поступательному движению фаллоса во влагалище, а при обратном его движении, она также отодвигает тазовую область. Обоюдные движения эти благодаря более сильному трению органов друг о друга, безусловно, также усиливают их раздражение. При этом может, однако, случиться, что, в силу слишком энергичных движений, penis может, выйдя из влагалища совсем, не найти тотчас же надлежащего обратного пути, что может повести к неприятному в акте, хотя и очень кратковременному перерыву. Наблюдаются случаи и неравномерных взаимных телодвижений, что тоже вместо желанного усиления раздражения может повести даже к его уменьшению.

Знать все подобные случаи необходимо, чтобы уметь избегать поступков и действий, их влекущих.

* * *

Теперь мы видели все громадное значение соответственно сильного сексуального возбуждения женщины во время полового акта. Хотя у мужчины физиологический процесс рефлексов возможен без активного участия в нем женщины, но так не должно быть в идеальном браке. Не пользоваться женщиною в нем должен мужчина, а сходиться с нею, и их обоюдные требования к акту должны находиться на совершенно одинаковом уровне, на совершенно подобных основаниях.

И единственное, что здесь должно играть доминирующую, руководящую роль, — это любовь.

Любовь искренняя, глубокая, взаимопонимание полнейшее, сильнейшая чуткость.

Но поэтизировать на эту тему, я в виду не имею. Точно так же далек я и от всякой моральной проповеди. Я стою исключительно на почве сексуальной психологии. А ее закон несомненен: как не бывает полной духовной любви нормальных людей противоположного пола без телесного их единения, точно так же не может быть и идеального полового общения без их любовного единства.

Ибо полное взаимное наслаждение — и даже самый половой акт — является одною из функций души. Психическая готовность к акту есть одно из необходимейших условий нормального полового общения. Без нее даже не бывает эрекции у мужчины. Женщина может против желания своего сносить акт, но при таких условиях не может принимать в нем участия.

И только в крепком взаимном любовном чувстве можно в полной мере достичь подобной психо-эротической готовности у обоих членов супружеской четы.

Лишь при этих условиях половое наслаждение актом может быть наивысшим, оргазм — преисполненным восхитительного экстаза, удовлетворение — совершенным, чудно сладка истома и блаженна нирвана сексуального покоя.

* * *

Мужчина перед половым актом должен неизбежно находиться в известном возбуждении: без эрекции ведь невозможно введение органа во влагалище. Женщина может приступить к акту и без такого возбуждения, без предварительной физиологической подготовки. Если она «горячего темперамента» или, что гораздо важнее, в соответствующей степени опытна, она может уже во время самого процесса возместить первоначальный недостаток возбуждения (сравн. кривую В дальнейших схематических рисунков) и дойти до оргазма одновременно с мужчиной. В ней происходит тут психический процесс, в котором принимают участие как определенное желание, так и внесознательные и подсознательные факторы в виде личного опыта и упражнения, но прежде всего симпатии и любви к человеку.

За исключением редких совпадений — когда, напр., после эротического сна, мужчина, пробудясь, полубессознательно воплощает сон в действительность и начинает coitus — он может вполне сознательно не только постараться не опережать женщину в процессе нарастания половой жажды, но и подавлять в себе позыв к эякуляции, не прекращая в то же время необходимых ритмических движений, необходимых для того, чтобы она без особого напряжения могла одновременно с ним ощутить высочайший половой экстаз. Здесь мне невольно приходит на мысль образное сравнение Керера, который в своем труде «О причинах бесплодия»[33] дает ясную картину отношений мужчины и женщины во время акта и притом такого, каковым он должен быть. Он сопоставляет его участников с двумя бегунами или всадниками, «одновременно покидающими старт и желающими ровным аллюром и не слишком ускоренным темпом одновременно же добежать до намеченной цели». Сравнение это годится, однако, лишь в отношении опытной в половых сношениях супружеской четы, на что особое внимание обращает, впрочем, и сам Керер.

Если же женщина совсем неопытна — а развитие у мало-мальски страстной женщины технической способности к планомерному раздражению и способам проявления половой любви требует довольно продолжительного времени, — то, покидая вместе с мужем старт, она по дороге неизбежно от него отстанет и даже вовсе не дойдет до конечного пункта, потому что он должен прийти к нему гораздо скорее.

Если при подобных неравных шансах и неравномерном распределении способностей из двух участников акта наиболее сильный опытом пожелал бы сравнять шансы, ему ничего не остается иного, как поступить подобно более тренированному в борьбе: авансировать другого (в данном случае женщину). (Сравн. кривую С на следующих схематических рисунках), уступить — иными словами, приступить к половому акту лишь по предварительной подготовке и раздражении чувственности любимой женщины, подробно изложенными в предыдущей главе способами.

Иных путей избежать затруднений и шероховатостей при акте нормальному человеку нет. Может он, конечно, во время coitus’a попытаться мысленно отвлекаться от связанных с этим представлений и проводить процесс более или менее механически, но и этому поставлены сравнительно узкие границы: долго удерживаться от оргазма при половом голоде не представляется возможным.

В этом отношении — замечу попутно — женщины обладают, сравнительно с мужчинами, куда большею приспособляемостью, само собою разумеется, лишь в достаточной мере опытные в любви и умевшие добиться в этом искусстве хороших результатов. Они могут не только по желанию ускорять половую реакцию, но и, в известной мере приспособляясь к половым данным мужчины, замедлять ее.

Это приспособление для женщины тем легче, что важнейшие раздражения, ведущие к оргазму, связаны с началом семяизлияния мужчины.

* * *

Фаллос своим движением во влагалище раздражает не только концы нервов во входе в него, в нем самом и даже во влагалищной части матки (Portio vaginalis), но и клитора с его уздечкой.

Но последнее, т. е., раздражение движениями фаллоса клитора при coitus’e зависит от некоторых условий: от величины этого женского penis’a, от степени развития его связок, от индивидуального положения его среди половых губ (выдается ли он или расположен довольно глубоко, почти под лобком) от характерных особенностей таза, от объема фаллоса, положения участников во время акта и, наконец, от характера их движений.

В расположении клитора на путях во влагалище можно, пожалуй, безошибочно понять цель природы. Уже одно то, что этот реагирующий на самое легкое раздражение орган уходит в глубь губ при эрекции и как бы поднимается навстречу фаллосу, — говорит за это.

Однако очень часто, может быть, даже в большинстве случаев, он этой цели, у наших современных, по крайней мере, женщин, не совсем отвечает, главным образом, вследствие его малых развития и размеров, высокого положения его в половом органе и уменьшенного склонения таза — т. е. явлений, обычно друг другу сопутствующих и свидетельствующих о некоторой общей недоразвитости структуры тела.

Подобная остановка телесного развития на одной и той же ступени детскости по общераспространенности своей стала столь обычным явлением, что его следует считать во многих случаях определенно болезненным. Очень часто недоразвитость эта (инфантилизм) сказывается в еще более резкой форме. Тогда она уже патологична и допускает возможность предположить нарушения и других жизненных функций, приводя, напр. в половой сфере, к бесплодию. Эти ненормальные явления имеют громадное влияние и на развитие полового чувства вообще, не говоря уже о его патологических извращениях. И высокое положение клитора и его малые недоразвитые размеры играют при coitus’e немаловажную роль. Хотя эту ненормальность и не трудно исправить, во всяком случае вначале она обусловливает недостаточность полового единения и от супруга, как руководителя и воспитателя сексуальных наклонностей жены, требует применения всех имеющихся у него способностей любовника-обольстителя, иначе ему угрожает продолжительная «холодность» любимого существа.

Малоразвитый клитор, как и весь половой аппарат, с годами, при половом общении, может дойти до нормальных размеров-, так что и в этом смысле имеют значение опыт и упражнение.

* * *

На раздражение влагалища своими чувственными восприятиями женщина при coitus’e реагирует совсем иначе, чем на раздражение одного клитора. Конечно, в результате обоих раздражений получается половой экстаз, но от первого второй разнится по эффекту приблизительно так же, как вкусовые ощущения от двух различных сортов одного и того же вина.

И чувства полового удовлетворения от обоих видов раздражения показывают хотя и небольшую, но определенную разницу, хотя внутренние процессы реакций, местные и общие явления опорожнения переполненных органов, телесное и психическое ослабление в общем одинаковы. У женщины, следовательно, возможны такие изменения и комбинации полового наслаждения, которые недоступны мужчине, между тем как в пределах определенного раздражения как у одной, так и другого, существует много вариаций в зависимости от мелких деталей самого раздражения.

Coitus, в обычной, естественной его форме, вызывает у женщины комбинацию клиторных и влагалищных раздражений, дающую наибольший эффект и наискорейший оргазм.

Отсюда следуют его показания и противопоказания. Как мы видели, техника coitus’a нелегка. И в тех случаях, когда расположение клитора для акта менее благоприятно, следует помочь этому неудобству приведением тела женщины в подходящее положение, позу. Иногда для этого необходимо изменить положение тел обоих участников акта. Цели этой можно достигнуть также, если при раздражающих движениях фаллос, почти не входя во влагалище, головкой своей задевает исключительно клитор. При этом, конечно, следует опасаться, чтобы при каком-либо неосторожном движении penis не потерял своего правильного направления и не прервался бы от этого необходимый ряд раздражений.

Наконец, существует возможность связать вагинальное раздражение фаллосом с раздражением клитора рукой.

В большинстве случаев, главным образом при coitus’e, раздражается влагалище, и этого оказывается вполне достаточно для прогрессивного повышения страстного напряжения и для того, чтобы женщина после известного числа таких раздражений была вместе с мужчиною близка к экстазу.

При нормальном, «здоровом» половом акте обоюдный половой экстаз или оргазм должен наступать приблизительно одновременно, т. е., вслед за эякуляцией у мужчины, тотчас же наступает оргазм и у женщины, точнее говоря, — после такого промежутка времени, какой необходим, чтобы вызвать реакцию центральной нервной системы и вызвать семяизлияние, на что при быстрой проводимости нервов необходимо менее секунды.

Рассмотрим теперь процесс полового акта более подробно, воспользовавшись схематическим чертежом, облегчающим понимание сопровождающих акт явлений.

В кривой А мы видим изображение хода теснейшим образом между собою связанных психических и физиологических явлений возбуждения при нормальном, идеальном акте.

Исследуя обе кривые линии, мы видим, как перед immissio penis (вводом мужского полового органа во влагалище) поднимаются они, т. е., как нарастает раздражение, вызванное любовной прелюдией и чувственной игрой между мужчиной и женщиной. Итак, хорошо приспособившаяся, в половом смысле, друг к другу чета при наличии раздраженной чувственности готова к соитию. После введения готового к акту фаллоса в женскую половую щель, раздражения, суммируясь и нагромождаясь друг на друга, постепенно усиливаются вследствие типичных, по большей части полупроизвольных, инстинктивных ритмических движений тела. Кривые линии мужчины и женщины в полном контакте идут рядом вплоть до того момента, когда волна напряжения у мужчины не перейдет известного предела, вызвав потребность эякуляции. Тогда обе кривые расходятся. В тот момент, когда сумма раздражений всей мужской половой сферы достигнет известной величины для получения соответствующего рефлекса (а наступление его с этого момента абсолютно не подлежит уже влиянию каких бы то ни было волевых импульсов) и в тот момент, когда первые сильные струйки спермы будут выбрызнуты на переднюю стенку мочеточника, человека с небывалой силой охватывает чувство горячей половой страсти, переходя в оргазм, а рефлекс в то же время идет дальше двумя путями: с одной стороны, попавшее в мочеточник семя, выводимое конвульсивными, не поддающимися приказу воли и сильными сокращениями мускулов выбрасывается во влагалище, с другой стороны — новые количества жидкости, содержащей семенные нити, из семепротоков и предстательной железы продолжают выделяться в мочевой канал, пока, наконец, не истощится весь запас этой жидкости и рефлекс не прекратит своего действия.

Первых струек жидкости, упавших на стенку мочеточника, — иначе говоря, начала рефлекса, — было бы, в сущности, достаточно для начала оргазма и для внезапного повышения сексуального возбуждения. Но на самом деле истинной своей кульминационной точки оргазм достигает лишь спустя немного времени, когда благодаря усилению раздражения от нескольких последних телодвижений, рефлекторные явления приобретают особую силу и мужское половое безумие в эти последние моменты сильно раздражающим образом действует на женщину.

Вскоре после этого струи, выбрызгиваемые в мочеточник, слабеют, ибо запас жидкости иссякает. Рефлекс вследствие этого прекращается, и сначала понемногу, потом все скорее уменьшается сила оргастического чувства, и, наконец, оно вовсе исчезает. Вот почему ход его у мужчины, выраженный кривою линией, принимает форму дуги или арки. Почти таким же путем идет и процесс эякуляции, для своего завершения обычно нуждающийся в пяти или семи с максимальной силой происходящих ритмических мускульных сокращениях.

После их окончания возбуждение уступает место чувству полного изнеможения и расслабленности во всем теле. Эрекция прекращается сравнительно скоро, хотя penis по сравнению со своим обычным спокойным состоянием некоторое время продолжает еще сохранять несколько увеличенный размер.

От многих условий зависит, остается ли он более или менее продолжительное время в vagin’e, или после эякуляции из нее удаляется немедленно. В общем, надо заметить, что последнее, в интересах женщины, должно считаться нежелательным.

* * *

Ответить на вопросы, как проявляется оргазм у женщины и что при этом в ее половой сфере происходит, значительно труднее, потому что его явления во многих отношениях сложнее, чем у мужчины и, даже в границах нормального, показывают много индивидуальных различий. Кроме того, непосредственному наблюдению они значительно менее доступны и то лишь в исключительных случаях.

Ответ на второй поставленный нами вопрос мы пока оставим и постараемся ответить, каким именно путем у женщины является половой экстаз со всеми связанными с ним рефлексами.

Прежде всего определенно можно сказать, что оргазм с психическими и физиологическими его аксессуарами наступает у нее и без выделения мужского семени во влагалище. (Таким образом, у страстных женщин он несколько раз проявляется, например, во время акта и до семяизвержения.)

Этот несомненный факт, однако, нисколько не уменьшает громадного значения эякуляции на женский оргазм, который может у женщины быть вызван двумя путями: от раздражающих ощущений, вызываемых мускульными, выводящими сперму сокращениями фаллоса, и от самой с силой выбрасываемой струи этой жидкости.

Сознаваемое или внесознательное влияние ощущения эякуляции, производимое на психическую область женщины, во всяком случае очень значительно. И оно тем сильнее и глубже, чем крепче женщина любит своего мужа. В цепи половых явлений оно — важное заключительное звено. Кто забывает об этом или не обращает на это должного внимания, тот никогда не увидит этого явления, не будет наблюдать процесса оргазма в его истинно правильной форме.

Какой из двух вышеупомянутых факторов должен считаться наиболее действительным, это прежде всего мы можем уяснить себе по личным наблюдениям самих женщин.

Сколько же здесь индивидуальных различий!

Есть женщины, положительно утверждающие, что настоящий оргазм появляется у них лишь при ощущении в области маточной части влагалища (portio vaginalis) сильной струи горячей семенной жидкости-. Число таких женщин, однако, очень ограниченно.

Что при благоприятных условиях почти всегда наступление экстаза связано с началом эякуляции, хотя бы сперма вовсе не попадала бы в эту часть влагалища (или при очень незначительной эякуляции, или при удалении этой части оперативным путем), ясно говорит за то, что никакой особо значительной в женском оргазме роли эта функция мужского производительного органа не играет.

Но следует ли из этого заключить, что явление это никакого влияния на женское самочувствие при половом акте вообще не имеет? Утверждать это положительно — было бы большой ошибкой.

Если задать подобный вопрос женщине, привыкшей к самонаблюдению и к анализу своих ощущений (а таких женщин, к слову сказать, очень немного), то действительно, можно услышать почти общий ответ, что чувство высшего сладострастия вызывается именно выбрызгиванием семени во влагалище. Но большинство объясняют это следующим образом: «Я чувствую, как после предшествующих, сильных, все возрастающих, полных напряженнейшего ожидания чувственных раздражений внезапно наступает прилив горячей эротической страсти, лишь только начинаются первые мощные мускульные сокращения фаллоса в моей вагине, означающие начало семяизлияния, одновременно с оргастическими спазмами всего тела мужчины. Это чувство высшего полового наслаждения достигает такой остроты, что дальнейшее раздражение было бы совершенно, казалось бы, невыносимым, невозможным. Между тем, под влиянием какого-то успокаивающего и благотворного, приятного и укрепляющего действия ясно ощущаемой струи спермы дальнейшее раздражение от мужских спазматических движений при извержении семени становится не только возможным, но может доставлять новое наслаждение. Прогрессирующее чувство приятного чувственного раздражения и ощущение блаженства с самого начала моего оргазма до конца прилива страсти у мужа одинаково равны и лишь постепенно уменьшаются».

* * *

В постепенном ослаблении полового возбуждения и относительной его медленности — согласны все женщины. Тем не менее, следует иметь в виду, что объективные явления, напр., набухание пещеристых тел, исчезают скорее, чем субъективное возбуждение, улегающееся лишь постепенно, так что, когда органы уже в прежней стадии покоя, чувства, взволнованные актом, затихают лишь мало-помалу.

* * *

Только что описанное здесь я, сколь возможно яснее, пытался схематизировать кривою линией А. Во всяком случае, худо ли, хорошо ли, она дает представление, как протекает возбуждение у мужчины и женщины во время акта и как друг к другу относятся эти процессы.

Для сравнения привожу кривую В, из которой можно видеть, как проходит тот же процесс начатого без подготовки coitus’a между людьми, в половом смысле хорошо друг к другу приспособившимися.

Кривая С показывает ход акта с недостаточно опытной, хотя и подготовленной к нему предшествовавшими раздражениями половой сферы, женщиной. Во всех этих кривых заслуживает внимания, что та их часть, которая предшествует вводу penis’a во влагалище, представлена короче, чем она может быть и бывает на самом деле. Длительность пролога к «любовной игре» и ее самой может колебаться в значительных пределах.

* * *

Теперь нам ясно, что истинно полезный для тела и в то же время благотворно влияющий на психическое состояние человека половой акт отвечает всем разумным требованиям природы, законов которой без вреда для здоровья никоим образом нарушать нельзя. При наличности же усилий и доброй воли есть полная возможность сглаживать все шероховатости, все несовершенства акта.

Возьмем такой пример: если по какой-либо причине женщине во время оргазма недостает успокаивающего действия впрыскивания спермы, то она может и будет защищать свою половую сферу от излишнего раздражения и невольным или произвольным усилием, с трудом, отвлечением мыслей от акта, все-таки подавлять свою чувственность и половое раздражение. Если она этого не хочет или не может, ей грозит, при возможном повторении акта, опасное перераздражение, отзывающееся на всем ее существе.

Но психическое напряжение, необходимое для того, чтобы отвлечься от акта, в связи с недостатком удовольствия от него и неполнотой оргазма (полового экстаза), может при частом повторении подобного явления у склонных к нервности женщин (а таких, как всем известно, очень много) вызвать нарушение душевного равновесия, очень вредное для счастья в браке. Как тесно эти нарушения психического благополучия женщины от такого отношения к правильному процессу акта связаны с непоправимым вредом для брачного сожительства — ясно каждому сколько-нибудь вдумчивому наблюдателю.

* * *

Мы сейчас говорили об умышленном направлении мыслей с целью подавить в себе восприимчивость к акту и указали на вред этого психического процесса.

Гораздо более вредным для нормального течения акта женщины являются те его нарушения, когда сила раздражения очень значительна, но благодаря его преждевременному прекращению (абсолютному или лишь относительному), удовлетворения актом не наступает, телесной и психической обратной реакции не является, а напряжение, между тем, держится в ненормальном виде и ненормально долгое время.

Это может случиться при всяком болезненном состоянии организма. Но так как описание таких случаев завело бы нас слишком далеко и выходит из рамок этой книги, патологической области мы касаться не будем: к несчастью, таких явлений и кругом нас сколько угодно. Причина этих психо-физиологических нарушений лежит в недостатке технической, для брачной жизни безусловно необходимой, подготовки мужчины или его непростительно небрежном поведении при coitus’e.

Пусть недостаток технической опытности мужчины в этом отношении и относителен, а процесс полового возбуждения и рефлексов вполне нормален, но, когда произведенного раздражения недостаточно женщине, в сексуальном смысле трудно возбудимой, по неопытности ли ее или по недостатку «темперамента», этот недостаток подготовки мужчины очень серьезно сказывается на половых ощущениях, получаемых женщиной от акта. И, кроме того, как часто мы видим глупо-эгоистическое поведение об одном лишь своем удовольствии помышляющего мужчины!

Ход акта в подобных условиях изложен в схематическом изображении в виде кривой D, которую очень любопытно сравнить с такою же С, а в особенности с «идеальною» линией А.

Приблизительно таков же ход акта с женщиною, достаточно к возбуждению восприимчивою, когда мужчина, в свою очередь, страдает слишком быстрой возбудимостью, проявляющейся в слишком скором наступлении эякуляционных рефлексов (Ejaculatio praekox) и нередко наблюдаемой у «неврастеников». (Извинясь перед специалистами за избитый и старый ныне термин.) Такие случаи граничат уже с болезненными явлениями и нуждаются в лечении, если, разумеется, супруги не смогут помочь своему горю техническими для обоих сторон приемлемыми интимными способами полового общения.

Кривою линией D хода полового акта у женщины я по возможности понятнее попытался изобразить ее возбуждение и рефлексы в том случае, когда они, дойдя лишь до известной степени интенсивности своей, не дают настоящего оргазма, ибо следует иметь в виду, что женская линия означает как состояние раздражения половых органов, так и психическое напряжение женщины. Горизонтальное протяжение линии показывает, что это напряжение не ослабевает после столь неполного акта и остается в силе весьма продолжительное время.

Для половых органов это значит — их длительное раздражение, вместо кратковременного и периодического, каким оно должно быть согласно закону природы, и постоянно напряженное их от притока крови состояние, а для психического мира — мучительное и постоянное ожидание и душевное неудовлетворение.

Сравнив левые части женских кривых на чертежах А, В и С, мы заметим, что они знаменуют собою некоторое полное надежды на успокоение и удовлетворение постепенное движение к кульминационной точке своего напряжения, разрешающегося после оргазма и успокаивающегося в правых частях этих линий. Они падают до черты покоя (горизонтальной), левая же часть кривой D, поднявшись до известного уровня, далеко не доходящего до точки, где происходит мужская эякуляция, отклоняется вправо, означая этим неудовлетворенность полового голода, не нашедшее себе в акте разрешения и все еще ожидающее его напряжение.

Чертеж представляет собою волнообразное движение функций яичника, в связи с прочим состоянием тела в отношении менструации.

Наверху дни, с первого дня менструации вплоть до ближайших следующих регул.

Нижние римские цифры — дни роста фолликулы (граафовых пузырьков). Выделение яичка из яичника.

Прерывистая линия (от 36°65) — средняя температура тела.

Штрихованные прямоугольники внизу и вверху чертежа — дни (1–4) менструаций.

Кривая №1 — отправления «желтого тела». (Corpus luteum).

Кривая №2 — изменение грудей во время четырехнедельного периода.

Кривая № 3 — температура тела.

Кривая № 4 — фазы развития слизистой оболочки матки в четыре недели.

Кривая №5 — скопления питающего яйцо гликогена в слизистой оболочке матки.

Нижняя кривая — изменение напряженности в яичнике и рост граафова фолликула.

ОВУЛЯЦИЯ.

Внезапное понижение напряженности в яичнике (нижняя черная кривая); рождение яйца, и начало развития и деятельности «желтого тела».

Смерть яйца; начало нового напряжения в яичнике. Быстрый распад и сокращение деятельности corpus luieum.

Когда такая неудовлетворенность женщины во время coitus’a бывает как исключение, оно вредить ее здоровью не может. Через больший или меньший промежуток времени она исчезает, чувство душевной неуравновешенности стушевывается в смутной надежде на возможность вознаградить себя при следующем акте.

И половые органы через некоторое время теряют свое раздражение, возвращаясь в состояние покоя и нормальных своих функций.

Иная картина получается в том случае, когда эти явления повторяются часто, когда женщина продолжительное время остается в половом отношении неудовлетворенной. Раздраженное от прилива крови к половым органам состояние их становится хроническим, нередко появляются ненормальные выделения слизи, деятельность яичников нарушается, происходят нежелательные явления и расстройства менструации. Короче, перед нами уже картина частью местных, частью по всему организму блуждающих болей, с которыми так часто встречаются врачи по женским болезням, из ложного стыда не решающиеся как следует ознакомиться с этими важными деталями половой жизни женщины или даже не придающие этим подробностям никакого серьезного значения. И как часто врачи эти пичкают своих не менее их самих не осведомленных в причинах болей женщин сложными и бесполезными медикаментами, приводя иногда своих пациенток даже к операционному столу!

Поэтому каждому мужу следует твердо помнить, что каждое значительное половое раздражение не могущей почему-либо найти чувственного удовлетворения в половом акте женщины — ей безусловно вредно, а частое повторение этих раздражений ведет к продолжительному и во всяком случае нелегко устранимому как телесному, так и душевному страданию.

* * *

Еще более опасным, чем недостаток технической в половом смысле подготовки мужчины к обхождению в половых сношениях с женщиною, является перерыв полового акта (coitus interruptus). При таком акте, весьма нередко практикуемом для избежания беременности, фаллос выводится из влагалища в тот самый момент, когда мужчина чувствует начало эякуляционного рефлекса и не может сдержать его дальнейшего хода. Семяизлияние происходит, таким образом, вне вагины на близкие к половым женским органам части тела. Для мужчины в этих случаях оргазм все-таки наступает; хотя и в известной меньшей степени, чем при нормальных условиях, напряжение мужчины разряжается. И для него он не так вреден, хотя опять-таки не для всех без исключения: у людей, расположенных к нервным заболеваниям, от этого способа совершения акта иногда появляются вредные последствия.[34]

В совершенно иных условиях женщина, в том случае если она вообще мало восприимчива к чувственным наслаждениям и так «холодна» в coitus’e, что раздражена им может быть лишь в очень незначительной мере и лишь терпит его. В этом случае такое равнодушие ее — ее выигрыш, ее несомненное преимущество. Если же на раздражение она реагирует нормально, акт протекает так, как я изобразил на кривой Е.

Из ее хода мы видим, как в момент наибольшего ожидания, перед самым экстазом, когда местное и общее напряжение и возбуждение достигают уже высшей своей точки, нормальное дальнейшее течение акта внезапно прерывается, без эффекта оргазма, и после коротких колебаний превращается в длительное, неудовлетворенное состояние (линия вправо, горизонтальная).

Здесь следует иметь в виду, что влияние полового возбуждения на тело и душу женщины в зависимости от того, завершилось ли оно его удовлетворением, или превратилось в длительную, часто мучительную жажду его в дальнейшем, совершенно различно.

Да простит мне здесь читатель невольное повторение одного и того же: в виду важности темы я считаю нужным несколько раз подчеркнуть одни и те же истины, дабы они лучше могли быть восприняты людьми, мало с ними знакомыми.

Ясно также, почему точка высшего напряжения в кривой Е лежит значительно выше такой же у кривой D.

Само собою также понятно, что общее равновесие физических и душевных сил требует в случае Е гораздо больше времени для своего восстановления. И опасность становится еще грознее, так как в перспективе предстоит такой же акт с таким же мучительным исходом со всеми своими вредными воздействиями на организм и их неизбежными последствиями.

На coitus interruptus (перерыве акта) я остановился подробнее с умыслом. Хотя по существу своему этот вид полового акта должен быть отнесен скорее к ненормальностям сексуального обихода и в подлинном смысле не может быть нормальным физиологическим явлением, но его процесс и последствия для женщины дают прекрасное понятие, что такое и отчего происходит неудовлетворенное половое чувственное возбуждение. Я подчеркиваю все это для того, чтобы и мой голос присоединить к хору тех, которые с большой настойчивостью и убеждением предостерегают от подобных актов. Тем же, которые держатся противоположного мнения и согласны с тем, что на свете громадное число супружеств, уверенных в безвредности такого способа coitus’a, я должен возразить: такой образ действия не вредит лишь такой женщине, которая вообще безразлична к сексуальному раздражению, и такому мужчине, у которого «сильные нервы» и который, в стремлении к удовлетворению лишь своей похоти, видит в своей жене не подругу жизни, а именно лишь жену, словно какую-то приятную и необходимую постельную принадлежность. И это лишь при сравнительно редком половом общении, т. е. иными словами, в тех случаях, когда налицо совершенно нет «гармонически-цветущей общей между четою половой жизни», которую в начале этой книги мы ставили во главе одного из четырех углов прочного основания идеального брака. Ясно, что в таких случаях всему его зданию грозит развал, если только оно не совсем уже разрушилось.

Для сексуально-сознательного человека coitus interruptus знаменует не только личное унижение и гибель лучшей части брачных отношений, но и опасность для собственного своего здоровья и преступление перед женщиною.

* * *

В заключение вернемся еще раз к линии D. О предупреждении подобного недостаточно удовлетворяющего женщину хода полового акта мы уже говорили. Оно достигается соответствующими приемами усиленной любовной игры, своей целью имеющей раздражать чувственность женщины. Как всегда и всюду, и здесь справедлива пословица: «предупреждение — лучшее лечение». Но «лечение» — назовем его лучше успешным пользованием — в том случае, о котором здесь идет речь, — очень просто. Оно состоит в применении предупредительных средств даже после того, как вред уже причинен. (И как сравнительно редко мы, врачи, можем с пользою применять те средства, которые могли бы предупредить болезнь, уже захватившую пациента!)

Скажем точнее: если в половом акте мужчина дошел до эякуляции, не дав в то же время экстаза женщине, то, разумеется, при наличии достаточных сил и желания начать новый ряд раздражений, он должен их возобновить с целью во что бы то ни стало довести ее до чувственного оргазма.

Этот род предупредительных мер предпочтительнее, здоровее и естественнее, чем всякое другое пользование от болезни. Итак, «предупреждение — лучшее лечение». Ио лечить лучше, чем запускать болезнь, не обращая на нее внимания.

* * *

Но если мужчина из эгоистических или каких-либо других мотивов отказывается от подобного рода действий, помочь себе женщина может собственной рукой. Это, во всяком случае, лучше, чем отсутствие всякого лечения, хотя этические, эстетические и, в особенности, «педагогические» соображения сильно против подобной процедуры.

Вопрос этот имеет гораздо большую за собою давность, чем мало до сих пор распространенное признание положительного вреда для здоровья женщины от неудовлетворения половым актом. Уже старинные моралисты-теологи ломали копья в этом сложном вопросе, вступающем в конфликт с совестью. Не отстают от них и более современные авторы решений сексуальных проблем. Пишет же главный викарий парижских церквей в своем объемистом, появившемся в 1870 году в Париже «Руководстве для духовников по сексуальным вопросам» (De rebus venereis ad usum confessariorum): «Сороковой вопрос касается того, может ли мужчина удаляться от женщины по окончании акта и эякуляции прежде, чем она не ощутила оргазма, и может ли она одна продолжать раздражать свой половой орган до получения желанного экстаза». Ответ гласит, что «некоторые моралисты этого права за ней не признают, но большинство их — за то, что это допустимо, ибо…» и т. д. «Точно так же разрешается женщине раздражать свой орган, чтобы добиться при coitus’e скорейшего оргазма» и т. д. Выдающийся итальянский физиолог Лючиани, цитирующий этот труд, не без основания замечает: сколько практической мудрости в этих разрешениях, даваемых на исповеди и направленных к тому, чтобы успокоить мятущуюся религиозную совесть верующих!

ГЛАВА X

ПОЛОВОЙ АКТ

Часть II

Физиология и техника (продолжение)

В книге Грэесона мы часто встречаем слово «seminatio», термин устарелый и, с точки зрения современной науки, даже непонятный, ибо какое же семяизлияние может быть у женщины?

Тем не менее, мы на нем остановимся и попытаемся выяснить, каким путем могло явиться подобное слово и какое представление с ним связано.

Этим словом, очевидно, определялась какая-то «эякуляция» из женских половых органов во время полового акта, главным образом при наступлении у женщины сексуального экстаза.

Перед нами вопрос сложный ввиду того, что в несомненно существующем явлении этом много индивидуальных различий. Разумеется, об истечении семенной жидкости, подобно мужской, здесь и речи быть не может. Обычно «seminatio» связывают с явлением оргазма, не отдавая себе, однако, ясного отчета, эякулируется ли что-либо вообще и что именно.

Мне кажется, что по общему убеждению несведущих в этих вопросах людей с этим понятием связано представление, что во время окончания акта у женщины что-то выбрызгивается из полового органа точно так же, как у мужчины, или, по крайней мере, должно это происходить обязательно.

