Джо Уотсон

Почти невеста

Jo Watson

ALMOST A BRIDE

Copyright © 2017 by Jo Watson

This edition published by arrangement with Grand Central Publishing, New York, New York, USA. All rights reserved

Перевод с английского Нины Лебедевой

Художественное оформление Марии Коняевой

© Лебедева Н., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

* * *

Хит Wattpad.

Люби, путешествуй, радуйся

Посвящается всем моим фанатам с Wattpad, которые помогли мне написать эту книгу; всем женщинам, которые когда-либо лелеяли мечты о заслуженной мести, и группе Depeche Mode (надеюсь, однажды, когда я продам 100 миллионов экземпляров своих книг и разбогатею, вы сыграете у меня на дне рождения)

Пролог

День Д, год назад

Еще не переступив порога дома, я уже знала – что-то неладно.

Если хотите, зовите это интуицией. Или шестым чувством. Но я знала, и все тут.

Сама я склонна винить во всем туфли. Если бы не они, моих проблем вполне можно было бы избежать. Это их вина, что я вернулась домой так рано. Они виноваты в том, что меня вышвырнули с работы.

Впрочем, я не собираюсь упрекать их за свое опоздание. Все претензии к будильнику, который беззастенчиво манкировал своими обязанностями.

Когда я, с трудом разлепив глаза, поняла, что будильник не сработал, было уже поздно. Я безнадежно опаздывала на работу. И не какую-то там работу – я только-только устроилась на вожделенную должность в журнале «Гламур». Незаменимая вещь для «энергичной, очаровательной и немыслимо стильной южноафриканки»!

Мне до того хотелось работать в журнале, что я даже бросила хорошую должность в сфере рекламы и стала помощницей редактора. Иными словами, девушкой на побегушках. Мне так хотелось услужить, что я на лету ловила любые распоряжения. Будь то кофе температурой в 97,7 градуса, без сахара, но с натуральной кокосовой пудрой, доставленной прямо от подножия Анд. Или свечи с запахом лаванды и жасмина, зажечь которые требовалось за десять минут до приезда моей начальницы. Все это я.

Энни-Сама-Любезность.

Что и говорить, не самая творческая работа. Но я всегда была честолюбивой и целеустремленной. И когда мне стало ясно, что сегодня я никак не успею зажечь свечи или приготовить этот чертов кофе, я просто запаниковала. Да так, что забыла дома эти чудовищные, пагубные, роковые туфли.

Кстати о туфельках. Речь идет не о какой-то там случайной паре. Нет, то были туфли прямо с парижского подиума, не предназначенные для продажи простым смертным. Туфли от Кристиана Лабутена. Именно им предстояло лечь в основу сегодняшней фотосъемки.

В спешке я не только забыла дома туфли, но и не успела как следует одеться. Натянула первые попавшиеся джинсы и мятую футболку и рванула к машине.

Иными словами, совершила еще один смертный грех, ведь там, где я работаю, принято носить лишь сверхмодное. Не дай бог тебя заподозрят в том, что ты одержим бесом дурного вкуса! Расплата неминуема. Уж лучше и вправду быть одержимым и биться в припадках, чем заявиться на работу с сумочкой из прошлогодней коллекции или в босоножках с распродажи.

В общем, чем дальше, тем хуже. Когда я добралась наконец до места – без туфель и с часовым опозданием, – моя начальница скрежетала зубами от злости, а ее личный помощник Седрик бился в судорогах из-за нехватки кофеина.

Через два часа начальство затребовало лабутены. Эти туфли и без того доставили нам немало неприятностей. Даже достать их было большой проблемой. Лишь накануне вечером они прилетели-таки в Южную Африку, и именно мне доверили получение этого сокровища. Все ждали их прибытия, затаив дыхание, и в этот момент я объявляю, что туфель у меня нет… Дальнейшее можете представить себе сами.

С трудом дождавшись обеденного перерыва, я села в машину и поспешила домой. У меня был ровно час на то, чтобы успеть туда и обратно. Времени больше чем достаточно.

На головокружительной скорости я примчалась к дому, буквально подлетела ко входной двери, повернула ключ…

И тут…

Что-то удержало меня на месте.

Будто кто-то дернул за руку.

Или шепнул на ухо «стоп!».

Я оглянулась в смятении. Все было как всегда. В доме напротив орал телевизор, по садику носилась собачонка, заливаясь, как водится, истеричным лаем. Моя соседка Милдред поливала гортензии на клумбе.

Почему же я застыла как вкопанная?

Поглубже вдохнув, я с опаской приоткрыла дверь.

Ничего необычного.

Все на своих местах.

Но что-то явно было не так.

Я крадучись проскользнула на кухню, где оставила накануне треклятые туфли. Но стоило мне оказаться в доме, как меня вновь охватило странное чувство… кто-то еще был здесь. Я невольно вздрогнула, когда мои подозрения оправдались.

Тихий скрип раздался у меня над головой. И слышался он из моей спальни, этажом выше.

Кто-то и правда вломился к нам!

Бросившись к ящику, я выхватила оттуда самый большой кухонный нож. Вторая рука уже тянулась за телефоном – набрать номер полиции. А за туфли я уцепилась, как утопающий за соломинку.

– Алло, полиция? У нас в доме грабитель! Улица Мендельсона, сорок семь. Ради бога, поскорей!

И что теперь? Как прикажете себя вести? Сбежать из дома, спрятаться, наброситься на грабителя, заорать?

Мне хватило секунды, чтобы понять – надо сваливать, и побыстрее. Но когда одной ногой я уже стояла на пороге, до меня донесся новый шум. Как если бы…

Такое чувство…

Но этого не может быть! Тревв сейчас в суде. Заключительные слушания, так он сказал мне, когда я звонила ему час назад.

Тревв на заседании, и этим все сказано!

Шаг за шагом я начала подниматься по лестнице.

Опять эти же звуки.

Два голоса?

Чем выше я поднималась, тем громче становились звуки. Не знаю, в какой момент я поняла, что мне предстоит увидеть за закрытой дверью, но сомнений уже не было.

Одно дело, застать своего парня в постели с какой-то там особой, и совсем другое – напороться на них, когда она кончает. Двигалась она с такой энергией, что в первый момент мне даже не удалось разглядеть ее лица. Внезапно замерев, она откинула голову назад и огласила спальню совершенно немыслимым воплем. Словно этого было недостаточно, она решила дополнить происходящее парой словечек:

– Да, Тревви, да! Ну же, сильней! А-а-х! Я кончаю!

И еще один, не менее красноречивый вопль.

Определенно, что-то было в этой сцене не так… даже если не считать очевидного. Во-первых, ну кто так орет в постели? Секс не настолько хорош, чтобы вырываться за звуковой барьер на немыслимом ультразвуке. Во-вторых, что это на ней за прикид? Какая-то странная кожаная штучка со множеством кнопок. А Тревв… он даже не смотрел на меня. Да и как бы он это сделал? Глаза его были завязаны галстуком, который я лично купила ему на прошлое Рождество. А это… неужели это зажимы для сосков?

Меня едва не стошнило.

Ну и в-третьих… кто эта загадочная особа без грамма жира на теле, без капельки целлюлита? С грудью, которая не желает подчиняться силе тяжести. Откуда в моей спальне взялось это совершенство?

Я взглянула ей в лицо, и ответ не заставил себя ждать.

Тесс.

Тесс Блэкмен.

«Коллега» моего парня. Женщина, которую я не раз приглашала к нам домой на ужин. Именно ей я звонила всякий раз, когда Тревв не брал трубку, поскольку знала – эти двое в поте лица трудятся сейчас над очередным делом, жертвуя возможностью провести вечер со своими близкими. Да ради бога, у нее же был жених!

Бедняга Тревв и бедняжка Тесс. Такое немыслимое усердие!

Ну и дурочкой же я была.

Но шоу на этом не закончилось. Тесс все еще сидела с закрытыми глазами, когда Тревв, в свою очередь, разразился целой серией каких-то немыслимых стонов, вздохов и взвизгов. Я и не знала, что он способен на такое. Он снова задвигался, сжимая Тесс своими вспотевшими руками.

Быстрей.

Энергичней.

И вот… громкий, протяжный стон.

Я застыла на месте. А что прикажете делать, когда мужчина, с которым вы живете уже два года, на глазах у вас трахает другую женщину?

Когда стоны и вздохи наконец-то угасли, Тесс бросила взгляд в сторону двери. И только сейчас увидела меня. На лице ее отразился непередаваемый ужас. Разинув рот, она громко заверещала.

Тревв сдернул с глаз галстук. Наши взгляды встретились, и он совершил нечто странное: схватил Тесс за руку и перетащил ее на другую сторону кровати.

– Энн, прошу тебя… ты же не всерьез…

Он умоляюще замахал руками, в его глазах читался тот же ужас, что у Тесс, а она тем временем продолжала истерически блеять.

Да что здесь происходит? Это мне надо биться в истерике! Это я потерпевшая сторона. Я шагнула к кровати, чем напугала их еще больше.

– Энн, ради бога, – чуть не хныкал Тревв. – Подумай, что ты делаешь. Я знаю, мы поступили дурно, но ведь так проблемы не решают. Прошу тебя, остановись!

И тут все понеслось, как в ускоренной съемке. В комнате откуда ни возьмись появились вооруженные полицейские. Я уже хотела сообщить, что они могут отправляться восвояси, но меня опередил Тревв.

– У нее нож, офицер! – заорал он. – Она хочет убить нас!

Нож? Какой еще нож? Только теперь я заметила, что все еще держу в руках большой кухонный тесак и направлен он прямо на парочку!

Я быстро повернулась к полицейским.

– Я вовсе не собиралась…

– Мэм, – оборвал меня один из офицеров, смотревший так, словно я была злобным питбулем, – опустите свое оружие.

– Клянусь, это не то, что вы думаете. Я просто хотела…

БАМ! И вот я уже на полу с наручниками на запястьях.

Тут произошло сразу три ужасных события. Нож, выскользнув у меня из рук, порезал мне ладонь. Сразу за этим сломались два моих новеньких, чудеснейших ногтя. А в довершение всему каблучок бесценного лабутена щелкнул и отвалился, безжизненно закатившись куда-то под кровать. Когда меня тащили из комнаты, я успела оглянуться и увидеть, как Тревв сжимает в объятиях Тесс.

– Все в порядке, детка! – ласково шептал он. – Все в порядке.

Глава первая

Сломанная туфелька – не самое приятное зрелище.

Голая женщина верхом на твоем парне – не самое приятное зрелище.

Твой парень, украсивший себя зажимами для сосков, тоже вряд ли порадует глаз.

Но знаете, что выглядит еще хуже?

Камера предварительного заключения.

Меня трясло от пережитого. Сердце стучало так, словно хотело выпрыгнуть из груди. Я чувствовала себя совершенно разбитой, а в голове царила полная неразбериха. Мой мозг, как крохотный хомячок, безостановочно носился по кругу одних и тех же мыслей.

Что это было? Неужели он в самом деле… да еще с ней? Да нет, это совершенно невозможно. Тут явно какая-то ошибка. Тревв не просто был моим парнем. В скором времени ему предстояло стать моим женихом. Не то чтобы он успел сделать мне предложение, но ждать, по всем признакам, оставалось уже недолго.

Во-первых, сегодня вечером мы собирались поужинать в моем любимом ресторане (явный знак). Во-вторых, я нашла в мусорной корзине чек, оставшийся после покупки весьма дорогого колечка (более чем явный знак). Ну и, наконец, сегодня утром я заметила на заднем сиденье его машины огромный букет алых роз (что уж может быть очевиднее?).

Тревв собирался сделать мне предложение. Сегодня! И я собиралась сказать ему «да». Что с того, что наши отношения стали в последнее время какими-то тусклыми? Благодаря помолвке они должны были вновь заиграть всевозможными красками. Я с таким нетерпением ждала этого замужества!

Подружки тоже поспешили подтвердить мои догадки. Не усомнились в них и моя массажистка (настоящий мастер своего дела!), парикмахерша, женщина, занимавшаяся моими бровями, и маникюрша, которая не далее как вчера привела в порядок мои ногти, чтобы я могла поместить в инстаграм фото своей ручки с новым колечком. Все были уверены: Тревв действительно хочет сделать мне предложение. Так почему – скажите мне почему! – он кувыркался с другой женщиной?

Я с размаху хлопнула ладошкой по скамейке и сразу же пожалела об этом. Несмотря на повязку, порезанная ладонь ужасно болела.

Но болела не только она. Голова просто раскалывалась после того, как парочка упитанных полицейских приложила меня ею об пол. А уж оказаться втиснутой между другими заключенными! По одну сторону – явная наркоманка, да еще в состоянии ломки. По другую – высохшая от возраста особа, непрерывно бормотавшая про какое-то загадочное «вторжение». Рядом девица с панели (или так, или Хэллоуин в этом году наступил слишком рано).

Мне ужасно хотелось побыть одной, но какое там! Туалет был распахнут настежь, и оттуда несло ужасающей вонью. Кроме унитаза, выщербленная раковина с подтекающим краном да самодельный держатель для бумаги.

– За что тебя замели, детка? – раздался сбоку хрипловатый голос.

Я повернулась, и взгляд мой уперся в еле прикрытую грудь.

– Н-у-у…

– Я Анжела. – Девица протянула мне руку, и я, не желая обидеть ее (кто их знает, эти правила криминального этикета!), потрясла ее ладонь.

– Не знаю, что и сказать…

Она громко фыркнула.

– Уж я-то понимаю тебя, как никто. Иногда мне кажется, что они набивают нас сюда из чистого удовольствия. Я здесь уже третий раз за месяц.

– Вот и я тоже, – вмешалась старуха. – А ведь я всего лишь пытаюсь предостеречь людей против неминуемого вторжения.

Анжела в ответ закатила глаза кверху.

– Да-да, Марджи, мы знаем. Летающие тарелки и маленькие зеленые человечки…

– Не зеленые, а серые! – раздраженно оборвала ее Марджи.

– Да какие угодно. Розовые, сиреневые, голубые. – Голос Анжелы так и сочился сарказмом.

Марджи вскочила – весьма резво для особы, выглядевшей так, словно ей давно уже перевалило за сотню лет.

– Я твержу об этом день и ночь. Смейся сколько угодно! Поверь, тебе будет не до смеха, когда они заявятся сюда со своими приборами, контролирующими мозг, и превратят нас всех в дронов!

Не успела Марджи закончить свою пылкую речь, как – БАМ! – Анжела пихнула ее в грудь. Та, не растерявшись, дала сдачи. Не прошло и минуты, как рядом со мной завязалась настоящая потасовка. Марджи кричала что-то про пирамиды, служившие сигнальными маяками, и про всемирный заговор, к которому был причастен Том Круз, а Анжела бесстыдно дразнила ее своей полуголой грудью. Не осталась в стороне и наркоманка. Разразившись каким-то булькающим смехом, она принялась подначивать дерущихся.

Ни с чем подобным мне еще не приходилось сталкиваться. Я тихонько вжалась в угол, стараясь не привлекать к себе внимания. Ради бога, я-то знаю, что творится в тюрьмах. Успела насмотреться по телевизору.

Нет, все это явно не мое.

Я здесь точно не на своем месте.

– Мисс Андерсон, – один из охранников подошел к камере и принялся открывать дверь, – вы свободны!

– Слава богу!

Не в силах скрыть облегчения, я пулей вылетела из камеры. Мои бывшие товарки катались в пылу борьбы по грязному полу. Я прошла за офицером в комнату ожидания и увидела там его. Внутри у меня екнуло.

Все в облике Тревва, начиная от строгого костюма и заканчивая дорогущей ручкой, говорило о том, что перед вами юрист. Он вскинул голову и тоже увидел меня.

– Я пришел, чтобы уладить это маленькое недоразумение. – Самодовольно улыбнувшись, он повернулся к дежурному офицеру. – Обычно я отправляю их за решетку, а не выпускаю. Но если кому-то вдруг потребуется адвокат… – Достав визитку, он шлепнул ее на видное место. Тревв никогда не упускал возможности пропиариться.

– Энн, – теперь слова его источали настоящий елей, – мы с Тесс решили не выдвигать против тебя обвинений. В такой момент легко потерять голову и начать действовать безрассудно. Но никто не пострадал, и это главное.

Никто не пострадал?

Я была в шоке. Да что там, я была оскорблена до глубины души. А где извинения? Где раскаяние? Где мольбы о прощении?

– Что значит, «мы с Тесс»? – поинтересовалась я с ноткой отчаяния в голосе. – С каких это пор вы стали одним целым?

– Послушай, Энн, не будем обманывать друг друга. – Тревв склонил голову набок. – Наши отношения в последнее время зашли в тупик. Мы же взрослые люди. Давай признаем все как есть. – Он снисходительно взглянул в мою сторону.

– Но я… мне… – Я могла лишь ошеломленно качать головой. Очевидно, что Тревву вручили не тот сценарий… или он открыл его не на той странице.

– А как же наш ужин в «Пикколо Прими»? – выдавила я наконец.

– Я как раз хотел поговорить с тобой. Сказать, что мы с Тесс…

– Ну да, – поспешила продолжить я, – ты хотел сказать, что это было ошибкой. Ужасной, чудовищной ошибкой. Простое развлечение. А на самом деле ты хочешь жениться на мне. Я знаю, ты решил сделать мне предложение, и я собиралась принять его, потому что мы вместе уже два года и мы любим друг друга. – Слова лились из меня потоком, словно произносила их не я, а кто-то другой. – Это правда, наши отношения в последнее время были не на высоте. Но ничего страшного, все пары проходят через это. С помолвкой все разрешилось бы в лучшую сторону.

Тревв смотрел на меня в полном замешательстве. Он покачал головой, будто пытаясь понять, что это я такое несу.

– Почему ты решила, что я собираюсь сделать тебе предложение?

– Тревв, я нашла чек на кольцо и видела в твоей машине букет роз.

– Это не для тебя, Энн.

– Что? – ошеломленно спросила я. Новость потрясла меня не меньше, чем пикантная сцена, которую я застала сегодня у себя дома.

– Но я… я уже сделала маникюр… И мы поженимся. Ты женишься на мне…

Стоило этим словам сорваться у меня с губ, как я поняла, насколько жалко и нелогично себя веду. Ну с какой стати выходить замуж за человека, который только что изменил мне? Куда подевались мои мозги, не говоря уже о гордости? И все же я решила продолжить:

– …потому что она ничего для тебя не значит. Мы любим друг друга, и я стану твоей женой.

Тревв взглянул на меня, и во взгляде его впервые промелькнуло что-то, похожее на искренность.

– Давай поговорим об этом на улице.

– Она ведь ничего для тебя не значит? – умоляюще взглянула я на него… и наконец-то все поняла. – Значит, это не просто каприз. Так ты любишь ее? А меня? Ты все еще любишь меня? Как ты мог поступить так со мной? И давно это все тянется?

– Ш-ш-ш. – Ему явно не хотелось, чтобы мы привлекали к себе внимание. – Идем на улицу. Как-то неловко обсуждать здесь наши дела.

Но от его увещеваний я только впала в ярость.

– Неловко? Неловко? – заверещала я, как разгневанная банши[1]. – По-твоему, застать тебя в постели с коллегой по работе – как-то неловко?

Несколько копов начали с интересом прислушиваться к нашему разговору.

– Ш-ш-ш, – прошипел Тревв, нервно оглядываясь вокруг. – Энн, все это крайне неуместно.

– Неуместно? – фыркнула я с презрением. – Знаешь, что такое неуместно? Украсить себя в постели зажимами для сосков.

Теперь-то все внимание было сосредоточено только на нас. Копы даже отложили свои бумажки, чтобы послушать нашу перепалку.

– Кстати, я так рада, что ты нашел новое применение своему галстуку. Кто бы мог подумать, что из него получится превосходная повязка на глаза! Как раз то, что требуется настоящему извращенцу!

– Живо на улицу! – разгневанно скомандовал Тревв.

У него еще хватало наглости приказывать мне!

– Ну нет, – топнула я ногой, как капризный младенец. – Мне и здесь хорошо. Тебе же ничуть не стыдно, верно? Не стыдно, что я застала тебя в постели с другой женщиной? О каком стыде может идти речь!

Слушатели невольно охнули, а одна из женщин неодобрительно цокнула языком.

– Ублюдок, – прошипела она, бросив на Тревва уничтожающий взгляд, за что я была ей искренне признательна.

– Пошли его ко всем чертям! – проорала из-за решетчатой двери Анжела.

– Энн, – Тревв вновь заговорил в своей обходительной манере, – тебе лучше заехать завтра и забрать свои вещи.

– Ты хочешь, чтобы я…

– Съехала. Именно так, – театральный кивок.

– Но… это же мой дом.

– Вообще-то это мой дом. Ты там просто жила какое-то время.

– Просто жила? И ничего больше?

Эти слова задели меня сильнее всего. Такое чувство, словно речь шла об обычном госте, случайно заглянувшем к нему домой.

Еще один театрализованный кивок.

– Возможно, твоя сестра сможет приютить тебя? Или одна из бесчисленных подружек?

Сказано это было с таким пренебрежением, что во мне снова вскипела ярость. Тревв терпеть не мог моих подружек.

И что значит, приютить меня? Что я – паршивая дворняжка, прозябающая в канаве?!

– Конечно, мы с Тесс не ждем, что ты сразу заберешь все свои вещи. Но хотя бы основное. Одежду там, туалетные принадлежности.

– Не знаю, как и благодарить вас с Тесс. – Ее имя я произнесла так, словно так называлась заразная болезнь. – Как это мило с вашей стороны!

– До свидания, Энн!

Этому ублюдку хватило наглости поцеловать меня в лоб, прежде чем повернуться и зашагать к двери. Внезапно меня охватило что-то вроде паники. Мне не хотелось, чтобы Тревв уходил. Не важно, что он там сделал – только бы он не бросал меня!

– Тревв! Постой! – пролепетала я дрожащим голосом.

Он повернулся, теперь уже несколько раздраженно, но не отступая от своей привычной профессиональной любезности.

– Что?

Я открыла рот, но слов не было. Забавный парадокс, вызванный смесью ярости и отчаяния, приправленных изрядной долей замешательства.

– Ничего, Тревв. Ровным счетом ничего.

Покачав головой, он открыл дверь и шагнул за порог. Я молча наблюдала за тем, как он шествует к машине – вразвалочку, словно вышел на прогулку. Тесс ждала его на пассажирском сиденье. Моем сиденье. А потом они уехали. Навсегда уехали из моей жизни.

Когда мне было лет шесть, я упала с гимнастической стенки. Да так, что из меня едва дух не вышибло. Пару секунд я молча разевала рот, пытаясь глотнуть побольше воздуха. Это был один из самых кошмарных моментов моей жизни. Мне тогда казалось, что я умираю.

Примерно так же я чувствовала себя сейчас, наблюдая за отъезжающей машиной.

Но на этом мои неприятности не закончились. Мне еще предстояло прожить этот день – тринадцатое января, если быть точным. И ситуация с каждым часом накалялась все больше. К разбитому сердцу и сломанной туфельке добавилась пропущенная фотосессия.

Моя начальница Соня – само олицетворение стиля. Одного ее словечка бывает достаточно, чтобы определить, что модно, а что нет. На ее высокой, худощавой фигуре безукоризненно сидят все те роскошные наряды, которые попадают в наш офис прямо с подиумов. Ходили слухи, что она уже много лет сидит на диете из капусты и морковного сока. Кожа ее сияла, губы тоже – благодаря новейшему оттенку помады. Словом, в ней было столько стиля, что даже простой пакет в ее руках выглядел сумкой от-кутюр.

В то же время она славилась своим острым как бритва язычком и бешеным честолюбием. В ней было столько мужских качеств, что она без труда могла заткнуть за пояс любого мужчину.

И эта женщина вызвала меня к себе в кабинет.

– Если не ошибаюсь, тебя сегодня арестовали за попытку убийства. – В ее тоне не прозвучало даже намека на эмоции.

– Нет-нет, все было совсем не так…

Откуда она вообще узнала про мой арест?

– Постарайся понять меня правильно, дорогуша. Ты застала своего парня с другой, и тебе захотелось слегка его покалечить… Вполне оправданное желание. – Она резко поднялась из-за стола. – Но то, что ты испортила нам фотосессию… не говоря уже о туфлях, которые прислал сам Кристиан. Ты хоть знаешь, сколько стоят эти туфли? И во сколько обошлась нам подготовка к фотосессии? Одна аренда верблюдов чего стоит!

– Верблюдов?

– И эфиопских беженцев, – вмешалась в разговор директор отдела моды, уменьшенная копия Сони. – Мы собирались использовать тему третьего мира, соединив несоединимое. Только представь, какой фурор должны были произвести несчастные эфиопские детки в сверкающих лабутенах! – Она взглянула на меня с нескрываемой яростью. – А ты одним махом все испортила!

Соня кивнула.

– Можешь считать себя уволенной.

Хоть я и догадывалась – да что там, знала, – что с работой мне придется распроститься, услышанное стало для меня настоящим шоком. Ничто уже не могло спасти ситуацию… как и эти чертовы туфли! Я знала, что мне не оправдаться, а потому молча повернулась и побрела к двери.

– И вот что, Энни, – обронила Злобная Стерва. – Если ты еще когда-нибудь вернешься в индустрию моды, в чем лично я сильно сомневаюсь… – она фыркнула так, словно почувствовала запах тухлых яиц, – не надевай больше эти джинсы. Они вышли из моды два сезона назад.

Выслушав ее мерзкое замечание, я выскочила за дверь. Конец моей работе в самом гламурном журнале Южной Африки. Конец моим честолюбивым чаяниям…

Я вышла на улицу, и помпезные, позолоченные двери здания навсегда захлопнулись за мной. И что теперь? Не успела я сделать пары шагов, как ноги у меня подкосились, и мне пришлось прислониться к тому, что оказалось поблизости – а именно, к мусорному баку. Я уныло уставилась в землю, барахтаясь в жалости к самой себе. Если кто и увидит меня сейчас, плевать…

Но оказалось, что не плевать. Когда какая-то добрая душа сунула мне пять долларов и ободряюще похлопала по плечу, я немного встряхнулась. Надо было что-то делать. Я сделала единственное, что пришло мне в голову, – отправилась к своей подружке Джейн. Ее отец стоматолог, и она помогает ему на работе. Именно отец настоял на том, чтобы дочь пошла по его стопам. В один прекрасный день он рассчитывает передать ей свою практику. Не уверена, что Джейн в восторге от этой идеи, но мне только на руку, что ее офис неподалеку отсюда.

Меня всегда завораживал специфический медицинский запах, который царит во всех стоматологических клиниках. Что уж говорить про звук бормашины, который раздается изо всех кабинетов. Обычно он нервирует меня, но сегодня показался необычайно успокаивающим. Все потому, что я представила, как гоняюсь за Треввом с таким сверлом, только огромным.

Я села и стала ждать, пока Джейн и ее папа закончат терзать очередного пациента. Признаться, я бы охотно поменялась с ним местами. Уж лучше боль во рту, чем то, что творилось сейчас у меня на душе! Где-то через час они освободились.

– Привет, Энни! – улыбнулся мне доктор Смит.

С Джейн мы знакомы лет десять, и столько же времени я лечу зубы у ее отца.

– Не забываешь пользоваться зубной нитью?

Усилием воли я тоже заставила себя улыбнуться.

– После каждой еды.

– Вот и умница. А теперь, девочки, прошу меня извинить.

Он ушел, и я с облегчением вздохнула. Мне стоило больших сил держать себя в руках.

– Энни, – бросилась ко мне Джейн, – на тебе лица нет. Что случилось?

– Это Тревв, – только и выговорила я, изо всех сил стараясь не разрыдаться.

Джейн присела рядом со мной.

– Что такое?

– Представь, что ты застукала своего приятеля… словом, представь самое худшее, а затем умножь на десять и добавь зажимы для сосков.

– О-о? – Джейн пару секунд смотрела на меня непонимающе. – О-о-о! – дошло до нее наконец. – Хочешь сказать, он занимался… в твое отсутствие…

– Сексом. Да еще с милыми извращениями.

– А кто…

– Тесс.

– Та девица с его работы? – охнула Джейн. – У которой есть жених? Да мы же ужинали с ними месяц назад!

Я кивнула.

– Та самая. И Тревв, судя по всему, без ума от нее.

– Но я думала, он хочет сделать тебе предложение…

– Однозначно нет!

– И сколько все это тянется?

– Понятия не имею! – Я буквально прорыдала эту фразу, заглушив даже звуки, доносившиеся из врачебного кабинета. – А еще он хочет, чтобы я сегодня же убралась из его дома! А еще меня по его милости арестовали! Представляешь, я только что из тюрьмы!

– Что?

– А еще я сломала эту чертову туфельку!

– Туфельку Тесс?

– Если бы! Тут бы я только порадовалась. Нет, речь идет о самой дорогой – я бы сказала, бесценной – туфельке в мире. И я ее сломала! И меня, ко всему, еще уволили с работы!

– Так, ладно. – В Джейн проснулось организаторское начало. – Что требуется от меня?

– Поможешь мне с переездом?

– Ясное дело.

Джейн отменила всех клиентов, и уже через час я, лишенная бойфренда и работы, стояла перед домом, которого мне тоже предстояло лишиться. А ведь я провела здесь добрых полтора года. Я перебралась сюда по настоянию Тревва, оставив свою чудесную квартирку. Тревв любил меня тогда… так мне, во всяком случае, казалось.

Ладно, мне надо как-то пройти через это. Хотя бы на автопилоте.

Но стоило мне войти в спальню и увидеть смятые простыни, разбросанные по полу подушки, как от моего смятения не осталось и следа. Все в этой комнате напоминало мне о ней. Что-то блеснуло у моих ног. Наклонившись, я подняла обломки двух своих новеньких ногтей. Неожиданно мне стало стыдно, настолько, что даже щеки заалели. Я же всем знакомым растрепала о своей скорой помолвке. Сделала ногти, выщипала брови. Ну как же, такое событие!

Надо же было оказаться такой дурой!

Джейн решительно забрала у меня драгоценные обломки и выкинула их в мусорную корзину.

– Чем быстрее мы начнем, тем лучше, – подтолкнула она меня в сторону ванной.

Хорошо, что именно Джейн оказалась рядом. Она очень сдержанна в проявлении эмоций, именно это мне сейчас и требовалось. В противном случае я могла расклеиться совершенно.

– Только взгляни, – ткнула я пальцем в сторону раковины. – Взгляни на эту розовую мерзость. – Я с трудом узнавала собственный голос.

Мы с Треввом держали свои зубные щетки в стаканчике рядом с раковиной. Моя – светло-зеленая, Тревва – синяя. Но сейчас туда втиснулась еще одна, омерзительно розовая. Я наклонилась, вглядываясь в ее крохотное, ощетинившееся личико. Она словно поддразнивала меня своими диагональными щетинками, своей глянцевитой поверхностью. Обе щетки, розовая и зеленая, стояли, прислонившись к синей, и в этом виделась какая-то горькая ирония.

Вскоре, распихав вещи по двум чемоданам и нескольким коробкам, мы с Джейн готовились навсегда покинуть это место. Я в последний раз оглянулась на дом, в котором прожила полтора года. И пусть он принадлежал Тревву, здесь повсюду оставались следы моего присутствия. Вон там клумба с розами – это я разбила ее под окном кухни. Я же выкрасила входную дверь. Или та трещинка на стекле – она появилась после того, как я открыла в гостиной бутылку шампанского, желая отметить свой переход в самый гламурный из всех журналов.

А теперь мне не оставалось ничего другого, как только развернуться и уйти.

Перелистнуть еще одну страницу своей жизни.

Знать бы еще, что ждет меня впереди!

Глава вторая

И вот я официально перешла на темную сторону существования. Мои страдания обрамлялись готической виньеткой из переживаний, мучительных размышлений и пренебрежения к собственной персоне. К чему мыть голову, если жизнь и так не удалась? Словом, я представляла собой не самое приятное зрелище.

В этом своем состоянии я начала слушать сборник Depeche Mode, подаренный мне когда-то Дэмиеном. Они лирично напевали о боли и тоске, а я внимала каждому их слову.

Оставшись без работы, я могла щедро тратить свое время на переживания. Всю первую неделю я гипнотизировала телефон, ожидая, когда же наконец позвонит Тревв, чтобы виртуально пасть к моим ногам и признать случившееся ужасной, чудовищной ошибкой.

Да, скажет он, я был неправ и заслуживаю кары. Какой? Решай сама. Только вернись ко мне, ведь я люблю тебя, а не ее! И дальше в том же духе.

Настроение мое в эти дни менялось с немыслимой скоростью. То мне хотелось внимать мольбам Тревва о прощении, то жаждала слышать, как он завопит от страха за секунду до того, как я раздавлю его комбайном. Я понимала, что нахожусь в шаге от шоковой терапии и смирительной рубашки.

Разрыв с близким человеком способен привести в отчаяние любого. А уж застать своего партнера в постели с другой, да еще с забавными дополнениями… Тревв и раньше выказывал интерес к сексуальным играм в духе садо-мазо, но я не замечала его намеков.

Однажды вечером, когда я тушила курицу с грибами, он взял мешалку для овощей и больно шлепнул меня по заднице. Разумеется, я пришла в ужас… тем более что он запачкал жиром мои новенькие джинсы. В другой раз он предложил мне горячий воск. Тогда я списала все на шутку. Оказывается, он вовсе не шутил!

Я распереживалась еще больше после звонка моей парикмахерши. Ей хотелось знать, на какое число меня записать, чтобы я не оплошала со свадебной прической. За этим последовало сообщение от маникюрши, которая просила фото с обручальным колечком. Даже не знаю, что хуже – мои душевные страдания или стыд, который мне пришлось испытать, объясняя всем, что свадьба, увы, не состоится.

Даже сон не приносил мне покоя. Едва ли не в каждом сновидении мне являлась Тесс, прекрасная в своем совершенстве. И чем чаще я ее видела, тем больше недостатков замечала в самой себе. Неудивительно, что Тревв предпочел ее, а не меня. Видимо, и в постели она превосходила меня по всем статьям.

Ну да, в плане секса я была настоящей клушей. Вот Тревв меня и бросил.

Не потому ли он начал поглядывать на других? Может, я была недостаточно хорошенькой? Может, моя попка была не слишком упругой, а грудь не слишком большой? С каждым таким вопросом я теряла частицу уверенности в себе. Куда подевалась та честолюбивая, амбициозная особа, какой я когда-то была? Меня все время терзали сомнения. Я мучилась обидой на весь мир.

На десятый день, когда Тревв так и не позвонил, я окончательно потеряла голову.

Я нервно расхаживала по гостиной, испытывая едва ли не физическую потребность увидеть его. Джейн, к несчастью, задерживалась на работе, так что остановить меня было некому.

Мне хотелось увидеть Тревва во что бы то ни стало. Мне хотелось понять, на что стала похожа его жизнь. В глубине души я надеялась, что и он страдает не меньше меня. Часами сидит на стуле, глядя в одну точку и размышляя о том, каким подонком он был и как сильно ему меня не хватает…

Сказано – сделано. В скором времени я появилась у дома Тревва. При виде знакомой картины проснулась обида: когда твоя жизнь разваливается на куски, хочется верить, что весь мир тоже летит в тартарары. И когда замечаешь, что все живут как ни в чем не бывало, ты воспринимаешь это едва ли не как оскорбление.

Машину я оставила неподалеку. На мне были защитного цвета штаны и серый свитер с капюшоном. В темноте меня вполне могли принять за грабителя, что меня, впрочем, не остановило. Подгоняемая все тем же болезненным любопытством, я подкралась к дому и бросила взгляд в окно. Сквозь задернутые занавески я разглядела на кухне какой-то силуэт. Тревв?

Осторожно пробираясь между кустами роз, я подошла поближе.

«Что ты делаешь, Энни?» – мелькнула у меня здравая мысль. Мелькнула и исчезла. Я жадно прильнула к оконному стеклу.

До меня донеслись невнятные обрывки разговора. Внутри двигались какие-то тени. Окно было слегка приоткрыто. Может, протянуть руку и слегка отдернуть занавеску?

«Нет, Энни, нет!» – прокричал мне внутренний голос.

«Ну же, Энни, давай!» – проорал еще громче другой.

И я рискнула. Просунув в окно руку, я ухватилась за краешек занавески и потянула ее в сторону.

Ужин при свечах… Алые розы в высокой вазе… Здесь же записка в форме сердечка… Сердце у меня сжалось, на глаза навернулись слезы.

Двое за столом. Держатся за руки, не спуская друг с друга глаз. Нежный шепот…

Мне хотелось плакать, но я смотрела и смотрела. Я чувствовала себя так, словно посмотрела в зеркало, но вместо собственного отражения увидела чье-то другое. Это я должна была сидеть сейчас за столом! В своей кухне. Я купила эти бокалы и вон ту забавную солонку. Даже стол мы выбрали с моей подачи. Как же вышло, что другая женщина заняла мое место?

Будто приклеенная, смотрела я в окно, наблюдая за тем, как два актера проживают жизнь, которая совсем недавно была моей. Но когда Тревв наклонился и поцеловал ее так, как никогда не целовал меня прежде, я выпустила занавеску и скрючилась на земле прямо под окном. Слезы хлынули ручьем. Я сидела на клумбе среди колющихся роз и рыдала так, словно внутри меня прорвало плотину.

В конце концов, вся в грязи и царапинах, я побрела к машине. Тело у меня болело, кожа зудела. Больше всего на свете мне хотелось свернуться в клубок и умереть. Ну как можно опуститься до того, чтобы рыдать под окном у своего бывшего и его новой подружки? Я ненавидела себя всем сердцем.

Тогда же я поклялась, что никому не расскажу о случившемся. Никому и никогда. Пусть это позорное воспоминание останется при мне. Оно придется как нельзя кстати, когда потребуется довести себя до белого каления.

Впрочем, некоторые из моих подружек справлялись с этой задачей куда лучше меня. Особенно моя дражайшая кузина Лили. Ей самой пришлось пережить нечто подобное, когда жених бросил ее прямо у алтаря. Какое-то время она тоже терзалась и не находила себе места, но потом встретила Дэмиена и зажила лучше прежнего. А теперь она просто завалила меня своими мудрыми советами, так что я едва не задохнулась под их тяжестью.

– Все случается не просто так…

– …значит, так было суждено…

– …все в итоге обернется к лучшему…

И так далее, и так далее. Но я не была еще готова стать мудрой и рассудительной.

Если не считать Джейн, то единственной моей подружкой, избавившей меня от потока банальностей, была Грозовая Тучка. Услышав о случившемся, она не бросилась ко мне с утешениями. «Я знала, что так и будет», – подытожила она.

Ей с самого начала не понравился Тревв, о чем она и заявила во всеуслышание. «Наглый выскочка» и «эгоистичный упырь» были самыми мягкими из ее эпитетов. Но я настолько погрузилась в свой волшебный туман влюбленности, что не замечала очевидного.

В Тревва я влюбилась с первого взгляда, хоть он ничуть не походил на мои прежние увлечения. До него я встречалась с кончеными лузерами. Казалось, я из кожи лезла вон, лишь бы найти парня, который не подходил мне ничуть. На тот момент меня привлекали «модные мальчики», погруженные в себя и до того странные, что им не оставалось ничего другого, как быть творческими личностями с претензией на гениальность. Ну, вы знаете, эти тихие, эксцентричные юноши, которых хочется обогреть и накормить.

А поскольку работа моя относилась к индустрии творчества, выбором я обладала весьма обширным. Больше всего меня тянуло к непризнанным художникам, щеголявшим в заляпанных красками джинсах и вязаных кардиганах. Но за несколько лет таких встреч интерес мой порядком истаял. Я перестала бегать на свидания с парнями, чья чувствительность просто зашкаливала и чьи бедра были вдвое шире моих. Меня охватила тоска по настоящему мужчине.

Как-то раз, когда мы с подругами засиделись в одном модном местечке (вовсе нам не по карману), я-таки повстречалась с ним. Мы битый час нянчились со своей выпивкой, которую купили еще в начале вечера. Просто чтобы растянуть удовольствие. Я неплохо зарабатывала стилистом, но двадцать долларов за коктейль? Эта сумма казалась мне просто непомерной. В какой-то момент мимо нашего столика прошел Тревв. Сначала я уловила запах – чарующую смесь сандала и тропического ливня – и только потом увидела его самого. Должно быть, Тревв заметил, что я смотрю на него, разинув рот, так как через пару минут он уже стоял у нашего столика.

– Могу я предложить дамам напиток?

Такой любезный – для меня это пришлось в новинку. Как и сияющая кредитка, на которую он с легкостью накупил нам выпивки. Прежние мои кавалеры выискивали обычно монетки по карманам джинсов и отчаянно ругались, обнаружив вместо денег прорехи.

– Ясное дело, – ответила я. – Нам здесь и стакан воды не по карману.

Моя реплика заставила его расхохотаться. Смеялся он так, словно давно не слышал такой удачной шутки. В общем, три часа и несколько коктейлей спустя я решила, что Тревв послан мне самой Судьбой. Стоило мне возжелать перемен, и вот вам, пожалуйста! Мужчина сам идет ко мне в руки. Тревв тоже запал на меня тогда. Может, потому, что я выгодно отличалась от дамочек с его работы, уныло-однообразных в своих деловых костюмах. Впрочем, это не помешало ему в итоге отдать предпочтение Тесс.

Дерзкий и самоуверенный, Тревв казался мне образцом мужского совершенства. Меня притягивали все те качества, которые с такой решимостью осуждала Тучка.

А еще он был на редкость хорош собой. Тот универсальный типаж, который нравится всем без исключения – и молоденьким девочкам, и дамам постарше. Пожалуй, он был слишком хорош собой… по крайней мере, для меня.

Съехав от любителя нестандартных забав, я поселилась у Джейн. Денег она с меня не брала, что было очень кстати, поскольку сбережений мне хватало только на самое необходимое. В скором времени мы погрузились в приятную и предсказуемую рутину. Я целыми днями валялась на диване, изнывая от жалости к самой себе. Джейн работала, а вечерами мы смотрели с ней документальные фильмы.

Меня всегда занимало, откуда Джейн известно столько разных фактов, и теперь я это поняла. Еще я узнала, что клетки человеческого тела полностью обновляются за семь лет, что от торговых автоматов гибнет вчетверо больше людей, чем от нападения акул, и что яички у самца пчелы взрываются в момент спаривания, после чего он погибает. Я мысленно пожелала той же участи Тревву, не без злорадства представив, как его бесценные яйца швыряет по всей спальне.

Месяца два квартира Джейн казалась мне настоящим раем, надежно огражденным от безумств внешнего мира. Но затем я все чаще стала отвлекаться на несвоевременные визиты миссис Смит, матери Джейн. Однажды я проснулась от того, что она громогласно раздавала приказы каким-то рабочим, которым предстояло убрать с пола ковры и заменить их паркетом. И все это без ведома Джейн. В свой следующий набег она опустошила нашу кладовку от всех углеводов, а спустя какое-то время распорядилась заново обить стулья в гостиной.

Некоторые люди обладают весьма смутным представлением о личном пространстве. Для миссис Смит в этом плане границ не существовало вовсе. Вдобавок ко всему она отчаянно пыталась выдать Джейн замуж. А когда выяснилось, что я тоже осталась одна, ее заботы распространились и на меня. Она даже попросила у меня несколько фотографий для сайта знакомств. Миссис Смит уже поместила там анкету дочери втайне от нее. Джейн узнала об этом, лишь когда ее окликнул на улице незнакомый мужчина. «Смотри только, чтобы твои фото не выглядели однообразно, – заявила миссис Смит, в очередной раз врываясь без спроса ко мне в комнату. – Мужчинам нравятся разносторонние особы. И не забудь дать мне фото в бикини, они всегда пользуются особым успехом. Но не такое бикини, которое кричит о твоей доступности. Посыл должен быть следующим: «Я стильная, современная, уверенная в себе леди, но не надейтесь, что я прыгну к вам в постель на первом же свидании, хоть я и рассчитываю, что вы заплатите за ужин!»

А я и не знала, что бикини умеют разговаривать!

Неудивительно, что через пару месяцев я начала подыскивать собственное местечко, а заодно и работу. Все это время я только и делала, что валяла дурака. Пора было браться за ум. Мне казалось, что, как только я заживу одна, ситуация непременно изменится к лучшему. Но этого не произошло.

Жизнь моя продолжала катиться по наклонной, причем по очень даже крутому спуску. На таком легко оступиться или подвернуть ногу. Особенно если ты носишь туфельки на каблуках.

Но я уже не носила модных туфель и не отиралась больше в мире моды. Соня оказалась права: доступ в этот гламурный мирок был заказан мне раз и навсегда. Никто не желал брать на работу убийцу бесценных туфелек… и потенциальную убийцу мужчин. Да-да, именно такую славу я обрела после инцидента с Треввом. Сплетники постарались на славу. Злые языки не просто перемололи факты, но и слепили из них нечто умопомрачительное.

Никого не интересовало, что против меня даже не выдвинули обвинений. К чему портить такую занимательную историю в угоду каким-то фактам?

До меня дошло сразу несколько версий. По одной из них, я пережила нервный срыв, и голоса приказали мне взяться за нож. По другой – я решила пойти по стопам Лорены Боббит.

Если кто не в курсе, Лорена отрезала у своего муженька член, после чего бросила его где-то в поле. Выброшенный пенис удалось-таки найти и пришить на место, что обеспечило ее бывшему краткосрочную карьеру порнозвезды.

Чистая правда!

Не сомневаюсь, впрочем, что когда-нибудь обо мне забудут. Особенно если очередная модель признается публично в наличии булимии или расскажет о проблемах с выпивкой. Или, что хуже, выйдет на подиум с целлюлитом.

Словом, я сделала выбор в пользу более умиротворенного занятия (только его мне и удалось найти). Я устроилась на работу в фирму «Патель и сыновья» – небольшой семейный бизнес по пошиву одежды. Здесь занимались всем от укорачивания брюк до создания красочных сари, которые надевались на свадьбу или по другим праздникам. Это был крохотный магазинчик на территории такого прозаического центра, как «Ориентал-Плаза», расположенного в малопрестижном районе Йоханнесбурга. По одну сторону от нас располагалась лавочка, где торговали пластмассовыми безделушками, по другую – магазин специй. Пахло здесь так, что у меня голова порой раскалывалась. Но жизнь в этом месте била ключом. Иногда мне даже казалось, что я нахожусь на съемочной площадке Болливуда. Только и жди, что кто-нибудь запоет или примется яростно жестикулировать.

Но бывали дни, когда единственным моим развлечением оставались собственные фантазии. Я живо представляла себе, как пришпиливаю к стене причинное место Тревва. Но затем сам собой возникал вопрос: а не понравится ли ему это?

Укол иглой. Шлепок мешалкой. Что там еще числилось в списке его интересов? Одному богу известно, чем они с Тесс занимаются за закрытыми дверями.

И все же лучшим в моей работе были сами Патели. Они стали для меня чем-то вроде семьи, особенно бабушка Падма. Ей не раз случалось угощать меня карри и прочими домашними блюдами (я так и не решилась сказать ей, что от индийской пищи у меня изжога).

Платили мне, впрочем, не особо, еле-еле хватало на жизнь. Мне удалось подыскать маленький домик в студенческом пригороде. Просто удивительно, что случается с нашими предпочтениями, когда мы оказываемся в нужде. Мне было уже не до престижного жилья в престижном же районе, и чем беднее я становилась, тем меньше волновали меня подобные вещи.

Хозяева домика были типичными обитателями пригорода, большую часть которого составляли хиппи и студенты. Гюнтер торговал биотопливом, которое он изготавливал из остатков растительного масла (их он собирал по ресторанам). Хелена организовала небольшой интернет-магазин, где выставляла на продажу всякий экологически безопасный товар, вроде бамбуковых зубных щеток.

Я жила там, чувствуя, что оказалась в параллельной реальности, где нельзя было оставить и грамма мусора. Как-то раз хозяева обнаружили выброшенную мной банку из-под колы. Я думала, их хватит удар. Мне немедля рассказали, как можно утилизировать банку повторно, а заодно вручили книжку с названием «Кровавые слезы: Мать-Природа умирает медленной и мучительной смертью».

Моя личная жизнь и вовсе сошла на нет. Подружки постоянно старались вытащить меня из дома, и поначалу я даже не сопротивлялась. Однажды мне устроили встречу с симпатичным парнем, но я умудрилась все испортить. Расчувствовавшись, я вывалила на него все свои горести, сопровождая это слезливыми причитаниями. Он и глазом не повел, но…

«Я тебе позвоню».

Увы, он так и не позвонил. А я еще больше прониклась уверенностью в том, что мне стоит держаться подальше от любого общества. Все свободное время я проводила теперь в Фейсбуке, выслеживая Тревва и Тесс.

Фактически мы жили единой жизнью, только эти двое ни о чем не догадывались. Я даже последовала за ними – виртуально! – в романтическое путешествие в Париж (к слову о мазохистах).

Что же это такое? Зависимость, да и только. Когда ненавидишь что-то и в то же время тебя неудержимо тянет к этому. Просто ничего другого ты не знаешь, это единственное. Или, как тебе кажется, единственное, чего ты заслуживаешь.

Но в один прекрасный вечер, когда я в очередной раз ответила «нет» на предложение подружек поразвлечься, они сами нагрянули ко мне домой и заставили порвать мою виртуальную связь.

Я бросила последний взгляд на фото Тревва и Тесс и обреченно нажала на «блокировать». Пока я оплакивала прошлое, Джейн держала меня за руку. Вэл открыла бутылку с вином (честно говоря, ей оно было даже нужнее, чем мне). Лили принесла закуску, а Тучка спрятала у моего порога кристалл, обязанный охранять меня от негативных энергий.

И снова потянулись унылые дни. Я часами просиживала перед телевизором или читала книги по саморазвитию. Но уже через месяц, пресытившись советами насчет благодарности, ведения дневника и создания цели, я поняла, что мне действительно стоит заняться чем-то еще. Чем? Этого я не знала. Я вообще перестала понимать, кто я и что со мной происходит. И мне ужасно не нравилась эта новая Энн.

Идея пришла ко мне спонтанно. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Когда я вылезала из машины, моя сумочка зацепилась за дверь. Раздался треск, и все ее содержимое высыпалось на асфальт.

«Черт!»

Помада закатилась под машину, и мне пришлось лечь на землю, чтобы выцарапать ее оттуда. Часть вещичек упала прямо на дорогу и с хрустом погибла под колесами проезжавшей машины.

Мало того что я распереживалась, так еще и испачкалась. А поскольку с деньгами у меня было туговато, я решила не покупать новую сумку, а зашить ремешок старой. Перерыв все коробки, которые я так и не удосужилась распаковать, я обнаружила, что забыла швейную машинку у Тревва.

Что ж, против судьбы не пойдешь. Вот и настал момент, когда мне придется столкнуться с ним лицом к лицу. Мне потребовалось минут десять, чтобы написать ему сообщение. Я читала и перечитывала его столько раз, что слова утратили всякий смысл, превратившись в набор пустых букв.

