Корсуньский Ростислав

Школа волшебства [Author.Today]

Глава 1

Мое радостное настроение не портил даже моросящий летний дождь, так некстати начавшийся во время сдачи экзамена. Сегодня сдал экзамен по последнему из трех «столбов» технического ВУЗа — детали машин. И даже получил оценку «хорошо», правда первые два «столба» — теоретическую механику и сопротивление материалов или как мы их называли теормех и сопромат — сдал на «отлично». Честно сказать, я не понимал тех, ко считает эти предметы очень сложными, что там такого сложного? Если есть пространственное воображение, то ничего тяжелого для понимания нет! Взять теормех — неужели так тяжело представить себе фигуры в пространстве и как они пересекаются, если одну вложить в другую или проткнуть ту? У меня с этим никогда никаких проблем не было. Пирамида там вонзается в конус или обыкновенный куб пытается слиться с додекаэдром, или шар с параллелепипедом — что там сложного? Нарисовал линии пересечения, изобразил их проекции и получил зачет. Или взять сопромат — что там тяжелого в правильном распределении усилий? Смотришь на конструкцию, замечаешь, где приложены силы, и в голове сразу выстраивается четкая картина распределения усилий или по-научному — эпюры. Словосочетание «эпюр Монжа» будет преследовать меня все жизнь, очень уж наш лектор любил повторять эту фразу, причем с каким-то непередаваемым акцентом. В сопромате, правда, большое количество формул, так они все не сложные, ибо объясняют простые вещи. Подумаешь, рассчитать устойчивость или усилие на сдвиг, или хотя бы на срез. Ерунда, сейчас не надо изобретать велосипед — берешь готовую форму и вуаля. А вот с деталями машин вышло сложнее или по-другому, не знаю, как там правильно это назвать. Ничего сложного для меня и там не было, но, чтобы сдавать зачеты и экзамены надо хотя бы немного учить материал. А у меня для этого не было времени, потому что…

Познакомился я с Сашкой в начале учебного года, причем до невозможности банально: «Девушка, подскажите, пожалуйста, где находится дом номер двенадцать». Удивительным было то, я действительно искал этот дом, ведь там у нас намечалось отмечание начала учебного года. У одного сокурсника родители еще не вернулись с южных стран, и мы решили отметить у него, а не искать кафе или ночной клуб. И хотя я вообще не употреблял спиртного, но ни разу не отказывался от подобных встреч, где меня постоянно пытались приучить к напиткам с градусом. Меня же от одного вида спиртных напитков тошнило, и мне как-то не хотелось проверять что будет в самом деле, если я что-нибудь выпью. А тогда я уже опоздал и, чтобы не усугублять свое положение, старался побыстрее найти дом. Спрашивая ее, я осматривался, пытаясь отыскать номер дома, на углу которого мы находились.

— Ты всегда так знакомишься с девушкой? — немного грубовато ответила она.

Я поднял на нее глаза и мир вокруг замер. Правильный овал лица, на котором выделялись серые глаза, с небольшим прищуром смотревшие на меня, чуть вздернутый носик, полюбились мне в один миг. Ее лицо не портила даже усмешка. Чуть рыжеватые волосы падали ей на плечи, лишь немногим опускаясь ниже. Наваждение продолжалось всего ничего, но по моему субъективному времени, казалось, прошло не менее нескольких минут.

— А? Нет, — наконец-то вышел я из ступора, — Просто там друзья уже празднуют, а все не могу найти этот долбанный дом.

Она чуть насмешливо посмотрела на меня, видать поняла какое впечатление произвела, и со словами «Пойдем, покажу» развернулась и пошла туда, куда шел и я. По иронии судьбы она проживала в том же доме, только в другом подъезде. По дороге мы немного разговорились и даже чуть рассказали о себе, хотя идти оказалось всего ничего. Уже прощаясь спросил у нее телефон, особо ни на что не надеясь, но она, как ни странно, сообщила его. Правда, перед этим типа «помучила» меня, задумавшись на несколько секунд. Вот с тех пор мы вместе, хотя все мои друзья и приятели в один голос спрашивают зачем я с ней встречаюсь, и что я в ней нашел и, как будто бы, видели ее с другим, да еще и не одним. Но я-то знаю, что он просто мне завидуют. Вот это и есть причина, из-за которой я этот экзамен сдал хуже предыдущих. Я набрал номер моей девушки.

— Привет, Саш, — радостно поздоровался с ней, — я уже освободился. Когда встречаемся?

— Привет, сейчас не могу, — с отдышкой ответила она, — Давай вечером, я позвоню тебе позже.

Вечером, так вечером, значит, сейчас займусь своими делами. До вечера время тянулось невыносимо долго, и я наконец-то дождался и с прекрасным настроением пошел на встречу. Июньский поздний вечер в Санкт-Петербурге самая лучшая пора белых ночей, когда пройдешь по Невскому проспекту, затем под аркой Главного штаба выходишь на Дворцовую площадь и застываешь, любуясь на Зимний Дворец, подсветка которого лишний раз подчеркивает его красоту. Выйдя на набережную, полюбоваться зеркальной гладью Невы, по которой курсируют речные трамвайчики, от которых слышен голос экскурсовода, рассказывающего об истории города.

Вот мы и прошлись по такому маршруту, успели до развода мостов перейти на Петроградскую сторону. Куда мы шли, я не знал, сегодня экскурсоводила Сашка. Зашли к какую-то подворотню — хотели перейти на параллельную улицу, но оказались в тупике.

— Вах, дэвюшка, — раздался голос с акцентом, — брасай сваево дурака и иди к настаящим джигитам.

Я повернулся — сзади стояли четыре человека, претендующих на настоящих джигитов. По их настрою я понял, что отступать они не собираются. Присмотревшись, отметил для себя, что кавказцев там всего двое.

— Ребят, — спокойно сказал я, — может быть, мы мирно разойдемся? Зачем создавать проблемы на ровном месте?

— Какой у девушки трусливый ухажер, — скептически проговорил сосед джигита.

Бояться я их не боялся, опасался я другого — во время драки перестать контролировать себя и кого-нибудь убить. Впервые такое со мной произошло в пять лет в детском саду. Там я сцепился с двумя шестилетними мальчишками, отобравшими куклу у моей соседки по лестничной площадке и забросившие ее в кусты. И сам получил, и им надавал. Оттаскивала меня от них воспитатель и как потом сказала моей маме, что я находился в невменяемом состоянии. Следующий раз это произошло через пару месяцев, когда эти же мальчишки, но уже втроем, подстерегли меня во дворе. Они конечно сумели меня завалить, но перед этим я успел им наподдать. Оттаскивала меня какая-то знакомая моей мамы. А вот следующий раз произошел уже в третьем классе, хотя и до этого у меня случались драки, пусть я и не любил драться. Третий случай был уже серьезней — там я не сошелся во мнении с пятиклассником, бесцеремонно отпихнувшим меня. Тут я получил здорово, как оказалось, что он занимается какими-то восточными единоборствами, вот и метелил меня. А потом на меня нахлынуло — налетел на него, что он совсем не ожидал, схватил его за длинные волосы и с такой силой дернул вниз, подставляя колено под его лицо, что не понимал, как вообще не снял с него скальп. Больше я ничего сделать не смог, так как меня оттащил наш физрук, вернее взял меня в охапку и как-то умудрился разжать мои пальцы и освободить волосы пацана. Именно он подробно все рассказал моей маме и дяде, который в это время гостил у нас. Дядька, до мозга костей военный, посоветовал мне заняться самоконтролем, на что я ему ответил, вот займусь каким-нибудь карате, кун-фу или ушу, и покажу всем, где раки зимуют. На это мое высказывание он ответил, что надо обучаться русскому бою, а не всяким там восточным единоборствам. На мое высказывание, что это обыкновенный рукопашный бой, он ответил, что сходишь пару раз и поймешь всю разницу. Пару раз я действительно сходил, а потом только из-под палки, ведь мне намного интереснее было что-то сконструировать. Например, соединить между собой два велосипеда, а между ними сделать сидение, или сделать небольшую ракету, которая нас чуть не убила. Взлететь-то она взлетела, вот только на высоте полутора метров завалилась набок и полетела в нашу сторону. Как мы успели упасть, никто из нас троих не понимает. Периодически меня загоняли на тренировки, слова дяди и тренера «учись контролировать себя», «только полный контроль тела и духа позволит тебе управлять противником» я буду помнить всегда, как и выражение «эпюр Монжа». Но до полного контроля не было еще, ой, как далеко. Поэтому сейчас я опасался именно этого — в тюрьму за убийство как-то не хотелось садиться.

А четверка решила перейти от слов к делу, и направилась к нам.

— Отойди в угол, — сказал я своей подруге, в глазах которой я не увидел страха, но не придал этому значения.

Трое подошли ко мне, а один «нэ русскый» направился к Сашке. Я повернулся в его сторону и хотел того одернуть, как получил удар в правую скулу, что даже отступил. Только успел встряхнуть головой и чуть прийти в себя, как получил удар ногой в живот и согнулся. Вот тут-то это и произошло, но занятия у Тимофея Палыча не прошли даром — я частично осознавал и себя, и ситуацию. Поймав руками чью-то правую ногу, которая должна была меня ударить в лицо, я резко развернул ее против часовой стрелки, с удовольствием услышал хруст костей. Поднялся и оказался лицом к лицу перед вторым смертником, теперь я это точно знал, что буду бить насмерть. Посмотрел в его глазами увидел, что он вот-вот ударит меня, дернулся, как учил меня Палыч, и его кулак проходит в сантиметре от моего лица. Делаю шаг вперед и правой рукой хватаю его за горло, впиваюсь пальцами и рывком вырываю его кадык.

— Зарэжу, — слышится сзади.

Успеваю опять дернуться «по науке», правый бок обжигает огнем, взгляд вниз — вижу руку с ножом. Правой рукой прижимаю ее к себе, левой крепко хватаю за запястье и как можно резче разворачиваюсь направо. Опять слышу хруст костей, а затем крик: «Ааааа». Хочу его добить, но меня отвлекает новый крик:

— Сука, падла, бл…, убью.

Последний из «джигитов» направляет в меня пистолет. Опять прибегаю к техникам, показанными дядькой и тренером, а в голове звучат их слова «научишься полному контролю и будешь управлять боем». Вот и сейчас стараюсь скопировать их движения, но у меня, наверное, не совсем получается, так как у меня дергается левое плечо, я даже немного разворачиваюсь, поэтому второй выстрел проходит мимо. А вот сейчас единственный прием, который я изучил досконально — отбор оружия — захватываю его руку с пистолетом определенным хватом, разворачиваю и направляю ему же в лицо, нажимаю на спуск и делаю шаг назад. Падение последнего из четверки сопровождается визгом Сашки.

— Ты что наделал, козел, придурок, — она падает на колени перед человеком с пистолетом, — Арам, Арам, ты меня слышишь.

А у меня молнией проскакивает догадка и все становится на свои места. Правы оказались мои друзья и приятели, ой, как правы. Вспомнил ее подругу, которая дружила исключительно с не русскими, и после каждой длительной встречи с ней у Саши начинались истерики и находилось много претензий ко мне. И все они начинались словами: «Я считаю, нам не стоит продолжать наши отношения». Понятие «шоры на глазах» я испытал на себе. Обращаю внимание на мою, теперь уже бывшую, подругу, схватившую выпавший пистолет и направившую его на меня. А я стоял в ступоре от осознания своей ошибки, как пришибленный, и даже не попытался уклониться.

— Это тебе за все, — с ненавистью прошипела эта змея и выстрелила.

Грудь взорвалась жуткой болью, впрочем, сразу прошедшей. С удивлением посмотрел на нее и увидел, как мое тело начинает падать на землю. Понимаю, что уже бывшее тело, и такая меня взяла злость, что я всем, чем мог вцепился в него и постарался одеть на себя. Удивительно, но у меня это получилось! Изо всех сил я постарался слиться с ним и какое-то время мне это удалось, но затем какая-то сила оторвала меня от него и понесла вдаль. Я изо всех сил начал сопротивляться — куда-то там мне не хотелось. Но сопротивляться было очень тяжело, хотя в самом начале и удалось замедлить мое движение. Я уже хотел не столько вернуться в мое тело, сколько вернуться к жизни и занять любое другое, даже животного. Вдруг в окружающем меня пространстве что-то произошло, какое сильно возмущение эфира. Я почувствовал, как ослабла сила, пытавшаяся меня утащить в ничто или на перерождение, и со всех своих сил дернулся — я освободился всего на секунду, но мне этого хватило и я рванулся в сторону наибольшего возмущения. После освобождения от оков я отчетливо чувствовал эпицентр этого явления. Стоило только немного приблизиться, как меня потянуло со страшной силой, вот только в этот раз я не сопротивлялся. Меня стало корежить, хотя я и не понимал, как это может быть. Постепенно я начал понимать, что теряю себя, точнее, перестаю помнить себя и осознавать, поэтому я вцепился в свои воспоминания, но в голове почему-то крутились различные конструкции, какие-то формулы, фразы «эпюр Монжа», «учись контролировать себя», «только полный контроль тела и духа позволит тебе управлять противником». Вокруг меня не было ничего, точнее, было Великое Ничто, но мой путь все продолжался и продолжался. Проходили минуты, часы, года, столетия, тысячелетия, а может быть, все пара миллисекунд, и вот меня куда-то выбросило.

Планета Земля, Гималаи, научно-исследовательская станция империи Аграф.

— Всем станциям — минутная готовность.

Пожилой аграф, еще не потерявший своей стати, произнес эту фразу совершенно спокойным голосом. Рядом с ним находился второй аграф, выглядевший лет на двадцать пять, всем своим видом говоривший, что он привычен приказывать и не терпящий возражений. Они задал вопрос:

— Профессор, вы уверены, что мы все сделали так, как надо?

— Не переживайте, — таким же равнодушным голосом ответил тот, — эти записи Древних расшифрованы очень точно. Именно где-то здесь находиться дверь в параллельный мир. В записях не достает всего несколько данных, таких как, частота гравитационного поля и градиент сдвига при открытии подпространства. Как жаль, что полностью сохранилась часть, описывающая переход с помощью червоточины. Поэтому и приходиться экспериментировать, — и профессор повернулся к узлу гиперсвязи.

— Станция «Луна» готова.

— Станция «Фобос» готова.

— Станция «Деймос» готова.

— Станция «Марс» готова.

Аграфы не мудрствуя лукаво назвали свои научно-исследовательские станции согласно названию космических тел, которым дали названия местные дикари.

— Включить сканирующее оборудование, — профессор сделал паузу, дожидаясь докладов о готовности, — Включить гравитационные установки, фокусировка — точка тридцать пять-десять.

С начала все шло, как и в прошлые разы, но вот оборудование зафиксировало непонятный энергетический скачок и возмущение космического эфира схлопнулось.

— Что это было? — спросил профессора рядом стоящий аграф.

— Могу сказать, что мы движемся в правильном направлении, — задумчиво ответил тот, общаясь с исследовательским искином при помощи нейросети, — На счет что было — какая-то энергетическая субстанция прошла через наше возмущение.

— Куда? От нас или к нам?

— Не знаю, может быть и к нам.

— Профессор, — ледяной голос говорившего оторвал того от общения с искином, — Вы можете гарантировать, что это не причинит никому и ничему здесь вреда? — увидев растерянный взгляд, добавил, — Я так и думал. Сворачиваем эксперимент, консервируем станции и уходим минимум лет на двадцать.

Непонятно где.

Я увидел перед собой великий Космос, а под собой планету, которая была похожа на Землю лишь своим цветом — такая же голубая красавица. А вот очертания материков совсем другие. Вероятно, это параллельный мир.

— Все же они существуют, — успел подумать я, перед тем как меня потянуло на планету.

Глава 2

Параллельная реальность, мир Оравия, предгорье Драконовых гор.

Стремительно пролетев атмосферу, я начал приближаться к земле. Успел оглянуться и увидеть горы переходящие в равнинный лес, но не сплошной, а с большими просветами. Постарался всеми силами задержаться, чтобы осмотреться. Получилось! Местность являлась лесостепью с огромными лесными массивами, успел заметить русла рек и речушек, несколько озер, и одну очень полноводную реку. Затем меня с огромной силой дернуло к земле. Затормозился я уже у самой поверхности земли и впервые увидел местных жителей. Вот эти трое точно люди — это я помню, а вот этот красный, что стоит посреди каких-то рисунков, непонятно кто, но точно не человек. Как я понял, они о чем-то разговаривают, постарался понять, но я их совсем не понял. Я присмотрелся к третьему человеку, который лежал на земле — оказалось, что это ребенок, парень лет пятнадцати. Один из двух стоявших, по-моему, мужчин… Точно это мужчины, теперь я вспомнил, что люди делятся на четыре разновидности: мальчики, девочки, мужчины, женщины. Правда, помню совсем смутно чем они различаются, но уверен, что скоро вспомню. Между тем один из мужчин сделал какие-то пассы руками и рисунок под непонятным существом загорелся, а до этого было похоже на тлеющие угли. Опять часть памяти вернулась: костер, угли, шашлык. Вот сейчас получилось, что угли, из которых был выложен какой-то рисунок, вспыхнули. Красное существо посмотрело в мою сторону, и я готов биться об заклад, что он меня увидел, потом постоял, о чем-то размышляя, и начал отвечать людям.

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор.

Вызов архидемона магистр Просгор смог осуществить только благодаря артефакту. Барон Герт Дрей, которому он служил уже в течение десяти лет, наконец-то решил прибрать к своим рукам баронство своего родного брата. Будучи младшим братом он никак не мог претендовать на него, так как по закону наследование все доставалось старшему брату Хорну. В королевстве Сурания наследование отличалось от принятого в соседних странах, основа была та же — наследовал старший сын, но были и нюансы. Владение можно было разделить между наследниками, но существовал минимум, ниже которого делать этого уже нельзя или с понижением статуса, а барон — это минимальный статус, благодаря которому можно было владеть землей. Правда их отец придерживался мнения, что делить землю ни в коем случае нельзя, потому даже если бы и была такая возможность, то он бы все равно остался ни с чем. Был еще один аспект — если все прямые наследники погибали, то владение отходило короне, и уже король мог его пожаловать кому-то из наследников, а мог этого и не делать. А вот если прямой наследник был не в состоянии управлять имением, вот тогда владение и переходило ближайшему родственнику, а за неимением оного — королю. Вот он и придумал прибегнуть к помощи архидемона, чтобы тот поглотил душу племянника, а его родителей чуть погодя убить. Племянник будучи овощем наследовать не имел права и баронство переходило ему.

Где Герт получил этот артефакт, он никогда не говорил, но даже с его помощью Просгору было тяжело, призванный демон постоянно норовил сбросить оковы подчинения. Магистр прочитал еще одно заклинание подчинения, и пентаграмма призыва вспыхнула огнем. Но даже сейчас архидемон продолжал сопротивляться. Тут он посмотрел в сторону, помолчал с полминуты и заговорил.

— Слушаю тебя, — раздался его рокочущий голос.

— Я хочу, чтобы этот парень остался без души, — он указал на лежащего на земле юношу, — и можешь уходить к себе.

— Какова плата?

— Душа и будет платой, — ответил магистр.

— Нет, — возразил ему демон, — душа — это работа. А в качестве платы я требую ваш артефакт.

— Чтобы потом забрать и наши души? Не выйдет!

— Я предлагаю договор, — сказал демон, — а ты должен знать, что договор заключенный во время призыва нарушить не в состоянии ни один демон.

И это было правдой. Что там Создатель вложил в демонов, но договор, заключенный во время призыва, они не могу нарушить, поэтому они всячески стараются этого избежать. Как правило обещают больше, чем требует призыватель, и некоторые, в основном молодые, демонологи частенько идут им на уступки и в итоге очень часто оказываются ни с чем. Сейчас же демон сам предложил договор, и Просгор подумал: «Что же это за артефакт, что архидемон хочет заполучить его себе! Такой бы и мне пригодился». Но сам посмотрел на барона, который слегка кивнул, подтверждая, что готов с ним расстаться.

— Согласен, — со вздохом сказал магистр.

— Договор: я забираю душу этого парня, — демон указал кого именно, — и в качестве оплаты получаю артефакт Сияние Инферно.

Просгор заскрежетал зубами. «Ну, откуда у этого барона такой артефакт?», — мысль пронзила его, как молния. Об этом артефакте он читал несколько упоминаний, в которых описывалось, что демоны с его помощью смогли осуществить прорыв в их мир. Но не нашлось никаких упоминаний о том, как он выглядит или как его определить, лишь в одном древнем манускрипте говорилось, что он, как и мир из которого он вышел, изменчив и может меня свою форму. Он с ужасом представил, что теперь демоны смогут прорваться к ним. И отказаться сейчас нельзя, потому как было дано предварительное согласие и отказ может привести к плачевным последствиям. Огорченный этим известием, он проговорил:

— Подтверждаю.

Увидел, как дернулось тело юноши и обмякло, а демон протянул свою лапу, в которую магистр бросил артефакт. Во время полета он из шестиконечной звезды, вписанной в круг, превратился в багровый шар, испускающий красное сияние, а магистр понял почему тот получил такое название.

Высшая, а это была именно высшая, а не архидемон, поймала реликвию и улыбнулась. Два человечка приняли ее улыбку за оскал и отшатнулись от нее. «Не зря, не зря я решила откликнуться на этот призыв, хотя могла спокойно его игнорировать», — подумала она, — «Почувствовать, что в призыве участвует Сияние Инферно могли только высшие женского пола ее рода, и только находясь поблизости от врат миров. Наконец-то спустя тысячелетия некогда украденное вернулось, и теперь можно готовиться к мести, ну и заодно захвату новых территорий. Эти два олуха так и не поняли, с кем имеют дело». Она перевела взгляд на лежащего на земле парня, над которым повисло что-то непонятное: то ли дух, то ли душа. Она определенно видела сущность, но совершенно ее не чувствовала и это ее немного настораживало, ведь обмануть демона ее круга, ой, как непросто, практически невозможно. «А с тобой мы еще встретимся, когда ты освоишь это тело, ведь я не давала обещания, что оно останется без души», — мелькнула у нее мысль и она переместилась в свой домен, а пентаграмма тут же исчезла, и абсолютно ничего не напоминало о том, что здесь произошло.

— Первый раз такое вижу, — пробормотал магистр, подойдя к месту призыва и внимательно рассматривая следы, — В самом деле, исчезли абсолютно все следы.

Он произнес заклинание поиска магических возмущений, но и оно не дало никакого результата.

— Даже так, — опять пробормотал он.

Вот этот нюанс очень сильно не понравился Просгору, и он впервые задумался, с кем из демонов он столкнулся. Да и могли ли они, уходя в свой мир, полностью стирать все следы своего пребывания. По всему получается, что это был высший демон, но они никогда не откликались на призыв. Он даже не был уверен, что архимаг-демонолог даже с помощью Сияния Инферно смог бы это сделать, даже зная все возможности этого артефакта.

— Ты чего задумался? — отвлек его голос барона.

— Ты хоть знаешь, что это за артефакт был? — гневно спросил Просгор, — Чтобы отдавать его обратно демонам из-за твоих мелких амбиций. И вообще, где ты его взял?

— Не забывайся! — холодно ответил ему барон, а глаза его сверкнули гневом, — Твоя жизнь принадлежит мне! — и он непроизвольно поднес руку к невзрачному камню, оправленному в оправу из серебра и висевшему на груди.

И это было так. Однажды магистр попал в скверную историю — участвовал в перевороте, куда его завлекли обманом. Но для короля не имело значения кто и с каких побуждений участвовал в нем — их всех ждали виселица или эшафот, их самих и их семей. А единственным свидетелем его участия был барон Герт Дрей, который за свое молчание стребовал с магистра магическую клятву служения на крови. Свидетельством его служения и был тот камень, висевший на груди барона. Забрать или отнять его невозможно, также как и снять с трупа, потому как вместе со смертью барона умирал и магистр. Его можно было только добровольно подарить, и тогда служитель переходил в услужение к одаряемому. Тогда он сохранил свою семью, но сам попал, можно сказать, в рабство. А то, что он творил по указке барон, ему не простит никто. И вот сейчас барон напомнил ему его место.

— Так что тут такого странного? — барон имел отличный слух и слышал бормотание магистра.

— Не осталось вообще никаких следов магии, — ответил Просгор, — я впервые с таким сталкиваюсь.

— Так это же замечательно! — обрадовался барон, — нет необходимости ждать пока твоя магия рассеется. Сегодня же мой человек намекнет Хорну, где якобы видели его сына. Поехали.

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор, это же время.

О чем шел разговор между ними я, понятное дело не знал, но вот он закончился, и красное существо что-то сделало. Оно не двигалось, не говорило, но я почувствовал некое действие, это напоминало обдувание ветерком, хотя я и не помнил, что такое ветерок. И вот тут я увидел, как от лежащего на земле юноши отделился светлый прозрачные силуэт, напоминающий его, и полетел к существу. Я уверен, что он не хотел этого делать, руками старался зацепиться хоть за что-то, лишь бы не попасть к краснокожему. А еще я чувствовал его ужас, как так смог я не знал, но он определенно был в ужасе от происходящего. Вдруг вокруг красного существа образовалось нечто багрово-алое, и прозрачный силуэт куда-то делся. Для себя я решил, что встречаться с такими существами я не буду. Молнией пронзило воспоминание — этот прозрачный силуэт не что иное, как душа человека, а происходящее являлось извлечением ее из тела. На краю сознания крутились еще какие-то мысли, связанные с этим, но вспомнить я так ничего и не смог. Краснокожий ужас исчез, и мне сразу же стало легче. До этого я даже не замечал, как нечто давило на меня. Я увидел, как два человека уехали, оставив бесчувственное тело. Меня все также мучила жажда жизни, и я, недолго думая, занял оставленное тело.

Я постарался почувствовать каждую его клетку, представлял, как я занимаю его и одновременно с этим натягиваю на себя, как будто это одеяло, а в голове билась только одна мысль: «мое, мое, мое…». А потом одновременно исчезли все чувства и ощущения.

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор, отряд валькирий, это же время.

Отряд валькирий под командованием Атары Кроусольв, главы клана Драконовых Крыльев возвращался с набега несолоно хлебавши. И это в то время, когда разворачивается очередная борьба за главенство в совете кланов. Ее клан занимал третье место по значимости и первое по богатству, но в данный момент у него появились серьезные конкуренты. И кто? Те, которые хотят дать мужчинам равные права, считают, что тогда те сами будут идти к ним. Забыли вековые традиции, в которых мужчины обязаны служить и быть рабами. Говорят, что настоящие мужчины никогда не пойдут в рабство и, как следствие, мы вырождаемся. Да еще смеют утверждать, что раньше такого не было. Насколько помнит она рассказы своей бабки, то они всегда ходили в набеги и похищали мужчин для продолжения рода, потому что своих у них никогда не было. По задумке какого бога это происходило, никто из них не знал, даже ведуньи, но у всех валькирий рождались только девочки. Хотя ходит у них легенда, в которой говорится об их мужчинах, но случилось так, что кто-то из них прогневил какого-то бога и тот в наказание лишил их возможности рожать мальчиков. Но она уверена, что это придумали такие же неудачники, как современные ее соперницы.

Вот и из этого набега они возвращаются ни с чем, хотя поначалу им и удалось спеленать троих воинов. Но потом тем как-то удалось сбросить путы, и они предпочли смерть рабству. Это лишний раз доказывало правоту ее оппонентов, но она упорно не хотела этого признавать. Вдруг ее что-то привлекло в стороне, и она направила туда своего коня. Все-таки боги на ее стороне — на земле лежал юноша пятнадцати или шестнадцати лет, раскинув руки в стороны. Длинные светло-русые волосы были взлохмачены и напоминали гнездо. Парень или спал, или находился без сознания, но станет теперь ее рабом. Она быстро спрыгнула с коня на землю, связала сначала его, затем привязала к заводной лошади. Минуту спустя они покинули это место.

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор, час спустя.

Получив сообщение о месте последнего нахождения сына, когда его видел один из егерей его баронства, он, не раздумывая, с десятком дружинников, загоняя лошадей, поехал к этому месту. И вот наконец-то именно то место, вон егерь поднял руку, показывая, что они прибыли. Подъехав ближе, Хорн увидел спешившегося егеря, внимательно рассматривая следы на земле.

— Где сын? — взволнованно спросил он, — что с ним?

— Новости неутешительные, — ответил следопыт, — не далее часа назад здесь проехал отряд валькирий, и я уверен, что они забрали с собой и похитителей, и вашего сына.

Барон Хорн ан’Дрей заскрежетал зубами, ведь он прекрасно знал для каких целей валькирии похищают и очень редко покупают мужчин и парней. Придется ехать в город Дреннон и добиваться выкупа Кира любой ценой. Хотя эти воительницы не любят возвращать похищенных, но такие случаи были, поэтому надежда у него есть, пусть и небольшая.

— Есть что-нибудь, мой друг? — спросил барон маленького пухленького человека, вот уже две минуты рисующего что-то на земле и произносящего заклинания.

— Здесь действительно был ваш сын, он здоров, — барон с облегчением вздохнул, — но состояние у него непонятное. Такое впечатление, что его накачали наркотиками — все его жизненные процессы оставляют блеклый след, либо увезли его не час назад, а как минимум три, — и он посмотрел на следопыта.

— Час с четвертью — это максимальный срок, — ответил тот, — Но уверен, что на самом деле немногим менее часа.

— Не расстраивайся Хорн, — постарался утешить своего друга Фáрен, — еще не все потеряно и мы можем успеть выкупить твоего сына.

Барон Хорн ан’Дрей и, тогда еще адепт магии, Фарен Дорован сошлись больше двадцати лет назад. Как и полагается молодым людям знакомство свое они начали в драке, а причиной этого была, как они тогда думали, одна девушка, к которой они испытывали чувства. После обыкновенной уличной драки они, как и полагается, встретились на дуэли. И каково же было их изумление, когда они увидели две копии с одним и тем же лицом, лицом своей возлюбленной. Дуэль отменять не стали, так как на удивление собралось прилично зрителей, но успели договориться и перевести ее в представление. Потом они еще долго пеняли сестрам о том, что те молчали и ни словом не говорили и своей сестре близняшке. Позже они создали семьи и ждали детей, но случилось несчастье. Кто-то убивает жену Фарена, а Хорн чудом остался жив, но сумел защитить свою любимую и неродившегося еще ребенка. Спасло его только великолепное мастерство мечника, о котором мало кто знал, но и он бы умер, если бы не Фарен, который специализировался на магии жизни и целительстве. Именно он вытащил друга можно сказать с того света. И нужно ли говорить, что свою любовь к жене он перекинул на ее сестру, которую и считал своей сестрой; ну а Кира он всегда считал и своим ребенком и относился соответственно.

Друзья после этого случая заподозрили, что с сестрами, их женами, не все так просто — существует некая тайна, которая для кого-то очень опасна и этот кто-то прилагает усилия для решения этой проблемы. Расспросы оставшейся в живых Леи ничего не дали — она утверждала, что сколько себя помнит, то все время жила в этом городке с родителями. Побеседовать с родителями они не успели, так как те сгорели в своем доме. Маг из стражи, занимающийся расследованиями, сказал, что возгорание произошло из очага, но при этом никак не мог объяснить, почему родители девушки решили растопить печь, когда на улице тепло. Это событие окончательно убедило друзей в своих подозрениях и они решили уехать в баронство Хорна, где могли чувствовать себя в относительной безопасности. Все дело в том, что отец Хорна считал, что его дети обязаны пройти некоторое время жизни обыкновенным человеком, поэтому Хорн и представлялся не бароном, а простым наемником. А поскольку баронство находилось на границе земель ракшасов, то оно никого и не прельщало, чтобы попытаться отобрать. Основной доход баронства — это дотации короны на удержание границы. И вот пропажа сына. Они первым делом заподозрили совершившего покушения на их жен, и они усилили охрану Леи. Но проходило время, а похитители никаких требований не выдвигали, и они подумывали о самом худшем.

Все дело в том, что последний месяц беременности и роды проходили очень тяжело, и если бы не Фарен, то ребенок родился бы мертвым, да и матери бы досталось. Он днями и ночами проводил в ее комнате, но свое дело сделал: и мама, и сын чувствовали себя отлично, в отличие от самого целителя. За этот месяц толстенький мастер превратился в высохшее дерево и только последовавшая благодарность родителей в виде обильного питания вернули ему бывшие формы. Но без последствий все же не обошлось и Лея больше не сможет родить. Поэтому чета ан’Дрей и находилась в угнетенном состоянии, пока не получили сведения, что их сына видели с какими-то людьми. Но они не успели совсем чуть-чуть, и теперь их путь лежал в торговый город валькирий Дреннон.

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор, отряд валькирий.

Первые проблески сознания не принесли мне ничего хорошего — пошевелиться я не мог, ощущалась какая-то тряска, я совсем не понимал где я нахожусь. В следующий раз я пришел в сознание от какого-то удара. Чуть приоткрыл глаза и осмотрелся одними глазами: оказалось, что меня бросили на землю под дерево. Из-под прикрытых век я видел суетящихся вокруг меня вооруженных девушек и женщин, а из памяти выплыло название — валькирии. И еще что-то связанное с опасностью, грозящей попавшим им в руки людям. Ни рук, ни ног я по-прежнему не чувствовал, только вот веки смог с трудом приподнять, да с большим усилием улыбнуться, а точнее, попытаться улыбнуться. Не знаю, что у меня там получилось, но губы я почувствовал. Одна из девушек наклонилась надо мной и стала что-то со мной делать. Что она делала, я не знаю, так ка прикрыл глаза, но вскоре почувствовал свою шею и голову, а затем и то, что она болталась из стороны в сторону. Догадался, что меня для каких-то целей переворачивают. Не успел я напридумывать себе кучу разных нехороших ситуаций, как все прекратилось, и кто-то взял меня за подбородок.

— …, - произнес женский голос, в котором чувствовались стальные нотки.

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор, отряд валькирий, это же время.

— Посмотри, что с ним? — приказала Атара своей ведунье.

Фелана долго возилась с пленником, произнесла несколько заклинаний и наговоров и все время качала головой. В коне концов принялась вообще за лекарское дело — осматривала его, нажимала на некоторые места, достала иголку и покалывала его в разных местах, приподняла веки и осмотрела глаза.

— Я не знаю, что с ним, — наконец-то ответила она, — возможно к нем применили какое-то неизвестное мне заклинание из разряда паралитических, но он практически не реагирует на раздражение. Даже в его ауре не наблюдается никаких возмущений, хотя при параличе воздействие на тело отражается в ауре. У зрачков реакция есть, голова и шея реагируют, так что он жив. И еще, мне показалось, что он постепенно возвращает контроль над телом, поэтому я склоняюсь к тому, что он подвергся воздействию заклинания, и, скорее всего, это что-то новое, возможно на нем его и испытывали.

— Он будет пригоден для чего-то? — задала Атара главный для себя вопрос.

— Знаю я, что тебя интересует, — усмехнулась своей троюродной сестре ведунья, — может и сможет быть твоим сексуальным рабом, а может быть и нет. Я же говорю — это что-то новое, поэтому последствий я не могу предугадать. Кстати, на нем и проверим эти самые последствия, знания лишними не бывают.

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор, отряд валькирий, это же время.

Наконец-то меня оставили в покое, и я могу опять заняться собой. Сейчас я, лежа с закрытыми глазами, всячески пытался представлять, как я контролирую все части своего нового тела, старался двигать руками и ногами. Как наяву видел свою руку, медленно поднимающуюся, потом опустил свой воображаемый взгляд на то место, где та должна находиться, и удивился — я прекрасно видел ее силуэт. Приподнял веки, и точно — виденный силуэт точь в точь находился в том же месте, что и рука. Значит это не воображение разыгралось, и я действительно видел свою руку. Задумался об этом и вспомнил, что так описывалась аура человека в месте, откуда я прибыл. И тут же пришло подтверждение-уверенность, что это так и есть. Постарался увидеть ауры моих спутниц, но ничего не получилось. Тогда я приоткрыл глаза, запомнил женщину, которая не двигалась, и уже сейчас постарался увидеть их биополе. Биополе? Это что такое? И опять воспоминание подсказало, что это аура и есть, только названа по-другому. Сосредоточился на своем желании, но опять безрезультативно. Открыл глаза — женщина на месте, а это значит, что я пока ее не могу увидеть. Мне казалось, что не может быть, чтобы я мог видеть только что-то свое, и опять откуда-то пришла уверенность, что я прав. Я опять занялся собой, так как чувствовал, что мои занятия ускоряют мою адаптацию в этом теле. Вдруг что-то коснулось моего рта. Открыл глаза — молоденькая девушка с брезгливым выражением на лице поднесла мне ко рту ложку с едой, которую я на автомате проглотил. И вот тут я вспомнил чем отличается девушка от женщины и мужчина от юноши. Мне стало так смешно, что я еле сдержался, ведь я думал, что это четыре разновидности людей, а оказалось, что девушка — это молодая женщина. А еще есть девочка — это ребенок женщины. Я поел и еда мне понравилась, вкус пищи я помнил. И я задумался: а что я вообще помню о себе.

Помню, что у людей должно быть имя, но совершенно не помню своего. Я совершенно точно не принадлежу этому миру, и прибыл я издалека. Еще знаю, что мой родной мир сильно отличается от этого. Чем именно отличается на помню, но уверен в этом. А еще я досконально помню теормех, сопромат и детали машин со всеми формулами и даже представляю, что они означают. И последнее, что помню из родного мира — это фраза: «Только полный контроль тела и духа позволит тебе управлять противником», причем не только помнил, но и представлял, что для этого необходимо делать. Хотя вот вспомнилось, как я в детстве тренируюсь с мечами, точнее палками в виде мечей. И образ учителя. Вот он как раз такой, каким и должен быть — подтянутый, строгий, но со смешинками в глазах. И тут же подумал о своей маме, и… ничего, только смутный какой-то образ, от которого несет добротой. Еще помню много различных жизненных вещей, например, таких как для чего необходимо кушать, пить, спать, испражняться. На последнем слове меня передернуло, ведь я сам ничего не мог сделать, а эти валькирии вряд ли помогут мне в этих делах. Но я прекрасно понимал, что очень многого я не совсем не помню, а применительно к этому миру и не знаю.

О! Наконец-то смог чуть-чуть шевельнуть пальцами рук, хотя кисть ощущалась, как будто я ее отлежал. Почувствовал, как что-то упало мне на лицо, прикрыв его нижнюю часть. Открыл глаза — девушка, кормившая меня, разворачивалась, чтобы уйти, но резко остановилась, а я опять услышал повелительный голос:

— Жалита… делаешь… я сказала…

Девушка резко развернулась, укрыла меня одеялом и ушла в шатер. Да, мои спутницы собирались на ночлег, они всегда возят с собой шатры. И откуда у меня эти знания? Стоп! Я же понял часть фразы, которую сказала, наверняка, их командирша. И это точно не мои знания. Получается, что я каким-то образом получаю знания из мозга парня, тело которого я занял. И я задумался об этом эффекте. Получается душа ушла, но какие-то знания сохранились — это как оперативная память, куда загружается то, что нудно для работы. Оперативная память? Что это я не знаю, просто есть уверенность, что он объясняет этот случай. А поскольку разговаривал парень много, то и язык начинаю понемногу вспоминать. Про валькирий вот вспомнил, да и та уверенность, приходившая откуда-то изнутри, наверняка знания предыдущего жителя этого тела. Так тренировки с мечами получается тоже его знания? Вот это совсем замечательно, ведь как я мог судить по вооружению спутниц — на дворе средневековье. Интересно, что значит средневековье? Скорее всего, это из моей предыдущей жизни. Самое главное, чтобы вернулось как можно больше знаний этого парня.

Открыл глаза и осмотрелся — двое часовых не обращают на меня внимания, что очень хорошо, так я хотел начать шевелить руками, чтобы скорее вернулся контроль над телом. А еще мне очень сильно не хотелось показывать, что начал приходить в себя, хотя и понимал, что скрыть будет очень тяжело. Попробовал пошевелить кистями и у меня получилось! Более того, мне удалось немного сдвинуть руки. Теперь бы как-то скрыть эти мои возможности — хочу как можно дольше быть в таком состоянии — так безопаснее. А вот интересно, ауры могут видеть все или только обладающие некими способностями? Приходит понимание, что правильно последнее утверждение и тут же всплывает слово — маги. А раз я маг, то постараемся это как-нибудь скрыть, а то чувство опасности от этого умения только выросло. Не придумав ничего другого, представил, как некая непрозрачная завеса окутывает меня, отгораживая от всего остального мира. А спустя несколько минут сильно захотелось спать, и я погрузился в сон.

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор, отряд валькирий, утро.

Фелана смотрела на парня и не могла взять в толк, что же ей в нем не нравится. Что-то легкое, мимолетное, почти незаметное, что-то такое, за что глаз цепляется, но голова не может это оценить. Так ничего не сообразив, она определила эту неправильность вследствие примененного в нему заклинания. Подошла и начала осматривать уже более детально, применила несколько магических техник воздействия, но аура парня осталась практически без изменений. Он возвращает контроль тела, но очень медленно. Про себя усмехнулась, а потом рассмеялась уже в голос. Причина была проса — если в ближайшее время он не сходит по естественным надобностям, то сильно оконфузится. А смеялась потому, как прекрасно понимала кому буде поручено сие действие.

— Что смешного? — спросила подошедшая Атара.

— Если ты не хочешь, чтобы твой раб вонял, то его надо сводить, а точнее, снести, в кустики, — и она захихикала, — вот я и представила это.

— Да, — усмехнулась командир, — Жалита будет довольна, — на сей раз они захихикали вдвоем.

Атара обвела взглядом лагерь, выискивая Жалиту, но та, слово предчувствуя что-то нехорошее по отношению к себе, как сквозь землю провалилась. Вскоре за дальним шатром мелькнул знакомый силуэт.

— Жалита! — позвала ее Атара, — Сделай так, чтобы он справил свои естественные надобности, — приказала она подошедшей девушке, — Будет вонять — заставлю его мыть и стирать его вещи, — ледяным тоном добавила она.

Девушка резко развернулась, подошла к лежачему юноше, схватила как получилось и направилась в сторону кустов.

— Ты не слишком с ней? — спросила Фелана свою сестру, — Как бы не задумала чего.

— Не переживай, — зло усмехнулась та, — по приезду домой, отправлю ее в Дреннон в качестве наемницы, все равно она не из нашего клана, а так закроем одну вакансию. Как хорошо, что подвернулся этот запрос из империи, всех неугодных можно туда сплавить.

Жалита в самом деле ранее принадлежала клану Когти Дракона и досталась Ааре в качестве выкупа. В многоходовой интриге выиграли Крылья и ее родной клан обязан был внеси выкуп, вот ее и определили, вернее, она сама вызвалась. «Ну, погоди», — думала она, неся тело в кусты, — «Мало тебе, что я отпустила пойманных мужчин, так я и другое придумаю, дай только добраться домой».

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор, отряд валькирий, утро.

Проснулся я от ощущения чьего-то взгляда. Не подавая признаков, что я пришел в себя, сосредоточился на своих ощущениях. Убедился в том, что барьер, возведенный вчера вокруг меня, сохранился — я, можно сказать, видел его магическим взглядом. Теперь же вовсю пытался призвать себя, что я по-прежнему не чувствую ни рук, ни ног. Вроде бы немного получилось, поскольку на лице осматривающей меня женщины читалось расстройство. Затем слышал разговор с подошедшей командиршей, но мало что понял. А вот ее приказ вчерашней знакомой девушке понял — и про себя лишний раз посмеялся, но увидев свирепое выражение ее лица, понял, что та постарается мне как-то отомстить.

После того, что было, я решил, что лучше уж прийти в себя и самому все делать, иначе в следующий раз она точно мне что-то отрежет. Пока она занималась мной, я забыл посмотреть на нее магическим взглядом, поэтому делать это пришлось во время кормежки. Все, как я и думал — вблизи я смог увидеть ее ауру. Лагерь собрали на удивление быстро и вскоре мы еже ехали на лошадях. Меня привязали к седлу, а руки связали вокруг шеи моего скакуна, поэтому получалось, что я его обнимаю. Видимость в такой позе была никакая, но я успел заметить, что направились мы в сторону гор, виденных мной по прибытии в этот мир.

Инферно, мир Геродат, домен Драурр, замок повелительницы.

Флавилирианна высшая демонесса, повелительница домена Драурр, а по правде сказать, того, что от него осталось, уже сутки сидела в своем любимом кресле и сосредоточенно обдумывала дальнейшие действия. То, что реликвия наконец-то вернулась, хорошо, но она все равно не находила выхода из положения. Слишком мало осталось у нее преданных демонов, да и от самого домена осталось всего ничего. И в данный момент два ее соседа, отобравшие большую часть, положили глаз на последнюю часть. Они уже несколько раз пытались захватить, как силой, так и интригами, но всякий раз поучали по шапке. Но до бесконечности продолжаться это не может. Кто-нибудь из них соберет большую силу и через интриги опять получит право на захват. В данный момент при помощи артефакта она справится с любым нападением, но тогда станет известно о нем, а это грозит тем, что в игру вступят самые могучие из повелителей. Сейчас слишком рано показывать силу Сияния, сначала надо собрать силы, отвоевать часть своего домена, лишь изредка и очень аккуратно прибегая к использованию реликвии, и уж потом можно и показать свою мощь.

А еще ее мысли постоянно возвращались к тому непонятному событию, произошедшему в том далеком мире, как его там? Мир Оравия. Обдумав тот момент и тщательно проанализировав все нюансы, она пришла к выводу, что это была душа. Но она ее совсем не чувствовала! Она, высшая рода Драурр! Но вроде бы она где-то встречала подобное упоминание. Она вошла в транс и стала перебирать все события, стараясь найти это воспоминание. Она дальше и дальше погружалась в глубины своей памяти, но искомое так и не было найдено.

Маленькая девочка стояла на пороге библиотеки, в которую ей, наконец-то, удалось попасть. Родители ей строго настрого запретили это делать, но ее любопытство и упрямство превышало страх перед всеми возможными наказаниями. Ей очень хотелось почитать хоть что-нибудь из этого места, ведь те учебники, что ей подсовывают родители, такие скучные. Вот она видит большую книгу, лежащую отдельно и находящуюся под магическим куполом. Уносить ее с места хранения она не решилась, поэтому просто стала перелистывать страницы. Магическая защита, распознав кровь владельцев домена, дала ей доступ. Вот тут-то она и прочитала, что дух основателей их рода никто не мог почувствовать в этом мире. А вот более подробно о своих предках ей прочитать не удалось — она была схвачена мамой и наказана, впервые ее лишили доступа к магии на три дня.

Эти три дня она до сих пор вспоминает. Значит дух ее далеких предков был аналогичен виденному. Наверняка существует связь между ними и этой непонятной душой. А может быть, это был дух? Нет для духа он слишком слабый, ему еще расти и расти, но упускать его из виду не стоит. Как жаль, что книга рода утеряна, хотя она уверена, что родители спрятали ее в надежное место, но сообщить место не успели, поскольку были убиты.

— Мама, — отвлек ее от раздумий звонкий девичий голос, — представляешь, этот гад Корага опять начал хвастаться, что скоро его отец лишит нас своего домена и мы станем его рабами. Ну, я ему и показала свои когти, — молодая девушка приняла гордую позу, — Да не переживай, я показала свои обычные когти, вот эти, — и девушка посмотрела на свои аккуратные ноготочки.

У Флавилирианны в голове возник план как уберечь дочь от необдуманных поступков и провокаций со стороны врагов.

— Линарилитанна, — строго сказала ее мать, — мне надо с тобой серьезно поговорить.

Из своего опыта девушка знала, что когда мама вместо Лины называла ее полным именем, то разговор действительно предстоял очень серьезный. Она подобралась, предчувствуя большие изменения в своей жизни.

— Дочь, — уже простым голосом начала она разговор, даже с какими-то нотками участия, — мы прекрасно знаешь, что наш род единственный, имеющий первичную ипостась человеческую. И рождаемся мы людьми и только по достижению совершеннолетия начинаем принимать облик демона. У всех остальных с точностью до наоборот. Но еще недавно, всего немногим менее пяти тысяч лет назад, таких родов было три, и сейчас из них не осталось никого. Наш род считался у них старшим, но причину этого я не знаю, и узнать на данный момент не представляется возможным. Причина кроется в наших предках, но кто они я сказать не могу. Подозреваю, что ответы можно было бы найти в книге рода, но ты же знаешь, что свои бабка с дедом ее спрятали, а сообщить мне место хранения не успели. А два дня назад в одном из людских миров я столкнулась с одним странным случаем.

Она чуть замолчала, опять вспомнив ту непонятную душу, чем неприменула воспользоваться дочь.

— Ты была в мире людей?! — восторженно воскликнула Линарилитанна, — А почему мне не сказала? Почему меня не взяла?

— Тебе достаточно знать, что я приняла вызов, — сказала она, — и у меня были достаточно серьезные причины, чтобы это сделать, — продолжила она, добавив в голос стальные нотки.

Дочь поняла, что по этому поводу больше ничего не добьется от родительницы, поэтому принялась внимательно слушать дальше.

— Так вот, — продолжила высшая, — там я столкнулась с душой, которую совсем не чувствовала. Да, да, именно так — я ее совсем не чувствовала, хотя тебе это и кажется невозможным. Я тебе раньше не говорила, но дух наших прародителей тоже никто не мог почувствовать в этом мире.

Флавилирианна увидела изумление на лице дочери и про себя усмехнулась. Сообщать эти сведения она не боялась, потому что несмотря на несдержанность, Лина не страдала болтливостью, поэтому эта тайна так и останется тайной. Хотя кто-то наверное ее знает.

— Эта душа должна обязательно вселиться в одного молодого человека, вот его образ, — и она ментально передала внешний вид и лицо парня, — И вот теперь твоя задача: найти его и узнать кто он, откуда, какими знаниями обладает. Если потребуется, то влюби его в себя, ты девушка очень красивая даже по меркам демонов и светлых миров, не говоря уже о людских. Пока ты несовершеннолетняя, из-за вспыльчивости ты не перейдешь в боевую ипостась, поэтому не будет особых проблем, но постарайся держать себя в руках. Магия хаоса в том мире развита, поэтому от применения заклинаний этой направленности проблем не будет, но старайся применять ее нечасто, так как ты по меркам людей ученик, но некоторые заклинания, для которых тебе хватает резерва, можешь применять уровня мастер. Такое в людских мирах бывает крайне редко и все такие вундеркинды наперечет, а для тебя популярность будет излишней.

— Ма, а как я попаду туда? Я же несовершеннолетняя и вызовы совсем не чувствую, — резонно спросила девушка и ее мать порадовалась за свою умницу.

— Я смогу тебя переместить, — и тут же добавила, вида загоревшийся взгляд дочери, — и не спрашивай меня как, все равно не скажу. В том мире есть один человек, обязанный мне и жизнью, и богатством, он тебе поможет. Переместишься к нему в подвал, вот его образ. Возьми вот это кольцо, — она протянула дочери невзрачное колечко, — скажешь, что ты от меня. Он знает, что надо с ним делать, а ты поймешь, что он сделал все правильно. Да, чуть не забыла, местность, где все произошло, — и она третий раз передала ментальный образ, но в этот раз объем информации был большой, что дочка чуть сморщилась, — На этом все, иди готовься. Что с собой брать — решаешь сама.

Глава 3

Планета Земля, Гималаи, научно-исследовательская станция империи Аграф.

— Профессор, — обратился к главе научной станции молодой аграф, его ассистент.

— Чего тебе? — немного раздраженно спросил тот.

— Вот данные от систем сканирования, — он показал ему листы с результатами, чему тот очень удивился, но решил пока ничего не спрашивать и углубился в изучение.

По мере просмотра он не смог скрыть своего изумления, ведь данные совершенно точно определили образование червоточины. Да еще где? На поверхности планеты и сверхмалой мощности. Неужели эти варвары додумались до этого? Не может быть! Или может? Нет, они и в космос то летают на допотопных кораблях. Спонтанное открытие? Нет, уж в этом он был абсолютно уверен — из расшифрованной части знаний Древних следует, что спонтанное образование червоточин возможно только в космических масштабах. Получается, что все же какой-то местный гений сумел додуматься до этого, а может быть, и случайно открыл. Главное в другом — захватить этого человека или его записи.

— Что с этой информацией? — спросил он.

— Я все уничтожил, правда, пришлось использовать ваш допуск, — невозмутимо ответил тот, уверенный в своей правоте и профессор подтвердил это.

— Все правильно, об этом никому ни слова. Место образования определено очень точно, поэтому отправляешься туда и забираешь все данные, которые найдешь, и оборудование в том числе. Все делаешь очень быстро, используй мой челнок, доступ я тебе дам. Где кристалл с полной информацией обо всем этом?

Парень отдал кристалл, а сам направился к катеру профессора. Сам же профессор углубился в изучение данных сканирования червоточины. Он сравнивал данные со сканеров с расшифрованными записями древних и все больше убеждался в своей правоте — червоточина имела искусственное происхождение. Наконец-то прибыл его помощник и он ушел на свой челнок.

— Что удалось узнать?

— Когда я прилетел, то там уже находились какие-то местные, как впоследствии оказалось это работники местных спецслужб, которых пришлось парализовать, а одного допросить. Человек, живший там, находился давно под их наблюдением и проходил под кодовым именем «Аналитик». Занимался исследованиями в области гравитации, антигравитации и высоких энергий. Никаких записей после себя не оставил, оборудование, с помощью которого он создал червоточину, сгорело, но я его полностью захватил с собой. И самое главное — записи, на основе которых он все создал, хранятся в архивах местных спецслужб.

— Это-то откуда известно?

— Варвар, которого я допрашивал, не был простым исполнителем, он занимал какую-то там высокую должность в отделе курирующим новейшие исследования и разработки. Представляете, профессор, — восхищенно сказал молодой аграф, на проявление чувств которого профессор про себя поморщился, — этот человек несколько лет уходил от всех спецслужб целой страны! Он просчитывал их действия на несколько ходов вперед, даже те, которые казались совсем уж безрассудными.

— Новый Коливиан, — пробормотал профессор, но молодой аграф услышал его, и уже громче сказал, — достать нам его нереально, он может находиться где угодно. Кориан, иди занимайся сворачиванием станции, но медленно, а я подумаю, что можно сделать.

На самом деле у него уже были мысли по этому поводу. Какой правитель страны откажется продлить свою жизнь на несколько десятков лет активной деятельности? И всего-то за какие-то записи. У него было средство из Королевства Телари, которое он приобрел для себя, но ради такого случая он легко пожертвует им. Все-таки профессор Малитиан был настоящим ученым и исследователем. Сейчас бы понять его оборудование и аппаратуру, да закупить аналогичные запчасти здесь. «Интересно, а не связаны ли эти события?» — осенило его, — «Образование червоточины, их эксперимент и непонятная энергетическая субстанция, ушедшая из этого мира или, наоборот, пришедшая сюда». Спустя несколько часов раздумий, он так и не пришел ни к какому выводу.

Мир Оравия, предгорье Драконовых гор, отряд валькирий.

Ехали по моим ощущениям еще часов пять, когда я начал чувствовать свое тело. Лучше бы этого не происходило! От такой езды оно все болело и ныло, но я с удивлением понял, что оно же и подстраивается под ритм бега лошади — значит, предыдущий его носитель был отличным наездником, если память тела оказалась настолько хороша. Спустя десять минут, ряска уже не ощущалась так сильно, но это заметила ехавшая рядом валькирия.

— Атара, — окликнула она своего командира, — твой раб пришел в себя. Даже вон пытается держаться в седле.

Ага! Получается то, что я постоянно слышал разговоры девушек, восстановили мои знания языка, по крайней мере, эту фразу я понял полностью. Но знания языка я уж точно не намерен показывать, как и полное владение телом, когда оно произойдет. Буду передвигаться, как на ходулях, постоянно ронять из рук и прочее аналогичное. Подъехала Атара и а женщина, что меня осматривала — лекарка, наверное, а может быть, магиня. «Ведунья», — всплыло в голове, а я сообразил, что так называют магинь валькирии. Осмотрела меня, пошептала, затем тихо что-то сказала Атаре. Минут через сорок мы сделали привал.

Подошла их главная и развязала меня, а я постарался слезть с лошади и упал. Она посмотрела презрительно на меня и, ничего не сказав, развернулась и ушла. Кто-то подошел сзади и, схватив меня за одежду, резко поднял и поставил на ноги. Повернул голову — Жалита, усмехнулся про себя. Она, увидев, что я на нее смотрю, показала на дерево и подтолкнула легонько.

— Иди, полудурок, — очень тихо, почти шепотом, сказала она, — пока я тебя не прибила.

Я так на негнущихся и непослушных ногах медленно пошел, периодически спотыкаясь и шатаясь. Вдруг нога зацепилась за камень, и я полетел на землю, даже прикидываться не пришлось. Опять меня резко подняли на ноги, но в этот раз толкать не стали. Так я, болтаясь из стороны в сторону, подошел к дереву и рухнул на землю, растянувшись на ней. Быть актером мне удавалось очень хорошо, так как тело еще не достаточно мне подчинялось, особенно ноги. Занял более удобную позу и прикрыл глаза, все-таки я серьезно устал.

Пока отдыхал, Жалита принесла тарелку каши и дата мне с таким видом, что понял — будь ее воля, она бы бросила тарелку мне в лицо. А вот ложку все-таки бросила, хорошо, что не в лицо. Э, нет, это была лопатка, которой я и должен есть кашу, хотя когда она меня кормила сама, то ложкой. Интересно получается: еду рабам давали из общего котла, это я заметил, а вот столовые приборы у каждого свои что ли? Или раб не имел права касаться личных вещей? Этого я не понимал. Принялся обедать, а заодно рассматривал тарелку. Деревянная, и судя по толщине не более пяти миллиметров, из твердого дерева или обработана как-то магией. Незаметно осмотрелся — у других тоже деревянные тарелки, только более глубокие. Боковым зрением заметил, что лекарка внимательно наблюдает за мной, поэтому постарался сделать лицо, если не дауна, то недалекого человека. Отбирать тарелку с ложкой у меня никто не стал, как и мыть, из чего сделал вывод, что это теперь мое. Идти к ручью не было сил, поэтому я мхом тщательно вытер свои столовые приборы.

К этому времени все валькирии уже поели и собирались продолжить путь-дорогу. Жалита бросила мне какую-то старую сумку и показала, чтобы я сложил свои вещи туда, а сама пошла к моему коню. Я опять не понимал отношения к рабам, но решил, что просто накладываю, какие-то свои знания и, скорее всего, с другого мира. А вот конь мне понравился сразу — статный красавец, лишь немногим уступающий коням Аиры и магини. Я еще во время предыдущей скачки поглаживал его связанными руками. Девушка показала, как надо крепить сумку, а потом без предупреждения схватила меня и забросила на коня. Осмотрела и пошла к своему скакуну.

В этот раз я ехал довольно комфортно, и моей заслуги в этом было немного. Мой скакун, понял, что его седок еще тот наездник и каким-то образом скакал очень плавно, поэтому я мог довольно легко удерживаться в седле. Населенных пунктов по пути мы не встретили ни одного, и я подозревал, что отряд специально их объезжает стороной. Начались уже настоящие предгорья, и теперь дорога начала извиваться змеей, да еще при этом шла то вверх, то вниз. Но горы мне все равно понравились. Даже не так — я в них просто влюбился. Может быть, в предыдущих жизнях я также любил горы. И тут я понял, что четко начал разделять жизни до момента, когда я очутился в этом теле, и сейчас, причем и свою с парня, который был этом теле ранее.

В этот раз мы остановились в очень удобном месте, а по остаткам костра понял, что оно пользуется спросом, и, наверняка, у валькирий. Я все пытался понять, куда мы вообще направляемся, но не преуспел в этом, а те никаких разговоров при мне не вели. Память парня тоже по этому поводу никаких подсказок не делала. Так что направляться мы могли куда угодно, даже на рынок рабов, где меня могли продать со спокойной совестью. Я попытался слезть с коня сам, и у меня это получилось, правда о падения спасла уздечка, в которую я вцепился мертвой хваткой и даже доставил дискомфорт коню, натянув очень сильно сбрую. Но черный умница понимал, что я не со зла и только негромко фыркнул — мол, ты это, научись-ка слезать. Я, стараясь не привлекать к себе внимания, шепотом поблагодарил его, извинился и погладил по шее. И могу поклясться, что он меня понял — видать необычного коня мне временно одолжили. Я кое-как дошел до и сел на землю, аккуратно положив рядом сумку с первыми моими личными вещами.

В этот раз на ужин было запеченное травоядное животное, названия которого я, конечно, не знал, а память предшественника молчала. Одуряюще вкусный аромат жареного мяса разносился по всей расщелине. А, как только его унюхал, понял, что очень сильно проголодался, и с нетерпением ждал своей порции. Мне было интересно принесут мне мою порцию или заставят идти за ней, ведь они видели, что я сам слез и передвигался? Честно говоря, идти мне не хотелось, все-таки уставал я сильно, или не уставал, а дело в том, что я осваиваю новое тело. Все-таки принесли, точнее, принесла Жалита и почти бросила в подставленную тарелку. Я начал подозревать, что для нее ухаживание за мной является своеобразным наказанием, очень уж с большой ненавистью смотрела на меня. Но сейчас — ужин.

В этот момент я понял, что с приемом пищи могут возникнуть проблемы, ведь ни ножа, ни вилки у меня не было, а я точно помню, что привык такую пищу употреблять именно с такими столовыми приборами. Начал осматриваться и, о чудо — небольшая палочка откуда-то взялась в горах. Вот я ее вместо вилки и решил использовать, а вместо ножа ложку-лопатку. Мясо было мягкое и приготовлено замечательно, поэтому ею и можно было его отделять, вроде как отрезать. И я начал им наслаждаться, не забывая придавать себе полуумный вид. Съел его очень быстро, а когда оторвался, то увидел удивленные взгляды пяти валькирий, среди которых были наш командир и магиня.

Мир Оравия, Драконовые горы, отряд валькирий.

— Смотри, — толкнула Фелана Атару, сделала кивок в сторону ее нового раба и насладилась отвисшей челюстью.

Она еще в прошлый привал заметила, как этот раб держит ложку. Это позволило ей заподозрить в нем аристократа, но свои мысли она не стала сразу высказывать, а решила убедиться в этом. Поэтому она намекнула своей сестре, что неплохо бы полакомиться свежим мясом, та ее поддержала и отправила лучшую охотницу отряда за добычей. Она не подкачала и добыла молодого горного барана, мясо которого в эту пору особенно нежное. Когда стали разносить пищу, то она внимательно наблюдала за человеком. И ее подозрения превратились в полнейшую уверенность — она прямо таки видела в его руках ножик и маленький двузубец, который в империи называют вилкой. Вот именно в этот момент она и обратила внимание хозяйки этого раба на него самого. Ведь только высшая аристократия империи имела такой этикет.

— Ты думаешь, он принадлежит высшим имперским аристократам? — подтвердила ее выводы Атара.

— Я не знаю, о чем думать, — ответила Фелана, — имперские аристократы так гордятся тем, что у них течет эльфийская кровь, что никогда не вступают в браки с другими людьми. А он очень мало похож на выходца из империи.

— Слуга? Насмотрелся на этикет и повторяет, — но тут же ответила сама себе. — Нет, не повторяет, так непринужденно и легко использовать их этикет может только тот, кто с кровью впитал это. Впрочем, это не важно, сейчас он мой раб.

На эту фразу Фелана ничего не сказала, поскольку знала болезненное отношение своей сестры к этому вопросу.

Мир Оравия, Драконовые горы, отряд валькирий, это же время.

Так и не понял, что вызвало их интерес, но спустя несколько минут мне удалось незаметно осмотреться и выяснить причину — никто из валькирий не пользовался вилкой. Ели они по-простому — отрезали кусок мяса и рукой доставляли его в рот. Чем мне это грозит, я совершенно не знал, да и грозил ли, но то, что они что-то для себя решили на этот счет, совершенно очевидно. Само отношение ко мне не изменилось, что, в общем-то, радовало, поскольку знал, что от них ожидать. Еще у меня появилась третья вещь — старое одеяло, но хорошо, что не рваное и не расползается в руках. Засыпал я с мыслью, что обязательно во время сна надо сохранить мое выражение лица, иначе конец маскировке и притворству.

Поутру проснулся на удивление хорошо отдохнувшим и даже раньше, чем все остальные. Осмотрелся и увидел, что конь, на котором я ехал, смотрит на меня. Я ему легонько кивнул, а сам подумал, что до сих пор не знаю его кличку. Спрашивать мне совершенно не с руки, да и самому хотелось придумать кличку. Вот об этом я и задумался, но, как назло, в голове ничего не ассоциировалось с черным цветом. Не буду же я его. в самом деле, называть черный. «Черный, черный, черный», — мысленно твердил я себе, — «черный агат». Агат? Что такое агат? Не знаю или не помню, но если пришло в голову, то значит, оно точно черного цвета. Но само слово мне понравилось, и я чувствовал, что и коню оно подходит, как ни что иное. Полюбоваться моим красавцев мне не дали, так как начался подъем. Удивительно, но никто никого не поднимал, но все валькирии встали одновременно, привычка у них такая или амулеты?

А дальше, как и вчера — на коня меня закинула Жалита и, тут же развернувшись, ушла. Я же не спешил подниматься и сообщил скакуну, что хочу назвать его Агат. Он в ответ наклонил голову и тихонько заржал, а ко мне пришло чувство, что кличка ему понравилась — опять сработала память тела. Два дня мы продвигались по горам, но вглубь не заходили, хотя я заметил минимум две тропы, шедшие дальше в горы. А на третий день мы встретили конный патруль валькирий, а я понял, что мы находимся уже на их территории, а вот как называется их страна, подсказок не всплывало. Получается, что меня везут к себе домой. С одной стороны это хорошо — я смогу полностью слиться с телом в довольно комфортных условиях, если они и там не особо отличаются от настоящих. С другой, я собираюсь от них сбежать и передвижение по их территории будет очень опасным, хотя бы потому, что они знают ее, как свои пять пальцев.

По оживлению среди девушек и женщин, я понял, что мы подъезжаем к своему городу. В целом, не все так и плохо — от места, где мы свернули в горы, мы ехали всего два дня, так что после моего побега не так уж тяжело будет выбраться из их страны, особенно, если у меня будет фора хотя бы сутки.

Дом, а точнее усадьба, к которой мы подъехали, находилась не в центре, куда я подспудно ожидал, что мы приедем, а чуть ли не на окраине, правда, с другой стороны от нашего въезда. Ого! Судя по размерам, наша командир весьма богата и уважаема, как минимум в городе, но, скорее всего, и в стране занимает высокое положение. Я въехал самым последним, поэтому, когда приблизился к дому, увидел, что встречающих собралось человек десять. Особенно выделялся один мужчина с таким подобострастным выражением лица, что я еще удержал выражение недоумка на лице, а не скривился от увиденного. Он чуть ли не ноги ей целовал.

— Хозяйка, — услышал я его елейный голос, — с возвращением вас.

Слез я самостоятельно, так и стоял, не зная куда идти и что делать. Но ко мне подошла магиня и позвала себя за собой. Я сразу заподозрил, что та хочет произвести еще одну проверку, поэтому всеми силами и воображением закрылся от всего, точнее, постарался. Сейчас вот и выяснится, получилось или не, поскольку мы зашли в ее рабочий кабинет. Не знаю, откуда у меня взялось это, но я именно так и представлял его — рабочий стол со стоящим на нем пробирками и склянками, шкаф с книгами по магии, какие-то приспособления или артефакты. Не совпадало с моим представлением только отсутствие раскрытой на столе книги.

— Садись, — сказала она мне, показав на кресло.

Я недоуменно-непонимающе посмотрел на нее.

— Ах, да, — досадливо проворчала она, и, взяв меня за руку, посадила в него.

Вот сейчас мне представится возможность посмотреть на работу артефакта, и какая-то часть меня пришла от этого в восторг. Я подозревал, что иномировая, поскольку помнил, что тот мир был совершенно другой. Сел и уставился на стол, краем глаза замечая, как она подошла к шкафу, что-то там сделала и достала обруч. А нет, два обруча. Один одела мне наголову, второй себе. Ух, ты! Парный артефакт, и мне жутко захотелось его разобрать, посмотреть из чего он состоит, понять, как работает. Но в это время меня с головы до пят окатила теплая волна, а я сумел не обратить на нее внимания. «Все же они существуют», — думал я о магах, заклинаниях и артефактах. Магиня еще некоторое время стояла неподвижно с отсутствующим взглядом, затем разочарованно сняла обруч со своей головы, моей и положила в шкаф. Я еле сдержал ликование — я сумел сохранить в тайне то, что являюсь полноценной личность. Правда, в данный момент не совсем полноценной, так как мое полное слияние немного затянулось, но то, что не полуумный удалось сохранить. В это время дверь открылась, и я услышал, как кто-то вошел в комнату.

— Уведи его в рабскую, — приказала она тому, — он попал под мощное заклинание, поэтому частично потерял разум и совсем не говорит, хотя часть сказанного понимает.

— Слушаюсь госпожа, — раздался опять подобострастный голос, но уже другой.

Кто-то взял меня за руку выше кисти, тот же голос сказал: «Пойдем» и потянул меня. Я, как сомнамбула, встал и пошел за этим человеком. Его лица заметить я не успел, но чуть сгорбленные плечи и втянутую в них голову рассмотрел очень хорошо. Но как только вышли из кабинета, то плечи расправились, нос задрался, лицо с гримасой презрения повернулось ко мне.

— Иди за мной.

Такое преобразование сказало мне о многом — откуда-то я знал, что для меня оно не сулит ничего хорошего и ухо надо держать востро. Между тем мы шли в рабскую, а запоминал дорогу, переходы, повороты, так как внутренняя часть дома напоминала лабиринт. Вот он открыл наконец-то дверь. И мы вошли в спальню рабов. Помещение где-то шесть на девять метров; небольшие окна расположены на длинной стороне в количестве трех штук; кровати стоят, как… как… «Как в военной казарме», — всплыло у меня в голове.

— Твое место тут, — он сделал небрежный взмах руки в сторону кровати, стоящей в темном углу.

«Твое место у параши», — опять всплыла у меня в голове фраза, но смысл ее остался для меня непонятен. Но я недоумевающе уставился в угол, на что он процедил:

— Спать будешь тут.

Я сделал вид, что понял, подошел к кровати, не раздеваясь, лег на нее и сделал вид, что уснул. Мне были интересны его дальнейшие действия, но самое главное необходимо определиться с тем, что я должен «вспомнить». Вопрос насущный, потому как, если буду только обузой, то могут просто убить и все. Я точно должен помнить фразы спать, есть, помочь что-о сделать несложное, например, подержать, принести и другие. По моим ощущениям мне еще месяца два надо на полное слияние с телом. Под эти мысли я и уснул.

Проснулся я за несколько секунд до того, как кто-то начал теребить меня за плечо.

— Эй, эй, — раздался тихий детский голос, — это ты новенький?

Открыл глаза — на меня смотрел парень, не скорее уж, мальчик лет тринадцати. Окинул его беглым взглядом — одежда не рваная, лицо не изможденное, без следов побоев, значит, живется ему тут очень хорошо. Уставился на него.

— Пойдем покажу, где мы едим, — сказал он и начал отходить, но остановившись, добавил, — ложку бери с собой.

Я и так собирался ее взять, так как сильно подозревал, что там мне никто ее не даст. Про тарелку он промолчал, я и не стал ее брать.

Столовая, как столовая — столы, лавки, запах пищи. Сел за стол, куда меня и привели — получилось чуть в стороне от сидящих обедающих тут рабов. Пересчитал, вместе со мной получался двадцать один, а мест в спальне — десять. Получается, что рабских минимум две. Сел с уже привычным для меня выражением лица, которое, если честно, очень мне надоело, и услышал фразу:

— И в правду полудурок.

Когда я увидел, кто готовит и раздает пищу, от сердца у меня отлегло, ибо делала это женщина. То есть, как минимум, плевка в тарелке я мог не опасаться. Интересно получается, ложка должна быть у раба своя, а вот тарелки нет — дородная женщина разлила какую-то густую похлебку по тарелкам. Моей ложкой такое не очень удобно есть, но я заметил, что у других рабов ложки уже нормальные. Ничего, еще не вечер. Спустя час после обеда меня вызвала к себе Атара, действительно оказавшаяся самой главной в этой богадельне. Привел меня все тот же мальчик, попутно рассказывая что где находится, но в комнату вместе со мной заходить не стал.

Атара стояла посреди комнаты совершенно обнаженная, а я убедился, что мои обрывки знаний о физиологической разнице между мужчиной и женщиной подтвердились. Жира, как у поварихи и некоторых других женщинах, я не заметил — тело, как тело. Она внимательно посмотрела на меня, опустила глаза вниз, поморщилась чему-то, затем легла на кровать и приказным тоном сказала:

— Удовлетворяй меня!

Я смотрел на нее, совсем не понимая, что ей от меня нужно. Осмотрел еще раз, остановил взгляд на лохматости у нее между ног, но так и не понял, что она имела в виду. Мне даже играть не было необходимости, так как обе памяти молчали. «Прямо, как партизаны», — появилась мысль. А кто такие партизаны я не знал. Она разгневалась, резко поднялась, подошла ко мне и, схватив за волосы, наклонила вниз со словами:

— Кому сказала!

И только сейчас какая-то память подсказала, что от меня хотят. Я с большим трудом удержался, чтобы не выругаться и, приложив максимум усилий, сдержался, чтобы не оттолкнуть ее от себя. Мне до того стало противно, что маска недоумка на лице исчезла, и только то, что моего лица никто не видел, спасло меня от разоблачения и последствий, которые незамедлительно последовали бы за этим. Не дождавшись от меня никаких действий, она также за волосы отшвырнула меня от себя с такой силой, что я даже вскрикнул. Надо будет обязательно сделать короткую стрижку.

— Пшел вон отсюда, — гневно сказала она и указала на двери.

Более красноречивого жеста не придумать, и я направился в рабскую. Дорогу запомнил очень хорошо, поэтому через пару минут я уже лежал на кровати. Задумался о том, что меня ожидает после такого события — ничего хорошего. Эх, ну, что так долго происходит слияние? Началось быстро, а сейчас очень медленно, это как рана — затягивается быстро, а заживает долго. Получается, что если меня поведут вглубь страны, придется убегать в первую же ночь. В этот день, до вечера меня никто не трогал, и у меня появилась надежда, что все будет хорошо. В комнату гурьбой вошли остальные рабы, что-то обсуждая между собой.

— Это из-за этого полудурка хозяйка сегодня была не в духе, — раздался голос из этой толпы.

— Надо его проучить, чтобы в следующий раз выполнял все ее приказы, — послышался второй голос.

И пятеро человек направились ко мне. Для чего они было понятно, и у меня в голове промелькнули мысли по поводу того, как мне действовать. Появилась полная уверенность в том, что если встану, то защититься мне будет намного легче и проще. Я поднялся и встал, ожидая их, мне вспомнилась фраза про полный контроль и, как следствие, победу в бою. Они приблизились и шедший посередине, не мудрствуя лукаво, замахнулся, чтобы ударить меня.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, дом Атары Кроусольв.

Пирдан, негласный глава рабов, наблюдал, как его люди будут учить уму-разуму этого дурня. Ему сегодня не повезло — он попал под руку хозяйке после того, как этот новенький не смог ее удовлетворить. Причина этого его не интересовала, но проучить того необходимо обязательно. Как это делается уже отработано годами — тут главное ничего не сломать, иначе уже тебя накажут так, что мало не покажется. И вот пятерка его подчиненных сейчас порадует его представлением. Но… Он изумленно наблюдал, как молодой парень с дебильной улыбкой на лице уходил от ударов его людей. Вернее, его люди не могли по нему попасть. Он не убегал, не уклонялся, а просто переступал из ноги на ногу, размахивая руками, как медведь. От этого его противники пришли в ярость, но все также не могли по нему попасть. Первой его мыслью было — амулет! Но быстро сообразил, что хозяйка не оставила бы такую вещь рабу, и только позже вспомнил, что тот попал под заклинание. Это заклинание так действует, значит, бесполезно его бить.

— Прекратить, — остановил он вошедших в раж своих подчиненных.

Пришлось еще приласкать тех матерными словами, чтобы до тех дошло, что от них требуется. Вкратце объяснив им свои выводы, они вместе решили, что все можно провернуть во время сна. Но проделать это надо будет дня через два-три.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, дом Атары Кроусольв.

Эта последняя мысль, что-то сделала со мной, вспомнились какие-то фразы, движения, еще что-то на грани восприятия-воспоминания. Я полностью отдался этих воспоминаниям и чувству правильности проделываемой работы. Результат не заставил себя ждать — все удары, наносимые по мне, проходили мимо, иногда в считанных миллиметрах. Затем послышался окрик уже знакомым голосом и все прекратилось. Я же стоял и смотрел своим фирменным взглядом на своих теперь уже врагов — это я осознавал достаточно точно. В следующий раз они должны попытаться напасть на меня внезапно или во сне, поэтому придется увеличить бдительность. Эти последние события что-то сдвинули во мне с мертвой точки, нечто появилось изнутри, и начало расширятся, занимая все тело. Что это такое я даже предположить не мог.

Ночь прошла спокойно, хотя я и настраивал себя на всевозможные каверзы, но враги затихли. Не успел я дойти до столовой, как меня остановил давешний парень.

— Пошли быстро со мной, — торопливо заговорил он, — молодая хозяйка хочет на тебя посмотреть.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, дом Атары Кроусольв.

Линда Кроусольв, дочь главы клана Драконовых Крыльев Атары Кроусольв и ее наследница, вбежала в конюшню и сходу крикнула конюху:

— Где он?

— Вот он здесь стоит, госпожа, — ответил пожилой конюх, и подошел к стойлу, в котором красовался конь черной масти.

— Оседлай мне его, — приказала молодая госпожа.

Он аккуратно оседлал красавца, проверил еще раз подпруги, уздцы и прочее, подвел коня к Линде и отдал поводок.

— Какой красавец, — она ласково провела того по шее рукой, на что конь фыркнул.

Пока она разглядывала свой подарок, конь вел себя смирно, лишь иногда пофыркивал, но стоило ей залезть на него, как он заржал и встал на дыбы, а девушка, не ожидавшая такого от объезженного скакуна, полетела на землю. Лишь природная грация и многочасовые тренировки уберегли ее от позорного падения — извернувшись словно кошка в воздухе, она сумела приземлиться на ноги.

— Что это с ним? — гневно спросила она конюха.

— Не знаю, госпожа, — просто ответил он, — я впервые встречаюсь с таким поведением объезженного коня. По словам госпожи, вашей матери, на нем ехали верхом, причем наездник так себе, и конь вел себя вполне смирно.

Девушка сжала в руке вящий на груди кулон и вызвала образ матери, а после ответного посыла также мысленно спросила:

— «Ма, кто ехал на моем подарке?».

— «Новый раб, он вообще не мог ходить, вот его и привязали к твоему подарку», — ответила она, потом уже сама спросила, — «Случилось что?».

— «Он не дает на себя сесть, конюх не может ничего понять», — немного обиженно ответила она матери.

— «Сейчас приду», — и связь разорвалась.

Пришла она не одна, а вместе с Феланой. Также, как и ранее Линда, осмотрели его со всех сторон, похлопали по шее, погладили — конь стоял смирно, даже не фыркал в этот раз. Поговорили с конюхом, и тот подтвердил, что пока ухаживал за ним, тот оставался таким же смирным. В этот раз в седло вскочила Атара, причем сделал это очень быстро, но скакун, казалось, только и ждал этого — раздалось его недовольное ржание, и он принялся сбрасывать нежеланного наездника со своей спины. Но и наездница была под стать скакуну — такая же упрямая и привыкшая добиваться своего. В итоге оказалась ничья — конь не успокаивался и норовил освободится от такой ноши, а Атара силилась его приручить. Остановил их противостояние конюх, сказавший, что конь уже не поддастся на приручение и необходимо позвать того, что на нем ездил. Наследница опять сжала кулон, и через полминуты в конюшню вбежал самый молодой раб.

— Приведи ко мне нового раба, — приказала Атара ему.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, поместье Атары Кроусольв, конюшня.

Хотя я очень удивил месту, куда меня привел мой спутник, но виду, разумеется, не подал — остановился и уставился полуосмысленным взглядом на компании из трех девиц и старого конюха-раба, который мне сразу понравился тем, что не имел подобострастное выражение лица, и его поза сказала, что он этого никогда и не делал. Она была уважительная для хозяев поместья и его самого, но в ней одновременно сквозило уважение и к самому себе и гордость. «Рабство не сломило его», — подумал я. — «Молодец, старик!». Самая молодая валькирия, примерно моего возраста, если и моложе, то не более года, принялась с интересом меня разглядывать.

— А он симпатичный, — вынесла она наконец свое заключение, — правда взгляд дурака, но сам ничего так.

— Вот и забирай этого дурака, — раздраженно ответила ей мать, потом уже обратилась ко мне. — Залезай на него, — но, видимо вспомнив кто я, уже руками показала, что я должен сделать.

Я сразу заподозрил некий подвох, не зря же тут собралась хозяйка дома, магиня и девушка, очень сильно похожая на владелицу поместья, но не мог угадать причину, и соответственно выработать линию поведения. Поэтому неуклюже, как и ранее, взобрался на коня. Тот покосился на меня своим лиловым глазом, фыркнул, а мне почудилась довольная его улыбка, но больше ничего не сделал. Так мы и стояли-сидели, словно памятник, пока относительную тишину не нарушил голос Феланы:

— Выйди во двор и прокатись по нему.

Вот после этих слов до меня сала доходить возможная причина этих событий, и связана она, наверняка, с этим красавцем, что катает меня. Все остальные вышли из конюшни, и некоторое время наблюдали за мной, затем Атара приказала остановиться и спешиться. Она подошла и молниеносным движением оказалась в седле. И, наконец-то, я понял причину, когда увидел, как конь норовит сбросить ее с седла. Блин, вот ведь влип!

— Возьми его под уздцы, — услышал я голос Феланы, и чуть было не выполнил ее приказ, но вовремя спохватился.

Но наездница, отчаянно пытающаяся объездить коня, услышала и, извернувшись в седле словно змея, и с фразой: «Бери» протянула поводья, которые я автоматически взял. И о, чудо — конь перестал вставать на дыбы, а застыл статуей. Глава дома спешилась и приказала мне идти в рабскую.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, поместье Атары Кроусольв, двор.

— Керлан, — Атара повернулась к конюху, — твое мнение?

Как только этот новенький раб спокойно уселся на коня, он все понял. Никакая это не дарвацкая порода, а легендарный драурров скакун. Мало кто помнит эту легенду из остальных рас, но среди коневодов его народа десяток таких наберется. По ней эту породу привели к ним из другого мира тысячелетия назад. Отличается она тем, что и кони, и лошади ее выбирают себе хозяина или хозяйку один раз в жизни и никогда не предают, и после его смерти находятся с ним рядом, пока и сами не умрут. В бою в них будто демон вселялся и победить такого воина было очень не просто, но касалось это только тех из них, которые выбрали себе хозяина. Остальные же остались обыкновенными, только выносливей и умней. «Ну, и влип же ты парень», — подумал он. — «Как только кому-то из правителей станет известно это, то тебя будут ловить всеми силами, а поймав, посадят в золотую клетку, а скакуну твоему будут подводить лошадей, пока он не выберет себе пару». Именно так и появилась дарвацкая порода. «И где госпожа его достала?», — его мысли опять вернулись к легенде, на которой сейчас по двору ездил молодой парень. — «Наверняка и сам продавец не имел ни малейшего понятия, что он продает». Лишь еще одна порода могла посоперничать с этой — арданские лошади из конюшни императора, которые по преданиям тоже пришли к нам из другого мира. Он посмотрел на парня и подумал: «Хотя его клетка не должна тяготить, он даже не поймет ничего». Но в этот момент госпожа опять вскочила на коня, а в глазах парня он успел заметить проскочивший ум. Пусть это и длилось всего мгновение, но старый Керлан многое повидал на своем веку, и обмануть его было очень сложно, но этому парнишке удалось. «А ты не так прост», — эту мысль он чуть не высказал вслух, но вовремя остановился. Он твердо решил, что никому, ничего и никогда не расскажет о своих выводах. Вот и прозвучал долгожданный вопрос.

— Я никогда не сталкивался с подобным, — развел он руками, — могу предположить только магию.

На эту его фразу магиня кивнула, обдумывая какие-то свои мысли и выводы, потом сказала как бы всем:

— Я заберу его на пару дней, необходимо проверить его более детально.

— Не забывай, — раздался деланно возмущенный голос Линды, — это теперь мой раб, — и она надула губки.

— Ну как я такое могу забыть, маленькая егоза, — улыбнулась Фелана. — Не бойся, ничего плохого с ним не произойдет.

Планета Земля, Гималаи, научно-исследовательская станция империи Аграф.

Уже который день профессор Малитиан бился над проблемой создания червоточины, но повторить эксперимент не получалось. Он понял, что упускает какую-то деталь, на первый взгляд являющуюся несущественной, но на самом деле весьма важной. То, что этот человек должен быть псионом, он был уверен, ведь все Древних ими были. Для эксперимента у них была плененная девочка-сполот, доставшаяся им случайно. На найденном ими изуродованном корабле этой расы, в криокапсуле, находилась девочка. Куда и откуда они летели, он даже предположить не мог, зная болезненное отношение всех сполотов к детям, но что случилось, то случилось. Именно для экспериментов с разработками Древних ее и держали. За продление жизни правителя страны, он получил копии бумаг, на основе которых местный гений делал свои разработки, и даже смог понять. Понял и то, почему Содружество уже который век топчется на месте в плане создания червоточин, но делиться своими выводами он не спешил, так как хотел для начала все проверить, тем более что он немного усовершенствовал оборудование. На свой страх и риск он решил задействовать оборудование для перехода в иной мир, чтобы произвести более детальный анализ и выявить недостающий элемент.

Вот и все готово для проверки: девочка-сполот находится в экспериментаторском челноке в точке тридцать пять-десять; оборудование станции «Земля» наведено туда же и начинает увеличивать мощность; он на своей яхте, напоминающей скорее исследовательский корабль, в отдалении фиксирует все происходящее. Периодически она давал указания своим ассистентам, отрывался от своей нейросети, куда поступали все данные, и на экране рассматривал происходящее. Вдруг он увидел, как от его корабля в сторону экспериментаторского челнока полетел заряд плазмы, и поразился этому, ведь никаких приказов он не давал.

— Профессор, — прозвучал голос одного из ассистентов, — вы вторглись в запрещенную область, — и выстрелил тому в голову.

Но выстреливший «аграф» не знал, что профессор не был таким уж наивным, как казался, и давно перепрограммировал искин своего корабля. Вот только то ли хакер оказался недостаточно квалифицирован, то ли он так и хотел изначально, но обойти его хакерские закладки в плане управления кораблем оказалось не сложно, что и проделал ассистент. Но главная закладка оказалась жива, и после смерти профессора сработала. Взрыв яхты разнес ее на куски, автоматически отключилось оборудования станции «Земля», поэтому никто не видел, как в точке тридцать пять-десять начала образовываться чернота, куда вскоре затянуло экспериментаторский корабль.

Глава 4

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, поместье Атары Кроусольв.

Магиня привела меня снова в свой рабочий кабинет. В этот раз она не спешила одевать мне разные штуки, а начала перетирать и смешивать различные травы и не только. Я стоял, пока она занималась своими делами, но мне это очень быстро надоело, и я уселся прямо на пол. Магиня лишь мазнула взглядом по мне, хмыкнула и продолжила свое дело. Только смешение ингредиентов заняло у нее около двух часов, затем она стала варить полученную массу на медленном огне, добавив в воду что-то из меленького флакона. Мне все меньше и меньше нравились ее действия, я уже начал подумывать о побеге сейчас, но, прикинув разные варианты, отказался ввиду отсутствия успеха. Спустя полтора часа она вылила часть полученного зелья в мерный стакан, и то, как тщательно она это проделала, говорило об опасности, но я твердо решил играть свою роль дурачка до конца. Поставив небольшой горшочек обратно на огонь, она сделала пас рукой над стаканом и требовательно протянула мне, показывая, что это необходимо выпить.