Что это должно происходить, я судить не берусь. Но что у некоторой части женщин это действительно случается, я нисколько не сомневаюсь. Не могу также сказать, у большинства ли женщин это наблюдается, или только у некоторых.

Единственно, что может быть выделено при конце акта с некоторой силой, т. е. выбрызнуто, — это тонкая слизь бартолиниевых желез. Мы видели уже, что в преддверии влагалища находятся устьица как этих желез, так и малых железистых сосудов. Под влиянием полового возбуждения, бартолиниевы железы начинают функционировать и отделять слизь вместе с малыми железами, которые, однако, слишком малы, чтобы давать секрецию, количественно достаточную для выбрызгивания. Слизь эта полезна и даже необходима в целях увлажнения входа во влагалище, для безболезненного скольжения фаллоса в этом органе. В продолжение акта и сопровождающих его дальнейших раздражений, слизь эта скопляется в протоках желез. При наступлении во время оргазма мощных спазматических мускульных сокращений таза и в особенности обоих луковичных мускулов (musculi bulbocavernosi), под которыми лежат упругие напряженные от прилива крови пещеристые тела, эти протоки и самые железы от давления могут из своих выходных отверстий выбрызгивать запас накопившейся слизи.

Это явление можно также вызвать при оргазме, получаемом при раздражении одного лишь клитора, что, напр., наблюдается у женщин и девушек, предающихся ипсации. Судить о большей или меньшей силе и количестве выделений, по наблюдениям во время самого акта, совершенно невозможно. И если женщина сама говорит, что она «эякулировала», это, на поверку, значит только, что она почувствовала оргазм, пережила последнюю страстную вспышку полового напряжения. О том, что у нее действительно произошло быстрое выделение секреции — при массе семенной жидкости мужчины — ни большинство женщин, ни соучастник акта, мужчина, определить не могут.[35] Правильно лишь то, что у большинства женщин, нормально в половом отношении функционирующих, таких отделений н е бывает, хотя явления этого у некоторых, безусловно, отрицать нельзя.

Другое сопровождающее половой экстаз выделение (не выбрызгивание или «эякуляция») продуктов женских секреций возможно лишь из матки. Ничего вполне невероятного нет в том, что выделяющаяся после coitus’a слизь есть не что иное, как плотная слизистая пробка маточных губ, выталкиваемая фаллосом.[36] Не менее вероятно и то, что в этих случаях появляется просто патологически увеличенное количество отделенной слизи (тем более, что обычно наблюдается не светлая или молочномутноватая жидкость, а цвета яичного желтка), ибо типичное оргастическое выделение из матки носит совсем другой характер.

Нечего и говорить, что наблюдение этого явления во время акта тоже совершенно немыслимо. Мы можем лишь выводить некоторые заключения из наблюдений за состоянием матки, главным образом, конечно, ее влагалищной части, во время оргазма, получаемого без участия мужского органа и при помощи чувственного раздражения клитора или самой вагины. Возможность к подобного рода исследованиям, однако, представляется довольно редко. И все-таки в этой области у нас уже есть некоторый материал, накопленный нам многими наблюдателями в течение ряда последних лет, дающий нам возможность судить, как реагирует матка на половой экстаз женщины.

Мы видели уже, что благодаря половому раздражению орган этот, даже перед оргазмом, сокращается и поэтому более или менее приподнимается и выпрямляет угол свой по отношению к вагине. И. Бек, (первый, кажется, описавший явление это в научной литературе), следующим образом рисует состояние матки при оргазме. Речь идет о такой женщине, у которой, вследствие особого наклонного положения матки, видна была ее portio vaginalis, ее влагалищная часть, кроме того женщина эта отличалась особой восприимчивостью к эротическому раздражению, преимущественно при прикосновении именно к этой части, почти немедленно вызывавшем оргазм.

«Влагалищная часть матки, — пишет Бек, — сначала была твердой, неподвижной и вид имела нормальный. Отверстие матки было заполнено слизистым тампоном и не пропускало зонда. После некоторого раздражения губы ее почти тотчас же широко открылись, и она пять или шесть раз как бы зевнула, внешний ее рубец сильно втянулся вовнутрь, в шейку. Явление это длилось около 20 секунд, после чего все пришло в прежнее положение, отверстие закрылось снова, и portio vaginalis приняла свой прежний вид».

У меня полное основание считать, что оргазм и у нормально-раздражимой женщины и при нормальном положении ее матки дает такой же эффект, сопровождается теми же явлениями. И они одинаковы как в случае раздражения клитора, так в случае непосредственного воздействия на влагалище. Следует лишь подчеркнуть, что процесс этот неодинаков у каждой женщины по своей интенсивности. В этом отношении явление значительно разнится у одной и той же женщины, в зависимости, по всей вероятности, от многих условий. Какие именно моменты обусловливают это различие, на этот вопрос наше знание пока не дает ответа.

Другое индивидуальное различие женщин состоит в слизи, содержащейся в шейке матки. Некоторые современные сексологи выработали предположение, согласно которому оргастическими сокращениями матки выталкивается ее кристеллеровская слизистая пробка, хотя благодаря своей сильной клейкости она все-таки остается прикрепленной к стенке маточной шейки. Погружаясь в семенную массу, слизь этой пробки смешивается со сперматозоидами и снова возвращается на свое обычное место, так как после сокращений матка делается вялой, ее полость снова растягивается и тем самым может всасывать пробку в предназначенное ей положение. Некоторые гинекологи — и даже выдающиеся — приняли эту гипотезу, не приняв в соображение даже своего ежедневного опыта при наблюдениях за большим различием в слизистых отделениях шейки и, наверное, не приняв во внимание оргастических процессов. Это вовсе не так просто, как себе представляют врачи, посвятившие себя изучению половой науки, в числе которых, однако, очень мало врачей-специалистов по женским болезням. Хотя в виде предположения и можно допустить некоторые функции этой слизистой пробки, но, разумеется, и речи быть не может о том, чтобы она была специально приспособлена в виде какого-то языка муравьеда к уловлению семенных нитей.

Твердо установлено одно имеющее громадное практическое значение положение, а именно, что, сокращаясь во время моментов полового экстаза, а затем приходя снова в вялое состояние, матка с помощью более или менее энергичных движений своих губ, принимает участие в восприятии спермы.[37] Вследствие сокращения мускулатуры влагалища (по направлению книзу) и судорожных движений стенок живота во время спазм при оргазме (давление сверху) нижняя губа матки отступает вглубь и ее рот приближается к клубку эякулированной семенной жидкости.[38] Слизь маточной шейки, равным образом, может служить прекрасным проводником поступающих в последнюю семенных нитей, образуя в то же время, для их продвижения вперед, очень доступную и благоприятную среду.

* * *

Теперь, как я думаю, о физиологических подробностях полового акта у женщины мы дали исчерпывающие сведения поскольку, конечно, это позволяет теперешнее состояние наших знаний.

Все, что нужно было сказать о функциях мужского полового органа, подробно изложено в главе VII этой книги. Остается сказать очень немного.

Посмотрим, как долго penis, после эякуляции, может находиться в состоянии эрекции. Продолжительность ее зависит от большей или меньшей силы сокращений вагинальной мускульной системы, в особенности, в таких случаях, когда у сильно реагирующей на половой экстаз женщины он продолжается дольше и наступает несколько позже, чем у мужчины. Тогда мускул, замыкающий вход в половую щель (constrictor cunni) может с таким напряжением охватить основание фаллоса, что появившаяся после извержения семени некоторая вялость его исчезает, и он опять напрягается, что для женщины, само собою разумеется, представляет своего рода пользу и известное наслаждение. Но если это продолжается долго или слишком сильно, оно становится неприятным потому, что при чрезмерном набухании фаллоса извлечение его из влагалища делается затруднительным и может даже сопровождаться болезненными ощущениями.

То же самое следует сказать и о выше во влагалище лежащем мускуле (levator vaginae), самой физиологической структурою своей предназначенном для усиления чувственного раздражения обоих участвующих в акте лиц. При оргазме и эта мускульная группа может продолжительное время удерживать мужской орган в полном напряжении и тем самым дать возможность женщине до конца и полностью насладиться чувством полового экстаза. Наконец, она сама сознательно и умышленно может сокращать этот мускул, усиливая тем судорожное ухватывание влагалищем головки фаллоса. Но и тут полезное действие подобных сокращений может оказаться вредным при болезненно долгих и сильных судорогах в этом мускуле и в исключительных случаях ведет к ущемлению фаллоса («penis captivus» — сравн. нормальное явление подобного рода у собак).

* * *

Весьма существенное влияние на способность к половому акту или вернее на возбудимость головки penis’a имеет обрезание мужчины. Положительное и точное решение вопроса, поскольку возбудимость эта стоит в зависимости от обрезания, довольно трудно потому, что у народов, у которых обрезание это предписывается их религией, нет возможности никакого сравнения одного индивида с другим в этом отношении: там обрезаны все. Зато широкое поле для наблюдений дают те дикие племена, у которых обрезание существует не как религиозное предписание, а предоставляется производить над своими детьми всякому желающему. Интересно в этом отношении сообщение Фридерика о новогвинейских дикарях: «Среди чернокожих молодых людей на фермах и плантациях то и дело слышишь разговоры и шутки на тему о том, что мужские органы обрезанных гораздо менее чувствительны к половому раздражению, чем у необрезанных. И первые, по их откровенному признанию, требуют для извержения семени больше времени, чем последние». По мнению Фелингера («Половая жизнь диких»), «цель обрезания, по всей вероятности, — в целях продолжения полового акта, ибо лишенная кожного покрова головка penis’a менее чувствительна, чем у необрезанных».

Из ранее сказанного понятно, что такого рода удлинение акта весьма по вкусу некоторым женщинам, давая особо чувственным из них возможность удовлетворять свою страсть продолжительним coitus’oм. Нечего удивляться, что, как в старинных литературных произведениях, а в особенности самого последнего времени, встречаются типы женщин, пытающихся сгладить противоречия между половым своим желанием и возможностью его удовлетворения и за этим удовлетворением после ряда связей с мужчинами, не могущими насытить их похоти, обращающихся к обрезанным.

Теряет ли мужчина вместе с уменьшением восприимчивости головки penis’a к раздражению также некоторую долю удовольствия от акта или проистекающая от малой чувствительности головки продолжительность его может доставлять мужчине лишнее наслаждение — сказать очень трудно.

Несомненно, что на лишение уздечки крайней плоти дикие народы, в особенности на Востоке, смотрят, как на известное преимущество, дающее им возможность длить половой акт сравнительно продолжительное время. Здесь, конечно, сказывается общечеловеческая черта по возможности дольше вкушать всякое наслаждение и по мере сил увеличивать всякое чувственное удовольствие. С сексуально-психологической точки зрения я считаю подобное желание каждого здорового человека вполне нормальным. Еще более значительным фактором при этом является то, что дикарь, во всем прочем ставящий женщину ни во что, считающий ее своею собственностью и даже вьючным животным, куда больше до мозга костей пропитанного культурой западного человека считается с половым наслаждением женщины. Он, этот некультурный дикарь, ни актом, ни самим собою не был бы доволен, если бы его жена не получила удовлетворения. Этот «современный Дон-Жуан» много больше рад наслаждению, которое он доставил своей подруге, чем своему собственному.[39]

Потому-то он в удалении уздечки (в обрезании своем) видит свою гордость быть желанным участником в половом акте и серьезное основание привлекать к себе симпатии женщины.

Однако желание продлить акт может вести и к эксцессам, не только в положительном смысле, т. е., в виде непосредственно друг за другом следующих, почти без перерыва, оргазмов, но и в отрицательном, когда необходимое для эякуляции раздражение умышленно доводят до minimum’a, так что в конце концов никакого раздражения больше не получается и coitus, в собственном смысле этого слова, перестает существовать.

По моему мнению, излишком в этом отношении надо считать ограничение своего психического участия в акте, не только отвлечением от него мысленно, но и разными вспомогательными для этого средствами вроде еды, питья, курения и пр.

Хотя отвлечение мыслей от акта в целях задержки наступления момента семяизвержения уже само по себе представляет известную опасность, такое самопожертвование в интересах любимой женщины, когда думают лишь о ее удовольствии и здоровье, не только допустимо, но и извинительно. Поэтому, с моей стороны, не встретилось бы препятствий к употреблению такого способа, однако лишь в тех случаях, когда встречается надобность в кратковременной задержке мужского оргазма для достижения соответствующего эффекта у женщины. Продолжительное же применение такого психического над собою насилия крайне вредно и при более резких различных в возбудимости обоих участников акта лучше всего прибегать к другим компенсирующим средствам

* * *

Во всяком случае, систематическое воздержание от эякуляции, с психологической точки зрения, следует рассматривать, как истинно-негативный эксцесс. Распространился ли он среди белой расы с Востока, я не знаю. Припоминаю лишь, что читал об этом где-то.

Гавелок Эллис говорит, что это распространено в некоторых общественных кругах Америки. М. Стоп, ссылаясь на книгу А. Стокгэма («Karezza»), в своем труде «Married Love», не рекомендуя этого способа, подробно, однако, его описывает следующим образом: «После обоюдного страстного возбуждения, когда оно близко уже к своей высшей точке, следует попытаться привести свое тело в полный покой, прекратив всякое его движение, а все свои мысли сосредоточить на духовном облике любимой женщины (или любимого мужчины)». «Те, кто умеет владеть своими мыслями, могут, во всяком случае, добиться того, чтобы приостанавливать извержение семени и оргазм». «Есть такие супружеские пары, в которых муж редко в состоянии без дурных последствий для своего здоровья совершить нормальный половой акт. Если такой мужчина женится на женщине с большой половой требовательностью и страстной, он страдает от своего дефекта и недостатком своих половых способностей заставляет страдать и ее. Возможно, что метод «Karezza», о которой говорит Стокгэм, такой супружеской чете принес бы здоровое успокоение, предохранив мужчину от вредной потери любовной энергии и дав женщине иллюзию полового акта и необходимый ей покой всей нервной системы».

Хотя я здесь и привожу мнение «доктора» (неизвестно только, медицины ли) Марии Стоп, но лишь с единственной целью — собственными ее словами показать, как умный и, быть может, выдающийся человек может договориться до абсурда, попав в совершенно чуждую ему область знания.

О «здоровом успокоении» у нормальных людей, при таком способе coitus’a, разумеется, не может быть и речи, а говорить о «покое нервной системы» без удовлетворения в страстном порыве оргазма по меньшей мере бессмысленно. Наоборот, при применении подобного метода, в особенности при применении постоянном, являются неизгладимое и все более и более крепнущее чувство неудовлетворения, своего рода половой голод и все возрастающая раздражимость как духа, так и половых органов. Остановился на этом я так подробно потому, что считал нужным предостеречь от такого способа полового акта, так как в видах предупреждения зачатия метод этот, как мне известно, получил широкое распространение, а книга Стоп разошлась в оригинале и в переводах в большом количестве экземпляров.

* * *

Нельзя обойти молчанием еще одно важное обстоятельство, играющее значительную роль в сексуальной жизни — именно соотношение размеров половых частей во время coitus’a.

В своем обычном состоянии влагалище по своей передней стенке, т. е., от входа до влагалищной части матки, имеет длину около семи с половиной сантиметров, а по задней, т. е., до заднего вагинального свода, около 10 сантиметров. В среднем, следовательно, та часть канала, где может помещаться нормальный мужской орган, не больше 10 сантиметров.

Средняя длина penis’a в состоянии эрекции — 15 см.

Чем же объясняется возможность вполне нормального полового акта при такой очевидной и немалой разнице?

Выравнивается она прежде всего тем, что фаллос не входит и не может входить в вагину всею своею длиною, за исключением тех известных и немногих поз, при которых возможно полное его введение во влагалище, до самого почти основания. Затем оно чрезвычайно растяжимо, в зависимости, конечно, от его индивидуальной структуры. Следует, однако, принять во внимание, что предел этой растяжимости кладет сокращение продольных мускульных связок, несколько укорачивающие этот эластичный канал. Во всяком случае перевес имеет его свойство растягиваться в длину. Но при особо сильном развитии вагинальной мускулатуры и во время особо напряженного полового возбуждения, в особенности в момент наступления оргазма, растяжимость несколько уменьшается, и тогда, в связи с особой позой участников акта, фаллос, получая возможность слишком глубоко проникать в глубь канала, может по размерам своим в длину оказаться в несоответствии с длиною вагины и в глубине ее произвести даже разрыв при особо бурном акте.

К счастью, подобное явление в нормальных условиях наблюдается очень редко. Возможность его, однако, не исключена, и ее всегда надо иметь в виду.

Прежде всего нужно помнить, что эластичность вагинальных стенок уменьшается при некоторой детской недоразвитости всего организма; в преклонной старости она обычна, бывает также и при некоторых заболеваниях. Такая склонность к разрыву, утончение этих тканей стенок наблюдается при беременности и, в особенности, в послеродовом периоде. Далее, само собою понятно вредное несоответствие размеров слишком большого фаллоса и нормального влагалища или нормального мужского органа и чересчур короткой вагины. Первое случается чаще второго, но, в общем, подобная несоразмерность редко влечет за собою серьезные расстройства. Под этим я разумею прежде всего невозможность удовлетворяющего обе стороны полового процесса. Но когда действуют все причины, т. е. абсолютная несоразмерность органов, сильное возбуждение при оргазме, слишком бурный акт и прежде всего ненормальная плотность и неэластичность тканей вагины, является серьезная, самой жизни женщины угрожающая опасность разрыва влагалища и связанного с этим болезненного процесса. Тогда возможно сильное кровоизлияние и воспаление брюшины, так как она тесно связана с задней стенкой влагалища, где обычно разрыв и случается. (См. фиг. II.)

* * *

Немаловажное для практической жизни значение имеет еще то обстоятельство, что о размере фаллоса и длине вагины нельзя судить по общей структуре тела данного лица и его росту. Обычно с этими характерными половыми особенностями люди знакомятся слишком поздно, т. е., после свадьбы, и оказывается, что между очень друг к другу по телосложению подходящими супругами в этом отношении нет никакого решительно соответствия. С другой стороны, очень часто прекрасное половое сожительство можно наблюдать между мужественным и сильным мужчиною и слабенькой женщиной, небольшого притом роста. В таких супружествах в особо усиленной степени проявляется вполне естественный инстинкт мужчины-покровителя, выражающийся в исключительной заботливости, нежной деликатности и предусмотрительном внимании к более слабому созданию. И замечательно, что как раз маленьких женщин природа и позаботилась одарить в этом отношении нужным ей преимуществом (растяжимостью и эластичностью влагалища) — способностью без ущерба для своего здоровья отвечать повышенным требованиям мужчины. Одинаково несомненно, что женщины подобного типа, по большей части, в особенности выносливы в половом отношении. Здесь я имею в виду не только их основное отношение к акту и образ поведения в нем, но и их телесную и душевную стойкость в борьбе с разными другими тяжкими половыми функциями (менструациями, беременностью, послеродовыми заболеваниями) и их плодовитость, из чего, естественно, можно вывести безошибочное заключение, что из подобных женщин выходят идеальные жены.

Не следует лишь забывать, что подобными в сексуальном отношении благодарными свойствами обладают женщины, хотя и небольшие по росту, но вполне нормально в физиологическом отношении развитые, каковыми не могут быть те, у которых маленький рост связан с какими-нибудь дефектами общего физического развития. В последнем случае является опасность, что такое нарушение развития в каком-нибудь отношении непременно отразится и на половых функциях подобной женщины.

* * *

Недоразвитость, инфантилизм органического развития тела сказывается не на одном малом росте его: и у сравнительно больших и даже очень крупных женщин можно обнаружить подобного рода инфантилизм в большей или меньшей степени. И не у одних женщин он наблюдается, не одним женским полом ограничивается.

Значительные неудобства и нестроения влечет это явление за собою не только в общих отправлениях тела и душевной жизни, но и в сексуальной области по преимуществу. У женщины оно проявляется в расстройстве менструаций, трудности зачатия, склонности к абортам, недостаточной плодовитости и к невозможности кормления грудью своего ребенка, а, кроме того, в слабом влечении к половым сношениям и недостаточной возбудимости, для них необходимой. И самый половой акт, хотя это случается довольно редко, бывает затруднителен, а иногда даже невозможен, вследствие небольшой величины и неэластичности вагинального канала.

Разница в степенях различия форм полового инфантилизма столь велика, что сам по себе он еще не дает права говорить и не свидетельствует о полной неспособности одержимого им лица к половой брачной жизни. Это значило бы переоценить значение этого дефекта. В течение многолетней практики своей я встречал многих женщин благодаря своей детской недоразвитости организма сначала переживших много страданий, а впоследствии, в своих половых отправлениях ставших превосходными женами и настоящими матерями. Для них брак оказался даже некоторого рода мощным спасительным против инфантилизма орудием. Нормальный половой акт в связи с сопутствующими ему приливами крови к половым частям, поступление в кровь всасываемой организмом семенной жидкости, сначала трудные, а затем все легче и спокойнее переносимые роды — все это в конце концов довершало приостановленное развитие организма, и женщина затем уже ничем не отличалась от нормальной.

Но каждый врач знает и таких женщин, для которых брак во всех отношениях является роковым, вследствие сильной степени их полового инфантилизма, совершенно исключающего всякую возможность полового акта. Такой женщине лучше бы вовсе не вступать в брак, до того она и телесно, и еще более душевно, от него страдает. Мучается и муж! И с первой категорией женщин, у которых от брачной жизни исчезают явления инфантилизма, по крайней мере в первые годы жизни судьба посылает мужчине серьезное испытание: ему необходимо так много терпения, великодушия и снисходительности, надо принести столько ежедневных жертв и столько раз вступать в решительную борьбу со своим эгоизмом, что далеко не всякий на это способен. Таким самопожертвованием, такой исключительной силой любви, притом никогда полностью не удовлетворяемой, могут обладать либо люди с очень большим духовным развитием, либо исключительно бесстрастные.

* * *

Мы не будем далеки от истины, взяв на себя смелость утверждать, что среди осложнений и опасностей, которые влечет за собою брачная жизнь, не принимая в расчет, конечно, известных болезней сердца, легких, почек и т. д., — инфантилизм играет первенствующую роль. Вот почему я лично горячий сторонник проведения в жизнь столь многими предлагаемого медицинского освидетельствования желающих вступить в брак до его совершения и притом единственно и главным образом в интересах самой женщины. Я иду даже значительно дальше и настаиваю на необходимости подробного врачебного исследования здоровья каждой зрелой для брака взрослой девушки с точки зрения ее способности к брачным сношениям. Под «подробным», всесторонним исследованием я разумею как такое, которое обычно производит врач по внутренним болезням, напр., при страховании жизни, так и специальное, врачом по женским болезням (конечно, с достаточной осторожностью, щадя девичью стыдливость).

Против того, что освидетельствование это лучше поручить женщинам-врачам, ничего, разумеется, возразить нельзя. Главное в том, что оно должно быть произведено.

Девушка могла бы избежать многих крупных осложнений физиологического характера, да и непредвиденных психических страданий, если бы подобное исследование было сделано уже тогда, когда о замужестве нет еще и речи.[40]

Если же по исследовании в половой сфере девушки оказался бы какой-либо дефект, препятствующий браку, в тысячу раз предпочтительнее, разумеется, знать его заранее. Наконец, в случае обнаружения не особенно серьезными последствиями чреватого недостатка, его можно бывает удалить до того, как вопрос о замужестве станет на очередь, соответствующим лечением.

При недоразвитости половых органов мне нередко удавалось, в относительно даже сложных и трудных случаях, соответствующим пользованием почти аннулировать их вредное на последующий брак влияние и возвращать женщине возможность к нормальным половым отправлениям.

Далее в высшей степени желательно, чтобы и будущий муж перед браком (самое лучшее врачом невесты) был бы предупрежден о степени полового инфантилизма своей будущей супруги и чтобы врач обратил его особое внимание на возможное сначала половое равнодушие и невозбудимость девушки с тем, чтобы, по крайней мере в первое время брака, муж смог бы возможно бережнее относиться к ней во время полового акта и, понимая ее органический, во многих случаях легко исправимый дефект, по возможности щадил бы ее. Нечего и говорить, что и для мужа знание всех обстоятельств, имеющих сопутствовать его брачному сожительству в сексуальной области, безусловно необходимо и полезно — и без того на его брачном пути встретится много незнакомого и неожиданного! Столь же несомненным мне кажется и то, что по существу не только жених, но и невеста (и ее родные) имеют право определенно знать, что их проектируемой половой связи не угрожает никаких неприятных неожиданностей. Вопросы общего состояния здоровья, разумеется, имеют для обоих сторон также немаловажное значение. Невесту главным образом и по большей части интересует вопрос о безусловном половом здоровье жениха, а для мужчины, если он женится на девушке, должно было бы быть необходимым до сих пор совершенно игнорируемое предварительное ознакомление с состоянием развития важнейших для счастливого брачного сожительства ее органов.[41]

* * *

После предыдущих строк у читателя сейчас же возникнет вопрос, не наблюдается ли подобной же приостановки в развитии половых органов также и у мужчины.

Па это мы должны ответить: обычно не наблюдается, по крайней мере в том смысле, как это проявляется у женщины.

Задержка в развитии мужских половых частей встречается много реже, чем у женщин. Выражаться она может в уменьшении качества или количества семенной жидкости, или обоими этими признаками вместе, а также недоразвитостью penis’a. Если подобный фаллос будет введен в большую сравнительно с ним вагину, то раздражающих ее движений трения при акте может оказаться недостаточным для появления оргазма или достигаться он будет по большей части с большим усилием. В особенности не хватать такого раздражения будет пассивной стороне — женщине. Равным образом, недостаточная половая сила и слабое влечение к акту не будут в состоянии удовлетворить нормальный сексуальный голод здоровой и не особенно притязательной женщины.

Фаллос исключительно большой и длинный встречается очень редко, но больше нормальной величины бывает много чаще, чем ненормально малый. Увеличенный penis является не только индивидуальным качеством человека, но нередко родовой, наследственной особенностью. Кроме того, много значат тут и расовые различия.

Величина детородных органов негров, напр., значительно превосходит таковую же у белых. Кроме того, среди самих негров сравнительно чаще, чем у европейцев, попадаются индивиды с выдающимися по размерам органами (даже по сравнению со своими соплеменниками). В общем, фаллос больше средней величины благодаря большему раздражению на половые части женщины, им производимому, скорее приятен, доставляя ей большее сексуальное раздражение. В смысле положительного неудобства он может являться лишь по своей чрезмерной величине и то, быть может, лишь в самом начале брачных сношений. Болезненные же расстройства от этого в половой области довольно редки, хотя бы уже по одному тому, что мужчина, обладающий таким органом, должен по необходимости быть особо осторожен во время акта до тех, по крайней мере, пор, пока не убедится, что вредить он этим своей супруге не может.

* * *

Слишком большая величина влагалищного канала также не может быть причиною сколько-нибудь серьезных расстройств половой сферы женщины, хотя для мужчины довольно значительным дефектом ее следует считать чрезвычайно слабое раздражение, от такой вагины получаемое. Прибавлю, что он, по большей части, далеко не безразлично относится к расширению ее и ее входа после нескольких родов. Но горю этому весьма нетрудно помочь аккуратным и тщательным наложением на нее и на промежность швов, как мы об этом говорили уже в главе IV, и развитием соответствующими упражнениями надлежащей группы тазовых мускулов (сравн. гл. V). Может помочь в этих случаях и разумно примененная техника акта.

Если же, несмотря ни на что, все-таки будет ощущаться некоторый недостаток раздражения и в душе зашевелится чувство неудовлетворенности, то с этим, как и со всем неизбежным в этом мире — со старостью и даже с самою смертью, — надо постараться помириться и подавить в себе горечь неудачи увеличением нежности, умножением жертв и усилением любви духовной.

ГЛАВА XI

ПОЛОВОЙ АКТ

Часть III

Положение половых органов и тела при акте

Представляя собою важный психо-физиологический процесс, по своему значению для будущности всего человечества подлежащий чисто научному исследованию, половой акт и принимаемые во время него положения тела заслуживают нашего самого близкого и подробного ознакомления.

Ни с научной, ни с практической точек зрения здесь нет, конечно, никакой цели приводить сотню слишком разных видов процесса этого, упоминаемых в разных эротических книгах Востока. Было бы, однако, равною погрешностью против научной задачи настоящей книги совсем обойти этот важный вопрос, имеющий большое практическое значение: с ним связаны вопросы половой гигиены, увеличение наслаждения от акта и, наконец, от него зависят более или менее благоприятные виды на оплодотворение.

Что касается последнего, то следует помнить следующее: каждый акт, заканчивающийся у обоих его участников наиболее интенсивным оргазмом и притом одновременно, эти шансы увеличивает. То положение тела, в котором масса спермы может глубже всего проникать во влагалище, больше всего и способствует немедленному восприятию ее маткою. Положение же, при котором сперма попадает лишь на нижнюю часть вагинального канала, дает на это значительно меньше шансов. И та поза женщины, которая задерживает эякулированную жидкость в непосредственной близости к зеву матки, увеличивает вероятие оплодотворения яичка. Точно так же задержка на некоторое время фаллоса после выделения из него спермы во влагалище, так что оно остается как бы плотно закрытым, уменьшает возможность преждевременного истечения жидкости обратно из вагины.[42]

Неудобства при coitus’e, возникающие от особых свойств тела каждого его участника (увеличение объема живота от беременности, ожирение его покровов и т. п.), можно избежать придавая телу женщины соответствующее положение. Точно так же можно обойти или уменьшить грозящую ей же опасность от некоторых других условий: несоответствия размеров половых органов, склонности тканей влагалища к разрывам, например во время беременности и т. п.

Наконец, от положения при акте половых органов и самого тела, от позы участников акта в значительной степени зависит и чувственное от него раздражение, следовательно, и ускорение его и приносимое им ведущее к скорейшему оргазму наслаждение.

Но не на этом одном сказывается влияние позы обоих участников акта. Как меняются характер и место раздражения при различных взаимных положениях, точно так же варьируются и вызываемые этим раздражением ощущения тоже по своему роду и характеру, и в очень значительной мере. Отсюда — возможность большого выбора, разнообразия половых наслаждений. А между тем еще с седой древности неизменным остался психический закон, что наслаждение для продолжительности существования своего первым условием ставит разнообразие. Однообразное наслаждение перестает им быть очень скоро. И вопрос этот для счастья в браке имеет исключительно важное значение.

* * *

При coitus’e мы наблюдаем два основных положения тела. Первое — грудь с грудью, второе — когда передняя часть тела мужчины обращена к спине женщины. Первое — называется positio obversa, второе — positio aversa.[43] В каждом из этих положений существуют особые позы, находящие практическое и полезное применение.

Некоторые авторы второе положение считают, по естественно-историческим мотивам, наиболее нормальным. Я же, вместе с большинством других исследователей этого вопроса, наоборот, считаю, при теперешнем анатомическом строении человеческого тела первое самым естественным и физиологически-правильным, потому что лишь при нем органы противоположных полов своими легкими изгибами друг другу соответствуют: как известно влагалище несколько искривлено кпереди, penis же имеет некоторый изгиб назад. Этим я, конечно, не хочу сказать, что второе положение неестественно с физиологической точки зрения, или имело меньше прав на практическое применение.

* * *

Теперь мы рассмотрим различные позы, поскольку они имеют принципиальное физиологическое при акте значение, анатомически проанализируем их, и анализ этот поставим в основу для решения вопроса, сколько каждая из них и в каких именно случаях служит главнейшей своей цели и какие своему назначению не удовлетворяют.

А. Первое положение. Positio obversa.

В этом положении — шесть различных поз, с главнейшими особенностями которых нам придется ознакомиться.

I. Нормальная поза, чаще всего принимаемая во время coitus’a, состоит в следующем: женщина, слегка согнув бедра и раздвинув их, лежит на спине, тогда как мужчина, с целью облегчить давление от тяжести своего тела, опираясь локтями и коленями на постилку, с ногами, протянутыми между ног женщины, лежит на ней.

Эта поза в общем, удовлетворяет как физиологическим, так и психологическим требованиям нормального полового акта. И этим последним — в особенности потому, что соответственно желанию женщины в мужчине рождается некоторое бессознательное чувство обладания и «покровительства» ею. Кроме того, положение это дает ему возможность увеличивать чувственное раздражение акта поцелуями и ласками, а телесное и душевное наслаждение — тесным прикосновением всем телом.

В иных случаях положение это вследствие чрезмерной тяжести мужского тела становится неудобным и тягостным, ио пояснять их нет необходимости, они известны всякому. Я хочу лишь указать на вредное действие внешнего тяжелого давления на беременную матку, разумеется, не в то время, когда в этом положении живот женщины настолько увеличен, что делает невозможным coitus в подобной позе.

