Юрий Москаленко, Алекс Нагорный

Берсерк забытого клана. Книга 4. Скрижаль

Глава 1. Суета, одним словом

Люблю погружаться в раздумья лёжа в ванной, когда никто не мешает и тело начинает потихоньку просыпаться. Бонус получился из элементаля знатный и я задумался, как его так получше припрячь, что бы пользу выжать по максимуму.

Да просто. Маскируем объект лесами с мешковиной, закрывая строительство от глаз и готовим запас материалов. Песка там, кирпича… Короче всего, чего такого Калигуле понадобится. И просто ночью работу делаем, предварительно посадив рабочих на неразглашение. Можно даже взять и наложить заклятие какое-нибудь, наверняка что бы сработало и никто не брякнул лишнего.

С этим вроде понятно. Вон, за ночь отгрохали несколько санузлов на моём этаже с таракашкой. Вот блин зря его вспомнил. Прибежит скоро хвалиться и понты разбрасывать о крутости его работы с элементалем в качестве руководителя. Это стопудово!

Затем я не спеша перебрал в памяти свои элементарные задумки и определил ещё один источник дохода, как актуальный. Ну вот чем не бренд майонез изготавливать и продавать по империи? Да и кетчупа давно не ел. Ну и автоматом прибавим такую классную штуку в кулинарии, как томатную пасту.

А что? Вон, когда прадед с дедом спорили, то тот что помоложе утверждал о незаменимости этого продукта. Достаточно было в армии почистить лука, сдобрить пастой и пожарить. Голод утоляли тока на раз-два.

Ну а индустрия? Хм-м… Тут я просто гением получаюсь с бритвами теми же, костюмами модными и с прицелами. А уж про то, где я нахожусь сейчас и отмокаю? Так тут ваще крутизна, как я считаю.

Главное народ заинтересовать, а иначе получится как с Грохом. Типа, «…нафиг надо, отхожее место внутри варганить, ежели на заднем дворе всё готово и не пахнет…»

– Хозяина! Ну как тебе? – голос усатого деспота заставил открыть глаза. – Как наша сработала? Моя как думал? – начались деланные размышления на публику, для меня то есть. – Хозяина проснётся и радостная станет, как поплещется! Потома, хозяина начальникой снова станет, и подумает такой: «А не пора ли мне кушать, однака?» И закажет завтрак, вку-ус-ны-ы-ый! – продолжил таракан с предвкушением трапезы в тоне, даже причмокнул.

Я открыл глаза и приподняв брови домиком скосился на бортик ванной, где усатый расположился вальяжно, но поглядывал на воду с опаской. Ногу за ногу закинул, и просто лучится от гордости за свою прозорливость в услужении хозяину. Хм! Меня даже улыбка посетила. По идее, он прав, если так-то… Положа руку на сердце.

– Слышь, чудо усатое, – я обратился с иронией к рыжему. – А ты не лопнешь от важности и где, кстати Калигула?

– Неа! Моя даже от еды не лопается! – парировал Чукча, гладя животик сразу четырьмя лапками. – А твоя слуга теперича с тобой будет, – он указал мне в район шеи. – На постоянку рядом и перескакивать ко мне сможет, если позвать. Через много-много расстояний! – провёл деспот ликбез для меня, чем озадачил и заставил по иному взглянуть на своего таракана непонятного статуса.

Я инстинктивно хлопнул себя по обозначенному месту и нащупал кулончик на малахитовой цепочке. Отодвинул и присмотрелся. Им оказался изумруд оправленный в серебро и смотрящийся очень классно. Его словно делили две змейки, вцепившись зубами и обвив с двух сторон сразу. При этом, в глазницах рептилий хвостатых я увидел камни побогаче. Брильянты что-ли? Где их эти двое из ларца достали интересно мне знать?

Пришла дурная мысль проверить тот подарочек от Голицыных, до которого руки никак не доходят. Ох, чуйка меня не подводит последнее время. Не это ли самое мне подарили. А что? Всё возможно. Камешки дорогущие просто так не валяются. Да ещё и с серебром в комплекте. Но тогда почему перстень с цепкой молчат?

– Слышь, чудик? – я попытался сцапать его для допроса с пристрастием. – Стой, говорю! Ай… блин! Твою же…

Быль-б-л-бл…

Я вертонулся, подскользнулся и погрузился с головой в воду, неудачно уперевшись локтем. Когда вынырнул то усатый уже сидел на умывальнике и опасливо на меня таращился.

– Ты-то, с какого перепуга заделался хозяином элементаля? – я швырнул в агрессора мочалку, как раз под рукой оказавшуюся.

Шлёп! Попал, но уже не так удачно, и в Гришку, зашедшего с вопросом каким-то, и теперь стоящего в обалдении от приветствия такого, утреннего. А таракашки, кстати, уже нет. Смылся гадёныш.

– Привет Григорий, проходи уже, – я постарался стать добрым. – Хотя, ты и так уже прошёл. Стряслось что-то?

Молодой граф Распутин, смотря на меня в немом вопросе, не смог сразу вернуться к теме своего прибытия. Гришка так и стоит на пороге, продолжая глазеть на меня как на психа, сбежавшего из супер охраняемой больницы.

Придётся пояснять, пролить свет на нечаянность своих действий.

– Тут этот, рыжий и усатый сидел, – я указал на край умывальника. – Бросок не очень получился, так что – извини! Дружище, – расшифровал я свой неудачный манёвр с мочалкой. – Так, что там? Завтракать пора или как? Гришка? Ау? Ты тут, вообще?

Парень наконец-то вышел из ступора и сняв с крючка полотенце вытер лицо. Сложил его и повесил на место, действуя аккуратно, наверное из-за боязни возвращения моего гневного настроения. Но моё искреннее выражение дружелюбия произвело нужное воздействие на настрой друга.

– Там это, Феликс. Эм-м… Там граф прибыл с коробками какими-то, – он наконец заговорил. – Не, даже не с коробками, а с футлярами красивыми из дорогого дерева выделанными, – внёс он существенную поправку, чем заинтриговал меня окончательно.

Я хотел было моментально подняться, но вспомнил, что в ванной сижу.

– Гришка, дружище, – тут я стал говорить по деловому, – ты иди, завтрак закажи у госпожи Беллы, и Татищева предупреди, мол, что я пока домываюсь, – пришлось аккуратно озадачить делами и спровадить друга. – Да, пусть комнату себе пока выбирает, и к завтраку приходит в мой зал. Ты, кстати, обеспечь всех креслами и пару в запас организуй, – я заранее прикинул, что гости у нас будут частыми, и по утрам в частности, да и вообще. – Давай, а я скоро буду!

– Конечно, Феликс, – он даже обрадовался поручениям от меня прозвучавшим. – Конечно, всё сделаю! Будь спок! – показав на пальцах зайчика, типа «Окей!», он опять применил кусочек жаргона.

Налету схватывает незнакомые термины и выражения из моего мира.

Парень всё понял и ретировался, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Гришка вышел, оставив меня домываться, ополаскиваться и одеваться, наедине с мыслями о загадочных шкатулках, принесённых Татищевым. Прям нетерпение душевное разжёг такое, что я даже про узурпатора усатого забыл, с его выходкой очередной, это по поводу эксплуатации элементаля. Моего, Калигулы, кстати.

Наскоро завершив водные процедуры я покинул первый нормальный санузел этого мира, при этом обернувшись пару раз и проверив его реалистичность. Пришлось ущипнуть себя для убедительности. Мол, это не сон такой мне приснился, радужный.

Одевшись я вышел из спальни в общий зал своих апартаментов, который несёт функции официальной приёмной, и обеденной комнаты, и просто помещения для общения с друзьями и релакса. Все уже собрались, а на нескольких подносах я увидел разнокалиберные тарелки из серебра, не иначе, прикрытые высокими крышками, по форме полушарий.

Чай уже разлит в чашки по количеству сидящих за столом, напиток приятно пахнет и испускает струйки прозрачного пара. Все в сборе, кроме Роксаны, что мне кажется неестественным в свете прошедших пары суток, проведённых девушкой вместе с нашей компанией.

Мне сразу пришла мысль о чём-то случившемся ночью, страшном и, несомненно, чрезвычайном происшествии, даже боюсь представить конкретно какого, способного заставить девушку пропустить общий сбор. А ведь наша отважная подруга потом дуться будет, да ну и пусть. Как-никак, а Роксана у нас – это хоть и девчонка, физиологически, но с пацанским характером и поведением, аналогичным хулиганскому. То её не выгонишь, а то игнорить удумала!

Хотя, утренние занятия у неё наверняка насыщеннее, как и у всех представительниц прекрасного пола. Ну или, она банально отлёживается после всего случившегося в усадьбе у Шуйских и в лавке у Артура.

В камине лениво потрескивает пара полешек, хотя холода или иной причины, кроме как для эстетики, я не вижу.

– Утречка всем, кого ещё не видел, – я бодренько поздоровался, посмотрев на Татищева и Тимку, который старался по запаху определить, что скрыто под крышками в тарелках. – А что не начали трапезничать, ведь остынет же? – я отреагировал как и положено для себя.

– Ну, негоже без главы начинать, как-то неправильно это, – подметил Гришка.

Остальные кивком выразили согласие с Распутиным.

– Да ладно, – я отмахнулся. – А ежели бы я, вообще, до обеда плескался? Короче, если что, на будущее, не нужно меня до посинения и обморока голодного дожидаться, – я глянул на графа в первую очередь как на взрослого аристократа соблюдающего законы и традиции. – Тем более, что вы, Николай Фёдорович, даже не ночевали и наверняка всю ночь на ногах провели, не едавши.

Друзья посмотрели на меня с изумлением, точнее с лёгким недопониманием, но спорить в открытую по поводу законов этикета не стали. Ну и это уже хорошо.

– Эм-м… – Татищев вскинул бровь. – Я постараюсь, Феликс, хотя и не согласен с вами внутреннее.

– Уж постарайтесь, вы этим очень меня обрадуете, – настоял я на своём.

Я прошёл к своему месту, выбранному для меня так, чтобы видеть всех за столом, и только сейчас заметил такую классную вещь, виденную по телеку, как подставка для варёных всмятку яиц. Прям вот как в фильме каком-то. Даже специальная ложечка есть. Прикольно! Я неосознанно улыбнулся, что не ускользнуло от моих товарищей.

– Вас, кх-м, – граф кашлянул. – Прошу прощения, тебя Феликс, что-то развеселило? – заинтересовался Татищев, убирая крышку с основного блюда.

Я не смог сразу ответить, так как этим самым блюдом оказалась каша. Замаячила перспектива остаться голодным, ведь это произведение кулинарии я не ем лет с трёх. Фобия такая на любые каши образовалась.

– А-аа, нет, – я придвинул диетический продукт, а именно яйцо всмятку на ножке и постучал по его верхушке. – Просто давненько не встречал такой сервировки, – пояснил так, как в голову пришло. – Люблю такое на завтрак употреблять, вот только кроме кашки. Не ем её ни в каком виде.

– Напрасно, – граф искренне удивился. – Довольно вкусно и главное сытно!

– Ничего не могу с собой поделать, – посетовал я как можно сокрушённее. – Много раз пытался и всё бестолку.

В целом же, Татищева такой мой ответ устроил, а я проигнорировал основное блюдо завтрака и спокойно сварганил пару бутербродов с маслом.

– Феликс, барин, ты совсем странный, – заявил Тимка. – Такую вкуснятину и не есть? Я тогда слопаю и твою порцию! – добавил глава беспризорников и опечалился. – Нет, лучше с собой возьму.

Я моментально вспомнил о всех тяготах и лишениях перенесённых пацаном и о его ватаге беспризорников. Задумался о количестве голодных ртов и мне стало грустно.

– Не стоит, Тимофей! Скоро твои архаровцы голодать перестанут, – решился я на озвучивание другу одной из идей или её намётка. – Ты посчитай всех своих, а я попробую загрузить их работой. Думаю голодных точно не будет, да и возможность приодеться к зимушке появится.

Тимка удивлённо вскинул бровь, а затем глянул на меня с надеждой и немой благодарностью во взгляде.

– Барин, ты не шути только так вот, – произнёс он серьёзно. – Нельзя давать надежду тем, кто её потерял и не быть уверенным в исполнении задумок! – добавил поучительно глава малолеток.

Он задумался и опустив голову начал ковырять в тарелке ложкой.

– Ешь давай! Поверь мне, что всё будет как и говорено! – я попытался подбодрить его. – Надеюсь ингредиенты типа яиц и масла никто перепутать не сможет. Будут твои малолетки трудиться на фабрике, думаю уже к концу осени. Ну и за тепличками присматривать… – тут я задумался, прикидывая новые возможности.

Тимка оживился и активнее заработал ложкой, наслаждаясь обычной кашей, на которую я даже взглянуть не могу. Ну вот порода у меня такая дурная.

Все приступили к трапезе, не смея отвлечься на разговоры, хотя взгляды присутствующих красноречиво указывали на всеобщий интерес к принесённым графом шкатулкам. Не могу иначе назвать эти футляры, выделанные столь искусно, что хранить в них драгоценности я бы не постеснялся.

Я же задался правомерным вопросом: «Говорить ли о элементале товарищам, и если – да, то как это известие преподносить?»

Нет, то что этот секрет останется в тайне я уверен, однако сам факт появления у меня духа Земли может произвести на друзей любое впечатление. Мне же неизвестна реакция здешних аборигенов на такие повороты судьбы.

Тук-тук!

В дверь вежливо постучали.

– Да? – я отвлёкся на визитёра.

Друзья тоже посмотрели в сторону двери, прервавшись от трапезы.

Вошла девушка, одетая скорее в униформу, чем в платье. Я такие видел на старинных фотках у бабушки, в школе когда она обучалась и где были все одинаковыми. Ну не прям один в один, а приблизительно и с некоторыми изменениями, типа кокошника белоснежного и ещё некоторых незначительных деталей.

Она выразила приветствие лёгким поклоном с приседанием. Ну не знаю я, как он называется у аристократов.

– Разрешите, я заберу пустую посуду и приборы? – спросила и застыла в дверях. – Может ещё чего изволите? Я немедленно принесу.

Я посмотрел на опустевшие тарелки у друзей и разрешил ей выполнить свои обязанности.

– Да, конечно. Пожалуйста убирайте, – я высказал согласие и жестом пригласил горничную пройти. – Мы как раз закончили завтракать. Почти, – добавил я оценив Тимку, с наслаждением лакомившегося вареньем.

– Милая, принесите нам кваску и ещё чая, – поправил меня Татищев, тоже обратив на сорванца внимание. – Будьте столь любезны.

– Конечно, как вам будет угодно, – она опять выразила почтение лёгким приседанием с поклоном.

Девушка в кокошнике убрала пустые тарелки и расстроилась, видя нетронутое мной блюдо утреннего рациона, но перекочевавшее ближе к Тимке.

Горничная ничего не спросила, однако по всем внешним признакам стало ясно, что в ближайшее время госпожа Белла получит доклад о происшествии, чрезвычайном для местной кухарки. Ладно, поясню им потом, что да как.

Когда первые позывы утреннего голода утолили и все расселись более вальяжно, наступил момент для начала общения, попивая чай и принесённый квас местной предупредительной горничной госпожи Беллы.

– Так что же вы нам такое принесли, уважаемый Николай Фёдорович? – я решился на озвучивание всеобщего интереса, уже не скрываемого ни кем. – Не томите, продемонстрируйте нам, граф. Никогда не поверю, что вы провели бессонную ночь без пользы. Наверняка контроль вели какой-то. А? Граф?

Гришка с Тимкой оживились, собственно, как и сам Татищев, который словно ожидал от меня этого вопроса.

Граф медленно снял шитую вензелями, белоснежную салфетку, которую перед завтраком заправил за воротник и встал, расправив несуществующие складки на бузупречной одежде.

Затем он медленно прошёл мимо камина к небольшому столику, несущему функции журнального или декоративного, и встал рядом с ним, положа руку на футляры. Николай Фёдорович просто излучает гордость всем своим видом.

– К-хм! – Татищев кашлянул готовясь к пояснениям с демонстрациями.

Мы, естественно, развернулись к нему и приготовились внимать моему мудрому поверенному в делах.

– Итак, я пожалуй начну с самого интересного, и продолжу поочерёдно знакомить вас, уважаемые друзья, с новинками, получившимися в результате конструкторской мыследеятельности нашего дорого Феликса Игоревича, – начал граф проникновенно.

Я принял его посыл с благодарным взглядом.

– Граф, ну вы и свои заслуги не забывайте! Без вашего старания вряд-ли, что-нибудь получилось бы так скоро! – парировал я его слова. – Давайте продолжим без лишнего пафоса и официоза! Уж больно интрига сильна, – я выразил и общее настроение друзей. – А?

Пока я говорил, Татищев взял со столика самый малый футляр из всех ожидающих очередь для демонстрации.

Кстати, не заметить руну или символ с моего именного, теперь, перстня Рюриков просто невозможно. Она прямо сияет позолотой и я не без основания заподозрил о использовании в отделке и украшении шкатулки настоящего сусального золота. Слышал о таком, но никогда в жизни не встречал.

Повертев коробочку так, чтобы мы насладились моментом, Татищев подошёл ко мне, как к виновнику и открыл её.

– Вот! – с этим восклицанием он вытащил предмет моих мечтаний.

Рука сама потянулась к щетине на подбородке и я взял в руки первую безопасную бритву. Шедевр! Даже нарезка от скольжения на ручке выполнена в виде цветочков, листочков и хитросплетений веточек замысловатых форм. Красотища!

– Это! Это… Да, это су-у-пе-е-ер! – вырвалось у меня восхищение из груди. – Охрененно! Блин!

Тимка с Гришкой пока смотрели на эту вещицу без особого энтузиазма, не понимая причины моего восторга. Парни переглядывались и посматривали на нас с графом как на ненормальных, или слегка неадекватных.

– Ну, граф! Умеете вы удивить! – я одобрительно покачал головой, откручивая ручку и снимая прижимную пластину. – И лезвие даже почти по чертежу сделали! – я оценил пластинку из металла тонкой выделки. – Как его ковали? Э-хх! Такая тонкая работа! – подвёл я итог, сгорая от желания немедленно опробовать модель из своего покинутого мира.

Татищев испытал гордость в очередной раз и вернулся к столику с новаторствами, а я неотрывно изучал всего четыре незамысловатые детальки бритвы, когда-то виденной мной рядом с умывальником прадеда. Точная аналогия, если точнее выразиться. Ручка с резьбовым отверстием, лезвие и две планки, посадочная и прижимная с резьбовым штырьком. Вот и всё.

Действительно, я приятные ощущения испытываю в отличии от конкретно озадаченных парней, уже готовящихся произнести вслух предсказуемые вопросы по данной теме.

– Эм-м… Феликс, и вы граф? – Григорий сдался первым. – А, собственно, что это такое?

Откинувшись на спинку стула и приняв самое сладостное выражение удовольствия, я ещё раз демонстративно потрогал щетину на лице и улыбнулся друзьям.

– А это, Гришка, безопасная бритва, – я отдал ему станок в руки. – Не порежься смотри, – я предупредил, видя как он с подозрением рассматривает кромку лезвия, – хотя он, станочек в смысле, гораздо проще в обращении и не такой маньячный, как те сабли, которыми лица скоблят, – пояснил я не без доли иронии и содрогнулся, вспомнив как меня брила Марфа.

– Ну надо же… – произнёс Распутин недоверчиво. – Счас спробую!

Он скребнул по щеке и удивлённо уставился на полоску кожи без щетины, глянув на себя в зеркало. Тимка ухмыльнулся, собственно как и Татищев.

– Ладно, – пришлось прервать испытания девайса, оценив время на напольных часах. – У нас сегодня много дел, а посему, граф, давайте перейдём к следующему лоту нашего представления! – попросил я продолжить ознакомление.

Николай Фёдорович легонько кивнул и взял самый крупный из футляров, серьёзной длины, плоский и узкий. Уважаемый граф не стал делать новую интригу с позёрством, и сразу прошёл с очередным шедевром к нам, позволив оценить и его оформление, очень похожее на первую шкатулочку.

– Вот, первые и пока единственные воплощения очередной придумки господина Феликса! – с этаким вступлением Граф открыл её и мы трое ахнули. – Рунические карабины!

На алом бархате расположены два ружья, точнее карабина времён колонизации Америки. Видел такие по историческим фильмам. Однозарядные с казённой частью со стороны приклада. Рычаг нужно отжать и вставлять патрон когда открывался затвор. Ну похоже очень.

– А ну-ка, ну-ка, – я взял один из экземпляров в руки и начал осмотр.

Гришка ударил по руке Тимку, попытавшемуся сцапать второй слонобой.

– Куда?! Не хватай, пока взрослые не проверили всё! – сопроводил он своё действие.

– Это ты, что-ль, взрослый самый тута? – парировал Тимоха. – Смотри годки не попутай!

Наш главарь беспризорников обидчиво на него посмотрел и сделал фигу за спиной, что не ускользнуло от меня. Наверняка и язык выставил.

Тем не менее Гришка Распутин не обратил на него внимания и с вожделением присоединился ко мне с осмотром оружия под одобрительные взгляды Татищева.

Два произведения искусства с нормальными прицельными приспособлениями, по обыкновению украшенные резьбой и гравировкой. На прикладах отражены все магические стихии в виде рун, завуалированных под причудливые растения, как и на стволах и всех металлических частях и деталях. Калибр оружия весьма серьёзный, даже слишком.

Я пару раз вскинул оружие и оценил его прикладистость. Образец пришёлся удобно и под руку, но вот калибр меня смутил окончательно.

– Итак, граф, что за осадные пушки вы нам приготовили, а точнее подвергли модернизации? – спросил я завершив ознакомление.

Положив карабин на своё место в футляре я вопросительно глянул на Татищева, успевшего разместить на столе перед нами остальные две шкатулки, втрое меньшие по размеру, чем та, что с длинными стволами слонопотамских ружей.

– Как я и говорил, это рунические карабины, – пояснил Николай Фёдорович, открыв остальные подарки. – А это, рунические револьверы, две пары. Переламываемые для удобства перезарядки.

Достав первый попавшийся экземпляр, он щёлкнул рычажком и револьвер переломился, выбросив патроны.

– Вот это да! – выразил я восхищение. – Как у ковбоев, прям один в один!

Я взял в руки и примерился к оружию, а Татищев вскинул бровь и вопросительно на меня глянул, услышав новое словечко из моего лексикона.

– Не обращайте внимания, граф! – я предупредил его застывший на устах вопрос. – Это такие воины на лошадях, быстро и метко стреляющие с бедра и пасущие скот. В основном, крупнокопытный и парнорогатый!

Шутку он не оценил, но вопрос задавать не стал, дав возможность всем троим наиграться новинками нашего арсенала.

Приятные револьверы, действительно удобные во всех смыслах и ствол не такой длинный, как у моего первого рунного образца, купленного у торговца на чёрном рынке.

– Патронташи и кобуры тоже готовы, – продолжил Татищев. – Только я их не показывал сразу, что бы вы не лишились радостного чувства сюрприза. Они в моей комнате. Я принесу, – добавил граф вставая со стула на который присел, пока мы игрались с оружием.

– Да-да, конечно, Николай Фёдорович, – я ответил не глядя на него. – Это будет кстати.

Я отобрал себе пару револьверов и положил на стол перед собой. Налил хмельного квасу и залпом выпил бокал, обмыв таким незамысловатым способом обновки.

Григорий забрал остальные два экземпляра, а Тимка вынул из-за пазухи двухзарядный пистолет, маленький и коварный по причине неслабого калибра. Пацан демонстрировал обиду, раз ему не досталось ничего, но не уныл и даже испытал радость, когда мы опоясали себя ремнями-патронташами и вложили новые стволы в кобуры.

– Ну вот и славно! – Гришка подал реплику, разглядывая нас обоих в отражении.

Плащи, пошитые по моей моде, прекрасно сочетаются с арсеналом на поясах и не затрудняют выхватывание револьверов в случае необходимости. Пришла мысль о шляпах, как о недостающих элементах экипировки. Можно заказать и носить до холодов, или, ну их. Ладно, подумаю ещё.

– А откуда?.. Нет не так, а по какому поводу такие богатства? – задал я вопрос, давно вертевшийся на языке. – И как удалось так быстренько сварганить прицелы? Бритва опять же? Граф, расскажите нам секрет ведения переговоров с мастеровыми.

– Да, поделитесь, пожалуйста, – поддержал меня Гришка. – В будущем, довольно скором, любому из нас пригодятся такие познания!

Татищев скромно улыбнулся и присел за стол, где наполнил чашку свежим чаем. Граф сделал пару глотков и сварганил загадочное выражение. Вот ведь, скромняга аристократическая, как о так делает? Наверное с кровью передаются такие привычки. Мне ещё учиться и учиться.

– Нет ничего проще, – начал он легко пожав плечами. – Нужно просто надавить на жилку торговую и пообещать первую лицензионную грамоту оружейнику. Хм-м. С оружием проблем не оказалось с самого начала, ведь мастеровые в оружейной артели, что ремонтом занимаются, моментально поняли суть новшества и его привлекательность, – он кивнул своим мыслям. – В отличии от безопасной бритвы, понять преимущество которой удалось мастеровым лишь после исполнения первого экземпляра. Её опробовали и сразу изготовили ещё несколько. Продав образцы им же, я окупил приобретение прекрасных рунных револьверов и их модернизацию. Ну а карабины мне попросту подарили в знак расположенности и будущего сотрудничества, – завершил он незамысловатый доклад по теме.

Мы оценили правоту Николая Фёдоровича и больше не стали задавать вопросов. Всё оказалось предельно ясно и логично.

Посмотрев на часы я отметил, что уже начался десятый час утра. Завтрак с демонстрацией новинок конкретно затянулся.

– Эм-м, что-то подобное я и предполагал, – я встал из-за стола. – А теперь, Тимка бежит стремглав и готовит бричку для нас. Если вы, граф, пожелаете, то можете продолжить пользоваться двуколкой, однако нам пора к господину Гроху. Всем троим, желательно.

Тень удивления проскочила на лицах друзей.

– Нам предстоит обсудить перестройку таверны, – пришлось пояснить. – Вы, граф, будете контролировать процесс, так что, – я развёл руками, – так что, несмотря на кучу важных дел, вам придётся посетить уважаемого Гроха вместе с нами. Тимка? – я посмотрел на предводителя беспризорников и вскинул брови. – Ты ещё тут?

– Счас всё справлю! – выкрикнул пострел и умчался, забыв и дверь притворить.

– Как скажешь, Феликс, – согласился Татищев и направился к выходу из комнаты готовиться. – Дайте мне пару минут и я выйду к парадной!

– И мы там уже будем! – добавил я, завершая мероприятие, осмотра и завтрака.

Так как мы с Гришкой были почти готовы сборы много времени не заняли и пройдя по коридору к выходу из апартаментов мы оценили парадный, официальный вход в наше жилище, отделанный гораздо богаче того, что ведёт к подъезду с выходом во дворе.

Спустившись мы сразу окунулись в суетную жизнь города и встали на красивом каменном крыльце ожидая появления Тимохи на бричке и графа.

Город уже проснулся и толпы горожан спешат по делам по пешеходным мостовым. Брички, двуколки и кареты потоком движутся в обоих направлениях проезжей части, изредка разбавляемые верховыми жандармами с шашками, портупеями на белоснежных гимнастёрках и рукоятками огнестрельного оружия выглядывающими из кобур.

Жизнь идёт привычным чередом. На нас практически не обращают внимания, разве что изредка поглядывают на необычный покрой плащей. Да и не мешаем мы просто никому из граждан, спешащих на работу или по своим делам в это утро, уже дышащее приближением осенней погоды.

Однако сейчас пока ещё тепло, несмотря на начавшую желтеть листву ухоженных деревьев, высаженных вдоль улицы. Причём, каждое насаждение огорожено низенькой литой оградкой. Красиво получилось. Отдаю должное городской управе, заботящейся о эстетике.

Тимка появился через пару минут и лихо припарковался прямо перед нами. Татищев всё же воспользовался двуколкой и подъехал через спустя минут пять. Ведь ему пришлось ждать, пока транспорт не подготовит местный конюх, чьи услуги входят в пансион от госпожи домовладелицы Беллы.

– Внимание, внимание! – выкрикнул какой-то пацанёнок, прицепившийся сзади проезжающей кареты.

Там предусмотрено местечко для багажа, которым заяц-безбилетник и воспользовался для скоростного передвижения по городу. Причём, сорванца никто не прогонял, словно такой метод путешествий тут в порядке вещей. Прикольно! Чо он там вещает во всё горло? Я прислушался и ткнул Гришку в бок, одновременно придержав готовящегося к старту брички Тимку.

– Внимание всем заинтересованным! Сегодня вечером на ристалище Академии Боевых Рун состоится поединок двух вольнонаёмных Магов! Пропускные грамоты можно приобрести в почтовых отделениях и в городской управе!

Как же я долго ждал этого момента!

Чуть вслух не прокричал слова искреннего восторга, но таракан в кармане вовремя меня остановил, заворочавшись и бурча что-то невнятное по поводу малого количества крошек. Вот ведь, агрессор! Когда успел туда пробраться?

– Граф! – крикнул я Татищеву, – Вы сможете организовать дополнительно пару билетов Тимке и Гришке?

– А вам? – она удивился такому количеству. – Вам, Феликс, разве не интересно присутствовать на поединке?

Тут я вспомнил, что он не знает об абонементе, презентованном Трубецкими за услугу невозбуждения уголовного дела.

– Само собой, граф! Как же без меня? Я там буду на правах постоянного зрителя с неограниченным количеством посещений! – пришлось пояснить наскоро. – У меня проход открытый и я позже поясню почему! Кстати, если освободитесь к тому времени, то и вы присоединяйтесь. Средства на пропускные грамоты возьмёте из нашего запаса. Надеюсь, бухгалтерию вы вести умеете не хуже всего остального!

– Благодарю, Феликс Игоревич, за лестную похвалу! – он слегка поклонился соблюдая аристократические манеры достойного мужа. – Воспользуюсь разрешением, – тут он глянул на меня, уже хмурящегося, – пардон, воспользуюсь дружеским приглашением, – он поправился, вызвав у меня положительные эмоции.

Граф, с выражением еле скрываемого восхищения моей прозорливостью и щедростью, повёл плечом и повертел головой, мол – «Вот можете и вы удивить, господин Феликс!»

Я же, в ответ на такую мимику, лишь улыбнулся и кивком обозначил Тимке разрешение на выдвижение к Гроху с Ксандрой.

Мы тронулись, как и обычно с искрами из-под копыт лошадки, а граф последовал за нами в одиночку на двуколке, более сдержанно, как и положено человеку его возраста и статуса.

До места домчались очень быстро и, припарковав транспортные средства на отведённой площадке, проследовали во владения будущей семейной пары. Наши партнёры оказались на месте, причём в весьма красноречивых позициях. По моему, мы прервали како-то диспут пары разъярённых буйволов.

Хотя… Нет. Не пары, а одной буйволицы в лице Ксандры, и нарушителя спокойствия, или раздражителя в лице Гроха, недвусмысленно закрывшегося подносом. Несколько расколотых тарелок и поблёскивающие осколки бокалов, поведали нам об относительно успешной обороне хозяина от метательных снарядов. Хорошо, что до боевых Рун не дошло, хотя, всё-таки нет… Висящий в воздухе половник тут же скорректировал моё неправильное предположение. До каких-то магических средств дошло.

– А, Феликс, мы тут слегка повздорили, – первым среагировал сам Грох, видевший, как мы появились на пороге.

Ксандра спешно убрала половник, который спокойно улетел по направлению к кухонной зоне, где исчез в приёме окна для грязной посуды, весело звякнув обо что-то уже внутри. Молодая женщина искренне улыбнулась мне с друзьями, застывшими в замешательстве и покраснела.

– И вам доброго денёчка, – я поздоровался, обрадовавшись их перемирию. – Боюсь даже представить причину лёгкой ссоры, – выдал я проходя и садясь за ближайший столик у барной стойки. – Может расскажете и мы вместе решим проблемку? – я заподозрил несогласие с некоторыми пунктами предварительного эскиза модернизации таверны.

Друзья последовали моему примеру, пока ещё опасливо поглядывая в сторону исчезновения кухонного оружия. Хозяева присоединились, взяв пару стульев из-за соседних столиков и снова смутились, уже оба, а я спокойно достал свою рабочую тетрадь и пару карандашей.

Татищев, глядя на мои приготовления, выудил из саквояжа свой талмуд для записей и рабочих пометок. Мы все приготовились, сосредоточив внимание на хозяевах и ожидая от них пояснения.

– Мы тут тебя делим, Феликс, – обескуражил Грох ответом и моментально схлопотал тычок от улыбающейся кухарки.

У графа выпало перо от такого известия. Гришка поперхнулся и потянул ворот рубашки, ещё и сглотнув, а Тимка просто открыл рот, прекратив ловить носом вкусные запахи, доносящиеся отовсюду.

– Ха-хах! – раздался у меня в мозгах смешок Чукчи. – Хозяина, моя тебя поздравлять намеревается!

Я же, очень красноречиво охреневая, уставился на будущую семейную пару с немым вопросом.

– Поверьте, уважаемые, но эта информация ни как мне не помогла и жизнь не облегчила! – наконец выдавил я из себя ответную реплику. – В каком это смысле, вы меня делите?

Грох щёлкнул пальцами, призывая разносящего, высунувшего голову из своей каморки от греха подальше, а Ксандра сделала миленькое выражение безмятежности.

– Мы оба хотели видеть тебя приглашённым со своей стороны, – внесла ясность женщина, чем успокоила всех и дала наконец-то возможность выдохнуть. – Я вот хочу записать тебя дружкой, как и мой ненаглядный, – она чмокнула суженного.

Тем временем подбежал кто-то из прислуги и застыл в почтении с полотенцем на плече, готовый выслушать распоряжения помирившихся хозяев.

– Любезный, кваску организуй всем побыстрому, – коротко распорядился Грох и потерял интерес к разносящему Виктору, старшему из всех работников за исключением Ксандры. – Да, Феликс, представьте себе, вот такой пустячок внёс толику хаоса в наш мирный дом, – добавил уже нам и вздохнул. – Э-хх. А ведь я и спорить перестал…

Я поднял руку останавливая монолог.

– Не бывает розы без колючек, Грох! Запомни это! – я выразительно глянул на вмиг покрасневшую женщину. – Ладно, но меня можно было и спросить? Поинтересоваться, – начал я легко возмущаться. – Короче, уважаемые, у нас много дел, таким образом я ограничусь общим приглашением и выступлю другом обоих брачующихся. И всё на этом, – я заявил о непоколебимом решении. – Теперь поговорим о ближайших планах переустройства.

Друзья успокоились и приняв серьёзные выражения приготовились к обсуждениям, ну или к выслушиванию готовых решений.

– В целом, – сдвинув брови кивнул Грох и достал из кармана мятые, но заботливо сложенные листочки эскизов. – Вот, в общем я согласен со всем, но переделка фасада разве так уж и обязательна? – он расправил нужный листочек с рисунком и задумчиво почесал подбородок.

Я наморщился, затем принял решительное выражение и накрыл эскиз ладонью. Сказать правда не успел ничего, так как Виктор принёс заявленный квас и приборы. Пришлось подождать, пока ароматный напиток не разольют по бокалам и не попробуют шедевр Ксандры, смело претендующей на гуру в вопросе приготовления всего, что только угодно.

Виктор удалился и друзья вновь сосредоточили внимание, только уже на мне, как на ответствующем ораторе. Пришлось выдержать короткую паузу.

– Грох, объясни мне свою неуверенность… – я попытался начать, но Ксандра встала и остановила меня.

– Он согласен! – безапелляционно заявила молодая женщина и села, ещё раз ткнув хозяина в бок локтем. – Феликс, делай как считаешь нужным!

Я принял её ответ, выданный за будущего мужа, но необходимость больших окон решил прояснить, так как именно это смутило Гроха. Хотя бы коротенько. Ну пару слов всего.

Отпив ещё пару глотков лёгкого тонизирующего кваску, теперь уже я поднялся с места, для подчёркивания важности слов произнесённых далее.

– Грох, дружище, – начал я. – Представь, что ты идёшь по холодной заснеженной улице города. Представил?

Хозяин наморщил лоб.

– Ну, представил, – он даже поёжился для убедительности.

Я мысленно улыбнулся, видя его старания вникнуть в суть перестройки и продолжил:

– Идёшь ты, идёшь, а вокруг всё унылое и однообразное, – добавил я серых красок в будни зимнего города. – Как вдруг! – я хлопнул в ладоши для усиления эффекта повествования.

Хозяин от такого моего действия чуть дёрнулся на стуле. Видать не любит местное население никаких неожиданных сюрпризов.

– Как вдруг? – вопросительно проговорила заинтересовавшаяся Ксандра. – Что там Феликс? А?

Я осушил бокал с квасом и поставил его на стол, ударив по поверхности.

– Вдруг ты видишь перед собой разодетых господ, чинно сидящих в лёгкой одежде и довольно попивающих коктейли, – подошёл я к главному. – Все радостно общаются, им тепло и на столах стоят горячие блюда, приготовленные уважаемой Ксандрой! – я поднял указательный палец. – Вопрос к тебе, ты войдёшь или нет?

– Эм-м… – Грох поскрёб пятернёй голову и закивал, продолжая представлять или проигрывать описанную мной ситуацию. – Ну…

Друзья тоже одобрительно посмотрели друг на друга и вздохнули мечтательно.

– Да любой зайдёт! – промежду прочим заявила Ксандра. – Прав Феликс! – она посмотрела на меня тем самым загадочным взглядом мудрой женщины. – А теперь, давайте к делу, – кухарка резко поменялась в лице на серьёзного, делового человека. – Говори, Феликс, что сейчас нужно?

– Да! – подтвердил её слова сам Грох. – До меня дошло наконец-то. Кстати, у тебя, Феликс, уже около пятнадцати рубликов набралось. Помимо коктейлей и твой соус прибыль ощутимую даёт…

– Были уже лазутчицы, – перебила хозяина Ксандра. – Пытались рецептом манаеза разжиться. Н-да… – она улыбнулась своим мыслям.

– Майонеза, – я поправил кухарку. – Ну это не суть, как важно! Название можно любое придумать, провести ребрендинг… Эм-м… Давайте об этом потом, а сейчас на строительстве сосредоточимся, – прекратил я уход от главной темы собрания.

Испытав удовлетворение от проведённого убедительного диалога я опустился на стул и открыл свою тетрадку. Знаком указал Татищеву на его амбарную книгу, так как по другому этот талмуд для записей назвать не возможно и вдохнул более спокойно.

После такого вступительного брифинга я озадачил всех друзей делами.