Прежде чем отправить сообщение, я решила проконсультироваться с Грозовой Тучкой. В конце концов, она актриса и умеет читать между строк.

Тучка подтвердила нейтральный тон послания, но предостерегла: «Не дай врагу увидеть свою слабость. Псы всегда чуют страх».

Все верно. Я должна оставаться собранной и невозмутимой. Не дай бог, Тревв поймет, в какое месиво превратилась моя жизнь.

Спустя еще десять минут я все-таки отправила текст.

«Привет. Это Энн. Я оставила у тебя швейную машинку. Можно мне приехать и забрать ее?»

Ответ пришел практически сразу, чему я, признаться, ни капельки не удивилась. Тревв всегда был неразлучен со своим телефоном. По крайней мере, последние несколько месяцев нашего…

И меня наконец-то озарило. Слепая дура, вот я кто! Только сейчас я догадалась о всех этих приглушенных, интимных перешептываниях у меня за спиной.

Я едва не задохнулась от подступивших к горлу эмоций. Здесь было все: и злость на собственную непроходимую глупость, и обида из-за того, что меня так долго обманывали.

Но делать нечего. Я собралась и поехала за машинкой.

До чего же странно было вновь оказаться в этом доме! Все следы моего пребывания там оказались стерты, словно кто-то поработал огромным ластиком. Зато Тесс присутствовала повсюду.

Дорогое пальто у дверей. На столике в коридоре – ваза со свежими лилиями. На полу – туфли на шпильке.

Я шагнула через порог.

– Если не возражаешь… – Тревв бросил взгляд на мои ноги. – Мы теперь разуваемся прямо у двери.

– Ах да… хорошо.

Признаться, новое правило застало меня врасплох, но я покорно сняла свои лодочки и пристроила их рядом с туфельками Тесс.

– Так оно лучше, если верить фэншуй, – пробормотал Тревв.

Фэншуй? С каких это пор он проникся восточной философией?

Я прекрасно знала Тревва. Если его что и интересовало, то только деньги и положение в обществе.

– А Тесс… она…

– Тесс нет. Ушла на пилогу, – сверкнул улыбкой Тревв. – Нечто среднее между пилатесом и йогой. Облагораживает организм.

– М-м-м-м, – пробормотала я, шагая вслед за Треввом.

В мое отсутствие пустую комнату превратили в спортивный зал. При виде беговой дорожки я смущенно втянула живот. Сама я не занималась спортом вот уже несколько месяцев. Моя машинка стояла в углу, аккуратно запакованная. Я наклонилась, чтобы взять ее, но Тревв меня опередил.

– Позволь мне, – участливо произнес он так, словно вынос моей совсем не тяжелой машинки мог облегчить его совесть.

Я уже собралась идти за ним к двери, но Тревв продолжал пристально разглядывать меня.

– Ну, Энн, как поживаешь?

Его вопрос мгновенно выбил меня из колеи. Последнее, чего мне хотелось – вести задушевные беседы с Треввом. Но… не дай врагу увидеть свою слабость!

– Чудесно! – энергично закивала я. Чересчур энергично.

– Рад слышать, – прозвучало это вполне искренне, но я-то Тревва знаю. Его интерес не имел ничего общего с заботой обо мне, а объяснялся одним только нездоровым любопытством. Этим же вечером он будет рассказывать Тесс о том, как жалко я выглядела, несмотря на все свои потуги.

Не дай врагу увидеть свою слабость!

– Где ты теперь живешь? – продолжал допытываться Тревв.

– Первое время я жила у Джейн, а потом нашла себе чудесный домик в пригороде.

– Как мило, – произнес он с еле уловимой усмешкой, отчего мне захотелось влепить ему пощечину.

– Да, милое местечко, – с надменным видом кивнула я.

– Встречаешься с кем-нибудь?

Стоило мне услышать этот вопрос, и от моего напускного безразличия не осталось и следа. Я точно знала, что именно хочет услышать от меня Тревв.

Нет, я живу одна-одинешенька и ужасно страдаю без него. Я часто грущу, и жизнь моя утратила всякий смысл (что, увы, было сущей правдой).

Я снова кивнула.

– Да, встречаюсь.

Боже, что я такое несу?

Во взгляде его промелькнуло удивление, но он сразу же заулыбался.

– Вот и замечательно.

– Да, – закивала я. – Он очень классный, и нам хорошо вместе.

– Мы знакомы? – теперь Тревв спрашивал с искренним интересом.

Наверняка он надеется, что мой избранник – законченный неудачник, который и в подметки ему не годится.

– Нет. – Выпалив это, я заторопилась с объяснениями. – Он… не из нашего города.

– В самом деле? А откуда?

Я впала в ступор. Подошел бы любой город, кроме Йоханнесбурга, но названия, как назло, напрочь вылетели у меня из головы. В отчаянии я окинула взглядом комнату, и на глаза мне попалась надпись на беговой дорожке.

– Он из Австралии, – брякнула я, не успев даже подумать.

– Из Австралии?

Черт!

– Из Сиднея, – энергично закивала я.

– Надо же, какая экзотика! – с иронией заметил Тревв. – И как его зовут?

– Зовут?

– Ну да. Как зовут твоего парня?

И снова мой разум впал в оцепенение. Я лихорадочно огляделась в поисках подсказки. А вот и сумка с броской надписью!

– Бой… ден. Его зовут Бойден.

Тревв недоверчиво кивнул. Оно и понятно. Существует ли вообще такое имя?

– Бойден из Австралии? – уточнил он.

– Верно. Кстати говоря, – я поднесла к глазам руку с часами, – только взгляни на время! Еще немного, и я опоздаю на свидание с Бойденом. А ты же знаешь, что говорят про австралийцев?

Что говорят про австралийцев? Почему я брякнула это? Боже, почему я несу эту чушь?

– Минута в минуту! – торжествующе выпалила я. – Никогда не опаздывают. Пунктуальнейшие из людей.

Фантазия моя была на исходе. Схватив швейную машинку, я устремилась к двери.

– Энн, – окликнул меня Тревв.

– Что? – замерла я.

– Не стоит придумывать себе парней и свидания. Я вполне пойму, если…

– Бойден – не выдумка! – Я развернулась так резко, что едва не выронила машинку из рук. – Он самый что ни на есть настоящий!

– Прости, не хотел тебя обидеть.

Мне вдруг захотелось стереть с его лица эту самодовольную ухмылку.

– И знаешь что, – лихорадочно продолжила я, – Бойден – потрясающий парень. Он любит детей и животных. И он куда лучше тебя в постели!

Выпалив это, я сразу пожалела о сказанном. Ну и дурочкой же я себя выставила! Пора было спасаться бегством. Я бросилась к машине и плюхнулась на сиденье. Куда угодно, только подальше от этого дома!

Проехав с квартал, я притормозила у обочины.

«Бойден из Австралии». Я спрятала лицо в ладонях. Мне было так стыдно, что хотелось забраться в какую-нибудь щель и замереть там. Представляю, как эти двое станут посмеиваться надо мной за своим малокалорийным, тщательно продуманным ужином.

«Бедняжка Энни. Надо же, придумать себе парня с другого конца света!»

Ощутив странное неудобство, я бросила взгляд на ноги и только теперь поняла, что сижу босая. Туфли остались у Тревва. Что ж, пусть забирает на память. Ни за какие деньги я не вернусь больше сюда.

Домой я приехала в расстроенных чувствах и едва ли не сразу схватилась за сумку, чтобы успокоиться за простым занятием. Я не могла привести в порядок свою жизнь, зато могла починить свою сумку. И я взялась за работу. Я не просто заштопала ремешок, а сделала из обычной сумки нечто красочное и блестящее. И меня вдруг осенило: вот чем можно заниматься по вечерам!

Это поможет мне занять голову и руки, да еще и отвлечет от неприятных мыслей.

В моих сумках не будет ничего, что могло бы претендовать на звание «модный». Ничего, что могло бы привлечь к ним внимание напыщенных снобов. Зато их оценят все, кому нравятся большие и цветастые сумищи.

Чем ярче и красочнее они получались, тем легче становилось у меня на душе. Пока я шила их, все время представляла, как брезгливо кривятся губки Сони. «Чудовищный кич» – так прозвучал бы ее вердикт. И с каждой новой ленточкой, с каждой блесткой, с каждой сверкающей пуговкой я бросала вызов ей и тому модному мирку, который она олицетворяла.

«Вот тебе, Соня!» Еще одна блестка.

«Убейся, стерва!» Наклеиваем перышко для ровного счета.

Неудивительно, что я нашла утешение в сумках. Когда-то именно они стали для меня ключом в мир моды. Мне было всего десять, когда произошло событие, перевернувшее всю мою жизнь. Я проходила мимо магазина и увидела в витрине ее… сумочку «Луи Виттон».

Большая, роскошная, немыслимо изящная, она пленяла с первого взгляда.

Но не так-то просто убедить родителей в том, что Санта должен принести тебе в подарок настоящую французскую сумочку. Получив вместо нее очередную Барби, я поклялась, что в один прекрасный день шедевр от Луи будет моим.

Так оно и вышло. Но теперь мне пришлось отправить свою любимицу на eBay. Я и так задолжала за квартиру, а жить в сумочке, при всем своем желании, я не могла.

В общем, я заключила себя в темницу из собственных переживаний, где время тянулось невыносимо медленно. И я чуть не разрыдалась от радости, когда Лили предложила всем нам отправиться на Маврикий.

– Почему бы не отдохнуть в тропиках? Будем жариться на солнце, смаковать коктейли и дрыхнуть до обеда.

– Во сколько же это нам обойдется? – вздохнула я.

– Не переживай, я все оплачу, – подмигнула она. – Ну, ты понимаешь. Когда я говорю «я», то имею в виду Дэмиена.

Ее возлюбленный – очень обеспеченный парень. При этом он носит кроссовки, которые стоило бы выкинуть еще лет десять назад, водит ничем не примечательную машину и преподает физику в местном колледже. Но когда дело касается его близких и друзей, Дэмиен тратит деньги направо и налево.

– Даже не вздумай отказываться, – добавила Лили. – Ты же знаешь Дэмиена. Ему это только в радость.

– Идет! – выпалила я без долгих раздумий.

– Надо позвонить остальным и выяснить, кто еще готов лететь с нами. – Лили до того загорелась своей идеей, что не могла усидеть на месте. – Повеселимся от души. Напьемся и будем отплясывать на местной дискотеке. Может даже, устроим тебе небольшую свиданку.

– Свиданку? – поморщилась я.

– Ну да. Надо же тебе попрактиковаться. Найдем тебе парня побезобиднее, чтобы ты смогла наконец прийти в себя.

Попрактиковаться? Вот только этого мне и не хватало.

Глава третья

Первый телефонный звонок раздался в 5.23 утра. Второй – в 6.27.

Мне снился чудесный тропический остров, на который мы собирались лететь через несколько часов, как вдруг… Несколько месяцев назад я поставила в качестве звонка одну из песен группы Linkin Park, мне это казалось неплохой идеей. Но когда мне в уши ударило свирепое «СОЖ-Ж-Ж-ГИ-И ДОТЛА-А-А-А!», я схватила телефон, с трудом соображая, что происходит.

– Алло!

– Привет, – простонала в трубку Лили. – У меня такое чувство, что я вот-вот умру…

– Что с тобой?

– Похоже, я отравилась.

– Чем? – Я быстро села.

– Помнишь, Тучка приглашала нас вчера в гости?

– Ясное дело.

Сама я вежливо отклонила ее приглашение.

– Она снова готовила.

– Только не говори… – охнула я. – Ты же не стала это есть.

– Я не смогла отказаться. Думаю, это была та странная желтовато-коричневая размазня…

Мне оставалось только качать головой. Есть Тучкину стряпню смертельно опасно. Экспериментальный веганизм, как она это называет.

– Я сейчас в отделении «скорой помощи». Доктор говорит, через пару дней все будет в порядке, но пока что мне стоит забыть о любых перелета-а-а-х, – снова простонала Лили.

– Что?! Ты не едешь?

– Еду. Но мне придется перенести свой рейс на пару деньков. В таком состоянии мне даже не забраться в самолет.

– Поверить не могу, – разочарованно выдохнула я, мысленно обругав себя эгоисткой. – Прости. Забудь о том, что я сказала. Главное, выздоравливай побыстрее. Мы с Джейн пока продержимся вдвоем.

– Повеселитесь там вовсю… о боже, кажется меня сейчас стошн-и-и-и-т…

Она отключилась.

Не успела я осмыслить случившееся, как позвонила Джейн. Та же история. Съела что-то ужасное, лежит в обнимку с тазиком… Я представила себе, как разгуливаю в полном одиночестве среди счастливых туристов и не менее счастливых молодоженов, которые будут пялиться на меня, как на какую-то диковинку. К тому же кто намажет мне кремом спинку?

На двух других моих подружек и вовсе не было надежды. Грозовая Тучка и Вэл с ходу отклонили предложение Лили. У каждой были на это свои, весьма смехотворные причины.

Тучка считала самолет едва ли не изобретением дьявола, ведь людям от природы не дано летать. Ну а Вэл не желала уезжать из города, поскольку Марк – сосед, по которому она сохла уже не первый год, – пригласил ее на семейное торжество. Втайне Вэл надеялась, что этот толстокожий тип наконец-то поймет, что всегда любил только ее, и все ее неприятности останутся в прошлом. Лично я сомневалась в подобном исходе. История безответной любви Вэл давно превратилась в некое подобие сериала с бесконечными повторами и избитыми сценами.

Мне очень хотелось побывать на острове, но мысль о том, что отдыхать придется в одиночку, приводила меня в ужас. Я уже подумывала, не сдать ли и мне билеты, как взгляд мой упал в окно. Открывшееся зрелище быстро привело меня в чувство.

Не знаю, упоминала ли я о том, что Гюнтер, хозяин моей квартиры, охотно демонстрирует свое тело. Может, все дело в его немецких привычках. А может, в том, что раньше он был нудистом.

Как бы то ни было, шестидесятилетнему мужчине не следует чистить бассейн полуголым, выставляя напоказ все, что только можно. Я уже не говорю о том, что Гюнтер от природы очень волосат, и речь идет не только о груди. Порой мне кажется, что он прячет в своих плавках средних размеров пуделя.

– Привет, Энни! – помахал он мне рукой.

– Привет, Гюнтер! – вежливо улыбнулась я.

Нет уж, я все-таки лечу на Маврикий! Как-никак, сейчас лето. Бассейн требует регулярной чистки, что требует от Гюнтера регулярных же физических усилий.

Увидев, как он наклоняется, чтобы прочистить фильтр, я схватила билет и рванула из дома.

* * *

Перелет до Маврикия занял три часа. Все это время я развлекала себя мечтами о том, какая волшебная неделя ожидает меня впереди. Мечтами, изгладившими из моей памяти кошмар красных плавок Гюнтера.

Бирюзовая вода. Еще немного, и я услышу ласковый шепот волн.

Тропическое солнце. Еще немного, и я почувствую на себе его волшебное тепло.

Белые песчаные пляжи.

Шелест пальмовых листьев, качающихся в такт ветерку.

Коктейли, «Маргариты», «Мохито», секс на пляже как результат всех этих возлияний… Ну, у меня-то секса точно не будет. Ни на пляже, ни в других местах. Для начала нужно как следует попрактиковаться и только потом прыгать в постель. Моя уверенность в своих сексуальных талантах упала в последнее время до нуля. Когда я пожаловалась на это подружкам, Тучка огорошила меня предложением.

– Хочешь набраться опыта в сексе? Займись просмотром порно, – с энтузиазмом заявила она.

Увидев мой ошарашенный взгляд, она поспешно добавила:

– Только подумай: всем этим людям платят за то, что они занимаются сексом. Платят! Вот что значит настоящие профессионалы! Если кто и знает, как нужно кувыркаться в постели, так это они.

Поначалу я отмахнулась от ее предложения. Но пару недель спустя случайно включила одно из тех реалити-шоу, где жена нанимает детектива, чтобы вывести своего неверного муженька на чистую воду. Пойманный с поличным, он даже не стал оправдываться, а заявил, что отправился «на сторону» только потому, что их сексуальная жизнь давно превратилась в рутину.

Может, Тучка и в самом деле права? Да и что мне терять? Открыв интернет, я нашла адрес ближайшего магазина для взрослых. Сначала-то я хотела посмотреть порно онлайн, но Тучка заявила, что нам нужен реальный опыт, а не виртуальный. Признаться, сама идея отправиться в секс-шоп казалась мне слегка пугающей. Я уже не говорю о том, что располагались такие магазины в самых оживленных районах города, где всегда можно было встретить знакомых. А этого я себе позволить не могла, меня и без того считали особой, которая только и делала, что кромсала член за членом.

Я даже решила замаскироваться. Но поэкспериментировав с длинным плащом, кепкой и темными очками, поняла, что выгляжу как полоумная стриптизерша, которой самое место в тюрьме.

В скором времени слухи о нашей секс-экспедиции дошли до моих подружек, и уже в субботу утром мы с Тучкой, Джейн, Вэл и Лили сидели в машине напротив секс-шопа.

– Поверить не могу, что мы ввязались в эту авантюру, – вздохнула Джейн.

Кому-кому, а ей это требовалось даже больше, чем мне. Секса у нее не было давным-давно, с тех пор как ее возлюбленный оказался на поверку женатым лгуном.

– Но это же так интересно! – воскликнула Лили.

Лили, известная в прошлом недотрога, после встречи с Дэмиеном с головой окунулась в радости секса.

Тучка и вовсе устроила целое представление. Парик, мешковатая одежда и чудовищный акцент – смесь австралийского и трансильванского. Не то чтобы она стеснялась, просто ей хотелось поразмять свои «актерские мышцы». Вэл выглядела так, словно еще чуть-чуть – и она расплачется. Ходили слухи, что объект ее воздыханий нашел себе подружку.

Будто завороженные, глазели мы на огромную вывеску: ФЕЕРИЯ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ. Ни малейшей попытки стушеваться. Напротив, магазин буквально кричал о себе. В витрине сияла огромная, ярко-красная буква «Х», разглядеть которую можно было даже из соседней галактики.

Интерьер магазина тоже не отличался скромностью. С первого взгляда у меня возникло чувство, будто я провалилась в кроличью нору и оказалась в Стране чудес для взрослых мальчиков и девочек. Половину зала занимали игрушки и прочие аксессуары, другая половина была отдана под фильмы. Прямо сейчас нас окружала целая армия… как бы это помягче выразиться? Игрушек для женского удовольствия.

– Только взгляните на эти гигантские члены, – протрубила на весь зал Тучка (она могла и не стараться – мы и без того смотрели на них во все глаза). Некоторые выглядели почти нормально, зато другие казались чем-то вроде театрального реквизита. Мое внимание привлекла огромная штуковина желтоватого цвета. Только я ткнула в ее сторону пальцем, как вдруг…

– Прекрасный выбор!

От неожиданности мы даже подскочили. Джейн шатнуло так, что она ударилась спиной о ближнюю полку.

Бу-у-у-м!

Полка дрогнула.

Потом качнулась.

А потом рухнула со всем своим содержимым.

И вот уже пол вокруг нас просто засыпан секс-игрушками. Какой-то фиолетовый вибратор, ожив от удара, затрясся и пополз, как огромный червяк.

Мы бросились подбирать дребезжащие, порыкивающие батарейками устройства. Подняв на мгновение голову, я убедилась, что странный голос принадлежал не менее странному на вид парню в футболке и армейских ботинках.

– Не стоит беспокоиться. – Наклонившись, он поднял штуковину, похожую на плод любви какого-то елочного украшения и средних размеров шланга.

– Ради бога, простите, – бросилась извиняться Джейн. – Просто вы нас напугали, и…

– Не беспокойтесь, – повторил он. – Такое часто случается.

– Что именно? – встряла в разговор Тучка. – Что посетители роняют полку?

Она щелкала кнопками еще одной штуковины, пытаясь отключить орущую музыку.

– Нет, – меланхолично заметил юноша. – Я часто пугаю людей.

Я посмотрела на него внимательнее. В самом тоне его голоса, не говоря уже о глядящих поверх наших голов глазах, и правда таилось нечто отпугивающее.

Через пару минут взбунтовавшиеся игрушки вернулись на свои места.

– Ну что, дамы, могу я вам чем-нибудь помочь? – спросил парень.

– Да, нам нужен какой-нибудь фильм, – закивала Лили.

– Что ж, у нас найдется порно на любой вкус. Что вы предпочитаете?

– Ну… – Мы нерешительно переглянулись.

– Женщина с женщиной, парень с парнем, садо-мазо, жесткое порно, помягче, бисексуальное, трисексуальное, латекс?

– Нам бы что-нибудь обычное, – промямлила я.

– Ага, – кивнул он понимающе. – Стало быть, ваниль. Идемте со мной!

Он направился в угол, где высились полки с DVD.

– Здесь мы держим что помягче. Если хотите, могу вам кое-что посоветовать.

– Спасибо, сами разберемся.

Ничуть не обидевшись, он кивнул нам и вернулся к себе за стойку.

Мы принялись читать названия: «Властелин Конца», «Терми-няшка», «11 дюймов Оушена»…

Не сговариваясь, мы взяли «11 дюймов» и засеменили к прилавку. Я протянула парню диск.

– Десять долларов. Думаю, дамы, вам понравится, – подмигнул мне он.

Вежливо поулыбавшись, мы заплатили, сунули диск в сумочку и гуськом выбрались на улицу.

Дома, удобно расположившись на диване, мы взялись за просмотр этого шедевра.

Ну что я могу сказать? «11 дюймов Оушена» не познакомили нас с хитросплетениями секса.

Если они с чем нас и познакомили…

– Только взгляните… – у меня едва глаза не вылезли из орбит.

– Не может быть, не может быть! – Вэл подалась вперед, изучая картинку на экране.

Лили, Тучка и Джейн вплотную подсели к телевизору.

– Да у него… – ошеломленно прошептала я.

– Не может быть, не может быть, – в тон мне откликнулась Тучка.

– Нажмите на паузу, – сказала Джейн. – Где тут сантиметр? Нам надо его измерить.

– Все точно! – воскликнула Лили.

Мы в немом изумлении изучали кадр, заполнивший весь экран.

– Да он у него почти до колена! – взвизгнула Вэл.

– Прямо как хобот у слона, – с уважением в голосе прошептала Тучка.

– Не может быть, не может быть! – дружно пропел наш хор.

– Скорее всего, накладной, – выговорила наконец Джейн.

– Пожалуй, – протянула я. – Сейчас чего только не делают.

– Так-то оно так. – Тучка снова включила фильм. – Но если он не настоящий, то как он умудряется проделывать им такое?

Глава четвертая

Маврикий прекрасен! Чарующее место. И всюду, сколько хватает взора, тянутся изумрудные поля сахарного тростника. Эту зелень немного разбавляет зазубренная цепь гор, поднимающихся прямо из земли.

Среди полей мелькают крохотные городки, в которых старина мирно соседствует с современностью. Традиционные рынки, где торгуют кокосами и ананасами, располагаются рядом с «Макдоналдсом», а старинные здания оттеняют колорит новостроек.

Что уж говорить про океан. Его бирюзовая глубина манит сильнее, чем распродажа в любимом магазине. Вода здесь до того прозрачна, что плывущая вдоль берега лодочка смотрится так, словно парит в воздухе.

Фантастическое место. Волшебное в своем совершенстве. Впервые за долгое время я ощутила душевный покой. Наконец-то я смогу отдохнуть в свое удовольствие.

Сам отель выглядел настоящей жемчужиной тропической красоты.

С замиранием сердца смотрела я на огромный, словно купол храма, потолок холла. Пол покрывал толстенный слой белого пляжного песка, в котором росли настоящие пальмы.

Небольшой ров с водой отделял парадный вход от остальной части отеля. Переправившись на другой берег по маленькому мостику, я оказалась в тропическом саду.

Сквозь пышную растительность тянулось множество дорожек. Повсюду были расставлены указатели с надписями: БАССЕЙН, СПА-САЛОН, МАГАЗИН, ТЕННИСНЫЙ КОРТ (ага, как же!). Розовые цветы казались еще роскошнее на фоне пышной зелени. Вдоль дорожек росли пальмы, усыпанные кокосовыми орехами.

Вслед за менеджером отеля я подошла к своему номеру – небольшому бунгало, стоявшему особняком на Жасминовой аллее. Неподалеку виднелись еще два домика, зарезервированные, должно быть, для Лили и Джейн. Но самым замечательным казалось то, что все бунгало стояли на берегу океана. Пока служащий возился с замком, я успела немного осмотреться.

Безмятежно-спокойный океан, тихий, как вода в ванне. Шезлонги, на которых так и тянет растянуться, примостились под зонтами из пальмовых листьев. Отдыхающие загорают на солнце, словно большие, ленивые ящерицы. Кое-кто плещется у самого берега. Не отдых, а сказка.

На улице властвовала жара. Достав из холодильника ледяную колу, я удобно устроилась в гамаке, висевшем во дворике бунгало. Ветерок раскачивал пальмовые листья над моей головой, и мне казалось, что я словно плыву по воздуху, чудом став восхитительно легкой и невесомой.

Полный покой. Абсолютное блаженство.

Так я полеживала, потягивая свою колу и поглядывая на бирюзовую воду. И с каждым глотком, с каждым прикосновением ветерка я чувствовала себя все спокойнее и расслабленнее. Давно не ощущала я такого волшебного умиротворения.

Я уже подумывала о том, а не сменить ли мне колу на джин с тоником, как вдруг меня осенило.

Зачем любоваться пляжем, когда можно устроиться прямо на нем?

Я выпрыгнула из гамака и переоделась в купальник.

Крем от загара. Есть.

Очки. Есть.

Полотенце. На месте.

Шляпка и книга. Здесь.

Приподнятое настроение. Куда ж без него?

Засунув все в пляжную сумку собственного производства, я поспешила к воде и прошла уже полпути к шезлонгам, как вдруг…

Мне потребовалась пара секунд, чтобы понять, что я забыла дома свои шлепанцы. Горячий песок обжигал не хуже раскаленной сковороды. Взвизгнув, я бросилась к ближайшему шезлонгу и вскочила на него с ногами. Жжение в ступнях понемногу утихло, и я смогла наконец расслабиться.

Первым делом следовало защитить себя от немилосердного солнца. Я долго искала крем, который не смывался бы сразу в воде и не благоухал как смесь кокоса с бананом, и мне удалось-таки найти неплохой вариант. Крем оказался таким стойким, что без труда смог бы выдержать ядерную войну. Когда дым от взрывов рассеется, на планете не останется ничего, кроме тараканов, покрытых этим замечательным кремом.

Для меня он, признаться, стал настоящим спасением, поскольку моя бледная кожа не принимала загара. Она безжалостно обгорала, превращая меня в представителя племени краснокожих.

– Бонжур, мадам! – пропел у меня над ухом чей-то голосок. – Не желаете чего-нибудь выпить?

Говорил официант с сильным французским акцентом, добавлявшим его речи особое очарование.

Вот она, жизнь! Лежи себе на пляже, пока официанты крутятся вокруг с подносами. Изучив меню, я ткнула пальцем в картинку с кокосовой скорлупой, украшенной кусочками спелого ананаса.

– Вот это, пожалуйста!

– Сию минуту, мадам! – Он развернулся и исчез.

Не прошло и пяти минут, как официант снова возник у моего шезлонга. В руках у него был самый тропический из всех напитков, какие мне только доводилось пробовать. Мне пришлось пробираться через лес соломинок, раздвигая губами кусочки фруктов. Но когда я сделала наконец глоток…

Это было незабываемо.

Прохладный.

Крепкий.

Восхитительный на вкус.

Я поставила коктейль на маленький столик, прикрепленный к шезлонгу, открыла книжку, но не успела начать читать. Что-то привлекло мое внимание. Точнее, кто-то.

Слева от меня, тремя шезлонгами дальше, сидел мужчина. Он настолько выделялся среди толпы загоравших на пляже, что оставалось лишь удивляться, как я раньше его не заметила. Во-первых, вместо плавок на нем были шорты и рубашка. Во-вторых, он ничуть не походил на отдыхающего. Какое там!

Он сидел выпрямившись, словно за партой. На коленях у него примостился ноутбук, на столике рядом лежали iPad и телефон. Явный перебор с гаджетами, особенно для пляжа.

Но куда загадочнее казалось другое.

Руки незнакомца зависли над клавиатурой.

Не двигаясь. Не печатая.

Я наблюдала за ним минут пять, и за все это время он даже не шевельнулся. Просто сидел, уставившись в экран компьютера. Уж не заснул ли он, подумала я. А то и вовсе умер. И теперь, по какой-то странной прихоти судьбы, обречен пялиться в одну точку. Я решила рассмотреть его повнимательнее.

Неухоженный тип.

Волосы русые, с небольшой проседью. И дело не в возрасте. Просто один из тех парней, которые седеют с ранних лет, в духе Клуни. На вид ему тридцать с небольшим. На глазах темные очки (так, ничего примечательного). На лице двухнедельная щетина. Может, хипстер? Сидит себе в блаженном оцепенении и размышляет о том, какой фильтр поставить на новое фото в инстаграм?

В любом случае не мой типаж. Такой парень мог понравиться мне лет пять назад, до встречи с Треввом… Я вздохнула. Вряд ли мне повезет снова встретить такого красавчика, как Тревв. Конечно, это глупо и тщеславно, но до чего приятно, когда рядом с тобой настолько привлекательный парень!

Мой взгляд скользнул с лица незнакомца на его рубашку. Простенькая, с короткими рукавами, да еще какого-то странного оттенка. Присмотревшись повнимательнее, я поняла, что рубашка была когда-то белой, но однажды бедняжку постирали с цветным бельем, отчего она обрела нездоровый, зеленовато-бежевый оттенок.

А эти его шорты! Ни короткие, ни по колено. Не пойми что. И сшиты из плотной темной ткани. Ну кто носит такие на пляж? Я окинула парня оценивающим взглядом. Высокий. Не длинный, как жердина, но явно выше среднего. Широкие плечи, крепкое телосложение. Но не качок. Такое чувство, что спортзалы он обходит стороной. Ему это просто без надобности.

Творческая личность, судя по всему. Может, из рекламщиков? Уж я-то знаю этот типаж. Они всегда выглядят так, словно вот-вот набросятся на тебя с предложением продать что-нибудь «улучшенное», обязательно «с гарантией возврата денег».

Только я уверилась в том, что парень действительно умер, окоченев прямо на месте, как он встрепенулся и что-то забормотал.

Надо же, разговаривает сам с собой!

Бормотание все усиливалось и усиливалось, пока не превратилось в некое подобие беседы с жестикуляцией и взмахами рук. Складывалось впечатление, что два человека оживленно обсуждают что-то.

Выглядело это на редкость комично. Может, он из тех чокнутых парней, которые проповедуют в пустоту, стоя где-нибудь на обочине дороги? А может, передо мной еще один сторонник теории «инопланетного вторжения»?

Щелчок прозвучал настолько резко, что я едва не подпрыгнула на своем шезлонге. Парень захлопнул крышку ноутбука и взглянул мне прямо в глаза, словно ощутил мой любопытный взгляд. Сгорая от смущения, я поскорее уткнулась в книжку. Не хватало еще, чтобы он принял меня за какую-нибудь озабоченную дамочку!

Глава пятая

Внезапно меня окутала полная тишина – ни пронзительных детских воплей, ни плеска волн. Видимо, я задремала, как вдруг…

– Эй! – Кто-то энергично потряс меня за руку. – Лучше тебе перебраться в тенек! По-моему, ты залежалась на солнце.

От неожиданности я вздрогнула. Голос прозвучал совсем рядом – приятный, с американским акцентом. Я открыла глаза и встретилась взглядом… с Брэдли Купером.

Я сплю и вижу сон.

– Я решил разбудить тебя, а то совсем сгоришь, – заявил синеглазый Купер с сексуальной хрипотцой в голосе.

Забавно. Если скрытый смысл есть у всех снов, то что должен означать мой? А если верить доктору Фрейду, каждый персонаж нашего сна олицетворяет один из аспектов нашей же личности. И что может отражать во мне Брэдли Купер, стоящий на тропическом пляже?

Теперь он смотрел на меня с некоторой задумчивостью.

– Э-э… с тобой все в порядке? Ты, случаем, не перегрелась?

Меня охватило странное чувство. Происходящее все меньше и меньше походило на сон. Солнце било мне прямо в глаза, и я прищурилась, стараясь лучше разглядеть говорившего. Бородка, русые с седыми нитями волосы…

Парень-с-Ноутбуком.

– Тебе лучше перебраться в тень, – повторил он.

На лице у меня, должно быть, по-прежнему читалось замешательство, потому что теперь он смотрел на меня озабоченно, как на особу, которая перепутала замшу с вельветом.

Парень снова заговорил. На этот раз медленно и отчетливо:

– Солнце… жжет… долго слишком… лежишь тут.

Почему он говорит, как Йода[2]?

Я оглянулась. Все как прежде, только солнце успело перебраться дальше к закату. Неожиданно я почувствовала, что тело у меня колет сотнями крохотных иголочек.

– Долго я так пролежала?

– Порядком, – ответил он.

Я попыталась пошевелиться, но поморщилась от непонятного дискомфорта, переходящего в боль.

– Ох!

Посмотрев на свои конечности, я обнаружила, что цветом напоминаю вареного лобстера.

– Черт!

– И я о том же. Ты просто зажарилась.

– Я и не заметила, как заснула.

Парень ткнул пальцем в пустой стакан из-под коктейля.

– Он всему виной. На мой взгляд, здесь слишком много рома.

Я кивнула и снова поморщилась, ощутив, что голова будто налита свинцом. Пока я меланхолично собирала свои вещички и забрасывала их в сумку, парень стоял рядом, отбрасывая на меня такую необходимую сейчас тень. Наконец, я опустила ноги на песок и…

– Черт! Жжется!

Я быстро прыгнула обратно на шезлонг. Такое чувство, словно я ступила на раскаленную сковородку.

– У тебя что, нет обуви?

– Забыла принести, – покачала я головой.

– Пожалуй, я мог бы перекинуть тебя через плечо, – заметил он на полном серьезе.

– Что? – Я взглянула ему в лицо, выискивая признаки насмешки. Ничего подобного. Подождала еще пару секунд, пока он не брякнет традиционное «шутка!» Но и этого не произошло.

– Ты что, серьезно?

– А у тебя есть выбор?

– Нет! Я не хочу, чтобы меня перетаскивали, как куль с мукой. Уж очень это… странно.

– Как хочешь. – Пожав плечами, он повернулся и зашагал прочь. – Удачи! – кинул он мне напоследок.

Удачи? Это что, такая форма сарказма? Удачи обычно желают тем, кто идет на экзамен или собеседование. Но уж никак не тому, кто вот-вот спалит себе ноги на горячем песке.

Кажется, я суну сейчас руку в блендер… Удачи!

Кажется, я рухну сейчас со скалы… Удачи!

Кажется, я получу сейчас нехилый ожог… Удачи!

Все. Плевать, что у него глаза Брэда Купера и лицо Яна Сомерхолдера. На самом деле это очередной козел с бородкой и в нелепых шортах. Я так разозлилась, что всю мою вялость как рукой сняло. До номера было совсем недалеко, но песок сюда, похоже, завезли прямо с Меркурия. Надо бы собраться с духом и совершить бросок…

И я рванула.

Это было все равно как… Представьте, что вы пришли в спортзал и пообещали себе продержаться на тренажере ровно двадцать минут. Приступаете вы с энтузиазмом, но ближе к концу от вашей решимости не остается и следа. А уж на последней минуте вы просто валитесь с ног. Примерно то же происходило сейчас со мной. С каждым шагом мне становилось хуже и хуже, а на последних секундах просто хотелось взвыть.

Ворвавшись в номер, я устремилась в ванну и открыла холодную воду. И сразу почувствовала себя лучше. На меня накатила волна облегчения… Которая исчезла в тот самый момент, когда я взглянула в зеркало.

Красный – не мой цвет. Я стараюсь избегать его во всех видах и формах, будь то губная помада, платья или аксессуары. Я даже встаю подальше от людей, одетых в красное. Этот цвет никак не сочетается с моими рыжими волосами и веснушками. И когда я увидела, что покраснела от ожога с головы до пят… В общем, это не прибавило мне хорошего настроения.

Но хуже всего были белые круги вокруг глаз – следы от солнцезащитных очков.

Да уж, видок у меня тот еще. Оставалось лишь записаться в цирковое шоу с бородатой женщиной и человеком-драконом: там бы меня приняли с распростертыми объятиями. Я прищелкнула языком, поражаясь собственной глупости, и поняла, что губы тоже пострадали. Значит, о курортных романах можно забыть…

К счастью, я прихватила с собой увлажняющий крем. Я стала щедро намазывать его на места ожогов, но кожа была такой сухой и воспаленной, что впитывала его как губка. Потребовалось наложить слоев десять, чтобы жжение наконец утихло, и я вернулась мыслями к Парню-с-Ноутбуком.

Честно говоря, в голове у меня крутилась только одна мысль: ну почему мужчины такие козлы? Похоже, я окончательно утратила доверие к сильной половине человечества. Лживые, мерзкие твари. Не люди, а свиньи в человеческом облике. Отныне я подозревала их во всех смертных грехах, и не без оснований.

Если парень пропускал меня вперед, любезно придерживая дверь, то делал он это лишь ради того, чтобы попялиться на мою задницу.

Если говорил, что задержится на работе, значит, планировал оторваться в каком-нибудь баре.

Ушел за молоком – трахает секретаршу.

Играет в гольф с друзьями – развлекается с цыпочками.

Мне часто вспоминались все те вечера, которые я провела без Тревва. То он ходил на разного рода мероприятия, то уезжал из города по делам. Меня он с собой никогда не брал. «Детка, ты умрешь там со скуки. Это совсем не то, к чему ты привыкла».

Можно сказать, что последние полгода мы жили каждый своей жизнью. Все признаки измены были налицо, но я их не замечала… или не желала замечать.

Особенно мне запомнился один вечер. Очередное «мероприятие» Тревва, на котором мне не стоило показываться. Теперь-то я знаю, что его заботили вовсе не мои чувства – ему хотелось остаться наедине с Тесс. Мое присутствие могло помешать им.

В конце концов я все-таки пошла. Но вечер, скажем прямо, не задался. С самого начала все только и делали, что перешептывались за моей спиной. Тогда я приписала это зависти. На мне было платье одного из самых незаурядных африканских дизайнеров, который находился тогда на пике моды. Дополняла наряд сумочка из последней коллекции «Хлоэ».

Теперь-то я знаю, что им уже тогда обо всем было известно.

«Только взгляните, вот она. Интересно, знает она про Тревва и Тесс?»

«Поверить не могу, что он притащил ее сюда. Болтает с ней и с Тесс как ни в чем не бывало».

Тесс в тот вечер вела себя на редкость любезно. У меня и в мыслях не было, что здесь что-то нечисто.

А наши общие друзья – они что, обо всем знали, но не потрудились сообщить мне? Неужели я была всеобщим посмешищем? Представляю, как Тревв хвалился направо и налево, что трахает самую горячую в мире штучку, а его безмозглая подружка ни о чем не догадывается.

Ну вот, я снова накручиваю себя. Отбросив неприятные мысли, я стала готовиться к ужину. Лицо я густо замазала тональным кремом, отчего оно стало походить на маску. Щедрая порция помады позволила скрыть трещинки на губах. Но теперь я выглядела, как те девицы, которые берут с мужчин почасовую плату. Впрочем, лишние деньги мне бы точно не помешали…

Я мужественно зашагала к бару, игнорируя любопытные взгляды. Мне все время хотелось ускорить шаг, но обожженная кожа мучительно ныла при каждом резком движении.

А пляж с наступлением вечера обрел особое очарование. Сияющие прибрежные огни отражались в воде, словно кто-то пролил в океан бочонок золотистой краски.

Тропинка вела меня через пышную зелень, подсвеченную развешанными вокруг фонариками.

Бар и вовсе превзошел все мои ожидания. Это был настоящий островок посреди бассейна, добраться до которого можно было по узенькому мостику. Не рискнула бы я разгуливать по нему после пары коктейлей!

Стулья по одну сторону бара располагались прямо в бассейне – вы могли потягивать напитки, по пояс погрузившись в кристально-чистую воду. Пожалуй, это то, что определенно стоит попробовать.

А вот чего мне совершенно не хотелось, так это новой встречи с тем зазнайкой с пляжа. И вот он, пожалуйста! Сидит себе в центре бара. Руки зависли над клавиатурой ноутбука. Я попыталась ускользнуть подальше от него, но…

– Привет!

Интересно, это мне?

– Привет, солнышко!

Чудесно. Ну что ему стоило оставить свой сарказм на пляже?

Глава шестая

Как я понимаю, у меня было сразу несколько вариантов действий.

1. Я могла дождаться, пока включатся мои сверхспособности, и раствориться в воздухе.

2. Я могла притвориться дохлым опоссумом, чтобы этот тип оставил меня в покое.

3. Я могла сделать вид, что не слышу его, и зашагать прочь в надежде, что он не окликнет меня по новой.

4. Я могла броситься в бассейн и поплыть к берегу, хотя это могло показаться несколько подозрительным.

5. Наконец, я могла обернуться и сделать вид, что безумно рада нашей встрече (что было чистой воды притворством).

– Привет и тебе, незнакомец! – пропела я и немедленно дала себе мысленный подзатыльник. Очень уж наигранно получилось!

– Привет, – повторил он. Прозвучало это просто и незатейливо, не то что у меня.

– Приве-е-е-т. – Я попыталась вложить в это слово максимум спокойствия и безразличия, чтобы сгладить свое неудачное вступление. – Приятный вечерок… по-любому.

Я небрежно пожала плечами и поморщилась от боли. Господи, куда подевалась та самоуверенная, хладнокровная девица, какой я когда-то была?

Парень улыбнулся.

– Да, вечерок действительно приятный… по-любому. Могу я угостить тебя напитком? Или нет… по-любому.

Конечно, нет, язвительная ты скотина!

– Само собой. Это будет очень кстати.

– Без рома, как я понимаю?

– Да! Что-нибудь безалкогольное.

Он захлопнул свой ноутбук и заказал две колы.

– Меня зовут Крис, – протянул он руку.

Что ж, без рукопожатия не обойтись.

– А я Энн. Или Энни. Иногда меня зовут Энни.

Вообще-то только Тревв называл меня Энн. Тучка считала, что это очень плохой признак. Сама она верила в силу уменьшительных имен. Ей ничего не стоило придумать какое-нибудь имечко животному и даже неодушевленному предмету.

– Будем знакомы, Энни Энн.

Бармен поставил на стойку стаканы. Закликали кубики льда, зашипели пузырьки, и я подошла к стулу. Но стоило мне опуститься на него, как дневной ожог дал о себе знать.

– Похоже, ты и правда перележала на солнце, – заметил Крис, оглядывая меня с ног до головы.

– Не то слово.

– Я подумывал о том, чтобы разбудить тебя раньше, но не рискнул. Побоялся, что сочтешь меня извращенцем или кем-то в этом роде.

– Почему извращенцем?

– Мне не хотелось, чтобы ты решила, будто я подглядываю за тобой… точнее, тоже посматриваю на тебя, – подмигнул Крис.

Кровь так и прилила к моим щекам. Хорошо, что я и так покраснела от ожога, а то бы точно заалела. Привычка смущаться – мой давний бич.

– Прости. Я всего лишь пыталась понять, чем ты занимаешься. Мне показалось, что ты разговариваешь сам с собой.

Крис улыбнулся, да так заразительно, что и я невольно заулыбалась в ответ.

– Издержки работы, – пояснил он будничным тоном.

– Что же это за работа, которая заставляет болтать с самим собой прямо на людях?

– Я сценарист, привык проговаривать диалоги вслух – так они получаются более живыми.

Ну конечно! И как я сразу не догадалась! Разумеется, он писатель. Этим объясняется и внешняя неухоженность, и беспечная манера держаться. Не удивлюсь, если окажется, что он много курит и литрами поглощает кофе.

– Над чем же ты сейчас работаешь?

Признаться, я была заинтригована. Не каждый день встретишь настоящего сценариста.

– Хороший вопрос, – заметил он совсем другим тоном. – Скажем так, у меня своего рода писательский ступор. И это настоящая беда, поскольку сценарий мне сдавать уже через две недели.

– А много ты написал?

– Ровно два слова. «Сцена первая». – Крис проглотил остатки колы, как глотают обычно что-нибудь покрепче в надежде унять расходившиеся нервы.

– А что можно сделать, чтобы выйти из этого ступора? Как ты рассчитываешь вернуть себе вдохновение?

– Ну как же. – Он кивнул на пальмы и цветущую зелень. – Для этого я сюда и приехал. Я пишу сценарий к романтической комедии. Он и она знакомятся на тропическом курорте… Да-да, знаю, звучит избито. Но людям это нравится.

– Я тоже люблю такие истории.

Крис взглянул на меня с насмешкой.

– Только не говори, что веришь во всю эту чушь. «Девушку бросают прямо у алтаря, и бедняжка отправляется в свадебное путешествие одна. И здесь, на новом месте, она снова влюбляется…»

– У моей кузины все так и случилось.

– Да ты шутишь? – Теперь он смотрел на меня с искренним любопытством.

– Если бы! Она встретила нового парня прямо в самолете. Их роман тянется уже год.

– Ладно, а как насчет этой сказки? «Парень попадает в аварию и теряет память. Он напрочь забывает про свою беременную жену, но в итоге влюбляется в нее же, поскольку им суждено быть вместе».

– Такого с моими знакомыми не случалось… пока. – Я невольно улыбнулась, ведь если такое когда-нибудь и произойдет, героиней наверняка окажется одна из моих подружек. – Но идея мне нравится. Звучит интригующе.

Крис покачал головой.

– А как тебе следующее? «Девушка влюбляется в парня, просто читая его блог. Она пытается разыскать его, но в итоге оказывается, что это не кто иной, как ее лучший друг. Лишь тогда она понимает, что все эти годы любила только его».

– Здорово! – сказала я с искренним восхищением.

Крис снова покачал головой.

– Ты безнадежна, – подытожил он.

– Что значит безнадежна? – Я не знала, счесть его слова за шутку или обидеться.

– Видимо, ты из тех, для кого День святого Валентина – национальный праздник. Ты тоннами скупаешь шоколадные сердечки и поздравительные открытки, радуя предприимчивых продавцов. И влюбляешься обычно без оглядки, не догадываясь, что чувства – это химические процессы, сформированные в твоем мозгу. Именно они создают то притяжение, которое ты принимаешь за любовь.

Я недоуменно уставилась на собеседника.

– Хочешь сказать, что ты пишешь романтические комедии, но при этом не веришь в любовь?

– Бинго! – с преувеличенным энтузиазмом воскликнул Крис. – Чтобы писать о чем-то, совсем не обязательно в это верить.

– Неудивительно, что у тебя этот… как его… ступор!

– А может, я просто поиздержался в плане слащавых идеек. Может, – хмыкнул он, – я просто циничный ублюдок. В любом случае вдохновения мне здесь не найти. Ненавижу пляжи.

– Как можно ненавидеть пляжи? – недоверчиво рассмеялась я.

– Тем не менее.

– Взгляни, – помахала я рукой. – Только взгляни на эту красоту.

– Я терпеть не могу воду. Последний раз я купался лет в шесть.

– Серьезно? А почему?

Он криво усмехнулся.

– Скажем так, у нас с водой возник конфликт, и она едва не выиграла.

Мне потребовалась пара секунд, чтобы понять услышанное.

– Хочешь сказать, ты едва не утонул?

Крис небрежно пожал плечами.

– Наши отношения с тех пор безнадежно испортились. Ну, хватит обо мне. У меня и так сложилось впечатление, будто я выложил тебе всю свою подноготную. Теперь твоя очередь.

– А что тебя интересует?

Я вдруг ощутила нечто вроде разочарования. Так приятно было отвлечься на время от собственных проблем!

– Чем занимается Энни Энн? – Он взглянул на меня с неподдельным интересом.

– Ну… одно время я была стилистом на телевидении, в отделе рекламы. Потом ушла в модный журнал. Там, правда, у меня не сложилось…

Видимо, мой голос дрогнул, так как Крис слегка наклонился вперед.

– М-м-м… я чувствую какую-то тайну.

– Лучше не спрашивай. – Я театрально закатила глаза и покачала головой.

– Ладно, Энни, тебе удалось меня заинтриговать. Давай, выкладывай.

Я призадумалась. А стоит ли делиться с ним своими переживаниями? С другой стороны, было что-то завораживающее в том, чтобы раскрыть свою душу совершенно незнакомому человеку. Вдобавок у Криса такая милая улыбка!

– Ладно. Почему бы нет. – Я открыла рот и вывалила на него все сразу.

Секс-шоу с зажимами для сосков. Арест в связи с предполагаемой попыткой убийства. Сломанная туфелька стоимостью в мой годовой заработок. Арендованные для фотосессии верблюды. Разбитое сердце, разбитая карьера. Работа ради выживания. Бесконечные книжки по саморазвитию. А на десерт – домовладелец, склонный к нудизму.

И чем дольше я говорила, тем громче смеялся Крис. Так, словно в жизни не слышал ничего забавнее! Когда я дошла до эпизода с ползающими вибраторами, у него на глаза навернулись слезы. Надо сказать, что сама я до сих пор не видела в своей истории ничего забавного.

Но теперь и до меня дошла абсурдность ситуации. Сначала я улыбалась, потом подхихикивала, а потом меня прорвало, и я начала смеяться во весь голос. Рассказывая о том, как Тревв шлепнул меня мешалкой, я просто умирала со смеху. Слезы градом катились у меня по щекам.

– Хочешь сказать, их действительно зовут Тревв и Тесс? – с трудом выдавил Крис. – Ты не выдумываешь? Тревв и Тесс. Ну и ну!

– Если хочешь знать, он всегда пишет свое имя с двойным «в». Говорит, что так оно круче смотрится на визитках. По-моему, так чушь собачья, – заметила я, и мы снова расхохотались.

В какой-то момент, когда веселье наше стало истощаться, я взглянула на Криса, и по телу моему пробежала странная дрожь.

А это еще что? Неужели влечение? Быть того не может. Разве я еще способна на подобные чувства?

Крис отсалютовал мне своим стаканом.

– Да живут они долго и в согласии, соединенные зажимами для сосков и самой тошнотворной парочкой имен на планете!

– Почему бы им не назваться одним из тех парных имен, которые так популярны у знаменитостей? К примеру, Тресс.

Мое предложение вызвало у Криса новый приступ смеха.

– Значит, за Тресс!

– А будь мы с тобой парой, – быстро добавил Крис, – нас бы звали Крэнни.

– Эннис, – расхохотавшись, возразила я.

– Тоже неплохо, – улыбнулся Крис. – Знаешь, Энни Энн, я как раз собирался поужинать. Не хочешь присоединиться ко мне?

Ну…

Перед глазами у меня замелькали картины моего последнего свидания. Тогда я рыдала так, что парень предложил мне свой носовой платок. Готова ли я вновь разделить трапезу с представителем противоположного пола?