Чувствительное раздражение при нормальном половом акте, в нормальной позе, у нормально чувственных супругов, тоже нормально, т. е., средней силы, вполне, впрочем, достаточной для правильного хода рефлекса как у мужчины, так и у женщины. Интенсивность его, необходимая для проявления оргазма, — тоже средняя.

Но когда налицо даже небольшая несоразмерность между мужскими и женскими половыми органами, в смысле (относительно и абсолютно) меньшей величины фаллоса, обоюдное раздражение может оказаться при нормальной позе недостаточным и появление оргазма замедленным, если не совсем невозможным.

Перспективы зачатия в такой позе, в общем, благоприятны.

* * *

II. Вытянутая поза. От предыдущего неудобства можно избавиться, изменив позу женщины. Для того она, после введения мужского органа во влагалище, сдвигает и вытягивает ноги, так что бедра мужчины располагаются уже со внешних сторон ее ног. Мужчина выигрывает при такой ее позе в двух отношениях: раздражение фаллоса усиливается и получается полная уверенность, что он из влагалища уже не выскользнет. Чувственное раздражение, хотя и грубее, но действеннее. В случае, когда penis не слишком мал, но лишь не обладает надлежащей эрекцией — при постоянном его таком свойстве, или вследствие только что происшедшей эякуляции, — подобная поза тел участников акта дает наилучший результат и применяется с большим успехом. При ней основание фаллоса благодаря особому наклону таза трется о лобковую кость, о плотно сдвинутые большие половые губы и даже о внутреннюю сторону бедер. Кроме того, этим трением достигается больший к этим образованиям приток крови, усиливающий эрекцию и увеличивающий приятное раздражение как мужских, так и женских половых частей.

У женщины в такой позе усиливается чувственное раздражение преимущественно vulvae (половой щели) и входа во влагалище, а еще важнее — трение головки и спинки фаллоса непосредственно о клитор. Увеличение эрекции мужского органа тоже, само собою разумеется, имеет для женщины в данном случае большое значение.

В вагину penis при такой позе тела входит менее глубоко, а в исключительных случаях при очень коротком penis’e и вовсе почти не вдвигается.

Вытянутая поза с плотно сдвинутыми ногами женщины может быть применена как с самого начала акта, так и тотчас после эякуляции, чтобы удержать семенную жидкость во влагалище. В последнем случае женщина, плотно соединяя бедра, удерживает выделивший сперму орган на некоторое время в вагине.

* * *

Благотворное действие подобной позы женского тела усиливают еще подкладыванием под поясницу не плоской и мягкой подушки, а лучше всего плотного, жесткого валика достаточно больших размеров. При подобном положении, таз получает особый уклон, поясница приподнимается и тем самым выпячивается лобковое возвышение вместе с клитором. Это, в свою очередь, допускает гораздо более интенсивное, чем при обычной вытянутой плашмя позе, трение и раздражение этого чувственного органа стволом фаллоса. Для получения наибольшего эффекта ноги женщины, понятно, должны быть вытянуты и безразлично — плотно ли сжаты или несколько раздвинуты. Ибо сгиб бедер в коленях уменьшил бы уклон таза кверху и частью сделал бы бесполезной подушку под поясницей.

Видоизмененным родом подобной позы охотно пользуемся мы, акушеры, при исследовании пациенток, подкладывая валик не только под поясницу, но и под верхние части бедер, так что ноги свисают с этих подкладок. Это носит название висячего положения Вальчера. Пользоваться, однако, такой позой при половом акте бесцельно и даже невозможно. Приблизительно такую же, на том же принципе основанную, исключительную позу рекомендуют восточные авторы любовных «кодексов», преимущественно при лишении невинности, но это представляет лишь известный научный интерес и может иметь применение во врачебной практике.

* * *

В такой позе женщина возможно ниже откидывает назад верхнюю часть тела, нижнюю частью крестцовой кости или несколько выше, опираясь на край кровати, причем слегка раздвинутые ноги, стоящие все-таки на ступнях, должны свисать с ее края. Край кровати, разумеется, должен быть достаточно высок для мужчины, который помещается, стоя между колен женщины, так как лечь на нее вплотную он при таких условиях не имеет никакой возможности. В практическом процессе такого полового акта, когда тело женщины почти перегнуто пополам, вертикальное положение мужчины поневоле превращается в наклоненное потому, что он во время coitus’a вынужден опираться руками на кровать.

Какова же, собственно, цель подобной позы? И почему именно опа рекомендуется для «лишения невинности»? «Кодексы» любви об этом умалчивают, но опыт всегда рационален, и добыт он интуитивным путем в течение многих столетий.

Если мы припомним анатомическую структуру женского полового органа, то сейчас же найдем и решение заданных нами вопросов (и не в одном только большем раздражении клитора). При таком ходе полового акта фаллос из обычно круто перпендикулярного положения своего принужден при проникновении во влагалище принимать почти горизонтальное направление. Когда головка его скользнет вдоль ее передней стенки в се отверстие, то свободный край девственной плевы лишь тогда только немного растягивается и надрывается, когда в полузакрытый ею вход в канал, при первом же дальнейшем продвижении, войдет более толстая часть ствола мужского органа. В обычной же позе coitus’a происходит разрыв плевы от сильного давления оконечности фаллоса извне, что сопровождается большим болезненным ощущением и является более грубым при дефлорации. В первом случае плева надрывается, во втором — разрывается.

Что, несмотря на всю основательность пользования подобною позой женщины, она не может быть введена в обиход наших новобрачных — об этом не может быть двух разных мнений.

Во всяком случае, я рекомендовал бы при первом половом акте, т. е., при дефлорации, имея в виду вышесказанное, стараться придать своему телу такое положение, чтобы головка фаллоса была при входе во влагалище приподнята возможно выше, и производить нарушение плевы, вводя орган с возможною осторожностью и не подвергая ее грубому разрыву.

Описанную выше как бы переломленную позу, в случаях болезненного разрыва девственной плевы, с успехом несколько раз рекомендовал я сам, разумеется, некоторое время спустя после разрыва, когда coitus был связан с затруднением для женщины и при обычных условиях даже невозможен, вследствие болезненного раздражения и даже воспалительного процесса fossa navicularis.[44]

Впрочем, coitus при такой позе практикуется нередко лишь как случайное, прихотливое измышление при процессе общих половых чувственных развлечений, концентрируя раздражение у мужчин — в области уздечки плоти (№ 24 фиг. VII) и на нижней стороне фаллоса, а у женщин — в клиторе и на задней влагалищной стенке. Акт в подобном положении как для самой женщины, так и для ее партнера крайне утомителен, и потому его нельзя считать имеющим какие-либо особые преимущества перед другими, более для его участников удобными.

Следует еще заметить, что поза женщины в этом случае вовсе не приспособлена к тому, чтобы семя попадало особенно глубоко, ибо фаллос проникает в вагину сравнительно недалеко и вход во влагалище лежит глубже, чем ее верхняя часть.

III. Согнутая поза. В противоположность только что описанной и заимствованной нами с Ближнего Востока, поза, когда женщина, лежа на спине, свои согнутые в коленях бедра кладет на плечи мужчины, распространена преимущественно на Дальнем Востоке, как мы это видим на иллюстрациях «брачных» книг китайцев.[45] Если во второй позе женщина перегибает туловище назад, отбрасывая верхнюю его половину, то при этой — она тоже сгибает его пополам, но вперед, позвоночный столб прогибается до последнего предела и основание таза значительно приподнимается кверху; половая щель (vulva) принимает поперечное положение (вместо продольного — при нормальном положении), а влагалище отвесно падает вниз. В то же время туго натягиваются промежности.

В таких условиях чувственное раздражение от полового акта в некоторых отношениях получается совсем иное, чем при предыдущих позах.

Вместо того, чтобы скользить вперед и вдоль влагалища, фаллос попадает в него над промежностью. Сильно приподнятая кверху область клитора совершенно с мужским органом на соприкасается, и головка его, прежде всего ударяясь о переднюю стенку вагины, при дальнейшем движении, вместе со всем фаллосом следуя ее изгибу, должна сильно перегнуться книзу, отчего во все время акта благодаря своей упругой эластичности производит на переднюю стенку канала особо сильное давление. Давление это, в смысле раздражения обоих органов, сравнительно с нормальным положением при акте чрезвычайно остро. В нормальном положении раздражение от трения получает вся их поверхность более или менее равномерно, здесь же оно концентрируется исключительно на передней части вагинального канала и задней — влагалищного входа — с одной стороны, и на верхней части головки фаллоса и нижней поверхности его основания — с другой. Так как при этом влагалище находится в ненормальном положении, то и волевые мускулы (constrictor cunni и levator vaginae), разумеется, не могут функционировать правильно и охватывать ствол фаллоса, как при нормальном акте, в особенности, если эти мускулы стенок вагины растянуты и ослаблены предыдущими родами. На усиленное давление основания фаллоса приходится реагировать в таком случае сильно напряженным тканям промежности.

Кроме того, в этой позе вход во влагалище до пределов возможного выпячивается, и фаллос проникает до самого основания лобковой кости, чего ни при каком другом положении быть не может и при растянутой вагине имеет большое значение.

В таком положении тела женщины coitus требует известной осторожности при введении фаллоса, и необходимо определенно знать, как далеко он может быть введен. Во всяком случае, по своей поперечной ширине и при средней эластичности, влагалище имеет возможность, при таком coitus’e, поглотить фаллос средней величины весь со всею своею полостью.

При подобном акте, в особенности при глубоком введении фаллоса, положение матки вполне благоприятно для зачатия.

В общем, следует прийти к заключению, что в согнутой позе половой акт возможен тем женщинам, которые обладают растянутым и вялым влагалищем.

* * *

Как для мужчины, так и для женщины акт при подобной позе последней представляет свои затруднения, и не всякая супружеская чета способна к подобной гимнастике. Да и положение женщины с закинутыми на плечи мужчины бедрами имеет тот недостаток, что верхние части тела участников акта в таком случае не соприкасаются вовсе.

В такой исключительной позе, впрочем, нет даже необходимости. Теми же преимуществами обладает и другой ее вид, применяемый в оперативной гинекологической практике. Я имею в виду то положение, которое мы придаем телу женщины при камнесечении. Женщина тогда, лежа на спине, с возможно крепко согнутыми в коленях бедрами, широко их раскрывает. При таком положении еще больше, чем при вышеописанном, когда бедра не раздвинуты, обнаруживается половая щель и область промежности.

Половой акт при такой позе женщины гораздо удобнее как для мужчины, так и для нее самой и предпочтителен в том случае, когда принципиально против такого coitus’a не встречается препятствий.

Между согнутым, скорченным положением и нормальной позой, само собою разумеется, множество переходных ступеней, и самое положение это женщина может принимать и в продолжение самого акта, чем достигается увеличение чувственного раздражения и его разнообразие.

Во всех описанных нами пока позах мужское тело помещается над женским. Но coitus может происходить и в обратном сочетании тел, т. е., в обратном порядке сравнительно с нормальным. Женщина грудью ложится на грудь мужчины. Практически, с точки зрения нормального акта, — это, в смысле эффекта, одно и то же, и мы упоминаем об этом лишь мимоходом. И физиологически большой разницы тут нет.[46]

Иное дело поза «верхом», обычно столь часто упоминаемая Марциалом, римским поэтом, что, кажется, он себе иначе, как в такой позе, не мог представить примерную античную супружескую чету Гектора и Андромахи.[47]

Технически это производится следующим путем: обычно с какою-нибудь твердою подушкой под поясницей мужчина, лежа на спине, слегка раздвигает ноги, на которые нижними частями бедер опирается помещающаяся наверху женщина. После введения фаллоса во влагалище, она, сидя верхом и по возможности откинувшись назад, начинает систематически и медленно всем корпусом тела двигать попеременно вверх и вниз. Мужчина при этом лежит совершенно неподвижно, она же, опираясь о его колени руками, все время держится совершенно прямо. Опускаясь, она сильно подгибает лобковую область книзу и назад, выгибая назад и все тело в нижней части позвоночника (в пояснице). Напротив, при движении вверх, таз выпрямляется, и лобковая кость выдвигается вперед и кверху. Таким же путем от этого движутся нижний задний край влагалищного входа и передняя часть промежности. Сущность и характер всех этих движений лучше всего можно себе представить, припомнив, в каком соотношении друг с другом находятся уздечка половых губ, клитор и передний край влагалищного входа: все эти женские органы полового акта представляют из себя овал, продольная ось которого вертикальна, а поперечная проходит сзади наперед, между тем как движения женского тела направляются сверху вниз и назад и обратно опять снизу вперед и вверх.

Что касается чувственной на мужские и женские половые органы реакции, то при опускании корпуса женщиною раздражение получается аналогичное тому, которое мы описывали при второй позе. При подъеме же ее — они сходны с теми, которые получаются в третьей. В то мгновение, когда фаллос входит в вагину во всю свою высоту, получается полное совпадение его с влагалищным каналом, известное нам по нормальной (I) позе. Если фаллос на несколько мгновений задерживается в таком положении, возможно и воздействие на него сокращения мускулов, с которыми мы познакомились уже ранее. Но на сцену здесь является и такой род раздражения, с которым нам здесь приходится встретиться впервые. Зависит оно от того, что фаллос, как и при согнутой позе, проникает во влагалище наиболее глубоко, почему головка его приходит в непосредственное соприкосновение с влагалищной частью матки. Хотя обе эти части половых органов в таком случае плотно прижаты друг к другу, они могут передвигать друг друга, так как portio эластична и плотно срощена с влагалищем и женщина в этой позе (в противоположность III позе) имеет полную возможность тазовою частью тела и живота производить движения в самых различных направлениях. Так как эти движения легко и непосредственно передаются на portio, то она производит ими трение головки фаллоса, при глубоком его введении во влагалище почти неподвижного. Трение это, вследствие давления с противоположной стороны, достаточно интенсивно и не получается ни при одной из вышеописанных поз при главном, конечно, условии, что у соприкасающихся частей приблизительно одинаковая консистенция и даже приблизительно равные формы.

Это трение может быть двоякого рода: по прямому направлению (в стороны или вперед и назад) или кругообразным, когда женщина производит тазом вращательное движение в плоскости. В зависимости от этого чувственные ощущения тоже различны, как разнохарактерен получающийся от них оргазм. Последний вид вращательного движения дает, по крайней мере мужчине, наивысшее половое раздражение. Но выполнение акта именно в таком виде и при такой позе требует от женщины большого самообладания и продолжительных упражнений.

Этих двух условий, впрочем, требует и весь подобного рода половой акт, и можно определенно сказать, что не всякая женщина на него способна, да и по анатомическим соображениям он может быть разрешен далеко не всем. В случае, напр., слишком короткого влагалища или малой эластичности и непрочности на разрыв его стенок, от coitus’a «верхом» могут в женском организме возникнуть многие неприятные, нежелательные и даже болезненные явления.

* * *

Разберем теперь психическое воздействие подобного акта. При таких позах мужа и жены ни поцелуям, ни объятиям, конечно, нет места. Зато могущественным возбуждающим фактором являются здесь зрительные впечатления от созерцания форм откинутого назад нагого женского корпуса, в особенности если он красиво и стройно сложен. Усиливается общее чувственное наслаждение и доводит его до высшего предела еще и возможность любоваться выражением лица и глаз женщины, чего мужчина при нормальном положении обычно лишен. Это восхитительное зрелище доводит его до непередаваемых ощущений, до исключительного по остроте своей экстаза, до величайшего полового безумия!

Отрицательная сторона этого процесса при его постоянном применении заключается, однако, в том, что мужчина при подобном coitus’e должен поневоле оставаться пассивным и всю деятельную роль возложить на женщину, а это, разумеется, противоречит естественным половым взаимоотношениям между мужчиной и женщиной и впоследствии природа неминуемо мстит за это нарушение ее законов.

Уж по одному этому нельзя советовать останавливать свой выбор на подобного рода методе полового акта точно так же, как и по тому соображению, что нельзя назвать физиологически-правильными функции, когда человек часто свое чувственное напряжение и его разряд, половое раздражение и оргазм доводит до высших пределов.

Что coitus «верхом» у обоих участников акта осуществляет высшую ступень доступного людям в области интенсивных раздражений и оргастического наслаждения — в этом сомневаться не приходится. В такой позе акт объединяет все разновидности и нюансы раздражений акта другими способами.

Основанием, поводом для выбора подобной «верховой» позы служит, следовательно, прежде всего, стремление испытать наибольшее при акте и с его помощью чувственное наслаждение. Но я вторично подчеркиваю, что регулярным и обычным этот способ брачных половых сношений никоим образом быть не должен.

Им можно пользоваться в исключительных случаях определенного несоответствия в телесных данных участников акта, например, когда мужчина чувствует себя слишком усталым для активной роли, между тем как женщина полна сил и энергии. Тут, по большей части, играет роль известная снисходительность к мужчине со стороны женщины, имеющей в данный момент больше сил. Когда же она чувствует себя усталой или беременна, от такого метода приходится отказаться. Больше всего осторожным следует быть при самых первых попытках акта таким способом и в такой позе женщины.

Семенная масса при этом немедленно попадает в матку.

* * *

V. Сидячая поза vis-a-vis. О раздражении при подобной позе нам нет необходимости говорить особенно подробно после того, что уже изложено раньше.

Акт происходит при сидячем положении мужчины. Женщина помещается верхом на раздвинутых бедрах мужчины, так что ее таз находится в висячем положении между ними. Ее половая щель, вследствие ее позы с широко раскинутыми ногами раскрывается особенно широко, кроме того, мужчина, по желанию, может приподнимать или опускать ее свободную и на весу находящуюся седалищную часть. Для введения фаллоса во влагалище его приходится довольно сильно нагнуть, чем, обыкновенно, достигается упругое давление на область клитора. В дальнейшем здесь повторяется тот же процесс, который мы описываем в вытянутой позе женщины (II). Своевременным, темпу акта соответствующим усиленным и живым движением таза вверх и вниз женщина и сама может содействовать увеличению трения лобковой кости и клитора о фаллос, а придав особый угол своим задним частям и выдвинув вперед половую щель, она достигает того, что фаллос очень глубоко входит во влагалище, конечно, с помощью рук мужчины, надавливающего на себя всю среднюю часть ее корпуса. Когда мужской орган до последней возможности введен во влагалище, получается полное соответствие между направлением этого последнего и фаллоса, а также возможность всех известных нам, как произвольных, так и непроизвольных, мускульных сокращений стенок вагинального канала. Кроме того, при благоприятном соотношении величины органов, эта поза представляет тот случай взаимного тесного соприкосновения влагалищной части матки и головки penis’a, который мы уже описали при «верховой» позе. В сравнении с последней, сидячая поза имеет то важное преимущество, что при ней оба тела участников акта находятся в движении, хотя, замечу попутно, эффект может легко нарушаться случайною неравномерностью темпа их обоюдных поршневых движений.

В общем же, чувственное раздражение при сидячей позе однородно с таковым же при позе «верхом». Но первой не хватает раздражения согнутой позы. Во всяком случае, в практическом отношении, половой акт в сидячей позе не может иметь такой массы разнообразных оттенков сексуального наслаждения и такой интенсивности ощущений, какие свойственны «верховой» позе женщины.

Какое же принципиальное значение имеет эта поза?

Она, давая все главные раздражения «верховой» позы, в тс же время дает возможность избежать вреда последней. Кроме того, при акте, производимом сидя, можно с особой осторожностью избежать резкого нарушения целости области девственной плевы (описанного нами уже при объяснении II позы) В заключение всего, акт в сидячей позе допускает его совершение при самом бережном отношении к женскому половому органу, в особенности, если постараться не вводить весь фаллос во влагалище и coitus производить более или менее поверхностно. Чувственные восприятия будут этим, разумеется, уменьшены в размере, но при нормальной страстной возбужденности вполне достаточны для наступления обоюдного оргазма.

Для усталого мужчины сидячий акт нисколько не легче положения при акте с «верховой» позой.

Ввиду того, что раздражение клитора при акте в сидячем положении, быть может, сильнее, чем во всех других позах, и потому что при таком положении мужчина, по необходимости, берет на себя всю активную роль, позу эту женщина может принимать на вполне рациональных основаниях в тех частых случаях, когда она еще в половом отношении малоопытна и мало возбудима.

Осторожность и бережность, обусловливающие акт в такой позе, позволяют рекомендовать ее, когда нужно особенно щадить сексуальную область женщины, напр., при ее беременном положении. Если же акт совершается при этом еще и с известною нежною осмотрительностью, то никакого почти вреда он не принесет при всяком другом требующем особенно бережного отношения к женщине положении ее.

Что касается шансов на зачатие при сидячей позе, они таковы же, как и при «верховой», — при глубоком введении мужского органа, при более поверхностном, не далеком — менее благоприятны.

* * *

VI. Боковая поза спереди vis-а-vis. Овидий характеризует ее значение и выполнение в ней акта следующими выразительными поэтическими строфами: «Mille modi veneri, simplex minimigue laboris, Cum jacet in dextrum semisupina latus».

Поэт упоминает об акте на правой стороне тела в полусогнутой позе, и на практике она, действительно, является излюбленной для женщины (мужчина, таким образом, помещается на левом боку).

Эту позу мы видим, когда женщина подкладывает одно, более или менее круто согнутое в колене бедро под среднюю часть мужского корпуса, а другим накрывает его, держа его, по желанию, или тоже согнутым, либо вытянутым. Практически, однако, такое чисто боковое положение превращается в полубоковое, т. е., женщина больше лежит на спине, чем на боку, вследствие того, что мужчина, ради удобства акта, подкладывает под свой бок какое-либо возвышение в виде подушки или чего-нибудь иного.

Преимущества и отрицательные стороны такого положения женщины, а равно и чувственное раздражение его, при акте доставляемое, те самые, которые характеризуют акт в нормальной позе навзничь. Известный угол, образуемый тазом женщины (как и мужчины) и бедрами, содействует усилению или уменьшению доставляемого актом раздражения, и здесь наблюдается много разнообразия.

Главное преимущество боковой позы — ее удобство в смысле отсутствия давления веса мужского тела, если оно само по себе слишком грузно. Главнейшей же теневой стороною ее является давление его на женское бедро, которое приходится держать высоко приподнятым, и, кроме того, то, что для мужчины в такой позе очень ограничена возможность свободного движения.

В. Второе положение. Positio aversa.

В этом положении, как и в предыдущем, мы видим несколько отдельных поз, акт при которых мы и рассмотрим.

VII. Поза ничком. Когда женщина в горизонтальном положении распростерта на животе, направление влагалища ее и мужского органа совершенно друг другу противоположны. Тут вагина от входа круто спускается вниз и уже затем кверху, тогда как в том же положении продольная ось penis’a в состоянии эрекции имеет направление снизу вверх.

Разница в этом направлении столь значительна, что половой акт может быть совершен успешно лишь тогда, когда разницу эту каким-либо путем удастся выровнять, сгладить. Если же это по каким-либо условиям сделать невозможно, глубокое введение мужского органа при такой позе женщины становится вообще невозможным, и при поршневых его движениях, особенно при движениях вверх, он очень легко может выскользнуть из вагинального канала на лобковое возвышение. Сгладить это несоответствие направления органов и избежать неприятного перерыва в акте удается некоторым изменением женской позы: подтягиванием согнутых в коленях бедер возможно плотнее женщиною к животу; благодаря этому вагина выравнивается, и половая щель со входом во влагалище в то же время приподнимается кверху. Положение лобка в зависимости от этого тоже изменяется, и этого бывает вполне достаточно для избежания неожиданного и неприятного выскальзывания фаллоса и для возможности глубже ввести его в вагину. Выскальзывание становится даже немыслимым, если к тому же женщина плотно сдвинет бедра, что еще больше усиливает взаимное трение органов друг о друга.

Сокращенная кривая температуры женщины, впервые забеременевшей после первого coitus’а.

Поза с подогнутыми бедрами облегчает женщине акт еще тем, если она под крестец подложит какое-нибудь возвышение (напр., небольшую подушку, но не под живот, так как этим достигался бы совершенно противоположный эффект).

Половой акт в такой позе удобен лишь, главным образом, людям худощавого телосложения: мясистая и ожиревшая задняя часть женщины, равно как и значительный слой жира на животе мужчины, делают акт в подобной позе невозможным.

Шансов на зачатие при таком акте значительно меньше, чем при остальных положениях женского тела: здесь в отрицательном смысле действуют два неблагоприятных условия: во-первых, головка фаллоса не может быть введена до portio vaginalis или до laquear posterior, и, следовательно, эякуляции на эти места не происходит, а во-вторых, выделенная на переднюю вагинальную стенку семенная жидкость, вследствие самого направления канала, немедленно вытекает обратно.

Ясно, что и на оргазм женщины первое обстоятельство производит неблагоприятное действие, он происходит редко и даже вовсе может не являться. Лишь женщина с большою половою возбудимостью от такого процесса акта может получить необходимое удовлетворение. Не обладающая же этим свойством остается актом неудовлетворенной тем более, что область клитора вовсе не затрагивается движениями фаллоса.

Это, впрочем, крупный недостаток всякого акта, во время которого к передней стороне мужчины повернута спина женщины.

Для женщины поза ничком представляет лишь одни неудобства: вес мужского тела при ней ощущается куда больше, чем при нормальном положении навзничь.

Мужчине она равным образом представляет мало привлекательного, хотя отрицательные стороны акта для него и меньше, чем для женщины. И если бы вообще не было бы интересно сравнить акт параллельного положения тел при позе ничком и точно такой же при нормальном положении, мы вообще могли бы обойти первую молчанием. Кроме того — заметим мимоходом, — половой акт в позе ничком гораздо больше распространен среди супружеских пар, чем это вообще думают. Уменьшение видов на беременность при таком способе полового общения подсознательно приводит людей к его употреблению.

* * *

VIII. Задняя боковая поза. Чаще, чем задняя поза ничком, в обиходе супружеской жизни употребляется задняя боковая поза.

В продолжительном друг с другом брачном сожитии встречаются более или менее продолжительные периоды времени, когда, по общим или по специальным, данными условиями половой жизни требуемым обстоятельствам одному из супругов приходится особенно бережно и осторожно относиться к сексуальному состоянию другого.

И сама страждущая сторона часто при этом и от этого страдает даже меньше другой. Если состояние здоровья запрещает половой акт, люди пытаются тем или иным способом обойти это запрещение, которое должно иметь место лишь на исключительно серьезных основаниях потому, что — в особенности при длительном, вынужденном воздержании — из этого вытекают в дальнейшем весьма нежелательные последствия. В важных случаях, конечно, рекомендуется полнейшее воздержание от акта, но лишь в тех случаях, когда врач твердо в необходимости этого профилактического средства убежден и убежден не только вообще в его необходимости, но и в неизбежности — на долгое время. Очень нередко приходится наблюдать весьма печальное явление, что от подобного запрещения — порою даже, может быть, вовсе ненужного — расползается по швам самый брак. Еще чаще — и это далеко не в пользу врачебного престижа — можно видеть, как с обоюдного согласия супругов, запрещение это преспокойно обходят без всякого для себя вреда.

Таким образом, врачебное воспрещение от полового акта должно быть обусловлено самою большою осторожностью. В большинстве случаев вместо бесполезного, нередко полного воздержания супругам следовало бы рекомендовать лишь известную бережность в сношениях друг с другом, притом в определенных рамках, в виде определенных предписаний и технических советов, требуемых данным физиологическим состоянием женского организма.

Сравнительно часто подобные технические указания по необходимости сводятся к предписаниям или, вернее, разрешению полового акта именно при условии бокового заднего положения тела женщины и к тем подробностям, о которых речь наша будет дальше.

На самом деле coitus в заднем боковом положении для обоих его участников дает наибольшую возможность щадить состояние здоровья нуждающегося в подобном охранении, наиболее удобен и требует наименьшего напряжения мускулатуры. Чувственное раздражение может быть тоже доведено до минимального, обусловливающего, однако, полное половое удовлетворение, и фаллос может быть введен во влагалище, сообразно с ее повышенной чувствительностью, чтобы не доставить ей болезненного ощущения. В заключение, в такой позе на женщину никакого давления не оказывает вес мужского корпуса.

Акт производится мужчиною на правом или на левом боку. На практике он предпочитает положение на левом боку, вероятно, потому, что тогда его правая рука оказывается свободною: ею он привлекает к себе тело женщины, ласкает его и т. д. Из того, что мы указали при позе ничком, из несоответствующего направления мужских и женских половых органов при этой позе следует, что и при боковой позе акт совершается легче, когда оба тела лежат не параллельно. Лишь при том условии, когда взаимные позы мужчины и женщины удается привести в такое положение, что продольные оси верхних частей их тел достаточно расходятся друг от друга, возможно сравнять эту разницу в направлении органов и сделать удобным без особых затруднений введение фаллоса во влагалищный канал. Самый процесс, равно как и более глубокое продвижение мужского органа становятся возможными при особенном повороте женского таза, т. е., когда угол его с бедрами острее, а таковой же угол у мужчины — тупее.

Иначе говоря, процесс совершается легче всего тогда, когда она лежит с более или менее согнутыми ногами и круто выгнув поясничную часть, в то время как ее партнер их вытягивает в длину.

Раздражение органов при такой задней боковой позе подобно раздражению при согнутой. Как и там, оно концентрируется у женщины на заднем краю входа во влагалище и на передней вагинальной стенке. Таким образом, наиболее сильное ощущение от трения фаллоса и связанное с этим раздражение происходит именно в тех местах, которые меньше всего реагируют на раздражение, между тем как в III позе оно значительно усиливается отогнутым назад фаллосом, и он значительно больше раздражает стенку вагины. Как в той, так и в другой позе он совсем не касается клитора, а потому и чувственное наслаждение женщины много слабее, в особенности, когда мужской орган вводится не глубоко. И оргазм в весьма слабом виде получается лишь у легко возбудимой женщины и то лишь скорее благодаря чисто психическим факторам, чем местному раздражающему трению.

Такой слабый оргазм все-таки дает известное половое удовлетворение. Но и в таком его виде в большинстве случаев, когда женщина страдает каким-нибудь болезненным расстройством половых функций и нуждается в осторожном с нею обращении, он во всяком случае менее вреден, чем прилив крови к органам и мучительное чувство напряженного ожидания, сопровождающие неудовлетворенное сексуальное желание и половой голод. Для слабо в половом отношении возбудимой женщины, нуждающейся, кроме того, в бережном к ней отношении при акте, он в этой позе для нее словно вовсе не существует, ибо сопутствующее ему раздражение половой сферы слишком незначительно, чтобы вывести ее из полового безразличия и вызвать оргазм.

Тяжелее всего мужчине тогда, когда он имеет дело с женщиною средней чувственности. Восприятия от трения фаллоса о вагинальную стенку и задний край влагалищного входа настолько сильны, что должны были бы вызывать процесс реакции и настолько в то же время слабы, что его на самом деле получиться не может. В таких случаях приходится прибегать к раздражениям, либо с самим актом в боковой позе связанным, либо воспроизводимым каким-нибудь посторонним путем, если возбуждение дошло уже до известной степени напряженности.

Это может быть осуществлено тремя путями. Во-первых, изменением уклона таза и поясницы обоих участников акта и более глубоким введением фаллоса, чем достигается раздражение более глубоко лежащих частей канала и клитора — нижнею стороною мужского органа, затем усилением поршневых его движений и, наконец, в-третьих, искусственным раздражением клитора пальцем (в тех случаях, когда первые два способа раздражения запрещены из профилактических соображений).

Чувственное раздражение от такого осторожного, относительно, акта совершенно достаточно, чтобы и у мужчины вызвать нормальную реакцию на половой экстаз и на эякуляцию. И для него наименее утомительным путем при таком половом сношении наступает половое удовлетворение. Можно бы думать, что при положении женщины «на» нем и совершении акта в «верховой» позе, он должен бы утомляться еще менее, так как он в таком случае лежит совершенно неподвижно и не утомляет свои мускулы ни единым движением, но зато сам он при этом не может определить степени интенсивности чувственного наслаждения, им даваемого, как это бывает при покойном акте на боку, да и сама величина этого раздражения значительно больше, чем при последнем. В акте при «верховой» позе, женщина как бы щадит его силы, но в большинстве случаев он же требует от него большего напряжения, большей силы раздражения, чем при активных движениях в боковом положении.

Показания при задней боковой позе следуют из вышесказанного сами собою: общее болезненное или слабое состояние здоровья мужчины или женщины или ее беременность. В последнем состоянии предписывается самое осторожное и притом лишь неглубокое введение фаллоса. Но даже с такими предосторожностями не может быть в этой позе совершаем акт при хронических болезненных воспалениях внутренних женских половых органов, так как вследствие этого являются раны и местное раздражение.