Разговор, точнее производственное совещание, получилось долгим, но продуктивным с положительным результатом. Продлился он до самого вечера, предоставив нам возможность плотно прерваться и отобедать вкуснотищей, приготовленной Ксандрой и даже почти поужинать в районе пяти часов, перед отъездом. За это время нас дважды покидал граф Татищев, когда организовывал недостающие пропускные грамоты для просмотра вечернего поединка Тимке и Гришке.

Сам он пояснил, что по возможности присоединится, если всё успеет в регистрационной палате сделать. Местная управа к нему уже привыкла и тамошние клерки ждут от графа всё больше новых заявок на изобретения господина Феликса. Прикольно.

Вот я бесстыдник, пользующийся разработками из своего мира. Ну да ладно! В плагиате авось не уличат.

А подводил итоги я уже в бричке, откинувшись на пассажирском диване и созерцая пригороды Ставрополя на Волге, паромную переправу и лесную дорогу проходящую по гористой местности среди густых зарослей.

Мы направляемся с Гришкой и Тимкой на Ристалище Полигона Академии Боевых Рун, что бы насладиться зрелищем поединка Магов.

Мерно покачивается бричка, копыта лошадки отстукивают по булыжному шоссе ритм, а я, смотря на мир расфокусированным взглядом, вспоминаю, не забыл ли я что-то важное из строительного плана…

Лесная дорога, вымощенная булыжником ещё во времена активного функционирования разрушенной крепости и оборонительных линий, упёрлась в знакомые ворота главного въезда Академии. Тимка передал бричку конюху, дежурившему со своей командой и мы прошли по главной дорожке до корпуса Магистрата, если верить золотой табличке у входа.

Как всегда меня поразили великолепные колонны трёхэтажного здания из белого камня с неизменным барельефами и скульптурными композициями по всему фасаду и рядом. Такое ощущение создаётся, что мифические персонажи попросту выбрали домом это произведение зодчих и живут на нём и в округе, но запечатлённые стоп-кадром кинокамеры. Очень реалистично всё.

Показалось, что мужик со злым, точнее, с мужественным взглядом, из одежды имеющий только крылья и трость с набалдашником, сейчас вспорхнёт и как шарахнет страшиле на лужайке. Та, в свою очередь, увернётся и ответку пошлёт. Потом сквозанёт в контратаку, стуча копытами и бодаясь рогами витиеватыми, как спирали закрученными…

Блин, о чём думаю? Как дитё малое… Вот честное слово…

– Господин Феликс, не ожидал вас тут увидеть! – тихо подошедший Магистр Валентайн, член-представитель Протектората Верховных Архимагов Руссии вернул меня в реальность. – Какими судьбами Вы тут? Может рана беспокоит, или ещё какая оказия приключилась?

Я искренне улыбнулся, вспомнив его статус с регалиями местной иерархии и даже поклонился, пытаясь скопировать по памяти своего поверенного, мудрого графа Татищева. Гришка с Тимкой поклон сделали значительно ниже, без труда определив по статусной мантии человека, возникшего перед ними и завязавшего непринуждённую беседу с их главным товарищем. Со мной, то бишь.

– Нет-нет, уважаемый магистр Валентайн, – я поспешил развеять его беспокойство, не рассчитывая быть снова упрятанным в палаты местной больнички. – Со здоровьем моим всё в полном порядке!

Он оглядел меня, сделав для удобства обзора шаг назад, хмыкнул и приблизился снова.

– Интересный покрой одежды у вас, молодой человек, – магистр озвучил увиденное на мне. – Кстати, Софья Павловна с благодарностью вас вспоминала пару раз на собраниях, – он ухмыльнулся. – Итак? Что же вы тут делаете, да ещё и с друзьями?

Я немедленно ткнул Гришку и тот достал пропускные грамоты. Я спешно забрал их и протянул уважаемому мужу.

– Вот, как и все сегодняшние посетители, мы прибыли понаблюдать за поединком, – пояснил я цель визита в Академию. – Насчёт меня лично… Эм-м… – пришлось среагировать на морщины магистра, появившиеся на лбу из-за задачки с одним неизвестным. – Мне грамота заказана Трубецкими…

– Ах! – его лицо просияло. – Да, да, я припоминаю нечто такое, – он кивком обозначил отсутствие проблемы. – Так идите по этой аллее прямо, там как раз и будет интересующий вас полигон, – он любезно указал правильный путь. – А меня извините, – посетовал Валентайн и развёл руками. – Много работы, ведь новый учебный год вот-вот возьмёт начало… Н-да… Идите, молодые люди, и постарайтесь почерпнуть полезные выводы! – дал он последнее напутствие и вернул нам пропускные грамоты.

Я даже не успел ответ вежливый произнести, как уважаемый Магистр развернулся и скрылся за дверями Магистрата Академии. Ну что же, зато дорогу теперь знаем.

Мы направились в указанном направлении, а ребята стали смотреть на меня по иному, с тонкими нотками страха… Хотя, нет! С чуть большим уважением, это точнее. Мол – «Фигасе, Феликс батькович отжигает со своими знакомствами!»

Красиво тут, как не крути. Аллейки, лужайки для отдыха абитуриентов с резными лавочками. Фонтаны и множество ухоженных кустарников. Всё великолепие сооружений и зданий с целыми комплексами утопает в зелени, уже давшей оттенки осенних красок. Сосны и многовековые дубы присутствуют тут и там, словно исполины среди мелочи всякой…

Уютно, чёрт меня дери! Повезло же учащимся тут, а мне светит года два в армейке ишачить в поисках демонов всяких и гадов… Не справедливая житуха прямо какая-то.

Вдруг, я почувствовал тонкие нити постороннего сознания, пытавшиеся проникнуть в моё ментальное тело. Защита от атак такого характера, подаренная прозрачной фурией, сработала моментально предотвратив проникновение.

Я насторожился и автоматом, на уровне рефлекса, приготовился к постановке полога непроницаемости, модернизированного мной и заимевшего от изменений дополнительные возможности, полноты которых я пока не знаю…

– Господин Феликс? – спокойный голос неизвестного прозвучал из-за спины, насыщенный властными тональностями человека, привыкшего управлять и подчинять. – Уделите мне пару минут вашего времени, пожалуйста, – добавил человек, соблюдая вежливость и манеры диалогов аристократов.

Я прозондировал окружение, не пойми каким образом, и ясно почувствовал двух человек. Точнее присутствие двух аур кроме нашей троицы в ближнем радиусе окружения.

Пришлось остановиться и не оборачиваясь подождать, пока некто приблизится и поровняется с нами. Не уверен, что и как делать и как вести себя в таком случае, посему принял такой вот ход ожидания собеседника.

Нас аккуратно обошли, можно сказать, что без резких движений.

Два человека, мантии и вооружение которых сказали о принадлежности к вольнонаёмным Магам. Ножны палашей или шашек выглядывают из под пол, оттопыренных в предполагаемых местах ношения огнестрела. Они неожиданно и синхронно скинули капюшоны, открыв полностью лица, чем намекнули на хорошее расположение к нам.

– Разрешите представиться, – начал маг с пышными усами, а я смотрел на второго, лысого, в котором без труда узнал Черепа, вступившего в схватку с неизвестным магом на землях моего поместья. – Моё имя, Барклай, – он вежливо поклонился, чем окончательно сбил меня с толку. – Вы наверняка не знаете кто я, посему поясню – Командир Бригады Вольнонаёмных Магов Прикрытия. Занимаемся сопровождением обозов и кораблей с товарами, в случае необходимости. Моё письмо должны были доставить сегодня утром в Вашу городскую резиденцию, – подытожил он и замер, ожидая ответа.

Я сразу вспомнил о письмах на моё имя, о которых предупреждала госпожа Белла и расстроился своей безалаберности. Нужно сразу знакомиться с корреспонденцией в этом мире магии, иначе есть все шансы вляпаться. Придётся выкручиваться.

– Рад, что вы меня уже знаете, – я поклонился, соблюдая взаимную вежливость. – Но к сожалению моему, я не успел ознакомиться с посланием по причине неотложных дел. Уж извините, но так иногда случается, – выдал я. – А в чём собственно дело? Раз уж мы встретились нечаянным образом, то можем обойтись и без долгой переписки, – пришлось спешно добавить. – Вы так не считаете?

Он чинно кивнул, а я обратил внимание на насторожившихся ребят. Но объектом внимания послужил не сам уважаемый господин Барклай, а его спутник, Череп, который пока не проронил ни слова и лишь мерил нас взглядами, изучая.

– Да, собственно, согласен, если вы не возражаете, – подтвердил готовность к диалогу командир бригады.

Я выдержал ответную паузу раздумий и жестом предложил продолжить путь, как-бы намекнув, что по пути и поговорить сможем.

– Тогда прошу, – я первым сделал шаг. – Поговорим по дороге.

– Согласен, – лишний раз сообщил о приемлемости предложения маг.

Мы зашагали рядом друг с другом по посыпанной гравием дорожке, проходящей между подстриженными кустарниками, неспешным шагом и слегка отдалившись от друзей в компании с Черепом. Я, естественно ожидаю вопроса от собеседника, как от инициатора диалога.

– Так вот, – он начал, не заставив меня долго ждать. – Я, если позволите, перейду сразу к делу?

– Конечно, господин Барклай, я внимательно слушаю вас! – пришлось ещё раз подтвердить готовность к беседе.

Мы сделали по три шага, выдерживая паузу, которая, по идее, должна заставить меня проникнуться к магу. Почему? Да потому, что тонкие попытки ментального проникновения я всё ещё ощущаю. Ну-ну, удачи вам уважаемый в смелых начинаниях гипнотического воздействия на пацана, Феликса!

– Мой интерес к вам, это скорее нечто, относящееся к деловому общению, – продолжил Барклай, немного расстроенный неудачными проникновениями в мой разум. – Предложение о хорошем заработке вас интересует? Не говорите пока ничего, – он остановил меня, собравшегося дать развёрнутый ответ отказа. – Это разовые наймы в охранение за хорошие деньги. Сопровождение в пределах разумного. Дальних походов с вами не планируется, но вот местные, на пару-тройку суток, командировки, наверняка будут для вас интересны, – маг произнёс что-то, заставившее меня не рубить отказом. – Условия лучшие. Подробности разовых контрактов я пришлю нарочным. Да и места в здешних краях достаточно тихие, за редкими исключениями. Подумайте немного.

Он замолчал, давая мне возможность подумать и мы зашагали в полной тишине, под поскрипывание гравия под моими ногами. Барклай умудрился ступать бесшумно, что меня очень заинтересовало, ведь и Артур мог передвигаться не касаясь земли, или касаясь так, что следов практически не было.

Тем не менее, я попробовал найти плюсы в этом предложении. Основным положительным моментом я справедливо считаю возможность познакомиться со службой вольнонаёмных магов. Изнутри, так сказать. Прощупать подводные скалы и в будущем иметь возможность не утонуть, врезавшись в айсберг проблем, если аллегорию представить.

Ну а в случае возникновения проблем, можно пополнить багаж знаний рунами нападения и обороны, используя дар Чтения Создателя. По факту получается, что мои планы изучать боёвку на Академическом полигоне не так уж и радужны. Мало их, поединков этих случается.

Да и деньги на данном этапе мне не помешают, что тоже не маловажно в свете расходов на строительство. Причём объём восстановительных работ в усадьбе своей я даже не представляю, не говоря о небольшой фабрике по производству соусов.

Ещё есть момент один важный, который я сейчас попробую прояснить у уважаемого Барклая.

– Уважаемый господин Барклай, – начал я озвучивать предварительное решение. – Возможно, что я воспользуюсь вашим предложением, но у меня есть маленькая просьба, ответная. Вы сможете её выслушать?

Лицо собеседника прояснилось мимолётной улыбкой и вновь стало серьёзным.

– Эм-м, попробуйте сформулировать, – кивнул командир наёмников. – А я подумаю, как и вы.

– Вы слышали о незаконных поединках на этом берегу Волги в районе земель заброшенной усадьбы в долине? – я начал аккуратно зондировать почву для основного вопроса.

Барклай остановился и мы повернулись друг к другу, дав таким образом сигнал и друзьям остановиться позади. Командир теперь не пытался скрыть удивление, а напротив. Открыто заявлял об этом всем своим видом.

– Я знаю об этом, – он не стал увиливать. – Что вас так смутило? Проблемы?

– Так уж получилось, что я являюсь хозяином тех земель, – я решил бить в лоб и взяв под локоток уважаемого продолжил путь вместе с ним, обалдевшим от такого панибратства. – И мне очень не хочется иметь проблемы с незаконными делами. На правах хозяина я буду вынужден принимать меры, причём не всегда адекватные с точки зрения местной аристократии. Буду строчить доносы, делать засады совместно с магическим патрулём… Эм-м… – я перестал перечислять возможные методы борьбы с нелегалами. – Думаю что продолжать нет надобности. Так что, вот моё ответное предложение…

Тут я осёкся, так как наша пара небрежно беседующих людей, прогуливавшихся по лесной дорожке, окружённой нормальными деревьями, миновала поворот и вышла на прямой участок…

Перед моим взором предстала гигантская ложбина, скрытая от посторонних взглядов буйной растительностью, а посередине я увидел сооружение, по масштабу и грандиозности исполнения сравнимую только с Римским Колизеем. Рот мой открылся, челюсть отвисла от вида колоссов, скульптур такого размера и красоты, что продолжить разговор я пока не в состоянии. Лишь душевный трепет растёт в моей груди, с всё учащающимся ритмом биения сердца…

Глава 2. Что может случиться? Ерунда…

– Что с вами? – меня аккуратно тронули за плечо. – Господин Феликс, у вас всё в порядке? – забеспокоился командир вольнонаёмных магов, и ещё раз попытался прикосновением вывести меня из ступора.

Я наконец среагировал, отведя взгляд с эпического сооружения. Представил, как это всё будет смотреться с близкого расстояния, когда наша компания подойдёт вплотную и сглотнул в предвкушении невероятного зрелища.

Однако в эту минуту уважаемый Барклай меня настойчиво добивается, точнее, не меня, а продолжения прервавшегося разговора. Придётся уделить ему внимание, взять себя в руки и прекратить впадать в немое восхищение Колизеем Академии Боевых Рун.

Переведя взгляд на собеседника, стоявшего в лёгком замешательстве, я изобразил активную, сосредоточенную работу мысли. Пускай думает, что мне приходится формулировать высказывание перед продолжением беседы. Я бросил мимолётный взгляд на друзей в компании с Черепом, который насторожился.

При этом, мне удалось почувствовать телепатическое общение боевого мага со своим командиром. Точно я не могу сказать, о чём они переговариваются, но отрицательные нотки по отношению к себе и друзьям я чётко улавливаю. В основном со стороны Черепа.

Пришлось мысленно обратиться к таракашке, так удачно меня сопровождавшему в каком-то из карманов. Как умудряется прятаться, совсем не ясно. Чудеса прямо.

– Чукча, я не пойму, ты там спишь, что-ль, в такой напряжённый момент? – я проговорил обращение к узурпатору. – Твоя помощь может понадобиться, мало-мало! Ау? Чукча, блин! Иль ты не чуешь, что мне угрожать пытаются со стороны лысого?

– Чего, однака, хозяина так беснуется? – ответил усатый с полным спокойствием. – Моя давно готовая, за компанию с Калигулай! Счас мы этому полутёмному с лысой башкой, и этому генералиссимусу, недалёкому умом, наваляем! – прозвучала недвусмысленная угроза в адрес взрослых и сильных магов.

Я мысленно представил, как парочка странных персонажей готовит какую-то бяку уважаемым господам и ужаснулся, поняв одну такую малюсенькую, но в то же время важнейшую детальку. А именно то, что Калигула, хоть и странный дедок, обвешенный инструментарием всяческим, является духом, способным управлять землёй и всем, что с этим связано.

Про таракана я вообще молчу, не понимая до конца его статуса и принадлежности. Только отдал дань факту боязни моего рыжего другана всеми магами, что встречались и удосужились его увидеть. Я поёжился даже.

Брр-р! Встряхнул мысленно головой.

– Да погодите вы, гладиаторы партизанского масштаба! – я спешно среагировал на недвусмысленное настроение моих чудаковатых партнёров. – Командир то, он вроде адекватный мужик. Дайте договорить, а этого, чела с блестящим куполом, контрольте постоянно, но не убивайте никого, если сумеете! – дал наставление по поведению и действиям. – Всё ясно?

– Будь спок! – раздался в голове весёлый голос деда Калигулы. – Хотя, я так хочу косточки размять за всё то время, проведённое в камешке горгоны преисподней, что зубы скрежещет! Э-хх… – добавил элементаль со вздохом разочарования, но не теряя надежды.

– Ты же дух! Божество, вроде? – я удивился. – Какие, нахрен, косточки застоялые? Какие зубы со скрежетом? – моё недоумение всё возрастает, и пришлось себя сдерживать, что бы в слух всё это не высказать. – А ну-ка, цыц всем, замерли молча! Действовать будете только в случае обострения ситуации в переговорах! Всё ясно? Двое из ларца… блин! – выразился я эмоционально и мысленно махнул рукой от вероятной безысходности ситуации.

– Н-да, уж… Э-хх… – сердечно расстроились оба лазутчика в моей башке.

Два вздоха послужили ещё одним дополнительным ответом, а я вдруг осознал, что моё выражение лица постоянно менялось во время мысленного диалога, что, естественно, привлекло внимание Барклая.

Ну, а как же я хотел, если всё ментальное общение столь красноречиво отобразилось в мимике?

Нужно держать себя в руках при таких вот разговорах в будущем, по возможности.

А пока, пусть уважаемый командир охранения думает, что я веду борьбу с самим собой, в преддверии озвучивания продолжения ультиматума. Ну, или предложения вариантов и путей решения возникшей проблемы с нелегальными поединками, имевшими место на моих землях и явно пользующимися популярностью у вольнонаёмных магов.

Но прежде чем заговорить я по иному взглянул на Черепа. Слова Чукчи о его полутёмности неожиданно всплыли в памяти на поверхность, хотя вначале я не обратил на это замечание никакого внимания.

Что это значит? Неужели, господин лысый маг играет на обе стороны!? А уважаемый Барклай, интересно, об этом что-нибудь знает?

Маловероятно. Ведь реакция на тёмных магов в этом мире однозначная… Может маскируется с помощью рун каких, или артефакты имеет мощные, что уже более вероятно. Ну это пока мои домыслы в отличии от слова усатого, проскочившего в диалоге. Посему, мне нужно держать ухо востро, покуда не разобрался!

Барклай вновь не выдержал:

– Господин Феликс, на вас лица нет! – повысил он голос. – Вы пробуждаете во мне нешуточное беспокойство. Да ответьте же мне хоть что-нибудь! – наконец он окончательно вышел из себя и последнюю фразу практически выкрикнул.

Мне ничего не осталось, кроме как среагировать и успокоить уважаемого командира, соблюдая приличия и почтение к его статусу.

– Уважаемый, господин Барклай, – я посмотрел в его глаза. – Как вы уже догадались, я впервые нахожусь в этом месте, и мне бы очень хотелось провести осмотр, точнее, знакомство с Колизеем Академии Боевых Рун не отвлекаясь на разговоры, – начал я со спокойствием и обвёл рукой ложбину с великолепным и грандиозным строением в середине. – Вы наверняка привыкли к столь замечательному виду, в отличии от меня! – добавил я как-бы подводя итог. – Посему, я предлагаю слегка отложить нашу беседу, в которой мы обсудим и возможность моего найма, и проблему нелегальных боёв спорщиков вашего и иных подразделений вольнонаёмных магов, – я вновь обернулся к нему и вопросительно глянул.

Минуту мы смотрели друг на друга, с интересом и всё более явно проводя взаимную оценку реакции. Затем я перевёл внимание на Черепа, который продолжил общаться со своим начальником на ментальном уровне. Лысый маг проявлял явное недовольство, как мне показалось, а вот Барклай, судя по моим ощущениям, всячески пытался успокоить своего подчинённого.

Это не смогло от меня ускользнуть, как и удивление Черепа, бросавшего на меня изучающие взгляды. Ну вот никак не перестанет маг делать попытки проникновения сквозь мой ментальный щит. Ну-ну! Удачи! Полезную штуку презентовала мне прозрачная фурия.

Друзья разглядывали это немое противоборство с разными чувствами. Гришка с Тимкой чётко почувствовали то, что что-то не так, однако вступать в разговор и прерывать наше общение с Барклаем постеснялись. Соблюдают приличия.

Наконец Уважаемый командир вольнонаёмных магов охранения кивнул своим мыслям, а Череп отвёл от меня взгляд.

– Пожалуй я соглашусь с вами, господин Феликс, – медленно и задумчиво проговорил Барклай и повернулся к спуску в ложбину. – Давайте перенесём наш разговор и обсудим все вопросы после поединка, если вы не против, – подтвердил он согласие на отсрочку. – Одна просьба, если позволите?

Я не видел смысла отказывать в просьбах:

– Да, прошу вас, спрашивайте и мы продолжим путь, – я подкрепил сказанное дополнительным кивком.

Собеседник покрутил ус и тоже сосредоточился на созерцании великолепного зрелища открывающего с нашего места положения. В отличии от меня он тут бывал неоднократно и особого восхищения не испытывает.

– Убедительно вас прошу, – он сделал небольшую паузу подчёркивая важность просьбы. – Подумайте хорошенько над ответом на моё предложение разовых наймов, не отказывайтесь сразу. Это весьма выгодное дело, – добавил он приподняв бровь и указательный палец. – Состоять в наёмниках охранения обозов – это, кроме всего прочего, весьма почётно! Да и денежное вознаграждение приличное, – он подвёл итог.

Я создал выражение глубокомыслия и крайней заинтересованности. Машинально сорвал веточку с кустарника и повертев её в руках выбросил, меняя выражение и вскидывая голову.

– Хорошо! – я почтительно кивнул. – Даю слово подумать и всё взвесить, прежде чем прийти к какому-нибудь решению. А насчёт поединков на моих землях… Х-мм… – теперь я взял театральную паузу. – Насчёт поединков у меня нет другого решения, кроме как полностью запретить их. В случае продолжения правонарушений я буду вынужден принимать меры, как и было сказано ранее!

Дав такой ответ, я развернулся полностью к колизею и тем самым выказал завершение предварительных переговоров.

От меня не ускользнуло ухудшившееся настроение командира, но вот Череп начинал реально злиться. Наверняка он слышал всё от начала и до конца, посредством ментального общения со своим командиром, ну или нанимателем. Не уверен в правильности ни того, ни другого определения.

Однако, пока что никаких враждебных действий по отношению к нам он не принимал и посему я одёрнул своих чудиков, готовых ответить адекватно или не очень. Таракан с элементалем не на шутку озадачились возможным противостоянием. Естественно, я мысленно выругал их, чтобы не наделали непоправимых глупостей.

Но случилось то, чего я подсознательно опасался всё время нашего общения.

Перстень Рюриков запульсировал на пальце, ощущение тонких пронизывающих игл вторглось в сознание и отразилось на малахитовой цепочке с кулоном, хранящим Элементаля. Я резко обернулся и увидел еле уловимое построение боевой руны у Черепа.

– Хозяина? – моментально отреагировал Чукча. – Твоя может дать приказ и мы расплющим этого, с блестящим чайникой, однака!

– Стоп! – я резко предотвратил исполнение угрозы. – Мне нужно вопрос задать, а вы припугните этого полутёмного.

Я улыбнулся, но не по доброму, а скорее с издёвкой и посмотрел в глаза Черепа.

– Уважаемый, – обратился я к нему, начав построение своей, помывочной руны, но не для того что бы использовать, а чтобы обозначить сам факт моего умения. – Не стоит готовить нападение, может что-то случиться не по тому сценарию, что вы замыслили против меня и спутников.

Череп остановил вязь, а командир охранения обозов покачал головой, и мысленно сделал посыл Черепу о прекращении действия. Но боевой маг со стажем, под впечатлением моих слов, слов мальчишки в его понимании, не внял предупреждению и продолжил вязь, которая должна была проучить меня.

– Ну всё! – раздался голос Калигулы в моей голове. – Кто сам напросился, тот и виноват. Как говорится, «Человек – сам шандец своему счастью!»

Я и ответить не успел, только заметил изменение в выражении черепа. Он удивлённо посмотрел на свои ноги и неожиданно испугался.

– Сюда подойди, и прекращай ерундой заниматься, – обратился к нему Барклай. – Ты производишь на парня дурное впечатление. Я же предупреждал, что… – он удивился не исполнению своей рекомендации. – Ты подойти можешь, или мне повторять надо? – он хмуро глянул на боевого мага, так и смотрящего в изумлении на ноги.

Я мысленно обратился к Калигуле:

– Дед, харе издеваться над мужиком, на нём лица нет! – я усмехнулся про себя. – Отпускай.

– Кхе… Как скажешь, – отозвался элементаль.

После этого короткого диалога Череп вдруг покраснел и осторожно передвинул ноги, не веря счастью такому. Он покосился на меня, прекратившего построение Руны кухарки и медленно подошёл к Барклаю. При этом не спуская с меня глаз.

Я кивнул ему, и улыбнулся краями губ, мол – будьте внимательнее, держите эмоции в руках. Как ни странно, его глаза округлились, а у меня промелькнула догадка, что он прекрасно понял меня…

– Что ж, до встречи после поединка! – кивнул Барклай. – Надеюсь бой вам понравится, – добавил командир вольнонаёмных магов с еле заметной усмешкой и двинулся вперёд первым.

Он и его лысый коллега прошли дальше, оставив нас продолживших смотреть на чудо посреди ложбины.

Точнее меня одного самого изумлённого в отличии от Гришки, наверняка слышащем о крутизне сооружения. Тимка, как я уверен, точно его видел и не единожды. Он же местный.

Глядя издалека на причудливые очертания колизея, его статуи, обладающие поразительной реалистичностью исполнения, на барельефы, украшающие стены и арки по всему фасаду, я думал над заданием, поставленным мне следователем, Рэйнолдом Аперкилдом.

Не этими ли полутёмными магами заинтересовалась Внутренняя безопасность Верховного Протектората Магии Рун Руссии. Такими, например как Череп. И почему у него нет имени? Или достигнув статуса вольнонаёмных и уважаемых господ отпадает надобность в именах и остаются только клички…

– Феликс, а Феликс, – меня тронул за рукав Тимка. – Я бы, на твоём месте, вот ни капельки не доверял ни лысому, ни его командиру, – выдал он предостережение. – Таким ничего не стоит найти повод и вызвать на дуэль, а в их арсенале приготовлено столько всякой гадости, не всегда легальной…

Я поднял руку в останавливающем жесте.

– Спокойно, Тимоха, – похлопал я парня по плечу. – Я не собираюсь им всецело доверять ни на грамм, по совершенно другой причине. Извините братцы, – обратился уже к обоим друзьям. – Не могу сказать всего, что удалось почерпнуть из короткого общения, но уж точно буду осторожен, чего и вам желаю.

Я демонстративно положил ладони на рукояти револьверов, так удачно приобретённых и модернизированных старым графом Татищевым всего за одну ночь.

Главарь беспризорников нащупал за пазухой что-то явно маленькое и стреляющее, а Григорий скопировал мою стойку и мы все трое ещё раз насладились пейзажем, прежде чем продолжить дорогу.

– Ладно, харе пялиться, – я первым сделал шаг. – Погнали, или опоздаем. Кстати, а почему тут нет снующих толп будущих зевак? – задал вопрос, ни к кому конкретно не обращаясь. – Поединки разве не пользуются популярностью? А? Вождь команчей!

Идущий рядом Тимка усмехнулся, подобрал хворостину и лихо отсёк какой-то листочек с ветки, находящейся слишком низко над посыпанной гравием аллейке.

– Э-эх… Барин, ты словно ушатом снова ударенный! – он улыбнулся, намекая на недавнее казусное происшествие на задворках антикварной лавки. – Выбрали самый уединённый маршрут и ещё удивляется! Ты вона тудой глянь! – он указал прутиком направление.

Я присмотрелся внимательнее.

Сквозь пожелтевшую в некоторых местах листву я без особого труда разглядел вереницу гостей, спешащих на зрелищное состязание.

– Н-да! – Сорян, господа мои хорошие! – я вновь ляпнул современную фразу из моего мира. – Невнимательность обычная! Поспешим, чего уж там! Давай бегом, пока нас никто не видит и через просеку вон ту! Тимка, показывай дорогу напрямки и не вздумай сказать, что её не знаешь! – Выдал я в ожидании резкого старта забега по буеракам леса.

Тимоху уговаривать не пришлось и уже через пару мгновений мы неслись по направлению к колизею, преодолевая валежник, перепрыгивая гнилые стволы деревьев и низкие кусты дикой ежевики. Очень колючей, кстати.

В целом, направление держали практически прямо и снизили темп забега с препятствиями уже довольно скоро.

Тут нас ожидал выход в люди, или нет, будет правильнее сказать – появление перед спокойно идущими гражданами всех мастей и статуса, но обладающих одним важным критерием. А именно – возможностью оплатить пропускную грамоту или сертификат. Не помню точно, как билеты сюда называются.

Облагороженный, но густой кустарник послужил небольшой преградой и пришлось несколько метров пройти параллельно дороге пока наша команда не наткнулась на прореху. Тут тропинка примыкала к мощёной булыжником трассе, ставшей пешеходной из-за правил заведённых в Академии.

Мы спокойно влились в общий поток и пошли далее уже спокойно, имея возможность рассматривать всё вокруг. Но моё внимание правомерно сосредоточено впереди, там, где из-за поворота уже выглядывает часть огромного здания. Ну да… Это что-то! Комментарии в данном случае неуместны!

– Ох и… – вырвалось у меня со вздохом восхищения.

В ответ на такую вот свою реакцию я моментально получил сразу два тычка от друзей.

– Хозяина! Твоя реагирует как ребёнка малая-малая! – придрался Чукча.

– Хи-хи… Он и есть ребёнок! – прыснул кто-то голосом Калигулы в голове.

– А по сопаткам? – пришлось выдать угрозу мелким возмутителям моего ранимого сознания.

Двое из ларца затихли, дав мне возможность ещё раз осмотреть главный вход и примыкающую территорию.

Ширина стен колизея такова, что внутри спокойно разместились маленькие лавки с разным товаром. Лестницы соединяют множество ярусов, сужающихся к вершине с внутренней стороны. Там точно вместо пологого ската крыши размещены трибуны.

Две гигантские скульптуры стоят по обе стороны от входа и олицетворяют мудрость и решимость бойцов перед боем. Бесстрашие на лицах. В руках ничего нет. Зато амуниция представлена полным арсеналом, причём, сражаться с таким количеством носимого железа явно проблематично. Ну а что я хочу? Это же статуи! Их задача подбодрить и заставить предвкушать…

Моё внимание привлекла непонятная суета и всполохи на одной из примыкающих площадок, как всегда мощённых камнем. За спинами я не всё видел и пришлось повременить со входом и протиснуться в толпе к месту, периодически освещаемому искрами. Пробрался и ахнул!

Это местечко оказалось специальной зоной прибытия тех, кто пользуется порталами. По некоторым отличиям в одежде я сразу осознал то, что уважаемые слетаются сюда из разных уголков империи. Возможно, что и иноземные гости не редкость на местных мероприятиях.

– Н-да уж, нехилые масштабы популярности! – заявил я проговаривая слова как можно тише.

– Сегодня мало народу прибывает, – пояснил Тимка, выныривая из-под моей руки. – Не очень крутые маги драться намерены, вот и гостей мало. Местные в основном, – добавил он с ноткой разочарования. – Ну есть, конечно, любители смотреть все поединки, но их мало…

Друг ещё раз окинул площадку взглядом вместе со мной и Гришкой, появившимся рядом с опозданием.

– Ну, тады окей! – я развернулся, насладившись всполохами разного цвета. – Веди нас дружище на лучшие места, если их ещё не заняли! – добавил с подначкой в интонации.

Тимка кивнул, и повёл нас лестницами и ходами куда-то к трибунам, подтвердив мою догадку о том, что уж этот-то предводитель ватаги малолеток тут очень часто бывает. Знает все потаённые коридорчики, проводя нас минуя очередь и толпу спешащих занять удобные места зрителей. Нормально короче!

Места заняли более-менее удачно, хотя не отвлекись я на разговоры с Барклаем, могло быть и лучше. Только сейчас заметил, что пришло время сумерек и очень заинтересовался способом освещения арены. А вообще, всё вокруг определённо похоже на известный архитектурный памятник древнего Рима. Разве что, я не могу с точностью утверждать о наличии пустот под самим ристалищем. Но они есть наверняка, если вспомнить о разветвлённой сети тоннелей и катакомбах.

Как ни странно, зажглись прожектора, и залили светом всю площадку для битв. Причём, мне не слепило глаза, хотя некоторые источники света явно направлены на трибуны зрителей. Магические лампы используют? Да запросто! Удивляться нет смысла никакого.

Я приготовился ловить всё происходящее и достал тетрадку для зарисовок и записей. Посмотрел, как мои друзья купили что-то незамысловатое у снующего по рядам разносящего. Их тут много, предлагающих напитки и пирожки с чем угодно.

Хороший бизнес. Надо будет попробовать внедрить сюда свои коктейли, поручив Гроху и Ксандре не обделять вниманием такие мероприятия. А что? Набраться наглости и подослать Татищева в Магистрат для переговоров. Может для студентов филиальчик откроем… Мечты!

Неожиданно для меня и предсказуемо для остальных зрителей, в самом центре арены хлопнул портал и появились магистры, двоих из которых я узнал. Это Магистр Рун Вальдемар, как глава всего на этой территории и Софья Павловна – директриса закрытого заведения, Рунных Лекарей Магистрата Академии. Она единственная женщина во всей толпе магов, облачённых в статусные мантии и без накинутого капюшона, как и Вальдемар.

Наверное они шишки по надсмотру и контролю соблюдения правил. Хотя, Софья Павловна может отвечать за первую помощь, если потребуется. Но правил я не знаю и не имею понятия, чем обычно заканчиваются здешние поединки.

– Сейчас полог защиты поставят, – пояснил Тимка указав подбородком на расходящихся магистров и занимающих места по периметру. – Правило такое, что б никого лишнего не зацепило! – пожал он плечами, отреагировав на моё удивление. – Ну не сию минуту, а когда появятся бойцы и главные покинут площадку.

– Н-да, что-то подобное я и себе и представил, – я подбодрил мелкого друга. – Насмотрелся уже всякой там магии! Зацепят, как пить дать!

Вспомнил свои эксперименты и поёжился. Так себе счастье при получении удара сосулькой по башне! Ну или порывом сгустка ветра, в копьё превратившимся…

Магистры в капюшонах заняли места и застыли, ожидая появления спорщиков, а с арены и, вообще, отовсюду, зазвучала речь главы Академии…

– Внимание всем! – зычно прозвучал голос, усиленный руной.

Я заметил, что она не велика и находится перед лицом уважаемого оратора. Мой дар «Чтения Создателя», сработал безотказно и я чётко определил потоки вибрации воздуха, проходящие через магическое построение и разделяющиеся на сотни. Они расходятся веером и теряются где-то. Там, скорее всего, и находятся дополнительные источники звука, наверняка замаскированные под всякую лепнину или фрески. Здорово придумано. Ничего не сказать.

– Сегодня мы станем свидетелями честного поединка! – продолжил магистр Вальдемар. – Однако, по кодексу, утверждённому Верховным Протекторатом, участники воспользовались правом остаться инкогнито!

Волна недовольства прокатилась по трибунам. Собравшиеся явно не привыкли к таким поворотам и надеялись заслушать имена и боевые заслуги каждого бойца. Это несомненно должно добавить ажиотажа при выборе того или иного Мага в качестве своего кумира. Но, не судьба…

– Ти-и-х-о-о! – протянул призыв магистр-глашатай. – Это право закреплено в кодексе и не подлежит обсуждениям! Конечно, по тем же правилам Магистрат Академии в курсе имён, но для остальных… – он поднял вверх руку, акцентируя внимание успокаивающихся зрителей. – Для остальных они останутся неизвестными! – подвёл он итог безапелляционно. – Вы должны уважать Кодекс и желание участников поединка!

Ропот постепенно сошёл на нет. Присутствующие посетовали ещё немного, обсуждая новость с сидящими рядом и окончательно успокоились.

Мне же, в отличии от них, абсолютно наплевать на регалии. Я пришёл стырить пару рунных вязей предназначенных для атаки, чем и буду заниматься. Имена мне вовсе ненужны, так как ничего не скажут и не пояснят.

Промелькнула конечно мыслишка о пользе таких знаний. Например такая, что у крутого мага подсматривать будет правильнее, но я отсёк её очень быстро. Особенно после очередного хлопка портала и появившихся виновников сборища такого жуткого числа жаждущих зрелищ зрителей.

Два абсолютно разных персонажа заставили затихнуть абсолютно всех. Даже разносчики снеди отвлеклись и уставились на центр ристалища.

– Такое разве бывает? – я ткнул в плечо Тимку.

– Редко! – выдал он односложно и даже привстал с места, чтобы лучше видеть странную пару.

– Почему-то, я не удивляюсь! – подметил я более эмоционально.

Я, более не отвлекаясь, занялся изучением каждого, пока они затеяли беседу с Магистром Вальдемаром и Софьей Павловной. Наверное обсуждают что-то важное, например правила повторяют или выслушивают предложение помириться…

А посмотреть есть на что, особенно сравнить.

Один из спорщиков одет и выглядит как подобает боевому магу. Рукоятей револьверов, оттопыривающих пологи мантии я насчитал минимум четыре. Не возьмусь утверждать, что кроме этих стволов у него ничего нет из огнестрельного арсенала.

Широкие ножны палаша выглядывают снизу. Мантия закреплена, точнее подчёркнута погонами их когтистых лап, высушенных естественно и словно удерживающих боевого мага на месте. Лицо скрыто мерцающей поволокой, голова покрыта капюшоном. Заметил и золотые шпоры на сапогах и несколько солидных кулонов на груди, висящих на массивных цепочках. Явно из арсенала штуковин чего-то магического и защитного.

В общем, вид крутой и решительный, контрастно смотрящегося матёрого бойца на фоне второго индивидуума, заинтересовавшего меня больше. И на то я имею все веские причины.

Этот человек – явный интеллигент в костюме. Я вижу хорошие ботинки, в меру изящные, из под рукавов выглядывают скромные, белоснежные манжеты, украшенные запонками с чёрными камнями. Такой же чёрный камень я вижу в том месте, где у моих современников находится узел галстука или бабочка. Заколка. Не иначе.

Мантия без особых украшений и намёков на крутизну обладателя, по типу сушёных конечностей всякой там когтистой гадости. Из вооружения я чётко угадываю рапиру или шпагу. Всё время их путаю, так как не помню которая имеет узкий и тонкий клинок. Короче, у этого аристократа тонкая и явно дорогая, статусная со скромной позолотой. Рисунок на виденном кусочке ножен столь изящен и тонок, что я невольно им залюбовался.

