Григорий Семух

S-T-I-K-S. Человек с собакой

Глава 1

Тонкая нить транссибирской железной дороги, уходила вдаль насколько хватало взгляда. Солнце склонилось к закату, окрашивая небо в бордовые тона, а к красному, словно кровавому горизонту, рассекая пространство неслась серебристая стрела скоростного поезда.

Девушка в синем форменном пиджаке, продвигалась к нужному купе, внимательно вглядываясь в номера, мысленно проклиная дурацкую идею надеть туфли на высоком каблуке, и стараясь не споткнуться и не уронить поднос, что впрочем было совсем не сложно. Поезд на магнитной подушке, буквально летел над рельсами, практически бесшумно, и на удивление плавно. Отыскав нужное купе, официантка вагона-ресторана отряхнула невидимые пылинки с пиджака, поправила бейдж с именем, но прежде чем постучать, замерла, прислушавшись к доносившейся из-за двери музыке.

Спит земля. Укрыты дымкой облаков поля и города.

За бортом балластом прошлого вся жизнь и дом,

Объятый сном! Безмолвие уносит за собой

В пространство нереальности чужой.

Сквозь туман, прочь от смятения души

Спешим к другим мирам. Больше н…

Девушка негромко постучала, музыка прервалась, а спустя пару секунд дверь, с тихим шелестом отъехала в сторону.

В мягком кресле, у огромного, сейчас полностью затененного окна, сидел мужчина, лет тридцати на вид, в черных брюках и белой рубашке. Пальцы мужчины касались сенсорной панели управления на подлокотнике, светлый пиджак был небрежно наброшен на спинку кресла, на небольшом столике, стояла пустая бутылка минералки.

— Ой, вы один? — вместо положенного «добрый вечер», с удивлением для самой себя, спросила девушка — просто… большой чайник и десять эклеров…

— Я люблю сладкое — улыбнулся мужчина — и чай люблю, и я не один.

Он кивнул в сторону, и официантка только сейчас заметила большую рыжую собаку, что тихонько посапывала в кресле напротив, накрытая пледом.

— Его зовут Рыжий, он тоже любит сладкое.

Пес услышав свое имя, открыл глаза, поднял голову и посмотрел на вошедшую девушку.

— Приятно познакомиться — улыбнулась официантка — я Лена.

— А я Алекс — представился мужчина.

— А Алекс это Алексей или Александр?

— Не важно, просто Алекс, не так официально как полное имя, и звучит куда лучше чем Леха или Саня.

— Ладно, Алекс, если еще что-то понадобится, обращайтесь, вагон-ресторан работает круглосуточно.

— Спасибо.

Лена коснулась сенсорной панели, и вышла в тихо открывшуюся дверь, оставив на столе чайник и пирожные. Алекс, налил чашку чая, не расплескав ни капли, мимоходом подивившись плавности с которой идет поезд, и даже бросил взгляд на дисплей, в стене, чтобы посмотреть с какой скоростью они едут. Скорость уже перевалила за двести километров. Такими темпами они доберутся очень быстро.

— Рыжий — позвал Алекс — давай сюда, вкусняшку будешь?

Пес — большая лохматая дворняга, лениво сполз с кресла, пристроился рядом, подставив человеку спину для почесывания, и довольно заурчал, почти как кот, когда Алекс поскреб ему загривок. Мужчина окинул взглядом пса, улыбнулся уголком губ, суровые черты лица, смягчились, но во взгляде чувствовалась грусть. Пес уже старый, больше спит чем бодрствует, двадцать лет уже у Алекса живет. Он подобрал собакена давно, самому Алексу тогда лет пятнадцать было, или около того, а Рыжуну и года не было — молочные зубы выпадали…

Пес заворчал, вырывая Алекса из воспоминаний, поднял голову, недовольно принюхался (Алекс уже давно по его морде научился определять доволен он чем-то или наоборот) фыркнул, тряхнул головой и звучно чихнул. Поднялся, человеку даже показалось, что он расслышал скрип суставов, и видимо передумав угощаться эклерами, побрел обратно к креслу, на другую сторону купе. Алекс купил здесь все места, Рыжий не любил посторонних, да и соседи по купе как правило недовольны тем, что с ними едет пес. Пес же, доковылял до кресла положил на него передние лапы и обернулся на человека, недовольно заворчал.

Алекс встал, подошел к псу, и помог старику забраться. Собакен, забравшись на кресло, свернулся в большой и лохматый рыжий бублик, и снова заснул.

Кресло кстати, действительно было креслом, а не узкой полкой обшитой дермантином. Новый поезд от японцев, на порядок превосходил все то, что могли предложить отечественные разработки.

Проследив за псом, человек тоже принюхался. В воздухе, едва заметно ощущался чуть кисловатый, химический запах. С чем это могло быть связано, Алекс не знал, но подозревал в этом кондиционер. На всякий случай понюхал эклер — все в порядке. Принюхался к чаю — тот приятно пах жасмином. Кислятиной воняло что-то другое.

Поезд совсем новый, только-только начал курсировать. Его едва ли не на днях купили, последнее слово техники. Правда в отличии от поездов курсирующих в Японии, этот был адаптирован под реалии России, в частности, ездил не на проводном электричестве, а на дизельном топливе, или бензине, этого момента Алекс не знал, но что-то краем уха слышал. Вроде как система называлась гибридной — дизель крутит генератор, а уж тот питает электричеством двигатели и левитационные магнитные подушки, в общем, главным из всего этого было то, что поезд мог разгоняться на некоторых участках пути до пятисот километров в час, и проезжал девять тысяч километров транссибирской магистрали, всего за сутки.

Видимо новый кондиционер пованивает, надо было его погонять немного, чтобы вонять перестал, потом уже людей запускать, но опять же, нужно сделать скидку на Российские реалии и традиционное «и так сойдет», так что Алекс коснулся сенсорной панели управления, отключая кондиционер.

Окна в этом поезде не открывались, Алекс понимал, что открытые окна на скорости в двести с лишним километров, не самая хорошая идея, но тут имелись штуковины, похожие на те штуки, которые стоят в самолетах — под потолком было что-то вроде маленького отверстия, на подвижном шарнире, из которого тонкой струйкой дует воздух, нагнетаемый в систему снаружи. Зачем они нужны при наличии кондиционера, Алекс не знал, наверное для капризных пассажиров — всегда кому-то холодно, когда всем тепло, а кому-то жарко, когда остальные мерзнут. Такие люди встречаются везде, и в маршрутках, и в самолетах, видимо для них и делались вот такие независимые мини-кондиционеры.

Коснувшись кнопки на подлокотнике кресла, Алекс включил вентиляцию, и тут же чуть не закашлялся от кислой вони — откуда-то с потолка, в лицо, тугой струей ударил воняющий химией ветерок. Кислятиной несло не из кондиционера, а все же с улицы. Алекс, коснулся кнопки, перекрывая поток воздуха, и провел пальцем по сенсору, снижая непрозрачность стекла. Затемненное до этого стекло, стало прозрачным, и он попытался высмотреть в ночной мгле, что же такое они проезжают и что может так мерзко вонять, но ничего не вышло — мало того, что за окном ночь, так еще и все вокруг заволокло густым туманом, поезд словно не ехал, а летел в облаках.

Еще раз бросив взгляд на табло, желая узнать где они находятся, Алекс увидел, что точка, обозначающая их поезд, куда-то исчезла с экрана. Вместо ползущей по линии железной дороги точки-поезда, на экране крутились стилизованные песочные часы — иконка загрузки, ну или как ее воспринимают во всем мире — символ зависшего компьютера. Последний раз когда Алекс смотрел на дисплей указывающий их положение, они ползли по почти прямому участку дороги между Тюменью и Омском, видимо поэтому машинист и ускорился — показатель скорости на экране, который не исчез никуда, в отличии от метки навигатора, подбирался к третьей сотне.

Так и не разглядев ничего за окном, Алекс перебрался на противоположную сторону купе, и сел рядом с псом, сразу принявшись чесать ему загривок. Обычно ездить спиной вперед он не любил, но в темноте и тумане за окном все равно ничего не было видно, так что в этот раз он сделал исключение, и откинувшись в кресле коснулся панели управления, добавляя звук, который сбросил когда принесли чай.

Есть точка невозврата из мечты —

Лететь на свет таинственной звезды…

Песня зависла. Алекс, открыл глаза, коснулся сенсорного дисплея, потыкав в иконку плеера, но индикатор сети показывал, что связь куда-то пропала. Он ткнул в дисплей еще раз и посильнее, словно сильное нажатие могло решить проблему отсутствия связи, но убедившись, что интернета нет, пожал плечами, поленившись копаться в локальном хранилище в поисках музыки, и уже через несколько минут заснул, откинувшись на мягкую и широкую спинку кресла.

Глава 2

Кабина поезда, больше была похожа на кабину самолета, созданную дизайнером увлекающимся киберпанком. Строгие прямые линии, подсветка везде где только можно, независимо от того нужна она там или нет, куча разбросанных по сложной панели управления дисплеев, огромное лобовое стекло, больше похожее на фонарь самолета, и два кресла для пилотов, точнее машинистов. В креслах сидели двое — молодой парень, лет двадцати с небольшим, и мужчина в возрасте, ближе к шестидесяти.

— Давай, поднажми — молодой мужчина подначивал второго, постарше, который сейчас сидел за непривычно навороченной панелью управления поездом.

— Не положено — отозвался тот — на этом участке максимальная скорость двести пятьдесят, поднажмем через сорок шесть минут, на двенадцатом участке… Наверное. Что-то навигатор глючит.

— Да ладно — продолжал настаивать молодой — Дед, чуешь как несет? Горит тут что-то, или еще какая-то авария химическая, просто так ведь кислятиной туман вонять не будет. Надо выезжать из этой вонищи, а то Мегера наша говорит, что пассажиры уже жаловаться начинают. У нас окно в двадцать две минуты, давай ускоримся тут, а потом замедлимся на одиннадцатом участке.

Пожилой понимал, что в словах молодого коллеги есть резон — его ноздри тоже пощипывал мерзкий кислый запах, но нарушать инструкции не хотелось. Да окно у них и правда есть, да и опережать график это не опаздывать — снизить скорость, чтобы не выбиться из расписания можно в любой момент. Его волнения по поводу безопасности, скорее всего тоже беспочвенные — вряд ли кто-то в этом богом забытом месте за каким-то лешим будет гулять по железнодорожным рельсам, так что врезаться не в кого, крутых поворотов тоже нет, почти все время дорога идет прямо, можно было бы ускориться, вот только мучило его какое-то нехорошее предчувствие. Не зная к чему относилось это ощущение приближающихся неприятностей, пожилой машинист решил не лезть на рожон и не давать судьбе ни малейшего повода макнуть его головой в какое-нибудь дерьмо, а потому чуть повернул большой как тарелка, круглый регулятор мощности, сбрасывая скорость с двухсот пятидесяти, до двухсот сорока, просто так, на всякий случай.

Подсветка вокруг ручки регулятора, сменила свой цвет с желтого на зеленый, а ожидаемое время прибытия, сразу же увеличилось, но за пределы расписания не выбралось.

— У меня пассажиры недовольны — дверь в кабину машинистов открылась и придерживаясь за поручень, вошла стройная светловолосая проводница — здесь просто ужасно воняет! Когда мы выедем из этой свалки?

— Какой свалки? — удивился молодой машинист оборачиваясь к девушке.

— Ну, а что еще может так вонять? Тут в заднице мира. Видимо где-то опять выброс свалочного газа или чего-то подобного…

— Это точно не свалка — перебил ее пожилой машинист, не сводя глаз с приборов — кому она в этой заднице мира нужна? Не навозишься сюда мусора, их обычно рядом с городами устраивают…

— Да мне без разницы — перебила его проводница, давайте делайте что-нибудь, у меня в вагонах вонища, внешнюю вентиляцию я отключила, но все равно воняет. Где там все эти японские навороты? Ну там система замкнутого цикла или как оно называется?

— Да черт его знает — откликнулся молодой — нас ездить-то япошки научили, мы с ними две недели катались, все подробно расписали, а вот по вспомогательным системам разбираться надо, оставили мануалов, толщиной с войну и мир, вот и попробуй, прочитай это все.

— Идиотизм. Как можно управлять поездом не понимая как все здесь работает? Ладно, пофиг не знаю ничего — отрезала девушка — делайте что хотите, у меня пассажиры жалуются, а в вип вагоне непростой человек едет, лучше бы его не раздражать лишний раз.

Девушка ушла, а молодой проводник напал на своего напарника с удвоенной силой.

— Ну видишь? Тут уж сам бог велел, ну я имею ввиду этих виайпишных гадов, давай ускоряться — выедем из полосы тумана этого вонючего побыстрее, не будем непростых людей расстраивать.

— А чего это ты так о них беспокоишься — спросил пожилой машинист, которому показалось странным рвение его молодого коллеги — потерпят, не пофиг ли тебе? Наше дело приехать по графику, а воняет тут или нет, не наша проблема, составим отчет для инженеров пусть разбираются.

— Вот — молодой ткнул машинисту в лицо смартфоном, с открытым чатом — посмотри, сволочи что делают!

— Что это — спросил пожилой, решив, что перечитывать сообщения ему лень — чего там?

— Да это наша группа с друзьями… Хвастаются сволочи, вот видишь, скрины шлют со своих навигаторов, и историей, спорят кто из них быстрее всех ездил. Пока что Славка побеждает, он на своем байке двести сорок выжимал.

— Ага — наконец-то понял мотивы коллеги пожилой машинист — а ты значит хочешь до трехсот разогнаться и скинуть им?

— Ну да — кивнул молодой, не хочу я ждать сорок минут, эта тема уже забудется и придется нам этому гаду на коньяк скидываться — давай поднажмем сейчас, а там уж подкорректируем маршрут? Тут же прямо все время, да и вонь эту минуем побыстрее.

— Ну давай — обреченно кивнул пожилой машинист — ощущение приближения чего-то скверного не проходило, а лишь усиливалось, но пожилой отнес это к проблемам, которые могут появиться если важный человек, оккупировавший ви-ай-пи вагон, будет недоволен. Вздохнув, он коснулся сенсорной панели, скользнул пальцем в сторону, снимая ограничитель, и плавно повернул регулятор мощности по часовой стрелке.

Зеленая подсветка плавно сменила цвет на желтый, а затем на оранжевый. Число на панели спидометра начало медленно расти. Вот оно уже переползло за положенные двести пятьдесят километров в час, вот приблизилось к тремстам и застыло на трехстах тридцати.

Молодой коллега радостно подвывая, запустил на смартфоне навигатор, и принялся делать скрины с показателями скорости, а потом еще какое-то время спорил, доказывая, что его поезд тоже считается транспортным средством, и он им управляет, так что можно сказать, что едет он, вскоре ему видимо надоело стучать по клавишам, и он начал отсылать голосовые сообщения, из которых его пожилой коллега понял, что друзья решили зажать коньяк для читера.

Пока молодой ругался с жадными друзьями, пожилой вел поезд практически в слепую — по приборам. Туман настолько загустел, что за ним абсолютно ничего не просматривалось. Мощные фары поезда не могли пробиться сквозь молочно-белую муть, и пожилой уже подумывал сбросить скорость, от греха подальше, но внезапно полоса тумана закончилась. Вот туман был, и вот его не стало, поезд словно вырвался из облака. Одновременно с этим закончилась песня, но следующая не началась — из колонок не доносилось ни звука, со стороны молодого коллеги тоже.

Отыскав на панели вкладку с музыкой, Петрович увидел, что рядом со следующей песней в плейлисте крутится иконка загрузки. Взгляд метнулся к верхнему краю дисплея, и причина остановки музыки сразу же нашлась — связь пропала, интернета не было.

— Что за черт? — пожилой машинист полез в настройки, пусть и не очень хорошо разбирался во всем этом, он привык к суровым поездам, с суровыми органами управления, столь же суровыми радиоприемниками или не менее суровыми магнитофонами. Японский поезд с его сенсорным управлением, футуристической подсветкой где можно и нельзя, и сложным программным обеспечением, которое требовалось разучить, доставляли старому машинисту дискомфорт, заставляли чувствовать себя неуверенно, не в своей тарелке, и на решение столь нетривиальной задачи, как поиск причины отсутствия связи, потребовались все мыслительные ресурсы.

Петрович проверил остальные функции — не только музыка, но и все остальное, что имело подключение к сети перестало работать. Навигатор вырубился, карта, которая подсказывала какую скорость и на каком участке дороги поддерживать, зависла. В чем была причина такого поведения чуткой техники, пожилой машинист не знал, это был всего восьмой рейс нового поезда, и раньше такого ни на этом, ни на любом другом участке не случалось. Это не какой-то коммуникатор или смартфон, антенны поезда ловили сеть даже в такой глуши…

— Эй малой — окликнул он коллегу, который разбирался в компьютерах и прочей современной технике получше — глянь-ка, что тут может быть.

— Погоди, у меня вайфай что-то не работает.

— Это потому, что поезд сеть потерял. Глянь может поймешь в чем дело.

Молодой, усевшись в кресло, вывел на дисплей панель настроек. Все вроде бы было нормально, никаких причин для отсутствия связи не было, программно все находилось в полном порядке. Единственное, что могло привести к потере связи, это аппаратная часть — вышла из строя антенна, или где-то разъединился кабель, всякое может быть. По прибытии в депо, надо составить заявку, чтобы механики проверили, и все исправили, но сейчас можно было попробовать сделать что-то своими руками.

Открыв мануал, молодой машинист углубился в чтение, в поисках схемы прокладки кабелей. Может быть исправить проблему получится не отходя от кассы. Если просто выпал из гнезда коннектор, то поправить это можно без труда, главное понять где этот самый гипотетический коннектор может находиться.

Петрович тоже не бездельничал. Так как карта отключилась, подсказок где сбрасывать скорость, а где стоит поднажать не было. Машинист конечно мог бы просто сбросить скорость до минимальной и ехать ни о чем не беспокоясь, но тогда от графика они отстали бы существенно, этого допускать было нельзя. Чуйка, натренированная за долгие годы прожитой жизни, вопила все сильнее, поэтому Петрович решил, что опаздывать нельзя ни в коем случае.

Газовать особо тоже нельзя — на скорости в триста километров в час поезд проезжает почти сто метров в секунду, не успеешь отреагировать на появившийся внезапно поворот, поэтому сейчас надо было точно определить где именно они находятся. Для этого через каждый километр стояли столбы с метками, и имелась таблица, в которой прописывалось на каком участке, какую скорость поддерживать. Определив где они сейчас и сверившись с ней, Петрович поймет стоит ему поднажать или наоборот затормозить.

Секунд через десять, он увидел в конусе света фар межевой столб, определил участок по которому они едут, и поняв, что на протяжении двух часов скорость можно без опасений держать в районе двухсот восьмидесяти — двухсот девяноста километров, установил нужные параметры. Закончив с настройками скорости, он установил таймер, и решил помочь своему молодому коллеге разобраться со связью.

Не прошло и часа, как дверь в кабину распахнулась, и на пороге появилась недовольная проводница. Оба машиниста, которые уже успели обложиться кипой книг и брошюр с мануалами обернулись, по выражению ее лица сразу поняв, что она сейчас снова выкатит какую-то претензию.

— Чего у вас тут опять случилось? У меня пассажиры жалуются, что вайфая нет. То кислятиной воняет, то интернет пропадает, почти десять поездок, а такое только в первый раз, какие-то проблемные вы…

Недовольную отповедь девушки прервал ее же дикий визг. Оба машиниста, оценив расширенные от ужаса глаза проводницы, резко развернулись и успели бросить взгляд вперед, заметив как в конусе света фар, из темноты появляется что-то непонятное, размером с грузовик.

Сто метров в секунду, это все же сто метров в секунду. Днем препятствие еще можно было бы заметить издали и затормозить, но ночью конус света освещал не более трехсот метров пути — две-три секунды на то чтобы отреагировать.

Отреагировать машинисты не успели, как не успела отреагировать и непонятная хреновина. Петрович мог бы поклясться чем угодно, что эта непонятная штука была живой, и в последний момент даже дернулась, пытаясь уйти от столкновения, но в следующий миг все мысли старого машиниста разлетелись по кабине брызгами мозгов, вперемешку с кровавым фаршем, в который превратила тела трех человек, смявшаяся, как фольга, кабина.

Глава 3

Мягкая спинка кресла ударила словно пушечное ядро. Затылок ударился в подушку, но удар был таким, словно она сделана из бетона. Перед глазами замелькали искры. Рядом с головой, разбилась стеклянная бутылка минералки, словно пуля прилетевшая со столика, в вслед за ней прилетел и сам столик.

Будь это суровый РЖДшный стол, сделанный из ДВП, тут бы Алекса и пришибло насмерть, но дружелюбный японский поезд был оборудован столиками, сделанными из какого-то вспененного пластика. Раскроив Алексу кожу над бровью, столик благополучно разлетелся на куски.

Все это Алекс осознал за долю секунды, прежде чем пол с потолком несколько раз поменялись местами, и он свалился вниз, но почему-то не на пол, а на одно из боковых окон, успев осознать, как под закаленным стеклом, которое на глазах покрывалось сеткой трещин, проносится земля, камни и трава.

Еще один страшный удар, визг Рыжего, и уже теряя сознание, Алекс успел подумать, что это они удачно пересели, в противном случае вместо того, чтобы прижать их с псом к мягким спинкам кресла, инерция, бессердечная сука, швырнула бы человеческое и собачье тела через все купе, в этом случае кроме как телами, назвать Алекса и Рыжего уже было бы нельзя.

Сознание возвращалась медленно. Первым, что Алекс осознал, была мокрая и теплая точка на щеке. Точка стремительно расползалась, превращаясь в мокрое пятно, чувства возвращались и спустя пару секунд Алекс сообразил, что эта горячая мокрая штуковина, которая шурует туда-сюда по его роже, является ничем иным как языком Рыжего, который печально поскуливая, лижет своего подозрительно крепко уснувшего хозяина.

С трудом разлепив глаза — ресницы склеились от засохшей крови, которая натекла из рассеченного лба, Алекс со стоном поднялся и потрепал по загривку пса, который тут же начал приплясывать вокруг, слегка припадая на правую переднюю лапу.

Алекс не сразу сообразил, что мутная, матовая штуковина на которой он лежал, это не пластиковое покрытие пола в вагоне, а закаленное стекло, просто покрытое густой паутиной трещин. Надо же, выдержало. Вагон скорее всего какое-то время катился на боку, но стекло не разбилось. Будь иначе, и Алекса с Рыжуном размазало бы по земле тонким слоем.

Свет в купе мерцал, но не погас, снаружи слышался шум, крики и стоны, скрежет металла, непонятное жужжание. Алекс понял, что без сознания пробыл не долго — ночь еще не закончилась. Окно оказалось на полу, но вот открывшаяся дверь купе, теперь была на потолке, в коридоре тоже имелось окно, сквозь, которое просматривались темные небеса, с рассыпавшимися по ним звездами. Выход из купе оказался на потолке — как назло вагоны оказались достаточно широкими и в данный момент, ширина превратилась в высоту. Допрыгнуть до раздвижной двери не получалось, окно было снизу, выбраться через него нельзя, других возможностей выбраться Алекс не видел.

— Эй — заорал он — есть кто живой? Я тут застрял…

Есть точка невозврата из мечты — откликнулась на крик Алекса внезапно ожившая акустика. Видимо умный бортовой компьютер все же отыскал в локальных хранилищах последнюю прослушиваемую Алексом песню, и включил ее, а может просто интернет появился — И мы с тобой смогли её пройти!

— Да заткнись ты — рявкнул Алекс, и нагнувшись ткнул пальцев в разбитый сенсорный экран на подлокотнике кресла, который теперь оказался у самого пола.

Музыка заглохла, но и лампы моргнув несколько раз погасли, оставив Алекса в почти полной темноте.

— А-у-у-у — снова заорал он — слышит меня кто-нибудь?

Ответа не было, но по соседству послышалась возня, кто-то стонал, где-то в отдалении визжала женщина. Алекс понял, что до него в ближайшее время, дела никому не будет, и выбираться отсюда придется самому.

Зачем вылезать из вагона? Алекс не знал, он бы посидел лишние пару часов в вагоне, ничего бы с ним не случилось, если бы не жуткая необходимость отлить, а желание добраться до туалета, или хотя бы заменяющего этот самый туалет, куста, достаточно мощный стимул для поиска выхода. Быть найденным в обоссаном вагоне, ему не хотелось, пусть он и понимал, что обоссанный вагон это последнее, на что кто-либо обратит внимание в подобной ситуации.

В критических ситуациях, мозг либо тормозит как старый пентиум, либо наоборот — разгоняется, Алекс относился к людям с мозгами второй категории. Оглядевшись, он открыл багажный отсек и почти на ощупь, вытащил оттуда пару своих чемоданов. Раскрыл один, покопался, пытаясь в темноте разобрать, что и где лежит. В одном из отделений лежали аккуратно свернутые галстуки, забрал их, вместе с первой попавшейся под руку рубашкой. Во втором чемодане отыскал коробку с ремнями — кожаные ремни разной расцветки и текстуры, под разные костюмы. Четыре штуки, забрал и их. Должно хватить.

Рубашку разорвал, перевязал рассеченную руку и лоб — ничего серьезного, но ранам полагается быть перевязанными, к тому же ссадина на лбу снова начала кровоточить и кровь заливала глаза. Надолго раны его не задержали, пары минут хватило чтобы перевязать руку и намотать повязку на лоб, после чего Алекс приступил к реализации плана побега из опрокинувшегося вагона.

Соединив ремни и галстуки, он получил крепкую и достаточно длинную веревку, один конец пропустил под брюхом пса, затянул пряжку. Поставил один на другой два чемодана, взгромоздился на них, не выпуская из рук второго конца веревки, подпрыгнул, ухватился за косяк раскрытой двери купе, подтянулся, помогая себе ногами, выбрался.

Улегся животом на перегородку, отделяющую купе от прохода, потянул импровизированную веревку, вытаскивая тяжелого пса. Наверное, не меньше шестидесяти кило. Отъелся старик, разжирел.

Не прошло и минуты, как пес был извлечен из ловушки, освобожден от ремня, и Алекс, придерживая Рыжего, отправился по боковой стенке вагона в сторону тамбура. Не удивился, увидев, что вагон с остальным поездом не соединен, видимо, поезд сошел с рельс, вслед за ним сошли и несколько вагонов. Часть из них опрокинулась, оторвавшись от остальных, но далеко вагоны не укатились. Буквально в паре десятков метров Алекс увидел половину поезда — вагоны, которые остались стоять «на ногах». С другой стороны, на таком-же расстоянии валялись еще несколько вагонов, и в том числе сам локомотив, или как правильно назывался этот чертов электрический паровоз. Возле опрокинутых вагонов, ошивалась и толпа людей, явно занятых каким-то важным делом.

Пес снова был обвязан ремнями и спущен с вагона на землю, не совсем удачно — один из галстуков не выдержал и лопнул, отчего собакен брякнулся с высоты полутора метров, но вроде бы без последствий. Сам Алекс спрыгнул, свесившись на руках, и, отвязав пса от остатков ремней, побрел вместе с ним к скоплению народа.

Крики, стоны, мат. Пара десятков человек, некоторые из которых были в форме проводников, совместными усилиями вытаскивали пострадавших, которые не могли самостоятельно передвигаться из опрокинутых вагонов, и укладывали их чуть в стороне.

Другие, раненые видимо, не столь сильно, либо помогали проводникам, либо бессмысленно бродили кругами, периодически скрываясь в темноте. Между ранеными бродил мужчина в годах, в измазанной кровью рубашке со свитой из четверых девушек, и оказывал посильную помощь, видимо врач. В неверном свете импровизированных фонарей развешанных тут и там на брюхе поезда — телефонов, открытых ноутбуков, планшетов и маленьких ручных фонариков, которыми пытались светить некоторые из людей, разглядеть толком ничего не получалось. На Алекса и его пса, никто не обращал внимания, вокруг царил хаос, чуть дальше, в паре сотен метров, в стороне головы поезда, наблюдалось еще одна толпа и Алекс, не придумав ничего умнее, побрел туда.

Желания броситься помогать раненым как-то не возникло, если бы кто-то, кто координировал действия толпы, обратил внимание на Алекса и позвал его помогать, он бы отказываться, конечно не стал, но так как никто на него внимания не обратил, Алекс счел возможным не влезать в спасательную операцию, все равно толку от него в этом деле было бы немного. Свернув по пути к толпе в темноту, Алекс решил вопрос с биологическими потребностями (пес взял пример с хозяина и тоже пометил пару кустов), и только потом подошел к людям.

— Что тут творится, кто-нибудь в курсе? — обратился он к немолодому мужчине стоявшему чуть в стороне от основного скопления народа.

— Врезались во что-то — ответил тот, обернувшись к Алексу.

— А во что?

— Черт его знает — ответил тот — лучше сами посмотрите.

Алекс внял совету и попытался протолкаться сквозь жиденькую толпу. Сложностей с этим не возникло и вскоре он увидел нечто крупное, лежащее чуть в стороне от железной дороги. Толком разобрать, что это такое, было сложно, света не хватало, фонарики были мало у кого да и то, как заметил Алекс, это были дешевые пластмассовые зажигалки, со слабенькими светодиодами в торце.

Были у некоторых и фонари посерьезнее, в частности отличалась небольшая группа людей — толстый мужик, с окровавленной физиономией, и пяток крепких мужчин, пусть в помятых и рваных, но строгих черных костюмах.