Для целей оплодотворения поза эта представляет, сравнительно с нормальной, немного больше благоприятных видов.

* * *

IX. Поза на коленях. Под этой позой мы разумеем такую, в которой женщина покоится на коленях, согнув под прямым или слегка тупым углом к горизонтальной поверхности кровати бедра и опираясь или ладонями, или локтями на какое-нибудь возвышение и, следовательно, сохраняя горизонтальное положение верхней половины тела,[48] либо сильно наклонив его вперед.

Такую позу принимает женщина при гинекологическом обследовании: ноги под прямым углом к верхней части тела, опирающейся локтями и даже плечами на небольшое возвышение. Мужчина, совершающий половой акт, либо становится позади стоящей на коленях на краю невысокой постели или дивана женщины или тоже находится на коленях. Его верхняя часть тела может быть в более или менее вертикальном положении или настолько быть наклонена вперед, чтобы вплотную прикасаться к горизонтальной спине женщины. В последней позе направление фаллоса приблизительно соответствует направлению вагины, хотя никогда не следует забывать, что по существу при акте со спины во всякой позе это направление двух органов мужчины и женщины и их искривление совершенно противоположны.

Когда мужчина держится прямо, а спина женщины приблизительно горизонтальна, фаллос прямо от входа во влагалище упирается своей верхней частью в ее заднюю стенку. Дальнейшее введение его возможно лишь в том случае, если эта стенка, в силу своей эластичности, нагнув его до известной степени книзу, пропустит вдоль себя кверху. Понятно, что от получаемого отсюда усиленного трения о стенку усиливается обоюдное чувственное раздражение как канала, так и фаллоса.

Разница направлений мужского и женского органов делается еще резче при наклонном положении верхней части женского тела и увеличивается выгибом поясницы. Больше всего, следовательно, эта разница при положении женщины на локтях в согнутой позе. Ввиду того, что при такой позе лобок сильно отклоняется кзади, клитор, по необходимости, встречается с нижней стороной движущегося фаллоса. Таким образом, в рассматриваемой нами позе, единственной из всех, принимаемой женщиною, находясь спиною к мужчине, поршневым движением фаллоса затрагивается у женщины весьма обильная нервами и сильно реагирующая на чувственное раздражение клиториальная область.

Как при коленопреклоненной позе, так, еще больше, когда, стоя на коленях, женщина, кроме того, опирается не на ладони, а на локти, мы впервые встречаемся с одним фактором, до сих пор не наблюдаемым нами ни разу: под влиянием своего собственного веса содержимое полости желудка, в особенности кишки, опускаются в самую глубоко расположенную часть живота — в область печени, отчего поверхность его тотчас же вздувается. Матка тоже опускается вперед, поскольку это позволяют ее поддерживающие связки, влагалище растягивается в длину и portio удаляется от входа в него. Получается весьма важное явление: в силу противоположного давления в тазовой области желудка, во влагалищный канал, как только это становится возможным, через его отверстие втягивается внешний воздух и оттягивается назад задняя влагалищная стенка. Вся вагина наполняется воздухом и своими растянутыми поверхностями стенок действительно начинает напоминать пустотелый канал, сравнительно гладкий, без складок и неровностей, чего никогда не наблюдается при других каких-либо положениях тела.

Гинекологи пользуются этим растяжением стенок влагалища, от механического проникновения в него воздуха, когда необходимо произвести подробное исследование поверхности этих стенок канала. Положение женщины на коленях и локтях применяется нами, женскими врачами, и в оперативных целях.

При coitus’e в этой позе содержащийся в вагине воздух производит весьма отрицательное на акт действие, значительно уменьшая трение и связанное с ним раздражение о гладкие стенки канала. Кроме того, поршневыми движениями фаллоса из вагины выталкивается нагнетаемый туда им же воздух, вырывающийся с весьма мало эстетичйым громким звуком, слышным иногда даже несколько часов после окончания акта вследствие того, что канал, принимая свое обычное сложенное положение, выталкивает из себя оставшуюся часть воздуха.

При сравнительно узком входе, конечно, меньше шансов наблюдать подобное нежелательное явление, так как фаллос тогда плотнее входит в канал; если же вход расширен и края его вялы — оно непременно случается, и потому, в последнем случае, при половом акте лучше избегать такой позы.

Как разнообразящий монотонность, обычность нормального акта способ — он имеет большое распространение. И, может быть, среди различных способов, он первый, к которому прибегает супружеская чета в поисках новых, неизведанных сексуальных раздражающих ощущений. Но почему? Разве раздражение от него столь велико и увлекательно, или поза особенно удобна и многообещающа, или, наконец, вид ее очень эстетичен? — Ничего подобного, разумеется, нет.

Мне думается, просто потому, что в этой области люди ищут чего-то, сами не зная чего. И в конце концов останавливаются на явлениях, постоянно наблюдаемых ими в окружающем мире животных и пытаются испробовать их, применяя в своей половой жизни. Возможно, что в несомненной склонности человека к акту в подобном виде сказываются и атавистические его склонности.

Поза эта для проникновения сперматозоидов в матку весьма благоприятна, в особенности тогда, когда эякуляция происходит при почти горизонтальном положении верхней части туловища женщины и когда после выделения семени, она ее сильнее наклоняется вниз на локти или даже на плечи. Женщине можно даже рекомендовать сохранить такую позу после окончания coitus’a в течение некоторого времени.

Практикуется эта поза и при актах во время беременности, так как в силу вышеуказанных условий и вследствие своего веса матка при ней уклоняется от непосредственных толчков от движения фаллоса. В то же время именно в период беременности, в виду большой разницы в направлениях мужского и женского органов, рекомендуется особенная осторожность: во время такого состояния женщины задняя стенка вагины, как мы знаем, весьма легко разрывается, и потому резких ударов фаллоса в отвесном направлении следует всячески избегать. Помимо того, в период, близкий к родам, надо остерегаться всякого контакта глубоко расположенных частей вагины с внешним воздухом, в виду опасности занесения туда разных болезнетворных бактерий. А чтобы предотвратить могущее произойти неправильное положение матки и, следовательно, плода, эта поза при половом акте должна быть положительно воспрещена, по крайней мере за два месяца до родов.

* * *

X. Задняя сидячая поза. Состоит эта последняя поза в том, что мужчина, сидя со слегка раздвинутыми бедрами, помещает жену, спиною к своей груди, на колени. Vulva женщины при этом сильно выдается вперед, так как она свои бедра должна раскинуть очень широко. Так как в прямой сидячей позе половая щель помещается сравнительно высоко, то и тут может случиться, что при особо энергичных движениях фаллос может, вырвавшись из устья вагины, попасть на лобковую кость. Этого можно опять-таки избежать, если женщина, несколько нагнув корпус вперед, так выгнет поясницу и повернет таз, что introitus vaginae подастся назад, и если мужчина, в свою очередь, отклонится при этом от туловища сидящей на его коленях женщины. Лишь при применении одного из этих видоизменений задней сидячей позы (или лучше при их комбинации) вообще становится возможным достаточно глубокое введение фаллоса. В этом отношении поза эта, в сущности, напоминает заднюю «верховую» позу, о которой ничего особенного в смысле удобства или каких-либо особых преимуществ сказать решительно нечего и о которой мы поэтому умалчиваем.

При рассматриваемой нами сейчас позе, как и при передней сидячей, разнообразные изменения в наклоне таза опытная женщина всегда сумеет связать с известного рода эллиптическими движениями своего полового органа, усиливаемыми, в свою очередь, соответствующими телодвижениями мужчины, и таким путем достигать наилучшего эффекта для обоюдного чувственного раздражения. Правильное координирование взаимных телодвижений при этой X позе много труднее, чем при IV позе. И кроме того, в сидячем положении вообще акт никогда не может дать того, что дает акт «верхом».

Поэтому при глубоком введении мужского органа, при некотором видоизменении позы возможно достаточное совпадение половых органов участников акта, так что, в свою очередь, становятся возможными такие движения, которые поведут к взаимному раздражению головки penis’a и portio vaginalis. Этим самым достигается, следовательно, то же самое раздражение, которое мы наблюдали частью в передней сидячей позе, а в самом полном и совершенном его виде — в позе «верховой». Впрочем, чувственное наслаждение при акте в задней сидячей позе все-таки значительно меньше из-за невозможности вполне глубоко ввести орган в вагину, отчего не получается и сильного давления его на portio. Вот почему эта поза имеет больше отрицательных, чем положительных, сторон и при половом акте применяется лишь тогда, когда женщина слабо реагирует на половое раздражение и потому, что при таком ее положении легче и лучше всего воспользоваться одновременным вспомогательным раздражающим клитор манипулированием.

Общий свод различных положений и поз, родов раздражения при них во время акта у мужчины и женщины, показаний и противопоказаний, а также степеней возможности зачатия при каждой данной позе мы даем здесь в виде особой таблицы.

* * *

Изучение процесса полового акта с технической и физиологической точек зрения стало предметом особой, имеющей за собою уже почтенное прошлое науки, именуемой «синусиологией».[49]

До сих пор физиологи, врачи по женским болезням, а также исследователи общих половых вопросов по непонятной причине никогда не давали полного обзора этих технических подробностей важнейшего физиологического отправления человеческого организма, довольствуясь лишь рассматриванием его деталей. Я попытался восполнить этот пробел как для самих врачей, так и для не посвященных в эти тайны.

Для врачей потому, что им недостаточно знать болезненные уклонения явлений полового акта. Если врач должен правильно судить о том, что можно и чего нельзя в видах охранения здоровья в браке, он должен уяснить себе, разумеется в границах нормальных и здоровых отношений, все подробности, сопутствующие акту, и все его видоизменения и не стыдиться со всеми техническими деталями откровенно передавать при необходимости свои познания в этой области столь нуждающемуся в них женатому человеку. Только таким путем распространяются истинные понятия половой гигиены. Разговоры да общие места тут не помогут. Там, где идет речь о зачатии и связанных с ними болезнях, а в особенности, о брачном счастье, супружеской верности, телесном и душевном здоровье, врач с большим успехом может и должен давать такие технические, физиологически обоснованные советы и предписания. И в этой области, как и везде, возможность помогать обусловлена исключительно знанием.

Что же касается непосвященных…

В одном из своих блестящих афоризмов по поводу брака Бальзак выразился следующим образом: «Не считаясь даже с душевными явлениями, женщина в любви похожа на арфу, свои тайны она передает лишь тому, кто хорошо на ней играет».[50]

Но кто может хорошо на ней играть, не зная ни струн, ни нот, ни тонов? Это дается лишь одаренному талантом и то после долгих упражнений, после многих досадных диссонансов.

Как много страданий влекут за собою подобные диссонансы в брачной жизни! Поэтому каждый женатый человек, не желающий считать себя нерадивым работником на брачной ниве и жаждущий в браке личного счастия, должен учиться игре на этой сложной арфе, именуемой женщиной. Только школы ему до сих пор недоставало. И настоящим моим трудом я хочу прийти ему на помощь. Но пусть помнит, что все описанное мною не просто «материал для чтения», а еще менее — «пикантный», а, наоборот, серьезные научные положения, которые должно изучить, подробно и внимательно с ними ознакомившись.

Когда он их основательно усвоит и овладеет техническими приемами, тогда лишь он вправе пуститься в необозримое море фантазии в этой области.[51]

И вот свершается чудо: мертвая арфа от искусного к ней прикосновения начинает издавать волшебные, чарующие звуки и своею полнотой и богатым тембром так восхищает мужа, делает его до того счастливым, что он в восторженном упоении с благодарностью восклицает: «Нет на свете подобной тебе, мое счастье, и никто лучше тебя не умеет так горячо ласкать, так дарить все новыми обольстительными объятиями».

Идеал сексуального общения — каждый раз возбуждать все новое и более полное взаимное половое наслаждение, изобретать все новые и более взаимные чувственные раздражения и тем самым показывать, что ты хочешь осчастливить любимого человека, задался целью подарить ему радость бытия, что ищешь ты не одного лишь своего удовлетворения, но живешь счастьем другого, что в сердце твоем любовь, умеющая лишь давать и дарить, особой прелестью окружающая всякую мелочь общей сексуальной жизни, и что в радостном телесном единении на первом плане самоуничтожение и растворение в душе близкого и любимого существа.

«Женясь и выходя замуж, относитесь к этому с глубоким сознанием всей важности вашего поступка, отдаваясь этому без всяких задних мыслей, всем существом своим, вкладывайте в это все ваши духовные, душевные и телесные силы». (Омер Галеби. «EI Ktab»).

ГЛАВА XII

ОБЩИЕ ЯВЛЕНИЯ ПРИ ПОЛОВОМ АКТЕ. ПОСЛЕДУЮЩАЯ ИГРА

В заключение нашей синусологической картины нам остается рассмотреть те явления, которые происходят как в мужском, так и женском организме во время полового акта.

В противоположность тем физиологическим и техническим вопросам, которых мы коснулись в предыдущем нашем изложении и которым доселе авторы книг по половым вопросам уделяли сравнительно мало внимания, общие явления эти находят достойную оценку и описание в разных научных трудах.

Как мы видели, происходящие в половых органах процессы во время полового акта разделяются на происходящие в железах, в кровеносных сосудах, в мускулатуре и, наконец, в нервной системе.

Во всех этих областях происходят общие и важные процессы. Деятельность многих желез во время coitus’a изменяется и, что главнее всего, усиливается. Отделение, напр., слюны при долгом и томительном ожидании удовлетворения полового напряжения уменьшается (до весьма заметной и неприятной степени «пересыхает во рту»), при приближении же оргазма — увеличивается до того, что ее приходится усиленно глотать. Отделение мочи, под влиянием полового возбуждения, также увеличивается — явление, знакомое нам по другому роду психических эмоций. Действенно начинают работать потовые железы и даже не в моменты высшего возбуждения, что могло бы быть вызвано общим напряжением всего тела, а значительно ранее. При множестве индивидуальных различий, потоотделение почти всегда и у всех появляется прежде всего под мышками и в подколенных сгибах. Так, по крайней мере, наблюдается у большинства людей и, в особенности, у женщин, у мужчин потом покрывается голова, шея, кисти рук обычно уже перед актом, во время «любовной игры» и даже в ее прологе, в период «ухаживания». Как некоторое частное явление общего увеличения всех выделений тела усиленная деятельность желез кожных покровов должна, по всей вероятности, иметь еще особое назначение, а именно интенсивнее выделять специально пахучие вещества и тем повышать взаимное половое возбуждение участников полового акта.

* * *

В области кровообращения явления эти сказываются в расширении и сокращении малых кровеносных сосудов во всем теле. Бледность лица сменяется ярким его румянцем. На белках глаз часто появляются красные жилки. Сердце работает усиленнее и скорее. По мере прогрессивного хода возбуждения и напряженного ожидания явления эти становятся все резче и достигают максимума непосредственно перед оргазмом, уменьшаясь затем после прекращения возбужденного состояния. (Их кривая идет почти параллельно кривой самого полового акта.) Интенсивность этих изменений повышается особой приостановкой дыхания. В те моменты, когда возбуждение достигает своей кульминационной точки, дыхание перестает быть глубоким, становится частым и прерывистым. Питание крови кислородом от этого уменьшается. В крови скопляется углекислота, чем, в свою очередь, раздражаются управляющие давлением крови и ее распределением мозговые центры. В половых органах это явление вызывает нормальный прилив крови в пещеристые тела, и отсюда набухание мужского полового органа (эрекция), клитора, луковиц преддверия и т. д. Приостановка дыхания действует, следовательно, в высшей степени благоприятно на местные явления при акте.

Менее благоприятно — а часто и вредно — повышение давления крови, от которого у некоторых пожилых людей с хрупкими сосудами мозга при акте может происходить кровоизлияние в него.

* * *

Гладкие (непроизвольные) мускулы тоже реагируют на половое раздражение при акте. Помимо самих половых органов, где они играют доминирующую роль, и стенок кровеносных сосудов, где сокращения этих мышц и обусловливают именно упомянутые изменения кровообращения и повышенное давление крови, — судорожные сокращения этих гладких мускулов влекут за собою невольное выделение кишечных газов и мочи, вследствие сокращения мочевого пузыря. При самом coitus’e выделение последней невозможно, ибо от эрекции набухает и та часть ствола мужского полового органа, вдоль которой проходит мочевой канал. Но если после coitus’a механическое раздражение уже вялого органа еще продолжается, то до наступления новой эрекции может произойти отделение мочи. У женщины явление это представляется в несколько ином виде, так как набухание пещеристых тел клитора никоим образом на мочеточник влиять не может. Но при повышенной половой чувственности и при особенно сильном раздражении органа, некоторое количество мочи может все-таки отделяться.

* * *

Оба названных явления (сокращение пузыря и прямой кишки) суть, главным образом, следствия чересчур сильного напряжения нервных половых центров, передающегося местным центрам этих органов. Впрочем, такая передача издалека, такое постепенное распространение нервного возбуждения от центров головного и спинного мозга до центров периферии — очень характерны для всего хода половой реакции. «Начинаясь с задней части головного мозга (лицевых и слуховых центрах), идет оно к переднему отрезку мозга (с его чувственными и двигательными центрами) и в конце концов распространяется в течение акта воспроизведения на продолговатый и спинной мозг». (Лучиани).

Половое возбуждение, таким образом, реагирует на всю нервную систему, приводя ее в состояние высшей напряженности и наоборот.

Восприимчивость чувственных органов к впечатлениям значительно повышается. Глаз, например, начинает больше реагировать на световые лучи. Наступающее при приближении оргазма расширение зрачков увеличивает их светочувствительность, влекущую за собою судорожное сокращение век, столь типичное в самые моменты полового исступления.

Усиливается чувство обоняния. Так как между некоторыми местами слизитой оболочки носа и половою областью, преимущественно у женщин, существует несомненная рефлекторная связь, во время полового акта в органе обоняния могут происходить особые явления, выражающиеся в усиленном позыве к чиханию и в крайней восприимчивости к запахам.

Усиливаются и слуховые ощущения.

Наиболее сильно половое возбуждение действует на чувство осязания; возбуждение такого рода сказывается уже в предшествующих акту ощущениях и еще более увеличивающихся при самом акте.

Слишком повышенная чувствительность к щекотке, с сопровождающими первую реакциями, в общем, оказывает благоприятное влияние на различные чувственные восприятия и тем самым на весь ход процесса полового возбуждения. В особенности, конечно, повышенная восприимчивость к осязательным ощущениям оказывается при непосредственном раздражении самих половых органов, доводя последнее до самой высшей степени.

С этой повышенной восприимчивостью органов внешних чувств в кажущемся лишь противоречии является то, что находящееся в сильнейшем половом возбуждении лицо обычно как будто вовсе на впечатления от них не реагирует, между тем как в другое время они действуют на него весьма интенсивно. Участвующие в акте лица и всецело ему отдающиеся даже при самых сильных посторонних впечатлениях, и даже при болезненных ощущениях словно их совершенно не замечают и не замечают единственно потому, что не хотят их замечать, не желают обращать на них внимания. Если даже эти впечатления усиливает повышенная восприимчивость к ощущениям — они все-таки не допускают их до своего сознания, ибо подсознательно борются со всем, что стоит на пути к удовлетворению половой страсти с ее непобедимым влечением. Показателем степени высшего полового возбуждения именно и служит то, что ему в этот момент подчиняются даже столь мощные в обычное время функции головного мозга и деятельность духовная и что духовные импульсы всецело поглощаются стимулами физического свойства.

В те блаженные минуты, когда важнейший акт человеческой жизни подходит к концу, оживляются краски лица человека, глаза становятся больше и светлее, мускулы распрямляются, у более взрослых пропадают морщины на лице и выражение его становится более юным; лицо молодеет. Высшая же степень возбуждения у женщины и мужчины знаменуется «мужественным выражением лица у мужчины и приятным — у женщины» — говорит Гавелок Эллис.

* * *

Удивительно ли, что процесс, так властно и интенсивно захватывающий душу и тело человека, знаменуя собою высшее напряжение, следствием своим имеет вполне естественную усталость?

Конечно, нет. Если мы попробуем, однако, по существу разобраться в этом чувстве усталости — что крайне важно для некоторых практических выводов, — то окажется, что некоторым привходящим обстоятельствам нам придется уделить наше особое внимание.

Прежде всего необходимо подчеркнуть, что нормальный половой акт утомляет вовсе не в силу мускульных для него употребляемых усилий и напряжения, а исключительно благодаря реакции нервных центров. Что при этом является не только простая усталость, но попутно и чувство известного изнеможения — особое явление, всегда сопутствующее перенапряжению, как его результат, — мы видим в аналогичных процессах чисто психологического свойства.

Чем интенсивнее раздражение и чем резче его разряд, тем ярче и выразительнее чувство усталости или изнеможения. Первый фактор поясняет нам, почему акт, произведенный, так сказать, экспромтом, наскоро и, если так можно выразиться, покойно или без предварительной раздражающей подготовки, утомляет меньше, чем технически тщательно подготовляемый, утонченнолюбовный, в котором принимает участие все психическое существо человека. По второму фактору мы можем судить о правильности той общеизвестной старинной аксиомы, что женщина, с ее лишь постепенно улегающимся возбуждением (сравн. кривую А.), гораздо меньше утомляется от акта, чем мужчина. Таким образом, бывшая в ходу еще у римлян поговорка: «post coitum omne animal triste est»[52] применима, главным образом, к мужчине.

Чувство усталости это прежде всего, конечно, ничего «печального» в себе не заключает, выражаясь лишь в известном позыве ко сну. Лишь после ряда часто друг за другом следующих актов или после какого-либо переутомления от других причин может являться чувство или даже состояние настоящего истощения, получается телесное перенапряжение, которого требуют от активной стороны, чтобы вызывать ряд оргазмов.

Само собою вполне понятно, что половой акт при подобных условиях вредно действует на того, к кому такие требования предъявляются. Но бывает это исключительно редко и по большей части тогда, когда свое влияние одновременно оказывают многие причины, напр., когда от уже утомленного человека требуется исключительная половая деятельность. Обычно же даже усиленные половые функции не вредны изредка и больному организму.

* * *

Совершаемый при нормальных условиях акт, наоборот, на телесное и душевное самочувствие обоих участвующих в нем лиц действует именно благотворно. Особенно после некоторого кратковременного отдыха, который может и не быть настоящим сном, у человека является чувство полного удовлетворения, душевного равновесия, самоуверенности, здоровья, сознания духовных и телесных сил в таком значительном объеме, в котором подобный комплекс самочувствия редко бывает у человека в его обычном состоянии.

* * *

Высшее ощущение счастья — высшего из доступного человеку — обусловливается, однако, — если, конечно, между супружеской четою существует истинно любовное чувство — в это следующее за актом время, — обязательным покоем.

Неизмеримо больше, чем самый страстный экстаз, связывает любящих друг друга людей то блаженное состояние, когда наступает чувственная нирвана, ничего не желаешь, все твои самые горячие мечты удовлетворены и когда, лежа в объятиях друг друга, отдаешься самою природою в этом состоянии предписанному покою и в грезах на яву переживаешь ощущение ласковой тихой близости, в счастливом сознании, что твое сердце бьется для другого, а то отвечает тебе тем же, что душа твоя сливается с другой, хотя телесное единение и должно было прекратиться…

Здесь именно и начинается развязка, эпилог сексуальной поэмы.

* * *

Эпилог этот составляет существеннейшую часть полового общения, увы, слишком часто пренебрегаемую.

Мужчина, привыкший после акта без дальнейших околичностей удовлетворять свой обычный позыв ко сну — а таких много даже среди любящих своих жен и поступающих так по незнанию или недомыслию, — который не находит ничего лучшего, как, отвернувшись, захрапеть, в то время, как у его подруги еще не остыло чувственное возбуждение, не только лишает себя лучших душевных эмоций, но и в женщине разбивает иллюзии и мечты, своим поступком явно показывая ей, что ему ни малейшего дела нет ни до ее внутренних переживаний, ни до ее любви, ни до чувств, им в ней пробужденных, ни до ее желания дальнейших ласк, далеко не успокоившегося после взрыва чувственной страсти.

Поэтому особое внимание и заботливость после совершенного акта физиологического сближения следует обращать на внутренний мир женщины, поддерживая, сколь возможно далее, ее ощущения всей полноты обретенного счастья и душевного покоя. Тут необходим и горячий поцелуй, и ласка, и объятия… уже одного сознания ей достаточно, что не все вместе с актом кончено у мужа, что он счастлив, подобно ей. И ей теперь нужно одно — показать ему, как счастлива она сама.

Подобный конец полового общения существен потому, что он укрепляет, усиливает чувство взаимной любви, давая лишнее подтверждение того, что люди понимают друг друга. Что эти последние телесные ласки носят исключительно психический характер, нисколько не уменьшает их значения, ибо они лишь своего рода вспомогательное средство для выражения обоюдного внимания и участия. Заключительные аккорды любовной симфонии не менее важны для общего впечатления, чем нежное и поэтическое к ней вступление.

Техника их лежит исключительно в области психики, и дать ее полную картину, охарактеризовать ее тончайшие нюансы, ее мельчайшие устремления, подсознательные побуждения и прелесть значило бы дать исчерпывающее исследование психологии любви вообще, что вывело бы меня из границ поставленной мною себе задачи.

Ограничусь лишь советом: возможно тщательнее и с возможным самопожертвованием следите за этою частью половых отношений! Но «ne quid nimis!».[53] Ни в одной другой их стадии пересол не так вреден, как в этой, области полной неизъяснимых оттенков и непередаваемых нюансов, доступных лишь индивидуальному пониманию, из личных свойств человека истекающих.

Физиологически период после полового акта характеризуется и определяется двумя явлениями: уменьшением возбужденного состояния и наступлением полного покоя. Как и в прочих частях полового общения, и здесь техника идет рука об руку с процессами чисто психического характера. Но пока все телесные и душевные силы не пришли в равновесие, следует тщательно избегать новых раздражений половой сферы, которые могут нарушить возвращение к необходимому состоянию полной уравновешенности. Если молодость с ее безумием и предпочитает постоянно грешить против этого правила, сменяя послеоргастическую нирвану на новое чувственное напряжение любовных забав и шалостей, пока не захлестнет ее новая волна возбуждения, то от молодежи нередко не отстают в этом отношении и более зрелые люди, в сознании своих половых сил начинающие новую любовную игру, не ожидая полного успокоения от предшествовавшего возбуждения. Это означает лишь, что настоящий эпилог любовного «действа» только откладывается, но этим никоим образом не нарушается основной принцип, что закономерное ослабление возбуждения должно непосредственно примыкать к оргазму и никаким половым раздражением не нарушаться.

* * *

Продолжительность заключительных аккордов любовного эпилога не поддается никакому определению. В идеальном браке он незаметно снова возвращается к прелюдии, и муж в полном смысле этого слова становится восхитительным любовником, а жена превращается в нежную, чуткую любовницу. Когда же прелюдия или новое ухаживание по воле случая откладывается на продолжительное время, восхитительные звуки былой чувственной мелодии находят свое отображение в любовных речах, во взглядах, в тайных намеках на грядущее наслаждение, в воспоминаниях прошлого счастья.

Если же возвращение к этим блаженным, чувственным переживаниям — в силу ли вечной разлуки или по чему-либо другому — становится невозможным, их отзвуки долго-долго живут в памяти человека, неотвязно сопутствуют ему в его одиночестве… пока душа его не потеряет способности их улавливать.

Такое чувство истинного блаженства не забывается никогда.

«Поистине, те радостные для меня и дорогие мгновения, которыми мы наслаждались вместе, так сладки мне, что и доселе приводят меня в восторг, я не могу расстаться с воспоминанием о них. Где бы я ни была, наше былое всегда перед моими глазами, будя во мне прежние страстные желания…»

«Вместо того, чтобы с сокрушением вздыхать о содеянном, я искренне жалею о том, что мы могли бы испытать, но не испытали, в потерянных для нас наслаждениях. В душе моей глубоко заложен твой образ и не только то, что мы с тобой делали, но и каждое место и час, которые мы проводили вместе, неизгладимо врезались в моей памяти, и все прошлое я переживаю вновь. От этого покоя я не нахожу даже во сне. От этого часто невольно вырываются у меня неудержимые телодвижения и восклицания, меня с головой выдающие..»[54]

ИНТЕРМЕЦЦО III

* * *

Неосведомленность в женской физиологии у большинства мужчин невероятно и удивительно велика.

Камилл Моклэр.

* * *

Любить хоть однажды человека больше, чем самого себя, — значит испытать хоть раз в жизни истинное чувство любви.

Ницше.

* * *

Кто хочет постигнуть науку любви, всегда останется в ней лишь учеником.

Бернгарди («Дон-Жуан»).

* * *

Si vis amari, ama. Хочешь быть любимым, люби сам.

Сенека («Письма»).

* * *

Чувственные желания надо не только допускать, но и культивировать, питать их, развивать и увеличивать, раздражать и успокаивать — это целая поэма.

Бальзак («Брачный катехизис».)

* * *

Amor nihil potest amori denegare. — Любящие друг друга ни в чем отказать друг другу не могут.

Amans coamantis solatiis satiari non potest. — Любящему человеку всегда мало наслаждений, получаемых от любимого.

«Кодекс любви» XII столетия (Прованс).

* * *

Мало любит тот, кто может выразить словом всю силу своего чувства.

Данте («Новая жизнь»).

* * *

Лишь в браке женщина возвышает мужчину до себя в той же мере, как и он ее.

Мужчина и женщина составляют единое человеческое существо.

Гиппель.

* * *

Радость — есть совершенство.

Спиноза.

* * *

Не знаю, заблуждаюсь ли я, но, по моему глубокому убеждению, — половой вопрос это и корень и цветы, начало и конец всякой морали. Можно и день и ночь неустанно трудиться на благо человечества, вкладывать в этот труд какие угодно богатства и жертвовать своею кровью, и все, мне кажется, будет бесполезно, если не обращать внимание на половую жизнь — это вечно обновляющуюся элементарную школу истинного альтруизма.

С. Г. Риббинг («Сексуальная гигиена»).

* * *

Самое ценное в наших наслаждениях исходит из духа и сердца.

де Вовенагр.

* * *

Пи интересы, ни чувство чести мужа никогда не позволят ему того, на что не отвечают желания его жены.

* * *

Самая целомудренная жена может быть в то же время и самой чувственной.

* * *

Когда в любовных наслаждениях одного момента есть разница с наслаждениями другого момента, мужчина всегда может быть счастлив с одною и тою же женщиною.

* * *

Истинная гениальность в супружестве состоит в искусном развитии оттенков любовных наслаждений, в постоянном обновлении стиля отношений и способа их выражения.

Этот гений превращается в настоящее распутство, если между людьми нет истинной любви. Ласки, рожденные любовью, не могут быть развратными.

* * *

Любовником много удобнее быть, чем супругом: последнему много труднее — ему каждый день приходится владеть собою, а не ограничиваться одними любезностями во время свиданий.

Бальзак.

* * *

Сбросим одежды, друзья, и да будут тела наши наги!

Ближе в желании страстном сомкнем с наготою объятья!.. Паулос Силентиариос (греческая любовная эпиграмма).

* * *

Каждый волен выбирать наилучшие способы действий,

Всякому свойствен в любви сообразный с сложением способ. Верь мне, мой друг, и в любви не спеши с наслажденьем.

В длительном его замедленьи есть своя прелесть восторга.

Овидий (Искусство любви, кн. III).

* * *

Ветра тебе не осилить. Нет в том стремленьи успеха.

В акте любви не давай преимущества милой подруге.

Пусть не догонит тебя и она в любовных утехах.

К цели стремитесь бок о бок! Чтобы высшего счастья достигнуть.

Чудный тот миг одарит и мужа и женщину счастьем.

Овидий. (Искусство любви, кн. II).

* * *

В чувственных наслаждениях люди, друг друга любящие, вращаются в высочайших областях духовного и телесного творчества. Они протягивают друг другу чашу тайного напитка, насыщенного высшим блаженством, какое только могут на земле испытать мужчина и женщина.

Гавелок Эллис («Любовь, как искусство»).

ГИГИЕНА ИДЕАЛЬНОГО БРАКА

Нравственность и гигиена совместной жизни мужчины и женщины обусловлены только их взаимною любовью.

Фере.

ВВЕДЕНИЕ

Под гигиеной брака разумеют все, что направлено к созданию совместной жизни на здоровых основах, к уходу за здоровьем в такой жизни, а следовательно, и за счастьем, и к устранению, по возможности, всех препятствий, становящихся на пути этого счастья.

Взятая в целом своем объеме гигиена брака, следовательно, должна заключать в себе общее учение о сексуальном здоровье и большую часть половой психологии.

Но рассмотрение этого в целом вывело бы нас из границ настоящей книги, и потому мы должны Ограничиться изложением лишь главных основ и принципов ухода за половым здоровьем исключительно в брачной жизни.