Голова уважаемого покрыта капюшоном и тоже скрыта мерцающей поволокой, исключающей случайное узнавание господина. Круто он выглядит. Стоит гордо напротив оппонента и, как мне кажется, усмехается. Не знаю, почему я так подумал. Ну подумал и всё тут, словно увидел ухмылку.

– Мне одному показалось, что он круче держится, чем его противник? – я прошептал вопрос.

Друзья синхронно повернулись ко мне и показали выражения предвкушений.

– Это будет занятный поединок, – закивал Тимка. – Вот увидите!

Гришка прищурился и стал похож на лису.

– А вот интересно, тут можно ставочку делать? У нас на родине, к примеру, такие вещи прокатывали, – закинул я удочку.

Друзья переглянулись и выразили полное непонимание.

Я тут же сделал вывод об отсутствии понятия о тотализаторе. Или мне показалось?

– Ладно, проехали… – дал я заднюю. – Смотрим все и наслаждаемся!

Потом проясню этот момент с азартными играми. Они есть в этом мире, и я просто знаю это. Хотя, в ставках на спорт пока нет уверенности. Да ещё и друзья странно себя повели… Короче нет времени заморачиваться с выяснением подробностей по горячему. Так сказать, на месте.

Пожав плечами я кивнул в сторону противников и мы вновь сосредоточили внимание на арене, где хлопнувший портал известил зрителей о переносе магистров с поля и скором начале поединка.

Маги по периметру практически одновременно связали руны и образовали занавес, который накрыл ристалище. Зрители замерли. Наступила звенящая тишина, а я поискал источник энергетической подпитки такого огромного полога и не заметил его…

Но он есть и я это чувствую, как ни странно. Руны защитного полога, кстати, оказались очень похожими на подсмотренную у Роксаны, когда она с дерева на меня рухнула в усадьбе Демидовых.

Двое застыли напротив, изучая и сканируя друг друга ментально, затем исполнили лёгкий, взаимный поклон и начали расходиться. При этом, отступая назад, держа себя лицом к противнику.

По рядам пробежало оживление и тихий шёпот заполнил трибуны со зрителями.

Я моргнуть не успел, как тот, что обвешан лапами выстрелил в интеллигента. Моментально перевёл на него взор и констатировал радужные переливы защитной ауры, расходящимися от места попадания в неё пули. Расстояние до тела не большое. Сантиметров тридцать.

Аристократ резко пригнулся и пуля второго выстрела прошла мимо, едва чиркнув по защите. Амулет сработал, не иначе.

Разогнувшись, он уже держал наизготовку два крохотных револьвера, и грянул сдвоенный выстрел. Интеллигент, не дожидаясь результата своего ответного огня, отбросил оружие и с его пальцев сорвалась руна, перевоплотившаяся в рой острых каменных кинжалов и ринулась в сторону боевитого противника.

Боевой маг отбросил оружие и упал на спину, провожая облако мелких и отточенных болидов, леденящих кровь звоном рассекаемого воздуха. Его защита не подвела и два уровня ауры сработали. Первый сдался отсекая основное количество летящих снарядов, а второй удержал остальные.

Зрители встали и крики удовлетворения заполнили колизей Академии. Люди хлопали и восхищались не долго.

Маг с лапами на плечах моментально вскочил и в приступе ярости связал руну стихии, ринувшуюся к противнику с рёвом закручивающегося торнадо.

Тёмный аристократ уже заканчивал вязь из своего магического арсенала, которая встала стеной воды, преградившей путь рычащему торнадо и вся чехарда накрыла противников смесью песка и воды, словно ливень неистовый.

Всё осело очень быстро, словно испарилось. Повреждений я не увидел, как и остальные зрители, никак не комментирующие события. Даже говорливый Тимка не стал возникать.

Померившись магией, таким незамысловатым способом, гладиаторы выхватили колюще-режущее и бросились навстречу друг другу. В руках у аристократа узкая шпага, а у боевика я увидел палаш. Оружие показалось немного странным, так как у одного оно уподобилось молнии, покрывшись мерцающей синевой, а у второго приняло чернейший вид, отражающий мириады звёзд. Странно как-то.

Оба оказались правши, а в свободных руках образовались руны, преобразовавшиеся в призрачные щиты.

Перед самым столкновением маг-аристократ, выглядевший конкретным интеллигентом, пошёл враскачку. Дав, таким образом противнику время привыкнуть к амплитуде, он замер в крайнем положении и сделал всего один прыжок навстречу, оказавшись практически за спиной оппонента. Обманул попросту бойца, оказавшегося недалёким в стратегии.

Удар магического щита совпал с уколом шпаги, пришедшимся куда-то в бочину отважному вояке и тот замер в удивлении.

Поверженный, он не сразу рухнул на землю, а после паузы за время которой рассмотрел перчатку, залитую кровью.

– Сто-о-оп поединку! – раздался знакомый возглас магистра Вальдемара. – Медики на Ар-р-е-ену-у! – добавил он выдержав паузу.

Аристократ отступил с поклоном от тела и встал поодаль, ожидая лекарей и предоставляя право осмотра побеждённого.

Зрители ликовали и овации слились со свистом, которого я не ожидал услышать от вельмож. Пожав плечами я отметил, что поединок не длится долго, что вполне соответствует моим пониманиям схваток один на один. Жизненно и скоротечно всё вышло. Один удар решает всё и это верно.

Пока шёл осмотр поверженного я посмотрел в тетрадку и отметил, что зарисовки мной исполнены автоматически. Когда я успел это сделать? Хм… Я убрал записи и обратил внимание на друзей. Довольных просмотренным зрелищем.

– Тимоха, нет ощущения что всё произошло слишком стремительно? – обратился я за пояснением. – Они не должны разве биться часа два? – я провёл аналогию с боксёрами из своего мира.

Малой посмотрел на меня как на недалёкого.

– Эм-м… Феликс, барин, – он выразил озабоченность моим предположением. – Порой, хватает одной атаки или удачного выстрела, для выяснения всего! Тут были такие маги Рун, что противник их и глазом моргнуть не успевал, как защиты от артефактов рушились, а привычные не помогали, – он озадачил меня.

– Погоди, – взял его за плечо, предотвращая продолжение наблюдений за полем. – А что зрители? Им всем, – я обвёл окружение свободной рукой. – Им, разве, не обидно? Денег потратили, а зрелища нет никакого?

Тимка улыбнулся мне, но не с издёвкой, а как-то по доброму что-ли.

– Нет барин, – он покачал головой. – Тут люди уважаемые общаются. Мы просто опоздали, а так, – он пожал плечами, – обычно зрители собираются заранее. Прогуливаются беседуя в парке, обсуждают новости и разносят сплетни.

Я отпустил его и задумался конкретно над теми крохами, что я увидел из магических построений. Ну правильно, по идее. Тут же не спортивное мероприятие и маги берут из своего арсенала самое мощное и проверенное неоднократно. Нет нужды на публику работать, а существует нерешённые вопросы, что не удалось уладить миром.

Так что, чего удивляться? Н-да… Само провидение велит приобщаться к разовым наймам в охранение, где можно тренировку подсмотреть. Или придётся стать студентом Академии. Эдак годика через два после отдачи долга «царю и отечеству». Только живым бы вернуться после отдачи такого долга…

– Внимание, всем уважаемым гражданам! – зычный призыв Магистра Вальдемара отвлёк от размышлений. – Инцидент исчерпан! Всех поздравляю и довожу до сведения, что смертельного исхода не было! Пострадавший пройдёт необходимое лечение, выбрав по желанию больничное учреждение. Наше, тоже к его услугам!

Зрители вновь предались восторгу, зааплодировав и делясь впечатлением от скоротечного поединка с ближайшими соседями.

Мне сразу тут надоело и я дёрнул друзей по очереди, привлекая внимание к себе.

– Всё господа! Раз кина больше не предвидится, то давайте дёргать отсюда, – прекратил я их праздник.

– Феликс, а тут никто пока не расходится, – подметил Гришка, кивая на окружающих.

Я тоже обратил на этот факт внимание и прошёлся взглядом по трибунам. Никого знакомого не приметил в близком радиусе и остался верен своему решению.

– Нет ребята, – проявил я твёрдость, – раз уж всё так удачно сложилось по времени, мы лучше проведём остатки вечера с максимальной пользой, – оборвал я их надежды побездельничать в компании праздно гуляющих. – План есть всегда и он важнее, чем всё остальное. Поверьте. Просто я скорректирую его по времени.

Мы поднялись со своих мест и прошли к одной из центральных лестниц, где моментально свернули в неприметную дверь и оказались за трибунами. После пары переходов по коридорам мы спустились к главному входу, где без особого труда вышли из колизея. Ещё раз восхитившись произведением зодчих, я обозначил Тимке задачу по проводу нас через лес короткой дорогой.

– Да понял, понял я уже! – отозвался пацан, слегка расстроившись столь коротким временем пребывания в известном месте. – Той же дорогой и отправимся, – добавил он ловя мой строгий взгляд. – Я просто думал, что мы немного задержимся и отведаем пирогов, – пробормотал он с наигранной досадой.

Я моментально расшифровал его толстый намёк, но не стал прикидываться злобным старшим скупердяем.

– Тимка! Даю слово, что на ужин мы попросим что-нибудь приготовить эдакого! – я подбодрил пацанёнка. – Проси чего угодно, кроме кашки. Но, если ты предпочитаешь её употребить, вместо жареного гуся нашей дорогой Ксандры, то я прямо развожу в смятении и удивлении руки!

– Барин, Феликс, – отреагировал Тимка на замануху. – Вот умеете вы быть убедительным!

С этими словами он прибавил ходу по лесной тропинке, которую я никогда не распознал бы в этом лесу. Да и темнота начала наступать семимильными шагами на пятки сумеркам.

Так мы и двигаемся за проводником, еле поспевая за юрким пацаном и стараясь не упустить его из виду.

Неожиданно внутренняя чуйка сработала в унисон с возгласом Чукчи.

– Хозяина! – заорал он истошно. – Ложися!

Но я уже и так падал на живот, роняя идущего рядом Гришку и контролируя Тимку, что насторожился прежде чем упасть и тоже рухнул в кусты. Точнее, он исполнил полёт рыбкой, с одновременно грохнувшим выстрелом где-то неподалёку.

Не рассчитывая особо на удачу я уже ушёл в сторону, кувыркнувшись и вытащил револьверы на всякий случай.

– Засада блин! – предупредил я друзей. – Не высовывайтесь, я гляну одним глазком.

Только успел подумать о пологе непроницаемости, как что-то кольнуло в грудь, но не болью, а жаром.

Оценил действие малахитовой цепочки Рюриков, сработавшей щитом от шальной пули. Радужные всполохи пошли от места попадания в защиту. Руническими похоже долбит кто-то. Повезло, что защита есть.

Незамедлительно построил Руну и создал полог, после чего выдохнул с облегчением и начал тихо пробираться к месту конфликта, вооружённого и не факт, что до магических штучек дело не дойдёт.

Метров через десяток я увидел, и оценил происходящее, спрятавшись за раскидистым деревом.

Неизвестный маг в мантии магистра, явной принадлежности к патрулю, перестреливался с несколькими неизвестными. Разобрать конкретно, кто напал на него я не смог, да и не важно это, если честно сказать. Приняв решение, о котором я точно не буду жалеть, я обратился к своим спевшимся друзьям в голове. К Чукче и Калигуле.

– Эй, двое из ларца, – прошептал вслух. – Вы помощь оказать сумеете? Мне не нравится нападение на патрульных магов, тем более магистров. Так что, – я мысленно вздохнул. – Так что давайте, продемонстрируйте класс!

Пришла конечно мысль, что я об этом пожалею, но было уже поздно, так как кто-то из нападавших начал истошно орать…

– А-а-а! По-моги-те мне! – орал неизвестный. – Я бросаю оружие!

И в самом деле, из-за дерева полетел стреляющий и колющий металлолом.

– Хозяина! Твоя может теперича гордиться, однака! – Рыжий в голове вновь заговорил. – Наша с Калигулай постаралися! – добавил довольным тоном, чем смутил окончательно. – Вона как кого-то раскарячило!

Я превратился в зрение и слух, наблюдая из-за своего укрытия за происходящим. Магистр из патруля проводил взглядом убегающих налётчиков, а сам приблизился к тому кадру, что сейчас испытывает на себе боевую мощь моего элементаля, ну или таракана. Ну или обоих сразу.

– Выхожу к тебе! Не дури! – выкрикнул магистр беснующемуся убогому. – Если что, сразу стреляю!

К этому моменту ко мне уже подкрались друзья, начав удивляться столь скорой развязке.

– Я не понял, он что, сдаётся? – прошептал Гришка. – Верещал так, что поверить можно! – добавил он искренне удивившись.

Я приподнялся на колено и махнул друзьям, призывая присмотреться к месту сдачи несостоявшегося убийцы и мы синхронно выдвинулись по окружности, скрытно и выбирая удобное место для обзора.

Подходили соблюдая осторожность, а когда нашли позицию, то сразу поверить в то, что открылось взору не смогли.

Бедолага стоял и смотрел с ужасом на то, как его ноги становятся каменными, от земли и всё выше. Сантиметр за сантиметром он каменел, испытывая страдания и теряя рассудок от безысходности. Действие не прекращалось до тех самых пор, пока из боевого мага не получилась статуя, протянувшая руки к небу, словно стараясь ухватиться за него и подтянувшись покинуть страшное место.

Мы переглянулись с друзьями. Я будто почувствовал, как волосы шевелятся на моей голове и скоро предпримут действия по выдеру друг друга. По спине бежали ледяные струйки пота. Друзья не отрывали взгляда с немого крика, застывшего на устах статуи.

– Что, мать его за ногу, это такое было? – выдал я на одном дыхании после продолжительной паузы, когда обрёл способность говорить и двигаться.

– Кх-м… – кашлянул дед Калигула в моей голове. – А как ты думал я среагирую на твой призыв к боевым действиям как-то иначе? Но друзьям этого не рассказывай. Или сочтут за чёрную магию…

– И этот арсенал в моём доступе? – я спросил элементаля Земли автоматически. – А что у тебя ещё припасено, не поделишься?

– Не всегда, – развеял он мысли о моей всесильности. – Мне тоже нужна энергия, своя… – расплывчато как-то добавил Калигула. – Но не это сейчас важно, а то, что вам с друзьями нужно отсюда сматываться!

Я принял его совет к исполнению, как очевидный и не имеющий альтернативы.

– Все закрыли рты, – прошипел я и даже отвесил Гришке пощёчину, предупреждая переход в истерию. – Бегом отсюда подальше! Тимка, выводи! Мы резко уносим ноги. Всё поясню позже и в спокойной обстановке! Обещаю!

Глава 3. Невероятные открытия растут, как снежный ком

Мы бросились через чащу с удвоенной силой, преодолевая препятствия словно их и нет вовсе. Однако забег продлился не долго.

Перед подъёмом к заветной аллейке наш путь преградили поисковики. Множества фонарей замаячили впереди, говоря о приближающихся проблемах.

Вечер уже давно наступил и темнота в лесу усилилась из-за деревьев. Многовековые сосны поддерживают тёмное небо своими кронами, а раскидистые ветви дубов прикрывают немногочисленные поляны, добавляя жуткой темени и пугая причудливыми очертаниями слабонервных.

Положение становится предельно опасным, не сулившим ничего хорошего. Что удалось обнаружить поисковикам? Да и вообще, каковы причины организации поисков с прочёсыванием лесного массива в горах, что в моём мире носят название Жигулёвских? Никто не скажет.

Кстати, рельеф местности совершенно не похож на тот, что я помню из той, другой своей жизни. Горы вроде выше, а овраги и расселины глубже. Даже откровенно скалистые участки есть.

– Не пойму, нас что, вычислили? – пробубнил я, пытаясь рассмотреть группу поисковиков. – Магистр из патруля догадался о чём-то? Линять!!!

Тимка повертел головой, отыскивая какие-то метки, известные лишь ему, как коренному жителю и знатоку здешних мест.

Григорий просто затаился, наблюдая мерцание огней, а я пытаюсь продумать версии вранья, желательно правдоподобного и очень убедительного, предназначающегося следователям.

В моей голове произошло оживление.

– Кх-м… Нет, господин Феликс, – с завидным спокойствием прозвучал голос Калигулы. – Мы с вашим вторым странным и усатым другом постарались. Ничего, – он сделал ударение, – никто даже слышать не мог, не говоря о таком вопиющем факте, как что-то смогли видеть!

– Это с какого? – я огрызнулся вслух, чем вызвал пару подозрительных взглядов со стороны Гришки с Тимохой.

– Эм-м… Однака, хозяина, твоя не должна был так усомниться в моей прозорливости! – очень обидчиво выдал Чукча. – Наша с Калигулай поставили полог непроницаемости сразу же, как заподозрили засаду, однака! – добавил весьма убедительно мой узурпатор.

– Тогда с какого перепуга, прости что не матом выразился, местные тут поиски замутили? – тут я обратился более снисходительно, хотя настроение моё ухудшилось. – А-а-аа! – Я махнул рукой от досады и продолжил мысленное общение, надеясь быстро завершить его. – Зараза в печень крохобору! Так, это что же все те люди тут делают? А? Дайте предположить! Они грибы ищут, с фонарями для удобства! Ну да, сезон то, он ведь начаться должен, и наверняка сегодня, прям вот как раз в этот самый час… Народ опоздать боится, переживает и хмуриться! Ладно, – решил я отложить разбор фактов с комментариями, – давайте искать выход.

Вглядываясь в темноту ночи я вновь расстроился, так как нет возможности узнать принадлежность поисковиков из-за фонарей, мешающих лучами и темени, наступающей и сгущающейся всё сильнее.

Кто они? Может маги из патруля совместно с полицией? Или это горожане ищут потерявшуюся в лесу «красную шапочку»? Мысленно тряхнул головой, прогоняя видение в котором представил вместо девочки и алого кокошника грибок мухомор. О чём я думаю… Блин…

Меня тихонечко тронул кто-то сзади, отвлекая от наблюдения и размышлений. Резко обернувшись я встретился взглядом с Тимкой, умудрившимся выглядеть и счастливым и озабоченным, одновременно.

Я сделал вопросительный кивок.

– Феликс, барин, – зашептал пацанёнок, придвигаясь ближе и увлекая меня присесть на корточки. – Есть выход, – выдал он фразу, которую я ждал, словно манну небесную. – Но я сильно сомневаюсь, что он тебе понравится, – посетовал наш вождь команчей.

– Тимоха, ё-п-р-с-т! Не тяни кота за неположенное! – я отвесил другу дружеский подзатыльник и махнул призывно рукой Гришке.

Молодой граф Распутин уже и так двигался к нам, соблюдая осторожность и исключая хруст веток под ногами. Я вдруг замешкался, думая о пологе непроницаемости. Если его поставить, то нас могут засечь, интересно? Нужно узнать об остаточных магических следах.

– Давай, Тимка, говори решение, – похлопал я парня подбадривая. – Все в сборе.

Он покосился на меня с Гришкой и как-то неуверенно отвёл глаза. Пришлось слегонца сжать его плечо, придавая бодрости и смелости.

– Как все помнят, – начал он, – сеть катакомб и тоннелей превратила эти места в нечто, сродни муравейнику…

– Всё! Я понял твою мысль! – прервал я монолог о истории края и его достопримечательностях. – Если знаешь вход, то давай! Показывай! И не говори мне, что тот прекрасный артефакт в виде камня, указывающий ходы в лабиринтах, ты вдруг запамятовал!

Проговорив замечание о полезной вещице, так и не использованной на всю катушку при первом знакомстве с подземельями, я с надеждой в душе посмотрел на начавшего улыбаться Тимку. Вот пострел! Ему смешно ещё!

– Нет, – он замотал головой, – ой! Не в смысле «Нет не знаю и не взял», а «нет – не забыл и знаю»! – пацан поправился, заметив тень досады на первую реплику. – Короче, баре, есть тут вход и я его отыскал. Проползти на корячках малёха придётся, там… Ну там узко, – начал он доводить вводные. – А дальше выйдем в нормальные проходы…

– Всё! – я зажал его рот, пресекая словесный поток. – Веди и быстренько валим от седа!

Тимоха указал рукой направление где расположен вход или, вернее сказать, лаз, принимая во внимание его замечание по передвижению ползком.

Я отпустил мелкого сорванца и мы проползли на корячках десяток метров в сторону от быстро приближающихся огней.

В неприметном месте, практически никак не замаскированном, Тимка отодвинул пласт дёрна с каменной плиты. Она оказалась вовсе не массивная и тонкая. Лёгкая, одним словом. Так что справиться с ней мы запросто смогли и через минуту возни уставились в чёрный зев тоннеля, более смахивающего на нору.

Приготовив створку с дёрном таким образом, чтобы легко вернуть на место, я пропустил вперёд друзей и ещё раз осмотрел местность. Как малой его отыскал я ума не приложу. Всё в окружении обычное, чёрное сейчас из-за ночи и никаких меток.

Пожав плечами я спустился вниз и задвинул за собой крышку, надеясь, что всё на поверхности осталось таким же, как и до нашего визита. А вообще, прикрывать дырку каменной плитой это интересная идея, мудрая, так как она не прогнётся и не завибрирует под наступившей ногой. Да и дёрн роль играет приличную, имея толщину почти двадцать сантиметров. Так, на вскидку если прикинуть…

Развернувшись в предполагаемом направлении хода я сделал шаг и долбанулся об арочный свод.

– Ох-х! Мать её! – я выругался и сел на земляной пол тоннеля. – Не понял?

– Хм-м! Барин, я же предупреждал, что проход засыпан почти на треть! – выдал Тимка откуда-то спереди.

– Ты говорил, что он просто лаз! – подметил Гришка. – Вот Феликс и впал в смятение, увидев… Эм… Точнее, приложившись об каменную кладку свода, – дал он развёрнутое пояснение вместо меня.

– Угу, вот именно, – пришлось подтвердить версию потирая лоб. – Короче, что есть из источников света?

Вместо ответа я услышал возню Гришки, охлопавшего себя по карманам и последующий за этим вздох разочарования.

Однако от Тимки никаких действий не последовало, кроме шороха коленей по земляному полу. Пополз за ним, подтолкнув вперёд Распутина и надеясь на то, что беспризорники предусмотрели такой вот жизненный поворот, как оказаться в сырых лабиринтах без должной подготовки.

И мои предположения оказались верными, так как, буквально через десяток минут передвижения в неудобной позе, нам удалось выпрямиться и ступить на вполне нормальное напольное покрытие из камня. Естественно старое и с выбоинами в некоторых местах, что я отметил при свете факела, загоревшегося в руках нашего молодого проводника.

– Изумительно! – я односложно выразился. – Тимоха, давай артефакт, – я протянул руку, подойдя к пацану. – Попробую его изучить, точнее, эм… – сделал паузу ожидая подтверждения от лазутчиков в кармане и голове. – Короче, давай я разбираться буду.

Тимка вытащил знакомую вещицу и передал мне.

– Тут я знаю путь, более-менее, – он перешёл к делу и развернувшись махнул нам призывно. – Надеюсь, что ничего не рухнуло и не изменилось с последнего посещения! Пошли, баре!

– Ну да, от слов сразу к делу, – пробормотал я про себя. – Не зря пацанва беспризорная ему доверилась и в предводители назначила…

Тимоха время терять не намерен, как впрочем, и мы с Гришкой.

С приподнявшимся настроением я пока убрал камень в карман. Этот предмет представляет собой малахит, украшенный нитями линий, словно паутинками или трещинками, наверняка олицетворяющими проходы по подземелью. Ну или катакомб, лабиринтов там всяческих.

Я хорошо помню, как рисунки постоянно менялись. Это знакомство с особенностями артефакта случилось в прошлый раз, когда мы детишек пропавших искали с Тимохой. Однако, я так пока и не понял, как этим счастьем пользоваться. Посему, вся надежда возлагается на Чукчу с Элементалем, ведь эти архаровцы магические просто обязаны знать, как пользоваться такими офигенными штуковинами.

– Хозяина, моя этим займётся! – подтвердил мои мысли усатый деспот. – Не волнуйтеся, вот совсем, ни капельки!

Можно было подумать, что хитрюга ответит как-то иначе? Угу, три раза…

– Да верю, верю, – буркнул я мысленно. – Не мешай, а то отвлекаешь! Могу ещё раз бахнуться и тогда твоя «хозяина» конкретно осерчает, и ты займёшься моими косточками раздолбанными! Благо, есть опыт с практикой.

Дедок элементаль Калигула хихикнул, а Рыжий моментально затих, что позволило мне сосредоточиться на прохождении опасного участка тоннеля. В этом месте грунтовые воды промыли пол и образовалась расселина с обрушением камней кладки. Остался очень узкий участок у стенки, по которому есть возможность перебраться на другую сторону.

Глубина, по прикидкам, внушительная. К примеру, сдвинутый камень упал, и исчез в черном зеве разлома пока не ударился в глубине об препятствие. И это, лишь спустя секунды полторы, а то и все две! Нафиг нужны такие полёты, с переломами в итоге!

Спустя ещё несколько десятков минут путешествия среди паутины и корней, пробивших древние стены, начался затяжной спуск вниз. Ступеньки есть конечно, но в таком плачевном состоянии, что их наличие ну никак не влияет на скорость и безопасность прохождения этого участка.

Мрачновато тут.

В стенах попадаются углубления, расположенные в полуметре от пола. В парочке таких ниш мы обнаружили кости, обычные и человеческие. Мой дар, полученный вместе с перстнем Рюриков, отвечающий за распознание схронов, молчит и пробуждаться не хочет.

А может просто тут и нет ничего, раз дорожка протоптана пацанвой и не только ими. Скорее всего до меня всё выгребли, или до появления Тимки. Охотников за артефактами хватает, по словам малого и удивляться я перестал, хоть и надеялся прибарахлиться таким вот образом.

Пока двигаемся молча, я поразмыслил на тему проблемсов, которые обязательно огребу в случае установления факта применения тёмной магии, как подметил Калигула вместе с усатым агрессором. То, что я не виноват в этом… Хм-м… Ни фига не прокатит за оправдание, и это без вариантов. Не раскрывать же, ну в самом-то деле, элементаля, да ещё и собственного впридачу.

Внезапно впереди истошно заорал Тимка, словно его прижигают калёным железом. Да ещё, так сильно и громко, что я чуть не «обалдел», причём очень «жидким стулом»…

– Всё, бра-а-а-тцы-ы-ы! Де-е-ржи-и-и-те-е-есь! – протяжно завопил наш проводник, с огромным ускорением удаляясь от нас куда-то вниз.

Звук падающего тела раздался с того места, где стоял Гришка и новые вопли разнеслись по лабиринту:

– Бли… Фе-е-ели-и-кс! Нам – Ха-а-ана-а! – сквозь ругательство проскочили две фразы, тоже удаляясь.

Я судорожно начал ощупывать сырые стены тоннеля, в поисках хоть какого-нибудь выступа, способного помочь перед неизбежным, но все попытки оказались тщетны.

Пальцы натыкались только на мокрые камни кладки, настолько скользкие, что сама возможность зацепиться показалась мне абсурдом. Я приготовился к худшему и почувствовал, как пол уходит из-под моих ног. Но не рушится, а просто наклоняется и…

Я не сдержал крик возмущения и отчаяния, вырвавшийся из моей груди.

– За что, интересно мне знать, тут можно держа-а-а-ть-ся-я? А-аа-а! – выразился я громко и эмоционально, соскальзывая и падая на спину… – Мне на кладбище прогулы ещё не ставят! Мама-а-а-а! За что такая падла слу-уча-а-а-е-е-етс-я-я-я?

И я покатился, точнее поехал на пятой точке вниз, по какому-то природному жёлобу, стенки которого, да и вообще, всё вокруг, состоит из скользкой и мокрой глины.

Это я определил на ощупь, и констатировал сей факт подсознательно, так как основные мои мысли состоят лишь из страха. Моё тело закрутилось, скользя по каналу. Вестибулярный аппарат начал подводить, а к горлу подкатилась тошнота…

Крутые спуски, ускорения и взлёты на небольших подъёмах слалома, чередуются многочисленными поворотами. Смены направления происходят непредсказуемо и я постоянно взлетаю ударяясь об свод, стены и пол.

Орать, естественно, я перестал довольно скоро. Паниковать, тоже. И даже слегка обрадовался тому, что по пути не попадаются острые камни или ещё какая-нибудь подземная бяка, способная нанести моей тушке непоправимый урон…

Основное направление неконтролируемого скольжения направлено постоянно вниз. Куда я лечу? Что ждёт впереди? Блин!

Не могу даже приблизительно предположить, сколько времи прошло с момента падения и начала спуска. Отметил, что мои друзья перестали кричать и только сконцентрировался на мыслях о них как моё скольжение прервалось и пару секунд я наслаждался ощущением свободного полёта. Затем удар в мягкое и тёплое и тишина воцарилась во мраке подземелья.

Сзади вспыхнул свет и я рефлекторно развернулся, что бы найти и определить его источник.

– С приездом, баре, – произнёс Тимка, держа в руках факел.

Как он умудрился его не посеять, я ума не приложу.

Махнув ему, мол – погоди, я посмотрел на Гришку, сработавшему подушкой безопасности при моём приземлении. Поверхностная ревизия с ощупыванием не выявила признаков непоправимого ущерба его организма и я выдохнул облегчённо. Григорий только сейчас открыл глаза.

– Скажите, а полёты уже закончились? – он выдал фразу, пытаясь изобразить шутку. – Феликс, как ты? Тимка? Вы целы, братцы?

Я ухмыльнулся и похлопал его по плечу. Обрадовался несказанно здоровью друга и его сдравому рассудку, что подтвердилось попыткой пошутить.

– Н-да… Нормалёк всё! – я помог ему встать. – А вот теперь, друзья мои, мы в самой настоящей заднице дракона находимся, если они бывают. Это как выпасть из вертолёта в тайге с завязанными глазами.

Два взгляда непонимания устремились на меня.

– Эм… Феликс. Я это… Не совсем понял, из чего выпали и в какой тайге? – спросил Тимка, не пожелавший оставлять без внимания незнакомые слова.

– В дремучей тайге! – буркнул я и обвёл взглядом ту часть подземелья, что освещена скудным огнём факела. – Про вертолёт, хм-м… даже не спрашивайте, потом поясню, – предупредил я новые вопросы. – Итак, господа, где мы сейчас, кто-то знает?

Я глянул на друзей, обалдело осматривающих свод с сосульками из грязи или глины. Зрелище, кстати, вовсе не из приятных. Так себе.

– Без малейшего! – Тимка приподнял факел над головой. – Могу предположить, что мы с вами, баре, брякнулись в русло талой воды, что прогрызла гору. У подножия мы – это точно. Но где именно… – он развёл руками в жесте непонимания и пожал плечами. – Где конкретно, я пока не знаю.

Мы все трое вздохнули в унисон и вновь завертели головами.

– А не пора ли нам воспользоваться тем камнем, что дал тебе Тимка? – выдал Гришка мысль.

– М-да. Заявка на оригинальность предложения одобрена! – я вынул из кармана камень вместе с Чукчей, схватившимся за него всеми лапами-ногами. – Сейчас спросим у маэстро разгадок!

Мы все трое посмотрели на это чудо позеленевшее, а не того цвета, как было, и улыбнулись. Рыжий диктатор с подрагивающими усами и всхлипыванием никак не реагировал на нас. Даже не смотрел, продолжая жмуриться.

Тимка, выпучил глаза на него глядя, но лишние вопросы задавать не стал, как и подобает воспитанному парню. Однако интерес в его глазах я прочитал колоссальный. Ну да ладно, пусть привыкает.

Тут я решил, что маскироваться не стоит, так как ситуация вышла из-под контроля, даже намёка на него нет. Попали мы конкретно и вся надежда возлагается на усатого узурпатора.

– Чукча, блин! – я обратился к деспоту мелкому весьма эмоционально встряхнув камнем. – Ты вообще, думаешь прекращать изображать пострадавшего? А? Чукча? – я ещё раз встряхнул его.

Мелкий пакостник и растлитель русалок приоткрыл глаз, сопроводив это действие изгибом одного уса в вопросительный знак.

– Однака, скажите пожалуйста, эм-м… – он сделал паузу, за время которой открыл и второй глаз, осматривая пространство. – А горки, где моя плохо стало, уже закончилися?

Я встряхнул им ещё разок для убедительности и правильного восприятия моего последующего монолога, а друзья просто неотрывно смотрели на это недоразумение сидящее верхом на артефакте и не знали как правильно реагировать.

– Слушай сюда, чудо рыжее, – я поднёс его к своему лицу, чтобы лучше видеть мимику, а таракашка прижал усы, типа испугался, но я то, знаю, что он придуривается и играет на публику. – Если ты будешь лысого валять и не подскажешь, как этим, симпотным булыжником из малахита, пользоваться, то… – я скорчил зверское выражение, а рыжий плотнее прижал усы, из опасения, что они пострадают первыми и будут банально выдернуты. – То я, даже не рискну представить, каким будет наказание! – прошипел я в завершении тирады. – Итак? Ну? – ещё раз встряхнул перепуганного агрессора на камне.

Теперь мой персональный укротитель элементалей стал светлым, имитируя бледность и духа и тела. Угу, прощелыга! Типа, страшно ему. Ведь знает, гадёныш этакий, что я ему ничего сделать не смогу. Или? Смогу может быть, просто не знаю об этом? Ладно, проехали и вернусь ещё к этому вопросу.

Таракашка наконец снова приподнял усы и трясясь, наигранно я думаю, посмотрел на меня взором полным обречённости, но с искрой надежды на помилование, а вот Калигула молчит… Я лишь отметил, что алмазы в глазницах серебряных змеев, держащих изумруд, сверкают.

– Нечего так ругаться, начальника! Однака, всё просто нада делать! – запричитал Чукча. – Моя давно всё знает и твоя спокойно может пользоваться камнем! Вот и перстень твой с цепкой малахитовой от Рюриков, они тоже утверждают, что…

– Ближе к делу! – я оборвал его нетерпеливо.

Сам, при этом, действительно почувствовал волны тепла, исходящие от перстня и пронизывающие моё тело до цепочки и обратно. Приятное ощущение, кстати.

– Всё-всё! Хозяина! Не гневайся, однака, просто посмотри на камешек и представь, где бы ты мог оказаться! Он тебя поправит в заблуждениях и покажет истинное местоположение, а так же путь по которому ты сможешь добраться до указанного, ой… Моя ошибаться… Не до указанного, а до задуманного в мыслях места… – выдал рыжий узурпатор почти на одном дыхании.

Эта информация заставила меня удивиться простоте использования и открывшимся перспективам в будущем. То есть, чтобы узнать дорогу, необходимо сначала заблудиться? Оригинальный гаджет, сказать нечего.

Я по иному взглянул на малахитовый камень, на котором всё ещё продолжает удерживаться лапами Чукча, а пацаны, привыкшие к такому оригинальному спутнику и моему общению с ним, уже конкретно лыбятся.

– Ну слезай, вредина несговорчивая, тогда уж! – я щёлкнул деспота по усу. – Выспрашивать дорогу домой буду.

Рыжий демон лихо соскочил с камня и переполз ко мне на плечо, а я сосредоточился на Малахитовом артефакте.

Украшенный нитями линий, словно паутинками или трещинками, он по иному заиграл в моей руке переливами отражённого света факела на огранке.

Друзья тоже следят и застыли, открывая для себя нечто новое и таинственное…

Ого! Да она представлена гранями, в основном выполненными в шестиугольниках разного размера и форм, и очень похожими на мой, теперь уже династический, перстень Рюриков! Охренеть просто!

Через пару мгновений началось преображение… Тонкие нитевидные трещины стали утолщаться, пульсируя сгустками света и полностью преобразили артефакт, перекрасив его в светлые тона. На углах абсолютно всех граней вспыхнули яркие огоньки и вырвались, наружу. Они закружились в пространстве, а я чётко представил то единственное место в этом мире магии, что для меня является домом.

Внешний вид фасада дома, где находится антикварная лавка Артура. Вход с неизменным колокольчиком, осыпавшим посетителей искрами и звук перезвона молоточков жителей часиков. Торговый зал с загадочными экспонатами, и свою маленькую комнатку, заботливо выделенную для отдыха хозяином…

Огни вдруг вытянулись в линии, перестроившись в пространстве и отразили сеть лабиринтов, на которой мы сконцентрировали внимание. Несколько минут мы изучали открывшиеся проходы и наше местоположение, отмеченное яркой, мерцающей точкой.

Нашли и нужную нам точку, правда я удивился. До неё, как оказалось, всего-то понадобится пройти немного, преодолеть пару поворотов, затем спуститься? Ну да! Факт! Спуститься и оказаться в зале, тоже помеченным, но уже точкой с оттенками красного сияния.

– Я не понял? – неосознанно вырвалось у меня. – Мы что, сейчас находимся выше лавки Артура?

Задав вопрос ни к кому конкретно не обращаясь я посмотрел на друзей, застывших в полном изумлении и непонимании данного обстоятельства. На лицах немые вопросы, как и на моём.

Хотел найти таракана и придавить, если откажется дать развёрнутое пояснение, но его не оказалось на плече. А похлопав по карманам, я не смог обнаружить его местоположение.

– Хана пояснялке! – я выразил досаду и одновременную злость. – Если выберемся, то я ему так наваляю, что он русалок забудет на долго, как и карты с бухлом! – озвучил я угрозу в пространство, надеясь привлечь внимание сбежавшего узурпатора.

– Да ладно тебе, Феликс, не стоит, – снисходительно произнёс Гришка. – Пошли уж, ждать-то чего? Раз камень указал направление, то так то и надо всё исполнить, – продолжил он, разворачиваясь по направлению невидимой с нашего место дыре в стене. – Глядишь, там новая подсказка найдётся? А?

Я вздохнул и хлопнул по плечу Тимку, так и находящемуся в состоянии изумления.

– Давай, факелоносец, пошли искать выход на свежий воздух, если можно так выразиться! – попытался я его разговорить.

– А-аа-а? Это что ваще было? Ох баре…

Тимка отмер, и осознанно двинулся вперёд, обгоняя Григория. Но делает он это молча, так как паренёк всё ещё находится под неизгладимым впечатлением от произошедшего.

Хмыкнув, я направился за ними, решая, что ещё припасено из сюрпризов на сегодняшний вечер и мы спокойно отыскали нужный нам вход в лабиринты холодного подземелья…

…Первым сюрпризом, обнаруженным на подходе к обозначенному в маршруте месту, стала дверь. Каменная дверь, шлифованная, расписанная многочисленными руническими символами, она никак не вписывается в общую картину разрушений, проделанных временем. Она, дверь эта, как не покажется странным, оказалась не запертая. Долго размышлять нет причины, так как пучок мерцающего маркера на импровизированной виртуальной и магической карте, чётко обозначил это место. Ну, которое за дверью.

