Джеймс Так

Веном. Смертоносный защитник

James R. Tuck

Venom: Lethal Protector

© 2019 MARVEL

* * *

Посвящается всем тем, кто, несмотря на свои недостатки, бросает все силы на защиту невинных.

Метания темной души

Глава 1

Сан-Франциско, Калифорния

Солнце скрылось за крышами домов больше часа назад, и гранитная облицовка остыла настолько, что он почувствовал боль, прислонившись к ней плечом. Тень высосала все тепло, но она же обеспечивала скрытность, позволяя охотнику затаиться, и поэтому он продолжил стоять не шевелясь. Лишь грудь его расширялась и сжималась в такт прерывистому дыханию – следствие приема запрещенного препарата, помогавшего ему держаться, – да хищные стеклянные глаза бегали из стороны в сторону.

Джимми приметил ее, когда она вышла из-за поворота; юбка ее развевалась, обнажая ноги и привлекая его внимание. Стройная и подтянутая, как пятнадцатисантиметровые шпильки в тон ее темно-фиолетовым топу и юбке, она приближалась со стороны Театрального района. То ли свидание прошло неудачно, то ли она была одной из стайки подружек, которым излишняя экономность не позволила заплатить за хорошую парковку, а потому машину пришлось оставить на не самой благополучной улице.

По сути, не важно.

Он изучал ее взглядом, оценивая добычу с высоты своего криминального опыта, накопленного за прошедшие годы. Оружия у нее наверняка не было: в платье ничего не спрячешь, да и в крошечную дизайнерскую сумочку вряд ли бы что-то поместилось.

А вот деньги у нее могут быть.

Оттолкнувшись от холодной стены, он направился в ее сторону в надежде успеть раньше, чем другой охотник учует ее.

«Уже недалеко».

Стоило Лидии прибавить шагу, как укол боли пронзил ее икру. Она не бежала – это была бы непозволительная роскошь в туфлях якобы от Джузеппе Занотти – но перемещалась довольно быстро. Туфли выглядели вполне похожими на оригинал за полторы тысячи долларов, но на ногах ощущались на двадцать пять, которые она за них и заплатила. В ушах звенели слова сестры, которая вечно ходила в сандалиях и балетках.

«Мужчины придумали высокие каблуки, чтобы женщинам было сложнее убегать».

Если бы она не смотрела под ноги, то из-за этих туфель уже впечаталась бы в щербатый тротуар, который не ремонтировали последние лет десять. Поэтому она не поднимала глаз и упорно не желала ругать себя за найденное место для парковки. Другое она бы не выбрала.

У нее нет таких денег, что зарабатывала Лайла, и ей не повезло получить место, которое выцарапала себе Мария. Лидия работала за крошечную зарплату, платила за слишком дорогую квартиру, которую делила с четырьмя соседями, и носила подделку за двадцать пять долларов.

Чтобы отвлечься, она стала размышлять о районе Тендерлойн, по которому шла, и вспомнила истории отца. Он говорил, что название эта местность получила от бывшего начальника полиции Сан-Франциско, который заявил, что на местные взятки можно прекратить наконец перебиваться обычными стейками и перейти на нежное филе – тендерлойн.

Она вспомнила, как на втором свидании рассказала эту историю полицейскому Брэду, а он снисходительно пояснил, что вообще-то Тендерлойн назвали в честь нежных прелестей проституток, которые работали на улицах после наступления темноты.

Больше Лидия с ним не виделась.

Она подняла взгляд посмотреть, насколько низко уже опустилось солнце. И тут кто-то сзади схватил ее за руки. Она растерялась, а чужие пальцы вонзились в кожу и рванули ее в сторону переулка. Каблук двадцатипятидолларовой подделки хрустнул, Лидия споткнулась, но не упала – лишь благодаря хватке незнакомца.

От страха она не смогла выдавить ни звука.

Нападавший отшвырнул Лидию к стене, а сам схватил ее сумочку. Ремешок зацепился за локоть, и девушка, дернувшись, задела бедром металлический мусорный бак. Тот был настолько завален хламом, что даже не покачнулся, когда Лидию отбросило от него в кирпичную стену.

Замерев, девушка во все глаза смотрела на грабителя. Тот разорвал сумочку и быстро откопал всего несколько купюр минимального достоинства – две по пять долларов и одну десятидолларовую. Вор разозлился, скомкал банкноты и погрозил перепуганной Лидии.

– Дамочка, да это же просто неприличная мелочевка!

Приоткрыв от ужаса рот, она молча смотрела на него из-под упавшего на лицо завитка каштановых волос. Ее глаза были широко распахнуты.

Джимми понравилась эта картина.

– Может, мне как-нибудь по-другому забрать свою плату? – прорычал он, самодовольно наблюдая за испуганным выражением девушки. Устремившись вперед, Джимми крепко прижал руку к ее рту. Он был так близко, что практически чувствовал медные нотки ужаса, который, словно озон, повис между ними, щекотал нос и заставлял активнее работать надпочечные железы.

– Страшно, да? – он наклонился так близко, что его дыхание влажными пятнами прилипло к ее щеке. – Хорошо! Мне всегда нравился страх в глазах жертвы.

И тут Джимми понял, что ее глаза устремлены мимо него – вверх. С ее губ сорвался слабый стон.

– Какое совпадение! – окатило Джимми полушепотом-полурыком.

Голос был как будто не совсем человеческий. Блеснули последние лучи заходящего солнца, и хищник с жертвой остались в темноте, но холод по спине Джимми пробежал отнюдь не от этого.

– Нам тоже!

Он обернулся и увидел черную фигуру, разбавленную белым значком в виде паука, двумя бледными пятнами, как из теста Роршаха, и зубами… частыми, острыми зубами, торчавшими из влажного красного рта.

Фигура напоминала человека, но неестественно большого. Просто огромного. Она прыгнула и оказалась рядом с Джимми, явив разбухшие мышцы, залитые чернильной тьмой. Незнакомец сгорбился, от его рук и ног расходились щупальца черноты. Затем это нечто распрямилось, повернулось к Джимми, и тот вдруг осознал, что белые пятна – это глаза. Пустые белые глаза на гладкой голове существа. А под ними – смертоносная клыкастая пасть.

Вид этих глаз сломил его, подавив звериную храбрость, которой он набрался на улицах. Кишечник будто наполнился водой, ноги обмякли, хотя Джимми все еще сжимал руками свою жертву. Единственное, чего он хотел сейчас, – это бежать.

Он не успел двинуться – рука твари взлетела вверх, и черные когти обхватили его горло, будто ошейником.

– Какой ты мерзкий! – прорычало существо, и Джимми почувствовал, как острые когти вонзаются в шею под челюстью. Острая боль пронзила его – тварь рвала кожу будто шипами. Накатила парализующая паника.

– Ты и тебе подобные…

Когти сжались и вонзились еще глубже. Мышцы на черной руке вздулись, и Джимми перестал ощущать землю под ногами. На краткий миг он застыл в воздухе. На мгновение. Тикнула наносекунда, и неподвижность сменилась движением.

Быстрым.

Джимми с грохотом врезался в кирпичную стену. В голове взорвалась ослепительная белая вспышка. От удара у него перехватило дыхание, но сознание осталось ясным, и он услышал, как существо снова рычит:

– Вы нападаете на беззащитных, приносите одни только страдания!

Прижатый к стене когтистой рукой, со сдавленным горлом, Джимми не видел ничего, кроме иссиня-черной кожи, пустых белых глаз и ряда острых зубов в разинутой пасти твари. Она зарычала и, дернув рукой, в которой болтался Джимми, впечатала его голову в стену.

– Боль! – рычало существо, снова встряхивая своего пленника.

Джимми не мог вздохнуть.

– СМЕРТЬ!

Джимми издал булькающий звук сквозь стиснутые зубы и широко раскрыл глаза: из рук существа снова выстрелили тонкие черные отростки. Они потянулись к лицу и нежно коснулись его кожи – так в детстве бабушка поглаживала его щеку, когда укладывала спать и читала молитву.

– Ты нам противен, – прошипело существо.

Задыхаясь в острых когтях, Джимми попытался втянуть хоть немного воздуха, но горло саднило, будто оно было устлано толченым стеклом. Он в отчаянии открыл рот.

– Кто ты?.. – еле выговорил он.

Рука сжалась сильнее, и его рот широко раскрылся в отчаянной попытке вздохнуть. Отростки трепыхались перед глазами, будто наслаждаясь его страхом, питаясь его отчаянием. Затем очертания их стали нечеткими – зрение Джимми постепенно угасало, мир погружался во тьму. Наконец отростки сплелись, пролезли глубоко в его рот и протянулись к ноздрям.

Первобытная паника охватила Джимми, он задыхался, а тьма заполняла каждую его полость, ломала пищевод и разрывала легкие, словно переполненные водой шарики.

Джимми умер, так и не сумев закричать.

Лидия изо всех сил старалась не шевелиться.

Чернильные отростки с влажным шлепком оторвались от лица мертвого преступника и втянулись в кожу огромного существа. Когтистая лапа разжалась, и тело грабителя, как мешок, рухнуло на грязный асфальт. Лидия боялась даже вздохнуть, хотя крик рвался наружу.

– Вот и все, – произнесло существо, глядя на труп. – Теперь тебе осталось только гнить и разлагаться. Перемешиваться с грязью в сточной канаве…

Тут существо замолчало. Лидия по-прежнему не двигалась. Все ее мышцы застыли от напряжения, как у кролика, который увидел хищника. Но тварь все же повернулась в ее сторону и…

Улыбнулась.

– Ой. – Казалось, голос стал больше похож на человеческий и в нем послышались… игривые нотки? – Прости нас. Как грубо с нашей стороны. – Существо теперь стояло лицом к Лидии в луче заходящего солнца – на эбеновой коже заиграли синеватые блики.

– Привет! Мы – Веном.

Лидия все еще не могла ничего из себя выдавить, хотя понимала, что именно этого ждет от нее… Веном. Она вжалась в грязную кирпичную стену и широко распахнутыми глазами наблюдала, как странное существо нагибается и поднимает сумочку, валявшуюся рядом с остывающим трупом грабителя. Ремешок зацепился за что-то, Веном распутал его и протянул Лидии.

Лидия автоматически взяла сумочку.

– Держи, – сказал Веном. – Теперь ты в безопасности.

Не отрывая глаз от чудовища, Лидия поковыряла застежку на сумочке, открыла ее и полезла внутрь.

Веном остановил ее когтистой рукой.

Девушка вздрогнула.

Он потрепал ее по голове.

Раз. Другой. Как будто комнатную собачку.

– Нет, пожалуйста, не стоит благодарности.

Лидия вытащила из сумочки телефон. Оказалось, экран треснул. Дрожащими руками она только с третьего раза включила камеру.

Веном отклонился назад, наблюдая, как она поднимает телефон. Белые пятна его глаз стали больше, рот растянулся и обнажил все острые клыки разом. Капавшая с их кончиков слюна стекала по подбородку и расползалась по широкой груди.

Лидия не сразу поняла, что тварь так улыбается.

Девушка нажала на кнопку, щелкнула вспышка.

Веном кивнул.

– Вам – наше симпатичное лицо на фото, а нам – ваша радость. – Он снова кивнул. – Вот мы и поскачем, довольные, своей дорогой! – С этими словами существо присело, напрягло бедра и прыгнуло метров на пять в высоту. Вцепившись когтями в кирпичную стену, окутанную туманом, Веном начал карабкаться вверх и скоро исчез из поля зрения Лидии.

Девушка молча проводила его взглядом, а потом уставилась в телефон. Не задумываясь, она закинула фото в социальные сети. Картинка отправилась бродить по интернету, а взгляд Лидии наткнулся на тело преступника.

Вдруг она закричала и бросилась в сторону улицы, не обращая внимания на сломанный каблук.

Глава 2

Он плавно перескакивал с одного здания на другое, словно чернильное пятно по воде, пока последние лучи закатного солнца над Тихим океаном приятно грели его кожу. Двигаясь вперед, он с наслаждением ощущал натяжение в руке, когда с мягким звуком из тыльной стороны ладони выстреливала частичка, превращаясь в гибкую, симбиотически созданную нить паутины.

Очередная нить приклеилась под крышей здания, слившись с камнем и металлом. Он действовал инстинктивно: его рука сама по себе повернулась, затем плавно выгнулось запястье, выпустившее паутину и остановившее ее на нужной длине. Гравитация тянула его тело вниз, нить все удлинялась; затем он сделал резкий рывок и, описав плавную дугу, полетел дальше по улицам города.

Ему нравилось качаться на паутине.

Потянуться, повернуть, стрельнуть, перехватить, качнуться, подтянуться, отпустить, повторить.

Это было приятно.

Ему было приятно.

– Что ж, я согласен, – громко сказал он Другому. Веном состоял из двух сущностей: человека и чужеродного симбиота. – Защищать невинных действительно очень вдохновляющее занятие.

Вытянуть, повернуть, стрельнуть, перехватить, качнуться.

Подтянуться, отпустить, повторить.

– В конце концов, когда-то и мы были невинны. – Он метнулся вправо, плавно огибая водонапорную башню. – А потом этот мерзкий Человек-Паук испортил нам жизнь! – Раскачиваясь над улицей, которая была еще шире остальных из-за трамвайных путей, он оборвал паутину и, падая вниз, продолжил говорить: – Он отверг тебя, мой инопланетный друг, когда ты хотел подружиться, хотел стать ему живым костюмом. – Существо выгнулось, под углом опускаясь на трамвай, который ехал по улице. – А я с благодарностью принял этот дар!

Едва ноги Венома коснулись металлической крыши трамвая, он снова взмыл вверх и выпустил новую нить паутины. На испуганные крики пассажиров монстр не обратил внимания.

– Когда-то я был Эдди Броком, журналистом, и притом хорошим, – сказал он, хмуря брови под искусственной кожей. – Но все это растоптал своей коварной, эгоистичной выходкой Человек-Паук! – Раскачиваясь в вышине, перелетая над крышами, Веном замолчал, прислушиваясь к беззвучному голосу, и осмотрел тянущуюся внизу улицу. – Верно, – сказал он. – Человек-Паук тоже помогает невинным, по-своему. Вот почему мы… усмирили нашу ненависть и приехали сюда, в город, где я родился, чтобы начать новую жизнь.

Отдавшись радостному возбуждению, он прыгал с крыши на крышу, пока наконец не остановился на кровле обветшавшей гостиницы. Сев на парапет, Веном посмотрел вниз. Когда-то здание украшала изысканная лепнина цвета слоновой кости, но теперь она потрескалась и почти вся обвалилась, обнажив голый кирпич. В пожарных лестницах было больше ржавчины, чем железа, кронштейны едва удерживали их на стене. С подоконников длинными полосками сходила краска. Обостренное обоняние симбиота уловило едкий запах асбестовой пыли, вздымающейся по вентиляционным каналам и извергавшейся рядом с ним.

– Что ж, – он встал у самого края крыши, – будет непросто, но пока мы есть друг у друга…

Веном шагнул с парапета в пустоту и камнем рухнул вниз. Черная кожа симбиота шевелилась, меняя очертания и окраску и превращаясь в обычную на вид одежду.

Ноги Эдди Брока мягко опустились на землю. Мгновение он стоял в переулке.

– …все будет отлично.

Эдди огляделся. Убедившись, что никто не видел его приземления, он вышел на улицу.

– А теперь главное, – пробормотал он. – Жилье.

Эдди свернул за угол и двинулся ко входу в ночлежку. Мимо него неслись машины. Одна остановилась позади.

– Саймон! – крикнул офицер Арт Блейки резким тоном, склоняясь над клавиатурой компьютера патрульной машины. – Остановись, надо кое-что проверить.

Офицер Саймон Пауэлл притормозил возле скромной старой гостиницы. Он выключил зажигание и молча ждал. У Блейки была отвратительная привычка раздавать указания без объяснения причин, но Пауэлл к этому уже привык и даже не злился. Его взгляд блуждал по улице, отмечая бездомных, игнорируя обычных прохожих на углах и высматривая туристов, которые могли забрести сюда из более приятных мест города.

Он знал, к чему стоит привлечь внимание начальника.

– Вон. – Блейки указал на экран, где появилось изображение разыскиваемого преступника. Офицер ткнул пальцем в сторону ночлежки, к двери которой тянул руку мускулистый мужчина. На нем была свободная рубашка без рукавов и синие джинсы. Его светло-русые волосы были коротко острижены, только на затылке осталось несколько длинных прядей. – Как считаешь, он похож на Эдварда Брока? – Блейки всматривался в экран. – Волосы другие, но…

– Может, и он. – Когда парень зашел в ночлежку, Пауэлл получше рассмотрел фото. – Так сразу и не скажешь.

– Тут говорится, что он исчез на востоке. Шеф считает, он может вернуться сюда с не самыми лучшими намерениями. – Блейки промотал страницу. – Тут написано, что его отец живет в районе залива. – Быстро постучав по клавиатуре, он вывел на экран фотографии из соцсетей. Веном. – Видно, Эдди соскучился по дому.

Пауэлл кивнул.

– Надо бы проверить, прежде чем сообщать.

Старик краем глаза глянул на Эдди, пока тот заполнял журнал. Как же неприятно это недоверие, настороженность. Этот старик ведь не знает его. У него нет причин не доверять.

В ночлежке стоял кислый запах дешевого вина и немытого человеческого тела. На облупившейся стене красовалось объявление:

Запрещается:

• держать животных,

• устраивать вечеринки,

• громко включать музыку,

• готовить,

• плеваться,

• курить,

• носить цветные майки,

• приглашать малолеток.

Эдди понимал, что выглядит приличнее других постояльцев, имена которых были нацарапаны в журнале. Он не бездомный.

Был когда-то, но сейчас нет.

– У нас спецпредложение на пять дней, – сообщил старик, поправляя очки. – Выгодное.

– Нет, спасибо, – ответил Эдди. – Одна ночь, и мы… – Он запнулся. Сейчас Другой не обтягивал его тело снаружи, и выглядел гость самым обычным образом. Старик нахмурился. Должно быть, решил, что Эдди собирается снять подружку на ночь. – Если мне нужна будет комната еще на один день, я сообщу вам.

За его спиной открылась дверь, и с улицы донесся рев машин. Эдди не повернулся, а продолжал писать в журнале. Его подпись изменилась: симбиот добавил к ней новую линию, которая извивалась и закручивалась. Наверное, это собственная подпись Другого, предположил Эдди.

Сзади раздался лай.

– Держи руки так, чтобы мы их видели, приятель! Нам нужно задать тебе несколько…

Эдди повернул голову и посмотрел через плечо. Два копа загородили дверь и стояли с оружием в руках. Один из них, парень с усами, направил пистолет прямо на него.

Эдди уронил ручку на пол.

– Черт возьми! – воскликнул полицейский. – Это точно он!

– Брок, ты арестован. – Теперь и второй полицейский целился в Эдди. – По подозрению в убийстве.

Другой внутри Эдди расправился и, не проявляясь снаружи, разлился под кожей. Он почуял угрозу, хотел вырваться и разорвать врагов на части – быстро и решительно избавиться от опасности. Но не стал, потому что Эдди этого не хотел.

И все же в нем закипала ярость.

– Даже тут, – пробормотал он, – никакого покоя.

Полицейские сверлили его взглядом, воздух в отеле сгустился, вероятность жестокой разборки повисла над ними, как обещание бури. Пистолет в руке полицейского с усами дрожал; пытаясь держать его ровно, мужчина потихоньку начал давить на спусковой крючок.

Пригибаясь и поворачиваясь, Эдди вывернул плечи и вытянул руки навстречу двум полицейским. Симбиот вырвался наружу, обволакивая кулаки, плечи и ноги чернильным покровом. Из запястий Эдди выстрелила паутина и растянулась по помещению длинными плавными дугами, с влажным хлопком поглотив пистолеты и обмотав руки, которые их держали, плотной липкой пленкой. Выстрелы прозвучать не успели.

– Мы не хотим этого делать, – сказал Эдди, когда симбиот разлился по его груди. – Мы знаем, что это ваша работа, и работа достойная. – Чернильный симбиот растекся по лицу и заменил его человеческие черты на зубастый оскал и белые пятна глаз. Полицейские, руки которых оплела паутина, тянущаяся к Веному, застыли в ужасе.

– Нам плохо от этого, – прорычал Веном, наматывая паутину на когтистые лапы. – Почти так же, как и вам!

Он несильно дернул и, разведя руки, сбил офицеров с ног, – те разлетелись в разные стороны. Усатый служитель порядка ударился о стену и потерял сознание. Его напарник врезался в лестничную клетку, рухнул лицом вниз и застонал.

– О, и пока я не забыл… – Освободив полицейских от паутины, Веном отступил к стойке и наклонился к служащему, свесив неприлично длинный язык из слюнявой пасти. – Я не буду снимать номер.

Старик сглотнул и уставился на Венома таким взглядом, будто обмочил штаны.

– Е-еще бы!

Веном повернулся к полицейским. Ни один из них не двигался, и существо направилось к выходу. В два прыжка он добрался до двери и вылетел на улицу. На тротуаре толпились люди. Прохожие ахали, пока Веном оглядывался, размышляя, в каком направлении идти. Какая-то женщина схватила за руку своего мужа и ткнула пальцем в непонятное чудовище:

– Бастер! Ч-что это?

– Эй, – воскликнул Бастер, доставая телефон. – Я видел его в программе «60 минут»! Это какой-то псих, его прозвали Веном. Он вроде как заодно с Человеком-Пауком, что ли.

«Слишком много людей. – Веном присел и напрягся. – Нужно убираться отсюда». Мышцы на его ногах сжались, как стальные пружины, и он взмыл в воздух. Позади послышался звук вспышки на телефоне.

– Ну что, крошка, – довольно произнес мужчина по имени Бастер, – я только что возместил нам траты на отпуск!

Глава 3

Манхэттен, Нью-Йорк

– Хорошие фотографии, Пит.

Питер Паркер потер чек. Чек. Только Дж. Джона Джеймсон до сих пор выписывает чеки. Питер не понимал, нравится ли Джеймсону подольше не расставаться с деньгами или он просто любит доставлять неудобства всем, кто хочет получить оплату с его счета.

Питер хорошо знал этого злобного старого пня и был уверен, что дело и в том, и в другом.

– Спасибо, Бен. – Питер посмотрел на репортера, который с ним говорил. – Я рад, что Робби купил их. Деньги не лишние.

«На все счета не хватит, но по основным удастся заплатить».

Бен Урих сидел за столом и смотрел на экран, где была открыта страница ежедневной газеты «Дейли Бьюгл», в которой они оба работали. На другой части экрана виднелся сайт «Юнайтед Пресс Интернэшнл». Урих нажал на ссылку.

– Жаль, что Веном не у нас объявился, – сказал Урих, смотря видео через очки с бифокальными линзами. – Его фотографии хорошо идут.

– Да, я… Веном? – Питер резко обернулся, когда наконец осознал, что услышал. – А что с ним? Где он?

Урих развернул видео на весь экран. Камера тряслась, но все же хорошо было видно темную мускулистую фигуру, которая улетала от снимавшего.

Покачиваясь на паутине.

Урих нажал на ссылку, которая вела на страницу популярной социальной сети. Открылась галерея фотографий, зернистых и размытых, – изображений было не разобрать. И все же сомнений в том, что могло быть именно на этих снимках, не оставалось.

Веном.

– Только что появились, – сообщил Урих. – Какой-то турист снял Венома на видео сразу после его стычки с местной полицией. Запись продал «Юнайтед Пресс». И еще одна женщина рассказала, что он спас ее от грабителя. Она сделала фото. – Репортер вгляделся в текст, и его взгляд потемнел. – Грабителя нашли мертвым в переулке, – добавил он. – Думаю, на этот раз Брок – не наша проблема.

– Да, точно, – рассеянно ответил Питер, не сводя глаз с экрана.

Он выпрямился и сунул чек в карман.

– Бен, мне пора бежать. Мэри Джейн ждет.

Урих пробормотал прощальные слова, протянув Питеру руку через плечо.

Питер Паркер шел по коридору семнадцатого этажа здания «Дейли Бьюгл», а в голове у него крутились мысли и воспоминания.

«Веном. А я-то все думал, куда он делся».

Однако вместо того, чтобы уйти из редакции, юноша нырнул в боковой коридор, который вел на «кладбище» газет – обширный зал, полный металлических полок с бумажными копиями всех номеров газеты с ее первого выпуска в 1898 году. В зале никого не было: старые газеты давно оцифровали, и любой мог найти нужные номера на сайте газеты. Но от давних привычек не так легко избавиться, и Питер часто приходил сюда посидеть и подумать в одиночестве. Едва уловимый запах старой бумаги его успокаивал. С тех самых пор, как он начал продавать газете фотографии, его снова и снова тянуло к этому аромату.

Но сегодня ему лучше не становилось. Он был слишком обеспокоен, и привычная ароматерапия прошлого не работала.

«Я наконец знаю, где он, и как же мне теперь поступить? – Питер расхаживал между рядами переплетенных томов. – В конце концов, в некотором смысле существование Венома – это моя вина».

Мысленно он вернулся в те времена, когда Венома еще не было.

Человек-Паук и другие земные супергерои однажды стали участниками невероятной войны на чужой планете. Костюм Человека-Паука оказался изодран в клочья, и его пришлось заменить на черное облачение, которое, казалось, просто читает его мысли.

Он думал, что это такой костюм.

Очень-очень классный костюм.

Конечно, ему следовало сразу задуматься над тем, почему же костюм настолько хорош. Но прошло немного времени, и он все-таки выяснил, в чем дело. Это была не «умная» ткань, а живое существо. Симбиот, инопланетный организм, который хотел присосаться к нему, слиться с ним воедино.

Навсегда.

От кошмарного воспоминания Питер невольно вздрогнул. Он никогда не забудет, каково с этим существом в голове. Питер вспомнил, как они с союзниками пытались избавить его от симбиота, вспомнил мучительную боль, когда инопланетянин цеплялся за него, ни за что не желая отпускать. А потом они нашли его слабость – звук. По иронии судьбы звон соборных колоколов освободил Питера от непрошеного гостя.

Всем казалось, что пришелец мертв.

Но история на этом не закончилась. Со временем Питер собрал воедино события, вследствие которых в общей картине появился Эдди Брок. Он был журналистом и работал в газете конкурентов. Новая звезда на небосклоне: его расследование помогло определить личность серийного убийцы.

«А потом я, как Человек-Паук, поймал настоящего убийцу». Падение Брока было таким же стремительным, как и взлет. Он потерял все. Ни одно СМИ не желало брать на работу уволенного из «Глоуб». Энн, его жена, подала на развод, он скатился в депрессию, и во всем произошедшем Брок винил Человека-Паука. Утопая в суицидальных мыслях, он искал утешения в религии и начал посещать церковь.

Ярость и отчаяние, клокотавшие внутри Эдди, должно быть, показались симбиоту светом во тьме, думал Питер. Когда Брок был в одном соборе, его эмоции привлекли нетерпеливого инопланетянина, и они, упиваясь ненавистью к общему врагу, слились в единое существо по имени Веном.

«Единственный враг, которого я не могу обнаружить чутьем. Враг, который знает, кто скрывается под маской Человека-Паука».

Сидя в тишине хранилища старых газет, Питер вспоминал, как Веном раз за разом пытался его убить, терроризируя при этом его близких. В своей извращенной манере Веном заботился о невинных, придерживался определенного кодекса чести. Но Питер не мог забыть о людях, которых убивал Брок: от мирных граждан до охранников в Каземате, в тюрьме, где его держали. Во время их последней встречи едва не погибла бывшая жена Эдди – и погибла бы, если бы не Человек-Паук.

– Тебя считают чокнутым, но таких глупостей ты никогда не творил.

Этими словами его заставила остановиться бывшая жена. Эдди осознал неоспоримую истину: Человек-Паук тоже защищает невинных. И тогда Веном согласился на перемирие.

– Ты оставляешь в покое меня, я – тебя.

Питеру вспомнился глухой рык Венома так явно, словно он сейчас прозвучал ему в ухо. А что ему оставалось? Питер думал об этом снова и снова. Сколько бы времени прошло, прежде чем Веном убил бы кого-то важного для Человека-Паука: Мэри Джейн или тетю Мэй… Брок знал о них все благодаря воспоминаниям, которые хранил симбиот.

«Что я мог бы сделать иначе?»

И вот Питер наблюдает за очередными подвигами Венома. Другой город, другое побережье, но снова приходится считать тела. «Брок не в себе, к тому же он убийца. Смогу ли я простить себя, если не попытаюсь поймать его… несмотря на цену, которую придется заплатить?»

Питер знал ответ. Достав телефон, он набрал номер и стал ждать ответа.

– Мэри Джейн, привет. Можешь собрать мне сумку, милая? Тут кое-что случилось, надо ехать в Калифорнию. Расскажу все, как доберусь до дома, – на одном дыхании проговорил он, пока девушка не успела ничего спросить.

Глава 4

Пустыня Мохаве, Калифорния

Жара.

Сковорода, печь, лава, преисподняя… ей было все равно, какое использовать определение, но было адски жарко. Доменная печь подходила больше всего: жара будто с ревом срывала с тела последние капли влаги. Язык словно превратился в картон.

Но она продолжала бежать.

Краем глаза она заметила отблеск света и нырнула, прокатившись по зарослям ларреи, стараясь не обращать внимания на жесткие ветки, царапающие тело. Пули взрывали землю там, где она только что ступала. С жужжанием налетел дрон, а затем пошел на разворот, чтобы повторить маневр.

Она поднялась на колени и принялась руками рыть песок, который то и дело дыбился от выстрелов. Песчинки царапали пальцы, и кровь тут же впитывалась в кремниевую пыль. Жужжание дрона становилось все громче.

Наконец она нащупала то, что искала – остатки одной из отстрелянных пуль. Металл тяжело лег на ладонь: почти две унции свинца превратились в бесформенную массу.

Дрон был уже настолько близко, что до ее ушей донесся щелчок системы наведения.

Она поспешно вытащила шнурки из ботинок, разорвала свою серо-зеленую футболку, отделив от нее квадратный кусок ткани. На пределе скорости завязала узлы на концах оторванного куска футболки и подвязала их шнурками. Поднявшись, бросила свинец от пули в самодельный мешочек.

Дрон накренился в ее сторону. Она начала раскручивать импровизированную пращу.

Не двигаться. Ждать. Ждать.

Дрон подлетел ближе.

Еще ближе.

У нее есть одна попытка. Только одна.

Если она сделает хоть шаг в сторону, беспилотник скорректирует траекторию полета, и она промахнется.

В воздухе просвистели снаряды – дрон начал стрелять. Но она стояла на месте, размахивая оружием, входя в ритм, ожидая момента, когда беспилотник будет на нужном расстоянии. Пули, как разъяренные шершни, разрывали воздух.

Почти…

Почти…

Пора!

Она швырнула комок свинца, и он тут же скрылся с глаз в плавящемся воздухе.

Попала. Дрон отчаянно закачался, орудия вышли из строя. Микросхемы внутри замкнуло от удара. Беспилотник резко повернулся и рухнул на землю, подняв облако пыли.

Жужжание стихло.

Донна Диего отвязала шнурки, вставила их в ботинки и направилась к дрону, который дымился в песке.

Здание из шлакоблока едва возвышалось над песком, прикопанное, чтобы не привлекать внимания – и избежать жары. Человек, стоявший снаружи, наблюдал, как Донна Диего появляется из ряби раскаленного воздуха и песка. Он был одет в темный костюм, полностью застегнутый и плотный, будто на улице стоял парижский осенний день.

– Я не понимаю, как вы терпите эту форму при такой температуре, мистер Дрейк, – прохрипела женщина, измученная недостатком влаги. Мужчина равнодушно осматривал ее, отмечая накачанные мускулы и решимость, застывшую на ее обветренном лице. В довесок в руках она держала два пулемета, вырванных из его дрона.

– Это дело привычки, мисс Диего, – усмехнулся он.

Она подняла оружие.

– Хотите получить их обратно? Они помогли мне избавиться от остальных пташек смерти, которые встретились на моем пути.

Он указал влево от бункера.

– Нет, можете выбросить их в пустыню.

Донна сделала несколько шагов и отшвырнула оружие подальше. Пулеметы описали дугу и приземлились в песок, лязгнув друг об друга. Слева от Донны на горизонте появились четыре фигуры, направляющиеся к бункеру, и она тут же пожалела о выброшенном оружии.

– К нам гости, – крикнула она через плечо.

Карлтон Дрейк подошел к ней сзади.

– Это Карл Мах, Лесли Геснерия, Рамон Эрнандес и Тревор Коул. Те, кто успешно окончил курс – кроме вас.

Фигуры обрели более четкие очертания и постепенно стали похожи на людей, несмотря на то, что их силуэты по-прежнему размывал раскаленный воздух.

– Что случилось с теми, кто потерпел неудачу?

– Это… не ваше дело, – заявил Дрейк. – Кто не прошел, тот не имеет значения. Для проекта нам нужны только лучшие из лучших.

Девушка присвистнула. Утром на испытания вышли шестьдесят человек.

– Пятерых хватит?

Карлтон Дрейк улыбнулся.

– Вы впятером можете изменить мир, мисс Диего.

Глава 5

Сан-Франциско, Калифорния

Ночь пришлось провести на крыше пекарни, и рано утром его разбудил запах свежего хлеба и выпечки. Хорошо, что ему не часто нужен был длительный сон. Плечо немного болело от лежания на парапете, но боль ушла, как только свет калифорнийского солнца нагрел его кожаную куртку.

Куртку, которая вовсе не куртка.

Симбиот – Другой – мог превращаться в любую одежду, которая нужна Броку, и в прохладе ночи он решил, что им подойдет кожаная куртка с джинсами. Эдди не приказывал симбиоту создавать это – Другой черпал идеи из его сознания. Их связь отдавалась в голове постоянным гулом с момента, как они слились воедино, будто эмпатический датчик, работающий в обход логики. Такое тесное общение позволяло им функционировать как единое целое и в форме Венома.

И все же Эдди разговаривал с симбиотом.

Вслух.

– Надо признать, – сказал он тихим ровным голосом, прохаживаясь по дорожке в Парке дель Рио. Поблизости никого не было, но вдалеке слышался шум голосов. – Я немного растерян. Ты родился на другой планете. Логично, что ты одинок, но я-то вырос в Сан-Франциско, а теперь даже комнату не могу снять – сразу бегут арестовывать! – Он расстроенно покачал головой.

– Я…

Симбиот вызвал из подсознания образ и показал его внутреннему взору Эдди.

– Хм? – Звук исходил из глубин гортани.

– Поговорить с отцом? – вопросительно произнес он голосом, перетекающим в рычание. – Никогда! Просить о помощи этого монстра – последнее, что я сделаю в жизни.

Изображение исчезло, симбиот успокоился. Эдди, оставшись наедине с собой, остановился и задумался.

– Нет уж, скорее ад замерзнет, чем я ему позвоню, но… – он обращался и к Другому, и к самому себе, – что тогда делать?

Брок двинулся дальше. Щербатый бетон царапал ноги, деревья, вязы и пальмы шелестели кронами в вышине. Фикусы покачивали листьями. Эдди задумался еще крепче. А голоса становились громче.

– Карьеры нет, мстить Человеку-Пауку не надо, стремлений тоже нет… – протянул он и снова замолчал, не зная, что дальше. Он вдруг осознал свое положение и бессильно прислонился к дереву. Над головой кружились чайки. Неподалеку Брок увидел группу мужчин и женщин, молодых и старых, одетых в рваную грязную одежду; они окружили перегруженные тележки. – Мы можем оказаться на их месте, – продолжил Эдди, – будем таскать свои пожитки в продуктовых тележках из одного приюта в… а?