Наша задача облегчается тем, что брачная гигиена неразрывно связана с тщательным уходом за физическим и духовным здоровьем, так как надо всегда иметь в виду, что физиологические и психические факторы беспрестанно друг с другом сливаются, друг на друга воздействуют, и физиологические элементы в половой жизни людей, искренне друг друга любящих, т. е. идеальном браке, всегда находятся под сильнейшим влиянием душевных эмоций.

Это последнее нужно твердо помнить.

ГЛАВА XIII

ГИГИЕНА ТЕЛА

Часть I

Дефлорация. «Медовый месяц»

Физиологически брак не всегда сопровождается дефлорацией (лишением девушки невинности), ибо далеко не всякая невеста выходит замуж, как virgo intacta («невинной»). В тех случаях, когда она уже имеет некоторый опыт в половом отношении и даже, может быть, привычку к половому общению, — все, о чем мы будем говорить далее, само собою разумеется, не будет иметь никакого или, во всяком случае, лишь весьма ограниченное значение. Но для мужчины, который женится на вполне еще невинной девушке, это имеет тем большее значение, что он не имеет права допускать даже мысли, будто дефлорация его молодой подруги такое пустяковое дело, к которому можно легкомысленно относиться.

Ему предстоит преодолеть двоякое сопротивление женщины — в области духовной и в области физической.

В области духовной противодействие он встречает в следующем виде: у всякой чистой, мысленно не развращенной молодой девушки при самой пылкой любви, при полной готовности отдаться любимому человеку наблюдается вполне естественное стремление при первом удобном случае, куда-нибудь и как-нибудь, чувствуя попытку мужчины овладеть ею, от него (да и от самой себя) скрыться, стушеваться.

Чтобы пояснить это житейским примером, — чего я умышленно тщательно избегал в этой книге, — я возьму сравнение из животного царства окружающей нас природы.

Взглянем, например, на самку какого-нибудь животного во время течки: образ действий той, которая еще ни разу не была покрыта самцом, совершенно иной, чем самки, уже знакомой с этим явлением. И последняя пытается ускользнуть от ищущего его самца, но это служит скорее целям его завлечения, своего рода раздражающим кокетством пола, с явным намерением вызвать и в нем и в себе большую к акту готовность. Совершенно иначе обстоит дело с самкой, еще не знавшей самца. Ее попытки к бегству ничего общего с предвзятой, умышленной целью раздражать чувственность самца не имеют и из всего ее поведения видно, что в ней происходит тяжелая борьба между инстинктивной тягой к акту и своего рода стыдом и страхом, над которыми влечение пола одерживает победу иногда через сравнительно очень большой промежуток времени.

Кто любит собак и умеет понимать их психологию, тому стоит лишь взглянуть суке в глаза, чтобы у молодой подметить очевидный страх перед агрессивными намерениями кобеля, несмотря на определенное горячее к нему влечение, а у щенившейся уже — особенное выражение, ясно свидетельствующее об одном лишь влечении без всякого страха.

Страх этот, несомненно, не только перед болью, с которой, как знает девушка, связан разрыв девственной плевы: у животных нет этого органа, и половой акт проходит безболезненно, и, тем не менее, страх все-таки налицо. Мы видим его даже у тех невинных девушек, которые даже не подозревают о существовании у них этого органа, причиняющего боль при разрыве.

Нет сомнения в том, что подобное чувство страха, обусловливающее сопротивление агрессивным намерениям мужского элемента, кроется гораздо глубже и имеет гораздо большие основания, чем какая-то незначительная, в сущности, боль. Кто пожелал бы разобраться в причинах этого явления, тому стоит лишь вспомнить, что тут ведь для женщины затрагивается психологически-подсознательный, важный вопрос о вступлении ее в важнейшую новую фазу жизни — в активную половую жизнь со всеми ее последствиями, задачами и опасностями. Инстинктивно чувствуя это, женщина, как и всякая самка, естественно, старается возможно дальше отдалить этот момент, сохранить свое status quo ante и уступает своему природному влечению лишь после известной сильной борьбы, как с собою самою, так и с представителем иного пола.

При таком столкновении инстинктивных стремлений противоположных полов на сексуальной почве мужчина первый должен найти подобающий способ действия, оружие, с помощью которого он с честью для себя и, не оскорбляя женской стыдливости, мог бы одержать победу и побороть сопротивление. Это, разумеется, не значит, что мужчина в этой борьбе должен быть чересчур мягким, уступчивым, нерешительным или, упаси Боже, слишком жалостливым и сострадательным, — нет. Здесь ему предоставляется первый, но, разумеется, и не последний случай — и даже не возможность, а именно повелительная необходимость — выказать тот высший такт, от которого исключительно и зависит в браке как его собственное счастье, так и счастье его жены. «Судьба всей брачной жизни тесно связана с первой брачной ночью».

* * *

Единственное физическое препятствие, которое приходится преодолеть мужчине, — это hymen, ибо о сопротивлении женщины плотным стискиванием бедер и других ее телодвижениях с целью воспрепятствовать акту мы говорить не будем, о них и речи не должно быть. Если же подобные явления все-таки наблюдаются, то это непреложно свидетельствует лишь о недостаточности психической подготовки девушки, готовящейся к роли женщины. В таком случае, следует отложить всякую дальнейшую попытку к дефлорации, пока к этому событию своей половой жизни она не будет в достаточной мере подготовлена.

«Не начинай свой брак насилием», — учит Бальзак. За это жизнь будет мстить тебе многие годы — хотел бы я добавить к этому мудрому совету.

О технике дефлорации самое нужное мы уже сказали в главе IX настоящего труда. Здесь мы лишь напомним, что фаллос при положении женщины навзничь лучше всего вводить в отверстие вагины вдоль ее преддверия по направлению вперед и кверху. При дальнейшем таким путем продвижении мужского органа передняя кайма девственной плевы сначала растягивается, а затем обычно лишь на правой и на левой своей стороне надрывается. Разумеется, это причиняет женщине известную боль. Для не слишком болезненно чувствительной женщины, с нормальным органом этим боль эта вовсе не так ощутительна. Продолжительность этого ощущения и его резкость мужчина может значительно сократить и на мгновение сделать боль даже совсем незаметной, если он, в тот момент когда головка фаллоса почувствует некоторое сопротивление, ответит на него не порывистым и бурным, а осторожным, но в то же время достаточно настойчивым давлением своего органа. При этом женщине не следует давать возможность отодвигаться, чтобы избежать боли, а, наоборот, все крепче привлекать к себе с помощью небольших коротких толчков. Таким путем достигается наиболее безболезненный разрыв плевы, дефлорация, и становится возможным дальнейшее введение фаллоса. Кровотечение, обычно возникающее из этих небольших надрывов, весьма незначительно и быстро прекращается. В виде лишь исключения оно может продолжаться дольше и быть обильным. Обыкновенно тогда вполне достаточно некоторое время (не вытирая крови!) полежать спокойно со сдвинутыми бедрами и не касаясь кровоточащих мест. В очень редких случаях приходится обращаться к врачебной помощи.

* * *

Если указанным путем не удастся произвести надлежащее удаление девственной плевы, попытки к этому не следует повторять немедленно же за неудачей, а отложить их на следующий или даже на третий день. Продолжительные или слишком ранние попытки будут всегда безуспешны ввиду того, что у женщины появляется болезненная от этого чувствительность в этой области, а слишком сильные движения при попытках могут очень возможно возбудить у нее страх перед болью. Поэтому, упомянутое выше «достаточно сильное, настойчивое давление» следует производить с известной осторожностью в том смысле, что продвижение фаллоса в глубь вагины должно быть немедленно прекращено, если слишком велико сопротивление перепонки плевы, или слишком значительна боль, или, наконец, страх перед разрывом чересчур подавляющ.

«С женщиной обращайся ласково и осторожно, не пытайся грубым толчком преодолеть сопротивление ее сомкнутых бедер, умей держать на поводу свои желания и не приводи их в исполнение насилием и, если природа создала тебя мощным и слишком сильным, лучше отложи свои попытки лишить жену невинности на несколько дней и не причиняй ей сразу боли», — говорит старинная магометанская книга («El Ktab») Омера Галеби.

Насколько же даже в этом отношении восточные народы мудрее и разумнее большинства наших мужчин, насмехающихся над всяким чувством жалости к женщине, не желая признавать себя «неспособными»! Некоторые народы, в силу религиозных предписаний, не совершают первого полового акта раньше, чем по прошествии двух или трех дней после свадьбы.

Но и здесь невольно приходит на память старинная поговорка: ne quid nimis (ничего — слишком!). Откладывание дефлорации на продолжительное время может быть иногда также вредным. Если бы ко мне при таких обстоятельствах обратились за определенным советом, я сказал бы так: если в течение четырех дней при троекратной попытке совершить нормальный акт она и в последний раз не увенчается успехом, то неизбежно вмешательство опытного гинеколога или врача по душевно-половым болезням. Они могут оказать помощь или оперативным путем — небольшими надрезами на девственной плеве, — или психическим воздействием, или тем и другим способом вместе, равно как и соответствующими советом и наставлением мужчине, иначе, чем дольше продлится такое ненормальное явление, тем большее вредное влияние оно может оказать на общее психическое состояние вступивших в брак людей.

* * *

После того, как immissio penis совершилось, обычно мужчине, находящемуся во власти сильнейшего психико-полового возбуждения, необходимо довольно ограниченное количество импульсивных телодвижений, чтобы дойти до эякуляции и связанного с нею оргазма.

Вызвать эти явления у женщины, при помощи стольких же движений оказывается значительно труднее. И, в лучшем случае, даже при достаточно сильном чувственном возбуждении и в противоположном направлении действующих психических и физиологических факторов возможность полового удовлетворения ее от первого акта довольно проблематична и сомнительна.

И, по-моему, было бы неправильно пытаться вызвать ее оргазм путем дальнейших движений, ибо для свежих ран на девственной плеве много лучше, если эти места не раздражать больше и далее трением, чем это необходимо.

В этом случае такой образ действия, кажется мне, имеет больше смысла, чем старание во что бы то ни стало довести половую сферу женщины до обратной реакции, важность которой в других случаях я уже несколько раз усиленно подчеркивал.

Остается еще вопрос, нельзя ли добиться этой желанной реакции в заключении полового акта каким-нибудь другим чувственным раздражением. Ответ на этот вопрос, по моим наблюдениям, успешно разрешается в положительном смысле. Если по окончании акта, т. е. после мужской эякуляции, женщина доведена до такой степени сексуального возбуждения, что сама страстно ищет и жаждет дальнейшего раздражения для оргазма и когда отношения новобрачных уже настолько интимно-близки, что естественное воздержание от дальнейшего является уже неуместным, то подобное продолжение раздражения даже желательно, при том, разумеется, условии, что ему подвергнется лишь область клитора, а никоим образом не область только что поврежденной девственной плевы.

* * *

От душевного состояния новобрачной всецело также зависит и то, необходимо ли ей предварительное перед актом чувственное раздражение или она может обойтись и без последнего. Я сказал бы, что ей это раздражение совершенно излишне. Его эффект актом дефлорации все равно сводится к нулю. Большое значение, в благоприятном смысле, имеют для женщины уже само удаление перепонки и дальнейшее беспрепятственное совершение акта в будущем.

Кроме того излишняя в этом отношении активность мужчины могла бы подействовать на стыдливую и пугливую молодую женщину оскорбляющим образом и даже вызвать в ней отвращение, и потому этих искусственных раздражений перед актом следует, по возможности, избегать, потому что это еще более бы увеличило ее душевное смущение, и без того значительное в ее положении.

И на самом деле, сколько неизъяснимой прелести в женственной стыдливости, на которую, к сожалению, при современных уродливых условиях общежития и моды совершенно перестали обращать внимание и которую перестали ценить! Священнейшей обязанностью истинно любящего женщину человека во всех обстоятельствах и при всех условиях щадить это лучшее ее украшение и защищать его от оскорблений.

Поэтому же и в выборе своей предшествующей акту чувственной игры он должен быть сугубо осторожен. Как ни широко поле, на котором она происходит, сколько самых заманчивых возможностей она ни представляет, мужчина во всем должен помнить меру, уметь воздерживаться в определенных границах, уметь владеть своими желаниями; мужчина бестактный в сексуальном отношении может заранее поставить крест на своем семейном счастье.

Особенно важно уменье держать себя в руках и сдерживать страстное желание лицезреть наготу своей подруги. Стихи Паулоса Силентиариоса подходят лишь позднейшим фазам брачных отношений. Требовать от новобрачной, чтобы она сразу обнажала все свое тело, пусть даже перед безумно ею любимым человеком, — по меньшей мере, значит ожидать слишком многого и быть более чем нескромным. В одинаковой степени дико обнажать перед нею фаллос, необычный вид которого может произвести на нее в высшей степени, в психическом смысле, отрицательное впечатление и лишь увеличить ее бессознательное сопротивление акту.

Разумеется, не всякая новобрачная — невинное дитя, целомудренное, пугливое существо. Вполне понятно, что в обхождении с такою девицей, которая носит это имя лишь потому, что пока не нарушена целость ее девственной плевы, мало уместны и осмотрительность, и осторожность, и снисходительность, необходимые в подходе к робкому, стыдливому и невинно-чистому созданию.

* * *

В заключение — чисто техническая деталь. Так как у новобрачной обычно местное раздражение не может быть значительным, то и отделения слизистой оболочки и желез оказываются недостаточными для увлажнения входа во влагалище и для легкого проникновения в него мужского полового органа. Этим процесс полового акта может замедлиться и даже стать болезненным. В таком случае весьма целесообразно нанести, лучше всего непосредственно на самую половую щель (большие и малые губы), какое-нибудь смазывающее вещество, заменяющее недостающую слизь желез преддверия, предварительно объяснив, разумеется, молодой женщине, с какою целью это делается. Тогда она охотно этому подчинится.

Вещество это должно быть, как и сами половые органы обеих

сторон, принимающих в акте участие, совершенно чистым. Помимо эстетической стороны дела, здесь требуется абсолютная опрятность во избежание занесения посторонних вредных элементов грязи на места, где ожидается хоть малейшая царапина на коже или слизистой оболочке.

* * *

За этими первыми днями и ночами наступает «медовый месяц». И об этом периоде представления большинства мужчин совершенно превратны. Он рисуется в их фантазии и в интимных между ними разговорах непрерывной цепью неограниченных половых наслаждений, точно так же, как и первая ночь, — упоительным чувственным блаженством.

Все это, разумеется, глубокое заблуждение. Эти первые недели — период учения, подготовки. Выводы серьезнейших и выдающихся наблюдателей (как мужчин, так и женщин) здесь удивительно совпадают, и все они единогласно утверждают, что современной молодой женщине наших стран сначала нужно учиться находить в акте удовлетворение и лишь постепенно становиться способной к оргазму при coitus’e. Передо мною как раз доклад Эдельберга и Галанта, напечатанный в центральном журнале гинекологии. По мнению этих в высшей степени добросовестных исследователей полового вопроса, недостаток восприимчивости при половом акте в самом начале сексуальной жизни женщины — явление чисто физиологическое, иначе говоря, нормальное; сначала женщина только учится ощущать оргазм. Согласно статистическим данным наблюдений этих ученых, неподготовленность женщины в этом отношении составляет около всех ста процентов.

Пусть эти данные преувеличены на несколько процентов, это существа дела не меняет: женщина, действительно, не только должна детально и практически ознакомиться с процессом полового акта, «учиться» ему, но сознательно относиться к своим переживаниям и ощущениям во время этой важной физиологической функции, словом, должна пройти практический курс «синусологии».

Итак, брак — это школа, а первый его период — приготовительный ее класс. И учитель в этой школе должен обладать исключительным терпением и самообладанием. Эти два качества поистине не так-то легко воспитать и развить в себе мужчине-руководителю в самый жгучий период своей половой жизни. Таким образом, и для мужчины эти вожделенные недели медового месяца должны проходить в подготовке к усовершенствованию в брачном альтруизме и в самоотречении, должны превратиться в настоящий пургаторий (гору очищения).

Пробуждение настоящего полового чувства происходит в женщине лишь постепенно и у одной быстрее, чем у другой. Мужчина же должен помнить, что упражнение и бережное отношение — те два принципа, на которых он обязан основывать все свои супружеские отношения. В особенности последнее ему следует всегда иметь в виду: несколько дней спустя после дефлорации надорванные части девственной плевы всегда несколько болезненны, да и после самый женский половой орган, вследствие непривычного раздражения, немного припухает и воспален.

Схема мужских половых органов.

I. Внешняя стенка живота. 2. Брюшина. (Peritoneum). 3. Стенка мочевого музыря. 4. Мочевой пузырь. 5. Связка лобка. (Symphysis). 6. Семенная ампула (с об. сторон). 7. Шейка мочевого пузыря с замыкающим ее мускулом. 8. Семенной пузырь (с об. сторон). 9. Предстательная железа (Prostata). 10. Устья обоих семепроводов. 11. Мочеточник. (Urethra). 12. Куперова железа (с об. сторон). 13. Луковица мочеточника. (Bulbus urethrae). 14. Musculus bulbocavernosus (играющий главную роль при эякуляции — выделении семени). 15. Семепровод (с об. сторон). (Corpus cavernosum urethrae). 17. Головка яичного придатка (с об. сторон). 18. Яйцо. (Testis) (с об. сторон). 19. Кожный покров penis’a. 20. Пещеристые тела его. (Corpus cavernosum penis). 21. Расширение мочевого канала позади отверстия его. 22. Хвостик придатка, переходящий в яйцепровод. 23. Яичный мешок. (Scrotum). 24. Уздечка крайней плоти. (Frenunlum praeputii), заметная лишь тогда, когда оттянута крайн. плоть. 25. Устье мочеточника. (Ostium urethrae). 26. Головка penis а. 27. Мешочек крайней плоти. 28. Крайняя плоть. (Praeputium).

ГЛАВА XIV

ГИГИЕНА ТЕЛА

Часть II

Влияние половых сношений на тело и душу человека. Половые способности

Итак, предупредив об опасностях, грозящих брачной чете в первое время ее совместной жизни от нерационального отношения друг к другу и происходящих по большей части от первоначальной неосведомленности в сексуальных вопросах, побеседуем теперь об истинно счастливом, идеальном браке, который является прямым следствием разумного обоюдного самовоспитания, выдержки и вдумчивого отношения к взаимным психическим переживаниям.

В чем состоит гигиена такого брака?

Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны, прежде всего, попытаться уяснить себе, в чем, собственно, состоят половые способности супругов, и припомнить, в какой мере и каким именно образом на развитие этих способностей влияют внутренние и внешние жизненные условия. Ибо из этих последних факторов зависит, само собою, рациональное и здравое отношение к процессам половых явлений и, следовательно, друг к другу.

Само по себе нормальное половое общение, как мы видели это из предыдущего, оказывает на весь организм женщины положительно благотворное влияние. Исчезает недоразвитость форм, полнеет тело, в особенности грудь, и девушка в физическом отношении превращается в женщину.

Я с умыслом выделяю понятие «половое общение само по себе», ибо одно из самых важнейших его следствий — самою природою женщине предписанное — беременность, — связано с неизмеримо большим влиянием на душу и тело женщины и наряду с благотворными беременности свойственны и очень не благоприятные воздействия. Именно она доводит женские половые органы до полного развития, задавая им сложную работу и в то же время их разрушая. Лишь беременность и связанные с нею процессы делают тело женщины вполне зрелым и вполне способным к выполнению всех свойственных ему функций, в то же время так изменяя некоторые отправления его, что они переходят даже в болезнь. Для психически здоровой, нормальной и здравомыслящей женщины в беременности, наконец, кульминационный пункт ее желаний — материнство, могущественнейшее и удивительнейшее переживание женской души, вызывающее, в то же время почти естественное определенное явление нервного страха.

Но всего этого мы здесь касаться не можем — это может быть предметом особого труда, и притом во многом, имеющем отношение к этому вопросу, мы стоим еще на низших ступенях знания.

Одно несомненно: влияние перспектив беременности и мыслей о ней у большинства брачных пар играет громадную роль. Половое общение лишь тогда происходит совершенно свободно и доставляет наивысшее наслаждение, когда создаются благоприятные условия для полового акта без подобного рода угнетающих и расхолаживающих мыслей, когда человек может освободиться от страха за благоприятный в каком бы то ни было отношении результат акта.

Страх перед возможною беременностью столь иногда вреден ходу полового психического процесса, что этим затрудняются и физические реакции и не только затрудняются, но и становятся невозможными. Нередко приходится наблюдать полное расстройство брака и брачных отношений от подобного страха.

Вот почему в самом начале этой книги наряду с требованием гармонически цветущей идеальной половой жизни я поставил условием полного супружеского счастья еще и обоюдное желание находящихся в браке лиц благоприятно решить вопрос о потомстве. Без положительного, определенного решения этого вопроса о счастье не может быть и речи.

* * *

Если мы вновь обратимся к вопросу о влиянии регулярных половых сношений на физическое строение женского организма и попытаемся разобраться в тех существенных изменениях, которые coitus в нем производит, то придем к выводу, что причины этих перемен весьма трудно определить с точностью, хотя последние обнаруживаются вполне определенно несомненным увеличением половых органов, груди, анатомической и физиологической структуры всего тела.

Что дело тут не в одном оргазме, coitus сопровождающем и вызывающем усиленный местный приток крови, ясно из того, что, напр., у постоянно предающихся онанизму девушек, увеличиваются половые части, между тем, как все тело остается без всякого изменения.

Не принимает в этом явлении участия, по-видимому, и поглощение женскою кровью мужских сперматозоидов, путем всасывания в нее поступающих после каждого акта, так как те же изменения в общей структуре организма наступают и при coitus condommatus (т. e., когда сперма изолируется от проникновения во влагалище и матку).

По всей вероятности, причиной этих изменений является комбинация всех участвующих в естественном процессе акта факторов причем ни одного из них нельзя аннулировать без вреда, или, по крайней мере, без известного ущерба для общего развития телесного и душевного склада женщины.

Разумеется и на последнем регулярный половой акт сказывается весьма ощутительно в благоприятном для женщине смысле.

Это является следствием не только всей суммы впечатлений от целого ряда гармонически проходящих и правильно заканчивающихся актов, но от воздействия на душу каждого акта в отдельности. Как на тело, так и на психический мир здоровой женщины такие половые акты влияют в высшей степени благотворно. Лишь тогда, когда чувственное раздражение длится слишком продолжительное время или слишком сильно, так что пароксизмы страсти быстро или часто один за другим следуют, вместо умиротворенного, спокойного самочувствия у женщины наблюдается усталость и вялость, душевное и физическое изнеможение и апатия. Если эти эффекты наблюдаются изредка и на непродолжительные промежутки, это серьезного значения для общего здоровья не имеет. Если же это явление продолжается часами или повторяется не как исключение — это признак того, что силы женщины истощаются и сексуальное перенапряжение дошло до границ возможного. Если подобные чувства владеют женщиною и весь после coitus’а, следующий день, это определенно показывает, что всякий половой акт в ближайшее время невозможен.

Какую именно сумму чувственных раздражений может вынести женщина, насколько она без вреда для своего физического и душевного здоровья может реагировать на них, зависит от ее телосложения, темперамента, предрасположения к заболеваниям, от ее психической устойчивости, от усталости, вызываемой посторонними причинами и, наконец, от других внешних условий, к рассмотрению которых мы еще будем иметь случай вернуться.

Отсюда понятно, что границ, в которых данная интенсивность половых сношений вредна или полезна, установить нельзя: что легко сходит с рук одной женщине, может оказаться крайне вредным другой. Да и у одной и той же — рамки возможного и допустимого различны в разные периоды ее жизни. В общем же, половая способность здоровой женщины много обширнее и значительнее, чем таковая же у мужчины.

* * *

Да что в этом удивительного? Ведь если поставить рядом требования, предъявляемые мужчине и женщине, в смысле психического и физического напряжений, то разве они не больше у активной стороны, у мужчины, разве не приходится ему в акте не только затрачивать известную мускульную силу, но и, в виде выделения семени, отдавать женщине столь громадное количество высококачественных клеток своего организма?

Разумеется, ущерба от этого мужской организм не несет: эти клетки в известный промежуток времени накопляются сами собою и постепенно.

Иначе обстоит дело, когда должна наступать эякуляция после истощения определенного заготовленного организмом запаса спермы. Чтобы выделить новое количество семенной жидкости и чтобы удовлетворить предъявляемым к ним требованиям, органам ее изготовляющим, необходимо усиленное раздражение. И от всего организма в таком случае требуется особое напряжение как в физическом, так и психическом отношениях для того, чтобы производящие сперму органы могли в достаточном количестве ее заготовить.

Ясно, что не всякий мужчина в любое время может отвечать на такие требования.

Половая способность (потенция) мужчины, в границах нормального — весьма различна. Зависит она от многих причин: возраста, здоровья, телосложения, темперамента, расы, привычек, упражнения, степени эротического возбуждения и других посторонних условий. Прежде всего, конечно, от личных свойств человека, но чем они обусловливаются, мы точно до сих пор не знаем. Знаем лишь, что есть сильные в половом отношении люди и слабые. Такая сила или слабость сексуальных свойств почти не имеет никакого отношения или во всяком случае очень малое к общей мощности или хрупкости мужского организма. По всей вероятности, эта потенция стоит в, тесной связи с исключительной продуктивной способностью образующих сперму органов. Может быть, тут играет роль неполное выделение запаса жидкости. Во всяком случае, удивительно то, что, по утверждению некоторых мужчин, они могут произвольно задерживать некоторое количество спермы в тех случаях, когда, после совершенного полового акта, предвидится совершение нового через короткий промежуток времени. Впрочем, никаких точных данных в этом вопросе мы еще не имеем. Есть цветущие и здоровые люди, которые в состоянии иметь coitus лишь два раза в неделю, но есть и совершающие этот акт три, четыре (а при случае и чаще) раза в неделю последовательно один за другим или с известными интервалами.

* * *

Если от мужчины требуют больше того, на что он способен, его организм кратко и решительно сам заявляет об абсолютной невозможности такого требования: эякуляции не происходит, несмотря на сильнейшее половое раздражение. Эта временная неспособность должна считаться вполне нормальной, в противоположность той постоянной импотенции, которая наблюдается у некоторых мужчин и при нормальных половых сношениях, и является уже болезнью. Временная импотенция — это род самообороны организма против повышенных к нему требований. При таком явлении следует избегать всяких попыток к дальнейшим раздражениям чувственности, пока тело не отдохнет как следует и не обретет вновь нормальную половую работоспособность. Это, к тому же, наступает довольно скоро. Но описанное выше явление или состояние организма не должно повторяться часто.

Что это вредно мужчине (точно так же, как и женщине, лишая ее необходимой окончательной противуреакции), понятно само собою. О временном же появлении такого состояния у мужчины в первый период брака беспокоиться нечего.

По своей половой способности женщина, сравнительно с мужчиной, находится в весьма выгодном положении, так как даже после потери способности к дальнейшей реакции, она все-таки и тогда готова к акту. Хотя бы отчасти, но она, тем не менее, может оградить себя от повышенного раздражения, умышленно относясь к половому акту совершенно пассивно. Временной неспособности к нему, как у мужчины, у ней никогда не наблюдается, разве только при настоящих болезненных явлениях, зависящих уже совсем от других причин.

* * *

Чаще всего предъявляют не совершенно неисполнимые, а сравнительно большие требования к половой деятельности мужчины, по большей части в виде частого повторения coitus’a.

Понятия «слишком многого» в этом отношении, в общем, не одни и те же для мужчины, что для женщины. Мы уже об этом говорили. У него от этих преувеличенных домогательств появляются легкие боли в бедрах и — что гораздо серьезнее — сокращение духовной деятельности, ее ослабление. Если такое явление становится хроническим — это вредно, и этого следует тщательно избегать.

С другой стороны, не надо забывать, что последующие вскоре за первым (а при сильной потенции — и третий) половые акты имеют много положительных сторон. После первого coitus’a, произведенного день или несколько дней после полового воздержания, нередко случается, что мужчине надо слишком мало раздражения, чтобы вызвать эякуляцию, и акт для обеих сторон оказывается весьма мало удовлетворяющим их половой голод, дает слишком кратковременное наслаждение, непродолжительный взрыв чувственной страсти. Между тем, ничего нет более рокового в любви, как чувство разочарования, а такой недостаток акта, несомненно, несет с собой разочарование. И сгладить этот дефект можно лишь вторичным совершением акта. Непосредственно ли за первым актом, или через несколько часов отдохновения, или даже на следующее утро совершается повторный акт — зависит от дееспособности мужчины, настроения супругов и от других столь многочисленных условий, что дать здесь какую-либо определенную программу или начертить какую-либо схему совершенно невозможно.

Если же вообще говорить о возможности что-либо советовать в этом направлении, то лучше всего было бы, если бы заключительные аккорды первого акта переходили бы незаметно в прелюдию и «чувственную игру» перед последующим. При таких условиях, когда между крепко любящими друг друга людьми явилась уже та половая интимность, которая только и может возникать во время полового акта, объятия, ласки и поцелуи действуют особенно возбуждающим образом, пышнее всего распускаются те восхитительные цветы любовных вольностей, о которых в своем пылком друг к другу стремлении забывают супруги при первой вспышке сексуальной страсти. Организм мужчины успевает уже немного отдохнуть от первого возбуждения и постепенно подготовиться к новому. Таким путем как мужу, так и жене представляется полная возможность до самого дна выпить чашу чувственных наслаждений, беспрепятственно и легко отдаваясь взаимным страстным переживаниям, в которых и женщина может принимать самое деятельное участие. Если после подобного повторного акта, который лучше всего совершать с наступлением ночи, мужчина сможет отдохнуть и восстановить свои силы достаточно продолжительным сном, ему не грозит никакой опасности встать на утро утомленным. Если же на другой день, вместо великолепного самочувствия, ощущения прилива свежих сил и позыва к усиленной телесной и духовной деятельности — этих нормальных последствий акта — у него явятся признаки усталости и апатии к труду, это значит, что совершение следующего акта следует отложить на один из грядущих дней с некоторым промежутком. Из этого следует также, что в следующий раз при повторном акте более активную роль в нем следует предоставить женщине (поза IV).

То, что я говорил о женской способности к половой деятельности сравнительно с мужской потенцией, на первый взгляд как будто не вяжется со сказанным мною выше в одной из предыдущих глав о слабой вообще чувственной возбудимости женщины и никоим образом как будто не согласуется с моими же выводами о женской половой «холодности» вообще.

Но тому, кто имел случай наблюдать половую жизнь многих женщин в различных ее фазах, хорошо известно, что здесь лишь кажущееся противоречие. Чтобы раз и навсегда покончить с ложными заключениями, которые может отсюда вывести поверхностный читатель, я вынужден резюмировать в краткой форме все вышесказанное: всякая девушка, в положении новобрачной в первое время при половом общении обычно оказывается более или менее «холодной», почти безразличной к наслаждениям от полового акта, и физиологическое проявление ее любви в ней приходится пробуждать и развивать. Если же подобное воспитание новобрачной мужу не улыбается (по большей части, или по отсутствию к этому охоты или по недомыслию и непониманию своего собственного блага), она и остается такой же безразлично-равнодушной, и нередко то, чем не воспользовался и чем пренебрег муж, становится собственностью постороннего, опытного в любви мужчины. Но даже и в том случае, когда муж отдает себе ясный отчет в своей ответственности в этом отношении перед женою и серьезно смотрит на свою роль руководителя ее сексуальной жизни, в первое время по восприимчивости к половому возбуждению женщина остается далеко позади мужчины, и разницу эту во что бы то ни стало следует стараться удалить. Лишь постепенно для настоящих половых ощущений созревает юная женщина, хотя случается, что и в этой стадии своего развития для оргазма ей недостаточно тех раздражений, которые, однако, у ее мужа без замедления вызывают эякуляцию. Но уже и то является весьма многозначительным явлением, что она по чувственной возбудимости почти сравнялась со своим партнером по «любовной игре» и нередко в состоянии в этом даже превзойти его.

* * *

Вполне ясно, что при этом выдающуюся роль должны играть воспитательные приемы и ласковое понуждение. Из своей врачебной практики я вывел некое заключение, справедливость которого подтверждается моими долголетними наблюдениями, и которое я должен облечь в форму предупреждения: советую мужу прежде, чем начать знакомить жену с изощренной чувственной стороной акта, серьезно подумать, не окажется ли он в практическом применении ее слабее женщины и не превзойдет ли она своего воспитателя.