– Есть веские аргументы, что бы не открывать её? – обратился я к друзьям. – Если таковые имеются, то самое время их озвучить… – я нажал на каменную плиту и она поддалась. – Вот теперь, этого времени нету, – пояснил я свои действия и первым вошёл внутрь.

Оригинальное помещение! Слов выразить изумление нет. Я остановился осматривая овальный зал приличного размера.

Каменный свод, в виде купола. Стены из того же камня, но какого-то странного. Не похоже на предыдущие, что я видел во всех лабиринтах, где успел побывать. Но самое главное не это, а капающий дождик, берущийся из-ниоткуда, самым немыслимым образом падающий на пожухлую травку. Встряхнул головой, прогоняя видение, но не тут-то было. Всё так и осталось.

Освещение как в сумеречном лесу, но нет источника. Да и откуда ему взяться на каменном своде?

– Малахитовая комната! – прошептал Тимка, садясь от переизбытка чувств на пятую точку.

– Я тоже о ней слышал… – выдал обескураженный Гришка и тоже рухнул на попу. – В детстве…

Такой поворот меня вывел из состояния психического равновесия окончательно. Ко всему прочему, я обнаружил в этом замкнутом пространстве странного помещения нечто, до боли знакомое и сам сел на задницу.

Я вижу то, что наблюдал в лавке Артура в момент первого моего дежурства в качестве сторожа, когда вышел в торговый зал, чтобы глянуть на источник шума падающих капель проливного дождя. Тогда я конкретно вымок и лишь мельком отметил разбросанный антиквариат в лужах.

Увидел и странную дверь входа в вотчину Артура, как и двери в коридор подсобных помещений, откуда я вышел в то, ночное дежурство. И ещё несколько дверей, просто так стоящих в хаотичном порядке повсюду. Я сбрендил походу!

– Пояснить не хотите ли, оба? – вымолвил я единственное из возможного в данных обстоятельствах.

На меня обратили внимание и посмотрели как на идиота, не иначе.

– Как? Эм-м… Господин Феликс, ты разве не слышал о двенадцати порталах? – изумился Тимка и покачал головой, явно сочувствуя мне, такому недалёкому.

– Феликс, я в замешательстве… Н-да-а-а… – протянул Гришка, копируя эмоции нашего главаря местных команчей. – Не ожидал…

– А может это не один из них? – высказался Тимка недоверчиво, обращаясь и к себе и к Гришке.

Мне откровенно надоела их реакция, тем более, что посвящать меня они явно не спешат.

– Я кому, спрашивается, нахер вопрос задал? – пришлось показать раздражение и подступающую злость. – Вы говорить мне собираетесь об этом? – я обвёл рукой пространство, обозначая всё помещение. – А?

Друзья вздохнули…

Григорий набрал в грудь воздуха, встал, помогая подняться Тимохе и оба встали напротив меня.

– Малахитовая комната потерянных двенадцати порталов, – собравшись с мыслями начал рассказывать Григорий, как старший из друзей. – Это один из самых таинственных артефактов, оставшихся после Рюриков. Найти их все, пытались многие…

– Говорят, что даже нашли, – вклинился Тимка.

– Да, – кивнул Гришка и продолжил. – Поговаривают, что существует клан Двенадцати Хранителей Цитадели, своеобразный оплот магического мира Руссии. Адепты этого клана, даже не клана, как все поговаривают, а Ордена, никогда не открывают секрета, – молодой граф Распутин вздохнул. – Любые попытки выведать даже принадлежность к этим людям, всегда заканчиваются плохо. Но это слухи, потому, что некому рассказать, насколько плохо всё заканчивается…

Гришка вновь посмотрел на окружающее пространство.

– И что такого в этих порталах? Ну, я имею ввиду, что есть порталы в свитках…

– Да то, что они стационарные и могут пропустить сквозь себя любое количество людей, – расшифровал Тимка.

Распутин вновь повернулся ко мне.

– Ещё молвят, – Гришка поднял указательный палец. – Что двенадцатый, малахитовый портал, так и не найден. Его окружает большая тайна, даже чем остальные одиннадцать, вроде как найденных и охраняемых Адептами Клана Двенадцати.

Тимка вновь перебил друга, ткнув его в бок.

– И самое невероятное, – он принял гордую стойку победителя. – Хранителей всего одиннадцать, по числу найденных порталов. Двенадцатого нет! Малахитовая комната – это такой артефакт, который может менять положение по желанию хранителя… – он вздохнул. – Ну так говорят…

Друзья затихли, предоставив мне возможность слегка поразмыслить…

Лёгкие капли дождя, падающего ниоткуда, касаются одежды, смывая с неё остатки глины и грязи. Они моментально высыхают, после того, как очистят крохотную точку в месте соприкосновения. Свежесть мне нравится, как и умиротворение. Не то, первое чувство проливного, противного дождя со шквалистым ветром, а совершенно иное…

Непонятное ощущение тёплого прикосновения к великой тайне древнейшего рода Рюриков заполнило мои мысли окончательно. Интересно, а сколько они оставили загадок после себя? Очень сомневаюсь, что двенадцатью порталами всё ограничивается, ну или моим перстнем с цепочкой…

Но время не ждёт и проблем пока никто не отменял. Неизвестно что творится там, на поверхности и необходимо поторапливаться. Я даже обрадовался, что мы выйдем к лавке, или в лавку, Артура. Подозреваю, что он и есть один из представителей этого потерянного ордена, или клана Двенадцати Хранителей. Доверять ему, следовательно из нечаянно сделанного открытия, весьма желательно.

Можно будет у уважаемого Артура прозондировать ситуацию с новой скульптурой, появившейся в лесу Академии. Название ей – «Нападающий маг, к небесам взывающий!» Бр-РР!

– Ладно, будем считать, что нам повезло! – я прекратил бесполезное мыслительное занятие. – Короче, я знаю куда нам тут идти надо, – озадачил я друзей.

Они чуть снова не сели на пятые точки, а я уже направился к знакомой двери входа в торговый зал антикварной лавки, рассчитывая оттуда попасть в коридоры подсобных помещений.

– А-а-аа-а? – протянули оба парня.

– Откуда ты?

– Знаю? – завершил я их вопрос. – Была возможность побывать кое-где, немного раньше! – этим ответом я лишь добавил поводов к новым вопросам.

Подняв руку в останавливающем дальнейший диалог жесте, я смело толкнул дверь, стоящую в лесу, что находится под поверхностью земли… Это просто офигенное ощущение!

Глава 4. А, как же, теперь? Снова сложная ситуация вырисовывается…

Пройдя через оригинальный проход из «непонятно где» в «приблизительно понятное, известное в уме, но, опять же, нигде или там», я оказался внутри торгового зала антикварной лавки и обернулся, встречая обалдевших друзей. Они настолько прониклись фактом совершённого открытия, что их лица украсили отвисшие челюсти с круглыми, выпученными глазами.

Парни без труда отметили знакомые раритеты на местах, где раньше были стены помещения и прилавки. С той лишь разницей, что сейчас всё хаотично валяется на травке, в лужах и под проливным дождём.

Это природное явление в корне отличается от того, что мы оставили за дверью в малахитовом зале. Тут реально сыро и мокро. Посему, я сразу прошёл к дверям, ведущим в коридор с подсобками и другими комнатами. Ну и лестницы на второй этаж там же находятся, просто чуть дальше пройти нужно и выйти в основной коридор дома, светлый и более чистый. Дом, кстати, как оказалось, в реальности, полностью принадлежит уважаемому Артуру.

Обернувшись напоследок, я попытался вспомнить, сколько же дверей стояло в этом лесу в момент моего первого посещения, но так и не смог определить количество с первого раза. Двенадцать, как сейчас, или одиннадцать? Ваще, да никак не вспомнить…

Ну, да ладно. Всё равно, серьёзного разговора с Артуром не избежать, и есть надежда, что уважаемый сам всё расскажет и даст пояснения, но лишь в том случае, если позволит важнейшее обстоятельство наличия тайны, причём, не только ему принадлежащей. Это если судить о тех крохах информации, полученных от Гришки с Тимохой. Блин…

А где, спрашивается, усатый узурпатор? Затих совсем, как и Калигула. Вот гадёныши, смотались ведь, прекрасно зная, что буду выпытывать правду-матку.

Оставив на время разборки с креативщиками, спрятавшимися от меня, я прошёл знакомым маршрутом до той самой, моей первой и насыщенной всяческими воспоминаниями комнатки. Друзья семенили за мной, готовясь к отдыху и срочному совещанию.

Открыв дверь, я вдруг остановился на пороге, почувствовав изменения в магической ауре, или ещё в чём-то, но обязательно имевшем место. Не могу определить однозначно, но странное ощущение просто заорало внутри. Я мельком оглядел комнату и моментально понял причину моего изменившегося настроения.

– Стойте тут, – остановил я ребят, вставших за моей спиной. – А ещё лучше, пока суть да дело, пройдите в комнату рядом и подождите меня там.

За спиной зашептались, и отчётливо прозвучали досадные вздохи.

– Феликс, эм-м… Да что опять не так-то? – произнёс Гришка с растерянностью и нотками разочарования. – Всё нормально же? Мы благополучно сбежали от патруля с полицией, сюда из подземелья попали… Малахитовый портал нашли… Ой, то есть, ты, конечно, нашёл, а не все мы… – перечислил друг.

Но моё настроение никак не располагает к переговорам и решение я принял окончательное и бесповоротное. Просто на кровати я увидел знакомые ножны шпаги с тонким клинком, те самые, что были у аристократа на ристалище. В голове словно щёлкнуло и я обалдел.

Не рискуя показать друзьям своё изменившееся до парадоксального удивления лицо, я так и остался к ним спиной.

– Парни, не заставляйте меня повторять дважды, – я постарался не повышать голос, но сказал тоном, не терпящим неподчинения. – Это совсем не просьба, – добавил я, сурово. – Давайте, идите в комнату соседнюю и носа оттуда не высовывайте. Вот реально, сейчас не та ситуация, чтобы мне выслушивать ваши возражения. Не моя тайна.

– Хм-м… Ну ладно, ладно, – вновь подал голос Гришка. – Уходим уже, раз всё так серьёзно.

– Барин, я там слопаю что-нибудь, если найду! – Тимка сориентировался сразу и извлёк из ситуации пользу по максимуму. – Если мне память не изменяет, там как раз хранятся запасы продуктов и всяческой вкуснятины!

Тут я услышал дружеский шлепок по спине.

– Ну, понял, осознал уже, что Феликс не шутит. Пошли, Тимоха, с дороги тогда перекусим, – Гришка выдал подтверждение.

– Вот и молодцы! – подбодрил я их. – Правильно делаете, это важно в данный момент. И на будущее, если хотите продолжить нашу дружбу, то научитесь отличать просьбы от прямых приказов. Это важно, и жить так станет проще. Без обид там всяких и неуместных! – пришлось пояснить свои небольшие, но правомерные требования.

– Всё будет так, как ты пожелаешь, Феликс! – слегка изменив настроение, высказал Григорий. – Мы постараемся тебя не разочаровывать и всё исполнять! Даю слово друга и оруженосца!

– Да! Точно, барин! – дополнил Тимоха. – Пошли уже! – обратился он к Распутину и сопроводил слова очередным, дружеским похлопыванием по плечу. – Уже исчезаем! – добавил для меня, почти выкрикнув последнюю фразу.

Они отошли, и я услышал удаляющиеся шаги друзей. Подождал, пока не закроется дверь за парнями и только после этого обернулся и проконтролировал коридор. Убедился, что они всё правильно исполнили и вошёл внутрь некогда выделенной мне комнатки.

Притворив за собой дверь, я оглядел ножны холодного оружия и нашёл конкретные сходства с тем, что уже видел в Колизее Академии. Расстояние хоть и большое было, но я узнал несколько замысловатых рисунков, выполненных с необычайной тонкостью и изяществом. Никакой вычурности. Гениальная скромность, причём очень дорогая. Даже мне, несведущему, это несложно увидеть во всей, с виду простой, отделке.

Но возможно и то, что этот предмет просто похож… Подойдя вплотную, я присмотрелся к оружию получше… Н-да… Вещь!

Ну, точно! Есть всё же отличия, которые не сразу бросаются в глаза.

Скорее всего, эти шпаги являются работами одного и того же мастера… Это вернее всего получается… Эх-х, а ведь такая интрига классная была, если на ристалище Артур бы дрался? Я смог бы тогда попытаться его уболтать поделиться опытом Боевых Рунных Вязей! Мечты-мечты, где ваша сладость?

Посетила мыслишка, а не зря ли я пацанов прогнал?

Нет, всё-таки, не зря. Разговор с Артуром однозначно состоится, и не факт, что будет беседа приятной и предназначаться для большого количества ушей.

Я присел в кресло и просто стал ожидать появления хозяина. За время ожидания с размышлениями, вопросы продолжают накапливаться в моей буйной головушке, как снежный ком, и я уже не представляю, как и с чего начинать разговор с Артуром.

Из коридора послышались шаги и негромкая беседа двух человек. Через несколько секунд дверь открылась, и в комнату вошли Артур с графом Татищевым. Разговаривать они тут же перестали, и некоторое время смотрели на меня, прежде чем занять места в креслах. По выражениям лиц я сразу догадался об обеспокоенности моих старших друзей, причём моим поведением. Иначе я никак не могу определить причину столь красноречивых взглядов, бросаемых на меня.

Сам я не посмел завязать разговор, предоставив уважаемым самим решить, когда начинать выговаривать мне замечания, пока по непонятному поводу. Есть догадка о том, что от них не ускользнул факт моего косяка в Академическом лесу, но откуда они могли что-нибудь узнать, я и представить не могу. Да и факт обнаружения малахитового портала не может быть причиной такой вот реакции.

Господа чинно расселись, наполнили себе бокалы тонизирующим квасом, кстати, мне не предложив, и ещё раз смерили меня суровыми взглядами. Затем они переглянулись, словно решая какую-то дилемму для себя. Ну и для меня заодно.

– Итак, молодой человек, я жду от вас некоторых объяснений, – старый граф Татищев, он же мой поверенный в делах, задал вопрос и сосредоточил на мне недобрый взгляд.

Такое вступление окончательно меня обескуражило, и я состроил искреннее изумление в выражении.

– Позвольте, уважаемый Николай Фёдорович, я совершенно не понимаю, какое именно объяснение вы от меня ждёте, или не так… Эм-м, я точнее выражусь. Я понятия не имею, что именно должен вам поведать? – высказал я своё недоумение. – Чего нужно объяснять-то?

Взрослые друзья усмехнулись, покачав головами.

Артур с графом ещё раз переглянулись, в свою очередь, удивившись моей непонятливости, и пригубили хмельного квасу. Сделали они это медленно, растягивая паузу, как для дополнительного психического воздействия на меня, жутко виноватого, как получается из неоригинального начала разговора. Недоброго начала. Совсем вот не доброго и отодвинувшего все мои думы, по темам клинков с порталами, на задний план.

– Сегодня вечером ты имел довольно продолжительную беседу с командиром вольнонаёмных магов охранения, неким господином Барклаем. Скажи, что тебе известно о нем и его репутации?

– Ровным счётом ничего, хотя, по впечатлению от разговора, он вполне адекватный и разумный! – осторожно ответил я, начиная подозревать недоброе.

– Феликс, а тебе не говорили, что новые знакомства нужно заводить с осторожностью? – как-то несколько иронично спросил Артур.

– Да как-то мама, в детстве намекала, – сострил я, – короче, в чем дело?

– Я тут навёл справки, и выяснилось кое-что интересное. Этот уважаемый командир охранения никогда ничего не предпринимает, не выгодного ему. Общается Барклай только с потенциально привлекательными для своего дела людьми. Его основная задача – собирать команды из боевых магов, подписывая договорные грамоты такого содержания, что человек почти лишается прав на себя! – высказал Татищев и замолчал.

– Поэтому, – продолжил Артур, – Нам хотелось бы знать, о чем был разговор, и до чего вы договорились?

Я пока не совсем осознал сказанное, но одно для меня стало ясно, что я или уже влип, по молодости и из-за своих амбиций, или вот-вот влипну. Граф, тем временем, встал с кресла, пребывая в возбуждённом эмоциональном состоянии, и сделал несколько шагов по комнате. Развернулся, дойдя до противоположного края, и снова подошёл к креслу, не спеша в него присаживаться.

– Ещё раз проговорю, для особо безрассудного, молодого пацана, который бросается без оглядки в омут с головой, – выдал он с эмоциями, переполнявшими его. – Артур, как более знакомый с ситуациями вокруг обозов, поведал мне кое-что, что должно остудить твою азартную натуру! – он посмотрел на хозяина дома, так и сидящего с закрытыми глазами. – Эти обозы перевозят готовые малахитовые изделия, предназначенные для военных Рунных Магов с мануфактур Трубецких и ещё некоторых уважаемых владельцев фабрик! Ты вообще, представление хоть имеешь, что может произойти по пути следования такого вот каравана? А? – он впился в меня колким взглядом.

– Ну… – я предпринял попытку собраться с мыслями.

– Я надеюсь, ты не собираешься оправдываться, или еще какими-либо путями уходить от темы! Феликс, ты пойми, все может быть очень серьезно! Ты пока мало-мальски освоил лишь одну единственную Руну, только немного переделал ее, добавив мощи, и это не делает тебя ни боевым магом, ни даже просто магом, а тем более, тебе не сравниться с профессионалом, прошедшим через горнило противостояния с темными в Захребетье! – буквально вскричал Николай Федорович.

Я молча слушал, пытаясь полностью осмыслить ситуацию. В горле у меня пересохло, и я с вожделением посмотрел в сторону графина с квасом.

– Итак, уважаемый Феликс, – Николай Фёдорович немного изменил интонацию, ближе к снисходительной. – Ты можешь без утайки и максимально подробно передать нам с Артуром весь ваш разговор? – Он, наконец, присел, но продолжил сверлить меня взглядом хищника.

Граф, и открывший глаза хозяин антикварной лавки, подперший голову руками, уставились на меня в ожидании…

Я попытался сглотнуть, но не смог и пришлось собрать всю волю в кулак, прежде чем начать подробный пересказ своих предварительных переговоров с Барклаем.

Господа слушали, в основном, не перебивая, вникая в каждое слово и стараясь понять суть произнесённого. Даже просили несколько раз уточнить интонацию собеседника, при определённых высказываниях. Я подумал вдруг о таком странном факте, что переговоры эти носили совершенно серьёзный характер. Типа, носили официальный статус. Неформальными они не были, значит.

Это что же, тогда получается, что я практически вписался в какую-нибудь авантюру? Или ещё не всё потеряно?

В душе я понял друзей с их злостью по отношению к моим, таким вот, неосознанным действиям. Однако, и у меня были и есть весомые причины, из-за которых и сложилась вся эта дурацкая и возмутительная, естественно с их точки зрения, ситуация.

Посему, завершив рассказ, я сразу же выдал уважаемым оппонентам парочку аргументированных замечаний, отчасти оправдывающих моё поведение…

– И позвольте, в заключение, напомнить вам о такой сущей безделице, как служба в армии! – озвучил я свои предъявы уважаемым взрослым и мудрым товарищам. – Скажите мне, что я там буду делать, если, к примеру, завтра разнарядка придёт и меня тупо загребут? А? Как я буду защищать страну, людей живущих в ней и себя любимого? Вы хоть одну Руну мне показали? Хоть один фехтовальный приём мне продемонстрировали? Я имею и умею только то, до чего дошёл сам и что пока смог сам придумать, без вашей помощи, и попрекать меня тем, что я знаю всего одну Руну, не надо, это моё достижение и ваша недоработка!

– Я догадываюсь о том, что тебя беспокоит, Феликс. У тебя проблемы с боевыми рунами, но ведь существуют другие способы найти эти руны нападения и атаки? – возмутился граф.

Вот тут я решился произнести ответ…

– Ага! И какие? Я даже намекать вам боюсь о необходимости подучить меня, – я скрипнул в душе зубами, но внешне не выказал своего раздражения. – Все разговоры о магии сводятся к молчанию и затыканию рта. Да мне Ксандра, Рунный Маг, кухарка, и та больше помогла, в отличие от вас, уважаемые. А про фехтование? – я выразительно указал на шпагу, так и лежавшую на моей бывшей кровати. – Ему у кого я должен учиться? Кто мне покажет финты, действенные и надёжно срабатывающие в драках?

Я опять замолчал, читая на лицах некоторое смятение от моего ответного посыла.

– И это ладно, – пришлось воспользоваться достигнутым успехом брошенной ответки, пока собеседники молчат. – А как я должен был догадаться о такой безделице, как правильное ведение диалога с магом, да ещё и командиром охранения и специалистом по найму, причём, матёрым, который вот таких вот, как я, ест на завтрак вместо бутербродов?

Артур встал и поднял руки, призывая меня успокоиться и сесть на место. Я, оказывается, подскочил в порыве эмоций и крика души.

– Однако, ты не должен был заключать сделку по поводу тех поединков на своих землях, – подметил антикварщик. – В остальном, диалог у тебя был нормальный, ни к чему не обязывающий. Однако эта деталь может послужить поводом для контракта. Хорошо, что не подписано ничего и у графа будет возможность исправить ситуацию, если не избежать разового найма! – выдал он первое и единственное решение в случае возникновения проблемы.

Я вдруг мысленно взбесился по поводу этих моих действий с незаконными разборками, но сдержанность проявил и продолжил ответ совершенно спокойно…

– А то, что проходят эти драки на моей, как получается теперь, земле? – я надавил на правильность своих суждений. – Это что такое? Какие проблемы я заимею, если кто-то из магического патруля и жандармерии прознает? Что закон по этому поводу предусматривает? – мне вдруг совсем стало плохо на душе от такого непонимания взрослых друзей. – Или вы считаете, что я обязан был тупо стать доносчиком? Настрочить пару кляуз и посодействовать в установлении порядка, заложив боевых магов? Заметьте, не все из них уроды и многие являются уважаемыми обществом людьми. Я вот, например, голосую всеми руками за мирное урегулирование, а вы, как считаете, какого мнения обо мне вы? – я сделал ударение на этом вопросе, вырвавшимся из груди, переполненной чувствами несправедливости.

Мои слова молодого, но правильного пацана подействовали на собеседников предсказуемо. Они задумались, замерли в картинных позах мыслителей, даже не притрагиваясь к квасу.

Я же, наоборот взбодрился и сам налил себе полный бокал, который осушил залпом. Затем демонстративно громко поставил посудину на стол и сел в кресло, закинув ногу на ногу и уставившись в потолок. Воцарилось молчание…

Никто не спешил говорить, и я аккуратно посмотрел на взрослых мужей, задумчиво меня рассматривавших и борющихся с противоположностями мыслей. Видимо, после такого выступления с наездом появились расхожие мнения о сосунке в моём лице. Ну-ну, баре. Думайте теперь, прав я был или нет?

– Ладно, – Артур хлопнул ладонями по коленям и встал. – Будем считать, что все сделали соответствующие выводы, – подвёл он итог прений на повышенных тонах. – Теперь, всё будет зависеть от графа, от вас, Николай Фёдорович. Нужно так составить договор, если не будет возможности его аннулировать, чтобы Феликс не стал рабом господина Барклая. Не фактически, конечно, а образно выражаясь. Зная привычку командира наёмников подсовывать такие вот грамоты новичкам, вам следует переписать всё, практически заново. Хотя, сам он человек не плохой, даже положительный, но любое занятие накладывает на людей определённый отпечаток, – он посмотрел на нас с графом, – Надеюсь, что вы понимаете, о чём я!

Пройдя по комнате до заветной тумбочки с креплёными напитками, он выудил красивую глиняную бутыль, лихо распечатал её и разлил по крохотным рюмкам, смахивающим на напёрстки, пахучую ароматом разнотравья жидкость. Расставив приборы на крохотном подносе, он предложил каждому взять в руки примирительную порцию чего-то из ликёров.

Мы выпили, и я оценил весь необыкновенный букет вкуса, очень терпкого напитка. Граф даже причмокнул, выказывая удовольствие, и знаком попросил хозяина повторить.

Артур кивнул и они ещё раз отведали горячительного, но без меня, отказавшегося поддержать их. Ещё предстоит разговор с Артуром, тет-а-тет, так сказать, по поводу двенадцати хранителей и всего такого прочего. При Татищеве этого делать я не хочу, просто во избежание недоразумений. Да и реакцию самого хозяина предугадать невероятно сложно.

Словно услышав меня, граф засобирался.

– Мне необходимо продумать завтрашний… – тут он взглянул на часы, что вынул из специального кармашка на жилетке. – Эм-м, пожалуй, не завтрашний, а уже сегодняшний разговор с уважаемым Барклаем. Такс-с-с… Да. Посему я покидаю вас. Феликс, – он словно впервые меня увидел, погрузившись на мгновение в свои мысли о завтрашнем дне, как всегда насыщенном делами, с момента появления графа в этом городке. – Ты едешь со мной, или останешься ночевать у Артура?

Я в душе обрадовался такому вот повороту и выразительно окинул взглядом хозяина, всем своим видом показывая желание остаться и мысленно проговаривая это. Артур, как мне показалось, слегка удивился, будто услышал мою просьбу, и легонько кивнул.

– Я, пожалуй, останусь. Тем более, что мы немного устали с ребятами, которые сейчас в соседней комнате уменьшают запасы еды, – я даже улыбнулся, оценивая реакцию обоих уважаемых аристократов. – Так что, если господин Артур ничего не имеет против, то мы заночуем здесь? – я выдал предложение вопросом к самому хозяину.

– Конечно, Феликс. Безусловно, вы можете остаться с друзьями, – дал он согласие. – Тем более, что мы недавно проговаривали этот вопрос, – напомнил Артур о нашем разговоре о запасном местечке для отсидки и тренировочном плацдарме, что я создал на заднем дворе антикварной лавки. – Да и побеседовать нам не помешает. Может, ты что-нибудь слышал о происшествии в лесу, прилегающем к Академическому парку? – задал он наводящий вопрос и мельком оценил мою реакцию.

Я состроил физиономию невозмутимости на лице и пожал плечами, словно слышу такую новость впервые. Ментальная атака незамедлительно обнаружила себя. Посыл уважаемого антиквара я блокировал автоматически, по привычке, незаметно для окружающих. Татищев тоже ничего не почувствовал.

– Нет? Ну, да ладно! – отмахнулся хозяин, словно этот вопрос не иначе, как сущая безделица. – Это я так, на всякий случай интересуюсь, ведь никто подробностей не имеет.

После этого коротенького монолога, Артур потерял интерес к инциденту в при парковой зоне Академии. Ну, так снаружи выглядит его безразличие, по крайней мере, для меня.

А вот мудрый граф не выдержал и сам налил себе ещё одну рюмку ароматного бальзама, как я небезосновательно охарактеризовал этот ликёр. Выпив, он проверил саквояж, сделав краткую ревизию содержимого и, ещё раз поправив несуществующие складки на безупречном костюме, попрощался и вышел из комнаты.

Мы молча подождали, пока его шаги затихнут в коридоре и только тогда посмотрели друг на друга с Артуром. Хозяин и наш взрослый товарищ готовился выслушать от меня вопросы. Он поправил своё положение в кресле, сменив его на более удобное, чтобы ничего не отвлекало его от предстоящего интересного разговора.

Я тоже воспользовался тем, что Татищев нас покинул, и пересел за столик к хозяину дома, так сказать, для более плодотворного общения тет-а-тет. Ведь вопросы поднять я собираюсь серьёзные. Не пойму только, Артур это почувствовал, или нет? Ну, ничего не прочесть на его лице, если он этого не захочет.

Теперь мы сидим и гипнотизируем друг друга, если так можно выразиться о наших взаимных сверлящих взглядах. Я собираюсь с мыслями, а мой собеседник, наверняка, теряется в догадках о теме предстоящей беседы.

Э-эх! Я мысленно махнул рукой. Будь что будет. Начинать всё равно придётся, рано или поздно, так пусть уж лучше рано. Как говорят – раньше сядешь – скорее выйдешь!

Но открыть рот я не успел…

– Итак, мой юный друг, что за камень лежит тяжким грузом на твоей душе? – Артур начал первым. – Вижу, что какая-то новость тебя съедает изнутри, так что приступай, сбрасывай с себя непомерно тяжёлую ношу вопросов! – толкнул он нечто, сродни проникновенной вступительной речи.

Как бы ни прозаично это прозвучало из его уст, но на меня слова уважаемого Артура подействовали своеобразно.

Душа заныла, и появилось желание рассказать ему вообще всё. Однако я сдержался, догадавшись об очередной ментальной атаке взрослого человека, который ещё и магистром является. Он точно не ниже магистра статусом. Иначе, с какого перепуга в его лавке портал с дверями находится?

– Мой вопрос касается одной легенды, о которой говорят, но считают её вымыслом или сказкой, – я сразу внёс интригу в наш разговор.

– Интересное начало, – среагировал Артур и выпрямился в кресле. – Что-то мне подсказывает о ещё более интересном продолжении, – он впился в меня глазами, став похожим на ястреба.

Я стойко вынес его психическое воздействие. Вообще, после моего появления в этом мире, спокойствие заняло доминирующее положение в моём поведении. Посему, я простодушно, не делая особой мимической пантомимы, ответил уважаемому хозяину спокойным и уравновешенным взглядом.

– Что вы, к примеру, знаете о такой истории, как одиннадцать или двенадцать порталов и Адептов Клана Двенадцати, их усиленно охраняющих? – выдал я основной вопрос.

– А могу я узнать подробности возникшего интереса? – парировал Артур, откидываясь на спинку кресла.

Видимо ему надоело нападать на мой разум, и он оставил попытки покопаться в моём мозгу и душе. Тем лучше для обоих.

– Помните моё первое дежурство и вашу заботу о моём здоровье? Это когда вы предложили мне зонтик и плащ с полушубком? – я решил начать издалека.

– Естественно, – пожал плечами собеседник и протянул руку к графину с хмельным квасом. – По бокальчику? – он выдал предложение. – Чувствую, что разговор примет весьма интересный оборот.

Я согласился, отразив мнение по напитку кивком, и выдержал паузу, пока хозяин занимался розливом содержимого графина по бокалам.

Мы сделали по паре глотков и Артур продолжил:

– Я даже могу объяснить свои действия, – он сказал фразу непринуждённо. – Я предвидел твоё знакомство с тем самым, что ты увидел ночью в торговом зале. Мои кузнецы, что живут в часах, никогда не показываются никому. Это и не кузнецы, по большому счёту, а хранители времени и тех самых дверей, что ты наблюдал в лесу. Подробно если, то это два могучих воина, способных покрошить любого недостойного, причём сразу же, как он появится в моей лавке. Правда, есть одно условие. Он, этот человечище, должен иметь способность увидеть невидимое. Кузнецы – своего рода детекторы, – он ухмыльнулся. – Легко вычисляют магов со способностями увидеть истинное положение вещей и определяют степень их опасности. Двери эти, по большому счёту, увидеть-то может каждый. Почти. Однако эти два воина могут увидеть не только способность обнаружить хранимое, но и увидеть суть этого человека, – он сделал паузу, смотря на меня, абсолютно спокойного.

Я выпил ещё напитка и снова наполнил бокал.

– Получается, что вы никак не среагировали на то, что я видел те двери? Портальные, в смысле? – я попробовал уточнить детальку.

– Именно! – кивнул и улыбнулся хозяин. – Ты достоин, хотя это для меня и является огромной загадкой. Но ты, Феликс, не это ведь узнать-то хотел? Не так ли? – он не стал заострять много внимания над моей осведомлённостью о его маленьком секрете.

Я мысленно набрал воздуха в грудь и решился озвучить самое интересное, на мой взгляд конечно же.

– Тогда перейду к главному! – пришлось сделать невинное выражение, принимая игру моего визави. – Я нашёл Малахитовый Портал! – я постарался выразиться так, словно отыскал умывальник на заднем дворе лавки. – Э-х-х… Случайно совершенно, повезло! И при этом был не один, а с друзьями. С Гришкой и Тимкой… Н-да… Так вот, как-то! – я выдал со вздохом, пожимая плечами, как бы промежду прочим и откинулся на спинку.

Но вот реакция Артура оказалась иной. Он вскочил с выпученными глазами и бросился из комнаты в коридор, совершенно не обращая на меня внимания. Исчез, как тень в летний полдень.

Я прислушался и оценил его удаляющийся топот. Спустя какое-то непродолжительное время, он появился на пороге столь внезапно и таким бледным, что я забеспокоился за его психическое состояние. Да на нём просто лица нет.

Артур посмотрел на меня и так резко переместился по комнате, будто серая тень скользнула от двери к кровати и ко мне. Открыв рот от такого способа передвижения я замер, почувствовав остриё той самой красивой шпаги у своего горла.

Охрененный поворот разговора, просто офигительный!

Уже верю его словам по этому поводу… и что мне делать прикажете? А?

Я замер, рассчитывая услышать напутственные слова с пожеланием удачи в загробной жизни, ну, или чего-то такого, подобного.

– А сейчас говори, – начал цедить сквозь зубы повелитель зала с дверями. – Говори, и только лишь правду! – он надавил немного клинком и я почувствовал разрыв кожи на горле и струйку тёплой крови, устремившейся мне за отворот рубашки. – К какой магии ты принадлежишь? К тёмной или светлой стороне? – задал он вопрос и застыл в ожидании.

Изумруд Калигулы, что лежит в пастях серебряных змеев кулона на шее, потеплел…

«– Хочешь, я сделаю ещё одну статую?» – раздался голос в голове. Голос существа, могущественного и столь ужасного, что по коже пробежали мурашки всего лишь от тембра и силы голоса, звучавшего издалека. «– У меня ещё остались силы на одно такое заклятие, а далее потребуется пополнение энергией!» Это по ощущениям. «– Ни в коем случае, прибереги до особого случая!» – поспешил я с ответом и констатировал исчезновение страшного призрака из сознания.

Это что, Калигула так развлекается? Или, может, голос принадлежит его настоящей сущности? Сколько времени он пробыл под управлением Тёмных Магов, Архидемонов и богов другого понимания, из другой реальности мира магии? Тёмного мира…

Я вздрогнул ещё раз и встретился с каменным лицом Артура, вернувшим меня из размышлений о вечном в суровую реальность дня сегодняшнего.

Мысли закружились чехардой, внося сумятицу в и так переполненную эмоциями душу. От ответа зависит моя жизнь, и я сильно сомневаюсь, что от явного рунного оружия Артура меня кто-нибудь спасёт. Надо говорить, или уважаемый хранитель сочтёт паузу за подготовку к нападению и тогда уже ничего мне не поможет…

– Артур, я понятия не имею, к какой стороне принадлежу, – вот такой ответ у меня зародился в мыслях и сорвался с уст.

Не могу сказать ничего определённого, но один из Двенадцати Хранителей, Адепт Клана или как они называются правильно, изменился в выражении. Хозяин антикварной лавки медленно убрал клинок от моей шеи, и я инстинктивно зажал ладонью кровоточащую рану.

Хоть и маленький укол лезвием получился, но достаточным для обильного кровотечения. Однако не это меня сейчас беспокоит, вот совсем ни разу не это.

Артур отошёл к креслу, не сводя с меня глаз и сел, борясь с мыслями, что я почувствовал. Вроде нотка радости промелькнула, хотя я могу и заблуждаться.

– Хм-м… он скривил губы в удивлении. – Ты правильный ответ дал, хотя и не гадал над ним. Всё получилось искренне, и я не ошибся. Надеюсь, что не ошибся и не пожалею об этом в будущем, – Артур поправился. – Поздравляю тебя, господин Феликс, ты СЕРЫЙ, такой же, как я, и ещё несколько магистров, хранителей двенадцати стационарных порталов, разбросанных по всей территории Руссии.

Он сразил меня наповал, заставив задышать часто-часто. Собрав первые разлетающиеся мысли в кучку, я почувствовал себя всемогущим, ну, это так, аллегорически. На самом же деле, я оказался в глубокой непонятке… Что теперь? Как?

– И что мне грозит? – вдруг меня пробило на неуместный юмор. – Я буду ходить в одинаковом, как у всех серых, трико и жить в доме, который постоянно взрывать будут? – Посмотрел на удивившегося хозяина. – Извини, нервы сдавать начинают, – пояснил я каламбур. – Не каждый день к горлу ножички приставляют, да ещё и магические, с рунными наворотами. А если серьёзно, то поясни мне, хотя бы тезисно и кратко, о ближайших перспективах! – я обратился к нему на полном серьёзе.

– Учить тебя будем, сильно и сначала безрезультатно! – он тоже решил пошутить. – Безуспешное овладение знаниями гарантирую. Учиться будет больно, и в течение продолжительного времени! – добавил он, продолжая юморить не по ситуации. – А если серьёзно, то ответь вначале, как ты умудрился найти самую таинственную Малахитовую Комнату Рюриков? К слову, её искали несколько поколений достойнейших…

Этим вопросом он меня попросту обескуражил, и я потерялся, не понимая, как я могу ответить на этот вопрос. Выдавать присутствие Элементаля я не желаю, а о таракане сам почти ничего не знаю. Разве что, он излишне весёлый, да и тот же Калигула его слушается, можно сказать, что дедушка его боится, как и все, кто видел это усатое чудо.

Посему ограничусь другой информацией.

– Нашёл захоронение одного древнего в катакомбах, – я решил, что такое может сойти за причину. – Склеп, и в нём человек. Судя по находкам рядом, он серым был, так как и тёмные и светлые артефакты вокруг него обнаружились…

И я рассказал во всех подробностях о находке старого трупа…

Артур слушал, не перебивая, и очень заинтересованно, особенно когда речь зашла о книге, так мной и не изученной по причине неслабого сопротивления. Жжётся уж больно сильно эта брошюрка. Желания к ней прикасаться у меня пропадает при одном только взгляде, пробуждающем воспоминания о неприятных моментах.

Собеседник надолго задумался.

Отвлекать Артура мне не хотелось, и я спокойно погрузился в мечты о своей будущей крутости, которая обязательно должна пойти бонусом, из-за принадлежности к Серому братству. Интересно, а их много, или всего двенадцать? Какими рунами пользуются? Имеют ли доступ к чёрной магии…

Вопросов по теме возникает масса, и чем дольше думаю, тем их больше…

– Мне необходимо ознакомиться с этим артефактом, – выдал Артур решение. – А что ты собираешься делать с Григорием и Тимкой? – он резко перевёл разговор.

– А чего не так с ними? – я заподозрил неладное.