Горькое, ужасно горькое оно было на вкус, и попытался его выплюнуть, но строгий крик магини вызвал у меня мысль, что дурачок, может быть, должен испугаться и выпить. Поэтому сделав чуть испуганное выражение лица, я судорожно допил остатки и уже после этого скривился. Она же вернулась к варке, что-то добавив в горшочек. Прислушался к себе — никакого эффекта не было, она тоже на меня не обращала внимания, вот я и решил, что так и должно быть. Второй этап варки длился еще час. За это время она три раза добавляла что-то в него, и даже достала древний свиток и сверилась с ним. То, что ему очень много лет было понятно сразу, ведь только время может превратить его в нечто желтое и в некоторых местах разорванное. Вот после этого я очень пожалел, что не попытался сбежать по дороге, и поэтому приходится выступать в качестве подопытного кролика. Я уже было решил попытаться сбежать сейчас, а там будь, что будет, как по комнате начал распространяться чуть горьковатый запах, заставивший меня остаться и с нетерпением ждать следующей порции зелья. Меня потянуло к месту варки, но я заставил себя остаться сидеть на месте. Заметил, как магиня периодически бросала на меня взгляд. Понятно — проверяет поддался ли я желанию или нет, но я же толстокожий дурачок, поэтому и сижу, как истукан. Опять очень тщательно вымеряет дозу и протягивает стакан, чтобы я выпил. Инстинктивно отодвинулся и скривился, даже играть не было необходимости. Снова грозный, гневный крик и я пью вторую порцию.

Эта порция мне даже очень понравилась — кисло сладкий вкус, вот ее я выпил с большим удовольствием. Хоть горечь ушла изо рта, а кисло-сладкое послевкусие обосновалось там. А магиня принялась варить его дальше, и я с ужасом наблюдал, что теперь она каждое свое действие сверяет со свитком. У меня сложилось четкое впечатление, что первую часть она варила часто, вторую значительно реже, а третью вообще никогда. Хотел рвануть отсюда, куда глаза глядят, но не смог — какая-то неведомая сила держала меня здесь. Более того, я почувствовал непреодолимое желание быстрее выпить третью, последнюю, порцию. Отчего-то я определенно знал, что третья доза является последней. Эта последняя порция варилась дольше всех, и уже устал ждать, поэтому плюнул на все и завалился спать прямо на полу.

Проснулся я от пинка ногой. Правда, надо сказать, что магиня не сильно меня пнула. На этот раз она сначала одела уже знакомый обруч мне на голову и только потом протянула новую порцию зелья. Стараясь мимикой не выдать свои чувства, выпил и это. На вкус — слегка солоноватая, но в целом пить можно. Минуту ничего не происходило, и я понадеялся, что миновала меня чаша испытания, как сильнейший удар согнул меня пополам. Затем какая-то сила стала меня выворачивать или ломать, или что там делать. От злости сжав зубы, пытался не закричать, и у меня получилось — из моего рта раздалось только мычание. Из глаз брызнули слезы, в мозгу билась только она мысль: «Ох, как больно!». Чуть отпустило, и я свою ненависть постарался скрыть. Проскочила мысль, что удар нанесла не магиня, а это работа зелья, как и последующая экзекуция. Сколько продолжалось издевательство надо мной, я не знал, но вскоре пучина тьмы поглотила меня. Последнее что успел сделать перед потерей сознания, это нацепить маску дурачка.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, поместье Атары Кроусольв, дом.

— Ну, и что ты с ним сделала? — глядя на пускающего слюни раба, спросила хозяйка дома свою сестру. — Он хоть выживет? А то ведь мою дочь ты знаешь, — и она усмехнулась.

— Помнишь свиток, что нашли в Туманных землях?

— Который основан на магии драконов? — уточнила Атара.

— Да, — Фелана с усмешкой посмотрела на парня, — он состоит из трех частей. Первая часть — это зелье, восстанавливающее здоровье, вторая часть — магию, третья — устраняет изменения организма, полученные вследствие применения магии.

— Так что ж ты не применила ее к Зельде? — Атара устремила гневный взгляд на свою сестру. — Моя лучшая телохранительница осталась бы жива!

— Ничего я не смогла бы сделать, — спокойно ответила магиня, — во-первых, зелье варится более четырех часов, во-вторых, необходимо применять строго дозированные порции, в-третьих, там есть важное примечание, которое не сохранилось. Что-то там связанное с разницей в уровне заклинаний. Не буду же я проводить опыты над нашими людьми, а тут подходящий случай. Да и для этого зелья требуется кровь дракона, а тогда у меня ее не было.

— Каков результат? — полностью успокоившись, спросила она.

— Без понятия, но скорее всего, никакой, — Фелана пожала плечами, — я же ему одела Обруч Ховарда, поэтому скрыть что-то от меня он не мог, а там одна боль, да и вместо крика, одно мычание было.

— А зачем вообще решила поэкспериментировать?

— Да странный он какой-то, — магиня опять посмотрела на раба, — нашли посреди незаселенных земель, выходец из местных баронств, но с манерами высшей знати империи, непонятное поведение коня. Я чувствую в нем какую-то, даже не знаю, как и сказать, неправильность что ли. Поэтому и решила испробовать это зелье на нем. Как очнется, я его еще день подержу у себя, потом племянница может забрать свою игрушку.

Мир Оравия, королевство Зария, столица, город Зар.

В подвале дома известного купца Ругнай появилось багрово-красное свечение, постепенно превратившееся в арку, откуда вышла девушка. Как только она оказалась полностью в подвале, свечение исчезло, и уже ничего не напоминало об этом действии. Встряхнув гривой соломенных вьющихся волос, она напрягла свои чувства, но совершенно не почувствовала остаточной магии. «Интересно», — подумала она, — «как маме удалось создать врата, полностью скрыв магию?». Поправив за спиной небольшой рюкзачок, она двинулась к выходу, где чуть было не столкнулась с хозяином дома. Тот опешил и даже замер, изумленно глядя на незнакомую девушку.

— Здравствуйте, — поздоровалась Лина с этим человеком, чем вывела того из ступора.

— Здравствуй, красавица, — купец быстро взял себя в руки, — что ты тут делаешь? И самое главное, как ты сюда попала?

— Я от Флави, — очаровательно улыбнулась девушка, и протянула человеку колечко.

Он взял его, достал из потайного кармана похожее, только больше размером, и вложил одно в другое. Миг, и они вспыхнули синим пламенем и осыпались пеплом.

— Проходи, — и он сделал приглашающий жест, развернулся и стан подниматься вверх по лестнице. — Как тебя зовут?

— Лина.

— Пойдем, Лина, сразу ко мне в кабинет, там и обсудим твою проблему. Ты ведь не отдыхать сюда пришла?

— Ну почему же, — возразила девушка, — и отдыхать тоже.

Кабинет Лине понравился — строгий деловой стиль, ничего лишнего: стол, четыре кресла, шкаф. Они удобно расположились в креслах, хозяин радушно предложил напитки, и девушка выбрала себе сок. После церемониальных первых глотков, Марк Ругнай спросил:

— Чем могу помочь?

Девушка достала из рюкзачка два небольших холста и протянула ему.

— Вот, надо найти этого человека, — указала она на портрет, — последний раз его видели в этой местности, — перевела свою руку на второе изображение.

— Хм, — хмыкнул хозяин, — парень абсолютно мне не знаком, — он отложил портрет. — По поводу местности, очень похоже на предгорье Драконовых гор, вот только не могу определить, где именно. Это может быть и наша страна, и империя. Может быть, еще какие-то есть зацепки?

Лина задумалась, вспоминая мамин рассказ, но вспомнить что-то подходящее так и не смогла, ведь детали вызова по завершенным сделкам ни один демон не в состоянии рассказать кому-либо. Она еще раз обдумала и хотел уже дать отрицательный ответ, как ее посетила одна мысль.

— Если где-то произошли какие-то странности с парнем такого возраста, то есть шанс, что это он.

— Какого рода странности?

— Потерял память, разучился ходить, перестал понимать людей.

Теперь уже задумался купец. Обладая о природы отличной памятью, он хранил у себя в голове очень много данных, прекрасно зная, что даже самая, казалось бы, нелепая информация может привнести хороший доход. Он перебрал всю, что произошло за последний месяц, но ничего подходящего не нашел. Разве что один случай с натяжкой можно подогнать под это.

— Кроме как пропажи сына одного барона, ничего подходящего не случалось. Но это, что касается нашей страны, но если это, — он показал на пейзаж, — относится к империи, то еще не скоро мы узнаем, да и вряд ли информация подобного толка к нам придет.

— Что за барон? Как все произошло?

— Да никаких подробностей не знаю, — он развел руками, — только вчера слышал об этом в Гильдии. Хотя послушай, — оживился он, — а ведь его земли находятся как раз в предгорье Драконовых гор.

— Вы можете туда поехать по торговым делам? — нетерпеливо спросила Лина, которой уже надоело сидеть и разговаривать, и хотелось действовать.

— Поехать-то можно, но вызовем подозрения, поскольку баронство бедное и торговать им нечем. Из-за той же бедности и местные не могут позволить себе совершать покупки. Показать, что мы та проездом тоже не получиться, так как за баронством находятся земли ракшасов, — затем добавил, — демонов.

— Демонов? — переспросила девушка.

— Или полудемонов. Я не знаю, как их правильно называть, они потомки тех, кто пытался захватить наш мир. Но люди перекрыли дорогу им домой, часть уничтожили, но часть осталась и организовала что-то наподобие государства. Торговлю с ними почти никто не ведет.

— Как же быть?

— Если его похитили, то вполне возможно повезут в Дреннон, чтобы продать валькириям, поэтому предлагаю сразу направиться туда, и уже на месте думать о дальнейших действиях. Вот только, — и он замолчал, оглядев девушку, — вот только ты очень красива для путешествий, много кто захочет с тобой познакомиться поближе.

— Кто? Разбойники? Бандиты? Насильники? — усмехнулась девушка.

— Эти-то не так страшны, — он покачал головой, — хуже всех аристократы. В нашей стране король нашел на них управу, а вот в империи они творят, что хотят. А в тех местах тракт проходит очень близко от границы с ней. Могут похитить и переправить в империю. Скажу сразу, что в свите каждого аристократа есть свой маг, а охранники имеют амулеты против магии. И еще, король приказал привлекать магов к службе на благо страны в обязательном порядке, начиная с шестнадцати лет. Кто моложе, того отправляют учиться в школу волшебства.

— Ничего, обрежу волосы, оденусь попроще, а магический потенциал я умею скрывать. Так что пора собираться.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, поместье Атары Кроусольв, дом.

Я выплывал из какого-то непонятного состояния — что-то липкое, тягучее отпускало меня. Совершенно не понимал и не помнил ни где я, ни что со мной. Но как только я выбрался из этого состояния, так мгновенно всплыли все воспоминания. Я тут же нацепил на лицо привычную маску, но если кто смотрел на меня, то теперь не отвертеться. Прислушался — тишина, только на слышны глухие звуки с улицы. И тут на меня накатили новые воспоминания, как мои, так и местного парня. Более того, я совершенно точно знал, какие из них к кому относятся. Получается, что толк от зелья магини, нет, не магини — ведьмы, ибо магиня более благородное название для обладателей силы. И что же я помню? Ага, я прибыл из технического мира, где учился в техническом ВУЗе. Да, я же классно сдал три кита и даже помню абсолютно все формулы, конструкции и вообще все, что с этим связано! Я улыбнулся про себя. А какое название института? Или это был университет? Блин, а названия то я и не помню. Что еще? Ага, спасибо дяде, что из-под палки заставлял меня учиться самообороне и контролю за собой. А вот зачем мне это было надо — не помню. Еще помню русский язык. Хм, и вроде как получается, что все. Теперь местный парнишка. Ого, я сын барона, которого с детства отец обучал владению мечом, а в последний год управлению баронством. Но уроки управления я терпеть не мог, даже когда обучала мама. И тут я завис: родителей этого мира помню, а моего родного, увы, нет, также как не помню своего лица ни того, ни другого. Но это, потому как скрываться от них надо обязательно, иначе они быстро поймут, что я не их сын, и что решат по этому поводу, боюсь даже представить. А так, главное первым их увидеть. И еще я помню все, что касается боя на мечах, правда не знаю свой уровень, но помню, что у отца я не смог выиграть ни разу. А какое у меня имя? И опять провал, что-то вертится в памяти, но поймать это я и не могу, надеюсь, что со временем вспомниться. А сейчас техника воинов по перекачиванию внутренней энергии по организму. Это никакая не магия, а внутренняя сила, или по-другому дух воина. Правда, смутно помнится, что что-то там с этой техникой не то: то ли нельзя обучать ей кого попало, то ли тайная она, то ли еще что. В общем, стараться не светить своим таким умением.

Энергия пошла по всему телу, заполняя самые отдаленные части: пальцы ног и рук. И тут я выпал из этого состояния — я чувствовал все свои части! Все! Получается, что зелье восстановило не только память, а и окончательно срастило меня с этим телом. Но если меня спросить соглашусь ли на подобное, то пошлю такого доброжелателя подальше. Лучше три месяца тихим сапом, чем терпеть такую боль. Представил эту ведьму и ненависть захлестнула меня, что еле сумел успокоиться, а то так и хотелось что-то разнести и сломать.

Решил определить с местом, где я нахожусь, приоткрыл глаза — потолок не моего рабского барака, скосил глаза. Какая-то небольшая комнатушка, но с окном. Скорее всего, это помещение, где ведьма держит подопытных людей. Послышались приближающиеся шаги, и я быстренько закрыл глаза и успокоил дыхание до уровня сна. Благодаря технике воина, последнее удалось легко, хотя я откуда-то знал, что на самом деле это не так и просто сделать. Кто-то вошел в комнату и я услышал знакомый голос.

— Вставай, — и ощутимый толчок в плечо, даже можно сказать, удар.

— Пошли, — ведьма развернулась и вышла.

Я последовал за ней и очутился в ее рабочем кабинете. Ага, я опять прав — та каморка для подопытных. Она внимательно разглядывала меня, но я уже полностью контролировал себя.

— Сейчас я опять обследую тебя, — глядя на меня, сказала она.

С огромным трудом мне удалось сдержаться, хотя по ее взгляду я понял, что не совсем — видать, некоторая часть ненависти к ней у меня промелькнула на лице. И ее последующие слова подтвердили это.

— Ну-ка, ну-ка, — и она направилась ко мне.

Но в это мгновение дверь распахнулась и в комнату влетела давешняя знакомая девушка, дочь владелицы этого дома.

— Теть, Фелана, — с порога выкрикнула она, — вы чуть не убили моего раба! Я с ним еще не наигралась!

— Подожди егоза, — улыбнулась та, — сейчас последнее обследование и все.

— Вот уж нет, — категорично ответила молодая хозяйка, — не дам. Я сейчас вообще хочу на своем подарке покататься, а он опять меня сбрасывает с себя.

Ведьма только задумчиво покачала головой, пристально глядя на меня, но ничего так и не сказала. Мне сейчас было без разницы — вглядывайся сколько хочешь, я уже опять взял себя под полный контроль.

— Иди за мной, — приказала моя новая маленькая хозяйка.

Ну-ну, посмотрим, что там будет дальше. Сейчас главное не проколоться, и надо обдумывать план побега. Но это буду делать ночью, когда никто мешать не будет. Подошел к конюшне, где возле нее уже стоял красавец Агат. Тот просто скосил на меня свой лиловый глаз, и фыркнул, когда девушка взяла за повод.

— Бери и катай меня, — немного капризно приказала она, — пусть привыкает ко мне.

О, нет! Только не капризы, ведь их я не выдержу и прибью ее, а потом и меня убьют, или убегу неподготовленным, что означает практически стопроцентную смерть. Но я послушно взял кона под уздцы и пошел по двору, не забывая про то, что я не должен выдать своего настоящего состояния. Ходить так, как будто ноги не мои я хорошо научился, но наезднице этого показалось мало, и я услышал ее голос:

— Быстрее!

Я чуть ускорился, но следующая ее фраза: «Еще быстрее», заставила меня полностью отдаться контролю за ногами, так как имитировать несуразный бег оказалось значительно сложнее.

— Еще быстрее, — кричала она, — еще.

И около меня раздался щелчок плетки. «Ах, ты, зараза», — подумал я, — «Ну сейчас я тебе устрою». На третьем шаге я сымитировал, как будто у меня подвернулась нога, и, выпустив поводок, упал на землю. Конь не подвел — резко встал на дыбы, пытаясь сбросить ездока, но девушке удалось удержаться. Пару раз она еще удерживалась, но на третий полетела на землю, а конь тут же успокоился. Я за это время успел сесть и растирал свою «подвернутую» ногу.

— Ты что творишь, раб, — раздался сзади меня раздраженный и злой голос, а у меня в голове промелькнула мысль, что сейчас должны ударить в спину.

И точно, правое плечо обожгло огнем, на что в ответ я замычал, а в голове проскочила мысль: «Ну, маленькая стерва, я тебе отомщу». Но она смогла меня удивить — второго удара не последовала, так как девушка быстро взяла себя в руки, что подтвердил ее спокойный голос:

— Вставай, и бери коня под уздцы.

Вот до ужина я ее и катал. Сегодня больше она не пыталась пробовать поездить сама, также как не заставляла меня бегать, тем более, что я специально немного хромал. Правда в самом начале, а то еще вызовет свою тетю, а та и установит, что я симулянт, и пиши — пропало.

Во время ужина я начал обдумывать план побега, и чем быстрее я его совершу, тем меньше вероятность, что меня раскроют. Понятное дело, что без подготовки и нечего думать бежать, а для этого необходимо обязательно найти оружие, как минимум нож и лук. Из лука я стрелять умею, благо отец научил, правда на уровне могу подстрелить дичь, ни о каких попаданий и сочленения доспехов или прорези для глаз в шлеме не может быть и речи. Я и так, и сяк прикидывал, но получить нож, а точнее украсть, можно либо на кухне, либо в кузнице. Но в отношении кухни вопрос еще до конца не ясен — а вдруг там сигналка стоит или сигнализация? Я про себя улыбнулся два слова, но обозначают одну вещь, только сигналка из этого мира, а сигнализация из моего родного. Для себя я решил сигналкой называть магическую вещь, а сигнализацией техническую или механическую. Так вот, опасаюсь, что ночью там стоит сигналка. В коридорах ставить ее не имеет смысла, иначе постоянно будет срабатывать, а вот на запирающиеся на ночь помещения самое то — будь моя воля, я бы ставил. Был еще минус — повариха или ее помощники наверняка хватятся пропажи. А вот если возьму из кузни, то, скорее всего, подумают что затерялся или выкинули. После ужина меня отправили помогать конюху ухаживать за лошадьми.

Старый Керлан, хитро прищурившись и всучив мне ведро со щеткой, отправил меня ухаживать за Агатом. Я, играя свою роль, пялился на ведро в своей руке, ничего не делая. Конюх, улыбнувшись, покачал головой и махнул, мол иди за мной.

— Смори, что делаю я, потом идешь и делаешь также с подарком молодой госпожи.

Он показывал и пояснял свои действия, но я и так помнил, что надо делать, поскольку мой «предшественник» обожал верховую езду. Я хотел продолжить строить из себя дурачка, когда меня посетила мысль, что я могу набрать конских волос для тетивы. Если не найду лук, то найду подходящую палку и сделаю хоть какой. Поэтому после показательных выступлений старика я пошел ухаживать за «подарком молодой госпожи», как он выразился. Конь встретил меня пофыркиванием и я пожалел, что у меня нет ничего такого, чем бы я мог его угостить. Тихонько извини ему прямо в ухо, я принялся за ним ухаживать, и чуть было не прокололся — мне так понравилось это делать, что я совсем не следил за своей игрой, и только услышав шаги, сообразил что да как. Керлан посмотрел на меня, на коня довольно покивал своим мыслям и вернулся к своим делам. Мне удалось собрать пару десятков волос с гривы и хвоста коня. За время до сна мне удалось обработать за еще одним скакуном, на этот раз была серая лошадка.

Спать мне не хотелось, в крови бурлил адреналин в предчувствии великих дел, поэтому я опять занялся дальнейшим обдумыванием плана побега. И только сейчас вспомнил такой важной детали, как метка раба. В общем, как отличить раба от свободного человека. Даже, если здесь все мужчины рабы, то все равно надо знать, кто и кому принадлежит, ведь раб может украсть что-то, а претензия, наверняка, выставляется хозяину или в данном случае хозяйке. Или сбежит, то надо знать, кому возвращать. Начал вспоминать, что одинаковое у всех рабов, и кроме как полоски кожи на шее, ничего не надумал. Я бы и раньше обратил на это внимание, но у некоторых парней на него было прицеплено что-то вроде кулона, вот я подумал, что это такая мода. Еще могла быть некая невидимая магическая метка, но мне кажется, что это вряд ли, ведь видеть ее могу только маги. Хотя на особо дорогих рабов наверняка стоит такое клеймо. Интересно, почему у меня ничего нет? Неужели от того, что я прикидываюсь дурачком, и никто не ждет от меня никаких неожиданностей? Получается, что я выбрал правильную тактику. Завтра надо будет умудриться осмотреть кузницу.

Но моим желаниям не суждено было сбыться — моя хозяйка решила с утра занять меня делом — принеси-подай. Я так понял, ей доставляло истинное удовольствие приказывать и наблюдать, как рабы выполняют ее приказания. Два дня я был у нее на побегушках, но изредка мне удавалось ее приземлять, поскольку на более сложный приказ, чем принеси, я недоуменно пялился на нее. Почти всегда это заканчивалось тем, что она выходила из себя и даже рукоприкладствовала, но, как обычно, быстро остывала. А вот в конце третьего она приказала мне раздеться.

— Хорош, — высказала она свое мнение, обходя меня, — и здесь то, что надо, — она опустила взгляд, тем самым показывая это самое «здесь».

Потом сама разделась, легла на кровать, раздвинув ноги, и выдала то, что немногим ранее ее мать:

— Удовлетворяй меня!

«Блин, еще одна», — с ненавистью и злостью подумал я, продолжая тупым взглядом пялится на нее, точнее на ее лицо. И совсем не удивился, что и она, схватив меня за волосы, направила мою голову вниз. Правда, надо сказать, что сделала это плавно и я боли не почувствовал, но желание их обрезать на хрен выросло до небывалых высот. Но, как и в предыдущий раз, я никак не прореагировал на это.

— Надо же, — негромко сказала она, — действительно в этом плане от него нет никакого толку, хотя сам вон какой красавец. Мама полностью права.

И отправила меня спать. По дороге мне навстречу попался один раб, от одного вида которого меня воротило, и понял, куда и для каких дел он идет. Мысленно сплюнув ему вслед, я проследовал дальше. Лег и уже почти уснул, как сообразил, что чувство то, что удирать надо как можно быстрее довольно сильно возросло. Самое плохое, что я совсем не мог понять причину этого, ведь полагал, что три-четыре дня ничего не решат. Правда одна причина все же была — я был без рабского ошейника и частенько ловил на себе взгляд ведьмы. Может быть, она думает нацепить его мне?

Сегодня у меня праздник. Когда я в очередной раз «выгуливал» наследницу на коне, пришедшие к конюшне хозяйка поместья и ведьма приказали седлать им лошадей, так как едут в какой-то город Дреннон. Еде сумел скрыть вздох облегчения, и то только из-за того, что ведьма за мной наблюдала. Вместе с ними уехало еще двадцать валькирий. Но на этом радость для меня не закончилась — мы направились в кузницу.

Местным кузнецом тоже была женщины, если эту груду мышц можно ею назвать. Но первые ее слова заставили меня содрогнуться от ужаса.

— Какой красавчик той новый раб, — они оценивающе осмотрела меня, — дашь попользоваться?

Я сразу сообразил, что значит попользоваться в ее понимании, от этого и пришел в ужас. Но молодая госпожа впервые сделал доброе дело для меня, сказав, что от меня в этом деле нет никакого толку. «Блин, да они все помешаны на сексе», — немного возмущенно подумал я, — «нет, чтобы сделать нормальные законы и настоящие мужики сами к вам придут. Они будут на стенку лезть, но в своем не отступят». После этих мыслей я начал незаметно осматривать помещение кузницы. Что можно сказать, мечей здесь нет и в помине, в основном хлам, хлам, лом.

— Сделала? — между тем спросила Линда.

— Ага, вот смотри.

И она протянула ей кинжал сантиметров сорока в длину, из которых все тридцать занимало лезвие. Девушка с горящими глазами схватила его и совершила несколько движений, а я понял, что учили ее на славу. Но я не стал досматривать, что она еще там хотела показать, а вернулся к осмотру. И буквально сразу чуть не вскрикнул от радости — на полке я заметил выступающий край лука. То, что это он, я не сомневался, главное, чтобы он был цел, хотя с другой стороны, ломаный бы точно не стали туда класть. Правда я не совсем понимал что он вообще тут делает.

— Помоги Ираме перенести это железо, — услышал я приказ.

Я посмотрел, куда она показывает. Ага, именно этот хлам и надо куда-то перенести. Делать нечего и я приступил к работе. Кузнец в это время подошла к полке, сняла что-то прямоугольное, подошла к печи и стала ее разжигать, а я внимательно смотрел за ее действиями. Покрутила колесико, получилась искра, которая зажгла фитиль, и уже с помощью полученного огня она растопила свою печь. Обыкновенная зажигалка, но такая необходимая для меня вещь, ведь я голову сломал, не зная как добывать огонь.

— А почему не пользуешься подарком моей тети? — раздался голос девушки.

— Да я забыла его у себя, а это постоянно находится здесь как раз для таких целей, — и она поставила предмет обратно на полку, а я для себя отметив место, вернулся к своей работе.

На третьей ходке, собирая железки с самого пола, я приметил блеснувшее лезвие. Моей радости не было предела. Следующей ходкой я поднял его, и мне удалось его спрятать в щель. Успел заметить, что рукоятки на нем нет. Да, денек сегодня меня не перестает радовать, ведь на одной из полок я заметил полоски кожи. Веревку вряд ли я найду, но, связав эти полоски между собой, я могу получить нечто подобное. Краем глаза посмотрел за девушкой и женщиной — Ирама показывала какой-то хитрый прием, применяемый именно клинком такой длины, а у меня даже дернулись руки в отражении атаки, когда представил, что меня им атакуют. Я понял, что для моего здешнего отца этот прием не является тайной. Они дождались пока я полностью перенес все, и мы опять направились в конюшню. Я подозреваю, что этой Линде очень понравился конь и она во чтобы-то ни стало хочет приручить его. Но тут даже я понимал, что это вряд ли удастся, хотя был без понятия, почему этот красавец слушается только меня. Меня же занимала только одна мысль — бежать сегодня или через день-два, чтобы за это время попытаться найти хоть какие-то продукты. С емкостью для воды никаких проблем не было — в конюшне я приметил парочку старых бурдюков, которыми валькирии пользовались во время похода. К концу конной прогулки я решил, что бежать буду сегодня ночью.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, дорога к городу Дреннон.

Отряд из двадцати пяти всадниц легкой рысью направлялся в сторону торгового города Дреннон. Места здесь полностью безопасные, поэтому они ничего не опасались, а ехали, наслаждаясь самой ездой. Чуть впереди основной группы ехало командование в количестве двух воительниц, которые вели неспешную беседу.

— Фелана, что не так с этим рабом-дурачком, что ты в последнее время внимательно за ним наблюдала? — вдруг задала Атара вопрос своей сестре.

— Заметила? — магиня усмехнулась. — Да, понимаешь, после того, как я напоила его эликсиром и он очнулся, мне на краткий миг показалось, что у него на лице проскочили другие эмоции. Я даже хотела опять его проверить, но твоя дочь у меня забрала своего раба, вот и пришлось наблюдать постоянно за ним.

— И как?

— Да никак, я даже ночью к нему подходила, пока он спал, но у него все такое же глупое выражение, — затем резко махнула рукой и с какой-то злостью сказала, — но я чувствую, что с ним что-то не так. Да еще егоза твоя не захотела ему одевать ошейник раба, мол, и так никуда не денется.

— Это все стервы из Драконовых когтей виноваты, — с ненавистью процедила Атара, — они пудрят всем нам, а особенно молодежи, мозги, что надо прекратить держать мужчин в качестве рабов. Вот Линда и наслушалась их бредни, когда выезжали на приемы. Ты лучше скажи, что там происходит в империи, что они набирают воинов?

Фелана, кроме того, что была магиней, возглавляла службу разведки клана. Обладая природным узконаправленным даром в менталистике, она могла мысленно общаться на гораздо большие расстояния, чем основная масса магов. Будучи по силе и умениям между мастером и магистром, она в плане мысленного общения на расстоянии не уступала архимагу. Но эта ее особенность имела и негативный эффект — воздействовать на людей она практически не могла. Но для ее этой профессии умение общаться перекрывало все негативные эффекты.

— Нежить в Туманных землях оживилась, и пробует границы империи на зуб. Самое интересное, что на наших границах все тихо и спокойно. Как только получили такие сведения, то увеличили количество разъездов, разведчики чаще стали заходить вглубь земель, но никакого оживления не замечено, хотя все может произойти буквально за пару дней. Не изменишь своего мнения — весь десяток отдашь?

— Да, зачем мне те, кто может в любой момент ударить в спину, — а чуть погодя с небольшим сожалением добавила. — Но воины они, надо признать, очень сильные.

— Покупать что-нибудь будешь?

— Не знаю, пройдусь по рынку, а там видно будет.

И сестры молча дальше продолжили путь, думая каждая о своем.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, поместье Атары Кроусольв, дом.

Наконец-то все угомонились и начали ложиться спать. Мне же бурлящая в жилах кровь не давала не то, что уснуть, даже помечтать об этом не мог. Эмоциональный подъем от ожидания побега длился вот уже более часа, успокоить которого я так и не мог. Пришлось прибегнуть к технике контроля, и результат не заставил себя ждать — я полностью успокоился. Только я хотел уснуть, как вошедший молодой раб сказал, что меня ждет молодая госпожа. Ругаясь про себя всеми нехорошими словами из двух миров, я направился к ней в спальню. «Опять что ли приспичило?» — раздраженно подумал я. Войдя к ней в спальню, я понял — да, приспичило. Блин, надо же было оказаться во вкусе этой малявки. Линда полностью обнаженная стояла перед зеркалом и осматривала себя с разных сторон.

— Неужели я тебе не нравлюсь? — задала она вопрос, как только я закрыл за собой дверь.

Я по обыкновению ничего не ответил, а только таращился на ее лицо, стараясь не смотреть ниже, так как после полного слияния с этим телом, я начал реагировать на женщин. Она подошла ко мне, взяла мою руку и провела по своей груди. Ожидая чего-то похожего я успел взять себя под контроль, поэтому ее вторая рука, опустившаяся мне между ног, никакой реакции на себя не обнаружила. Сильное разочарование отразилось на ее лице, и я уже понадеялся, что меня выгонят, пусть даже по привычке потаскает за волосы, но нет. Она подошла к кровати легла и, закрыв глаза, провела моей рукой по своему животу.

— Делай вот так, гладь меня, — нежным голосом приказала она.

Я начал делать та, как она, но в голове мысли поскакали вскачь. Если она не удовлетвориться, то может рабам устроить внеочередное ночное дежурство по уборке чего-нибудь. Из подслушанных разговоров я знал, что такое было уже не раз. А мое внутренне чувство уже начинало вопить, что бежать надо сегодня. И тут меня посетила шальная мысль — надо ее довести до такого состояния, чтобы она потеряла сознание от удовольствия, тогда до ура точно не встанет, а может быть и дольше будет спать. Да и про меня могут подумать, что остался ночевать у нее, а для меня в этом случае лишние пару часов форы могу стоить свободы. И мои руки принялись уже целенаправленно гладить ее.

Нежно погладил по груди, лишь мимолетно коснувшись соска, опустился ниже. Линда в ответ на это задышала чаще и чуть выгнула спину. Мои пальцы находили чувствительные зоны на ее теле и уже воздействовали на них, впрочем не задерживаясь сильно. Такие мои умения поразили самого меня, но я не знал чьи они — получается, что все же не всю память восстановило зелье ведьмы. Руки, между тем, гладили уже ее всю: от шеи и до низа живота, и даже еще ниже. Но до заветного места еще не дошли. Девушка уже ни на что не обращала внимания, реагируя только на мои ласки, и пыталась извернуться так, чтобы моя рука соскочила ей между ножек, когда она проходила по бедру. Спустя некоторое время я понял, что она полностью в моей власти и не реагирует больше ни на что. Доказательством этого был сильный крик во дворе, на который от нее ноль внимания. Она стонала и извивалась в моих руках, стараясь поймать мою руку, но я уводил ее и от ее рук, и от ее… Но сейчас понял — пора, и моя рука опустилась ей между ног, легонько сжав там все. Очень громкий крик раздался в комнате, а Линда забилась в оргазме. Я продолжал воздействовать руками на ее зоны, а она все кричала и получала удовольствие. И в этот момент я не смог удержать себя в руках — вид девушки, получающий массу удовольствия, снес мой контроль и я, как зверь, накинулся на нее. Следующие пятнадцать или двадцать минут мой зверь делал с ней все, что хотел, а в самом конце, на пике наслаждения, девушка потеряла сознание. Все, как я и планировал. «С вами только так и надо действовать», — подумал я, оставив девушку лежать на кровати, и одеваясь. Эта последняя мысль принесла мне какое-то моральное удовлетворение, причину которого я понять не мог, а затем и бросил выяснять. «Раз нравиться, то у буду так действовать», — решил я.

Тихонько войдя в рабскую, я прислушивался к дыханию рабов, отмечая про себя, кто еще не спит. Все уже успокоились, и по комнате раздавалось равномерное спокойное дыхание, сопение и негромкий храп. Подошел к своей кровати, сложил свое одеяло-покрывало, забрал аналогичное с кровати рядом, хорошо, что моего соседа кто-то забрал к себе, и тихо, словно тень, направился к выходу. Наука отца и здесь не подкачала — ничто не могло дать понять, что по дому кто-то движется. Коридор пройден, дверь на улицу, которая чуть поскрипывает, если ее открывать медленно. Прислушался к тому, что делается за ней, даже приложил ухо — вроде тихо. Очень не хотелось бы при резком открытии двери нарваться на кого-то или кому-то засадить в лоб. Рывок — по-прежнему тишина, вышел, опять рывок, и еле успел удержать, чтобы она не ударилась о дверную коробку. Теперь на очереди кузница. Двор немного освещается факелами, хотя в доме магические светильники, поэтому дойти до кузницы оказалось несложно. А вот там меня ждал облом — дверь на ночь все-таки закрывалась. Пришлось применять другой план.

Положил в тени свой небольшой скарб, и подошел к углу, по которому можно забраться метра на три, а там есть небольшое вентиляционное окно, куда я могу легко пролезть. Вот только беда в том, что именно этот угол освещается довольно хорошо. Лег на землю, выглянул из-за угла и начал внимательно осматривать двор. Тишина. Быстро забрался наверх и только хотел перепрыгнуть к окну, как раздались тихие шаги, а через секунду незнакомый женский голос нарушил тишину.

— И что?

— Что, что, — ответил ей другой, смутно знакомый, и тоже женский голос, — молодая хозяйка кричала минут двадцать. Я испугалась и позвала Ирму, как она сказала, что это сильнейший оргазм, о котором она раньше никогда не слышала. От молодой хозяйки расходились волны страсти, и Ирма поспешила скорее убежать, а я потом слышала, что она срочно к себе вызвала раба. Меня то спас амулет, который носим на дежурстве, а то последовала бы ее примеру.

И девушки рассмеялись, а потом остановились прямо подо мной. Блин, у меня пальцы рук стали затекать, а они тут лясы точат.

— Неужели это сделал этот полоумный? — спросила первая девушка.

— Не знаю, но больше никто к ней не заходил. Но так довести молодую госпожу это надо суметь, ведь со слов той же Ирмы она свою страсть усилила еще и магией.

«Блин, как они еще не свихнулись на почве секса и не перегрызли друг дружке горло», — подумал я и тут же новая мысль. — «А дочка то оказывается тоже магиня». Но в это время они опять засмеялись, и решил в это время перехватить руки.

— Слышала? — спросила вторая охранница. — Послышался какой-то посторонний звук.

И девушки начали оглядываться по сторонам. «Вот, попал», — подумал я, — «сейчас по логике вещей они просто обязаны посмотреть вверх». Я начал прикидывать, как мне спрыгнуть, чтобы оглушить их, как меня кто-то спас — за углом раздались шаги, и все внимание девушек переключилось в ту сторону, а через секунду они пошли в том направлении. Я же перепрыгнул к окну и скрылся там.

Внутри под эти окном находились какие-то крючья, с помощью которых я благополучно спустился на землю. Первым делом кинжал — он находился на месте, затем зажигался — тоже все замечательно. Передвигаться в потемках приходилось очень медленно, тщательно проверяя пространство перед собой, чтобы случайно ничего не зацепить и не наделать шума. Вот полка я луком, нащупал рукой его плечо и, приподняв, потянул не себя, но он за что-то зацепился и я успел остановиться. Отпустив лук, прошелся рукой по полке, и нащупал что-то круглое и непонятное, но в следующее мгновение еле удержал крик радости — колчан со стрелами. А я уже думал, что придется стрелять простыми деревяшками. И напоследок забрал полоски кожи. Вот теперь я неплохо экипировался, а для раба так вообще замечательно. Путь обратно проделал значительно быстрее. Соорудив из одного одеяла что-то вроде заплечного мешка, я направился в темный угол, чтобы там перебраться на улицу. Но вспомнив, что забыл прихватить бурдюки для воды, развернулся и пошел к конюшне. Вот она не закрывалась, чему я очень обрадовался. Взял с полки два бурдюка и быстренько направился к месту, где можно перебраться на улицу. За спиной раздалось фырканье, и я могу поклясться, что это был Агат. «Извини, дружище», — мысленно я сказал ему, — «но воровать тебя я не намерен».

Выбравшись на улицу, пошел в сторону, противоположную той, откуда мы приехали. По логике искать меня первым делом должны будут именно там, а я за это время постараюсь уйти как можно дальше. Улицы освещались плохо, но большая россыпь звезд на небе не давала опуститься кромешной тьме, что для меня было как раз хорошо, ведь ночным зрением я не обладал и заклинание ночного видения не знал. Скрываясь в тенях, я дошел до ворот, которые, как и полагается, оказались закрыты. Я начал искать выход из положения и не находил, а время утекало, как вода сквозь пальцы. Уже подумал попытаться спрыгнуть со стены, найдя внизу уклон, как послышался звук едущей телеги.

— Кто это там? Небось старый хряк?

— Кто же еще это может быть, как не наш чистильщик выгребных ям.

План созрел мгновенно. Вернувшись назад и подождав, пока телега и отходами поравняется со мной, тенью метнулся под нее, успев перекатиться между передними и задними колесами, и прицепился к ней снизу. Невыносимая вонь ударила в нос, с глаз потекли слезы, но мысль о свободе заставила меня терпеть. Как я и думал, никто из стражниц не стал даже близко подходить с проверкой, и я благополучно пересек городскую черту. Я спустя пять минут я шел в сторону, где по моим прикидкам должна протекать небольшая горная речушка.

Глава 5

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, окрестности.

Ага, болтовня рабов оказалась достоверной, и я с наслаждением принялся мыться, несмотря на холодную воду. Постирал и одежду, стараясь чтобы даже намека на запах отходов не осталось. Ночью мне хотелось уйти как можно дальше, тем более что видно более-менее. Днем то идти намного удобнее, но и вероятность, что тебя увидят очень большая. Тут мне пришла в голову мысль: «А что, если у них есть животные, которые по нюху могут находить беглецов?». Есть нечто смутное в голове, что в моем родном мире были такие, не помню, как их называли, но точно были. Я быстренько выжал свои вещи, одел и начал искать какую-нибудь травку с сильным запахом. Вскоре попалась одна, и я нарвал как можно больше. Решил посмотреть на другом берегу речушки, хоть он довольно крут и поднимается метра на три, но на нем виднелись темные пятна, которые, я надеялся на это, могут оказаться такими же ароматными травами, а может быть и более. Полазив по скале, я нашел еще несколько растений, правда других, но тоже ароматных. Не мудрствуя лукаво, я сложил их вместе с предыдущим и начал этим пучком натирать всего себя, куда мог достать. Набрал воду в бурдюки, одел еще сырую одежду и быстрым шагом пошел вдоль дороги. Насколько я представлял карту, из все тех же разговоров рабов, где-то тут должны быть перевалы, ведущие в какие-то Туманные земли, а там уже и империя. Что там буду делать, я пока не только не знал, но даже и не думал, для меня сейчас главное — получить свободу. Перевалы наверняка должны охраняться, но в любой обороне можно найти брешь. До рассвета я шел не останавливаясь, но как только начало светать, отошел подальше от дороги и начал высматривать место для отдыха. Местность благоприятствовала, росло много деревьев и кустов, встречались валуны. А вот и место неплохое — невысокий утес, метров двух, на котором росло два дерева с раскидистыми кронами, а внизу кусты. Подойдя ближе, я рассмотрел, что кусты с колючками, что для меня в данном случае было лучше. Продирался свозь них с огромным трудом, заработав множеством царапин, зато в конце был вознагражден — за кустами, под утесом имелся небольшой грот, где я с комфортом расположился. На одно одеяло лег, другим укрылся, и почти моментально уснул.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, поместье Атары Кроусольв, дом.

Луч солнца попал Линде на глаз, от чего она проснулась. «Ого, уже почти полдень», сладко потянувшись, подумала она. И тут же вспомнила события вчерашнего вечера. Кто бы мог подумать, что этот дурачок сможет доставить ей такое удовольствие — улыбка сама появилась у нее на лица. Миг и бешенство охватило ее — этот раб воспользовался ею, как какой-то шлюхой. Ей захотелось его убить, но вспомнив, каким удовольствием сопровождалось это его действие, она быстро сменила гнев на милость. Но наказать его надо в любом случае. Она сжала в руке кулон, представляя одного из рабов. Спустя минуту или даже меньше, дверь открылась, и в проеме появилось подобострастное лицо раба.

— Приведи ко мне моего нового раба, — приказала она.

— А он разве, — начал было говорить тот, но осекся, и сказал уже другое, — а его нет в рабской.

— Так найди! — в голосе девушки проскользнули стальные нотки, и раб не осмелился больше ничего говорить.

А девушка стала вспоминать вчерашний вечер и то, какие еще удовольствия умеет делать ее новый раб. «Нееет», подумала она, — «Его я не отдам никому». Через десять минут он вернулся к ней в комнату.

— Госпожа, — заискивающе произнес он, — его нигде нет.

— Что? — угрожающе произнесла она. — Ты везде смотрел?

— Да.

В ней поднялась злость, и она, проходя мимо него, со всей силы отшвырнула его в сторону. «Ну, я ему устрою!», — думала она, идя к Ирме, заменяющей тетю во время ее отсутствия. Ей очень не хотелось говорить тете и, особенно, матери, что новый ее раб сбежал. Она прекрасно понимала, что того уже нет в поместье, но не хотела в это верить. И, прямо как маленький ребенок, ухватилась за соломинку, что тот где-то спрятался, а Ирма по присутствию ауры сможет его найти.

— Ирма, — обратилась Линда к магине, найдя ту в помещении стражи, — куда-то запропастился мой новый раб, надо его найти.

— Понимаю, — магине не удалось скрыть улыбку, — думаешь где-то спрятался после вчерашнего?

Девушка ничего на это не ответила, а развернулась и вышла на улицу. Спустя минуту она ощутила магическую поисковую волну, а еще через десяток секунд к ней подошла Ирма.

— Госпожа, в пределах поместья никого незнакомого нет, — серьезно доложила та о результатах своего поиска.

— А ты можешь по остаточному следу ауры его найти? — с надеждой спросила она.

— Нет, — магиня покачала головой, — во-первых, у меня нет слепка его ауры, он если и есть у кого, то только у Феланы, во-вторых, если он ушел в начале ночи, то я уже не смогу увидеть его след.

Ирма хотела сначала сказать «сбежал» вместо «ушел», но вовремя остановилась. И сейчас с интересом наблюдала за молодой хозяйкой, у которой по лицу пробежала целая гамма чувств, основным из которых было сожаление. «Что же он с тобой вытворял, что ты так переживаешь от его бегства?», — подумала она. — «Я же прекрасно помню ту волну страсти, которую ты испускала, да еще непроизвольно усиливала магией».

— Едем его искать, — приказала Линда.

— Матери с тетей будете говорить?

— Нет, — твердо ответила девушка, — вот если не найдем, то и сообщу.

И она направилась в конюшню. Там она приказала конюху седлать своего нового коня. Старый Керлан не стал спорить, а послушно оседлал того и вывел из конюшни. Девушка с небольшой опаской запрыгнула в седло и приготовилась к тому, что конь начнет ее сбрасывать. Но тот стоял совершенно спокойно, и, казалось, что все то, что он вытворял до этого, происходило не с ним.

— Вот видишь, — обрадованно сказала девушка конюху, — вот и приручила свой подарок.

Линда развернула коня и поехала к пятерке воительниц, которых она решила взять с собой, окромя Ирмы. Она не заметила легкую усмешку на устах конюха и такое же легкое покачивание из стороны в сторону головой.

— Где будем искать? — спросила магиня Линду, как только они выехали за ворота.

— Я думаю, что он все вспомнил, поэтому сбежал и направился к себе домой. Вот сейчас поедем дорогой, по которой его везли к нам, а ты периодически проверяй окрестности на наличие спрятавшихся людей.

И они направились через весь город к южным воротам.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, северный тракт.

Проснулся я от бурчания в желудке. Ох и есть то хочется, сейчас съел бы что угодно. Выглянул из грота, чтобы оценить время — получается, вторая половина дня, но до начала сумерек еще часа три, может быть, немного меньше. Придется сейчас иди на охоту, чтобы успеть добытую дичь поджарить еще днем, а то в сумерках огонь виден очень далеко. Оставив свой скарб здесь, взял с собой нож, лук со стрелами и полез через колючки. В этот раз я получил меньше ссадин, чему очень обрадовался, и под это хорошее настроение ушел охотиться. Как хорошо, что отец научил меня бесшумному передвижению! Вот сейчас стою за деревом и вижу, как какой-то хищник ест свою добычу, и мне совсем не хочется пересекаться с ним на тропе охоты. Тихо отступил назад и, прикрываясь деревьями и кустами, пошел в обход. Охотиться я решил на птиц, поскольку стрелы в колчане оказались только боевые, трехгранный наконечник которых явно об этом свидетельствовал. Зверь же с такой стрелой может бежать довольно долго. Конечно, если попадется какой-нибудь мелкий зверек, то и его подстрелю, вот только он раньше заметит меня, чем я его, а птицу на дереве я уж точно увижу заранее. О, на ловца и зверь бежит, вернее, птица сидит. Наложил стрелу, прицелился, вспоминая всю науку отца, выстрел — промах. Теперь еще и стрелу искать, хорошо, стрелял под большим углом и она не так далеко улетела. Повезло и с птицей, которая перелетела на соседнее дерево. Второй выстрел тоже не очень получился, но повезло тем, что промах стрела попала в шею, хотя целился я в тело. Подобрал добычу, нашел первую стрелу и отправился в обратный путь.

Это удачное место я приметил еще когда шел охотиться — небольшая ложбинка, с двух сторон прикрытая кустами, а третьей толстым деревом, и недалеко от моего грота. Вот тут я и решил обосноваться для приготовления еды. Без соли, конечно, не очень вкусно, но съел я половину с огромным удовольствием. Остальное решил взять с собой в ночное путешествие. Убрав последствия костра, пробрался в свое лежбище и растянулся на полу, давая себе еще час отдыха.

Как только начало смеркаться, я отправился в путь-дорогу дальнюю. Сейчас лес подступал ближе к тракту, поэтому и я приблизился. Стук копыт я услышал издали, поэтому притаился за большим кустом. По тракту, в ту же сторону, куда направляюсь, я проскакал десяток валькирий на большой скорости. Я только и успел услышать две фразы.

— … ты приготовила?

— Мне выдали драконий посох, так что…

И только тут до меня дошло — маги же могут видеть ауры людей на расстоянии, а я подошел так близко к тракту. Хорошо, что отряд куда-то очень сильно спешил, что магине выдали какой-то драконий посох. Я отошел подальше от дороги и продолжил свое путешествие. В целом я планировал три дня идти вдоль тракта, и уже потом искать перевал к Туманным землям, затем мой путь лежал в Империю. Через два часа хода я почувствовал грозившую мне опасность и удвоил осторожность. Может быть, этот отряд меня обогнавший ищет меня? Это было бы крайне нежелательно. Но поразмыслив, пришел к заключению, что ради меня не будут выдавать какое-то мощное и, скорее всего, редкое оружие. Пошел дальше, а чувство опасности все возрастало. Как плохо, что не могу определить направление. Хотя можно попробовать сделать так — я остановился в ожидании — опасность стала нарастать немного быстрее. А если так — и я побежал. Все ясно, кто-то меня преследует. Достал клинок, поскольку лучник я не ахти какой, а работать с холодным оружием мне намного привычней. Я еще в гроте рукоять обмотал кожей и поточил его, так что сейчас он довольно удобно лежал в руке. Снял сумку, положил рядом лук с колчаном, а сам отошел в сторонку, чтобы ненароком не сломать его, и принялся ждать преследователя.

Атаку я все-таки прозевал — черная тень бесшумно прыгнула на меня, и, если бы не школа отца, то тут бы и пришел мне конец. Но тело, казалось, обрело самостоятельность — шаг в сторону, разворот и удар мечом, который достиг цели — резанная рана на задней лапе. В свете звезд успел не только рассмотреть хищника, но и распознать его — горный волк, а они охотятся всегда парами. Не раздумывая, ухожу перекатом вперед вправо, вскакиваю на ноги и тут же отпрыгиваю назад и влево, нанося рубящий удар перед собой. Вот сейчас удар вышел на славу — перерубил сухожилье на передней лапе, отчего волк начал хромать. Как и предполагал, это оказался раненный ранее зверь. Сейчас мне удавалось различать черные кляксы, да и выходило, что я и так знал, где те находятся. Прыжки и уходы с одновременной контратакой самое действенное в сражении с ними. Вспомнилось, что когти его легко разрываю обыкновенную броню, и только усиление ее магией дает шанс не заработать ранение.

Один из волков медленно идет на меня, но не атакует. Понятно — ждет в подкрепление своего раненого собрата, чтобы атаковать одновременно. Все верно. Начали расходиться в стороны, а я стараюсь не упустить из виду обоих, чтобы не прозевать атаку. А что, если попробовать сделать вот так. Я дождался, когда они прекратят расходиться, и сделал шаг в сторону здорового хищника, желая спровоцировать именно его атаку, он меня не подвел и стремительно прыгнул в мою сторону. Но я падаю на землю, переворачиваясь в воздухе спиной вниз, и наношу удар снизу вверх, стараясь рассечь ему живот. Брызги крови, попавшие мне на лицо, дали понять, что мой маневр удался. Быстро откатился в сторону и вскочил на ноги, одновременно нанося колотый удар. Есть — клинок пошел в бок зверя и тут же вырвался из моей руки. Я пытался его удержать, но он проскочил между ребер и застрял, а инерция хищника был такова, что и вырвала его из моей хватки. Я уже приготовился убегать, но это не понадобилось: первый волк с распоротым животом лежал в луже своей крови, второй хотел уже атаковать меня, но лапы его подогнулись и он рухнул на землю. Я же хорошо отделался. И только сейчас почувствовал боль в спине — этот последний все-таки меня достал, и не будь он раненым, то сейчас обедал бы мной.

Потрогал рукой рану, скривился от боли, зато понял, что мясо не вырвано и это только глубокая царапина. Вернулся к своим вещам, скинул разорванную одежду и постарался получше промыть рану. Отрезал низ рубахи, хорошо, что она длинная, и сделал себе кое-как повязку. Прогнав по телу внутреннюю силу, не забыв уделить особое внимание ране, отправился собирать свои трофеи в виде когтей, которые я оставлять никому не намерен и возьму с собой, потому что они пользуются спросом у амулетчиков и алхимиков. Про остальные части ничего не помню, поэтому и брать не буду, даже мясо. Отрубив лапы, я потом аккуратно очистил когти от всего ненужного, промыл их водой и сложил в сумку. Кстати, удивительно, но хищники были еще живы, поэтому после я добил и их, чтоб не мучились. Идти ночью в данный момент не имело смысла, мне сейчас необходим покой, чтобы рана немного затянулась, поэтому я, отойдя метров на пятьсот, нашел место в кустах и устроился на ночлег. Рядом с собой положил свой клинок, чтобы его можно было быстро схватить, так как место было не очень защищенное, лег и моментально уснул.

Мир Оравия, королевство Зария, тракт к городу Дрэггон.

Чтобы соответствовать купцам, они взяли с собой товары, пользующиеся спросом у валькирий. В основном это были магические ингредиенты и эльфийские специи, стоившие немалых денег из-за того, что те продавали на сторону их небольшими партиями. Но валькирии из богатых кланов всегда скупали их, не скупясь на оплату. Кроме всего этого Марк взял с собой оружие и доспехи самого лучшего качества, какое только смог найти в столице. Выкупил даже меч ракшасов у своего конкурента, правда используя своего человека, чтобы не вызывать подозрения. Лина долго рассматривала его, заем сделал заключение, что это точно не поделка потомков демонов, а изделие мастера инферно, но с сожалением в сторону, заявив, что это парные клинки и к нему необходима пара. Но чье это произведение кузнечного искусства она сказать не могла, поскольку очень слабо владела навыками артефакторики. Кроме этого меч по руке не очень ей подходил. Но сказала, что продавать его не стоит, мало ли отыщется его пара, ведь наверняка тот меч тоже находится в этом мире. Проблема состояла в том, что Лина отказалась от охраны, потому что если ей придется применить магию, то их придется убить, поскольку доверяла она только купцу. Поэтому сейчас в дороге они больше были похожи на небогатых переселенцев — отец с племянницей ищут новое место. Ради этого они даже запрягли в повозку невзрачную лошадку, да и в качестве верхового купили аналогичного коня. Даже придумали легенду, согласно которой из двух довольно зажиточных семей остались только они, всех же остальных убили разбойники. Это было очень близко к правде, потому что на границе с Великой пустошью орудовала крупная банда, разорившая не одно селение. И уже перед городом Дреннон они полностью сменят свой имидж на купцов, тем более что купец Ругнай известен многим.

Они еще вчера утром свернули с имперского тракта на драконий, ведущий в Дреггонию, а дальше в саму столицу государства валькирий, и проходящий через торговый город воительниц Дреннон. Лина не пренебрегала безопасностью, но применять магию остерегалась, поэтому приходилось только внимательно осматривать окрестности. Но поскольку она плохо знала природу этого мира, и увидеть небольшие несоответствия в окружающем пейзаже не могла, поэтому и не заметила засады, хотя опытный следопыт обратил бы внимание на несоответствие цвета некоторых кустов этому периоду года.

Мир Оравия, королевство Зария, тракт к городу Дрэннон.

Банда, в которой предводительствовал Бычий Лоб, давно промышляла в этих местах. Сколько торговцев ограблено, сколько рабов продано и валькириям, и ракшасам. Денег на безбедное существование хватало не только ему, но и рядовым бандитам. Многие, с том числе и из его банды, считали его тупоголовым и глупым, а он всячески поддерживал это мнение. И только его приближенные знали, что это не так, помимо ума он еще обладал магическими способностями, хотя старался это не афишировать, а если не получалось действовать скрытно, то говорил, что у него есть соответствующий амулет. Придя год назад в этот район, он первым делом наладил отношения со стражей и работниками администрации ближайшего города, отвечающего за эту территорию. Поэтому он знал не только расписание патрулей, но и какие обозы двигались по тракту и с какой охраной. Вот и сейчас стражник, дежуривший на развилке трактов, прислал сообщение, что в их сторону движется известный купец Ругнай. Вот только изменил внешность и выдает себя за переселенца. Но стражник очень хорошо знал этого купца и обладал великолепной памятью на лица, поэтому и узнал его. Что послужило для такого скрытного перемещения непонятно, но то, что купец богат, за это он ручался. Вот сейчас они уже сутки сидят в засаде. Ради этого даже беспрепятственно пропустили небольшой обоз, шедший из Дреннона в Кроффил.

Наконец-то вдалеке показалась одинокая крытая повозка, как раз подходящая по описанию под их цель. Все его сорвиголовы, замаскировавшись, сидели по обе стороны тракта, по обе стороны которого рос кустарник. На какое-то время чувство самосохранения взяло верх, и он подумал, что вряд ли купец пустился в путь без охраны. Может быть, его спутница магиня? Когда повозка въехала в пределы его магических возможностей, он создал особое заклинание проверки наличия магических способностей и направил его на девушку. Никакого отклика, она полностью лишена способностей к магии. Обмануть это заклинание было очень сложно, не зная о нем, а знать его не мог никто, так как маг его создавший уже два года, как пребывает в других мирах. Даже его знаний хватило, чтобы понять, что это плетение является если не шедевром, то очень близко к этому. Манны на него тратиться очень мало, линии самого заклинания практически не видны, из-за чего почувствовать его дано далеко не каждому. Действовать решил по проверенной схеме. Как только до повозки оставалось десять метров, он выскочил из-за куста и, усмехнувшись, поприветствовал людей.

— Мир вам путники.

— И тебе благодати богов, — вежливо ответил купец.

— О, — воскликнул Лоб, — сегодня они как никогда благосклонны ко мне.

Он присмотрелся к ним. Купец, несмотря на наличие небольшого пивного живота, производил впечатление бывалого воина, его спутница, казалась, на первый взгляд замухрышкой, но если причесать и приодеть, то даст фору в красоте многим аристократкам.

— Чем вызван интерес к бедным переселенцам? — между тем спросил мужчина.

— Да ничего особенного, — ухмыльнулся главарь бандитов, — оставляешь нам повозку, свою спутницу и можешь идти куда хочешь.

— Сейчас тут будет патруль, которого мы обогнали недалеко отсюда, они там задержались по какой-то причине, — попытался образумить бандитов купец.

— Никакого патруля не будет, — Лоб опять ухмыльнулся, — у нас с ними свои дружеские отношения.

Эта фраза сказала Марку и Лине две вещи: во-первых, бандиты имеют хорошие связи в городе, откуда выходят патрули, во-вторых, никого в живых бандиты не собираются оставлять. Лина, правда, для себя вынесла еще одно — если она применит магию, то никаких свидетелей не будет, а бандитов она, понятное дело, убьет всех.

— Может быть, отпустите нас, а повозку заберете, — Марк тоже уяснил, что Лине придется применить магию и тянул время, давая ей подготовиться.

— Будет так, как я сказал, — жестко ответил главарь, — а твоя баба пригодится для утех, а то мои воины истосковались по женской ласке.

Лоб хотел напугать путников, но с удивлением заметил только в глазах мужчины признаки беспокойства, девушка же их совсем не боялась. Это навело его на нехорошие мысли, и он еще раз проверил ее на предмет магии — опять ничего — полное отсутствие каких-либо способностей.

— Говоришь, нас никто не побеспокоит? — спросила сидевшая на козлах рядом с мужчиной девушка.

И в следующее мгновение он увидел, как она взмахнула руками в стороны, как бы отодвигая что-то от себя, и от нее разошлись две огненные стены прямо на засевших в засаде лучников и арбалетчиков.

— Маг хаоса, — проскрипел зубами главарь бандитов.

Его подчиненным не нужно было ничего приказывать, и стрелки сделал залп. Три стрелы предназначались магине, а одна ее спутнику. Но мужчина оказался не промах, молниеносным движением он поднял лежащий в ногах щит и, чуть наклонившись, прикрыл им девушку. Это движение спасло ему жизнь — стрела, летевшая ему в сердце, попала в плечо. Остальные три стрелы принял на себя укрывший девушку щит.

Рогнай не проронил ни звука, но девушка, заметившая ранение своего спутника рассвирепела — взмах обеих рук и стрелки падают рассеченные невидимыми когтями — родовое умение не подвело и в этом мире. Достала меч, выкупленный в столице, и, легко и грациозно спрыгнув на землю, сказала, обращаясь к главарю, единственному из банды, оставшегося в живых:

— А тебя я лично порежу на лоскутки.

— Может быть, договоримся, — у бандита затеплилась надежда, — если я одержу верх на мечах, то ты отпустишь меня? Но только без применения магии. Или боишься? — он попытался подначить девушку.

— Легко, — ответила она.

Лоб не зря старался, ведь сам он был мастером меча, причем двуруким, научили в свое время в гвардии императора. При правильной постановке атаки, она просто не успеет применить магию, даже если захочет, главное не показать сразу, что превосхожу ее в умении. Она, это видно сразу, слишком самоуверенная в своих силах. Обратил внимание на ее меч — сразу видна работа мастера, но и у него мечи непростые.

В самом начале он провел несколько атак, свойственных для мечников уровня выше среднего, но девушка от некоторых ударов легко ушла, другие отклонила своим мечом. То, как она это сделала, заставило его пересмотреть свое мнение относительно ее умения — она не совершила ни одного лишнего движения. Он ускорился и усилил натиск, но ничего не добился — девушка все также уходила и отводила удары. А в глазах ее стоял интерес, как будто она рассматривала что-то новенькое для себя. Лоб понял, что пришло время показать все свое мастерство. Мгновенно войдя в боевой транс, он выжал максимум из своих возможностей — одновременная атака в верхней и нижней области, когда мечи заканчивают движение в районе живота и действующие как ножницы, для не знакомого с ней всегда заканчивалась его смертью. Но девушка нечеловеческим образом изогнулась, уходя от верхнего меча, и сделала сложный финт, рассекая ему запястье. Рука непроизвольно выпустила меч. Он еще продолжал на что-то надеяться, когда его соперница принялась выполнять свое обещание — каждый взмах ее меча срезал часть кожи в разных местах его тела. Спустя несколько секунд, у него стали уходить силы, вследствие большой потери крови, и девушка резким взмахом снесла ему голову.

Азарт боя покинул Лину, и она поспешила к своему помощнику. Рана не опасная, но неприятная, и, судя по всему, задета кость.

— Хорошо, что попало в плечо, если бы в грудь, то я не смогла бы тебя спасти, целительница ведь из меня никакая, — говоря это, она оголила плечо купца. — Я сейчас вытащу стрелу и наложу заклинание исцеления, правда, только первого уровня.

— Ты отломи наконечник и накладывай свое заклинание, а стрелу я сам выдерну.

Увидев, что купец приготовился, она одним движением сломала наконечник и, как только стрела была извлечена, наложила исцеление. Края раны на глазах затянулись, но кровавый шрам остался. Она еще дважды накладывала его, пока не убедилась, что рана не разойдется от движения рукой.

— Там у меня в сумке есть мазь в зеленой баночке, достань ее, купил как раз для таких случаев, — он усмехнулся, — вот и пригодилась, а то уже думал, что зря потратил пятнадцать золотых.

— Пятнадцать золотых??? — изумилась Лина.

Она уже знала приблизительные цены и ее поразила такая высокая цена на какую-то мазь, пусть и целительскую. Даже меч, который ей сейчас пригодился, выкуплен за пятьдесят золотых, пусть продавец и не знал его исинной ценности.

— Это эльфийская мазь, сделанная на основе каких-то трав, — пояснил он девушке, — она со временем не теряет своих свойств, а лечит много лучше, чем изготовленная и нашими, и имперскими алхимиками.

Смазав рану, они отправились дальше, и на следующий день без происшествий добрались до торгового города валькирий, предварительно сменив свой облик на купцов. Купец Рогнай уже хорошо владел рукой, что только внимательный человек смог бы заметить, что с рукой у него что-то не так. Марк частенько бывал в этом городе и знал его очень хорошо, поэтому они сразу отправились в квартал, где собирается знать Дреггонии и рядом с которым находится рынок рабов. Остановились в гостинице для купцов, и тут же направились на рыночную площадь, где взяли в аренду торговую палатку на три дня. Не возвращаясь в гостиницу, отправились на рынок рабов.

По дороге девушка ловила на себе внимательные и оценивающие взгляды валькирий, иногда завистливые или ревнивые, но чаще такие, которые можно передать словами: «Подумаешь, я красивее». Дело в том, что здесь девушка не стала прятать свою красоту, ей и так сильно надоел такой образ за время дороги, а еще и дальше вполне возможна дорога, поэтому в городе воительниц она решила отвести душу. А войдя на рынок рабов, она полностью отдалась поиску нужного ей парня. Торговцы, чувствуя в ней потенциального покупателя, при ее приближении начинали расхваливать свой товар, а потом разочарованно вздыхали, когда она внимательно рассмотрев рабов, шла к следующему рабовладельцу.

— Сегодня что-то много торговцев, — тихо сказал ей купец, — мы не успеем всех обойти, а через час рынок закроется.

Этот час они продолжили поиски, но безрезультатно. После закрытия рынка, он повел девушку в ресторан с лучшей кухней. На нем не было кричаще-зазывающих вывесок, но ценители вкусной пищи, гурманы или просто те, кто любил вкусно поесть, знали о нем. Им повезло — перед их приходом освободился столик в углу, куда они и направились. Сделав заказ, Лина принялась незаметно рассматривать посетителей, и спустя полминуты застыла. Через столик лицом к ней сидел мужчина, очень сильно похожий на предмет ее поиска, но только если парню накинуть еще лет двадцать. Этот мужчина вполне мог быть отцом парня, а значит и находится здесь не просто так, наверняка тоже в поисках своего сына. Рядом с ним сидел еще один человек, в котором она без труда узнала мага. Напротив них и спиной к ней сидели две женщины-валькирии и вели беседу с интересующими ее людьми. Девушка напрягла слух, пытаясь услышать о чем идет речь, но маг установил полог тишины, проникнуть через который она даже не думала пытаться.

— Марк, — она наклонилась к купцу, — через столик мужчина, я уверена, что это отец парня и разговаривают они сейчас о нем.

— Ты права, — ответил ей купец, скосив глаза в ту сторону, — но я ни с кем из них не знаком.

— Это не важно, — возразила ему девушка, — если они так беспокоятся за него, то я уверена, что у них есть его кровь. Надо проследить, где они остановились, и я попытаюсь позаимствовать пару капель, мне этого должно хватить.

Она чуть приоткрыла свою сущность демона, чтобы запомнить ауры нужных людей, и успела заметить, как два человека в зале встрепенулись и застыли, как будто прислушиваясь к чему-то. И одним из них был сидевший рядом с отцом парня мужчина. Почувствовать такое малое присутствие могли только очень сильные маги, ну еще демонологи и просто очень чувствительные люди. Она могла использовать магические способности для этого, но вследствие того, что пропускала соответствующие занятия, этим умением она владела очень слабо. Кроме этого, в толпе народа потерять такого человека легко, да и расстояние, на котором она чувствовала, было не так велико. Другое дело способности демона — сейчас она почувствует его за многие километры, пусть не точное местонахождение, но в направлении никогда не ошибется. «А добыть кровь будет очень сложно», — подумала Лина, — «наверняка она хранится у мага».

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, окрестности города Дрэннон.

В поездку к валькириям кроме своего друга Хорн взял всего пять воинов. Остальные остались в баронстве охранять его жену. Какую баталию ему удалось выдержать с ней, порывавшейся ехать вместе с ними, и только с помощью своего друга, после двухчасовых уговоров, им удалось склонить баронессу к своему мнению. На время своего отсутствия он приказал своему командиру стражников применять беспрецедентные меры по безопасности. И сейчас они, наконец-то, подъезжают к городу, где смогут узнать хоть что-то о судьбе молодого барона.

— Может быть, опять попытаешься? — в который раз спрашивал барон своего друга.

— Хорошо, я попытаюсь, — сдался Фарен, — но ты же знаешь, что как маг крови я вообще никакой, а крови вашего сына осталось всего ничего.

Они свернули с тракта в сторону, спешились и маг приступил к подготовке обряда поиска. Нарисовал на земле сложный рисунок, достал из сумки на поясе небольшой флакончик с красной жидкостью и чуть выплеснул в центр нарисованной фигуры, надрезал свое запястье и добавил свою кровь к крови баронета, и начал тихо произносить заклинание поиска по крови.

— Нет, — сказал он уставшим голосом, — он все также находится за пределами моих возможностей, даже направление не ощущаю. Не переживай, — подбодрил он друга, видя, что тот осунулся после его сообщения, — найдем мы твоего сына, наверняка он находится у валькирий.

В город Дреннон барон въезжал в чуть приподнятом настроении. Миновав ворота, они сразу направились к рынку рабов. Баронета знали все, поэтому они поделили всю рыночную площадь на сектора и принялись осматривать каждый свой. Спустя четыре часа они собрали у входа — на рынке сына барона не было.

— Придется спрашивать у валькирий, — вздохнул удрученный барон, — где тут собираются их аристократы?

Фарен молча кивнул и они поехали в центр города. Заказали блюда, и пока те готовились, Хорн решил поспрашивать находящихся здесь воительниц о своем сыне. Рядом с их столиком сидело пятеро, к ним он и решил обратиться.

— Что, сынка потерял? — спросила надменно и нагло одна из них.

— Не потерял, — спокойно ответил барон, — его похитили, использовав магию.

Он не заметил, как две женщины, сидевшие напротив говорливой, бросили друг на друга быстрые взгляды.

— Ха-ха-ха, — засмеялась женщина, — что ж ты не научил его сражаться? Хотя чему может научить своего сынка папашка, у которого и меча то и нет? — и она опять рассмеялась, намеренно оскорбляя его.

Главе клана Ярость Дракона было скучно и она жаждала развлечений. А тут такой подходящий случай — какой-то аристократ ищет своего пропавшего сына. Зная вспыльчивость аристократов, особенно имперских, она старалась ввести его из себя, чтобы тот вызвал ее на дуэль. Или самой вызвать, но для этого необходима причина, которой пока не наблюдалось. Она по праву входила в десятку лучших мечников Дреггонии, занимая почетное пятое место, поэтому особо никого не опасалась, тем более здесь.

— А, ты, видать, пропил свое оружие, — продолжала оскорблять его она, — или в лучшем случае потерял.

И опять хохот, которого Хорн стерпеть уже не мог. Ярость и гнев на эту надменную особу клокотали внутри его, к этому добавилось еще то, что сына похитили тоже представительницы этого народа. С огромным трудом подавив этот клубок чувств, спокойным голосом спросил:

— Вы намерено пытаетесь меня оскорбить?

— Пытаюсь? — деланно удивилась она. — Что вы, как вы могли подумать о таком. Да и оскорбить можно человека имеющего достоинство, — добавила она.

— Я так понимаю, что вы пытаетесь добиться от меня вызова на дуэль? — спросил он. — Тогда почему бы вам самой не вызвать меня.

— К, сожалению, без причины не могу, — она тяжело вздохнула.

— Вот тут я ничем не могу вам помощь.

Говоря это, барон сделал небольшой шаг к столу и попытался сделать поклон, но его нога «случайно» подвернулась, и он, чтобы не упасть, попытался опереться на стол, но по своей «неуклюжести» угодил рукой на край тарелки. И надо же было такому случиться, что вся еда оказалась на одежде слишком говорливой женщины.

— Ох, простите мою неуклюжесть, — попытался извиниться он, но был прерван чуть ли не визгом.

— Да как ты посмел так меня оскорбить? — и тут же добавила довольным тоном. — Дуэль. Сейчас же!

— А разве так вызывают на дуэль? — удивился Хорн. — Я читал, что это делается как-то по-другому. Поэтому не могу принять вызов.

— Ах, не можешь? — рассвирепела женщина. — Я, Трольда Виндсольв, глава клана Ярость Дракона, вызываю вас на дуэль. Дуэль длиться до смерти, невозможности сражаться или признания поражения. В качестве компенсации, в случае победы, ты становишься моим рабом.

«Будет отличный постельный раб», — думала она. Вначале она хотела стребовать с него сто золотых, но после оскорбления решила, что быть рабом ему самое место. Ее лучшая подруга и по совместительству советница пыталась ее одернуть, но Трольда не стала ее слушать. Конечно, аристократов учат сражаться, но они все ходят вооруженными, очень не охотно расставаясь с ним. А раз этот без меча, то и владеть им он должен на ахти как, поэтому в своей победе она была уверена. Не знала она только саму малость — в семье барона было принято садиться за стол без оружия, за чем тщательно следила женская половина. Даже его жена, войдя к нему в дом, с удовольствием переняла это правило. Если тебе так необходим меч или нож, то держи его рядом, но никак не на поясе, и уж тем более не на столе. Правило настолько въелось в привычку, что, даже заходя в таверну или ресторан, барон всегда снимал перевязь с мечами. Быстро выхватить оружие он мог из любого положения и в любой ситуации.

— Я, владетельный барон Хорн ан’Дрей, принимаю вызов. По праву вношу уточнение — дуэль происходит только оружием и без доспехов. В качестве компенсации, в случае победы, ты становишься моей рабыней. Призываю всех присутствующих быть свидетелями, и взываю к Богам, чтобы они подтвердили ее результат.

Подозрения советницы подтвердились — барон произнес полную фразу вызова на дуэль, принятую в их стране, и, если он выиграет, то рабами этого барона становится весь клан. Оказывается, барон очень хорошо знает законы Дреггонии. Она стала перебирать в памяти имена известных дуэлянтов и просто мастеров меча, но такого имени там не было, поэтому была надежда, что ее глава одержит верх. Но когда ему принесли клинки и то, с какой легкостью он вытащил их, заставило ее усомниться в исходе. Даже Трольда оценивающе сузила глаза, и по этому взгляду подруги она поняла, что та что-то там увидела для себя опасное. Поза приготовившегося к схватке барона ввела в ступор не только ее, откровенно слабой мечницы, но и всех ее соплеменниц, желающих посмотреть дуэль, и даже саму Трольду. И только люди барона не высказали никакого удивления. Меч, зажатый в правой руке, лежал у барона на плечах, за головой, левая рука была согнута в локте и опущена вниз, но сам клинок переходил на правую сторону, защищая лезвием самое главное мужское достоинство. Девушка даже хихикнула про себя от этой мысли, но в следующее мгновение, проанализировав возможные линии атаки и защиты, пришла к выводу, что их достаточно много, вот только уровень применяющего такую технику должен быть не ниже мастера. Вот теперь она была почти уверена, что у ее клана появится новый глава. И именно за такое умение мыслить ее подруга прощала ей невысокие боевые навыки. Но сейчас она не прислушалась к ней во второй раз, и судьба одного из самых сильных кланов — быть рабами мужчины. И это с учетов того, сами они являются ярыми сторонниками традиций, вкоторых место мужчины прислуживать им.

Поняла свою ошибку и Трольда, но изменить условия поединка уже не могла, остается показать все свое мастерство, все, на что она способна, и даже больше. И сражаться она намерена до смерти и хочется верить, что смерти этого барона. Боевой транс дался ей легко, размен ударами для проверки мастерства, не нужен. Она решила сделать ставку на единственную атаку, но ее любимый прием, который до этого приносил ей всегда удачу, оказался блокирован, хотя для этого ее сопернику пришлось извернуться, как змее, и она поняла его требование сражаться без доспехов. А в следующе мгновение ощутила пару несильных уколов, заставивших ее выпасть из транса. Еще серия уколов, и ее соперник толкает парализованное тело на землю. «Это же утерянная техника неведомых!» — падая, изумилась она, — «Надо будет обязательно выпытать ее у него!». И тут же сильная боль сжала ее виски, показывая, что поединок проигран, и это наказание за мысли против ее нового хозяина.

Из присутствующих никто так и не понял, что же произошло, но результат видели все. Победитель обвел взглядом присутствующих, и, встретившись с советницей, сказал:

— Пригласи ей целительницу.

Сам направился к своим людям. Только хотел сказать, что можно уже и пообедать, как сзади раздался женский голос:

— Вы ищете молодого баронета, я могу вам помочь.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэннон, центральная площадь.

Атара не совсем была довольна результатом поездки в торговый город. Золото, полученное от имперских представителей было как нельзя кстати. Ей очень понравился один арбалет, сделанный как раз под руку женщины, но и цена за него была баснословной. Небольшой, легко взводимый, по словам торговца являлся артефактом, ведь он сам мог накладывать проникающие чары на болты, надо было только следить за накопителем. Со слов того же торговца найдет он в Великой пустоши и кто его сделал никто сказать не может, как никто не может понять плетения, наложенные на него. «Но двести золотых???», — раз за разом повторяла про себя Атара. Встретив свою старую знакомую, такую же приверженцу старинных традиций, они обсудили повышение цен на ввозимых из-за границы товары, слухи о том, что ракшасы с орками заключили военный союз и посматривают на своих соседей, которыми являются Первый лес, королевство Зария и Дреггония. Именно во время обсуждения последней новости к ним подошел барон и, показав портрет, спросил о своем сыне. Парня она узнала сразу, но спешить не стала, поняв, что глава Яростей хочет развлечься. Вот только такого результата она никак не ожидала, даже не смогла понять, что он сделал, что тело его соперницы парализовало. Применить магию он не мог, иначе сам бы свалился на землю — Богов обманывать нельзя, призывая их в свидетели. Поэтому подойдя к победителю, вежливо сказала:

— Вы ищете молодого баронета, я могу вам помочь.

Тот резко повернулся к ней, внимательно всмотрелся в ее глаза и просто сказал:

— Идем.

Сели за их столик, и спутник барона первым делом установил полог тишины, а в ее голове раздался голос Феланы: «Очень сильный маг». Врать глава Крыльев не собиралась и без утайки рассказала, где она подобрала парня, как и не скрыла в каком тот находился состоянии. Не поведала только о своей цели пребывания на землях королевства, тем более на границе земель этого барона, но о причине тот и сам догадался. Как понимал и то, что она считает парня своей добычей и просто так отдавать не будет, но если сама пошла на контакт, то готова отдать за соответствующее вознаграждение, и начался торг. Атара понимала, что барон прижат обстоятельствами и пыталась поиметь с него как можно больше, но и зарываться не стоит с таким человеком. В принципе она хотела с него пятьсот золотых, что было конечно дорого, но не заоблачно. Барон же все время пытался снизить цену хотя бы до двухсот, но ее это категорически не устраивало, ведь помимо арбалета, она хотела прикупить еще некоторое понравившееся ей оружие.

— У меня есть, что предложить, — сказал молчавший доселе маг. — Я знаю, что ваша магия во многом основана на магии драконов, а для более сильных эффектов нужна его кровь, да и другие части пригодятся.

— Кровь не настолько редка, — возразила в этот раз Фелана, — дорогая — да, но есть наемники, специализирующиеся на ее добыче.

— Я предлагаю вам жало с языка дракона.

— И оно? — загорелись глаза магини.

— Да, оно срезано с еще живого дракона, — буря восторга отразилась на лице Феланы, да и Атара знала ему цену, — причем отдано добровольно, — добил он всех, включая и своего друга.

Этот компонент, срезанный с живого дракона, являлся самым дорогим из известных в этом мире. Добыть его практически невозможно, ведь, если дракон сражается, то до своей смерти, различные ловушки и ухищрения крайне редко способствовали этому. Использовать его можно было в разных областях: и в алхимии, делая из него порошок, и для атаки, но чаще все использовался для защитных заклинаний. «Соглашайся!», — раздался у нее в голове голос сестры, — «Я сейчас поговорю с племянницей, чтобы везла его сюда». Но Атара и сама понимала, что эта цена значительно превосходит затребованной ею.

А спустя пару минут, Фелана, прошептала:

— Ваш сын сбежал.

Глава 6

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, северный тракт.

Как хорошо, что ночь прошла спокойно. Вылез из своей одноразовой берлоги, помахал руками, сделал наклоны — спина немного побаливала, поэтому опять прогнал внутреннюю энергию по телу, сконцентрировав ее на ране. В это время забурчал живот, напоминая о необходимости поесть. В этот раз решил охотиться по дороге, поскольку и так потерял время, а меня ведь, наверняка, ищут. Об этих местах разговоров среди рабов не велось, поэтому я совсем не представлял, как тут идет тракт и есть ли на нем развилки. По дороге высматривал высокое и удобное для лазания дерево. Вскоре нашел подходящее и, сняв с себя все лишнее, полез на него. Не очень то оно оказалось высокое, но немного рассмотреть, куда ведет тракт, получилось — в данном случае почти прямая линия. Пока спускался, увидел на соседнем дереве большую птицу и пожалел, что поленился взять лук, а когда спустился, то она к этому времени улетела. Пошел дальше, уже высматривая добычу, но не судьба: ни птиц, ни грызунов я не видел. Впереди показался просвет и я удвоил осторожность. Наверняка полянка, а на ней может находиться мой будущий обед. Есть уже хотелось неимоверно, даже не понимаю почему, поскольку точно помню, что мог обходиться без пищи довольно длительное время. Осторожно выглянул из-за дерева — обед, в самом деле, был на поляне, вот только поедали его какие-то небольшие хищники, название и повадки которых я не помнил. Решил отобрать у них мясо.

Присмотрелся — маленькие, сантиметров шестьдесят-семьдесят в длину и в холке около пятидесяти. Подождал еще пять минут, чтобы убедиться, что больше этих хищников в округе нет. Завалили они немаленького такого зверя, должны быть быстрыми наверняка, поэтому одного необходимо обязательно подстрелить. Я бы может быть и не стал с ними связываться, но желудок был со мной категорически не согласен. Отступил за дерево и, стараясь не шуметь, натянул тетиву, наложил стрелу, и медленно начал выступать из-за дерева. Получилось! Никто из них не обратил на меня внимания. Плавно натянул лук — выстрел. Нда, стрелок из меня еще тот — промазал, но опять повезло — стрелял в ближнего, а попал в дальнего. Отбросил лук в трону и еле успел схватить клинок, как ближайший уже атаковал меня стандартным прыжком. Резко отклонился и взмахнул оружием, стараясь нанести резаную рану, но не тут-то было — эта мелочь сумела в воздухе извернуться и избежать удара. Видя такое, я резко отступил назад. Вовремя — там, где у меня находилась нога, щелкнули зубы, которые успел рассмотреть — тонкие и острые, как иглы. Два удара, и оба мимо, а сам почувствовал боль в лодыжке. Отмахнулся, но опять мимо.

— Да, твою, — ругательство само вырвалось изо рта.

Очень быстрые твари, а мне боль в ноге не давала войти в боевой транс, видать, зубки то у них с сюрпризом. Решил немного схитрить: как бы задержал ногу чуть сзади и тут же нанес удар в место, где по поему мнению должен быть хищник — раздался визг. Наконец-то! последний не стал со мной сражаться, а просто убежал. Ну все, пойду за своей законной добычей. Блин, а место укуса немного онемело. Так, что тут у нас? Олень, замечательно! Вырезал часть шеи и окорока и решил уйти от греха подальше, а то я почти уверен, что сбежавший зверь приведет еще своих собратьев. Решил уходить в сторону гор, обойду это место, потом вернусь обратно на тракт. Завернул мясо в какие-то большие листья и быстрым шагом ушел.

Я стоял и осматривал уступ и пытался найти путь к нему. Он находился на высоте пяти или шести метров, вроде и невысоко, но вот почти отвесная стена делала его недоступным. Искать место подъема уже не мог и принялся за готовку еды, тем более что чувствовал в себе слабость. Я не помнил, но оказывается длительная работа с внутренней энергией, когда ее гоняешь по телу, отнимает много сил, а я всю дорогу таким образом залечивал себе место укуса. Даже сейчас нога побаливала, хотя онемение прошло. На еду я набросился ничуть не хуже, чем хищник и первую порцию жареного мяса проглотил, даже не почувствовав вкус. Зато вторую смаковал, а третью и четвертую взял с собой. После еды пришлось силой заставлять себя идти дальше, иначе уснул бы там, где сидел.

Вот сейчас и занимаюсь тем, что ищу хоть какую-то возможность подняться на уступ, но как будто кто-то специально взял и вырубил в горе такое. Пошел вдоль этого уступа и только спустя час увидел место, где можно попытаться взобраться. Причем это произошло случайно, я его уже прошел и остановился, чтобы справить нужду. Во время этого дела просто посмотрел направо и оторопел — как я мог его пропустить? Вернулся обратно метров на тридцать и стал идти, как прежде. И что самое удивительное с этой стороны этот подъем не разглядеть! Совсем небольшая часть скалы, чуть выступающая вперед, полностью скрывала подъем, даже не столько скрывала, сколько сглаживала, и создавалось впечатление монолитной отвесной стены. Если двигаться в обратную сторону, то издали тоже не различить и только метров с восьми можно увидеть тропку. У меня закралось подозрение, что это тропа контрабандистов, очень уж грамотно все скрыто, и что главное — никакой магии. Искать следы этих лихих парней или, скорее всего, девчат не стал, просо поднялся и уже по уступу пошел дальше. Справа от меня начинались уже настоящие горы, но еще легко проходимы и только вдали виднелись уже пики. Здесь росли и деревья, и кустарники, но значительно реже, чем внизу, но, тем не менее, они скрывали мое передвижение от посторонних глаз. Дороги здесь как таковой не было, иногда приходилось карабкаться на четвереньках, но в целом передвигался я довольно быстро. Периодически подходил к краю и посматривал на тракт, хотя уже почти убедил себя двигаться здесь. А вечером попалась непреодолимая преграда. Эта возвышенность не была крутой, но как только я начинал на нее залезать, камни под ногами начинали крошиться и осыпаться вниз, и я съезжал вместе с ними. Ничего не добившись, пришлось таким же способом спуститься в долину. Доел на ужин мясо и начал искать колючий кустарник, чтобы ночью отдохнуть нормально, а не просыпаться о каждого шороха. Нашел, и даже пробрался внутрь, почти не получив царапин — вот, что значит опыт!

Выспался не очень хорошо — тело затекло, так как переворачиваться не мог в силу отсутствия места для этого. Хорошо, что хоть есть не хотелось, поэтому попив воды, отправился путь, отметив для себя, что необходимо найти ключ, ручей или речушку, чтобы наполнить бурдюки. Лес стал реже, поэтому передвижение замедлилось, поскольку приходилось внимательно рассматривать местность. Почувствовал изменение влаги и принялся искать источник. Есть, нашел — небольшой ключ полметра в диаметре с прозрачной водой находился почти под корнями исполина. Очень захотелось освежиться, поэтому я целую минуту вслушивался в окружающие меня звуки, пытаясь уловить что-то, выпадающее из лесной симфонии. Ничего постороннего, и я, раздевшись, наклонился, чтобы умыться, да так и застыл над зеркальной поверхностью. На меня смотрел совсем другой человек, если сравнивать с тем, кто находился в доме валькирий. Я видел себя в зеркале и отчетливо помню все черты, но в данный момент на меня смотрело лицо другого человека. Как же так? Что произошло? Как такое может быть? А что, если… А ведь это, скорее всего, так и есть — сознание человека из другого мира перестроило тело, то-то вчера и позавчера мне так хотелось есть. И становиться понятным мое желание скорее сбежать — у меня уже тогда начался этот процесс. От радости я чуть было не запрыгал, как маленький ребенок, но сумел сдержаться. Меня теперь никто не найдет! Ведь я уверен, что и аура моя тоже изменилась, хотя и вряд ли так сильно, просто когда меня видели маги, она еще не полностью освоилась с телом, даже после зелья ведьмы. И сейчас она отличается от той, что была в поместье. Вот чувствую, что я в этом прав, но что-то все же не давало мне покоя, что-то, связанное с моими поисками. Успокоившись, начал думать, как еще меня могут искать? С помощью магии, но магия это ауры или не только ауры? Не знаю или не помню, поэтому умылся и начал отмывать засохшую кровь. И тут как обухом по голове — магия крови, ее мне не обмануть. Вот с ее помощью, по моей крови меня могут отыскать, одно радует — много моей крови у местного отца быть не может. Успокоив себя таким образом, я полностью освежился и сделал то, что давно хотел — коротко обрезал себе волосы, благо вчера я наточил свое оружие до состояния бритвы. Потом собрался и пошел дальше.

Вдруг я услышал звон металла и завывание ветра что ли, затем грохот. Понял — работа магии. Скинул все с себя и по отцовской науке начал приближаться к шуму боя. Последние пять метров прополз, зато наблюдать могу из-под дерева, сквозь редкие кусты, которые меня маскируют.

Сражение как раз подошло к концу, и я наблюдал, как три демона тащили в мою сторону валькирию. Я с интересом рассматривал представителей новой для меня расы. Две руки, две ноги, голова, кожа красно-коричневого цвета. Один как раз приподнял голову, и я заметил красные глаза, грубые черты лица с крупным носом. Что они собирались делать с девушкой, я не понимал, пока они не сорвали с нее всю одежду и двое стали держать, а третий, отбросив в сторону свои мечи, принялся расстегивать штаны. Насилие, и как я сразу не догадался. Я с удивлением отметил, что я категорически против этого, и это несмотря на то, что произошло с Линдой. Чуть задумался о таком несоответствии, и понял, что мой принцип такой: хочешь делать с девушкой, что пожелаешь, то сам сделай так, чтобы она сама этого захотела. Но вот такого, против воли, я не приемлю.

— Быстрее, там делайте свои дела, — раздался очень приятный женский голос, — нам еще надо возвращаться.

Девушка дико завизжала, когда державшие ее ракшасы развели ее ноги в стороны. Я не хотел вмешиваться, понимая всю абсурдность этого поступка, но ноги сами вынесли меня к брошенным мечам насильника. Взмах левым и его возбужденные причиндалы падают на землю, но не успел он закричать, как меч в правой руке отрубает ему голову. Два других среагировали недостаточно быстро, так как сами находились в предвкушении и в них играли гормоны. Они успели только бросить тело девушки на землю, как я делаю одновременный выпад двумя руками, и мечи пронзают им горло.