Впрочем, та же Лили рекомендовала мне подцепить какого-нибудь парня просто так, для практики. И Крис казался удачной кандидатурой. Приятный, но совершенно не в моем вкусе. Можно не опасаться за свое сердце.

Почему бы не попробовать?

– Хорошо, – кивнула я все еще без особой уверенности.

Крис одарил меня лукавой улыбкой.

– Не бойся, Энни Энн, это всего лишь ужин. Обещаю, что не стану настаивать на большем.

Глава седьмая

В ресторане нас усадили за столик у окна. Освещали его только свечи, и эта романтика показалась мне не слишком уместной. Чтобы избавиться от смущения, я схватила меню и принялась изучать его с деланым интересом. Подняв голову, я поймала внимательный взгляд Криса.

– Что-то не так? – спросил он.

– Да как тебе сказать… просто странно ужинать в компании незнакомца, в незнакомом же месте.

Крис улыбнулся.

– Согласись, это все же лучше, чем есть в одиночку.

– Ты прав.

Мы снова открыли меню и стали просматривать страницу за страницей. Одно блюдо заманчивее другого.

– Вдобавок, – заметил Крис, отвлекаясь от изучения перечня деликатесов, – нас с тобой трудно назвать незнакомцами. Так что смело заказывай себе креветки, не опасаясь, что я раскритикую твою манеру есть их руками. А можешь пойти еще дальше и заказать краба, а к нему – пару щипчиков.

Я рассмеялась, почувствовав невероятное облегчение.

– Это ты сейчас так говоришь! Посмотрим, что ты скажешь, когда я перемажусь с ног до головы.

– Это что, вызов? Принимаю!

Крис подозвал официанта и заказал большое блюдо креветок на двоих. К нему он попросил побольше салфеток.

Через пару часов, закусив креветками шуточки про Тревва и Тесс, мы уже уминали десерт. Но с последним кусочком Крис вдруг посерьезнел. У меня сразу же испортилось настроение. Неужели я опять в чем-то облажалась и он сейчас обдумывает, как бы исчезнуть, не нарушая правил приличия?

– Мне очень жаль, – взглянул он мне прямо в глаза.

– О чем ты?

– О том, что тебе пришлось пережить. Об измене Тревва.

Я пожала плечами.

– Все равно ничего уже не изменить, верно?

– Я мог бы отколошматить его за тебя.

– Ты? – расхохоталась я.

– Почему нет? Я парень сильный, – продемонстрировал он не самый впечатляющий бицепс. – К тому же ты окажешь мне большую любезность.

– В самом деле? – удивилась я.

– Видишь ли, дело давнее… просто мой отец изменил в свое время моей маме.

– О, мне так жаль!

– Все в порядке. Как я уже сказал, дело давнее. Просто мама с тех пор уже не была прежней.

– Могу понять, – со вздохом заметила я.

Что-то умерло во мне в тот день, когда я застала Тревва в постели с Тесс. Можно сказать, я превратилась в жалкую тень самой себя.

– Мама всегда говорила, что самое ужасное – ложь.

– Верно! Если бы Тревв сразу признался, а не делал из меня полную дурочку…

Крис натянуто улыбнулся. Я видела, что ему сейчас не по себе из-за какого-то неприятного воспоминания.

– Как бы то ни было, отлупив Тревва, я мог бы решить парочку собственных проблем. К примеру, избавиться от злости на отца.

– Дешевая замена психиатру, – рассмеялась я.

– Именно. Ну что, позволишь мне применить к нему силу?

– Мне бы очень хотелось посмотреть, как крепкий парень вроде тебя выбивает из Тревва дурь. Только вряд ли этого будет достаточно. Да и Тревву, с его склонностью к мазохизму, такая трепка может понравиться.

– Верно! – энергично закивал Крис. – У нас вырисовывается классическая история Медеи.

– Медея?

– Это такая греческая трагедия про обманутую жену, которая решает отомстить своему неверному мужу.

– И как, успешно?

– Да. Она убила их общих детей.

– Ох…

– Но в твоем случае я не стал бы доводить дело до крайности. Обошелся бы более мягкими мерами.

– Мне бы хотелось отплатить Тревву. Но как?

– Ничего, Энни Энн, этот день не за горами. А пока… не хочешь ли прогуляться со мной по пляжу? Избавиться от лишних калорий? – Для пущего эффекта он выпятил свой живот.

Вообще, Крис принадлежал к числу тех, кому в любой ситуации удается вести себя непринужденно. Есть что-то на редкость привлекательное в мужчине, который умеет быть самим собой. Не то что Тревв с его напыщенными манерами.

Может, Тревв и не был таким уж привлекательным?

– Звучит заманчиво, – согласилась я.

Вечером пляж выглядит гораздо таинственнее, чем днем. С заходом солнца в нем появляется что-то мистическое. Посторонние звуки исчезают, слышится только шорох плавно набегающих на берег волн. Небо выглядит так, словно ребенок осыпал его серебристыми блестками, а от разогретого за день песка исходит приятное тепло.

Сначала мы шагали в полном молчании, но затем я все-таки решилась задать вопрос, который весь вечер крутился у меня в голове.

– А ты правда не веришь в любовь?

– Правда, – подтвердил он буднично.

– Это из-за того, что случилось с твоими родителями?

– Ты прямо цитируешь моего школьного психолога, – хмыкнул Крис.

– Может, в его словах была доля истины?

– Сомневаюсь. Парень был с хорошими причудами. Предложил однажды, чтобы я написал письмо себе шестилетнему. Ну, чтобы простил себя…

– Простил за что?

Улыбка сползла с лица Криса, но только на мгновение. Он беспечно пожал плечами.

– Я же говорю, ему самому не помешала бы терапия. Никогда не слушай тех, кто носит самодельные кожаные сандалии.

– Это еще почему?

– Ты что, не в курсе? Подобная обувь – удел веганов и нудистов, да еще тех, кто считает себя вторым Мессией.

Я снова расхохоталась. Крис и правда был ужасно забавным. Он обладал невероятной способностью избегать сколько-нибудь серьезных тем. Не то чтобы я возражала – в последнее время в моей жизни явно прослеживался дефицит веселья. Но я чувствовала, что за его шутками кроется нечто большее. Тем не менее я решила подыграть ему и свести наше общение к пустой болтовне.

– Моя кузина Лили ходила как-то к психотерапевту, который все время повторял ее имя. – Я откашлялась и изобразила голос доктора. – «Что ты запомнила из раннего детства, Лили? Что ты чувствовала в этот момент, Лили?»

– Вот видишь! К тому же все эти разговоры о чувствах не для мужчин. Нам пристало отращивать бороды, рубить деревья и охотиться на зверей. А чувства – удел женского пола.

– Ну а нам, как я понимаю, не остается ничего другого, как только готовить вам ужин и начищать обувь?

– Именно.

– Ладно. – Я остановилась, Крис тоже застыл на месте. – Давай-ка проясним этот вопрос. Итак, ты не веришь в любовь и не собираешься жениться?

– Именно так. Пожелай я даже связать себя узами брака, вряд ли бы из этого что-нибудь вышло. Видишь ли, я ни разу еще не влюблялся. Вряд ли я вообще способен на подобные чувства.

Я ошеломленно покачала головой.

– Ни разу не влюблялся? Да как такое вообще возможно? Сколько тебе лет?

– А тебе, если уж на то пошло?

– Мне двадцать семь.

– А мне тридцать три.

– Ну хорошо. – Я постаралась собраться с мыслями. Чего-чего, а подобного я не ожидала. Ну кто, скажите, не влюблялся хотя бы раз в жизни? – Выходит, ты никогда не встречался с женщинами?

– Почему же, встречался. У меня были серьезные отношения, но ничем хорошим, как ты понимаешь, они не закончились. Все мои пассии считали, что смогут изменить меня. Растопить мое холодное сердце и так далее.

Крис снова пожал плечами.

Я живо представила этих бедняжек с их безответной любовью. Разве можно быть таким жестоким? К чему вступать в отношения, если знаешь, что они ни к чему не приведут?

Будто услышав мои мысли, Крис быстро добавил:

– Я вовсе не играл их чувствами. Я с самого начала давал понять, что не верю в любовь.

Теперь я уже жалела его. Что же такого произошло в жизни Криса, что он совсем разуверился в любви?

– Что хорошего принесла тебе твоя любовь? – пошел в атаку Крис. – Может, было бы лучше, если бы ты вообще не влюблялась в Тревва?

Его вопрос заставил меня призадуматься. Это правда, я перенесла серьезный удар. От моей прежней жизни не осталось и камня на камне. И все же я продолжала верить в любовь и надеялась, что однажды встречу мужчину своей мечты.

– Да ладно, мне нравятся шоколадные сердечки и слащавые открытки, – беспечно улыбнулась я. – Думаю, я могла бы развеять твой скепсис в отношении любви. Всего-то и надо, что пообщаться с моей кузиной Лили и ее парнем. Эти двое просто без ума друг от друга.

– Увы, это всего лишь иллюзия. Им кажется, что они влюблены. Но как только химические вещества, отвечающие за эйфорию, иссякнут, их чувство увянет, как сухой листок.

– Откуда столько цинизма?

– Я не циник, – снова улыбнулся Крис. – Я реалист.

– Стало быть, все отношения обречены на гибель?

– Взгляни, что стало с твоими.

– Но не у всех же так бывает!

– Назови хотя бы одну известную личность, которая не прошла бы через развод.

Пришлось признать, что он прав. Практически все актеры и актрисы, которые были у меня на слуху, хоть раз, да развелись. Да что там, мои собственные родители не сумели сохранить свой брак, а мать Лили и вовсе превратила это в олимпийский спорт.

– Но это не самое удачное доказательство, – запротестовала я. – Знаменитости – не такие, как все, ты же знаешь.

– Ну, я бы с этим поспорил. Я встречался как-то с одной достаточно известной актрисой, и дуршлаг, которым она в меня швырнула, показался мне вполне реальным.

– А с чего вдруг она стала кидаться кухонными принадлежностями?

– Не исключено, что ей не понравилась моя концепция любви. А может, она просто ненавидела этот дуршлаг.

Я снова рассмеялась. А потом оглянулась и увидела, что огни курорта сияют вдали крохотными точками. За всей этой болтовней я и не заметила, как далеко мы зашли.

Неподалеку от нас высился заброшенный дом. Было видно, что здесь давно не живут. Лоза заплела провалы окон, а пальмы проросли прямо сквозь крышу. Не дом, а скелет с пустыми глазницами. И все же было в нем что-то трогательное, неуловимо притягательное.

– Пошли посмотрим, что там внутри. – Махнув мне рукой, Крис решительно зашагал вперед. Дом был выстроен в типично мавританском стиле. Широкие веранды с внушительного вида колоннами, крыша с навесом… Представляю, как здорово это смотрелось, когда здесь еще жили люди.

В заброшенных домах всегда есть что-то жутковатое. Не зря же многие фильмы ужасов начинаются с того, что компания подростков находит в лесу какую-нибудь заброшенную хижину… а уже в следующей сцене льется кровь и раздаются жуткие вопли.

В доме мне стало совсем не по себе. Пол усыпан обломками мебели, стены изрисованы. Под ногами похрустывают сухие листья и бог знает что еще. В дальнем конце – лестница на второй этаж.

– Не оступись. – Взяв меня за руку, Крис начал взбираться наверх. Я послушно полезла следом. Добравшись до площадки, мы осторожно заглянули за угол.

– Ого! – глаза Криса заблестели. – Что тут у нас такое?

А там, прямо на полу, сидело с полдюжины подростков, лет по четырнадцать, не больше. Усевшись в кружок, они играли в бутылочку. Мы с Крисом в полном молчании наблюдали, как прыщавый юнец с брекетами крутанул бутылочку, и та указала на симпатичную брюнетку. Эти двое смущенно уставились друг на друга, но друзья немедленно начали их подбадривать. Я невольно поморщилась, наблюдая за тем, как парочка обменялась худшим в мире поцелуем – должно быть, первым в их жизни.

Мы с Крисом с трудом сдержали смешок.

– Смотри, что сейчас будет, – шепнул он мне на ухо и выскочил из-за угла.

– Что это еще такое? – прогремел он на весь дом.

Подростки бросились врассыпную. Какая-то девочка принялась верещать, словно заезженная пластинка:

– Только родителям не говорите! Только родителям не говорите!

Я рассмеялась.

– Просто шутка, – улыбнулся Крис. – Не обращайте внимания. Мы уже уходим.

– Так вы не расскажете нашим родителям? – спросила с дрожью в голосе та же девочка.

– Я даже не знаю, кто ваши родители, – успокоил ее Крис.

Развернувшись, мы сбежали по лестнице и выскочили на пляж. И уже здесь расхохотались, как сумасшедшие.

– Ты видела их лица? – простонал Крис, падая на песок. – Такое чувство, словно они увидели призрака!

– Ты просто гнусный садист. Разве можно так издеваться над детишками? А если бы с тобой сотворили в детстве что-нибудь подобное? Как бы ты себя чувствовал?

Продолжая смеяться, мы с удобством расположились на песке.

– Я прекрасно помню свой первый поцелуй, – посерьезнев, заметил Крис. – Мы тогда тоже играли в бутылочку, и я облажался по полной. Девушка мне так и заявила. Должен сказать, я ее ничуть не виню – я был настоящим сосунком. После того случая у меня надолго отпала охота целоваться.

У меня вдруг возникло странное чувство, что сейчас идет один из разговоров, которые с легкостью могут перерасти в нечто большее. Память услужливо подбросила фразу Лили: «Парень, на котором стоило бы попрактиковаться».

Я взглянула на Криса. Чем не кандидатура? В любовь он не верит, так что нет никакого риска нарваться на что-то серьезное.

Ну же, Энни, что ты теряешь?

– А что сейчас? – томно выдохнула я. – Ты уже освоил искусство поцелуев?

Крис взглянул на меня с нескрываемым интересом.

– Да ты никак решила пококетничать со мной? – спросил он мне в тон, и я испугалась. Может, идея насчет практики была не такой уж хорошей?

– Что-то вроде того, – смущенно откликнулась я. – Хотелось понять, способна ли я еще на это. Давненько мне не приходилось флиртовать с мужчиной.

– Я и сам в последнее время все больше один да один.

– Серьезно?

Крис кивнул и снова одарил меня ослепительной улыбкой.

– У тебя, кстати, неплохо получилось. При других обстоятельствах я бы непременно повелся.

– Рада слышать, – улыбнулась я в ответ. А сама подумала о том, что произошло бы, проглоти он мою наживку.

С минуту мы сидели в полном молчании. Наконец Крис спросил:

– А после Тревва ты ходила на свидания?

– Всего раз. Даже вспоминать не хочется.

– Что случилось?

– Я напугала беднягу до смерти своей истерикой. С тех пор я зареклась ходить на свидания.

– И как ты выдержала? У тебя ж, наверно, отбоя не было от ухажеров.

Признаться, мне польстил его комплимент, и я не стала говорить, что поклонников у меня – кот наплакал.

– Понимаешь… тебе ведь известно, сколько мужества требуется для второго поцелуя, если первый оказался неудачным? Вот примерно так я себя и чувствую.

– Считаешь себя неумехой? В плане поцелуев?

– Да. Только не в плане поцелуев, а… ну, ты понимаешь. Раз уж Тревв начал искать кого-то на стороне, я решила…

Господи, неужели я выкладываю абсолютно незнакомому человеку? Но Крис обладал исключительной способностью внушать доверие.

Я чувствовала, что он внимательно смотрит на меня, но сама не сводила взгляда с крохотной ракушки у своих ног. Зачем я вообще затеяла этот разговор? Хорошо бы, Крис обратил все в шутку, вместо того чтобы пускаться в обсуждение моих сексуальных способностей.

– Ну, мы могли бы заняться этим прямо сейчас, если ты, конечно, не против. А потом я выставлю тебе оценку от нуля до десяти.

Я фыркнула от смеха, и мы снова расхохотались. Даже не помню, когда я столько смеялась!

– А после того случая ты видела Тревва?

– Да, дважды, – вновь понурилась я.

– И как все прошло?

– Ужасно. Я выставила себя полнейшей дурой.

– Все еще переживаешь? Могу понять. В моей жизни тоже хватало всякого.

Я хотела спросить, что он имеет в виду, но Крис перехватил инициативу:

– Расскажи мне о своих печалях, Энни Энн.

– Боюсь снова утонуть в слезах.

– Ничего, я рядом, если что.

Я взглянула на Криса. Он действительно производил впечатление человека, которому можно довериться. Вдобавок переживания все еще были достаточно свежи в моей памяти, и мне ужасно хотелось облегчить душу.

– Я еще никому об этом не рассказывала.

Крис наклонился ближе.

– Я отправилась к его дому поздно вечером, подкралась к окну и тайком заглянула внутрь. Тревв и Тесс ужинали. Свечи, поцелуи, сплошная романтика. Не знаю, сколько я так смотрела. Целую вечность. А потом упала на землю и разрыдалась, как ребенок. Ну разве не дура?

– Тебе нечего стыдиться, Энни. Именно это делает с людьми разбитое сердце. Видела бы ты, что было с моей мамой. Неудивительно, что я стараюсь избегать романтики.

Я кивнула.

– А когда мы все-таки увиделись с Треввом, я начала городить какую-то чушь. Придумала себе парня, хотя такого и в помине не было. Представляешь, моего бойфренда зовут Бойден, и он родом из Австралии! А еще он чудо как хорош в постели.

Крис снова развеселился.

– Не вижу в этом ничего забавного. – Я шутливо нахмурилась. – Если я, не дай бог, снова наткнусь на Тревва, мне придется предъявить ему этого Бойдена, а то вовсе стыда не оберешься.

– Бойден! Разве есть такое имя?

– Оказывается, есть. Я специально потом проверила. Это англосаксонское имя, и означает оно «посланник».

Крис вновь засмеялся.

– Представляю, как ты приехала домой и тут же кинулась терзать Google…

– Я позвонила своей подруге, Грозовой Тучке.

– Постой-ка, это что, настоящее имя?

– Ну да. Тучка родилась на склоне холма, в колонии нудистов. В тот день была гроза, вот мать ее так и назвала.

– Какие у тебя интересные подружки!

– Это верно. Две из них, кстати, должны скоро объявиться. В любом случае Тучка твердо уверена в том, что имя человека значит не меньше, чем место его рождения и знак зодиака, под которым он появился на свет. Зная эти три вещи, ты никогда ни в ком не ошибешься. – Я покачала головой. – У Тучки много странностей, но это не мешает нам любить ее.

– Интересно, что бы она сказала про Свена Кристоферсена, рожденного под знаком Близнецов в немецкой семье?

– А кто такой… неужели ты? – рассмеялась я.

– Теперь видишь, почему я предпочел назваться Крисом?

Он бросил взгляд на часы и многозначительно постучал по циферблату. Я с изумлением обнаружила, что время уже перевалило за полночь.

– Надо же, как поздно. А я хочу еще как следует выспаться. – Крис вскочил и помог мне подняться.

Назад мы возвращались в полном молчании. Но это было не то неловкое молчание, которое так и хочется заполнить словами. Я даже не заметила, как мы дошли до места.

– Здесь я и живу. – Голос Криса вернул меня к реальности.

– Ну и ну! Шикарное местечко!

– А ты как думала, детка? Президентский номер!

Я окинула Криса оценивающим взглядом. Ну не тянул он на человека, который может позволить себе президентский номер.

– А как там внутри? – Не дожидаясь приглашения, я толкнула дверь.

Крис театрально потер руки.

– Ну надо же! Мне даже не пришлось подпаивать тебя, чтобы заманить к себе в номер.

– А ты что думал! – подмигнула я.

Мы с Крисом то и дело перешучивались, словно знали друг друга всю жизнь. С Треввом мы никогда так много не смеялись. Разве что в начале отношений. Но за два года эта беспечная непосредственность уступила место молчаливому формализму. Явный признак того, что в отношениях не все в порядке. Но я предпочла проигнорировать его.

Если подумать, я на многое закрывала глаза. Почему? Мне льстило, что рядом со мной успешный, привлекательный парень. Раз уж на меня повелся такой красавчик, значит, я и сама очень даже ничего… Сейчас-то я понимала, насколько все это мелко и незначительно.

Номер Криса вызвал у меня не столько восторг, сколько нервный смех. Все здесь было рассчитано на впечатляющий эффект, все было через край. У стены стояла огромная кровать с пологом. По одну сторону от нее находилась просторная гостиная, по другую – портик, в пышной зелени которого утопали душ и джакузи.

– А что наверху? – ткнула я пальцем в витую лестницу на второй этаж.

– Да я еще не успел как следует присмотреться.

– Ты не шутишь? – Я быстро взбежала по ступеням и оказалась в настоящем раю. Я стояла на просторной деревянной террасе, в центре которой светился бассейн с кристальночистой водой. Рядом с виллой росли высокие пальмы. Их пышная листва простиралась над террасой, отчего возникало впечатление, что ты находишься прямо в лесу.

– Потрясающе! – Я подошла к краю террасы и посмотрела вниз. Чуть в стороне, полускрытая деревьями, стояла вторая вилла.

– Твой номер – это что-то невероятное, – обратилась я к Крису. – И он куда больше того, где живу я.

Я опустила руку в воду. Прогретая солнцем, она была приятно теплой на ощупь. Даже откладывай я весь год всю свою зарплату, у меня и то не получилось бы накопить на такой номер.

– Ладно, тебе удалось меня поразить. Похоже, ты и правда очень хороший писатель.

– Стараюсь, – скромно заметил Крис. – Боюсь только, через две недели я пополню ряды безработных, и мне уже не придется жить в такой роскоши.

– Я уверена, что ты снова начнешь писать. Разве можно не вдохновиться вот этим? – Я обвела рукой зеленую террасу.

– Хотелось бы верить, – с сомнением в голосе заметил Крис. На воду он смотрел так, как на изготовившуюся к броску кобру. Похоже, он и правда не ладил с водной стихией.

– Ладно, мне пора возвращаться в свою скромную хижину. Желаю тебе приятного сна, и все такое…

– Сможешь пережить эту ночь, Энни Энн?

– Хотелось бы верить.

Я вышла на веранду и замерла. Затем обернулась. Крис смотрел на меня с улыбкой, и я снова почувствовала это. Но теперь-то я знала, в чем дело. Мои ощущения объяснялись не ожогом и не похмельем. Возникшее чувство, при всей его неожиданности, было мне хорошо знакомо.

Теплая волна пробежала по телу, растопив все внутри. Мысли запрыгали солнечными зайчиками, по лицу растеклась глупейшая улыбка.

– Знаешь, Энни, а ты мне нравишься.

Новая вспышка тепла, новое мельтешение мыслей.

– Правда? – Я постаралась не запрыгать от радости.

– Ты ничуть не похожа на девушек, с которыми я раньше встречался.

– Ты тоже не похож на знакомых мне парней, – казалось бы, шире уже улыбнуться некуда.

– Мы с тобой славно поболтали. Может, встретимся завтра снова?

– Конечно! – выпалила я.

Притормози, Энни.

– Я хочу сказать… почему бы нет?

И тут словно кто-то толкнул меня в спину: я шагнула вперед и чмокнула Криса в щеку.

– Спокойной ночи, Энни Энн. – Он взялся за ручку двери.

Я медлила, хоть и знала, что пора уходить.

– Почему ты думаешь, что я не похожа на других девушек? – осторожно поинтересовалась я.

Крис качнул головой, как если бы мой вопрос застал его врасплох. А я вдруг запаниковала. Ну кто, скажите на милость, тянул меня за язык? А вдруг он сказал это из чистой вежливости, как тот парень с моего последнего свидания: «Я тебе как-нибудь позвоню». Стоит ли говорить, что он так и не позвонил?

– Забудь. Это был глупый вопрос. – Я повернулась, чтобы окончательно уйти.

– Ты можешь быть забавной, даже не прилагая к этому никаких усилий. – Он сказал это так громко, что я остановилась. – Еще ты немножко с причудами, в хорошем смысле слова.

– Я вовсе не с причудами!

Теперь мы снова стояли лицом к лицу.

– Конечно, само собой. Я брякнул глупость, а может, нет, и в общем, и так далее. – Он попытался скрыть улыбку, но у него ничего не получилось.

– Ладно, удар засчитан.

– В фильмах бывают разные героини. Разные архетипы. И ты относишься к лучшему из них.

– Что же это за архетип?

– Храбрая малышка. Девушка, живущая по соседству.

– Не сказала бы, что звучит очень привлекательно, – покачала я головой.

– Это ты зря. – Крис шагнул навстречу мне. – Поверь, Энни, это лучшая из героинь. Та, о которой я люблю писать. Та, которой отдает сердце главный герой.

– Нет, – помотала я головой. – Ты точно ошибаешься.

– Просто ты не встретила пока своего героя. Когда это произойдет, ты оставишь всех соперниц далеко позади.

– Почему?

– Твоя героиня интереснее всех. Это она озаряет экран своей улыбкой. Она завоевывает сердца зрителей. Она служит центром притяжения для прочих персонажей. В такую девушку влюбляются раз и навсегда.

– Ясно. Ох. Ну да, ясно. – Слова сыпались с моих губ сами собой. От наплыва эмоций у меня перехватило горло. Казалось, еще немного, и я расплачусь. – Для парня, лишенного романтической жилки, ты на удивление красноречив. Спасибо за столь лестный отзыв.

Меня так и подмывало броситься ему на шею, но я заставила себя развернуться и уйти.

Ничего более приятного мне еще не доводилось слышать. Никогда.

Глава восьмая

Утром я проснулась пораньше, и мысли мои устремились к Крису. Я вновь и вновь прокручивала в голове слова, которые он сказал мне на прощание, и с каждой минутой чувствовала себя все счастливей. Крис пробудил во мне то, что я успела напрочь забыть благодаря Тревву. Уверенность в себе. Пусть небольшую, но все же. Как-никак, я была храброй малышкой.

Сварив чашечку кофе, я вышла на террасу. В телефоне уже скопились послания от Лили и Джейн. Обе заверяли меня, что им намного лучше. Ответив подругам, я снова отложила телефон. Мир вокруг еще не проснулся, океанская гладь была тихой и гладкой, как отполированный мрамор. В воздухе ни малейшего ветерка. Такое чувство, словно время замерло, и мир вместе с ним. Впрочем, солнце уже успело прогреть воздух, и меня окутало приятным теплом.

Я сделала глубокий вдох, впитывая умиротворенность чудесного ясного утра. Давно уже я не чувствовала себя такой счастливой!

Впереди меня ждал день, полный тропического солнца и курортных развлечений. Ничто не могло испортить мне настроения… не считая моего же отражения в зеркале.

Если вчера я была красной от ожога, то сегодня моя кожа и вовсе приобрела какой-то малиновый оттенок. Вдобавок она начала слезать на плечах, отчего я стала похожа на какое-то чешуйчатое существо. Я простонала, мысленно кляня себя за вчерашнюю глупость. Что ж, отдых на солнце мне сегодня заказан. Спущусь-ка я к конторке портье и узнаю, чем еще может заняться здесь несчастный постоялец.

Только я подошла к стойке и потянулась к кнопке звонка, как вдруг…

Меня словно прожгло со спины. Словно кто-то поймал в лупу солнечный луч и направил его в мою и без того обожженную спинку.

Все произошло точно как в тот раз, когда я стояла на пороге своего дома и мучилась дурным предчувствием.

Что-то снова пошло не так.

Я застыла, не решаясь повернуться. Вместо этого я уставилась на резную фигурку, висевшую на стене.

Но странное ощущение только усиливалось.

– Привет, подружка!

Опасливо оглянувшись, я увидела Криса, направлявшегося ко мне. Слава богу!

– Ш-ш-ш, – прошипела я. – Иди сюда, быстрей!

Крис подошел, разглядывая меня с нескрываемым любопытством.

– Что значит вся эта конспирация? Хочешь украсть ту штуку, которая висит перед тобой? Если честно, она не в моем вкусе. Я бы предпочел что-нибудь красочное, вроде пейзажа с попугаями.

– Ш-ш-ш. Это серьезно. Хочу спросить тебя кое о чем…

– Нет, между нами ничего не было.

– Что?

– Хоть ты и флиртовала напропалую. Но я вел себя как настоящий джентльмен и не распускал рук.

– Хватит уже шуточек! Посмотри, не стоят ли там двое… У парня темные волосы, а у нее идеальная фигура и ноги от ушей.

Крис с энтузиазмом повернулся.

– Вот это да! Такой сексуальной цыпочки я давно не видел.

Ну вот. Здравствуй, ревность.

– Спасибо, что заметил. Продолжай в том же духе.

– Прости, – обронил Крис, – но она и правда похожа на Меган Фокс.

– Да замолкни ты наконец! – прошипела я. – Значит, они и правда здесь?

– Если ты о той эффектной паре, которая собирается заселиться… да, они, без сомнения, сейчас здесь.

Паника.

– Черт, черт… черт бы их побрал!

Крис беспечно рассмеялся.

– Хватит веселиться. Это они, – прожгла я его взглядом.

Крис ошеломленно уставился на меня.

– Быть не может! Хочешь сказать, это Тресс во плоти? Да шансы на эту встречу… сто двадцать к одному.

– Откуда такая точность?

– Ровно столько отелей на этом острове.

– Ты уверен, что это они? – драматически прошептала я.

– Нет, конечно. Я же не знаю, как они выглядят. Почему бы тебе самой не посмотреть?

Меня передернуло от этой мысли.

– Не могу. Но мне нужно знать, что это они.

– Ладно, я покажу тебе фото.

Небрежно насвистывая, Крис направился в другой конец холла. Он походил вокруг пальмы, делая вид, что выбирает ракурс получше, потом двинулся дальше…

Через пару минут он снова был рядом со мной.

– Ну что, они? – сунул он мне под нос свой телефон.

Сердце у меня ухнуло куда-то в коленки.

– Они.

И в этот момент Крис расхохотался. Во весь голос.

– Рада, что хоть кому-то весело, – зашипела я на него, как рассерженная гадюка.

– Прости, не хотел тебя обидеть. Но ты только подумай! Из всех мыслимых отелей на острове, из всех возможных дат… да такого совпадения нарочно не придумаешь! Готовый сюжет для фильма. – Странная тень скользнула по его лицу.

– Все это здорово, конечно, только моя жизнь – не кино. И лично я не вижу в этом ничего смешного.

– Ладно-ладно, прости. – Крис виновато улыбнулся.

– И что мне теперь делать?

Меня пробил холодный пот. Ну да, паника тут как тут.

– Почему бы тебе не помахать им ручкой? В противном случае тебе придется шарахаться от них всю неделю.

– Не могу. – Я в отчаянии опустила голову на руки.

А ведь как хорошо все начиналось!

– Послушай, я с тобой. Кивни им, и довольно. Потом я куплю тебе что-нибудь покрепче, – подмигнул мне Крис.

– Ты хоть понимаешь, до чего жалко я выгляжу? Одна-одинешенька, никакого тебе Бойдена. Только я и мой ожог. Представляю, как Тревв повеселится! – Я понурилась, даже не пытаясь справиться с дурным настроением. – Вот если я скажу, что Бойден не смог приехать… Почему вдруг мой парень отказался отдыхать со мной? Или сказать, что мы расстались… Но это их только обрадует.

Как же я ненавидела сейчас Тревва!

– Все, я ухожу.

Передвигаясь на полусогнутых, я направилась к выходу. Мимо стойки, мимо дивана. До двери уже рукой подать…

– Энн? Это и правда ты?

Судя по тону, он был несказанно рад меня видеть. Адвокаты – превосходные актеры. Для них стоило бы учредить собственный «Оскар». Мой клиент невиновен, ваша честь.

– Тревв, Тесс! – вот они, мои злейшие враги. – Какой сюрприз!

Оживление мое явно было наигранным. Да, адвокат из меня никакой. А уж актриса тем более.

– Ты тоже здесь отдыхаешь? – голос Тревва звучал прянично-сладко.

Я посмотрела на Тесс. Безупречно хороша. Перед глазами у меня мелькнул образ Тесс, бьющейся в оргазме.

– М-м-м… да… – похоже, меня сейчас стошнит.

– Надо же, какое совпадение! – пропела Тесс. – Выглядишь замечательно. Ве-ли-ко-леп-но!

Лживая сучка. Ожог еще никого не красил.

– Спасибо, ты тоже. – Я едва не подавилась собственными словами. Ну кто, спрашивается, тянул меня за язык?

– Ты здесь, видимо, со своим парнем, как там его… – с милой улыбкой добавил Тревв.

Эта скотина прекрасно знала, что я ни с кем не встречаюсь! Ему просто хотелось сыпануть соли на мою рану. Как будто она без того не болела!

– Ну-у-у, – выдавила я, – на самом деле… не то чтобы…

SOS! SOS! Я тонула. Я безнадежно шла ко дну. И ни одной живой души, которая могла бы спасти меня! Но вдруг…

– Она здесь со мной. Здорово, приятель!

Откуда ни возьмись рядом нарисовался Крис. Схватив Тревва за руку, он принялся энергично трясти ее.

– Я Бойден. Рад знакомству, приятель. Друзья обычно зовут меня Бойд.

Я не знала, плакать мне или смеяться. А уж этот его «австралийский» акцент!

Крис обнял меня за талию и притянул к себе.

У Тревва вмиг изменилось лицо. Я хорошо знала этого ублюдка – мысль о том, что он опережает меня по всем статьям, должна была доставлять ему несказанное удовольствие. «Бедняжка Энн! По-прежнему одна. Никак не может меня забыть. Так страдает, что выдумала себе какого-то бойфренда». И вдруг такой сюрприз!

Но Тревв, как опытный адвокат, быстренько оправился от удара.

– Бойд? – снисходительно обронил он. – А я Тревв. Двойное «в». Рад встрече.

– Я тоже, – кивнул Крис. – А я Бойден. Без всяких прикрас.

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться. Тревв-Двойное-«В» ошарашенно хлопал глазами.

– Какой интересный акцент, – вновь пошел он в атаку. – Так откуда ты родом?

– Я-то? Из старушки Австралии, приятель.

– И чем же ты занимаешься, приятель? – поддел его Тревв.

Смотри-ка! Никаких тебе «как поживаешь» и прочих преамбул. С ходу в бой, как умеют только самцы.

– Я писатель, – в тон ему заявил Крис.

– Писатель! – прозвучало еще снисходительней. – Ненадежная работенка, верно? Никогда не знаешь, скоро ли придет следующий чек!

– Ну… в каком-то смысле так, – заметил Крис с легким замешательством в голосе.

Тревв довольно кивнул.

– Я так и думал. Никакой стабильности.

Я решила вмешаться в их светскую беседу:

– Бойд пишет сценарии.

– Правда? – вскинулся Тревв. – Я и не знал, что в Австралии тоже снимают кино. И что же это за фильмы, позволь узнать?

– В основном романтические комедии. – Крис сказал это так, словно круче его не было парня на планете.

– Серьезно? Я-то думал, только дамочки пишут все эти слащавые штучки с романтическим концом. – Он пихнул Тесс в бок, даже не пытаясь скрыть ухмылки.

Крис посерьезнел: похоже, слова Тревва задели его за живое.

– Я знаю несколько женщин-сценаристов, но в целом…

– Да шучу я, шучу, – хохотнул Тревв. – Просто мы с Тесс не любим всей этой экранной романтики. Верно, детка?

– Не любим, – послушно кивнула Тесс. Не человек, а кукла, чья задача – вовремя кивать головкой.

– Мы отдаем предпочтение серьезным вещам. Таким, в которых есть глубина. Верно, детка?

Тесс снова кивнула.

– Еще мы любим детективные сериалы, – добавила она, кокетливо хлопая длиннющими ресницами. Меня так и подмывало вырвать их раз и навсегда!

– Но каждому свое, я так понимаю, – хохотнул Тревв, и Тесс тут же подхихикнула.

Ну что за омерзительная парочка!

Криса тоже передернуло, но времени на передышку у нас не было. Тревв жал, как бульдозер, настроенный снести добрую половину города.

– Плаваешь с аквалангом, Бойд?

– Да нет, не пробовал.

– Как насчет тенниса?

– Я вообще не силен в играх с мячом.

– Вот оно что, – снисходительная усмешка. – Жаль. Стало быть, и гольф побоку?

– Говорю же, игры – не мое. Я люблю пешие прогулки.

Тревв поглядел на него испытующе.

– Надо же! Я-то думал, все австралийцы без ума от спорта.

– Нет правил без исключений, – суховато заметил Крис.

Похоже, и его уже тошнило от этой парочки.

Тревв сочувственно покачал головой.

– Тебе, наверно, здорово доставалось от одноклассников. Сам-то я был первым и в регби, и в крикете.

Он живо изобразил, как ловит мяч и швыряет его в ворота. Клоун, да и только!

Крис ошеломленно взирал на Тревва, который несся вперед на всех парах.

– Жаль, жаль. Я-то рассчитывал, что мы перекинемся мячишком. – Он сверкнул улыбкой, от которой можно было ослепнуть.

Я моргнула. Признаться, такого странного разговора в моей жизни еще не бывало.

Желая доконать Криса, Тревв повернулся ко мне.

– Как работа, Энн? Слышал, ты устроилась швеей? – голос его буквально сочился ехидством. – В «Ориентал-Плаза»? Я и не знал, что в городе еще есть такие допотопные места!

Его слова задели меня за живое.

– М-м-м… да. Я шила там одно время… так ты слышал?

– Представляю, каково это после гламурной жизни в модном журнале!

– М-м-м-м, – процедила я сквозь сжатые зубы.

– Ну а для нас с Тесс все сложилось как нельзя лучше. – Он снова повернулся к Крису. – Мы выиграли дело Харрисона. Не слышал? О нем трубили во всех новостях.

– Я не смотрю новости, – отбил мяч Крис.

– Ну да, – кивнул Тревв. – Ты же творческая личность.

Он сказал это с таким ядом в голосе, что меня просто передернуло.

– Ну а нам это дело принесло такую широкую известность, что мы решили открыть собственную фирму. Правда, детка?

Тесс кивнула.

– Дела у нас пошли в гору. Да так хорошо, что в конце месяца мы едем в Лондон. Крупный клиент, международная компания.

– Лондон. Крупный клиент, – эхом отозвался Тревв на случай, если мы с Крисом плохо расслышали.

– И в личной жизни все просто замечательно. Честно говоря, мы решили пожениться. Прямо здесь, на пляже. Вот. – Вытянув ручку, Тесс помахала у меня перед глазами кольцом. – Ну разве не прелесть? – проворковала она.

Да эти двое просто спятили! Мир не видел таких законченных эгоистов. Болтают как ни в чем не бывало. Как будто не меня они довели до бешенства своим экстравагантным сексом, да еще и отправили в тюрьму!

– Четыре карата. – Тревв самодовольно выпятил грудь. – Обошлось мне в кругленькую сумму. Но оно того стоило!

– Да-а-а, – протянула Тесс мечтательно. – Свадьба пройдет прямо на пляже, на закате солнца. Будут свечи и море цветов. Я все спланировала заранее. Так и вижу, как мой Тревви поведет меня к алтарю… точнее, к пляжу, – хихикнула она, вызвав у меня нестерпимое желание влепить ей затрещину.

Я представила, как Тревв и Тесс мирно купаются и тут, откуда ни возьмись, появляется акула. Миг – и от прекрасных ножек Тесс остаются только обрубки!

Крис внезапно оживился и захлопал в ладоши.

– Крутяк! Полный отпад!

– Отпад? – недоверчиво переспросил Тревв.

Мне захотелось дать Крису пинка. Я не так уж много знала об Австралии. Слышала, конечно, про Кайли Миноуг и прытких кенгуру. Но Тревв, судя по всему, знал чуть больше моего. Заметив, с каким подозрением он смотрит на Криса, я снова запаниковала.

– Мы так счастливы вместе. – Тревв по-собственнически привлек к себе Тесс.

– Нашел крутую телку, держись за нее, – одобрительно кивнул Крис, заключив меня в медвежьи объятия.

Мои ребра! Мои бедные ребра.

Вся атмосфера была настолько пропитана соперничеством, что ее можно было резать ножом. Тревв снова просиял улыбкой.

– Рад был повидаться, Энн. Рад, что у тебя все хорошо. А то мы с Тесс беспокоились за тебя одно время.

– Не стоит беспокоиться за эту малышку, – заявил Крис, игриво шлепая меня по заднице. – Она – настоящий боец.

– Ой! – взвизгнула я от неожиданности, и Крис тут же повернулся ко мне.

– Правда, куколка?

– М-м-м, – кивнула я.

Куколка?

– Что ж, Бойд, приятно было познакомиться. Надо нам как-нибудь собраться и поужинать вчетвером. Бывайте! – помахал нам на прощание Тревв.

– Бывайте? – повторил Крис, когда эта парочка скрылась из вида. – Ну кто так сейчас говорит? У парня явно не все дома.

– А кто говорит «крутяк», «отпад» и «телка»? – с возмущением выпалила я.

– Типичный австралиец, – хмыкнул Крис.

Я схватилась за голову.

– Поверить не могу, что согласилась на этот розыгрыш! Ты – мой австралийский парень? Ну и ну!

Честно говоря, Крис меня здорово выручил. Но теперь-то что?

– Мне пришлось вмешаться! Только посмотри, с каким самодовольством толковали эти двое о своей идеааальной свадьбе и таком же идеааальном колечке!

– Они не купятся на это. Твой австралийский просто ужасен. По-моему, ты спутал фильм с реальностью.

– Разве ты не видишь, Энни? Это твоя сюжетная линия – линия мести. Настал твой звездный час. Теперь ты можешь отплатить Тревву за все его пакости.

А ведь он прав! Медея готова нанести удар. Только на этот раз обойдемся без убийств.

– Пошли, перенесем твои вещи, – потянул меня за руку Крис.

– О чем ты?

– Ты что, забыла? Мы теперь пара. И вести себя мы должны соответственно.

Я тяжко вздохнула.

– Это чистой воды безумие. Мы обречены с самого начала.

Крис схватил меня за руки.

– Куколка, – протянул он с притворной слащавостью, – не ты ли сказала мне, как сильно меня любишь?

Я с негодованием высвободила руки.

– Крис, это не одна из твоих слащавых комедий. Мы говорим о моей жизни. И я не нахожу в этом ничего забавного. – Мой голос дрогнул. Казалось, еще немного, и я расплачусь.

– Черт! Фу ты… Ну ладно, ты права. – Он покачал головой. – Черт возьми, Энни, этот парень задел меня за живое. Редкая скотина! Ты же не позволишь ему взять над тобой верх?

Он снова сжал мои руки и взглянул на меня очень серьезно.

– Энни, мы справимся. Мы покажем им, кто чего стоит. Я брал одно время уроки актерского мастерства и смогу, если что, потренировать тебя. Ну а над акцентом я еще поработаю. – Он снова улыбнулся, и было в этой улыбке что-то на редкость убедительное.

Но здравый смысл подсказывал мне, что одними улыбками нам не обойтись. Придется постараться, чтобы нам поверили.

– Ты просто не понимаешь, во что мы ввязались. Всю неделю нам придется ходить вместе, изображая счастливую пару. Мы будем вместе завтракать, ужинать и обедать. И так каждый день. Очень скоро я надоем тебе до чертиков…

– Глупости, – покачал головой Крис. – Представь, что мы друзья, которым хочется немного повеселиться… просто добавь сюда парочку поцелуев и случайные обнимашки.

– Эй! – встрепенулась я. – Только поцелуев мне и не хватало. Забудь об этом.

– Что ж, попытка не удалась, – снова улыбнулся Крис. – А ведь как все хорошо начиналось!

Я вздохнула, не зная, что возразить. И как только меня угораздило согласиться на такое?

Глава девятая

В двенадцать лет мне пришлось изображать дерево в нашем школьном спектакле. И не потому, что я была стройной, как осинка, или каким-то боком напоминала дерево. Просто я совершенно не умела играть. Вместе с пареньком по имени Чарльз мы стояли в глубине сцены, одетые в костюмы из картонных листьев, и изображали два единственных на всю Антарктику дерева. Позже учительница написала в моем отзыве: «Энни старалась изо всех сил».

А теперь меня выдвинули на роль мнимой подружки, даже не объяснив, как правильно играть. Хуже всего то, что выступать приходилось перед Треввом, который безошибочно чуял жуликов, мошенников и лжецов (как говорится, «рыбак рыбака…»). А что скажут мои подружки? Особенно доктор Джейн.

– Пожалуй, я и правда слегка переборщил со своей австралийскостью. Придется немного сбавить тон, – обронил Крис, помогая мне упаковывать сумки.

Ну надо же. Типичный мужчина. Сначала сделать, а потом подумать о последствиях.

– Слегка переборщил?

– Нет-нет, – замахал он руками. – Не будем ссориться и упрекать друг друга. Мы справимся! Бойду по силам эта задача. – Застегнув последнюю сумку, он вытащил ее за дверь. – Не добавить ли мне изюминки этому характеру? Может, заставить Бойдена хромать? Или сделать его дальтоником?

– Что? – уставилась я на него.

– Шучу-шучу. Ну же, расслабься! – Он на мгновение притянул меня к себе. – Вряд ли мы будем бодаться с этой парочкой каждые пять секунд. Курорт-то большой.

Большой, говорите? Только мы зашагали по дорожке…

Опять этот самодовольный, гнусавый голос. Неужели он всегда говорил так, а я до того привыкла, что уже ничего не замечала? Да, я действительно на многое закрывала глаза.

– Куда это вы с таким количеством сумок? – в голосе Тревва звучало явное подозрение. Ему просто не терпелось подловить нас на чем-нибудь. Я-то сразу поняла, что он не поверил в сказочку про моего австралийского парня.

– Э-э-э-э… – Я с надеждой взглянула на Криса. Он же писатель! Сам бог велел ему придумать какую-нибудь историю.

– Перебираемся на новое место. В президентский номер, – торжественно провозгласил Крис, отчего Тревв изменился в лице. – Президентский номер освободился только сегодня, вот мы и переносим вещички. – Крис добил жертву ослепительной улыбкой.

– Вот оно как? Я и не знал, что здесь есть такая роскошь, – заметил Тревв.

– Мы с Энни бывали и в номерах получше. Но на недельку сойдет и такой.

Я с трудом удержалась от смеха. Крис мастерски разыграл карты, пнув Тревва в самое больное место – его раздутое эго.

Что ж, пожалуй, я выдержу недельку актерства. Главное, почаще напоминать себе о том, для чего мы это затеяли: чтобы отплатить Тревву за все его пакости.

Тревв попытался спасти положение профессиональной улыбкой.

– Что ж, приятного отдыха! – процедил он сквозь стиснутые зубы.

На самом деле он думал сейчас примерно следующее: «Надеюсь, огромная волна смоет вас поглубже в море, где вас сожрет какая-нибудь акула».

Он сладко улыбнулся нам на прощание и потрусил по дорожке, волоча за собой Тесс и ее длиннющие ноги.

Несмотря на то что я уже видела номер Криса, он вновь произвел на меня ошеломляющее впечатление. Страшно было даже представить, сколько берут за сутки в таком месте.

– Если хочешь, располагайся внизу, – предложил Крис, – а я переберусь наверх.

– Нет-нет, все в порядке. Я устроюсь наверху.

– Внизу удобнее. – Крис включил кондиционер, и в комнату поплыла благословенная прохлада.

– Все в порядке. К тому же мне нравится вид с террасы.

Вообще-то мне просто не хотелось спать в его постели. Как-то уж слишком интимно.

– Кстати, – Крис бросил на меня загадочный взгляд, – не замечаешь ничего нового?

– Что такое? – Я машинально огляделась.

– Я о себе.

Ну конечно! Как я не заметила раньше? Встреча с Треввом и Тесс напрочь выбила меня из колеи.

– Ты подровнял бороду.

– Точно! – кивнул он с довольным видом.

– Смотрится хорошо. Тебе идет.

Да что там, выглядел он просто потрясающе. Меня снова окатило жаром, словно кондиционер выключился.

Наконец-то я смогла разглядеть его лицо, а главное – улыбку. Вчера она с трудом проглядывала из зарослей бороды. Улыбка Криса оказалась теплой и чарующей.

И была в ней какая-то лукавинка, так что от глаз разбегались лучики морщинок. Вот Тревв, тот улыбался как-то заученно. А уж про морщинки и вовсе речи быть не могло. Да он использовал больше кремов и лосьонов, чем я! Его улыбка выглядела так, словно он репетировал ее перед зеркалом… как оно, скорее всего, и было.

Внешне Крис казался полной противоположностью Тревву. Что уж говорить про характер! Крис вел себя сдержанно и естественно, тогда как Тревв вечно устраивал какое-нибудь шоу. В свое время я охотно ему подыгрывала. Вот только для кого мы так старались?

– Тебе идет, – повторила я.

Пожалуй, я не прочь познакомиться с ним поближе.

– Ладно, я наверх. Надо разложить вещи. – Схватив сумку, я устремилась к лестнице. Что угодно, лишь бы не броситься ему на шею!

– Прекрасно. А чем мы займемся позже? – спросил мне вслед Крис.

Вопрос застал меня врасплох. Ну конечно, мы же теперь пара! А парочки неразлучны. Они все делают вместе.

– Что угодно, только не на солнце.

– Может, сходим на массаж? – предложил он.

– Чудесная мысль!

После встречи с Тресс у меня свело все мышцы. К тому же вряд ли мы наткнемся на них в спа. Скорее всего, они разгуливают сейчас по пляжу, демонстрируя свои идеальные фигуры.

К несчастью, мой прогноз не оправдался. Первыми, кого мы увидели в спа, были Тревв и Тесс (надо же, какой сюрприз!). Тесс выглядела так, словно только что сошла с подиума, где демонстрировала купальник. Она была в бикини, нижнюю часть тела прикрывал прозрачный саронг. Я бросила взгляд на свою одежду, и щеки у меня запылали от стыда.

На мне красовались какая-то доисторическая рубашка и – да простит меня божество моды! – марлевая юбка. Мне пришлось взять ее с собой, поскольку свободный покрой позволял спрятать небольшой животик, появившийся после всех моих шоколадных излишеств.

Ну почему я надела это именно сегодня? Почему я объедалась шоколадом, вместо того чтобы ходить на фитнес?

Надо срочно купить что-то такое, в чем не стыдно будет разгуливать по курорту.

– Ба, да это снова вы! – не утерпел Тревв. – Что-то мы все время натыкаемся друг на друга. – Он заговорщически подмигнул нам. – Что, ребята, следите за нами?

– Точняк! – Крис снова заговорил на своем «австралийском» жаргоне. Широко улыбнувшись, он с размаху хлопнул Тревва по спине. – Вы до того неотразимы, что мы только и делаем, что бегаем за вами следом. – Он сопроводил сказанное лучшим из своих фальшивых смешков.

И тут случилось страшное: комната сотряслась от нашего лицемерного, неискреннего смеха. Мы хохотали, как стадо гиен, прикрывая своим «ха-ха» злость и раздражение.

– Ваши комнаты готовы! – Миниатюрная массажистка вовремя прервала это искусственное веселье.

– Комнаты? – адвокатское чутье Тревва не дремало. – Вы что, устраиваетесь в отдельных комнатах? Мы с Тесс взяли номер для пары.