– Хм-м… Могу посоветовать только два решения, и оба они не популярные! – продолжил он, всё больше вселяя беспокойство. – Или убить их, или принудить к клятве на крови, во избежание утечки информации. Хранители должны остаться в легенде, так как их время не пришло. Но наше появление ты приблизил. Легенда говорит, что будет поворот в истории, который начнётся с появления Двенадцатого Адепта… – он прищурился и оценивающе на меня взглянул. – Хотя… Нет, – он отверг какую-то свою мысль. – Да! Безусловно, что до этого светлого момента, когда ты станешь полноправным Адептом забытого Ордена, ещё долго. Сейчас ты просто серенький маг, нашедший Малахитовый Портал и понятия не имеющий, что это такое.

Но меня больше всего насторожила фраза о друзьях, полностью вытеснив из мозгов остальные мысли. Я машинально налил из глиняной бутылки того, крепчайшего напитка и выпил. Полный бокал. До дна и не морщась.

– Насчёт пацанов! – я осмелел от хмельного. – Никого убивать мы не будем! А если попытаешься, то я тебя ночкой тёмной придушу в переулке или так нунчаками отхожу, что ты срать опилками от них будешь! – Остапа понесло. – Короче, Артурчик, мать твою в неположенное через клюв осминога, я тебе доходчиво говорю? Эм… Нда! А! Кхм, – запершило что-то в горле. – Да, говорю, повторяя снова и снова! Родина, она тебя не забывает и очень обидеться может! Ко-р-оче… Я спать и ты отдыхайте, ваше вельможество долбанное, цвета неясного!..

Артур откровенно ржал, глядя на меня, излагающего поток смазанных мыслей. А после того, как я прошёлся матерным катком по всем порталам и вообще о новом повороте жизни, уважаемый аристократ уже просто валялся от истерического смеха…

На шум пришли ребята, в три пары рук отнесли меня куда-то, не сильно заботясь о моей буйной от хмеля головушке, продолжавшей нести невесть что.

Короче, я проснулся от пристального взгляда нашей подруги. Роксана смотрит на меня и улыбается, периодически хихикая и толкая в бок Тимоху, живого и здорового, что меня очень обрадовало, смачивающему в воде тряпочку для компресса…

– Ну вот, а вы твердили, что он не оклемается даже до завтра! – выдала наша блондинка. – Я же не зря изучала Руны Жизни, факультативно. Короче, Феликс, моргни, если меня хорошо слышишь.

Я моргнул.

– Ты пойдёшь сегодня на проводы лета и закрытие купального сезона? – она сумела меня заинтересовать, если честно.

Я снова моргнул, типа согласился.

– Ну, что я всем твердила? Я была права! – она повернулась к Гришке, тоже живому и здоровому. – Короче, выносите его к колодцу на задний двор. Будем приводить человека в себя! Ну, зачем ты так накушался, а, Феликс? – покачала девушка головой с выражением сострадания.

С этими словами начался очередной виток моих приключений… Ну, или злоключений. Пока не разобрался я в этом.

Глава 5. Праздник? Ну-ну…

После такого смелого заявления о транспортировке меня к колодцу, методом переноса на руках, я моментально взбодрился, воспрянул духом и приложил неимоверные усилия для того, чтобы протрезветь, ну, или просто достигнуть такого состояния, когда сам смогу добраться до пункта с освежающей водой. Сама идея облиться парочкой или троечкой вёдер колодезной водицы мне понравилась.

Я сам встал и залпом осушил графин с квасом, заботливо приготовленный друзьями и подругой, не проронившими ни слова, пока я утолял жажду, точнее, избавлялся от сушняка. Да, абсолютно точно, что «сушняк», это более правильная формулировка моего самочувствия.

– Отставить таскать Феликса! – я выдохнул предупреждение и хлопнул по рукам Тимку и Григория. – Сам дойду, можете мне поверить! – добавил я, гордо вскинув голову.

С этими словами отважного пьяницы, проснувшегося в известном состоянии, я смело направился в коридор.

– Ну-ну! – подметила Роксана. – Я тогда ещё кваску принесу, потом проконтролирую купание, – она огласила свой план мероприятий. – Ты, уважаемый Феликс, обязан через час быть в форме! – добавила она, подозрительно и со скепсисом меня разглядывая.

– Даже не беспокойся по этому поводу! – выкрикнул я уже из коридора, направляясь к выходу. – Через час стану, как и был, обаяшкой и бодреньким, словно молодой огурчик!

Пришла мысль о количестве градусов того напитка, дорогого и терпкого, презентованного Артуром накануне, употреблять который я автоматически зарёкся. И это без вариантов. С ног сшибает моментально, а разум перестаёт контролировать язык.

– Ну, это ещё бабушка надвое сказала, – буркнула недоверчиво блондинка. – Не зарекайся…

Но мои мысли пытаются вернуться ко вчерашнему вечеру…

Артур всерьёз вынес непопулярные, неприемлемые и отвратные предложения по поводу парней? Чего я успел наговорить, интересно? Да кто его знает. Хозяина лавки сейчас нет среди моих побудчиков, и это немного радует. Собственно, как и перспектива провести этот день, или его большую часть, на лоне природы, у воды и в весёлом обществе. Хотя, кто их знает этих аристократов, и как они праздники справляют…

За спиной по коридору послышались шаги троих сердобольных до моего утреннего самочувствия…

– Эй, братцы-кролики и сестрица лисица… – сопоставил я друзей с лесными персонажами. – Вы все трое намерены следить, как я принимаю холодный душ?

– А что? – раздался возглас Роксаны.

– Да ничего! – буркнул я, не оборачиваясь и выходя на тропинку заднего двора. – Сам справлюсь, без соглядатаев, намеренных ржать над тем, как я обретаю бодрость! Отстаньте, или осерчаю! – пришлось грозно рыкнуть.

– Ой-ой! Можно подумать, прямо! – опять парировала блондинка. – Скажи лучше, что ещё стесняешься? Или боишься показывать, как будешь корчиться и возможно орать! Ни в жизнь не поверю, что такие чувства, типа неудобства или стеснения кого-нибудь, тебе знакомы! – добавила обидчиво и с долей подначки на слабо.

Пацаны хихикнули…

Я ничего не ответил и только отмахнулся, мол, не валяйте ваньку, дайте спокойно искупаться, хоть и не надеялся на понимание со стороны бестии в юбке-шортах, типа моей хакамы, только у девушки она короче раза в три, чем одеяния самураев.

Однако, шаги за спиной в коридоре стихли и дальше я прогулялся один, вдыхая аромат скорой осени и наслаждаясь тёплым, даже жарким пока ещё, абсолютно летним днём. Почему днём? Да потому, что на утро это время моего выхода из сна вообще никак не тянет. Сейчас, наверное, уже ближе к обеду, ну, часов так одиннадцать или даже час. Ладно.

Вот и кладка колодца, новая, восстановленная совсем недавно, после моих рунных изысканий. Хорошо ещё, что Артур не таким строгим собственником оказался, и взашей, с моими опытами, меня не выгнал. Вот ведь терпение у него…

Ведро на месте, и я бросил его в колодец, предварительно глянув вниз. Там, где-то в темноте, есть вход в лабиринт, о котором известно Тимохе. По этой причине я не могу быть уверенным в абсолютной тайне его существования и решил, что проконтролировать наличие кого-либо внизу будет уместным. Нет желания заехать по башке какому-нибудь пацанёнку из Тимохиной ватаги.

Всё обошлось, и ёмкость на верёвке плюхнулось в воду. Выбрав ведёрко, я решительно облил себя, без подготовки и рассусоливания. ЖЕСТКАЧ! Аж зубы свело и морду, небось, скукожило. Кожа покрылась пупырышками, а я кинул ведро за новой порцией бодряка.

Совершив, таким образом, три подхода, я окончательно оклемался и счёл боевую задачу выполненной. Вернувшись в свою комнату, я оделся и прошёл в небольшое помещение, типа кухоньки, где и застал друзей за чаепитием и обсуждением предстоящего похода на речку. Они затихли при виде меня, вернувшего себе состояние бодрости духа и тела.

– Эм-м… Так, что там будет-то? – присоединился я к беседе. – Что в этом празднике такого интригующего и какова программа мероприятия? – задал я вопрос Роксане и Тимке, как местным и уже сталкивающимся с подобными сборищами. – И кто там среди посетителей? Пускают-то всех?

– Тебе понравится! – коротко ответила блондинка. – Давай, завтракай, и поехали уже, – обломила она мои мысли о некотором времени на раскачку. – Надеюсь, что не опоздаем, – добавила наша подруга, спешно допивая чай. – Там официальная часть ещё, но её мы точно пропускаем. Зато основное веселье от нас не уйдёт!

– Точно! – Тимка подключился и прикрыл глаза мечтательно. – Грошиков прихватите баре, там вкуснятинки будет полно всяческой!

– Ладно, не дрефь! Уж с этим у нас всё в порядке! – успокоил я любителя полакомиться.

Григорий лишь кивнул, подтверждая мои слова, а Роксана усмехнулась, глядя на довольного предводителя команчей, правда, сейчас нормально одетого, так как ему тоже перепали обновки, доставленные вечером от портного и почему-то сюда, а не в дом госпожи Беллы, где находятся наши официальные апартаменты.

Однако я уже придумал, точнее, сам составил праздничное меню. Нужно только мясца прикупить по дороге и специй, если таковые тут водятся. Хотя, Ксандра точно что-то использовала в готовке, так что с этим дефицита тут нет, по-моему.

Рассола можно прикупить, помидорок там, ну и лучка с зеленью всякой… Короче, посмотреть ещё нужно, что тут для маринада можно использовать, кроме уксуса и домашнего вина. Думаю, что всё задуманное удастся. Майонез, на крайняк, замучу тот же самый, если что.

Поскольку все были готовы, и дополнительных сборов не требовалось, мы опоясались патронташами с кобурами револьверов и скоренько выдвинулись. Не оставлять же их, да и все тут их носят. Моя просьба остановиться на предмет закупок подействовала, как интрига для всех.

Я перечислил список продуктов, которые необходимо приобрести, и Роксана сделала несколько остановок, под чутким руководством Тимки, у частных домиков в пригороде. Тут я лично выбирал ингредиенты для шашлыка, коим и собрался удивить всех. Специи, правда, пришлось прикупить в специальной лавке. Там и уксус оказался в наличии, как для маринада, так и для известного соуса. Пожалел об отсутствии томатной пасты.

Мясо я сразу попросил порезать так, как мне надо и замариновал, не теряя времени. Подумаешь, потратили лишних полчасика, всё одно официальную часть пропускаем, так что никто не расстроился. Наоборот, друзья внимательно следили за моими манипуляциями с нехитрыми продуктами. Наверняка некоторые ждали, когда же я начну применять Руну, такую, как у Ксандры, например.

В конечном итоге, мы прибыли на место полностью подготовленные, даже пару чугунков я купил, для маринования и вообще, всё, на мой взгляд, идёт круто, короче.

– Роксан, а ты уверена, что нам костерок позволят разводить на этом празднике жизни? – поинтересовался я не без скепсиса в интонации, слезая с брички и беря в руки одну из корзинок. – Или пожарники будут расстраиваться, брызгать в гневе слюнями, и бегать со шлангами и огнетушителями? Штрафы, там, выписывать начнут? А?

Новое слово о спецсредствах пожаротушения подействовало посылом к трём парам удивлённых глаз, уставившихся на меня друзей. Но вслух они ничего не сказали.

– Нормально всё! – отрапортовала блондинка. – Тут же праздник! Пошли уже к берегу, – она выдвинулась первой по ухоженной тропинке. – И так опоздали, а нам ещё местечко надобно застолбить из того, что осталось! – пояснила она одну из проблем. – Но вы не волнуйтесь, не все к открытию собираются…

– Да мы спокойны! Вообще без проблем! – пожал я плечами, направляясь за ней. – Да, парни?

– Угу!

– А то?!

Поддакнули пацаны…

Путь наш пролегает среди раскидистых, пушистых ив, между кустарников с редкими сосенками и другими деревьями, посему я не вижу конечной точки нашего маршрута.

До берега пришлось идти метров сто, никак не меньше. Я даже забеспокоился, подумав о банальном диком пляже, состоящем из узкой полоски суши, покрытой острыми камнями и корягами. Но вот то, что перед нами предстало, когда мы вышли из зарослей, меня просто обескуражило…

Отлично оборудованный берег. Обширная территория отлично подготовлена для активного отдыха горожан. Тут и там я вижу людей, вальяжно лежащих на шезлонгах, хоть и не современных, но всё же. Множество зонтиков скрывают копошащуюся в песке мелюзгу от прямых солнечных лучей. Купающиеся находятся под присмотром строгих дядек с бородами, сидящих на вышках. Даже подзорные трубы у них есть в экипировке.

Один важный нюанс меня немного веселит. Моим весельем обязана форма одежды отдыхающих, а именно, купальные костюмы. Такие брючные и практически полностью скрывающие тело, от колен по локти и шею. На старинной картине я видел такие наряды и в каком-то фильме-комедии. Там мужики носили такие, полосатые. Тут в нечто похожее одеты абсолютно все.

Проходя между людьми, не особо обращающими внимание на вновь прибывших, я оценил и расцветку пляжной одежды. Расцветка эта, естественно, не однообразная, и не в полоску, но обязательно светлая. Я улыбнулся.

Приметил и места для переодевания. Это незамысловатые ширмы, почти такие, какие я видел и в доме Демидовых и у себя в квартире, презентованной Голицыными. Ну, круто!

– Ого! Да тут прямо Анталия местного масштаба! – я не выдержал и высказал вслух своё настроение. – Даже представить не мог ничего подобного!

Что я имел в виду, назвав городок из своего мира, сугубо туристического предназначения, друзья поняли по интонации и уточнять значение не стали.

– А ты думал, что городская управа не примет мер? – с иронией подметила Роксана, так и шедшая впереди. – Город неплохо зарабатывает и может себе позволить заботу о горожанах. Тут же практически центр сосредоточения родовитых фамилий, на душу населения их даже больше, чем в некоторых столичных городах или губерниях, – добавила наша подруга, для меня, такого туповатого в этом плане, и не прочувствовавшего ситуацию с высоким социальным статусом большей части населения.

– Х-ха-х! Уела! Сдаюся! – отреагировал я шутя. – Веди, давай, дальше! Чувствуется в тебе бывалый провожатый, чётко знающий, куда именно нам надо. Н-да, Роксаночка, солнышко! – обратился я, как можно ласковее и с почтением. – Ты, часом, не запамятовала, что нам плацдарм с кострищем нужен? – я отважился напомнить о важной характеристике места для нашего отдыха.

– Хи-х! Феликс, ну ты меня прямо за забывчивую дуру держать пытаешься! Мог бы и не напоминать! – она парировала весело, и не обижаясь. – Помню я о твоём, подозрительно пахнущем мясе. Найду то, что надо!

Я остался доволен её ответом и настроем с положительным расположением к мероприятию, как и реакцией ребят, не присоединившихся к короткому диалогу, но активно кивающих.

Сам пляж довольно протяжённый. Береговая линия песчаная, извилистая и богата на множество заливчиков разного размера. Некоторые дубы и ивы находятся у самой воды, став излюбленными спортивными сооружениями и комфортными местами с обширной тенью для детишек и их родителей.

Самодельные снаряды для ныряния приятно напомнили и мне детство. Бесхитростные, состоявшие всего лишь из верёвки и палки, они сконцентрировали желающих экстремального времяпровождения. Типа, в полёте и кувыркаясь, как попало, шандарахнуться в воду.

Обобщая увиденное одним предложением с восклицанием, если выразиться правдиво, то тут – обалденно и весело! Даже уютно.

– Привет, Феликс! Не помешаю? – меня остановил знакомый голос.

Я обернулся и увидел Егора Трубецкого, слегка полноватого паренька, из-за которого когда-то имел проблемы со здоровьем. Парень поменялся конкретно и спеси с пренебрежением я не почувствовал, хотя раньше он просто излучал отрицательные флюиды.

Отчего не поговорить с парнем, если он так резко изменился после того памятного боя в усадьбе у Марфы Шуйской?

– Ребят, идите, а я вас догоню! – я передал корзинку Тимохе и посмотрел на Трубецкого, соблюдая ответную приветливость в выражении.

– Ну, здорово, Егор, коли не шутишь! Классно помахались с вепрем из… Из… Да всё равно, откуда это копытное вылезло! – я протянул ему руку. – Как сам? Где Голицыных растерял? – я сразу приметил его уединение от всех.

Парень посмотрел на мою раскрытую ладонь и немного опешил, однако пожал её, выказав уважение. Довольно твёрдая рука у парня. И чего он за спинами старшаков прятался? Непонятно.

– Ну да, хорошо повоевали с исчадием… А у меня, вроде, всё хорошо, – он обернулся на свою лежанку. – Вот, немного отдыхаю, купаюсь. А один?.. Хм-м… да так вот, теперь постоянно. После нашего боя всё поменялось. Со старыми друзьями я распрощался, а новых пока нет. Да это ничего! – он воспрянул духом, поправился, словно боясь показать, что недоволен.

Я оценил его костюм для плавания и мысленно содрогнулся, вспомнив не вовремя, что у меня такого счастья нет. Однако надо перекинуться парой фраз, прежде чем ретироваться.

– Ты и один нормально со всем справишься, – тут меня посетили мысль одна. – Кстати, если надоест плескаться в одиночестве или проголодаешься, то поищи нас там, – я указал себе за спину, вдоль берега. – Присоединяйся, как раз шашлычок подоспеет. Эдак так, через часик! – я высказал замануху и спокойно развернулся, оставив обалдевшего парня. – Давай, не скучай!

– Я подумаю! – он правильно ответил, ровно то, что я и рассчитывал услышать из уст родовитого аристократа. – Бывай, Феликс!

Не особо прощаясь с ним, так как небезосновательно предполагаю приход парня в гости, я направился дальше по берегу, отыскивая спины друзей среди отдыхающих.

Люди вокруг собрались самые разные. Но вельмож я легко выделял из общей массы по наличию слуг и корзинок со снедью. Обязательно новёхоньких и источающих приятные запахи всевозможной выпечки.

Братьев Голицыных заметил, как всегда тусующихся обособленной кучкой и заигрывающих с девушками, соблюдая при этом аристократический этикет. Я невольно улыбнулся…

Странно наблюдать за подающими мячи парнями, что краснеют, когда молоденькие, постоянно хохочущие, по поводу и без, дамы, обращают на них внимание. Ги-ги… Хи-ии-х! Детский сад, штаны на лямках – по-другому и не назвать.

А вот как мне себя вести? Теряюсь в вариантах, потому что в мыслях у меня вертится и готовится сорваться с уст только одно восклицание.

А именно: «Ва-ау-уу! Скока Диф-фчёнак!» Прямо, какой-то топ-рассадник моделей, а не день проводов лета и всеобщего купания! А где все толстухи? Или в этом мире их не бывает в природе? Есть мощные девушки, естественно, не без этого, однако они просто здоровые и здоровьем пышут. Пропорционально сложенные с большими кулачищами, но, всё же, их единицы.

Нет, вот совсем, откровенных жирдяев. И это просто здорово, на мой, теперь искушённый, взгляд. Блин! Замаячила перспектива пялиться на ладную фигурку Роксаны, и мне стало грустно. А может вычеркнуть её из друзей и записать в подруги? Как, интересно мне, это сделать, и какова будет реакция приятной для меня, во всех смыслах, девушки? А?

– Да без малейшего понятия! – вырвался у меня возглас.

Поспешил оглядеться по сторонам.

Твою ядрёну мачту бригантины, да в дышло кашалоту! Я что, вслух выразился? Похоже на то, судя по бросаемым на меня взглядам отдыхающих. Попахивает шизофренией, ну, или раздвоением личности. Не знаю, как это на языке медиков обзывается…

Я сам себе мысленно организовал диалог, прогоняя такие вот радужные мечты о девушках, точнее раздумья.

Наконец я догнал своих, и мы пошли ещё дальше, за нашей провожатой дамочкой неизвестного социального статуса. Подозреваю, что высокого.

Как мне узнать, кто она по происхождению? У кого спросить? Может, прямо, лобовым вопросом, взять, и запросто так, ошарашить белокурую пацанку? Что, интересно, она ответит и почему она так скрытничает даже от друзей? Я ж ей признался! Не по правилам, однако!

Тьфу ты, вот блин, вспомнил не к месту! Хотя… со вчерашнего о них не слышно. На самом деле, а где, интересно, сейчас Чукча с элементалем?

Да и ладно, побуду без них пока, может, отдохну от мысленных пререканий. Камень Калигулы у меня на шее, вмонтирован в пасти змеюк, оправы из голицынских закромов, так что, если они вдруг понадобятся, то я надеюсь на то, что легко призову эту парочку разгильдяев, непонятно чем сейчас занимающихся. Хотя, есть догадка, что они зависли в компании кузнецов и русалок.

Мы постепенно прошли самый людный участок, потом миновали более спокойную часть пляжа, где отдыхающих плескалось и грелось чуть меньше, далее преодолели небольшой мыс, за которым обнаружился залив со спокойной гладью воды.

Прекрасное расположение нескольких раскидистых ив порадовало меня. Парочка настолько близко растёт к реке, что их ветви касаются поверхности воды, делая из всего берега изолированные от посторонних глаз участки. Зашёл в воду, спешно скинув обувь. Песок и мелководье с горячей водой, градусов двадцать восемь, а то и все тридцать. Приятно, живописно и просто уютненько.

– Роксан, а вот объясни, почему местные игнорируют такое прекрасное место? – я озвучил свое недоумение странной ситуацией. – Не, ну, в самом деле? Тут смогут разместиться несколько компаний и абсолютно не мешать отдыху друг друга. Хотя ивы только визуально разграничивают берег, всё равно, соседи только за нуждой подойти смогут, не глазея и не надоедая постоянно. И дискомфорта никакого не будет ощущаться, от присутствия посторонних… – я пояснил причину своего удивления. – А?

Наша блондинка повернулась ко мне и приподняла бровь, миленько изобразив толику возмущения. Затем она вдруг задумалась, точнее, смутилась, что я заметил, хотя Роксана и пыталась скрыть этот свой мимолётный приступ растерянности.

Мне показалось, что она явно не знает, как правильно ответить. Секрет, может, какой скрыть пытается? Всё возможно у неё, пацанки эдакой. Однако я никак не выразил мимикой свою реакцию на странную заминку с ответом нашей проводницы.

– Так… Эм-м… – озадачилась девушка.

Я остановил её пояснения жестом.

– Роксан, я тя умоляю! – я улыбнулся как можно искреннее. – Только придумывать ничего на ходу не надо. Будем считать, что это территория заповедная! Типа заказника, и сюда нужны специальные пропускные грамоты, наверняка у тебя имеющиеся. О’кей? Договорились? – пришлось помочь ей выйти из затруднения.

Она изменила выражение на благодарное и неожиданно покраснела. Небрежно нагнулась, подняла берестянку, скрученную и сухую. Повертев, оценила её пригодность для растопки и кивнула на границу песчаного берега, метрах в трёх или четырёх от кромки воды. Туда прибоем накидало всяких дров. Сухих, кстати, и прекрасно подходящих для костров.

– Ну и что? Так, я же из Клана! – она, наконец, определилась с ответом. – Считайте, что это его территория, частная! И да, у нас могут быть гости, но вы не пугайтесь, – добавила, сбивая искреннее счастье от предвкушения уединения. – Тоже клановые ребята и взрослые. Хотя, многие предпочли быть со всеми, там, – указала в обратном направлении. – Я их уже многих видела по пути сюда, хоть и не всех, так что наверняка кто-нибудь сюда позже и подойдёт, или новенькие прибудут из города и поместий, – Роксана окончательно развеяла надежду на отдых маленькой компашкой. – Дрова – там! – красавица подвела итог объяснениям, ещё раз кивнув в сторону разбросанного сушняка.

– Дык, поняли все уже, – я пожал плечами, давая понять, что объяснения засчитаны. – Так мы располагаемся, или куда?

Парни поняли намёк, вышли из состояния внимательных слушателей и засуетились, определяясь с конкретным местом базирования.

Я же уже нашёл кострище, оборудованное по правилам, обнесённое камнями и со следами частного использования. Направился к нему, предварительно взяв корзины с заготовками у Тимохи. Местечко приятное, слегка отстранённое, но всё-таки находящееся на виду.

– Вон там, где Роксана, сгружайте остальное, и давайте за дровишками, – я отдал распоряжение. – Ну, или переоденьтесь сначала. Короче, кому как удобнее!

Запоздало скомандовал, так как наша блондинка уже скрылась за ширмой со своей сменной одеждой для отдыха.

– Можно подумать, что без твоей команды никто не догадается, что и как делать! – выдала кокетливо девчонка. – Ты, главное, не отрави нас, этим вон..! Эм-м… Короче, тем, странно пахнущим мясом! – добавила, имея в виду аромат моего маринада в уксусе.

Парни хихикнули, скидывая верхнюю одежду и складывая её рядом с будущими лежанками, сейчас обозначенными свёртками покрывал.

– Угу! Ещё добавку просить начнёте! – возразил я друзьям и ширме, уже не видя за ней Роксану. – Помяните моё слово! – не соврал ни капельки, зная, как действуют на людей ароматы готовящегося шашлыка.

Ещё раз отдал должное заботе об отдыхающих со стороны местной администрации, и сам скинул одежду, оставшись пока в футболке и трусах, точнее, в длинных плавках. С тренировки в них возвращался, так и пользуюсь, пока они не износятся. А вот потом?.. Э-эх! Потом надо будет что-то думать.

Так и начался наш непринуждённый отдых…

Я занялся готовкой мяса, прекрасно осознавая, что превратить его в угольки можно запросто. Достаточно отвлечься хоть на минуту и есть все шансы прозевать что-нибудь, например, внезапное разгорание углей от неожиданно подувшего ветерка.

Друзья весело и шумно плескались, иногда визжа так, что я реально думал запустить в них чем-нибудь, но всегда останавливался, видя счастливые лица. Сделал предположение, что Гришка слегка запал на Роксану, ну, или испытывает к ней что-то, этому предшествующее. Даже немного понервничал от необоснованного прилива ревности. Вовремя очухался и выкинул эту ерунду из головы.

Когда первые шампуры, сварганенные мной из веток, были сняты и уложены на плетёную посуду, друзья вдруг заинтересовались.

Ветерок как раз поменялся, и весь букет запахов вместе с дымом устремился прямо на них. Реакция оказалась предсказуема, и уже через минуту вся троица мокрых отдыхающих предстала передо мной в своих купальных костюмах.

Я заржал открыто и тут же осёкся. М-да… Если это должно прикрывать, то блин… Я Циолковский, нафиг! Мокрые купальные вещи этого мира ни разу не способствуют пресечению дурных мыслей и пристальных взглядов. Дурдом! Особенно же, это касается Роксаны с её яркими, во всех смыслах, формами и некоторыми деталями на безупречной фигуре привлекательной девушки.

– Нет, Феликс! Ну, в самом деле! – не выдержала блондинка. – Я не могу не попробовать этого!

– Да!

– И я хочу! Очень!

Посыпались реплики и шум воздуха, втягиваемого носами. Друзья потихоньку начинают истекать слюнками, а я гордиться собой.

– Как вкусно пахнет и смотрится отлично!

Первыми к ароматному мясу потянулись руки Тимки, и я не стал пресекать его. Он сцапал шампур и моментально вцепился в отличный кусок. Глаза парня прикрылись, и выражение блаженства разлилось по лицу.

– Да берите! Сервировать поляну не обязательно! – я отмахнулся, играя безразличие уверенного в себе маэстро кулинарии.

Естественно, что и Гришка, и Роксана, не стали ждать дополнительного приглашения к дегустации, и наша компания занялась трапезой.

Природа, купание и чистый воздух сделали свое дело по нагуливанию аппетита, так что мы ели молча, без комментариев и подколок со стороны некоторых, настроенных ранее слишком скептически к моим кулинарным способностям и изыскам.

Вдруг мне стало грустно от печальных мыслей.

Вполне возможно, что это мой единственный беззаботный день, когда нет нужды торопиться, драться и заниматься рутиной. Не нужно заботиться о рунах, о деньгах и предприятиях, находящихся на стадии рождения в моей буйной головушке, но уже дающих о себе знать некоторым беспокойством.

Подумал о возможном дозоре в охранении обоза. Что там может случиться? Да всё что угодно! А не будет ли этот поход краеугольным камнем в моей судьбе?

Прогнал мысли, глядя на жующих друзей, смакующих нехитрую снедь. Посмотрел на безмятежное течение матушки-Волги и чуть успокоился в душе…

Меня неожиданно заинтересовал остров, находящийся достаточно близко, чтобы я смог до него доплыть. Кроме того, небольшой дискомфорт с напряжением вызывают лодки с сосредоточенными лицами представителей Магического Патруля. А в некоторых плавсредствах, что курсируют вдоль берега, я увидел знакомые плащи и мантии Магистров и Боевых Рунных Магов.

Не сказать, что их прямо много, лодок этих, но они есть, и в достаточном количестве, чтобы обратить внимание на этот факт присутствия военных…

Глава 6. Мистика и противоречия во мне…

Меня очень заинтересовал такой вот «ненавязчивый» контроль водного пространства, и, естественно, я счёл важным прояснить ситуацию и немедленно.

Легонько тронул за локоть Роксану, занятую употреблением остро пахнущей вкуснятины моего приготовления, и указал девушке на лодку с парочкой магов, находящихся в компании с гребцом. Эти господа осматривали воду и участок побережья с пляжем, причём отдавали предпочтение слежке за островом, а точнее, за его прибрежными водами.

Вообще, островок расположен на входе в залив, а если конкретику вносить, то поперёк него, напротив участка побережья, где, собственно, и протянулся берег с городским пляжем. Сама береговая линия, избранного горожанами места активного отдыха, состоит из нескольких уютных заливчиков.

Такая вот оригинальная лагуна природного происхождения, с минимальным течением, так как основное русло проходит за островом, протянувшимся метров на триста и шириной в тридцать или в сорок метров. Это приблизительно, навскидку, так сказать.

Обратив внимательный взор в сторону моего проявленного интереса, девушка кивнула, мол, сейчас, погоди минутку. Она спокойно дожевала откушенный ранее кусок, и отложила шампур из прутика на плетёную тарелку.

– Феликс, что тебя так заинтересовало в дозорных? – Роксана, наконец, выказала готовность к диалогу, вытирая руки салфеткой.

– Да всё! – я аж возмутился. – Не, ну, Роксан, вот тут всё, – эмоционально обвёл окружение рукой, – вроде, городская черта, или ближайший пригород. Вода, опять же, кругом. Я понимаю присутствие жандармерии и патрулей на берегу, в качестве острастки всяких лихих парней и девушек, подумывающих блеснуть боевой магией. Однако, что они, – я ткнул в сторону лодки, проходящей как раз между нами и островом, – они, что там, в воде, делают? – завершил я пояснение к вопросу и повернулся к блондинке. – Да и остров… какой-то странный, что ли, – я присмотрелся к нему, – или мне так кажется?

Она улыбнулась и хлопнула меня по ноге, а Тимка кивнул ей, намекая, на не пойми что.

Гришка же проявил интерес и зафиксировал своё внимание на нас и нашем разговоре. Но вот жевать парни не перестали, несмотря ни на что.

А Тимоха, наш местный ватажник, излазивший со своей братвой всё в окрестностях, и не только в окрестностях, наверняка в курсе и просто доверяет Роксане провести разъяснение по теме.

– Хм-м. Ты вот, прямо только сейчас заметил некую несуразицу? – она хмыкнула и налила себе из кувшина хмельного квасу. – Тебе плеснуть? Может, ещё кому? – блондинка не стала ставить ёмкость на место и обвела всех вопросительным взглядом.

– Роксаночка, красотуля и врединка ты наша ненаглядная, – я доброжелательно среагировал на её жест и протянул свою кружечку, выполненную из бересты с сочетанием деревянных элементов. – Вот, что у тебя за привычка такая, тянуть резину с ответами, а? – подождал, пока она наполнит мою ёмкость. – Спасибка, и продолжай уже ликбез! Пардон, – я поправился и отхлебнул пару глотков, – теперь начинай!

Девушка указала рукой в сторону острова.

– Ты внимательно, ещё раз посмотри на него, и на совместные патрули, – попросила меня блондинка, уже занявшаяся наполнением посуды парней. – И я поясню потом, вернее, я постараюсь полностью удовлетворить твой интерес. Феликс, ты только со всей внимательностью смотри, – безапелляционно добавила Роксана.

– Право, барин! – поддакнул Тимка. – Ты счас сам всё раскусишь! Авось, чай не глупеньким вырос-то! – высказался вождь местных беспризорных команчей.

– Да я, по-моему, и так всё увидел… Хотя… – я наморщил лоб.

Кстати, парочку доглядчиков из его компании я недавно заприметил во время готовки – мелькнули они пару раз за кустами. А если точнее, то мелькнули их шевелюры, кстати, достаточно чистые для шантрапы и бродяг. Сами следят за гигиеной, или это наш старшина ватажников не даёт спуску своим малолеткам? Блин, отвлёкся мыслями, глядя на довольного Тимоху.

Однако, интерес мой к острову разгорелся ещё сильнее. Спорить с другом и подругой я посчитал так себе идеей и мы, вместе с заинтересовавшимся Гришкой, ещё раз осмотрели объекты будущих обсуждений. И, как мне кажется, вовсе не напрасно!

Но прежде чем продолжить свои занятия, мы все дружно подождали, пока мимо нашего расположения пройдут несколько парней в компании с девчатами. Отметил, что они все до единого принюхиваются к шашлыку и присматриваются к моей, весьма неординарной, а очень даже оригинальной, купальной одежде.

Плавки с футболкой их очень заинтересовали. Один парень даже споткнулся на ровном месте, но моментом подобрался и отвёл глаза, явно смущаясь своего, ярко выраженного внимания.

– Давайте шустрее, – этот юноша ткнул впередиидущего, явно давая понять нам, что споткнулся из-за его нерасторопности.

– Да иду я, иду… – недовольно буркнул тот. – Чего толкаться-то?

– Наш залив следующий, – споткнувшийся дал разъяснение явно новенькому парню, и они зашагали быстрее.

– Ты уже говорил, – огрызнулся недовольный парень и оба замолчали.

Наконец, спустя пару минут, их компания скрылась за ивой на краю нашего заливчика, и я вернулся к осмотру острова и вод вокруг него.

А удивляться есть чему.

Например, тому же туману, который шапкой навис над островом и зацепил немного воды вокруг так, что береговой линии не видно. Заметны лишь голые, белёсые, даже немного серые стволы деревьев, с кусками чудом оставшейся коры, и увенчанные корявыми ветвями. Эти, стоящие пока, но уже давно мёртвые заросли, вероятно, и обозначают границы береговой линии острова.

Абсурдность зрелища заключается в том, что сейчас солнечный день и даже немного ветрено. А это означает, что такое природное явление, как туман, по всем правилам должно рассеяться. Однако, увиденное мной, утверждает обратное.

Лодка с патрулём не приближается к этому чуду природы, а двое Рунных Магов следят за купающимися, готовые предотвратить заплыв к странному острову. Хотя, я очень сомневаюсь, что такие индивидуумы есть среди отдыхающих на пляже. Уверен, что никакого интереса этот объект не вызывает. Люди попросту привыкли или чего-то опасаются, если не сказать, что боятся.

Приметив все эти детали, я перевёл взгляд на Роксану, давая понять, что завершил осмотр объекта и готов выслушать историю, явно интересную и мистическую.

– Весьма своеобразное чудо природы! Роксан, туман странен, как ни крути, и это как минимум. Так не должно быть априори. Да и сам остров, наверняка не относится к туристическим зонам, или к обители рыбаков, – я обратился с выводами к ней. – Вон, как его охраняют, – качнул головой в сторону острова и лодки с магами. – Я вот небезосновательно подозреваю, что без чего-нибудь магического тут не обошлось, я прав?

– Ну, надо же, – наша подруга всплеснула руками и хитро прищурила глаз, – наконец-то нормальный вопрос созрел у нашего пытливого Феликса. Ты, конечно, прав, – кивнула она, – и я расскажу эту историю, что уходит корнями столь далеко в прошлое, что никто точно сказать не может, когда начался отсчёт легенде. Ну, или слухам, весьма правдивым и неоднократно нашедшим подтверждение, э-э-эх… – она вздохнула. – Печальное подтверждение, я должна сказать.

– Я весь превратился в сплошное внимание, – не соврал я ни разу и приготовился слушать.

Но не тут-то было… Девушка скорчила недовольную мину, сделавшись капризной и надувшейся.

– Не понял?! Чего не так-то опять? – я среагировал на её изменившееся настроение. – Роксан? Ты не мины строй, а выскажи словами свое недовольство, – продолжил, видя её хмурящуюся физию, но все такую же симпатичную. – Не вредничай, давай, а поясняй проблему! – сделал я акцент на крайней фразе, начиная и сам злиться.

Девушка указала на пустые прутики из-под мяса.

– Закончилось, – утвердила обидчиво. – А у нас, вероятно, ещё гости будут. Соглашусь говорить, если ты снова возьмёшься за готовку, – выдала на одном дыхании и замерла, глядя на меня с нескрываемой требовательностью.

Вот, зараза блондинистая! Пацанка, на мою шею… Ещё и условия ставит, даже не моргнёт, не то, что постесняется!

– И это всё? – я аж привстал от эмоций. – Вот, блин, а?! Что вы за максималистки такие? Я имею в виду всех девушек. Нет же ничего проще! Тем более, что намариновано мяса с избытком. Перебирайтесь ближе к кострищу, а я займусь делом и заодно выслушаю историю, – я встал и направился за заготовками. – Давайте шустрее! И на будущее, Роксан, запомни, что вот так можно было сразу всё решить, а не разыгрывать сцену.

– А вдруг ты отказался бы, предпочитая сначала услышать историю? – парировала белокурая бестия, чуть не показав при этом язык.

– Бестолочь! – буркнул я себе под нос, чтобы она не слышала, а громко сказал:

– Да я и сам предложить хотел именно такое вот решение с готовкой и с разговорами. Вон, всё давно слопали, а глаза голодные остались. Вкусно ведь!..

Я порадовался в душе, от такого поворота и, вернувшись к костру, заставил Тимку с Григорием заняться углями, а сам взялся нанизывать мясо на прутики. Друзья как раз разместились на покрывалах и приготовились к разговору, а до меня неожиданно дошёл смысл такого выступления девушки.

Да ведь она просто не знала, как ещё удостовериться в простоте приготовления вкуснятины, подозревая меня в использовании магии. Два раза бестолочь! Банальщина, по большому счёту, а для неё это повод к закатыванию сцены!

