Наталья Щерба

Танец белых карликов

«Знаешь ли ты, что такое звезды, Тим Князев? Большинство из них – фантомы, тени прошлого, их холодный, мерцающий свет погас много лет назад… Мы смотрим на небо и видим давно исчезнувшие миры, поглощенные временем.

Как странно понимать, что звезды – всего лишь иллюзия, навсегда утраченное время. Ты вскоре узнаешь, Тим, что астральная энергия – отголосок далекого прошлого, память наших предков. Она изящна и легка, невесома и бесконечна, как сама Вселенная.

А вот лунная энергия – другая. Молодая и буйная, зачастую агрессивная и напористая. С лунной энергией хорошо творить настоящее, но без астральной – невозможно, вот почему эти две энергии всегда вместе.

Но меня, как и весь двуликий мир, интересует будущее, Тим. Будущее не принадлежит никому, поэтому волнует всех. Астралис олицетворяет его, парень. Новый мир – чудесная мечта, далекая и прекрасная в своей недосягаемости. Астры и лунаты возлагают на него большие надежды, делают высокие ставки… Знай, Тим, что за грядущее всегда идет самая ожесточенная борьба.

Люди-звезды видят наше будущее. Они могли бы подсказать. Но, увы, Раннего Мира давно не существует… Он погиб задолго до твоего рождения. И погубил его белоголовый, один из твоих предков, Тим. Двуликий, который все разрушил… А теперь кто, как не ты, должен исправить ошибки прадеда, искупить его вину!

Ты – посланник Вселенной, Тим. В твоей судьбе, я чувствую это, сокрыта великая, необъяснимая пока тайна. Возможно, именно ты сделаешь так, чтобы Ранний Мир переродился и звезды вновь воссияли на небе!..»

Глава 1. Падающая звезда

Звезды подмигивали с высоты, холодно и равнодушно. Казались ненастоящими, гирляндами крохотных огоньков. А над равниной разлилась чернильно-синяя ночь, превращая все живое на земле в безликие тени. Где-то вспорхнули потревоженные птицы, сонно шелестела под легким ветром трава, невдалеке журчал ручей.

Тим лежал на земле, покрытой ковром из высохшей сосновой хвои, чувствуя холод и стылость, пробиравшие до костей. Он все еще слышал эхо голоса из сна. Голос был знакомый… То ли это говорил Тимур Святов, то ли Йозеф… Или даже Микаэль. Или же тот загадочный человек в серебряной маске. Только вот был ли это сон? Тим помнил лишь бесконечное космическое пространство и череду созвездий, неторопливо сменяющих друг друга, – яркие, мерцающие огоньки, подернутые туманной пылью… И сейчас голос по-прежнему тихо звенел в ушах, будто долетал из параллельного мира.

Но вот привычные, знакомые звуки вышли на передний план: рядом в газовой горелке ровно гудел огонь, подогревая котелок с водой. Похоже, Валерьич, опекающий теперь их с Селестиной, снова ушел на разведку. Каждые два часа он осматривал окрестности, особенно вход в Раскол – туннель, ведущий из двуликой долины в реальный мир.

Про этот лесной уголок никто не знал; когда-то Виталий Крыль и Тимур Святов часто ходили на разведку вместе и однажды наткнулись на эту небольшую долину. Сдавать ее лунатам не было смысла – они не нашли здесь ценного миллениума – и она затерялась бы среди сотни подобных заброшенных долин. Поэтому разведчики решили оставить ее местонахождение в тайне, на всякий случай. Здесь были одни лишь голые скалы и лесок, на краю которого они сейчас и укрылись. Когда Тимур стал работать на Йозефа, главу Дома Сияния, их пути с Валерьичем разошлись, но эта долина осталась как напоминание об их дружбе. Судя по всему, тренер часто бывал здесь, потому что в тайнике под корнями старого дерева нашлось все, что надо для жизни в полевых условиях: палатка, спальники, газовая горелка и баллоны с газом, запас продуктов – сухие каши, вяленое мясо, сухофрукты, орехи, сахар, чай.

Спать окончательно расхотелось. Тим поднялся, присел возле горелки, снял крышку с котелка, засыпал полпакетика чая, пахнущего сушеной мятой. Невольно вспомнил, что Тимур наверняка заварил бы свой любимый кофе. Или посетовал на то, что снова приходится хлебать опостылевший чай.

Парень зло тряхнул головой. Ничего, Йозеф еще поплатится за то, что сделал! Сколько раз Тим прокручивал в голове свой последний разговор с проклятым стариком и сгорал от ярости и бессилия. Скрежетал зубами. Сжимал кулаки так, что костяшки белели. Но сейчас следовало успокоиться, сосредоточиться на разгадке своей тайны.

С внезапной тоской Тим ощутил, что его неумолимо тянет в Ранний Мир. Вновь увидеть людей-звезд, поговорить с Арракис, пройти по узкому хрустальному мосту, прогуляться среди серебряных деревьев с алыми плодами. Тим был уверен, что теперь, когда он стал хранителем Первого Секрета, ранние всегда с радостью его примут, когда бы он ни пришел.

Но ворота с двумя гербами не открылись. Тим невольно оглянулся на палатку, которую они поставили вместе с Валерьичем, и снова нахмурился. Конечно, дело в Селестине. Эта девушка с фиалковыми глазами, о которой он столько грезил, стала его проклятьем. Тим вспомнил, как еще недавно он, белый дракон, нес ее слабое человеческое тело над лесами и лугами, над реками и скалами, то ныряя в узкое ущелье, то взмывая над высоким хребтом, пока не вырвался из горного края, где происходил жестокий лунный обряд. Временами, когда он вспоминал, кого несет над землей, у него появлялось желание просто разжать лапу… И он с ужасом ловил себя на том, что едва сдерживает гнев. Ведь это из-за Селестины его друзья – Морж и Гемма – в плену у лунатов! Когда он был в облике зверя, все его чувства приобретали невероятную, колоссальную силу, хотелось разить и разрушать, и эта ярость, вспыхивающая раз за разом, причиняла невообразимую боль.

Судя по всему, лунаты были наготове и сразу же рванули за ними, – скорее всего, подозревали, что он все-таки придет Селестине на помощь. Тим видел, что несколько десятков «подлунных» стаей летят за ним с огромной серебристой сетью. Иногда они подлетали довольно близко и пытались накинуть на него сеть, но Тим успевал вильнуть в сторону и устремлялся вперед с новой силой.

Для перехода в тайную долину Валерьич выбрал глухое, безлюдное место – заброшенный карьер, на краю которого стояли две старые башни с коронами из зубцов и полуразвалившаяся церковь – все, что осталось от давно исчезнувшего поселения. Тим нырнул за эти башни и ухнул вниз, туда, где среди буйных зарослей его ждала терния. Вначале все было неплохо: переход прошел успешно, Валерьич принял на руки Селестину, которая по-прежнему находилась без сознания. Тим превратился в человека, запустил многогранник вокруг себя, намереваясь перенести всех троих в Ранний Мир… Но очутился возле знакомых ворот с гербами. И ворота были заперты – люди-звезды не впустили его!

Вернулся Валерьич. Тренер покосился на парня, осторожно заглянул в палатку, и лишь затем подсел к горелке.

– Ну что? – хмуро спросил у него Тим, расставляя кружки. Он не знал, как себя вести: с одной стороны, он все-таки переживал за Селестину и даже сочувствовал ей: лунаты предали ее, хотели убить, подло нанесли ей тайновязь, сковывающую лунастральную энергию. С другой стороны, после того, что произошло в ущелье Аар, он мечтал послать девушку подальше и больше никогда не вспоминать о ней. И, признаться, второе желание все больше пересиливало.

– Похоже, она просто спит, – отозвался Валерьич. – Дыхание ровное… Устала.

– Что будем делать? – спросил Тим. – Я переживаю за друзей. Они в плену, а мы здесь… прохлаждаемся.

Он поежился – к вечеру стало холоднее.

Валерьич заметил это, кинул парню скрученный в тугой валик плед.

– Возьми.

– Я не замерз.

– Давай ты не будешь строить из себя героя, – назидательно произнес тренер. – Хотя ты герой, не спорю… – Он усмехнулся. – Не волнуйся, мы обязательно спасем наших ребят. Но вначале нам следует все разузнать и составить надежный план. Видишь ли, у нас не осталось влиятельных друзей. И если ты вдруг, не дай Вселенная, попадешь в руки к лунатам… все, конец. Даже Йозеф тебя не спасет.

– Вот уж от кого ничего не жду! – с ненавистью процедил Тим. – Но мне все равно надо пробраться в Дом Сияния. Ведь теперь у меня есть дело…

– Наслышан, – сухо бросил Валерьич. – Матрикс все мне рассказал… Но не думай, что я рад. То, что ранние доверили тебе Первый Секрет, меня изумило, так скажем… Не потому, что я думаю, будто ты недостоин, нет. Но такие тайны – опасны, ведь от них зависят судьбы миров.

– Опасны для кого?

– В первую очередь для тебя, Тим. Для тебя… И ты не забыл? Надо решить, что делать с нашей лунастрой. Ты должен поговорить с ней, все объяснить…

Тренер умолк, потому что тканевый полог ушел в сторону – из палатки выскользнула Селестина.

Она внимательно осмотрелась, окинула оценивающим взглядом обоих, затем достала из кармашка шорт небольшой гребень и принялась как ни в чем не бывало расчесывать волосы. Даже в полумраке ночи она казалась спокойной, будто не падала со скалы еще недавно и не летела потом в лапах белого дракона.

– Как твоя тайновязь, сошли рисунки? – спросил Валерьич.

Девушка неопределенно пожала плечами.

– Осталось немного…

– Через несколько дней совсем уйдут, – заверил тренер. – Снова сможешь летать. Да, ты видела свой рюкзак? Мне удалось забрать его из вашей палатки… Когда начался обряд, все побежали смотреть…

– Понимаю… Спасибо! – вдруг с чувством сказала девушка. – У меня там есть очень личные вещи. Я бы не хотела их потерять.

Тим закатил глаза – наверняка вторая расческа.

– Да, и еще, – продолжила она, – я уже пробовала приподняться над землей… все в порядке.

– Есть хочешь?

– Спасибо, но пока не очень.

– Тогда выпей чаю. Тим, у нас найдется еще одна кружка?

Валерьич выразительно глянул на парня. Но тот не хотел участвовать в разговоре. Его вдруг охватило странное, неуютное чувство, словно это он был виноват перед Селестиной, а не она перед ним. И от этого он еще больше обозлился.

Валерьич взял дело в свои руки:

– Ну что же, вы тут поболтайте, а я пока пойду осмотрюсь… – И ушел в темноту, хотя всего несколько минут назад вернулся с разведки.

Селестина тут же присела у костра – напротив Тима. Уставилась на него.

– Где мы находимся?

– В безопасности, – угрюмо произнес парень, смерив ее таким презрительным взглядом, на какой только был способен. Их глаза встретились, и в его душе снова вскипел гнев.

Впрочем, Селестина первая отвела взгляд. Растерянно хмыкнула.

– Что-то непохоже. Интересно, чья это долина?

Тим не ответил. Селестина тоже молчала – смотрела в огонь, размышляя о чем-то своем. Несмотря ни на что, ему было любопытно, что она думает. Что думает о лунатах, об их решении избавиться от нее…

Наконец он не выдержал и украдкой глянул на Селестину. Она тут же это заметила.

– Если хочешь спросить, знала ли я, что Алекс так поступит, то нет, не знала. – Селестина рывком поднялась и помахала руками, разминая затекшие кисти. – Но я догадывалась, что черным драконом не стану.

Тим недоверчиво наклонил голову.

– Как это?

– Я ненавижу Луну. И они это поняли. Я говорю о мистрессах – Медее и Монее, о своем отчиме. – Короткий смешок. – И о других. Вот почему они сделали ставку на Алекса.

– Зачем же ты тогда пошла на испытание?

Селестина холодно прищурилась.

– Хотела понять, насколько далеко они зайдут. Удостовериться, что проиграла. Узнать об их планах… Не сомневаюсь, у них еще много чего припрятано про запас… И все же я не предусмотрела, что они не доведут мой обряд до конца.

– Получается, он тоже отнял твое предназначение? – холодно усмехнулся Тим, вставая. – Алекс?

Селестина вперилась в парня тяжелым взглядом.

– Это сделал ты, Тим. Я должна была стать звездным драконом. Сильвебром. И вместе с отцом перелететь через мраморные зубцы Фамагусты.

Тим рассерженно вздохнул.

– Твой отец считает по-другому. – Он замолк, заметив, что говорит о Тимуре Святове в настоящем времени. Рассердившись окончательно, парень открыл уже рот для гневной тирады, но так и застыл: по лицу девушки катились крупные слезы. И она даже не собиралась скрывать этого, ей было все равно…

Вернулся Валерьич, вид у него был взволнованный. Он сообщил, что заметил невдалеке два маяка-разведчика, но ближе подобраться не рискнул.

– Похоже, эта тайная долина теперь рассекречена, – задумчиво проговорил он. – Селестина, на тебе может быть следящая метка. Иначе непонятно, как они пронюхали про это место…

Девушка поежилась, обхватив себя руками за плечи.

– Может, они подготовились на случай твоего побега до обряда, – размышлял вслух Валерьич. – Скорее всего, метка была вплетена в узор тайновязи.

– В таком случае, хорошо, что их тайновязь уже не работает.

Селестина легко поднялась в воздух, повисела немного и плавно вернулась на землю.

– Раз так, то надо как можно скорее уходить, – решил тренер. – Завтра попробую еще раз связаться с Матриксом, что-то он пока не отвечает… Возможно, скроемся в одном доме, про него-то уж точно никто не знает. Хотя теперь ни в чем нельзя быть уверенным… Но другого выхода я не вижу. – Он развел руками. – Тим, какие будут мысли по этому поводу?

Тот моментально вскинул голову:

– Надо пробираться в Фамагусту всем вместе и попытаться снова перелететь через зубцы. Мы должны во что бы то ни стало попасть к ранним.

Селестина усмехнулась, но промолчала.

Валерьич сердито покачал головой, явно не одобряя такой рискованный план.

– За зубцами-воротами постоянно наблюдают. Лунаты нас не пропустят. Так что этот вариант пока не рассматриваем. Но и здесь оставаться нельзя…

– Есть один уголок, где нас точно не найдут, – проговорила вдруг Селестина. – Наша с отцом секретная долина, Жемчужина.

Валерьич ухмыльнулся, но ничего не сказал.

– В Жемчужине едва помещается небольшой дом, окруженный деревьями… Но нам хватит места. И Йозеф ничего о нем не знает. Отец никому не говорил даже о расколе, который привел в эту долину.

– Ты помнишь знак тернии? – спросил Валерьич.

– Конечно. Только нужен лунный песок, а у меня его нет.

Селестина с сомнением оглядела клетчатый плед, в который куталась, – даже его одолжил Валерьич.

– За это не беспокойся, – сказал тренер. – Сколько тебе понадобится времени, чтобы переместить нас туда?

– Минуты две-три.

– Отлично. В таком случае, у нас только что появился запасной план.

– А как же наш первоначальный план? – вмешался в их диалог Тим. Но смотрел он только на тренера. – Мы должны не убегать, а нападать! Время идет, надо спасти Моржа и Гемму, они же в плену! Кто знает, что там придумали эти лунаты…

Словно в ответ на его слова над поляной появился яркий, искрящийся лепесток пламени, похожий на комету, и принялся описывать круги над их головами, оставляя за собой след – дымные кольца, которые медленно таяли в ночи.

Все трое замерли, боясь пошевелиться. Тим с настороженным интересом наблюдал за передвижением кометы – он не знал, что будет, если этот сгусток пламени прикоснется к кому-нибудь из них. Оставалось только надеяться на счастливый случай и на свои инстинкты. Наверняка это какая-то лунатская разведывательная штука, так что лучше не привлекать ее внимание.

Но внезапно комета потеряла к ним интерес, поднялась над деревьями, полетела дальше и вскоре скрылась за лесом.

– Что это было?

– Комета-разведчик, – ответила Селестина, продолжая напряженно смотреть туда, куда улетела странная штуковина.

Тим кивнул, мысленно поздравив себя: выходит, угадал, что это лунатский аппарат.

– Эх, прощай, любимый уголок, – вздохнул Валерьич, с сожалением оглядевшись. – Ну-с, уважаемая Селестина, – он сунул в руки девушке мешочек, – рисуйте тернию.

Тим долго не мог уснуть. Рядом посапывал тренер, иногда переходя на протяжный храп. Они улеглись на открытой веранде, а Селестина устроилась в доме на диване.

Тим глядел на темное небо, усыпанное крупными звездами. Развлекался тем, что мысленно собирал из небесных огней рисунки – вначале вышло лицо старика, потом абрис волчицы, фигура девушки… дракон с приподнятыми лапами. Затем он решил составить из звезд лицо Арракис, и неожиданно получилось особенно правдоподобно. Так же легко и быстро нарисовалось лицо Арктура, Капеллы, Муфрида и даже старушки Исиды. Внезапно подумалось, что, возможно, все они наблюдают за ним из Раннего Мира.

Ему вдруг стало интересно, спит ли Селестина. И если нет, то о чем она думает. Сам он думал о том, что между ними встало ущелье Ааре, а еще раньше – та проклятая встреча на крыше Танцующего дома в Праге… Как бы он хотел повернуть время вспять и все предотвратить, чтобы ничего этого не было!

Внезапно, перечеркнув небосклон, пролетела звезда и упала где-то в лесу.

Тим одним прыжком вскочил на ноги и уставился в сторону леса. Интуиция подсказывала, что этот звездопад неспроста…

– Что ты там высматриваешь?

Селестина появилась бесшумно, как умела только она. Тим даже вздрогнул.

– Не твое дело, – буркнул он, вновь опускаясь на дощатый пол веранды.

Девушка сердито цокнула языком. Облокотилась на перила, пристально всматриваясь в небо.

– Не волнуйся, сюда кометы не доберутся, – сказала она, не глядя на него. – До сих пор никто не знал про это место, кроме нас с папой.

Вначале Тим решил не говорить с ней, но, не выдержав и минуты, спросил:

– Так ты хочешь быть драконом?

– С чего бы это? – фыркнула Селестина. – С меня хватит.

– И все же? Я спрашиваю совершенно серьезно.

Селест хмыкнула.

– Я не знаю, – глухо ответила она. – Да и поздно об этом говорить.

Тим поморщился. По всему было видно, что он борется сам с собой. Взвешивает какие-то свои доводы и опасения.

– Твой отец наверняка хотел, чтобы ты перелетела зубцы на собственных крыльях, – наконец сказал он, глядя исподлобья. – Я уверен. Поэтому я попрошу ранних обучать тебя. Чтобы ты тоже стала драконом.

Селестина резко мотнула головой.

– Если они вообще меня пропустят, ты хотел сказать. Думаешь, я не догадываюсь, что мы торчим здесь из-за меня?

Тим едва не кивнул, но сдержался.

– Да, у нас был другой план, – пробурчал он. – В любом случае, я сделаю это. Не для тебя лично, Селест. А в память о Тимуре.

– Не надо ничего за меня просить, – процедила Селестина. Но она была очень расстроена. Опечалена. Настолько, что даже и не собиралась этого скрывать.

Тим вспомнил о Дерево-ключе.

– К тому же у меня появилось другое предназначение.

– Да ну? – ехидно переспросила Селестина. И все же взглянула на парня с интересом: что это он задумал?

– Я получил необычное задание, вот и все.

– Это тайна?

– Возможно.

– Ранние тебе что-то поручили?

– Возможно.

Некоторое время они молчали.

– Расскажи, что произошло тогда с моим отцом, – внезапно попросила Селестина. – Что случилось в Доме Сияния?

Тим недоверчиво прищурился: издевается, что ли? Больше всего на свете он не хотел вспоминать о том, что произошло. Тем более что он знает о гибели Тимура только с чужих слов… Но фиалковые глаза неотрывно смотрели на него. Было ясно, что Селестина не отстанет.

– Никто толком не знает, – нехотя начал он. – Старый Йозеф утверждает, что Тимур напал на него и сбежал с Миком… По другой версии гадский старик перерезал Тимуру астральную нить и… – Он не договорил.

Лицо Селестины вдруг исказилось яростью. Это было так неожиданно, что Тим невольно отпрянул.

– Я отомщу старику, – жестко произнесла она. – Он пожалеет, что убил моего отца!

Тим косо глянул на девушку, но ничего не сказал.

– Да-да, я знаю, Тимур мне неродной отец. – Селестина по-своему поняла его замешательство. – Но он сделал для меня многое… Все. Он вырастил меня, обучал, защищал. Даже если он первый напал на Йозефа… значит, было за что. Тимур никогда не делает ничего просто так, все просчитывает наперед. И, знаешь, он мой отец, и я всегда буду на его стороне.

Тим снова промолчал. Он прекрасно понимал чувства Селестины. Тимур и ему не был родным отцом, да и узнал-то он его, можно сказать, недавно. И все же Тим тоже был готов за него бороться. И даже мстить за него.

Селест вдруг с чувством прокашлялась, будто хотела сказать что-то важное.

– Я понимаю, Тим, ты имеешь право злиться на меня. Я подвела тебя, очень подвела. И все же… – Она помедлила. – И все же спасибо. Ты спас мне жизнь.

– Угу.

– Я благодарна. Правда.

И Тим не выдержал – вскипел.

– Да не надо мне твоей благодарности! – прошипел он, подавляя желание повысить голос – не хотелось будить тренера. – Ты предала меня, Селестина! Там, в ущелье Аар. Я бы никогда… Я даже предположить не мог, что ты будешь с ним, на его стороне, и будешь действовать его методами! И чего ты добилась?! Прошло совсем немного времени, и твои любимые лунаты предали тебя! Все закономерно, не так ли? Только вот мои друзья в плену у твоих чокнутых бывших друзей. Они сейчас в опасности, возможно, в смертельной опасности, а я сижу здесь и не могу ничего поделать! Для тебя, может, это нормально – плевать на своих друзей, а для меня – нет.

Селестина посмотрела на него с обидой – ее фиалковые глаза полыхнули ярким серебристым светом.

– Я сделала то, что следовало, – сухо произнесла она. – Да и что мы все обо мне да обо мне? Вспомни: ты тоже не щадил меня… Ты так красиво говоришь, хотя забываешь, что сам отнял мое предназначение! А теперь из-за тебя погиб мой отец. И знаешь, что? Я тебя за это ненавижу, Князев. Не-нави-жу.

Тим был готов к этим словам, но они все равно больно его обожгли. В них была правда – острая, как лунный диск, холодная и равнодушная, как звездный свет. Девушка, которая ему так нравилась, в которую он был влюблен, чуть ли не впервые в жизни настолько сильно, настолько бесповоротно, которая восхищала его, пленила своей красотой, своим характером, своей решимостью, уверенностью, своим чувством внутренней свободы, – эта девушка отдалялась от него с каждой секундой, с каждым высказанным словом, и все шире становилась между ними пропасть, все тише – голос его сердца.

Тим не стал ничего объяснять. Не сказал, что он тоже полюбил Тимура как родного отца, что тоже ненавидит всех, кто против них, что ему тоже больно. Очень больно!

– Иди спать, – бросил он и вновь отвернулся к небу. Эти далекие звезды были куда ближе ему, чем девушка, которая стояла рядом.

– У тебя забыла разрешения спросить, – пробурчала Селестина. Но все же поднялась и ушла.

Тим уловил огорчение в ее голосе, но даже это не принесло ему удовлетворения. Святые звезды, как же он ее сейчас ненавидел!

Еще через час Тим понял, что все равно уже не заснет. Проснулся Валерьич, укорил его, что он не ложится отдыхать. Чтобы прекратить спор, Тим лег прямо на дощатый пол веранды, накрылся спальником, а когда тренер заснул, вновь поднялся и уселся на перила, свесив ноги с наружной стороны. Из головы не шел разговор с Селестиной и ее слова «Я тебя ненавижу!». Он не хотел признаваться в этом даже самому себе, но слова девушки ранили его, больно ранили.

Небо над крохотной долиной все так же сверкало россыпями звезд. Внезапно Тим вспомнил падающую звезду – длинный серебристый росчерк – интересно, куда же она приземлилась…

Он решительно достал многогранник и подкинул его на ладони – тот ярко сверкнул, готовый к любой мистике. Тим ловко запустил его и привычно стал звездным ветром – почему бы немного не прогуляться?

…Он летел сквозь высокую душистую траву, вился сквозь колючий терн, стелился по верхушкам сосен, путался в листве дубов и грабов, пока не добрался до небольшого лесного озера, на безмятежной глади которого серебрился лунный свет. Тим нырнул в воду и на какой-то миг стал частью этого света, потом снова взлетел в небо и направился дальше, в сторону густых зарослей, на поиски упавшей звезды.

Ему не пришлось долго блуждать – большая белоснежная птица взмыла ему навстречу и полетела рядом, вторя его движениям, и вскоре, на повороте, слегка задела крылом.

Тим понял знак и, мягко опустившись на траву, стал собой. То же проделала и птица, и обернулась Арракис. Грустное лицо мистрессы все так же украшала тайновязь, по длинному темно-синему платью, расшитому яркими, словно взятыми с неба звездами, струилась белая шаль, сколотая брошью черноголовых.

– Я рада, что ты догадался выйти на встречу, – произнесла Арракис, слегка улыбнувшись. – Ты видел падающую звезду?

Тим поклонился, прижав руку к сердцу.

– Да, уважаемая мистресса. С тех пор как мы застряли в этой крошечной долине, я постоянно смотрю на небо… Кстати, сейчас я уже не в долине, да? Я летел к вам довольно долго.

Арракис улыбнулась.

– Я позволила себе немного расширить пространство, продлила переход… Звездам это подвластно.

– А что еще подвластно звездам?

Арракис покачала головой.

– Не об этом сейчас разговор, Тим. Мы поручили тебе серьезное дело – ты должен разгадать Первый Секрет. А ты прячешься в этой клетке. – Арракис небрежно махнула рукой куда-то за спину Тима.

– Вы не пропустили нас, – укорил тот. – Я хотел посоветоваться с вами, чтобы принять очень важное решение.

– Мы всегда рады тебе, Тим. Но ты пришел не один.

Тима неприятно удивила эта фраза. Да, он пришел с Селестиной, которая должна была стать черным драконом и которую чуть не убили лунаты. И конечно, они и сейчас ее ищут! Поэтому она должна спрятаться в Раннем Мире.

Тим собрался с духом и выпалил:

– Но вы должны взять Селестину к себе! Она же… ваша! Черноголовая. И ей грозит опасность. Она должна быть у вас!

Арракис вздрогнула. Нахмурилась, на какой-то миг в ее взгляде промелькнула растерянность – что-то ей очень не понравилось. Или расстроило.

Она шагнула к Тиму и твердо произнесла:

– Нельзя, Тим. Мы дали слово, что обучим одного лунастра – одного дракона. Второго обучат враги. Это традиция, существующая много лет.

Тим понимал, что нельзя идти против обычаев другого мира, и все-таки спросил:

– Но почему бы не обучить еще одного? Гм… запасного?

Арракис покачала головой.

– Нарушится равновесие природы. Та сторона, которая больше возьмет, больше потеряет – таково правило.

– Не понимаю…

– Энергия мира состоит из золотого и серебряного, – терпеливо продолжала мистресса. – Но нельзя выйти двум белым драконам против аурума или двум черным драконам против сильвебра. Нарушится равновесие, – вновь повторила она.

Тим прищурился.

– А если один дракон сразит другого до Часа Затмения?

Арракис выглядела удивленной.

– Ты хочешь убить того, другого?

Тим фыркнул.

– Я не нападу первым, – заверил он. – Но если Алекс нападет на меня, то я буду с ним драться. Насмерть. Поэтому у вас должен быть еще один сильвебр или аурум… На всякий случай.

Но мистресса снова покачала головой.

– Нет, Тим. Два дракона должны взойти на Мост. Иначе не получится Моста.

– Нельзя доверять лунатам! Они запросто пожертвовали Селестиной, чтобы сделать одного из своих, не лунастра, золотым драконом! Кроме того, Селестина, как никто другой, достойна взойти на Мост. И Тимур этого хотел, но теперь его… нет. Пусть сильвебром станет Селестина, его дочь. Для нее эта миссия гораздо важнее… И это было важно для ее отца.

Тим крепко сжал кулаки. Он вдруг понял, что Тимур навсегда ушел из его жизни, а он сам, как оказалось, успел сильно к нему привязаться, считал его настоящим отцом. И защита его дочери, Селестины, вдруг стала для Тима особенной задачей. Только так он мог отплатить Тимуру Святову за то, что он не отвернулся от него в трудную минуту, за то, что защитил, за то, что поверил в него…

Арракис вдруг шагнула к парню и осторожно взяла его за плечо.

Ее печальные глаза оказались очень близко – в них он явно различил тревогу. Но в чем была ее причина?

– Мы доверили тебе тайну Первого Дерева Ночи, Первый Секрет, – строго сказала она. – Впрочем, ты и сам тайна… Даже для нас. Именно поэтому выбор пал на тебя.

– А как же Селестина?..

– Мы выбрали тебя, Тим Князев, – жестко повторила Арракис, отпуская его. – Ты должен найти разгадку.

Тим хотел возразить, но вдруг ему в голову пришла интересная мысль.

– Тогда я считаю, что для разгадки этой тайны, – начал он и невольно лукаво усмехнулся. – Я считаю, что нужна Селестина. Вы должны взять ее к себе и обучить искусству «Восьми форм», чтобы она тоже стала драконом… Если вдруг захочет.

Арракис внимательно глянула на него – Тиму показалось, что в больших черных зрачках искрится смех.

– Эта хитрость тебе не поможет, Тим Князев. Мы уже выбрали тебя.

– Тогда хотя бы скажите ей, что это не я отнял ее судьбу. Что вы сами меня выбрали! И еще… я уверен, что в Селестине тоже кроется разгадка вашего секрета…

– Тебе нравится эта девушка? – внезапно спросила Арракис.

Вопрос застал Тима врасплох.

– Э-э, нет, – протянул он. – Разве что раньше… – Он запнулся и нахмурился. – Просто Йозеф готовил ее к этой миссии, а я, получается, спутал все ее планы. Я бы не хотел быть перед ней в долгу, – твердо завершил он.

– Йозеф – хитрый астр. – Темные глаза Арракис сверкнули льдом. – Буду с тобой откровенна, Тим, мы ему не доверяем.

– Но Селестина больше не имеет отношения к Йозефу! – почти выкрикнул парень. – Наоборот, теперь он ее враг. Наш враг.

– Мне следует посоветоваться с другими, – тихо и равнодушно, как эхо, отозвалась Арракис. – До утра мы примем решение.

Тим открыл глаза, огляделся и быстро встал. Неужели это был сон? Но нет, он чувствовал, что разговаривал с Арракис в реальности. Или его подсознание все же сыграло с ним злую шутку?

Валерьич давно бодрствовал.

– Ну и какие новости? – спросил он, протягивая парню кружку с горячим чаем. – Ты узнал что-то? Два часа лежишь с открытыми глазами. Я сначала испугался, а потом понял, что ты в трансе. Путешествуешь.

– Я был звездным ветром. – Тим с удовольствием сделал глоток чая – замерз. – Честно говоря, думал, что лечу над лесом.

– Мне кажется, что эта долина, которую так предусмотрительно оставил себе Тимур, непроста… И назвал-то как – Жемчужина. – Валерьич скептически поморщился. – Возможно, ее створки открываются, когда прилетают гости. Но те, кто внутри, наглухо закрыты в ее раковине. То есть выйти отсюда можно только через тернию… Ну а войти не всякому, как бы непрошеный гость ни старался. Так как, встречался с кем-то из Раннего Мира? Арракис?

Тим удивился, что тренер так быстро догадался о его встрече с мистрессой. Парень не стал отпираться:

– Надо ждать их решения. Но если они не согласятся, тогда… сами летим к Фамагусте. Пройдем через зубцы во что бы то ни стало.

Тим ожидал, что Валерьич снова примется спорить, но тот лишь осторожно кивнул.

– Хорошо. Мы проберемся в Ранний Мир, раз ты считаешь, что это важно.

Глава 2. Пленники Луны

Алекс ликовал. Целую неделю эйфория не покидала его, затопив все остальные чувства. Он даже не подозревал, насколько велика будет его слава – он стал аурумом, черным драконом лунатов! С ним хотели общаться, приглашали в самые влиятельные лунные дома, да и в ДУБе – Двуликом Университете в Болонье, каждый хотел пожать ему руку или перекинуться с ним хотя бы парой слов – от новичков до профессоров. Девчонки закидали его астронетский акк разноцветными планетками – в основном любовными признаниями, подкарауливали его на каждом шагу, а самые настырные по несколько часов ожидали у самых дверей квартиры. Пожалуй, думал Алекс не без удовольствия, он вдруг стал самым известным лунатом в этом мире!

В результате отец принял решение снова отправить сына в Яховск, чтобы увезти подальше от всей этой шумихи, ставшей чересчур назойливой, и Алекс, когда эйфория спала, чуть ли не впервые был рад такому повороту. Тем более что сейчас этот маленький городок превратился вдруг в основной центр по подготовке к великому Часу Затмения, до которого оставалось совсем немного. Даже Дмитрий Серебрянский все больше времени проводил здесь – то в своем доме, то в гостях у Волковых, и Алекс начал подозревать, что ложный отчим Селестины – действительно очень крутая шишка, но скрывает это еще тщательнее, чем раньше. Даже отец относился к нему с глубоким почтением, которое не выказывал практически никому из своего окружения.

В своей компании Алекс был заново принят как стопроцентный, безоговорочный лидер. Илья окончательно занял место второго человека в их тусовке, хотя его отец тоже был влиятельной персоной, а еще их лунный род считался очень древним. И даже близнецы, всегда державшиеся немного в стороне, теперь неотступно следовали за Волковым. Алекса радовала эта преданность: близнецы умели собирать энергию и щедро делились ею с тем, кто обещал вывести их умение на новый уровень, и в будущем, возможно, дать высокий статус в лунатском мире. А он, Алекс, черный дракон, аурум, надежда лунатов на новый, сверкающий мир, мог дать им многое.

Только одно омрачало его радость: во время обряда белый дракон унес Селестину. Князев опять вмешался в его планы и, Сатурн и небо, опять выжил! И поступил правильно, как настоящий рыцарь, как хороший мальчик – спас серебристоволосую лунную принцессу. Алекс не понимал почему – именно Селест отыскала Князева в ущелье Аар, иначе говоря, сдала его с потрохами. Он простил ей, так быстро? Тогда он еще больший дурак, чем Алекс думал.

И все же он знал, что далеко они не улетели – лунаты подготовились к возможному появлению сильвебра: как только белый дракон пронесся над обрывом, в него устремились сотни лунных дисков, болидов и комет. Алекс упивался своим новым мистическим статусом, а его противник пал где-то в лесах под горой, говорят, над озером, вместе со своей добычей. Правда, пока их не нашли, хотя и лес, и озеро прочесали вдоль и поперек. Отец был уверен, что они спрятались в какой-то двуликой долине, утаенной астрами от лунной земельной службы.

Ну а когда наступало утро и всеобщее ликование затихало, Алекс оставался наедине со своими мыслями. Его не мучила совесть, нет. Он был горд, что принял твердое, взвешенное решение, встал на сторону отца. И даже в те минуты, когда тень сомнения все же мелькала в его мыслях, он вспоминал, как Селестина безо всяких колебаний навела на него морок. Тимур Святов мог убить его тогда… И совесть отступала, стыдливо прячась в самых потаенных уголках его души.

Сегодня снова приехал Дмитрий Серебрянский, отчим Селестины. Они закрылись с отцом в кабинете и вот уже третий час вели долгий и, судя по всему, обстоятельный разговор. Алекс знал, что его позовут, а пока, мучаясь ожиданием, решил навестить пленников.

К его большому неудовольствию, астров держали на верхнем этаже, в мансардной части дома – много чести для веснушчатого друга и заносчивой подружки малыша Князева. Разве не проще было разместить их в подвале, как в прошлый раз? Там им самое место!

Хорошо, что отец не стал церемониться: по его просьбе мистрессы Медея и Монея навели морок на эту девчонку, Гемму Антарес, и она рассказала все, что знала о Князеве. А знала она, как оказалось, многое… Как только отец услышал про многогранник, с помощью которого Князеву стала доступна тонкая мистика – тот мог стать звездным ветром, уйти в тень и даже превратиться в дракона, когда пожелает, – он моментально вызвал Дмитрия Серебрянского, и теперь Алекс изнывал от любопытства, о чем же они там говорят.

Вначале Алекс решил зайти к Гемме, а уж потом к веснушчатому – их держали в разных комнатах.

Комнатка пленницы была крошечной и очень темной – небольшое окно, выходящее на улицу, было забрано мелкой решеткой.

Когда Алекс вошел, Гемма стояла возле окошка, словно пыталась рассмотреть хоть что-нибудь снаружи.

– Здравствуй, Гемма Антарес, – четко, по слогам и немного насмешливо отчеканил Алекс.

Девчонка едва повернула голову. Но ее лицо застыло от напряжения, щеки порозовели, а глаза уставились в одну точку. Переживает, смекнул Алекс. И правильно, столько разболтала про своего дружка – хватило нескольких капель лунной настойки. Но самого главного не сказала – где он сейчас скрывается. Алекс был уверен, что она если и не знает точно, то догадывается, кто помог Князеву сбежать. И он очень хотел это выяснить, потому как знал, что теперь, когда он стал аурумом, именно ему доверят ловить сильвебра. Только дракон почувствует дракона, да и у них эмоциональная связь – благодаря общей энергии из тайнэра. Возможно, именно это обсуждают сейчас Серебрянский с отцом.

– Ты же понимаешь, что до него все равно доберутся? – сказал он девушке. – Если ты поможешь мне, то я помогу тебе.

Гемма усмехнулась.

– Да кто тебе поверит, – презрительно произнесла она.

– У меня к тебе никаких претензий, – улыбнулся Алекс как можно дружелюбнее. – Если ты поможешь нам в поисках Князева, тебя отпустят домой. Ты ведь хочешь вернуться к своим?

– Кто же не хочет, – пробормотала Гемма.

– И зачем тебе у нас оставаться? – продолжил Алекс. – Ведь сейчас ты приманка – вдруг Князев захочет тебя спасти? Правда, что-то он не спешит. – Алекс фальшиво участливо цокнул языком.

Лицо девушки окаменело.

– Этот старикан, Йозеф, глава вашего дома – это же он все устроил? – неспешно продолжал Алекс. – Сначала подослал нам свою ученицу, а вас научил передавать энергию… Хотел, чтобы Князев, ты и этот конопатый прошли по Сожженному Пути.

Гемма кинула на него быстрый взгляд. Алекс весь подобрался – почувствовал, что нащупал что-то важное. Но девушка вновь отвернулась к окну.

– Ну и фантазер же ты, – глухо проговорила она.

Алекс понял, что надо менять тактику. Он подошел ближе, улыбнулся мягко, даже приветливо.

– Можешь не верить, но я лично не держал бы тебя здесь. Ты красивая девушка, спортивная, у тебя наверняка много друзей. Мне жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах…

Он улыбнулся своей фирменной улыбкой, от которой сразу же таяли все его знакомые девушки, но увы, на астру это не произвело ни малейшего впечатления.

– Не надо пытаться флиртовать со мной, – спокойно сказала Гемма. – Я видела, как ты поступил с Тимом. Видела, как ты дерешься. Как бьешь. Ты подонок.

Лицо Алекса исказила злобная гримаса – он разом прекратил притворяться. Ну ее к Сатурну, эту недалекую астру! Она недостойна с ним даже разговаривать!

И все же он сказал:

– Князев проиграет, глупая. Как только его поймают, ему конец. Ты же не маленькая, должна понимать, кто сильнее. Лунаты не дадут ему ни одного шанса. – Он никогда не пройдет по Сожженному Пути… Только ты этого, возможно, не увидишь, – завершил он со зловещей ухмылкой.

Но Гемма постаралась сохранить невозмутимость, хотя Алекс видел: в ее глазах вспыхнули тревожные огни, а худенькое личико еще больше заострилось.

Но она вдруг выпрямилась в струнку, словно готовилась к долгому прыжку.

– А может, это ты проиграешь? – с вызовом произнесла Гемма. – Может, это ты будешь тем, кто так и не взойдет на великий Звездный Мост? Или упадешь с него, ломая крылья… Кстати, я же не поздравила тебя, – ты ведь стал черным драконом? Правда, нечестным путем: вместо Селестины Святовой, использовав энергию из украденного у нее тайнэра.

– Откуда ты знаешь? – искренне поразился Алекс. – Кто тебе рассказал?

Девушка вдруг улыбнулась, на какой-то миг став очень симпатичной.

– Я тоже умею наводить морок, – бросила она с легким пренебрежением. – Один раз у меня получилось быстрее, чем у ваших дознавателей. Но больше сказал ты сам – тем, что пришел сюда… – Она вновь стала хмурой.

– И что же я сказал тебе, дура?

Гемма неодобрительно прищурилась, но пропустила оскорбление мимо ушей.

– Уверена, ты ясно осознаешь, что стал драконом случайно. Ты забрал чужую судьбу… Это не твое место, не твое предназначение, поэтому ты упадешь! Проиграешь! Клянусь, вот на это я бы посмотрела.

– Заткнись!!!

Раздался резкий и хлесткий звук. Гемма отпрянула, на какой-то миг вновь превратившись в испуганную девчонку.

На Алекса было страшно смотреть. Ярость настолько ослепила его, что он только через несколько секунд понял, что ударил девушку по лицу – ее левая щека вмиг стала пунцовой.

Ко второму пленнику Алекс ворвался как ураган, сметающий все на своем пути. – Даже дверь комнаты, – массивную, тяжелую, он толкнул так, что она гулко ударилась о стену и закачалась из стороны в сторону. Проклятая астра! Он был зол не столько на нее, сколько на себя – что-то он расслабился, потерял контроль… Эта девчонка Антарес нащупала его больное место – он и вправду тяготился своей новой ролью, несмотря на все те почести, которые ему выпали. Он действительно стал аурумом незаслуженно. Отнял предназначение у Селест. Да, ему приказали старшие, да, все это во имя славы и процветания лунного рода… И он с этой ролью справится куда лучше, чем она. Но ведь он мог убить ее, Селест… Скинуть со скалы, если она сама не спрыгнет, – ведь так приказали мистрессы. Конечно, он не хотел этого делать, но… но согласился!

Морж выглядел озадаченным. Он стоял возле окна, ухватившись левой рукой за подоконник, а правую сжав в кулак. Судя по всему, вид Алекса с белым лицом, застывшего, смотрящего в одну точку, серьезно беспокоил его.

Алекс почувствовал его напряжение, готовность к бою, и накатившее было оцепенение спало. К своему удивлению, он понял, что поостыл – злость прошла так же быстро, как и появилась, да еще некстати вспомнилось, что отец строго-настрого запретил бить пленников, иначе обещал серьезно наказать. К тому же в комнате веснушчатого оказалось очень холодно – из мансардного окна дуло нещадно, – и это, как ни странно, вернуло Алексу хорошее настроение.

– Не скучаешь у нас? – с ходу спросил он, брезгливо покосившись на остатки нехитрого обеда. – На небольшой тумбочке стояла тарелка густого, давно застывшего супа и рядом, в другой плошке, какое-то странное на вид сухое мясо, к которому, похоже, пленник едва притронулся. – А то я пришел поболтать по душам.

Морж подозрительно прищурился, но затем все же состроил миролюбивую мину.

На самом деле он даже обрадовался, завидев старого врага: как раз подумывал о том, как бы выпытать у самого Волкова, где сейчас Тим. И что случилось с остальными – Миком, Геммой… Он ничего не знал, лунаты ничего не сказали ему о друзьях и только раз за разом задавали странные вопросы, в основном о Тиме: чем увлекается, его привычки, успехи в спорте…

– Оглох, конопатый? – Резкий окрик Волкова вернул Моржа к действительности. – Может, дать тебе в ухо?

– Где Тим? – угрюмо спросил Морж. – Что вы с ним сделали?

Алекс усмехнулся. Ну уж нет! Не станет он рассказывать о неудачном завершении обряда – спасении Селестины и побеге Тима. Да и его лично интересует другое. Он будет задавать вопросы, а не этот астр.

– Ты ведь должен был идти в тройке, конопатый?

Морж смерил Алекса хмурым взглядом.

– И что?

– А то, что вас с подружкой отпустят, если вы обучите меня и Яну Серебрянскую астральной мистике.

– Луната нельзя обучить астральной мистике, – хмуро произнес Морж. – Так Гемма у вас?

– Я имею в виду, как отдавать и принимать энергию. – Алекс едва сдерживался, чтобы не ударить этого ехидного конопатого. И как это он ему проболтался о Гемме? Вас ведь этому уже обучили, я прав? – вновь спросил Алекс. – Вы же идете в тройке: Князев первый, ты за ним, а завершает ваша Антарес.

Лицо пленника стало непроницаемым.

Алекс усмехнулся. Да-да, астр, мы все знаем.

– Что-то холодновато у тебя… – протянул он. – На твоем месте я давно бы все рассказал да и отправился домой, греться. Заждались ведь в Доме Сияния?

– Ничего, я закаленный. Но спасибо, что беспокоишься.

– Беспокоюсь? – Алекс расплылся в улыбке. – Я спокоен, как Луна. Мне даже все равно, что ты ответишь. Просто выполняю просьбу отца.

– В таком случае, передай ему, что мы не изучали ничего нового. Мы просто должны были идти в связке за нашим драконом и…

– …поддерживать его энергетические силы.

Морж молчал целую минуту – очевидно, взвешивал каждое слово.

– Если понадобится, – наконец, сказал он. – Только не пойму, почему лунаты так этим интересуются? У вас же своя тройка: за Селестиной должен был идти ты и… Яна Серебрянская.

– Мы знаем, что вас накачали энергией под завязку – всех тех, кто был тогда в круге… – Алекс осекся, очевидно, вспомнив о конфузе с астральной проекцией над его головой.

Морж тоже вспомнил, но постарался сохранить серьезное лицо.

– Ну а теперь вы должны поделиться этой энергией с нами, – закончил Алекс, кляня себя за нервозность. Что-то он расклеился.

Морж вдруг понял, что, раз Йозеф не смог его вытащить до сих пор, в Дом Сияния он вернется не скоро, ой не скоро… Но он не показал виду, что испугался. Нет. Только не перед этим козлом Волковым.

– А если не поделимся? – усмехнулся он. – Если я не захочу? Или просто не знаю, как?

Алекс потер ладони одну о другую. Этот астр точно закаленный, раз не ощущает, какой жуткий холод в комнате.

– Тогда мы заберем всю твою энергию силой, – невозмутимо ответил он. – Вместе с жизнью.

Морж перестал улыбаться. На него накатила злость. Ах, с каким удовольствием он сломал бы шею этому придурку! Послушал бы, как хрустят его ребра…

– А где же твоя подружка Селестина? – вдруг спросил он, холодно сощурившись. – Она что, еще не поделилась с тобой своей энергией? Вернее, ты с ней, она ведь уже стала черным драконом, аурумом? Настоящая луната, – презрительно завершил он.

Некоторое время длилось молчание. Лицо Алекса застыло – он не сумел скрыть ярость и… боль? Морж недоуменно прищурился, наблюдая, как стремительно бледнеет лицо врага, – и сердце вдруг заколотилось в неясной тревоге.

– Не твое дело, – сухо произнес Алекс, повернулся и вышел за дверь.

В конце концов, он должен был всего лишь передать послание отца: если эти астры не поделятся энергией добровольно, то ее возьмут силой.

Возле кабинета отца Алекса поджидал сюрприз: Дмитрий Серебрянский с сыном Никитой. При виде Алекса оба прищурились, как по команде, но первый с интересом, а второй – настороженно.

– А вот и наш герой! – поприветствовал Алекса Дмитрий Теодорович. – Наш черный дракон, надежда лунного мира… Как там поживают астры?

– Так себе, – ответил Алекс. – Неразговорчивы.

– Жаль. Надо бы поторопить их, иначе скоро замолчат навсегда, – скупо усмехнувшись, пообещал Серебрянский. – Признаться, я уже теряю к ним интерес… Мистрессы предложили занятную схему по передаче астральной энергии, кое-что я уже одобрил… Отец все тебе расскажет. А пока хочу предложить тебе в компаньоны своего сына.

Алекс недоуменно воззрился на Никиту. Тот лишь втянул голову в плечи.

– Он будет жить с тобой рядом, – продолжил Дмитрий Теодорович. – И через него ты будешь передавать мне все свои просьбы. А мы теперь, видит Луна, часто будем с тобой общаться.

– Хорошо, – процедил Алекс. Он понимал, что это прямой приказ и его ответ – положительный или отрицательный – абсолютно неважен.

– Ну вот и отлично. Никита, иди собирайся. Сегодня же переезжаешь к Волковым.

Серебрянские давно ушли, а Алекс никак не мог заставить себя постучаться. Но все решилось само собой: отец сам к нему вышел. Внимательно окинул взглядом хмурого сына и все понял.

– Сын Дмитрия будет тебя охранять, – пояснил он. – У них есть особая семейная связь… Если вдруг на тебя снова нападут, то вмешается сам Дмитрий Серебрянский.

– Я не хочу, чтобы этот придурок повсюду таскался за мной! – вдруг взорвался Алекс. – Да еще жил в моей комнате! И какая может быть от него охрана?!

– Никита – сын Серебрянского. – В голосе отца зазвенел лед. – Будь добр, выбирай выражения, когда говоришь о семье этого человека.

Алекс тяжело дышал. Обида вдруг накатила на него, тяжело и неожиданно, подобно мощной волне во время шторма, да так и накрыла с головой. Он вдруг ясно осознал: отец не на его стороне. Он подчиняется Серебрянскому, а также высшему руководству – той самой загадочной Сверхновой. Но дела сына, его желания, стремления, интересы для него не в приоритете.

Интересно, вдруг подумал Алекс, и эта мысль окончательно испортила ему настроение, – интересно, если бы Серебрянский отдал приказ столкнуть со скалы его, Алекса, отец согласился бы?

Волков-старший что-то говорил о серии энергетических обрядов, которые нужно будет провести, что-то об астрах и лунастрах, о великой мощи аурума… Но Алекс все думал и думал о своем.

Нет, он не задаст отцу этот вопрос.

Пока.

Глава 3. Гости Фамагусты

В Жемчужине, крошечной долине Святовых, было тихо, спокойно и скучно. Тим места себе не находил – трудно было жить в доме, где все напоминало о Тимуре, даже сама Селестина, поэтому большую часть времени он проводил на крыше, созерцая рощицу поблизости, или ходил к границе двуликой долины, где когда-то светилось опасное «северное сияние». Теперь он мог спокойно пройти рощу за домом и… оказаться вновь перед домом. Некоторое время Тим ломал голову над этим парадоксом, пытался улизнуть из «ловушки»: подкидывал многогранник, становился звездным ветром или просто совершал астральные прыжки. Когда же он исполнил «Восемь форм» и превратился в сильвебра, чтобы вырваться из долины через звездное небо, Валерьич посоветовал не заниматься ерундой: физические законы изменить невозможно, а долина специально закольцована астроразведчиками, вернее, самим Тимуром, и если так хочется отправиться на прогулку, то лучше воспользоваться тернией, как и все.

А вот Селестина, как ни странно, повеселела. Где-то на чердаке она раздобыла два меча астара, которые отец специально тут припрятал, и иногда фехтовала с Валерьичем. Тренер и сам не прочь был поразмяться.

А вот Тим намеренно игнорировал девушку, и та, хоть и понимала почему, тоже надела непроницаемую маску безразличия. В конце концов, это же она сама сознательно начала его отталкивать гораздо раньше, чем Тим стал учеником ее отца! Но признаться ему, что он всегда был ей симпатичен, что именно поэтому она решила отдалиться от него, чтобы оградить от неприятностей, которые все равно, все равно последовали, – это было слишком. И вообще все это теперь казалось глупым и надуманным.

Валерьич делал аккуратные вылазки в «реальный мир» и вскоре разведал, что лунаты перенесли свой основной центр по подготовке к Часу Затмения в Яховск, а друзья Тима – Морж и Гемма – у Волковых.

Узнав об этом, Тим тут же решил лететь на выручку. Но Валерьич мигом охладил его пыл:

– Лунаты только этого и ждут, парень. К тому же Вениамина и Гемму держат в доме Волковых в отдельных комнатах. Ну и Йозеф делает все для их спасения – во всяком случае, так считают в Доме Сияния.

Тим и слушать ничего не хотел.

– Я должен помочь! Тимур научил меня сражаться, видеть как астр, прыгать по крышам быстро, ловко и бесшумно. А ранние научили незримо перемещаться в пространстве. Я смогу быть незаметным!

– Нет, – серьезно возразил Валерьич. – Извини, но я принял на себя ответственность за твою жизнь. Все они – и лунаты, и Йозеф – только и ждут, чтобы ты обнаружил себя, Тим.

– Я уверена в этом, – поддержала тренера Селестина. – Тебе надо остаться.

Но парень не удостоил девушку даже взглядом.

– Из-за твоей горячности, Тим, могут пострадать люди, много людей. Во имя других ты должен быть осторожен.

– Угу.

Тим был расстроен и не собирался этого скрывать.

– Я постараюсь выйти на Йозефа, – пообещал тренер. – Поговорю со старыми друзьями из астральной разведки, узнаю, кто мог бы нам помочь. Попытаюсь выяснить, что задумали лунаты и как нам спасти ребят… До Часа Затмения осталось мало времени. Но сейчас, ради твоей безопасности, ради нашего общего дела, ты должен быть здесь.

– Здесь?! – взвыл Тим.

– Здесь, – опять поддержала несносная Селестина. – А к лунатам пойду я.

Тим не выдержал и, нарушив собственное обещание даже не смотреть на Селестину, во все глаза на нее уставился. Валерьич скривился и глубоко и протяжно вздохнул – очевидно, готовясь увещевать еще одного подростка.

– У меня с ними свои счеты! – Селестина вздернула подбородок. – И я не дракон, правильно? Поэтому для них не так ценна.

– Ты лунастра, – напомнил Валерьич. – Они все равно поймают тебя и вытянут всю твою энергию – серебряную и золотую. Александр Волков стал драконом, но он воспользовался твоей и Тимовой энергией. А чтобы пройти по Мосту, ему понадобится очень много силы. Ее будут выкачивать из всех, до кого дотянутся…

Тим замер, словно каменное изваяние. А потом медленно повернулся к тренеру. В его глазах застыл немой вопрос.

– Да, Тим, ребята в серьезной опасности, – вздохнул Валерьич. – Не хотел тебе про это говорить, чтобы ты не кинулся им на помощь и не наломал дров…

Через полчаса уговоров Тим сдался, но надулся и ушел на веранду, бросив напоследок: «Оставьте меня в покое!»

Валерьич договорился с Селестиной, что она за ним присмотрит.

– Не беспокойтесь, – кивнула девушка. Она закусила губу, явно не решаясь что-то сказать. Валерьич терпеливо ждал. – Узнайте про отца, – попросила она, бледнея. – Правда ли… А вдруг… – Она умолкла.

Крыль коротко кивнул.

– Конечно.

Едва Валерьич ушел, Тим подорвался с места и принялся ловко заталкивать свои вещи в рюкзак. Он не зря сидел в одиночестве и придумал, как действовать.

Но когда он уже застегивал молнию, его схватила за плечо Селестина.

– Убегаешь?

– И что? – Тим отстранился и сбросил ее руку. – Не волнуйся, я вернусь.

– Даже записки не напишешь своему тренеру? – прищурилась девушка. – И не вернешься, не обманывай. Ты ведь даже не знаешь рисунка тернии.

Тим пренебрежительно фыркнул.

– Вообще-то я запомнил его во всех деталях. На всякий случай.

– Я все равно пойду с тобой, куда бы ты ни отправился.

– Извини, но нет. Я тебе больше не доверяю.

Селестина состроила раздраженную гримасу. Но вид у нее был решительный – сразу ясно: она не отступит. У Тима даже мелькнула мысль, не навести ли на нее морок, но по ее настороженному взгляду он понял, что девушка готова и к такому повороту событий.

– Пока, – бросил Тим, вышел за дверь и быстро спустился по лестнице во двор. И лишь тогда вспомнил про куртку.

Оказалось, он забыл ее на веранде, в самом дальнем углу. Мелькнула мысль, что можно просто перепрыгнуть через перила, чтобы не возвращаться. Но тут Селестина первой заскочила на веранду. Тим запоздало метнулся следом, но девушка уже преграждала ему путь, и у нее в правой руке тускло блестел астар.

Тим мрачно хмыкнул.

– Этим оружием не остановить человека.

– Посмотрим.

Селестина провернула астаром восьмерку, затем перекинула меч в левую руку, лихо крутанув его вокруг себя.

Тим невольно усмехнулся – он понял, что, несмотря на грациозность движений, Селестина давно не упражнялась. А вот он в последнее время тренировался много.

Тим кинулся вправо – туда, где в углу веранды стояла подставка, на которой лежал еще один астар.

– Боишься, что ли? – поддела Селестина.

– С чего бы мне бояться? – Тим взял меч. Он помнил эту рукоять – астар Тимура…

– Ну-ну, меч учителя, – съехидничала Селестина. – Может, взял бы оружие попроще? Где-то валяются деревянные палки для тренировок.

– Ты просто тянешь время, – бросил Тим. Его вдруг тоже охватил азарт. Почему бы и не размяться немного?

Вначале оба наносили удары осторожно. Но в какой-то момент Селестина ударила резче – лезвие просвистело в сантиметре от левого плеча Тима, и если бы он не успел отклониться…

Парень сузил глаза: ах вот ты как, лунная принцесса?!

Удары следовали один за другим; дрались молча, лишь звенели, схлестываясь, гибкие лезвия астаров. Но вот Тиму удалось сделать ловкий проворот, нырнуть противнице под руку и сильно толкнуть в спину – Селестина не удержала равновесие и упала, позорно распластавшись на земле. Тим воспользовался этим и, придавив коленом ей спину, отбросил ее меч в сторону. А свой приставил к затылку девушки.

– И что, убьешь меня? – глухо спросила она, повернув голову набок.

В ее глазах он с удивлением прочитал спокойствие. Абсолютное. Никакого страха. «Эту девушку непросто испугать», – подумал он, и от этой мысли почему-то стало грустно. Тим вдруг понял, что Селестина много пережила: месть лунатов, гибель отца… И, возможно, стала по-настоящему равнодушной. Равнодушной ко всему… даже к собственной жизни.

– Размечталась.

Тим поднялся.

– Ты хорошо владеешь астаром, – заметила Селестина, вставая. Она снова улыбалась, а глаза хитро поблескивали. – Отец времени зря не терял. Правда, я сейчас просто не в форме… Но, знаешь, удивительно, как это ты так быстро научился, прямо не верится. – Селестине явно тяжело дался проигрыш.

– Ты просто меня недооцениваешь. По-прежнему. – Тим послал ей долгий взгляд и закинул рюкзак на спину. Но астар из рук не выпустил – на всякий случай.

– Это ты меня недооцениваешь. Может, все-таки поделишься планами по старой дружбе?

Тим прикинул варианты. Оставлять ее здесь – глупо. Ясно же, что Селестина не будет сидеть сложа руки.

– Ладно, я собираюсь в Ранний Мир. Хочу поговорить с ними… и о тебе тоже.

– Отлично. – Селестина если и была удивлена, то не подала виду. – Тогда мне тем более стоит пойти с тобой.

Тим размышлял всего секунду. Да, в тот раз ворота их не пропустили. Возможно, не пустят и теперь. С другой стороны, он ничем не рискует, если попробует прийти с ней снова.

– Ладно, поступим так, – холодно объявил он. – Я придумал один способ. Но если ничего не удастся, ты останешься здесь и тогда я пойду сам.

– Как скажешь.

Тим вытащил из рюкзака Дерево-ключ, обхватил его двумя руками.

«Мне нужно поговорить с Арракис, – произнес он мысленно. – Дело касается Первого Секрета».

Прошла минута, другая, но ничего не произошло. Тим сосредоточился, как мог, и так сильно сжал артефакт ранних, что даже костяшки заныли.

Внезапно Селестина фыркнула.

Тим недовольно открыл глаза. Девушка вовсю улыбалась.

– Ты не сможешь выбраться из пространства Жемчужины, – сообщила она. – Думаешь, почему мы с отцом так назвали эту долину? Она как ракушка. В ней мы спрятаны ото всех. Надо выйти за ее пределы.

– Тогда рисуй тернию, – проворчал задетый за живое Тим.

– Вот это другое дело, – вновь усмехнулась Селестина. – Видишь, я могу быть и полезной. При всех твоих выдающихся талантах ты еще мало знаешь о двуликом мире, – сказала она неожиданно серьезно. – И, между прочим, мы можем стать хорошей командой, если захотим.

Тиму было приятно, что Селестина отметила его «выдающиеся таланты» и что наконец-то принимает его как равного. Или делает вид. Но он ничего не ответил. Только пожал плечами и небрежно махнул рукой – мол, рисуй давай.

Селестина кивнула, раскрыла свой рюкзачок, долго шарила рукой внутри.

– У меня нет лунного песка, – наконец растерянно произнесла она. – Но он не мог пропасть! Похоже, твой тренер просто забрал его…

– Чтобы мы не убежали! – выдохнул Тим. – Вот же!..

Разозленный, он не договорил и рывком перепрыгнул через перила.

Почему-то он так и не выпустил астар из рук, но именно это обстоятельство спасло ему жизнь. Потому что уже в следующий миг он чуть не напоролся на белого карлика. Молниеносная реакция, выработанная на тренировках с Тимуром, не подвела – парень ударил наотмашь, располовинив сияющее газовое облако.

Но за первым гостем полезло сразу трое – этих они прикончили вдвоем с Селестиной.

– Белые карлики! – в ужасе прошептала девушка. – Но как это возможно?! Как они попали в долину?

– Надо пробираться к тернии, – быстро произнес Тим.

Это была короткая, но самая ужасная дорога в его жизни. Тим рубил направо и налево, только и слышался тревожный звон меча. Но хуже всего было то, что за его плечом шла Селестина. Никогда он не переживал так, как сейчас; одно неловкое движение – и все, она может погибнуть, уйти навсегда.

Он вдруг понял, что по-прежнему волнуется за нее, несмотря ни на что. Во всяком случае, она ему небезразлична.

– Тим!!!

Селестина оттолкнула парня, спасая от белого карлика, и одновременно рубанула астаром, разорвав сияющий контур. Тим справился еще с двумя, но враги прибывали – среди деревьев все стелился и стелился белый туман, прошитый мерцающими нитями.

Селестина посмотрела туда и шумно вздохнула, Тим выругался. На какой-то миг глаза их встретились – Тим видел, что девушка, как и он, будет драться до последнего. И вдруг принял решение – так быстро, как никогда в жизни.

– Хватайся за меня! – прорычал Тим, скидывая рюкзак на землю и ловко извлекая из него Дерево-ключ.

«Мне грозит опасность! – послал он мысленный вызов. – Пропустите!»

В этот раз все получилось мгновенно: многогранник наверху Дерево-ключа вспыхнул ярким серебристым светом, и это волшебное сияние накрыло с головой обоих и закружило, словно в танце. Перед Тимом мелькнуло напряженное лицо Селестины, он слышал рядом ее дыхание, чувствовал, как крепко она держится за его плечи, пространство вокруг них вдруг рассыпалось на мелкие-мелкие кусочки мозаики, которая уже в следующую секунду вновь стала чем-то целым.

Селестина ахнула: над пропастью между высокими и острыми скалами пролегал узкий мост, собранный из кристаллов молочно-белого цвета. Тим знал, что этот мост ведет в Мерцающий сад, где он постигал «Восемь форм» – науку превращения в лунастрального дракона. Да, они очутились на той самой каменной террасе с балюстрадой. И Тим чувствовал: если обернется, вновь увидит людей-звезд – и не ошибся.

Как он и предполагал, появление Селестины вызвало живейший интерес: люди-звезды зашумели, переговариваясь между собой, то и дело слышались одобрительные восклицания. Все улыбались, разве что суровый Арктур выглядел таким же хмурым, как обычно. А вот мистресса Капелла даже привстала со своего кресла и подалась вперед, чтобы получше разглядеть девушку.

– Меня зовут Селестина Святова, – представилась та, невольно робея от такого повышенного внимания. – Я…

– Ты – черноголовая, – перебила ее невысокая старушка мистресса Исида. – И теперь ты дома!

И тогда люди-звезды стали подниматься со своих мест – каждый подходил к Селестине и, приложив правую руку к сердцу, отвешивал гостье почтительный поклон.

Ошарашенная девушка старательно отвечала тем же, как когда-то и Тим.

Только Арракис не принимала участия в радостной встрече, но с большим вниманием наблюдала за происходящим.

Когда все поприветствовали Селестину, Арракис встала и проговорила:

– Вам угрожала серьезная опасность. Лишь поэтому вы здесь… Но скоро вам придется уйти.

– Выслушайте меня, пожалуйста! – взмолился Тим. – У Селестины столько же прав быть здесь, сколько и у меня, даже больше! Да вы и сами это прекрасно понимаете… Расскажи о своем родовом сне, – внезапно попросил он.

Селестина обвела всех мистров и мистресс цепким, внимательным взглядом, подолгу задерживаясь на лице каждого из них. В конце концов, почему она должна делиться с ними своей тайной?

Но Тим ободряюще кивнул ей, и она решилась.

Вначале сбивчиво, но с каждым словом обретая все большую уверенность, Селестина рассказала о двенадцати сестрах, рожденных в разных мирах и временах. О том, как они кружат вокруг нее, как пытаются зарезать кинжалами.

Ее рассказ произвел хорошее впечатление.

– Настоящая черноголовая! – воскликнул Форамен, воздев руки к небу. – Хвала Вселенной!

– Двенадцать сестер, рожденных в разных мирах и временах, – нараспев повторила Исида. – Это знак, определенно знак!

– А я предупреждала – нам следовало дождаться Селестину! – высказалась и рыжеволосая Капелла и поглядела на Тима с откровенной неприязнью.

Но парень не отвел глаза.

– Так обучите ее «Восьми формам», – упрямо сказал он.

– Мы уже доверили секрет одному из вашего мира, – покачал головой Арктур. – Тебе, Тим Князев. Нельзя переиграть этот ход заново. Таковы правила.

– Но вы же хотели черноголового, – не отступался Тим, – а я – белоголовый.

Арктур не стал спорить:

– Да, хотели. Селестина – последняя из черноголовых, кто принадлежит настоящему. Все мы, даже Дизастр, принадлежим Раннему Миру. Прошлому.

Тим замер. Некоторое время он медлил, но любопытство победило.

– Так вы – это прошлое? Вы уже, гм… исчезли? Вас нет в настоящем?

Арктур снисходительно улыбнулся. И эта улыбка, на его лице, расписанном тайновязью, выглядела печальной.

– Нас нет в твоем настоящем, Тим Князев. Для нас твое время – это будущее. Поэтому вы, дети будущего, и должны решить судьбу своего мира сами.

– Тогда я откажусь, – произнес он. – У меня уже есть своя задача – разгадать тайну, которую вы мне доверили. А Селестина пусть откроет Астралис.

Селестина вздрогнула и во все глаза уставилась на Тима.

Арктур же недовольно глянул на Арракис – мол, я предупреждал.

Мистресса вышла вперед. Ее лицо, густо покрытое тонкими узорами тайновязи, казалось непроницаемым – ни одной эмоции не отразилось на нем.

– Селестина – ученица Йозефа, она принадлежит его роду, – начала Арракис. – Девушка молода и, надеюсь, неопытна в интригах, в отличие от своего деда… Давайте обсудим, можно ли ей дать шанс… испытать себя.

Наступила тишина.

Неожиданно поднялся Муфрид. У него во лбу ярко сверкнул месяц, озарив седые волосы старика мистическим серебристым сиянием.

– Даже звезды не знают, чего хочет Вселенная. Мне нравится предложение Арракис – пусть девочка докажет, что достойна быть наследницей клана черноголовых. Пусть испытает себя на Многоликих озерах.

И все звезды согласились. Даже старушка Исида не стала возражать.

После этого собрание посчитали оконченным: люди-звезды исчезали в своих креслах один за другим, рассеиваясь бело-синей мерцающей пылью.

Остался только Алькор. Он подошел к Селестине и произнес:

– Сестры недовольны твоими действиями, поэтому нападают на тебя во сне. Ты должна найти верное решение… пока еще не поздно.

С этими словами он тоже исчез, но пришла девушка в белом одеянии, ненамного старше Селестины и Тима – наверное, ученица кого-то из звезд. Поклонившись, она попросила ребят подождать на террасе: скоро явится их старый знакомый Матрикс и отведет на прогулку в Мерцающий сад.

Вначале они просто стояли рядом, облокотившись на перила балюстрады, разглядывая лестницы и павильоны дворцов на скалах. Тим размышлял, как бы пробраться в Дом Сияния, не задействовать ли все-таки многогранник? Селестина находилась во власти пережитого, по всему было видно, что встреча с ранними произвела на нее огромное впечатление.

Внезапно она повернулась к Тиму.

– Если ты думаешь, будто я признательна тебе за такое великодушие, то ошибаешься.

Тим смотрел вдаль, на серебристые деревья, избегая взгляда фиалковых глаз – боялся поддаться их магическому влиянию. Сейчас он был спокоен и уверен в себе, знал, что поступает правильно. Ради Тимура.

Но Селестина не отставала.

– Я не приму твоей жертвы, – сказала она с иронией. – Ранние начали обучать тебя, значит, ты и есть тот дракон, который откроет путь в Астралис… К тому же для меня все это теперь совсем неважно.

Тим не выдержал и скосил глаза на девушку. Та выглядела хмуро и решительно.

– Неважно? А что для тебя важно?

Он думал, что Селестина не ответит, но она сказала:

– Отца больше нет. Все остальное потеряло для меня смысл.

Она круто развернулась и отошла к дальнему концу террасы, и там застыла, словно каменное изваяние.

Тим больше не проронил ни слова. Даже когда пришел Матрикс и повел их в Мерцающий сад. Так они и шагали по белому мосту все трое, молча, а Тим все думал, что теперь, после гибели Тимура Святова, для него тоже все потеряло смысл…

Неожиданно Тим подумал о родителях. Кто они, его настоящие родители? Где они, живы ли?.. Возможно ли, что находятся в этом мире, раз он сам – Упавшая Звезда, один из тех, кого перенесли по реке Времени? Впрочем, даже это может оказаться неправдой…

– Матрикс… – окликнул Тим, как только они сошли с моста. Маленький тренер обернулся.

– Да?

– Скажи, пожалуйста, пока я здесь, могу ли я узнать хоть что-нибудь о своих родных? О маме, например… Ведь она из Раннего Мира, да? Может, она тоже… звезда?

Некоторое время Матрикс смотрел на него безо всяких эмоций, словно даже не слышал, о чем спросил Тим.

– Ты знаешь, почему мне нравится проводить тренировки в Мерцающем саду? Это место уединения и тишины – особой, наполненной таинственными шорохами, шелестом серебристых ветвей, звездным светом и собственными мыслями. Когда мне нужно принять сложное решение, я прихожу сюда и мне все становится ясно. Приходи и ты, лучше всего один.

Матрикс дружески похлопал парня по плечу и обратился с каким-то вопросом к Селестине. А Тим застыл обескураженный. Что это сейчас было? Он спросил тренера о самом важном, об очень личном, а тот его в сад послал?!

Они долго гуляли среди деревьев, завороженные красотой этого волшебного места, и даже лицо Селест немного смягчилось, хмурость исчезла, фиалковые глаза вновь засияли.

Когда они шли назад по мосту из молочно-белых стеклянных кирпичиков, Тим видел, что Селестина идет нарочито медленно, словно надеется, что он ее догонит.

Но Тим не стал этого делать. Чем скорее он забудет девушку с фиалковыми глазами, тем лучше. Возможно, вскоре она найдет свое предназначение. Может, все-таки станет новым драконом, посланником Раннего Мира, сильвебром черноголовых, а он займется тайной Дерево-ключа. И своей тайной тоже.

Селестина очень хотела поговорить с Тимом, чтобы убедить его остаться драконом черноголовых. Здесь, где шелестели серебристые листья и покачивались на ветках алых плоды, похожие на гранаты, где словно из ниоткуда доносился протяжный хрустальный звон, она вдруг ясно почувствовала, что это не ее судьба.

Но вскоре Селестина заметила, что парень специально не ускоряет шаг, – очевидно, не хочет говорить с ней. Это неприятно поразило ее, где-то внутри забормотало уязвленное самолюбие, но Селестина сделала над собой усилие и честно призналась себе, что сама виновата – парень неспроста так к ней относится. Похоже, после того, как ранние примут решение, их с Тимом пути разойдутся…

Глава 4. Маска

Тим вернулся в Мерцающий сад. Он не ожидал здесь никого увидеть. Думал пройтись в одиночестве по узкой тропе под мелодию серебристых листьев, прислушаться к голосу своего сердца, – ведь именно об этом же говорил Матрикс.

Но возле старого дерева, похожего на серебристую оливу с густой поникшей кроной, он увидел незнакомку в развевающихся одеждах. Лицо ее скрывала серебряная маска. Тим пригляделся и не поверил своим глазам. Казалось, ее одежда соткана из самой ночи: на синей и изумрудно-зеленой ткани ярко блестели звезды, складываясь в россыпь созвездий… Или это просто сама ткань расшита зеркальными осколками?

Незнакомка в маске приложила палец к серебряным губам и знаком велела следовать за собой. Они долго шли по тропе среди серебряных Деревьев Ночи, и Тим вдруг заметил, что все они разные: вот яблони, а вот оливы, ели, а здесь мандариновые деревья и даже дуб с ярко-красными желудями. Словно в саду были собраны ценные породы с разных уголков мира, только листья у всех были серебряные. Тиму вдруг почудилось, что все эти деревья – живые; что они дышат, провожают его безглазыми взглядами, шепчутся за его спиной…

Незнакомка в маске вела его в самую заросшую часть Мерцающего сада, тропа все сужалась, пока совсем не пропала, и Тим пошел по пружинистому серо-жемчужному мху, тускло поблескивающему в полумраке. Парень вдруг понял, откуда берется призрачное сияние, озаряющее все в этом мире, – это серебристые листья деревьев отражают звездный свет. Здесь все сияло, переливалось, серебрилось, скользило и мерцало, словно в странном сне…

Неожиданно Тим увидел, что впереди пропасть метров в пятьдесят. Никакого моста через нее не было, но тропа продолжалась на другой стороне. Незнакомка даже не замедлила движения: шла вперед, будто не замечая опасности.

«Стойте!» – хотел крикнуть Тим, но она лишь взмахнула широким рукавом и – о чудо! – узкая сияющая тропа протянулась через пропасть. Женщина в маске пошла по ней, и парню ничего не оставалось, как отправиться следом.

Вскоре они вышли на небольшой выступ, откуда был виден весь «город звезд», как окрестил для себя Фамагусту Тим. Вид завораживал, и он вдруг осознал, что они забрались очень высоко. Тим хотел спросить, куда же они пришли, как вдруг обнаружил, что незнакомки и след простыл – он остался здесь совсем один.

Внезапно уступ начал меняться: каменная площадка резко увеличилась в ширину, по краю выросли белоснежные перила, зажглись фонари на возникших неизвестно откуда резных столбиках. Появились белые кресла с высокими спинками, будто сделанные изо льда, показались нечеткие, размытые силуэты людей.

– Попрошу вас сохранять спокойствие, – раздался голос Арракис.

– Уважаемые мистры и мистрессы, соблюдайте тишину, – громогласно объявил Арктур.

Да это же люди-звезды! Только неясно, кто и где, – Тим видел все собрание словно через мутное стекло.

Сердце парня испуганно забилось – он снова оказался перед всеми, как и в первый раз. Но вскоре Тим понял, что люди-звезды не замечают его. Он глянул на себя и – не увидел своего тела.

«Что за ерунда?» – ужаснулся он. Что с ним сделала незнакомка в серебряной маске? И зачем?

Усилием воли Тим подавил страх и прислушался.

– Правильно ли мы поступили, доверив нашу единственную тайну этому мальчишке? – спросил кто-то слева. Явно Алькор – его выдавали резкие, надменные нотки в голосе.

Очевидно, таинственная женщина в маске хотела, чтобы Тим узнал, что говорят о нем звезды – другой веской причины он не видел. Поэтому старательно навострил уши.

– Мы уже приняли решение, – ответил Алькору спокойный голос Арракис.

– Но ведь мы можем еще раз обсудить его, – громко заметила Исида. Ее визгливые интонации Тим узнал без труда. – И отменить.

– Отменить? Как?

– Мы должны были обучить Селестину! – вмешалась Капелла. – Она черноголовая, наследница нашего клана. А я говорила, что не стоит торопиться!

– Мы можем забрать ключ у парня, – вмешался Алькор. – В конце концов, от раскрытия этой тайны зависит будущее нашего мира!

Тим неприязненно посмотрел в его сторону – ну и заносчивый тип!

– Хочу напомнить уважаемому звездному собранию, – тихо произнесла Арракис, – что мы зашифровали это послание для самих себя. Вы же знаете историю: звездная и лунная энергия объединились и создали двуликий мир, которому не место на солнечной планете. Астры и лунаты – люди Ночи, у них должен быть собственный уголок во Вселенной. Вот поэтому и нужен Астралис – новый мир для двуликих, иначе у них, а значит, и у нас с вами, не будет будущего. Во время Часа Затмения произойдет неминуемое: сильнейшая вспышка на Солнце поглотит всю нашу энергию – астральную и лунную, и у двуликих погаснут их нити. Другого шанса не будет… Вот почему драконы должны вновь исполнить свой танец, и тогда откроется Сожженный Путь, великий Via Combusta. Тим Князев – единственный наследник белоголовых. Уже одно это делает его особенным.