Такая банальщина — Алекс сразу определил в них охранников этого самого толстяка. Почему телохранители не носят нормальную неброскую одежду, в которой они бы могли сливаться с толпой и намного лучше выполнять свои обязанности Алекс не знал, но предполагал, что эта показная круть, и была тем самым, для чего таких вот шкафов и держат — смотрите все какой я важный, у меня телохранители…

Во всяком случае, стоило признать, что от шкафов толк был — у парочки из них оказались хорошие ручные фонари, которые и давали большую часть света, сейчас эти фонарики были направлены на непонятную темную массу, растянувшуюся на рельсах.

Как показалось Алексу, это была половина таракана, или жука, или какой-то смеси осьминога с раком. Сначала он подумал, что это какая-то статуя непонятному насекомому, судя по ее размеру, потом, что это нечто роботизированное — возможно, военный боевой модуль, такие, как он слышал, не так давно начали активно использовать. Представить, что эта громадина некогда была живой, Алекс не мог, но на то, что это именно так и было, намекала громадная дыра, которой оканчивалась половина туши, и из которой сочилась желтоватого цвета мерзкая субстанция, светящаяся люминесцентным светом в лучах фонариков.

Алекс знал, что фонарики в зажигалках предназначены в том числе и для проверки денег на подлинность, а потому в некоторых из них ультрафиолет составляет значительную часть спектра, видимо в ультрафиолете эта жижа и светилась. Из дыры торчало что-то похожее на обрывки тонких и толстых шлангов, которые продели сквозь разного размера мячи — от футбольных до теннисных, пошитых из мягкой резины, которая почему-то подрагивала, и измазанных мерзкой жижей. Помимо этих склизских шлангов, из дыры в непонятной штуковине торчали еще какие-то потроха, названия, которым Алекс подобрать не мог. В общем, из дыры вываливалось нечто похожее на внутренности живого существа.

Судя по тому, что все вокруг было забрызгано этой же вонючей мерзостью, от непонятного существа или механизма (в то, что это безвкусная арт-инсталляция, Алекс уже не верил) оторвало солидный кусок.

Скорее всего в эту дрянь поезд и врезался, удивительно, что он просто не размазал эту мерзость по рельсам, продолжив ехать дальше, но оценив размеры туши, Алекс понял, что она если и уступает габаритами солидному грузовику, то не намного.

Рыжий тоже увидел или учуял непонятную штуковину, и тут же разразился злобным лаем. Толпа, разом вздрогнув, словно единый организм, начала разворачиваться к Алексу.

— Это не кошка — выдал Алекс первую фразу, которая пришла ему в голову — перестань, фу.

Несколько человек в толпе улыбнулись, остальные, заметив, что пес утих и не проявляет агрессии, расслабились.

— Что тут произошло — спросил Алекс ни к кому конкретно не обращаясь, пока гомон толпы немного стих, и большая часть глаз обращены именно к нему.

— Хрен его знает — послышался голос — в инопланетянина врезались…

— Это мутант — заорал кто-то из толпы.

— Нет, это робот! — кричал еще кто-то.

— Американцы — послышалось откуда-то.

— Американец-мутант или американский робот — подытожил очередной умник.

— Мы не знаем — ответил за всех толстый мужик — но, наверное, скоро МЧС прибудет, они и объяснят.

— Связи нет — снова заорали из толпы — телефоны не работают… Поезда не хватятся еще несколько часов, мы должны были приехать только утром.

— Спокойно — повысил голос толстяк — меня точно хватятся, когда через час-два я не выйду на связь… Найдут, меня точно спасут, ну и вас за компанию, надо просто подождать.

Основная масса народа, уверенности толстяка на разделяла, и тут же загалдела, о том, что надо развести костер, и выложить из горящих веток слово SOS, чтобы со спутника или вертолета разглядели, кто-то тут же высказал еще более гениальную в своей тупости идею, и они посыпались сплошным потоком, вплоть до того, чтобы пошить из оконных штор дельтаплан и улететь отсюда.

— Судари блядь, хули стоим господа? — мощный бас перекрыл гул толпы, и Алекс обернувшись, увидел не двухметрового амбала как ожидал, а весьма субтильного мужичка, того самого, что ходил между ранеными, оказывая помощь — тут, блядь, люди раненые, чтоб им сдохнуть, в помощи нуждаются, а вы тут языками чешете, чтоб вам провалиться. Пойдемте за мной, поможете.

Толпа не стала оспаривать приказ или просьбу, и не переставая болтать вполголоса, двинулась за доктором, как мысленно окрестил его Алекс.

— Вас как зовут? — обратился доктор к Алексу, почему-то выделив из толпы именно его, может быть внимание привлек пес, который не отходи от Алекса ни на шаг.

— Алекс.

— А Алекс это Александр, или Алексей?

— Неважно, просто зовите Алексом.

— Ладно, как пожелаете, мать вашу. Так вот сударь, блядь, берете вон тех троих опездолов — доктор указал на кучкующихся чуть в стороне молодых парней — и начинаете с самого конца проходить поезд. Слава богу, мать его, большая часть вагонов на ногах осталась. Так вот, заходите в самый последний, и двигаетесь к голове поезда, ищите выживших, если найдете того, кто не сдох, чтоб им провалиться, вытаскивайте на улицу, потом заберем. Мы решили в одном из вагонов устроить своего рода госпиталь, для тяжелых, дождемся МЧС, глядишь не подохнут, чтоб им провалиться.

Мужик-сквернослов ушел, видимо чтобы распределить работу. Кто его назначил главным, Алекс не знал, но оспаривать полученное указание не стал, все в целом было толково — раненых в поезде осталось еще много, судя по воплям, которые периодически раздавались из вагонов. Проследив взглядом за уходящим доктором, Алекс окликнул троицу парней, которых док отдал под его командование.

— Ну, что, пацаны, давайте за мной, что ли…

Глава 4

За не столь уж длинный путь от хвоста поезда к голове, Алекс успел уже не раз проблеваться. Пацаны, которым не повезло идти вместе с ним, стойкостью тоже не отличались — блевали дальше чем видели, всякий раз, когда на их пути встречалась очередная расплющенная голова, с растекшимися по полу мозгами, или оторванные руки и ноги.

Жертв оказалось много, но особой мясорубки, как подсознательно боялся Алекс, он не увидел. Большая часть вагонов устояла, вот только скорость была такой, что пассажиров просто размазывало по стенам, словно ими выстрелили из пушки.

Как ни странно, больше всего погибших было в вагоне-ресторане, и вип-вагонах, представлявших собой едва ли не номер в гостинице — со столами и креслами, из ценных пород дерева, телевизорами и прочим. В вагонах-купе, которые являлись просто небольшими комнатками с мягкими креслами в отличии от вагонов ресторанов и вип-вагонов, отправившихся в полет пассажиров встречали мягкие спинки кресел, а не жесткие стены облицованные дубом, или столы и стулья с расставленными на них приборами, некоторые из которых, разогнавшись превращались в самые настоящие снаряды. В вагонах напоминавших отечественные плацкартные, то есть с классическими полками, дела обстояли тоже достаточно интересно. Резкий тормозной импульс не сбрасывал пассажиров с полок, а просто перекидывал их на противоположные. Некоторым не везло — врезались в край полки ломая кости, другим наоборот — они просто перелетали с полки на полку, врезаясь не в твердую стену, а в мягкое тело соседа, а вот сосед в свою очередь, бился об стену, часто летально.

В паре вагонов, которые опрокинулись, закаленные стекла все же не выдержали и разбились, вывалившихся пассажиров тут-же размазало вагоном по рельсам, так что тут спасать было некого.

Всю ночь проводились спасательные работы — док, которого как оказалось звали Николай, взял руководство на себя и сумел грамотно наладить работу. Видимо у него был подобный опыт, потому что часть пассажиров, которые не получили серьезных ранений, он как и Алекса с его бригадой отправил искать и транспортировать пострадавших, еще часть, в основном проводников, отправил собирать бутылки с водой и алкоголем, искать аптечки, которые должны быть в каждом купе проводников и стаскивать все это к вагону, в котором Док устроил полевой лазарет.

Многим из раненых нужно было вправлять вывихи и открытые переломы, собирать сломанные кости, накладывать шины. Многих надо было зашивать, а из анестетиков был только алкоголь да анальгин. В общем, ночка выдалась еще та, так что закончив с поисками раненых по всем вагонам, Алекс наскоро перекусил парой бутербродов, которые сунула ему проводница с порезом через всю щеку, и подошел к доку, узнать требуется ли еще какая помощь.

— Мы уже несколько часов назад должны были прибыть в Иркутск — убеждал дока мужчина в синем пиджаке проводника — нас уже хватились. Я удивлен, что до сих пор нет вертолетов или чего-нибудь другого, но нас уже вот-вот найдут, смысла нет что-то делать, просто подождать несколько часов.

— А если никто не приедет? Не вообще, а сегодня и завтра? Вдруг они, чтобы им сдохнуть, нас пару дней искать будут? — парировал Док — у меня раненным воды много надо, еды, медикаменты, они помирать начнут не утром так вечером, чтоб им провалиться.

— Да что нас искать-то? — удивился проводник — просто вдоль железной дороги отправить вертолет и все.

— Чего обсуждаем? — влез в разговор Алекс, прожевав бутерброд — Док, мы обыскали все вагоны, живых больше нет, итого сто восемьдесят шесть человек живы, а тех, что на ногах, меньше сотни.

— Печально, чтоб вас всех — кивнул Док — я хочу отправить пару человек по округе прогуляться, мы нашли вагон травел экспресса, это служба доставки, они разные грузы перевозят. Там среди прочих посылок три велосипеда нашлось, чтоб им провалиться, если их собрать, то можно троих человек отправить за помощью.

— Ну зачем? — снова вклинился проводник — зачем кого-то, куда-то отправлять?

— Да уже давно должно было что-то показаться — зарычал Док — если нас хватились, то вертолет, если почему-то никто про нашу печальную ситуацию не знает, то по рельсам поезда должны ходить. Хоть вслед за нами, хоть навстречу. Вы что, судари, бл*дь, думаете в этой заднице мира один поезд в сутки ходит? Окститесь, господа. Должно было хоть что-то проехать, но не едет. Из чего я делаю вывод — про нас уже знают и подозревают, что по этой дороге уже не проехать, так что остальные поезда отменили, или придержали, хер их знает. Но почему нас еще не нашли, вот в чем вопрос.

— Ну и куда эти велосипедисты доедут? Тут до ближайшего крупного города ехать и ехать, тут если что может быть, так разве что деревни мелкие в которых и телефонов-то нет.

— А вот не скажи, я как рассвело залез на ту кучу — Док махнул рукой в сторону — и увидел на горизонте постройки. С земли не видно, чертов лес все заслоняет, но над деревьями я все же заметил строения, причем это были не какие-то коровники или сельские нужники, мать их, а высотки, я точно видел вершины высоток. Так что город, отсюда самое большее в паре десятков километров.

— Быть такого не может — удивился проводник, городов да еще и с высотками тут точно нет, не могли мы столько проехать.

Алекс оглянулся туда, куда указывал док. Действительно, три вагона сошли с рельс и образовали небольшой завал — два вагона уткнулись один в другой, а третий, видимо врезавшись в них, встал «на попа», и теперь торчал практически вертикально. Если на него забраться, то наверное и правда можно увидеть достаточно далеко.

— В общем, нечего лясы точить — подвел итог Док — собираем велосипеды и отправим кого-нибудь в сторону города, пусть вызывают спасателей. Глядишь нам повезет и они обернутся быстро. Нам уже и так повезло кстати — трупов гораздо меньше чем могло бы быть.

— Почти половина — покачал головой Алекс — не так чтобы очень уж повезло.

— Поезд хитрый — Док отправив проводника собирать разведотряд, уселся на какой-то ящик, вытянув ногу — побаливает зараза… Так вот, поезд говорю хитрый, заметил, что большая часть вагонов все же не опрокинулись?

— Заметил — кивнул Алекс.

— Датчики когда определили, что произошло столкновение, перевели магнитные подушки на реверс, и вместо того, чтобы поддерживать поезд в режиме левитации над рельсами, они стали наоборот, притягиваться к ним. Вагоны словно намертво примагнитились, но скорость была слишком уж высокой, некоторые оторвало.

— Пожаров нет, тоже повезло, тут же горючего наверное, не меньше цистерны, и не загорелось ведь. Я слышал что-то про какое-то навороченное японское горючее, но как-то руки не дошли поинтересоваться подробнее.

— А, ну это тоже японцы постарались, вот смотри — Док порылся в кармане и кинул Алексу кусочек чего-то похожего на мягкую резину — бак поезда это не огромная цистерна, а кассета из маленьких бачков. В каждом баке капсула с реактивами, когда компьютер сообщает о том, что произошла авария, капсулы лопаются, выбрасывая свое содержимое в топливо, а кассеты отстреливаются в стороны, маленькие баки разлетаются подальше друг от друга, чтоб если уж загорится что-то, то не все сразу. А вот эта штука, которую ты мнешь, это топливо, уже прореагировавшее с ингибитором. Видишь как густеет, в плотное желе превращается, и не горит почти, если поджечь, то разве что небольшие язычки пламени появятся, словно не бензин жжешь, или солярку, или что у них там, а кусок деревяшки или чего-то подобного.

— Коагулянт, понятно — Алекс кинул кусочек загустевшего топлива обратно доку — а ты откуда все это знаешь? Инженер? Или тоже химик?

— Нет — усмехнулся Док — рекламу видел. Этот поезд когда запускать готовились, на каждом канале рекламу крутили, что мол самый быстрый, самый безопасный и так далее, и все это в роликах показывали, и про топливо, и про магнитные захваты… Вот только нихрена не помогло мать их, впрочем если бы наш, отечественный поезд каким-то чудом до трехсот разогнать и точно также разбить, думаю там бы вообще никто не выжил, даже колеса и те раскололись бы наверное.

— Никто так и не понял, во что же мы врезались?

— Да черт его знает, чтоб ему… И правда инопланетянин наверное, может потому нас и не спасают — какой-нибудь карантин или что-то подобное.

— Ты так спокойно об этом говоришь — удивился Алекс — тут может быть вторжение инопланетян, а тебе вроде бы пофиг.

— Ну мне и есть пофиг, потом когда отсюда выберемся, может и начну переживать, а сейчас надо раненых вытащить, да и самим помощи дождаться.

— Ты быстро порядок тут навел, такое ощущение, что у тебя уже есть опыт? МЧС? Военный?

— Армеец я, бывший — ответил Док — третья чеченская, ну и первая черноморская тоже.

Алекс посмотрел на мужика с уважением. Сколько лет прошло с первой черноморской? Лет наверное сорок, а за десять лет до нее последняя чеченская была, так что доку лет семьдесят наверное, не меньше. Надо же, а больше полтинника на вид и не дашь. Крепок дед.

— Пойду посплю пожалуй, обормоты с которыми я живых собирал уже спят, тоже отдохну — Алекс подозвал пса и, пожелав доку спокойной ночи, побрел в сторону вагонов надеясь отыскать свободный и не загаженный кровью, чтобы пару часиков поспать.

Глава 5

Алекс давно так не высыпался, сказались события минувшей ночи, стресс и усталость, поэтому вырубился он почти мгновенно. Проснулся, взглянул на часы, отметив, что время перевалило за два часа дня, растолкал храпящего пса, и выбрался из вагона.

Сразу же направился к ближайшему скоплению народа, отыскал взглядом женщину в пиджаке проводницы, окликнул ее, спросил где бы взять воды, попить и сполоснуть рожу.

Попить девушка ему дала — маленькую бутылку минералки, а вот насчет помыться обломала. Пока Алекс спал, Док ввел режим экономии воды, раненым ее нужно было много, а уехавшие трое велосипедистов так и не вернулись. В этот момент Алекс мысленно похвалил себя за предусмотрительность — со вчерашней ночи он подобрал в вагонах несколько бутылок воды, пару бутылок водки и пяток шоколадок, и убрал их в свои чемоданы, которые перенес из опрокинутого вагона в другой, стоявший на колесах. Там свое логово он и обустроил — люди почему-то старались жаться друг к другу, и спать большими группами, набиваясь в вагоны едва не штабелями, так что отыскать пустое купе, было не трудно. Этот вагон был из тех, что попроще — не такое купе в котором ехал Алекс, с мягкими креслами и столом внизу, и полками, больше похожими на полноценные кровати сверху. Это был классический плацкарт — два уровня полок, напротив друг друга, но зато под нижними полками были полноценные багажные отделения, куда Алекс и затолкал свои чемоданы.

Прослушав новости (а ведь спал-то всего часов пять) Алекс разделил бутылку воды с рыжим, угостил его половинкой бутерброда, который ему вместе с водой выдала проводница, и побрел искать Дока, как показала практика, он тут единственный кто худо-бедно что-то понимает, и знает, что делать. А новостей, за столь короткий срок уже накопилось достаточно.

Вертолетов МЧС так и не не было, велосипедисты, уехавшие за помощью не вернулись, телефоны все также не ловили связь, а вот многим из тех кто был на ногах поплохело — начались головные боли, мигрень, головокружение, у некоторых даже кратковременные провалы в памяти. Док пытался объяснить это тем, что психика пытается защититься, вымарывает шокирующие воспоминания, но верилось этому мало. Люди волновались, некоторые паникеры выдвигали предположение, что все дело в инопланетянине — дескать это какие-то чужеродные бактерии атаковали разум выживших.

Алекс нашел Дока недалеко от пришельца, он сумел где-то раздобыть монтировку, и сейчас пытался отковырять одну из покрывающих существо пластинок или чешуек. Как правильно называлась эта костяная броня, Алекс не знал.

— Утро доброе — поприветствовал Дока Алекс — хоть оно уже и обед.

— Доброе — ответил Док — ты посмотри какая крепкая дрянь, а толстая какая, ее наверное из гранатомета не пробьешь даже. Если такие твари и в самом деле начали нашествие на землю, боюсь нам придется туго.

— Хрен с ними, пусть с инопланетянами военные разбираются или ученые, что там с нашими велосипедистами?

— Их еще нет, а у нас творится какая-то чертовщина, ты уже десятый наверное, кому я это говорю. Я не знаю в чем причина, наверное в стрессе, или еще что-то подобное… У меня кстати голова не болит, а ты Леха как? Нормально?

— Я Алекс. С головой нормально, а вот в горле что-то першит.

— Хм… А Алекс это Алексей или Александр?

— Черт док, ты уже спрашивал. Что за хрень тут творится?

— Не знаю, но явно нехорошее. У меня одиннадцать человек за день умерло, а помощи все нет… Я не знаю, что делать, ждем тех троих, что на разведку уехали, больше делать нечего.

— Моя помощь нужна?

— Нет… Чем ты поможешь, хотя, у тебя случайно нет обезболивающих? У меня раненная страдает. Я ее худо-бедно успокоил героином, Петр Тимофеич, ну тот толстяк с охраной, у него была с собой доза герыча, вот только это ненадолго. Я отправил ребят копаться в багаже и клич бросил по всем кто живой, но ни у кого, ничего нет, а в аптечках аспирин, это что мертвому припарки…

— Нет, Док — Алекс покачал головой — нет у меня обезболивающих.

— Черт… Ты не представляешь как я не хочу возвращаться туда. Через полчаса-час действие наркоты сойдет и она снова начнет орать. А я ничего не могу сделать… Кроме одного — могу добить, чтобы не мучилась. Но ведь ее еще можно спасти, она еще протянет сутки или даже больше, если бы знать, что ее страдания будут не напрасны. Не хочется заставлять ее мучиться оставшийся ей срок, чтобы она умерла не дождавшись помощи… Где же эти сраные разведчики, велосипедисты, чтоб им провалиться.

Док достал из кармана маленькую бутылочку, водки, выпил залпом, следом еще одну. Бросил пустую тару на землю.

— Я знаю, что алкоголь нужен для обработки ран, но не могу сейчас без него.

Алекс проследил за удаляющимся нетрезвой походкой доком, видимо эта порция алкоголя была уже не первой, и в очередной раз мысленно поблагодарил бога, дьявола, карму или что там есть, за то, что так легко отделался. Он ведь вполне мог быть сейчас на месте этой женщины, и Док решал стоит его добить, или пусть еще помучается, в надежде дождаться помощи.

Не придумав чем занять себя кроме ожидания помощи, или возвращения велосипедистов, Алекс попробовал снова уснуть, и у него даже получилось, но долго поспать не удалось — его разбудил женский крик…

Глава 6

Как Док и предсказывал, раненная начала кричать. Алекс не знал, что с ней случилось, но видимо раны и в самом деле серьезные, женщина орала… Очень жутко. Алекс слышал ее, даже находясь за три вагона от импровизированной больницы, какого же сейчас Доку и тем кто рядом, если он, Алекс, зажимает уши подушкой, только чтобы не слышать ее криков, и воплей своей совести тоже…

Алекс не знал сколько это продолжалось, но крик все же стих. Либо раненная окончательно выбилась из сил и уснула, либо умерла, либо, Алекс не хотел об этом думать, но возможно, что Док ее добил. Любопытство штука страшная, так что Алекс все же встал и вышел из вагона, пообщаться с людьми, услышать новости, которые могли появиться за те пару часов, которые он поспал. Одно ясно — велосипедисты не вернулись, помощи тоже пока нет.

Выбравшись из вагона, а слезть с него было не просто, учитывая, что перрона нет, и спустив на руках пса, Алекс двинулся к голове поезда, туда где у них, рядом с останками сбитого пришельца, образовалось что-то вроде площади, или места сбора, где тусил народ. Там же рядом была и больница. Алекс надеялся найти Дока рядом с раненными, и узнать насколько плохи у них дела, как вдруг раздался грохот выстрела.

Всякий раз когда Алекс смотрел американские фильмы, он удивлялся. Не могут же люди быть такими тупыми? Как только начинается замес, стрельба, или очередной суперчеловек разбирается со своим супернедругом, стадо гражданских тянется в месту стычки, не взирая на риски отхватить мимоходом люлей, или поймать шальную пулю… Каждый раз увидев в кино такую сцену, Алекс мысленно плевался в сценаристов и режиссеров, но теперь, ухватив пса за ошейник, он сам непонятно зачем, медленно пошел к вагону-больнице. Туда же стягивались и остальные пассажиры, которые еще оставались «на ходу».

Войти в «больницу» Алекс не успел, из вагона вышел Док, спрыгнул не землю, выпустил пистолет, который упал рядом с вагоном. Сам же Док, не обращая внимания на людей, которые уже начали шумно обсуждать произошедшее, прошел быстрым шагом от поезда, и отойдя на пару сотен шагов, просто сел на землю. В сгущающихся сумерках, было отчетливо видно вспыхнувшее пламя зажигалки, Док закурил.

Никто не стал идти к нему, видимо понимали, что если Док ушел, то не хочет никого видеть рядом с собой, вместо этого, с вопросами насели на толстяка, Петра Тимофеевича. Один из его охранников, вышел вслед за доком, подобрал с земли брошенный им пистолет, неторопливо выщелкнул магазин, дозарядил один патрон и убрал ствол в кобуру.

— Он добил ее — просто ответил толстяк — ей было не помочь, а она страдала очень, Док пришел ко мне и попросил ствол. Опиатов чтобы безболезненно убить ее не было, задушить ее Док не смог. Он прострелил ей голову. Так лучше…

Народ замолк, даже пес не ворчал, хотя такие толпы он не любил и периодически порыкивал, но сейчас проникся моментом. Собаки эмпаты, очень хорошо чувствуют такие вещи, а еще он видимо хорошо прочувствовал настроение Алекса. Подошел поближе, потерся боком о его ногу, лизнул в ладонь, как бы говоря — все нормально дружище, не переживай так…

На душе сразу стало как-то гадостно, все и без того было хуже некуда, а тут еще такое… Черт. Снова уснуть не получилось, Алекс проспал весь день, организм отоспался, и засыпать снова не хотел. Алекс ворочался на полке, пес ворчал, ворочаясь на соседней. Мысль о том, что Док так и сидит в темноте, не давала покоя. Плюнув на сон, Алекс поднялся, вытащил из под полки захомяченные пару бутылочек водки, и вместе с псом, двинулся ко все так же сидящему в отдалении Доку.

— Я думал ты старый солдат и не знаешь слов любви — Алекс подсел к Доку, и протянул ему бутылку — нечего сидеть тут ночью. Погода необычно теплая для этого времени года… Хрр, хррм… Кхе-кхе.

Алекс откашлялся, удивляясь тому, что горло так внезапно подвело. Странный спазм, не похоже на ангину или воспаление, как он изначально думал, едва заметив легкое першение, думал, что простудился, но, видимо, тут что-то похуже.

— Погода необычно теплая, но все же лучше зайти в вагон — продолжил Алекс — там потеплее.

— Холод прочищает мозги — ответил Док осушая бутылочку в один глоток, и затягиваясь сигаретой. Черт, я думал мне больше никогда не придется делать это… Вот скажи как так получилось? Десятилетия прошли со времен войны, но даже здесь и сейчас мне снова приходится… Черт. Чтоб им всем…

— А в самом деле, зачем ты ее пристрелил? Удушить подушкой никак нельзя было? Когда за нами МЧСники все же приедут, как будешь объяснять это?

— Да плевать на них, никто мне ничего не сделает. Объясню как все было, остальные подтвердят, и вообще я ветеран и герой, из рук президента награду получал… Пошли все нахер.

— Пойдем — Алекс потянул Дока за руку, помогая встать, пес, прижался к ноге старика (только сейчас Алекс увидел, что Док действительно уже немолодой, до этого момента возраст не просматривался так явно) подставив холку под руку, на которую тот на одних только рефлексах оперся, и поднялся на ноги.

— Давай-давай, завтра утром, вот увидишь, все станет намного лучше.

— Да знаю я — рыкнул Док — не первый раз человека убиваю между прочим… Я блядь герой войны, чтоб ее.

— Герой, герой — не желая спорить кивнул Алекс — великий полководец, пойдем.

Алекс привел качающегося доктора к вагону, в купе, которого устроил себе лежку, помог забраться, затащил пса. Уложил доктора на одну из полок, и тот вскоре захрапел. Сам же Алекс, достав с верхней полки бутылку воды, налил немного в миску, сделанную из обрезанной баклажки, дал псу напиться. Остаток воды в бутылке допил сам, и тоже завалился спать.

Упав на полку, только сейчас заметил, что Дока уложил на свою — на ту куда положил дополнительный матрас и теплое одеяло, самому же, теперь пришлось спать на дермантине, и укрываться тонкой простынкой. Доку-то, сейчас без разницы, он пьян в стельку и на полу поспит, а вот Алекс трезвый, а трезвый всегда мерзнет сильнее пьяного. Недовольно что-то ворча, Алекс все же вырубился.

Глава 7

Проснулся Алекс от того, что его сдернули с полки на пол, и больно приложили пинком по ребрам.

— Сволочь — орал Док — да что же ты за мразь!

Темноту ночи разгонял яркий свет вспышки на телефоне, которую Док использовал в качестве фонаря. Телефон лежал на столе, светил в потолок, и свет, отражаясь от белого пластика, освещал купе.

— Я же спросил тебя про обезболивающие! Метадон твою мать! Метадон! У тебя был метадон! Его хватило бы, это очень мощная дрянь, Тимофеич отдал свой героин, а ты зажал копеечные таблетки! — Док швырнул в Алекса пластиковую баночку.

— Во-первых лекарство дорогое, и ты это должен знать, раз уж такой умный. Во-вторых его хрен где достанешь. А в-третьих — ты что, рылся в моих вещах? — Алекс вскочил на ноги, не забыв поднять с пола и крепко сжать флакон в кулаке, а пес, пристроившись рядом, глухо заворчал, обнажив клыки.

— Да — Док казалось смутился, его боевой запал испарился почти сразу — я проснулся, искал алкоголь, мне почему-то казалось, что ты что-нибудь да зажучишь. Тебя будить не стал, полез под полку, где же еще искать если не там, в чемодане, среди тряпья нашел таблетки…

— Как не стыдно — ответил Алекс, поняв, что старик в драку все же не полезет, и похлопал пса по загривку, успокаивая — шаришься по чужим чемоданам, а строишь из себя такого правильного, едва ли не святого, спаситель мать твою, герой войны…

— Кто тебе сказал? — Док несколько остыл — с чего ты взял, что я герой?

— Ты же и сказал, час назад или сколько мы проспали, когда в стельку пьяный был — пожал плечами Алекс — приврал? Не переживай, врать не стыдно, просто не надо корчить из себя мать Терезу. Своя рубашка ближе к телу, и если ты этого не понимаешь, и прямо таки сочишься альтруизмом и самопожертвованием, я тебе скажу как есть. Мне, моя шкура дороже чем шкура незнакомой бабы. Не все такие правильные как ты Док…

— Я не врал — Док уже окончательно остыл, Алекс умел переводить стрелки когда это было нужно, и ему удалось перевести разговор с таблеток, которые он не дал когда Док просил об этом, на мнимый или реальный героизм Дока — у меня действительно медаль есть. Николай Ратников, военный санитар…

— О! А я ведь про тебя слышал — подхватил разговор Алекс уводя тему еще дальше от таблеток — нам рассказывали в школе. Военный санитар, который спас целую кучу солдат, а в последнее, самое позорное наше отступление, еще и вынес с поля боя под артобстрелом и пулеметным огнем бойца, которому оторвало обе ноги.

Док уселся на полку, махнув рукой, и откупорил маленькую бутылочку с водкой, объемом наверное не более чем в две рюмки — в баре поезда нашлись только такие, залпом выпил содержимое, и отбросил пустую тару.