Полдюжины, а то и больше, людей шли к бездомным. Это были здоровяки в тряпье не то что из комиссионки, а будто купленном с рук. Плохо подогнанные костюмы из дешевой синтетики собирались складками в районе суставов и натягивались на плечах.

Эдди мог почуять бандита метров со ста.

Эти находились гораздо ближе.

Том Вьетнам, опиравшийся на тележку, выпрямился. Он был слишком молод, чтобы успеть повоевать во Вьетнаме, но зато получил свою порцию осколков в Кувейте во время операции «Буря в пустыне». Но когда система выжала из него все без остатка, отказалась относиться к нему как к человеку и выкинула на улицу, прозвище «Том Кувейт» как-то не прижилось. Фамилии здесь заменяли людям имя, либо можно было выбрать прозвище или кличку. И вот, сколько себя помнил, он был Томом Вьетнамом.

Том во многом себя потерял, но кое-что еще сохранилось. Он умел оценивать ситуацию – этот навык ему вбили в голову еще на курсе молодого бойца. И сейчас чутье просто вопило об опасности – прямо к нему и его товарищам двигались мужчины в костюмах.

Компания с тележками собралась, чтобы поделиться новостями, услышанными на улице. Увлеченные разговором, люди не видели приближающейся угрозы. Когда новоприбывшие сошли с тропинки и двинулись по траве в их сторону, Том вытянулся, насколько мог, и положил руки на край тележки.

– Беда пришла, – сказал он, подумав, что это может быть только Роланд Трис.

Элизабет подняла глаза и ахнула, а юный Тимоти схватился за ее руку. Натаниэль, который вечно искал неприятностей, встал в оборонительную позицию. Некоторые из компании затолкали свои тележки в кусты, все разговоры мигом смолкли – только Космос продолжил бормотать себе под нос, но лишь потому, что поврежденный мозг отправил его к Юпитеру.

Том вздернул подбородок и напрягся, крепко держась за тележку, чтобы не растерять самообладания. Он попадет под раздачу первым. С тех пор как во времена «Бури в пустыне» в него попали осколки взорвавшегося снаряда, ноги Тому Вьетнаму служили плохо. Убежать он не мог, поэтому оставалось только мысленно подготовиться к грядущему.

Но он все равно оказался не готов к первому удару.

Тот пришелся ему между лопаток, и он повалился в тележку. Он не разжал рук, хотя от вспышки боли помутнело в глазах. Это его тележка. Его. Он достал ее в продуктовом магазине и уже десять лет бродит с ней по всему Сан-Франциско.

Это. Его. Тележка.

Его.

Том Вьетнам не собирался выпускать ее из рук, пока не погибнет. Взгляд начал проясняться, и он попытался встать на ноги. Другие головорезы бросились на его друзей, но тот, кто ударил самого Тома, не собирался оставлять его в покое.

В тележке лежала разбитая бутылка от вина, которую Вьетнам надеялся использовать для защиты. Края «розочки», лежавшей между кучей пластмассы, которую он нашел в заброшенном гараже, и парой строительных сапог не по размеру, были острыми и опасными. Том обычно не доставал бутылку – если только не собирался убивать.

Итак, неужели сейчас самое время?

День был в разгаре. Поблизости гуляли люди. Незнакомцы вряд ли решатся убивать. Возможно, изобьют, но до убийства не дойдет – не здесь, не сейчас. Нет, время для разбитой бутылки еще не пришло.

Вдруг Тома, будто молотком, ударили по затылку, и на секунду он снова перенесся в пустыню, где рванула граната, отправившая его на больничную койку. Удар был такой силы, что его ноги оторвались от земли и он упал, а тележка опрокинулась, рассыпав все его нехитрое имущество. «Розочка», единственное оружие бездомного, с громким звоном рассыпалась на осколки.

Пульсирующая боль по всему телу подсказала Тому Вьетнаму: возможно, он неправильно оценил ситуацию. Он начал молиться о том, чтобы его не убили при свете дня.

– Мы предупреждали, что тебе лучше поискать другое место для своего хлама.

Человек наклонился и сквозь стиснутые зубы проговорил:

– Теперь мы сами подберем тебе место жительства. В больнице. Говорят, там кормят жидкими кашками. – Бандит поднял Тома за лацкан пальто, занес кулак и произнес: – Так что зубы не понадобятся!

Том зажмурился в ожидании удара. Нападавший дернул его вверх, а затем с рыком отбросил на тротуар. Том лежал на земле и не мог понять, что случилось. Открыв глаза, он увидел нового участника событий.

Незнакомый парень держал бандита за плечо. Он был крупным, мускулистым и походил на тяжелоатлета. Его кожаная куртка, казалось, поглощает солнечный свет: ни одного отблеска от ее гладкой поверхности.

– Оставьте их в покое, – сказал он.

Мужчина в дешевом костюме отступил на шаг и попытался вырваться.

– О, ты сильно ошибся, приятель. – Засунув руку под куртку, он молниеносно вытащил оттуда тяжелый полуавтоматический пистолет.

Новоприбывший стоял не двигаясь, только сжал кулак.

«Что это с его курткой? Она… растекается?»

– Нет, – ответил он.

Из рукава протянулись какие-то черные отростки и оплели сжатый кулак. Его голос превратился в гортанное рычание, и он метнулся вперед, чтобы перехватить пистолет в руке бандита.

– Только что ошибся ты.

На глазах у Тома руку полностью обволокло чем-то черным, пальцы превратились в когти, и осталось только светлое пятно на тыльной стороне ладони. Лапа сжалась с влажным звуком, а затем раздался крик, от которого бездомный сжался.

Он отполз в сторону, наблюдая, как чернильная темнота выползает из ворота куртки незнакомца и обволакивает всю его голову.

Пиу!

Человек-Паук пролетел по широкой дуге, оставляя позади стену, отделяющую городской парк от улицы. Высокие здания в Сан-Франциско стояли на большом расстоянии, и он поменял технику передвижения для более успешного перемещения в незнакомом городе. Ощущение было новое, но не сказать чтобы непривычное, и Питер быстро освоился. Пробираясь на автопилоте среди деревьев, он обдумывал, как искать Венома.

Его самолет сел несколько часов назад. Через своих знакомых в «Дейли Бьюгл» Человек-Паук выяснил, что Брока пытались арестовать при попытке заселиться в отель. Ночлежка эта располагалась в районе под названием Тендерлойн. Но там Эдди уже не было.

«Бездомный. Раз уж ему не сдали номер, Эдди может бродить где-то по улице. Чтобы смешаться с толпой, ему лучше всего было бы пойти в приют или прибиться к бездомным». Быстрая проверка приютов показала, что фотографию Брока уже распространили, а значит, этот вариант ему больше недоступен. Сотрудник последнего заведения на пути Человека-Паука посоветовал заглянуть в парки.

Благодаря круглогодично теплой погоде в некоторых общественных парках возникало нечто вроде кэмпов. В первых двух Эдди не нашлось, и вот Человек-Паук оказался в Парке дель Рио. Выбросив нить паутины, он зацепился за дерево и пролетел над фонтаном. Его обдало брызгами воды, но в красно-синем костюме они не чувствовались. Неподалеку он увидел детей, которые играли на ультрасовременной игровой площадке и радостно верещали. Описывая дугу в воздухе, Человек-Паук осматривался в поисках Эдди Брока.

Пока ничего…

Два громких щелчка, похожих на резкие хлопки в ладоши, заставили его развернуться и направиться в другую сторону. Он много раз слышал эти звуки – их ни с чем не спутаешь ни в Нью-Йорке, ни в Сан-Франциско.

Выстрелы.

Выпустив из запястья новую нить паутины, он направился в сторону, откуда слышалась стрельба.

«Даже если Веном тут ни при чем, нужно попытаться помочь».

Светловолосый бандит с комплекцией полузащитника американского футбола бросился на Венома, но его тут же опутали черные отростки. Существо оттолкнуло его напарника и подняло в воздух еще одного из бандитов. Лицо Эдди оборачивали черные ленты плоти симбиота. «Полузащитник» в панике издал булькающий звук и вцепился в отростки, но те его не отпустили.

– О-о-о! Медвежья хватка! – выкрикнул Веном, увидев, как цепляется за отростки разбойник. Эффекта это не приносило, и мускулистого мужчину мотало из стороны в сторону, как тряпичную куклу. – Может, когда разберусь с этой букашкой, я и отвечу на твои объятья… буду сжимать тебя… пока не лопнешь!

И вдруг Веном взревел, а противники разлетелись, как стеклянные шарики, брошенные сердитым ребенком. Со стремительностью товарного поезда на полном ходу Человек-Паук врезался чернильной фигуре между лопаток, ударив ногами. Веном качнулся и тут же восстановил равновесие.

– Ух! – выкрикнул Человек-Паук, отпрыгнув в сторону. – Вчера полицейские, сегодня – эти ребята. Кто это? ФБР? Разведка?

Ловко приземлившись на ноги, он опустился на корточки, а затем метнулся к врагу.

– Я должен был предвидеть, что ты возьмешься за старое.

Он нанес серию ударов с такой скоростью, что рук даже не было видно, костяшки пальцев выбивали невероятно длинные зубы, а те разлетались в стороны и падали на землю.

– Весь этот треп про защиту невинных – чушь собачья! – злобно проговорил Человек-Паук.

Симбиота сотрясали удары, черные разводы вспыхивали тьмой – Другой по горячим следам залечивал повреждения хозяина.

– Другого шанса у тебя не будет, Веном. – Человек-Паук снова взмахнул кулаком. – Мы все решим сию же секунду.

Черная рука взмыла вверх и перехватила удар. Собравшись с силами и не отпуская кулак, Веном ухватился за костюм Человека-Паука и подтянул его к себе – настолько близко, что тот увидел, как отрастают выбитые зубы. Зрелище было сюрреалистическое – будто цифровые спецэффекты.

– Что ты здесь делаешь? – прорычал Веном. – Мы ведь заключили договор.

Не дав Человеку-Пауку ответить, он продолжил:

– Обсудим твое предательство попозже! – Его руки дрожали, будто существо с трудом сдерживало гнев. – А пока тебе нужно кое-что узнать. Господа, которых ты принял за блюстителей порядка… – Веном кивнул в сторону головорезов, – совсем не те, кто ты думаешь.

Человек-Паук внезапно почувствовал знакомое покалывание – паучье чутье предупреждало об опасности.

«Это невозможно. Веном же не…»

– Взять его! – крикнул некто, прервав его мысль. Через мгновение в воздухе раздался грохот выстрелов.

Веном отпустил его и прыгнул в сторону толпившихся рядом бездомных. Человек-Паук бросился к тем, кто открыл стрельбу, взметнувшись над линией огня. Пули роем свинцовых шершней взрыли землю, на которой он только что стоял.

«Это безумие, – в гневе думал он. – Парни в костюмах пытаются меня убить, а Веном – нет?» Человек-Паук оказался в окружении вооруженных до зубов головорезов и осыпал их ударами, которые сбивали с ног и выбивали из рук оружие. Он сносил их, словно красно-синий ураган, вырывающий из песка пляжные зонтики.

Нырнув под руку одного из бандитов, он увернулся от удара и впечатал кулак в ребра нападавшего. Тот подскочил и кувырнулся в воздухе, сбив с ног своих подельников. Сгруппировавшись, Человек-Паук ударил ногой светловолосого головореза, походившего на полузащитника футбольной команды. Затем вцепился в противника и прижался к нему. Крутанув бедрами, он метнул «полузащитника» вниз, и тот вписался подбородком в бетон тротуара.

«У меня миллион вопросов, – думал Человек-Паук, уклоняясь от очередного роя пуль, – как только обезврежу этих братьев-акробатов и удостоверюсь, что они никому не причинят зла, надо их задать». Он развернулся, выпустил нить паутины в пистолет бандита, а затем стрельнул липкой пленкой ему в лицо. Еще два пинка – и пара противников повалились на землю.

Почувствовав пощипывание паучьего чутья, герой обернулся к последнему нападавшему. Два легких прыжка, коварный удар с разворота. Бандит рухнул на землю, его автомат брякнулся рядом.

Так-то! Вот и все.

Осмотрев место происшествия на предмет новых опасностей, Человек-Паук опутал слоем паутины оружие, лежащее на земле, и оставил его до прибытия полиции. Затем выпрямился и глубоко вздохнул.

«А теперь…»

Он осмотрелся по сторонам.

«Что за дела! Я проезжаю три тысячи миль в поисках иголки в стоге сена, нахожу этого придурка, а теперь надо начинать все сначала».

Бездомных нигде не было.

Венома тоже.

Остались только головорезы и горстка прохожих, которые осторожно подбирались поближе. Вдалеке послышалась сирена.

«Ну и где теперь его искать?»

Глава 6

Портленд, Орегон

В выпуске новостей из кадра то и дело пропадала ведущая – по-видимому, симпатичная женщина намеревалась следовать такому сценарию с хирургической точностью. Репортажи, в которых люди творили друг с другом всякие ужасные вещи, успокаивали его. После двадцати лет, проведенных на войне, генерал Оруэлл Тейлор уже четыре года пребывал в отставке, но до сих пор не чувствовал себя по-настоящему мирным гражданином.

Тем более после гибели сына.

– Срочное сообщение из Сан-Франциско…

Он поднял глаза и увидел красивое лицо телеведущей, а за ее спиной на пятидесятидюймовом экране мелькали новые образы. Человек-Паук, во всей своей нелепой красе, сражался с чудовищем, известным как Веном.

– Наконец-то! – Его мощная мозолистая рука подняла трубку. – Мне отмщение, сказал Господь.

Он набрал номер, который знали лишь несколько человек. Когда раздались гудки, Тейлор взял фотографию улыбающегося парня в форме на фоне американского флага. Это мог бы быть сам генерал в молодые годы. Но на фотографии был его сын, и генерал часто с ней говорил.

– Потерпи чуть-чуть, Хью, уже скоро мы отомстим.

На том конце кто-то поднял трубку, и гудки оборвались.

– Командир отделения Элкинс? – В голосе Тейлора звучало возбуждение. В ответ послышалось ворчание. Следующие несколько слов он произнес так властно, что для неподчинения места не оставалось. – Собирайте людей. Цель засекли.

Глава 7

Под Парком дель Рио, Сан-Франциско, Калифорния

– Впечатляет…

Пока они шли, их окружало прохладным сухим потоком воздуха. В нем угадывался запах взрытой земли, который щекотал нос. Логично, учитывая, что они продвигались по подземному туннелю. Земля окружала их со всех сторон – от плотно утрамбованного пола, по которому они ступали, до стен высотой в шесть метров и потолка.

Света было мало, но хватало, чтобы разглядеть лица. Это не вызывало беспокойства ни у Венома, ни, похоже, у остальных. Их было пятеро – бездомных из парка.

– Никогда бы не подумал, что канализационная решетка может вести куда-то, кроме… ну… канализации. – В полумраке Эдди вгляделся в лицо единственной женщины в группе.

– Это часть нашего убежища, Мистер Брок, – ответила та, повернув голову, но не сбавляя шаг. Она держала за руку мальчика – наверное, своего сына, решил Эдди. Было заметно сходство – тот же лоб, тот же нос, тот же подбородок. – И самое меньшее, что мы можем сделать, – это предложить его тому, кто так самоотверженно пришел на помощь посторонним.

«Именно, – раздался голос у Брока в голове. – Самоотверженно».

– Вы сумасшедшие или просто тупые?

Позади них подпрыгнул и вскинул руки тощий парень в длинном грязном шарфе, который болтался вокруг его фигурки, как флаг на ветру.

Они остановились.

Парень ткнул пальцем в Брока.

– Это же Веном, псих с инопланетным монстром вместо одежды. Вы чем думали, когда вели его в наш…

Том Вьетнам шагнул вперед.

– Хватит, Натаниэль, – перебил он паренька.

– Останется он с нами или нет, зависит не от тебя, не от Элизабет и не от меня. Решение примет Совет, а мы все согласимся с его решением.

Натаниэль посмотрел на него долгим взглядом и потом кивнул. Брок понял, что парень совсем не согласен с Томом, но Натаниэль не казался опасным. Ничуть.

– Послушайте, – сказал Брок. – Я рад, что смог помочь вам и никого не убили, но кто на вас напал?

– Головорезы, их прислал Роланд Трис, – объяснил Том.

– Он – большая шишка в мире корпораций и уже несколько месяцев пытается выгнать нас с территории. Кто его знает почему… – Броку показалось, что Том задумался. – Но настроен он решительно.

– Тс-с-с! – прошипела Элизабет, прижимая к себе мальца. – Что это за звук?

По коридору к ним приближался тихий скрежет. Зловещая вибрация сотрясала пол. По мере того как она нарастала, Брок понял, что приближается какой-то механизм. А потом он услышал и звук. Звонкий лязг стали ни с чем не спутаешь.

Как язык колокола. От этой мысли по коже у него побежали мурашки.

Элизабет подошла к Броку.

– Там впереди что-то есть.

«Без всяких сомнений», – мелькнуло у Эдди в голове, но вслух он ничего не сказал.

Звук нарастал, пока не заполнил весь тоннель. Затем внезапно загорелся свет. Это был раскаленный добела прожектор на высоте не больше метра. Потом он погас. Потом загорелся снова.

– Боже! – простонала Элизабет. – Это диггеры!

– Что еще за?.. – буркнул Брок. Он заморгал, чтобы присмотреться к тоннелю. Впереди показались две неповоротливые машины, которые по форме немного напоминали человека. Для устойчивости у них были большие ноги. Общий вид вызывал в памяти сгорбленных гигантов: руки почти волочились по земле, а спины едва не упирались в потолок шестиметрового в высоту тоннеля. Из рук торчал веер каких-то инструментов. Обернутые в подобие тяжелой стальной обшивки, механизмы больше напоминали бульдозеры, чем роботов.

– Машины Триса с наемниками, – объяснила Элизабет, указывая на среднюю часть кузова. В обоих аппаратах были защищенные оргстеклом кабины, в которых сидели водители, управляющие роботами-бульдозерами. – Он отправляет их охотиться за нами в тоннеле, но пока они на нас ни разу не натыкались.

Брок протолкнулся вперед.

– Прячьтесь. Выходите тем же путем, каким мы пришли сюда, – приказал он. – Может, если мы не покажемся опасными, они…

Ближайший диггер сбил его с ног. Железная рука крепко обхватила тисками грудь Эдди, затем подняла в воздух и сжала, будто желая раздавить. Из динамиков на туловище диггера раздался звонкий металлический голос:

– Наконец-то я поймал одного из вас, жалкие пиявки.

Брок обмяк и попытался отдышаться. Будь он обычным рабочим парнем, его кости от такого обращения переломались бы, как веточки. Вероятно, он был бы уже мертв. Эдди снова порадовался, что он и его Другой встретились несколько месяцев назад.

«Выпускай…»

– Хорошо, – согласился Брок. Он понимал, что люди внутри машины пытаются навредить невинным. А вот они понятия не имели, кто он такой. Да и откуда им было знать? Они напали, уверенные, что он такой же, как все. Хрупкий. Слабый. Человечек.

«ВЫПУСКАЙ…»

Симбиот зашуршал у него в голове. Робот поднял другую руку, демонстрируя веер инструментов, которые вращались и щелкали, пока одно из них не выдвинулось вперед, закрепившись в держателе. Кончик блестел, изогнутый каскад лезвий вращался с пронзительным визгом.

– Все еще жив, неужели? – заговорил человек за рулем механизма. – Ну, это мы можем исправить: моими алмазными сверлами тебя можно выпотрошить, как форель.

Рука робота качнулась вперед, вращающиеся лезвия зловеще поблескивали в тусклом свете.

Брок заставил себя расслабиться.

Пересекающиеся тени и свет закружились в хаотичном танце. Симбиот вырвался и окутал Эдди чернотой. Одежда слилась с инопланетной плотью. Мышцы набухали, раздувались, становились плотнее. Лишний объем и масса обратились в мощь и растеклись по телу. Зубы пронзали челюсть щекоткой и вырастали в ряд шипов. Клыки длиной с палец легко могли кромсать плоть. Язык вытянулся липким розовым хлыстом и описал дугу в воздухе. На пол сорвалась слюна. Другой обмотал черной массой голову. Трансформация завершилась.

– Как форель? – уточнил Веном, потянувшись к алмазным клинкам. – Мы больше любим камбалу.

Лезвия сломались в месте удара, который нанес Веном. Остальные инструменты вышли из строя. Осколки отлетали, ударялись о стены тоннеля и падали на пол. Машина закрутилась вокруг себя, изгибаясь и завязываясь в предсмертные узлы. Аппарат извивался так, будто человек внутри мог ощущать повреждения машины.

– Боже правый! Что это еще такое?

Веном вцепился в зубец механической руки. Металл издал мучительный визг, эхом отразившийся от стен тоннеля, и один из гидравлических поршней лопнул под давлением симбиота. Холодная жидкость, будто жуткая кровь механического монстра, хлынула вниз. Коготь отвалился и безвольно повис.

Веном подтянулся, собираясь выдернуть водителя из кабины, и тут ему на спину хлынул раскаленный добела луч. Симбиот разомкнул свою плоть, подставив кожу Брока под струю жидкого огня. Человеческая кожа покрылась волдырями и треснула, как угли в костре. Раздирающая боль захлестнула мысли, и Эдди не хватило сил удержаться за сломанный коготь. Падая из разжатой лапы робота, он услышал, что сзади приближается еще один диггер.

– Не знаю почему, – произнес человек в кабине, – но от лазера эта черная штука расползается.

Веном, согнувшись, опустился на землю. Ожог на спине болел адски. Одной из считанных вещей, которых он боялся, был огонь, и мощи лазера, видимо, хватало для того, чтобы серьезно ему навредить. Но как только лазер оказался далеко, симбиот снова обтянул полоску дымящейся плоти, усмиряя боль и восстанавливая повреждения.

Веном принюхался.

– Барбекю? – спросил он, радуясь, что затянул прорехи. – Я думал, у нас сегодня рыбка. – Он покачал головой, разбрызгивая слюну из клыкастой пасти. – Ну и ладно, есть все равно некогда.

Веном прыгнул и вцепился в робота, который его обжег.

– Поиграем! – прорычал он.

Диггер дрогнул от удара, а затем опрокинулся под темным существом. Согнувшись на обшивке механизма, Веном заглянул через стекло в кабину. Водитель разинул рот и широко раскрыл глаза.

– А вот и ты!

Веном ударил кулаком по стеклу, и оно треснуло. Белыми глазами, как из теста Роршаха, существо уставилось на водителя. Слюна стекала с его клыков и капала на стекло. Мужчина поднял руки, будто защищаясь.

– Что такое? – вызывающе проговорил Веном. – Уже надоело играть? – Он наклонился ближе к окну, опершись на когтистую лапу. – Тогда, может, помочь тебе сладко…

Черные отростки выступили из пальцев.

– …крепко…

Отростки, извиваясь, проникали в трещины.

– …уснуть?

Водитель, отпрянув назад, прижался к сиденью так, будто пытался просочиться сквозь него, чтобы спрятаться от мерзких тонких отростков, похожих на червей, которые пробивались в кабину через трещины в стекле.

– Тут какая-то черная гадость лезет, – послышался в динамиках, встроенных в машину, пронзительный голос мужчины. – Харлан, п-п-п-помоги мне!

Робот, находившийся в тоннеле позади схватки, неуклюже приблизился.

– Может, попробовать звуковой волной… – Его перебил пульсирующий шум, высокий и громкий, заливший все пространство и заставивший воздух трещать.

«Больно! Боль-боль-боль-боль…»

Ультразвуковые волны, которые диггеры применяли, чтобы разрыхлить почву и облегчить себе работу, ударили по Веному и захлестнули его тело шквалом энергии. Эффект был мгновенным. И человек, и симбиот скорчились в беззвучной агонии.

Веном выгнулся так, будто у него не было позвоночника. Ленты симбиотической плоти закружились вокруг него, как праздничный серпантин. Отскочив назад, он рухнул на пол туннеля с силой, которая могла бы убить обычного человека.

– Ого! – воскликнул Харлан, повышая частоту и наводясь точнее на цель. – Звуковой луч работает. Похоже, эта тварь в агонии.

– Не отпускай его.

Скрепя поврежденными металлическими конечностями, машина неуклюже поднялась на ноги. Водитель занялся механической рукой – пытался поднять ее вверх.

– Я раскатаю этого остроумника в лепешку. – Тяжелая рука с гидравлическим приводом упала на Венома. Из пола взметнулись обломки камня. Рука поднялась для нового удара.

Внезапно в полу тоннеля образовались трещины, тут же превратившиеся в расширяющиеся провалы. Робот занес руку и приготовился нанести очередной сокрушающий удар. Железный кулак опустился, и пол вдруг исчез.

Гравитация будто сошла с ума, и водитель механизма бешено заорал.

Свет погас. Смутно осознавая, что происходит, Веном падал в темноту.

Крик водителя оборвался ударом: когда Веном достиг дна, рядом рухнул диггер. Вверху, там, откуда они упали, виднелось неровное пятно света. Когда глаза привыкли к темноте, Веном понял, что там, куда они упали, тоже есть свет. И вдруг неясное пятно обрело форму.

Уличный фонарь.

– Харлан? Ты меня слышишь? – позвал коллегу водитель диггера. – Я в порядке. Робот смягчил удар. – Со скрипом едва поддающегося гидравлического механизма робот сел и неловко повернулся. Водитель решил осмотреться и сразу заметил Венома. – А черная слизь, похоже, спасла нашего шутника.

Диггер поднялся и неуклюже поплелся к лежащему противнику, водитель продолжал говорить.

– Он слишком ослаб, чтобы сопротивляться. – Руки этого робота были целы. Одна придавила оглушенного Венома к земле, а на второй, присвистывая, зажужжала алмазная дрель.

– Я этой дряни третью ноздрю проковыряю.

Отростки чернильной плоти извивались. Симбиотическое облачение Брока превратилось в лохмотья. Эдди посмотрел сквозь стекло на водителя.

– Мстительный ты кретин! – зарычал он. – Оглянись по сторонам. Тут дело поважнее, чем твоя мелочная жажда крови.

Замерев, водитель огляделся.

– О… боже… мой…

Залитые светом газовых фонарей, вокруг стояли кирпичные и каменные дома – на вид им было больше сотни лет, но они отлично сохранились. Люди смотрели на них из окон, и на их лицах отражалось удивление. Брок лежал на устланной булыжником улице, а близ него остановился экипаж, запряженный лошадьми, которых пытался успокоить кучер. Высоко над ними смутно угадывались своды пещеры, исчезающие в темноте.

– Мы не просто провалились в пространстве сквозь прогнивший пол туннеля, – сказал Брок. – Мы провалились еще и сквозь время!

Война и отголоски мира

Глава 1

Убежище под Парком дель Рио, Сан-Франциско, Калифорния

– Не… невероятно! Этот уродец прав!

Динамики на передней панели диггера потрескивали и лопались от пронзительных ноток паники в голосе водителя.

– Мы попали в прошлое!

Он помолчал, а затем позвал:

– Харлан? Харлан… ты здесь? Пожалуйста, скажи мне, что ты меня слышишь.

Ответа не было.

Все еще держа врага в стальных когтях, водитель диггера встал. Металлические суставы машины скрежетали друг об друга и бросали водителя по кабине, а он разворачивал ее то влево, то вправо, разглядывая невероятный подземный город.

Здания были слегка наклонены, будто были построены на неровной земле. Архитектура выглядела несовременной, да и строительные материалы оказались вполне старомодными: кирпич, цемент, дерево.

Фары диггера разбились и погасли при падении, так что и дома, и людей освещали лишь ряды фонарей вдоль мощеной улицы. Как и водитель диггера, его почти забытый пленник смотрел то в одну сторону, то в другую.

– Пожалуйста, не делайте ему ничего плохого!

– А?

Робот развернулся на голос. По улице навстречу ему бежала женщина из тоннеля, ее по-прежнему сопровождал пацан, который прокричал так громко, что слова эхом разнеслись вокруг:

– Отпустите его!

Их появление стало глотком свежего воздуха для недоумевающего водителя.

– Бездомные из туннелей, – как обычно, отчитался он вслух своему коллеге, хотя понятия не имел, слышит ли его Харлан. – Раз они здесь, должен быть другой вход… – Его мозг соединил два факта. – Выходит, я все еще в настоящем. – Он, неожиданно даже для себя, с облегчением выдохнул.

– Чувак, как же это… – его взгляд привлекли белые пятна на черном фоне, – здорово?

Он вспомнил о своем противнике. В руке диггера висел вновь полностью обратившийся пленник и поблескивал гладкими черными мышцами, когтями и злобными клыками.

И горел жаждой крови.

– Твое замешательство позволило нам прийти в себя. – Острые когти сомкнулись на руке диггера. – Теперь перед тобой не Эдди Брок и оглушенный симбиот. – Когти вонзились в толстую металлическую обшивку, разорвав ее, как картон. – Теперь перед тобой…

Металл заскрежетал, его разрывало на части.

– …Веном.

Существо широко раскинуло руки, высвободившись и разметав металлические осколки. Жидкость из гидравлических устройств хлынула дугообразными потоками. Микросхемы и провода загорались синими блестками, которые вспыхивали и тут же гасли. Сталь рассыпалась обломками и покатилась по корпусу диггера.

Веном упал на тротуар, размахивая слюнявым языком и скаля ужасные зубы.

Он отряхнулся и расплылся в улыбке.

– О-о-о! Нас так трогает мелодрама.

Куски диггера обрушились на дорогу дождем. Металл… и камень? Он резко поднял голову, и белые пятна его глаз расширились.

– Что?..

С нечеловеческой быстротой он бросился в сторону, и на его место рухнула гигантская машина. Она приземлилась с раскатистым грохотом:

БУМ-М-М!

Ударной волной в нескольких зданиях выбило окна, стекла в других задрожали.

– Еще один диггер? – сказал Веном, и Брока охватила радость, которую ощущал симбиот. – Хорошо. Теперь у нас по одному на каждый кулак.

Он наклонился, готовясь к новой атаке.

Симбиот, которого не задел упавший сверху механизм, быстро поднялся и оттолкнулся выверенным движением. Харлан, водитель второго диггера, направил машину на Венома и включил громкий звук из динамиков у головы робота. Волна снова разрезала воздух.

– Невероятно! – крикнул Харлан. – Целый город прямо под тоннелями, которые мы копали. Должно быть, это его искал мистер Трис.

Веном увернулся от звуковой волны. Даже находиться с ней рядом было больно, но ярость придавала ему сил бежать от звука, который преследовал его по пещере. Он совершал стремительные броски в разные стороны, и неповоротливые механизмы всегда на секунду опаздывали.

– Ополченцы! Разделитесь! Обойдите с фланга и открывайте огонь!

Неожиданный приказ отдал человек с тростью, который бежал навстречу тому хаосу, что вызвали Веном и диггеры. Его сопровождали еще какие-то люди.

Они были вооружены.

– Что за чертовщина? Что за люди с древними палками-стрелялками? – Водитель диггера с поврежденной рукой махнул в сторону вооруженного отряда. – Это местная полиция?

Приводы и механизмы жалобно застонали, и металлическая рука нацелилась на одного из людей.

– Все равно, – пробормотал он.

Никто не успел среагировать, как вдруг электрический заряд разрезал пространство. Запахло озоном, затем горящей тканью и плотью – диггер выстрелил в одного из вооруженных людей. Тело атакованного затряслось в конвульсиях, как будто марионетку без разбора дергали за ниточки. Он упал на булыжную мостовую и замер перед остановившимися товарищами.

В пещере воцарилась тишина, и прохожие в ужасе уставились на дымящееся тело.

– Убийца!

Пещеру наполнил вопль нечеловеческой ярости.

– Он всего лишь защищал свой дом, – зарычал Веном, описывая круги языком и скаля клыки. Черной молнией он бросился на переднюю часть диггера. Не останавливаясь и не сомневаясь, со всей силы вогнал кулак в окно кабины.

Стекло разбилось.

Изнутри брызнула кровь.

– Пусть же твое наказание соответствует преступлению.

Диггер споткнулся, накренился вбок. Веном вытащил руку из месива плоти, и перед тем, как спрыгнуть с падающей машины, симбиот поглотил кровавые останки водителя.

Веном мягко приземлился на корточки. Сжав пальцы на куске стали, который лежал на земле, он поднял коготь диггера длиной с его бедро. На краях виднелся поврежденный металл, а конец был остро заточен.

– А раз уж твой коллега не предпринял никаких попыток предотвратить этот гнусный поступок, пусть разделит справедливое возмездие. – Веном развернулся и метнул коготь на манер копья.

В кабину управления второго диггера.

Сквозь лобовое стекло он увидел Харлана, отчаянно борющегося с замками на ремнях безопасности. Его усилия были обречены на провал. Цель Венома была благородной. Металлическое «копье» пробило стекло, оставив аккуратное отверстие размером с дыню.

Дыра в Харлане получилась не такой аккуратной.

Зато большой.

– Хм. – Веном мрачно усмехнулся, когда диггер окончательно замер на месте. Испуганный прерывистый голос заставил его обернуться.

– Мы можем с ним справиться, Итан.

Повернувшись, Веном увидел, что ополченцы подняли оружие и целятся в него.

Новые мишени.

«Нет», – отчаянно сопротивлялся Брок, когда мужчина с тростью, усами и бакенбардами – он же Итан – начал отдавать приказ.

– Цельтесь точно, мальчики… и…

Веном стоял и ждал, пока вокруг клубилась пыль, поднявшаяся во время борьбы. Борьбы за спасение этих людей. Чтобы отомстить за одного из них. Неужели они выстрелят? Конечно, нет. Он ведь их спас.

– Стойте! – Элизабет протиснулась сквозь толпу и встала перед Итаном и его людьми. – Может, он и похож на монстра, но он не такой. – Она подошла ближе к Итану. – В парке, возле входа в тоннель, на нас напали три бандита. Они бы всех нас избили, а то и убили бы. А он их остановил.

Напряжение постепенно спадало, и тогда симбиот отделился, спрятавшись ручейками ртути, выпуская наружу Брока. Читая мысли, реагируя на образ в сознании, симбиот сложился в подобие полицейской формы. Эдди отдал честь и улыбнулся Элизабет.

– Мы служим и защищаем, мэм.

– Не слушайте ее. – Натаниэль вышел вперед, активно размахивая руками. – Я читал о нем. Это маньяк-убийца. – Голос юноши напрягся, стал выше и пронзительнее. – Сейчас это даже не человек.

Итан перевел взгляд с Натаниэля на Элизабет, затем повернулся и долго рассматривал Эдди. Люди не двигались. Брок тоже. Он просто стоял под пристальным взглядом Итана, хотя симбиот снова запросился наружу.

Наконец Итан заговорил спокойным голосом:

– Это сложный вопрос. Пусть решение вынесет Совет.

Взмахом руки он приказал защитникам опустить оружие. Все молчали. Встревоженный Натаниэль дернулся, но тоже ничего не сказал.

– Элизабет, – повернулся к женщине Итан, – пожалуйста, проводи нашего… гостя… туда, где он сможет передохнуть, а потом встретимся в зале Совета.

Элизабет кивнула, наклонилась, взяла мальчика за руку. И тут же схватилась за Брока. Даже такое незначительное прикосновение показалось странным: кто-то дотронулся до Эдди, не отшатнулся и не нанес удар.

Он не пытался скинуть руку Элизабет.

Другой тоже.

Они пошли прочь от обломков громоздких машин. Потом свернули в переулок. Покалывание в затылке заставило Брока обернуться. За ними, на некотором расстоянии, следовали трое мужчин.

Все они были вооружены.