— А ты откуда тут взялся? — слышу разъяренное шипение все того же очень приятного женского голоса.

И тут понимаю, что эта фраза была сказана на языке валькирий, но вот предыдущая, которую я прекрасно понял, на демоните, языке ракшасов. Вот так носитель мне попался, полиглот какой-то. Я посмотрел в сторону раздавшегося голоса — ко мне приближалась девушка со злым выражением на своем красивом лице. Быстрый взгляд вокруг и я делаю несколько шагов в сторону, чтобы никто и ничто мне не мешало сражаться, поскольку я увидел в ее руках мечи. Мимоходом отметил, что валькирия потеряла сознание, что для меня очень хорошо, и принял стойку «расслабленный лентяй». Чисто оборонительная стойка: правая нога немного впереди, руки, согнутые в локтях, опущены вниз, кончик левого меча находится над правой стопой, правый переходит на левую сторону строго под углом сорок пять градусов. Почему выбрал чисто оборонительную стойку, объяснить не могу, но что-то внутри меня твердило, что девушка передо мной великолепный мечник. Успел еще заметить в ее глазах промелькнувшее удивление, а затем начался бой.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, северные территории.

Разведывательно-диверсионный отряд ракшасов возглавляла лучшая, в прошлом, выпускница соответствующей школы их Земель. Основная задача — полная разведка территории сопредельного государства с поиском новых перевалов или мест, где можно незаметно перейти границу Дреггонии. Она, как прямой потомок истинных демонов, была посвящена в планы по созданию союза с орками и дальнейшему захвату прилегающих территорий. Хотя все совершалось втайне, но слухи об этом начали распространяться, поэтому пришлось форсировать события и начать действовать раньше намеченного срока. Вот и ее отряд отправили в Драконовые горы разведать возможные пути как с территории ракшасов, так и с Ханства орков. Тианна с самого начала задала маршрут своему отряду через неприступные горные хребты, и в итоге была вознаграждена — одно место, где хоть и с огромным трудом можно было перевалить через хребет, а там уже более равнинная территория. Из-за относительной безопасности этой территории охранялась она менее тщательно, чем места перевалов. Армии этим путем не перейти, но даже несколько диверсионных групп способны на многое. Ее группа является тому подтверждением. Они разведали все подходы к перевалам со стороны валькирий, на границе с орками пометила один хребет, как перспективный в плане возможного проникновения диверсантов, и даже сумела захватить ценнейший артефакт — Око Дракона. Их всего в мире насчитывалось три штуки, и все они принадлежали Дреггонии. Он позволял магам видеть всех живых существ на расстоянии до ста километров, причем никакой скрыт и маскировка укрыть от него не могли. Точнее от слабого мага, применив маскировку первого и высшего круга, можно было спрятаться, но перед более сильным все это оказывалось бесполезным. Именно маскировка первого круга плюс врожденные способности к отводу глаз, помогли ей завладеть ценной вещью. Где в тот момент находилась сильная магиня, обязанная находиться при нем, следить за ним и вести наблюдения, она не знала, но и терять такую возможность не стала. Захват такого артефакта оправдывал даже то, что пришлось засветить ее группу, тем более что никто не только не знает, где найти окаменевшие останки дракона, но даже не может разобрать плетения на артефакте. Маг же это сотворивший, кстати, мужчина, проживавший в Дреггонии, чему многие удивлялись, уже полвека, как умер.

А после этого началось преследование разъяренной магини, прошляпившей такую вещь. Но гнев очень плохой советчик, несмотря даже на высокий для валькирий уровень — магистр. Поэтому она легко ушла от погони, применив несколько трюков из школы диверсантов. Сама же она не обольщалась и была уверена, что из столицы в срочном порядке пришлют очень опытных следопытов, уйти от которых на их территории будет очень проблематично. Поэтому она решилась на засаду в заранее изученном и подготовленном месте. Место выбрала недалеко от тракта, малопригодное для засады, но более-менее пригодное для пытавшихся спрятаться людей. По ее мнению оно не должно вызвать разных ненужных подозрений у опытных следопытов.

И оказалась полностью права — столичный отряд, встретившись с преследовавшей их магиней. Довольно быстро отыскал их следы, которые они постарались тщательно замаскировать, но, как и полагается, от опытного взгляда это не помогло. Как не помогли и их уловки — через око она видела, что валькирии не расслабляются и передвигаются, тщательно осматривая прилегающий лес. Внезапной атаки, на которую она возлагала большие надежды, не получиться, очень уж опытный отряд прибыл. Внезапность, конечно, будет, но вот результат получится далек от предполагаемого. Воины ее отряда знают, что делать в таком случае, вот только жаль, что многие погибнут, а их и так всего двенадцать, не считая ее. Противников, помимо столичной десятки еще столько же, но самые опасные магини, особенно разгневанная преследовательница. Тианна еще раз осмотрела в глаз окрестности и, спрятала его, приготовилась к тяжелому бою. Но тут обворованная магиня сыграла на их стороне.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дреггон, столица.

Вальду Минстальф оторвали от удовольствия в самый неподходящий момент. Она готова был взорваться и уйти в мир наслаждения, как двери в ее комнатку распахнулись чуть ли не от удара, и молодая следопыт, дежурившая сегодня, запыхавшимся голосом сказала:

— Срочно к, — она запнулась, но тут же продолжила, — начальству.

«„Стерве“ ты хотела сказать», — подумала она, но вслух выругалась:

— Чуть позже не могла прийти что ли?

— Не могла, — тут же отозвалась та, — когда наша командир начинает шипеть, то сама знаешь…

Стерва, как все следопыты называли между собой главу разведывательного крыла, была еще той… стервой. Отличный в прошлом следопыт, великолепная интриганка еще десять лет назад заполучила эту должность и крепко держится в кресле, несмотря на многие попытки ее подвинуть. С огромным усилием заставила себя успокоиться, хотя не полученное удовольствие и океан гормонов не позволило сделать это до конца. Быстро одевшись, она раздраженным еще голосом бросила на прощанье:

— Я еще вернусь, и тогда ты отработаешь за два раза.

Слушая свое начальство, она приходила в изумление — позволить украсть Око Дракона, да еще ракшасам. «Где была эта маньячная дура? Что делала?», — со злостью думала она. — «Наверняка опять подцепила где-то орка и уединилась с ним для удовольствия. Вот что делает с нормальными валькириями учеба в имперской школе волшебства — пристрастилась к другому способу получения удовольствия, а орки в этом плане одни их лучших». Дальнейшие разглагольствования она слушала вполуха, и так было понятно ее задание.

— И еще, — с нажимом сказала Стерва и Вальда начала ее внимательно слушать, — возьмешь из хранилища драконий посох, но смотри у меня…

И она изобразила хватательное движение, сжимая кисть в кулак. Все ее подчиненные знали, что означает этот жест — схвачу за шею и сверну ее. Однажды с провинившейся она так и сделала и с тех пор всегда его делает, если хочет объяснить, что ждет подчиненную в случае невыполнения приказа. Через полчаса ее десяток быстрой рысью умчался на север.

Встреча с Налиной и ее группой преследования произошла на следующий день. Не выспавшаяся, неудовлетворенная Вальда первым делом высказала все, что о ней думает, и только потом задала вопросы по существу.

— Ты где была во время похищения? Опять развлекалась с кем-нибудь?

— Не важно, — гневно ответила та, но Вальда поняла, что попала в яблочко.

— Да мне без разницы, — уже спокойно произнесла она, — Стерве и другим будешь объясняться. Как произошло похищение? Рассказывай быстро, но подробно. Нет, постой. Как их упустили?

Слушая рассказ, она поняла, что ракшасы применили стандартный ход, чтобы уйти от погони, когда ее ведут дилетанты, значит командир опытный.

— Разбились по двойкам и наши следы ракшасов, — приказала она своей группе и обратилась снова к магине. — Теперь рассказывай.

— Во время моего отсутствия у артефакта постоянно находилась моя помощница, которой надоело сидеть в башне, и она вышла во двор. Чтобы не оставлять око без надзора взяла с собой, вот там ее, наверное, и приметили ракшасы, наблюдавшие за нами. Ночью артефакт похитили, а ее убили. Действовал наверняка прямой потомок демонов, потому что применять скрыт первого и высшего круга дальние потомки не в состоянии.

Это значительно усложняет дело, так как работать с оком прямые потомки могут, а значит и их отряд они увидят заранее. Уйти о нас они не сумеют при любом раскладе и самое эффективное в данной ситуации засада. Это мог быть только диверсионный отряд в количестве тринадцати ракшасов, один из которых сильный маг. «Проклятый прямой потомок!» — мысленно выругалась она. Беда всех дальних потомков-магов в том, что он не могу работать с тонкими плетениями. Ударить большим огнешаром, цепью молний или дрожью земли — легко, но создать сеть слежения, заклинание исцеления третьего и выше круга — никогда. Подобраться незамеченными им не светит, придется искать место засады и уже там разбираться, кто и где сидит. Наверняка они все имеют амулеты, скрывающие ауру, поэтому на такой поиск не стоит рассчитывать. В это время вернулись с поиска ее подчиненные с положительным результатом.

— Значит так, — жестко сказала она Налине, — без моего приказа не совершаете ни одного действия.

Магиня раздраженно кивнула, понимая правоту командира следопытов. Следы оказались недалеко, всего в километре от них в сторону столицы. Их пытались тщательно маскировать, но то там, то тут валькирии их находили. Вальда всеми своими органами чувствовала засаду, да и ее девочки в этом уверены, вот и действовали так, чтобы не подставиться под одновременный залп. Осталось найти место и определиться с местами наиболее вероятного нахождения ракшасов. Вот знак — впереди стоянка. Вальда внимательно осмотрелась — вблизи подходящих для засады арбалетчиков мест нет.

— Ставь щит и едешь чуть позади меня, — приказала она.

Они медленно приблизились к месту стоянки, хотя у Вальды не было сомнения, что здесь устроена на них засада. Но атаковать сейчас не имеет смысла — ее подчиненные действуют слаженно и никакой внезапности не будет. Тут в лагере в двух местах появилось какое-то шевеление и Налина с криком: «Я вам устрою!» вырвалась вперед и нанесла удар воздушной стеной по лагерю.

— Стой, дура, — успела крикнуть Вальда.

А вслед за ней ринулась и ее команда. И тут раздались тихие щелчки арбалетов, и она еле успела выставить щит, как в него ударил болт, преодолел и даже ударил в грудь, но упал на землю, отраженный кольчугой. «А болты то с сильной магической начинкой», — подумала она, — «амулеты девочек не защитят». И ответом на ее мысли раздались вскрики. Быстрый охват взглядом места событий — весь десяток Налины, включая ее саму, либо ранен, либо погиб. Ее же подчиненные среагировали молниеносно и ответили своей атакой, кто-то даже попал. Она приметила два места, откуда стреляли, и атаковала с помощью посоха воздушными лезвиями все пространство, чтобы те не смогли перейти на другое место. Полетели в стороны щепки в двух местах смешанные с кровью, рухнули деревья, потеряв опору. С момента, как Налина вырвалась вперед, Вальда поняла, что ее группа оказалась в западне, ведь вся их тактика была рассчитана на двадцать человек с двумя магинями. Сообразили и ее подчиненные, а в данной ситуации самым правильным было навязать близкий бой, вот они и кинулись на сближение, но повезло не всем. Ракшасы попались очень опытные и некоторые успели сделать второй выстрел — раздались крики боли, зазвенела сталь. Теперь она уже точно знала, что им не победить, придется продать свои жизни подороже. Создав вокруг себя мощный щит, она принялась атаковать ракшасов. Посох исправно увеличивал силу ее заклинаний и уже пять врагов убиты, а щит, выставленный в этот раз с использованием все того же драконьего посоха, выдержал удары и зачарованных болтов и атакующих ее заклинаний. У Вальды появилась небольшая надежда, ведь если хватит ее резерва, то можно выйти победительницей из этой передряги. И как насмешка богов над ее мыслями, из-за небольшого кустика в нее полетела непонятная дымка. Она тут же нанесла удар в то место, используя огненную магию, сейчас ей уже было не до пожаров. Шар огня прошел сквозь дымку и врезался в куст — раздался взрыв, а дымка долетела до ее щита и расползлась по нему, и он исчез. Тут же кто-то по ней нанес магический удар, вырвавший ее с седла и поваливший на землю, где от удара о камень она потеряла сознание, успев только деактивировать посох.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, северный тракт, лес.

«…», — мысленно выругалась Тианна оркским диалектом, видя как валькирия с помощью драконьего посоха уничтожает ее отряд. Быстро достав из сумки амулет, сделанный из клыка дракона, она направила его на магиню и активировала. Нейтрализатор щита сработал, как положено — облако хаотической энергии полетело в цель, а сам клык осыпался пеплом. Она тут же откатилась в сторону в небольшую яму, а там, где она лежала, раздался взрыв. Поднявшись, она увидела, что все уже закончилось, а тройка оставшихся демонов приводят в чувство девушку. Хотела их одернуть, но поняла, что поздно. «Вот еще один минус дальних потомков», — с сожалением подумала она, — «будучи в безопасности и видя свою сексуальную жертву, впадают в состояние вожделения и пока не удовлетворят свою похоть, не успокоятся». Магически выводить из него она не хотела, поскольку тогда еще несколько часов те будут неважными бойцами, а в данный момент опасности никакой нет, так что пусть развлекаются.

— Быстрее, там делайте свои дела, — сказала она им, — нам еще надо возвращаться.

И наклонилась, чтобы поднять свою сумку, но звуки обнажающихся клинков заставили ее резко развернуться, чтобы увидеть, как голова одного из ракшасов падает на землю, снесенная его же мечом. Какой-то парень делает двойной выпад и пронзает горло оставшимся двум.

— А ты откуда тут взялся? — раздраженно прошипела она и направилась к нему с целью убить.

Молодой парень, только недавно перешедший в юноши, посмотрел на нее, оценил и принял довольно редкую оборонительную стойку. «Стиль зарийских мечников», — тут же она сделала анализ происходящего, — «но на зарийца не похож. Очень короткие неровно обрезанные волосы, лицо непонятное — такое впечатление, что в нем смешались все человеческие расы. Что ж, тебе же будет хуже». И она атаковала. Для своего возраста он сражался отменно, видно, что владеет боевым трансом первого погружения. Но для нее он не соперник, и она решила немного с ним поиграть — его судьба сегодня умереть от тысячи порезов. И принялась наносить ему эти мелкие раны. Вот его движения как-то изменились, но это не поможет — удар и…

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, северный тракт, лес.

Первая же атака этой девушки показала, что мое внутренне чутье не ошиблось — со мной сражался мастер меча. Я еле успевал реагировать на ее удары, настолько они были быстры. А затем она еще чуть ускорилась, и я почувствовал, как ее мечи наносят мне небольшие раны, хотя я понимал, что могла просто убить. «Она что, решила позабавиться за мой счет?» — мелькнула мысль. Я постарался выжать из себя все, что умею, даже больше, но все мои попытки оказались тщетны — я как получал мелкие порезы, так и продолжаю их получать. Стал перегонять энергию по телу, чтобы хоть таким способом приостановить потерю крови, но долго я так не продержусь. А что, если… И я принялся двигаться так, как меня учили еще в моем мире. Со стороны эти движения должны выглядеть немного неуклюже, ведь предназначались они для рукопашного боя, но первые же па «этого танца» показали, что они действенны. Первый же удар девушки прошел мимо, чем вызвал небольшое удивление в ее глазах. Я же в свою очередь полностью отдался этой науке, вбитой в меня моим дядей и тренером, которым именно сейчас я пожелал самых долгих лет жизни. Девушка еще ускорилась, и ее мечи девушки замелькали размытыми тенями, и первые два удара даже достигли цели, да и то просто царапинами, хотя в этот раз она собиралась меня убить. В дальнейшем я совсем не обращал внимания на ее оружие и не пытался звенеть мечами, поскольку успел зазубрины на моих мечах. В голове стояла мысль: «Как ее лишить сознания?», очень уж хотелось мне ее расспросить о территории и перевалах через горы. Как то же попали сюда ракшасы из своих земель. Начала чувствоваться усталость от потери крови и работы с внутренней энергией, поэтому я, недолго думая, решил ударить ее в затылок. Дерганный шаг вправо, ее меч проходит перед моими глазами в каком-то сантиметре, бью по нему своим мечом, придавая руке еще большее ускорение, и на пределе своих сил прыгаю вперед одновременно нанося удар ей в затылок. Девушка сделала два шага и завалилась на землю.

— Блин, еле живой остался, — пробормотал-прошептал я, — если бы не наука двух миров, то лежать бы мне в луже своей крови. Правда за последний мой удар отец задал бы мне на орехи, — улыбка непроизвольно легла на мои губы.

Усталость навалилась новой тяжестью, но, пересилив себя, я вернулся к своей сумке, достал полоски кожи и принялся связывать девушку по всем правилам отцовской науки, добавив сюда знания моего мира. Ну, никак не поворачивался язык назвать ее ракшасом, никаких черт, присущих демонам и ракашасам у нее не наблюдалось. И только сейчас, отойдя к дереву, рухнул на землю.

Открыл глаза, и тут же встрепенулся — я уснул, хотя и не хотел этого делать. Блин, так и головы можно лишиться или опять стать рабом. Посмотрел на связанную девушку — лежит в той же позе, что и раньше. Даже если в сознании уже, то мне без разницы — не развязалась и ладно. Сильная усталость прошла, раны чесались, некоторые еще побаливали. Прогнал опять свою энергию по телу, но совсем немножко, лишь бы только боль прошла. Вот теперь можно заняться сбором трофеев. Осмотрел место побоища, хорошо тут порезвились маги: в одном месте был настоящий лесоповал, в другом просто мятые кусты и деревья, в третьем обгоревшие деревья и кусты. Хорошо, что ветра нет совсем и пожар не начал распространяться. Я ходил по этому полю битвы, вокруг него, и собирал все подходящее для слова трофеи. Тринадцать заплечных мешков принадлежали, вероятно, ракшасам, а вот валькирии ехали налегке. Последнюю, из оставшихся в живых, я отнес к дереву и уложил под ним, накрыв покрывалом, найденным в одной из сумок.

Занялся перебором, где очень обрадовался одежде и еде в виде сухофруктов и крупы, не обошел своим вниманием и небольшой котелок, и такой же небольшой шатер. Но самые дорогие вещи достались мне от девушки и ее сумки. Я уверен, что она была командиром и сумка, в которой я нашел подробную карту, принадлежала ей. Кроме карты, там были еще какие-то амулеты, писчие принадлежности: ручка с чернилами и стопка листов, и произведение искусства в виде глаза. Вот последним я залюбовался, ведь мастер невероятно точно изобразил его, ему даже удалось показать маленькие жилки. Присмотревшись, понял, что камень чуть прозрачный, поскольку часть этих прожилок уходила внутрь.

— Нееет, — пробормотал я, — такую вещь продавать не буду, разукрашу ее, и будет стоять у меня на полке.

На счет амулетов решил в каком-нибудь городе показать магу, чтобы объяснил их работу, а там можно и продать будет, если закончатся день. Насчет денег было неплохо: шесть золотых монет, одиннадцать серебряных, два десятка меди. Память местного паренька подсказала, что это хорошие деньги, а моя память кричала о какой-то шаблонности. А еще меня поразили мечи моей соперницы — одного взгляда было достаточно, чтобы понять их необычность. С дугой стороны, местная память подсказала, что здесь много необычного оружия, да мастеров по его изготовлению имеется достаточно. Не удержавшись, обнажил их и совершил несколько движений танца с мечами, как называл эту разминку мой отец. Почти сразу понял, что мечи то разные! Если один великолепно лежал в руке и отвечал на малейшие мои движения, то второй был продолжением руки. Они совершенно точно были парными, созданными для полного двурукого мечника, но в тоже время разными. Создавали их разные мастера, один из которых и создал шедевр, а второй попытался его повторить. Но именно, что попытался. Нет, он создал великолепное оружие, но до образца оно не дотягивало. Все трофеи мне не унести в любом случае, значит, выберу самое необходимое: еда, шатер, амулеты, одежда, оружие и некоторые другие вещи. Получилось, что придется брать с собой две сумки.

В это время очнулась связанная девушка, зашевелилась, но кричать или просто разговаривать не стала. Как мне показалось, она старалась вообще не показать, что очнулась, но затекшие руки и ноги все-таки заставили ее пошевелиться. Я ведь связывал ее со всей силы, совсем не заботясь о кровообращении, а то вдруг сумеет развязаться. Я подошел и остановился в двух метрах от нее.

— Хватит притворяться, — с усмешкой сказал я.

Она открыла свои непонятного цвета глаза, толи желто-карие, толи желто-коричневые, и уставилась на меня. И тут я подумал, что рот ей не завязал — вдруг сможет наложить на меня какое-то заклинание? Хотел было метнуться и вставить ей кляп, фиг с ними расспросами и карты достаточно, как пришло понимание, что только архимаги и очень сильные магистры могут направлять заклинание мысленно. А и вправду, зачем мне она нужна? Я и оставлял то ее только, чтобы узнать пути-дороги местные. Развернулся, чтобы быстрее собраться и уйти.

— Погоди, — услышал я знакомый приятный голос, — что ты хочешь за мою жизнь?

— Да мне ничего не нужно, — я проигнорировал ее непонятный взгляд.

Хотя не совсем проигнорировал, мне ее захотелось. Все ясно, соблазняет, но я стойкий в этом плане, ну, по крайней мере, себя считаю таковым.

— Может развяжешь меня и я в знак благодарности подарю тебе незабываемое наслаждение? — голос, казалось, стал еще нежнее и обворожительнее.

— Да ты сразу же меня убьешь, — я все же остановился и повернулся к ней.

— Я обещаю, что не причиню тебе вреда, — и милая улыбка.

Блин, гормоны, ее формы, ее обещания делают свое дело — желание начало возрастать очень быстро, и уже подумывал, чтобы воспользоваться ее предложением. Останавливало меня только одно — я ей не верил, поэтому чувствовать в безопасности в ее присутствии не мог.

— Твоему обещанию цена пол медяка.

— Хорошо, — покладисто произнес ее голосок, — я, Тианна, прямой потомок демонов из рода Красгордаган, обещаю, что не причиню тебе вреда ни сейчас, ни в дальнейшем, и пусть Боги будут свидетелями.

Я опять хотел высказаться по поводу ее обещания, как память аборигена подсказала, что такой клятве можно верить.

— Согласен, — ответил я, и принялся ее развязывать.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, северный тракт, лес, это же время.

«Получилось!», — мысленно воскликнула Тианна. — «Вот привяжу его к себе, и будет бегать за мной на привязи». Частица демонессы соблазнения позволяла ей это сделать. Конечно, придется его тащить вместе с собой в Земли ракшасов и соблюдать данное слово, но это малая толика, если учесть, что Око Дракона попадет к ним. Закрою его в доме, буду кормить и поить до скончания его дней, жаль, что продавать нельзя. Ее развязали и она принялась соблазнительно растирать свои конечности.

— А как же она? — он показал на валькирию, и тут же добавил с металлом в голосе. — Вот только убивать ее не надо.

Внутренне поморщившись, ведь хотела ее сразу же убить, послала в нее заклинание глубокого сна, хотя и сама видела, что та и сама не скоро придет в себя из-за большой потери силы.

— Вот так, — ответила Тианна, — теперь долго не проснется.

Она полностью вернула себе чувствительность и теперь начала процесс привязки, сопровождая его ласками этого паренька. Тот уже возбудился достаточно и даже сам начал ее ласкать. Приятно! Очень приятно! По телу прокатилась сильнейшая волна желания и она отдалась в ее объятия. Наслаждение накатывалось большими волнами, и она захлебывалась чувством эйфории, потеряла счет времени. Вот оно еще больше усилилось, достигло максимума, Тианна в очередной раз задрожала от удовольствия и потеряла сознание.

В себя она пришла с мыслью: «Как было хорошо!», и тут вскочила на ноги. Огляделась — от человека и след остыл. В ярости она принялась ругаться так, что будь здесь орки, стали запоминать ее выражения, а грамотные записывать. В ярости она создала огненный шар и запустила его в дерево, и тут увидела под другим магиню валькирий, почти уничтожившую ее группу. «Ну, хоть с ней рассчитаюсь», — подумала она.

— Только не это, — в следующее мгновение простонала она, — только не это.

И ведь знала же, что нельзя терять контроль над процессом привязки, так как все может произойти с точностью до наоборот. Именно он должен был получать наслаждение, а не она. Но то, что творил этот малец, было настолько приятным и возбуждающим, что она потеряла не только контроль и голову, но и сознание. А самое плохое — она привязана к нему, хорошо, что хоть совершен не полный ритуал и она сможет постоянно жить без него. Однако связь довольно сильна, если его фраза: «Вот только убивать ее не надо» стала для нее законом. А мысль, что он забрал с собой артефакт, должна была вывести ее из себя, а в реальности вызвала чуть ли не бурю восторга. Осмотрелась. Нашла место, где упал посох магини, протянула руку и тут же одернула, так как успела глянуть на него магическим зрением и увидеть, что тот деактивирован. Умирать ей не хотелось, а именно это ожидало ее в случае, если бы она его коснулась. Забрала, что посчитала нужным, в том числе и амулеты валькирии, на которые не распространялся запрет, и отправилась в Земли ракшасов несолоно хлебавши, и что ее там ожидает, она совершенно не представляла.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, северный тракт, лес, пять часов спустя.

Сознание возвращалось к Вальде какими-то рывками, словно после магического воздействия, а когда вернулось, то она вспомнила, что его то как раз и не было. А все, что запомнилось в последний миг — это слетающая с плеч голова ракшаса и брызги крови, попавшие ей на лицо. Она с отвращением поднесла руку к лицу и по засохшей корке убедилась, что то правда. Приподнялась и обвела взглядом место боя, никого не обнаружив, решила выяснить, что же тут произошло. Одно она знала наверняка — ей кто-то помог, хотя оставалось непонятным, почему не привел ее в чувство и не дождался.

Целый час она осматривала всю местность, пытаясь восстановить картину, произошедшую после потери сознания. Картина сложилась следующая: незнакомка или незнакомец убила пытавшихся изнасиловать ее ракшасов, а потом схватился с их предводительницей. Кто победил, она понять так и не смогла, ведь выяснилось, что они пошли разными дорогами. В одном месте трава находилась в сильно примятом состоянии, как будто после боя между собой они там отдыхали. В общем, она осознала, что совершенно не может объяснить произошедших событий. Даже не может с уверенностью сказать, кто ей помог — мужчина или женщина. По отпечаткам ног это могла быть как женщина, так и юноша. Однако последний вряд ли справился бы с ракшасами, поэтому она склонялась к женщине. Но тогда почему она не дождалась ее? Ответ один — она разведчица одного из сопредельных государств. Хотя это, наверняка, эльфийка, которой вполне по силам справиться с ракшасами, а следы она оставила специально, чтобы никто на нее не подумал. Так и доложу Стерве, а вот что им понадобилось у нас, пусть выясняют другие. Переговорный амулет исчез, поэтому ей пришлось идти пешком, пока она не увидела одну, из чудом уцелевших лошадей, и ее путь ускорился.

Глава 7

Инферно, мир Геродат, домен Драурр, замок повелительницы.

Флавилирианна, наконец-то, разобралась с делами, интригами и в который раз возвращалась воспоминаниями к событиям, произошедших в мире Оравия. Она чувствовала, что тайна происхождения их рода тесно связана с тайной той души, что встретилась там. Была уверена, что та займет опустевшее место местного аборигена, а дочка, она надеялась, сумеет его отыскать и разгадать тайну. Мысль вернулась к душе аборигена мира Оравия, и она достала медальон. Это был артефакт, передающийся по наследству в их роде с самого начала их существования, артефакт, не имеющий аналогов ни в Инферно, ни в верхних мирах, ни в мире людей. «Хранилище душ» — так он назывался. Есть артефакты типа «ловец душ», но в них сразу же на пойманную сущность одеваются оковы и та постоянно пребывает в муках, которые владелец артефакта может усиливать по своему желанию. В этом же душа находится в небытии. Из какого металла он сделан, не мог сказать никто, поскольку данный металл не встречался ни в Инферно, ни в людских мирах, некоторые предполагали, что он из Верхних миров, но другие считали, что он вообще не отсюда. Это все она знала из разговоров и объяснений родителей. А служил он для одной цели — имитация поглощения души. Дело в том, что в их роде издревле сложилось так, что они при вызове поглощали не все души. Душа с сильной волей и без отрицательных качеств, таких как предаельсво, зависть, алчность, помещалась в него, а потом ей предлагался выбор: или поглощение, или вселение в демона. Почти все выбирали последнее, ведь оно давало шанс на перерождение после смерти в мире людей. В дальнейшем такие демоны становились самыми преданными и составляли ближний круг телохранителей и охраны. Вот только встречаются такие души крайне редко, точнее крайне редко их могут предложить в качестве оплаты. И всегда это предательство кого-то из родных или доверенных лиц.

Вот и сейчас она капнула своей кровью на него, произнесла фразу на языке рода драурр, и перед ней появился, можно сказать, дух. Для пятнадцатилетнего парня это очень хорошо, даже замечательно — такая сила воли и внутреннее развитие.

— Не буду объяснять, где ты находишься, и сам это знаешь, — начала разговор она простым тоном, — но я предоставлю тебе право выбора. Есть только два дальнейших пути: во-первых, это поглощение, и я вижу ты прекрасно знаешь, что это такое, во-вторых, я могу поместить тебя в тело демона и ты будешь жить дальше здесь. Во втором варианте ты после смерти можешь уйти на перерождение в мир людей, но оговорюсь, что шанс невелик. Ты не первый, кому я это предлагаю, поэтому более подробно можешь поговорить с моей охраной. Привязки и метки у тебя нет, поэтому убегать не советую иначе первый же демон, обладающий умением поглощения, тебя «съест». Можешь идти.

Но парень упрямо поджал губы и о чем-то задумался, глядя на нее. Флавилирианна не торопила его и ничего не говорила, ожидая его добровольного решения. Именно добровольное согласие и давало такой эффект преданности.

— Я хочу получить тело человека, — ответил парень, — вернее, оно должно выглядеть как человек. Вот, как у тебя.

И опять упрямо сжал губы. А она вспомнила предыдущий случай, когда предлагала аналогичный выбор такому же юноше, который вел себя абсолютно аналогично, и который стал в последствии отцом Лины, и который и погиб, чтобы они с дочерью выжили.

— Значит согласен? Учти, возможности такого тела в самом начале значительно уступают другим, и тебе придется очень долго работать, чтобы достичь мастерства. Не передумал?

— Нет, — твердо ответил он.

— Тогда надо подождать, — ответила повелительница домена, — хаотическая энергия инферно тяжело поддается такой структуризации при рождении демона. Можешь погулять или могу отправить обратно в небытие.

— Лучше погуляю, — он впервые улыбнулся.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэннон, центральная площадь, ресторан.

Атара увидела появившуюся на лице барона улыбку, но поняла, что это не насмешка над ней и ее людьми, а гордость за сына. И уже поднимавшийся гнев застыл и медленно вернулся обратно в свое логово.

— И что теперь? — задал он вопрос. — Вы сможете его найти?

Она не спешила отвечать, поскольку понимала, что парень оказался далеко не прост, если сумел обмануть всех, включая магиню, поэтому найти его будет непросто. В данный момент она даже не представляла, где его искать. Он мог уйти куда угодно, проще всего вернуться по знакомой дороге, но Атара склонялась, что тот будет искать другие дороги. Дорог, ведущих из страны, немного, но существуют еще и перевалы, и вообще тропы контрабандистов. Вот, если бы была в наличии его кровь.

— Барон, — решила все же задать этот вопрос, — у вас имеется в наличии кровь баронета? — увидев нахмурившееся лицо барона и пронзительный взгляд его спутника, поспешила добавить. — Хозяйка ресторана довольно сильный маг крови и сможет помочь, правда, вот плата, — она покачала головой, — десять золотых, но результат гарантирует. Если расстояние все же превысит ее возможности, то три. И она никогда не торгуется.

— Договаривайся, — казал Фарен после того, как его друг взглядом дал понять, что его слово в данном случае решающее.

Хозяйка приняла их в своем кабинете на втором этаже. Атара объяснила ей причину и хозяйка ресторана озвучила цену, совпавшую с озвученной ранее.

— Пентаграмма рисуется на коже морской граллы, мы находимся рядом, — отрезал Фарен.

— Такой кожи у меня нет, но могу поспрашивать, наверняка у кого-нибудь найдется.

— Не стоит, — усмехнулся маг, — у меня есть с собой.

Мастер магии прекрасно понимал, что рано или поздно придется проводить ритуал поиска в населенном месте и именно для этих целей и взял с собой кожу морской граллы, обладающей одной очень полезной особенностью. Она очень хорошо скрывала эманации магии крови, что почувствовать ее мог только маг не ниже магистра, да и то находящийся неподалеку. Удивительно, но на другие направления магии этот эффект не распространялся. Стоимость же ее была очень высока в силу ее большой редкости, ведь обитал этот морской хищник на глубине сто-двести метров.

— Я так понимаю, что вам надо это сделать как можно быстрее? — видя подтверждение, добавила. — Пойдем.

Они спустились прямо из кабинета в подвал, где у хозяйки был оборудован заклинательная комната. Рисунок на коже отличался от того, что применял Фарен, и был значительно сложнее, из чего маг сделал вывод, что женщина в самом деле сильный маг крови. Кровь баронета, кровь магини и женщина застыла, затем медленно поднялась и начала поворачиваться, остановившись в одном направлении. Очнувшись и осмотревшись, произнесла:

— Северо-восток на расстоянии двести семьдесят-триста километров.

Поднялись снова в кабинет, где хозяйка устало опустилась в кресло, попрощались и вернулись в зал. Атара задумалась, а мужчины не торопили ее, понимая, что та обдумывает возможности поиска.

— Северо-восток — это северный тракт, там находятся перевалы в Земли ракшасов, Ханство орков и Туманные земли. В первые две сраны он не пойдет, а два перевала, находящиеся там, выведут его к границе с нежитью, вдоль которой он может немного вернуться назад и попадет в Империю. Но есть вероятность, что ваш сын схитрит и вернется обратно вдоль Драконовых гор до границы с Империей. Скажу честно, искать мне его не хочется, даже ради жала. Могу отправить один отряд вдоль гряды с нашей стороны, оплата пять золотых сейчас, если они найдут, то деньги верну.

Мужчины задумались на полминуты, затем Фарен спросил своего друга:

— Что думаешь?

— Согласен, — и посмотрел на валькирию, — сами поедем в город Торн и будем искать там. Если найдете, то привезите его туда.

На этом барон отдал пять золотых, они распрощались и валькирии ушли, а к ним подола Трольда и хотела было сесть, как вспомнила о своем статусе.

— Хозяин, — это слово далось ей с огромным трудом, — у клана будет два месяца, чтобы покинуть территорию Дреггонии, так как по нашим законам вассалы или рабы не жителя страны не могут находить в ней. Каковы будут приказания?

— Сколько у тебя с собой валькирий?

— Десять.

— Отправишь их со мной, сама занимайся переездом своего клана. Законы Зарии и Империи в отношении они мужчин и женщин они знают? Замечательно. Иди. Да, — окликнул он ее, — скажи пусть кто-то из них найдет мне и моим людям хороший постоялый двор и снимет три комнаты.

И два друга принялись обедать, отдавая должное поварам заведения.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэннон, центральная площадь, ресторан.

Лина услышала только фразу о постоялом дворе, поэтому выскользнула на улицу за валькирией. Гостиница, которую выбрала посланная девушка, находилась по соседству с купеческой, причем совсем рядом. Она внимательно осмотрела подходы к ней и пришла к выводу, что попасть вовнутрь, не раскрывая себя и своей сути, практически невозможно. А если она воспользуется своими способностями, то маг такой силы точно почувствует и насторожиться. Придется следовать за ними на приличном расстоянии и ждать подходящего случая. Для нее не составляло секрета, куда они отправятся, ведь поисковую магию крови она почувствовала, но очень смутно, как будто что-то или кто-то приглушил ее эманации. Этот, способ и ей бы пригодился. Вернувшись в гостиницу, она поинтересовалась у купца в каком виде ей лучше следовать за ними.

— Лучше всего воительницей, особенно, если они поедут по империи, — ответил тот. — Там к женщинам по большей части отношение, как к вещи, особенно в семьях аристократов. Не у всех конечно, но для большинства глав семей девушка, вошедшая в детородный возраст, является предметом, за который можно получить некие выгоды после замужества. У нас по-другому, но в империи…, - и он тяжело вздохнул.

— А почему так? — искренне заинтересовалась она.

— Да были на то причины. После того, как третья жена Даратана Великого, после попыток двух предыдущих, тоже попыталась его убить, и взять власть себе, он и ввел это, — увидев вопрос в глазах собеседницы, добавил. — Даратан это полководец, объединивший разрозненные земли в Империю. Поэтому лучше выдавать себя за наемницу, к ним другое отношение. Вот только молодая ты для хорошего наемника, все будут стараться взять тебя в команду для других целей. И еще, придется обрезать волосы, как принято в империи, да и среди валькирий, как ты могла заметить, многие так делают.

— Тогда тот эльфийский доспех оставь для меня, с остальным можешь делать, что хочешь, — уверенно сказала Лина, — Благодарю тебя.

— Да, забыл сказать, — он хлопнул себя по лбу, — на всех дуэлях делай вызов по всем правилам и призывай в свидетели богов, чтобы никто не мог усомниться в результате.

А на следующее утро отряд из десяти девушек и семи мужчин выдвинулся в сторону империи, но не совершили они и дневного перехода, как свернули на дорогу, ведущую вдоль границы в сторону Туманных земель. И никто из них не обратил внимания на одинокую фигурку всадника, держащегося в километре за ними.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, южный тракт.

Линда раздраженно отбросила переговорный амулет, что он сделал полный оборот вокруг ее шеи. Оказывается, ее новый раб есть не кто иной, как сын пропавшего барона ан’Дрей Кир, и мать обязалась его вернуть. Последнее обстоятельство ей больше всего не нравилось, поскольку отступать от своего желания она не собиралась — он будет принадлежать только ей. Девушки ее сопровождавшие, видя плохое настроение своей госпожи, старались даже не смотреть в ее сторону. Девушка доехала до ближайшего трактира и в раздражении заказала себе большой бокал вина, которое и пила то редко да еще разбавленное водой. Алкоголь ударил в голову почти сразу, и в это время к ней подбежал мальчишка, ухаживающий за лошадьми.

— Госпожа, — он опустил глаза, — ваш конь перегрыз привязь и убежал.

— Что, — угрожающе прорычала Линда и уже хотела ударить мальчишку, как увидела, что тот немного похож на ее пропавшего раба, и опустила руку.

Выбежав во двор, она убедилась в отсутствии своего подарка. Расспросив спешивающихся валькирий, которые подтвердили слова мальчишки, она подошла к хозяйке, вышедшей на крыльцо, и спросила на счет покупки нового коня. На продажу была всего одна лошадь, уступающая не только ее пропаже, но и скакунам ее сопровождения. Девушка купила не торгуясь, надела седло, также купленное у хозяйки трактира, и, вскочив в седло, рысью направилась домой. Она изрядно удивила свое сопровождение, не став забирать у них лучшего коня. Но ей было не до этого — все ее мысли занимал этот новый раб, а точнее, то, как его поймать.

А через день вернулась ее мать.

— Мам, — чуть ли не с порога начала она, — его надо обязательно найти, но я не хочу его отдавать никому!

— И что же такое случилось, что ты так на него реагируешь? — чуть заинтересованно спросила она, хотя уже до ее ушей долетели слухи.

И дочка все рассказала своей родительнице.

— Тебе надо думать о поступлении в школу волшебства, — строго сказала мать, — да и неужели ты думаешь, что удастся найти парня, сумевшего обмануть всех нас? Я уже послала отряд на поиски, но это так, на всякий случай — вдруг повезет.

— Фелана сказала, что я легко пройду на боевой факультет.

— Вот и готовься к поездке в империю, а самое главное изучи их законы, — отрезала мать.

Мир Оравия, государство Дрэггония, Драконовые горы, восточная гряда.

Я уходил в империю, тем более что у меня сейчас есть карта. Это не карта всего мира, а Дреггонии с прилегающими к ней странами, где особенно выделены все дороги, тракты, перевалы, даже тропы контрабандистов. Сразу становится понятно, что эти ракшасы разведчики, задачей которых являлось найти возможные пути и, если это правда, то они готовятся к войне. Но Дреггонию, если честно мне совсем не жаль, с ее дурацкими законами. Я вышел к горам, обозначенными на каре как Драконовые, сориентировался на местности и зашагал в сторону перевала, где рядом с ним была помечена, как я понял, тропа. А как все замечательно сложилось с этой девушкой. Она умело все делала, но мне удалось перехватить инициативу и довести ее до потери сознания от наслаждения, и под это дело слинять. То, что ей что-то было надо от меня, я понял сразу, поэтому и постарался поступить с ней также как с молодой валькирией. Но мне начинает нравиться такое действие. На уступ решил взобраться по уже знакомой гряде, для чего в данный момент иду в обратную сторону с максимально возможной скоростью, так как интуиция подсказала, что надо спешить. Вот и скрытый подъем. Поднялся, прошел немного назад и взобрался на большой валун, чтобы осмотреть окрестности. И почти сразу рухнуть, так как внизу, метрах в двухстах увидел отряд воительниц. Блин, да что же так не повезло! Аккуратно сполз с камня и подполз к краю, желая услышать, заметили они меня или нет.

— Точно говорю, здесь я заметила кого-то, — раздался женский голос, — рассмотреть не успела, так как тот исчез.

— Может быть, тебе показалось? — спросил другой голос, в интонациях которого проскальзывали командные нотки.

— Нет, ты же знаешь, что у меня зрение, как у горного орла.

«Вот ведь глазастик попался», — подумал я, но следующая фраза командного голоса заставила меня насторожиться.

— Тралита, поищи следы, где он мог подняться на гребень.

— Если шел только по камням, то сложно будет это сделать, быстро не найду.

И раздалось цоканье копыт, а я лихорадочно начал вспоминать, где я шел. По камням я передвигался только уже перед подъемом, а значит… Я быстро собрался, тихонько отошел от края, чтобы меня гарантированно не услышали, и быстро побежал в сторону гор. Минут семь у меня есть, поэтому надо убежать как можно дальше. Вот только сейчас я старался наступать только на камни, чтобы совсем не оставлять следов. Бежать было неудобно с двумя сумками, но нежелание опять стать рабом подгоняло меня не хуже стаи горных волков. Заметил впереди дерево, хотел его оббежать, как меня посетила одна мысль, поэтому с разбега подпрыгнул и схватился за нижнюю ветку и, пользуясь инерцией, закинул на нее ногу. Чуть отдышавшись, я взобрался выше, достал сумку с амулетами, и начал их перебирать, внимательно рассматривая. У разведчиков просто обязаны быть амулеты, скрывающие ауру, а поскольку они военное подразделение, то и выглядеть должны одинаково. Точно, шесть штук абсолютно одинаковых, было еще три каких-то, но я склонился в сторону этих шести. Я бы их все надел на себя, но память подсказывала, что некоторые амулеты несовместимы и могут нивелировать воздействия. Вот один такой амулет я и одел на себя. Как он активируется, я не знал, но очень надеялся, что автоматически при одевании, ведь это изделие для разведки, где ситуация может сложиться таким образом, что не будет времени на активацию. Да и пользоваться этими амулетами должны люди, точнее ракшасы, без магических способностей. Просидел минут тридцать и собрался слезать, как до моего слуха донеслись обрывки речи — постарался слиться с деревом. Кто-то приближался, но разговоры прекратились.

— Все, дальше бесполезно идти, — заговорившая женщина была немного раздражена, — ушел он или спрятался, здесь это сделать легко — вон сколько ровных мест, где не увидишь никаких следов.

— Я чувствую, что он где-то здесь спрятался, — возразил ей другой голос.

— Знаю я твое «где-то здесь» в радиусе полкилометра, — ответил первый голос. — Хочешь, так сама ищи здесь его, — ехидно добавила первая собеседница, — и кстати, ты уверена, что это беглый раб?

«Меня ищут», — промелькнула мысль. — «Вот ведь стервы, не успокаиваются».

— Да понимаю, что может быть контрабандист, тропка то какая. А может быть, это разведчик ракшасов, слышала же, что уничтожили их группу?

— Ты как хочешь, а я пошла, — и я услышал одиночные шаги.

— Тебе хорошо, — пробормотала оставшаяся валькирия, — семья богатая, а для меня обещанные три золотых хорошие деньги.

И она принялась осматриваться. Я ее хорошо видел — на вид лет двадцать пять, успел заметить рыжую прядь, выбившуюся из-под шлема. Сейчас еще начнет деревья осматривать, заметить меня непросто, но если внимательно всматриваться, то точно увидит. Но тут она что-то заметила и поспешила в ту сторону. А через минуту до меня донесся чуть слышный вскрик. Оппа, это еще что такое? Уж точно не хищный зверь. Я аккуратно спустился, и бесшумным шагом направился в туже сторону, что и девушка, вот только скрываясь за кустами, деревьями, камнями. Вот только ничего не слышал, хотя по моим предположениям я вплотную приблизился к месту, откуда донесся вскрик. Приметил путь, где можно проползти еще немного вперед, так как передвигаться по-другому опасался.

— …ришь ищете беглого раба? — донесся до меня грубый женский голос и я застыл. — Сколько обещали за него?

— По три золотых каждой, — голос девушки был какой-то безжизненный.

— Ого, — воскликнул мужской голос, — Зольда надо самим его поймать и потребовать выкуп. Если она своим людям такие деньги обещала, то и мы сможет стребовать с нее раза в два больше или даже три, видать, раб очень ей нужен. Подчисти ей память, уложим так, как будто упала и стукнулась головой.

Раздалось шуршание, кряхтение, затем резко навалились на меня другие звуки. Ох, ты ж, это же тут заклинание какое-то было, отсекающие все звуки снаружи, а я головой залез за границу. Раздалось опять шуршание, легкий скрежет и все затихло. Выждал пару минут и решил приподняться — никого, а я даже почти встал в изумлении. Но рассмотреть более детально мне не дали, так как послышались крики, зовущие эту девушку, и я быстро метнулся к своему дереву и взлетел на него, впрочем, не забывая ступать по валунам. Что там творилось, не знаю, но вскоре раздались еще голоса, и у меня сложилось впечатление, что пожаловали все воительницы. Разговоров я не слышал, до меня никто не доходил, но спустя полчаса все стихло, а еще через такое же время я рискнул спуститься и быстрее уходить отсюда, так как встречаться с магом-менталистом совершенно не хотелось. Даже совсем не хотел выяснить, где те спрятались среди камней.

А через час местность стала такой, что не оставлять следы я не мог при всем желании, и мне оставалось надеяться, что новые искатели до этого места не дойдут. Но спустя еще час, я понял, что зря надеялся, поскольку смутное беспокойство, появившееся у меня, я сразу связал с этими неизвестными. Преследователи на хвосте мне совершенно не нужны, поэтому по пути я обдумывал о том, как от них избавиться. Главную проблему представляла та, кто допрашивала валькирию, ведь с магом я не знал, как сражаться. Память местного парня не очень помогала, как я понял, его то ли не учили этому, то ли он пользовался этим умением очень редко, поэтому и мне не досталось. Вероятнее всего, воины просто использовали амулеты. От беглого раба вряд ли они ожидают каких-то серьезных действий, поэтому маг не будет держать щит или включенный амулет со щитом, значит, приготовим для них ловушку. Те два миниатюрных арбалета, что я взял у ракшасов, как раз подойдут для этого.

Вот оно — дерево и кустарник росли напротив друг друга, и замаскировать в них арбалеты было не так уж сложно, главное, чтобы хватило длины веревок, прихваченных у ракшасов — тонкая, не более пяти миллиметров в толщину, но очень прочная. Прошел вперед, оставляя четкие следы, затем вернулся чуть стороной и принялся устанавливать и маскировать арбалеты. Задумка была простая: шли преследователи, наверняка, рядом друг с другом, поэтому одновременный залп с дух сторон если не убьет, то ранит их, а затем и я смогу их добить, а веревки нужны для спускового крючка. Замаскировал быстро, а вот дальше появилась проблема — длины не хватало, чтобы спрятаться за валуном, ну, никак мне не хотелось находиться близко к менталисту, самое безопасное место получалось на дереве. От куста протянул спусковую систему по земле, замаскировав ее, затем на дерево, пришлось даже отрезать часть от первой и связать, чтобы хватило. Уничтожил следы подготовки, оставив только ведущий вперед, залез на дерево и принялся наблюдать. Как только показались две фигуры, прильнул к дереву, стараясь слиться с ним.

— Я же говорил, что не потеряю его, — наконец-то смог разобрать слова, — вот тебе и доказательства тебе, — я как наяву представил самодовольство мужчины.

— Да, ищейка ты знатная, — немного иронично заметил знакомый грубый женский голос, — хорошо, что ушел из дознавателей.

— Мне там было не развернуться, — ответил мужчина и рассмеялся.

Какое-то время они шли молча, и только слышимые шаги выдавали их присутствие и то, что они приближаются к засаде. Вот уже должны подойти близко, и я приготовился приподняться, как прозвучал голос мужчины:

— Ты чего?

— Что-то не так, — ответила женщина с напряженностью в голосе, — не пойму ничего. А ну-ка, напряги опять свое чутье ищейки.

Уровень опасности резко возрос, и я рискнул приподняться. Увиденное мне не понравилось: мужчина стоял почти на линии стрельбы арбалетов и оглянулся на женщину, застывшую, словно статуя, и как будто к чему-то прислушивающуюся. Чувство опасности взвыло стаей горных волков, когда те собираются для определения вожака стаи, и я дернул за веревки.

— Ах, вот ты где, — злорадно воскликнула женщина и у меня в голове, как будто взорвался алхимический заряд.

И последнее, что помню, так это свой прыжок в сторону магини и обнаженные клинки у меня в руках.

Мир Оравия, государство Дрэггония, Драконовые горы, восточная гряда.

Зольду совсем не обманул рассказ плененной валькирии. Она не поверила уверениям, что такая щедрая плата дается только за то, что раб обвел всех вокруг пальца. Он был нужен для чего-то другого, причем, очень важного или прибыльного. Узнать бы все нюансы, но с кланом Драконовых Крыльев она не знакома, поэтому придется после поимки его отдать за очень высокое вознаграждение. Тогда эта преследовательница чуть не увидела их тайный схрон, где они прятали все награбленное и будущих рабов. Спасло то, что та шла совершенно не таясь и они услышали ее с шаги. Признаться, поначалу она подумала, что их смогли выследить, но дальнейший принудительный допрос, при котором соврать невозможно, доказал ошибочность этого мнения. Затем они еле успели укрыться. А уж позже ее спутник отыскал след беглеца, обладая просто невероятным чутьем на аурный след. Он его не видел, а просто чувствовал непонятным образом. Как раз из-за этой его особенности они и стали напарниками, зарабатывая деньги в основном похищениями людей на заказ. Ее напарник, по кличке Крот, выслеживал, а она, как сильный менталист, подчиняла их. Некогда он работал в империи в отделе дознаний и занимался в основном поиском преступников, но жить ему хотелось на широкую ногу, поэтому и ушел оттуда, сначала в наемники, затем Зольда узнала о его способностях и предложила партнерство.

И вот сейчас они шли по следу беглого раба, который смог одурачить не только главу клана, но и ее сестру магиню, а это настораживало, пусть та и была не магом разума. Ведь обмануть столько далеко не глупых людей очень не просто, а значит, и этот парень непростой. Отчетливо видимый на горной породе след не давал им потерять беглеца, но на душе у нее было неспокойно именно из-за этого преследования. Вдруг ей стало неуютно, что она даже остановилась.

— Ты чего? — удивленно спросил Крот.

— Что-то не так, — ответила Зольда.

Затем начала ментально осматриваться вокруг, но ничего существенного, — те пять грызунов не в счет. Тут же перешла в полную концентрацию и уже просматривала метр за метром, как взгляд ее упал на дерево. Уйдя по нему вверх, Зольда заметила тень ауры, какая бывает, если на человеке одет довольно сильный амулет.

— Ах, вот ты где, — процедила она и нанесла ментальный удар.

В это же время услышала легкие арбалетные щелчки и ее спутник дернулся. Мгновенно выставила щит, увидев как с дерева на нее прыгает молодой парень, доставая мечи. Сразу же оценив их, она еще усилила защиту, и дополнительно ударив менталом. Первый меч парня ушел в сторону от сработавшего щита. «Неужели ты думаешь сразить меня мечом?» — с усмешкой подумала она, и тут же на ее лице появилось выражение ужаса, когда его второй меч прошел защиту. «А раб то без сознания», — невпопад подумала она, и в этот момент меч разрубил ее гортань и замер, остановленный ключицей. На землю они упали одновременно — тридцатилетняя женщина и молодой парень, лежащий на ней, как будто защищающий от чего-то.

Крот почувствовал резкую боль в левом плече и с удивлением увидел торчащий конец арбалетного болта. И тут же обратил внимание на падающих вместе Зольду и парня. Взгляд на свою партнершу показал, что та мертва, ибо жить с перерезанным горлом невозможно.

— Убью, сука, — прорычал он и, обнажив кинжал, направился к лежащему без сознания парню.

Но природная жадность заставила замереть кинжал на взмахе, а затем опуститься руку. Только сейчас до него дошло, что все, находящиеся в схроне, принадлежит только ему. Пусть денег там в данный момент не так много, но в общей сложности с учетом цен на все товары, там будет около пятисот золотых. А еще можно стребовать деньги с главы Драконовых Крыльев за беглого раба. Превозмогая боль, он достал из сумки крепкий шнур и связал парня. Подобрал его мечи, здоровой рукой опробовал баланс и решил оставить себе, очень уж они ему понравились. Затем срезал лямку на сумке Зольды и принялся искать в ней исцеляющее зелье и мазь для заживления ран. Отломать наконечник болта у него не получиться в любом случае, вот и решил он протолкнуть его дальше, и, схватив за наконечник, вытащить. Все получилось, как и задумал, правда, чуть сознание не потерял от боли, но обошлось. Выпив зелье и смазав рану, он облокотился спиной о дерево и отключился.

Очнулся он сильного чувства жажды, достал из сумки флягу с водой, выпил чуть ли не половину. В это время зашевелился раб, стараясь перекатиться так, чтобы очутиться к нему лицом. С третьей попытки это ему удалось, и он посмотрел на Крота.

— Что смотришь? — угрожающе спросил он, потом рассмеялся. — Залог моего богатства.

Но тот продолжал смотреть в глаза, окинул взглядом его, местность рядом, и с вызовом уставился глаза в глаза. Кроту это совсем не понравилось, и он решил прочить мальца, так сказать, показать, кто тут главный. Поднявшись, он произнес:

— Сейчас я тебя научу послушанию, — и пошел к нему.

— Ты, — с усмешкой ответил тот, — …

И дальше последовало оскорбление на оркском языке. Взбесившись, он быстро приблизился и занес ногу, обутую в тяжелый сапог со стальным носком.

Мир Оравия, государство Дрэггония, Драконовые горы, восточная гряда.

В сознание приходил, выплывая из какого киселя. Руки и ноги затекли, попробовал пошевелиться — не получилось. Что это со мной? И тут нахлынули воспоминания последних дней, где особо ярким был эпизод с моим полетом на магиню. Раз связанный, то ее напарник остался жив и связал меня, а будь это кто-то другой, то слышались бы их разговоры. Ноги, руки за спиной чувствую, словно через толстый слой ткани. Сзади послышалось шебуршание, затем лихорадочные глотки, а мне самому захотелось пить. Постарался перекатиться так, чтобы увидеть моего пленителя и оценить обстановку. Получилось. Все верно спутник магини смотрел на меня и что там еще сказал, но я совсем не вслушивался, а отмечал все нюансы. Он ранен, значит, моя задумка все же удалась, вот только не знаю насколько серьезно. Надо его расшевелить — тогда можно сделать вывод и об этом, и я с вызовом уставился на него.

— Сейчас я тебя научу послушанию, — он поднялся и направился в мою сторону.

Я же в свою очередь отметил, что он бережет левую руку, плечо которой получило ранение, даже чуть скривился. Это хорошо, что рана не пустяковая, как я подозревал поначалу, ведь пробить кольчугу, надетую на него, сложно. Болты то непростые. Тут молнией промелькнул у меня в голове план.

— …, - обозвал я его на языке орков, ругательствам которого я научился у командира отцовой дружины.

Гнев перекосил его лицо, и он ускорился, я же, как бы в страхе, поджал ноги. Замах и я с максимальной силой бью ему в колено опорной ноги и с удовлетворением слышу хруст костей.

— Аааа, — заорал он, — ааа.

С максимальной скоростью я перекачиваюсь к дереву, у которого я видел свои мечи. Лег на бок, нащупал пальцами лезвие и принялся резать веревки, связывающие руки. Получалось, честно говоря, не очень. Прекратились крики, и я скосил глаза на дорогу. Блин, этот бандит на четвереньках, кривясь от боли, полз ко мне, в правой руке сжимая нож. Я заработал быстрее, но непослушные пальцы постоянно теряли лезвие. Уже не заботясь о том, чтобы себя не поранить, принялся пилить. Этот уже рядом и я опять поджал ноги для удара. Он дернулся вперед, и я распрямил ноги, но он был уже готов к такому развитию событий — отклонился и ударил ножом, нанося мне резаную рану. Но тут же уткнулся лицом в землю, поскольку раненая опорная рука подкосилась. Взревев от боли, он приподнялся и надвинулся на меня, напоровшись на выставленный меч. В последний момент мои руки получили свободу, и я с максимальной скоростью схватил клинок и выставил перед собой, попав тому прямо в правый глаз. И увидел капающую из моей руки кровь. Опять! Блин, сколько же можно получать ранения.

Прогнал по телу энергию — онемение прошло сразу, зато боль из-за появившейся чувствительности пронзила руку. Поднялся, сжав челюсти, залез на дерево и сбросил свои сумки. Достал запасную рубаху, отрезал подол, начал бинтовать правую руку, как мой взгляд упал на небольшую коробочку. Мазь, понюхал его. Мелькнула догадка и я наклонился над раной бандита, чтобы проверить ее. В нос ударил запах немытого тела, но сквозь этот аромат я унюхал и запах мази. Обильно смазав раны, забинтовал их, и с последних сил доковылял к дереву, упал и отключился.

Снились какие-то кошмары, меня преследовало нечто непонятное, затем смесь магини, бандита и волка. Проснулся в холодном поту, чтобы увидеть, как четыре горных волка почти съели магиню. Мои шевеления не прошли даром и четыре пары глаз уставились на меня. Два ближайших хищника медленно пошли ко мне. Меня охватила такая злость на валькирий, на этих двух бандитов, на волков, что я зарычал с такой силой и злобой, что эхо своего рыка слышал еще некоторое время. Не знаю, что там услышала четверка зверей, но они развернулись и убежали в сторону долины. Чувство опасности полностью покинуло меня, чем я не применул воспользоваться, засыпая.

На этот раз проснулся от холода. Открыл глаза — и увидел темноту, но быстро сообразил, что ночь. Достал из сумок одеяла, на одно лег, другим укрылся и опять уснул.

Вот теперь можно сказать, что я выспался, да и желудок напомнил мне о еде. Позавтракав кашей с сухофруктами, в который раз принялся за разбор трофеев. Странно, кроме двух плоских фляг и денег, ничего стоящего не нашел. И с деньгами получалось, что они сговорились: две золотые монеты, десяток серебра и столько же меди. Но серебро было в монетах разного достоинства: пять полноценных и пять половинок. Перелил остатки воды во фляги и отправился в путь.

— И это у них называется перевал? — спросил я сам себя и выругался.

Последнюю неделю горы и так меня не радовали, в некоторых местах я трудом преодолевал их, но здесь это что-то с чем-то. Скала, конечно, не отвесная, но как ее преодолевать, я не представлял. Ошибиться местом я не мог, поскольку слева выделялся очень приметный пик, обозначенный на карте. И в соответствии с ней где-то здесь проходит тропа, которую я никак не видел. Понимая, что могу сильно задержаться, нашел хорошее место для стоянки, правда оказалось оно чуть ли не полукилометре, но оно того стояло. Вертикально стоящие камни образовывали круг метров десяти в диаметре с входом, шириной три метра. Заняться поиском тропы решил с завтрашнего утра.

Целых три дня я занимался поиском, и только на четвертый, уже отчаявшись, решил попробовать забраться на дерево, росшее на высоте пяти метров с толстым суком, отходящим как раз в мою сторону. И только очутившись там, понял, что это и есть начало тропы.

Перевал. Живописные места и спереди и сзади. Далеко впереди виднеется какая-то дымка, и на ум пришло название: Туманные земли. На карте они обозначены, точнее их граница, а за ними конец моего путешествия — Империя. Память подсказывала, что спускаться с гор необходимо медленно, делая стоянки по паре дней, а вот причину этого не помню. Еды должно хватить — третьего дня убитый горный баран и зажарен, и завялен, крупы еще остались, но уже немного и приходиться их беречь, опять переходя на охоту.

Третья стоянка, второй день. Солнце сегодня припекло, и я весь день наслаждался им, купаясь в его лучах. Даже сейчас, на закате, от нагретых за день камней исходило тепло. Отдыхая, я взял в руки мечи и в очередной раз принялся внимательно их рассматривать, стараясь все-таки определить различие. Начались сумерки, и я ушел в себя, задумавшись о своей жизни в этом мире. Взгляд расфокусировался, вдруг на одном из мечей я увидел голубоватые линии. Присмотрелся — ничего. Опять вернулся в то состояние и снова заметил их. Попытался вглядеться — пропали. Минут десять пытался их разглядеть, но не получалось, пока не додумался смотреть как бы за меч. Вот сейчас увидел, а меняя фокусировку за мечом, нашел то расстояние, при котором я отчетливо различил сложный рисунок, напоминающий кружево. Меч, где я это увидел, оказался поделкой шедевра, и я с энтузиазмом принялся рассматривать сам шедевр. А здесь меня ждал облом — даже никакого намека не было на рисунок, хотя тот просто обязан быть. За мечами последовали амулеты, другие вещи, даже глаз рассматривал для чистоты эксперимента, но только некоторые амулеты позволили отчетливо различить линии. А тот, что висел у меня на груди, позволил рассмотреть лишь нечто расплывчатое. Этот процесс меня настолько захватил, что прекратил им заниматься, когда глаза начали слипаться, тем более что темнота не являлась преградой. Объяснение этому мог дать только одно — магия! Но магом являлся именно я сам, а не местный парень, ведь я точно помню сожаления моей мамы по поводу отсутствия у меня магических способностей.

И только в данный момент я понял, что хочу от жизни в этом мире — создавать артефакты. А когда это осознал, то с огромным трудом заставил себя лечь спать, потому что надо отдохнуть, ведь завтра опять спуск.

Вот и долина по другую сторону гор, и хотя я находился еще на территории Дреггонии, но запах свободы я чувствовал очень и очень отчетливо. На магическом поприще я тоже были успехи — на амулете сокрытия ауры для меня начали проступать контуры плетения, что говорит об улучшении моего магического зрения. Выходит все, как везде: тренировки, тренировки и еще раз тренировки.

Мир Оравия, государство Дрэггония, Драконовые горы, третий перевал, застава.

Вокруг костра сидели три валькирии, три молоденькие девушки и отдыхали от дневной вахты. Опустилась ночь, и только отблески огня играли на их лицах, рисуя тенями различные узоры.

— Что это было? — вдруг встрепенулась самая молодая из них и посмотрела во тьму.

— Ты что-то заметила? — блондинка с соломенными волосами посмотрела в ту же сторону.

— Да показалось, что лошадь прошла, — с сомнением в голосе ответила первая, — может быть, сказать нашему магическому величеству, чтобы проверила?

«Магическое величество» было произнесено с большой долей иронии, на что все три девушки весело рассмеялись. Но самая молодая все ж повторила свой вопрос.

— Иди и скажи, — съехидничала третья, — а мы постоим в сторонке и посмотрим на то, что тебе ответят.

После это фразы самая молодая махнула рукой и они продолжили разговор о своем, о девичьем.

Мир Оравия, государство Дрэггония, граница с Туманными землями.

Я стоял и смотрел на туман, давший название большой территории. Плохо было то, что память отказывалась сообщать об этих землях. Туман, конечно, навевал разные нехорошие мысли, но у страха глаза велики, поэтому решил пересечь, а там и до столицы будет подать, если я правильно понял из подслушанного разговора между валькириями в поместье. Их можно было обойти, если пойти на юг до границы Империи и там ее пересечь, но по времени это займет очень много, а интуиция твердила, что в этом случае могу опоздать. Вдруг я услышал позади себя конский топот и тут же рухнул на землю, отползая за дерево. Показался одинокий всадник. Нет, не всадник, а одинокая лошадь. Опять не то — одинокий конь, в котором я с изумлением узнал Агата, даже, скорее всего, почувствовал, что это он. Он бежал прямиком в мою сторону, как будто и сам чувствовал. Хотя почему как будто? Если наше меня, значит так и есть.

— Привет, дружище, — я обнял его за шею, — теперь дальше будем путешествовать вдвоем.

Агат заржал, подтверждая мои слова. Через десять минут мы въехали в пределы Туманных земель.

Глава 8

Мир Оравия, Империя, приграничный тракт.

— Не обманул патруль, — сказал Фарен, внимательно всматриваясь на север.

— Ты о чем? — барон оторвался от своих мыслей.

— Патруль сказал, что Туманные земли расширились, и я сейчас это почувствовал, — ответил маг своему другу. — Я ведь бывал здесь ранее и помню, что влияния этих земель совсем не ощущалось, а сейчас я отчетливо чувствую некроэнергию.

— И что это значит?

— Если в общем, то ничего хорошего, а в частности я не знаю почему это происходит. Я же целитель и мне некромантия давалась с огромным трудом, так что у меня в основном теоретические знания, да и то в тех областях, которые связаны с исцелением. Могу только предположить, что что-то случилось и в Туманные земли начала поступать энергия смерти.

— И сколько там может быть энергии смерти? — уже с интересом спросил Хорн.

— А что ты вообще знаешь об этих землях? — ответил вопросом на вопрос маг.

— Нууу, — протянул он, — что там очень давно произошла битва между людьми и демонами, пожелавшими захватить наш мир.

— Это знает каждый житель нашего мира, — усмехнулся Фарен. — На самом деле в этом месте произошла решающая битва между людьми и демонами. Даже не так, тогда объединились почти все люди разных стран, эльфы Первого леса, даже большая часть орков, и что совсем невероятно к нам присоединилась часть драконов, меньшая часть. А вот большая, — и маг сделал паузу и продолжил немного о другом, — чтобы там не говорили валькирии о своем прошлом и прошлом их мужчин, которых называли валькарами, на самом деле большая их часть ушла с основной массой драконов и присоединилась к демонам. Естественно валькириям не хочется вспоминать о таком предательстве их мужчин.

— Слушай, а откуда такие сведения? — удивился барон. — И мне ты ничего об этом не говорил.

— А ты не спрашивал, — улыбнулся Фарен, — а вот на счет откуда, так это легко объяснимо — мой учитель имел доступ в любую часть имперской библиотеки и прочел все первоисточники о тех временах. На чем я остановился? На предательстве валькаров. Да-да, именно предательстве, — от обернулся к внимательно слушавшей его рассказ командиру валькирий, — это и есть подлинная история вашего народа и страны. Так вот, — продолжил он повествование о давно минувших днях, — надо сказать, что чета Старейших драконов присоединилась к людям, чем почти уравняла противоборствующие силы летающих ящеров. Вместе со Старейшими в войну вступили все валькирии и остатки валькар, сохранивших верность. Поначалу демоны быстро захватывали новые земли, пока не сплотились все разумные нашего мира, и произошло это именно в Туманных землях, хотя тогда эта местность называлась Дрруэгга Корта, — увидев, что его друга так и подмывает задать вопрос, добавил. — Не спрашивай, как это переводится — не знаю. И вот в этой решающей битве люди, наконец-то, смогли дать бой, и когда мы начали теснить демонов, группа врагов, в составе которой были драконы, валькары-предатели, демоны, даже два архидемона, смогла обойти и ударила в тыл нашим войскам. На их пути оказался Старейший с валькарами и частью валькирий — завязался бой. Но эта атака имела отвлекающий маневр, под прикрытием которой враги применили заклинание высшего круга некромантии — Пелену Забвения. Правда мой наставник относил его к низшему божественному кругу, ведь оно действовало и на живых людей, превращая их в берсеркеров и усиливая их боевые возможности, а после их смерти они тут же поднимались нежитью. Ценою гибели всех валькаров, их воительниц, тяжелой конницы резерва, Старейшему удалось отразить атаку, сдержать распространение Пелены и уничтожить ее. Но сам он получил ранения и почти полностью истратил свою силу. Но потом, то ли демоны изначально так задумали, то ли виной огромный выброс энергии смерти, открылись Врата Некроса в мир немертвых, и в наш мир пришел сам его хозяин. Пусть его возможности сильно ограничены в мире живых, но он все-таки Бог, а раненый и обессиленный Старейший ничего не мог ему противопоставить. Старейшая, воюющая в другом месте почувствовала смерть своего друга, и говорят, что от ее рева даже архидемоны в рядах врагов впали в ступор. Она стрелой полетела в ту сторону, прихватив с собой старшего архимага людей и лучшего эльфийского венталя, которым был брат тогдашнего Владыки. Что там происходило, не знает никто — десять дней гремела битва, от места их сражения волнами расходилась магическая энергия различных направленностей, переплетенная между собой. Плести заклинания не могли ни люди, ни эльфы, ни шаманы орков, ни демоны. Люди, обозленные на демонов, с еще большей яростью вступили в схватку и окончательно переломили ход битвы, разгромив захватчиков. На одиннадцатый день вернулась драконица, так ничего не рассказав. После войны какое-то время она жила вместе с валькириями, затем куда-то пропала, после чего они переименовали свою страну в Дреггонию. Еще по слухам с тех пор никто не видел, чтобы Старейшая творила магию. Так что некроэнергии в Туманных землях очень много, — закончил он свой рассказ.

— А откуда у тебя жало?

— О, это семейная реликвия, — начал Фарен новый рассказ, — она передается из поколения в поколение. Мой далекий предок, которого звали как и меня, точнее, меня назвали в его честь, был очень сильным магом крови, и вбил себе в голову, что у драконов просто обязаны наличествовать сильные заклинания из этой области. Вот он и отправился в Драконовые горы, чтобы отыскать дракона и побеседовать с ним. Как он собирался это делать, я не в курсе. В одном ущелье он встретил раненую драконицу, точнее, умирающую. Как протекала их беседа, сведения не сохранились, но в итоге он получил жало, некоторые знания, убедился, что драконы никогда не используют магию крови, и пообещал сохранить дитя, которое еще не вылупилось, и дождаться прилета ее друга. Чтобы он смог выполнить свое обещание, она научила его одному заклинанию, которое поддерживало вокруг яйца специальную магическую атмосферу, но взяла обещание никому его не передавать и не обучать. Вот с тех пор оно и находится в нашей семье. И чтоб я этого никогда не слышал, — добавил он, чувствуя, что друг начнет его отговаривать от своего решения по поводу обмена.

В это время к главной валькирии подъехала девушка из дозора и что-то сказала. Командир быстро сократила расстояние между собой и бароном.

— Хозяин, — Хорн поморщился на такое обращение, — там дозор заметил что-то странное.

— Говорю тебе, а ты передай всем, — сказал барон, — называйте меня просто командир. Поехали покажешь.

Они съехали с тракта и направились в сторону небольшого холма. Поднялись на него, там их дожидалась еще одна воительница.

— Видите вон тот холм, и вот этот? — без предисловий начала она. — Раньше их здесь не было. Я была в этом месте совсем недавно, поэтому и помню.

— Может быть, искатели сокровища здесь пытались найти или артефакты? — спросил барон.

— Постой, — сказал напряженным голосом Фарен.

В это время он вошел в состояние полной концентрации и напряг свои чувства, и через некоторое время почувствовал колебания энергии смерти, как будто кто пытался ее скрыть. Но предупредить не успел — на людей обрушился страх, а из новых холмов начала появляться нежить — скелеты и скелетоны. Но страх такой силы говорил, что должны быть еще, как минимум личи. И подтверждая это, на людей полетели два сгустка тьмы, один из которых был не менее мера в диаметре, что говорило об атаке архилича. Защита, выставленная Фареном и магиней валькирий, успешно отразила эту атаку, а сама магиня атаковала огнешаром подбегающую нежить, причем вполне успешно.

— Отходим, — раздался голос барона.

Но лошадей сковал ужас, и двигаться они не могли, как не пытались совладать с ними их хозяева. Пришлось их оставить и ретироваться пешком. Но отойти не успели — быстрые скелетоны догнали и завязалось сражение. Низшую нежить рубили довольно легко, но уж очень много ее было. Вдруг страх навалился с такой силой, что только долгие годы тренировок и множественные стычки, помноженные на опыт, не дали людям опустить оружие.

— Этих только нам не хватало, — зло прорычала магиня, отправляя стену огня в направлении архилича.

Хорн проследил взглядом направление, куда смотрела женщина — два рыцаря смерти. Хотел взять их на себя, как приметил мелькнувшие две тени и тут же переключил свое внимание на них.

— Рыцари на вас, — отдал он приказ другу и магине, и совершил длинный прыжок наперерез вампирам.

Вампиры были очень быстры, и только умение, передающее в их семье из поколения в поколение, не дало погибнуть в первые мгновения схватки. Оба вампира оказались отличными мечниками, а один так вообще двурукий, и будь у них оружие лучшего качества, он бы все равно не избежал тяжелых ран. Отвод, отвод, контратака — отбита. Этот удар не успеть отразить, надо чуть повернуть корпус, чтобы удар пришелся по касательной. Но в это время сверкает меч одной из девушек, вампир отбивает его и в ответ на эту атаку делает быстрый выпад, пронзая ей сердце. Но тот в свою очередь немного раскрылся перед бароном, чем тот воспользовался и правая рука врага падает на землю.

Фарен в последний момент успел сотворить заклинание «волна жизни» и, крикнув «Убирай», выпустил ее в направлении рыцарей смерти. Переливающаяся изумрудным и зеленым цветами стена накатила на нежить, превращая ту в пыль, а рыцари смерти прекратили излучать страх и сильно замедлились в движении. К ним тут же подскочили три девушки и принялись добивать. Сам же маг начал оседать, но пара девичьих рук подхватила его и начала оттаскивать от места боя.

Мильда уже из последних сил держала щит, не позволяющий подступиться к ним, прекрасно зная, что целительские заклинания против нежити требуют некоторой подготовки. Правда и эффект от них очень высокий. Вот и сейчас, услышав его «убирай», мгновенно убрала щит, иначе его заклинание потеряет силу. Но она не думала, что друг барона сможет создать заклинание из высшей эльфийской магии, которые подвластны магам не ниже хорошего и опытного магистра. Но и сам он истратил все силы, сейчас от него помощи не будет. Увидев летящий в нее сгусток чего-то из некромантии, просто рухнула на землю, экономя силы, и сразу же вскочила, отправляя в лича огненное копье. И тут же из остатков маны сотворила под ногами скелетов, наседавших на баронских дружинников и кого-то из девушек, ледяную корку. Копье пробило щит лича, но убить не смогло и только отбросило его метров на пять. Нежить замешкалась на корке льда, что позволило защитникам выровнять строй и одновременно отступить.

А архилич разозлился не на шутку — скелеты разошлись, повинуясь мысленной команде, и он бросил в сторону только что отступивших воинов нечто, похожее на мяч, напоминающий густой туман. По мере полета он расширился, став почти прозрачным, и накрыл оборонявшихся. Что это за заклинание, Мильда не знала, но эффективность его не вызывала сомнений — движения людей замедлились, чем сразу воспользовались скелетоны, убивая их. Она в ярости достала артефакт и, активировав его, направила на немертвого мага. Но тот не стал ждать последствий применения, а резво отскочил вправо, взмахнув при этом рукой — и Мильду что-то мощное ударило в грудь. Талисман смог нивелировать часть воздействия, поэтому вместо смерти ее отбросило, и она потеряла сознание.

Хорн ан’Дрей прекрасно видел, как гибнут его люди, но помочь им не мог — вампиры хорошо связали его боем, и отсутствие руки у одного из них сказалось не так сильно, как барон предполагал изначально. Страх и ментальное воздействие рыцарей смерти не позволяло ему перейти в более глубокий транс. Краем глаза заметил нечто изумрудное, а в следующее мгновение ментальное давление страхом исчезло, и он привычно перешел на третий уровень боевого транса. Вот теперь другое дело — он видел все движения вампиров, а не так как раньше, где только интуиция и опыт позволяли ему предугадывать многие из них. Блокировка удара левого соперника, отскок в направлении правого, мечом в правой руке успевает отвести удар от своей груди, усилие кисти — и меч вампира прижимается вниз, а левым мечом он отрубает голову. Теперь второй. Но чувство сильной опасности заставляет его совершить перекат, но он не успевает. Совсем чуть-чуть — облако лишь краем зацепило его, но он почувствовал онемение. Разогнав внутреннюю энергию по телу, опять уходит перекатом, теперь уже от вампира, на которого, судя по всему, эта магия не оказывает никакого воздействия. Опять чувство опасности, но и вампир что-то почувствовал, потому как сблизился, блокируя атаку на верхнем уровне и хватая его за вторую руку, не дал барону уйти в сторону. В этот раз облако накрыло почти половину его тела, по которому прошла легкая судорга, и он понял, что амулет, противодействующий магии полностью разрядился. Освободившись от онемения, он смог оттолкнуть от себя вампира, нанеся тому глубокий порез на груди, но в следующее мгновение обыкновенный огненный шар ударил его в грудь. Осыпался пеплом талисман, не давая барону сгореть заживо, а его самого отбросило под ноги чудом оставшихся в живых дружинника и командира валькирий. Они закрыли барона собой и приготовились исполнить свой долг до конца. В трех метрах от них, слева, еще одна валькирия проделала то же самое с его братом. А чуть сзади лежала без сознания последняя, из оставшихся в живых, воительница, магиня Мильда. Это все, что осталось от довольно сильного отряда воинов. И в данный момент три пары глаз наблюдали, как на них надвигается полупрозрачная пелена.

Мир Оравия, Империя, приграничный тракт.

В этом месте дорога петляла между холмами и возвышенностями, что позволило Лине сократить расстояние до пары-тройки сотен метров, а червячок плохого предчувствия, начавший буравить ее, заставил приблизиться еще. В момент, когда она рисковала быть замеченной, она почувствовала отголоски применения заклинаний: смерть, тьма, огонь. Раздумывать нечего — воевать могли только так нужные ей люди. Пришпорив коня, она понеслась вперед. Битва разгоралась за небольшим холмом, и она поднялась на него чуть в стороне.

Зрелище, открывшееся ей, совсем не радовало — два рыцаря, два лича, два вампира и много мелочи атаковали отряд людей.

— Откуда взялось столько старшей нежити? — удивленно пробормотала девушка, спешилась и начала приближаться к месту сражения.

События между тем подошли к кульминации — изумрудная стена уничтожила скелетов и значительно замедлила рыцарей, которых принялись добывать три девушки. Справились достаточно быстро, но отступить не успели — один из личей и магиня сотворили по заклинанию, вот только целью лича были три воительницы, добывшие рыцарей, а женщины он сам. Оставшийся в живых мертвый маг принялся быстро создавать заклинания и атаковать оставшихся в живых людей. «Да это минимум архилич», — мысленно воскликнула девушка, — «а может быть и первая ступень высшего». Скрывать свою сущность не имело никакого смысла в противостоянии с таким соперником, поэтому она сбросила полностью маскировку и приготовила щит. Вот только применила его не на себя, а поставила перед людьми, влив в него половину своего резерва маны — на пути движения заклинания некромантии, которого она не знала, появилась мерцающая багровыми всполохами стена. Столкновение двух заклинаний аннигилировали друг друга, а Лина убедилась, что с магом ей не совладать, оставалась надежда на ее меч. Обнажив его, она побежала к личу, на ходу раскрывая свою суть по полной — движения ее ускорились, а мир казалось замер. Но нет, ее противник схватил в руку что-то, висящее у него на груди, поднес на уровень глаз и Лина ощутила ментальную атаку чуть выше среднего уровня по шкале инферно. Она чуть повернула голову и скосила глаза — тройка людей схватилась за голову и покатилась по земле. В ее арсенале был только один магический щит, который мог противостоять заклинаниям высокого уровня, но маны он потреблял очень много. Его она и создала, интуитивно использовав весь свой резерв — и перед девушкой, как ранее перед людьми, замерцал щит, в который ударило что-то из области тьмы, а сразу за ним некромантии. На втором заклинании щит исчез, исчерпав вложенную в него магическую энергию. Лине до лича оставалось всего-то пара десятков метров, и девушка поняла, что не успеет приблизиться прежде, чем маг сотворит еще что-то. Но и отступать нельзя. Так хоть есть небольшая надежда на победу, а в случае бегства результат только смерть, а с учетом кто ее противник, даже хуже смерти. «Надо было плюнуть на эту кровь и так искать его», — со злостью на саму себя подумала девушка.

Но, видать, и у архилича есть предел возможностям — новое творение магии так и не появилось, и девушка, приблизившись, сходу нанесла удар. Ее меч встретился со скипетром, высекая искры — началось фехтование. Он был быстр, очень быстр, быстрее нее, но Лина поняла, что тот не является бойцом, его удары был просты, а блоки корявы и рассчитаны на силу. Один финт, другой — и она, не доведя удар, уходит в сторону, так как взвыло чувство опасности, а из навершия скипетра ударил бледно желтый луч, правда всего на пару метров. Теперь девушка старалась не подставляться под него. Третий финт увенчался успехом и она почти отрубила руку личу, но он отпрыгнул назад, выставляя в направлении девушки здоровую. Лина автоматически закрылась мечом, поскольку уйти с линии атаки уже не успевала. Небольшой шар, сотканный казалось из тумана, соприкоснулся с мечом и исчез, а на клинке проявившаяся рунная вязь налилась белесым светом. Она не придумала ничего лучшего, как приблизиться к магу и проткнуть его мечом, хотя и знала, что так убить нежить невозможно.

То, что произошло мгновением позже, она не знала как объяснить, кроме как списать на меч-артефакт. Вязь вспыхнула еще ярче и погасла, а лич замер на мгновение и рухнул на землю. Девушка тут же отрубила ему голову, затем еще и тело разрубила на куски.

— Повезло, — вздохнула Лина, — надо же было нарваться на архилича. Больше так рисковать не буду.

И еле успела отскочить от атаки вампира, но этот противник был значительно проще, даже с учетом того, что к нему на помощь подошли скелеты. Тем более, что тот был ранен. Три взмаха и голова его отделилась от тела, ну а покончить со скелетами для дочери повелительницы домена было проще простого. Осторожно подошла к раненому личу — вовремя, еще минуту и тот бы восстановился и атаковал ее.

Она повернулась к оставшимся в живых людям, но те лежали на земле. Девушка обошла их всех, проверила биение сердец, убедившись, что те живы, просо находятся без сознания. Чуть поодаль нашла еще одну живую воительницу и перенесла ее к остальным. Теперь занялась своей целью — обыскала мага, и в поясной суме нашла флакон.

— Таак, флакон обработан заклинанием, защищающим кровь от внешних воздействий, — прокомментировала она свою находку.

Чья кровь находится в найденном предмете, она не сомневалась, поэтому достав из рюкзачка пергамент, она нарисовала сложную пентаграмму поиска, капнула три капли крови на кончиках трех лучей, и произнесла не менее сложное заклинание. После того, как почувствовала направление, она сверилась с картой, отданной ей купцом, и пришла к выводу, что Туманные земли, где встречается старшая, а возможно и высшая, нежить необходимо обойти. Запечатала пергамент специальным заклинанием, чтобы еще пару раз можно было его использовать для поиска, и решила поехать в город Керн, а там она перейдет границу и поедет навстречу парню. Целительством заниматься она не стала, поскольку видела, что смертельно опасных ран у людей не наблюдается, да и резерв ее только начал восстанавливаться. Из трофеев она взяла только скипетр архилича, так как не чувствовала в нем большое скопление некроэнергии, скорее всего, это было многофункциональное оружие. «Ведь не глупец же он в самом деле, чтобы идти в земли, кишащие нежитью», — подумала она, еще раз прокрутив в голове возможные маршруты, и пришпорила своего скакуна.

Мир Оравия, Туманные земли.

Туман, окутавший меня, оказался совсем не туманом, никакой сырости не было. Я перешел на магическое зрение и даже открыл рот от удивления — там тоже был этот же туман, более того, он не позволял видеть более чем на пять метров, хотя обычным зрением только в пятидесяти мерах предметы теряли очертания. «Интересно, архимаги на какую глубину могу видеть?», — подумал я. Далеко вглубь уходить я не стал, и принялся искать место ночлега. Здесь сказывалось влияние гор и местами встречались валуны, вот между двумя я и поставил свой шатер. Разогрел на небольшом костре мясо, поужинал и лег спать.

Проснулся ночью от легкого ржания Агата, которого я не стал ни стреноживать, и привязывать на ночь. Выскочил из шатра с мечами в руках — Агат стоял у входа и смотрел куда-то в темноту. Сделал десяток небольших шагов в сторону и медленно пошел в направлении взгляда коня. На протяжении пятидесяти метров мне никто не встретился, и я, развернувшись, направился обратно.

— Убежал кто-то, — сказал я своему коню, — тебя испугался, — и погладил его по шее.

До утра больше ничего не произошло. Плотно позавтракав, ведь я не представлял, как тут охотиться, собрав все свои вещи, я верхом поехал в сторону империи. Взошло солнце, которое я определил по яркому пятну в тумане. А километров через пять туман почти рассеялся, и я смог наблюдать за растениями. Все-таки это место повлияло на природу — листья всех деревьев были блеклые, а многие стояли вообще без них. Хуже всего, что я совсем не видел никаких животных и птиц, хотя трава местами встречалась сочная, правда все такая же блеклая, как и листья деревьев. Придется затянуть пояс и снизить свой рацион. «Может быть, тут вообще никакого зверья нет, а вся трава несъедобная?» — вдруг проскочила у меня мысль. Я приметил место, где травка поднималась выше колена и направит туда своего коня.

— Агат, эта трава съедобна? Ты ее можешь есть? — задал вопрос я своему коню.

И он как будто, а скорее всего, не как будто, понял мои слова и, наклонившись, принялся жевать. У меня отлегло от сердца — если мой конь ее кушает, то здесь просто обязаны жить другие животные, просто та опасность, о которой я ничего не помню, их то ли напугала, то ли уменьшила поголовье, то ли заставляет держаться определенных областей. Я достал карту и принялся сверяться с местностью. Пометок на карте было совсем немного, но меня интересовала одна, указывающая на старую дорогу, которая должна пролегать где-то в этой местности. Правда, обозначалась она пунктиром, из чего я сделал вывод, что она только местами сохранилась. А нужна она мне только для того, что это минимальное расстояние до Империи. Я не знаю причину, но именно по этой дороге ширина этих странных земель минимальна, по крайней мере, на карте граница их обозначена именно так. Вот и приходится мне двигаться зигзагом, отыскивая сохранившие ее части.

Вдруг в высокой траве краем глаза я заметил какое-то шевеление и чуть натянул поводья. Агат встал, как вкопанный, а я еще раз убедился тому, насколько он умен. Достал лук, который пришлось везти с натянутой тетивой, наложил стрелу, медленно повернулся, и, не дожидаясь очередного шевеления, от правил стрелу в полет. Раздался громкий визг, а конь уже рванул в ту сторону. Когда увидел создающих визг зверьков, я захохотал от такого вида. Нарочно не придумаешь — зверьки занимались своими любовными делами, поэтому меня, наверное, и не заметили, а стрела пригвоздила одного к другому. Но для меня это очень хорошо, больше зверьков — больше мяса. Животные оказались небольшими грызунами, а значит, пригодными в пищу. Пришлось делать привал, да и нажарить мяса на будущее не помешало бы. Место, что я нашел для этого, располагалось в ста метрах от небольшой рощи, где обнаружилась вода, а именно ключ. В эту рощу меня завел Агат, да и ключ нашел он же. Он там так и остался обедать, а я, набрав воды во все емкости, ушел к замеченному ранее небольшому валуну, за которым и решил расположиться. Хотел уже разжечь костер, как вспомнилась наука отца, говорившего, что после себя нельзя оставлять следов, особенно на вражеской территории и в опасных местах. Снял аккуратно дерн и принялся самым первым ножом, который не жалко, копать яму, а землю аккуратно складывать рядом. Вдруг нож ударился о камень. Блин, так и сломать можно, а ножи, позаимствованные у ракшасов, мне жаль использовать, как лопату. Более аккуратно стукнул в другом месте — пять звонкий удар. «Вот и замечательно, на камне и разведу огонь», — подумал я.