Он окинул нас взглядом с головы до ног, будто пытаясь прочесть, как заметку в газете.

– Ну… когда мы звонили, такие номера были уже заняты, – стоило этим словам прозвучать, как массажистка объявила, что номер для пары свободен.

– Прекрасно! Просто великолепно! – Я сделала вид, словно ничего лучше в жизни своей не слышала.

На самом деле в этой новости не было ничего хорошего. Крис и я в массажной комнате! Да что там – полуголые Крис и я в одной комнате!!!

Глава десятая

Я взглянула на Криса.

Он взглянул на меня.

Я откашлялась.

Он сделал то же самое.

Я почесала щеку.

Он взъерошил волосы.

Я сделала вид, будто нюхаю цветок.

Он сделал вид, будто смотрит в окно.

– В общем… – набравшись духу, выговорила я.

– В общем… – так же робко откликнулся Крис.

И снова молчание. До того громкое, что от него можно было оглохнуть.

– М-да, ну и ситуация, – вздохнул Крис.

Я энергично закивала.

– Так что нам все-таки делать? – Крис опасливо взглянул в сторону двери.

– А нельзя нам просто посидеть здесь часок? – робко поинтересовалась я. – Никто ведь не узнает…

Но Крис лишь покачал головой.

– Слишком рискованно. Мне кажется, твой бывший и так что-то подозревает.

– Хочешь сказать, мы будем… в одной комнате… практически без ничего?

Я оглянулась. Ни единого укромного уголка, где можно было бы раздеться. Массажные кушетки стоят едва ли не вплотную друг к другу.

– Ну, нас же уложат на разные кушетки…

– Но мы будем полуголыми! В одной комнате!

Крис взглянул на меня с лукавой улыбкой.

– Это все-таки лучше, чем совсем голыми.

– Хватит уже шуточек!

Тук-тук.

Мы в ужасе уставились на дверь, словно ждали появления какого-то злобного чудища.

– Вы уже готовы? – раздался голосок массажистки.

– Еще минутку, пожалуйста!

Крис быстро подошел ко мне.

– Все не так уж плохо. Я отвернусь, и ты сможешь раздеться. Обещаю, что не буду подсматривать.

Я окинула его оценивающим взглядом. Ну что я знаю про этого человека? Да ничего. По-моему, весь этот фарс с бойфрендом зашел слишком далеко.

Такое чувство, будто я все время играю чью-то роль. Пора было положить этому конец. И плевать, что обо мне подумают Тревв и Тесс. Ситуация уже вышла из-под контроля, а дальше будет только хуже.

Я уже собиралась выбросить белый флаг – точнее, полотенце, которое держала в руках, – как из-за двери донесся самодовольный тенорок Тревва.

– Надеюсь, вы получите удовольствие от своего массажа.

В его тоне так и читалось: уж мы-то точно не потратим времени даром.

Этот самодовольный, эгоистичный слизняк бросал мне вызов! Ну, мы еще посмотрим!

– Ясное дело, получим, – проорала я в ответ. – Все будет просто бесподобно! Правда, зайка?

Я бросила на Криса взгляд, в котором ясно читалось: «Если ты мне сейчас не подыграешь, то получишь чем-нибудь тяжелым по голове».

– Правда-правда, – среагировал он, как послушный ученик.

Как только шаги в коридоре затихли, я снова повернулась к Крису:

– Снимай свои вещички и живо на кровать!

Я видела, что он вот-вот брякнет в ответ что-нибудь остроумное, но мне сейчас было не до шуток.

– И не вздумай язвить! – рявкнула я.

– Да, мэм! – Отсалютовав мне, он принялся стаскивать через голову рубашку.

Здравый смысл подсказывал, что лучше бы мне отвернуться, но любопытство взяло верх. Я продолжала разглядывать Криса. Хорошо сложен, хоть и не похож на завсегдатаев спортзала. Тревв-то пропадал там подолгу, доводя до совершенства каждый свой мускул. Но внешняя безупречность, в чем я уже успела убедиться, вовсе не отражала безупречности внутренней.

На груди у Криса виднелись светлые волоски. Тревв был гладким, как попка младенца.

На животе у Криса я заметила маленький шрам. Похоже, когда-то ему удалили аппендицит. На плече темнел крохотный синяк.

В нем не было и намека на совершенство, что делало его особенно желанным в моих глазах. У меня вдруг участилось дыхание и пересохло во рту. Не в силах сдвинуться с места, я продолжала смотреть, как он снимает шорты.

– Сделай фото на память. Будешь потом любоваться, – с ехидцей заметил Крис.

– Прости, я не хотела. – Быстро отвернувшись, я спрятала лицо в ладонях.

За спиной раздался тихий смешок.

– Твой черед. Обещаю, что не буду подсматривать.

Я осторожно оглянулась. Крис и правда стоял ко мне спиной. И все же раздеваться в присутствии постороннего человека казалось мне чем-то немыслимым. Но что я могла поделать? Когда очередь дошла до лифчика, я заколебалась. Может, оставить как есть? Вряд ли он помешает массажистке, а я буду чувствовать себя в нем намного комфортней.

Я быстренько плюхнулась на кушетку и прикрылась полотенцем.

– Все, можешь повернуться.

Только Крис устроился на своей кушетке, как в комнату вошла массажистка.

– Сейчас я их сдвину, – заявила она и начала толкать кушетку Криса в мою сторону. Я в замешательстве смотрела, как он придвигается все ближе, ближе…

– Хватит! – выпалила я. – Этого вполне достаточно.

Но массажистка не обратила внимания на мои протесты.

– Маврикий для тех, кто любит романтику.

Последний толчок – и вот уже Крис лежит бок о бок со мной.

– Привет, соседка! – шепнул он.

– Привет!

Жалкая попытка выглядеть беспечной.

В комнату впорхнула еще одна массажистка, и кто-то сказал у меня над ухом: «Никаких лифчиков».

Поначалу я даже не отреагировала. Плечо Криса касалось моего, и все мои мысли крутились вокруг этого ощущения. В следующую секунду чьи-то проворные пальцы скользнули по застежке лифчика и расстегнули его с ловкостью профессионала.

– Стойте! Подождите!

Но никто не пожелал меня слушать. Ловким движением девушка выдернула из-под меня лифчик.

– Стойте. – Я резко повернулась, пытаясь ухватить ускользающее белье. Мною руководил инстинкт – вроде того, который заставляет вас судорожно одергивать задранную ветром юбку. Но в своем порыве я не учла сразу нескольких моментов.

Во-первых, резко повернувшись, я продемонстрировала свою грудь всем, кто был в комнате. Включая Криса. Мало того, эта самая грудь с размаху опустилась в ладошку лежащего вплотную ко мне соседа.

Ну и ну! Такой интим, и всего-то на второй день знакомства.

Глава одиннадцатая

По идее я должна была выпорхнуть из комнаты в состоянии глубокого покоя и расслабления, чувствуя себя такой же теплой и довольной, как ребенок на руках у матери.

Какое там!

Я находилась в страшном напряжении с того самого момента, когда моя грудь «приземлилась» на руку Крису. И больше всего меня смущало то, как он отреагировал.

Он не отвернулся, не извинился и даже не посмеялся над этим глупейшим недоразумением. Его взгляд буквально приковал меня к месту. В течение нескольких секунд, показавшихся мне вечностью, мы неотрывно смотрели друг на друга.

Если я что и чувствовала во время массажа, так это тепло его руки, которая словно отпечаталась у меня на коже. И вместо того чтобы расслабиться под опытными руками массажистки, я только и делала, что отсчитывала в уме секунду за секундой, с нетерпением поджидая момент, когда можно будет спастись бегством.

Как только массажистка хлопнула в ладоши, возвещая конец пытки, я вскочила и бросилась одеваться.

– Постой-ка! – окликнул меня Крис, когда я устремилась к двери.

– М-м-м? – замерла я на месте.

– Откуда такая спешка?

– Я вовсе не спешу, – заявила я как можно беспечнее.

– Да ладно, ты едва не вынесла дверь. Хочешь сбежать от меня, Энни?

– С чего бы?

– Это как-то связано с тем… – Крис подошел поближе, – с тем, что случилось?

– А что случилось? – попыталась я изобразить неведение.

– Ну, ты знаешь. Я про твою…

– Про мою грудь, – выпалила я. – Ты видел… то есть коснулся. Я вовсе не хотела… прости, пожалуйста.

– А кто сказал, что я был против? – усмехнулся Крис.

Я снова почувствовала непреодолимое желание скрыться.

– Мне нужно купить себе какое-нибудь платье.

Вообще-то с моими деньгами я могла позволить себе разве что саронг. Но и это лучше, чем мое старье.

– В холле отеля я видел магазинчик со всякими пляжными штучками. Может, сходишь туда, а я подожду тебя в баре?

– Ладно. – Кивнув, я поспешила прочь.

Оформленный в тропическом стиле магазин, видимо, призван был открыть глаза тем, кто не успел пока понять, что прилетел на тропический остров. Каждый уголок торгового зала украшали саронги, магнолии и пальмовые листья. На полу, засыпанном толстым слоем пляжного песка, лежали красочные раковины.

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – материализовалась рядом со мной продавщица.

– Я ищу что-нибудь легкое. Пляжное платье или саронг…

Собственно говоря, ничего другого здесь и не продавалось.

– М-м-м. – Она окинула меня критическим взглядом. – Пожалуй, что-нибудь не отшень… как это вы говорите? Красное.

Говорила она с сильным французским акцентом. Но не знать слова «красный»? Как же? Просто передо мной одна из тех стервозных продавщиц, благодаря которым начинаешь чувствовать себя, как Джулия Робертс в «Красотке». Женщина схватила меня за руку и потащила к отделу с платьями.

Еще раз придирчиво осмотрев меня, она вручила мне прелестное белое платьице, которое едва ли не целиком состояло из лоскутков и ремешков. Мне оно сразу понравилось. К тому же на фоне белого моя кожа будет выглядеть не столько обожженной, сколько загорелой.

Продавщица впихнула меня в примерочную, после чего скрылась за завесой из пышной растительности. Я повесила платье и начала раздеваться. Ненавижу зеркала из примерочных. Такое чувство, словно единственная их задача – подчеркнуть все твои недостатки. Повернувшись спиной к гадскому стеклу, я взяла обновку.

По-хорошему мне стоило бы для начала разобраться в том, как оно сконструировано, но я храбро взялась за дело. И через пять минут в руках у меня была кучка ремешков, скрепленных между собой кусочками ткани. Все это ничуть не походило на платье, но я решила не сдаваться.

Просунув голову и руки сквозь хаос ремешков, я стала тянуть эту конструкцию вниз… и запуталась. Плечо оказалось зажато, а голова попала в петлю, которая служила, видимо, в качестве рукава.

Глупейшая ситуация. Тем более идиотская, что я всегда считала себя знатоком модных штучек. Чем настойчивее пыталась я протиснуться в платье, тем теснее оно становилось. Скоро я едва могла шевельнуться, а руки у меня торчали вперед под прямым углом, как у какого-нибудь зомби.

Дверь в соседнюю примерочную открылась и снова закрылась.

– Отшень мило, – раздался голос продавщицы. – Ви смотритесь, как кинозвезда. Подобрать вам туфельки? Что-нибудь красное?

Красное, фыркнула я. Стерва.

И едва не подскочила, когда раздался стук в мою дверь.

– Мадемуазель. Ви готовы?

– Э-э… еще минутку.

Я предприняла отчаянную попытку если не освободиться, то хотя бы прикрыть свой лифчик. Но это было все равно что бороться со смирительной рубашкой.

С трудом согнувшись, я открыла замок и распахнула дверь.

– Не могли бы вы помочь мне? – Я сделала шаг наружу.

Но вместо продавщицы передо мной оказалась Тесс. Повернувшись, она в изумлении уставилась на меня.

– Энни, это ты?

Меня так и подмывало брякнуть в ответ какую-нибудь колкость, но когда горло у тебя перехвачено петлей, тебе уже не до остроумия.

– Помогите, – прошептала я.

Рядом немедленно появилась продавщица. При виде моей нелепой фигуры она неодобрительно зацокала языком, как будто я нарочно все это устроила!

– Нет-нет, так не пойдет.

Она тоже стала тащить и тянуть, но платье не сдвинулось ни на дюйм.

– Мне нужна помощь, – услышала я ее голос. И тут к ней неожиданно присоединилась Тесс. Только этого мне не хватало! Вместе они принялись крутить меня, как куклу. И тут…

Трррресск.

Платье – точнее, то, что от него осталось, – упало на пол, и я поняла, что стою перед Тесс в одном белье.

– Ви должны оплатить это. – Французская стерва подхватила порванное платье с таким видом, словно держала в руках грязную тряпку.

Тесс бросилась ко мне с сочувствием, выглядевшим почти что искренним.

– Боже, Энни, с тобой все в порядке?

В порядке ли я? Это я-то, которая стоит дура-дурой перед любовницей своего бывшего парня! Перед женщиной, напрочь убившей мою уверенность в себе и своих сексуальных способностях! Женщиной, рядом с которой я чувствовала себя затрапезной дурнушкой?!

– Спасибо, Тесс, я в порядке. – Шмыгнув в примерочную, я быстро закрыла за собой дверь.

– Такое милое платьице, – донесся до меня голос Тесс. – Почему бы тебе не взять еще одно? Бойсон поможет тебе влезть в него.

– Бойден.

– Что?

– Его зовут Бойден.

– Ах да. Верно. А я что сказала? У-упс! – Она тихонько захихикала.

И как только эта женщина умудрилась получить диплом юриста? Мозгов у нее, как у амебы. Натянув свою юбку с майкой, я схватила сумочку и вышла из примерочной. Тесс все еще красовалась перед зеркалом.

– Похоже, Бойд – симпатичный парниша, – светло улыбнулась она своему отражению.

Ее ничуть не беспокоило мое присутствие. Я бы на ее месте не знала, куда глаза девать от смущения. Но Тесс, наверно, другой породы. Иная разновидность человека?

– Расскажи, как вы с ним познакомились. Я обожаю романтические истории.

Я, признаться, немного напряглась. Мы с Крисом не углублялись в такие детали. Пока я раздумывала, что бы такое ответить, к нам вновь подошла продавщица с голубым платьем без бретелек в руках.

– Примерьте это. Думаю, оно сядет лутше, – снисходительно обронила она.

Схватив платье, я снова нырнула в примерочную. Кое-как втиснувшись в голубой футлярчик, я выбралась наружу.

– М-м-м, – протянула продавщица, разглядывая меня, словно экзотическую тварь в зоопарке. – Лутше, да. Вот только чуть… – Она бросила взгляд на Тесс, которая изучала меня, как насекомое под микроскопом.

– Пожалуй, чуточку маловато. – Тесс подчеркнула слово «чуточку». Не хотела, видимо, расстраивать меня тем, что я такая толстуха.

– Да, стоит подыскать на размер побольше. – Продавщица принялась рыться на вешалке.

– НЕТ! – Я не желала больше продолжать эту пытку. – Не надо ничего искать! Я оплачу порванное платье – и все.

Мне хотелось сбежать из этого магазина, подальше от хищных глаз Тесс. Нырнув в примерочную, я снова с облегчением натянула свою старую одежду.

Ладно, я и сама прекрасно знаю, что набрала за год пять килограммов, как знаю и то, что все они материализовались у меня на талии. Но тыкать мне этим в лицо!

Я бросила на Тесс испепеляющий взгляд.

– Знаешь что, Тес-с-с-с-с, – прошипела я, как рассерженная гадюка. – Я и правда не в форме. Понятно?

Она воззрилась на меня так, словно я заговорила на китайском языке.

– Я не в восторге от того, что вы с Треввом оказались на этом же острове, в этом же отеле. И не в восторге от того, как вы обошлись со мной.

Крутившаяся поблизости продавщица навострила уши.

– Я не в восторге от того, что ты на десять размеров тоньше и у тебя такие блестящие волосы.

Впервые за все это время в глазах у Тесс промелькнуло что-то человеческое. Может, раскаяние? Может, она и правда способна на такие эмоции или это только мое воображение?

Тесс приоткрыла рот. Неужели? Неужели она готова извиниться?

– Мы с Треввом ужасно переживали, мы не хотели, чтобы ты узнала обо всем именно так.

Я подождала в надежде услышать продолжение.

– И? – поторопила я Тесс.

– Что? – взглянула она на меня в полном замешательстве.

– Это все, что ты можешь сказать мне?

Я все еще надеялась получить свою порцию извинений, но Тесс, как и Тревву, плевать было на чувства окружающих.

– Ладно, забудь. – Отвернувшись от нее, я направилась к выходу из магазина.

– Энни, – окликнула меня Тесс уже на пороге. – Я ополаскиваю их кондиционером с маслом макадамии. Я про свои волосы. – Она покрутила в пальцах шелковистый локон.

Я растерянно моргнула. И как прикажете реагировать? Рассыпаться в благодарностях за то, что она доверила мне свою маленькую тайну? Может еще, организуем девичник? Поболтаем о парнях и поцелуях, а я поделюсь с Тесс секретом своего замечательного крема от загара.

Но сюрпризы на этом не закончились.

– Если хочешь, могу дать тебе на время. Он поможет вернуть блеск…

Ну вот, теперь у меня еще и тусклые волосы! Я поспешила прочь, чувствуя себя хуже некуда. Почти как в тот день, когда жизнь моя пошла под откос. Та искорка уверенности, которую я ощутила утром, мигнула и угасла. И почему я дала этой женщине такую власть над собой?

При виде моей поникшей фигуры Крис даже присвистнул. Я уныло плюхнулась на стул рядом с ним.

– Угостить даму напитком? – поинтересовался он с галантностью настоящего Казановы.

– Как считаешь, я очень толстая?

Крис неожиданно расхохотался.

– Только взгляни на нас! – воскликнул он. – «Не толстая ли я?» Настоящая семейная пара!

– Я серьезно. А моим волосам и правда не хватает блеска?

Он снова рассмеялся, но при виде моей унылой физиономии посерьезнел.

– И раз уж ты все равно видел мою грудь… Ей и правда не хватает упругости?

– Энни Энн, твоя грудь выше всяких похвал.

Я вздохнула.

– Энни, ты выглядишь потрясающе. Я серьезно.

Я слегка приободрилась.

– Ну как, ты еще не раздумал угощать меня коктейлем?

– Выбирай! – улыбнулся Крис.

– Что-нибудь такое, где побольше рома.

* * *

Следующий час пролетел незаметно. Два экзотических коктейля привели меня в приятное расположение духа, а Крис своими шутками и вовсе разогнал уныние. Но, представив, как побреду, пошатываясь, по узенькому мостику от бара до берега, я немедленно протрезвела.

– Не думаю, шшо это удачная идея, – сообщила я Крису.

– Не будь я таким шлавным парнем, Энни Энн, – мгновенно отреагировал он, – запросто мог бы воспользоваться ситуацией.

– Хватит издеваться надо мной! Помоги лучше перебраться на ту сторону.

Я-то надеялась, что он переведет меня по мостику, но Крис подхватил меня на руки и понес к берегу.

Я покрепче обхватила его за шею и вдруг поняла, что мне это нравится. Я ощущала себя легкой, как перышко (несмотря на фиаско с голубым платьем). До чего же приятно оказаться на руках у сильного мужчины!

Крис донес меня до самого номера, в чем, собственно, не было особой необходимости. Здесь он осторожно опустил меня на диван.

– Вот спасибо так спасибо, – улыбнулась я.

– Да ладно. На что еще нужны мнимые бойфренды?

– Пожалуй, мне стоит немного вздремнуть.

– Осилишь лестницу или донести тебя до кровати? – лукаво поинтересовался Крис.

– Уймись, парень. – Махнув рукой, я принялась карабкаться наверх.

– Если соскучишься, зови! – раздалось мне вслед.

Уже через минуту я лежала в кровати, а в голове у меня кружилась одна-единственная мысль. Хочу ли я, чтобы он присоединился ко мне?

Наконец я села и взглянула на дверь. Та будто взывала: «Открой меня, впусти Криса».

К черту осторожности.

Вскочив, я заспешила вниз по ступеням.

– Крис! – выпалила я.

Он поднял голову от компьютера.

– Что такое?

– Мне надо кое-что сказать тебе.

Глава двенадцатая

Ну кого я пытаюсь обмануть?

Смутившись, я промямлила:

– Хочу вздремнуть… если ты не против.

– Ничуть. – Крис недоуменно взглянул на меня, а потом снова склонился над компьютером. Мне же не оставалось ничего другого, как поспешить наверх, мысленно проклиная собственную робость. Я быстренько заползла в постель и закрыла глаза.

* * *

Проснулась я уже в сумерках. Дневная жара спала, и небо из голубого стало розовато-зеленым.

Снизу до меня донеслось лихорадочное «клик-клик», и я спустилась на первый этаж.

Крис сидел за столом. Рядом с ним высились три чашки из-под кофе. Ноутбук открыт, iPad сияет огоньками, как новогодняя елка. Печатал Крис с такой скоростью, что пальцы буквально летали по клавиатуре.

Какое-то время я молча наблюдала за ним. Он то посмеивался про себя, то замирал на пару секунд, то проговаривал вслух несколько слов. Он настолько погрузился в работу, что помешать ему казалось преступлением.

Но ступенька под моей ногой предательски скрипнула, и Крис обернулся. Пару секунд мы молча смотрели друг на друга, после чего он резко захлопнул ноутбук.

– Похоже, ты все-таки обрел вдохновение, – кивнула я на компьютер.

Крис почему-то смутился. Теперь он смотрел на меня со странной смесью робости и замешательства. Творческие люди в этом плане непредсказуемы.

– Да, обрел, – кивнул он.

– Почитай мне какой-нибудь отрывок.

Я еще ни разу не заглядывала в сценарий к фильму. Должно быть, захватывающее чтение!

– Только когда закончу, – покачал головой Крис.

– Почему бы тебе не сделать исключение ради своей очаровательной подружки?

– Увы, не могу.

– Ну ладно, – вздохнула я, плюхнувшись на немыслимо удобный диван. – И чем же мы займемся теперь?

Крис присел рядом.

– Лично я предпочел бы заказать ужин в номер, а потом посмотрел бы какой-нибудь фильм.

Кино, ужин в номер… до чего прозаично! Разве нельзя придумать что-то поинтереснее?

Но чем дольше я сидела на этом роскошном диване, тем меньше мне хотелось отправляться на поиски приключений. Тогда я предложила Крису компромисс.

– Почему бы не поужинать на верхней террасе? Заодно сможем полюбоваться закатом.

Сказано – сделано. Когда мы поднялись на крышу, солнце уже садилось. Небо из синего стало бледно-фиолетовым, а водная гладь пропиталось странной смесью голубого и янтарного. Заходящее солнце окрасило пальмы в розовато-оранжевый цвет, а над головами у нас мерцала одна-единственная звезда. Мы сидели за столиком, завороженные красотой тропического вечера.

– Ну что, так себе видок, – выдал наконец Крис. – Я бы сказал, отвратительное зрелище, – добавил он с нарочитой гримасой.

Я невольно рассмеялась. До чего же он все-таки забавный! А еще интересный. И совсем не похож на других…

Я поняла, что не отрываясь смотрю на Криса. Он тоже перестал смеяться и взглянул на меня. Было в этом взгляде что-то особенное. Нечто такое, что не укладывалось в рамки чисто дружеских отношений. Мне стало жарко, словно прохладный вечер мгновенно превратился в день.

Разумеется, я и без того понимала, что Крис мне нравится. Но мне нравились многие парни. И не каждый способен был одним своим взглядом зажечь меня, будто свечу.

Я нервно откашлялась. Крис, похоже, тоже ощутил какую-то неловкость, поскольку безо всякой надобности взъерошил волосы.

– Пожалуй, нам стоило бы получше узнать друг друга, раз уж мы официально состоим теперь в отношениях, – обронил он.

Крис старался вернуть нашу беседу в русло непринужденной шутливости, но это удалось ему лишь отчасти.

– Прекрасно, – кивнула я. – Давай сыграем в «Двадцать вопросов». Я спрашиваю первой.

– Господи, только не это! – вскинулся Крис. – Развлечение в духе «Космополитен»… «Что сделать, чтобы лучше узнать своего парня». «Позволит ли он вам выбирать ему одежду». «Любит ли он свою маму больше, чем вас». И все в этом же роде.

– Такое чувство, что ты и правда читаешь «Космополитен».

Крис смущенно поерзал на стуле.

– Бог ты мой! Ты читаешь «Космо»!

– Ну, заглянул пару раз, но только по работе. А как еще понять непостижимую женскую душу?

Я продолжала хихикать, и Крис обреченно замахал руками.

– Ладно, задавай свои вопросы.

Что бы такое спросить для начала? Я почти ничего не знала про этого человека.

– Где ты живешь?

– В Лос-Анджелесе.

– Где ты вырос?

– Там же. Родители переехали в Америку из Германии.

– Братья, сестры?

– Брат и сестра.

– Любимый цвет?

– М-м-м-м… синий.

– Любимая кухня?

– Китайская. Определенно китайская.

– Марка машины?

– «Порше».

– У тебя есть такая?

– Да.

– Так ты богат?

– Я неплохо зарабатываю.

Успешный, а ничего показного. Не сравнить с тем же Треввом.

– Любимое занятие?

– Смотреть кино.

– Любимый фильм?

– Трудно сказать. Мне многие нравятся.

– Любимый писатель?

Честно говоря, запас моих вопросов уже поиссяк.

– Доктор Сьюз.

Что бы еще такое спросить?

– Любимое место отдыха?

– Маврикий, – взглянул он на меня с улыбкой. – Хоть я и не люблю воду.

Его смех подействовал на меня заразительно. Такое чувство, словно кто-то привязал мои губы за ниточки и дернул, отчего моя улыбка расплылась едва ли не до ушей.

На мгновение я полностью утратила представление о том, что мы тут делаем. Ах да… вопросы. Раз уж я объявила Криса своим парнем, надо получше с ним познакомиться.

– Фейсбук или Твиттер? – спросила я, когда губы мои пришли в норму.

– Ни то, ни другое. Терпеть не могу социальные сети.

– Правда?

Ну что бы еще такого спросить?

– Ладно, опиши себя в пяти словах.

И снова лукавая улыбка.

– Забавный. Чертовски привлекательный. Невероятно сексуальный. А еще…

– Это уже больше пяти слов.

Мы взглянули друг на друга и снова разразились хохотом.

– Ладно, у меня осталось еще два вопроса, – заявила я. – Почему ты стал писать комедии? И почему ты так боишься воды?

– Честно? – Он внезапно посерьезнел.

– Разве честность – не основа любых отношений? – игриво улыбнулась я.

– Что ж… дело в том, что в школе я был толстым, неповоротливым очкариком.

Я даже охнула.

– Быть не может!

– Увы, я был толстым, неуклюжим мальчуганом с брекетами и в очках. Меня дразнили и обзывали все кому не лень.

– Бедняга!

– Если что и помогало скрасить ситуацию, так это мои шутки. Вот я и стал тем, кем стал – толстым, забавным пареньком.

– Ну и ну!

Что еще можно было добавить? Я искренне сочувствовала тому несчастному мальчугану, каким был когда-то Крис. Джейн тоже часто дразнили в школе. Она приемная дочь, поэтому не похожа на своих родителей. Еще она очень высокая и с необычной внешностью. Ходячая мишень для насмешек. Вот и Крис, похоже, натерпелся в свое время.

– Зато теперь ты успешный, богатый, привлекательный парень, – поспешила я утешить его.

– Верно. И девицы теперь так и виснут на мне, – с горечью заметил Крис.

В моем сознании словно лампочка вспыхнула. Неудивительно, что этот парень не верит в настоящую любовь, ведь все чувства, с которыми ему приходилось сталкиваться, объяснялись его привлекательной внешностью и солидным счетом в банке.

– А как насчет воды? – поинтересовалась я.

Крис совсем помрачнел. Я подумала, что он предпочтет отшутиться, но не тут-то было.

– Видишь ли, соседские мальчишки решили поразвлечься и столкнули меня в бассейн. А потом продолжали пихать вниз, пока я едва не утонул.

– Ужас какой! – Я крепко сжала его руку.

Крис с деланой беспечностью пожал плечами.

– Дети часто бывают жестокими.

– Все равно это ужасно. Мне очень жаль, что все так вышло. И очень жаль, что твои родители развелись. Я сама с этим столкнулась и знаю, до чего это неприятно.

Крис принялся с преувеличенным интересом разглядывать упавший на стол кусочек пальмового листа.

– Видишь ли, это была мать моего лучшего друга, – тихо сказал он, стараясь не смотреть мне в глаза. – Моего единственного друга, если уж на то пошло. Но после того случая мы практически не общались.

Я крепко сжала его руку.

– Ты же не думаешь, что это ты во всем виноват?

– Фактически я их и познакомил. Не дружи я с ее сыном…

– Глупости! – решительно заявила я. – Твоей вины здесь точно нет.

– Все это не так очевидно, когда тебе только шесть. Особенно если в один прекрасный день твоя мать запирается у себя в комнате и не желает оттуда выходить.

Как же мне хотелось обнять его! Сказать что-то простое, но важное, отчего на лице его вновь заиграла бы улыбка.

– Хватит уже обо мне, Энни Энн. Я и так утомил тебя своей немыслимо трагичной историей. Теперь я хочу услышать твою историю. И пусть она тоже будет трагичной, чтобы я не так переживал!

Крис вновь заговорил в привычной шутливой манере.

– Ну… мои родители развелись, когда мне было шестнадцать. Ничего трагичного – они просто расстались, и все.

– Что-нибудь еще?

– Терпеть не могу среду.

Понятия не имею, почему я вдруг это брякнула!

– Почему?

– Унылый день. Середина недели и все такое.

Крис рассмеялся.

– А еще?

– У меня есть замужняя сестра, и мы с ней в прекрасных отношениях. А еще есть малышка-племянница, которую я просто обожаю.

– Я тоже люблю детей, – кивнул Крис.

– Серьезно?

Чего-чего, а этого я не ожидала. Не очень-то он походил на парня, который любит детишек.

– Получается, в один прекрасный день ты собираешься стать отцом?

– Само собой. Я всегда знал, что хочу большую семью.

– Это притом, что ты не веришь ни в любовь, ни в узы брака?

– Может, я пойду по стопам Мадонны и Анджелины и усыновлю кого-нибудь. В Голливуде это сейчас очень модно. – Он вновь одарил меня лукавой улыбкой.

Такое чувство, словно этот человек умел включать веселость по щелчку пальцев.

– Ну, хватит обо мне. Где же та история, Энни Энн, которая заставит меня содрогнуться?

– А тебе мало того эпизода, когда я застала своего парня в постели с другой? Скромненькая такая история, после которой вся моя жизнь рассыпалась к чертям!

– А ты не преувеличиваешь?

– Ничуть. Я сама изменилась до неузнаваемости. Понятия не имею, куда подевалась прежняя Энни.

– Может, новая Энни лучше старой?

– Какое там! Она просто невыносима. Все время ноет, совершает какие-то глупости и…

– Я думаю, она просто великолепна.

От его слов у меня перехватило горло.

– Она хороша такая, какая есть, и этим все сказано.

– Ты только и делаешь, что осыпаешь меня комплиментами!

– А для чего еще нужны мнимые бойфренды?

Сердце у меня болезненно сжалось. Я совсем забыла, что все это ненастоящее и мы просто разыгрываем свою маленькую пьеску.

Громкий шум едва не заставил нас подскочить на месте. Я опасливо взглянула в сторону пальмовых зарослей, тянувшихся рядом с виллой. Неожиданно среди листьев появилась чья-то рука.

Я буквально взлетела со стула.

Рука, здесь? На уровне второго этажа?

За ней появилась следующая конечность. Руки аккуратно развели листья, и в просвете засияло чье-то лицо.

Тревв.

Он триумфально улыбнулся, глядя на наши ошеломленные физиономии.

– Попались! – довольно проорал он.

Боже, неужели он подслушал наш разговор? Наша маленькая интрижка закончилась, не успев даже начаться.

Глава тринадцатая

Мы с Крисом обменялись нервными взглядами.

– О чем ты? – выдавила я. Пусть уж Тревв вывалит все сразу, и делу конец.

– Хорош веселиться! – все так же жизнерадостно проорал он, после чего довольно расхохотался. Мы с Крисом тоже рассмеялись, но уже от облегчения.

– Но если серьезно, приветики, соседи! – заявил он, подстраиваясь под «австралийский» акцент Криса.

Ну зачем, зачем ему это понадобилось? Такое чувство, что от него просто не было спасения. Тревв и Тесс напоминали мне застарелую сыпь – сколько ни старайся, а она по-прежнему зудит. Вот и теперь этот человек пошел, должно быть, на немыслимые ухищрения, лишь бы получить второй президентский номер. И все для того, чтобы оказаться рядом с нами.

Но зачем? Для чего?

Неужели он настолько эгоистичен, что его изводила сама мысль о том, насколько лучше и просторнее наш с Крисом номер?

– Привет, ребята!

Среди листвы появилось личико Тесс. Она довольно улыбалась.

Безумие, чистой воды безумие.

Две маленькие головки, утопающие в зеленой листве.

Смотрят на нас, улыбаются.

Может, эти двое просто больны? Может, им давно пора показаться врачу?

Словно в ответ на мои сомнения, Тревв заявил нечто немыслимое:

– Как насчет парочки коктейлей? Не желаете присоединиться?

И вновь эта его рекламная улыбка.

Ну-ну, дайте подумать.

Эти двое – лживый, себялюбивый тип и его шлюха-подружка – приглашают нас на парочку коктейлей! Как будто ничего не было. Просто встреча старых друзей. Нет, это явно клинический случай. Похоже, парочку пора изолировать от общества.

Тревву мы были нужны исключительно в качестве зрителей. Чтобы он мог покрасоваться в своем излюбленном шоу «Моя чудесная, потрясающая, суперудачная жизнь». Окажись мы за одним столом, и он немедленно начнет трубить про свою новую машину, успешную фирму, немыслимо горячий секс и прочие радости жизни.

#счастье#процветание#жизньудалась#любовь#ваминеснился_такойуспех_такчтоумрите_отзависти

– Не думаю… – начала было я, но меня прервали.

– Разумеется! – воскликнул Крис.

– Что?! – Я едва не убила его взглядом. – Разумеется, нет! Мы как раз… я только что… – Я лихорадочно подыскивала какой-нибудь веский повод, чтобы отказаться. – Я бросила пить! – безапелляционно заявила я.

Тревв бросил взгляд на столик, где красовались два бокала с вином. Черт.

– Я только что бросила пить, – добавила я с глупейшей улыбкой.

Кивнув, Тревв и Тесс скрылись в листве, а я возмущенно набросилась на Криса.

– С чего вдруг ты решил согласиться?

– Просто подумал, что из этого может получиться неплохая шутка, – пожал он плечами.

– Шутка? Ты кажется забыл, что это не одна из твоих идиотских комедий! Это моя жизнь, понимаешь? Жизнь!

– Ты права. Прости ради бога. Я не хотел ставить тебя в такое неловкое…

«ХА-ХА-ХА!»

ПОП!

Со стороны соседней виллы раздался громовой хохот. За ним последовал характерный хлопок – там открыли бутылку с шампанским. А в следующую секунду пробка от бутылки ударилась о нашу террасу, подскочила пару раз и шлепнулась в бассейн.

Мы с Крисом уставились на это крохотное, чужеродное тело, которое мирно покачивалось на воде. И тут…

«ХА-ХА-ХА!»

ДЗИНЬ!

«ТВОЕ ЗДОРОВЬЕ!»

Это было так громко. Умышленно громко. Эти двое явно не желали оставить нас в покое.

– Неужто они… – Крис вышел на балкон и взглянул в просвет между листьями. Я тоже не сдержала любопытства. Тревв и Тесс демонстративно чокались шампанским, как в рекламном ролике.

– Ну нет, я этого так не оставлю! – Крис бросился вниз и уже через минуту стоял передо мной с двумя бутылками шампанского. – Держи. На счет «два» я открываю свою, а на счет «три» ты делаешь то же самое.

– Нет уж, я не собираюсь ломать комедию…

Я не закончила, поскольку из-за деревьев донесся голос Тревва:

– Алло, это обслуживание номеров? Принесите-ка нам бутылочку шампанского получше и блюдо с омаром и устрицами.

– Давай, – шепнул он. – Раз, два… – Он с хлопком открыл свою бутылку. – …и три!

Я открыла свою. Две пробки выстрелили почти одновременно. Шампанское с шумом выплеснулось наружу.

И мы расхохотались. Не театрально, как наши соседи, а искренне, от души. Мы просто умирали со смеха, отчего эти двое наверняка уже втайне бесились.

Наконец, отсмеявшись, мы плюхнулись на просторную кушетку. В руках у меня все еще была бутылка с шампанским, и я понятия не имела, что с ней делать. Никогда не любила эту противную водичку.

– Терпеть не могу шампанское. – Крис со стуком опустил свою бутылку на пол.

– Я тоже.

– Горечь страшная.

– Да еще и кислятина, – добавила я.

– Вроде кошачьей мочи.

Крис, как всегда, опередил меня на шаг.

Мы сидели почти вплотную друг к другу, и я чувствовала жар, исходивший от его тела. Вскоре он усилился настолько, что пространство между нами словно наэлектризовалось. Ладошки у меня вспотели, по спине побежали мурашки. Что-то странное творилось между нами. Что-то такое, чего я не могла понять…

ПЛЮХ! ПЛЕСК. ХИ-ХИ-ХИ.

Тревв и Тесс нарушили неловкую паузу, и я с облегчением вздохнула. Похоже, эти двое открыли для себя все прелести бассейна под открытым небом. Я уже хотела предложить Крису поплавать, чтобы поплескаться еще громче, как вдруг до меня донеслись совсем другие звуки.

Неужели они снова взялись за свое???

Тесс кокетливо захихикала.

Тревв негромко простонал.

Я в отчаянии взглянула на Криса.

– Да ты шутишь! – вскинул он брови.

Я покачала головой.

– Не могут же они прямо здесь? – Он в изумлении уставился на меня.

– Раньше их это не останавливало.

«О-о-о-о! Хи-хи-хи. О-о-о, Тревв! Шу-шу-шу».

Все эти тошнотворные охи и вздохи! Оставалось надеяться, что Тревв приобрел себе водонепроницаемые зажимы для сосков.

Я почувствовала руку у себя на плече.

– Пошли, посмотрим какой-нибудь фильм.

Мы молча спустились вниз и так же молча уселись на диван.

– Если тебе станет легче, могу сказать, что я их ненавижу. – Крис с хрустом открыл пакетик чипсов.

– Но ты же считаешь, что Тесс вся из себя такая сексуальная!

Неужели это я только что брякнула? Вот уж не думала, что опущусь до такого! Но все эти бесконечные похвалы в адрес Тесс действительно нанесли удар по моему самолюбию.

– Я чувствую себя гадким утенком, которого вышвырнули из гнезда ради прекрасного лебедя, – с горечью добавила я.

– Да ты спятила! – с искренним негодованием воскликнул Крис.

– Но ты же не будешь отрицать, что она и правда горячая штучка. Ходячий секс. Любой мужчина позволит нацепить на себя зажимы для сосков, лишь бы оказаться в одной с ней постели!

– Должен признать, когда ты видишь ее впервые, она и правда производит впечатление. Но пары минут в обществе этой дамочки достаточно, чтобы возненавидеть ее раз и навсегда. – Крис вскочил с дивана и заверещал тоненьким голосом: – Ах, эти розочки как наша цветущая любовь! Мое колечко такое яркое и чудное! Хи-хи-хи. О, Тревви, ты самый лучший! – Он умолк и покачал головой. – Поверь, вся ее притягательность исчезает, стоит поговорить с ней подольше. К тому же, – голос его потеплел, – ты очень красивая.

Упс!

Моя температура мгновенно подскочила до ста градусов. И тут же упала. Как я могла забыть – ведь все это лишь представление!

– Хватит уже играть роль моего бойфренда. За нами никто не наблюдает.

– Я не притворяюсь, Энни. – Крис подсел поближе.

– Нет? Ты…

У меня внутри опять разбушевался пожар. Во рту пересохло, ноги обмякли и превратились в спагетти.

– Ты и правда очень, очень…

Неожиданно он оказался совсем рядом. И этот его взгляд!

Против воли я уставилась на его губы, и в этот момент он улыбнулся.

– Ты такая горячая сучка, Энни Энн!

Глава четырнадцатая

Как только меня не называли за мою жизнь, но вот «горячей сучкой» точно ни разу. И как прикажете реагировать? Признаюсь, я слегка разочаровалась. Я-то ждала комплимента в духе «потрясающая», в крайнем случае «хорошенькая». И что мне теперь, сердиться или смеяться?

– Ты же не из тех феминисток, которые готовы отколошматить за подобную фразу, а потом еще сжечь лифчик в знак протеста? – Крис сделал движение, будто пытается прикрыться от удара.

– А что, я могла бы.

Я решила подыграть его шутливому тону. В конце концов, разве сами наши отношения не были одним большим розыгрышем?

– Пойду тогда схожу за спичками, – подмигнул он мне. – Только по лицу не бей. Мне говорили, что это один из плюсов моей внешности.

Что ж, с этим я могла согласиться!

– Между прочим, я таким образом напрашиваюсь на комплимент, – добавил он уже на полном серьезе.

– Вот оно что? Ты и правда очень милый.

– Но никак не сексуальный?

– Ну, если взглянуть под правильным углом…

– Ах! – Он театрально схватился за грудь, словно я ранила его прямо в сердце.

– Ну ладно. – Я вдруг засмущалась, будто какая-нибудь первоклассница. – Ты и правда довольно-таки горячий парень.

Я сказала это и сама почувствовала, как запылало у меня лицо. Я машинально приложила ладони к щекам, что, конечно же, не ускользнуло от внимания Криса.

– Похоже, здесь есть и такие, кто погорячее меня.

Ну разве мог он упустить возможность пошутить?

– Как бы то ни было, я не шутил, Энни Энн.

– О чем ты?

– Ты очень красивая. И привлекательная. Гораздо привлекательнее, чем Тесс.

Я расхохоталась, но Крис мгновенно прижал палец к моим губам.

– Я не шучу.

– Не шутишь? – глупо повторила я.

– С чего бы?

Какое-то время мы сидели в молчании. Я чувствовала полное замешательство. Ну как понять, говорит этот человек серьезно или просто разыгрывает роль моего бойфренда?

– Ну что, смотрим кино? – Я постаралась перевести разговор в другое русло.

Крис тоже оживился. Схватив пульт, он начал листать каналы, но все фильмы здесь были на французском с английскими субтитрами.

– Что ж, прекрасный шанс потренировать наш французский, – заявил он, усаживаясь рядом со мной на диван.

Фильм начался. Честно говоря, я не понимала в нем ни слова. Главные герои постоянно о чем-то спорили, выясняли отношения. Еще они много курили, не сводя друг с друга испытующих взглядов. А потом случилось немыслимое.

Не успела я моргнуть, как она (изящная француженка с короткой стрижкой) сбросила с себя одежду. Уже в следующее мгновение он (горячий француз с обжигающим взглядом) прижимал ее к стене. Штаны его упали на пол, обнажив превосходной формы задницу, он раздвинул ноги партнерши…

И они набросились друг на друга, словно парочка обезумевших животных.

Никакой тебе нежности, одна животная страсть. Ни разу еще мне не доводилось видеть такой откровенной сексуальной сцены (разве что в «11 дюймах Оушена»). Вам действительно показывали пенис! Я замерла, не в силах шевельнуться. Крис рядом со мной тоже напрягся.

Пенис! Пенис! Пенис! Это все, о чем я могла думать. Все, что видела, даже когда обводила взглядом комнату… баночка колы, карандаш на столе, банан в чашке с фруктами. А Крис? Интересно, какой у него пенис?

Хватит! Мне хотелось прикусить себе язык, лишь бы проклятое словечко не сорвалось ненароком с моих губ.

«Так что, Энни, чем бы ты хотела заняться теперь?»

«Поиграть с твоим пенисом!»

Нет-нет, порядочные девушки такого не говорят! Сложив руки на груди, я снова уставилась на экран. Но чем дольше я на это смотрела, тем сильнее заводилась. Когда уже казалось, что еще немного, и я умру от стыда, секс наконец-то закончился. Эти двое вытащили сигареты и снова закурили.

Я почувствовала, как Крис рядом расслабился. Услышала громкий вздох облегчения. Неужели и его зацепило?

Сцена секса закончилась, но отголоски ее окружали нас плотным облаком. Казалось, единственный выход из ситуации – сбросить одежду и продолжать уже самим. Мысли мои крутились так, словно кто-то швырнул их в блендер и нажал на кнопку. Ни единой внятной фразы, одни обрывки.

Да, он секси.

Нет… нельзя спать с мнимыми бойфрендами.

Но меня так и тянет…

Да… нет!

Что, если я облажаюсь в постели?

ДА, нет, ДА, нет…

ЧЕРТ!

Похоже, мы просидели минут двадцать, пока буря в моей голове не улеглась. Теперь там крутилась одна-единственная мысль, сияя ярче, чем вывеска секс-шопа.

Секс. Секс. Секс.

Пора было положить этому конец.

– Крис! – выпалила я.

– Энни! – немедленно откликнулся он.

– Я… я только хотела… – лепетала я, но слова не получались.

– Я понял, – сказал он.

Я почувствовала облегчение и все же поспешила уточнить:

– О чем ты?

Он бросил на меня странный взгляд.

– А ты?

Пару секунд мы тупо смотрели друг на друга.

– Что ты хотел этим сказать?

– А ты что хотела сказать?

Наш разговор зашел в тупик. Мы кружили вокруг да около, не желая произнести запретные слова вслух. Что ж, раз Крис не хочет быть первым…

Я набрала побольше воздуху в легкие.

– Секс!

Крис сглотнул, зрачки его расширились.

– Что значит – секс?

– Мы им не занимаемся, – твердо заявила я.

– А кто сказал, что мы им занимаемся?

Что? Неужели я неправильно поняла и он не думал ничего такого? Я почувствовала, как краска стыда заливает мне лицо.

– Мы не можем заниматься сексом, – добавил Крис, – поскольку у нас нет сигарет.

– Что?

– Сигареты. Ну о каком сексе может идти речь, если потом даже нечего покурить.

Слава богу! Это настоящий подарок с его стороны – возможность обратить всю ситуацию в шутку.

– Точно. Нельзя заниматься сексом без сигарет. Да и без субтитров, – решила подыграть я.

– Впрочем… – голос его неожиданно изменился, стал мягким и приглушенным. – Я видел в холле автомат, где их можно купить.

– Что? Субтитры? – не удержалась я.

– Именно. Наверняка там есть и другой, который торгует сигаретами. И мы можем использовать спички, с помощью которых собирались сжечь твой лифчик.

– Я слышала, курение опасно для здоровья, – парировала я.

Крис наклонился, так что теперь я смотрела ему прямо в глаза.

– Порой, Энни, самое лучшее в жизни опасно для здоровья.

Глава пятнадцатая

Мы смотрели друг на друга, не отрываясь.

– Вроде шоколада, – сказала я.

– Или ромового коктейля, – заметил он.

Мы обменялись глуповатыми улыбками.

– Энни, можно тебя поцеловать? Так, чтобы порепетировать.

– Порепетировать?

– Ну, раз уж мы играем в парня и девушку, нам стоит хотя бы разок поцеловаться.

– Просто для практики, – кивнула я, – а не потому, что я нахожу тебя привлекательным.

– Разумеется, нет.

Я невольно бросила взгляд на его губы.

– Так, легкий поцелуйчик, – добавил Крис, – если ты, конечно, не предпочтешь что-нибудь поосновательней.

– Нет! Легкого поцелуя вполне достаточно.

Я придвинулась ближе. Наклонила голову и даже прикрыла глаза…

– Стой! Я должна сказать… я уже давно не целовалась.

– Ничего страшного, – улыбнулся Крис, которого моя нервозность явно забавляла.

– Ладно. Тогда вперед!

На этот раз Крис сам наклонился ко мне. Я уже почувствовала его дыхание…

– Но ты же не будешь судить меня по одному поцелую, даже если он окажется неудачным? Просто я…

– Энни! – это прозвучало так громко, что я едва не подскочила. – Хватит болтать. Я хочу поцеловать тебя.

Он наклонился, и губы его коснулись моих. Мы оба застыли, не желая тревожить такой волшебный момент. Потом губы Криса шевельнулись, и я придвинулась еще ближе, пока тела наши совсем не соприкоснулись. Меня словно опалило огнем. Я чувствовала, что не могу остановиться…

– Энни, – шепнул Крис, будто ожидая чего-то.

Приглашения шагнуть немного дальше?

Но вместо этого я осторожно отстранилась. Наш поцелуй оказался совсем не таким, какого я ожидала. Мне казалось, все будет по-детски глупо и неуклюже, но поцелуй вышел на удивление прекрасным. Такими поцелуями легко вскружить голову любой девушке.

– Уже поздно, – шепнула я.

Крис кивнул.

– Мне пора ложиться.

– Хорошая мысль.

Я поднялась и поспешила прочь, но у самой лестницы не выдержала и оглянулась. Крис смотрел мне вслед.

– Спасибо за приятный вечер, Энни Энн.

– Пожалуйста.

Я быстро взбежала по лестнице. Не скажу, что обошлось без сожалений, но здравый смысл подсказывал, что оставаться в спальне Криса было бы большой глупостью. Наши отношения вышли за рамки первоначальной шутки. Я почувствовала к нему искреннюю симпатию, а Крис был не тем мужчиной, которого я могла бы полюбить: он жил в другой стране и совсем не верил в искренние отношения.

Только я открыла дверь в свою комнату, как послышался знакомый шорох пальм. Надо же, я совсем забыла о наших неприятных, сексуально озабоченных соседях! Обернувшись, я увидела Тревва, который подозрительно разглядывал меня из-за деревьев.

– Поругались, так?

– Что?

– Спишь наверху, так?

Он засыпал меня вопросами, как профессиональный адвокат, в надежде, что рано или поздно я ошибусь. Надо было придумать что-то, причем быстро.

– Эм-м-м… просто внизу кончились сухие полотенца. Мы принимали душ, вместе, вот и не рассчитали. По-моему, я видела парочку здесь, наверху.

Я мило улыбнулась, но Тревв продолжал разглядывать меня с прежней подозрительностью. Он так и не поверил, что мы с Крисом пара. Неужели он ждет, что я проведу остаток жизни в полном одиночестве, вздыхая по нему днями и ночами?

Я бросилась в комнату. Боже, пускай тут найдется пара полотенец! Я перерыла все шкафчики, откинула одеяла и сбегала в ванну.

Ничего.

Я снова вышла на веранду и с наигранным сожалением покачала головой.

– Ну что ты будешь делать? Ни одного полотенца.

– Постой-ка. – Тревв на мгновение исчез, а затем снова появился среди листвы, уже с полотенцами в руках. – Можете позаимствовать на время наши.