Повернувшись, он продолжил идти с Элизабет и мальчиком. Он хотел отпустить ее руку, чтобы в случае опасности защитить, но она крепко держала его пальцы. К своему удивлению, он осознал, что это она его защищает. Идет рядом, чтобы показать: его не стоит бояться.

Но Брок лучше других знал, что Веном должен вызывать страх.

– Эти… как вы их называете? Ополченцы? – сказал он. – Они не отставая идут за нами.

Элизабет не стала оборачиваться.

– Пожалуйста, не сердись.

Он не ответил.

– Убежище – это наш мир, – продолжила она, – и охранять его – серьезная ответственность. Итан и остальные не пренебрегают своими обязанностями.

Мальчик отпустил руку.

– Я поиграю со Стюартом, мам.

– Хорошо, Тимоти.

Мальчик побежал к дорожке, которая скрывалась между двумя зданиями. Элизабет потянула Эдди за руку, и они пошли дальше.

– Что же это за место? – спросил он, пытаясь отвлечься от того, что за ними идут люди с оружием. – Откуда все взялось?

– Это, друг мой, очень необычная история.

Женщина глубоко вздохнула и начала рассказ.

– Ты наверняка слышал о землетрясении 1906 года.

Эдди кивнул.

– Этот участок старого Сан-Франциско осел вместе с землей. Его засыпало щебнем и обломками, и в спешке новый район построили прямо над ним. То, что осталось внизу… – она обвела рукой здания, мимо которых они шли, – несколько десятилетий простояло нетронутым и заброшенным, пока однажды это место не нашел бродяга, который рыскал тут в надежде спрятаться. Так семьдесят пять лет назад все и началось.

Она остановилась. Эдди посмотрел на здание, к которому они подошли.

ОТЕЛЬ ПОГРАНИЧНАЯ ПОЛОСА

Элизабет продолжила свой рассказ:

– С тех пор мы успели основать собственное сообщество. Мы здесь счастливы. У нас есть дома и свобода, но нельзя пускать сюда тех, кто захочет эксплуатировать наше убежище. – Она сжала руку Эдди. – Именно поэтому мы не очень охотно разрешаем новым людям здесь оставаться.

Она многозначительно посмотрела на Брока и отпустила его руку. Ладонь Эдди сразу остыла. Когда Элизабет отпустила его, он ощутил не совсем толчок – слабый импульс, который будто сконцентрировался до тонкой иголочки, кольнувшей его, стоило женщине посмотреть на него и улыбнуться.

– Я постараюсь убедить их голосовать за тебя, – сказала она, продолжая улыбаться. Он понимающе кивнул.

– Спасибо, Элизабет. Уже долгое время мы нигде не можем почувствовать себя… – он замешкался, подыскивая правильные слова, – как дома.

Глава 2

Человек-Паук висел на стене здания, прямо под парапетом. Его красно-синий костюм скрывался в тени. Он осматривал улицы. Здесь звуки и ощущения были не как в Нью-Йорке, и это немного беспокоило. Воздух был слишком прохладным, слишком подвижным и слишком соленым на вкус. В Нью-Йорке он отдавал железом.

«Мне здесь не место, – думал он. – Я имею в виду, Бродвей еще можно выдержать, Бауэри, да даже Бруклин. Но тут все такое… такое… холмистое!»

Он стоял, словно прилипнув ступнями к кирпичу, а его тело тем временем висело в воздухе. Каждый раз Питер трепетал от того, что его способности позволяли совершать невозможное. Взяв телефон в руку, он посмотрел на карту.

«Ну что ж, думаю, здание газеты „Геральд“ вон там».

Отведя плечо и выгнув запястье, он щелкнул устройством для создания паутины и выкинул нитку в сторону здания дальше по улице. В отличие от паутины Венома, у него были нити из химического состава собственного изобретения. Паутина прилипла к зданию и отпружинила, когда Человек-Паук потянул за нее. Затем он прыгнул вперед, положившись на свою силу и прочность паутины. Он летел над городом и не переставал размышлять.

«Жаль, нельзя использовать связи Питера Паркера, нью-йоркского фотографа. Но официальное расследование требует времени, а времени у меня нет». Он свернул в воздухе и ушел на боковую улицу, понадеявшись, что ему нужно именно туда. Каждая мышца его тела работала синхронно с другими, как у опытного танцора. «Я обязан найти Венома. Даже если он и правда решил вычеркнуть меня из личного списка „самых разыскиваемых“ преступников, все равно тут что-то не так».

Когда натяжение паутины отправило его по восходящей дуге, он заметил логотип «Геральд» на среднего размера небоскребе в паре кварталов. Плавно скорректировав траекторию, он грациозно изогнулся и продолжил размышлять.

«Неправильно позволять гулять по улицам безумному осужденному убийце».

Он мягко приземлился у окна над пожарной лестницей.

«Я думал, что смогу – тогда мне казалось, что это правильно, – но я был неправ. Так не получится».

Окно было закрыто, но признаков включенной сигнализации он не увидел – так высоко она и не нужна. В этот поздний час в офисе никого не было, и паучье чутье молчало. Прижав кончики пальцев к раме, Питер Паркер пригнулся. Маленькая латунная защелка выскочила, не выдержав силы паука. Бесшумно раскрыв окно, он проскользнул внутрь и так же тихо закрыл его за собой.

В четыре шага он пересек комнату и вышел через открытую дверь в коридор. В здании было тихо. Паучье чутье молчало. Питер ожидал, что «Геральд» будет похож на «Дейли Бьюгл», где команда – пусть и небольшая – постоянно следила за новостями, искала подробности и зацепки… словом, работала. Нью-Йорк никогда не спит.

Видимо, в Сан-Франциско время на сон все-таки выделяют.

«Да нет, наверное, они в другой части здания. Думается, не в той, куда я направляюсь».

Снова вернулись мысли о Веноме.

«В смысле я знаю, что не смогу поймать всех преступников в мире, но любое действие этого парня кончается чьей-то смертью. Учитывая количество трупов и его происхождение, я лично не могу пустить это на…»

Мягкое прикосновение кожаной подошвы к линолеуму раскалило паучье чутье докрасна. Он вскочил, перевернулся, чтобы плотно прижаться к потолку, и обрадовался – здесь были слои штукатурки, а не звукоизолирующая плитка. Рухнуть на пол совсем не хотелось.

Из-за угла вышел охранник.

Он не остановился.

Даже головы не поднял.

«Надо быть осторожнее, – подумал Человек-Паук. – Сосредоточься на том, зачем пришел».

Уходить охранник не спешил, лениво прогуливаясь по длинному коридору. Человек-Паук притих и не двигался, подобно тому самому существу, что дало ему имя – оно само воплощение невозмутимости. Даже когда охранник скрылся за очередным поворотом, Питер продолжал прижиматься к потолку. Он двинулся дальше только когда звякнул лифт и за охранником закрылась железная дверь.

Человек-Паук продолжил путь сначала по потолку, а затем беззвучно опустился на пол. Пройдя немного дальше по коридору, он нашел лестницу. То, что ему нужно, должно быть в подвале. Оно всегда в подвале. Шагнув за дверь, Человек-Паук обнаружил еще одну лестницу, которая вилась спиралью вверх и вниз и исчезала в тени. Он прислушался. Даже воздух не двигался. На лестничных пролетах никогда не устанавливают вентиляцию.

Постояв в тишине, Питер понял, что вокруг никого нет.

Запрыгнув на перила, он уселся с ногами на металлическом ободке, как на диване, и снова порадовался своим способностям. Потом вывернулся и бросился в лестничный колодец, отдавшись воле гравитации.

Человек-Паук несколько секунд летел.

Приземлившись на ноги, отпружинил, чтобы смягчить удар. Бесшумно ступив в коридор, Питер почувствовал знакомый запах старой бумаги; часть ее явно хранится здесь еще со времен основания города. Он улыбнулся под маской паука. «Геральд» – совсем не то же, что «Дейли Бьюгл», но кое-что общее у них есть.

Доверившись своему чутью, Человек-Паук быстро нашел то, что искал. Дверь в углу. Коричневая деревянная дверь с простой вывеской «АРХИВ».

«Куда уж проще», – подумал он.

Питер Паркер часто использовал телефон, когда искал какую-либо информацию. Под кончиками твоих пальцев – удивительный инструмент с бескрайним и несколько устрашающим интернетом. Иногда в огромном количестве информации из бесчисленного числа источников легко заблудиться и вообще забыть, что же ты искал.

«Вернувшись в Нью-Йорк, я нашел все, что нужно, про Венома, заглянув в прошлое Эдди Брока». На этот раз Человек-Паук шел между рядами из стопок ветхой бумаги к терминалу на большом столе, а там принялся нажимать на случайные кнопки. Последний, кто им пользовался, даже не потрудился выйти из системы. Экран ожил и сразу показал панель поиска.

«Возможно, сопоставив справочные файлы местной газеты, я…»

Появился список статей и фотографии. Питер нажал на один из снимков и увеличил его. На нем оказался человек, который, видимо, никогда не улыбался. Все черты его лица были как будто направлены вниз. Линия волос, изогнувшись в середине, обнажала порядочную часть черепа, но над глазами кустились пышные брови.

«Кто бы мог подумать?»

Рот и нос были один в один.

Под фото было указано имя: Карл Брок.

«Его отец».

Через пятнадцать минут он уже узнал все, что нужно, и поднялся на ноги. Наконец-то, помотавшись по незнакомому городу, он нашел стоящую зацепку, на основании которой можно строить планы.

«Но, честное слово, если старик встретит меня словами „Я сожру твой мозг“, сразу возвращаюсь на Манхэттен».

Глава 3

Роланд Трис открыл мини-бар в своем кабинете в здании «Трис Интернэшнл». Лакированная антикварная крышка из вишневого дерева поблескивала, отражая теплый свет в просторной комнате.

От запаха из бара у Триса всегда слегка кружилась голова. У задней стенки стола бывшего бухгалтера стояло с полдюжины бутылок; они – наряду с другими подобными сосудами – постоянно становились источниками пятен от капель на дорогом дереве.

Его отец называл их «подаянием ангелу».

– Чем будешь травиться? – спросил он не оборачиваясь.

– Можешь мне не наливать, Трис.

Он пожал плечами и плеснул себе двойную порцию виски. Напиток медленно лился: янтарная жидкость катилась по стеклу, а Роланд смотрел в зеркало и разглядывал человека, который стоял у двери. Роланд Трис мало кого боялся – учитывая все, что ему пришлось сделать, чтобы пробиться на вершину, – но генерал в отставке Оруэлл Тейлор вызывал у него… беспокойство.

Трис знал, что способен на многое и даже на кое-что отвратительное, однако Оруэлл Тейлор ассоциировался у него с беспримесным насилием. И его крупное мускулистое тело – в его-то возрасте, и его реакция на любое действие, быстрая, почти как у рептилии, – все в нем источало угрозу.

По крайней мере, они на одной стороне.

Трис сделал глоток дорогого японского виски. Пересек комнату, сел за стол и жестом пригласил генерала Тейлора занять одно из кресел.

– Сяду, когда позвонят, – сказал Тейлор. – До тех пор предпочитаю стоять.

«Не садится, не пьет… ну и ладно, – подумал Трис. – Я вижу тебя насквозь».

– С минуты на минуту, – вслух ответил он. Тут же ожил монитор на столе. На нем появилось мужское лицо, суровое и во всех отношениях выражавшее приверженность дисциплине, как и лицо генерала. Трис поднял стакан к экрану.

– Карлтон! Рад, что вы смогли присоединиться к нам.

– Мистер Трис. Генерал Тейлор. – Карлтон Дрейк кивнул Тейлору, который наконец подошел к креслу и сел. – Благодарю, что согласились встретиться со мной сегодня.

– Я бы предпочел увидеться лично, – проворчал Тейлор.

– И мы непременно увидимся, – сказал Дрейк. – Но в фонде «Жизнь» пока очень много дел.

– Отмечу, что очень ценю вашу работу, – заявил Трис. – Роботы-диггеры великолепны.

– Спасибо. – Дрейк слегка улыбнулся. – Финансовая поддержка вашей компании дала нам столько возможностей, что проектирование диггеров – меньшее, что мы могли сделать.

– Настоящие мастера.

– А вы, генерал Тейлор, – спросил Дрейк, – довольны тем, как мы выполнили ваше задание?

Тейлор шумно втянул воздух.

– На тестах все было хорошо, но пока не испробуем в реальной ситуации, предпочту воздержаться от выводов.

– Отлично. Я уверен, что мы оправдаем ваши ожидания.

– Надеюсь.

– Мы хотим одного и того же, генерал Тейлор.

Генерала, казалось, раздражал этот обмен любезностями.

– Я хочу, чтобы Эдди Брок заплатил за то, что сделал с моим мальчиком, – отрезал Тейлор. – А вам нужен какой-то убогий инопланетянин, который заменил ему кожу. На текущем этапе да, наши цели совпадают.

– Мне-то нужно только мое золото, – вмешался Трис.

Тейлор уставился на него.

Трис наклонился вперед, глядя на генерала.

– Оно существует.

– Мы вам верим, мистер Трис, – успокоил его Дрейк. – Если будем работать вместе, каждый получит свое сокровище. Ваше – осязаемое, мое – идеалистическое, а генерал Тейлор наконец отомстит за смерть сына.

– Что вы собираетесь делать с этим… существом? – Трис потряс лед в стакане. – Когда поймаете. Разве оно не опасно?

– Фонд «Жизнь» готов работать с опасными объектами, мистер Трис.

– Не сомневаюсь в этом, – солгал тот.

– Давайте поговорим о том, как схватить Венома, – предложил Тейлор. – Как по мне, это будет очень непросто.

Дрейк вздохнул:

– Вы одержимы этой идеей со дня смерти вашего сына, генерал…

Трис перекрестился при упоминании об усопшем – эта привычка осталась у него со времен религиозного детства.

Дрейк продолжал говорить, будто и не заметил жеста Роланда Триса.

– …но я изучил само существо, его хозяина и их симбиоз. Получился очень сложный психологический профиль, но план, который я наметил, поможет нам их поймать. Все очень просто.

– Найти цель, прицелиться, выстрелить, – отрезал Тейлор. – Вот это просто. Простой план – лучший план.

– Если вам нужно совершить набег на деревеньку в стране третьего мира, возможно. – Дрейк скрыл насмешку на лице, но в голосе она проступила.

– Это человек пережил психотический срыв, связанный с инопланетянином… я повторяю, с инопланетянином, то есть с тем, кто ни в чем не схож с человеком. С существом, которое не проявляет ни логики, ни инстинктов, совпадающих с аналогичными параметрами животных в биосфере Земли. Оно большую часть своего существования провело в мире сверхсуществ, убийц, героев, злодеев – всего того, что находится за пределами нашего понимания. Как единое целое, Брок и это существо отделены от человечества, изолированы от него в силу своей «инаковости». Они действуют и реагируют согласно психологическим алгоритмам, которые слишком абстрактны, чтобы обычный план захвата привел к ожидаемому результату.

Он наклонился вперед.

– Джентльмены, я достаточно понятно объяснил?

– Конечно, – сказал Тейлор срывающимся от раздражения голосом.

– Пожалуй, хватит об этом. – Бокал опустел, поэтому Трис встал и двинулся к мини-бару. – Но я хочу знать, что делать, а не зачем. Я играю не такую уж большую роль.

– Но очень важную, мистер Трис.

– Не волнуйтесь, я справлюсь.

– А я получу от Венома все, что нам нужно. – Дрейк повернулся так, чтобы продемонстрировать, что обращается к генералу. – Потом мы передадим вам мистера Брока, и вы сможете… отомстить.

Тейлор резко кивнул.

– Когда все закончим, вы ведь останетесь в деле? – Трис отошел и сел, но не в кресло, а на край стола, и поставил на бедро стакан виски.

– Да, мистер Трис.

– Если только ты не сбежишь со своим «золотом», – заметил Тейлор.

Трис поднял свой бокал.

– Да, это я могу. – Он улыбнулся.

– С вами или без вас, мы все равно будем пользоваться услугами вашей компании для транспортировки.

Трис нахмурился.

– Я никуда не собираюсь. Это была всего лишь шутка. Вы же теперь не в армии, можно смеяться.

Тейлор не ответил, он слегка подвинулся. Этот еле заметный жест не на шутку обеспокоил Триса.

– Джентльмены, – Дрейк повысил голос, – наше предприятие будет успешным и достаточно простым, генерал Тейлор. Вы возьмете на себя руководство командой и спецсредствами. Господин Трис, имеющий международные деловые связи, обеспечит перевозку и поставку необходимых составляющих. Ну, а фонд «Жизнь» продолжит работу над упомянутыми ранее объектами.

– Вы уверены, что ваш план позволит получить то, что нужно для создания этих объектов?

Дрейк улыбнулся.

– Процесс отбора уже завершен, генерал. У нас пять отличных кандидатов, готовых преобразиться.

Трис поднял бокал.

– Тогда за сотрудничество!

Глава 4

Убежище под Парком дель Рио, Сан-Франциско, Калифорния

– Вы… – Разум Брока заметался, едва он попробовал переварить то, что услышал. – Просите меня…

Он чувствовал, что надо бы присесть, но было некуда. Он стоял в центре зала суда перед лицом Совета. Группа из двенадцати мужчин и женщин смотрели на него абсолютно равнодушно.

Он сглотнул и произнес наконец последнее слово:

– …уйти?

Итан, вздохнув, печально кивнул из-за помоста.

– Голосов почти хватило, мистер Брок, – сказал он, – но большинство есть большинство. Боюсь, мне придется попросить вас – нам придется попросить вас – немедленно уйти.

– Мы за тебя заступались, сынок! – выкрикнул из толпы Том Вьетнам. – Рассказали, что ты для нас сделал, рассказали, как ты помог.

Брок оглянулся и кивнул пожилому человеку в знак признательности. Рядом с Томом была Элизабет. Она посмотрела ему в глаза, не отводя их ни вниз, ни в сторону. Она злилась – и Эдди хорошо это видел, – но молчала.

Он вздрогнул, заметив быстрое движение в галерее.

– Сам дьявол будет вести себя, как ангел, если это поможет ему получить то, что он хочет, – закричал оттуда какой-то человек. Он перегнулся через перила и ткнул пальцем в Эдди. – А эта тварь – не что иное, как демон.

Лысая голова говорившего, покрытая тонким слоем масла и пота, от которого вены на черепушке делались выпуклыми и пульсировали, как комок червей, сверкала в свете газовых ламп. Один глаз его был прикрыт тканью, а рубцы справа на верхней губе не давали ей нормально шевелиться и целиком закрывать зубы. Такой же шрам виднелся на подбородке, и от него нижняя губа закатывалась вниз, обнажая красные десны. На шее красовался воротничок священника, белая вставка поблескивала, будто могла отражать свет. Чуть ниже на груди висел золотой крест, который при необходимости вполне мог послужить оружием.

– Мои прихожане никогда не позволят этой мерзости осквернить нашу прекрасную общину! – с горячностью воскликнул преподобный. Все, кто собрался в зале, согласно закивали. Некоторые выразили согласие вслух, поддержав пламенную речь.

На Натаниэле был тот же шарф, что и в прошлую встречу с Эдди. Молодой человек с крысиной мордочкой подошел поближе к проповеднику. Когда шум утих, он проговорил так, чтобы всем было слышно:

– А может, прибьем уродца?

«Да-а-а-а…»

Симбиот в голове Эдди зашипел в ответ на прилив адреналина от направленной на хозяина агрессии. Когда его попросили покинуть Убежище, он потерял доверие к этим людям. Сейчас его обида переросла в гнев.

Раздался громкий стук.

– Прекратите!

В помещении воцарилась тишина, как будто щелкнули выключателем. Итан встал, опустив кулак на перила. Явно рассерженный, он повернулся к священнику, всем своим видом показывая, что не потерпит дальнейших разглагольствований.

– Вы уже сказали свое слово, преподобный Рейкстро, – отрезал он. – Мы исполним решение Совета, и на этом все.

Преподобный злобно глянул на Итана. Натаниэль растворился в толпе.

После долгого напряженного молчания священник кивнул и пошел за Натаниэлем к выходу. За ними последовали и некоторые другие, но большинство собравшихся остались на своих местах. Итан повернулся к Эдди.

– Вы могущественное существо, мистер Брок, – признал он. – И способны на что угодно. Мы мало что можем сделать против вас. – Он улыбнулся и закончил мысль: – Но мы надеемся, что вы будете уважать наш образ жизни и хранить наши секреты.

Эдди глубоко вздохнул.

Потом он вздохнул еще раз.

Гнев, раскаленный как лава, бурлил под его кожей. Нужно было только расслабиться, и наружу извергнется Веном. Рот не хотел ему подчиняться, и он с трудом смог выдавить слова:

– Как скажете. – Эдди развернулся на каблуках и зашагал прочь. Он чувствовал на себе взгляд Элизабет. Она так ничего и не сказала, поэтому Эдди просто шел к двери.

Сзади раздался голос Итана:

– Библия говорит подставить другую щеку. Спросите у преподобного.

«К черту все это».

Он не обернулся.

Глава 5

Юнион-сквер, Сан-Франциско

Люди расступались перед ним.

Они отходили в сторону, как только видели его, рассыпались по сторонам, будто он излучал какую-то смертоносную энергию. Он стоял в тени возвышавшегося в парке памятника генералу какой-то давней войны, настолько погрузившись в собственные размышления, что едва замечал почти тридцатиметровую мраморную колонну.

Его мысли все еще были под землей.

С того самого мига, как он покинул Убежище.

Всю ночь он бродил в прохладной темноте Сан-Франциско, прокручивая мысли снова и снова, и наконец оказался на Юнион-сквер. Благодаря Другому ему почти не нужен был сон. Инопланетный симбиот изменил его, увеличил цикл бодрствования до невероятных пределов. А даже если Брок засыпал, то ненадолго.

Прошлой ночью он совсем не ложился.

«Так и не ясно, куда идти, – думал он. – Нам некуда приткнуться, совсем как тем бездомным, которым нигде не было места, пока они не нашли свое обетованное подземелье».

Обетованное. Это слово будто издевалось над ним.

Симбиот извивался под кожей, без слов говоря с хозяином.

«Ирония судьбы, – горько размышлял Брок. – Они рискуют потерять Убежище, пока мы… Стоп! – Мысль резко остановилась, выхватив из ниоткуда новую связь. – Они называли имя: Роланд Трис. Человек, который никак не оставит их в покое. Если выяснить причину и решить с ним проблемы, даже этому одноглазому проповеднику придется нас принять».

Симбиот начал стекать тонкими струйками по лицу, оборачиваться вокруг шеи и подбородка.

– Да-а-а, – прошептал он.

Она резко впилась в его руку, заставив повернуться в ее сторону.

Отэм остановилась и широко раскрыла глаза. Он не успел ничего спросить, как она подняла дрожащую руку и куда-то указала:

– Томми, что там с этим парнем?

Томми повернулся в направлении ее руки. Сейчас был день, но и в такое время на Юнион-сквер можно было встретить сомнительных персонажей. Сан-Франциско может удивить, хоть и не в хорошем смысле.

Мужчина, на которого она указала… распухал. Он и так был не маленький, но раздувался до еще больших размеров. Его руки и ноги утолщались и наконец стали похожи на телефонные столбы, спина расправлялась, будто разворачивающийся парус.

Одежда на нем почему-то не порвалась. Она будто превратилась в жидкость, похожую на нефть. Ручейки хлынули наружу, потом втянулись обратно и постепенно стали темными, как кожа косатки. Люди вокруг зашептались, кто-то – мужчина или женщина – закричал.

– Господи, Отэм, это не парень, – проговорил Томми.

Лицо странной фигуры почти исчезло, оставив вместо себя только рот с двумя рядами острых зубов и невероятно длинный язык, который размахивал как хлыст и капал слюной. Томми от этой картины стало дурно.

– Это же Веном! – крикнул он. – Мы его видели в соцсетях. Он настоящий! Вот он!

Томми и Отэм попятились, но существо, казалось, не обращало ни на кого внимания.

Вокруг щелкали камеры, и они тоже полезли в карманы за телефонами. Вытянув вперед мускулистую руку, Веном выпустил упругую паутину в середину памятника Перри. Нить зацепилась, Веном подтянулся, взмыл вверх и полетел над улицей, залитой солнечным светом.

Глава 6

Район был хороший.

Очень.

Он знал, что люди в больших домах обычно смотрят на него, как на какого-то бродягу, который обязательно их ограбит. Чтобы это понять, не нужно было никакого паучьего чутья. Конечно, Питер носил совсем простую одежду, но свитер у него был чистый, а джинсы – целыми. Он выглядел аккуратным и подтянутым, в общем, вполне нормальным человеком.

И все же Питер пригладил рукой волосы, когда подходил к трехэтажному викторианскому особняку. Ну да, прическа у него не совсем в порядке.

«И все же…»

Подойдя к дому, он поневоле засмотрелся на него. Питеру редко приходилось видеть такие огромные дома, да еще и стоящие вдали от соседей, – в Квинсе подобных было совсем не много. Это здание могло похвастаться центральной башней, десятками окон и множеством наклонных изогнутых брусьев на крыше, которая напоминала о средневековом замке, застывшем на фоне ярко-синего неба и несущихся облаков.

«Это крыльцо больше моей первой квартиры». В Нью-Йорке все было по-другому, и, уж конечно, дома выглядели совсем не так. И все же какие-то образы этот особняк навевал.

Церквей?

Может, да…

Или… «Да, точно. Санктум Санкторум, где живет Доктор Стрэндж».

Но на крыше не было большого круглого люка, который так ему не нравился. Однажды он забрался на крышу дома Доктора Стрэнджа в Гринвич-Виллидж. Когда он находился рядом с этим круглым окном, паучье чутье искрилось, как десяток сигнальных огней, и казалось, что голова расколется. Больше такого никогда нигде не было.

Мигрень после этого не отступала дня три…

На первой ступеньке крыльца Питер вернулся к реальности. Он оглянулся, чтобы еще раз посмотреть на номер дома.

«Да, адрес тот, который я нашел в файлах „Геральд“». Питер не стал звонить, а постучал костяшками пальцев по деревянной двери. Через несколько минут с другой стороны послышался шум, а значит, кто-то его услышал. Дверь открылась, и за ней показался пожилой человек ростом немного выше среднего, крепкий, но не слишком крупный. Его светлые волосы переходили в тусклую седину, лицо было испещрено морщинами сильнее, чем на фотографии, – кожа с возрастом стала тоньше. Тем не менее это был тот, кого Питер искал.

– Да? – произнес он пренебрежительным тоном, которым говорят с теми, кого не знают и не хотят знать.

– Доброе утро! – сказал Питер так радостно, как только мог, стараясь очаровать хозяина, ну или хотя бы не разозлить. Он надеялся, что не похож на продавца, который ходит от двери до двери. – Позвольте спросить, вы – Карл Брок?

Выражение лица мужчины не изменилось и даже не дрогнуло. Он стоял в дверном проеме, положив одну руку на косяк, другой придерживая дверь, а телом закрывая узкую щель между ними.

– Да.

– Вы отец Эдди Брока?

Как только эти слова слетели с губ, Питер понял, что совершил ошибку. Старик бросил на него суровый взгляд и хлопнул дверью так сильно, что у Питера зашевелились волосы.

«Ну ла-а-адно…»

Придется попробовать что-то другое.

Глава 7

Он переполз через край и встал на каменистой поверхности. Высота нисколько не беспокоила Венома, он спокойно взобрался на небоскреб, но потоки воздуха здесь гораздо сильнее обдували кожу.

В середине крыши было полно стальных и алюминиевых ящиков, расставленных рядом. Широкие, как и он сам, вентиляторы вращались позади металлических решеток, которые охраняли птиц от опасных лопастей. Здесь располагался центр регулирования параметров воздушной среды в здании.

Прогуливаясь среди этих сооружений, Веном на мгновение остановился перед вентилятором, чтобы ощутить дыхание ветра. Его челюсть отвисла на возможный для него максимум, язык вывалился и развевался назад, как серпантин. Слюна высохла и затвердела, как слой геля, а горло напряглось.

Ощущения успокаивали: ни мыслей, ни эмоций, он просто стоит в тени решеток и наслаждается, погружаясь в инопланетную форму сознания. Когда его рот уже едва не трескался от сухости, он наконец закрыл его и двинулся дальше.

На стальной двери, ведущей на лестничную клетку, висел крепкий замок. Веном выпустил толстый отросток, и тот со шлепком обмотался вокруг ручки. Он напрягся, но материал поначалу не поддавался. Наконец дверь хрустнула, а замок разорвало на части, как будто он был не стальной, а картонный.

Веном шагнул через проем на темную лестничную клетку, тихо спустился по короткой лестнице и подошел к двери в коридор. Там он остановился.

Что-то было не так.

Симбиотический материал заерзал, меняя молекулярную структуру. Веном присмотрелся и увидел лучи, будто веревками исполосовавшие весь коридор.

«О? – Он улыбнулся. – Инфракрасные лучи? Почему бы тебе не решить эту проблемку?»

Из руки вырвался чернильный отросток и затрепетал в воздухе. Он протянулся по коридору, ловко огибая лучи и устремляясь все дальше. Инстинктивно продвигался до угла, а там повернул и продолжил путь. Хотя отросток растянулся почти на десять метров и уже исчез из виду, Веном отлично понимал, что происходит вокруг него.

На небольшом расстоянии он почувствовал плотный сгусток энергии, прижатый к стене и подключенный к устройствам, которые испускали инфракрасные лучи. Скорее всего, это и была панель управления, с помощью которой можно отключить их на время ремонтных работ. Не нуждавшийся в осознанных командах отросток завернул к панели и изучил ее со всех сторон. Отросток обнаружил рычаг, обернулся вокруг него и с силой опустил его вниз так, что щелчок отразился эхом.

Инфракрасные лучи отключились.

Отросток справился с заданием и растворился в плоти Венома.

– Так-то лучше, – сказало существо. – Ни к чему нам тревожить хозяев, правда?

Он присел на корточки и подпрыгнул. Перевернувшись в воздухе, вцепился в потолок и повис там, роняя на пол слюну, которая скапливалась в блестящие лужицы.

– Будем просто слоняться вокруг, – какое чудесное слово «слоняться»! – пока не найдем что-нибудь полезное.

Язык извивался, словно змея.

Быстро и незаметно перемещаясь по потолку, Веном останавливался перед каждой каморкой и комнаткой. Большинство из них были открыты, и туда можно было заглянуть. Потом он двигался дальше, этаж за этажом обыскивая здание, не встречая никого и не находя ничего, что привлекло бы его внимание.

В «Трис Интернэшнл» было тихо, как в могиле. Тремя этажами ниже Веном заглянул в кабинет.

– Ах! – воскликнул он. – Выглядит многообещающе.

Спрыгнув с потолка, симбиот спрыгнул на пол и зашел в помещение. Одна его сторона была занята кабинками с высокими стенами, а вдоль второй тянулись большие стальные шкафы с плоскими и толстыми папками для хранения документов. В последний раз Эдди видел нечто подобное в кабинете архитектора, у которого брал интервью.

А потом его карьера оборвалась.

А потом он стал Веномом.

На полках не было ничего интересного. Но большой деревянный стол, стоявший в центре комнаты, подавлял своим видом все остальное.

– Модель парка в масштабе, – проговорил Веном, – того, что над подземным городом.

На макете Парка дель Рио он нашел место, где вооруженные бандиты напали на бездомных. На нем стояла отметка, которая подтверждала, что именно отсюда исходили распоряжения. Рядом был крошечный – меньше его пальца – люк, за которым начинался тоннель к Убежищу. При виде этой решетки у Венома проснулось нечто вроде сожаления.

Что-то шевельнулось. Пачка ярких бумажек на столе шелестела под кондиционером.

– Интересно, что в этих брошюрах, – пробормотало существо, втягивая черную плоть и являя черты Эдди Брока. От кондиционера кожа на щеках и лбу натянулась. Он поднял стопку бумаг и просмотрел их опытным взглядом репортера, привыкшего проводить расследования.

– Хм-м, Трис финансирует реконструкцию парка в качестве подарка Сан-Франциско.

На столе лежали расписания и отчеты о персонале, разрешения и заказы на покупку, даже карта тоннелей под парком. Все, казалось, было сделано в лучшем виде. В документе с пометкой «Безопасность» обнаружился список персонала – отмечены бандиты, с которыми он столкнулся, – и полный отчет о бездомных, которые поселились в парке.

Какая-то ерунда. Зачем нужны передовые машины вроде диггеров, если Трис мог просто выровнять эту территорию обычными средствами и начать строительство с нуля? Зачем вообще мириться с бездомными? Ведь по обычному запросу в полицию служители порядка прогнали бы всех незаконных постояльцев.

О подземном городе не было ни слова. Про него специально нигде не пишут или Трис не помнит об этом месте?

– Но чем могут эти подземелья угрожать благотворительному проекту? – вслух спросил Брок. – Должно быть, тут слишком много скрыто. Но что?

Прохладный воздух обдувал спину, и даже с сорочкой, надетой под униформу из современных материалов, было ощущение, что одет в пластик. Данн Маклески ненавидел дежурства. Приходилось сидеть среди экранов на панелях спереди и по бокам, которые показывали каждый кабинет «Трис Интернэшнл».

«Ску-у-у-у-ука!» Он подавил зевок. Здесь никогда ничего не происходит.

Он замерз. Блок безопасности забирал много тепла, и, чтобы с этим бороться, воздух от кондиционера провели к вентиляционному отверстию в потолке. От холодного воздуха мышцы одеревенели, а встать и подвигаться было негде.

Здесь помещался только стул и человек, который на нем сидел.

Чего бы он только не отдал за чашку горячего кофе. Маклески не мог дождаться, когда уже кончится его смена и можно будет сбежать. Картинки на мониторах сменились: теперь были видны другие пустые кабинеты.

Как всегда…

Так.

Это еще что?

Маклески резко сел и уставился в монитор.

«Это что…»

На экране был виден мускулистый человек в облегающем черном костюме с белой эмблемой в форме паука на спине. Данн видел этого парня в соцсетях, а еще его упоминали в служебной записке по безопасности, которую разослали всей команде.

«Он!»

– Господи боже!

Маклески схватил микрофон и нажал кнопку, готовый передать сообщение всему персоналу службы безопасности в здании. Каждый сотрудник носил наушник, чтобы посторонние не могли подслушать внутренние сообщения. Он разволновался, но было необходимо оставаться профессионалом.

– Вызовите команду охраны на шестой этаж в конференц-зал!

Маклески приблизил микрофон ко рту.

– И пуль не жалейте.

– Вот он!

Брок повернулся к охранникам в синей униформе, толкающимся в дверях. Они рассредоточились по двое и по трое. Черная тягучая плоть мгновенно обволокла Брока.

– Мы его нашли по слюнявому следу!

Перед Веномом стояло шесть человек в униформе, которые держали в руках короткие автоматы. И целились в него. Казалось, они были уверены в себе и своем превосходном оружии.

«Да-а-а…»

– Мы не уверены, что ваш работодатель действительно злодей, – сказал Брок, а в его голосе звучали интонации Венома. – Поэтому, возможно, нет необходимости вас убивать. – Полностью обратившись, он указал острым когтистым пальцем на прибежавших охранников. – Можете идти.

Охранники открыли огонь.

Пулеметы разразились ошеломляющим шквалом пуль. Свинец наполнил воздух сокрушительным визгом. Множество пуль попало в Венома, отбросив его назад. Остальные пули лишь попортили вещи в комнате, в том числе и макет на столе. В воздух взметнулись осколки.

Перестрелка закончилась так же быстро, как началась. Воздух дрожал от шума и пыли. Веном неподвижно растянулся на полу возле стола в куче деревянных щепок и крошечных пластиковых деревьев.