А вот сам камень, точнее два камня, вызвали у меня определенные подозрения — почти ровная их поверхность навевала мысли о дороге. Поднялся и посмотрел в стороны, откуда и куда должен проходить старый тракт. Получилось весьма наглядно — по линии предполагаемой дороги больших деревьев не росло, только трава и кустарники, в то время как по другим направлениям такого не наблюдалось. Для чистоты эксперимента я почти вернулся к роще, где пасся Агат и с этого места посмотрел по сторонам, затем прошел такое же расстояние в другую сторону и опять осмотрелся. Вывод подтвердился — я нашел, то что искал. А самое удивительное, что увидеть этот тракт можно только стоя на нем и глядя вдоль него, а отойдя чуть в сторону и ничего подобного. Пообедав и сделав запас на будущее, отправился дальше.

Интересно, почему эти земли опасны? Сколько проехал, но ничего не попалось по дороге. Это, конечно, замечательно, но хотелось бы знать возможную опасность, чтобы подготовиться к ней и адекватно реагировать. Хотя адекватное реагирование в меня только меч и бегство. Подучиться бы стрельбе из лука что ли? Хотя нет, лучше более полно соединить навыки мечника, полученные от отца со знаниями из моего родного мира. Точно! Многие движения я помнил, а уж соответствующее состояние никогда не забуду. Вот только есть проблема — это состояние не совсем совместимо с боевым трансом, которому меня обучали. По пути начал прокручивать в голове движения танца с мечами, совмещая их с движениями контроля, как я обозвал знания моего мира. С удивлением обнаружил, что некоторые движения совпадают полностью, а некоторые вообще несовместимы. Придется изобретать свой собственный стиль, а значит, все свободное время посвящать движениям, боевому трансу и внутренней энергии. От моих размышлений меня отвлекло легкое ржание Агата.

Осмотрелся. Ничего себе — справа от меня стояла роща, состоящая полностью из серых деревьев, на которых не росло ни одного листочка. Я остановился и внимательно всмотрелся в нее. Спустя пару секунд почувствовал некий дискомфорт, затем мне сало неуютно.

— Неее, — я погладил коня по шее, — туда мы не пойдем.

Хотел продолжить путь, как трава на опушке леса зашевелилась и из нее поднялись настоящие скелеты. Я даже опешил от этого в самом начале, но их быстрое приближение ко мне, вывело меня из легкого ступора. Агат, как будто только этого и ждал — громко заржав, он сам бросился на них. Память вовремя подсказала, что сражаться на коне я не умею, в обучении эти умения я только начинал изучать, поэтому я легко соскочил с него в трех мерах от первых скелетов. Пока это проделывал, память выдала всего одно слово — нежить. И все. Ни повадок, ни того, как их убивать, ни как они действуют и сражаются, я не знал, поэтому придется импровизировать.

Всего их было около десятка, более точно я не успел сосчитать, в руках они держали мечи, ножи, палицы, а у одного я заприметил топор. Отвод, удар — и рука, отрубленная по локоть, падает на землю, но скелет пытается достать меня здоровой и плевать ему, что в ней нет оружия. Отскочил назад вправо, взмахом меча, отрубая руку уже другому врагу, орудующему двумя ножами. Тому тоже от этого не жарко и не холодно. Краем глаза замечаю, что Агат не менее успешно сражается со своими противниками — один скелет тоже лишился руки, а второй разделен на две половины, и та, что с головой, пыталась доползти до моего коня. Делаю вывод, что ни отрубание рук, ни переруб пополам их не убивает, остается отрубить голову и глянуть на результат. Решил применить технику родного мира — и чуть было не поплатился за это. Оказалось, что она на нежить не действует. Тут же вошел в транс и принялся просто отрубать им головы.

Вдруг взвыло чувство опасности, и я, не раздумывая, отпрыгиваю в сторону, создавая мечами вокруг себя защиту. Это меня, вероятно, и спасло, поскольку мелькнувшая тень была слишком быстра для меня. Услышал громкое и грозное ржание Агата и почувствовал его приближение. Развернулся в сторону, куда мелькнула тень и успеваю заметить очень бледного мужчину, быстро приближающегося ко мне. Атакую его клинками, но он каким-то образом умудряется проскочить между ними и когтями наносит мне удар по правому боку. Именно когтями, а значит, это не человек, но в голове стоит только слово «нежить». Блин, как вот с ним сражаться, если я совсем не знаю повадок этого существа. Рядом оказывается конь и прикрывает меня от следующей атаки этого непонятного и неизвестного врага. Но я прекрасно понимаю, что коню очень тяжело бороться с таким быстрым врагом, и приказываю отойти, тем более что остались еще скелеты.

Сам же пытаюсь менять стиль обороны, поскольку увидел, что враг подстроился под него. Несколько секунд удается его не подпустить к себе, но атаковать я не успеваю. Обе памяти подсказывают, что только одна оборона ведет к проигрышу. Пытаюсь импровизировать и получаю еще раны, и понимаю, что стиль, которому меня обучали, отточен до мелочей, а чтобы импровизировать с таким противником, надо быть мастером меча. Особо ни на что не надеясь, применяю движения контроля — у меня получается! Первые же движения и когти врага проходят в считанных сантиметрах от моей головы, а мне впервые удалось нанести ему рану. Пусть это обыкновенный порез на спине, но важен сам факт. И полностью погружаюсь в соответствующее состояние. Замечаю эмоции удивления на его лице, а после последовавших еще двух успешных атак, уже нечто злобы или гнева. Все это вместе взятое, придало мне какую-то легкость, чувство невесомости и задор.

Мой противник меняет стили атаки, это видать невооруженным глазом, но все равно они не достигают цели. Прокачка внутренней энергии остановила кровотечения, но я чувствую, что еще немного и такая усталость навалится на меня, что не поможет ничто. И вижу, что враг устремился на меня, что называется в лоб, захотел связать меня очень ближним боем, где мечи будут бесполезны. Движение левой ноги вперед одновременно с взмахами рук в туже сторону, и резкий прогиб назад, а мечи продолжают свое движение, ловя голову врага в ножницы. Я обессиленный сажусь на землю почти рядом с трупом врага, голова которого откатилась метра на три. Посмотрел на своего друга, который уже справился с остатками скелетов и в данным момент подошел ко мне, ткнувшись своей головой мне в грудь. От этого я просто завалился на спину, раскинув руки в стороны. Посмотрел на Агата — сумки во время боя куда-то делись.

— Агат, — обратился я к коню, — найди и принеси седельные сумки.

Постоянно удивляюсь разумности своего коня, вот и сейчас он развернулся и пошел в сторону своего боя, а я заметил три глубокие, кровоточащие раны. «Значит, и для тебя бой не прошел без последствий», — подумал я. Мне бы кольчугу где-то взять и не пострадал бы сейчас. Как жаль, что ничего подходящего не было ни у ракшасов, ни у валькирий, с ними сражавшихся, ни у бандитов-работорговцев. Смог заставить себя поднять и перейти подальше от трупа и костей скелетов. Мне принесли одну сумку, заглянув в которую, понял, что нужна вторая. Достал мазь из второй, поднялся и принялся обрабатывать раны коню, затем себе. Съев холодный кусок мяса, завалился спать, только и успел достать одеяла и укрыться ими.

Проснулся глубокой ночью, увидел на фоне звезд коня, охранявшего меня, поблагодарил незнамо кого за то, что встретился с ним, и опять уснул.

На следующий день я, наконец-то, смог хорошо разглядеть вчерашних врагов. Со скелетами все просто — отрубая им голову или, в случае с Агатом, отрывая, те просто осыпались грудой костей. А вот в отношении последнего врага все было как раз сложно. Бледная кожа оказалась действительно такого цвета, хотя поначалу у меня закралась мысль, что это краска, пальцы рук заканчивались пятисантиметровыми когтями. Очень интересным оказалось его тело, некоторые порезы на котором успели почти затянутся. Вот этот, этот и этот сделаны шедевром, они то как раз и остались в состоянии разреза, а вот нанесенные другим мечом стали затягиваться. Вот это регенерация! Да и крови я не увидел, чтобы он много потерям. Раны кровоточили — это верное, но она не текла ручьями, как было бы в случае с человеком. Не менее интересной была и голова его, где во рту я обнаружил клыки. Но все это вместе взятое не заставило мою память выдать информацию о данном существе. Если у местного парня и были знания о нем, то пользовался он ими довольно редко. А так и на скелеты, и на это существо выдается только один ответ — нежить. Я предполагаю, что на этой территории находятся и другие существа, которых можно назвать словом нежить.

В дальнейшем пути я старался такие участки, где отсутствовали вообще растения, объезжать стороной, если те подступали близко к дороге. И только во второй половине дня понял, что поступил очень глупо, поехав через эти Туманные земли. Ведь почему я через них пошел? Да потому, что чувствовал, что не успею добраться до столицы, если пешком пойду в обход их, даже, если бы на территории Империи мне удалось купить лошадь. Но с Агатом время сокращается значительно и можно было бы спокойно ехать. Я подумал: «А не повернуть ли мне обратно?», даже остановился и достал карту, определяясь по ней, где я нахожусь. Карта была подробной, но только территории Дреггонии и приграничных областей. Решил поверить, расстояния на ней указаны в одинаковом масштабе, поэтому вспомнив сколько я проходил ранее и сравнив эти расстояния на карте, пришел к выводу, что преодолел больше половины пути по этому перешейку. Прикинув, что, если опасности будут встречаться так же, как и до этого, то сумею доехать без особых приключений. Хотя с другой стороны впереди этой самой нежити может быть значительно больше. Еще размышляя о своем дальнейшем пути, я вдруг почувствовал, что меня как будто кто-то звал на помощь. Осмотрелся по сторонам — да нет, вроде ничего. Хотел уже повернуть коня обратно, так как фраза: «Лучше не рисковать» одержала верх, как опять кто-то позвал.

— Ты не чувствуешь, что кто-то зовет? — наклонившись, спросил я Агата.

Понятно, взгляд лилового глаза более чем красноречивый: «Ты что, с дерева рухнул?». Очень интересно, ведь как я понимаю мой друг-скакун чувствительней меня к таким вещам. «Вдруг кто-то нуждается в помощи?», — подумал я, — «А если это кто-то важный, то такое знакомство лишним точно не будет. Да и просто знающий местные реалии человек пригодится». Вот это последнее и перевесило в доводах за и против. Но приближаться к просящему помощи буду все равно очень осторожно, чтобы в случае опасности успеть убежать. Был еще один немаловажный фактор — когда я вертелся, чтобы определить, куда двигаться на помощь, то мне показалось, что это направление почти совпадает с трактом, по которому я двигаюсь. Решение принято — надо действовать.

Теперь передвигался с максимально возможной скоростью, с которой длительно может бежать Агат, на привалы не останавливался, обедая приготовленной заранее пищей, и только голод моего коня заставил это сделать. Просьба о помощи периодически пропадала, но затем появлялась вновь. По пути у меня крутилась в голове мысль о том, почему на скелетов умения контроля не оказывали никакого эффекта, в то время как на зубастое существо они действовали вполне эффективно. Вывод, к которому я в итоге пришел, в самом начале я отбросил, но после длительных размышлений был вынужден признать, что он единственный объясняет хоть как-то эту ситуацию. Существо было разумным, а скелеты — безмозглые. Разумность существа подтверждал тот факт, что оно по ходу сражения меняло тактику боя, быстро подстраиваясь под мои изменения. А вот скелеты действовали, как роботы в которых заложена некая программа действий. А что такое роботы? А то пришло на ум сравнение, а что это или кто не помню, хотя смысл выражения знаю. Впрочем, это не важно, важен сам вывод, что только так объяснялась эта странность, что умения моего мира воздействовали каким-то образом только на разумных существ. На всех или на определенную часть, не знаю, поэтому решил помимо создания своего нового стиля всячески поддерживать и науку отца, в которой все движения, все приемы отточены не одним поколением мастеров меча.

От раздумий меня отвлек тот факт, что зов о помощи шел уже со стороны, а не по ходу движения, значит, начал приближаться непосредственно к его источнику. Блин, как неудачно — получается, что к месту приближусь уже в сумерках. А спустя час надо уже поворачивать налево, чтобы добраться к цели. Оглянулся, чтобы заприметить ориентиры, поскольку от дороги здесь ничего не осталось, даже появились большие деревья на линии движения, что говорит о том, что камни, из которых была вымощена, куда-то делись. Сориентировавшись и запомнив местность, я повернул коня в левую сторону. То, что если придется с кем-то драться, то это будет нежить, я не сомневался, вот только хотелось бы, чтобы это были знакомые, повадки которых успел изучить. Почувствовал себя очень неуютно, пришлось спешиться и обнажить мечи, еще на всякий случай зарядил арбалет болтом ракшасов. Как ни странно, но из него у меня получалось стрелять намного лучше — по дороге успел убедиться.

— Оставайся здесь, — прошептал я не ухо коню, но тот в ответ тихо фыркнул и замотал головой.

Вот ведь — настоящий друг у меня появился, хоть и четвероногий и не разговаривает. Снял с него седельные сумки, чтобы не мешали, сменил амулет, скрывающий ауру, и мы медленно направились дальше, а через десять минут я различил впереди сияние. А еще пять минут я почувствовал нечто настолько чуждое жизни, что даже приостановился и внимательно осмотрелся. Так и есть — вокруг стояли мертвые стволы деревьев, или не мертвые, но без листьев. И зов о помощи усилился, переходя уже в крик, если можно так сказать. А роща то была довольно густой, что в данном случае играло мне на руку. Тихо приблизился к нескольким деревьям, стоявших почти стеной. Выглянул и очень сильно удивился — на земле лежало что-то металлическое размером с огромное яйцо, шести метров в длину и диаметром не менее трех в центральной части. «Какая-то конструкция», — подсказала память. Но главные события развивались перед ней.

На высоте пяти метров от земли висел тридцатисантиметровый шар, испускавший тот самый свет, что я заметил, а под ним находились двое. Двух с половиной метровый скелет, обтянутый кожей, или полностью высушенный человек, не знаю что из этого правильно. В его глазах, мне показалось, мелькнули зеленоватые огоньки, впрочем, в этом я не уверен. Хотя на счет человека я не уверен, ведь одет он был в плащ с накинутым на голову капюшоном, что заметить то успел лишь часть лица. Смертельная жуть, исходившая от существа, позволила однозначно отнести его к нежити, вот только какой, я опять же не знал. А перед ним, чуть повернувшись ко мне спиной, стояла девочка, на вид десяти-одиннадцати лет. От нее то и шел зов о помощи, который я умудрился услышать. Мне было очень жаль девочку, но внутреннее чувство твердило, что это существо мне не по зубам. Вдруг девочка приподнялась и зависла у того перед глазами, а зов от нее перешел в полный ужаса и тоски вой. «Так оно еще и маг!», — мысленно простонал я. Я не знал, как мне быть и что делать, но все решилось без моего участия и согласия.

Существо повернуло голову в мою сторону, и готов поклясться, оно меня почувствовало и в данный момент видело. Рефлекторно вскинул арбалет и выстрелил ему в голову, радуясь что болт полетел в цель. Но обрадовался я рано — перед самим лицом он отклонился в сторону, скинув при этом капюшон с его головы. Это был не человек. Рога на голове, форма самой головы, черты лица или морды, все это позволяло причислить его к демонам, если бы тот не высохшим и его глаза не горели бы бледно зеленоватым светом. Мне не оставалось ничего другого, как атаковать его, и я бросился в атаку, а рядом со мной летел Агат.

— Кер гарр галладо, — сказал он, увидев моего коня.

Агат в ответ дико заржал, как будто ему причинили боль, и, скорее всего, так и было.

— Ах ты ж…, - выругался я на орочьем и приготовил к атаке меч-шедевр, поскольку понимал, что надежда только на него.

— Гуар сакт? — я совершенно точно уловил вопрос и удивление в его голосе, когда он увидел этот меч у меня в руках.

А в следующее мгновение его глаза вспыхнули красной вспышкой, я почувствовал, как что-то случилось с амулетом на моей груди, и мою голову скрутило невыносимой болью, казалось, выворачивая мозги наружу.

Глава 9

Мир Оравия, Туманные земли, экспериментаторский корабль аграфов.

Сознание к Тиалле возвращалось очень медленно, она долгое время не могла понять, кто она и что с ней произошло. Вот первые проблески памяти вернулись к ней и в голове, казалось, прозвучал голос искина: «Внимание, образование спонтанной червоточины». «А куда я вообще летела?», — подумала она, и тут же пришла подсказка, — «Точно! Я же встречалась с сестрой и возвращалась домой». Она уже образовалась, что находится дома, как следующий слой вернувшейся памяти перечеркнул эти надежды. Капитан корабля ее силком запихнул в какую-то капсулу, но она успела услышать слова искина: «Корабль затягивает в червоточину». А следующие воспоминания связаны уже с аграфами. Поначалу она очень обрадовалась, выйдя из капсулы и увидев их, но потом поняла, что никто ее не собирается возвращать родителям. Более того, ее обследовали и начали проводить какие-то опыты. Нет, ее не резали, не били, не издевались, но в некоторые моменты она чувствовала себя не в своей тарелке. Содержали ее неплохо, но кроме своей комнаты она больше нигде не могла ходить. Воздействовать на своих тюремщиков при помощи своих способностей псиона она не могла — у всех стоял соответствующий имплантат. А после того, как дважды она попыталась, ее наказали. Беда еще была в том, что она совсем не представляла, где она находится, пока однажды ее не вывели на улицу. Это оказалась планета, где горные вершины блестели многовековым слоем льда. Именно понимание того, что она не в космосе, сподвигло юную сполотку на побег. Прекрасно понимая, что она может не дойти до более мягкого климата, Тиалла твердо решила: «Лучше умру там, в горах, чем быть подопытным у аграфов». Ее периодически выводили гулять, и охраняли ее серьезно, что и навело ее на мысль, что где-то существует дорога в низины.

Но сбыться этим планам не суждено — однажды ее посадили в корабль, управляемый дистанционно, и отправили куда-то. Сколько не пыталась она хоть как-то вывести информацию, но искин не поддался. Правда, надо сказать, что она особо и не рассчитывала, поскольку не являлась хакером. А потом что-то произошло, она почувствовала мощное ментальное давление, затем у нее создалось впечатление, что ее хотят разобрать на атомы и она потеряла сознание. Вот теперь она помнила все. Что-то случилось во время последнего эксперимента, что-то очень серьезное, она чувствовала это, но совсем ничего не понимала. Очень удивилась не запертым дверям ее каюты и сразу же воспользовалась этим. Первым делом она направилась в рубку, по мере движения отмечая, что все двери оказались открыты. Она еще подумала, что аграфы ставят над ней новый эксперимент, но когда и рубка был не заперта, ей пришлось изменить свое мнение. Зайдя в нее, начала обращаться к искину, нажимать различные кнопки на панели управления, но тот даже не предупредил об отсутствии доступа. Постепенно к ней пришло понимание, что искин по какой-то причине перестал работать, и тут же появилась мысль: «Как же я тут выживу? А воздух?». Но спустя полчаса поняла, что система кондиционирования работает, по крайней мере, недостачи воздуха не чувствовалось. Вернулась к себе в каюту, одела прогулочный комбинезон и проверила пищевой синтезатор. Как и следовало ожидать, тот не работал, и ее желудок, как будто только и ждал этой новости, сильно заурчал и потребовал пищу. Теперь поиски приобрели конкретную цель — найти еду.

Она заходила во все комнаты, но так ничего и не нашла, никаких пищевых разовых рационов. Дошла до рубки и пошла вдоль стены, внимательно все осматривая и нажимая на подозрительные места. В итоге ее поиски увенчались успехом — с тихим шипением панель отъехала в сторону и ее глаза моментально наткнулись на еду. Быстрыми движениями открыла его и начала удовлетворять свой голод. И только насытившись, обратила внимание на то, что кроме пищевых рационов, там находятся и другие вещи. Игольник она узнала сразу, как и бластер. Еще была аптечка и какой-то небольшой ящик, открыв который увидела шесть гранат. И тут до нее дошло, что это специальный набор на случай аварии, как раз какой, какой произошел с ней. А может быть, аграфы специально его спрятали так, что на первый взгляд за панелью ничего нет. С оружием и гранатами она разобралась быстро, потому как и мама, и отец, и два брата были военными, это только сестра выбрала путь ученого.

Теперь ей предстояло выбраться из корабля, но Тиалла очень боялась, что снаружи будет непригодная для жизни планета. А может быть, она вообще находится не на планете? Хотя нет, электроника почти вся оказала, а гравитация присутствует. А как же когда происходит регенерация воздуха? Начала вспоминать все, что рассказывал отец и браться про подобные случаи, и вскоре припомнила рассказ, один в один, как у нее. Новейшие системы жизнеобеспечения имеют разовый анализатор, который срабатывает при приземлении, и, если среда пригодна для жизни, то запускается забор воздуха снаружи. Значит, она точно находится на планете, где можно жить. Эта мысль сильно приподняла ей настроение, и она решила хорошенько отдохнуть и потом выйти наружу.

Из все тех же рассказов, она знала, что аварийное открытие осуществляется только механически и рядом со шлюзами есть специальный рычаг. Рядом с дверью она ничего похожего не обнаружила, но нашла панель, сдвинув которую и увидела искомое. Поддался он легко и как только достиг нижнего положения, раздалось едва слышное шипение, и дверь ушла в сторону. Обрадовавшись, девочка шагнула в проем и тут же застыла, получив мощнейшую волну какой-то смертельной жути. В страхе она села на попу и отползла обратно, и только сейчас спало напряжение, а она поспешила поднять рычаг. Дверь закрылась и ее полностью отпустило. До вечера она пребывала в удрученном состоянии, а когда легла спать, то еле смогла уснуть, и всю ночь ей снились кошмары.

Весь следующий день она находилась внутри корабля и боялась выйти, так как ей не хотелось снова получить волну смерти или чего-то очень на нее похожую. А вечером она с удивлением обнаружила в себе желание выйти наружу, но боязнь не дала ей этого сделать. Наутро же это желание возросло настолько, что Тиалла заподозрила внешнее воздействие. Хоть она и была подающим надежды псионом, особенно в сфере чувствительности и восприятия, но техники успела изучить только самые простые. Вот и сейчас применив ту, что получалась лучше всего, она добилась лишь небольшого снижения желания. И она решилась использовать врожденную способность — зов о помощи. Спустя какое-то время повторила его. А к вечеру желание выйти возросло настолько, что только воспоминание о пережитом ужасе не позволило ей поддастся. Утром она поняла, что сил сопротивляться у нее практически не осталось, но до крови покусывая губы, из-за чего боль снижала внешнее воздействие, она приготовилась к выходу. Бластер взяла в руку, а в рюкзак, найденный там же в тайнике, сложила гранаты и аптечку. Силы покинули ее, и девочка пошла на выход.

Как только открылась дверь, воздействие возросло настолько, что она уже даже не думала о сопротивлении, а пролетела в голове мысль: «Корабль все-таки как-то экранирует воздействие». И только врожденная способность все также продолжала «работать», посылая зов о помощи. На улице она увидела фигуру в плаще, которая и приказала ей покинуть корабль. Как сомнамбула она подошла к нему, и какое-то время он разглядывал ее так, затем невидимая сила приподняла ее на уровень глаз. Ей бы испугаться, но состояние у нее было полной безразличности. Вдруг он повернул голову, что-то мелькнуло, и у существа капюшон слетел с головы. И в этот миг Тиалла упала на землю и получила свободу действий. Практически мгновенно придя в себя, посмотрела узнать, на кого отвлекся ее пленитель. Человек, молодой парень, схватился за голову.

Девочка отпрыгнула назад, рывком сняла рюкзак, достала гранату и, активировав ее, бросила во врага, даже не подумав, что и ее убьет. И только после этого, поняла, какую допустила ошибку. Но, не долетев метра, та зависла в воздухе, затем взорвалась. Но взрыв получился не более полуметра и совсем без звука. А еще она успела заметить, что фигура существа пошатнулась. Не раздумывая, она бросила вторую гранату, с которой произошло то же самое. Быстро метнулась к парню.

— Уходим, уходим, — кричала она ему, продолжая атаковать гранатами, которые все также застревали в непонятном поле.

Рядом кто-то заржал и она увидела, как какое-то животное опустилось, а парень вцепился в него. Рывок, и вот он уже стоит на ногах, а Тиалла бросила последнюю гранату и вскочила на того позади парня. Не успел скакун сделать и пяти шагов, как сзади наконец-то раздался взрыв. Вдруг животное остановилось и опять заржало, а девочка, не понимая что тому нужно, подпрыгивала на нем, уговаривая бежать дальше. Но спустя несколько секунд увидела, что тот наклоняет голову к земле и, взглянув туда, заметила сумки. Забросив их на животное, она опять запрыгнула, и тот понесся подальше от этого жуткого места. Остановился он только спустя два часа в каких-то зарослях, и она решила, что настало время привала. Кое-как уложив своего спасителя, она примостилась рядом.

Мир Оравия, Империя, город Калген, столица, императорский дворец.

В малой приемной находилось совсем немного людей. Сам император, внешне совсем непримечательный человек, ему бы в тайной службе работать, а не на троне сидеть. Вот только стальной пронизывающий взгляд серых глаз выдавал в нем человека, привыкшего отдавать приказы. Начальник тайной службы, Крив Варнамен, такой же непримечательный, но умеющий играть как взглядом, так и мимикой, и голосом. В данный момент его лицо говорило о сильной обеспокоенности, причем, это была не игра. Третьим человеком был ректор школы волшебства Иридан Крок, архимаг, внешность которого как раз была весьма примечательна. Будучи на четверть эльфом, он выглядел вот уже не одно десятилетие на тридцать лет, и пользовался огромным спросом у девушек и женщин. При случае он мог наложить высококачественную иллюзию, но не делал этого, потому что ему нравилось находиться в центре внимания. Последним человеком был неизменный секретарь его императорского величества. Само же совещание проводилось по инициативе архимага.

— Рассказывай, — император посмотрел на мага.

— Начну с более раннего момента, — начал доклад Иридан, — Туманные земли, как вы знаете, начали расширяться примерно десять лет назад. Медленно, даже очень медленно, пелена, позволяющая всем видам нежити находиться на солнце, начала наступать на наши границы. На границе валькирий ничего подобного не наблюдается до сих пор. А пять лет назад участились случаи нападения нежити на наши патрули, купеческие караваны и просто путников. Ранее такое случалось, но редко.

— Это мы и так знаем, — воспользовался паузой Крив, — давай ближе к делу.

— Но нападения случались только по ночам, — ка ни в чем не бывало, продолжил свое повествование архимаг. — Но около трех недель назад в Туманных землях что-то произошло — сначала был сильный выброс магической энергии, затем не менее сильный энергии смерти. Причину этого явления мы понять так и не смогли. Но после этого случая нежить активировалась еще сильнее и, что самое опасное, начала атаковать при свете дня, выходя за пределы пелены. Увеличилось количество высшей нежити, особенно вампиров.

— Где же они берут людей? — удивился император. — Ведь насколько я знаю, вампиры получаются только из живых людей?

— Все верно, — кивнул ректор школы, — вероятно, они научились как-то заманивать людей, — он сделал паузу, чуть задумавшись, но в этот раз никто этим не воспользовался, и спустя минуту он продолжил. — Если они научились временно преодолевать воздействие солнечного света, то волне могут делать вылазки вглубь империи и уже там заманивать. К сожалению, причина происходящего неизвестна, но декан факультета некромантии предположил, что какое-то явление пробило брешь в мир немертвых, и все происходящее связано именно с этим. Возможно, сам Некрос контролирует процесс, ведь он помнит, что здесь происходило и свое изгнание из этого мира.

— Разве такое возможно? — спросил глава тайной службы.

— Это предположение из области выдумок, но оно хоть как-то объясняет происходящее. Хочу еще добавить, что центр магических выбросов, в самом деле, находился в районе, где происходила битва с этим богом.

Целых пять минут в помещении стояла тишина, которую нарушил император.

— И какие же выводы из всего этого? — и все присутствующие посмотрели на Крива Варнамена, поскольку делать заключения это его епархия.

— Здесь только один вывод — нападение на Империю.

— Что необходимо сделать, чтобы успешно противостоять им? — обратился глава государства к архимагу.

— Наиболее эффективны против нежити это некроманты и целители, но как для первых, так и для вторых недостаточно обладать магическими способностями, должна присутствовать предрасположенность, а таких людей, к сожалению, немного. У эльфов в плане целительства значительно лучше, но некромантов нет вообще, да и боевиков не так много. У кого хоть немного начинает получаться на этом поприще, тех сразу же отправляют учиться к нам в школу.

— Да знаю, Тилиан уже сообщил мне, что его любимая внучка приедет постигать эти знания, — император усмехнулся, — говорит, что данные очень высоки для эльфийки. Людей мы и так ищем по всей империи, обучение взяли на себя, даже приказ выпустил об обязательном обучении одаренных людей и, особенно, детей. Что еще можно сделать?

— Еще эффективны артефакты, но после исчезновения декана этого факультета, эта область пребывает в запустении, если так можно сказать. И до этого мало кто хотел заниматься, как они говорят, этой нудной работой, а сейчас и подавно, ведь он сам тянул почти всю работу, а тем двум преподавателям, что остались, самим надо еще учиться и учиться.

— Значит так, — подвел итог император, и по этой фразе все поняли, что последуют приказы, — усилить патрули на границе с Туманными землями. Воинов перекинуть от границы с Зарией, оставить там столько, чтобы ловили контрабандистов, уменьшить количество патрулей в самой империи, но чтобы граница с нежитью была на замке.

— Ваше величество, — вскинулся Варнамен, — по моим сведениям герцог Фиган никак не успокоится и опять начал интриги, а уменьшение патрулей пойдет ему на руку. Я думаю, что в этом случае он примется за старое.

— Вот и займись им, но только аккуратно, сам знаешь, что у него большая дружина и вассалов много, — он посмотрел на архимага, — задача школы — подготовить как можно больше магов. Понимаю, что ускорение всегда сказывается на качестве, но для людей со средними данными, это не так существенно. А вот потенциально сильных магов надо обучать, как следует.

— Ваше величество, — чуть смущенно сказал ректор школы, — ваша дочь, также поступившая в этом году на боевой факультет, наверняка захочет поселиться вместе с внучкой Владыки, а это сами понимаете. Воздействуйте как-то на них.

Да, уж, император, как никто другой, понимал, что это значит. Он до сих пор помнит их проказы двухлетней давности, от которых все придворные, особенно фрейлины, стонали и жаловались ему. Последние даже научились ходить по дворцу как по вражеской территории, не хуже егерей находя различные ловушки. Когда Виниэль провожали домой, то все они на полном серьезе обсуждали какой подарить эльфийке подарок, чтобы она больше никогда не приезжала в империю к своей подруге. Но глава тайной службы утверждал, что аналогичный вопрос поднимался и в отношении его дочери, только немного в другом плане — она должна уехать в Первый лес и остаться там. «Ну, ничего», — подумал он, — «не разрушат же они, в самом деле, школу. Или разрушат?». С такой мыслью он закончил совещание.

Мир Оравия, Туманные земли, место недавней схватки.

Архидемон Карагаран, неизвестно кем поднятый в качестве лича, тяжело поднялся с земли. Эта маленькая магичка непонятной расы чуть его не убила. Конечно его резерв маны был заполнен всего на двенадцать процентов, но эти ее заряды технического мира имели довольно большую мощность и, в конце концов, источили его резерв. Будь у нее еще один, то его убили бы во второй раз.

— Ничего, — прошептал он, — мы еще встретимся, когда полностью восстановлю свои силы и тогда никто не помешает мне сделать с вами то, что захочу.

Тут его мысли переметнулись на другое.

— Но откуда в этом мире клинок Повелителя домена Гуар? — удивленно спросил он сам себя. — Ведь насколько я помню, этот домен не участвовал в той войне. И где его пара?

Но сейчас у него задача разобраться, кто и для каких целей поднял его.

Мир Оравия, Туманные земли.

Ух, как же болит голова. Я поднял руки и чуть сжал голову — полегчало. Почувствовал что-то справа от себя, приподнял веки и скосил глаза — рядом со мной приподняла голову девочка. Опять закрыл глаза, потому что даже такое движение вызвало волну боли. Почувствовал, как девочка и что-то мне сказала на незнакомом языке, но отвечать не было сил. Почувствовал прикосновение к груди, затем уколы, а спустя всего три-четыре секунды головная боль прошла.

— Ух, — выдохнул я, — спасибо тебе, — я посмотрел на странный прямоугольный прибор, лежащий у меня на груди.

— …, - ответила она.

Следующие пять минут я попытался заговорить с ней на языке ракшасов, валькирий, даже сумел построить фразу на эльфийском, но девочка ничего не понимала. В то же время она спросила меня, как я понял, еще на двух языках, которые уже не понимал я. За время нашей такой беседы я разглядел ее, а память подсказала, что с такой расой я не встречался, что не говорило о том, что в этом мире ее не существует. Смесь человека с эльфийским картом, очень опасным хищником, которого эльфы то ли приручили очень давно, то ли вывели искусственно. Кем является эта девочка, понятно — это именно она посылала зов о помощи, и ее я пришел спасать. Надежда на то, что освобожу кого-то важного и значимого растворилась. Приготовив из остатков припасов еду, мы поели и двинулись в путь.

Агат, умница, нашел рощу недалеко от дороги, поэтому ее поиск не занял у меня много времени. Поначалу ехали молча и я вспоминал все моменты злополучной и скоротечной схватки. Вот и получается, что для сильного мага я легкая добыча. Не помню, все ли маги могут воздействовать на разум так сильно, но в той или иной степени должны уметь все. По крайней мере, мне так кажется. Поступлю в школу магии и первым делом сделаю себе амулет от ментального воздействия. Спустя полчаса девочка, ехавшая позади меня, начала о чем-то меня спрашивать, видать болтунья мне попалась. Я жестом, который она поняла сходу, прекратил это и принялся учить ее языку. Показывал на предмет или дерево, называя его, и добивался от девочки более-менее правдоподобного звучания. Вот тут-то она меня удивила очень сильно — схватывала она на лету, да и память у нее было отличная, если не сказать большего, потому как спустя три или четыре попытки она говорила практически без акцента. Передвигались мы таким образом до вечера без остановок, и мой скакун выдержал это вполне легко.

А на привале моя спутница поставила меня в тупик, назвав свое имя, она спросил мое. Вот тут я вал в ступор, потому что своих имен не помнил, точнее, что-то крутилось в голове, но поскольку никто меня не спрашивал, то я особо не зацикливался на этом вопросе. Девочку звали Тиалла, и она смотрела на меня, ожидая, когда я назовусь. Мой мозг лихорадочно заработал в авральном режиме с одной целью — вспомнить мое имя. Плюнув на все, я решил придумать себе хоть какое-то, когда в памяти, наконец-то, всплыло слово из моего родного мира.

— Андрей, — ответил я, затем, указав на пасущегося коня, добавил, — Агат.

А после ужина, где мы съели почти всю крупу, я почувствовал некую тревогу. Поэтому решил шатер не ставить, а спать под одеялами, точнее на одно лечь, а вторым укрыться. В качестве охраны оставался Агат, который не пропустит нежить к нам. Девочка легла рядом, прижавшись ко мне спиной, используя мою правую руку в качестве подушки. «Какая хорошая сестренка», подумал я и провалился в сон.

Ночь, на удивление, прошла спокойно, а утром я отправился на охоту, взяв с собой лук. Пусть из арбалета я стреляю лучше, но не буду же я охотиться на дичь при помощи боевых болтов ракшасов? Здесь недалеко обнаружил семью давешних грызунов, периодически вылезавших из своих нор, но повезло только с пятого раза. Пока на них охотился, заметил в стороне более высокую и свежую травку, вот и направился проверить догадку на счет воды. Не повезло, придется искать по пути, чего я очень не люблю делать. В этот раз доели все припасы, а воды осталось всего половина фляги. Двинулись в путь, а спустя два часа чувство опасности возросло. Встречаться с чем-то подобным тому, кто чуть не вывернул мои мозги наизнанку, не хотелось, поэтому удвоил внимание, даже девочке объяснил, чтобы и она смотрела в оба. Дороги в этом месте не было, но я уже достаточно хорошо ориентировался и по солнцу, и ночью по звездам, чтобы выдерживать необходимое направление. Опасаясь неприятностей, сейчас я старался держаться больших деревьев и высоких кустов, в правой руке арбалет, заряженный болтом, которых у меня осталось всего три штуки.

Встретилась большая роща, куда я направился, чтобы найти воду, так как последние глотки сделали больше часа назад и жажда мучила нас уже обоих. Да и Агат, наверняка, не отказался бы от питья. Повезло, здесь был ключ и даже небольшой водоем, два метра в диаметре, поэтому мы не только напились, но и смогли освежиться и снять дорожную усталость. Охотиться не стал, поскольку чувство дискомфорта и опасности не покидало меня. Хотя, может быть, это сказывается напряжение последних дней и встреча с тем магом-нежитью, но бдительности я не терял. Поэтому кроме фляг воду набрал и в бурдюки. Дальнейший путь проходил без происшествий в течение трех часов, что я начал сомневаться в своих предчувствиях, когда выехал из рощи и не увидел представшую перед глазами картину.

Куда не посмотрю, везде простирался неживой лес. «Вот и подтверждение моим предчувствиям», — подумал я. Более внимательно осмотрел ближайшие деревья, кусты — никого. Но я особо не обольщался, помня, что в предыдущий раз тоже все было спокойно, но нежить появилась в буквальном смысле из-под земли. Арбалет у меня и так был заряжен, я его просто переложил в левую руку, а в правую взял меч.

— Опасность? — раздалось у меня из-за спины.

— Да, — кивнул я.

— У меня есть…, - пауза, — арбалет, — продолжила она.

Изумленно я остановил Агата и по возможности развернулся к ней.

— Где?

— Вот, — она показала что-то длинное металлическое, — это стреляет как арбалет.

В голове что-то щелкнуло — понял, оружие из ее мира. Не стал спрашивать о нем, а просто попросил показать его действие. Небольшой огненный шар сорвался из него в небо. Почти как атака мага — вообще замечательно.

— Твоя задача — атака магов, — увидел, что она поняла меня, так как про магов я ее уже обучал. — Молодец, мелкая, — поддразнил я ее, на что она, как всегда, немного надулась.

Она утверждала, что ей почти четырнадцать лет, хотя выглядела на десять-одиннадцать, и через год она будет совсем взрослой. Оказывается, особенность ее расы такова, что до четырнадцатилетнего возраста они выглядят детьми, а за один год полностью взрослеют, а у людей же этот период растянут на два-три года. Объяснение это заняло много времени, поскольку она не знала всех слов, но экспрессивность, с которой она это объясняла, являлось лучшим доказательством.

После размышлений, я решил дать отдохнуть Агату, чтобы в случае с большим количеством врагов, он просто унес нас подальше. Затем еще приготовил вязанку травы, на всякий случай, для Агата, ведь неизвестно сколько времени мы будем ехать по мертвой земле. Когда уже собирались ехать далее и я нагрузил на него и эту вязанку, он покосился на меня, как бы говоря: «Я, конечно, выносливый, но всему есть предел». В ответ получил мое: «Это же еда для тебя, мало и что там будет», на что только фыркнул. Вскоре мы вошли в пределы территории нежити, и на меня нахлынуло жутью, а Тиалла даже вскрикнула. Дыхание смерти — самое точное определение того, что нахлынуло на меня. В небольших местах, встречавшихся ранее, я тоже чувствовал нечто подобное, но гораздо менее концентрированное что ли. Здесь же создавалось впечатление, что попал в мир мертвых. Постарался отгородиться от всего этого, поначалу ничего не получалось, затем попробовал войти в боевой транс — и у меня ничего не получилось. С этим надо срочно разобраться, иначе в первой же битве меня убьют.

Небольшой эффект от попытки все же присутствовал — внешнее давление немного уменьшилось, поэтому и надежда у меня была. Не менее десяти раз я пытался это сделать, но эффект был все тем же. Особо ни на что не надеясь, решил воспользоваться умением моего родного мира. Внешнее воздействие мешало, очень мешало, но именно, что мешало, а не блокировало, как в предыдущем случае. Я полностью сосредоточился на этом умении, постепенно отодвигая от себя дыхание смерти, и в какой-то момент это произошло — внешнее воздействие полностью исчезло. Я его чувствовал где-то там, за границей, но на меня оно не оказывало никакого эффекта. На радостях перешел в местный боевой транс — получилось! Но тут же меня выкинуло из него. Я несколько раз подряд проводил аналогичные действия, и заметил одну вещь — на совсем небольшое время мне удавалось удерживать состояние боевого транса. Каких-то больших успехов я не добился, секунды полторы-две реального времени, зато переход из одного в другое дается мне уже легко.

— Андрей, — меня толкнули в спину, — как ты можешь тут находиться?

Понятно, дуться мелкая перестала, теперь засыплет вопросами.

— Через силу, — ответил я ей, — постарайся отгородиться от внешнего мира стеной. И следи за дорогой, не отвлекайся и меня не отвлекай.

Опят толкнула в спину, но замолчала. Я осмотрелся. Ого, из-з своих попыток я не заметил, что мы довольно далеко углубились в мертвые земли. К моему сожалению, и здесь оазисов с живой природой не наблюдалось. Я остановил коня и, не слезай я него, перекинул вязанку с сеном ему под нос. Агат понял се правильно и принялся его жевать.

— А мы когда будем есть? — спросили меня сзади.

— Когда покинем эти земли, — довольно резко ответил я.

Немного надоедают ее вопросы, видать, привык я путешествовать один со своими мыслями. А может быть еще какие причины были. Опять осмотрелся, но ничего подозрительного и в этот раз не заметил, хотя чувство опасности никуда не делось, правда и не увеличивалось. Я и в этот раз решил, что это из-за этих земель. Агат между тем съел свою порцию и мы поехали дальше. Местность не менялась, точнее, по-прежнему мы ехали по мертвому лесу, который стал гуще, и равнина сменилась на небольшие холмы. Вдруг что-то в окружении привлекло мое внимание и я остановился. Медленно осмотрелся, но ничего не заметил, даже подумал, что показалось. Очень легко дернул поводья, и Агат послушно медленно пошел вперед.

— Будь внимательной, — сказал я своей спутнице.

Напряг все свои чувства, но опять тщетно. И только я решился, что мне показалось, как впереди вскинулась земля, из которой вылезли скелеты и устремились к нам. Оглянулся — мы оказались в окружении, со всех сторон к нам бежали эти враги. Самое правильное решение — это прорыв и бегство, ведь с таким количеством врагов нам не справится. Боковым зрением заметил, как с левой стороны летит в нас огненный шар и резко дернул поводья, добавив еще и ногами — конь быстро прыгнул вперед.

— Твоя цель, — крикнул я Тиалле, указывая арбалетом, зажатым в руке, что я имел в виду.

А в следующее мгновение произошло несколько событий одновременно. Первое, девочка начала стрелять, и я увидел, как бледно-голубой луч ударил в фигуру, атаковавшую нас до этого. Второе, на нас навалился страх, даже можно сказать Страх, а впереди показались две высокие фигуры. Третье, я услышал ржание своего скакуна и почувствовал его дрожь. Он сделал несколько шагов вперед, а я шестым чувством понял, что проделал он это с огромным трудом.

— Сейчас помогу, — сказал я ему, спрыгивая с коня, и переходя в состояние контроля.

Кто виноват в атаке страхом, я понял моментально — две непонятные фигуры, находящиеся за скелетами. Выстрелил из арбалета, но промахнулся, поэтому отбросив его в сторону, выхватил второй меч. Чтобы пробить брешь в линии скелетов, мне понадобилось четыре удара мечами. Взмах правым мечом в левую сторону с одновременным шагом влево — рука, направляющая меч мне в грудь падает на землю, меч скелета справа проходит рядом со мной. Шаг вправо и одновременный удар обеими мечами слева направо срубает головы моим противникам. Перекат вперед и меч позади стоящего скелета проходит надо мной, поднимаюсь и правый меч лишает головы и этого врага. А впереди оба новых представителей нежити готовы к битве, обнажив двуручники. По тому, как они держат свое оружие, понимаю, что те владеют ими на высоком уровне. В следствие этого понимаю, что эта нежить разумна, а значит можно применить технику моего мира.

При подходе к ним мои движения чуть меняются. Первым решил атаковать правого противника — короткий шаг, небольшой наклон головы вперед, и разворот туловища — рубящий удар проходит мимо. Удар левым мечом снизу вверх отрубает тому левую руку, а вот от удара правым он уходит, а я отмечаю для себя, что скорость их очень высока. И значительно превосходит мою, когда я без боевого транса. Придется применять то, что я тренировал по дороге. Противник, которого лишил руки и одной действует как будто у него легкий меч. Сдвинулся немного вправо, чтобы второй не имел простора для действий. Пропускаю меч у себя над головой и моментально вхожу в боевой транс, прыжок вперед, блокирую левым мечом оружие врага, а правым отрубаю голову. И тут же получаю резаную рану на спине. Выпадаю в обычное восприятие и еле успеваю уйти перекатом вперед, в полете прогоняя внутреннюю энергию в районе раны. Вскочил я уже в состоянии контроля, но видать недостаточным, так как чувствую, как мне рассекают левую руку. Направил и туда энергию, а сам полностью отдался бою. Оружие врага мелькало то спереди, то над головой, то я пропускал его за спиной. Успел даже рассмотреть немного его лицо, чуть удивился тому факту, что оно выглядит вполне человеческим, правда бледно серого цвета, а в глазах горел зеленоватый огонек. Контратаковать и просто атаковать я не успевал, как не мог подловить его на паузе, чтобы успеть перейти в другое состояние и убить его. Частью сознания понимал, что сейчас должны подойти скелеты и мне тогда точно уже не совладать с ними.

Вдруг рядом раздается ржание и меч противника устремляется к моему помощнику. Агат отпрыгивает, но не достаточно быстро и получает рану в верхней части правой ноги. От осознания того, что ранили моего друга, меня захлестнула такая волна ярости, что я утратил весь контроль и просто рванулся к врагу. Двуручнику, который летел на меня с правой стороны, я просто подставил свой меч, зажатый в левой руке. Краем сознания отметил, что боль пронзила ее, рана раскрылась и из нее потекла кровь, а вот рана на спине разошлась так, что кровь, можно сказать, хлынула ручьем. Зато вызвал удивление на лице противника, который из-за этого замешкался, что позволило мне лишить его головы. И тут я почувствовал, как начал стремительно слабеть и все, что смог сделать, это запрыгнуть на коня позади девочки и сказать: «Лети!».

Мир Оравия, окраина Туманных земель.

Тиалла все еще немного дулась на своего спутника. «Ему что, тяжело со мной поговорить и ответить на мои вопросы», — думала она. Начала подумывать, как бы ему отомстить, но так, чтобы он ее не бросил, как услышала его голос. «Будь внимательной», сказал он ей. Приученная к дисциплине, она стала посматривать по сторонам, стараясь не пропустить ничего, а бластер сняла с предохранителя. Вдруг она увидела, как из земли вылезают скелеты и хотела начать стрельбу, как вспомнила, что ее цель — псионы. Вдруг конь совершил прыжок, а парень сказал: «Твоя цель». Она проследила за его рукой и увидела какую-то фигуру. Быстро перекинула руку с оружием на другую сторону и начала стрелять. Навалившийся страх сковал ее, и даже захоти она прекратить свою атаку, то не смогла бы это сделать — ее руку будто парализовало. Все, что она смогла сделать, это выдерживать направление стрельбы в свою цель. Увидела, как вокруг врага образовалось какое-то поле, поглощающее или рассеивающее луч ее бластера. Почувствовала, как спешился ее спутник, но ни посмотреть, ни позвать на помощь она не могла. Увидела, как исчезла защита врага и ее луч прожег дыру у него в груди, а сам же он упал. Ей бы прекратить стрелять или перевести атаку на приближающихся скелетов, но она по-прежнему была скованной страхом. Она с ужасом наблюдала за ними, когда давление спало и Агат прыгнул вперед, а она удержалась на нем только благодаря параличу. Луч погас, а ее оружие издало тихий звук, сигнализирующий о полной разрядке батареи. Конь заржал и отпрыгнул в сторону, а спустя пару секунд страх ее отпустил, но тело все также оставалось непослушным. Кто-то запрыгнул позади ее, обхватив ее руками, и они поскакали вперед.

Как только руки начали слушаться, она первым делом ухватила поводья — теперь она не свалиться по пути. Посмотрела вниз — Андрей обнимал ее за талию с зажатыми в руках мечами. «Хоть бы он меня не зарезал», — подумала девочка. Парень полностью облокотился на нее, и она поняла, что он находиться без сознания, а значит, ранен. Но помочь в данный момент она не могла. Агат несся сквозь деревья, казалось совсем их не замечая, умудрялся проскакивать между ними даже тогда, когда Тиалла была уверена, что этого не произойдет. Вдруг они выскочили на большую поляну и, взглянув вперед, она увидела живые деревья.

— Агат, найди воду, — с наворачивающимися на глаза слезами сказала она.

Слезы у нее появились потому, что она попыталась используя свой дар псиона почувствовать состояние своего спутника. И ужаснулась — он находился на грани смерти. Вскоре скакун остановился и припал к земле, позволяя ей слезть с себя. Она попыталась разжать объятия парня, но у нее не получилось, как не получилось и вывернуться из них. Решила спускаться как есть, придерживая его одной рукой, но не удержалась и они упали на землю. Услышала тихий стон Андрея, который только сейчас разжал свои объятия и выпустил мечи. Извернувшись, она хотела его приподнять, чтобы переложить удобнее, для чего левая рука ушла ему за спину и попала во что-то влажное и вязкое. Секунду ей потребовалось, чтобы сообразить, что это кровь. Метнулась к коню, срывая с него свой рюкзак и доставая из него аптечку. Разрезала рубаху и ужаснулась — длинный разрез, начинающийся у лопаток и заканчивающийся у поясницы, сильно распух и кровоточил. Несмотря на опустившиеся сумерки, она благодаря своему зрению увидела, что края раны начали отмирать.

— Только бы хватило аптечки, — пробормотала девочка, прикладывая ее к ране.

На приборе загорелся красный индикатор, сигнализирующий о тяжелом состоянии пациента. Аптечка выпустила шесть тонких усиков и медленно двинулась вдоль раны. Обратила внимание на его левую руку, которая тоже была вся в крови. Детальный осмотр показал, что и на ней имеется рана.

— Да как же ты умудрялся сражаться? — изумленно проговорила она.

Подойдя к Агату, который уже поднялся и жевал травку, она скинула с него все сумки и, достав бурдюк с водой, подошла к раненому. Отмыла от крови и грязи его руку, промыла рану, оказавшейся не такой страшной, как на спине. Аптечка тем временем закончила свое дело и отключилась, а Тиалла поспешила наложить ее не руку. Та опять выпустила усики, но тут же втянула их обратно, а на ней загорелся оранжевый индикатор.

— Все-таки тебя не хватило, — пробормотала девочка, стараясь вспомнить, как можно помочь в такой ситуации.

И ее память тут же подкинула вопрос отца: «Что ты будешь делать, если поранишься или кто-то поранится при отсутствии аптечки, а рядом никого не будет? Вот то-то и оно, а действовать надо так…». Этот вопрос был задан перед длительным походом в горы и дальнейшей военной игрой. Память еще выдавала информацию, а девочка уже действовала. Пережала руку выше локтя, не найдя ничего похожего на бинты, она отрезала низ рубахи парня, тщательно его сполоснула и принялась накладывать повязку. Закончив с этим делом, сняла локтевой зажим и устало опустилась на землю. Подошел конь, вероятно решив проверить состояние своего хозяина, и Тиалла увидела его рану.

— Сейчас и тебе помогу, — устало сказала она и поднялась на ноги.

Смывая кровь с раны, она с удивлением увидела, что та затянулась, а значит, скоро вообще заживет. Она укрыла парня одеялом, второе же использовала для себя. Уснула же она, как только ее голова коснулась импровизированной подушки в виде сложенных ладоней.

Утро для нее началось с сильнейшего желания сходить в кустики, что она быстренько и проделала. Когда она возвращалась, желудок дал знать, что он требует вкусной и здоровой пищи. Просмотрев сумки, она убедилась, что еды нет совсем, в наличии только вода. Попробовала напоить своего спутника, но тот никак не отреагировал на влагу у губ, поэтому обильно смочив их, она напилась сама и отправилась искать воду. Это был не ключ, а небольшой ручей, шириной не больше метра, но ниже по течению девочка заметила небольшую заводь. Спустилась ниже, намереваясь хорошо помыться, скинула с себя одежду, подошла к воде и остановилась. На мелководье, у самого берега стояли пять рыбин, длиной сантиметров тридцать. Рыбу она обожала, а желудок в очередной раз напомнил, что своего он так и не получил. Медленно присев, она со всей быстротой, на которую была способна, выбросила руку в воду. И была вознаграждена. Ободренная первым успехом, она решила поймать еще штуки три или четыре, но не тут то было, на то, чтобы добыть еще две рыбки у нее ушло почти полчаса. Вернувшись, она первым делом снова проверила состояние парня, но тот так и пребывал без сознания, хотя дыхание у него было ровное, а это вроде как хороший признак.

Приготовление рыбы не заняло у нее много времени. Как разводить огонь она знала, потому как видела, как это делает ее спутник, поэтому спустя час она с огромным удовольствием уплетала за обе щеки свой улов. Пробовала она покормить Андрея, но тот никак не прореагировал на еду. После еды ее разморило и она провалилась в сон.

Разбудило ее ржание Агата. Открыв глаза и увидев его раздувшиеся ноздри, она вскочила на ноги. Со стороны, куда смотрел конь, к ним приближалось пять человек, одетых в доспехи. Но у девочки они вызвали стойкую ассоциацию с разбойниками, бандитами или грабителями.

— Кто это у нас тут такой? — спросил самый большой из них, поперек себя шире. — Седой, ты встречал таких?

— Нет, — ответил шедший рядом с ним мужчина с иссеченным шрамами лицом, — поэтому ханы орков заплатят за нее просто огромные деньги.

Тиалла уже довольно хорошо понимала язык, чтобы понять, что ничего хорошего ожидать от этих людей не стоит. Оглянулась — рядом с Андреем лежали его мечи, поэтому она, не раздумывая, схватила первый попавшийся и выставила перед собой. Фехтовать она, разумеется, не умела, ведь нельзя же назвать детские занятия и игры уроками, но просто так сдаваться она не хотела. Тем более что рядом с ней бил копытом четвероногий помощник.

— Ох, ох, ох, — заохал крайний правый мужчина и по голосу она поняла, что тот совсем молодой.

— Остерегайтесь коня, — предостерег тот, кого называли Седым. — Там кто-то лежит, — добавил он, — Хилый проверь.

Щуплый мужчина замер, сделал пасс рукой, а Тиалла почувствовала нечто, напоминающее псионные техники сполотов, и сказал.

— Он без сознания, нам не страшен.

— Вот и замечательно. Бык, Скользкий, на вас девчонка, и помните — ни царапины, — приказал Седой. — Сопляк, Хилый, на вас конь. Я страхую.

Скользкий обнажил длинный кинжал и начал приближаться к девочке. Сделал ложный выпад, затем второй, на который та повелась. Отбил ее меч в сторону, мимоходом удивившись, что та сумела его удержать, и обхватил ее сзади. Но почти сразу почувствовал, как та начала изворачиваться, как змея и сейчас выскользнет, поэтому он чуть подбросил ее в воздух, чтобы потом перехватить. Но незнание этой расы сыграло с ним злую шутку — извернувшись еще раз уже в воздухе, она избежала его рук и приземлилась, как полагается, на ноги. Не раздумывая, она сделала горизонтальный удар и меч с легкостью перерубил бандиту ноги.

— Ааа, — разнесся крик по лесу.

— Ах, ты ж, су…, - прорычал здоровяк и с несвойственной таким габаритам скоростью метнулся к девочке.

Быстро заломал ей руки за спину, и, прижав к земле, начал доставать веревку. Тиалла забилась под могучей рукой, пытаясь освободиться, но напрасно. Перед ее глазами встала ухмыляющаяся рожа этого бугая, и она от отчаянья мысленно врезала ему своей рукой со всей силы. Разбойник по кличке Бык, отпустив ее, схватился за голову руками, а на лице его появилась гримаса боли. Тиалла вскочила на ноги, но удар сзади лишил ее сознания.

Глава 10

Мир Оравия, Дреггония, предгорье Драконовых гор, граница с Туманными землями.

— Он все-таки придурок, — в сердцах выругалась Лина, — это ж надо додуматься пойти через территорию нежити?!

Когда по подсчетам девушки между ней и парнем, которого она ищет, оставалось не более дневного перехода, она решила еще раз проделать процедуру поиска по крови, чтобы точно определить его место и не разминуться с ним. Она вполне допускала, что тот постарается как-то изменить свою внешность, поэтому чтобы меньше гадать и провела ритуал. И вот теперь он находился у восточной границы Туманных земель, у границы с Империей.

— Все-таки он ненормальный, — другими словами выразила она свою мысль.

Развернув своего скакуна, она поскакала обратно в город Торн. Сила крови иссякла значительно больше, чем она рассчитывала, чему объяснения Лина не находила. Списав все это на действие территории нежити, она решила последний ритуал провести в столице или рядом с ней. Обдумав еще раз свои действия, поняла, что парень направляется именно туда, потому что и сама на его месте поехала бы в большой город.

Торн встретил Лину небольшой суетой и приготовлением к какому-то событию. Любопытство охватило девушку и она спросила об этом патруль, шедший ей навстречу. Он осмотрел девушку внимательным взглядом, кивнул каким-то своим мыслям и ответил:

— Нежить из Туманных земель вообще распоясалась, нападают на путников средь бела дня. Несколько дней назад напали на барона из Зарии, что те только случайно выжили.

Понятно, наверняка это нападение, в котором она участвовала, вызвало это оживление. Теперь должны границы усилить, лишь бы император не издал указ о призыве наемников в армию, а то она ведь выдает себя именно за такую. Вот и трактир, понравившийся девушке в прошлый раз, здесь она и решила остановиться и дать отдых коню. Сытно поужинав, она сидела с закрытыми глазами и потягивала очень вкусный коктейль, как услышала знакомый голос:

— А я тебе говорю, что там присутствовал демон, ты же знаешь мою чувствительность на них.

Приподняв веки, чуть повернув голову, Лина скосила глаза в сторону говорившего. Через стол, в другом углу помещения, сидели ее знакомые: барон и маг, а за соседним остальные их спутники. «Надо же как расслабилась», — подумала девушка, — «даже не услышала, как они пришли».

— Ты так уверен, что это именно демоны? — переспросил барон. — Да и какая разница, если нам помогли.

— Чтобы демоны сделали что-то просто так? — удивился маг. — Никогда в это не поверю! Я бы и сейчас предположил, что кто-то неизвестный защитил нас, в том числе, и от демонов, но следы говорят о другом. А то, что это был демон я уверен или, как они себя называют, прямой потомок.

«В общем ты прав», — подумала юная демонесса, — «но исключения бывают всегда. Но какая же у тебя высокая чувствительность?», — изумилась девушка.

— Сколько думаешь ждать? — продолжил разговор маг.

— Больше месяца не имеет смысла задерживаться, либо они его поймают, либо он сам объявится, — ответил барон. — А если пойдет через всю Дреггонию, то объявится у нас в замке и Лея даст нам знать. А пока остановимся здесь и подождем.

Ничего нового Лина не услышала, лишь отметила, что когда будет ехать по тракту, проходящим вдоль Туманных земель, необходимо утроить внимание.

Мир Оравия, королевство Зария, баронство Дрей, замок барона.

К замку, расположенному у подножия пика Хриáм-Ак-Даггá, подъезжала группа из двадцати всадников. Командир баронской дружины по приказу своего господина перевел всю дружину на военное положение, поэтому мост был поднят, ворота закрыты. В силу этого замок казался неприступным. Будучи расположен в углублении горного пика, он имел естественную защиту сзади, спереди же был вырыт глубокий ров с водой. Он и был бы неприступным, если бы не маги, а в крепости остался лишь один в ранге адепта, пусть личный маг барона и говорил, что он уже дорос до мастера.

— Марко, — обратился пожилой воин к молодому, — быстро сбегай за командиром.

Сам же начал всматриваться в подъезжающих всадников. Отсюда, из надвратной башни было все замечательно видно, и вскоре он уже очень отчетливо начал различать экипировку воинов, что вызвало у него некое недоумение.

— Что у вас? — раздался голос Нарна Ковача, командира дружинников.

— Да вот никак валькирии пожаловали, — удивленно ответил старый воин.

— В самом деле, — согласился командир.

Отряд между тем приблизился к месту, где должен находиться мост, и вперед выехала одна из воительниц и, сделав какой-то пасс, начала говорить.

— Я хочу говорить с хозяйкой этой крепости, — долетела до всех защитников эта фраза, а Нарн понял, что та применила заклинание усиления голоса.

В связи с произошедшими событиями, он получил однозначный приказ: «Никого не впускать в замок» и собирался его выполнить. Дружина в замке была небольшая, всего двадцать пять воинов, зато в их верности он был абсолютно уверен, и предательства не могло быть. Сам же замок напоминал крепость, поэтому взять его было крайне сложно. Его смутило то, что женщина уверена, что баронесса находится именно здесь. Конечно, это не являлось секретом, но ни барон, ни его окружение, ни его жена об этом не распространялись. Магию они не использовали, но для таких случаев у них был рупор.

— По какому вопросу хотите ее видеть? — прокричал он в него.

— Мы приехали для ее защиты, — после небольшой паузы ответили ему.

Такое заявление с одной стороны вызвало у него настороженность, с другой она знал, что валькирии в делах охраны и найма никогда не врут. В данном случае главное понять они действительно по каким-то причинам приехали защитить или это военная хитрость. Ведь барон со своим другом вполне могли нанять их для охраны баронессы. А сейчас нельзя допустить, чтобы они увидели хозяйку.

— Нарн, что здесь происходит? — раздался властный женский голос.

Командир дружинников тяжело вздохнул и принялся докладывать.

— Госпожа, двадцать валькирий приехали к замку и говорят, что они прибыли для вашей защиты. Это очень подозрительно, — на всякий случай добавил он, надеясь, что переговоры и дальше будет вести он.

Но Лея ан’Дрей в очередной раз показала, что она достойная жена своего мужа и прятаться за спины не намерена. Она подошла к краю, где маг, находившийся рядом с ней, усилил ей голос.

— Я баронесса Лея ан’Дрей, хозяйка этого замка и прилегающей территории, — сказала она. — Что вам угодно?

То, что произошло далее, повергло в шок всех, разве что сама хозяйка внешне не проявила никакого удивления. Все двадцать воительниц спешились и опустились на одно колено, глядя на баронессу — именно так валькирии должны приветствовать своего хозяина. Заставить их сделать подобное или заплатить, чтобы они сделал так — невозможно. Во всех контрактах валькирий оговариваются несколько пунктов и этот является одним из них. Даже служа в охране правителей государств, они никогда так не приветствуют своего нанимателя. Поэтому и командир дружинников, и баронесса сразу же поверили им, а Лея приказала опустить мост и открыть ворота. Когда женщины и девушки очутились в крепости, то магиня, предводительствовавшая в отряде, первым делом доложила все события.

— Значит, вас направил не мой муж, а ваша глава клана, — констатировала факт хозяйка замка.

— Наш командир, — уточнила магиня, поскольку возможность называться главой клана Трольда Виндсольв утратила. — Она посчитала очень подозрительными события, произошедшие с вашим сыном, поэтому и направила нас для усиления вашей охраны. А в течение двух месяцев и весь клан переселится в ваше баронство.

Баронесса поблагодарила ее за доклад и отослала к Нарну, чтобы тот разместил ее отряд и показал, что здесь и где находиться. Мысли же самой хозяйки потекли по другому руслу — она обдумывала куда будет заселять такое количество людей, да и с припасами необходимо решать вопрос.

Мир Оравия, Империя, граница с Туманными землями.

Барон Теогар Брукван ехал с инспекцией вдоль границы своего баронства с землями нежити. Недавно он получил приказ императора о защите владений Империи, чтобы никто не мог проскочить на ее территорию. Воин до мозга костей, как и его отец, и дед постарался выполнить приказ с имеющимися силами. Дружины на все не хватало, но он все равно перевел приграничные гарнизоны на военное положение, пока не прибудут воины, выделенные королем. В данный момент он со своим десятком личной охраны как раз и проверял выполнение своего приказа. Еще он славился тем, что магом у него был настоящий демон, заключивший контракт еще с его дедом и неукоснительно его соблюдавший. Условий этого договора он, разумеется, не ведал, но знал, что при его жизни демон никуда не уйдет. Уровень его мага был на уровне магистра, что по меркам инферно, как узнал барон, считался довольно слабым. Как и всякий демон, его маг также имел перекос в магию хаоса, менталистику, но следует отдать тому должное, что он изучал и другие области магии, что, вероятно, ему необходимо для каких-нибудь дел в своем мире.

— Командир, — обратился к нему его маг, — кто-то рядом сотворил ментальное заклинание.

— Что-то не так? — переспросил барон, научившийся по малейшим изменениям в мимике демона понимать его состояние.

— Я не знаю такого заклинания, — обеспокоенно ответил тот, — даже не могу определить технику создания.

— Ты умеешь определять технику создания? — удивился барон, так как эту особенность своего мага он не знал. — Как мне объяснили, что это невозможно, можно только понять, что она незнакома.

— Это врожденная способность, — после небольшой паузы ответил демон.

Барон знал, что по договору демон обязан отвечать на вопросы, вот только, чтобы получить внятный ответ, необходимо задать конкретный вопрос. То есть на вопрос: «Что ты умеешь?», он ответит: «Многое». А, если задать «Ты умеешь создавать огненный шар трех метров в диаметре», он обязан ответить «да» или «нет». Вот и в этом случае Теогару удалось подловить своего мага, а немного подумав, он окончательно пришел к выводу, что своей задачей в этом мире его маг видит изучение различных техник создания заклинаний. А вот плохо это или хорошо и грозит ли это их миру и стране, он не понимал. Но по тому же договору никому о новых знаниях про своего мага он говорить не имел права, за исключением прямых наследников, которых у него пока не было.

— Направление? — уточнил барон.

Маг указал и его воины тут же спешились и исчезли в лесной чаще, а спустя минуту он услышал переливчатый свист, означающий, что враг обнаружен. Этот свист был точной имитацией пения птицы крузикан, и сымитировать его было крайне сложно, поэтому и потенциального врага он недолжен насторожить. Барон с магом спешились и быстрым бесшумным шагом направились в сторону «пения».

Они подошли как раз к кульминационному моменту: конь, вероятно, дарвацкой породы, защищал своего хозяина. Три человека пытались его то ли обездвижить, то ли убить. Вот двое одновременно бросились на него, но тот сумел увернуться от атаки одного, хотя и получил резаную рану, и хорошо лягнуть задними копытами второго, что тот с криком отлетел в сторону.

— Хилый, — раздался голос одного из них, — почему не обездвижишь его.

— Не получается, у него наверное амулет есть, — ответил тому щуплый на вид мужчина.

— Так используй свиток, — рявкнул первый, — ты что, не видишь, что это настоящий боевой конь да еще дарвацкой породы, а их надо убивать издалека стрелами, а у нас сейчас ни лука, ни арбалета нет.

— Так он же первого круга и стоит доро…

Договорить тот не смог, потому что второй посмотрел на него, и видать, что-то во взгляде было такое, что Хилый, как того называли, принялся рыться в сумке и достал магический свиток. Вот только воспользоваться он им не смог — раздался свист все того же крузикана, но немного другой тональности, и в мага полетели две стрелы, а воин застыл статуей.

— Быстрее свяжите воина, — сквозь зубы процедил маг, — у него очень сильный амулет, я его обездвижил, но подчинить не смог.

Но отдавать приказы не было необходимости, люди барона и так знали что надо делать, и спустя пять минут связанными оказалась вся четверка оставшихся в живых разбойников. Но вот подойти к лежащим на земле людям, одна из которых на вид еще девочка, не смогли. Особенно к парню. Конь, несмотря на полученные раны, по-прежнему не подпускал к ним никого.

Мир Оравия, Империя, граница с Туманными землями, то же время.

Демон Коррадон неверяще смотрел на коня. Невероятно, но это истинный драурров скакун! И как они сумели не только выжить в этом мире, но и сохранить чистоту породы. Повелительница будет очень довольна, их так и не удалось приучить к инферно, и ее предкам пришлось оставить их в одном из миров, но не в этом. Однажды ему с ней удалось побывать в том мире, и он видел с какой любовью она каталась и ухаживала за ними, а те, в свою очередь, отвечали ей тем же. Но с этим конем он ничего не мог сделать, ведь тот уже нашел себе хозяина.

— Нда, — сказал барон, глядя на коня, — ничего с ним не сделаешь, видел я таких как-то, не подпустит к своему хозяину.

Коррадон удивленно посмотрел на своего нанимателя.

— Дарваец, — пояснил тот, — редко встречается и очень предан своему хозяину, особенно когда воспитывался с детства.

Маг кивнул своим мыслям, имея в виду, что барон не знал истинное положение дел, а барон принял этот жест за то, что демон понял его.

— Можешь что-то сделать? — с сомнением спросил барон своего мага, указывая на лежащих детей.

— Нет, ты же знаешь, что целитель из меня плохой, и для свитка я должен находиться рядом. Могу только казать, что они оба не умирают. Так что надо ждать, пока его хозяин не очнется. Командир, — серьезный тоном обратился к нему Коррадон, — и парень, и девочка являются магами. У него средний потенциал, у нее намного выше.

— Останавливаемся здесь, разбиваем лагерь, — тут же приказал барон.

Мир Оравия, Империя, граница с Туманными землями, три часа спустя.

Тиалла пришла в себя, но доносившиеся голоса заставили ее не спешить давать об этом знать. Вскоре из разговоров она поняла, что это другие люди и они не хотят им приносить им вред. Прислушалась к себе — затылок отдавал болью в такт бьющегося сердца. «Хорошо же меня ударили», — подумала она. Пересилила себя подняла голову и пощупала затылок.

— Ого, вот это шишка, — прошептала она.

Это ее действо не осталось незамеченным, и она услышала вопрос:

— Как ты себя чувствуешь? Можно тебе помочь?

Теперь ей пришлось открыть глаза — в пяти метрах от нее стоял мужчина, который, скорее всего, и задал этот вопрос. Мужчина, на вид тридцати лет, по-доброму смотрел на нее, и у девочки сложилось впечатление, что это не наигранно.

— Я барон Теогар Брукван, и вы находитесь на территории моего баронства, — сказал он, — а я стараюсь поддерживать в нем порядок. Те, кто на вас напал связанные лежат вон там, — и он указала в сторону.

Тиалла автоматически посмотрела туда и в самом деле увидела связанных разбойников, сразу же узнав здоровяка, который выкручивал ей руки. Посмотрев опять на заговорившего с ней человека, она заметила огромный интерес к ней, но применить свои способности, чтобы понять истинные его эмоции остереглась.

— Мы бы помогли вам, но ваш четвероногий защитник не подпускает, а как-то воздействовать на него мы не решились.

Ей хотелось поверить этим людям, но случай с аграфами заставил молодую сполотку относиться к новым знакомствам с подозрением. В данный момент она не знала, как поступить, но осторожность взяла верх и она сказала:

— Проснется мой спутник, он все и решит.

— Мне кажется, ему необходима помощь.

— С ним все в порядке, — упрямо подтвердила он свое решение и, поднявшись, пересела к Андрею.

Мир Оравия, Империя, граница с Туманными землями, еще час спустя.

Ох, какая же слабость во всем теле, даже открывать глаза не хочется, не говоря уже о том, чтобы пошевелится или подняться. Даже доносящихся звуков не хочется понимать. Вот только думать ничего не мешает, а значит надо детально проанализировать последний бой. Почему я получил такую серьезную рану? Почему не сработала техника моего мира? Или не до конца сработала. В чем разница с предыдущими схватками? Там я сражался с одним врагом, а тут было двое. Но ведь в Дреггонии я дрался с несколькими рабами. Там рабы, тут нежить, но и те и другие разумны, а скелетам на эти мои умения плевать. То есть умения влияют на разум или на какую-то его часть, и совсем не обязательно это мозг, ведь у нежити его нет в том виде, как у людей. Значит эта составляющая нечто не материальное, но тесно связанное с разумом, вот и получается, что мой контроль плюс особые движения заставляют противника поверить, что я нахожусь или передвинусь в другое место относительно моего реального. И еще воздействие, наверняка, должно зависеть от воли противника и его знаний об этом способе, поэтому сразу с двумя сильными противниками мне и не удалось избежать ранений. А с рабами все просто — их воля настолько слаба, что я простыми движениями смог легко заставить их плясать под мою дудку. С одним воином, даже очень хорошим, я смогу справиться, полностью отдавшись этому состоянию, а для большего количества необходимы тренировки. Эх, и почему я был таким дураком, что ходил заниматься из-под палки? А давать эти навыки кому-то другому очень опасно, иначе рано или поздно это может сыграть против меня. Остается понять, через какие органы происходит восприятие этой информации, через глаза или чем-то другим. Если только через глаза, то с мастерами меча мне не справится, но, скорее всего, задействованы несколько органов разумного, иначе эта методика не была бы такой эффективной. Для проверки необходим бой с мастером, который действовал бы с повязкой на глазах.

Пока рассуждал, мое состояние немного улучшилось и в окружающем шуме я начал различать речь, что сразу заставило меня насторожиться. Где я и откуда тут взялись люди? И где девочка, которую я спас? Стараясь ничем себя не выдать, приоткрыл веки. Моя спутница сидит рядом и не связана, смотрит куда-то в сторону. Рядом с ухом раздалось фырканье, и моей головы коснулась голова моего друга, которого мое притворство в заблуждение не ввело, поэтому я быстренько закрыл глаза. Мне надо срочно придумать какую-то историю. В этом случае потеря памяти не пройдет, так как и конь у меня, и следы его, ведущие из Туманных земель. Сказать, что я бежал из Дреггонии? Так это след, по которому найти меня просто, пусть и выгляжу по другому, но кровь то не обмануть. А что, если сказать, что я появился в землях нежити, про себя ничего не помню, нашел так коня, оружие, и вообще все что со мной, и поехал, куда глаза глядят. Нет, это не получится, они наверняка поняли отношение моего коня ко мне, а такого эффекта за несколько дней не достичь. Значит, попал я сюда с конем, почти полностью потерял память, помнил только свое имя, имя коня и то, что мне пятнадцать лет. Оружие и все припасы нашел уже здесь, а если захотят проверить, то пускай идут по моим следам и проверяют. Что там еще? А, оказалось, что умею немного работать с мечами, плохо стрелять из лука и получше из арбалета. Осталась одна проблема — обмануть магов, которые чувствуют ложь, не говоря уже про менталистов. Тогда надо признаться, что я из другого мира, то есть помню, что дома никакой нежити у нас не было — тут и врать не надо. Да и дреггонский след таким образом я заметаю. А вот на счет всего остального — остается только войти в состояние контроля и уже из него отвечать на вопросы. Глядишь, и поможет обмануть магов. Все теперь можно и очнуться.

Открываю глаза, пошевелился, чуть приподняв голову, и Тиалла с поистине кошачьей грацией разворачивается ко мне.

— Андрей, как ты? С тобой все хорошо? Тут такое происходило… И еще нас спасли вот эти люди, — привычно затараторила она.

— Подожди ты, тарахтелка, — фраза далась мне с небольшим трудом, и я понял, что до окончательного выздоровления еще очень далеко.

То, что я пришел в себя, заметили и другие люди, двое из них подошли к нам.

— Я барон Теогар Брукван, — представился один из них.

— Андрей.

Барон чуть нахмурил брови, но я понял, что он не хмурится, а пытается что-то вспомнить. Я же, пользуясь паузой, вошел в состояние контроля, и тут же обратил внимание на его спутника. Вот только опять не смог определить, за что зацепился взгляд. Барон тем временем вышел из состояния задумчивости.

— Никогда не слышал такого имени. Или это твое родовое имя? — спросил он, но увидев мое отрицательное покачивание головы, задал еще один вопрос. — Ты из какой страны?

— Я, — сделал небольшую паузу, и чуть удивленно сказал, — не помню.

— А что ты помнишь?

— Помню, что очнулся вместе с Агатом вон там, — я указал в сторону Туманных земель. — Все, что со мной, нашел там же.

— Значит, ты появился голым? — подозрительно спросил второй человек.

— Нет, но одежда, в которую я был одет, даже для ветоши не годилась, — и я тяжело откинулся назад, все-таки этот короткий разговор меня достаточно вымотал.

— Помоги ему, — услышал я голос барона, затем послышался шаг, но раздалось тихое ржание Агата и, вроде бы, удар копытом.

— Прикажи своему коню, пропустит моего мага, он поможет тебе, — попросил меня барон.

— Агат, — тихо сказал я, открывая глаза, — все будет хорошо, дай пройти.

Конь на это фыркнул, но отошел немного в сторону. Маг барона подошел ко мне, положил руку на голову и я почувствовал некий импульс. Но он, наверное, не удовлетворился этим, поскольку положил вторую руку на грудь, и импульс стал сильнее. Я от усталости прикрыл глаза, но раздалось какое-то шуршание и меня окатило прохладной волной. Я же в свою очередь почувствовал себя намного лучше и сразу открыл глаза.

— Благодарю, — сказал я барону и сделал кивок, на что тот чуть удивленно приподнял брови, но ответил тем же.

— Расскажи свою историю, — попросил он.

Понятное дело, что артачиться я не стал, и рассказал все, как и задумывал. Барон выслушал очень внимательно, пару раз задал уточняющие вопросы, как я понял, что они уже сталкивались со скелетами и вампирами, так как вопросы и были про них. А вот мага очень сильно заинтересовал случай с демоном-магом, хотя он не задавал никаких вопросов, но я каким-то образом понял его интерес.

— А сейчас куда едешь?

— Хочу учиться магии, — я ответил сразу, — если подскажете куда ехать, то буду благодарен.

— А как ты определил, что у тебя есть талант? — наконец-то задал вопрос маг.

— Да вот смотрю на эту штуку, — я достал из сумки самый простой амулет, — и вижу какое-то свечение. А что кроме магии это может быть?

— В общем, это так, — ответил маг, — а твоя спутница что думает делать?

— Я тоже хочу учиться магии, — тут же выпалила девочка, затем немного смущенно добавила. — Ну, если у меня есть талант.

— Есть, вот только в школу тебе рано, там с пятнадцати лет, а тебе максимум двенадцать можно дать. И, кстати, — спохватился он, — расскажи про себя.

Она посмотрела на меня, как бы ища поддержки или одобрения какого-то, но мне все равно было, поэтому я просто пожал плечами. Тиалла принялась рассказывать свою историю, которую и я слушал с интересом. Да уж, вот это эксперимент поставили, перебросив материальный объект из одного мира в другой, причем и живую, и неживую материю. В моем случае переместилась только моя душа или как там правильно назвать эту субстанцию, да и то что-то помогло. Вот ее случаем заинтересовались поначалу очень сильно, но когда она рассказала про демона-нежить, их пыл угас, особенно мага, из чего я сделал вывод, что тот хорошо знаком то ли с такой нежитью, то ли знает что-то особенное про нее. Они выслушали ее, затем барон предложил поехать с ними, а потом он с охраной отправит нас в Школу волшебства, как в Империи называлось это учебное заведение. Я уже хотел начать спорить с ним, что мы не пойдем, как мне помог маг, сообщив барону, что мы в таком случае опоздаем к приему. Барон немного задумался, затем сказал, что километрах в двадцати находится небольшой городок и из него уходит хороший тракт в столицу, где и находится школа. Даже выписал нам подорожную, правда предупредив, что сила ее будет только в его баронстве, а за пределами когда как. Кроме нее, он написал еще одно письмо и попросил доставить его графу Шерграну, сказав, что его дом мне укажет каждый житель столицы. Я еще попросил немного продуктов, чтобы доехать до города, а там мы уже купим. Еще немного поговорили о разном, точнее, я, пользуясь потерей памяти, расспрашивал его о прядках, царящих в Империи. Разъехаться решили с завтрашнего утра, а сейчас, поужинав из общего котла, легли спать.

Мир Оравия, Империя, граница с Туманными землями, начало ночи.

Коррадон размышлял о том, что сообщили ему новые знакомые. С девочкой все было понятно — в техническом мире проводили эксперимент с метрикой пространства и у них получилось. Если это не случайность, то надо ждать гостей, хотя судя по рассказам, это, вероятнее всего, именно случайность. А вот с парнем не все понятно, и самое главное, откуда он и как очутился в Туманных землях. Он сказал им не все, довольно многое скрыл, но лжи он не почувствовал, а это становится уже интересным. Если из другого мира, то это может быть только мир Кария, где они с Повелительницей посещали дррауровых скакунов, но он совсем не похож на его жителей. Скорее всего, он отсюда, но тогда возникает вопрос: «Как он попал к нежити и откуда он». Приручать этих коней бесполезно, они сами находят себе хозяина и происходит это мгновенно, так что он мог сесть на коня вообще перед событием, которое и произошло с ним. Додумать до конца ему не дал вопрос барона:

— Что ты скажешь об этих событиях? — барон знал, что задавать магу такой общий вопрос чревато, но хотел выяснить, что тот сообщит ему.

— С девочкой все понятно, она из высокоразвитого технического мира, — удивил барона его маг и, увидев непонимание на его лице, добавил, — это мир, где люди научились запускать в небо железные повозки и летать на них. Это не магия, это наука, достигшая больших высот, — еще больше удивил барона демон, подробно объясняя суть.

— И у них совсем нет магии? — немного недоверчиво спросил он. — Как же они живут?

— Судя по всему, магия у них есть, ведь именно ее действие я почувствовал, и совершила это именно девочка. Кстати, резерв у нее намного больше, чем у ее спутника и магом она станет значительно сильнее. Если конечно будет усиленно заниматься магией. А вот ее спутник намного непонятнее и загадочнее, — и замолчал.

— Да я понимаю, — сказал барон, — я со многими людьми встречался и в Империи, и в Зарии, но этот парень не похож ни на кого, да и его говор слышу впервые. И кто его привел туда? А может быть, он тоже из другого мира?

На этот вопрос Коррадон не стал отвечать, сам же подумал о том, что, скорее всего, это работа обыкновенного портала, а потеря памяти связана либо с самим переносом, либо предварительно с парнем что-то сделали, а затем телепортировали. Обе версии выглядели равноценно. Но говорить этого он не стал, и так много сообщил своему нанимателю. Поговорили они о том, может ли он создать какой-то артефакт, который не позволял бы плененным разбойникам сбежать, так как он хотел оставить их в качестве рабов в следующей крепости. На это демон ответил, что в артефакторике он разбирается еще хуже, чем в целительстве. После этого они разошлись по своим шарам спать, а маг предварительно поставил сигналку.

Мир Оравия, Империя, граница с Туманными землями, утро.

Ночь прошла спокойно, и утром я проснулся полностью отдохнувший и готовый к новым подвигам. Я очень радовался, что барон оказался хорошим человеком и помог нам. Тиалла же еще сладко спала, и будить я ее не стал, так как понимал, что она тоже очень вымоталась и устала за эти дни. Барон дожидаться пробуждения девочки не стал, а, забрав пленных разбойников, поехал по своим делам. Пока она спала, я успел приготовить еду, и ее запах заставил девочку проснуться. Поев, мы отправились к городу.

— Андрей, а что ты собираешься делать, если меня заберут в другой город, — опять ее потянуло на болтовню.

— Учиться.

— Но нас же разлучат.

— На моей учебе это никак не скажется, — я усмехнулся, но девочка, видать, как-то почувствовала это и замолчала.

«Нееет, на фиг, на фиг таких спутниц», — подумал я, — «уже и планы какие-то начала строить в отношении меня». Дальнейшее путешествие до города происходило в молчании, чему я был очень рад, поскольку занимался переходом из состояния контроля в боевой транс и обратно. Во второй половине пути решил обдумать свою легенду. Получается, что делал все правильно: Тиалла не знала истинной моей истории, маг барона точно подтвердит, что я говорил правду. Если и при поступлении начнут что-то спрашивать, то главное не проболтаться. Так за размышлениями мы и приехали в город.

Город Градор встретил нас стражником у ворот, потребовавшим плату за вход, точнее, въезд, так как плата бралась с лошади и шла в оплату людей, убирающих лошадиные отходы. Въехав в город, я убедился, что деньги платятся не зря — улицы были чистыми, совсем не чувствовался плохой запах. Понял, что барон действительно радеет за свое баронство, да и люди, судя по одежде, хорошо живут. Вот подбежал мальчишка, и спросил не нужен ли мне сопровождающий, так и он был одет в хорошую, пусть и латанную, одежду, а не в обноски.

— Конечно, нужен, — ответил я ему, — необходим постоялый двор, где мы могли бы снять недорого две комнатки.

Он окинул нас оценивающим взглядом, задержавшись на лице моей спутницы, и не сумел скрыть своего изумления от ее внешности. Затем видимо решив что-то для себя, сказал:

— Можно остановиться у нас, одна серебряная монета с чело…, - он запнулся на этом слове, но потом продолжил, — в общем, с каждого по серебряной, но сюда уже входит еда.

Я задумался, потому что совсем не знал цен на такие услуги, а во вчерашнем разговоре с бароном забыл спросить. Попытался вспомнить, но ничего не получилось, а в Дреггонии я никуда не заезжал. Мальчик, по-видимому, решил, что я раздумываю о дороговизне.

— Еду готовит моя старшая сестра, — начал уговаривать он меня, — а знаете как она вкусно готовит? Иногда она печет пироги на продажу, так разбираются за десять минут!

— Уговорил, языкастый, — улыбнулся я пацану, — веди. Кстати, как тебя звать-то?

— Тим.

— А меня Андрей.

Он взял Агата под уздцы и свернул в узкий переулок, чтобы через два поворота вывести нас на довольно уютную улочку, где у каждого дома был небольшой дворик. Домики тут были одно и двухэтажные, но преобладали вторые. Вскоре мы остановились у одного такого, двор которого мне сразу понравился. Тиалла сама спрыгнула, за ней и я спешился. Увидев конюшню, я сразу направился к ней. Тим сказал, что сам все сделает, но я ответил, люблю ухаживать за своим конем, поэтому и не нуждаюсь в помощи. Потом спросил про покупку лошади для моей спутницы.

— У нас не так часто покупают лошадей, поэтому и продают мало, — после некоторого раздумья ответил пацан, — разве что у старика Терслана спросить.

— Хорошо. Сейчас закончу с Агатом, поедим и сходим к нему.

— К нему ехать надо, он живет за городом, — ответил Тим.

— Значит дам коню час отдохнуть и поедем, — подвел я итог.

В доме я первым делом отдал деньги его матери, сказав, что мы просто переночуем и завтра поедем дальше, и поднялся в свою комнатку. Небольшая, где-то три на три метра, кроватью, небольшим шкафчиком, столиком и стулом, в общем стандартный набор. А вот обедали мы в одном помещении с хозяевами, из чего я сделал вывод, что сдача комнат у них небольшая подработка. Когда к столу подали большой жареный кусок мяса и какими-то овощами, я немного замешкался в поисках ножа, поскольку двузубая вилка лежала на столе. Не успел я спросить об этом, как хозяйка поняла мое затруднение и дала небольшой ножик. О, то, что надо. Но когда я положил первый кусок мяса себе в рот, даже прикрыл глаза от удовольствия. Я не знаю, что это за мясо и как оно приготовлено, но оно мало того, что таяло во рту, так еще вкус чуть менялся: то это было просто жареное мясо, то кисло-сладкое, то с горчинкой. Я не заметил, как съел свою порцию.

— Потрясающе, — сказал я, когда тарелка опустела, — выше всяких похвал. Даже кухня императора не настолько вкусна.

Я промокнул салфеткой губы и хотел подняться, когда увидел четыре раскрытых в изумлении глаза, смотрящих на меня. Они что, подумали, что я кушал с императором за одним столом? Я еле сдержался, чтобы не захохотать, просто не хотелось этим испортить очарование момента.

— Тиалла, я сейчас еду покупать тебе лошадку, а можешь отдыхать, — сказал я своей спутнице.

Тим дожидался меня в конюшне и крутился возле Агата. Я опять оседлал его и мы поехали к торговцу лошадьми. По пути я узнал, что этот Терслан не торговец, а заводчик, но в силу возраста в последнее время занимается этим очень мало, поэтому надежда на покупку совсем небольшая. Из города выехали через восточные ворота и почти сразу свернули с тракта на грунтовку. Ехали каких-то полчаса, и я увидел двухметровую изгородь, а мальчик подтвердил, что это и есть жилище нужного нам человека. Когда подъехали, мальчик заявил, что поначалу сходит один, поскольку у него пара больших собак, которые чужих не любят, а его знают. Он ушел договариваться, а я с высоты принялся осматривать двор и в самом деле увидел четырех скакунов. Три из них выделялись своей статью, хотя до Агата, на мой взгляд, не дотягивали, а вот четвертая была не очень. Точнее, в ней тоже чувствовалась порода, но на фоне остальной тройки она терялась. Ворота открылись и Тим появился с хозяином этого дома, двора и лошадей.