– Еще бы, – вдруг усмехнулась старушка Исида. – Гораздо легче пожертвовать последним из рода врага, чем последней из собственного рода.

– Ты осуждаешь нас, мудрая Исида? – удивился Арктур.

– Осуждаю? Никогда. – Исида покачала седой головой с идеальной, украшенной жемчужинами прической. – Наоборот, я всегда была за этот выбор. Возможно, тайна, которую мы доверили Тиму Князеву, окажется столь великой и разрушающей, что погубит его самого. Но мир будет спасен.

– Мальчишке выпала великая честь, – саркастически заметила Капелла. – Он искупит вину своих предков.

– Дети не должны отвечать за поступки родителей, а нынешнее поколение – за промахи предыдущего, – возразила Арракис. – Мы не имеем права так думать, если хотим помочь людям обрести Астралис, вернуть утраченное будущее.

Люди-звезды загомонили, перебивая друг друга.

Внезапно мир вокруг прояснился, стал ярче, обрел четкость, и Тим смог различить лица собравшихся на террасе.

Поднялся мужчина – невероятно высокий, прямой, как меч, в темно-синем одеянии с россыпью белых бусин на манжетах и полах. У него было молодое суровое лицо и длинные, выбеленные сединой волосы, заплетенные в косу.

– С гибелью последнего белоголового падет и весь их проклятый клан! – вдруг выкрикнул он, и тут же все голоса стихли. – Кто жалеет мальчишку, пусть вспомнит о Ночи Сияния, когда погибли почти все наши сыновья и дочери!

– Форамен… – начал было Арктур, но замолк под суровым взглядом мистра.

– Клянусь памятью о той битве, памятью о погибших в Ночь Сияния, мы не имеем права на ошибку, не имеем права на жалость. Во имя великой цели гибель одного ради спасения мира, ради спасения будущего – ничто!

Его голос неожиданно затих, погасли огни на перилах, исчезли кресла изо льда – Тим вновь очутился на каменном плато.

Тим поднял голову и увидел Луну, появившуюся на небе. Опустил взгляд и замер: перед ним на камне протянулась его собственная тень. Ему вдруг показалось, что за эти несколько минут он постарел на много лет. Люди-звезды, которым он только начал доверять, на самом деле хотели его использовать… Но больше всего задевало их равнодушие – они легко готовы были пожертвовать Тимом, им нужно было только одно – чтобы он разгадал их великую тайну!

И он протяжно взревел, словно раненый зверь, и плавно взмахнул руками, начиная первую форму из восьми.

Через некоторое время белый дракон взмыл в небеса и полетел над ранним городом по направлению к зубцам, подальше от этого мира.

Селестина злилась – Тим оставил ее у ранних, а сам таинственно исчез. Люди-звезды отнеслись к этому спокойно – хранитель Первого Секрета знает, что делает, говорили они. Матрикс тоже не выказал особого беспокойства. Но сам вдруг предложил Селестине остаться здесь, в Раннем Мире.

– Я мог бы и дальше обучать тебя мистике, – сказал он. – Ты не стала черным драконом, но твои силы никуда не делись.

Но Селестина только покачала головой. Несмотря ни на что, у нее была своя тайная цель – разгадать секрет двенадцати сестер, являющихся ей во сне с самого детства, но для этого следовало как-то попасть в Дом Сияния и снова заглянуть в книгу «Родовязь». Все остальное, даже Час Затмения, больше не вызывало у нее интереса. Она злилась на равнодушие ранних, на холодность Тима, на проклятых лунатов и Алекса, на своего ужасного отчима, на сестер-мистресс, оказавшихся обманщицами, и на саму себя. И даже на отца, который оставил ее наедине с этим огромным, враждебным миром, где у нее совсем нет друзей. Разве что кроме Мика… Потому что Тима она все-таки потеряла.

Селестину удивило и немного озадачило то уважение, с которым люди-звезды отзывались о Тиме. Причем именовали его хранитель Первого Секрета, что бы это ни значило. Впрочем, он же стал сильвебром, белым драконом – наверное, дело было в этом.

Матрикс вновь провел ее на каменную террасу с балюстрадой, только теперь на стульях с высокими спинками сидели Арракис и Исида. Девушка с радостью согласилась побеседовать с мистрессами, надеясь хоть теперь узнать что-то новое.

И в самом деле, Исида рассказала много интересного: Селестина происходит из древнего рода черноголовых, а Тим – из рода белоголовых – тех самых ранних, когда-то устроивших Ночь Сияния, во время которой погибли почти все лунастры. И старик Йозеф тоже черноголовый, причем до правления Арракис возглавлял их клан. И все они – жители Раннего Мира, с большим интересом наблюдают за астрами и лунатами, готовящимися к Часу Затмения.

– Мы звезды, принявшие человеческий облик, – степенно объясняла мистресса Исида. – Для вас мы в прошлом. А вы для нас – будущее. Вот почему так много зависит о того, кто же пройдет по Сожженному Пути.

Но самую интересную информацию открыла Селестине Арракис.

– Раньше мы знали, как провести Via Combusta, Сожженный Путь, – сообщила глава черноголовых. – Но по некой, несомненно, важной причине спрятали этот секрет даже от самих себя. Каждый из нас помнит только сам обряд… Впрочем, об обряде знают многие, в том числе Йозеф, глава Дома Сияния. Это так называемое Шествие ранних.

– Как получилось, что все вы забыли такой важный секрет? – удивилась Селестина.

– Мы пустили по кругу Чашу Забвения, и каждый из нас, людей-звезд, сделал глоток. Известно одно: мы должны передать Первое Дерево Ночи человеку из будущего. Вся остальная информация была стерта… И теперь только один из вашего мира может раскрыть Первый Секрет. Тим Князев.

– К сожалению, среди нас оказался предатель, – сухим, надтреснутым голосом сообщила Исида. – Дизастр. Он сделал вид, что пьет из общей чаши, но не выпил, тем самым нарушив клятву. Теперь лишь он знает, что произойдет в будущем… И может вмешаться в ход истории.

– А вам известно, как именно будет выглядеть мост, ведущий в Астралис? – поинтересовалась Селестина. – Будет ли это все-таки Звездный Мост или Лунная Дорога?

– Нет, мы этого не знаем, – сказала Арракис. – Известно лишь, что только один из драконов победит, только один даст энергию, чтобы возвести Мост… Но будет ли это звездное пламя или лунный огонь, никто не знает.

– Кроме одного, – уточнила Селестина.

– Да, верно, Дизастр знает… – подтвердила Арракис, а Исида нахмурилась еще больше.

– Значит, это Тим должен раскрыть ваш секрет? Но… разве он сможет? – с сомнением спросила Селестина. – Если даже вы сами ничего не помните?

Арракис не ответила. Впрочем, к ним уже направлялся Арктур.

– У меня к вам важный разговор, уважаемые мистрессы, – произнес он. – Позвольте увести вас.

Арракис и Исида попрощались с Селестиной, Арктур же не проронил ни слова и даже не взглянул на нее.

Девушку немного удивила такая странная холодность мистра, но она не стала заострять на этом внимание – и так хватало, о чем подумать.

Через несколько часов Селестине захотелось спать. Она глянула на часы смартфона: надо же, вот-вот наступит утро! Но на небе по-прежнему сияли крупные звезды, как бывает только в ясную астральную ночь. Хотя чуть раньше она видела полную луну.

Селестина удивилась, что не хочет есть, а ведь прошло довольно много времени.

Внезапно появился Матрикс, предложил прогуляться по Фамагусте, и девушка с радостью согласилась – вот она возможность получить ответы на многочисленные вопросы.

– Что это за мир? – спросила она напрямую. – Здесь нет Солнца, я не ощущаю голод, а эти ранние… Ведь это правда звезды, принявшие облик людей? Отец рассказывал мне о Раннем Мире, о Фамагусте… Но что здесь делаешь ты? Ведь ты человек, правильно? И на самом деле гораздо более важная фигура, чем хочешь казаться?

Матрикс усмехнулся.

– Ого, сколько вопросов. Даже Тим в свое время не был таким любопытным.

– Про Тима я тоже хочу узнать побольше, – предупредила Селестина. – Я-то думала, что помогаю обычному парню стать астром! – Она изумленно покачала головой. – И вдруг оказывается, что он не только та самая Упавшая Звезда, но еще и лунастр, вдоль его позвоночника тянутся две нити: золотая и серебряная. А потом выясняется, что у него и драконовая стрела! И вот он – сильвебр…

– Давай все по порядку. – Матрикс усмехнулся и протестующе вскинул руки. – Ранний Мир – это прошлое для нас, двуликих людей. Поэтому здесь мы чувствуем себя некомфортно, для нас это мир призрачный, нереальный, словно сотканный из снов и воспоминаний… Но мы можем перемещаться из нашего мира в этот. А вот люди-звезды не могут покинуть Ранний Мир, кроме определенного момента, когда сила Солнца ослабевает – Земля становится между ним и Луной. Тогда происходит Шествие ранних – люди-звезды могут пройти в будущее.

– То есть они живут в прошлом, – задумчиво произнесла девушка. – Но если так, то как же они могут нам помочь?

Матрикс прищурил черные глаза, в его зрачках блеснули серебристые огни.

– Когда мы глядим на небо, то видим прошлое. Звездный свет лишь отражение прошлого, и многих звезд давно уже нет… Но и звезды, глядя на нас, тоже видят. Они видят будущее.

Селестина удивленно повела бровями.

– То есть они знают, что нас ожидает? И знают, кто – астры или лунаты, пройдут по мосту в Астралис?

– Да.

– Но почему не скажут? Не предупредят?

Матрикс усмехнулся, заложил руки за спину и уставился вдаль – на мерцающие серебристые кроны.

– Потому что они выпили Чашу Забвения.

– Но зачем?! – недоумевала Селестина.

– Чтобы не знать.

– Но они могли бы помочь нам!

– Нельзя вмешиваться в ход событий, – строго произнес Матрикс. – Нельзя навязывать свое видение, иначе нарушится равновесие. Скажем, если астры узнают, что лунаты выиграют и пройдут по Лунной Дороге в Селениду, они сдадутся. И лишат себя будущего, в котором они могли бы возвести свой Звездный Мост. Ранние не станут вмешиваться… До определенного момента.

– До Часа Затмения?

– Да.

Селестина сердито вздохнула.

– Ну хорошо, а тогда они помогут?

– Только тому, кто разгадает их Первый Секрет.

– То есть Тиму?

– Возможно.

– Но ведь именно он хранитель их Секрета?

Матрикс повернулся к девушке.

– Селестина, внимательно послушай, что я скажу. Тиму выпала великая честь принять Первое Дерево Ночи. Но это не значит, что именно он стал избранным, спасителем всех двуликих. Он может оказаться проводником для того, кто действительно справится… Хотя…

Селестина мгновенно прищурилась.

– Что – хотя?

– Хотя я поставил бы на Тима, – улыбнулся Матрикс. – Наш юный астр многого достиг. И, если ему помогать, – он со значением посмотрел на девушку, и та сразу же нахмурилась, – то достигнет еще большего.

– Кстати, а куда он делся, наш великий избранный? – спросила Селестина раздраженно. – Неужели отправился к лунатам? И вы не остановили?

Матрикс таинственно улыбнулся.

– У парня есть важные дела… Но забудь пока о Тиме. А вот и тот, кто сообщит тебе куда более интересную информацию.

Селестина проследила за его взглядом и увидела Валерьича, который стоял, облокотившись на спинку пустующего «ледяного» кресла.

– Вы с Тимом – непослушные дети, – ворчливо произнес он. – Ваше счастье, что благодаря протекции Матрикса ранние согласились пропустить меня в свой мир…

– Нам пришлось уйти из долины, потому что на нас напали белые карлики, – хмуро сообщила Селестина.

– Да, я уже в курсе, – устало проговорил Валерьич. Селестина заметила, что он выглядит осунувшимся и подавленным. – Матрикс все мне рассказал.

– Очень плохо, что белые карлики так осмелели, – покачал головой тот. – Это значит, что двуликий мир меняется, его границы размываются…

Валерьич кивнул, а Матрикс продолжил:

– Тимур вообще считал, что когда-нибудь все найденные нами долины сольются воедино, станут одной планетой. Но непонятно, куда же тогда денутся эти стражи границ, что будут охранять.

Селестину покоробило то, что Матрикс упомянул имя ее отца в прошедшем времени. Чтобы скрыть недовольство, она спросила:

– Вы разговаривали с Йозефом?

Валерьич помотал головой.

– Нет, но я послал запрос через старых знакомых. Ожидаю ответа старика. Как вы понимаете, он немного сердит на меня из-за побега Тима. Но зато я разузнал кое-что интересное… Матрикс, расскажешь?

Тот выступил вперед.

– Глава Дома Сияния, известный всем нам под именем Йозеф, – начал он, – давным-давно, лет пятнадцать назад, вступил в сговор с лунатами и передал им твой тайнэр, Селестина, чтобы они не мешали его делам, ну а впоследствии провели твой обряд. Каждый оставался в выигрыше: Йозеф получал ручного дракона аурума, а лунаты были бы уверены, что аурум на их стороне. Правда, Йозеф не собирался делиться новым миром с лунатами. И вскоре те разгадали его игру и не исполнили свою часть договора: они решили убить тебя, чтобы драконом стал их кандидат – Александр Волков.

Услышав имя Алекса, Селестина невольно сжала кулаки. Разве она не знала, что ему нельзя доверять? Так почему же теперь так злится?..

– Но не все просто, – продолжил Валерьич. – Природу трудно обмануть. Поэтому лунаты собирают теперь энергию астров для своего «новорожденного» дракона аурума. Александр Волков взял часть энергии из ваших тайнэров, твоего и Тима, и стал полноценным лунастром. Но теперь ему понадобится много астральной энергии… Невероятное количество. Глава Дома Сияния зол и рассорился с лунатами… Думаю, всех нас ожидают непростые времена.

– Почему Алексу нужно столько звездной энергии? – спросила Селестина.

– А ты не догадываешься? – Валерьич невесело хмыкнул. – Он же лунат! И вся его лунастральная сущность держится на энергии Тима Князева. Тим подарил ему часть своей первозданной энергии, но и сделал его заложником, – теперь ауруму-лунату надо поглотить огромное количество энергии, чтобы наполнить свою астральную часть.

– Так Алекс действительно хочет убить Тима? – задумчиво пробормотала Селестина.

– Скорее всего, нет, – покачал головой Валерьич. – В Час Затмения им понадобится вся его астральная энергия. И еще… думаю, они могут перерезать его лунную нить. Чтобы он потерял свою сущность. Больше не смог превращаться в дракона. И тогда именно лунный дракон будет решать судьбу нового мира. Опалит мост своим лунным пламенем и откроет дорогу в Селениду.

– Но Тим не переживет этого! – ужаснулась Селестина. – Как они смеют!

Матрикс удивленно покосился на девушку. Селестина заметила это и поняла верно.

– Я считала Тима своим врагом, – объяснила она. – Но я не собиралась помогать лунатам. Я только хотела, чтобы Тим не прошел испытание, не стал драконом… Не хотела видеть его рядом с отцом.

Она потупилась.

– Мы знаем это, дорогая лунастра, – вдруг пропел звонкий и насмешливый голос.

Гадая, кто это сказал, Селестина принялась оглядываться по сторонам, но рыжеволосая Капелла слетела с неба и бесшумно и грациозно опустилась на каменный пол.

Валерьич и Матрикс удивленно переглянулись.

– Мы, звезды, видим людей насквозь… – величаво сказала мистресса, глядя только на Селестину. – У тебя было интересное намерение: стать лунным драконом, а потом перейти на сторону астров. Тогда у подлунных не осталось бы своего претендента и ты снова заключила бы союз с Йозефом, главой Дома Сияния.

– Но они разгадали мой план, – закончила за нее Селестина. – А Йозеф…

– А старина Йозеф разгневался на всех, и в первую очередь на Тимура, – подхватил Матрикс. – И теперь, Селестина, если ты не придешь к нему с повинной, он разозлится еще больше.

Девушка резко тряхнула головой, словно не веря в то, что сказал этот странный маленький тренер.

– Ты хочешь, чтобы я пошла к Йозефу?! Ни за что! Да еще с Тимом! Да и что я скажу старику? Скорее, откручу ему седую голову!

Капелла одобрительно хохотнула и глянула на девушку с еще большей симпатией, чем раньше.

– Пока никто и не собирается к Йозефу, – заметил Валерьич. – Неизвестно, как он нас встретит… Но, возможно, тебе придется с ним объясниться. Боюсь, что ни с кем из нас он вообще не захочет разговаривать.

– Он убил моего отца, – тихо добавила Селестина. – Я никогда не встану на его сторону. Глупо даже предлагать подобное. – Она косо глянула на Валерьича, и тот отвел глаза.

Но Матрикса было не так просто смутить.

– Никто не знает, что произошло и как исчез Тимур, – заметил он, и лицо его посуровело. – Не скрою, поступок главы Дома Сияния очень меня… удивил. Но со стариком все равно придется поговорить. Да и разве Тиму не нужно попасть в его кабинет, чтобы взглянуть на одну книгу?

Селестина насторожилась. Так этот астр и про «Родовязь» знает? Очень странный тип.

– Значит, я и Тима должна прихватить? – саркастически произнесла девушка. – Кстати, не подскажете, где он?

– За твоей спиной, – весело отозвался Матрикс.

Селестина резко крутанулась на пятках и чуть не столкнулась нос к носу с Тимом.

Но тот даже не взглянул на нее и сердито уставился на Капеллу, Валерьича и Матрикса.

– Как полетал, избранный ранними, хранитель Первого Секрета? – фальшиво-ласково поинтересовалась Капелла.

Тим окинул ее таким злым, обвиняющим взглядом, что Селестина невольно задумалась: что произошло между ним и людьми-звездами? Может, они поссорились и поэтому он улетел?

Но парень вдруг пригасил взгляд.

– Могли бы и сообщить, что из вашего мира не так просто выбраться, – проворчал он. И выглядел при этом немного смущенным и точно раздосадованным.

– Вообще-то невежливо уходить, не попрощавшись, – заметил Матрикс. – Кроме того, ранние не выпустили тебя ради твоей же безопасности. Куда ты направлялся, позволь спросить? Сразу к лунатам или сперва к главе Дома Сияния?

– К лунатам, – честно признался Тим. – И что?

– Алекс сцапает тебя, вот что! – не выдержала Селестина. – И, по последней информации, тут же перережет твою лунную нить.

– Еще недавно ты сама помогала им поймать меня, – холодно отозвался Тим. – Возле ущелья Аар. Или ты думала, Алекс меня на чай хотел пригласить?

– Может, хватит уже вспоминать об этом?! – огрызнулась девушка. Но Тим уловил в ее голосе чувство вины и почему-то разозлился еще больше.

– Ты поступила подло, – процедил он, на мгновение позабыв о трех свидетелях их разговора. – Я никогда бы не сделал такое с тобой. И доказал это… Хотя мне было непросто… простить тебя.

– Я уже поблагодарила за спасение! – Селест тяжело задышала. Хуже всего было то, что она понимала: Тим прав, а она очень виновата перед ним – и от этого еще больше злилась.

– Не время ссориться, молодые люди, – заметила Капелла. – Тем более что у меня есть одно важное предложение.

Тим и Селестина перестали сверлить друг друга взглядами и посмотрели на мистрессу. Валерьич и Матрикс тоже уставились на нее, только первый, скорее, подозрительно, а второй – с любопытством.

– Мы, звезды, смотрим на ваш мир издалека, – начала Капелла надменно, – но видим многое… Есть на вашей планете заповедные островки природы, удивительные места, в которых человек становится человеком… Даже звезды видят там свое истинное, первозданное отражение. И один из этих чудесных уголков издавна носит имя Многоликие озера.

Матрикс понимающе усмехнулся, а вот Виталий Крыль недоуменно покачал головой – он никогда об этих озерах не слышал.

– Селестина должна отправиться туда, чтобы испытать себя, – продолжала мистресса. – Найти в водах Многоликих озер свою сущность, свой истинный лик. С детства ты видишь родовой сон – это знак, что твои предки дадут тебе силы в нужный час… Но ты должна понять, в чем твое предназначение, что означает твой родовой сон.

Тим с интересом вскинул голову, а Селестина невольно подалась вперед, жадно вглядываясь в лицо мистрессы. Она не шутит? Она действительно хочет ей помочь?

Матрикс улыбался, явно одобряя эту идею, а вот Валерьич еще больше нахмурился.

– А что говорят остальные звезды, уважаемая мистресса? – с нажимом спросил он. – Они не возражают?

Капелла беззаботно пожала плечами.

– Не имеет значения, что скажут остальные. К тому же на определенный риск иду только я.

– И в чем же риск? – продолжал допытываться Крыль.

– Я дам черноголовой свой октаэдр. – Капелла выпростала руку из синего струящегося рукава. На ее узкой ладони лежал многогранник – две треугольные пирамиды, проходящие одна сквозь другую, – все вместе было похоже на маленькую колючую звезду.

– Это мой личный многогранник… Надеюсь, вы понимаете, как я рискую, отдавая его вам… Если бы не убедительные аргументы этого астра… – Она указала на Матрикса, и тот шутливо поклонился, – то я никогда бы не доверила его столь юным особам. Октаэдр проведет вас к тому месту, где ты, Селестина, сможешь понять свое предназначение и разгадать родовой сон. Тим – белый дракон, и это его судьба, Селестина, не твоя. – Голос Капеллы стал жестче. – Ты не должна винить парня. Твоя судьба, очевидно, заключается в другом. И тебе следует узнать ее как можно скорее.

Она протянула многогранник девушке, и та с поклоном приняла его, заслужив одобрительный взгляд мистрессы.

Селестина во все глаза смотрела на кристалл – неужели с его помощью она узнает свою судьбу?

Тим кашлянул.

– Все это очень мило, – произнес он. – Спасибо за честь и все такое… Но пусть черноголовая сама ищет свое предназначение. А с моей судьбой и так все понятно. – В его голосе прозвучал сарказм, вновь удививший Селестину. – Ну а сейчас я должен спасти своих друзей, которые попали в беду из-за… меня.

Селестина скривилась, верно расценив его намеренную паузу, но промолчала.

– Надеюсь, вы меня пропустите? – спросил Тим. – В конце концов, вы мне тоже поручили важную миссию. – Он вновь нахмурился.

Капелла раздраженно тряхнула пышной рыжей копной – во все стороны посыпались золотые искры. Тим удивленно вытаращился на это чудо – он вдруг со всей ясностью понял, что разговаривает с настоящей звездой, мистрессой из Раннего Мира. То есть перед ним не совсем человек, а некто, обладающий иной, неземной силой, энергией, знанием.

– Мой октаэдр подчинится только тебе, Селестина, – веско произнесла Капелла. – А ты, Тим Князев, пойдешь с ней и заодно научишь обращаться с многогранником. Разве не ты недавно просил помочь Селестине Святовой?

Тим застонал.

– Но я не могу! – в отчаянии выкрикнул он. – Пока мы разгадываем все эти загадки, мои друзья остаются в плену у лунатов!

– Я тебе больше скажу, Тим Князев, – зловеще усмехнулась Капелла. – Твои друзья – мощный источник энергии, ведь Йозеф готовил их для обряда, собирал для них силу звезд кропотливо и еженощно… Теперь, когда эти юные астры стали пленниками, они в большой опасности. Лунатам незачем их щадить, а вся энергия покидает тело человека лишь с его последним вздохом. Как я уже говорила, ауруму, у которого не было своей природной силы, не было родового сна, понадобится много чужой энергии.

Тим чуть не взвыл, когда представил, как Алекс вытягивает энергию из Геммы и Моржа.

– Но их пока не трогают, – размеренно продолжила Капелла. – Лунаты ожидают в гости тебя самого. Так что не лезь в ловушку, белый дракон. Лучше помоги девушке. Помни, что разгадка ее тайны, как и той тайны, что мы доверили тебе, гораздо важнее. Ты можешь спасти всего две жизни, а скорее всего, и их не спасешь, и сам погибнешь. А можешь спасти тысячи жизней. Тысячи! Подумай и сделай правильный выбор.

Тим нахмурился, но кивнул. Сейчас главное покинуть этот не очень-то гостеприимный Ранний Мир, а там он разберется, что для него важнее.

– В таком случае, отправляемся, – заключил Валерьич. – Тим, дело за тобой.

Поклонившись Капелле, попрощавшись с Матриксом и получив от последнего пару ободряющих напутствий, Тим извлек из кармана многогранник, подкинул его, запустив вокруг себя, и – начал «Восемь форм».

Селестина стояла рядом и с большим изумлением наблюдала за комплексом плавных, уже отточенных движений. Неожиданно Тим предстал перед ней совершенно в ином свете: словно исчез тот взъерошенный подросток, задиристый, но добродушный, а появился парень, юный мужчина – ловкий, уверенный, упрямый. Точно бьющий в цель, решительный, целеустремленный, надежный. Наблюдая за тем, как по мере выполнения движений этого удивительного комплекса вокруг Тима проступает сущность дракона, сильвебра, она испытала восторг и – какую-то непривычную робость перед ним, как перед чем-то высшим, неведомым, не поддающимся земной логике.

Вскоре над Фамагустой взмыл белый дракон – он летел домой, в свой мир. В настоящее. А на его спине, крепко уцепившись за серебряные костяные гребни, сидели взрослый мужчина и девушка. Селестина. В ее руке был крепко зажат многогранник, состоящий из двух словно сросшихся треугольных пирамид – октаэдр мистрессы Капеллы.

Глава 5. Сон Алекса

К огромному неудовольствию Алекса, Никита все-таки поселился у него в гостиной. Мало того, отец строго-настрого приказал уважать его как сына Дмитрия Серебрянского.

– Забудь о ваших детских разборках, – жестко произнес Михаил Волков. – Теперь ты всегда под наблюдением. И Никита Серебрянский – уже не малыш из твоей компании, которому можно подзатыльники раздавать. Он должен всюду ходить с тобой.

– Даже в туалет? – мрачно хмыкнул Алекс.

Отец нахмурился.

– Если понадобится, – ледяным тоном изрек он. – И запомни, Александр: пока не пройдешь по Сожженному Пути – ты всего лишь обычный парень. Да, ты наш черный дракон, аурум! И в том, что у нас все получилось, немалая твоя заслуга, сын. Но ты еще не прошел по Лунной Дороге. А желающих заменить тебя много… Все эти странные нападения только подтверждают это. Вот почему нам так необходимо доверие и поддержка Дмитрия Серебрянского. Это очень влиятельный человек, он сможет защитить нас. Сможет защитить себя.

Отец ушел, а Никита остался. Парень явно чувствовал себя не в своей тарелке: застыл возле двери, крепко сжимая пластмассовую ручку чемодана на колесиках, и только хмуро глядел на хозяина квартиры.

– Чего вытаращился? – не выдержал Алекс. – Кухню видишь? Принеси мне воды.

– Предупреждаю: мой отец знает о каждом моем шаге, – на всякий случай сообщил Никита. Но прошел в кухонный уголок, открыл холодильник, нашел воду, достал стакан. Послышался звук неторопливо льющейся воды.

Алекс поднялся с дивана.

– Если думаешь, будто я не заметил следящую метку на диске Луны, то ты ошибаешься. – Не глядя, он ткнул пальцем в золотую цепочку, намотанную на правой руке Никиты, и посмотрел на него в упор. – Так что держись от меня подальше.

– И что же мне тогда делать? – настороженно спросил Никита. – Отец приказал не отходить от тебя ни на шаг. Между прочим, для твоей же безопасности.

Алекс не ответил. Взял куртку и вышел за дверь.

Подождал в коридоре – проверить, пойдет ли за ним сын Серебрянского. Руки чесались набить ему морду, сорвать наконец так долго копившуюся злость. Но тот словно почувствовал, что Алекс задумал недоброе, и остался в квартире.

Немного поостыв, Алекс вызвал через орбиту Илька – хотелось хоть с кем-то поговорить, обсудить случившееся. Но тот почему-то не отвечал.

Окончательно разозлившись, Алекс решил прогуляться, но вдруг вспомнил, что в таком случае Никите придется пойти за ним, ведь ему приказали всюду сопровождать Алекса. Чертыхнувшись, парень все-таки вышел на улицу, оперся руками о стену дома, переживая трансформацию, и бесшумно взлетел на черных крыльях на самый конек черепичной крыши. Уселся там и успокоился – наконец-то можно побыть в одиночестве.

Но тут крепкая, жилистая рука легла ему на плечо.

Алекс резко вскочил, скидывая тяжелую ладонь, обернулся и чуть не закричал: он мгновенно узнал старика. Йозеф, глава Дома Сияния. На нем был длинный черный плащ, практически сливавшийся с темнотой ночи, лишь лицо белело в свете тусклых фонарей на крыше.

– Поговорим? – деловито спросил Йозеф.

Вместо ответа Алекс молча врезал проклятому астру в ухо, но удар не достиг цели: старик вдруг пропал, появился чуть левее и ощутимо толкнул парня в плечо.

– Не надо борьбы, – ласково проговорил Йозеф. – У меня к тебе предложение, Александр Волков.

– Я не веду дела с астрами, – процедил Алекс. – И советую вам немедленно исчезнуть – меня охраняют.

– Никто нас не увидит. – Йозеф беспечно махнул рукой. – Я поставил защитный купол – «Кольцо Сатурна», знаешь о таком?

Алекс знал. Только представить не мог, что и астрам доступна эта технология.

– «Кольцо Сатурна» изобрели в Доме Андромеды, – верно угадал его мысли Йозеф. – Лунаты купили разработку за какие-то смешные деньги… Впрочем, здесь я по другому поводу.

– И по какому же? – Алекс еще не придумал, как действовать в такой ситуации, поэтому решил потянуть время. В любую секунду он может нажать на диск Луны на своей наручной цепочке, и здесь будет целый отряд лунатов. Но любопытство победило. В конце концов, этот астр пока ведет себя спокойно.

– Я лунастр из очень древнего рода, – сообщил Йозеф. Его лицо, обрамленное черным капюшоном, вдруг ожесточилось, старая, морщинистая кожа словно превратилась в мрамор – он казался древним божеством, злым и беспощадным. По спине Алекса пробежал холодок. – Ты хотел убить мою Селест, – ледяным тоном продолжал Йозеф. – И если бы ты не стал черным драконом, последним на этой земле, я бы тоже убил тебя. Но теперь ты для меня интересен. – Его голос смягчился, а рука Алекса, потянувшаяся было к цепочке на запястье, застыла. – Интересен как наследник моего рода. Можно сказать, единственный черноголовый. Последняя надежда нашего клана.

– Вы сошли с ума? – Алекс невольно отступил назад. Он понимал, что его шансы против этого хитрого старика невелики.

Йозеф усмехнулся.

– Настанет день, когда ты поймешь, что остался совсем один. Вспомнишь тогда мои слова.

– Какие? – хмыкнул Алекс. – Что я ваш наследник? Последний черноголовый?

– А ты внимательно слушаешь, молодец, – усмехнулся Йозеф, с прищуром разглядывая Алекса. – Но я имел в виду другое: ты пройдешь по Сожженному Пути и вступишь в новый мир. Лунаты слабы, как и астры, они пойдут на уступки друг другу и снова поделят мир пополам. И ты будешь идти первым, бок о бок с сильвебром, белым драконом.

Алекс вздрогнул. Разделить миг своей славы – и с кем, с Князевым? Да нет, отец никогда этого не допустит. Однако почему же старик так самоуверен, будто иначе и быть не может?

– А вам какой интерес?

– Буду с тобой честен. – Глаза старика сверкнули. – Я хочу вернуться в Ранний Мир. Для этого мне надо всего лишь пройти по Сожженному Пути за тобой.

– Зачем мне доверять вам? – не выдержал Алекс. – Лунаты дадут мне много энергии, и я…

– Ты вряд ли наберешь столько энергии, сколько нужно, – перебил глава Дома Сияния. – Для этого тебе пришлось бы выкачать энергию у тысяч астров… Или же победить одного дракона.

Йозеф не сдержал хищной улыбки.

– Вы что-то знаете, – процедил Алекс, все больше раздражаясь, – но недоговариваете.

– Еще не пришло время. Но я уверен – ты сам поймешь, что я прав, когда те, кто рядом, покинут тебя. И тогда, будь другом, пошли мне знак.

– Отец меня не предаст.

– Твой отец подчиняется другим людям, – неожиданно жестко произнес старик. – Ставки слишком высоки, и родственные связи истончаются… Что будущее сына, будущее семьи, когда будущее мира в опасности? Грядет новая эра, у власти будут те, кто сильнее. Пора тебе подумать о себе, Александр Волков. Ты вырос, твое поколение будет править будущим, а прошлое поколение – поколение родителей, уходит, отодвигается на второй план. Не ты их, а они теперь будут слушать тебя.

Алекс не смог скрыть, что и сам слушает как завороженный. Речи старика пленяли, казались убедительными.

Но он тряхнул головой, точно сбрасывая морок.

– Я лунат, – с достоинством произнес Волков. – А ты всего лишь жалкий астр. И руководишь такими же слабыми, как ты сам.

Йозеф снова усмехнулся.

– Возьми мой многогранник. Когда решишься выслушать до конца – просто подкинь его в воздух, и сразу найдешь меня.

И он исчез. А у Алекса перед глазами завис игольчатый многогранник, похожий на морского ежа. Некоторое время парень смотрел на кристалл, а затем осторожно поймал его и сунул в карман куртки.

Он не собирался доверять астру, даже такому влиятельному. Но кристалл пусть будет. В нужный момент он все расскажет отцу: и про разговор, и про кристалл.

Но не сейчас. Еще не время.

Вечером к Алексу завалилась вся компания: Илек, близнецы, Крыш и даже Макси. Неожиданно для себя Алекс засмотрелся на девушку: ее рыжие волосы немного отросли и завились, а взгляд подведенных черным глаз даже показался притягательным. Он без труда привлек внимание лунаты и через какое-то время уже обнимал ее одной рукой за плечи, а другой поглаживал по бедру – Макси только молчала и млела от счастья.

Настроение Алекса улучшилось.

Вначале вся компания вдоволь поиздевалась над Никитой. Младший Серебрянский сбился с ног, выполняя дурацкие поручения: то сбегай на крышу, посмотри, не начался ли дождь, то принеси лимонад из кафе через три квартала. Макси даже послала парня к своей подруге и велела принести ее любимую мягкую игрушку. Никита безропотно выполнил все задания и даже приволок от подруги бархатную синюю ящерицу, оказавшуюся метра полтора в длину, а потом так же беспрекословно отнес ее назад. Вскоре общий пыл поугас, Алекс сдался, тоже отстал от парня и снова принялся флиртовать с Макси.

В конце концов они уединились на крыше, пока вся компания уселась смотреть какой-то фильм, а Никита пристроился немного поодаль, на подоконнике.

После свидания Алекс почувствовал себя расслабленно и умиротворенно.

Друзья ушли, младший Серебрянский заперся в библиотеке, где теперь жил, а сам Алекс растянулся на диване в гостиной.

Надо было попросить Макси остаться. Хотя Илек почему-то хмурился весь вечер и кидал в их сторону косые взгляды, словно ревновал собственную сестру. Может, думает, что Алекс до сих пор влюблен в лунастру, но это совершенно не так. Даже при упоминании ее имени Алекс оставался равнодушным. Жизнь возвращалась в прежнее русло – такое же, как «до Селестины».

С этой счастливой мыслью Алекс уснул.

…Он шел по узкому и длинному мосту, охваченному оранжево-багряными языками пламени, – шел прямо через огонь. Заунывно выл ветер, что-то потрескивало, то и дело его слепили белые вспышки. Пришла запоздалая мысль, что стоило бы взлететь, потому как нельзя же идти просто так по огненной тропе, но сколько он ни пытался вызвать крылья, они не появлялись.

Это чрезвычайно его расстроило, заставило занервничать. Алекс не чувствовал пылающего вокруг огня – ни жара, ни боли, ни страха, но идти становилось все труднее.

«А может, это и есть легендарный Via Combusta? Неужели я опоздал?!» – вдруг ужаснулся он. Но тут увидел вдали каменные зубцы Фамагусты – угольно-черные на фоне разгорающегося зарева.

«Куда я иду… Зачем?» – с ужасом думал Алекс, но продолжал двигаться вперед, навстречу каменным зубцам.

И вдруг ревущее пламя стихло; опали грозные ало-желтые языки, высокие мраморные зубцы ворот осветились ослепительно-белым сиянием, лившимся словно из-под земли.

Из-под двенадцати арок вышли девушки в красных платьях – их черные волосы змеились по плечам, а на головах горели золотые тиары, украшенные яркими рубинами.

Девушки окружили его и пошли хороводом. Глаза их были закрыты, но движения точны и грациозны.

– Зачем ты сделал это? – вдруг грустно спросила одна из них голосом Селестины. – Ты убил все, что было.

– И потерял все, что тебе дорого… – сказала вторая.

– И теперь ничего не вернуть, – дополнила третья.

Они вдруг заговорили на разные голоса, запричитали, стали обвинять, и Алекс не выдержал – закричал.

Проснулся он в холодном поту. Его бил непрекращающийся озноб, словно он промерз до костей. Алекс встал, помахал немного руками, попрыгал – не помогло. Тогда он принял горячий душ, а потом заварил себе ароматный чай.

И только после нескольких глотков полегчало.

Ничего еще не закончилось, вдруг понял он, глядя на улицу за окном, залитую мягким светом фонарей. Все только начинается.

Глава 6. Предложение Йозефа

Виталий Крыль решил на время спрятать Тима и Селестину на даче своих друзей. Увидев хлипкую деревянную дверь и косые окна с едва закрывающимися ставнями, а также деревце, росшее на черно-бурой мшистой крыше, Тим пошутил, что тренер – специалист по ветхой недвижимости.

– Попрячься с мое, тоже составишь свой личный каталог убежищ на все случаи жизни, – ответил на это Валерьич. – Когда я ушел из астральной разведки, меня некоторое время преследовали… В том числе люди твоего деда, Селестина.

– И за что? – поинтересовался Тим.

– За убеждения, Тим, за убеждения. За то, что имел свое мнение.

– Меня это не удивляет, – хмыкнула Селестина. – Йозеф сам говорил: чем сильнее у человека индивидуальность, тем больше у него врагов. Ну а вам с вашим характером вообще только прятаться.

– Как и тебе, – скупо улыбнулся Валерьич. – Я уж молчу про нашего белого дракона.

Тим на это лишь закатил глаза – ему до ужаса надоело прятаться. Он с тоской вспоминал свой дом на Солнечной: эх, какая же, оказывается, уютная была у него комната на втором этаже, с личным Пятачком на крыше…

В единственной комнатушке оказался старый диван, широкий стол, грубо сколоченный из досок, и ржавая чугунная печка, которая давно не работала. К счастью, на улице было тепло – октябрь подходил к концу, но еще летали везде паутинки бабьего лета.

Тут же устроили небольшой совет и договорились, что Валерьич пойдет к Йозефу. Виталий Крыль торопился: проверенные люди из «сияющих» дали ему сигнал – старик готов к переговорам. И верно, как только он напрямую связался с Йозефом, моментально получил приглашение. Мало того, глава Дома Сияния гарантировал, что гость ничем не рискует, если явится на встречу.

Однако, несмотря на заверения старика, Валерьич предупредил ребят, чтобы отправлялись к ранним, если он не вернется до полуночи.

Тиму этот план не понравился, но и ему хотелось знать, что случилось с Тимуром, насколько виноват Йозеф. И он прекрасно понимал, почему тренер идет на такой риск.

Крыль был уверен: Йозефу верить нельзя. Старик запросто откажется от своих обещаний, если разозлится. Но выхода не было – он должен потребовать объяснений.

Поэтому Валерьич молча вышел за дверь, лишь коротко кивнув: долго прощаться – только тревожить ребят еще больше.

Ночь окутала старый дом на окраине деревни. Виталий Крыль медленно пробирался по знакомой тайной тропке, что вела к неприметной калитке, болтавшейся на одной ржавой петле. Тесно окруженный высокими и раскидистыми грецкими орехами, дом стоял заброшенным, жители обходили его стороной, считая проклятым местом. Но Крыль хорошо знал историю дома и даже сам, как и другие астральные разведчики, распространял слухи о «чертовщине», потому как в этом старом особняке, за покосившейся дверью и заколоченными окнами, находился тайный терминал для переходов между астральными долинами. Именно здесь ожидает его сейчас Старый Томас, мистический лифт «сияющих», который отвезет его прямиком к Главе Дома.

Двери лифта со скрипом открылись, приглашая в таинственный полумрак кабинета.

– Ну, здравствуй, тренер маленьких астров, – поприветствовал его сухой голос.

Йозеф сидел, развалившись, на широком и мягком диване-подоконнике. За окном светилась праздничными вечерними огнями римская панорама. На старике был шелковый домашний халат, бархатно-синий, расшитый серебряными драконами.

Видя, что глава Дома Сияния ждет от него какого-то приветствия, Виталий Крыль слегка поклонился. Желать старому пройдохе здравствовать как-то не хотелось.

– Ну и зачем пришел, недружелюбный астр? – спросил тот, проницательно прищурившись. – Поведай старику свои мысли.

Крыль вскинул голову и решительно посмотрел в глаза Йозефу.

– Я хочу знать, что ты сделал с Тимуром Святовым.

Йозеф усмехнулся.

– Почему я? Может, это он мне навредил?

– Сомневаюсь. Тимур уравновешенный, а ты нет.

Старик хохотнул:

– Э-э, плохо ты знаешь Тимура, его бывший друг и товарищ. Впрочем, я тебя услышал… Давай тогда и я спрошу… Где дети?

– Далеко.

– Значит, в Раннем Мире.

– Да, они под защитой Арракис, – не стал спорить Крыль.

– Мне нужны оба, – холодно произнес Йозеф, встал и подошел к гостю. – И Селестина, и мальчишка. Если ты приведешь их, тогда я расскажу о том, что произошло. Вам троим и расскажу. Конечно, я гарантирую, что ни с кем из вас не случится ничего плохого.

Виталий Крыль глубоко задумался. Выходило гладко: Тим и Селест заглянут в «Родовязь», а Йозеф расскажет про Тимура. Судя по всему, старик уверен в своей правоте – ишь какой спокойный… Но что-то в его словах заставило Крыля насторожиться. И он перешел в наступление:

– Что ты с ним сделал? Только не надо сказок про предательство Микаэля! Я уверен, Тимур пострадал от твоих рук.

Йозеф неожиданно расхохотался.

– А ты все такой же подозрительный, Крыль. Признаться, я действительно хотел перерезать Святову астральную нить. Разве не так у нас поступают с предателями? Но, так скажем, передумал. В самый последний момент.

– Наверное, вспомнил, сколько добра он тебе сделал, – усмехнулся Валерьич, стараясь выглядеть спокойным и равнодушным. У самого же бешено застучало сердце: Тимур жив?! Неужели есть надежда?.. – Сколько долин открыл он для тебя, сколько наград получил за прилежную службу…

Йозеф слушал его с полуулыбкой. Но глаза оставались холодными, черными, как бездна. Валерьич будто нырнул в глубину этих глаз, услышал крики и стоны тех, кто сгинул в сей тьме, и невольно поежился. Мерзкий старикан, никогда Валерьич не мог его понять. И как только Тимур сумел подобрать к нему ключик? Да и то поплатился за смелость…

– Я ведь прав? – осторожно подтолкнул к разговору Крыль.

Йозеф покачал седой головой.

– Нет, не угадал. Не это было решающим… В моей команде хватает хороших разведчиков. Верных и бесстрашных. Тимур… Он воспитал мою девочку как родную дочь. И это единственное обстоятельство, которое уберегло его от смерти… Я имею в виду, от моих рук.

– О, правду о тебе говорят: ты стал сентиментален, Йозеф, – не сдержавшись, едко заметил Крыль.

Сердце заныло. Он до последнего надеялся, что Тимур жив. Но, похоже, Йозеф собирается ему рассказать все ту же сказочку о побеге Тимура…

– Всегда рад, когда обо мне так думают. – Йозеф развел руками. – А еще говорят, что я жаден. И скуп. Особенно скуп на информацию. Хочешь знать больше, поделись тем, что имеешь, – приведи мне обоих.

Валерьич внутренне рассмеялся. За кого Йозеф его принимает? Он ни за что не станет рисковать жизнью ребят – ни Тима, ни Селестины! Но стоило потянуть время – вдруг старик где-нибудь да проговорится?

– Зачем тебе парень? – деланно удивился Валерьич. – Тим Князев – белоголовый. Да и Селестина уже не сможет стать черным драконом – ее тайнэр разбит. Лунаты избрали своего аурума. Выходит, для тебя бесполезны оба.

Йозеф не спеша прошелся по кабинету, заложив руки за спину. Когда он вновь повернулся к гостю, на его лице заиграла хитрая усмешка.

– Лунаты могут сколько угодно праздновать победу. Селестина все равно остается единственной лунастрой из рода черноголовых. Она видит родовой сон, ее сестры щедро поделятся с ней энергией в нужный час… Я знаю, как сделать так, чтобы она взошла со мной на Звездный Мост.

Крыль невольно подался вперед.

– А дальше? Ты сам собрался провести Сожженный Путь? Чтобы за тобой… больше никто не прошел?

Йозеф наградил посетителя тяжелым взглядом.

– Возможно, – неожиданно согласился он. – Но не думай, что я буду один. Уверен, Дизастр тоже готовится пройти первым. Я взойду на Звездный Мост, чтобы остановить его… ну а потом верну мир астрам.

– Как благородно, – усмехнулся Валерьич. – Сомневаюсь только, что люди в это поверят.

– Мне все равно, кто и во что поверит. Я хочу взять реванш за Ночь Сияния. Моя цель – остановить Дизастра. Он не должен пройти по Мосту, иначе двуликие никогда не увидят нового мира…

– Но как же Тим? – всерьез заинтересовался Валерьич. – Он стал сильвебром, белоголовым лунастром. Разве он не может провести астров в новый мир?

Йозеф недоверчиво покачал головой, цокнул языком, словно наивность собеседника его поражала.

– Ты же понимаешь, Крыль, что такого могущественного противника, как Дизастр, не остановит шестнадцатилетний мальчишка?

Валерьич усмехнулся:

– Но он может разгадать тайну, которую, как я понял, знает один лишь Дизастр, Недобрая Звезда, ваш бывший друг и старый враг.

Йозеф покачал головой.

– Дизастр – не человек. Он нечто другое… Он совершил страшный поступок – устроил Ночь Сияния… Ты не видел этого, Крыль, а я там был… Сотни сияющих вспышек… Армия белых карликов… – Он глубоко вздохнул, словно вновь переживал давно минувшее. – Его не интересуют люди. Он безразличен к человеческим чувствам и желаниям. Он мыслит планетами, мирами, пространствами… Ему нужен весь мир, вся наша Вселенная… Я должен его остановить.

Валерьич скептически вскинул бровь. Уж не свои ли мысли высказывает Йозеф? Может, это ему нужны планеты и пространства? Но вслух он сказал другое:

– А если Дизастр так и не выступит на поле боя? Если не откроет свое лицо?

Глаза Йозефа сверкнули.

– И откажется от Астралиса? Сомневаюсь. Но пока он прячется за крыльями лунатов, мы ничего не можем сделать. Надо выманить его, заставить сыграть в открытую.

– То есть спровоцировать? – уточнил Валерьич. Он чувствовал, что Йозеф на пороге важного признания.

Но старик вновь стал отстраненным.

– Поэтому мне и нужен твой мальчишка.

Крыль вскинулся.

– Что-что?

– Тим Князев нужен мне, – веско произнес Йозеф. – Я должен знать, какую тайну ему поручили разгадать. Ранние сделали его хранителем Первого Секрета… Превосходно. Я хочу знать, что же они скрыли даже от самих себя. Что для них настолько важно, что они обучили белоголового древнейшему, ценнейшему искусству «Восьми форм»… Белоголового!

Йозеф будто очнулся от своих мыслей. Изумленное лицо Валерьича его позабавило.

– Да, я знаю многое, тренер маленьких астров. Многое…

– Я не дам Тима в обиду, – твердо сказал Валерьич. – Если ты задумал плохое, лучше скажи об этом сейчас.

– Да кто его обидит? – Йозеф выглядел удивленным. – Наоборот, я помогу парню разгадать этот секрет, раз уж он взял на себя столь тяжелую ношу. Я позволю ему снова заглянуть в «Родовязь». Он ведь этого хочет?

Валерьич мучительно размышлял. Как старый волк, он чуял подвох, но не мог понять, что же его так тревожит в гладкой речи Главы Дома. С другой стороны, Йозеф не вел себя агрессивно, и это, несомненно, хороший знак. Да и его интерес понятен: кто же не хочет узнать, что скрыли ранние даже от самих себя? Но он твердо решил не пускать Тима и Селестину к Йозефу. Осталось только найти хорошие аргументы…

– Ну ладно, а что насчет Тимура? – предпринял он еще одну попытку. – Если ты виноват в его смерти, то будет сложно убедить Тима и Селестину, что ты желаешь им добра и хочешь помочь.

– Я даю слово, что не причиню им вреда, – категорично заявил Йозеф. – Мало того, обеспечу обоим защиту. Почти уверен, ты прячешь их где-то в нашем мире, ведь счастливчик Тим уже вышел на охоту за Первым Секретом? Вам лучше иметь надежного покровителя. Что касается твоего вопроса, Крыль, то скажи им так: все обстоятельства произошедшего между мной и Тимуром они должны узнать от меня. И только от меня.

– Мне надо подумать, – сдался Крыль, убедившись, что старик тверд как камень. – И посоветоваться с ними.

– Только поторопись, Крыль. – Взгляд старика стал напряженным. – Я-то терпелив, а вот время не терпит. Грядет Час Затмения, вскоре столкнутся великие силы мироздания, мы все должны быть наготове.

Крыль усмехнулся.

– Мы?

– Астры, Крыль, астры. Или ты думаешь, что я на стороне лунатов?

– Сдается мне, что ты на своей стороне, Йозеф, как и всегда… Но я понял тебя.

– Рад это слышать. В таком случае, приведи детей. И поскорее, пока их не нашли лунаты. Ты же большой парень, понимаешь – им нужна моя защита.

За окном едва рассвело. В комнате стало еще холоднее, но можно было зажечь лишь газовую горелку, чтобы вскипятить воду для чая. Впрочем, горячий напиток из трав помог немного согреться. Заняться было нечем, и Тим взялся учить Селестину пользоваться многогранником Капеллы. К его удивлению, девушка быстро освоила технику подбрасывания кристалла – сияющий октаэдр так и летал вокруг нее, прочерчивая в воздухе яркие, сложные линии, и уже к вечеру Селестина научилась уходить в тень.

Очень хотелось есть, но в доме не нашлось даже черствого хлеба, да и посуды было немного – здесь давно никто не жил. Очевидно, Валерьич выбрал самый заброшенный дом из своего «каталога ветхой недвижимости».

Чтобы отвлечься от тревожных мыслей и урчания в животе, Селестина предложила Тиму нарисовать тайновязь на его руках – у нее оставалось в рюкзаке немного черной краски.

– Есть специальный узор для усиления энергии, – объяснила она, старательно выводя у Тима на кисти правой руки замысловатые точечные рисунки. – Я узнала о нем на курсах в ДУБе.

Видя, как медленно она работает, Тим сказал, что вторую руку обрисует себе сам. Ему было приятно, что Селестина держит его ладони в своих, но не терпелось испробовать тайновязь.

Он справился за десять минут, и Селестина искренне удивилась, как быстро и как точно он воспроизвел довольно сложный рисунок.

– Теперь ясно, почему папа взял тебя в ученики, – потрясенно произнесла она. – С твоим талантом к рисованию ты можешь всего за несколько часов новый мир нарисовать.

Польщенный Тим только плечами передернул – бывали задания и потруднее.

Затем Селестина показала, как пользоваться тайновязью: следовало собрать энергию астральной и лунной нитей в области плечевого пояса, а затем мысленно направить по предплечьям, через запястья и кисти, до самых кончиков пальцев – тайновязь вберет в себя всю энергию без остатка, и тогда можно сотворить руками что угодно: создать защитный круг, слепить шар, болид, комету, астральный диск.

Тиму было приятно, что Селестина старается для него, все подробно разъясняет и показывает, хоть он и понимал, что ее симпатия – это просто благодарность за спасение. Или даже за то, что научил ее пользоваться октаэдром Капеллы. Конечно, она ничего не простила ему, да и он, если честно, тоже… Тим постарался не думать об этом и решил вести себя как можно дружелюбнее. В конце концов, как говорят, «на обиженных воду возят», и вообще, надоело! Поэтому он полностью сосредоточился на тайновязи и не заметил затаенной грусти в глазах Селестины – словно она хочет что-то ему сказать, но никак не решается.

Валерьич все не приходил, и, когда часы на смартфоне показали полночь, Тим и Селестина всерьез забеспокоились.

– Ты как хочешь, но если Валерьич не придет в течение получаса, я сам пойду в Дом Сияния, и плевать, что будет, – заявил Тим. – Я не хочу потерять еще одного человека, который мне очень дорог.

– Давай все-таки дождемся его, – увещевала Селестина. – А если не вернется до утра, тогда я сама отправлюсь к Йозефу…

– И поступишь неразумно.

Тим и Селестина разом облегченно выдохнули: в дверном проеме показался Валерьич. Выглядел он усталым, но довольным.

– Нельзя вам пока идти к старику, – заметил он после короткого, но бурного приветствия. Снял с плеча рюкзак, достал продукты: готовые салаты из магазина, какие-то йогурты, хлеб. – Извините, чем богат. – Он развел руками. – Зашел в местный супермаркет.

– Вначале расскажите, удалось ли вам поговорить с Йозефом, – попросил Тим. Он даже не взглянул на еду, как и Селестина, – оба жаждали новостей.

– Начну с хорошего: Йозеф не сердится и даже согласен предоставить вам защиту и покровительство. Приглашает вас в гости.

Прошла секунда, другая, и вот тишину дома нарушили возмущенные вскрики.

– Да как он смеет! – Селестина аж покраснела от злости. – Я бы пошла к нему, только чтобы его убить!

Она схватила со стола железную кружку и метнула ее в сторону двери – раздался неприятный, жалобный лязг – посудина угодила в металлическую дверную перемычку, упала на пол и гулко поскакала по полу, затихая.

Тим хмуро молчал, но по его лицу легко было догадаться, что он полностью согласен с девушкой.

– Как ему вообще пришло в голову позвать нас к себе?!

Подождав, пока гнев Селестины поутихнет, Валерьич пояснил:

– Йозеф хочет сам рассказать вам о том, что произошло.

И он обстоятельно передал весь разговор, ничего не утаив. Рассказал даже о том, что Йозеф планирует пройти по Звездному Мосту только с Селестиной, якобы для того, чтобы остановить Дизастра.

Тим и Селестина слушали напряженно, не перебивали. Но когда тренер сообщил, что Йозеф мечтает узнать Первый Секрет, Тим не выдержал:

– Ну уж нет, обойдется! Если я разгадаю эту тайну, то от меня он точно ничего не узнает!

– Понимаю твои чувства, Тим, но он обещал снова допустить тебя к «Родовязи».

Тим замер. Неужели Йозеф знает о Дерево-ключе? Знает, что нужно открыть книгу… Но откуда?!

Селестина решительно встала. Ее руки сжались в кулаки.

– Я не собираюсь помогать Йозефу завоевывать Астралис, – четко произнесла девушка. – К тому же я не дракон, у меня и так не получится пройти по Звездному Мосту, что бы там ни напридумывал дедуля… Но, – она вскинула голову, – я хочу узнать, что тогда произошло между ним и папой. И кто виновен… – Она замолкла. Ее губы задрожали, и она отвернулась.

Тим смутился. Он был тогда в Доме Сияния, говорил с Миком, но ничего не узнал! Хитрый Йозеф запутал следы, рассказал две версии, и до сих пор непонятно, что же произошло на самом деле.

– У нас же есть друзья – Вилл и Аника, они помогут разузнать то, что нужно, – проговорил он.

– А еще есть Мик, – подхватила Селестина. – Он тоже может навести справки. Да и вообще надо рассказать всем астральным домам о лживости и подлости главы Дома Сияния…

Валерьич нахмурился, явно не одобряя такой план.

– Я уверен, что этот старый пройдоха просчитал все наперед… И понимает, что мы не будем предавать это дело огласке. И вряд ли кто-то из «сияющих» знает больше нас… Наверняка Мик что-то разведал, поэтому ему и пришлось бежать. Или же сам стал предателем – все может быть.

– Не может! Мик не предатель! – твердо произнесла Селест. – Он всегда восхищался Тимуром.

– Йозеф и твой отец тоже были друзьями, – напомнил Валерьич. – И посмотри, что вышло. Я бы отдал всю Вселенную за то, чтобы узнать, из-за чего они поссорились. Почему-то уверен, что дело в тебе, Селест.

– Прекрасно, а теперь он хочет, чтобы я пришла к нему, – горько рассмеялась девушка. – Да еще вместе с Тимом! – В глазах парня тут же вспыхнула обида, и ей стало ужасно стыдно. – Я не имею в виду, что не рада твоей компании, – поспешно сказала она, запинаясь и краснея еще больше. – Вдруг я узнаю, что у меня есть какая-нибудь секретная сверхспособность, которая поможет мне… – Она собралась с духом: – Одолеть Йозефа!

Тим удивленно вытаращился – ого, Селестина готова драться с Йозефом!

«Честное слово, – подумал он, – она удивляет меня все больше».

– Мне нравится твой план, – невольно улыбнулся парень.

И Селест улыбнулась в ответ.

– Нет, категорически запрещено, – замотал головой тренер. – Никаких поединков, никаких драк и других необдуманных выходок. Мы должны действовать очень осторожно… И у меня есть другая мысль. Мне удалось связаться с Виллом, и он согласился помочь нам выкрасть «Родовязь» из кабинета Йозефа. Надо только выждать удобный момент.

– Ну а мы? – не выдержала Селестина. – Что нам делать?

– Ждать здесь, – жестко приказал Валерьич. – Многоликие озера… гм, с ними пока повременим. Без надежной охраны вы и с места не сдвинетесь. Но туда вам лучше идти вдвоем. А что ты думаешь, Тим? – вдруг обратился он к парню.

Тот глубоко вздохнул. Было видно, что в его душе идет нешуточная борьба.

– Ладно, я пойду с Селестиной на эти Многоликие озера, – наконец выдавил он хмуро. – Но как только многогранник приведет нас в нужное место, пусть она остается там разгадывать свои загадки, а я отправлюсь к лунатам. Раз уж в Дом Сияния нельзя.

– Нет, – тут же отрезал Валерьич. – Как я уже сказал, пока вы остаетесь ждать здесь. А я снова сгоняю в Дом Сияния под предлогом новых переговоров. Скажу Йозефу, что вы хотите знать все, что произошло, а уж потом подумать о союзе с ним.

– Но я хочу пойти с вами, – возразила Селестина. – Хочу посмотреть ему в глаза!

– И я, – поддакнул Тим. – Если он так хочет увидеть нас, сходим в гости. – Его брови сердито сдвинулись, а лицо посуровело.

Валерьич рассерженно вздохнул.

– Давайте сразу договоримся: старший в нашей компании я, а значит, я и решаю. – Он послал каждому по грозному взгляду. – Держитесь пока от Йозефа подальше. Неизвестно, что задумал этот старый… гм… пройдоха.

– Но вам может понадобиться наша помощь, – не отставала Селестина. – Мы знаем, как проникнуть в Дом тайно. Вместе мы…

– …будем чересчур заметны, – закончил за нее Валерьич. – И не переживайте за меня, я справлюсь… А пока что идите отдыхайте. Я побуду на страже.

– Я тоже, – тут же вызвался Тим. Он точно знал, что вряд ли заснет. К тому же он хотел выпытать у Валерьича, как тот собирается проникнуть в Дом Сияния, чтобы выкрасть «Родовязь».

– Ну уж нет, – неожиданно возразил тренер. – Я решил, что уйду на рассвете. А вам советую быстро поесть и ложиться спать – завтра вам понадобятся свежие силы.

– Чтобы прятаться здесь, много сил не надо, – пробормотала Селестина. Она была ужасно расстроена и не скрывала этого.

После нехитрого ужина они улеглись по своим спальникам и даже пожелали друг другу спокойной ночи. Слушая скрип половиц на крыльце под шагами Валерьича, Тим вдруг вспомнил об Алексе.

Какой же козел! Конечно, это не новость, но после того, что Волков намеревался сделать – столкнуть Селест со скалы… это ж надо быть последней сволочью! Но почему он это сделал? Почему решился на такой мерзкий, отвратительный шаг? Чуть не стал убийцей… Приказал отец, захотелось славы, личные счеты с Селест? В душе Тима поднялась волна ярости – настоящее цунами! В голове не укладывалось, как можно так поступить. И вдруг утихло: Тим вспомнил, что и сам он тоже забрал предназначение Селест. Пусть и невольно, но теперь он сильвебр, а это была ее судьба. Выходит, они с Алексом похожи? Сознавать это было очень больно, Тим заворочался с боку на бок и наконец не выдержал, сел. Нет, он бы никогда не пошел на такой шаг, не столкнул бы человека со скалы. А уж Селест… Смог бы он сам предать ее, подставить друзей, как вышло в ущелье Аар? Даже если бы злился, страшно злился… Неизвестно. Нет, он бы этого не сделал. Тим видел: Селестина искренне раскаивается. Наверно, она и вправду тогда сильно разозлилась… И все же ее это не оправдывает. А что же Алекс, интересно? Как он-то себя чувствует после того, что совершил? Наверняка купается сейчас в лучах славы…

Когда они с Валерьичем сидели в засаде, Тим видел, что Селестина сама прыгнула. Но видел и как Алекс шагнул к ней…

Тим снова почувствовал гнев – тот нарастал короткими, болезненными волнами, причиняя почти физическую боль. Ничего, Алекс же теперь аурум, черный дракон, а значит, им придется столкнуться в поединке – так все говорят. Лунаты даже не скрывают, что не хотят видеть других драконов на Мосту… Тим крепко сжал кулаки – скорей бы уже поединок…

В комнате было уютно и тепло, пахло пылью, сухими досками и старыми вещами, словно в доме у любимой бабушки.

Тим слышал, как рядом, всего в нескольких метрах от него, в своем спальнике ровно дышит Селестина, и почему-то от этого вновь стало спокойно на душе. Честно говоря, не очень-то он доверял ей после того, что произошло в ущелье Аар, но все же надеялся, что она не причинит ему зла хотя бы в благодарность за свое спасение. А то вдруг свяжется с Алексом…

Тим задумчиво хмыкнул, лениво оценивая эту версию, широко зевнул, лег, поудобнее устраиваясь, и наконец уснул.

Еще до рассвета их разбудили голоса – кто-то тихо переговаривался. Неожиданно Тим расслышал знакомые интонации и, неслышно выскользнув из спальника, мягко вскочил на ноги.

Сердце бешено стучало.

Алекс!

Селестина бесшумно последовала его примеру, ловко освобождаясь от спальника. Зрачки ее фиалковых глаз расширились, словно у кошки, почуявшей добычу.

– Это он! – потрясенно прошептала она.

Тим резко шагнул к девушке, одним движением заломил ей правую руку за спину.

– Ты нас предала! – процедил он, одновременно прислушиваясь к происходящему снаружи. – Снова!

– Отпусти, дурак… – прошипела в ответ Селестина. – При чем тут я?! Наверняка Алекс тебя почуял… Выследил.

– Что?

– Забыл? – Девушка так удивилась, что даже перестала вырываться. – Алекс связан с тобой энергией из тайнэра. В нем же течет и твоя энергия… Он может чувствовать тебя. Особенно если ты в ярости.

– И тебя, – едва слышно дополнил Тим. – Ведь он разбил и твой тайнэр, на Горе Чистых Звезд. Так говорил Валерьич, а он видел все до самого конца.

Селестина сердито глянула на Тима и не ответила. А тот вдруг вспомнил, что вчера действительно сильно разозлился на Волкова и даже мечтал о мести. Неужели именно тогда враг его почуял?..

Голоса приблизились.

– Кто в доме? – раздался незнакомый мужской голос.

– Никого, – глухо произнес Валерьич. – Я здесь один.

– А почему спишь на веранде? – ехидно спросил пришедший. – Охраняешь ведь, да? Заходи первый.

Тим замер, ослабляя хватку. Селестина воспользовалась этим, высвободилась и тут же сама приложила палец к губам. Выглядела она сердитой, но сосредоточенной.

– Они там, – уверенно заявил Алекс. – Я чувствую обоих.

– Там никого нет, – жестко повторил Валерьич. И добавил с нажимом: – Там только ветер.

Тим понял, что медлить нельзя. Он достал многогранник, а потом тронул Селест за плечо, знаками приказывая ей взять подарок Капеллы и повторять за ним.

Это был очень странный переход, не похожий ни на какие другие. Даже Лисья Нора казалась детской горкой в парке по сравнению с этими виражами. Селестине почудилось, что в какой-то момент она вся рассыпалась на мелкие кристаллы – алые, сверкающие, с острыми ровными гранями. Она все видела, слышала и чувствовала: как с шумом отворилась дверь и она пролетела мимо крепкого бородатого человека с неприятным лицом, посмотрела в желто-зеленые глаза Алекса, в нетерпении заглядывающего внутрь дома, и – взмыла в небо. Она слышала, как кто-то злобно выругался, как рассмеялся Валерьич, почувствовала дыхание Тима рядом… и вдруг увидела его самого, состоящего из прозрачных кристаллов, – он не был сейчас человеком, не был существом, не был ветром; скорее, он стал озорной кометой с ярким хвостом из разноцветных огней, переливающихся на гранях хрустальных капель… Они летели и летели, взмывая все выше, сквозь пространство, наполненное блуждающими искрами, а потом внезапно ринулись вниз, через пелену облаков, туман и дождь, сквозь камень и бетон, лесную хвою и лунное сияние… И Селестина вдруг поняла, что они мчатся на хвосте звездного света, летящего к самой земле; возможно, это был путь падающей звезды, который люди видят во время августовских звездопадов, а может, личный путь Капеллы, по которому мистресса иногда спускается в наш двуликий мир…

Глава 7. Лунница

Наступил ноябрь. Алекса пригласили на Лунницу – самый любимый праздник лунатов, символизирующий силу и мощь лунного народа. Обычно в эту ночь они с компанией летели на какую-нибудь шумную вечеринку на крыше, но сегодня их с Ильей пригласили на официальное торжество. Близился Час Затмения, и Луннице в этом году придавали особое значение. Алекс знал, что на празднике, который будет проходить во дворце Медеи и Монеи, где соберется весь свет лунной знати, ему вручат что-то очень важное.

Вначале Волков-старший убеждал сына надеть традиционный костюм лунатов: длинное бело-желтое одеяние, густо расшитое золотой нитью да еще с поясом, отделанным чеканными пластинами из миллениума. Алекс представил, как он припрется в такой хламиде на самое крутое событие за всю свою жизнь, и чуть не взвыл от негодования.

– Ты должен поддержать традиции предков, – увещевал его Михаил Волков. Сам он, кстати, собирался пойти в обычном деловом костюме.

Присутствовавший при разговоре Илья стоял с глупой ухмылкой и важно кивал, пока и ему тоже не принесли подобный костюм.

Алексу все же удалось настоять на своем. Илья наконец-то горячо его поддержал, да и звонок Дмитрия Серебрянского сделал свое дело. Отчим Селестины сообщил, что форма одежды предполагается свободная, это же не старинный обряд.

В результате Алекс надел желтую футболку и черный пиджак, а приглашенная по такому случаю команда стилистов вручила еще узкие туфли, впрочем, довольно удобные, и золотую цепочку с тремя полумесяцами на запястье. Стилисты также попытались сунуть ему в нагрудный карман желтый платок с вышитым черным драконом, но порядком уже взбешенный Алекс наотрез отказался.

Парикмахер в несколько движений сделал модную стрижку – выбрил затылок, оставив копну волос на макушке и не тронув отросшую челку. Только визажист оказался без дела – Алекс просто выгнал его из квартиры, наградив бесцеремонным толчком под ребра.

– Можно мне хоть лицо мое оставить? – процедил он.

– Ты теперь на виду, – осуждающе произнес стилист и нацепил на нос Алексу очки с затемненными стеклами. – Лучший лунат мира. Ты должен выглядеть соответствующе. Парни будут равняться на тебя, а девушки – вешаться на шею.

И он молниеносно опрыскал шею Алекса каким-то пряным парфюмом – видимо, это должно было привлечь девушек еще больше.

Тут уж Илья не выдержал и загоготал, за что получил тройную порцию того же парфюма и закашлялся, вдохнув большую часть.

Впрочем, с Ильей проделали те же процедуры и даже вручили платок, от которого отказался Алекс. Парень охотно принял все, что только предложила ему команда, и даже разрешил вернувшемуся тайком визажисту подровнять себе брови, отчего у главного стилиста тут же улучшилось настроение.

Сперва все шло неплохо: Алекс, Илья и Никита плыли на богато украшенной фонариками гондоле, выделенной специально для них, и глазели по сторонам. Роскошь венецианского дворца мистресс поражала воображение: залитые лунным светом мраморные бортики, колонны, ступени многочисленных лестниц, величественная крыша ротонды, украшенная гигантскими желтыми цветами, огромная балюстрада; а перед дворцом – сияющие разноцветными огнями гондолы со все прибывающими на праздник гостями. Вокруг всего этого великолепия, как маленькие луны, кружили белые летающие фонарики. Алекс приметил в толпе гостей немало красивых девушек – стройных, изысканных, в умопомрачительных вечерних платьях – и мысленно возблагодарил сердитого стилиста за свой вид. «Кажется, вечер будет прекрасный», – решил Алекс.

И действительно, за богато сервированными столиками то и дело произносились речи в честь Александра Волкова, аурума, истинного черного дракона лунатов. Медея и Монея, в длинных платьях из паутины черных и белых кружев, вызвали его на сцену и представили собравшимся как лучшего ученика Двуликого Университета в Болонье и сильного молодого мистика, подающего большие надежды. И все пили вино в честь Луны, матери лунного народа, хранительницы двуликого мира.

Алекс знал, что отец, Дмитрий Серебрянский и еще несколько важных персон празднуют в тесном кругу где-то в тайных залах дворца. Конечно, он бы с удовольствием послушал, о чем они там говорят, но и здесь, в этом чудесном зале с огромными люстрами-шарами, было чем заняться.

Вначале Алекс пообщался с девушками, познакомился со многими, но не запомнил ни одного имени, вежливо выслушал их комплименты и даже занес в личный список несколько акков самых симпатичных. Но вскоре он заскучал. Более того, их глупые лица вдруг начали его раздражать – в глазах каждой светилась покорность и обожание, готовность исполнить любой его каприз. Почему-то вспомнилась Селестина, ее упрямый, ироничный взгляд, в котором лишь иногда проскальзывал интерес, зато искренний, настоящий…

Он заметил знакомых по университету, но даже с ними не хотелось общаться. Кто-то все равно подходил, с восторгом и придыханием спрашивал про испытание, каково это – быть лунастром, черным драконом Луны? Что он чувствует, став избранным, оказавшись на самой вершине славы? Алекса удивило, что никто не вспоминает о Селестине, которая еще недавно тоже была в центре внимания. Никто не спрашивает, что с ней случилось, почему она упала… Складывалось впечатление, что о ней забыли, всех интересовал только он сам, Александр Волков.

В большом зале с чудесным полом, выложенным разноцветными звездами, началось театральное представление: актеры в золотых и серебряных масках играли на диковинных старинных инструментах и пели баллады о яркой Луне и бледных звездах, отваге и доблести лунатов, коварстве и слабости астров. Были и поединки на милло – зеркальных пиках. Потом снаружи раздались взрывы фейерверков – началось огненное шоу. А на столиках поменяли основные блюда на десертные.

Но Алекс уже откровенно заскучал. Интересно, куда подевался Илья? Он не видел друга с самого начала торжества. Как только их гондола причалила к берегу, Илья под каким-то незначительным предлогом скрылся из виду. Может, у него появилась девушка? Алекс хмыкнул – тогда понятно, почему исчез, не хочет знакомить с таким конкурентом.

Алекс давно бы ушел, но он обещал отцу дождаться его. Сегодня ночью они с близнецами хотели поработать над созданием энергетических сущностей: теперь, когда у него появились две нити, золотая и серебряная, получалось плести многослойные отражения и даже создавать фантастических зверей. Алекс мечтал сотворить волка – настоящего лунного волка, который всегда будет рядом.

Внезапно за толпой танцующих Алекс увидел знакомое лицо. Яна Серебрянская. Рядом с ней топтался и ее брат Никита. Они мало общались с Яной, особенно после испытания. Алекс не знал точно, как она отнеслась к его решению пожертвовать Селестиной, забрать ее предназначение, но был уверен: Яна не на его стороне.

И все же он начал прокладывать дорогу к ней сквозь толпу гостей. Завидев его, Никита тут же испарился. Даже в квартире он старался избегать Алекса, а уж здесь и подавно не хотел нарываться на неприятности.

– Привет.

Яна кивнула ему, словно знала, что он подойдет.

– Твой отец тоже здесь? – спросил Алекс, хотя отлично знал, что Дмитрий Серебрянский не пропустит такое важное мероприятие.

Яна снова кивнула.

«Интересно, о чем сейчас, в эту самую минуту, они беседуют», – подумал Алекс. Он был уверен, что говорили о нем. О черном драконе Луны. Об энергии. О том, как победить белого дракона… Эх, как жаль, что они упустили Князева! Да и тренер этот убежал – запустил какой-то сверкающий камешек вокруг себя и привет! Только его и видели. Наверняка тоже Йозеф подарил… Алекс злился на свою группу захвата, плохо сработали. И отец был очень недоволен…

– Я рада, что ты подошел, – произнесла Яна. – У меня к тебе важный разговор.

Алекс мгновенно скис – не любил он разговоров с девушками, особенно важных. А с этой вообще непросто – сложная личность. И поступки непредсказуемые.

– Я удивилась, что ты так легко согласился убить Селестину, – произнесла Яна. – Раньше ты не казался мне слабым.

Алекс почувствовал, что закипает внутри, – так и знал, что речь пойдет о ней, о Селест! Но он сдержался и даже выдавил подобие ухмылки.

– Помнишь, я гадала тебе на картах? – продолжала Яна. – Выпал интересный расклад: Лунная дорога, Тайна и Лунная принцесса. Это была твоя судьба, но ты ее предал.

Алекс поморщился, но снова сдержался.

– Ты прекрасно знаешь, почему все так получилось, – ровным голосом произнес он. – У меня не было выбора – или я, или меня. Это было единственно правильное решение.

– Да, я знаю, – спокойно подтвердила Яна. – И все-таки выбор у тебя был… Может, ты хочешь, чтобы я сказала помягче? Но с правдой проще. Правда – очень простая вещь. Прими ее, и станет гораздо легче думать.

Он вскинул брови.

– Ты решила преподать мне урок морали?

Яна усмехнулась.

– Возможно, когда-нибудь. Но сейчас о другом… Меня удивило, что ты легко согласился сделать так, как сказал отец, хотя всегда был лидером. Всегда взвешенно подходил к любому делу. Но ты поддался и теперь сам стал мишенью. Думал ли ты об этом?

Гнев Алекса мгновенно стих. О да, он думал об этом. Непросто забыть недавние покушения.

– На тебя будут нападать снова и снова. В конце концов, есть и другие претенденты на почетную роль первооткрывателя нового мира… И у них тоже есть отцы, подталкивающие их к «единственно правильному решению». – Яна изобразила пальцами кавычки.

Алекс насторожился.

– Что ты имеешь в виду?

Но Яна промолчала, лишь рассеянно качнула головой.

Алекса взяла злость.

– Сатурн и небо, неужели твои карты нашептали? – язвительно спросил он.

– Не надо злиться. Я всего лишь хотела предупредить, что ты забрался очень высоко и поэтому найдутся те, кто захочет тебя скинуть.

– Я избранный лунным народом, – с нажимом произнес Алекс, глядя исподлобья. – Черный лунастр, аурум. Зачем кому-то меня сбрасывать?

Глаза Яны насмешливо блеснули.

– Ты показал, что драконом может стать каждый. Любой, у кого хватит наглости. Мало кто знает про твой секрет – что из разбитого тайнэра Князева к тебе перешла часть его астральной энергии, а из тайнэра Селестины – лунная.

– Ты-то откуда знаешь? – Неприязнь к девчонке росла. – Откуда?!

– Я все знаю. – Яна усмехнулась уголком рта: – Карты шепчут. Ты доверяешь своему отцу? – внезапно спросила она.

Алекс хмыкнул. И это спрашивает дочь самого Дмитрия Серебрянского?

– А ты своему?

– Нет.

Алекса так удивил прямой ответ девчонки, что он даже растерялся. Но решил подождать, что еще скажет эта странная луната. И не прогадал.

– Поэтому я здесь, – медленно продолжила Яна. – Я чувствую, что ты тоже недоволен. Ищешь ответы. Я пришла на это пафосное и скучное сборище, чтобы поговорить с тобой. – Она внимательно посмотрела на него. – Нам стоит объединиться, Алекс. Создать тайный союз. Так мы выживем и действительно первыми пройдем по Сожженному Пути.