Ну, что за девушки, а? Откуда берётся у них такая засада в поведении? Нет бы, взять и просто и внятно сказать о проблеме, разложить всё по полочкам, если вопрос слишком серьёзный, и привести аргументы в пользу определённого решения… Ну, нет! Мы будем скандалить, полагая, что такие действия с их стороны сработают наверняка. Ха, и снова, х-ха!

Но всё пошло совсем не так, как мы настроились… Невезуха просто какая-то!

К нашей компании, скрытой в уединённом месте, подошли несколько человек. То, что отдых господам не требуется, и они явились по делу, для меня сразу стало ясно. Одежда у них, ну никак не праздничная, а скорее всего, повседневная, запылённая.

Они остановились на расстоянии, а к нам направился один из визитёров, в котором я без труда опознал графа Дмитрия Гарда, начальника то ли охраны, то ли службы безопасности Демидовых. Вероятно, они состоят в одном и том же Клане с Роксаной. Ллойд, если мне память не изменяет. Очень интересно.

– Госпожа Роксана, – начал граф, приблизившись и учтиво поклонившись, – не сможете ли вы уделить нам некоторое время? – он величаво повернулся и жестом указал на ожидающих соклановцев. – Поверьте, вопрос очень важный, не терпящий отлагательства в обсуждении.

Роксана уже встала и вежливо поклонилась, но сделала это так, словно подчеркнула свой высокий статус.

– Вначале, позвольте представить вам господ, – девушка жестом указала на нас, заставив подняться, следуя этикету. – Господа, Феликс, Григорий Распутин и Тимофей.

– Очень рад знакомству с господами, однако с уважаемым господином Феликсом я уже имел честь познакомиться, – он поклонился. – Господа, прошу прощения за манеры и несвоевременное вторжение в вашу компанию, но мне очень нужно переговорить с госпожой Роксаной! – говоря это, граф просто излучал вежливость, учтивость и сиял аристократическими манерами. – Надеюсь, вы позволите?

Я честно порадовался такому отношению и не увидел причин вставать в позу.

– Да, конечно, граф, – я сделал лёгкий кивок почтения, соблюдая правила этикета. – Прошу вас, говорите, если, конечно, госпожа Роксана не возражает, – я аккуратно перевёл стрелки по решению этого вопроса на виновницу появления делегации.

Вдруг мне полагается его на дуэль сразу вызывать, несмотря на все манеры? Кто мне подскажет?

Но всё обошлось, и я поступил интуитивно правильно. Наша блондинка и Гард остались довольны моими манерами, что я прочёл в их взглядах и частично угадал по ментальным изменениям. Очень полезный дар от прозрачной фурии с качельками, которая, кстати, давненько не объявлялась.

Роксана, при разговоре стоявшая ко мне и к графу вполоборота, развернулась к гостю лицом, посчитав вопросы со мной решёнными. В смысле, не со мной, а с моим разрешением забрать даму на определённых условиях.

– Уважаемый граф, никого не смутит мой пляжный костюм? – девушка осведомилась.

Видно, так полагается, блюсти внешний вид на клановых мероприятиях, ну, или как сейчас, на спонтанных совещаниях. Хотя, ключевое слово в данной ситуации, это «спонтанное»…

– Ну что вы, госпожа, – почтительно возразил Дмитрий Гард. – Мы все, как видите, сейчас в повседневной, – он обвёл свой наряд жестом сверху вниз, – можно сказать, в полевой одежде. Не до церемоний… Посему, прошу вас, госпожа, – он предложил ей пройти первой, отведя руку по направлению движения, – господа заждались!

Роксана прикрыла глаза, с одновременным малозаметным кивком, обозначив согласие, и они направились к ожидающей группе, глазеющей на нас.

Я вздохнул с некоторым облегчением, так как Дмитрий Гард постоянно косился на мой прикид, хоть и старался делать это незаметно. Одним стало меньше, но вот остальные так и смотрят, выражая смесь эмоций. От возмущения до обалдения, причём, я не гарантирую, что нет среди них презрения или крайнего недовольства.

Подумал, что пройдёт ещё пара минут и меня с позором просто закидают камнями. Кто знает, чего я тут успел нарушить своим нестандартным видом? Вон, даже Тимка в пляжном костюме гоняет, хоть и повидавшем всякое, однако, в чистом и приличном. И абсолютно плевать, что есть места с аккуратной штопкой. Следит за собой парнишка, хоть и беспризорник, вернее, их глава, что, несомненно, важно.

А ещё, я сильно сомневаюсь, что это те самые гости, о которых предупреждала Роксана. Поведение не соответствует ни у визитеров, ни у неё. Да и удивилась наша блондинка их появлению, искренне удивилась, что не ускользнуло от меня. Может, у них в клане случилось чего? Немудрено, ведь в Захребетье идёт война.

– Гришка, я пойду, искупаюсь, а ты просто поворачивай мясо, и как только оно подрумянится, сразу снимай с углей, – начал я инструктировать. – Следи за огнём! Если таковой появится, немедленно туши и не дай разгореться. Намочи руку и сбрызни, не лей просто так воду, иначе угли зальёшь.

Молодой граф Распутин аж вздрогнул от неожиданности.

– Феликс, ты уверен, что я справлюсь? – задал парень вопрос тоном недоверия и покосился на шипящие куски мяса. – Да я просто уверен, что моя квалификация в готовке слишком мала. Я бы сказал, что её вовсе нет!

– Тренируйся, – заявил я безапелляционно, поднимаясь со своего места. – И ты, Тимка, подключайся! – я хлопнул нашего предводителя команчей по плечу. – Вдвоём справитесь, а нет, так придётся вам угольками похрустывать, – сделал я предупреждение и направился к воде. – Тем более, что в случае похода на войну, тебе, Гришка, как оруженосцу, придётся часто готовкой заниматься! – выдал я крайнее напутствие и бросился с разбега в воду.

Идея скрыться в воде от сверлящих меня взглядов клановых господ показалась отличной, но вот исполнение… Исполнение как-то не задалось с самого начала. Мелководье всему виной. Глубина оказалась по колено, и мой эффектный нырок закончился ударом головой о дно. Блин!

Я встал, поглаживая ушибленный купол, и побрёл вдаль, надеясь добраться до приличных глубин, ну, или, хотя бы, до того участка, чтобы воды мне по грудь стало. Плавать я умею очень хорошо, посему сидеть и плескаться на мели никак не кажется мне весёлым занятием.

Брёл я, думая о переговорах Татищева и господина Барклая. О том, чем они закончатся и что меня ожидает в ближайшие дни. Вдруг меня осенила идея заказа своего, личного обмундирования, ни на что не похожего в этом мире. Прикинув все «за и против», я пришёл к определённым выводам и даже засмеялся от получившегося решения.

Создать и внедрить нечто, похожее на камуфляж наших военных. А что? Вполне неплохая идея! Много карманов, разгрузка, опять же. Ну, и так, вообще, классная вещь. Хотя, внедрить – это слишком громко сказано.

Для начала, необходимо заказать и пошить новшество себе, может, ещё и Гришке… Испытать всё и, уже потом, надеяться на что-то, возможно, что и с коммерческим успехом, как итог тестов, проб и ошибок изысканий.

Ещё раз усмехнувшись своей прозорливости, я занялся скрупулёзным припоминанием всех деталей военной полевой одежды наших специальных подразделений, как и иностранных, носящих ёмкое название «камуфляж». Наколенники, налокотники… Тактические кобуры, опять же…

Да масса чего полезного мелькало в фильмах. На улице своего города, оставленного в другой жизни, я тоже наблюдал бойцов Росгвардии, идущих в полевой форме домой, так что, мне определённо есть, чем занимать свои мысли и напрягать память…

Погрузившись в такие милитаристические раздумья окончательно, я не придал значения тому, что уже давно плыву на спине, созерцая голубое небо. Тело расслаблено, движения рук и ног автоматические. Я просто наслаждаюсь тёплой водой реки и плыву, не торопясь, и откровенно блаженствуя…

К величайшему сожалению, продолжилось моё умиротворение не так долго, как хотелось бы…

«По-моему, ты снова вляпался в историю, Феликс!» – сказал я себе мысленно, пытаясь увидеть небосвод через седоватую пелену тумана.

Я резко перевернулся, из положения плывущего на спинке, и замер в воде, шаря вокруг взглядом и пытаясь сориентироваться. Сделать это сходу оказалось проблематично и пришлось потратить пару минут, пока я не обнаружил разницу в цветовом тоне тумана.

В одном направлении он становился светлее, а в противоположном, наоборот, сгущался, выдавая присутствие природного образования под названием остров. Ну, мне так показалось.

Определившись, я поплыл к светлому участку изо всех сил, свободным стилем, размахивая руками и чувствуя себя на сдаче зачёта по плаванию, а когда проплыл минут пять, вновь остановился.

Твою мартышку, шишку вместо ананаса!

Передо мной вновь темнел туман, а светлый его собрат оказался за спиной, в противоположной стороне. Признаки паники зародились в глубинах сознания, но я не стал сразу пороть горячку и вновь повторил манёвр со сменой направления.

Да чтоб его!

Кроме хорошей матерщины у меня ничего умного не сорвалось, так как третья попытка завершилась с тем же самым результатом, и у меня с завидным постоянством получалось, что плывя к свету, я чудным образом плыву к тьме. У меня создалось впечатление, что волосы зашевелились даже в подмышках.

Жесть, мать её, бл…! Вот что за невнимательность с моей стороны? Чего теперь ожидать и главный вопрос нормального человека – что, чёрт дери, делать?! Да пошло оно всё!

Я решительно поплыл к темнеющему впереди острову, или местному призраку на воде, способному навести морок, или затуманить сознание, притягивая к себе плывущего ротозея, угодившего случайно в туманную ловушку. Страха, как такового, нет, однако меня никак не отпускает сильнейшее чувство беспокойства.

Как только я выбрал правильное направление, по мнению острова, плыть стало гораздо легче. Такое ощущение, что вода сама меня подгоняет к мистическому месту, или я уже и так подплыл слишком близко, когда пытался вернуться, кто знает?

Я зацепил рукой первый пучок сухого камыша, а через секунду прошёлся брюхом по коряге. Хорошо, что вода отшлифовала её, а водоросли сделали скользкой. Ран я не получил и мысленно выдохнул с облегчением, прежде чем коснуться крутого дна. Пара взмахов – и вот я на берегу, стою и всматриваюсь в туман, который ограничивает видимость до вытянутой руки. Веселуха просто! Сделал первые шаги…

Вообще, прогулка по мёртвому лесу в тумане, это та ещё радость, особенно когда не видать не только куда направляешься, но и куда нога ступает. Посему, иду я настолько медленно, что если пойти чуточку тише, то по скорости буду соревноваться с улиткой, и не факт, что я выйду победителем в гонке с ней.

Но всё изменилось после странного дерева, точнее, его ствола, на котором неизвестные мастеровые вырезали чёрте что!

Это, в смысле чёрте что, содержит помимо рун неизвестных форм ещё и портрет. Что-то, или нечто, сугубо лохматое и жуткое, попортило прошедшим временем, а вот глаза остались зловещими. Общее выражение у этой оригинальной фрески странное, олицетворяющее усталость ЭТОГО, что изображено, от бесчисленных убийств. Мне так, в общем, показалось.

Когда рассматривал шедевр резьбы по мёртвым деревьям, перстень с малахитовой цепочкой Рюриков дали о себе знать волной пробежавшего сквозь тело тепла, и уколами горячих иголок в палец. Благо, что эта реакция артефактов не продлилась долго, так как в этот раз приятного от взаимодействия ничего нет.

После этого идола, или как оно называется, я отчётливо узрел тропинку, раздвигающую мглу ровно на ширину себя.

Выбора у меня ноль, посему я пошёл по единственному маршруту, петляющему среди мёртвых стволов деревьев, обильно покрытых разноцветным мхом, плесенью и древесными грибами. Ну и кустарником, добавляющим проблем путникам. Тут риск сломать ногу пропал, и я полностью сосредоточился на дороге, ведущей в неизвестность.

Что удивительно, так это то, что в глубине души я страстно желаю добраться до конечной точки этого мистического маршрута, без намёка на страх, с чувством, граничащим с безрассудством.

Как это понимать, интересно? Любознательность или гипноз такой, своеобразный? Да кто его знает, что витает в этом тумане и какова истинная природа его происхождения.

Да, мысленно я махнул рукой, хрен с ним! Необходимо собраться и быть внимательнее, а точнее, соблюдать осторожность. Хоть какую-нибудь.

Петлял долго, больше часа и, наконец, вышел к древнему сооружению. Вокруг поляны, на которой оно находится, всё так же стеной стоит отодвинутый туман, а инстинктивно обернувшись на тропинку, я спокойно констатировал схлопывание мглы и исчезновение единственного маршрута для бегства. Жесткач, короче! Попался я!

Само сооружение вообще меня поразило. Во-первых, оно ни разу не маленькое. Во-вторых, несло в былые времена функции чего-то ритуального, явно религиозного назначения, совершенно не приближающееся по внешности к церквям, минаретам там всяким, и вообще. Короче, в своём мире я таких шедевров не встречал.

Однако нотку всеобщего былого преклонения людских масс, типа паломников, я почувствовал на ментальном уровне и сразу нашёл подтверждение со стороны давших о себе знать артефактов Рюриков. Они словно согласились, отреагировав теплотой, а я моментально стал более смел, почувствовав их поддержку.

То, что это чудо зодчества сварганено без намёка на гвозди – и к гадалке не ходи. Но как оно, чудо это, простояло несколько поколений и не рухнуло? Эта тайна останется, как и другая – мне совершенно не понять, где для сруба взяли деревья диаметром метра в три, и как их сюда доставили! Загадка!

Окон нет, только несколько узких щелей в районе второго этажа, если мерять высоту потолков общепринятыми стандартами. Крыша пострадала, на то указывает и множество дыр разного размера.

– И что теперь? – задал я себе вопрос вслух, обойдя строение и обнаружив много закрытых дверей, выполненных добротно и явно не утративших способность сдержать любой натиск извне.

– Постучаться вы не догадались, а это очевидно. Вы не бойтесь, милостивый государь, – раздался могучий голос отовсюду сразу. – Входите с северной стороны, где я отворил вам дверь.

От такого неожиданного проявления гостеприимства я подпрыгнул, но моментально взял себя в руки, хотя тон и властность заставили похолодеть кровь в жилах.

– Благодарю вас за приглашение, как и за позволение войти, – выдавил я из себя взаимное приветствие. – Через минутку буду…

– Так вы совсем не боитесь? – прозвучало уточнение.

– Страх – это болезнь, – я пожал плечами. – Как всегда, можно избавиться от симптомов, признаков этой болезни, видимых окружающим. Однако лучше всего победить её полностью… – добавил я пищи для размышлений хозяину.

– Хм-м. Вы интересны, определённо!

Не имея ни малейшего понятия, где сейчас находится север, я просто пошёл снова вокруг строения, пока не обнаружил открытый вход. Выбора то нет, так что и думать пока не о чем, да и паниковать смысла нет. Хотел бы меня прибить хозяин, давно прибил бы. Или утопил у берега.

Войдя в крохотную дверку, что не увидел во время обхода из-за её маскировки под сруб, я прищурился, напрягая зрение и стараясь разглядеть внутреннее пространство, погружённое в полумрак, но сразу осмотреться не вышло.

Лишь спустя долгую минуту я дал первую характеристику увиденному. Это гнездо странного отшельника, занимающегося травничеством и зельеварением. Вокруг много характерных сосудов, даже деревянное и глиняное исполнение не сбило меня с толку. Плюсом идут кучи веников и вязаночек трав, развешенных на стенах, и мелкие засушенные животные и всякие твари, включая змей, лягушек, птиц и даже насекомых.

Очагов несколько и, наверняка, разного предназначения. Ну, в самом деле, не будет же этот кто-то готовить еду рядом с булькающим котелком яда? По-иному я не могу себе представить, для чего нужны такие специфические ингредиенты. Яд – это первое, что пришло в голову, и всё тут! Всё – яд. Вообще, всё!

Меня не прерывали, кстати, пока я мельком разглядывал убранство этой своеобразной кельи неизвестного монаха, непонятной религиозной принадлежности, если таковая вообще есть. За это хозяину, который пока не показался, отдельное спасибо, причём, такое дружественное расположение вернуло мне былое настроение и полностью рассеяло страх за будущее. По крайней мере, пока.

– Итак, юноша, – начал неизвестный, всё так же пребывая непонятно где. – Вы меня уж простите, что поводил вас кругами по своим владениям, но на то были причины.

Я оглядел помещение в поисках стула или табурета, но пока ничего такого в глаза не бросилось.

– Да я, собственно, не сильно расстроен этим, – я среагировал любезным тоном, стараясь не раздражать хозяина. – Тем более, что после купания мне чертовски приспичило размять ноги. Наоборот, говорю вам спасибо за хорошую тропинку, где я прекрасно прогулялся по живописному лесу, – соврал, конечно, вспоминая мох, грибы и плесень с паутиной. – А какая причина? – я решился задать вопрос, поддерживая начатую тему.

– Х-мм… – хозяин сделал паузу. – Вот ведь какая оказия… Н-да. Я не могу понять цель вашего визита, в отличие от основного количества появляющихся тут. Их мало, но такие бывают.

Я увидел чурбак, ну или как оно правильно называется, это толстое полено, стоящее на земле, и, наконец, сел на него.

– Интересно, и зачем же сюда приплывают? – это действительно показалось интересным.

– Да за многим, но не все желаемое получают, – снова ответил хозяин, явно сам заинтересованный, но так и не показывающийся.

Я пока оценил этот зальчик и прикинул, что таких вдоль стен разместится несколько, а вот в центре этого строения наверняка есть большое просторное помещение, с потолком под крышей. Ну, это так…

– И всё же? – я закинул ногу на ногу, принимая удобное положение и показывая хозяину свою смелость. – Прошу вас, поясните, я ведь даже не знаю кто вы такой, так как заплыл сюда совершенно нелепым образом, – решил я сразу обозначить свой статус кво.

Пауза затянулась, а я не выдержал и взял со стола маленькую ступку и увидел в ней светлый помол. Блин, это, походу, кости. Поставил на место, поморщившись.

– Э-хх, не могу понять ваши мысли… – посетовал хозяин. – А приходят сюда за разным. За богатством, в основном, или за зельем, приносящим удачу, за наговором на открытие клада… Только плату с собой взять забывают, оттого мало кто возвращается. Некоторых я топлю в прибрежных водах, других пропускаю для разговоров, когда несколько десятков лет живу без общения. Новости узнать или тело поменять…

– Не понял? – у меня автоматом вырвалась фраза. – Как поменять тело?

– Уф… Как тело меняют, так и поменять! – явно с сарказмом отреагировал на моё восклицание хозяин. – Но меня сейчас интересуешь именно ты.

Мне такой поворот, без взаимного представления, не понравился, и я подумал перенаправить тему от себя, хотя бы на время, иначе он забацает из меня себе тело, раз мне ничего не нужно, и, тем более, платы у меня никакой нет.

– Секундочку! – я зачем-то поднял ладонь. – Я же уже говорил, что понятия не имею, кто вы и что тут находится. А ещё, вежливости ради, может, начнём разговор, как и полагается, со знакомства? – высказал немного сумбурно и повторяясь в мыслях от такой неординарной ситуации. – Как и говорил, мне ничего не нужно от вас. Да и появиться вам, это было бы неплохо! – я закинул удочку на удачу, вдруг увижу этого, меняющего тела, как одежду.

– И как же вас зовут, молодой человек? – он принял правильное направление в беседе, очень меня обрадовав, отодвигая тем самым предполагаемую мою кончину. – Вы, как пришедший, первым и представьтесь.

Тут мне уже скрываться нет никакого резона, посему я принял решение назваться полным именем и титулом. Кроме того, раз оно так долго живёт, то есть надежда о его осведомлённости в истории Руссии. Авось что-нибудь знакомое резанёт его слух, и оно станет снисходительнее. Да и вообще, возьмёт и отправит на берег.

– Великий Князь, Рюрик Феликс Игоревич! – я произнёс как можно горделивее, встав при этом и не забыв сделать поклон доброго расположения в финале.

Это опять задумалось…

– Лазарь, – он представился. – Извини, но в том виде, в котором сейчас, показаться не могу. Ты просто умрёшь. И не спорь! – он среагировал на мою попытку протеста. – Я точно знаю о чём говорю, а сразу тебя убивать я вдруг передумал. Э-хх! – Лазарь тяжело вздохнул, словно вспомнив что-то радостное, давно прошедшее, и замолк.

Наверняка задумался, а мне его беспокоить очень не комильфо, особенно после той фразы, где он поведал о смене отношения к моему будущему. Значит, убивать он меня передумал, ну, по крайней мере, сразу. Что-то стукнуло над головой, а потом я услышал шаги, меряющие пространство над этой кельей. Точно озадачился дядя.

А ещё я понял, что он не бестелесный дух, раз вышагивать умудряется, и поёжился, представив внешность Лазаря, способную убить от одного взгляда. Жаль, что он не пояснил, чьего и куда. Я отчётливо вспомнил того идола и глаза убийцы тысяч людей на том стволе дерева.

– Знавал я одного Рюрика, – неожиданно продолжил Лазарь. – Не помню, сколько столетий прошло, но были у меня в гостях три брата. Звались они… Эм-м… Дай памяти я себе сам… – он запнулся. – А, да! Рюриком Мирным, второй – Сиваром Победоносным, а третий господин – Труваром Верным, – он назвал знакомые имена из местной истории, а именно, имена отцов-основателей Великих Кланов Рунных Магов, где Рюрик – это создатель Первого Величайшего Клана Боевых Рунных Магов. – Они прекрасно пообщались со мной, ответы дали правильные и заглянули в своё будущее, в знак моего расположения. Кстати! – он вдруг радостно воскликнул. – Их мысли и желания я тоже не смог прочесть, как и твои. Кроме того, эти уважаемые братья пообещали, что никто не побеспокоит меня, если я скрою остров во мгле и тогда я смогу быть тут вечно. Даже бумага есть официальная, только не пойму, кому мне её показывать. Посему, показываю пришедшим! Вот, посмотри…

На столешнице, выделанной из распиленного вдоль ствола дерева, среди множества ужасной утвари, появился пергамент, развернулся, и я почти ознакомился с содержимым. Почти, так как кроме знакомой руны с перстня ничего не увидел.

Но меня вдруг осенила ещё одна идея как приблизить своё спасение и не стать пиджачком для парадных выходов Лазаря. Я поднял левую руку с перстнем на безымянном пальце вверх, осознавая внутренне, что он всё прекрасно видит.

– Да, да, я давно обратил на него внимание, – осадил мой порыв хозяин. – И тоже принял эту деталь во внимание, в принятии решений относительно тебя. Но я же должен убедиться, что ты – это ты? Или отпрыск одного из посетивших меня братьев? Хе-х… Как думаешь? – он ухмыльнулся.

– Да, вы правы, уважаемый Лазарь, – я кивнул и скромно убрал руку на место. – Я даже согласен ответы правильные дать! – отчего-то уверенно заявил я хозяину. – Спрашивайте, прошу вас! Но в награду, верните меня назад с острова, мне тут неуютно как-то, – я ни разу не соврал.

Новая пауза и исчезновение свитка завершились вспыхнувшими на стенах лучинами. В помещении стало заметно светлее, но оттого только прибавилось зловещности. Я увидел человеческие черепа, сложенные пирамидой-постаментом для алтаря. Осталось лишь догадываться для чего он, алтарь этот. Тут явно попахивает тёмными сущностями, как и недозволенной магией.

А почему братья разрешили Лазарю остаться и ей заниматься? Новые секреты Руссии? Не всё то тёмное, что чёрного цвета?! Или как получается?

– Я знал, что ты согласишься, – просто ответил на мой порыв хозяин. – Всё одно, ведь, что выбора у тебя нет. Вот тебе первый вопрос, – и предо мной появились два стакана, один пустой, второй с водой. – Что выбираешь?

– Ничего, – я моментом выдал ответ.

– Почему? – Лазарь не удивился, только спросить решил, уточнить причину такого выбора. – Поясните, молодой человек, будьте столь любезны. Подробности очень важны!

Мне стало ясно, что ответ может быть любым, не относящимся к конкретным, предоставленным с вопросом вещам, но по смыслу объясняющим мои действия, и обрадовался такому раскладу, философскому в некотором роде.

– Я просто не хочу пить, – пожал я плечами, считая объяснение достаточным.

– Н-да… Просто и понятно, – подметил Лазарь, удовлетворённо. – Тогда, так!

В воздухе появилось два сундучка, один с золотом, а второй пустой.

– Ничего, – я снова выдал быстрый ответ. – И сразу поясню, если не возражаете?

– Да-да, конечно, поясните, – он подтвердил своё желание услышать ответ.

Я ухмыльнулся мысленно, прикидывая его реакцию, и даже чуть отразил настроение уголками губ, но вовремя спохватился.

– Ну, это же совсем очевидно, – начал я непринуждённо. – Я сейчас на острове, без плавсредств, – я сделал короткую паузу, – следовательно, мне ноша не нужна, так как утопит. Причём, любая, и с золотом и без, – пояснил я и остался собой доволен.

Лазарь задумался и рассмеялся.

– Логично, умыл старика, – добавил он, и вдруг перед моими глазами возникла красивая чаша из янтаря.

Я видел янтарь раньше, поэтому не могу его спутать.

– Молодой человек, вам положена награда, но не думайте, что она приятная, – он сказал это предложение, изменив голос на устрашающий, подавляющий волю. – Испейте глоток и пройдите испытание, – завершил Лазарь безапелляционно, – иначе, я сделаю из вас тело, такое же, как эти.

Одна из стен преобразовалась в рябь, словно вода, и за этим зыбким занавесом я увидел массу людей, точнее то, что от них осталось. Это тела без лиц, стоящие и покачивающиеся рядом друг с другом. Некоторые уже состоят из костей, обтянутых кожей и лохмотьями одежды.

Мурашки пробежали по моему телу, холодный пот обжёг позвоночник, и волосы зашевелились.

Рябь вновь стала стеной, а я, не раздумывая, взял чашу и выпил.

Время замерло и началось преображение. Стены кельи начали отдаляться, очищая пространство вокруг. Мебель с утварью закрутилась и, с хрустом ломающегося дерева, рассыпалась, оставив меня одного посреди пустоты. Я посмотрел под ноги, где стал появляться гранитный пол, и вскоре обрёл точку опоры. Появились стены с колоннадой, богатыми фресками и лепниной. Ковёр занял центральное положение от края и до края, разграничив огромный зал надвое красной дорожкой.

Я повернул голову и увидел трон на высоком постаменте, возвышающийся у стены, украшенной полотнищами с неизвестным мне гербом. Стали появляться люди, не замечающие моего присутствия и устремившие взоры к законному месту повелителя.

Среди них были придворные всех мастей, аристократы, магистры и просто боевые маги, ожидающие кого-то, достойного называть себя предводителем и повелителем. И он появился, в странных доспехах, скорее похожих на чешую. Острые наколенники и налокотники, вооружения нет, а вместо этого, в руках повелителя – Держава и Скипетр. Не могу рассмотреть, как они выглядят, но то, что они полны мощнейшей магии – не обсуждается.

Я отвлёкся на гул за спиной и, повернувшись, увидел другое!

Ковровая дорожка перешла в поток лавы, текущей к основанию другого трона. Вокруг – странные существа и исчадия такого вида, что архидемоны, виденные ранее, кажутся мне милыми. Вместо стен я вижу бескрайние подземелья ада, где всё кипит и изрыгает пламя. За троном, вместо стен лабиринта, виден кусок красного неба, где невиданные по разрушительной силе молнии сходятся воедино и ударяют в державу. В державу другого лидера, могущественного и демонического.

Его корона скорее похожа на нечто, держащее в скрюченных когтистых лапах адский огонь, постоянно горящий над головой обладателя. Скипетр из костей или позвонков, только чёрных, венчает камень, наполненный огненным маревом.

Я посмотрел на обоих лидеров и вдруг понял, что это может быть я! Через несколько десятков лет, или раньше…

Видение схлопнулось, и вот я снова посреди кельи. Только стою на одном колене.

Поспешил резко встать и встряхнул головой, прогоняя остатки призраков.

– Что это было? – правомерный вопрос задал я Лазарю. – Только без игр!

– Почему ты не двинулся ни к одному из предложенных тронов? – он задал вопрос, но ответа не стал дожидаться. – Да это уже не важно. Не верь никому, – он вдруг начал спокойно, даже немного снисходительно. – Ты не определён. Не светлый, не тёмный и не серый, как тебя могут уверять некоторые. Ищи своё предназначение сам, а место ты прекрасно знаешь – это далёкие земли Захребетья. Э-эх! – он вздохнул, опечалившись. – Как же сложно с тобой! Но ты сам не отчаивайся и продолжай поиски, а поможет тебе одна такая вещица, что у тебя всегда под рукой – скрижаль! Поищи её.

– И это всё?! – я возмутился. – А кто тот человек, в двух ипостасях светлого и тёмного владыки?

– Да какая теперь разница! – отмахнулся хозяин острова, а я представил его взмах рукой. – Это всего лишь видение и ничего более, но то, что ты увидел – это правдивое завершение двух выбранных дорог и иных быть не может. А твои они или нет – кто знает? – уклончиво ответил Лазарь, добавив ещё больше загадок. – А теперь ступай, пока я не передумал.

Я хотел задать ещё массу вопросов, но меня буквально вытолкнула с острова неведомая сила и окунула в воду.

От неожиданности я хватанул в лёгкие немного воды и закашлялся, что заставило вернуться из дум о видении в реальность, причём очень быстро. Я снова оказался в тумане, и опять наблюдаю два его участка, точнее, две стороны. С темнотой острова и без него.

Я выбрал направление к острову и, о чудо, выплыл из тумана, без заморочек с мистикой и сменой направления, однако, совершенно не в районе пляжа! Это обрадовало, так как рассказывать о посещении Лазаря не собираюсь совершенно никому.

Два вывода мне не дают теперь покоя, пока гребу к берегу, а именно – мне придётся побывать в Захребетье, мне нужно найти Скрижаль с подсказками, находящуюся где-то рядом. А где, спрашивается? Да кто его знает, но найду!

Вышел на берег я гораздо ниже по течению от городского пляжа и затратил минут тридцать на путь до нашего с друзьями лагеря. Когда подошёл, то увидел масштаб кипиша, наверняка связанного с моими поисками. Однако решение у меня давно есть, и менять его не стоит.

Я спокойно переоделся, так как абсолютно все собравшиеся, включая приехавшего графа Татищева и Артура, смотрят на патрули. Точнее, на спасательные группы, шарящие баграми по дну в поисках моей тушки и прочёсывающими воду вокруг острова, не заходя в туман. Что-то кричат в рупоры.

– Роксан, – я хлопнул подругу по плечу. – Нам домой не пора, а то смеркаться стало, – я поинтересовался так, словно ничего не произошло.

– Погоди, Феликс, не мешай! – рявкнула она, не оборачиваясь. – Видишь, он пропал! – тут она всхлипнула и чуть не разрыдалась.

– Ну ладно, – я пожал плечами. – Кого хоть ищут?

Тут Роксана развернулась, явно намереваясь меня ударить и не осознавая, что это я. И тут… Звонкий визг разнёсся по пляжу, заставив всех отреагировать разворотом в нашу с девушкой сторону.

– ФЕ-Е-ЛИ-И-ИКС! Зараза такая! Ты где был? – наконец, от перестающей визжать и орать блондинки прозвучало хоть что-то внятное.

– Как где? – я мастерски отыграл удивление. – Купался, да вот, незадача, меня течением отнесло и пришлось три часа пешком по берегу возвращаться.

– Прибью! – сквозь зубы красавицы прозвучал приговор.

Интермедия первая. Внеочередной доклад

Докладная грамота за номером семь. Вне расписания.

От агента особых полномочий Его Императорского Величества, независимого служителя Верховного Протектората Рунных Магов Руссии.

Прошу прощения у Вашего Величества за внеплановый доклад, однако обстоятельства требуют немедленного освещения некоторых моментов жизни наблюдаемого.

Первое, что я, Ваш покорный слуга, хочу отметить, так это то, что наш объект отправится в ближайшем будущем в охранение обоза с изготовленными артефактами мануфактур известного вам города. Не могу сказать доподлинно, что именно послужило причиной найма, однако факт неоспорим.

Так же, я не могу гарантировать отсутствие эксцессов, так как, по моему мнению, имеющему подпитку некими слухами, готовится ряд действий по отношению к наблюдаемому в процессе следования по маршруту. Расцениваю предполагаемые действия неустановленных лиц, как провокацию, но такие исполнители крайне ненадёжны, посему могут возникнуть определённые риски для наблюдаемого, вполне реальные и угрожающие здоровью и жизни подопечного. Не исключаю возможности летальных последствий.

Вторым, наиболее значимым на мой взгляд инцидентом, я считаю посещение наблюдаемым места в окрестностях, которое занесено в Книгу Тайн Руссии и охраняемую Империей. Речь идёт о легендарном и таинственном гиблом острове, где по преданиям обитает давно забытый Оракул Лазарь, известный имперским историкам Вашего Величества, как предсказавший будущее Братьям Основателям Руссии. Следуя легенде, естественно.

Хотя, этот факт я пока не могу проверить наверняка, однако чрезвычайное происшествие, случившееся на городском пляже, даёт мне право верить в версию посещения известного Вашему Величеству места. При этом, несмотря на всё, парень остался жив, вопреки тому, что такие случаи редки, как утверждают старожилы и повествует история края, если не сказать больше – они огромная редкость.

Подводя итог, я, Ваш покорный слуга, хочу заверить Ваше Величество, что приложу все усилия для сбережения жизни наблюдаемого. Хотя, в случаях таких вот его злоключений, это будет очень сложно выполнить, что и происходит сейчас и происходило до этого.

Обстановка вокруг этого господина практически не поддаётся контролю, а методы, отработанные на других личностях, в его случаях зачастую бесполезны.

Подведение агента вплотную к наблюдаемому, в узкий круг, я по-прежнему считаю нецелесообразным, способным поставить под угрозу раскрытия и срыва всей разработанной концепции долгосрочной операции.

Об изменениях буду докладывать условленным каналом, минуя официальные подразделения и службы Его Императорского Величества.

Агент Особых Полномочий

Интермедия вторая. Разговоры за играми…

В известном лишь узкому кругу лиц заведении госпожи Беллы, в закрытом игорном заведении, что находится в доме, точнее, в особняке, на площади Трёх Фонтанов, как всегда царила атмосфера спокойствия и умиротворения.

Посетители пользовались отдельными номерами, рассчитанными на малое количество людей, разбиваясь, таким образом, на группы по интересам и не имея предпосылок к конфронтациям.

Некоторые из господ откровенно конфликтовали в повседневной жизни, той самой, что течёт за дверями этого прекрасного заведения, однако тут, как и всегда, действовало правило нейтралитета и терпимости.

Барклай задумчиво бросал кости, попивая лёгкое тонизирующее и вспоминая долгие переговоры с поверенным в делах господина Феликса, с уважаемым графом Татищевым Николаем Фёдоровичем.

Этот джентльмен произвёл на командира вольнонаёмных магов охранения обозов неизгладимое впечатление напором и выдержкой прожжённого переговорщика. Но и сам Барклай являлся мастером слова и всегда добивался того, что считал необходимым для достижения процветания и мощи своего подразделения. Ему чертовски необходим этот парень, Феликс, со всеми потрохами и скрытым потенциалом, но…

Договориться удалось лишь о разовой акции, да и то, с массой оговорок и ограничений. Однако, пообщавшись с графом Татищевым, Барклай счёл и это своей маленькой, но победой, как удачливого переговорщика.

Дверь отворилась, как всегда тихо, и на пороге появилась женщина в богатом платье и дорогих украшениях. Она окинула всех добрым, почти ласковым взглядом, однако это всего лишь маска учтивости, носимая ей постоянно. Хозяйка всегда готова к любым поворотам в жизни, кои не редкость у содержателей игорных заведений.

– Как вам сегодняшняя игра? – поинтересовалась госпожа Белла, по традиции лично свершавшая обход гостевых апартаментов. – Всё ли устраивает в обслуживании? – адресовала вопрос сразу всем четверым собравшимся вельможам в этом уютном номере.

Женщина всегда славилась предусмотрительностью и внимательностью к своим гостям, что, безусловно, импонировало большинству посещающих этот дом аристократов.

– Да, конечно! – поспешил ответить один из игроков.

– Всё на высоте, как, впрочем, и всегда, – добавил следующий господин, сидящий у камина, а не за игровым столом. – Всегда хотел выведать у вас, уважаемая Белла, кто поставляет вам столь удивительный по букету напиток? – он демонстративно пригубил из крохотной рюмки рубиновую жидкость. – Вкус и аромат, просто великолепны!

– Вы же знаете, – хозяйка деланно застенчиво улыбнулась, – у нас свои секреты, – добавила она и сосредоточила внимание на Барклае. – Вас что-то беспокоит?

– Что вы, любезная Белла, ни в коем разе, – командир наёмников вышел из своего задумчивого состояния. – Эм-м… Уважаемая Белла, вы не видели случайно моего зама? – он моментально перешёл к делу.

Женщина кокетливо нахмурилась, делая вид погружения в память, и моментально просияла, показав, что поняла о ком идёт речь, и что она знает, где спрашиваемый находится.

– Да, конечно, – она подтвердила игру мимики словом.

– В таком случае, передайте ему, что я буду ожидать его в комнате со старым камином, для разговора, – Барклай озвучил причину интереса своим подчинённым. – Вы же знаете, как там спокойно и приятно проводить беседы с глаза на глаз! – он улыбнулся, говоря хозяйке такие слова завуалированной лести заведению. – Вы же не откажете мне в такой крохотной просьбе?

Женщина правильно истолковала его и легонько поклонилась.

– Конечно, уважаемый, – она прикрыла глаза в знаке согласия с собеседником. – Вы проходите в вашу любимую комнату, а я позабочусь о прибытии туда вашего заместителя, – завершила она и ещё раз подарила всем гостям свою безупречную улыбку. – Ну что ж, не смею более отвлекать вас, господа, – обратилась ко всем. – Наслаждайтесь игрой и вечером.

С этими словами, госпожа Белла покинула номер с игроками, а командир вольнонаёмных магов охранения поспешил воспользоваться советом хозяйки.

Выйдя, он прошёл мимо одного из общих столов для игры в большом зале, где собрались другие гости, желающие для себя более крупных компаний. Тут разговаривали чуть громче, разбившись в небольшие группы по интересам, и откуда нередко доносился всеобщий смех над удачной шуткой, или из-за весёлой истории, рассказанной одним из участников вечерних игр.