Не зря его называли стариком, даже не берусь угадывать его возраст. Лицо изборождено морщинами, полностью седые волосы, глаза настолько выцветшие, что не могу судить об их истинном цвете. А еще этот коневод чем-то напоминал мне Керлана, конюха пленившей меня валькирии. Он подтвердил свое звание заводчика лошадей и знающего человека, потому что после приветствия он впился взглядом в моего коня. Обошел его, внимательно рассматривая, но не касаясь, и сказал:

— Пошли в дом. А ты, — он повернулся к мальчику, — можешь погулять.

В доме Терслан предложил мне сесть, а потом начал расспрашивать для чего мне понадобилась еще одна лошадь или конь. Я честно признался, что это не мне, а моей спутнице, чтобы добраться до столицы, поэтому подойдет самый простой скакун. После моего рассказа он задумался минут на пять, а затем выдал:

— Я дам тебе лошадь, причем, лучшую и денег не возьму, — он улыбнулся какой-то непонятной мне улыбкой, — но ты должен пообещать, что жеребенка отдашь мне. И еще лошадь продавать никому не будешь.

Я задумался. Понятно, что этот ушлый старик опознал в моем коне какую-то дорогую породу и хочет получить потомство. Но меня это не устраивало, ведь я в самом деле хотел продать ее, когда доберемся до столицы. Я и с Агатом не знаю что делать, так как ни за что с ним не расстанусь, а тут еще две лошади. Я решил, что и так доедем с Тиаллой. А может быть, по дороге купим.

— Нет, меня не устраивает это, — ответил я ему и поднялся на ноги, — Благодарю за беседу.

И развернулся, чтобы выйти, но меня остановил голос хозяина:

— Может тогда…

— Нет, — перебил я его, — доедем и так.

Он хотел еще что-то сказать, но я почти в гневе посмотрел на него, что тот проглотил свои слова. Затем еще и поклонился из-за чего-то. Я кивнул головой и вышел. Не знаю почему, но меня разозлила его такая ушлость, когда он решил за мой счет получить себе сокровище. А я лишний раз убедился, что конь у меня очень непростой. Я нагнулся и похлопал его по шее. Перед сном я попросил хозяйку приготовить мне к утру еду для путешествия, за что отдал пару десятков медяков.

На следующий день, принимая утренний моцион, я поглядел на себя в зеркало и, увидев торчащую в стороны копну волос, решил состричь их еще короче. Поэтому попрощавшись с ними, я заехал к цирюльнику и уже после этого отправился дальше. Тиалла продолжала дуться, что для меня было хорошо, поскольку я опять мог заняться своими боевыми техниками. Моей навязчивой мечтой стало совместить состояние контроля с боевым трансом, поскольку мне казалось, что в этом случае боевые навыки сильно возрастут. Правда, в этой области я не продвинулся ни на шаг — как только пытался подключить второй навык, тут же вываливался с первого. Тракт совершил поворот вокруг особо густого леса с множеством кустов, и я уперся в поваленное среди дороги дерево, на котором сидел огромный мужик. Я оглянулся — сзади стояло трое, двое из которых с заряженными арбалетами в руках. Все ясно — засада. А я ведь совсем не почувствовал ее, интуиция молчала, даже сейчас ничего опасного она не выдавала. Наверное, место тут какое-то особенное.

— Кто приехал к нам в гости? — мужик легко спрыгнул с дерева и по-хозяйски начал осмотр нас.

Как только увидел сзади нас троицу, моментально перешел в состояние контроля, при котором анализ ситуации шел куда быстрее, а мне сейчас необходимо понять это вся банда или нет. Ведь поставив себя на место главаря банды, я бы разместил арбалетчиков или лучников вокруг. Сделав испуганное лицо, начал осматриваться как бы ища помощь, а на самом деле осматривая окрестности на предмет соответствующей стрелковой засады. Блин, а места то много, это усложняет все. Почувствовал, как напрягся Агат, когда разбойник начал подходить к нему, чтобы осмотреть, и я похлопал его по шее, успокаивая и как бы говоря, что еще не время. Он посмотрел зубы, удовлетворительно кивнул, глянул на мою спутницу и застыл, почти открыв рот. И только сейчас интуиция наконец-то заработала, да и то как-то вяло что ли, и подсказала — сейчас.

Левой рукой сбрасываю Тиаллу на землю с правой стороны коня, спрыгиваю сам туда же, в полете обнажая мечи. Агату не нужны никакие приказы — прыжок вперед, остановка, и мощнейший удар задними копытами по здоровяку, который так и не сумел выйти из ступора. Один короткий шаг, второй с уклонением — две стрелы, пущенные задними разбойниками, проходят совсем рядом со мной, одна из которых чиркает по плечу девочки. Как она умудрилась то приземлиться на ноги?

— Ложись, — крикнул я ей, и она рухнула на землю. — Агат уходи вперед за бревно.

Я был уверен, что тот поймет меня, также как уверен в том, что еще просто обязаны быть лучники, поэтому нам не уйти. Будь я сейчас один, то точно просто ушел бы, но со своей спутницей не получится. Пусть она и изворотлива, и хорошо владеет своим телом, судя по приземлению на ноги, но от стрелы ей не уйти. С двух сторон появились еще по два вооруженных человека, одного из которых я оценил, как отличного мечника и отнес к главарю. Сзади два стрелка пытаются взвести свои арбалеты, значит, на них они полагаются больше чем на мечи, то есть оружием близкого боя владеют плохо. А вот третий держит свой меч и небольшой щит уверенно и является их прикрытием. Значит, первым делом решаю проблему с этой троицей, а потом смотрю по обстановке. На все это я потратил не более секунды реального времени, и начал действовать.

— Идешь к Агату, — приказал я своей спутнице. — Учти, должны быть еще лучники.

Сам же, перейдя в боевой транс, бросился к задним врагам. Успел заметить, что боковые противники тоже немного ускорились, за исключением главаря. Уши уловили щелчки тетивы, но откуда стреляли, я не увидел. Мечник сделал пару шагов вперед, прикрывая арбалетчиков — серьезный воин. Но, не доходя него метра три, я делаю вид, что спотыкаюсь и, взмахнув руками, лечу ему под ноги. Тот среагировал абсолютно правильно: опустил щит, прикрывая пах и бедра, и атаковал мечом, стараясь нанести резаную рану. Но именно такой реакции я и ожидал — чуть подправил левым мечом его оружие, что оно прошло рядом с моей спиной, и нанес удар по ногам и районе стопы. Эту часть защищали поножи, причем из отличной стали, так как мой меч не смог полностью перерубить ему ноги, и это при том, что попал я как раз в сочленение. Еще мне показалось, что воин не воспринимал мальца, в моем лице, всерьез. Под раздавшийся его стон я привстал на колено и резким ударом слева направо и снизу вверх рассек и легкий доспех одного из арбалетчиков, и живот. С этого положения делаю прыжок ко второму, в полете перерубая одним мечом его арбалет, которым тот пытался защищаться, а вторым отрубая голову. В место, где я находился, вонзается одна стрела, вторая пролетела на уровне головы. Тут же у меня появляется мысль: «Тот, кто стрелял в голову, наиболее опасен», и я отмечаю место его вероятного нахождения и держу под контролем. Это в какой-то мере снижает количество возможных действий, зато останусь жив.

А спутница то моя тоже не лыком шита — на земле ее уже нет, как и Агата, а значит можно и отступить. Перехожу в состояние контроля и бегу вперед, стараясь скрыться за деревом. Три стрелы пролетают мимо, а пущенная из подконтрольного мной места совсем рядом с головой. Я перемещаюсь, стараясь применять свои умения именно на этого стрелка. Получается, но понимаю, что не успею уйти от главаря, который понял мою задумку и быстро приближается ко мне. «Мастер, находится в боевом трансе», — опять идет подсказка от сына барона. Когда ему осталось до меня метра три, погружаюсь полностью в состояние контроля и резко разворачиваюсь к нему. Свое мастерство он подтвердил, легко уйдя чуть в сторону и выстраивая вокруг себя защиту. Дзанг, зданг, дзинг — обменялись ударами, а я отмечаю, что мечи его не хуже моих, по крайней мере, левого. Благодаря местной памяти, я вижу начало очень коварной и сложной в исполнении атаки, мое тело, подстраиваясь под нее, делает судорожные движения. Сейчас самое опасное и сложное — верхняя атака его правой рукой проходит рядом с моей шеей, в аккурат над правым плечом, а мне левым мечом надо прижать его плашмя к себе, и в тоже время защитить шею, чуть наклонив свое оружие вниз. С нижней атакой проще — простой отвод влево и пространство для маневра правым мечом, хоть в шею бей, хоть в подмышечные сочленения. Но именно в этот момент я получаю стрелу в левое плечо, что еле сумел удержать свой меч. В ярости на этого лучника и от безысходности просто наношу сильный удар правым мечом в бок противника. Удивительно, но меч пробивает кольчугу и наносит ему рану. Вижу удивление на его лице, или, скорее всего, изумление и понимаю его — ну никак такой удар не мог пробить его великолепный доспех. Пользуясь этой заминкой перевожу в боевой транс и перепрыгиваю дерево, на всякий случай делая взмах правым мечом сзади себя. И не зря — тот перерубает стрелу. Агат, с сидящей в седле Тиаллой, ждал только меня и как только я запрыгнул на него, тут же сорвался в галоп.

Глава 11

Мир Оравия, Империя, место засады.

Младший сын герцога Фигана Хорвик занимался своим любимым делом — ограблением купцов, да и просто странников. Отец ему дал на это разрешение, но только не в своем герцогстве и, чтобы он не оставлял свидетелей. Даже не разрешение, а вообще рекомендовал заняться такими делами. Сколотив шайку из десяти человек, не считая его самого, он принялся грабить всех, на кого хватало сил. Хотя мага отец ему и не дал, зато снабдил великолепным оружием и доспехами, а также артефактом, скрывающим проявление эмоций и желаний. Последнее было особенно полезным, поскольку среди воинов, достигшим высот, вырабатывалось очень хорошее чутье на неприятности. А в его случае внезапность почти всегда играет свою роль. Большую банду он и не думал создавать, поскольку спрятать в городах ее очень проблематично, а жить он привык с комфортом. Сам он изучал уроки фехтования с самого детства у лучшего мечника отца, и к своим тридцати годам получил звание мастера. Его лучший друг был прирожденным лучником, уступавшим на этом поприще только эльфам. Остальные уступали им в умениях, но не сказать, чтобы очень сильно. Выбирали они свои жертвы тщательно, досконально анализируя навыки боя охраны, чтобы не попасть впросак. И после не оставляли никого в живых, поэтому и устроили на них облаву. Но с его связями и деньгами это становилось известно ему чуть ли не в одночасье с самим решением.

Вот в эту область они пришли не столько для поживы, сколько для того, чтобы немного отсидеться, поскольку в местах их обычного «промысла» стало совсем небезопасно. Эти двое детей не представляли им опасности, но только до того момента, когда он не увидел умения парнишки, довольно легко расправившимся с арбалетчиками заслона и их охранником. Чтобы не упустить его, он вошел в боевой транс и ускорился, догоняя. Первые удары показали, что тот владеет мечами на очень приличном уровне, поэтому он решил применить очень сложную и настолько же смертоносную атаку. То, что случилось потом, он вообще не мог объяснить. Вот сейчас он стоял и изумленно продолжал смотреть на свое ранение, когда его вывел из этого состояния голос его хорошего друга лучника Фоста:

— Ваша светлость, выпейте зелье.

Хорвик очнулся, достал из поясной сумки небольшой флакон и выпил его, сразу почувствовав как проходит боль в боку. И тут же с ненавистью посмотрел вслед убежавшему молодому человеку.

— Догнать! — приказал он.

— Не сумеем, — возразил его друг, — видели какой у него конь? Пока мы дойдем до наших, он даже их двоих сумеет унести далеко.

— Что там с нашим здоровяком, жив? — он спросил своего подчиненного, подошедшего к тому. — Хочу знать, что с ним случилось, что он стоял и пялился на этих двоих.

— Мертв, — ответил мечник, проверив жилу на шее.

— Я хочу их смерти, — сквозь зубы процедил молодой герцог, — они, наверняка, едут в столицу. Я его лицо очень хорошо запомнил.

— Опасно очень, — возразил Фост, — он может пожаловаться стражникам или вообще тайной страже, а там влияние вашего отца небольшое. Вряд ли сразу по прибытию он пойдет жаловаться, но, увидев вас, наверняка сделает это.

— Я хочу его убить, — отрезал он, — да и девка его пригодиться.

Мир Оравия, Империя, северный имперский тракт.

Что же ты будешь делать — опять ранение! Что за лучник в этой банде, эльф что ли? Пошевелил немного плечом — пронесло, кость не задета. Не меньше получаса мы скакали галопом, затем свернули в лесок, чтобы найти место для привала. Спешились.

— Ой! — вскрикнул девочка, увидев торчащую из моего левого плеча стрелу.

— Да ничего, — улыбнулся я ей, — сейчас вытащим и обработает и тебе и мне раны.

Девочка меня еще порадовала тем, что не было ни обмороков, ни причитаний, а строгое послушание. Хотя для дочери военных, которая и сама интересовалась всякими убийственными приспособлениями, ничего удивительного. Вытащила и пока она смазывала мою рану, я гонял внутреннюю энергию, чтобы избежать кровопотерь. Затем она обработала свое плечо, а я ей сказал, чтобы в подобных случаях она сама брала и использовала мазь. Охотиться в силу своего не очень хорошего самочувствия я не пошел, поэтому доели последние припасы, которыми нас снабдил барон Брукван. Отправились мы только на следующий день, да и то после полудня, потому что пришлось мне поохотиться. Выезжали на тракт очень осторожно, ведь я был уверен, что разбойники бросятся за нами в погоню — я ранен, девочка вообще беззащитна. Но моя уверенность подвела, интуиция тоже молчала, но в отношении ее я уже не был так уверен. Вероятно, существуют какие-то способы ее обмануть. Но мы продвигались довольно быстро и без происшествий, иногда останавливаясь в постоялых дворах, чтобы хорошо выспаться и вымыться. Брал я всегда одну комнату, чтобы экономить деньги, но с двумя кроватями. И хотя пользовались мы этим совсем нечасто, мои финансы сократились аж на два золотых, правда, сюда входила и покупка еды. По тому, что цены и в трактирах, и в постоялых дворах начали повышаться, я сделал вывод, что приближаемся к столице, и предупредил свою спутницу, что больше постоялых дворов и трактиров не будет. Еду же мы покупали у крестьян, где и дешевле было, и продукты все самые свежие.

Предместья столицы, города Калген, начали появляться уже за суточный переход. Поначалу это были небольшие села, затем поселки, переросшие почти в сплошное селение, тянувшееся до самой столицы Империи. Наконец-то спустя декаду после встречи с разбойниками, когда солнце начало склоняться к закату, мы въехали в нее. Точнее попытались. Изумленные внешним видом моей спутницы стражники не придумали ничего лучшего, как взять нас в кольцо и направить арбалеты. Я сначала опешил от такого приема, но затем ми мысли приняли совсем другой оборот и я решил, что разбойники, повстречавшиеся по дороге, на самом деле кто-то из благородных и уже успели нас оклеветать. Нацепив на лицо недоумение, я оглянулся и приметил пару вариантов бегства, хотя и понимал, что вряд ли нам удастся скрыться, но сдаваться не собирался. Без знакомств мне не помогут никакие суды.

— Мне это не нравится, — очень тихо, повернув голову к спутнице, сказал я Тиалле, — сдаваться я не буду. Как скажу прыгай, сразу спрыгиваешь с коня.

— Я с тобой, — мертвой хваткой вцепилась в меня сидевшая позади девочка.

— Слезай демоново отродье, — раздался спереди молодой мужской голос.

Это он мне? Я посмотрел вперед, чтобы увидеть как седоусый воин дает сильный подзатыльник стражнику.

— Что здесь происходит? — сурово спросил он и посмотрел на остальных.

— Да вот, — неуверенно заговорил один из стражников, — ракшаса поймали, а может и самого демона.

— И где тут демон? — спросил еще один подошедший мужчина.

Он был одет в обыкновенную одежду горожанина. Но скосив взгляд на зевак, стоявших в стороне и с интересом наблюдавшим за нами, понял, что не надето на нем не совсем городское одеяние. Одежда хорошая, но не броская, где ткань соседствовала с кожей. Решил глянуть своим магическим зрением. Ого, сколько свечений находится на нем, прямо как новогодняя елка. А что такое новогодняя елка? Опять фраза из моего родного мира, смысл которой мне понятен, но что это такое нет.

— Ну-у, — тем временем протянул говоривший стражник и бросил взгляд на мою спутницу.

— И где только вас олухов набирают? — маг с каким-то сожалением посмотрел на них.

— Где-где, — пробурчал седоусый воин, — не знаю где. Вот вручили мне десяток и велели за декаду сделать из них стражников.

Маг, а я был уверен в этом, посмотрел на десятника сочувствующим взглядом и обратился к нам:

— Пойдем со мной, расскажете откуда вы такие появились.

Вроде бы ни злобы, ни злорадства у него не заметил, чувства опасности не было, в отличие от эпизода со стражниками, поэтому я дернул поводья и конь послушно пошел за магом в ворота. Я думал, что он заведет нас куда-то и прямо здесь устроит допрос, но он просто попросил подождать, пока за нами не приедет провожатый, а сам вернулся к своей работе. А работа его заключалась, как я по первости решил, во внимательном наблюдении за входящими и въезжающими в столицу. И только взглянув своим новым зрением, увидел, как от него периодически расходится свечение. Иногда оно было более ярким и даже я видел намеки на некий узор, но зачастую просто легкая дымка. От моего наблюдения меня оторвала девочка.

— Андрей, как ты думаешь, куда нас поведут? — хотел ответить что-то вроде «отстань», но она тихо и с небольшим испугом добавила. — Нас же не арестуют?

Мне стало жаль эту пусть надоедливую и болтливую, но очень смелую девочку. Я подошел к ней, обнял и прижал к себе. Взъерошив ей волосы на голове, сказал:

— Не бойся, мелкая, в обиду тебя не дам.

Она по обыкновению надулась немного, но отстраняться не стала. В это время у ворот наметилась какая-то суета, где передвигалась повозка. Маг резко взмахнул рукой в том направлении и повозку накрыло золотистой сетью. Но я успел заметить, как две быстрые тени успели проскочить в город. Одна из них метнулась вправо, но дорогу ей преградила пятерка стражников, оказавшихся здесь то ли по долгу службы, то ли просто отдыхающих, поскольку хотя были они и при оружии, но без шлемов и щитов. И в отличие от находящихся у ворот, эти являлись бывалыми воинами. Моментально сообразив кем является их противник, они чуть рассредоточились, а когда тот не сумел проскочить, то окружили. Пусть тот и значительно превосходил их в скорости, но опыт сказался и спустя какую-то минуту, если не меньше, они его убили.

Второму повезло меньше — он уже почти слился с горожанами, как его охватила аналогичная золотистая сеть. А нет, это мне показалось — она на самом деле была серой или пепельной. Вот не повезло нарваться на мага, который подъехал верхом на кауром коне и сотворил еще какое-то заклинание, затем еще одно. Пока была эта заварушка, я отступил к сене, задвинул Тиаллу за спину, а сам обнажил мечи. Спустя минуту к тому магу прискакал еще десяток стражников и целых два мага, и они увезли пленника. Хотя, судя по действиям, никакая это не стража — выучка высококлассных воинов бросилась в глаза. Уж что-что, а этого я насмотрелся у отца в замке, и отличить обыкновенного стражника от воина умею. Я спрятал мечи и принялся ждать дальнейших событий.

Маг, который и обнаружил эту опасность, с разочарованным видом возвращался от повозки, зато подъехавший верхом просто лучился верхом довольства.

— Что такой радостный? — спросил первый «унылый». — Неужели Фейна согласилась на твои притязания?

Довольное выражение лица малость снизилось, но не сошло на нет. Посмотрел на своего коллегу и изрек:

— Что у тебя, Мират, произошло, что ты меня вызвал? — он довольно улыбнулся. — И хочу заметить как нельзя кстати!

Тот, кого назвали Мират, вопросительно посмотрел приехавшего. Затем махнул нам рукой, чтобы мы подошли, что мы и сделали.

— Вот причина вызова, — он указал на нас, когда мы приблизились.

— Так ты не из-за вампиров меня вызвал? — удивился тот. — А я хотел уже восхититься твой проницательностью, позволившей нам, наконец-то, пленить хотя бы одного, а это оказывается чистая случайность.

— Пленить? — уныние быстро прошло и его глаза загорелись зловещим блеском наполовину с азартом.

— Ага, — довольно ответил тот, рассматривая нас. — И откуда вы пришли такие странные? — этот вопрос предназначался нам, но не успел я сказать и слово, как он продолжил. — Поехали, поговорим в другом месте.

Ехали мы минут пятнадцать неспешным шагом. Я же во все глаза рассматривал окружающие дома — одно, двух и трехэтажные. У последних, как правило, была еще прилегающая территория, в то время как у первых двух небольшой участок. Дома были в основном каменные, но встречались и бревенчатые, навевающие какие-то воспоминания и казавшиеся знакомыми. Впереди заприметил более красивые и высокие дома, но остававшиеся также в три этажа. Вероятно начинался район богатых или вообще аристократов, но рассмотреть не получилось — мы свернули в довольно узкую улицу и почти сразу заехали во двор. Спешились и вошли внутрь.

Одного взгляда хватило, чтобы понять, что это казенное учреждение, то ли тайной стражи, то ли некое магическое. Я склонялся ко второму, потому как очень уж много выдел я различного свечения, используя свое магическое зрение, причем, все оно было тусклым и ничего похожего на рисунки или вязь не было. Значит это все наложено очень хорошим мастером артефактором.

Сам кабинет, куда нас привели, также был образцом государственного учреждения. Стол, пять стульев, шкаф. А вот сидящий за столом человек ну никак не подходил под этот интерьер. Мне казалось, что одежда владельца такого кабинета просто обязана быть серой и невзрачной, но данный представитель двуногого разумного, казалось, специально одевался, чтобы выделяться на фоне окружающей обстановки. Ярко кричащих тонов не наблюдалось, факт оставался фактом — он не вписывался в окружение.

— Сразу хочу сказать, не надо бояться и переживать, — начал он видя, что девочка взяла меня за руку, — ничего плохого с вами не случится. Просто очень хотелось бы узнать вашу историю и откуда вы к нам прибыли. Да, мое имя Ти Хилс.

— А вы знаете графа Шерграна? — невпопад спросил я, поскольку только сейчас вспомнил о просьбе помогшего нам барона.

— Вы с ним знакомы? — спросил он.

Никакие эмоции не проявились у него на лице, сказано было обыкновенным, я бы даже сказал скучающим тоном, но Тиалла каким-то образом уловила его настоящие эмоции и легко сжала мою руку.

— Да нет, — я махнул свободной рукой, — просто по дороге нам помог барон Брукван и попросил передать письмо графу, а я запамятовал спросить на воротах и вспомнил только сейчас.

— Я скажу вам как пройти к его дому, но там он появится только за полночь. А в данный момент, — он чему-то улыбнулся, — его можно найти либо в таверне какой, либо борделе, либо у кого-то в гостях.

Я постарался вспомнить напутствие барона, который не утверждал, что передать необходимо непосредственно в руки, поэтому сойдет и его дворецкий.

— Достаточно будет его дворецкого, — ответил я.

— А теперь я вас внимательно слушаю, а для начала представьтесь.

И он в самом деле удобнее устроился в своем кресле. Я привычно вошел в свое состояние контроля и начал свой небольшой рассказ. Подозревая, что кабинет оборудован неким детектором правды, я старался пускать свои мысли по пути того, что и в самом деле я почти ничего не помню о своей жизни в другом мире. Хозяин кабинета не перебивал, только в конце принялся задавать уточняющие вопросы и по нежити, и по банде разбойников. В некоторые моменты этого допроса я чуть было не проговорился и только благодаря своему просветленному состоянию успел сообразить и понять, что надо отвечать. Затем я в очередной раз выслушал историю девочки. Вот только в отношении нее сказался опыт постановки правильных вопросов и она припомнила много разных нюансов, которых в предыдущем своем рассказе не упоминала. Господин Хилс, когда понял, откуда эта странная девочка, хотел выставить меня за дверь, я даже поднялся, чтобы выйти, но Тиалла категорически запротестовала по этому поводу и тому пришлось согласиться. Почему не применили силу, я совершенно не понимал. В конце беседы-допроса он задал вопрос, который и следовало ожидать.

— Что вы намерены делать дальше?

— Я магии учиться хочу, — тут же заявил я.

— Я тоже, — поддержала меня Тиалла.

— Для начала вам обязательно необходимо принять имперское гражданство, — сказал Хилс.

— Именно имперское? — чуть усмехнулся я.

— Можете съездить к оркам — там ты станешь рабом, а твоя спутница наложницей, — он вернул мне усмешку, — можете к ракшасам — там оба станете рабами. У эльфов вам ничего не светит, а пока будете разбираться с Зарией, то поступать сможете только на будущий год.

— Да я просто так спросил, — я опять махнул рукой. — Согласен, конечно.

— Я тоже, — тут же повторила за мной девочка.

Затем началась процедура получения гражданства. Для меня ничего сложного не было, так как согласно законам Империи я пятнадцати лет жители ее являются совершеннолетними. Мне выдали бумагу, в которой черным по бежевому было написано, что Андрей Туманный является свободным гражданином Империи. Когда меня спросили родовое имя, я честным образом пытался вспомнить его из моего родного мира, но тщетно. В итоге плюнул на это и назвался в честь места, где я «появился». Бумагу мне выписывали в помещении, где находился некий артефакт, который и засвидетельствовал принятие мной гражданства. Я искренне пытался подсмотреть его работу и работу свитка, но у меня ничего не получилось. Свиток для меня был вообще не виден, а вокруг артефакта светилась легкая дымка. Плетение там наверняка наисложнейшее, поэтому видеть я его не мог, а дымка — это обыкновенная магическая энергия. Так что после этих процедур я аккуратно сложил свой документ в сумку.

А вот с Тиаллой начались проблемы. Во-первых, никто не верил, что ей уже давно исполнилось тринадцать лет, хотя она доказывала это всем. Сошлись на том, что сейчас ей напишут одиннадцать и если подтвердиться ее версия, что немногим более чем через год она станет взрослой, то тогда все переделают. Во-вторых, она категорически хотела и дальше продолжать быть со мной, но мне-то такого не нужно. Я уже начал с ней спор, как меня спасли местные законы, согласно которым усыновлять, удочерять, брать в сестры или братья официально можно только людям, прожившим в Империи не менее трех лет. Это в том случае, если люди не являются кровными родственниками. В общем, заботу о ней взяло на себя государство, а как одаренный ребенок она будет жить в специальном заведении для детей-сирот, имеющих дар. Отделавшись от своей спутницы, я вышел во двор, взобрался на коня и оправился к графу отдать письмо.

Вспомнив карту, показанную мне дознавателем, сориентировался и выбрал маршрут через рыночную площадь. Выехал на ту же самую улицу и повернул в сторону более богатых зданий.

— Дорогу, дорогу, — послышалось сзади и раздались щелчки кнута.

Я от греха подальше прижался к пешеходной дорожке, а спустя менее полминуты мимо меня промчалась карета, запряженная четверкой лошадей и пятерка охраны. Люди, вероятно зная местные реалии, отскакивали в стороны. «Интересно, здесь все такие аристократы или только избранные?», — подумалось мне. На следующей улице я свернул направо и через десять минут выехал на рыночную площадь. Название не соответствовало истине, ее скорее всего можно назвать торгово-купеческой площадью. Здесь не наблюдалось ни лотков, ни торговых палаток, ни зазывал, зато наличествовало много торговых и купеческих домов по окружности, а в центральной части небольшие лавки. Я так понял, что это ранее, пару сотен лет назад, была рыночная площадь, а сейчас это что-то вроде торгового центра. Задумался над последними двумя словами и понял, что это опять память родного мира.

На середине площади заурчал желудок, и я принялся осматриваться, ища таверну или трактир, но взгляд зацепился за магическую лавку. Послав подальше желания внутреннего органа, я направился к ней. Хотя по размеру она было совсем небольшой, но находилась по периметру, что говорило и высоком статусе ее владельца. Вошел внутрь, оглянулся и тут же мой взгляд прикипел к изделиям. Я переходил от одного к другому пытаясь рассмотреть структуры, и в большинстве случаев видел наметки линий, но вот на прилавке четыре изделия были совершенно «незаметны», как и мой меч-шедевр, да и мое свидетельство гражданства было аналогичным.

— Интересуетесь магическими изделиями, молодой человек, — раздался звучный баритон аз-за прилавка.

И я только сейчас обратил внимание на продавца. Сухонький старичок с веселыми и озорными глазами и голосом, никак не подходящим такой внешности.

— Да вот приехал поступать на факультет артефакторики, а увидев вашу лавку, не удержался и зашел посмотреть товары.

— Похвально, похвально, — ответил он, — сейчас очень мало идут на него, никто не хочет корпеть над изделиями.

— А вот эти вещи вы делали? — спросил я, показывая на четверку.

— Нет, — развел руками старичок, — к сожалению такое искусство утеряно. Даже пропавший декан… — тут он замолчал, глядя мне за спину. — Кажется, молодой человек, кто-то хочет украсть вашего коня.

Я выбежал на улицу, чтобы увидеть, как Агат кусает за руку одного совсем неприметного человека, а второй резво отпрыгивает от него. Увидев меня, они быстро ретировались. Я не стал возвращаться в лавку, а направился к графу, решив, что поем позже. Да и торговля понемногу прекращалась, поскольку солнце уже село и сумерки опускались на город. Как и предсказывали мне ранее, графа дома не оказалось, потому записку отдал его помощнику. Ночевать в столице я не собирался из-за дороговизны, поэтому поспешил покинуть ее пределы. Вернулся по дороге на пару километров и в понравившемся постоялом дворе снял небольшую комнатку на ночь. Сложив вещи в комнатке, я спустился вниз, где заказал себе жареного мяса. Девушка разносчица что-то долго меня не обслуживала, поэтому пришлось ее поторопить. Поздний ужин она принесла почти сразу и с каким-то злорадством поставила передо мной.

Ух, ты — нож и вилка, как я соскучился по вам! И я принялся за вечернюю трапезу, а распробовав мясо начал смаковать. Приготовлено было очень неплохо, поэтому я не заметил, как опустела тарелка. Когда направился к себе, заметил, как женщина лет сорока внимательно наблюдала за мной, и я тут же сменил траекторию движения.

— Простите, — обратился я к ней, — вы будете хозяйкой этого заведения?

— Да, ваше сиятельство, — сказала она неуверенно, — надеюсь вам все понравилось?

— Я не сиятельство, — покачал я головой.

— Ой, просите ваша светлость, — испуганно промолвила она.

— Да нет, я имел в виду, что я вообще не аристократ, — улыбнулся я ей. — Приготовлено очень недурственно, но за разносчицей присматривайте, а то приходится подгонять ее, чтобы получить свою порцию, — и направился к себе спать.

Мир Оравия, Империя, северный имперский тракт, постоялый двор «Уставший путник».

— Марика, — строгим голосом позвала к себе хозяйка заведения девушку, — если ты поняла, что молодой человек аристократ, почему не обслужила его в первую очередь, что его светлости пришлось тебя подгонять?

Девушка с испугом, как ранее и владелица постоялого двора, ответила:

— Но теть, я не знала, что он аристократ, а подала вилку с ножом, чтобы его позлить, — и девушка опустила глаза.

— Не будь ты моей племянницей, — женщина замолчала. — Завтра чтобы ничего подобного не было! — строго приказала она. — И не распространяйся о нем, его светлость не желает, чтобы это стало известно. Наверное, поэтому и остановился у нас.

Мир Оравия, Империя, северный имперский тракт, постоялый двор «Уставший путник».

Девушка, сидевшая в таверне этого постоялого двора, решала насущный вопрос: «Где взять денег?». В последнее время ей очень не везло — ни одного стоящего дела, а ведь ей в казну ночной гильдии через два дня необходимо внести взнос. Испытательный срок еще не прошел, поэтому никто ей не предоставит рассрочку, также как и денежных заказов. Она впервые немного пожалела, что не послушала отца и сбежала из дома. Вот и превратилась графиня Виола аль Неган в ночную охотницу Ви. Но она никак не была согласна с браком, предложенным отцом. Однажды она помогла одному человеку, впоследствии оказавшемуся вором, и в знак благодарности взял ее в ученики. Но завершить учебу не успел, как и не успел свести ее с гильдейцами, поскольку в одном деле нарвался на заклинание, превратившем его в пепел. На ночную Гильдию она вышла сама, хорошо, что учитель успел показать тайные знаки, но ей дали месяц испытания, в конце которого она должна внести взнос в размере десяти золотых. И не просто найти деньги, а получить их своих жертв. Половина у нее была, а над решением второй половина она в данный момент и размышляла.

Осмотрела зал и ее взгляд приковался к молодому парню, сидевшему в другом углу. Манеры высшей аристократии и одежда простолюдина. Удивилась немного и начала перебирать в памяти лица всех аристократов империи. Не найдя никого похожего на него, вгляделась внимательней, впрочем, стараясь не концентрировать на нем внимания. «Нет», — подумала она, — «не знаю кто это, но визит сегодня ночью нанесу обязательно!». Вот он закончил ужинать и направился к себе. Она активировала амулет отвода глаз и пошла было за ним, как он изменил свое направление и подошел к хозяйке. Дальнейший подслушанный разговор убедил ее, что это аристократ, путешествующий для каких-то своих целей инкогнито. Проследив, где тот остановился, он решила навестить его за три часа до рассвета, когда сон самый сладкий. Устроившись поудобнее в углу, она принялась ждать. Как хорошо, что он выбрал небольшую комнатку в мансарде, где кроме него больше никого нет. «И все-таки, какое твое родовое имя?», — подумала она.

Пора. Она легко поднялась, прошла к двери, включила амулет прослушки и приложила ухо. Мерное дыхание спящего человека слышалось очень хорошо, значит никаких защитных плетений не было, что немного ее удивило, поскольку она знала, что аристократы без защитных амулетов не ходят. Ну, ей же лучше. Дверь открылась легко и она быстро вошла в комнату и осмотрелась. «Как хорошо, что ты все вещи бросил в угол», — подумала она. Бесшумно подошла, присела и только хотела открыть его сумку, как услышала какой-то звук за спиной и тут же почувствовала холод прижатого к затылку лезвия.

— Руки за голову и медленно поднимайся, — раздался знакомый молодой голос и лезвие немного вжалось в шею.

Пока она поднималась, мысли лихорадочно искали выход. Рана на затылке это неприятно, но ничего страшного — эльфийская кровь сделал ее намного быстрее, чем простые люди, да и с собой есть кое-что магическое. Когда она поднялась план был готов, правда придется пожертвовать левой рукой, чтобы отвести лезвие от своей шеи, зато она сумеет извернуться и выхватить небольшой нож. А дальше уже будет легко, так как в своих силах она была абсолютно уверена.

— Без глупостей, — повторил тот же голос.

И она почувствовала прижатое к внутренней стороны бедра другое лезвие. Опустила взгляд — между ног, прижимаясь вплотную к ней, находилось второе лезвие. Вдруг она с уверенностью почувствовала, что ее не спасут ни амулет, ни талисман.

— Раздевайся, полностью, — этот уже ставший ненавистным голос вызвал у нее бурю гнева и она хотела уже высказать все, как оба лезвия прижались плотнее, а парень произнес. — Ну!

«Еще чуть-чуть и штаны будут разрезаны», — подумалось ей. И со все больше разгорающейся ненавистью она принялась раздеваться. Совсем не так она представляла своего первого мужчину, совсем не так. Разделась повернулась и с вызовом посмотрела в глаза парня. «Да он моложе меня!», — мысленно возмутилась сама на себя, — «Только предоставь мне возможность!».

— Замечательно! — искренне восхищение юношей ее телом чуть снизило градус ненависти, — Ложись на спину.

«Вот!», — чу не выкрикнула она, — «Сейчас он накинется на меня и тогда я ему все припомню!». Но ее будущий насильник смог ее очень удивить — он не стал бросаться на нее, а прижав лезвие одного меча к шее, второй отложил и принялся ее гладить. Сначала она не обращала внимания на это, старательно пытаясь найти в его действиях промашку. Затем поняла, что ей стало приятно и усилием воли заставила не обращать на это внимания. Но когда она почувствовала жар внизу живота, то сопротивляться становилось все тяжелее и тяжелее и, в конце концов, волна наслаждения пинком выгнала все мысли, кроме одной — чтобы это продолжалось как можно дольше! Затем ее накрыла волна того, что она еще не познавала, но знала, что многие ради этого идут на многое. Эти волны накатывались одна за другой, поэтому когда она вошел в нее, она только подалась навстречу, желая только одного, чтобы это продолжалось и дальше. А очередная волна захлестнула ее с такой милой, что она потеряла сознание.

В себя она пришла из шума, раздававшегося из-за двери. «Как хорошо», — она потянулась. «Из-за двери?!», — и тут она вспомнила все. Вскочила и тут же посмотрела на то месту, куда ночью сложила свои вещи. «Слава Богам, все на месте», — молнией промелькнула у нее мысль. Первым делом она одела и активировала амулет отвода глаз и отпрыгнула в угол. Бросила взгляд на кровать, желая проверить, не забыла ли чего.

— …, - выругалась она на оркском.

На скомканной простыне она увидела пятна крови, своей крови. Сгребла ее и снова отскочила в угол. «Пусть решал, что это он ее украл», — эта мысль немного подняла ей настроение. В комнатку вошла хозяйка и разносчицей.

— Ой, — вскрикнула девушка, — а где простынь?

— Не важно, — ответила женщина, — может быть, его светлости понадобилось для чего-то.

«Светлость???», — подумала несостоявшаяся воровка, — «Да нету такого рода ни в Империи, ни в Зарии. То, что научился пользоваться столовыми приборами еще ни о чем не говорит».

— Знаю для чего понадобилась, — захихикала девушка и тут же осеклась под взглядом женщины. — Ночью хотела попросить прощения и поднялась сюда, так из комнаты такие крики и стоны были, что мне стало очень завидно, что кто-то меня опередил. Это кто-то из третьего или шестого номера.

— Не твоего ума дело, — отрезала хозяйка заведения. — Уберись здесь и спускайся вниз.

Когда она слушала девушку, то почувствовала, как краска заливает ее лицо, а в конце появилось настойчивое желание поймать этого, этого, этого… Подобрать слово она не смогла, зато немного успокоилась и уже более здраво решила: «Поймаю, посажу на цепь, и будет он проделывать такое по-моему желанию!». А одевшись, когда девушка покинула комнатку, поняла, что денег, которые она так копила для гильдии, не стало. Выйдя под отводом глаз из дома, она его деактивировала, села на свою лошадь и с мыслью «Одной цепи будет мало» направилась в столицу, куда, а она была в этом уверена, направился и этот молодой проходимец.

Мир Оравия, Империя, северный имперский тракт.

Это просто великолепно! Мало того, что получил удовольствие, так еще стал богаче на целых пять золотых. Какая страстная воровка попалась и, что интересно, снова девственница. Пока девственницы ведут в счете два-один в их пользу — валькирия и воровка против демонессы. По логике вещей в следующий раз счет должен сравняться. Эта мысль привела меня в веселое настроение и я расхохотался. Ушел я как только начался рассвет. Все спали, кроме охранника, сидевшего у запертой двери, и я уже хотел покинут это гостеприимное заведение, как тот спросил не желаю ли я покушать на дорогу. Оказалось, что повариха встает ни свет, ни заря и принимается за готовку и в данный момент заканчивает печь пирожки. Я и купил на дорожку все, что было готово, и сейчас с пирогом в одной руке подъехал к воротам. В такую рань никаких задержек не произошло и я уже было проехал, как вспомнил, что плату за чистоту улиц не взымали как сейчас, так и в предыдущий раз. Спросил об этом у стражника.

— Нет необходимости, — широко улыбнулся он, — уборкой улиц занимаются провинившиеся студенты, а особо провинившимся надевают еще и подавители магии, так что они могу работать только метлой и лопатой.

— А если нет провинившихся? — спросил я.

— Такое бывает не так часто, — он опять улыбнулся, — но если случается, то для этого существует специальная служба, тоже магическая.

Все ясно, столица как-никак. Но надо иметь это в виду и не попадаться с проказами. Я поблагодарил стражу и поехал непосредственно к школе, рассуждая о том, каким же я был в детстве. Ни одна, ни вторая память помочь в этом не могли, поэтому пришлось принять, что я был еще тем проказником и придется с оглядкой делать свои дела.

— Они, что с ночи тут места занимали? — в изумлении воскликнул я.

— Вы правы, — раздался слева от меня усталый мужской голос.

Я повернул голову. Тридцатилетний мужчина в форме стражи с признаками усталости на лице глядел на меня. Сзади него стояли еще двое, но совсем юнцы, и я подумал, что их совсем недавно взяли на службу.

— Так много магов? — удивился я.

— А в этом году значительно снизили требования при поступлении, поэтому и получилось так много.

— А прием осуществляется только сегодня? Насколько я слышал, это происходит в течение недели. А эти господа, — я обвел рукой толпу, — устроили здесь бесплатный цирк.

— Ваша милость, так…

Начал мне он что-то объяснять, но я отрицательно помахал ладонью со словами:

— Нет, нет, нет, я простолюдин, — на что тот осекся, но продолжил:

— Так при поступлении жилье распределяется согласно поступления и раздавать начинают с отдельных домиков, заканчивая комнатами на трех человек. Вот они и спорятся, иногда их споры доходят до драк, поскольку дуэли по этой причине караются очень строго. Хорошо, что простолюдины не пытаются лезть туда же, хотя и разграничения на сословия в школе нет — понимают, что полностью их никто не сможет защитить.

— И часто до драк доходит?

— Сейчас уже редко очень, — он усмехнулся чему-то, — а вот еще немногим более пятидесяти лет назад очень часто. Пока отцу нынешнего императора не надоело и он издал указ, согласно которого ученики рода, который построит два дома на территории школы, будут всегда занимать один из них. Второй будет заселяться на усмотрение правления школы. Герцоги и многие графы, из более обеспеченных семей, воспользовались этим правом, поэтому вы видите в основном детей баронов.

— И насколько соблюдаются правило о запрете разделения на сословия? — скептически спросил я.

— Правильно мыслите, — одобрительно улыбнулся мой собеседник, — убийства, конечно тщательно расследуются и караются строго, но на счет всего остального…

— И откуда же вам все это известно? — заинтересованно спросил я.

— Так брат мой заканчивал эту школу.

— И последний вопрос: почему меня все считают аристократом? Только благодаря моему красавцу коню, с которым признаюсь честно мне просто повезло. Я сам всю жизнь был обыкновенным мальчиком.

— Так у вас за версту чувствуется не одно поколение благородных предков, а конь только подтверждает это. Если вы хотите быть простолюдином, то и ведите себя, как они.

— Да я вроде стараюсь не выделяться, веду себя как обычно, без снобизма и высокомерия.

— Вот я это и имел в виду, — он искренне улыбнулся, — вы ведете себя привычно для своего круга.

Я поблагодарил стражника за ценные сведения и направился к очереди, где стояли аристократы. Не потому, что стал причислять себя к ним, причина другая — там многие были верхом на лошадях, в отличие от другой части поступающих, где все пришли своими ногами. А выделяться мне никак не хотелось. Приблизившись к входу, я увидел, что те, кто был верхом отдают своих скакунов слугам, а сами проходят пешком. Я забеспокоился, потому как расставаться с Агатом не хотел, но когда подошла моя очередь и я, спешившись, подошел с конем под уздцы, меня спросили:

— Коня негде оставить?

— Да, — согласился я, — я один, нет у меня родственников.

Парень, как я понял из выпускного курса, достал две пластины, дав одну мне, а вторую хотел прицепить Агату. Но мой конь оскалился, если можно это выражение применить к коню, и тот быстро отдернул руку.

— Боевой? — спросил он и я кивнул.

Он забрал мою пластину, соединил их, сделал какой-то пасс и вернул мне, сказав чтобы я сам надел на своего коня. Дальнейшую процедуру я знал из подслушанных разговоров, поэтому спросил только на счет коня. Оказалось, что для таких как я предусмотрена конюшня, где и находятся кони, правда предупредив, что ухаживать за боевым конем придется мне самому. Дальше все прошло быстро — я приложил руки к какому-то артефакту, плетения которого мне не видны, и мне выдали пластину с моими магическими характеристиками. Проводив коня к конюшне, я обрадовался, что там все как на подбор красавцы, были даже крупнее моего, но я был уверен, что Агат даст любому из них фору.

— Ты тут особо не командуй, — на прощание сказал я ему, — но и себя в обиду не давай.

Он возмущенно фыркнул, я дал ему заранее приготовленное яблоко и пошел искать факультет артефакторики, предварительно сняв с него седло. Нашел быстро, оказывается приемные комиссии находились в одном здании — центральном. При подходе увидел парочку не иначе как крестьян, посмотрел как те себя ведут. Блин, вроде точно также глазею по сторонам, поэтому не представляя как притворяться плюну на это дело и решил вести себя как раньше.

— Нда, — пробормотал я, — конкурс на мой факультет просто жуть — ни одного человека.

Честно говоря я был очень удивлен, поскольку на боевом стояла длинная очередь, целительском целых пять человек, даже на некромантию в ожидании томились, как ни странно, две девушки. И только у последних дверей алхимии и артефактории была пустота. В кабинете сидело два преподавателя лет по тридцать пять, которым я отдал свою пластину.

— Значит, молодой человек, хотите быть артефактором? — спросил тот, что сидел слева. — Это очень хорошо, но позвольте узнать почему не на боевой? В этом году вы бы прошли.

— Да нравится сидеть и что-то делать своими руками, — ответил я.

Затем мне выдали амулет ученика школы — восьмиугольную пластину, вспыхнувшую когда я взял ее в руки, и отправили обустраиваться. Но я попросил объяснить мне по поводу платы за обучение. Оказывается первый курс стоит «всего» пятьсот золотых, второй тысяча, третий три тысячи. Либо за счет государства, но обязан отработать на него десять лет в местах, куда пошлют. Первые два курса можно выкупить уже после обучения, но за третий необходимо внести плату перед учебой и возможности выкупа нет, даже если появятся деньги на следующий после начала занятий день. Я поблагодарил и пошел устраиваться. Местный завхоз встретил меня хмурым взглядом, но увидев мой знак ученика, просветлел.

— Артефакорика, — чуть ли не воскликнул он, — выбирай, — и сделал пасс рукой в сторону стены. — Зеленые это свободные дома.

— Ух-ты! — только и смог проговорить я.

Вся стена представляла собой целый артефакт, на котором изображалось школа. Учебные корпуса изображались коричневым цветом, а дома зеленым и синим. Я перешел на другое зрение и, как и ожидал, ничего не увидел. Мне приглянулся самый дальний, поскольку за ним находился лес, где я бы мог тренироваться.

— Этот, — я показал на него и он засветился синим.

— Хоро… — он прервался на полуслове. — Туда нельзя.

— Почему, — удивился я, — он же зеленый.

— Ну, если ты сможешь туда войти, — он хитро усмехнулся, — то и будешь жить.

Я запомнил, как к нему пройти, и через пятнадцать минут неспешного хода оказался перед дверью. И что тут такого страшного? Я осмотрел дом магическим зрением, ничего не заметил и подошел к входу.

— Ты надавил на дверь, с какой силой дверь надавит на тебя? — прочел я вслух появившуюся надпись.

— С такой же, — буркнул я и вошел вовнутрь.

Домик мне понравился — небольшой и уютный — маленькая прихожая, комната, спальня и совмещенный санузел. Причем последнее очень сильно отличалось от всего того, что я видел ранее. А когда вышел на улицу, там уже стояли три человека, и с интересом принялись меня разглядывать, причем, один из них был завхоз.

— Как ты туда вошел? — спросил один из них.

— В смысле? — недоуменно переспросил я.

— Ты видел на двери надпись?

— Естественно, — непонимающе ответил, — прочел ее вслух и вошел.

— Значит, вслух, — медленно сказал он.

— А что такого с этим домом? А то мне сказали, что войти в него трудно.

— Некогда, больше ста лет назад, — начал объяснять завхоз, — в этом домике жил и учился подающий надежды артефактор. И дом свой обустроил очень хорошо, сделав его чуть ли не артефактом. Но его убили, а передать кому-либо управление домом он не успел. Попасть внутрь никто не мог и было принято решение оставить все как есть, — он увидел все такое же непонимание у меня в глазах и со вздохом продолжил. — Ни один маг не станет читать вслух надпись, созданную артефактором.

И тут я чуть не расхохотался, еле-еле себя сдержав. На мой взгляд в их случае надо было просто ответить на вопрос. Но говорить я это, разумеется, не стал. Они прошли внутрь, оглядели все и ушли. Я же плюхнулся в одежде на кровать и громко крикнул:

— Целая неделя отдыха и безделья у меня есть!

Глава 12

Мир Оравия, Империя, южный имперский тракт, окрестности столицы.

— Доехала, — с облегчением вздохнула Лина когда на горизонте показались стены Калгена.

Дорога к столице Империи прошла без особых происшествий, не считать же те две банды грабителей-оборванцев происшествием. У них и денег то было на один золотой. Еще была просьба одного аристократа сопроводить его в столицу, но девушка отказалась, ведь в его глазах стояла похоть. Один из его подпевал решил было угодить своему другу или господину, Лина не знала, и двинулся к ней, чтобы показать ей свое место, но как только его рука коснулась ее, тут же отрубленной упала на землю. И девушка приготовилась к драке. Но один из телохранителей что-то сказал своему сюзерену и тот смог сдержаться, правда, проводив ее ненавидящим взглядом. И вот теперь она добралась к городу, в котором с большой долей вероятности должен находиться объект ее поиска.

Теперь ей необходимо провести ритуал поиска по крови. Осмотрела окрестности — вон неплохая роща, где ей никто не помешает и не будет свидетелей. Девушка, не раздумывая, направилась к ней. Найдя поляну, она начала сам ритуал. Кровь откликнулась сразу и девушка поняла, что ее выводы относительно местопребывания человека подтвердились. Но точное местонахождение она определить не смогла — сила крови иссякла.

— Придется обследовать весь тот район, — недовольно пробормотала девушка.

Стража на воротах ее удивила тем, что было их больше необходимого, а самое удивительное то, что дежурило сразу два довольно сильных мага. «Они бы еще решетку опустили», — подумала она и в ответ на ее мысли с грохотом упала решетка, перекрывая путь каравану из трех повозок. Подъезжая, она изумилась — после проверки повозок магами, стражники заставляли людей перекладывать многие товары. «Заговор и них что ли?», — промелькнула мысль, — «Или случилось что?». Хорошо, что одиночек осматривали и пропускали в другом потоке людей. Увидев ее эльфийский доспех, стражник встрепенулся, но разглядев лицо чуть успокоился. «Какое у них трепетное отношение к эльфам», — усмехнулась юная демонесса. Марк рассказывал ей об этом, но окончательно поверила она только сейчас. В Зарии эльфов тоже любили, но относились как нормальным людям, а в Империи их чуть ли не обожествляют. Хотя это как раз Зария имеет общую границу с Первым лесом, а не Империя. На воротах, узнав, что она гражданка Зарии, у нее проверили документ. Маг бросил в нее какое-то заклинание, как поняла девушка что-то связанное с нежитью, и повернулся к следующему человеку. «У них что, нежить в столице водится?» — подумала Лина и въехала в пределы города.

Она прекрасно чувствовала направление и вскоре подъехала к ограждению, от которого ощутимо тянуло магией. Ее цель находилась как раз за ним, поэтому девушка поехала вдоль него, и через триста метров заприметила ворота, у которых стояло пару десятков молодых людей.

— Школа волшебства, — прочитала она вывеску и почувствовала на себе взгляды.

Мельком взглянув на восхищенные лица парней и немного завистливые девушек, она направилась дальше. По мере продвижения вдоль забора, она начала понимать, что область поиска приходится на внутреннюю часть огражденной территории. Проехав еще немного, она убедилась в этом окончательно. Работать парень не мог, а значит он поступил в нее учиться. Вернувшись, она внимательно посмотрела магический резерв поступающих, затем проверяющих способности. «Интересно, на приеме у них также как и у нас стоят старшие курсы?», — подумала она. Определившись с количеством резерва, который она решила показывать, Лина отъехала немного в обратную сторону, где никого не наблюдалось, и начала работу со своими эфирными телами. Этому приему по сокрытию резерва ее научила мама. Он был длительный и довольно болезненный, зато никто не сможет определить настоящий объем доступной магии. И через два часа к входу подъехала красивая девушка в эльфийском доспехе, при мече.

— Лошадь негде оставить? — уставшим голосом спроси ее парень.

— Я с Зарии, — ответила Лина, — и здесь у меня никого нет.

Парень посмотрел на нее и девушка заметила мелькнувшее восхищение, и посмотрел на ее лошадь.

— Вы ее очень дорожите? — спросил он. — Не подумайте ничего плохого, просто в этом году много поступающих, которым некуда деть своих коней, вот и нету места в конюшне. А у вас лошадка не такая уж и дорогая, чтобы не было желания с ней расставаться.

Лина и сама понимала, что лошадь лучше продать, тем более что и покупала ее с таким расчетом, тем более что сдружиться с ней она таки не смогла. «Это не наши скакуны», — с горечью подумала она. Она очень любила вместе с мамой посещать один мир, где на свободе жили очень красивые и умные животные. В этом мире она встречала хороших коней, но лучше ее любимой породы — нет.

Спросив, где это можно сделать, она и поехала туда. Продавец лошадей такими замасленными глазами смотрел на нее, что ей стало противно и она решила во что бы то ни стало продать за максимальную цену, применив весь свой чисто женский арсенал. Купец, а судя по его умению торговаться, это был именно он, целых десять минут занимался своим любимым делом, но в конце концов потерпел сокрушительное поражение. После того, как девушка уехала, а он пришел в себя, купец еще столько же времени ругался на ракшасов, принимавших облик обворожительных девушек. Она так никогда и не узнал, насколько в своих ругательствах он был близок к истине.

Пройдя процедуру приема, ей сразу предложили боевой факультет. Немного поразмыслив, она согласилась с этим, потому что, как ее заверили, первые занятия по общей магии ведутся у всего курса одновременно. В приемной комиссии очень обрадовались ей, как представительнице ярко выраженной приверженности к магии хаоса. Но узнав, что она подданная другого государства умерили свою радость, ненавязчиво спросив не желает ли она сменить подданство, на что она отказалась.

А вот с жильем получилось вполне сносно — домик на двоих с двумя спальнями и гостиной ей в целом понравился, правда она привыкла к значительно большим площадям. Но узнав в каких условиях общежития живут другие ученики, решила что ей очень повезло. А все оказалось просто — этот дом построен для учеников из Зарии. Соседкой у нее оказалась баронесса Линин Явори, имеющая толику крови орков, вследствие чего проявились способности сильные шаманки и небольшие некроманта. К тому, что Лина дальняя родственница купца, Линин отнеслась абсолютно спокойно, а демонесса в очередной раз убедилась в словах Ругная, что отношения между сословиями в Зарии значительно лучше.

На следующий день Лина приступила к поискам и осмотру территории заодно. Увидев конюшню, зашла поинтересоваться лошадьми, с которыми хозяева не хотели расставаться. В самом деле красивые, но когда ее взгляд упал на очередной вольер, она застыла как вкопанная.

— Откуда ты тут взялся? — изумленно промолвила она и подошла ближе.

— Осторожно, — предупредил ее проходящий мимо мужчина, — это боевой конь дарвацкой породы, никого кроме хозяина к себе не подпускающий. Я его только кормлю.

Девушка оглянулась и увидела мужчина за сорок, и по его одежде она поняла, что это конюх. Поблагодарив его кивком головы, она стала вообще вплотную. Спустя несколько секунд к ней как-то неуверенно подошел конь черной масти.

— Друга уже нашел, — она ласково погладила его по шее, — кто же это такой везунчик?

После этого случая она решила на сегодня покончить с поисками.

Мир Оравия, Империя, город Калген, столица, императорский дворец.

На этот раз в малой приемной, кроме самого императора, его секретаря, ректора и начальника тайной службы, находился еще и тайный советника главы государства в лице графа Орто Шерграна. Гуляка и балагур на людях, граф очень хорошо играл эту роль, добывая порой очень полезные сведения, и никто не смог заподозрить его настоящее место работы. О последнем считанные единицы, проверенные десятки раз люди.

— Я начну? — спросил ректор у императора и получив согласие, продолжил. — Пять дней назад нам наконец-то удалось пленить живого вампира. Как вы знаете, интересовало нас то, каким образом нежить научилась находиться под лучами солнца. Убитые вампиры почти ничем не отличались от своих более ранних представителей, за исключением магического каркаса. Да такая конструкция более стабильна и лучше перераспределяет ману, тем самым прикрывая тело от прямого воздействия солнечных лучей.

— Покороче, — остановил император ректора, который уже ступил на путь чтения лекции.

— В общем, на пленнике был надет амулет, — быстро закончил он, — оба наши артефактора и я, в том числе, уверены, что это работа пропавшего декана факультета магического конструирования.

— Думаете предательство? — спросил Крив Варнамен.

— Исключено! — ответил Иридан Крок, — по крайней мере, при жизни и добровольно. Вот заставить могли, используя ментальное заклинание. К сожалению как боец, он не очень сильный, поэтому могли суметь схватить его, снять амулеты и другие средства защиты, и внушить сотрудничество.

— Кроме защиты нежити от солнца он еще что-нибудь делает?

— К сожалению, мы не успели установить, — архимаг поморщился, — вампиру удалось сбежать и на улице он осыпался пеплом, а амулет был завязан на него и тоже осыпался пеплом. Поэтому ранее мы и не могли понять каким образом нежить может находиться под солнечным светом. Могу сразу сказать, что такую привязку никто не умеет делать и Заргон тоже не умел.

— Как быстро делаются амулеты и что используется под амулет. Само плетение не очень сложное, поэтому для амулетов можно использовать практически любой камень. Вот только обыкновенный кварц потеряет силу спустя пять часов, в то время как алмаза хватит где-то на декаду. Поэтому на границе стоит ожидать нападения нежити, а что твориться в Туманных землях, я вообще не представляю, так как чтобы там пройти необходима боевая группа.

— Ну, не все так страшно, — усмехнулся начальник тайной службы, — Есть люди, — тут он чуть запнулся, — которые вдвоем ходили там и выжили.

— Допросили уже? — тут же спросил император.

— Да. Пятнадцатилетний парень, непонятно откуда прибывший, и девочка с изнанки. С первым вообще ничего не понятно — появился среди Туманных земель, ничего не помнит, кроме своего и имени своего коня. По дороге освобождает девочку из лап демона-лича, — и он обвел взглядом удивленные лица всех присутствующих, — и не без приключений смогли покинуть территорию нежити. Кстати, по их словам внутри далеко не везде стоит мертвый лес. И он, и она обладают магическим потенциалом, парень так себе, а девочка, так очень большим. Но самое главное, что у себя дома она тоже являлась магом или как они сами говорят псионом, и их техники работы с энергиями изнанки подходят и для магии. Это сообщил родовой маг барона Бруквана. Парень поступил в школу волшебства, а девочка определена в дом для одаренных детей-сирот. Это, если кратко. Вот более подробный доклад, — и он протянул одну папку императору, вторую ректору.

— С этим я разберусь позже, прочту внимательно и решу, что с ними делать. А сейчас ответьте как можно противостоять нежити с такими амулетами? Ведь вампиров от людей не отличить.

— От некроманта уровня магистра он не защищает, вот только он у нас один. Есть еще артефакт, который тоже не обмануть. Все остальное будет полумерами. Магистра на ворота не поставишь, остается только артефакт, но тогда вход и въезд в столицу будут осуществляться только через одни ворота. Еще у эльфов есть заклинание из их высшей магии — стена жизни, вот только не артефактора, который смог бы это плетение внедрить в заготовку.

— Делайте, что считаете необходимым, а с магистром Вернитом я сам поговорю.

После этого все разошлись по своим делам.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

Я наслаждался жизнью. Первый день после приема, я ничего не делал, только ел и выгуливал Агата. На второй день я решил досконально изучить порядки в этом учебном заведении. Дуэли между учениками разрешены, но только на полигоне и не до смерти. Последнее было введено только в этом году, чтобы зазря не терять магов. Зато было снято ограничение, запрещающее магическую дуэль между разными курсами. Так что теперь старшекурсник мог спокойно вызвать на дуэль первака и поджечь его или подморозить. Но если тот повреждения не мог вылечить самостоятельно, то оплату целителей обязан осуществить его старший товарищ. Если вдруг случится, что первогодка сможет хорошенько поджечь своего визави, то ему ничего не будет, даже если тот сам не сможет себя вылечить. Там еще присутствовали какие-то нюансы, но как только я узнал, что от дуэли могу отказаться, то бросил это изучение. Плохо то, что первые три месяца дорога в город для нас закрыта. Как говорят преподаватели, это для того, чтобы вы привыкли к новому для вас укладу жизни. Я как узнал это, то сразу решил продать свои трофеи, потому что на территории школы помимо общей столовой был еще ресторан для тех, кому не нравится стандартная пища, и они имею возможность обедать в ресторане. Как сказали старшекурсники, преподаватели столуются только там. У этих же старшеклассников я узнал, в какой магической лавке лучше всего продать свои трофеи. Они были навеселе и не обращали внимания на то, что я их достаю со своими вопросами, но как только пришли их подружки, то тут же меня послали подальше. Еще одной важной деталью обучения было наличие формы одежды — обязательное ношение мантии-накидки до колен и умулета ученика.

Амулеты, замагиченное оружие и доспехи продавать лучше всего в лавке, которую я посетил, а вот ингредиенты для зелий у одной личности, живущей вообще за стенами города. Эта женщина в свое время провинилась перед императорской семьей и ей запретили посещение столицы. Но, как оказалось, алхимиком и травницей она стала очень талантливой, и ее зелья, настойки, микстуры пользуются огромным спросом. Всей императорской семье она принципиально не продает ничего, поэтому тем приходится покупать через вторые руки. А вот почему император ничего с ней не делает, никто не знал.

Торговая лавка встретила меня аж пятью посетителями и знакомым старичком. Я скромно стал рассматривать уже знакомые мне вещи. Найдя одну штуку, в которой мог немного различать само плетение, принялся просто тренировать свое зрение. Наконец-то последний покупатель, оказавшийся самым придирчивым и прижимистым, покинул лавку, но так ничего и не купив, а владелец обратился ко мне:

— Что-то приглядели молодой человек? И, кстати, вас можно поздравить с поступлением?

— Благодарю, с поступлением никаких сложностей не возникло, да и как они могли появиться, если критерии отбора снизили.

— В таком случае примите мои поздравления, — он искренне улыбнулся. — Так что на счет покупки?

— Да нет, я тут намедни клад нашел, вот и хочу, чтобы вы его оценили и, по возможности, купили, — и я выложил на стол все свои трофеи. — Да, и можете объяснить работу всех этих штуковин?

Он перебирал выложенные на стол вещи, где-то хмыкал, где-то немного удивлялся, на одном с виду артефакте, доставшемся мне о демонессы, надолго задержал взгляд. Повертев его и так, и эдак, отложил в сторону.

— Это где же вы нашли столько поделок ракшасов и валькирий? — удивленно спросил он. — Может быть, у вас завалялся Драконий посох и трезубец Ашгора? Впрочем, можете не говорить, — он махнул рукой.

— Да это по дороге из Туманных земель, недалеко от границы с нежитью, — выдал я заранее приготовленную версию. Уже практически на выходе с территории нежити.

— А что же вы там делали? — изумился он. — Ужели и вправду ездили за этими сокровищами?

— Да нет, — я пожал плечами, — я появился в этих землях, ничего не помню из своей прошлой жизни, и просто выбирался оттуда.

— И как только сумели? — он показал головой.

— Так я немножко владею мечами, да и появился я на коне. Вот с горем пополам и кучей ранений и смог выбраться, даже вот с прибытком.

— И хочу вас уверить, что с очень неплохим, — если конечно продадите все.

В дальнейшем он показывал амулет и называл его стоимость. Меня сразу предупредили, чтобы при продаже и артефактору, и алхимику не вздумал торговаться, так как оба на дух не переносят купцов, а цену дают хорошую. Загвоздка вышла только с отложенной вещью.

— Плетение здесь очень тонкое, я даже не мог его разобрать, пока артефакт был разряжен. Так что мне пришлось влить в него достаточно много маны, прежде чем проступили контуры. Так вот, мне такое неизвестно, поэтому и его действие я не знаю. Могу только предположить, что связано оно с менталистикой, но атакующее или защиты, сказать не могу. Необходимы исследования и проверка.

В общем, эту вещь я решил оставить себе, помня, что от ментальных ударов я вообще никак не защищен. По совету мастера я оставил себе два амулета ракшасов, отвечающих за сокрытие ауры и незаметность. Причем они сделаны так, что я являются как бы дополнениями друг к другу, совершенно не перекрывая работу, и используются диверсантами ракшасов. Все амулеты валькирий уступали им в этом. В общем и целом я стал богаче на двадцать золотых и десять серебряных монет. Ради интереса спросил про артефакт, и старичок меня удивил, сказав, что его минимальная стоимость пятьдесят. Попрощавшись, я направился к выходу, как меня остановил баритон:

— Молодой человек, если вы опять найдете где-то клад, то обращайтесь, — повернувшись, я увидел хитрую улыбку на его губах.

На улице я вспомнил о своем желании разукрасить найденный глаз, поэтому решил купить краски. Самостоятельно найти не получилось, и только благодаря подсказке я нашел этот торговый дом. На самом деле все оказалось просто — купец жил недалеко от рыночной площади и торговлю вел в своем доме, где на первом этаже оборудовал магазин. Как только он узнал, что мне нужно и для чего, не раздумывая предложил мне эльфийские краски. Минимум магии и максимум натуральных веществ делают их продукцию наиболее стойкой и не теряющей изначальный цвет. Цена, конечно, кусалась, но поскольку мне и надо-то совсем ничего, я их приобрел.

Визит к алхимику ничем особенным не запомнился, разве что тем, что она обрадовалась, поняв, что когти сняты с еще живого животного. Я же для себя сделал вывод, что ингредиенты, взятые с живой твари, более ценные. Все остальные дни я занимался ничегонеделанием. А завтра первый учебный день.

Первый учебный день заключался в знакомстве друг с другом, поэтому и «занятия» начинались на два часа позже. Я же это время решил посвятит Агату. Подойдя к конюшне, увидел, что не я один такой умный — хозяева других скакунов тоже решили их выгулять. «Нда, не рассчитан этот небольшой участок для такого количества наездников», — подумал я, выезжая на ипподром. В прилегающей к нему территории, где также можно выгуливать лошадей, тоже мелькали силуэты наездников. Я пару раз почувствовал на себе взгляд, но определить заинтересовавшегося мной человека не сумел — только я начинал осматриваться, как чувство взгляда пропадало.

То, что происходило в дальнейшем, мне было очень хорошо знакомо по моему родному миру. Стоящие ученики и вещание ректора, в котором я узнал мага, расспрашивающего меня про мое жилище. Я с изумлением узнал, что на наш факультет поступило всего пять человек! Это нечто невероятное, причем, один из них орк. Сардык Тáрак принадлежал к одному из двух племен орком, проживающих на территории Империи и имеющих ее подданство. Проживали они на юге, рядом с Великом пустошью, поэтому различные амулеты, талисманы и артефакты пользовались там просто огромных спросом, а те, кто умел их делать, были уважаемыми орками. Вот он и пошел на факультет магического конструирования, как он назывался официально. Трое остальных были с небольшим потенциалом и им рекомендовали на приеме. Мы стояли и травили уже смешные истории, как я услышал у себя за спиной крик:

— Андреееей, — и тут же ощутил сзади тяжесть, а меня обхватили руками и ногами.

— Мелкая, отстань, а?

Я затряс спиной, но та вцепилась клещом, что не оторвать. Мои соученики заулыбались, а орк так вообще засмеялся. Я еще пытался ее скинуть, но не получалось, пока она сама не соизволила с меня слезть. В это время я опять почувствовал знакомый взгляд, но даже не успел оглянуться, как он пропал. Когда она соизволила меня отпустить, Сардык восхищенно воскликнул:

— Это где же такие живут? Что-то я вообще не слышал о такой расе.

— Я одна такая неповторимая! — Тиалла вздернула носик и приняла соответствующую позу.

— Да вот освободил в Туманных землях на свою голову, теперь не оторвать от себя, — я отстранил от себя прижимающуюся девочку. — Ты как здесь очутилась? Тебя же определили в какой-то там дом.

— А каждый год в первый день учебы нас приводят в школу, чтобы мы восхищались всем этим зрелищем, — иона обвела рукой вокруг.

Но сказано это было таким тоном и такой иронией, что все мы рассмеялись. Я же заметил большую группу людей и не только людей. В ее центре шли две девушки, одна из которых имела очень красивое лицо и остроконечные уши, в облике второй явно присутствовали корни эльфов.

— А это кто такие шастают? — спросил я, играя роль «ничего не помню, ничего не знаю». — Что за ними табуном бегают аристократические самцы.

— Ты что, — сказал один из парней, — не знаешь, что в этом году поступили на боевой факультет дочка императора и внучка правителя эльфов, — он с восхищением начал лицезреть неспешное шествие.

Я посмотрел на них. Красивые, но делать из них каких-то идолов — увольте. Девушки для другого нужны, намного более приятного времяпровождения, и я вспомнил свои любовные похождения в этом мире. С огромным удивлением только сейчас осознал, что их было всего-то три! Я посмотрел на них уже оценивающим взглядом, увидев, что те сморят на меня. Опустил глаза вниз, поднял на лицо, мысленно раздел — красавицы с классной фигурой. Но ну их на фиг!

— Ну да, очень красивые, — ответил я, — ай, мелкая не щипай. Но вот та девушка, старательно кого-то выискивающая, ничуть не хуже.

Все, и принцессы и их свита в том числе, посмотрели в ту сторону, куда я кивнул. Там светловолосая девушка внимательно осматривалась, останавливая свой взгляд на лицах первогодок. Внимания такого количества лиц не почувствовать она не могла, и глянула на них в ответ.

— Вы усомнились в красоте моих спутниц, — раздался рядом со мной напыщенный голос, — я вызываю вас на дуэль.

— Ваших спутниц? — в притворном удивлении спросил я. — Как по мне, так это вы являетесь их спутниками, а не наоборот.

Он, вероятно, приготовил еще несколько штампованных фраз, но мой ответ явно выбил его из себя. К своему удивлению я увидел в глазах девушек искорки озорного веселья, и про себя поставил им по плюсику. Не пропащие они, а высокомерие на их лицах, скорее всего, маска, принятая в обществе аристократов. Он хотел что-то начать говорить, но я опять начал говорить.

— Дуэль — это такое зрелище, где два разумных машут деревяшками, полагая, что это оружие? — и не давая ему вставить хоть слово, добавил, — Нет, отказываюсь.

Тот даже опешил о такого моего заявления, вероятно, не предполагал, что кто-то может отказаться от драки. Он меня вызывал именно на дуэль холодным оружием, потому как вызывая на магическую дуэль, говорят магический поединок. Чем вызвано такое отличие я не знал, да и знать не хотел. Сначала хотел поиздеваться над ним, выбирая в качестве оружия розги или нечто подобное, потому что как вызывающая сторона имел на это право, но передумал. Хотел же особо ничем не выделяться, но такую заносчивость, спесь и надменность терпеть не могу. От этого у меня просто просыпается какой-то зверь внутри и я готов голыми руками растерзать таких людей.

— Какой позор вашему роду, — наконец-то смог вставить он свою фразу.

— А мне можно, я ведь простолюдин, — и увидел отвисшую его челюсть.

После этого первым заржал орк, именно заржал, как мощный конь. Его смех подхватили и остальные, даже у девушек появились улыбки, хотя в глазах стоял истеричных смех.

— Вы часом не надо мной смеетесь? — раздался незнакомый женский голос.

Девушка, с которой я сравнивал, принцесс, пылая огнем в глазах, стояла и требовательно смотрела на нас. Ух какой темперамент, а в постели так вообще! Но что-то подсказывало мне, что она уже владеет некоторыми заклинаниями, поэтому и ее — на фиг. Тут у меня проскочила одна идея.

— Прекрасная незнакомка, — с восхищением обратился я к ней, — ай, мелкая, не трогай меня, — у орка началась истерика от смеха, — я всего лишь сравнил вашу красоту с красотой вот этих девушек, кстати, также незнакомых мне. А вот этот человек, — я указал глазами, кого имею в виду, — утверждает, что я сильно занизил красоту вот этих красавиц. Он, вероятно, полагает, что они намного красивее вас. А вы как думаете?

Вот как я извернулся! Девушка перевела свой гневный взор на моего дуэльного вызывальщика, но мне надоело все это, поэтому я помахал им рукой и направился к себе в дом. Почти сразу меня догнал орк, а Тиалла осталась, я даже вздохнул с облегчением.

— Слушай, с тобой всегда так весело? — с улыбкой спросил он.

— Да нет, обычно я очень скучный, просто не люблю такого отношения, вот и захотелось его проучить.

— Будь осторожен, — уже серьезно сказал он, — почти все аристократы Империи очень злопамятные. На дуэль тебя бесполезно вызывать, но они будут делать все исподтишка, или в городе подстерегут. Ты сейчас куда идешь?

— Домой, я же говорю, что я скучный, — мне, в самом деле, не хотелось ничего делать.

— А я пойду поем, а то что-то проголодался.

Я попрощался и направился к себе, где и поел пирожками, купленными вчера вечером. Дома, пообедав, решил потренировать свое зрение. Амулеты наличествовали и служили мне в качестве испытательных образцов. Затем мне пришла в голову мысль, что в доме хорошего артефактора могут быть тайники, где хранятся различные его поделки. Обошел вес дом, даже на чердак залезал, но все без толку. Немного разочаровавшись, я решил не унывать и периодически делать эту процедуру в надежде, что в данный момент просто не могу увидеть ничего. В конце концов, я лег на кровать и незаметно для себя уснул.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства, дом принцесс.

— Ты так и оставишь это? — в запале спросила Вионэль свою подругу.

— А что тебя так расстроило? — деланно удивилась Лаитта.

— Так он же меня раздел взглядом, — возмущенно ответила та, — а потом взял и отвернулся.

— Так тебе что не понравилось: то, что раздел или то, что отвернулся.

— И то, и другое, — после короткой паузы ответила эльфийка. — Такое оставлять безнаказанным нельзя. Надо узнать, где он живет, пробраться в его дом и что-то там сделать, — она чуть задумалась. — Иголки в постель подложить или лучше сделать так, чтобы на него вылилось ведро воды. Вот!

— А я уже знаю, где он живет, — дочка императора скептически посмотрела на свою подругу, выдерживая паузу, и когда та готова была взорваться, добавила, — в доме артефактора.

И стала любоваться отвисшей челюстью своей подруги по проказам. Но та быстро взяла себя в руки и о чем-то задумалась, а спустя минуту невпопад спросила:

— А ты знаешь кто эта девица, которой так удачно воспользовался этот гад?

— Нет, но она на нашем факультете, так что можно познакомиться. Вот только знаешь что, — она умолкла, задумавшись, — я соглашусь с твоим гадом, что она кого-то ищет. Мне показалось, что на контакт она не особо пойдет.

— Хоть ты не начинай, — упрекнула подругу эльфийка. — А все-таки было бы интересно побывать в доме артефактора, о котором столько ходит слухов, — добавила она задумчиво, затем встряхнула гривой пепельных волос и продолжила. — Но сначала надо придумать как отомстить.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства, дом артефактора.

Проснулся я очень рано, что не удивительно, ведь уснул я вообще вечером. Спать вообще не хотел, поэтому решил пойти позаниматься в приглянувшуюся мне рощу. Одел на себя амулеты и черную одежду, специально купленную для этого. На дворе рассвет еще даже не думал начинаться, и я безбоязненно пошел к понравившейся мне небольшой полянке. В неделю безделья я все же решил потешить свою лень и ничего не делал, но с началом учебы твердо решил попытаться создать свой собственный стиль. Самым трудным мне казалось совместить боевой транс с состоянием контроля. Точнее, не само совмещение, а понять с помощью каких органов или чего-то другого совершается одно и другое действие, а зная, совместить будет не так уж и сложно. Я очень надеялся, что природу этих явлений раскроют мне в школе. Вот и полянка.

Я начал медленные движения боевого умения этого мира, плавно перетекая из одной стойки в другую. Наконец-то удалось почувствовать ритм без вхождения в боевой транс. Медленно вошел состояние контроля, но постарался не менять свои движения, а продолжать их выполнять, находясь сознанием в другой области. Продержался всего три секунды, но сам факт показал, что можно разрабатывать и эту версию. В целом, не понимая самой сути, я решил пытаться совместить две техники, пробуя различные сочетания. Тренировался я как обычно без звука, поэтому когда до меня донесся шорох, я переместился так, чтобы очутиться за деревом от места звука. Я уже явно различал по звуку движение двух человек, которые старались передвигаться как можно тише, но умений все же было у них недостаточно. Подозревая, что эта парочка идет по мою душу, я присел, положил мечи и взял в руку землю. Размяв ее, намазал свое лицо и верх кистей рук. Все, я готов к преследованию.

Мы, в самом деле, двинулись к моему дому. «Интересно, как они планируют попасть в дом?», — подумалось мне. Он эти люди сумели меня удивить — пройдя мимо него, они в сторону корпусов боевого факультета. Передвигались они профессионально, держась участков, где остается минимум следов, хотя один из них все же уступал своему напарнику в этом действии. Я же, пользуясь своим умением бесшумного шага и активными амулетами, находился всего в трех метрах позади них. Мне ужасно стало любопытно, кто эти люди и что делают здесь, но за все это время они не проронили ни слова. Вот они остановились между домами.

— Этот, — один из них показал на дом перед собой.

— Держи, — ответил грубый хриплый голос и я услышал тихий звон, — как понадобишься, мы тебя найдем.

«Кажется, кто-то из работников школы продал свои услуги темным личностям», — подумал я. Получивший деньги ретировался, оставшийся внимательно осмотрел вокруг, развернулся и пошел обратно. Это легко было предугадать, поэтому я отошел в сторону, а когда тот прошел, опять начал за ним следить. В этот раз он начал поспешать, поскольку занимался рассвет и кто-то мог его увидеть. Прошли мимо моей тренировочной поляны и направились в ту часть, где располагались полигоны. Прошли и их, очутившись перед ограждением. Он что-то достал, а затем легко перепрыгнул преграду, что я уронил свою челюсть. Без подготовки, без разбега, просто немного присел и хоп — он уже на другой стороне. Я еще немного постоял на всякий случай, хотя и понимал, что сигналка не сработала или была обманута.

Вернувшись на поляну, я еще немного потренировался, правда в этот раз науку отца, и вернулся домой. Меня обуяло такое любопытство, что я решил обязательно узнать, что это за прыгуны такие и кто живет в заинтересовавшем их доме. Пока принимал душ и складывал тетради, наступило время идти в столовую.

Каша была вкусная, но не успел я скушать и половину порции, как кто-то плюхнулся рядом со мной и голос Сардыка произнес:

— Привет, смертник.

— Здравствуй. Не скажешь, почему так назвал?

— Ну, этот граф, над которым ты насмехался, пообещал вырвать тебе сердце. Твоя Тиалла, — после этих слов я поперхнулся, — пообещала тебя прибить.

Каша исчезала с его тарелки с огромной скоростью, и не успел я съесть и половины, как он довольно откинулся на спинку стула, похлопав себя по животу. Доев свою порцию, я принялся за травяной настой и огляделся. Из всех знакомых увидел только троицу из нашего факультета, сидевшую поодаль, и незнакомую девушку-красавицу, завтракавшую в одиночестве. Она посмотрела на меня и я отсалютовал ей чашкой.

— А ты не знаешь, кто она?

— Нет, когда я вернулся, то ее уже не было.

После этого, как полагается во всех нормальных учебных заведениях, у нас была лекция «Основы магии». Поскольку для меня это было все внове, то я выбрал первый ряд. Сама аудитория, или как здесь называли лекционный зал, до боли напоминала из моего родного мира и выстроена в виде амфитеатра. Сардык помялся немного, но все же решил сесть подальше от преподавателя. Я осмотрелся. Почти ровно посередине сидели принцессы со своей свитой, бывшие простолюдины выбрали или самый верхний ряд, или, как и я, первый, немного отдельно ото всех сидела вчерашняя девушка, которую я так удачно использовал в своих целях, со своей подругой. По принцессам я просто скользнул взглядом, отметив лишь, что количество людей в свите прибавилось, а вот с девушкой встретились взглядами и я сделал кивок, приветствуя ее. Осмотр завершился на входной двери, увидев входящую в аудиторию девушку, я чуть не выронил свою челюсть. Линда Кроусольв собственной персоной входила в лекционный зал. Уж кого-кого, а ее я никак не ожидал встретить здесь. По тому, как она демонстративно гордо прошла, ни на кого вообще не посмотрев, и села, я понял, что у нее проблемы с соучениками. А если быть точным, то отношением к парням. Так это не Дреггония, здесь наоборот к девушкам и женщинам относятся, как к вещи, успел уже узнать об этом. А села она совсем рядом со мной, причем одна, и, опять же, даже не посмотрела по сторонам.

В это время в помещение бодренько вошла старушка, невысокого роста с седыми волосами. «Интересно, сколько же ей лет, что магией уже невозможно сдерживать старение?», — подумал я. Между тем она подошла к кафедре и представилась:

— Меня зовут Фикия Лин. А теперь начнем занятие.

Я достал тетрадку и приготовился писать конспект, но услышал за спиной, де располагались принцессы со своей свитой, «тихий» шепот:

— Смотри, он даже запомнить ничего не может, деревенщина.

Мне, по большому счету, было плевать на это, а вести конспект — это привычка из моего родного мира. Лектором магиня Лин была отменным, суть магии я понял сразу. Магическая энергия пронизывает мир, находится во всех его частях, где-то больше, где-то меньше, но каждый предмет, животное, растение, камень содержит ее. И существуют люди, которые могут накапливать ее у себя и использовать для различных целей. Чем больше они могут накопить, тем большее количество заклинаний могут создать или в случае защиты — дольше продержать щит. Она подробно растолковывала все, ориентируясь на бывших крестьян и то, что вести конспекты здесь почему-то не принято. В общем, несмотря на все повторы и сильное разжевывание лекцией я остался доволен.

Вторым и последним занятием была специализация, для каждого факультета своя. Это занятие выглядело очень странно, потому что на пять учеников было два преподавателя, как раз сидевшие в приемной комиссии. Правда, после представления один ушел, но нам сказали, что вести занятия они будут по очереди. Чем еще обрадовал нас преподаватель, тем, что нам придется посещать некоторые занятия и на других факультетах, кроме алхимии, поскольку в амулеты, талисманы и артефакты необходимо вкладывать плетения различных типов. Я тут же задал вопрос о разнице между амулетами, талисманами и артефактами. Учитель посмотрел на меня одобрительно и начал отвечать:

— Начну с самого простого — амулета. Для него можно использовать практически любой предмет. В него внедряется плетение, присоединяется накопитель магической энергии и амулет готов. Конечно, не все так просто — еще блок активации и прочее, но если кратко, то так. Когда заканчивается заряд, то надо подзарядить накопитель и он опять готов к работе. Амулеты могут быть как атакующими, так и защитными.

— Талисман, — продолжил он после небольшой паузы, — служит только для защиты, привязывается к одному человеку, срабатывает тогда, когда жизни грозит смертельная опасность, как правило, один раз и разрушается. Очень редко, когда после срабатывания он остается целым. Изготавливать его очень сложно, потому что задействуется несколько высокоуровневых плетений, а в качестве энергии он использует магическую энергию человека, а если не хватает, то жизненную силу. Он гарантированно один раз спасает жизнь от магической атаки.

— Значит ли, что от атак мечом он не спасет? — спросил я.

— На данный момент это так. К сожалению, плетение, определяющее угрозу от холодного оружия, утеряно. Артефакты, — он немножко поморщился. Артефактами сейчас принято считать большие предметы со сложными плетениями.

Я сразу зацепился за слово «сейчас», таки напрашивается вывод, что ранее определение артефакта звучало совсем по-другому или, по крайней мере, значительно отличалось. Поэтому я и задал вопрос:

— А раньше что считалось артефактом?

— Раньше артефактом считалась вещь, которая магическую энергию впитывает от окружающей среды, то есть самостоятельно. Сейчас еще можно встретить изделия древних мастеров нашего мира и не только его. Полагается, что техника создания утеряна во время войны с демонами. Но иногда появлялись, да и сейчас появляются изделия с такими характеристиками, и совсем непонятно это местное изделие или прибыло из другого мира.

Интересное кино получается: если на меч наложено заклинание, подпитывающееся от накопителя, то это амулет, а если оно срабатывает без накопителя, то это артефакт. Мои мечи именно такими и являются. Дальше он рассказал о технике улучшения магического зрения и для чего это необходимо. Оказывается при внедрении заклинаний прерывать линию плетения нельзя, пока не будет завершен определенный его блок или полностью оно само. И чем более тонкие линии сможешь видеть и рисовать, тем более сложно плетение можно внедрить. Потом опять началось объяснение с самого начала. И никаких досок, где можно было бы что-то нарисовать. Если это необходимо, то учитель просто делал рисунок в воздухе, вот только видимым он был не так долго. В принципе для понимания сути мне этих двух занятий было достаточно, чего не скажешь о других учениках. Я это заметил и на общем занятии, и на нашем. На общем понимание у некоторых было, но я заподозрил, что только потому, что они это уже знали.

После занятий решил отметить первый день учебы в ресторане — помню, что была какая-то традиция в моем мире. Вспомнил только на занятиях, иначе бы сходил вчера. Снаружи, увидев круглое здание, мне показалось, что он должен быть уютным, а войдя, убедился в этом окончательно. В центре находилась кухня, а свободное пространство по кругу занимали столики. Яркое освещение у входа плавно перетекало в полуинтимное при удалении. Слева от меня послышались смешки в мой адрес, повернувшись, увидел принцесс со свитой. Нет, не свитой, а шоблой — так правильней назвать этих ученичков. А жареное мясо оказалось выше всех похвал.

Теперь можно уделить время и Агату. Встретил он меня тихим ржанием и пофыркиванием.

— Держи, дружище, — я скормил ему два больших яблока, купленных в ресторане, которые он очень быстро съел и посмотрел на меня. — Едем, едем, сейчас только оседлаю, и поедем выгуливаться.

Сегодня я решил устроить скачки по ипподрому, а не просто прогулку. Но я только и успел, как доехать до него, как слева раздался знакомый голос незнакомки:

— Красивый у тебя конь.

Я повернулся и ожидаемо увидел светловолосую красавицу, которая с какой-то любовью смотрела на Агата.

— Кир, Кир, — раздался другой знакомый голос, и ко мне подъехала валькирия.

Глава 13

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

Предыдущие поиски закончились ничем. Впрочем, Лина особо и не рассчитывала на них, совсем другое дело совместные лекции. В первый день учебы всех поступивших собрали вместе, чему девушка очень обрадовалась. Она начала осматриваться, выискивая нужного ей парня, но чем больше людей она осмотрела, тем раздражительней становилась — этот неуловимый куда-то опять исчез. «Куда ты опять делся?» — со злостью подумала она. — «А может быть, он по какой-то причине покинул школу?». Она принялась обдумывать этот вариант и пришла к выводу, что в этом случае без поиска по крови его не найти, поэтому она решила задержаться здесь на случай, если тот заболел или отсутствует по другой причине. Именно в этот момент наивысшего раздражения она почувствовала направленный на нее интерес, а затем и взгляды.

Компания, в которой находился владелец драуррова скакуна, о чем-то разговаривала, периодически бросая взгляды в ее сторону. Затем орк захохотал, да и другие улыбнулись. Она тогда в раздражении подошла и поинтересовалась не над ней ли смеются, зная какое отношение в Империи к девушкам и женщинам. Терпеть такое отношение к себе со стороны имперской аристократии она не хотела. Парень, у которого она хотела узнать, откуда он взял своего коня, ловко перевел стрелки на другого, а сам попрощался и ушел. Ей даже стало обидно. Заводить близкие контакты в ее планы не входило, но привыкшая быть в центре внимания противоположного пола, она была уязвлена. Затем требовательный взгляд на имперца, который почему-то решил извиниться. А Лина так надеялась на оскорбление и дуэль, чтобы немного унять свое раздражение. Посмотрев на человеческую девушку и эльфийку, заметила в их глазах толику ревности. И этот момент снял раздражение, и она успокоилась. Она заинтересовалась странной девочкой, находившейся здесь же, но та развернулась и куда-то убежала. Лина, попрощавшись, тоже ушла к себе.