– Я и так пройду первым, – хмыкнул Алекс. – Да и тебе незачем переживать – ты тоже пойдешь за мной.

– А третьим наверняка пойдет твой друг Илья, – вдруг дополнила Яна. Ее губы тронула ироничная усмешка. – Вместо Селестины.

– Илья? – удивился Алекс. – Не может быть. Откуда ты знаешь?

– Знаю, – отрезала девушка. – Разве ты не в курсе? Ведь это его отец убедил остальных, что Селестина не подходит для великой миссии. Что она ненадежна, не луната, не с нами. – Глаза Яны грозно сверкнули.

– Павел? Ты уверена? – Алекс изумленно покачал головой. Он знал, что отец Ильи очень богатый лунат, ему принадлежит несколько сот двуликих долин. Но что он так амбициозен, своего сына проталкивает на самый верх, стало для него новостью. И на Селестину, выходит, он же наговорил… Сердце как-то неприятно сжалось. Алекс привык считать Илька своим другом, пусть тот всегда был вторым, но рядом. И до сих пор это всех устраивало! Но, видимо, не устраивало отца Ильи…

Алекс почувствовал себя очень одиноким.

Внезапно заиграла резкая, веселая мелодия – ему звонил Илья.

– Привет-привет… Ага, нормально. М-м… Да ты что? Пойдешь в тройке, значит… Поздравляю…

Когда Алекс убрал смартфон, то не смог скрыть растерянности.

– Илья с нами, – сказал он обвиняющим тоном. – Откуда узнала? Неужели сама догадалась?

– Его отец просто воспользовался вашей дружбой. – Яна слегка дернула бровью. – И протолкнул своего сына поближе. Еще поближе. Очень близко.

Алекс вдруг вспомнил, что Илья всегда был против Селестины. Не потому ли, что тоже хотел пройти по Сожженному Пути? И насколько близко к Алексу он готов встать? Может, на его место? Эта новая мысль как-то неприятно ошеломила его.

– Вот почему ты должен быть осторожен, – продолжала Яна. – Найдется много еще влиятельных лунатов, которые захотят пристроить своих сыновей на твое место.

– Но ни один из них не сможет стать драконом, – возразил Алекс. К нему вернулась уверенность. В конце концов, только у него есть и лунная, и астральная энергия… Пусть и взятая частично у других.

Глаза Яны на миг потускнели.

– Как ты думаешь, почему держат в плену этих двух астров, «сияющих»? Почему не отпустят? Ведь узнали же все, что хотели.

Алекс равнодушно пожал плечами.

– Наверное, как заложников.

– Нет.

Алекс недоуменно прищурился.

– Что ты хочешь сказать?

– Ничего особенного. Я просто хочу узнать, что будешь делать ты, если вдруг окажешься один среди врагов. Если тебя предадут даже самые близкие… Какова твоя конечная цель?

И Алекс наконец разгадал ее игру.

– Мой отец никогда не причинит мне вреда. Я уверен в этом, – с нажимом произнес он, глядя ей прямо в глаза.

Яна не отвела взгляд.

– И ты будешь поддерживать любое его решение? Даже если этих астров убьют, чтобы забрать их энергию для твоего полета? Даже если таких будут десятки, сотни? Даже если в какой-то момент ты и сам должен будешь пожертвовать чем-то, может, и собственной жизнью, ради великой цели – нового мира?

Алекс удивился: такая длинная тирада от обычно немногословной Яны! Очевидно, эта девушка знает намного больше него. Может, разведала что-то у своего отца? Хорошо бы склонить ее на свою сторону… Но и врать ей он не хотел. Да и попробуй соври такой… Поэтому, видя, что она нетерпеливо ждет ответа, осторожно сказал:

– Возможно.

Яна не сводила с него глаз. Изучала.

– То есть тебя не волнует, сколько людей погибнет, чтобы ты смог пройти по Мосту?

– Ты защищаешь астров? – усмехнулся он. – Не ожидал от тебя.

А сам подумал, что она темнит и явно хочет что-то выведать.

– Астры – тоже люди, – заметила Яна. – Ты уверен, что тебе… все равно?

Алекс сжал зубы, желваки так и заходили. Астры, которые собирались убить его? Он вспомнил темный итальянский дворик, нападение, жужжащие астральные диски.

– Да, мне все равно, – твердо сказал он.

Взгляд Яны погас, лицо стало равнодушным, как обычно.

– Ну что же, тогда нам больше не о чем говорить.

Время текло незаметно, отец все не выходил, а вот толпа гостей изрядно поредела – лунаты разбрелись по дворцу, по открытым верандам или перебрались на крышу, где то и дело запускали новые красочные фейерверки.

Алекс решил уйти – разговор с Яной окончательно испортил ему настроение. Да и близнецов еще можно было вызвать на встречу. Он обнаружил наконец Илью. Тот и вправду был с девушкой – высокой, черноволосой, в брючном костюме, с каким-то необычайно хмурым лицом. Алекс решил не тревожить друга, а вот отцу послать сообщение, что возвращается к себе домой.

И тут его тронул за плечо какой-то малый и пригласил на сцену.

Тотчас же стихла танцевальная музыка, зазвучал торжественный марш.

На мраморном возвышении, окруженном низким бортиком с тонкими фигурными перилами, уже стояли Медея и Монея в своих ажурных платьях. Издалека они показались Алексу двумя колоннами, поддерживающими крышу этого дворца. «Интересно, – вдруг рассеянно подумал он, – кого они действительно поддерживают, эти две высокородные мистрессы, и кому вообще нужен этот новый мир, Селенида? Разве лунатам плохо здесь, в двуликом мире? У них бессчетное множество скрытых от безликих долин, где лунаты полновластные хозяева. Астры подчиняются им, пусть и неохотно, – и все же это их мир».

Когда Алекс подошел к мистрессам, они улыбнулись ему, словно старому другу, взяли под руки и слегка подтолкнули вперед.

И опять ему это не понравилось: ведут себя с ним, как с мальчишкой. Будто он послушная марионетка на ниточках.

– Сейчас подойдет Дмитрий, – сообщила Медея. – Он вручит тебе нечто очень ценное… О, вот и он!

Действительно, к ним приближался Серебрянский – быстрой, стремительной походкой. Седой, поджарый, в обычном деловом костюме. Алекс невольно перевел взгляд на его обувь – черные спортивные туфли, модные, с гибкой, но твердой подошвой – в таких удобно бегать. Серебрянский коротко кивнул на почтительное приветствие Алекса, почему-то смерил его с ног до головы пристальным взглядом, словно окончательно принимал для себя некое важное решение, а затем повернулся к людям – возле сцены вновь собралась внушительная толпа.

– Наступает решительный момент, – громко произнес он, воздев руки к потолку, и сотни лун – матовые шары-люстры, загорелись ярче, словно подчеркивая торжественность его слов. – Близится час, когда мы ступим на собственную землю, Селениду… – Толпа восторженно взревела, грохнули аплодисменты. Серебрянский терпеливо подождал, пока перестанут хлопать. – Астры хотят опередить нас, у них тоже есть дракон. Мы, лунаты, понимаем их, они должны попытаться. – Все засмеялись, и оратор тоже позволил себе легкую улыбку. – И все-таки над новым миром взойдет наша Луна. Ведь недаром сказано в пророчестве…

Он говорил и говорил, и в какое-то мгновение Алекс перестал его слушать: он рассеянно оглядывал толпу и вдруг увидел Яну. Она смотрела на отца, но как-то странно. Ее взгляд ничего не выражал: ни обожания, ни гнева, ни внимания, ни интереса. Словно Дмитрий Серебрянский был пустым местом. Алекс вдруг и сам ощутил себя пустым местом. Возможно, дело было в пресыщении славой – в последнее время его слишком часто хвалили, заискивали перед ним, старались с ним подружиться… А он ровным счетом ничего не значит, он занял чужое место…

– Сегодня я передаю Александру Волкову древнюю вещь, принадлежащую моему роду. – Серебрянский повернулся к Алексу, и тот быстро отбросил дурные мысли. В конце концов, странно думать о своей ничтожности, когда ты стоишь на сцене и на тебя устремлены сотни обожающих взглядов. – Это амулет, знак лунного затмения. Он принесет избраннику детей Луны удачу в предстоящей битве за новый мир.

Серебрянский поднял руку. На длинной золотой цепочке закачался зеркальный диск.

Раздались восторженные охи дам, одобрительное покашливание мужчин, пронесся восхищенный шепот, все снова зааплодировали.

Алекс бережно принял амулет.

Он сразу понял, что это милло – зеркало, которое отражает чужую энергию. Его окаймляли частые, немного искривленные лепестки, словно застывшие языки пламени, так, что получалось солнце. Часть диска закрывал полумесяц с закрытым глазом.

Дав Алексу вдоволь полюбоваться, Серебрянский забрал амулет и бережно надел ему на шею.

– Это страшная вещь, парень, – тихо сказал ему Серебрянский. – Ее можно использовать только один раз. Запомни это.

Алекс кивнул, немного робея под стальным взглядом луната.

И вдруг он услышал характерное жужжание астрального диска и в последний момент успел уклониться – энергетическая сталь прошла в сантиметре от его уха. Пригодилась хорошая реакция, наработанная еще в «фисташках». Алекс увидел человека в серебряной маске, готовящегося пустить следующий диск. Астр стоял на перилах нижней веранды, за колонной, и там никого не было, кроме убийцы.

Алекс молниеносно вытянул руку – на кончиках его пальцев вспыхнул черно-зеленый болид, но он не успел кинуть снаряд. Потому как Дмитрий Серебрянский вдруг совершил небывалый прыжок прямиком к колонне, за которой прятался астр, и уже через мгновение схватил нападавшего за горло и сорвал с него маску.

Это оказалась девушка, но издалека Алекс не мог разглядеть, кто это.

Он ожидал, что астру сейчас уведут подоспевшие охранники из личной охраны луната, но Серебрянский не разжимал рук. Астра корчилась в его удушающей хватке. И вскоре обмякла.

Серебрянский сделал знак, и тело астры быстро унесли.

Оцепенение спало. Гости снова зашевелились, шумно и оживленно обсуждая случившееся. Восхищались отвагой Серебрянского, его молниеносной реакцией, хвалили выдержку Алекса. Еще через миг зазвучала веселая музыка, начались танцы, на столиках появились десерты – вскоре ничто не напоминало об убийстве.

Алекс же думал о том, что никто не обратил внимания на прыжок Серебрянского. А ведь лунаты не умеют прыгать так далеко. Возможно, после молва дорисует Серебрянскому черные крылья, но Алекс прекрасно все видел: тот не летел, а прыгнул.

Так кто же отчим Селестины? Неужели астр? Алекс невольно усмехнулся – ну нет, только не Серебрянский. Вряд ли есть на свете лунат, который ненавидит астров больше, чем этот человек. ТАК нельзя притворяться, не получится. Но и лунастром он быть не может, иначе откуда у него крылья? А отец рассказывал, что Дмитрий Серебрянский любит летать под луной…

Алекс вдруг ощутил, что по-прежнему крепко сжимает зеркало-диск в виде солнца с полумесяцем, словно нашел в нем спасение. Вспомнив слова Серебрянского, он бережно спрятал амулет под футболку – разглядит получше потом, дома.

Тут он заметил, что к нему уже спешит отец, хмурый и бледный, и внутренне выругался – похоже, в свою квартиру он попадет еще нескоро.

Глава 8. Многоликие озера

Кристалл Капеллы перенес Тима и Селестину к странному высохшему озеру, в жемчужно-серой котловине которого белели иссохшие стволы деревьев, похожие на скелеты больших рыб. Здесь царила легкая, незримая тишина, свойственная дикой природе. И в то же время вдоль озера вилась узкая дорожка, посыпанная желтым песком, явно предназначенная для пеших прогулок. Очевидно, это было ухоженное, заповедное место. Дорожка, бежавшая меж высоких елей, сворачивала неподалеку, и Тим с Селестиной, едва переглянувшись, молча направились в ту сторону.

Шли долго, никто не начинал беседу. Селестина нет-нет, да посматривала на кристалл Капеллы, который все держала на ладони – похожий на кусочек льда, он сиял бело-голубым и служил им единственным источником света. Прошел час, два, а может, и больше, прежде чем они вышли к небольшому круглому озеру, спрятанному среди скал, поросших густым лесом.

Под легким ветерком вода переливалась всеми оттенками зеленого, но была настолько прозрачной, что через ее толщу хорошо просматривались затопленные стволы деревьев, тоже выбеленные известью, и черные рыбки с серебряными спинками, резвившиеся возле самого берега.

Тим с интересом оглядывался, стараясь подмечать все детали. Над сонной еще водой склонялись длинные ветви деревьев, образуя укромные ниши, кое-где со скалистых уступов неторопливо спадали ручьи, их струи мягко серебрились, переливаясь в слабом еще солнечном свете. Вокруг озера шла дорожка, аккуратно выложенная плоскими камнями, и в одном месте от нее уходила вверх лесенка с деревянными перилами.

– Смотри, кристалл Капеллы потух, – сказала Селестина, протягивая Тиму многогранник, вновь ставший рубинового цвета.

– Выходит, мы пришли, куда надо, – рассудил Тим. Он уже успокоился и был рад, что им удалось улизнуть от лунатов. Только за тренера переживал – удастся ли тому выкрутиться? Надо будет связаться с ним чуть позже.

– Так это и есть Многоликие озера? Здесь я должна познать истину? – Селестина присела и медленно погрузила руки в воду.

Тим пожал плечами. Ему было все равно – сам он планировал искупаться.

Парень даже успел снять рубашку, как вдруг раздался резкий и строгий окрик на незнакомом языке. По каменной дорожке к ним, размахивая руками, бежал человек в зеленом комбинезоне и кепке – кажется, он спустился по той самой деревянной лесенке.

– Похоже, здесь нельзя купаться, – Селестина не выдержала и прыснула.

Смущенный Тим молча натянул футболку и, схватив девушку за руку, ушел в тень.

Снова они оказались за паутиной из черных кружев и наблюдали, как в нескольких метрах от них озадаченно оглядывается мужчина в зеленом комбинезоне. Вскоре он ушел, а Тим и Селестина решили отправиться дальше.

За три часа они обошли около десяти озер и видели множество уникальных водопадов – изящные короны из прозрачных водяных струй, красочные переливы и мощные перекаты. Повсюду сновали туда-сюда люди самых разных национальностей, иногда на деревянных мостиках скапливалось столько людей разом, что было не протолкнуться, но, когда день начал клониться к вечеру, толпа вокруг озер заметно поредела.

Дождавшись сумерек, Тим и Селестина выбрали огромное озеро, где в камышах обнаружили затопленную лодку – нос ее выглядывал из прозрачной, зеленоватой воды. Когда они впервые проходили мимо озера по дощатому настилу, Селестина нашла чью-то потерянную сережку – серебряную луну. Девушка посчитала это хорошим знаком.

Еще днем Тим слышал, как туристы – пожилая семейная пара – говорили, что здесь утонуло много людей, и озера названы фамилиями несчастных. Тим поделился с Селестиной. Она одарила его самым мрачным взглядом и пообещала, что если он скажет об этом еще хоть слово, то именно это озеро вскоре переименуют в Князев.

Вначале она долго смотрела на воду. Тима немного позабавило ее решение помедитировать над ночным озером, но он промолчал – шутливое настроение пропало, подкалывать больше не хотелось. В конце концов, чем скорее Селест найдет свое предназначение, тем лучше. Да и в глубине души он чувствовал себя немного виноватым перед ней – все-таки он-то стал сильвебром, а Селест потерпела неудачу. Поэтому Тим просто уселся рядом, скрестив ноги, и уткнулся в смартфон. Он знал, что сейчас ему лучше не лезть в Астронет, могут вычислить его местонахождение, но все же надеялся, что Валерьич как-то подаст весточку.

Селестина шелохнулась, невольно задела свой рюкзак и чуть не уронила его в воду.

– Ничего не получается. – Она рассерженно передернула плечами. – Я вижу все, что угодно, только не свое предназначение.

– Перейдем в другое место? – с готовностью отозвался Тим. От неподвижного сидения у него затекла спина, и он бы с радостью прогулялся.

Селестина вздохнула.

– Какое? Здесь много озер, и все они… многоликие.

– Может, тебе надо поспать? – терпеливо предположил Тим. – И ты увидишь подсказку в своем родовом сне.

– Может, – расстроенно пробурчала та, но решила последовать его совету.

Селестина улеглась прямо на пропахшие тиной и водорослями, истоптанные тысячами ног, влажные доски, сунув под голову рюкзак.

Тим подумал, что они странно смотрятся – на дорожке посреди огромного озера, в тишине и сиянии яркой звездной ночи.

Селестина лежала без движения, и вскоре ее дыхание стало ровным, а лицо расслабилось и посветлело. Тим невольно залюбовался ею, но снова вспомнил ущелье Аар и помрачнел.

Чтобы отвлечься, парень достал многогранник и начал его подкидывать. Он давно заметил, что серебристый след, который оставляет в воздухе кристалл, тает очень медленно, превращаясь в искрящуюся пыль, и в этот момент можно рисовать разнообразные фигуры.

Вот и сейчас он высоко подкинул многогранник, поманил к себе след, словно серебряную ленту, ловко изогнул перед собой так, что получился мост. Дорисовал опоры, а из оставшейся пыли «приделал» перила с фигурными столбиками. Все это время многогранник терпеливо крутился рядом и послушно лег на ладонь, когда Тим о нем вспомнил.

Мост мерцал перед его взором, переливался радугой, окруженный сияющим флером пылинок.

«Интересно, – вдруг подумалось Тиму, – как будет выглядеть тот самый, настоящий Звездный Мост, что должен привести астров в новый мир, Астралис? А вдруг он тоже будет состоять из серебристой пыли?»

В задумчивости Тим поднял голову к небу и увидел сверкающую полосу Млечного Пути. Казалось, в эту ночь звезды, похожие на рассыпанные по небу серебряные монеты, сияют ярче, чем когда-либо. Тим перевел взгляд на свой мост, который еще не рассеялся в темноте, и вдруг увидел его отражение в озере – и почудилось ему, будто его творение находится высоко в небе.

Он замер.

Почувствовал, что ему открылось нечто новое, ранее неведомая истина; он понял с необыкновенной ясностью, что должен построить такой же прекрасный мост, как тот, что уже есть на небе, новый Млечный Путь, и что дорога в Астралис непременно должна состоять в основном из звездной энергии!

Но вначале ему нужно разгадать Первый Секрет, узнать, что же скрыли от себя ранние. Как невыносимо было бездействовать! Он глянул на мирно спящую Селестину и невольно вздохнул – опять она его подводит!

А Селестине и вправду приснился сон: будто стала она стрекозой, сотканной из солнечного света – быстрой, яркой и невесомой. Она летела над самой водой и видела свое отражение, неотрывно скользящее за ней – ослепительный золотистый росчерк.

Как вдруг захлопали крылья, и на воду упала черная тень – слева просвистел огромный черный клюв, а потом еще раз слева и еще раз справа – птица пыталась схватить маленькую стрекозу. Та заметалась в испуге, пронеслась над водой и намочила крылышки, ее полет замедлился… а черный клюв птицы щелкал совсем рядом. И тут стрекоза ушла под воду, превратившись в рыбку.

Рыбка с серебристой чешуей и узкой черной спинкой резво вильнула плавником и умчалась в заросли темно-зеленых и салатовых водорослей, проплыла под старым, давно окаменевшим от белой извести стволом дерева и оказалась в небольшой лагуне.

На дне, придавленный черным камнем, лежал амулет – диск солнца с человеческим лицом. Глаза солнца были закрыты, а губы усмехались. Рыбка ткнулась носом в амулет и вдруг отпрянула – из амулета на нее глянула Яна Серебрянская.

Селестина резко села, но тут же снова опрокинулась назад, еще пребывая во власти сна. Даже глаза ее были закрыты.

Тим заинтересованно следил за ее действиями.

– Ну что? – наконец не выдержал он.

Но девушка не спешила: повертела головой, с силой протерла глаза, пригладила растрепавшиеся волосы, с наслаждением потянулась.

– Похоже, нам все-таки надо навестить лунатов, – задумчиво произнесла Селестина, не глядя на парня. – Я видела во сне Яну.

– Слава звездам, хоть какой-то знак! – с облегчением произнес Тим. – Только к лунатам пойду я один. А ты останешься здесь.

– Вот еще! – фыркнула Селестина. – Ты не понял, что ли? Яна подала знак мне.

– Тебе опасно, – тут же возразил Тим.

– Тебе тоже.

Парень поморщился.

– Я буду осторожен. И постараюсь привести твою сестру прямо сюда. А ты продолжишь искать свое предназначение. Снова заснешь или что-то в этом роде.

– Даже не мечтай.

– А я все-таки помечтаю.

– Размечтался!

– Не надо злиться, – примирительно проговорил Тим, которого начала забавлять их перепалка. Правда, и сдаваться он не собирался.

– Я же сказала, что уже не злюсь! – сердито воскликнула Селестина.

– Оно и видно, – усмехнулся Тим. – Да и что ты так разволновалась? Слово даю: я приведу сюда твою сестру. Заодно узнаю, как там Морж и Гемма. А тебе нужно и дальше, э-э… медитировать. И немного прийти в себя, если честно, тоже не помешает.

– Я же сказала нет!

Они замолчали.

Тим изо всех сил старался выглядеть спокойным и равнодушным. Хотя так и хотелось выговорить девушке все, что он про нее думал в последнее время. В конце концов, его друзья в беде, а он торчит здесь с ней!

Селестина почувствовала его настроение и немного смягчилась. Неожиданно потянулась к своему рюкзаку и спросила:

– Хочешь орехов? Я успела взять немного…

– Ну… давай.

Тим протянул раскрытую ладонь. Селестина вытащила холщовый мешочек, раскрыла.

– О, еще сушеные вишни есть.

– Лучше бы бутерброд, – вздохнул парень, кидая заинтересованный взгляд на ее рюкзак. Целый день без еды! В животе давно урчало.

– Ну уж извини, я не ожидала, что придется так быстро убегать… Интересно, как там твой тренер?

– Надеюсь, ему удалось выкрутиться.

– Смотри-ка, есть шоколадка!

Внезапно внутри рюкзака что-то блеснуло – Тим с удивлением узнал полусферу астрогира.

– Он что, у тебя? Астрогир?!

Селестина покосилась на рюкзак, немного помедлила, но все же вытащила астрогир – удивительный прибор своего отца-разведчика.

Тим не мог оторвать от него взгляда: а он-то думал, что астрогир пропал! Или достался лунатам! А Тимуров астрогир преспокойно лежит в рюкзаке его дочери.

Селестина аккуратно раскрыла прибор – верхняя полусфера откинулась с легким щелчком. Внутри по-прежнему парил миниатюрный земной шар, дрожали изящные стрелки. Голубой точки маяка не было.

– Я сразу пробовала, – сообщила Селестина. – Хотела разыскать отца. Прибор всегда настроен на меня – раньше я дотрагивалась пальцем до золотой стрелки, она вертелась по кругу, и вскоре загоралась зеленая точка. Я всегда могла узнать, где мой отец. Даже если он в секретной разведке…

Тим все неотрывно смотрел на астрогир. Боль вернулась – он снова ощутил, особенно остро, что потерял не только учителя, но и очень хорошего друга…

– Дай мне, – внезапно осипшим голосом попросил Тим.

Селестина глянула на него испытующе, но все же передала прибор – в ее глазах он увидел отголосок той же боли, что сейчас сжимала его сердце.

В прозрачной полусфере покачивался шар – точная копия Земли. Его протыкала серебряная стрелка. А золотая повисла рядом, словно давно болталась без дела. Она выглядела такой безжизненной, что Тим невольно тронул ее пальцем – и вдруг стрелка задрожала. Тим испугался, не сломал ли он чего, и быстро отдернул руку.

Селестина вскрикнула, мгновенно зажав рот ладонью. Тим испуганно глянул на нее – неужели и вправду что-то испортил? Но девушка смотрела только на астрогир.

– Что случил… – начал Тим, перевел взгляд на прибор и затаил дыхание: на шаре появилась яркая голубая точка.

– Астрогир указывает на тебя, – потрясенно произнесла Селестина. – Как такое может…

Она не договорила, ее рот округлился, а брови поползли вверх. Тим уже давно таращился на астрогир в своей руке – золотая стрелка вдруг метнулась в сторону и замерла – возле ее острия медленно разгоралась зеленая точка.

– Это отец, – прошептала Селестина, бережно беря прибор. В ее фиалковых глазах вспыхнули радостные огни.

– Ты уверена? – почему-то так же шепотом спросил Тим. Хотя и сам знал – правда.

– Выходит, астрогир теперь запрограммирован на тебя? – Глаза у Селестины сузились. Но она вдруг хлопнула себя по лбу: – Ну конечно! Йозеф просто спрятал папу, погасив его метку… У отца была метка на левом запястье, – пояснила она недоумевающему Тиму. – Именно по ней астрогир находил его координаты. А ты, как Маяк, очевидно сумел обойти этот блок… Я не знаю, как именно это работает, – призналась она. – Но теперь я точно смогу узнать, где мой отец, и – освободить его!

Она аккуратно дотронулась пальцем до зеленой точки – та вдруг вспыхнула, от нее пошел дымок, сгустился в облачко. И в нем, словно на фотографии, проявилась карта.

– Это Дом Сияния! – обрадовалась Селестина. И тут же сникла. – Ну и как нам теперь туда попасть? Неужели все-таки придется идти на поклон к старику?..

– Выходит, он не убил Тимура! – радостно произнес Тим, понемногу приходя в себя. – Но зачем же тогда весь этот спектакль? Еще и на Мика наговорил…

– Я не знаю, – Селестина аккуратно захлопнула астрогир. – Но главное, ты понимаешь, он жив!

– Тимур жив, – повторил Тим, все еще не веря до конца, и широко улыбнулся.

Селестина тоже заулыбалась. И вдруг сильно обняла Тима, спрятав лицо на его груди. Парень осторожно прижал ее к себе и с наслаждением вдохнул чудесный запах ее волос. Как же это было хорошо – просто радоваться тому, что Тимур жив. И что Селестина рядом. И счастлива…

К сожалению, момент длился недолго – Селестина первая отстранилась и бережно спрятала астрогир в рюкзак.

– Я ухожу, – твердо произнесла она.

– Э-эй, постой! – засуетился Тим. – Ты не можешь никуда идти!

– Почему это? – удивленно спросила та.

– А как же Капелла? Она ведь отдала тебе свой многогранник! Она ждет от тебя новостей. Ну и чтобы ты вернула кристалл, конечно.

Селестина упрямо тряхнула головой.

– Подождет. В конце концов, они и так долго ждут – целую вечность. Да и что я? Ты полетишь к ним и прикроешь нас. Только про отца пока что ничего не говори.

Тим хмыкнул.

– Размечталась! – насмешливо бросил он. – Ты еще недавно собиралась к лунатам, забыла?

– И ты тоже. О друзьях своих уже не вспоминаешь? Кто рвался их спасать?

Тим помрачнел. Он разрывался на части: ему хотелось немедленно отправиться на выручку друзьям и в то же время – рвануть на поиски Тимура Святова.

– Я ухожу, – предупредила Селестина, вставая.

Но Тим придержал ее за руку.

– Ты смеешься? Конечно, мы идем вместе. Тем более что именно я оживил астрогир. А вдруг я должен быть с ним рядом? Вообще могла бы отдать его мне.

– Размечтался, – в тон ему ответила Селестина. – Этот астрогир дал мне папа, и только он может его забрать. Так что ты лучше бы подумал о…

– Я иду с тобой, – оборвал ее Тим. – И точка.

Некоторое время они сверлили друг друга испытующими взглядами.

– Ладно, – сдалась Селестина. – Пойдем вместе. Только давай договоримся: действуем сообща, никаких обвинений и никаких подозрений. Мы сейчас на одной стороне.

– Как скажешь, – равнодушно произнес Тим. Но в душе был рад, что так получилось.

Селестина глянула на зеленоватую воду, в которой сновали туда-сюда серебристые рыбки с черными спинками.

– Слушай, я знаю, что твои друзья попали в беду из-за меня, – вдруг проговорила она, глядя на него. – И я хочу им помочь. Хочу все исправить. А еще… – Она помедлила. – Я хочу, чтобы мы вместе спасли Тимура. Ты ведь действительно поможешь мне? Я правда могу на тебя положиться?

Тим не выдержал и мягко улыбнулся – как всегда, когда у него было очень хорошее настроение.

– Обещаю! – сказал он и добавил с иронией: – Только ради Тимура.

– На большее и не рассчитываю, – хмыкнула девушка.

– Давай пока уберемся с этих Многоликих озер и попробуем подобраться к Дому Сияния. Все-таки у нас там еще остались надежные друзья: Вилл и Аника. Может, им уже удалось что-то разузнать.

– А еще есть Мик, – добавила Селестина.

В ее голосе проскользнула нежность, и Тим почему-то приревновал к парню, но тут же себя одернул. В конце концов, у него самого есть Гемма.

Чтобы скрыть свои чувства, он молча обхватил левой рукой Селестину за плечи, а правой подкинул многогранник и вмиг стал звездным ветром.

Глава 9. Пытка

Его привели в комнату с гладкими черными стенами. Здесь не было мебели, только несколько тусклых ламп свисали с потолка на длинных веревочных шнурах.

Вдоль стен близко друг к другу стояли астры, в основном подростки, молодые ребята. Морж сразу узнал своих – просто усилил астральный взгляд, и вспыхнули серебряные нити вдоль позвоночников. Сердце забилось в тревоге, по спине пробежал холодок. Несмотря на вполне сносную одежду, вид у пленников был изможденный, понурый и какой-то отсутствующий, словно происходящее вокруг давно перестало их интересовать. Складывалось впечатление, будто их просто привели с улицы.

– Что здесь происходит? – спросил Вениамин.

Но никто ему не ответил.

Внезапно в одной из стен открылся прямоугольный проем и в комнату вошли трое: Дмитрий Серебрянский, за ним Яна, и последним – Илья, тот самый очкарик, друг Алекса. Парень сразу узнал Моржа, злые глаза за стеклами очков ехидно прищурились.

– Итак, вскоре начнем наше маленькое общее дельце, – сухо сообщил Серебрянский. – Кто согласится на передачу астральной энергии добровольно, будет отпущен сразу же после обряда.

Несколько человек робко шагнули вперед.

Вновь усилив астральный взгляд, Вениамин вгляделся в лица «добровольцев» и невольно отпрянул – их глаза казались пустыми, они словно находились под действием морока.

– Калюжный! – вдруг позвал его Серебрянский. – А вот и наш пленник, нарушитель спокойствия. Это ведь ты дружишь с белым драконом, сильвебром? Поэтому и помешал нам во время проведения секретной операции.

По рядам пленников пронесся еле слышный шепот. На какой-то миг лица астров осветились, во взглядах, обращенных к Веньке, затеплилась надежда, проскользнул интерес, любопытство и – мольба о помощи.

– Твой друг так и не явился. Что-то он не спешит тебя спасать, – скупо усмехнулся Серебрянский. – Придется, пожалуй, немного надавить на него… Собственно, поэтому ты и здесь.

– Я под защитой Дома Сияния, – ровным, недрогнувшим голосом сообщил Венька, хотя внутренне сжался от ужаса. – И Гемма Антарес тоже.

– Да-да, – скучающе протянул Серебрянский. – Только теперь вы вне закона. Вы помогли сбежать опасному преступнику.

Венька непонимающе нахмурился.

– Что? С каких это пор Тим опасный преступник?

На лице Ильи заиграла широкая улыбка. Яна делала вид, что увлечена Астронетом – над ее смартфоном так и летали разноцветные планетки.

– Илья, – вдруг обратился к парню Серебрянский, – просвети-ка ты нашего гостя.

Тот выступил вперед.

– Белый дракон похитил Селестину Святову, нашего потенциального черного дракона. Можно сказать, астры объявили войну за новый мир, украв девушку. И провернул это дело Дом Сияния, всем ясно.

В голове у Веньки вспыхнули десятки вопросов одновременно. Что? Тим украл Селестину? Зачем? С какой стати? Как-то непохоже на правду…

– И теперь у вас нет дракона? – удивленно спросил он. – Неужели Тим теперь единственный дракон, способный пройти по Мосту, так, что ли?

Венька видел краем глаза, что Яна бросила на него тревожный взгляд. Или показалось? В любом случае, он насторожился – лицо Ильи осветилось торжеством. Казалось, даже очки засияли.

– У нас есть черный дракон, – медленно произнес Илья. Судя по всему, его так и распирало от желания сообщить что-то важное. И ничего хорошего это не предвещало.

Так и случилось.

– Алекс Волков теперь наш лунный дракон, аурум, – объявил Илья, усмехаясь.

Венька перевел взгляд на Яну, но та не смотрела в его сторону.

– Алекс Волков смог быстро принять верное решение, – подтвердил Серебрянский. – Он разбил тайнэр Селестины Святовой и сам стал драконом. Теперь он единственный черный дракон, способный пройти по Мосту.

– Как удачно, – не сдержался Венька. – Какое удивительное совпадение!

Он ни на минуту не поверил Серебрянскому. Судя по всему, Селестину просто убрали, поставив вместо нее Волкова. А Тиму как-то удалось ее спасти и даже скрыться от лунатов, и теперь его разыскивают, а они с Геммой стали приманкой. То есть все гораздо хуже, чем он думал.

– Дом Сияния… – начал Венька, но Серебрянский тут же перебил:

– Дом Сияния вам не поможет – все факты против вас и старина Йозеф тебя лично не спасет. Впрочем, как и твоего друга Князева.

Вениамин лихорадочно продумывал варианты.

– И какой у меня выбор? – убитым голосом спросил он.

– Либо мы заберем всю твою энергию, либо ты согласишься сотрудничать с нами.

– С лунатами?

– Поможешь нам выследить Тимофея Князева.

Морж фыркнул.

– Ни за что!

– На твоем месте я бы хорошо подумал. Взвесил все. Ты здесь один, и заступиться за тебя некому.

– Да пошел ты… – Морж добавил крепкое ругательство, но Серебрянский даже бровью не повел. Казалось, он вообще размышляет уже о чем-то другом.

– Я же говорил, что ничего не получится, – раздался знакомый голос.

Морж скосил глаза – так и есть, в комнату с черными стенами вошел Алекс. Насмешливо скривился в ответ на ненавидящий Венькин взгляд и сделал неприличный жест. Дмитрий Серебрянский этого даже не заметил.

– Они дружат с детства, – продолжал Алекс, подходя ближе к Серебрянскому. – Он не станет помогать. В лучшем случае сделает вид, что согласен, а сам будет только мешать.

– Нам нужен белый дракон, – задумчиво произнес Серебрянский. – Если на Мост взойдут оба, шансы будут равные. Поэтому лучше позаботиться о конкуренте заранее.

Глаза Алекса грозно сверкнули, а в голосе зазвенела сталь:

– Я найду его. И убью.

– Ну что же, тогда переходим к плану Б. – Серебрянский коротко кивнул Алексу. – Сегодня много не берите, растяните на несколько заходов. Пусть помучается, раз такой благородный.

Серебрянский удалился, и тут же в комнату зашли трое мужчин и направились прямо к Веньке. Один быстро скрутил ему руки за спиной, второй насильно усадил на пол. Алекс, Илья и Яна расположились перед ним полукругом.

Никогда еще Морж не чувствовал себя так паршиво – девушка его мечты, Яна Серебрянская, сидела напротив и смотрела на него совершенно равнодушно. Он не знал еще, что с ним сделают, но догадывался, что хорошего из этого ничего не выйдет.

Парень вдруг вспомнил, какой она была на крыше Танцующего дома – совсем непохожей на эту холодную, жестокую лунату, и рассвирепел.

– Что бы вы ни задумали, я не стану участвовать в вашем идиотском обряде.

Венька знал, что обряд передачи энергии должен быть добровольным. Если же энергию поглощают без разрешения, то смогут взять в разы меньше.

– Да кто тебя спрашивать станет, – мягко отозвался Алекс, насмешливо глядя на Моржа. Судя по всему, он был в прекрасном настроении. – Все просто. Ты можешь отдать энергию добровольно. Тогда ты не почувствуешь боли. Вас же этому учили, чтобы поделиться с Князевым, я прав? Можешь не отвечать, – осклабился он, заметив, как нахмурился пленник. – Ну а если не хочешь по-хорошему, я заберу у тебя энергию, как у этих болванов. Обычным способом. Толку меньше, но все же мы добьемся своего.

Морж украдкой глянул на астров у стенки. Даже добровольцы, вышедшие вперед, так и остались стоять. Все они казались спящими.

– Что это за ребята? – холодно спросил Морж. – Тоже вне вашего закона?

– Почти угадал, – хмыкнул Алекс. – Просто дети преступников. Или дураки, которые согласились отдать энергию за деньги или услуги.

– Почему одни подростки?

– Не умеют еще защищаться. У взрослых энергию взять сложнее… Да и энергия ровесников лучше подходит, сам же знаешь.

– Зачем тебе столько энергии? – сухо спросил Морж. – Я так понимаю, не хватает для битвы с Тимом? Ты ведь не истинный лунастр, как он и Селестина.

Лицо Алекса посерело, а черные зрачки затопили всю радужку. Видно было, что он очень разозлился.

– Тебя. Это. Не касается, конопатый, – отчеканил он, выплевывая слова по одному. – Ты отсюда живым не выйдешь.

И вновь растерянный взгляд Яны и торжествующий – Илька.

– Ты хоть понимаешь, какой ты урод? – не выдержал Морж, глядя только на Алекса. – Не то чтобы я удивился… Но все-таки, как же Селестина? А я-то еще думал, что ты к ней, гм… неравнодушен. Выходит, ты занял ее место? Может, и убить ее собирался на обряде, да Тим не дал?

Губы Яны тронула горькая усмешка, но тут же пропала. Морж заметил это и понял, что угадал. Да и разъяренный взгляд Алекса был тому подтверждением.

Но тут кашлянул Илья.

– Может, начнем? – тихо осведомился он, поправив очки. – А то зря только время тратим. А мне еще лекцию на завтра учить.

Морж ужасно пожалел, что у него связаны руки: этому очкарику уроки готовить, Сатурн его подери! Ничего, что у него, Моржа, жизненную энергию собираются забрать? И непонятно, когда остановятся… Ну-у, дайте только выбраться из этой переделки!..

– Надо спросить еще раз, – тихо произнесла Яна.

– Твое решение, астр, – процедил Алекс. – Ты помогаешь нам или нет? Я считаю до трех.

Морж еще раз обвел взглядом астров. Он знал, что вскоре станет таким же безвольным, как они. Зависит от того, сколько подобных обрядов ему придется выдержать. Впрочем, лучше сосредоточиться на этом испытании… Он закрыл глаза, чтобы не видеть девушку напротив, и неслышно вздохнул. Он знал, что нужно сопротивляться, тогда энергию забрать будет гораздо сложнее, но это больно, очень больно.

«Тим, теперь вся надежда только на тебя», – успел подумать он, прежде чем почувствовал первый ледяной озноб, пробежавший по позвоночнику, – серебряную астральную нить скрутило, и все тело пронзила острая боль.

Глава 10. Старый знакомый

Дом Сияния находился в большой двуликой долине, в которую можно было попасть не только через общие тернии, но и по тайной дорожке. Селестина предложила подождать в старой, разваленной башне на краю леса, в которой она часто пряталась в детстве, когда сбегала с поднадоевших семейных собраний.

Вначале Тим хотел вызвать Старого Томаса, но, поразмыслив, рассудил, что это было бы неразумно – Йозеф наверняка следит за своим мистическим лифтом.

И тогда Селестина решила связаться с Микаэлем – тот знал несколько тайных ходов в Дом Сияния и, возможно, согласился бы им помочь. К тому же Йозеф выставил его предателем, и наверняка Мик хочет вернуть себе честное имя. И все же Тим вначале дал сигнал Виллу – написал ему на акк «Тренировка» – кодовое слово, означавшее, что может понадобиться его помощь.

Они с Тимом прождали целых два часа, но ни Вилл, ни Аника не ответили. Селестина все-таки написала Мику на акк, намекнув, что она ждет на том самом месте, где они впервые встретились. Тим, ставший в последнее время очень подозрительным, предложил не рассказывать Мику все и сразу – про предназначение Селестины, Многоликие озера, Первый Секрет и прочее.

– Мы не должны доверять всем подряд. Тем более что мы так и не знаем, что случилось с Тимуром.

– Микаэль – это не все, – возразила девушка. – Но ты прав, болтать нам стоит поменьше… Во всяком случае, пока не выясним правду.

К их огромному облегчению, Мик словно ждал, когда они с ним свяжутся, и тут же прислал ответ. Он придет на место, как только удастся выскочить из Дома Андромеды, где он теперь обитает.

Тим собрался было превратиться в звездный ветер и обследовать округу – нет ли за ними слежки. Но Селестина его остановила.

– Береги энергию, – назидательно сказала она. – Кто знает, когда нам снова придется сражаться… Может, и с белыми карликами.

– Лучше убедиться, что поблизости никого нет, – настаивал Тим.

– Да, но есть способ попроще.

Послав ему снисходительный взгляд, Селестина достала из рюкзачка веер, раскрыла его одним щелчком и плавно взмахнула сверху вниз, а потом слева направо.

– Я проверю, есть ли рядом люди, – пояснила она. – Услышу мысли безликих и двуликих. Правда, двуликие почувствуют нашу вибрацию…

– Вибрацию?

– Да, энергетическую вибрацию астральной и лунной нитей. Веер ловит эферные сигналы, но из-за этого воздействия нити начинают вибрировать, и двуликие могут нас почувствовать.

– Все равно отличная штука, – восхитился Тим.

– А ты как думал! Правда, лунатская вещица…

Глядя на ее сосредоточенное лицо, Тим вдруг вспомнил их первую встречу – в ту ночь, когда он совершил первый астральный прыжок.

«Уже тогда она меня предала, – с грустью подумал он. – А потом и в ущелье… Возможно, предаст в третий раз, если ей будет нужно… Нельзя ей доверять».

И все же он вдруг со всей ясностью понял, что сейчас Селестина чуть ли не единственный его друг. Морж и Гемма в плену, Тимур…

– Все чисто, – прервала ход его мыслей Селестина. – Хотя нет, погоди… – Она вновь взмахнула веером несколько раз, напряженно к чему-то прислушалась и вдруг расплылась в улыбке: – К нам идет Мик! – И с досадой добавила: – Говорит, давно меня заметил.

Первым делом Мик крепко обнял Селестину – возможно, чуть дольше задержав в объятиях, чем требовалось, а потом с чувством пожал Тиму руку.

– Как я рад, что с вами все в порядке, – сказал он. – И спасибо, что доверяете. Я переживал, что вы поверите Йозефу и будете считать меня врагом. – Его взгляд посуровел, а губы плотно сжались.

– А мы как раз собираемся к нему в гости, – сообщила Селестина. – Помнишь наши тайные вылазки в детстве? Ты наверняка знаешь самый безопасный путь в Дом Сияния.

Но Мик покачал головой.

– Не советую идти в Дом Сияния – Йозеф усилил охрану, все наши тропы рассекречены.

Селестина огорченно вздохнула.

– Этого я и боялась.

– Но у нас там есть друзья: Вилл и Аника, – вмешался Тим. – Можно же их задействовать.

– Вы не понимаете: нельзя идти к Йозефу! – настаивал Мик. – Вы забыли, что он сделал с Тимуром?

Тим с Селестиной переглянулись. Тим уже думал намекнуть Мику про астрогир, но Селестина будто почувствовала и поспешно сказала:

– Я хочу поговорить с Йозефом и узнать у него всю правду. Он не причинит вреда любимой внучке.

Мик нахмурился.

– Хорошо, – наконец произнес он. – Возможно, ты права. Но Тим пойдет со мной.

– Куда? – опешил тот.

– В Дом Андромеды. Я уже говорил с нашим главой, он с радостью примет тебя под свою защиту.

Воцарилось молчание.

– Ты – белый дракон, сильвебр, – быстро заговорил Мик, внезапно разволновавшись. – Астры не оставят тебя одного против всего лунатского мира. Йозеф – предатель, он убил Тимура Святова! Мы все боимся, Тим, что он погубит и тебя, последнюю надежду астрального народа… – тихо закончил он.

– Но у меня есть свои дела, – возразил Тим. Слова Мика застали его врасплох. – Мои друзья в плену у лунатов.

– Мы подумаем, что можно сделать, – тут же отозвался Мик. – Но прости, Тим, твоя безопасность превыше всего… Знаете ли вы, что сейчас творится повсюду? – Он окинул их вопросительным взглядом.

Тим и Селестина одновременно пожали плечами.

– Белые карлики, – сухо объявил Мик. – Они появились в нашем мире. Приходят из двуликих долин, выползают из терний и убивают… С миром что-то происходит. Разведчики говорят, границы истончаются, расколы рушатся, поэтому карлики и могут пробраться к нам. Час Затмения ближе, чем думали все мы – и астры, и лунаты, вот почему ты должен пойти со мной, Тим. Быть с астрами.

Тим не успел ответить: внезапно ожил его смартфон – завибрировал в кармане рюкзака. Парень так удивился, что, ловко вытащив смартфон, не раздумывая, нажал на иконку Астронета. Выскочила зеленая планетка.

– Осторожнее, – предупредила Селестина. – Мало ли от кого сообщение…

Но ее смартфон тоже завибрировал.

– Это кто-то из своих, – взволнованно произнесла девушка. – Яна! Но она почему-то сбросила звонок…

Над планеткой Тима вдруг появилось изображение: полутемная комната, тайновязь, ярко очерченный круг со светящимися линиями… в центре круга лежит неподвижное тело…

– Морж! – ахнул Тим. – Посмотри, это же он!

Селестина напряженно вглядывалась в изображение. Микаэль подошел поближе.

– Они выкачивают энергию, – хмуро сообщил он. – Это обряд передачи астральной энергии.

– Я вижу Яну! Она тоже в круге. И… – Селестина осеклась и нахмурилась.

– Волков и его верный дружок Илья, – закончил Тим. – Я иду туда.

– Нельзя! Ты что, не понимаешь? Это ловушка! Поэтому звонила Яна – она хочет о чем-то предупредить!

– Твоя сестра тоже в круге, – с ненавистью процедил Тим. – Она на их стороне, как ты не понимаешь? Или ты и сама за них?

Глаза его сузились.

Селестина пренебрежительно хмыкнула.

– Ты что, забыл? Они хотели меня убить.

– Я больше не доверяю твоей сестре.

«И мне», – хотела добавить Селестина, но промолчала. Она понимала его чувства.

– Дай мне три минуты, – попросила она. – Я попробую связаться с ней, и мы все выясним. Раз и навсегда.

Тим шумно вздохнул и развел руками.

– Три минуты. Но я уверен, что мы пожалеем.

– И будь осторожнее, – вмешался Микаэль. – Не рассекреть наше местонахождение.

Селестина дотронулась до браслетов на своих руках – левой рукой – до лунного, правой – до астрального. Осторожно сделала несколько пассов, очерчивая овал, направила астральную энергию в центр, вызывая отражение, добавила лунной – овал затуманился.

В нем показалось сосредоточенное лицо Яны.

– Слава Луне, ты меня правильно поняла! – облегченно выдохнула она. – Князев с тобой?

Но Тим, стоявший за зеркалом, помотал головой.

– Нет… его здесь нет.

– Передай ему, чтобы ни в коем случае не лез сюда, в Яховск, – быстро затараторила Яна. Ее голос казался очень взволнованным. – Пусть спрячется, его хотят убить! Только один дракон должен взойти на Мост!

– А что с ребятами? – быстро спросила Селестина. – Из них что, выкачивают энергию? Для кого?

– Ты им не поможешь, Селест, – сказал мужской голос.

Глаза Селестины округлились. А губы, наоборот, плотно сжались.

Позабыв об осторожности, Тим рванулся к зеркалу. Так и есть – вместо Яны в отражении появилось лицо Алекса. И этот гад уже улыбался.

– На ловца и зверь бежит… – Желтые глаза Алекса вспыхнули золотым огнем. – А я тебя уже заждался, Князев. Что же ты друзей своих оставил? Не спасаешь… А они, между прочим, в смертельной опасности. И дружок твой, и девушка… Или Селест вернулась, Гемма Антарес позабыта? Видишь, мы все у нее узнали, девчонка оказалась слаба…

Селестина резко взмахнула руками – и отражение рассеялось.

Тим стоял бледный и глядел в одну точку. Микаэль молчал, но пристально следил за обоими.

– Он блефовал, – наконец проговорила Селестина.

Тим изумленно глянул на нее:

– Да ты что? А я-то не заметил.

– И что будешь делать?

– Иду их спасать. Больше откладывать нельзя. И сам, Селестина.

Он достал многогранник, хотел уже его подкинуть, но девушка повисла на его руке.

– Тим, я пойду с тобой! Доверься мне. Я не дракон – Алекс занял мое место. Мне ничего не угрожает. И все же прислушайся к совету Яны – она не стала бы рисковать просто так.

Зашуршала каменная крошка – это Микаэль стал отходить к выходу из башни.

За его спиной возникли два тени.

– Башня окружена, – твердо произнес Микаэль. – Прошу сохранять спокойствие. У вас нет выбора. Вы оба пойдете с нами.

– Мик… – потрясенно выдохнула Селестина.

Тим отступил назад, заслоняя собой девушку.

– Я с места не сдвинусь, – твердо произнес он, сверля глазами Микаэля. – А вот тебе лучше объясниться.

– Ты наш единственный дракон, Тим Князев, – сказал Микаэль. Две тени за его спиной приблизились – судя по всему, это были астры – их лица скрывали серебряные маски. – Поэтому ты пойдешь с нами, хочешь ты этого или нет. Ради твоей же безопасности.

В следующий момент произошло сразу несколько вещей: Селестина метнула из-за плеча Тима что-то яркое, озарившее собой все пространство старой, полуразрушенной башни; а вместо входного проема с неровными очертаниями, где стоял Мик и люди из дома Андромеды, вдруг появились стальные двери лифта и с шумом открылись. Тим издал изумленный вздох: очевидно, пространство поменялось, и старина Томас пришел на выручку. Только если воспользоваться им…

Но Селестина уже бесцеремонно втолкнула его в кабину – двери лифта тут же закрылись.

Скрипели старые тросы – лифт перемещался по известным лишь ему одному межпространственным путям.

– Мик нас предал, – уже в который раз повторяла Селестина. – Не ожидала от него… Мы избежали серьезной опасности. Можно сказать, были на волоске…

– Ну а сейчас едем в гости к Йозефу, – напомнил Тим. – Так что неизвестно еще, что было бы хуже… Хотя мне не понравился приказной тон нашего друга Микаэля.

Селестина вздохнула, мысленно соглашаясь.

– Дом Андромеды всегда соперничал с Домом Сияния на разных ассамблеях, но я не ожидала, что они пойдут на такой шаг!

– И все же пошли.

– А ведь Старый Томас пришел тебе на выручку. – Селестина изумленно покачала головой. – И как это он тебя слушается? Никого он раньше не слушался, кроме Йозефа.

– Возможно, тоже ловушка, – хмуро предположил Тим. – И лифт прислал твой… дедуля. Но я готов встретиться с Йозефом. Мне надоело прятаться.

– И мне, – кивнула Селестина.

– Ну вот и отлично.

Тим вдруг понял, что совершенно не боится этой встречи. Наоборот, ожидает с большим нетерпением. Он должен узнать правду. Найти Тимура. И услышать ответы на свои вопросы.

– Она тебе нравится? – внезапно спросила Селестина.

– Кто? – Тим заморгал, застигнутый врасплох.

– Гемма, кто же еще.

– А… Ну да. Очень.

– Она симпатичная.

После этого они не разговаривали. Тим удивленно прислушивался к себе – показалось ли, что его сердце радостно забилось, когда он распознал ревнивые нотки в голосе Селестины?

Селестина же мысленно ругала себя. «Она симпатичная» – ну надо же такое сказать?!

Наконец лифт дрогнул и со скрипом остановился. И Тим, и Селестина на секунду замерли в неясной тревоге. Что их ждет в Доме Сияния? Как примет их Йозеф? Неизвестно…

Но вот дернулись двери и, разъехавшись в стороны, открыли полумрак столь знакомого кабинета.

Глава 11. Карты для Алекса

Уже на следующий день после происшествия на Луннице Алекс окончательно переехал в отцовский дом в Яховске. К его досаде, Никиту тоже послали вместе с ним и даже выделили ему отдельную комнату, смежную с Алексовой спальней.

– Нельзя просто оставить меня в покое? Разве наш дом плохо охраняют? Я смогу сам о себе позаботиться, – заявил Алекс отцу.

Но Михаил Волков и слышать ничего не хотел.

– Никита доказал, что замечает многое… – туманно изрек он и нахмурился, увидев недоуменный взгляд сына. – И еще хочу тебя попросить: без моего разрешения за ворота – ни шагу. Кроме того, в комнате Никиты есть терния – мгновенный переход в дом Серебрянских, если понадобится вдруг срочная эвакуация. Или же сам Дмитрий вызовет к себе… И даже, – он строго взглянул на сына, – если у тебя появятся к нему вопросы, ты можешь воспользоваться этим путем.

Так Алекс оказался запертым в собственном доме, из-за чего он злился на всех, особенно на пленников. Это ведь из-за проклятых астров, постоянно охотящихся за ним, он не может свободно разгуливать даже по Яховску!

И, поскольку его все равно никуда не пускали, он сосредоточился на обрядах по выкачиванию энергии – слава Луне, астры, готовые поделиться энергией, всегда были рядом. К тому же Алексу разрешили использовать загадочное милло – зеркальный диск полусолнца-полулуны, который торжественно вручил ему Дмитрий Серебрянский на Луннице. С этим диском выкачивание пошло гораздо быстрее, и самые слабые астры теряли сознание уже в начале обряда. Только жаль, что на друзьях Князева удалось всего раз попрактиковаться, да и то девчонка Антарес сразу ослабела – пришлось прекратить. Зато веснушчатый астр выглядел теперь хмурым и несчастным, и растерял свой тупой юмор. Алекс приходил к нему каждый вечер – ему доставляло удовольствие видеть Моржа таким слабым и растерянным. Правда, поговорить не удавалось – астр упорно хранил молчание. Но Алекс знал, его главная цель – это белый дракон, Князев. Вот кого он должен победить. Это желание вдруг сделалось целью, важной, необходимой. Он чувствовал, что не сможет жить спокойно, если не победит. И то, что Князев стал гораздо сильнее, только еще больше раззадоривало. Он убьет этого гада, сломает его драконий хребет.

Однако нельзя сказать, что Алекс остался в одиночестве. К нему пускали самых близких друзей. Вот и сегодня пришли Илья и оба близнеца – Глеб и Георгий. Они занимались в домашнем тренажерном зале, но говорили мало – Никита опять увязался за ними и теперь молча растягивался в дальнем углу, старательно делая вид, будто его нет.

– Чего он за тобой ходит? – враждебно поинтересовался Илья. – Надоел уже до звездочек… Давай его закроем где-нибудь. – Он понизил голос, и глаза его сверкнули за круглыми стеклами очков: – У вас же есть подвал, где раньше держали… ну, ты знаешь, астров. И мансарда, куда даже с крыши не проберешься.

Алекс раздраженно мотнул головой – только хотел взяться за штангу, а тут жужжат над ухом, дурацкие идеи подают.

– А можно ведь и в черном ходе закрыть, – размечтался Илья. – Том самом, что ведет прямо к тебе.

– Удивлен, как хорошо ты знаешь мой дом, – процедил Алекс, и Илья тут же сник, уловив лед в его голосе.

– Да он реально надоел, – бросил один из близнецов, кажется, Глеб. – Тебя-то самого не достало, что этот прыщ повсюду за тобой таскается?

– Вы забыли, чей он сын, – ответил Алекс мягче – с близнецами он ссориться не хотел. – И что Дмитрий Серебрянский спас мне жизнь на празднике… Кстати, мой отец что-то такое обронил, будто этот, – кивок в сторону Никиты, – оказался очень полезен… Только я не понял, о чем речь.

Илья пренебрежительно фыркнул, вновь неприязненно покосившись на младшего Серебрянского.

– Да чем он может быть полезен, этот идиот?

– Старший Серебрянский реально крут, – заметил Георгий. – Говорят, его род настолько древний, что его силы чуть ли не сама Вселенная питает… А вдруг он тоже лунастр?

Алекс вздрогнул – вспомнил прыжок Серебрянского на празднике. Но как он может быть лунастром, если у него черные крылья луната? Нет, наверняка здесь что-то другое. Алекс с большой неохотой признался самому себе, что ему могло показаться – в конце концов, он был тогда в состоянии шока, а Серебрянский, скорее всего, просто молниеносно переместился.

– Кстати, ты обещал показать ту родовую вещь, которую он тебе подарил, – напомнил Илья. – Милло… Амулет.

– Обещал, значит, покажу.

Алексу тема надоела, и он занялся-таки становой тягой.

Зато после, когда все приняли душ и слегка перекусили в столовой, Алекс пригласил компанию в свою комнату и наконец-то показал зеркальный диск полусолнца-полумесяца.

Как он и ожидал, на близнецов диск произвел огромное впечатление: обычно немногословные, они вдруг заговорили наперебой.

– Клянусь всеми лунными кратерами, это Спящее Око! Один из сильнейших амулетов двуликих. Милло, которому нет равных в этом мире!

– В нашей семье тоже есть похожее милло… – проговорил Георгий. – Мы называем его Одноглазая Луна. Только, чего уж, наш намного слабее. Ты чувствуешь мистическую вибрацию Ока, Глеб?

Близнец уважительно покивал.

– На нашем амулете с одной стороны Луна, с другой – звезда. Это значит, что наше милло может поглощать и отражать обе энергии – зависит от того, как повернуть. Похоже, здесь что-то другое…

– Не согласен. На этом диске Луна и Солнце. А Солнце – звезда, как ни крути.

– Опасная звезда, – поддакнул Алекс. – Сильная. Хорошо, что ее энергия, гм… бесполезна для двуликих.

– Амулет вибрирует, в нем есть сила. Хотя он пустой, без энергии, – Глеб уважительно дотронулся до полумесяца, а затем передал диск Георгию. – Но может перенаправлять, ты же выкачиваешь с его помощью астральную энергию для себя, Алекс? – Тот кивнул. – Возможно, у него есть скрытая способность, – продолжал Глеб, – поэтому его и называют Спящее Око.

– Вероятно, – поддакнул Георгий. – Но какая? Бьюсь об заклад, это что-то грандиозное. То, что сделает тебя, Алекс, очень могущественным. Возможно, самым сильным в мире.

Алекс ухмыльнулся. Да, он верит в это. Спящее Око поможет ему победить белого дракона и первым пройти по Сожженному Пути, легендарному Via Combusta.

– Узнать бы, как оно действует, – не унимался Глеб.

– Хотел бы я это увидеть, – вздохнул другой близнец. – Наверняка Око понадобится тебе на Лунной Дороге, Алекс.

– Не сомневаюсь.

Илья заинтересованно следил за их разговором.

– Так как же он работает? – спросил он, завистливо косясь на амулет.

Близнецы только одновременно покачали головами.

– Ясно одно: это сильная вещь, – заявил Глеб. – Только надо знать, как ей приказывать.

– Сам увидишь, Илек, – хохотнул Алекс. – Ты же будешь идти вторым. Сразу за мной.

И опять злой блеск в глазах. Или это из-за очков так кажется? Илья будто почувствовал его подозрительность – снял очки, вытащил из кармана тряпочку, протер стекла и произнес мечтательно:

– О да. Я счастлив, что это увижу.

– Серебрянский говорил, что по-настоящему амулет можно использовать только один раз, – вспомнил Алекс, смягчаясь. – И что это страшная вещь – именно так он сказал, слово в слово.

– Знать бы, чем же оно такое страшное, это Спящее Око, – благоговейно протянул Глеб, пока его брат осторожно водил пальцем по краю зубцов, словно хотел убедиться, что диск настоящий.

Илья тоже взял диск в руки, внимательно осмотрел его и отдал Алексу.

– Если Дмитрий Серебрянский подарил тебе такой сильный артефакт, значит, верит в твою победу, – неожиданно серьезно сказал он.

Алекс чувствовал, что Илья просто льстит ему, как обычно, но все равно слова друга были приятны. Да, Серебрянский сделал на него ставку. Это значит, что только Алекс сможет победить белого дракона. Сможет пройти по Мосту и ступить на землю Селениды – нового подлунного мира…

Вскоре друзья ушли, и Алекс, растянувшись на кровати, сам приступил к изучению загадочного диска. Ему понравилось название амулета – Спящее Око. Оно говорило о скрытой, дремлющей пока силе, тайной способности. Усилив лунный взгляд, он сразу заметил, что Спящее Око пустое. Но он уже не раз видел, как по его приказу амулет мгновенно наполняется чужой энергией, которая потом быстро перетекает в него, хозяина Спящего Ока.

Парень сел прямо на ковер и положил перед собой амулет. Надо испытать его силу… Он решил вложить в него часть энергии и попробовать создать двуликое отражение.

Но у него ничего не получилось. Диск моментально поглощал и отдавал энергию, но с его помощью нельзя было что-либо создать. Алекс удивился: все двуликие вещи могли работать с двуликой энергией – от диска до самого простенького милло. Очевидно, Спящее Око было предназначено для чего-то другого… Только вот для чего? Может, это связано с темной материей?

Внезапно его отвлек шум в коридоре: послышались взбудораженные голоса, быстрый топот ног, короткие, отрывистые команды, какая-то возня.

Алекс вскочил, готовый к любой неожиданности.

Первая мысль была – сбежал кто-то из астров. Хорошо, если веснушчатый – надоел до звезд… Но он вспомнил, что тот недавно проходил обряд, так что вряд ли в ближайшее время будет настолько резвым. В такие дни пленников даже охраняли меньше…

Внезапно скрипнув, распахнулась дверь в его комнату.

Алекс был готов: вокруг него уже кружился грозный хоровод из десяти лунных дисков. Парень был переполнен энергией, поэтому с легкостью создавал двуликое энергетическое оружие – диски, болиды и кометы.

Но на пороге стоял отец – в любимом бархатном халате, со всклокоченными волосами и очень напряженным лицом. И все же нельзя было сказать, что Михаил Волков выглядел недовольным.

– Молодец, сынок, – мигом оценил он энергетические боеприпасы Алекса. – Но угроза уже миновала… Только что поймали двоих – они пробрались в наш дом и, судя по всему, шли к тебе. Оба скрывались под серебряными масками.

Погасив последний болид, Алекс встрепенулся:

– Это астры? Снова девушка?

– На этот раз двое мужчин. Ловкие, судя по всему, обученные… Мы застали их уже в коридоре, прямо на твоем этаже! – Он недовольно покачал головой. – Кстати, Никита первый забил тревогу, а ты ему не доверял! Не забудь его поблагодарить… А я пока вызвал Серебрянского, он скоро приедет.

Алекс закатил глаза.

– Ну а его-то зачем?

Лицо отца тут же стало каменным.

– Дмитрий Серебрянский – глава Сверхновой, если ты вдруг забыл. А ты наш черный дракон. Дальше сам тайновязь из моих слов выстроишь? Чтобы я от тебя не слышал больше таких фраз, понял?

– Понял, – хмуро ответил Алекс.

Он и вправду осознал, что дал маху: нельзя выказывать недовольство Серебрянским, да еще при отце. К тому же ему льстило, что такой важный человек верит в него, оберегает…

Невольно он кинул взгляд на Спящее Око, лежавшее тут же, на подушке.

– Отец, помнишь, ты рассказывал мне, что три дракона, сотворившие наш мир, реально существовали? Только не сказку о белых драконах, а ту, другую…

Михаил Волков помедлил, почему-то обернулся на приоткрытую дверь, но все же произнес:

– Это старая легенда, сын. Еще из тех, ранних времен… Из Великого Хаоса появились три лунастра, каждый принес с собой энергетическую нить – золотую, серебряную и черную. – Отец неожиданно улыбнулся. – Рад, что ты слушаешь и запоминаешь то, что я тебе рассказываю… Так вот. – Он присел на край кровати, покосился на амулет и продолжил: – Каждый из лунастров хотел править миром, поэтому между ними завязалась битва. В результате их энергия соединилась и возникла первая планета.

– Да, но один из драконов умер, – перебил его Алекс. – И раз наш мир состоит из серебряной и золотой энергии, то погиб… черный?

Михаил Волков присел к нему на кровать, словно в детстве.

– Не ищи странных аналогий, Александр. Легенда на то и легенда, чтобы не быть правдой. Да и… помнишь, как в той истории? Черный дракон исчез, оставив золотого и серебряного драться между собой. Говорят, он до сих пор плетет свою тайную черную нить.

Алекс задумчиво покивал. В легенде, которая завораживала его в детстве, вдруг открылся новый смысл.

– Выходит, черный дракон как-то связан с третьей энергией? – спросил он, пытливо глядя на отца. – Той самой, которую еще не нашли… Той, которая создала черную материю? Может, черный дракон тоже оставил свой след в этом мире, просто он… невидим?

На какой-то миг Михаил Волков выглядел растерянным. А может, так показалось в полумраке комнаты.

– Сказки надо оставлять в детстве, Александр, – назидательно произнес он. – И почему ты вдруг вспомнил об этой легенде? Ты же черно-золотой дракон, не так ли?

– И должен победить бело-серебряного? – Алекс снова посмотрел на Спящее Око. – Должен убить его?

Рука отца взъерошила ему волосы, тоже как в детстве.

– Ложись спать, сын. Оставим умные разговоры на другой раз. Я сам встречу Дмитрия… И не волнуйся, я уже выставил тройную охрану – теперь к тебе даже паук не прокрадется, отдыхай спокойно… Но завтра, скорее всего, ты переезжаешь к Серебрянским. Тебе нужна его защита.

Утром Алекс встал раньше обычного – часов в шесть. Поздоровался с сонной охраной, разбудил Никиту.

– Я хочу поговорить с твоей сестрой, – тихо сказал он. – Отведи меня к ней.

– Но тебе же нельзя выходить из дома? – Никита изо всех сил старался выглядеть бодрым, но это удавалось ему плохо, – неужели всю ночь не спал?

– Я ведь теперь буду жить у вас, правильно? – Алекс поднял бровь. – К тому же ты мой лучший защитник, как мне вчера сказали.

Никита смутился, уловив ехидный тон, но кивнул:

– Сейчас все устрою.

Через десять минут они уже стояли у дома Серебрянских – терния выводила в неприметную беседку в дальнем конце сада.

– И что, нападающих вычислили? – спросил Алекс, пока они шли ко входу. – Кто они?

Никита таращил глаза, изо всех сил подавляя зевки, – видать, и вправду мало спал или даже вообще не ложился. Алекса невольно тронула его преданность делу. В конце концов, может, этот малыш даже спас ему жизнь.

Впрочем, Алекс быстро себя одернул – нельзя расслабляться с этими Серебрянскими, та еще семейка.

– Ты ведь на моей стороне? – прямо спросил он. – Тогда выкладывай.

Никита остановился перед дверью.

– Отец говорит, это Дом Андромеды, – тихо сказал он.

– То есть астры?

– Да… Но им помогает кто-то из наших, – вдруг выпалил Никита.

– Кто?

Некоторое время он молча смотрел Алексу в глаза, но потом потупил взгляд.

– Неизвестно. Пока…

Яна никогда не запирала дверь в свою комнату.

Алекс этого не знал, но, постучав из вежливости, решил не дожидаться ответа и просто вошел. Он переживал, что про его вылазку узнает отец и так или иначе помешает встретиться с сестрой Селестины. А у него к Яне Серебрянской было важное дело.

– Здравствуй, Яна.

– Ты-ы?

Голос девушки звучал удивленно. Она куталась в длинный махровый халат, который, судя по ее недовольному виду, только успела надеть.

– Да, я. Пришел к тебе за советом.

На губах Яны мелькнула легкая усмешка.

– Я знала, что ты придешь, – заявила она. – Но не думала, что так скоро.

Она подошла к огромному зеркалу в раме из полумесяцев и звезд, опустилась на пол, среди стеклянных баночек и колбочек, в большинстве которых было что-то непонятное, темно-зеленое. Все они были плотно заткнуты пробками. Возле зеркала теснились свечи, белые, желтые, темно-синие, как целые, так и почти огарки. Там же валялось много всякого хлама: зеркало с ручкой, усеянное трещинами, золотые цепочки разной длины, намотанные на простые палки, шкатулка с заколками и брошками и даже – Алекс тут же скривился – кусок толстой паутины, натянутый между шкатулкой и очень толстой книгой в потрепанной обложке – черной с облезлой позолотой. В центре паутины спал Чарли – черный паук с желтым крестом на спинке, питомец Яны.

Девушка выудила из груды этого странного барахла колоду карт с черно-серебристыми «рубашками» и принялась ловко тасовать их.

– Ну ты ведь задолжала мне за тот маленький секрет? Когда пыталась предупредить нашего врага, Князева? – Зелено-желтые глаза Алекса сузились от гнева, но он быстро совладал с собой.

Яна поджала губы.

– Я всегда буду за Селестину. И кто против нее, тот против меня.

– А кто за тебя? – неожиданно серьезно спросил он.

– Ты же не захотел вступить в наш тайный союз, – напомнила Яна.

– А ты что-то сильно волнуешься за этого веснушчатого астра, – парировал Алекс.

Их глаза встретились.

– Почему ты так решил?

Алекс передернул плечами. Он-то сразу подметил, как сереет ее равнодушное лицо, когда они приходят на обряд по выкачиванию энергии. «Можешь обманывать кого угодно, девушка, холодная как Луна в небе, но я-то тебя сразу раскусил». Алекс внутренне ухмыльнулся – приятно знать, что у него есть козырь в рукаве на случай, если Яна все-таки станет его врагом.

Неожиданно внимание Алекса привлек черный паук, успевший заползти Яне на плечо.

– Слушай, этот красавчик кусается? – спросил он, не скрывая брезгливости.

– Чарли? – Яна продолжала тасовать карты. – Не знаю.

– А я бы поинтересовался. Вдруг он ядовитый? А ты его на себе таскаешь.

– Не переживай, он не опасен. Он еще не накопил яд.

– Да-а? – не сдержался Алекс – так его удивил серьезный тон девушки. – Смотри, а то как прыснет из него, проблем не оберешься.

– Ты погадать пришел или что? – внезапно разозлилась девушка.

– Тихо-тихо, – насмешливо улыбнулся Волков. – Какие-то все нервные стали… Чувствуется, что Час Затмения все ближе…

– Вот и сам не нервничай, – бросила Яна, вновь напуская безразличный вид.

Алекс перешел к делу:

– Меня интересует, кто на меня нападает. Твои карты знают?

– Карты все знают. Только нужно верно понять их значение.

Алекс хмыкнул.

– Ответ профессионала.

– А ты как думал?

Яна разложила карты веером и сунула их под нос Алексу. Она все еще злилась.

– Выбирай одну.

Тот не спеша вытянул крайнюю правую карту.

Яна взяла ее и принялась внимательно рассматривать. Прошла минута, а она все не отрывала взгляда от карты.

– Да что там, во имя Луны?! – не выдержал Алекс. По его спине пробежал холодок, и он признался себе, что эта девушка все же немного его пугает.

– Рядом с тобой опасность. Тьма. – Яна задумчиво повертела карту в руках и щелчком запустила по направлению к Алексу.

Тот поймал на лету, развернул к себе. Черный фон, а в центре – яркая серебряная звезда с четырьмя лучами.

Ну что же, вполне предсказуемый результат. Он и так чувствует эту опасность: новая роль, высокий статус, он на виду… А еще эти странные покушения астров.

– Бери вторую, – вернул его к действительности голос Яны. – Эта карта покажет, что у тебя на сердце.

Рука Алекса долго кружила над карточным веером – он все не мог решиться. Наконец цапнул карту ровно посередине, осторожно потянул на себя и открыл.

На него смотрела уже знакомая ему Лунная Принцесса.

– Не отпускает тебя эта карта, – насмешливо изрекла Яна. – И, не дав ему возразить, приказала: – Тяни третью.

Он небрежно щелкнул по второй карте слева.

– Сама смотри. Разрешаю.

Яна кивнула, ловко выхватывая карту, и тут же показала ему.

– Лунная Дорога.

– Отлично.

Значит, есть надежда, что он справится со своей миссией и Лунная Дорога все-таки откроется.

– Ну что, доволен? – спросила вдруг Яна. – Рано не радуйся… Надо бы еще карты разложить. На врага.

Глаза Алекса блеснули желтым огнем.

– Приступай.

– Только сначала позови-ка сюда моего брата. Он должен тебе что-то сказать. Спроси его, что он видел на празднике.

Алекс хотел было возразить, но передумал, вглядевшись в Янино лицо – она говорила серьезно.

Ему стало любопытно. Он вытащил смартфон, стукнул по планетке младшего Серебрянского и приказал:

– Поднимайся к сестре.

Никита пришел через полминуты. Опасливо заглянул в приоткрытую дверь.

– Что, поговорили? – спросил он. – А то звонил твой отец, спрашивает, куда ты подевался и что мы делаем…

– У меня к тебе вопрос, – сразу перешел к делу Алекс. – Что ты такое особенное видел на празднике? И не ври мне, – тут же пригрозил он.

Никита поежился.

– Обещай, что не разозлишься.

Алекс чувствовал, что готов взорваться.

– Я и так зол! – процедил он. – И мое настроение все хуже.

Никита глянул на сестру, та успокаивающе ему кивнула.

– Так, что за сговор?! – вспылил Алекс. – Или я сейчас узнаю всю правду, или вы оба пожалеете!

Никита глубоко вздохнул и решился. Глядя прямо в глаза Алексу, твердо произнес:

– Илья указал той девушке на тебя.

– Какой девушке? – Алекс начал терять терпение.

– Той, что устроила переполох на празднике. Астра… Которую… – Он сглотнул. – Задушил наш отец.

– При чем здесь Илек? – удивился Алекс, чувствуя, что гнев стихает. – Он что, видел эту дуру до нападения?

– Он разговаривал с ней. И указал на тебя, а потом еще что-то шепнул ей на ухо… Она кивнула в ответ. И через десять минут метнула тот диск.

– Ты врешь, – коротко сказал Алекс. – Только пока не пойму, с какой целью.

– У тебя много врагов, – вдруг произнес Никита. – Я бы советовал тебе не доверять никому. Даже собственному отцу. И уж точно – своему лучшему другу.

Но Алекса не так просто было сбить с толку.

– Вы что, сговорились с сестричкой? Хорошая идея поссорить меня и с отцом, и даже с Ильком! Только зачем вам этот фокус?

Никита непонимающе прищурился.

– Я бы на твоем месте прислушивался к Яне, если уж моим словам не веришь.

Алекс грозно прищурился и шагнул к Никите.

– Не трогай его, – вдруг раздался спокойный голос за спиной. – Иначе я всажу диск прямо тебе в спину.

Алекс медленно поднял руки, показывая, что сдается. Он уловил едва различимое жужжание лунного диска – Яна не обманывала. Она успела зайти ему за спину и, судя по всему, действительно могла бы атаковать – с нее станется.

– Никита всегда с тобой, хоть и в стороне, – проговорила Яна. – Он видит гораздо больше, чем ты. Илья давно тебя ненавидит. Ты же его затмеваешь… А он гордый мальчик.

В мозгу Алекса словно взорвалась вспышка – ярко-алая, а потом фиолетовая, снова алая… сердце облилось горячей лавой.

Илья?.. Этого не может быть. Просто не может быть.

– Пошутили и хватит, – ровным голосом произнес он. – А теперь, может, все-таки продолжим твой карточный ритуал?

Яна не спеша прошла к зеркалу, выудила из шкатулки новую колоду карт. Тщательно перетасовала. Двое парней с интересом следили за ее действиями.

– Запросто, – наконец проговорила она и указала Алексу на место перед собой. – Только Никита уйдет. И ты не будешь его преследовать за то, что он сказал правду.

– Пошел вон, – бросил Алекс, не сводя глаз с летающих в руках Яны карт. – Я забуду все, что он мне сказал. Для нашего общего блага.

– Как хочешь, – равнодушно произнесла Яна.

Когда Алекс вернулся домой, его ждал Илья – он сидел в столовой и пил чай с эклерами.

– Сегодня вечером снова выкачиваем энергию, – поделился он. – Мой отец договорился, что теперь я буду на каждом твоем обряде.

Алекс ничем не выдал своих чувств. Надо разобраться, во всем разобраться. Тем более что он вытащил «самую опасную карту колоды», как сообщила ему Яна. У него появился смертельный враг. Опасный, хитрый и могущественный. И он, Алекс, должен добраться до него первым.

– Ты ведь не против? – спросил Илья, удивленный его молчанием.

Алекс не ответил. Яна выглядела странно: когда она вытащила карту, то словно испугалась. Но за кого – за себя, за него, за Князева? Ведь это он его главный соперник на Лунной Дороге…

– Ты не против? – повторил Илья.

Алекс глянул на друга, словно только что его заметил.

– Нет, – только и сказал он.

И тоже взял себе эклер. Шоколадный.

Глава 12. Прогулка под Луной

Вениамин давно не спал. Кутаясь в тонкое одеяло, он лежал с закрытыми глазами и считал капли дождя, падающие на оконный карниз. «Тяжело признавать, что положение твое безвыходно», – думал он. С той памятной битвы в ущелье Аар он не получил ни одной весточки из Дома Сияния. И, судя по тому, что его все чаще стали водить на обряды, дело совсем плохо.