* * *

Есть женщины по существу мало темпераментные, переносящие чувственные бури, на которые мужчина их соблазняет, легко, в особенности если они не часты и друга от друга отделены промежутками, не чувствуя особых страданий, когда эти сильные чувственные раздражения прекращаются и половая жизнь снова возвращается в нормальную колею. Но наряду с подобными существуют и такие, под нашими облачными небесами, правда, не слишком часто попадающиеся, которые, раз изведав максимальное половое наслаждение, уже не в состоянии отделаться от искушения вновь вкусить его и серьезно страдают при необходимости отказаться от своих изощренных чувственностью и увеличенных аппетитов. Тогда может случиться, что мужу не справиться с им же самим вызванными злыми духами похоти и очутиться или перед очень опасной для брачного счастья «нервностью»[55] жены, или считаться с собственным хроническим половым перенапряжением и переутомлением, превращающими и его в телесного и душевного невропата.

Очень и очень нередко от этого получаются весьма печальные последствия, и весьма возможно, что ни той ни другой стороне не выйти из этого заколдованного круга. Анализ подобных случаев и интересен, и не особенно труден.

Во всяком случае, мужу слишком пылкой женщины лучше всего во время приливов ее особенной страстности постараться не удовлетворять всем ее ожиданиям во избежание впоследствии расплаты за свою податливость в этом отношении слишком дорогою ценою.

* * *

Следующий, весьма важный, с нашей точки, вопрос в брачной жизни заслуживает нашего серьезного внимания, тем более потому, что ему обычно не придают заслуживаемого им внимания. Я хочу сказать несколько слов о разумном соотношении возраста между вступающими в брак людьми.

Есть на свете идеалисты, полагающие, что люди должны жениться в возможно ранней поре своей жизни, когда, следовательно, между их возрастом нет никакой существенной разницы. Другие — того убеждения, что было бы много лучше, если бы мужчина был, хотя бы незначительно, лет приблизительно на десять, старше жены.

Оставаясь на своей точке зрения и преследуя свою основную цель, что, так как на муже в половом отношении лежит обязанность быть воспитателем и руководителем жены и как бы симпатичным мне ни казался идеал раннего брака, я не могу согласиться с тем, чтобы такую серьезную задачу брал на себя неопытный в жизни и в ее важных проблемах молодой человек. И хотя брак тридцатилетнего человека с двадцатилетней девушкой в этом отношении имеет много преимуществ, но, с точки зрения половой его деятельности, желательно, чтобы разница эта не была столь велика и хоть на несколько лет меньше. Человек с пятидесяти лет начинает понемногу «стареть». И, хотя он может — особенно при регулярных актах — сохранять внушительную половую потенцию до глубокой старости, оставаясь способным полностью удовлетворять половым потребностям как своим, так и своей жены, — в отношении количества актов все-таки его половая деятельность настолько уменьшается, что не всегда может соответствовать его сексуальным желаниям и находящейся в расцвете сил и здоровья его жены.

Сорокалетняя современная женщина еще считается молодой. Как совершенно правильно подчеркивает психолог Джемс Дуглас, она не «старше», чем была тридцатилетняя в минувшем столетии. Стареть она начинает лишь с сорока пяти лет, а нередко и немного позже. Но ее половая способность и желания в это время не только не уменьшаются, но даже увеличиваются. Потому-то и зовут этот возраст «опасным». Против этого понятия тотчас же вооружились некоторые проницательные люди.

Нет, впрочем, никакого сомнения, что эту «опасность» в действительности можно встретить лишь в одиночных случаях; каждый знакомый с психологией врач по женским болезням может привести немало этому примеров.

И даже при слегка повышенном половом желании то, что она не может получить такого удовлетворения его, как раньше, и мысль, что все это «скоро кончится», действует на женщину угнетающим образом, может вызвать внутренний тяжелый конфликт. В особенности тогда, если она в течение ряда лет привыкла к интенсивно-деятельному половому общению. А при таких конфликтах весьма трудно сказать, чем они кончатся. Счастье уже в том, если все ограничится внутренней борьбой или легкими «нервными осложнениями».[56] А могут появиться и более тяжелые симптомы психоневроза и на всю жизнь испортить брачные отношения.

По таким соображениям разницу в 10–15 лет между людьми, вступающими в брак, я считаю не вызывающей особых опасений, но желательно было бы, чтобы она в интересах счастья в браке была уменьшена наполовину, т. е. от 5 до 7 лет.[57]

По-моему, вполне разумно определять «брачный» возраст мужчины, в среднем, в тридцать лет, а девушки от двадцати до двадцати пяти лет.

ГЛАВА XV

ГИГИЕНА ТЕЛА

Часть III

Влияние внутренних и внешних причин на половое общение

Внутренние и внешние причины во многих отношениях и различными путями влияют на половые сношения. Об этом следует упомянуть вкратце потому, что среди бесчисленных факторов, имеющих в половом общении большое значение, находятся такие, как пища и напитки, о чем мы еще нигде не говорили.

Об этом можно говорить очень пространно. Уже в книгах XVI и XVII столетий мы находим обильный материал, касающийся кушаний и напитков, могущих увеличивать libido (половые желания), повышать половое наслаждение и усиливать потенцию (половую деятельность). Многие книги не только Востока, но и европейские, преимущественно французские, посвящены описанию таких сильно действующих яств и подробному их изготовлению.

Большинство таких «руководств», разумеется, представляет плод досужих измышлений, черпаемых в средневековой символике. Так, напр., весьма распространены рецепты яств, приготовленных из орхидей (орхис = яйца).

Нельзя не признать, что в этом направлении любовное чернокнижие сильно пошло назад. Из некоторых веществ на самом деле можно изготовлять совершенно безвредные для здоровья, но возбуждающие половую сферу съедобные блюда, и кое у кого и до сих пор сохранились такие рецепты и особые поваренные книги.

* * *

Всем, конечно, известно, что обильный стол усиливает половую деятельность, тогда как скудный и ограниченный, а в особенности, недостаток питания ослабляют сексуальные отправления.

Мясная пища, в особенности из дичи, раздражает, а яйца еще в глубокой древности считались действеннейшим средством для возбуждения половых функций и восстановителем сил после усиленной деятельности половой сферы. Обычно полагали, что такое свойство яиц зависит от их содействия образованию сперматозоидов. Таким же свойством, будто бы, обладают рис и репа, варенные в молоке. Как произведение утонченной кухни упоминают еще раковый суп и знаменитый по своему возбуждающему действию отвар ласточкиных гнезд (морской ласточки — саланганы).

И действительно, из раздражающих половую сферу пищевых веществ я назову прежде всего хорошо известный в народе сельдерей, из более тонких по вкусу — артишоки и, преимущественно, спаржу, так как ее специфические вещества, выделяясь через почки, более или менее имеют свойство раздражать мочеточник. Далее раздражающим съедобным грибом является трюфель, затем идут: шафран, корица, ваниль, перец, перечная мята, имбирь.

Сильно действующим из напитков является алкоголь, в малых дозах возбуждающий половую активность, в больших — действующий обессиливающим образом. Последнее его свойство, впрочем, до некоторой степени парализуется сдерживающими началами психического порядка. Хронический алкоголизм — помимо мгновенных половых эксцессов — действует на половую сферу парализующе. Злоупотребление крепким кофе, чаем и табаком также сказывается на ней в очень отрицательном отношении. Возможно, что принятые в малых количествах эти же самые вещества способны действовать возбуждающе, но людей, особенно восприимчивых к этим наркозам, которые могли бы на себе самих наблюдать их действие, немного.

С практической стороны довольно интересно, что прием большого количества кислых напитков понижает позыв к половой деятельности.

Рядом с этими веществами питания и напитками, употребляемыми человеком в обыденной жизни, есть еще разные с определенной целью возбуждения или понижения половой деятельности изготовляемые вещества. К таким медицинским препаратам принадлежат, напр., соединения брома и экстракты валерианового корня, а также сонные лекарства, не только уменьшающие общую возбудимость, но и уничтожающие половой позыв и потому употребляемые в случаях необходимости притупить остроту полового возбуждения.

Прочие медицинские средства, предназначаемые для восстановления общего здоровья организма, этим самым свойством своим подкрепляющим образом действуют и на половую сферу. Среди них — соединения фосфоса, влияющие на нее усилением ее функций. Наконец, препараты опиума, действуя на некоторые органы успокаивающе и значительно сокращая их отправления (напр., перистальтику кишек), в то же время способны вызвать libido.

Понятно, что со всеми этими отдельными воздействиями каждого средства на организм врачу приходится считаться в соответствующих случаях при прописывании рецепта сообразно поставленному им диагнозу.

* * *

Средства, целью которых — усиление полового желания и потенции, по имени греческой богини любви Афродиты носят название aphrodisiaca. Уже в классической древности — не говоря уже о древних египтянах, ассирийцах, персах и китайцах, — «любовный напиток» (Philtron) играл значительную роль в человеческом обиходе. Приготовлением его славились особенно фессалийские колдуньи. И чего только в него не входило: и челки жеребенка, и часть лошадиного последа, и выделения кобыльего влагалища, языки некоторых птиц, голубиная кровь, части одной рыбы, разные насекомые, ящерицы и прочие по большей части довольно отвратительные ингредиенты.

В Риме изготовление этого напитка было, наконец, запрещено сенатским декретом под страхом громадного штрафа.

Разумеется, составные части этого «приворотного зелья» органического происхождения играли роль лишь волшебных, колдовских средств. Телячий мозг, тоже, как ингредиент напитка, бывший в большом употреблении, мог, правда, вследствие содержания в нем лейцитина, производить некоторый эффект точно так же, как и половые железы животных. Сомнительно, однако, чтобы составители подобных снадобий сознавали рациональное их действие на пониженную деятельность половых органов. Зато теперь эти вытяжки из половых частей животных с успехом применяются при органо-терапевтическом лечении дефектов отправлений половой сферы.

С «любовным напитком» мы встречаемся повсюду и в средние века. Но в эту эпоху, наряду с чисто «колдовскими» средствами, которые должны были возбуждать мгновенную любовь, как об этом нам поведало сказание о Тристане, — появляются уже вещества, имеющие свойства и назначение увеличивать половую потенцию. Пусть первоначально вещества эти имели лишь символическое или мистическое значение, но в те времена стали употребляться такие, как напр., опасные для здоровья препараты из твердых надкрылий шпанских мух (кантаридиновые препараты, «итальянский эликсир», «pastilles galantes»), действующие раздражающе не только на мочевой канал, но и на самый пузырь и — что опаснее всего — на почки в такой степени, что нередко вызывают их воспаление.

Лишь в самое последнее десятилетие науке удалось эмпирическим путем найти такие средства, которые действуют исключительно на половые функции, как напр., иохимбин, алкалоид, добываемый из коры дерева иохимбы, способный вызывать усиленные половые отправления у лиц обоего пола.

Это открытие лишний раз подтвердило, что простонародные средства ждут еще своих научных исследователей. Так, кора иохимбы давным-давно была в ходу у туземцев западной Африки, как возбуждающее при половом акте средство. Конечно, и на весь организм подобные сильно действующие вещества тоже оказывают свое действие, но иохимбин в этом смысле представляет счастливое исключение.

Врачи предписывают его при определенных, точно установленных симптомах и не только при импотенции мужчин, но и при других расстройствах, напр., менструаций женщин, в полной уверенности принести пациенту пользу. Без рецепта и указаний врача употреблять это ядовитое вещество нельзя ни в чистом, ни в разбавленном виде, как тайное средство «для подъема сил».

Вообще, лечение полового бессилия не должно быть доступно всем и каждому, а лишь врачу, так как этот половой дефект зависит от очень многих причин и поставить правильный диагноз может лишь опытный специалист. В противном случае следствием такого неразумного вмешательства разных неопытных лекарей может быть непоправимый вред.

* * *

В качестве вспомогательных против сексуального слабосилия или полной импотенции средств могут служить также сильно нагретые подушки, подкладываемые под поясницу, а также углекислые ванны. В некоторых случаях первое средство дает изумительные результаты.

Ванны, с успехом прописываемые многим мужчинам и женщинам, могут быть полные и сидячие из натуральной или искусственной углекислоты. Систематический курс ванн вошел уже в обиход многих курортов главным образом при лечении легкой половой холодности у женщин. В особенности у мужчин они дают удивительный эффект, когда дефект сексуальной деятельности относительно невелик.

Тут, впрочем, в благоприятном смысле, кроме ванн, могут иметь влияние и другие причины. Но от той степени полового безразличия, с которым женщина не в состоянии справиться в домашних условиях жизни, не помогает и такой курс лечения.

Мужчине полные углекислые ванны помогают в том случае, когда его сексуальные желания парализуются чувством общей усталости. Ванны устраняют это болезненное чувство — если оно, конечно, не очень сильно и не является результатом слишком сильного переутомления, — производя даже некоторое местное раздражение.

Если надо остановиться на подобного рода лечении, то лицам обоего пола можно рекомендовать сидячие ванны, концентрирующие благоприятное действие углекислоты на нижней части туловища и потому даже предпочитаемые перед полными ваннами. При легких формах местной половой анестезии они могут быть превосходным вспомогательным средством, подготовляющим органы к акту. Но прежде чем прописывать эти ванны, врачу не мешает принять в соображение, что такая искусственная подготовка к акту, такой слишком недвусмысленный прием ее может оскорбить эстетическое чувство женщины и парализующе подействовать на ее эротическое настроение.

Этот щекотливый вопрос, впрочем, легко замаскировать предписанием в течение некоторого времени принимать сидячие ванны регулярно каждый вечер перед сном. Если после них произойдет половой акт, его благополучное окончание не будет связано по крайней мере с умышленной к нему подготовкой.

* * *

В ряде моментов, имеющих влияние на сексуальную область, следует упомянуть особые физические условия, в которых находится человеческое тело во время своего движения.

Так эрекция у мужчины может наступать при более или менее ритмических толчках, получаемых телом в сидячем положении, напр., при верховой езде, при частых и длинных путешествиях в железнодорожном вагоне, в телеге, на велосипеде, реже — в автомобиле. Из характера этих толчков следует заключить, что па это наблюдаемое в половом органе явление имеют особое влияние именно небольшие, короткие и сильные сотрясения тела, тогда как эластичные и продолжительные в этом смысле менее действенны. Надо ли подчеркивать, что в таких условиях эрекция вовсе не зависит от эротических стимулов или импульсов. Сладострастная мысль здесь, разумеется, совершенно может отсутствовать. Эрекция может начинаться даже тогда, когда мысль человека находится в совершенно иной сфере, ничего общего с эротикой не имеющей, и явление доходит до сознания его лишь тогда, когда оно уже налицо. Тогда только напряжение фаллоса может повлечь за собою соблазнительные представления, которые в свою очередь при удобном к тому случае, могут иметь следствием половой акт. Этим объясняется сравнительно усиленное половое общение во время или непосредственно после какой-нибудь поездки, путешествия, даже между теми супругами, которые в обычном ходе жизни имеют и без того достаточную для этого возможность.

Как такое раздражение действует на женщину, мне определенно не известно. Многие девушки, которых мне приходилось пользовать от онанизма, жаловались, впрочем, что, несмотря на строгий зарок, который они сами себе давали не прикасаться, и не раздражать своего полового органа, езда верхом или на велосипеде неудержимо влекла их к запретному наслаждению полового самоудовлетворения. С другой стороны, мне известно большое число женщин, которые в этом отношении ни на какие сотрясения тела своего не реагировали. Далее мои наблюдения не идут по той простой причине, что мужчина, хотя бы и врач, редко имеет случай расспрашивать женщин о подобных вещах.

* * *

Подвержено ли половое влечение известным периодическим колебаниям и каким законам подчинены эти колебания — об этом мнения до сих пор диаметрально противоположны. В этом положении вопрос этот, вероятно, останется еще долго потому, что, во-первых, люди вообще мало способны обобщать собственный опыт и наблюдения, а, во-вторых, периодичность полового желания можно наблюдать лишь изредка и в очень различных видах.

А между тем, правильный ответ на этот вопрос имеет большое значение в браке, а тем более в идеальном, для психической и телесной гигиены.

Если принять гипотезу весеннего максимума,[58] которую, по аналогии с явлением животного мира и в связи с весенними празднествами первобытных народов предлагают многие исследователи, то нужно прийти к выводу, что период этот оказывает влияние, как на мужчину, так и на женщину.

Гораздо большего внимания заслуживает предположение, что смена сексуальных настроений происходит у мужчины через каждые две недели или ежемесячно, это, по крайней мере, наблюдали у себя многие.

Смена эта у женщины подчинена гораздо большим колебаниям, чем у мужчины. Однако большинство авторов, по этому вопросу высказывавшихся, и держащихся, по большей части, того мнения, что опыт и выводы из него надо искать в законах природы, точно так же мало согласны в своих заключениях, как и женщины, которых по этому вопросу расспрашивали. Рельефнее всего сказывается эта смена половых позывов в периодичности, начало которой лежит за несколько дней до начала менструального кровотечения, а конец — в промежутке между двумя регулами.

При ухудшении общего состояния здоровья, телесной и душевной усталости, хроническом переутомлении и переобременении заботами напряжение libido падает, а при большей интенсивности перечисленных физиологических страданий и вовсе исчезает.

В последние годы гипотезу периодичности особенно горячо защищала уже нами раз цитированная Мария Стоп, наглядно изобразившая свои наблюдения интересною кривою.

Если сравнить эту схематическую линию волнообразного движения нарастания и падения женской половой страсти с моею, приведенной ранее, то видно, что повышение волны перед менструацией на ее кривой почти совпадает с моими линиями общих функций. В особенности заметно это совпадение с кривою температуры, которую я считаю типичным выразителем хода всех жизненных процессов.

Таким образом, и в этой предшествующей регулам усиленной половой деятельности женщины мы видим частичное проявление повышенной интенсивности всех происходящих в организме процессов. Стимулом этого повышения является выделение секреции corpus luteum, которое как раз в это время — в последней стадии своего развития.

Впрочем, причиною усиления половой страсти в эти дни может быть и чисто местное явление: обычный прилив крови к половым органам.

Скорее я присоединился бы к мнению Маршаля,[59] утверждающего, что «в общем усиление полового чувства падает на непосредственно за менструацией следующие дни».

Действительно, на это, тотчас за кровотечением следующее — а нередко и при самом окончании его — усиление позыва к половому общению указывают многие специально разрабатывавшие этот вопрос наблюдатели (даже уже в глубокой древности). Фюрбрингер[60] того, напр., мнения, что это повышение обусловливается предыдущим, во время менструационного периода вынужденным половым воздержанием, и за этим мнением нельзя не признать известных оснований.

По моим наблюдениям же, большинство женщин регулярного и правильного прилива libido не чувствуют.

Во всяком случае я поставлен в необходимость ответить отрицательно на этот сложный вопрос и категорически заявить, что определенного периодического увеличения страстности вообще у женщин наших северных стран мне установить не приходилось, но должен допустить, что у некоторых оно все-таки обнаруживается. И такой максимум сексуального позыва наблюдается именно перед менструационным периодом.

* * *

Само собою понятно, что в идеальном браке муж не только должен определенно знать об этом, но и считаться с такими приливами страсти у своей жены. Точно так же понятно и то, что половое общение не следует ограничивать лишь этими периодами.

Г-жа Стоп считает, напр., «нормальным», если женщина, (для которой она устанавливает двухнедельный период колебания libido) требует повторных половых актов в первые 3–4 дня прилива страсти, а в остальное время совершенно к половому общению равнодушна, за исключением тех случаев, когда по какой-нибудь внешней причине у обоих супругов появится чувственное раздражение.[61]

Ошибочность этого заключения, по-моему, лежит не только в том, что свои наблюдения г-жа Стоп чересчур уже обобщила, но прежде всего в том, что за женщиной она вообще устанавливает какую-то общую индифферентность и это половое ее свойство считает почему-то нормальным.

К счастью, это совершенно не соответствует действительности. И вне, быть может, на самом деле свойственных ей приливов страсти, женщина любящая, опытная в любви и не слишком чувственная имеет половое желание и возможность к совершению акта, нисколько в этом отношении не уступая мужу.

Поэтому и десятидневное периодическое воздержание, требуемое г-жею Стоп, вовсе не носит такого неизбежного, рокового характера, ибо женщина, точно так же, как и ее муж, вовсе в нем не нуждается и не захочет его.

Конечно, муж и жена, в этом отношении имеют одинаковые «права» и «обязанности». «Право» — получать половое удовлетворение. «Обязанность» — его давать.

И право одного не должно превышать права другого.

«Муж оказывай жене должное благорасположение; подобно и жена мужу».

«Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена». «Не уклоняйтесь друг от друга…»

1. поел. ап. Павла Кор. 7, 3–4.

ГЛАВА XVI

ГИГИЕНА ТЕЛА

Часть IV

Половое общение при особых физиологических условиях

О половом общении в период менструации для массы людей, для народов и для исповедующих известные религиозные верования об этом вообще даже не может быть и речи. Женщина «нечиста» во время регул и трогать ее нельзя, и кончено! Хотя для западных народов это религиозное предписание вовсе не имеет значения и соблюдается лишь рассеянными среди них евреями, старинная, тысячелетняя догма до такой степени внедрилась в наше сознание, что воздержание от половых сношений во время «месячных» стало чем-то вроде обычая.

«Еще большой вопрос, необходимо ли еще подобное воздержание в видах половой гигиены, или мы здесь имеем дело лишь со старинными и вредными предрассудками? Исторические основания говорят за последнее», — спрашивает выдающийся, к сожалению, слишком рано сошедший в могилу, и серьезный ученый Косаман.[62] Заглянем и мы в существо этого важного вопроса.

И снова здесь, как и повсюду, мы сейчас же сталкиваемся с психическими и физиологическими факторами, столь действительными во всяком явлении, связанными с половой жизнью человека.

У женщины стремление к половому общению во время менструации или в известные дни этого периода может быть усиленно повышенным. У мужчины — влечение к ней может быть усилено именно таким ее состоянием. К этому его, без сомнения, побуждают многие мотивы. Припомним хотя бы сказанное нами раньше о раздражающем его половое чувство запахе менструальных выделений. Есть на свете мужчины — люди притом совершенно нормальные, — у которых половое раздражение от этого столь сильно, что они с трудом могут подавлять его. И помимо запаха, уже одна мысль, что любимая женщина в таком состоянии в полном смысле слова толкает его в ее объятия. Пусть это вызывается воспоминанием о пережитых ранее при подобных же условиях чувственных впечатлениях, так как coitus в начале и конце менструации для некоторых представляется высшим достижением, — основа этого стремления, все-таки заложена в атавистических свойствах человека.

Я умышленно употребил выражение, что это бросает мужчину в объятия любимой женщины, ибо этим хотел подчеркнуть эти слова. Женщина именно должна быть горячо любимой, если в таком ее состоянии к ней все-таки неудержимо влечет мужчину, и, кроме того, она должна быть его женою, т. е. быть с ним в продолжительной половой связи, обусловливающей известную привычку друг к другу и некоторую взаимную приспособленность во вкусах и навыках. Если этого нет налицо, то вместо чувственного раздражения, вызываемого менструирующей, является чувство стеснения, тем большего, чем более чужды люди друг другу. И это чувство стеснения и даже взаимного отталкивания существует тогда и у женщины и может быть очень повелительным. Помимо прямо касающихся самочувствия женщины соображений, это чувство слагается из впечатлений эстетического свойства, из чувства стыда и невольной навязчивой мысли о неопрятности, родственной с «нечистотой». Эта мысль значительно усиливается старинным предрассудком, в виде обычая, перешедшего к нам от предков.

Это усиление отпадает, когда по-настоящему призадуматься о его первопричине, что замечательно верно подметили христианские теологи-моралисты.[63]

И невольно следует прийти к выводу, что воздержание от акта должно быть тем большим, чем сильнее кровотечение, и меньшим — в его начале и конце.

* * *

Каково же положение этого вопроса с чисто физиологической точки зрения?

Побеседуем сначала о мужчине. Некоторые утверждают, будто в менструационных выделениях заключаются такие вещества, которые могут быть причиною воспаления мужского мочевого канала. Я этого не допускаю. Никаких показаний, что продукты этих выделений менструирующей матки или секреций женского полового органа могли бы содержать возбуждающие воспаление вещества, положительно нет. Если они изредка и наблюдаются, то объяснение этого, по моим наблюдениям, следует искать исключительно в бактериологической области. Я знаю немало случаев, когда у мужчины от полового акта с менструирующей происходил временный воспалительный процесс мочевого канала, подобный тому, который бывает при настоящей гонорее, но исключительный процесс этот, как мне удалось установить бактериологическим исследованием, вызван был не гонорейными гонококками, а известным родом бактерий мезентерической группы. В большинстве случаев такой воспалительный процесс проходил без всякого специального лечения, сам собою или от простого антисептического промывания канала. (В одном лишь случае дело осложнилось общим воспалением с сердечными перебоями. Зародыши в крови больного были найдены в большом количестве.) Если обычно эти воспаления носят совершенно невинный характер, то нельзя сказать, чтобы те страхи, которые они за собою влекут, принадлежали бы к числу очень приятных. При отсутствии в подобных случаях определенного заражения женских половых органов, большую роль в этих процессах, по моему убеждению, играет просто недостаточная опрятность самих участвующих в акте лиц, а главным образом, женщины. Без этого никакой опасности coitus во время менструации не представляет.

И тем не менее все-таки не исключена угроза заражения их друг другом настоящим триппером: очень часто случается, что у того или другого в органах, вследствие бывшего ранее гонорейного заражения, остаются гонококки, временно потерявшие дееспособность. В менструационных выделениях они, как в очень благоприятной среде, снова раздражаются и, смешиваясь с выделениями мужских мочевых протоков, могут вызывать их острое гонорейное воспаление. Вот отчего нередко случается, что такой воспалительный процесс, о котором человек уже забыл, так как он превратился в хронический и со времени острого периода которого прошли целые годы, вдруг появляется вновь после coitus’a. совершенного во время регул.

У женщины, помимо неуравновешенного состояния духа и сложных душевных переживаний, о которых мы говорили раньше, наблюдаются еще чисто физиологические проявления в периоде менструации: 1) ощущение общего нездоровья, на которое жалуются очень многие («недомогание»). 2) Постоянный прилив крови к половым органам, с одной стороны, увеличивающий половой позыв и повышающий чувственность, а с другой, иногда в то же время сопровождаемый усиленною чувствительностью органов, вынуждающей воздерживаться от полового общения. 3) Прилив крови, неизменно сопутствующий раздражению органов при самом coitus’e. В тех случаях, когда последние два фактора действуют одновременно (т. е., при акте во время регул), приток крови к матке может быть столь силен, что явление это может стать постоянным или начаться вновь после прекращения. При этих условиях, переполнение органов кровью может быть даже причиною временных болей, которые могут принять хронический характер, в особенности, если раздражения повторяются часто и женский организм предрасположен к таким приливам. 4) Особая склонность тканей к поранениям, при наличии которой vulva и vagina в менструационный период могут при половом акте очень легко получать небольшие, но очень опасные ссадины. Это свойство тканей является следствием их размягчения, вследствие изменения условий кровообращения в них и продолжительного воздействия на них менструальной жидкости. Помимо большой раздражимости, размягчение это очень опасно, в смысле подготовки почвы для всякого заражения, которое больше, чем когда-либо, грозит женщине менструирующей. 5) Меньшая, чем обычно, сопротивляемость тканей инфекционным бактериям. Это же относится и к тем заразным клеткам, которые могли быть занесены в эти органы во время предыдущих половых актов. 6) И, наконец, общая склонность женского организма в период регул к осложнению болезней, еще в скрытом виде в нем находящихся и еще не выраженных в резкой форме. Там, где возможны воспаления половых органов, эти процессы лишь усиливаются во время coitus’a.

Это — результаты клинических опыта, наблюдений и исследований. Вывод из них, относительно полового общения во время менструации, по-моему, следующий: при условии самой тщательной опрятности половых органов обоих участников акта и при условии полного здоровья последних против периодически-редких половых актов во время регул ничего возразить нельзя. Из эстетических соображений, конечно, от них, в дни особо обильных выделений, приходится воздерживаться.

Точно так же следует избегать акта при легком недомогании женщины, при ее общей склонности к усиленным притокам крови, при ясно выраженной, болезненной чувствительности половых ее органов или прочих болезненных явлениях, а в особенности, при скрытом воспалительном состоянии яичников и яйцепроводов. При таких условиях нежелательно всякое эротическое, даже чисто психическое, раздражение женщины.

В конце концов, при наличности как в мужских, так и женских половых органах болезнетворных зародышей, даже в той степени их пониженной дееспособности, когда они, по-видимому, никаких инфекционных явлений уже вызвать не могут, врачу приходится предписывать полное половое воздержание.[64]

Гораздо сложнее, чем при менструации обстоит дело с вопросом о половом общении во время беременности.

Здесь, не только просто наблюдательному и житейски-опытному, но и клинически-опытному, с большой научной подготовкой врачу очень бывает трудно решить, как отнестись к этому трудному вопросу, какой дать совет. Ибо совет его должен решить важную проблему: от того или иного предписания врача зависит не только жизненная будущность беременной женщины, и ее плода, но и нередко счастье всей дальнейшей брачной жизни супругов. В те времена, когда я имел смелость считать себя таким «умудренным опытом» врачом, имея в виду лишь физическое благосостояние доверчиво искавших у меня помощи женщин, я запрещал им coitus в этом положении. Но когда сама жизнь доказала мне всю ошибочность моих советов, я понял, как много значительно более важного для счастья человека может дать телесное общение сравнительно с вредом от воздержания от него. Я понял и пожалел от всей души о своих ошибках. Утешаю себя теперь лишь той мыслью, что, по всей вероятности, моими запрещениями попросту пренебрегли, да еще, пожалуй, над ними посмеялись, разумеется, когда страх перед угрозой вредных от этого непослушания последствий рассеялся и сама угроза миновала.

И притом, кто желал бы сознательно солгать, что coitus во время беременности может иметь опасные последствия, а нередко таковые и имеет, тот, по меньшей мере, сделал бы ту же ошибку, что и врач, который стал бы рассматривать эту сложную проблему исключительно с одной точки зрения, т. е., с той, с которой и я когда-то смотрел на нее.

Если же мы хотим иметь полное представление об этом вопросе, нам, волей-неволей, придется рассмотреть его и все данные за и против всесторонне. Здесь считаю не лишним заметить, что в некоторых отношениях наше знание весьма и весьма ограниченно, а в известных областях вопроса равно почти нулю.

Попробуем все-таки установить, какую почву под собою имеет положительное или отрицательное решение этой проблемы, и найти более или менее правильную на нее точку зрения.

Рассмотрим сначала доводы против половых сношений в период беременности.

В большей части доводы эти сводятся к следующему: при окончании акта матка может прийти в такое движение, что может выбросить свое содержимое, иначе говоря, coitus, смотря по стадии беременности, может повести либо к выкидышу, либо к преждевременным родам, либо, наконец, к наступлению более или менее своевременных родов. В первых двух случаях — непосредственный вред для плода и даже уничтожение его. В последнем, согласно опытным данным, часто происходит преждевременный разрыв околоплодной оболочки, что, в свою очередь, косвенно влечет за собою замедление родов и в высшей степени вредно для матери и плода. Далее во всех этих случаях угрожает опасность послеродовой инфекции, Заносимые, фаллосом и отлагаемые в глубине влагалища болезнетворные и гнилостные бактерии после родов (или выкидыша) для своего развития и размножения получают превосходную питательную среду и полную возможность своего вредного на половые органы воздействия.

Другой довод против полового акта во время беременности состоит в том, что размягченные, набухшие кровью ткани женского канала очень легко подвергаются всякого рода поранениям, опасность которых неизмеримо больше при таком состоянии женщины, чем при обычных менструациях. Вполне понятно, что неизбежные при coitus’e небольшие ссадины во влагалище могут вызывать не только кровотечение, но и инфекцию, более серьезную, чем при менструации, а большие поранения буквально насыщенных кровью сосудов канала ведут к вполне естественной опасности для самой жизни беременной от чрезмерной потери крови. Но в действительности, после полового акта во время беременности очень редко наблюдаются крупные надрывы, разве только тогда, когда акт произведен был с исключительной грубой стремительностью. И даже самых незначительных поранений и ссадин, преимущественно в области входа во влагалище, можно легко избежать, если акт совершается с должными предосторожностями и если налицо достаточное количество слизистого вещества, облегчающего беспрепятственное скольжение фаллоса.

Таким образом, говоря точнее, довод этот теряет свою силу аргумента против coitus’a при беременном состоянии, обусловливая лишь требование необходимой осторожности при выполнении самого акта.

Еще менее выдерживает критику еще один аргумент, приводимый противниками такого рода актов, который они усматривают в сильном увеличении объема живота беременной женщины. Хотя в последние месяцы всякого сильного давления на эту часть тела и на матку следует всячески избегать, но для этого вполне достаточно прибегать к соответствующей при акте позе женщины, о чем мы уже подробно говорили в главе XI.