Сегодняшняя общая лекция не принесла ничего нового ни в ее поисках, ни в знаниях. На протяжении всех занятий Лина обдумывала свои дальнейшие действия и пришла к выводу, что объект ее поиска все же покинул школу. Болеть он не мог в мире, где присутствует магия, разве что болезнь и вызвана магией, но она решила, что если бы он подхватил что-то в землях нежити, то просто не доехал бы до столицы. Если вчера он мог отсутствовать по какой-либо причине, то сегодняшний пропуск занятий явно говорил об его отсутствии. Выходит, что он не поступал учиться, а просто находился здесь, а ее угораздило в это время его искать. Придется направиться к его родителям и попросить кровь, рассказав, что в теле их сына находится другая душа. «В крайнем случае, возьму с них клятву молчания, приоткрою свою суть и совершу сделку», — подумала она. — «Я уверена, что маг знает, что в таких делах демоны не могут лгать». Но перед тем, как покинуть школу, она решила обязательно поговорить с владельцем драуррца.

Поэтому сегодня после занятий она наблюдала за конюшней и ждала появления человека. Вот и он, и направляется, судя по его движению, на ипподром. Она быстро пересекла небольшую лужайку и, остановившись на обочине дорожка, сказала:

— Красивый у тебя конь, — а сама начала любоваться его конем.

Но не успел парень произнести хоть слово, как она услышала крик:

— Кир, Кир, — и рядом с ними остановилась единственная ученица из Дреггонии.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

Линда понимала, что в Империи ей будет тяжело, но не думала, что до такой степени. Ей казалось, что каждый аристократ старается ущемить ее или как-то унизить, но это все проделывалось так, что причины вызвать на дуэль не было, но себя она чувствовала оплеванной. Хорошо, что у нее отношение к мужчинам довольно сильно отличалось от маминого, иначе она бы не смогла сдерживать себя. Пять воительниц ее сопровождения уже работали ранее в Империи, поэтому ко всему этому относились флегматично. Наконец-то добрались до столицы, где она легко поступила на боевой факультет. Здесь ее постигло очередное разочарование — в этом году она единственный представитель валькирий в школе. Поэтому она либо отдыхала в своем домике, либо выгуливала своего нового коня, которого купила взамен сбежавшему. И тоже дарвацкой породы. И в первый день, и сегодня она не обращала внимания на окружающих ее учеников, где преобладали мужчины, относившиеся к ней, мягко говоря, не очень хорошо. Во взглядах простолюдинов она периодически видела восхищение, тут же сменяющееся негативом. Вот и сегодня пообедав в столовой, она опять выгуливала своего скакуна. Особо ни на кого не обращая внимания, ее взгляд зацепился за одного коня.

— Мой Черныш? — прошептала она.

Затем посмотрела на наездника и чуть не вскрикнула от радости. Человек, сидевший на коне, был очень похож на сбежавшего ее раба, Кира ан’Дрей. Теперь она его не отпустит от себя. Она понимала, что рабом быть он не согласиться, но решила, что попробует уговорить мать, чтобы он был свободным.

— Кир, Кир, — окликнула она и подъехала к нему.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства, это же время.

Я «непонимающе» посмотрел на подъехавшую валькирию. Она хотела еще что-то сказать, даже набрала полные легкие воздуха, но, увидев меня, просто выдохнула. А радость на ее лице сменилась разочарованием.

— Вы что-то хотели? — спросил я валькирию.

— Нет, я обозналась, — девушка впала в уныние.

— А конь у меня красавец, — я повернулся к первой девушке и погладил Агата по шее, — самый лучший.

— А откуда он у тебя? — спросила она.

Я просто всеми фибрами души чувствовал, что этот вопрос ее очень сильно интересует. «Себе что ли хочет приобрести такого же?», — подумал я. — «Не просто же так она тут околачивается, где лошадей одна краше другой». Но версия была давно придумана и даже несколько раз озвучена. Ее я и начал рассказывать.

— Да я ничего не помню. Осознал себя среди Туманных земель верхом на этом коне. Помнил только, что его зовут Агат, а меня Андрей.

— Где? — прозвучал вопрос от девушки.

— Как? — я услышал от валькирии.

— Туманные земли это на северо-восток отсюда, — ответил я первой девушке. — Там еще полно нежити, еле вырвался оттуда.

— Как я там появился, я не знаю, — ответил второй девушке.

— Я имела в виду твое имя, — чуть слышно сказала она.

Я не стал больше с ними разговаривать. С валькирией и так понятна причина, а по поводу второй, просто не хотелось связываться с ней, какое-то внутреннее отторжение было. Такое же, как и с принцессами. Попрощавшись, я поехал на ипподром, успев заметить изучающий и подозрительный взгляд первой девушки. Сам же задумался о причине своего такого отношения к красивым девушкам, но так ничего и не придумал. Казалось бы, должно быть все наоборот, а я вот такой неправильный получился в этом мире. Махнув рукой на свои причуды, я отдался скорости.

На следующий день на занятиях я откровенно скучал — учителя рассказывали то же самое, что вчера только другими словами. Я окончательно убедился, что местные жители запоминают все очень плохо. Пока они пытались совладать с новыми знаниями, я думал про их мозговую деятельность и пришел к однозначному выводу — память, как и все другие навыки и способности, необходимо тренировать. Из своего родного мира даже то, что помнил, вызывало уважение, но наверняка это далеко не все, что я там учил. Вот там-то я свою память и натренировал. Получается память это не только мозги, я еще что-то нематериальное.

Так прошло три дня — утром тренировки с мечами, затем типа учеба, потом свободное время. Всю учебу я занимался тренировкой своего зрения, поэтому садился на задний ряд. На четвертый день проснулся раньше обычного, еще затемно, и решил идти на тренировку. По привычке выпрыгнул в окно и хотел двинуться к облюбованной мной поляне, как со стороны входа в мой дом раздались какие-то звуки. Амулеты одеты, поэтому активировав их, я бесшумным шагом направился в сторону раздававшихся звуков. Выглянув из-за угла, я очень удивился отсутствию кого-либо, хотя шорох раздавался.

— Он точно такого роста? — я узнал голос дочери императора.

— Ты же знаешь, что в таких случаях я не ошибаюсь, — ответил ей голос эльфийки.

Я всматривался туда, где должны находиться девушки, но никого не видел. «Они что, тоже под амулетами скрыта или отвода глаз?», — подумал я. Скорее всего, так и есть. Но что они тут делают?

— Сюда клади иголки, — опят эльфийка. — Вроде все точно рассчитали — должен зацепиться и упасть.

Так это они мне какую-то пакость приготовили! Ну, погодите. Я дождался когда закончат свои темные дела и решил проследить за ними, что знать куда перенести их пакость. Если удастся, конечно. Видеть я их не видел, зато неплохо слышал — ходить бесшумным шагом их не учили, хотя на счет эльфийки я в этом не был уверен. Так, идем в сторону домиков боевого факультета — все верно. Вот знакомый дом, за которым наблюдали темные личности, про которых я и забыл. Надо же, а они то обитают именно в этом домике. Теперь быстренько домой и постараться найти и обезвредить ловушку.

Я подошел сбоку от моего входа и стал тщательно искать рукой то, за что я должен зацепиться. Пока ничего, но тут моя рука задела что-то прочное и тонкое. Тонкая нить, натянутая поперек дорожки — я бы такую точно не заметил. На иголки, я так понимаю, должен упасть, вот и ищу их.

— …, - не сдержавшись, выругался я, когда иголка уколола меня в ладонь.

Захватив из дома полотенце, я перенес всю ловушку к входу в дом принцесс. Не мудрствуя лукаво, я сделал один в один, как и у меня, затем отправился на тренировку. Сегодня я решил проверить одну идею. До этого я старался совместить разные техники, чтобы это выглядело плавно и красиво, но сегодняшняя задача другая. Я подумал, что если уж придется участвовать в дуэли, то это должно выглядеть комично и так, как будто я и мечами то орудовать не умею. Но и в тоже время противник ни в коем случае не должен меня достать. Вот сегодня и решил применить с мечами движение, которые никак не подходят для них. Получилось с первого раза, но я понял, что атаковать в этом случае я просто не смогу, зато и меня не достанут. Представив, как это выглядит со стороны, я не удержался и тихонько захихикал — эдакий человек с мечами спотыкающийся и машущих оружием, как дурачок палками. А картина, нарисованная моим воображением, где я сражаюсь с кем-то из аристократов, вообще сильно подняла настроение.

Все время до общей лекции я сгорал от любопытства — попадутся они в мою ловушку или нет? Еле сумел заставить себя завтракать со своей скоростью, а не так, как это делает Сардык. Он, кстати, теперь всегда принимал пищу со мной, да и сдружился я с ним немного. Вот в помещение вошли принцессы со своими спутниками. Я скучающе смотрел немного в сторону, но краем глаза видел, как они обе гневно посмотрели на меня, даже задержали взгляд на пару секунд. Но я продолжать смотреть в свою сторону, но понял, что в ловушку как минимум одна попала. Сегодня нам дали новый материал, немного, но хоть что-то. На практическом занятии мы, как и прежде занимались тренировкой зрения, но сегодня нам начали подробно рассказывать о работе с плетениями. Точнее, как их «рисовать» и как в них вливать ману. Оказывается, артефакторы работают с потоками по-другому, их изначально учат дозировке и медленному течению энергии, в то время, как на боевом чем быстрее создашь заклинание и в него вольешь ману, тем лучше. В общем, я понял, что обучают здесь правильно, только материал дается очень медленно, учитывая специфику учеников. Для меня же после технического ВУЗа запоминать материал было проще простого.

Еще я думал предупреждать этих проказниц про интерес темных личностей к ним или нет. Решил предупредить — как-нибудь подбросить им записку. Но тут же у меня в голове молнией проскочило понимание, что их должных охранять очень серьезно, а значит ни их шалость в отношении меня, ни мой ответ на это не остались незамеченными. Сильного мага-менталиста мои амулеты не введут в заблуждение. Значит, соответствующие службы знают об этом, как и о том, что я тренируюсь с мечами. То-то сегодня во время ночной тренировки я периодически чувствовал то ли взгляд, то ли внимание. Но длилось это настолько мало и было настолько расплывчато что ли, что я не обращал внимания, зато после этих раздумий все стало на свои места. Хорошо, что сегодня я тренировал ту несуразицу. От предупреждения после некоторых размышления я решил отказаться, если меня видели, значит и тех личностей видела их охрана. И тренировки свои на природе решил прекратить минимум на месяц, а в качестве тренировочного зала использовал комнату. Пусть она была небольшая и несколько неудобная, зато никто ничего не увидит.

Что еще меня стало напрягать, так это периодически бросаемые на меня то изучающие, то подозрительные взгляды Линды и той безымянной красавицы. Первую я еще мог понять — Агата перепутать с другим конем довольно тяжело, если узнаешь его близко, а у меня изменилось только лицо, но комплекция и манеры остались прежние. Но что от меня надо второй? Эти мысли терзали меня еще три недели, пока я впервые не сумел нарисовать линию плетения. Пусть небольшая, пусть толстая и не совсем линия, но у меня получилось! Я выбросил из головы всех этих девушек и занялся магией. К слову сказать, принцессы больше мне не пакостили, но взгляды их становились все более многообещающие.

Еще мы стали посещать занятия на других факультетах, но только те, где изучались плетения, объяснялась их суть и использование. Я старательно все перерисовывал к себе в тетрадку, а дома потом занимался разбором и пытался их создавать. Получалось надо сказать не очень, но с каждым днем мне давалось это все легче и легче, и линии соответственно были ровнее. Однажды на практическом занятии я чуть было себя не выдал. Нас проверяли на то, как мы научились рисовать линии заклинаний, и хорошо, что первым вызвали не меня. Когда преподаватель похвалили одного из учеников за его умение, я сначала удивился, думая, что это ирония, но потом сообразил о своей ошибке. Вторым вызвали орка — вот у кого почти ничего не получалось. Зато у меня появились ориентиры на максимум и минимум умений. Свой уровень я показал немногим лучше орка. Нас и ним пожурили и рекомендовали чаще тренироваться. А на одном из занятий по целительству, я узнал очень интересный факт. Одна из учениц спросила:

— А есть какое-то плетение, что снимает сексуальное желание?

— У тебя оно присутствует, это самое желание? — удивилась преподаватель.

— Нет, — ответила девушка, затем немного смущенно добавила, — у меня его вообще не стало. Это меня спросили.

— Странно, — ответила учитель. — Что ж, сейчас уже можно сказать. Учеба в школе построена таким образом, что в первые три месяца все силы, как магические, так и жизненные, уходят на ваше развитие, тем самым блокируя тягу к противоположному полу. И когда ваше тело осваивается с такими нагрузками, переходя некий рубеж, то оно начинает наверстывать упущенное. Происходит это спустя три с половиной или четыре месяца. И только, если человек одаренный, то это может произойти раньше. Надо будет присмотреться к ученикам.

— Так вот почему три месяца нас никуда не выпускают, — пробормотал я.

Но у учителя оказался отличный слух, поэтому она обратилась ко мне.

— Все верно. Но причины, о которых вам говорилось ранее, тоже имеют место быть.

— Ага, — иронически ответил я, — а если учесть, что подавляющее большинство учеников парни, то вскоре за воротами будет не протолкнуться от девушек разного поведения.

На это мое заявление все засмеяли, а орк замотал головой, что все притихли и посмотрели на него.

— А я уже думал, что меня кто-то проклял, — донесся до нас его голос.

Через секунду все поняли смысл фразы и уже захохотали, в том числе и учительница, и сам Сардык.

— И сколько будет идти это самое наверстывание упущенного? — спросил я.

— Не более пяти дней, — с улыбкой ответила преподаватель.

— Хорошо, что не три месяца, — серьезным тоном сказал я, — иначе почти все девушки и женщины покинули бы столицу.

Под новый хохот закончилось это занятие. Я же для себя сделал вывод, что не занимайся я самостоятельно, да еще и усиленно, то пришлось на полном серьезе искать возможности выхода за пределы школы. За две недели до окончания нашего затворничества в школе, я наконец-то смог самостоятельно нарисовать плетение света. Оно было самое простое, и все маги начинали с него, как артефакторы, так и целители, и боевики. Оно могло внедряться в любую заготовку и при подаче маны, она светилась. Можно было влить в него свою ману, тогда амулет светился, пока не закончится энергия. При использовании в заготовке накопителя, работал до полного его опустошения. Никакого отключения в этом заклинании не предусмотрено, поэтому чтобы отключить, надо просто отсоединять накопитель. На радостях я три дня ничего не делал и только потом вспомнил о словах учителя факультета целительства. Возобновление нагрузок лишь немного снизило тягу противоположному полу, поэтому я все чаще стал ходить в ту часть школы, где никогда никто не ходил, и рассматривал защитный барьер, чтобы найти возможность сбежать в город.

В этот раз я решил осмотреть другую часть, может быть, там найду какой изъян. Вышел я, как всегда вечером и под амулетами. Частое их использование привело к тому, что те почти разрядились, хорошо, что нас уже научили сливать ману в накопители, чем я и занимался каждый день перед сном. Идти пришлось через дома боевого факультета, поэтому, чтобы не попасться на глаза охране принцесс, я обходил эту часть по кругу. Вдруг из открытого окна дома, мимо которого я проходил, раздались сладострастные женские стоны. Воображение тут же нарисовало соответствующую картину и я, не сдержавшись, подкрался к окну и заглянул вовнутрь.

Действительность оказалась другой, чем в моем воображении — девушка была одна и сама себя ласкала. Желание настолько выросло, что я, отбросив все разумные доводы, запрыгнул в комнату, прикрыв за собой окно. Девушка уже ничего не слышала, поэтому я принялся ей помогать. Она одернула свои руки и испуганно посмотрела на меня, затем удивленно осмотрелась вокруг. Ее возбуждение и мои ласки сделали свое дело и спустя пару часов она, потеряв сознание, откинулась на подушку. У меня тоже схлынуло это состояние постоянного возбуждения, и я с ясной головой отправился к себе.

А через два дня Сардык сообщил мне сногсшибательную новость — у нас в школе завелся призрак или невидимка, который по ночам приходит к девушкам и домогается их. В результате чего они на пике удовольствия теряют сознание. Тут я не выдержал и захохотал. Смех пробрал меня настолько, что остановится я не мог, и начал успокаиваться только тогда, когда начал побаливать живот. За это время к нам подошли еще ученики и спрашивали про мою истерику. Орк им говорил причину моего смеха, те непонимающе глядели на меня, рождая во мне новые волны хохота.

— Сардык, — успокоившись, сказал я, — ну что ты веришь в разные выдумки.

— И ничего не выдумка, — заявила одна девушка, — он к моей подруге приходил, так она до сих пор с мечтательной улыбкой ходит.

И она посмотрела назад и влево. Там действительно стояла девушка, вот только на лице была не улыбка, а гримаса неудовольствия.

— По-моему у нее выражение недовольства, а не мечтательности, — заметил я.

— Так это потому, что сегодня этот призрак не приходил, — ответил кто-то, кого я не смог разглядеть.

В этот раз засмеялись все, кроме этой самой подруги, которая смутилась и покраснела. «Неужели и в самом деле она так алеет, что сегодня „призрак“ не приходил?», — проскочила у мен мысль. Успел заметить, как к нам приближаются наследницы, но в этот момент пришел преподаватель и началась новая лекция. День прошел, как и все предыдущие, и вот мы с Сардыком идем в столовую.

— А все-таки было бы очень хорошо поймать этого невидимку, — немного мечтательно сказал орк.

— На кой он тебе сдался? — он удивленно посмотрел на меня, затем стукнул по лбу.

— Я совсем забыл, что ты ничего не знаешь, — начал просвещать он меня. — У нас орки могут брат несколько жен, но при одном условии, — он посмотрел на меня, — можно взять столько жен, сколько можешь одновременно их удовлетворить. Вот и хочется его поймать, чтобы он научил меня своему умению. Это же сколько жен я смогу взять, — он мечтательно улыбнулся.

Я не выдержал и засмеялся. Затем попросил его не обижаться на меня и мои слова. Попытался объяснить как это странно должно выглядеть, но тот меня перебил и заявил:

— Знаешь, из-за этой нашей силы многие ваши женщины с удовольствием ложатся с нами в постель.

Наконец-то сегодня мы идем в город! Из подслушанных разговоров я понял, что к этому времени все будущие маги научились работать с потоками маны, а значит, организмы сейчас начнут приходить в свое нормальное состояние. Из нашего факультета плетения видели все, даже орк не уступал другим в этом компоненте. Но вот в рисовании линий заклинаний у него получалось очень плохо. Видел я лучше остальных, но немного, а вот во втором компоненте я значительно превосходил их. Линии заклинания света у меня получалось не только ровные, но и тонкие, что позволяло при той же светимости использовать меньше энергии. Сейчас размер моего светящегося амулета был размером с ладонь, что являлось намного меньше, что все магические светильники виденные мной в обиходе. И я точно знал, что размеры можно еще уменьшить, сделав линии плетения совсем тонкими. А тренировал я его не зря, мне необходимо зарабатывать себе денег, и это был самый простой для меня на данный момент способ. И сегодня я собирался присмотреть заготовки под амулет и дешевые камни под накопители.

Приближаясь к воротам, я заприметил, как две знакомые девушки, увидев меня, двинулись на пересечение, причем, с разных сторон. Блин, достали уже. Стоило только несколько раз с ними поболтать, как началось «А когда ты пригласишь к себе?» или «Ой, как было бы хорошо погулять сегодня вечером». Опять же — если Линду я понимал, поскольку она не смогла наладить отношения ни с одним парнем, общаясь только с двумя девушками, то вторая из старательно избегала всех знакомств с противоположным полом, зато ко мне липла, как репей. Это было очень подозрительно, ведь я ее не знал, как и она никак не могла знать меня, вернее, имя только знал и то, что она из Зарии. Еще из разговоров с валькирией понял, что Кир, как она меня назвала, это имя человека, в тело которого я вселился. А узнав его родовое имя — ан’Дрей, вообще обалдел от такого совпадения. То есть интерес Линды можно еще и этим. Но мне отношений с ними не надо, поэтому придется их просто послать. Вот перед воротами они меня и перехватили, зыркнули друг на друга недовольным взглядом, а потом…

— Андрей, пошли вместе отдыхать, — сказали они хором.

— Девушки, говорю вам первый и последний раз — я не хочу ни и с кем из вас никаких отношений. Поболтать в школе — пожалуйста, но чего-то другого не хочу. Все! — развернулся, чтобы уйти.

Но не тут-то было — передо мной стоял какой-то третьекурсник.

— Дамы, он нанес вам оскорбление? — спросил тот девушек.

— Нет, — валькирия.

— Да, — зарийка.

— Я вызываю вас на дуэль, — обратился он ко мне.

Я посмотрел на него. А ведь он, в самом деле, хочет защитить честь девушек, а не повыпендриваться, как это делают аристократы из свиты принцесс. Ни спеси, ни презрения, только полная уверенность в своей правоте.

— Пошли поговорим, — я развернулся и вышел за пределы школы, и отойдя чуть в сторону, сказал. — Мои условия: бой за городом, без брони, без свидетелей, подробности поединка не разглашать, при любом исходе девушкам сказать, что оскорбление отомщено.

Я уверен, что он примет предложение и не расскажет о ходе поединка ничего. Было в нем что-то такое, что однозначно говорило об этих его чертах характера. Как я и думал, он принял мои условия и, чтобы не откладывать в долгий ящик, мы сразу направились в сторону ворот. По дороге я пообещал, что укажу место, где нам никто не помешает решать наши разногласия. Был у меня и свой интерес — я совершенно точно знал, что он мастер меча, а мне хотелось проверить свои навыки по контролю. Когда мы вышли за пределы города, он сообразил, что у меня отсутствует оружие, на что я сказал, что его просто не видно. Пока шли, он периодически осматривал меня, видимо стараясь обнаружить мои мечи. Я свернул к лесу, примеченному мной еще по дороге в столицу. Мы разошлись метров на сто, ища поляну.

— Здесь, — услышал я его крик.

Поляна оказалась небольшой, но места нам хватит. Я обошел вокруг, но никого не встретил, что и было необходимо. Пожалел еще, что не могу создать ни поисковую волну, ни сигнальную сеть или другую какую сигналку. Когда вернулся, мой соперник спросил про оружие.

— Вот мое оружие, — и я показал кулаки.

Он очень сильно меня удивил, не став ни насмехаться, ни ехидничать. Более того, он внутренне собрался, готовясь к бою — это подсказала память Кира. Значит он встречался с воинами, владеющими приемами боя без оружия. «Интересно где?», — мелькнула мысль, но тут же была отброшена, а я вошел в состояние полного контроля. Первые же секунды схватки показали, что я прав — мой соперник не спешил, медленно обходя меня по кругу — я же с опущенными вниз руками поворачивался за ним. Свое оружие — меч и длинный кинжал, он держал на манер зарийских мечников — левосторонняя стойка с выставленным вперед кинжалом в левой руке, и отведенный назад меч в правой. Стиль эффективен при отличной стали на кинжале, которым надо отводить удары, и великолепное владение левой рукой. Высшее умение этой стойки — это отвод оружия противника таким образом, что тот не видит колющую прямую атаку меча. «А все-таки отец очень многому успел научить меня», — мелькнула на краю сознания мысль.

И тут я почувствовал, что через мгновение начнется атака. Небольшой шаг вперед с поднятием правой руки, разворот корпуса — кинжал останавливается передо мной, несильный удар снизу под локоть — горизонтальная атака соперника сорвана. Он резко убирает кинжал, разворачиваясь, и наносит прямой удар мечом, который проходит рядом. Легкий наклон вперед и шаг в сторону с разворотом корпуса — противник поворачивается влево и его колющий удар переходит в горизонтальный, проходя в десяти сантиметрах от меня. Затем он отпрыгивает назад.

— Я проиграл, — и он наклонил голову в уважительном поклоне и признании поражения.

Удивил так удивил. Только благодаря состоянию контроля я не выронил свою челюсть, зато окончательно убедился, где-то здесь имеются мастера моего уровня, если не выше. Я наклонил голову в ответ со словами:

— Условия дуэли помните? — он кивнул. — Вот и славно, всего хорошего.

И я направился по своим делам искать заготовки и накопители под светящиеся амулеты.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

Третий сын графа ан’Хагена Верит со скучающим видом шел в город, когда услышал оскорбление двух девушек, одна из которых была вообще валькирией. У них в Зарии он и не обратил бы свое внимание на это, но здесь он уже столько раз видел различные оскорбления в отношении девушек и женщин, что пройти мимо он не мог — соответственное воспитание не позволяло ему совершить такой поступок. Более чем за два года это чувство в нем только обострилось, поэтому, когда одна из девушек сказала, сказала, что оскорбление присутствует, он, не задумываясь, вызвал обидчика на дуэль. Мог вызвать и на магический поединок, но посчитал это бесчестным, поскольку сам прекрасно помнил свои умения на первом курсе после трехмесячной учебы. По дороге он спросил своего будущего противника об оружии и, получив ответ, пытался увидеть его под одеждой. Он прекрасно знал, что есть воины, любящие кинжалы и великолепно сражающиеся ими, но обнаружить их у него не получалось. По своей фигуре этот парень вполне подходил для таких бойцов — невысокий, некрупный, если еще и ловкий, то это и есть качества таких бойцов.

Лесок, куда привели его, он и сам бы выбрал для условий дуэли, и через пару минут нашел подходящую поляну. Ответ на его вопрос об оружии заставил отнестись к своему сопернику очень серьезно, ведь он прекрасно знал, что есть такие бойцы и на что они способны. Боевой транс второго уровня погружения дался легко, но первая же не получившаяся атака заставила усомниться в своей победе, а вторая убедила окончательно. «Высший ранг боевого искусства неведомых!», — удивлением мелькнула мысль, — «Откуда у пятнадцатилетнего парня эти умения?». Да, движения немного отличается от того, что он видел у своих коллег, но это именно оно.

— Я проиграл, — сказал он и, признавая свое поражение, склонил голову, как это принято в Зарии.

Парень ответил ему тем же, чем немного удивил, напомнил про условия дуэли и был таков. Возвращаясь обратно, он все хотел понять кто его учитель, но не получалось. Ведь он неплохо знал как воинов этого направления, так и учителя. Их всего-то был десяток. Конечно, он не был знаком со всеми членами клана, хотя и насчитывалось их немногим более сотни, но такого умелого воина точно бы не забыл. С такими мыслями он и дошел до школы, поскольку идти в город сейчас никакого желания не было.

— Как прошла дуэль? — услышал он знакомый женский голос, который вывел его из раздумий.

Удивительно, но обе девушки ждали его у ворот. Он нашел взглядом оскорбленную и сказал:

— Вы отомщены, — и развернулся, чтобы уйти к себе, как услышал голос другой девушки:

— А где Андрей?

Он остановился и развернулся к ним. Барон ан’Дрей был одним из лучших мечников клана. «Неужели это его пропавший сын?», — подумал он. — «Совсем не похож». Хотя возраст и телосложение соответствует ему, но это точно не он.

— Ан’Дрей, ан’Дрей, — медленно проговорил он, как будто что-то вспоминая. — Точно, дома я слышал, что баронов этого рода произошла какая-то беда. Так это их родственник?

— Нет, — ответила валькирия, — это имя, а не родовое имя, как вы вероятно подумали. А у семьи баронов пропал их сын.

— А вы откуда знаете? — удивленно спросил он, но глаза остро смотрели на девушку.

— Знаю! — Линда поджала губы, давая понять, что на эту тему разговаривать больше не будет.

— Поскольку все вопросы решены, разрешите откланяться, — Верит развернулся и ушел к себе.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

С каждым днем учебы Лина раздражалась все сильней и сильней. Уровень обучения был низкий, что неудивительно для этого мира, все, что преподается, она знала и так. На факультете целительства, куда они периодически ходили изучать заклинания, и то было намного интересней, ведь дома это направление откровенно никакое. Она бы уже давно ушла, но ей очень хотелось проверить подозрительного парня. На более тесный контакт он не шел ни в какую, что задевало ее, как красивую девушку и ей хотелось его сломать, чтобы он преклонялся перед ней и выполнял все ее желания. Но он строго держал дистанцию, а ей для проверки необходима хоть капля его крови. Она даже согласна на секс, где в порыве страсти поцарапает его и узнает все, что ей нужно. Поэтому когда какой-то третьекурсник спросил об оскорблении, у нее в голове родился план — пусть вызовет его на дуэль, глядишь, Андрей и согласится. А там достаточно даже засохшей крови, чтобы она почувствовала человека. Радостно проводив парней, она решила подождать их возвращения. Ждать пришлось недолго, и спустя полтора часа ее защитник вернулся. Она настроила все свои чувства, чтобы уловить эманации крови, специально заговорила и находилась рядом, но все напрасно. «Но если ее герой цел и он победил на дуэли, значит его противник, проиграл. Не может быть, чтобы обошлось без повреждений, поэтому надо просто подождать», — подумала она и отошла немного в сторону. Андрея ждать пришлось довольно долго, но вот появился и он. Перекинулся парой слов с валькирией и направился к себе домой.

Она пошла к нему навстречу, но парень мазнул по ней взглядом и прошел мимо, а Лина так и застыла. Опять ничего не почувствовала. Но этот момент только усилил ее желание разгадать тайну этого человека, а она чувствовала, что та имеется. Ну не может нормальный парень никак не реагировать на ее красоту, а значит, делает это специально в силу каких-то причин. Если до конца первого учебного года у нее ничего не выйдет, то на каникулах поедет к его родителям.

Мир Оравия, Империя, окрестности города Калген.

Теперь можно заняться своими делами. Рынок находился немного в стороне от тракта, вот к нему я и направился. Во здесь зазывал было много, и все эти крикуны пытались затащить меня к своему прилавку. Меня же интересовали поделочные камни и что-то, что можно использовать под мой амулет. Я шел по рынку, выискивая ювелирную, кузнечную или магическую вывеску, как почувствовал на себе взгляд. Обернулся. Нда, в такой толпе вряд ли я смогу распознать человека, заинтересовавшегося мной. А если это вор, то они все неприметные. Но тут мой взгляд упал на прилавок и камнями, нет, не драгоценными и даже не полудрагоценными. На нем лежали булыжники больше всего похожие на руду. А за прилавком сидел орк. Сообразив, что и тут можно найти подходящий товар, я подошел и принялся рассматривать все. Мое внимание привлекли небольшие, сантиметр в диаметре камни, подходящие для моей задумки. Их лежало всего семь и были они разные, что заметно невооруженным взглядом, но все темных тонов от черного до коричневого. «Как там нас учили?», — я вспомнил учебу, — «Если не уверены подходит камень для накопителя или нет, по попробуйте влить в него ману. Чем труднее это сделать, тем более качественный выйдет накопитель». Я взял первый попавшийся, но тут заговорил орк.

— Это для недорогих бус для девушки. Если им придать форму и отшлифовать, то получится красиво.

И он положил на прилавок бусы, в которых чередовались светлые и темные камни. В самом деле, смотрелось неплохо. Я же взял первый и принялся рассматривать, но на самом деле постарался влить ману — никакого сопротивления. Произошло это на пятом камушке. Я по инерции приложил небольшое усилие по передачи энергии — а там стена. Делая вид, что понравился камень и я его рассматриваю, сам же сконцентрировался на его заправке. С огромным трудом мне это удалось, по ощущениям даже тяжелее алмаза, на котором мы практиковались во время практических занятий. Продавец увидел мой интерес и заявил:

— Нет, этот не подходит. Плохо обрабатывается и хрупкий.

— Как это? — не понял я, ведь намой взгляд это взаимоисключающие понятия.

— Если не сильно на него давишь, то ничего не получается, а сильнее крошится. Мне он тоже понравился и я хотел обработать его, но смотри, что получилось.

И он выложил такой же камень, но вполовину меньше. Я взял и присмотрелся к нему. Часть, где орк пытался обрабатывать, сразу бросалась в глаза, и у меня создалось впечатление, что крошился он по узлам кристаллической решетки. «Такие камни надо обрабатывать лазером», — мелькнула у меня мысль. — «Лазер? Что это такое? Вид когерентного излучения», — пришел ответ. Вспомнил даже подробности.

— Мне тоже понравился, попытаюсь обработать, — как бы в сомнении произнес я. — Сколько у вас их?

— Да всего три штуки нашли в пустоши, — ответил тот.

Я сделал себе зарубку — расспросить Сардыка про их пустоши. А мне подошел седьмой камень коричневого цвета. Я взял десяток их и забрал найденные в пустоши. Последние, понятное дело, я купил для себя. Теперь заготовки. Осмотрелся вокруг, но кроме оружейной лавки ничего не увидел, вот пошел спрашивать там. Но по пути увидел магическую лавку и зашел в нее. Разочарованию моему не было предела — светильников, какие я хотел наделать и продавать, здесь было достаточно много. Но тут были и заготовки под амулеты — какие я хотел, и больше, и меньше. Длина самых маленьких заготовок была пять сантиметров, а диаметром два. Или это была пластина пять на два или три сантиметра. Материал заготовок был самый простой — бронза. Но присутствовал и положительный момент — амулетов с самыми маленькими заготовками здесь не было. Кстати, не припомню, чтобы и в лавке артефактора в столице я видел их. Наверное, это настолько тонкая работа, что делается только под заказ. Надо будет узнать на занятии. Я купил себе под одной маленькой каждого вида и две размером с ладонь. Придется продолжить усиленно работать над своими умениями, главное, что я знаю какой должен бы идеал. Немного разочарованный, я направился домой. По дороге я несколько раз чувствовал на себя взгляд, как мне показалось один и тот же, но обнаружить кого-то не получалось. Даже когда максимально быстро развернулся, не заметил никого подозрительного. Покупок дорогих я не делал, деньгами не светил, так что воры отпадают. Кто-то очень умелый следил за мной, а нанять такого человека могли позволить себе только принцессы со своей, так называемой, свитой.

У ворот меня окликнула Линда:

— Андрей, как ты?

— Нормально, — на ходу ответил я.

И эта тут, да еще какая-то сосредоточенная. Я прошел мимо, зашел домой, оставил все вещи и направился выгуливать Агата.

В середине недели вспомнил, что хотел узнать у орка, что собой представляет их Великая пустошь. Оказалось, что они живут на границе со стороны Империи, а не в самой пустоши. Да и не пустошь она сейчас, вот только деревья там все мутировали так, что невозможно определить, что они представляли собой ранее. Сейчас с ней сжились, но периодически возникают споры на предмет возникновения, ведь она существовала еще до войны с демонами. Совершенно точно установлено, что там жила раса двуногих, двуруких разумных, кости которых несколько раз находили. Но более точных сведений добыть очень тяжело, ведь мутировали не только растения, но и животные. И растения, и животные могут существовать только в ее пределах, а за границами погибают. Но вторые очень хорошо чувствуют пределы и сами по себе никогда не пересекают границы, какими бы голодными не были. Но любителей поисковиков всегда хватало, причем и эльфов, и людей, и орков, ведь граничит пустошь с тремя странами: Империей, Зарией и Первым лесом. Артефакты, которые там находят, сейчас не может повторить никто, да и ранее не могли. Все маги уверены, что уровень развития той расы значительно превосходит их умения. В общем, после его рассказа и после покупки накопителей, найденных там, я решил на каникулах съездить к Сардыку в гости, а дальше заняться поисковыми работами.

К концу следующей недели почти все ученики пребывали в интересном состоянии, и только парочки ходили с улыбками на лицах. У меня прошло все гладко, вероятно, сказалась одна разрядка, но все равно мне захотелось использовать все три выходных по максимуму. Соскучился я очень по походной жизни, поэтому и решил съездить на берег реки отдохнуть. Выезжая за ворота, как только их открыли, Агат заржал, понимая, что это не короткая прогулка. С собой я взял все свои походные вещи плюс еще новый амулет и заклинанием исцеления первого уровня, которое я все же умудрился нанести на большую пластину. Линии плетения получились неровные, но главное, что он работал, пусть и потреблял маны больше.

Выехав за переделы города, Агат сорвался в галоп, а я наслаждался потоком воздуха, дующим в лицо. Такая скачка продолжалась около часа, и конь подтвердил этим свое звание лучшего скакуна. Во второй половине я подъехал в реке и направился вдоль ее, выискивая хорошее место. Вот оно великолепный вид на излучину с небольшого обрыва, справа пологий спуск к реке, а здесь между деревьями можно поставить шатер. Все готово, Агат пошел пастись, а я, раздевшись, направился к спуску к реке. Вдруг меня обожгло сильнейшей опасностью, идущей сзади.

Глава 14

Мир Оравия, королевство Зария, баронство Дрей, замок барона.

— Не нравится мне это? — сказал Нарн командиру валькирий Хаине Фолькаф и показал на облако пыли, появившееся на горизонте.

— Твой? — спросила женщина, показывая на приближающегося к замку всадника.

— Да, из дальнего дозора. Наверное, донесение на счет этого, — и он кивнул в направлении облака. — Пойдем послушаем, что он скажет.

— Командир, — без предисловий начал доклад воин, — не менее ста пятидесяти всадников движутся к нашей крепости. Их командира рассмотреть не удалось, половина наемники, половина чья-то дружина.

— Значит, кто-то решился на захват, — подытожил Нарн. — Вывесить знак возвращения, — крикнул он в сторону надвратной башни. — Хаина, валькириям нельзя показываться на стенах — пусть для атакующих это будет сюрпризом.

— Нарн, какие новости? — раздался голос баронессы.

— Блин, — прошептал командир воинов, — как она все узнает?

— Интуиция, — также тихо ответила валькирия.

— Госпожа, — обратился он к баронессе, — к замку движутся не менее ста пятидесяти всадников. И это не просто так, наверняка намечается захват. Я не знаю причину, поскольку разглядеть командира не получилось, но вам лучше не показываться им на глаза и не вести никаких переговоров, — последние слова он произнес твердым голосом. — Я поклялся барону сохранить вам жизнь.

К его облегчению хозяйка не стала спорить, и со словами: «Действуйте, Нарн» удалилась в замок. В это время во двор прискакали оставшиеся пять дозорных. На вопрос о командире, они ответили отрицательно. Плохо, потому как зная того, кто стоит за нападением, можно хоть как-то прогнозировать. Приказал магу активировать защиту замка, а сам с Хаиной начали наблюдать за разворачивающимися действиями. Нападающие разделились на три группы: небольшая в центре и две с боков. Боковые начали выстраиваться в атакующий порядок, а от центральной отделился всадник и начал приближаться к крепости. Лицо его было скрыто капюшоном.

— Маг, — сказала валькирия. — Сильный, — добавила спустя полминуты.

— Если скрывает лицо, значит мы его знаем, — уверенно сказал Нарн. — А это говорит о том, что он может знать многое о защите замка.

Он повернулся к одному воину и начал отдавать приказы, главный из которых касался баронессы, которую необходимо перевести в новый подвал, предназначенный как раз для таких случаев.

— Быстро зови сюда мага, — услышал он приказ от валькирии. — Смотри, — она показала на начавших медленный разгон всадников, — маг готовится выбить ворота, а всадники должны проехать как раз вслед за атакой.

— Ворота укреплены заклинаниями, — возразил командир, и тут же добавил. — Но ты права.

— Вот именно, если это ваш знакомый, то и защиту он знает, а раз готовит атаку, то уверен в своих силах, — она, прищурившись, посмотрела в сторону атакующих, — что-то наподобие воздушного тарана, но могу разобрать.

— Удержать ворота сможешь?

— Не знаю, не уверена, — с сомнение сказала она.

Изменить расположение обороняющихся Нарн уже не успевал, только отдал приказ, что при стрельбе валькириям таиться нет смысла. В это время подбежал маг.

— Работать в паре умеешь? — сходу спросила его Хаина.

— Нет, — смущенно ответил тот.

— Тогда будешь ведомым, — чуть скривившись, ответила она. — Быстро!

Мужчина положил ей на плечи руки, а она, нарисовав в воздухе замысловатую фигуру, быстро разрезала над ней запястье. Побежавшая кровь растеклась по рисунку, а магиня достав маленький флакончик, вылила его весь. Правда крови там было всего несколько капель. «Кровь дракона», — догадался он. Он второй раз видел боевую магию валькирий, основанную на магии крови дракона, правда, первый раз это было атакующее заклинание. К боевой магии этого направления они прибегали в крайних случаях, стараясь пользоваться стандартными заклинаниями. Конница между тем набрала ход и достигла границы зоны обстрела, но он, повинуясь интуиции, приказал не стрелять. И как только фигура атакующего мага подернулась дымкой, Хаина сделала свой ход — резко опустила руку и рисунок, увеличиваясь в размере, опустился вниз и закрыл вход в замок кровавой стеной. Сгусток раскаленного добела воздуха врезался в нее и, прорвав, ударил в ворота. Магиня вскрикнула и начала оседать, а Нарн увидел, как потекла кровь по ее лицу, а из запястья брызнула фонтаном.

— Атака, — крикнул он, подхватывая валькирию на руки и пережимая ее запястье своей рукой.

От мага тоже толку не было, потому что он тоже упал без сознания, хорошо, что хоть кровотечений не наблюдалось.

— Командир, — к нему подскочила одна из телохранительниц баронессы, — госпожа сказала, чтобы всех раненых несли к ней.

Он передал ей магиню, обратив внимание на запястье и та понимающе кивнула, а сам посмотрел на площадку перед воротами. А там было на что посмотреть. Не менее пятидесяти всадников должны были после того, как будут выбиты ворота, ворваться в замок. Время атаки рассчитано было очень точно, поэтому первые всадники никак не могли успеть притормозить коней — они и врезались в ворота. На них накатились следующие, и только последующие смогли сбросить скорость. Но в то же время они стали прекрасной мишенью для лучников и арбалетчиков. Последние воспользовались момент на все сто процентов — из первой волны атакующих не выжил никто. Вторая волна, которая тоже уже подъехала довольно близко, остановилась и, развернувшись, отступила. Нарн перегнулся через парапет и глянул вниз — перед воротами была свалка из переплетенных человеческих и лошадиных тел. Посмотрел в сторону врага — маг не стал больше атаковать и вернулся к центральной группе воинов. То ли не захотел, то ли полностью выложился. Второе для них было бы предпочтительней. Сзади раздались шаркающие шаги, а спустя десяток секунд он услышал уставший голос мага:

— Ох и приложило, никогда так хреново не было. Как Хаина только выдержала это? Будет, будет она жить, — ответил он на вопросительный взгляд командира. — Впервые в жизни видел боевую магию крови валькирий, — добавил он чуть погодя.

— Ты как? Колдовать можешь?

— Нет, максимум на что хватит это залечит царапины, а про боевую или защитную магию не вспомню еще долго.

— А тот? — командир кивнул в сторону неприятеля.

— Я думаю, что он использовал какой-то артефакт, поэтому и состояние его должно быть лучше. По крайней мере, в себя придет он намного раньше меня, не говоря уже о нашей воительнице. Но повторное использование артефакта будет нескоро — не сегодня уж точно, да и не завтра.

— То есть у нас в запасе полтора дня? — задал Нарн себе риторический вопрос.

— Не обязательно, — ответил на него маг, — Если сегодня вечером они начнут атаковать магией, разряжая наши накопители защитных заклинаний, то задействовать свой артефакт в скором времени не смогут.

А перед сумерками враги начали магические атаки. Атаковали все те же ворота с трех точек. «Скверно», — подумал Нарн. — «Долго накопитель не продержится». Уже за полночь атаки прекратились и воины, кроме дежурных, отправились на отдых. Правда, еще маг занимался подзарядкой накопителя ворот, сливая в него те крохи маны, что успел восстановить. А утром атаки возобновились с новой силой. Магиня после истощения и магического отката в себя еще не пришла, хотя состояние ее стабилизировалось. Поэтому Нарн приказал магу прекратить сливать ману в накопитель и готовиться к защите или лечению ранений. Штурмовать замок нападающие не собирались, хотя и построились в подобие строя, ожидая когда маги закончат возиться с воротами. Атаковать конницей в этот раз не будут — это тогда они рассчитывали на внезапность, зная, что Фарена нет в крепости, а получив отпор и сюрприз в виде дополнительной магической защиты, будут действовать по стандарту осады. «Жаль, что никто, кроме Фарена не умеет перенаправлять потоки маны от одного накопителя к другому», — подумал командир охраны замка, когда ему доложили, что скоро магическая защита ворот исчезнет. — «Больше ждать нельзя». И он спустился вниз.

— Как исчезнет защита, отойдите от ворот — их наверняка будут выбивать магией. Я стою в проходе, меня страхуют четыре воина, лучших мечника, остальные это стрелки. Часть на стенах, часть во дворе.

Ждать долго не пришлось — строенный удар и металл, вторым были оббиты ворота, прогнулся, а деревянная часть треснула. Еще удар и одна створка оторвалась, а другая с шумом ударила по стене. И тут же атакующие перешли в атаку. Бежали слаженно, прикрываясь от стрелков на стенах щитами, но все равно то стрела, то арбалетный болт находили свою цель. Как только первые враги забежали в ворота, их встретил арбалетный залп, полностью выкосив первый ряд. Перепрыгивая через них, под свод прохода ворвались следующие, где их встретила всего одна фигура воина.

Привычно погрузившись на третий уровень боевого транса, Нарн загородил проход. Атаковавшие были хорошими бойцами, может быть, даже отличными, но первые два, которые должны были связать защитника боем, не успели сделать и пары атак, как умерли. Один с перерезанным горлом, второй получил удар под мышку в сочленение доспехов. Два других, которые должны были проскочить за спину, получили раны в ноги. Он сделал шаг назад, чтобы трупы не мешали ему сражаться, но в то же самое время атакующим служили помехой. Следующих врагов он не убивал, а только калечил, от чего они еще больше мешали атакам своих товарищей. Еще дважды им удавалось проскочить за спину, но Нарн умудрялся наносить тем раны, что четверка подстраховки легко их добивала. Еще большую сумятицу вносили арбалетчики, периодически появлявшиеся из-за стены и точными выстрелами уменьшали число врагов.

Вот атакующие отошли и перед ним появились два мастера меча. «Теперь придется вспомнить уроки барона», — подумал он и его техника чуть изменилась. Отвод, отвод, удар — враг отклонился и когда меч Нарна не дошел всего какой-то сантиметр до врага, он резким толчком направил энергию по клинку. Враг пошатнулся, но воспользоваться моментом он не успел — звание мастера дается не просто так, да и очень слаженно они работали в паре.

— Высший, — крикнул получивший удар своему напарнику.

Все верно, именно так сообщают про мастера, достигшего вершины боевого искусства. И они стали действовать более осторожно, стараясь не допустить близости его клинка. «Это вы еще не сражались с моим господином», — подумал он. — «Или вообще с бесконтактниками». Правда, последних было очень мало, ведь далеко не каждому дано овладеть этим видом искусства.

— Отойдите, — последовал приказ и Нарн узнал голос Просгора, личного мага брата его сюзерена.

Все стало на свои места: и похищение Кира, и знание защиты замка, и того, что в нем отсутствует барон со своим магом. Те отскочили назад и к стенке, но защитник просчитал этот маневр и сам прыгнул вправо, прижимаясь к стене и нанося правым мечом удар по врагу. Меч не достиг цели, но остановился в сантиметре от шлема прямо напротив виска. Энергетический его удар совпал с огненным шаром, пролетевшим во двор. Оттолкнувшись от стены, он бросился к магу, но тот предугадал этот ход и новый огненный шар ударяет в него. Он почувствовал, как рассыпался его талисман, спасая от смерти. Чуть отклонился в прыжке в сторону и вся левая сторона от шеи и вниз отрезается. Но она уже и не нужна вовсе — он видит ужас в глазах магистра и в следующий миг его меч сносит тому голову. Он пытается мягко приземлиться на ногу, но какая-то сила дергает его вверх.

Нарн увидел, как падает его тело и все понял. Начало тянуть куда-то вверх, но его стальная воля вступила в противоборство с этой силой и та отступила. Повернулся к замку. Там на выходе из ворот стояли его воины и воительницы, сдерживая врага. Самые меткие лучники и арбалетчики отстреливали атакующих со стен, а им противостояли два оставшихся мага. Но он уже понял, что их уровень — адепт или низшая ступень мастера магии. Он видел, как атакующим удалось ворваться во двор благодаря оставшемуся в живых мастеру меча, но там его воины встали намертво. Исчезли со стен арбалетчики и лучники — значит внутри замка совсем жарко. Звуков он не слышал, но какое-то чувство заставило его оглянуться.

Не менее пятидесяти всадников, половина из которых были валькирии, неслось на оставшуюся группу из двадцати воинов, а впереди летел его господин. Вот он чуть сбавил ход и вперед вырвался ехавший рядом человек, в котором он узнал мага Фарена Дорована. А в следующее мгновение на вставших в оборонительный порядок врагов, полетело нечто темно-зеленое. Нарн знал, что Фарен целитель и боевая магия у него не на самом высоком уровне, но именно это заклинание было из магии жизни — оно просто высасывало жизнь из любого живого существа. Сквозь него пробежал кто-то, и Нарн вздрогнул от этого. Повернулся к замку — там увидели, что обороняющимся подошла подмога, и бросились к лошадям в надежде скрыться. Вслед за ними выскочили остатки его подчиненных. «Теперь можно и уходить», — подумал он и ослабил волю. В следующее мгновение его дух устремился ввысь.

Мир Оравия, Империя, город Калген, столица, императорский дворец.

Никогда ранее малая приемная не использовалась так часто для совещаний, как в последние полгода. В последние три месяца император совещался со своими доверенными людьми каждую декаду, а при срочных делах и того чаще. На лицах всех присутствующих читалось напряжение и обеспокоенность, ведь знали они намного больше других.

— Начнем с тебя, Крив, — император посмотрел на начальника тайной службы. — Ответь сначала как зарекомендовал артефакт, который нам передал Владыка эльфов.

— Отлично, ваше величество, — ответил Варнамен, — нежити незамеченной не пройти. В отличие от артефакта некромантов, в этом случае нежить чувствуют воздействие, но оно сказывается на их быстроте и уничтожить их проще, хотя тихо спеленать не получается. Да и маны тратит он много, но это мы и так знали, но все-таки необходимо учеников школы обязать сливать свою энергию в накопители. На воротах, где стоит артефакт некромантов никаких происшествий, что настораживает. Создается впечатление, что вампиры нашли какую-то лазейку в город. На границе Туманных земель нежить усилилась настолько, что пройти на них практически невозможно. Расширяться они прекратились, но нападения на наши патрули стали чаще, причем все больше и больше встречается высшей нежити — личей, рыцарей смерти, вампиров. Пришел ответ на официальный запрос из Дреггонии — нападений у них нет, но пройти в Туманные земли уже невозможно. Выводы неутешительные — готовится нападение на Империю и надо готовиться к отражению вторжения. Зария и Первый лес не помогут, так как по данным разведки у них не за горами война с союзом ракшасов и орков. На Дреггонию вряд ли они нападут — очень уж удачное у них расположение. Дороги, по которым можно провести армию, они надежно могут перекрыть, а на границе у горловины у них сосредоточена большая армия. Тропами через горы армию не проведешь, но заслать группы диверсантов могут. У меня все.

Император задумался на минуту, затем перевел взгляд на архимага.

— Начну, как всегда, с принцесс. После того случая, когда они решили проучить этого непонятно откуда взявшегося парня, они присмирели. Давно надо было их так проучить. С ними все в порядке, за ними постоянно присматривают.

— А парень этот? — спросил император.

— Весь в магии, но результаты весьма посредственные. Есть в нем что-то такое, понять которое я не могу, но это точно не предательство, не измена, такие вещи я чувствую очень хорошо. Это что-то связанное с его прошлым. Совсем другое дело девочка, которую он освободил. Техника создания плетений построена по совсем другим принципам, более того, самих понятий плетений или заклинаний в их мире нет. Так называемые псионные техники, изучаемые ими, это, скорее всего, образы и только самые простые напоминают немного создание наших заклинаний. Например, по дороге она ментально оглушила разбойника и я попросил ее показать, как она это сделала. В итоге получилось невероятно сложное заклинание, причем его линии просто тончайшие. А самое удивительно то, что она представляла в своем воображении, что хочет сделать и как, а плетение рисовалось само. Никому из нашего мира этого не сделать, вероятно, в ее эфирные оболочки в чем-то сильно отличаются от наших. Проверить возможность создания заклинаний нашим способом можно будет через год. Мне удалось повторить плетение ее ментального заклинания и хочу вас заверить, что результат выше всех похвал. Ни один из созданных нами амулетов от него не защищает. Ваш артефакт защитит, как вы понимаете, что аналогичных изделий найдено очень мало. На нежить оно тоже действует.

Дальше все принялись обсуждать какие меры необходимо принять для защиты страны.

— Значит так, — твердо сказал правитель страны. — Перебросить к границе с Туманными землями три четверти армии. Сегодня издам указ, что тайная служба имеет право проверять аристократов ментально на предмет бесчинств на дорогах. Если окажутся замешаны — смертная казнь, если знали, но не донесли — лишение титула и земель, кроме родового замка и прилегающей к нему территории. Иридан, ускорь обучение первого и второго курса боевого факультета и некромантии. На этом закончим совещание.

Мир Оравия, Империя, набережная реки.

Не раздумывая, я перекатом ушел в сторону, затем вскочил, отпрыгнув влево, и, развернувшись назад, приземлился, контролируя обстановку. Проделал все недостаточно быстро, поэтому мой левый бок горел огнем. Быстрый взгляд показал небольшой разрез, оставленный стрелой, а прогон внутренней энергии прекратил кровотечение. Из-за дерева вышел давешний разбойник, которого я ранил в бок. Значит, где-то здесь должен быть и его лучник, наверняка, моя рана это его работа. Без оружия, в одних трусах справится со всеми воинами не стоит и думать — это означает, что терять мне нечего. Миг и я вошел в состояние контроля.

— Агат, уходи, — приказал я своему другу и с радостью отметил, что он послушался.

— Наконец-то я тебя поймал, — с ненавистью проговорил главарь бандитов. — Теперь тебе от меня не уйти, и умирать ты будешь очень медленно.

Я почувствовал опасность и передернул плечами, чуть приподняв левую руку — стрела, пущенная из кустов, пролетела радом с моей ногой. Все ясно, убивать меня лучник и не думал, только покалечить. Наверное, и первая стрела предназначалась для ранения. В это время появились еще три воина, подходя так, чтобы не дать мне уйти. Можно было попытаться сбежать, прыгнув в реку из обрыва, но в реке меня все равно убьют, поэтому лучше уж умереть в бою, чем быть дичью. За это время тот подошел ближе и атаковал, но я уже двигался в своем ритме. Мечи врага мелькали рядом со мной, но достать так и не могли, а я уже начал замечать то раздражение на его лице, то недоумение, то жгучую ненависть, то радостное злорадство, когда он думал, что уж сейчас он меня точно достанет. Контроль был полный и, улучив момент, я сильно схватил его за левое запястье и дернул назад и вниз, нарушая его танец с мечами и направляя в сторону минимальной устойчивости. Результат не заставил себя ждать — он кубарем покатился по земле, а я еле успел переключиться на лучника, и очередная стрела прошла рядом с плечом.

— Убью, — прорычал, вскакивая и бросаясь на меня.

На этот раз подключились и другие мечники. Полностью контролируя главаря, я не успел среагировать на чувство опасности и получил порез на правой руке. Рисунок моих движений изменился, поскольку пришлось вплести в него и других мечников. Но успешно противостоять четырем противником у меня не получалось, хотя я и отметил, что тренировки принесли свои плоды — раны я получал только небольшие резаные. Получил стрелу в бедро и меня захлестнуло. Но я не потерял головы, как это случалось ранее, а бушевавшая во мне ярость приоткрыла какие-то мои доселе скрытые способности, и я увидел некие нити, соединявшие меня и моих противников. Заметил, как очередное мое движение переместило нить, соединяющую меня с главарем, и его колючий удар прошел радом со мной. «Так это и есть ниточки, за которые я дергаю в состоянии контроля!», — молнией пронзила меня мысль. Я полностью отключился от внешнего мира, сосредоточившись только на нитях контроля, как их уже успел назвать. Теперь я старался каждым своим движением захватить их как можно больше и переместить на большее расстояние.

Вдруг я заметил, что у меня появилась возможность одной рукой перехватить все связи с одним из мечников, поэтому схватил их рукой и дернул вниз, краем сознания наблюдая за ним в реальном мире. Один из подчиненных главаря просто опустил руки, но тут же перешел к атаке, поскольку я сосредоточился на других. Зато я теперь точно знал, как мне действовать и начал перемещать их не просто так, а старался свести нити одного человека в одну точку. Вскоре у меня получилось и, когда противник опустил руки, я ударил его в гортань. Минус один. С тремя сразу стало легче, что я даже умудрился вытащить стрелу из бедра. «Надо заканчивать, иначе упаду обессиленный», — мелькнула мысль. Подвернулся случай, что я смог перехватить одной рукой контроль одного вага, другой другого и по старинке дернул вниз, ногой отбрасывая от себя одну связь с третьим. Я как-то не сильно удивился тому, что связь с одним противником полностью исчезла, а с двумя другими поблекли. Что это такое я не знал, а когда начал размышлять, меня выкинуло из состояния контроля.

Не задумываясь, постарался перейти в боевой транс, и у меня получилось. Оценка обстановки — один враг, из груди которого торчит арбалетный болт, лежит на спине, а двое других непонимающе смотрят на него. Я тут же воспользовался ситуацией — шаг в ближайшему, одна рука ложится на лоб, вторая на затылок — рывок, и я слышу хруст. Смотрю на последнего, оставшегося в живых — главарь. Но тут меня шатает от усталости и потери крови, и он мгновенно атакует, но как-то взмахнув руками, упал мне под ноги, я увидел торчащий из его спины болт. Тут же определяю траекторию движения и смотрю в кусты. Из-за них вышла девушка с заряженным арбалетом в руке и остановилась в пяти метрах от меня. Ее лицо показалось мне знакомым, но вспомнить, где ее встречал не смог, не смог. Заметив какую-то торжествующую улыбку у нее на лице, я осмотрелся вокруг, но никого не заметив, посмотрел ей в глаза, готовясь убить и ее.

— Я не враг тебе, — сказала она, озабоченным, показавшемся знакомым мне, голосом.

Мир Оравия, Империя, окрестности города Калген.

Поиски молодого нахала в столице закончились ничем, поэтому сейчас Ви шла по рынку у южных ворот и высматривала будущую жертву. В столице она сейчас не промышляла, чтобы не конфликтовать с Ночной гильдией, но здесь это можно это делать. Вот только богатые клиенты попадаются на этом рынке очень редко. Худо-бедно прожить на «доходы» от этого места можно, но и только. С гильдией она пролетела и теперь придется ей делать все самой. Вдруг она застыла в удивлении, увидев того, кого уже не чаяла найти, и только смогла отвести взгляд и скрыться за другими покупателями, как тот оглянулся. «Хорошо чувствует взгляд и направленное внимание», — подумала она, — «Теперь надо быть предельно осторожной».

Следить за ним оказалось просто, хотя пару раз он оглядывался, один раз даже очень быстро и, если бы она не было готова к чему-то подобному, то могла и попасться. После этого она еще удвоила свою бдительность и была вознаграждена — узнала, что тот обосновался. Вот только это оказалась школа волшебства. Связываться с магами ей не очень хотелось, желание отомстить превысило опасения. Она разузнала, когда будут следующие выходные и порадовалась, что длиться они будут целых три дня. К школе она подошла заранее и устроилась в небольшом трактире, достоинством которого был отличный вид на входные ворота. Чтобы не выделяться, она заказала еду, и принялась с «аппетитом» ее поглощать. Тут ее внимание привлекла пара воинов, периодически бросающих взгляды в сторону школы. «Тоже на кото-то охотятся», — подумала девушка.

В это время у ворот появились охранники, открывшие их. И почти тут же выехал ее подопечный на превосходном коне, а девушка порадовалась, что и у нее была лошадь. Первый раз Виола насторожилась, когда при появлении ее объекта оживились и сидевшие тут же люди. Хотевшая подняться, она довольно откинулась на скамейке. Между тем, воины встали и вышли из трактира, сели на привязанных у коновязи лошадей и направились вслед за парней, что заставило ее насторожиться во второй раз. Ехала она за ними в ста шагах, а свою цель наблюдала лишь временами. У ворот к этим двоим присоединились еще пять человек, у троих из которых она увидела мощные боевые луки. А когда они вслед за парнем тоже сорвались в галоп, она окончательно убедилась, что те следят за ее целью. Через какое-то время ее лошадь и лошади преследователей парня начали уставать, и парень начал отрываться. «Вот это у него скакун!», — мысленно воскликнула девушка. — «Возьму себе». Такая скачка продолжалась немного больше часа и вскоре она опять увидела парня. Единственно чего она не могла понять, это почему парень не чувствует, что за ним следят? Ей он показался очень восприимчив к направленному вниманию. Вот он свернул в сторону реки и девушка поспешила тоже съехать с тракта и скрыться в лесу. Стреножив свою лошадь, она направилась дальше пешком, предполагая, что парень по лесу далеко ехать не будет.

Применив все свои воровские навыки, она бесшумно побежала вперед. Эльфийская кровь сделала свое дело, и вскоре она увидела спешившихся воинов. Они привязали лошадей и все вместе ушли к берегу реки. Девушка аккуратно направилась за ними. Увидела, как один из лучников выстрелил, затем услышала фразу, сказанную незнакомым голосом. С ее места не виден берег и творящееся там действо, поэтому она сменила свою позицию. Увиденное ее изумило — парень в одних трусах довольно успешно отбивался от троих мечников. Конечно, он ранен, но судя по его движениям, это царапины. Увидела, как лучник сделал еще один выстрел, на этот раз оказавшимся удачным — стрела попала парню в бедро. И только сейчас ей в голову пришла мысль: «Они что, хотят убить того, кто со мной еще не рассчитался? Так дело не пойдет». Всех троих лучников она прекрасно видела, как видела и то, что они увлечены боем — двое, как вообще смотрели, разинув рты, и только один не потерял самообладания. Он-то и был самым опасным, а значит и являлся первой ее целью.

Арбалет, сконструированный специально для воров, маленький и легкий, легко помещался на теле, и девушка почти сжилась с ним. Подойдя на расстояние гарантированного положения, она прицелилась и выстрелила. Удивительно, но лучник все же как-то почувствовал опасность и встрепенулся, но болт перебил ему позвоночник между лопатками. Виола целилась в сердце, чтобы смерть наступила мгновенно, но и так ноги его подкосились и он рухнул наземь. На шорох, произведенный падением лучника, двое оставшихся не прореагировали и спустя минуту оба лежали на земле. И только сейчас девушка внимательно посмотрела на бой на берегу реки.

То, что творил парень было за гранью возможностей человека. Движения его были немного дерганые, некоторые даже противоестественные, но невероятно действенные. Его противники были отличными мечниками, а один, вероятно, мастер меча, но все они вместе не смогли нанести ни одной раны своему противнику за то небольшое время, что она наблюдала. Вдруг парень махнул рукой и один мечник опустил свое оружие и тут же получил удар в гортань. Такое умение напугало ее, но она быстро сообразила, что тот потерял уже много крови и она сможет с ним совладать. Зарядив арбалет, она принялась ждать удобного случая. Вдруг парень застыл на мгновение в позе цапли на одной лапе, расправившей крылья, и два воина застыли. Выстрел — и один падает мертвый, а два других удивленно смотрят на него. Парень не растерялся, движение руками — и Виола даже тут услышала хруст шейных позвонков. Она с максимальной скоростью разрядила арбалет в последнего и, зарядив его снова, вышла из-за кустов. От осознания того, что она, наконец-то, нашла своего обидчика, улыбка сама по себе появилась на ее лице. Но тут ее взгляд встретился с глазами парня и она внутренне вздрогнула. Чувство опасности выросло до небывалых высот, а интуиция подсказала, что в случае ее нападения ей не поможет ничто — парень ее просто убьет.

— Я не враг тебе, — сказала она, и перевела дух, когда заметила что ярость, полыхавшая в его глазах, начала стихать.

Она разрядила арбалет и услышала за спиной хруст веток. Развернувшись, увидела ощерившегося коня парня и поняла, что это настоящий боевой конь. Но тот лишь посмотрел на ее арбалет и побежал к своему хозяину.

Мир Оравия, Империя, набережная реки, это же время.

Меня отпустило, но тут же навалилась такая усталость, что я пошатнулся, а перед глазами поплыли разноцветные пятна и круги. Подбежал Агат и я обхватил его за шею, затем мы медленно пошли к моим вещам. Я упал рядом со своей сумкой и принялся в ней рыться, ища свою поделку с целительским заклинанием. Приложил к боку — место обдало холодом и оно стало меньше болеть. Тогда я начал прикладывать к разным частям, где чувствовалась боль, и спустя пять минут круги перед глазами исчезли, и я стал видеть, а уши различать звуки. Услышал фырканье и удивленно глянул на друга, потому как понял, что тот готов к драке. Девушка стояла в пяти метрах от меня, у дерева, а Агат перед ней скалил зубы, фыркал и бил копытом.

— Перестань, — хотел сказать я, но получился шепот.

Приложил к груди амулет, но ничего не произошло. Разрядился. Все еще с трудом заменил накопитель, хорошо, что взял запасной, я приложил пластину к груди и лег на землю. Теперь прохлада расходилась по всему телу, и спустя минуту я почувствовал себя значительно лучше, а накопитель опять разрядился. Но я и так чувствовал себя намного лучше.

— Ты кто? — обратился я к девушке. — Твое лицо и твой голос показались мне знакомы. Агат, отойди. А ты садись рядом.

Пока она шла, я успел заметить, что страх у нее ушел и она взяла себя в руки.

— Соблазнил девушку и ничего не помнишь, — обвиняюще буркнула она.

— Я много кого соблазнил, что и не упомню всех, — пошутил я.

— Ты, — немного гневно вскинулась она, но успокоившись, добавила. — Оно и не удивительно. Помнишь, более трех месяцев назад на северном тракте тебя попытались ограбить?

— Точно! Вспомнил, это была ты. И чем обязан новому визиту? — затем чуть ехидно спросил: — Неужели так понравилось? — она опять вскинулась, и я заметил, как заалели ее щечки, хотела что-то сказать, но я перебил. — А за помощь благодарю. А зачем хотела меня ограбить? Неужели я выглядел настолько богато?

— Ты выглядел аристократом и я подумала, что у тебя обязаны водиться деньги, а мне не хватало всего пять золотых.

— Ничего себе «всего»? — воскликнул я. — А для чего?

— Неважно, — потом добавила, — для дела.

— Вон поубивала столько, забирай их вещи, продай и будут тебе деньги. Я только пару амулетов каких-нибудь возьму.

— Знаю я тебя, видела, где ты учишься, наверняка заберешь самые лучшие.

— Ты что-то имеешь против? — начал закипать я, как оказалось, я не полностью отошел от своего состояния.

Агат тоже отреагировал на мои эмоции и громко фыркнул.

— Да делай, что хочешь, — чуть громче, чем до этого, сказала она и немного с испугом посмотрела на моего коня.

Я чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы подняться и начать сбор трофеев. Осмотр начал естественно с главаря, с которого мне досталось целых три амулета. Хотя один после внимательного разглядывания пришлось выкинуть, так как оказался талисманом. Из двух оставшихся один был стандартным пятисантиметровым амулетом, а второй наверняка артефактом. Что делает амулет, я не знал, поскольку плетение увидел, но оно было очень сложное и незнакомое. А вот артефакт был интересным — в круг была вписана шестилучевая звезда, в центре которой был квадрат с накопителем в виде алмаза. Линии плетения почти не просматривались, из чего сделал вывод, что это изделие достаточно дорогое. Естественно, я не знаю и его действие. Я с сожалением посмотрел на его кольчугу, которая была велика мне, а так бы не отказался от такой брони.

— Беру вот эти два амулета, остальное забирай и уходи, — чуть резче сказал я.

Я совсем не жалел отдавать все остальное, ведь по праву трофеев и амулет, и артефакт принадлежат ей. Честно говоря, я не знаю, что делал бы, откажись она от такой дележки. Но они вед приехали на лошадях, вот пусть она их и забирает. Девушка подтвердила мои мысли, скрывшись за деревьями, и привела семь лошадей. Уходить из этого места я не хотел, поэтому попросил ее помочь отвезти трупы куда-нибудь. В итоге это «куда-нибудь» оказалось чуть ли не в двух километрах, зато овраг принял к себе их всех. Думаю, что у местных хищников сегодня будет великолепная трапеза. И только распрощавшись с девушкой, сообразил, что имя ее я так и не узнал. Я во второй раз направился к реке в надежде искупаться.

Оставшееся время я провел очень хорошо, правда, охотиться опять пришлось боевыми стрелами, так как купить охотничьи я забыл. На следующий день после нападения я попытался войти в то состояние, с помощью которого я мог довольно легко противостоять четырем мечникам, но у меня ничего не получилось. И дело тут не в том, что не было никаких нитей контроля, я и без них прекрасно помнил малейшие нюансы, и то, что у меня получалось, было довольно далеко от требуемого. А в конце третьего дня я вернулся в школу.

Теперь темп подачи материала увеличился, но только не для меня. Хотя, как я слышал, на боевом факультете тоже есть ученики, которые выдерживают такую подачу материала. Хуже всего оказалось Сардыку — практически не имея сметки, запомнить знания, которые давались на занятиях он не мог. Нельзя сказать, что он был таким уж тупым или глупым, просто не мог быстро запомнить материал или схватить его суть. Но вот после длительного корпения над знаниями он понимал все, и уже это помнил всегда. Вот такой вот выверт был у орков, из-за чего все считали их, мягко говоря, неумными. Разумеется, я взялся ему помочь, имея свой интерес на счет пустошей.

Сегодня я проснулся вообще ночью, и спать совершенно не хотелось, даже не знаю почему, поскольку лег всего пару часов назад. Попытался уснуть, но не получилось, и я по привычке, одев амулеты и взяв оружие, пошел на облюбованную мной полянку, выпрыгнув из дома через окно. Размышляя о проблеме создания боевого амулета, который я хотел сделать, но не мог достаточно сжать плетение огненного шара, я увидел группу темных личностей. На автомате проверил амулеты и выругался про себя, поскольку забыл их активировать, что тут же сделал.

Но было поздно — один человек отделился от группы и стремительно бросился ко мне, пытаясь располосовать когтями. Но я успел отскочить одновременно с взвывшим чувством опасности, а потом выхватил мечи, перейдя в свой любимый контроль. Два движения и вампир лишился руки, еще два — головы, а я сделал пару шагов в сторону. Бросившаяся на помощь двойка, остановилась оглядываясь. «Так они меня не видят!», — пронеслась радостная мысль. — «Ну, я вам сейчас покажу!». Моя атака совпала с какой-то фразой ушедшего вперед вампира, который, как и его товарищ, нес довольно большой сверток. Я подтвердил свою высказанную ранее мысль — обе головы покатились по земле, а я отскочил в сторону. Вот только этот маневр не смог сбить с толку атаковавшего меня врага, который, как оказалось, прекрасно меня видел. Он оказался невероятно быстр, настолько, что у меня не было возможности перейти в транс, чтобы его убить, а в этом состоянии мои атаки не достигали цели — тот просто уворачивался от них. Сейчас бы помогло искусство, которое у меня появилось в схватке на берегу, но что надо сделать, чтобы увидеть эти нити контроля я не знал. А последний вампир не стал ждать окончания схватки, а, подхватив брошенный сверток, двинулся, как я понял к месту, где можно перепрыгнуть ограждение.

Что делать я не знал. То, что ему необязательно меня убивать, я понял сразу, им необходимо было унести краденое. Судя по размерам, это что-то большое, может быть артефактные посохи, которые нам демонстрировали на последнем занятии? Желание заграбастать их стало настолько огромным, что я с еще большей скоростью принялся обдумывать способы убийства своего противника. Откуда-то пришло знание, что его надо сильно удивить, чтобы он потерял нить боя, совершить какой-то нестандартный и даже глупый ход. Повинуясь внутреннему чувству, я плюнул вперед и в это время на пути моего нового «оружия» очутился вампир, которому плевок попал в глаз. Опешив от такого всего на миг, он рванулся в сторону, но колющий удар меча пробил ему грудь в районе сердца. Он отпрыгнул назад и опять атаковал, но я сразу обратил внимание насколько его движения стали медленнее — шедевр неизвестного мастера не подвел и на этот раз. Спустя несколько секунд и этот враг лишился головы, а я побежал за последним.

Особо ни на что не надеясь, я прибыл к месту, где ранее перепрыгивали через стену темные личности. Сейчас я прекрасно понимал, кем на самом деле были они, как стал понятен их прыжок. Но мне повезло. Вероятно, амулет, дающий право прохода, находился у главного, к которому я отнес единственного видевшего меня врага. Этот последний стоял и смотрел туда, откуда должен появился его командир. Я же зашел чуть со стороны. В который уже раз я поблагодарил своего здешнего отца, что он научил бесшумному передвижению. Этот враг даже не успел осознать, что его убивают, как оказался безголовым. А теперь ми артефакты!

Развернув один сверток, я увидел миндалевидные глаза эльфийской принцессы, которая вертела зрачками, выискивая кого-то. «Парализованная что ли?», — подумал я видя, что кроме этих самых зрачков, не двигается больше ни одна часть тела. Подозревая, что находится во втором свертке или, точнее, кто, я открыл и его. Увидев вращающиеся глаза императорской дочки, я еле сумел сдержать ругательство. А я так надеялся на артефакты, особенно посох из непонятного материала, найденный в пустошах, мне хотелось заполучить. Да и активированный драконий посох валькирий не отказался бы изучить. Удержавшись от вздоха, я опять замотал принцесс и понес их к дому. Я был уверен, что в данный момент за их домом никто не наблюдает, но на всякий случай, подходя к нему, прислушивался к своему чутью. Через дверь все-таки не рискнул заходить, а внес два «бревна» через открытое окно. Блин, вроде бы не толстые, но устал я их и нести, и затаскивать. Бросив на кровать, я ушел к себе отсыпаться.

Глава 15

Мир Оравия, Империя, город Калген, столица, императорский дворец.

На этот раз в малом зале приема, кроме всех ранее известных, находился еще и Владыка эльфов. Даже на его невозмутимом лице лежала тень озабоченности, что для всех остальных означало бурю чувств, которые он скрывал. Последний, кого ждали, был начальник тайной службы, и ни кого из правителей не возникло даже мысли по такому поводу, что, мол, он ждут своего подчиненного. Вот и сейчас он быстрым шагом вошел в помещение, извиняющимся кивком приветствовал владык, сел и тут же начал доклад.

— Расследование полностью завершено, но темных пятен осталось предостаточно. Предателем оказался заместитель командира охраны принцесс. Как только появилась возможность и он на время сал главным, он принялся действовать и провел их к их дому. Нет, — ответил он на невысказанный вопрос эльфа, — в том, что пришлось отлучиться командиру, нет ни его вины, ни вампиров — просто стечение обстоятельств. Я бы на их месте действовал аналогично — меньше следов деятельности. Принцессы были парализованы двумя способами: первый — это магия, второй — какая-то алхимия. В этом уверены и наши целители, и эльфийские. В данный момент они разбираются с алхимией, где присутствуют два компонента, неизвестный им. Именно они делали полную парализацию, оставляя их в сознании. Для чего это необходимо, неизвестно, можно толк предположить, что их хотели превратить в вампиров и это нужно для этого. Взять его нам не удалось — когда ему доложили о состоянии принцесс, он убежал якобы на доклад, а сам направился в сторону ворот. И только подозрительность одного из подчиненных, который решил сам доложить, помола не дать ему уйти. Но взять живым не удалось — когда он увидел закрытые ворота и увеличенную стражу с магами, то покончил собой. Заклинание, примененное перед смертью, не позволило ни призвать его дух, ни поднять в виде нежити, поэтому получить от него сведения невозможно. Магистр некромантии говорит, что это заклинание мало того, что неизвестно нам, оно невероятно сложное и по остаточным следам он сделал вывод, что техника плетения, отличается от принятой у нас. Он думает, что оно не принадлежит нашему миру. Теперь по самим вампирам. «Призрака», буду называть его так, они увидели на дорожке в лесу, в, можно сказать, заброшенной части. Сначала к нему ушел один, которого он быстро убил, затем двойка. Вот с ней не совсем все ясно, создается впечатление, что во время смерти те стояли на месте. Причина не понятна. А вот с четвертым бой был тяжелый, даже очень, но призрак сумел его как-то одолеть. И это все он сделал один. С последним все оказалось проще — он ждал, вероятно, главного, у которого был артефакт, с помощью которого они пересекали защиту. Это как раз тот, четвертый. Артефакт обманывал сигнальную часть защиту, и они пересекали ее под видом птиц.

— Что с детьми? — спросил император, когда пауза чуть затянулась.

— Утверждают, что их спас невидимка или Призрак, — ответил Крив.

— Уж не тот ли, что так умеючи соблазняет по ночам ваших учениц? — усмехнулся эльф. — И почему тогда не соблазнил их?

— А вот тут самое интересное, — улыбнулся Варнамен, — половина учеников считают, что не успел, а вторая, что не захотел. Понятно, что вторая идея очень не понравилась принцессам, поэтому они сейчас обдумываю варианта, как наказать его, или, в крайнем случае, соблазнить.

— Удалось хоть что-нибудь узнать об этом Призраке? — спросил император.

— Если имеете в виду соблазнителя, то даже не искал, — улыбнулся начальник тайной стражи. — Про спасителя принцесс ничего сказать не могу. К тому времени, когда на место схватки пришли мои люди и так аурного следа остаться не должно было, а он находился под скрытом, поэтому совсем ничего.

— А знаете того, кто там ходит часто? — спросил эльф.

— Да есть один тип. Несколько раз его там видели, и дом его стоит недалеко. Появился в Туманных землях, сумел выйти и спасти девочку. Видели его тренировку — работает, как палками, но спасенная девочка утверждает, что он умеет хорошо фехтовать. От дуэли, кстати, отказался. Называет себя простолюдином, но его длинная родословная видна невооруженным взглядом, хотя ни к одному роду не принадлежит, мы это проверили. Имеет настоящего боевого коня, который кроме него больше никого к себе не подпускает. Учится на факультете магического конструирования, но ничего особенного с себя не представляет — так, середнячок, если не сказать, что ниже. Говорит, что ничего не помнит из своей предыдущей жизни, кроме своего имени и имени коня. Не врет, но что-то недоговаривает. Мы за ним наблюдаем периодически, но никакой связи с кем-либо не замечено.

— Странно все это, — медленно проговорил Владыка эльфов. — Я оставляю вам венталя Тиэля, — продолжил он уже ровным голосом, — Вионэль с ним практически не знакома, а он, к тому же, недавно прошел омоложение. Он очень сильный целитель, да еще умеет изменять свою внешность и, что само главное, не считает зазорным быть похожим на человека. Великолепно ладит с животными, поэтому я думаю, что школе срочно понадобится еще один конюх, — он посмотрел на ректора.

— Да мне и так намекали, что лошадей в этом году много и два человека не всегда могут справиться с ними.

— И еще, — добавил эльф, — для чистки города я оставлю еще двоих венталей, но только на время, пока будете искать нежить.

После этого они утвердили план, согласно которого будут действовать армия и маги.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

Вот и подошел к концу учебный год. Точнее, закончилась учеба, впереди еще два экзамена и можно отдыхать. Никаких происшествий за это время не произошло, если не считать «Великую Императорскую чистку города от нежити», как назвали это действо жители. Случилась она вскоре после того, как я спас принцесс. Люди вместе с эльфами дом за домом, улица за улицей прочесывали город. Жители начали было возмущаться, но когда глашатаи сказали, кого они ищут, то появились даже добровольцы в помощь армии. То, что кого-то выловили, это знали все, а на счет кого именно и сколько их было ходили только слухи. Еще у нас появился новый конюх, еще не старый мужчина, который все норовил наладить отношения с Агатом. У него это стало чем-то вроде состязания или он закусил удила и уже не может свернуть с этого пути.

Меня же целиком и полностью захватила магия, особенно после того как понял, что надо делать для получения тонких линий. Помогли мне в этом знания из моего родного мира. Первой задачей в этом деле — это магическое зрение. Да мы тренировали его, и оно улучшалось, но медленно, и у меня в том числе. Я долго думал над этой проблемой, пока не выдвинул безумную теорию, что магическое зрение работает, как микроскоп, только вместо линз что-то похожее магическое. Начал внимательно наблюдать за соучениками и преподавателями, пока не увидел у учителя почти на границе глаза какое-то образование, в самом деле, похожее на линзу. Ученики этого не имели, из чего я сделал вывод, что первая такая штука находится внутри глазного яблока. После этого открытия я, тренируя зрение, целенаправленно старался работать с этими образованиями, представляя, как их увеличиваю и изменяю. Не знаю, что сыграло роль, мои тренировки или так и должно было быть, но у меня произошел в одночасье скачок в магическом зрении. Разумеется, я никому не стал об этом говорить.

Со второй задачей при наличии такого зрения справиться было легко — воля, сконцентрированная на потоке маны, делала линию очень тонкой. В общем, у меня получалось в данный момент нанести на заготовку любое плетение, на которое хватало резерва. Вот уж с чем у меня были проблемы — резерв маны рос крайне медленно, поэтому большие и мощные заклинания я и не мог поместить в амулет.

Еще я частенько ловил на себе внимание, но было как легкая дымка, что я даже не мог определить направление. Поэтому все тренировки с мечом я проводил дома. Соединить две школы у меня не получалось, и я решил, что боевой транс и состояние контроля это два конца одной палки. А вот мгновенно переходить из одного состояния в другое я наловчился, как никто другой. Кстати, нити контроля, после того раза, мне так и не удалось увидеть.

Еще меня достала Лина. Это та незнакомка, которая вынудила меня на дуэль с парнем из Зарии, с которым у нас сложились вполне приятельские отношения, и он даже приглашал к себе. Вот уж прилипала, так прилипала — так и хочет быть в каждой дырке затычкой, даже на постель намекала. Но в свете того, что всех остальных парней она посылает далеко и надолго, это очень подозрительно. А вот с Линдой мы даже сдружились и стали приятелями. Однажды он мне даже поплакалась, что ее парень, такой гад и зараза, ее соблазнил и убежал, но она его обязательно найдет. Хорошо, что я тогда ехал на коне чуть впереди нее, и она не видела мое лицо, иначе не знаю, чем бы закончилась наша дружба.

Также я продолжил шутки с призраком-соблазнителем, но всего три раза. Выбирать старался девушек не очень симпатичных, правда, откровенно некрасивых здесь не было, а фигуры у всех на загляденье. Первый раз просто проник в открытое окно, которое забыли на ночь прикрыть, второй раз тоже. Зато сколько после этого было открытых окон у девушек — выбирай любую. Даже принцессы не избежали этого, хотя подозреваю, что они просто хотели поймать соблазнителя, а не…

Начиная с сегодняшнего дня, у меня есть два дня подготовки к экзаменам. Первым идет общая теория магии. Экзамены принимают все преподаватели, вызывая учеников к себе. Никаких билетов нет, схема вопрос-ответ.

— Андрей, — выловила меня Линда в ресторане, где я отмечал прием пищи, — ты должен мне помочь!

— Может быть, обязан? — усмехнулся я.

— Не придирайся к словам, — махнула она рукой, — дай свои записи, а?

— Хорошо, — мне они особо и не нужны были, — но только, если пообещаешь, что больше никто, кроме тебя, не будет их использовать. Разве, что с моего разрешения.

Я как раз закончил завтракать и, расплатившись, пошел к себе. По дороге мы поговорили и я понял, что она сильно переживает. Пришлось вывести ее из этого состояния шлепком по попе. В результате до моего дома мы добежали. По дороге меня посетила мысль, что на этом можно немного заработать. Сделав парные амулеты со светляками, я отдал ей свои записи и предупредил, кто и в каком случае может воспользоваться им.

Сам же опять принялся работать над амулетом. Я пытался сделать защитный амулет со щитом против физических атак первого уровня, чтобы не покупать его. Плохо, что, если активировать амулет, то он работает постоянно и атаковать в это время нельзя, потому что он образуется не вокруг тела, а на расстоянии полуметра от него и является стационарным. Жаль, что утрачено плетение, распознающее физическую атаку, поэтому и получается то, что получается. Хорошо, что хоть защита от магии срабатывает только во время атаки.

— …, - выругался я в очередной раз, когда мне не хватило резерва. — Придется все же купить.

Сардык основательно обновил мой ругательный словарный запас на оркском языке, вот и ругаюсь в таких случаях очень витиевато. В это время в дверь постучали, и затухающий «тук-тук-тук-тук» раздался в комнате. «Блин, на фига он сделал это с дверью?», — в очередной раз подумал я. — «Глухой что ли был?». Да, дверь являлась артефактом — как бы тихо или громко мне не стучали в комнате, где я находился, всегда раздавался этот «тук». Самое главное, что мой предшественник умудрился как-то сделать так, что накопители дома подзаряжались самостоятельно. Ни я, ни учителя так и не смогли понять, что сотворил тот гений. Открыл дверь — на пороге стояла девушка из боевого факультета.

— Андрей, — смущенно сказала она, — можно и мне воспользоваться твоими записями?

«Ага», — подумал я, — «началось. Так, девушка никогда не насмехалась надо мной, когда я вел свой конспект, плюс она пострадала от соблазнителя». Решил дать свое согласие и передал ей амулет.

— С тебя поцелуй, сейчас.

Поцелуй затянулся, и когда девушка плотно прижалась ко мне, я оторвался от нее и, дав напутствие в изучении материала, пошел собираться в город. Она кивнула и ушла. Я собрался, как в поход, прихватив с собой и мечи, и вышел на улицу. Передо мной стояли принцессы, даже не задрав нос, причем одни.

— Андрей, — начала дочь императора, но была перебита подругой.

— А зачем тебе меч, да еще два, — ехидно спросила эльфийка, — ты же все равно не умеешь ими пользоваться, — и тут же была одернута за рукав.

— Андрей, — чуть извиняющимся тоном продолжила Лаитта, — можно воспользоваться твоими записями?

Я удивленно посмотрел им за спину, потом с боков, что они стали переглядываться, и спросил:

— А где ваша свора? То есть я хотел сказать свита? Потеряли, бедненькие?

— А тебе завидно? — вставила свое слово Вионэль.

— Упаси Боги, только этого не хватало! — и уже нормально обратился к Лаитте, — А что случилось, забыли все?

— Просто отец сказал учителям, чтобы нас спрашивали строже, чем остальных, вот и хочется повторить более подробно.

— Бесплатно не дам!

— Знаем и мы согласны заплатить, — сверкнув глазами, ответила она.

— Тогда с каждой золотой, — тут же назвал свою цену.

— Что? — возмутилась эльфийка. — Да ты вооб… — и была одернута своей подругой.

— А кто возмущается — два, — отрезал я.

На этот раз Лаитта успела дернуть за руку до того, как та опять начала возмущаться. Они пообещали, что сейчас принесут мне золото. Я же ответив, что сейчас еду в город и искать меня надо в конюшне, вернулся в дом. Быстро сделав еще два амулета, благо заготовок я в свое время купил десять штук, направился к конюшне. Агат встретил меня радостным ржанием, наверное, понял, что сегодня у нас большая прогулка. Девушки перехватить меня успели и, обменяв три золотых на амулеты, по которым Линда разрешит доступ к конспектам, я поехал в лавку артефактора.

— Мне нужен амулет ментальной защиты и от физического урона, — выдал свои пожелания, после того, как поздоровался с хозяином.

— Если хотите, чтобы он работал совместно с вашими амулетами, я имею в виду изделия ракшасов, то вот этот, — он выложил пятисантиметровый цилиндр. — Цена семь золотых. Если же это не обязательное условие, то вот два по цене три золотых и двадцать. Последний — это эльфийское изделие полностью защищает от воздействия. Это что касается ментальной защиты. Теперь щиты, — он положил три штуки. — Скажу сразу, что они не совместимы ни с одним из твоих. Падение защиты будет не менее, чем на треть. Цена золотой, два и пять. Первые два отличаются только накопителем и имеют второй уровень, последний отличается и плетением и накопителем.

— А без накопителя? Ментальный совместимый и этот? — я указал на дорогой.

— Одиннадцать за оба.

Я купил их, накопители вставлю свои, как раз имеются два, найденные в пустоши. За время учебы я их заполнил полностью. Я какое-то время размышлял о защитном амулете только от магии — нужен он мне или нет. У него был огромный плюс — с активированным я мог сражаться, но после некоторого раздумья решил, что в нем нет необходимости. Будет тяжело — отсижусь и отдохну за щитом, потом опять в бой. После магазина я поехал искать себе какую-то броню. На площади продавалось только отличная броня, но если я ее куплю, то останусь совсем без денег, поэтому поехал на рынок за городской стеной.