– Нет-нет, спасибо. – Последнее, чего мне хотелось, так это быть обязанной Тревву. Мне ничего не нужно было от него, не считая тех искренних извинений, на которые я все еще рассчитывала.

Тревв покачал головой.

– Энни, я настаиваю. Это самое малое, что мы можем для вас сделать.

Самое малое, что он может для меня сделать? Как будто полотенца были чем-то вроде утешительного приза.

Прости, я изменил тебе с другой женщиной, и ты так некстати застала нас в постели… Вот полотенца, бери – они хлопковые!

И он швырнул злосчастные полотенца к моим ногам. Мне не оставалось ничего другого, как только поднять их.

– Спасибо.

– Не за что, – просиял он своей рекламной улыбкой. – Понадобится сахар – обращайся.

И он исчез, только листья сдвинулись на месте, где только что маячило его лицо. М-да, придется идти вниз и спать там. В противном случае Тревв и правда может обо всем догадаться.

Но спускаться было ох как тяжело. Я боялась вновь оказаться наедине с Крисом. Сквозь пелену мыслей до меня донесся шум текущей воды, но я опомнилась, только когда увидела…

Крис был в душе. Совершенно голый.

Он мыл голову и стоял спиной ко мне. Сама того не желая, я смотрела и смотрела. Широкая, по-мужски крепкая спина. А задница… задница и вовсе превосходна! Мне вдруг ужасно захотелось сжать ее, ощутить под пальцами тепло его кожи.

И в эту минуту Крис повернулся. А поскольку до этого я любовалась его задницей, моему взору предстало нечто иное.

И смотрело оно мне прямо в лицо.

Признаться, я никогда не была поклонницей именно этой части мужского тела. Скажем прямо, не самая аппетитная его часть. Но у Криса он был просто совершенным.

По форме. По размеру.

Я невольно охнула.

– Энни?

Только теперь я вспомнила, что к этой части крепились еще тело, голова и мозги. Я судорожно отскочила назад и ударилась прямо об стену.

– Ой! – взвизгнула я. Резкая боль пронзила мой локоть, и я принялась потирать его, с трудом сдерживая слезы.

– Энни, ты в порядке?

Две руки подхватили меня и потащили в гостиную. Я очутилась лицом к лицу с мокрым, намыленным Крисом.

– Присядь!

Он аккуратно усадил меня на диван.

Но стоило мне сесть, как я опять оказалась на одном уровне с этим.

Взвизгнув, я с размаху закрыла руками глаза.

– Там, на полу, полотенце, – махнула я куда-то в сторону, продолжая усиленно жмуриться.

Послышался шорох ткани. Крис, должно быть, обернулся полотенцем.

– Все в порядке, можешь открывать глаза.

– Мне так жаль, Крис. Я вовсе не хотела… Но Тревв увидел меня наверху, и…

Крис внезапно расхохотался и рухнул на второй диван.

– Вот это, скажу я тебе, реакция!

– Я просто испугалась.

– Ого! Даже не знаю, считать ли это за комплимент или за оскорбление.

Щеки у меня снова запылали.

– По-хорошему испугалась, – шепнула я еле слышно.

– Рад, что тебе понравилось.

Судя по тону, Крис был вполне доволен собой.

– Прости, – повторила я, стараясь не смотреть в его сторону.

– Все в порядке. Полагаю, мы квиты, если вспомнить грудь, которую ты пихнула мне сегодня в руку.

– Что? – возмущенно выпалила я. – Я не делала ничего подобного! И вообще я не из тех, кто намеренно пихает что-то в чужие руки!

Крис добродушно рассмеялся.

– Я просто шучу.

– Вот и хорошо. Мне бы не хотелось, чтобы у тебя сложилось неверное представление обо мне.

– И какое же это представление?

– Что я… ну, я…

Боже, что я такое несу?

– Что ты пихатель? – предложил он со смешком в голосе.

– Нет такого слова. – Я попыталась отогнать от себя все непрошеные образы, связанные с глаголом «пихать».

– Ладно, Энни. Как ни жаль мне прерывать нашу приятную беседу, но я в душ – пора смыть это мыло.

– Конечно. Обещаю, что не буду подглядывать.

Крис встал и пошел в душ. Я услышала, как на пол упало полотенце.

В ушах у меня зашумело, кровь вскипела до сотни градусов. Мое тело реагировало на Криса каким-то первобытным манером.

Как же я желала его!

Сейчас больше всего на свете мне хотелось раздеться и залезть к нему в душ.

Глава шестнадцатая

Но я этого не сделала. И почувствовала немыслимое облегчение, когда водные процедуры наконец-то закончились.

– Ну что, ты спишь на кровати, а я перебираюсь на диван? – Крис принялся чистить зубы, и я вдруг подумала, до чего же все это интимно.

Вечерняя рутина. Ты идешь в душ, чистишь зубы, натягиваешь на себя пижаму. Все это делают в присутствии партнера, но уж никак не постороннего человека.

– Я могу лечь и на диване. Там очень удобно.

– Энни, я перестану уважать себя, если позволю тебе занять диван.

Честно говоря, мне не хотелось спать на кровати. На его кровати. Но объясняться мне хотелось еще меньше, а потому пришлось согласиться.

Я с некоторой опаской забралась под одеяло и обнаружила, что лежу на самой большой и самой удобной в мире кровати. Как я и ожидала, здесь все еще витали его запахи – сандаловый аромат одеколона и пряничные оттенки мыла… а может, и шампуня.

Крис выключил свет и лег на диван. Я слышала, как он ворочается, поправляя подушки.

– Тебе удобно? – с тревогой спросила я.

– Очень удобно. – Затем, спустя пару секунд: – А если бы я сказал «нет»? Ты бы предложила разделить с тобой постель? – по тону было слышно, что он снова улыбается.

– Не исключено, – откликнулась я. Шутить так шутить!

– Черт! Как же это я промахнулся!

– Считай, что тебе не повезло. – Я чувствовала, как по моему лицу растекается широченная улыбка. Хорошо еще, что Крис ничего не видел!

– Может, это тебе не повезло, – хихикнул он.

– Откуда такая уверенность?

– Мне говорили, что я очень даже неплох в постели.

– Спокойной ночи, Крис!

– Спокойной ночи, Энни Энн!

Я уже начала погружаться в приятную дрему, как кто-то заколошматил в дверь. Я подскочила, Крис тоже сел на диване.

– Эй, соседи, я решил подбросить вам еще парочку сухих полотенец. Так, на всякий случай.

Это был Тревв. Мы с Крисом переглянулись в полном замешательстве, которое мгновенно переросло в панику, когда Тревв стал крутить ручку двери.

– Ну что, я могу войти? – в голосе Тревва звучало явное подозрение. Это не был дружеский визит: ему просто хотелось подловить нас.

– Секундочку! А то ты застал нас в самый разгар… – прокричал Крис безо всякого акцента.

– Твой акцент, – прошипела я.

– Что? – Пару секунд он непонимающе смотрел на меня, пока до него не дошло. – Дай нам капелюшечку времени, приятель!

Вернувшись к роли австралийского бойфренда, Крис быстро похватал свое постельное белье и перекинул на кровать. Затем он взъерошил волосы и запрыгнул на постель. Окинув меня критическим взглядом, он безжалостно растрепал мне волосы.

– Все, дружище, можешь войти! – проорал он в сторону двери.

Все эти нелепые метания показались мне поначалу полной глупостью. Но, увидев физиономию Тревва, я в полной мере оценила усилия Криса. Этот идиот пришел к нам в поисках улик.

– Брось полотенца на диван, – предложил ему Крис.

Я машинально повернула голову в сторону дивана и едва не охнула. Черт! Крис оставил там свою подушку, и эта оплошность не осталась незамеченной. Тревв уставился на проклятую подушку, и на лице его расцвела улыбка, как у серийного убийцы.

– Спокойной ночи, ребята! – едва не пропел он, скрываясь за дверью. – Приятных снов!

– Черт! – сорвавшись с постели, Крис бросился к подушке. – Ты видела его лицо?

Я кивнула.

– Да уж, теперь-то он позлословит! Расскажет всем нашим знакомым и так называемым общим друзьям…

Не успела я закончить фразу, а Крис уже лежал прямо на мне.

– Что ты… о-о-о-о-х-х-х-х!..

Он схватил мои ноги, закинул их себе на пояс, а затем поцеловал меня. Поначалу я была в полном шоке. Но стоило его губам прикоснуться к моим, как все мои мысли мгновенно улетучились. Меня охватило дикое, безудержное желание. Я схватила Криса за плечи и пылко ответила на его поцелуй.

К реальности меня вернул громкий стук распахнувшейся двери. Я бросила взгляд в ту сторону и увидела Тревва.

– Тревв! Боже, что ты здесь делаешь? – Я все еще не могла отдышаться от поцелуя.

– Прости, приятель, но ты как-то не вовремя. – Щеки Криса слегка раскраснелись.

Тревв уставился на нас так, словно не мог поверить своим глазам.

– Просто хотел сказать, что вам лучше запереться на ночь. Никогда не знаешь, кто там бродит под окнами… подглядывает за вами с цветочной клумбы, – сказал он и выскользнул за дверь.

Я ошеломленно смотрела ему вслед. Откуда он знает? Неужели видел меня? Боже, какой стыд! И ведь не постеснялся сказать мне это в лицо!

– Ф-ф-у-у-у, – с облегчением протянул Крис. – Я услышал, как он возвращается, и…

– И решил наброситься на меня?

Он улыбнулся. Улыбка это была такой зажигательной, что я напрочь забыла про Тревва.

– Тебе понравилось, – подмигнул он. – Признайся. Ты давно надеялась, что я на тебя накинусь.

– Глупости! – возмущенно воскликнула я. – И вообще, почему бы тебе не слезть с меня?

– Не сейчас. Мне тут очень удобно. А тебе?

Признаться, удобно было не совсем то слово, которое описывало мои ощущения.

– Ты классно целуешься, Энни Энн.

– Просто притворилась, – выпалила я.

– Правда? Так ты еще и классная актриса. Да что там, у меня все плечи исцарапаны!

– Что? – Я взглянула на его плечи и обмерла.

Так и есть: я вцепилась в него, будто нимфоманка. Лицо у меня запылало от стыда.

– Прости, я не хотела.

– Не переживай. Будет здорово похвастаться этими царапинами завтра на пляже. – Он взглянул на меня с гнусной ухмылкой. – А ты как, не хочешь ничего в этом же духе? Засос, например?

– Нет, спасибо.

Приподнявшись на локтях, он в последний раз взглянул на меня, после чего перекатился на бок.

– Ну что ж, пойду устроюсь на диване. – Он уже спустил ноги с кровати, но остановился. – Правда, это довольно рискованно, если учесть, что Тревв может рыскать где-то поблизости.

– Пожалуй, – нервно хихикнула я.

– Мы же не хотим, чтобы он вернулся и застал меня спящим на диване?

– Нет, конечно. – Сердце у меня заколотилось быстрее. – Но мы могли бы закрыть дверь на замок.

– Ну, с таким парнем, как Тревв, ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов. А вдруг он вскроет замок?

– Тоже верно, – согласилась я, хотя мысль о том, что Тревв может вернуться сюда с набором отмычек, казалась мне абсурдной.

– Ну так что, – улыбнулся Крис, – могу я залезть обратно?

Я еле заметно кивнула. Во рту у меня пересохло, как в безводной пустыне. После Тревва я ни разу еще не спала с мужчиной в одной постели.

Крис забрался под одеяло, я тоже натянула его до шеи. Головы наши коснулись подушки, и мы уставились друг на друга. Мне это напомнило детскую игру: кто первый моргнет, тот и проиграл. Так мы и смотрели глаза в глаза друг другу, пока я не почувствовала, что больше не могу.

– Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, – откликнулся Крис. Наклонившись, он поцеловал меня в щеку.

– Приятных снов!

* * *

Не знаю, сколько было времени, когда я проснулась. Разбудило меня негромкое постукивание. Крис сидел на диване и что-то вдохновенно печатал. Вокруг ноутбука стояли пустые чашки из-под кофе и банки с колой.

– Эй. – Спросонья я говорила почти шепотом.

Крис обернулся с таким испугом, словно я тихонько подкралась сзади и хлопнула его по плечу. Он захлопнул ноутбук.

– Прости, не хотел тебя разбудить.

– Все в порядке, – улыбнулась я. – Рада видеть, что твоя работа продвигается с такой скоростью.

Крис довольно вяло улыбнулся.

– Спасибо.

– Стало быть, вдохновение появилось?

В глубине души я надеялась, что он обрел его в нашем поцелуе. Глупость, да и только!

Крис посмотрел мне в глаза и отвел взгляд.

– Спи, Энни!

* * *

Утром меня разбудил телефон. Я взглянула на экран. Сообщение от Лили. Им с Джейн намного лучше, и завтра утром они уже будут на Маврикии. Я невольно поморщилась: представляю, что они скажут, когда узнают, что мы с Крисом разыгрываем влюбленных! Джейн точно не порадуется. Уж слишком шаток наш план, слишком многое может пойти в нем не так.

Конечно, я отдавала себе отчет в возможных последствиях нашей затеи. И прежде всего существовал риск, что я могу проникнуться к Крису настоящими чувствами. Чувствами, которые, скорее всего, останутся без ответа. С другой стороны, давно уже я не ощущала себя такой живой, такой… настоящей. И мне ужасно не хотелось, чтобы все это закончилось.

– Кофе, солнышко!

Аромат свежесваренного кофе заставил меня встряхнуться.

Я улыбнулась своему мнимому бойфренду – такому заботливому, внимательному и сексуальному. Все-таки мир – жестокое место. Помашет перед тобой пресловутой морковкой и тут же оставляет тебя ни с чем.

– Спасибо, милый! – подыграла я Крису. Впрочем, я не сильно слукавила в этот момент.

– Чем ты хочешь заняться сегодня?

Я с наслаждением отпила глоток ароматного кофе, и сразу же в голове прояснилось.

– Знаешь, я не прочь сбежать куда-нибудь на острова. Подальше от наших назойливых соседей.

– Прекрасная мысль, – одобрительно кивнул Крис.

* * *

Через полчаса мы уже с удобством устраивались на борту быстроходного катера. К счастью, здесь был специальный навес от солнца, которое в десять утра уже палило немилосердно.

Заурчал мотор, катер рванул вперед, и я улыбнулась в предвкушении нового приключения. Но Крис вдруг вцепился руками в борт, да так, что даже костяшки пальцев побелели. Ну как я могла забыть? Он же ненавидит воду.

– Ты в порядке? – окликнула я Криса, стараясь перекричать шум мотора.

– Вроде того, – натужно улыбнулся он, и я поторопилась пересесть к нему поближе.

– Прости, не стоило мне затевать эту прогулку. Ты мог бы отказаться.

– Все в порядке, – повторил он с напускным энтузиазмом.

– Ладно, держись за меня. – Я взяла его за руку.

В следующую секунду мы уже летели по воде, оставляя за собой белый пенящийся след. Очень скоро курорт со всеми отдыхающими исчез из виду. Морская глубина под нами становилась все темнее и темнее. Мы были уже далеко от суши, когда мотор заглох.

– Здесь часто проплывают дельфины, – оглянулся на нас рулевой.

Вокруг уже собралось несколько лодок и катеров, пассажирам которых тоже не терпелось увидеть дельфинов. Мы сидели в полном молчании, слушая, как волны бьются о борт. Вдруг кто-то крикнул:

– Смотрите, смотрите!

Среди волн появились серебристые плавники, которые то выныривали из воды, то погружались обратно. В скором времени дельфины окружили нас со всех сторон. Порой они подплывали так близко, что я без труда могла коснуться их. Наконец катер завелся, и мы поплыли прочь. Дельфины сочли наше передвижение за вызов и поспешили за нами, изящно маневрируя в потоках воды.

– А знаешь, – прокричал мне Крис, стараясь перекрыть голосом рев мотора, – что дельфины называют друг друга по именам?

– Серьезно?

– Они создают такие индивидуальные посвистывания, которые соответствуют нашим личным именам. И это не выдумка!

– Надо же! Я не знала.

– Вот если бы ты была дельфином, я мог бы назвать тебя…

И тут он засвистел.

Такого идиотского подражания дельфинам я еще ни разу не слышала. Ну, если уж на то пошло, я вообще не слышала, чтобы кто-то подражал дельфинам. Крис открыл рот, и оттуда вырвался какой-то немыслимый, пронзительный звук. Я расхохоталась и постаралась перещеголять его, проверещав еще пронзительней. Так мы и перекрикивались «по-дельфиньи», пока не обнаружили, что катер остановился и на лице рулевого явно читался вопрос: «Почему меня не предупредили, что эти двое – из психбольницы?» Мы с Крисом снова расхохотались.

Я совершенно не боялась показаться Крису глупой. С ним я могла хохотать до упаду и вообще творить черт знает что.

Стоп!

Как ни крути, а мои чувства к Крису давно вышли за рамки дружеских. И тут память любезно подкинула мне его же слова. Все женщины, с которыми он встречался, считали, что смогут изменить его. Каждая верила: она та единственная, которой удастся растопить его сердце и заставить его уверовать в любовь.

Неужели я попадусь в ту же ловушку? Но чем это закончится для меня? Ничем, кроме разбитого сердца.

Водитель катера достал две пары ласт и очки.

– Здесь вы можете понырять, – сообщил он.

– Нет-нет, спасибо, – вежливо отказалась я. Мне не хотелось оставлять Криса одного.

– Все в порядке, не смотри на меня, – улыбнулся он через силу.

– Я не хочу бросать тебя тут.

– Со мной все будет в порядке, – малоубедительно повторил он.

– Послушай, у меня есть прекрасная идея. – Я подвинулась к нему еще ближе. – Давай нырнем вместе!

– Нет-нет, – покачал он головой.

– Ты же умеешь плавать?

– Да, но…

– Тогда смелей. Мы не будем спешить.

– Даже не знаю, – сказал он все с тем же сомнением в голосе.

Я взяла Криса за руку и осторожно подвела к краю катера.

– Снимай рубашку, – приказала я, хватая один из спасательных жилетов.

Крис послушно разделся и вопросительно взглянул на меня. Наверное, именно в таких ситуациях формируется доверие. Будь мы настоящей парой, это могло бы углубить наши отношения. Но мы такой парой не были.

Я помогла Крису надеть спасжилет, как следует закрепив завязки.

– Пожалуй, еще один не помешает.

Заявив это, Крис схватил второй жилет и принялся закреплять его поверх первого. В двух жилетах он выглядел до того забавно, что я едва не рассмеялась.

Вода плескалась совсем рядом: крохотный прыжок – и все. Но я знала, что для Криса это почти то же самое, что прыгнуть с самолета. Он стоял на борту катера и смотрел на воду с нескрываемым ужасом.

– Ты уже не тот неуклюжий ребенок, Крис.

– Ты так считаешь? – слабо улыбнулся он.

– Ты взрослый, успешный, на редкость привлекательный мужчина, который помог мне в очень неприятной ситуации.

– Спасибо, Энни.

– Если уж на то пошло, ты один из самых приятных мужчин, с какими мне только доводилось встречаться.

Крис улыбнулся еще шире, но от меня не укрылась жестокая ирония этой фразы. Мне было двадцать семь, и большую часть жизни я встречалась с законченными лузерами и му…аками. А когда я решила, что нашла наконец подходящего парня, он тоже оказался в итоге му…аком. И вот теперь я стремительно приближалась к тридцати, без надежды встретить достойного мужчину. Крис не в счет, ведь наши отношения с самого начала были придуманными.

Крис, должно быть, заметил, что я загрустила.

– Что такое? – спросил он. – О чем ты думаешь?

Как бы мне хотелось, чтобы он и правда был моим парнем! Но я знала, что это так и останется только мечтой.

– Да так, пустяки. – Я крепче сжала его руку. – Ну что, готов?

Крис еле заметно кивнул.

– Тогда на счет «три»…

– Постой. – Он ухватился за мою руку, как утопающий за соломинку.

– Думай о чем-нибудь еще, – предложила я.

– Например?

– О чем-нибудь приятном. Скажи, что поможет тебе сейчас взбодриться, прогнать плохие мысли?

Он улыбнулся чарующей улыбкой, которой мне будет так не хватать. А затем поцеловал меня.

Глава семнадцатая

И что это был за поцелуй! В нем не было ничего нежного или сдержанного, только страсть, пламя и горячее, неутолимое желание.

Крис прижал меня к себе, и я почувствовала, как мои ноги отрываются от палубы катера. Охнув, я вцепилась в него покрепче. Поцелуй не прекращался. Казалось, еще немного, и я просто задохнусь от нехватки воздуха. И вдруг я поняла, что мы падаем. С долю секунды мы буквально висели в воздухе, а потом…

Плюх! Мы упали в воду. В первое мгновение мы погрузились с головой, но спасжилеты вытолкнули нас на поверхность. Мы целовались, не разжимая объятий, но мне уже хотелось большего. Как далеко мы готовы зайти? И где та черта, перед которой стоило бы остановиться?

Наш поцелуй замедлился, и Крис наконец остановился.

– Энни, я должен сказать тебе кое-что. – Его лицо заметно побледнело.

Ну вот. Опять мы вернулись к тому, с чего начали. Сейчас он отпустит какую-нибудь шуточку. Заявит, что все это – только игра… и от моего сердца отколется первый маленький осколок.

– Не надо ничего говорить.

Быстро высвободившись, я нырнула поглубже в воду, так как знала, что Крис за мной не поплывет.

Признаться, я видела немало чудес, но все они мгновенно померкли в сравнении с рифом.

Коралловые отростки, в которых сочетались все оттенки розового, покачивались в воде, как крохотные пальмы. Причудливые зеленые луковицы привлекли к себе внимание целой стайки ярко-желтых рыбок. Крохотные и проворные, они шныряли вокруг коралла с немыслимой скоростью. И они были далеко не единственными местными обитателями.

Сине-желтая рыба с ярко-красными губами подплыла к моим очкам и с любопытством уставилась на меня. Вскоре рядом оказалась еще одна рыбка – зеленоватая, в розовую крапинку. Остальные продолжали пировать в богатой флоре рифа. Краем глаза я заметила какое-то движение. Повернувшись, я увидела гигантскую морскую черепаху, неспешно скользившую сквозь толщу воды.

Я взглянула вверх и увидела, что Крис по-прежнему покачивается на поверхности. Через секунду я вынырнула рядом с ним.

– Ну, как там внизу? – спросил он.

– Почему бы тебе не снять свой жилет и не посмотреть самому?

Крис широко улыбнулся мне в ответ.

– Спасибо.

– За что?

– Я в воде, и мне ничуть не страшно. А сейчас я собираюсь снять свои жилеты.

Мы провели внизу около часа, выныривая время от времени, чтобы глотнуть воздуха. Подводный мир оказался настолько прекрасным и завораживающим, что мне совсем не хотелось выбираться наверх. Но усталость дала о себе знать, и мы забрались на катер.

Плюхнувшись на скамейку, я сняла ласты и очки, после чего взглянула на Криса. Он просматривал снимки с подводной камеры. Я с таким увлечением изучала риф, что даже не обратила внимания на Криса. А тот, оказывается, все это время фотографировал!

– Где ты взял камеру?

– Купил сегодня утром в магазине, пока ты собиралась. Хотел, чтобы ты сделала парочку снимков. Вот уж не думал, что сам этим займусь!

Крис счастливо улыбнулся, и я преисполнилась гордости за него. Сегодня ему удалось победить один из самых больших своих страхов, и я тоже помогла ему в этом.

Я подсела к нему поближе и принялась разглядывать фотографии. Вот черно-желтый угорь робко выглядывает из-под камня. А вот большая голубая рыба отщипывает кусочки оранжевого анемона. Стоп, а здесь что?

– Эй! Это же моя задница. – Я выхватила у Криса камеру и принялась искать кнопку «стереть».

– Я просто пытался сфотографировать рыбку.

Я с подозрением взглянула на снимок.

– И где же эта пресловутая рыбка?

– Вот здесь. – Он ткнул пальцем в краешек снимка, и я увидела кусочек исчезающего рыбьего хвоста.

– Все равно ты должен это стереть.

– Боишься, что я помещу снимок на Фейсбук и укажу твое имя?

– Кто знает, какие злодейские планы ты вынашиваешь!

Мне все-таки удалось найти нужную кнопку, и снимок исчез. Крис театрально вздохнул, изображая жестокое разочарование.

– Кроме шуток, – заметил он, – я всего лишь пытался сфотографировать рыбку. Твоя задница оказалась приятным бонусом. – Он наградил меня своей мальчишеской улыбкой, и сердце мое растаяло. На этого человека сердиться невозможно!

– Знаешь, Крис, это один из лучших дней в моей жизни.

– В моей тоже. Если бы я верил в любовь, то непременно влюбился бы в тебя.

Глава восемнадцатая

Я не ослышалась? И что это должно означать? Не фраза, а набор слов, каждое из которых противоречит друг другу.

Пока я в полном шоке пыталась осмыслить сказанное, Крис шептался о чем-то с рулевым. Что ж, его невозмутимости можно было только позавидовать.

– Сейчас нас отвезут на крохотный островок, – сообщил он.

– Вот как?

– На необитаемый остров. – В глазах Криса загорелась привычная искорка, а во мне снова пробудилась надежда. Может, он хочет продолжить наш разговор? Тогда нам стоит начать с того момента, где мы остановились. И одним поцелуем на этот раз дело не ограничится.

* * *

Минут через двадцать мы прибыли на маленький островок с немыслимо белыми песчаными пляжами. Берег здесь плавно перетекал в густой тропический лес, по которому петляло несколько тропинок.

После пикника из только что выловленных морепродуктов мы отправились исследовать этот чудесный уголок.

Сначала мы просто брели по пляжу, собирая раковины каури и кусочки кораллов, выброшенные волнами на берег.

Когда новизна впечатлений поугасла, мы уселись на песок и предались приятному ничегонеделанию. Океан был тихим и спокойным, песок теплым и шелковистым. Я смотрела вдаль и думала о том, что хорошо бы остаться здесь навечно. Вместе с Крисом.

– Ну что, Энни, какие у тебя планы на будущее? – неожиданно спросил он.

Сердце у меня забилось быстрее.

– Не знаю, что и сказать.

– Ну там, свадьба, дети, домик в пригороде? Из тебя получилась бы одна из тех замечательных мамочек, которые ездят со своими сыновьями на все соревнования. Будь я в старших классах и будь ты матерью моих друзей, я бы точно не отказал себе в праве помечтать…

– Что ты такое говоришь? Не знай я тебя лучше, точно обвинила бы в сексуальных домогательствах!

Несколько минут мы сидели в полном молчании.

– Так что? – спросил наконец Крис.

– О чем ты? – Я до того погрузилась в собственные раздумья, что совсем забыла, о чем мы с ним говорили.

– Жизнь в пригороде? Родительские собрания?

– Ах, это. Ну да. Честно говоря… – Я постаралась собраться с мыслями. – Когда-то я верила, что мы с Треввом поженимся. В тот самый день, когда я наткнулась на них с Тесс… я вообще ждала, что он сделает мне предложение.

– Серьезно? – с удивлением спросил Крис.

– Глупо, что и говорить. Но я нашла случайно чек из ювелирного магазина. А еще Тревв купил огромный букет роз, и мы собирались поужинать в моем любимом ресторане. Глупейшая ситуация. И я не нашла ничего лучшего, как спросить его об этом в полицейском участке…

– И что он сказал? – в голосе Криса зазвучал охотничий азарт.

– Надеюсь, ты не собираешься посмеяться надо мной? – вскинулась я. – Мне и без того тошно вспоминать об этом. Я твердила, как дурочка: «Но ты же хочешь жениться на мне? Почему ты не сделаешь мне предложение?»

– Прости. – В голосе Криса звучало искреннее сочувствие.

– Да что там! Я слезно умоляла его жениться на мне – и это после того, что он сделал!

– А что теперь? Ты ведь больше не влюблена в Тревва? – Крис взглянул на меня с неожиданной робостью, и мое сердце учащенно забилось.

– А если и так? – кокетливо спросила я. – Неужели ревнуешь?

– Как-никак ты якобы моя подружка.

– А ты якобы мой парень, – откликнулась я, с усилием подавив разочарование. Похоже, этот человек и правда не способен на настоящие чувства.

* * *

Часам к пяти мы вернулись в свой отель. День уже клонился к вечеру, и небо обрело нежный розоватый оттенок, отраженный в воде. Не сумерки, а пока еще их предвестие.

– Не хочешь поплавать в бассейне? – предложил Крис.

– Поплавать? – воззрилась я на него.

– Ну да, хочу наверстать упущенное.

– Пожалуй.

Мне не терпелось смыть морскую соль и крем от загара.

Захватив в баре напитки, мы направились к бассейну. Он оказался просто грандиозным – огромная чаша с прозрачной голубой водой. Вокруг располагались столики со стульями и удобные шезлонги.

Найдя себе два свободных места, мы взялись уже за напитки, как вдруг… из бассейна выбралась Тесс.

Двигалась она, словно в замедленной съемке, под воображаемые ритмы какой-то томной мелодии. Ее загорелое тело казалось еще соблазнительней в крохотном белом бикини. Вот она тряхнула головой, откинув назад мокрые пряди. Грудь соблазнительно качнулась, капельки воды заискрились на коже.

Я оглянулась, чтобы проверить реакцию окружающих. Это маленькое шоу не осталось незамеченным. Мужчины глазели на Тесс, разинув рты. Женщины даже не пытались скрыть досаду. Тревв просто пузырился от гордости: именно так мог бы выглядеть владелец новенького красного «Ламборджини».

Тесс послала ему воздушный поцелуй и соблазнительно помахала ручкой. Готова поклясться, что в этот момент у каждого мужика в радиусе пяти миль непроизвольно встало. Потом эта потаскушка наклонилась, отчего грудь ее едва не выскочила из лифчика, и принялась неспешно вытирать ноги (пятимильный радиус точно расширился вдвое).

Я бросила взгляд на Криса и поняла, что думаем мы с ним одинаково.

– Как тебе? – поинтересовался он.

– Да уж.

– Эта дамочка – та еще штучка. Если Тревв думает, что из нее получится преданная женушка, то он горько ошибается.

– Серьезно?

Мысль о том, что Тесс может изменить Тревву, мгновенно подняла мне настроение. Эх, если бы кто-нибудь запечатлел этот момент на камеру, а затем выложил в сеть на всеобщее обозрение. Тревв не переживет такого унижения!

– Давай-ка поподробнее, – предложила я, и Крис охотно откликнулся на мою просьбу.

– Я встречал таких, как она. Женщины вроде Тесс используют свою привлекательность как инструмент для достижения целей. Но в душе они крайне не уверены в себе. Внешность они считают единственным своим достоинством и ужасно боятся потерять ее. Боятся своей внутренней серости.

– Ну-ну, мистер Психолог. Откуда вы это взяли?

– Я писатель, – пожал плечами Крис. – Я должен разбираться в людях, в их слабостях и страхах. В противном случае мои герои не получатся достоверными.

– В самом деле? Но тебе не нужно верить в любовь, чтобы писать о ней? Прошу прощения, мистер, но вы противоречите сами себе. С чего бы?

– Я думаю, Энни Энн, лучше нам отложить этот разговор на потом.

– На потом? – взглянула я на него с подозрением. – Так и скажи, что не хочешь отвечать, потому что я подловила тебя.

– Подловила на чем?

– На самой большой лжи, в которой ты убедил себя.

Крис быстро повернулся ко мне.

– И что же это за ложь?

– Не думаю, что ты и правда не веришь в любовь, – выпалила я. – Ты просто не позволяешь себе почувствовать ее.

– Ну и кто из нас психолог?

– Чтобы понять это, не нужен диплом психолога. В юности, когда ты был… – Я запнулась, не решаясь произнести это вслух.

– Толстым. Робким. Неуклюжим, – с нарочитой беспечностью закончил за меня Крис.

– Именно. Ты не пользовался успехом у девушек. Они начали интересоваться тобой, только когда ты стал другим – успешным и привлекательным. Неудивительно, что ты не веришь в любовь.

– Интересное наблюдение, – согласился Крис.

– А потом ты увидел, что делает с людьми разбитое сердце, и просто выключил свое. Знаешь, мои личные отношения всегда оставляли желать лучшего. Честно говоря, я лишь теперь стала понимать, что совсем не умею выбирать парней. Но я позволяла себе любить, даже если это заканчивалось ничем.

– И ты думаешь, оно того стоит? К чему вся эта неизбежная боль?

– Ну, не такая уж она неизбежная. Если два человека подходят друг другу, ничто не мешает им жить счастливо и в согласии.

Крис скептически пожал плечами, но я не собиралась сдаваться.

– Дело не в том, что ты не веришь в любовь. Ты не позволяешь себе влюбиться, чтобы не страдать потом. Твои шуточки – что-то вроде защиты, а в глубине души ты знаешь: влюбляться опасно, ведь рано или поздно тебя все равно бросят.

С минуту мы сидели в молчании. Я видела, что Крис размышляет над моими словами.

– В принципе я мог бы согласиться с тобой. Да что там, любой психолог-первокурсник сказал бы, что ты права. Но я… – он внимательно взглянул на меня, и я невольно выпрямилась, – я думаю, может, все дело в том, что я просто не встретил пока свою женщину. Когда это произойдет, я с готовностью проглочу свои слова о том, что не верю в любовь, и прочие глупости.

Под его серьезным взглядом я слегка поежилась. Что он хотел сказать?

– Энни…

– Да?

– Раз уж мы решили пооткровенничать, не позволишь ли и мне высказать парочку замечаний?

– Конечно, – кивнула я, хотя внутри у меня все болезненно сжалось.

– Ты сама-то понимаешь, как сильно себя недооцениваешь?

– Что? – ошеломленно выдохнула я.

– Получай я по доллару всякий раз, когда ты отзываешься о себе как о никчемной, жалкой неудачнице, я бы давно уже мог уйти на пенсию.

От волнения у меня перехватило горло.

– Измена Тревва никак не связана с твоими мнимыми недостатками. Ты милая, остроумная, чертовски привлекательная женщина. А еще прекрасный дизайнер.

– С чего ты так решил?

– На мой взгляд, это очень интересная и своеобразная штучка, – кивнул он на мою сумку. – К тому же, я думаю, ты более чем хороша в постели.

– Ну а об этом ты как догадался? – фыркнула я от смеха.

– Просто ты очень сексуальна.

– Куда мне до нее, – кивнула я с горечью на свою «подружку» у бассейна, которая продолжала свое эффектное шоу.

– Быть сексуальной – значит быть слегка загадочной, – покачал головой Крис. – А тут, – взглянул он на Тесс, – все предельно ясно. Ее бикини не тянет даже на фиговый листок.

Я тоже посмотрела на Тесс, которая в очередной раз наклонилась. Трусики ее скользнули вниз, открыв солидную часть попки.

– Кто как, а я бы однозначно предпочел тебя, – добавил Крис.

Придвинувшись, он крепко сжал меня за руку.

– Серьезно, Энни Энн. Пора уже поднять твою самооценку!

Не успела я открыть и рта, как рядом материализовались Тревв и Тесс.

Черт! Эти двое начали всерьез меня раздражать. Похоже, от них и правда не было никакого спасения.

– Привет! – с тошнотворной снисходительностью протянул Тревв.

– Привет, – ответила я без малейшего энтузиазма.

– Хорошо отдохнули сегодня? – спросил он с наигранной заботой.

– Прекрасно.

– Очень рад, очень рад, – покивал Тревв с искренней неискренностью. – Я помню, сколько счастья принесло мне обручение с Тесс, так что я очень рад за тебя. А кстати, как вы познакомились?

Похоже, он опять пытается подловить нас.

– Я бы тоже с удовольствием послушала! – воскликнула Тесс.

Эти двое взяли стулья и подсели поближе, как будто мы их приглашали.

– Ну, это очень забавная история, – начал Крис с уверенностью заправского сценариста. – Произошло это, если не ошибаюсь, месяцев пять назад…

– В самом деле? – Тревв наклонился в мою сторону. – По-моему, ты рассказывала мне про Бойдена еще полгода назад.

– Ну конечно, я просто оговорился. Не пять, а шесть месяцев, – уточнил Крис. – Я только-только прилетел в Южную Африку – мы как раз подыскивали место для съемок. И в аэропорту наткнулся на Энни. Верно, солнышко?

– Да, милый. – Я выдала лучшую из своих фальшивых улыбок.

– А что ты делала в аэропорту, Энни? – спросил Тревв, будто допрашивая меня.

– Я… я…

Черт! Зачем бы мне понадобилось в аэропорт?

– Она заехала туда за Грозовой Тучкой, – спас положение Крис, очень кстати упомянув одну из моих подружек.

– Но Тучка, если не ошибаюсь, вообще не летает? – с подозрением заметил Тревв.

– Именно! – прищелкнул пальцами Крис. – Она подумала, что сможет преодолеть себя, но в последнюю минуту отступилась и позвонила Энни, чтобы та забрала ее домой.

Я согласно закивала, чувствуя на себе испытующий взгляд Тревва.

– Я первым увидел Энни, да это и неудивительно. Она из тех, кто всегда выделятся из толпы. Я смотрел на нее во все глаза, пытаясь собраться с духом и подойти. Но она выглядела так потрясающе, что я просто не мог решиться. Помню, я брел к выходу, мысленно ругая себя за трусость, как вдруг мы столкнулись с ней в буквальном смысле этого слова. Столкнулись и упали на пол.

– Как романтично! Правда, Тревв? – Тесс пихнула его локтем в бок, и он пробурчал в ответ что-то невнятное.

– Видимо, это была судьба, потому что в следующее мгновение между нами произошло нечто странное. Глаза наши встретились, и мне показалось, что мы смотрим друг другу в душу. Мне сразу стало ясно…

– Что именно? – повернулась я к Крису.

– Что это та женщина, с которой я хочу провести свою жизнь. Тогда я просто взял и поцеловал ее.

– Поцеловал незнакомку прямо на полу аэропорта? – с недоверием переспросил Тревв.

– Да. Слова были лишними. Нам хватило одного поцелуя, чтобы понять: наша встреча – не случайность. – Крис придвинулся ко мне ближе. – Это был один из тех поцелуев, в которых можно полностью раствориться.

Боже, неужели он собирается снова поцеловать меня?

– Именно благодаря такому поцелую…

Мне кажется или Крис вдруг утратил свой австралийский акцент? В следующий момент губы его коснулись моих, и все мысли напрочь вылетели у меня из головы.

– Благодаря такому поцелую ты начинаешь верить в любовь.

Глава девятнадцатая

Как только Тревв и Тесс исчезли, Крис отстранился и взглянул на меня с сияющей улыбкой.

– Это было здорово! – воскликнул он.

– Верно, – мечтательно заметила я.

– Мы обвели их вокруг пальца. Сцена – просто закачаешься. Даже при желании я не мог бы написать лучше.

– В смысле?

– Энни и Бойден взяли верх! – Крис просто лучился от счастья, но мне было не до смеха. Схватив сумочку, я вскочила и поспешила к номеру, мечтая только об одном – побыстрее успокоиться.

– Что не так? – сорвался за мной Крис.

Я молча шагала вперед. Во мне кипела злость на этого человека, хоть я и понимала, что винить его не в чем. Он просто превосходно разыгрывал свою роль.

– Энни, что тебя так расстроило?

Я остановилась и взглянула на него. Мне надо было что-то сказать, как-то объяснить свое поведение, но нужные слова не находились. Беда в том, что я принимала за истину каждую сцену, каждый диалог, который он с таким умением разыгрывал.

– Ничего. Я просто устала и хочу в номер.

Крис не стал настаивать, и до виллы мы дошли в полном молчании. Но стоило мне переступить порог, как он снова взялся за свое.

– Так в чем все-таки проблема?

– Ни в чем, – покачала я головой.

– Да ладно тебе, Энни. Я же вижу, что ты расстроена.

Я поглубже вздохнула, стараясь успокоиться.

– Просто я в некотором замешательстве, вот и все. Мне… мне непонятно, что происходит.

– О чем ты?

– Почему ты поцеловал меня, когда мы были на катере?

– Ну, ты же сказала мне, чтобы я отвлекся.

– Понятно, – кивнула я.

И правда понятно. Я сама все напридумывала. Нафантазировала за нас двоих.

– К тому же я этого хотел, – быстро добавил Крис.

– Хотел? – недоверчиво уставилась я на него. – Но что все это значит, Крис? Для чего это все? Почему мы целуемся, и ты осыпаешь меня комплиментами, и…

Я запнулась, словно услышав себя со стороны. Жалкие мольбы, отчаяние в голосе…

– Я и сам в замешательстве, – сказал Крис.

– О чем ты?

– Я, мы… Все, что здесь происходит. Мне нравится общаться с тобой, тем более нравится целоваться. Вот только…

– Только что? Ты не веришь в любовь и презираешь романтические истории о старомодных людях, которые влюбляются и страдают?

– Давай поужинаем, – предложил он внезапно, словно и не было никакого разговора.

– А что мы, по-твоему, собирались делать сегодня вечером?

– Да нет, я хочу, чтобы ты поужинала со мной.

Он выделил это слово, как будто я напрочь забыла, что мы все теперь делаем вместе.

– Я и не собиралась прятаться от тебя, – раздраженно заметила я.

Крис шагнул вперед и положил руки мне на плечи.

– Я говорю про свидание, Энни. Романтический ужин.

– Свидание?

– Ну да. Именно так принято ухаживать в нашем обществе, – улыбнулся он, но я не спешила отвечать.

– К чему это, Крис? Мы живем в разных странах. Пройдет несколько дней, и я уеду. Вернусь к своему обычному существованию, а ты отправишься в свой красочный Лос-Анджелес. Так что толку в нашем свидании?

– Не знаю, – пожал плечами Крис. – Но раз уж у нас в запасе всего несколько дней, почему бы не использовать их по максимуму? Ну как, устроим наше первое свидание?

– Возможно, и последнее, – угрюмо пробормотала я.

– Не стоит загадывать наперед. Давай устроим себе сегодня приятный вечерок.

Голова и сердце у меня отреагировали совсем по-разному. В то время как одно хотело согласиться, другая твердила, что это не лучшая идея. Но первое в итоге победило.

– Что ж, давай попробуем.

Пару минут спустя я уже рылась в чемодане, пытаясь подыскать что-нибудь на выход. Сложная задачка, ведь на остров я привезла с собой лишь самые простенькие пляжные наряды. Единственное, что хоть как-то вписывалось в сценарий – скромное белое платье с кружевом у ворота. Я надела его и почувствовала, что оно стало тесновато мне сразу в нескольких местах. Ну почему, почему я не налегала вместо шоколада на капусту?

Волосы я убрала в свободный пучок, потом подкрасила ресницы и оттенила скулы. Губам досталась капелька розового блеска. Что ж, неплохо для внезапного свидания.

Свидания.

Неожиданно я занервничала. Даже странно, как одно-единственное слово может изменить весь настрой на вечер.

В последний раз взглянув на себя в зеркало, я заспешила вниз. Крис стоял у лестницы, спиной ко мне. Ступенька скрипнула, и он повернулся.

– Ого! – Он взглянул на меня с откровенным восхищением. – Выглядишь потрясающе.

Крис шагнул поближе, и я увидела, что он тоже принарядился ради такого случая. Чистая рубашка, стильные джинсы. Похоже, он даже расческой успел поработать!

– Спасибо, ты тоже смотришься очень даже ничего.

Я постаралась улыбнуться ему как можно нейтральнее.

– Белое платье удачно скрашивает твой ожог.

– Вот уж спасибо. – Мое настроение от его слов явно не улучшилось. – Сначала скажешь комплимент, а затем обращаешь все в шутку.

Должно быть, Крис понял, как я себя чувствую, поскольку он быстро добавил:

– Энни Энн, ты ведь уже поняла: для меня юмор – что-то вроде защитного механизма. Ситуация кажется слишком серьезной, я шучу. Ситуация кажется слишком… неловкой, я тоже шучу.

– Тебя смущает наше свидание? Если хочешь, можем от него отказаться.

Что я говорю?! А вдруг он и в самом деле пойдет на попятный?

– Я всегда чувствую себя неловко в присутствии горячей цыпочки, – просиял улыбкой Крис.

Я со вздохом покачала головой.

– Да такие цыпочки только и вьются вокруг тебя в Голливуде! Рассчитывают, что ты дашь им главную роль в своем фильме, или…

Крис пожал плечами.

– Это не делает тебя менее сексуальной.

– Спасибо.

– Энни, Энни, Энни, ну что мне с тобой делать? – Он сделал шаг вперед. – Ну что, идем?

Под его пристальным взглядом я чувствовала себя едва ли не голой. Что, если бы это случилось на самом деле?

Я взяла его под руку.

– Давай, веди.

– С удовольствием, – подмигнул он мне.

Мы зашагали по дорожке, подлаживаясь под шаг друг друга. Тела наши покачивались в унисон, и я подумала: в какой еще ситуации мы могли бы прийти к такому согласию, как сейчас?

– Куда мы идем? – спросила я, когда Крис уверенно повел меня мимо местного ресторанчика.

– Ты же не думала, что для первого свидания я выберу такое прозаичное место?

– Так куда мы едем?

– Понятия не имею. Я попросил служащих отеля порекомендовать что-нибудь посимпатичнее и заказать нам такси.

Мы прошли через холл к парковке. Хорошо, что удастся выбраться за пределы курорта. Каким бы большим он ни был, соседство с Треввом и Тесс превращало его в моих глазах в ловушку.

Пейзаж вокруг нас менялся с каждой минутой. Мы уезжали все дальше от побережья по дороге, петлявшей между изумрудными плантациями сахарного тростника. Миновав импозантные ворота, мы оказались на подъездной алее, в конце которой высился просторный особняк.

– Потрясающе! – искренне восхитилась я.

Этому дому, в котором когда-то жил богатый плантатор, было не меньше двух сотен лет. Неподалеку от входа высился внушительного вида фонтан, от которого во все стороны разлетались крохотные брызги. Внутри царила невероятно романтическая атмосфера. Свечи, цветы, тихая музыка… Превосходное место для свидания! Нас усадили за столик у окна. На сцене играла джазовая группа, что придавало дополнительного шарма элегантной обстановке ресторана.

– Вина? – Крис взял меню.

– Я бы предпочла что-нибудь в этом духе, – кивнула я на официанта, который нес поднос с коктейлями.

– Хочешь напиться, Энни Энн?

– Почему бы нет? – игриво улыбнулась я.

– Поосторожнее с этим, – шепнул он. – В прошлый раз, когда ты перебрала, я сумел остаться джентльменом. Но не даю никаких гарантий, что сегодня не воспользуюсь твоим состоянием.

От его голоса по моей спине побежали мурашки.

– По-моему, ты говорил, что нечасто ходишь на свидания.

– Так оно и есть, – кивнул Крис, не спуская с меня глаз.

– Такое чувство, словно ты делаешь это каждый день, до того хорошо у тебя это получается.

– Это потому, что я с тобой, Энни Энн.

Он сказал это таким тоном, что я едва не опьянела от его слов. Мне уже и коктейли были ни к чему.

– В любом случае я не ложусь в постель на первом же свидании, – шепнула я.

И это было чистой правдой. На секс я могла согласиться с пятого или шестого свидания, не раньше.

– Да я, собственно, и не планировал.

– Я к тому, чтобы ты не настраивался на большее. Пьяная я или трезвая, но тебе не удастся воспользоваться ситуацией.

– Я бы ни за что не воспользовался тобой в своих интересах, Энни. Вообще-то… – сексуальная хрипотца исчезла из его голоса, теперь он звучал предельно серьезно.

– Что?

– Я хотел спросить… я давно собирался задать этот вопрос, потому что мне важно понять кое-что. Это важно для наших отношений.

– Господи, да о чем ты? Звучит просто пугающе.

– Тревв. Ну что ты нашла в нем? Сколько бы я ни пытался, просто не могу представить вас вместе.

– Ах, это. – Я потупилась. – В последнее время я много думала про Тревва и наши с ним отношения.

– И что ты надумала? Есть у этого хоть какое-то логическое объяснение? Ну как такая умница, как ты, могла связаться с этим мешком дерьма?

– Я не всегда была такой уж умницей. Думаю, опыт бедности сильно меня изменил.

– Трудно представить, – заметил Крис.

– Тем не менее это так. Раньше я была слишком поверхностной. Меня всерьез волновали такие вещи, как статус, эффектная внешность, признание в обществе. И Тревв прекрасно вписывался в эту картину мира.

– Знаешь, я ничуть не похож на него. И если это то, что ты ищешь в мужчинах…

– Нет-нет, что ты! Теперь бы я и не взглянула на него. Теперь мне нравятся совсем другие мужчины. – Я робко взглянула на Криса, и он улыбнулся в ответ.

– Я рад, Энни Энн. Мои вкусы в последнее время тоже сильно изменились.

В этот момент – очень некстати! – у столика возник официант.

– Шампанское для леди и джентльмена. – Он поставил на столик два фужера.

– Мы не заказывали шампанское. – Крис попытался вернуть свой фужер.

– Это от джентльмена, который сидит вон за тем столиком.

Джентльмен? Какой еще джентльмен? Ну конечно, Тревв. Они с Тесс сидели через несколько столиков от нас. Тесс лучезарно улыбнулась нам, а Тревв покровительственно помахал рукой.

– Это Krug Clos du Mesnil Blanc de Blancs! – сообщил официант с ноткой благоговения в голосе.

– И что означает эта белиберда? – поинтересовался Крис.

Официант уставился на него так, словно не верил своим ушам.

– Сэр, это самое дорогое шампанское в нашем меню.

– Да что вы. – Крис принял известие с явным безразличием. – Этот парень только и делает, что красуется перед другими? – повернулся он ко мне.

– Похоже на то.

Тревв всегда был таким, даже когда мы только начали встречаться. Но в то время я не обращала на это внимания. Мне нравилась его самоуверенность, обернувшаяся на поверку не чем иным, как высокомерием.

– Какой напиток в вашем меню самый дрянной и дешевый? – спросил Крис официанта.

Тот даже сглотнул он неожиданности.

– У нас нет… э-э-э-э… ничего дрянного и дешевого. Но вот здесь, после вин, представлено меню с шутерами и коктейлями.

– Крис, брось эту затею. Почему бы нам просто не проигнорировать их?

– Нет уж, Энни, я по горло сыт этим парнем. Он только и делает, что пытается унизить тебя. Кто-то должен вступиться за твою честь. И этим кем-то буду я.

Я вспыхнула от радости и смущения. Надо же! Никто еще не пытался вести себя со мной так по-рыцарски. Похоже, еще немного, и я совсем потеряю голову.

Я наблюдала за тем, как Крис просматривает меню, выбирая самый убойный вариант. Внезапно он замер, а на лице его заиграла улыбка.

– Пожалуйста, – обратился он к официанту, – отправьте за тот столик парочку коктейлей «Скользкие соски». Разумеется, с нашей искренней признательностью.

Я фыркнула от смеха.

– Ты и правда?..

– Сейчас увидишь.

Положив меню, Крис торжествующе повернулся в сторону Тревва и помахал тому рукой. Затем мы уставились друг на друга и принялись ждать. Я едва не повизгивала от восторга, до того мне хотелось посмотреть, чем все это закончится.