— Ты знаешь, что нога, от стопы до бедра, составляет почти треть веса тела?

— Нет — Алекс присел на противоположную полку, радуясь, что Док успокоился — я этого не знал.

— А это так. Обе ноги, это половина веса человека… Черт, это было страшно… — вдруг очень резко начал рассказывать о чем-то Док. — Я бежал, а вокруг меня свистели пули, свистели блядь пули! Грохотали разрывы снарядов, и падали наши солдаты, чтоб их всех. Я даже не думал о том, чтобы кого бы то ни было спасать, я бежал, бежал так быстро как только мог, и прямо физически чувствовал какая у меня блядь широкая спина, и как удобно в нее целиться… Клянусь, один раз пуля пролетела прямо возле уха, чтоб ее, я почувствовал движение воздуха, тепло, и только затем услышал свист.

Алекс не перебивал, он внимательно слушал Дока, а когда тот принялся шарить глазами вокруг, явно пытаясь что-то отыскать, Алекс без слов понял, что ему нужно и вытащив из чемодана, который Док швырнул на пол, предпоследнюю бутылочку водки, бросил ее старику. Тот поймал, откупорил и одним глотком осушив ее, продолжил рассказ.

— Когда рядом разорвался снаряд, меня отбросило ударной волной в сторону, а прямо передо мной упали двое бойцов. Один корчился и орал, зажимая рану на брюхе, из которой торчали кишки, второй лежал молча. Ему оторвало обе ноги едва ли не вместе с яйцами, он был в шоке и ничего не соображал. И знаешь, что? Во мне проснулся военный врач. Вот только в моей голове всплыл не порядок действий при перевязке или наложении жгута, а именно понимание того, что если нижняя конечность составляет почти треть общего веса, то человек без нижних конечностей, весит вдвое, вдвое, блядь, меньше.

Я сработал быстро. Перекатился, закинул руки безногого себе на плечи, обхватил как следует, и поднялся вместе с калекой. Бежать оказалось на удивление легко. Всю поклажу я сбросил, и рюкзак и автомат, а безногий солдат как раз и весил примерно столько же, сколько брошенная экипировка.

Я бежал не разбирая дороги вцепившись в руки раненого, петлять даже не пытался. Зачем? В какой-то момент он начал орать, прямо мне на ухо, но я не обращал внимания, просто перебирал ногами, а потом раненый замолк…

Я понимал… Все понимал. Тоже чувствовал спиной прилетающие пули. Они пробивали тело солдата навылет, но два слоя его бронежилета, кости и мясо, плюс мой броник, пусть на спине он и достаточно тонкий… Пули меня не достали. Синяков на спине было много, но ни одна не пробила. А в солдате, когда я добежал до наших позиций и сбросил с плеч труп, насчитали тридцать одну пулю, и невесть сколько осколков, чтоб их.

Мы тогда серьезно обосрались, пропагандистам надо было как-то спасать ситуацию, так что эту мою историю раздули до невероятных масштабов, и она даже затмила сам тот факт, что нам пришлось позорно отступать. Разумеется они тактично умолчали, что донес я только труп. Многие видели это, видели как я бежал под свист пуль и тащил на себе калеку, но моих мотивов не знал никто. История о самоотверженном санитаре быстро завирусилась, я стал в какой-то мере знаменитостью, медаль дали… А я взял бойца лишь для того, чтобы он прикрывал мою спину от пуль, а выбирая между полостным ранением и взрывной ампутацией, выбирал не по принципу «кого есть шанс спасти», мне было пофиг на то, что порванные кишки скорее всего уже не заштопаешь и обратно не засунешь, безногого выбрал потому что его тащить легче.

— Зачем ты мне все это рассказываешь? — спросил Алекс замолчавшего Дока.

— Затем, чтобы ты не думал, что я святой. Я прекрасно понимаю, что немного здорового эгоизма идет только на пользу. В тот раз я не мог помочь, ничем, но мог использовать раненного чтобы помочь себе. Если бы я оставил его, он бы все равно умер, а так он спас меня… Но тогда ситуация безвыходная была, мать ее, а сейчас нет — ты мог помочь… Почему ты не дал таблетки мне когда я просил? Зачем тебе? Ты не похож на торчка, и серьезных ран у тебя нет, зачем тебе анестетик?

— Мне он не нужен — ответил Алекс — это для Рыжего.

— Рак? — сразу же сообразил док.

— Да — кивнул Алекс — он уже старый, двадцать лет, до двадцати одного не доживет, немного ему осталось, если таблетки не давать воет…

Пес словно понимая, что речь идет о нем, подошел к хозяину и положил большую лохматую голову на колени Алексу, заворчал, недовольный тем, что хозяин не принялся его чесать, и Алекс, тут же положил руку ему на голову, потрепав за ухо.

— Но черт, я бы не потратил все, мне хватило бы трех-четырех таблеток, да и это же пес, просто собака, а то — Док неопределенно махнул рукой, имея в виду женщину в «больничном» вагоне — человек.

— Не мог я отдать таблетки — парировал Алекс — Это не «просто пес», это друг. Рыжий со мной двадцать лет, мы с ним через многое прошли, а про эту бабу я ничего не знаю, кроме того, что ей повезло, или не повезло, как посмотреть, не сдохнуть сразу. Я ничем ей не обязан, и тебе тоже — начал распаляться Алекс, переходя едва ли не на крик — и твой наезд неоправдан, у нас не коммунизм. Если мне снова придется выбирать, кто будет выть от боли — Рыжий или незнакомая мне телка, то я предпочту чтобы это была телка. Пусть хоть все выжившие дружным хором орут, но таблетки, они не получат. Когда нас спасут неизвестно, может нам тут придется неделю ждать… Я не могу так рисковать.

— Каким психом надо быть чтобы поставить в один ряд жизнь человека и собаки?

— Намекаешь, что я социопат?

— Нет. Прямым текстом говорю, что ты гнида, и… — начал было Док, но прервался на полуслове, когда с улицы раздалось громкое рычание, словно хор из десятка не самых мелких собак.

Рыжий вскочил, оскалился, зарычал. Шерсть на загривке встала дыбом, а Док с Алексом бросились к окну. В темноте, освещаемой светом факелов сделанных из наколотых на проволоку и разные палки или трубки, кусков загустевшего горючего, мелькали тени. Похоже это были люди, но почему они не показываются, почему ведут себя так странно, и что это был за рык? Кто рычал? Это что, спасатели с собаками? Спецназ с собаками?

Додумать мысль Алекс не успел, раздался треск, скрежет металла и звон стекла. Рык повторился, а вслед за ним раздался крик. Вопль резанул по ушам, пробрал до костей, и Алекс с Доком одновременно бросились к дверям. Док, подхватив трубу, бывшую когда-то поручнем, выскочил из вагона, и побежал на крик, Алекс же, схватив пса за ошейник, побежал вдоль вагона в тамбур, а оттуда в другой вагон, подальше от жуткого урчания и человеческих криков.

В неверном свете факелов, сделанных из наколотых на проволоку кусков загустевшего горючего, и развешанных вдоль всего поезда, Алекс видел как на улице мечутся тени. Человеческие фигуры, появившиеся из темноты, бросались к тем из пассажиров, которые предпочли остаться на улице — не все еще спали, многие развели костры, и сидели у них что-то обсуждая, а некоторые из тех кто спал, расположились с матрасами под открытым небом. Именно они и стали первыми жертвами непонятных пришлых.

Алекс пробежал сквозь следующий вагон, споткнулся, засмотревшись в окно на то, что происходит снаружи, и падая, приложился головой о поручень. Встал, машинально потрепал пса по взъерошенному загривку. Что происходило на улице непонятно, что делали новоприбывшие с пассажирами тоже не ясно, но явно ничего хорошего. От хорошего, люди так не орут.

За спиной раздались выстрелы, видимо охрана Петра Тимофеевича вступила в дело, но надолго их не хватило. Выстрелы стихли, а ночь огласил очередной вопль.

Тамбур, дверь заперта, повернуть замок, пнуть ногой, пробежать в соседний вагон, обернуться, увидеть в полутьме силуэты бегущих по проходу между купе людей, и ускорившись раза в два, броситься наутек.

Алекс бежал, не разбирая дороги, отпихивал появляющихся на пути случайных встречных, влетел в вагон, в котором обосновавшиеся обитатели, устроили освещение, закрепив под потолком все те же факелы, из загустевшего топлива, нанизанного на куски проволоки. Обернувшись в очередной раз, Алекс разглядел преследователей во всей красе.

Люди. Это были люди, ну или что-то на них похожее. Голые, с чуть синюшной кожей, искаженными чертами лица, и деформированными телами. Один из них, вцепился в попавшуюся ему на пути проводницу, и заворчав, впился зубами ей в руку.

Девушка завизжала, Алекс как ему показалось, заорал даже громче чем она, и поддав газу, бросился бежать, волоча за собой собаку. На пути встретилась дверь в туалет, дернул за ручку, вломился вместе с собакой внутрь, темнота туалета встретила его женским визгом.

— Тихо! — зашипел Алекс закрывая дверь на замок, и опустившись на пол, приник глазами к вентиляционной решетке, расположенной почти у самого пола.

В темноте, да еще и сквозь частую сетку решетки разглядеть что-либо было трудно, но судя по десятку пар ног, зомби, а это могли быть только они, пронеслись мимо.

— Пронесло — обернулся Алекс к девушке. В темноте ее совсем не было видно, но судя по визгу это была именно девушка...

— Что случилось? Кто это? — зачастила невидимая в темноте девушка — что им нужно?

— Тише — еще раз попросил Алекс — я не знаю кто это, но лучше не привлекать их внимания, может утром они уйдут? Мы пока что посидим тут, окон здесь нет, двери открываются наружу, будем думать, не откроют и не сломают.

Раздался еще один визг, приглушенный расстоянием и дверью, пес зарычал, девушка взвизгнула. Алекс зажал морду пса, не давая тому ворчать и показал кулак девушке, скорчив злую рожу, и только потом сообразил, что в темноте она его не разглядит.

— Тихо — зашипел Алекс — молчите. И ты рыжун молчи, нельзя чтобы нас заметили.

Снаружи открылась дверь тамбура, кто-то заорал, кто-то заурчал, на пол грохнулось что-то тяжелое, и перед глазами Алекса, появился человек. Мужик свалился на пол, а неизвестные люди, или зомби, напали на него. Видно сквозь решетку почти ничего не было, но перекошенную ужасом рожу мужика Алекс разглядел, она была в полуметре от его лица, как и рожа зомбака, который впился зубами в харю мужику и отгрыз тому нос.

Радуясь, что девушка этого не видит, иначе тут же подняла бы вой, Алекс прижал ладонь ко рту, пытаясь сдержать приступ тошноты, и отстранился от решетки.

— Сидим тихо — прошипел он — не высовываемся. Я не знаю, что здесь происходит, но кажется это зомби-апокалипсис. Во всяком случае эти твари едят пассажиров…

— Надо что-то делать — зашептала девушка — может попробовать выбраться?

— Если хотите — ответил Алекс — вперед, я вас не держу, но вслед за вами не пойду. Останусь лучше тут.

— Я с вами — тут же заверила девушка — что будем делать?

— Просто сидеть — ответил Алекс — не шуметь, не говорить, не шевелиться. Дышать через раз. Лучше заткните уши чтобы не взвизгивать всякий раз когда кто-то из пассажиров заорет…

Глава 8

Как ни странно, но девушка и Рыжий сидели тихо. Больше всего Алекс боялся, что пес начнет лаять, а невольная соседка по туалету — реветь, но они оба вели себя достаточно бесшумно.

Беспредел творился всю ночь, но увидеть, что там происходило, Алекс не мог — выглянуть можно было либо в вентиляционную решетку в двери, на высоте щиколотки, либо в крошечное окошко — под самым потолком. Через решетку можно было смотреть внутрь вагона, через узкую полоску стекла — наружу.

Ни там, ни там, ничего видно не было, единственное, что Алекс понял по отблескам света со стороны, это то, что один из вагонов все же загорелся. Видимо несколько факелов упали и что-то подожгли. Изредка он видел пробегающих мимо людей, изредка зомби. Вопли все еще раздавались, как и жуткое урчание. Видимо некоторые пассажиры сумели объединиться в группы, и забаррикадироваться в вагонах, но судя по воплям, которые время от времени раздавались с разных сторон, монстры все же до них добирались.

Несколько раз, мимо туалета в котором заперлись Алекс с неизвестной девушкой, и Рыжун, кто-то пробегал. Иногда это были люди — судя по крикам, иногда — судя по ворчанию, зомби. Однажды кто-то принялся ломится в дверь, но Алекс не стал отзываться на стук и проверять люди это или зомби, и неизвестный, быстро бросил эту затею и убежал.

Вскоре начало светать, сквозь узкую полоску стекла под потолком, начали пробиваться солнечные лучи, и Алекс, встав на унитаз, сумел выглянуть в осветительное окошко. Ничего интересного увидеть не удалось, угол обзора был далек от идеального, кроме вершин деревьев ничего в поле зрения не попадалось.

Крики стихли — люди либо попрятались, либо разбежались, либо их всех убили. Зомби же, наоборот — громко ворчали, шумели чем-то, активно бродили мимо туалета. Алекс периодически наблюдал сквозь решетку ноги многочисленных мертвяков, изредка, некоторые из них останавливались и скреблись в дверь, но надолго их интереса не хватало.

Весь день Алекс, девушка, которой оказалась та самая официантка, по имени Лена, и пес, сидели в туалете. Даже вставать лишний раз чтобы размять ноги, они не решались, хотя туалет был достаточно просторным, по меркам туалетов. Не жалкий квадратный метр с толчком, а вполне просторная комнатка, в которую можно было бы въехать на инвалидной коляске, или закатить коляску с ребенком, откидной столик для пеленания младенцев, удобные поручни… В общем, японцы не пожалели места, ради комфорта.

Зомби постоянно находились неподалеку, чем-то шумели, рычали, кажется дрались между собой, или делали еще что-то непонятное, так что привлечь их внимание можно было любым звуком.

Ближе к ночи, раздались крики и звон железа, звуки ударов, мат. Видимо погибли или разбежались не все пассажиры. Какая-то группа тоже схоронилась, а вот сейчас решила почему-то пойти на прорыв. Почему? Алекс не знал. Возможно этой группе с местом повезло больше, и у них был хороший обзор, так что, увидев, что тварей стало меньше, они решились на прорыв. Может просто отчаялись — Алекс тоже изнемогал от жажды, как и Лена с Рыжуном. Воды у них не было, а добраться до воды в бачке унитаза, которая кстати еще не факт, что там есть, бесшумно бы не получилось. Бачок был скрыт где-то в стене, и ее надо было еще как-то сломать. Кран умывальника, Алекс открывать тоже запретил. Неизвестно насколько чуткий у тварей слух, может быть они могут учуять даже звук текущей воды.

Еды у сидельцев тоже не было. Захомяченные Алексом шоколадки остались в чемодане, но зато таблетки были с собой. Алекс даже порадовался тому, что Док их нашел — не случись этого, и при нападении зомби, если бы Алекса не сожрали спящим, он, убегая, вряд ли бы додумался взять их. А так, после ссоры с Доком, он положил тюбик в карман, благодаря чему лекарства теперь были с ними. Пару таблеток Алекс уже скормил псу, и ему становилось страшно при мысли о том, что же он стал бы делать, не окажись их под рукой… Вытолкать за двери воющего рыжуна чтобы не привлекал внимание к нему, Алексу? Нет, так он не поступил бы ни за что…

Выскакивать из туалета вслед за теми кто шумел в стороне головы поезда, Алекс не стал, хотя Лена и порывалась выскочить из схрона и побежать за шумными людьми. Можно было бы рискнуть, большой группой шанс пробиться был, но Алекс не знал насколько большая там группа, как и не знал того сколько зомбаков бродит вокруг их вагона, и есть ли они вообще поблизости. Единственная стратегия, которая пришла ему в голову на данный момент — это сидеть столько, сколько получится, надеясь, что твари все же уйдут, и выбираться из укрытия только тогда, когда других вариантов не будет.

Так что девушку он не отпустил, вместо этого все трое тщательно прислушивались, пытаясь понять как дела у людей. Кажется, дела у них были не очень. После воинственных криков и грозного мата, кто-то заорал уже не столь воинственно и совсем без мата, а его вопль подхватили еще несколько глоток. Судя по крикам, ничего хорошего с ними не произошло, скорее всего людей сожрали. Алекс тут же пожалел, что пока вокруг вагона шумели и зомби отвлеклись, не додумался открыть кран, возможно получилось бы набрать в раковину воды, пока на них никто внимания не обращал, но теперь уже поздно, впрочем, неизвестно была ли в кране вода.

Пес тоже был не в восторге от долгого сидения взаперти, и свое недовольство он выразил задрав лапу и помочившись в углу. Сидеть в замкнутом пространстве и так было неприятно, а уж когда у тебя в соседях лужа собачьей мочи, то количество негативных ощущений резко возрастает. Хуже всего было даже не то, что сидеть в туалете стало менее приятно — Алекс готов был терпеть любые неудобства, но вот зомби, стали проявлять гораздо больше интереса к запертой двери. Скорее всего учуяли запах.

Всю ночь они ворчали под дверью, и пусть Алекс обратил внимание на то, что их стало гораздо меньше — видимо часть из них сожрав пассажиров куда-то ушла, но они все равно были опасны, и их интерес к запертому туалету, Алексу не нравился, надо было что-то предпринимать. Вот только что?

Глава 9

К утру Алекс начал понимать, что зря не попытался прорваться из туалета когда был шанс. За ночь, вокруг скопилось, судя по мелькающим туда-сюда ногам, зомбаков не менее чем много, плюс-минус тапок. Алексу казалось, что он уже начал отличать ворчание одних тварей, от голосов других. Может ему это казалось, может и правда ворчали твари по-разному, но прикидывая так и эдак, Алекс сообразил, что около туалета собралось не менее десятка тварей. Толпятся в тесном проходе вагона, не уходят. Видимо чувствуют запах спрятавшихся в туалете людей и собаки.

В дверь не ломятся. Почему? Непонятно. Может быть не могут толком определиться откуда идут запахи, все же в вагонах убито немало народа, крови пролито изрядно, так что провонялось ею наверное все вокруг. Но ведь вычислят? Обглодают за денек-другой все косточки, да и туалетные сидельцы вонять меньше не станут — рыжий этому активно способствует, и теперь рядом с лужей мочи, появилась еще и собачья какашка. Алекс не мог сердиться на пса, он уже и сам давно терпит, понимая, что спустить воду в толчке будет нельзя.

Назревает резонный вопрос — сколько еще они тут протянут, и кто в итоге кого пересидит?

— Я хочу пить — едва слышно подала голос Лена — я так не могу больше.

— Не ной, всего второй день прошел, человек без воды может неделю протянуть, да и воды все равно нет — ответил ей шепотом Алекс — надо потерпеть еще, может быть зомби уйдут.

— В унитазе есть вода — голос девушки стал чуть громче, и Алекс отчаянно жестикулируя поспешил призвать ее к молчанию — и ее можно достать. А может быть кран работает, может что-то осталось в трубах…

Лена вдруг резко встала, слегка покачнувшись, и прежде чем Алекс успел что-то сделать, повернула кран умывальника. Вода не полилась, вместо этого, кран, завыл словно демон, завибрировал и затарахтел с шумом то ли втягивая, то ли наоборот выпуская воздух.

— Дура! — заорал Алекс — шептать смысла больше не было, зомби яростно заурчав, начали ломиться в дверь.

Лена, отдернув руку от крана словно он был горячим, так и застыла, с распахнутыми в ужасе глазами, видимо до нее только сейчас дошло, что она наделала. Стук в дверь усиливался, зомби скреблись и дергали ручку, пытались проломить преграду, но у них ничего не получалось. Замок был хлипкий, но спасало то, что дверь открывалась наружу, а тянуть дверь на себя, зомбакам ума не хватало.

Алекс и Лена одновременно бросились к двери. Лена, зачем-то уперлась в нее плечом, словно пытаясь не дать ей распахнуться, Алекс же, ухватился за ручку, не давая зомбакам ее поворачивать. Толку от этого тоже было скорее всего немного, но ничего более умного в голову не пришло.

Рыжий, словно всего этого было мало, начал громко лаять, видимо испугавшись громкого шума за дверью.

— Я знаю! Знаю. Знаю — зачастила девушка — знаю, что делать. Знаю! Мы приоткроем дверь и вытолкнем собаку. Твари побегут за ней, и забудут про нас!

— Собаку? — спросил Алекс едва сдерживая ярость на идиотку, которая их можно сказать угробила — выкинем на съедение тварям мою собаку?

— Да — кивнула девушка, видимо не уловив нехороших ноток в его голосе.

— У меня идея получше… — Алекс повернул ручку двери — беги к выходу из вагона.

С этими словами он мощным толчком распахнул дверь, сбив с ног нескольких зомби стоявших к ней вплотную, и пинком, вытолкнул девушку из туалета, тут же захлопнув дверь за ней.

— Беги налево — заорал он перекрикивая дикий визг — если выберешься из вагона может быть уцелеешь.

Цокот каблуков подсказал, что девушка все же побежала. Алекс дал ей пару секунд форы сбив на пол ближайших зомбаков, так что шанс у нее был, пусть и совсем крошечный, Алекс расценивал его максимум как один к миллиону.

Топот множества ног, удаляющийся от туалета, подсказал Алексу, что зомби бросились вслед за девушкой. Алекс упал на пол и вгляделся в забранную мелкой решеткой вентиляционную щель. Ног поблизости он не заметил, видимо все у кого эти самые ноги есть, убежали. Визг, раздавшийся как показалось Алексу снаружи — не из вагона, видимо Лена все же успела выбраться, послужил хорошим отвлечением внимания, созывая всех кто остался на обед, и Алекс рискнул выскочить из туалета.

Никого. Повезло. Алекс побежал вдоль вагона к тамбуру. Захлопнул дверь, одним рывком отодрал от стены поручень, даже не удивившись как это у него получилось. Сунул его наискосок зацепив под дверной ручкой, получился своего рода засов. Побежал обратно, перепрыгивая через встречающиеся тут и там, остатки тел. Приступов тошноты растерзанные тела, у него уже не вызывали, к тому же по большей части они были почти полностью обглоданы — едва ли не голые костяки, с редкими остатками мяса.

Пробежав вагон насквозь он захлопнул дверь с противоположной стороны, дернул поручень, пытаясь оторвать его от стены, но не получилось, либо тот, первый, был халтурно прикручен, либо повредилось что-то в результате столкновения, но этот поручень держался крепко. Бросив взгляд по сторонам, Алекс увидел чемодан на колесиках, у таких обычно есть выдвижная телескопическая ручка. Так и оказалось. Рванул как следует вырывая ее с потрохами, просунул получившуюся алюминиевую палку, под ручку двери. Есть еще один засов. Теперь дверь так просто не открыть. Можно передохнуть. Если не привлекать внимание, зомби ломиться в вагон не станут.

Пригибаясь, чтобы его не заметили из окна, Алекс выглянул на улицу. Ну да, Ленку догнали и сейчас доедают зомби. Как ни странно, их совсем не много, штук семь или восемь. Видимо остальные ушли в поисках другой добычи, самые голодные. Или наоборот, тут остались самые голодные, которые решили обглодать кости пассажиров, а ушли менее голодные… Черт их знает, в поведенческой психологии зомби, Алекс себя специалистом не считал.

Стараясь не делать резких движений, и пригибаясь, Алекс переходил от одного окна к другом, и тянул за шнурки, закрывая на окнах жалюзи. Затем, стараясь не шуметь, прошел вдоль вагона, в поисках еды и воды. Нашел пакет чипсов, и бутылку газировки, улов небогатый, но хоть что-то. Пес газированную воду не любит, поэтому Алекс сразу же взболтнул бутылку, и оставил ее открытой, периодически покачивая, чтобы газ выветривался.

Открывая пачку чипсов взмок от напряжения, пачка шелестела немилосердно, и приходилось открывать ее едва ли не по миллиметру, чтобы не привлечь шумом зомбаков, которые уже почти доели девушку. Странно, но Алекс не испытал по этому поводу никаких чувств — ни жалости, ни угрызений совести, даже рвотных позывов, при взгляде на разорванный труп не было. Мысленно отметил, что сейчас она выглядит не так уж здорово, хотя еще несколько минут назад была достаточно симпатичной…

— Смерть, тем более такая, она знаешь ли никого не красит — сказал он Рыжему, наливая в плафон от светильника, содранный со стены, отстоянную и больше не пузырящуюся минералку.

Светильники тут были выполнены в виде матовых стеклянных полусфер, и в качестве собачьей миски подошли идеально. Рыжий лакал воду, пусть и недовольно, Алекс хрустел чипсами и сквозь щель между пластинами жалюзи, наблюдал за улицей.

Зомби, сожрав Ленку едва ли не до костей, неторопливо бродили по округе. Некоторые просто замирали и не двигались, другие грызли кости. Видимо действительно ушли самые активные, а остались только те, кто от голода едва ли не подыхал. Эти скорее всего даже в ночной заварушке не участвовали, зомби, которых Алекс видел ночью, двигались намного быстрее. Скорее всего эти добрались к шапочному разбору, и добили выживших, да доели падаль — к погибшим пассажирам, подобрать другого слова Алекс, даже мысленно, не смог.

Ну, тем лучше. Есть шанс, что они либо сдохнут совсем, либо уйдут в поисках еды, либо Алекс сумеет от них убежать. Хотя Ленка вот не сумела, видимо твари начинают шевелиться активнее, когда замечают добычу, а может быть девушку подвели каблуки…

Горло снова начало саднить. Может быть от острых чипсов, может от того, что не пил долго, да и в голове как-то неприятно зашумело. Алекс выхлебал остатки воды, и медленно, неторопливо, и стараясь не шуметь, пошел вдоль вагона, заглядывая в каждое купе, и проверяя чемоданы. Нужна была вода, еда, алкоголь тоже может пригодиться, анальгин или другие таблетки от головы не помешали бы, пить таблетки рыжего, Алекс не будет, головную боль перетерпеть все же можно. Еще хорошо бы обзавестись чем-то, что сойдет в качестве оружия — нож, увесистая труба, или еще что-нибудь подобное.

Через пару часов, так и не найдя ничего полезного кроме двух неполных полторашек воды и банки с оливками, Алекс решил рискнуть и пробраться в соседний вагон. Глядя сквозь стекло тамбура, он не заметил какого-либо шевеления, поэтому предположил, что если кто-то в вагонах и был, то на Ленкины вопли они выбрались на улицу.

Убрав свой самодельный засов, сделанный из поручня, Алекс ухватил его на манер дубины, и медленно открыв дверь, сделал шаг в соседний вагон. Медленно прошел до конца, перешагивая через останки пассажиров, и не встретив ни одного зомби. Стараясь не шуметь закрыл распахнутую дверь, и зафиксировал ее трубой.

— Отлично — Алекс шепотом похвалил сам себя — жизненное пространство малость расширено. Найти бы тут что-нибудь съестное…

Присовокупить к своим владениям еще один вагон, не получилось — Алекс увидел сквозь стекло зомбарей, которые ползали по полу, обсасывая кости пассажиров. Стараясь не делать резких движений, медленно и плавно закрыл жалюзи на окне, запертой двери, отступил назад. Выдохнул.

Рыжий подошел сзади, и тихонько заворчал, привлекая внимание. Алекс погладил пса, по макушке, и развернувшись двинулся вдоль вагона, заглядывая в каждое купе и потроша чемоданы. Рыжий брел следом, периодически обнюхивая кости с клочьями мяса, оставшиеся от пассажиров.

— Не вздумай съесть — рявкнул Алекс на собаку — а то еще во вкус войдешь и меня сожрешь в голодные годы…

Пес не ответил, но его хозяина это особо не волновало. Продолжая болтать сам с собой и с собакой, Алекс прочесал вагон, и ему даже удалось найти пакет с леденцами. Не бог весть что, но тоже неплохо, сахар это прямо таки кладезь энергии.

Ситуацию осложняло то, что действовать приходилось очень медленно и неторопливо, чтобы не шуметь и не привлекать внимание зомби. На вагон, который имея возможность работать без оглядки на шум, можно было прочесать за полчаса, понадобилось часа два не меньше.

Больше ничего полезного не нашлось, Алекс сквозь щель в жалюзи выглянул в окно, и убедившись, что зомби все еще неторопливо бродят по улице, а некоторые даже просто стоят, слегка покачиваясь, успокоился. Ему показалось, что пара зомбарей все же куда-то исчезла, возможно тоже забрались в вагоны в поисках необглоданных останков. Шуметь не стоит, и хорошо бы выбросить остатки тел из вагона, но при мысли о том, что придется собирать разорванные куски трупов, к горлу сразу же подступил комок тошноты.

Решив, что решать проблемы стоит по мере их поступления, Алекс осмотрел оба принадлежащих ему вагона в поисках места чтобы немного поспать. Удивительно, но спать хотелось ужасно, хотя вроде спал недавно. Шума он почти не производил, зомби в вагон не ломились, так что был шанс, что получится поспать без происшествий.

Голова болеть не прекращала, мысли путались, но Алекс надеялся, что когда поспит, ему станет полегче. Выбрав наименее захламленное купе, в котором не было ни следов крови, ни останков пассажиров, Алекс устроился на полке, и помог Рыжему забраться на соседнюю.

— Спокойной ночи собака — пробормотал Алекс проваливаясь в сон — разбуди если что.

Глава 10

Проснулся Алекс от лая собаки. Рыжий выглядывал в окно и громко лаял, глядя в одну точку. Наверное увидел, что-то интересное.