Здесь целых два продавца торговали броней, но качество товара мне не нравилось, хотя и цена была приемлема. Я перебрал у обоих весь товар моего размера, ничего понравившегося так и не нашел. С сожалением вздохнув, отложил последний доспех.

— Ищешь себе броню? — раздался сзади знакомый женский голос.

— Опять ты? — развернулся к воровке. — Есть что предложить?

— Ты что хочешь? — спросила она, когда мы отошли от продавца, который начал возмущенно посматривать на девушку.

— Хорошую кольчугу, чтобы абсолютно не сковывала движения, — ответила я девушке. — И самое главное, чтобы недорого было.

— Могу предложить только безрукавку из кожи горного скайса, — уверенно ответила она.

Кто такие скайсы я не помнил вообще, но отказываться не спешил и мы пошли на выход с рынка. Отъехав подальше от людей, она из седельной сумки достала вещь. Действительно безрукавка, да еще моего размера. Достал нож и попытался ее порезать, затем проткнуть, но у меня ничего не вышло. Своими мечами я не стал пробовать и купил ее. Пять золотых ушло и теперь мне придется довольно сильно экономить.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

— Что на тебя нашло? — спросила Лаитта свою подругу.

— Да бесит он меня, — раздраженно ответила эльфийка.

— И почему же? — удивленно спросила дочка императора. — Раньше я за тобой не замечала, чтобы ты так срывалась. Ну, дружит он с валькирией, и что?

— Да вот чувствую, что внутри он насмехается над нами, — успокоившись, ответила Вионэль, — а мы его так и не проучили.

— Ничего, — многозначительно сказала ее подруга, — впереди еще два года. Успеем.

Они подошли к дому валькирии. Та взяла их амулеты, соединила поочередно со своим и, убедившись, что оба амулета светятся, впустила вовнутрь.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

— Наконец-то свобода и каникулы! Урааа! — выкрикнул я, выйдя из помещения, где сдал последний экзамен.

Теперь осталось только дождаться друга орка и договориться о времени поездки к нему в гости. Как и в предыдущий раз, я сдавал экзамен первым. Разница была только в том, что тогда меня вызвали отвечать, мотивирую тем, что раз уж я прогуливался по городу, то значит готов, а сейчас я пошел сам. Несмотря на то, что снизили пороги поступления, экзамен сделали сложнее. Ранее ученик должен уметь внедрить в заготовку три любых плетения, а сейчас одно боевое, второе некромантии, третье целительства. А в некромантии нет простых плетений, не говоря уже о целительстве. Разные светящиеся шарики не подходят. Вся наша небольшая группа, кроме меня, усиленно учила плетения для сдачи. Сардыку я помогал, как мог — очень не хотелось ждать его пересдачу. Ко мне подошел Верит.

— Ты куда собираешься на каникулы? — спросил он.

— Сначала к Сардыку в гости, потом пойду погуляю по Пустоши, — ответил я.

— Зачем? Там же опасно! — начал отговаривать он меня.

— Я на каком факультете учусь? — спросил я и, не давая ему ответить, продолжил. — Вот и хочу там поискать древние артефакты.

— Ненормальный, — констатировал он. — Сардык, — обратился он к вышедшему орку, — объясни ему, что в Пустоши гибнут группы поисковиков, а он собрался в одиночку. Или ты тоже с ним?

— Да он ненормальный, — эмоционально ответил тот, — как только я рассказал ему о них, так он бредит ими. Но я с ним не пойду и по дороге домой постараюсь отговорить.

— В общем, Андрей, еще раз приглашаю тебя к себе в гости. Сардык, — Верит повернулся к орку, — будет желание, приезжайте вместе.

Я спросил орка про время отъезда — получается, что есть два дня. Он сказал, что узнает у своих соплеменников по поводу каравана, и если он есть, то лучше присоединиться, а еще ему коня надо купить. Так что два дня могу посвятить отдыху. На следующий день ко мне пришла Линда, сказала, что уезжает к себе и хочет попрощаться. А еще сообщила, что на следующий год может и не приехать учиться, поскольку на границе с Ханством орком и Землями ракшасов очень не спокойно и у них предполагают, что будет война либо летом, либо в начале осени. Такие слухи ходили, но она их подтвердила окончательно. Империя не граничит ни с теми, ни с другими, но военную помощь может оказать и Зарии, и Первому лесу. С Дреггонией же отношения нейтральные.

Пролетело это время и вот сейчас иду в конюшню, а зайдя в нее, уже в который раз увидел нового конюха рядом со стойлом Агата. Тихонько подошел ближе и увидел оскал моего коня.

— Что, не получается? — с усмешкой спросил я, заходя за ограду.

Агат обрадовался мне и тихонько заржал. Конюх посмотрел на меня, затем на коня, на что Агат оскалился. Навьючив сумки, я направился выходу из города, где у своих соплеменников меня должен ждать Сардык. Всю дорогу до ворот я чувствовал взгляд конюха. После приветствия, орк сразу заявил, что каравана в ближайшие две недели не будет, предложил было подождать, но я отказался наотрез, поэтому ему пришлось согласиться. Полдня наш путь пролегал по имперскому тракту, связывающему столицы Империи и Зарии, затем он свернул на юго-запад, а мы поехали на юг. По дороге Сардык рассказывал различные истории про поисковиков и тварей, обитающих там. По описанию я толком ничего не понял и спросил, есть ли какие-то книги или другие изображения их или, хотя бы самых опасных.

— Если дед Чаротык никому не отдал свои записи, то можешь у него взять, — потом добавил ехидно, — если уговоришь.

— А это так сложно?

— Да он считает других любителями, потому что никто больше так не делает, но если что случается, то сразу бегут к нему.

Так за разговором мы приехали к трактиру, где и решили переночевать. Для меня ночь прошла спокойно, но орк решил оторваться с девушками легкого поведения по полной. Больше половины ночи с его комнаты раздавались стоны и крики, поэтому утром он с закрытыми глазами съел завтрак и такой же сонный двинулся дальше. Еду у хозяина я закупал сам. Вот второй половине дня Сардык, наконец-то проснулся и заявил, что ночевать придется под открытым небом. На мой вопрос, знает ли он хорошее место с водой, ответил положительно, правда, уточнил, что придется километра три уехать в сторону. Сказано-сделано, вот сейчас и передвигаемся по редколесью. Вдруг Агат напрягся, а я понял, что он что-то почувствовал.

— Стой, — сказал я орку.

— Ты чего? — удивился он.

— Жди, — я активировал все три ракшасовских амулета и пошел в сторону, куда смотрел мой конь.

Впереди увидел кусты, а подойдя, услышал какое-то шебаршение и порыкивание, раздававшиеся откуда-то из-за них и снизу. Обошел справа — передо мной был небольшой овраг, где десяток шакалов ели людей. Судя по тому, что все тела были брошены кучей, стало понятно, что смерть их наступила в другом месте, а сюда их сбросили. Сделать это могли только разбойники. Вернулся к орку и рассказал ему об этом.

— Вот поэтому я и предлагал ехать с караваном, — хмуро сказал он. — Объедем слева.

— Когда до места останется метров пятьсот, скажи и я проверю, а то мне не по себе. И давай подъедем с другой стороны.

После увиденного, я почувствовал некий дискомфорт, означающий ожидающую впереди опасность. Вскоре орк тихо сообщил, что за молодым подлеском и будет искомое место. Оставив его с конями, я опять ушел на разведку. Место, в самом деле, было великолепное — небольшой водопад, не более метра в высоту, полукруглый выступ, густые деревья и небольшая пещера. Все, как и рассказывал Сардык. Вот только место было занято, и по внешнему виду стало понятно, что это разбойники, которые, скорее всего, и убили найденных людей. Всего их было пятеро, но я не обольщался на счет количества. «Придется уходить и чем быстрее, тем лучше», — подумал я. Собрался было уходить, как со стороны неприметной тропки раздались выкрики, а спустя минуту из леса вышли ракшасы, которые вели четырех связанных девушек. Нет, две девушки и две орчанки. На вид им было пятнадцать-семнадцать лет.

— О, сегодня развлечемся, — долетело до моих ушей.

— До прихода командира никого не трогать! — приказал один из потомков демонов.

У одной орчанки я заметил красивые бусы, набранные из разноцветных камней. Кому-то из людей они тоже понравились и тот их сорвал. Девушка пыталась помешать, но со связанными сзади руками мало что можно сделать, но она умудрилась укусить. В ответ получила пощечину и сорванное украшение. Я насчитал шесть ракшасов, включая отсутствовавшего командира, и пять людей, но, наверное, еще должны быть. Вернулся и все рассказал Сардыку, который внимательно слушал, но как только я рассказал об орчанке с украшениями, он взорвался и порывался в бой. Оказалось, что эта самая орчанка его сестра, которая моложе на год, а бусы он делал сам и подарил ей на десятилетие. Так что придется их освобождать, причем, как можно скорее. После того, как орк успокоился, мы начали обсуждение. Он предлагал один план безумнее другого, пока я не рыкнул на него, заставив замолчать, и сказал, что иду под амулетами, а он ждет, пока я действую тихо. Когда меня раскроют, то тогда и он вступает в бой.

Но мой план полетел ко всем чертям. Крики девушек мы услышали еще на подходе и орк сорвался вперед. Мне не оставалось ничего другого, как активировать амулеты и поддержать друга. Сардыка не учили бесшумно передвигаться, поэтому его топот разбойники и демоны услышали заранее, но не приняли всерьез или подумали на кого из своих. Это сыграло с ними злую шутку, по крайней мере, с людьми. Один из них получил разрез саблей через всю грудь, второго он оттолкнул щитом, на середине которого был острый шип. Девушка, с которой они успели стянуть одежду, получив свободу действий, откатилась в сторону. А вот ракшасы среагировали мгновенно — пока Сардык расправлялся с двумя мужчинами, они схватили оружие и двое направились к нему. По их действиям я понял, что это не разбойники, а разведка или диверсионный отряд.

«Блин», — подумал я, — «не мог он подождать минуту». Я помнил с предыдущего раза, как легко расправился с ними, когда в голове у них была только одна похотливая мысль. Сейчас до этого еще не дошло, и на площадке стояли воины. Вот из пещеры выскочил еще один, а интуиция подсказала, что это их главный. Я прицелился из арбалета и выстрелил ему в спину. Невероятно, но он почувствовал опасность и сумел отскочить в сторону, зато болт попал в плечо, стоящему за ним воину. Отбросив арбалет вправо от себя, чтобы отвлечь их внимание, я с уступа прыгнул вниз. Их командир опять что-то почувствовал, зато простой боец продолжил смотреть туда, куда упал арбалет. Он-то и лишился головы.

— …, - выкрикнул их главарь, а почувствовал, как что-то случилось с моими амулетами.

Его взгляд, также как и взгляд раненого, направленные на меня, сказали о том, что мои амулеты перестали работать. Я только перешел в состояние контроля, как меня они атаковали. Присел, разворот — меч проходит рядом со мной. Шаг левой ногой вперед, отклонился назад, развернув плечи — горизонтальный удар раненого проходит в сантиметре от меня. Защитный амулет от ментальных атак обжигает меня, а я замечаю чуть растерянное выражение главаря. Мгновенно перехожу в боевой транс и наношу колющий удар, но он опять успевает среагировать и получает только ранение, а я снова работаю в другой технике.

— Один ко мне, — выкрикнул главный.

Я заметил, как один, из теснивших орка ракшасов, стремительно разворачивается к нам, но Сардык, несмотря на свое незавидное положение, умудряется прыгнуть и перегородить тому путь. Пара секунд, на которые орк его задержал, дало мне время, чтобы понять, что против троих противников не поможет никакое мастерство контроля. Я и против этих двоих держался только из-за ранения одного из них. Придется рисковать. Казалось, на этот раз переход дался еще быстрее, и я сблизился с раненым врагом, отведя левым клинком его оружие и нанося сильный удар правим. Как я и ожидал, он прикрылся щитом, и мой удар сделал длинную зарубку на щите. А я понял одну вещь — внутренняя энергия, которую я распределяю по телу для лечения, не только лечит, но и усиливает мышцы во время ударов. Делаю шаг вперед и проталкиваю меч до эфеса. Почти сразу отпрыгиваю в сторону, но все-таки получаю режущий удар по спине, но безрукавка спасает. «Значит, скользящие удары могу принимать», — мелькает у меня мысль.

В это время подбежал новый противник и несколько обменов ударами показали, что он превосходит меня в мастерстве. Разрыв дистанции и я меняю состояние. Только я обрадовался, что их командир не атакует и у меня появляется возможность убить своего врага, как приходит чувство сильнейшей опасности. Отпрыгиваю влево, одновременно активируя защитный амулет. Удар ракшаса совпадает с рубиновым лучом, но оба не проходят мою защиту. И тут мне приходит в голову одна мысль. Ловлю момент, когда воин один меч отводит назад, а вторым начинает атаку, и прыгаю на него. Он задумку мою понял и попытался уйти, но не достаточно быстро — мой щит ударяет по нему, и ракшас теряет равновесие. Отключаю амулет, наношу удар в сердце и тут же ухожу в сторону, опять под защиту амулета. Взгляд на их командира, оказавшегося магом, и замечаю, как в щит легонько ударяет какая-то дымка — миг и щит исчез. «У них и такое заклинание есть?», — мысленно удивился я. Теперь только ближний бой. Сильно оттолкнувшись, я прыгаю к магу и вижу, как в меня несется огненно-белый шар — заклинание, про которое нам ничего не говорили.

Под вой интуиции, я от безысходности и глупой смерти со всей яростью наношу удар по шару. Осыпался пеплом клинок в левой руке, зато изделие неведомого мастера не подвело. Касание клинком сгустка огня привело к тому, что заклинание растаяло, зато я впервые увидел плетение моего меча — невероятной сложности вязь налилась аналогичным заклинанию светом. А в следующее я подлетел к магу и нанес по нему удар, успев отметить изумление на его лице. Яркая вспышка ударила меня по глазам.

Мир Оравия, Империя, недалеко от южного тракта.

Первых двух разбойников Сардык убил легко, но подскочившая двойка ракшасов заставила сражаться его на пределе возможностей и сил. Но все равно он получил уже две колотые раны, хорошо, что не глубокие. Эти противники прекрасно знали тактику боя саблей и шипастым щитом, поэтому почти все его уловки оказались бесполезны.

— Один ко мне, — услышал он фразу на языке ракшасов.

«Значит, они там не могут справиться с Андреем?», — мелькнула мысль в голове, и он попытался преградить путь ринувшемуся на помощь воину. Все, на что его хватило, это каких-то пара секунд и ему пришлось отступить под напором оставшегося врага. Теперь уже и люди попытались счастья, но бойцами они оказались вообще никудышными — Сардык погодя разрубил одного и два оставшихся отступили. Но его противник-ракшас оказался бойцом более искусным, чем он сам. Пока Сардык держался, пропустив пару ударов, которые сдержала его кольчуга. Вдруг вспышка сзади заставила его на мгновение закрыть глаза, а открыв, он увидел, что его противник ослеплен и отступает, создавая вокруг себя защиту. Такой шанс орк терять был не намерен — шагнул к нему, отвел щитом один меч, подставив его под другой, и нанес удар по открытой части ноги. Покончить с хромающим врагом было минутным делом. Повернулся к людям, но те припустили в лес.

— Сардык, — раздался голос Андрея, — еще должен быть один ракшас и наверняка находится под отводом глаз.

Мир Оравия, Империя, недалеко от южного тракта, это же время.

Я, уставший, хотел сесть, как меня пронзила мысль, что количество убитых демонов меньше, чем я насчитал ранее.

— Сардык, — крикнул я, — еще должен быть один ракшас и наверняка находится под отводом глаз.

Зрение еще не вернулось, и я перешел на магическое. Мир аур и силовых линий привычно и немного непривычно встретил меня. Дело в том, что в основном я смотрел двумя взглядами, а теперь весь материальный мир исчез. Орк прислонился к дереву — правильно, девушка была рядом с ним. Больше никаких живых существ не видел. И тут я вспомнил про других девушек, которые, наверняка, находятся в пещере. Больше по памяти, чем при магическом взгляде я направился к входу. Я знал, что последний враг находится тут, но судя по тому, что опасности практически не было, так легкая дымка, чувства свои он контролировал прекрасно. Поэтому-то его и отправили то ли в дозор, то ли дежурить на тракт. Чуть споткнулся и, мысленно выругавшись, перешел в состояние контроля, чтобы попробовать передвигаться так. И тут же чувство опасности обожгло сзади, а я почувствовал удар по правой руке. Несколько движений, перегнать энергию к ране. Сардык рванулся к нам, а я понял, что ракшас сейчас уйдет и все, что смог придумать, это упасть на земли и ударить того по ногам.

Повезло. Он в самом деле начал движение назад, поэтому не смог нанеси по мне сильный удар, а броня меня спасла. Я откатился в сторону, сел и с интересом только магическим зрением наблюдал бой между орком и ракшасом. У последнего, будучи раненым, никаких шансов не было, даже находясь под отводом глаз.

— Сарика, — раздался крик орка, сразу после того, как он отрубил голову своему врагу, — ты где?

— Сардык? — услышал удивленный девичий голос из пещеры.

Зрение так и не восстановилось, а свой целительский амулет я забыл на Агате. Я его не привязывал и не стреноживал, поэтому мысленно попробовал его позвать. Он меня как-то чувствует, может быть, и этот мой зов услышит. «Какой молодец!», — мысленно я похвалил своего коня, когда услышал его топот.

— Ой, — снова женский немного испуганный голос и одновременно с ним фырканье Агата.

— Тихо, дружище, тихо, — сказал я, вставая на ноги, — здесь все свои.

На ощупь достал из сумки амулет и приложил к глазам — легкая прохлада окутала голову. Когда она исчезла, открыл глаза — все замечательно.

— Для меня не найдется амулета?

Сардык стоял у входа в пещеру, а рядом с ним орчанка. Симпатичная.

— Держи, — я бросил ему пластину.

Он снял с себя броню и одежду, а сестра начала прикладывать амулет к его ранам. Я осмотрел других девушек — все симпатичные, наверное, специально отбирали таких. После лечения орка, я сменил накопитель и уже девушки по очереди прикладывали его к своим ранам. Пока они занимались самолечением, мы с Сардыком занялись сбором трофеев. И тут я вспомнил о потере одного своего меча.

— Сардык, — я резко повернулся к нему и выдал все, что смог вспомнить из ругательного оркского, но успокоившись, объяснил, — какого ты понесся к ним? Надо было выждать, пока ракшасы тоже начнут домогаться и тогда напасть. В этом случае мозги у них отказывают напрочь!

— А ты откуда знаешь? — удивился он моим познаниям.

— Знаю! — отрезал я.

— Это что, надо было ждать, когда нас начнут насиловать? — возмутилась его сестра, но я на нее даже не посмотрел.

— Ты чего взъелся?

— Да я из-за этого мага один меч потерял, точнее, он просто превратился в пепел, — расстроенно пояснил я.

— Приедем к нам, найдем тебе замену. — уверенно сказал он.

— Да этот меч стоит дороже, чем все ваше племя со всем своим скарбом. Ай, — махнул я рукой, и тут меня посетила идея. — В общем, с тебя все записи того деде, не помню как там его имя. Ты лучше думай, где нам взять лошадей для девушек.

— А тут и думать нечего — здесь неподалеку есть прекрасная лужайка, и кони разбойников могут находиться только там.

— Тогда пошли быстрее, а то два сбежавших заберут еще всех.

Но нам повезло — они если и забрали, то только своих скакунов, потому три неплохих лошади паслись на лугу. Спустя час мы уже ехали по тракту и знакомились друг с другом. Вторую орчанку звали Ритака, а родом она был с другого племени. Имена человеческих девушек Виола и Цилия. Сейчас, когда они окончательно убедились, что плен остался в прошлом, у них прорезалась болтливость. Хватило меня всего минут на пять и я, сославшись на то, что необходим дозор, уехал вперед. Вспомнил про свои амулеты, которые смог отключить маг ракшасов, достал и посмотрел на них магическим зрением. Ругался я очень долго и громко — они были полностью пустые. Но вздохнул с облегчением, поскольку трофеи оказались в полном порядке. А вечером следующего дня мы въехали в город Хорск.

Мир Оравия, Империя, город Калген, столица, императорский дворец.

— И что это вы принесли? — с любопытством спросил император ректора школы волшебства.

К опозданиям начальника тайной службы уже все привыкли, ведь основной груз навалившихся проблем тянул именно он. И, несмотря на то, что многие вопросы решались, но на место одного приходило два. Курьеры и тайной службы, и императорские, и графа Шерграна носились, как угорелые, а все их донесения должен просматривать Крив Варнамен. Доверенные подчиненные читали, но так получалось, что важность их была такова, что и их начальству приходилось перечитывать. Вот и сейчас отсутствие главного тайного стража указывало на то, что пришло что-то из ряда вон. Вот император и спросил ректора.

— А это поделки одного ученика, — немного хмуро ответил он, — вы его отлично знаете. Во время экзамена он показал весьма посредственный результат, хотя теорию сдал неплохо, а эти амулеты передала мне единственная ученица из Дреггонии, чтобы я их отдал хозяину. Не буду вдаваться в подробности, хотя, если хотите, то можете спросить у дочери, как ученик может заработать денег. В общем, разница между амулетом, созданным на экзамене и этими очень большая, к тому это парные.

— Может быть, это и не он сотворил? — уже хмуро спросил император.

— Он, — уверенно ответил ректор, — просто нельзя было предугадать те события. Вот, возьмите мой доклад по этому поводу.

И он передал одну папку императору, а вторую положил перед пустующим стулом. В это время в помещение вошел опоздавший. На ходу, поприветствовав всех, опустился на стул и без приказов начал доклад.

— Ваше величество, сведения, полученные только что, говорят, что ракшасы развяжут войну не позже, чем через месяц. Основной удар будет нанесен по Первому лесу, к границе с которым переброшено половина их армии и треть армии Ханства орков. Все перемещения делались в строжайшей маскировке, но эльфийской разведке удалось проследить. Уже то, что они потеряли две группы, говорит о многом. Одновременно с этим будет нанесен отвлекающий удар по Зарии и, может быть, по Дреггонии. В последнем случае это будут орки. Еще они предупреждают, что у них появились новые заклинания, одно из которых очень важное, так как уничтожает магический щит. Второе, это из боевой атакующей магии — огненный шар, разогретый добела.

Когда речь зашла о магии, Иридан Крок встрепенулся и ожидаемо получил папку, которую начал тут же изучать.

— Владыка предупредил, что помощь в отражении нежити сможет оказать в значительно меньшей степени, чем предполагалось ранее.

— Война, задуманная ракшасами, и увеличивающаяся активность нежити точно между собой не связаны?

— Вероятность крайне мала, — чуть помедлив, ответил Варнамен, — скорее всего, ракшасы могут получать достоверные сведения из Туманных земель, и подстроили свои планы. Я думаю, что и нежить начнет войну, у границ уж точно.

— Как ведут себя аристократы?

— Герцог Фиган, как всегда, возмущался вашим указам, но мне сообщили, что недавно у границы Туманных земель видели его доверенного человека. Сейчас он помалкивает то ли придумывает варианты свержения, то ли решил отсидеться и потом уже попытаться захватить трон.

— Через неделю на совещании должен присутствовать главнокомандующий, так что пусть оставляет границу своему помощнику и едет в столицу, — подвел итог император.

Глава 16

Мир Оравия, Империя, город Хорск.

— Это последний город, больше до нашего селения ничего не будет, — сказал Сардык, когда мы въехали в ворота.

— Жаль, — ответил я, — так хотелось отдохнуть нормально.

— Что, не нравится на земле спать? — съязвила Сарика под неодобрительный взгляд брата.

— На земле это ты спишь, а я в шатре, — не остался в долгу я.

— Андрей, — обратился ко мне орк, — ты не обижайся на сестру. Просто по нашим законам, она обязана отблагодарить спасителя.

— Да что она может мне дать, кроме своего тела, — махнул я рукой.

— Так это и есть ее благодарность, вот она и стала такой язвой. У нас в семье она всегда отличалась своим независимым характером, — еле сдерживая смех, ответил орк, искоса поглядывая на сестру.

— Да не нужна она мне для секса, — я бросил на Сарику равнодушный взгляд. — Если помнишь, в школе меня куда лучше красавица соблазняла, но я не поддался.

— Кстати, а почему ты не захотел с Линой переспать? — спросил Сардык и получил, незаметный, как думала его сестра, тычок от нее.

— Да подозрительно это все, она ведь не отвечала на попытки познакомиться других учеников, причем отказывала и старшим. Мне она была непонятна, а к таким вещам я отношусь очень подозрительно, — я умолк, но затем добавил. — Кстати, и тебе советую.

Мы сразу же направились в местную администрацию, чтобы заявить о произошедшем и оставить там девушек. Как оказалось, у них уже имелись заявления их родителей о пропажах. Обе орчанки, естественно, решили ехать вместе с нами. Постоялый двор я из принципа выбрал лучший, пусть и выбирать приходилось всего из трех. Сардык лишь чуть скривился таким тратам, но поскольку от разбойников нам досталось прилично, особенно мне, согласился со мной.

— Сардык, — обратился я к орку, когда мы спешились, — я оплачиваю комнаты свою и Ритаки, а тебе придется платить за свою семью.

Ко мне подошла Ритака.

— Андрей, — она смутилась, — не надо брать мне комнату, я буду с тобой.

— Ты про долг за спасение? — она кивнула, не поднимая головы. — Так мне ничего от тебя не нужно, считай, что свой долг ты мне отдала.

Когда я ей отвечал, то специально делал акцент на том, что только она мне ничего не должна. Сам же краем глаза следил за сестрой Сардыка, которая едва слышно фыркнула.

— Может быть, возьмем две комнаты: одну нам, вторую девушкам, — сказал Сардык.

— Нет уж, ты храпишь, как тридцать пять демонов, — поддел я его. — Хочешь сэкономить — бери одну комнату, сам будешь спать на кровати, а сестра твоя где-нибудь на коврике. А если она скажет сейчас хоть слово, — я увидел, что та набрала полную грудь воздуха, — заставлю отрабатывать долг всю ночь.

Под возмущенный выдох Сарики, Сардык захохотал. Постоялый двор стоил своих денег: уютно, чисто, никакой живности в комнате не увидел. Ужин тоже оказался на славу. Во время приема пищи договорились, что завтра выедем, как все хорошенечко отдохнут. Все разошлись по комнатам спать, мне же совсем не спалось из-за духоты, поэтому полежав час, я поднялся и пошел прогуляться на улицу. На улице было чуть прохладней, но все равно очень душно, вероятно завтра будет дождь. Пошел к конюшне — Агат встретил меня привычным радостным фырканьем. Дав ему приготовленное его любимое яблоко, решил обойти строение. Завернув за угол, я услышал могучий храп, в котором узнал орка. Посмотрел на его открытое окно и хотел вернуться, как понял, что соседнее окно тоже открыто, и это окно его сестры. План мести за ее язык созрел мгновенно. Вернувшись в номер, я достал запасную рубашку черного цвета и вернулся к открытым окнам.

Второй этаж невысоко, а я уже имел опыт лазания по стенке, поэтому спустя минуту я уже прислушивался к творящемуся в комнате Сарики. Храп орка сильно мешал, плюс еще рубашка, намотанная на голову и лицо, дабы меня не узнали, сильно мешали. Так и не услышав ничего, я одним рывком очутился в комнате. Подошел к девушке и только здесь, прислушавшись, услышал ее мерное дыхание. Видимость была плохая, но света звезд все же хватило, чтобы рассмотреть конур девичьего тела. Аккуратно коснулся ее и ничуть не удивился тому, что она обнажена. Готовый в любой момент зажать ей рот, я начал медленно водить руками по ее телу, обрадовавшись, что она спит на спине. Одной рукой погладил грудь, чуть коснувшись соска, вторая уже гладила ее бедро, подбираясь выше и выше.

Есть контакт! Сарика задышала чаще, но не проснулась — это именно то, чего я и добивался. Я начал действовать более активно и сжал ее грудь, играя пальцами ее соском. То, что случилось потом, я не ожидал — она подалась вперед и, издав то ли стон, то ли крик, задрожала в оргазме. Оказалось, что ее грудь невероятно чувствительна к ласкам. Следующие два часа я занимался только тем, что возбуждал ее и доводил до потери сознания, пока, в конце концов, полностью не удовлетворил себя и решил, что месть завершена. Ее крики слышали, наверное, все кроме брата, потому что, возвращаясь, я слышал из его окна все те же рулады храпа. Уже лежа в кровати, я довольно пробормотал:

— Девственницы в неравной борьбе сравняли счет, теперь ничья — четыре-четыре, — и почти сразу уснул.

Утро было великолепным, даже на улице светило солнышко, хотя по всем приметам должен быт дождь. Выйдя из комнаты, увидел орка у двери своей сестры, который стучал и звал ее.

— Андрей, — повернулся он ко мне, — с сестрой что-то случилось, она всегда вставала раньше меня, даже если ложилась значительно позже.

— Да что с ней может случиться? Спит наверняка. Пошли лучше завтракать, — я повернулся, чтобы уйти, но вспомнил про другую нашу спутницу. — Ритака проснулась?

— Да, уже внизу.

Он оторвался от двери и мы спустились в зал. Девушка уже завтракала и порекомендовала нам тушеное мясо, его-то мы и заказали. Когда я уже наслаждался травяным настоем, спустилась Сарика, и только она села за стол, я задал давно вертевшийся у меня на языке вопрос.

— Ритака, как тебе спалось? — спросил я с иронией.

Она смутилась и под недовольным взглядом сестры Сардыка ответила:

— Хорошо.

— А мне вот не очень, — «недовольно» ответил я. — Какие-то крики, стоны полночи мешали мне уснуть. Ты не знаешь, что это такое было? — я продолжал спрашивать орчанку.

— Да? — услышал я удивленный голос Сардыка. — А я ничего не слышал.

— О, вот спускаются постояльцы с нашего этажа, — я точно знал, что они снимали комнату рядом с Сарикой, — надо у них узнать, как им спалось, — продолжал я издеваться над сестрой орка.

Языкастая орчанка вскочила и убежала наверх, а ее брат недоуменно глядел ей вслед. Потом посмотрел на меня, увидел мое довольное донельзя лицо, перевел взгляд на смущенную Ритаку, и спросил:

— Я чего-то не знаю?

— Вот у нее спрашивай, — ответил я и поднялся, чтобы уйти. — Собирайтесь и не забудьте купить все необходимое.

Выехали мы только во второй половине дня. Я купил припасов себе и Ритаке, а орк должен взять для остальных. В дороге я все также уехал вперед, внимательно рассматривая все подозрительное. Местность здесь была холмистая, но встречались и степи, и лесные массивы, так что место для засады найти легко. А вот ближе к вечеру погода, наконец-то решила побаловать нас дождем, поэтому решено было искать место для ночлега. Вот тут-то и выяснилось, что Сардык забыл проверить свои вещи — шатер с его вещами украли, а вместо этого сложили в седельную сумку сено. Причиной этого было то, что он так и не смог добиться от сестры, что случилось с ней ночью, а Ритака вежливо отправляла его с Сарике. Мой шатер, позаимствованный еще у ракшасов, был двухместный и вчетвером пришлось ютиться. Я сразу заявил, что рядом со мной спят орчанки, причем Ритака между мной и орком, а кому не нравиться, то пусть идет на улицу. Под шум капель, я прижал ее к себе и уснул.

Проснулся я от непонятного чувства, отдаленно напоминающего опасность. Справа, прижавшись ко мне, спала Ритака, а вот слева шли какие-то шевеления. Чуть-чуть приоткрыв глаза, увидел, что Сарика принюхивается ко мне. «Блииин», — мысленно простонал я, — «как я мог забыть, что у орков обоняние намного лучше людского, особенно у их женской части». Надо было натереться травкой, благо у меня она осталась сушеная еще с похода по Дреггонии. Ну, ничего — фиг она уже докажет, что это был я. Все оставшееся время, пока мы ехали, она подозрительно посматривала на меня или бросала злой взгляд, тут же переходивший в мечтательный.

До поселения орков мы добрались без происшествий. Я специально притормозил Агата, чтобы посмотреть со стороны на все. Увидев Сардыка, все оказывали ему почтение, при взгляде на сестру, вскрикивали и громко что-то осуждали на своем языке, которого я не понимал. Орк же говорил на имперском свободно и совсем без акцента, орчанки тоже, и я подумал, что все орки говорят на нем, но оказалось, что это не так. Когда въехали, я рассматривал жилища местных жителей и убедился, что быт их сильно отличается от орков Ханства. В отличие от последних, ведущий полукочевой образ жизни, местные имели добротные дома и свое хозяйство. Ритака притормозила свою лошадь и поехала рядом.

— Ты чего? — спросил я ее. — Я специально отстал, чтобы вы там без меня провели свои местные обычаи.

— Так сейчас и будет встреча вождя со своим наследником и дочерью, — у меня чуть не упала челюсть.

«Ай да, Сардык, ай да сукин сын», — пришло на ум выражение из моего мира. И ведь ни словом не обмолвился, что его отец вождь. Это получается, что я переспал с принцессой? Ух, как хорошо, что на ней долг жизни висел, а то пришлось бы сейчас в срочном порядке уносить ноги — не драться же мне с ними. Узнал у орчанки про постоялые дворы — оказалось, что здесь их тоже три, но размером поболее, чем мы останавливались в последнем городе. Причина этого находится совсем рядом — Великая пустошь собирает много искателей наследия забытой цивилизации. Все они находились на другом конце поселка, поэтому попрощавшись с девушкой, туда я и направился. Я еще в столице сказал орку, что еду не к нему в гости, а именно искать сокровища. Девушка порекомендовала мне постоялый двор «Приют искателя», владельцем которого был эльф. По ее словам там не обманывают и отсутствуют кражи и за лошадьми уход самый лучший. Сказала, что в их селении тоже один двор принадлежит эльфу. Если появляются эльфы, то останавливаются они только там.

В самом деле, мне очень понравилось, причем, не только сама комната, но и отдельное стойло для моего коня. Цена соответствовала качеству. Заплатил за месяц, получил скидку и ушел отдыхать и дожидаться Сардыка с записями про Пустошь.

Мир Оравия, Империя, оркское поселение, дом вождя.

— А где Андрей? — спросила Сарика брата, когда со всеми ритуалами было покончено.

— Что, не на ком свой язычок испытывать? — ехидно усмехнулся тот. — Хотя… — он задумался на пару секунд и с удивлением добавил, — Сестренка, а что случилось, что ты в последнее время не язвила ему?

— Думала, как избежать его грязных рук, и, как видишь, преуспела в этом, — съязвила она.

— Ну-ну, — ответил брат и поехал к приближающейся Ритаке.

Мысли же Сарики опять вернулись к обладателю «грязных рук». Она привыкла к восторженным взглядам мужской половины, как орков, так и людских, привыкла быть в центре внимания. Но этот смотрел на нее почти как на пустое место, что девушку очень задело, поэтому и соскакивали с ее языка едкие замечания. А когда речь зашла о какой-то неизвестной красавице, то она испытала чувство ревности. Про ночь в Хорске она помнит только волны удовольствия и невероятное наслаждение. Утром она решила обязательно отыскать этого орка, потому как она искренне верила, что такое удовольствие может доставить только ее соплеменник. А в зале, когда зашел разговор про ночь, она вдруг отчетливо поняла, что совсем себя не сдерживала, и все постояльцы слышали ее крики. От стыда она убежала к себе. А ночь, проведенная в его шатре, перевернула ее мир с ног на голову. Уснула быстро, вот и проснулась ни свет, ни заря, а потягиваясь, вдруг почувствовала знакомый запах. Она поначалу не могла вспомнить, откуда его знает, но поняв, целую минуту сидела ошарашенная. Даже решила проверить и принюхалась к нему — все верно, именно так пах ее ночной соблазнитель. И вот сейчас увидев, как он обнимает другую орчанку, ее ревность поднялась до небывалых высот. Как же ей хотелось оттаскать ее за волосы! Всю дорогу до их поселка Андрей вел себя, как ни в чем не бывало, что она даже начала сомневаться в своих выводах. И Сарика решила обязательно выяснить у него правду, даже пойдет помогать брату уговаривать старого искателя.

В это время подошли брат с орчанкой.

— Я к деду Чаротыку иду договариваться, — бросил ей брат, — а ты устрой Ритаку.

— Я с тобой пойду, помогу уговаривать, — твердо сказала Сарика.

— С чего это ты вдруг такой стала? — подозрительно спросил он.

— Не хочу, чтобы ты был ему должен, — чуть резче, чем требовалось, ответила она.

— Да? — во взгляде брата прибавилось подозрительности. — А мне кажется, что причина совсем в другом, — ехидно добавил он. Но, если хочешь, то пошли.

Даже вдвоем они сумели убедить упертого деда только тогда, когда на улице было уже темно. Взяв записи, орк решили отнести их завтра.

Мир Оравия, Империя, оркское поселение, постоялый двор «Приют искателя».

Сегодня я проснулся поздно, поскольку вчера весь вечер провозился сначала с мечом, пытаясь рассмотреть его плетение, затем с амулетами, заряжая их. С мечом ничего не получилось, и я начал подозревать, что плетение на нем нанесено как-то по-другому, потому что мое магическое зрение уже достаточное, чтобы увидеть хотя бы размытые контуры. «Это оружие выковано точно не в этом мире», — вынес я свой вердикт. В дверь постучали.

— Господин, — раздался из-за нее мелодичный голос, — к вам пришли.

— Заходи, Алинэль, — ответил я, — я вовсе не голый.

С единственной эльфийкой, сестрой владельца заведения, работающей здесь, я познакомился вчера, стукнувшись лбами в прямом смысле. Я шел задумчивый, она тоже, и на углу мы таким образом и познакомились. Она вошла, и я вскочил с кровати, приветствуя ее. За ней вошел Сардык и почему-то его сестра.

— Привет, — я хлопнул его по плечу. — Здравствуй, — я кивнул его сестре, и повернулся к орку. — Неужели принес записи?

— Ага, — самодовольно ответил он, — еле уговорили. Вот сестра помогла, без нее я бы еще сегодня целый день этим занимался.

— Давай.

Он передал мне листы, и я первым делом глянул на язык, пролистнул несколько страниц. Ух, как хорошо, что этот дедушка писал на имперском. Скорее всего, не просто так это делал, а давал читать свои записи, беря за это плату.

— Спасибо, — поблагодарил я его, но потом принял соответствующую позу и высокопарно добавил, — твой долг прощен, мой друг.

Эльфийка прыснула, засмеялся я и тут же захохотал орк.

— Сардык, я с твоего позволения начну изучать их, поскольку наверняка придется покупать некоторые вещи, — затем уже эльфийке. — Алинэль, принеси, пожалуйста, завтрак мне сюда.

Она вышла, орк тоже, осталась только орчанка.

— Чего тебе? — спросил ее.

— Это ведь ты был?! — то ли вопросительно, то ли убедительно выпалила она.

— Ты скажи, где и что я делал, а я отвечу да или нет. Только быстрее, у меня дел много.

— Ну, — она смутилась, затем вскинула голову. — В Хорске, ночью ты ко мне приходил.

— Чегооо? — «опешил» я. — Делать мне нечего. Этот вопрос выяснили, а теперь будь добра, дай мне заняться своими делами.

Сарика сверкнула глазами, резко развернувшись, вышла из комнаты. Я же начал изучение животного мира Пустоши. Я настолько увлекся изучением, что принесенная эльфийкой еда, успела остыть, а вспомнил я о ней только собравшись по нужде. Этот дед, старый искатель, обладал даром рассказчика, потому что в записях немного скучноватые описания тварей соседствовали с довольно интересными случаями их ловли или убийств. Обед и ужин я заказывал к себе в комнату, и оба раза приносила племянница хозяина. Я и спросил ее об этом, на что она ответила, что ей со мной интересно. Я удивился, так как мы и разговаривали всего ничего, но сказала, что сама не понимает и хочет понять. Ну я и сказал, что если ей хочется, то может сидеть хоть до утра, и опять погрузился в чтение.

Чем больше я читал, тем отчетливей понимал, что сражаться с тварями очень опасно, поскольку они и сильнее, и ловчее, а многие так и обладают магией. Лучше всего их обойти стороной, но если необходимо откуда-то выгнать, то лучше это делать, используя ловушки. Желательно брать защитные амулеты, а амулет сокрытия ауры, так просто обязателен. Я порадовался тому, что у меня их несколько, а амулет мага ракшасов так еще лучше, чем тот, что он уничтожил. Здесь же были рекомендации по сооружению различных ловушек. А поскольку на себе много не утащишь, то все они были из легких материалов, а в качестве стальных прутьев рекомендовались ветки некоторых деревьев и кустов. Закончил читать и изучать уже ночью, даже не заметив, как девушка ушла из комнаты.

Следующим утром на завтрак я спустился в обеденный зал, где меня обслужила уже орчанка. После приема пищи я решил спросить владельца заведения про эльфийсие сети и специальную паутину, используемую вместо веревок.

— Есть, — подтвердил мою догадку эльф, — сколько требуется?

— Четыре сетки и две паутины.

— Найдутся. Что-то еще?

— А что можете предложить для похода в Пустошь?

— Зелье бодрости и заживляющую мазь.

— Точно! Во что мне все это обойдется?

— Пять золотых.

Я отдал ему деньги и спустя пять минут он мне все принес. Я очень удивился маленькому флакончику с микстурой и маленькой коробочке с мазью. Но эльф объяснил мне, что ни микстура, ни мазь со временем совсем не теряют своих свойств, отсюда и такая цена. Как оказалось, четыре из пяти золотых это именно их стоимость. Затем спросил про болты к моему арбалету и очень обрадовался их наличию, поскольку у эльфа, который предпочитает лук, их могло и не быть. Более того, были и специальные болты, наподобие ракшасовских, которых я тоже взял десяток. Двадцать обыкновенных и десяток начиненных магией обошлись еще в три золотых и прилично утяжелили мою сумку. Уже уходя, вспомнил про способ, каким меня «выследила» орчанка, и спросил про наличие чего-то, устраняющего запах. Я так понял, что владелец постоялого двора по совместительству является и поставщиком продукции, потому что и это средство у него нашлось. И, как и все эльфийское, его стоимость была приличной. После всех покупок у меня осталось всего три золотых и серебро, и впервые сильно пожалел, что совсем не интересовался алхимией. Идти в поход я решил с завтрашнего утра, а сегодня выгулять коня и все оставшееся время посвятить работе с амулетами. Очень уж мне хотелось создать амулет с огненным шаром, но провозившись до ночи, я так и не смог этого сделать. То мне не хватало запаса маны, а когда делал линии тоньше, то не удавалось нарисовать плетение, выдерживая погрешность в линиях. Бросив это дело, я создал еще один целительский амулет.

А утром после завтрака я пошел прощаться с Агатом, предварительно купив ему фрукты.

— Ну, что, дружище, — я обнял его за шею, — взять тебя с собой не могу — очень там опасно, — он, как мне показалось, гневно заржал. — Опасно, опасно, не надо возмущаться и бежать за мной, ты должен меня дождаться.

Я почувствовал взгляд и оглянулся. Какой возраст этого эльфа, я не знал. На морщинистом лице находились глаза, в которых читались столетия прожитых лет. У меня почему-то в голове стоял стереотип, что эльфы до самой смерти остаются молодыми, а тут такой резонанс. Он внимательно наблюдал за мной и Агатом, а по его одежде я понял, что это конюх.

— Вы осторожней с ним, — предупредил его, — он чужих не подпускает к себе. Очень любит яблоки, но все равно к себе не подпустит.

Я дал ему пять монет серебра на этот деликатес, взял сумку и ушел на юг. Шел размеренным шагом, не спеша, как и советовал бывалый искатель, чтобы на ночевку остановиться и двух часах ходьбы от границы. До рощи, где имеется родник, добрался без происшествий. На ужин доел еду, купленную у эльфа, нашел хорошее место и лег спать под деревом. Примечательно было то, что на территории Пустоши никогда не идут дожди, а вместо них опускается густой туман. Для искателей это настоящая беда, поскольку видимость падает очень сильно, а для большинства тварей это не является такой уж большой помехой. По этой причине искатели не берут с собой шатры, достаточно одного одеяла. Да и при опасности шатер является большой помехой для активных действий. Пока засыпал, вспомнил свое пешее путешествие по стране валькирий, близость сначала с девушкой, затем с демонессой. Под эти приятные мысли и уснул.

Утро встретило меня лучом солнца и замечательного настроения, потому как выспался я отлично, да и снилось мне что-то очень хорошее, хотя и совсем не помню что именно. Завтракать не стал, только попил воды и отправился в дальнейший путь.

Пройдя невидимую черту, я понял почему в записках деда ничего не говорилось о том, как определить начало пустошей. Просто пересекаешь ее и понимаешь, что ты уже там, какая-то часть человека получает сигнал или, наоборот, происходит воздействие на что-то, находящееся внутри. А может быть вообще на ауру. Я активировал все три амулета и начал передвигаться с осторожностью. В записях деда имелись и карты с обозначением мест, где и что было найдено, но место с подписью того посоха отмечено не было, чему я еще на постоялом дворе очень огорчился. Ближайшим местом были развалины, где был найден защитный амулет, которым пользуется император, но они и обследованы очень хорошо. Со стороны Первого леса таких развалин было две, а вот Зария похвастаться остатками строений не могла. Но мой путь лежал дальше, туда, где указаны развалины, которые так и не смогли обследовать. Было еще два непонятных обозначения без подписи. Я так понял, что это что-то вроде слухов — кто-то что-то слышал, что там-то и там есть нечто.

Первой встреченной мной тварью был хищный кролик — единственное съедобное для человека существо, не считая пернатых. И од один из немногих, происхождение которых можно определить. А вообще на пустошах обитают одни хищники, что с одной стороны противоречит экосистеме, а с другой мелкие хищники, вроде этого кролика, для добычи пищи собираются в небольшие стаи и охотятся на больших хищников-одиночек. Убив его, они наедаются и опять расходятся по своим делам. По наблюдениям искателей все известные хищники питаются не чаще одного раза в день.

Вот сейчас я и осматриваю внимательно окрестности на предмет стаи — вроде бы он один. Арбалет у меня заряжен заранее, поэтому прицелился и выстрелил в голову. Кролик сделал пару прыжков и упал, а я по рекомендациям быстро отрезал лапу и скрылся. Теперь у меня совсем немного времени, чтобы его приготовить, но порезанное тонкими ломтиками мясо быстро прожарилось. Поев, я отправился дальше. Вот в дальнейшем придется довольствоваться только сушеными и вялеными припасами, потому что охота чревата. Перед сумерками я начал искать один вид кустарника, донельзя колючего. Еще читая записи и рекомендации с ночевкой, я обратил внимание, что советовали местную колючку, а я в Дреггонии тоже ночевал в подобных кустах. В записях было отмечено всего пять мест, где точно можно ее найти, и к одному из них я и направлялся.

— И как я туда залезу? — пробормотал я.

Кустарником ее можно назвать только из-за похожести, а на самом деле там не прутья, а тонкие стволы, плотно усеянные шипами и колючками. Попробовал срубить шип своим мечом — получилось, хотя и не сказал бы, что сделал это легко. Конечно, использовать такой меч в качестве топора дровосека нонсенс, но по-другому я рискую не проснуться. «Интересно, как мучились искатели, пока делали себе жилье», — подумал я, — «Наверняка ведь не было у них такого оружия». В записях по этому поводу было сказано только то, что срубить шип очень тяжело.

Путь прорубал таким образом, чтобы пройти я мог только стоя, в некоторых местах еле пролезая, да еще и зигзагом. Замучился это делать, зато в центре действительно оказалось свободное место, где можно хорошо отдохнуть. Защищали эти кусты от трех четвертей хищников, но, например, если тебя учует тот же диркан, то просто проломит себе путь. Нарубив шипов и подзарядив амулеты, я лег спать.

Утром первым делом попробовал развести огонь со срубленных вчера шипов — записи бывалого искателя и здесь не подвели — огонь разгорелся быстро и совсем не дымил. Ключ с чистейшей водой, как и предполагалось, находился почти в центре внутренней поляны, поэтому с водой проблем не было: я и умылся, и сменил воду во флягах, и набрал в котелок для приготовления каши. Почему этот кустарник «охранял» ключ, никто не мог дать обоснованного и толкового объяснения. Жаль только, что их очень мало, и росли ли они ближе к центру пустошей никто не знал. Поел, припрятал пару кусков мяса для обеда и пошел дальше по намеченному маршруту. Выбирался с большой предосторожностью, но это оказалось излишне — никто не позарился ни на меня, ни на запах моей еды. А спустя два часа начал опускаться туман — вот уж не повезло, так не повезло, ведь туман явление здесь достаточно редкое. Срочно начал искать подходящее дерево или грот какой, потому что местность местами была скалистая. С пещерой не повезло, с деревом тоже — ни одного широкого, чтобы я мог разместиться на ветках хоть как. Пришлось выбрать два рядомрастущих дерева и привязывать к ним эльфийскую сеть, чтобы использовать ее в качестве гамака. Закончил уже тогда, когда видимость составляла не более трех метров. Съел мясо, улегся отдыхать и не заметил, как уснул.

Проснулся от чувства взгляда. Приоткрыл глаза, но увидеть из-за тумана ничего и никого не смог. Меч, конечно, лежал на мне и обнажить я его мог в любой момент, но с кем драться непонятно, да и помню, что с местными тварями лучше этого не делать. Вошел в транс и старался не двигаться. Наконец-то туман начал рассеиваться, зато солнце уже склонилось к горизонту. Плохо было то, что я не мог определить направление, откуда на меня глядели. Дерево, куда упирался взгляд, было пусто, что сзади неизвестно, поскольку запрокинуть голову не получалось. Резко поднялся, обнажил меч и развернулся — на втором дереве тоже никого нет. Опустил взгляд.

— Ах, чтоб тебя… да через…, - выругался я.

Внизу сидел дрокул. Большая голова с огромной пастью, большое тело, толстые, словно столбы, лапы. То, что я сидел на дереве, это, несомненно, заслуга амулета от ментальных атак. Сильнейший, из известных тварей, менталист Пустоши игнорировал все амулеты отвода глаз и сокрытия ауры. Его действия были просты — жертве внушалось, что она должна подойти, а затем мощные челюсти лишали ее жизни. Передвигался он на таких лапах не очень быстро, зато мог это делать достаточно долго. Если жертва по каким-либо причинам не подвергалась внушению, то следующим этапом был ментальный удар, как правило, уровнем значительно выше, чем внушение. Если и это не помогало, то тогда он просто атаковал.

Все это промелькнуло у меня буквально за доли мгновения и я начал искать выход из положения, потому как не был уверен в том, что амулет защитит от атаки. Появилась идея, и я принялся осматриваться вокруг, но больше никого не увидел. А жаль, хотелось стравить его с другим хищником. «Блин, опять придется рисковать», — мысленно простонал я и принялся медленно слезать, как будто нахожусь под его воздействием. Свою сумку я повесил на подвернувшийся сук. Маршрут свой определил таким образом, чтобы, когда окажусь на земле, между мной и дрокулом находилось дерево. Когда слез, сделал шаг вправо и на всякий случай выставил вперед меч. Успел заметить прыжок твари, как она нанизалась на меч, а потом я покатился, сбитый с ног. «О прыжках на жертву ничего не говорилось», — подумал я, перекатываясь по земле, и тут у меня в голове что-то взорвалось.

Я схватился за голову, чтобы хоть как-то унять боль, но естественно ничего не помогало. Затем резко все закончилось, и я обессиленный рухнул на землю лицом вниз. Начал прогонять внутреннюю энергию, направляя ее к голове — боль понемногу начала стихать. Когда мои движения перестали отдавать головной болью, поднялся и первым делом посмотрел на дрокула. Тот еще конвульсивно дергался, но это агония. Достал из сумки целительский амулет и приложил к голове — даже прохлада помогла, не говоря уже об исцелении. Я уже внимательнее глянул на убитого хищника — мой меч так и торчал из его пасти, вернее, торчала только его рукоять, а лезвие глубоко вошло в голову. «Отец бы задал мне трепку за то, что не удержал оружие», — подумал я и чуть улыбнулся, но тут пришла другая мысль, — «А что было бы не будь у меня амулета?». Постараюсь обходить их стороной и надеюсь, их способности не распространяются на сотни метров, потому как в записях о расстоянии чувствительности ничего нет. Собрав свои вещи, пошел дальше.

Небольшая река, преградившая мне путь, показала, что я не сбился с направления, и мне остается найти перекат, чтобы точно определить свое место. Эта река являлась своеобразной границей, разделяющей более-менее исследованные земли от почти неизвестных. Двинулся направо, вверх по течению, но спустя буквально пять минут резко остановился, так как взвыло чувство опасности. Начал медленно оглядываться, затем развернулся — по моим следам неспешно бежал неизвестный мне хищник. Блестящая кожа, шесть лап, сильно вытянутая морда — все это я успел заметить, прежде чем развернулся и побежал вперед, выискивая место для засады. После предыдущего опыта, связываться с местными тварями мне больше не хочется. Оглянулся — тот не ускорился — это-то мне и было нужно.

А вот и подходящее дерево. Я пробежал десяток метров вперед и развернулся. Разложив сеть на земле, я даже не стал ее маскировать, а два конца забросил на дерево, куда залез следом, и принялся ждать. Тот почти добежал до ловушки, и я приготовился, чтобы спрыгнуть и тем самым поймать его, как из-за моей спины раздался рык. Мой преследователь тут же остановился, развернувшись в сторону звука, и на его спине, вокруг головы и на лапах появились наросты в виде шипов. Только сейчас я заметил, что у него не шкура, а чешуя. Пару секунд он стоял, а затем рванулся и исчез из моего поля зрения, зато звуки, раздавшиеся сзади, ясно сказали, что там идет схватка. Переполз по стволу так, чтобы, видеть происходящее. Два одинаковых зверя катались по земле, кусая друг друга. Ага, еще они пытались нанести повреждения когтями, которых я раньше и не заметил. Уже появились первые раны, как на них налетела стая кроликов из одиннадцати особей. Зубы у бывших травоядных оказались на высоте и чешуя первых тварей не спасала. Но те тоже не остались в долгу — мгновенно перестав драться друг с другом, они принялись плеваться чем-то светло-зеленым. «Бррр», — я, аж, передернул плечами, — «не хотелось бы мне попасться под эту кислоту». Плевки этих непонятных животных мгновенно проедали тела кроликов, но те все равно не переставали атаковать, все же их было значительно больше. И все-таки чешуйчатые победили бы, если бы не дрались друг с другом, потому что самые большие повреждения кролики нанесли в первые мгновения схватки.

Два победителя принялись деловито обедать, причем в качестве еды они предпочли своих сородичей. Насытившись, они разбежались, а я спустился с дерева и удрал ловушку. Подошел к неизвестным хищникам. У одного пасть была открыта, из которой торчали зубы сантиметров десять в длину, но заинтересовало меня совсем другое. В верхней челюсти я увидел отверстие, а внутри пасти что-то, похожее на трубку. У меня сразу появилась мысль, что такая кислота пригодится и мне, поэтому пришлось поработать вивисектором.

Мешочек с кислотой оказался среди внутренностей. От него отходила трехсантиметровая, наверное, все-таки трубка, а не кишка, от которой я оставил десять сантиметров. Заглянул в нее, и у меня отлегло от сердца — один клапан говорил, что кислота однокомпонентная, иначе я даже не стал бы пробовать подобрать соотношение. Стенки сосуда оказались очень прочные, поэтому я со спокойной душой подвесил его на пояс. Перекат мне встретился через час. Преодоление реки прошло без эксцессов и происшествий, поэтому на другом берегу я решил перекусить. В случае опасности я мог просто уйти в реку, поскольку многие хищники воду не любили и предпочитали в нее не залезать. Пообедав, оправился дальше.

За следующие три дня я сумел дойти до развалин, обозначенных в записях. По пути хищники начали встречаться чаще, но таких нюхачей, какими были два чешуйчатых, больше не было, а единственного дрокула я обошел по большой дуге.

— Это получается, вот эта стенка и есть развалины? — разочарованно сказал я, глядя не нечто каменное высотой два метра и длиной четыре.

Больше ничего, напоминающее хоть какое-то строения, я не видел. Прошел вперед, даже в одном месте снял дерн и выкопал небольшую яму, но ничего каменного не обнаружил. Если здесь и было что, то деревья, трава и кусты поглотили это многие тысячелетия назад. Вернулся к стенке и от нее пошел зигзагом, внимательно разглядывая все вокруг. Отходил в каждую сторону не более ста метров, чтобы не отклониться в сторону. Если не получиться так, то вернусь и двинусь в другую сторону. Прошел по прямой метров пятьсот и только сейчас понял, что мне не нравилось — исчезли все животные, хотя еще какой-то километр назад их видел достаточно.

— Что-то тут нечисто, — подозрительно сказал сам себе и, достав записи, принялся более внимательно рассматривать нарисованную часть карты и читать подписи.

Если учесть погрешность карты и предположить, что я мог уйти немного в сторону, то я, вероятно, просто еще не дошел до обозначенных развалин, поэтому и нашел всего одну стену. Просчитав где и в какую сторону я мог отклониться, я сделал шаг в нужном направлении — земля у меня ушла из-под ног, и я провалился под землю. Войдя в транс, увидел под собой груду камней и просчитал наиболее безопасный вариант падения. Если то можно так назвать. Помня об усиленном ударе, в опорную правую ногу направил внутреннюю энергию. Боль в ноге от удара о камень отдалась где-то на задворках сознания, а вот следующий упор на эту же ногу отдался такой болью, что я не смог удержать транс, и вскрикнув, покатился по земле и, ударившись головой о камень, потерял сознание.

Проснулся от боли в ногах, приподнялся на локтях и успел заметить, как серая тень метнулась за камни. Осмотрел место и приметил прокушенную штанину, а еще почувствовав онемение в месте укуса, которое начало быстро распространяться по ноге. Загнав остатки внутренней энергии в ногу, нашел сумку, достал целительский амулет и, закатав штанину, приложил в ране. Прохладой окуталась моя правая нижняя конечность, но накопитель быстро иссяк.

— Это что же яд у этой твари? — изумился я и достал второй амулет.

Посмотрел магическим зрением на ногу — зелено-коричневое пятно находилось в месте укуса, а вокруг него образовалась изумрудная сеть, тянущаяся к амулету.

— Плохо дело, — пробормотал я, — оно и не думает уменьшаться.

Это верно — все, на что хватало амулета с первым уровнем заклинания исцеления, это сдерживать распространение яда. Вздохнув, я достал нож, чуть расковыряв рану и принялся выдавливать из нее кровь с ядом. Удивила кровь, оказавшегося такого же цвета, как рана в магическом зрении. Опять посмотрел с помощью магии — медленно пятно начало уменьшаться. Я еще минут пять раздумывал над тем, как еще помочь, пока я не вспомнил о покупках у эльфа. Откупорив эликсир, я капнул в рану несколько капель, а затем смазал место укуса мазью. Даже с такой помощью пятно уменьшалось медленно, хотя и быстрее, чем ранее. Я с ненавистью посмотрел туда, где скрылась серая тень.

На валуне сидела крыса, обыкновенная крыса, только размерами не менее полуметра, и внимательно наблюдала за мной. По ее взгляду, стало понятно, что она как минимум полуразумна, а может быть, обладает низшим разумом. Насколько я помнил, крысы никогда не были одиночками, поэтому сильнейшее желание ее подстрелить пришлось погасить усилием воли. Воевать здесь со всей стаей мне как-то не хочется, а так глядишь, разойдемся мирно. Посмотрел вверх — отверстие находилось на высоте пяти метров, и было не более двух метров в диаметре. Подобраться к нему невозможно, никаких веток над ним не наблюдалось, а то бы привязал паутину к болту, выстрелил и вылез бы по ней, правда, сильно намучившись. Осмотрел место падения — количество веток было небольшим, но на несколько готовок горячей еды хватит.

Сегодня четвертый день, когда я нахожусь в подвале дома. То, что это именно подвал, я за это время успел убедиться, обследовав его. На мое счастье я не оказался в каменном мешке, так как в одном месте начинал тоннель, но я туда не рискнул ходить. Причины, по которым я находился здесь, были две. Первая, это состояние моего здоровья, которое я восстанавливал, в том числе с помощью горячей пищи. Вторая — необходимо было полностью зарядить все свои амулеты и накопители, а с моим запасом энергии дело это не быстрое. Ну и самое главное — сделать амулеты со светляками, благо я взял с собой парочку маленьких заготовок. А именно сегодня я вдруг отчетливо осознал: «Пора». Уходить, как и до этого, я решил на рассвете.

Когда я собирался, то снова заметил наблюдателя. Вообще-то после того раза хозяева подземелья больше не нападали. В первую ночь я вообще не спал, ожидая нападения, но его не последовало, а под утро меня сморило и я уснул. А проснувшись утром, просто увидел наблюдавшего за мной крысюка. Убедившись, что я проснулся, он скрылся из виду. После этого случая я почти не опасался местных жителей.

Всего метров пять прохода были искусственным сооружением, дальше же я попал в естественную пещеру, но пройдя метров сто понял, что это лабиринт. От небольшого грота отходило аж три ответвления. Я сориентировался в направлении и пошел в тот, что левее, а через метров двести наткнулся на четверку крыс. Они не уходили с дороги и при моем приближении создали нечто среднее между писком и свистом, но, несомненно, угрожающее. «Понятно», — подумал я, — «Вступать в конфликт с существом, справившимся с их ядом, они не желали, но защищать какие-то свои схроны будут». Это лишний раз подтвердило мое мнение об их разуме. Развернулся обратно.

Не меньше недели по моим подсчетам я блуждаю в подземном лабиринте. Пришлось значительно уменьшить рацион, и теперь я питался всего один раз. Первые два дня я шел только туда, куда меня пускали подземные жители и в это время я съел большую часть вяленого мяса, поскольку готовить было просто не на чем. Затем мне повезло и я вышел к небольшой подземной речке. Воды стало вдосталь, а на берегах можно было собрать ветки и траву, неведомыми путями попавшие сюда, поэтому появилась горячая пища. Дорога к верховью привела меня к трехметровому водопаду, где на уступ, с которого падала вода, забраться невозможно. Поэтому сейчас я двигаюсь вниз по течению. Крысы вблизи воды не селились, так что никто мне больше не чинил никаких препятствий.

Шум падающей воды я услышал заранее, а завернув за угол, увидел и куда она падает. Почти круглое озеро, не менее тридцати метров в диаметре, было покрыто рябью от падающей воды. Но для меня самое главное было то, что на другом берегу находилась арка, светящаяся бледным желтоватым цветом. Куда она вела, я не знал, как и был без понятия, где нахожусь, поскольку ориентацию потерял еще в первые два дня. Теперь остается только перебраться на тот берег.

Легко сказать, да тяжело сделать. С правой стороны я смог продвинуться все на какой-то десяток метров, далее отвесная скала прекратила эту попытку. Левая сторона оказалась более удачной и теперь меня и арку разделяли всего десять метров, пройти которые я не мог. Идею добираться вплавь я оставил на крайних случай, поскольку даже с использованием внутренней энергии я не был уверен в благополучном исходе, так как температура воды была близка к замерзанию. Теперь я сосредоточено рассматривал арку и то, что находится рядом, пытаясь найти приемлемый вариант переправы. Точнее он был всего один — попытаться при помощи арбалета, болта и паутины соорудить себе канатную дорогу. Вот и высматривал место, куда можно воткнуть болт, но все тщетно. Но тут я обратил внимание на нечто, похожее на перекладину или балку. Если забраться выше и точно выстрелить, то болт может совершить оборот вокруг нее и тем самым закрепит паутину.

Посмотрел на скалу рядом со мной: уступ есть, камень не гладкий, значит можно попытаться взобраться. Снял все лишнее с себя и сложил в сумку, к которой привязал один конец паутины. Второй привязал к своему поясу. Первые два метра дались довольно легко, зато дальше я застрял — уступ, за который я цеплялся, был настолько узкий, что пальцы с него соскальзывали. Попробовал усилить их энергией и у меня вроде получилось, но как только я полностью повис на пальцах, те начали сползать. В отчаяньи пожалел, что у меня отсутствуют когти, как у эльфийского карта, и как наяву представил как они впились бы в камень. От удивления я чуть было не выпустил руки — я прочно висел на узком выступе, и только быстро тающая внутренняя энергия дала понять, за счет чего это стало возможным. Все трижды пришлось использовать невидимые когти, чтобы очутиться на уступе, а энергия полностью иссякла. Зато я совершил для себя новое открытие — свою силу можно использовать и вне тела, но ее расход увеличивается на порядок.

Дальнейшие действия прошли без сучка и задоринки, все, как задумывалось. Даже присутствовал небольшой уклон, так что перелезть и перетащить сумку было легко. И вот я стою перед аркой. Естественно первым делом я посмотрел на нее магическим зрением и, как и предполагал, кроме дымки ничего не увидел, хотя магию чувствовал даже стоя рядом. Зарядив арбалет болтом с магической начинкой, взял его в левую руку, меч в правую и медленно ступил под свод. Находился сейчас в боевом трансе и смотрел вокруг сразу двумя взглядами. Шаг, второй, третий — пока ничего не происходило, как и не видел я ничего подозрительного. Правда, на счет последнего я не обольщался, предполагая, что вряд ли что-то смогу увидеть.

Двести метров минуло уже, а я еще живой. Амулет давал немного света, но мне этого было достаточно, чтобы разглядеть ровные пол, потолок и стены. Периодически я чувствовал магию, иногда даже выдел дымку, как на арке, и продолжал свой путь. То ли это были сигнальные контуры, то ли вообще что-то бытовое, служащее для поддержания в порядке сооружение, но пока никаких нападений и магических атак не было. Впереди показался светящийся проем.

Зал, метров пятьдесят в длину и десять в ширину, освещался тусклым светом, идущим из потолка, но позволявшим все рассмотреть. С левой стороны, в нишах, стояло две статуи, с правой три. Скульптуры из пустующих них валялись разбитые на полу. Еще раз внимательно рассмотрел зал, но ничего подозрительного, кроме пыли и обломков произведения искусства не увидел. Переступил порог и замер — все тихо. Теперь уже более уверенно пошел к выходу через зал, обходя обломки. Пройдя середину пути, увидел, как статуя, стоявшая у выхода, дернулась и сделала шаг в мою сторону.

«Големы!», — возникла в мозгу паническая мысль, — «Нам о них только рассказывали, а сами сведения пришли из других миров. В нашем же умение их создавать то ли было утрачено в незапамятные времена, то ли его вообще не было. Мне с ними не справиться». И развернулся обратно.

— Да чтоб…, - выругался я очень неприлично.

Обратную дорогу перегородили целых два. Бросил взгляд на оставшуюся двойку, но те так и стояли в нишах, вероятно, были повреждены. Опять всего один выход из положения — это попытаться проскочить мимо одного. На всякий случай выстрелил болтом — взмах мечом и болт улетает в сторону. Перехожу в транс, так как чувствую, что контроль не него не подействует. Подбегаю, замах и тут же прыжок в сторону, чтобы оббежать его. И еле успеваю отскочить назад и отвести удар его двуручника. Бросаю в него арбалет, а сам опять пытаюсь проскочить — не получилось, но если он сначала сбил летящий предмет и только потом обратил внимание на меня. Появился призрачный шанс. Меч в ножны, срываю одной рукой нож, второй мешочек с кислотой и одновременно бросаю в него. Выхватив меч, снова пытаюсь проскочить, краем глаза отметив приближение одного из двойки големов. Второй так и остался у того входа. Но противник успевает отбить нож, разрубить мешочек и не дать мне проскочить. Но кислота чешуйчатой твари оказалась с подвохом. Разрубив в полете емкость, он не ушел в сторону, и ее содержимое расплескалось по нему. Пару секунд он сражался, за которые и не дал мне проскочить, а затем застыл, а я рванул к спасительному выходу.

Этот зал был абсолютно круглый и не менее пятидесяти метров в диаметре. Освещался он аналогичным, как и в предыдущем зале, светом. Это первое, что бросилось в глаза, поскольку я оглянулся — два, оставшихся в рабочем состоянии голема, направлялись в свои ниши. Я перевел дух и уже внимательней осмотрелся, и взгляд мой уперся в человека, сидевшем на кресле. Честно сказать, в первый момент я даже испугался, но присмотревшись понял, что он мертв. Впалые щеки, неестественного желтого цвета кожа, закрытые глаза и то, что он не прореагировал на сражение, сказали об этом. Медленно подошел ближе и заметил в его руках книгу.

— Ух, ты! — воскликнул я и сделал два быстрых шага вперед.

А в следующее мгновение меня парализовало.

Глава 17

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

Лина проводила взглядом уезжающего Андрея и с сожалением вздохнула — ей так и не удалось раскрыть тайну этого человека, как она ни пыталась. Он держал постоянный барьер, преодолеть который у нее не получилось. А вот валькирии удалось наладить с ним контакт и они стали хорошими товарищами, на что она реагировала с ревностью. Поняла девушка это не сразу, но осознав, довольно долго не могла найти причину. В конце концов, решила, что виновата в этом его тайна. Сейчас, выбросив его из головы, она ушла собираться в дорогу. Путь предстоял не близкий, поэтому надо еще купить лошадь, и она немного позавидовала все тому же Андрею, имеющему такого друга, как драурров скакун. Она выкинула его из головы и настроилась на длительное путешествие. Экзамены получились для нее простыми, а после них опять предложили гражданство Империи, но она снова отказалась. Вернувшись и взяв с собой деньги, Лина направилась к рынку.

Лошади, что естественно, продавались за городской стеной, но сам рынок делился на две части: первая, это обыкновенные, как говориться, рабочие лошадки, на второй представлены лучшие скакуны. Соответственно разнились и цены, но Лина изначально шла покупать себе элитного красавца. Она целенаправленно двигалась к цели, размышляя о том, что будет говорить барону и его магу. Получается, что лучше всего открыться и выдать правду сразу, хотя ей очень не хотелось светить свое демоническое происхождение. Продумав сам диалог и линию ведения беседы, девушка ускорилась и тут же резко остановилась, схватив чью-то руку, пытавшуюся вытащить кошелек. Неприметный человек пытался вырваться из ее хватки, не понимая, как хрупкая девушка может иметь такую силу.

— Еще раз поймаю — сломаю обе руки в нескольких местах, — буднично сказала она и отпустила вора.

В кошеле, который чуть выглядывал из ее одежды, находились всего пять медяков, и Лина специально держала его почти на виду, как раз для таких вот случаев. Развернулась и продолжила свой путь. Продажа элитных лошадей занимала дальнюю часть территории, и это было сделано намеренно, чтобы покупатели, осмотрев, что предлагалось в начале, могли сразу оценить разницу. Тогда и на высокую цену меньше будут обращать внимания. Девушка сразу направилась в дальний конец, не обращая внимания на продавцов, пытающихся привлечь ее внимание.

Вот здесь она уже задерживалась у каждого стойла, внимательно изучая животных. Иногда она сразу переходила к следующему, иногда задавала несколько вопросов. Лина с самого начала решила сначала осмотреть всех выставленных на продажу лошадей, и потом уже определиться. Таким образом она уже познакомилась с большей половиной животных, даже увидела дарвацкую породу и убедилась, что ее представители, в самом деле, являются потомками их скакунов. Ее предпочтения склонялись именно к ним, пока она не увидела эту кобылу караковой масти.

Стать, красота, грация даже в неподвижности выделяли ее среди всех. И взгляд, непокорный взгляд. Лина вдруг поняла, почему продают такую красоту, но все же решила спросить продавца, внимательно наблюдавшего за ней.

— Почему продаете?

У того в глазах промелькнуло удивление, сменившееся пониманием. Удивился он вопросу, потому как до этого абсолютно все задавали вопрос о цене, и только эта красавица спросила совсем о другом. А потом просто сообразил, что она ищет друга, а не верховое животное. И он, поклонившись, ответил:

— Необъезженная, госпожа, никому не дается. Как только не пытались ее приручить. Среди арданцев такое иногда встречается, тогда их и выставляют на продажу.

— Только тогда? — переспросила девушка. — А так, значит, такую лошадь не купить?

— Арданская порода выращивается только для императорской семьи, — пояснил он. — В продаже можно встретить только таких вот независимых. Покупают их для развода, но и тут есть проблема — кобылы очень требовательны и предпочитают только лучших коней. В отличие от тех самых коней, которые менее требовательны.

— Сколько времени уже пытаешься продать? — с улыбкой спросила она.

— Госпожа правильно поняла, — улыбнулся в ответ продавец, — с начала лета.

Девушка раздумывала недолго.

— Можно? — и она показала, что хочет подойти к лошади.

— Только осторожно, — предупредил продавец, — если сильно не понравитесь, то может и укусить.

Почему он разрешил явно не простолюдинке подойти к кобыле, он и сам не понял. Было что-то в ней такое, внутренняя сила что ли, и это совсем не магия. Он не мог дать пояснения, но подумал, что, если кто и сможет приручить эту строптивицу, то только она. И девушка не подвела, тихо заговорив с ней на незнакомом языке.

— Тебе не надоело стоять тут, вместо того, чтобы носиться наперегонки с ветром? — тихо спросила Лина на драуррите. — Скакать по степи, играя с ним в пятнашки, или нестись по ущелью, среди гор. А может быть, ты предпочтешь сражаться с врагами вместе со своей подругой?

Лина все говорила и говорила, вспоминая всю науку, рассказанную ей мамой. Кобыла поначалу фыркнула, отступив на шаг, но потом начал прислушиваться к девушке, хотя еще и недоверчиво. Вот девушка подошла вплотную и под изумленный взгляд продавца лошадь наклонила голову, а девушка ее погладила.

— Я беру ее, — Лина повернулась к продавцу.

— Десять золотых, — чуть виновато сказал тот, — но поверьте, это очень недорого для этой породы.

— Знаю, — ответила девушка, доставая из спрятанного кошеля озвученную сумму. — Надеюсь сбруя и седло входят в эту цену?

— Конечно, — подтвердил продавец и, спрятав деньги, скрылся в небольшой постройке.

Вышел оттуда он с полагающимся товаром, а девушка отметила, что и то, и другое хорошего качества. Надев уздечку и оседлав свое приобретение, Лина со словами «Пойдем», обращенными к кобыле, направилась на выход. И под удивленные взгляды собравшихся зевак, та самостоятельно пошла за девушкой.

— Я назову тебя Гаррада или сокращенно Гарра в честь великого воина древности, — сказала девушка своей подруге, когда они покинули территорию конного рынка.

На площади, где торговали продуктами, Лина обошла все прилавки и определила, что ее Гарра больше всего любит груши. Вот их она и купила много, тем более что и сама обожала. Больше никаких дел у Лины в столице не было, поэтому завтра она решила уезжать.

Три дня пролетели, как один, а девушка все никак не могла нарадоваться на свою лошадь. Она если и уступала их знаменитой породе, то совсем чуть-чуть. За это время они сдружились и чувствовали друг друга на расстоянии. В этот большой трактир девушка прибыла уже за полночь и очень обрадовалась, узнав, что в нем сдаются комнаты. Увидев пусть маленькую, но чистую комнату, радость стала еще больше. Ждать, когда нагреют ей воду для купания, она не захотела и, сполоснувшись под холодной водой, завалилась в чистую постель. Уснула она мгновенно.

Утро она проспала, хотя и хотела подняться раньше, и теперь просто нежилась в кровати. Заставив себя встать, она спустилась в обеденный зал. Заказав еду на усмотрение хозяина заведения, который сам решил обслужить столь очаровательную девушку, она убедилась и в отличной кухне. Осмотрела зал — через стол сидели девушка с парнем, показавшиеся ей смутно знакомыми. «Наверное, в столице пересекались», — подумала Лина, смакуя напиток. Посмотрела за окно, где начал накрапывать дождь и непроизвольно скривилась. Уже год она в этом мире, а к дождю привыкнуть так и не смогла, ведь у них дома дождей не бывает.

— Привет, — услышала она рядом незнакомый женский голос и повернула голову.

Перед ней стояла та смутно знакомая девушки, которую Лина приметила чуть раньше.

— Ты случайно не в Зарию едешь? — продолжила она. — Просто я видела тебя в школе и сейчас на имперском тракте, вот и подумала, что можем стать попутчиками.

— Да, я возвращаюсь домой в столицу, но мне еще надо заехать в баронство Дрей, так что попутчиками мы будем недолго, — ответила Лина. — Да и спешу я. Если вы не торопитесь, то не смогу ехать с вами.

— Жаль, — ответила она, — мы, в самом деле, не торопимся.

Лина допила напиток и ушла к себе собираться в дорогу. Собрав все за несколько минут, девушка спустилась и направилась к конюшне. А когда вывела свою лошадь, то повстречалась со старым знакомым.

— Доброе утро, — поздоровался с ней наследник графа ан’Хагена Верит. — Тилия сказала, что вы едете в баронство Дрей, я тоже туда направляюсь. Не хотели бы продолжить путь совместно?

— Девушка мне не говорила, что ваш путь в туже сторону, — подозрительно ответила Лина.

— Ай, — он махнул рукой, — не хотел их расстраивать. Мой отец дружен с бароном и он еще весной сказал, чтобы после окончания школы я направился в баронство.

Лина согласилась на компанию — вдвоем и веселее, и безопаснее. Была еще одна причина — парень сдружился с Андреем, и она надеялась узнать о нем от Верита. Дальнейший путь они продолжили вместе, но как девушка не расспрашивала его об интересующего ей парня, ничего нового она не узнала.

Зария встретила их тревогой. Это читалось не только на лицах конного разъезда, встретившегося как только они пересекли границу, но и простые люди выглядели взволнованными. Не сговариваясь, они решили, что положение в стране значительно хуже, чем они предполагали. Свернув с имперского тракта на дорогу, идущую на запад в баронство, они сами собой ускорились. Вскоре граф попросил девушку чуть притормозить, ссылаясь на то, что у него конь не настолько хорош. Затем расспросил как она смогла достать императорскую породу, а узнав, на полном серьезе попросил ее «следующую» кобылу или коня уговорить для него. А еще через несколько дней они встретили почти сотню всадников, направляющуюся туда же. Ее спутник очень удивился отряду, как оказалось, что он хорошо знаком с некоторыми из них. А спустя несколько минут Лина узнала, что ракшасы начали войну и удар пришелся по баронству Дрей, а этот отряд ехал на помощь. Девушка не раздумывала ни минуты и присоединилась к ним, правда, честно предупредив, что не на все время. А спустя еще несколько дней они приняли первый бой.

Мир Оравия, королевство Зария, баронство Дрей, замок барона.

— Что-то неуютно мне, — сказала баронесса своему мужу, — муторно как-то.

— Я думал, что это только у меня, — ответил он ей, — Хорошо, что жителей отправили вглубь королевства. Вот только ты не захотела ехать с ними, — он с укором посмотрел на свою любимую.

— Не начинай, а? — Лея скорчила умиленную рожицу.

Тут в коридоре раздался топот и в дверь постучали. После разрешения на пороге появилась валькирия.

— Господин, — немного взволнованно сказала она, — тысячи ракшасов перешли границу. Их очень много и, как считает мой командир, это вторжение, а не отвлекающий удар, как мы думали ранее. Сейчас три патруля успели завалить камнями вход в горловину и перекрыть ее, но надолго их не хватит.

— Вывесить знак возвращения в крепость, — скомандовал барон. — Фарен, — он посмотрел на вошедшего друга.

— Я понял, — ответил тот и сжал в руке амулет. — Сообщение передал, — доавил он через некоторое время.

На следующий день они наблюдали приближение армии ракшасов. Их действительно оказались тысячи, и эти враги окружили крепость. За ними с надвратной башни и наблюдали барон, его маг и Трольда Виндсольв. Последняя, поняв, что никто над ней не собирается ни насмехаться, ни унижать, принялась защищать баронство и его хозяев с не меньшим рвением, чем это делал в отношении своего клана.

— Сейчас будет магическая атака, — сказал Фарен, — слишком много у них магов. Надо подготовиться к отражению.

— Нет, — тут же сказала валькирия, — вы не будете в этом участвовать. Боевых магов хватает и среди моих воинов, в том числе и крови, а такого целителя еще поискать надо. Скажите ему барон.

— Она права, мой друг, ты слишком привык к тому, что все приходилось делать самому.

Подготовить защитники успели, поэтому магические удары ракшасов приняли не только стационарные щиты, но и щиты магов. Но в этот раз очень уж много враги привели с собой магов. Пусть они были слабее того же мага Дорована или магини Фолькаф, но их было не менее пятидесяти. Атаки не прекращались ни днем, ни ночью, что особенно выматывало защитников, чего нельзя было сказать о враге. Те мало того, что работали посменно, так еще видели значительно лучше людей, что делало невозможным ночные вылазки с диверсией. Расслабляться враг не давал и простым воинам, потому после первого дня сплошных атак магией, они стали чередовать их со штурмами, прекрасно понимая, что на нападающих никто ману тратить не будет. Штурмы были очень мощными и кровопролитными, что даже мастерства Дорована не всегда хватало для излечения раненых. Пошли первые потери, но обороняющихся хватало для защиты, хотя все понимали, что стоит ракшасам привести еще магов и крепость падет.

— Хорн, — возмущенно позвал барона целитель, которого одна валькирия и один воин не пустили на стену, — что они себе позволяют? — он показал на преградивших путь.

— Выполняют приказ — в опасные места тебя не пускать, — невозмутимо ответил подошедший барон. — Случилось что?

— Со мной только что связал Рид, они идут на прорыв и говорят, чтобы мы были готовы через два дня.

После этого сообщения прошел день, оказавшийся самым кровопролитным. Атака шла за атакой, штурм за штурмом. В двух местах ракашасам удалось взобраться на стену и даже укрепиться там, но положение спасали барон с еще одним воином, благодаря своему воинскому умению. Они ворвались каждый в свою гущу врагов, убивая врагов, словно заговоренные, и воодушевленные защитники принимались сражаться еще яростней, и, как итог, сбросили врага со стены.

А ночью работала магия, и магини подтвердили, что количество владельцев силы у врагов прибавилось. Закончилась энергия в накопителях, и с ночи крепость защищала только кровавая пелена. Защитить смогла, но и сами валькирии оказывались обессиленными. Начался новый штурм, но именно в этот момент маг получил сообщение о начале атаки воинов Рида. Под изумленные взгляды сотен ракшасов, штурмующих крепость в первых рядах, ворота распахнулись и оттуда появилась конница. Словно нож в масло врезался ее клин в полчища врагов, сметая их на пути. Растерянность врагов длилась недолго, но они не были готовы к конной атаке и частокола копий сформировать не могли. На острие клина находился барон со своим сподвижником по клану неведомых, а в центре ехала баронесса, прикрытая со всех сторон воинами и обессилевшие магини. Атаковать магией они не могли, чего нельзя было сказать о ракшасах, поэтому то один, то второй воин падал, сраженный заклинанием — амулеты не всегда могли спасти. Редеющий клин пробивался к противоположному краю, туда, где бушевала магия и тоже шел бой.

Мир Оравия, королевство Зария, баронство Дрей, недалеко от замка барона.

За время пути командир сотни Рид успел проверить навыки и умения девушки, оставшись удовлетворенным и ее владением мечом, и особенно магией. Лина была очень удивлена и, чего уж там говорить, уязвлена тем моментом, что не смогла ни разу достать его. Она не была великой мечницей, но владела клинками на довольно высоком уровне. Больше спарринга ни с кем не было, но она шестым чувством поняла, что все остальные члены этой небольшой группы также являются отличными воинами. Рид не скрывал от девушки того, что она ему больше нужна, как маг, потому что магов у них всего десять и только два довольно высокого уровня.

Сейчас они выстроились клином, где на самом острие находилась пятерка лучших воинов, затем с обеих сторон маги и дальше остальные воины. Половина магов атакуют вперед, расчищая дорогу, остальные в стороны. Лине и ее спутнику выпала задача атаковать впередистоящих. Начало боя сложилось удачно, хотя ни о какой внезапности речи не было, разве что враги не ожидали такой быстрый ответ Зарии, но были готовы к этому. Затем они врубились в ряды врагов и Лина почувствовала врагов. Врагов настоящих, истинных врагов домена Драурр или, скорее всего, их потомков, поскольку ощущения не были такими яркими, как при встрече у себя дома. И их было очень много, настолько, что даже мастерство воинов всей сотни не хватило, чтобы пробиться к окруженным людям, которые в свою очередь должны были начать прорыв. А еще их маги. Они поняли, что амулеты у всех очень хорошие, поэтому начали концентрировать огонь на одном воине и это приносило свои плоды. Особенно выделялся один маг, стоявший в кольце охраны — именно он своими атаками остановил продвижение. Инфернальная ярость на врага захлестнула девушку и она открылась.

— Отойдите назад, — раздался ее шипящий голос, и девушка спрыгнула с лошади. — Иди вместе с ними, — хлопнула ее по крупу.

Воины почувствовали ее преобразование, но их удивление длилось всего краткий миг и они, зная что значат эти слова в усах мага, передали по цепочке и отодвинулись. Взмах рукой и сзади ее образовался щит хаоса, на который девушка потратила четверть резерва. Почувствовали ее, истинного демона, и враги, прекратив на время атаки, чем и воспользовались люди, отойдя назад. Затем они, повинуясь приказу мага, бросились на нее, совсем забыв о людях.

Как и более двадцати тысяч лет назад, наследница домена Драурр Флавилирианна столкнулась с наследником домена Хирродар, так и ее дочь Линарилитанна столкнулась с наследником этого же домена, хотя и произошло это в другом мире. Заклинание сорвалось с ее рук, и стена огня накрыла бежавших потомков демонов. От мага в нее полетел сгусток хаоса, который она отразила огненным щитом, точнее, не отразила, а немного изменила его траекторию движения, а само заклинание поглотил созданный за спиной щит. Тут она почувствовала, как что-то коснулось ее сознания. «Ну, уж нет», — зло подумала девушка, — «Уж чему-чему, а ментальному контролю мама научила меня великолепно». Нащупав связующую нить, она нанесла ментальный удар, что маг пошатнулся. Ее противник понял, что победить магией если и сможет, то не скоро, и начал преобразовываться, послав всех своих подчиненных в атаку. Стена огня и ветвистая молния, поразили почти всех врагов и девушка повернулась к магу.

Перед ней стоял архидемон в своей боевой ипостаси, и девушка жутко огорчилась, что не может тоже перейти в свою боевую форму. Архидемон решил быстро покончить с ненавистным врагом, путь он еще ребенок. Сейчас, в этой форме, снижались возможности мага, зато значительно возрастали возможности воина, а его броню практически невозможно было пробить местным оружием. Плюс сейчас он прекрасно видел эфирные тела его врага, да и чувствовал, что та не сможет принять боевую ипостась. Победоносно взревев, он бросился на нее.

Со стороны казалось, что демон в два человеческих роста с костяными наростами в виде оружия и крепчайшей чешуйчатой броней сейчас сомнет и уничтожит девушку, но там гибким движением уйдя от его когтей, быстрым движением выхватила меч и нанесла удар по лапе. Опять раздался рев архидемона, вот только в этот раз это был рев боли. Но в следующее мгновение его лапы с длинными когтями замелькали с невероятной скоростью. Лина периодически атаковала и магией, стараясь больше отвлечь своего врага, чем повредить, прекрасно зная, что для последнего необходимы заклинания более мощные. От части тот уворачивался, но другая часть его больно жалила или обжигала, чем вызывала все большее раздражение. Дважды изделие эльфов спасало Лину от ран, но на третий один из когтей распорол и доспех, и нанес глубокую рану, но в тот же миг эта лапа упала на землю. Рев демона слился с шипением девушки, которая на пределе сил ускорилась и подрубила тому нижнюю конечность. Лина действовала уже полностью на инстинктах и интуиции, и так случилось, что подрубленная лапа оказалась опорной, поэтому ее враг завалился на землю. Глубокая рана, шедшая от левого плеча почти до ноги, давала о себе знать, но она из последних сил прыгнула к врагу и вонзила свой меч ему в грудь. И тут ноги ее подкосились, и девушка стала падать.

Мир Оравия, королевство Зария, баронство Дрей, недалеко от замка барона, это же время.

Рид почувствовал рядом нового демона. Мельком взглянув вправо, он совсем не удивился тому, что новая знакомая оказалась им. Еще во время спарринга он понял, что девушка что-то скрывает, но только в данный момент открылось, что именно. Его воины почти синхронно одернули коней, и тут же между ними и магами возник щит. «Здесь пока все хорошо», — подумал он, — «Сейчас главное соединиться с бароном». По его знаку пара воинов осталась для поддержки магини, а остальные устремились вперед. Без помощи мага ракшасы не могли удержать воинов и вскоре они соединились с отрядом барона. Увидев баронессу, он вздохнул с облегчением.

Путь назад они пролетели за пару мгновений, но маг барона остановил свою лошадь, устремляя взор к месту магической битвы.

— Я ее знаю, — с удивлением сказал он.