– Ха. Ха. Ха. Очень смешно.

Голос Тревва был слышен даже за шумом вилок и ножей. Несколько посетителей ресторана с любопытством посмотрели в его сторону.

– Надеюсь, ты не обиделся, приятель? – Крис говорил с «австралийским» акцентом. – Всего лишь дружеская шутка.

И я расхохоталась. Да так, что слезы брызнули из глаз. В следующую секунду ко мне присоединился Крис. Мы смеялись как сумасшедшие, не обращая внимания на любопытные взгляды окружающих.

К нам снова подскочил официант. Я ждала, что он попросит нас не шуметь, но вместо этого он поставил перед нами два красных напитка.

– С того столика, – сообщил он, а затем шепнул что-то Крису на ухо.

Не знаю, что именно он сказал, но Крис моментально посерьезнел.

– Ну хватит! – взревел он. – Пора проучить этого мерзавца!

В следующую секунду он решительно зашагал в сторону Тревва.

Глава двадцатая

Тревв вскочил со своего места, словно ошпаренный.

– Собираешься потягаться со мной, приятель? – прошипел он и бросил салфетку, сбив на пол два бокала с коктейлями.

Звук разбитого стекла смешался с восклицаниями публики. Я поспешно встала и решительно направилась к месту разборки.

Тревв выставил руку и многозначительно ткнул пальцем в сторону Криса. Выглядел он на редкость нелепо – как испанский матадор, который пытается повторить па Майкла Джексона.

А Крис? Подлетев на всех парах к столику, он замер – руки в боки, во взгляде угроза. Ни дать ни взять иллюстрация из Vogue «Как произвести впечатление на соперника».

– Думаю, тебе явно не помешает небольшая взбучка! – притопнул ногой Крис.

– Да что ты? – саркастически фыркнул Тревв.

Выглядели они на редкость забавно. Будь я сторонним наблюдателем, наверняка расхохоталась бы. Но сейчас мне было не до смеха. Хотелось понять, что здесь происходит. По-видимому, та же мысль не давала покоя Тесс.

– Тревви, малыш, что такое? – проворковала она, выпятив губки.

С каким удовольствием проколола бы я их сейчас степлером!

– Не вмешивайся, детка! – громогласно провозгласил Тревв. – Мы сами разберемся.

Сами разберемся? Но в чем?

– Крис, что происходит? – тихонько спросила я.

Теперь уже Крис покровительственно махнул в мою сторону.

– Оставь это мне, дамы не должны вмешиваться в мужские дела!

Дамы что? Почему вдруг он заговорил, как герой какого-нибудь вестерна?

Откуда ни возьмись в зале появился какой-то коротышка в смокинге.

– Достатошшно, жентлмены! – говорил он с таким акцентом, что я с трудом понимала его.

Дверь кухни распахнулась, и оттуда выскочил шеф-повар с уткой в руках.

– Que se passe-t-il? – проорал он.

– Все в порьядке! – крикнул в ответ тот, что в смокинге. – Готофь этот утка!

– Я ни могу готовь в этот шум! Как можно готовь в такой условий! – продолжал повар, потрясая в воздухе будущим блюдом.

Теперь уже на нас смотрели все без исключения. Даже джаз на сцене умолк. Крис и Тревв явно не желали уступать.

– Ради бога, Крис, что происходит?

– А то, что этот тип сейчас извинится перед тобой. За все те гадости, которые тебе пришлось от него вытерпеть.

Тревв заухал в ответ, как стадо гиен.

– Извиняться? Как бы не так! Извиняются только слабаки.

– Придется тебе, парень, поступиться принципами.

– Серьезно?

– Серьезнее не бывает!

– Стоп! Стоп! – проорал коротышка в смокинге. – Инатше я визову охрану.

Тревв гнусно расхохотался.

– Энни это вряд ли расстроит. Ей не привыкать к тюрьме!

– Ну хватит! – Крис устремился вперед.

Неужели он хочет подраться?

Но удара не последовало. Крис встал перед Треввом и многозначительно ткнул в него пальцем.

– В один прекрасный день ты пожалеешь, что потерял Энни.

Это замечание разозлило Тесс, которая немедленно приобняла своего бесценного Тревви.

– Очень в этом сомневаюсь, – прошипела она.

– Ну хватит! Я буду звонить в охрана! – Коротышка бросился на другой конец зала.

Крис воспользовался удобным случаем.

– Да ты и не заслуживаешь такой девушки, как Энни, – бросил он в лицо Тревву. – Она слишком хороша для тебя!

– Она-то? Да она мизинца моего не стоит!

– Да как ты смеешь!

Свершилось! Крис влепил Тревву пощечину. С размаху, как это делают обычно девушки. У Тревва был такой вид, словно он узрел призрака. Как же – кто-то посмел покуситься на его бесценное личико! Но уже в следующую секунду ужас в его глазах сменился неприкрытой злобой.

Он размахнулся и ударил в ответ. Крис прикрылся, и начался полноценный обмен ударами.

В этот момент случилось нечто удивительное. Мертвая на первый взгляд утка ожила и рванула вверх, задев по пути не кого-нибудь, а Тесс. Та взвизгнула и принялась бить себя по волосам, будто в них запуталась летучая мышь.

Я в этот момент пыталась оттащить Криса от его противника, в чем мне активно помогали другие посетители. Какой-то мужчина бережно провожал рыдающую Тесс к столику, причем собственная жена метала на него убийственные взгляды.

– Что ж! – взревел Тревв так, что все взгляды сразу же обратились на него. – Теперь мы можем вычеркнуть этих двоих из нашего списка! Верно, Тесси?

– Из какого еще списка? – с интересом спросила я.

– Мы собирались… исключительно по доброте душевной и ради всеобщего примирения…

– Примирения! – саркастически заметил Крис.

– Да! Мы с Тесс собирались пригласить вас на нашу свадьбу.

Тревв явно был в ударе – как же, такой эффектный ход!

– На нашу свадьбу, которая состоится послезавтра, прямо на пляже.

– Да ты шутишь, должно быть, – расхохотался Крис.

Тревв самодовольно покачал головой.

– Все продумано до мелочей. Наша маленькая идеальная свадьба. Это будет незабываемо!

– Да с чего вы решили, что мы придем на вашу дурацкую свадьбу? – парировал Крис, в очередной раз забыв про свой австралийский акцент.

Я ужаснулась от того, что Тревв снова решил ткнуть мне в нос своими идеальными отношениями и такой же идеальной, с его точки зрения, жизнью. В этот момент я ненавидела его до умопомрачения.

Хватит с меня этого самодовольного слизняка!

– Я подумал, что вам будет полезно поприсутствовать на нашем торжестве, – во взгляде Тревва читался вызов. Я невольно подобралась, чувствуя, что сейчас последует удар.

– Мы хотели дать вам возможность посмотреть, на что похожи настоящие отношения и как выглядят настоящие влюбленные.

Настоящие? Что он хочет этим сказать?

– Не так ли, Бо-о-о-йден из Австралии?

Я замерла, словно загипнотизированная, когда Тревв перевел взгляд с Криса на меня. Он знал, что мы все придумали!

На лице его проступила все та же ядовитая улыбка.

– Смешно, Энни. Ей-богу, смешно! И ты думала провести нас своей жалкой выдумкой?

Я судорожно вздохнула, пытаясь сдержать слезы. Не хватало еще расплакаться перед этим самодовольным ублюдком!

Тревв с деланым сочувствием покачал головой.

– Подумать только! Бойден. Из Австралии.

Он снова расхохотался, как стая голодных гиен.

– Мы о-о-о-чень признательны тебе за приглашение, Тревв, – протянул Крис, – но твое приглашение все одно пропало бы впустую. У нас с Энни на этот вечер совсем другие планы.

– Вот как? – Тревв вопросительно вскинул бровь.

– Энни, – повернулся ко мне Крис, – я хотел сделать это позже, но раз уж подвернулся такой удобный момент…

Что означает его странный взгляд? Я снова задрожала от нервозности.

– Энни, с того самого дня, как мы встретились в аэропорту, меня не покидало чувство, что ты та самая женщина, с которой я хотел бы прожить свою жизнь. До тех пор, пока смерть не разлучит нас.

– Э-э-э… что? – вырвалось у меня, но Крис смотрел так, словно пытался сказать взглядом: давай же, подыграй мне.

Подыграть в чем?

И тогда Крис сделал то, чего я никак не ожидала: опустился передо мной на одно колено!

Публика снова заахала, на этот раз от умиления. А я никак не могла прийти в себя. То мы сидим с ним за одним столиком на нашем первом свидании. То вдруг он падает передо мной на колено. В присутствии Тесс и массы незнакомых людей.

– Я хотел, чтобы это стало для тебя сюрпризом, – продолжил Крис. – Я же знаю, как ты любишь сюрпризы. Все уже организовано. Скромная пляжная свадьба, как тебе и хотелось. Все, о чем мы шептались, когда лежали ночами в объятиях друг друга.

– Да ладно! – пробормотал Тревв.

– Конечно, не обошлось без твоих подружек. Лили и Джейн прилетают уже завтра. Разве могли они пропустить такое событие?

– Крис… ты хочешь сказать…

– Энни, Энни, Энни! Любовь всей моей жизни! Женщина моей мечты! Ты вернула мне веру в любовь, и только от тебя зависит, стану ли я счастливейшим человеком в мире. Готова ли ты идти со мной рука об руку по этой жизни?

– Я… что?

– Будь моей женой, Энни!

Глава двадцать первая

Я уставилась на Криса, разинув рот так, что даже челюсть отвисла. Еще немного, и мне пришлось бы поднимать ее с пола. Крис крепко сжал мои руки, и это привело меня в чувство.

– Ну и ну! – пренебрежительно фыркнул Тревв. – Ничего более идиотского я в жизни своей не видел.

– Энни? – улыбнулся мне с пола Крис.

Не о таком предложении руки и сердца я мечтала! И все же было в нем что-то на редкость прекрасное.

Крис был прекрасен. То, как он улыбался мне, как сжимал мои руки. Вопреки здравому смыслу я с головой погрузилась в романтику момента.

Это не по правде, Энни. Все это ненастоящее.

Но сколько бы я ни твердила эти слова, тело мое не желало слушать.

– Неужели кто-то готов принять этот фарс за чистую монету? – громко расхохотался Тревв.

Я и забыла, что он все еще здесь.

– Энни, этот парень – полный лузер, а ты…

– Я люблю его! И стану его женой! – прокричала я на весь зал. Теперь мне хотелось только одного – поквитаться с Треввом. – Да! – повернулась я к Крису. – Я принимаю твое предложение!

Не дождавшись ответа, я бросилась ему на шею и принялась осыпать его страстными поцелуями. Настоящая мелодрама, да и только. Такими поцелуями обмениваются после долгой разлуки герои мыльной оперы.

– Вот они! – проорал неожиданно коротышка в смокинге.

Я подняла голову и увидела вбегавших в ресторан охранников.

Крис отреагировал мгновенно. Схватив меня за руку, он бросился к запасному выходу.

– Пока, ребята! – крикнул он через плечо метрдотелю, парням из джаза и остолбеневшему шеф-повару.

Мы выскочили из дверей прямо под ливень. Я и не заметила, когда начался дождь. Мы мчались, подгоняемые каким-то безумным весельем. Через лужайку, по подъездной аллее. Давно уже я не чувствовала себя такой живой, такой настоящей.

Выскочив за ворота, мы наконец остановились.

– Поверить не могу, что это не сон. – Крис с трудом перевел дыхание.

– Ты сделал мне предложение! – прорыдала я сквозь смех. – Стоя на одном колене!

– Теперь нам придется готовить свадьбу, – с хохотом добавил он. – Ничего себе шутка!

– Утка! – простонала я. – Ты видел эту утку?

– И Тесс. – Крис от хохота держался за бока. – Я думал, у нее случится припадок!

– А пощечина Тревву. – Меня охватил новый приступ смеха. – Ты и правда ему врезал!

– Никогда не забуду выражения его лица. – Крис изобразил перепуганную физиономию Тревва.

– Ты – мой герой! – прокричала я сквозь шум дождя.

– Но кое-что запомнилось мне даже больше, – добавил Крис.

– Что же?

– Вот это.

Шагнув вперед, он прижал меня спиной к стене. Я оказалась в ловушке. Дождь лил, не переставая, так что платье у меня промокло насквозь, да и волосы свисали мокрыми прядями. Крис наклонился и поцеловал меня. Его желание мгновенно передалось мне, превратившись в настоящую страсть. Мы целовались так, словно от этого зависела наша жизнь. Руки Криса скользнули вниз, задержавшись у меня на бедрах.

– Да, – шепнула я, прижавшись к нему всем телом.

Он еле слышно охнул. В следующую секунду я почувствовала, как Крис тянет вверх мое платье. Выше, еще выше по ноге. Вот уже пальцы его коснулись моих трусиков…

Простонав, я прижалась к нему всем телом. Голос разума во мне окончательно угас, осталось одно лишь желание. Я хотела Криса так сильно, как не хотела еще никого в жизни.

Его палец оказался внутри меня… все мое тело содрогнулось, в глазах потемнело. Я принялась раскачиваться взад и вперед, и Крис мгновенно подстроился под мой ритм.

Быстрее, еще быстрее. Тело у меня напряглось, а затем будто взорвалось изнутри. Вопль, вырвавшийся в этот момент из моего горла, ничуть не походил на человеческий – было в нем что-то животное, что-то дикое и первобытное. Дождь заглушил мой крик, охладив этот безумный пожар. Мое тело в последний раз содрогнулось, а затем обмякло.

Но мне было этого мало. Я хотела Криса. Хотела всем своим существом.

Я потянулась к молнии на его брюках, пальцы нащупали застежку.

– Энни… – выдохнул Крис.

Он принялся расстегивать пуговицу на джинсах. Еще немного, и…

– Черт! – сорвалось у него с губ.

Я была настолько поглощена происходящим, что не сразу услышала надрывный гудок машины.

Казалось, кто-то проткнул иглой тот волшебный шар, который закрывал нас от всего мира. Время на мгновение замерло, а затем мы вновь окунулись с головой в реальность.

Глава двадцать вторая

Я быстро отпихнула Криса и попыталась одернуть платье, но мокрый от дождя подол прилип к телу. Краешком глаза я увидела, как Крис судорожно застегивает джинсы.

Я была в таком состоянии, что не могла говорить. Щеки у меня пылали, и даже струйки дождя не в состоянии были остудить их. Я совершенно утратила контроль над собой. Стыдно представить, что могло бы произойти, если бы не эта машина.

Потом я взглянула на Криса. Тот смотрел на меня широко открытыми глазами, словно сам не мог оправиться от шока.

Я перевела взгляд на его руки. Те самые руки, которые только что едва не довели меня до безумия, заставив окончательно потерять голову.

Такое чувство, будто не я, а какая-то другая Энни утратила остатки стыда и вела себя, как обезумевшая самка.

– Энни, – шагнул ко мне Крис, – я…

– Стоп! – вскинула я руку.

– Я вовсе не хотел… все вышло само собой…

– Хватит!

Шок начал понемногу отходить, уступая место жгучему стыду. Зайти так далеко? И не где-нибудь, на обочине дороги!

– В этом нет нашей вины, Энни. Мы просто потеряли голову.

– Хватит! – мой голос наконец набрал силу.

Крис умолк. Дождь затих и понемногу сошел на нет. Молчание между нами настолько сгустилось, что его можно было резать ножом.

– Я хочу вернуться в отель.

Схватив сумочку, я быстро выудила телефон и открыла приложение.

– Такси будет здесь через семь минут.

Эти минуты показались мне вечностью. Мы с Крисом сидели на тротуаре, мокрые и продрогшие. Вместо мыслей у меня в голове бултыхалась полная каша.

Что, если бы не та машина? Неужели Крис трахнул бы меня прямо там, у стены? Ну и что он после этого за парень? А я? Что я после этого за девушка?

Сначала я устроила сцену в ресторане – да так, что меня едва не арестовали. А потом дала волю чувствам, словно нимфоманка. И что теперь должен думать обо мне Крис? Что я из тех девиц, которым ничего не стоит отдаться мужчине прямо на обочине дороги?

– Господи! – вырвалось у меня.

– Я знаю, – повернулся ко мне Крис. – Прости, пожалуйста.

– Не хочу даже говорить об этом.

– Зато я хочу. Ты же не думаешь, что я из тех, кто может воспользоваться слабостью девушки, и…

– Мы оба зашли слишком далеко, – покачала я головой. – С самого начала все пошло как-то не так. Ты сделал мне предложение перед целой толпой незнакомцев, просто чтобы зацепить Тревва. И теперь нам грозит эта нелепая свадьба. Мы вышли за рамки разумного, Крис, и я уже не знаю, как нам вернуться обратно.

В такси мы не проронили ни слова. Всю дорогу я ломала голову над тем, как мне выпутаться из неприятного и нелепого положения.

Глава двадцать третья

Я лежала в ванной, рассеянно глядя в потолок. Теплая вода пришлась очень кстати. Я до того продрогла под дождем, что никак не могла унять сотрясавшую меня дрожь.

Крис лихорадочно печатал внизу. Даже отсюда я слышала стук клавиш. Он печатал так уже бог знает сколько времени, пока я пыталась привести в порядок свои мысли.

Давно уже я не чувствовала себя такой напуганной и беспомощной. Больше всего меня ужасало то, что в какой-то момент я полностью утратила контроль над собой. Вообще, в компании Криса я начинала вести себя так, что можно было лишь диву даваться. Похоже, у этого человека была какая-то власть надо мной. А что, если я…

Что, если…

Я быстро села, решительно отогнав непрошеную мысль. Потом выбралась из ванной и взяла полотенце.

Что, если…

Маленький назойливый овод. Сколько ни отгоняй эту мысль, она все равно лезет в глаза.

Что, если я влюбилась в него?

Вздохнув, я покачала головой. Похоже, ситуация окончательно вышла из-под контроля. Я веду себя с Крисом так, словно от меня вообще ничего не зависит.

И все же мои терзания не были напрасными. Мне удалось-таки понять, как покончить с этой неразберихой. Осталось лишь сообщить о своем решении Крису. Надев пижаму, я спустилась вниз.

– Привет! – окликнула я его.

– Привет! – Он захлопнул крышку ноутбука.

– Все еще не хочешь, чтобы я увидела твой сценарий?

– Нет, – покачал он головой.

Я присела на диван.

– Я просто хотела сказать, что намерена делать дальше.

– Ясно.

Крис собирался сесть рядом со мной, но в последний момент передумал.

– Завтра я признаюсь Тревву в том, что наши с тобой отношения – выдумка.

– Что? Ты не можешь так поступить.

– У меня нет другого выхода. Все и так зашло слишком далеко. Я устала притворяться.

– Разве тебе не все равно, как он на это отреагирует?

– Конечно, нет. Он еще больше убедится в том, что я жалкая неудачница.

– Ты вовсе не неудачница, Энни.

– Всякий, кто придумывает себе бойфренда, а затем организует фальшивую помолвку, лишь бы произвести впечатление на своего бывшего, законченный неудачник.

– Энни…

– Нет-нет, все в порядке. С этим я как-нибудь справлюсь. С чем я не в состоянии больше справляться…

– Понятно, – кивнул Крис. – Мы и правда зашли слишком далеко.

– Именно. Такое чувство, что мы уже не мы, а герои одной из твоих романтических комедий.

– Похоже на то, – сказал он с некоторым замешательством в голосе.

– В общем, завтра я встречусь с Треввом и выложу ему все начистоту.

– Я пойду с тобой.

– Нет. Это то, с чем я должна справиться сама.

Крис кивнул, однако во взгляде его читалось сомнение.

– А утром я переберусь в свой номер, поскольку завтра прилетают мои подружки.

– Ты бросаешь меня, Энни Энн? – грустно улыбнулся Крис.

– Точно, – улыбнулась я в ответ.

– Но мы же еще увидимся?

– Конечно. Мы и дальше можем общаться… просто как друзья.

– Друзья? Но ведь мы же ходили с тобой на свидание!

А ведь и правда! Я совсем забыла, как удачно складывался этот вечер, пока Тревв и Тесс все не испортили.

– Кстати, ты так и не сказал мне, почему решил подраться с Треввом.

– Да так, ерунда, – отмахнулся Крис. – Все дело в тех напитках, которые он прислал нам. Точнее, в их названии.

– Ну же, не томи.

Крис со вздохом пожал плечами.

– Видишь ли, они назывались «рыжеволосая»… в общем, рифмуется со словом несушка.

– Рыжеволосая потаскушка? Это он прислал мне? Лживый ублюдок, который изменял мне в моем же доме!

– Сама видишь, почему я решил за тебя вступиться.

– Жаль, что я сама ему не врезала.

– А стоило бы.

– Только я, пожалуй, приложила бы его чуть пониже. И не рукой, а коленом.

– Ты все еще можешь отплатить ему, Энни. Ударь его в самое больное место! Не отказывайся от нашей свадьбы.

Что и говорить, возможность отомстить Тревву казалась весьма заманчивой, но я решительно покачала головой.

– Нет, пора возвращаться к реальности. Сейчас я пойду соберу вещи, а потом лягу спать. Спокойной ночи, Крис!

– Энни, – окликнул он меня, – насчет стены…

Я повернулась, чувствуя, как краска заливает мне лицо.

– Что такое?

– Знаешь, если бы не та машина, я бы вряд ли остановился.

Я покраснела еще гуще.

– Но позже я бы наверняка пожалел о случившемся.

– Правда?

– Мне бы не хотелось, чтобы все произошло именно так. На улице, в каком-то случайном месте.

– М-м-м…

Тело у меня обмякло, странная дрожь пробежала по спине. А как бы ты хотел сделать это? Вопрос так и вертелся у меня на языке, но я промолчала. Хватит уже рискованных фраз и поступков. Пора остановиться там, где подсказывает здравый смысл.

– Ты же не веришь в любовь? – выпалила я неожиданно.

– Я… я… – мой вопрос застал его врасплох.

– Ты не веришь в любовь, и ты живешь на другом конце света. Ну а я верю в любовь, шоколадные сердечки и «валентинки», даже если чувства эти ранят порой в самое сердце. Тебе же хочется только одного – как следует поразвлечься, изображая моего бойфренда. Но я… хватит с меня вымышленных отношений!

Я подождала немного в надежде услышать, что он ошибался. Что с некоторых пор он верит в любовь. И все это благодаря мне…

Но Крис промолчал.

«Глупышка Энни, – вздохнула я. – Вот и ты стала одной из тех девиц, которые почему-то решили, что им удастся растопить это холодное сердце».

– Спокойной ночи, Крис.

Глава двадцать четвертая

Я выскользнула на улицу пораньше, чтобы не объясняться с Крисом. Когда я спустилась вниз, он спал, положив голову на ноутбук. Вокруг громоздились пустые кофейные чашки и пакетики от чипсов. Здесь же лежали какие-то старомодные очки для чтения, которых я у него раньше не видела.

Крис был прекрасен в своем несовершенстве.

Я осторожно прикрыла за собой дверь и поспешила в свой скромный номер. Бросив сумку на пол, я плюхнулась на постель и закрыла глаза. Солнце еще не взошло, и я могла немного вздремнуть.

Разбудил меня громкий стук в дверь.

– Энни! Энни! – конечно же, это была Лили.

– Секундочку!

Выбравшись из постели, я поплелась к двери.

Лили влетела в комнату, словно тропический ураган. Следом за ней осторожно протиснулась Джейн. Она в отличие от нас терпеть не могла перелетов.

– Наконец-то! Наконец-то мы здесь! – Лили даже пританцовывала от нетерпения. – Я уж думала, мы никогда сюда не доберемся! Мне было так плохо, что я едва не умерла. Но все позади, и мы можем оторваться по полной. Будем пить коктейли, валяться на пляже, загорать… и снова пить коктейли. Честно говоря, я готова начать уже сейчас.

Она устремилась к бару, а Джейн тем временем уселась на кровать, с облегчением вытянув ноги.

– Ну, и что у нас тут? – Лили вытащила миниатюрную бутылочку вина. – Маловато, но для первого раза сойдет.

Порывшись в шкафу, она достала два бокала и кофейную чашку.

– Смотрю, со стаканами здесь беда. Ну, вперед! – Один бокал, на дне которого плескалось немного вина, она сунула мне, второй вручила Джейн.

– За нас! – подняла Лили свою кофейную чашку. – За восхитительный, пусть и не слишком долгий отдых. За…

Внезапно она замолчала и уставилась на меня.

– Энни, – подошла она ко мне вплотную, – что с тобой? Ты выглядишь… как-то странно.

– Точно! – воскликнула Джейн. – Я сразу это заметила. Что-то не так. И дело не в ожоге.

Лили и Джейн принялись разглядывать меня с нескрываемым подозрением. Я в два глотка выпила свое вино, а затем прикончила то, что было в стаканах у Лили и Джейн.

– Привет, Энни. – Дверь приоткрылась, и на пороге появился Дэмиен. Лили бросила на меня виноватый взгляд.

– Я знаю, мы не планировали брать с собой мужчин, но ведь это Дэмиен… с ним можно общаться как с подружкой.

– Привет, – помахала я рукой Дэмиену.

– Эти двое и дня не могут прожить без секса, – фыркнула Джейн. – Видела бы ты, что они устроили на борту самолета! Я уж думала, они так и останутся в туалете.

– Да ладно, все могло быть и дольше, – самодовольно заметила Лили. – Энни, ты как раз хотела нам что-то сказать.

– Ладно, девочки, вы тут поболтайте, а я пойду, – кивнул Дэмиен.

– Нет-нет, мне может понадобиться мужской совет, – остановила его я. – Но для начала стоит открыть еще одну бутылку.

– Почему? – с тревогой взглянула на меня Лили.

– Тревв и Тесс тоже здесь.

– Что? – воскликнули они хором.

– Почему же ты нам сразу не позвонила? – бросилась ко мне Лили.

– Мы бы организовали тебе место в другом отеле, – добавил Дэмиен.

– И чем же ты здесь занималась? – сочувственно спросила Лили. – Пряталась у себя в номере? Ты уже виделась с этой парочкой? Что ты им сказала? Нет, что он тебе сказал? Он хотя бы извинился? Он…

– Стоп! – Джейн внимательно осматривалась по сторонам. – Что-то здесь не так.

Она подошла к столику и провела по нему рукой. Затем зашла в ванную. Затем опустилась на четвереньки и заглянула под кровать.

– Энни, я прожила с тобой два месяца, и все это время что-нибудь валялось на полу…

Я невольно поежилась под ее прокурорским взглядом.

– Так где ты спала все это время?

– Господи! – охнула Лили. – Вы с Треввом снова вместе. Как же это случилось? И где Тесс? Он умолял тебя, да? Вы снова занимались сексом… Только не говори мне, что вы пользовались зажимами для сосков!

– Энни, этого быть не может! – Джейн выглядела по-настоящему рассерженной. – Только не Тревв! После того, как он с тобой обошелся…

– Послушайте, – сказала я, но никто не хотел слушать.

– Эй! – крикнула я, и на этот раз они замолчали. – Его зовут Крис. Это не Тревв, а Крис.

– Кто такой Крис? – уставилась на меня Лили.

– Все эти дни он изображал моего парня Бойдена.

– Бойдена из Австралии? – уточнил Дэмиен. Было видно, что весь этот спектакль здорово его забавляет. Он успел привыкнуть к мелодраматическим сценам, на которые была так щедра Лили. Что ни говори, а она куда больше походила на свою мать-актрису, чем ей того хотелось.

– Честно говоря, это долгая история.

– Тогда тебе стоит начать не откладывая, – заметила Джейн.

Глава двадцать пятая

Я проговорила без остановки едва ли не час. Мы все расположились у меня на веранде. Дэмиен качался в гамаке, Лили и Джейн сидели напротив меня за столом.

– Знаю, что вы скажете на это, ребята, – вздохнула я. – Глупейшая ситуация. Ничего более идиотского я в жизни своей не совершала. Вот почему я решила признаться во всем Тревву. Мне до смерти надоело изображать из себя неизвестно что.

Я со вздохом допила свой коктейль.

– Так что? – спросила я, нервно оглядывая нашу компанию.

– Гениально, просто гениально, – изрек наконец Дэмиен.

– Что?!

Уж не ослышалась ли я? Джейн тоже взглянула на него с недоверием.

– Ты это серьезно?

– Потрясающая задумка. А ваш Крис, он и вовсе заслуживает «Оскара», – хихикнул Дэмиен. – Надо же, два дня говорить с австралийским акцентом!

Признаться, это была совсем не та реакция, которую я ожидала. Но веселье Дэмиена оказалось настолько заразительным, что я тоже не сдержала улыбки.

– Это был самый чудовищный акцент, какой мне только доводилось слышать.

– Что-нибудь вроде «эй, приятель» и тому подобное? – Дэмиен изо всех сил старался не расхохотаться.

– Как-то раз он назвал меня девахой, – захихикала я. Даже Джейн фыркнула от смеха. Я вспомнила еще пару забавных словечек Криса, и вскоре мы просто умирали со смеху.

– Слушайте, слушайте, как звали того австралийского парня, который носил на шее ожерелье из крокодильих зубов? – простонала сквозь смех Лили.

– Крокодил Данди, – ответила Джейн.

Джейн знала все. Ее вместительный мозг хранил в себе огромное количество информации.

Когда мы наконец отсмеялись, я почувствовала себя гораздо лучше.

– Я так рада, что вы приехали. Последние дни здесь было сплошное сумасшествие. А благодаря вам я смогу взять себя в руки.

– Я тоже рад, что мы здесь, – кивнул Дэмиен. – И я не позволю тебе рассказать Тревву правду.

– В смысле?

– Ты же знаешь, что это за тип. Своим признанием ты только осчастливишь его.

– И что прикажешь делать? Не могу же я и правда организовать эту свадьбу?

– Почему нет? – пожал плечами Дэмиен. – Мы тебе поможем. Представляешь ярость Тревва, если твоя свадьба затмит его собственную?

– Точно! – воскликнула Лили. – Все будут смотреть на тебя, а не на Тесс!

Вскочив со стула, она принялась расхаживать по веранде.

– Бойден и Энни в центре внимания. Никому нет дела до Тревва и Тесс с их жалким подобием пляжной свадьбы. Да! – Она даже подпрыгнула от восторга. – Это будет здорово! Это…

– Ничего глупее я в жизни своей не слышала, – вздохнула Джейн. – Энни, ты и правда готова сделать вид, что выходишь замуж?

– Ну же, Джейн, не порти нам веселье, – улыбнулся Дэмиен. – Ты сама терпеть не могла Тревва.

– Так-то оно так…

– Эти двое постарались на славу. Несколько дней они изображали счастливую парочку, а вчера их едва не арестовали во время публичного проявления чувств. – Дэмиен лукаво улыбнулся. – В случае с Энни едва не арестовали снова.

– Ха-ха, – фыркнула я.

Дэмиен всегда считал, что я должна гордиться той парой часов, которые провела в тюрьме. По его словам, я заслужила тем самым «доверие масс».

– Будет только разумным, если мы доведем их затею до конца.

– Разумным? – вмешалась Джейн. – Да я единственный разумный человек на всю компанию. А вы просто спятили!

– Джейн, в тебе сумасбродства больше, чем во всех нас, вместе взятых. Только ты пока не дошла до критической точки, – заметила Лили.

Мы все взглянули на Джейн.

– Чего это вы на меня уставились?

Лили пожала плечами.

– Твой черед слететь с катушек. Со мной это уже случилось, с Энни тоже. Тучка… ну, Тучка такая от рождения. Ты на очереди.

– Это вряд ли, – фыркнула Джейн. – Сначала Вэл, потом уже я.

Мы на секунду задумались.

– Пожалуй, – кивнула Лили.

– Но мы уклонились от темы, – продолжила Джейн. – Речь про Энни с ее сумасбродной идеей.

Но Дэмиен не дал ей договорить.

– Энни, разве тебе не хочется поставить на место этого ублюдка? Только представь, какую физиономию он скорчит, когда ты затмишь его жалкую свадебку. Не слушай Джейн. Забудь про ее безупречную логику, поскольку в этой затее нет ничего разумного и логичного. Просто позволь себе капельку веселья.

Джейн высунула голову из-за его плеча.

– Ребята, ваша затея хороша для какой-то другой, параллельной вселенной. Нам же на это просто не хватит времени.

– Да ладно тебе, – возразил Дэмиен. – В таких местах постоянно проводят свадьбы. Наверняка в штате отеля есть люди, которые только и делают, что обслуживают подобные мероприятия. Вот они и организуют все в два счета.

– Думаете, у нас получится? – оживилась я.

А вдруг Дэмиен прав и все пройдет на ура? Впрочем, вряд ли бы они с такой готовностью ухватились за эту идею, если бы знали, что я и правда влюблена в Криса.

– Ну же! – Лили сжала мою ладонь. – Решайся!

– Стоп! – меня вдруг осенило. – О чем я только думаю? Даже фальшивая свадьба стоит денег.

– Кучка розовых лепестков на песке? Свечи и прочая мишура? Море шампанского для гостей и зевак? – хмыкнул Дэмиен. – Можешь прислать счет в мой номер.

Было видно, что он не шутит. Дэмиен не считался с тратами, когда речь шла о близких ему людях. А за последний год мы все успели здорово сдружиться.

– Джейн, ты что скажешь?

Та в ответ пожала плечами.

– Энни, поступай как хочешь. Я считаю, что это самая идиотская затея, с какой мне только доводилось сталкиваться. Но если это сделает тебя счастливой, почему бы нет?

– Пусть так, – кивнула я. – Осталось только сказать Крису, что мы вернулись к старому плану.

Лили бросилась мне на шею.

– Это будет лучшая поддельная свадьба в мире!

Глава двадцать шестая

Я шагала по садовой дорожке к номеру Криса, который я делила с ним последние несколько дней. Рядом со мной безостановочно тарахтела Лили: «Оркестр… орхидеи… фонарики на пальмах… беседка из цветов… плавающие свечи на воде… море шампанского… не бойся, Дэмиен не будет против… азиатская еда…»

А если Крис все как следует обдумал и решил, что не желает участвовать в этом фарсе? Что мне тогда делать?

Мы подошли к вилле. Набравшись духу, я постучала в дверь. Она распахнулась, и на пороге появился Крис.

– Энни! – Он улыбнулся мне так, словно мы не виделись сто лет.

На нем опять были эти чудные очки для чтения, делавшие его похожим на старомодного библиотекаря, который сам вяжет себе шарфы и читает книжки с длиннющими названиями.

Я невольно хихикнула.

– Крис, ты похож…

– А-а. – Он быстро сдернул очки. – В них я выгляжу куда умнее, чем на самом деле.

– Слушай, он ничуть не похож на Крокодила Данди, – сказала мне на ухо Лили. – Ни капельки.

– Надеюсь, нет, – заметил Крис с неподражаемым австралийским акцентом.

Мы все расхохотались.

– Ты права, звучит ужасно, – вздохнула Джейн.

– Ах да, это Джейн, а это Лили, – сказала я, переступая через порог.

– Ого! – воскликнула Лили, оглядываясь. – Выглядит потрясающе, но времени любоваться этой красотой у нас нет. – Она уселась на диван. – Неплохо бы распланировать все прямо сейчас, чтобы завтра все выглядело как можно достовернее.

– Распланировать что? – Крис с недоумением перевел взгляд с Лили на меня.

– Мы все-таки женимся, – с нарочитой беспечностью сообщила я.

– Правда? Я-то думал, ты хочешь рассказать обо всем Тревву.

– Только через мой труп, – решительно вмешалась Лили.

– Ты уверена, Энни Энн? – Крис шагнул ближе. Его приглушенный голос мгновенно пробудил во мне волну воспоминаний.

М-м-м, дай-ка подумать. Хочу ли я сделать вид, будто выхожу замуж за человека, в которого влюблена и который никогда не ответит мне взаимностью?

– Почему бы нет? – пожала я плечами.

– Если не хочешь, мое предложение остается в силе. Я пойду с тобой к Тревву и скажу…

– Никто из вас и словом не обменяется с Треввом и Тесс, – твердо заявила Лили. – Единственное, что им доведется услышать, – слова вашей брачной клятвы.

Она встала и прошла в гостиную. Я хотела последовать за ней, но мой взгляд остановился на Джейн. Она смотрела на меня на редкость загадочно.

– Что такое? – шепнула я.

Джейн взяла меня под руку.

– Похоже, ты кое-что утаила от нас.

– О чем ты?

– У меня нет никаких сомнений в том, что вы двое занимались… сексом. – Последнее слово она шепнула мне на ухо.

– Неправда.

Джейн недоверчиво взглянула на меня.

– И все же, Энни, между вами что-то было.

* * *

Остаток дня прошел как в тумане. Лили просто фонтанировала идеями. Каждую пару минут она добавляла то одно, то другое к нашей завтрашней свадьбе. Ее подстегивала мысль переплюнуть Тревва и Тесс.

– Ну что, все согласны? – сказала она наконец, закрыв свой маленький блокнотик. В этот момент запищал ее телефон.

– Это Дэмиен. Какой у тебя номер виллы? – спросила она у Криса.

– Бугенвиллея, три.

– Точно. – Лили снова схватилась за блокнот. – Так и знала, что не все продумала.

«Бугенвиллея», – набросала она у себя в блокнотике.

Лили отправила сообщение Дэмиену, и спустя несколько минут он уже стучал в дверь.

– Ну что, мои поздравления! – похлопал он Криса по плечу. – Смотрю, тебе удалось подцепить клевую деваху, – подмигнул он.

Мы дружно расхохотались. Чувствую, мы еще долго будем вспоминать про эту Австралию. Шуток хватит на ближайшую пару месяцев, если не больше.

– В общем, я здесь кое-что сделал, – добавил Дэмиен абсолютно серьезно.

– Что? – с интересом спросила Лили.

– Понимаете, я наткнулся у бассейна на Тревва и Тесс. Они все расхваливали мне свою завтрашнюю свадьбу, а я не удержался и поведал им о вашей. Даже сообщил, что меня рукоположили ради такого события.

Джейн расхохоталась так громко, что все взглянули на нее.

– Прошу прощения, – хихикнула она. – Давай дальше.

– Потом еще Тесс встряла со своими идиотскими голубками, которых выпустят во время первого поцелуя. А я сказал, что у вас будут павлины.

– Что?

Лили и Джейн снова расхохотались, но мне было не до смеха. Похоже, случилось то, чего я так боялась – наша шутка окончательно вышла за рамки разумного.

– И где мы возьмем павлинов? – спросила я.

– Да их здесь полно. Я уже видел штук пять, не меньше, – сообщил Дэмиен.

– И что теперь? Отловим парочку и заставим шагать передо мной? – саркастически заметила я.

Тут уж рассмеялись все, включая Джейн.

– Знаете, что еще нам надо? – вскочила Лили. – Белые лошадки! Чтобы доставить к алтарю колечко!

– Или динозавры, – одобрительно кивнула Джейн. – Оживим парочку, и Энни с Крисом поскачут в закат на шее бронтозавра.

Тут и я не устояла. Забавно, что и говорить. Но раздиравшие меня изнутри чувства ничуть не казались забавными. С одной стороны, мне ужасно хотелось пойти с Крисом к алтарю, а заодно стереть усмешки с лица Тревва и Тесс. С другой – я знала, что вся эта игра в отношения может серьезно ранить мои чувства.

– Ты в порядке?

Чья-то рука коснулась моего плеча. Это был Крис.

– Если хочешь, еще не поздно все отменить.

– А ты? Тебе не хочется на мне жениться?

– Что ты, Энни Энн! Я с нетерпением жду нашу мнимую свадьбу.

Мнимую.

– Мужайтесь, ребята! – окликнула нас Лили. – Мы решили задействовать павлинов и яхту. В закат вы у нас не поскачете, а поплывете.

Глава двадцать седьмая

В номере Криса мы провели остаток дня и бо́льшую часть вечера. Даже удивительно, с какой легкостью он вписался в нашу компанию, словно мы знали его всю жизнь. Странно и то, что первой нашла с ним общий язык Джейн, которая всегда сторонилась незнакомцев. Должно быть, они почувствовали внутреннее сходство своих характеров, ведь обоих в подростковом возрасте жестоко дразнили сверстники.

Эта неожиданная симпатия согрела мне душу, но она же заставила и взгрустнуть. Пройдет еще несколько дней, и мы навсегда распрощаемся с Крисом.

Кончилось все тем, что Дэмиен заказал ужин в номер. Потом мы с удобством устроились на верхней веранде и засели за «Монополию». Игру мы нашли в одном из шкафчиков. Недостатка в напитках тоже не было, так что в скором времени все оказались навеселе.

Мы до того заигрались, что даже не заметили, как Лили куда-то исчезла. Мы вспомнили о ней, лишь когда снизу донесся ее восторженный вопль.

– А-а-а-а-х-х-х!

В следующую секунду ее каблучки застучали по лестнице.

– Потрясающее колечко, Крис! Просто волшебное. И выглядит совсем как настоящее!

Я взглянула на коробочку у нее в руках, и сердце у меня учащенно забилось. Стало быть, Крис купил мне колечко для нашей мнимой свадьбы?

Лили достала кольцо. Она смотрела на него в немом восторге. Что и говорить, колечко было потрясающим. Такого огромного бриллианта я в жизни своей не видела. Только размер и указывал на то, что перед нами бижутерия.

Будто загипнотизированная, Лили надела колечко на палец.

– До чего же оно красивое!

Казалось, еще немного, и она расплачется. Я с улыбкой взглянула на Криса. Наверняка и его позабавила эта сцена. Но Крис смотрел на кольцо с явным изумлением. Я заметила, что Дэмиен лихорадочно выворачивал карманы, обнаружив, что в одном из них зияет огромная дыра.

– Черт! – еле слышно выругался он.

Тут-то все стало понятно! Крис, видимо, тоже уловил иронию ситуации. Да и Джейн ошеломленно покачала головой.

– Я хочу такое же, – выдохнула Лили. – Ой, смотрите, тут какая-то гравировка! – Она подняла колечко и прищурилась. – Луна… Стоп. С какой стати здесь луна?

– Потому что это тебе, – шагнул вперед Дэмиен.

– Что ты хочешь сказать? – С трудом оторвавшись от кольца, Лили взглянула на Дэмиена. Тот смущенно улыбнулся. Не сразу, но до нее дошел смысл сказанного.

– Это мне? – прошептала она.

– Сюрприза не вышло, а потому…

– Нет! – замахала руками Лили. – Нет, все должно быть не так! – Она поспешно сунула колечко обратно в коробку. – Я его не видела. Я ничего не находила.

– Лили, – рассмеялся Дэмиен, – ты его уже примерила.

Внезапно он опустился перед ней на колено.

– Прости, что так вышло. Я-то планировал все иначе. В нашем номере тебя ждут море розовых лепестков, свечи и шампанское…

– Он оставил там горящие свечи! – прошипела мне на ухо Джейн.

– Я даже сочинил целую речь, но сейчас не могу припомнить из нее ни слова. Но слова, как ты знаешь, – это пустое.

Я поморщилась при этой отсылке к Depeche Mode, но Лили ничуть не возражала. Щеки ее раскраснелись, глаза сияли, как звезды, и сама она была в этот момент чарующе прекрасной. Всем своим существом она излучала счастье и любовь. Я взглянула на Криса в надежде увидеть его реакцию. Но мистер «Я-не-верю-в-любовь» смотрел не на Лили, а на меня.

Глава двадцать восьмая

Только мы вышли из номера Криса, как Джейн схватила меня за руку и потащила на пляж.

– Куда мы идем? – пропыхтела я, пытаясь успеть за ее размашистым шагом.

– Поболтаем немного. В номер к себе я идти не хочу – он как раз по соседству с домиком нашей влюбленной парочки. Они милые ребята и все такое, но мне не хочется слушать всю ночь их вздохи и стоны.

Мы вышли к воде и уселись на теплый песок.

– Ты в него влюблена.

Это было утверждение, не вопрос. Джейн уже знала ответ, и я не стала отрицать очевидное.

– Да.

– А завтра сделаешь вид, что выходишь за него замуж?

– Верно.

– Он знает о твоих чувствах? – вздохнула Джейн.

– Нет. По крайней мере, я так не думаю. Он знает, что я ему симпатизирую, но насчет остального…

– Скажи ему. Что толку ходить вокруг да около?

Я взглянула на Джейн: она смотрела на меня с дружеским участием.

– Я люблю его. Люблю по-настоящему.

– Ты говорила ему о том, что он тебе нравится?

– Да. Он тоже ко мне не совсем равнодушен. Вчера у нас даже было настоящее свидание… пока Тревв и Тесс все не испортили.

– Свидание? Свечи, романтика и все такое?

Я кивнула.

– Он пригласил меня в очень милый ресторан. Все шло просто замечательно, пока не появились эти двое.

– Как думаешь, он тоже влюблен?

– Вряд ли, – покачала я головой. – Он не из тех, кто верит в любовь. Я для него всего лишь курортный каприз.

– Нет, – решительно заявила Джейн, – я видела, как он смотрит на тебя. Ты ему тоже очень нравишься.

– Это ни к чему не приведет. Во-первых, он живет в другой стране. Во-вторых, это не тот мужчина, с которым можно завязать серьезные отношения. Он… он не привык давать волю чувствам, и вообще… Вряд ли он понимает, что ему действительно нужно. То он целует, то обращает все в шутку…

– Так вы целовались?

– Да, и… – при одном воспоминании об этом по моему телу пробежала сладкая дрожь.

– Так вы еще и сексом занимались!

– Ну, не то чтобы сексом…

– Не то чтобы? Как прикажешь это понимать?

– Мы были близки к этому.

С минуту Джейн молчала.

– Думаешь, я совсем спятила, раз решилась на такое? В то время как для него это просто забава, я пойду к алтарю, представляя себя настоящей невестой.

– Почему ты сразу нам обо всем не рассказала?

– Вам эта затея показалась на редкость забавной. Да так оно, собственно, и было. А потом все обросло какими-то немыслимыми деталями: лошади, павлины… Не удивлюсь, если увижу завтра вместо яхты настоящий круизный лайнер.

– Так почему бы тебе не отменить все?

От одной мысли об этом мне захотелось расплакаться.

– Надеешься, когда он увидит тебя в свадебном платье, то поймет, что тоже влюблен? И ваша сказка вдруг станет правдой?

– Я такая дурочка, – шмыгнула я носом.

– Ты вовсе не дурочка. Другое дело, что ты рискуешь остаться с разбитым сердцем.

– Знаю, – вздохнула я.

– Только не спи с ним в вашу первую брачную ночь – пусть она будет такой же мнимой, как вся свадьба. Иначе веселью придет конец, и кое-кто останется ни с чем.

– Знаю…

Джейн ободряюще потрепала меня по плечу.

– Как думаешь, эти двое уже закончили?

– Сомневаюсь.

– Ладно, – зевнула она, – не могу же я сидеть здесь всю ночь. Пойду спать. Завтра у нас тот еще денек.

Джейн пошла к себе. Мне тоже не хотелось сидеть на пляже, но и в номер я не спешила. Почему бы не повидать Криса?

Дверь в его номер была открыта, но Криса я там не увидела. Лишь поднявшись на второй этаж, я с удивлением обнаружила, что он сидит, свесив ноги в бассейн, и что-то быстро печатает на своем ноутбуке.

– Я-то думала, ты стараешься держаться подальше от воды.

– Видишь ли, одна девушка помогла мне преодолеть страх.

– Надо же, – улыбнулась я. – Похоже, за этим кроется какая-то история.

– Так оно и есть. – Захлопнув ноутбук, Крис отложил его в сторону. – Не желаешь присоединиться? Вода просто изумительная.

Разувшись, я села рядом и опустила ноги в бассейн. Вода и правда была изумительной.

– Так о чем твой новый фильм?

– Ничего особенного. История девушки и парня, которые встретились на тропическом острове.

– И что же дальше?

– Дальше тоже все как обычно. Взгляды, поцелуи, охи-вздохи.

– И чем все закончится? Они поженятся и будут жить долго и счастливо?

Затаив дыхание, я ждала ответа. Речь, похоже, шла не о каких-то вымышленных героях, и Крис наверняка об этом догадывался.

– Все зависит…

– От чего?

– Пока не знаю, – пожал он плечами.

– И где здесь логика?

– Жизнь часто бывает нелогичной, Энни.

Глава двадцать девятая

– Хочешь искупаться? – Крис вскочил на ноги и протянул мне руку.

– У меня нет купальника.

– А кто сказал, что он тебе нужен? – его глаза загорелись лукавым огоньком. Мое тело тут же отреагировало вспышкой желания, и я невольно скрестила ноги.

– Прости, – взглянул он на меня с раскаянием. – Я не хотел затевать все по новой.

– Все в порядке, – улыбнулась я в ответ.

– Вся эта затея со свадьбой… – продолжил он. – Не ожидал, что твои подружки возьмутся за дело с такой энергией.

– Да уж, это в их духе.

– Знаешь, еще не поздно все отменить. Если у тебя нет настроения.

Почему он завел этот разговор? Может, ему хочется вернуть меня с небес на землю? Крис знает, что я к нему неравнодушна, и не хочет ранить меня своим безразличием.

– Сам-то ты готов сделать вид, что женишься на мне?

– Только если ты этого хочешь.

– Уклончиво звучит, – заметила я.

– Да, готов. Нет смысла идти на попятный, особенно теперь, когда Дэмиен пообещал нам павлинов. Отменить сейчас свадьбу значит сыграть на руку Тревву. Но мне не хотелось бы, чтобы это мнимое бракосочетание осложнило наши с тобой отношения.

– Хочешь сказать, не осложнило еще больше?

– Вроде того, – улыбнулся Крис.

Я уже собиралась ответить, как откуда-то снизу раздались странные звуки.

– А это еще что такое? – вздрогнула я.

– Что за… – Крис вышел на балкон. – Энни, вот это номер!

Я поспешила на балкон, сгорая от любопытства. Внизу, в окружении группки музыкантов, стоял Тревв. И он… пел?

На балконе соседней виллы красовалась Тесс, к которой и была обращена эта незатейливая серенада.

Я поймала на себе изумленный взгляд Криса.

– Это ведь не сон, правда?

– Не думаю.

Тревв завывал все громче и громче, потрясая бедрами с такой энергией, что мне вспомнился отбойный молоток.

Когда ария наконец закончилась – слава тебе, Господи! – Тесс захлопала в ладоши, а Тревв послал ей воздушный поцелуй. Затем он повернулся к нам, как если бы знал, что мы за ним наблюдаем.

Ну конечно, знал. Это маленькое представление было рассчитано не на Тесс, а на нас с Крисом.

– Надеюсь, я вам не помешал? – от его наигранной озабоченности у меня стало кисло во рту.

– Не волнуйся, все в порядке, – хихикнула я.

– Прошу прощения, что разбудил. Как я понимаю, вам завтра тоже будет не до сна. С этой вашей свадьбой. – Он выплюнул это слово, как взбешенный верблюд. – Дэмиен заявил, что его даже рукоположили ради такого события.

Тревв снова окинул нас недоверчивым взглядом.