Охранники осторожно подошли к нему. Один из них со щелчком перезарядил свое оружие, остальные последовали его примеру. Кто-то даже решился подойти совсем близко, но другие держались позади. Тот, кто первый перезарядил пистолет, навис над самой целью и смотрел на нее сверху.

– Босс разозлится, что мы разрушили макет, – сказал он, – но он все поймет, как только мы… что?!

Охранник не поверил своим глазам.

– Он еще шевелится?

Веном перекатился и растянул зубастый рот в широкой улыбке, которая, казалось, расколола его череп пополам. Он сел и не моргая уставился на ближайшего охранника.

– Пули дорогие, – произнес он, поднимаясь на ноги. – Почему бы не использовать их, – эбеновая кожа пошла рябью, выдавливая наружу десятки тусклых серых точек, – повторно!

– Черная штука остановила пули, – вскричал охранник, готовясь спасаться бегством. – И выдавливает их наружу!

Не успел он сделать и пары шагов, как расплющенные свинцовые комки полетели в охранников – с меньшей скоростью, чем из настоящего оружия, но все еще способные причинить вред.

Одна их них попала в затылок ближайшего к Веному охранника и сбила его с ног. Остальные начали прыгать и изворачиваться, стараясь не угодить под пули. Через секунду Веном возник посреди них яростной мясорубкой из когтей, кулаков и клыков.

– Теперь наша очередь! – взревел он.

Глава 8

Освещение в коридоре вполне соответствовало его настроению.

Было темно.

Он сошел с лестницы на пролет; ноги дрожали от усталости после подъема на верхний этаж. На первом располагалась комната, которую можно переделать в кабинет, но он у него уже был, и его это устраивало. Ему нравилось держать тело в тонусе, ходить по лестнице, несмотря на то что рядом с кухней был лифт.

«Нет, пусть уж на нем катается экономка». А он будет ходить по лестнице, пока может.

В его сознании снова и снова всплывало воспоминание о молодом человеке, который недавно появился у его двери.

«Зачем мир постоянно вторгается в мою жизнь? – Он вошел в кабинет и потянулся к выключателю. – Почему люди не могут оставить меня в покое?»

– Мистер Брок…

Он подскочил, услышав чей-то голос, и, резко обернувшись, ахнул от неожиданности. Перед открытым окном на его столе сидел гибкий мужчина в красно-синем обтягивающем костюме. Его лицо было закрыто маской с большими немигающими глазами.

Он узнал узор паутины на красном. Узнал эмблему, вышитую на груди мужчины.

Человек-Паук ткнул пальцем в Карла Брока.

– Нам нужно поговорить.

Веном ударил кулаком крепко сложенного охранника и повалил его на землю, где тот придавил собой еще одного сотрудника службы безопасности, уже лежавшего без сознания. Здоровяк тоже не встал: он свернулся калачиком, защищая только что сломанные ребра и ключицы.

Еще один охранник висел в воздухе – его за край формы держала крепкая рука, – но он извернулся и ударил противника носком ботинка. Веном обернулся, размахивая слюнявым розовым языком, и оценивающе уставился на своего врага. Пожав плечами, Веном небрежно швырнул мужчину через комнату. Охранник с глухим звуком ударился о стену с лепниной под потолком и рухнул на пол – в объятия страданий. Теперь Веном в одиночестве стоял среди поверженных противников, для которых сегодня закончилась когда-то выбранная карьера. Нет, все они были живы, но охранять теперь смогли бы только участок пола, который прикрывали своим телом.

Относительную тишину нарушил грохот в коридоре. В двери показались люди с оружием большего размера, чем у сотрудников службы безопасности.

– Еще охранники? – вскрикнул Веном и рассмеялся, запрокинув голову. – Восхитительно!

Новая группа быстро забежала в помещение и рассредоточилась, как это делает отряд, который долго вместе тренировался. Эти бойцы были старше охранников, что пытались сражаться с ним раньше, но двигались легко, что свойственно людям в отличной физической форме. Это была настоящая служба безопасности, профессиональная и высокооплачиваемая. Вероятно, среди них были бывшие военные или полицейские с боевой подготовкой, выдавшую четкость действий и навыки, которыми явно не обладали люди, стонавшие и истекавшие кровью на полу вокруг него.

И их оружие было значительно больше.

– Но мы считаем, что на сегодня достаточно повеселились, правда. Возможно, мы вернемся поиграть и с вами. В другой раз.

Веном отвернулся и устремился к окну. Легко разбив стекло, он выпрыгнул наружу.

– На самом деле, однажды мы точно вернемся.

– Что ж, прискорбно.

Дан Маклески посмотрел на нависшего над ним человека, который просматривал запись того, как Веном сокрушает охрану и сбегает.

– Да, – согласился он, не зная, что еще сказать.

Мужчина нахмурился. И без того суровые черты его лица на глазах становились просто каменными. Бритая голова сверкала в свете люминесцентных ламп.

Маклески прочистил горло.

– Эм, мистер Крейн?

– Что такое, сынок?

– Мне вызвать скорую?

– Нет, – теперь мужчина выглядел не просто хмурым, а мрачным и обозленным. – О них можно позаботиться и здесь. Цель сбежала. А это сейчас наша главная забота.

– Что же нам делать, сэр?

Глава службы безопасности «Трис Интернэшнл» провел рукой по голове и задумался над ответом. Раз уж Веном покинул здание, вариант оставался только один.

– Скажите внешним подразделениям, что цель находится у северной стороны здания, – скомандовал он. – Прикажите перехватить.

– Да, сэр.

Маклески подумал, «перехватить» будет совсем не просто.

На фургоне красовалась эмблема новостного телеканала. Он выехал из общей массы автомобилей – на них подъехали полицейские и журналисты, – которые собрались у здания. Водитель говорил по телефону, даже когда датчики и приемники начали передавать информацию.

– Цель в поле зрения.

На другом конце линии человек в бронированном костюме установил связь со своей командой.

– Начинаем отслеживание. Отряд, жду по указанным координатам.

Глава 9

– Да, не складывается картинка.

Веном сбежал вниз по стене кирпичного здания, позволив гравитации взять почти все на себя. Подпрыгнув, он вцепился в стену и прервал падение. Затем сел на корточки, уперев ноги и спину в стену, и обдумал свое положение. Симбиот обнажил лицо Эдди, вернув ему и его голос.

– Но, по крайней мере, у нас есть еще несколько фрагментов, – продолжил Брок. – Трис ничего хорошего не замышляет – это уж точно, но надо выяснить его мотивы. – Он говорил все громче, слова наливались энергией. – А потом мы сможем раздавить его, как… как… – он искал подходящую аналогию, – паука!

Эдди посмотрел на мусор, сваленный в переулке: помятые, переполненные банки, пластиковые пакеты, разрывающиеся по швам и готовые разметать по тротуару всевозможные виды мусора, выброшенная еда, груды масляного картона. Тротуар в переулке был вонючей помойкой.

– Это он.

Голос был неровный, искаженный и трескучий. Доносился откуда-то сверху.

– Вперед.

Другой голос, почти неотличимый от первого, послышался с другой стороны.

– Что… – Прежде чем Веном успел произнести еще хоть слово, улицу затопило резким светом, жужжанием и огненной болью. Взрывы обрушились на него, как божий гнев, и швырнули на тротуар, обрекая на сотрясение мозга.

Симбиот так и не прикрыл человеческое лицо, и Брок пытался выбраться из кучи тлеющего мусора, вонь которого забивала нос и не давала пронзенному болью телу вдохнуть чистый воздух. У него было такое чувство, будто его переехали катком: мышцы стянуло, словно мокрую пеньковую веревку, они напряглись до такой степени, что он не мог думать. Он мог только страдать.

«Дать сда-а-ачи…»

Симбиот в его голове взревел от боли. Его боль отдавалась в каждом нервном окончании Эдди и вызывала психическую реакцию, напоминавшую горение, но не от огня, а от растворяющей плоть кислоты.

– Какая-то… – он задыхался в борьбе с агонией, пытаясь собраться с силами, – энергия. В нас ударили энергией… когда мы не были готовы.

– Эдди, кому как не тебе знать, – послышался сверху насмешливый и властный голос, – в этой игре нет никаких правил.

Брок повернул голову, оторвав взгляд от земли и мусора. В метре от него стоял человек, освещенный сзади. Крупный мужчина, чуть у́же Эдди, но все же внушительный.

– Кто… – Он все еще задыхался от боли. – Кто ты?

– Меня зовут Оруэлл Тейлор. – Мужчина шагнул вперед. – Я генерал армии Соединенных Штатов в отставке и пришел научить тебя брать на себя ответственность за свои действия.

Боль начала отступать, но слишком медленно. Брок развернулся, чтобы получше рассмотреть незнакомца. Симбиот затих.

– Видишь ли, Эдди, не так давно ты убил моего сына. – Тейлор сделал паузу, оставив обвинение висеть в воздухе.

Затем позади него кто-то зашевелился. Одна за другой из-за спины генерала появились пять фигур. Все они были в механизированной форме и в шлемах, закрывающих лица. Все держали оружие наизготовку. У одной фигуры одна из рук была из металла и похожа на молот, а вторая – на своего рода пистолет. У другого незнакомца сжатые кулаки потрескивали плазмой. Третий выглядел почти безоружным, но у него виднелся квадратный предмет немногим больше планшета. Четвертый, казалось, компенсировал недоработку третьего: он держал в руках мощное орудие, соединенное с костюмом трубками и проводами. Огромный огнестрел крепился к кронштейну на груди. Скорее всего, именно эта пушка и сразила Эдди так, что он никак не мог оторваться от земли и корчился от боли.

Пятая фигура парила в воздухе с помощью какого-то устройства, которое Брок не мог рассмотреть. Костюм был более гладкий, облегающий и покрытый белыми металлическими полосками. Эдди понадеялся, что это единственный член команды, способный летать. Он терпеть не мог летунов.

Оруэлл Тейлор широко развел руки.

– Мы, присяжные, приговариваем тебя к смерти.

Приговор жестокости

Глава 1

Сан-Франциско, Калифорния

Боль!

Симбиот извивался на груди Брока, размахивая отростками в воздухе; звуковой взрыв заставил инопланетянина зареветь. Эдди будто ударили молотком по открытой грудине, превратив плотную волокнистую субстанцию в исходящую болью гематому.

Пока он корчился от последствий взрыва, паривший «присяжный» спустился и начал душить его. Тот, у которого была металлическая рука, продолжал испускать звуковой луч. Когда, казалось, минула вечность, прежде чем он выключил луч и отступил, симбиот, все еще цеплявшийся за своего хозяина, рухнул на тротуар, черные ленты обмякли.

Рука на горле ослабила хватку. Обессиленный Брок висел, а симбиот горел и извивался. Эдди чувствовал, как Другой злится из-за того, что ему причиняют боль, и разделил ее, позволив разлиться внутри себя.

Оруэлл Тейлор оскалился, как питбуль, и продолжал смотреть на Эдди и симбиота.

– Мистер Брок, – сказал он, – я обладаю огромными ресурсами, которые в последнее время направляю на то, чтобы выяснить о вас все, что только можно. Например, я узнал, что ваш инопланетный симбиот уязвим для огня и звука.

Эдди немного подождал, а потом спросил:

– Н-но зачем?

– У меня был сын… Хью, – ответил Тейлор. – Вернувшись из армии, он стал охранником в федеральной тюрьме под названием Каземат. При побеге ты убил его первым.

Брок не мог воссоздать в воображении лицо Хью, но он хорошо помнил тот день – все, что им пришлось сделать ради свободы. Он – они – испытывали смешанные чувства. Некоторые из тех, кто погиб, были ни в чем неповинны и на самом деле были теми, кого они хотели защищать.

– Мы… – Он сглотнул. – Мы не хотели никому навредить.

Хладнокровная личина Тейлора слетела. Оскалив зубы и сжав кулаки, он бросился к объекту своей ненависти и остановился в паре сантиметров от его лица.

– О, тогда, конечно, все в порядке! – закричал он. – Ты убил моего сына!

Отставной генерал глубоко вздохнул, подавил ярость и восстановил над собой контроль. Брок смотрел на него и молча ждал: сейчас не время для сожалений, а время выживать.

Отростки симбиота на тротуаре дернулись.

Когда Тейлор снова заговорил, ничто не выдавало его гнева.

– Вот поэтому я собрал «присяжных». Эти бойцы, – он махнул рукой, указывая на людей в высокотехнологичных военных костюмах, – включая Часового, бывшего гвардейца, который тебя держит, дружили с Хью в армии. Но теперь их единственная цель, как и у меня, – вышибить из тебя дух. – Тейлор повернулся к солдату, который поразил Венома звуковой волной. – Визгун?

– Да, сэр? – из-под шлема раздался искаженный голос солдата.

– Установите на вашем орудии новый уровень – смертельный.

– Да, сэр! – Визгун шагнул вперед, подняв оружие, прикрепленное к руке. – Я ждал этого… – Он резко остановился, глядя на свою руку.

– Что?

Даже через коммуникатор была слышна растерянность в голосе.

– Эй!

Тонкий чернильный отросток свисал с оружия: он проник в микросхемы и сделал его бесполезным.

Брок использовал эту заминку в своих интересах. Симбиот снова поглотил хозяина целиком, исцеляя и преображая его тело. Воспрянувший Веном улыбнулся, обнажив смертоносные зубы и язык-хлыст.

– Мы благодарим вас, – прошипел он. – Это длинное объяснение позволило нам оправиться от вашей атаки.

Широко замахнувшись рукой, Веном вырвал у Визгуна пушку, оставив на солдате только вертящиеся провода. Размахнувшись в другую сторону, он впился когтями в спину парящего «присяжного», который так и сжимал шею Эдди. Тот попытался сжать руку сильнее, но Веном с усилием дернул вверх и через голову метнул его в Визгуна. Оба рухнули на пол, как игрушки, которые отшвырнул обиженный малыш.

Веном поднялся на ноги.

– Сделать нам больно во второй раз будет не так просто, – прорычал он, шлепая языком по воздуху. Другие бойцы бросились к нему, а генерал тем временем отступил.

– Огонь! – закричал Тейлор. – Сжечь его!

Боец поднял руки, потрескивающие плазмой, – пламя разгорелось ярче. Широко размахивая пылающими конечностями, он бросился на врага. Но кулак летел в воздухе, рассыпая трескучее пламя. Веном с нечеловеческой скоростью отступил в сторону и уклонился от атаки – кулак врезался в стену позади него. Кирпич разлетелся вдребезги, обломки упали на землю.

– Горячая штука, – закричал Веном. Он замахнулся и двинул кулаком по панели шлема противника. Толстый пластиковый заслон треснул, и в лицо «присяжному» вонзились осколки металла, углеродного волокна и кевлара. Боец рухнул на колени, а Веном прошептал:

– Отдохни.

Воздух наполнился жужжанием – звуком, который он уже слышал. Он повернулся и отпрыгнул, стена позади него развалилась на куски. Веном прилип к стене на высоте шести метров и уставился вниз. Там стоял «присяжный» с огромной пушкой.

– Он шустрее, чем мы ожидали, сэр. – Боец снова выстрелил и снова промахнулся. Осыпался кирпич и известь. – Придется перекалибровать оружие.

– Мне не нужны ваши оправдания! – яростно кричал Тейлор. – Мне нужна его голова!

Прыгая от стены к стене, Веном понял, что еще не полностью восстановился. Несмотря на внутренние протесты, он ловко развернулся в воздухе, выпустил нить паутины и направился прочь. Они вывели из строя летуна, а значит, можно бежать таким способом.

– Да, ты прав, – сказал Брок Другому. – Это безжалостный, злобный и очень целеустремленный человек. Жаль, вообще-то, – добавил он, – при других обстоятельствах мы могли бы стать друзьями.

– Это не очень дружественный поступок.

Роланд Трис стоял в зале для презентаций номер шесть с Крейном, начальником службы безопасности. Помещение выглядело так, словно по нему пронесся торнадо.

Или словно в нем устроили перестрелку.

В стенах остались десятки пулевых отверстий. Ковер был изорван и испачкан в дюжине мест. Кое-где виднелась кровь. А уж макет парка…

– Взлом и проникновение, уничтожение собственности, – продолжал Трис. – Веном может оказаться настоящей проблемой.

– Еще какой, мистер Трис, – согласился Крейн. – Он отправил половину охраны в больницу.

Трис сделал несколько шагов и остановился над обломками макета парка. Когда он вновь заговорил, в его голосе звенел гнев:

– Но это произошло после того, как он разрушил макет. Черт возьми, Крейн, я думал, что твои ребята лучшие в своем деле. – Он посмотрел партнеру в глаза. Тот не стушевался и не отвел взгляда.

Крейн позволил невысказанному обвинению какое-то время висеть в воздухе. Лишь когда Трис смягчился и отвернулся, он сказал:

– Так и есть.

Трис снова посмотрел на него очень пристально.

– Если они выступают против людей, – добавил Крейн.

Трис фыркнул и подошел к разбитому окну.

– По крайней мере, – продолжал Крейн, – они выкинули его в окно, пока он не натворил чего-нибудь еще.

– Верно. – Трис подставил лицо дувшему в разбитое окно ветру. Очередной порыв взъерошил подстриженные усы и бородку, но не справился с обработанными гелем волосами. – И пока он не узнал ничего важного о проекте парка.

Трис недвижно смотрел перед собой.

– Но что, если он вернется?

– В следующий раз попробуй зайти через дверь.

Человек-Паук спрыгнул с большого дубового стола. Пожилой мужчина не дрогнул и не отступил. И его хмурый взгляд не изменился.

Человек-Паук поднял руку, предлагая мир.

– Простите, мистер Брок, но мне нужно расспросить вас о вашем сыне.

– Ты надеваешь маску, – голос Карла Брока звучал так, будто Питер совершил преступление, сравнимое с массовым убийством женщин и детей, – входишь через окно, а потом ждешь, что я сяду с тобой поболтать?

Человек-Паук не знал, как реагировать. Он не привык к такой ненависти, разве что со стороны Джона Джеймсона.

Или Венома.

– Я скажу тебе только одно, – продолжал Карл Брок. – Что бы ни связывало меня с Эдвардом Броком, оно давно уже уничтожено.

Тишина в комнате сгустилась.

Карл Брок повернулся и собрался уйти, но помедлил и бросил Человеку-Пауку через плечо:

– О да, еще кое-что.

«Ничего хорошего он не скажет».

– Уходи, – проговорил Карл Брок и подошел к двери. – Или я вызову полицию.

Дверь решительно захлопнулась.

«Ну что ж, – думал Человек-Паук. – Что поделать? Я не бандит. Не могу выбить из него информацию силой. Но как искать Венома, если никто не поможет?»

– Эм, мистер Человек-Паук?

Он повернулся и увидел в дверном проеме, что вел в соседнюю комнату, женщину. Пожилую, несколько моложе тети Мэй, но с таким же добрым взглядом. Она вошла в комнату. Даже с расстояния в пару метров он заметил, что она дрожит от волнения.

– Я Шэрон Демпси, – сказала женщина. – Работаю экономкой Карла Брока еще с тех пор, когда Эдвард не родился.

Она подошла ближе и заговорила театральным шепотом:

– Если хозяин узнает об этом разговоре, меня уволят. Но я хочу помочь бедняжке Эдди и отвечу на ваши вопросы.

Глава 2

Воздух был свежим и чистым. Он качался вверх и вниз. Ветер дул в спину, и его сильные порывы бросали Венома вперед, будто у него были крылья, а не паутина.

Как бы ему ни нравился этот город, его все-таки тянуло к мосту Золотые Ворота. Стоявший поперек входа в бухту, он напоминал хребет огромного погибшего монстра. Однажды в школе Брок готовил домашнее задание, которое потом подтолкнуло его к журналистике. Так вот, он сделал проект, посвященный этому мосту: его истории, функции, темной таинственности, которая привлекала к металлической конструкции мятущиеся души.

Веном летел, цепляясь за конец паутины, которую сейчас растягивал на десятки футов – больше, чем обычно себе позволял. Изгибаясь всем телом, он вытягивался на подъеме и расслаблялся, когда его несло вниз. Паутина улетала по ветру, а его тело взмывало ввысь и сдавалось на милость гравитации.

Наконец он камнем упал вниз, шлепнув ногами по металлу на верхушке башни моста, одной из двух, к которым крепились тросы. Это было чудо инженерного искусства, свидетельство человеческих достижений, и хотя Эдди не имел никакого отношения к его строительству, он был горд, что люди столького могут достигнуть, если захотят.

Выпрямившись в полный рост, он смотрел на залив с высоты более двухсот метров – так Сан-Франциско походил на макет. Веном подошел к краю и глянул вниз. Он был так высоко, что не слышал шума внизу. Машины – даже большие грузовики – казались игрушечными. Единственными звуками были свист ветра и шум воды.

«Вернись!»

Чувства симбиота проникли в его разум.

– Знаю, знаю, – ответил он. – Бежать от «присяжных» было не лучшим выходом, но ведь они в чем-то правы. Мы действительно убили Хью Тейлора.

Он замолчал. В грудь били порывы ветра.

– Это была прискорбная необходимость, часть нашего стремления уничтожить Человека-Паука, но все же… – Он представил ярость и боль отца. – Гнев старшего Тейлора вполне справедлив.

В его голове мелькали лица, образы людей, которым они причинили вред, невинных, которые этого не заслуживали. Они, Брок и симбиот, совершили много ужасных поступков, поддавшись гневу и желанию мести.

– Но пока мы не можем об этом думать, – сказал он себе и Другому и всмотрелся в здания напротив. – Невинные этого города нуждаются в нас. Роланд Трис выслеживает и нападает на них под видом заботы о парке. Вероятно, это ложь. Если бы узнать, какие у него планы, можно было бы остановить его…

Новый звук. Реактивные двигатели, близко.

– …атаки?

Летающий «присяжный», известный как Часовой, показался из облаков. Веном прыгнул с башни, и удар сгустком энергии приняли на себя стальные перила. Осколки металла разметало по воздуху и унесло ветром. К огорчению Венома, появились и другие бойцы. Они тихо появились, стоя на металлических дисках размером с поддон для пиццы. Веном несся вниз, извивался, подставлялся под потоки воздуха, которые подталкивали его к опорным тросам, сбегавшим вниз и вздымавшимся вверх по всей длине моста. Он вцепился в трос, и инерция развернула его в другую сторону.

– А вы настойчивые ребята, не так ли? А эти миленькие диски под ногами держат вас в воздухе. – Качнувшись, Веном ударил одного из нападавших обеими ногами. – Ненадолго! – Бойца закружило, и он по спирали полетел вниз. Веном проследил его падение и сам прыгнул в бездну.

Огнестрел, «присяжный» с плазменными кулаками, едва не попал по Веному; в воздухе повис энергетический след от его выстрела.

– Ах-ах-ах, – игриво выговорил Веном. – Мы услышали твое сердце задолго до того, как ты появился.

– Промахнулся! – крикнул «присяжный». – Часовой!

– Иду, Огнестрел.

Заревел ракетный двигатель, и что-то сверху поразило Венома. Его будто тараном ударило в поясницу, едва не сломало при этом позвоночник и сбросило вниз.

Марти прослушал уже двадцать пять из двадцати шести часов аудиокниги. Это была сверхжестокая фэнтези в городском антураже об охотнике на монстров и его семье, состоявшей сплошь из неудачников. Текст читал актер с хриплым голосом, словно пропитанным алкоголем, который очень нравился Марти: звучало так, будто его читают прищурив глаза. Действие развернулось на всю катушку, каждое слово держало в напряжении.

В таком сильном, что он совсем не возражал постоять лишнюю минуту в пробке на мосту Золотые Ворота. Однако ему не нравились заторы и было очень неуютно сидеть в полуприцепе посреди моста, так что только кровавое убийство очередного вампира могло отвлечь Марти от этих неудобств.

Внезапно что-то рухнуло прямо в прицеп его грузовика, будто метеорит упал. Весь автомобиль встряхнуло, он подпрыгнул, как на пружине, и даже ремень безопасности не уберег голову Марти от удара об лобовое стекло.

– Какого черта?! – вскричал он. От удара нога соскочила с педали тормоза, и грузовик сдвинулся с места. – Поворачиваю направо! Сейчас врежусь! – Он силился повернуть руль, но безрезультатно. Грузовик задел фургон, металл проскрежетал по металлу – обе машины получили повреждения.

Снова нащупав тормоз, Марти высунулся из окна, чтобы оценить ущерб. Но тут взорвалась одна из стен прицепа, и из нее вылетела человеческая фигура в костюме, похожем на Железного Человека.

Внимание Марти привлекло какое-то движение в небе – над ними пролетели три фигуры в шлемах. Он понятия не имел, что происходит, но очень надеялся, что страховка покроет ущерб от сверхлюдей.

Держать равновесие на дисках было сложно, если не сказать больше. Это и в нормальных условиях давалось нелегко, а с прикрепленной пушкой на груди Взрывного и вовсе становилось почти невозможным. Приходилось справляться с весом, который постоянно перемещался в новую точку. Спина адски болела, но адреналин после схватки струился по венам, подарив второе дыхание.

Его товарищ по команде выбрался из прицепа и долетел до перил моста. Развернувшись в воздухе, Часовой включил двигатели скафандра и снова взлетел.

А вот их цель нигде не было видно.

– Часовой в порядке, – сообщил он, приводя оружие в готовность. – Но цель все еще внутри.

Рядом парил Огнестрел:

– Возьмешь его на себя, Взрывной?

«Присяжный» улыбнулся за маской шлема.

– Смотри и учись.

Стараясь удержаться на парящих дисках, он подлетел к дыре в грузовике. Зарядил пушку, ощутив в руках и груди вибрацию. От нее по телу разлился адреналин, и азарт начал щекотать каждую клеточку. Заняв удобную позицию, он прицелился и выстрелил.

– Закуси-ка раскаленной плазмой, псих слюнявый! – закричал он. В тот же миг Веном выскочил из прицепа, на секунду обогнав заряд, разнесший машину на куски.

– Но скоро же обед, – прорычал Веном. – Милостивые небеса, я же испорчу себе аппетит! – Он подлетел вплотную к Взрывному. – Хотя, если хорошенько поупражняться…

Взрывной не успел увернуться, и черно-белое существо намертво приклеилось к его пушке. Плазменное ружье разлетелось на части, а «присяжный», отлетев к мосту, потерял сознание.

– Милостивые небеса, я же испорчу себе аппетит!

Движимый энергией симбиота, Веном рванул через отверстие в прицепе, которое оставил Часовой. Вспыхнул плазменный заряд, ощутимо нагрев его грудь и ноги, и оставалось только постараться не зажариться окончательно. Заряд попал в заднюю стенку прицепа и расплавил, оставив вместо транспортного средства причудливо оплавленный и скрученный металл, напоминающий экспонаты выставок современного искусства.

– Хотя, – сказал он, поднимаясь в воздух, – если хорошенько поупражняться…

Веном сократил расстояние между собой и Взрывным. Он выбросил вперед кулак и запустил его в дуло плазменной пушки.

Оружие раскололось.

Бойца, державшего его, отбросило в сторону, летающие диски выскользнули из-под него, и он рухнул на проезжую часть.

«Боль!»

Огнестрел пальнул по Веному сгустком энергии, и тот отлетел. Симбиот закричал, сжимаясь вокруг Эдди, который, будучи физически связанным с пришельцем, тоже почувствовал боль в том месте, куда пришелся удар.

– Такой атаки он не ожидал! – выкрикнул Огнестрел.

– Не дай ему опомниться, Таран, – отведя назад металлическую руку, Визгун устремился к цели. – Я разорву его на части!

Киберрука впечаталась в челюсть Венома, раздробив частокол длинных клыков. Для этого ему не нужно было звуковое оружие.

– Не торопись, Визгун! – вернулся Часовой. – Я тоже хочу поучаствовать.

От его удара Веном закрутился в воздухе.

«Бейся!»

– Не волнуйся, приятель! – воскликнул Визгун с очевидным ликованием. – Оба успеем повеселиться! Ко мне…

Они заняли позиции, которые отрабатывали на тренировках, и одновременно ударили закованными в броню кулаками, отбросив Венома на дальний конец моста и обрушив его на машины.

– Вот оружие, которого у этого психа никогда не будет: командная работа, – заявил Часовой, когда вокруг него собрались все «присяжные». – Давайте закончим начатое.

Ботинки на реактивной тяге понесли его в ту сторону, где скрылась их жертва. Чуть отлетев, Часовой остановился и завис в воздухе в ожидании остальных бойцов.

Вокруг было полно самых разных автомобилей – легковых и грузовых, – развернутых под разными углами, а их пассажиры высыпали на проезжую часть. Гражданские растерянно смотрели вверх и по сторонам на обрушившийся на их головы хаос.

– Эй! – Часовой увеличил громкость динамика. – Куда он подевался?

– Я… я все видел, но ничего не понимаю. – На бойцов смотрел коротко стриженный блондин в темно-синем деловом костюме. К растерянному мужчине подошел подросток.

Часовой молчаливой угрозой навис над ними.

– Только что он стоял на дороге, – продолжил мужчина, – и вдруг начал растворяться. Будто смешиваться с бетоном. Он просто взял… и исчез.

Часовой повернулся к команде.

– Этот проклятый пришелец замаскировал его.

– И что теперь делать? – спросил Визгун. – Найти и уничтожить? Если не отыщем, генерал будет очень недоволен.

– Нет! – Таран развернулся на парящем диске. – С минуты на минуту прибудет команда быстрого реагирования.

Часовой кивнул.

– Нам представится другой шанс. – Он щелкнул реактивными двигателями на ботинках и устремился вверх.

– Да, и скоро! – согласился Взрывной, и все «присяжные» полетели вслед за Часовым.

– Пап, а нас покажут по телевизору?

Мужчина в синем костюме взглянул на сына. На его лице застыл ужас.

– Господи, что тогда подумают соседи? – Он протянул мальчику руку, и тот обхватил ее пальцами. Мужчина потянул подростка за собой. – Пойдем-ка в машину, Тимми. Думаю, лучше нам никому ничего не рассказывать.

Из-под грузовика их проводил взгляд тусклых глаз, похожих на пятна из теста Роршаха.

Глава 3

– Мистер Брок обычно довольно скрытен, мистер Человек-Паук.

Шэрон Демпси ерзала, ее пальцы постоянно двигались, касаясь то одного плеча, то другого, поправляя очки, волосы, поглаживая ладони, а затем все по новой. Человек-Паук изо всех сил старался не обращать на это внимания. Он давно понял, что если человек так очевидно нервничает, то, скорее всего, честен. А если и врет, то неумело.

Демпси посмотрела на него и застыла. Ее руки замерли в воздухе, как кролики перед светом фар. Через мгновение она убрала руки за спину.

Это глаза.

Его огромные белые линзы в черном контуре вызывали у людей ужас.

У некоторых.

У большинства.

Никто не жаловался на них в схватке, или когда он проносился мимо на нити паутины, или когда он кого-нибудь спасал. Но в интернете он то и дело читал, что размер, форма и пустота его глаз многих заставляют нервничать.

Видимо, Шэрон Демпси была из таких.

Она сглотнула и продолжила:

– Он довольно сдержанный. На самом деле, мне кажется, он больше всех удивился, когда обнаружил, что влюбился.

Человек-Паук кивнул, будто призывая ее не останавливаться. Шэрон Демпси не обманула его ожиданий.

– Джейми стала ему женой и затмила собой весь мир. Он хотел дать ей все, что нужно для счастья. Она хотела семью.

Экономка указала на фотографию на стене – там были женщина и мужчина, в котором Питер сразу узнал молодого Карла Брока. На фото он по-настоящему улыбался, а красивая женщина рядом с ним поглаживала сильно округлившийся живот.

«Джейми».

– Но потом она умерла при родах – тогда и появился Эдди, – и та часть Карла, которая позволяла ему заботиться о других, умерла вместе с ней.

Едва прозвучали эти слова, на лице Демпси появился испуг. Она подняла руки ладонями вверх, будто отмахиваясь от сказанного, и поспешила объясниться.

– Он не был жесток или склонен к насилию! Старался дать сыну хорошее образование, заботился о его здоровье, покупал самые лучшие игрушки… – Она склонила голову. – Но ребенку нужно было то, чего Карл Брок не мог дать. Любовь. Привязанность. В школе мальчик усердно учился, но отец реагировал неизменным: «Молодец, Эдвард. Иди поиграй». Эдди преуспел в спорте – в надежде, что медали и трофеи помогут заработать любовь отца. Не помогли.

Человек-Паук продолжал молча слушать, хотя женщина смотрела на него в ожидании какой-нибудь реплики. Он размышлял о том, как по-разному их с Эдди воспитывали. Карл Брок казался холодным, далеким и равнодушным.

«Неудивительно, что Эдди стал психопатом».

Когда Питер Паркер поселился у тети Мэй и дяди Бена, его детство наполнилось счастьем. Тетя Мэй была просто ожившим чудом, она пекла пирожки и всегда была рядом, обнимала его и поддерживала. А дядя Бен, ныне покойный, учил его быть мужчиной, сильным, но при этом не отгородившемся от близких. Он своим примером показывал, что мужчинам не чужды эмоции, и именно чувства делают его скромным и добрым.

Питер скучал по Бену. Он часто думал о дяде, когда перед рассветом сгущалась тьма, а весь мир – даже Нью-Йорк – покоился во сне. Питер не мог определить, что именно сделало его таким, какой он есть.

Укус радиоактивного паука, наделивший его сверхчеловеческими способностями и превративший в Человека-Паука… Или жизнь и смерть дяди Бена, который воспитывал его как сына.

Под маской к глазам подступили слезы.

Шэрон Демпси пересела поудобнее, прервав его мысли.

– Позже, уже в колледже, – говорила она, – Эдди занялся журналистикой. Закончив университет, он переехал в Нью-Йорк и устроился репортером в «Дейли Глоуб». Он был хорошим журналистом и стремился к успеху. И думал, что отец это оценит.

Судя по выражению ее лица, Эдди ошибался.

– Даже на вершине карьеры, когда он брал эксклюзивные интервью с серийным убийцей, Карл реагировал редко и без особенных эмоций. А когда выяснилось, что интервью Эдди – дешевый розыгрыш, связь между отцом и сыном прервалась вовсе. – Демпси вздохнула. Глаза за очками в тонкой оправе увлажнились. – Думаю, именно это стало самым сильным толчком, бросившим бедняжку Эдди в бездну безумия. Он искал любви отца, но в итоге только опозорился.

По щекам экономки покатились слезы; они скатывались по нежному лицу на шею и убегали за воротник. Питер не знал, что говорить и как себя вести. Его кольнуло чувство вины – ему было жаль Эдди. Да и Карлу Броку он начал сочувствовать.

Но что делать прямо здесь и сейчас с плачущей женщиной, он не знал.

Помолчав, Питер сказал:

– Спасибо, мисс Демпси. Вы мне очень помогли.

Она все еще плакала, но кивнула Питеру, и он решил, что ему пора. Человек-Паук выбрался из окна одним гибким движением, отскочил от стены, взмыл вверх и автоматически выпустил нитку паутины.

«Надеюсь, она рассказала правду, только вот неясно, как это все поможет мне найти Венома».

Небоскребы города были недалеко, и вскоре он снова оказался среди них. Сильно потянув за паутину, Человек-Паук опустился по дуге, изогнулся, взлетел к небесам и сделал обратное сальто. Активные движения помогали отогнать мысли о том, как расстроилась Шэрон Демпси.

«Как гласит старая поговорка, „знай своего врага“. Проблема в том, что я, возможно, слишком хорошо знаю Эдди. Мне его и правда немного жаль, но разумно ли это? Сочувствовать тому, чья единственная цель в жизни – тебя убить?»

Он не знал ответа на этот вопрос.

Глава 4

– …Чудо, что обошлось без жертв.