— Фу. Перестань! Тихо ты! — Резко вскочил Алекс, отчего голову пронзила вспышка боли — да на кого ты там лаешь?

Покачиваясь, подбежал к окну. Выглянул, в поисках того кто привлек внимание пса. Одновременно с этим, уловил тихие хлопки, и металлический лязг. Опыта в таких делах у Алекса не было, но он почему-то сразу сообразил, что кто-то стреляет из оружия с глушителем. Частота хлопков, и лязга металла, намекали на то, что оружие автоматическое — очень уж это было похоже на длинные очереди.

Еще одна длинная очередь подсказала в какую сторону следует смотреть, и Алекс наконец увидел стреляющего. Человек в камуфляже, стоял в полусотне метров от поезда и немного правее, увидеть его Алекс смог только прижавшись лбом к самому стеклу. Стрелок поливал длинными очередями группу зомби, которые торопливо, но бестолоково пытались до него добраться, только получалось у него это не очень хорошо. Алекс издалека видел как подпрыгивает в руках стрелка автомат, и как ствол мотает из стороны в сторону.

Длинная очередь на весь магазин свалила с ног пару последних тварей, из той пятерки, что первыми бросились на стрелка, но из вагонов слева от Алекса выскочили несколько тварей, которые видимо копались внутри в поисках останков. Стрелок принялся перезаряжать оружие, роняя на землю какие-то предметы из разгрузки, видимо магазины, и Алекс понял, что от десятка тварей выскочивших из вагонов, стрелок точно не отобьется, похоже с ним что-то не в порядке — он так и не успел перезарядиться.

— Черт! — Алекс повернул голову влево, окинув взглядом бегущих зомби. Те пробежали уже три вагона, и сейчас были вагонах в шести от Алекса. Стрелок же, был вагонах в пяти правее, шансы добежать до него быстрее чем зомби, у Алекса были, так что он резко рванул за ручку аварийного открытия окна. Стекла в этих вагонах были сплошными, окна не открывались, единственный способ их открыть был только вот таким — при рывке аварийного рычага, фиксаторы сдвигались, и стекло одним сплошным листом, банально выпадало из посадочного места. Закрыть окно теперь будет нельзя. Толкнув рукой пласт стекла, Алекс вытолкнул его наружу, и выскочил из окна.

Рухнул на землю, вскочил, оглянулся и увидев приближающихся тварей, рванул, что было сил, к стрелку, не обращая внимания на боль в правом колене. До стрелка добежал за пяток секунд, оторвавшись от не столь уж быстрых зомбаков, выхватил из трясущихся рук стрелка непривычного вида автомат, с необычно толстым стволом, подхватил с земли один из магазинов, вставил, услышав щелчок, вскинул оружие, прижал к плечу приклад, рванул за спусковой крючок… Оружие молчало. Запоздало вспомнив эпизод из какого-то фильма, Алекс ухватился за ручку на боку автомата, потянул до конца, резко отпустил. Затвор клацнул.

Пользоваться оружием Алекс не умел, но куда надо нажимать примерно представлял, да и с какой стороны вылетают пули тоже знал. Первый зомби был уже метрах в пяти, когда Алекс навел на него ствол автомата и спустил курок.

Длинная очередь прочертила на теле твари кровавую полоску, несколько пуль перечеркнули зомбака наискосок от брюха к плечу. Зомби упал, а Алекс уже переводил ствол автомата на следующих тварей. Короткая очередь. Мимо. Еще одна, и еще. Зомби упал, вслед за ним рухнул второй. Еще один приблизился почти вплотную, но получив очередь в брюхо свалился на землю, суча ногами.

Автомат щелкнул, затвор замер в крайнем положении, выстрелов не было — патроны кончились. Алекс рванулся в сторону, перекатом уходя от неуклюже бегущего на него зомби, и тот, пробежав несколько метров, свалился на землю с пробитой головой — несколько хлопков и звон автоматики подсказали Алексу, что у стрелка кроме автомата есть еще и пистолет, тоже с глушителем.

Еще несколько хлопков, и ближайший зомби упал, получив пулю ногу, но продолжил двигаться вперед ползком. Алекс подхватил с земли еще один магазин, потратил секунду чтобы понять как вытащить пустой, загнал на его место полный, и почти в упор полоснул длинной очередью по группе зомбаков, уже тянущих к нему руки. Твари получив по солидной порции свинца, все же на месте не замерли, инерция никуда не делась. Зомби, мертвой тушей врезался в Алекса и сбил его с ног. Автомат отлетел непонятно куда, а Алекс пытался выбраться из под туши зомби, который так и остался лежать, не двигаясь, но мешая быстро подняться.

Сбросив с себя тело Алекс вскочил на ноги, но последняя тварь уже была близко и тянула к нему свои лапы, а автомат валялся непонятно где. Алекс уже успел проститься с жизнью, приготовившись драться с мертвяком в рукопашную, как тот вдруг рухнул на землю — рыжий каким-то образом вылез через окно вслед за хозяином, и успел к шапочному разбору, напав на последнюю тварь со спины и свалив ее на землю.

Пес рычал и пятился, не выпуская из пасти ногу зомбака. Тот волочился на брюхе, протягивая руки к Алексу — в пустую башку не пришла здравая мысль сначала разобраться с собакой.

Алекс огляделся по сторонам, увидел в стороне автомат, подхватил его с земли, и выпустил в тварь почти в упор, остаток магазина.

Окинув взглядом поле боя, Алекс заметил, что некоторые твари еще шевелятся и пытаются подняться, видимо получили лишь несерьезные ранения. На ватных ногах, удивляясь тому, что его еще не жрут твари, Алекс подошел к стрелку, и вытащил у него из разгрузки магазин. Руки у того дрожали, да и не только руки, корчило мужика всерьез, так что Алекс резонно предположил, что лучше уж добиванием тварей займется он.

Переходя от одной твари к другой, Алекс всаживал в голову каждой по одной пуле, независимо от того шевелился зомби или нет. Закончив с тварями, он вернулся к стрелку. Тот поняв, что смерть откладывается, сел там где стоял, и теперь роняя патроны, пытался перезарядить пистолет.

— Мужик ты как? — Алекс подошел к стрелку — живой?

— Пока да — ответил тот — но если в скором времени не получу живца, мне конец. Споровое голодание далеко зашло…

— Ты о чем? Ранен? Что с тобой — Алекс перекинул руку мужика через плечо и попробовал поставить его на ноги — чем помочь? Ты понимаешь, что тут происходит?

— Ты новенький. Я сразу понял, что перезагрузка была, на черноте пережидал… Поезд тут в первый раз, уже сколько по этому кластеру ходил, ни разу перезагрузки не видел, глючный он.

— Давай-ка мы тебя в больничку доставим — Алекс потащил едва бредущего мужика к голове поезда, туда где док оборудовал себе лазарет, в надежде, что какие-то медикаменты там еще остались.

— Нет — заплетающимся языком пробормотал стрелок — живец нужен. У меня был запас, но подстрелили сволочи, кончился. Я перезагрузку переждал, сюда пошел… Риск конечно, но если бы завалил не пустого зараженного, был шанс выжить, остался бы на месте, помер бы точно…

— Мужик ты бредишь, сейчас мы тебя подлатаем, только понять бы, что с тобой не так.

— Ты новенький. Не понимаешь еще. Ты попал мужик — стрелок улыбнулся — это другой мир, СТИКС, как мы его называем, или улей. Возьми мой нож, и вскрой затылки у мертвых тварей. У них там что-то вроде большой бородавки — споровый мешок. Если повезет, то может хоть в одном попадется споран. Твари совсем слабые, но должно же мне хоть раз повезти.

— Что за бред! — Алекс посадил мужика на землю, у вагона, и принялся осматривать, пытаясь понять куда его ранило.

— Да ты посмотри на тварей, посмотри на затылок, увидишь сам. Мне нужен живец. Живец делают из споранов, спораны в затылках тварей. Вскрой голову одному сам увидишь, что я говорю правду… Черт! Чувак! Как вы скреббера-то грохнуть умудрились?

Алекс, посадил мужика на землю неподалеку от мертвого инопланетянина, отстегнул у него с пояса ножны с ножом, и направился к дохлым зомбакам, хоть и понимал, что это полный бред. Перевернул ближайшего зомби, и действительно увидел у того на затылке шишку. Выглядела эта штука странно, словно кто-то обтянул половину чесночной головки кожей, и приклеил на затылок. Едва сдерживая рвотные позывы, Алекс вскрыл нарост ножом, и с ужасом увидел, что тот забит темной спутанной массой, похожей на пыльный клок паутины.

— Черт! — Алекс уселся на землю, рядом с трупом, и машинально погладил пса, который оказался рядом — видимо МЧС мы не дождемся. Что за хрень тут происходит?

Глава 11

— Это что-то вроде параллельного мира — рассказывал Стрелок, оказалось, что это было кличкой мужика. Алекс тщательно перебирал спутанные нити, похожие на извалявшуюся в пыли паутину, вынутые из затылков зараженных.

Вооружившись ножом и пустым пакетом, Алекс вскрыл головы всем мертвым тварям, один раз все же проблевавшись, выковырял и собрал паутину, а затем притащил ее к едва живому Стрелку, опасаясь, что не поймет, что именно из этой дряни ему надо.

Пока он бродил вырезая из затылков тварей непонятную мерзость, из перевернутого вагона выползла еще одна тварь — видимо выбраться сразу у нее не получилось, вагон был перевернут на бок. Залезть-то монстр залез, а как выбраться обратно не понял, потому и ломился сквозь закаленное стекло. В конце концов он его все же пробил, вырвавшись на свободу, и не таскай Алекс с собой автомат, тут бы ему конец и пришел.

Это был не просто зомби, а какой-то странный урод — деформированная фигура, удлиненные руки, бугры мышц, видимо этот мутант еще при жизни был качком… впрочем отвисшие ниже колен руки, это не объясняло. На очередь из «вала» (оказалось, что автомат называется именно так) в грудь, он почти не отреагировал, и только сумев попасть в башку, Алекс успокоил монстра. Именно на него у Стрелка и была надежда, этот зараженный, как он их называл, был рангом повыше остальных, и у него в башке с большой долей вероятности могли быть спораны.

— Ну чего там? — спросил стрелок.

Пока Алекс перебирал спутанную мерзость, Стрелок открутил с пистолета глушитель, и пытался трясущимися руками что-то с ним делать, может чистить, может смазывать, но так и не сумев обуздать живущие собственной жизнью руки, Стрелок бросил это дело, даже глушитель навинтить не смог.

— Что-то есть, вот смотри — Алекс показал маленький плотный шарик, коих среди спутанных нитей паутины, вынутых из башки страшной твари оказалось целых четыре штуки, и стрелок радостно закивал.

— Да. Да! Оно! Теперь водка нужна. Алкоголь тут есть? В водку бросишь споран, дождешься пока растворится, и добавшь воды. Слушай внимательно, если вдруг я вырублюсь, просто зальешь мне в пасть немного, глядишь поможет… Так что запоминай. Когда споран растворится, добавь воды, чтоб не чистую водяру глушить, и полученный раствор профильтруй через тряпку какую-нибудь. На тряпке останутся хлопья — их выбросишь. Нам нужна только жидкость. Давай, живее, чувствую капец мне приходит. Поторапливайся.

Алекс забрался в вагон, достал из чемодана маленькую бутылочку водки, смешал с минералкой, бросил туда споран. Запоздало вспомнил, что сначала надо было растворить в водке шарик, а потом уже разбавлять раствор, но Стрелок сказал, что споран растворится и так, просто времени уйдет больше.

Пока шарик растворялся, неторопливо пуская пузыри, и какие-то темные хлопья, Стрелок объяснял, что вообще произошло, и продолжает происходить вокруг.

— Так вот — продолжил он — мы толком не знаем, что это за процесс такой, телепортация, или дублирование, теорий много, но факт остается фактом. Ты сейчас в другом мире, который состоит из кусочков, наших старых миров, в которых мы жили раньше, словно мозайка.

Каждый такой кусочек мозайки мы называем кластером, они могут быть как стандартными, так и стабильными. Еще бывают мертвые кластеры, и глючные. Вот как этот например. Стандартные кластеры с определенным периодом перезагружаются, благодаря им мы и выживаем тут — с ними в улей прилетают продукты, оружие, и все необходимое. Вот представь есть небольшой район, с домами, жильцами, магазинами. Появляется он в стиксе, люди разбегаются, магазины грабятся, дома горят… Проходит неделя, и этот же район обновляется — все вокруг заволакивает вонючим туманом, а когда он рассеивается, на этом же месте, снова появляется этот же район — целые дома, новые или может быть те же самые, люди, снова набитые товарами магазины. Понимаешь? Словно перезапуск, восстановление из бэкапа. Мы это называем перезагрузкой.

— Так что — спросил Алекс понимая какой бред он несет — одна и та же местность постоянно обновляется? Это как? При попадании сюда она сохраняется что-ли? Квиксэйв? Как в игре?

— Нет, думаю тут другое, потому что иногда бывают отличия. Бывает мелкие, но бывает, что и серьезные. Например в одном случае может загрузиться домик с красными занавесками на окнах, а в другом случае — с зелеными. Дом будет тот же, люди будут теми же, даже в холодильнике будут те же самые продукты, но вот занавески окажутся другого цвета. Думаю, что с каждой перезагрузкой, местность переносится заново. Есть теория, что каждый раз перезагрузка тащит сюда кусок из нового мира. Параллельного. Каждый раз другого. И судя по всему она ближе всех к правде.

— Бред!

— Согласен. Бред. Но все так и есть. Помимо стандартных кластеров есть стабы — стабильные кластеры. Те которые не перезагружаются, или перезагружаются так редко, что никто не помнит когда это в последний раз было. На таких кластерах можно жить — строить поселки, схроны и так далее. Можно спать, не боясь, что в любой момент можешь перезагрузиться. Мертвые кластеры, это кластеры покрытые чернотой. Никто не знает, что это за дерьмо, но все на этих кластерах умирает.

— А глючные? — подал голос Алекс.

— Глючные, это кластеры типа этого, на котором мы с тобой сейчас сидим. Он может месяцами не перезагружаться, а потом как пойдет грузиться раз за разом, с интервалом в пару дней. Этот кластер вообще интересный, он очень узкий, всего-то километр-два, но зато в длину километров триста, и с двух сторон зажат чернотой, мертвые кластеры по обе стороны. Этот кластер словно мост по черноте.

— Понятно. А зомби тут откуда?

— Зомби это такие же как ты, те кто с перезагрузками прилетает, большая часть из них превращается вот в таких тварей. Нормальным остается разве что один-два из сотни. Мы таких иммунными называем. Они, мы то есть, остаемся нормальными, да еще и какой-то полезный дар от улья получаем, я вот например, получил дар метко стрелять — со ста метров мухе в глаз попадаю, хоть из пистолета, хоть из рогатки…

— Ага — усмехнулся Алекс — по тебе видно, весь магазин высадить и не попасть ни разу.

— Это из за спорового голодания — отмахнулся Стрелок — все имунные должны до конца жизни пить живец, вот эту самую настойку из споранов. А меня подстрелили, на регенерацию много сил ушло и живца, так что сейчас у меня своего рода наркотическая ломка. Как там споран кстати? Растворился?

— Нет еще.

— Блин, водяра хреновая видимо. Все же надо было в чистой растворить, а потом воды долить, ну да хрен с ним, бывает… Черт, скорее бы, а то из-за спорового голодания, даже думать трудно.

— Ну, уж как вышло.

— Хреново, но все равно, живец не зря так называют, живец это жизнь, это самое первое чему тут новичков учат, без этого знания не выжить, а новичкам принято помогать.

— Откуда вообще такая традиция? Каждый новый человек это все же конкурент и он опасным может быть, да и кто знает, что за человек. Вдруг я маньяк, убийца, зоо-некро-педофил, или еще чего похуже — депутат к примеру? Может меня вальнуть проще.

— Может и так — согласился Стрелок — но у нас в прошлое лезть не принято. Прошлое осталось в прошлом, тут у нас новая жизнь… Да и Улей не любит когда вред новичкам причиняют.

— Ты так говоришь, как будто этот ваш улей живой и разумный.

— А так и есть. Улей живой, он все понимает и может как наказать так и наградить. Вот смотри — разговорился Стрелок — нарвались мы с ребятами (я не один по кластерам хожу, у нас команда была) на нолдов, на том краю этого кластера, это и везение и невезение одновременно. Везением было бы, если бы мы их завалили. Это такая редкая разновидность внешников, они приходят из миров, которые далеко вперед ушли от нас в развитии. Если таких сумел вальнуть, то можно очень интересно прибарахлиться… А мы вот набрели на сильную группу нолдов.

Они нас раскатали под орех, все полегли, вся команда, а там ведь серьезные люди были. И с хорошим боевым опытом, и с хорошими умениями, но нас порвали как последних лохов. Все полегли, а я нет. Потому что человек я хороший, и улей это знает. Я в отличии от остальных наших ребят, никогда и никому дерьма не делал. Даже с пустышками никогда… а это чем-то совсем уж плохим даже не считается. Так вот, улей и решил мне помочь. Мало того, что снайпер нолдовский промазал, а у них такие пушки, что промазать сложнее чем попасть… Ну так вот, мало того, что он промазал, и не убил, а ранил, так и я нескольким внешникам промеж глаз пули уложить сумел.

Все равно завалили бы, конечно, но я на черноту ушел. Они за мной не пошли, у этих оружие электромагнитное, да и куча других электронных приблуд, шаг на черноту и все. Любая электроника там дохнет. Вот и не достали. Но сволочи злопамятные оказались. Гнали меня по черноте как козу, целую неделю, видать обиделись за своих, и всерьез яйца мне отрезать решили, черт их знает. Я не мог вглубь черноты идти, долго там хрен протянешь, я вдоль «моста» шел. Периодически удавалось от них оторваться и передохнуть немного на мосту. Несколько часов на черноте, несколько часов на кластере… Но надолго не оставляли, сволочи, как-то находили, видать хитрые какие-то штуки при себе имели, отслеживали. Я не спал вообще за неделю, ты представляешь? А они судя по всему останавливались на сон или на отдых, вот за счет этого и удавалось от них оторваться и на кластер выйти, хоть немного от черноты отдохнуть. Живчик ушел влет…

Живец кончился, рана беспокоила, сдох бы я. Не внешники, так чернота убила бы, но тут перезагрузка. Они свинтили, хрен знает куда, может мост пересекли, может тоже на черноте перезагрузку переждали, в любом случае, я от них отделался. Если ушли на черноту, то теперь они без оружия. Если как-то сумели меня опередить и вперед вырваться, свалили с моста, то тут уж я их обойти сумею… Видишь, улей сам помог. Хрен знает сколько кластер не перезагружался, а тут вот перезагрузился, да не просто перезагрузился, а впервые кто-то на нем оказался. Твари набежали, а они обычно, так сразу сюда не рвутся, привыкли уже. Кластер всегда пустым появлялся, что им тут делать? Да и к трупу скреббера не приблизились бы — боятся, да и ты тут. Не будь тебя, сожрали бы меня, не будь тут меня — сожрали бы тебя. Не будь тварей, я бы сдох без живца. Ты видишь как все сошлось? Хоть что-то выпало бы из цепочки и все — амба. Всем капец. И мне и тебе… Улей все видит.

Он сам меня к тебе пригнал, тебя ко мне, и тварей к нам… Без них никак, все полезности из них добываются. Да еще и скреббера нам подогнал… Кстати, как вы скреббера-то грохнули? Ты так и не сказал.

— Ты про инопланетянина? Или что это вообще за дерьмо?

— Самая страшная тварь улья. Но и самая прибыльная. Чем круче тварюга, тем больше полезности с нее собрать можно. Высокоуровневые зараженные в головах иной раз таскают жемчуг — красный или черный. Очень дорогая штука, позволяет открыть новую, или усилить имеющуюся способность. Правда и побочные эффекты тоже есть, но вот в скреббере есть белый жемчуг, а уж это вообще всем ценностям ценность… Так как грохнули то?

— Поездом сбили.

— Круть! На них танковой колонной выходят, а вы его поездом сбили… Такая тварь от ракеты увернуться может, как он под поезд попасть умудрился?

— Ну мы ехали под триста наверное, на момент столкновения, а это как ни крути, сто метров в секунду почти.

— Херня для скреббера, мог бы увернуться, но говорю же, улей нам благоволит. Может подранен был, а может это вид такой — они же разных видов бывают — который не быстрый совсем, а чем-то другим берет. Черт его знает, но улей для нас расстарался. Может меня любит, может тебя… Слышь, пока споран растворяется, добудь монтировку да попробуй вскрыть броню. Где-то в районе головы должен быть споровый мешок, там может быть жемчуг, а еще янтарь. Спек мы в полевых условиях не сделаем, но даже если его просто в живец добавить, уже польза будет, я за пару дней на ноги встану.

— Спек? — переспросил Алекс — это что такое?

— Стимулятор ну и наркота, делают из паутины высокоуровневых тварей, вот у наших зомбаков она темная, а у высокоуровневых оранжевая или красная. А у скреббера вообще говорят как-то по-другому выглядит, я не видел правда ни разу, но на таком спеке даже кусок мяса жить сможет.

Алекс взболтнул бутылку с почти растворившимся шариком, и забрался в вагон, у Дока точно была монтировка, а где он ее мог оставить? Только в своей больничке. Так и оказалось. Монтажка валялась в маленьком купе проводников, которое Док выбрал для себя. Забрав железку с собой, Алекс выбрался из вагона и подошел к инопланетянину, скребберу, как называл его Стрелок.

Как ни странно, но мощные бронеплиты, отрывались необычно легко. Мертвая тварь словно бы линяла — стоило только подцепиться пластину монтажкой и потянуть как следует, она с легким треском отрывалась. Расковыряв дыру в броне, Алекс вскрыл шкуру твари, которая неожиданно легко поддалась ножу, и залез руками в тушу.

К тому моменту когда споран полностью растворился, Алекс сумел выковырять из туши твари нечто похожее на очищенный мандарин, размером с футбольный мяч.

— Давай вскрывай только аккуратно — голос Стрелка дрожал от возбуждения — аккуратно, это оранжевое дерьмо побереги, это янтарь. В живец его сразу, чуть-чуть…

Алекс встряхнул бутылку с жидкостью, сразу ставшей оранжевой, по совету Стрелка, побродил по вагону нашел еще одну бутылку, пустую, пластиковую. Разрезал ее пополам, перевернув вверх ногами, вставил верхнюю часть, ту, что с горлышком, в нижнюю, получив что-то вроде воронки внутри стакана, застелил воронку тряпкой, и налил в нее живец. Жидкость начала потихоньку просачиваться в нижнюю часть бутылки, оставляя на тряпке бурые хлопья, Алекс же, полез в споровый мешок скреббера.

— Ну чего там? Есть что-то? — нервничал стрелок — жемчуг есть?

— Да! — кивнул Алекс — нашел.

— Сколько? Они правда белые?

— Да. Белые. Две — Алекс показал на ладони два небольших белых шарика — живец отфильтровался, потерпи, щас помогу, а то ты сам расплескаешь больше чем выпьешь. Сжав белые шарики в кулаке, Алекс вынул тряпку с хлопьями, и непослушными пальцами — начались какие-то странные мелкие судороги, это при том, что в голове продолжало звенеть — перелил отфильтрованную жидкость из разрезанной полторашки, обратно в стеклянную бутылку. На тряпке остались неопрятные хлопья, а в бутылке остался чуть мутноватый раствор.

— Две — мечтательно протянул Стрелок — сам улей их нам послал. Понимаешь? Улей так решил. Одна мне, одна тебе, теперь можешь не бояться, что зомбаком станешь, если ее съесть, пока не обратился, то белая жемчужина тебя иммунным сделает. Ты посмотри как улей распорядился. Сам бы не поверил. Вот смотри, если бы у меня остался живчик, или если бы меня не подстрелили, фиг бы я сюда пошел, и не получил бы жемчужину. А ты в этом случае просто сдох бы — Стрелок запинался, и бормотал словно в бреду — Я мог бы тебе не говорить, я бы и на обычном живце на ноги быстро встал, даже без янтаря, а про скреббера промолчать, или сказать, что этот жемчуг не дорогой совсем, но я сказал как есть. Видишь улей решил, что это правильно… Если бы соврал, там наверное вообще жемчуга не было бы, или если бы думал соврать. Улей так решил, видишь, это правильно, одна мне, одна тебе…

— Слушай — подал голос Алекс — а как животные? Тоже обращаются или нет?

— Хищники да — кивнул Стрелок — те, что покрупнее. Если меньше двадцати — тридцати килограмм, то вроде бы не превращаются, а все, что больше, запросто. Слыхал я как-то про зомбомедведей, такие твари из них вырастают, что просто жуть берет. Медведи то, мяско уважают… Что там с живцом? Совсем уже невмоготу. Тащи как есть, даже не отфильтрованный выпью, не убьет он меня.

— Знаешь — Алекс повернулся к Стрелку, и перевернул бутылочку с живцом, выливая ее на землю — я передумал. Мне нужны две жемчужины. Мне и Рыжему.

— Стой! — заорал Стрелок — ты что творишь! Перестань!

Стрелок дергаясь в конвульсиях попытался встать, но у него не получилось, свалившись на землю, он пополз в сторону Алекса, дергаясь в судорогах и не сводя глаз с бутылочки, из которой тонкой струйкой вытекал живец.

— Хрен с тобой! — заорал Стрелок — Забирай себе жемчуг. Дай мне живец. Не нужна мне жемчужина, живец дай… Я же подохну…

— Извини, но я думаю, что ты не простишь мне белую жемчужину — Алекс, вылив остатки живчика, размахнулся и запустил подальше пустую бутылку — как только ты встанешь на ноги, или просто уймешь тремор в руках, ты, скорее всего меня убьешь. Я не могу так рисковать.

— Сука! — Заорал Стрелок царапая себя за бок непослушными руками — Сволочь! Я тебя спас!

— И я тебе за это благодарен, честное слово, но скорее всего улей любит все же не тебя, а меня, либо у него очень своеобразное чувство юмора — Алекс забросил белую жемчужину в рот и проглотил ее. Затем подозвал пса, ухватил его за морду, разжимая челюсти, положил вторую жемчужину на язык собаке, и закрыв псу пасть, придержал морду, заставив Рыжуна проглотить белый шарик. Пес, привыкший в последнее время глотать таблетки, отнесся к процедуре равнодушно.

— Ты чего делаешь? — удивился Алекс глядя на Стрелка, который с трудом достав пистолет, целился куда-то вверх — знаешь, в твоем нынешнем состоянии, ты не попадешь даже в небо.

Грохнул выстрел — глушитель Стрелок на место так и не поставил — затем еще один, и еще. Выстреляв в белый свет как в копеечку всю обойму, Стрелок бросил пистолет на землю и засмеялся.

— Ну и зачем? — Алекс подобрал пистолет, и засунул его себе за ремень — полегчало?

— Да — кивнул Стрелок, пуская изо рта пену — твари услышат… Они сбегаются на выстрелы, если без гшлу… глшу… кхе-кхе если без глушителя палить… Тебе придется отсюда уйти…

— Я и так собирался уходить — пожал плечами Алекс.

— Это для гарантии — едва слышно пробормотал Стрелок — теперь ты точно уйдешь и не дождешься перезагрузки. Ты не попадешь обратно… А если не уйдешь тебя твари сожрут.

— Что ты сказал? — Алекс метнувшись к Стрелку ухватил того за шиворот, и встряхнул — на перезагрузке можно попасть домой?

— Ты не попадешь — то-ли закашлялся, то-ли захохотал Стрелок — перезагрузка будет через сутки-двое, твари тебя достанут, столько ты у них под носом не просидишь.

— Вот гад — Алекс потыкал пальцем Стрелка в щеку — вырубился. Или в кому впал, хрен его знает. А ведь это логично — если при перезагрузке все исчезает, то оно же должно куда-то деваться? Но с другой стороны, почему тогда все местные не улетели на перезагрузке обратно? Ладно, потом буду думать.

Алекс вернулся к пакету с паутиной и принялся перебирать ее дальше, нашел еще несколько споранов, и несколько штуковин чуть побольше, не спораны, но и не жемчужины. Непонятное что-то, но скорее всего полезное. Положил их в карман. Поднялся, проверил патроны в магазине автомата, проверил труп Стрелка на предмет патронов и чего-то полезного. В подсумке нашел банку тушенки.

— Живем! — радостно потряс Алекс жестянкой — это не чипсы и не леденцы, наконец-то пожрем нормально… Чего смотришь так укоризненно? Не переживай, угощу я тебя тушняком. Или ты из-за живчика?

Алекс потрепал пса по загривку, и вспомнив, что у собаки режим, принялся рыться по карманам в поисках таблеток. Заставив пса проглотить лекарство, он продолжил.

— Да, живец я вылил зря, надо было оставить, но я боялся, что этот гад меня все же разжалобит, уговорит или как-то до живца доберется. Все злодеи в кино палились именно на этом — оставляли герою шанс. А этот, даже если очнется, то шансов у него нет — оружие я забрал, живца больше не осталось, да и алкоголя нет чтобы приготовить. Самим нам живчик не понадобится, мы скоро будем дома. Подальше от этого места с зомбаками и гигантскими бронированными тараканами.

Голова у Алекса уже не болела, и сознание прояснилось, но он все равно продолжал болтать с псом, не столько для пса, сколько для себя. Когда он проговаривал свои мысли в слух, ему казалось, что они становятся более структурированными и упорядоченными, и думать такие мысли становится немного проще.