– В общем, простите. Мне просто хотелось, чтобы Тесс с особым чувством вступила в день, когда ей предстоит стать миссис Трембли.

– Что? – вскинулся Крис. – Ты не шутишь? Тревв Трембли и Тесс Трембли?

Он громко расхохотался.

– Что-то не так? – окрысился Тревв.

– Нет-нет, все в порядке. Спокойной ночи.

Крис повернулся ко мне.

– Энни, ты даже не упомянула о том, что его фамилия тоже начинается на «Т». Да это просто преступление! Представляешь, сколько еще шуточек мы могли отпустить на их счет?

– Эй, вы! – проорал снизу Тревв, и мы снова перегнулись через балкон. – Я все еще не верю в ваши сказочки, Энни.

Впервые за все время он назвал меня уменьшительным именем. Прозвучало это так, что я едва не взбесилась.

– Ну а теперь, если позволите, мне пора, – добавил Тревв с мерзкой ухмылкой. – Меня ждет прекраснейшая из женщин!

Развернувшись, он с самодовольным видом прошествовал в дом. Я повернулась к Крису:

– Не вздумай простыть! Потому что завтра я выйду за тебя замуж, хочешь ты того или нет!

Глава тридцатая

День пролетел в вихре событий. Лили крутилась как белка в колесе, не останавливаясь ни на минуту (разве что полюбоваться своим новеньким колечком). Именно она решила отвечать за подготовку к свадьбе.

А я по-прежнему терзалась сомнениями насчет разумности нашей затеи. Единственное, что меня хотя бы немного отвлекло, – поездка за платьем. Дружной компанией мы отправились в соседний городок, чтобы подобрать что-нибудь сногсшибательное. Вдоль главной улицы, незатейливо именовавшейся Закатным бульваром, цепочкой выстроились небольшие бутики и рестораны. С деревьев и крыш свисали китайские фонарики. По цепкому взгляду Лили было видно, что она уже присматривает нечто подобное для свадьбы.

Тротуар обрамляли клумбочки с цветами, их сладковатый аромат витал в воздухе, прибавляя дополнительного колорита поистине райской картине.

Мы заметили небольшой магазинчик с выставленным в витрине платьями и с энтузиазмом устремились вперед – все, кроме Джейн. С ее ростом всегда было трудно найти что-то подходящее, зато я сразу углядела нужную вещь. Представьте себе винтажное платье нежно-кремового оттенка, с кружевными рукавчиками и голубой лентой вместо пояса. Несупермодное, да и ладно. Зато с ним моя свадьба будет выглядеть почти настоящей.

Не успела я оглянуться, как день плавно перешел в вечер. И вот уже я стою на пляже, в начале дорожки, усыпанной лепестками роз. Лили и Дэмиен попытались загнать на торжество парочку павлинов, но все, что им удалось отыскать – две большие черепахи. Истерически хохоча, они выпустили их на песок рядом с бугенвиллеей.

Свадьба прошла именно так, как я того хотела.

Песок, окрашенный закатным солнцем в нежно-розовый цвет. Есть.

Тихий шелест волн. Есть.

Проход из бархатистых лепестков роз. Есть.

Теплое мерцание свечей. Есть.

Красочные китайские фонарики, развешанные на пальмах. Черепахи, меланхолично жующие разбросанные по пляжу лепестки. Арки из пальмовых листьев и ярко-розовых цветов, под которыми мне предстоит пройти к алтарю. Все на месте.

Чего я не ожидала, так это наплыва чувств, от которых у меня перехватило горло. Тело тоже не осталось в долгу: в животе затрепетало, словно там поселились огромные, генно-модифицированные бабочки.

По спине, несмотря на теплую погоду, побежали мурашки.

Голова закружилась, как после моего любимого коктейля.

А впереди, на берегу, меня ждал Крис. В белоснежном костюме он выглядел просто умопомрачительно. Наши взгляды встретились, он просиял улыбкой. Я тоже заулыбалась, не в силах сдержать наплыва эмоций.

Крис смотрел на меня как жених на настоящую невесту, и в душе у меня невольно пробудилась надежда.

А уж момент мы выбрали удачнее не бывает! Оглянувшись, я увидела разъяренное лицо Тревва. Будь его воля, он бы вышвырнул нас отсюда в два счета.

И неудивительно. Его собственная свадьба не шла ни в какое сравнение с нашей. Горстка цветков, разбросанных по песку. Несколько фонариков, освещавших путь невесте. Скромное пляжное торжество, полностью терявшееся в тени нашего роскошного торжества, уже привлекшего к себе внимание целой толпы зевак.

Кто-то тихонько охнул за моей спиной. Тесс. Шагнув на пляж, она оказалась в худшем из своих кошмаров. Выглядела она, честно говоря, потрясающе. Белое свадебное платье, алая роза в руке. Но злость, проступившая на хорошеньком личике Тесс, изменила ее черты до неузнаваемости. Наша свадьба превратила ее собственную в подобие любительской постановки, что Тесс поняла сразу же.

Тут, словно по волшебству, за спиной у меня заиграл струнный квартет. Лицо Тесс пошло красными пятнами. Музыка набрала силу, и я поняла, что настал мой час.

Я сделала первый шаг, за ним еще и еще. Босые ноги ступали по теплому песку, по нежным розовым лепесткам. Крис смотрел на меня, не отрываясь, и я чувствовала себя настоящей невестой.

Рядом с Крисом стоял Дэмиен с широченной улыбкой на лице. Было видно, что роль священника пришлась ему по душе, хоть внешне он не очень вписывался в этот образ. Вряд ли в мире найдется много священников, с ног до головы покрытых татуировками.

Пара шагов, и я оказалась лицом к лицу с Крисом. Я старательно отводила взгляд, так как знала: стоит мне взглянуть ему в глаза, и он сразу все поймет. Поймет, что я без памяти влюблена в него, что в нем я обрела все, что искала в других своих мужчинах. Он истинный герой в той немыслимой трагикомедии, в которую превратилась моя жизнь.

Крис взял меня за руку, и я вдруг ощутила полнейший покой, словно вернулась из долгого странствия домой, туда, где меня давно ждали. Я в последний раз оглянулась на Тревва и Тесс и получила в ответ взгляды, просто кипящие злобой. Тесс выглядела так, словно вот-вот разрыдается. Я улыбнулась им как ни в чем не бывало. Что и говорить, пилюля, которую я преподнесла этой парочке, оказалась по-настоящему горькой.

Зато моя месть ощущалась на удивление сладкой – такой же сладкой, как тот смехотворно-огромный свадебный торт, который мои друзья поставили прямо у алтаря.

– Так да или нет? – вернул меня к реальности голос Дэмиена.

– В смысле?

– Берешь ли ты этого парня, Бойдена Брауна, в законные мужья? В болезни и здравии, в… – Дэмиен на секунду запнулся. – В горе и радости, пока вы оба не умрете. Или пока концентрация вещества во Вселенной не станет достаточной для того, чтобы замедлить процесс расширения и начать сжиматься, превратив все наши миры в сингулярность немыслимой плотности.

Лили и Джейн с трудом подавили смешок, а Дэмиен еле заметно подмигнул нам.

– Да, – ответила я, даже не пытаясь сдержать улыбку.

– А ты, Бойден, берешь ли ты в жены эту прелестную женщину, чтобы жить с ней до тех пор, пока не случится все вышеописанное?

– Да. – Голос Криса прозвучал непривычно мягко и торжественно.

Притянув меня поближе, он достал из кармана кольцо. Самое прекрасное колечко в мире. Не считая того, конечно, что это была бижутерия. Розовый камушек в форме сердца заманчиво мерцал в свете свечей. Крис надел кольцо мне на палец.

– Что ж, теперь жениху остается только поцеловать невесту.

– Энни Энн, – шепнул Крис, наклоняясь к моим губам.

Поцеловал он меня медленно и бережно, но от прикосновения его губ меня охватила сладкая дрожь. Я прильнула к нему всем телом, и мы замерли, позабыв о том, где мы и зачем сюда пришли.

– Кхм, – откашлялась Джейн. – Все это здорово, ребята, но вы здесь не одни.

Поцелуй закончился, но мы продолжали смотреть друг на друга, не отрываясь.

Крис не делал тайны из своего желания, да и я не хотела больше ничего скрывать. Пусть я не могу остаться с ним навсегда, мне хватит и этой ночи. Одной-единственной брачной ночи. И плевать на последствия.

Должно быть, Крис чувствовал то же самое. Схватив меня за руку, он решительно потащил меня прочь.

Мы промчались мимо Тревва и Тесс, которые окатили нас презрительным взглядом. Краешком глаза я успела заметить, как Джейн спрятала лицо в ладонях. Она всегда стыдилась публичного проявления чувств. Какие-то зеваки захлопали и засвистели нам вслед.

Мы ворвались в номер, как два диких животных, сметая все на своем пути. Сначала мы рухнули на диван, но затем все же умудрились добраться до постели.

В наших поцелуях не было ничего нежного – лишь неудержимое желание, приправленное вспышками страсти. Крис лихорадочно скользил руками по моему платью, которое никак не желало уступать.

– Чертова тряпка!

– Молния, – с трудом выдохнула я. – Сбоку, не на спине.

Он легко перевернул меня, словно пушинку. Его пальцы потянули замок, платье расстегнулось… Он стал поглаживать меня по спине, двигаясь вдоль позвоночника. Казалось, еще немного, и я взорвусь, если он не перейдет к более решительным действиям.

Только я об этом подумала, как Крис…

Остановился.

Не сказав ни слова, он поднялся, подошел к окну и уселся на подоконник.

Я запаниковала.

– Что-то не так? Я что-то сделала, из-за чего…

– Нет, – качнул он головой. – Дело не в тебе. Просто… просто я…

Поднявшись, он перешел к другому окну.

– Энни, пока мы окончательно не потеряли голову, я должен сказать…

Я сразу поняла, в чем дело.

– Я знаю. Никакой любви. Ты с самого начала предупреждал меня, и я…

Крис не дал мне договорить.

– Нет. Я собирался сказать кое-что другое.

Он неловко потоптался на месте, собираясь с мыслями.

– Дело в том, Энни Энн, – смущенно улыбнулся он. – Ты… как бы это сказать… ты мне нравишься. Очень, очень нравишься.

– Эм-м-м?

Нам что, снова по двенадцать?

Крис нервно взъерошил волосы.

– Я просто хочу сказать, что… Черт!

Вскочив с подоконника, он бросился к мусорной корзине и вытащил оттуда лист бумаги. Расправив его на столе, он взялся за ручку.

– Видишь ли, я писатель, а не краснобай.

Он принялся что-то строчить на бумаге. Закончив, он встал и бросил листок мне на колени.

– Я в душ. А ты прочти и скажи, что ты об этом думаешь.

Я разгладила записку.

Энни Энн,

Ты вызвала во мне чувства, о которых я прежде и не подозревал. Я думаю о тебе постоянно, даже когда ты рядом. Сегодня утром я проснулся в предвкушении нашей мнимой свадьбы. Я смотрел, как ты идешь ко мне по пляжу – самая прекрасная женщина в мире! – и сердце у меня пело от восторга. Я чувствовал себя настоящим счастливчиком.

Я не знаю, на что похожа любовь, но готов держать пари, что это она и есть. Должно быть, мне повезло, и я встретил наконец-то девушку своей мечты. Энни Энн, ты героиня моей истории, и я хочу вписать тебя в нее навечно.

Я посмотрела в сторону душа, и наши с Крисом взгляды встретились. Он слегка улыбнулся, глаза смотрели вопросительно.

Я встала с постели и сбросила платье. За ним последовали лифчик и трусики. Полностью раздевшись, я тоже шагнула в душ.

Теплые струйки потекли по моему телу. Крис притянул меня к себе, и мы обнялись. В этом объятии было столько любви и нежности, что все слова оказались ни к чему.

Крис снова поцеловал меня – как тогда, на пляже. Нежно и неспешно. Капельки воды дрожали на его ресницах, отражаясь в немыслимой синеве глаз.

– Ты выглядела просто изумительно, – шепнул он, – в своем свадебном платье.

– Спасибо. Ты тоже.

– Так на мне вроде не было платья.

Я прижала палец к его губам.

– Хватит уже смеяться.

Он с наигранным отчаянием покачал головой.

– Так и быть, постараюсь. Я не лукавил, когда писал эту записку. Я действительно думаю, что… что люблю тебя.

– Я тоже люблю тебя, Крис.

До чего же приятно было произнести это вслух!

– Я люблю тебя, Крис. Я ужасно, ужасно в тебя влюблена.

– Ты даже не представляешь, до чего приятно это слышать, – улыбнулся он.

Неожиданно он подхватил меня на руки, вынес из душа и бросил на постель. Не успела я охнуть, как он уже прижимал меня к кровати всем телом. В следующее мгновение я почувствовала, как он входит в меня, все так же бережно и неспешно. Мы стали двигаться в едином ритме, продолжая неотрывно смотреть друг на друга.

– Ты выглядишь потрясающе, Энни Энн, – улыбнулся мне Крис. – Надо будет почаще смотреть на тебя с этой перспективы.

Скоро мне было плевать, какие я издаю звуки. Я хныкала, стонала и вскрикивала, следуя тому безостановочному ритму, который задал Крис. В какой-то момент я откинула голову назад, и с губ у меня сорвался оглушительный вопль.

Теперь-то я знала, секс и правда может быть немыслимо хорош. Настолько хорош, что своими криками ты без труда выйдешь за звуковой барьер.

– Ах да! Пятнадцать из десяти, – шепнул Крис.

Через пару секунд до меня дошло. Это же он предложил мне как-то оценить мои сексуальные способности от нуля до десяти!

– Спасибо, – хихикнула я. – Ты тоже неплох.

– Неплох? Женщина, да я просто бог, когда дело доходит до секса!

Мы снова расхохотались.

– Черт! – неожиданно выпалил он.

– Что такое? – едва не подскочила я.

– У нас же нет сигарет! Мы не сможем завершить ритуал.

Новый приступ смеха.

– Я бы не отказалась сейчас от свадебного торта. – Мне вдруг жутко захотелось сладкого.

– Твое желание для меня закон!

Крис подошел к телефону и набрал какой-то номер.

– Отель? Мы с женой, – он лукаво подмигнул мне, – мы с женой оставили свой свадебный торт на пляже. Нельзя ли доставить его в номер? Спасибо.

И он снова плюхнулся на кровать, едва не задушив меня в медвежьих объятиях.

Минут через десять раздался стук в дверь, и в номер вкатили гигантскую гору из взбитых сливок и сахарных розочек. При виде этого сладкого чудища я вновь расхохоталась. Интересно, сколько времени нам потребуется, чтобы съесть его?

– Иди сюда. – Крис уже стоял у торта, вооружившись ножом. – По идее, мы должны разрезать его вместе.

Мы оба взялись за нож и погрузили его в сладкую массу. И снова у меня возникло чувство, будто это не мнимая свадьба, а самая что ни на есть настоящая.

Забрав свой кусок, я с довольным видом уселась на диван и принялась жадно жевать. Крис присел рядом. Мы оба были голыми, но меня это ничуть не смущало. Раньше я бы обязательно завернулась в полотенце или простыню, лишь бы парень не заметил, что кое-какие части моего тела не настолько упруги, чтобы напрочь отвергнуть силу тяжести.

После немыслимого количества сладкого торта мы оба растянулись на диване и замерли, уютно прижавшись друг к другу. Я уже начала погружаться в счастливый сон, когда Крис шепнул мне на ухо:

– Согласна ли ты и дальше оставаться моей женой, Энни Энн?

– Тогда нам придется приобрести настоящие кольца. – Я посмотрела на свою руку.

– Твое и так настоящее.

– Что? – Я изумленно вскинула голову. – Но оно же… оно же должно стоить целое состояние! Почему вдруг…

– Просто я решил не упускать свой шанс, – улыбнулся Крис.

Я почувствовала себя на седьмом небе от счастья. Крис любит меня! Он тоже меня любит!

Он решил навсегда связать со мной свою жизнь. Для чего бы еще покупать мне такое волшебное кольцо?

Глава тридцать первая

Когда я проснулась, все произошедшее вчера показалось мне каким-то странным, причудливым сном.

В следующий момент я почувствовала легкую боль в щеке. Оказывается, я спала, подложив руку под голову, и обручальное кольцо впечаталось в кожу. Красивое колечко. Да что там, великолепное! К тому же настоящее.

Я подошла к зеркалу и тихонько рассмеялась: на щеке краснел отпечаток в виде сердечка.

Крис куда-то ушел, оставив на столе записку.

Дорогая моя миссис Кристоферсен,

Мне надо на секунду отлучиться, но я скоро вернусь. Как насчет новой порции секса и кусочка свадебного торта?

Твой муж Крис.

P. S. Во сне ты выглядишь ужасно хорошенькой.

P. P. S. Мне кажется или я все еще безумно влюблен в тебя?

Я счастливо улыбнулась. Ну кто бы мог подумать, что я найду любовь, когда меньше всего этого ожидала?

Мне и в голову не могло прийти, что я по уши влюблюсь в странного бородатого парня, каким Крис был в начале нашего знакомства. И уж тем более не ожидала, что стану той самой девушкой, которая растопит наконец его сердце.

Я откашлялась. Во рту у меня пересохло. Ужасно хотелось пить.

Достав из холодильника бутылку с водой, я вышла на веранду. К ней примыкал маленький садик, в который я еще не заглядывала. Ох уж эти сюрпризы президентского номера!

В тени деревьев удобно расположился столик со стульями. Туда-то я и направилась. На столе – ноутбук, вокруг, как водится, хаос из кофейных чашек. Крис, должно быть, поднялся пораньше, чтобы как следует поработать.

Любопытство взяло верх, и я открыла крышку ноутбука. Да ладно, мы ведь с Крисом почти женаты! Вряд ли он на меня рассердится. Засветился экран. А вот и сценарий. Я перешла в начало и стала читать.

Сердце у меня екнуло.

Потом тревожно заколотилось.

Бутылка с водой упала к ногам.

СЦЕНА 1

Спальня – утро

Мы видим Эйми – 25, рыжеволосая, привлекательная особа. Она с опаской поднимается по лестнице. В руках у нее дорогая туфелька и нож. Она прислушивается к шуму, который доносится откуда-то сверху. Эйми подкрадывается к двери спальни и медленно открывает ее. Она в изумлении замирает на месте, глядя на то, как ее бойфренд, Тэйлор, занимается сексом с другой женщиной, Тамарой – 25, роскошная красотка в стиле Меган Фокс. Эйми смотрит на обнаженную фигуру Тэйлора и видит, что тот нацепил зажимы для сосков. В ходе необузданного секса Тамара бросает взгляд в сторону двери, и с губ у нее срывается вопль ужаса.

Тамара (в шоке): О боже, Эйми!

Тэйлор тоже смотрит на Эйми. Видно, что и он испуган.

Тэйлор (дрожащим голосом): Эйми, ради бога, опомнись! Я знаю, мы виноваты, но этим проблему не решишь!

Эйми смотрит на них в замешательстве. Неожиданно в комнату врываются полицейские. Тэйлор кричит, указывая на Эйми.

Тэйлор (кричит что есть мочи): У нее нож! Она хочет убить нас!

Эйми опускает взгляд и только сейчас понимает, что все еще держит в руке нож. Она открывает рот, чтобы все объяснить, но полицейские хватают ее и валят на пол. Каблучок у туфельки ломается. На Эйми надевают наручники.

Трясущимися руками я прокрутила документ дальше.

СЦЕНА 3

Тюрьма, камера предварительного заключения – день

Эйми с мольбой смотрит на Тэйлора, который держится как ни в чем не бывало.

Эйми: Но ты же собирался жениться на мне!

Тэйлор (в замешательстве): О чем ты?

Эйми: Я нашла чек на колечко, а сегодня мы собирались поужинать в нашем любимом ресторане. Ты купил огромный букет роз! Разве не ясно, что ты собираешься сделать мне предложение?

Тэйлор: Ах, вот ты о чем! Эйми, эти розы для другой женщины. А в ресторан я пригласил тебя только для того, чтобы рассказать о нас с Тамарой.

Эйми (ошеломленно качая головой): Нет-нет, ты женишься на мне. Ты ведь пошутил насчет Тамары?

Тэйлор: Вовсе нет.

Эйми: Но я… но ты… мы же должны были пожениться. Почему ты решил меня бросить?

Я в онемении смотрела на экран не в силах поверить собственным глазам. Я доверилась Крису. Поделилась с ним самыми болезненными для меня воспоминаниями, а он превратил все в фарс. И ради чего? Ради собственной выгоды!

Я принялась нервно расхаживать по дворику, пытаясь понять, что мне делать дальше. Я понимала, что, если прочту еще пару страниц, мне станет совсем плохо, но сил остановиться уже не было.

Секс-шоп – день

Эйми ползает по полу, пытаясь собрать рассыпавшиеся вибраторы, выглядящие как новогодние игрушки. Один сверкает розовыми огоньками, другой наигрывает регги. Эйми гоняется за тем, который ползет по полу, будто змея.

Дом Тэйлора – поздний вечер

Эйми подглядывает в кухонное окно. Перед ней, как на экране, Тэйлор и Тамара. Они ужинают. Улыбки, кокетливый шепот. На глаза у Эйми наворачиваются слезы. Она опускается на землю и начинает плакать. Падает она прямо в колючий розовый куст.

Я ощутила острую горечь во рту. Я доверила Крису самый постыдный случай из моей жизни. Даже мои подружки о нем не знали, а он без зазрения совести впихнул его в свой сценарий…

СЦЕНА 10

Холл отеля – утро

Эйми нервно оглядывается. Такое чувство, что ей хочется провалиться сквозь землю.

Чэд: А ты уверена, что это они?

Эйми: Нет. Я же их отсюда не вижу.

Чэд: Подожди, сейчас я их сфотографирую.

Чэд достает телефон и начинает с беспечным видом разгуливать по холлу, снимая на камеру все, что попадается по пути. Наконец он возвращается к Эйми и показывает ей фото.

Эйми (с ужасом): Черт, черт, черт бы все побрал! Да, это они.

Чэда забавляет ее паника. Он разражается смехом.

Эйми (резко): Эй, что здесь смешного?

СЦЕНА 11

Массажная комната – вечер

Чэд и Эйми стоят у массажного стола, стараясь не смотреть друг другу в глаза. Эйми подходит к окну и выглядывает во двор, затем берет в руки ароматическую свечу. «М-м-м», – бормочет она еле слышно.

Чэд: Неловкая ситуация, что и говорить. Слушай, давай повернемся друг к другу спинами и разденемся. Обещаю, что не буду подсматривать.

Эйми: Ты спятил? Не собираюсь делать ничего подобного! Не хватало еще разгуливать голышом на глазах друг у друга.

Чэд: Даже если я красавчик, каких поискать?

Эйми смотрит на Чэда и с досадой качает головой.

Чэд: Что ты тогда предлагаешь?

Эйми невольно вздыхает. Как ни крути, а выбора у них нет. Придется раздеваться.

Эйми: Ладно. Но если ты будешь подглядывать, то я… я…

Она делает паузу, пытаясь подыскать подходящие слова.

Чэд: То что? Что ты со мной сделаешь?

Эйми: Не знаю, но дешево ты не отделаешься. Так что лучше не зли меня.

На лбу у меня проступили капельки пота, в горле застыл липкий комок. Дрожащими руками я стала прокручивать текст, торопливо проглядывая обрывки текста.

СЦЕНА 13

Стена на улице – ночь

Прижав Эйми спиной к стене, Чэд…

Я быстро промотала вперед. Видеть это вписанным в сценарий было выше моих сил.

СЦЕНА 15

Пляж – вечер

Эйми стоит в начале прохода, ведущего к алтарю. На ней прелестное винтажное платье. Она мило улыбается Чэду.

Тэйлор бросает на них злобный взгляд, когда струнный квартет начинает наигрывать свадебный марш.

Чэд и Эйми обмениваются довольными улыбками. Чэд подмигивает Эйми.

На пляже появляется Тамара. На мгновение она замирает. Во взгляде ее, устремленном на Эйми, читаются ревность и ненависть.

Будто бросая вызов, она начинает шагать по проходу.

Эйми тоже устремляется вперед. Теперь это уже открытое соперничество. Тамара практически бежит к жениху, Эйми тоже ускоряет шаг.

Несмотря на абсурдность ситуации, женщины бросаются на шею своим мужчинам и начинают целовать их с нарочитой страстностью, пытаясь перещеголять друг друга.

Все мои чувства внезапно обострились и сразу же угасли, словно кто-то щелкнул внутри меня выключателем. По щекам потекли слезы. Значит, Крис не любит меня. Он просто воспользовался мной, чтобы написать свой сценарий.

А сцена свадьбы? Он знал, как много это для меня значит, но не постыдился превратить все в забавную шутку.

Если верить его описанию, такую спятившую, помешанную на ревности особу, как я, было еще поискать. Неужели он и правда так обо мне думает? До конца сценария оставалась еще одна страница. Дрожащими пальцами я прокрутила текст вниз…

СЦЕНА 16

Гостиничный номер – ночь

Эйми и Чэд бросаются друг на друга в пылу страсти. Они врываются в номер, роняя по пути вазу. Чэд пытается прижать Эйми к стене, но атласное платье скользит, мешая его движениям. Чэд хочет содрать платье с Эйми, но без толку. Он забавно суетится в своей схватке с платьем.

Эйми (шепотом): Застежка. На спине.

Чэд разворачивает Эйми и дергает за молнию платья. Оба они валятся на диван, сбросив одежду прямо на пол.

Похоже, и секс не значил для него ровным счетом ничего, раз он умудрился превратить всю сцену в дешевую комедию. Не хватало только банановой шкурки, на которой должен был оскользнуться один из главных героев…

Услышав шум, я подняла голову от экрана.

В дверях стоял Крис. Во взгляде его читался ужас.

– Эйми, я все тебе объясню.

Глава тридцать вторая

– Объяснишь? И как же? – голос у меня едва не сорвался.

Крис выглядел, словно рыба, вытащенная из воды. Он пытался что-то сказать, но явно не находил слов. Будь я в силах, подошла бы и влепила ему пощечину. А то и вовсе схватилась бы за нож – ну чем не материал для новой сцены?

Я наконец заговорила, и каждое мое слово звучало как увесистая пощечина.

– Ты или не ты написал это?

– Я.

– Ты или не ты украл мою историю без моего ведома, чтобы выставить меня на всеобщее посмешище?

– Я, но…

– Ты или не ты использовал ситуацию в собственных интересах? Ты или не ты водил меня за нос с самого начала знакомства, чтобы вытащить из меня побольше материала? А эта наша свадьба? Ты предложил ее только для того, чтобы еще больше закрутить сюжет?

Мысленная пощечина.

– Я, но…

– Так какого дьявола ты собираешься что-то объяснять? На мой взгляд, все и так яснее ясного.

Нокаут.

Мне захотелось отвернуться. Один вид этого человека вызывал у меня тошноту.

– И я еще думала, что Тревв – плохой парень!

– Я не так уж плох, Энни. Я не собирался использовать этот сценарий. Я только что говорил со своим продюсером. Сказал ему, что не смогу уложиться в сроки, что у меня нет материала. Клянусь тебе, я не собирался это использовать.

– И ты хочешь, чтобы я тебе поверила? После всей той лжи, которой ты окружил меня?

Крис выглядел как сдувшийся воздушный шарик. Он принялся нервно расхаживать кругами, пытаясь, видимо, собраться с мыслями.

– Энни, поверь, я не хотел тебя обидеть.

– Не хотел обидеть? – Мой голос так и сочился сарказмом. – Он, видите ли, не хотел меня обидеть! Стало быть, когда ты писал вот это, тебе и в голову не могло прийти, что я отреагирую как-то не так?

Я схватила ноутбук и принялась лихорадочно листать текст.

«Вечер субботы. Эйми у себя дома в полном одиночестве. Она явно в расстроенных чувствах. Она плюхается на диван и принимается читать книгу, пытаясь найти там ответ, как ей жить дальше. Рядом на столике – стакан дешевого вина, который она опустошает по мере чтения».

Я прокрутила ниже. Руки у меня тряслись так, что я едва не выронила мышку.

«Эйми сидит в ресторане с подругами. Видно, что она снова плакала. Тушь у нее размазана, волосы плохо причесаны и свисают прядями.

Эйми: Я все думаю, может… может…

Такое чувство, что она вот-вот разрыдается.

Дженни: Что, солнышко?

Эйми: Может, я не слишком хороша в постели? Может, Тревв разочаровался во мне, когда я не позволила ему отшлепать себя мешалкой?

Мэгги бросает на Эйми заговорщический взгляд.

Мэгги: Хочешь поднатореть в сексе? Посмотри для начала какое-нибудь порно позанимательнее».

– Ну что, хватит или почитать еще? Как тебе эта ужасно забавная комедия с героиней-неудачницей? Она только и делает, что ревет, бегает с размазанной по щекам тушью и мечтает о том, как бы отомстить красавице Тамаре.

– Черт! – Крис перестал наконец ходить кругами и застыл на месте.

– Уж имена-то ты мог бы изменить получше!

– Черт! – повторил он.

– И это все, что ты можешь сказать? После того, как напечатал тысячи слов о моей жизни?

Мой гнев начал угасать, уступая место отчаянию и безнадежности. Глаза защипало от подступивших слез.

– Энни, прошу тебя, не плачь.

– Это почему же? Разве не для того ты вывел в сценарии плаксу Эйми, чтобы зрители могли вволю повеселиться?

– Энни! – Крис шагнул ко мне, но я пресекла его порыв.

– Не смей ко мне приближаться!

Да, я плакала, но не только от боли и разочарования. Унижение – вот что оказалось хуже всего. Так сильно меня еще никто не унижал.

– Хоть что-то из этого было настоящим? Или все это – одна большая шутка? Материал для твоего нового сценария?

Я бессильно опустилась на стул.

– Энни, все было настоящим. Вот почему я не собираюсь использовать это. – Крис подвинул к себе стул и уселся напротив меня. – Энни, я люблю тебя. Когда я увидел, как ты идешь ко мне во время нашей импровизированной свадьбы, мне вдруг захотелось, чтобы все было честно.

– И ты рассчитываешь, что я этому поверю? После всего, что ты так щедро наговорил мне?

– Неужели ты не видишь, что я не вру? Разве ты не почувствовала этого ночью, когда мы занимались любовью? – Теперь в его голосе звучало отчаяние.

Но даже если он говорил правду, это уже не имело значения. Крис ранил меня так сильно, что я не могла простить его.

– Энни, я люблю тебя. Ты даже не представляешь, как мне жаль, что все так вышло. – Вскочив, он открыл ноутбук. – Сейчас я сотру это у тебя на глазах. – Он быстро застучал по клавишам. – Видишь? – повернул он ко мне экран.

Количество слов 0.

Но было уже слишком поздно. С меня хватило того, что он вообще написал это. Тайком, у меня за спиной. Или пока я спала.

– Знаешь, когда я застала Тревва и Тесс в нашей постели, то думала, что такой боли я уже не испытаю. Но это… это гораздо хуже.

Я поднялась и зашагала к двери.

– Что я могу сделать, Энни? Что мне сделать, чтобы ты простила меня?

Я в последний раз взглянула на него. Да, на мгновение мне показалось, что я могу быть счастлива с этим человеком. Нам было так хорошо вместе. Даже слишком хорошо – и просто потому, что все это было игрой. По крайней мере, для него.

– Ничего, Крис. Ты солгал мне. Все это время ты прятался у меня за спиной, тайком сочиняя свой сценарий. Ты поступил со мной так же, как Тревв. Как твой отец поступил когда-то с твоей матерью.

Его лицо побелело.

– Прощай.

Крис бросился ко мне и схватил меня за руку.

– Постой, Энни, не уходи!

В глазах у него стояли слезы.

– Прощай, Крис!

Высвободив руку, я шагнула за порог.

Глава тридцать третья

Мы с подружками пытались взглянуть на все так и сяк, под самыми разными углами. К тому моменту, когда мы перебрали миллионы вариантов, Лили и Джейн уже кипели от ярости, и Дэмиену пришлось удерживать их силой, чтобы они, не дай бог, не покалечили Криса.

Почему он так поступил?

Испытывал он ко мне хоть какие-то чувства?

Неужели все это оказалось фальшивым?

Или что-то было настоящим?

Может, стоит простить его?

Или я отреагировала слишком эмоционально?

Но сколько бы мы ни обсуждали, сколько бы ни разбирали ситуацию по косточкам, результат был одним и тем же.

Такого предательства я от него не ожидала.

Дэмиен, правда, смотрел на все чуточку иначе.

– Если он уничтожил текст, значит, понимает, что совершил ошибку. И если ты действительно его любишь, то рано или поздно простишь его.

– Попридержи язык, Дэмиен, – фыркнула Лили. – Тут не нужна мужская логика.

– Я просто хочу сказать, что все мужчины порой ошибаются. Я ведь сам когда-то тебе позволил – помнишь? – уйти от меня. Это было огромной ошибкой.

– Здесь все по-другому, – покачала головой Лили.

– Ладно. – Дэмиен начал отступать в сторону соседней комнаты. – Я пока пойду… займусь чем-нибудь.

– Как вы думаете, он и правда уничтожил сценарий? – прорыдала я.

– Да какая разница? – пожала плечами Джейн. – Меня бесит сам факт, что он его написал!

Конечно, она была права. И все же я не могла успокоиться. Еще не хватало увидеть на экране собственную историю, поданную в виде забавнейшей шутки. Может, он даже пригласит Меган Фокс на роль Тесс, ведь та всегда казалась ему такой привлекательной… Но додумать эту мысль я не успела.

Тук-тук.

– Энни, прошу тебя, открой мне…

Тук-тук.

– Энни, позволь мне просто поговорить с тобой!

– Энни, позвони моему продюсеру. Он подтвердит, что я не собирался пускать это в работу.

Тук-тук.

– Энни, я люблю тебя!

Так продолжалось до самого вечера. Дэмиен, как заводной, бегал к дверям, чтобы объяснять: нет, я не выйду; нет, я не хочу с ним говорить. В конце концов Лили сорвалась и проорала:

– Убирайся прочь! Энни не желает тебя видеть! И мы тоже.

После этого стук в дверь прекратился.

И лишь в три ночи, когда я смотрела в потолок опухшими от слез глазами, меня наконец-то озарило. Это было первое из множества прозрений.

Как ни странно, натолкнул меня на него образ Энни, которую Крис изобразил в своем сценарии. Представляя себе эту жалкую тень некогда жизнерадостной девушки, я вдруг кое-что поняла.

Прошел почти год после разрыва с Треввом, а я так и не сдвинулась с места. У меня не было ни работы, ни личной жизни, ничего. Я только и делала, что страдала от жалости к себе, и это чувство прочно удерживало меня в прошлом.

День за днем просыпалась я с ощущением того, что меня не просто отвергли, но предали. Это терзало меня тем сильнее, что я так и не дождалась от Тревва сколько-нибудь внятных извинений. Неудивительно, что такое бездушие вызвало во мне желание отомстить. Другое дело, что для этого мне требовалось раз и навсегда распрощаться с прошлым. Ну о какой мести может идти речь, если ты только и думаешь о том, как бы доказать своему бывшему, что ты безумно счастлива без него? Вместо этого мне следовало встряхнуть себя как следует и постараться на самом деле стать счастливой.

Эмоции от общения с Треввом лишь усиливали то, что я ощущала по отношению к Крису. Они только подливали масла в огонь. Ненависть к Тревву мешалась с чувствами к Крису, создавая гремучую смесь из гнева и смущения.

Очевидно, на этом этапе моей жизни я вообще не была готова к новым отношениям, поскольку так и не распрощалась со старыми. Я вновь и вновь окуналась в переживания, вызванные душевной травмой. Если я хочу начать новую жизнь, мне первым делом нужно сбросить с себя груз прошлого.

Ну надо же! Кажется, книги из серии «Помоги себе сам» наконец-то пошли мне на пользу. Я вдруг абсолютно отчетливо увидела, что мне нужно делать. Мне следовало избавиться от своей ненависти к Тревву и Тесс, найти себе достойную работу, отбросить страхи и сомнения и снова начать жить! А еще мне нужно было поделиться этими мыслями с Крисом.

Ведь как бы он ни пытался сейчас исправить ситуацию, ничего не сработает. Чтобы создать нормальные, здоровые отношения, мне следовало привести в порядок свою жизнь.

Была ли я влюблена в него? Однозначно да! Я посмотрела на свою руку и только теперь поняла, что все еще ношу кольцо с нашей мнимой свадьбы. А ведь до чего все выглядело реальным!

Но теперь пришла пора получить мнимый развод.

Уснуть в ту ночь я не смогла. Дождавшись пяти утра, я отправилась к Крису. В предрассветной темноте громко стрекотали сверчки. Птицы пересвистывались о чем-то в ветвях. Ветерок шелестел листьями пальм, дополняя утреннюю симфонию. И от этих неназойливых звуков мне стало легче на душе.

Минут десять я собиралась с духом, чтобы постучать наконец в дверь.

– Энни? – услышала я голос Криса, и в следующую секунду он уже стоял на пороге. Он крепко обнял меня, и я не стала отстраняться. Так приятно было прикоснуться к нему снова.

– Энни, ты вернулась? – Он с тревогой взглянул мне в глаза. Я заметила на его лице следы слез. Никогда еще я не доводила мужчину до рыданий. Я уже хотела заговорить, но Крис опередил меня.

– Подожди-ка. Присядь. Я заготовил для тебя целую речь.

Что плохого, если он выложит все, что у него на душе? Я ведь могу и подождать со своими откровениями.

С минуту Крис нервно расхаживал по комнате, после чего застыл в позе человека, готового произнести настоящую речь.

– Я – полный болван. То, как я повел себя по отношению к тебе… это… это непростительно. Могу лишь сказать, что в тот момент я был в отчаянном положении, и сроки поджимали. И тут появилась ты. Такая милая, такая забавная… думаю, я просто увлекся. Но это, конечно, не оправдание.

– Крис! – Я вскинула руку в предостерегающем жесте.

– Подожди. Я еще не закончил. Помнишь, ты спросила, не затеял ли я эту свадьбу лишь для того, чтобы собрать побольше материала?

Я кивнула. Разве можно такое забыть?

– Так вот, это неправда. Мне действительно хотелось, чтобы наша свадьба состоялась. Поэтому, должно быть, я и купил настоящее кольцо. Я знал, что мы женимся понарошку, но в глубине душе мне хотелось почувствовать, каково это – стать твоим мужем.

По тому, как он это произнес, я почувствовала, что Крис говорит правду. Сердце мое радостно затрепыхалось, но я угомонила его.

– И вот что я предлагаю: мы начнем все заново. С чистого листа. Я знаю, тебе потребуется время, чтобы простить меня. Может даже, ты захочешь меня наказать. Ничего, я это стерплю. Я все стерплю, лишь бы ты снова ко мне вернулась. Я так люблю тебя…

– И я люблю тебя, Крис, – прошептала я.

В мгновение ока он оказался рядом со мной. Я опомниться не успела, как снова была в его объятиях.

– Подожди. – Я решительно высвободилась. – Это еще не значит, что я хочу быть с тобой.

До чего же трудно было произнести эти слова вслух!

Теперь на его лице читалась паника.

– Видишь ли, я подумала… в общем, я не готова пока к новым отношениям. Я и от прошлых-то еще не успела отойти. Вообще, мне стоило бы показаться психотерапевту, поскольку моя жизнь катится под откос. Я живу в примитивном садовом домике, который мне не по карману. Я выполняю работу, которая меня совершенно не устраивает… хоть мне и нравится мой босс. Я почти не выхожу на люди. Только сижу дома да жалею сама себя. Определенно, мне нужно что-то с этим делать. И новые отношения не решение проблемы.

Крис взглянул на меня так, словно я пнула его ногой в живот, но что можно было поделать?

– Понимаешь, Крис, дело уже не в фильме. Конечно, я ужасно обиделась. Да и кто бы на моем месте не обиделся? Но в действительности проблема гораздо глубже.

– А не можем мы вместе… заняться твоей жизнью? Возможно, так ты быстрее уйдешь от прошлого?

Я покачала головой.

– Ты же читал «Космо» и должен знать ответ. Ты не сможешь решить эту проблему за меня. Я сама должна все уладить.

Крис слабо улыбнулся.

– Ох уж эти книги по самосовершенствованию!

– Верно, – рассмеялась я. – Наконец-то они мне пригодились.

– Будешь выписывать в отдельную тетрадку все, за что ты благодарна жизни, и формулировать свое предназначение?

– Все может быть. Да что там, я лучше сама напишу такую книжку!

Мы грустно улыбались, хоть сердца наши разрывались от боли.

– Выходит, что бы я ни сказал, ты уже не вернешься? – спросил он.

– Нет.

Такое коротенькое и невыносимо тяжелое слово!

– Но должно же быть что-то, Энни, что заставит тебя передумать!

Я поняла, что мысли его работают на повышенной скорости.

– Что, если я сделаю фильм про эту парочку, Тревва и Тесс, да еще и использую их настоящие имена? Выберу для них самых некрасивых актеров, а в конце заставлю умереть мучительной смертью?

Я невольно расхохоталась, но потом покачала головой.

– Хватит с меня Тревва и Тесс. Хочу забыть о них навсегда.

Но Крис не сдавался:

– Но должно же быть что-то… Нет, я не успокоюсь, пока не найду это.

– Прошу тебя, не усложняй все еще больше.

Мне и так хотелось броситься ему на шею и забыть про все, что я только что наговорила.

– Хочешь сказать, между нами все кончено? Раз и навсегда? Но откуда такая уверенность? А вдруг мы столкнемся лет через тридцать где-нибудь под Эйфелевой башней и поймем, что все эти годы любили друг друга…

– Ну ладно, почему бы нет. Может, когда-нибудь… но только не сейчас. Определенно, не сейчас.

– Когда-нибудь? – Теперь он смотрел на меня с надеждой. – С этим я готов жить!

Я покачала головой. Мне не хотелось, чтобы Крис цеплялся за ложную надежду.

– Я ведь не сказала…

– Я понимаю. Но я готов ждать. – Наклонившись, он взял меня за руку. – Я ни разу еще не влюблялся, ни разу. И теперь, когда это произошло, я не намерен сдаваться без боя.

– Крис, – я крепко сжала его ладонь, – я не могу указывать, что тебе делать, а чего нет. Но раз уж я не могу ничего тебе обещать, то будет лучше…

– Будет лучше, если я сделаю вид, что между нами ничего не было? Просто обо всем забуду? – Он рассердился, а мне не хотелось, чтобы мы попрощались на такой ноте.

– Ладно, Крис, мне пора.

Неожиданно по лицу его скользнула лукавая улыбка.

– Да, будем прощаться. Пока что.

– О чем ты?

– Энни Энн, в один прекрасный день я собираюсь вернуть тебя. Может, не завтра и даже не через полгода. Может, в глубокой старости, когда я прилечу в Париж… но попомни мои слова. Однажды ты станешь моей настоящей женой. – Он подмигнул мне, и сердце у меня заколотилось с удвоенной силой. Я крепко сжала руки и только теперь вспомнила про кольцо и принялась стаскивать его с пальца.

– Нет-нет, оставь себе. Сохрани до тех времен, когда оно тебе действительно понадобится.

Лицо Криса посветлело, он больше не выглядел несчастным. Мне даже показалось, что он уже обдумывал какой-то план.

– Крис… – покачала я головой, не в силах сдержать улыбки. Его упрямая настойчивость неожиданно пробудила во мне искорку надежды.

– Ну что с тобой поделаешь?

– Прямо сейчас я хочу, чтобы ты поцеловала меня.

В его поцелуе было столько нежности и тепла, что я перестала сомневаться в его любви ко мне.

– Ну что ж, давай разбирайся со своей жизнью. И знай, что я всегда готов поддержать тебя. Знай, что однажды я приду за тобой – как раз тогда, когда ты меньше всего будешь этого ожидать.

– Звучит зловеще, – рассмеялась я.

– Может, я решу похитить тебя и взять в заложницы… на всю оставшуюся жизнь.

Я взглянула ему в глаза. До чего же он красив! В последний раз поцеловав его, я направилась к двери. Я была уже на пороге, когда Крис окликнул меня:

– Как бы там ни было, Энни, я страшно виноват перед тобой. Прости, пожалуйста.

Я кивнула и улыбнулась.

– Я не шучу. Мне правда очень жаль.

– Я знаю.

– У меня и в мыслях задеть тебя так же сильно, как это сделал Тревв. Я ужасно, ужасно зол на себя за то, что случилось.

Я слабо улыбнулась в ответ. Было видно, что Крис действительно раскаивается.

– Прощай, Энни Энн. Будь счастлива.

День Д № 2

Я подумала, что это был еще один день из тех, которые принято называть судьбоносными. Что-то случается, и вот уже вся твоя жизнь встает с ног на голову. Тебя сбивает с проторенного пути, и ты вдруг оказываешься в какой-то незнакомой местности, где нет ни карт, ни других подсказок. И если разрыв с Треввом стал для меня ударом, то что уж говорить про расставание с Крисом?

Крис уехал. Покинул Маврикий, но оставил мне коротенькую записку.

Люблю тебя. Навеки.

Тревв и Тесс тоже исчезли. Уехали, не попрощавшись. Сомневаюсь, что наши пути когда-нибудь пересекутся. В моем распоряжении оставалось еще несколько свободных деньков, и я решила распорядиться ими по полной, хоть сердце у меня и раскалывалось от боли.

С Лили и Джейн мы дегустировали тропические коктейли и жаловались на жизнь. Точнее, жаловалась я, а подружки терпеливо меня слушали. Лили, впрочем, тоже поливала меня когда-то слезами – после того, как они с Дэмиеном временно разбежались.

– Ну что же у нас за судьба такая? Отправляешься в тропический рай, встречаешь там мужчину мечты, а он потом разбивает тебе сердце! Может, это проклятье? – вопросила я. – Кто-то проклял всю нашу компанию?

– Ну, моя история кончилась счастливо. – Лили поиграла подаренным Дэмиеном колечком. И как мы еще не ослепли от блеска бриллиантов!

– Это потому, что он не предавал тебя, не пронзал тебе сердце острым кинжалом!

– Тоже верно, – кивнула Лили.

– Ты следующая, Джейн. – Я отсалютовала подруге своим коктейлем. – Твой черед сорваться с места и улететь на какой-нибудь остров, чтобы встретить там мужчину, который разобьет твое сердце на сотни крохотных осколков.

Мы переглянулись и дружно расхохотались. Скорее небо упадет на землю, чем Джейн совершит глупость.

– Мужчина, который вскружит тебе голову и выбьет у тебя почву из-под ног. Тот, ради кого ты впервые в жизни сделаешь что-нибудь спонтанное.

– Впервые в жизни? Я часто поступаю спонтанно!

– Правда? Приведи хоть один пример! – подначила ее Лили.

– На твоем месте я бы и вовсе помалкивала! – парировала Джейн.

– Да ладно, в последнее время я только и делаю, что совершаю глупости, – захихикала Лили. – Недавно вот занималась сексом в туалете самолета!

Мы снова расхохотались. Да уж, прежняя Лили явно была неспособна на такое. Застрять где-нибудь в туалете – всегда пожалуйста, но заниматься сексом…

– Похоже, мы слегка навеселе. – Лили допила свой коктейль.

– Ну, я еще как стеклышко. – Я заказала бармену еще три коктейля.

– Нет-нет, с меня хватит. – Лили поднялась с загадочной улыбкой. – У меня неотложное дельце.

– Да вы оба больные! – прокричала ей вслед Джейн. – Вас пора вести к врачу. Нельзя же столько трахаться!

И вот мы с Джейн вновь остались одни. Даже странно. Всю жизнь мы были близки с Лили, а теперь я нашла настоящее утешение в обществе Джейн. Ее рассудительность просто исцеляла меня.

– Ну, ты как, в порядке? – спросила она.

– Нет. Но мне станет лучше… рано или поздно.

Джейн ободряюще коснулась моего плеча.

– Знаешь, Энни, ты всегда можешь на меня положиться.

– Знаю. Спасибо тебе.

– Если хочешь, можешь пожить у меня какое-то время.

– Понимаешь, если бы не твоя мама…

Джейн вздохнула. Она старалась не заострять на этом внимания, но мы-то знали, до чего ее удручают непростые отношения с приемной матерью. В ее обществе Джейн чувствовала постоянную неловкость, ей казалось, что она все время должна соответствовать чужим ожиданиям.

– Между прочим, она передала тебе подарок.

– Серьезно?

– Очень неудачный. Честно говоря, просто ужасный. Мне она вручила такой же.

– Что может быть хуже той вырезки из газеты, которую она презентовала мне однажды? «Капуста в твоем доме: скинь десять фунтов за десять дней».

Джейн рассмеялась.

– Я тогда приготовила один из этих смузи.

– И как?

Джейн поморщилась при одном только воспоминании.

– Смесь травы с картоном.

– Ясно. Так что за подарок?

– Ты же знаешь мою маму… однажды я просто умру от стыда. – Покопавшись в своей сумочке, Джейн достала футболку и развернула ее.

РАССЛАБЬСЯ И БУДЬ МОИМ ПАРНЕМ

– Надо же, какой тонкий намек! – саркастически заметила я. – Интересно, что она хотела этим сказать?

– Чем больше она старается навязать мне какого-нибудь бойфренда, тем сильней меня тошнит от мужского общества.

Официант принес коктейли, и я потянулась за своим стаканом.

– За нас! И к черту мужчин!

Глава тридцать четвертая

Вот ведь интересно: стоит только открыться чему-то, и оно сразу же приходит в твою жизнь. Год назад я замкнулась в себе, сбежала от всего мира, отгородилась от него стеной переживаний. Целыми днями я только и делала, что подшивала подолы чужих платьев и тешила себя мыслями о том, как отомщу когда-нибудь Тревву. Я выслеживала их с Тесс на Фейсбуке, обжиралась мороженым и в целом вела себя как дурочка, которая не знает, куда ей спрятаться от страха и сомнений.

Но стоило мне настроиться на более продуктивный образ мыслей, как в моей жизни начали происходить судьбоносные события. Неприметные поначалу, они накапливались и накапливались, пока не превратились в настоящий снежный ком.

И первое из этих событий случилось сразу по прилете в Южную Африку, прямо в аэропорту. Мне было плохо на протяжении всего полета, ведь с каждой минутой я все больше удалялась от Криса. И когда мы добрались наконец до Йоханнесбурга, я немедленно бросилась искать шоколадку, чтобы подсластить свои переживания.

Я кружила по залу и случайно набрела на магазинчик, призывно сиявший своими витринами. Оказавшись внутри, я принялась разглядывать серьги, которые, честно говоря, были мне совсем не по карману. Внезапно кто-то хлопнул меня по плечу.

– Милая сумочка!

Повернувшись, я оказалась лицом к лицу со стильной женщиной средних лет.

– Где вы ее купили? – поинтересовалась она.

– Вы про это? – ткнула я пальцем в свое немыслимо пестрое творение. – Вообще-то я сама ее сделала. – Я попыталась быстренько проглотить свою шоколадку с арахисовым маслом, но она прочно прилипла к моему небу.