У диктора было маленькое лицо с тонкими чертами, оно сильно контрастировало с чудовищной картиной на экране позади. Трис смотрел новости на том же мониторе, на котором во время телеконференции красовался Карлтон Дрейк.

– Полиция сообщает, что участники этого странного боя – Веном и таинственные воины в бронированной форме – все еще на свободе. – Изображение Венома сменилось нечетким видео одного из свидетелей событий на мосту. Несмотря на слабые возможности телефона и дрожащую руку его владельца, кое-что можно было разобрать.

Это к лучшему.

– Очевидно, эта история далека от завершения, будем держать вас в курсе событий, – подвела итог ведущая и переключилась на новости о кандидате на местных выборах. Трис нахмурился и выключил звук.

«Далека от завершения, – мрачно подумал Трис. – Это меня и беспокоит. Пока Веном на свободе, он вполне может помешать моему плану и похоронить миллионы долларов в золоте».

Трис размышлял, что же он может сделать. Оказалось, ничего.

«Что ж, значит, придется действовать жестко».

Глава 5

«Было проще, чем мы думали».

Мусоровоз свернул влево на Клемент-стрит, к югу от моста Золотые Ворота. Он катился по асфальту, как металлический вьючный зверь.

Веном, цеплявшийся за дно машины, опустил голову и выглянул из своего укрытия. В него попадали камешки и дорожная пыль, но он не обращал на них внимания. Когтистые лапы сжимали подвеску. Железные балки, толщиной с руку самого Венома, отлично справлялись со стабилизацией груза в контейнере.

Прямо над ним вращалась ось.

«Хотя, – продолжал размышлять он, – нас все еще преследуют, и это усложняет дело». Он предполагал, что «присяжные» не имеют никакого отношения к нападению на Убежище, но наверняка сказать не мог. Зло имеет свойство проникать во все уголки жизни, оплетая их сложной паутиной нечистых намерений.

Веном улыбнулся получившейся аналогии.

Машин на дороге было немного – до сих пор разбирались с беспорядком на мосту Золотые Ворота, виной которому стали он и «присяжные». Автомобили, которые толклись бы на этой улице, никак не могли сюда доехать.

Грузовик, под дном которого прятался Веном, дрогнул и остановился. Сложно было сказать, загорелся это красный свет или все-таки образовалась пробка.

Да это и неважно.

– Сан-Франциско – большой город, – пробормотал он. – Не нужно привлекать слишком много внимания. Принять обычный вид, смешаться с населением. – Обратившись в Эдди Брока в кожаной куртке, Веном отпустил подвеску и отпрыгнул в сторону.

– Все будет хорошо, – добавил он. Брок вышел на тротуар и пошел пешком. – В конце концов, люди Тейлора не могут быть повсюду.

Бинго!

– Это пост номер 73. Цель замечена на Клемент-стрит, движется на восток. Соберите команду. Прослежу, чтобы Брок не ушел далеко.

Человек в фургоне заговорил по телефону. Свободной рукой стукнул по приборной панели. Сенсорные экраны – отличная вещь. И как вообще человечество существовало без них раньше.

Он потянулся к дверной ручке.

Что-то упало на потрескавшийся тротуар позади и с глухим металлическим звоном прокатилось у него между ног. Он отскочил, перекатился и почти тут же остановился. На земле лежал металлический шар размером с мяч для софтбола. Поверхность его покрывали круги и полосы, из металла торчала палочка.

– Хм-м-м?

Это что, игрушка, выпавшая из липкой ручки ребенка?

Не успел он двинуться, как мир поглотил взрыв белого шума, который разорвал симбиота в клочья, только обрывки плоти брызнули в разные стороны от рук и ног Эдди. Брок закричал, чувствуя боль симбиота. Агония Другого швырнула его на колени.

– Звуковая граната поразила твоего инопланетного дружка…

Взгляд прояснился, и он огляделся. В метре от него стоял невысокий мужчина с усами, державший крупнокалиберный пулемет.

– А для тебя я припас эти пули!

Брок приподнялся и с трудом прочистил горло, будто забитое щебнем. На теле кое-где прилипли черные отростки инопланетной плоти. «Одежды» не было.

– За что? – спросил он.

– За что? – прорычал мужчина. – Хью Тейлор был одним из лучших парней, которых я знал.

К Эдди вернулся голос, он присел на корточки.

– И чтобы отомстить за него, ты угрожаешь смертью невинным?

– Что? О чем ты?

– Существует целое сообщество бездомных, и они в опасности, – серьезно ответил Эдди. – Мы собираемся их спасти, если ты не станешь нам мешать.

Усатый мужчина не ответил, не воспользовался своим преимуществом. Но и винтовку не опустил. Хью Тейлор привил глубокое чувство преданности ему и многим другим. Солдатам. Героям. Месть была одним из самых мощных их порывов, возможно даже сильнейшим. Но этот человек не был хладнокровным убийцей. Он был убийцей, но не хладнокровным.

– Мы видим сомнение в твоих глазах, – продолжал Брок. – Твой палец жмет слабее. Ненамного слабее…

Черная плоть снова сгустилась, обернула голову Брока, густой вязкой жижей стекла по его щекам. Зубы заскользили по чернильной субстанции, возвращаясь на свои места. Брок ощущал весь процесс, но это было не больно – скорее даже приятно, как будто все приходило в норму.

– …но нам больше и не нужно, – закончил Веном.

Когтистая рука резко вытянулась вперед и вцепилась в пулемет. Металл заскрипел и смялся в его хватке. Мужчина отпустил оружие, чтобы когти не вонзились в его руку. Веном навис над ним, а человек поднял на существо полные первобытного ужаса глаза. С длиннющего языка на его лицо капала слюна.

– Нам следовало бы убить тебя, – прорычал Веном, – но способность к состраданию вернула тебе жизнь. А теперь иди, пока…

На Венома словно опустилась кувалда. Он отлетел в сторону и врезался в стену здания с такой силой, что бетонный фасад осыпался грудой обломков.

– Часовой! – закричал усатый мужчина. – Где остальные?

– Мы рассредоточились по городу, искали этого парня. Я оказался ближе всего. Остальные скоро будут. А пока… – Не став договаривать, Часовой направился к Веному, который силился встать. Он вытянул руки и металлические перчатки вспыхнули.

Веном поднялся на ноги и, придерживаясь за стену, попытался выпрямиться. Два мощных взрыва снова опрокинули его на землю. Ощущение было такое, будто по каждому сантиметру его тела стучали отбойным молотком. В отличие от пули, атака перчаток оставляла ощущение вибрации и постоянного веса, будто энергия давила на каждую клетку с невероятной силой. Это было хуже, чем удар Существа.

– Репульсорные лучи задержат его до тех пор…

Часового перебили звуки взрывов маломощных бомб. Веном качнулся вперед, его противник врезался в стену, от столкновения его костюм задымился. «Присяжный» без чувств рухнул на землю.

– Кто-то стреляет, – сказал Веном. – И не в нас?

Он осмотрелся.

На высоте около двадцати метров, жужжа вертушкой, к нему направлялся небольшой вертолет. Веном присел, готовясь отпрыгивать, если следующая ракета полетит в него.

– Поднимайтесь на борт, мистер Брок, – послышался голос, более громкий и четкий, чем голоса «присяжных». – Предлагаю вам убежище… и задание.

Веном задумался. После долгой паузы он поднял руку.

– Да, я знаю, что это ловушка, – сказал он, – но есть ли у нас выбор? «Присяжные» будут здесь с минуты на минуту. Кроме того, нам любопытно.

С тыльной стороны запястья выстрелила нитка паутины, достала до вертолета и приклеилась к краю. Веном подпрыгнул, подался вперед и вскочил в летательный аппарат, куда, как он увидел, могло вместиться полдюжины человек. Однако внутри почти ничего не было: тускло светили лампы, вдоль одной стены стояла скамейка, а вдоль другой – тянулся монитор с плоским экраном. Дверь в кабине пилотов была укреплена сталью, никаких защелок не было видно.

Внешняя дверь оставалась открытой, хотя вертолет уже набирал скорость. Веном стоял внутри, стараясь сохранять равновесие.

– Отлично, – сказал он громким голосом, чтобы его услышали, несмотря на шум ветра и хлопанья лопастей. – Мы тут. Что вам надо?

На экране появилось суровое лицо человека с аккуратной бородкой и стрижкой настолько искусной, что за ее стоимость можно было накормить в ресторане семью из десяти человек. Изогнутые брови и холодные глаза придавали человеку на мониторе зловещий вид.

Хотя, возможно, дело было в бородке.

– Добрый день, мистер Брок, – проговорил мужчина. – Меня зовут Роланд Трис. Я решил, что нам лучше подружиться, чем враждовать.

Веном ничего не ответил.

– Поэтому, – продолжил Трис, – я предлагаю вам возглавить службу безопасности.

– Хм… – Веном наклонил голову, обдумывая новый поворот событий. – Эта должность как-то связана с проектом реконструкции парка?

Трис кивнул.

– Именно.

Помолчав, Веном почти с детской радостью ответил:

– Хорошо! Мы согласны.

Дверь захлопнулась, и вертолет продолжил путь – куда бы они ни летели.

Веном расплылся в улыбке, обнажив все свои клыки.

Глава 6

Пустыня Мохаве, Калифорния

Через два часа полета пилот открыл дверь в свою кабину, и это позволило Веному наклониться и увидеть мир, проносившийся под ними. Под солнцем изнывала приглушенная палитра коричневого, белого, серого, какими полны пустыни, иногда перечерченная темными полосами, которые, как он знал, служили топографическими ориентирами. Это были овраги, русла рек, воронки в почве и даже узкие кустарниковые «леса».

Даже если пилоту было не по себе из-за его массивной фигуры или капающей слюны, он этого не показывал.

Много лет назад Эдди делал репортаж о боевых вертолетах и их применении. Во время работы он летал на пятилопастном «Команчи», сверхсовременном штурмовом вертолете. Брок изучил основы управления им и немного узнал о том, как читать показания датчиков на контрольной панели.

Этот вертолет летел невероятно быстро. Если он правильно понял показания спидометра и перевел узлы в километры, то они неслись со скоростью больше трехсот сорока километров в час.

Пилот указал вперед.

– Нам туда, сэр.

Ряд невзрачных зданий расположился на ровной площадке, похожей на дно высохшего соленого озера. Их окружала железная сетка, а рядом виднелась залитая бетоном просторная площадка. Пилот скорректировал курс, и вертолет начал снижаться. Через несколько мгновений машина опустилась на посадочную площадку.

Открылась дверь, и пилот выключил двигатель. Выскользнув из аппарата, он жестом показал пассажиру следовать за ним. Округу заливал солнечный свет, приятно согревавший чернильную кожу. Веном потянулся, подставляя напряженные после полета мышцы расслабляющему ультрафиолету. Пилот ткнул пальцем в сторону ближайшего здания.

– Мистер Трис ждет в бункере.

– После вас, – ответил Веном.

– Но…

Существо смерило пилота взглядом.

– Мы настаиваем.

Пожав плечами, пилот повернулся к зданию.

– Да брось, – сказал он через плечо, переставляя ноги. – Я всего лишь наемный работник. Ты же не думаешь, что я выкину какой-нибудь дурацкий фокус?

Из груди Венома выстрелил плотный отросток и петлей обмотался вокруг шеи пилота.

– Пока мы можем сжать тебя так, чтобы голова отлетела, как бутончик цветка? – довольно проговорил Веном. – Нет, не думаем.

Мужчина заметно вздрогнул, но ничего не сказал.

Перед ними со скрежетом открылись двойные стальные двери. Из проема дохнуло холодным воздухом, и за дверьми обнаружился металлический коридор с гладкими стенами высотой метра в четыре с половиной и такой же шириной. Они вошли, двери с тем же звуком захлопнулись и оставили их в полумраке. Веном толкнул пилота вперед.

– Мы слишком много повидали человеческого вероломства, чтобы просто так доверяться, – сообщил он. – На самом деле мы полетели с тобой, только чтобы подобраться к Трису и предотвратить злодеяние…

Пилот прошел чуть дальше, и в стене отодвинулась тонкая вертикальная планка. Сопла, показавшиеся за ней, испустили струи пламени и отсекли отросток, державший мужчину за шею. Веном отскочил, взревев от боли.

– А-а-а!

Жар от пламени стал еще сильнее, симбиот извергал отростки, извивавшиеся, будто комок змей. Веном собрался убежать, но в другой стене отодвинулась еще одна полоса металла, обнажив сопла. Не успел Веном двинуться обратно, как стена огня перекрыла вход в коридор. Жар нарастал.

– Нас сжимают стены пламени! – визжал Веном. – Как только мы доберемся до Триса…

– О, не вини Роланда, мальчик. – Голос звучал громко, легко перекрывая свист огненных струй. Несколько реактивных платформ повисли на уровне глаз, образовав щель в огне, через которую Веном разглядел человека с двумя солдатами в униформе, похожей на костюмы «присяжных». Мужчину жар ничуть не волновал. Пламя отражалось в его темных очках.

– Это придумал я, – заявил мужчина. – Позволь представиться: Карлтон Дрейк, глава фонда «Жизнь». Мистер Трис, один из наших членов правления, предположил, что ты можешь пригодиться в нашем проекте. И потому я подготовил этот… теплый прием.

– Он просто дурак! – проревел Веном, размахивая языком. В его голосе была слышна пронзительная боль. – Мы ни за что не станем помогать такой лживой мрази, как ты!

– А, – Карлтон Дрейк улыбнулся. – Но нам нужен не ты, дорогой друг. А твои дети.

Рождение смерти

Глава 1

Пустыня Мохаве, Калифорния

Все болело.

Все.

Он висел в сфере из звуковой энергии, которую генерировали два аппарата, направленные на него под углом сорок пять градусов. Паря в центре, он чувствовал себя так, будто его засунули в чан с огненными муравьями.

Злыми, кусачими муравьями.

Звуковая клеть висела в трех метрах над полом в высокотехнологичной лаборатории на секретной базе в пустыне. Со всех сторон стояло передовое оборудование, стены были покрыты технологическими новшествами, в которых он ничего не понимал, на многочисленных столах размещались какие-то неведомые приборы. Ученые и инженеры сновали туда-сюда, редко поглядывая в его сторону.

Они его не заботили.

Веному был важен только мрачный человек в темных очках и костюме, стоявший прямо под клеткой и разглядывавший его.

– Ты! – взревел Веном. – Карлтон Дрейк! – Он рванулся вперед, насколько позволяла звуковая энергия. – Подойди ближе, и мы высосем твои легкие через нос.

– Очень красочно, мистер Брок. – Дрейк наклонил голову. – Или мне называть тебя Веном? – Он ухмыльнулся. – Спасибо за предложение, но фонд «Жизнь» предпочитает, чтобы я оставался целым и невредимым.

Дрейк подошел к рычащему существу в энергетическом шаре.

– Наши клиенты щедро платят за товары и услуги, за убежища, которые мы им предоставляем на случай мировых потрясений. Выживание по заказу, без лишней суеты, так сказать. В своих убежищах они ожидают получить защиту. И тут на сцену выходишь ты.

Дрейк повернулся и обратился к человеку у панели управления:

– Приступайте.

Человек кивнул, пальцы забегали по кнопкам, ручкам и переключателям. Через мгновение он, казалось, получил нужный результат и застучал по левой стороне панели. С пола поднялась трубка, нацеливаясь на клетку из звуковой энергии.

Нацеливаясь на Венома.

– Нет! – зарычал Веном. – Только не это!

Тонкий, как игла, луч, который он уже видел четырежды, пронзил пространство и звуковой шар, клюнув Венома в грудь.

– Тянет из нас… оно… оно… – Человек и симбиот непроизвольно дергались и извивались, насколько позволяло сдерживающее поле. Руки и ноги дрожали в попытках вырваться из нестерпимой боли. Симбиот раскрыл рот и сполз назад, явив человеческое лицо. Его искажала боль. Оба существа, составлявшие Венома, корчились от боли, множа агонию. Их крик отражался от стен.

Казалось, луч вонзается в плоть и рвет ее на части, разрезает внутренности. Тонкая струя черного вещества потекла по трубке.

Агония, казалась, никогда не кончится. Брок издавал нечеловеческий, первобытный вой. Симбиот бился и пульсировал вокруг него. Их лицо, как жидкость, расползлось зубастыми обрывками десен, язык безвольно повис.

Дрейк все это время наблюдал за симбиотом и его хозяином, не проявляя ни капли эмоций. Наконец он ровным голосом произнес:

– Когда мы узнали о невероятно могущественном существе по имени Карнаж, мы провели некоторые исследования и обнаружили, что своими способностями он обязан отпрыску инопланетного симбиота, который заменяет тебе костюм. Для нас это открыло массу возможностей.

Образец симбиота устремился к Дрейку по лучевой трубке.

– Мы решили, что если раздобыть и контролировать отпрыска такого симбиота, его можно будет использовать в службе безопасности. Для этого нужно соединить его с тщательно отобранными людьми. И таким образом мы можем создать идеальных защитников для наших избалованных, щедрых клиентов.

Инопланетное вещество оказалось рядом с Дрейком. Он взял с ближайшего стола чашку Петри.

– Наши клиенты заплатят какие угодно деньги, лишь бы получить непревзойденного защитника, подобного тебе, – продолжал он. – На основании исследования твоей симбиотической половины – большое спасибо – мои ученые пришли к выводу, что это твое последнее «семя».

Он подставил чашку Петри под луч так, чтобы образец попал в емкость. Оказавшись в чашке, тот начал извиваться.

– Если бы я любил мелодрамы, я бы назвал его…

Он поднял чашку поближе к шару, в котором, отходя от агонии, висел пленник.

– …последним сыном Венома!

Глава 2

– Не нравится мне тут.

Тревор Коул ходил взад и вперед длинными размашистыми шагами, задевая носками ботинок больничную плитку на полу. Вся комната была белой. Пол, стены, потолок. Скудная меблировка из матовой нержавеющей стали отражала свет. К полу был привинчен стол с пятью стульями. Однако сидеть за ним никто не собирался: по его краям шли канавки, которые заканчивались стоками на углах.

Это был даже не диагностический стол.

Это был стол патологоанатома.

В комнате было так светло, что глаза болели и начиналась мигрень. Техник, который привел их, назвал это Бледной комнатой. Что ж, ей действительно подходило такое название.

– Ох, ну сядь, – рявкнула на него Лесли Геснерия. – От твоих хождений ничего не изменится.

Еще трое из тех, кто успешно прошел испытания в пустыне, согласно зашумели. Тревор повернулся, ткнул в мужчину, который сидел, откинувшись на спинку стула и положив ноги на стол. Он закинул руки за голову, демонстрируя темные татуировки.

– Ты почему такой довольный, Рамон? – спросил Коул.

Рамон Эрнандес вздохнул, но не шевельнулся, только поднял бровь.

– Я доволен, пока мне платят.

– Не нравится мне Бледная комната, – повторил Коул.

– Не так уж тут и плохо. – Эрнандес пожал плечами. – Хоть светит не так, как в пустыне за пределами Кандагара, где солнце будто ненавидит тебя за то, что ты под ним живешь.

– Даже не так, как в Мохаве, стоит только выйти за пределы базы.

Донна Диего перебирала пряди волос.

Коул зарычал и вскинул руки, отмахиваясь от их слов.

Диего поставила локти на стол.

– У тебя есть целых три квадрата и раскладушка, солдат, что ты жалуешься?

– Мы все равно что пленники.

– Ну, ты не пленник.

Коул перестал расхаживать по комнате и пристально посмотрел на Диего.

– Думаешь, мне дадут уйти? Или тебе? Да любому из нас, раз уж на то пошло?

– Я не хочу отсюда уходить, – ответила она. – Тут мистер Дрейк что-то затевает.

– А знаешь что?

– Что-то хорошее. – Диего обожгла Коула взглядом. – Что-то значительное.

Геснерия, Эрнандес и Карл Мах, молча наблюдавший за Коулом, как один отпрянули от Диего и напора в ее голосе.

– Ты не можешь этого знать, – нарушил тишину Мах.

– Знать что? – голос Диего напрягся, как струна.

Мах примирительно поднял руки.

– Все мы солдаты…

– Я – нет, – поправил его Эрнандес.

– Серьезно? – Мах удивился.

– Вполне.

– Ха, а я-то принял тебя за какого-нибудь супер-Джо, у которого армия в крови, – хмыкнул Мах.

– Ничего подобного.

– А Кандагар?

Рамон покачал головой:

– Я там был не с армией.

– Странно, – пожал плечами Мах. – Но я настаиваю: мы все, кроме Рамона, солдаты, мы видели и делали всякое, не всегда хорошее. Иногда даже криминальное. Возможно, если говорить по-честному, даже творили зло. Хотя кто тут честен. Не можете же вы верить в то, что секретная база в пустыне борется на стороне ангелов небесных.

– И на чьей же мы тогда стороне, мистер Мах? – голос раздался из ниоткуда и отовсюду сразу. Не было никакого сигнала, шепота или потрескивания, с которыми включаются динамики.

На мониторе с высоким разрешением Карлтон Дрейк наблюдал за пятерыми членами своей команды безопасности – теми, кто выжил. Он смотрел за реакцией на свой вопрос. И на то, что за ними подслушивают.

Трое из них – Карл Мах, Лесли Геснерия и Тревор Коул – напряглись. Он видел, как застыли их мышцы и выпрямились спины. Все трое начали оглядывать комнату в поисках оборудования для переговоров. Однако они его не найдут.

Это были солдаты, обученные в секретных воинских частях, в разведке и опергруппах. Им наверняка не понравится, что их застигли врасплох.

Дрейк улыбнулся.

Особенно Маху, который, так сказать, ляпнул не то. Но Карлтона и не интересовали навыки межличностного общения мистера Маха.

И Диего, и Эрнандес даже не вздрогнули, будто их эта прослушка не интересовала. Реакция Эрнандеса Дрейка не удивила. Он видел запись того, как Рамон проходил испытание в пустыне. Эрнандес уничтожал дронов и справлялся с ловушками так, будто просто вышел погулять.

Мах откинулся на спинку стула, решив не искать никакие жучки.

– Вы на своей собственной стороне, мистер Дрейк, – ответил он на вопрос. – Это я могу точно сказать.

Дрейк снова улыбнулся.

– Отличный ответ, мистер Мах, просто отличный.

Карлтон нажал кнопку на консоли под монитором.

Пора было приступать.

Тихий щелчок нарушил тишину, и квадратная платформа со стороной около тридцати сантиметров исчезла под столом, образовав небольшое, в полсантиметра, углубление.

Внутри в два ряда – три в первом и два во втором – лежали пять круглых дисков, чашек Петри. Утопленная платформа поднялась и встала вровень с остальной поверхностью стола.

Даже в ярком свете в помещении сложно было понять, что находится в чашках Петри.

Капли.

Сгустки.

Жижа, слизь, грязь. Эти слова не подходили для описания.

Вещество в одной из чашек напоминало рыхлый трясущийся желатин. В другой лежало будто бы что-то более плотное, вроде жвачки. В третьей растеклась и поблескивала лужица. В двух оставшихся будто перекатывалась ртуть.

– Что это? – спросил Тревор Коул.

Голос Дрейка прозвучал звонко, как колокол:

– Ваше последнее испытание.

Раздался звон, и стеклянные емкости окутало паутиной трещин.

Дрейк восхищенно наблюдал.

Эти пять человек выжили не только в испытаниях в условиях пустыни, но и в бесконечной череде других тестов и проверок, для которых их отбирали. Большая часть анализов и тестов была с ними согласована: от IQ до исследования ДНК. О других же – воздействие стрессоров, включая гамма-лучи, космические лучи и даже образец тумана Терриген, – их не спрашивали. Никто из них даже не знал, что выдержал такие экзамены.

Как не знали и те, кто не выжил.

Сейчас проходило испытание с наибольшим количеством неизвестных. Даже с туманом Терригена были хоть какие-то данные. А что будет здесь?

Его ученые понятия об этом не имели.

Единственный отпрыск Венома, Карнаж, не дублирует оригинал. У них есть сходные характеристики, но полных совпадений нет. Карнаж и Веном умели изменять биомассу, но использовали ее каждый по-своему. Веном отдавал предпочтение большим размерам и объему мышц, а Карнаж творчески осмыслял свой талант и превращал конечности в смертоносное оружие.

Процесс извлечения закончился получением предположительно разных «семян». Они отличались по цвету: один был пурпурный, другие меняли оттенки из красной части спектра, будто перебирали закатную палитру.

Однако, насколько можно было судить по приборам, все пять образцов могли слиться с телом «хозяина», и пятеро в Бледной комнате имели самые высокие шансы выжить в ходе этого процесса.

Дрейку не терпелось узнать, кто из них в итоге останется.

Она не хотела двигаться, вставать со стула, хотя какая-то часть ее мозга – слабый голос внутри – кричала ей, что надо бежать. Но она знала, что это просто паника.

Кроме того, идти было некуда – Бледная комната намертво заперта. Она была в этом уверена. И никто не откроет дверь, пока Дрейк не даст отмашку.

Отчасти Донна безоговорочно ему доверяла, хотя у нее не было для этого никаких причин. Так она и сидела, смирившись со своим положением с одной стороны, а с другой – из-за доверия… к начальству? Нет. Слово не то.

К лидеру.

Помимо нее, единственным, кто остался сидеть в кресле, оказался Рамон. Донна этому не удивилась, хотя знала, что он не так уж предан Дрейку. Нет, просто ей казалось, что Рамон не встанет, что бы ни случилось. Остальные трое – Лесли, Тревор и Карл – прижались к стене как можно дальше от стола. Очевидно, они уступили внутреннему голосу паники.

Ее взгляд был прикован к самой левой чашке Петри, дно которой покрывала лужица. Поверхность шла рябью, будто в нее бросили камешек. Цвет завораживал: красный перетекал в оранжевый, который затем светлел до желтого. Жидкий солнечный свет.

Самая дальняя чашка Петри разбилась: сгусток внутри нее бросился на стекло, и оно не выдержало. Жидкость проползла по осколкам, стекая к краю стола. Там она остановилась, волной откатилась назад и задрожала. Вверх, подобно маленьким антеннам, взметнулись тонкие стебли. Затем сгусток прыгнул через комнату.

Он впечатался в щеку Лесли, которая ахнула от неожиданности.

Сгусток расползся по ее лицу, девушка вцепилась пальцами в странную слизь, но ухватить ее не получалось. Вещество обволокло костяшки ее пальцев и начало покрывать руку. Лесли сползла вниз по стене и растянулась на полу.

Взгляд Донны скользнул с упавшей коллеги на чашку Петри со слизью цвета заката. Рядом треснула следующая емкость, стерев крышку в стеклянную пыль.

Слизь вылезла наружу и запрыгала по столу, как резиновый мяч. С двух прыжков она поднялась в воздух и полетела к Карлу. Мужчина отступил в сторону и попытался отбить странную субстанцию.

Слизь запрыгнула на его руку и крепко вцепилась в нее. Карл закричал и встряхнул ладонью – странный комок полез под кожу. Карл в ужасе наблюдал: кожа начала менять цвет, пальцы стали длиннее и острее. Он упал рядом с Лесли и начал биться в конвульсиях.

Донна снова перевела взгляд на жижу цвета заката; в чашке началось шевеление.

Две оставшиеся емкости рассыпались на куски. Образцы в них начали двигаться, оба направлялись к Рамону. Один скользил, как ртуть, другой катился, будто желатиновый мяч. Комки слизи вертелись, будто боролись за то, кто прицепится к телу Рамона первым.

Ртутная змейка взвилась вверх, шлепнув по желатиновому шарику. Тот отскочил и откатился в сторону. Тогда «ртутный» образец прыгнул на свою цель и забрался по его руке в рубашку. Тело Рамона напряглось, мышцы разом сократились. Вещество расползалось по нему; стул, на котором он сидел, опрокинулся.

Второй образец пополз в другую сторону, скатился со стола и скрылся из виду. Но Донна и так уже потеряла к нему интерес.

Она смотрела только на красную лужицу. Диего протянула руку через стол, осторожно коснулась треснувшего стекла, чтобы не разбить его. Она не подняла глаз, даже когда Тревор дернулся, как в эпилептическом припадке, и рухнул на пол. Нет, она наблюдала, как лужица лезет по стенке чашки, чтобы добраться до нее.

В голове Донны раздался тихий голосок: «Прими меня».

Палец легко проник под треснувшее стекло. Донна даже не заметила, как в двух местах ее что-то укусило. Жидкость окутала палец. Женщина чувствовала, как та разливается по костям в стремлении достичь костного мозга.

Жидкость забиралась вверх по пальцу, растекаясь по коже. Куда бы она ни попала, все окутывалось нитями и переплетало субстанцию и девушку.

Она была потрясена.

Побеждена.

Повержена.

Пришла боль, такая сильная, острая боль. Она играла на струнах ее нервов. Симбиот вторгся в ее кровоток и ворвался в пропитанную кровью губку ее мозга. Расцвел в миелиновой оболочке, пророс корнями в мозжечок.

«Я дома», – произнес Другой внутри нее.

«Добро пожаловать», – мысленно ответила ему Донна.

Глава 3

Санта-Крус, Калифорния

Машина свернула за угол, едва не задев бордюр задними колесами. Выровнявшись, она стала набирать скорость.

Патрульный автомобиль полиции Калифорнии, который ехал следом, мигая огнями и воя сиренами, справился с поворотом быстрее. Мощный двигатель помог сократить дистанцию с седаном среднего размера, на котором пытались скрыться трое вооруженных грабителей.

Прошло уже несколько дней, а Человек-Паук так и не мог найти Брока, будто он исчез с лица земли. Бездействие сводило Питера с ума. Полицейская погоня – то, что ему сейчас надо.

Робби, Рэтчет и Рон только что ограбили круглосуточный магазин. Рон выбрал седан, чтобы не привлекать внимания и дать подельникам несколько лишних минут на нападение. Просто машина, на которой приехали за покупками, а не автомобиль, на котором попытаются сбежать вооруженные грабители, – так это должно было выглядеть.

Он остановился у магазина в 10:38, прямо у двери.

Ограбление прошло по плану. Робби уже был в магазине и целых десять минут «выбирал продукты». Рон ждал у входа.

Рэтчет лучше остальных управлялся с оружием. Он зашел в магазин в 10:40 – в это время почти никого из посетителей нет, приближается пересменка, а кассы полны наличных. Он наставил большой хромированный «Магнум» 44 калибра в лицо менеджеру и потребовал отдать деньги.

Один из кассиров попытался убежать, но его остановил Робби, который никого не выпускал из магазина, пока деньги ссыпали в пластиковый пакет вместе с коробкой сигарет, целым набором энергетиков и мороженым.

Рон сидел в машине, готовый к старту.

Рэтчет и Робби поблагодарили сотрудников и посетителей круглосуточного магазина, вышли, забрались в седан и уехали.

Все шло как надо.

Пока они не выехали на шоссе.

Черт возьми, как все быстро случилось. Кто-то в магазине наверняка позвонил в экстренную службу. Как выглядел автомобиль, они знали – седан стоял прямо перед стеклянными дверями, и теперь трио бандитов пыталось оторваться от служителей закона. Но расстояние между машинами постепенно сокращалось.

Рэтчет опустил стекло и высунулся, направив пистолет на патрульную машину.

– Хотите золотишка? Нате вам лучше свинца! – крикнул он в воздух, проносясь мимо полиции. Он нажал на спусковой крючок три раза, три раза его толкнуло отдачей.

БАМ!

Пистолет подпрыгнул и снова выровнялся.

БАМ!

Дернулся – встал на место.

БАМ!

Промахнулся три раза. Сильно промахнулся.

Рэтчет скользнул обратно в седан.

С тротуара на улицу не глядя вышел человек с наушниками, собиравшийся на пробежку.

Прямо перед мчащейся по шоссе патрульной машиной.

– Спортсмен! – крикнул Роб. – Помрет на дороге!

Офицер за рулем, должно быть, жал на тормоза и выкручивал руль вправо. Патрульная машина дернулась, резина заскрипела по асфальту и выпустила клуб едкого черного дыма.

Автомобиль с полицейскими остановился в десятке сантиметров от любителя пробежек, застывшего в ожидании неминуемой смерти.

– Нужно отсыпать этому болвану за помощь, – рассмеялся Рэтчет.

– Да, обошлось, – сказал Рон с широкой улыбкой.

Бом!

Что-то ударило по капоту с такой силой, что седан подпрыгнул.

– Что это? – спросил Рэтчет.

– Он? – Робби не мог поверить своим глазам. – О нет!

– Не может быть! – заорал Рон.

Человек-Паук сгруппировался на капоте седана и смотрел на троицу грабителей, которые продолжали мчаться по дороге. Его руки прилипли к лобовому стеклу, он наклонился и сказал: «Бу!»

Грабители подпрыгнули, словно он с ножом выскочил из темноты.

Человек-Паук отодвинулся от стекла.

«Ладно, может, пугалки стоит оставить Призрачному Гонщику».

Вытянув руки, он залил лобовое стекло липкой паутиной. Машину начало мотать из стороны в сторону.

«Вот это – настоящая паучья магия, – с гордостью подумал он. – И они замедлились как раз настолько, чтобы не очень сильно удариться о то дерево».

Питер Паркер прыгнул и ловко приземлился на тротуар. Спустя мгновение автомобиль врезался в толстое дерево у обочины, сбив с него ворох листьев. Позади послышалась сирена, возвещавшая о прибытии патрульной машины. Скоро подъехала еще одна, потом еще, и через несколько секунд вокруг смятого седана собрался целый хоровод из полицейских. Человек-Паук видел, как офицеры вытащили троицу из машины и надели на них наручники.

Один из полицейских, когда его напарник усадил последнего грабителя на заднее сиденье патрульной машины, подошел к Питеру.

– Может, это глупый вопрос, – сказал он, – особенно после того, что ты только что сделал, но все же. Ты настоящий Человек-Паук?

Питер Паркер улыбнулся под маской. Он не знал, как калифорнийская полиция относится к супергероям, но этот, похоже, был благодарен ему за помощь.

– У меня нет с собой водительских прав, но да, это я, – ответил он.

– Ого! Спасибо вам, сэр. – Офицер широко улыбнулся и искренне предложил: – Если мы можем как-то отблагодарить… – повисла пауза, обозначающая, что сейчас можно о чем-нибудь попросить.

Вдруг Человек-Паук заметил, что солнце уже садится.

«Вот черт…»

Нужно позвонить.

Человек-Паук сидел на крыше дома, спрятавшись в тени кроны большого дерева. Чуть дальше по улице эвакуатор убирал седан. Надо звонить сейчас, иначе в Нью-Йорке будет уже ночь и он ее разбудит.

Питер приподнял нижнюю часть маски и кликнул по контакту в телефоне.

– Привет, Тигр, – промурлыкала она его прозвище тем низким нежным голосом, который так ему нравился.

– Прости, что отрываю от йоги, Мэри Джейн. – Он не мог не представить свою прекрасную девушку в спортивном облачении. – Просто захотелось позвонить, сказать, что скучаю.

– Я тоже скучаю, милый, – ответила она. – Когда вернешься в Нью-Йорк?

– Надеюсь, скоро. Я еще не нашел Венома, только новую зацепку. – Он не хотел беспокоить Мэри Джейн, но решил рассказать все, что узнал. – В последнее время тут появились странные существа. Судя по описанию, симбиоты вроде Карнажа.

Он сдвинулся по крыше вслед за тенью.

– Звучит так себе.

– Да уж, – согласился он. – Один нападает в общественных местах и ищет стычек с полицией. Будто проверяет себя там, где собирается много людей. Остался единственный торговый центр, где он не был, возле Салинаса. Сейчас бегу туда, но потом быстро домой. Как только смогу.