Вениамин понимал, что его жизнь под угрозой: после выкачивания энергии он становился очень вялым, мог пролежать два-три дня без движения. Мало того, его даже кормили только салатами из всевозможной зелени и простым черным хлебом. «Еще немного, и научусь питаться одним звездным светом», – мысленно усмехался он. Было ясно, что никто не собирается его отпускать.

Сейчас он чувствовал себя более-менее сносно – с последнего обряда прошло пять дней. Кроме того, Морж очень волновался за Гемму: один раз они столкнулись в черной комнате, когда он выходил, а она входила. Девушка выглядела обессиленной и даже не взглянула на него.

«Где же Тим? – расстроенно думал Морж. – Все ли у него в порядке? Почему ничего не слышно ни о нем, ни о Йозефе?»

Внезапно монотонную капель дождя прервал еле слышный шорох. Морж насторожился и медленно приоткрыл один глаз.

В тусклом свете единственной лампы промелькнула тень. Парень бесшумно поднялся с кровати и вдруг очутился нос к носу с Яной. И ему показалось, что черные в темноте глаза девушки заглянули прямо в душу.

– Как ты здесь очутилась? – изумился Морж, на какое-то время вернувшись к себе прежнему – влюбленному в холодную, как лунный свет, девушку-лунату. Он даже хотел обнять ее, но его память наконец-то пробудилась, и чувства уступили место разуму. И ярости.

– Что ты здесь делаешь? – процедил он. – Пора на новую пытку?

Яна состроила рассерженную мину.

– Давай без выяснений? Я хочу увести тебя отсюда. Пойдем через крышу, так что советую предварительно размяться. Ты наверняка ослаб здесь…

Морж сузил глаза.

– От чего я ослаб, так это оттого, что вы постоянно выкачиваете из меня энергию… И куда ты меня поведешь, интересно, на этот раз?

Не отрывая от него взгляда, Яна сунула руку за пояс и извлекла крохотную бутылочку, похожую на тайнэр.

Морж невольно подался вперед. Яна встряхнула бутылочку – внутри закачалась густая серебристая жидкость.

– Это твоя энергия, – пояснила она. – Я ее выкрала. Будешь принимать по чуть-чуть каждую ночь, и недели за две твоя энергия восстановится. Станешь как новенький.

Морж с опаской взял бутылочку в руки – похоже, Яна не обманывала.

– Слушай, а тебе не прилетит за это?

– Прилетело бы. Но я уйду с тобой.

Морж застыл – его сердце радостно забилось. Яна уйдет с ним? Рискнет всем ради него?

– Ты все обдумала? – спросил он на всякий случай. – Наверняка, если поймают, тебе серьезно достанется.

– Будешь долго мяться, достанется обоим! – неожиданно разозлилась Яна. – Ты идешь или нет? Надо успеть, пока отец не вернулся.

Морж сделал несколько коротких махов руками и ногами, покачался на носках.

– Гемму ведь тоже забираем?

Яна фыркнула.

– Ну уж нет. Пусть ее другие спасают.

– Без Геммы с места не сдвинусь, – упрямо мотнул головой Морж.

Яна скупо усмехнулась.

– Двоих я не вытащу. Давай решайся!

– К ней ведь можно пробраться?

– Только если не терпится, чтоб тебя поскорее поймали. Ты хочешь убежать или нет? И не забудь, оказавшись на свободе, ты сможешь помочь своему другу Князеву.

Морж хмыкнул.

– Что-то много внимания Тиму. Признаться, я уже ревную… ох! – Он не договорил, потому что получил сильный толчок под ребра.

– Ты должен ему помочь. И ей. – Янины глаза приблизились. – Без тебя они не смогут.

– Кто – они? – прошептал Морж, вновь попадая под чары лунаты.

– Тим и Селестина, конечно!

Парень сокрушенно покачал головой: не мог представить эту парочку вместе. К тому же он прекрасно помнил, как тогда, в ущелье Аар, она крикнула, что нашла Тима. Нет, Селестине он больше не будет помогать.

– Они сейчас на одной стороне, – сообщила Яна. – Но будущее их неопределенно… Размялся? Пора.

– А как же Гемма… – вновь начал Морж, но замолк. Яна так сверкнула глазами, что на какой-то миг парню показалось, будто он увидел молнии в ее черных зрачках.

– С ней ничего не случится, – прошипела луната. – А вот тебя нужно спасать – завтра будет поздно.

– Откуда знаешь? – прищурился Морж, машинально продолжая разминаться: если его ждет пробежка по крыше, то лучше быть готовым.

– Просто поверь мне. И давай-ка теперь потише.

Яна приложила палец к губам, подкралась к двери, прислушалась. А потом медленно отворила ее.

– Никого.

Они вышли на небольшую лестничную площадку. Там было пусто.

– Все ушли на совещание, – прошептала Яна. – Что-то затевается… На завтра назначен новый обряд. Похоже, теперь будут качать энергию для всей тройки.

– Для Алекса?

Яна кивнула.

– Для Алекса, Ильи и…

– Тебя.

– Да. Только теперь мне это уже не нужно.

Морж глянул на вторую дверь.

– Мы должны спасти Гемму, – решительно прошептал он. – Хотя бы попытаться. Иначе Тим мне не простит…

Луната коротко шикнула на него – то ли подумала, что он шутит, то ли просто разозлилась, что он опять заладил свое.

Но Морж уже принял решение.

– Спасибо, за помощь, но дальше я сам. Во-первых, без Геммы я и с места не сдвинусь. Во-вторых, будет очень плохо, если тебя обнаружат вместе со мной. Лучше тебе вернуться, а я уже сам попытаюсь…

– Не решай за меня! – вспылила вдруг Яна. – Я начинаю жалеть, что вообще с тобой связалась!

Морж смотрел на нее и улыбался. Что бы он сейчас ни отдал, чтобы просто крепко прижать ее к себе… Ну почему жизнь так несправедлива? И он с тоской глянул вглубь коридора.

Яна словно почувствовала, о чем он думает.

– Ладно, – пробурчала она. – Попробуем пробраться в ее комнату через крышу. Через коридор заметят, тут везде датчики на астров… Только знай: ее охраняют получше, чем тебя. Они же все думают, что белый дракон придет ее спасать, потому что она его подружка.

– Они правы, – согласился Морж. – И знаешь, я тоже волнуюсь за тебя…

Яна с сомнением вскинула бровь. Морж решил, что она еще дуется на него, но выяснить ничего не успел: девушка круто развернулась на пятках и рванула куда-то за поворот, в сторону от главной лестницы.

Они быстро прошли тесный коридорчик, снова свернули в неприметную дверь, за которой вдруг обнаружилась узкая и невероятно скрипучая лесенка наверх.

Попав в мансарду, Морж сразу понял, что это логово Алекса – на столе стоит монитор невероятных размеров, рядом – огромное черное кресло, в углу – боксерская груша, на стене – картина с волком, воющим на луну, по периметру пришпилены какие-то фотки. А вот и полочка с наградами: золотые кубки, грамоты в рамочках.

– Хозяин не нагрянет? – поинтересовался Морж, мрачнея. Он увидел фотографию Тима, проткнутую толстым дротиком.

Яна снова прижала палец к губам. Некоторое время она к чему-то прислушивалась, а затем махнула рукой – мол, можно идти.

Запрыгнув на стол, Морж и Яна пролезли через узкое прямоугольное окошко на карниз, а затем и на кровлю, крытую округлой черепицей.

Морж внимательно огляделся: как же все знакомо… А вон и терраса внизу – любимое место всей Алексовой компании. Сколько же стычек произошло в этом районе, не сосчитать…

Яна обернулась к нему, и парень сразу отвлекся от неприятных воспоминаний.

– Сначала налево, потом вниз, по крыше веранды – сейчас там никого нет, можно не беспокоиться. А вот у окна твоей подруги советую вести себя тихо – оно первое с краю, сразу за бортиком перил. Понял?

– А как же.

Яна уже выпрямилась, готовая к прыжку, как вдруг бросила на парня косой взгляд:

– На случай, если тебя поймают, постарайся сочинить какое-нибудь оправдание.

– Да просто скажу, что я вызвал тебя на разговор, а потом навел морок, – с готовностью отозвался Морж, настороженно следя за реакцией девушки – как бы не разозлилась. – Правда, энергии могло не хватить, да и ночь беззвездная. – Он с тоской глянул на полную луну, ярко и тревожно сиявшую в небе, словно фара приближающегося локомотива.

Яна неожиданно улыбнулась. После чего вдруг притянула его к себе и быстро поцеловала. Очень быстро, и тем не менее, Морж на какое-то время потерял способность думать.

– Возле твоих дверей всегда стоит охрана. А нам строго-настрого запрещено подниматься на верхний этаж без разрешения. Так что мне в любом случае влетит.

Морж прищурился.

– Куда же делась охрана?

– Навела морок. Они даже не вспомнят, почему решили поспать в саду.

– С тобой опасно иметь дело, – усмехнулся Морж.

Он даже забыл о Гемме – так ему захотелось обнять Яну снова, но девушка вновь посерьезнела.

– Ну что же, во имя Луны, вперед! – скомандовала она и в один миг вскарабкалась на конек крыши.

– И да помогут нам звезды, – пробормотал на это Морж и, мягко оттолкнувшись, подпрыгнул и приземлился рядом с девушкой.

Морж прилежно следовал за быстрой и юркой Яной, млея от восторга: святые звезды, она рискует многим ради него, значит, она к нему неравнодушна. Как жаль, что они такие разные… с разных сторон двуликого мира… И все же он был в приподнятом настроении – поцелуй Яны доказывал, что у них все еще может получиться… Только сначала надо разобраться с важными делами. И как же много их, этих проклятых дел…

Гемма выглядела бледной и испуганной. И, когда Яна бесшумно спрыгнула на пол, пленница негромко вскрикнула, зажав рот ладонью.

– Следуй за нами, – без объяснений приказала ей луната. – Сама сможешь идти? Сегодня ты выглядела не очень…

Гемма во все глаза таращилась на Яну, словно впервые ее увидела.

– Яна?! – удивилась она. – Ты что…

– Да, она наша союзница, можешь ей доверять, – скороговоркой протараторил Морж. – А мы должны срочно уходить, пока охрана спит в саду.

– Но как так вышло, что ты нам помогаешь? – Гемма переводила взгляд с Моржа на Яну. – Извини, но я тебя плохо знаю…

Яна хмыкнула, закатив глаза.

– Тебе придется мне поверить, – саркастически заметила она. – Особенно когда я скажу, что на завтра назначен новый обряд по выкачиванию вашей энергии. Чтобы пройти по Сожженному Пути, черный дракон должен стать самым сильным. И вас выжмут досуха.

Морж крепко выругался, первым делом помянув Алекса.

– Простите, дамы. – Он виновато развел руками. – Когда речь идет об этом придурке, я забываю все приличные слова.

– Теряем время, – напомнила Яна и обратилась к Гемме: – Ты с нами или нет?

Та все еще колебалась.

– Но куда мы направимся? К Тиму?

– Сначала в Дом Сияния, – сказал Морж. – Там и узнаем, где сейчас Тим и что вообще с ним стряслось.

– Хорошо, тогда я согласна, – решилась Гемма.

Яна фыркнула, не скрывая пренебрежения.

– Спасибо за честь, принцесса, – ехидно произнесла она. – А теперь не соблаговолите ли вместе с нами смыться отсюда?

Гемма нахмурилась, но кивнула – очевидно, решив поменьше разговаривать с этой странной лунатой.

– Все готовы? – спросил Морж и еще раз уточнил: – Так ты с нами, Яна? Не передумала? – Как ни старался, он не смог скрыть надежды в голосе.

– С вами, конечно, – хмуро проворчала луната. – Потому что вы сбегаете вдвоем, а это подозрительно – понятно, что вам помогали. Меня вычислят еще до завтрака.

– Так и будет, – кивнула Гемма. – Но как же твой… как же твоя семья? Наверняка они очень рассердятся, когда вся правда откроется.

– Спасибо, что напомнила, – Яна зло прищурилась. – Так ты идешь или нет?

– Иду.

– Ну вот и чудно. В таком случае нам следует выбраться из дома, а потом побежим через лес.

Но Морж покачал головой:

– Извини, любовь всей моей жизни, но я, признаться, чертовски устал. К тому же у меня есть план получше.

Через какое-то время они уже пробирались по Солнечной улице в спортзал, где была спрятана секретная терния.

Несмотря на все старания, Морж едва плелся – все-таки у него выкачали много энергии на последнем обряде, и прогулка по крыше дома Волковых давала о себе знать. Зато Гемма бежала легко и быстро, словно и не было этих изнурительных обрядов. Яна даже похвалила ее:

– Смотрю, у тебя полно двуликой энергии. Мало кто выдерживает обряды поглощения, а потом может так бегать. Я уж думала, мне придется нести одного из вас. – Она с улыбкой посмотрела на Моржа, который старательно делал вид, что бодр и весел, хотя силы все больше покидали его.

– Я в порядке, – заверил он, тяжело дыша. – К тому же терния уже близко.

Гемма вдруг тихо захлопала в ладоши.

– Не могу поверить, нам это удалось! – прошептала она и добавила, загадочно улыбнувшись: – И главное – я скоро увижу Тима! Белого дракона астров!

Морж с Яной недвусмысленно переглянулись. Морж с усмешкой покачал головой, а Яна просто скривилась и закатила глаза.

Терния была в кабинете Валерьича, прямо под письменным столом.

Морж нашел лунный порошок в одном из ящиков стола и уже принялся выводить рисунок дрожащей рукой, как вдруг вспомнил, что Гемма рисует гораздо лучше него.

– Давай ты, – предложил он. – Ты эту звезду сто раз рисовала, у тебя четче получится.

Но Гемма, к его удивлению, покачала головой.

– Я боюсь испортить, – тихо сказала она, потупившись. – У меня сейчас дрожат руки.

Она как-то сгорбилась, вид у нее был смертельно уставший, словно ей вдруг надоело притворяться бодрой и жизнерадостной. А может, так оно и было. Моржу пришло в голову, что Гемма просто боялась, что они ее не возьмут с собой, если увидят, насколько она ослабела.

Очевидно, Яна подумала о том же.

– Ох, давайте уж я.

Она забрала лунный порошок у Моржа и по его подсказкам принялась выводить рисунок – многолучевую звезду, знак Дома Сияния.

Глава 13. Черная Радуга

Селестина сразу узнала эту комнату – четыре панорамных окна с уютными диванами, обитыми мягкой бархатной тканью, книжные шкафы с темными стеклянными дверцами. Одно из окон было открыто – возможно, хозяин вылетел на прогулку. Или же недавно вернулся.

– Кабинет Йозефа… – задумчиво произнесла Селестина, оглядываясь.

– А то я не догадался, – откликнулся Тим. – Интересно, где же он сам?

Двери лифта бесшумно закрылись, и Старый Томас скрылся где-то в подпространстве – на его месте вновь появился книжный шкаф.

– Предатель, – укорил Тим исчезнувший лифт.

На всякий случай он попытался вызвать Старого Томаса вновь, но тот остался глух к его просьбам – так и не приехал.

– Ну и что теперь? – спросила Селестина. – Ты же понимаешь, нам здесь, может, и обрадуются, но не уверена, что мы сами будем в восторге от встречи.

– Мне все равно пришлось бы сюда прийти. Ты забыла? У меня есть дело… Я должен открыть книгу…

Тим скинул рюкзак, дернул молнию и достал Дерево-ключ.

– Но мы не знаем, где именно искать «Родовязь», – произнесла Селестина, невольно перейдя на шепот. – Хотя я помню, что…

Она осеклась, увидев в пражском окне знакомый темный силуэт.

Тим быстро обернулся, машинально прижав к груди главный артефакт ранних.

– Какие люди! – радушно произнес Йозеф, мягко спрыгивая на пол. – Спасибо, что наконец навестили старика.

На нем было странное серебристое одеяние – в широких складках, с длинными рукавами. Казалось, он только что был птицей и еще не до конца превратился обратно в человека. Впрочем, его глаза оставались прежними – холодными, темными безднами.

Тим так сверлил Йозефа взглядом, как будто еще немного и кинется на проклятого старика.

Селестина поспешила взять ситуацию в свои руки:

– Виталий Крыль все нам рассказал. Вот мы здесь и желаем знать, что случилось с моим отцом… – Ее голос предательски сорвался, но она продолжила: – Ты перерезал ему двуликую нить или нет?

– Нет. Он жив… Возможно.

Селестина чуть не задохнулась от ярости.

– Возможно?!

– Так что же случилось?! – не выдержал Тим.

Йозеф не спеша прошелся по кабинету, остановился у книжного шкафа, за затемненными стеклянными дверцами которого мрачно поблескивали золотые и медные корешки книг.

– Не будем спешить… Вначале вы расскажите мне, что собрались делать… Селестина?

– А что я? – неприязненно откликнулась девушка.

– Ты, наследница моего лунастрального рода, последняя из черноголовых, что ты собираешься делать дальше?

Селестина вздернула подбородок.

– Я знаю, что ты хочешь. Чтобы я первая прошла по Звездному Мосту вслед за тобой. Не правда ли?

Йозеф промолчал, но в глазах блеснул интерес.

– Я не стала драконом, – сухо продолжала Селестина. – И все же ранние открыли мне, что я могу еще обрести новую судьбу… Но вначале ты должен помочь нам спасти друзей Тима. Ты ведь и сам зол на лунатов, дедушка? – Селестина постаралась вложить в последнее слово побольше иронии.

– Это невозможно, – спокойно произнес Йозеф. – Лунаты решили выставить своего дракона. Аурума. Пренебрегли традициями и порядком Вселенной и создали его сами… Они накажут себя своими руками, нам просто не надо им мешать.

– Но как же мои друзья? – возразил Тим. – Что с ними?

Йозеф кинул на парня удивленный взгляд.

– А что с ними? Их уже не спасти – лунаты выкачивают из них астральную энергию для своего аурума. Несмотря на то, что Волкову посчастливилось хапнуть немного твоей энергии, Тим, он не лунастр. Поэтому сейчас там достаточно бедняг, энергией которых кормят Александра Волкова.

– Я должен спасти Моржа и Гемму, – жестко проговорил Тим.

– А потом разобраться с их драконом? – хохотнул старик, неожиданно развеселившись. – Поверь, парень, лунаты наказывают сами себя… Если ты выступишь от нашего Дома Сияния, от имени всех астров, тогда ты победишь. Но в одиночку проиграешь.

– Всех астров? – иронически переспросила Селестина. – Только что нас чуть не схватили люди из Дома Андромеды…

Йозеф поморщился, словно упомянули о чем-то давно надоевшем.

– Я не одобряю их методов… Поэтому и раскрываю вам свои планы, убеждаю… И поэтому послал вам на помощь Старого Томаса.

– И нам он снова нужен, – настойчиво произнес Тим. – Я вернусь в Яховск и…

Йозеф возмущенно кашлянул.

– Ты хочешь отправиться в самое логово лунатов и преподнести себя на блюдечке? Поверь, парень, их цель – не допустить тебя до Звездного Моста, ведь у вас с Волковым равные шансы. От астров и лунатов пойдут по трое, а это значит, что для создания Моста будет достаточно всего лишь одного дракона.

– Я буду осторожен, – не сдавался Тим. – Но друзей не брошу.

Йозеф замолчал, глаза его опасно заблестели.

Селестина поняла, что пора вмешаться.

– Об этом лучше поговорить потом, – примирительно проговорила она. – А сейчас хорошо бы помочь Тиму – ты должен снова показать ему «Родовязь».

– Так уж и должен?

– Разве это не в твоих интересах, дедушка? Ты ведь хочешь узнать, из какого он рода. Кроме того, ты нам и вправду серьезно задолжал, – добавила она, сверкнув глазами. – Особенно мне.

Лицо Йозефа вдруг преобразилось: посуровело, глаза превратились в две колючие звезды.

– Ну что же… раз так задолжал, начнем… Что там у тебя, парень? Покажи-ка.

Тим с ужасом наблюдал, как Дерево-ключ выскочил у него из рук и перелетел к Йозефу. Парень дернулся было за ним, но застыл, напоровшись на холодный взгляд старика.

Йозеф же не спеша повернулся к шкафу, распахнул испуганно задребезжавшую стеклянную дверцу и достал книгу в бархатной фиолетовой обложке – в центре тускло блестела замочная скважина в виде Дерева Ночи.

Сердце Тима пропустило один удар, когда он увидел, как Йозеф, положив книгу на пол, примерился опустить Дерево-ключ ровно в серебристую скважину.

Но разве не Тим должен это сделать?!

– Ты не сможешь сам открыть «Родовязь» этим ключом, – дрожащим голосом сказала Селестина, очевидно, думая о том же. – Это ключ для Тима… Не для тебя!

– Я могу открыть что угодно, – усмехнулся Йозеф. – Если захочу, конечно… И это не ключ, дети.

Он вдруг поменялся в лице: гадкая усмешка исчезла с его бледных старческих губ, в глазах вспыхнул неистовый огонь. Он поднял Дерево-ключ и слегка дунул на многогранник в его навершии. Кристалл вспыхнул мягким белым светом, отделился от основания и завис на уровне лица Йозефа.

– Что это за кристалл? – вырвалось у Тима. – Чей-то многогранник?

– Это первый кристалл, первокирпичик Вселенной, – не скрывая торжества, объявил глава Дома Сияния. – Возможно, именно с этого многогранника началась Вселенная… Вы даже не представляете, какой подарок мне сделали. Я даже сказал бы спасибо, но для вас это будет пустым звуком.

От этой победной интонации у Тима озноб прошел по коже.

– Отдайте мне Дерево-ключ, – внезапно охрипшим голосом произнес он.

Йозеф проигнорировал его. Он неотрывно смотрел на камень и, очевидно, еще долго не собирался выпускать из рук столь ценную вещь. Секунды таяли одна за другой, и Тим вдруг понял, что сейчас проклятый старик налюбуется многогранником и просто выставит его за дверь, и он никогда не сможет разгадать Первый Секрет. И это еще в лучшем случае!

И Тим решился.

– Вернись ко мне, – повелительно сказал он, вкладывая в слова всю свою энергию. Он вдруг вспомнил своего отца, на которого навел первый морок, темные глаза Геммы и ловкие руки Медеи, все в светящихся изогнутых линиях и завитках, и глубокий, проникновенный взгляд Селестины.

И неожиданно многогранник его послушался – плавно вернулся на навершие, а сам Дерево-ключ, мягко выскользнув из цепких рук Йозефа, снова перешел к Тиму.

– Да кто ты такой, парень, раздери тебя хаос?! – потрясенно прошептал Йозеф. В его голосе звучало неприкрытое изумление. – Никто не может приказать ему…

Тим не растерялся и тут же мысленно направил Дерево-ключ в замочную скважину книги, по-прежнему лежавшей у ног Йозефа, моля все звезды мира помочь ему!

В следующую секунду «Родовязь» покачнулась в одну сторону, затем в другую, грациозно встала на ребро, ее обложка загадочно приоткрылась, словно приглашая войти, из книги полился розовато-белый свет, будто первый солнечный луч, заглянувший в комнату. Йозеф схватил преобразившуюся «Родовязь» за корешок, но вдруг покачнулся и медленно сполз на пол, глаза его закрылись, а голова как-то неестественно упала на грудь, он обмяк. Селестина попыталась помочь ему, но, едва прикоснулась к плечу Йозефа правой рукой, левую тотчас прижала ко лбу, словно почувствовала резкую и сильную боль. А Тим, повинуясь внезапному наитию, превратился в звездный ветер и бесстрашно проскользнул внутрь книги.

…Вокруг него стояли кольцом высокие черные деревья с изломанными ветвями, похожими на старые, скрюченные пальцы. Тим прислушался: качая кронами с редкими листьями, деревья пели ему на ухо тихими, скрипучими голосами, их песня была похожа на плач. Перед его внутренним взором замелькали яркие, контрастные образы, словно он смотрел страшное кино – они пели о Ночи, которая заканчивается, о крушении двуликого мира, о белых карликах и холодном свете, опасном для всех.

Внезапно из-за черных стволов вышли девушки – стройные, в длинных белых платьях, с распущенными волосами до земли. На их головах сверкали тиары, украшенные сияющими в лунном свете молочно-белыми кристаллами.

Одна из девушек приблизилась настолько, что Тим разглядел ее лицо, расписанное густой тайновязью.

– Почему твои глаза закрыты? – спросил он, словно это было самое важное.

– Если я открою глаза, ты ослепнешь, – серьезно ответила она.

К ним подошли остальные девушки – они двигались легко, будто парили над землей.

– Возьми наши кристаллы, Тим Князев, – неожиданно попросила одна из них. – Они нужны для Шествия… Шествия ранних звезд.

– Какие кристаллы?

– Многогранники, – вдруг прошелестел у него за спиной чей-то голос.

Тим медленно обернулся и увидел фигуру в сине-зеленых развевающихся на ветру одеждах. На лице, в обрамлении широких складок капюшона, тускло блестела серебряная маска.

– Пусть люди-звезды пронесут многогранники сквозь зубцы, – продолжил голос. – Все двенадцать должны встать под арками ворот… и тогда откроется Путь сквозь Вселенную…

– Кто вы? – требовательно спросил Тим. – Я видел вас на маскараде, и в саду… я уверен, это были вы!

Но фигура покачала головой. После чего кивнула на прощание и, отвернувшись, легко заскользила в сторону черных деревьев и пропала в темноте.

Тим не решился ее преследовать. Теперь он точно знал, что это была женщина – голос, походка, грация, все указывало на это. Но кто же она?

– Возьми наши многогранники, Тим, – повторила одна из девушек. – И мы проведем тебя сквозь зубцы.

Тим очнулся от того, что кто-то грубо тряс его за плечо.

– Слава звездам, ты жив, – облегченно вздохнула Селестина. – Я видела, как ты проник в книгу… И вдруг появляешься на полу, без сознания, пульс еле прощупывается. Тебе удалось что-то узнать? – В ее фиалковых глазах застыл немой вопрос.

Тиму захотелось смолчать, чтобы немного помучить ее – в конце концов, пусть это будет маленькая месть за все, что она ему сделала. Но он не смог устоять перед ее умоляющим взглядом и смягчился. Все-таки она тоже имеет право знать.

– Я видел девушек с тиарами на длинных волосах, – прошептал он.

Селестина изумленно на него уставилась.

– Они просили кое о чем, – продолжил парень. – Арракис и остальные должны встать под арками каменных ворот и пронести сквозь зубцы свои многогранники. Тогда откроется Путь! Наверняка это и есть разгадка Первого Секрета!

Но Селестина недоверчиво покачала головой.

– Понимаешь, я тоже… – начала она, но ее перебили:

– Это не разгадка Первого Секрета, глупец. О Шествии ранних давно известно.

Йозеф поднялся. Вид у него был помятый и даже немного придурковатый, но Тим и Селестина не улыбнулись.

– Не подходи, – предупредил Тим. – Иначе я снова…

– Тиш-ше, дети, – Йозеф скривился, как от зубной боли. – Тимур! Выходи наконец, иначе эти отроки меня прикончат на старости лет.

– И правильно сделают, – раздался спокойный голос Тимура.

Тим только успел обернуться, а Селестина уже кинулась на шею отцу.

Парень застыл от изумления: Тимур стоял перед ними и выглядел вполне прилично – не уставшим, не больным, абсолютно нормальным человеком. Только на лбу его пролегала знакомая вертикальная складка.

Тем временем Тимур с удовольствием обнял дочь, а потом приподнял и закружил вокруг себя.

– Наконец-то я вижу тебя в хорошем настроении, – укорил он Селестину и снова крепко прижал ее к себе. А затем обратил внимание на Тима – тот неловко топтался рядом, ошалело оглядывая всю компанию.

Тимур подошел к нему и, тоже заключив в объятия, по-отечески похлопал по спине.

– Почему ты не подал знак, что жив? – спросила Селестина, хмурясь. – Мы не знали что и думать!

– Вот именно, – поддакнул Тим. – Мы все переволновались, решили, вы погибли. Валерьич очень переживал, кстати.

Услышав имя старого друга, Тимур улыбнулся.

– Извините, но так пришлось сделать. – Он виновато развел руками. – Среди нас есть предатели, и мы с Йозефом решили пойти на этот шаг. Зато мы узнали, что Дом Андромеды работает против нас.

– Кстати, пока что никто не должен знать, что Тимур жив. Иначе весь наш план провалится… Мы все еще надеемся вывести Дизастра на чистую воду. Хватит ему скрываться в тени Луны.

– Могли бы посвятить в это хотя бы Тима, – покачала головой Селестина. – Не хочу критиковать вас, но…

– Ох, знали бы вы, сколько на меня обрушилось критики, – поморщился Йозеф. – Со всех сторон навалились.

– Признаться, мы действительно серьезно повздорили, – вмешался Тимур. – Йозеф напал на меня, а потом запер в одной из секретных долин. Видимо, забыл, что я помню наизусть все тернии, которые рисовал.

– Тогда он вдруг заявился ко мне с интересным предложением, – добавил Йозеф.

– Я стал свидетелем нашествия белых карликов, – продолжал Тимур. – И это навело меня на мысль, что белые карлики покинули границы долин и движутся к какой-то неведомой цели…

– Они хотят уничтожить этот мир? – ужаснулась Селестина.

– Скорее всего, не этот… – Тимур переглянулся с Йозефом, и тот устало махнул рукой – мол, рассказывай уж. Кажется, неожиданная потеря сознания сделала старика более покладистым.

– Есть предположение, что карлики собираются уничтожить Звездный Мост, не допустить, чтобы двуликие обрели новый мир. – Тимур задумчиво почесал подбородок. – Но я думаю, что они сами бегут от чего-то грандиозного, связанного с найденными и еще не найденными долинами.

– Ты говоришь, как разведчик, – хмыкнул Йозеф. – Вчера ты предлагал проследить их путь, чтобы узнать, куда они идут.

– Я и не отказываюсь от своих слов. Так мы узнаем тайну белых карликов: кто они, зачем охраняют долины, почему уходят, стоит только астроразведчикам приблизиться к опасному белому краю – «северному сиянию»…

– Ладно, об этом позже, – махнул рукой Йозеф. – Лучше расскажи, малец, ты-то зачем убежал из нашего Дома?

Тим удивленно воззрился на него.

– Я вам не доверял, конечно! Слабенькая была версия. Никто не поверил, что вы не виноваты – ни я, ни Мик.

– Зато лунаты поверили. – Йозеф беспечно качнул бородой. – А среди них, надеюсь, и наш главный враг – Дизастр…

– Собственно, из-за него мы и решили скрыть правду, – пояснил Тимур. – Мы надеемся, что, узнав про ваш раздор, он почувствует свою силу и заявит о себе до Часа Затмения, а это очень бы облегчило нам задачу.

– Что это за Дизастр? – спросила Селестина. – Почему он так важен?

Йозеф мгновенно обернулся к ней.

– Дизастр – один из двенадцати звезд, участвовавших в Шествии ранних. Но он оказался предателем: во время обряда он не выпил из Чаши Забвения и теперь один знает Первый Секрет.

– Тогда Тим должен разгадать его тоже, – заявила Селестина. – И чем скорее, тем лучше.

Йозеф промолчал, но его вид был красноречивее слов.

– Ну что, Тим, – обратился к парню Тимур. – Пора довершить начатое… – Он указал на Дерево-ключ, продолжавший торчать из замочной скважины «Родовязи». – Ты должен сам повернуть его. Тогда тебе откроется личное видение… Или не откроется.

Тим прищурился.

– Извините, но если я замечу что-то важное, то не буду вам рассказывать, – твердо заявил он.

Йозеф нетерпеливо цокнул языком.

– Ох уж этот юношеский максимализм! Не переживай, видение откроется только тебе одному. И я бы первый просил тебя хорошенько подумать, стоит ли рассказывать о нем кому-либо вообще, включая самих ранних. Такие секреты не зря прячутся ото всех.

Тим раздумывал всего несколько секунд.

– Тогда вначале я хочу знать, что вы видели в общем видении.

Йозеф шумно вздохнул, показывая, что терпение его на исходе.

– Сестры Селестины просили ранних взять многогранники, провести через зубцы. Это действие называется просто и понятно – Шествие ранних. Надо сказать, я несколько удивлен, что видение открылось тебе… Впрочем, это видит каждый, кто… – Йозеф осекся. Пожевал губами, переглянулся с Тимуром и нехотя закончил: – Каждый, кто имеет отношение к древним лунастральным родам.

– То есть Тим все-таки из древнего рода? – уточнила Селестина. И не выдержала – фыркнула, удивленно мотая головой.

– Не уверен, – поспешно возразил Йозеф. – Думаю, все проще: я принял удар на себя, поэтому Тиму передалась часть моих сил, а меня отключило на время… – Он с досадой потер затылок. – И парень увидел то, что увидел. То есть твой родовой сон, Селестина. Это знамение получают только те, кто принадлежит клану Черной Головы, а наш герой, как известно, белоголовый.

Тим растерянно молчал. Неужели Йозеф прав и в него просто отрикошетило родовое видение черноголовых?

– То есть в вашем родовом сне девушки в тиарах просят забрать многогранники. И это все? – спросил Тим настойчиво. Ему было важно понять, знает ли Йозеф о женщине в сине-зеленых одеяниях.

– Думаю, что да.

– В таком случае, я хотел бы еще раз попробовать сам.

Тим шагнул по направлению к книге, но Йозеф решительно поднял руку.

– Ни в коем случае, Тим. Твой род по-прежнему неизвестен и ты можешь пострадать – «Родовязь» беспощадна к тем, чей род не записан на ее страницах… Не хочется увидеть вместо тебя горку белой пыли.

– Но я уверен в том, что мне стоит попробовать еще раз, – гнул свое Тим.

– Исключено.

– Ты видел что-то еще, Тим? – верно понял Тимур. – Что именно?

Тим замялся. Он оглядел всех, не зная, что предпринять. Этим тут же воспользовался Йозеф:

– В таком случае, хватит на сегодня потрясений. Думаю, вам лучше отдох…

Тим изловчился и, совершив гигантский прыжок, ловко приземлился возле «Родовязи». Секунда, и он крепко ухватился за Дерево-ключ.

В тот же момент все, кто был в комнате, застыли. Их фигуры побледнели, подернулись дымкой и вдруг изошли серым пеплом, словно их никогда и не было в этой комнате.

…Возле окна, выходящего на старинную улочку Праги, стояла фигура женщины в сине-зеленом. Ткань ее одеяния легким шлейфом струилась по полу, словно живая река.

– Ты должен найти Черную Радугу, Тим, – сказала женщина, не оборачиваясь. – Следуй за звездами на твоей дороге, и они приведут тебя к тому, что увидишь и поймешь только ты.

Невольно робея, Тим сделал шаг по направлению к ней и остановился.

– Что это за звезды? Те, что на небе, или… какие-нибудь другие? И что такое Черная Радуга?

Но фигура в сине-зеленом молчала.

И тогда он спросил:

– Я погибну?

Фигура медленно обернулась: на Тима глянула странная маска – в виде золотого солнца, но с полумесяцем, у которого был закрыт глаз.

– Берегись, Тим. Если он успеет раньше, ты проиграл…

– Кто он? – выкрикнул Тим. – Алекс? Дизастр? Йозеф? Кто-то из ранних?

Он вдруг осознал, что у него стало как-то многовато недоброжелателей. Эта мысль ошеломила его и отвлекла на какой-то миг – все вокруг вновь подернулось серой дымкой, проступили фигуры людей, вяло шевельнулся Йозеф, за ним Тимур и Селестина, – да и комната медленно, словно нехотя возвращалась в реальность.

– Ты должен увидеть изнанку, Тим, – прошелестел, слабея, голос. – Только ты сможешь разгадать Первый Секрет. Никто не знает того, что должен понять только ты.

Закачалась штора на окне, словно от ветра. Фигура в сине-зеленом исчезла.

А в пространство этого удивительного кабинета вернулась жизнь, с глаз Тима будто спала пелена. Почудилось ему на какой-то миг, что не было видения, не было фигуры в странной маске… Вот здесь, возле дверцы шкафа, стоит Селестина, чуть дальше – Тимур, а возле окна – Йозеф.

Все смотрят на него выжидающе.

Тим перевел взгляд на книгу – оказывается, он вытащил Дерево-ключ из серебряной скважины. Парень отыскал взглядом рюкзак, шагнул к нему, рванул замок и спрятал артефакт ранних.

– Ну как, ты что-то узнал? – нетерпеливо спросила Селестина. – Увидел что-то еще?

Йозеф сердито молчал, Тимур недовольно качал головой, но видно было, что им тоже интересно узнать, что открылось Тиму. И тот решил ничего не скрывать.

– Для Шествия ранних необходим еще один камень, – произнес парень. – Черная Радуга.

Йозеф и Тимур переглянулись: судя по всему, они о таком что-то знали. Но Селестина недоуменно покрутила головой – как и Тиму, ей это название ничего не говорило.

– Ну и где же его искать, ты не увидел? – с осторожным любопытством спросил Йозеф. – И кто тебе подсказал эту, гм… чудесную мысль?

– Я видел фигуру в странной маске, – обернулся к нему Тим. – Ту самую… И она сказала: «Следуй за звездами на своей дороге. Они приведут тебя к камню».

– И это все? – Йозеф не смог скрыть разочарования. – Ты же понимаешь, этого мало.

– Нет, не все… – Тим нахмурился. – В видении она стояла здесь, в вашем кабинете. Возле окна, выходящего на улицу Праги… Я сразу обратил на это внимание.

– Молодчина! – Тимур радостно стукнул кулаком об кулак. – Это наверняка знак!

Но Йозеф остался недоволен.

– Хорошо, пусть Прага. Но это же огромный город! И где мы будем искать камень? И эти звезды. Звезды! Да еще сейчас, когда начинаются рождественские базары, они будут на каждой елочной игрушке! Может, ты упустил что-то еще, забыл?

Но Тим, как ни пытался, больше ничего не мог вспомнить.

– Не хотите рассказать, что же это за камень? – недовольно спросил он. – Мне сейчас пригодится любая информация.

Йозеф указал на Тимура:

– Пусть он вам рассказывает, а я пока слетаю к… знакомому.

Посчитав, что этого объяснения вполне достаточно, он обернулся летучей мышью и сиганул в пражское окно.

– Не обижайся на него, он всегда так, – успокоила Тима Селестина. – Судя по всему, что-то срочное. Да, папа?

– Если бы я на него обижался, то вообще бы здесь не стоял, – с усмешкой заметил Тимур. – Но старик прав – вы должны узнать правду. – Он откашлялся. – Этот камень – первооснова темной материи. Если мы его действительно найдем, то будем уповать на звезды, чтобы помогли нам и лунаты не узнали, что наш дракон владеет таким ценным артефактом. – Он ободряюще улыбнулся Тиму.

Селестина возмущенно фыркнула:

– Сначала его надо найти! Так чем этот камешек такой особенный?

– Я бы не стал называть Черную Радугу камешком. Это изнанка света звезд, тень, с которой все началось. Без темной материи не может существовать пространство, ведь свет – это росчерк энергии на куске темной материи, которую зовут еще невидимой или несуществующей. Можно сказать, что темная материя – это глина для всего сущего на земле, рабочий материал, первооснова – называй как хочешь.

– А Черная Радуга – это кусок этой материи, – понял Тим. – Но как же его найти, если он невидимый.

– В том-то и дело, – Тимур сделал короткую, почти торжественную паузу. – Черная Радуга – это видимый кусок темной материи.

Тим и Селестина пораженно переглянулись.

– А лунаты знают про этот камень? – осторожно спросила Селестина.

Лицо Тимура омрачилось.

– Дизастр знает… Честно говоря, до некоторых пор это был его камень. Когда-то в ранние времена он хранился во дворце черноголовых, но потом пропал. После того как Дизастр схитрил и не выпил Чашу Забвения, именно его начали подозревать в краже. Но твое видение показывает, что сейчас Черной Радуги у него нет. Это очень хорошо. Думаю, именно поэтому Йозеф так переполошился и поспешно нас покинул.

– Значит, Черная Радуга очень важна? – протянул Тим. Признаться, он почувствовал азарт: эх, вот бы и вправду найти этот камень!

– Да, Тим. Из этого камня можно сделать что угодно – новый камень, пещеру или скалу, остров, планету… Даже новую вселенную. А можно и разрушить. Все дело в энергии, которой его наполнить, – словно магнит, Черная Радуга притянет к себе все, что только понадобится его хозяину. Его сила столь велика, что может перемешать все планеты Солнечной системы, открыть новую черную дыру, погасить солнце… Представляешь, какая это мощь? Конечно, для таких творений нужна огромная, запредельная энергия. Одному дракону не справиться. – Он улыбнулся, заметив, как скис Тим.

– Но что будет, если я его все-таки найду? – осторожно поинтересовался парень.

Тимур покачал головой.

– Ты отдашь этот камень ранним, Тим. При всех твоих способностях ты не обладаешь такой энергией… Правда, в Час Затмения может произойти все, что угодно. Но твое дело как белого дракона – просто пройти по Звездному Мосту. Этого будет достаточно.

– В моем видении мне было сказано, что истинное предназначение камня пойму только я… Но в целом я согласен с вами, конечно, – поспешно заверил Тим, видя, что Тимур недовольно нахмурился. Ему не хотелось ссориться с учителем, особенно сегодня.

Раздался мягкий стук – это Йозеф грациозно, по-кошачьи, спрыгнул с подоконника на пол.

– Что я слышу? – протянул он, мрачно глянув на Тимура, затем на Тима, а уж потом на Селестину, забравшуюся с ногами на диван. – Ты так доверяешь людям-звездам? А что, если они хотят погубить тебя? Поверь мне, я знаю их гораздо лучше… Это люди моего клана, черноголовые. А ты – белоголовый. Признаться, я и так очень удивился, когда узнал, что Тимур уговорил их научить тебя «Восьми формам». Каким-то непостижимым образом! Не знаю, что именно тебе там нарассказывали, но Ночь Сияния произошла по вине обоих кланов.

Тим нахмурился. В конце концов, он и вправду не очень-то доверял людям-звездам – после того, как услышал их беседу о себе. Но что, если Йозеф тоже обманет? Ведь он так и поступил, когда пытался скрыть исчезновение Тимура. Да и только что, когда заполучил Дерево-ключ в свои руки, старик вел себя очень странно.

– Надо снарядить несколько отрядов, – предложил Тимур. – Они начнут прочесывать Прагу… А вот нашему парню лучше не рисковать – пусть не высовывает нос наружу…

И Тим решился.

– К камню приведут звезды на моей дороге, – сказал он, глядя старику в глаза. – Значит, я и должен идти на поиски. Кроме того, у меня есть помощник. Это человек в маске. В сине-зеленых развевающихся одеждах.

Старый Йозеф внезапно изменился в лице.

– Мужчина или женщина? – быстро спросил он.

– Думаю, женщина. Я видел ее несколько раз… И всегда неожиданно. Иногда я думаю… а вдруг это кто-то из моих родителей? Может, мама?

Селестина подалась вперед, выдавая интерес, – в конце концов, она тоже хотела бы узнать хоть что-нибудь о своих настоящих родителях.

– Твои родители из Раннего Мира, Тим Князев, – сухо произнес глава Дома Сияния. – Извини за прямоту, но они, скорее всего, давно умерли. Ты – Упавшая Звезда. И то обстоятельство, что тебе помогает… Я не уверен, но… Когда ты возвращаешься в Ранний Мир? – внезапно перебив самого себя, спросил Йозеф.

– Как только найду Черную Радугу. – Тим вопросительно прищурился. – Простите, кто помогает?

– Я пока не уверен… Но не беспокойся, когда я найду ответ, ты узнаешь его первым. Давай заключим соглашение, Тим Князев: Тимур вернется в Ранний Мир и передаст Арракис, что я хочу заключить с ними новый союз… Вернее, возобновить старое соглашение.

Тимур коротко кивнул. А Тим в который раз подумал, что его тайна стала еще более запутанной, чем раньше.

Глава 14. Битва драконов

Весть о том, что пленные астры сбежали, быстро разнеслась по дому, а затем и по всему Яховску. Но самое странное в этой истории было то, что Яна, дочь Серебрянского, сбежала вместе с ними. Скорей всего, она же и устроила их побег.

Впрочем, Алекса новость не удивила – он давно понял, что эта девушка ведет свою игру. Особенно после того, как застал ее за разговором с Селестиной через отражение. Да и перед этим, на Луннице, она пыталась заполучить его в союзники… Неужели для того, чтобы спасти этих двоих – Гемму Антарес и Калюжного? Алекс точно не стал бы им помогать… Очень странно. Дочь Серебрянского сильно рискует, связавшись с астрами… И все же он решил не рассказывать о том, что говорил с Селест и о роли Яны во всем этом, – ему же первому и попадет.

На сегодняшний вечер был запланирован новый обряд по выкачиванию астральной энергии. В сопровождении охраны Алекс шел пешком к своему дому, лениво размышляя о том, кто же сегодня будет на обряде, раз веснушчатый и подружка Князева пропали.

Возле черной комнаты он неожиданно столкнулся с Ильей. Тот выходил из «пыточной», как прозвали ее в доме, хотя раньше там был спортивный зал.

– О, привет. – Илья выглядел радостным и веселым, но при виде Алекса как-то сник. Глаза под очками забегали.

– Надо же, ты теперь сам обряд проводишь? – миролюбиво спросил Алекс. Он не хотел портить отношения со своим лучшим другом. Судя по всему, Яна и Никита просто задумали поссорить их, а Алексу друзья были нужны. Но он решил быть осмотрительным – все же осторожность не помешает.

– А ты не слышал? – Илья выглядел удивленным. – Теперь, когда Серебрянская сбежала, мы будем набирать энергию отдельно – ты и я.

Новость застала Алекса врасплох.

– А как же наша тройка? Кто пойдет по Мосту за мной?

– Близнецы.

– Близнецы?! Глеб и Георгий?

– А-а, ты еще не знаешь. Тебе сейчас все расскажут. – Он помедлил немного, но все же сказал: – Я буду твоим запасным. Все эти покушения на тебя… ну, понимаешь. – Он понизил голос: – В общем, эти шишки из Сверхновой хотят подстраховаться. Я сразу тебе решил сообщить, – подобострастно завершил Илья.

Ни один мускул не дрогнул на лице Алекса. Только зрачки сузились в крохотные черные точки. Вот как, Илек и про Сверхновую в курсе.

– Ну что ж, удачи, – бросил он и шагнул к открытой двери.

И вдруг замер, увидев тех, кто участвовал в обряде, – все трое были без сознания. Он подошел ближе и все же вздрогнул, увидев знакомое лицо.

В его голове вспыхнул фейерверк вопросов, странных мыслей, предположений.

– Как это? – угрюмо спросил он.

– Удивлен, да? – ухмыльнулся Илья. – Теперь эти трое в моем распоряжении.

– Уверен, ты сам выбирал.

– Да, – неожиданно резко произнес Илья. – Хочу отомстить.

Алекс чуть не двинул ему в ухо, но сдержался.

– Не знал, что ты такой мстительный. И что способен убить.

Илья удивленно воззрился на Алекса.

– Кто бы говорил, – хмыкнул он. – И вообще это была идея моего отца.

Алекс выдавил кислую усмешку.

– Так, может, он тебя хочет сделать драконом, а меня – запасным? – прямо спросил он, внимательно следя за реакцией друга. – Если не умру раньше, конечно.

И тот не успел спрятать злые огоньки, блеснувшие за стеклами круглых очков.

– Очень смешно, – все же протянул Илья. – Ты ведь шутишь? Или нет? Нет же?

– Да, это не смешно, – согласился Алекс. – Так, значит, правда?

Но Илья уже совладал с собой.

– Я твой лучший друг, Алекс, – проникновенно проговорил он. – Если бы что-то затевалось за твоей спиной и я знал…

– Ты бы сообщил мне, – вяло докончил Алекс. Выяснив, что хотел, он потерял к разговору интерес. Осталось поймать гада с поличным.

– Не волнуйся, я знаю: что бы ни случилось, ты меня не предашь. – Он похлопал Илью по плечу, пытаясь не перестараться и не стукнуть его посильнее. – И раз зашла речь о друзьях… Я хочу устроить тайную вечеринку. Будут близнецы, Крыш, приходите и вы с Макси. В моей квартире в Болонье.

– Тебя же не выпускают из города, – изумился Илья. – А вдруг на тебя снова нападут?

– Я знаю способ выйти…

Илья недоверчиво глянул на него поверх очков.

– А что за спешка? И разве нельзя собраться где-нибудь здесь, поблизости?

Алекс изобразил возмущение.

– Ты забыл? На меня нападают раз за разом… Думаю, дело в моей избранности. Этот астр Йозеф открыл мне глаза.

Илья удивленно наморщил лоб.

– Постой… тот самый, глава Дома Сияния?!

– Да. Он приходил ко мне и предлагал перейти на его сторону. Говорит, я последний черноголовый… Хочу посоветоваться с вами. – Алекс перешел на заговорщицкий шепот: – Только ты же понимаешь, никто не должен знать. Во-первых, боюсь нового нападения, ведь я буду без охраны, во-вторых – меня могут обвинить в сговоре с Йозефом, астром, а мне бы этого не хотелось.

Илья покивал. Глаза его возбужденно блестели.

– Не переживай, я все понял. Оповестить наших?

– Оповести… всех. А я пока подготовлюсь.

– Отлично! Все будет сделано. Ну, я побежал.

Илья ушел, забыв попрощаться.

Алекс задумчиво смотрел ему вслед.

– Ну беги, беги, друг…

После обряда Алекс вернулся в дом Серебрянских. К счастью, на втором этаже никого не было и он до самого ужина оказался предоставлен сам себе.

Ему выделили небольшую, но уютную комнату, причем перетащили все его вещи из любимой мансарды, даже черное кресло и картину с волком, воющим на Луну.

Алекс сел в кресло, вытянул ноги. Вначале покопался в смартфоне, но одна мысль все не отпускала его.

В конце концов он вытащил из кармана кристалл, который дал ему Йозеф, глава Дома Сияния, – многогранник, похожий на морского ежа. Помедлив секунду, он высоко подкинул его.

Вспыхнула яркая точка, потом еще одна и еще, и вот уже возник сверкающий вихрь, будто состоящий из тысяч ледяных осколков. Вихрь подхватил черное кресло, с силой оторвав от пола, и унес куда-то сквозь стену, прямо через картину с волком.

Алекс очутился в странной комнате с четырьмя огромными окнами. Одно из них было открыто – снаружи долетал шум и гомон толпы, слышалось журчание фонтанов, ярко светили огни, украшающие дома напротив.

Алекс встал с кресла, чтобы получше разглядеть этот город, как вдруг столкнулся нос к носу с Князевым.

Тот стоял напряженный и радостный, словно кого-то ждал, но явно не Алекса.

– Ты?!

Глаза у обоих расширились от изумления, правда, уже в следующую секунду парни кинулись друг на друга. Алекс не понял, кто из них ударил первым, но мигом почувствовал, как левую скулу обожгло огнем, а перед глазами пошли радужные пятна. Затем он пропустил удар под дых, и еще один резкий – по уху. Его удары тоже достигали цели – он видел, как скривился от боли Тим, когда получил в нос. Но противник уже схватил Алекса за свитер и стал методично бить головой о стену.

В глазах потемнело. Сознание Алекса затуманилось; в какой-то миг он потерял контроль над реальностью…

В темном небе, раскинув огромные крылья, парил черный дракон – яркий золотой гребень его переливался в лунном свете, подобно пламени. Вокруг него наматывал круги белый дракон, гребень которого сиял звездным серебром.

Некоторое время они продолжали свой полет, похожий на боевой танец, но вот белый дракон взревел и атаковал черного – его удар был настолько сильным, что противник начал падать. Но уже в следующий миг он выровнял полет и сам нанес хлесткий удар – белый дракон едва успел увернуться.

Они носились друг за другом, взрезая небо гигантскими перепончатыми крыльями, их гребни – серебряный и золотой, сверкали среди звезд, словно нити тайновязи, из звериных глоток то и дело вырывался мощный драконий рык, полный ярости и боли оттого, что силы равны, и невозможно достать противника, невозможно победить…

Внезапно все закончилось, словно кошмар, оборвавшийся на самом страшном, резко и неприятно. Алекс закричал от гнева: его облили холодной водой.

И вот он сидит в своем же черном кресле, мокрый, продрогший и дико озирается по сторонам.

– Тим Князев, разве я не учил тебя самоконтролю?!

Ба, да это же Тимур Святов!

По спине Алекса прокатился жгучий ледяной шар – какой же он дурак, сам загнал себя в ловушку! Повелся на россказни хитрого старика астра… Захотел сам узнать, что тот ему расскажет… А тут еще отец Селест жив – очень досадный сюрприз.

Тимур же, не обращая внимания на Алекса, будто того и не было в комнате, продолжал распекать Тима.

Князев выглядел неважно: лицо в ссадинах и кровоподтеках, рубашка вся изорвана. Он стоял прямо, сжав кулаки, и не сводил злых глаз с давнего врага. Этот взгляд – прямой, жестокий, яростный, помог Алексу осознать, что бой в небе был настоящим.

«А малыш-то вырос», – невольно подумал Алекс. Эта новая мысль неприятно ошеломила его. Выходит, у него появился серьезный противник, куда опаснее подлого Илька… Надо же, белый дракон показал когти…

Тимур вдруг вспомнил про Алекса, сердито покосился на него, но ничего не сказал. Вместо этого он схватил Тима за плечо и чуть ли не силком увел из комнаты.

Зато перед Алексом появился Йозеф, глава Дома Сияния.

Он быстро оценил обстановку, задержался взглядом на распахнутом настежь окне, рама которого покачивалась на одной петле у стены с отлетевшей штукатуркой, и досадливо цокнул языком.

– Прошу прощения за этот небольшой инцидент, – произнес он грустным тоном. – Но я не ожидал увидеть тебя в гостях так скоро… По досадной случайности я был далеко от дома. Поэтому не успел позаботиться о твоей безопасности… Мне очень жаль.

– Я пленник? – угрюмо спросил Алекс.

Йозеф сделал удивленное лицо.

– Ну что ты! При первой нашей встрече я же дал тебе гарантии… И я не хотел, чтобы ты встретился с белым драконом при таких обстоятельствах. – Он задумчиво оглядел лицо Алекса и вновь перевел взгляд на пострадавшее окно.

Левый глаз Алекса заплыл до такой степени, что он перестал его чувствовать, да и левая скула болезненно пульсировала, словно под кожей разлилась огненная лава.

– Ну что, готов разговаривать? Могу вызвать врача.

Алекс помотал головой.

– Я хочу знать, что вам от меня надо, – прошептал он, чувствуя, будто лава стекает по его горлу и медленно спускается дальше, заполняя все его нутро. – Ваши условия.

Йозеф пододвинул свое любимое бархатное кресло ближе к гостю, уселся в него, положив ногу на ногу.

– Очень тебя понимаю… Уверен, тебе интересно, что же я собрался предложить. Любопытство победило? – Йозеф позволил себе усмехнуться. – Ну что ж, не буду медлить: я хочу, чтобы вы с белым драконом заключили союз.

– Это невозможно, – процедил Алекс, невольно дотрагиваясь до разбитой скулы. – Уверен, что ты и сам это понимаешь, астр.

– Ну-ну, не надо фамильярности, – пожурил Йозеф. – В конце концов, мы из разных семей. И даже то, что ты стал черноголовым, не делает тебя особенным.

– Так почему вы, – намеренно выделяя обращение, Алекс ухмыльнулся через силу, – обратились ко мне? Уверен, дело не в союзе.

– Ты сообразительный парень, Волков. И, насколько мне сообщили, хорошо разбираешься в мистике, любишь поговорить о темной материи.

Алекс прищурился, выжидая. К чему клонит этот хитрый старый астр?

– Ты угодил в ловушку, парень. – Йозеф вдруг стал необычайно серьезным. – Не мы, астры, ее расставили… Уверен, лунаты уже приготовили задание, которое тебя погубит.

– Мой отец защитит меня.

– Твой отец оказался во власти собственных амбиций. Он сделает то, что ему прикажут.

Алекс занервничал – проклятый астр точно угадал его главный страх.

– И что вы предлагаете? – тихо спросил он, превозмогая боль.

– У тебя только один выход – заключить с нами союз. Тот, кто взойдет на Мост вместе с Дизастром… надо ли мне рассказывать?

Алекс промолчал.

– Дизастр на стороне лунатов, – продолжал Йозеф. – До Тима ему не добраться. А вот ты уязвим. Ты сделаешь то, что прикажут.

– Именно поэтому вы подсылаете ко мне своих убийц?

– Это делаем не мы.

– То есть вы знаете об этом?

Йозеф насмешливо фыркнул.

– Я знаю многое, – назидательно произнес он. – Правда, о покушениях на твою жизнь знают все астры, даже делают ставки, когда же до тебя наконец доберутся по-настоящему. Ты должен извинить их, для астров ты – враг.

Алекс почувствовал, что закипает, но старался говорить спокойно:

– Так значит, это Дом Андромеды?

– Это делают не астры.

– А кто же?

– Может, ты сам ответишь на свой вопрос? – в тон ему спросил Йозеф.

Алекс растерялся. Да сколько вообще известно этому астру?

– Так какой будет ответ, Александр Волков? Ты согласен заключить союз с белым драконом? Вместе вы смогли бы многое…

– Мне пора.

Алекс встал с кресла, выпрямился – это стоило ему неимоверных усилий – и протянул кристалл Йозефу, но старик остановил его:

– Пусть пока будет у тебя, вдруг передумаешь. Да и как ты вернешься к себе?

Алекс сухо кивнул. Главное, выбраться из этого проклятого дома.

Когда лунат исчез, Тимур вышел из тени.

– Он не перейдет на нашу сторону, – сказал он. – По разным причинам. Да еще так вышло, что у них с Тимом давняя мальчишеская вражда…

– Да я знаю, Тимур, – досадливо прервал его Йозеф. – Неужели ты думаешь, я доверился бы хоть на секунду этому напыщенному юнцу? У него на роже написано, что он презирает весь наш род.

– Тогда зачем ты отдал ему свой кристалл? Ведь это твой личный многогранник, я прав?

– Жаль, очень жаль… – Йозеф кинул угрюмый взгляд на то место, где только что стоял Алекс. – Похоже, мой блестящий план провалился. Я-то думал, парень тут же покажет кристалл отцу, ну а тот – всем остальным… И выведет меня на Дизастра. Я был уверен, что Дизастр захочет узнать секрет этого многогранника. Видишь ли, он скрывает одно воспоминание… Но парень, похоже, в сомнениях… Занятно.

– Вечно у тебя сложные планы, – пробурчал Тимур. – Хоть бы посвятил в подробности.

– А разве я не посвятил? Все тебе рассказал как на духу. Только, увы, мой план провалился – Волков не поделился своим секретом. Остается надеяться, что хоть сейчас расскажет. Ты видел, как он напуган? Наш Тим неплохо его потрепал…

– О да, надо признать, это была грандиозная битва! – увлеченно произнес Тимур, но тут же спохватился: – Но зря ты меня не предупредил, что черный дракон может сюда заявиться.

– Как там Тим? – встрепенулся вдруг Йозеф. – Ты бы проверил парня, все ли в порядке. Я так увлекся своими расчетами, что прохлопал появление Волкова.

– Надо нам всем быть настороже, – серьезно произнес Тимур. – Кстати, почему ты не взял Волкова в плен? Могли бы выменять на него наших ребят.

– И провалить такой чудесный план? Ты забываешь, что наша главная цель – Дизастр. Лунаты легко заменят Волкова на другого парня, так что пусть будет он – хотя бы знаем, чего от него ожидать.

– Да уж… И все же я волнуюсь за Гемму и Моржа.

– Не стоит, – усмехнулся вдруг Йозеф. – Мне донесли, что сработала одна секретная терния в Яховске… Так что подождем хороших вестей.

Глава 15. Друзья

Когда Тима позвали наверх, в кабинет главы Дома Сияния, он ожидал чего угодно, даже снова увидеть Алекса и еще раз врезать ему по ненавистной физиономии. После такого стремительного превращения в дракона он чувствовал себя разбитым и уставшим, но был готов еще раз превратиться, если представится случай опять вступить в бой.

Но там оказалась только Селестина. Доктор Летный поработал над его синяками и ссадинами, и все же вид у парня был такой, что Селестина удивленно на него уставилась. Но спрашивать ничего не стала, догадавшись, что он не в настроении ничего объяснять.

– Йозеф сообщил, что есть хорошие новости о твоих друзьях, – осторожно произнесла она.

– Угу.

Тим еще пребывал во власти эмоций после недавней схватки. Как жаль, что ему не дали довершить начатое! Его гнев почти осязаемо расходился волнами, и парень очень надеялся, что его враг это чувствует.

Но вот скрипнула оконная рама пражского окна (полностью восстановленная) и в кабинет бесшумно вошел сам хозяин.

Тим без всякого стеснения кинулся к нему.

– И как вы это все объясните, интересно? – мрачно спросил он.

– Хотелось бы знать, что тут вообще происходит, – осторожно ввернула и Селестина.

Йозеф гневно встопорщил бороду.

– Не злите меня, дети. Я еще не простил вас за то, что вы натворили… А мне теперь расхлебывать… Особенно ты, Тим! Какого Сатурна ты превратился в дракона?!

– Я от неожиданности, – пробурчал тот, невольно отступая. – Удивился немного, когда обнаружил этого козла у вас в кабинете.

– Какого козла? – мигом встрепенулась Селестина.

Но никто не успел ответить, так как послышался скрип тросов, вздрогнула стена, исчез в межпространстве книжный шкаф, а вместо него появились стальные двери лифта. И тут же они разъехались в стороны и в комнату ввалился Вениамин Калюжный, а Старый Томас сразу же куда-то уехал.

– Морж!!! – Тим так быстро кинулся к нему, словно стал звездным ветром. – Как я рад, что ты жив!!!

– А уж я-то как рад, словами не описать… Только ругательствами.

Друзья крепко обнялись.

Венька был бледен, он сильно похудел, даже щеки ввалились, но все же выглядел веселым и жизнерадостным, как обычно. И даже благосклонно хлопнул Селестину по плечу, – правда, гораздо сильнее, чем принято. Девушка поморщилась, но промолчала. Очевидно, Морж был в курсе, что это она выдала Тима в ущелье Аар, – все тогда слышали ее голос.

Пока Тим допытывался у Моржа, где Гемма, а тот объяснял, что они по очереди проходили медицинский осмотр, снова приехал Старый Томас.

Гемма выглядела не лучше: она тоже похудела, ее кожа казалась неестественно белой, худые плечики поникли, но все же она радостно улыбалась. Тим бросился к ней, заключил в объятия и постоял некоторое время, не отпуская. Он чувствовал себя виноватым в том, что ей пришлось пережить.

А вот третьей приехала… Яна.

Ее появление вызвало чрезвычайное оживление – все, кто был в комнате, моментально окружили ее, и даже Йозеф, изумленно приподняв седую бровь, подошел ближе.

– А вот вас мы не ждали, Яна Серебрянская, – медленно протянул он. – Я получил сигнал от Вениамина, что им с Геммой Антарес удалось выбраться. Теперь я понимаю, кто им помог… Клянусь Часом Затмения, преинтереснейшая выпала комбинация.

– Я останусь здесь, с сестрой, – решительно объявила луната. – Как заложник я вам неинтересна, с меня спрос небольшой.

– А вот я бы так не сказал, – вежливо возразил ей Йозеф. – Вы дочь самого Дмитрия Серебрянского. Ведь это он руководит вашим черным драконом… Да и всем, что касается Часа Затмения.

Глаза у Яны вдруг потемнели.

– Моему отцу плевать, что со мной будет. Он не сделает ничего, чтобы спасти меня.

Все, даже Гемма и Морж, посмотрели на нее с большим удивлением.

– Почему ты так думаешь? – не сдержалась Селестина. – Разве он… разве он плохо к тебе относится?

Но Яна покачала головой, показывая, что не хочет развивать эту тему.

– Но вы же одна из тех, кто пойдет за черным драконом, вы же в тройке? – продолжал недоумевать Йозеф, пристально присматриваясь к девушке.

Та небрежно пожала плечами:

– Найдут замену. Желающих много.

– И все же я не совсем верю, что дело тут только в помощи сестре.

– Имеете право. Если хотите, чтобы я была вашей пленницей – пожалуйста, – с достоинством проговорила Яна, в упор глядя на главу Дома Сияния. – Но домой я пока не вернусь.

– В таком случае предлагаю всем поужинать. Еду сейчас принесут. А после того, как подкрепитесь, вы двое, – он указал на Моржа и Гемму, – пойдете отдыхать, и вас снова посетит доктор. Остальные будут ждать меня здесь. Туалет, ванная – все покажет Селестина, этот кабинет она отлично знает… Ну а я пока слетаю к знакомому.

И на ходу превратившись в летучую мышь, Йозеф сиганул в питерское окно.

– Вообще-то я понятия не имела, что здесь есть туалет и ванная, – развела руками Селестина.

– Значит, кому надо, терпите, – подытожил Морж. И повернулся к Тиму: – Знаешь, друг, – задушевно начал он, внимательно оглядывая его с головы до ног. – Пока я сидел в гостях у проклятых лунатов, много раз представлял нашу встречу, как я тебе жалуюсь на свою жизнь в плену. Но вижу, здесь с тобой обращаются похуже… – И он указал на подпухшее лицо друга.

– Я встретился с Алексом, – ответил Тим, вновь мрачнея. – И можешь мне поверить, он выглядит гораздо хуже.

– Здесь, в Доме Сияния? – не поверила Гемма. – Как такое возможно?

– А уж я-то как удивился, – кивнул Тим. – Но его явно пригласил Йозеф… Кроме того, у него был кристалл. Многогранник. Колючий на вид, похож на морского ежа.

– Откуда у него? – нахмурилась Селестина. – Неужели он тоже связан с ранними?

– Вот и я хотел бы знать… Очевидно, что Йозеф, – Тим с опаской оглянулся на питерское окно, – ведет какую-то свою игру. Похоже, главная его цель – Дизастр.

– И что, он его вычислил? – прошептала Гемма.

Тим покачал головой.

– Не думаю. Но Йозеф уверен, что он наш главный враг и скрывается среди лунатов.

Вновь приехал Старый Томас. Два молодых астра, одетые в традиционные костюмы – длинные белые одеяния, расшитые черными звездами, выкатили из лифта стол на колесиках, накрытый белой скатертью и заставленный всякой снедью – от бутербродов и всевозможных закусок на небольших тарелочках до огромного куска запеченного мяса с овощами на плоском серебряном блюде. Свежий хлеб, масло, сыр, оливки и паштет – все это источало невероятные ароматы.

Пока астры в белом сервировали стол, ребята молча наблюдали за их ловкими, уверенными движениями.

Наконец все принялись за еду: Морж набросился на мясо, как оголодавший хищник, Тим не отставал – рад был съесть все что угодно, лишь бы это были не орехи или сушеные ягоды. Селестина и Гемма отщипывали по кусочку то одного, то другого, украдкой наблюдая друг за другом. Одна лишь Яна невозмутимо сидела возле стола и нежно гладила пальцем своего страшного тарантула, с которым, очевидно, никогда не расставалась.

Как только все насытились, стол убрали, и в кабинет Йозефа приехали на лифте Вилл и Аника. После крепких объятий, в которых что Тима, что Гемму, что Моржа чуть не задушили, друзья принялись делиться новостями. Селестина же удостоилась лишь вежливого кивка обоих.

– Лунаты объявили тебя в розыск, Тим, – произнес Вилл, хлопая того по плечу. – Теперь тебя знают в лицо… Считай, ты настоящая знаменитость!

– Угу, – нехотя откликнулся тот. – Куплю себе, пожалуй, маску.

– Лучше две, – улыбнулась Аника.

– Или три, – добавил Морж. – Осторожность не помешает.

– Очень смешно, – кисло произнес Тим.

– Вообще не смешно, – поддержала его Селестина и хитро улыбнулась: – Лучше купить маску и черный плащ.

Все прыснули, даже Тим хмыкнул, хотя и взглянул на девушку недовольно.

– Честно говоря, лунаты совсем озверели, – произнес Морж, и улыбка исчезла с его веснушчатого лица. – Качают энергию с наших ребят. Нас с Геммой держали в отдельных комнатах где-то на верхнем этаже волковского дома и выводили только на обряды… Впрочем, Яна лучше расскажет… Всегда важно знать, как оно с другой стороны… – Он замолк.

Яна сердито тряхнула головой.

– Алекс не наберет достаточно энергии, как бы ни старался, – холодно проговорила она. – Только если выкачает всю энергию у Тима. Так что не советовала бы вам встречаться. Тебе повезло, что он не был подготовлен.

– Это ему повезло, – недовольно пробурчал Тим.

– У Алекса есть одна вещь… – серьезно продолжала Яна. – Амулет. Спящее Око. Я слышала, как отец говорил о нем. Его можно использовать только один раз, для какой-то страшной цели. Алекс пробует его на обрядах, качает энергию в несколько раз быстрее, чем обычно. Но по-настоящему Око проснется, когда придет пора действовать. Думаю, это случится в Час Затмения.

– Или раньше, если Тим и Алекс встретятся, – ввернула Селестина.

– Не ищи его, Тим, – твердо посоветовал Вилл. – Здесь, в Доме Сияния, тебе ничего не угрожает. Йозеф постарается, чтобы таких встреч больше не было.

Тим промолчал. В его голове уже созрел план, но он решил им пока не делиться. В конце концов, это его личные счеты. Да и он больше не хотел подвергать опасности своих друзей.

Вернулся Йозеф: в окно влетела летучая мышь и, ударившись об пол, обернулась человеком.

Вид у Главы Дома был довольно мрачный.

– Я навестил одного своего старого друга, астронома… Час Затмения ровно через десять дней, – объявил он. – А мы еще не прошли самого важного… Ну что же, Тим, я решил, что ты тоже будешь искать Черную Радугу. Впрочем, скоро утро, идите все отдыхать. Но к вечеру у тебя, Тим, должен быть готов план.

Парень глянул исподлобья, но кивнул. Подождав, пока все зайдут в лифт, он тихо спросил:

– А где сейчас Тимур? Я хотел бы с ним посоветоваться.

Йозеф покачал головой.

– Я отправил его на разведку. Белые карлики совсем распоясались, все чаще проникают в наш мир, без труда проходят в зарегистрированные двуликие долины… Боюсь, они чувствуют приближение Часа Затмения и, возможно, хотят отобрать то, что когда-то мы отняли у них. Это очень плохой знак, Тим.

– Мы видели их, – кивнул тот. – Они напали на нас в… – Он осекся, вспомнив, что про ту долину Йозеф не знает.

Уловив его замешательство, старик снисходительно улыбнулся.

– Все мне известно о вашем приключении. Боюсь, раз ты теперь такая важная фигура, сильвебр, белые карлики чувствуют что-то и могут преследовать тебя… Но не будем пока об этом. Иди, тебя заждались. – Он указал на раскрытые двери лифта. – Не стоит задерживать друзей. И прошу тебя, сосредоточься на Черной Радуге. Кто знает, может, тебе и правда повезет.

Прошло три дня. Все это время Йозеф запирался с Тимом в своем кабинете и учил его усиливать астральный взгляд, а еще разрабатывал с ним маршрут квеста по поиску Черной Радуги.

И только вечером все друзья собирались в кабинете Йозефа – старик сам на этом настаивал.

– Здесь вы в относительной безопасности, – говорил он, – хотя я не могу быть уверенным во всех своих людях… Вы можете выйти даже на прогулку в любое из окон, но не отходите дальше чем на пару километров.

Морж казался еще бледным, но присутствие Яны быстро возвращало ему силы. Он привычно шутил, смеялся и лез ко всем обниматься. Гемма пострадала меньше – очевидно, из нее не успели выкачать много энергии, и сейчас она сидела возле Тима со счастливой улыбкой – парень мягко обнимал ее за плечи, его взгляд светился нежностью и теплотой.

«Что я наделала? – отрешенно думала Селестина, глядя, как Тим уже в который раз улыбается Гемме. – Я заигралась… Потеряла его… даже как друга».

После того как они освободили Гемму и Моржа, Тим стал подчеркнуто вежливо относиться к Селестине, а в основном просто игнорировал.

Она же вдруг поняла, что ее неотвратимо тянет к нему. Хотелось, чтобы он улыбнулся, глядя ей в глаза, хотелось прикоснуться к нему или хотя бы почувствовать теплый, радостный взгляд, предназначенный только ей одной. Просто взять за руку… И тем сильнее и тягостнее воспринималось его равнодушие и холодность.

– Селестина, ты меня слышишь? – донеслось до нее словно издалека.

Она с усилием оторвалась от своих мыслей. Тим смотрел на нее и улыбался. На какой-то ужасный миг ей пришло в голову, что он догадался, о чем она думает, но она тут же одернула себя.

– Извини, я задумалась, – сказала она. – Ты что-то спрашивал?

– Не я, а Гемма.

Гемма тут же кивнула.

– Я спросила, как ты себя чувствуешь после того, что сделал твой друг, Алекс?

Девушка участливо улыбалась, и Селестине захотелось превратиться в дракона и перегрызть ей горло, а еще перекусить руку в том самом месте, где она прикасалась к Тиму.

Они все ждали ответа, но Селестина не спешила. Она давно знала, что Алекс раскусил ее игру – почувствовал, что она просто использует его… О, если бы Волкову было известно, ради кого она это делает, то он, наверное, задушил бы ее собственными руками еще до обряда. Эта мысль почему-то принесла ей мрачное удовольствие.

К счастью, Морж вспомнил о Черной Радуге, и все забыли про Селестину: одно за другим высказывались предположения, где мог прятаться камень. Морж был уверен, что надо искать на крышах, Гемма говорила о музеях, а Вилл с Аникой предлагали прочесать городские архивы – вдруг там найдется упоминание о необычном камне.

Селестина вдруг почувствовала себя ужасно одинокой.

Не в силах больше бороться с противоречивыми чувствами, сказав, что ей жарко и хочется немного подышать свежим воздухом, она запрыгнула на подоконник пражского окна.

Желтые шарики фонарей вдоль тротуара казались маленькими лунами, маяками раскола, указывающими спасительный путь в другой мир. Селестине захотелось откликнуться на их зов и уйти туда, куда зовет их мягкий, уютный свет, и не возвращаться в компанию, не наблюдать больше за чужим счастьем.

На карниз упала тень. Это Яна села рядом, поджав под себя ноги.

– Как настроение?

Вопрос сестры прозвучал буднично, и Селестина будто очнулась.

– Паршиво, – не стала скрывать она.

– Вижу, – согласилась та. – Но раз он тебе так нравится, почему ты не борешься за него? Или будь рядом, или уйди. Встречаться с Алексом, его худшим врагом, была не лучшая идея.

– Может, это ты виновата. – Селест криво усмехнулась. – Ты же показала мне те злосчастные карты и сказала, что он умрет, если будет рядом.

Яна пожала плечами с абсолютно равнодушным видом.

– Он все равно умрет. Потому что он и так рядом. Ты не заметила? – Уголки ее губ дрогнули.

Фиалковые глаза Селестины вспыхнули тревожным серебристым светом.

– Значит, это все-таки он – тот парень из карт? Ты говорила про него?

– Что за парень из карт? – раздался вдруг веселый голос Моржа. – Надеюсь, вы не про меня?

– Точно не про тебя! – мгновенно отозвалась Яна. – Не заслужил, чтобы про тебя карты спрашивать.

Морж промолчал, но глаза его весело блестели.

За его плечом показался Тим.

– Ну что, раз обо всем договорились, можем расходиться. Гемме и Моржу надо больше отдыхать.

Морж с сожалением глянул на Яну, но подчинился.

– Да, что-то я устал, – деланно зевнув, произнес он. – Пойду-ка вздремну.

– Я провожу тебя, Гемма, – вызвалась Аника.

Морж едва заметно кивнул Тиму – мол, понял. И тот быстро кивнул в ответ.

Селестина сделала вид, что она не заметила их переглядывание.

– Мы с Яной тоже идем, – объявила она. – Спасибо всем за компанию.

Друзья спешно попрощались, Тим поцеловал Гемму в щеку. Морж вопросительно скосил глаза на Яну, но та будто не поняла его намека.

В коридоре Яна и Селест направились в старую комнату Селестины.

– Наконец-то посмотрю, как ты тут жила. Святая Луна, здесь все пропахло астрами. – Яна пренебрежительно покосилась на ковер в коридоре, густо усеянный многолучевыми звездами.

Но когда они достигли лестницы, ведущей на верхние этажи, Селестина внезапно поменяла направление.

– Бежим, – скомандовала она. – Скорее!

К чести Яны, она беспрекословно подчинилась. И даже не удивилась, когда они ворвались в какую-то комнату.

Вспыхнул неяркий голубоватый свет.

На большой кровати лежал Тим, накрытый одеялом до самого подбородка.

– Вы чего? – спросил он, сонно тараща глаза.

Некоторое время Селестина растерянно смотрела на парня. Но потом усмехнулась.

– Где Морж? – ехидно поинтересовалась она.

– Думаю, под кроватью, – подсказала Яна. – Я вижу его ботинки.

Тим глубоко вздохнул и откинул одеяло. Он оказался полностью одетым, рядом лежал и его рюкзак.

Морж со вздохом выкатился из-под кровати.

– Разве меня было видно, Яна? – с упреком произнес он. – Лунатки все такие глазастые?

Яна скрестила руки на груди.

– Я тебя не видела, просто угадала.