До сих пор еще определенно неизвестно, вредны ли для беременной женщины поглощаемые ее организмом вещества спермы.

Зато с несомненностью установлена большая способность стенок влагалища всасывать все на них поступающее. И по всей вероятности, и в этом случае тело, вырабатывая продукты защиты, может воспринимать и чужой белок. Доказательств вредного влияния его на беременный организм мы положительно никаких не имеем.[65] Наконец, если оно даже и было, его легко предотвратить употреблением презерватива.

Сказанное нами раньше о тех случаях, когда в мужских и женских половых органах могут оказаться злокачественные зародыши в ослабленном, недееспособном состоянии и о coitus’e во время менструации с такими бактериями в большей степени подходит и к случаю акта с беременной. В случае появления в женских половых органах при беременности хоть малейшего симптома инфекции какого бы то ни было рода, раздражение их половым актом должно быть безусловно воспрещено.

Об опасности заражения воспалительным процессом мужских мочевых путей соприкосновением с выделениями беременной матки можно сказать то же, что мы говорили об этой мнимой опасности при акте с менструирующей.

Итак, мы видим, что, за исключением случая определенной инфекции женского полового органа, лишь первый довод против coitus’a имеет за собою серьезное основание, все же прочие либо мало основательны, либо легко устранимы.

Из проблемы, насколько вообще опасен половой акт во время беременности, мы, таким образом, можем как бы выкристаллизировать два следующих вопроса:

I. Велика ли опасность coitus’a для прохождения родов?

II. Вероятна ли послеродовая инфекция в случае, если роды непосредственно следуют за происшедшим актом?

Следует иметь в виду, что подобное заражение случается довольно часто. О ней свидетельствует статистический материал, собранный фон Бюбенсом, хотя цифры его сравнительно малы и суждение по ним может быть лишь односторонним, так как взяты они из наблюдений над женским населением большого венгерского города; можно себе представить, на какой безукоризненной, блестящей высоте опрятность у тамошних женщин и понятие об этом у их мужей!

Я полагаю, что опасность заражения у лиц, привыкших к строгой чистоте своих половых частей должна быть минимальной.

Ответить на первый поставленный нами вопрос мы не можем за отсутствием каких-либо руководящих данных. В каком процентном отношении находится число половых актов во время беременности к числу несвоевременных родов или выкидышей, мы совершенно не знаем. Но тот, кто много вращался за кулисами брачных сцен, может, мне кажется, удостоверить, что процент этот не так уж велик, иначе число преждевременных родов было бы значительно больше.[66] Наш врачебный опыт показывает, что эта опасность больше всего в первые три месяца беременности, увеличиваясь еще у известной группы женщин, вообще склонных к выкидышам и преждевременным родам. Не нуждается, конечно, в пояснении, что подобная опасность увеличивается и в конце беременности, сейчас же после случившегося акта.

В общем, доводам, которые говорят против полового общения во время беременности, нельзя отказать в известном законном основании.

Если же женщина здорова и матка ее не имеет предрасположения преждевременно выталкивать свое содержимое или, по крайней мере, при предыдущих родах такого предрасположения не выказывала, если половой акт совершается с достаточными предосторожностями (фаллос вводится неглубоко), если оба участника акта соблюдают возможную опрятность и женские органы чрезмерно не раздражаются, и, если наконец, хотя бы 4 последние перед родами недели от акта совершенно воздерживаются, опасность для беременной, с coitus’ом связанная, уменьшается до минимальной степени.

* * *

Аргументы «за» coitus в этом состоянии женского организма — исключительно психического порядка.

Прежде всего мы должны уяснить себе, возможно ли вообще допустить, и в какой мере, существование у женщины во время беременности полового желания, сексуального libido. С первых же шагов на пути к решению этого вопроса мы сталкиваемся с затруднением ко всем женщинам применять один и тот же масштаб: интенсивность женского полового влечения в период характерных для беременности настроений весьма различна. Различные авторы научных трудов, подходившие к этому вопросу, высказывались в том смысле, что libido у женщин в период беременности, значительно понижается, причем авторы эти, конечно, не упускают случая провести чисто абстрактную параллель между женщиной и самкой прочих млекопитающих. Другие авторы, число которых значительно меньше, наоборот, того мнения, что половое желание женщины, в силу притока крови к детородным органам и связанного с ним раздражения их, значительно увеличивается.

Самому мне во многих случаях приходилось наблюдать усиление libido в начале беременности и притом в столь ясной, типичной форме, что оно служило мне вернейшим симптомом наступившего зачатия.[67]

Однако при всем этом наличности непосредственного воздействия беременности на половую страсть женщины положительно утверждать нельзя. Гораздо сильнее сказывается эта увеличенная похоть в различных других отношениях и зависит больше, от самого женского организма и от стадии беременности.

Долгие годы посвятил я особо тщательному изучению этого вопроса, где только к этому представлялась возможность, и результат моих исследований в виде общего вывода я мыслю следующим образом:

В тех случаях, когда брачные отношения супругов до беременности были лишь более или менее тепловатыми, а физиологическая страсть женщины и ее половой голод удовлетворялись умеренно и ограниченно или даже вовсе не удовлетворялись, то, с наступлением беременности, libido ее, — если оно вообще раньше существовало, — быстро и безвозвратно падает, гаснет. Ею нередко овладевает даже отвращение от всяких эротических поползновений мужа.

Наоборот, если сексуальные отношения между супругами были сначала зачатия интимно-горячи, то половое влечение женщины в первую половину беременности обычно нисколько не теряет своей интенсивности и может в известные моменты даже повышаться. Во второй половине периода оно несколько ослабевает и все-таки все время остается до известной степени в силе.[68]

Прежде чем от позыва к половому общению мы перейдем к рассмотрению более ясно выраженных ощущений женщины, заметим попутно, что ее счастье, если она принадлежит к числу тех, половое влечение которых не уменьшается с состоянием беременности.

Современная психология, вскрывающая подсознательную область душевных движений и рассматривающая ее в ярких лучах научного познания, определенно установила теперь, что женская психика несомненно реагирует страстным возбуждением на болезненные симптомы, из которых первенствующее место занимает страх. (Невротический аффект страха).[69] От этого положения в сущности один вполне понятный шаг до подтверждения моих мотивов возможности нормального акта и при беременности. Вот почему одним из главнейших аргументов за возможность такого явления я и считаю этот психологический вывод.

* * *

Всеми своими мыслями, как определенными, так и полуосознанными, стремится любящая женщина в полном объеме сохранить былые, до беременности, половые сношения с мужем.

Чувство горячей привязанности к нему в связи с состоянием ее усиливается. Все настойчивее говорит в ней потребность в его внимании, в нежном ухаживании и в любовных заботах. Сознание физической уродливости в это время подавляюще на нее действует.

В ней начинает просыпаться страх, что она может разонравиться мужу, не производить на него прежнего чарующего впечатления, показаться непривлекательной. И тогда воздержание его от полового общения обязательно кажется ей небрежностью с его стороны, началом отчуждения, что причиняет ей несомненно большее душевное страдание, чем физическая боль, могущая возникнуть при половом акте.

По этим-то причинам в идеальном супружестве жена ищет физического сближения с мужем даже и во время беременности. Она ищет этого даже в том случае, когда молчит ее личное влечение к этому.

В этих случаях ее влекут в мужские объятия сердце и рассудок.

* * *

И она права.

Ибо мужчине абсолютно невозможно более или менее резко прервать обычный ход своей половой жизни на сравнительно продолжительный срок и все-таки продолжать в то же время любовное ухаживание за женщиной; ее раздражающая близость тягостно сказывается на все растущем благодаря долгому воздержанию половом влечении к любимому, хотя и обезображенному, объекту его чувства. Нет, даже те ученые, которые с пеной у рта защищают теорию, будто воздержание не может принести ни малейшего вреда, и те должны признать, что подобное повторное сексуальное самоограничение должно вести к патологическим нервным симптомам или, по крайней мере, к опасным расстройствам, вроде нарушения работоспособности человека и что поберечь женщину возможно, лишь находясь от нее на приличном расстоянии.

Но против такой разлуки любящая женщина непременно станет бороться всеми средствами, всеми своими силами.

Для такой женщины с браком тесно связывается представление о тихой гавани, которую ей так не хочется покидать. Ибо кто ей поручится, что вдали от нее любимым человеком не овладеет какая-нибудь другая? Кто гарантирует ей, что он снова вернется тем же, когда «обстоятельства» ему позволят возвратиться?

* * *

Но довольно об этом. Для меня нет ни малейшего сомнения, что доводы за продолжение полового общения во время беременности гораздо более вески, чем доводы против этого общения. «Поэтому врач, предписывая половое воздержание во время беременности, должен быть очень осторожен и ограничить его лишь исключительными случаями» — справедливо говорит Коссман. К последним, кроме особых болезней, я должен причислить лишь угрозу аборта и приближение родов. В подобных случаях никаких исключений допускать, безусловно нельзя, — подчеркиваю это к руководству читателя-неврача.

Нужно ли еще указывать, с какой сугубой осторожностью и исключительной бережностью следует относиться к телесным и душевным особенностям, проявляющимся у женщины беременной?

Я думаю — нет, ибо муж, удачно осуществивший идеальный брак, и уже доказавший этим свои высокие способности и лучшие стороны души, сумеет удачно ориентироваться и в том случае, когда его подруге, во всех отношениях поставленной в тяжелое положение, на некоторое время станет необходим полнейший покой.

Какова продолжительность полового покоя после родов?

Послеродовой период,; по общераспространенному мнению, длится от восьми до четырнадцати дней. Это совершенно произвольное определение, изменяющееся у каждого народа, в каждой стране, стоящее в зависимости от положения человека в обществе, от его материальных средств и от многих других причин. Я считаю, что продолжительность этого периода должна быть большей.

Время, необходимое половым органам для инволюции (полного возвращения в прежнее нормальное состояние), не менее 5–8 недель и зависит от климата, расы и личных особенностей женщины. Конец послеродового периода у женщин, лично не кормящих грудью, знаменуется возвращением месячных очищений, и весь период длится около двух, а со включением инволюционного времени около шести недель.

Обыкновенно, ни сами пациентки, ни их мужья не задают врачебному персоналу родовспомогательного дома никаких вопросов о дальнейшем образе жизни в области полового общения и предлагают их лишь в исключительных случаях. Это ведет к тому, что тотчас же по возвращении из клиники, т. е., через 8— 10 дней после родов, половые сношения обычно возобновляются.

С другой стороны, некоторые врачи, считающие своей обязанностью преподать в этом отношении свой совет, рекомендуют, с моей стороны, совершенно ненужное продолжительное воздержание от полового акта, приблизительно в течение всего инволюционного периода. Правда, иногда с оговоркой, что срок этот можно сократить без особых опасений на «несколько недель».

Я положительно не вижу никаких оснований, почему нормальные половые сношения нужно откладывать на шесть недель.

Избегать здесь следует лишь троякой угрозы для здоровья половых органов женщины: заражения, кровотечений и нового разрыва только что зарубцевавшихся ранок. Лишь тогда, по прошествии 12–14 дней после родов, определив при последнем осмотре их вполне нормальное состояние, я тысячи женщин выписывал из клиники или прекращал за ними домашнее наблюдение.

В то же время я очень редко рекомендовал им воздержание от полового общения. От некоторых я лично впоследствии узнал — а обо многих подозреваю, — что они возобновили его тотчас по возвращении домой. Большинство этих бывших пациенток моих я подвергал осмотру спустя шесть недель после родов и, насколько помню, не наблюдал ни одного случая, где бы был сколько-нибудь заметно нарушен процесс инволюции женских половых органов или появилось бы болезненное расстройство от обычного или повторного полового акта.

Да и почему бы так и не быть? Пути, по которым зараза послеродовой горячки проникает в организм, гораздо для нее доступнее в самые первые дни после родов, а по прошествии нескольких дней и недель эти пути уже закрыты.

Раны, даже основательный разрыв промежности, уже вполне залечены. Что же касается опасности от сильных маточных кровотечений, то оно тоже значительно уменьшается притоком крови к половым органам, что, в свою очередь, усиливает сокращение матки.

Точно так же ничем нельзя оправдать запрещение coitus’a вполне оправившейся от родов, здоровой уже женщине. Она требует к себе бережного отношения — это правда: она выполнила громадную, возложенную на нее природою задачу и продолжает ее выполнять, пока кормит сама грудью. Ей, разумеется, должна быть дана возможность полнейшего отдыха, но уменьшать эту возможность полным запрещением половых сношений не следует. Следует стараться лишь о том, чтобы чувственное раздражение прелюдии перед актом было особенно деликатным и усиливалось лишь постепенно. На акт, после 2-х недельного послеродового покоя, совершаемый особо осмотрительно (преимущественно осторожно в первый раз после родов, ввиду слишком еще размягченных тканей влагалища), без излишнего раздражения половых органов женщины и в нормальной ее позе, я смотрю не только как на совершенно безвредное для не слишком истощенной родами женщины, но и как на благотворное для ее здоровья и самочувствия явление.

Разумеется, новое зачатие от подобного акта было бы в высшей степени вредным и нежелательным. Но забеременеть снова, особенно женщина, кормящая грудью, может гораздо реже, чем при обычных условиях.

В заключение — совет женщине, не кормящей и имеющей первые регулы, спустя шесть недель после родов: так как менструальное кровотечение по всем наблюдениям в этот раз особенно обильно, было бы лучше, чтобы не вызывать большего выделения крови, избегать всякого полового раздражения — с начала менструации до 1–2 дней после его окончания.

* * *

Общий вывод из вышесказанного следующий: половое общение, при условии надлежащей осторожности и без излишнего раздражения, может происходить, как обычно вполне нормальным темпом — до середины всего периода беременности.

А. Мужские половые железы.

Продольный разрез в натуральную величину. (Придаток для ясности изображен в несколько больших размерах). 1. Яйцо. 2. Придаток его. 3. Семепровод.

В. Семенные зародышевые клетки мужчины.

С этого времени его следует понемногу ограничивать и сокращать, а приблизительно за четыре недели до родов и вовсе прекращать. Через две недели после благополучных родов его, без вреда для здоровья, можно возобновить, конечно с известными предосторожностями, и постепенно увеличивать и учащать в течение следующих недель. После же, приблизительно, шести недель, с перерывом во время первой менструации сношения могут стать совершенно обычными.

Мимоходом обратим внимание и на половую жизнь во время болезни. Как бы интересна и важна ни была эта тема, мы можем коснуться ее лишь попутно в общих чертах.

При этом следует строго различать половое общение само по себе с его последствиями: беременностью, родами и послеродовым периодом. Для большинства болезней следствия эти имеют гораздо большее значение, чем собственно половой акт. Здесь мы рассмотрим, однако, исключительное значение последнего.

Вполне ясно, что всякий без необходимых предосторожностей совершенный акт в тех случаях, когда болезнь одного из его участников может им быть передана другому, должен быть строго воспрещен.

Далее вполне понятно также, что недопустим и акт при острых заболеваниях мужских или женских половых органов.

При хронических воспалительных процессах в них акт сам собою становится невозможным, в силу его болезненности. В других подобных случаях от него тоже приходится отказаться, в виду возможного ухудшения этих процессов. По моему мнению, с гинекологической стороны, и тут нередко судят слишком строго. Нам никоим образом не следует забывать, что при продолжительности подобного болезненного состояния наложенный на супругов запрет никаким сроком не ограниченного воздержания может иметь весьма тяжелые последствия. Поэтому врач обязан, где только возможно, помнить об умеренности своих предписаний, не лишая в то же время пациента необходимых технических советов в предостережении возможных вредных последствий акта. Или же он должен рекомендовать оперативное вмешательство, когда можно ожидать, что таким лишь путем будет восстановлено дальнейшее беспрепятственное и безболезненное половое общение. И, конечно, почти не бывает, чтобы поставленная в известность о грозящей ей опасности пациентка отклонила оперативное лечение и предпочла лучше разрушить свое семейное счастье, чем подвергнуться опасности и неприятностям операции, в последние, впрочем, годы сопряженной с минимальным риском. Разумеется, врачам следовало бы делать предложения пациенткам своевременно, ибо в конце концов операция все равно может стать необходимой, а счастье брака от промедления может быть уже радикально нарушено.

В особенности, по моим наблюдениям, слишком мало внимания уделяют вопросу о состоянии действительных половых способностей женщины. Сами пациентки весьма редко стремятся к выяснению этого вопроса врачом и требуют от него точного диагноза. Вместо точного исследования и всестороннего ознакомления с половою деятельностью женщины, они либо из весьма понятной, но тем не менее очень неправильной щепетильности и ложного стыда, либо по недостаточному пониманию всего значения этого, по большей части, охотно обходят этот вопрос. Эта допускаемая врачом погрешность не менее велика, чем, напр., при определении плодородия женщины, — область, в которой, казалось бы, мы, гинекологи, должны были бы быть особенно умудрены врачебным опытом. Далее, как часто вопрос о сохранении счастья брака, не менее важный, чем сохранение самой жизни, зависит от восстановления нормального полового общения и компетентного вмешательства опытного специалиста!

Заметим в заключение, что общее лихорадочное состояние нередко в состоянии, хотя и временно, увеличивать половое влечение и усиливать сексуальную деятельность человека.

ПРИЛОЖЕНИЕ

УХОД ЗА ОПРЯТНОСТЬЮ ПОЛОВЫХ ОРГАНОВ

Считаю необходимым преподать несколько указаний об уходе за половыми органами и соблюдении их в надлежащей чистоте.

Пусть эти указания на первый взгляд покажутся не важными, быть может, лишними и стеснительными, их необходимо знать и помнить. В особенности техника ухода часто не только страдает несовершенством, но и выполняется поверхностно и неправильно.

Конечно, очищение всех складок и углублений в половых органах очень затруднительно в силу того, что не весь половой аппарат доступен подобной операции. Кроме того известное неудобство представляет удаление отлагающихся на органах сальных веществ.

Но повторное и тщательное очищение названных частей тела является настоятельной необходимостью для удаления гнилостных зародышей, охотно на органах этих гнездящихся. Так как мочевые протоки имеют свои внешние, выводные отверстия в половых частях, а у женщины, кроме того, отверстие прямой кишки находится в непосредственном соседстве с ними, тщательное очищение как первых, так и последнего особенно важно.

Вот почему во избежание инфекционных заболеваний крайне важно следовать следующим указаниям:

Для мужчины:

(Помимо обычного умывания и ванн.)

1) Ежедневно, утром и вечером, тщательное очищение головки penis’a, а, в особенности, её закраины и внутренней поверхности крайней плоти, оттягивая ее кожу к основанию органа. Очищать следует свежей водою и слегка влажным кусочком ваты, каждый раз возобновляемой.[70]

2) Нижнее белье следует тщательно избегать пачкать остатками мочи. В случае его загрязнения, следует немедленно его простирнуть. Как дневное, так и ночное белье менять возможно чаще.

3) После мочеиспускания остатки мочи удалять куском влажной ваты.

4) После полового акта обязательно прополаскивание водою упомянутых выше частей penis’a.

5) Если на нем появляется легкая краснота или появляется зуд, жжение или легкая опухоль, в особенности, на закраине головки его, следует, оттянув крайнюю плоть, произвести самое тщательное и осторожное удаление с нее всякой влажности и присыпать легким слоем (только) тальковой пудры, который должен предохранять головку и кожицу крайней плоти от непосредственного соприкосновения.

Для женщины:

(Кроме обычного омовения и ванн.)

1) Утром и вечером самое тщательное омовение комнатной водою и очищение сырой ватой vulv’ы и всех складок кожи и впадин поблизости клитора и малых половых губ. Затем, высушивание сухим чистым полотенцем, отнюдь не прибегая к вытиранию.

2) По возможности, постоянное, после каждого мочеиспускания, удаление остаток урины с половых частей прикладыванием к ним куска чистого сухого полотна (не бельем).

3) Самое тщательное очищение заднего прохода после опорожнения кишечника: удаление нечистот сначала бумагой спереди назад, затем в том же направлении промывание чистой водой. (Неправильный прием при очищении заднепроходного отверстия на самом деле не раз служил причиной немалых бед.) Загрязнение vulv’ы выделениями заднепроходного отверстия и зародышами, в каловых массах заключающимися, при неправильном приеме его очищения следует избегать самым тщательным образом.

4) Избегать загрязнения ближнего белья не только остатками мочи и кала, но и прочими выделениями половых органов (менструационными и пр.). Сменять чаще постельное белье.

5) Во время регул довести опрятность их до высшей степени. Постоянно чистый бинт, меняя его несколько раз в день, одновременно промывая всю полость входа во влагалище. Переменять белье на теле не менее одного раза, а по возможности, и два раза в день.

6) После полового акта — тщательное промывание всех внешних половых частей комнатной водой и высушивание сухим полотном.

7) При появлении красноты, небольших ссадин, жжения, легкого зуда и припухания половых губ — тщательное их очищение

от сырости, удаление влажности прикладыванием сухого полотенца и присыпание тальковой пудрой. При раздраженном состоянии органов удваивать уход за опрятностью.

8) Никаких «очищающих» промываний вагины. Они лишь препятствуют целительной физиологически-естественной самообороне этого органа.

* * *

Для обоего пола:

Чистая вода. Исключительно кипяченая![71]

Никаких губок!

Никаких пуховок!

Нижнее шерстяное белье не должно покрывать детородных органов.

Прикасаться как к своим, так и, в особенности, к женским половым частям лишь абсолютно чистыми руками.

* * *

В заключение усердно прошу тех, кто не ради простого развлечения возьмет в руки эту книгу, и в его же интересах, не считать мои предписания чем-либо чрезмерно преувеличенным. Не обратив на них внимания, можно серьезно поплатиться здоровьем, хотя, на первый взгляд, зависимость его от них и может показаться недоказанной.

Идеальный же брак может существовать на свете исключительно лишь при условии соблюдения описанных мною предосторожностей, вдумчивого к ним отношения и под их надежной охраной.

ГЛАВА XVII

ГИГИЕНА ДУШИ

Гигиена — это уход за здоровьем.

За здоровьем организма ухаживают, главным образом, двумя путями: стараясь дать ему нормальные условия жизни и борясь с вредными на него посторонними влияниями. При этом благоприятные условия жизни, разумеется, помогают человеку бороться с последними, увеличивая стойкость всего тела в борьбе. Поэтому усилия, прилагаемые человеком, чтобы достичь развития всех функций, в вопросе об общем уходе за организмом имеют особенное значение. И поэтому же усилия эти не должны быть преувеличенными, не должны переходить известного предела или принимать односторонний, на одну область организма направленный характер, потому что, в противном случае, вместо пользы для всего организма, получится лишь вред.

Рассматривая идеальный, совершенный брак между двумя людьми как единый организм в вышеупомянутом смысле и с точки зрения гигиенических требований, мы во всем нашем предыдущем изложении все время держались тех физиологических и технических основных положений, которые обусловливают исключительно важное значение половых сношений в человеческой жизни и дают возможность сделать их наиболее совершенными. Далее мы подробно рассмотрели, каким путем уменьшить вред, могущий проистекать от злоупотребления этой основной функцией организма как мужского, так и женского и, в конце концов, при каждом удобном случае, подчеркивали, что развитие ее ни в коем случае не должно вести к излишнему телесному истощению одного или обоих участников брачного союза. Равным образом, мы обращали особое внимание на то, что половое общение лишь в том случае благотворно влияет на психику человека (его настроение, душевную деятельность и т. д.), если оно вполне соответствует его телесным, специально половым силам: излишек вреден как во всем, так и в этом отношении, и неблагоприятно отзывается, в особенности, на организме мужском. Усиленная сексуальная деятельность у многих людей — преимущественно, мужчин — очень понижает интеллектуальную трудоспособность, и люди, занятые усиленным умственным трудом, должны всегда это иметь в виду.

* * *

Основное положение отсюда, следовательно, такое: никогда ничего хорошего не может получиться из такого обращения с организмом, когда одну какую-либо его функцию делают преобладающей над другими, в ущерб всему человеческому существу, или, иначе говоря, если сосредоточить все внимание и все устремление на каком-либо, хотя бы и важнейшем отправлении его, — неизбежно будут парализоваться и атрофироваться остальные, для общей гармонии организма не менее необходимые.

Это значит, что в идеальном браке половые сношения не должны быть доводимы до пределов, за которыми они начинают уже вредно отзываться на обоюдной духовной жизни супругов и что увеличение этих брачных функций должно быть в точном соответствии с душевными и физическими силами людей, узами брака между собою связанных. В идеальном браке, именно благодаря сильному развитию их эротических отношений, супруги обычно и сохраняют любовь между собою и находятся в полном душевном между собою согласии. С этой точки зрения, следовательно, никаким особым вредом для общего здоровья организма половые сношения не угрожают. Наоборот, опасность грозит скорее от чрезмерной душевной привязанности и психической зависимости друг от друга, так как подобные чувства, будучи слишком продолжительными и интенсивными, утомляют того, на кого они изливаются.

Но тема эта завела бы нас слишком далеко, если бы мы остановились на ней подробно. Впрочем, я думаю, что и сказанного уже достаточно, чтобы намекнуть читателю о существовании подобной опасности, и могу посоветовать лишь одно, весьма ценное в практической жизни: при всей любви, при всей привязанности и общности духовных интересов, при полнейшем участии в мыслях и чувствах другого человека, дать возможность ему иногда и отдохнуть от всего этого.

* * *

Очень важно еще иметь всегда в виду следующее: беспрепятственное и немедленное, исчерпывающее удовлетворение всякого полового желания неизбежно ведет за собою пресыщение.

Через больший или меньший промежуток это дает себя чувствовать в обычных супружеских половых сношениях. Той же опасности подвергается и идеальное супружество.

Если скука — следствие однообразных половых отношений — и не грозит «гармонически-развившейся сексуальной жизни» и живой смене впечатлений и деятельности идеального супружества, то все-таки полное и немедленное удовлетворение желаний хранит в себе зародыш скуки и пресыщения.

Одна из важнейших задач правильного ухода за здоровьем и состоит в том, чтобы избежать этой поистине трагической доли в браке, сделать немыслимым ощущение мертвящей скуки, столь характерной для рядового супружества, подавляюще действующей на всю психическую область человека. Достигается это тактичным и своевременным воздержанием от исчерпывающего, полного удовлетворения всех половых желаний и вожделений при наличности полной возможности подобного удовлетворения.

Мужчину Бальзак предупреждает следующим образом: «Тот потерян для счастья в браке, кто в нем удовлетворяет всем чувственным желаниям женщины, не оставляя ничего неизведанного». А о том, как значительно может женщина усилить свое чувственное обаяние на мужчину целомудренным воздержанием, говорит Шекспир в «Цимбелине» устами Имогена:

«Иногда всеми силами противилась она моим супружеским объятьям

И так, умоляя о пощаде, рдела от милого стыда,

Что сам дряхлый Кронос смягчил бы каменное сердце». (Акт. 2, сц. 5).

Но женщина никогда не должна забывать, что в этом отношении не следует допускать ничего лишнего и знать меру и границы. Конечно, «женщине свойственно не поддаваться на удочку мужчины и этим она еще больше его воспламеняет и от этого кажется ему восхитительней», — замечает Реми де Гурмон. Но замечание это справедливо лишь в том случае, когда в женщине, несмотря на внешнюю неприступность, чувствуется искорка влечения к мужчине, а не простое эгоистическое нежелание отвечать его исканиям. И самые чарующие свойства истинной женщины в идеальном браке именно и состоят в этой вечной смене податливости и замкнутости, огня и льда отношений. И в таком браке во всем значении на сцену выступает кокетство и флирт в том его смысле, о котором мы говорили в гл. VIII.

* * *

Подобное самоограничение в своих желаниях имеет совершенно иное значение, когда нужно избежать без сомнения дурного влияния постоянной банальной интимности между супругами. И здесь меткое слово значит больше, чем все пространные рассуждения. И тут своим удачным определением выручает нас Бальзак: «Тот, кто вечно торчит в будуаре своей жены, либо рафинированный мудрец, либо круглый дурак» — говорит он в своей «Физиологии брака».

Sapienti sat.

* * *

Теперь мы подошли вплотную к той стороне этого вопроса, которая для идеального брака имеет, по меньшей мере, такое же важное значение, как и для обычно-рядового супружеского «сожития», но далеко для этой формы брака не специфична. Вернемся к тому типу брака, который, собственно, и составляет предмет нашей книги, и зададим вопрос, не представляют ли характерные особенности — углубление, укрепление и облагораживание половых отношений между супругами, — помимо положительных, и некоторые теневые стороны. Не было бы, действительно, счастье, столь необходимое для идеального брака, куплено слишком дорогою ценою, если оно в других областях могло бы существенно нарушить душевное равновесие супружеской четы.

С людьми, способными к аскетизму или по природе к нему склонными — вне зависимости от того, принадлежат ли они к какой-либо религиозной секте или нет, — может именно случиться подобное. Они в счастье идеального брака не нуждаются или, по крайней мере, его не ищут. Подобное счастье они отрицают, так как оно противоречит их понятию «чистоты» и «святости жизни, состоящей в отрешении от всего земного и его одухотворении».[72]

Иные группы и христианской веры в стремлении своем освободиться от чувственных, «земных» желаний, в борьбе с ними заходят очень далеко, другие секты, менее многочисленные, в этом стремлении доходят до изуверства. «Большую роль в борьбе с сексуальными желаниями играет здесь учение о первородном грехе и грехопадении. Все «телесные» удовольствия клеймятся именем «греха», между тем, как те же желания и наслаждения другими культами восхваляются и возвеличиваются», — говорит тот же ф. Шеффер.

Каково же взаимное отношение религиозных принципов этих обеих мощных групп верующих?

Иначе говоря, с практической стороны, как относятся понятия и закон известных нам религиозных учений к основным принципам идеального брака, как мы его себе представляем?

Этот вопрос нельзя обойти молчанием уже по одному тому серьезному значению, которое решение его имеет для самой сущпости понятия о браке. Ведь если бы эволюционирующие формы брака шли вразрез с религиозными понятиями и заветами, то ясно, что между супругами могли бы возникнуть поводы к разладу и внутренним конфликтам, знаменующим собою тяжкое настроение супружеской жизни и нарушение душевного мира.

Здесь следует заметить, что подобного полного подчинения обрядовой стороне религиозных предписаний, очень напоминающих аскетические тенденции христианства,[73] не бывает и люди научились обходить ее Оставаясь истинно религиозными и идеальными супругами, они понимают, что брак и его святость ничего не потеряют от исполнения требований разумной гигиены.

* * *

Как это ни сложно, мы попытаемся дать общую картину религиозных взглядов и заветов различных вероучений, касающихся области половых сношений.[74]

Менее всего труда было в этом отношении с древними религиозными учениями. У евреев, напр., предписания, вытекающие из Моисеева законодательства, очень определенны. У этого народа они сводятся, главным образом, к воспрещению полового общения (и даже простого прикосновения) к «нечистой», вследствие ли менструации или послеродового периода и еще не очистившейся ритуальным омовением и определенным постом женщине. Передавать эти религиозные предписания подробно нет никакого смысла: среди моих читателей слишком мало людей этой веры, а для неевреев перечисление подробностей было бы излишним. Достаточно сказать, что, хотя предписания эти значительно (временно) ограничивают половые сношения, однако, в общем, не противоречат возможности идеального брака и его условиям. (В одном отношении они клонятся к тому же, на что указывал и я: они требуют для только что дефлорированной женщины совершенно, с медицинской точки зрения, излишне-продолжительный половой покой, так как небольшое кровотечение от дефлорации приравнивают к менструационному и разрешают coitus лишь спустя семь дней после лишения невинности.)

* * *

Уже не на предписании, а лишь на общей религиозной мысли покоится убеждение правоверного еврея в том, что все, имеющее целью воспрепятствовать зачатию при половом общении, должно быть воспрещено человеку. Это понятие принято и ортодоксальной протестантской церковью (реформатской), которая и в остальном вероучении охотно следует Ветхому Завету, восприняв из него много «Божьих велений». В отношении ограничения полового акта с менструирующей они, напр., ссылаются на те же места книг Моисея, что и евреи. Нет сомнения, что некоторые из этих протестантов, так же, как евреи, не прикасаются к женщине ранее, чем по прошествии недели после менструации.

* * *

Основное положение католической церкви — при половом общении избегать всех способов и средств, имеющих целью предотвратить беременность. Это строго запрещается. На этом запрете католическая церковь настаивает особо, распространяя его и на то, напр., средство, которое косвенно является противозачаточным, настоящая же цель которого в обеспечении женщины от болезнетворных зародышей — кондом («презерватив»). Предписания церкви идут еще дальше, воспрещая применять его при coitus’e во время беременности, когда, казалось бы, и речи не может быть о нем, как о противозачаточном орудии. Ибо католическая мораль требует, чтобы каждый половой акт сопровождался «естественным излиянием истинного семени непосредственно в предназначенный для того природою женский приемник» («natutalis emissio veri seminis facta immediate in naturale vas muliebre»).