– О! Господин Барклай! – его внезапно остановил возглас одного из гостей. – Я слышал, что вас можно поздравить с пополнением в рядах бойцов? – продолжил господин, оставаясь сидеть за столом и продолжая встряхивать кости в деревянном стакане. – Заранее поздравляю, тем более, что экземпляр вам достался весьма редкий.

– Не буду вас разуверять, – сдержанно улыбнулся Барклай, лишь краями губ. – Но радоваться нет особой причины…

– Не скажите! – нечаянный собеседник, наконец, бросил кости. – Одиннадцать! Да мне сегодня везёт, как никогда! – отреагировал он на цифры и потерял интерес к разговору с командиром охранения.

В комнате со старым камином, излюбленном месте отдыха Барклая, его уже дожидался Череп, как зам и ближайший соратник. У них не было возможности поговорить спокойно и без лишних ушей после того крохотного инцидента в Академическом лесу, так что этот упущение командир наёмников собирался восполнить.

– Что это такое было? – начал Барклай, притворяя за собой дверь и разворачиваясь к ожидающему.

– О чём ты, командир? – недоуменно среагировал Череп. – Я не понимаю…

– Всё ты прекрасно понимаешь! – практически рявкнул Барклай, пресекая поток непоняток из уст своего подчинённого. – Что ты хотел показать в лесу?

Тут спрашиваемый понял, о чём именно его пытают, и откинулся в кресле, сосредоточив задумчивый взгляд на потрескивающих поленьях в камине. Его посетили те воспоминания, о которых он не хотел признаваться самому себе из-за некоего приступа страха, испытанного при инциденте.

– Будешь отмалчиваться? – грозно продолжил наседать командир охранения.

Воцарилась пауза, за время которой Барклай занял место в кресле рядом, и, протянув руку, налил себе коньяка из графина на столике, что стоит ровно между креслами собеседников. Подходящая посуда находилась там же, как и немудрёная закуска.

– Я спонтанно, – начал отвечать Череп. – Слишком много слухов ходит о неуязвимости и невероятной живучести пацана, вот я и не сдержался. Так уж получилось, командир.

– Ну и как? Чего добился? – не стал переходить на снисходительный тон Барклай. – Ты хоть отдаёшь отчёт, что мог сорвать найм этого юнца? Ты разве усомнился во мне и подумал, что в дороге не будет возможностей его проверить более простыми, точнее, безопасными для нас способами? Не нужно, чтобы тень подозрений падала на нашу группу, – он залпом опрокинул рюмку и поставил её на резную столешницу. – Терпение для чего людям? А-аа! – он махнул в сердцах рукой. – Видимо, это не про тебя.

– Но… – попытался вставить ответную реплику Череп.

– Безо всяких там «но»! – чуть не подскочил свирепеющий командир подразделения. – Это грозило провалом, а если он и вправду хорош? Кстати, – он вдруг резко успокоился и пристально посмотрел в глаза собеседника. – Ты, кстати, что-то испытал тогда? Лицо у тебя поменялось… Эм-м… Не поделишься наблюдениями, или, может, открыл что-нибудь?

Череп занервничал, но под взглядом своего командира отодвинул амбиции на задний план и самолично разлил пахучей тонизирующей жидкости в свой и его приборы. Затем осушил свою рюмку и заново наполнил её.

– Не могу точно сказать, – начал Череп, вновь повернувшись к огню. – Однако, командир, может ну её, эту проверку в полевых условиях, а?

– Есть объективная причина? – вдруг забеспокоился Барклай. – Мы что-нибудь пропустили?

– Я чётко почувствовал кое-что, неуместное для магов по эту сторону Захребетья, – прозвучало неожиданное заявление, заставившее задуматься командира.

Воцарилась пауза раздумий, за время которой оба участника закрытого разговора смотрели на огонь и боролись со своими противоречивыми мыслями.

– Что-то особое? – наконец, Барклай созрел для уточнения.

– Явно отголоски тёмной сущности верховных архимагов Захребетья, – как-то мутно проговорил Череп. – Такое ощущение, что у парня не всё так гладко, как говорят и думают в магистрате Академии. А может, ну эту затею? Зачем тебе такой боец, да ещё с перспективой скорого ухода в армию, а, командир?

– Хороший боец всегда возвращается со службы, а найти именно хорошего мага, способного ставить общий щит, который могут подпитывать любые, более-менее сносные маги – это редкость, не встречающаяся столетиями, – он развёл руками, мол, вот так дело обстоит.

– Ох-х-хо-хо! – вздохнул Череп, покачивая головой. – Чувствую, что хлебнём мы с этим коротким походом в охранение проблем полной ложкой. Я слышал краем уха, что на парня готовят реальное нападение, правда, непонятно кто. А в действительности, реальная цель – это наш будущий груз. В этот раз мы будем сопровождать обоз, битком набитый артефактами из мануфактур Трубецких, полностью снаряженных Рунными Магистрами из Академии и представителями Верховного Протектората Рунных Магов Руссии. Они, судя по слухам, посетили мануфактуры при помощи порталов, прибывая со всей Руссии, и славно потрудились над военными образцами из малахита и опала, – тут он перешёл на шёпот. – Только не спрашивайте, откуда информация.

– В таком случае, раз и мы знаем о грузе, желающих избавить армию от таких подарков и прибрать их к рукам будет уйма! – тоже шёпотом, но весьма эмоционально подметил Барклай и осушил рюмку, не обратив внимания на вкус напитка и его крепость. – А ты ещё хочешь, чтобы я лично отказался от лишнего бойца, мага, пусть и молодого! Кстати, он будет с оруженосцем, так что это, считай, два ствола нам будет плюсом…

– И это не оспорить… – задумчиво пробормотал Череп.

Оба собеседника вновь откинулись на спинки кресел и погрузились в свои думы, посматривая на поленья, потрескивающие в огне камина.

– Да, а свои поползновения к господину Феликсу – прекращай! – жёстко и неожиданно выдал Барклай. – Или ты испортишь отношения с ним окончательно!

От неожиданности Череп чуть не выронил рюмку.

– Да понял я уже, – он даже отстранился чуть в сторону от командира. – Нет нужды повторять несколько раз кряду, да и мой интерес к нему исчерпан, – тут он, конечно, слукавил.

– Хорошо, – удовлетворённо кивнул командир наёмников охранения. – У нас осталось мало времени на подготовку, а этот поход, по всем признакам, будет сильно отличаться от обычных, – подметил Барклай уже более спокойно, – так что, закругляйся с отдыхом и займись подготовкой команды. Раздай артефакты защиты и нападения из моего запаса, лишними не будут, но предупреди каждого! – он поднял указательный палец вверх, делая акцент. – Предупреди, что каждый отчитается за использование, даже если придётся посетить для этого тот свет!

– Всё будет исполнено в точности, и ваше распоряжение до каждого доведено! – отреагировал Череп, достойно поклонившись, но, не вставая с кресла.

– И чтобы парней молодых не дразнили у меня! – неожиданно улыбнулся Барклай. – Хм-м. М-да… Говорят, что господин Феликс, это тот ещё наездник, – совсем повеселел командир, покрутив ус. – Но! – он вновь сделал акцент, уже тоном и ударением на слог. – Ещё раз повторю – никаких насмешек, или лишу премии! – добавил он весомый аргумент в поддержку сказанного предостережения. – Так оно понятнее для всех будет.

Они оба улыбнулись, прекрасно понимая, что денежные вопросы у бойцов-наёмников всегда находятся в приоритете.

– А для господина Феликса и его оруженосца? – снова посерьёзнел Череп. – Для этих господ что-нибудь будет из наших артефактов?

Тут Барклай крепко задумался, что-то припоминая.

– Нет, с подарками для них не стоит спешить, – ответил он заму, выдержав паузу и придя к какому-то решению. – Есть ещё один неподтверждённый слух, что этот странный юноша способен уничтожать дорогостоящие артефакты. Заметь, не возвращать непонравившуюся вещицу, а испепелять её. Представляешь себе, Череп? – он глянул на вскинувшего в удивлении бровь заместителя.

– Я был уверен, что это кабацкие байки, – начал ответ собеседник. – Так это что, правда, получается?

– Не проверенная, но, по слухам… Эх-х! – Барклай вздохнул. – Так что, не спеши с артефактами для них. Перед отправкой поинтересуемся, но ненавязчиво, и тогда определимся.

– Хорошо, – согласился Череп, и они вновь занялись обдумыванием предстоящего похода в охранении обоза с такими нужными для Армии Русии Руническими Изделиями мануфактур Трубецких.

В камине всё так же потрескивали поленья, а оба боевых мага заметно нервничали, когда их думы вплотную подходили к предстоящему походу. И если ранее их заботило только пополнение, в лице молодого и зелёного мага, господина Феликса, то теперь их мысли будоражил груз и ответственность, возросшая в несколько раз.

Перспектива неминуемого нападения замаячила в умах обоих собеседников, не оставляя места другому, и уже внесла корректировки в подготовку рядового, по сути своей, события. Такого, как обычное сопровождение обоза с грузом из мануфактур.

Интермедия третья. О магических существах. Вот такая история…

В известной городскому обывателю лавке города Ставрополя, что на Волге, наполненной таинственным антиквариатом, царит тишина и спокойствие. Экспонатов, способных вызвать массу эмоций у человека, таких, к примеру, как паника, удивление, испуг или же восторг, заметно поубавилось на старинных полках. Однако они есть, хоть и представлены гораздо более скромным количеством, чем до произошедших недавно событий, известных лишь узкому кругу людей.

Жизнь в этих стенах проходит по иному течению времени. Наполненная загадками, она притягивает смельчаков, желающих приобщиться к прошедшим эпохам истории, пыль которых до сих пор сохраняется в трещинах и труднодоступных местах многочисленных экспонатов.

В странном зале, или комнате, ну, или апартаментах, ни на что не похожих, царит праздничная атмосфера.

Почему это место настолько странное? Да всё просто…

Никто и никогда не встретит в своей жизни помещения, где всё окружение представлено пружинами, шестернями и осями различных размеров и вида. Причём с таким изобилием, что стен, ограничивающих пространство, попросту невозможно заметить за нагромождением механизмов.

Добавим в этот индустриальный хаос праздничную мишуру, витиеватые нити выпущенных серпантинов и массы кругляшей конфетти, поблёскивающих на деталях и своеобразном полу помещения. Полностью абсурдная картина.

Причину праздника никто из странных персонажей не знает, что не мешает хорошо проводить время в весёлой компании, не менее странной, чем то самое помещение, где они собрались.

Ну, а как реагировать на старика, обвешанного инструментарием, включая верстаки для обработки дерева и специальные приспособления по обработке камня, причём все штучки для работы одинаковые по размерам?

И это ещё не говоря о том, что этот индивидуум был слегка прозрачен, пусть и еле угадываемой прозрачностью, но всё же! Как посмотреть на его компанию, состоящую из нескольких русалок и таракана, что ведёт себя, словно человек и имеет угадываемые черты вполне узнаваемого лица? Не забудем и про двух странных кузнецов в ушанках и фартуках.

Абсурд!

– Слышь, малая, – обратился таракан к русалке. – Харе вредничать, однака! Отдай моей ранимой душеньке посуду с коньяком! – заявил Чукча, а это был именно он, и протянул одну из рук нижней пары.

Русалка насупилась и, замотав головой, встала на плавнике в стойку жены, разгневанной поведением мужа и что-то запричитала, но беззвучно. Однако таракан прекрасно её понимал и даже покраснел.

– Ну, ладно тебе, ну, в самом деле, – он опустил усы и потупился, шаркая ножкой. – Подумаешь, отлили немного у Артура его ликёра… Да он даже не заметит, однака! Я правильно говорю, Калигула? – он обернулся на деда с молотками и инструментарием.

Тот отвлёкся, и отпустил двух других русалок, которых, типа, удерживал рядом, своими призрачными руками. Дедок сфокусировал взгляд на возмутителях спокойствия и нарушителях идиллии, затем что-то отхлебнул из призрачного бокала, прежде чем созреть для ответной реплики.

– А что, собственно, делают наши братья-акробаты? – он повернул голову к кузнецам, проигнорировав прямой вопрос товарища.

Все присутствующие озадачились и забыли тему с горячительным, сосредоточив внимание на персонажах в фартуках, что-то выковывавшими на крохотной наковаленке. Профессионалы кузнецы сразу заметили бы, что идёт доводка изделия, последние штрихи наносятся, так сказать.

– Моя понятия не имеет, – задумчиво пожал плечами Чукча. – Похоже на кулончик с цепочкой, однака! Вот только нашему начальнике она маловата придётся, – подметил он важную деталь и прищурился.

Русалки дружно закивали, соглашаясь с весомым аргументом и рассаживаясь по шестерёнкам, расставленным за большой шестернёй, носящей сейчас функцию праздничного стола.

Кузнецы, заподозрив преждевременное раскрытие сюрприза, встали спинами к гостям своих часов, прижавшись ближе и исключив возможность стороннего наблюдения.

– Вредничают! – констатировал Калигула. – Даже представить боюсь, что они там такого выкуют!? Это изделие будет из разряда ювелирных, судя по размерам всего, что я вижу в вашей берлоге! Интересно, а кому они? – он вопросительно глянул на новоприобретённых друзей.

– А тебе не всё равно, однака? – Чукча воспользовался всеобщим отвлечением внимания от своей персоны и быстро опрокинул пару капель ликёра, занюхав одной из рук-лап, как заправский забулдыга. – Забабахают – тогда и будем посмотреть! – блеснул таракан железной логикой.

– Ну, интересно же! – не успокоился Калигула, беря из призрачной посуды, стоявшей персонально перед ним, фужер с чем-то шипучим. – Вот вы, хвостатые и симпатичные, как думаете?

Русалки закивали, а одна, самая смелая, что-то говоря, подошла к кузнецам и попыталась заглянуть им за спины. Но не тут-то было! Двое работяг в фартуках пресекли её попытку на корню, а один из них даже ущипнул за хвостик в известном месте. Русалка округлила глаза и треснула плавником пощёчину смельчаку.

Естественно, что никакого звукового сопровождения эмоциональной перепалки, последующей за этими действиями, никто не услышал, словно персонажи находятся в изоляции. Хотя диспут, судя по мимике и жестам, наполняют изысканные выражения, как по звуку, так и по смысловому значению.

– Да, ну и ладно! – снова отмахнулся Чукча и повторил заход по ликёру хозяина лавки. – Зато! – поднял он вверх лапку. – Какая интрига разворачивается, однака!

Они вдвоём продолжили наблюдать за выяснением отношений русалки с подругами и двух чудаковатых кузнецов, периодически не выдерживая и откровенно хохоча над ними, не забывая иной раз подпитывать накал страстей и разбавлять его шутками.

Но неожиданно Калигула стал серьёзен и по-иному взглянул на своего нового товарища. Во взгляде читалась предельная концентрация, а глаза старика превратились в два уголька, готовясь прожечь в таракане дыру. То, что наметился серьёзный разговор и к гадалке ходить нет смысла.

– Что-то не так? – у Чукчи изменился голос. – Я же прекрасно вижу, что у тебя в мыслях вертится масса вопросов.

Преображение некогда чудаковатого таракана произошло столь радикальное, что взгляд Калигулы сменился на искренне удивлённый. Он попросту опешил, не найдя ноток интонации северных народов в твёрдом как сталь голосе весельчака и любителя каламбура – Чукчи.

– Эм-м… – начал было Калигула, но вдруг осёкся под властным и высокомерным взглядом реальной сущности, живущей в собеседнике и тщательно маскируемой тараканом. – Я, собственно…

– Смелее, друг мой, – подбодрил его собеседник. – Раз начал говорить, то продолжай. Нет ничего хуже недомолвок и недосказанности среди партнёров, обречённых на длительное совместное существование. И лучше, если существовать мы будем не иначе, как друзья, поверь! – добавил он, удобнее усаживаясь, закидывая ногу за ногу и скрестив две пары рук на груди. – Спрашивай, или жалеть станешь. Но помни и об ответных вопросах с моей стороны, – он сделал паузу, испытующе глядя на деда. – Подумай, взвесь и говори свой вопрос. Не стоит бояться, как ты сейчас делаешь, ведь я не страшен для друзей и друзей моего избранного хозяина. Заметь, что именно мною избранного. Ну же, смелее!

– Да я понимаю всё… О-хо-хо… вот влип, а ведь, как нутром чувствовал! – вымолвил дед со вздохом и качая головой. – Дай собраться с мыслями, ведь твоё преображение слишком кардинально и неожиданно!

– Хе-х. Пожалуйста, настраивайся, – пожал плечами Чукча. – Торопить не буду, ибо прекрасно тебя понимаю.

Дед задумался, отвёл взгляд и посмотрел на продолжающих ругаться русалок с кузнецами, словно почувствовавших необходимость оставить таракана и элементаля одних.

Наконец, после продолжительной паузы, старик почесал затылок, сняв перед этим ушанку, и выпил из призрачной посуды тонизирующего. Таракан повторил его действие с напитком, но уже со вполне реальным, и вновь устремил пронизывающий взгляд на собеседника, выражая готовность выслушать вопросы и правдиво ответить на них, по возможности правдиво и полно, естественно.

– Послушай, Чукча, э-ээ… – тут Калигула вдруг замешкался. – Я могу так тебя называть, или вы предпочтёте другое обращение, более правдиво отражающее вашу суть?

– Да, конечно! – поспешил кивнуть таракан. – Так вполне хорошо и это не противоречит моей легенде, – заверил он собеседника и вальяжно откинулся на шестерёнках за импровизированным столом. – Продолжай в той же манере, и с тем же самым обращением, на «ты»! Это нормально.

– Хорошо, – удовлетворённо кивнул элементаль Земли и пристально, но уже без преобладания страха, посмотрел на собеседника. – Я тогда продолжу, и более не стану ходить вокруг да около, договорились?

– Давно бы так! Я же уже дал своё согласие на всё! – пожал плечами чукча. – Нужна клятва на крови? – таракан улыбнулся снисходительно.

Калигула ещё раз, не до конца доверяя собеседнику, взглянул на усатого, заканчивая внутреннюю борьбу, и вздохнул.

– Ты же не просто призванный, оживлённый представитель насекомых, ставший в одночасье фамильяром господина Феликса? – он выдал главный вопрос на одном дыхании. – Ты нечто большее, но что конкретно ты из себя представляешь? Тебя панически боятся абсолютно все маги и магические существа, но стараются не сознаваться в этом. За исключением Феликса, разве что, – он задумчиво почесал подбородок сквозь густую бороду.

Таракан улыбнулся и обвёл взглядом окружение, стараясь подавить откровенное желание рассмеяться.

– Давай я расскажу тебе занимательную историю, а в конце дам ответ, если тебе самому не станет всё понятно? – ответил предложением Чукча и усмехнулся. – Так нормально?

– Вполне! – обрадовался дед и тоже поудобнее сел, для призрачной сущности, естественно. – Расскажите, ой! – он осёкся. – Я хотел сказать – расскажи!

Таракан подкрутил усы, излучая радость от будущего повествования.

– Дело было так, – начал он стандартно для такого рода повествований. – В городе богов жили несколько сыновей и дочерей царя, чья власть простирается на все измерения и миры. Все занимались своими делами, росли и крепли, овладевали знаниями и оттачивали умения. Они прилежно учили основы управления, законы и кодексы мира богов, готовясь впоследствии занять достойные места в том великолепном обществе. Старались понять всё, начиная от своих жизненных устоев до законов мира смертных, – таракан посмотрел на внимательного Калигулу, поняв, что и он бывал в том мире, пусть и не так долго, как того хотел бы. – Так вот. Неизвестно в какой из моментов жизненного пути, один из братьев свернул не на ту дорожку. Он выразил протест великолепию своего мира и полностью погрузился в изучение другой стороны, противоположной постоянному счастью и процветанию. Изучал ошибки всесильной династии верховных богов, правящего, так сказать дома, и всё больше отстранялся от сородичей… – тут Чукча задумался и стал чуточку грустным.

– Мне что-то напоминает эта история, начало которой я слышу, – воспользовался Калигула вынужденной паузой. Но до конца я не уверен, что речь идёт о том самом случае.

– Я продолжу? – перебил его таракан.

– Ой! Прошу прощения, – поспешил дед с извинениями. – Продолжай, конечно же.

– Так вот, – вновь приступил к повествованию таракан. – Шли годы, которые текут в божественном мире совсем по-иному. Парень рос и креп, продолжая учиться по одобренной программе сородичей, не забывая при этом и свой факультатив. Он изучил и войны богов, принёсшие столько крови и самим повелителям, и смертным, что парень, молодой и талантливый бог, впал в апатию. Он перестал радоваться жизни и её дарам. Нескончаемое изобилие и почитание смертными его более не радовали, так как стали похожи, по его мнению, на театр абсурда, по сути своей, кровавый и беспощадный театр, – Чукча вздохнул и его усы на секунду повисли. – Однако, хандра имеет обыкновение заканчиваться! В один прекрасный момент он наткнулся на историю своих предков, рассказывающую о чрезвычайном происшествии среди богов. О боге, ставшем, своего рода, революционером и изгоем. Изучив этого весельчака, он взял его жизненную позицию за пример, и ему стало чертовски легко смотреть на мир. Скажу проще, – таракан улыбнулся. – Он стал хулиганом, перестал подчиняться отцу и матери, став изгоем своего божественного мира. Не буду ходить вокруг да около, но однажды он совершил такое деяние, что стал причиной серьёзного конфликта, повлёкшего смерти среди божественных участников инцидента. Конкретно его вину не смогли доказать, но и тех, найденных фактов хватило, чтобы придумать несостоявшемуся революционеру самую страшную кару, для бога, естественно!

Наступила пауза, которую Калигула не посмел нарушить вопросом, хоть ему и не терпелось услышать продолжение. Он уже понял, о ком именно идёт речь и сколькими именами называли это божество в мирах. И в божественном мире, и в мире смертных, и в параллельном, и в перпендикулярном, и во всех временах, как в прошедших, так и в будущих. Бог Озорства, Интриг и Игр – и это самый страшный из могущественных, безжалостных богов, способных убить всё и вся. Даже мир уничтожить – это всего-навсего вопрос желания!

– Его обрекли на существование в пустоте, – продолжил исповедь таракан, – в ментальном поле между мирами, в холодной черноте вакуума, как физического, так и духовного, – озвучил Чукча самую страшную кару забвения, как для богов, так и для душ смертных мучеников, очень сильно провинившихся. – Так он и витал, не зная счёта времени, не ощущая ничего и постепенно сходя с ума…

К этому месту в рассказе и остальные присутствующие потихоньку собрались за накрытой по праздничному шестерёнкой, они внимательно слушали, глядя на рассказчика печальными взглядами, полными сострадания и наворачивающихся слёз. Так и сидели, затаив дыхание и подперши головы руками.

– Но что же его вернуло? – не выдержал Калигула, проникшийся печальной участью бедного божества.

– Так… Ах, да! – вернулся из своих печальных воспоминаний таракан. – Вот, что случилось совершенно недавно. Эм… Я расскажу в лицах, ведь так будет понятнее.

«Бог, изгнанный и практически забытый, считал время, как мог естественно, как вдруг…

– О, здарова! – раздался голос за его спиной. – Слушай, ты часом не в курсах, чем меня звездануло в переходке?

Бог обернулся и увидел наглого смертного, беззаботно парящего напротив.

– Я тут походу пролётом, но понять было бы здорово, если честно! – парень нагло протянул руку. – Меня Феликсом зовут! А ты, чудо бестелесное, кто? – тут он на себя посмотрел. – Пардон! Я тоже слегка покоцан и подрастерял себя! Так, а кто ты?

– Вообще-то, я бог, на минуточку! – вышло из ступора божество. – Ты чо, берегов ваще не видишь?!

– Погодь орать, дядя! – прервал парень собеседника. – Я не вижу таблички, типа, «Осторожно! Злой бог! Висит в вакууме и просит его не кантовать! А если кантуете, то обращайтесь уважительно и приветливо!!!»

Вот так парировал его наезд наглый юнец, заставив бога замолкнуть и застыть с открытым ртом.

Неожиданно их компания увеличилась, вместе с появившейся невесть откуда богиней Жизни и Смерти, так же отбывающей наказание за какое-то злодеяние и находящейся на пути в Инферно. Но что-то не срослось, или она вспомнила страшное заклинание…

– Привет, мальчики, – поздоровалась девушка, сидящая на резных зелёных качелях. – Как я рада, что отыскала тебя, парень! О, братец?! А я думала, что тебя прокляли навечно!

– Привет, сестрица! – ответил опешивший от стольких событий бог. – А-аа? Что происходит?

– Я один в аут проваливаюсь от всего этого? – влез с вопросом нетерпеливый юнец из смертных людей, по имени Феликс.

– По-молчи! Пожалуйста! – заорали на него оба бога.

– И не нужно орать, – пробубнил пацан обидчивым тоном. – Беседуйте, родственнички! Только это, мне бы взад вернуться…

– От-вя-я-янь! – ор послужил ответом на его реплику. – Ясно же ведь сказали!

Парень затих, демонстративно отвернувшись, а родственники спокойно поговорили и выяснили детали появления друг друга в полях забвения.

– У меня есть предложение, – заявила богиня Жизни и Смерти, когда оба выяснили важные моменты появления друг перед другом. – Братец, я помогу тебе выбраться отсюда в мир, но мир смертных, и только при соблюдении определённого условия. Да и юноша должен дать согласие, – они оба посмотрели на парня, который стал невольным свидетелем разговора.

– Да! Я согласен оказать помощь, – проникся проблемой богов Феликс. – Что от меня нужно?

– Сущие пустяки, – начала богиня. – Ты просто не будешь помнить этот момент своей жизни. Даже знать не будешь о нём, – она указала на могущественного бога, на бога Озорства, Интриг и Игр. – Но есть кроха надежды, что там, где ты окажешься, появится возможность призвать его. Моего родственника. Естественно, ты ничего о нём знать не будешь. Даже о возможностях предположить не сумеешь, – она перевела взгляд с парня на бога. – А ты будешь скрывать свою мощь от парня. Но иногда сможешь помогать, имеешь право, но аккуратно! Или все спалимся и наше исчезновение из мглы забвения заметят. Ну, а меня не найдут в Инферно…»

Тут Таракан улыбнулся и глянул на собравшихся, слушающих его не моргая и сидящих с открытыми ртами.

– Короче, – начал подводить итог Чукча. – В результате, Феликс умудрился призвать меня, так ничего и не вспомнив о месте между мирами. Даже сестрицу не помнит и об уговоре понятия не имеет. А я теперь вот он, в образе и теле таракана. Кстати, – он хитро посмотрел на Калигулу, – кузнецы завершили ковать свой подарок, подкреплённый желанием меня, как бога. Надень вот тот медальон с цепочкой, что лежит на наковальне.

Калигула, словно сомнамбула, прошёл к указанному месту, взял и надел свежевыкованное изделие на шею. Что-то хлопнуло и…

Некогда прозрачные контуры тела постепенно обрели непроницаемый, насыщенный цвет. Калигула посмотрел на свои руки, поправил цепочку и потрогал бороду. Затем взял с наковальни один из молотков и повертел его в руках. Потом он посмотрел ошалело на таракана и застыл с немым вопросом на устах.

– Могу себе позволить такое вот хулиганство, – как-то безразлично среагировал Чукча на его взгляд. – Наденешь цепку и на час обретёшь тело. Размеры варьируются от твоего размера, в котором достанешь из кармана артефакт. Так что пользуйся, но помни, что у тебя всего час времени! Перерыв, кстати, между использованием я ещё не замерял! – добавил таракан, явно довольный собой.

Но Калигула его уже не слушал. Старик элементаль со слезами счастья стремглав бросился к столу, и начал попробовать всё, что лежало на столике из закусок, запивая всеми напитками и не обращая ни на кого внимания.

Глава 7. Хлопоты с подготовкой и не только…

Я попятился от разъярённой тигрицы, хотя и со светлой шевелюрой, но всё же не вводящей меня в заблуждение относительно возможностей молодой девушки, как боевого мага. Эта бестия и Руну стихийного удара вязать уже начала. Неосознанно, как мне думается, в сердцах, так сказать. Или это я так себя бездарно успокаиваю?

Вытаращив глаза и выставив руки перед собой в защитном жесте, я сделал шаг назад и неудачно оступился. Вот совсем не вовремя, и не к ситуации.

В итоге, я упал на пятую точку и остался сидеть, наивно полагая, что лежачего, ну, или сидячего в данном, конкретном случае, Роксана бить не будет, и экзекуция пройдёт мимо, как несостоявшаяся гроза. Однако девушка замахнулась и…

– Роксана, милая, – я спешно отреагировал, деланно играя роль жутко напуганного человека. – Перестань угрожать другу запрещёнными в цивилизованном обществе приёмчиками!

Блондинка бессильно опустила руку, одновременно прекратив вязь боевой руны, видимо, сжалившись над недавним потеряшкой.

– Был бы ты полноценным магом или студентом Академии, на крайний случай, я бы тебя вызвала на дуэль и распластала бы по ристалищу, как бык улитку! – выдала она в сердцах и весьма эмоционально. – Ну что за поведение, что за человек такой, что ведёт себя, как ходячая катастрофа, и вечно попадающий в истории, а?! Чего смотришь, молчаливый, как рыба? – она сжала губы в полоску, а я совсем не спешу реагировать, продолжая доигрывать роль без вины виноватого. – Стоило отвернуться на пару минут, и он банально потерялся! – запричитала Роксана себе под нос. – Или утоп… – добавила она, шмыгнув носом. – Что, в принципе, одно и то же в данном месте и применимо к ситуации с запретным островом.

Я захотел было пошутить про болтливую рыбу, но вовремя спохватился и благоразумно передумал.

Обрадовавшись быстрой отходчивости нашей блондинистой пацанки, я, наконец, выдохнул с невероятным облегчением, хотя и знаю доподлинно, что такие мелочи, как удар стихии низких уровней, моя защита запросто поглотит и ничего с моей тушкой плохого не случится. Ну, разве что, неприятные болевые ощущения заимею, что естественно, но вполне терпимо.

Подруга постепенно успокаивалась, чего нельзя сказать об остальных, собравшихся на берегу и в лодках, озабоченных друзьях и незнакомцах. Некоторые господа и товарищи, как мне показалось, борются с одолевающими их приступами ярости, ну, или решают, как именно меня прибить.

Однако, есть и не только очень озабоченные или злые, а и откровенно радостные лица, которые я тоже наблюдаю. Так что, не всё так плохо!

Между тем, пока мы мило общались с Роксаной, два хмурых мужа приближались к моей, таким чудесным образом нашедшейся персоне. Наверняка меня уже похоронили в водах реки, а тут – раз, и вот он я! Ну, а на кладбище, судя по выражениям господ, Феликсу прогулы теперь ставить будут.

– Умеете вы, господин Феликс, сконцентрировать вокруг себя внимание, – с иронией и тенью возмущения проговорил скороговоркой Артур, подошедший в компании с графом Татищевым. – Как вы всё успеваете, и каким образом, позвольте задать этот риторический вопрос, вам всё это удаётся? Ума не приложу, если честно! – его негативные эмоции готовились оформиться в слова, а то и в выражения, но уважаемый антикварщик стойко себя сдерживал. – Пожинать прямо вот тут, – он обвёл рукой пространство вокруг, подразумевая окрестности городского пляжа с собравшимся для поисков людом, – плоды вашего авантюрного поведенческого стереотипа – не стоит! Тем более, что в данное время и в сложившейся ситуации, это ни к чему хорошему не ведёт. Мы ещё не разобрались с последствиями вашего необдуманного общения с Барклаем, ваших, Феликс, уж простите за прямоту, но вынужденных ошибок, последствия коих предстало решать графу. Татищев всё расскажет, но уже ближе к дому. Э-ээ… – он обратил свой взор на небо, что-то решая. – Точнее если, то в моей лавке вся информация будет озвучена. Для всех! – рявкнул он в финале, зыркнув взглядом хищника на чрезмерно радостных друзей, Гришку и Тимоху.

Парни сразу потупились, а Тимка даже шмыгнул носом для убедительности своей печали положением с моей пропажей. Типа, радость от благополучного моего появления не способна сгладить вины пропавшего.

Только я никак не могу понять, в чём, собственно, я виновен? Или это двое моих молодых головорезов указали на приблизительное место моей пропажи в районе туманности вокруг острова?

– Да без толку с ним разговаривать, – добавила Роксана с такой интонацией, что я невольно вздрогнул, представив белокурою не иначе, как своей женой, сердитой и охочей до расправы над отбившимся от рук мужем. – Артур, граф, – обратилась она к старшим товарищам, – я пойду, улажу вопросы, наверняка возникшие у моих соклановцев с поисками и необыкновенным появлением этого, – мотнула она головой в мою сторону, даже не удостоив взглядом, вредина. – Постараюсь объяснить, и, в случае чего, взять на себя вину за случившуюся панику с поисками.

Антиквар чинно кивнул, сохраняя выражение ледяного человека на хмуром лице, и, отступив в сторону на шаг, пропустил мимо себя гордую белокурую девушку с демонстративно вскинутым подбородком.

Граф хмыкнул и уважительно проводил ладную фигурку Роксаны взглядом, полным восхищения её деловым подходом к проблемам и готовностью решать их.

Я же представил масштабы затеянной поисковой операции более реалистично, посмотрев и приметив некоторое количество людей в мантиях, ненавязчиво украшенных эмблемами клана Ллойд и не только. М-да…

Да ладно! Авось всё благополучно разрулится. Я ведь правдоподобно объяснил инцидент с течением, в конце-то концов!? Или не очень? Хм-м… Да всё равно! Это моя версия и мне надлежит её придерживаться до конца.

Могут, конечно, возникнуть трудности с Артуром и мудрым графом Татищевым, как с людьми уже знающими меня более-менее хорошо, даже можно смело заявлять, что отлично меня знающими. Есть риск, что им удастся вытянуть из бедолаги Феликса правду, однако усилия я приложу изрядные, чтобы не допустить этого. Решено!

– Феликс, – неожиданно граф повернулся ко мне. – Я посоветую тебе прямо сейчас отправиться по той тропинке к карете, – Николай Фёдорович указал на неприметную прогалину среди кустарника. – В ней ты закроешься и спокойно будешь дожидаться нас, избежав вопросов на скользкие темы, – он посмотрел на меня с выражением человека, прекрасно понимающего, что простым относом течения моей многострадальной тушки тут дело не обошлось. – И вы, господа, – он перевёл внимание на моих головорезов, уже давно одетых, – составите своему другу и господину компанию! – он надавил интонацией, исключая иные варианты развития берегового сюжета. – Всё, ступайте! А мы тут уж как-нибудь сами…

Высказавшись и дав наставления, граф потерял интерес к нам, направившись навстречу к Старшему Рунному Магу из магического патруля Академии Боевых Рун, шедшему в нашу сторону, в компании с суровым представителем из городской жандармерии. Для серьёзного разговора, как мне думается, э-ээ… нет, не так! Я уверен, что для неприятного разговора с разносом по поводу ложной тревоги и возникновением чрезвычайной ситуации с моими поисками.

Спорить с мудрым графом я посчитал так себе идеей, и без дополнительных вопросов первым ступил на тропу, ведущую к оговоренному месту стоянки кареты.

Гришка с Тимохой поспешили за мной, и пока молча. Лишь поступь выдаёт их присутствие за моей спиной и сопение младшего друга, предводителя местных беспризорников.

Причём, я отчётливо услышал от него пару предостерегающих шиков, предупреждающих появление пацанов из его ватаги местных команчей, наверняка следящих за развитием событий из укрытий, маскируясь в кустах и складках прибрежной линии суши.

Интересно, а эти босяки тоже принимали участие в моих поисках? Да какая, собственно, теперь разница…

Мои мысли вдруг поменялись радикально, и я погрузился в анализ разговора с оракулом, только так и не иначе я характеризую должность таинственного Лазаря, меняющего тела как одежду, по мере изнашивания.

А именно, меня просто обуяли вопросы о неведомой скрижали, которая, по утверждению уважаемого отшельника, всегда находилась или находится у меня под рукой. Это, конечно, просто сравнение, однако то, что она где-то рядом, я даже не сомневаюсь. Глупо не верить словам старца, да ещё прожившего не пойми сколь огромное время.

Первая и единственно верная мысль, ну так мне кажется, сформировалась вокруг одной единственной вещицы, найденной в катакомбах гор при поисках пацанят Тимохи, той самой странной книги. Строптивый характер и нежелание брошюрки делиться содержимым, лишь подстегнули моё к ней отношение.

Ещё я подумал о двух моих подручных из мира, непонятного современникам, до мозга костей магического мира. Калигула с Чукчей наверняка смогут помочь с этим произведением неизвестных тёмных сущностей. Артур, к примеру, отпадает, как помощник, в этом вопросе. Слишком он правильный, и светлой стороны в его серой магической сущности гораздо больше, чем тёмной, а книженция к светлым уж точно не относится.

Больше мне на ум ничего не приходит, из находящегося под рукой. Хотя…

Я посмотрел на свой перстень Рюрика и улыбнулся пришедшей идее, что в нём может быть что-то скрыто. Однако и такую нелепую догадку отметать не стоит. И опять же, помощь, более-менее сносную, оказать мне в состоянии те двое пройдох, что сейчас не пойми чем заняты.

Кстати, нужно будет им разбор полетов забабахать, за неприбытие к хозяину в сложной жизненной ситуации. Это когда передо мной замаячила перспектива занять место на вешалке Лазаря, в качестве парадно-выходного костюма.

Пока я перебирал в голове варианты, мы подошли к карете, на козлах которой я обнаружил неизвестного мне кучера. Длиннющий и тощий он поразил меня своей бледностью, крючковатым носом и горбинкой на спине, хотя, по прикидкам, лет ему, не сказать, что и много. Такое ощущение, что парень провёл за конторкой клерка всю свою сознательную жизнь.

Означает это только одно, а именно то, что граф Татищев наконец-то обзавёлся помощником. Ну, это правильно, ведь я сам настаивал на этом.

– Прошу вас, господа, – он проявил учтивость, соскочил с козел, ну, или с того самого места, где положено находиться водителю кобылки, и открыл нам дверку кареты.

– Благодарю, – я проявил взаимную вежливость и влез внутрь.

Тимоха с Гришкой тоже кивнули парню и последовали за мной, а уже будучи на месте мы оценили простор кабины транспортного средства.

Тут спокойно разместятся человек шесть, а таких как Тимоха и все восемь. Достаточно мягко и скромно, а точнее, внутри ненавязчиво богато. Да. Так будет правильнее охарактеризовать отделку.

– Феликс, баре, – не выдержал Тимка. – Слушай, а расскажи, что было там, а? – друг мотнул головой в сторону речки. – Я вот, ни в жизть не поверю, что ты просто течением унесённый оказался! – выдал он эмоционально и уставился на меня испытующе.