Селестина не выдержала и тихо рассмеялась.

– Ну и куда собрались? – спросила она напрямую.

Тим с Моржом одновременно почесали в затылках.

– Я не отстану, – предупредила Селестина. – И учти, если ты задумал сбежать, то Йозеф будет очень разочарован. И мой отец тоже.

– Я должен слетать в Яховск, – нехотя признался Тим. – И Йозеф, разумеется, не в курсе.

Селестина рассерженно выдохнула – ну конечно, опять этот парень что-то задумал!

– Я лечу с тобой.

– Гемма будет ревновать, – вмешался Морж, видимо, надеясь разрядить обстановку.

– Ну тогда мы с тобой полетим вместе с ними, – заявила Яна Моржу. – Я не отпущу Селест одну. Я вам не доверяю.

– И мне? – огорчился Морж. Но он уже понял, что никто не шутит, поэтому с отчаянием оглянулся на Тима.

– Тебе нельзя, Селест.

Но Селестина упрямо мотнула головой.

– От меня ты сегодня не избавишься.

Тим посмотрел ей прямо в глаза. В его взгляде без труда читалась угроза. Но девушку было не смутить.

– Я лечу с тобой и точка, – упрямо повторила она.

– Я не могу. – В голосе Тима внезапно послышалась мольба. – Я должен… сам.

У Селестины вдруг пересохло в горле.

– Ты должен с кем-то встретиться?

Мгновение – и Тим выдал себя с головой: глаза у него так и забегали.

– Я иду с тобой, – сухо произнесла Селестина. – Мне тоже надо поговорить с ним.

Некоторое время Тим молчал, пристально глядя на нее, но потом кивнул.

– Хорошо.

Глава 16. Встреча на облаках

Тимур Святов шел по облакам, время от времени перепрыгивая с одного воздушного островка на другой. Внизу пестрели желто-зеленые квадраты полей, а сверху, в безграничной космической дали, светили звезды.

Он оттолкнулся посильнее и – стрелой умчался ввысь.

Там, среди бриллиантовых россыпей звезд, он увидел Арракис. Мистресса приближалась к нему плавной, скользящей походкой, ее чарующий облик, мягко сияющая кожа, украшенная серебристой тайновязью, струящееся бело-синее одеяние навели Тимура на мысль, что именно такими люди представляют звезды, когда мечтают.

Мистик поклонился, приложив правую руку сначала ко лбу, а потом к сердцу.

– Что произошло? – с любопытством спросил он. – Вначале я думал, что оказался в Расколе, но теперь понимаю, что это Ранний Мир.

Арракис слегка улыбнулась, ее черные, бездонные глаза потеплели:

– Я воспользовалась своим правом, которое можно использовать единожды, и возвысила тебя… сейчас ты один из нас, ранний.

– Но разве люди могут стать звездами? – искренне удивился Тимур. – Пусть даже на некоторое время?

– Могут, если звезды примут их в свой круг. Но я вызвала тебя, чтобы поговорить о другом.

– О чем же?

Арракис не спешила отвечать. Тимур Святов терпеливо ждал, заинтригованный. Ясно было, что глава черноголовых хочет сказать что-то важное.

– Люди становятся звездами очень редко и только в исключительных случаях. А вот звезды часто принимают облик людей.

Тимур усмехнулся:

– Видимо, некоторым звездам скучно на небе. Вот и спускаются погулять по земле.

Лицо Арракис стало строгим. Она вновь глянула на него темными, как безлунная ночь, глазами:

– К сожалению, в вашем мире оказались те, кто прячется под чужой маской. Вот почему мы не можем довериться Йозефу, хотя он, как ты говоришь, просит заключить соглашение… И даже вновь принять его в клан.

Тимур покивал.

– Да, я знаю. И знаю, что самое важное для него – победа над Дизастром, его заклятым врагом.

– Но что, если его жажда мести помешает достижению главной цели – сотворению нового мира, Астралиса? Можешь ли ты поручиться, что Йозеф не поставит личную цель выше общей?

Тимур покачал головой.

– Нет, не могу… И все же он на нашей стороне, нельзя этого не учитывать. Но он не доверяет Тиму Князеву, считает его недостойным.

– Мы не зря выбрали этого мальчика. – Арракис обошла вокруг своего собеседника, словно хотела рассмотреть его со всех сторон, а потом встала прямо перед ним и посмотрела в глаза. Тимур Святов чуть было не отпрянул, такой силы был ее взгляд. – Тим Князев уже получил особое задание, – прошептала она. – Я говорю не только о Первом Секрете… У этого мальчика есть уникальная способность, которая и поможет ему принять верное решение.

– Что же это за способность? – удивился Тимур. – На него не действует лунный свет и охранные знаки, он с легкостью может навести морок… Но предполагаю, что вы не об этом. Тогда о чем же?

Арракис по-прежнему пристально на него смотрела. Под ее взглядом разведчик почувствовал себя неуютно, все больше робел перед звездой, ощущая холодное и обжигающее внутреннее сияние небесного светила.

– Я не могу сказать этого вслух. Мы, звезды, видим ваше будущее, и любое вскользь оброненное слово может неисправимо все поменять. К тому же, – добавила она, смягчаясь, – еще двое должны принять решение.

– Моя Селестина и Александр Волков, – мгновенно догадался Тимур и нахмурился.

– Да… Белый и черный дракон будут сражаться. Белый дракон получит два глаза, у черного появятся две длинных тени… Судьбу их решит третий. И один из них… покинет земной мир.

Тимур недовольно хмыкнул.

– И все-таки нельзя ли получить более ясное предсказание? – пробурчал он и с надеждой взглянул на Арракис. – Мы могли бы предотвратить несчастье…

Но Арракис покачала головой.

– После Ночи Сияния наш мир изменился… – Она вновь заскользила вокруг Тимура Святова, словно исполняла некий ритуальный танец. – Фамагуста – всего лишь осколок былого… Необходимо возродить Ранний Мир, сотворить Астралис во что бы то ни стало! – вдруг горячо воскликнула она. – Но меня страшат твои современники, Тимур Святов. В вашем мире двуликие разделились на два…

– …клана, – услужливо подсказал Тимур Святов и усмехнулся. – Можно назвать их Клан Прыгунов и Клан Летунов. А теперь вспомним вашу историю: клан Черной Головы поселился на темной стороне Фамагусты, под сенью высоких скал, а клан Белой Головы – на равнинах. И те и другие были лунастрами, но черноголовые предпочитали вышивать золотом на темной материи космоса, а белоголовые – ткать серебром по белой. Как видишь, Арракис, ничего не меняется на земле и на небесах.

– Да, ты прав, разведчик двуликих долин. – Мистресса одарила Тимура легкой полуулыбкой. – Я понимаю, к чему ты клонишь. И все же после той ужасной ночи некоторые из нас смогли переместиться в будущее, чтобы повлиять на него.

– Так значит, Дизастр действительно среди нас?

– Да, в этом нет сомнений.

– Одно время я думал, что Дизастр – это Йозеф, – задумчиво произнес Тимур. – И до сих пор я не уверен на сто процентов. Правда, сколько лет я состою на службе у Йозефа, столько он ищет его, Дизастра… И все, что ему удалось узнать – тот на стороне лунатов. Йозеф сильно пострадал в ту ночь и не смог больше оставаться в Раннем Мире…

– Все мы пострадали, – заметила Арракис. – Тогда, в Ночь Сияния, Дизастр чуть не уничтожил наш мир. Его главная цель – Астралис. Вот почему он захочет первым пройти по Сожженному Пути. Если ему это удастся, погибнет много людей.

Тимур нахмурился. Он вдруг остро почувствовал собственное бессилие. Пока Йозеф не раскроет все карты, он ничего не может сделать. Ничем не может помочь. Ни миру, ни Арракис, ни Селестине. Ни Тиму, за которого он переживает как за родного сына.

– Иногда звезды спускаются с небес и остаются жить на Земле, – продолжала Арракис. – У вас их зовут Упавшими Звездами. Некоторые из них очень опасны для тех, с кем столкнет их судьба.

– Я всегда знал, что, когда видишь падающую звезду, надо загадывать только одно – не встретиться с ней. – Он криво усмехнулся. – Мне ли не знать, что упавшие звезды меняют судьбу навсегда…

– Ты знаешь, Тимур Святов, что я имею в виду… Но мне хочется поговорить о Тиме. И о его родителях.

Тимур настороженно прищурился.

– А что с ними? Я наводил справки – у парня самая обычная семья. Отец занимался художественной ковкой, мать сбежала от него с другим. И безликий отец, и мать-астра знали, что Тим двулик, но почему-то не провели инициацию. Вот это, пожалуй, самое странное в их семейной биографии.

– Не только это.

Тимур резко развернулся к мистрессе.

– Тебе что-то известно, Арракис?

Но та лишь развела руками.

– У меня есть догадки. Но я не уверена… Ошибка может дорого стоить нашему клану.

– Значит, его мать была влиятельной особой из белоголовых?

Арракис отрицательно покачала головой.

– Мы рискнули, доверившись этому мальчику, Тимур.

– И потащили его за собой.

– Ты сам просил нас взять его. Не скрою, твоя рекомендация помогла мне принять решение.

– Я просил взять его в ученики, – сухо уточнил Тимур. – Обучить «Восьми формам», доверить ему роль дракона. Но не отдавать ему Первое Дерево Ночи. – Тимур застыл на мгновение, словно колебался, но продолжил не менее горячо: – У Тима не было выбора. Лунаты загубили бы мальчишку, как сотни других лунастров до него. Его роль проста – он должен пройти по Звездному Мосту, а мы все… – Он запнулся, но все же добавил: – Мы обеспечим его безопасность. Я почти уверен, что мы все сделали правильно.

– Почти?

Арракис вновь остановилась перед ним, но на этот раз повернулась спиной. Внезапно вдали, среди бриллиантовых созвездий, открылась равнина, усеянная мерцающими в темноте Деревьями Ночи, прекрасная, как волшебный сон, почему-то убежавший от своего хозяина.

– Ну а если он действительно сможет открыть древнюю тайну? – вдруг спросил Тимур. – Об этом вы подумали? Что-то мне подсказывает, что вы не оставите в живых человека, который узнает ваше самое слабое место.

Арракис повернулась к нему и посмотрела прямо в глаза. Тимур невольно отпрянул, словно увидел что-то страшное на дне этих темных, бездонных глаз.

– Тем более что до него хранителем Первого Секрета был Дизастр, – сказала она. – И ты знаешь, к чему это привело. Мы оставили Дизастра в живых, и он воспользовался своим знанием, чтобы устроить Ночь Сияния.

– Тим – не Дизастр! – возразил Тимур.

– Один из драконов умрет. Так суждено, это закон равновесия. Два дракона не могут пройти по Сожженному Пути.

– Тогда вы должны помочь Тиму! – с жаром воскликнул Тимур. – Белому дракону!

– Дизастр тоже был белым драконом, – тихо проговорила Арракис. – И моим… другом. – По ее щеке, покрытой густой тайновязью, вдруг скатилась слеза.

Тимур виновато нахмурился. От Йозефа он знал эту историю. Ему стало неловко, что он невольно напомнил Арракис о прошлой печали.

– Погибнет другой дракон, – твердо произнес он. – Черный. Тот, кто забрал предназначение Селестины. Тот, кто был готов ее убить. И проклятие Селестины – родовой сон черноголовых, сгинет вместе с ним.

– Родовой сон можно изменить, – пробормотала Арракис, опустив глаза. – Боюсь, как бы Йозеф не вмешался в него, когда Селестина была еще маленькой… Его одержимость победой над Дизастром пугает даже меня… Но этого мы не узнаем никогда.

Тимур невесело хмыкнул, заложив руки за спину. И с тоской глянул вдаль, невольно залюбовавшись мягко колышущейся листвой из серебра.

– Но, боюсь, Йозеф просчитался, – продолжила Арракис. – И мальчику суждено погибнуть… Вместо другого.

Она повернулась к Тимуру Святову.

– Мы не станем вмешиваться в борьбу двух драконов. И, как я тебе уже говорила, у Тима Князева будет шанс победить. Если он им воспользуется…

– А если нет, то вы не вмешаетесь, – завершил Тимур.

Арракис не ответила. Впрочем, ответа ждать и не следовало.

– Я волнуюсь за Тима, – упрямо продолжил разведчик. – Мне не нравятся ваши методы. Я хочу помочь ему.

– В таком случае, просто не вмешивайся, Тимур Святов. Возможно, твой ученик еще удивит тебя самого.

– Хотелось бы верить, – проворчал Тимур. – И все же, зачем ты позвала меня, глава черноголовых? Я ожидал, что ты дашь мне нечто ценное, чтобы я мог помочь Тиму, Йозефу, Селестине…

– Я позвала тебя, чтобы предупредить: ты не должен помогать Тиму, пусть парень сам сделает выбор. – Бездонные глаза Арракис вновь пристально глянули на него, словно звезда хотела узнать его самые сокровенные мысли.

– Это будет очень трудно, – процедил разведчик.

– Тим сам выберет свой путь, – настойчиво повторила Арракис. – Мы спрятали тайну создания Сожженного Пути, легендарного Via Combusta, даже от самих себя. Чтобы никто не мог предать, не мог проговориться… Использовать тайну в своих личных целях. Только Тим Князев должен найти Черную Радугу и понять, что с ней делать.

– Но Тима могут взять в плен, отобрать камень, даже убить!

– Ты не должен вмешиваться. И Йозеф тоже. Передай ему, что только на этих условиях мы заключим новый союз.

Она строго глянула на Тимура, и тот сник.

«Сложно спорить со звездой такой величины», – невольно подумал он.

– Хорошо, – проворчал разведчик. – Я согласен. Осталось только убедить Йозефа. И найти Дизастра раньше, чем Тим примет свое легендарное решение.

Он не скрывал сарказма, но Арракис серьезно проговорила:

– Именно. Найдите Дизастра раньше, чем он найдет Тима. А если не получится, тогда от вас с Йозефом уже ничего не будет зависеть.

Глава 17. Черный дракон

Уплывали драгоценные минуты, но Тим все пытался убедить Селестину остаться в Доме Сияния, однако девушка была непреклонна.

– Я иду с вами, – твердо заявила она.

– И я, – поддержала Яна. – Либо идем все вместе, либо никто не идет.

Морж пытался сделать сердитое лицо, но у него плохо выходило – слишком он рад был видеть лунату, впрочем, как и всегда.

– В таком случае, все отменяется, – процедил Тим, смерив девушек угрюмым взглядом. – Давайте, доложите еще Йозефу.

Селестина демонстративно скрестила руки на груди.

– Ну что же, тогда я сама пойду к Алексу. В конце концов, он мне задолжал. – Она так сверкнула глазами, что даже Морж, собиравшийся кинуть колкость, смолчал.

– Кстати, а как вы намерены попасть к нему в дом? – вдруг спросила Яна и добавила, покосившись на Моржа: – А ты неужели успел соскучиться по обрядам выкачивания?

– Не шути так, заноза моего сердца, – содрогнулся тот. – И, между прочим, изначально я был против. Но одного Тима я не могу отпустить. К тому же у него нашлись серьезные аргументы.

– Не просветите, какие? – хмыкнула Селестина, а потом сказала уже мягче: – Мы правда хотим помочь.

Тим шумно вздохнул – сдался.

– Я хочу выяснить, в сговоре Алекс с Йозефом или нет, – пробурчал он. – Почему Волков был в его кабинете? Есть подозрение, что Йозеф ведет свою игру, опасную для астров. И в первую очередь для тех, кто рядом. То есть для меня и… для тебя.

– И как ты собрался это выяснить? – спросила Селестина.

– Прижму его к стенке.

Яна неодобрительно фыркнула. Селестина же, казалось, онемела – только таращилась на Тима, словно видела его впервые.

– Ну да, и он сразу тебе все выложит! – ехидно произнесла она наконец.

Тим стиснул зубы, отвел глаза, очевидно, размышляя, стоит ли говорить, и все же решился:

– Я наведу на него морок.

Тим хотел добавить, что у него уже получалось, и даже, было дело, Медея пошатнулась от его астрального взгляда, но промолчал. Пожалуй, лучше не раскрывать всех своих способностей. С этой Селестиной всегда надо быть настороже, – кто знает, может, в будущем и на нее придется морок наводить.

Селестина пренебрежительно хохотнула.

– Сомневаюсь, что у тебя получится, это раз, – снисходительно произнесла она, и Тим стиснул зубы, чтобы не сказать лишнего. – Во-вторых, может, все-таки поделитесь, как вы собрались проникнуть в его дом?

– Тем более что сегодня ночью Алекса там не будет, – заявила Яна.

Все разом повернулись к ней.

– Значит, так, – луната оглядела всех с чувством некоторого превосходства, – сегодня ночью он устраивает тайную вечеринку для близких друзей. Кроме них, о ней никто не знает.

– Откуда такая информация? – изумился Морж.

– Брат рассказал. Никита переживает, что Алексу влетит, но сам его не сдаст… Тем более что у Волкова есть какая-то важная причина, а какая – никто из его друзей не знает. В общем, сегодня все они, включая Никиту, летят в Болонью.

Морж издал облегченный вздох:

– Вселенная-матушка, сегодня наш звездный час! Вы понимаете, они будут там одни! Шансы равные. – Он радостно стукнул кулаком о кулак.

– Видите, какие мы полезные, – усмехнулась Селестина. – А так пришли бы в дом Волковых, поцеловали дверь.

– И напоролись на охрану, – подкинула Яна.

– А так Волков сам напорется, – прищурившись, заключил Тим. – Ладно, идем вчетвером.

– И давай сразу договоримся: переговоры веду я, – объявила Селестина.

– Извини, но нет, – усмехнулся Тим. – Спрашивать его буду я.

Селестина встала напротив него, руки в боки.

– Если ты просто хочешь снова с ним подраться, так и скажи нам, сделай одолжение.

Ее взгляд не предвещал ничего хорошего, но Тим не отвел глаза.

– Если придется, буду драться. Но вначале я постараюсь узнать, что задумал Йозеф.

– Ты ему не доверяешь?

Тим ответил не сразу.

– Я никому не доверяю.

– Даже ранним? – хмыкнула Селестина.

Тим промолчал. Он не хотел рассказывать о том, что слышал на террасе в Фамагусте. О том, что, возможно, люди-звезды подписали ему смертный приговор, доверив разгадывать свой Первый Секрет.

Но Селестина поняла его без слов. В конце концов, она тоже видела, как странно вела себя Капелла, как повел себя Йозеф, когда увидел Первое Дерево Ночи. Старик явно не собирался отдавать его Тиму, а потом вдруг решил возобновить какое-то старое соглашение с ранними… Все это действительно было странно и как-то связано с женщиной в сине-зеленых одеждах из видения Тима. Но что может знать обо всем этом Алекс?

– Ну, нам пора, – нетерпеливо произнес Тим. – Время уходит.

Он закрыл глаза. Селестина догадалась, что Тим вызывает Старого Томаса. Вот, пожалуйста, еще одна загадка: почему мистический лифт слушается его приказаний?

В стене прорезались стальные двери.

– Давайте договоримся, – сказала Селестина, в первую очередь обращаясь к Тиму. – Мы поможем вам в этой авантюре, но пообещайте, что при малейшей опасности мы все попросту…

– Даем деру, – любезно подсказал Морж. – Иначе говоря, улепетываем, сверкая пятками.

– Смотри, не дай деру раньше времени, – бросила ему Селестина.

Яна усмехнулась. Морж возмущенно взглянул на Тима, словно хотел сказать: «Ну у тебя и подружка!» Но тот сделал вид, что ничего не заметил.

…Старый Томас привез их в то же самое парадное, где когда-то Тим прятался от погони и его обнаружил Илек, лучший друг Алекса. Увидев красивый диванчик, зеркало и вешалку для одежды, Тим почувствовал омерзение – вспомнил собственное унижение и панику, страх, что его вот-вот поймают, вспомнил свою вспышку ярости при виде ухмыляющегося Ильи и бег вверх по лестнице, когда он почти разуверился в себе, чуть не потерял последнюю надежду на спасение.

И там, где-то наверху, живет Алекс.

Впрочем, идти решили не по лестнице. Всегда надежней подняться по стене дома или спуститься с крыши.

Они вышли на площадь Астрономии – в полумраке ночи она казалось крошечной. Дома словно нависали над ней, тускло горели фонари, освещая путь редким прохожим.

Зато над крышами города ярко светила Луна. И Яна, пережив недолгую трансформацию, вызвала черные крылья. Морж покосился на эти крылья и нарочито глубоко вздохнул.

– Давайте проверим, выставил ли он охрану, – прошептал Тим. – Яна?

Девушка кивнула и бесшумно взлетела. Тим, Селестина и Морж аккуратно полезли следом, цепляясь за выступы на фасаде и гибкие, прочные плети дикого винограда, оплетавшего почти всю стену. Возле окон второго этажа замерли. Но вот Яна дала сигнал, что все спокойно, и они стали осторожно подниматься выше.

В окнах квартиры горел неяркий свет.

Тим прокрался по узкому карнизу к самому окну и, ухватившись пальцами за хлипкую деревянную раму, заглянул внутрь.

Взору его предстала удивительная картина. В комнате сновал какой-то человек в черном – передвигался быстро, выворачивал ящики и скидывал вещи на пол, будто что-то искал.

Александр Волков, крепко связанный тонким серебристым жгутом, сидел на диване. Во рту у него торчал кляп из какой-то кружевной салфетки, а сам он мрачно следил за человеком в черном. Слева от Алекса, так же связанные, сидели близнецы, молчаливые и сердитые, а справа – Крыш, весь красный оттого, что непрерывно силился освободиться. В кресле сидел Никита Серебрянский, и он был весь опутан жгутом. Глаза Никиты испуганно перебегали с одного лица на другое, но то и дело возвращались к человеку в черном. А тот остановился напротив Алекса. Он был одет в узкий и плотный комбинезон, похожий на те, что носят серферы – наверняка удобный для частых прыжков с крыши на крышу. Продолжая что-то высматривать, он повернулся боком, и Тим увидел на нем серебряную маску. Неужели астр?

– С ума сойти! – едва слышно произнес Морж. Он тоже подобрался к окну по карнизу и встал слева от Тима. – Мы чуть не ворвались на чужую вечеринку… Как поступим? Понаблюдаем или… – Он замолчал.

Тим кинул взгляд на следующее окно – оно тоже было закрыто.

Между тем, астр в черном комбинезоне поднял руку, сложил пальцы в щепоть, и на них вспыхнул черно-зеленый огненный шар.

– Болид, – раздался шепот Селестины справа. Тим едва не свалился – как всегда, девушка подобралась бесшумно и незаметно, как тень.

Астр шагнул к Алексу и поднес болид к самому его носу – зеленое пламя озарило побитое лицо парня. Крыш, у которого кляпа во рту не было, что-то крикнул, и рука с болидом переместилась к нему.

В гостиную вошли еще двое – тоже в серебряных масках и черной одежде. Один из них прошелся вдоль связанных и внезапно указал на Никиту. Второй вытащил из-за пояса нож – обычный, с коротким широким лезвием. Затем легко перевернул парня и приставил нож к его шее, словно намеревался перерезать ему лунную нить.

– Сатурн-победитель, вот же… – Морж добавил крепкое ругательство и тотчас виновато покосился на Яну. Та стояла у соседнего окна, уцепившись за виноградную лозу, и неотрывно следила за астром, державшим нож у шеи ее брата.

– Не нравятся мне они, – сквозь зубы проговорила Селестина.

– Вмешаемся? – Тим услышал свой голос как будто со стороны. Он что, и вправду это сказал?

– И кому помогать будем? – не удержался Морж.

– Да их убьют сейчас на наших глазах, – прошептала Селестина.

Сдавленный крик Никиты все решил.

Яна хладнокровно метнула лунный диск прямо сквозь стекло, прицелившись в лампы над столом – осколки брызнули во все стороны, свет в комнате погас. Тим с Моржом разом ударили по стеклу другого окна, Селестина ловко отодвинула защелку – все трое запрыгнули в комнату.

Засвистели астральные диски – это Тим и Селестина одновременно выпустили по два снаряда, никуда не метя, – только для того, чтобы создать переполох.

Морж сцепился врукопашную с одним из людей в черном. Тим ринулся ему на выручку, Яна уже летала вокруг другого астра, методично нанося удары ему по голове.

Внезапно что-то тихо хлопнуло, и Тим чуть не задохнулся от густой мелкой пыли, забившей все глаза, нос и рот. Кажется, это был пепел, и он в одно мгновение заполонил все пространство.

Какое-то время слышался лишь судорожный кашель. Но вот вспыхнула свеча. За ней другая и третья. Это Никита, которого, очевидно, успела развязать Яна, торопливо зажигал десяток свечей, взявшихся неизвестно откуда.

Тим быстро оглядел комнату: пепел понемногу рассеивался, но лица всех присутствующих стали черными, и это производило довольно жуткое впечатление.

– Что здесь произошло? – спросила Селестина. Она в упор смотрела на Алекса, а тот давно уже не сводил с нее цепкого взгляда. Только во рту у него по-прежнему был кляп, и ответить он не мог.

Тогда Селестина повернулась к Никите.

– Эти трое поджидали нас в квартире, – угрюмо объяснил он. – Тоже бросили какой-то свой порошок, и мы… очнулись уже связанными.

– Вовремя мы заявились, – хохотнул Морж, к которому, несмотря на подбитый левый глаз, возвращалось хорошее настроение. – А я говорил: не стоило сегодня делать вылазку.

Тим поморщился. М-да, анекдотичная получилась ситуация.

– Зачем они приходили? – спросил Тим младшего Серебрянского.

– Лучше у Алекса узнайте… Можно я его развяжу?

– Нет! – вырвалось у Селестины.

Алекс осклабился. С кляпом вышло забавно, но никто даже не улыбнулся.

– Вытащи у него тряпку изо рта, – приказал Тим Никите. – Яна, а ты встань позади – если начнет кричать, стукни его по голове чем-нибудь тяжелым.

Яна кивнула, прошла в кухонный блок и через несколько секунд застыла позади Волкова с металлическим тостером в руках, грозно сверкающим в свете свечей.

Никита осторожно забрал кляп – при этом взгляд Алекса обжигал его, словно огонь.

– Какого Сатурна?! – прорычал Алекс, но, как ни старался, не смог скрыть удивления в голосе.

– Поверь, мы задаем себе тот же вопрос.

– Ну и что это было?

Тим с прищуром смотрел на своего врага: в целом, внешне Алекс ничуть не изменился, хотя видно было, что крепко пострадал в бою над пражскими крышами. Тим не без удовольствия отметил, что лицо и шея Волкова покрыты синяками и ссадинами, пусть и умело замаскированными.

И все-таки что-то в нем стало другим… Появилось что-то особое… Даже сейчас, когда Алекс был связан, от него волнами исходила энергия, казалось, он переполнен ею… Волков тоже изучал Тима, с каким-то новым, настороженным интересом. В его взгляде не было и тени привычной насмешливости.

Тим вдруг осознал, что тот, похоже, считает его настоящим соперником – вон как пристально смотрит, плохо скрывая ярость. Да он и сам понял после боя над Прагой: Алекс его настоящий враг.

Тем временем близнецы тоже делали знаки, чтобы их освободили, но никто не спешил этого делать.

Морж остановился перед Крышем. Тот ошалело пялился на своего давнего соперника в мальчишеских потасовках.

– Никогда бы не подумал, что доживу до такого прекрасного дня, – с чувством произнес Морж, нежно потрепав Крыша по щеке, отчего тот чуть не взвыл от бешенства. – Чудесная картина…

– Давайте-ка ближе к делу, – нетерпеливо вмешалась Селестина. – Нам все равно, что здесь произошло, но у нас есть парочка вопросов к хозяину квартиры.

– Здравствуй, Селест, – спокойно проговорил Алекс.

– Извини, не могу пожелать тебе того же.

– Давно не виделись.

– Разве? А я помню нашу последнюю встречу – словно полчаса назад была.

Алекс прищурился и усмехнулся:

– Так ты теперь с астрами, вернулась в родной дом? И с ним опять сдружилась? – Он кивнул на Тима.

– Слишком много вопросов, – хмуро произнес тот. – А между тем, мы к тебе действительно по делу…

– Ну-ну, внимательно слушаю.

– Что хочет от тебя Йозеф?

Алекс весело хмыкнул.

– Не твое дело, придурок.

– Полегче с выражениями, – предупредил Морж. – А то у Яны и так руки устали тостер держать.

– Не устали, – возразила та. – Но давайте покороче – кто знает, какие еще гости заявятся.

– Что от тебя нужно Йозефу? – повторил Тим. – Говори как есть и не юли, иначе придется поднажать.

Алекс заинтересованно прищурился, но тут же пригасил взгляд.

– Ваш старикан хочет, чтобы мы заключили союз, – угрюмо произнес он. – Черный дракон и белый дракон… Говорит, нас обоих могут подставить.

Тим застыл. Надо же! Он и сам уже некоторое время это подозревал.

– Кто хочет подставить?

Алекс раздраженно вздохнул.

– Этого старый астр не сказал! Просто предложил объединиться, а вот против кого – неизвестно. – И вдруг добавил: – Сам-то что думаешь?

Тим с удивлением понял, что Алекс и вправду ждет его ответа.

– Йозеф давно ведет свою игру, – проговорила Селестина. – Всем известно, что у него один враг – Дизастр. А тебя, Алекс, уже подставили. Вернее, ты сам подставился, когда забрал мою судьбу, стал черным драконом! – выпалила она на одном дыхании.

Желтые глаза Алекса сверкнули огнем.

– А Князев, значит, весь в белом?! Он не подставился? Уверен, с его судьбой тоже не все так просто!

Тим едва заметно вздрогнул, невольно выдав себя, и тут же нахмурился.

– Разберемся без тебя, – равнодушно произнесла Селестина. – У меня тоже есть вопрос. Что это за Спящее Око?

– Какое Око? – фальшиво наивным голосом спросил Алекс.

– Где амулет? – вмешался Морж. – Говори, иначе сами найдем!

– Не найдете, – презрительно фыркнул Алекс. – До вас уже искали, да не справились.

Никита негромко кашлянул, но все обернулись к нему, даже Алекс.

– Извините, но вам лучше уйти, – подступая ближе, заявил Никита. – Я уже вызвал подмогу. Скоро здесь будет мой отец, Волков, мистрессы, ну и остальные.

– Предатель ты, – бросила Яна, но как-то беззлобно, даже с грустью. Тостер выпал из ее рук на ковер, сама же луната первой заскочила на подоконник и обернулась к остальным.

– Поторопитесь, – добавил Никита.

– А где Гемма? – вдруг спросил Алекс. – Почему не с вами?

Тим, который уже намеревался выскочить наружу, обернулся.

– Не волнуйся, она теперь с нами.

– А я все-таки волнуюсь, – усмехнулся Алекс. – На твоем месте я бы ей не доверял… И еще, знаешь что? Это не я. Не я это сделал.

– Что сделал?

Морж дернул Тима за ногу.

– Ты что, не видишь, он нарочно нас задерживает!

Глаза Алекса сузились. Но он по-прежнему не сводил с Тима настороженного взгляда.

– Я тебя найду, придурок. Подожди немного.

– Будем считать минуты, – ответил Морж. – Не скучай, болезный.

Тим хотел добавить, что сам его найдет, как вдруг почувствовал сильный гнев. Не свой. Чужой, пришедший откуда-то извне… Желание убить. Растерзать. Разорвать на куски. Сломать хребет! Это не была человеческая эмоция.

Он обернулся и напоролся на взгляд Алекса. Тим чуть не задохнулся – он чувствовал источник гигантской ненависти. Неужели Волков так сильно желает его смерти?

Но через секунду что-то изменилось. Алекс смотрел на него уже без злости. Скорее снова изучающе, даже с удивлением, будто увидел нечто ценное, важное и – шокирующее.

И тем не менее, Тим не мог забыть, какая ненависть исходила от Волкова, мощное желание бить, испепелять, разрушать… Трудно было поверить, что этот обычный, в общем-то, парень, вдруг стал таким… монстром.

Тим еще больше удивился бы, если бы узнал, что сейчас думает о нем Алекс.

Не сводя глаз с окна, за которым исчезли враги, тот задумчиво произнес:

– С Князевым происходит что-то странное. Это уже не человек. Я ощутил страшную волну ненависти… Прямо запредельную. Желание убивать.

– Забудь пока об этом, – посоветовал один из близнецов, Глеб, разминая затекшие руки. А Никита уже развязывал Георгия. – Лучше займемся пока теми, кто гораздо ближе… Теми, кто нас тут встретил.

– Да, попали в серьезную передрягу, – проговорил немногословный обычно Георгий, осторожно вставая на ноги. – Дайте мне добраться до того, кто все это устроил!

– Я его убью-ю! – прорычал только что освободившийся Крыш. Лицо его было бордовым – то ли оттого, что он все время пытался разорвать шнур, то ли от пережитого унижения.

– А ты чего улыбаешься? – Алекс грозно глянул на Никиту.

Тот пожал плечами.

– Просто получается, что они тебя спасли. Нас всех. – Он смело глянул на Алекса. – Ситуация гм… забавная.

Крыш влепил Никите сильнейшую затрещину – парень упал, прижимая руку к вмиг покрасневшему уху.

– За дело, – одобрил Алекс. – Ну а теперь стоит подготовиться к встрече с отцом… Про «спасителей» ни слова, ясно?

Все, даже Никита, кивнули – никто не хотел лишних неприятностей.

Глава 18. Сон Селестины

После ночного приключения все вернулись измученные и уставшие и все же решили устроить напоследок небольшое совещание в комнате Тима.

– Алекса добьют раньше, чем мы по-настоящему им займемся, помяните мое слово, – высказался Морж, как только они уселись на ковер в виде звездного неба.

Остальные угрюмо молчали, поэтому Морж продолжил:

– А твой брат, Яна, вот тихоня! Тайком вызвал охрану и, пожалуйста, «вам лучше уйти». Вежливый!

Яна завела глаза к потолку, где раскинулась огромная многолучевая звезда. Некоторое время вся компания дружно разглядывали потолок – в полумраке казалось, будто звезда нависает над ними и, хищно шевеля лучами, словно щупальцами, пытается дотянуться до всех сидящих на ковре.

– Вообще-то Никита молодец, – проговорила наконец Яна, и Морж тут же вспыхнул от негодования. – Его никто не принимает в расчет, а он, между прочим, очень умный. И наблюдательный. И, кстати, не первый раз жизнь Алексу спасает.

Тим нахмурился:

– Послушайте, а вас не удивили его слова? «Не я это сделал…» Словно оправдывался за что-то?

– Да он наворотил, будь здоров! – презрительно отозвался Морж. – Меня вот другое пугает – близнецы эти мордатые. Вы видели их мрачные рожи? Клянусь Юпитером, они нацелились поймать Тима – глаз с него не спускали, так и следили за каждым шагом. И зачем мы помешали тем астрам в черном довершить начатое?

– Надо еще разобраться, астры это были или нет! – неожиданно возмутилась Селестина. – И, если хотите знать, зря мы туда полезли. Конечно, все станет известно лунатам, а значит, и Йозефу. Мы опять дали повод лунатам наехать на Дом Сияния!

Тим покачал головой:

– Алекс ничего не расскажет. Не в его это интересах… У меня вообще создалось впечатление, что он перестал доверять своим. Или начал сомневаться…

– А я тоже думаю, что наше приключение не закончится хорошо, – со вздохом поддержала Яна. – С другой стороны, будем разбираться, когда гром грянет, а сейчас-то чего паниковать? – Она обвела всех внимательным взглядом. – И все же, что дальше? Алекс не станет заключать союзы с астрами, это мы поняли. Но вот ваш Йозеф, что он задумал? Судя по всему, Алексу тоже ничего не известно.

– И похоже, он напуган, – добавила Селестина.

– Хоть какие-то радостные новости, – вздохнул Морж.

– Не напуган он, – хмуро произнес Тим. – Просто не доверяет никому. В любом случае, один из нас точно умрет в битве… В битве за Астралис.

– Никаких битв, – встрепенулась Селестина. – Ты что, не понял? От вас и хотят, чтобы вы затеяли бой. Вернее, считали друг друга заклятыми врагами! И, возможно, отвлекают от чего-то действительно важного…

Тим не ответил. Но по его мрачному лицу было ясно, что слова Селестины его не убедили.

В конце концов, так ни к чему и не придя, все разошлись. Морж вызвался проводить Яну и попытался было зайти в ее комнату, но дверь захлопнулась у него перед носом. Расстроенный и оскорбленный в лучших чувствах, он поплелся к себе, проклиная всех лунатов на свете.

Вернувшись в свою комнату, Селестина застала там отца. Тимур Святов разглядывал дочь, словно видел ее впервые.

– Что ты здесь делаешь?

– Поджидаю тебя. Йозеф очень зол. Видишь ли, он велел позвать Тима, а того не оказалось в комнате. И его друга Калюжного тоже, да и Яны Серебрянской, не говоря уже о…

– Обо мне.

Селестина встревоженно оглянулась, будто глава Дома Сияния стоял где-то рядом, готовый наказать ее немедленно.

– Куда вы ездили? – строго спросил Тимур. – Да еще на Старом Томасе?

– Дедушка очень зол?

– Настолько, что я решил спрятаться в твоей комнате, пока его гнев не поутихнет.

Увидев испуганное лицо дочери, Тимур не выдержал и рассмеялся.

– Раз вы четверо уже дома, надеюсь, все обойдется. Ну как, может, поделишься, где вы были?

– Мы ездили к Алексу Волкову.

У Тимура Святова вытянулось лицо.

– К лунатам?! В Яховск?

Селестина помотала головой.

– Не совсем…

И она вкратце рассказала о том, что произошло. В конце концов, отец всегда был ей другом и чуть ли не единственным, кому она могла по-настоящему доверять.

– Тим сомневается в Йозефе, – сказала она. – Особенно после того, как увидел Алекса у него в кабинете.

– Да-а, – протянул Тимур, хмурясь. – Очень его понимаю.

– Папа… – Селестина требовательно взглянула на отца. – Скажи мне, Тим… погибнет? Я чувствую, что вокруг него собирается что-то нехорошее… Чувствую, что он в большой опасности. Мне кажется, даже Алекс это знает.

Тимур вздохнул, присел на диван, откинулся на спинку, задумчиво побарабанил пальцами по мягкой обивке.

– Я не знаю всей правды, как и вы… Ранние тоже что-то недоговаривают. То, что Тима сделали хранителем Первого Секрета, очень плохо.

– Почему? – искренне изумилась Селестина.

– Потому что теперь все внимание приковано к нему. Можно сказать, этим своим выбором ранние занесли над ним меч… Лунаты и так следят за Тимом, но теперь, когда он может найти Черную Радугу, они удвоят усилия.

– Они и так за ним охотятся, – фыркнула Селестина.

– Вот именно! – Тимур Святов поднял указательный палец. – А вы подставляетесь всей компанией… Но дело принимает опасный оборот. Видишь ли, когда-то Первым Секретом владел Дизастр…

– Что?.. – ахнула Селестина. – Откуда это известно?

– Известно, – уклончиво ответил Тимур. – Дизастр тоже может повелевать Черной Радугой. И, конечно, не потерпит конкурентов.

Тимур внезапно встал, посмотрел на дверь, затем на окно, усилил астральный взгляд – Селестина прекрасно это видела, – затем шагнул к дочери и тихо произнес:

– Ты должна помочь ему, Селестина. Я начинаю подозревать, что драконы – и белый, и черный, их бой и тайновязь двух энергий, даже сам Мост, – все это мишура, фальшивое прикрытие чего-то большего, гораздо большего… Боюсь, когда начнется настоящая битва, драконами просто пожертвуют. Уверен, этот Алекс не дурак и тоже чует, что затевается что-то опасное… Именно поэтому он откликнулся на зов Йозефа – пришел узнать, что же астры задумали. А Йозеф-то надеялся, что поймает на него более крупную рыбу… Но Волков не повелся на его хитрость.

– Тим тоже чувствует опасность, – грустно кивнула Селестина. – У него много вопросов… Все больше… А ответов нет.

– Слава Вселенной, Тиму кто-то помогает. Правда, неизвестно, кто это… – Тимур вновь нахмурился – пролегла на лбу знакомая вертикальная складка. – Кто-то из Раннего Мира. Йозеф и рад такому сильному покровительству, и в то же время его это настораживает.

Селестина была заинтригована.

– А кто это может быть, у тебя есть предположения?

Тимур расстроенно покачал головой.

– Увы… Это неизвестно. В любом случае, Тиму лучше надеяться на самого себя. И поэтому ему очень нужна помощь друзей. Особенно твоя помощь, Селест.

– Папа, я наделала много ошибок.

Селестина плюхнулась на диван рядом с отцом. Подогнула ноги, подперла кулаками щеки. Тимур ласково наблюдал за ней, ожидая, когда она заговорит. Его серые глаза лучились теплотой и вниманием.

– Я наделала много ошибок… – задумчиво повторила девушка. – И самая страшная из них – Тим. Я его оскорбила. Унизила. И… предала его там, на его испытании в ущелье Аар. Он никогда не простит меня и будет прав.

У нее на глаза навернулись слезы, но она постаралась это скрыть.

– Все мы делаем ошибки, – ласково сказал Тимур. – Но ты еще можешь все исправить. Просто помоги ему. Кроме того, ты ведь ему нравишься. Даже могу поклясться, что однажды я практически выслушал его любовное признание тебе. – Он лукаво усмехнулся, заметив искреннее удивление дочери.

– Ты преувеличиваешь, наверное, – пробормотала она, хотя в груди уже разливалась радостная теплота.

Тимур хмыкнул, но вдруг спросил о другом:

– Скажи, Селест, ваша с Тимом поездка на Многоликие озера дала результат?

Девушка неопределенно пожала плечами.

– И да и нет. Я заснула на мостике возле воды и увидела во сне странный амулет – зеркало в виде солнца, у которого было лицо Яны. Именно поэтому мы решили идти к лунатам… А оказались в Доме Сияния.

Тимур прищурился, внимательно глядя на дочь:

– Интересный знак. Больше ничего?

– Абсолютно.

– Очень жаль. А я надеялся, что в таком заповедном месте, как Многоликие озера, твой родовой сон подскажет тебе, что делать дальше… Мы так и не знаем, каково твое предназначение.

– Йозеф тоже не знает? – поддела Селестина, скривившись. – Он ведь хотел, чтобы я взошла на Звездный Мост как последняя из рода черноголовых.

– Он по-прежнему этого хочет. Только сдается мне, что твое предназначение в другом… Ты обязательно должна понять, чего ждут от тебя сестры.

– Пока что они настроены не очень дружелюбно, – проворчала Селестина. – Даже убить меня пытались, и не раз…

– И это тоже странно. Может, ты что-то делаешь не так. Увы, тут мы тебе не поможем – ни я, ни Йозеф. Ты сама должна решить эту задачу.

Они помолчали. Селестина думала о том, что неплохо бы все-таки выяснить, в чем же секрет ее сна. Только вот как это сделать?

– Да, знаешь, – вспомнила она, – на Многоликих озерах Тим заметил у меня астрогир, взял в руки, и стрелка вдруг указала на него. Можешь себе представить, как мы удивились? – Девушка покачала головой. И добавила ревниво: – Почему ты запрограммировал прибор на него, а?

Тимур улыбнулся, неожиданно крепко обнял дочь, прижавшись щекой к ее плечу.

– Я был уверен, что вы встретитесь, Селест. Астрогир должен был показать вам обоим, что я жив. Я хотел, чтобы вы пришли в Дом Сияния вдвоем. Иначе Йозеф не отпустил бы меня из долины…

– Значит, он все-таки тебя там запер?

Тимур отстранился, сложил руки на груди и вновь откинулся на спинку дивана.

– Я нагрубил ему, – серьезно произнес он, – задел за живое… Намеренно… Так что я не в обиде на него. Понимаешь, у Йозефа сейчас очень непростая ситуация: близится встреча с его главным врагом, который когда-то отнял у него все – его привычную жизнь, семью, клан, статус, его мир и время… А он еще даже не знает, кто это! Поэтому он гм… все чаще теряет контроль.

Селестина недоверчиво хмыкнула.

– Пусть держит свои эмоции при себе, мерзкий старикашка, а не срывается на моем отце. Иначе ему придется иметь дело со мной!

Они рассмеялись. Впрочем, Тимур тут же посерьезнел.

– Кстати, Селест, насколько ты доверяешь Яне Серебрянской? Какие у нее отношения с отцом?

Девушка удивленно покосилась на Тимура.

– Яна не раз доказала, что она – надежный союзник, – твердо заявила Селестина. – Что касается Дмитрия Серебрянского… Мне кажется, ему на всех наплевать, не только на дочь. Во всяком случае, я бы тоже его невзлюбила, если бы жила с ним под одной крышей. Я прекрасно понимаю, почему Яна сказала, что ему на нее наплевать.

Тимур прищурился, думая о чем-то своем.

– Мне кажется, что Тома… что она в беде, причем давно. Возможно, что-то случилось между ними, что-то нехорошее… Яна ничего такого не рассказывала?

Селестина помотала головой.

– Ни слова. Наоборот, я всегда думала, что она на стороне отца. Ведь она очень похожа на него даже внешне, а уж характером…

Тимур кивнул.

– Ладно, – сказал он, вставая. – Хватит на сегодня. Я сам расскажу о вашем приключении Йозефу в мягкой форме, насколько это возможно… – Он хмыкнул, намекая, что задача нелегкая. – Ты отдыхай, пока день, сегодня у вас всех будет тяжелая ночь – Йозеф уже приготовил задание. До Часа Затмения осталось совсем мало времени – надо поспешить.

– Задание?

– Да, будете искать Черную Радугу. Вы все, включая Гемму, Вилла и Анику.

Селестина фыркнула.

– Да Тим и сам справится! Ты не видел, как он ловко находил Деревья Ночи на фестивале МИСТИКО.

– Возможно, Йозеф хочет его проконтролировать. Он говорил мне, что опасается за Тима: как только камень будет у него, Дизастр его почувствует. Конечно, Йозеф хочет быть рядом в этот момент… Так что во время ваших поисков наши люди, «сияющие», будут неподалеку.

Отец ушел. Селестина еще некоторое время размышляла над его словами, но глаза начали слипаться – все-таки усталость брала свое.

Лишь только голова Селестины коснулась подушки, родовой сон мигом принял ее в свои объятия.

Она шла босиком по холодным камням – округлым и блестящим, тщательно отполированным волнами. С левой стороны сердито шумело море, справа высились голые скалы, а впереди словно сияли собственным светом тринадцать мраморных башен – мистические ворота Фамагусты.

Селестина чувствовала огромную, всепоглощающую радость, словно только что исполнилась ее самая заветная мечта и больше не надо было ни к чему стремиться, словно она пришла туда, куда шла очень долго…

Из арок ворот вылетели навстречу ей двенадцать девушек в серебряных тиарах. Они плавно скользили над землей, улыбались и махали ей.

Селестина остановилась и тоже махнула им, подзывая поближе. Она знала, что эти девушки – ее сестры и не сделают ей ничего плохого.

– Где твои крылья, Селестина? – вдруг спросила одна из них очень серьезно.

– Неужели ты их потеряла? – неожиданно обвинила другая.

– Или не нашла! – грозно выкрикнула третья.

Девушки больше не улыбались.

Селестина растерянно попыталась заглянуть себе за спину – крыльев не было.

– Не приходи к нам больше, – сердито произнесла одна из девушек. – Пока не найдешь свою силу в Многоликих озерах.

Они повернулись и полетели обратно к сверкающим белым мрамором зубцам, а Селестина вдруг ощутила глубокий, пробирающий до костей холод.

Селестина проснулась, когда еще было светло. Кинула сообщение на планетку Яны и со всех ног помчалась к Тиму.

Будить его не пришлось. Он не спал – лежал в постели и что-то рассматривал в смартфоне.

Когда Селестина ворвалась в комнату, Тим аж подскочил:

– Что случилось?!

– Да все в порядке… – успокоила она. – Зашла спросить, как дела.

Тим пожал плечами, вновь улегся и натянул одеяло.

– Приходил твой отец, – произнес он, подавляя зевок. – Наговорил всякого… И про Йозефа, и про Дизастра… Убеждал, кстати, что только тебе можно доверять. А вот остальным – ни-ни. – Он насмешливо прищурился. – Ты вообще рассказывала ему про ущелье Аар?

Селестина не обиделась. Она прекрасно понимала, что Тим ничего не забыл. Она бы тоже такое не забыла.

– Мне можно доверять, – спокойно сказала она. – И нужно.

Тим с наслаждением потянулся.

– Ну-ну, посмотрим. И что же ты прибежала? Может, надумала сделать мне массаж? Я бы не отказался.

Селестина застыла с открытым ртом – весь ее решительный настрой сбился. А Тим заулыбался еще больше.

– Не волнуйся, я тебе тоже сделаю. – И он хитро ей подмигнул.

Селестине стало неловко: ворвалась в комнату к парню, а он лежит в постели. Нужно было срочно придумать какой-то остроумный ответ, но она только таращилась на Тима, и ничего подходящего не приходило ей в голову.

Молчание делалось красноречивым, – ее кинуло в жар.

К счастью, в дверь постучали. Это оказалась Яна: бесшумно проскользнув внутрь, она встала рядом с сестрой.

– Не помешала? – спросила она, оценив ситуацию.

Тим окончательно развеселился:

– Немного. Селест хотела сделать мне массаж.

– Не хотела, – процедила та. – Я пришла сюда ради другого…

Брови у Яны поползли вверх, Тим изо всех сил сдерживал улыбку, а Селестина чувствовала себя ужасно глупо и молила все звезды во Вселенной, чтобы остроумие к ней вернулось.

Спасла ее Яна.

– Ну так что? – деловито спросила она. – Куда и когда едем?

Тим недоуменно прищурился.

– Вы о чем?

Селестина наконец-то опомнилась.

– Я хочу попросить тебя вызвать Старого Томаса. Я снова видела родовой сон, очень странный… Мне нужно отправиться на Многоликие озера еще раз.

– Я с тобой, – тут же произнесла Яна.

– Поэтому ты и здесь, – кивнула Селестина.

Тим размышлял всего пару секунд.

– Я понял, ты не хочешь, чтобы Йозеф помешал тебе… Что ему сказать?

Селестина небрежно махнула рукой.

– Да придумай какую-нибудь ерунду. Скажи, что меня позвало предназначение… Или что я просто не хочу участвовать в поисках Черной Радуги.

Тим вздохнул:

– Йозеф рассердится, что ты его не предупредила. Впрочем, ну и Сатурн с ним. Я попрошу старину Томаса приехать.

– Спасибо, Тим.

– Учти, я это делаю исключительно по доброте душевной. Морж бы точно не одобрил… А теперь можно попросить вас отвернуться? Я уже замучился сидеть в постели.

Девушки насмешливо переглянулись, но все же отвернулись к двери. Тим быстро оделся и кашлянул – мол, готов.

– Может, лучше я пойду с тобой, Селестина? – внезапно предложил он. – В конце концов, и ранние говорили, что мне надо сопровождать тебя. Да и Йозеф сильно разгневается, если вы вдвоем так внезапно исчезнете.

Но Яна решительно тряхнула головой.

– На Многоликие озера пойдем только мы с Селест. В конце концов, озеро указало ей на меня. А у тебя сейчас другая задача.

– Да и Йозеф скорее рассердится, если мы втроем исчезнем, – поддержала ее Селестина. – К тому же тебе надо найти Черную Радугу, все об этом говорят.

Но Тим все сомневался.

– В чем дело, Тим? – решительно спросила Селестина. – Что тебя смущает? Выкладывай!

Парень посмотрел на них исподлобья и решился:

– Откуда я знаю, что вы сейчас не пойдете к лунатам? Извини, Яна, но твое появление здесь… выглядит очень странно. Я видел тебя на обряде по выкачиванию энергии из астров, поэтому не уверен, что вам… что тебе можно доверять.

– Вообще-то я спасла твоих друзей! – возмутилась Яна. – Вениамина и Гемму, твою девушку! Ты-то должен быть благодарен.

– Гемма не моя девушка, – сухо произнес Тим. – Но да, я тебе очень благодарен. Спасибо, что напомнила, как Гемма к вам попала.

Селестине не понравился его долгий взгляд: парень явно намекал на ее предательство.

– Тим… я снова видела сон. Двенадцать девушек вышли из-под двенадцати арок ворот Фамагусты… Они спрашивали меня о каких-то крыльях. А потом вдруг рассердились, что их у меня нет, и велели искать свое предназначение на Многоликих озерах. Поэтому нам нужно попасть туда. Я бы не просила тебя, а просто воспользовалась многогранником Капеллы, но мне кажется, что из Дома Сияния лучше выйти незаметно, иначе Йозеф пошлет кого-нибудь за нами в погоню. Это счастье, что он не запретил тебе пользоваться мистическим лифтом.

Тим глубоко вздохнул и пробурчал:

– Вот после вашего побега и запретит. Ладно, я вызову Старого Томаса. Но если ты меня снова обманешь, это все, Селестина. Конец доверия. Хотя мне будет очень тебя не хватать.

Селестина хотела рассердиться, но посмотрела в его карие глаза, ставшие вдруг необычайно серьезными, и – остыла.

– И ты больше не придешь на помощь? – спросила она почему-то шепотом, словно стеснялась своих слов.

И опять между ними пробежала искра – стремительная, неуловимая, мимолетная, но, увы, быстро пропала.

Тим не ответил, закрыл глаза. Наверное, хотел скрыть свои истинные чувства, а может, просто вызывал Старого Томаса.

Прошло долгих десять секунд, и вот послышался скрип тросов, визг тормозов, и в стене привычно прорезались стальные двери лифта. Яна первая зашла внутрь.

Селестина крепко обняла Тима, раздумывая, не поцеловать ли его на прощание, – представится ли вообще когда-нибудь такая возможность? Внезапно он сам прижался губами к ее губам и обнял так сильно, что она невольно задержала дыхание.

– Аккуратно там, – серьезно сказал он. – Будьте осторожны.

– И ты…

– Мне самой ехать, что ли? – раздался недовольный голос Яны. – Или свечку вам подержать?

Селестина смущенно отступила, кивнула и, отводя взгляд, прошла в кабину.

Лифт уехал, стена вновь стала ровной, а Тим некоторое время таращился на нее, не в силах отвлечься на что-нибудь другое.

Морж пришел через полчаса и застал друга лежащим на кровати: Тим заложил руки за голову и бездумно пялился на многолучевую звезду на потолке.

– Ты здоров? – осторожно спросил Морж, внимательно разглядывая мечтательное лицо Тима.

– Я понял, что влюблен, Морж, – сообщил он совершенно убитым голосом.

Морж облегченно выдохнул и ухмыльнулся:

– Гемма только что о тебе спрашивала. Говорит, соскучилась.

– Угу.

Морж подозрительно прищурился:

– Я что, не угадал?

Тим промолчал.

– Только не это! – ужаснулся Морж. – Только не эта заносчивая лунастра! Старик, я был о тебе лучшего мнения!

Тим глубоко вздохнул.

– Я пытался, Морж. Ты знаешь… Но не смог. Гемма очень красивая, веселая, интересная, но она…

– Не Селестина, – закончил за него Морж. – Я понял, не говори ничего, а то я сейчас заплачу. В конце концов, у меня не так плохо с памятью, и я помню, кто сдал тебя там, в ущелье…

Тим нахмурился.

– Все равно между нами ничего не будет, – сказал он и тут же об этом пожалел. Но, помедлив, добавил: – У нас нет будущего, я прекрасно это понимаю. Тем более что сейчас, когда до Часа Затмения всего ничего и непонятно, что произойдет с миром, как-то не до этого…

– До этого всегда должно быть дело, – назидательно произнес Морж и добавил: – Если разобраться, тебе вообще повезло, твоя любовь хотя бы не подлунная. – Он горестно вздохнул. – Ладно, к Сатурну этих жестоких дев, давай лучше подумаем, где искать проклятый камень…

Тим встал с кровати.

– Вот умеешь ты все испортить! Но ты прав, время не ждет, а еще ведь с Йозефом надо объясниться…

Ответом ему стал звон смартфона. Над экраном закружилась планетка – Йозеф срочно вызывал Тима к себе в кабинет.

Мрачно переглянувшись, друзья вышли в коридор.

– Ладно, жду от тебя вестей, – сказал на прощание Морж, и Тим поплелся к кабинету Йозефа, на ходу соображая, как бы поубедительнее объяснить исчезновение Селестины и Яны.

Глава 19. Пражские звезды

Когда Йозеф узнал, что его внучка и дочь Серебрянского, почти заложница, вдруг уехали в неизвестном направлении да еще на Старом Томасе, он буквально рассвирепел.

Даже Тимур не ожидал такой реакции, но отнесся с философским спокойствием и лишь наблюдал, как глава Дома Сияния пропесочивает Тима.

А вот Тим, неожиданно обнаруживший, что в словарном запасе Йозефа имеется богатый арсенал ругательств, в том числе на неизвестных Тиму языках, стоял ни жив ни мертв. Больше всего он переживал, что его накажут и он не сможет найти эту Черную Радугу так, как хочет сам – без контроля Йозефа.

– Твое счастье, парень, что тебе надо отправляться на поиски камня, – наконец произнес Глава Дома, хмурясь и сверкая глазами. – Иначе я бы тебя запер в одной из долин.

Тимур осторожно кашлянул.

– До Часа Затмения осталось несколько дней. Уверен, Селестина знает, что делает, она самостоятельная девочка. Отпусти парня на поиски. А мы с тобой лучше займемся нашими делами – проведем переговоры с ранними.

Йозеф неожиданно побледнел и как-то сник. Не успел Тим подивиться такой перемене, как старик поразил его еще больше.

– Может, пока отложим? – Йозеф пожевал губами и поморщился, будто речь шла о чем-то для него неприятном. – Да и Крыль вернулся из нашей дальней долины, говорит, у него есть интересные сведения о белых карликах.

Услышав о тренере, Тим встрепенулся.

– А как у него дела? – осторожно спросил он, чтобы не разозлить Йозефа еще больше.

– Да получше, чем у тебя, парень, – вновь сверкнул глазами Глава Дома.

Тимур усмехнулся.

– Белые карлики вновь появились в зарегистрированных долинах. Они свободно переходят границы, все чаще проникают в наш мир… Это странно и необычно, а главное, очень опасно.

– Не пугай парня, да и вообще поменьше-ка болтай об этом, – раздраженно одернул разведчика Йозеф. – Хотя белыми карликами давно пора заняться. Это поважнее, чем переговоры со звездами.

Тимур неопределенно подвигал бровями – он явно был не согласен.

– Все взаимосвязано, – сказал он. – Предлагаю это обсудить за чашечкой чая… Но вначале дай Тиму инструкции и отпусти наконец.

В течение следующего получаса Тим узнал, что люди Йозефа уже прочесали Прагу вдоль и поперек, нанесли на специальную карту все, что хоть как-то связано со звездами. Были отмечены магазины, кафе, музеи и даже площади, а также большинство городских крыш, где нашлись метки в виде звезд, оставленные астрами. Особыми знаками были обозначены антикварные лавки и ювелирные магазины. Эту карту глава Дома Сияния и вручил потрясенному Тиму.

– Черная Радуга – очень ценный камень, – строго и внушительно, будто хотел загипнотизировать Тима, проговаривал Йозеф. – Тот, кто его спрятал, наверняка придумал очень надежный тайник.

Тим послушно кивал, хотя сам не очень-то верил, что карта ему пригодится. И когда Йозеф намекнул, что парня будут постоянно держать под наблюдением свои же, астры, он не выдержал:

– В видении незнакомка в сине-зеленом сообщила мне, что Черную Радугу укажут звезды на моей дороге. Понимаете, на моей. МОЕЙ! Я уверен, что должен сам найти камень.

Йозеф недовольно взглянул на Тимура и сердито воскликнул:

– Уверен он! Святые звезды, дайте мне сил и терпения! Ты белый дракон, Тим Князев. Сильвебр, единственная надежда астров на новый мир! Ты везде должен ходить с охраной, и даже твои друзья идут не просто так, а с целью уберечь тебя от нападения лунатов. Да и с нашими тоже надо быть поосторожнее, вспомни, как тебя чуть было не забрали в Дом Андромеды!

Тимур изо всех сил сдерживал улыбку – очевидно, ситуация его забавляла. Тим же стал мрачнее тучи и почти с ненавистью взглянул на карту в своих руках. Пока он обойдет все эти музеи и обегает все крыши, Час Затмения давно пройдет!

В конце концов его отпустили, и уже через час, после плотного обеда, вместе с Моржом, Геммой, Виллом и Аникой они отправились в Прагу прямо через панорамное окно в кабинете Йозефа – по мнению Главы Дома, это был единственный путь, который никогда не смогут отследить лунаты. Но почему он так считает, не сказал.

Узнав, что Яна и Селестина отбыли в неизвестном направлении (Тим предпочел не рассказывать при всех о Многоликих озерах), Морж ужасно огорчился.

– Я только начал думать, что у меня появились шансы, – обреченно произнес он. – Что же ты мне сразу не сказал? А я уже почти смирился, что Луна мне стала милее звезд.

Он был очень расстроен и даже не обратил внимания на озадаченные лица Вилла и Аники.

К удивлению Тима, Гемма тоже начала выспрашивать, куда делись девушки.

– Разве они не должны помогать тебе? – возмутилась Гемма, и ее узкое личико стало обеспокоенным. – И как это Глава Дома отпустил Яну, она же пленница! А Селестина? Ты простил ее, спас от смерти, а она убежала, когда так нужна!

Тим никогда не видел Гемму такой рассерженной. Впрочем, после того, что она пережила, трудно оставаться спокойной… Морж уже вовсю ухмылялся и даже подмигнул Тиму – мол, посмотри, как ревнует. Но Тим только поморщился, а для себя решил, что больше не будет морочить голову Гемме и, как только представится удобный случай, объяснится с ней.

Поиски решили начать с Малостранской площади, прочесать всю округу, а затем уже по Карлову мосту перейти в Старый город. Йозеф был уверен, что Черную Радугу спрятали в одном из исторических районов.

Морж тут же окрестил их поисковую операцию «Великий квест». А еще предложил заходить не только во все старинные здания, но и в пивные пабы, рестораны и особенно присматриваться к торговым уличным палаткам, но его шутливый тон никто не поддержал, все были настроены действовать решительно.

Как Тим и предполагал, карта, составленная «сияющими», ничего не дала. В Праге оказалось немало звезд, и они сверкали повсюду: в прорезях уличных фонарей, в оконных витражах, в светильниках на ярмарочных лотках с едой, в витринах кафе и сувенирных лавок, на дверях жилых домов и даже на куртках и шляпах прохожих. В конце концов Тим перестал всматриваться в каждую звезду, но астральный взгляд не гасил. Однако и это ничего не дало – только нашли несколько меток астров, которыми те помечали стены домов с самыми интересными крышами для прогулок.

– Мы зря теряем время в этом районе, – проворчал Морж. – Давайте еще зайдем в антикварный магазин, он на соседней улице, а там уже двинемся в сторону Староместской площади.

Через два часа разглядывания чугунных утюгов, карманных часов, облупленных старинных шкатулок, тусклых медных подсвечников и разноцветной посуды со сколотыми краями Морж не выдержал:

– Я ужасно проголодался! Давайте что-нибудь съедим, а заодно подумаем, что мы делаем не так.

– Все не так, – покачал головой Тим. Он тоже очень устал, потому что постоянно усиливал астральный взгляд, и теперь у него перед глазами плыли желтые и красные круги.

Решили зайти в неприметное кафе в полуподвале неподалеку. Здесь было тесно, но уютно: небольшие столики под кружевными белыми скатертями ютились в маленьких нишах, в каждой горело по два настенных светильника. Пока вся компания шумно обсуждала меню, Тим отвел Моржа в сторону.

– Мы что-то неправильно делаем, – сказал он другу. – Я не знаю, что мы ищем, понимаешь? Ни знака, ни намека. Мне кажется, я должен идти один. И увидеть звезды на своей дороге… Понимаешь?

Морж медленно кивнул, но нахмурился. Он разделял опасения друга, но и оставить его одного боялся.

– Смотрите-ка, – окликнула их Гемма, – в меню тоже есть звезды! – Она указала на коржики в виде звезд, густо посыпанные серебряными шариками.

«Прекрасно, даже она издевается», – мрачно подумал Тим.

После того как друзья расправились с горой булочек с маком и ванильным кремом, Гемма предложила вернуться домой. Вилл и Аника вяло поддержали ее, и только Морж призвал всех не отчаиваться и продолжать поиски.

– Это важно для Тима, – убежденно произнес он. – Мы должны помочь ему найти камень, чтобы в Час Затмения у него было оружие против аурума.

– Не думаю, что Черная Радуга – это оружие, – задумчиво произнесла Гемма. – Но у Волкова есть Спящее Око. Судя по всему, это сильный амулет… А что есть у тебя, Тим?

Она пытливо уставилась на него, и Тим вдруг с ужасом осознал, что у него и вправду нет никакого оружия. Но ведь он сильвебр, белый дракон! И его хвост с зеркальной пикой может наносить удары чудовищной силы… Он справится с черным драконом! Правда, у того есть загадочное Спящее Око, будь оно проклято сто раз под Луной…

– Я справлюсь с аурумом, – повторил он вслух. – В конце концов, он – не настоящий дракон. Не лунастр.

Гемма с интересом прищурилась и уже открыла рот, чтобы снова задать вопрос, но вмешался неугомонный Морж.

– Тим – крутой, Волков – отстой, – заявил он. – Короче, сегодня обшарим еще Карлов мост, а когда перейдем в Старый город, пробежимся до Староместской площади, до самых знаменитых часов, и только тогда вызовем Старого Томаса.

– Для первого дня нормальный план, – одобрил Вилл и судорожно зевнул. – Простите, – сконфузился он, – я немного устал, у нас же еще тренировка была…

Тим почувствовал себя неловко: друзья стараются, ищут вместе с ним, даже не зная толком, что именно… Да и он сам, если подумать, не знает. Как в сказке: найди то, не знаю что.

Несмотря на поздний час, на Карловом мосту толпилось много народу. Суровые каменные фигуры возвышались над людьми и грозно смотрели вниз, словно не одобряли людскую суету и гомон. Горели фонари на перилах, прогуливались парочки, фотографы щелкали своей техникой, и даже художники что-то еще рисовали на маленьких холстах, то и дело кидая взгляд на широкую реку Влтаву, расцвеченную золотом электрических огней.

Тим шепнул Моржу:

– Я пробегусь, хочу кое-что проверить. Встречаемся на той стороне, ладно?

– Хорошо, – кивнул друг. – Но будь осторожен. Жди нас возле вон той высокой мостовой башни, слева от прохода.

Тим кивнул, мгновенно усилил астральный взгляд и побежал.

Люди интуитивно расступались перед ним, даже не замечая его. Тим бежал неторопливо, не отводя взгляда от панорамы Старого города, раскинувшегося перед ним. Он пытался отыскать тот самый дом, где спрятано его сокровище, Черная Радуга. Его глаза ловили любой блеск, казавшийся отражением звездного света на земле, но, увы, это были всего лишь блики фонарей, живой огонь ларьков, вспышки фотоаппаратов или огни проплывающих мимо теплоходов.

Внезапно реальный мир отошел на второй план; и Тим увидел себя бегущим по Звездному Мосту – каменному, с перилами и странными фигурами на нем – высокими, стройными, величественными; а впереди, на середине этого моста, проложенного через космос, стояла девушка с прозрачными крыльями, сверкающими в свете звезд. Она застыла, словно изваяние, с распростертыми руками и раскинутыми крыльями…

Но вот вернулись очертания привычного мира, и каменный мост вновь стал обычным мостом через реку, да и Тим понял, что почти добежал до высокой мостовой башни из черного камня.

Тим замедлил бег лишь в проходе через башню и остановился перед светофором. Там уже собралась толпа людей, а прямо перед ним оказалась группа малышей детсадовского возраста – они весело переговаривались, смеялись, очевидно, довольные своей экскурсией, а рядом в желтой неоновой куртке стоял воспитатель и, как хищная птица, зорко следил за своими подопечными.

Каждый из малышей держал на веревочке воздушный шарик в виде яркой серебряной звезды, и казалось, будто над их головами реет небольшое созвездие. Тим порадовался, что Морж не видит этого – иначе точно прошелся бы по поводу «звезд на дороге».

Внезапно один из шариков вырвался из руки своего маленького владельца и поднялся в небо. Малыш тут же разрыдался: на светофоре горел красный свет, а шарик улетал, поднимаясь все выше и выше.

Тим машинально проследил за ним взглядом – смотри-ка, зацепился ниткой за фонарь над витриной магазина, второго по счету на той стороне улицы.

Загорелся зеленый, но подобраться к магазину было невозможно – толпа людей потекла рекой. Мальчик все смотрел на свою серебряную звезду, но, увы, воспитатель направил созвездие малышей в другую сторону.

И Тим решился. В конце концов, астр он или нет? Короткий, но сильный прыжок – и вот пухлая серебряная звезда у него в руках. Еще один прыжок – и воздушный шар оказался у мальчишки.

Тим быстро ретировался, не успев даже увидеть озадаченное, но счастливое лицо малыша. В конце концов, подумал он, хоть одно стоящее дело – не совсем бесполезная вылазка в Прагу получилась.

Возле того же магазина его поджидал сердитый Морж и все остальные, с интересом наблюдавшие за Тимом.

– Позволь спросить, что ты вытворяешь? – Глаза друга метали молнии. – Мало того, что обещал подождать возле мостовой башни, так еще за шариками бегаешь!

– За звездами, – поправила Гемма, хитро улыбнувшись. – За звездами на своей дороге.

Тим подумал, что характер у Геммы подозрительно поменялся – может, пагубное влияние Селестины? Во всяком случае, ее подколки стали его раздражать.

– У пацана улетел его шарик, – пробурчал он. – Я просто помог ему.

– Я сейчас расплачусь от умиления, – проворчал Морж. – Для дракона ты слишком добрый, Князев.

Но, судя по всему, Венька действительно очень перепугался, когда не обнаружил Тима в условленном месте.

– Давайте быстренько прочешем этот район, – предложил Вилл и, указав на карту Йозефа, добавил: – Тут куча мест обозначена в Старом городе.

– Можно начать с крыш, – подхватила Аника. – А то Тим бегает, я тоже хочу!

– Отличная идея! – одобрил вдруг и Морж. – И людей там поменьше… Надоело продираться сквозь толпу!

– Но давайте сперва зайдем в этот магазин, – сказал Тим. – А вдруг этот шар-звезда – какой-никакой, но все же знак?

Морж нарочито громко и протяжно хмыкнул, но остальные поддержали Тима, и вся компания подошла к ярко освещенной витрине.

– Ну, здесь неинтересно – марионетки! – Морж скривился. – Смотри, какие страшные, брр…

Тим тоже глянул сквозь витрину – с виду обычный сувенирный магазин, да и внутри было полно посетителей, и ему как-то расхотелось туда заходить.

Он скользнул взглядом по самой витрине и вдруг замер.

За стеклом висели на длинных ниточках куклы-марионетки: их деревянные, искусно вырезанные лица казались хмурыми и печальными, словно они не хотели такой судьбы – целыми днями торчать за стеклом, теша праздных прохожих, и ждать, когда их купят и, может быть, полюбят… Здесь восседали на старых и пыльных кубиках сердитые король с королевой, рядом примостились очень злой шут в шапке с бубенцами, печальный дворецкий во фраке и несколько горничных в аккуратных фартучках и кружевных наколках. В углу притаился старый колдун с длинными седыми волосами, возле его ног разлеглись куклы-мопсы с глупыми деревянными мордами и слащавые коты с бантиками на шеях.

Ребята все-таки зашли в магазин и попали в людской водоворот. Но покупатели интересовались другими игрушками: изящными куколками в цветных шляпках, улыбчивыми принцессками всех мастей, многочисленными щелкунчиками и героями популярных мультфильмов.

Тим почувствовал себя глупо. Он и сам не понял, почему зашел – точно же не марионетку купить. Но не хотелось показаться дураком перед друзьями, особенно перед Моржом, поэтому, сделав сосредоточенное лицо, он принялся прохаживаться вдоль полок. Впрочем, Морж тут же завязал разговор с продавцом: выяснял что-то про дракона, у которого к каждой лапе было привязано по три ниточки, а к хвосту целых пять. Вилл оперся рукой на одну из полок и украдкой уткнулся в смартфон. Через его плечо заглядывал хищный грифон, сидящий на плече куклы-пирата. Аника зорко смотрела по сторонам, переводя взгляд с одного лица на другое, и только Гемма увязалась за Тимом.

– Как ты думаешь, – таинственным шепотом спросила она, – какая кукла здесь самая старая?

Тим хотел указать на колдуна, но не нашел его. Озадаченный, он вышел из магазина и снова глянул через стекло витрины.

Старый колдун по-прежнему висел в самом дальнем углу, обмякший и хмурый, в окружении мопсов и котов. Возможно, его поставили в витрину в надежде, что хоть кто-то им заинтересуется. «Но кто же такого купит?» – как-то равнодушно подумал Тим. Лицо колдуна казалось злым и печальным, холодно сверкали глубоко посаженные глаза – один матово-черный, другой – бело-голубой, с жемчужным отливом, словно кусок застывшего льда… Мантия из серой, пропыленной мешковины свисала грубыми лохмотьями. Но длинные узловатые пальцы были сплошь унизаны перстнями с драгоценными камнями – изумруд, сапфир, какой-то матовый черный камень.

– Ужасное лицо. – Рядом оказалась Аника. – Немного напоминает Йозефа, правда? – вдруг хмыкнула она.

Тим невольно улыбнулся: правда. Было какое-то мимолетное сходство. Хотя Йозеф все-таки повеселее будет.

– Только корона лишняя, – добавила Гемма, и обе девушки расхохотались.

Тим понял, что они говорят о короле – тот стоял рядом с колдуном и выглядел куда роскошнее: мантия из горностая, золотая корона с рубинами и символы власти в руках – скипетр и держава. А лицо… тут Тим прыснул, не удержавшись, – точь-в-точь Йозеф, даже бородка такая же!

Из магазина вышел Морж. Судя по всему, его настроение не улучшилось.

– Ну что, приглянулась какая-нибудь куколка? – мрачно спросил он. – Или мы зря тут болтаемся?

– Колдун, – буркнул Тим. Впрочем, это и вправду была самая необычная кукла из всех.

– Какой колдун? – удивилась Гемма.

– Да вот же… – Тим махнул рукой на витрину. – У которого все пальцы в перстнях.

– Это дворецкий, что ли? – с интересом спросил Вилл. – Не вижу перстней… Или ты про шута? Великий Марс, ну и морда…

– Тим имеет в виду короля, – объяснила Аника. – Посмотрите, как похож на… – Она не договорила, расхохотавшись.

Тим рассерженно фыркнул: друзья, видимо, захотели его разыграть! Да вот же колдун! Как можно такого не заметить?!

Почувствовав, что Тим не в духе, Морж решил его подбодрить:

– Ты не переживай, у нас впереди целых три ювелирных мастерских и пять антикварных лавок – наверняка этот камень там. Клянусь всеми спутниками Юпитера, Черная Радуга запрятана в какое-нибудь старинное украшение!

Тим расстроился еще больше: он чувствовал, что делает что-то не так. Эх, не стоило рассказывать Йозефу о личном видении, надо было в одиночку искать камень!

Они шли по узкой улочке, заполненной шумными туристами, и Тим ощущал, что уходит все дальше и дальше от разгадки…

В конце концов, после еще двух часов бесплодных поисков они свернули в неприметный дворик с заброшенным фонтаном посередине и вызвали Старого Томаса.

Лифт тут же приехал, гостеприимно раскрыв двери в стене, покрытой ярко-красным и изумрудно-зеленым плющом.

Вилл, Аника и Гемма первыми зашли в кабину, а Тим вдруг остановился и повернулся к Моржу:

– Давай заглянем еще раз на ту площадь, у входа на Карлов мост. Вдвоем. Хочу кое в чем убедиться.

Морж собрался было возразить, но, напоровшись на решительный взгляд друга, пожал плечами:

– Ладно, как скажешь… – И обернулся к остальным: – Поезжайте первыми, а мы вернемся через полчаса.

Гемма нахмурилась:

– Мне это не нравится. А если вас выследят?

– Мы быстро, – успокоил ее Тим.

– Я иду с тобой!

– Нет, – твердо произнес Тим. – Извините, ребята, но я чувствую, что должен пойти один.

– А я побуду рядом для охраны, – торопливо подсказал Морж.

Вилл осуждающе покачал головой, но потом нехотя кивнул:

– Учтите, если вас через полчаса не будет, я вызываю подмогу и иду вас спасать.

– Договорились.

По пути к магазину парни молчали. Но как только остановились перед витриной, Тим тут же указал на куклу-колдуна:

– Ты его видишь?

– Кого? – оторопел Морж.

– Да колдуна этого! У которого страшное лицо, длинные космы и руки в перстнях.

Морж прищурился и даже усилил астральный взгляд.

– Слушай, я тебя не понимаю. – Он развел руками. – Я вижу короля с королевой, гору каких-то страшных собак и очень странных котов – как думаешь, кто их вообще сотворил? В пьяном угаре, что ли?.. Еще вижу шута и… – Он осекся.

Тим, которого распирало от волнения – кажется, он нашел кое-что действительно важное! – недоуменно воззрился на него.

– Это же Алекс! – ахнул Морж, указывая куда-то вглубь магазина. – Как он узнал про это место?!