Таким образом, для католиков не может годиться наш совет употреблять подобное противозачаточное средство, и они лишены возможности им пользоваться даже в тех случаях, когда медицинским осмотром установлено, что поглощение спермы стенками влагалища было бы вредно для женского организма.

Впрочем, все это также не так уже сильно влияет на условия развития идеальных основ брака и имеет скорее второстепенное значение.

Но важно то, что воспрещение противозачаточных средств — основное требование этой церкви при половых сношениях супругов (точно так же, как и соответствующее требование иудейской религии и протестантской веры) — никоим образом не противоречит основам такого брака. Ведь основная идея возвышенно-гармонического брака и состоит именно в том, чтобы осветить половые отношения физиологическим значением и усовершенствованной техникой и при помощи их дать обоим супругам полное и продолжительное удовлетворение, непрерывно увеличивать их чувство взаимной любви и положить основание длительной и счастливой совместной жизни. Но осуществление этой высокой мысли ничего общего с противозачаточными приемами не имеет и в них не нуждается, ибо они, по большей части, вовсе даже не совместимы с условиями и требованиями такого брака, значительно уменьшая чувственное наслаждение от идеального полового акта, препятствуя нормальному ходу физиологических реакций, оскорбляя эстетическое чувство и не позволяя всецело, всем существом отдаваться душевным переживаниям от полного телесного единения с любимым существом.

Что вопрос о беременности может быть решающим фактором в счастье супругов и нередко разрушить их хорошо налаженные половые отношения — хорошо известно всем. И здесь речь идет о деле столь серьезном и о дилемме столь трудной, что все это должно стать предметом специальной науки, о чем я уже говорил и что подчеркивал в начале этой книги. Поэтому-то, чтобы не усложнять заданной темы, я совершенно обхожу молчанием вопрос о мерах предупреждения беременности.

Итак, можно установить, что во-первых, идеальный брак не противоречит церковным запретам противозачаточных средств и, во-вторых, в моих выводах — кроме разве второстепенных советов в случаях болезненных явлений — нет ни одного такого, следование которому могло бы отягчить чем-либо совесть верующего, будь то христианин или иудей.

* * *

Точно так же обращаю внимание и на то, что мои взгляды на физиологический уход за здоровьем в идеальном браке, как отвечающие требованиям общечеловеческой справедливости (как в отношении супругов, так и нового грядущего существа), вполне согласны с церковными заветами и взглядами. Мои убеждения, вынесенные из продолжительной врачебной практики, нисколько не противоречат, напр., католической морали, допускающей половой акт в те самые периоды, когда он не грозит женщине ни малейшей опасностью.

Что же касается modus vivendi при беременности и болезни, то тут мои гинекологические наблюдения и почерпнутый из них опыт по результатам вполне совпадают с религиозными воззрениями, хотя, как и между мнениями различных врачей, здесь могут быть некоторые разноречия.

Относительно подробностей полового акта (положений и по женщины и мужчины) протестанты и евреи определенно не высказываются. Нет никаких оснований, впрочем, допускать, чтобы как то, так и другое вероучение не разрешало бы иных положений, кроме «нормального». По католическому же религиозному воззрению, очень ясно и определенно высказываемому в творениях представителей этой церкви, всякая иная поза при coitus’e, кроме нормальной, в худшем случае считается смертным грехом.

Точно так же полным молчанием (значит, категорически не запрещая) оба названные выше религиозные учения обходят и вопрос о дозволенности любовного пролога и чувственных заигрываний с женщиной или девушкой с целью раздражения ее полового желания, тогда как католическая церковь, устами своих писателей и духовных отцов, высказывается в этом вопросе в том же смысле, как и я: все это дозволено лишь в виде подготовки или дополнения к процессу полового общения.

* * *

Как же ко всему этому комплексу вопросов относится протестантское вероучение?

Ответить на это в высшей степени трудно уже по одному тому, что это вероучение не представляет из себя столь монолитно-целого, самобытного, как католицизм или иудейство.

Ни один эстетически развитый человек не может вообразить себе счастья в одной чувственности. Никто не помыслит без любви приступать к прологу любви, а тем более к его эпилогу — он неизбежно почувствует к этому отвращение.

«И наслаждений тайных дно всегда печально и темно» — говорит Байрон в своем «Сарданапале».

Нет, то, что любящие друг друга люди стремятся получить от самого тесного телесного единения, что они, сознательно и бессознательно, считают его целью, — это иметь возможность ощутить, что они единое, неделимое существо.

Эта возможность — их единая жизненная цель. И потому им должен быть дан способ этого выражения.

Сделать так, чтобы долгие годы, всю жизнь не слабели эти духовные и телесные узы, — должен идеальный брак.

Примечания

1

Kontrectationstrieb und Detumeszenztrieb — от латинских новообразований: Contrectatio — прикосновение руками, ощупывание руками (по Моллю — существо другого пола) и detumes сentiа ослабление напряжения.

Желающим ознакомиться с художественно-правдивым описанием ощущений нормально развитой и невинной еще девушки от подобного рода физической близости к мужчине рекомендую прочесть первый рассказ «М-11е Бурра» в книге Клода Ане «Маленькiй городъ».

2

Ради ясности в дальнейшем изложении, не лишне точно установить понятие моногамии (единобрачия). Общеупотребительное значение этого слова следующее: единобрачным означают того, кто в жизни заключил брак лишь однажды и если после смерти мужа (или жены) человек остается безбрачным. В полигамии — наоборот: человек после прекращения одного брака вступает в брак с другою женщиной (или женщина выходит за другого). Полигамным брак будет и тогда, когда человек состоит в брачной связи с несколькими лицами противоположного пола. Женщина, состоящая в брачных сношениях с несколькими мужчинами одновременно, — также полигамна.

3

Совершение брака (matrimonium consumere) следует отличать от заключения его (matrimonium contrahere). Это подтверждают те религиозные учения и те государства, которым незнаком институт развода, предоставляя брачующимся разводиться (путем простого заявления о недействительности брака) в тех случаях, когда определенно известно, что брак был заключен лишь формально и не сопровождался лишением жены невинности.

4

Уздечка соединяет малые полов, губы с задней стороны. Очень часто ее не бывает вовсе, так как малые губы не отступают столь глубоко. Исчезнуть она может также от продолжительного и многократного coitus’a.

5

Объясняется это проникновением составных частей мужского семени через половые органы женщины в кровь, а затем в легкие ее. Всасывание это (больше — слизистою оболочкою матки, чем влагалищем) имеет особое физиологическое значение. В последнее время процесс этот самым точным образом подтвержден микроскопическими исследованиями и неоспоримым опытным путем. Но и простое распознавание путем обоняния запаха дыхания достойно внимания.

Одинаково интересно выделение пахучих веществ семени через легкие. Здесь мне невольно вспоминаются случаи из моей практики, когда от введения в слизистую оболочку матки раствора иода, дыхание пациенток начинало через известный промежуток времени явственно отдавать иодом.

6

Следует помнить, что нормальная моча имеет более или менее кислую реакцию. От приема щелочных вод и реакция мочи становится более щелочной. Разлагающаяся как внутри организма, так и вне его моча тоже имеет скорее щелочную реакцию. Flo существуют средства, могущие щелочную мочу в организме сделать снова кислою.

Нормальные выделения влагалища слегка кислые, но содержание в них кислот изменяется под влиянием различных физиологических причин. При известных условиях, при смешении, напр., с болезненными выделениями или от некоторых бактерий реакция слизистой оболочки влагалища становится щелочной.

Выделения слизистой оболочки маточных и бартолиниевых желез имеют щелочную реакцию, кровь, сыворотка и сперма — тоже щелочную, а пот — кислую.

7

Напр, в «Eau de Violett», фиалковой воде, содержащей 2 % масла горьких миндалей или в «миндальном тесте», но не в «Амандине», ибо при его изготовлении происходит процесс обмыления и от значительного количества щелочей ослабляется действие амигдалина.

8

Сравни античную статую Афродиты Каллипигос (или «Венеру с прекрасным задом» в Неапольском национальном музее).

9

Что в этом отношении ничего нет нового под луной, видно по стенной живописи Кноссоса. И в древности, очевидно, существовали корсеты, ленты и пр. (ср. Арем «Женщина в античном искусстве»).

10

Теперь во всех университетских клиниках производится самое аккуратное сшивание промежности и преподается начинающим врачам. Методы его входят и во все руководства. Однако благое начинание это слишком часто сталкивается с практическими затруднениями при подобных операциях.

11

Если гимнастика не дает надлежащих результатов, для укрепления вялых и дряблых седалищных подушек, употребляется вибрационный массаж. Во избежание возникновения эротических позывов у пациентки рекомендую делать его через прямую кишку, а не через влагалище. Делать его следует лишь опытному врачу, понятно, не во время беременности или послеродового периода.

12

Нижняя черта — характерна для второго примера нормальной кривой температурных волн.

Подробное ознакомление с моими наблюдениями, этою кривою выраженными, представляет тем больший интерес, что точное время оплодотворения яичка мне в этом случае было определенно известно, так как coitus был единственный, а о предшествовавшем за 3 дня выделении яичка из граафова пузырька — можно было предполагать. Роды последовали ровно спустя 280 дней (10 «месяцев беременности») после овуляции, а вовсе не после последней менструации, как обычно устанавливает это ходячий родовспомогательный расчет.

13

Интересно, что большинство женщин чувствуют себя особенно хорошо в самом начале беременности. Через некоторый более или менее продолжительный период времени, самочувствие их значительно ухудшается по другим, связанным с беременностью причинам.

14

В таких случаях, должен заметить, следует обращать особое внимание на первопричину такого явления: оно может быть симптомом серьезного заболевания. В таких случаях необходимо всегда обращаться к врачу но женским болезням.

15

Хотя половое влечение женщины зависит от деятельности особых желез, не будучи, как у мужчины, связанным с их выделением (эякуляцией), оно в прежней силе может существовать и после прекращения их функций, в особенности, если женщина привыкла к таким половым раздражениям и чувство наслаждения от них в ее душевном мире заняло столь значительное место, что ей трудно от него отделаться.

Боязнь беременности в климактерическом возрасте в особенности сильна у тех женщин, которые прежде с радостью производили на свет детей. Объясняется она стыдом при мысли, что почти взрослые уже дети из такой поздней беременности матери узнают о продолжающихся половых сношениях родителей. И стыд этот вполне понятен, так как он неразрывен с другими мучительными переживаниями. (С психологической стороны кажется несколько странным, хотя и легко объяснимым, как молодежь, сама уже вкусившая от половых наслаждений и начинающая в них разбираться, не допускает и мысли, что их родители могут в этом отношении чувствовать так же, как они. Уясняет себе это молодежь лишь значительно позже, в дальнейшей жизни.)

При постоянном неустойчивом душевном равновесии этого периода и при повторном замедлении регул боязнь беременности может иметь весьма серьезные последствия, знакомые каждому гинекологу и врачу по нервным болезням.

В совершенно ином положении те женщины, которые, из-за позднего замужества чувствуют себя обманутыми в своем горячем желании иметь детей, начинают вновь надеяться при появлении менструаций и трепещут от страха перед роковым для них словом «поздно». Если такие мечты разбиваются неоднократно — тоже получается тяжелая драма.

16

Не знаем и знать не будем.

17

«Живыми существами семенной жидкости» (перев. с греческого).

18

Приведу, кстати, поразительный пример одного недоразумения, случившегося в моей практике, когда я был еще молодым врачом. Получив от одного своего отличавшегося страстным темпераментом пациента для исследования семенную жидкость, я нашел ее ненормально жидкою и водянистою, не содержавшей никаких живых нитей, а наоборот такие клетки, которые мы тогда ошибочно считали отмершими или недоразвившимися. Каково же было мое удивление (да и его тоже), когда я, дав заключение, что подобного рода сперма не может повлечь за собою оплодотворения, узнал, что этот субъект, при первом удобном случае, поняв мои слова в самом, точном смысле, и охотно поверив, что половой акт его отныне будет для женщины без последствий, неожиданно стал отцом внебрачного ребенка.

19

Интересно отметить, что животные, имеющие хорошо развитые семенные ампулы, точно так же, как и человек, очень быстро оканчивают половой акт (рогатый скот, овцы, лошади), тогда как таким, как коты и собаки, у которых нет ампул и семенная жидкость которых во время акта должна пройти весь семенопровод, на совершение его приходится употреблять сравнительно продолжительное время.

20

Рефлекс — непроизвольная реакция на раздражение одной группы нервов на другую, чем и достигается известный физиологический результат без какого-либо участия центральных нервных узлов головного мозга.

21

Как показывают многочисленные, хотя и не совсем обычные случаи, оплодотворение может происходить и помимо полового акта, т. е. помимо введения мужского органа, когда семенные нити попадают в женский орган каким-нибудь иным путем. В обиходе половых отношений случаи эти имеют большое значение. Они не только показывают, что оплодотворение может происходить от отложения семени на внешних половых частях женщины, но и свидетельствуют о том, что оно может повести к беременности, даже будучи перенесенным во влагалище косвенным путем, напр., с помощью пальца. При этом сперматозоид проявляет такую удивительную жизнеспособность и такую замечательную двигательную силу, что не только самостоятельно может проделать длинный путь от внешних частей до яйцепроводов, но и оплодотворить там женское яичко. Главное же значение для практической половой жизни имеют такие случаи, когда после эякуляции оставшиеся в мужском мочевом канале или в мешочке крайней плоти и не удаленные мочею зародышевые клетки, каким-либо путем (чаще всего введением органа во влагалище без нового извержения семени) попадают в матку.

К удивительнейшим и поучительнейшим явлениям подобного рода принадлежат такие, когда семенные нити, отложенные на внешних половых частях (или влагалище) одной женщины, будучи каким-нибудь путем перенесены на половые органы другой женщины (или девушки) могут вызвать у последней беременность (в последнем случае, разумеется, без повреждения девственной плевы), между тем у первой — сперма никаких последствий не вызывает. Это показывает, как удивительно легко можно вызвать беременность и с какою осторожностью следует обращаться со спермой и даже ее следами, если есть основания остерегаться оплодотворения. Эти случаи подтверждают лишний раз, что беременность может наступить, когда ее меньше всего ожидают и когда, казалось бы, приняты были все «вернейшие предохранительные меры».

22

Это последнее условие я считаю чрезвычайно важным, так как без него флирт был бы не чем иным, как психически утонченным вступлением в половое общение.

23

Выделение слизистых оболочек половых, предназначенных для этой цели желез (гл. VI и VIII). Равным образом, нередко возникающие при любовной прелюдии другие явления, сопутствующие возбужденному состоянию (эрекции и аналогичные процессы у женщин) менее часты, чем destillatio. Они и наступают обычно позже, чем это последнее. Наоборот, во время «любовной игры» раньше наблюдается набухание половых органов, чем выделение слизи.

24

Японцы, китайцы, аннамиты не знают поцелуя; вместо этого они прикасаются друг к другу носами.

Что японец считает поцелуй не только неприличным, но и бесстыдным, держась на этот счет совершенно иных с европейцем взглядов, видно из недавнего сообщения из Токио (сент. 1924 г.), что на одной тамошней выставке европейской скульптуры, копия со статуи Родэна «Поцелуй» была поставлена за особой бамбуковой перегородкой и не была доступна для обозрения японской публики.

В то же время хорошо известно, что отсутствие нашего поцелуя нисколько не уменьшает крупных достижений в области искусства любви. Дальний и Ближний Восток может еще многому поучить западные страны. С другой стороны, обнюхивание друг друга (прикосновение ноздрями) и у нас имеет не такое уж маловажное значение, как с первого поверхностного взгляда может показаться.

25

Название свое этот род поцелуя полупил от Maraichins, марэхинов, жителей округа Pays de Mont в Вандее, во Франции, где он очень обычен среди холостой и незамужней молодежи. Публичность и общее распространение этого акта, по-видимому нисколько не мешают его успеху среди простонародья. Марсель Бодуэн, врач и бургомистр этого округа, предложил даже этот метод, как «лучшее средство» против уменьшения рождаемости. «По-научному» этот странный способ целоваться называется катаглоссизмом.

26

Поцелуи Поппеи, второй супруги Нерона, по описанию современников, имели терпкий вкус каких-то ягод.

27

Точно так же, как и при других изменениях организма, напр., при менструации и фазах волнообразных повышений и понижений температуры, а также при всякого рода душевных эмоциях. Сравн. об изменениях запаха семенной жидкости, о котором речь шла в главе III нашей книги.

28

Сущность понятия этого в половой сфере здесь мы разбирать не будем. Следует лишь добавить, что видов бесчеловечного отношения к женщинам бесконечно много, но, с точки зрения житейского обихода, они лежат в области болезненных явлений, вернее, в области, где справляются ее ужаснейшие оргии. Во всяком случае, так как многие патологические явления, в особенности, душевной жизни, причины свои кроют в физиологических особенностях человека, то проявление грубости и бесчеловечья у каждого здорового субъекта в детском возрасте, к счастью, с успехом подавляются позднейшим воспитанием.

29

Строки эти взяты из главы «Эротика и страдание» книги Гавелока Эллис — «Половое чувство».

30

Существует даже теория, производящая поцелуй от свойства животных кусаться во время случки и рассматривающая укусы, как первоначальную стадию поцелуя.

31

Разминание ладонью (Petrissage) систематически применяется при массаже точно так же, как сильно возбуждающее половую сферу поколачивание (быстрое, короткое и эластическое) (Tapotement), главным образом области поясницы. В «любовной игре» последнее средство употребляется довольно редко, так как оно требует технического познания и некоторой опытности.

32

Чтобы вызвать легкое раздражение, достаточно слегка потереть верхнюю поверхность penis’a, в особенности в области мочеточника и краев головки органа. Если имеют в виду более сильное половое возбуждение, ее крутят между пальцами, захватив сверху (причем она должна быть непременно увлажнена выделениями желез, о которых мы говорили раньше, при описании органа, в противном случае, вместо возбуждения Может получиться боль и даже мягкий воспалительный процесс). Сильнейшее раздражение получается, наконец, в том случае, если penis охватить всей рукой и слегка погладить уздечку крайней плоти в нижней части головки и самую кожицу крайней плоти.

33

Еще раньше подобным же сравнением пользовался Овидий в своем «Ars amatoria» — «Искусстве любви» — стих. 722–723.

34

Местные заболевания у мужчин от частых актов подобного рода и полового раздражения без его удовлетворения замечаются гораздо реже, чем у женщин, уже по одному тому, что мужчина (по крайней мере нормальный в половом отношении) может совершать акт, совершенно игнорируя в данном случае образ действия женщины. Причиною, однако, некоторых болезней, напр. гипертрофии предстательной железы, некоторые врачи считают именно хроническое раздражение penis-а без удовлетворения нормального желания.

35

Теоретически я еще могу допустить, что явление это можно определенно наблюдать при coitus condommatus, т. е., когда мужские и женские выделения друг с другом не смешиваются. Но и употребление таких приспособлений практически этого вопроса не решило.

36

Это явление можно проверить лишь при coitus condommatus, иначе с женским выделением неизбежно смешиваются обильные выделения мужского органа.

37

Как это напоминает старинное представление: «Uterus est animal sperma desiderans» — матка — животное, жадное до спермы».

38

Следует также иметь в виду оргастическое утолщение задней части влагалищного свода.

39

Марсель Барриер («Исследование современного донжуанизма») с восхитительным мастерством и чрезвычайно талантливо набрасывает картину внутренней жизни современного обольстителя и его технику побед над женщинами, подчеркивая, что новый Дон Жуан, ни о чем другом, кроме их наслаждений не помышляющий, может в половом отношении быть поставлен, рядом с восточным дикарем. По крайней мере, у читателя само собой напрашивается подобное сравнение.

40

Родители, заботливо и внимательно относящиеся к душевному миру своих дочерей, могли бы, воспользовавшись случайным недомоганием и, попутно и незаметно для них подвергнуть их подробному врачебному освидетельствованию, а врача попросить обратить особое внимание на половую их сферу и дать по этому вопросу свое заключение.

41

Такое врачебное исследование перед браком, которое могло бы многих избавить от горя и страданий, в практической жизни встречает вполне понятные затруднения. Мне кажется, что их в большей мере можно было бы избежать, если бы обе стороны избрали своими поверенными, само собою разумеется, вполне добросовестных, искренних, а потому для обеих сторон приемлемых врачей, которые, в тесном контакте друг с другом, могли бы обсудить все предполагаемые случаи брачных конфликтов и, предусмотрев возможные условия будущего сожительства, дать по этому вопросу свое компетентное заключение, которое обе стороны приняли бы к руководству. В некоторых случаях желательно и полезно перед браком посвящать мужчину в тайные и специальные особенности невесты и давать ему соответствующие наставления.

42

Сказанное здесь никоим образом не противоречит сказанному нами выше: ни непосредственному восприятию спермы маткою во время оргазма, ни собственному движению и громадной жизнеспособности семенных нитей (сперматозоидов), имеющих свойство собственными усилиями проделывать длинный путь от устья влагалища до матки. Все это остается в силе. Здесь мы поведем речь лишь об облегчении условий акта в целях успешнейшего и вернейшего оплодотворения.

43

Есть еще третье, когда передняя сторона мужчины обращена к боку женщины, но, как мало соответствующее формам тела, оно имеет место и практикуется при coitus’e лишь случайно и нравится некоторым лишь по своей необычайности, вред же от такого положения в акте довольно существен. То, что магометане обусловливают им успешное зачатие, свидетельствует лишь о полном невежестве их в анатомии и физиологии женщины.

44

Fossa navicularis — место преддверия влагалища, лежащее непосредственно перед уздечкою половых губ (№ 17 табл. 1). Оно иногда больше, чем показано на чертеже, и может быть настоящей ямкой позади прикрепления девств, плевы. Когда penis с силою ударяется несколько раз об это место, женщине это причиняет боль, о которой здесь и идет речь. В известных случаях coitus в переломленной позе совершать следует с особою осторожностью, избегая повредить область девственной плевы, и мужчину не лишне предупреждать, какие последствия может иметь, когда, в особенности при недостаточной эрекции, penis, вместо того, чтобы быть введенным вдоль передней стенки вагины, ошибочно попадает в это углубление.

45

Что эта поза была известна и в Риме, мы видим из следующих стихов Овидия:

Milonion humeris Atlantes crura ferebant Si bona sunt, hoc sunt accipienda modo.

46

Как и при первой описанной нами позе, направление влагалища вполне соответствует положению мужского органа в состоянии эрекции. Разница, главным образом, между этими двумя позами состоит лишь в том, что для мужчины, когда партнерша его ложится поверх него, акт более неудобен и движения фаллоса не столь равномерны и часто не совпадают с телодвижениями женщины. Есть и другое важное физиологическое различие: сперма в таком случае очень легко из вагины вытекает обратно.

47

«Hectoreos quoties sederat uxor equo». («Ежедневно садилась жена на могучее Гектора тело»).

48

Как нимфа в бронзовой группе «Фавн и Нимфа» в Неапольском национальном музее или на превосходных эскизах Г. Климтса в книге Эдуарда Фукса «История эротического искусства».

49

Sinusia — по-гречески — coitus, половой акт, соитие.

50

«En amour, toute ame mise a port, la femme est comme une lyre qui ne livre ses secrets gu’a celui, qui en sait bien jouer». H. de Вa1zac. Физиология брака. Брачный катехизис XXXI.

51

Тот же Бальзак (в той же «Физиологии» XXXVIII) говорит: «Un homme ne peut pas se marier sans avoir etudie 1’anatomie et disseque une femme au moin s». «Никто не может жениться, основательно не изучив анатомии или не повидав хоть раз анатомического вскрытия женского тела». Последнее с успехом, впрочем, заменяется изучением анатомии.

52

«После coitus’a печальным становится всякое живое существо».

53

«Ничего — слишком».

54

Из четвертого письма Элоизы к своему мужу Абеляру спустя долгое время после их вынужденной разлуки.

55

Врачебной по нервным болезням практикой теперь установлено, что психика женщины определенно реагирует на всякое препятствие (сознательное или бессознательное) половым ее желаниям.

56

Сравн. VI главу о климактерическом периоде и времени до него.

57

При очень большой разнице брачующихся шансы на счастливый брак снова увеличиваются. Брак пожилого (но не старого!) мужчины с не слишком молодой девушкой, судя по многим наблюдениям, обычно не бывает несчастливым: с первых же дней муж приучает ее к регулярному половому общению и продолжает его в одном темпе целые годы.

58

Наибольшее число зачатий, по выводам статистики, падает ежегодно на май месяц.

59

«Physiology of Reproduction».

60

«К вопросу о сексуальной периодичности у женщины», Monatschrift f. Geburtch. und Gynäk. Dd. XLXII H. 1

61

«The mutually best regulation of intercourse in marriage is to have three or four days of repeated unions, followed by about ten days without any unions at all, unless some strong external stimulus has stirred a mutual desire.»

62

«Болезни и брак».

63

Между прочим, св. Алфонс Лигуорский определенно разрешает coitus с менструирующей.

64

При наличности малейшего сомнения в том, что в женских половых органах могут быть инфекционные бактерии, половой акт может быть допущен лишь с применением кондома. Определение степени возможного заражения очень трудно. Для этого требуется много повторных, весьма точных бактериологических и клинических исследований опытного врача-специалиста. Если такого анализа и правильного диагноза компетентным врачом не представляется возможным сделать, лучше придерживаться старинной поговорки: in dubiis abstine — в сомнительных случаях во время регул совсем воздерживаться от полового акта.

65

И почему это было бы вредно именно беременной женщине, когда он производит такое благодатное влияние на организм женщины, не находящейся в подобном положении?

66

Большое число выкидышей зависит вовсе не от этого. Пусть даже оно, в рассматриваемом отношении и громадно, во всяком случае, среди них бесконечно больше искусственных (преступных) абортов, что совершенно меняет картину.

67

Объяснение этого явления лежит, по всей вероятности, в изменениях, претерпеваемых яичниками, и их функций, в свою очередь связанных с общим обменом веществ и т. д. Сравн. гл. VI.

68

Половое желание (libido) не исчезает совершенно даже при начале родовых болей. Нельзя ли объяснить это замечательное явление, на которое с различных точек зрения, а главным образом в связи с послеродовыми заболеваниями, многократно обращалось внимание, новым приливом половой страсти? Как это ни парадоксально, я не считаю это исключительным, но какого-нибудь определенного вывода, конечно, делать не берусь. Возможность акта при таких условиях я объясняю эротическими впечатлениями, заставляющими сильно любящих друг друга людей искать утешения и спасения от ощущений боли и страха во взаимной половой близости. (Сравн. начало III гл.) Объяснять это лишь невежеством грубо-эротического мужчины и глупостью женщины, полагающих (как мы это видим у простонародья), что акт перед самыми родами очень им благоприятен, — по-моему, нельзя. Во всяком случае, ясно, что всякое половое общение, при этих условиях переходящее известные границы, несмотря на все свое, м. б, — благотворное психическое значение, с врачебной точки зрения должно быть безусловно воспрещено.

69

Само собою разумеется, здесь идет речь не о беспредметном страхе. Сравн. ннтересн. статью Геберера «К психологии беременности». «Zentralblat f. Gynäk» 1925. № 7.

70

Мне известно, как теперь сравнительно дорога перевязочная, антисептическая вата. Но ее в данном случае, в общем, потребуется вовсе не так много, потому что для каждой подобной операции необходим очень небольшой ее клочок, так что расход по ее приобретению, ввиду гарантии от болезней, вовсе уж не так тяжел даже для самого скромного бюджета.

71

Это требование далеко не маловажное. Уже двадцать лет тому назад мне пришлось наблюдать 9 случаев заражения половых органов от употребления сырой колодезной воды для промывания их.

72

Сравн. Тассилио фон Шеффер «Философия брака», стр. 1–2.

73

В особенности самой ранней его поры, когда так страстно люди ждали наступления Царствия Божьего на земле.

74

Том VIII. Тракт. 6. De matrimonio (о браке). (Нем. перевод Р. Грассмана. Штеттин. Изд. Грассмана).

Petr Scavini. «Theologia moralis universa». Ed. III Parisi. 1859.

D. Graisson. De rebus Veneris ad usum Confessariorum». Parisi. 1870.

I. P. Gury. «Compendium theologiae moralis», Antonii Ballerini ando-tationibus locupletatum, Ed. VI. Roma, 1882 (нем. перевод более старого издания — Регенсбург, 1868).

По протестантскому вероисповеданию:

Лютер. «О вавилонском пленении» (Babylonischen Gefangenschaft) и «монашеских обетах» (von dem Mdnchgelubde).

Гейдельбергский катехизис.

Ames (Amesius. «Medulla Theol. de Conscientia, eius jure et casibus.» 1633. >

Francis Wayland. «The elements of moral science» (1835) Book II. Practikal ethies.

Gottschick in Herzog. «Realenzyklopadie fur protestantische Theologie und Kirche». Art. «Ehe». (Изд. I. C. Hinrichs. Leipzig).

Steffen in Schiele «Religion in Geschichte und Gegenwart» (Art. «Ehe») Изд. J. С. B. Moor Tubingen)

«Encyclopaedia of religion and ethies». Vol 8 Art «Casuistry» (Moral-theologie). Вся литература лишь в этой статье. Под заголовком «Marriage» — ничего особенно важного нет.

Далее, кроме поименованных книг, важнейшим источником для всех христианских вероисповеданий и для иудейства является Библия.

Content

ван де Вельде Теодор Хендрик Техника брака

Д-р Т. Г. Ван-де-Вельде

Техника брака

ГЛАВА I ВВЕДЕНИЕ ОБЫДЕННОЕ СУПРУЖЕСТВО И ИДЕАЛЬНЫЙ БРАК

ГЛАВА II НЕСКОЛЬКО СЛОВ ОБ ОБЩЕЙ ПОЛОВОЙ ФИЗИОЛОГИЙ ЧЕЛОВЕКА

Часть I Эволюция полового влечения. Половое чувство и его внутренние стимулы

ГЛАВА III НЕСКОЛЬКО СЛОВ ОБ ОБЩЕЙ ПОЛОВОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА

Часть II Половое чувство и его внешние возбудители

ПОЛОВАЯ ФИЗИОЛОГИЯ И АНАТОМИЯ

ГЛАВА IV ИЗ ПОЛОВОЙ ФИЗИОЛОГИИ ВЗРОСЛОЙ ЖЕНЩИНЫ

Часть I Наружные половые органы

ГЛАВА V ПОЛОВАЯ ФИЗИОЛОГИЯ ВЗРОСЛОЙ ЖЕНЩИНЫ

Часть II Внутренние половые органы

ГЛАВА VI ПОЛОВАЯ ФИЗИОЛОГИЯ ВЗРОСЛОЙ ЖЕНЩИНЫ

Часть III Деятельность яичников, периодические явления в жизни женского организма и менструация

ГЛАВА VII АНАТОМИЯ И ФИЗИОЛОГИЯ МУЖСКИХ ПОЛОВЫХ ОРГАНОВ

ФИЗИОЛОГИЯ И ТЕХНИКА ПОЛОВОГО ОБЩЕНИЯ

ГЛАВА VIII ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОНЯТИЯ О ПОЛОВОМ ОБЩЕНИИ. ПРЕЛЮДИЯ К НЕМУ И «ЛЮБОВНАЯ ИГРА»

ГЛАВА IX ПОЛОВЫЕ СНОШЕНИЯ

Часть I Физиология и техника процесса

ГЛАВА X ПОЛОВОЙ АКТ

Часть II Физиология и техника (продолжение)

ГЛАВА XI ПОЛОВОЙ АКТ

Часть III Положение половых органов и тела при акте

ГЛАВА XII ОБЩИЕ ЯВЛЕНИЯ ПРИ ПОЛОВОМ АКТЕ. ПОСЛЕДУЮЩАЯ ИГРА

ГИГИЕНА ИДЕАЛЬНОГО БРАКА

ГЛАВА XIII ГИГИЕНА ТЕЛА

Часть I Дефлорация. «Медовый месяц»

ГЛАВА XIV ГИГИЕНА ТЕЛА

Часть II Влияние половых сношений на тело и душу человека. Половые способности

ГЛАВА XV ГИГИЕНА ТЕЛА

Часть III Влияние внутренних и внешних причин на половое общение

ГЛАВА XVI ГИГИЕНА ТЕЛА

Часть IV Половое общение при особых физиологических условиях

ГЛАВА XVII ГИГИЕНА ДУШИ

Примечания