Вскрыв ножом жестянку, Алекс разделил содержимое пополам — часть насыпал кучкой на землю, для собаки, остальное принялся есть сам. Не сказать чтобы еды было много — банка была маленькой, размером с баночку сгущенки, сколько там было? Грамм двести наверное? Но в последние дни он вообще питался чем попало, так что тушенке был рад.

— Итак — раздумывал Алекс — Стрелок выстрелил несколько раз без глушителя. Придут на звуки твари или нет, неизвестно, но лучше приготовиться. Забаррикадироваться в вагоне, с водой, едой и оружием. Занавесить все окна, надежно запереть все двери, если повезет, то твари вообще не придут и удастся дождаться перезагрузки. Если не повезет и твари все же прибегут, то пробраться сквозь надежно запертые двери и баррикады они смогут не скоро, а может даже не заметят, что там кто-то есть. Кровью тут воняет изрядно, да и труп Стрелка смогут сожрать… Авось пронесет.

Глава 12

Сумерки подсвечивали все вокруг красными бликами. Длинные тени тянулись от деревьев, словно руки со скрюченными пальцами. Казалось эти руки тянутся к поезду, хотят схватить, смять, разорвать, лишив человека с собакой, единственной защиты. От враждебного мира, населенного кровожадными тварями, Алекса и Рыжего отделяли только тонкие стены вагона, из алюминия и пластика.

Отсидеться, как и опасался Алекс, не получилось. После выстрелов Стрелка, прошло всего несколько часов, но видимо твари были голодными, а других звуков, которые могли бы отвлечь их, не было. Да и кластер, насколько понял со слов Стрелка Алекс, был очень узким и длинным, двигаться по сути можно было либо в одну, либо в другую сторону… Вот они и двинулись… Твари, которые заявились на этот раз, были намного активнее и шустрее, чем те зомби, которых не так давно Алекс и Стрелок перебили. Разве что тот, последний крепыш, был сравни этим.

Кроме того, эти зомбаки были не только быстрее и сильнее, самое главное, они были сообразительнее. Вычислить лежку Алекса и Рыжуна, для них не составило никакого труда. Едва они доели труп Стрелка, справившись с этим за считанные минуты, как тут же рассыпались вдоль всего поезда, и принялись заглядывать в вагоны, принюхиваясь и временами громко урча.

Вскоре им на глаза попался запертый вагон, тот самый в котором отсиживались человек с собакой, и неудивительно, что он мгновенно возбудил их нездоровый интерес. Как только им попался запертый вагон, монстры столпились вокруг него и начали урчать. Видимо принюхавшись и определив, что в вагоне кто-то есть, твари принялись ломиться в дверь, хорошо, что в окна ломиться было трудно — они были достаточно прочные, и располагались высоко над землей. С дверями было проще — внешние пневматические двери Алекс закрыть не смог, поэтому тварям нужно было только забраться в тамбур, и ломать внутренние двери, которые Алекс, как сумел, забаррикадировал.

Баррикада некоторое время держалась, помогало еще и то, что тамбур особо просторным не был, и монстры не могли сконцентрировать больших сил в тесноте, но когда на помощь зомбакам подтянулся какой-то крепыш, ростом метра под два с половиной, и массой на вид, под два центнера, дело пошло веселее. Как только бугай просунул башку в пролом, Алекс выпустил ему прямо в харю, едва ли не в упор половину магазина, превратив голову в кашу, и пока твари орали и бестолково пихали друг дружку, пытаясь перебраться через огромную тушу, человек и пес бросились наутек.

Твари ломились в двери, Алекс же, распахнул окно, и спустив рыжего вниз, выскочил сам. Пробежав метров пятьдесят до сошедших с рельс вагонов, один из которых торчал вертикально — именно с него док разглядывал окрестности, Алекс бросился в щель.

Вагон был грузовым, то есть без окон и дверей. Вместо обычной двери с тамбуром, у него была здоровенная и массивная, раздвижная дверь, почти ворота, шириной метра три. Видимо именно в этом вагоне Док и его разведчики обнаружили те самые три велосипеда, на которых пропавшие доморощенные разведчики, уехали в поисках обитаемых мест. Когда вагон стоял «на ногах» дверь каталась на подшипниках слева направо, к тому же, она видимо открывалась электромотором, но так как в данный момент вагон встал «на попа», дверь приходилось поднимать вверх. Причем в ручную и с огромным трудом. Алекс, когда готовил путь к отступлению, чудом не надорвавшись сумел ее совсем немного приподнять, и подпереть доской, оставив щель, в которую теперь и протискивался.

Прятаться в товарняке Алекс вообще-то не хотел — если в нем запереться, то выбраться наружу будет крайне сложно, тяжеленную створку надо будет сдвинуть вверх, и проверять получится ли сделать это изнутри вагона, Алексу не хотелось. Нет, он конечно понимал, что рано или поздно это все же получится, но предпочел оставить товарный вагон на самый крайний случай. Именно такой случай сейчас и наступил, теперь единственный вопрос, который беспокоил Алекса, это продержится ли вагон до перезагрузки, и каким богам следует молиться чтобы перезагрузка наступила как можно скорее.

Зомби уже поняли, что добыча удрала, и выскочив из пустого вагона, неслись к ним урча и подвывая. Алекс кое как протиснулся под створкой, и вдруг воротина захлопнулась, едва не придавив ему ногу!

Проклятый автомат зацепился за доску, которая подпирала створку ворот, и та выскочила, позволив створке захлопнуться. Обладая высоким уровнем врожденной черезжопности, Алекс слишком плохо зафиксировал воротину.

— Нет! — заорал Алекс услышав как заскулил снаружи пес, скребя лапами по металлу двери — Черт! Черт! Черт!

— Рыжий ко мне, не убегай! — Алекс с трудом просунул пальцы под воротину, буквально подкопавшись под нее, вцепился в створку и потянул со всех сил, пытаясь приподнять тяжеленную дверь, но у него ничего не выходило. Острая кромка впилась в пальцы, рванув посильнее, Алекс лишь порезал ладони, но приподнять створку двери удалось совсем на чуть-чуть, едва ли на ладонь. Он тут же просунул под воротину плашмя доску, которая подпирала ее до этого, зафиксировав дверь в таком положении, и Рыжий, поскуливая, просунул под дверь передние лапы и морду.

— Нет! Только не так! — Алекс сжал собачью лапу, которыми Рыжий скреб землю, пытаясь протиснуться к хозяину, но у пса ничего не получалось, а приближающаяся стая зомби, заставляла собаку поскуливать от страха.

— Только не так… — прошептал Алекс, пытаясь смириться с тем, что ему сейчас предстоит сделать, он уже все решил для себя, осталось только выполнить — жрать тебя живьем они не будут…

Звякнул затвор, ствол пистолета уперся в собачью морду, Алекс, уже слыша урчание тварей, покрепче сжал одной рукой собачью лапу, а указательной палец второй руки опустил на спусковой крючок… Закрыл глаза… Он медлил, тянул время. Разозлившись на самого себя из-за позорной слабости, Алекс покрепче стиснул пистолет, пачкая рукоять кровью из разодранной ладони.

— Так будет лучше — прошептал он — лучше пуля…

Грохнул выстрел, а мгновением позже, Алекса что-то ударило прямо в лицо. Он завалился на спину, мгновенно вскакивая и хватаясь за автомат, чтобы очередью встретить прорвавшуюся в вагон тварь, но никакой твари не было. Перед ним, поскуливая и поджав хвост стоял Рыжий!

— Черт возьми! Как? — Алекс не мог поверить, что пес каким-то образом оказался внутри вагона, через щель под дверью пролезть он просто физически не мог, но как же тогда… Когтистая рука просунувшаяся в щель и едва не ухватившая его за ногу, мгновенно прочистила голову от лишних мыслей. Вслед за первой рукой просунулись еще несколько, и принялись слепо шарить, пытаясь дотянуться до своей жертвы.

— Не прищемите пальцы — рявкнул Алекс, вырывая из-под створки деревяшку.

Тяжеленная воротина придавила десяток рук, сплющив и сломав кости. Твари заорали и затрепыхались, пытаясь вырваться. Застрявшие монстры мешали добраться до двери другим, и Алекс получил пару минут передышки, но как оказалось ненадолго.

Страшный удар встряхнул вагон. За ним еще один. Металлическая стенка прогнулась внутрь, многотонная конструкция покачнулась и заскрипела. Кто-то огромный и сильный пер напролом, не заморачиваясь с воротами и пытаясь пробить металлическую стенку вагона. Самым страшным в данной ситуации было то, что Алекс знал — у этого кого-то, все получится. Вагон долго не продержится.

Еще один сокрушительный удар, и стоящий торчком вагон покачнулся и скрежеща металлом, начал падать. Грохнуло. Алекс свалился навзничь, не успев сгруппироваться, и мощный удар выбил из него дух. Несколько секунд он лежал словно выброшенная на берег рыба, пытаясь вдохнуть, но потом все же сумел подняться и под грохот мощных ударов, и испуганное поскуливание Рыжего, побрел вдоль вагона, одной рукой придерживая автомат, а второй ухватившись за собачий ошейник.

На глаза попался какой-то ящик, размером метра два на полтора. Неизвестно что в нем перевозилось, но сейчас он был пуст и лежал на боку. Забравшись в него, и втиснувшись в самый дальний и темный угол, Алекс притянул к себе пса, и замер, направив ствол автомата наружу. Ощущения конечно не как в танке, скорее как в гробу, но за неимением лучшего…

Со страшным скрежетом, одна из металлических стенок вагона разошлась, и внутрь пробился луч света. Твари вскрыли товарняк словно консервную банку, и не переставая урчать, сплошным потоком рванули внутрь. Алекс покрепче прижал к себе пса, и свободной рукой, до боли стиснул рукоять автомата. Тварь просунула морду в ящик, Алекс нажал на спусковой крючок, но автомат промолчал. Выстрелы не гремели, отдача не вырывала оружие из рук, ничего не произошло. Осечка. Передернуть затвор и попробовать выстрелить еще раз он не успевал. Сейчас этот урод рванется вперед, и одним укусом располовинит человека, а вместе с ним и собаку, если Рыжуну не повезет.

Алекс закрыл глаза — та страхомудина, которая сунула свою хлеборезку в ящик, в котором спрятался он, вряд ли подохнет даже от очереди в лоб, в упор. Огромная башка, не менее огромная пасть. Таким хлебальником можно откусить от Алекса наверное половину. Стрелять в эту скотину из пистолета, или колоть ножом — просто смешно. Секунда тянулась за секундой, но чудовищные зубы все еще не отгрызли от Алекса кусок чего-нибудь нужного. Человек рискнул открыть глаза, и едва не заорал, удержав рвущийся наружу вопль, только каким-то чудом.

Тварь смотрела прямо на Алекса, но не нападала. Просунулась поглубже в ящик, и приблизила свою страшную харю почти в упор. Уродливые ноздри, трепетали, маленькие уши едва заметно подрагивали, желтые глаза ощупывали взглядом каждый угол. Тварь напрягала все свои органы чувств, в поисках затаившегося Алекса. Он же, сидел стараясь не двигаться, не дышать, даже не думать, и только крепче прижимал к себе собаку, обхватив пса одной рукой за шею, а второй сжимал собачью морду, не давая Рыжему залаять. Ноздри твари снова затрепетали, она принюхалась. Желтые зрачки метались из стороны в сторону, вот они замерли, уставившись на человека в упор, но Алекса монстр по-прежнему не видел.

Может быть у этой твари зрение устроено особым образом — успел подумать он — видит только движущиеся объекты, а на неподвижные не обращает внимания, но ведь обоняние должно работать! Так почему монстр их не замечает?

Огромная башка вылезла из ящика, и тварь прошла дальше, остальные метались по вагону, жутко рыча, гремя всяким хламом, который валялся тут и там, и периодически заглядывая в ящик, но Алекса и собаку никто из них не увидел. Пес не рычал, словно понимал, что малейший звук может их выдать, Алекс изо всех сил старался вжаться в стенку, стать как можно меньше, как можно незначительнее… Сердце бухало так, что казалось его можно услышать даже снаружи вагона, каждый удар отдавался грохотом в висках, казалось еще немного и он потеряет сознание, как вдруг, его ноздрей коснулся знакомый кислый запах.

Твари мгновенно сменив тональность урчания, заметались по вагону, пытаясь выбраться наружу. Самый огромный монстр, который едва не заставил Алекса обделаться со страху, прыгнул на стену вагона, впечатавшись в нее плечом. От чудовищного удара вагон покачнулся, а тварь врезалась в стенку еще раз, а за тем еще и еще. Пластик и металл не выдержали, стена вагона порвалась словно жестяная банка, и тварь протиснулась в пролом.

Остальные зомби, рванулись вслед за ней, оставляя на острых, рваных краях капли крови и лоскуты кожи, и вскоре один за другим выбрались из вагона. Наступила удивительная тишина, только серде бухало в ушах словно барабан. Алекс отпустил собаку и ухватился рукой за край ящика чтобы выбраться, но тут же едва не свалился на задницу, резко отдернув руку. Прямо на его глазах, его же собственная рука, словно проявлялась в воздухе, как изображение на полароидном снимке.

— Что за черт? — Алекс смотрел на свою руку, которая казалось была сделана из стекла, но постепенно она наливалась красками, цветом, становилась такой, какой и должна быть.

Бросив взгляд на пса, Алекс едва сдержался чтобы не выматериться вслух — рыжий пес больше не был рыжим. Точно так же как и рука Алекса, он казалось был сделан из удивительно чистого, прозрачного стекла, в сумерках вагона были видны только его контуры, но стеклянный пес быстро заполнялся цветами, возвращаясь к своему естественному виду. Стекло словно сползало с него, неопрятными кляксами. Тут и там проявлялись клочки рыжего цвета, и через несколько секунд, пес вернулся в свой нормальный вид — большая, лохматая, рыжая дворняга.

— Рыжун, что за дерьмо с нами случилось? — пробормотал Алекс выбираясь из ящика, впрочем не ожидая от собаки ответа.

Туман уже загустел, и растекся по округе, Алекс выбрался из вагона и осмотрелся, с удивлением наблюдая как в молочной пелене исчезают деревья и вагоны. Вот туман загустел настолько, что Алекс уже не мог видеть Рыжуна, а собственную руку, удавалось разглядеть лишь поднеся ее едва ли не к носу. Химическая вонь щекотала ноздри все сильнее, пес проявлял недовольство, но Алекс ничего поделать с этим не мог, а потому лишь крепче ухватил собаку за ошейник. Еще несколько мгновений, и кроме молочной мути, больше ничего не было видно.

Глава 13

Док сжимая в руке трубу поручня, выскочил из вагона. Навстречу бежал подросток с ополоумевшими глазами, следом, немного отстав, неслась девушка. Док их узнал, девушке он вправлял вывихнутую руку, а парень все время был рядом. Сейчас эти двое все же разделились, пацан бежал явно быстрее, девчонка отставала, а за ней гнался какой-то человек.

Первое, что отметил для себя Док, это то, что человек был голым. Рассмотреть его как следует не удавалось — двигался тот очень быстро и уже через пару мгновений оказался перед Доком.

Зарычав, человек бросился на старика, открыв рот и вытянув вперед руки, Док, размахнувшись, вломил безумцу трубой по корпусу, опрокинув психа на землю. Следом из кустов выскочил еще один, вслед за которым на поляну психи понеслись сплошным потоком. Свалив первого ударом в голову, Док бросился бежать.

Метнулся в сторону от махнувшего в его сторону руками психа, не останавливаясь огрел дубиной голого человека вцепившегося зубами в дико орущего мужика, в пиджаке проводника, перескочил через крепко сцепившихся пассажира и голого каннибала, валявшихся на земле, и размахнувшись, опустил трубу на голову очередного голыша, который обхватил руками маленькую девочку и куда-то тянул. Мать тянула дочь в другую сторону, не переставая орать, а когда псих упал, с проломленным черепом, понеслась куда-то в кусты, волоча ребенка за собой. Док бросился за ней, отмахнулся от еще одной твари, пробежал вперед, вслед за женщиной с ребенком, и к своему удивлению, внезапно выскочил из рощицы.

Деревья и кусты остались позади, рычащие и воющие психи тоже, вопли пассажиров, и даже хлопки выстрелов. Док замер, обернулся на рощицу, за которой остался поезд с пассажирами, снова посмотрел вслед убегающей женщине, и сплюнув, побежал за ней. В боку закололо уже метров через двести, все таки возраст берет свое.

— Стой дура — крикнул доктор убегающей женщине. Не слишком громко, повышать голос он опасался.

Женщина, то ли не расслышала, то ли просто проигнорировала, но продолжила бежать в том же направлении, и вскоре скрылась из виду в кромешной тьме. Док отдышался, перехватил поудобнее трубу, и двинулся вслед за женщиной, пытаясь разглядеть ее в темноте.

По ушам резанул, и тут же стих вопль, Док, сориентировавшись по звуку, побежал, споткнулся, растянувшись на земле, но вновь вскочил, и через несколько минут нашел беглянку, вот только было уже поздно — очередной голый псих, шумно чавкал, склонившись над неподвижными телами.

Услышав Дока, голый обернулся, и в неверном свете звезд, Док увидел крохотную детскую ручонку, торчащую из непропорционально раздутой пасти сумасшедшего. Псих смотрел на дока, не переставая пожевывать, Док смотрел на маленькую ручку… Крохотные пальчики вздрогнули, судорожно дернувшись, и Дока словно ударило молнией. Вдоль позвоночника прошел электрический разряд, на миг Доку почудилась в мертвой девочке его собственная внучка, возраст примерно совпадал, и от осознания того, что ручонку его внучки мог доедать сумасшедший людоед, старика переклинило.

Неизвестно откуда в дряхлом теле взялись силы, но Док, подвывая то ли от ужаса, то ли от ярости, одним прыжком преодолел разделяющие его и психа метры, и нанес удар в висок уродливой головы. Док бил и бил, поднимал и опускал кусок поручня, пока тот не помялся во множестве мест, теперь напоминая кочергу, а голова психа не превратилась в кровавое месиво из обломков костей и обрывков кожи. Хрипя и задыхаясь, не справляясь с одышкой, старик продолжал вбивать в землю размочаленную голову людоеда, пока при очередном взмахе, труба не выскользнула из скользких от крови пальцев. Док рухнул на колени, подмяв слабо трепыхавшийся труп, и ударил кулаком в то, что когда-то было головой.

Удар, еще удар… Док бил царапая руки о зубы, и обломки костей, впивался пальцами в оставшиеся от головы урода лохмотья, вырывая целые клочья, пока вдруг не увидел, что сжимает в руке оторванную детскую руку, видимо она так и торчала в пасти… Док заорал, отшатнулся от трупа, упал на землю и его стошнило. Старик уже пару дней не ел нормально, а весь предыдущий день пил. Желудок сжимало спазмами, Док блевал, полз, стараясь отдалиться от трупов…

— Да что же здесь происходит — с трудом переводя дыхание пробормотал Док — что здесь происходит?

Дальше все происходило словно в тумане. Док полз, потом брел не разбирая дороги, хрипел, пытаясь восстановить дыхание, возраст все же давал о себе знать, но он не останавливался, а упрямо шел вперед, пусть и не понимал куда идет.

В себя Док пришел только когда горизонт начал светлеть. Остановился, взглянул на измазанные кровью руки. Труба куда-то пропала, и Док понял, что сейчас он мало того, что безоружен, но даже не представляет в какой стороне находится поезд. Ночью он шел не разбирая дороги, возможно бродил кругами, и в какую сторону идти сейчас, он не представлял. Одышка так и не отпустила, очень хотелось пить, болело чертово колено, и было непонятно, что делать дальше, куда идти? Где искать поезд?

— Так — сказал сам себе Док — давай думать логически. Когда я включил фонарь на телефоне чтобы поискать водку, я увидел, что на часах было почти три. Светает наверное часов в шесть или семь, Получается, что я бродил часа три или четыре.

Док призадумался. Брел он неторопливо, скорее всего, хотя может и бежал, он не помнил. В среднем скорость пешехода составляет около четырех километров в час, так что Док, мог находить примерно двенадцать — шестнадцать километров.

Второй вопрос — по какой траектории он ходил? Док мог бродить кругами, мог идти в какую-то одну сторону, причем как удаляясь от железной дороги, так и бредя вдоль нее. Теперь надо попробовать решить задачку — как найти железную дорогу?

Идея была достаточно простой — сейчас Док разворачивается на сто восемьдесят градусов, и бредет часа четыре или пять. Если за это время он не дойдет до железной дороги, значит идет не туда. Возможно он ходил кругами и сейчас бредет именно к железной дороге, а развернувшись будет удаляться.

Если до железной дороги он не дойдет, то док разворачивается, и будет идти день, чтобы закрыть то расстояние на которое отойдет сейчас, и закрыть примерное расстояние ночных скитаний. Если и после этого док не найдет железную дорогу, значит он бродит не от нее или к ней, а вдоль нее. В этом случае он просто повернет на девяносто градусов и часов пять пройдет в одну сторону, а потом, если не найдет дорогу, пойдет часов десять, но уже в другую. Таким образом он по идее, должен перекрыть все четыре вектора и найти проклятую железку.

Телефон остался в вагоне, но у дока были наручные часы, так что ориентироваться во времени он сможет. Тяжко вздохнув, Док развернулся и побрел, пытаясь высмотреть свои следы, и гоняя в голове невеселые мысли.

— Что здесь происходит? — не переставал бормотать старик — что здесь происходит…

Глава 14

Пробуждение Алекса было не из тех, которые принято называть приятными. Болело все, что только можно, каждая кость, каждое мышечное волокно и каждый нерв. В голове набатом гремели отголоски мыслей, а перед глазами мелькали обрывки видений.

Мысли, которые наконец-то начали формироваться в голове в нечто связное, казалось ходят совсем другими маршрутами. Не теми проторенными тропинками, когда мысль осознаешь еще даже не успев ее подумать, а непролазными буреломами, когда каждую мысль приходится буквально выдавливать из мозга, ставшего тугим, словно резина.

У Алекса ушло не меньше нескольких минут только на то, чтобы осознать себя, и донести эту мысль, до каждого закоулка собственного сознания. Казалось он чувствует каждое полушарие по отдельности, и мысли из одного, пробиваются в другое такими окольными путями, что кажется будто проще не думать вообще, чем пытаться подумать хоть о чем-то.

Неизвестно сколько прошло времени, прежде чем Алекс сумел описать самому себе свое состояние.

— Это словно печатать на клавиатуре, на которой стерты буквы — пробормотал он, удивляясь тому факту, что оказывается умеет говорить. — Нет, не так, это словно печатать на клавиатуре, на который не только стерты надписи на кнопках, но и кнопки перепутаны местами, и там где всю жизнь была буква «А», оказывается буква «Х».

Рядом поскуливал Рыжий. Алекс, удивившись тому, что помнит как зовут собаку, да еще умеет не только говорить, но и слышать, попытался псу как-то помочь. Самое большее, на что его хватило, это лишь легонько потрепать пса по холке.

Алекс перевел взгляд вниз, и обнаружил, что он полностью голый, одежда пропала, обувь тоже. Все, что было в карманах разумеется пропало вместе с карманами. Пес тем временем помаленьку оклемался. Встал на все четыре лапы, и теперь тряс головой, словно только что выбрался из воды. Алекс тоже поднялся на ноги, и повертел головой пытаясь определить в какую сторону идти.

— знаешь, что собака, я не уверен где у нас было бы больше шансов — в том жутком мире, когда у нас было оружие и экипировка, или здесь. До ближайшего города очень далеко, у меня нет даже одежды, не говоря уж про документы или деньги, еды нет, воды нет, спичек нет, а по ночам уже достаточно прохладно. Черт возьми… Как мы объясним, что случилось с поездом? Вряд ли кто-то поверит, что он переместился в другой мир.

Выбрав направление наугад, Алекс двинулся вдоль железной дороги, надеясь, что идет не в обратную сторону, откуда они приехали, там, насколько он помнил, километров двести вообще ничего нет… Рыжий недовольно рявкнул и покачиваясь побрел рядом с Алексом, который никак не мог замолчать, и продолжал болтать с псом, временами сам за собаку отвечая.

— Я вот о чем подумал Рыжун, мне кажется Стрелок нас обманул. Если бы можно было так просто переместиться домой, через этот кислый туман, то зачем бы люди строили поселения на стабах? И еще, Стрелок говорил, что при перезагрузках, кластеры прилетают из разных миров, в таком случае в какой мир попали мы? В тот откуда пришли? Или в тот откуда в улей попал очередной кластер в этот раз? Черт. Не сходится ничего.

— По-хорошему — продолжил Алекс — если мы с тобой Рыжун, переместились в свой мир, то нам следовало бы брести вдоль железной дороги, рано или поздно какой-нибудь поезд проехать мимо должен. Но с другой стороны, если Стрелок действительно нас обманул, и мы никуда не перенеслись, об этом надо узнать сразу, иначе так и будем шагать в полный рост и не таясь, пока не столкнемся нос к носу с очередным монстром.

Алекс остановился и задумался. Стрелок упоминал, что кластер в котором они очутились, очень длинный и узкий, с боков сжат какой-то чернотой, мертвыми кластерами. Как выглядят эти кластеры Алекс конечно же не знал, но решил, что если увидит, то узнает. Поэтому сначала они пойдут перпендикулярно рельсам — поперек кластера, и если через пару-тройку километров так и не увидят чего-то, что может подходить под описание «мертвый кластер» или «чернота», это будет означать, что они все же попали обратно в нормальный мир.

Продвигаться быстро не получалось, голова продолжала кружиться, Алекс спотыкался, пару раз упал. Пес тоже шел странной, пьяной походкой, и временами начинал похрюкивать, или похихикивать, как гиена, но не падал. Ему было проще — с четырех ног упасть сложнее чем с двух, да и падать ему было ниже, а вот Алекс, грохнувшись в последний раз, умудрился рассадить лоб, и теперь шел матерясь вполголоса и постоянно стирая кровь, которая на удивление обильно вытекала из новой ссадины на лбу.

— Не везет мне на голову — пожаловался собаке Алекс — ампутировать ее от греха…

Пес не ответил, хотя Алекс был уверен, что пару раз до этого, Рыжун точно что-то отвечал. Губы на собачьей морде конечно же не двигались, но какой-то голос, предположительно голос Рыжуна, Алекс точно слышал.

Вскоре, выбравшись из перелеска на поляну, Алекс наконец увидел, что-то большее, чем стена деревьев, и то, что он увидел, ему не понравилось. Метрах в ста от края рощи, начинался странный пейзаж — все, вплоть до самого горизонта, было черным, словно уголь. Видимо это и есть та самая чернота. Мертвые кластеры.

— Вот и приехали — Алекс посмотрел на рыжего — обдурил нас этот гад, даже после смерти дотянуться сумел. Как ты думаешь, зачем он нам сказал, что можно перенестись обратно? Надеялся, что пока мы будем ждать перезагрузку, набежавшие монстры нас схарчат? Или он знал, что у нас все пропадет, и мы останемся с голыми жопами и без оружия?

Пес не ответил, но человек ответа и не ждал, Алекс стоял задумавшись и глядя вдаль, пытаясь рассмотреть насколько далеко раскинулась чернота.

— Вот что, собака — Алекс взглянул на пса, ища у него поддержки — мы, пожалуй, не пойдем через мертвые кластеры, как считаешь? Вот и я о том же, страшно как-то, хорошее место, мертвым, называть не станут, пошли вдоль черноты, что ли.

Человек с собакой двинулись вдоль края мертвого кластера. Во первых других путей не было, а во вторых, Алекс напряг, как сумел, мозг, и родил некое подобие плана.

Пытаясь мысленно выстроить его у себя в голове, он постоянно сбивался. Казалось Алекс пытается построить карточный домик, из эфемерных мыслей-карт, которые стоит только отпустить их, стоит только перестать их думать, сразу же растворяются. Строить длинные мысленные цепочки не получалось, поэтому Алекс, начал их проговаривать вслух. Так, мысли словно становились материальными, облекались в некое подобие плоти, и теперь из них можно было строить что-то, не боясь, что эфемерные кирпичики снова растворятся в пустоте черепной коробки.

— Мы знаем — объяснял он псу — что воняющий кислятиной туман, это признак перезагрузки, так? Так. Стрелок говорил, что кластер в длину около двухсот километров, перезагрузку я помню, ты еще тогда перебрался на другое кресло, и я тоже, думаю это и был тот самый момент когда мы перенеслись — кислятиной воняло сильно. Потом мы проспали около часа, если часы не врут, так что поезд проехал как раз около двухсот километров, если не больше. Получается, что авария произошла в самом конце кластера, и пройдя совсем немного, мы выберемся с этого узкого куска земли, зажатого с обоих сторон чернотой… Разумеется если мы сейчас идем по движению поезда, а не против.

Алекс медленно топая босыми ногами по траве, постепенно приходил в норму. Пес тоже малость оклемался, и периодически отлучался, отбегая в густые заросли кустарника, видимо ловил каких-то мышей, или еще кого-то. Впрочем ловкость у пса болталась на уровне трехсотлетней черепахи, и вряд ли он со своим проворством сумел бы поймать верткую мышь.

Остановившись в очередной раз, чтобы осмотреться в поисках снова свинтившего куда-то пса, взгляд Алекса зацепился за движение вдалеке. Он за мгновение опознал на фоне кустарника человека в камуфляже, вскинутую винтовку и даже успел рухнуть на землю, практически одновременно с тихим хлопком выстрела.