Глава 4

Пустыня Мохаве, Калифорния

В лаборатории никого не было. Все ученые, техники, Карлтон Дрейк… все исчезли. Не осталось даже охранника.

Звуковая клетка не давала двигаться. Обессиливала.

– Я знаю, это печально, – произнес он вслух. – И унизительно для нас обоих.

Веном протянул руку к краю шара. Ощущение было такое, будто он проталкивается сквозь резину, а чем ближе к оболочке сферы, тем больнее. Он убирал свою плоть, обнажая руку Брока.

– Звуковая стена прочная, крепкая, но тебе еще тяжелее. – Он толкнул сильнее, потом еще, и тут симбиот от боли хлопнул его по руке. – Когда я проникаю сквозь нее, тебе так больно, что я тоже это чувствую.

Он опустил руку, и черные отростки обмякли.

– Я почти рад, что мы не общаемся с отцом. – Симбиот снова обхватил его руку, покрыв тем самым все тело целиком. – До нашей встречи, что бы я ни делал, я просто пытался произвести на него впечатление, но тут не поможет даже инопланетная сущность. – Внутри разрасталось разочарование. – Отцу было бы стыдно за меня… – он вздохнул и затем закончил предложение: – опять.

Симбиот рябью пробежал по лицу, передавая Броку мысль.

– А? Что? – спросил он, когда существо поделилось своей придумкой. – Моей собственной силой… без помощи?

Чтобы убедить хозяина, симбиот обнажил предплечье Эдди с его собственными мышцами, наработанными до встречи с инопланетянином. Задолго до Другого он занимался пауэрлифтингом.

– Ну конечно! – осознал он. – Человеческой плоти звук не вредит. – Он обдумал шансы. – А значит…

Клыкастая улыбка влажно поблескивала под лампами лаборатории.

– Да-а-а.

Торговый центр «Нортридж» близ Салинаса, Калифорния

Он раскачивался на паутине, болтаясь в воздухе, и смотрел на большую парковку и длинное здание, раскинувшееся посередине, как… ну, вроде как крадущийся паук.

Питер устремился ко входу.

«Итак, вот торговый центр, – подумал он. – Но это ли его следующая цель?»

Словно в ответ на его вопрос большой предмет, похожий на тумбу со схемой расположения магазинов, которые стоят в любом торговом центре, разбил витрину, тянувшуюся вдоль фасада здания.

«Ну вот! Уже что-то!» – подумал Паук и подлетел ближе.

Тумба вылетела на стоянку в брызгах разбитого стекла и приземлилась на мини-купер, припаркованный на месте для инвалидов. Прицелившись, Человек-Паук вскочил в отверстие, оставшееся от «снаряда».

Внутри царил хаос.

В воздухе летали разномастные обломки, посетители толпились у магазинов. Люди кричали: и просто от страха, и в попытке найти тех, кто потерялся. Сотрудники службы безопасности оглашали зал инструкциями, родители отчаянно звали своих детей. Все, что стояло в зале, было поломано, даже те предметы, которые крепились к полу и стенам.

Там будто прогремел взрыв.

«О боже! Тут все в руинах. Надо было прийти раньше».

Едва Питер додумал мысль, раздался крик.

– Помогите!

Повернувшись на звук, Человек-Паук увидел, как женщина летит через перила. Она извивалась и молотила руками и ногами. Что-то ее швырнуло, будто сломанную игрушку.

«С другой стороны, – подумал он, – может быть, я как раз вовремя».

Рванув к ней, он мгновенно рассчитал траекторию – годы тренировок с паутиной в Нью-Йорке обеспечили ему отличную сноровку. Поймав женщину, он нацелился на свободное место на побитом кафельном полу и приземлился на нем, амортизировав прыжок так, чтобы несчастная не пострадала от удара.

Выпрямившись, он посмотрел на потрясенное лицо женщины. Вокруг них люди бегали в поисках укрытия, а шум эхом разносился по коридорам.

– Не волнуйтесь, леди, – сказал он. – Все будет хорошо.

Женщина расплакалась.

– Кого ты обманываешь, чувак?

Пожилой мужчина с ярко крашенными волосами и густыми усами стоял с группой покупателей, которые пошли за покупками в обычный четверг и никак не ожидали, что окажутся в зоне боевых действий. Он указал вверх, на эскалатор, где звуки творимого беспорядка раздавались громче.

– Даже если ты и правда Человек-Паук, – сказал мужчина, – против этой штуки у тебя шансов ноль!

Человек-Паук поднял глаза.

На втором этаже среди обломков стоял симбиот. Высокая, стройная женщина. Ее лицо было черным с большими белыми глазами и напоминало Венома, у нее не было носа, а пасть скалилась частоколом острых зубов. По телу бежал, постоянно меняясь, красный узор, который оттенком напоминал то высыхающую кровь, то полыхающие ярко-желтым горячие угли. На голове развевалась копна длинных, неправдоподобно густых волос желтого цвета с огненно-красной прядью.

Волосы жили собственной жизнью. Они были намного длиннее хозяйки и крепко опутали двух заложников – мужчину и женщину. Оба страдали от боли, мужчина цеплялся за локоны, которые плотно сжимались на его шее.

Новый враг широко улыбнулся, показав острые зубы.

– Так-так-так! – Ее голос, грубый и низкий, вибрировал и поскрипывал. От его звука по коже бежали мурашки. – Настоящий супергерой? Прекрасно!

Она двинулась вперед, не отпуская заложников.

– Разорвать тебя пополам, – продолжила она, – значит, неплохо закончить мою прогулку.

«О нет, – подумал Человек-Паук. – Еще один! Сплошное дежавю».

Глава 5

Пустыня Мохаве, Калифорния

Он наблюдал.

Карлтон Дрейк.

Техники и ученые. Он наблюдал за ними как можно внимательнее, пока они колдовали над элементами управления, запоминая, что делает каждый переключатель, кнопка и сенсорный экран.

Охранники с лицами, скрытыми за зеркальными шлемами.

О, он очень внимательно наблюдал за ними.

Они двигались вокруг него, уверенные и расслабленные. Он в клетке. Он безопасен. Спрятан. Они с ним разобрались, и теперь нечего было бояться.

«Идеально».

– Я знаю, что вы все это видели раньше, мистер Брок, – сказал Дрейк, – но, согласитесь, вид все равно впечатляющий.

Он стоял в дальнем конце помещения, подальше от звуковой клетки, спиной к заключенному, и изучал большую вертикальную трубку, где плескалась зеленоватая жидкость и семена, которые доставали с такой болью. В центре завис последний образец. Охранники расступились, и Веному было хорошо видно. Один из них подошел к звуковой клетке.

Далековато.

– Было нелегко, – продолжал Дрейк, не поворачиваясь, – придумать способ ускорить созревание семени симбиота, но у нас получилось. А отпрысков заранее сопоставили с идеальными хозяевами, теми, кто выжил. На самом деле, – добавил Дрейк, – они, похоже, сознательно выбирают хозяев. Интересно было это увидеть.

В сторону зеленого цилиндра качнулось какое-то устройство. Наконечник пульсировал светом, который омывал семя. Симбиот выпустил отростки во все стороны разом.

Охранник подошел на несколько шагов.

– Наших рекрутов отправили проверить силы и посмотреть, станут ли они хорошими охранниками. Они будут сражаться с полицией и прочими. Если их успехи на сегодняшний день можно считать показательными, то этот образец должен быть таким же…

Какой-то непонятный вздох за спиной заставил Дрейка замолчать. Он развернулся и увидел, что на одного из охранников напали.

Веном.

Рука Брока, обычная человеческая рука, протянулась сквозь стену звуковой сферы и крепко сжала горло охранника. Мышцы выпирали, вены набухли, сухожилия вибрировали от напряжения.

Все остальные в комнате застыли.

– Я… я не понимаю! – закричал один из техников. – Клетка ведь способна удержать обычного человека.

– Идиот! – взревел Карлтон Дрейк. – Брок силен, как олимпиец! Вы выставили слишком низкие настройки!

Симбиоту все еще было больно – мешал звуковой барьер, но черная плоть покрывала большую часть тела Брока, придавая ему силы и увеличивая собственные. Но на активные действия оставались считанные секунды. Они оправятся от шока, и тогда либо поправят настройки, либо в помещение ворвутся охранники с оружием, которое окунет их в новую бездну боли.

Или убьет.

Он напряг руку, оторвав охранника от пола, затем размахнулся и отбросил его на приборную панель. Тот влетел головой в электронную консоль, и она смялась от мощного удара. Несколько электрических приборов вспыхнули ярко-синим, пробежал каскад замыканий, провода вырвались из запаянных гнезд. Охранник без сознания рухнул на пол, а от панели поднялись завитки дыма.

– Он швырнул Рикардо в панель управления! – крикнул кто-то.

– Тут короткое замыкание!

Звуковая клетка замерцала, электронные цепи перегорели. Сфера вспыхнула, захлестнув его волной боли, и погасла.

– Чудовище освободилось!

Симбиот опутал Брока, не успев еще приземлиться. В мгновение ока он придал человеческому телу дополнительную массу, утолщив конечности и напитав мышцы. Клыки раздули челюсть. С красного языка стекал и падал каплями на пол зеленый гной.

Вытянулись когти, способные резать сталь, в глазах зажглась ярость.

– Еще бы, – прорычал Веном. – Освободилось, разозлилось и очень-очень проголодалось!

Прыжок – и он, оказавшись среди охранников, сжал голову одного из них рукой и разбил шлем другого ударом ноги с разворота. Тот упал на землю, осколки забрала порезали ему лицо. Веном сжал пальцы левой руки, вонзив когти в шлем первого охранника, будто в губку. Одним рывком он сорвал с него защитную маску. Брызнула кровь. Человек упал на колени, зажимая руками место кровотечения.

В комнату, размахивая оружием, ворвались другие охранники. Веном швырнул к их ногам окровавленный шлем. Тот скользнул по плитке, оставляя за собой багровый след, проехал по полу, а потом закрутился на месте.

– И с вами можно поиграть, – прорычал Веном. – Возможно, мы сначала разобьем маски. Да… – закивал он. – Так будет проще решить, чье лицо съесть в первую очередь. – Передвигаясь с нечеловеческой скоростью, симбиот пересек комнату, сбил первого охранника ударом кулака, расколол его маску и свернул ему шею. Охранник перевернулся, ноги оторвались от земли, и он рухнул на пол, как скомканная салфетка в мусорную корзину.

Веном расправился со следующими двумя противниками одним сокрушительным ударом. Его кулак проехал по лицам охранников, оставив в броне трещины. Первый из них провернулся на 360 градусов и уткнулся лицом в неумолимую плитку. Второй споткнулся, но сохранил сознание и вертикальное положение.

Он уставился на нападавшего монстра через щель в маске, оставленную ударом. Глаза охранника заливала кровь, из-за чего казалось, что белки светятся. Он не пытался моргать, чтобы хоть немного убрать с них кровь, просто смотрел широко раскрытыми глазами на чудовище, которое только что уничтожило большую часть его отряда.

Больше никто не двинулся: оглушительный звуковой взрыв наполнил мир Венома болью. Симбиот оторвался от тела Брока. Позвоночник неестественно выгнулся. Петля боли воспламенила мозг, мышцы сжались.

Эдди рухнул на холодную плитку и забился в конвульсиях, окруженный обрывками плоти симбиота. Карлтон Дрейк подошел, кивнув охраннику со звуковой винтовкой.

– Хорошее вооружение всегда окупается, – сказал он, а затем повернулся к технику, который стоял рядом. – Активируйте запасную звуковую клетку.

Техник кивнул и бросился исполнять команду.

– И проверьте настройки. – Дрейк посмотрел на Брока и симбиота, беспомощно лежавших на полу. – Хотя теперь у нас есть все, что необходимо. Не знаю, нужен ли нам живой мистер Брок.

Глава 6

Убежище под Парком дель Рио, Сан-Франциско, Калифорния

Тележка Элизабет, нагруженная хламом, грохотала по каменистой почве. В тоннеле было темно, но впереди виднелись освещенные газовыми фонарями улицы Убежища. Тимоти с мешком продуктов, которые им выдали в продовольственном банке на Пенсильвания-авеню, шел рядом.

Они, как и все жители Убежища, приносили добычу в распределительный центр, где жителям по мере надобности раздавали еду, одежду и другие припасы.

Выйдя из тоннеля, они оказались под фонарями. Почва сменилась грунтовой дорогой, тележка поехала легче.

Сын вздохнул.

Элизабет посмотрела на него. Как он, в порядке?

В ответ на ее немой вопрос он сказал:

– Я надеялся увидеть мистера Брока, мам.

– Я знаю, Тимоти, – ответила она. – Жаль, что Совет не позволил ему остаться. Он был нам другом, а нам нужны все, с кем получится подружиться.

Они повернули к распределительному центру. Там, прислонившись к стене, стоял худой оборванный человек и проповедник с суровым лицом. Казалось, оба слышали ее слова.

– Брось, Элизабет, – сказал оборванец с насмешкой. – Этими историями про Венома впору пугать твоего мальчугана, когда он не слушается. Это же чудовище, а не Каспер – дружелюбное привидение.

Элизабет ненавидела демонстрировать злость перед сыном, но сейчас внутри пылал гнев, и она не сдержала грубости.

– Ты дурак, Натаниэль! – Она ткнула пальцем ему в лицо. – Ты забыл, что он спас нас от диггеров Роланда Триса? Что, если они вернутся? Что мы тогда будем делать? Что ты тогда будешь делать?

Проповедник заговорил – в отличие от Элизабет он был совершенно спокоен:

– Если они придут, дитя мое, нас защитит Господь.

Элизабет положила руку на плечо Тимоти.

– Молюсь, чтобы так и было, преподобный Рейкстро, потому что если эти механические демоны вернутся, только молиться нам и останется.

Торговый центр «Нортридж» близ Салинаса, Калифорния

Пол взорвался ливнем разбитой плитки и бетона. Питер едва увернулся, когда золотистая грива симбиота чуть не размазала его по полу. Волосы откинулись назад, а Человек-Паук пролетел над ними по воздуху.

«Ее паучье чутье тоже не засекает, как Венома и Карнажа. – Перевернувшись, он приземлился на корточки. – Но эта женщина пока не успела привыкнуть к симбиоту… – он положил руки на землю, наклонился вперед, – и это дает мне преимущество». С той же силой, что запустила его в полет, Человек-Паук рванул вверх. Его нога поразила симбиота в голову и швырнула ее вперед так, что женщина, кувырнувшись в воздухе, пролетела через все помещение.

Симбиот отскочил, переливаясь красным и желтым, и врезался в нижнюю часть эскалатора. Женщина согнулась и потрясла головой.

«С ума сойти! Пришелец смягчил удар, и она уже почти пришла в себя».

Волосы симбиота развевались вокруг сами по себе. Они свисали до пят. Когда женщина подпрыгнула к потолку, локоны будто вытянулись на длину до десяти метров. Человек-Паук вспомнил Карнажа. Тот умел превращать конечности в оружие невероятных размеров.

Не хотелось бы запутаться в этих волосах. «Лучше уж паутина».

Когда симбиот поднялся на ноги, Питер хлестнул по женщине двумя нитями паутины. Волосы взметнулись, образовав щит.

«Ух! Какая шустрая».

Волосы обмотались вокруг толстого дерева в тяжелом круглом горшке. Четырехметровый серебристый клен весил сотни килограммов, но симбиот вырвал его из горшка, как травинку. Женщина повернулась, посмотрела на Питера и бросила дерево в него.

«Очень шустрая!»

Человек-Паук прыгнул так быстро, как только мог, но ветви задели его ноги. Больно. Очень. Надо бы убраться подальше. Оттолкнувшись от пола, он взмыл под потолок и повис там вверх ногами.

– Уже сдаешься? – крикнула женщина-симбиот. – Это было проще, чем я думала.

«Угу. Так и думай. Опытный боец не стал бы недооценивать своего противника. Эдди не допустил бы такой ошибки».

Женщина присела, подобрала волосы и, выпустив когти, с яростным ревом прыгнула на Человека-Паука.

«Он бы не стал торопиться».

Она была уже на полпути. Человек-Паук оттолкнулся от потолка.

«Не попал бы в ловушку».

Он ударил ее с силой пушечного ядра. Гравитация была на его стороне, как и ее собственный импульс. Кинетическая энергия ушла в удар. Паук повернулся боком и мягко опустился на пол, будто с первой ступеньки лестницы.

Симбиоту пришлось несладко. Женщина с грохотом рухнула на кафельный пол, подняв облако пыли и мусора, недалеко от группы посетителей центра.

«Ну вот…»

Ей больно. Им больно.

Ее сознание крутилось водоворотом, водоворотом смятения и голосов.

«У меня неприятности», – это все, о чем она могла думать, лежа на полу и чувствуя, как внутри разливается боль. Ей были не страшны обычные люди, даже вооруженные, вроде полиции. Но Человек-Паук переиграл ее. Она думала, что все идет хорошо, что она легко победит его. А затем он швырнул ее об землю, как камушек.

Она была к такому не готова.

Симбиот спрятался внутрь. Она подняла запястье, к которому крепилось какое-то устройство. Ее голос, даже измененный симбиотом, все равно активировал связь.

– Боевой агент четыре запрашивает экстренную эвакуацию.

Она не могла дождаться подтверждения. Человек-Паук надвигался, и она осмотрелась в поисках путей отступления.

Ее новое лицо расплылось в зубастой улыбке. Связь с симбиотом делала ее радость вдвое сильнее.

«Нужно отделаться от Человека-Паука».

Ее волосы развевались, росли, растягивались, пока не опутали молодого человека, который записывал драку на телефон.

– Эй! – закричал он, роняя устройство и теряя опору. – Нет! – Его крик перешел в визг, когда симбиот схватила его и отшвырнула в сторону.

В сторону витрины торгового центра.

– Не-е-ет! – кричал молодой человек чуть старше подростка, летя по воздуху.

Он закрыл глаза, готовясь к смерти.

– Спокойно, – голос прозвучал у самого уха. – Поймал.

Парень открыл глаза. Вокруг него сомкнулись сильные руки, его потянуло в сторону. В животе все перевернулось – Человек-Паук сделал в воздухе сальто и, благополучно приземлившись, опустил его на землю.

– Ну вот. – Человек-Паук разомкнул руки. Парень чувствовал слабость и головокружение, но все же сумел встать на ноги.

Когда Человек-Паук опустил юношу на землю, он почувствовал, что сердце у того бьется, как у пойманного в ловушку кролика. Он боялся, что парень упадет, не удержавшись на ногах, но тот устоял. Значит, все в порядке.

– А теперь…

Человек-Паук повернулся и осмотрел зал в поисках симбиота.

– Что? Сбежала. Но куда?

Люди начали выходить из-за немногочисленных уцелевших деревянных декораций. Молодой человек в зеленой рубашке и шортах указал наверх.

– Я видел ее на лестнице, мистер, – крикнул он. – Она побежала на крышу.

Человек-Паук махнул парню рукой.

– Спасибо!

Он повернулся, выстрелил паутиной и взмыл вверх.

Он перелез через край крыши.

И не просто попал в тенек. Сверху падала по-настоящему густая тень. Солнце загородил летательный аппарат в форме прямоугольника с вращающимися лопастями.

«Что-то типа судна на воздушной подушке, уже взлетает».

Оно нырнуло, а затем поплыло над зданием, набирая скорость. Человек-Паук протянул руку и выстрелил длинной нитью паутины, которая приклеилась к задней части аппарата.

«Поймал!»

Судно на воздушной подушке поднялось выше, отрывая Человека-Паука от крыши. Ветер усилился и бил его, как дети пиньяту в день рождения. Питер подтянулся вверх по паутине.

«Или это он меня поймал?»

Он понятия не имел, чем закончится эта поездка.

Глава 7

Сан-Франциско, Калифорния

– Он снова потерял сознание, мистер Трис.

В комнате воняло.

Нет, воняло не в комнате. Это было пустое бетонное помещение в подвале «Трис Интернэшнл», где воздух был затхлым и пахло бетонной пылью. Вообще он успокаивал, напоминая о детстве.

О выживании.

Нет, не в комнате дело. Воняло от мужчины, сидевшего в кресле. Нестиранной одеждой и немытым телом.

Потом.

Слюной.

Кровью.

Отчаянием.

Все это и многое другое смешалось и под желтым светом единственной лампочки разлилось по помещению.

Человек не голодал. На костях было мясо. До того как попасть на улицу, он, возможно, даже был в хорошей форме. Со своего места в тени Трис видел то, что осталось от некогда крепкой фигуры. Теперь человек висел на веревках, которыми его привязали к стулу, голова безвольно упала на грудь.

– Ну, – сказал Трис Крейну, главе службы безопасности. – Приведите его в чувство.

– Да, сэр, – ответил Крейн. – Я подготовлю еще одну инъекцию.

Трис подошел ближе.

– Это первый живой обитатель парка, которого мы поймали, – сказал он. – Мне нужно узнать все, что он знает.

Заговорил еще один человек:

– Что такого может знать этот бродяга, чего…

– Дженкинс, – перебил его Трис, – я тебе плачу, чтобы ты задавал вопросы?

– Э-э, нет.

– Тогда молчи.

Крейн шагнул в круг света, держа в руках шприц.

«Под парком целое сокровище, – думал Трис, – но если эти падальщики найдут его и все расскажут, власти потребуют отдать золото городу. – От этой мысли виски кольнула боль. – Надо найти их подземный город и избавиться от его обитателей.

Любыми способами».

Крейн воткнул шприц в шею мужчины. Как только он вытащил иглу, человек дернулся и встряхнулся. Голова резко поднялась, глаза заметались в попытках найти путь для отступления.

Роланд Трис размышлял, что же ему делать с еще одним человеком.

Глава 8

Пустыня Мохаве, Калифорния

Пневмоподъемник опустился в темный ангар. Как только гребни исчезли с поверхности, гидравлические двери начали закрываться. Через несколько мгновений ангар, похожий на склад, почти полностью погрузился во тьму. Горели только тусклые лампочки.

Наконец-то.

На судне было невыносимо жарко – летательный аппарат тащился по пустыне. Солнечный свет едва не причинял боль. Немного прохлады – и стало лучше.

Подъемник остановился, поравнявшись с платформой. Под кончиками пальцев Человека-Паука в такт гудящим механизмам вибрировала обшивка. Он пополз вверх по горячему металлу и скрылся за несколько секунд до того, как открылся люк и наружу вышли четыре человека.

Обычных человека.

Один был в комбинезоне, похожем на костюм летчика-истребителя. Двое других тоже носили форму, больше похожую на солдатскую, шлемы полностью закрывали их лица. Из-за этого было неясно, мужчины это или женщины, хотя плечи у них были широкие.

А вот четвертый из них определенно был женщиной. Все они прошли к отверстию, которое напоминало вход в коридор.

«Должно быть, это с ней я сражался».

Высокая, с длинными волосами – не такими длинными, как у симбиота, но все-таки ниже середины спины. Они друг другу подходили. Женщина была в темной футболке и джинсах.

«Симбиот имитировал обычную одежду».

Четверо вошли в коридор, даже не осмотревшись. Он хотел последовать за ними, но внутри было негде спрятаться и он понятия не имел, куда они едут.

«Позже с ними разберусь».

Спрыгнув с вертолета и в несколько шагов преодолев комнату, он добежал до еще одного коридора. Понять, какие тут устройства безопасности, было нельзя. Возможно, камеры или хитрые датчики, но Питер ничего такого не заметил. Но ведь он раньше занимался наукой, а не инженерным делом, так что мог не узнать сканер, даже если бы смотрел на него в упор.

Человек-Паук отбросил тревогу. Больше ему ничего не оставалось. Его обычный план действий – пробраться куда-то – завел его в ангар, придется считать, что дальше будет не хуже.

Он очутился в тусклом узком коридоре, в котором далеко не прыгнешь, так что Человек-Паук быстро пополз вдоль стены.

«Сейчас надо выяснить все, что можно, про Венома. – Он посмотрел вперед, но не увидел никаких признаков движения. – Подумаем, как бы лучше…»

Кожа головы вспыхнула, по вискам пробежал ток. Он обеспокоенно застыл на месте.

«Паучье чутье! Кто-то идет!»

Лампы в потолке зажглись, ярко осветив коридор.

«Итак, идут спереди».

Он подпрыгнул к потолку и распластался на нем, чтобы получить преимущество неожиданности. Из-за угла появился охранник с винтовкой, в шлеме и маске. Он шел уверенно, не замечая притаившегося вверху гостя. Как только охранник дошел до Питера, тот сказал:

– Извините.

Охранник отшатнулся:

– А?

Человек-Паук опустился вверх ногами, оказавшись лицом к лицу с охранником.

– Кажется, я заблудился, – сообщил он. – Не подскажете, где здесь туалет?

Из-за угла появился второй охранник. Когда Человек-Паук спрыгнул с потолка, тот закричал: «Что за черт? Берегись!» – и поднял винтовку.

«Как раз то, что мне нужно… чтобы к врагам пришло подкрепление».

В коридоре распахнулись несколько дверей. Из подъемника бежала охрана, четверо вооруженных людей в масках. «Кто их сюда звал? Точно не я». Повернувшись, он схватил ближайшего охранника и швырнул в тех, кто спешил по коридору. Его тело сбило с ног двоих.

Человек-Паук отпрянул, отвел запястье и полил паутиной второго охранника – того, что навел на него винтовку. Липкая жидкость приклеила оружие тому к груди, заблокировала спусковой крючок и руки охранника.

Те двое в коридоре, что удержались на ногах, двинулись на Питера Паркера.

За спиной появилось еще несколько человек.

«Я бы проник дальше, если бы вел себя тихо. Надо запомнить, что „прямое столкновение“ не для меня. Ну что ж…»

Один прыжок, и он уже исступленно колотит кулаками. Шлемы и маски затрещали под ударами, охранники бились о стены и падали на пол. Один из них достал оружие и ударил им по бедру Человека-Паука. Боль загорелась вспышкой, но быстро прошла от притока адреналина.

Человек-Паук, хлопнув охранника по руке, вцепился в него и раскачал, словно таран. Голова охранника врезалась в стену, а Человек-Паук отскочил. Стоило ему разобраться с одним отрядом, как тут же выбежал другой.

– Веном! – выкрикнул Питер, ударив очередного охранника с пистолетом по маске шлема. – Где Веном?!

Удар ногой отбросил женщину назад, и она стукнулась головой о внутреннюю стенку шлема. Палец на спусковом крючке дрогнул, и три вылетевшие пули прорезали стену.

Крутанувшись в воздухе и рухнув вниз, Человек-Паук рубанул рукой по груди очередного охранника, который сложился, как кусок картона. Питер приземлился на ноги и выставил руку вперед.

– Первый, кто заговорит, останется в сознании.

– Какая досада.

Карлтон Дрейк через монитор в лаборатории наблюдал, как Человек-Паук расправляется с охранниками. Звуковая тюрьма висела так высоко, что он затылком чувствовал ее вибрацию.

– Похоже, мистер Брок, – сказал он обитателю клетки, – что у вас есть чемпион… – На экране Человек-Паук поднял охранника над головой и, использовав его в качестве тарана, сбил троих. Они рухнули на пол. – А еще мне кажется, что ты доставляешь больше хлопот, чем приносишь пользы. – Он повернулся к ученому, стоявшему у пульта. – Доктор Эммерсон.

Ученый поднял глаза, ожидая указаний. Веном наблюдал за ними из своей звуковой тюрьмы.

– Инициируйте процесс извлечения.

Эммерсон кивнул, и его пальцы легко заплясали по консоли. Он поворачивал рычаги и выкручивал рукояти, и гидравлические лопасти пришли в движение, приближаясь к сферической звуковой клетке. Деться было некуда, Веному оставалось только ждать.

Эммерсон нажал на кнопку, и устройства издали жалобный электронный вой. Веном отодвинулся так далеко, как только позволяла его крошечная, вызывающая боль сфера. К границе звуковой клетки приблизилось некое устройство. Вой усилился.

Грудь пронзили первые струны боли и расползлись по рукам и ногам. Струны отделились от машины и устремились в глубь плоти. Симбиот тихо вскрикнул.

– Нет! – закричал Брок. – Они хотят нас разделить!

Вой еще усилился. Фрагменты симбиота отрывались неровными полосками. Будто кто-то обрывал кожу, даже не потрудившись ее разрезать. Мучительная боль проникала внутрь, и казалось, что каждый орган, каждая кость горит огнем.

– Забирают тебя… – закричал Брок. – Рвут нашу связь!

Симбиот сопротивлялся, цепляясь за хозяина, за его кожу и мышцы. Они связаны. Симбиот слился с плотью Эдди Брока. Разрывать их на части означало обречь обоих на адские муки.

Брок ревел, как дикий зверь, грудь вздымалась так, что казалось, будто она вот-вот лопнет.

– Прекратите! – кричал он, пока его крики не стали совсем бессвязными. Темнота сгустилась в уголках глаз, в черепе стучало. Мозг пульсировал в такт сердцу.

Последнюю клетку симбиота вырвали изнутри и отделили от пальца Эдди Брока. Он видел, как его Другой исчезает в недрах аппарата.

А потом не видел уже ничего.

– Внимание, Человек-Паук.

В тишине коридора голос прозвучал громко и гулко. Кроме стона охранников, которые грудами валялись на полу, других звуков не было. Он развернулся и увидел, как на стене в сторону отъехала панель. Показался монитор, на нем появилась картинка.

– У меня есть новости, которые могут вас заинтересовать, – сказал человек на экране.

Человек, которого Питер знал из новостей и социальных сетей. «Карлтон Дрейк?» Его репутация была в лучшем случае сомнительной. «Значит, за всем этим стоит фонд “Жизнь”»?»

– Вы сказали, что ищете Венома. И наверняка хотите привлечь этого негодяя к ответственности, – продолжал Дрейк. – Но, как видите…

На экране открылось новое окно.

– В этом больше нет необходимости.

Эдди Брок лежал на столе для вскрытия, окруженный учеными и техниками, которые ощупывали его тело. Он не двигался, глаза были широко распахнуты, а рот открыт. По губам, щекам и голове сбегали струйки крови. Его мускулистая грудь не поднималась и не опускалась.

Этого Человек-Паук никак не ожидал.

«Эдди Брок… мертв?»

Симбиоцид

Глава 1

Пустыня Мохаве, Калифорния

– Как вы видите на экране, Человек-Паук, – говорил Карлтон Дрейк с монитора на стене, – мистера Брока больше нет.

Еще несколько охранников вышли в коридор, осторожно переступая через своих коллег. Человек-Паук поменял положение, чтобы не выпускать их из виду.

– И так как вы вторглись в здание фонда «Жизнь», чтобы его найти, – продолжал Дрейк, – вам больше незачем здесь оставаться.

Человек-Паук краем глаза заметил движение. Один из вновь прибывших поднял энергетическую пушку и прицелился. Этого оказалось достаточно. Человек-Паук прыгнул к охраннику, выставив ноги вперед. Удар пришелся на подбородок мужчины, его голова откинулась назад, а сам человек подлетел вверх.

Это действие будто запустило процесс. Несколько охранников пришли в движение, кто-то хватал Питера за руки, когда он решил подпрыгнуть, кто-то пытался прицелиться. Однако они не решались открывать огонь – слишком большой риск попасть по своим.

– Послушайте, Дрейк, – сказал Человек-Паук, оттолкнувшись от потолка и сбив с ног еще одного противника. – Я с ним бился не раз и при разных обстоятельствах.

Он ударил охранника в грудь.

– Его не так-то просто убить.

Паук перевернулся в воздухе, оттолкнувшись от одного охранника и выбив пистолет из рук другого. Второй повалился с ног.

– Так что, если не возражаете… – Толкнув плечом охранника с пистолетом, он опрокинул его на землю и обрушил удар на его шлем. – Я не поверю, пока сам не увижу.

Сальто вверх, удар коленом по голове низенького охранника. Тот повалился на землю, но не вырубился. Две нити паутины пришпилили его к полу.

– Вообще-то, – ответил Дрейк, – возражаю…

– Мистер Дрейк!

Голос говорящего донесся до микрофона издалека. Тем не менее слова прозвучали четко.

– Я нащупал пульс, – сообщил мужчина. – Он слабый, но есть.

«Говорил же!» – подумал Человек-Паук.

Дрейк обернулся. Питер был уверен, что подчиненный заработал как минимум гневный взгляд.

«Ох, обновляй свое резюме, скоро понадобится».

– Должно быть, он потерял сознание, – продолжал простачок, – из-за травмы, полученной при извлечении симбиота.

Человек-Паук опустил локоть на охранника, который пытался встать, и тот снова рухнул, стукнувшись шлемом о жесткий пол.

– Я же говорил! – крикнул Человек-Паук. – Так-то!

Монитор погас.

Человек-Паук замер.

Новых охранников не появлялось, но на полу и так яблоку было негде упасть.

Карлтон Дрейк не скрывал раздражения, отдавая приказы:

– Отнесите Брока в лабораторию. Его симбиот останется здесь для изучения.

Будто поняв его слова, симбиот в компрессионной трубке из ударопрочного стекла начал молотить по стенкам, выпуская отростки по всему прозрачному цилиндру.

– А Человек-Паук?

Дрейк задумался.

– Мы ведь размышляли, какое задание дать «отпрыскам» на закуску, – проговорил он, и ученый в ответ медленно кивнул. – Ну так вот, – продолжил Дрейк с улыбкой, – убийство Человека-Паука вполне подойдет.

Человек-Паук потянулся. Даже со скоростью и силой Паука уложить всех нападавших было непросто. Мышцы болели.

«С охраной все, – подумал он, проверив контейнеры с жидкостью для паутины и убедившись, что они полны, – но как насчет Эдди Брока? – Выскочив в коридор, он двинулся по нему, продолжая поиски. – Он, может быть, пока и жив, но если я не найду…

Стоп!»

Отодвинулась дверная панель, и послышались чьи-то шаги.

«Ничего хорошего меня не ждет».

За дверью была кромешная тьма, света из коридора не хватало. В темноте появились два неровных белых пятна, словно из теста Роршаха.

– Веном?

Сначала глаза не двигались, просто наблюдали за ним.

«Эдди?»

Едва он открыл рот, зажегся свет, явивший пять фигур. Картина знакомая, и все же именно такого он не видел никогда.

– Нет! – вскричал он. – Пять Веномов!

Теперь он понял, зачем похитили Брока.

Глава 2

Сан-Франциско, Калифорния

День был теплый, но в тени деревьев Тому Вьетнаму и Бойду было прохладно. Солнечный свет, который пробивался сквозь листву, был нежным и мягким.

Людей в этой части парка сейчас не было, попрошайничать стало бесполезно, и бездомные двинулись в центр, ближе ко входу в тоннель, и расположились в густой рощице. Немного отдохнув днем, они поймают вечернюю толпу и неплохо заработают.

Оба дремали, подложив под голову куртки, и видели разные сны. Тому Вьетнаму виделась мягкая темнота, в которой никто не скрывался и не надо было бояться умереть от снайперской пули. Но вдруг дремота развеялась, и сначала он даже не понял, от чего проснулся.

Земля под ними вибрировала. Инстинкт подсказывал, что это землетрясение – вечный страх тех, кто поселился близ линии разлома. Их сердца бешено заколотились. Но грохот доносился не снизу.

Он раздавался прямо за деревьями.

– Как думаешь, что это? – тихо спросил Бойд. Том Вьетнам не ответил. Он перевернулся на живот и пополз к краю рощи, не поднимая головы из кустов. Уровень адреналина в крови подскочил и не давал чувствовать боль от осколков, вонзавшихся в тело; Том считал про себя, чтобы не скатиться в бездну посттравматического расстройства, которым наградила его война. Бойд последовал его примеру, не подозревая о том, что творится у Тома в голове, и стараясь не шуметь.