– Ну, правда, а, расскажи. Ну, хоть намекни, что мы правы… Это же можно? – поддержал друга Гришка и тоже вперил в меня взгляд, полный надежды услышать невероятную историю. – Между прочим, ты какой-то странный вернулся… – высказал он замечание.

Я ухмыльнулся и всплеснул руками, мол, что вы меня достаёте?

– Парни, вот вы, как маленькие! – я решил развеять их догадки простым объяснением. – Представьте себе, что вы спокойно плывёте на спинке, расслабившись и блаженствуя в тёплой водичке…

– А так можно? – встрял Тимка, перебив.

– Можно! – автоматом выдохнул я. – Тимоха, ты перебивать или слушать предпочитаешь?

– Ой! – он сконфузился и потупился. – Прости и продолжай. Просто я не умею плыть на спинке, ещё и расслабившись… – выдал он пояснение, смутившись окончательно. – Всё-всё! Я слушаю и не перебиваю.

– Тс-с! Ну, в самом деле? – Гришка одарил его строгим взглядом. – Не перебивай уже, пусть Феликс договорит, – в его голосе вновь прозвучала надежда на моё откровение.

Однако, я твёрдо намерен сохранить свою маленькую тайну с пребыванием в гостях у оракула Лазаря.

В тот момент, когда я уже приготовился дать исчерпывающее пояснение о своём приключении, исправленном под избранную легенду, дверь кареты открылась и внутрь влетела Роксана, а следом степенно вошли Артур с графом, Николаем Фёдоровичем.

Пока они занимали места, я удивлялся столь скорому разрешению вопросов, оставшихся на берегу городского пляжа.

– Всего-навсего уплачен небольшой штраф, – правильно отреагировал Татищев на моё нескрываемое удивление. – Для господина Феликса небольшой! – он сделал ударение на господине. – Десять рубликов из личной казны пришлось отминусовать, но ведь это совсем малая плата за великое приключение, – с ёрничеством в интонации подытожил граф и ухмыльнулся.

– Ну, Феликс, – перехватил инициативу Артур. – Поведай нам с друзьями о силе течения, – с аналогичным созвучием в интонации добавил антиквар.

Татищев хлопнул по стенке кареты за своей спиной, и мерное покачивание, последовавшее за небольшим рывком при старте, ознаменовало начало поездки до дому. Если говорить ещё точнее, то до антикварной лавки. Тут я вспомнил о бричке, на которой мы прибыли и открыл было рот…

– Её Тимохины ватажники отгонят, – Роксана опередила и дала ответ на родившийся у меня правомерный вопрос. – Итак, Феликс! Расскажи нам, что же случилось, и отчего мы занимались столько времени сначала организацией, а потом и ликвидацией переполоха.

– Да всё просто и нелепо, – я изобразил искреннюю досаду. – Как и говорил ранее, я спокойно наслаждался плаванием в тёплой и спокойной воде, и задумался. Потом, когда пришёл в себя и решил закругляться с купанием, то обнаружил совершенно иные черты берега, – я пожал плечами и развёл руками, благо места хватает. – Ни разу не похожего на тот, в районе городского пляжа.

Я сделал паузу, предполагая, что объяснений достаточно.

Когда я проговаривал эту легенду, то буквально заставил себя ощутить именно то, о чём говорю. При этом, я напрочь заблокировал воспоминания о Лазаре. Думаю, что Роксана с парнями поверили, но вот Татищев, и особенно Артур, этому объяснению не сильно доверяют, что я и прочёл в их настрое на уровне подсознания.

– И-и-и? – протянула Роксана, требуя завершения.

– И-и? Что «и»? Я выплыл на берег и потом шёл около трёх часов вверх по течению, пока и не вышел к людям, – завершил я лаконично и отвернулся, глядя на зарождающиеся сумерки за окном кареты. – Что ещё говорить то? Лучше скажите, уважаемый граф, – я решил сменить тему на более интересную для меня. – Поведайте, что там с переговорами относительно найма в охранение получилось?

Татищев словно не услышал моего вопроса, задумчиво созерцая аналогичный пейзаж за своим окном кареты, к которому сидел ближе.

– Феликс, – заговорил вместо графа Артур. – Мы же договорились, что этот вопрос обсудим по приезде ко мне. Там и защита от посторонних ушей отличная и соглядатаев не бывает априори, – заявил строго антиквар. – Потерпи маленько, и всё обсудим.

– У меня просьба! – я решил воспользоваться поездкой по-своему, не забывая о вопросе подготовки к охранению и не только. – Мне нужно, чтобы мы сделали остановку у любого дома рыбака. Желательно, промысловика.

Тут особо обидчивые повернулись в мою сторону, забыв о том, что сердятся и не имеют желания разговаривать. На лицах без труда читается недоумение, а у некоторых рот попросту открылся от такого поворота в серьёзном разговоре.

Наступила немая пауза.

– Пояснить не хотите, уважаемый Феликс Игоревич, Великий Князь Рюрик? – не выдержал Татищев, но, всё равно, не преминул подначить меня официозом. – Просьба эта, как минимум странновата! По крайней мере, так кажется всем тут собравшимся.

– Сию минуту нет, не могу, – честно ответил я, пока и сам смутно представляя себе основу для маскхалатов. – Но если получится, то уже завтра вы всё пощупаете, и даже померить удастся некоторым, – я с улыбкой и интригующе глянул на Григория. – Тимка, ты тут всё знаешь в округе, так что давай, это к тебе вопрос с местом остановки, – своей просьбой я заставил рот нашего ватажника захлопнуться. – Показывай дорогу новенькому! Я про рыбаков-промысловиков, – счёл я нужным уточнить, не до конца веря в выход парня из ступора.

– Сей момент, баре! – чуть ли не выкрикнул Тимоха, и, на ходу открыв дверь, перебрался к горбатому новичку-клерку на козлы. – Я стукну в стенку, как прибудем! – добавил он, выкрикнув фразу уже с занятого места рядом с помощником графа.

Под общее состояние возникшего и нарастающего интереса, мы и продолжили путь до самой остановки у нужного мне места, у харизматичного жилища рыбака.

Всё в этом доме и вокруг него просто кричало об основном роде занятия хозяев. Даже запах коптящейся рыбы присутствовал, что сказало о наличии оборудованной и работающей коптильни на заднем дворе. Везде, куда бы я ни бросил взгляд, мой взор натыкался на развешанную рыбу всевозможных видов. Я даже попытался вспомнить, а сколько их водится в моём мире? Н-да… Не совру, если скажу, что поболе половины представленного ассортимента я попросту не видел. Ну, или видел, только в очень ограниченном количестве.

Отчётливо представил себе погреба уважаемых рыбаков, с неизменными глыбами льда в тёмных и холодных помещениях. Сколько там свежей рыбы хранится? За такими мыслями я не заметил, как началось слюноотделение. Зато еле сдержал себя, чтобы не оторвать от гирлянды сушёной, светящейся от переизбытка жира рыбки.

– Вы ищите что-нибудь определённое, барин? – раздался предупредительный и вежливый голос хозяина. – Не поверю, что ассортимент городского рыбного торга господина не устроил… Хотя, если посмотреть, как вы рассматриваете мой товар, я могу и в это поверить. Скажу лишь, что вельможи в дорогих каретах редко сами появляются у моего дома.

Я обратил внимание на достаточно молодого, годков эдак плюс минус тридцать с хвостиком, хорошо одетого для этого слоя граждан, хозяина дома. Глаза его мне понравились своей искрой бизнесмена, а не только работника по выуживанию добычи из реки.

– Да что это ты, окаяннай, совсем что ль не видишь, что гость у тебя почтенный в дверях? – вышедшая на звук разговора хозяина молодая женщина ткнула мужа в бок. – Проходите, барин, – она подбежала к калитке и отворила её. – Выбирайте, спрашивайте! Всё покажем и спробовать дадим, не сомневайтеся! – запричитала хозяйка, довольная тем, что я воспользовался её приглашением.

Я вошёл и чуть поклонился хозяевам, располагая к радушному общению. Нет причины корчить из себя великородного сноба. Как говорят мудрые люди: «Будь проще и люди к тебе потянутся!»

Заметил, как они покосились на рукояти рунных револьверов, выглядывающих из-под моего плаща оригинального покроя, правильно истолковали мою принадлежность к магам и прониклись.

А что я хотел? Для уважаемых, но простых жителей пригорода, такое событие это редкость. Но акцентировать на себе внимание я не захотел и восхитился балыком жереха, чем вызвал бурю радостных эмоций у хозяев. Пришлось даже для убедительности оторвать плавник и отведать деликатеса. А что? Очень даже не дурно!

– С удовольствием прикуплю пару-тройку рыбин, – вынес я вердикт после дегустации. – Однако, уважаемые хозяева, я к вам немного по другому делу пожаловал.

Они оба насторожились.

– Так поведайте, просим, – нарушила боязливую паузу женщина.

– Мне очень нужно осмотреть ваши сети, если позволите, – я сразу перешёл к делу, чтобы лишний раз не пугать хозяев. – Интересует самая мелкая ячейка. Я готов купить несколько метров.

Тут хозяева просияли, а я не совсем понял причину радости и глянул на них вопросительно, с нескрываемым удивлением.

– Вы точно знали, к кому обращаетесь, – улыбнулась хозяйка. – Мой супруг ведь не особо промышляет ловлей, – она смутилась, раскрывая детали своего дохода. – Он занят плетением сеток для рыбаков, как и его отец, и дед, да и все из его рода. Рыбаки хвалят! Расплачиваются чаще уловом, а мы уж его и готовим по-всякому… Коптим, вялим, сушим и на рынок поставляем. Пойдёмте, я покажу вам всё, что есть на данный момент из сетей и не продано покамест.

Он первая пошла по тропинке окружным путём вокруг дома к сараю, точнее, амбару. Большому и просторному. В его недрах я и нашёл то, что мне нужно. Самую мелкоячеистую сетку, рассчитанную на малька, со слов хозяев, и не особо пользующуюся спросом. Разве что, детишки балуются.

Купил сразу сто метров. Не знаю зачем, но вот так получилось. Отдал, кстати, серьёзную сумму – аж пятьдесят копеек! Видать, снасти для промысла стоят недёшево, как средство будущего обогащения пользователей. Ну, да ладно. Зато в качестве жеста доброй воли мне выдали лукошко с жерехом и стерлядкой. Норм, короче.

– И зачем, позволь спросить, тебе сеть? – не выдержал Артур, спустя десяток минут поездки от дома рыбацкого мастера.

– Буду заказывать военное снаряжение специального назначения, что именуется маскхалатом! – я гордо и без утайки огорошил его ответом, как, впрочем, и всех остальных.

Более мне вопросов не задавали, пытаясь определить значение незнакомого названия, а оставшееся время, проведённое в дороге к лавке, я честно занимался прикидками по пошиву будущего маскхалата.

К прибытию на место я уже имел представление, как и что нужно делать, точнее, что и каким образом объяснять мастеру пошивочной мастерской. Сам-то я ни бум-бум в портняжном деле, где одних только иголок больше дюжины разного калибра и, соответственно, назначения.

Антикварная лавка встретила традиционным перезвоном и россыпью искр при входе, после чего мы все прошли в излюбленную комнатку, выделенную мне под персональные апартаменты в вотчине Артура. К моему новому дому, презентованному Голицыными, душа не легла и я всё чаще ловлю себя на мысли, что тут мне уютнее.

– Вот чего удалось добиться, – Татищев перешёл к делу сразу, как только мы расселись и наполнили чашки ароматным содержимым. – Я буду краток, так как время позднее.

Он протянул мне официальную грамоту найма, с несколькими листками приложения, целиком и полностью отражающего права и обязанности всех участников договора.

Я вскинул бровь и скептически посмотрел в исписанные мелким шрифтом бумаги.

– Граф, а можно кратенько и тезисно, в двух словах, так сказать, обозначить границы моей ответственности во время службы у Барклая? – выдал я просьбу, озадачившись ятями и кучей терминов мне не понятных.

– Я знал, что так ты и отреагируешь, – вдруг смягчился Татищев, утратив былое, хмурое настроение. – Я просто очень скрупулёзно всё отразил в примечаниях, а в основном всё просто, – он придвинул к себе лежащие напротив меня бумаги. – Пару выдержек я зачитаю, а основное объясню на конфетах, как ты, уважаемый Феликс Игоревич, иногда изволитес-с выражаться.

– Я буду вам чрезмерно признателен, – ни грамма не слукавил я. – Итак?

Друзья и блондинистая подруга, оставшаяся специально для ознакомления с деталями найма, превратились в слух, отражая выражениями лиц полнейшую концентрацию на будущих произнесённых словах оратора, коим в данную минуту и является Татищев.

– Всё просто. Вы, то есть ты, Феликс, поступаешь на службу временно, – приступил граф к пояснению. – Твои обязанности почти такие же, как и у остальных нанятых боевых магов, но с оговоркой, – тут он глянул в бумаги, что-то проговаривая про себя. – Цитирую: Господин не обязан применять магию без оглядки, по одному лишь приказу командира охранения. Степень опасности и обстоятельства анализируются вольнонаёмным магом Феликсом самостоятельно, вследствие чего и принимаются решения по применению! – граф оторвался от записей. – С этим пунктом всё понятно?

Я посмотрел на Артура, степенно кивнувшего мне и довольных друзей.

– Это хороший пункт! – заявила Роксана. – Если Феликс не знает, как вязать руну стихийного удара, к примеру, то он может сослаться на ситуацию и отсутствие нужды по её применению! – Роксана выдала расшифровку, и так мне понятную, и захлопала в ладоши. – Браво, Николай Фёдорович, это великолепно! А что ещё есть такого, двоякого толкования?

– Ну, относительно защитного полога, – замялся довольный лестью граф, – тоже всё на усмотрение нанятого…

– Поразительно! – продолжила искренне радоваться Роксана. – Граф, а в какую сумму обойдутся Ваши услуги для клана? – пошутила блондинка, но с надеждой в голосе. – Шучу! – поспешила она исправиться. – Продолжайте!

– Тут… – он вновь склонился над бумагами. – Тут ещё про отдых и возможность передвигаться на повозках… Если Феликс устанет. Мне не удалось полностью избежать верхового передвижения, но вот об отдыхе я позаботился.

Я живенько представил, как меня раскорячит буквально через пару десятков километров путешествия верхом на конике. Мне вдруг заранее поплохело, и ноги загудели, не говоря о том самом месте, которое будет страдать больше всего. Н-да!

– А можно масть боевого скакуна узнать? – ляпнул я, не подумав.

– Ну…

– Позвольте я отвечу, граф! – Артур попросил слова.

– Да, конечно, – Татищев кивнул. – Говорите, прошу вас.

– Я поговорил с некоторыми уважаемыми конезаводчиками, – хозяин лавки начал говорить обнадёживающе. – Так вот, господину Феликсу уже подбирают умную лошадь. Она хоть и в возрасте, зато практически всё понимает со слов наездника. Очень умное животное, которое! – он поднял указательный палец, делая акцент. – Которое прошло с предыдущим хозяином горнило войны в Захребетье! Поверьте, такое опытное животное – это половина успеха.

Я согласился, хоть и не совсем понял, почему ум коня столь важен. Ну, да им всем, часто и довольно закивавшим после пояснения Артура, явно виднее. То есть, я могу считать себя счастливчиком, не иначе.

Неожиданно Артур встал и подошёл к сейфовому шкафу. Открыв его, он бережно вытащил ту самую шпагу, которую я видел. В дорогих ножнах и явно статусную вещицу, очень меня поразившую неброским богатством отделки. Я ещё раз посмотрел на оружие и вздохнул, завидуя по белому столь изящному исполнению.

– Я принял решение, – Артур прикрыл сейф, держа шпагу. – Так как у тебя пока нет своего статусного клинка, способного и разить врагов, и говорить о твоей статусной принадлежности, я подарю тебе свою шпагу. Насколько хорошо ты умеешь фехтовать, я не ведаю, но нанести укол ты точно в состоянии. Кто знает, какие могут случиться коллизии, глядишь, и поможет тебе сие оружие в трудной ситуации, – он как-то обыденно протянул мне оружие, словно это ложка для помешивания сахара.

У меня спёрло дыхание и руки предательски задрожали.

– Это верх моих вожделений! – заявил я в сердцах, встав и примеряя оружие к месту.

Гришка уже возился с перевязью, подгоняя её по длине. Тимка гордился так, словно это ему шпагу подарили, а Роксана прикрыла лицо руками, скрывая или улыбку, или ещё какие-то признаки отражения своего настроения.

В общем, все испытали некую радость, а особенно я. Ну и ладно, что из меня боец на шпагах никудышный, но ведь это же пока!

Затем слово вновь взял граф Татищев и продолжил пояснять детали выстраданного договора, целиком составленного в мою пользу, что и выяснилось.

В конечном итоге, друзья разошлись, оставив меня одного.

Роксана, кстати, воспользовалась предложением Артура и осталась ночевать, заняв свою, понравившуюся ей комнату, где уже успела провести ночь после ликвидации последствий эвакуации из дома Шуйских.

Мне сон не грозил, так как я уже составил план действий на утро. Есть моменты и их необходимо решить, но прежде я озадачился черчением и исполнением эскизов будущего обмундирования мага специального назначения. Так что большую часть ночи я рассчитываю провести в компании с готовальней, карандашами и своей тетрадью для изысканий и набросков.

– Хозяина, как здоровско, однака, что твоя остался один! – словно гром среди ясного неба вторгся в спокойное течение времени голос Чукчи.

– Блин! Вот тебя ещё не хватало! – выразился я автоматически. – Кстати, вот как вы оба, с дедушкой элементалем, заботились сегодня о своём господине, а?

Усатый появился на краю столешницы с опущенными вниз усами, а Калигула выглянул из-за вешалки, где висела верхняя одежда.

– И не нужно строить виноватых! – раскусил я их игру. – Почему не примчались?

– Однака, не винаватая наша, совсем вот ни капельки! – парировал чукча и сжался в комок, так как я в сердцах замахнулся на него тетрадкой. – Твоя, строгая начальнака, не звала нас помогать, а моя чувствовал, что всё с хозяиной в полном порядке, однака! – запричитал Чукча и под конец выпрямился. – Вот почему, а? Почему твоя не позаботилася и не позвола нас, когда отгадки говорила Лазарю?

– А ты откуда знаешь, что я у него побывал? – я опустил боевые канцтовары на стол. – Колитесь! Оба!

Таракан прошёлся между чашками и нашёл пару крошек сдобы, остатки ужина, посмотрел, попробовал свежесть и недовольно изогнул усы. Однако откусил кусочек и взмахом подозвал Калигулу, при этом указав на меня. Мол, быстренько объясни товарищу, почему мы не присутствовали на совместном с шефом празднике жизни.

– Эм-м… Так ведь это… Господин Феликс, – замялся дед, теребя снятую ушанку в руках, причём став размером с таракана. – Мы прекрасно видели и знали, что всё обойдётся! – огорошил он меня своей исповедью о невообразимой интуиции.

– Э-ээ… Да ну вас, черти окаянные! Понятно мне всё с вами! – я махнул руками, поняв бесполезность наезда на усатого и его нового дружка. – Спелись, короче. Чем хоть занимались? – решил, что у них, судя по хитрым лицам, что-то, да и случилось.

Русалки, кстати, осмелели и присоединились к двум лазутчикам, инспектирующим посуду на столе. Вообще, все страх потеряли!

– Мне кое-что подарили, – замялся дед Калигула. – Смотри!

Он взял и надел на шею какой-то амулет, затем подошёл к рюмке, оставшейся после Артура, что не выдержал и принял таки на сон пару капель ликёра. Я пронаблюдал, как посудина качнулась и полетела к полу, но была поймана дедом, резко увеличившимся до среднего роста.

Он поставил её на место и вновь стал маленьким человечком, горделиво на меня посматривающим.

– Не понял? Ты что, можешь обрести осязаемость… бр-ррр. Я хотел сказать, что у тебя появилась возможность избавиться от призрачной сути без моей помощи? А как же договор между нами? – я и обрадовался за него и забеспокоился, не рассчитывая так быстро терять такой вот бонус в виде личного элементаля.

– Ну что ты, – с долей стеснения и счастья проговорил дедушка, присаживаясь на край блюдца. – Это временное счастье, которое меня всё больше разогревает к постоянному обретению тела. Так что, будьте спокойны, хозяин! У нас ещё много времени, что мы обязательно проведём вместе. Я никуда не исчезаю и обязательства свои выполню.

– Ну, вот и отлично! – я ударил по коленям. – А теперь, пройдохи, постарайтесь не мешать мне. Завтра вы оба мне можете понадобиться, хотя, нет, не уверен.

И я погрузился в работу по воссозданию полевой формы специальных подразделений. Пока что в эскизной форме, но со своим подходом, как любителя начертательной геометрии.

В районе четырёх утра я уже имел солидный список и стопку эскизов по важнейшей теме… А утром меня ожидает исполнение всего этого, и я очень надеюсь на то, что получу хотя бы треть от задуманного.

Ну, в самом деле? Почему бы не внедрить нормальную форму? К примеру, в том, что я вижу у магов, воевать не так удобно. Нет, конечно же, при их манере стрельбы, когда достаточно принять правильную стойку и спустить курок – это нормально. Ну, или как тут действуют подразделения, которые стоят шеренгами и тоже статично ведут бой.

А мне не кажется удачным стоять и ждать ответного залпа от противника. По мне, так нужно всегда перемещаться, менять позицию и вообще, активно себя вести. И вот для этого мне просто необходимо удобно одеться, защитить суставы от травм, по возможности, конечно же. Тут и налокотники и наколенники нужны, а по максимуму и голень прикрыть неплохо, и так далее, и тому подобное.

Короче, мыследеятельностью я себя обеспечил и, взявшись с новыми силами за черчение с рисованием, я продолжил работу с изысканиями решений по изготовлению некоторых приспособлений, применимо к реалиям этого мира и времени. Технология производства может стать камнем преткновения между мной и моим успехом. Так что, есть над чем ещё ломать голову…

– Хозяина! Поднимайся, однака! – голос Чукчи застал меня спящим прямо за столом. – Наступило время завтракать и дела делать! Утро на дворе, однака!

Глава 8. В лучших традициях… Негаданно-нежданно…

Подорвавшись с места, я потёр лицо и осмотрел свою, изрядно помятую физиономию в зеркале. О боже! За одну ночь так износить лицо? Это ещё умудриться надобно! Моё отражение, которое в этом мире зачастую пренебрегает хозяином и живёт своей жизнью, укоризненно глянуло на меня, отразив высочайшую степень недовольства. Кстати, я заметил такую тенденцию, как эпизодичность в жизни моего отражения, да и всех остальных.

Дело в том, что двойники в зеркалах не всегда ведут себя независимо, а периодами, словно их поведение от настроения зависит. По большей же части, я вижу в зеркале то, что и привык видеть в обычной жизни своего мира, а именно, отражение себя без заморочек с иным поведением. Но это не про сейчас.

Так вот, обменявшись изучающими взглядами, я расшифровал толстый намёк от себя тамошнего, о крайней необходимости принятия срочных водных процедур, желательно бодрящего действия, а попросту если сказать, то нужно облиться колодезной водой, и желательно проделать эту утреннюю экзекуцию над своим телом несколько раз. Угу!

– Хозяина, – напомнил о себе ангел-хранитель с усами. – Пускай твоя поплескаться сходит, а моя займётся с Калигулай завтраком, однака! – обозначил он свои планы на ближайшую часть утра. – А то вчерась мы спать уклалися совсем, однака, мало-мало кушамши! – пояснил он причину расстройства в голосе.

Я отвлёкся на этого деспота и поискал в комнате Калигулу. Дедушка элементаль где-то завис, наверное. Ну, или спит. Хотя я его понять не в состоянии из-за его духовной составляющей, которой спать хотеться не должно.

– Чукча, ё-моё! Да делайте вы уже завтрак, а как справитесь, то разбудите остальной люд! – отмахнулся я в сердцах, но, всё-таки, дал указания. – Мне понадобятся и Гришка и Тимка. Пускай не расхолаживаются, – выдал я предостережение для доведения его до парней. – Дел уйма! Иначе неподготовленными с Распутиным в охранение отправимся!

– Пущай твоя не волнуется, начальника! – козырнул Чукча, отвлёкшийся от изучения блюдца на предмет крошек. – Моя очень постарается, однака!

– Ну и отлично! – обрадовался я в душе, сочтя, что в момент процедур мне никто не помешает разглагольствованиями. – Исполняй! Хотя, постой! – я буквально выкрикнул последнюю фразу.

– Чаво, однака, хозяина так разнервничалася? – среагировал удивлением таракашка.

Мне же не давала покоя пресловутая скрижаль, упомянутая Лазарем. Даже ночью, когда я проводил время за полезными изысканиями в области военного обмундирования, думы об этой загадочной штуковине не покидали моего воображения, распалённого походами и кровавыми баталиями на поле брани.

– Я что хотел спросить, эм-м… – я почесал макушку, формулируя вопрос. – Спрошу тогда прямо! – решил, что интерес, высказанный в лоб, будет правильным построением диалога. – Ты не против ответить по-честному и без утайки, как любимому хозяину?

Чукча оценивающе на меня взглянул и уселся поудобнее на краешек блюдца из набора, что ночью не прибрали.

Подперев одной парой рук бока, он сложил вторую пару на груди и состроил серьёзнейшее выражение, если можно так выразиться, по отношению к его мимике.

– Моя совершенно не против, и даже категорически «за», такие вот, прямые вопросы начальника, однака! – выразил собеседник готовность к ответам.

Я мысленно обрадовался, что не придётся вертеться вокруг да около и наморщил лоб, всё же стараясь подобрать правильные слова. Кто его знает, этого Чукчу? Вдруг замкнётся и юлить начнёт? Я вот, к примеру, сильно сомневаюсь, что он не в курсах, а вот в его вредности нет и тени сомнения вовсе.

– Не буду от тебя утаивать, но предупрежу о тайне, которую нужно хранить, – я решил проговорить важный пункт о будущем разговоре. – Дашь гарантию?

– Твоя, начальнака, обидный слова молвит, однака, – надулся Чукча. – Моя умеет молчать!

Я кивнул и даже достал из тумбочки кусочек пряника, приготовленного искусными пекарями и способного храниться в свежести большое количество времени.

Рыжий Чукча обрадовался и чинно принял вкусное подношение, и мне пришлось смиренно подождать, пока он снова будет готов к диалогу. Ну, вот никак не смог мелкий удержаться и незамедлительно отведал-таки угощение.

– Раскроюсь перед тобой, – начал я краткое изложение сути вопроса с предыстории. – Я побывал на острове у некоего Оракула, Лазарем зовётся. Он, кстати, в своё время пообщался с такими людьми, как Рюрик Мирный, Сивар Победоносный, и третьим, как ты понял, из братьев, с господином Труваром Верным. Так вот, он упомянул о какой-то скрижали, что постоянно у меня под руками находится, но о которой я и понятия не имею. Что можешь сказать по этому поводу?

– Хозяина? – мелкий почесал затылок. – Моя догадался, точнее, я понял, что твоя тама побывала и вышла оттуда с неким багажом знаний. А чаво, прости великодушно, конкретно сказал Лазарь?

– Ну-у-у… – Тут я попытался дословно вспомнить речь оракула. – Сказал, чтобы я искал своё предназначение сам. Обозначил места для поиска в далёких землях Захребетья и сказал, что поможет мне одна такая вещица, что у меня всегда под рукой – скрижаль! – выдал я, вроде бы точно.

– Тогда да, однака! – кивнул Чукча и наполнился важностью. – Речь шла о самом старом артефакте, рождённом неизвестными магами ещё до раскола в Руссии, даже до её образования. Это когда все, тёмные, светлые и вообще все, вели не открытое противостояние, а пакостили по мелочи друг другу. Тогда ещё и Захребетье было свободным и не нуждалось в битве за него. Поход Рюриков случился уже после, тот, победоносный, ну, о котором ты наверняка уже слышал.

– Да, я припоминаю, что мне кто-то рассказывал эту древнюю легенду о братьях-освободителях, – я наморщил лоб, вспоминая короткий рассказ Роксаны, проводящей мне ликбез по истории. – Так что за скрижаль то?

– Скрижаль Души Владыки Захребетья, – выдал таракан. – Так она называется, но название не всегда отражает истинную суть артефакта. Так что, пускай твоя не принимает название за буквальную характеристику, однака. Скрижаль эта и в самом деле у тебя, замаскированная под старую книгу, лежит преспокойненько в сейфе.

– Так чего же мы ждём? – я буквально подскочил, обрадовавшись столь скорому раскрытию секрета о своём предназначении.

– Не торопися, хозяина! – остепенил меня рыжий советник. – Толку в ней нету, покаместь! Её просто так ни открыть, ни потрогать и не прочесть! Так что… Однака, твоя всё равно отправится в Захребетье и будет тама искать ключик от артефакта… – он разрушил мои надежды одним предложением.

– Да что в ней зашифровано то, а? – я бессильно опустился в кресло.

Таракан задумался и изобразил мыслительный процесс.

– Моя не знает, однака, – заявил он с сожалением и даже усы опустил вдоль тела. – Прошу прощения у начальника, но так и есть на самом деле… – добавил он сокрушённо.

Мне показалось, что пройдоха и впрямь расстроился от своей бесполезности в таком важном вопросе. Пришлось стать снисходительным.

– Э-мм… Послушай, Чукча, – я начал сглаживать острые углы, располагающим к успокоению тоном. – Ты, главное, не паникуй, разберёмся! Чай, мы это с тобой запросто сможем, а? – решил его подбодрить.

Он воспрянул духом, как мне показалось, и чуть повеселел.

– Хозяина пускай не волнуется, – он тоже решил заговорить в подбадривающем ключе. – Моя всё расшифрует и выведает, чаво тама тебе нужно для чтения.

– Ну, вот и прекрасно! – я обрадовался его боевому настрою. – А сейчас, давай-ка займёмся проблемами подготовки к походу в охранение. И так, уже хорошо, что я хоть знаю, где находится эта скрижаль. Кстати, а как она оказалась в той келье? – у меня возник правомерный интерес.

– Так тама эта… ну… тёмный был высочайшего сана, – пожал сразу всеми плечами таракан, проговаривая, на его взгляд, очевидное.

– Ну ладно, позже разберёмся, а сейчас, действуем по плану!

Сказав это, я проводил взглядом исчезающего таракана с привычно торчащими как прямые антенны усами, торопящегося выполнять мои поручения.

Итог беседы – появление отличной новости. Я теперь знаю где скрижаль, и как она называется, ведь такая информация сузит поиски ключа, и вообще… И ещё… Все дорожки в этом мире, предназначенные мне, ведут прямёхонько в таинственное Захребетье.

Итак, взяв полотенце, заботливо приготовленное кем-то из моих магических подручных, я повесил его на плечо, и уже собрался было выйти в коридор, ведущий к выходу на задний двор, как на глаза мне попался подарок Артура.

Удержаться от прикосновения к статусной вещи оказалось выше моих сил, что вполне естественно для любого лица мужского пола, любящего оружие и не только.

Да любой парень, мужик или даже ребёнок, не устоит от такого шедевра, грозного и боевого во всех смыслах. Это не магазинная бутафория, а реальное оружие, как-никак. Клинок с богатой историей, повидавший и вражеской стали в боях, и отведавший крови, настоящей, горячей и струящейся по отточенному металлу из нанесённых ран, наверняка, и не один раз.

Приплюсуем магические свойства к оружию, и получаем результат такой сногсшибательный, что аж дух захватывает!

В результате, я оказался на заднем дворе со шпагой в руке, присматривающийся к кусту, что растёт у каменного забора, огораживающего периметр участка. На нём, на кустике этом, как будто специально, отцветал последний цветочек. Мишень показалась мне чертовски привлекательной, и я вынул клинок из ножен. Уу-х-хх! Вещь!

На всякий случай, я внимательно осмотрел весь участок заднего двора антикварной лавки и убедился в отсутствии помех. Даже проверил закутки и отодвинул висящую шторку, проконтролировав отсутствие блондинки, любящей плескаться за такими вот нехитрыми прикрытиями. Никого, и всё чисто! Глянул в небо. Констатировал важный факт, такой, как отсутствие птиц, в радиусе пары сотен метров! Уже хорошо всё складывается, словно по заказу.

Но просто так рубить веточки!? Хм-м! Это же не метод для такой героической личности, новатора в искусстве построения магических рун боевого назначения, как ваш покорный слуга, господин Феликс Игоревич Рюрик, а до кучи, ещё и великий князь.

Так что, я присмотрелся к росписи на холодном металле, изучая рунические знаки и хитросплетения, исполненные очень профессионально, с плавными переходами символов из одного в другой, и завязанными в единое целое. Мне захотелось выяснить преобладание той или иной стихии в этом оружии. Некоторые руны я прекрасно знаю, и смогу определить общий уклон в ту или иную сторону.

Счёл, что такие точные знания о клинке будут весьма полезны для нанесения сокрушительного, и обязательно магического, удара по цветочку.

Пробовать, так пробовать! Иначе, случится заварушка, когда моя жизнь будет зависеть от одного-единственного удара, а я не смогу его реализовать, и всё! Амба тебе, Феликс. Может такое случиться, спрашивается? Да запросто!

Решившись, я детально представил самую начальную фазу построения рун.

Это универсальная форма, из которой и получаются нужные вязи, после внесения изменений, дополнений и расстановки акцентов на определённых рунах стихий.

Воздушные массы встрепенулись, закрутились в вихрь и влились потоком в начавшееся построение кабалистического шестигранника, зыбкого и формирующегося у эфеса шпаги. Постепенно он начал обретать правильные формы. Знаки стихий грациозно заняли свои места по углам, удерживая энергию построения, набирающую концентрацию и льющуюся потоками мерцающих паутин на клинок, проходя сквозь руку и рукоять оружия.

Они оживили рисунки на холодном металле, наполнив некоторые синевой, олицетворяющей воду, и красными всполохами, символизирующими огонь. Прибавилось нечто серое, земляное. Затем я распознал что-то призрачное, зыбкое, лёгкое и воздушное, то, что буквально сделало оружие в моей руке невесомым.

Вновь время замерло, на почве зародилась поземка, поднимая пыль и закручиваясь в торнадо. Молнии засверкали необузданной стихией, контролируемой мной. Огонь зародился, постепенно смешался с воздушной массой и клубы влажного тумана дополнили бурлящую материю. Мерцающие паутинки энергопотоков довершили формирование ударной, боевой руны, комбинированной с клинком Рунной шпаги.

Я отчётливо всё наблюдаю и чувствую магическую мощь!

Это возможно потому, что я нахожусь на пределе концентрации всех своих чувств и способностей, дарованных призрачной фурией. Время стало вязким и мгновенье длится вечность. Я прекрасно отдаю отчёт тому, что с момента начала построения пролетела какая-то доля секунды.

Великое ощущение силы просто поглощает меня без остатка! Я словно слышу мелодичное пение металла отточенного клинка, почувствовавшего неисчерпаемый источник магии, и озарившегося переливами света с хаотичной игрой стихий в своих рунах.

Вдруг я засомневался – ведь это слишком смелые эксперименты, задействующие наследие Рун ровных граней самого Рюрика, что подсказал мне формы посредством наследного перстня…

Эврика! Тут ко мне пришла банальная догадка. Мои неудачи связаны со слабой, точнее, совсем никакой стабилизацией энергетических потоков, к моменту предельной концентрации. А как? Нет, не так я ставлю вопрос.

Чем, или при помощи какого рунного символа, мне всё это стабилизировать и не дать случиться произвольному выбросу, который невозможно контролировать? Его даже направить в определённую точку сложно. Вот это и есть ключевая из моих проблем с боевыми рунными построениями!

– Феликс, ты долго там умываться будешь?! – голос Роксаны выбил меня из состояния равновесия. – У нас всё готово для завтрака, между прочим. Ждём только тебя! Твой рыжий подопечный уже успел всем надоесть, философствуя на тему плотного дневного графика… – в этот момент я окончательно сбился и потерял контроль над построением, давшийся мне с неимоверным трудом.

– Ро-кса-а-ана! – Истошно завопил я, отчётливо представляя, что выпад с ударом по цветочку я уже делаю, неосознанно, естественно, и не в силах остановиться. – Твою же, закопчённую, канитель!

Ша-а-а-анда-а-арах! Ба-а-а-бах!

Зычно и раскатисто разнеслось по двору эхо мощного подрыва. Выплеск безудержной энергии произошёл столь сильный, что я на доли секунды потерял связь с миром. Земля ринулась из-под ног вперёд, унося прочь от меня не пострадавшую мишень в виде цветочка, окружённую испепелённым кустарником.

Мимо меня пронёсся ствол дерева, а точнее если, то это я пролетел рядышком, спиной в неизвестность.

Бу-бумм! Хрусть!

Я врезался во что-то ветвистое, слегка спружинившее, но от этого не принесшее меньше боли. Почувствовал спиной очередное дерево, впечатавшись в него со всей дури, набранной кинетической энергии полёта…

Дри-инь-нь-нь!

В ствол, прямо в нескольких миллиметрах над головой, воткнулась шпага. Я волосами почувствовал сталь клинка, и начал сползать по стволу на землю. Напротив моего бывшего рубежа, где я овладевал боевым применением магического оружия, часть каменного забора превратилась в дымящиеся руины.

Упав, я посмотрел вверх на ветви груши.

Окружение наполнилось звуками нескончаемой чреды ударов о землю, посыпавшегося с плодового дерева урожая. Абсолютно всего урожая. Как спелого, так и не очень…

Твою же мать! Я снова накосячил в любимом садике хозяина антикварной лавки! Зато колодец не пострадал… А в довершение всего, с ветвей на меня свалилось пугало, сделанное из пустой тыквы и какого-то тряпья… Жесть, млин!.. Повыпендривался с тренировочкой магического удара шпагой…

Проваливаясь в небытие, смотря на мир сквозь кровавую пелену, я отметил появление обеспокоенных, точнее, напуганных, застывших в немом восклицании от ужаса лиц друзей над собой.

Артур, Татищев, Гришка с Тимохой и Роксана, зажавшая открывшийся рот ладошками, стояли надо мной…

Конец четвёртой книги

Content

Юрий Москаленко, Алекс Нагорный
Берсерк забытого клана. Книга 4. Скрижаль

Глава 1. Суета, одним словом

Глава 2. Что может случиться? Ерунда…

Глава 3. Невероятные открытия растут, как снежный ком

Глава 4. А, как же, теперь? Снова сложная ситуация вырисовывается…

Глава 5. Праздник? Ну-ну…

Глава 6. Мистика и противоречия во мне…

Глава 7. Хлопоты с подготовкой и не только…

Глава 8. В лучших традициях… Негаданно-нежданно…