— Где-то встречался? — просил Рид.

— Скажем так, почувствовал, — задумчиво ответил Фарен.

В это время девушка завалила демона и в тот же миг два воина бросились к ней на помощь, успех подхватить прежде, чем она достигла земли. Рядом с ними остановилась ее кобыла, но один из воинов, вскочив на своего скакуна, принял из рук товарища девушку, и присоединился к основной группе. Второй отвлекся на то, чтобы достать ее клинок, и присоединился к нему. Группа всадников направилась в сторону Дреггонии.

Мир Оравия, королевство Зария, граница с Дреггонией.

Лина почувствовала какую-то прохладу и открыла глаза. Над ней склонилось знакомое лицо, но вспомнить кто это, девушка пока не могла. Человек внимательно вгляделся в ее глаза и провел рукой вдоль тела снизу вверх, совершив над головой замысловатый жест или что-то нарисовав в воздухе. Вслед за его рукой Лину обдало жаром, сменившимся в районе головы на холод, голова ее прояснилась и она вспомнила все. Тут же приподняв голову, она опустила взгляд на свою левую сторону.

— Не переживай, никуда твоя красота не пропала, — понял ее взгляд целитель. — Даже шрама не осталось.

Она убедилась в этом, увидев, что левая сторона, включая ее грудь, имели гладкую кожу. Зная, как тяжело регенерирует плоть на ранах, полученных когтями архидемона, девушка убедилась в высочайшей квалификации мага. Девушка вскочила на ноги, ничуть не смущаясь своей наготы, отвесила учтивый поклон.

— А теперь юная леди, — с усмешкой сказал ей маг, — что вы скажете в свое оправдание?

Лина захлопала ресницами, не понимая в чем ей необходимо оправдываться. Несмотря на усилия целителя, магический яд с когтей демона еще не позволял ей ясно соображать. Увидев ее недоумение, целитель уже двумя руками поводил вокруг головы, легко касаясь пальцами в некоторых местах. После этой процедуры Лина окончательно пришла в себя и поняла, что последняя фраза является шуткой. Кивнув себе, он сказал, чтобы она оделась, а потом к ней будет разговор, и вышел из шатра. Оделась девушка быстро и уже направилась к выходу, как внутрь вошло несколько человек. Барон, баронесса, маг, Рид и валькирия, чему девушка немного удивилась.

— Начну разговор я, — начал маг. — Я, знаешь ли, очень чувствителен к эманациям инферно и их обитателям. Кроме этого обладаю еще и отличной памятью на них, — он сделал паузу, а Лина мысленно кивнула, подтверждая его слова. — Первый раз я тебя почувствовал в Дреггонии, городе Дреннон, хотя это и длилось лишь миг. Во второй раз в Империи, по пути в город Торн. Здесь я могу и ошибиться, слишком слабый остался след, но я уверен, что это была ты. Кстати, благодарю за помощь. Я уверен, что наши встречи не случайны, поэтому и хочется узнать причину их.

Девушка еще в столице Империи решила говорить только правду, воэтому просто ответила:

— Речь пойдет о вашем сыне.

И замолчала, давая возможность чете баронов обдумать ее слова и принять решение по поводу того, кому можно об этом знать. Барон с баронессой переглянулись, и жена Хорна сказала:

— Продолжай.

— В теле вашего сына живет совсем другой человек, — ошарашила она всех. — Это была сделка с демоном, а вы должны знать, что подробности не расскажет ни один из них. Поверьте, дух вашего сына находится сейчас в Инферно.

— Ты хочешь сказать, что он пленен, а не поглощен? — спросил Фарен.

— Ма…, - тут девушка запнулась, но продолжила. — Повелительница предоставит ему право выбора: или поглощение, или служение в качестве демона.

Эта фраза вызвала удивление даже на невозмутимом лице Рида. Он вообще вел себя так, как будто ему заранее известны все фразу диалога.

— Так что ваш сын сейчас должен осваивать свое новое тело.

— А если он не согласиться? — спросила баронесса.

— Вряд ли, — ответила молодая демонесса, — ведь у него есть небольшая вероятность переродиться в людских мирах. Так что тело вашего сына занято совсем другим духом, которого я и разыскиваю. Причину сказать не могу. Если вы не верите, могу предложить сделку.

— И я, кажется, знаю ее условия, — усмехнулся целитель. — Тебе нужна кровь сына барона для поиска, — скорее утвердительно, чем вопросительно добавил он. Хочу тебя сразу огорчить, ее осталось всего несколько капель. Я несколько раз пытался определить его местоположение, а маг крови из меня не очень.

Они заключили сделку — подтверждение истинности рассказа Лины против остатков крови сына барона. Правда, валькирия добавила условие, чтобы поиск девушка совершала при них, дабы Хаина Фолькаф, лучшая магиня крови, смогла запомнить плетение поиска. Девушка согласилась. Вскоре пришла магиня и девушка возобновила на пергаменте рисунок поиска, затем капнула три капли крови и начала поиск. Определившись с направлением, он спросила:

— Что там, на расстоянии не менее четырехсот километров?

— Великая пустошь, — ответили одновременно барон и маг.

Девушка про себя выругалась. Что за ненормальный подопечный попался ей? Нет, чтобы сидеть в столицу Империи с какими-нибудь красотками, так он бродит то по Туманным землям, то по Пустоши. «Пустошь?», — мелькнула у нее мысль, а потом молнией пронзила догадка, когда она вспомнила, кто собирался туда.

— Да он ненормальный! — вырвалось у нее, а все остальные понимающе улыбнулись.

Зато теперь девушка точно знала, кто этот человек. Когда она вспоминала о нем, так удачно водившего ее за нос, то перед лицом возникали различные способы мести. Теперь она поняла и его загадку.

— Можно тебе задать еще один вопрос? — спросил ее целитель и, увидев ее согласие, продолжил. — Мне довольно легко далось твое исцеление, хотя когда я лечил ракшасов, то получалось плохо. Тебя должно быть еще труднее, но этого не случилось. Причину скажешь?

Лина задумалась. То, что они рождаются людьми, никаким секретов не являлось.

— Это моя первая ипостась, — ответила она, — мы рождаемся людьми, — она вышла из шатра и направилась готовиться к отъезду.

Мир Оравия, королевство Зария, граница с Дреггонией, то же время.

Когда девушка вышла, Рид поднял руку, останавливая всех, пожелавших высказать свое мнение, и серьезно сказал:

— Хорн, Лея, мне надо поговорить с вами наедине, — дождался, когда валькирии покинут шатер и продолжил. — Двадцать пять тысяч лет назад в этом мире жила раса людей, называвших себя свеланами. Они были очень могущественны, жизнь процветала в этом мире. Еще немного и сами жители сравнялись бы своими возможностями с богами. Но произошло предательство, и против них, объединившись, выступили два мира — один из Инферно, второй Верхний. Не удивляйтесь, такое может быть. Война длилась очень долго, но противостоять мощи двух миров они не смогли. Постепенно свеланы потеряли все земли своего мира, кроме последнего, этого. В месте, где сейчас простирается Великая пустошь, некогда находился императорский дворец. Взять его они так и не смогли, поэтому применили заклинание из магии высших сфер под названием «проклятие демиургов». Не спрашивайте что это и как оно действует, я просто ничего не знаю об этом. Его результатом явилось разрушение столицы, лишение магических способностей всего императорского рода и всех тех, в ком присутствует хоть капля его крови, и пророчество последнего императора. Поэтому Лея у вас в роду магов никогда не было.

Удивление четы баронов Дрей было настолько велико, что Рид позволил себе улыбнуться. Затем продолжил:

— Да-да, не удивляйтесь. Я последний потомок в этом мире личных телохранителей императора, и я чувствую присутствие их крови в людях.

— Ты сказал «в этом мире»? — спросил барон.

— Немногим более ста лет назад убили последнюю, как мы думали, представительницу императорского рода, мы не смогли ее уберечь, — и такая волна горечи и вины разошлась от Рида, что барон с баронессой непроизвольно поежились. — Тогда и ушли остальные в другие миры для поиска наследников там. А я остался здесь готовить новых телохранителей для императора и его супруги.

— Так клан неведомых и то, что мы умеем…, - и барон замолчал.

— Да, это умение телохранителей императорского рода. Но далеко не каждый человек подходит для того, чтобы стать им, поэтому нас чуть больше сотни.

— А что за пророчество, о котором ты упомянул? — сильный интерес читался на лице Леи.

— «Только последняя из императорского рода сможет воззвать к Богам и попросить помощи, чтобы снять проклятие», — торжественно ответил он. Риур и его супруга Руара — это истинные боги этого мира. И представьте себе мое изумление, когда в жене барона я почувствовал кровь своего сюзерена? С тех пор мы и опекаем и ее, и тебя, — рассказчик улыбнулся. — Но поскольку враг не дремлет, то приходилось это делать тайно, но все равно он все узнал. Он ищет тех, в ком сильна кровь императорского рода, потому что пока они живут в этом мире, ему дороги сюда нет, действовать он может только через кого-то. Поэтому я уверен, что война ракшасов затевалась только для уничтожения твоей жены, Хорн.

— А почему ты сейчас решил рассказать об этом? Ведь мог и раньше?

— Потому не мог раньше, что у Кира могла родиться дочь, а условие пророчества явно говорит: «только последняя из рода». Теперь я уверен, что ты последняя, Лея. Храм Риура и Руары находиться в Драконовых горах, но пройти в него можно только с севера. «На закате, когда лучи заходящего солнца коснутся в последний раз снежных шапок гор, последний его луч укажет вам путь», — процитировал он чьи-то слова. — Но учтите, что пройти смогут только Лея и Хорн. И еще, сам храм охраняют драконы. И последнее — уходите именно сейчас, возьмете двух воинов из клана, магиню Хаину — хорошая девочка, и еще не более десяти человек, чтобы не привлекать внимания. Езжайте вместе с демонессой, все равно вам сейчас по пути. Наша же задача — задержать погоню в этом ущелье. Наверняка враг просчитал этот вариант, и погоня будет, но это уже не те силы, с которыми невозможно совладать. Все, идите.

Чета баронов. Пребывая в небольшой прострации, покинула шатер.

Мир Оравия, Драконовые горы, государство Дрэггония, город Дрэггон, поместье Атары Кроусольв.

Наследницу клана встречали очень тепло, чему Линда была очень удивлена. Причем происходило это не только в поместье, но и по пути к нему. Девушка расспросила об этом маму и тетю, первая молчала, а тетя все же ответила. Оказалось, что «ночь страсти наследницы», как назвали ее первый интимный опыт, не удалось удержать в секрете и теперь абсолютно все знают об этом. И подавляющее большинство завидует ей. Хотела было смутиться, затем возмутиться, но, в конце концов, ехала с гордо поднятой головой — пусть завидуют. А дома мама и тетя устроили ей настоящий допрос об обучении в школе волшебства. Девушка без утайки и с воодушевлением рассказывала им о прошедшем годе, даже вскочила, чтобы продемонстрировать то, чему обучилась, но ее усадили. А когда она рассказала про призрака-соблазнителя, то все рассмеялись.

— Знаешь, — сказала сквозь смех Фелана, — этот призрак, твой друг и сбежавший раб одно и то же лицо.

Линда тут же перестала смеяться, и ее лицо стало серьезным и приобрело решительность, что ее тетя даже пожалела о своих словах.

— Откуда такие выводы? — спросила ее племянница.

— Да просто все к одному: сбежал он в сторону Туманных земель, этот твой друг пришел оттуда, его конь очень похож на твоего сбежавшего. И последнее — ты думаешь в мире так много мужчин, умеющих довести женщину до потери сознания от удовольствия? — скептически спросила она. — Я о таком даже не слышала, кроме твоих рассказов.

Девушка задумалась, ведь она и сама подозревала его с самого начала знакомства, но потом решила, что это не так. Сказалось отсутствие жизненного опыта в плане отношений между мужчиной и женщиной, но слова тети поставили все на свои места.

— Я его найду, — Линда поднялась.

— Что, хочешь вернуть своего раба? — с улыбкой спросила ее мать.

— Нет, не раба, — девушка подняла взгляд и с твердостью гранита добавила, — он будет моим мужем, свободным, — и с вызовом посмотрела на свою родительницу.

— Ты думаешь у тебя это получиться? — скептически спросила глава клана.

— Тогда я уеду жить в Империю, — ответила Линда, встала и направилась к выходу.

Атара повернулась с Фелане, чтобы найти поддержку, но та сидела с отрешенным видом, а лицо ее принимало все более обеспокоенный вид.

— Орки перешли границу и атаковали перевалы, — ответила она на вопросительный взгляд.

Атара легко поднялась и направилась к выходу, затем передумала и поднялась в комнату дочери. Та, в самом деле, собирала свои вещи и мать поняла, что Линда не отступиться от своего и уедет в Империю.

— Дождись меня обязательно, — попросила она ее. — Я сейчас в Совет кланов, но там я не задержусь, потом и поговорим.

На улице ее ждала сестра, сидевшая уже в седле. Легко вскочив, они вместе поскакали в здание советов. По суете, царившей там, они поняли, что известие получили не только они. Быстро пройдя до зала, Атара чуть притормозила, почувствовав, что сестра отстала. «Опять получает сообщение», — подумала она, увидев ее. На ее вопросительный взгляд, та ответила, что скажет всем вместе. Говорильня, царившая в зале, была не столько экспрессивной, что говорило об очень сильной обеспокоенности. Но это все же была говорильня, а не обсуждение полученной информации. Атару хватило на две минуты, и она с силой стукнула по столу.

— Так, — громко прозвучал ее голос в наступившей тишине, — у меня есть информация, — и повернулась в своей магине.

— То, что орки начали войну, вы уже все знаете. Но я только что получила еще одно сообщение — на первом перевале во время атаки была произведена диверсия и он захвачен. Диверсию совершили ракшасы.

Две-три секунды длилась тишина, а потом раздались крики и пошла говорильня. Атара обвела взглядом глав кланов и только в представителях двух из них прочла обеспокоенность и то, что они поверили словам ее магини. «Нда», — подумала она, — «годы спокойной жизни не привели ни к чему хорошему». Так называемое обсуждение сводилось к обсуждению способов заставить орков покинуть их территорию, а не к военным действиям. Тогда Атаре надоело это слушать, она опять хлопнула ладонью по столу.

— Вы что, уже забыли настоящую историю, а не что мы говорим всем вокруг? Вспомните с чего все началось? А ваши обсуждения как раз и попахивают предательством. Вы как хотите, но иду и беру свои пять Драконьих посохов и пусть кто-то попробует меня остановить или не дать их.

Атара встала и направилась к выходу, следом за нем последовала ее магиня. А спустя пару секунд вышла и Ольда Кассальф, которую все следопыты величали Стервой, и догнала их.

— Будешь пытаться задержать? — на ходу спросила Атара.

— Наоборот, — усмехнулась она, — дам еще два, оставшихся от клана Ярость Дракона. Это в моей власти. Дала бы больше, но сама знаешь законы. И еще, — продолжила она через пару шагов, — если ты помнишь историю, то не мешай своей дочери в выборе ее мужчины.

Атара резко остановилась.

— Я то историю помню, — гневно ответила она, — и помню ненависть Старейшей к мужчинам! — почти выкрикнула она.

— Тогда ты обязана помнить и другое, — спокойно возразила ей Ольда, — не все валькары стали предателями. Да их была значительно большая часть, но те, кто остались, сражались рядом с Старейшим до конца. А парень, сумевший уйти из Дреггонии и пересечь Туманные земли, достоин звания валькара. Ты сама это понимаешь.

— Понимаю, — буркнула глава Драконовых Крыльев, потом еще тише добавила. — Ты-то откуда все знаешь.

— Работа у меня такая, — весело ответила та.

А на следующий день в сторону Империи поехала тройка валькирий, у одной из которых был с собой Драконий посох.

Мир Оравия, Империя, город Калген, столица, императорский дворец.

Двери малой приемной открылись, и архимаг быстро переступил порог, но тут же остановился и схватился за переговорный амулет. Уже одно это дало понять всем присутствующим насколько устал ректор школы, всегда общавшийся мысленно, даже когда использовал амулет.

— Ну? — спросил его император.

— Основной удар ракшасов, оказывается, был направлен на Зарию, в район баронства Дрей. Причину я не знаю. Концентрация сил у Первого леса должна была ввести в заблуждение, что им удалось. Но в очень короткое время большая их часть была переброшена к границе Зарии. В Дреггонию вторглись орки и диверсионные отряды ракшасов, благодаря которым был захвачен один из перевалов. Первому лесу тоже досталось, но это уж точно отвлекающий удар и Владыка уверен в этом. Теперь про Империю. Как вы знаете нежить начала наступление почти по всей границе на два дня раньше ракшасов. Сейчас два удара направлены, чтобы отсечь город Градор, и главнокомандующий уверен, что это не просто так. Для чего-то им очень нужна та территория. Причину могу назвать только одну — именно в том районе по преданиям и открылись Врата Некроса. Вероятно, близость нормальных земель мешает, отсюда и желание нежити преобразовать эту территорию в Туманные земли.

— Ты говоришь так, как будто ими кто-то руководит, — утвердительно произнес начальник тайной службы. — Но вот кто?

— Сию минуту указ, — произнес император, и его секретарь взял гербовую бумагу и приготовился писать. — Всем подданным, обучающимся в школе волшебства срочно прибыть в столицу. Довести до сведения во все города Империи. При отсутствии переговорных амулетов, направить гонцов. Второй приказ. Всем сыновьям аристократов, кроме наследников, прибыть в столицу для формирования армии. Неповиновение карается смертью. Все аристократы, без исключений, обязаны направить в армию три четверти личной дружины. Неповиновение наказывается лишением титулов и конфискацией всех земель, кроме родовых замков. Давай подпишу и поставлю печать.

— Крив, — обратился император к начальнику тайной службы, — и вы граф, — это уже Орто Шерграну, — в случае неповиновения очень влиятельных аристократов, они должны умереть. И совсем не обязательно смерть должна выглядеть естественной, — с металлом в голове произнес император.

Иридан Крок вздохнув, взялся за амулет и начал передавать сообщения. А спустя десять минут десятки гонцов разъехались в другие уголки Империи.

Глава 18

Мир Оравия, Великая пустошь, подземелье императорского дворца свеланов.

Я так и застыл с мечом в руке. Не мог пошевелить не то что рукой или другой конечностью, даже не моргал, хорошо, что хоть сердце работало. Но вот мысли текли по-прежнему ровно и ясно. И ведь я все также продолжал смотреть двумя взглядами, но совершенно ничего не заметил. Либо заклинание активировалось в момент пересечения некой черты, либо оно было вообще не видно. Версии полностью равнозначные. Опять посмотрел магическим зрением — тщетно, ничего не вижу, вообще никаких следов магии или заклинаний, только обыкновенный фон. Прибегнул к проверенному средству — внутренней энергии. Я уже начал беспокоится, поскольку и она ничего не давал, как почувствовал легкое покалывание по телу, похожее на то, как расходится кровь по месту, которое отлежал. Вот только резерв стремительно таял, как будто работаю за пределами своего тела. Когда почувствовал, что еще чуть-чуть и он иссякнет, задергался как муха, попавшая в паутину, и с последним рывком повалился на пол. Не менее пяти минут приходил в себя, мышцы все болели, кости ныли. Попробовал облокотиться, так тут же рухнул. На подрагивающихся ногах подошел к сидящему человеку и протянул руку, но тут же одернул. Всмотрелся всеми взглядами, прислушался к себе — никакой опасности. Немного подумал на тему: «брать или не брать, шибанет меня магией или нет», но отбросил все сомнения и вцепился в книгу.

Ничего не случилось, я тут же сел на пол и принялся ее рассматривать. Книга оказалась большая, но легкая, показалась мне квадратной со стороной полметра. Переплет не пойми из какого материала, даже предположить не мог. Сверху только какой-то выпуклый рисунок, больше всего похожий на герб, какие любят выдумывать себе аристократы. Попробовал открыть — ничего не получилось, потянул сильнее — тщетно. Посмотрел с боков — никаких застежек и прочего, что не давало бы ее раскрыть, значит, это магия. Это привело меня в уныние, ведь я отчетливо чувствовал, что книга по магии. Правда, с тем, как работает мое предчувствие, я вообще не могу разобраться — то я чувствую малейшую опасность, то вообще ничего. В Туманных землях можно было свалить на местность и странную магию, но в других местах совсем ничего не понятно. Про людей еще могу предположить, что как-то научились прятаться от интуитов, хотя и не понимаю как, но с ловушками объяснения не могу найти. Это надо найти теорию про интуицию, и мой взгляд непроизвольно упал на книгу, затем перемесился на рисунок. Рисунок красивый, но совершенно непонятный. Я начал вертеть ее, пытаясь хоть что-то увидеть, но она оставалась загадкой. Кстати, магическим зрением я тоже ничего не видел, даже самого маленького фона. Если не могу открыть, то решил попытаться определить материал обложки. Потер его, но налета никакого не обнаружил, для чистоты эксперимента потер рисунок, и тут же почувствовал укол в ладонь.

— …, - выругался я, рассматривая место укола.

Опять ничего — ни крови, ни покраснения, ни онемения. Боль уже прошла, как будто ничего не произошло. Посмотрел на этот долбаный рисунок, пытаясь определить место с иголкой. Произошло это где-то в центре, но как я ни рассматривал, ничего увидеть не смог. Решил рискнуть и опять потереть рисунок, но на этот раз ничего не произошло. «Блин, неужели глюки?», — подумал я. Начал тереть ее со всех сторон, и тут она у меня в руках раскрылась почти посередине.

Первое, на что упал мой взгляд, это очень сложный рисунок, который я сразу же воспринял, как плетение. Под ним было описание на незнакомом языке, и я ради интереса просмотрел текст. Самое маленькое слово состояло из пяти букв или символов. Я открыл первую страницу и углубился в изучение заклинаний, стараясь найти что-то знакомое. Одни плетения я различал довольно отчетливо, зато другие напоминали заштрихованную область и как их увидеть, я не представлял. Под некоторыми рисунками изображалась маленькие узоры, которые являлись частью заклинания — понятно, обыкновенное пояснение. Я даже нашел части, похожие на изученные мной в школе. Так увлекся, что из состояния изучения меня вывело громкое урчание моего живота. Перекусив, я положил книгу в сумку, куда она вошла впритык, и пошел дальше. Но не сделал я и шага, как краем глаза увидел что-то блеснувшее на человеке.

— И как я его раньше не заметил, — пробормотал я.

На груди мумии висел амулет, а может быть, какой-то знак или медальон, или простое украшение. Или не простое, если материал достаточно ценен. Но это точно не золото и не медь. Немного напоминал сильно окислившееся серебро, такого же тускло серого цвета. Я протянул руки и снял его, и тут же человек осыпался пылью, а я резво отскочил. Ради интереса аккуратно провел краем по камню, но край так и остался тусклым. Проделал то же, но уже с силой — результат тот же, значит не серебро. Одел на себя. Если амулет, то поможет, а если безделушка, то ничего плохого не сделает.

Второй день двигаюсь вперед. Дважды встречал провалы и будь у меня арбалет, то уже выбрался бы на поверхность. Сам ход оказался полностью рукотворный, имел несколько разветвлений, но все они заканчивались завалами, поскольку разрушений было достаточно много. Еда у меня закончилась вчера, а никакой живности я тут ни разу не видел. Завернув за угол, я начал долго ругаться. Вспомнил всех богов, строителей, построивших это подземелье, в конце даже себя обругал, что поперся в эту Пустошь. Правда, вспомнив про книгу, похвалил. Решил сейчас отдохнуть, а завтра вернуться к последнему пролому и попытаться, привязав к паутине болт, его забросить в отверстие, чтобы он там зацепился. Устал так, что как только погасил амулет со светляком, тут же уснул.

Проснулся от того, что затекла спина. Открыл глаза и долго не мог понять, что мне не нравиться, и лишь попив воды, до меня дошло. Сквозь завал пробивался свет, тусклый, но я обрадовался ему, как самому родному существу. Наверное, никогда не работал руками с таким энтузиазмом — мелкие камни отлетали в сторону, более крупные я перекатывал. Остался последний, в половину моего роста он прикрывал выход, поскольку из-за него свет был достаточно ярким, но сдвинуть его с места я не мог. И держался то он на небольшом камне, который оставалось выбить и тот сам скатиться, но именно это у меня и не получалось. Я схватил достаточно большой булыжник и попытался еще раз сделать это. Когда после десятого раза у меня не получилось, я рассвирепел и впал в ярость. Рыча, как зверь, я с остервенением все бил и бил, и когда силы уже почти покинули меня, опорный камень раскололся, и глыба начала падать. Я отскочил в сторону и рухнул на пол и издал нечто, похожее на боевой клич. Сил идти не было, и на что был способен, это добраться до сумки и использовать ее в качестве подушки.

Проснулся от того, что затекла спина, да и зябко было. Потянулся и посмотрел на отверстие. Сон как рукой сняло, и я вскочил на ноги.

— Неужели приснилось? — я помотал головой. — Фух, слава богам это ночь на улице.

И в самом деле, через отверстие я увидел звезды. Успокоившись, я достал одеяла и улегся опять спать. Утром, под урчание желудка, требующего свою пайку, я решил выйти на свет и поохотиться. Вода, которой к слову осталось не так и много, уже совсем не помогала погасить желание покушать.

— Даааа, — протянул я, — вот это воронка!

Мое отверстие оказалось на боковине громадной воронки, ближе к верху. Край поверхности располагался в каких-то пяти метрах, а вот центр воронки углублялся еще метров на десять. Про диаметр даже гадать не буду — вон он край, еле различим отсюда. Желудок опять напомнил о себе, и я начал карабкаться наверх. Взобравшись, я вздохнул с облегчением, потому что вдалеке увидел зеленую растительность. Удивительно, но сам кратер и пространство вокруг него представляло собой нагромождение камней. Я даже представить не могу, что здесь использовалось, если спустя тысячелетия тут не выросло ни травинки. Даже подозреваю, что и животных тут никаких нет, что для меня в данной ситуации является большим плюсом. Я поспешил к лесу.

Граница земель представляла собой черту — вот тут это камни, а через пару сантиметров уже растет трава. Пересечение ее я никак не почувствовал, разве что запах растений стал чуть более отчетливым.

Есть хотелось уже очень сильно, если сегодня не поем, то с завтрашнего дня сильно начну терять силы и вообще не выберусь отсюда. А охотиться без арбалета и с одной сетью как-то не очень. Меня посетила одна мысль: «А что если животные вообще не заходят на эту каменную территорию?», и я решил ее проверить. Идя вдоль границы, я рассматривал следы и вскоре был вознагражден — в одном месте я насчитал аж три вида следов. Вернувшись обратно в каменную пустыню, я спрятался за валуном и принялся ждать.

— Это еще что такое? — прошептал я, увидев первого животного.

Может быть, его предки и были людьми, ведь две ноги, две руки и голова это и есть характеристика разумных. Ну, если не считать моего Агата. Шерсть на нем была клочковатая, ушей и носа я не видел, зато выделялись желтые глаза и когти на руках. Вдруг существо резко повернулось в мою сторону, что я не успел спрятаться, а потом уже не было смысла. Оно подошло к черте и остановилось — выводы мои подтвердились — животные сюда не идут. Что им тут не нравится? Или может быть, раньше тут было опасно, а сейчас у них работает генная память? Я ведь нормально тут существую. Глаза понемногу превратились из желтых в оранжевые, а еще я увидел вертикальный зрачок. Существо оскалилось и издало рык, а я во рту приметил острые зубы. Представил, как с ним сражаюсь и меня обдало такой опасностью, что понял — с этим хищником я не справлюсь. Ни в трансе, ни в состоянии контроля. Точнее, справиться за счет моего оружия смогу, но сам получу такие раны, что вряд ли выживу. А на счет контроля, вероятно, оно обладало разумом, но недостаточным, чтобы осуществлять контроль. Грубо говоря, меня с ним связывало бы не несколько нитей, а одна, да и там могла быть чуть видна. Вдруг оно резко обернулось.

Из-за большого куста появился еще один хищник. Этот выглядел более привычно. Приземистый, на четырех лапах, как у ящерицы. Голова с вытянутой пастью, из которой виднелись клыки. Вокруг нее какие-то отростки, не знаю для чего предназначенные, и сзади хвост с наростом на конце. Последнее, понятное дело, предназначалось для удара. Рев-рык двуногого существа и трубный зов четырехлапого прозвучали одновременно, и оба ринулись друг на друга. Не добегая пары метров, новый знакомый резво повернулся, и к двуногому устремился его хвост. Но тот, наверное, очень хорошо знал эту тактику, поскольку он высоко подпрыгнул и приземлился перед своим противником, который, впрочем, успел развернуться. И тут я увидел для чего предназначались отростки — они вдруг зажили своей жизнью и с невероятной скоростью устремились к врагу. Руки того тоже превратились в расплывчатые силуэты, что мне пришлось войти в боевой транс, чтобы уследить за ними. И даже в этом состоянии отростки и пасть одного врага, а также руки второго, мелькали для меня очень быстро.

Тут уже началась обыкновенная схватка хищников. Один вцепился в бок другому, а его отростки, на конце которых я увидел шипы, пронзали грудь. Но когти врага работали не менее эффективно и отростки то и дело разлетались в стороны, отрезанные ими. Вот его когти заработали уже по шее, но в это время хвост четырехлапого выгнулся дугой и ударил противника в грудь, а я успел заметить, как из него вылез шип. Тот еще несколькими ударами отсек хвост, затем голову и победно проревел. Но это, видать, было последнее, что тот смог сделать, поскольку он попытался сделать шаг, но так и рухнул.

Я решил подождать пока он окончательно умрет, но вспомнил, что когти и другие части, снятые с живого еще животного, более дорогие. Обнажив меч, я быстро побежал к ним. Двуногий был еще жив, и я замахнулся мечом, как увидел, что его глаза вспыхнули красным светом. Нет, они не засветились, просто успел заметить, как от зрачка разошлась краснота, которая и была похожа на вспышку. А потом моя рука остановилась, так как я отчетливо различил удивление на его морде. Плюнув на это, я ударил по его лапе.

— Фигассе, — в удивлении вскрикнул я.

Я, конечно, бил вполсилы, но мой меч оставил только зарубку! Со всей силы, чтобы отрубить все пять когтей, мне понадобилось, пять ударов. Что-то невероятное должно было тут произойти, чтобы дать такую мутацию. Хотел было взять с собой и шип, даже протянул руку, чтобы вытащить его из груди, как мелькнула мысль: «А вдруг он отравлен?». Решил оставить это на потом. В качестве еды можно использовать только четырехлапого. И все дело не в возможном яде, точнее, не только в нем — у двуногого кровь была насыщенного темного, почти черного цвета. В то время, как у его противника обыкновенная красная. Отрубив заднюю лапу, я пошел в пустыню готовить себе еду. Кстати его кожа в виде очень мелкой чешуи, поддавалась моему оружию тоже с трудом. Теперь стала понятна причина того, что об этом кратере и этих тварях никому ничего не известно — здесь даже группе в десять человек не выжить.

Запах мяса оказался очень вонючим. Сравнить его с чем-либо я не мог, поскольку ничего похожего не знал, он просто вонял. Но, несмотря даже на это, вся готовка прошла под очень громкий звук моего живота. Жарка убрала запах немного, но я все равно чуть ли не проглотил первый кусок. Наевшись мяса до сыта, до отвала, я лег за валуном спать. Разморило меня так, что я проснулся, когда солнце садилось за горизонт, поэтому я просто достал одеяла и продолжил отдых.

Утром, поев вчерашнего мяса, отправился обратно к орочьему селению. Я уже понял, что на территории Пустоши довольно много существ, которых мои амулеты по отводу взгляда и сокрытию ауры не обманывают. А здесь, в центре, так, скорее всего, почти все смогут меня видеть. Вот и двигаюсь перебежками, прислушиваясь и к интуиции, которая немного «заработала», и к различным звукам. А следующей ночью меня скрутило от боли в животе, и, кроме этого, еще и тошнило. Достал амулет, но он только облегчал состояние, а накопитель довольно быстро разряжался. К утру оба амулета были с пустыми накопителями, но и мне полегчало. Есть не хотелось, поэтому сразу пошел дальше.

А вот во второй половине я оклемался от отравления полностью, но кушать хотелось опять очень сильно, поэтому я решил съесть небольшой кусок — не умер ведь. Все прошло хорошо, не было ни тошноты, ни болей, поэтому решил, что просто сильно переел. Несколько раз я первым замечал какие-то шевеления и успевал уйти в сторону, что меня никто не видел, не слыша, и не чувствовал. Мясо удивительным образом не портилось, поэтому решил растянуть его как можно на больший срок.

На пятый день пути у меня начались галлюцинации. Когда увидел того двуногого, то тут же рухнул на землю, но поднявшись и посмотрев, никого не увидел. Я еще целых пять минут осматривался, но все без толку. Второй раз увидел его же вообще рядом и именно тогда понял, что это мне мерещится. Одел амулеты, но они смогли только замедлить прогресс болезни. Когда накопитель на одном из них стал пустым, я решил его зарядить. И вот тут постигло сильное разочарование — управлять своей маной я не мог. Тут же попробовал прокачать внутреннюю энергию — сработало, но расход опять оказался очень большим. Именно после этого я побежал.

Я уже вставил в лечебный амулет накопитель из ментального, тот, которого нашли в этих пустошах. Вспомнил об эльфийском снадобье и допил весь флакон. Вот оно прояснило мысли и даже почти убрало миражи, но его действие продлилось всего часа четыре. А потом все вернулось обратно с еще большей силой. К глюкам прибавилась какая-то легкость в теле, и я уже мчался или даже летел вперед, совершенно не обращая внимания на различных тварей, пытавшихся меня атаковать. Мне не хотелось ни есть, ни пить, только эйфория гнала меня дальше. Потом растения и животные начали как-то смазываться, ноги налились тяжестью и стали заплетаться. Вокруг меня пошла круговерть и вдруг стало темно.

Мир Оравия, Империя, оркское поселение, постоялый двор.

Уже все постояльцы разошлись по комнатам после завтрака, и в зале остался только старый приятель хозяина заведения, искатель Линуавэль. Сейчас владелец рассказывал о странном постояльце, который в одиночку направился в Пустошь.

— Я поначалу подумал, что тот знает какие-то неисследованные и богатые на артефакты развалины, но поговорив с сыном вождя, понял, что это не так, — рассказывал он своему другу. — Оказывается, тот загорелся идеей, когда увидел тот посох.

Они еще обсуждали парня, как услышали удары, доносящиеся с улицы, со стороны конюшни, ворота которой уже закрыли на ночь. Вылетев во двор, они сначала недоуменно замедлили шаг, поскольку перед воротами никого не увидели, а в следующее мгновение поняли, что удары наносятся изнури. Искатель уже заряжал свой миниатюрный арбалет, а хозяин бесшумно подошел к воротам и резко их распахнул. В проеме на задних ногах стоял конь странного постояльца и приготовился к следующему удару. Громко заржав, он опустился и, мотнув головой, скрылся в конюшне. Друзья вошли следом. Конь, пофыркивая, тыкал головой в сбрую, седло и седельные сумки. Поднял на них свой лиловый взгляд, тихи заржал и опять наклонился к седлу. Старые друзья-искатели сразу все поняли. Пока хозяин заведения снаряжал коня парня, Линуавэль седлал своего. Крайне редко искатели ездили в Пустошь верхом и все эти случаи были когда кому-то грозила сильная опасность, а поведение коня говорило как раз о том, что его хозяин в беде. Когда эльф выехал из конюшни, вороной переступал с ноги на ногу, ожидая, когда откроются ворота во двор. А дальше начались скачки.

Лошадь человека почти сразу начал отрываться от Линуавэля, и это несмотря на то, что он гордился своим конем, полукровкой от арданского скакуна и дарвацкой кобылы. И уже спустя какой-то час он ехал только по следам, а еще через два ему открылась удивительная картина. Три хищных кролика атаковали этого вороного красавца, и вполне успешно — множественные раны кровоточили, но ничего серьезного пока еще не случилось. В трех метрах лежал еще один кролик, вероятно, первым получивший удар, а совсем рядом он приметил лежащего человека. Скакун лягался, кусал, стараясь не подпустить хищников к своему хозяину, но эльф увидел, как один из кроликов попытался укусить лежащего человека и вокруг того на миг проявилась почти прозрачная пленка и кролика отбросило.

Вся эта картина отпечаталась у Линуавэля за мгновение, он вскинул арбалет и выстрелил. Один хищник, вскрикнув, рухнул, а конь извернулся и ударил задним копытом второго. Зная как быстро твари пустоши приходят в себя, он спрыгнул с коня и, добежав до подбитого животного, отрубил ему голову. Справиться с последним было уже просто. Привязав находящегося без сознания парня к седлу, он бросил его вещи в седельные сумки и они поскакали в поселок. Путь прошел без происшествий и спустя три часа они въехали на постоялый двор.

— Что с ним? — спросил вышедший на крыльцо хозяин.

— Не знаю, — ответил искатель, — нашел уже в таком состоянии.

Его отнесли наверх. Как только уложили, тот начал что-то бормотать, но разобрать слова у них не получилось, язык был совершенно незнаком. У него не было ни жара, ни потовыделения, ни прерывистого или учащенного дыхания, все как положено, но человек бредил и находился без сознания. Искатель достал амулет, снял с того все, что было на нем, и надел свой. Парень перестал бредить, даже открыл глаза, приподнялся и обвел всем мутным взглядом, но ничего не сказав, рухнул обратно. А спустя полминуты опять забормотал.

— Ого! — воскликнул искатель, взяв в руки свой амулет. — Накопитель пуст! Что будем делать?

Последнюю фразу услышала вошедшая Алинэль, и тут же ответила:

— У тебя же осталось немного Лесного эликсира.

Оба эльфа очень удивились, ведь этот эликсир изготавливался в небольших объемах и предназначался для охраны Владыки, диверсионно-разведывательных отрядов и иногда для искателей. Последние получали его только тогда, когда все остальные были укомплектованы. Из всех людей этот эликсир получала только императорская семья.

— Тебе он так дорог? — спросил Линуавэль сестру друга. — Кил, неужели твоя сестра, наконец-то, влюбилась?

Килитэль или для друзей Кил, удивленно посмотрел на нее.

— Нет, просто с ним очень интересно, — спокойно ответила она. — Да был он наверняка в таких местах, что вам обоим и не снились.

Последняя фраза сместила колебания ее брата в сторону удачи парня — для двух искателей, пусть один из них и отошел от дел, новые знания о Пустоши являлись одними из самых важных. Он молча вышел из комнаты и спустя пару минут вернулся. Достал небольшой флакон, выполненный из ореха, приподнял голову парню и дал сделать глоток. Через пять секунд их глаза начали увеличиваться и к исходу минуты от приема парнем эликсира достигли огромных размеров. И было от чего — лекарство, залечивающее самые серьезные раны и являющееся очень сильным противоядием, только успокоило человека. Зато рецидива не произошло.

— Я так понимаю, что яд или отравление было магическим, — уверенно сказал Килитэль и глянул на сестру.

Та невозмутимо и с уверенностью в своей правоте смотрела на него, и ему не оставалось ничего другого, как дать парню сделать еще два глотка. Вот теперь эффект присутствовал, но опять не мгновенный. Спустя десять секунд человек открыл глаза.

Мир Оравия, Империя, оркское поселение, постоялый двор.

Какие-то непонятные образы, жуткие твари, еще более страшные девушки как-то быстро размазались и исчезли, а голова моя полностью прояснилась, и я открыл глаза. Так, хозяин заведения, где я остановился, и его сестра, обвел помещение взглядом и увидел еще одного эльфа. И еще я понял, что нахожусь в своей комнате постоялого двора. Попытался вспомнить о том, что со мной произошло и как я тут очутился, но все, что помню — это как у меня начались галлюцинации.

— Что со мной было? — спросил я всех.

— Это мы бы хотели узнать, — ответил старый искатель.

— Да я с момента, как у меня что-то случилось с головой и не помню-то ничего.

— А до этого? — это уже второй эльф.

— Эту часть я помню очень хорошо.

— Я показать сможешь на карте? — я видел его неподдельный интерес.

— А где моя сумка? — спросил я, не увидев ее.

— Да твой конь не дал ничего взять, — хозяин постоялого двора развел руками.

— Это он может, настоящий друг.

Я пошел в конюшню, и еще на подходе услышал ржание Агата, но выбегать из нее он не стал. Я искренне обрадовался ему, погладил по шее, снял с него сумки, уздечку и расседлал. Книгой светить совсем не хотелось, поэтому переложил ее в седельную сумку. Поднявшись в комнату, принялся рассказывать о своем пути, показывая все на своих картах. Второй эльф тщательно дорисовывал свою карту и наносил мои пометки. Но если дыру, куда я провалился, смог показать с достаточной точностью, то кратер и каменную пустыню рядом с ним, весьма приблизительно. Но даже таким сведениям они были очень рады. Про хищников, бой которых я видел, расспрашивали очень подробно, допытываясь до малейших нюансов. Сказали, что в моем состоянии виновато мясо, которое я съел, да я и сам склонялся к этой версии. Спросил их про свое лечение, на что они ответили, что никакие амулеты не помогли и им пришлось использовать эльфийский эликсир. Я, прекрасно зная его стоимость, достал из сумки два когтя и протянул им.

— Свои долги отдаю сразу. Это когти той двуногой твари, взятые, когда та была еще живой.

В это время открылась дверь и на пороге появился Сардык, на лице которого было написано нешуточное беспокойство. Неужели за меня так переживал? Про это и спросил его.

— Да что за тебя переживать? — в своей манере ответил тот. — Сам же туда поперся. У меня другое — два дня назад приехал гонец из столицы и привез указ императора, согласно которого мы обязаны приехать в школу в течение десяти дней. Если бы ты не вернулся, то завтра я бы уехал один.

— А с чего такой указ? Причину гонец называл?

— Нет. Приехал, зачитал моему отцу указ и слинял.

— Хотя, в принципе, и так понятно — кроме как с нежитью воевать ни с кем империя не должна, — ответил я, — помнишь же императорскую чистку? Так что я уверен, что те перешли в наступление, если можно так выразиться. Выезжаем тогда завтра на рассвете, если не приедешь, то поеду один, а знаю, как ты любишь поспать.

Орк ушел, мы еще немного поговорили, затем ушли эльфы, осталась только Алинэль, с корой мы еще долго разговаривали. После всех разговоров я долго рассматривал найденный амулет, но так ничего и не увидел, а не верить эльфу я не имел причин. Даже то, что не получился эксперимент ни о чем, сего слов, не говорит. Когда он заикнулся о моей защите, то я тут же решил проверить — одел, взятый у мумии амулет, точнее артефакт, и он попытался меня ударить своим мечом и успел задержать лезвие у моей груди, хотя по его словам его должно было отбросить. Затем еще несколько экспериментов, после которых оба эльфа посмотрели с завистью на меня и сказали, что в нем заложено очень сложное ментальное плетение, определяющее желание атакующего нанести вред носителю. Даже, скорее всего, оно не одно. Опять же, с его слов, всего было найдено, не считая моего, всего два таких артефакта — и теперь один у Владыки, второй у императора. «Эх, мне бы научиться создавать такие вещи», — с тоской подумал я.

Уже лежа в кровати, я достал один из когтей и попробовал нанести заклинание исцеления. И вот тут-то меня ждал большой сюрприз — линии ложились очень легко и без сопротивления. Даже то, что пришлось плетение вытягивать, что приводило к большему расходу маны, совсем не сказалось. Вот теперь я убедился в рассказах преподавателей, что от материала, куда накладывается плетение, зависит очень много. Я потратим маны в три раза меньше, чем в случае использования моих пластин. Я дождался восполнения резерва, даже медитировал, и кода он восстановился, нанес на коготь огненный шар. От радости я закричал и принялся приплясывать, исполняя не пойми какой танец. Дверь резко отворилась и в комнату почти влетела эльфийка, которую я обнял, приподнял и закружился. Потом, уже успокоившись, объяснил, что у меня впервые получился боевой амулет и спросил, если у нее или у брата инструмент, которым я смогу сделать отверстие для накопителя. Конечно, намного лучше выковать специальное крепление, но я этого делать не умею, а заказывать не хочу. У него инструменты были, но как же я промучился с этим отверстием — очень уж прочные когти оказались у того хищника. Но, в конце концов, сделал и дырку и расширил ее. Кустарщина получилась необыкновенная, зато рабочая. Проверять я побежал сразу же после установки накопителя. А в качестве накопителя я использовал камень пустоши. Радостный от того, что у меня появилась боевая магия, я уснул.

Я наблюдал, как из-за горизонта поднимается красноватый шар местного солнца. Сардыка не было — наверняка, решил выспаться и потом выехать. Но только я хотел двинуться, как услышал лошадиный топот, и там точно была не одна лошадь. «Неужели решил взять охрану?», — удивленно подумал я.

— Это что за явление Христа народу? — спросил я его.

— А что такое христа? — с интересом спросил орк.

— Ай, не помню, — отмахнулся я. — Ты лучше это объясни.

— Да заладила «я еду с тобой», «я еду с тобой», — он усмехнулся и посмотрел на сестру, — думаю, что она в тебя втюрилась, — и засмеялся под гневный высверк глаз Сарики.

— Вот уж не надо мне такого счастья. Хочет пускай едет, если ей делать нечего.

Я развернулся и чуть сжал бока своему коню — Агат понял все правильно и поскакал вперед. Рядом со мной примостился Сардык, которому я похвастался боевым амулетом.

Мир Оравия, королевство Зария, граница с Империей.

Это последняя ночевка, когда Лина находиться в компании людей. Завтра они направятся в Империю по своим делам, а она проедет еще немного на юг и уже там свернет в сторону оркских поселений. Она хотела уже улечься в своем шатре на ночь, как почувствовала некое напряжение. Но не успела она даже проанализировать свои предчувствия, как в стороне вспыхнул огонь, и девушка почувствовала отголоски магии. И тут же с ее стороны раздался звон оружия, куда она, обнажив меч, и побежала. Нападавших было не более трех десятков, даже, скорее всего, меньше, но подготовка у них была на высоте. «Вероятно, диверсионный отряд ракшасов», — подумала она, и выкрикнула двум валькириям:

— Уходите туда, я сама справлюсь, — махнула свободной рукой себе за спину.

Не зря она всю дорогу тренировалась работать со скипетром, отнятым у архилича — стена хаоса получилась легко и быстро. Ею она отсекла часть нападавших, скрестила мечи с двумя другими, и тут же отправила свою любимую огненную стену в другую сторону. Скипетр оказался артефактом, увеличивающим скорость создания заклинаний в несколько раз, действую на каком-то ментальном и энергетическом уровне. Но амулеты этих нападавших были очень приличного качества и стена огня никого не убила. Тогда Лина применила тактику, подсмотренную у лича — атакуя небольшими огненными шарами врагов, с кем звенела мечами, они на краткий миг приводила тех в замешательство, чем и пользовалась. Атаки ее стали значительно результативней, особенно, если учесть возможности ее клинка. Вдруг она почувствовала присутствие демона из родного домена, а затем крик баронессы:

— Стойте!

А когда к ней присоединилось два воина, то ракшасы быстро закончились. Чуть подумав об этой атаке, она пришла к выводу, что те явно рассчитывали на внезапность, но ее не получилось. Но обернувшись, она поняла, что им еще и сильно помогли. Демон, в лице которого проскакивали какие-то знакомые черты, из ее домена стоял перед четой баронов Дрей.

— Кир, это действительно ты? — тихо спросила Лея.

«А ведь точно!», — мысленно воскликнула Лина. — «Поэтому и показалось лицо знакомое. Получается, что он уже получил тело».

— Я знал, что ты узнаешь, — улыбнулся в демонической улыбке молодой архидемон.

Лина чувствовала его очень хорошо и понимала, что достичь за такое короткое время уровня архидемона могла только сущность с очень сильным духом. Отец же просто подошел к нему и хлопнул того по плечу.

— Молодец, сын.

— Госпожа, — склонил тот голову в приветствии повелителей домена перед подошедшей Линой.

— Как дела дома? — спросила его девушка на друиррите под изумленным взглядом Фарена и Хаины, которые были прекрасно осведомлены, кому оказывают такое почтение.

— Буквально на днях домен расширился, — ответил тот на этом же языке.

— Мама начала активные действия? — изумилась девушка, поскольку прекрасно понимала, что сил для этого еще нет.

— Нет. Случайно вышло, но очень удачно, — он повернулся к родителям. — Папа, мама, со мной все хорошо, не волнуйтесь. Мне пора.

Появился знакомый портал, в котором исчез Кир. А маги еще несколько минут пытались уловить эманации перехода, но, как и когда то Лина, безрезультатно. До утра больше ничего не произошло, и на следующий день девушка отправилась в одиночное путешествие. Когда спустя два дня она пересекла границу империи, то решила снова проверить местоположение Андрея.

— Поймаю — прибью, — прошипела девушка и свернула в сторону столицы Империи.

Мир Оравия, Империя, южный тракт.

Из Хорска мы тоже выезжали на рассвете, что сильно раздражало сестру Сардыка. Он тоже любил поспать, но если надо вставать, то легко это делал, в отличие от своей сестры. Я же узнав об этом, специально намечал выходы на рассвете, чтобы Сарика отстала от нас, но та приклеилась, словно репей. Хотя Сардык с огромным желанием поджучивал свою сестру, когда утром чуть не падала с лошади. Как ни странно, но до имперского тракта мы добрались без происшествий, где влились в довольно многочисленный поток людей и не только. Я даже пожалел, что не попались никакие разбойники и я не смог испытать свое магическое оружие.

В этом трактире мы решили остановиться, поскольку знали, что он является одним из лучших, да и кухню его хвалили даже аристократы. Комнаты успели заказать всего две, потому что остальные уже заняты. Но у меня была еще одна причина — я увидел, что во дворе есть небольшая кузня, в которой кто-то стучал молотом. Достав один коготь, я подошел к кузнецу и, дождавшись когда он закончит ковать подкову, просил:

— Вот сюда, — указал на толстый конец, — можно выковать небольшое приспособление для накопителя? Желательно из меди.

Он внимательно осмотрел, поковырял шилом и назвал цену, которая меня вполне устраивала. Я заказал четыре штуки, так, на всякий случай. Кузнец пообещал сделать еще сегодня, объяснив, что завтра его не будет. Я выходил из кузни, задумавшись о том какие заклинания поместить в амулеты, как меня окрикнули знакомы голосом.

— Андрей! — я удивленно посмотрел на Линду. — Привет, — девушка просто светилась от счастья.

— А что ты тут делаешь? — все также удивленно спросил я.

— Тебя ищу!

— Зачем? — на автомате спросил я.

А у самого голова готова была зашипеть паром от мыслей, остановившись на том, что ей удалось как-то вычислить меня и понять, что я и есть тот, кто воспользовался ей и убежал. Глянул на валькирий, ее сопровождавших, но на лицах скука с небольшим презрением. Глаз упал на ее лошадь, где я опознал Драконий посох. Скверно, очень скверно — тот усиливает заклинание в несколько раз. «А что я беспокоюсь?», — подумал я. — «На дуэль не соглашусь, а тут не Дреггония». Тут я увидел, что девушка требовательно смотрит на меня.

— Ты что-то сказала? — переспросил ее.

— Я спрашиваю, можно с тобой поговорить с глазу на глаз?

— Да запросто, но я ума не приложу какие такие секретные вопросы ты хочешь обсудить со мной, — посмотрел на нее, но девушка молчала и я добавил. — Ладно пошли отойдем.

— Ну, что ты хотела обсудить? — спросил я, когда мы отошли от трактира.

— Я хочу, чтобы ты стал моим мужем, — она твердо посмотрела мне в глаза.

— Нет, — не менее твердо ответил ей. — Я жениться вообще не собираюсь. Да и с чего вдруг такое решение?

— Это ведь ты был моим рабом и сбежал от меня? — чуть смущенно ответила она.

— Чегооо? — я был готов к такому повороту событий, поэтому возмутился искренне. — Ты часом не перегрелась? — я приложил ей ко лбу руку.

— Я уверена, что это был ты! — уверенность и в самом деле сквозила и в фразе, и в ее виде. — Пусть с тобой что-то произошло в Туманных землях, ты изменился и почти ничего не помнишь, но это был ты! Хотя кое-что помнишь, — она хитро улыбнулась, — рассказы девчонок о призраке-соблазнителе полностью совпадают с тем, что ты сделал со мной, когда решил сбежать.

— Линда, — серьезным тоном произнес я и девушка подобралась, — мы с тобой хорошие друзья, поэтому не надо разрушать нашу дружбу этой ахинеей.

Я удивился, что она не то, что не вспылила, но даже глаза не сверкнули гневом или яростью. Вместо этого, она просто произнесла:

— Хорошо. Я подожду, если ты так этого хочешь, но позволь быть рядом с тобой.

— Э, нет, — я покачал головой, — я свободная птица. Дружить, как в школе — пожалуйста, но от постоянного твоего присутствия увольте. Кстати, в трактире нет свободных комнат.

И я направился к зданию, тем более что захотелось кушать. Через пару шагов девушка меня нагнала и молча пошла рядом. И уже перед входом тихо сказала:

— Знаешь, а ведь у нас началась война с орками и ракшасами.

— Что? — я резко остановился и повернулся к ней, придерживая рукой, так как она проскочила.

— Война, — повторила она. — Орки напали на нас, а ракшасы на Зарию и Первый лес.

Вот теперь у меня была полная картина происходящего в этом мире. Предположение, что у нас началась война с нежитью, подтвердилось словами девушке об их войне. Но какая согласованность действий! Неужели они как-то смогли договориться с нежитью? Да и с кем там договариваться? Я начал прикидывать варианты, но из-за недостаточности знаний и информации у меня ничего не получилось.

— О, привет, Линда, — раздался у меня над ухом громкий голос Сардыка. — Что с тобой? — и орк толкнул меня в плечо.

— Да информация очень неприятная, — медленно ответил я, все еще обдумывая свои выводы, но встряхнув головой, весело добавил. — Вы как хотите, а я есть хочу.

Положил сумку рядом на скамью и уселся в угол, а орки уселись напротив. Заказали еду, пока валькирия что-то обсуждала с владельцем трактира. С расстроенным видом, причину которого я понял, она подошла и села рядом со мной — я только и успел убрать свою сумку.

— Ты чего такая? — спросил у нее орк.

— Мест нет, — расстроенно сообщила она.

— Так может я…

— Даже не думай, — перебил я его. — Я тебе уже говорил, что твои рулады слушать я не намерен.

— Так пусть тогда у тебя переночует, — предложил он.

А я успел заметить, как сверкнули глаза его сестры, и у меня тут же родился план.

— Только если Линда пообещает не домогаться меня сексуально, — ответил я и мы с Сардыком захохотали.

В общем, ночь прошла спокойно. Вечером я забрал у кузнеца свой заказ, но при Линде не стал ничего делать с амулетами. На рассвете отправились дальше, и до самого Калгена никаких приключений не произошло. Еще при подъезде к пригородам мы услышали молву про войну с нежитью. Чего только люди не придумают от страха. На воротах дежуривший маг отправил нас с орком и валькирией прямиком в школу. Уже у самого входа в школу, я услышал опять знакомый голос:

— Андрей!

И только я успел развернуться, как Тиалла повисла у меня на шее. Я же, прижимая за талию ее к себе, почувствовал характерные выпуклости в районе ее груди. Когда она отцепилась от меня, я аж присвистнул от удивления, краем глаза заметив такое же изумленное лицо орка. Но самым приятным было видеть в глазах Линды и Сарики молнии ярости.

— Как ты повзрослела и выросла, — я отступил на шаг, и Тиалла повернулась вокруг своей оси с невероятной грацией. — Настоящая невеста стала.

— А то! — подтвердила она. — Я же говорила тебе, что через год буду уже взрослой.

— Ладно, что здесь стоять, пошли в школу отметим встречу и твое взросление. Тебя кстати пустят?

— Конечно, я уже поступила в нее, — гордо ответила девушка.

И мы, отведя своих скакунов в конюшню, оправились в местный ресторан.

Глава 19

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

В школу Лина приехала уже ночью, и первым делом решила узнать, вернулся ли Андрей в свой дом. В окне горел свет, и радостная девушка достала пергамент. Но все, на что хватило силы крови, это знание, что искомый объект где-то в городе. Но, как ни странно, девушка не очень расстроилась, потому абсолютно была уверена в том, что Андрей и является существом, которого она ищет. С удивлением поняла, что с нетерпением ожидает завтрашней встречи с ним. Покачав головой, она направилась к себе домой. А ночью она проснулась от сильнейшего сексуального желания. Осознала свои действия только у дома Андрея, когда увидела, как Линда и Тиалла стучаться к нему. Она заставила себя войти в боевой транс и вздохнула с облегчением — напряженность заметно снизилась. Затем полминуты ментальной корректировки и желание ушло. Лина направилась к девушкам.

— Линда, владеешь боевым трансом? — та с замасленными глазами кивнула. — Входи! — рявкнула демонесса и увидела, что подействовало. — Тиалла!

Но юная сполотка не реагировала ни на что. «Блин», — мысленно воскликнул Лина, — «у нее же гены кошачьих и она вообще может сойти с ума». Она резко приблизилась к ней, намереваясь ударом лишить ту сознания, но Тиалла, действуя на одних инстинктах, невероятным прыжком отскочила в сторону и почти как кошка зашипела:

— Я чувствую, что ты хочешь отнять у меня Андрея.

— Дура! — крикнула демонесса. — Кто-то применил очень мощное заклинание сексуального желания! Линда, — она, не поворачивая головы, окликнула валькирию, — на нее действует намного сильнее и ее мозг может не выдержать. Надо лишить ее сознания, давай вместе.

И они вдвоем атаковали ту. Скрутить удалось и, пока валькирия держала извивающуюся в руках девушку, Лина несильно ударила ту в висок. И тут же со стоном схватилась за голову.

— Вот это менталист, — простонала она.

Валькирия вообще лежала без сознания и, если бы демонесса подсознательно не была готова к чему-то, то тоже потеряла бы его — сила у первокурсницы оказалась большая. Она по очереди отнесла девушек к себе в дом, и завалилась спать.

Мир Оравия, Империя, город Калген, школа волшебства.

Вчера хорошо так отметили встречу, Сардык все пытался всучить мне хоть какой-то алкоголь, вместо моего любимого травяного настоя, но я видел все его уловки. Затем к делу подключились девушки и они втроем принялись играть в игру: «спои своего друга», то есть меня. В общем, разошлись уже ночью.

А сегодня вечером я решил вплотную заняться амулетами. Теперь уже было понятно, что воевать придется с нежитью, а самыми эффективными были заклинания некромантии и целительства. Вот только в последнем случае плетения очень сложные, поэтому я сосредоточился на некромантии. Точнее, в один амулет я запихнул огненный шар, и накопитель из пустошей. Во второй сейчас пытаюсь массовое заклинание разупокоения, правда, с минимальной областью воздействия. В предыдущей попытке мне не хватило совсем чуть-чуть, но и резерв у меня восстановился не до конца, поэтому сейчас должно получиться. Доделываем эту петлю, переплетем с началом плетения, завязываем узлом, похожим на звезду и соединяем.

— Ух, — я вытер испарину, выступившую на лбу, — всю ману использовал.

После такого магического истощения на меня напал исследовательский зуд — решил найти самое легкое заклинание из книги, попробовать его внедрить в заготовку амулета и проверить, что это за зверь такой. Опять развернул найденную книгу и принялся искать. Теперь я не просто рассматривал узоры плетений, но и мысленно пытался их изобразить. С удивлением понял, что, казалось на первый взгляд, небольшое плетение в процессе рисования вызывает трудности. С чем это связано я естественно не понял, скорее всего, какой-то выверт сознания, подсознания или вообще ментальный. Поэтому сейчас и приходиться проверять каждое заклинание, даже, если оно на первый взгляд кажется сложным. Но вот это, довольно большое, пошло легко, и чуть погодя я начал рисовать его в амулете, удерживая толщину линии на грани восприятия. С огромным удивлением отметил, что маны тратиться значительно меньше, чем при огненном шаре. И мне ее хватило! «Сколько же еще надо изучать?», — подумал я. — «Ведь нам не то, что не объясняли причину разного расхода маны, даже не акцентировали внимание». Из этого я сделал печальный вывод, что этого не знают вообще. Вставив обычный накопитель, я пошел испытывать свое новшество.

На полигон я, само собой разумеется, не пошел, на свою полянку тоже, но вот недалеко от домиков боевого факультета тоже был лесок с небольшой полянкой. Вот именно туда я и направился. Направив амулет вверх, я его активировал. Но ничего не произошло. Хотел опробовать еще раз, как в голову пришла мысль, что, вероятно, активация происходит по-другому, нежели как принято здесь. Все-таки этой книге много тысячелетий. Когда шел обратно из одного окна услышал характерные звуки для любовных игр. «Вот это темперамент!», — восхищенно подумал я. Чтобы не мешать, я решил обойти их по кругу, тем более что и так можно было попасть в мой дом. При подходе я услышал женские голоса и ускорился, чтобы посмотреть на происходящее.

— Кто-то применил очень мощное заклинание сексуального желания! Линда, — услышал я голос Лины, — на нее действует намного сильнее и ее мозг может не выдержать. Надо лишить ее сознания, давай вместе.

После этих ее слов я застыл на месте. «Это что же получается — неужели это мое заклинание?», — мысль так и крутилась у меня в голове. Вот так новость! Думая о своем, я даже не заметил, что там произошло, увидел только, как Лина морщась, понесла Тиаллу куда-то. Решил подождать — и точно, валькирию она тоже забрала. Я очень быстро вошел к себе в дом, принял душ и лег спать.

На следующий день это было сенсацией — кто-то умудрился на территории школы применить заклинание, от которого не спасали никакие амулеты. Только владеющие боевым трансом и ментальными техниками могли как-то бороться с этим. Я осмотрелся и сделал вывод — ученики разделились на тех, кто получил удовольствие и тех, кто не нашел себе пары. Понятно, что из-за нехватки девушек, во второй категории были только парни. Остальные рассказывали о своих ощущениях, даже девушки гневно сверкая глазами на парней, затем с мечтательной улыбкой о чем-то задумывались. Я слушал Сардыка, который был очень расстроен, что не попал под воздействие заклинания. Я же про себя отметил приблизительную площадь его действия. Подошли вчерашние страдалицы по большой и чистой любви.

— Ты где вчера был? — в один голос спросили Линда и Тиалла.

— Спал, а что случилось? — спокойно ответил им, потом стукнул себя по лбу, как будто что-то вспомнив, и добавил. — Неужели и вы участвовали во вчерашнем празднике?

Те смутились и промолчали. Хотел спросить об этом Лину, как прозвучал усиленный магией голос ректора.

— Вы все наверняка, знаете причину, по которой вас вызвали с отдыха, — начал он, — но если кто не знает, то назову. Нежить в Туманных землях активировалась и начала разорять наши земли. Их оказалось настолько много, что император издал указ о привлечении учеников школы в армию. Ученики третьего года обучения идут в армию боевыми магами, из второгодников создаются боевые группы и направляются в помощь. Завтра выступаем, а сегодня всем необходимо отметиться у своих преподавателей, чтобы можно было разбить на группы. На этом все.

После этого мы с Сардыком отправились в свое учебное помещение. Девчонки направились вместе с нами. С Тиаллой все понятно — она просто убивает время, но что боевикам надо в другую сторону. Этот вопрос им и задал.

— Мы, как жители другой страны, если хотим повоевать, то имеем право выбора, — ответила валькирия, — хотим в одну группу, хотим в другую.

Так мы и пришли в аудиторию. Оба наших преподавателя занимались распределением третьекурсников, которых и было то всего шесть. Как я услышал, их распределили в помощь первым рядам сражающихся. Потом занялись нами, и началось все с небольшой лекции.

— Вы это должны проходить на втором курсе, но в данной ситуации обязаны знать. Защитные амулеты при очень большой нагрузке могут не только разряжаться, но в них могут разрушаться плетения. Поэтому ваша задача не только заряжать амулеты, но и создавать новые. Сейчас я покажу вам два защитных плетения, которые вы тоже в этом году должны были изучать. Один из вас я точно знаю, что сможет их создать, — и он посмотрел на меня.

После этого нам показали два заклинания, и защитный барьер я в самом деле смог создать, но ментальный никак не получался — не хватало резерва. Хотя если в качестве заготовки использовать коготь той твари, то получиться. Затем он, наконец-то, обратил внимание на девушек и задал им вопрос о причине нахождения тут.

— Я еду с вами, — тут же выпалила Тиалла.

— Первогодок не берут, — ответил ей учитель, — да и не из нашего ты факультета.

— Все равно поеду, как частное лицо, — упрямо ответила та.

— Молодец, мелкая, — похвалил я ее и, дождавшись ее гримаски на «мелкую», нашел в сумке мой первый амулет, протянул ей и сказал. — Дарю. Это боевой амулет с огненным шаром, сам делал.

Тиалла выхватила его у меня и со словами благодарности чмокнула меня в щечку. Другие две девушки тоже выразили желание присоединиться к нашей группе. После этого мы с Тиаллой пошли к артефактору, которому я хотел продать оставшиеся когти. Лавка встретила меня все теми же витринами с амулетами и артефактами, но присмотревшись, понял, что изделий значительно меньше.

— Купить что-нибудь желаете, молодой человек? — после взаимного приветствия спросил владелец. — Или опять нашли клад? — хитро спросил он.

— Увы, — тяжело вздохнул я, — клада нет. Но я тут быстренько сбегал в Великую пустошь и прибил там одну тварь, вот и хочу продать ее когти, — увидев неверие в его глазах, выложил оставшиеся три когтя. — И хочу заметить, что снял я их с живой еще твари.

Он скептически взял в руки один и по мере изучения и еще каких-то манипуляций он кардинально изменил свое мнение. Осмотрев все три, он назвал свою цену. Я задумался, подсчитывая возможность покупки трех алмазных накопителей, два себе, один девушке в мой подарок. В общем, все получилось, даже осталось несколько золотых. Он, увидев, куда я хочу приспособить один накопитель ругнулся на безруких атефакторов, скрылся за дверью, а вернувшись принес приспособление под накопитель для отверстия. Тиалла радостная покидала эту лавку. Всю дорогу обратно она все говорила о завтрашнем походе, но я ее решил обломать, поскольку везти ее с собой не намерен. Но не тут-то было, лошадь она как-то умудрилась приобрести.

А на следующий день мы выступили в поход, но не успели вы проехать за воротами школы и ста метров, как к нам подъехала Сарика. Я вопросительно посмотрел на своего друга.

— Сам с ней разбирайся, — громко ответил он, — стоило мне намекнуть, что у тебя и без нее хватает поклонниц, так она зашипела похлеще десятка змей.

— Андрей, это что еще такое? — выпалила Тиалла.

— Так, — я осадил Агата и развернулся к девушкам, ехавших сзади нас, — я никого из вас не знал, мне плевать по каким причинам вы поехали и что там себе напридумывали. Я сам по себе, один, вольная птица. Ясно?

Развернулся и чуть сдавил бока коню, и тот, умница, прекрасно понял меня, помчавшись вперед так, что Сардык сразу отстал, хотя и рванул тут же. Ночевали мы в шатрах, а не в постоялых дворах, поэтому сейчас я ставил свой шатер. Рядом со мной пристроились Сардык со своей сестрой в одном шатре, и девушки в другом. Честно говоря, эти девушки меня изрядно раздражали, даже Линда, с которой мы дружны. Особенно Лина, мотивов которой я не знал и не имел ни малейшего понятия про них. Вот и двигался в раздражении через лагерь в сторону небольшой реки, чтобы сполоснуться на ночь, как услышал знакомый девичий насмешливый голос

— А это наш великий соблазнитель.

— Отстань, — не поворачивая головы, ответил я.

— Как ты разговариваешь с ее высочеством? — сказавший это, преградил мне путь.

— Сказал же, отстань, — уже громче сказал я, и хотел было обойти, но меня дернули за плечо.

— Да я тебя сейчас…

Договорить и, судя по замахнувшейся руке, ударить он не успел, потому что я сорвался. Сделав шаг влево, я быстро выбросил руку к его голове, схватил за волосы и с силой дернул вниз, подставляя колено. Затем оттолкнул его.

— Дуэль, сейчас же! — закричал тот.

— Да я и без дуэли тебя сейчас кастрирую. А вы, ваше высочество, — я сделал пару шагов к опешившей девушке, — заткнули бы рты вашей своре, а то кабы чего не вышло.

Я увидел, как принцесса бросила взгляд мне за спину, и тут же перешел в состояние контроля, отойдя на шаг и развернувшись. Ко мне двигались два человека, которых я отнес к телохранителям Лаитты. Император, молодец, не стал прятать дочь, а отправил на войну, ну а охрана естественно ей полагается. А эти шли с явным намерением устроить мне неприятности.

— Притронетесь, и я вас убью, — сказал я им.

Но ни ответить, ни предпринять каких-то действий те не успели, так как раздался окрик:

— Стоять! Что здесь происходит? — подошедшего мужчину я отнес к начальнику охраны.

— Да достали эти бабы, — все еще раздраженно ответил я, — сказал же, чтобы отстали, так нет. Может быть, вы заберете их себе?

— Не могу, — со смеющимися глазами, но серьезным тоном, ответил тот.

И именно такое сочетание сняло мое раздражение, я развернулся и пошел по своим делам.

Утром я с прекрасным настроением, что удивительно, решил покататься с ветерком. Отъехав немного в сторону, я дернул за поводья и Агат сорвался в галоп. Когда он перешел на шаг, я услышал сзади то конский топот. Обернулся — Лина. Только ее лошадь, на которую я с самого начала обратил внимание, могла сравниться с моим конем. Что еще удостоилось моего пристального внимания, так это ее меч с очень знакомой рукояткой. Мой меч был приторочен к седельным сумкам так, что его не видно, поэтому девушка не могла его видеть. Разве что раньше.

— Андрей, — сказала она, поравнявшись со мной, — мне надо с тобой серьезно поговорить.

— И, конечно же, наедине?

— Да, — все также серьезно ответила она. — Расскажи мне, пожалуйста, о себе правду. Я точно знаю, что родился ты не в этом мире, и для меня очень важные сведения о тебе и мире, откуда ты сюда прибыл. Могу поклясться, что никто, кроме меня и моей мамы об этой твоей тайне не узнает. Скажу даже больше, я и прибыла в этот мир только с одной целью — узнать все о тебе, точнее, о том духе, который занял тело сына барона ан’Дрей.

Вот это новость! Мозги мои чуть не начали плавиться, переваривая эту информацию и выискивая различные пути решения. Интуиция, хотя я на нее не очень то и надеюсь, молчала, вообще никаких признаков опасности со стороны девушки. Я сказал, чтобы она без утайки мне все рассказала о себе, что она и выполнила. Я каким-то образом понимал, что она говорит правду, хотя никакими способностями в менталистике не обладал. Истинный демон, да еще и принцесса. Что-то многовато ин встретилось на моем пути, только Тиалла простая девушка. Пока решал говорить ей или нет, мой взгляд упал на ее клинок и у меня родилась идея.

— Лин, — начал я, — я могу тебе все рассказать, но не за просто так, — она взглядом спросила об оплате, и я не стал ее разочаровывать. — Ты молодая, очень красивая девушка с прекрасной фигурой, умная, поэтому прекрасно должна понимать, что ты можешь дать парню, — я увидел наливающиеся яростью ее глаза. — Ты все правильно поняла — такой замечательной девушке не нужен меч. Вот его я и меняю на свою историю.

Я с огромным удовольствием наслаждался опешившей девушкой. Такая гамма чувств отразилась на ее лице — от ярости до обиды. С не меньшим трудом мне удалось сдержать вырывающийся наружу смех, даже посмотрел в сторону, как бы любуясь природой.

— Я согласна, — ответила она.

Я и рассказал ей все, что помнил, стараясь это делать очень подробно. После окончания моего монолога, она долго молчала, вероятно, обдумывая мои слова, пока я не спросил ее, когда она будет возвращаться и как. Она посмотрела на меня многообещающе и сказала, что задержится, поскольку хочет узнать, чем закончится наше противостояние с нежитью. Когда я вернулся, то услышал вопрос орка, в котором я услышал неподдельный интерес:

— Что у тебя произошло с принцессой?

— Да после бурных любовных игр она захотела, чтобы я стал ее мужем, но я, разумеется, оказался, — серьезно ответил я, и поехал вперед, еле сдерживая смех.

До самого соединения с армией никаких происшествий не было, хотя я не безосновательно ждал их от свиты принцессы. В дороге те не решились, а сейчас мы будем находиться вообще в разных местах. Не успели мы отдохнуть от дороги, как воин, подъехавший к нам, спросил:

— Кто тут Андрей.

— Ну, я.

— Держи, — он передал мне мешочек, — зарядите, отремонтируете и передадите мне завтра.

— А чего я? Вон нас сколько, давай каждому раздай работу.

— Так ты же главный? Вот и отвечать тебе, а кому ты там дашь работу, я не знаю.

— Чегооо?

Но того и след простыл. Оно мне надо? Поехал искать наших преподавателей, и нашел ведь. Но мне сообщили, что я как самый способный назначен главным в своей группе, а они уходят н передовую. Даже жетон какой-то выдали. А еще добавили, что поскольку рядом с нами целых два боевых мага, то охрана нам не полагается, и так людей не хватает. Потом еще добавил, что нежити оказалось намного больше, чем предполагалось изначально. Вернулся к своим и, показав выданный мне жетон, раздал всем амулеты на подзарядку. Меня же больше интересовали выгоревшие заклинания и создание новых. Одну такую пластину я нашел, отнесся темную область в магическом зрении на «пепел» плетения. Амулет был армейский и по оттиску я понял, что это был щит. В мешке кроме амулетов лежали и заготовки под них. Нарисовав плетение щита, я переставил накопитель и отдал на зарядку. Нашел еще один выгоревший, оказавшийся целительским. Наверное, во время лечения произошла атака магией, вот и выгорел. Тоже восстановил, но истратил вес свой резерв, поэтому пришлось медитировать для более быстрого восстановления.

Такая позиционная война продолжалась два дня, а на третий наша армия перешла в наступление. А по нашим рядам поползли слухи, что нам надо обязательно отбить что-то там такое, откуда нежить получает энергию смерти. Что это, не говорилось, на занятиях на факультете некромантии тоже ничего не было, поэтому домыслы получались самые разные. Самым популярным мнением было то, что где-то там открылось окно в мир немертвых и оттуда нежить получает поддержку. Версия не хуже других — если существуют порталы и пентаграммы вызова, то и нечто подобное может быть.

С боями армия людей подошла к границе Туманных земель, и тут командование решило дать три дня для отдыха. Я специально поехал глянуть на них, все же армия повторила почти наш путь с Тиаллой. Уже на подъезде к нашим первым рядам обороны, я почувствовал, что фон земель немного другой. Кроме этого мне показалось, что пелена, окутывающая их на границе стала плотнее.

— Андрей, тебе не кажется, что когда мы тут ехали, то все было немного иначе? — подтвердила девушка мои чувства.

— Ага, концентрация увеличилась, может быть еще что-то. И кстати, пелена сала гуще, а может быть накрыла вообще всю территорию. Помнишь же, что внутри далеко не везде была мертвая территория.

— Вы именно тут ехали? — спросила валькирия. — Тиалла нам рассказала про ваши приключения.

Я повернулся к девушкам и подозрительно посмотрел на них. Как оказалось, не зря — куда-то пропали недовольные взгляды друг на друга, даже улыбки появились. Я и не заметил, когда это случилось, правда, после того случая с дочкой императора я вообще не обращал на них внимания. Надо будет у орка спросить, когда его сестра перестала шипеть. Хотел поехать обратно, как понял, что мне не давало покоя — не увидел никого из нежити.

— Часто у вас такая идиллия, что никого не видать? — спросил я стоящего рядом воина.

— Да нет, только сегодня, — ответил тот, — обычно нежить постоянно шевелиться: то скелеты со скелетонами пойдут, то лич начнем магией бить.

«Затишье перед бурей», — пришла на ум фраза, и я знал ее значение. Вернувшись, я предупредил всех, чтобы ночью спали вполуха, и были готовы вступить в бой или хотя бы не дать себя убить. Сам же приготовился к серьезным неприятностям. Морить отсутствием сна я себя не стал, но лег одетым и готовым вскочить и тут же принять бой. Не знаю, как там другие, но Сардык последовал моему примеру. Чем занимались девушки, я не знал, потому что теперь они спали все вместе в одном шатре. По словам орка это случилось третьего дня.

Проснулся от чувства надвигающейся опасности. Вышел на улицу и глянул в сторону нежити, но прислушавшись к себе, понял, что опасность разлита в округе. Предупредить никого из своих не успел — недалеко от нас раздались крики. Стоянку костры освещали довольно хорошо, и я увидел знакомо мелькнувшие тени.

— Вампиры, — успел выкрикнуть я и выхватил мечи, поскольку от амулетов с их скоростями не было никакого толку.

Нападение произошло в тылу одновременно в разных местах, а поскольку и мы находились недалеко, то попали под раздачу. Войдя в боевой транс, я успел только сделать десяток шагов, как пришлось обороняться. Налетевшая тень не восприняла меня за бойца, за что и поплатилась — два взмаха и левая рука с ногой отрублены. Зато следующий противник заставил меня перейти в состояние контроля. Этот был высший вампир, аналогичный уничтоженному мной в школе при спасении принцесс. И мы закружились в смертельном танце. Я уже в который раз пожалел, что так и не научился видеть нити контроля. Краем глаза заметил лича, атаковавшего кого-то за моей спиной. Затем огненный шар, летевший уже в него. Как и в прошлый раз я не успевал сменить ритм боя, но придумать чем удивить этого не мог. Чувствовал, что второй раз с плевком мне не повезет.

Я решил рискнуть и принять удар на свой защитный артефакт в надежде, что тот выдержит такой удар. Поворот, вампир атакует меня спереди, я не уходя перехожу в боевой транс и успеваю заметить отброшенную когтистую руку и удивление на его лице. Двойной удар мечами навстречу друг другу, один на уровне живота, второй наметил в голову, и противник не успевает отскочить. Точнее, голову он спас, а вот в районе живота получил резаную раны. И тут сказалось то, что мечи артефактные — скорость вампира замеnно упала и мы на равных. Теперь уже я, не выходя из транса, атакую его. Минута моего субъективного времени и все кончено.

Осмотрелся — лич все еще воевал с девушками. Линда, судя по положению посоха, держала щит, и Лина атаковала. Как раз сейчас вышла из-за него, чтобы атаковать.

— Постой! — крикнул я ей. — По моей команде.

Я быстро убрал один меч и достал амулет с заклинанием некромантии. Лич понял, что теперь я опаснее и отправил в меня что-то бледное. Я не стал проверять, остался ли в моем артефакте заряд, а просто ушел перекатом в сторону. Но вставать не стал, а из лежачего положения активировал амулет. Раз, второй, третий.

— Лина, давай! — отдал я свой приказ.

Стена огня накатила на лича, и тот вспыхнул, а спустя несколько секунд то ли рассыпался пеплом, то ли просто рухнул вниз. Вскочил на ноги и окинул взглядом поле боя. Нежити было много, но не настолько, чтобы принять это за контратаку — я бы назвал это большой диверсией. А если диверсия, то должен быть предусмотрен отход. Тем более что сейчас к нам подтянулась армия. И в ответ на мои мысли справа от меня, там, куда я ходил смотреть на Туманные земли, я почувствовал сильный всплеск магии. Нежить с нашей стороны, оставив заслон из скелетов и скелетонов, ринулась в сторону того боя. Вот теперь все стало на свои места — диверсия и путь отхода, очень хорошо спланированная акция. Только остается вопрос: «Как наши маги прозевали нежить в тылу?».

— Пусть сами с этим разбираются, — пробормотал я, — а я иду спать.

Хорошо выспаться, как и следовало ожидать, мне не дали. Прискакал разносчик использованных амулетов и задал нам работу. Потери наши оказались не таким уж и большими, но это как посмотреть. Нежить практически полностью уничтожила съестные припасы, из поваров осталось не больше четверти. Через два дня воины начнут слабеть, если не прибудут припасы. Но с припасами повезло, потому как на следующий день приехал большой обоз. А вместе с ним я увидел и десятков пять эльфов. Если среди них хотя бы десять магов-целителей, то подспорье уже серьезное. Я как раз рассматривал их, пытаясь определить их количество, но все они использовали амулеты сокрытия, поэтому я разочарованно вздохнул.

— Теперь я понимаю, почему ты захотел мой меч, — раздался за спиной голос Лины.

Это не удивительно, я сегодня в течение всего дня ловил ее взгляды, направленные на мое оружие. Что с нее взять — демонесса, которая ночью видит, как днем, поэтому вполне могла разглядеть, чем я сражался. На ее реплику, я не обратил внимания, а пошел навстречу раздатчику использованных амулетов.

По следующим двум дням было понятно, что готовиться прорыв в Туманные земли. Мы в данный момент занимались тем, что я создавал новые амулеты, а моя команда заряжала их. Позиционная война почти прекратилась — нежить тоже готовилась к активным действиям. Вот только нам совсем не видно, что там они делают. Меня с Тиаллой вызывали к главнокомандующему, где мы подробнейшим образом рассказали все, что вспомнили о своем походе, и предупредили, что фон изменился.

А сегодня утром наши войска перешли в атаку, и война в непонятной дымке складывалась для наших войск очень тяжело. Сверкала магия, отголоски которой докатывались и до нас, даже звон оружия был слышен. Когда раненых стало появляться очень много, я подъехал ближе и отдал лекарям свой целительский амулет с алмазным накопителем, предупредив, что там первый уровень заклинания. С большими потерями наша армия преодолела завесу, и теперь главнокомандующий мог определиться на месте с дальнейшими действиями. Как я понял мы вошли в Туманные земли не на всей протяженности границы, а только тут. И причина этого была впереди. Обыкновенным зрением пока еще ничего не видно, но в магическом свечение точно показывало место, куда нам надо. Наши войска только перестроились и пошли в атаку. Причину я понимал — как только мы вышли из завесы, я тут же ощутил сильную опасность, идущую спереди.

Войска продвинулись еще вперед, и остановились в каком-то полукилометре от магического образования. Дальнейшее продвижение застряло. И тут я почувствовал, как к порталу что-то приближается с той стороны, настолько мощное, что у меня по коже побежали мурашки. Почувствовал не только я, поскольку наши войска постарались усилить атаку, но снова у них ничего не вышло. Я плюнул на все приказы и поехал поближе, чтобы рассмотреть этот портал. Он виден был уже и обыкновенным зрением — высокая арка, не менее пяти метров ввысь, с мутноватой поверхностью посередине. Что-то мне показалось в ней знакомым, а когда посмотрел магическим зрением, то все стало на свои места. Я достал найденную в пустоши книгу и принялся листать с конца — где-то там я уже видел такой рисунок.

— Андрей, — кто-то из девушек меня окликнул, даже не разобрал кто.

— Отстань! — рявкнул я.

Вот он! Плетение состояло из двух частей — нижнее, лежащее на земле, и верхнее, являющееся непосредственно аркой. Взгляд опустился ниже, на рисунки пояснений, и я нашел внизу тот, который отдаленно напоминал некоторую вязь из раздела некромантии, проходившей в школе. Посмотрел на выделенные места в самом плетении — точно, именно этот знак и красовался на портале впереди. И тут мне пришло осознание всего происходящего. Наше продвижение было ловушкой, нам просто-напросто дали дойти сюда, и причина банальна — энергия портала напрямую каким-то образом запитана на эманации смерти людей. Поэтому и идет рост магического фона от нее. Понял и еще одну вещь — если то, что находится с той стороны все же попадет в наш мир, то весь он превратиться в царство мертвых. Убрал книгу в седельные сумки, закрепил на них мечи, а в руки взял амулеты с огненным шаром в одну, и плетением некромантии в другую.

— Агат, — наклонившись к его голове, сказал я, — надо обязательно добраться до той арки и разрушить ее. Если не сделать этого, то умрут все, в том числе и твоя Гаррада. Мчись вперед, не обращая внимания ни на что.

И мой друг не подвел — с места он ушел в галоп. Я видел, что интерес Агата к кобыле Лины был взаимный.

— Куда? — раздался сзади четырехголосый девичий крик.

Я пригнулся к его спине и желал только одного — чтобы мой амулет-артефакт защитил и Агата. Мы проскочили наши ряды, и я активировал сначала заклинание упокоения, затем огненного шара. Так и продолжал лететь вперед выпуская то нечто почти прозрачное, то огненный шар. Оба накопителя были из пустоши, поэтому хватить его должно надолго. Когда доскакали до рядов нежити, передвигаться стали прыжками и рывками, но неуклонно приближались к порталу. Вдруг увидел, что впереди мои заклинания попадают в какой-то щит, за которым стоял, наверняка, архилич. Вложил амулеты в карманы на поясе, обнажил мечи и стал коню на спину.

— Держись за мной, — сказал я ему.

И прыгнул на щит, входя в боевой транс и делая в полете сальто, чтобы усилить удар. Раздался какой-то треск, и защита архилича лопнула.

— Тыыы, — прошипел тот, и я узнал старого знакомого.

Мгновенно перешел в состояние контроля и в таком состоянии максимально быстро побежал к нему. Но тут мелькнули тени, и передо мной встала стена вампиров и я снова сменил боевое состояние. Не добегая трех метров, я сильно оттолкнулся и прыгнул, стараясь их преодолеть. И уже в полете увидел, как в меня летит шар, сплетенный из языков багрового и угольно черного пламени. Мигнула моя защита и заклинание исчезло, но пришло четкое понимание, что еще одного такого удара моя защита не выдержит. Расстояние всего десяток метров для боевого транса ничто, но я не успеваю его преодолеть, как летит еще один такой же. Оставалось только понадеяться на мои мечи, один из которых меня выручил в похожей ситуации. Главное, чтобы это было не разовое его свойство. И я наношу одновременный удар сразу двумя.

Шар исчез, вспыхнула вязь моего оружия, а я почувствовал, как гудят мечи от напряжения и требуют ее куда-то деть. И я наношу удар по врагу, усиливая его внутренней энергией. Невероятно, но он вязнет в какой-то защите, но все же преодолевает ее и разрубает демона-лича от левой ключицы до правой подмышки. Слышу слева от себя ржание и, не глядя, вскакиваю в седло. Просто по наитию направляю второй меч вперед и пропускаю через него остатки внутренней силы. Багрово-черный луч расчищает мне дорогу до портала. Вкладываю мечи в ножны — пусть будут у седельных сумок, они мне больше не понадобятся. Одеваю Агату на шею свой амулет, закрепляя его, чтобы никто не сорвал. И тут же получаю мощнейшую волну страха, которую смог выдержать только благодаря трансу.

— Прикрой меня хотя бы десять секунд, — крикнул я своему коню, а сам прыгнул на портал.

И тут же ушло все ментальное воздействие. Нашел на нижней части место, куда, скорее всего, вписаны координаты, поскольку это место было пустым в моей книге, в отличие от верхнего. Даже не знаю почему именно так решил. Попытался их стереть, но не тут-то было. Замысловатые знаки никак не поддавались. Тогда добавил в руки весь свой резерв, схватил, если так можно сказать, за два знака и рванул их. Вспышка болью ударила по глазам, затем эта боль перешла на голову, потому меня начало корежить. Такое впечатление, что тянули жилы, ломали кости. А потом я провалился в темноту и сознание мое угасло.

Мир Оравия, Туманные земли, недалеко от Врат Некроса.

Лина с ужасом осознала, что сила, находящаяся с той стороны портала, способна справиться даже с ее матерью. Никто в этом мире не сможет ей противостоять. «Надо уходить», — подумала она.

— Андрей, — окликнула она парня, лихорадочно что-то ищущий в какой-то книге.

— Отстань! — рявкнул он.

Лина приготовилась вызвать свою мать, хорошо, что для этого нет нужды рисовать полную пентаграмму вызова. «Заберу с собой и его, и девчонок, все же договорились делать все вместе», — подумала она. Но в это время Андрей рванул вперед.

— Куда? — крикнули они все вместе.

И поскакали за ним, но воины дальше их не пустили. Лина наблюдала за безумной скачкой парня, применявшего два амулета. А потом он сцепился с демоном-личем.

— Это он, — вскрикнула Тиалла, а она поняла, что та имела в виду.

А когда в Андрея полетел сгусток первородного хаоса, девушка вздрогнула всем телом. Но блеснула спасшая его защита, второе такое заклинание он принял на мечи, а она подумала, что это был архидемон, вплотную приблизившийся к высшему. Невероятно, но он достиг портала и принялся там что-то творить, а его конь не подпускал к нему никого. Затем вспышка и Андрей пропал, но не успело погаснуть свечение, как туда же успел проскочить Агат.

— Сбежал, — сказали все четверо, и ни у кого из них даже не закралась мысль, что тот мог умереть.

Content

Корсуньский Ростислав Школа волшебства [Author.Today]

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19