Раздвинув ветки кустов, они увидели, что парк сметают тяжелые грузовики. Бульдозеры, экскаваторы и другие машины разгребали дерн и валили деревья. В парке будто решили развернуть горнорудные разработки.

Будто наступил апокалипсис.

Сбоку установили большой щит.

ТЕРРИТОРИЯ ПЕРЕКРЫТА: ПАРК ЗАКРЫТ НА РЕКОНСТРУКЦИЮ

ВХОД ТОЛЬКО ПО ПРОПУСКАМ

БЕЗ КАСКИ НЕ ВХОДИТЬ

НАРУШИТЕЛИ БУДУТ ПРИВЛЕЧЕНЫ К ОТВЕТСТВЕННОСТИ

ПРОЕКТ КОМПАНИИ «ТРИС ДЕВЕЛОПМЕНТ»

– Им прямо не терпелось начать, да? – послышался слева голос.

Они пригнулись. Том Вьетнам молча обогнул большой дуб, чтобы посмотреть, кто говорит. Он увидел двух человек, стоявших метрах в пяти от него у подножия холма и смотревших на строительный грузовик. На нем красовался логотип «Трис Девелопмент».

Том Вьетнам знаком призвал Бойда к молчанию и прислушался.

– Я потратил уйму времени и денег на поиски самовольных поселенцев под парком.

Оруэлл Тейлор пожал плечами.

– Как скажешь. Я пришел на помощь только из духа сотрудничества. Мне плевать на кучку бродяг.

– Они стоят между мной и горой золота, – мрачно заявил Роланд Трис. – А потому пусть убираются.

– Надеюсь, ты найдешь свое чертово золото, – отозвался Тейлор. – Мне-то ничего не нужно, кроме головы Брока.

Трис отмахнулся от слов Тейлора.

– Дрейк отдаст его тебе, когда закончит что он там хотел сделать с Веномом.

– Очень надеюсь, – фыркнул Тейлор.

Протянув руку, он откинул брезент, накрывавший прицеп. Внутри стояли четыре деревянных ящика. На каждой стороне виднелся яркий желтый треугольник, недвусмысленно обозначавший содержимое.

– Уверен, что дальше сам справишься?

Трис провел рукой по грубой древесине ближайшего ящика. В ладонь вонзилась заноза, но он не спешил убирать руку, будто обрадовался уколу. Потом обработает, чтобы не занести заразу, но сейчас укус боли вызвал у него приступ ярости, настоящего гнева, которым он наслаждался.

– У меня крупная строительная компания, мистер Тейлор, – сказал он. – Это не первое такое предприятие. Я устранил одну проблему, отправив Венома в фонд «Жизнь». Что до бродяг, то…

– Это дело не для военных, – перебил его Тейлор.

– Для моих нужд это идеально.

– Ты и правда хочешь это сделать? Взорвать целый парк?

Трис кивнул.

– Раз уж я не могу найти бездомных, пусть с ними справится взрывчатка, это не менее эффективно.

– Ты одержим, – произнес Тейлор, откидывая брезент.

– Кто бы говорил, мистер Оруэлл. Пусть каждый занимается своим делом.

Том Вьетнам жестом велел Бойду уходить. Они вернулись к месту, где до этого дремали.

– Что в тех ящиках? – спросил Бойд.

– Взрывчатка.

– Так вот что означает тот символ?

Том Вьетнам кивнул. Он слишком часто видел его в Кувейте.

– Надо предупредить Итана и Совет, да побыстрее, – сказал он, подбирая куртку и остальные свои вещи.

– Верно, – согласился Бойд, подхватывая свои пожитки. – Сдается мне, они пожалеют, что не оставили нам в защитники этого Брока.

Глава 3

Пустыня Мохаве, Калифорния

Охранник Дон Лэнгстон положил шлем на стол слева от пульта, рядом со шлемом коллеги, но пистолет оставил в кобуре. Он понимал, что такое быть на службе и не терять бдительности. События последних нескольких часов доказали, что шлем может спасти жизнь, когда доходит до потасовки.

Некоторые из его коллег чересчур расслабились.

И все же шлемы с прочной маской сильно нагревались и много весили, и дышать в них было трудно, а еще хуже становилось от того, что все звуки доносились только через динамики. Шлем будто отсекал его от окружающего мира, погружал в странное сонное состояние. Лэнгстон был рад хоть ненадолго снять с себя это устройство.

Он подошел к панели и начал вводить данные. Его напарник Поли толкнул каталку, на которой лежал Эдди Брок, и установил ее около стола с медицинскими инструментами.

– Я подключу Брока к машине, Поли, – сказал он. – А ты пристегни еще несколько ремней.

– Зачем? – спросил Поли. – Перекачанный придурок все еще в отключке, и, похоже, в ближайшее время ничего не изменится. – Он взял скальпель, который лежал на столе. – Ха! Всегда ненавидел таких крупных парней.

Он подошел поближе к неподвижному телу, помахивая скальпелем.

– Когда доктора вскроют его, он уже не будет таким мощным, – злорадствовал он. – Пожалуй, я даже останусь посмотреть…

– Посмотри-ка на это!

Широкая рука обхватила Поли за запястье и сжала с такой силой, что хрустнули кости. Пальцы дернулись, и скальпель с грохотом упал на пол. Теперь он только и мог что всхлипывать от боли. Лэнгстон повернулся на звук.

Эдди Брок сел на столе, подтянувшись на руке Пола. Он пережал парню шею эффективным удушающим захватом, от которого мог бы защитить надетый шлем.

Мужчина едва не задыхался, кадык прыгал вверх и вниз, задевая руку мучителя. Брок наклонился вперед и прижал его корпусом. Он зашептал на ухо Поли:

– Другой научил меня терпеть боль, быстро ее забывать и восстанавливаться. – Он выгнулся, сжимая сильнее. – Но я не дам тебе времени затянуть меня дополнительными ремнями.

Поли начал обмякать от недостатка кислорода. Бросив его на пол, Брок спрыгнул с каталки и потянулся к вооруженному охраннику по фамилии Лэнгстон.

– Ты проваляешься без сознания несколько часов, пока…

Однако Лэнгстон нажал на спусковой крючок, не дав Броку договорить. Он выпустил в Эдди поток звуковой энергии. От выстрела тот согнулся пополам.

– Нет! – закричал Брок, когда его мышцы свело судорогой. Он стоял на ногах, но выпрямиться не мог. – З-з-звуковая пушка! – Его напряженный голос еле вырывался сквозь стиснутые зубы. – Сколько тут этих проклятых штуковин?

Он сделал шаг вперед. Дон зажал спусковой крючок, обрушив на Эдди несколько звуковых ударов подряд.

– Определенные частоты…

Эдди задыхался, но старался договорить.

– …в отличие от многого другого…

Лицо исказилось, он сделал еще один шаг.

– …приносят Другому мучения…

Он упал на одно колено прямо перед Лэнгстоном, кожа на спине натянулась под тяжестью звукового удара.

– Н-но мне кое-что надо сказать… – Брок покачал головой, вены на шее вздулись от напряжения. – Кое-что сказать… – Тут он схватил правой рукой мучителя за горло, а левой выбил пистолет. Тот пролетел через все помещение и упал позади каких-то аппаратов. – Когда нет Другого, эти частоты не причиняют мне такой боли, которую я не мог бы потерпеть.

Он улыбнулся и сжал руку.

– Попался.

Глава 4

Он не мог остановиться. Если остановится, то умрет.

Человек-Паук продолжал уворачиваться от атак, отбиваться и стрелять паутиной.

«На этих существ паучье чутье не реагирует», – думал он, перепрыгивая конечность золотистого симбиота с изогнутыми лезвиями на руках и ногах. Удар пришелся ниже и пробил стену. Еще чуть-чуть, и вот так пробили бы его.

«Так же, как на Венома и Карнажа».

Он выстрелил паутиной в лицо симбиоту, с которой столкнулся в торговом центре, и отпихнул ее назад, не позволив выпотрошить себя. Ее живые волосы опутали его руку.

«Карнаж – порождение отпрыска Венома и убийцы-психопата».

Темно-зеленые щупальца еще одного симбиота оплели вторую руку Паука и сжались. Его пальцы онемели от сокрушительного давления.

«Может, это результат слияния людей и других отпрысков Венома?»

Два симбиота подняли его, и теперь Человек-Паук беспомощно болтался в воздухе.

«О боже! – подумал он, осознав, в чем дело. – Пять врагов с силой Венома и Карнажа?!»

Остальные симбиоты подступили ближе. Все они были нечеловечески сильны, злы и хотели его смерти.

«Лучше бы я остался в Нью-Йорке».

Карлтон Дрейк наблюдал за происходящим на мониторе. Доктор Эммерсон стоял рядом.

– Эксперимент удался, – радовался Дрейк. – Похоже, мы нашли то, что искали. Если когда-нибудь всерьез придется прибегнуть к сообществу выживающих, у нас будут отличные стражи. Если нет, в нашем распоряжении мощное оружие. Беспроигрышный сценарий.

Эммерсон кивнул в знак согласия, хотя Дрейк даже не смотрел на него. Доктор и сам понимал, что Дрейк разговаривает не с ним. Скорее, директор просто говорил вслух, зная, что кто-то его слышит.

В любом случае лучше было кивнуть.

– Извлекая последние семена Венома, искусственно ускоряя процесс их созревания, а затем объединяя их с подходящими хозяевами, мы, возможно, создали совершенное оружие.

Карлтон Дрейк улыбнулся.

– Смерть Человека-Паука окончательно это докажет.

«Они объединяются, чтобы уничтожить меня!»

Он снова стоял на ногах, но по-прежнему был в окружении симбиотов. Золотистое существо с клинками вместо рук почти с его рост замахивалось, чтобы поразить неподвижного Человека-Паука. Питер расставил конечности и опустил центр тяжести, как только нападающий занес лезвие для удара. Человек-Паук сомкнул пальцы на отростках с одной стороны и на живых волосах с другой.

«Но они забыли про силу паука».

Он выпрямился, насколько мог, находясь под таким углом, и дернул со всей силой, на которую был способен. Резкое движение застало симбиотов врасплох, и они потеряли равновесие, столкнувшись друг с другом и рухнув вниз клубком тел, лезвий, отростков и волос.

Они отвлеклись, и Человек-Паук сумел освободить руки. При этом краем глаза он заметил движение: ему в голову летела какая-то тень. Он пригнулся, и оно врезалось в стену, прилипло и с шипением задымилось.

«Ух ты! Один из них бросает комки своей плоти, и они прожигают стену!»

Это было дело крупного серого симбиота, больше всех похожего на Венома, с темной кожей и огромными мышцами.

«Что-то новенькое. Видимо, умеет управлять своим метаболизмом и превращать плоть в кислоту».

Симбиот махнул рукой в его сторону, будто бросая мяч. С руки потекла жидкость и приняла форму массивного молота.

Человек-Паук подскочил, перекувырнулся над самодельным тараном, и тот с громким звуком впечатался в стену. Затем увернулся от очередной струи симбиотического вещества и приземлился прямо перед своим противником.

«И все же, они явно еще не освоились».

Еще одна женщина-симбиот пришла на помощь массивному приятелю. Ее волосы – ядовито-розовые, как и все остальное, и гораздо короче, чем у первой, – шевелились на голове. Она зарычала, показав полный рот острых, как бритва, зубов.

Оба симбиота пригнулись, готовясь к нападению.

Он выстрелил им в лица нитями паутины.

«Они вообще не умеют защищаться».

Крупный симбиот с залепленными паутиной глазами выгнулся назад. Человек-Паук сократил расстояние между ними и ударил неповоротливого врага в челюсть. Он не сдерживался – в этом не было необходимости. От удара того закрутило, а плоть симбиота порвалась там, куда пришелся кулак Питера.

«На моей стороне опыт, и в этом мое преимущество…»

Розовый симбиот втянула паутину в рот.

«Это еще что такое?»

Она всосала последний клок паутины и пожевала его, словно это был кусочек ее любимого лакомства. Через мгновение она повернула голову и выплюнула клейкий комок на пол.

«Она сожрала мою паутину и выплюнула ее, как комок шерсти! Меня сейчас стошнит». Розовая женщина-симбиот улыбнулась в ответ на его удивленное лицо и выпустила когти. Остальные четверо пришли в себя и встали позади нее. Они не успели разорвать Человека-Паука на части: из дверного проема раздался голос.

– Стоять!

Они застыли.

Он узнал этот голос.

Человек-Паук не был уверен, приказ это или нет, учитывая, что выкрик исходил из уст Эдди Брока, который стоял перед ним голым, как в день, когда родился. И все же команда сработала.

Брок подошел и встал рядом с Человеком-Пауком, смущаясь своей наготы не больше, чем домашняя кошка. Он протянул руку в сторону застывших симбиотов.

– Это отпрыски Другого, – сказал он Человеку-Пауку. – Им не хватило времени слиться с хозяевами.

– Эдди? – Человеку-Пауку совсем не нравилась эта ситуация.

Эдди покачивался.

– Не надо…

Брок поднял руки, глядя на весь мир, как «возрожденец» из давно вышедшей из моды христианской секты.

– Это мой долг – заявил он. – Они все еще невинны, их можно спасти.

«Вот черт…»

– Идите ко мне, дети мои! – Брок вытянул руки вперед и говорил все громче и громче. – Вместе мы сможем исправить ошибки, которые вы совершили!

Он поднял руки и запрокинул голову.

– ИДИТЕ КО МНЕ! – взревел он.

Все пять симбиотов, как один, рванули к нему.

Не успел он двинуться, как в голову и грудь ему ударили их отростки. Удары отозвались влажными шлепками, и отростки вернулись к своим хозяевам. Шатаясь, Эдди схватился за дверной проем, чтобы не упасть.

– Как-то… – начал он.

Человек-Паук протянул руку, чтобы поддержать его.

– Все пошло не так гладко… как я надеялся.

Глава 5

Убежище под Парком дель Рио, Сан-Франциско, Калифорния

– Мы это видели своими глазами, Итан, – сказал Том Вьетнам. – Целый грузовик взрывчатки!

В тот же миг старое здание суда наполнилось торопливым обеспокоенным гомоном. Итан поднялся на ноги со спокойным видом лидера. Совет сидел позади.

Толпа замолчала.

Итан долго смотрел на Тома и Бойда. Наконец заговорил:

– Ужасные новости.

Элизабет не могла этого вынести. Реакция Итана ее разозлила. Недолго думая, она вышла из толпы жителей Убежища и встала рядом с Томом и Бойдом перед Советом. Пылая эмоциями, она обратилась к Итану:

– Я знала, что Трис не успокоится на том, чтобы просто разыскивать нас. Ты должен был это предвидеть.

Итан поднял руку, чтобы хоть немного уменьшить ее гнев.

– Послушай, Элизабет…

– Терпение Триса кончилось! – Ее голос звенел. – Теперь он просто разрушит наш дом до основания. Если бы вы только послушали, если бы разрешили Эдди Броку остаться, он бы…

– Развратил бы нас, всех и каждого! – вскочил на ноги преподобный Рейкстро и ткнул пальцем в сторону Элизабет. – Он убийца. Демон! Он убил бы нас во сне, верно вам говорю…

– Успокойтесь, преподобный, – голос Итана был мощным, как лавина, и твердым, как камень. – Споры о том, что могло бы быть, нам не помогут. Нам нужно решать проблему.

Он жестом пригласил желающих высказаться.

– Предложения?

Глава 6

Пустыня Мохаве, Калифорния

Человек-Паук стоял в дверях и смотрел на отпрысков Венома.

– Предложения? – бросил он через плечо. За дверью Эдди Брок, прислонившись к стене, пытался оправиться от пятикратного удара. Он восстановил равновесие и двинулся по коридору, сначала довольно неуверенно, однако с каждым шагом вновь обретая почву под ногами.

– В зал для вскрытия, – сказал Эдди, не оглядываясь.

– Для вскрыт… – Человек-Паук выстрелил, не дав симбиотам его опередить. – О, неважно, – бормотал он, блокируя вход слоями паутины. – Выясню, как дойдем.

Вскоре паутина, прочная, как стальной трос, серой пеленой преградила симбиотам путь. Довольный работой, Человек-Паук повернулся к Броку. Пройдя несколько шагов, он услышал треск, с каким разрывается ткань.

Брок двигался быстро, шагая так, будто он уже полностью восстановился. Человек-Паук осторожно следовал за ним. Вскоре они свернули в открытую дверь.

– Что бы ты ни собирался сделать, лучше поторопись, – попросил Человек-Паук. – Я потратил два контейнера паутины, чтобы заблокировать дверь, но они начали прорываться, когда мы еще за первый поворот не зашли.

Брок поднял две винтовки.

– Мои стражи оставили тут звуковые пушки. – Он швырнул одну из них Питеру. – Они хорошо работают против Других.

– Понял, – сказал Человек-Паук.

Он нашел на оружии переключатель и встал рядом с Броком. Они слышали скрежет когтей по плитке и металлу. Звук приближался. Раздавался прямо за дверью. Они подняли пушки и навели их на дверь.

– Будем надеяться, что старая поговорка правдива… – начал Брок, когда отпрыски симбиота полезли в дверной проем, скрежеща зубами, щелкая когтями и требуя крови. Эдди и Человек-Паук открыли огонь, окутав нападавших звуковой волной. – Каков отец, таков и сын, – продолжил Брок, удерживая спусковой крючок и бесстрастно наблюдая. – В моем случае, видимо, таковы сыновья и дочери.

К их облегчению, четыре симбиота скорчились от звукового удара. Инопланетная плоть закрутилась серпантином и спуталась. Симбиоты выли так, будто их окунают в кипяток. Их хозяева упали на колени на бетонный пол и от боли пригнули головы.

Один растянулся на полу.

Другой застонал.

Брок шагнул вперед, не убирая пальца со спускового крючка и продолжая окатывать симбиотов волной звуковой энергии. Безумная ухмылка расплылась по его лицу.

Человек-Паук отбросил орудие.

– Хватит! – закричал он. – Зачем продолжать причинять им боль?

– Они сделали свой выбор, – отозвался Брок. – Они больше не невинны.

Симбиоты кучей валялись на полу.

Что-то шевельнулось, вошло в дверь и зависло над ними.

– И этого уже не изменить, – добавил Брок.

Это был золотой симбиот. Он перепрыгнул через своих павших союзников и взмахнул своими длинными клинками. Брок и Человек-Паук отпрянули, но острое лезвие задело звуковые винтовки. Металл и пластик разлетелись осколками.

– Наверное, один пригнулся и не попал под выстрел. – Человек-Паук выстрелил в противника паутиной, накидывая слой за слоем. Паутина связала руки симбиота. Тот повалился на остальных отпрысков Венома.

– Это его надолго не остановит, – торопливо проговорил Человек-Паук. – Надо найти другой способ…

Внезапно он понял, что остался наедине с потомством симбиота. В задней части лаборатории виднелась дверь.

«Вот же…»

– Эдди?

Ответом ему было рычание симбиотов, оправлявшихся от удара.

– О-хо-хо! И куда же он делся? – Человек-Паук выбежал в дверь. Подпрыгнув, он прицепился к потолку и пополз по нему так быстро, как только мог. Вскоре он догнал Брока, который торопливо двигался вперед. Не сбавляя шага, обнаженный мужчина оглянулся через плечо.

– Другой – единственный способ победить моих «детишек», – сообщил он. – Сила против силы! – Ткнув пальцем в Человека-Паука, он добавил: – Прикрой тылы!

Подчиняться командам маньяка-убийцы было неприятно, но Человек-Паук понимал, что его спутник прав.

«Если бы кто-нибудь когда-нибудь сказал мне, что однажды я буду помогать Эдди Броку воссоединиться с симбиотом… – У него не получалось закончить предложение. – Не-а, даже представить себе такого не могу».

Он последовал за Броком по потолку, немного отстав, чтобы вовремя услышать приближение симбиотов. Брок останавливался у каждой открытой двери, заглядывал в каждую комнату, а затем, не найдя того, что искал, шел дальше.

Наконец он вошел в какое-то помещение и там задержался.

Человек-Паук последовал за ним в лабораторию, полную аппаратов. Пульты, мониторы и различные инструменты – Питер присвистнул от восхищения. Многое тут было ему знакомо: не так давно он с ума сходил по науке и технике и до сих пор выписывал ежемесячный журнал «Горизонты» Тони Старка. Но часть оборудования он совсем не знал, и, судя по всему, чтобы в нем разобраться, нужен будет журнальчик вроде «Записок сумасшедшего ученого».

Брок перешагнул двух охранников, растянувшихся рядом на полу. Человек-Паук опустился на колени и убедился, что оба дышат.

– Вот! – крикнул Брок. – Он жив! – И бросился к большой компрессионной трубе, которую поддерживали скобы.

Симбиот закрутился, разволновался, бросился на стекло. Черная слизь подскочила вверх, затем скользнула вниз и снова взметнулась вверх. И еще раз. И еще. И еще.

Бесполезно.

Брок протянул руку, нежно прижав кончики пальцев к цилиндру.

– Ты скучал по мне?

В ответ симбиот прижался к хозяину как можно ближе. Они долго стояли по разные стороны стекла, не в силах разорвать почти восстановленную связь.

Они были так близко, даже учитывая трубку, что эта близость отдалась болью в костях Брока. Он потянулся к ближайшей панели с кнопками, не отрывая от стекла пальцев правой руки. Когда он отошел, симбиот двинулся в его сторону. Брок уставился на консоль в поисках нужной кнопки или выключателя. Никаких обозначений не было.

Наконец он выбрал кнопку и нажал.

Сначала ничего не произошло.

Затем аппараты, которые сжимали скобами трубку, зажужжали, защелкали, стеклянная поверхность завибрировала. Нижняя пробка цилиндра лопнула, выпустив струю воздуха, и прозрачный контейнер приподнялся.

Брок просунул руку в появившуюся щель, и симбиот пополз к нему лентами чернильной тьмы. Он заскользил по костяшкам пальцев, покрыл ладонь и побежал вверх по руке. Они снова слились, их связь встала на место, как вывихнутый сустав; сначала вспыхнула боль, затем наступило облегчение. Конечности трещали от силы, которая вливалась в его ткани вместе с симбиотом, изменявшим его тело.

– Снова…

Мышцы набухли, под иссиня-черным покровом симбиота проступили вены.

– …и навсегда мы…

Пальцы вытянулись когтями. Зубы, похожие на кинжалы, показались около висков, устремились вниз и сложились в два ряда острой, как бритва, эмали. Челюсти раздвинулись, наружу вывалился пузырчатый розовый язык и смачно щелкнул, расплескав слюну.

Он пригнулся, повернулся к Человеку-Пауку, а затем всем – Питеру, врагам, всему миру – прокричал последнее слово:

– Веном!

– Навсегда – это слишком долго, урод!

Золотистый симбиот ворвался в дверной проем и всеми остриями своих конечностей потянулся к восставшему противнику. Он врезался в спину Венома, бешено колотя его клинками и когтями. Веном отпрянул, обхватил нападавшего мощными руками. Вонзив когти в спину симбиота, он фактически обезвредил его. Золотистый враг замахнулся, пытаясь освободиться, но Веном сжимал его изо всех сил.

Человек-Паук растерялся.

– Зачем сражаться, если можно просто поймать? – ревел Веном. – Человек-Паук, панель сзади…

Симбиот рубил и кромсал, но Веном не отпускал его.

– Она контролирует звуковую клетку, в которой нас держали. Активируй ее, и мы бросим этого выскочку внутрь.

Человек-Паук развернулся, чтобы выполнить указание. Панель являла взгляду обилие кнопок, переключателей, циферблатов, рычагов и дисплеев. Он рассматривал их, пытаясь угадать, что они делают.

– Легко тебе говорить! – Он закричал в ответ. – Эти кнопки никак не подписаны, тут только номера. Что нажимать? – Не получив ответа, он снова крикнул, на этот раз его голос был полон отчаяния: – На какую жать?

Веном и его противник были во всех смыслах поглощены своим противостоянием.

– Ох, с ума сойти…

Человек-Паук немного подумал и все-таки нажал на кнопку. Часть механизма, похожая на пистолет, отклонилась от технического прибора, который висел под потолком. Пистолет отъехал в сторону сражающихся симбиотов и прицелился.

Золотистый симбиот, все еще прижатый к врагу, вонзил лезвие в бедро Венома, заставив его развернуться. Отпрыск оказался прямо перед таинственным пистолетом. Вспыхнуло зеленое излучение, попавшее ему в плечо.

Симбиот издал пронзительный, нечеловеческий вопль.

– Мой костюм! Тлеет! – Часть симбиота превратилась в пыль и осыпалась зеленым порошком. – Г-г-гниет? – И последовал еще один бессвязный крик.

Высохший, сгнивший симбиот опал пыльной горкой вокруг ног хозяина.

– Ты нажал не на ту кнопку, – сообщил Веном. – Запустил аппарат, который ускоряет созревание инопланетных отпрысков.

Его противник опустился на колени, испуская напряженный булькающий звук, похожий на забитый измельчитель мусора.

– Похоже, это работает и на взрослых, – заметил Человек-Паук. – Он состарил этого до точки распада.

– Отлично! – прошипел Веном. – Уничтожим их всех, пока они не навредили невинным!

– Но это может убить и хозяев, – возразил Человек-Паук.

– Наверняка они еще не прочно связаны, – ответил Веном, отмахиваясь от возражений Человека-Паука. – Хозяева скорее всего выживут.

– Наверняка? Скорее всего? – Человек-Паук яростно покачал головой. – Прости, Веном, мы не можем так рисковать.

– Ты хочешь сказать, что ты не можешь так рисковать, – заявил Веном.

Внезапно что-то сжало горло Человека-Паука, образовав прочную петлю. Питер вцепился в плотный отросток, который принялся его душить.

«Что такое? Подкрался и затянул на шее свое щупальце?»

В глазах потемнело, едва радиоактивная кровь перестала проникать в мозг. Дыхание прервалось. Отросток был тугой, и силы Человека-Паука хватило только на несколько минут сопротивления. Затем он медленно осел на пол.

Веном опустился на колени рядом с ним.

– Мы сдержали слово, – торжественно сказал он. – Мы поклялись, что не убьем тебя, но ничего не говорили о том, чтобы оставить тебя без сознания.

Отросток размотался, выскользнув из-под Человека-Паука и, покачиваясь, втянулся в живой костюм. Веном стоял, наклонив голову и прислушиваясь. К лаборатории приближались очухавшиеся симбиоты. Он подошел к панели управления и начал поворачивать рычаги и переключатели.

– Мы были вынуждены смотреть, как ученые управляют этим аппаратом. – Веном запоминал, к какому результату приводят определенные действия. Аналитическая память Брока весьма помогла ему в этом.

Луч для ускорения созревания потрескивал и жужжал над его головой.

– И мы быстро учимся.

Звуки из коридора – когти, царапающие по плитке, вой, рычание и шипение симбиотов – становились громче. Он повернул последний рычажок до отказа в тот момент, когда четверо врагов ворвались в лабораторию.

– Вот он!

– Хватайте!

Он не мог определить, который из симбиотов так жаждет его крови, но это и не имело значения. Все они хотели его смерти.

Время будто сжалось, все окружавшее его замедлилось, и он позволил себе внимательнее взглянуть на потомство, восхищаясь их свирепостью. Они были прекрасны. Он ощутил прилив нежности к этим машинам убийства, которые сам породил. Все они, хоть и разные, были чем-то похожи на него.

На его темную сторону.

На его старую личность. На Венома до того, как он изменил свои привычки. Но для них единственное спасение – это смерть.

Когда они вошли в зону поражения, он нажал на кнопку.

Электрический луч зеленого цвета расширился и омыл симбиотов. Все пятеро отпрысков забились в конвульсиях, их скрутили яростные припадки. Когда их мышцы сжались до предела, незрелые симбиоты рассыпались пылью, пронесшись по лаборатории, как песчаная буря. Хозяева истошно орали, будто их убивают током.

Вялый после потери сознания, Человек-Паук поднялся на четвереньки. Увидев симбиотов, он закричал:

– Нет! Не-е-ет!

Больше он ничего не мог сделать: обнаженные хозяева неподвижно застыли на полу в неестественных позах, будто рухнули с большой высоты. Их окружала пыль – истлевшие симбиоты.

Человек-Паук поднялся на ноги. Его голос дрожал от шока и ужаса.

– Симбиоты… – Он покачал головой, кашляя из-за облака инопланетной материи, которая кружилась в воздухе. – Осталась только пыль. Они мертвы. Все они!

Он повернулся к виновнику произошедшего.

– Это был грязный трюк, Веном, – процедил он. – Я тебе его припомню.

– А в чем дело, Человек-Паук? – улыбка Венома едва не растянулась на всю его голову. – Люди все еще дышат, разве нет?

Питер внимательно посмотрел на обнаженных бывших хозяев. К его удивлению и облегчению, они действительно дышали.

Веном усмехнулся.

– Или тебе ничем не угодить?

– Черт!

Карлтон Дрейк уставился в монитор. Вот и все его труды – кучка пыли под ногами его врагов. Все, ради чего он работал, все планы, которые он строил, исчезли во вспышке. Вспышке луча из устройства, которое он же и создал!

Низкое звериное рычание вырвалось из его горла.

Если уж его здание рушится, он сам сровняет его с землей.

– Объявите эвакуацию, мистер Гомес, – резко сказал он, – и запустите процедуру самоуничтожения. Нужно все ликвидировать, уничтожить следы участия фонда «Жизнь». Ничто не должно выдать нашей причастности.

Техник посмотрел на него, кивнул и принялся за работу. Дрейк бросил последний взгляд на лабораторию.

«Уже не первый раз Человек-Паук уничтожает то, во что были вложены громадные средства, – подумал он и вышел за дверь. – Возможно, следует как-то становить его».

Глава 7

Пронзительная сирена отразилась от стен лаборатории, эхом обгоняя собственный вой. Это была не та частота, которая причиняла боль Веному, но звук ему не нравился – кожа от него зудела, как от солнечного ожога.

– Ой-ой. – Человек-паук посмотрел на него. – Я уже встречался с этими ребятами. Если что-то идет не по плану, они, как правило, все взрывают.

Веном зарычал.

– Уходим. – Человек-Паук подошел к двери и жестом позвал своего спутника. – Сюда я попал на вертолете и, думаю, смогу найти дорогу к ангару.

Он вышел, Веном последовал за ним, отставая на несколько шагов.

База представляла собой лабиринт коридоров, но Человек-Паук, как уроженец Нью-Йорка, отлично умел ориентироваться. Он быстро направился к центру здания, где находилась взлетная площадка. Последний коридор вел в просторное помещение ангара. Заметив вертолет, на котором добирался до базы, он быстро двинулся к нему.

«Может, и получится. Я приехал в Калифорнию, чтобы поймать Венома, и если застать его врасплох, как только мы выберемся, то я смогу передать его…»

С этой мыслью он остановился и обернулся.

В ангаре больше никого не было.

«Нет, – подумал он. – Он за мной не пошел. – Питер невольно улыбнулся. – Этот придурок, может, и сумасшедший, но не тупой».

Из прохода послышался стук ботинок об пол. Времени искать вход не было, так что Человек-Паук запрыгнул на вертолет и нашел место, где его не заметят.

Мужчины и женщины, охранники, техники и ученые вместе с несколькими гражданскими вбежали в амбар. Со своего наблюдательного пункта Человек-Паук рассмотрел их, но так и не увидел в толпе, рассыпавшейся среди транспортных средств, Карлтона Дрейка.

Люди поспешно забирались на борт, и тут разъехались в стороны огромные панели на крыше. Жестокое солнце пустыни светило мощным прожектором. Двери и люки захлопнулись, и вертолет ожил. Человек-Паук переполз через крыло и забился под днище, чтобы не попасть под вращение лопастей. Он нашел выемку, в которой можно было спрятаться, и закрепил себя паутиной.

Вертолет раскачивался взад-вперед. Питер прижался к нему, и летательный аппарат взмыл вверх. Подъем был резким: небольшой вертолет сражался с потоками воздуха, которые разгоняли другие летательные аппараты, покидавшие базу. Они вылетали из открытых дверей ангара в сухой воздух пустыни и сразу начинали лететь более плавно. Покинув базу фонда «Жизнь», вертолет накренился влево, а затем начал набирать скорость.

Самолеты и вертолеты разлетались в разных направлениях. По земле из здания хлынули конвои машин. Среди них были грузовики, джипы и транспортные средства, которых Питер никогда раньше не видел: нечто среднее между танком и автомобилем для езды по песку.

Крысы покидают тонущий корабль.

Сквозь рев вертолета, разрезающего воздух, и завывание ветра пробился громоподобный треск. Через несколько секунд секретная база рухнула в песок. Спустя минуту комплекс взорвался вспышкой слепящего света, будто на нее сбросили бомбу. Пыль и обломки взметнулись в небо плотным столбом.

Несколько мгновений спустя во все стороны прокатилась ударная волна, догнав колонны машин. Те, что отъехали на меньшее расстояние, отбросило и опрокинуло, как кегли. Те, что были дальше, подскакивали на песке, разворачивались и шатались, будто едут по льду.

Вертолет, к которому примотал себя Человек-Паук, резко поднялся, избегая удара. Такой подъем толкнул Питера в сторону собственной паутины. Они поднялись на достаточную высоту, чтобы не упасть, но ударная волна развернула машину почти на 360 градусов.

Если бы не привычка качаться на паутине, Человека-Паука, вероятно, стошнило бы.

«Получилось, – подумал он. – И я готов спорить на левый контейнер с паутиной, что Веном тоже выбрался. – Питер поудобнее устроился на перевязи из паутины. Он не знал, сколько лететь и куда вообще направляется. – А это значит, что мне лучше вернуться в Сан-Франциско.

Дело еще не сделано».

Рев сирен бил по мозгам, пока она не очнулась.

Она поднялась на ноги, держась за консоль, иначе рухнула бы обратно. Ее желудок подскочил, пытаясь вскарабкаться по пищеводу, и она почувствовала, как из горла хлынула кислота. Сглотнув, Донна поняла, что голова пульсирует еще сильнее.

Донну Диего будто переехал грузовик. Боль была такой сильной, что она забыла, что, кроме слоя пыли, на ней ничего нет.

Это не пыль.

Это ее Другой.

«Мы совсем одни», подумала она.

«Нет, мы никогда не остаемся одни».

От сирены пульсация в голове усиливалась. Думать было трудно.

Остальные бывшие хозяева симбиотов зашевелились, медленно поднимаясь на ноги и постанывая. Рамон Эрнандес раскачивался взад и вперед и прижимал пальцы к вискам.

– Что это за вой?! – вскричал он.

Донна подошла к нему поближе, чтобы не пришлось повышать голос. Ей казалось, будто вместо горла у нее ведро толченого стекла.

– Это сигнал самоуничтожения, – сказала она. – Сейчас все взорвется.

Тревор Коул поднялся на ноги.

– Сколько у нас времени?

– Понятия не имею, – призналась она.

Лесли Геснерия держалась за руку Коула, чтобы не упасть.

– Убежать успеем?

– Понятия не имею, – повторила Диего.

– Постараемся, – заявила Геснерия. – Я не хочу умереть на богом забытой базе в пустыне.

Коул кивнул, похлопав ее по руке.

– Никто не хочет, крошка, – сказал он.

Карл Мах указал на дверь. Остальные повернули головы.

Вход был плотно запечатан.

Лесли заплакала.

Диего отвернулась, не в силах смотреть на чужие истерики, когда голова пульсирует в такт сирене. Даже с учетом того, что ей тоже не хочется умереть на богом забытой базе в пустыне. Они найдут выход. Их пятеро, они по-прежнему хорошо обученные солдаты. Донна начала открывать ящики и шкафы в поисках чего-нибудь, чем можно открыть дверь.