– Серьезно? – Женщина внимательно оглядела мое творение. – Мне кажется, туристам она пришлась бы по душе. Это такая причудливая смесь, где индийские мотивы мешаются с африканскими…

Я кивнула. Вообще-то я и не думала шить что-то этническое. Если сумка и получилась такой пестрой, то лишь потому, что сделала я ее из лоскутков и всяких ненужных штучек, какие только могла найти у Пателей.

– Знаешь, эта сумка действительно отражает слияние культур, которое так характерно для южноафриканцев. – На руках незнакомки звякнули великолепные браслеты.

Я решила подыграть ей. Почему бы нет?

– Да, к этому я и стремилась. Мне хотелось передать ощущение радужного микса… – Чушь собачья!

Но женщина кивнула. Похоже, мои слова пришлись ей по душе. Она улыбнулась тщательно накрашенными губами и взяла сумочку в руки.

– Знаешь, это просто читается в своеобразном наложении тканей.

– М-м-м… я много думала насчет расположения деталей. Мне хотелось, чтобы все они подчеркивали друг друга. – Запредельная чушь!

– Знаешь, – она все время повторяла это свое знаешь, – я бы и правда взяла такие в продажу. Ничего особенного не обещаю. Начнем, пожалуй, с пяти, а там посмотрим, как оно все пойдет.

– Серьезно? – Я изумленно уставилась на нее. Я не ослышалась? Она действительно произнесла эти слова? Может, это моя буйная фантазия сказала их за нее?

– Ясное дело. Я бы с удовольствием попробовала продать их. – Она протянула мне руку, и я энергично пожала ее. – Меня зовут Золани.

– А я Энни.

Домой я возвращалась если не в прекрасном, то в приподнятом настроении. Жизнь уже не казалась такой мрачной, и я даже начала улыбаться. Но сейчас…

Я вошла домой. Замерла. Огляделась.

Ужасно. Просто ужасно. Всюду коробки, которые я за целый год так и не удосужилась распаковать. На стенах ни одной полки, книжки и диски свалены в кучу в углу. Сарай, а не жилье. Даже смотреть стыдно.

Когда я жила с Треввом, то вполне могла считаться аккуратисткой. Все вещи у меня были расставлены по местам, в комнатах ни пылинки. Всюду уют и красота. Так не пора ли превратить и эту квартиру во что-нибудь удобоваримое? И пусть я обречена наблюдать полуголого мужичка за окном, по крайней мере, я могу компенсировать это неприглядное зрелище, создав в своем жилище нечто по-настоящему привлекательное.

Но с чего начать? Хлам копился здесь целый год, и за один день его не разгрести. Немного подумав, я решила пристроить валявшиеся прямо на полу диски. И сразу же увидела это… Брэдли Купер смотрел на меня с обложки DVD. Стоило мне взглянуть в его томные мечтательные глаза, и я немедленно расклеилась. Да что там, я разревелась, упав ничком на диван. Знаменитый диван, на котором я проплакала весь прошлый год.

– Нет, Энни, хватит! – Я проорала это так громко, что соседская собака гавкнула в ответ. Я вытащила диск из коробки и попыталась сломать его. Какое там! Я снова бросилась на диван и сразу же соскочила с него.

Ну нет, я и так прорыдала на нем целый год! Я постаралась взять себя в руки и снова принялась распаковывать вещи. Выглядело это, честно говоря, достаточно смешно, поскольку каждое свое движение я сопровождала то всхлипами, то громким ревом.

И все же я делала что-то, а не валялась ничком, упиваясь жалостью к себе. Я с ненавистью взглянула на свой удобный диванчик. Пора избавиться от этого коварного друга. Продам его, а вместо него куплю себе кресло. Уж на нем-то не полежишь!

Но вытащить из гостиной диван оказалось не самой легкой задачей. Когда я все-таки выволокла его во двор, с меня буквально семь потов сошло.

Я добрела до спальни, стащила с себя одежду и рухнула на кровать. Взгляд мой упал на кольцо, перед глазами поплыли картины нашей с Крисом мнимой свадьбы. До чего же реально все выглядело! И так красиво, сказочно красиво…

Последний раз взглянув на кольцо, я сняла его и сунула в ящик стола.

Пожалуй, и правда стоит сохранить его. Так, на всякий случай.

Глава тридцать пятая

На следующий день энтузиазма у меня заметно поубавилось.

Вчера я, видимо, ощущала подъем, а сегодня наступил спад. Ясное дело, мне не могло стать лучше за ночь. Душевное выздоровление – долгий процесс, и я в самом его начале. Наутро мне пришлось вытаскивать себя из постели. Я чувствовала себя разбитой и несчастной.

Я ужасно тосковала по Крису, мне физически не хватало его присутствия. Но я все-таки вылезла из кровати и пошлепала в душ… где, разумеется, слегка всплакнула. Потом приготовила себе завтрак. Тут тоже не обошлось без слез, так что я едва не подавилась кашей.

Затем пришла пора собираться на работу. Я красилась и… плакала. Неудивительно, что мне пришлось дважды наносить тушь: первый раз она просто стекла мне на щеки. Накрасившись вторично, я принялась яростно обмахиваться журналом, чтобы ресницы поскорее высохли.

Чтобы взбодриться, я напомнила себе про заказ на пять сумочек. Пожалуй, стоит поговорить об этом с Пателями.

Увидев меня, они несказанно обрадовались и принялись расспрашивать, как прошел мой отдых. Я в красках описала им, как плавала с тропическими рыбками (благоразумно опустив эпизод, когда Крис, якобы по ошибке, сфотографировал мою задницу). Еще я рассказала, как видела дельфинов (без упоминания о том, как мы с Крисом перекрикивались «по-дельфиньи»). Патели с восторгом выслушали описание тропических красот острова (опять же, ни слова про Криса и наш безбожный флирт).

А под конец я рассказала им про сумки. И эта часть понравилась им больше всего.

Они даже сказали, что я могу использовать – конечно, в разумной мере – ткани и прочие материалы из их магазина.

И все же первый рабочий день дался мне нелегко. Минута тянулась за минутой, словно в замедленной съемке. Я то и дело вздыхала, пытаясь отогнать непрошеные мысли о Крисе.

Мне потребовалась вся моя энергия, чтобы хоть как-то справиться с собой. Но часы наконец-то отмерили пять, и я поспешила домой с небольшим пакетом разноцветных тряпочек, пуговиц, ленточек и прочей мишуры, которую мне позволили взять добросердечные хозяева. Денег у меня по-прежнему было в обрез, но я все-таки решила, что пора переходить на более здоровое питание, чем одноразовые пакетики с лапшой. Жевать их почти то же самое, что грызть размоченный картон.

Хотя мне ужасно не хотелось, я заставила себя заехать в продуктовый, откуда вышла с целой сумкой овощей. Сварю себе супа на неделю, решила я. Больше-то я все равно не могла себе ничего позволить! По крайней мере, с овощами я получу хоть какие-то витамины и минералы. К тому же здоровая пища позволит мне избавиться от пары лишних килограммов, которые не ускользнули от ястребиного взора Тесс.

Тем же вечером, отведав своего вегетарианского супа – а он, между прочим, оказался очень вкусным! – я вытащила из шкафа идиотский шагомер, который купила в явном помутнении разума. Меня подбил на это ведущий одного из ночных телешоу. Этот парень с поддельным загаром и накладкой на волосах был более чем убедителен, когда обещал, что лишние килограммы так и посыплются с моего бедного тела.

В общем, я сдула пыль с бесценной вещички и шагала минут пять. Хоть какая-то физическая активность!

Потом я села за швейную машинку и принялась размышлять. Прежние свои сумки я сшила в пылу ненависти к Соне, моей злобной стерве-начальнице. Я специально делала их немыслимо яркими и кричащими, чтобы выплеснуть все свое негодование. На этот раз я собиралась работать более вдумчиво. Сумки по-прежнему будут захватывающе-яркими, но теперь я добавлю к своей работе немножко творческой фантазии, чтобы сделать их еще лучше.

Цветную ткань я порезала на кусочки разной формы и размера, а затем сложила их вместе, как красочную мозаику. Лоскутное одеяло, да и только! В этот момент мой глаз зацепился за что-то. В углу комнаты стояла старая холщовая сумка. Такие обычно выкидывают после похода в магазин или хранят в них всякий хлам (что, собственно, я и делала). Я положила сумку на стол и начала выкладывать прямо по ее ткани свою лоскутную мозаику. До чего же приятно, оказывается, дать новую жизнь тому, что вроде бы уже отслужило свой срок!

В тот вечер я засиделась допоздна и заснула прямо за машинкой. Очнулась я, когда телефон просигналил мне сообщением.

Я взглянула на часы. Среда, шесть утра. Какого дьявола? Кто это решил пообщаться со мной в такое время? Номер незнакомый. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вчитаться в сообщение.

«Привет, Энни-Энн, встряхнись и вперед! Солнце взошло, новый день у ворот».

Что это еще такое? Привет от моего сотового оператора или какая-то рекламная штучка? Я перечитала текст.

И до меня наконец-то дошло. Эти слова напоминали строки из книги доктора Сьюз «Места, куда ты пойдешь», любимой книжки Криса. Я снова взялась перечитывать сообщение, и с каждым разом улыбка моя становилась все шире, а в душе затеплилась крохотная искорка надежды.

Постой-ка… Среда – самый паршивый для меня день недели. И Крис об этом помнит! Я снова разулыбалась и немедленно остановила себя: нельзя, чтобы эта крохотная искорка вспыхнула и запылала сильнее прежнего. Пусть себе пишет что хочет. Печально улыбнувшись, я отложила телефон.

Мне потребовалась ровно неделя, чтобы сшить все пять сумок. Для одной я использовала еще один магазинный пакет, который нашла у себя дома, а под вторую и вовсе пустила холщовую сумку из-под кофе. И результат превзошел все мои ожидания. Я как раз упаковывала их, чтобы отнести Золани, когда телефон снова просигналил. Сообщение с того же номера, что и в прошлый раз, опять с утра пораньше. Я открыла текст, и сердце мое учащенно забилось.

«В тебе много яркости и красоты, нельзя не заметить такую, как ты».

Я читала эти слова поддержки, которые Крис слал мне с другого конца света, и мне хотелось плакать и смеяться одновременно. Я ощущала какую-то незнакомую сладкую горечь. Боюсь, путям нашим не суждено пересечься. Ни в обозримом будущем… ни позже.

* * *

Вручая Золани свои сумки, я чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Разумеется, это только начало, старалась я охладить свои восторги. Пять сумок – еще не империя моды, и мне далеко до Донателлы. И все же я наконец-то сделала шаг в правильном направлении!

И я решила не останавливаться, найдя себе психотерапевта. Как ни странно, идея оказалась удачной, и с каждым сеансом я чувствовала себя чуточку легче и увереннее, чем за весь прошлый год.

Раньше при слове «психотерапевт» я представляла себе пожилого, седовласого мужчину, чем-то похожего на Эйнштейна. Ты приходишь к нему в офис, ложишься на кожаный диван, и дяденька начинает задавать тебе нудные вопросы.

Но Паула (мы с ней сразу начали называть друг друга по имени) оказалась молоденькой остроумной блондинкой, одетой к тому же по последней моде. А вместо дивана она предложила мне удобный розовый стул. Паула деликатно расспрашивала меня обо всех моих неурядицах, помогая (говоря на ее профессиональном сленге) выявить и проработать деструктивные привычки и реакции.

Благодаря сеансам я поняла, что целый год провела в депрессии. Речь шла не о печали или мрачном настроении, а о самой что ни на есть настоящей депрессии. Другое дело, что тогда я этого не понимала.

Паула помогла мне определиться с целями, личными и профессиональными. И с этого момента жизнь моя заиграла новыми красками.

А еще я с нетерпением ждала утренних посланий, приходивших каждую среду. Благодаря им Крис незримо присутствовал в моей жизни, хоть мы и не говорили с ним в открытую.

«Следуй за сердцем, смелее будь. Твой путь, Энни-Энн – только ТВОЙ путь».

И он был прав, я наконец-то решила, что мне нужно делать со своей жизнью.

Глава тридцать шестая

Через месяц, когда мы прогуливались в парке с Грозовой Тучкой (мы теперь часто гуляли с ней в пятницу вечером), я получила сообщение от Золани. Она просила у меня еще десять сумок. От радости я даже запрыгала на месте. Людям действительно нравятся мои сумки!

Тучка тоже была безумно за меня рада. В последнее время мы много общались, бродя вместе по лавочкам, где торговали подержанными вещами. Они стали настоящей сокровищницей для моих сумок. Я находила там винтажные пуговицы, красивейшие застежки, а один раз даже откопала настоящую сумочку от Шанель. Еще недавно я бы охнула при виде брендовой вещицы, а теперь, немного подумав, разобрала ее на части и включила их в одно из своих пляжных творений. Кощунство, да и только.

А через месяц поступил еще один заказ. Затем еще и еще. Вскоре я поняла, что уже не справляюсь. Похоже, пришла пора уходить с основной работы.

Я даже не верила, что все происходит именно со мной, это походило на какой-то немыслимый сон. Но однажды я увидела на улице женщину с моей сумкой, и все вдруг стало необычайно реальным. Мне хотелось броситься к незнакомке и закричать: это я, я сделала!

– Знаешь, детка, тебе нужно придумать собственную марку. Эти сумки разлетаются как горячие пирожки, – в один прекрасный день заявила мне Золани.

– Ну… даже не знаю.

– Обычно это собственное имя. Ну там, Кристиан Диор, Луи Виттон… и так далее.

– Я знаю. Но Энни Андерсон звучит так обыденно!

– Что ж, надо решаться. У меня такое чувство, что твои сумочки ждет большое будущее.

– Пожалуй, я могла бы назвать свою марку «Энни Энн», – вырвалось у меня.

При звуке этого имени я ощутила легкий укол боли.

Золани на мгновение задумалась.

– Игриво, небрежно, забавно и звучно. Да, Энни Энн – то, что надо! – Она крепко обняла меня. – Энни, вместе мы горы свернем!

В тот вечер я вернулась домой в приподнятом настроении и решила приготовить себе настоящий ужин, дополнив его бокалом хорошего вина (а не дешевого пойла из картонной коробки). Я уже уселась за стол, как вдруг зазвонил телефон.

Тот же номер, с которого мне приходили по средам мои счастливые «будилки»! Это он звонит! Я сорвалась со стула и заметалась по комнате. Что же делать? Стоит ли вообще брать трубку? Сделав пару глубоких вдохов, я все-таки нажала на кнопку.

– Алло, это Энни.

– Привет.

Ох уж этот американский акцент! Сердце у меня в груди затрепыхалось. Да что там, заколотилось.

– Привет! – Я старалась не выдавать своего волнения.

Пауза. Немыслимо долгая пауза.

– Ну что, привет? – снова произнес Крис.

– Привет.

Что уж там, не самая удачная беседа в моей жизни. Но если во рту у Криса пересохло, как и у меня, если сердце бешено колотилось, вряд ли можно было упрекнуть его в немногословии.

– Как дела? – спросил он.

– Все хорошо. Ты как?

– Круче не бывает, – произнес он без воодушевления.

И снова пауза. Не такая мучительная, но все же…

– Как там Йоханнесбург?

– Все так же. Жара. А как Лос-Анджелес?

– Ужасно.

– Почему?

– Тебя здесь нет.

Пауза.

Стоит ли ему говорить мне такие вещи?

– Мне, наверно, не следовало говорить тебе этого, Энни…

– Даже не знаю.

– Ну-у-у, – протянул Крис, – кто сказал, что мы не можем быть друзьями? Да и времени уже прошло достаточно.

– О чем ты?

– Я прочел об этом в «Космополитене». Если верить этим ребятам, четырех месяцев, недели, двух дней и… постой-ка…

Снова пауза.

– И двенадцати часов вполне достаточно, чтобы завязать дружбу с бывшим партнером. Не то чтобы я считал все до секунды.

– Конечно, нет.

Я не стала говорить Крису, что сама прекрасно помню, сколько времени прошло с тех пор, как мы расстались.

– Ну что, можем мы быть друзьями? – снова спросил Крис.

Я задумалась. Что и говорить, заманчивое предложение. Я успела соскучиться по нему. Соскучиться по его чувству юмора, по его улыбке. Особенно по улыбке! Но не помешает ли мне это раз и навсегда разлюбить его? Что, если наше общение лишь продлит мои страдания?

– Даже не знаю. Я только-только начинаю… – Я нервно сглотнула. Ну почему так сложно сказать об этом? – Я только-только начинаю забывать тебя.

– Что?! Ты пытаешься разлюбить меня? – Судя по всему, я задела его за живое.

Мысленно я приказала себе не раскисать. Здравый смысл говорил мне о том, что пора прекращать этот бессмысленный разговор, но я его не послушала.

– А ты разве нет? – спросила я.

– Нет, – ответил он быстро и без раздумий. – Я не хочу забывать тебя, Энни. Не могу просто так щелкнуть пальцами и выкинуть из головы самую прекрасную женщину, с какой встречался. Единственную женщину, в которую я был влюблен.

Сердце у меня радостно запело, но разум решил положить этому конец.

– Но это значит, что мы не можем быть друзьями, раз ты еще… и я еще.

– А ты все еще?.. – Спросил он, улыбаясь.

Наш разговор повернул в опасную зону, несмотря на все сигнальные огни.

– Да. Поэтому-то мы и не можем быть друзьями, – заявила я, не желая слушать то, что кричало мне мое глупое сердце.

– Стало быть, нам нужно еще немного времени, чтобы забыть о наших чувствах?

– Да. – Мне вдруг стало ужасно тоскливо.

– Ладно. Пока, Энни, – сказал он и повесил трубку.

Я в изумлении уставилась на телефон. И это все? Но он зазвонил снова.

– Крис?

– Готово. Я окончательно и бесповоротно разлюбил тебя.

– Что, за несколько секунд?

– Да, эти несколько секунд стали для меня решающими.

Я рассмеялась.

– Так что, можем мы быть с тобой друзьями?

Это худшее, что только можно придумать. Худшее, что только можно придумать.

– Ладно, давай попробуем. Но нам не стоит разговаривать каждый день.

– Тогда через день?

– Нет!

– Раз в неделю?

– Может. Или раз в две недели. Как получится.

– Ладно, Энни. Я сделаю нашу беседу до того занимательной, что ты не захочешь вешать трубку. Пришьешь ее к своему уху, лишь бы слушать меня и слушать.

Я снова рассмеялась. Крис умел развеселить, как никто другой.

– Но как насчет твоих посланий? Ты будешь и дальше отправлять их мне?

– Я дам тебе все, что ты захочешь, Энни. Только попроси, – произнес он тоном, от которого у меня запылали щеки.

– Вот и хорошо. – Я старалась говорить как можно беспечнее. – Пока!

Вот так и начались эти странные беседы. То раз в неделю, то чаще, а то и реже. Как по уговору, мы обходили молчанием все, что произошло между нами. Ни слова не было сказано про нашу свадьбу или про Тревва с Тесс. О своей нынешней жизни мы тоже особо не откровенничали. Честно говоря, мне совсем не хотелось знать, как он там развлекается у себя в Лос-Анджелесе и не появилась ли у него какая-нибудь подружка. Он тоже ни о чем меня не расспрашивал – видимо, по той же причине. Нам просто хотелось получше узнать друг друга, тем более что все это осталось за кулисами наших прошлых отношений.

Оказалось, что дома у него живет мопс по кличке Чопстик[3], названный так за пристрастие к китайской еде. Мать Криса была оперной певицей, отец – поэтом, а брат – профессором философии в университете. Сестра Криса возглавляла общественную организацию, которая боролась за права женщин. Еще она написала книгу, посвященную роли феминизма в XXI веке.

– Как видишь, очень даже культурная семейка. Такое чувство, что я приемный. Неряшливый сценарист, живущий в такой же неряшливой квартире, на стенах которой не увидишь ни одной мало-мальски значимой картины. Словом, я – паршивая овца в своей семье.

Как оказалось, Крис в свое время учился на журналиста, но когда выяснилось, что у него нет ни малейшего интереса к текущим событиям, он понял, что выбрал не ту профессию. Тогда-то он и начал писать романтические комедии.

Постепенно я поняла: раз уж мы не можем быть вместе – тем более что живем в разных концах света! – Крис и правда может оставаться моим другом.

Что, если наша встреча была неслучайной и познакомились мы только для того, чтобы стать в итоге друзьями? Может, в один прекрасный день мы окажемся друг у друга на свадьбе – так, в качестве приятелей? Может, Крис станет когда-нибудь крестным отцом моего ребенка? Встречаясь, мы будем хлопать друг друга по плечу и говорить: «Как дела, дружище?»

А может, я просто обманываю себя. Потому что в ту самую секунду, когда у кого-нибудь из нас завяжется роман, нашим телефонным беседам придет конец.

И на этом все оборвется.

Значит, окончательный разрыв с Крисом – вопрос времени.

Глава тридцать седьмая

Звонок Джейн раздался, когда я сидела на кухне в ожидании очередного сообщения от Криса. Эти его послания и правда превратили меня в раннюю пташку.

Зазвонил телефон, и я схватила трубку. А вдруг это он? Но я услышала голос Джейн.

– Ты уже видела последний номер «Гламура»? – выпалила она. – Нам только-только принесли на работу.

– Хочешь сказать, что ты уже на работе?

– Прячусь от мамы. Она стала ходить на утреннюю йогу и пригрозила, что заедет сегодня за мной с утра пораньше.

– Хочет познакомить тебя с тренером?

– Если верить маме, необычайно возвышенный и при этом мужественный парень. – Джейн не скрывала насмешки. – А штаны в обтяжку позволяют судить, что и с этим у него все в порядке.

– Уф-ф-ф. – Я едва не поперхнулась кофе, пытаясь изгнать образ «мужественного» тренера из своей головы.

– Ну что, Энни, ты готова? – Откашлявшись, Джейн принялась зачитывать мне статью: – «Зимняя мода: серым краскам зимы не устоять перед многоцветьем нового тренда. Сумочки от Энни Энн. Эффектны, красочны и необычны. Как считает Соня С., каждая модница должна сделать их частью своего гардероба».

– ЧТО?! – Я едва не поперхнулась второй раз. – Да ты шутишь!

– Если бы! Все здесь, передо мной. И фотография сумочки.

– Какой? – с энтузиазмом спросила я.

– Ну-у-у… не знаю, как и описать. С такими розовыми висюльками, а на боку что-то вроде заплатки.

– Ладно, я потом сама посмотрю.

Вообще-то, мода и Джейн несовместимы.

– Стой! – прокричала Джейн, прежде чем я успела повесить трубку. – Мои поздравления, Энни. Ты сделала этих модников!

– Бог ты мой! Спасибо, что позвонила. Сейчас поеду куплю журнал. Поверить не могу!

Поохав еще немного, мы наконец распрощались.

Натянув куртку и сунув ноги в тапочки, я бросилась к машине. Я уже собиралась тронуться с места, как экран телефона засветился. Сообщение от Криса. Я так сильно нервничала, что решила прочитать его позднее. Но что-то толкнуло меня изнутри, и я все-таки открыла текст. Открыла и охнула.

«Ты станешь знаменитой, Энни Энн.

Известнее всех этих глупышек с реалити-шоу».

Я с минуту посидела в машине, пытаясь осознать случившееся. Мои мечты перестали быть просто мечтами – теперь это реальность, которая творится прямо у меня на глазах. За несколько месяцев мне удалось полностью преобразить свою жизнь. Я попыталась вспомнить ту Энни, какой я была год назад, и не смогла этого сделать. Такое чувство, словно мы с ней два разных человека.

Смахнув слезинку счастья, я выехала на дорогу. А вот и заправочная станция с ее магазином. Журнал, где журнал? Я схватила номер и быстро открыла статью. Мне пришлось прочитать ее раз десять, пока я не уверилась, что это чистая правда. Мне хотелось орать и плясать от счастья. На радостях я обняла продавца, у которого всегда покупала шоколадки. Телефон снова зазвонил.

– Ты уже видела это? – проверещала мне в ухо Золани.

– Я как раз стою в магазине в тапочках на босу ногу и читаю статью.

– Вот это сюрприз!

– Вот это сюрприз, – эхом откликнулась я.

– Теперь-то эта сучка Соня поймет, какую ошибку совершила, когда выгнала тебя с работы! Она еще приползет к тебе на коленях, умоляя швырнуть в нее дорогой туфелькой. И ты сможешь себе это позволить, поскольку в скором времени у нас будет своя империя моды!

– Не так быстро, Золани. Про какую империю ты толкуешь?

– Сейчас нет, скоро будет.

– Я не могу бросить Пателей, чтобы заниматься одними сумочками. На какие деньги прикажешь мне жить?

– Тебе нужен инвестор, Энни.

– И кто же это будет меня финансировать?

– Я, – ответила она без тени усмешки.

– Глупости! Я не могу брать у тебя деньги.

– Да ты послушай. Вместе мы горы свернем. Мы с тобой станем деловыми партнерами.

– Постой-ка, я должна все как следует обдумать.

– Разве ты не хочешь, чтобы твои сумочки появились на подиумах и страницах глянца?

Что и говорить, заманчивая картина!

– Сомневаюсь, что им найдется место на подиуме, – быстро вставила я.

– Откуда сомнения? Пока не попробуешь, не узнаешь!

– Это верно. – Я все еще не могла поверить в ее предложение.

– Прекрасно! Тогда нам нужно увеличить выпуск продукции, чтобы как следует затариться. Потом мы развезем все это по магазинам… не исключено, что со временем нам удастся организовать собственный магазинчик. А еще нужен сайт, чтобы люди могли заказывать нашу продукцию по интернету. Само собой, сделаем страницу на Фейсбуке…

– Да подожди! К чему такая спешка?

– Энни, детка, нам нужно спешить, ведь в следующем сезоне твои сумочки уже не будут на пике моды.

Тоже верно. Это моя возможность, и я должна воспользоваться ею как можно скорее.

Я сидела дома за столом, осмысливая случившееся. Подумать только, ведь сумочки родились из моей ненависти к Соне, и она же восхваляет их теперь до небес! Одно слово, каприз судьбы.

А как же с Пателями? Мне не хотелось бросать их, тем более что за это время мы успели подружиться. Но если я арендую у них в магазине комнатушку и буду покупать у них ткани, это пойдет на пользу и мне, и им.

Патели и правда пришли в восторг от моей идеи. Они даже закрыли ненадолго магазин, чтобы отпраздновать нашу сделку. И с этого момента все закрутилось. Тем же вечером мы отправились в заднюю комнатку, поставили там рабочий стол и стул, и помещение сразу обрело жилой вид.

На деньги Золани я купила еще одну швейную машинку, наняла помощницу и приобрела у Пателей разноцветную ткань (разумеется, с огромной скидкой). Затем, по взмаху волшебной палочки Золани, мои сумки начали продавать в магазинах по всему городу. Энергии этой женщины можно было только позавидовать. Я обожала ее саму и любила работать с ней. Очень скоро мы стали настоящими подругами. Грозовая Тучка тоже полюбила Золани. Пожалуй, даже больше, чем меня. Тучка даже утверждала, что они были родственницами в прошлой жизни.

Моя жизнь неожиданно обрела новый смысл.

Но лучшей частью этих изменений – настоящей вишенкой на вкусном торте – стало то, что Соня, моя бывшая стерва-начальница, захотела взять у меня интервью для журнала «Гламур». Ах, эта сладкая месть! Соня, знавшая пока одну только марку, «Энни Энн», даже не подозревала, что речь идет обо мне.

И вот с утра Золани притащила меня к себе в дом, чтобы как следует приодеть. В качестве подарка она вызвала визажиста, чтобы сделать мне хорошую прическу и стильный макияж. Пару часов спустя я уже входила в офис «Гламура». Входила с высоко поднятой головой.

Вокруг мгновенно начались перешептывания. Я шла и ловила на себе недоверчивые взгляды. Еще бы! Последний раз, когда меня видели здесь, я испортила дорогущую туфельку, не менее дорогостоящую фотосессию, да еще попала в тюрьму по обвинению в убийстве.

Кабинет Сони все также благоухал жасмином и лавандой. Кто-то теперь бегает по ее поручениям?

– Энн, – кисло протянула она. – Милочка, какой сюрприз!

– Рада видеть тебя, Соня, – кивнула я.

Я не лукавила – меня действительно радовала эта встреча. По причинам, о которых вы уже знаете.

– Детка, выглядишь потрясающе. Но если ты пришла в поисках работы, то увы… место твое занято. К тому же не пойми меня неправильно, но у меня сейчас очень важная встреча.

– Я знаю. Встреча со мной.

Было видно, как Соня лихорадочно пытается собраться с мыслями.

– Ну конечно, ты, детка! Я просто шутила. Мы все ужасно гордимся тобой, правда? – обратилась она к очередной своей копии, которая услужливо кивнула в ответ начальнице. – Да, мы только и говорим об этом с самого утра. Энн то, Энн се.

Лживая сучка.

Ладно, плевать. Моя задача – использовать подвернувшуюся для рекламы возможность.

– Итак, Энн, поведай нам свою восхитительную историю. Что подтолкнуло тебя к созданию этих сумочек? – поинтересовалась она приторно-сладким тоном.

Я с трудом подавила желание рассказать ей правду. Представляю, как изменилась бы эта безмятежная физиономия, если бы я сообщила, что вымещала с помощью своего рукоделия чувства, накопившиеся у меня по отношению к ней. Как бы то ни было, я не стала откровенничать и ограничилась историей, которую мы соорудили с Золани.

Я сообщила Соне, что после моего «ухода» из журнала мне надо было чем-то заняться, и я начала делать сумки в знак протеста против моды в целом. Я рассказала о том, как оказалась в маленьком магазине тканей в центре Йоханнесбурга. Рассказала про Пателей и их красочные наряды, а также про тех разнообразных и необычных покупателей, которые заглядывали к ним в магазин. Вот все это, по моим словам, и вдохновило меня на новое занятие.

Соня только и делала, что кивала да улыбалась, но я-то знала, что в душе она проклинала тот момент, когда наткнулась в магазине на мою сумочку, и жалела теперь о том, что не успела вовремя переехать меня своим новеньким «Ягуаром».

Расстались мы, впрочем, вполне любезно, поскольку мне не хотелось портить свою карьеру, прищемив хвост этой королеве моды.

В тот же день Золани устроила у себя праздничную вечеринку, пригласив на нее всех моих близких и друзей. Лили и Дэмиен, конечно же, были в числе гостей. Тучка приехала со своим новым «бойфрендом». Я беру это слово в кавычки, так как Тучка меняет парней через каждые шесть недель.

Вэл привела на вечеринку Марка, того самого соседа, которого она тайно обожала бог знает сколько лет. Похоже, один только Марк не догадывался о ее чувствах. Вэл внимала каждому его слову и первой смеялась над каждой его шуткой.

Золани пригласила даже Пателей, всех до одного. Втиснувшись в ее крохотную, но немыслимо стильную квартирку, мы веселились от души и пили шампанское. До чего же разношерстная компания, подумала я, окидывая взглядом комнату. И всех нас свели здесь мои незатейливые сумки.

Вот если бы еще и Крис мог приехать…

– А ведь мы с тобой стоим на пороге богатства и славы, – обняла меня за талию Золани. – В скором времени все только и будут говорить про Энни Энн и ее потрясающие сумки.

– Да ладно тебе! – хмыкнула я.

– Попомни мои слова, – заявила Золани, вручая мне бокал с шампанским. – Тост! – громко возвестила она. – За нас! За немыслимо успешных деловых партнеров и лучших из друзей!

– Я… – к горлу у меня неожиданно подступил комок. – Это как раз то, что я чувствую сейчас.

– Только не вздумай омывать меня слезами, а то испортишь этот замечательный макияж. – Крепко обняв меня, она направилась к гостям. Я смотрела ей вслед и радовалась тому, что судьба устроила нам эту встречу.

* * *

Через несколько дней позвонил Крис. Я умирала от желания поделиться с ним своими новостями, хоть мы и старались обычно не говорить о своих повседневных делах. Но как можно было удержаться?

– Помнишь ту сумочку, которая была у меня на Маврикии?

– Я знаю.

– Что?

– Ты становишься популярным дизайнером.

– Ты что, следишь за мной?

– Нет. Просто одна актриса пришла вчера на съемочную площадку с похожей сумочкой и долго хвасталась, как ей удалось купить такое чудо в Южной Африке. Я сразу же узнал твой почерк.

Я сглотнула. Бог с ней, с актрисой…

– Так ты снимаешь кино?

– Да.

Неловкая пауза.

– Не бойся, это не то, что ты читала.

– А о чем?

– Скоро увидишь, Энни Энн. – Судя по голосу, Крис улыбался. – Скоро увидишь.

Глава тридцать восьмая

Через несколько месяцев мне прислали большой коричневый конверт. Кстати, о пороге. Теперь он располагался в скромной квартирке в таком же скромном районе. Никаких вам голых соседей у бассейна. Наш бизнес с Золани процветал, и я смогла наконец перебраться в приличное местечко. Кроме сумок, я стала придумывать платья и юбки, а Золани пристраивала их в магазины по всей стране. И народ действительно раскупал их! Разумеется, мне было далеко до многомиллионного бизнеса, но я зарабатывала на жизнь тем, что мне действительно нравилось. А многие ли могут похвастаться такой удачей?

Я подняла конверт и вошла в дом. Наверняка дружеский привет от банка с просьбой погасить какой-нибудь чек, решила я и отбросила конверт в сторону. Вспомнила я о нем лишь поздно вечером, когда он подвернулся мне под руку. Только тогда я прочитала обратный адрес: Лос-Анджелес, Калифорния, США.

Я торопливо рванула коричневую бумагу. Как-никак в Америке у меня был всего один знакомый. А внутри…

В конверте лежал билет до Лос-Анджелеса и приглашение на премьеру независимого короткометражного фильма, автором которого был мистер Крис Кристоферсен. Назывался фильм «Самый большой глупец в мире».

Я несколько раз перечитала название.

Быть не может!

Или все-таки может? Неужели Крис проехался на свой счет?

Перевернув приглашение, я пробежала глазами небольшую аннотацию:

«Самый большой глупец в мире» – ироничное повествование о парне, который был одно время настоящим отшельником. Он циничен и не верит в любовь… пока не встречает очаровательную незнакомку. Они влюбляются друг в друга, но затем расстаются. Главный герой готов пойти на что угодно, лишь бы вернуть свою возлюбленную!»

М-да…

Я перечитала текст еще раз, чтобы увериться, что глаза меня не обманули.

Ну и что прикажете думать? Крис снова в своем репертуаре или теперь все действительно серьезно? Похоже, я имею дело с какой-то сумасшедшей причудой, или это самый романтический жест, с каким мне только доводилось сталкиваться. Неужели он и правда снял фильм лишь для того, чтобы вернуть меня?

Из конверта выпала небольшая открытка:

Дорогая Энни,

Лос-Анджелес ждет тебя. Не медли, отправляйся в путь.

Целую, Крис.

P. S. Пожалуйста, привези ту вещицу, которую я просил тебя сохранить.

Вещица, которую он просил меня сохранить? Я помчалась в спальню и выдернула ящик стола. Вот оно! Давненько я сюда не заглядывала.

Открыв коробочку, я замерла от восторга. Кольцо выглядело даже красивее, чем мне казалось. Неужели это предложение руки и сердца? Может, это и есть та грандиозная затея, на которую намекал Крис?

Или он просто хочет продать кольцо, ведь стоит оно больше, чем вся моя квартира…

Мне ужасно хотелось отправиться в Лос-Анджелес, но навязчивый внутренний голосок твердил, что это глупо.

Я не скрывала, что все еще любила Криса. И теперь точно знала, что и он меня любит. К тому же за прошедший год мы сумели лучше узнать друг друга. Наши отношения выстроились так, как и должны строиться: вы встречаетесь с кем-то, узнаете друг друга поближе и только потом влюбляетесь и женитесь.

И все же я продолжала сомневаться.

Тогда я сделала то, что подсказывал мне разум: позвонила самой трезвомыслящей из своих подружек. И уже неделей позже стояла в аэропорту Лос-Анджелеса. Джейн так усердно убеждала меня в том, что я совершу величайшую в мире глупость, если поеду в Америку, что к концу нашей беседы я полностью уверилась в обратном.

Я вышла из зала прилета и замерла в восхищении. Такого аэропорта я еще не видела! Раз в десять больше южноафриканских! И толпы народа вокруг. Не успела я запаниковать, как увидела человека в темном костюме, державшего табличку с надписью:

ЭННИ ЭНН

Признаться, я слегка разочаровалась, что Крис не приехал сам, но он, должно быть, готовился к премьере.

Разочарование мое мгновенно испарилось при виде поджидавшего меня большого черного лимузина. Я еще ни разу не ездила в таком! Внутри он выглядел даже роскошнее, чем снаружи, благодаря просторным сиденьям, обитым черной кожей, темно-серому бархатному ковру под ногами и крохотным деревянным столикам. Не хватает только шампанского, подумала я.

– Не желаете чего-нибудь выпить? – поинтересовался шофер, закрывая за мной дверцу машины.

– М-м-м… пожалуй.

Он сдвинул боковую панель, и моему взору предстал настоящий бар. Бокалы, выпивка, закуски. Я вдруг почувствовала себя Джей Ло и Рианной в одном лице. В кадре из какого-нибудь клипа.

Лос-Анджелес выглядел до странности знакомым, может, потому, что я сотни раз видела его по телевизору. Вскоре мы свернули в сторону Беверли-Хиллз. Хотя я и знала, что здесь живут одни из самых богатых людей на планете, вид этих домов привел меня в настоящий восторг. Дворцы, да и только!

Мы остановились у отеля «Четыре сезона». Крис явно не считался с тратами, лишь бы вернуть меня. От этой мысли у меня потеплело на душе.

Номер оказался светлым и просторным, в белом и кремовом тонах, с вкраплением ярко-розового, отчего сразу возникало весеннее настроение. Но больше всего мне понравился маленький балкончик, с которого открывался вид на город.

Я перевела часы на местное время. До премьеры оставалось только три часа. Шофер сказал, что заедет за мной, так что пора было браться за дело.

Уже через час я натянула на себя платьице из своей новой линии одежды – изящный наряд экзотической расцветки с низким декольте. Затем я влезла в туфельки на высоком каблуке, взяла одну из «африканских» сумочек и критически взглянула на свое отражение в зеркале.

Как говорится, к бою готова.

Пока мы ехали на премьеру, я разнервничалась до того, что обгрызла сразу два ногтя. Никогда еще я не ждала встречи с таким волнением.

Добравшись до места, я принялась выискивать в толпе Криса, но это было все равно что искать иголку в стоге сена. Я попыталась позвонить ему, но разнервничалась только больше, когда услышала автоответчик. Даже охранник у дверей не смог мне подсказать, где найти Криса.

Паника грозила поглотить меня с головой, как вдруг по счастливой случайности я все-таки заметила его.

Глава тридцать девятая

Крис стоял в противоположном конце большого зала, в который нас только что пригласили, – в фойе кинотеатра, обставленном в ретростиле.

Я увидела его со спины, но сразу же узнала. Все те же, с проседью, волосы, которые явно нужно немного подстричь. Крис повернулся, и меня едва не снесло незримым порывом ветра.

Он был чисто выбрит – ни намека на бородку. А еще – уймись, мое глупое сердце! – на нем красовался черный смокинг с атласными отворотами. Впрочем, Крис не был бы Крисом, если бы не проявил себя и в этом. К смокингу прилагалась серая рубашка с расстегнутым воротником. Разумеется, без галстука. Небрежность в сочетании с утонченностью. Превосходно!

Крис стоял в окружении целой группки парней с хипстерскими бородками и серьезными выражениями лиц. Пока он говорил, парни безостановочно кивали. Я, словно зачарованная, наблюдала, с какой уверенностью Крис втолковывал им что-то и как они время от времени разражались смехом. Жаль, я не могла отсюда слышать, что именно он говорил, а то бы с удовольствием посмеялась вместе со всеми.

Раздался звонок, возвещавший о том, что кино вот-вот начнется. Толпа развернулась, и я почувствовала, как меня все дальше и дальше оттесняют от Криса.

– Крис! – позвала я, энергично замахав руками. Ноль реакции.

– Крис! – закричала я громче.

На этот раз он меня заметил. Взгляды наши встретились – впервые за целый год! – и меня вдруг пронзило чувство… не знаю, как его описать.

Приходилось ли вам прыгать в бассейн в разгар зимы? Вода до того ледяная, что просто обжигает кожу. В первый момент вы пытаетесь сделать несколько судорожных вдохов. И это не просто физическое потрясение: все ваши чувства обострены до предела. Каждая клеточка вашего тела, каждая частица сознания включены в реальность.

Крис улыбнулся, и я улыбнулась в ответ. Улыбка растеклась по моему лицу, растянув уголки губ так, что им стало больно.

Я попыталась пробиться к нему, но толпа упорно двигалась в другом направлении. Крис помахал мне, показывая в сторону кинозала. Я кивнула и побрела за всеми, рассчитывая увидеть Криса в зале. Но свет уже выключили, и в полной темноте услужливый билетер принялся усаживать меня на место. Я понимаю, что его работа – помогать опоздавшим, и при других обстоятельствах была бы признательна ему, но только не сегодня.

Где же Крис? Мне ужасно хотелось достать телефон и включить фонарик, но я удержалась. Может, позвонить ему еще разок? Но прежде чем я успела решить, как поступить, что-то мягко шлепнуло меня по затылку. Я оглянулась. Крис сидел шестью рядами выше. Он-то и швырнул в меня бумажным комочком.

Я просияла. При взгляде на этого человека я почувствовала, словно наконец-то вернулась домой. Но начался фильм, и Крис многозначительно ткнул пальцем в экран, призывая меня посмотреть.

Так я и сделала. Но мысль о том, что он где-то рядом, не позволяла мне как следует сосредоточиться. Я то и дело оглядывалась назад и всякий раз ловила на себе взгляд Криса и его знакомую улыбку.

Сам фильм оказался на редкость забавным и необычным. Речь в нем шла про парня с огромной бородой, который жил в компании семи котов. Из дома он не выбирался больше пяти лет, хоть и зарабатывал на жизнь тем, что писал о путешествиях. Когда ему давали очередное задание, он открывал интернет и подыскивал там нужную информацию.

Там же, в интернете, он знакомится с девушкой, и они начинают встречаться. Во время сексуальной сцены зрители просто умирали от смеха. Из цветной картина вдруг превратилась в черно-белую, а главные герои заговорили по-французски. Но у парня, который, конечно же, не имел под собой реального прототипа, была масса странностей, так что эти двое вскоре расстались.

Тогда он затеял сложную, детально продуманную кампанию, чтобы вернуть свою возлюбленную. Начиналось все с малого: цветы, шоколадки и серенады под окном. Кульминацией фильма стал прыжок с самолета прямо во двор к девушке. В руках парень держал плакат: ВЫХОДИ ЗА МЕНЯ!

На этом фильм завершался, а на экране появлялась крупная надпись:

ПРИМЕТ ЛИ ОНА ЕГО ОБРАТНО?

Я-то в отличие от остальных знала, к кому были обращены эти слова. Я оглянулась, отыскивая глазами Криса, но зал дружно встал и разразился аплодисментами. Со всех сторон до меня доносились обрывки фраз: гениально, настоящий постмодернизм, больше смахивает на минимализм, в духе братьев Коэн…

Похоже, фильм и правда понравился. Но меня сейчас волновало другое. Мне хотелось найти Криса.

А вот и он сам спешит к сцене, где его уже ждет микрофон.

Все снова захлопали, и я невольно раздулась от гордости. Как-никак это мой парень. Ну, почти что…

Крис говорил о свободе самовыражения, о творческом потенциале короткометражных фильмов. Он поблагодарил всех, кто поверил в его идею, а также зрителей, пришедших на премьеру. Затем он предложил отдать должное шампанскому и закускам. Сам он, к сожалению, не сможет участвовать в банкете, поскольку его ждет неотложное личное дело.

Если кто и был разочарован этим заявлением, то только не я.

Крис быстро спустился со сцены, остановился у моего ряда и протянул мне руку, предлагая присоединиться к нему.

Я встала, чувствуя на себе взгляды публики, но мне было все равно. Взявшись за руки, мы с Крисом вышли из кинотеатра. На другой стороне улицы нас уже ждал лимузин.

Мы забрались внутрь и захлопнули дверцы. Машина тронулась.

Наконец-то мы были одни.

Какое-то время мы просто сидели, молча глядя друг на друга. На лицах у нас сияли улыбки. Наконец Крис открыл рот – без сомнения, только для того, чтобы отпустить очередную шуточку.

– Лучше помолчи! – Я наклонилась и поцеловала его.

Я всегда знала, что поцелуй может многое сказать о вашем партнере. Это похоже на танец: если кто-то из пары спешит или, наоборот, отстает, сбивается весь ритм. То же самое с поцелуем. Вы либо совместимы, либо нет.

Мы с Крисом были полностью совместимы.

Голова у меня закружилась, разум помутился, и на мгновение я даже забыла, как меня зовут.

– Так что? – шепнул он.

– О чем ты?

– Каким будет ответ?

– Ответ?

– Ну да, ответ на мой вопрос.

«Примет ли она его обратно?»

– Да, – улыбнулась я. – Да! Конечно, примет!

– Слава богу!

Крис вдруг отстранился, по лицу его пробежала улыбка облегчения.

– Что ты имеешь в виду?

– Господи, Энни, ты хоть понимаешь, в какое нелепое положение я мог бы попасть, если бы ты сказала «нет»?

– Нелепое? О чем ты, Крис?

Сердце у меня упало. Неужели это очередной рекламный трюк? И почему машина вдруг остановилась? При мысли о том, что меня вновь втянули в какую-то интригу, я едва не разрыдалась.

– Идем! – Крис потянул меня за руку, и мы выбрались из машины на пляж.

Мне потребовалась пара мгновений, чтобы все понять.

На этот раз не было свечей, которые озаряли бы мой путь, да и песок никто не усыпал лепестками. Ни птиц, ни китайских фонариков. Но сердце у меня зашлось от восторга, ведь теперь все было по-настоящему.

– Между прочим, это вовсе не актер. – Крис кивнул в сторону мужчины, который стоял на берегу. – Ну что, Энни. – На губах его проступила смущенная улыбка. – Сейчас мне придется сказать настоящую банальность. Я сотни раз писал такие фразы в своих сценариях, сопровождая их циничным смешком…

Он опустился на колено, и сердце у меня бешено забилось.

– Энни Энн, согласишься ли ты стать моей настоящей женой?

– Только вот с этим, – заявила я, доставая из сумочки кольцо.

Крис взял кольцо и внимательно взглянул на меня. Таким серьезным я его еще не видела. Крис-шутник исчез. Вместо него передо мной стоял просто Крис.

– Энни, выходи за меня замуж.

Наша сцена завершается тем, что ЭННИ и КРИС идут рука об руку по пляжу к настоящему СВЯЩЕННИКУ.

Год спустя

Вам, должно быть, интересно знать, чем все в итоге закончилось. Тревв и Тесс? Моя неожиданная (настоящая) свадьба? Мои модные сумочки? Мы с Крисом?

Что ж, мне тоже не терпится рассказать вам, ведь этот год был лучшим в моей жизни.

Честно говоря, про Тревва и Тесс мне известно немного. Знаю только, что на следующий день после того, как мы уничтожили, затмили, растоптали в прах их идеальную свадьбу, они исчезли.

Выписались из отеля с утра пораньше и были таковы. Что произошло с ними дальше, я не знаю, ведь общих друзей у нас больше нет. Возможно, все-таки поженились и переехали в Лондон. Но мне остается лишь гадать. Честно говоря, мне немного совестно, что мы так обошлись с ними. Каждый человек заслуживает любви. Даже такой, как Тревв.

Лили и Дэмиен готовятся к свадьбе, которая пройдет, скорее всего, где-нибудь в Европе. Вэл все еще тайно изнывает по своему соседу. Тучка тоже ничуть не изменилась. Сейчас она встречается с парнем, который жонглирует огнем и глотает мечи. А Джейн… вот только с Джейн не все в порядке. Она до того напряжена, что в любой момент может сорваться.

Сама я, конечно же, переехала в Лос-Анджелес, к своему мужу. Это слово то и дело срывается у меня с языка в любом разговоре.

В продуктовом магазине. «Да, моему мужу нравится эта каша».

На почте. «Мне всего-то и надо, что забрать посылку для мужа».

На парковочной площадке, в разговоре с незнакомцем. «Приятный денек, не правда? Мой муж смотрел прогноз погоды. Похоже, всю неделю будет солнечно и жарко».

И даже не спрашивайте, как часто я пишу свое имя. Энни Кристоферсен.

Фильм Криса получил всеобщее признание, и теперь он ставит довольно-таки экстравагантные короткометражки, которые позволяют проявиться его необычному чувству юмора – тому, что делает Криса настоящим Крисом.

Настоящим шоком стал для меня поначалу переезд в Лос-Анджелес. А потом я повстречала там немало знаменитостей: не далее как позавчера увидела на улице Брэдли Купера. Могу лишь сказать, что Крис (мой муж) выглядит куда лучше!

Золани продолжает наш бизнес в Южной Африке. Мы даже наняли несколько человек, которые помогают шить мои сумочки. Сама я подумываю об открытии здесь нового магазина. Американцам не помешает немного южноафриканского колорита.

Но знаете, что обрадовало меня больше всего?

В семействе Кристоферсен ожидается скорое прибавление. И Крис, в типичной для него манере, известил всех об этом в общей рассылке:

«Всем привет! У меня для вас хорошая новость. Я-таки обрюхатил свою девку! ХА!»

Так может, все эти голливудские фильмы со счастливым концом не такая уж выдумка?

Не-благодарность

Я ничуть не благодарна директору своей бывшей школы, которая заявила однажды, что из меня ничего не получится. Уж ее-то заслуги в написании этой книги точно нет.

Примечания

1

Ба́нши́, бенши – персонаж ирландского фольклора, женщина, которая появляется возле дома обреченного на смерть человека и своими стонами и рыданиями оповещает, что час его кончины близок. Прим. ред.

2

Йо́да (англ. Yoda) – один из главных персонажей «Звездных войн», мудрейший и самый сильный джедай своего времени. Прим. ред.

3

Англ. Chopstick – палочка для еды. Прим. пер.

Content

Джо Уотсон
Почти невеста

Пролог

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Глава шестнадцатая

Глава семнадцатая

Глава восемнадцатая

Глава девятнадцатая

Глава двадцатая

Глава двадцать первая

Глава двадцать вторая

Глава двадцать третья

Глава двадцать четвертая

Глава двадцать пятая

Глава двадцать шестая

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать восьмая

Глава двадцать девятая

Глава тридцатая

Глава тридцать первая

Глава тридцать вторая

Глава тридцать третья

Глава тридцать четвертая

Глава тридцать пятая

Глава тридцать шестая

Глава тридцать седьмая

Глава тридцать восьмая

Глава тридцать девятая

Не-благодарность

Примечания