— Дурак блядь? — заорал Алекс вжимаясь в в траву — ты что творишь?

— О! Мужик извини — проорал издалека встречный стрелок — я тебя за зомбаря принял. Все не ссы, стрелять не буду.

С этими словами мужик опустил оружие оставив его висеть на ремне, и неторопливо побрел в сторону Алекса.

— Слышь, у меня нихрена нет, вот прям вообще нихрена, буквально с голой жопой. Патрон потратишь зря — проорал Алекс все так же продолжая вжиматься в землю.

— Да все, все. Не бойся — проорал мужик — убрал ствол, убрал.

Алекс поднялся. Стеснения от того, что он щеголяет голышом не было — мужик все же не баба, да пусть даже это была бы женщина, Алекс не эксгибиционист, не по своей воле голой задницей светит. Не мы такие, как говорится — жизнь такая.

— Новичок? — протянул руку мужик, подходя к Алексу.

— Новичок — ответил тот пожимая ладонь — ты чего стрелял сразу?

Мужик поморщился при рукопожатии, либо чем-то недоволен, либо неприятно ему с Алексом здороваться, либо рука болит, черт его знает.

— Места тут такие, а ты голый ходишь. Голышом только зараженные бродят. Вот и пальнул, лучше сразу грохнуть, пока не заметил и ворчать не начал… Да и людей некоторых тоже лучше сразу валить, но новичкам у нас помогать принято.

— Понятно все — кивнул Алекс, оглядываясь в поисках Рыжуна. Пес куда-то делся. Может быть убежал за очередной мышью, а может испугался и спрятался где-то.

— Слушай, а ты чего голышом бродишь? — снова спросил мужик — одежду куда девал?

— Живчик есть? — вместо ответа, задал свой вопрос Алекс, и приняв протянутую флягу, отхлебнул, и тут же закашлялся. У этого рейдера, живец был забодяжен на не разведенном коньяке, причем достаточно говеном. Прокашлявшись, Алекс взвесил тару в руке — большая, алюминиевая, наверное не меньше литра, округлая, в брезентовом чехле, и на брезентовом же ремне. Судя по весу, там еще не меньше граммов семисот осталось. Придя к такому выводу, Алекс сделал еще один глубокий глоток, и ответил, завинчивая пробку.

— Под перезагрузку попал, все, что было — исчезло. И одежда, и оружие.

— Точно новичок? Говоришь как бывалый?

— Да уж несколько дней как тут, хочешь не хочешь бывалым станешь.

— Это да, в улье взрослеют быстро… Я тут собственно тоже всего месяц… Говорят люди, если на кластере во время перезагрузки остаются, кукухой едут. Ты как? Крыша на месте?

— На месте вроде, во всяком случае на человечину пока не тянет.

— А как ты на кластере-то остался?

— Да посоветовал один… — Алекс непроизвольно поморщился — сказал, что перезагрузка обратно перенесет.

— Вот гнида — сплюнул мужик — новым помогать у нас принято, а за такое вообще грохнуть можно.

— Ну я и грохнул… Можно так сказать. Даже заранее — ухмыльнулся Алекс.

— Как это? — удивился мужик.

— Да не важно — отмахнулся Алекс — слышь мужик…

— Мазилой меня кличут — перебил Алекса мужик — крестный с юмором попался.

— Мазила? Ну пусть так. Так вот, Мазила, а как бы мне в какое-нибудь обитаемое место выбраться?

— Ну, стаб тут километрах в ста, я оттуда и иду. Километров двадцать до тройника, оттуда направо дорога уходит, вот по ней до стаба можно добраться, главное в городской кусок не заходи — лучше обогни его по дуге. Трофеи там конечно можно взять, но опасно слишком, там спальный район с высотками, тварей на квадрат много.

— Понял, не пойду туда — кивнул Алекс.

— Да, правильно, как увидишь на горизонте высотки, сворачивай вправо и по широкой дуге обходи глядишь не заметят… Прибарахлиться бы тебе чуток, но там все же слишком опасно, лучше на тройнике попробуй что-нибудь надыбать. Если будешь двигаться дальше, как шел, то километров через двадцать, наткнешься на тройник. Это мелкий кластер, на стыке трех других. Своего рода треугольник со стороной в сто метров. Там большой автомагазин, думаю можно шмот поискать — этот тройник наша достопримечательность. Обычно они стабильные, но этот грузится. Так что получается, это самый маленький стандартный кластер, наверное во всем улье — треугольник со стороной в сто метров. Так вот, перезагрузка судя по всему каждый раз на ночь приходится, так что там либо никого нет, либо один единственный зомбарь, охранник видать. В этот раз я заскочил — один зомбарь, но он уже дохлый, больше никого нет, а шмот возможно есть. Должна же у охранников раздевалка быть или еще что-то, да и с зомбаря стащить одежду можно.

Я туда частенько захожу — там много сотрудников видимо, есть кабинеты с удобными диванами, можно поспать, есть кухонка, но еды в этот раз там не было, зато вода в кулере есть. Автомастерская там тоже есть, так что сможешь найти монтировку, или трубу какую-нибудь в качестве оружия. Я не смотрел, магазин здоровый, весь обшаривать лень было, да и в этот раз ламба прилетела, так что не до прочего было. Вот ты сидел когда-нибудь за рулем ламборгини? А я теперь сидел. Не ездил правда, но по кластерам только самоубийцы на моторе гоняют, если это не танк конечно, или не броневик.

— Почему? — удивился Алекс — на машине ведь, и быстрее да и защита хоть какая-то.

— Ну насчет быстрее это конечно так, зато заметность возрастает — мотор слышно далеко, у тварей звук мотора это как приглашение на обед, а слух у них очень хороший. Защитой машина может быть разве что от пустышей. Лотерейщик тачки как консервные банки вскрывает. Так что если машина не бронированная или без хорошего пулемета, то лучше ногами ходить… Нет я слышал есть крутые способности, вроде ускорения там, управления тварями или даже ощущения опасности, такие дары улья конечно здорово жизнь облегчают, мощные сенсы могут издалека врага учуять и опасное место объехать… Вот им да, можно на машинах ездить, а мне с даром не повезло, дерьмо, а не дар, никакого практического применения…

Мазила замолчал, видимо этот его неизвестный бесполезный дар, был для него больной темой. Алекс же призадумался, идти сто километров без оружия и с голой задницей не хотелось. Может мужик согласится его провести? Расплатиться за услугу Алексу конечно же нечем, но новичкам ведь принято помогать, Мазила сам так сказал.

— Слушай, а проводить меня не можешь? — задал волнующий его вопрос Алекс, понимая как нагло это звучит со стороны — хотя бы до автомага.

— Новичкам конечно принято помогать, но не настолько. Я и сам-то, почти новичок и в принципе уже то, что я тебя не грохнул сразу, может считаться помощью, но я тебе еще раз помогу. Возвращаться конечно же не буду, да и ствол не дам, но вот нож могу дать, их у меня два, и еще есть маленькая фляжка с живцом, тоже отдать могу.

— Спасибо — кивнул Алекс — хороший ты человек. А штанов сменных у тебя в рюкзаке не завалялось случаем?

— Не завалялось.

— Еще вопрос, аптеки там случайно нигде нет? Таблетки нужны.

— Забудь — отмахнулся Мазила, и тут же снова поморщился, видимо правая рука все же доставляла ему какое-то беспокойство — колеса тебе больше не понадобятся, любые болячки за пару дней проходят, а новые не пристают, разве что травмы, а вот про грипп или простуду точно забыть можешь. Да и травмы тоже не страшны особо. Я вот буквально позавчера руку сломал — он помахал перед носом Алекса правой рукой — а сегодня уже могу худо бедно ей двигать. Регенерация работает, главное жри побольше да живчик не забывай пить… О! И вот еще что, никогда не мешай его на коньяке, хотя бы не на чистом, в башку бьет только так… Правда боль хорошо притупляет…

— Тут шутка нужна — неожиданно сам для себя ляпнул Алекс.

— Чего? — не понял Мазила — какая шутка?

— Иногда текста слишком много — задумчиво ответил Алекс — ты разве не видишь как убого и скучно смотрится наш диалог? Длинная простыня текста в книге, или диалоговая сцена в фильме, должна перебиваться экшн-сценой или шуткой.

— Походу ты приятель кукухой все же поехал.

— Штука нужна…

— Ну так шути.

Алекс задумался. Шуток он не знал, а зачем завел этот треп про шутки, объяснить себе не мог, но сказать что-то было надо.

— Тук-тук…

— Кто там? — задумчиво вглядываясь в Алекса ответил рейдер.

— Черт… а я даже не знаю, что сказать.

— Мда. А нафига тогда начинал шутку, которую продолжить не можешь?

— Хрен его знает, в фильмах когда надо пошутить всегда шутка начинается с «тук-тук».

— Шутник мля — сплюнул рейдер — тебя окрестить не успели?

— Окрестить? — удивился Алекс.

— Погоняло дать какое-нибудь, имею в виду. Видимо не успели, раз спрашиваешь. Ну тогда Шутником будешь, это получится забавно, учитывая, что шутить ты нихрена не умеешь.

— Не умею — согласился Алекс — значит нужна экшн-сцена.

— Ты это о чем? — насторожился Мазила.

— Да вот, диалоговый блок слишком длинный, болтаем много, надо как-то это все разбавить. С шуткой ничего не получилось, так что экшн сцена нужна… — ответил Алекс, и тут же сменил тему — я вот думаю, что проще будет? Пройти сто километров набитых монстрами локаций, без оружия и с голой жопой, или завалить одного пусть и вооруженного, но едва стоящего на ногах рейдера, бухого в дупель, и со сломанной рукой? Обзавестись оружием, а главное штанами.

— Слышь, Шутник — сразу начал агриться Мазила — шутка говеная получилась, так что топал бы ты отсюда.

— Ладно-ладно, не ссы — усмехнувшись ответил Алекс.

— Я не ссу.

— Ага, я без оружия и с голой задницей, а ты все винтовку тискаешь — кивнул Алекс на руку рейдера, лежащую на цевье винтовки.

Мужик, взглянул на руку, словно она ему не принадлежала, и будто стесняясь, отдернул ее от цевья. Задвинув винтовку на ремне за спину, Мазила все же ответил.

— Поживешь тут с мое, тоже осторожничать начнешь…

Закончить рейдер не успел. Алекс, едва тот задвинул оружие за спину, ухватил покрепче за ремень флягу, и взмахнув ей, словно булавой, ударил рейдера в голову.

Почти килограммовая алюминиевая фляга отлично заменила кистень. Удар пришелся сбоку, прямо в висок. Рейдера повело в сторону, но он все же удержался на ногах, пусть стоял и пошатываясь. Потерявшись на несколько секунд, он все же потянул из-за спины винтовку, но Алекс бросился на него, пинком по винтовке заставил ее отлететь назад, и повиснуть на ремне за спиной рейдера. Хук справа, мужик уже успевший чуток оклематься парировал, а вот удар коленом в пах нет. Охнув, рейдер согнулся, ухватившись за отбитые яйца, и встретил лицом колено Алекса.

Удар вышел на загляденье, колено прострелило болью, но Мазиле очевидно, было больнее. Из носа необычно сильно хлынула кровь, мужик завалился назад, но тут же начал подниматься. Алекс ударил ногой. Пятка со звучным хрустом влетела в уже помятый нос, Мазила снова откинулся назад, Алекс буквально вбил пятку в лицо мужика, упал сверху, ухватил обеими руками Мазилу за горло, ударил лбом в переносицу, затем еще раз. В голове неприятно зашумело, рассеченный лоб снова начал обильно кровоточить, но Мазиле очевидно было хуже. Мужик вяло шевелился, а Алекс со всех сил, до хруста в пальцах, сжимал его горло.

Рейдер потянулся левой рукой к бедру, Алекс заметил там кобуру, но помешать уже не успевал. Щелкнул клапан, пистолет вышел из кобуры, но в этот же момент, из ближайшего куста выскочил пес, в два прыжка преодолел разделяющие их десяток метров, и вместо того, чтобы бестолково лаять, сразу впился зубами в левую руку Мазилы.

Хрустнула кость, Мазила захрипел, забулькал разбитым в кашу носом… Рука разжалась, ствол упал на землю. Рыжун тащил мужика за руку, тряс башкой, он так делал когда Алекс играл с ним в перетягивание веревочки. Что происходило с концом веревки, которую держал в пасти пес, Алекс хорошо помнил, поэтому Мазиле не завидовал, очевидно рука рейдера, сейчас была чем-то вроде кожаного мешка, набитого фаршем и обломками костей. Сам Алекс, изо всех сил стискивал горло Мазилы. Рейдер, вяло стучал свободной рукой Алексу в бок. Чувствительно, но не более.

— Зря ты не отдал мне штаны — орал Алекс, сжимая горло Мазилы — надо было дать мне штаны! Сука!

Мазила хрипел, разевал рот, капилляры в его глазах полопались, и белки окрасились алым. Лицо, залитое кровью, синело прямо на глазах, но умирать рейдер не торопился. Хрипел, дергался, пытался вырваться. У Алекса пальцы свело судорогой, удерживать трепыхающегося Мазилу было все труднее, но он не разжимал рук до тех пор, пока тот не перестал подавать признаки жизни.

Заметив, что его жертва не шевелится, Алекс не стал торопиться, и отпускать горло Мазилы. Наоборот, сжал пальцы едва ли не до хруста, и выждал еще минуты две, и лишь убедившись, что противник мертв, с трудом сумел разжать пальцы. Встал, принюхался. Воняло дерьмом.

— Слава богу не я — сообщил Алекс собаке, проверив — я уж думал, что того… Черт!

Алекс сполз с трупа, перевернул тело на бок — так и есть, по штанам расплывалось пятно.

— У-у-у-у сука! — заорал Алекс, или теперь Шутник — ты обосрал мои новые штаны!

Вскочив он пнул мертвеца в голову босой ногой, палец хрустнул, Алекс с воплем завалился на бок, ухватился за отбитую ногу. Повезло, кажется палец не сломал.

— Вот скотина — пожаловался он псу — обгадил штаны мои. Ну хоть куртку с рубашкой мы у него одолжим. Да Рыжун? А ты где шлялся то? И как сообразил куда кусать?

Пес молчал, Алекс тоже молчал. Он думал. В последнее время это ему давалось тяжело, хотя проанализировав свои поступки, он понял, что в принципе, все сделано правильно.

Да, он убил человека ради ствола и штанов, причем пусть Алекс и объяснял самому себе, что убить одного человека проще, чем пройти без оружия сто километров, но где-то в глубине души был уверен, что окажись в рюкзаке у Мазилы запасные штаны, убивать бы его не стал. Главная причина была в штанах, а так как штаны он все же не получил, выходило, что мужика он убил зря, и от этого был недоволен. Казалось мир над ним пошутил, причем пошутил так же, как незадолго до этого сам Алекс — тупо, без чувства юмора, и в общем совсем не смешно…

— Говеные у мира шутки… как впрочем и у меня — сказал в пустоту Алекс — так что, получается меня окрестить успели? Погоняло дать… Что скажешь Рыжий? Пойдет мне кличка Шутник? С моим-то чувством юмора а?

Пес не отвечал, и Алекс, а ныне Шутник, решил, что собакену пофиг. Пес подошел к трупу, и теперь задумчиво обнюхивал мертвецу задницу.

— Фу. Перестань — отогнал собаку теперь уже Шутник, и принялся стаскивать с трупа куртку.

На то, чтобы снять с мертвеца куртку с рубашкой, ремень, кобуру и ботинки с носками, ушло совсем немного времени. Рубаха оказалась велика, как и куртка, ботинки наоборот малы. Мир продолжал веселиться, а сам Шутник мрачнел с каждой минутой. Закончил одеваться, подпоясал рубаху ремнем, повесил на него кобуру, попытался представить как он сейчас выглядит — без штанов, но с ремнем и висящем на нем пистолетом. Пришел к выводу, что смотрится глупо, и пожав плечами, словно оправдываясь непонятно перед кем, продолжил мародерку.

Неплохим призом послужил рюкзак, в котором оказалась бутыль с водой, пара магазинов к винтовке, три магазина к пистолету, перевязочный пакет, нож, и завязанный в узелок носовой платок, в котором оказалась маленькая пригоршня споранов и пяток штуковин чуть покрупнее, не спораны, но и не жемчуг, что-то другое. Еды не было. Как Мазила собирался идти на дальняк без еды, Шутник не знал, а судя по тому, что Мазила забрел на узкий, длинный и пустой кластер, он собирался пройти его насквозь. Хм, может у него есть еще рюкзак, который он сбросил? И теперь рюкзак с едой где-то в кустах валяется? Черт его знает.

— Живем — потряс Шутник в воздухе бутылкой с водой. Пить хочешь? Вижу, что хочешь. Погоди, я сейчас.

Пес снова промолчал, а Шутник, откупорив бутылку, налил немного воды в ладонь, и дал псу слизать. Повторил процедуру, осознавая насколько же это хлопотное дело, однако ничего, чем можно было бы заменить миску, в рюкзаке у Мазилы не валялось.

Напоив собаку, и напившись сам, Шутник принялся осматривать винтовку Мазилы.

Как она называлась он не знал. Заметно, что штуковина Российская, ну или советская, были знакомы некоторые элементы, похожие на калашниковские, а морда напоминала автомат ВАЛ который Шутник забрал у Стрелка.

По большому счету, разница между этой винтовкой и автоматом Стрелка, была в прикладе, который был у автомата металлическим, складным, и немного короче, магазине, который наоборот был короче у винтовки, да в оптическом прицеле.

Что это за винтовка, Шутник понятия не имел, но понял, что она тоже бесшумная, как и ВАЛ, во всяком случае, не столь шумная как обычная винтовка. Как поставить, и снять с предохранителя, Шутник разобрался сразу. Также, у винтовки переключались режимы стрельбы, видимо как и автомат она могла стрелять очередями. Кажется, оружие ему досталось хорошее. Смущали только маленькие магазины — всего по десять патронов. Один магазин был в винтовке, еще два в рюкзаке. Итого тридцать патронов, без одного. Плюс пистолет.

— Ну что, зверюга — потрепал Шутник пса по загривку — кажется наши шансы выбраться из этой задницы, ну или хотя бы пробраться в ее более приятные места, существенно повысились.

Глава 15

Доку не везло, все, что могло пойти не так — пошло не так. Видимо он действительно в какой-то момент своих ночных скитаний развернулся, и теперь брел к железной дороге, но приняв свой план и начав двигаться в обратную сторону, он теперь от железки удалялся.

Прошагав, изнывая от жажды пять часов, Док решил, что все же идет не в ту сторону. Матюкнувшись он развернулся, и побрел строго назад. Прошагал еще пять часов, посидел, отдохнул — возраст давал о себе знать, да и отсутствие нормальной еды в последнее время, к тому же пить хотелось, просто невыносимо. Ни одного психа ему больше на глаза не попалось, что не могло не радовать, но и железной дороги он тоже не нашел, а вот это уже вовсе не радовало. Кроме как к поезду, Док не знал куда еще идти, и не находя признаков железки, начинал паниковать.

Дойдя примерно до того же места где он очнулся утром, Док засек время и прошагал еще пять часов, чтобы не найдя железной дороги, прийти к выводу, что все это время он двигается не от дороги или наоборот в ее сторону, а бродит туда-сюда вдоль нее. Этот вывод показался Доку единственно верным, иначе, за целый день бродяжничества, он бы так или иначе, но железную дорогу пересек.

Приняв такое решение, Док понял, что сегодня бродить уже опасно — быстро вечерело, начало темнеть, а ходить ночью Док не хотел. Вдруг в лесу опять появятся эти психи, днем он может увидеть их издалека и спрятаться, а вот ночью этого сделать не получится. По-хорошему, надо бы поспать. Самочувствие все хуже и хуже, пить хочется и есть, голова начинает побаливать, да и устал очень. Он уже не в том возрасте чтобы без последствий ходить весь день, ноги болят…

Док не придумал ничего более умного, кроме как просто лечь и уснуть. Деревьев, на которые он мог бы взобраться не было — да были рощицы и лесополосы, аллейки, но все они были засажены молодняком, невысоким и тонким. Лезть на такое дерево Доку не хотелось, да и спать на ветках он не умеет. Никаких других укрытий старик найти не сумел, но выбрав куст погуще, забрался в него, скрывшись от невнимательного взгляда, и улегшись на голую землю, уснул.

Как ни странно, но за ночь его никто не сожрал. Ни сумасшедший псих-людоед, ни какой-нибудь забредший не туда волк, кстати Док не знал, водятся ли тут волки, но был уверен, что если бы они пришли, и начали его жрать, он бы не проснулся. Спал Док буквально как убитый. На утро спина болела, мышцы ныли, ничего приятного в том, чтобы спать на голой земле, Док не видел, но в бытность свою солдатом, он бывало проводил ночи в гораздо худших условиях, так что старик был доволен хотя бы тем, что земля сухая.

Тот факт, что он проснулся утром, уже можно было считать удачей, но на этом она и заканчивалась. Состояние было просто ужасным. Усталость никуда не прошла, сон не помог. Пить хотелось жутко, и дико болели ноги. Надо срочно выходить к поезду, там есть вода, там мягкая кровать на которой можно отдохнуть, там есть хоть какая-то еда… Правда и психи-людоеды там тоже есть, но может пассажиры смогли от них отбиться?

Согласно своему плану, Док, помня по какому вектору бродил весь вчерашний день, повернул на девяносто градусов, и пошел прямо. Вчера он судя по всему, бродил вдоль железной дороги, на каком-то удалении от нее, сейчас же, он скорее всего идет либо от нее, либо к ней. Если прошагав часа четыре или пять, он на дорогу не выйдет, значит развернется, и пойдет назад. Да, в неудачном случае он опять убьет весь день на скитания, но может быть ему все же повезет и в этот раз он таки выйдет к поезду?

Что он будет делать если и после этого не выйдет на дорогу, Док не знал. Скорее всего будет ходить по расширяющейся спирали, и рано или поздно ее найдет. Как он определит вышел ли к дороге перед поездом или уже после него, Док тоже не представлял, но сейчас у него в планах было отыскать рельсы, все остальное потом.

Как ни странно, но долго бродить не пришлось. Прошагав километра два, или чуть меньше, Док вышел к границе мира, как ему показалось в тот момент.

В этом месте, трава переходила в черный антрацит, причем безо всякого градиента — только что была зеленая трава с кустарниками, и вдруг, та же трава, но словно под линейку, выкрашена в черный.

Что это за дрянь, Док не понимал, но относился ко всему как-то равнодушно и отстраненно. Он все еще не совсем пришел в себя после событий позапрошлой ночи. Несмотря на то, что Док прошел две войны, и видел самые жуткие раны, видел трупы, привык крови, и перестал бояться смерти и мертвых, детских трупов ему видеть не доводилось. За две войны, ни одного детского тела, хотя он конечно же понимал, что среди гражданских тоже есть жертвы, в том числе и дети, просто своими глазами не видел, а потому мог просто не думать о детских трупах… У Дока тоже была дочь, сейчас уже взрослая, а вот внучка была совсем маленькая, и вчера он слишком уж живо, представил ее на месте мертвой девочки, вот и переклинило.

Вернувшись мыслями от мертвого ребенка к черной земле, Док призадумался. Единственное чем он сумел самому себе объяснить черноту, это ядерный удар. Он прекрасно понимал, что граница взрыва бомбы, не может быть такой — четкой, словно выведенной по линейке, однако ничего другого в голову не приходило. К тому же труп инопланетянина, которого они сбили поездом, и нападение психов-людоедов, непрозрачно намекали, что мир сошел с ума, и сейчас, возможно абсолютно все, что угодно.

Лезть на черноту Док не стал, наоборот, даже отошел от нее на пяток метров, мало ли, вдруг эта дрянь фонит, или ядовита, или еще что-то подобное. Что делать дальше, он еще не придумал. Вариантов было ровно три — идти вдоль черноты налево, идти вдоль черноты направо, или развернуться и идти в противоположную сторону. Разницы на взгляд Дока, особой не было, так что он решил пока, пройти вдоль черноты направо, а дальше будет видно.

Шел осторожно и неторопливо, не потому что устал, а потому что в любой момент ожидал, что из близлежащих кустов выскочит псих-людоед, инопланетянин, вражеский солдат или еще что-то подобное. Разобраться в том, что происходит он уже не пытался, просто шел, переставляя ноги, словно сомнамбула, пока вдалеке, на черноте не увидел… что-то…

Мгновенно сбросив сонное оцепенение, Док, ускорившись, пошел туда, где посреди черноты что-то лежало. Подойдя, он увидел, что это велосипед, и собственно велосипедист.

Метрах в пяти от края черноты, валялся велосипед, а метрах в тридцати от велосипеда, дальше в глубину, лежал и сам велосипедист. Док присмотрелся чуть пристальнее, и разглядел тропинки сломанной черной травы, казалось, что велосипедист, прежде чем замереть неподвижно, бродил кругами, а обратив внимание на некоторые детали, Док понял, что велосипедист скорее всего не ходил, а ползал.

Что с ним могло случиться? Упал, сломал ногу, а потом его накрыло ядерным ударом, или что это за дерьмо такое черное? Не придумав ничего другого, Док решил исследовать тело, чтобы понять, что же произошло с человеком. Скорее всего это был кто-то из разведчиков, которых Док отправил в разные стороны. Лица не видно, да Док и не запомнил лиц разведчиков, но вряд ли тут кто-то еще катается на велосипеде. То, что обугленная земля может фонить, он конечно же предполагал, но решил, что за несколько секунд, которые ему понадобятся для того, чтобы добраться до тела, схватить смертельную дозу радиации, не успеет.

— Интересно — пробубнил себе под нос Док, делая шаг на черноту — там сильно фонит?

В следующую секунду все мысли из головы вылетели полностью. Верх и низ поменялись местами, вестибулярный аппарат протестуя против такого, опрокинул тело навзничь, руки и ноги, казалось рассинхронизировались с мозгом, и слушаться отказывались наотрез, точнее они что-то делали, вот только вовсе не то, что нужно.

Док пытался встать, не получалось. Пытался ползти или катиться, и вроде бы какой-то результат от этих его попыток был. Док двигался, правда контролировать куда именно он движется, почему-то не получалось. В определенный момент, он вдруг осознал, что не видит перед собой зелени — только черноту. С трудом сообразив, что в процессе передвижения развернулся в обратную сторону, и теперь ползет все глубже на обугленную землю, Док принялся менять вектор движения. Казалось бы так легко — просто развернись и ползи обратно, но когда верх, низ, лево и право меняются местами, такая банальная задача становится почти невыполнимой.

Вяло перебирая руками и ногами, Док полз, и как ему показалось, даже в правильном направлении. Скорость конечно была откровенно никакая, но это было хоть что-то.

Сколько времени Док валялся в черноте, ему было неизвестно, но в какой-то момент, его голова оказалась над зеленой травой. Продолжая отпихиваться ногами, он сумел выползти из черноты наполовину, и ему прямо мгновенно полегчало. Не то чтобы все вернулось в норму, но мир обрел привычное положение, вестибулярный аппарат успокоился, руки и ноги, начали подчиняться вполне сносно. Кое как, поднявшись сначала на четвереньки, а затем на ноги, Док сумел отойти от черноты подальше, и рухнув в какой-то куст, потерял сознание.

Глава 16

Шутник и пес шли. Просто шли, стараясь выдерживать направление, и прислушиваться к каждому шороху — наткнуться на голодного зомби, или очередного рейдера, Шутник не хотел. В принципе, ничего плохого в такой встрече не было. Зомбак мог подарить немного споранов, а рейдер мог поправить его непростое положение в плане еды и штанов.

Шутник все это время нервничающий по поводу отсутствия таблеток для Рыжуна, наконец сбросил с себя этот груз, и окончательно убедился, что псу ничего не грозит — Мазила был прав, и мучивший пса недуг, отступил. Собака молодела на глазах, и если еще вчера-позавчера пес старался лишний раз не двигаться, то сейчас, он носился словно маленький щенок, уносясь далеко вперед, теряясь из виду, и возвращаясь обратно.

Из мыслей, Шутника вырвал собачий лай — рыжун гнал какого-то зайца, или сурка или черт его знает кого еще. Зверек несся прямо навстречу Шутнику, но завидев новую угрозу, свернул перпендикулярно в сторону, так, словно понятия инерция для него не существовало. Пес метнулся за ним, набирая скорость, и вдруг…

Рыжун словно взорвался — рассыпался ворохом частиц, шлейфом рыжего дыма, который почти мгновенно растаял, а в сотне метров впереди, пес казалось, взорвался наоборот. Из ниоткуда появились все те же хлопья густого, рыжего дыма, пыли или каких-то непонятных частиц, которые мгновенно собрались в несущуюся во весь опор собаку.

Заяц метнулся в сторону, резво оторвался на пару десятков метров, пес снова растворился в воздухе, и появился в метре позади зайца. Зверек снова резко свернул в сторону, но в этот раз пес исчез почти мгновенно, и появился прямо над зайцем. Зверек среагировать не успел. Пес, появившись буквально в сантиметрах от него, весело хохоча, словно гиена, ударил зайца лапой, и тот кувыркаясь покатился по траве. В несколько прыжков приблизившись к добыче, пес прижал зверушку лапами к земле, и одним укусом закончил дело. Шутник отлично все это видел — он уже подбегал, радуясь, что пес оказался хорошим охотником и в какой-то степени кормильцем. Пожарив этого зайца, они смогут наконец-то нормально поесть. Где бы только спичек взять?