За стеклом витрины действительно прохаживался Алекс. Вот он подошел к продавцу и принялся что-то говорить ему, живо жестикулируя, словно описывал приметы человека. Наверняка про них спрашивает! Тим глухо зарычал. При виде врага он почувствовал такой всплеск адреналина, что захотелось немедленно врезать ему по ненавистной роже.

– Никто же не знал! – продолжал сокрушаться Морж. – А вдруг это твоя лунастра скинула ему наши координаты, а? Она-то в курсе, что ты в Праге…

– А может, это твоя Яна? – взвился Тим. – Об этом ты не подумал?

Морж моментально скис.

– Ну ладно тебе, я же пошутил. Ты как-то все серьезно воспринимаешь…

Тим глянул на друга с осуждением – нашел время шутить. Но вслух сказал:

– Может, и правда кто-то из наших сливает информацию… Когда вернемся домой, все расскажем Йозефу.

– А сейчас что будем делать? – Морж неотрывно следил за Волковым через стекло витрины.

– Понаблюдаем… Только давай найдем местечко получше, здесь мы у всех на виду.

Но тут в дело вмешался случай.

Открылось окно на втором этаже, прямо над вывеской, раздался чей-то тихий смех, какая-то возня, звук поцелуя. Морж не успел даже посмотреть, что там происходит, как прямо у его ног плюхнулась кадка с цветами, комья земли разлетелись на добрые полтора метра.

– Э-эй!!! – угрожающе вскрикнул Морж.

Послышалось сдавленное «ох», тихое «pardon», и окно спешно захлопнулось.

Прохожие заинтересовались, что случилось, и вскоре возле магазина собралась небольшая толпа. Какой-то мужчина подошел к Моржу и начал участливо спрашивать на английском, как тот себя чувствует и нужна ли ему помощь.

– Тим, пора сваливать, – прошептал Морж, одновременно заверяя всех жестами, что он в порядке.

Тим кивнул, еще раз глянул вглубь магазина да так и застыл, напоровшись на столь знакомый, изучающий взгляд. Впрочем, Алекс явно удивился и таращился на Тима, словно увидел привидение. Хуже всего было то, что за его спиной торчали близнецы и тоже смотрели на него.

Внезапно Алекс опомнился и рванулся к выходу, расталкивая посетителей. Морж дернул Тима за руку и потащил в узкий переулок.

Они бежали очень долго, петляя, как зайцы, убегающие от охотников. Тим забыл о проклятом колдуне, которого никто, кроме него, не видел, и думал лишь о том, как улизнуть от лунатов. Конечно же, Алекс заявился с подмогой, и город наверняка кишит лунатами. Эх, а ведь Тим так близко подошел к какой-то важной разгадке, и вот все это может обернуться ничем. Он чуть не взвыл от отчаяния!

Вдруг перед ним промелькнула летучая мышь.

– Сюда, – сказала она голосом Йозефа и шмыгнула в следующий переулок.

Мышь вела и вела их узкими, темными улицами, пока они не выскочили на маленький пятачок между домами. Мышь взлетела вверх и пропала в раскрытом настежь окне. Тим с Моржом переглянулись и полезли за ней, быстро перескакивая с выступа на выступ, перевалились наконец через подоконник и очутились в кабинете Йозефа.

Поиски решили прекратить на два-три дня. В конце концов, Алекс наверняка рассказал лунатам, где видел Тима, так что Старый город Праги стал для них небезопасен.

Тим знал, что обязательно изыщет способ вновь пробраться к магазину марионеток, но пока что абсолютно не представлял, как – Йозеф запер его в кабинете и велел ждать дальнейших указаний.

Моржу тоже попало, и все-таки он отправился спать в свою комнату, шепнув другу, что придумает что-нибудь.

Йозеф вновь превратился в летучую мышь и вылетел в пражское окно.

Ну а Тиму ничего не оставалось, как растянуться на диване и терпеливо ждать.

Глава 20. Видение Яны

После взбучки от Йозефа Тим проспал весь день как убитый. Вначале старик хотел запереть его в своем кабинете, но потом вспомнил, что парень умеет становиться звездным ветром, может превратиться в дракона и даже вызвать Старого Томаса, когда пожелает. Тимур тоже встал на сторону Тима, и Глава Дома сдался – отпустил уставшего и потрясенного парня отдыхать в его комнату с многолучевой звездой на потолке.

– Но если я узнаю, что ты покинул Дом Сияния без моего ведома, – прорычал Старый Йозеф, – я возьму в заложники всех твоих друзей, включая Святова, и буду по очереди перерезать им астральные нити! И пойми наконец, что следует вести себя осторожно, иначе окажешься у лунатов и тогда узнаешь, что такое настоящие враги!

В связи с этим Тим решил не рассказывать о странной кукле, которую видел только он. Да и о том, что кто-то из компании явно работает на лунатов – сами сначала разберутся. А то у Йозефа на все один ответ – всех под замок и не мешайтесь под ногами.

Вечером Тима разбудил осторожный стук в дверь.

Он вскочил, сонный, но готовый ко всему, однако гостем оказался Морж.

– Хватит дрыхнуть! – шутливо укорил друг. – Пошли позавтракаем.

Немного озадаченный, Тим натянул привычные джинсы и футболку и, отчаянно зевая, поплелся за Моржом в другое крыло Дома.

– Мне приказали глаз с тебя не спускать, – поделился Морж, когда они шли по длинной лестнице между этажами. – Представляешь, мне! Нашли кому, честное слово… – Он рассмеялся и толкнул друга под бок.

Тим похмыкал за компанию, но сам задумался – вспомнил угрозы Йозефа: если бы сердитый старик и вправду задумал резать астральные нити, то наверняка начал бы с Моржа… Тим признавался себе, что дела его идут плохо: он не раскрыл Первый Секрет, не нашел Черную Радугу, даже о родителях ничего не разведал… Да и Селестине не помог найти ее предназначение… Другими словами, он абсолютно не готов к Часу Затмения!

Он даже не понял, как очутился в полумраке большой комнаты со стенами, обитыми синим бархатом, и высокими витражными окнами. Уютно трещало пламя в подвешенных на шнурах серебряных светильниках, а где-то там, снаружи, завывал ветер, отчего комната казалась еще уютнее.

На диване сидели, сложив руки на коленях, Селестина и Яна. Вид у них был напряженный. На стеклянной овальной столешнице, которую держала на крепких лапах деревянная ящерица с ярко-зелеными выпуклыми глазами, стояло все для завтрака на четверых.

– Ну наконец-то, – произнесла луната. – Чего так долго?

Вместо ответа Морж шумно вздохнул и указал на Тима:

– Вы же хотели, чтобы я привел нашего дракона незаметно для окружающих? Вот и пришлось идти медленно и осторожно, пробираться потайными ходами.

Тим продолжал с интересом осматриваться.

– Это же твоя комната. – Он вдруг улыбнулся и хитро поглядел на Селестину. – Отсюда мы попали через тернию в огромный зал, где я прошел Х-барьер и стал астром.

Девушка тоже усмехнулась.

– Давно это было… – пробормотала она. – Кажется, что много лет назад… И, надо сказать, ты очень изменился с тех пор.

Тим не ответил. Боялся себя выдать – вновь попасть под чары фиалковых глаз, тем более что Селестина смотрела очень пристально.

Морж, как всегда, пришел на помощь:

– Хватит интимных воспоминаний, а то я сейчас заплачу от умиления. Лучше рассказывайте, зачем позвали. И давайте поедим.

Он плюхнулся на пол возле стола, оказавшись у ног Яны, и взял себе сразу два тоста.

– Тим, падай на ковер, он мягкий.

Тим подтащил себе подушку – в комнате их валялось бесчисленное множество, и тоже подсел к столу.

Селестина сама предложила ему тост.

– Тебе намазать маслом или вареньем?

Но Тим качнул головой – есть не хотелось.

– Ну не тяните уже! – взмолился Морж. – Захочет, сам возьмет.

Однако Селестина все медлила. И наконец сказала:

– Вначале вы оба должны поклясться, что никому не расскажете. У нас есть причины пока скрывать эту информацию ото всех.

– Тогда почему позвали? – прищурился Тим, впрочем, донельзя заинтригованный. – Чем мы заслужили такое доверие?

– Потому что без вас нам не справиться, – прямо призналась Яна.

Селестина послала ей осуждающий взгляд.

– Потому что мы с вами заодно, – веско произнесла она, глядя только на Тима. – Как поиски камня, кстати?

Сердце Тима пропустило один удар. Сказать про куклу-колдуна или нет? Но за него ответил Морж:

– Да ничего не нашли… По карте Йозефа можно год скитаться, чтобы все эти звезды проверить. Я уже понял, например, что в людском мире звезд на вещах гораздо больше, чем на небе…

Фиалковые глаза Селестины таинственно блеснули.

– А вам не кажется, что Йозеф сознательно мешает Тиму найти Черную Радугу? И карту эту придумал, чтобы отвлечь его.

Парни озадаченно переглянулись. Сердце Тима снова екнуло – девушка будто читала его мысли. Он даже посмотрел, нет ли у нее веера в руках. Но Морж искренне возмутился:

– Да с какой стати? Он же астр, а значит, на стороне астров. Впрочем… Ты, кстати, на чьей стороне? – вдруг спросил он Яну.

Та презрительно вздернула нос – вопрос ее явно оскорбил.

– На своей.

– Как и Йозеф, – одобрительно фыркнула Селестина. – Я не знаю, что там происходит, но у глав всех этих кланов своя игра, свои правила. Мне все больше кажется, что ни Тим, ни Алекс ничего для них не значат…

– Полная ерунда, – бросил Морж. – Зачем вообще тогда все эти танцы с драконами?

– Если бы Тим был важен, его бы охраняли. Сильно бы охраняли… Он не смог бы даже выйти из кабинета Йозефа. Да и Алекс… Что мы видим? Его чуть не убили на наших глазах… – Селестина перевела дух, а Морж горестно вздохнул – то ли жалея Алекса, то ли сетуя, что помог ему спастись. – Правда, у Волкова есть таинственный амулет, – продолжила девушка, – а значит, ему отведена какая-то важная роль. И хорошо бы разобраться, какая… Но все эти сказочки про белого и черного дракона можно забыть. – В голосе Селестины сквозила убежденность. – Вот почему я не очень верю, что Тим найдет Черную Радугу. Мне кажется, что Йозеф давно знает, где этот камень. А нам морочит голову!

Морж отложил недоеденный тост и встал на ноги. Вид у него был хмурый и решительный.

– А может, это ты нам морочишь голову?

– В смысле? – Селестина нахмурилась.

– Может, это как раз ты сама хочешь нас отвлечь от чего-то очень важного!

Девушка вскочила с дивана и, невольно сжав кулаки, процедила:

– Ты хоть сам понял, что сказал?

– Я-то давно все понял!

Морж едва сдерживал гнев. Яна не вмешивалась, с ленивым интересом наблюдая за перепалкой. А Тим вдруг подумал, что, если начнется драка, он не знает, за кого заступиться. И эта мысль необычайно развеселила его.

– А ты чего улыбаешься? – тут же оскорбился друг. И снова повернулся к Селестине: – Давай по порядку. Почему их вообще выбрали, а? Тим превращается в сильвебра, если ты забыла, а твой дружок Волков – в аурума. Причем тебя к этой роли с детства готовили, правильно? Ты же стала бы черным драконом, если бы не… обстоятельства. Неужели это просто так?

Селестина равнодушно пожала плечами.

– Ну кто-то же должен играть роли в спектакле? И, надо сказать, мой пример показывает, что дракона легко можно заменить.

– Я от тебя с ума сойду! – зло выдохнул Морж, все более раздражаясь. – В каком еще спектакле?!

Глаза Селестины сверкнули фиолетовым огнем.

– Людям нужна сказочка о драконах. Всем говорят, что Мост строится из серебряной и золотой энергии, и какой будет больше, та и выиграет… Якобы если будет преобладать серебряная тайновязь, то получится Звездный Мост, а если золотая – то Лунная Дорога. И вот все следят за противостоянием двух драконов, пока где-то там, в кулуарах дворцов, происходит что-то действительно важное…

– И что? – Морж поднял брови.

Но Селестина качнула головой:

– Я не знаю.

– Не знаешь, а развиваешь тут конспирологические теории. Трейсер, ну ты-то что молчишь?

Тим почесал локоть, косо глянул на Моржа и сказал:

– Вообще-то я согласен с Селестиной.

На Моржа было страшно смотреть – «предательство» друга его поразило до глубины души.

– Я тоже чувствую, что от меня скрывают что-то важное, – веско произнес Тим, глядя в глаза Моржу. – И да, я тоже заметил, что Алекс напуган. Наверняка он что-то подозревает… А может, и знает побольше нашего.

– Что не помешает ему попытаться тебя прикончить, воспользовавшись этими тайными знаниями, – пробурчал Морж.

– Я еще сомневался, но карта… эта дурацкая карта со звездами, – Тим шумно и неодобрительно вздохнул, – навела меня на мысль, что нам просто очки втирают. Посуди сам: если и дальше следовать этой карте, то мы еще месяц будем только по Старому городу Праги ходить.

Морж потерянно молчал. Кажется, до него начало доходить, и привычная реальность рушилась на глазах.

– Но что же нам делать?

– Составим свой план, – объявила Селестина. – И будем его придерживаться.

– Так нам и позволят, – фыркнул Морж.

– А мы притворимся, что ничего не понимаем, – сверкнув глазами, ответил Тим. – Будем послушными, Морж. И выясним правду.

– Тем более что мы уже узнали кое-что и как раз хотели вам рассказать, – напомнила Яна.

– Так не томите! – чуть не взвыл Морж. – От ваших загадок у меня уже голова трещит. Пролейте свет хоть на что-нибудь!

Луната завела глаза, снисходительно покосившись на парня, и вдруг хлопнула по дивану рядом с собой:

– Может, сядешь нормально? А то разлегся на полу, как собака. Новости будут важные.

Растроганный Морж сразу повеселел.

– Слушаю и повинуюсь, принцесса Луны и звезд, – сказал он и, умостившись на диване возле Яны, попытался ее обнять, но тут же встретил ледяной взгляд и поспешно убрал руку. – Понял, не все почести сразу.

Селестина осталась на диване, лишь подогнула ноги под себя. Тим тоже не двинулся с места.

– Так что у вас произошло? – полюбопытствовал он. – Клянусь всеми звездами, мы будем молчать как рыбы!

– Октаэдр, многогранник мистрессы Капеллы, – начала Селестина, – опять перенес нас на белое высохшее озеро. Помнишь его, Тим? Я решила пойти дальше, но Яна меня задержала…

– Я хотела проверить это место, – кивнула луната. – Не зря же кристалл мистрессы привел нас туда… И я разложила карты.

– Вначале выпал Призрак, – продолжила Селестина. Ее фиалковые глаза блеснули серебром. – Твоя карта, Тим. Это я еще видела…

– Вторым выпал Звездный Мост… – Голос Яны прозвучал так тихо, что остальные едва расслышали. – Я долго смотрела на эту карту, пытаясь вспомнить все возможные сочетания с другими картами… и вдруг она загорелась!

– А я видела, как Яна просто-напросто отключилась, – взбудораженно добавила Селестина. – Ее глаза вдруг закатились так сильно, что стали видны одни белки… Карты рассыпались… Вначале я испугалась, но, увидев, что Яна дышит ровно и лицо у нее спокойное, решила, что ей ничего не угрожает, села рядом и стала ждать, когда она придет в себя.

– Все было очень реальным, – вновь заговорила Яна. – Я еще не поняла, что это видение, но догадалась, что вижу перед собой карту Сожженного Пути, легендарного Via Combusta! А вот третья карта принесла с собой тайну… – Она замолчала.

Первым не выдержал Морж:

– Не томи душу, самая красивая девушка во Вселенной! Какая карта выпала?

Тим с удивлением отметил, что щеки гордой и неприступной лунаты залил румянец. Впрочем, голос ее остался равнодушным:

– На третьей лунастральной карте был изображен дракон с распростертыми крыльями.

– Белый или черный? – спросил Тим и невольно затаил дыхание.

Но луната лишь раздраженно передернула плечами.

– Непонятно. Он был словно эскиз, одни только линии… хотя такой карты нет ни в одной из известных мне колод.

– Но самое странное случилось потом! – восторженно воскликнула Селестина с таким таинственным видом, что сразу было ясно: произошло что-то невероятное.

Тим и Морж как по команде подались вперед. И Яна торжественно сказала:

– Я увидела руку, тонкую женскую руку и сине-зеленый рукав, цвета моря, широкий и длинный, до самой земли. Эта рука вложила в мои пальцы еще одну карту… – Яна оглядела друзей. – И вот тогда случилось самое странное… Это была карта-видение! Я слышала о таком от других прорицательниц, но сама столкнулась впервые!

Обычно равнодушная, Яна выглядела необычайно взбудораженной. Морж не сводил с нее влюбленных глаз.

– Будущее… – прошептала луната. – Я увидела вас… Вначале Селест, в белых узорах тайновязи, а потом его. – Она указала на Тима. – И затем себя… Я сразу догадалась, что наблюдаю за обрядом. Он проходил на Многоликих озерах… И рука вдруг погладила меня по голове, как будто женщина хотела меня похвалить за то, что я все поняла правильно… Я обернулась и увидела ее – в серебряной маске, в длинном сине-зеленом одеянии с широким капюшоном, скрывающим волосы, и ткань такая живая и струящаяся, словно морская вода…

Тим слушал, затаив дыхание.

– Ты ничего не путаешь? – хрипло спросил он.

Яна неопределенно качнула головой.

– Я вообще не ручаюсь, что все это правда. Я могла просто заснуть и увидеть красивый сон, – неожиданно закончила она с грустью.

– А я уверена, что это было видение! – с жаром воскликнула Селестина. – Потому что к Тиму тоже в видении приходила эта женщина!

Яна ошалело уставилась на Тима – стало очевидно, что она слышит об этом впервые.

– Опиши ее! – внезапно потребовала она.

Тим попытался как можно точнее передать образ его таинственной «помощницы» – длинное одеяние из струящейся легкой ткани ярко-синего цвета и цвета морской волны, широкий капюшон и серебряная маска на лице. И движения плавные, грациозные. Луната слушала, прикрыв глаза.

Морж молчал, наморщив лоб, – судя по всему, тоже серьезно обдумывал услышанное.

– Так что, Яна, это не был сон, – убежденно закончил Тим. – Женщина в сине-зеленом не раз приходила и ко мне… Я уверен, что нам надо прислушаться к ней… К тому же у меня тоже есть для вас новость.

И он рассказал о колдуне в витрине магазина, которого никто не видел, кроме него. И о том, что, возможно, Черная Радуга вделана в один из многочисленных перстней на тощих скрюченных пальцах куклы.

– Я уверен, что магазин марионеток нашел не случайно, мне кто-то помог… Поэтому до последнего надеялся, что будет какое-нибудь знамение… Вот почему я так хотел пробежаться один по Карлову мосту, – пояснил он Моржу.

– Мог бы и раньше сказать, – пробурчал тот. – А я еще думаю, что ты пальцем в это стекло тычешь… А потом Алекс… – Он замолчал и махнул рукой.

– Надо скорее попасть в тот магазин! – уверенно заявила Селестина. – И выяснить, что за куклу увидел Тим. А вдруг там действительно спрятана Черная Радуга?

– Хорошо бы еще знать, как выглядит этот камень. – Тим недовольно цокнул языком. – Помнишь, Селест, Тимур говорил, что это видимый кусочек темной материи? Но как может выглядеть темная материя, которая, по сути, невидима?

Селестина развела руками.

– Все, что мне известно, – темная материя поглощает энергию… На одной лекции в Двуликом Университете как раз поднимали эту тему… А если, – она вдруг вскинула голову, – попробовать найти ее с помощью энергии?

– Я, конечно, в ДУБе не учился, – снисходительно проговорил Морж, – но о темной материи кое-что знаю… Скажем так: если на темную материю направить астральную или лунную энергию, она превратится во что угодно.

Тим озадаченно почесал затылок.

– Это что, какая-то особая мистика?

– Да нет, обыкновенная физика, – бросил Морж. – Любой объект становится видимым в двух случаях: если он сам является источником света, либо когда отражает падающий на него свет.

– Извини, я не знаток, – пожал плечами Тим.

– Может, если бы я умел так рисовать, как ты, я бы тоже не любил физику. Но должен и я в чем-то разбираться, – Морж широко улыбнулся. – Уверен, если направить на те камни в перстнях какую-нибудь особую энергию, то нужный нам камешек выдаст себя так или иначе.

– Ну что же, идея здравая… – нехотя одобрила Селестина. Она явно еще не забыла, как Морж на нее кричал. – Только как же достать эту куклу, если ее никто не видит?

– Вначале спросим у продавца, – ответил неунывающий Морж. – Если он тоже ее не видит, тогда просто заберем ее! Вернее, Тим заберет. А если продавец знает о ней, тогда купим.

– Если я смогу ее забрать, – поморщился Тим. – А вдруг это вообще иллюзия какая-нибудь…

– Да и в магазин идти опасно, – напомнила Яна.

– В общем, так, – Селестина решительно встала, – главное сейчас сделать вид, что мы слушаемся Йозефа, убедить его, что мы готовы и дальше искать камень по его карте. А сами проберемся в магазин…

– И не забывайте про обряд на Многоликих озерах, – напомнила Яна. – Селестине нужно его пройти, а Тим должен помочь. Это надо сделать обязательно. Селестина получит там свое предназначение – в этом я уверена.

Тим хотел расспросить про обряд поподробнее, но внезапно у всех зазвонили смартфоны – их просили срочно пройти в Тронную залу.

– Интересно, что случилось? – пропыхтел недовольно Морж.

– Возможно, какие-нибудь гости… – Селест нахмурилась. – Давайте-ка я проведу вас своим тайным ходом. Думаю, Йозеф не сильно рассердится. – Она хмыкнула.

Морж покачал головой:

– Ого, сколько у тебя привилегий. Видно, что Йозеф делал ставку на тебя.

Селестина смолчала, но надулась. Открыла тернию, нарисовав голубой круг с многолучевой звездой в центре и жестом позвала всех к переходу. Тим помнил, что именно через эту тернию он когда-то прошел на свое первое испытание – Х-барьер.

Вначале в кольце тернии исчез Морж, за ним Яна, но Тима Селест придержала за руку:

– Если вдруг попадешь в беду, попробуй мысленно позвать меня. Я дам тебе код: помнишь знак совы на Сером озере? Представь эту сову как можно четче, и я смогу найти тебя. Хорошо?

– Договорились… – Тим немного удивился, но виду не подал. Лишь попросил: – А ты попытайся привлечь своего отца на нашу сторону… Мне кажется, он наш самый верный союзник.

– Не сомневаюсь, – усмехнулась Селестина. – Я хочу, чтобы ты мне доверял, – серьезно добавила она. – Хватит нам делать ошибки.

Тим медленно кивнул и, повернувшись, тоже исчез в светящемся кольце тернии, за ним прыгнула и Селестина.

Глава 21. Илья

История с новым нападением на черного дракона быстро облетела подлунный мир. Все – от глав древних домов до самых обычных школьников – обсуждали, кто же мог за этим стоять. Все больше ходило слухов о проклятых астрах, все сильнее росло напряжение, все четче проступала грань между двумя лагерями. В конце концов, к астрам послали очередную делегацию с требованием прекратить нападения на черного дракона.

И только Алекс знал, кто виновен. После того как он сообщил Илье о вечеринке в Болонье, Алекс ожидал, что бывший друг сдаст его отцу и Серебрянскому. Поэтому, когда Илья позвонил и сказал, что не придет, сославшись на плохое самочувствие, Алекс совсем не удивился. Зато прибыли близнецы, Крыш, и даже Никита приперся. Алекс быстро ввел их в курс дела. Они были готовы ко всему, но не предусмотрели, что нападавшие могут ожидать их в доме…

Позвонил отец. Хмуро сообщил, что Павел, отец Ильи, во всем сознался и да, он действительно рассчитывал сделать сына черным драконом. Какое будет наказание? Никакого – Серебрянский приказал не вмешиваться. Илья все равно пойдет вторым. За Алексом… А после отец вдруг раскричался, что Алекс не должен принимать самостоятельных решений. Его роль давно спланирована, ему скажут, что делать, шаг за шагом. Он должен только слушаться, слепо идти за лидером лунатов – за Серебрянским!

Вспомнив об этом, Алекс взорвался: по комнате пронесся огненный смерч – вспыхнули шторы, задымился дубовый стол, ярко и сердито сверкнула и погасла люстра. Такие приступы гнева случались с ним все чаще, и выпустить пар легче было «по-звериному».

Очнулся он через несколько минут, когда обвалился карниз, обуглившийся с одного бока. Кажется, он потерял много энергии. Наверняка влетит от отца, но ничего, астры снова наполнят его силой на новом обряде.

Астры… Алекс вспомнил унизительное спасение. Выходит, Князев спас ему жизнь. И теперь он, Алекс, у него в долгу… А он не любил быть в долгу! И Селест… тоже была там. Живая. Спокойная. Уверенная, как всегда. Он вспомнил о Яне и окончательно рассвирепел. С такими друзьями, как дочка Серебрянского, и врагов не надо… И она, эта ледышка Яна, пойдет третьей.

Тяжело дыша, Алекс оглядел комнату, в которой все было перевернуто вверх дном, и лишь затем вытащил смартфон. Пальцы застыли над экраном, но в следующий миг он уже вызвал близнецов.

Такие вещи прощать нельзя. Пусть отец и этот проклятый Серебрянский планируют, что хотят, но он не позволит собой командовать. Илья показал плохой пример для остальных – и получит за это сполна.

…Алекс молча смотрел на своего лучшего друга. В конце концов, тот не выдержал, ссутулился, очки съехали на нос…

Макси нервно кусала губы – переживала за брата, но не вмешивалась. Близнецы смотрели равнодушно, Крыш вообще ковырял ногти, и только Никита наблюдал напряженно, с пристальным интересом, но тоже не собирался заступаться.

Алекс думал о том, что, пожалуй, у него никогда не было друзей. Вот стоит перед ним этот хлыщ – худой, бледный, жалкий, с трясущейся нижней губой. Даже очки запотели, но, видимо, Илья боялся снять их и протереть – так и стоял, беспомощно моргая испуганными глазами.

– А мало тебя Князев побил, – вдруг сказал Алекс. – Знал бы раньше, помог бы ему тебя разукрасить.

Близнецы заухмылялись – очевидно, были наслышаны.

– Ты все неправильно понял… – пролепетал Илья.

– А я думаю, что все понял правильно, – мягко возразил Алекс. – Твой отец сам рассказал. И, знаешь, тебя не выгораживал. Говорит, ты все организовал… На мое место хотел встать.

– Это был план отца! – завизжал Илья. – Это он придумал! Я не мог не подчиниться, ты же прекрасно знаешь! – Он протяжно всхлипнул. – Ты и сам бы сделал так же, если бы твой отец попросил.

Алекс вдруг резко потерял интерес к происходящему.

– Вали отсюда, – устало бросил он. – Твое счастье, что эту историю не обнародовали. А так знают только свои… Ты даже пройдешься по Сожженному Пути, как мечтал… Вторым.

Илья понуро побрел к двери.

– Я тебя считал другом, – сказал ему в спину Алекс. – Лучшим другом.

Илья вдруг резко обернулся.

– Да ты никогда и никого не считал другом! – вдруг выкрикнул он, еще больше бледнея. – Ты все равно погибнешь! И, знаешь, я не буду скучать. Ты придурок и не заслуживаешь быть аурумом.

Крыш не выдержал – подскочил и двинул Илье в ухо, после чего развернул его, как игрушку и, протаранив им дверь, выкинул из квартиры.

Макси всхлипнула, а близнецы вяло захлопали. Алекс откинулся на подушки дивана и закрыл глаза. «Может, это Крыш мой единственный друг? – подумалось ему. – Хотя бы вмешался…»

– Что он такое говорит про тебя? – спросил Глеб, удивленно прищурившись. – Про то, что ты погибнешь…

– Злится, вот и мелет ерунду, – отмахнулся Алекс, не открывая глаз. Хотя эта фраза, оброненная в гневе, могла что-то значить, ой как могла… И вдруг его глаза широко распахнулись. – А ну-ка тащите его назад!

Близнецы озадаченно переглянулись:

– Так наверняка убежал…

– Мы испробуем на нем Спящее Око, – жестко произнес Алекс. – В конце концов, мне нужна и лунная энергия. И в этот раз зачерпнем побольше.

Близнецы обрадованно переглянулись и, не сговариваясь, молча выскользнули за дверь – по лестнице застучали их торопливые шаги.

Макси протяжно всхлипнула, но Алекс жестом приказал ей замолчать.

– Ты можешь подождать в другой комнате, – бросил он ей, но девушка так быстро замотала головой, что ее волосы взметнулись, как рыжий вихрь.

Алекс смягчился, подошел к ней, ласково погладил худенькие локти, взял за руки и прижал к себе.

– Он хотел убить меня, твой брат. Тебе будет нелегко на это смотреть. Подожди в другой комнате… Не приказываю, прошу.

Макси снова всхлипнула, но кивнула и быстро вышла из гостиной, словно боялась передумать.

Никита неловко топтался у раскрытой входной двери.

– Я тоже пойду… – начал он, но Алекс резко перебил:

– Нет, ты останешься! Хочу, чтобы ты все это обязательно увидел.

Послышался сдавленный крик, тут же приглушенный сильной рукой, брыкающегося Илью втащил в квартиру Глеб и бросил прямо на пол. Георгий тут же захлопнул дверь.

– Мой отец обо всем узнает! – заверещал Илья, близоруко щурясь – очки он где-то потерял.

Алекс хмыкнул:

– Очень на это надеюсь.

Он подошел к Илье и усилил лунный взгляд – парень сразу затих и тупо вытаращился на Алекса. После чего вдруг плавно развернулся, послушно прошел к дивану и присел на край, аккуратно сложив руки на коленях.

Алекс вытащил из кармана Спящее Око.

– Ну что ж, приступим, – объявил он. Его голос прозвучал зловеще в абсолютной тишине квартиры.

Как Алекс и предполагал, его не стали наказывать за происшествие с Ильей. И тогда он понял главное правило: пока ему отведена важная роль, он должен слушаться, но и прощать ему будут многое.

Однако он решил выяснить, что же ему все-таки придется делать в Час Затмения. В конце концов, это событие случится со дня на день – все астрономические расчеты указывают на это… В сказку о легендарном черном драконе Алекс уже не верил. Нет, здесь что-то не так. И он решил добиться правды.

К его удивлению, Дмитрий Серебрянский сам послал ему приглашение. Передал его Никита и, как заметил Алекс, не без злорадства во взгляде. Малыш и не подозревал, что Алекс сам задумал вызвать на разговор главного луната – у него накопилось много вопросов, – и вот его план сработал. Он знал, что его не накажут за выкачивание энергии, в конце концов, Илья со своим отцом вообще покушались на его жизнь. Он хотел выяснить, почему ему позволено многое. И что сулит Час Затмения лично ему…

Алекса провели прямо в кабинет, указали на кресло для посетителей. Серебрянский сидел напротив за столом – смотрел с прищуром, оценивающе. На столе лежало несколько золотых полумесяцев. Алекс узнал их, это были хранилища воспоминаний.

– Скоро важный день, Александр Волков, – начал Серебрянский без предисловий. – Ты должен быть готов и не иметь сомнений.

– Откуда вы знаете, что у меня есть сомнения? – прищурился Алекс.

Серебрянский вытянул руку и раскрыл ладонь – на ней мрачно сверкнул черный отполированный шар.

– Бери.

Но Алекс медлил.

– Что это?

– Мой многогранник, звездный икосаэдр.

Алекс удивленно нахмурился.

– Многогранник? Но я вижу перед собой шар.

– Все видят, – согласился Дмитрий Теодорович. – Такую я придал ему видимую форму. Он состоит из темной материи. Той самой, которую обычный человек – и даже обычный двуликий – не может увидеть. Возьми его.

Алекс затаил дыхание.

– Так что, могу взять? – удивленно переспросил он.

Вначале он несмело протянул руку, но потом, видя, что Серебрянский не убирает ладонь, жадно схватил камень и крепко сжал в пальцах. Ощущение было странное: ни тепла, ни холода, ни твердости камня он не почувствовал. Не было понятно, гладкий он или шероховатый, легкий или тяжелый, призрачный или осязаемый.

– Для чего вы мне его дали?

Серебрянский усмехнулся.

– Смотри.

Он щелкнул по одному из полумесяцев, тот приподнялся над столешницей, завертелся волчком – вместо него появилось легкое серовато-пыльное облако. Алекс увидел в нем Мост через небо. Мост пылал огнем.

Алекс незаметно сглотнул – в горле резко пересохло, – его осенила смутная пока догадка.

– Что это? – спросил он.

– В Час Затмения, когда Земля закроет Солнце и Луна станет невидимой, ты должен подкинуть этот камень высоко вверх.

Алекс молчал, ожидая продолжения. И оно последовало.

– Появится Мост.

– И?

– Вначале запомни главное: только я смогу пройти по Мосту, – четко произнес Серебрянский. – Ты двинешься за мной и… о, ты ощутишь в полной мере, как тебя переполнит темная энергия. Ты сожжешь Мост, тем самым оправдав его название – Сожженный Путь.

На какой-то миг Алекс забыл, как дышать. Все его самые худшие опасения подтвердились.

– А что будет потом? Что произойдет со мной?

Серебрянский снисходительно прищурился, тем не менее, его серые стальные глаза внимательно следили за Алексом.

– Больше никто не пройдет по Мосту, – отчеканил он. – Мост сгорит дотла. Но ты сможешь остаться со мной. Мы будем править новым миром вместе.

Алекс удивленно повел головой из стороны в сторону: он его что, за дурачка держит?

– Я вам не нужен, – угрюмо произнес он.

– Судьба распорядилась, чтобы ты стал черным драконом. Ценой жизни других людей. Ценой жизни той, которую ты столкнул. Придется вернуть долг.

Алекс хотел крикнуть, что он не толкал, но осекся – потому что знал, тогда он смог бы это сделать.

– Ищите другого для такой роли, – процедил он и вдруг с силой швырнул камень Серебрянскому.

Но камень, будто на резинке, молниеносно вернулся к нему.

– Ты уже принял Черную Радугу, – жестко произнес Дмитрий Теодорович. – Теперь это твоя судьба. Если ты не выполнишь свой долг, мой камень все равно испепелит тебя. Ты же хотел познать темную материю? Считай, тебе повезло.

– Этот камень называется Черная Радуга? – Алекс тупо смотрел на гладкий шар в своей ладони. Маленький камешек, таивший в себе смерть.

– Да, это его самое первое название, – кивнул Серебрянский. – Раннее. Это первооснова всех основ, начало начал, невидимый строитель планет… Именно с этого камня начнется новый мир. Астралис.

Алекс невольно ухмыльнулся: вот тебе и лунат! Использует астральное название будущего мира…

– Откуда у вас этот камень? – спросил он, не очень надеясь на ответ.

– Я разгадал Первый Секрет ранних. И в награду получил этот камень.

– Давно?

– Очень давно, парень.

– Вы из Раннего Мира?

Серебрянский умолк, взгляд его погас, словно он утратил к разговору интерес.

– А что будет с нашим двуликим миром? – внезапно спросил Алекс.

– Все останется как прежде, – скучающе ответил Серебрянский. – Астры и дальше будут грызться с лунатами. Но новый мир они не получат. И ты мне в этом поможешь, парень. Или умрешь.

Алекс сузил глаза. Он еле сдерживался, чтобы не кинуться на Серебрянского, пришлось призвать всю силу воли, какая у него была.

– Кто вы? Я знаю, что вы лунастр. Вы из Раннего Мира? – спросил он, стараясь говорить спокойно. Ему нужно было знать ответ.

Серебрянский едва заметно качнул головой.

– Твое дело – пронести амулет на Мост. Битва с белым драконом, плетение тайновязи – все это не так важно. Это всего лишь часть шоу, которое начнется с легендарного Шествия ранних. – Он усмехнулся, и в усмешке этой сквозило торжество, словно он заранее предвкушал победу.

– Шествие ранних? – переспросил Алекс. Он никогда раньше не слышал о таком.

– Да. Люди-звезды возведут Мост. Два дракона оплетут его тайновязью. Но Мост не приведет тебя в новый мир. Это просто трамплин, если хочешь. Трамплин для Черной Радуги, которая сейчас у тебя в руках.

Воображение Алекса уже рисовало Мост, похожий на Млечный Путь. Два дракона в небе, паутина серебряных и золотых нитей… И он, бредущий в пламени, как тогда, во сне…

Алекс тряхнул головой, прогоняя наваждение, и вдруг обнаружил, что черного шара нет в его ладони.

– Посмотри на амулет, – осклабившись, подсказал ему Серебрянский.

Алекс не решился ослушаться, хотя ему не понравился приказной тон этого странного лунастра.

В целом амулет выглядел точно так же, как прежде, только спящее око на полумесяце открылось, стало черным и выпуклым – камень Серебрянского переместился в амулет.

– Ты сможешь вытащить камень, когда придет время, – объяснил Серебрянский. – Амулет охранит тебя на Мосту, огонь не тронет тебя. Спящее Око теперь открыто, оно полно темной энергии, ты получишь нереальную силу.

– А белый дракон? – спросил Алекс. – И те, кто будет идти за нами в тройках?

К его удивлению, Серебрянский задумался.

– Ты убьешь дракона и остальных… – Он говорил медленно, спокойно, равнодушно, словно о чем-то незначительном. – Всех. Никто не пройдет по Сожженному Пути… Кроме нас двоих.

«Кроме тебя», – мысленно поправил Алекс. Он все понял. Все, кто будет на Мосту, непременно погибнут. Об этом не знают ни лунаты, ни астры. Не знает отец и, скорее всего, даже Медея и Монея.

«Но почему он решил открыться? – пришла внезапная мысль. – Неужели опять испытывает?..» Алекс понял, что настал важный момент. Похоже, Серебрянский и вправду проверяет его… И если Алекс сделает ошибку, на его место встанет Илья. Проще всего показаться глупым, преданным дурачком, но как же сложно усмирить свою гордость… И что будет, если он меня раскусит? В голове у Алекса все перемешалось, напряжение достигло высшей точки. Надо было срочно отвлечь Серебрянского.

– Что это? – Алекс указал на другие полумесяцы. – Воспоминания?

– Разное, – уклончиво произнес Серебрянский. – Есть и воспоминания… Но в основном это модели Часа Затмения… Я создал все варианты события. Я предусмотрел все, что может случиться, парень.

Алекс понял, что с этим человеком справиться будет непросто.

– Но ты не волнуйся… – почувствовал его страх Серебрянский. – Твое дело – белый дракон. Этот астр настолько прост, что становится непредсказуемым. Впрочем, с ним мы тебе поможем. Он не помешает тебе.

«И тебе», – снова мысленно дополнил Алекс.

– Я должен доверять тебе, парень. Это самое главное. – Серебрянский внимательно следил за реакцией Алекса. – Если ты не справишься… боишься, не уверен… лучше скажи сейчас. И я сделаю ставку на другого.

Алекс смотрел в это жесткое лицо, не мигая. Вот оно. Вот разгадка! Надо выглядеть спокойно, не дать даже намека, что он понял его игру.

Отец Илька вовсе не был амбициозным безумцем, впрочем, как и его сын. Во всех этих нападениях виноват только Серебрянский. Он хотел запугать Алекса, поставить его в безвыходное положение.

Отказаться нельзя. От таких предложений не отказываются.

– Мне нечего сказать, – твердо заявил он. – Я хочу быть первым лунатом, который пройдет по Мосту.

Серебрянский натянуто улыбнулся, но его глаза цвета грозовой тучи посветлели.

– Ко мне есть еще вопросы? – деловито спросил Алекс. Спокойствие медленно возвращалось к нему.

Серебрянский качнул головой.

– Нет, парень. И кстати, теперь можешь вернуться домой, я уже дал распоряжение.

Алекс встал.

– В таком случае, я могу идти?

И, едва дождавшись кивка, стремительно вышел за дверь. Ему было над чем подумать. И он был рад, что покинет этот ненавистный дом.

За окном разлилась сияющая ночь – Луна, еще не полная, светила вовсю. Никита сидел на подоконнике и смотрел на хмурое лицо сестры в «отражении».

– Яна, я больше не могу. – Никита подтянул ноги к груди и положил подбородок на сцепленные в замок пальцы. – Он придурок.

– Кто, Алекс?

Никита кивнул.

– И все его друзья придурки, – со злостью процедил он. – Я не хочу больше оставаться с ними… Каким же кретином я был, когда восхищался им! Я пойду к отцу и откажусь от его поручения – не могу больше охранять этого гада!

Яна еще больше нахмурилась, но брат этого не заметил – уронил голову на руки.

– Я понимаю тебя, – наконец вздохнула сестра. – Но тебе нельзя уходить сейчас. Ты должен остаться, Никита.

Тот удивленно поднял голову.

– Что?

– Я прошу тебя остаться пока с ними. Но главное – не перечить нашему отцу… Вскоре мне очень понадобится твоя помощь.

Парень заинтересованно прищурился.

– Близится тот час, про который ты столько раз говорила? Ты наконец-то раскроешь нашу семейную тайну?

– Да. И после этого я рассчитываю на тебя, очень рассчитываю. Это наше общее дело, брат. И запомни: ты должен быть мужественным в тот момент, что бы ни узнал. – Она пристально посмотрела ему в глаза и повторила, чеканя каждое слово: – Должен. Быть. Мужественным.

Никита соскочил с подоконника.

– Я всегда в твоем распоряжении, Яна, – так же серьезно ответил он. – Жду твоего сигнала.

Глава 22. Тайна амулета

К удивлению Тима, в Тронном зале они встретили только своих – Гемму, Вилла и Анику. Селестина и Яна о чем-то уже шептались между собой, зато Морж сразу же полез ко всем обниматься.

Друзья радостно их поприветствовали.

– Позвали только нас? – настороженно спросил Тим.

– Да, больше здесь никого нет, – расстроенно подтвердила Аника. – А мы втроем уже полчаса вас дожидаемся.

– Похоже, мы серьезно проштрафились, – шумно вздохнул Вилл и провел своей могучей пятерней по коротко стриженным волосам.

Сердце Тима тревожно забилось. Он нутром чувствовал приближающиеся неприятности. Да еще этот пустынный зал – богато украшенный, с великолепным мозаичным полом, сейчас производил самое гнетущее впечатление.

– Наверно, что-то случилось, – предположила Селестина. Судя по ее встревоженному лицу, она разделяла опасения Тима.

– Может, кто-то пробрался в Дом Сияния? – подумала вслух Аника. – И нас сейчас попросят его опознать.

– Или предателя поймали, – напомнил Морж, подмигнув Тиму. – Шпиона.

– Скажите, а вы уверены в Яне Серебрянской? – вдруг подала голос Гемма и кинула на сестру Селестины колючий взгляд. – Вам не кажется, что она передает информацию своему влиятельному отцу-лунату? Возможно, Йозеф об этом узнал.

Все застыли. Селестина казалась удивленной, Тим – озадаченным, и только Вилл с Аникой отводили глаза – очевидно, Гемма уже успела с ними это обсудить.

Морж медленно приблизился к девушке: его обычно смешливое лицо выражало изумление и гнев.

– Яна тут ни при чем, – отчеканил он. – Я уверен.

Но Гемма решительно вздернула острый подбородок.

– Конечно, ты же влюблен, это всем видно. Но так дальше продолжаться не может. Яна – луната. Она просто воспользовалась тем, что она твоя сестра, Селестина, а на самом деле помогает своему отцу заполучить белого дракона.

– Не хочешь ли погадать? – вдруг предложила Яна, излучая спокойствие. – Я бы с удовольствием посмотрела, какие тебе выпадут карты.

– Вот еще, – холодно ответила Гемма. – Я не хочу знать свою судьбу наперед.

– А кто говорит о судьбе? Мы посмотрим, что у тебя на сердце.

– Я сказала тебе «нет»! – резко ответила Гемма. Ее узкое лицо стремительно покраснело.

– Дело твое, – пожала плечами Яна. – Только непонятно, зачем ты срываешься на мне? К чему эти обвинения? Может, ты сама нечестна с нами?

И тогда все заговорили одновременно: Морж защищал Яну, Тим выгораживал и Яну, и Гемму, Вилл и Аника увещевали всех, а Гемма вдруг набросилась на Селестину.

Их спор прервал удар колокола, в зал стали входить люди. Некоторые просто возникали посреди зала, очевидно, прибывая из терний, и вскоре собралось довольно много народу. Селестина знала многих: кроме совета Дома Сияния здесь присутствовали самые влиятельные астры из астральных домов, и все со знаками отличия на парадных одеждах.

На троне появился Йозеф, в полном парадном облачении, на груди его красовалась шитая серебром многолучевая звезда – символ Дома.

Тим машинально подумал, что вот еще одна серебряная звезда, которая тоже может привести к разгадке Первого Секрета, и вдруг ему на плечо легла чья-то рука.

– Посмотри, кто здесь, – тревожно шепнула Селестина прямо ему в ухо.

Тим проследил за ее взглядом и увидел высокую женщину в длинном черном платье, а за ней – толпу людей в золотисто-черной одежде.

Все разговоры и шепотки в зале стихли. К Йозефу, восседавшему на троне, медленной, грациозной поступью приближалась Монея. Плащ мистрессы струился за ней, словно густой черный дым. Так же тихо и неторопливо шли остальные лунаты в ее свите.

Проходя мимо них, Монея еще больше замедлила шаг, внимательно оглядела всех по очереди и особенно пристально Тима. Улыбнулась ему, словно старому знакомому. И двинулась дальше.

Наконец Монея остановилась перед Йозефом. По залу пронесся возмущенный рокот: астры были недовольны присутствием влиятельной лунаты. Но Йозеф поднял руку, и тотчас же стало тихо.

– Я хочу еще раз повторить нашу просьбу, – громко произнесла Монея. – Лунный Совет просит вернуть Яну Серебрянскую домой.

У Йозефа был готов ответ:

– Только если она сама захочет.

Мистресса повернулась к толпе ребят, отыскала глазами девушку.

– Отец ждет тебя, Яна, – мягко произнесла Монея. – Он дал слово, что простит тебя.

Яна сильно побледнела. Всегда такая уверенная в себе, сейчас она казалась обычным перепуганным подростком.

– Ну вот, я же говорила, – прошептала Гемма. – Лунаты забирают домой своего шпиона. – Она усмехнулась, довольная тем, что ее догадки подтвердились.

Но Морж выскочил вперед и заслонил собой девушку.

– Яна не пойдет с вами! – грозно предупредил он.

Но та мягко отодвинула его в сторону.

– Нет, я пойду, – тихо, но решительно сказала Яна. – В конце концов, вам нужен свой человек там. – Она вымученно улыбнулась. – Но пообещай мне, – она обернулась к Тиму, – что ты будешь осторожен и ничего не забудешь.

Она вдруг порывисто обняла парня, прямо на глазах у недоумевающего Моржа, и, больше ни с кем не прощаясь, пошла вперед.

С некоторым изумлением Тим сжал в кулаке записку, которую ему незаметно передала луната. Стараясь выглядеть спокойно, он быстро сунул послание в карман джинсов.

Монея шагнула Яне навстречу и требовательно протянула руку.

– Дмитрий Серебрянский ждет тебя, – снова повторила мистресса. – Не переживай, ты не сделала ничего плохого. Твой статус не изменился: ты пойдешь в тройке за аурумом, нашим черным драконом.

Она приобняла Яну за плечи и увела. Ни Селестине, ни другим мистресса не сказала ни слова. За ней молча удалилась вся ее свита.

После того как Яну забрали, друзей снова попросили прийти к Йозефу.

Глава Дома Сияния выглядел угрюмо.

– Я специально позвал вас в Тронную залу, чтобы вы понимали серьезность положения. Лунаты следят за каждым вашим шагом. Я уверен, что дочь Серебрянского была подослана.

Гемма тут же покосилась на Моржа, Тим и Селестина хмуро переглянулись. Вилл грустно вздохнул, Аника же кивнула Гемме – очевидно, она тоже верила в это.

Пока старик читал им длинную нотацию, призывая к осторожности, Морж стоял мрачнее тучи, его взгляд сейчас мог бы испепелить любого. Тим попытался ободрить его, легко толкнув в бок, но друг не отреагировал.

Следовало срочно рассказать Моржу о записке, но не сделаешь же этого на глазах у Йозефа и остальных!.. Ведь даже некоторые из друзей считают Яну шпионом!

– …И вы должны сидеть дома, – продолжал, между тем, Йозеф. – Пока что никаких поисков сокровищ. Видения видениями, – он обернулся к Тиму, – но ты, парень, должен остаться в живых до Часа Затмения. Теперь у тебя будет личный телохранитель. До вечера я придумаю, кого назначить.

– Но я же могу сходить в гости в пределах Дома? – осторожно спросил Тим. – Селестина пригласила меня на чай.

Девушка кивнула, даже не изменившись в лице.

– Я обещала рассказать ему о древних родах лунастров, – произнесла она и улыбнулась Тиму.

Йозеф махнул рукой – мол, это пожалуйста.

– Но остальные – по комнатам! – Он погрозил пальцем. – И ждите моего сигнала.

Морж, видимо, чувствовал себя настолько подавленным, что даже не стал возражать. А Тим подумал, что все равно сейчас не стал бы ничего ему говорить – надо сначала самому узнать, что в записке. Гемма выглядела недовольной, и Тим, заметив это, испытал острое чувство вины. Аника чуть ли не силой увлекла ее за собой, по пути рассказывая что-то про тренировку на крыше. Вилл поплелся за ними.

– Спасибо, что поддержала, – шепнул Тим Селестине, когда они наконец очутились в ее комнате.

– Я поняла, что у тебя что-то важное, – кивнула девушка. – И можешь говорить громче, моя комната не прослушивается – Йозеф позаботился об этом еще много лет назад.

Тим невольно вспомнил слова Моржа о том, что Селестине многое дозволено. Похоже, Йозеф действительно ставил на победу своей внучки, пока он не объявился… Но Тим быстро отогнал неприятные мысли и, вытащив из кармана джинсов записку Яны, осторожно развернул тонкую бумагу и прочитал:

– «Князев должен поговорить с Алексом. Тебе необходимо дотронуться до амулета – Спящего Ока. Обязательно ЗАПОМНИ ЭТО ПРИКОСНОВЕНИЕ».

Тим и Селест озадаченно уставились друг на друга.

– «Тебе» – это кому? – почесал в затылке Тим.

– Судя по всему, записка адресована мне, – сказала Селестина. – Яна упоминает тебя в третьем лице… А вообще, тебя только это удивило в ее послании?

Тим фыркнул.

– Твоя сестра ненормальная.

Селестина пожала плечами.

– Просто она всегда поступает по-своему.

– В этом вы с ней похожи, – ухмыльнулся Тим.

Селестина принялась нервно ходить по комнате. Девушка хмурилась, явно что-то обдумывая.

Тим терпеливо ждал. Он знал, что пойдет. В конце концов, это чуть ли не единственный шанс узнать больше о грядущем Часе Затмения. Но ему нужна была помощь Селест. И в то же время он не хотел подвергать ее опасности.

Наконец девушка остановилась прямо перед ним.

– Одного я тебя не отпущу, – заявила она. – К тому же, если лунаты поймают нас, рядом с тобой должен быть друг.

Тим закатил глаза, шумно выдохнув.

– Во-первых, нас еще не поймали. Во-вторых, вечером у меня уже появится личный телохранитель, ты сама слышала… И выбраться из Дома будет гораздо труднее. В-третьих, у меня есть мысли, что надо сказать, чтобы Алекс позволил нам дотронуться до амулета.

Селестина недоверчиво прищурилась. Она уже хотела съехидничать, как обычно, но что-то во взгляде Тима остановило ее.

– Правда? И что за мысли?

Тим неопределенно покачал головой.

– Не на сто процентов уверен, что сработает. Но попробовать можно… Давай пока лучше подумаем, как выбраться из Дома Сияния.

– Не волнуйся, – подмигнула ему Селестина. – Есть лазейка, о которой не знает даже Йозеф. Тайный ход, по которому в детстве я убегала гулять в горы…

Ярко светила Луна – еще не полная, но уличные фонари уже не могли с ней соперничать…Тим и Селестина неслышно крались по коньку добротной черепичной крыши, залитой лунным серебром. И только когда впереди показался кубик мансарды, они остановились, спрятавшись в его спасительной тени. Отсюда хорошо просматривалась вся крыша дома Волковых.

У Тима возникло ощущение дежавю. А потом он вспомнил, что именно здесь впервые увидел Селестину… Вот прямо на этом месте!

Очевидно, девушка подумала о том же: усмехнулась, глаза ее весело блеснули, но она ничего не сказала. Уселась на черепице, подтянув ноги к подбородку. Судя по всему, настроилась наблюдать.

Зато Тим приготовился решительно действовать:

– Ну что, я пошел? А ты жди здесь. Если я не появляюсь через полчаса…

– Стой-стой-стой! – перебила его Селестина. – Куда это ты собрался? Или ты забыл, что это дом Михаила Волкова? Я уж молчу, что Алекс точно не твой лучший друг. Давай вначале разузнаем, что там и как…

Она сдернула рюкзачок с плеча, клацнула застежкой и вытащила веер.

Тим невольно сглотнул – стальные пластины, разукрашенные тайновязью, выглядели очень острыми – казалось, они могут и воздух пластать на куски.

Тем временем Селестина сделала несколько плавных, замысловатых взмахов, описала круг перед собой и вновь раскрыла веер. Сосредоточилась, закрыла глаза.

Тим настороженно выжидал.

– Рядом никого нет, – наконец сказала девушка.

Тим фыркнул.

– Спасибо другу вееру, предупредил, – насмешливо произнес он. – Теперь я могу идти? Или ты опять поможешь мне, столкнув с крыши?

– Ой, все, держите меня семеро, – Селестина закатила глаза. И неожиданно предложила: – Давай покажу, как это работает?

Тим не заставил себя упрашивать, мигом переместился поближе.

– Ну и?

– Этот веер ловит мысли, – начала объяснять Селест. – Пластины чутко реагируют на искажения эфирного поля и передают в доступной форме. Чаще всего информация на слух, визуальные образы уловить сложнее.

– То есть это радар? Пеленгует сигналы мозга, расшифровывает и передает.

Селестина пожала плечами.

– Легче всего слушать мысли безликих, но и двуликих засечь можно, если застать врасплох. Впрочем, лучше не пытаться прочесть их мысли – вычислят в два счета.

– Каким образом?

– Из-за наших нитей. Астральная или лунная нить чувствительна к внешним воздействиям. Ты сразу понимаешь, что рядом кто-то есть и он тебя слышит… Во всяком случае, так объяснил мне папа, – Селест невольно вздохнула.

– Можно мне попробовать? – У Тима загорелись глаза. Как жаль, что у него не было этой штуки раньше, еще в школе! Он был бы круглым отличником. Тим представил, как сидит на экзамене с веером, и тут же сконфузился – одноклассники умерли бы со смеху. А Оля… Мысли понеслись потоком.

– Вряд ли тебе пригодился бы веер на экзаменах, – хмыкнула Селестина. Она все еще держала веер раскрытым. – Это же не Астронет, где ты можешь найти ответ чуть ли не на любой вопрос. Скорее, ты получил бы множество личных мыслей… Кто такая Оля? – Селестина широко улыбнулась, не скрывая, что подсмеивается над ним.

Глядя в ее смеющиеся глаза, Тим вдруг вспомнил, как они с Селестиной сидели на крыше его дома, на «Пятачке», и целовались. Ее кожа была такой нежной, и губы… А еще этот запах свежей лесной мяты, который свел его тогда с ума…

И тут Тим с ужасом осознал, что Селестина и дальше читает его мысли. Мало того, он ощутил ее отклик – замешательство и – воспоминания. Пошла обратная реакция! Он вдруг стал думать, как она; увидел себя со стороны, почувствовал, что он ей очень нравится. Что ей нравится его улыбка, его взгляд, его манера держаться, даже его вспыльчивость… И то, что он пошел с отцом вместо нее, стал его учеником – причинило ей страшную боль. Страшную!

Связь резко оборвалась.

– Теперь ты понял, как это работает, – тихо сказала Селестина.

Тим едва кивнул, все еще потрясенный. Ему было неловко, что он прикоснулся к очень личному… Но и то, что Селест испытывает к нему такую сильную симпатию, ошеломило его.

Внезапно скрипнула дверь. Они одновременно посмотрели в ту сторону и замерли, едва переглянувшись, – на крышу вышел Алекс. Он уселся в плетеное кресло, вытянул ноги и, заложив руки за голову, уставился в залитое лунным сиянием небо.

– Что делать?

– Дай мне веер, – требовательно прошептал Тим. – Мы должны знать, о чем он думает.

– Он нас засечет, – одними губами ответила Селестина. – Может, не сразу, но почувствует, я в этом уверена.

– Или нам повезет, – так же тихо возразил Тим, – и мы узнаем хоть что-нибудь полезное до того, как он нас заметит.

Селест сомневалась. Но, всмотревшись в решительное лицо Тима, покорно протянула ему веер. Парень аккуратно раскрыл его и взмахнул вокруг себя, копируя движение Селестины. Та улыбнулась, покачала головой, накрыла его ладонь своей и вместе с ним прочертила веером вначале круг, затем волнистую линию, поводила вверх и вниз…

И Тим внезапно услышал четкий, но приглушенный голос.

«Мне нужно избавиться от амулета, – думал Алекс, – иначе этот недолунат избавится от меня… Но как это сделать?»

Селест не убрала своей руки с его пальцев – судя по ее напряженному лицу, она тоже слышала мысли Алекса.

«Темная материя… Какой я дурак – хотел управлять ею… Теперь я владею этим проклятым амулетом, Спящим Оком, но он испепелит меня вместе с Мостом… Этот Серебрянский непрост… Надо было позвать близнецов сегодня, хоть бы потренировались, – вдруг перешел он на другую тему. – Или даже Никиту – заодно расспросил бы его про отца. Ну до чего же странная семейка…»

Тим задумался. Очевидно, этот амулет таит в себе какую-то опасность, даже для его обладателя. Но почему же тогда Алекс просто не откажется от такого «подарка»?

«И этот камень, Черная Радуга… Зачем мне такой подарок? Спящее Око обрело глаз… Такое впечатление, будто оно теперь смотрит на меня… Сатурн и небо, я пропал, пропал…»

Тим дернулся, словно от удара током – так неожиданно было услышать от Алекса о камне, который он сам ищет! Неужели Черная Радуга у Алекса?! Тим испытал целую гамму эмоций: от изумления до гнева. Как такое могло произойти?!

Селестина медленно убрала руку. В ее широко раскрытых глазах Тим прочитал отражение своих чувств.

Неожиданно Алекс обернулся и посмотрел прямо на Тима.

– Я чувствую вас обоих, – четко произнес он. – Спускайтесь сюда, поговорим. Дома никого нет.

Но Тим и Селестина не шелохнулись.

– Клянусь отцом, я не причиню вам вреда, – продолжил Алекс. – Вы же сами пришли, не так ли? У меня есть что вам предложить.

Селест вновь раскрыла веер.

– Похоже, он не врет, – прошептала она спустя некоторое время. – И действительно хочет беседовать. Очень хочет.

Тим прищурился и коротко бросил:

– Отлично. Поговорим.

При виде приближающегося Тима Алекс пренебрежительно усмехнулся, но в глазах затаился напряженный интерес. Словно он изучал врага на расстоянии – прикидывал, как тот изменился, чего достиг. На Селестину он глянул мельком, быстро кивнул ей, но не получил приветствия в ответ.

Тим тоже изучал его.

– Ну что, драконы в сборе, – лениво пошутил Алекс с обычной своей самоуверенностью в голосе. – Я засек вас не сразу, признаю… Но потом малыш рассердился, и я понял, что вы рядом. Да еще и подслушиваете мои мысли. Через сенсорный веер, я прав, Селест?

Девушка поджала губы. А Тим выругался про себя. Неприятно это сознавать, но Волков действительно его чувствует… Надо быть с ним поосторожнее, особенно на его территории.

– Хватит, – одернул его Тим. – Если у тебя есть что сказать, выкладывай.

– Ну что же, перехожу сразу к делу, – не стал тянуть Алекс. – Вы в курсе, что все мы умрем, после того как станцуем в пламени на Мосту?

– Сначала надо проложить этот Мост, – процедил Тим. – В том числе и с твоим новым камнем… Черной Радугой. Похоже, тебе подарили странный подарок.

На лицо Алекса набежала легкая тень.

– Умеешь слушать.

Их глаза неожиданно встретились. И Тим увидел в глубине черных зрачков страх, боль, растерянность. Он понял, что Алекс оказался в большой беде; и даже не столько понял, сколько почувствовал это.

– Откуда у тебя Черная Радуга? – спросил Тим. Внутри закипала ярость, и Алекс, конечно, моментально это ощутил.

– Что ты об этом знаешь?

– Кое-что, – уклончиво произнес Тим. Честно говоря, появление у Алекса Черной Радуги, камня, который он так желал получить с тех пор, как узнал о нем, совершенно сбило его с толку.

– Мы должны увидеть твой амулет, – внезапно вмешалась Селест. – Если не боишься, конечно, его показать.

Алекс перевел взгляд на нее.

– Хочешь взять меня на «слабо»? – Глаза его сверкнули зелено-желтым огнем. – Меня?

– С этим амулетом что-то не так, – с тревогой произнесла Селестина. – И ты прекрасно это знаешь.

– Мне нужно взглянуть на камень, – задумчиво проговорил Тим. – Прикоснуться, взять его в руки.

Алекс повернулся к нему.

– Я не ослышался? – искренне изумился он. – Ты хочешь, чтобы я отдал тебе свой амулет прямо в руки? А потом гонялся за тобой по всему миру?

Тим посмотрел ему прямо в глаза. Алекс перестал усмехаться. Напряжение возрастало.

– Я не доверяю Йозефу, – неожиданно отчеканил Тим. Селестина потрясенно развернулась к нему – очевидно, не ожидала, что тот станет делиться с Алексом их сомнениями. – У него свой план… Возможно, он хочет сам владеть этим миром… Ему мешает только один человек. Ранний… Дизастр, так его называют. Скорее всего, настоящая борьба будет между ними…

– Ты ведь тоже хочешь разгадать его тайну? – все больше волнуясь, спросила Селестина. – Нам троим надо договориться… Иначе мы все погибнем. Поодиночке…

Алекс вдруг резко развернулся, стремительно подошел к мансарде и пропал в темноте оконного проема.

Потянулись долгие, мучительные секунды.

– Думаешь, он побежал за охраной? – прошептала Селестина, напряженно вглядываясь в черноту окна.

– Мы успеем убежать, – одними губами ответил Тим. – Держи многогранник нагото…

Он не договорил, потому что в окне мансарды вновь появился Алекс.

Он не спеша подошел к ним и бережно, словно ценнейшую реликвию, протянул амулет на ладонях.

Тим уставился на Спящее Око. Зеркальное солнце в окружении узких искривленных лепестков, похожее на хищный цветок. Примерно на треть его скрывал серебряный полумесяц с выпуклым черным глазом.

Тим почувствовал озноб. Алекс и Селестина внимательно наблюдали за ним, только первый с иронией, а вторая – с тревогой. Превозмогая себя, Тим осторожно протянул руку и дотронулся до страшного черного глаза.

Ничего не произошло. Тим осмелел и положил руку на амулет.

Опять ничего. Абсолютно.

Если он и должен был запомнить прикосновение, то ясно одно: запоминать нечего. В отчаянии Тим усилил астральный взгляд, но и это ничего не дало – Спящее Око осталось для него всего лишь странным мистическим украшением, назначения которого он вообще не понимал.

Селестина догадалась, что он потерпел фиаско. Впрочем, Алекс тоже это почувствовал.

– Что-то пошло не по плану? – злорадно усмехнулся он.

Тим одновременно испытал жгучий стыд и ненависть. Алекс заулыбался еще шире – явно почувствовал его настроение.

– Малыш не справился с задачей? Только не плачь, умоляю. – Он насмехался уже в открытую.

– Можно мне? – внезапно попросила Селестина.

Алекс обратил к ней пронзительный взгляд.

– Попробуй, – благосклонно разрешил он. – Можешь даже взять в руки.

Селестина хмыкнула, но Спящее Око приняла.

В тот же миг она горестно вскрикнула и выронила амулет, словно тот обжег ее.

Спящее Око покатилось к Тиму, и он машинально поднял его. И тотчас же перед ним пронеслись сотни лиц, на одном он задержал внутренний взор – это было лицо Геммы, оно казалось нереальным, бледно-серым. В какой-то миг он различил лицо Моржа, хотя, может, и показалось… Но видение исходило от амулета, это он явственно понял.

Наваждение спало так же быстро, как и возникло, и Тим метнулся к Селестине, возле которой присел Алекс.

Впрочем, девушка уже пришла в себя.

– Что произошло? – спросил Алекс. Неожиданно он вздрогнул, поискал глазами амулет, увидел его в руках Тима и быстро рванул на себя цепочку. – Это мое, если не возражаешь, – холодно бросил он и вновь повернулся к девушке. – Что произошло? – с нажимом повторил он. – Я же показал вам Око, а значит, заслужил немного откровенности.

Селестина глубоко вздохнула.

– Я видела дракона, – сказала она, глядя в одну точку, очевидно, все еще под впечатлением.

– Белого? – замирая, спросил Алекс.

– Или черного? – нахмурился Тим.

– Непонятно… Когда я прикоснулась к Оку, – она ненавидяще взглянула на амулет, – то услышала звон… и увидела дракона. Он летел в мириадах стеклянных осколков, сверкающих на солнце… Это видение вначале оглушило, затем ослепило меня.

– Спящее Око – древняя вещь, – задумчиво произнес Алекс. – Серебрянский говорил, что оно должно сработать всего раз… И его действие страшное.

Тим поднялся.

– Ладно, нам пора. Селест, ты как?

Та успокаивающе кивнула.

– Нормально.

– Постой! – Алекс вдруг тронул ее за руку. – Я хочу с тобой поговорить. Не оставишь нас на пару секунд, Князев?

Но Тим не сдвинулся с места.

– Все в порядке, Тим… – Селестина сурово взглянула на Алекса. – Минуту.

Некоторое время они молчали. Алекс ждал, пока Тим отойдет на достаточное расстояние.

– Ты хотел мне что-то сказать, а не я, – напомнила Селестина.

Алекс посмотрел в глаза девушки.

– Я понял, что ты не любишь меня, когда ты навела на меня морок. Твой отец мог убить меня тогда… в долине.

Селестина усмехнулась.

Вот как! Выходит, с той ночи Алекс затаил зло, а может, и ждал момента отомстить…

– Но мой отец не убил, – заметила она.

– И все же я рад, что встретил тебя, – торопливо продолжил Алекс. – Никогда не видел такой необычной девушки.

Селестина одарила его удивленным взглядом.

– Не скажу того же, Алекс. Ты меня разочаровал.

– Неужели больше, чем Князев? – вдруг спросил он. И в его голосе Селест распознала ревнивые нотки.

– Ты ревнуешь? Ты? – Она постаралась вложить в этот вопрос побольше иронии, хотя уже почувствовала, что он знает. Догадался… Раскусил ее… Увидел насквозь. Но ей не было страшно. Даже, наоборот, стало интересно, что он будет делать с этим знанием.

Алекс вдруг перешел в наступление:

– В таких, как он, не влюбляются такие, как ты, Селест, – убежденно проговорил он. – Умные, красивые, независимые. Хитрые, не наивные. Непростые. Я почти не встречал таких девчонок… Поэтому я удивлен.

Селест покачала головой.

– Тим непрост. Он верный друг и опасный враг. Может простить, а может возненавидеть… И ты это прекрасно знаешь… Признаться, меня всегда удивляла твоя ненависть к нему – еще тогда, когда Тим даже не был астром. А потом я поняла – ты его сразу заметил. Выделил… Так ведь легче, да? – вдруг добавила она с жаром. – Враждовать легче, чем дружить. Враг понятен – его просто надо ненавидеть. А друга… друга надо выслушать. Уметь договариваться, идти на компромисс. Уважать, любить, интересоваться его делами, мыслями… Это непростая работа.

– Да ты философ, – Алекс криво усмехнулся. – Не замечал в тебе этого раньше.

Селестина пожала плечами.

– Ты многого не замечаешь.

– Ну да, ну да… Кстати, как там твой отец-разведчик поживает?

– Ого. Спасибо, что напомнил. Ты же враг. – Она тоже говорила насмешливо. – А как там Михаил Волков? На твоем месте я бы задумалась, если бы отец приказал мне столкнуть кого-нибудь в пропасть. А вдруг следующим в пустоту полетишь ты?

Некоторое время Алекс пристально смотрел на нее, даже не мигая.

– Жаль, что ты девушка, – вдруг произнес он. – Могли бы быть друзьями.

Селестина искренне удивилась, но виду не подала.

– У тебя нет друзей.

Алекс фыркнул.

– У всех есть друзья, Селест. Просто цена у каждого разная.

– Вот именно, Алекс. Главного ты так и не понял. Дружба не покупается, у нее нет цены.

Парень упрямо мотнул головой.

– Можно купить все. Только не всегда деньгами.

– И любовь?

Алекс уставился на нее с недоумением, а потом вдруг отвел взгляд.

– Не знаю, не пробовал… Иди, друг заждался. – Он с усмешкой кивнул на Тима. Но усмешка вышла горькой.

У Селест остались смешанные чувства после встречи. С одной стороны, они с Тимом выяснили: у Алекса есть странный черный камень, возможно, та самая Черная Радуга, который имеет прямое отношение к Сожженному Пути. С другой, она почувствовала – с Алексом произошло что-то нехорошее.

Глава 23. Странная ночь

Комната встретила их грохотом и треском – какие-то люди старательно барабанили в дверь.

– Откройте или пожалеете! – завопил кто-то из «сияющих».

– Селестина, открой, пожалуйста, – попросил спокойный голос. Тимур Святов тоже был среди тех, кто рвался внутрь.

– Нас тут целая компания, – грустно сообщил из-за двери Морж.

Тим запаниковал. Похоже, их отсутствие заметили. Его мысли побежали одна за другой, но достойного оправдания сочинить не получалось.

– Нам нельзя рассказывать об Алексе, – твердо заявил он. – И особенно, Селест, я тебя прошу: никому не рассказывай о Черной Радуге в его амулете.

– Я понимаю, не волнуйся, – кивнула та. – Надо что-то придумать…

В дверь снова забарабанили. Селестина быстро осмотрелась. Внезапно она рванула резинку с хвоста и быстро взлохматила волосы.

Критически оглядев Тима, она взъерошила волосы и ему. После чего с силой потерла глаза, размазывая тушь, и смяла край футболки.

– Делай так же, – прошептала она. Подскочила к дивану, быстро разметала подушки и скинула плед на пол.

Затем, выудив откуда-то синий бархатный халат в звездах, она накинула его прямо на свитер и джинсы.

Тим ошеломленно наблюдал за ее действиями. Он сразу догадался, что она пытается сделать, и, хотя сомневался, что это сработает, не мог не восхититься ее смекалкой. Впрочем, план не казался таким уж плохим.

Поэтому, когда Селестина снова принялась работать над его образом, он вдруг прижал ее к себе и поцеловал с таким жаром, что у нее на какой-то миг перехватило дыхание.

– Для убедительности, – пояснил он, стараясь не рассмеяться. Конечно, момент был неподходящий, но у Селестины сделалось очень разгневанное лицо.

– Придется ломать дверь, – сердито сказали по ту сторону.

– Отойдите немедленно, я сама открою! – тут же объявила Селестина тоном оскорбленной королевы. – Но войдет только папа!

Она приоткрыла дверь, кутаясь в халат. Вид у нее был сонный и насупленный.

В коридоре стояло человек десять – в основном из охраны Йозефа, Селестина знала их в лицо. Морж вытянул шею, стараясь заглянуть в комнату, но его мгновенно загородил Тимур Святов.

– Так я могу войти? – вежливо осведомился он.

Селестина кивнула, открывая дверь пошире.

Оказавшись в комнате, Тимур Святов мигом оценил обстановку.

– Сейчас сюда придет Йозеф, – сообщил он деловым тоном. – Не скрою, наш Глава в страшном гневе… – Он пристально глянул в лицо дочери и вдруг требовательно протянул ладонь: – Сережку.

Слегка озадаченная Селестина вынула из мочки серебряное кольцо и отдала отцу. Тимур быстро положил его на одну из подушек на диване.

– Потом поговорим, где вы были… – процедил он, но тут же замолк – в комнату, словно звездный ветер, ворвался Йозеф.

Как и Тимур, он быстро огляделся в поисках улик, причем от его внимания, похоже, не ускользнула ни одна деталь, а затем повернулся к Тиму:

– Что здесь происходит?

– Ничего, что могло бы вас заинтересовать, – нагло ответил тот.

Черные бездонные глаза заглянули ему прямо в душу. Тим с некоторым страхом прикидывал: насколько сильный морок может навести глава Дома Сияния?

Но тот уже переключил внимание на Селестину.

– Я слушаю!

– И что мне сказать? – Девушка будто смущенно пригладила разлохмаченные волосы. – Что именно ты хочешь знать, дедушка?

Йозеф вновь глянул на Тима, его взор пронзал как кинжал.

– Все было безобидно, – поспешил заверить тот. – Мы просто… разговаривали.

Тимур Святов широко раскрыл глаза и поджал губы – очевидно, он едва сдерживал смех. Но как только Йозеф повернулся к нему, лицо разведчика вновь стало бесстрастным.

– Ты-то им веришь? – сердито спросил старик.

Тимур задумался над ответом, но тут вышла вперед Селестина.

– Может, хватит меня контролировать?! – воскликнула она. – Я с самого детства под вашим постоянным надзором! «Из комнаты ни на шаг, Селестина!», «Тебе нельзя идти в обычную школу, Селестина!», «Тебе нельзя общаться в Астронете, Селестина»… Можно мне хоть иногда делать то, что я хочу?

Тим восхитился ее игрой.

Йозеф криво усмехнулся. Весь его облик выражал недоверие.

– Не дерзи старшим, – тоном строгого папы произнес он. И вдруг снова перешел в наступление: – Где вы были, с кем встречались? И, главное, как выбрались из Дома?

– Мы были здесь. Одни. – Селестина выразительно подняла брови.

Губы Тимура снова дрогнули. Его явно больше всех забавляла эта ситуация.

– Может, оставим молодежь? – благодушно предложил он. – В конце концов, они действительно имеют право на личную жизнь.

– Не имеют, – отрезал Йозеф. Впрочем, было видно, что гнев его поутих.

– Раз вам так нравится общество друг друга, из комнаты ни на шаг, – процедил он мрачно. – А вечером снова отправитесь в Прагу – на всякий случай прошерстите еще один кусок карты… Но с моими лучшими охранниками. И больше никаких вольностей!

Он погрозил Тиму с Селестиной пальцем, махнул Тимуру и вместе с ним вышел.

Дверь захлопнулась.

– Не смей меня целовать просто так, – сердито произнесла Селестина. – Это было лишнее, ясно?

– Зато сработало. – Тим широко улыбнулся. Да уж, ночь продолжилась гораздо лучше, чем началась. – Только в Прагу я не хочу идти, – добавил он. – И так ясно, что эта карта со звездами липовая.

– И мне кажется, что нас просто хотят отвлечь, – вздохнула Селестина, скидывая ненужный халат.

Тим сел на диван и с радостью откинулся на спинку, заложив руки за голову. Он страшно устал, но ему хотелось поговорить с Селестиной, обсудить то, что произошло. Правда, он не знал, как начать. Вся эта история с разбросанными подушками и прочим только испортила их едва начавшееся сближение. Все стало до ужаса неловким – любое движение казалось неуклюжим, а все нужные слова куда-то потерялись.

– Можно, я присяду? – Селестина тоже чувствовала себя не в своей тарелке, поэтому разместилась поодаль, на другом конце дивана. Она достала смартфон, попыталась вызвать какую-то планетку, но та осталась красной – похоже, связь здесь просто не работала.

– Интересно, сколько нам ждать, – пробормотала она.

– Угу.

– Странная вышла ситуация, да?

– Точно.

– Отец не поверил, – задумчиво заметила Селест. И добавила тише: – Я ведь рассказала ему про ущелье Аар… Все.

– Да?

– Да.

Возникло неловкое молчание. Пауза затягивалась, и Тим проклял себя за то, что попал в такую ловушку. Уж лучше бы он еще раз пошел к Алексу и сразился с ним, чем сидеть тут возле этой девушки и мучиться сомнениями и тревогами.

– И что он сказал? – не выдержал парень. Ему и правда было интересно, как отреагировал Тимур.

– Ну-у, я сказала не прямо, – замялась Селестина. – Я сказала, что наделала много ошибок и все в таком роде.

– А, ясно.

Тим искоса разглядывал Селестину. Сегодня она выглядела очень красивой: ее темные глаза сияли серебром, лицо, в последнее время сосредоточенное и даже хмурое, неожиданно посветлело. Тиму нестерпимо захотелось пересесть поближе, обнять ее, но он тут же отогнал эти мысли.

Однако Селестина вдруг сама подсела ближе, развернулась к нему и посмотрела прямо в глаза.

– Ты все еще сердишься на меня? – спросила она серьезно.

Парень помотал головой, хотя знал, что сердится. Даже не за то, что произошло в ущелье Аар. Нет. За другое… За другое он сердился.