– Ага! – крикнула она, поднимая широкий нож длиной с предплечье. Конец был заточен, но казалось, лезвие все равно не очень острое. Тем не менее она улыбнулась, обошла панель управления и подошла к двери.

«Все получится».

– А это тебе зачем, черт возьми? – требовательно вопросил Мах.

– Это наша путевка на свободу.

Она воткнула нож в шов, спиной чувствуя взгляды товарищей. Они смотрели и думали, правда ли у нее есть план или после их неурядиц у нее просто поехала кукушка.

– Мне кажется, это работает как-то по-другому, – заорал Коул, перекрикивая вой сирены. Донне захотелось повернуться и огрызнуться в ответ, но она промолчала. И тут она нащупала крючок на ручке звукового ножа.

Лезвие завибрировало, волна оттолкнулась от двери и стены, создав петлю, сила которой росла и росла. Диего изо всех сил дернула за ручку, используя нож как рычаг. Остальные молчали, пока она боролась с дверью, но едва показалась щель больше пары сантиметров, все четверо бросились на помощь.

Панель дрогнула, а затем полностью ушла вглубь стены.

– За мной, – скомандовал Коул. – Мне кажется, я знаю, где выход.

Он бросился в коридор, остальные последовали за ним. Диего посмотрела на звуковой нож и подумала, не захватить ли его с собой.

Мгновение спустя все вышли из комнаты. Донна стояла одна, пока остальные бежали наперегонки со смертью и механизмом самоуничтожения, который запустили в фонде «Жизнь».

Наконец Донна Диего уронила звуковой нож. Он был еще включен и, упав, разбил несколько плиток. Когда она перешагнула через нож вслед за своими товарищами, по ее шее скользнуло крошечное щупальце симбиота.

Грузовик мотало по дороге, он скрипел, когда шины подскакивали и снова касались песка. В нижнем углу лобового стекла пошла трещина и пересекла его от края до края. Камни и обломки градом обрушились на металлическую крышу кабины.

Что-то тяжелое и массивное ударилось о капот, поднялась туча дыма. Это что-то отскочило в сторону, оставив вмятину размером с маленького ребенка. Краска в этом месте сошла. Грузовик продолжал мчаться по пустыне, обгоняя пыльную бурю от взрыва базы.

Фил пожалел, что устроился на эту работу. Она давала много полезного, платили хорошо, но если идешь работать в секретную организацию, то можешь оказаться посреди пустыни на обломках собственного рабочего места. Или придется быстро бежать с отростком инопланетянина, сжимающим горло.

Он жалел, что бросил работу за рулем погрузчика на складе в Сан-Антонио. Фил взглянул на сидевшего рядом человека, облокотившегося на дверь, но при этом все равно занимавшего больше половины сиденья. У него были короткие светлые волосы, квадратная челюсть и бугристые мускулы, плотно обтянутые одеждой. Одна массивная рука лежала на спинке сиденья. Змеевидный отросток из черного… чего-то сейчас сжимал его шею.

Было больно глотать – мешало щупальце, постоянно напоминавшее об опасности. Адамово яблоко будто постоянно сминали.

– Простите, сэр. – Он сглотнул и снова почувствовал боль. – Вы сказали Сан-Франциско?

Эдди Брок посмотрел в окно на падающие обломки.

– Роланд Трис предал нас, помешал защитить невинных в парке. – Веном говорил так, будто Фил должен был знать, о чем речь. Но он не знал.

Фил подумал, что спиральки, которые оставляют падающие угли в воздухе, очень красивые – напоминают о праздниках и вечеринках. Он надеялся дожить до ближайшей.

– Он скоро узнает, как сильно ошибся, – продолжил Веном. Отвернувшись от окна, он кивнул Филу. – Да, водитель. – Веном указал на разбитое окно. – В Сан-Франциско, и не жалейте лошадей. – Он усмехнулся собственной шутке. – Нам есть, куда торопиться, чем заняться и что пожрать.

Фил надеялся, что он шутит.

Убийство по-калифорнийски!

Глава 1

Округ Марин, Залив Сан-Франциско, Калифорния

– Это… это невозможно!

Крейн уставился на мониторы системы безопасности, которые показывали территорию поместья Роланда Триса. На одном из экранов появился ночной сторож, который неподвижно лежал в кустах у 3,5-метровой каменной стены, окружавшей территорию.

«Я лично адаптировал план безопасности мистера Триса под поставленные задачи».

На другом мониторе охранник лежал лицом вниз на крыльце перед главным входом в дом.

«Точки расстановки охранников, камеры, датчики движения…»

На третьем экране был виден охранник, бесформенной тушей лежавший у основания широкой лестницы, ведущей на второй этаж.

На этаж, где находился он сам.

«Я все просчитал. Схема идеальная! – Крейн покачал головой. – Никто не мог проникнуть сюда, не задев сигнализацию. Ни единый в мире…»

– Кхм.

Крейн обернулся на звук, не закончив предложение.

«…человек?»

Дверной проем полностью перегородила нескладная иссиня-черная чудовищная фигура с острыми клыками, когтями и длинным, как хлыст, языком, с которого капала слюна. Эту фигуру он уже видел.

Веном уставился на него белыми пятнами глаз.

Крейн отступил к мониторам.

– Ты, – выдохнул он. – Существо, которое вломилось в высотку «Трис Интернэшнл».

– О-о-ой! – Веном наклонил голову и улыбнулся. – Как мило. Ты нас помнишь.

Он вошел в помещение. Его масса росла с каждым шагом, симбиот наращивал мышцы и увеличивался в размерах, пока не навис над главой службы безопасности, капая на пол слюной.

– Нам нужна информация, – продолжал Веном, – а возвращаться в офис Триса слишком рискованно. Итак, мы пришли сюда, чтобы узнать, почему он предложил «реконструкцию» парка в Сан-Франциско, проект, угрожающий сообществу ни в чем неповинных людей, которые живут под ним.

Он остановился на полпути через комнату и взглянул на мониторы, угрожающе занеся когтистые руки.

– Ты ведь все нам расскажешь… не так ли?

Крейн полез под черную куртку и достал пистолет.

– Ни за что.

Быстрым отработанным движением он поднял пистолет и направил его на Венома. Он не целился – на таком расстоянии это не нужно. Пальцем Крейн быстро нажал на спусковой крючок и выпустил все пули в грудь Венома. Дюжина свинцовых комочков ударили один за другим, отбросив незваного гостя назад, будто пьяного толстяка, вышедшего на ринг против местного чемпиона.

Веном отшатнулся, начальник охраны воспользовался случаем и бросился к двери, выбежав в извилистый коридор.

«Шевелись, Крейн, – думал он. – Ты знаешь по опыту, что пули не сильно задержат этого монстра».

Ответвления коридора мелькали смазанными пятнами. Он повернул за угол и нашел то, что искал: стальной овал высотой два метра в стене с небольшой клавиатурой. Он набрал несколько цифр. Овал тихо отполз в сторону.

«Получилось, – порадовался он, входя внутрь. – Как советник мистера Триса по безопасности, я помогал проектировать это помещение, и теперь оно сослужит хорошую службу». Повернувшись к такой же клавиатуре с другой стороны, он набрал еще одну комбинацию цифр. Дверь вернулась на место и, щелкнув, закрылась.

«Этот прочный стальной люк построили для защиты от похитителей. Он должен быть эффективен и против…»

Снаружи послышался резкий скрип, нараставший с каждой секундой. Затем края двадцатисантиметрового в толщину люка смялись, как пластиковый стаканчик. Черные когти прошили металл, и дверь вынули из проема с громким лязгом, изогнув так, как она изгибаться не должна.

– Ку-ку! – произнес Веном, держа стальной люк над головой. – Мы тебя нашли!

Язык облизал острые клыки. Рот изогнулся в улыбке, и чудовище шагнуло внутрь. Крейн нажал на кнопку, и красные лучи образовали ограждение вокруг смертоносного симбиота.

– Неплохо, монстр, – сказал глава службы безопасности, – но лазерная решетка исполосует тебя вдоль и поперек, если попытаешься пройти.

Веном рассмотрел решетку, наклоняя голову из стороны в сторону.

Затем он улыбнулся и протянул руку.

– Как здорово, что нам необязательно подходить к тебе совсем близко, дабы причинить боль.

Тонкая струйка чернильной плоти скользнула вниз по тыльной стороне ладони. Она пробежала по воздуху, огибая лазерные лучи, и затянулась удавкой на шее Крейна.

Отросток сдавил ему горло, а затем залез в рот.

– Мы всегда задавались вопросом, сколько человек проживет без воздуха, – продолжал Веном. Две нити темной слизи вздыбились и вонзились в ноздри Крейна, перекрыв дыхание.

– И раз, и два…

Крейн не мог дышать, перед глазами потемнело, мозг охватила паника, вцепившаяся в него, как голодный грызун. Начальник службы безопасности протянул дрожащую руку, снова нажал красную кнопку и упал на колени.

В мгновение ока лазерная сетка исчезла.

Веном опустился на пол, щупальце симбиота выползло изо рта мужчины и вернулось к хозяину. Крейн жадно втягивал кислород, дергаясь при каждом вздохе. Спустя целую вечность темнота отступила, паника утихла, и он пришел в себя.

А потом он поднял глаза и увидел улыбку Венома.

– Так-то лучше, – произнесла нескладная фигура. – А теперь об информации. Просто скажи правду. Не геройствуй, не выпендривайся.

Как бы подкрепляя его мысль, к лицу Крейна пополз новый черный отросток.

– Или можешь не увидеть следующий рассвет…

Отросток застыл в воздухе, образовав две острые иглы, которые поцарапали Крейну очки.

– …буквально не увидеть!

Голос Венома звучал радостно. Казалось, он упивается тем, что внушает ужас. Крейн сглотнул и кивнул, поцарапав очки о кончики игл симбиота.

– Трис может купить мою преданность… но не мою жизнь, – сказал начальник службы безопасности. Он помолчал, собираясь с мыслями, затем заговорил:

– То, о чем ты спрашиваешь, началось в 1906 году. Враждебная Соединенным Штатам иностранная держава отправила секретную партию золотых слитков для финансирования группы анархистов. Они думали, что, если правительство свергнут, США можно будет захватить. Но эти враги никак не ожидали сильного землетрясения.

Единственные, кто знал о коварном плане, умерли во время него, а их кровавое золото завалило обломками. Позже над обломками построили дома. А потом разбили парк. О золоте забыли на много лет.

Но несколько месяцев назад, приобретая антиквариат для своей частной коллекции, Роланд Трис обнаружил достоверный источник, в котором было указано, где именно в старом Сан-Франциско хранилось золото. Используя исторические записи и воссозданные на компьютерах схемы, он нашел местоположение сокровища и придумал проект обновления парка, которым можно объяснить любые действия, необходимые для поиска золота. Когда Трис отправил туда диггеров, он обнаружил, что под парком живут люди.

Веном кивнул – эту встречу он видел своими глазами.

Крейн продолжил:

– Формально золото принадлежит государству, и городские власти могут претендовать на него, но пока что они не знают о сокровище. Вот почему на рассвете взорвутся снаряды, которые якобы должны выровнять почву перед озеленением. Их направят вниз, чтобы устранить потенциальных свидетелей.

Веном сердито зарычал и влепил Крейну такую пощечину, что у того разбились очки.

– Трис хочет получить богатство, – сказал Веном, – ценой жизни невинных людей? – Крейн истекал кровью. Красная жидкость из носа и рта капала на пол. Веном вытянулся во весь рост – два с половиной метра. – Ни за что!

Он глянул на Крейна и начал укутывать его в симбиотическую паутину. Как только начальник службы безопасности оказался надежно приклеен к полу, Веном поднялся и вышел из бронированной комнаты. Он поднял стальную дверь весом с грузовик, будто игрушечную, и поставил на место. Бесформенный кусок стали больше не подходил к проему, и его пришлось вбить в стену. Стук эхом разнесся по коридорам.

«Теперь подчиненный Триса не сможет предупредить его. – Он повернулся, собираясь уходить. – Почти рассвело, взрывчатка может сработать в любой момент.

Пора возвращаться».

Глава 2

Сан-Франциско, Калифорния

Густой туман в парке прильнул к земле, все казалось подернутым дымкой. Он сидел на ветвях дерева и размышлял о своем положении. За исключением нескольких строителей и полицейских, он был один. Неудивительно, ведь солнце едва выглянуло из-за горизонта.

«Ну и что теперь? – Человек-Паук задумался. – У нас с Веномом было перемирие, но я не мог просто так отступить и приехал из Нью-Йорка, чтобы его найти. В пустыне он говорил про Роланда Триса».

Питер поерзал на ветке, устраиваясь поудобнее.

«По информации в соцсетях Трис приедет сюда сегодня утром. – Он пытался рассмотреть детали в густом тумане. – Но я все еще не знаю, как это поможет найти…»

Внезапно его внимание привлекло какое-то движение. Он повернулся, пытаясь понять, не показалось ли ему.

Что-то подсказывало, что нет.

Вглядываясь в глубь парка, он угадывал размытые очертания деревьев. Сначала было спокойно, но потом опять кто-то шевельнулся.

Быстрая неуклюжая фигура.

«Веном?»

Он прыгал, ловко приземляясь и взмывая вверх, тщательно выбирая только самые толстые ветки, которые не дрожали бы под его весом. Он был рад туману и наслаждался прохладным влажным ощущением на коже. На дорожке внизу передвигались темные фигуры.

– Вот, – прошептал он себе. – Тихо. Нельзя беспокоить хороших полицейских.

Ни один из них не поднял головы. Убедившись, что его все еще не заметили, Веном выпустил паутину в одно из высоких деревьев, вероятно, очень старое. Он прыгнул, потянув за паутину, и скрылся от людей внизу.

– У нас будет больше шансов выполнить миссию, если никто не узнает, что мы зде…

Из тумана появилась красно-синяя полоса, ударившая Венома ногами в грудь и повалившая его на землю.

– Не знаю, почему ты хочешь убить этого Триса, – сказал Человек-Паук, не утруждая себя шепотом, – но я не дам тебе этого сделать!

Они упали с глухим звуком, Веном прочувствовал основную тяжесть удара, а Человек-Паук опустился сверху. Питер не дал своему ошеломленному противнику опомниться, осыпав его градом ударов по голове. Он бил со всей силы, не сдерживая паука. Симбиот выскальзывал из-под ударов, как резиновая маска оборачиваясь вокруг головы Эдди.

– Я знал, что нельзя тебя отпускать! – прорычал Человек-Паук и ударил.

Бам!

– Ты сумасшедший!

Бам!

– Кровожадный!

Бам!

– Тебя нельзя отпускать…

«Хватит!»

Лежа на спине, Веном вскинул руки, прикрываясь от ударов. Симбиот вышел наружу большим черным комком, опутал туловище противника, отбросив его назад и предотвращая новую атаку. Человек-Паук сопротивлялся, но симбиот все вытекал и вытекал, опутывая его всего, сковывая конечности, и наконец оставил на свободе одну только голову.

Веном поднялся на ноги, отряхиваясь от ударов.

– У нас нет на это времени, – прорычал он.

Человек-Паук был связан по рукам и ногам скользкой черной пеленой. Веном возвышался над ним, являя человеческие руки и ноги – чтобы сковать противника, ушло много симбиотической плоти. Голова и грудь были покрыты чернильной кожей. Нити тянулись к кокону от одежды.

– Если Трис воплотит свой план, – сказал Веном, – погибнет целое сообщество невинных людей. Сами по себе они не спасутся.

Он подошел поближе. Его голос, обычно похожий на инопланетный рык, стал вдруг… жалобным.

– Помоги нам, Человек-Паук.

Питер не поверил своим ушам.

– Помочь тебе?

– Пожалуйста.

Человек-Паук уставился на своего врага. Веном смотрел на него умоляющими глазами.

«Не понимаю, – думал он. – С тех пор как Эдди слился с живым костюмом, он только и пытался меня убить. А теперь, когда есть такая возможность, просит о помощи?»

В его голове перекатывался клубок возможностей.

«Единственное, что имело для него такое же значение, как моя смерть, это защита невинных. Так что, раз уж он готов оставить меня в живых, стоит ему поверить».

– Хорошо, Веном. Рассказывай.

Глава 3

– Все готово, мистер Трис.

Роланд отвернулся от бульдозеров и экскаваторов, разрывающих детскую площадку в парке. Стоя рядом с трейлером строителей, он оценивал своих охранников, расставленных вокруг площадки. Казалось, им неуютно находиться в пыли и грязи в костюмах-двойках с галстуками. Но он платил достаточно, чтобы они это терпели, и не собирался заботиться об их комфорте.

Трис был в каске, как и бородатый блондин перед ним. Только у бородача каска была грязная и потертая, а желтая краска выцвела и потускнела. Шлем Триса был гладкий и блестящий – совершенно новый.

– Отлично, Копперсмит, – сказал ему Трис. – Надеюсь, аванса, который я заплатил, хватило, чтобы все прошло по плану? – Трис наклонился к нему и заговорщицким шепотом произнес: – Ты отработал свою зарплату?

Мужчина так энергично кивнул, что борода мазнула по груди.

– Конечно, сэр.

Трис одобрительно кивнул.

– Все готово, – уверенно повторил инженер-строитель. – Просто нажмите кнопку в трейлере, и Сан-Франциско хорошенько встряхнет.

– Вот вам идея получше, – раздался голос позади них. – Как насчет того, чтобы дать городу поспать?

Мужчины подпрыгнули, повернулись и увидели Человека-Паука и Венома, которые, будто горгульи, вцепились в края трейлера.

– Более того, – продолжал Человек-Паук, – я настаиваю на этом варианте!

– И мы тоже, – прорычал Веном.

Краем глаза Трис увидел, как один из охранников вытащил пистолет и нацелился на двух незваных гостей. Роланд вскинул руку, приказывая ему остановиться.

– Подожди! – крикнул он. – Полиция ожидает шума, но выстрелы заставят их прибежать сюда. Есть и другой способ. – Он достал телефон, быстро открыл приложение и нажал на кнопку. – Дженкинс! Приведите свою команду.

Веном прыгнул с верхушки трейлера и приземлился рядом с массивным бульдозером.

– О-о-о, решения! – радостно воскликнул он. – Что сломать в первую очередь?

Его язык перекатывался из стороны в сторону, орошая землю потоками слюны.

– Твой нос, твою шею… или то, что у тебя считается позвоночником? А может, все?

Он просунул обе руки под тяжелый стальной трактор. Мышцы распухли под инопланетным покровом. Он набирал массу, а симбиот давал ему дополнительные силы, еще и еще. Его мышцы, казалось, росли, умножались в числе, расщеплялись и превращались в новые. Открыв рот от усилий, он с рыком поднял заднюю часть бульдозера в воздух. С гусениц посыпалась земля, стоило Веному поднять машину в воздух.

Человек-Паук онемел.

«Я и не знал, что Эдди настолько силен».

Честно говоря, страшно подумать о том, что кто-то, настолько неуравновешенный, как Эдди Брок, обладает такой огромной физической силой. С симбиотом он всегда был быстрее и сильнее обычного человека, но сейчас его мощь вышла на совсем новый уровень.

Был ли предел силе Венома?

Следом появилась мысль пострашнее. Что, если симбиот бросит Эдди и сольется с кем-то еще сильнее? С кем-то вроде Носорога.

Или Джаггернаута.

Или Халка.

Неизвестно, что будет, если сила Халка смешается с нестабильным смертоносным инопланетным симбиотом. Об этом подумать было откровенно страшно, поэтому Человек-Паук отбросил все мысли и принялся за дело. Что бы ни случилось потом, здесь и сейчас он не должен позволить Веному кого-то убить, даже Роланда Триса.

Веном напрягся под тяжестью, занося над собой бульдозер, чтобы кинуть его в Триса. Человек-Паук не успел до него добраться: бульдозер отобрал кто-то сильнее.

– Что?

Веном развернулся и увидел бульдозер в лапах диггера. Сзади приближались еще двое.

– Ах, – проговорил Веном, – Дженкинс, мы полагаем. Послушная шавка Триса.

Ответ раздался из внешних динамиков экзо-костюма, скрипучий и искаженный.

– Ты настоящий Шерлок Холмс, приятель! – С этими словами диггер начал замахиваться массивным бульдозером. – Включи дедукцию и придумай, как выйти из положения.

Диггер, наклонившись вперед, швырнул в противника бульдозер. Веном отскочил, машина воткнулась в землю, оставив глубокую борозду и начав кувыркаться. Бульдозер сметал все на своем пути, сплющивал грузовики и груды строительного материала, а в конце своего пути врезался в автоцистерну. Восемнадцатиколесная машина прервала движение бульдозера, обзаведясь вмятиной и лишившись части колес.

Цистерна перевернулась на бок. Где-то в ее обшивке наверняка была пробоина: содержимое хлынуло наружу.

Веном приблизился к своему взволнованному напарнику.

– Мы уже сражались с этим механизмом, Человек-Паук, – сообщил он. – Это диггеры. Внутри сидят люди, и они какие угодно, только не невинные.

Не успел Человек-Паук ответить, как диггер замахнулся в их сторону. Одна его конечность со щелчками поменяла конфигурацию, подбирая наиболее эффективную против Венома и Питера.

– Их инструменты – это грозное оружие.

Какое-то устройство щелкнуло, встав на место на руке диггера. Оно представляло собой несколько цилиндров и нечто похожее на трубки на органе. Устройство начало гудеть и вибрировать, а затем выпустило заряд пульсирующей энергии, который промчался по воздуху и врезался в землю. Герои бросились в разные стороны, едва уйдя от взрыва и фонтана из комков земли, которые разлетелись от полуметровой борозды, которую прорыл энергетический снаряд.

– Например, вот эта звуковая лопата, – сказал Веном.

Будто услышав его, копатель взмахнул рукой в направлении Венома, который старался уйти от выстрелов. «Лопата» прорыла еще несколько борозд между раздавленной цистерной и командным трейлером.

– Тогда уйди из зоны поражения, – крикнул Человек-Паук. – Попытаюсь сбить его с прицела.

Он выстрелил струей паутины в руку диггера. Она попала прямо за пульсирующее устройство и крепко там зацепилась. Человек-Паук уперся ногами, а потом дернул изо всех сил. Раздался пронзительный звук – из-за натяжения что-то в механизме выкрутилось, и «лопата» стала качаться по стовосьмидесятиградусной дуге. Человек-Паук упал на землю, а звуковые выстрелы все продолжались.

Какой-то дребезжащий звук заставил его поднять голову.

Второй диггер пошатнулся, за стеклянным экраном кабину заволокло белым дымом. Руки диггера задергались, правый кулак вспыхнул синей энергией, которая вытянулась в гигантский лопатообразный клинок.

«Ой-ой-ой. Звуковой луч ударил в стекло кабины другого механизма. Водитель теряет контроль».

Только что получивший повреждение диггер изогнулся, энергетический клинок на конце «руки» шипел на воздухе. Робот споткнулся, и водитель снова попытался восстановить управление. Энергетический клинок ударил первого диггера по ногам. Взметнулось густое облако черного дыма, а диггер, которого пронзило раскаленным ножом, будто сыр, начал плавиться.

«Вот что значит одним выстрелом двух зайцев», – подумал Человек-Паук.

Верхняя половина робота, в которой сидел водитель, упала на землю, а нижняя просто осела, согнув ноги. Гидравлическая жидкость, масло и топливо потекли из обеих частей диггера жирным липким потоком.

Они наблюдали за битвой диггеров и супергероев из кустов, пораженные разрушительной силой, которая проявилась в некогда мирном местечке. Местечке, где они и им подобные могли отыскать вход к своему дому. За годы, прошедшие с возникновения Убежища, они привыкли думать, что парк – это их место, нечто вроде лужайки перед домом.

Видеть, как его рушат, было больно.

Станет ли когда-нибудь все по-прежнему?

Даже если победит добро, парк все равно уже разнесли, а если не будет такого прикрытия, не узнает ли внешний мир об Убежище?

– Итан, – обратилась к мужчине Элизабет. – Это… это Веном, и он позвал кого-то помочь ему против Триса.

– Он обещал, что будет защищать наш тайный город. – Итан указал на поле битвы. – Но, Элизабет, посмотри, из того грузовика течет топливо.

Она увидела радужные разводы дизеля, расходящегося от цистерны. Горючая жидкость растекалась тонкими ручьями и заливалась в оставленные диггером борозды.

– Как его предупредить? – спросил Итан.

Элизабет отчаянно хотела как-нибудь это сделать. Она считала Эдди Брока настоящим другом, хоть они и виделись совсем недолго. Надо было рассказать ему об опасности, но она понимала, что, стоит кому-нибудь из них оказаться в центре битвы, они тут же погибнут.

Элизабет нащупала руку Итана и произнесла самое ненавистное ей слово:

– Никак.

Диггер пытался раздробить его вращающимся алмазным сверлом. Веном отпрянул, сверло угодило в грязь и камни у него под ногами.

– Наверное, этот бур неплохо сверлит гранит, – сказал Веном.

Рука диггера вибрировала перед его глазами. Веном вонзил когти в металлическую руку. С невероятным усилием он проткнул сверлом ногу диггера. Металл заскрипел, а алмазные лезвия рвали его в клочья и раскидывали в стороны опилки.

– Да и с твоим коленом справляется отлично! – радостно воскликнул Веном. Нога рухнула, не выдержав веса робота. Водитель лихорадочно хватался за рычаги, но резкие движения от его манипуляций только еще больше раскачали диггер, и машина рухнула на землю.

Веном ощутил в земле вибрацию от падения диггера. Покончив с очередным противником, он повернулся и принялся искать глазами Роланда Триса.

Но вместо этого обнаружил пятерых «присяжных», которые спускались с небес.

«Очень вовремя».

Глава 4

Подбежал Человек-Паук, волочивший за собой двух спутанных паутиной людей.

– Это кто? – спросил Веном.

– Водители диггеров, – отозвался Человек-Паук. – Сможешь быстро это повторить три раза? – предложил он, но тут же отрицательно покачал головой. – Знаешь, потом как-нибудь. – Он указал на приближающихся «присяжных». – А кто это?

– Люди, которые хотят нас убить.

– У них есть на то причины?

Веном пожал плечами.

– Они думают, что да, но даже если у них есть достойная причина искать нашей смерти, это не должно помешать нам спасти невинных.

Это заявление пробудило у Человека-Паука противоречивые чувства. Ему хотелось верить, что Веном изменился, что он увидел свет и встал на сторону добра, но это существо совсем недавно творило ужасные вещи. Стоит ли об этом забывать, учитывая нынешние действия?

Питер не знал.

Ему хотелось бы спросить дядю Бена.

Но его уже нет. Есть только Питер – Человек-Паук, изо всех сил пытающийся следовать примеру дяди.

Он отбросил людей в тень диггера, которого сразил Веном. Громоздкие приспособления хоть больше и не работали, но могли подарить водителям хотя бы тень.

Потому что, как оказалось, битва еще не закончилась.

– Где-то есть еще один диггер, – заметил Человек-Паук. – Я не уследил за ним в хаосе и тумане.

– Он вернется, – сказал Веном. – Они как блохи. Не вытряхнешь, если не съешь всю собаку.

– Вряд ли существует такая поговорка.

– Конечно, существует.

– Тебе бы поработать над чувством юмора, – предложил Человек-Паук.

– Каким образом?

– Посмотреть побольше комедий. Может быть, в колледже поучиться.

– Может быть, мы в том колледже преподавать будем. – Веном оглянулся и улыбнулся во все зубы. – Мы могли бы стать профессором Веномом.

– Вот… уже лучше.

– Мы умеем шутить.

Первый «присяжный» подлетел и завис в воздухе. Остальные четверо тоже двигались к парку, медленно паря на летающих дисках.

– Мы пришли не за тобой, Человек-Паук, – сказал он. – Спасибо за помощь, но с этим мордастым уродом мы разберемся сами. Уходи.

Человек-Паук повернулся к Веному.

– Мне кажется, он не понял, что мы работаем вместе.

Веном пожал плечами.

– Может быть, он просто в это не поверил.

– Ну, это было бы понятно. Мне и самому с трудом верится.

– Твои слова ранили нас в самое сердце.

Четверо «присяжных» поравнялись с первым.

– Это шоу уродов стоит на пути прогресса, – произнес первый. Он был очень похож на Железного Человека. В общем-то, как и все они. – Мы этого не позволим, так что либо убирайся с дороги, либо и тебе достанется, Человек-Паук.

– Что ты можешь еще о них рассказать? – спросил Питер.

– Ну, у них дурацкие имена, так что, возможно, я их неправильно запомнил.

– Эй, – сказал Человек-Паук. – Не нам в них за это камни кидать.

Веном развел руки в стороны, указывая на каменистую дорожку.

– Камней у нас тут… полно.

Человек-Паук покачал головой.

– Серьезно, надо в колледж.

Веном указал когтем на «присяжного» с реактивными двигателями в ботинках. Веном всегда запоминал детали. Это пригождалось в работе над репортажами. И оказалось еще полезнее, когда приходится иметь дело с вооруженными солдатами, которые мечтают насадить твою голову на кол.

– Это Часовой, – начал он. – Судя по всему, он просто летает быстрее всех. – Веном ткнул пальцем в другого. – Вон того зовут Огнестрел, и у него есть плазменные перчатки.

Человек-Паук указал на «присяжного» с гигантским пистолетом, прикрепленным к груди.

– Дай угадаю, а этого зовут Большая Пушка? Или Грудной Пистолет?

– Это Взрывной, и чтоб мы больше не слышали твои претензии к нашим шуткам.

Человек-Паук кивнул.

– Да, получилось так себе.

Веном показал на «присяжного» поодаль.

– У этого парня какой-то репульсорный луч, и его зовут Таран. Рядом с ним, с металлической рукой, Визгун.

– Визгун? Как в «Спасенных звонком»?

– Визгун.

– Он издает птичьи звуки?

– Ходит со звуковой пушкой.

– То есть издает очень громкие птичьи звуки.

Внезапно Часовой вылетел вперед и подобрался ближе.

– Хватит вам шутки шутить.

Веном повернулся к Человеку-Пауку.

– Он прав. Их нужно бить не словами.

В мгновение ока огромный симбиот отпружинил и прыгнул. Он взлетел в воздух и вцепился когтями в Часового, обхватив ногами его талию. Он схватил маску «присяжного» и дернул ее на себя. Часового начало закручивать влево и вниз. Веном оседлал его, нагнулся и начал поливать паутиной машины внизу. Паутина крепко клеилась к тяжелой технике. Схватившись рукой за липкую нить, он обмотал ее вокруг шеи Часового, прочно привязав его к земле, и выстрелил ему паутиной в лицо, полностью ослепив. Когтями на ногах он впился в сапоги «присяжного» и изо всех сил толкнул его вниз. Магнитные переключатели на реактивных ботинках остались целы, но материал вокруг порвался, как мокрая газета. Один ботинок полностью вышел из строя и, как бешеный, дергался в разные стороны. Второй исправно зажигался, но провернулся на ноге и тянул ее из стороны в сторону.

Часовой попытался восстановить контроль над костюмом, зигзагообразно мотаясь на привязи из паутины.

После внезапного начала схватки другие «присяжные» были вынуждены рассредоточиться, чтобы не попасть под хаотичные движения лидера. Веном отпустил его, откинулся назад и сделал тройное сальто, которое принесло бы ему золото, участвуй он в Олимпиаде. Он приземлился почти там же, откуда стартовал, рядом с Человеком-Пауком, оглянулся, заулыбался и энергично поклонился.

– Та-да!

Человек-Паук покачал головой. В их новообразовавшейся паре, кажется, он часто так делал.

Взрывной тем временем пикировал, обстреливая землю, и героям пришлось отпрыгнуть. Человек-Паук ловко подскочил, перевернулся и приземлился на перевернутый экскаватор. «Присяжный» зашел на второй круг.

«Веном все правильно делает, – подумал он. – Присяжных нужно убрать из воздуха».

Большая пушка на груди Взрывного начала плеваться плазменными зарядами. Человек-Паук не двинулся с места. Он оценил скорость ветра и расстояние. Когда плазменные заряды ударили по экскаватору, прожигая аккуратные маленькие дырочки в стальном боку, он выстрелил паутиной, позволив ветру гнать ее по небу.

Паутинка обернула летающие диски Взрывного. Питер быстро примотал конец паутины к раме экскаватора и с силой дернул на себя. Диски резко наклонились вперед, чему поспособствовал и неравномерно распределенный вес огромной плазменной пушки.

Диски больше не поддерживали Взрывного, а, напротив, тянули вниз. Он начал размахивать руками, стараясь восстановить равновесие, но было слишком поздно. Он наклонился вперед и быстро полетел вниз.

Крушение было зрелищное.

«Минус еще один, – подумал Человек-Паук. – Кто следующий?»

Веном оторвал покореженный кусок металла от одного из поверженных диггеров и бросил его, как ракету, в сторону Огнестрела. Он хорошо целился и придал снаряду большое ускорение, так что у «присяжного» не было шансов увернуться. Вместо этого он включил плазменные перчатки и прорезал металл.

– Хорошая попытка, уродец, – сказал Огнестрел. – А теперь я сделаю то же самое с тобой!

Он наклонился вперед, устремляясь к своей цели, выставив потрескивающие от энергии кулаки. «Присяжный» летел так быстро, что в утреннем небе позади него оставались две светлые полосы. Веном подпрыгнул, пытаясь увернуться, но Огнестрел оказался быстрее; он схватил симбиота за плечо одной из плазменных перчаток.

«Боль-боль-боль…»

В месте прикосновения перчатки симбиот начал гореть, Венома как будто подожгли изнутри, его нервы пылали. Он упал на землю и попытался увернуться от другого удара. Огнестрел приземлился, парящие диски втянулись в подошву сапог. Шагнув к Веному, он размял плечи и потряс руками. Брызги пурпурной плазмы капали на землю: заряд перчаток был полон.

Там, куда капала плазма, земля шипела и пузырилась. Веном скорчился на земле, прикрываясь ладонью, и начал отползать.

– О, вот это весело, – проговорил Огнестрел. – Я тебя изобью, как рыжеволосого пасынка.

Благодарности автора

Спасибо ребятам из издательства «Титан», которые сделали возможным выход этой книги. Вы все рок-звезды – Стив Сэффел, ДЭО, Кэт Камачо, и Хейли Шепард.

Спасибо Джеффу Рейнольду, Джеффу Янгквисту и Кейтлин О’Коннел из «Марсель», которые позволили мне поиграть в их мире.

Спасибо Дэвиду Мишелини за историю, над которой можно было потрудиться.

Спасибо создателям Человека-Паука и Венома и их помощникам, Марку Бэгли, Рону Лиму и Тодду Макфарлейну.

Спасибо всем, кто устраивал поздние посиделки по средам у «Доктора Ноу».

Спасибо моей девушке Сони Коул за благодушие, с которым она соглашалась превратить романтическое свидание в романтический рабочий вечер.

Спасибо Саре Эджком за то, что от меня немного требовали на работе, и я смог написать книгу.

Спасибо моему агенту Люсьен Дайвер. Ты невероятная!

Спасибо Питеру и Эдди, моим героям со сложной душой, которым так интересно залезть в голову и натворить дел.

И спасибо вам, моим читателям, за то, что осилили книгу и добрались до этой строчки благодарностей. Вы круче всех крутых, и без вас ничего бы не получилось.

Content

Джеймс Так
Веном. Смертоносный защитник

Метания темной души

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Война и отголоски мира

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Приговор жестокости

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Рождение смерти

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Симбиоцид

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Убийство по-калифорнийски!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Благодарности автора