— Молодец Рыжун — заорал Шутник издалека — добыча это хорошо, а то у меня уже кишка кишке фигу показывает, сырым съесть готов.

Но оказалось, что у пса на добычу свои, вполне конкретные планы. За те десять — двадцать секунд, пока Шутник шел к точке их рандеву с зайцем, пес тремя мощными укусами, отрывая от зверька огромные куски, проглотил небольшую тушку, и довольно хохоча скрылся в траве.

— Вот скотина — Шутник остановился над пятном крови на траве, рядом с которым валялись лишь несколько клочьев серой шерсти — проглотил гад, и не поделился даже. Все, я с тобой больше не разговариваю, жадная ты…

Только сейчас до Штуника дошло, что же он такое видел, всего полминуты назад — потеря потенциального обеда настолько его озадачила, что телепортация собаки, показалась ему намного менее значимым событием, чем то, что пес нагло схомячил общего кролика.

— Вот как ты тогда спасся — пробормотал Шутник, почесывая затылок — получается животные тоже могут дар улья получить, что ли?

Пес конечно же не ответил. Сожрав зайца, он явно повеселел, и теперь весело носился, временами скрываясь в кустах. Шутник же — кличка ему понравилась и даже мысленно он называл себя именно так — пытался прикинуть в уме, сколько они уже прошли и как скоро должен показаться тот самый тройник с автомобильным центром.

Пес появился рядом, в клочьях рыжего дыма, тихонько зарычал уставившись в сторону. Кого-то почуял!

— Человек? — спросил Шутник, и откуда-то понял, что да, человек — вооружен?

Запах смазки, запах пороха, запах деревянного приклада и клея изоленты… Что это, только что, такое было, Шутник не понял, но сообразил, что человек вооружен.

Насторожился, вскинул винтовку, собираясь взглянуть в ту сторону сквозь оптику, используя прицел вместо бинокля, но к его удивлению, прицела он не увидел. Не увидел винтовку, свои руки, а взглянув вниз, вместо ног тоже увидел лишь пустоту.

— Черт. Тихо Рыжий — прошептал Шутник и удивлением обнаружил, что не слышит собственного голоса. Как теперь позвать собаку?

Действовать, не видя своих собственных конечностей, было не так просто, но прикоснуться к собаке получилось. Рыжун, потерявший хозяина из виду, удивленно замер на месте, вертя в стороны башкой. Шутник думал, что уж по запаху пес сумеет понять, что хозяин рядом, но пес не сумел. Опустив руку на голову псу, Шутник с удивлением заметил как от его невидимой руки, по голове собаки расползается что-то вроде жидкого зеркала, или расплавленного серебра.

Несколько секунд, и пес оказался покрыт этой полупрозрачной жижей полностью, еще пару секунд это нечто окончательно успокоилось, и растворилось в воздухе, вместе с собакой.

— О как! — Шутник отдернул от пса руку, и тот тут же начал постепенно появляться, словно изображение на полароидном снимке.

— Нет нет, давай обратно — пробормотал стелсер, пусть и не слыша своего голоса, положил руку псу на голову, и удовлетворенно отметил как тот снова растворяется в воздухе — понятно. Значит прямой контакт. Хорошо.

Не отпуская собаку, Шутник медленно двинулся в ту сторону, которая чем-то не понравилась Рыжуну. Опасаясь шелеста травы или хруста веток под ногами он поначалу передвигался крадучись, но поняв, что ни малейшего звука их с собакой шаги не издают, уже не стесняясь побежал, единственное, что его беспокоило, это грохот крови в ушах. Пульс бухал так, словно в каждом ухе поселилось по солидному барабану, а барабанщик перепил энергетика, и с каждой секундой наращивал темп. Если сначала это были неторопливые бум-бум-бум, то сейчас это напоминало уже не гулкие удары, а треск швейной машинки, что-то вроде тр-тр-тр-тр-тр. Не то чтобы они как-то мешали, звуки слышались на самой границе слуха, но что-то в них, Шутнику не нравилось.

Заметив впереди, присевшего на колено человека с автоматом, направленным в ту сторону где они с собакой стояли, полминуты назад, Шутник резко остановился, не выпуская из руки шерсть на собачьем загривке. Треск в ушах, который к тому моменту уже превратился в комариный писк на одной ноте, внезапно стих, снова превратившись в неторопливые бум-бум-бум.

Неторопливо обойдя мужика сзади, стараясь не касаться растений (стук в ушах снова при этом ускорился) Шутник взял винтовку на изготовку, примерно прицелился в затылок человека, который их все еще не заметил, пусть прицелиться не видя винтовки, и было совсем непросто.

— Не двигаться — произнес Шутник, но голоса своего не услышал, возникла внезапная проблема. Как сбросить с себя стелс, было непонятно, и если сбросить его с собаки Шутник может легко, достаточно просто прервать контакт, то как появиться самому?

— Как-то тупо получилось — пробормотал Шутник, и вздрогнул, услышав свой голос. Тут же в глаза бросился ствол винтовки, рядом с затылком мужика, который тоже вздрогнул, но замер, не делая резких движений.

— Согласен — сказал он — глупо. Я тебя за мертвяка принял, они обычно штаны в первую очередь теряют. Без обид?

— Погоди пока насчет обид — Шутник ткнул мужика стволом в затылок — и автомат положи аккуратно, я тебя убивать не собираюсь, но если дернешься, пристрелю.

Мужик подчинился, бросил автомат на землю, все так же не меняя позы, и продолжая стоять на одном колене, словно собирался сделать кому-то предложение руки и сердца. Пес, выскочил вперед, заставив мужика снова вздрогнуть, ухватил зубами ремень автомата, и отволок его в сторону. Как он понял, что надо делать, Шутник не знал, никаких команд он собаке не отдавал.

— Мать моя женщина — выругался мужик — предупреждать надо, чуть не обделался блин.

— А почему зомби первым делом теряют штаны? — абсолютно не в тему, задал вопрос Шутник.

— Гадят потому что. Жрут они много, а куда все девается? Вот то-то же, а снимать штаны их никто не учил, так что штаны у них быстро наполняются, теми кто от них убежать не успел, и спадают.

— Хм, забавно — Шутник убрал винтовку — ладно мужик, можешь обернуться, стрелять не стану.

Мужик выпрямился, и обернулся. Высокий, выше шутника на голову, учитывая, что сам Шутник был ростом чуть больше метра восьмидесяти, в мужике явно было не меньше двух.

— Шутник — представился он мужику, протянув руку.

— Лом — отозвался тот, пожимая протянутую ладонь.

— Ну хоть не скорострел или пулеметчик какой-нибудь — улыбнулся Шутник — а то мне двое встретились, сначала Стрелок, а за ним Мазила, уж думал и ты окажешься чем-нибудь стреляющим.

— Ну у меня так-то фамилия Калашников — ухмыльнулся Лом — но это было там.

— Кстати, объясни новичку, почему вы тут все кличками пользуетесь?

— Новичок? А выглядишь как бывалый, вижу и способность уже есть.

— Несколько дней — отмахнулся Шутник — ты про клички-то расскажи, интересно.

— Где ты очутился уже в курсе? Объяснили?

— В общих чертах.

— Ну тогда должен знать, что самая распространенная теория о стиксе и его перезагрузках, это та, в которой говорится, что он копирует кластеры из разных параллельных реальностей, так что здесь, мы по сути все чьи-то копии. Потому и не принято старые имена сохранять. Здесь, Вася больше не Вася, а клон Васи… Ну или Пети, или кто ты там был. Так что лучше другое имя выбрать.

— Понятно. Слушай мужик, а далеко еще до тройника?

— Это где автомаг стоит?

— Ага, он — кивнул Шутник — направление вроде правильное держу, а сколько еще переть, черт его знает.

— Нет, недолго совсем осталось.

— Понятно — задумался Шутник — блин, мне кажется, или наш диалог напоминает простыню?

— Чего? — удивился Лом — какую простыню?

— Да вот… блин, сам не могу объяснить просто чувствую что-то такое — замялся Шутник, пытаясь подобрать слова чтобы описать свое чувство — словно, ну не интересно совсем, как будто я должен что-то сделать чтобы стало интересно.

— Странный ты какой-то… — задумчиво оглядел Шутника Лом — пургу несешь и без штанов бродишь. Почему без штанов кстати?

— Да так — отмахнулся Шутник — один гад нагадил в мои штаны.

— Это как? — удивился Лом — посматривая на странного новичка со все большим опасением.

— В процессе вынимания этого самого гада из моих штанов. Блин, как-то глупо звучит. Ну понимаешь, на тот момент штаны были еще не мои… Я ему мужик штаны есть у тебя? Тот говорит нет, я ему — плохо мол, и вынимаю его оттуда, а он взял и обгадился… И ни себе ни людям, ему-то зачем штаны теперь? Я же его задушил, так что ему без надобности, а у меня задница мерзнет…

— Ты убил человека из-за штанов? — пытаясь разобраться в этом бессвязном бреду, уточнил Лом — не из-за ведра споранов, или цинка патронов, а из-за штанов?

— Нет, спораны у него тоже были, да и патроны были. Вот винтовку хорошую приобрел, бесплатно совсем. Палец стукнул правда на ноге, но это ладно, невелика цена. А вот штанов не добыл. Что обидно… Зацени кстати винтовку, класс да?

— Да, винторез хорошая штука — пробормотал Лом, когда Шутник сунул ствол винтовки ему едва ли не под нос — ты бы убрал ее, от гре…

Хлопнул выстрел. Затылок Лома распахнулся, словно ворота гаража, из которого разом вылетел весь скопившийся там за годы мусор. Шутник, словно удивившись посмотрел на свой палец, пожал плечами.

— Винторез значит… Буду знать. Ну, штаны не загадил, да и автоматом обзавелись, не зря встретили.

В стороне что-то хрустнуло. Рыжун увлеченно грыз деревянный приклад автомата, и прикладу это, на пользу явно не шло. Подойдя чуть ближе, Шутник увидел, что прикладом этого автомата, теперь смело можно идти и убивать вампиров. В плечо этот огрызок точно не упрешь.

— Ну и хлеборезка у тебя дружище — покачал головой Шутник не слишком расстроившись из-за испорченного автомата — эдакое бревно перегрызть.

Пес весело тявкнул, и бросив сломанное оружие, с тихим хлопком ушел телепортом в кусты. Похоже со своей способностью собака осваивается намного быстрее чем Шутник, тот до сих пор не понимал как сделать так, чтобы исчезать не с перепугу, а по желанию.

Вернувшись к трупу Лома, Шутник стащил с него сперва ботинки, а затем и штаны. Лом был мужиком здоровым, лапа была как у медведя, так что ботинки были велики, но это все равно лучше, чем малы. Штаны тоже сваливались, и даже затянув ремень на последнюю дырку, Шутник не смог заставить их висеть на положенном месте. Пришлось проковырять новую. Лом был не только высоким, но еще и весьма объемным. Ворочать такой немаленький труп было непросто, но Шутник тщательно проверил все карманы Лома, в поисках полезностей, и перетряс рюкзак.

— И вовсе мне не стыдно — приговаривал он, разбирая рюкзак — случайно получилось… Да нет, вру конечно, не случайно, просто я подумал, что у него вполне мог быть и пистолет, в комплекте к автомату. Я не мог так рисковать. О, вот он кстати… Смотри сука, даже клапан кобуры расстегнуть успел, а я и не заметил… На винтовку что ли позарился?

Закончив обыскивать рюкзак, Шутник вынужден был признать, что его новый знакомый был явно не с первых строк форбса. Еды у мужика с собой не было, а споранов и штуковин чуть побольше, и вовсе было меньше десятка. Это Шутника категорически не устраивало. Есть хотелось все сильнее и сильнее.

— Черт, ну вот что ты жрал а? — Шутник пнул труп Лома — Что за дилетант уходит в дальний поход без еды? Сволочь. Ну вот что тебе стоило взять с собой банку тушенки? У-у-у, сука. Вот отрежу от тебя кусок, пожарю на костре и сожру, будешь знать как без еды ходить… Да и нахера вы все сюда претесь? Тут же нет ничего полезного?

Из трофеев порадовал пистолет, маленький, компактный, с лазерным целеуказателем и двумя запасными магазинами. Нож, и самое главное — дешевая пластмассовая зажигалка, от которой за версту разило китайщиной, и которую приличный человек, в приличном обществе, постеснялся бы вынуть из кармана. Фляги с живчиком у Лома не оказалось, вместо этого была полулитровая пластиковая бутылка, наполненная гадостным раствором, воняющим сивухой. Так себе живец, явно похуже чем тот, что есть у Шутника, но привередничать не приходилось.

Собрав пожитки в рюкзак, и кивнув напоследок трупу Лома, Шутник подозвал пса, который впрочем не откликнулся, и пошел дальше, теперь уже зная, что до автомобильного магазина недалеко.

Зачем он туда идет, Шутник представлял плохо, изначально он рассчитывал разжиться там штанами от какой-нибудь спецовки работяг, или чего-нибудь в этом духе, но теперь, ему они были не нужны. Он вроде как неплохо прикинут, есть одежда, оружие и даже спораны, так что нужды в живчике он испытывать не будет.

Есть ли смысл заходить в магазин? Возможно стоит, глядишь где-нибудь на кухне завалялась пачка сухариков, или пакет с конфетами. Жрать хотелось просто ужасно. Шутник понимал, что человек тварь достаточно живучая, и без еды, особо не напрягаясь протянет пару недель, но ему ведь придется активно двигаться, тратить энергию, а это лучше делать на сытый желудок.

— Черт… — тихо пробормотал Шутник — если бы Рыжий не зажидил зайца, я бы уже жрал жаренную зайчатину, а сейчас все больше склоняюсь к мысли, что и жареная собачатина может быть весьма вкусной. Слышишь пес?

Собака словно понимая тягостные мысли хозяина, появилась рядом, притащив в пасти задушенную мышь-полевку. Бросив ее под ноги Шутнику, с видом «на, пожри лошара» пес снова растворился в высокой траве.

— Он еще издевается — недовольно пробасил Шутник, но от дохлой мышки его отвлек силуэт строения, появившийся на горизонте. Дошли.

Глава 17

Солнце ползло по небосводу приближаясь к зениту. Деревья покачивали ветками на ветру, издавая тот негромкий, умиротворяющий шум, какой слышат городские жители выбираясь на природу, а под кустом шиповника, на котором уже появились красные ягоды, лежал человек. След из примятой травы и стоптанных кустов, тянулся к границе, словно прочерченной под линейку, границе, что разделяла привычный мир и что-то невообразимое, но непременно страшное.

Черное поле, до самого горизонта, словно раскатанное асфальтовым катком, и присыпанное черной, угольной пылью. Даже небо над этой черной землей казалось каким-то пасмурным и зловещим, хотя на самом деле, это скорее всего было не так. Очередной выверт психики, которая на черноте ломалась наравне с организмом, в котором эта самая психика и обитала. Док, сунувшись на мертвый кластер, испытал на себе его тлетворное воздействие, и теперь валялся на земле, медленно приходя в сознание.

Сказать, что Доку было хреново, это все равно, что не сказать ничего, или даже существенно приукрасить действительность. Проснулся он таким разбитым, словно не спал под кустом, неизвестно сколько, а разгружал вагоны… Да что там вагоны, ощущение такое, что он сухогруз в одно рыло разгрузил. Пить хотелось ужасно, от жажды язык присох к небу, а сам Док ощущал его словно кусок пересохшей резины — чуть шевельни, и трещинами покроется.

Кое как поднявшись на ноги, он побрел вдоль черноты, больше не переступая ту четко очерченную грань, между обугленной землей и обычной травой. Куда он идет, Док слабо представлял, даже не понимал в какую именно сторону движется, туда же, куда шел до того как нелегкая потянула его в эту черную муть, или наоборот — возвращается туда, откуда пришел.

Шаг, еще шаг, еще один… Солнце стояло в зените, но провалялся ли Док одну ночь или несколько суток, сам он определить не мог, а дату, его часы не показывали, к тому же, как заметил Док, часы почему-то остановились. Являясь каким-никаким, но все же медиком, старик попытался определить по своим ощущением симптоматику. На лучевую болезнь его состояние было не похоже, да и на отравление тоже — какого-то ярко выраженного недомогания он не ощущал, это была просто общая слабость, похожая на банальное истощение организма, головная боль, дрожь в конечностях… Такое ощущение, будто он провалялся под этим кустом не меньше месяца, или как минимум неделю, но вряд ли это было так — скорее всего на него так повлияла эта выгоревшая местность.

Что это такое было — последствие ядерного удара, а может применение какого-либо оружия массового поражения из арсенала пришельцев, Док не знал, и решил не ломать над этим бесполезным знанием голову. На данный момент, куда больше, его интересовало направление в котором он идет, и как скоро придет, куда бы он там не пришел. Солнце медленно ползло к горизонту, Док, столь же медленно переставлял ноги, чудом не падая.

Почему-то, он был уверен, что если упадет, то уже больше не встанет, так что единственное, что сейчас беспокоило Дока, это очередность переставления ног, двигался он на одной только силе воли и упрямстве… Спустя еще несколько часов неторопливого хода, ноздри Дока начал щекотать химический, кислый запах. Он помнил эту неприятную кислятину — примерно так же пахло в поезде, когда они заехали в туман, чем-то подобным пованивал труп пришельца, и вот сейчас снова вокруг расползается туман, с противным запахом… Может быть это какое-то оружие инопланетян? Какой-то газ?

Додумать мысль док не успел. На грани слышимости, он скорее почувствовал каким-то чутьем, или интуицией, чем расслышал, тихий шорох. Остановившись и оглянувшись, он принялся пристально вглядываться в туманную муть, пытаясь отыскать источник беспокойства, и наконец увидел едва заметные, в стремительно густеющем тумане, фигуры. Походка, дерганные движения… Люди были далеко, но Док понял, что это те самые психи. Окончательно его опасения подтвердились когда легкий ветерок, донес до него едва слышное, но такое знакомое ворчание. Боевой клич с которым эти сумасшедшие нападали на пассажиров поезда. Сомнений больше не осталось. Психи! Точно!

— Черт! — выругался Док, пытаясь ускориться, насколько получится, и понимая, что метров через пятьсот — шестьсот, его все равно догонят. Ноги заплетались, вестибулярный аппарат сбоил, Легкие отказывались работать нормлаьно, и старик дышал словно ломовая лошадь.

Туман был все еще недостаточно густым — падать на землю, под каким-нибудь кустом, и надеяться, что людоеды его не заметят — бессмысленно. Заметят твари, надо бежать, вот только бежал Док, слишком уж медленно…

Психи же, наоборот, бежали быстро. Неслись целой толпой, не шарились по кустам, не высматривали следы, просто бежали. Либо они уже заметили Дока, и сейчас радостно спешат к нему, чтобы отобедать свежей человечиной, либо, что куда более вероятно, это не он настолько популярен, а что-то другое, гонит тварей вперед.

Что же за страшная тварь, может напугать психов-людоедов, Док понятия не имел, но встречаться с ней ему точно не хотелось. К тому же Док не был уверен, что все действительно так, как он себе навоображал, и психи убегают от кого-то, а не гонятся за ним. Да пусть даже и убегают — схарчить по пути едва переставляющего ноги человека, они скорее всего не откажутся. Единственный близко знакомый Доку псих, отсутствием аппетита не страдал, и старик полагал, что его товарищи не менее голодны, а гастрономические пристрастия у них, не менее ужасные чем у той твари, которой Док размозжил голову.

Подстегнутый, словно кнутом, этими безрадостными мыслями, Док ускорился насколько получилось… впрочем, получилось не очень, и он понимал, что толку от этого совсем немного. Ближайший псих был уже в сотне метров, когда Док, бросив взгляд вперед, заметил на черноте фигуру. В полусотне метров от границы зелени, сидел на корточках человек…

Фигура человека была черной, словно он полностью покрыт угольной пылью, но самое главное, Док даже с такого расстояния, рассмотрел, что у человека в руках оружие. Винтовка или автомат, Док не понял, но это был хоть какой-то шанс. Из последних сил рванув вперед, Док добежал до края черноты, сделал несколько глубоких вдохов, словно собираясь нырнуть в ледяную воду, и зачем-то зажмурившись, бегом рванул на выжженную землю.

Поплохело почти мгновенно, пробежать Док сумел не больше пяти-шести метров, потом упал, но первое погружение в черноту, словно сыграло роль прививки или тренировки — в этот раз, контроль конечностей дался доку немного легче. Переставляя руки и ноги, Док полз, лишний раз не открывая глаз. Остановился, борясь с тошнотой открыл глаза, взглянул вперед, чуть скорректировал маршрут и снова зажмурившись, так почему-то было проще, пополз, стараясь выдерживать направление на черную фигуру, и мысленно ликуя, когда сидящий на корточках человек, приближался к нему на очередной метр.

Вот до черного человека уже метров пять, два метра, метр… Док с трудом поднялся с брюха на колени, но едва оторвал руки от земли, тут же свалился мордой в черную пыль. Чертыхнулся, снова попытался подняться, в этот раз удачнее. Протянул дрожащую руку, схватил автомат, висящий на ремне, на шее человека, покрытого черной пылью. Дернул. Фигура человека рассыпалась, на черную землю упал шлем, перчатки, еще что-то, а у Дока в руках оказался автомат, на ремне, которого болталась разгрузка, и ворох еще какой-то хрени, которую Док особо не разглядел. Нависший хлам мешался, но отцеплять его не было времени.

Передернув затвор, и обернувшись к зелени, Док свалился на землю, и лежа на спине, держал под прицелом полосу тумана, сгустившегося настолько, что разглядеть в нем хоть что-нибудь, было невозможно.

Сколько он так пролежал, тыкая стволом в любое завихрение в тумане, который постепенно расползался вокруг, Док не знал. Никто из тумана не выскакивал, не бросался на него с громким рычанием, не пытался сожрать. Он видел время от времени стремительно проносящиеся мимо тени, но психи, скорее всего, обладали куда более развитыми инстинктами, и на черноту не совались, бежали куда-то, но не на выжженную землю.

Вскоре туман приобрел совсем уж невероятную плотность, и рассмотреть хоть что-то, стало невозможным. Проклятое выжженное место давило на мозги, состояние ухудшалось буквально на глазах, автомат тяжелел, руки наливались свинцом, а глаза сами собой закрывались. Дышать становилось все труднее, череп, казалось, наполнили свинцом, во всяком случае голова стала такой тяжелой что держать ее на весу, старик уже не мог. Мысли двигались столь же медленно, подтверждая ту же теорию, в изображение в глазах двоилось и вертелось.

Док держался до последнего, но вскоре чернота взяла верх, и сознание окончательно его покинуло.

Глава 18

Диллерский центр оказался действительно огромным — большое двухэтажное строение, тем не менее, абсолютно непригодное для того, чтобы держать оборону — здание почти полностью было стеклянным… Зато прозрачные стены, позволяли осмотреть помещение центра снаружи, что Шутник и сделал. Никакого движения заметно не было. В центре зала, стояла та самая ламба, люди отсутствовали.

Проверив, что винтовка с предохранителя снята, Шутник вцепился рукой в загривок собаки, и они медленно двинулись внутрь здания. Прямо за вращающейся дверью, которая без электричества не работала, и ее пришлось толкать руками, оказался труп. Это был невысокий мужик, в синей спецовке охранника, с измазанным в крови ртом, и дыркой от пули во лбу. Видимо перезагрузка и правда пришлась на ночную смену, но перед тем как охранника пристрелили, он успел кого-то пожевать.

Шутник и пес, прошли мимо трупа, сначала осторожно и едва ли не на цыпочках, потом, осмелели, когда Шутник заметил, что их шагов совсем не слышно, но зато в ушах опять поселился глухой стук пульса, или что бы оно там ни было.

Обошли весь первый этаж. Заглянули в кабинет в котором скорее всего сидела кассирша — маленькая комнатка, с небольшим оконцем, забранным решеткой и толстенным стеклом, очевидно бронированным. Зашли в подсобные помещения, коих было штук семь, и в которых хранились коробки с бумагами, швабры, какие-то шины, и прочая ерунда. В одной из комнатушек нашли застекленный шкафчик с ключами, и Шутник тут же принялся искать ключ от ламбы — зачем он не знал, но вспомнив слова Мазилы, ему вдруг тоже захотелось посидеть за рулем дорогого автомобиля.

Не нашел. Ключ от ламборгини очевидно хранился не здесь, либо его уже подрезал кто-то другой, скорее всего тот же Мазила. Убедившись в том, что первый этаж пустует, Шутник осмелился отпустить пса, и тот сразу же унесся исследовать помещения.

Проследив взглядом за собакой, которая на бегу медленно появлялась в видимом спектре, Шутник снова задумался над своей способностью делаться невидимым. Пока что, она завязана у него на страх, когда он пугается или даже просто волнуется, стелс включается сам, а вот как проявиться обратно?

Вытянув перед собой руку, Шутник пристально уставился в пустоту, где должна была бы быть его рука, и мысленно приказал «появись». Не помогло.

— Появись — заорал он уже во всю глотку, но не услышал ни единого звука, кроме с сумасшедшим грохотом, стучавшего в ушах пульса… Впрочем в то, что это его пульс, Шутник не верил. С такой частотой сердце бьется наверное, разве что у колибри, да и то не факт. Положив палец на запястье, Шутник почувствовал биение сердца, и сразу же понял, что этот треск в ушах, действительно никакого отношения к пульсу не имеет. Решив не ломать пока над этим голову, Шутник двинулся на второй этаж, тем более что треск в ушах начал понемногу ослабевать.

Весь второй этаж был отдан мотоциклам, квадроциклам, мопедам, снегоходам и прочему транспорту, на котором можно было передвигаться сидя верхом. Побродив между рядами мотоциклов, и подумав о том, что ему стоило бы подобрать себе мотоциклетный шлем с хорошим забралом и кевларовый мото-костюм с черепахой, коль уж ничего лучше пока не предвидится, Шутник принялся обыскивать подсобные помещения. В процессе, незаметно для себя сумел сбросить стелс, тут же отметив, что шум в ушах прекратился, видимо он в самом деле появляется только тогда, когда Шутник включает невидимость.

В шестом по счету кабинете, удалось найти таинственного стрелка, убившего охранника на первом этаже. Это был труп, в такой же синей униформе, еще один сторож, понял Шутник. Мужик был мертв, не в том смысле что зомби, а том, что мертв окончательно и бесповоротно.

Он болтался в петле, привязанной к торчащему из потолка крепежу для люстры. Строители на этом объекте видимо не халтурили, и крючок выдержал вес немаленького, в общем-то, мужика. На столе, Шутник увидел листок бумаги, на руке трупа — рану, очевидно от зубов.

После того как Шутник прочитал записку, ему все стало понятно. После перезагрузки, один из охранников обратился. Второй либо обращался медленнее, либо ему повезло стать иммунным, но когда напарник укусил охранника за руку, он, видимо почерпнув из фильмов и сериалов много информации о зомбаках, решил покончить с собой, чтобы не превратиться. Застрелил обратившегося охранника, а сам застрелиться не смог… Странно, застрелиться не смог, зато смог повеситься. Забавно. Обыскав помещение, пистолета, которым охранник застрелил напарника, Шутник не нашел. Либо охранник оставил ствол не в этой каморке, либо его кто-то уже подрезал.

Оставив вонючий труп висеть где висел, шутник запер дверь в кабинет, чтобы вонь не расползалась, и продолжил обыски дилерского центра. Еды, за исключением коробки конфет он так и не нашел. Было кофе, была вода в кулере, но электричества не было, чтобы себе чаю вскипятить, так что толку от этого кофе не было никакого. Съев конфеты, не забыв предложить их и собаке, Шутник повторно прошелся по магазину, и все же забрел в отдел мотоэкипировки.

Подобрал себе штаны — плотная ткань, посерьезнее чем обычная джинса, почти брезент. Пластиковые щитки, подкладка, судя по описанию — кевларовая, которая позволит проскользить на заднице по асфальту не одну сотню метров. При этом задница останется в изначальном виде, а не размажется по дороге тонким слоем.

— Интересно — пробормотал Шутник, примеряя обновку — почему тот же Мазила не взял себе такие же штаны, а продолжал ходить в старых джинсах? Не додумался? Или я чего-то не знаю?

К штанам, Шутник подобрал себе куртку из такого же материала что и штаны, с щитками на спине и груди, плюс на плечах и предплечьях под тканью тоже чувствовался толстый пластик. В разборках с обыкновенными, не прокачанными зомбаками, такой костюм может помочь — так прям сразу, пластиковые щитки и кевларовую ткань (если это действительно кевлар, а не маркетинговый ход) зомбаки не прогрызут.

Шлем Шутник брать не стал — прочный конечно, но обзор малость сужает, огромный, тяжелый, жаркий… Да и не собирался Шутник головой стучать во все подряд, а от пули, такой шлем точно не спасет. Зато стоптанные ботинки Мазилы, он заменил на мотоботы, удобные, толстые похожие на ботинки от коньков… Правда ходить в них было не очень комфортно, движения стопы были немного ограничены, он даже подумал о том чтобы вернуться обратно к стоптаным башмакам Мазилы, но пока решил оставить мотоботы, походит часик-другой, может привыкнет, если нет, тогда уже и переобуется обратно.

Внезапно появившийся рядом пес, заставил подпрыгнуть, от неожиданности, и на рефлексах уйти в стелс. Снова встала проблема — пес волновался, не видя хозяина, а как снять проклятую невидимость, Шутник не знал. Подошел, погладил собаку, успокаивая, и уселся в мягкое кресло какого-то сотрудника, работавшего здесь ранее. Вытянул руку — увидеть не получилось. Рука прозрачная. Ног тоже не видно, и как сделать так, чтобы они появились, Шутник не знал.