– Я знаю, что виновата, – словно через силу продолжила Селестина. – Но я не стремилась тебя обидеть… Просто так получилось: хотела, как лучше, а вышло как всегда. Ты мне с самого начала очень нравился, Тим.

Он подвигал бровями. Угу, нравился… Правда, веер подтвердил это, но, может, он неправильно понял?

Будто уловив его мысли, Селестина слегка нахмурилась, но продолжила:

– Когда-то Яна нагадала мне, что человек, который мне очень симпатичен, умрет. Вначале я подумала на отца, но Яна сказала мне, что это будет парень.

Тим хмыкнул.

– Но Алекс жив, – произнес он глухим голосом. И сам же разозлился на себя: вот зачем сказал?! Зачем?!

Более того, по его лицу расползлась глупая ухмылка, за которой он хотел скрыть свои истинные чувства.

Селестина пронзительно глянула на него, и усмешка сама собой исчезла с его лица.

– Ты так доверяешь гаданию своей сестры? – как можно равнодушнее спросил Тим. Хотя сам знал ответ – да, она доверяет. Как и он сам.

Селестина закусила губу. Тим с удивлением подметил, что она тоже нервничает.

– Ты не понимаешь… – Ее голос вдруг сделался непривычно робким. – У меня всегда была своя судьба, которой я страшилась с самого детства… Я всегда знала, что это будет что-то нехорошее… Поэтому не хотела потянуть за собой других – Яну, Никиту, отца… тебя. Почти каждую ночь я вижу странный сон. Двенадцать девушек зовут меня… окружают, убивают…

Тим непонимающе уставился на Селест.

– Я чувствую, что этот сон – предзнаменование чего-то очень страшного… И знаю, что Йозеф с детства готовил меня для какой-то ужасной роли… Но не знаю еще, какой. Поэтому у меня нет близких друзей.

– Может, стоило сразу мне рассказать? – Голос Тима прозвучал натянуто. Его тронула откровенность девушки, но он не собирался ей быстро прощать. В конце концов, он имел право сердиться на нее.

Селестина помотала головой.

– Я привыкла действовать в одиночку. У меня никогда не было близких друзей. Я всегда защищала себя сама, принимала самостоятельные решения. Меня так учили, понимаешь?

Тим молчал, хотя весь обратился в слух.

– У меня был всего лишь один друг, Микаэль, – задумчиво продолжила Селестина. – Да и то потому, что мы сдружились втайне ото всех… Мик узнал мой секрет, и Йозефу ничего не оставалось, как ввести его в Дом Сияния, дать ему и его семье особый статус. Понятно, для нас в детстве все это не имело значения… Мы проводили вместе очень много времени. Даже мой первый поцелуй принадлежит Мику. – Селестина невольно улыбнулась. – Извини, что я тебе это рассказываю.

Тим мотнул головой – мол, да как хочешь. Но на самом деле вдруг ощутил сильнейший укол ревности.

– Я не знаю, что такое любовь, – серьезно сказала Селестина. – Может, если бы я росла в обычной семье, ходила бы в обычную школу, все было бы по-другому. Но у меня все не так. – Она задумчиво помотала головой. – Я… В общем, я не знаю, зачем тебе это говорю. Наверное, я просто хочу извиниться.

– За что, Селест? – одними губами прошептал Тим.

– За то, что ревновала к отцу, когда ты стал его учеником. За Алекса… За то, что я хотела, чтобы ты меня возненавидел. Отдалился… Вижу теперь, что получилось…

Селестина с ужасом поняла, что плачет. Слезы катились по лицу совершенно против ее воли.

– Нет, не получилось.

В удивлении она подняла заплаканное лицо и вдруг оказалась с ним совсем рядом – даже увидела отсветы серебра в его карих глазах.

Какое-то мгновение – она была уверена, что он ее сейчас поцелует – момент был таким замечательным, она чувствовала, что их сердца сейчас бьются в унисон. Но вдруг вспомнила бледную, испуганную Гемму, как Тим нежно гладил плечо девушки, и не выдержала – спрятала лицо в ладонях. Это здорово, что он ее, похоже, простил, но в остальном… Святые звезды, сегодня худшая ночь в ее жизни!

Внезапно Тим бережно отнял ладони от ее лица.

В эту минуту он сам пережил целую бурю чувств: фиалковые глаза были так близко, что он тотчас же попал под их морок. Селестина всегда так действовала на него, и он понял, что, если так будет продолжаться, он больше не сможет сдерживать себя. И если она будет так близко, и будет плакать в его объятиях, то он не сможет больше противиться этому вновь нахлынувшему чувству. Он понял, что попал в ловушку. Что ему срочно надо что-то делать.

– Селест… – начал он и вдруг окончательно сдался: – Я давно влюбился в тебя. Тогда еще, когда ты скинула меня с крыши.

Оба рассмеялись.

Удивляясь самому себе, Тим обхватил Селестину за плечи и прижался лбом к ее лбу. Он с удовольствием отметил промелькнувшие в фиалковых глазах испуганные искорки; но глаза эти вдруг закрылись, и в тот же миг он ощутил ее губы – теплые, мягкие и нежные, – она его сама поцеловала.

После этого Тим ничего не помнил: сколько длился поцелуй, когда в комнате вдруг появился Валерьич, про что они потом говорили… Происходящее казалось сном.

Только короткие таинственные взгляды, которые украдкой бросала на него Селестина, грели душу.

– Тим, ты меня слышишь? – вдруг вернул его к реальности суровый голос Валерьича. – Отправляемся через полчаса. Сейчас вам принесут что-нибудь поесть, а потом пойдете со мной в кабинет Йозефа. – Он внимательно посмотрел на обоих. – Старик просил приглядывать за вами.

У Йозефа было шумно: вся компания давно поджидала их. Гемма проводила Селестину подозрительным взглядом, да и Морж пристально наблюдал за Тимом. Вилл и Аника загадочно ухмылялись – очевидно, молва о свидании докатилась и до них. Тимур тоже был здесь – завидев Валерьича, он радостно кивнул ему, и тот кивнул в ответ.

– А вот и наши герои, – хмуро произнес Йозеф, как только Тим и Селест вошли в кабинет. – Надеюсь, наворковались, голубки? А теперь пора за работу. Сегодня у нас последний день, когда вы можете еще попытаться найти камень. Но в этот раз с вами пойдут старшие, – он указал на Тимура и Валерьича, – ну и еще пара крепких парней, чтобы оградить вас от неприятностей…

Тим подметил, что при этих словах Святов нахмурился и едва заметно покачал головой.

– А завтра, Тим, – продолжал Йозеф, – ты пойдешь к ранним и предъявишь им разгадку Первого Секрета.

Воцарилось молчание. Тим ломал голову: издевается Йозеф над ним или нет. Интересно, вдруг подумалось ему, знает ли глава Дома Сияния о том, что Черная Радуга давно у Алекса?

– Я понимаю, что у тебя нет разгадки, – сказал Йозеф, и голос его стал мягче, – но что поделать, ты не справился. В этом нет твоей вины. И я, конечно, поручусь за тебя перед черноголовыми, объясню, что ты сделал все возможное.

– И все же я хотел бы попытаться, – волнуясь, проговорил Тим. – Еще есть время.

Йозеф наградил его усталым взглядом.

– Ох уж это юношеское упрямство! – вдруг воскликнул он. – Я уверен, что ранние простят тебя, поверь мне на слово…

– Но я должен был найти Черную Радугу! Это было в видении.

– Ты должен отправиться к ранним на обряд, Тим, – вдруг поддержал Йозефа Тимур. – Это поможет тебе накопить энергию для Часа Затмения. Не стоит тратить время на пустые поиски.

– У меня есть идея, – упрямо произнес Тим. – Но нам нужны деньги.

– Я слушаю, – прищурился Йозеф.

– Мы хотим обойти все антикварные магазины. Черная Радуга – это камень. Старый камень. Если искать, то только в антикварных магазинах.

Валерьич так жалостливо посмотрел на Тима, что чуть не испортил ему всю игру. Тимур глядел заинтересованно, но тоже с недоумением.

– Я хочу участвовать в этом, – подала голос Гемма.

Селестина недовольно на нее покосилась и сказала:

– Конечно же, все хотят помочь Тиму. Дедушка?

Йозеф раздумывал целую минуту, неспешно переводя взгляд с Тима на Селестину и обратно.

– Никогда бы не подумал, что часть моих сбережений пойдет на покупку сувенирной продукции для туристов.

– Дедушка не считает вещи ценными, если им нет хотя бы пятидесяти лет, – шепнула Тиму Селестина. – А сувениры вообще ненавидит.

– Это не проблема, – заверил парень. – Если хотите, мы можем потом вернуть все обратно в магазины.

Йозеф не оценил шутки.

– Марс-победитель, ты с ума сошел, мальчик? Выбрось потом всю эту груду на помойку, не позорь мои седины.

– Мы будем заходить в разные лавки, – попробовала поддержать Тима Селестина. – Но тогда нам понадобится больше денег… настоящий антиквариат стоит дорого.

Ответом ей стал тихий, кашляющий смех Йозефа.

– Настоящий! – с презрением сказал он и покачал головой. – Ладно, действуйте по своему плану. К счастью, на этот раз за вами будут приглядывать надежные люди, – он косо глянул на Тимура Святова и Виталия Крыля, – и, чуть что, вмешаются. Но смотри, Тим, не выдай себя, когда действительно найдешь камень. Не доверяй никому, даже своим. – Он почему-то посмотрел на Моржа, и тот чуть не задохнулся от возмущения.

Тим тоже был рассержен – фальшивая забота Йозефа серьезно раздражала.

– Ну а теперь все уходите, – махнул рукой Глава Дома. – Оставьте меня наедине с двумя лучшими моими разведчиками и… внучкой.

Селестина удивленно вскинула голову.

– Я тоже хочу пойти, – начала она, но отец остановил ее:

– Селестина, это я настоял. Нам троим надо поговорить с тобой.

– Ждите нас в Праге, на Златой уличке, – сказал Тимур остальным. – Вениамин, будешь за старшего.

Морж сразу воспрянул духом, а вот Тим нахмурился.

– Извини, тебе я доверять не могу, – развел руками Тимур, пряча улыбку. – В последнее время ты стал слишком скрытным.

Тим предпочел не комментировать. В конце концов, ему сейчас было важно договориться с Моржом, чтобы тот отпустил его… А Тимур может думать про него что хочет. И он очень надеялся, что Селестина потом расскажет, о чем они там секретничали.

Поэтому он первым забрался на подоконник и уже хотел сигануть с него на соседнюю крышу, как кто-то осторожно тронул его за плечо.

– Тим, мне надо срочно с тобой поговорить, – вдруг прошептала Гемма ему на ухо. – Это очень важно. Но после Праги.

– Хорошо, – так же тихо ответил тот, заинтригованный. – Приходи к Селестине – теперь наш штаб у нее.

– Нет, давай у тебя.

Тим с удивлением глянул на девушку.

– Это очень важно, – настойчиво повторила она. – Я не хочу, чтобы нас подслушали. И никто не должен знать.

Тим медлил. Он и сам хотел поговорить с Геммой, выяснить отношения. Но все откладывал, потому что разговор наверняка получится неприятный, он чувствовал это всем сердцем.

И все же сказал:

– Ладно… Сразу после прогулки.

В конце концов, рано или поздно им придется поговорить.

– Доверься мне. – Тревожные глаза Геммы оказались очень близко. Было видно, что девушка напугана. – Я кое-что услышала, когда была у лунатов. Но это должен знать только ты.

Моржа не пришлось даже уговаривать. Когда они спустились на улицу и пошли по тротуару, он отстал от Вилла с Аникой и Геммой, увлекшихся разговором, и прошептал:

– Давай, проверь своего колдуна. Только быстро, пока наши старшие друзья заняты, а эти трое болтают.

Тим благодарно кивнул другу и мгновенно скрылся в соседнем переулке.

До магазина оказалось рукой подать: выскочив из очередного узкого проулка, Тим пробился через плотный поток туристов и подошел к нужной витрине.

Он решил не заходить в магазин, как обычный посетитель, – кто знает, нет ли здесь наблюдателей от лунатов. Когда дверь открылась, Тим подкинул многогранник, ушел в тень и через миг очутился прямо возле куклы-марионетки.

Лицо колдуна как будто еще больше постарело, во всяком случае, вблизи оно выглядело страшнее и угрюмее. Тим вышел из тени, присел на корточки и осторожно взял левую руку колдуна, внимательно изучая каждый перстень. Его постигло разочарование… Вблизи все камни оказались деревянными, грубо разукрашенными, хотя он точно помнил, что видел драгоценные камни! Неужели астральный взгляд подвел его? Тим ощутил нарастающую панику: если его видение было ложным, то в амулете Алекса спрятан тот самый, подлинный камень, Черная Радуга! И у него нет ничего, чтобы противостоять черному дракону, а может, и самому Дизастру… И Первый Секрет так и останется неразгаданным! Тим представил, как он возвращается к ранним с пустыми руками, и чуть не взвыл – это было бы слишком унизительно!

Возле витрины останавливались любопытные прохожие, кажется, кто-то даже окликнул его, но Тим не повернулся. Превозмогая себя, он медленно поднял голову и посмотрел на лицо колдуна в упор.

И вдруг встретился с его ответным взглядом. Кукла-марионетка смотрела на него, словно живая. Голубовато-белый глаз и черный, матовый, пристально уставились на Тима. У парня мурашки пробежали по спине, когда он увидел, как из черного, непроницаемого глаза медленно скатилась одинокая прозрачная слеза. И тут же глаза-камни вывалились из деревянных глазниц и упали на пол.

Кто-то начал стучать по витрине. Тим оглянулся – человек выглядел очень рассерженным. Может, это хозяин магазина? Медлить было нельзя. Парень быстро нашел камни – голубой лежал у его ног, а черный закатился под пушистую куклу-болонку с ярко-красными глазами. Зажав оба камня в левой руке, правой Тим подкинул многогранник и снова ушел в тень.

Тим не знал, почему он так поступил. Почему показал всем голубой камень. Возможно, он не доверял своим чувствам в полной мере, а черный пористый камешек, похожий на кусок пемзы, не был так красив, как тот второй, голубой с перламутровым отливом, похожий на жемчужную слезу… Но он хорошо запомнил, что слеза колдуна выскользнула из другого глаза, из черного…

Йозеф с удивлением осмотрел находку, долго разглядывал на свет, то и дело усиливая астральный взгляд, изучал камень со всех сторон. Наконец вернул его Тиму.

– Это адуляр, лунный камень, – объявил он. – Возможно, из Раннего Мира, но я не уверен.

Тим задумчиво покрутил камень в руках.

– Завтра ночью отправишься на обряд ранних звезд, – сообщил ему Йозеф со вздохом. – Арракис просила привести тебя, да и Тимур настаивал. – Старик недовольно пожевал губами. – Ну а послезавтра ночью все мы ожидаем Часа Затмения. Поэтому постарайся собрать побольше энергии, Тим Князев, чтобы проложить астрам Звездный Мост до самого Астралиса. С тобой в тройке пойдут твой друг Вениамин Калюжный и наша Селестина. Я верю в вас, молодые люди, – с пафосом закончил он свою речь.

Тим невольно подумал, что голос старика звучит убедительно и почти не фальшиво.

– А что с этим адуляром? – не выдержал он. – Этот лунный камень… значит ли он что-то?

Йозеф сделал вид, что внимательно изучает книги за затемненными дверцами шкафа. Наконец спросил хмуро:

– Тебе правду, Тим?

Парень постарался скрыть раздражение. «Нет, я хочу, чтобы вы мне солгали!» – чуть не вырвалось у него.

– Не ищи Черную Радугу, – хмуро проговорил Йозеф. – Не найдешь. Она давно принадлежит другому.

Тим изумился. Как много знает этот странный, скрытный и, судя по всему, весьма влиятельный старик?

– Тогда возьмите этот лунный камень себе, – предложил парень, ожидая хоть какого-то проблеска радости, интереса или даже отвращения, хоть какой-то реакции.

Но Йозеф лишь скучающе отвернулся.

– Мне он не нужен, Тим. У меня есть свой многогранник. Отдай его, кому считаешь нужным.

Селестина выглядела расстроенной, но, пока она разговаривала с отцом, Тим не мог к ней подойти, хотя очень хотел обсудить вылазку в Прагу. Морж тоже делал заговорщицкие знаки – очевидно, жаждал подробностей. Да и Гемма пристально следила за каждым его движением.

Пока Тим мучительно размышлял, как же ему переговорить со всеми по очереди, к нему вдруг подошел Валерьич.

– Затевается что-то странное, Тим, – сказал он едва слышно. – Думаю, ты и сам это чувствуешь. Йозеф что-то скрывает от нас… Ведет какую-то свою игру. А между тем, новости от разведчиков самые тревожные.

– Что-то произошло? – напряженно спросил Тим. – Белые карлики?

– Происходит, Тим. И да, речь о наших старых знакомцах, белых карликах. Они повсюду… Проникают в нашу реальность, покидают двуликие долины. Такого раньше не было, люди к этому не готовы. Лишь одно ясно: приближается новая эра, Тим, и мы все стоим у ее истока.

Валерьич еще что-то говорил, а Тим все думал о белых карликах, встреченных в тайной долине, о сфинксе с пустым лицом, напавшем на него, о мраморных зубцах Фамагусты, возле которых все и начнется…

Но, в конце концов, дела идут не так уж плохо. Завтра ему предстоит обряд ранних звезд. Он опять увидит обворожительную Арракис, сурового Арктура, мудрого Муфрида, ворчливую Исиду, насмешливую Капеллу и даже этого противного Форамена… И наверняка Матрикса, маленького тренера, который научил Тима превращаться в дракона…

Но сейчас надо позаботиться о другом. Тима не покидало предчувствие надвигающейся беды. Он понял, что битва за новый двуликий мир уже давно началась и любая ошибка сейчас может стать роковой.

Тим тронул Селестину за плечо. Игнорируя насмешливые взгляды остальных, отвел ее в дальний уголок, осторожно взял за руки.

– Сохрани это до Часа Затмения, – произнес он едва слышно. Из его ладони в ее ладонь быстро перекочевали два маленьких кругляша – черный и сверкающе-голубой. – Я не уверен, что они ценные, – прошептал он еще тише, – и все же пусть пока побудут у тебя.

Селестина медленно моргнула, показывая, что поняла.

– С тобой все в порядке? – тревожно спросила она. – Тебе нужна помощь?

– Все отлично. Но во время обряда пусть эти камни находятся у тебя. Не знаю, но… у меня что-то неспокойно на душе.

– Не переживай, я сохраню их, – пообещала Селестина.

Их повели в столовую на поздний ужин, но по дороге Гемма схватила Тима за руку и заставила отстать от остальных.

– Тим, мы же договорились, – требовательно произнесла она. – Всего на несколько минут. Давай заберемся на крышу.

«Эта ночь никогда не закончится», – убито подумал тот. Он жутко устал, и разговор с Геммой уже был ему в тягость, хотя даже не начался. Но Тим твердо решил все расставить по местам, потому что другой возможности не будет – Час Затмения почти наступил.

Когда они очутились на крыше и зашли за кубик мансарды, чтобы их не видели тренирующиеся на спортивной площадке астры, он решительно начал:

– Гемма, я давно хотел поговорить с тобой и должен сразу объяснить…

– Я очень скучала по тебе, – перебила его девушка, подходя ближе. – Ты меня совсем не замечаешь. А ведь мы раньше встречались.

Тим удивленно прищурился, на какой-то миг задумавшись, может ли один поцелуй… Но тут же отбросил ненужные мысли, не это сейчас важно.

– Извини меня, Гемма. Мне сейчас очень трудно… Ты мне нравишься, но…

Она ласково взяла его за руки, сжала пальцы и проникновенно произнесла:

– Я понимаю. Тебе нравится другая. Все это знают. Все видят…

Ее загадочная улыбка почему-то вызвала смутный страх. Но Тим принял его за чувство вины.

– Селестина давно мне нравится, понимаешь? Очень давно…

– Понимаю…

– Правда?

Он посмотрел ей в лицо и чуть не ослеп. Перед глазами пошли серебряные круги, пронзенные черными стрелками, мысли превратились в цветастый ручеек, который поднялся и закружился хороводом из мелких радужных пузырьков.

– Все будет хорошо, Тим Князев, – томно прошептала Гемма и снова улыбнулась.

Уже проваливаясь в казавшуюся спасительной темноту, Тим запоздало понял, что перед ним была Медея.

Глава 24. Лунаты

Три огромные хрустальные люстры на крепких золотых шнурах нависали над ним, слепяще белые стены усиливали нереальность происходящего.

Тим лежал на полу, всем телом ощущая холод каменных плит. Он силился встать, но не мог пошевелить даже пальцем.

Трое склонились над ним – к своему ужасу, он сразу узнал их.

– Медея, ты великая искусница, – неторопливо проговорил Дмитрий Серебрянский. – Ловкая операция. Ты блестяще сыграла свою роль – никто не признал тебя в маленькой астре.

– Спасибо, мистр Серебрянский. Мне приятно слышать от вас столь высокую похвалу.

Тим снова закрыл глаза. К счастью, ему стало чуть лучше: он пошевелил пальцами ног и рук, но слабость все еще не покидала его.

Он уже понял, что попал в беду. Его взяли в плен. Только непонятно было, для чего и что за этим последует.

– Дайте этому лунастру что-нибудь выпить, – брезгливо приказал Серебрянский. – У меня есть к нему несколько вопросов.

Тут же кто-то приподнял Тима, наклонил голову, ловким движением разжал рот и влил что-то горькое.

Парень закашлялся, чуть не выплюнув напиток. Впрочем, процедуру повторили, но Тим пил уже сам, чувствуя, как с каждым глотком силы возвращаются к нему.

Наконец он поднялся с пола и выпрямился во весь рост. При виде Серебрянского невольно сжал кулаки.

– Ну что, парень, ты так и не разгадал Первый Секрет? – Его серые как сталь глаза насмешливо прищурились. – Как видишь, мы все знаем.

– Что вам надо? – с ненавистью процедил Тим.

– А ты не догадываешься? – спросила Медея ледяным тоном. – Отдай камень… Нам любопытно на него взглянуть.

Тим рванулся к мистрессе, но она исчезла и появилась в двух шагах слева.

– Отдай камень, парень, – повторила Монея. – Ты же понимаешь, что тебе придется это сделать.

– Нет! – выкрикнул Тим.

Серебрянский протянул к нему руку и легко щелкнул пальцами.

Прошло пять секунд, а может быть, и больше.

– У него нет этого камня, – раздраженно произнес Серебрянский. – Очевидно, успел кому-то передать… Очень жаль.

– Скорее всего, Селестине Святовой, – поспешно подсказала Медея, словно чувствовала себя виноватой. – Они шептались в уголке. Больше он ни с кем не разговаривал до нашего перемещения.

Тим застыл. Ужасная догадка резко обожгла его.

– Где настоящая Гемма?! – выкрикнул он, замирая от страшного предчувствия. – Что вы с ней сделали?!

Серебрянский не ответил. Прищурив глаза, он с интересом рассматривал Тима.

– Где Гемма? – Едва подавляя гнев, Тим шагнул к Серебрянскому.

Мистрессы с каким-то странным восторгом наблюдали за каждым его движением, словно ждали от него чего-то необычного. Он вдруг заметил, что обе женщины были без перчаток. Их руки почти до плеч густо увивала тайновязь.

– Где Гемма? – повторил он, на этот раз тихо. Ему уже не нужен был ответ.

– Лучше бы о себе позаботился, парень.

Внутри Тима будто что-то взорвалось. Он глубоко вздохнул, обводя мутным взором высокие стрельчатые окна, белые стены и громадные люстры. Вместе с пестрым мозаичным полом все это вдруг понеслось перед глазами в бешеной круговерти. Тим взмыл в прыжке, его многогранник вихрем закружился вокруг него, меняя реальность, – парень стал ветром – колючим, ледяным, стал метелью, зимней стужей. Завывая, будто ураган, он смел три ненавистные люстры, хрустальные осколки брызнули во все стороны, а Тим понесся дальше, меняя реальность, искривляя, ломая, перекраивая…

Он шел по небу, перескакивая с луны на луну – вдаль вела тропа-цепочка из белоснежных шаров, похожая на нитку жемчуга. Он стремился догнать человека в черных с золотом одеждах. Внезапно тот остановился и повернулся к нему – на Тима глянуло бесстрастное золотое лицо.

Дизастр, человек-звезда, снял маску, и Тим невольно отпрянул – вместо лица была темнота – сплошное черное пятно, зияющая дыра, словно портал в бесконечный космос.

– Не ожидал, что доведется нам встретиться, маленький астр. Да еще при таких обстоятельствах.

Тим все вглядывался в это странное лицо. Казалось, пустота может затянуть навечно.

– Покажи свое истинное лицо, – властно приказал Тим. Из темноты вдруг глянули на него холодные глаза серо-стального цвета – это был Дмитрий Серебрянский.

Тим пошатнулся. Святые звезды, почему же так больно? Он хотел встать, но не мог – болела каждая клеточка его тела, словно он распался на атомы и так не собрался вновь.

Дмитрий Серебрянский, хмурясь, навис над распростертым на полу телом пленника. С другой стороны от бесчувственного Тима стояли мистрессы.

– В парне бушует огромная сила, – наконец выговорил Серебрянский. – Он совсем непрост. Мы должны подчинить его.

– Я сразу это почувствовала, – подобострастно вставила Медея. – Еще тогда, на фестивальном карнавале, он чуть не навел на меня морок! Можно ли такое представить? Мы его недооцениваем…

– Он должен растратить всю свою энергию на битву с черным драконом… И откуда у него столько сил? – Серебрянский казался удивленным.

– На Х-барьере все звезды выбрали его, – напомнила Монея. – Видимо, они делают ставку на этого мальчика. Возможно, они дали ему энергию.

– Хотел бы я знать, почему… – пробормотал Серебрянский, еще больше хмурясь. – Если бы я не был уверен, что драгоценная Черная Радуга, которую они спрятали от самих же себя, находится у нас, то заподозрил бы черноголовых в тайном сговоре. Нельзя недооценивать Арракис. Она могла что-то выдумать.

– Но вы один знаете их Первый Секрет, мистр, – благоговейно произнесла Медея. – Вы не испили Чашу Забвения – у вас есть знание.

Серебрянский покачал головой:

– Я должен все предусмотреть. Мне не нужны сюрпризы.

– Теперь он знает, кто вы, мистр, – проговорила Медея. – Что делать, если он не подчинится нам? Не захочет играть по нашим правилам? С детьми очень тяжело, они совершенно не слушаются. На все у них свое мнение. – Она притворно вздохнула.

– Все просто: он не будет участвовать в нашем шоу, – холодно заявил Серебрянский.

– Йозефу это не понравится, – осторожно возразила Медея. – Не хотелось бы затеять новый скандал с астрами прямо перед Часом Затмения. Старый Йозеф очень плохой враг…

– И Йозеф уже направил к нам делегацию… – дополнила Монея.

– В таком случае, займитесь ими, – раздраженно приказал Серебрянский. – А парень, если не согласится на небольшое внушение, если не подчинится… Выкачаем всю его энергию и обессиленного отдадим Йозефу. Посмотрим, насколько тогда его хватит в битве с черным драконом.

Тим раскрыл глаза. Он слышал каждое слово.

– Я раскусил тебя, – хрипло произнес он. – Ты – Дизастр.

На лице Серебрянского не дрогнул ни один мускул. Глаза все так же равнодушно оглядывали Тима.

– Да, забыл… Астра из Дома Сияния, Гемма Антарес, погибла на обряде. Кажется, Александр Волков перестарался.

Тим содрогнулся от ужаса, попытался вскочить, но силы окончательно оставили его, и он рухнул навзничь, больно ударившись головой о каменные плиты пола.

– Не подчинится, – задумчиво произнес Серебрянский, глядя в его неподвижное лицо. – Думаю, нет смысла тратить время. Приготовьте все, что требуется, к обряду выкачивания. Пусть Александр Волков будет готов.

Разговор с отцом оказался гораздо хуже, чем он предполагал.

После того как Алекс вышел от родителя, ему хотелось рвать и метать, выть во всю глотку, словно волк, обиженный на Луну.

Отец сказал ему: «Слушайся Серебрянского. Тебя выбрали для великой роли. Ты не должен бояться. Неужели ты трус, Александр? С тобой ничего не случится. Ты все неправильно понял. Ты пройдешь по Мосту вместе с ним. Дмитрий Теодорович защитит тебя».

Дмитрий Теодорович!!!

Алекс выругался – громко, зло, длинно.

Не помогло.

Его отец – тряпка. Он и слушать ничего не захотел! Дмитрий Теодорович сделает их влиятельными, очень влиятельными, твердил он. Волковы прославятся и получат неограниченную власть. Надо только во всем подчиняться Серебрянскому.

Во имя Луны!!! Сатурн и небо! Отец предал его, как недавно он, Алекс, предал Селестину. А потом предал самого себя. И ради чего? Его отец даже не понимает, что сына убьют прямо на этом проклятом Мосту. Цена его жизни для них – грош, его собираются бросить, как мелочь в магазине – просто отдать за ненадобностью. Он вдруг сам оказался в роли жертвы, в роли проигравшего… Как так вышло, что он упустил самое важное для себя?

Что он для них, для всех этих лунатов? Ничего. Не пойдет он, пойдет Илья, а может быть, Яна или Никита. Алекс уже понял, что для Серебрянского его собственные дети тоже ничего не значат. Да и что он сам, Алекс, значил для своего отца? Стоило ли быть преданным, стоило ли так стараться? Ради отца отказался от настоящей любви, можно сказать, продал душу… Шагнул в пустоту.

Его сердце чуть не разорвалось на куски, когда он увидел Князева и Селестину вместе. Значит, она простила этого недоастра, да и он, похоже, простил ее… Теперь они вместе – может, просто как друзья, это уже не так и важно. Важно, что он, Алекс, остался один. Ни друзей, ни любимой девушки…

Ноги неожиданно подкосились, и он упал на колени. Алекс вдруг осознал, что стал предателем. Он не предал отца, лунный народ, Серебрянского. Нет. Но он предал свою единственную любовь. И, похоже, предал самого себя.

– Селест, прости меня, – прошептал он с отчаянием, глядя в ночное небо, где висела почти округлившаяся Луна. – Прости меня, лунная принцесса…

Вечером Алекс собрал у себя всю компанию. Позвал даже Яну, которая вновь вызывала у него интерес. Он давно уже считал ее двойным агентом, и его удивляло, что Серебрянский так легко простил ей побег из дома и дружбу с астрами. Возможно, дело было в ее умении гадать на картах – он слышал, что дочь Серебрянского делала расклады и для очень влиятельных лунатов.

Когда друзья расположились у него на веранде, он вновь показал Спящее Око, уже со вставленным в него камнем – Черной Радугой. Алекс не стал рассказывать, что, возможно, погибнет. Сказал только, что амулет теперь очень опасен, даже для самого владельца.

После этого близнецы отказались брать в руки Спящее Око. Но Алексу очень хотелось проверить действие амулета на обычном двуликом. Его страшно заинтересовало видение Селестины. Что за дракона она увидела – белого или черного?.. И почему Князев не отреагировал на амулет. Ему сразу бросилось в глаза, что малыш расстроился – очевидно, ждал иного эффекта, недаром же полез в гости к нему, своему злейшему врагу…

Никита вообще отошел подальше и сидел, вжав голову в плечи, – наверняка знал, кто подарил Алексу Черную Радугу. Но на просьбу взять амулет решительно покачал головой. Яна просто молчала, наблюдая за Алексом: что же он предпримет?

Алекс снова осознал со всей горечью, что у него вообще нет друзей. Своим лучшим другом он всегда считал Илью, но после того, что тот сделал… после такого предательства… Макси, которой он разрешил остаться в компании, из кожи вон лезла, старалась за двоих…

И теперь она подошла к нему и протянула руку:

– Я дотронусь.

Алекс так удивился, что даже не успел возразить, и девушка сама положила задрожавшую на миг ладонь на зеркальный диск полусолнца-полумесяца.

Вначале ничего не происходило: Макси стояла напряженная, нахмуренная, прислушивалась к своим ощущениям.

Внезапно она вскрикнула и отдернула руку.

– Я увидела твое лицо… – пораженно выдохнула она. – В огне…

Наступила тишина.

Близнецы озадаченно переглядывались, Яна не сводила глаз с Алекса, Никита отвернулся к окну.

И тут как раз пришло сообщение от мистресс. Они просили Алекса подготовиться к обряду по выкачиванию энергии, назначенному на завтра. В мансарде, специально обустроенной для пленников, находится Тим Князев, белый дракон астров, – его взяли под стражу.

Узнав об этом, близнецы пришли в дикий восторг.

– Ты заберешь всю его энергию! – возбужденно воскликнул Глеб. – Это значит, что именно ты проложишь Мост к Селениде! Построишь Лунную Дорогу!

Георгий просто молча пожал ему руку. В его глазах светилось уважение. Восхищение. Преданность.

Никита выглядел растерянным, судя по всему, это и для него было новостью. Заметив пристальный взгляд Алекса, Яна приняла равнодушный вид.

Алекс объявил, что пора расходиться, и все стали спешно прощаться. Близнецы пожелали удачи на завтрашнем обряде, Макси робко поцеловала его в щеку, Никита просто перешел в соседнюю комнату.

Последней от него выходила Яна.

– Тебе стоит еще побыть здесь, на свежем воздухе, – вдруг сказала она. – Под Луной думается лучше, не так ли? А тебе надо срочно принять решение, от которого, возможно, будет зависеть твоя жизнь.

Алекс схватил ее за руку.

– Я хочу знать будущее. Хочу, чтобы ты раскинула свои проклятые карты.

Девушка аккуратно высвободилась.

– Твое будущее зависит от Князева. От того, как ты сейчас поступишь.

Алекс презрительно фыркнул:

– Не я его поймал.

– Но ты можешь его отпустить.

В первую секунду Алекс подумал, что ослышался.

– С какой стати?! – искренне удивился он.

– Тим – единственный, кто сможет поддержать тебя, – прошептала Яна. – Для этого необязательно быть друзьями.

Алекс вспыхнул от гнева.

– Завтра я отниму всю его энергию! – мстительно процедил он. – И сам разберусь, один.

Но Яна покачала головой.

– В отличие от тебя, Тим – истинный лунастр. Сейчас у него нет энергии. В тот момент, когда он превращается в дракона, совершает эмоциональный прорыв, получает видение – только тогда кто-то очень сильный дает ему энергию.

Алекс ошалело присматривался к этой черноволосой девушке, совершенно обычной на вид.

– Откуда ты знаешь? Неужели карты шепчут?

Яна развела руками.

– И они тоже. – Она хитро прищурилась и спросила: – Так ты освободишь его?

– Я не буду ему помогать, – сердито бросил Алекс и повернулся к ней спиной, не попрощавшись.

Посреди комнаты, в которой заперли Тима, возникла яркая, золотистая точка. Погруженный в невеселые мысли, парень не сразу ее заметил, но вот она стала увеличиваться и вскоре превратилась в круг величиной с обеденную тарелку.

Из круга выглянуло серьезное лицо Яны.

– Как ты себя чувствуешь?

Тим пожал плечами. Ну вот как он мог чувствовать себя здесь, среди лунатов?! Одно хорошо – его не били, не пытали и даже принесли еду.

– Нормально, – со вздохом заключил он.

– Тебе надо выбираться отсюда, – сказала Яна.

Тим оторопел.

– Можно подумать, я сам сюда пришел.

– Не язви, – строго одернула его луната. – Твоя судьба висит на волоске… Я смотрела в карты – у тебя очень плохой расклад.

Тим даже не ответил. А то он не понимает!

– Завтра они хотят провести обряд по выкачиванию энергии, – торопливо продолжила луната. – Тебя отпустят, но ты будешь настолько иссякшим и обессиленным, что не сможешь даже превратиться в дракона.

Тим нервно прошелся по комнате.

– И что же делать? – в отчаянии спросил он. – У меня забрали многогранник, я не могу вызвать Старого Томаса, хотя пробовал и не раз…

– К сожалению, у меня не получится тебя вытащить. – Яна раздраженно цокнула языком. – Я много думала, перебрала все варианты… Тебе может помочь только Алекс.

– Ты издеваешься, да? – мигом взорвался Тим. – Ты знаешь, что… что он убил Гемму?

Яна нахмурилась.

– Это кто сказал? – спросила она через некоторое время.

Тим смотрел на нее, не мигая. Он раздумывал, говорить ли Яне, что ее отец – тот самый Дизастр, которого все ищут.

Но не решился. Неизвестно, как она на такое отреагирует. Может, просто не поверит и, собственно, имеет на это полное право. А сейчас она, возможно, его единственный ключ к спасению. Единственный друг поблизости…

– Серебрянский сказал, твой отец… – процедил он, отводя глаза.

Яна протяжно хмыкнула.

– Нашел кому доверять! Он и не такое скажет, чтобы тебя с Алексом побольше рассорить. Ему надо, чтобы вы были врагами, как ты не понимаешь! Впрочем, если завтра они заберут твою энергию… Не понимаю, почему они пошли на это, – вдруг оборвала она сама себя, – что ты такое им ляпнул, а?

Тим замер, не сводя глаз с нахмуренного лица лунаты. Хотелось сказать: «Мне пришло видение. Я узнал, что твой отец – Дизастр…»

Но нет, момент еще не настал. Вначале ему надо, надо отсюда выбраться и желательно уже сегодня.

– Эти две змеи, мистрессы, говорили что-то о моей силе и непредсказуемости, – мрачно проговорил Тим. – Может, дело в этом… А потом Серебрянский сказал, что Гемма… А если он соврал? – У Тима вдруг зародилась надежда. – Может, она жива и…

Но Яна резко перебила:

– Нет, это правда! Я уже слышала от других подлунных. А ваш Йозеф в гневе, страшном гневе… И он волнуется за тебя, пахнет серьезным скандалом, и это за ночь до Часа Затмения! – Она перевела дух и добавила тише: – Но я не знаю, кто это сделал. Сказали, что девушка погибла во время обряда. Именно поэтому Медея взяла ее энергетическую оболочку и проникла к вам.

Тим промолчал, у него просто не нашлось слов. И луната продолжила:

– Не спеши винить Алекса. Я помню, когда мы ворвались в его итальянскую квартиру, он произнес странную фразу для тебя… «Не я это сделал…» или что-то в этом роде. Может, он имел в виду как раз…

– Да мне все равно, что он имел в виду! – яростно перебил Тим. – Я убью этого гада! Только бы выбраться… – Он умолк, подавляя бессильную ярость, и сжал кулаки, добившись только того, что веревки, которыми ему связали руки, сильнее впились в запястья.

Отражение Яны дернулось, словно связь вот-вот прервется.

– Тим, послушай меня внимательно, – поспешно заговорила девушка, – Алекс – твоя последняя надежда. Он скоро придет к тебе. Он сам в сомнениях. С ним случилось что-то нехорошее. Он ищет выход. Так вот, послушай… Ты должен вызвать его на смертельный бой.

Тим ожидал всего, чего угодно, но только не такого совета.

– Ты серьезно?

– Более чем. Не знаю, станет ли это для тебя новостью, но он тоже не рвется тебя спасать. Ты должен разозлить его, вызвать на поединок. Взять на «слабо», что угодно! Ты должен оказаться на Мосту как белый дракон.

– Да я и сам знаю! – раздосадованно воскликнул Тим. – Но как?!

– Кроме того, у тебя есть еще одно дело, – терпеливо продолжала Яна. – У нас у каждого своя задача на Часе Затмения. И Селестина должна обрести свое предназначение. Ты обязан ей помочь! Завтра тебе надо быть на Многоликих озерах.

Тим покивал, но вдруг прищурился:

– Погоди, а ты что будешь делать? У тебя какая задача?

Яна строго посмотрела на парня.

– Я займусь Дизастром.

И она отключилась – «отражение» вновь сжалось до крохотной точки и – пропало.

Тим уставился в пустоту.

– Ненормальная, – только и сказал он, изумленно качая головой. – Честное слово, ненормальная…

Он сел прямо на пол и просидел так без движения часа три. Тим думал, много думал. Алекс не дурак, повторял он. Не дурак… Как убедить Алекса в том, что он должен его спасти? Сама идея казалась абсурдной.

Неожиданно перед глазами появилось лицо Геммы. Как глупо, как нелепо это случилось… Зачем ее убили? Зачем было качать у нее столько энергии? За что она погибла? Его руки непроизвольно сжались в кулаки. Даже если Алекс не виноват, другие виноваты – Серебрянский, Медея и Монея, Волков…

И все же он решился. Если сейчас это единственный выход, его шанс на победу, он поговорит с Алексом.

Внезапно Тим понял, как надо действовать. Он вновь вызвал в памяти лицо Геммы и тотчас же почувствовал сильный гнев – яростный, всепоглощающий, захлестывающий волнами, накатывающими одна за другой, словно в сильную бурю… Он знал, что Волков почует его внутренний шторм, услышит его гнев, уловит печаль… и придет.

И оказался прав.

Вначале Тим услышал осторожные шаги, скрип табуретки, поставленной у двери, короткий разговор в коридоре. Голос охранника звучал раздраженно, он явно не соглашался со своим собеседником. И вдруг голос смолк. Мягко щелкнул замок, дверь отворилась, впуская посетителя.

Тим поднялся навстречу. Выпрямился. Алекс внимательно оглядел пленника.

– Не стану скрывать, меня несколько удивил твой… вызов. – Алекс не усмехался, как обычно. Тим не чувствовал от него угрозы, только любопытство и интерес. Серьезный интерес. – Ты ведь специально меня позвал, – продолжил тот. – Или я ошибся?

Тим наклонил голову.

– Нет, не ошибся.

– Ну и что надо?

– Поговорить.

Алекс прищурился:

– Надеюсь, не о пустяках. Я навел морок на охранника, а за это, знаешь ли, могут серьезно наказать.

Но Тим не спешил начинать разговор. Вначале ему надо было выяснить, кто перед ним.

– Кто убил Гемму? – глухо спросил он. – Я должен знать.

Короткий, рассерженный вздох.

– Не я.

Тим глянул исподлобья.

– А кто?

– Поверь, это неважно. Он получил по заслугам.

– И все же ты виновен, – упрямо произнес Тим. – Ты мой главный враг. А я – твой.

– И что? – Алекс усмехнулся, смерив взглядом Тима с головы до ног. Очевидно, ситуация начала его забавлять: Князев со связанными руками рассказывает ему, что он его главный враг.

– Я предлагаю поединок, – объявил Тим. – Смертельный бой.

Алекс изумленно вскинул бровь.

– Учти, я не намерен сейчас драться, – медленно проговорил он. – Мне нужно беречь энергию. Как и тебе, не правда ли?

Тим с удивлением отметил, что Алекс насторожился. Опасается. Возможно, ждет от него подвоха.

– Мы должны сами разобраться между собой, – спокойно объяснил он. – Один на один.

Алекс вдруг осклабился.

– Я понял твою игру. Ты хочешь, чтобы я помог тебе очутиться на свободе, а там, где-нибудь над крышами, ты примешь бой.

– Над зубцами Фамагусты.

– Что?

– Над зубцами Фамагусты. Наш бой пройдет только там.

– Я похож на идиота? – Алекс состроил презрительную мину. – На такие штуки меня не разведешь. Я не намерен подставляться, спасая тебя… Мне плевать, как ты погибнешь. Пока, придурок.

И он, явно рассерженный, направился к двери.

– Ты ведь и сам погибнешь, – услышал Алекс, когда уже взялся за ручку. Вздрогнул и остановился. – У тебя ведь тоже есть роль, – спокойно продолжил Тим. – Как и у меня. И у Селест.

Алекс обернулся.

– У Селест?

– Да. Ей нужно пройти обряд, очень сложный… А я должен помочь ей обрести предназначение, которое мы у нее отняли. Сначала я, когда стал учеником ее отца, а потом ты, когда стал вместо нее черным драконом. Помогая мне, ты в первую очередь поможешь ей.

Алекс молчал. Но не уходил.

– Я уверен, что Яна говорила с тобой, – настойчиво добавил Тим. – Завтра Селест должна пройти обряд и…

– Хватит! – резко оборвал его Алекс. – Мне до Юпитера, что там и кто из вас собрался делать, – процедил он, будто выплевывая каждое слово. – Я знаю одно: завтра всю твою энергию передадут мне, а тебя спишут со счетов. Так что за свою судьбу точно можешь больше не волноваться!

Тим молча смотрел ему в глаза.

– Я говорил Яне, что это бесполезный план, – отрывисто произнес он. – Я сразу сказал ей, что ты – трус, Волков. Ты хочешь убить меня сейчас, потому что знаешь: я одолею тебя на Звездном Мосту.

Алекс шагнул к нему, сжав кулаки, но Тим не отодвинулся.

– И привык бить связанных, – глухо добавил он. – Или чтоб держали, пока бьешь…

Некоторое время они испепеляли друг друга взглядами. Алекс тяжело дышал, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться, Тим стоял неподвижно, словно каменная статуя, – им вдруг овладело убийственное спокойствие. Он знал, что правда на его стороне, и это придавало сил.

Алекс погасил взгляд. Звякнула дверная ручка, с резким скрипом отворилась и тут же захлопнулась дверь – Волков ушел.

Тим понял, что это конец. Единственная надежда погасла. Все, что он любил, делал, о чем мечтал, вся его жизнь вдруг сжалась в крохотную точку. Внезапно он осознал, что больше никогда не увидит Селестину, не поцелует ее, не обнимет. Не услышит шутки Моржа, не ощутит его дружеский хлопок по плечу, не поговорит больше ни с Тимуром, ни с Валерьичем, не прыгнет с крыши на крышу, а может, даже звезды больше не увидит… Вскоре у него не останется ни-чего.

Впрочем, прежнего мира тоже не будет. Двуликий мир разделится на время до Часа Затмения и после… А он, Тим, мог бы помешать Дизастру устроить новую Ночь Сияния! Но послезавтра все закончится…

Ночью Тима вновь разбудил скрип двери.

Перед ним стоял Алекс.

– Я навел глубокий морок на охранников, – произнес он, не глядя на Тима. – И это точно откроется через пару часов. Так что советую поторопиться.

Его голос звучал тихо-тихо, словно он сам не верил в то, что говорит это.

– Ты что, освобождаешь меня?

Алекс схватил Тима за рубашку и крепко сжал ткань, как будто хотел оторвать парня от пола.

– Я делаю это только с одной целью – чтобы ты выжил до Часа Затмения, – прошипел он на одном дыхании. – Я хочу убить тебя в небе… как дракон. Я хочу поединок. Настоящий бой.

Тим едва кивнул, еще не веря в собственную удачу, но Алекс отпустил его, а затем вытащил небольшой карманный нож и полоснул им по веревкам.

Быстро разминая затекшие запястья, Тим в изумлении смотрел на раскрытую ладонь Алекса – на ней лежал его многогранник, который у него отобрали, прежде чем запереть в мансарде.

– Мне плевать на роли, – мрачно сказал Волков. – У меня свой собственный сценарий. В этот раз все случится как надо: мы сойдемся в бою и решим нашу маленькую проблему сами, Князев.

– Я согласен, – ответил Тим. – Согласен убить тебя как дракон.

А потом он взял кристалл и, не сводя глаз с Алекса, подкинул многогранник и в одно мгновение стал звездным ветром.

Глава 25. Огни Фамагусты

В Раннем Мире ничего не изменилось: все так же ярко сияли на небе звезды, вдали мерцала серебристая листва Деревьев Ночи, высились на скалах молочно-белые дворцы.

А на белой каменной террасе, на высоких креслах с ажурными спинками, напоминавших застывшую морскую пену, восседали люди-звезды в сине-белых одеяниях.

Все они смотрели на Тима.

– Здравствуйте, – несмело поздоровался он. – Извините, что пришел без Древа Ночи. – Он развел руками. – Но уверен, что оно лежит в моем рюкзаке, в комнате, под кроватью… – Он замолк, понимая, что несет бред.

Арракис плавно и грациозно пошла ему навстречу, ее одеяние прошелестело по белым каменным плитам.

– Ну, здравствуй, Тим Князев, – улыбнулась мистресса. – Мы рады вновь приветствовать тебя на нашей земле…

– Хорошо хоть целого и невредимого, – сварливо добавила Исида. Жемчужины на ее высокой прическе пришли в движение – мистресса неодобрительно покачивала головой.

– Ты, избранный нами, разгадал Первый Секрет? – нетерпеливо спросил Арктур.

Тим вздохнул. В устах мистра слово «избранный» прозвучало как издевка.

– Возможно.

– Возможно? – Разрисованное тайновязью лицо Арктура застыло, на миг превратившись в каменную маску.

– Возможно! – иронически выкрикнул Алькор. – Да он издевается над нами!

– Воз-можно? – нараспев произнесла Капелла и расхохоталась.

– Возможно?! – взревел вдруг Форамен и вскочил. Его худое и длинное тело сотрясалось от яростной дрожи. Даже седая коса, лежавшая на его левом плече, гневно подрагивала.

Тим понял, что пора переходить в наступление.

– Да, возможно, – твердо повторил он. – Но перед тем, как поделиться с вами догадками, я тоже хотел бы кое о чем спросить… Почему вы не сказали, что до меня Первым Секретом владел Дизастр? И что вы сами избавитесь от меня, как только я узнаю вашу тайну?

Люди-звезды молчали. Улыбалась только Капелла, остальные же смотрели на него высокомерно и крайне неодобрительно.

– Я слышал, как вы говорили об этом, – в полной тишине продолжил Тим. – Слышал!

– Мы не властны над твоей судьбой, Тим, – внезапно произнесла Арракис. – Все будет зависеть от твоего решения. Ты знаешь, что мы утаили знание о будущем даже от самих себя. Чтобы тот, кого называют Недоброй Звездой, не раскрыл наши планы.

– Но он раскрыл, – сказал Тим. – И теперь Черная Радуга у него… Я видел.

Люди-звезды заговорили все разом, перебивая один другого – поначалу парень силился понять хоть что-то, но ничего толком было не разобрать. Все чаще звучало имя «Дизастр» и вместе с ним «изменник», «отступник», «вор». Вскоре Тим понял: все эти мистры и мистрессы знали, что камень давно находится у Дизастра.

В конце концов, Арракис подняла руку, призывая к тишине, и ее сразу послушались.

– Ты хочешь что-то рассказать нам, Тим. Прошу, говори смело.

Тим в удивлении поднял глаза на мистрессу – она видела его насквозь.

– Хорошо, я начну с главного, – решился он. – Мне помогает женщина… В зелено-синем одеянии и в серебряной маске… Она приходила ко мне в видениях несколько раз… Кто она?

Арктур шагнул в его сторону, словно хотел что-то спросить, но его губы были плотно сжаты. Он снова застыл, словно каменное изваяние.

Все остальные молчали. Стало тихо-тихо. Казалось, даже поднявшийся ветерок, трепавший полы одежд, старался вести себя бесшумно.

Тим откашлялся. Он не хотел сдаваться. Сегодня он добьется правды.

– Это вы? – спросил он, глядя исподлобья на Арракис. – Это вы мне подсказываете?

Но Арракис покачала головой.

– Нет, Тим. И мы не знаем, кто это.

– И все же сильный помощник, способный проникать в видения, хороший знак! – вмешался Арктур, все-таки приблизившись к Тиму. – Но не забывай, что столь могущественный мистик может оказаться и на другой стороне… Иными словами, вторгается в твои видения, чтобы специально запутать тебя.

Тим был не согласен, но не стал спорить.

– Еще я хотел бы узнать, что означают ваши кристаллы, – смело продолжил он. – У каждого из вас есть свой многогранник, один из тех, что древние называли первокирпичиками мира. Октаэдр мистрессы Капеллы провел нас на Многоликие озера – с помощью него можно передвигаться по воздуху…

– И взрывать небольшие пространства, – неожиданно дополнила Капелла. – Я могу приказать ему взорваться в любом месте. – Ее глаза злорадно блеснули, а рот искривился в усмешке.

– То есть вы могли бы убить меня на расстоянии? – уточнил Тим, стараясь сохранять спокойствие.

– Это вселенские кристаллы, Тим Князев, – произнес вдруг Арктур. – Каждый обладает своей силой творения и разрушения. Каждый плетет свою особую тайновязь… И каждый способен многократно умножать самого себя.

– Но главное, – подхватил вдруг Алькор, – в личных камнях собрана наша энергия. Для каждой звезды многогранник – это талисман.

– Зачем вы проводите Шествие ранних? – снова спросил Тим. – В чем его сила?

– Когда Солнце, Луна и Земля между ними встанут на одну прямую, – охотно объяснил Муфрид, – наступит благоприятный момент… Тогда вся энергия звезд соберется в одном месте и можно будет сделать что угодно – например, сотворить новую планету.

– Для кого? – Тим пытливо уставился на старика. – Кому будет принадлежать этот новый мир?

– Неизвестно, – сухо ответил за Муфрида Арктур. – Мы – ранние, поэтому в стороне. Нас ты можешь не подозревать, Тим Князев.

– Но Дизастр тоже из ранних, – заметил Тим. – Как быть с этим?

– Дизастр хочет перекроить Вселенную, – вмешалась Капелла. – Вот почему так важно не допустить его к Черной Радуге. Или любого другого, кто желает зла и разрушения. Желает власти.

– А если у него уже есть Черная Радуга?

Арракис предостерегающе посмотрела на Тима.

– Все будет зависеть от того, кто подкинет Черную Радугу, – с нажимом произнесла она. – Кто наполнит камень энергией.

– Значит, это должен быть я, а не Дизастр, – задумчиво проговорил Тим, заранее догадываясь, какую реакцию вызовут его слова.

И он оказался прав: раздался громовой хохот Алькора, насмешливый – Капеллы, тихое хихиканье старушки Исиды. Улыбался Муфрид, все так же пряча глаза под сверкающим полумесяцем на лбу. Даже Арктур смотрел недоуменно, и его губы слегка подрагивали.

Не смеялась только Арракис.

– Мы не будем вмешиваться, Тим, – твердо сказала она. – Не имеем права. Но знай: до того, как испить Чашу Забвения, мы придумали особый план, который должен сработать. Поэтому, несмотря на то, что ты не разгадал Первый Секрет, все равно именно тебе мы доверяем начать Шествие ранних. А теперь послушай нас внимательно. – Она внезапно возвысила голос, и Тим весь напрягся, предчувствуя, что сейчас услышит нечто важное. – Мы придем на твой зов, хранитель Первого Секрета! – нараспев продолжила Арракис, словно читала заклинание. – После того, как прорастут в каменистой земле корни Первого Дерева Ночи, распустится его листва у ворот Фамагусты, начнется Шествие ранних.

– Нас будет ровно двенадцать! – так же громогласно продолжил Арктур. – Каждый из нас встанет под аркой и будет держать в руках свой талисман, свой многогранник!

– Мы отдадим тебе всю свою энергию, – звонко пропела Капелла.

– …чтобы напитать твою тайновязь, – благожелательно добавил Муфрид.

– Ты превратишься в сильвебра, белого дракона, – прошептала Исида, но Тим ее прекрасно слышал. – И начнешь строить Звездный Мост…

Тим понял, что пришло время для признания. Но тут вмешался Алькор:

– В битву вступит золотой дракон, он будет наполнен энергией, но он не истинный лунастр…

– Ты легко победишь его! – сказал Форамен таким тоном, словно сам в это не верил.

– Да на стороне лунатов Дизастр! – не в силах больше хранить эту тайну, выкрикнул Тим. – Его зовут Дмитрий Серебрянский. У него Черная Радуга и Спящее Око – амулет какой-то страшной силы! Я беседовал с Дизастром, он уверен в своей победе…

– Что он говорил тебе? – быстро спросил Арктур. – И что предлагали тебе лунаты?

– Он сказал, что меня надо подчинить, – в некотором недоумении ответил Тим. Все, даже Капелла и Алькор, слушали его сейчас с жадным интересом. – Но потом решил выкачать всю мою энергию, а меня, гм… обессиленного, вернуть Йозефу…

– Святая Вселенная! – Арктур воздел руки к небу. – Получилось! Все идет, как и должно!

– Мальчик справился! – зашептались между собой люди-звезды. – Дизастр не знает! Он не знает!

Даже Форамен вдруг подпрыгнул и вскинул кулак.

– Что не знает? – совершенно ошалел Тим.

– Не знает, что ты проводник, Тим, – ответила ему Арракис. Она улыбалась и чуть ли не впервые на его памяти выглядела по-настоящему довольной. – Ты прошел испытание. Поэтому будет все, как я сказала, – ты начнешь Шествие ранних. Мы ставим на тебя. Мы верим в тебя.

– Но я не знаю, что делать дальше! – в отчаянии воскликнул Тим. – Правда, не знаю!

– Делай, что должно, – успокоила его Арракис. – Все, что ты сделаешь или не сделаешь, будет правильно.

Тим поник – он понял, что у ранних есть какой-то свой план, которому они следуют. И есть какие-то ключевые точки, по которым понятно: как надо все идет или нет. И вот одна из этих точек показала, что Тим действует правильно. Еще бы его посвятили в свой план!

– Дайте мне хоть какой-то совет, – попросил он, глядя на Арракис. – Тяжело что-то делать, не зная, что должно получиться.

Внезапно Арракис порывисто приблизилась к нему и, наклонившись, прошептала в самое ухо:

– Лунный камень, что ты нашел… отдай Многоликим озерам. Просто кинь его в воду. И тогда ты действительно поможешь Селестине.

Тим схватился за голову: обряд Селестины!

– Осталось так мало времени! – спохватился он. – Всего чуть меньше суток…

– Почти сутки! – поправил Арктур. – Ты справишься, Тим Князев.

– Ты справишься, – эхом повторили остальные звезды.

Тим только вздохнул. Он старался выглядеть решительно, хотя на самом деле его уверенность, наоборот, пошатнулась. И все же ему было приятно, что он прошел испытание и теперь точно начнет Шествие ранних. Просто он вдруг понял, что до Часа Затмения осталось действительно мало времени.

После собрания его провели на белый узкий мост, ведущий к Мерцающему саду. Пока Тим шел по нему, изредка касаясь белоснежных перил, он думал о Селестине. Что они там с Яной делают сейчас, о чем думают? Готовятся ли к завтрашнему обряду на Многоликих озерах?

У начала тропинки, ведущей вглубь сада, его ждал Матрикс. Маленький тренер радостно поприветствовал Тима. Они обнялись, как старые друзья.

– Новости о тебе сменяют одна другую с невероятной скоростью, – сообщил Матрикс. – В какие-то моменты я уже не думал увидеть тебя в добром здравии… Но особенно я рад, что ты справился с испытанием ранних.

– Может, ты мне расскажешь, в чем оно состояло? – взмолился Тим. – Я понял кое-что, но все же хотелось бы разобраться детальнее.

Матрикс усмехнулся.

– Ну хорошо, у нас есть немного времени, пока мы ждем нашего попутчика… Итак, испытание. Люди-звезды сделали тебя хранителем Первого Секрета, хотя они давно знали, что камень творения, созданный из видимой темной материи, ту самую Черную Радугу, захватил Дизастр. Он не выпил Чашу Забвения, а потом еще выкрал камень из дворца Арракис…

– Да, я видел этот камень, – нахмурился Тим. – Он вделан в амулет, который понесет Алекс.

– Значит, Волков в большой опасности. – Матрикс задумчиво прищурился. – Очевидно, Дизастр решил первым пустить по Мосту дурака мальчишку…

– Но почему?

– Потому что Йозеф все равно сожжет Мост. Это его цель – не допустить на него Дизастра.

– А он сможет? – оторопел Тим. – У Йозефа тоже есть амулет?

Матрикс неопределенно пожал плечами.

– Этого никто не знает. Но Йозеф хитер, всегда все рассчитывает с дальним прицелом… Другими словами, продумывает свою стратегию заранее. Но давай-ка лучше вернемся к твоему испытанию. – Тим кивнул, а Матрикс продолжил: – Звезды признали тебя своим драконом, потому что ты разгадал, кто Дизастр. Этого не знал наверняка даже Йозеф, хотя он давно подозревал Дмитрия Серебрянского.

– А люди-звезды знали об этом?

– Теперь, да. Если случается то, что предопределено, они сразу вспоминают это. Так вышло и с твоим секретом… – Матрикс сложил руки на груди, подвигал пальцами, прищурился. Тим терпеливо выжидал. – Звезды не просто выбрали тебя на Х-барьере. Они решили дать тебе энергию, когда наступит Час Затмения. Всю свою энергию, Тим. Когда ты чувствуешь сильные эмоции или когда превращаешься в сильвебра с помощью «Восьми форм» – ты сам берешь их энергию. Потому что ты проводник, Тим. Дизастр хотел забрать твою энергию, потому что думал, будто тебя уже накачали под завязку, раз ты смог ему противостоять, смог опознать его в видении. В этом его ошибка, а твое преимущество. В нужный час, когда тебе действительно понадобится много энергии, обратись к звездам – и получишь, что просишь.

Тим кивнул.

– А как же бой с Алексом? – вспомнил он. – Я должен драться с ним.

– Ты и будешь с ним биться, – насмешливо успокоил Матрикс. – Но твоя цель – не допустить его на Мост, чтобы этот дурак не погиб. Если он сам еще не понимает, что идет на смерть.

Тим не выдержал и выругался.

– Да я убью его в небе, – процедил он. – Уверяю тебя, на Звездный Мост он не взойдет.

Но Матрикс покачал головой.

– Ты должен спасти его, Тим. В конце концов, он же спас тебя?

К счастью, парню не пришлось отвечать на этот щекотливый вопрос – со стороны обрыва к ним подплыла по воздуху гигантская черепаха. У нее была огромная белая голова с неподвижными черными глазами, похожими на два иллюминатора, белая морщинистая шея и такие же лапы с длинными когтями. А ее широкий, слегка выпуклый панцирь, состоящий из ярко-белых роговых пластин, отливал серебристым перламутром.

– Что это?! – изумился Тим. – Откуда взялся этот монстр?

– Разве ты не знаешь? – Маленький тренер выглядел удивленным. – Когда-то Земля была плоской, стояла на трех слонах, а те – на гигантской черепахе.

– Выходит, это и есть та самая Первая Черепаха?

Тим хохотнул. Матрикс тоже улыбнулся, немного загадочно, словно его забавляло неверие Тима. И тот невольно прекратил улыбаться и теперь косо поглядывал то на тренера, то на белую черепаху.

– Прошу на борт, – произнес Матрикс и первым запрыгнул на панцирь. – И не переживай, у этого чудесного зверя тихий и плавный ход, как у хорошо управляемой лодки на озерной глади. Белая Черепаха – само олицетворение гармонии и равновесия, путешествовать на ней безопасно… И, если захотеть, за ночь можно облететь весь Ранний Мир.

Тим не без опаски «поднялся на борт» и быстро перешел на центральную пластину, которая казалась наиболее плоской.

Рядом мгновенно очутился Матрикс.

– Фамагуста – это город белых дворцов, Тим. И в каждом из них, на самой высокой башне, горит огонь, талисман звезды-хозяина или звезды-хозяйки. Давай поднимемся повыше.

Белая Черепаха плавно взлетела ввысь, и Тим увидел внизу весь город. Над каждым дворцом действительно горел яркий одинокий огонь, словно звезда на небе. Огни складывались в созвездия, и Тим вдруг ясно понял, что видит под собой само небо, опрокинутое наземь… А там, где мерцала серебристая листва садов, пролегал Млечный Путь…

– Ты должен облететь весь город, Тим, – торжественно произнес Матрикс. – В обличье сильвебра, белого дракона. Зеркальная пика на хвосте должна отразить огонь каждой звезды, чтобы, когда придет время, все они дали тебе энергию.

Тим начал исполнять «Восемь форм» прямо тут, стоя на гигантской черепахе, а после, превратившись в дракона, помчался к ближайшему дворцу, где на самой высокой башне горел белый огонь – свет звезды.

За ночь он облетел все дворцовые огни, и зеркальная пика на его хвосте отражала и запоминала все новые и новые источники священного звездного света, пока над крышами Фамагусты не посветлело.

Когда он уставал, то садился отдохнуть на Белую Черепаху, где его ожидал Матрикс, и некоторое время они молча любовались ранней землей с высоты. А после Тим-дракон вновь взмывал в небо.

И лишь когда алый диск Солнца показался на горизонте, Тим Князев покинул двуликую землю, простившись с Арракис и Матриксом. Скоро наступит Час Затмения, но до него осталось еще одно дело – обряд на Многоликих озерах.

Глава 26. История Яны

Весть о том, что Тим сбежал от лунатов, не сразу докатилась до Дома Сияния. Йозеф рвал и метал, носился по всему Дому как ужаленный, отдавая приказы направо и налево. А после мчался на очередные переговоры с другими астральными домами, призывая наконец объединиться и наказать проклятых лунатов, если белый дракон не объявится сегодня, в канун Великой Ночи, в канун Часа Затмения. Двуликий мир взволновался, то и дело происходили стычки между астрами и лунатами, прыгунами и летунами, главам домов все труднее было сдерживать своих людей – простой народ рвался к лунатам, чтобы требовать освобождения белого дракона, а если те не согласятся, то ломать и крушить все на своем пути.

Но вот пошли первые шепотки, что Тим Князев, белый дракон астров, сам сбежал. И что помог ему кто-то из лунатов… Но в Доме Сияния Тим так и не появился, и Йозеф окончательно пришел в бешенство.

– Дай мне только добраться до этого сопляка! – то и дело гневно восклицал он. – Уж я покажу ему самостоятельность!

Селестине и Моржу было приказано сидеть тихо в Доме Сияния, и они с радостью послушались. В ночь перед Затмением они не хотели привлекать внимание к себе, потому что у них имелся свой тайный план. Впрочем, весь Дом и так был взбудоражен печальным известием о Гемме: никто не ожидал, что лунаты пойдут на убийство прямо перед великим событием, да еще убьют астру, которая должна была пройти по Звездному Мосту. Лунаты уверяли, что это трагическая случайность, но, конечно, никто им не верил. На Ассамблее Звезд, собранной по случаю приближающегося Часа Затмения, Йозеф официально объявил, что Селестина Святова пойдет в тройке за Тимом Князевым и Вениамином Калюжным. И что битва за Астралис уже началась.

Еще вечером Селестина и Морж закрылись у нее в комнате. Первым делом они тайно связались с Яной через «отражение» и, слава звездам, кое-что разъяснилось.

– Ничего не предпринимайте, – сурово произнесла луната, глядя на них сквозь дымчатую завесу мистического зеркала. – Я занимаюсь спасением Тима. Очень многое будет зависеть от него самого, от его смекалки и умения идти на компромисс… Но я держу ситуацию под контролем.

Селестина приняла решение рассказать друзьям о камнях, которые дал ей Тим – голубом лунном шаре и черном пористом кругляше. К ее удивлению, мнение влюбленных разделилось: Морж советовал посвятить в эту тайну хотя бы Тимура Святова, а вот Яна призывала подождать, что скажет Тим.

– Князев просил тебя сохранить эти камни, а не показывать их всем подряд, – внушала она Селестине. – Доверься же ему, наконец. И еще одно, – спешно продолжила луната, – сегодня ночью мы трое должны оказаться на Многоликих озерах. Если все пройдет хорошо, Тим тоже туда прибудет… Селестина, проложи мне тернию в свою комнату, если это еще возможно… Мне нужно срочно бежать из дома. Да… Надень, пожалуйста, короткие шорты и какой-нибудь топ. Ну а сверху что-то теплое. И не задавай вопросов.

На этом Яна отключила «отражение» – зеркало изошло серой дымкой.

А теперь Селестина и Морж напряженно ждали. К счастью, Йозефу было не до запретов внутри Дома, и подготовленная по всем правилам терния светилась ярко-голубым светом.

– Как же Яна пройдет к нам по тернии? – снова и снова спрашивала Селестина, качая головой. – Она же не знает астрофигуру рисунка! А я не успела ей сказать.

– Как-нибудь разберется. Она говорила довольно убежденно, – отвечал на это Морж. – А может, и Тим с ней придет, а?

Но Селестина покачала головой: она была уверена, что Тим отправился к ранним. Ей было очень интересно, разгадал ли он их Первый Секрет, а еще она надеялась, что люди-звезды в любом случае ему помогут.

– И зачем она велела тебе надеть шорты? – недоумевал Морж. – Ты что, полетишь в жаркие страны?

Селестина не знала. Но она послушалась сестру и сейчас щеголяла в длинном свитере, надетом на топ, и коротких джинсовых шортах.

Внезапно над тернией показалась серебристая фигура – в комнату шагнул Тимур Святов собственной персоной.

Увидев Селестину и Моржа, впавших в ступор при его появлении да еще сидящих рядом на диване, он вопросительно приподнял бровь.

– А я думал, ты друг Тиму, – хмыкнул он, и Морж густо покраснел.

Впрочем, разведчик тут же посерьезнел.

– Какие у вас планы, молодые люди? – Он обвел их цепким взглядом. – Я должен знать, чтобы помочь вам… Видите ли, Йозеф дал мне приказ запереть вас в нашей долине до самого Часа Затмения. Он больше не хочет сюрпризов.

Селестина и Морж переглянулись – сбылись их наихудшие опасения.

– Вы знаете, где Тим? – в лоб спросил их Тимур. – Он с вами связывался? Вы же для него подготовили эту тернию?

Но ни Селестина, ни Морж не успели ответить.

– Он у ранних, проходит обряд посвящения звездным светом.

Услышав голос Яны, все обернулись к ней. Девушка стояла возле тернии, из которой, очевидно, и вышла, в обычной одежде – длинном плаще, старых джинсах и ботинках. На плече девушки сидел ее паук Чарли, а у ног стояла большая сумка из ярко-зеленой ткани на молнии.

– Откуда ты знаешь, Яна? – первой опомнилась Селестина.

– Он послал мне видение… Довольно странное, вначале я даже подумала, что это сон. Я увидела его стоящим на огромной белой черепахе, а потом… потом он превратился в белого дракона и стал кружить над прекрасными дворцами на скалах… Сильвебр подлетал к яркому огню в чаше на самой высокой башне каждого дворца, и зеркальная пика на его хвосте отражала свет… А после, пока я раздумывала, как мне выбраться из дома, он переслал рисунок тернии – той самой, которая находится у тебя в комнате.

– У него идеальная память, – пробормотала Селестина. Но больше всего ее потряс полет белого дракона над Фамагустой. Ее сердце вдруг пронзила ужасная боль: на какой-то миг ей вдруг показалось, будто белый дракон все дальше и дальше улетает от нее…

– Селестина должна пройти обряд на Многоликих озерах, – донесся до нее настойчивый голос Яны. – Вы просто обязаны нам помочь выбраться из Дома.

Тимур глубоко вздохнул, очевидно, принимая какое-то решение.

– Селестина, мне надо было заблокировать твою тернию. Несмотря на свою кипучую переговорную деятельность, Йозеф все-таки вспомнил о ней, правда, только что. И все же я помогу вам… – Он оглядел всю компанию и, подняв вверх палец, сказал: – У вас есть полчаса. Но не переходите сейчас, я пришлю вам знак – над тернией появится голубая звезда. Вот тогда сразу уходите.

– Ты помогаешь нам? – искренне изумилась Селестина. – Но почему?

Тимур улыбнулся. Потрепал по плечу Моржа, подошел к Селестине, раскинув руки словно для объятия.

– Арракис просила довериться Тиму, – произнес он. – Если он верит в этот обряд, я верю тоже.

Селестина обняла отца, и он с чувством прижал ее к себе.

– Мы уже не увидимся до самого события, – прошептал он ей на ухо. – Будь осторожна. Слушай свое сердце… И береги себя, дочка.

Не в силах говорить, Селестина просто кивнула.

Тимур отступил от дочери и обратился сразу ко всем троим:

– И еще одно… Мы все ждем появления Дизастра… Он будет на Мосту, в этом нет сомнений. Но как, в каком обличье, мы не знаем. Поэтому будьте осторожны и не доверяйте даже друг другу – Дизастр может манипулировать любым… Его морок очень опасен.

Затем Тимур напомнил, что пришлет знак примерно через пятнадцать минут, и ушел через тернию, а в комнате наступила тишина.

– Как думаете, кто может быть Дизастром, а? – спросил Морж.

Селестина пожала плечами – у нее не было никаких догадок. Сейчас она больше волновалась за Тима. И немного – за свой обряд на Многоликих озерах, ведь неизвестно, что он принесет ей…

Яна по-прежнему стояла возле тернии, словно боялась сделать шаг в сторону от своей большой зеленой сумки.

– Я знаю этого человека много лет, – внезапно сказала она и так сильно нахмурилась, что даже лоб прорезали гневные складки.

– Кого, Дизастра, что ли?! – изумился Морж.

Яна одарила его странным, изучающим взглядом.

– Да… это мой отец, Дмитрий Теодорович Серебрянский.

Селестина засмеялась, хотя и подумала, что сестра выбрала странный момент для шуток.

– Ну знаешь, твой отец, конечно, еще тот, гм… подлец, но не думаю, чтобы он… – Она осеклась под строгим взглядом Яны.

– Когда-то он убил моего настоящего отца. И я это видела.

Морж и Селестина недоуменно переглянулись.

– Яна… – несмело начал первый, но девушка его перебила:

– Это произошло в Яховске. Мне было четыре года. Мы с отцом и матерью летали под Луной в лесу возле Черного замка. Внезапно с неба упала звезда, прочертив красивую серебристую дугу, и отец предложил пойти посмотреть. Тогда я впервые узнала о лунастрах… папа был очень взбудоражен. Он думал, что найдет ребенка-лунастра и получит вознаграждение за него… – Она перевела дух и заговорила быстрее: – Но на поляне стоял человек. Его лицо под капюшоном широкого одеяния было пустым. Оно казалось черной дырой, в которую может засосать безвозвратно. Отец попытался заговорить с ним, и человек ответил, что специально ждал его… Папа вдруг пошатнулся, упал на колени и крикнул нам: «Бегите!» Мама схватила меня за руку, мы понеслись вон из леса, а потом взмыли в небо… Я не отвернулась и видела, как отца поглотила эта страшная пустота. – Губы Яны задрожали, но она справилась с собой. – А потом отец догнал нас. Он сказал, что победил этого человека. И похвалил маму, что она увела меня подальше, – почти равнодушно закончила Яна.

– Так вы видели Дизастра? – не поняла Селестина. – И теперь твой отец работает на него? В сговоре с ним?

– Нет, – мрачно возразила Яна. – Дизастр стал моим отцом. Он вселился в него, словно древнее злое божество… Лицо, фигура, даже привычка складывать руки в замок – все осталось прежним, но улыбка и взгляд изменились.

– Ты уверена? – осторожно спросила Селестина. – Я имею в виду, что все это на самом деле было, что это не… детский кошмар?

Она вспомнила свой сон про сестер и невольно содрогнулась – эти девушки из сна всегда казались ей очень реальными.

Яна быстро обернулась к ней. Ее лицо вдруг исказилось яростью.

– Ты даже не представляешь, как часто мне хотелось убедить себя в обратном! – почти выкрикнула она. – На какое-то время я заставляла себя забыть, что нас с Никитой растит убийца моего отца. Но я справилась. И решила, что когда-нибудь обязательно выведу его на чистую воду. – Яна поджала губы.

– Так вот почему ты научилась пользоваться лунастральными картами! – воскликнула Селестина. – И охотником на астров ты стала, чтобы…

– …войти в доверие к отцу, – закончила за нее Яна. – Он постоянно искал Падающих Звезд, детей-лунастров, пришедших из Раннего Мира… Я не знаю, что с ними происходило, все они бесследно исчезали. Если это был интересный случай, – Яна скривилась, – он приходил ко мне и приказывал выбрать три карты судьбы. Чаще всего это были маленькие дети, до года, но самому старшему было десять. Помню, этот мальчик очень боялся… Я попыталась его успокоить, но его карты… – голос Яны стал очень тихим… – я знала, что он тоже исчезнет… Так и вышло.

Морж шумно вздохнул, но ничего не сказал – чувствовал, что Яну лучше не жалеть, она этого не простит.

– Почему ты не рассказала об этом? – хрипло спросил он.

Яна с иронией покосилась на него.

– Кому? Моя родная мать посчитала бы это детским потрясением, кошмаром. Сто раз я порывалась открыться ей, но что-то меня останавливало. Да и карты всегда показывали плохой расклад. – Яна помолчала. – Однако Селестину он не распознал, хотя у него потрясающий нюх на ранних… Признаться, я тоже не сразу почувствовала в тебе лунастру… Просто астральное начало в тебе сильно – я четко видела твою серебряную нить.

– И не сказала своему отцу?

– Не называй его так больше, – попросила Яна. – Это Дизастр. Теперь об этом можно говорить… Ему недолго осталось.

Последние слова она произнесла с такой ненавистью, что Морж невольно нахмурился, но ничего не сказал, только едва покачал головой. Видно было, что он серьезно воспринял рассказ Яны и переживает за нее.

Селестину тоже глубоко поразил ее рассказ – она даже и не подозревала, что за холодностью и безразличием ко всему сестра скрывает такую ужасную историю. А она еще думала, что это ее родовой сон – проклятье…

– Но как ты поняла, что я – лунастра? – спросила она у Яны.

– По картам. До этого я думала, что ты астра, и не хотела раскладывать карты. Но тогда пришел он… Дизастр. И я соврала ему, сказала, что одна из твоих карт – это Тайна.

– А еще Звезда и Смерть, – отчеканила Селестина. – Видишь, я тоже хорошо помню некоторые вещи.

Губы Яны задрожали, и она неожиданно расплакалась. Морж тут же метнулся к ней и крепко обнял.

– Успокойся, маленькая, – тихо прошептал он, гладя ее по черным волосам. – Мы теперь вместе и что-нибудь придумаем. Ведь придумаем, да?

Он кинул вопросительный взгляд на Селестину. Та кивнула. А что им еще остается делать? Конечно, они что-нибудь придумают… Лишь бы Тим тоже появился на озерах.

Селестина вдруг с удивлением призналась себе, что ей остро его не хватает. Она скучает по нему… И очень хочет увидеть.

Раздалось тихое шипение, и все трое одновременно повернули головы: над тернией загорелась маленькая голубая звезда.

– Пора, – сказала Яна. – Селестина, не забудь камни…

– Они со мной, – кивнула та, но все равно проверила. Да, в кармане джинсовых шорт лежал и лунный камень с голубым перламутровым отливом, и черный пористый кругляш. Тогда она достала из другого кармана рубиновый многогранник Капеллы и крепко зажала в руке.

– Сначала выбираемся на развалины, а затем я перенесу нас на Многоликие озера.

И Селестина первой шагнула в тернию.

Глава 27. Многоликая

Над озером низко стелился туман, его белесые щупальца заползали на берег, подбираясь к деревьям. Тим шел по дощатому настилу, проложенному через все озеро, и что-то высматривал в воде. У самых досок сновали сонные рыбки с черно-серебристыми спинками, камыши клонились к середине мостика, загораживая проход. Но вот Тим нашел, что искал, – черный нос затопленной лодки выглядывал из плотного ила. Именно здесь Селестина увидела свой странный сон.

К его ногам с озера потянулись туманные змеи. Тим невольно отступил. Он вдруг оробел перед этой водой, скрывающей мистические тайны.

Послышались осторожные шаги, которые выдавал едва слышный скрип досок.

– Я так и знала, что найду тебя здесь. Молодец, догадался.

Яна удовлетворенно кивнула, отвечая на приветствие Тима. Из-за ее плеча выглядывала Селестина. Фиалковые глаза девушки казались бледными в это раннее утро, но вид у нее был самый решительный.

– Вениамин ушел на разведку, – сообщила она Тиму, подходя ближе и неловко обнимая его. – Будет охранять нас…

– Отличный план.

– А пока я хочу вернуть тебе камни.

Селестина вытащила из кармана шорт два камешка – лунный и черный – и передала Тиму. Тот благодарно кивнул.

– Спасибо, что сберегла. Это счастье, что я отдал их тебе на хранение. Может, они не такие ценные, но не хотелось бы их лишиться…

– Да уж, ты попал в серьезную передрягу, – заметила Яна. – Не знаю, что это за камни такие, но их бы у тебя точно отобрали.

– Эти камни – доказательство того, что я видел, – нехотя объяснил Тим. – Что не сошел с ума… – Он глянул на Селестину. – Ты уже знаешь, что Гемма… – Он замолк, не в силах говорить.

– Мы знаем, да… – тихо произнесла она.

Тим видел, что Селестина хочет еще что-то сказать, но не решается. Поэтому он сам начал:

– Давайте оставим все переживания и сомнения за пределами этого озера. Сегодня ночью наконец-то все решится, – добавил он тише. – Ты должна найти свое предназначение, разгадать свой родовой сон… Чтобы… – Он запнулся, но продолжил: – Чтобы мы все вместе смогли выступить против сильного врага.

– Вот это правильно, Тим, – одобрила Яна. – Никаких сожалений, обвинений или оскорблений. Пора наконец объединиться перед лицом действительно очень могущественного врага.

Ее взгляд, обращенный на воду, стал колючим, губы сжались в тонкую нить.

– Но кое-что вы должны знать. Особенно ты, Яна. Понимаешь, твой отец… – Тим замялся, но луната сама резко повернулась к нему:

– Он мне не отец. Это Дизастр.

Оторопевший Тим не нашел ничего лучше, чем просто кивнуть.

– Мы точно на месте? – спросил он у Яны.

– Да, все верно. Там, где Селест увидела амулет из золота.

– Солнце с твоим лицом… – задумчиво проговорила Селестина.

– Вот именно. И в моем видении обряд начался здесь.

Яна опустилась на мокрые доски настила, поставила свою большую сумку рядом, скрестила ноги по-турецки и закрыла глаза. В ее руках появились карты, и она стала лениво их тасовать.

Тим и Селест переглянулись. Было странно видеть Яну в плаще, джинсах, с пестрым шарфом на шее, сидящую прямо на сырых досках.

– Прости меня, Яна, и все же – чего ждать? – не выдержал Тим. – До Часа Затмения осталось мало времени – всего-то половина суток. А мы тут медитировать должны, что ли? Я не настаиваю, конечно, но нельзя ли немного ускорить этот процесс?

– Тим прав, – осторожно ввернула Селест. – Время идет, а мы еще ничего не предприняли. Да и чего мы ждем?

– Солнце.

Неожиданно Яна протянула Тиму колоду карт:

– Выбери одну, пожалуйста.

Парню едва удалось сохранить самообладание. Опять гадать?!

Но он вытянул карту и даже глянул на нее с интересом. На картинке были два пузатых граненых флакона с темно-зеленой жидкостью – один с серебряной крышкой, второй – с золотой. От флаконов по всему рисунку шли тонкие узоры тайновязи.

– Так я и думала, – удовлетворенно кивнула Яна. – Могу вас поздравить: обряд состоится. – Она указала Тиму на свою зеленую сумку. – Здесь ты найдешь все необходимое: краски, кисти, специальные мелки.

– Я что, должен буду рисовать? – изумился тот. – И где, позволь спросить? На досках или прямо на воде?

– Не все сразу… Сначала выпей вот это.

Яна порылась в сумке и вытащила пузырек с золотой крышечкой – точь-в-точь как на лунастральной карте, даже жидкость была того же изумрудного цвета.

– Это настойка из трав, собранных в полнолуние. Она откроет твое подсознание.

– И я должен ее выпить? Всю?

– Ты уже пил эту настойку, – усмехнулась вдруг Яна. – Когда совершил свой первый астральный прыжок.

Тим поежился – вспомнил последствия.

– Это не опасно? – забеспокоилась Селестина. Она тоже хорошо помнила его прыжок.

Яна снова запустила руку в сумку и вытащила новый флакон – такой же, но уже с серебряной крышечкой.

– Ты тоже выпьешь, Селест. Это Антилунат, который ты прекрасно знаешь… – Селестина поморщилась, но кивнула – о да, она пила эту настойку всю свою жизнь, думая, что это семейный напиток Дома Сияния.

– Каждый из вас должен выпить ровно по половине из своего флакона, – продолжила Яна. – И постарайтесь одним глотком, иначе может стошнить. А потом поменяетесь и допьете настойку друг друга.

– Но зачем, что это даст? – допытывался Тим. – Что ты вообще затеваешь? Зачем нам открывать свое подсознание?

Яна глубоко вздохнула.

– Ты нарисуешь тайновязь на Селестине. Точно такую же, какую увидишь в вашем видении.

У Тима вмиг пересохло в горле.

– Я не умею, – севшим голосом произнес он. – Я никогда не рисовал на… теле.

У Селестины забегали глаза.

– Без этого никак нельзя обойтись? Да и ноябрь на дворе, холодновато… – Она зябко повела плечами, чувствуя, что щеки медленно покрываются румянцем.

– Вы издеваетесь?! – фыркнула Яна и закатила глаза. – Один забыл, как рисовать, другая боится замерзнуть. Ну-ну.

Тим украдкой глянул на Селестину – это что, он должен будет ее разрисовать тайновязью?

ВСЮ?

– Ох, да ладно, мы взрослые люди. – Селестина быстро открутила серебряную крышечку своего флакона и сделала большой глоток. А затем протянула флакон Тиму.

Он залпом допил остаток, не отрывая взгляда от решительного лица девушки. Затем одним движением открутил золотую крышечку на своем, сделал еще один большой глоток и протянул флакон девушке.

Вначале ничего не происходило. Они таращились друг на друга, готовые подметить малейшие изменения, но пока ничего не находили.

Яна снова села на дощатый настил и, скрестив ноги по-турецки, уставилась на воду. Казалось, она совершенно потеряла к ним интерес и погрузилась в свои мысли.

Неожиданно Селестина повернулась к озеру и, вытянув руки, нырнула в воду – вмиг исчезала в глубине. Недолго думая Тим прыгнул следом.

Он успел увидеть, как Селестина превратилась в рыбу – длинную, серебристо-серую, с гибкими черными плавниками и круглыми фиолетово-синими глазами.

«Следуй за мной», – сказала рыба.

Тим метнулся за ней, чувствуя, что и сам стал рыбой.

Они плыли и плыли сквозь толстые водоросли, ловко огибая белые от извести стволы деревьев с иссохшими окаменелыми ветками, похожими на скрюченные пальцы. Вот они проскользнули через черные ивовые ветви, лениво извивающиеся в воде, чуть не запутались в зарослях камыша и вдруг оказались в чистой, бледно-зеленоватой воде. Селестина-рыба замерла над большим плоским камнем, лишь подрагивали ее плавники. Тим-рыба остановился за ней, подмечая каждое движение ее плавников. Их рыбьи тела отбрасывали на камень узкие тени – резкие и четкие, словно прорези в серой ткани.

Внезапно воду пронзил яркий солнечный луч. На какой-то миг Тим ослеп, но вскоре, попривыкнув к свету, увидел, что Селестина снова превратилась в девушку и теперь взбирается по солнечному лучу, как по лестнице.

Тим хотел последовать ее примеру, но вода разом куда-то схлынула, солнечный свет погас, а на землю опустилась глубокая ночь. Было очень темно, на небе – ни звезд, ни Луны, только бескрайне пространство, темнота…

А потом Тим ощутил, что парит в открытом космосе. Мимо проплывали гигантские планеты, звезды сияли ярким пламенем, напоминавшим огни на башнях дворцов Фамагусты. Где-то вдали колыхалась туманность, подсвеченная красноватым, но до нее было не добраться. Тим огляделся в поисках Земли и не нашел ее.

Селестина вдруг появилась перед ним, одетая лишь в солнечный свет, и на какой-то миг снова ослепила его.

Но вот нестерпимый свет начал гаснуть, и на коже девушки проступили тонкие сложные узоры. Тайновязь состояла из мелких точек и была похожа на звездное небо, в котором переплелись звезды с извивающимися лучами, тонкие стебли с листьями и странные цветы.

Его взгляд медленно скользил по ее рукам, шее, груди, тонкой талии, стройным ногам, перебегал на ее удивительное лицо, сияющее, словно лик Вселенной, вдруг проступивший из глубины ночи.

– Ты такая красивая, – прошептал он, не в силах отвести глаза. – Эти узоры… Словно паутина звезд…

– Ты запомнил? – одними губами спросила Селестина.

Тим рассматривал сияющую тайновязь, стремясь вобрать в себя каждую линию, каждый изгиб.

– Да…

Его грудь часто вздымалась, он вдруг забыл все, что было между ними, и все, что могло бы между ними быть. Внезапно их губы соприкоснулись, а тела переплелись на какой-то миг. Планеты закружили их в своем странном хороводе, звезды вокруг вспыхнули разноцветными огнями; где-то пролетали кометы, мчались астероиды и звучала волшебная, чарующая музыка, гармоничная и прекрасная…

– Ну как? Есть результат? – донесся будто издалека деловитый Янин голос.

Тим медленно открыл глаза. Это удалось ему с большим трудом. Оказывается, он сидел в позе медитации, скрестив ноги по-турецки, и теперь почувствовал, что спина давно затекла.

Перед ним, опустившись на колени, сидела Селестина. Вид у нее был встревоженный, но глаза смотрели весело и с каким-то странным любопытством.

И тогда он вспомнил. Все до мельчайших подробностей. Тайновязь из точек, звезды, планеты и… музыку.

– Что ты видел? – внезапно спросила его Селестина.

– Ну-у… разное. – От пристального взгляда девушки у него закружилась голова. – А ты?

– Сначала ты, пожалуйста, – попросила Яна. – Все, что видел.

– Я видел Селестину, – начал Тим. С каждой секундой он вспоминал все больше и больше и поражался реальности этих видений. – Мы… летали. В открытом космосе, но каком-то фантастическом. Планеты, звезды, сияние… Ее тело… я хотел сказать, узоры на ней… – тут же поправился, внутренне холодея, Тим. – Белые нити из точек, сложные, многолучевые звезды. И цветы-звезды из восьми основных завитков и шестнадцати узких и длинных. Много отдельных цветов, они повторялись через каждое соцветие.

– Ты сможешь воспроизвести узор? – продолжала неумолимо допрашивать Яна. – Точность важна. Так Селестина получит энергию.

– Какую энергию? Лунную или астральную? – спросила вдруг Селестина.

Яна задумалась.

– Скорее всего, астральную, раз твоя тайновязь будет состоять из звезд… Но точно сказать не могу. – Она развела руками. – В моем видении говорилось просто об энергии.

Тим вздохнул:

– Давай кисточки. И еще мне понадобится много белой краски.

– Все есть, не волнуйся, – заверила Яна. – Но придется поспешить – обряд необходимо провести в сумерках, а мы и так уже задержались – вы пробыли без сознания очень долго… Хорошо, что солнце застали.

Первым делом Яна вытащила из сумки большие свечи и расставила их вокруг Селестины и Тима – выглядело невероятно волшебно. Затем она достала пузырьки с красками и набор кистей.

Тим волновался. Тем более что Яна строго предупредила: узор тайновязи нужно воспроизвести максимально точно, иначе Селестина не взлетит и не сможет завершить обряд.

Селестина стянула свитер и осторожно легла на спину, прямо на дощатый мостик. На ней был все тот же топик и короткие шорты – и она тут же покрылась гусиной кожей.

– Холодно, – пожаловалась девушка.

– То ли еще будет, – зловеще пообещала Яна. – Обувь тоже снимем.

Кроссовки Селестины перекочевали в Янину зеленую сумку.

– Вначале я буду рисовать на спине, – чуть охрипшим голосом объявил Тим, и Селестина послушно перевернулась на живот.

Он вывел первый завиток из точек на ее левом плече и вдруг успокоился – рисование всегда было его любимым делом. Краска ложилась ровно, моментально высыхала. Тиму вспомнился его собственный обряд на Горе Чистых Звезд, когда девушки-рисовальщицы тоже украшали его тайновязью. Он не успел обдумать эту мысль, потому что Яна вдруг вскочила и помахала кому-то рукой.

– Вениамин скоро придет, – сообщила она с довольным видом. – Он должен был связаться с вашим тренером, э-э… Крылем, и разузнать, что там происходит.

– Отлично.

Через какое-то время Тим попросил Селестину перевернуться на спину.

– Ты ведь тоже был в озере? – внезапно спросила его девушка. – Рыбой? А потом уже в космосе, да?

– А ты? – Он старался не глядеть ей в глаза, но кисточка у него в руке все равно дрогнула – некоторые точки на правом предплечье вышли жирными. Он аккуратно стер их специальной губкой и нарисовал заново.

Все это время Селестина внимательно наблюдала за ним.

– То есть мы видели и чувствовали одно и то же, да? – шепотом спросила она, словно боялась, что Яна, сидевшая неподалеку, услышит. – Ты тоже это помнишь? Все…

– Я запомню это на всю жизнь, – тихо пообещал он. И добавил, невольно усмехнувшись: – Никогда мне не было так хорошо.

У них с Селест очень сложные отношения, вдруг подумалось ему. Но в этом видении они были настоящими… И чувства… чувства тоже были настоящими.

– По-моему, это было нереально круто! – Селестина улыбнулась, и глаза ее хитро заблестели.

Тим тоже улыбнулся, но тут же нахмурился и сделал вид, что сосредоточился на сложном элементе, который выводил на ладони девушки.

– Щекотно.

Тим машинально подул на ладонь, словно хотел, чтобы краска быстрее высохла.

Кто-то кашлянул над ним. Тим отпрянул от Селестины, инстинктивно вскочил, готовый к любым неприятностям.

Но вместо предполагаемого врага увидел улыбающегося Моржа.

– Нельзя же так пугать, – проворчал Тим и, горячо обняв друга, вернулся к рисованию.

Морж с интересом разглядывал белую тайновязь на теле Селестины.

– Я так и знал, что здесь происходит что-то любопытное, – состроив задумчивое лицо, проговорил он. – Какую интересную форму приняли ваши отношения, друзья.

Селестина не открыла глаза, но уголки ее губ чуть дернулись. У Тима дрогнула кисточка в руке, и он посадил жирную кляксу.

– Давай без комментариев, – попросил он Моржа. – И вообще не мешай.

– Ты что так долго? – укорила Яна. И улыбнулась. Ее обычно хмурое лицо посветлело, словно солнце вдруг вышло из-за туч.

Морж молча прижал ее к груди и поцеловал в губы. Яна попыталась оттолкнуть его, но без особой охоты – их поцелуй продлился еще некоторое время.

Селестина снова закрыла глаза и сделала вид, что заснула, Тим же просто углубился в работу.

– Думаю, это все, – наконец устало объявил он.

Селестина поднялась во весь рост.

Морж присвистнул:

– Выглядишь фантастически!

На Тима же вновь нахлынули воспоминания о недавнем видении. Селестина вдруг напомнила ему Арракис – красивая, высокая, грациозная, с большими и немного печальными глазами. Сердце его сжалось – как пройдет эта ночь? Что принесет им Час Затмения?

Селестина тоже разглядывала себя, даже попыталась заглянуть за спину.

– Странно, мне совсем не холодно, – произнесла она, с удивлением разглядывая свои руки. – Я словно уже наполнилась энергией.

– Теперь ты должна покинуть нас, – сказала Яна. – В видении ты нырнула в озеро и уплыла в глубину… Но перед этим он кое-что сделал. – Она указала на Тима, и тот, сразу догадавшись, завершил:

– Бросил в воду лунный камень.

Вместо ответа Яна посторонилась, пропуская его к воде.

Тим достал из кармана лунный камень, некоторое время молча разглядывал его, а затем, размахнувшись, бросил далеко в озеро.

– Ну а теперь, – он повернулся к Селест, – все зависит от тебя.

– Прыгай в озеро и не бойся, тебе не будет холодно, – подбодрила ее Яна.

– Ну, до встречи… – Селестина обвела всех долгим взглядом, задержала его на Тиме, а затем повернулась и рыбкой прыгнула в озеро. Вода сомкнулась над ее телом, густо разрисованным тайновязью, пошли волны, а потом поверхность озера вновь стала гладкой и безмятежной.

– С ней все будет в порядке? – с тревогой спросил Тим, напряженно вглядываясь в глубину, где сновали черные и серебристые рыбки.

– Более чем, – заверила Яна. – Ну а теперь следует и нам подготовиться…

– Вот именно, – поддержал ее Морж. – Что астры, что лунаты, все уже рванули к Фамагусте, люди вокруг только и говорят, что сегодня там решится судьба двуликого мира! А мы, считай, главные актеры в этой пьесе, и запаздываем… Кстати, Тим, я принес твой артефакт. – Он хлопнул по боку своего рюкзака. – Первое Дерево Ночи. Тимур все рассказал Йозефу, – продолжил он. – Ох тот и ворчал вначале! Ну а потом успокоился. Еще сказал: «Пусть будет так, как на роду начертано». Интересно, что это значит? Йозеф просил не возвращаться в Дом Сияния, это уже небезопасно. Когда придет время, он проложит для тебя Лисью Нору прямо к месту события. Я уже скинул им наши координаты.

– В таком случае, подождем, – кивнул Тим. Он был рад побыть еще возле озера – а вдруг Селестина вернется? Он остро ощутил, как ему не хватает ее. И темная вода одновременно пугала и вдохновляла. Но в сердце уже поселилась тоска – Час Затмения близился.

– Яна, ты ведь с нами? – между тем спросил Морж.

– Конечно, – кивнула луната. – Я уже никогда не вернусь домой.

Морж ободряюще сжал ее руку, а Тим вновь посмотрел на озеро, в глубинах которого скрылась Селестина.

– Не беспокойся за нее, Тим, – перехватив его взгляд, сказала Яна. – Селест появится тогда, когда будет нужно… Когда придет ее время.

– Может, тебе лучше поспать, Тим? – предложил Морж. – Впереди у тебя великая битва…

Но Тим покачал головой:

– Я не засну… Давайте лучше поговорим о чем-нибудь – осталось каких-то пара часов.

– Народ вовсю делает ставки, – поделился новостями Морж, когда они разобрали нехитрую еду, которую он принес: бананы, шоколад и сладкий хлеб с сухофруктами.

– И на кого ставят? – поинтересовался Тим. – Хотя, знаешь, лучше не отвечай.

– Понятно, что Алекс лидирует – лунаты постарались устроить ему шикарную рекламу. Весь Астронет забит… – Морж присвистнул. – Но астры-то за тебя, конечно, все как один! Да и ранние на твоей стороне… Так что поверь мне, все это ерунда, пока ранние выступают судьями в этом соревновании.

– Ты меня утешил.

– Битва драконов просто показуха, – заметила Яна. – Яркое шоу, чтобы отвлечь двуликих от того, кто собирается пройти по Мосту. От Дизастра. – Ее взгляд потемнел.

– Йозеф тоже так говорит, – поддержал Морж, вновь привлекая к себе девушку. – Битва между тобой и Алексом – не нужный никому фарс. Так что не увлекайся.

Тим прищурился.

– Фарс это или не фарс, но битва состоится. Я обещал.

– Кому? – опешил Морж.

– Алексу.

– Ты забыл, что ли, ущелье Аар? – холодно поинтересовался Морж.

– Не забыл, – буркнул Тим.

Не забыл он и то, что говорил Матрикс: Алекс в смертельной опасности.

– Будь осторожен, – вздохнул Морж. – А лучше убей этого гада, разрази его комета.

– Не надо, – тут же вмешалась Яна. – Сосредоточьтесь на главном – на Дизастре.

Пока они беседовали, совсем стемнело.

Тим нет-нет да и кидал взгляд на потемневшую воду: белые стволы затопленных деревьев казались особенно страшными в сгустившихся сумерках.

Яна видела, что он беспокоится. Она и сама словно впала в грустную задумчивость.

В какой-то миг все трое замолчали и лишь прислушивались к звукам ночного озера – тревожно вскрикивали ночные птицы, где-то стрекотали цикады, журчала вода.

Внезапно Яна вскочила. Ее глаза блестели от восторга.

– Я придумала! – выкрикнула она, всплеснув руками, и засмеялась – странным, злым смехом. – Луна-защитница, как же я была глупа!.. Все так просто! – И вдруг посерьезнев, объявила: – Ну, мне пора. До встречи на Мосту.

Парни ошалело переглянулись.

– Ты же говорила, что не вернешься домой!

Морж вскочил. Яна положила руку ему на плечо.

– Мне придется, Вениамин, – ласково произнесла она. – У меня есть одно незаконченное дело… До встречи на Мосту, – повторила она, не глядя на них. – А теперь мне надо еще сотворить тернию нашего дома… Не хочу, чтобы вы ее видели, извините.

Тим дорого отдал бы за то, чтобы узнать, что она задумала, но понимал: спрашивать бесполезно. Яна ушла, вскинув на плечо свою огромную сумку, и настроение у Моржа тут же испортилось.

– Как думаешь, с ней все будет хорошо? – внезапно спросил он.

Тим не успел ответить: темноту ночи прорезала яркая спираль, закрутилась, все больше расширяясь, появилась огромная воронка, в ее черной глубине сияли далекие звезды.

Тим и Морж тут же вскочили.

– Пора.

Тим еще раз глянул на озеро и, надев рюкзак на плечо, смело шагнул в странное космическое окно навстречу звездам. За ним торопливо прыгнул Морж.

Глава 28. Шествие ранних

Двое стояли на скалистом плато, неотрывно глядя вдаль, туда, где перед воротами Фамагусты собралась огромная толпа. Повсюду сияли тернии – преимущественно ярко-голубые, из которых выходили все новые и новые люди, горели сторожевые костры, сновали вездеходы, карабкаясь по неровной каменистой местности, а в небе то и дело мелькали разноцветные вспышки – взлетали сигнальные огни. С левой стороны от ворот разместился лагерь астров, с правой – лагерь лунатов. И только возле мраморных зубцов никого не было – и астры, и лунаты боялись подходить близко к воротам, овеянным сказаниями и легендами.

Взгляды людей постоянно обращались к небу, где сияла гигантская Луна, желтоглазая и равнодушная.

Один из двоих, что стояли на плоском уступе скалы, был крепкий, высокий мужчина, одетый в простую, дорожную одежду, второй же, седовласый, облачился в просторное белое одеяние, шитое серебром и черной нитью, традиционный наряд астров.

– Ты посмотри, сколько зрителей, Тимур! – неодобрительно покачал головой седовласый. – Спорю на все спутники Юпитера, они пришли посмотреть, как будут драться двое мальчишек. Куда катится этот мир…

– Не ворчи, Йозеф, – отозвался Тимур. – Чем больше двуликих увидит нашу победу, тем лучше!

– Победу… Будь проклят тот час, когда я согласился с твоим планом.

– Его одобрила Арракис. А люди-звезды знают будущее, я устал тебе это повторять.

– Не знают, а вспоминают, мой дорогой Святов, только то, что уже случилось! Потому что, как последние идиоты, выпили Чашу Забвения, – Йозеф издал рассерженный рык. – А Дизастр обманул их, и теперь только он один знает Первый Секрет! – Старик нервно взмахнул рукавами длинного одеяния и стал похож на огромную, всполошенную птицу. – У него священный камень творения, Черная Радуга, и будь уверен, он им воспользуется… Уж кто-кто, а Дизастр-то все продумал!

Но Тимур Святов покачал головой.

– Я верю в гений Арракис. Она искусна в отражениях, искусна в тонких схемах тайновязи… Ты сам говорил, что она, еще будучи твоей ученицей, мыслила на несколько шагов вперед и всегда учитывала многовариантность… И не сомневаюсь, что действовала при этом куда честнее и благороднее своего учителя.

– Поэтому и пострадала, – ничуть не обиделся на такой «комплимент» Йозеф. – Ты ведь знаешь историю ее семьи… Уверен, что Селестина напоминает ей дочь, погибшую в Ночь Сияния… Но довериться подросткам! Тиму Князеву, которому едва исполнилось семнадцать! Я уж молчу про остальных, начиная с его наглого конопатого друга по прозвищу Морж и заканчивая этим крысенышем Александром Волковым! Довериться их выбору… Звезды сошли с ума!

– Они справятся, – твердо ответил Тимур, хмуря лоб. – Я верю в Тима. Верю в Селестину. Да и вспомни, кто им помогает… Вселенная на их стороне.

Седовласый раздраженно вздохнул.

– Но выйти против Дизастра? – проворчал он. – Смогут ли они противостоять ему там, на Мосту? Любая ошибка… А мы будем далеко.

– Наше дело – не мешать. И перекрыть дорогу другим – и лунатам, и астрам.

– Ну а если этот парень не справится? – продолжал Йозеф, все больше распаляясь. – Если он так и не узнает… не поймет… Не выдержит!

– Я верю, что звезды смогли предусмотреть многое, – стоял на своем Тимур. – И я верю в счастливую звезду Тима. Посмотри, как он ускользнул от лунатов, даже нам не пришлось вмешиваться… – Он улыбнулся, и его хмурое лицо на какой-то миг разгладилось. – Кроме того, у него верные друзья.

– Но Дизастр может ускользнуть, Тимур! – чуть не взвыл Йозеф и дернул себя за бороду, как он делал только в очень напряженные минуты.

Тимур улыбнулся еще шире.

– Вот поэтому тебе и не дали ту роль, Йозеф. Отомстить Дизастру ты хочешь больше, чем сотворить новый мир.

Старик гордо вскинул голову.

– Если бы я не переживал за Ранний Мир, то не стал бы рисковать всем ради него… Не отказался бы от клана черноголовых, не прошел бы по дороге Времени, не подготовил бы Селестину… Кстати, как там наша девочка?

Взгляд Тимура потеплел.

– Я связался с Яной Серебрянской – обряд прошел благополучно. Если верить ее словам, Селестина появится в самый важный момент…

– А карты? – вдруг спросил Йозеф. – Что же ее карты?

– Они, к сожалению, молчат.

– Или молчит Яна Серебрянская.

Внезапно возле ворот началось какое-то движение. В воздух взмыли одновременно более десятка золотых сигнальных ракет, словно начался фейерверк.

– Отлично, лунаты заметили наш первый барьер, – Йозеф удовлетворенно хохотнул.

– Уверен, они не сильно удивились… – Тимур подошел к самому краю каменного уступа. – А вот когда преграду заметят свои, астры… вот тогда начнется настоящее веселье.

– Немного позже свяжемся с разведчиками, направь сообщение Крылю. А мы пока понаблюдаем… – Йозеф достал тонкий, прозрачный диск, по которому бегали красные и зеленые точки. Внезапно на диске выросли ворота Фамагусты – все тринадцать зубцов, только выглядели они как сильно уменьшенная копия.

Тимур с интересом подошел ближе и как раз вовремя: возле центрального зубца возник ярко-синий огонек.

– Ну что же, Лисья Нора доставила нашего сильвебра в самый эпицентр.

– Не вмешивайся до последнего, – предупредил Тимур уже в который раз за этот вечер. – Дай ему шанс. Иначе все испортишь, Йозеф. Верь в него.

– Я же сказал, что выступлю в самом крайнем случае, – сварливо ответил тот. – А теперь заткнись, будь другом, не мешай наблюдать.

И Йозеф напряженно уставился на синий огонек, окружающий мир перестал его интересовать.

В доме Серебрянских царила суматоха. С самого утра прибывали все новые и новые гости, заполонившие вскоре не только все комнаты, коридоры и холл, но и довольно большой сад.

Яна и Никита, которым предстояло пойти с Алексом в тройке, надели традиционную одежду лунатов – широкие черные одеяния, расшитые золотой нитью, и черные сапоги на мягкой, пружинистой подошве. Они стояли возле небольшой лужайки, усыпанной желтыми листьями, облетевшими с яблонь, – здесь находилась терния, ведущая в двуликую долину, прямо к воротам Фамагусты – и глазели на все прибывающих и прибывающих гостей.

Неожиданно голоса смолкли – из распахнутых настежь дверей дома вышел сам Дмитрий Серебрянский. Он тоже облачился в черный наряд, украшенный на рукавах и по низу необычным узором из золотых цветов и черных завитков. За ним пристроились Медея и Монея по случаю торжественного события в своих лучших нарядах – платьях (белом и черном) с одинаковыми длинными шлейфами, расшитыми золотыми и черными звездами и полумесяцами. Мистрессы были без перчаток, все видели их руки, густо разрисованные тайновязью, и понимали, что эти высокородные лунаты готовы решительно противостоять астрам в борьбе за Мост.

Толпа, собравшаяся во дворе и саду, приветствовала их появление громкими, радостными возгласами.

Увидев отца, Яна прищурилась.

– Нам пора, Никита… – процедила она. – Идем.

Но брат оглядывался, словно искал кого-то и, судя по его растерянному виду, не находил.

– Мама уехала, – верно разгадала его мысли Яна. – Она в безопасности, не бойся.

Никита нахмурился.

– Что ты имеешь в виду? – спросил он, поворачиваясь к ней, и вдруг ужаснулся: – Послушай, ты что, взяла с собой паука? Сегодня?!

– Чарли всегда со мной, – отозвалась Яна, не сводя глаз с отца. – О, вот и Алекс, идем.

Никита скорчил презрительную мину.

– Ты так и не рассказала мне нашу семейную тайну, – вдруг напомнил он. – Может, пришло время?

Яна посмотрела брату в глаза.

– Никита, просто доверься мне. Сегодня ты все узнаешь. А сейчас идем, поприветствуем нашего героя.

И она направилась к отцу.

Алекс тоже был одет, как и все, в традиционное одеяние лунатов, черное и широкое, с золотым поясом. На груди его висел амулет Спящее Око. Вид у него был торжественный и внушающий уважение. Когда он появился во дворе, толпа взорвалась радостными криками.

Дмитрий Серебрянский подошел к нему, положил ему руку на плечо.

– Решающий час настал, Александр, – торжественно произнес он. – Сегодня ты станешь знаменитым.

«Посмертно», – с тоской подумал Алекс. Он уже ничего не боялся. В конце концов, у него есть одно незавершенное дело… Астралис перестал его интересовать. Он вдруг вспомнил, как малодушно решил сбежать вчера – плюнуть на все и уйти из дома. Но вспомнил о Князеве и не смог. Признать свое поражение без боя – никогда!

Увидев Яну и Никиту, он прищурился, но даже не кивнул им. Он раскусил эту девчонку и понял, что Яна знает про своего отца побольше, чем кто-либо. И все же Алекса слегка удивило, что Серебрянский так легко заменил Илька, у которого он выкачал практически всю энергию, собственным сыном. Ведь этот скрытый лунастр знает, что на Сожженном Пути никто не спасется! Жестокость этого человека поражала.

– Ну что же, тройка в сборе, – равнодушно произнес Серебрянский. – Пора выступать.

Неожиданно Яна бросилась отцу на шею:

– Папа! – Она изо всех сил обняла его руками и с минуту не разжимала объятий.

В толпе прокатился вздох умиления, многие зааплодировали.

И только Алекс видел, как страшный паук Яны переполз на одеяние Серебрянского и быстро исчез в его многочисленных складках.

Судя по ошалелому виду Никиты, поступок сестры его изрядно изумил – очевидно, Яна никогда не позволяла себе таких нежностей.

Алекс мысленно усмехнулся: ну что же, у девчонки своя игра. Отлично… А у него – своя. Он станет драконом и победит – сначала Князева, а затем… затем и Дизастра, когда тот объявится.

Лисья Нора вывела его прямо к воротам Фамагусты – тринадцать одинаковых башен расположились полукругом. Над зубцами висела Луна, похожая на огромный оранжевый апельсин.

Через несколько минут Желтоглазая пропадет – ее заслонит от солнечного света Земля.

Моржа рядом не было. Очевидно, Нора вывела его немного дальше… Тим очень надеялся, что с другом все в порядке. Но сейчас, за минуты до затмения, он думал уже только о своей цели. Настало время действовать.

Глаза Тима внимательно осматривали подножие центрального зубца. Он провел рукой по камню – тот оказался гладким.

Ну и где же замочная скважина? Куда нужно вставить Дерево-ключ?

И вдруг его осенило!

Взяв Дерево-ключ как кисть, Тим принялся рисовать. Его память не подвела и в этот раз – он с точностью воспроизвел замочную скважину с обложки «Родовязи».

А после, аккуратно прицелившись, с размаху вонзил хрустальную иглу Дерево-ключа ровно в центр.

Вначале от Ключа пошли длинные, узкие трещины, все дальше и дальше, послышался звук ломающегося камня – надрывный, лопающийся, грохочущий, словно мрамор колонн разрывали изнутри точные, монотонные взрывы. Откуда-то сверху, с самой вершины каждой из башен, тоже побежали мелкие трещины – камень крошился, превращаясь в облака пыли, будто невидимый монстр пожирал зубцы.

Дерево-ключ преображался на глазах: из тонкой хрустальной иглы потянулся росток, быстро наполняясь силой, обрастая ветвями и серебристыми листьями. В какой-то момент гибкий ствол, увенчанный кроной из молодых листьев, перерос Тима, в изумлении наблюдающего за ним, а уже в следующую минуту достиг высоты около пяти метров. Листья продолжали расти, разворачивались их тугие завитки, на ветвях появились ярко-красные плоды, похожие на яблоки, каждое со своим сияющим ореолом, как и само дерево. Так вновь выросло Первое Дерево Ночи – то самое, с которого начался Ранний Мир.

Врата Фамагусты неспешно опадали наземь, кутаясь в тысячелетнюю пыль – казалось, это рушатся основы Вселенной.

Но вот на месте проемов выросли фигуры в сине-белых одеяниях – люди-звезды готовились к Шествию. Каждый из них держал в руках свой многогранник.

Тим застыл, потрясенный этим зрелищем: мраморные зубцы продолжали опадать, как в замедленной съемке, но люди-звезды стояли в арках, высокие, грозные, величественные, словно статуи древних богов.

«Первое Дерево Ночи разделит вас стеной, – вдруг услышал он четкий голос Арракис. – Астры смогут взойти на Мост по левой стороне, а лунаты – по правой».

Тим послушно встал слева от Первого Дерева Ночи. Он знал, что сейчас, в Час Затмения, останутся только двое – он, белый дракон сильвебр, и Алекс – черный дракон аурум.

Один из них построит Мост в новый двуликий мир. И будет ли это Звездный Мост в Астралис, зависит только от него.

Лунный диск исчезал – медленно и неумолимо. Вот уже виден только тонкий серп, едва различимый на темном небосводе.

Тим наблюдал, как к нему рвутся лунаты и почему-то натыкаются на невидимую преграду.

И тогда он увидел Алекса.

Тот уже давно следил за ним.

– Красивый костюмчик, – оценил Тим его традиционный лунатский наряд.

– Облачение победителя, – не остался в долгу Алекс, с иронией взглянув на его свитер и джинсы. – У тебя что, другой одежды вообще нет?

Тим пожал плечами: он и не собирался переодеваться. В конце концов, его главная битва пройдет в небе, когда он будет драконом. Да и какая разница, как выглядишь?

Он задрал голову: от Луны остался едва видимый золотой полукруг. Ждать уже недолго…

Он обвел взглядом место, где только что обрушились зубцы… и вдруг увидел. Замер, не веря собственным глазам.

– А я думаю, когда ты наконец заметишь. – Алекс не скрывал злорадства. – Я давно стою здесь. Мне тоже открыли дорогу к самым зубцам.

Тим его не слышал: он не мог отвести взгляда от черной дуги исполинского моста, едва видимой на фоне беспросветно черного неба.

– Что происходит? – растерянно спросил Тим, ни к кому не обращаясь.

Алекс усмехнулся.

– В отличие от тебя, я изучал темную материю… Оказывается, Мост давно существует. Чтобы он стал виден и указал путь к новой планете, надо всего лишь осветить его. Оплести лунной или астральной энергией. Думаю, что все-таки лунной. Ведь это будет мир лунатов.

Тим глянул исподлобья.

– Ты еще не выиграл.

Алекс послал ему снисходительный взгляд.

– Ты что, не понял? Наша битва – это фарс. Зрелище для дурачков, простодушных двуликих. Кто бы ни победил, судьба моста уже предрешена – это будет Лунная Дорога. Об этом знают все, – продолжил Алекс, видя, что Тим молчит. – И ваши, и наши… Все давно решено. Мы с тобой – два актера, нанятые для шоу… Шоу, которое призвано просто развлечь людей. Подарить им новую легенду.

– Я тебе не верю.

– А ты и не должен верить, – вновь усмехнулся Алекс. – Я уже сказал, что все расписано по пунктам. Мы все равно будем мешать им, Князев. Как два свидетеля. Мы те, кто теперь знает, что Мост был построен до Часа Затмения с помощью темной материи. Того самого материала, из которого состоит весь наш мир. И только когда серебряная и золотая энергия оплетают эту материю, она меняется – будь это закат над горами или блеск изумрудов в королевской короне… Мир состоит из черной глины, освещенной серебром Луны и золотым жаром Солнца…

– Да ты поэт, Волков, – задумчиво проговорил Тим. – Не замечал в тебе раньше.

Ему было тяжело сохранять самообладание, но он знал, что люди-звезды все равно на его стороне. Да и Йозеф… нет, он так и не поверил до конца в его предательство. А есть еще Селестина, которая где-то сейчас завершает свой обряд. Вот она точно с ним!

И к Тиму вернулась уверенность.

– Наверное, мы могли бы разукрасить этот мостик, – продолжал между тем Алекс, – золотыми и серебряными нитями. Думаю, было бы красиво… Но зачем это глупое соревнование? Лунаты всегда правили, астры – подчинялись, зачем нарушать порядок, который существует столетиями? Во всяком случае, не тебе его изменить, Князев, не тебе. Да и не мне… – Лицо Алекса посуровело. – Я хочу драться с тобой. И, возможно, умереть в бою. Один из нас победит. Ну а второй… второго убьют на Мосту. Вот почему победителем буду я… Это дает мне хоть какой-то шанс на спасение: когда я убью тебя, то, возможно, меня пощадят… Все-таки я лунат и не буду болтать об этом… А вот ты будешь, Князев.

Тим невольно усмехнулся. Он понял, что Алекс с ним честен. И, несмотря на свою браваду, смертельно напуган. Он боится. А может, и сдался.

– Знаешь, какая между нами разница? – медленно и четко произнес Тим. – Ты всегда подчиняешься – отцу, Серебрянскому, мистрессам, всем этим высокопоставленным лунатам. Ты тупо исполняешь их команды. Даже сейчас надеешься, что они пощадят тебя. Я же предпочитаю действовать сам.

И Тим, предусмотрительно отгородившись звездным вихрем, начал «Восемь форм». Он видел, что Алекс дотронулся до амулета и потянул его энергию – очевидно, нужную ему для превращения.

Взмахнув белоснежными гигантскими крыльями, Тим успел взмыть первым, блеснул в вышине его серебристый гребень. Алекс бросился за ним, нагнал его и нанес сокрушительный удар золотым хвостом, увенчанным острой пикой. Но в последний момент Тим увернулся, пролетел над головой врага и сам ринулся на него сверху – завязался бой.

А внизу, на земле, среди рассеявшейся пыли, стояли люди-звезды – их застывшие фигуры с яркими многогранниками в руках заставили народ, собравшийся вокруг, поутихнуть на какое-то время, но бой между драконами в небе снова раззадорил их – толпа взорвалась громкими, подбадривающими криками.

…Селестина видела, как опадали мраморные зубцы, как люди-звезды встали под рушащимися арками, и видела, что в небе завязалась жестокая битва. Два дракона – черный и белый, схлестнулись в поединке.

Все пространство перед навсегда исчезнувшими воротами в древний ранний город было заполнено людьми – и астры, и лунаты, и все следили за ходом сражения. То и дело раздавались крики – казалось, следя за битвой двух исполинов, люди позабыли о самом Часе Затмения.

Все смотрели в небо. Никто не обращал внимания на девушку в серой, неприметной накидке, бредущую в толпе.

Селестина помнила шепот двенадцати сестер, сопровождавших ее в глубине озера: «Один дракон должен погибнуть».

Вначале двенадцать девушек плыли вместе с ней, и одна из них указывала путь. И всю дорогу они шептали ей, что она – их тринадцатая сестра, и они давно ждут ее… И…

«Когда загорится Огонь, направь его на драконов, и тогда ни астры, ни лунаты не смогут пройти по Сожженному Пути».

«А кто сможет? – мысленно спросила их Селестина. – Кто?»

Но девушки не ответили. Только молча плыли рядом.

Наконец все они выбрались на мокрый песчаный берег, среди грохота и шума волн – ровный и гладкий, как зеркало. Селестина почувствовала привкус соли на губах. Обернувшись, она увидела перед собой море. А вдали справа сияли молочным светом мраморные зубцы, ворота Фамагусты.

«Кто пройдет по Сожженному Пути?»

Девушки молча встали в круг и взялись за руки, Селестина ощутила их мокрые и холодные ладони в своих.

«Мы пройдем по Сожженному Пути – черноголовые».

«Ты одна из нас, – мысленно шептали сестры. – Ты тоже черноголовая. Ты откроешь для нас Астралис…»

«А как же драконы – белый и черный? – изумилась Селестина. – Что будет с ними?»

«Черный уже обречен – его убьет Дизастр, – вновь прошелестело в мыслях. – Белый дракон должен умереть, он наследник белоголовых, наших врагов! Ты убьешь его, направишь на него Огонь. А после войдешь в Астралис… Ты – последняя черноголовая».

Селестина распахнула глаза.

«Кому вы служите?!»

«Ты – одна из нас. Мы все ему служим».

Внезапно Селестина поняла. Наверняка это и есть великий план дедушки…

«Вы служите Йозефу».

Девушки открыли глаза и все как одна уставились на Селестину.

«Твоя семья погибла от рук белоголовых, – вновь прошелестели их голоса. – Мы – двенадцать твоих сестер, нас убили в Ночь Сияния… Великий Йозеф, глава клана Черной Головы, спас только тебя, отправив по реке Времени… И теперь ты должна отомстить за свой род – убить последнего белоголового».

«Но почему Тим?! – ужаснулась Селестина. – Он никого не убивал и не в ответе за дела своих предков».

«Все началось с него, с этого мальчика… – Девушки вдруг заговорили быстрее. – Этот ребенок – сын матери нашей, матери Вселенной… Когда белоголовые узнали, что один из них удостоился любви самой Вселенной, то необычайно возгордились! И решили, что только они достойны жить в Раннем Мире. После этого и произошла Ночь Сияния! Ты должна отомстить за весь наш род, за погибших… Ты и так долго медлила!»

«Поэтому вы постоянно кололи меня кинжалами в видениях? – горько спросила Селестина. – Чтобы я не медлила?!»

Мысль, что она должна убить Тима, взорвала ее изнутри, словно она на какой-то миг исчезла из этого мира, осыпавшись стеклянной крошкой. Неужели он действительно сын Вселенной? И кем же тогда был его отец?

В голове Селестины все перепуталось. Ей было жаль погибших сестер, жаль весь род черноголовых, но Тим… Он же не виноват!

«Белые драконы больше не должны подниматься в небо, – шептали девушки, – ты убьешь последнего из них… Эта жертва даст тебе небывалую энергию, новая планета получит новую энергию… Ты убьешь его, последнего белоголового».

«Я не могу этого сделать! – выкрикнула Селестина в отчаянии. – Это мой друг! И я не буду его убивать!»

«Мы поможем тебе, – внезапно запели девушки тихими, печальными голосами, – мы покажем тебе…»

Их глаза вдруг стали необычайно большими, темно-синими, с ярким фиолетовым оттенком. На Селестину обрушился космос – она видела только звезды и крутящиеся глубины далеких галактик, которые все затягивали и затягивали ее в черную воронку… Она вдруг увидела город в огне: тысячи битв в небе и на земле, сотни сияющих вспышек, она знала, что войну начал белоголовый, и ненависть к их клану все больше переполняла ее.

Она еще не понимала, что это значит, но была уверена: впереди ее ждет освобождение. Освобождение от клятвы, которую дали ее предки.

Селестина чувствовала, что тайновязь на ее теле все больше оживает – город звал к себе последнюю из рода черноголовых, чтобы она отомстила за свой род и навсегда решила спор между древними кланами. Она вдруг вспомнила, что тайновязь рисовал Тим, и странная радость переполнила ее душу.

«Ты погибнешь от моего огня, Тим Князев… Ты вернешь мне мое предназначение», – шептала она словно в забытьи.

Глава 29. Танец

Люди-звезды стояли на своих местах, под уже несуществующими арками ворот, ровно двенадцать, в руках у каждого был многогранник. Их величественный вид, горделивая осанка, царственные одежды и сияющие многогранники, бросающие отсветы на их серьезные, сосредоточенные лица, внушали робость, желание склонить голову перед ранними.

Внезапно люди-звезды пришли в движение: шестеро направились в левую сторону, а шестеро – в правую. Селестина зачарованно наблюдала их размеренное шествие: первой в одной цепочке шла Арракис, другую возглавлял Арктур. Их многогранники светились призрачно-голубоватым светом, отчего неторопливое шествие ранних казалось чем-то нереальным, потусторонним, сверхъестественным.

Но вот люди-звезды поменяли направление: Арракис и Арктур резко повернули и пошли вверх, каждый повел свою цепочку по крайней опоре Моста, словно та была горизонтальной, а не вертикальной.

Селестина поняла, что медлить больше нельзя: она раскинула руки в стороны и плавно перелетела через Первое Дерево Ночи, возвышавшееся над грудой мраморных осколков. В тот же миг камни сердито зашевелились – словно не хотели ее пропускать, но Селестина знала, что пройдет через эту преграду, ведь она – третий дракон.

Людской гомон позади мгновенно смолк, осталась только всеобъемлющая тишина – густая, плотная, коварно подступающая отовсюду, словно темная материя, которая невидима, но ощущается всеми живыми существами этого мира…

– Селестина! – раздался вдруг радостный крик.

Это был Морж.

– Святые звезды, как я рад, что вижу тебя, – быстро заговорил он, – здесь, поблизости, ни одного нормального человека… Как только я перепрыгнул это Дерево Ночи, то все – окружающий мир как отрезало. – Он рубанул ладонью по воздуху. – Как твой обряд?

Селестина не ответила. Задрав голову, она смотрела на Мост. Теперь он выступал из темноты четче и явственнее, – гигантский, величественный, весь переливающийся от частых сполохов тайновязи драконов, неистово бившихся над ним. Его исполинские опоры напоминали ворота Фамагусты. Нити тайновязи уже густо оплели его, и теперь он казался сделанным из сверкающего льда, украшенного морозными узорами – серебристыми и золотыми.

Селестина усилила астральный взгляд. Люди-звезды уже поднялись на Мост и встали на его перилах, каждый ровно над проемом между исполинскими опорами, развернувшись лицом к внешнему краю. Очевидно, они не собирались вмешиваться в то, что будет происходить на Мосту, и лишь ждали какого-то события. Наверняка – появления новой планеты.

– Я поднимаюсь на Мост, – резко сказала Селестина.

– Я с тобой, – заторопился Морж. – Мы же в астральной тройке, забыла?

Селестина перевела на него взгляд – к этому человеку у нее не было ненависти.

– Иди за мной, – четко скомандовала она, первая подбежала к центральной опоре и совсем не удивилась, когда перед ней вдруг вспыхнула прямая дорога на Мост. Она быстро шла по ней. Сзади что-то удивленно говорил Морж, но она его не слушала. Скоро исполнится давняя клятва, белоголовые сгинут вместе с последним своим представителем!

…Драконы слетались, поднимая торнадо огромными, перепончатыми крыльями – то белое крыло било, то черное, но силы врагов были равны. Пространство вокруг них раскалилось до предела, от мощных ударов рождались все новые и новые нити тайновязи и опадали на мост, словно серпантин.

И все же Тим чувствовал, что в нем гаснет ненависть к своему самому давнему врагу, а мысли все чаще возвращаются к Мосту, где наверняка его ждет враг гораздо более опасный. Он видел, что и Алекс устал от битвы и, возможно, думает о том же самом.

И все же черный дракон вновь напал. Он сложил крылья, его тело вытянулось в струну, и черный дракон, войдя в неистовый штопор, ринулся на белого. Но тот увернулся и сам нанес удар, рубанув зеркальной пикой хвоста по левому крылу врага, которое тот расправлял, выходя из атаки.

Небо огласил мощный рев, полный боли и отчаяния. У Тима на глазах черный дракон стремительно превращался в человека – Алекс падал, прижав левую руку к груди. Падал медленно, словно во сне…

Дизастр давно стоял на Мосту – он ждал окончания битвы. Вопреки слухам, которые по его же собственному приказу старательно распространяли лунаты, эта битва не была фарсом – без нее не свершится творение. Драконы напитают пространство энергией, необходимой для рождения нового мира, а затем, когда силы хотя бы одного из них иссякнут, Дизастр сделает свой ход.

А пока он ждал. Его черно-золотое одеяние струилось за ним, словно поток огненной лавы, смешанной с копотью и дымом пожара, на лице мрачно сверкала золотая маска. В конце концов, он и так ждал очень долго. И даже когда люди-звезды встали на перилах, спиной к Мосту, он остался спокоен. У Арракис ничего не выйдет. Ранние ничего не помнят. Знанием о творении обладает только он.

– Дмитрий Теодорович?

Дизастр медленно обернулся.

На него смотрела Яна Серебрянская. Лицо ее пылало решимостью, будто она ждала этого мгновения много лет. Рядом с ней стоял Никита, сжимал в руках лунные диски, которые он готов был метнуть в любую минуту.

– Я видела все, что ты сделал, – ровным голосом произнесла она. – Я видела, как ты убил нашего отца.

Дизастр едва заметно склонил голову, словно удивляясь.

– Ловко же ты скрыла это от меня, маленькая мерзавка, – послышался из-под маски глухой голос. – Признаться, я подозревал, что тебя следовало убить еще там, в ночном лесу… Но это выглядело бы подозрительным. Слишком подозрительным.

– Кто ты? – хрипло спросил Никита и вдруг зло выкрикнул: – Снимай свою дурацкую маску!

– Уходите, – бросил ему Дизастр. – Иначе пострадаете.

– Кто здесь пострадает, так это ты.

Золотая маска вновь повернулась к Яне. Девушка поняла, что час настал и промедление может стоить жизни, и самое страшное – ее месть так и не свершится.

– Чарли! – крикнула она и усилила лунный взгляд, глядя в упор, в прорези бездушной золотой маски.

В тот же миг Дизастр дернулся в одну сторону, потом в другую и внезапно заорал, схватившись за лицо, словно от ужасной боли. Маска слетела с него, на лбу у него оказался огромный черный паук с желтым крестом на спинке.

Дизастр упал, и его тело будто начало опадать, съеживаться в размерах, пока не осталась бесформенная груда одежды, под которой шевелилось нечто, слабо напоминавшее человека.

– Что это?! – шепотом спросил Никита, наблюдая за корчащейся на земле массой.

– Чарли укусил его, – объяснила Яна, не сводя глаз с поверженного противника. – Эти создания из прошлого страшно боятся пауков, особенно тарантулов. Их яд парализует сознание таких, как он, и они покидают тело человека… Возможно, возвращаются домой, в прошлое. Но еще никто не вернулся – так говорил этот человек, который когда-то убил нашего отца… Я узнала об этом еще в детстве, поэтому приобрела у одноклассника тарантула. Единственное, что: нужно было ждать не меньше десяти лет, чтобы паук накопил яд. К сожалению, Чарли погиб…

Неожиданно она всхлипнула – тонко и жалобно, как маленькая девочка. И уткнулась в плечо брату.

Никита успокаивающе похлопал ее по спине, содрогавшейся от рыданий.

– Ну ничего, прорвемся, Янка, – сказал он севшим голосом. – Мы же семья. Теперь у нас все будет хорошо! Только бы выбраться из этой передел… – Он не договорил, потрясенный увиденным.

По Мосту шли две женщины – в легких платьях с развевающимися шлейфами, одна в черном, другая в белом, стройные и грациозные, с идеально уложенными прическами, украшенными жемчугом.

– Медея и Монея, – прошептала Яна и невольно шагнула назад.

В руках Никиты снова появились диски, но его сестра, уже оправившаяся от испуга, быстро положила руку ему на плечо:

– Спрячь. Не поможет.

– Спасибо, дорогие, – пропела Медея. – Подлунный мир не забудет вас.

– Не забудет, – как эхо, повторила Монея.

В своих черно-белых нарядах они были похожи на ожившие инь и ян.

Тайновязь на руках мистресс искрилась золотом – сложное переплетение из соцветий, знаков и символов.

– Спасибо, что устранили нашу единственную проблему, – сказала Медея. – Благодаря вам мы сохранили свою энергию для более серьезного дела.

– Вы знали, что он – Дизастр? – изумилась Яна.

– Конечно, – кивнула Монея. – Мы подготовились к бою с ним, но, признаться, у нас были сомнения в победе… Послушай, но как тебе удалось?

Яна настороженно прищурилась.

– Это старый секрет. Очень старый… – Она медлила, и Никита ее понимал: неизвестно, можно ли доверять этим мистрессам.

– Ладно, потом расскажешь, на торжественном собрании, – торопливо произнесла Медея. – Ну а сейчас пора сотворить новый мир – Селениду. Вы ведь на нашей стороне, молодые люди?

– Нет! – раздался твердый и спокойный голос. – Не на вашей.

Все, кто был на Мосту, обернулись.

Алекс опирался на Тима – угрюмый и сосредоточенный, держась за его плечо. Левая рука у него была сломана и висела безвольной плетью.

– Ты опоздал, мальчик, – улыбнулась ему Медея. – Мы сотворим новый мир.

– У вас не получится.

– Александр! – выкрикнула она. – Подойди сюда. Ты же с нами, мой мальчик?

– Вспомни, что ты – лунат! – добавила Монея. – А не жалкий астр…

– Что делать? – спросил Алекс едва слышно. Он не смотрел на Тима, но тот понял, что вопрос адресован ему.

– Отдай им амулет, – ответил Тим так же тихо. И не удержался, покосился на бывшего врага. Он даже представить не мог, что когда-нибудь настанет подобный момент. Когда они будут на одной стороне… Во всяком случае, очень хотелось верить, что так оно и есть. Конечно, он спас Волкова, подхватив его на лету, как когда-то спас и Селестину, но насколько Алекс благодарен? Ведь бой он проиграл…

Алекс сощурился, очевидно, не решаясь расстаться со Спящим Оком.

– Отдай им амулет, – повторил Тим. – У них ничего не выйдет.

Не глядя на него, Алекс коротко кивнул, разжал его плечо и, медленно печатая шаг, направился к мистрессам.

– Смелее, Александр, – поторопила его Медея. – Пора заканчивать с этим.

– Мы сделаем все правильно, мы давно узнали секрет Дизастра, – подбодрила его Монея.

– О да, – хохотнула Медея. – Сколько мы терпели от этого недолуната, пришельца из прошлого. Но мы выяснили главное: как сотворить новый мир. Отдай нам Черную Радугу, Александр.

Алекс медленно снял амулет с шеи и протянул Медее. Та жадно схватила его, черный камень тут же выкатился из глазницы полумесяца и упал в подставленную ладонь мистрессы.

Не теряя времени, Медея подкинула его высоко вверх – туда, где еще мелькали сполохи недавно отгремевшей битвы двух драконов, двух энергий – серебряной и золотой.

Все, кто был на Мосту, наблюдали за полетом камня и видели, как он упал на Мост, и тогда – Тим отчетливо запомнил этот момент – в центре Моста вспыхнуло яркое пламя.

Оно расползалось огненными змейками, но не трогало мистресс – те стояли спиной друг к другу, а Медея держала Спящее Око в вытянутых перед собой руках.

Огонь все разрастался – и всем, кто был на Мосту, пришлось отступить. Невольно Тим бросил взгляд на ранних, стоявших на перилах подобно изваяниям древних богов. Они не вмешивались, но многогранники ярко светились в их руках, – словно люди-звезды ждали чего-то.

Судя по растерянным лицам мистресс, что-то шло не так, как должно было.

– Почему нет планеты?! – воскликнула вдруг Монея, отступая от своей напарницы. – Ты что-то напутала, Медея!

– Нет! – огрызнулась та. – Черная Радуга – это магнит! Ядро планеты… К нему должны слететься все двуликие долины! А сначала появятся стражи долин – белые карлики… Я все запомнила! Я ничего не забыла! – вдруг в отчаянии закричала Медея.

Глаза Тима распахнулись. Ядро планеты! Он вытащил свой невзрачный черный камень и внимательно оглядел его. Но тот по-прежнему казался ничем не примечательным.

– Что это? – заинтересованно спросил Алекс, вновь подошедший к нему. – Еще какой-то камень?

Тим наградил его пытливым взглядом.

– Я на твоей стороне, – криво усмехнулся Алекс. – Ты что, еще не понял?

– Смотрите! – вдруг завопил Морж. – Белые карлики!

И действительно, белые карлики возникали отовсюду, словно вся Вселенная состояла из ярко светящихся шаров с четырьмя сияющими лучами. Они то слетались в группы, образовывая странные геометрические фигуры, то разлетались вновь, как одинокие, блуждающие огоньки.

Тим чувствовал их повышенное внимание к себе, напряженное, сосредоточенное. Будто он что-то должен был сделать, подать сигнал, который они давно ждут.

Внезапно камень в его руке потеплел и завибрировал, словно его внутренняя энергия рвалась наружу. А потом нагрелся до предела и стал нестерпимо жечь ладонь.

«Мы дадим тебе энергию, Тим, – услышал он голос Арракис, – дадим всю нашу энергию».

Тим разбежался и, размахнувшись, ловко подкинул камень – оказавшись на свободе, тот моментально сделался ярко-красным, превратился в раскаленный шар. С ним произошли новые метаморфозы: он начал быстро увеличиваться в размерах, вбирая энергию драконьей тайновязи.

А потом камень взлетел на невиданную высоту и, зависнув над Мостом, закрутился вокруг своей оси. И тогда белые карлики помчались к нему, словно мотыльки к ночной лампе, и завели вокруг неспешные, торжественные хороводы.

А шар все увеличивался, раздуваясь, пузырясь, набухая кратерами, пульсируя, как живой. По его поверхности то и дело пробегали светящиеся точки, как будто что-то яркое внутри его, сияющее средоточие неведомого света, стремилось вырваться наружу.

Люди на равнине перед опавшими воротами Фамагусты наблюдали невиданную картину рождения небесного тела. Вскоре ни у кого не осталось сомнений, что это новая планета. Кто-то закричал от ужаса, кто-то от восторга, но большинство, замерев в странном, всеобъемлющем оцепенении, просто наблюдали, затаив дыхание.

И вот оболочка камня лопнула, вмиг покрывшись сеткой серебряных трещин – и густая, ослепительно-белая лава прорвалась наружу.

У Тима создалось ощущение, что новый мир давно стремился пробиться через сеть тайновязи, сдерживающей его энергию.

А шар все вертелся и вертелся, и белые карлики продолжали свой танец. К новой планете слетались долины – они возникали из ниоткуда и пластами наслаивались друг на друга, плотно пристраиваясь на новом месте.

Тим ясно осознал, что все эти двуликие долины, которые были найдены астральными разведчиками, вдруг потеряли своих стражей – белых карликов, и сотворили теперь новую планету.

Как и остальные, кто наблюдал это невероятное превращение, он стоял, восхищенно задрав голову, не в силах оторвать взгляд от чудесного видения.

И вдруг все окончилось. Планетная лава вырвалась из сдерживающих оков и завертелась вокруг серебристой пылью.

– Астралис! – выдохнул Тим.

Внезапно Тим пошатнулся. Что-то с силой словно придавило его к земле, будто гравитация увеличилась вдесятеро. Мир вокруг погас на мгновение, а потом… вновь возник.

И он увидел перед собой фиалковые глаза с холодными серебристыми огнями.

– Ты умрешь, последний белоголовый, – сказала девушка. – Давняя клятва исполнится! Да осуществится месть за всех погибших, за двенадцать моих сестер…

Она все говорила и говорила речитативом, словно находилась под гипнозом, а Тим мучительно соображал, что предпринять. Не драться же ему с Селестиной?! Судя по ее яростному виду, она действительно собиралась напасть, как только окончит свою странную речь.

В довершение всего Морж, вдруг тоже появившийся на Мосту, увидел Алекса возле Тима и так двинул луната в пострадавшее плечо, что тот заорал и повалился, скорчившись от боли.

Селестина почему-то запнулась и недоуменно воззрилась на них: ее глаза распахнулись от удивления, и она вдруг напомнила Тиму большую серую сову, сердитую и всполошенную.

И Тим вспомнил! Не теряя времени, он мысленно послал ей образ Совы, которую когда-то видел на Сером озере, – именно этот знак Селестина просила передать ей, когда Тиму будет грозить опасность.

И это подействовало незамедлительно: девушка растерянно моргнула, и ужас отразился на ее лице – она все вспомнила.

– Тим, прости меня…

Парень улыбнулся.

– Ничего страшного, – только и сказал он, пытаясь унять накатившую дрожь. Он вдруг понял со всей ясностью, что, вероятно, только что избежал своей смерти – от рук любимой девушки…

– Ну и как тут у нас дела?

Тим застыл. Вопрос Йозефа прозвучал настолько буднично, словно они находились у него в кабинете, а не на легендарном Мосту.

– А еще не хотели, чтобы я вмешивался, – проворчал старик, мигом оценив ситуацию.

При виде Йозефа мистрессы вдруг застыли. Их красивые лица одновременно исказила злоба.

– Ну, здравствуй, Дизастр, – сказал им Йозеф, – теперь единый в двух лицах.

Мистрессы не ответили на приветствие, следя за каждым движением старика.

Зато все остальные остолбенели от изумления.

– Дизастр?! – воскликнул Тим. – Вы уверены?

– Но я же убила его! – с отчаянием выкрикнула Яна.

– Только его энергетическую оболочку, – не сводя глаз с мистресс, пояснил Йозеф. – Не знаю, как тебе удалось, но это большой плюс – он растил эту оболочку много лет… Теперь он гораздо слабее, но все так же опасен.

– Но как он смог их… – начал Алекс, и Йозеф тут же дополнил:

– Очевидно, у него была связь с мистрессами, я давно догадался, когда ходил к ним на бесчисленные переговоры. Дизастр готовил этих глупых амбициозных дамочек для своего перемещения… Вот так бесславно погибли великие мистрессы… А всего-то хотели – власти и славы…

– Довольно, Йозеф! – вдруг прервала его Медея низким грубым голосом.

– Я знаю, что проиграл, – тем же странным голосом проговорила Монея. – У мальчишки оказалась настоящая Черная Радуга! – Она послала злой взгляд Тиму. – Вы обманули меня!

– Не я, – с сожалением вздохнул Йозеф. – Очевидно, это и есть особый план Арракис. Она дала тебе ложное знание, а настоящее запрятала очень глубоко… Но этот парень, сын Вселенной, смог разгадать его. Именно он победит тебя, единый в двух лицах.

И тогда случилось сразу несколько вещей: Медея с силой бросила амулет оземь – взметнулся огненный смерч; люди-звезды подбросили вверх свои многогранники, и появился огромный, сверкающий купол.

– Твоя очередь, Тим, – повернулся к нему Йозеф. В его черных, глубоко посаженных глазах отразилось бушующее на Мосту пламя. – Ты должен пройти первым по Сожженному Пути… И спасти всех нас.

Тим не ответил. Он видел перед собой пылающую дорогу, она вдруг отделилась от Моста, его огненная проекция, и поднялась в небо, к сияющему вдалеке Астралису. Пылающая дорога напоминала взлетную полосу для самолета, и Тим должен был пройти по ней в свой последний путь.

«Один из драконов должен умереть», – ясно понял он.

– Не делай этого, – предостерегающе шепнул Алекс. – Этот старик играет в свою игру! Нельзя пройти сквозь огонь просто так, здесь что-то нечисто…

– Кто-то должен пройти по Сожженному Пути, – Тим посмотрел ему в глаза. – Это сделаю я.

– Не ты.

Они оба обернулись на голос Селестины.

– Я знаю, как погасить этот огонь.

Она запрыгнула на перила и, раскинув руки, шагнула в небо.

Послышался предостерегающий крик Йозефа. Старик кинулся к ней, но Алекс встал у него на пути. Тим тоже бросился к Селестине, но его отшвырнула неведомая могучая сила.

Внезапно руки девушки овились золотыми нитями тайновязи, нити размножились, разветвились, из них соткались тонкие, переливающиеся крылья, в какой-то миг заполонив полнеба. А через миг крылья затвердели, теперь они были из прозрачных кристаллов хрусталя, способных принимать и отражать любую энергию.

Метаморфоза продолжилась: появилась узкая драконья голова на изящной длинной шее, взметнулся спинной гребень из полупрозрачных, искрящихся шипов, ударил по воздуху гибкий хвост со стеклянной пикой. В каждой чешуйке его сиял огонь.

Третий дракон поднял морду к небу и звонко, протяжно взревел – его грозный, предупреждающий рык разнесся по всей Вселенной.

А на небе медленно прорезался тонкий диск луны – сначала появился узкий серп. Но вот он стал больше, едва заметная прорезь превратилась в огненную дугу.

Дуга все ширилась и разрасталась, и вот уже треть светила полыхала на небе. Ночь испуганно убегала, скрываясь за далекими скалами, бледнея с каждой секундой – звезды таяли одна за другой, уступая дорогу самой ближней звезде.

– Солнце! – первым воскликнул Тим.

– Солнце, – потрясенно прошептал Алекс. – Солнечная энергия! Третья энергия…

– Звезда-защитница, – довольно произнес Тимур, не сводя пристального взгляда с карты. Внезапно, осененный какой-то мыслью, он оглянулся и увидел, что Йозефа и след простыл. – Проклятый старик навел на меня морок, – с досадой проговорил он и вновь взглянул на небо, где всходило над горизонтом алое Солнце.

Он спешно покинул каменный уступ, кляня себя за то, что доверился старику, и понимая, с ужасом понимая, что поздно, поздно уже вмешаться…

Пламя опадало, замирали и гасли огненные сполохи, покоренные энергией Солнца, которую нес на крыльях солнечный дракон. В небе раскинулся Сожженный Путь, только теперь он воссиял, засеребрился звездами, разлился жемчужным молоком, ведь люди не зря нарекли его Млечный Путь.

И тут Тим увидел, что по новому Млечному Пути летели крылатые люди. Их крылья были прозрачными и яркими, словно сотканными из тысяч хрустальных осколков, а по форме напоминали птичьи.

– Кто они? – вырвалось у него. – Что это за народ?

– Это двуликие в самом ближайшем будущем, – внезапно послышался ответ.

Тим вздрогнул и обернулся: рядом стояла Арракис. Она улыбалась.

– Все двуликие – потомки ранних звезд, – объяснила она. – Вначале все они были лунастрами, пришедшими на Землю из Раннего Мира. Но между ними обнаружилось различие: многие из ранних попали под влияние Луны и стали использовать ее энергию. Их астральная нить блекла, истончалась, пока в одном из поколений и вовсе не исчезла. Но некоторые лунастры не хотели терять связь с прошлым миром, поэтому сопротивлялись лунному свету – из-за этого пропала их золотая нить, потому что не получала лунной энергии, – так появились астры.

– Астры не потеряли связь со своим прежним миром, – задумчиво повторил Тим и догадался: – Поэтому и чувствовали Расколы!

– Все верно. А теперь люди возвращаются домой по Сожженному Пути. Солнечный свет Селестины освободил всех – и астров, и лунатов.

– Выходит, мы победили? – Тим радостно глянул в глаза Арракис. Но улыбка звезды погасла.

Сердце Тима забилось гулко и часто, он понял: что-то произошло.

Словно в ответ на его мысли, его окутала темнота, но уже через несколько секунд он вновь увидел Млечный Путь и людей, летящих по нему.

– Где Селестина? – выкрикнул он в пустоту.

Но ему никто не ответил.

Глава 30. Селестра

Высоко-высоко, в далеком темном небе, среди мерцающей звездной пыли есть Мост Мечтателей. Черная каменная дуга, украшенная статуями звезд, парящая в невесомости, освещенная мягким светом фонарей. Величественный корабль-призрак, плывущий по волнам безграничного космоса, он похож на старую фотографию, картинку из чьей-то жизни, полустертое, полузабытое воспоминание, которое так и будет лететь среди звезд, тихое, звенящее эхо чьей-то мечты.

Мост Мечтателей построили после эпохального Часа Затмения, когда лунаты и астры объединились, потому что исчезло то, что их разделяло, и возможности их стали равными – они все сделались лунастрами, потому что у каждого вновь воссияли две нити – серебряная и золотая.

На Мосту сделали перила из светлого мрамора и поставили статуи всех ранних звезд, принимавших участие в Шествии: Арракис, Арктур, Исида, Капелла, Алькор, Муфрид, Форамен… Но самой главной статуей Моста стала Селестра – статуя девушки с огромными хрустальными крыльями, девушки-Луны. Девушка смотрит вдаль, на новую планету, вокруг которой движется Селестра – новая луна нового мира.

На Мост Мечтателей часто приходят люди, особенно влюбленные: здесь признаются в любви, дают клятву верности или же просто загадывают желания. А раз в год, когда Селестра подходит к планете ближе всего, крылья статуи словно наполняются белым, сияющим светом. И в это время простые двуликие не могут даже приблизиться к Мосту Мечтателей, слишком велика губительная сила притяжения.

И тогда прилетают драконы.

Морж долго глядел на силуэт летящего в небе белого дракона. Его душа разрывалась на части: как лучший друг, он понимал, что должен помочь Тиму забыть то, что бередит ему душу в памятный день Часа Затмения, который люди отмечают каждый год семнадцатого ноября. Удивительно, но в тот день никто не вспомнил о дне рождения Тима, даже он сам. Вначале Тим Князев, ставший самым уважаемым человеком двуликого мира, праздновал день рождения со своими самыми близкими друзьями – Моржом, Яной, Виллом и Аникой. А после всегда улетал в облике дракона на Мост Мечтателей.

В тот день погибла Селестина. Не сумев справиться с печалью, погиб Йозеф, бросившийся за ней по Сожженному Пути – за последней из черноголовых, за его единственной внучкой… Погиб Дизастр, унесший с собой и другие жизни. Но мог погибнуть Тим.

Тимур Святов рассказал им, что родовой сон Селестины был частью тайного плана Йозефа. Старик готовил ее как убийцу последнего белоголового, Дизастра. Но появился Тим и чуть не спутал ему все планы, ведь именно он вдруг стал последним из клана Белой Головы. Тогда Йозеф решил уничтожить и Тима – направить его по Сожженному Пути. Никто не предполагал, что Селестина принесет себя в жертву и первая преодолеет страшную дорогу.

И теперь Тим год за годом прилетает на Мост Мечтателей, очевидно, чувствуя свою вину.

Надо помочь ему забыть прошлое! И Морж расправил крылья, готовясь взлететь. Но Яна остановила его:

– Не надо. Он должен побыть в одиночестве.

Она еще что-то говорила ему и в конце концов убедила не следовать за другом.

Вскоре они улетели.

В эту ночь над зубцами пролетела еще одна тень – лениво покружила над городом, словно выискивая кого-то, а потом пропала в темноте между домами.

Алекс прилетал сюда каждый год – в памятный день рождения новой Луны – Селестры. Приземлялся на перила и долго смотрел на звезды, пытаясь не думать о любви, утраченной навсегда. После, когда уставал смотреть вверх, переводил взгляд на силуэт белого дракона, все так же неподвижно сидевшего у ног статуи. Алекс знал, что тот его не видит, как не видит вообще ничего. Еще в первую годовщину Затмения Алекс с удивлением признался себе, что… понимает его. Понимает и сочувствует. Разделяет его печаль. И даже, как это ни удивительно, восхищается им.

Макси знала об этих прогулках, он был уверен в этом, но, к ее части, никогда не говорила ему ни слова. И он, пусть и не любил ее всем сердцем, но уважал и доверял ей. Она была хорошей женой – любящей, все понимающей и всепрощающей.

Тим не знал, что Алекс тоже приходит на Мост, чтобы вспомнить ту самую ночь, когда засверкал в небе Via Combusta, Сожженный Путь, и та, что была дороже всех на свете, прошла по нему. Первой… Раз за разом он прилетает сюда, чтобы вновь ощутить самый страшный, самый печальный и самый жестокий момент своей жизни. Впрочем, боль давно ушла, но вот грусть, грусть осталась. И все равно он каждый год будет снова и снова прилетать сюда, когда Селестра будет подходить так близко.

Тим всего этого не знал. У него была своя боль, своя грусть и своя тайна. Все-таки он был интуитивом, прирожденным драконом-сильвебром. Он знал, что вечером вернется домой, где его уже наверняка ожидают Морж и Яна, и они продолжат отмечать день рождения. Придет Тимур Святов и, конечно, Валерьич, придет Матрикс с каким-нибудь интересным подарком из Раннего Мира… Все они будут и веселиться, и грустить, а Валерьич с Тимуром, возможно, даже напьются вместе, как в прошлом году.

Но пока Тим сидел на перилах Моста и смотрел вдаль, на приближающуюся планету. Тимур рассказывал, что там нашли огромные залежи миллениума и уже вовсю развернули строительство рабочих городков.

Внезапно он вспомнил слова, которые сказала ему на прощание Арракис, перед тем, как уйти навсегда в Ранний Мир:

– Отдав лунный камень Селестине, ты сделал ей огромный подарок, сын Вселенной. Луна не так слаба, как думают люди, луна возрождает утраченное, исполняет несбыточное. Луна всегда на стороне искренних мыслей и заветных желаний. Луна вбирает и отражает солнечный свет, запомни это. Но пройдут годы, прежде чем ты поймешь меня.

«Отражает солнечный свет…» – раз за разом повторял Тим и не понимал.

От Селестры пролегла первая световая дорожка. Сердце Тима радостно дрогнуло: он любил этот момент, когда лучи отраженного света возникали один за другим, постепенно сливаясь в одну световую дорогу.

Но вот что-то сверкнуло вдали – яркая сияющая точка. Тим прищурился: что это, подвело зрение? Или же воображение сыграло с ним злую шутку?

Его сердце учащенно забилось: в мягком серебристом платье, с развевающимися волосами, на которых поблескивал простой серебряный обруч с единственным украшением – лунным камнем, подарком Вселенной, к нему приближалась девушка – та самая, из его снов и видений.

Селестина.

Content

Наталья Щерба
Танец белых карликов

Глава 1. Падающая звезда

Глава 2. Пленники Луны

Глава 3. Гости Фамагусты

Глава 4. Маска

Глава 5. Сон Алекса

Глава 6. Предложение Йозефа

Глава 7. Лунница

Глава 8. Многоликие озера

Глава 9. Пытка

Глава 10. Старый знакомый

Глава 11. Карты для Алекса

Глава 12. Прогулка под Луной

Глава 13. Черная Радуга

Глава 14. Битва драконов

Глава 15. Друзья

Глава 16. Встреча на облаках

Глава 17. Черный дракон

Глава 18. Сон Селестины

Глава 19. Пражские звезды

Глава 20. Видение Яны

Глава 21. Илья

Глава 22. Тайна амулета

Глава 23. Странная ночь

Глава 24. Лунаты

Глава 25. Огни Фамагусты

Глава 26. История Яны

Глава 27. Многоликая

Глава 28. Шествие ранних

Глава 29. Танец

Глава 30. Селестра