— Ладно — заявил он сам себе, пусть и не услышав голоса — давай думать логически. В стелс я ухожу с перепугу, так? Так. Как только я начинаю нервничать или пугаться, сразу же становлюсь невидимым. По идее, чтобы снова стать видимым мне надо успокоиться, так? Вроде так. Но я спокоен, почему я не появляюсь?

Шутник пытался медитировать, пытался мысленно приказывать себе появиться, убеждал самого себя в том, что все в порядке, и вокруг полностью безопасно, но стелс не сбрасывался. В конце-концов, шутник решил просто выждать, когда же невидимость спадет сама, не может же она висеть на нем вечно, должна же батарейка разрядиться.

В этот момент его осенило — гул в ушах, это и есть индикатор заряда батарейки. Сейчас, сидя в кресле практически без движений, он почти не слышал в ушах привычного гула. Едва слышные, глухие и протяжные бууууум… бууум… Наверное раза два-три в минуту и все.

Вскочив на ноги, и прислушавшись к ощущениям, он заметил, что пульс, как он решил назвать этот стук в ушах, пусть он пульсом и не являлся, ускорился. Глухие бум-бум стали чуть громче, и участились. Шутник прошелся вдоль стены, туда и обратно — шум усилился. Подхватил с пола шлем, который тут же покрылся серебристой пленкой и через мгновение растворился в воздухе, и замахнувшись от души, врезал им по стене. Звука не было, то есть не было звука удара, а вот грохот в голове усилился. Шутник замахнулся еще раз, и ударил шлемом по стене, а потом еще раз. Минут через десять активного стучания в стену, он почувствовал как неторопливые удары пульса в ушах, превращаются сначала в скоростной треск, а потом и вовсе в высокочастотный тонкий писк, похожий на звон натянутой струны. При очередном ударе, в мозгах что-то хлестко щелкнуло, словно эта самая струна лопнула, Шутник свалился на пол, и тут же увидел красные капли крови, падающие на белые, кафельные плиты… Он наконец-то проявился, стелс спал, вот только кровотечение из носа, свидетельствовало о том, что больше, таким вот образом, сбрасывать невидимость не стоит. Перед глазами потемнело, к горлу подкатила тошнота, но отсидевшись несколько минут, Шутник почувствовал себя лучше.

Картинка в голове худо-бедно, но складывалась. Получив способность исчезать, Шутник получил и своего рода индикатор — чем меньше нагрузка на его систему невидимости, тем тише и реже гул в ушах. Чем громче и чаще «пульс» тем сильнее нагрузка на стелс, и тем меньше времени у него до проявления. Когда треск переходит в звон, это означает что невидимость уже на пределе, и если она спадет, то Шутник получит по мозгам, так что надо научиться сбрасывать невидимость самостоятельно, не допуская разрушения стелса.

Проанализировав ситуацию, Шутник пришел к выводу, что в стычке с Мазилой, стелс слетел, когда он перестал бояться. Как только он оказался за спиной рейдера, и направил ему в затылок винтовку, подсознание успокоилось, страх исчез, Шутник почувствовал уверенность в себе, и невидимость отключилась…

Прислушавшись к ощущениям, он каким-то образом сумел понять, что через пару минут, он снова сможет исчезнуть. Пусть ненадолго, но эта неведомая штука, которая позволяла ему исчезать, хоть немного перезарядится и он сможет включить стелс. Как объяснить это ощущение самому себе, Шутник не знал, но решил мысленно сравнивать это с магазином автомата. Сейчас, по его ощущениям, неведомый дар улья, медленно и неторопливо, заталкивал в обойму первый патрон.

Отхлебнув живчика, Шутник принялся вспоминать свои страхи. Чего он боится? Да собственно много чего. Он боится пауков — мерзкие твари. Опасается лягушек — точнее они не столько его пугают, сколько вызывают отвращение, тоже мерзкие твари… Боится, точнее боялся разориться и остаться без денег, боится стоматологов…

— Нет, это точно не то — сказал он сам себе — представляя себе лягушку или стоматолога, я в стелс не уйду.

Продолжая копаться в мозгах и перебирать свои страхи, Шутник пришел к выводу, что самым большим страхом для него, является даже не страх смерти, а страх потери — с родственниками он почти не общался, но понимание того, что он может кого-то из них потерять, вызывало панику… Раньше. Сейчас, он осознавал, что уже потерял их всех, увидеть родню ему больше никогда не доведется, и теперь с прошлым, его связывает только собака. Однако представляя дохлую псину, или себя самого лежащего в гробу, в стелс уйти тоже не получалось, это какой-то слишком уж абстрактный страх, да и подсознание скорее всего понимало что все мы смертны, и умрем не сегодня так завтра, потому и не пугалось особо.

— Ладно — рассердился на свою собственную психику Шутник — копнем глубже!

Сеанс самокопания, завершился на Фредди Крюггере. В детстве это был самый страшный монстр, из всех, которых только знал шутник. Если от других монстров можно было отгородиться стальной дверью, девятнадцатым этажом, или знанием того, что в соседней комнате отец, который прогонит любую тварь, то вот от Крюггера, спрятаться не так просто. Этот гад внутри твоей головы, и может убить тебя в твоих собственных снах, поэтому именно его, Шутник очень боялся в детстве. Придя к выводу, что он боится своего же собственного воображения и подсознания, Шутник задумался, на минуту, а потом начал подробно и во всех красках рисовать в воображении жуткую обожженную морду, и металлическую перчатку, с длинными лезвиями.

Усевшись в позу, чем-то похожую на позу лотоса, Шутник закрыл глаза, попытался очистить сознание, на ходу вспоминая как правильно медитировать. Несколько раз глубоко вздохнул… Шляпа, обожженное лицо, полосатый свитер… Образ получился настолько подробным, что Шутник даже вздрогнул, когда воображаемая морда ему ухмыльнулась, и Крюгер взмахнул когтями. Он не собирался представлять себе все именно так — созданный в воображении монстр его не слушался, однако это сработало.

Вздрогнув, Шутник исчез (проверил помахав перед лицом рукой — не видно) и теперь надолго задумался, выискивая в сознании триггер, который мог бы служить кнопкой для отключения стелса. Убедить себя в том, что он в полной безопасности, у него не получалось — подсознание не обманешь, оно прекрасно понимало что находится в параллельном мире, в котором едва ли не каждую секунду, есть риск что тебя сожрут злобные твари, или другие твари, не менее злобные, тебя пристрелят. Успокаиваться разум не хотел, поэтому Шутник, принялся искать в мыслях то, что придавало бы ему уверенности.

Подробно представлял себе танк, надежный бункер, пулемет… Ничего не помогало. Он слышал как стучит в голове пульс, понимал, что частота ударов растет, и откуда-то точно знал, что если не сумеет отключить стелс сам, то он просто разрушится от недостатка энергии, или на чем он там работал, а это грозит новым ударом по мозгам и кровотечением из носа, а может есть еще какие-то негативные последствия, которые так сразу не заметны, но прикончат его со временем.

В поисках триггера, который бы внушал ему уверенность, он забрался в своих мыслях поглубже в прошлое, и все же нашел его. Кубок, полученный им на соревнованиях по боксу в старшей школе. Это показалось ему настолько удивительным, что он не поленился, и мысленно размотал клубок воспоминания.

В школе, помнится, его поначалу чморили. Наверное все через это проходят, когда меняют школу, новеньких никто не любит, а уж если чувствуют жертву, то тем более. Он был именно таким новеньким, да еще и лоховатым — перевелся в забулдыжную школу, из элитной, в которой царили совсем другие порядки, и уважали в ней совсем за другие качества. Несколько раз проиграв в драках, Шутник решил, что с этим пора заканчивать, и записался в секцию бокса… В то время помнится с деньгами у семьи была напряженка, их катастрофически не хватало, но отец все же выделил из скудного семейного бюджета нужную сумму, и начиная с шестого класса, Шутник занимался боксом.

Уже через год он мог дать отпор большинству школьных задир, бокс не столько дал навыки боя, сколько прокачал мышление — теперь он драки не боялся, и не старался избежать ее всеми возможными способами. В старших классах, он занял третье место на городском чемпионате, и этот дешевенький кубок, стал для Шутника символом того, что он, по большому счету, в рукопашке, уступает всего-то двум своим сверстникам во всем городе… Эту дурь из него конечно же вскоре выбили, доказав что бой на ринге и драка в подворотне вовсе не одно и то же, и тощий, сухопарый гопник, который легче его на десяток килограмм, и на ринге не выстоит против него даже раунда, легко справится с ним в драке без правил… Отбитые яйца прочно закрепили этот жизненный урок в его сознании, а связка ударов — пинок в пах, и встречный удар коленом в лицо, испытанная на собственной шкуре, стала самой любимой, но все же небольшой бронзового цвета кубок (вряд ли он правда был бронзовым, скорее омедненным) навсегда стал для Шутника символом уверенности в себе, и уверенности вообще.

В дальнейшем, когда случались проблемы в семье, когда начинались сложности сначала на работе, а потом и в собственном бизнесе, и когда вообще что-то шло не так как надо, один вид этого потускневшего, и поцарапанного кубка, успокаивал и придавал уверенности… Он так и стоит в его квартире…

Нарисовав в воображении кубок, Шутник увидел его, словно тот стоял перед ним, протянул руку, ему даже показалось, что он чувствует под пальцами гладкую и холодную поверхность кубка, несколько глубоких царапин, скол на одной из ручек, и раскрыв глаза, увидел, что рука, больше не прозрачная — он вышел из стелса.

Теперь у Шутника были две кнопки — Крюггер, и кубок. Одна включала стелс, вторая отключала, требовалось только попытаться запомнить и восстановить в памяти те ощущения, которые эти двое у него вызывали, чтобы не медитировать каждый раз, рисуя их в воображении.

Потратив еще часа два, Шутник худо-бедно научился исчезать и появляться по желанию и теперь больше не чувствовал себя лохом рядом с Рыжим, который свою способность телепортации, освоил намного раньше чем хозяин научился пользоваться своим стелсом. Теперь следовало найти пределы своих сил.

Посмотрев сквозь стеклянную стену на солнце, которое медленно, но верно ползло к закату, Шутник решил, что сегодня этот автомагазин он не покинет. Устроится на ночлег тут — в каморке кассирши, там такая дверь что ее не то что зомби, ее и взрывчатка не возьмет. Окошко одно, и оно совсем маленькое, плюс с решеткой, и толстым бронестеклом, так что, поспать можно будет относительно безопасно. Лишь бы снова не попасть под перезагрузку — терять свое честно награбленное имущество, Шутнику не хотелось.

Глава 19

Что его разбудило, Док не знал. Очнулся он все так же на черноте, состояние было хуже прежнего, но туман рассеивался, а автомат старик все еще сжимал в руках. Психов видно не было, на выжженную землю, никто за вырубившимся Доком не полез. Ему повезло, и он все еще был жив. А может наоборот — не повезло, и рпоще было бы умереть быстро, от клыков твари, чем медленно дохнуть от радиации, яда, или чем бы там не травила его чернота.

Кое-как шевеля непослушными конечностями, Док пополз к краю обугленной территории, несколько раз по пути терял сознание, но в какой-то момент все же сумел добраться до нормальной земли. Полегчало почти сразу, но совсем немного. Так хреново Доку не было никогда, и такой жажды, он тоже никогда не испытывал. В очередной раз опустив глаза вниз, к автомату, который он так и не бросил, Док заметил ворох всякой всячины, висевший на ремне. Когда человек, у которого это оружие было позаимствовано, рассыпался пылью, некоторые предметы остались. Шлем, перчатки, части ботинок, автомат. И если большая часть хлама осталась валяться там же где упала, то вот разгрузка зацепилась за ремень автомата, и теперь вместе со всем своим содержимым оказалась вместе с Доком на нормальной земле, но самое главное, что среди прочего, у дока появилась фляга. Большая металлическая фляжка округлой формы, была упакована в чехол на ремне, и этот самый ремень, очевидно переброшенный через плечо, зацепился за разгрузку, и притащился вслед за автоматом.

Трясущимися руками отвинтив крышку, Док хлебнул из фляги, и даже не обратив внимание на мерзкий привкус какого-то слабоалкогольного напитка, выхлебал едва ли не треть содержимого. Полегчало прямо на глазах — то ли вся проблема была в обезвоживании, то ли алкоголь просто притупил ощущения, но положительный результат был, а потому Док сделал еще несколько глотков, и окончательно убедившись в том, что состояние медленно, но верно приходит в норму, принялся разбирать трофеи.

Почему человек рассыпался в пыль, Док не пытался понять. Он уже сообразил, что вокруг творится какая-то чертовщина, и мертвец, у которого док позаимствовал автомат, видимо попал под действие оружия инопланетян. Выжженную, черную землю, Док считал именно результатом инопланетной бомбежки, или облучения какими-нибудь лучами смерти.

Возможно это было какое-то химическое оружие, именно его воздействие и превратило человека в черную пыль. Металл выдерживал воздействие этого яда, или кислоты, или чтобы оно там ни было, пришел к выводу Док, обследовав автомат. Разобрал, собрал. Никаких сложностей — знакомая система Калашникова. Никаких проблем со стволом не было, а сделать выстрел, чтобы проверить все ли в порядке с патронами, Док не рискнул, опасаясь, что на звук прибегут психи, или кто-нибудь похуже.

Ремень, на котором висел автомат, частично превратился в черный пепел, но его структура была все же не однородной — Док заметил в ткани какие-то блестящие, словно металлизированные нити, видимо благодаря этим нитям, ремень, разгрузка и чехол фляги не рассыпались полностью, под воздействием неведомого оружия инопланетян.

Остальная одежда солдата, а сомнений в том, что это был военный уже не осталось, превратилась в пепел вместе с ним, все кроме шлема, наколенников, щитков, и некоторых частиц тактических перчаток. Док к своему удивлению все это запомнил, несмотря на то, что чернота всерьез давила ему на мозги.

Надевать разгрузочный жилет Док не стал — он почти разложился, тканевые лохмотья едва держались соединенные металлизированными нитями, разгрузка разлохматилась, частично превратилась в черный пепел, и толку от нее теперь будет немного. Как впрочем и от ремня автомата — тот загрубел, частично рассыпался, и при каждом сгибе, от него отпадали куски материи, почерневшей и скукожившейся.

Автомат, два магазина, граната — незнакомая, но судя по весу и размеру, оборонительная. Фляга с каким-то слабоалкогольным напитком, дико вонючим и чуть кислым на вкус, словно дешевую водяру разбавили уксусом и ослиной мочой… Почему именно ослиной, Док не знал, но ассоциация была именно такой.

В маленькой, металлической коробочке, непонятно из под чего, заполненной ватой, лежали несколько небольших зеленоватых шариков. Чтобы это могло быть, Док не знал, но решил, что это нечто ценное, и может ему пригодиться. Не зря же солдат таскал с собой эти штуковины, возможно какая-то боевая химия, таблетки там, или стимуляторы… В последнее свое предположение, Док и сам не верил, ему казалось глупостью, что боевая фармакология, могла бы валяться просто в какой-то жестянке, а не в специальной аптечке, скорее всего это просто какие-нибудь сосульки вроде тик-така, или конфеты, а может быть это какие-то драгоценности, или памятные солдату сувениры, да мало ли что это может быть…

Достав один шарик, Док помял его в руках — он оказался твердым, понюхал, даже лизнул… Чем бы это могло быть, идей не возникло. На конфету или таблетку твердый шарик похож не был, однако интуиция подсказала что кругляши стоит взять с собой, много места они не занимают.

Распихав магазины и гранату по карманам, Док еще раз проверил автомат, передернул затвор, и радуясь тому, что состояние начало постепенно улучшаться, двинулся вдоль границы выжженной земли, на ходу делая мелкие глотки из фляги. Психи, как он понял, на обугленную территорию не суются, видимо им на ней так же хреново как и самому Доку, так что в случае появления людоедов, возможно получится укрыться на черноте.

Глава 20

Проспав всю ночь без происшествий, запершись вместе с псом в кабинете кассирши, Шутник впервые за последние дни, проснулся в хорошем настроении. Глотнув живчика и напившись воды, он принялся экспериментировать.

Шутнику очень не нравилось ходить пешком, это казалось ему слишком опасным и медленным. Автомобиль намного быстрее, но по словам Мазилы, это все равно, что лечь на тарелку и политься соусом. Слишком шумно, а у местных монстров, слух хороший. Выстрелы, и шум двигателя, это для них как приглашение на обед.

Возможность ехать на машине и не привлекать внимание, Шутник видел в своей способности делаться невидимым. Звуки, которые он издает в режиме стелса, тоже глушатся, собаку у него утащить в стелс получалось, как и оружие. Теперь стоило проверить получится ли у него утащить в невидимость машину.

Если сесть в машину, скрыть ее, заглушив при этом звук двигателя, и продержать невидимость хотя бы полчаса, то за это время, можно проехать столько, сколько в своем стиле «крадущаяся мышь, затаившийся червяк» он будет шагать целый день.

Выбрав из всего модельного ряда автомобилей, мощный, и как ему показалось способный проехать везде, внедорожник, Шутник положил на капот руки, и врубил режим стелс. Серебристая пленка почти мгновенно расползлась по телу, скрыв его из видимого спектра, а от ладоней, прижатых к капоту, начали расползаться серебристые кляксы.

Жидкое серебро, растеклось по автомобилю, покрыв весь капот, передние колеса, и половину кузова — серебро с трудом расползлось до границы передних дверей, но дальше не расползалось. Видимо спрятать в невидимость все, что угодно, у Шутника не получится, либо на массу ограничение, либо на объем. Чертыхнувшись, Шутник перебрался к машине помельче, но скрыть не получилось и ее. Перебравшись в самый конец выставочного зала, Шутнику удалось найти малюсенький смарт, размером чуть побольше коробки от холодильника, и вот его-то, наконец получилось скрыть.

Серебро расползлось по кузову автомобиля, и через несколько секунд, смарт исчез. Продержав невидимость минут десять, и не почувствовав какой-либо серьезной нагрузки, Шутник, снял стелс и побежал к ящику с ключами. Отыскав там ключи от малыша-смарта, он забрался в салон, молясь чтобы аккумулятор был заряжен, а в баке был бензин. Аккумулятор был заряжен, а вот бензина не было. Почему — черт его знает. Может быть машины в выставочном зале совсем не заправлялись, может не был заправлен конкретно этот малыш, но покопавшись в подсобных помещениях, а затем и в автосервисе, расположенном в отдельной пристройке, канистру с бензином найти все же удалось. Заправив машину, и усевшись в салон, Шутник вставил ключ зажигания в замок, а когда панель засветилась, положил руки на руль, и включил невидимость.

Через несколько секунд, Шутнику показалось, что он завис в воздухе — машина исчезла. На ощупь отыскав кнопку «старт» Шутник запустил двигатель, точнее он так подумал, потому что шума двигателя слышно не было. Однако долго радоваться не пришлось — меньше чем через десять секунд, шум в ушах перешел в звон, стелс развалился, из носа мощным потоком хлынула кровь, а по мозгам шибануло так, что Шутник потерял сознание.

Очнулся он, от того, что Рыжий вовсю облизывал ему лицо, горячим, мокрым языком, тихонько поскуливая. Видимо испугался. Во время эксперимента, собаки в салоне не было, наверное пес телепортировался внутрь когда понял, что что-то пошло не так…

Выматерившись, и глотнув живчика, Шутник решил с машинами больше не экспериментировать — слишком большая и шумная. Видимо у его способности есть все же какой-то фиксированный объем скрытности. Если он прячется сам — то может издавать какие угодно звуки, которые глушатся способностью. Громкий стук ударов шлемом по стене, в стелсе удавалось скрывать минут десять. Шум двигателя, пусть даже такого тихого как у смарта, получилось скрыть всего на десяток секунд. Звук был не особо громкий, но видимо свою лепту внес объем — машинка хоть и маленькая, но все же намного больше одного человека, да и массивнее.

— Ладно — с каким-то спортивным азартом пробормотал Шутник, чуть отдохнув и выпив живчика — попробуем чего-нибудь поменьше.

Пес радостно крутился вокруг, пока хозяин бродил по магазину, пытаясь отыскать велосипед. Не повезло. Если кто-то из сотрудников и передвигался на велосипеде, то это точно были не охранники, а других работников ночью на территории центра не было.

На втором этаже, где стояли мотоциклы, велосипедов тоже не оказалось, не продавались они тут. Спустившись обратно, Шутник принялся бродить среди внедорожников, надеясь, что к какому-нибудь туристическому трактору, с креплениями для велосипеда, в демонстрационных целях, будет все же прикручен велик.

В том, что скрыть велосипед и ехать не нем бесшумно точно получится, Шутник почему-то был уверен. Скрывать там по сути и нечего, рама из трех трубок, да пара колес, объема по сути-то и нет, масса тоже копеечная, шума велосипед издает наверное даже меньше чем идущий человек… Не повезло. Велосипедов не было нигде.

Оставаться в магазине, в котором не удалось найти больше ничего полезного, Шутник смысла не видел. Придется идти пешком, и если не хлопать ушами и держать стелс наготове, то двигаться можно с относительной безопасностью, вот только скорость Шутника не устраивала. Прислушавшись к своим внутренним ощущениям, и каким-то образом поняв, что запас невидимости немного восстановился, Шутник решил провести последний эксперимент.

Поднявшись на второй этаж, он выбрал самый маленький из мотоциклов, и усевшись на него, с легкостью сумел утащить в стелс. Вышел из скрыта, снова вошел, скрывая вместе с собой и мотоцикл, точнее мопед. Получилось все просто отлично, маленький и легкий тарантас, уходил в инвиз с пол пинка, осталось проверить получится ли скрыть шум двигателя — судя по цифре и совсем маленькому горшку, объем движка этого пепелаца составлял всего пятьдесят кубиков.

Отыскав ключи, набодяжив бензин с маслом, и заправив мопед, Шутник скрыл пепелац стелсом, и завел. Уже на третьей секунде, он поспешил снять невидимость, пока его не вышвырнуло из стелса принудительно — мопед был маленьким и легким, но двигатель, несмотря на свои крошечные габариты, ревел белугой, и буквально вырывался из скрыта. Все же полторы-две тысячи оборотов в минуту, это те самые полторы — две тысячи маленьких взрывов, за ту же минуту, все равно, что стрелять из пулемета. Стелс с этой задачей не справлялся.

— Черт — выругался Шутник взглянув на собаку — а я так надеялся, что все получится, очень уж не хотелось идти пешком.

Смирившись, что чит не прошел, и все же придется шевелить ногами, Шутник собрал рюкзак и снова пробежался по мотоциклетному этажу — он решил завершить сет, и к своей мотоэкипировке, добыть еще и перчатки. Он увидел рекламные баннеры перед выходом и обратил внимание на картинку с перчатками. Судя по описанию, это были прочные перчи, из плотной, устойчивой к истиранию ткани и с прочными пластиковыми щитками. Их можно было пристегнуть к рукавам куртки, чтобы не спали, как впрочем и штаны — на них тоже были застежки, пристегнув, которые к куртке, можно было получить чуть ли не скафандр. По идее, от зубов и когтей непродвинутых зомби, такая экипировка защитит. Собаку он тоже малость проапгрейдил — заменив штаны, Шутник перестал нуждаться в ремне Мазилы, и отрезав от него кусок, и проколов новую дырку, сделал собаке ошейник. Теперь можно было придержать пса чтобы не полез куда не надо, да и в скрыт забирать его стало проще, не нужно было хватать его за шерсть.

Быстро отыскав среди экипировки перчатки, Шутник уже двигался к выходу, когда на глаза ему попался необычный байк. Первое, на что он обратил внимание — это отсутствие выхлопных труб…

— Вот это нам рояль вкатили без смазки — не удержался от радостного возгласа Шутник, подойдя поближе и как следует осмотрев мотоцикл — это же электробайк!

В самом деле, мотоцикл как оказалось мотора не имел, вместо этого, на том самом месте где у нормального байка расположен движок, был установлен закрытый пластиковыми панелями блок аккумуляторов и всякой электроники. Мотор-колесо, судя по гордой надписи, обладало мощностью в четыре киловатта (много это или мало, Шутник не знал) бензобак оказался фальшбаком — вместо бензина там располагался объемный бардачок. Мотоцикл был сделан под чоппер, или круизер, или как там называются такие вот низкие пепелацы, с широким каплевидным баком, одиночным седлом для байкера и сумками по бокам.

Отыскав ключ и запустив панель, Шутник сумел посмотреть заряд батареи, который составлял чуть больше семидесяти процентов. Поискав документацию по байку, и потратив десяток минут на прочтение, он нашел страницу, на которой было написано, что на полном заряде, этот тарантас сможет проехать около сотни километров, если не гнать выше шестидесяти километров в час.

Усевшись на байк, и аккуратно поворачивая ручку газа, Шутник заставил мотоцикл проехать несколько метров. Электрический мотор, работал практически бесшумно, гораздо громче шуршали шины по полу. Никакой цепи, или еще чего-то, что могло бы дребезжать на байке тоже не было, и в целом он показался Шутнику идеальным транспортом для тихого передвижения. Мысленно перекрестившись, Шутник активировал стелс. Серебристая пленка почти мгновенно окутала мотоцикл. Он, несмотря на кажущуюся массивность, по объему все же уступал даже такой мелкой машине как смарт. Держать стелс получалось легко, стук в ушах, оставался все таким же редким, на высокочастотный треск пока что не переходил, и новоиспеченный байкер, решился повернуть ручку газа. Абсолютно бесшумно, мотоцикл пополз вперед. Не было слышно шума электродвигателя, не было слышно шуршания шин по полу, и даже радостно матерящегося Шутника, слышно тоже не было.

Сбросив невидимость, Шутник прислушался к ощущениям — срыв стелса во время эксперимента с автомобилями, не прошел даром, и тот неведомый резерв сил, который Шутник уже научился ощущать, все еще не был заполнен. Надо подождать, попить водички и живца, может быть поспать. Жаль, что перекусить было нечем.

Ожидая пока восстановятся силы, Шутник понял почему тот же Мазила, не сменил свои штаны и куртку, на мотоэкипировку. Да экип прочный, и зомбаки прокусить его так просто не смогут. По идее, экипировка должна защитить даже от ударов дубиной к примеру, плюсов много, но они все нивелировались одним минусом. Не прошло и часа, как Шутник вспотел и вынужден был снять часть экипа — возможно при быстрой езде на мотоцикле в этой одежде себя можно было чувствовать достаточно комфортно, но при нынешней температуре, и не верхом на байке, а шагая на своих двоих, в мотоэкипировке было очень жарко. Впрочем Шутник собирался большую часть пути проделать именно на мотоцикле, а потому решил не расставаться пока с новой одеждой.

Еще раз пробежавшись по автоцентру в поисках еды, он так ничего толкового и не нашел, зато заметил, что почти на каждом столе, есть маленькая вазочка с конфетками, видимо для клиентов. Часть были пусты, но в некоторых конфеты еще оставались. Ссыпав их все в одну чашку, удалось собрать немаленькую кучку. Шоколад и сахар очень питательные, насколько он помнил, так что с голода теперь точно сдохнуть не получится, во всяком случае в ближайшие дни. Беспокоило то, что Рыжий тоже остался без еды, но предложив собаке шоколадную конфету, и убедившись, что пес их радостно жрет, Шутник немного успокоился.

Забив конфетами рюкзак, он попытался приладить на широкий фальшбак мотоцикла, разрезанную вдоль подушку, с одного из диванов. Лучший друг инженера — скотч, нашелся в одном из шкафов, и теперь подушка, надежно, виток за витком, приматывалась к байку.

Закончив свой колхозный тюнинг, Шутник уселся на мотоцикл, и попробовал усадить на байк собаку. Вроде бы получилось — бак был достаточно широким, а благодаря примотанной к нему подушке, пес, лежа на брюхе, не скользил. Передние лапы и голова, выдавались немного за руль, не сказать, что получилось удобное для собаки место, но худо-бедно, пес все же на мотоцикле висит. Если наклониться чуть ниже, то его можно будет прижать грудью, задние лапы упирались в живот Шутника, а руки, держащие руль, не давали собаке свалиться с боков. Как-нибудь доедут, в крайнем случае Шутник будет постоянно поправлять сползающего пса.

Не то чтобы и человеку так было удобно ехать, но Шутник не знал, угонится ли пес за байком, да и заставлять его бежать без стелса тоже не хотелось. Так что сначала он решил попробовать ехать вот так, а если собака будет сваливаться, попробовать что-нибудь еще. В частности он вырезал из нескольких машин ремни безопасности, и планировал при нужде, связать из них что-то вроде сбруи, в которой можно будет закрепить пса, и подвесить как рюкзак за спину или на грудь. Он видел, что некоторые носят так младенцев, значит система надежная. В общем варианты были, на фантазию Шутник не жаловался, а пример с мотоциклом подсказывал, что в случае крайней необходимости он получит еще какой-нибудь подарок небес.

Улей представлялся Шутнику слишком уж продуманным и точно выверенным, чтобы быть порождением слепого случая, или природы. Все, до последних мелочей было словно продумано чьим-то разумом. Определены условия, словно десять заповедей, высечены в Камне законы мира, а кто-то неведомый — боги, демоны, инопланетяне или иные сущности, наблюдают за копошащимися в грязи людишками, и возможно, делают ставки… Сволочи. Было ли это следствием намечающегося нервного срыва, а может быть Мазила был прав и не стоит пить бодяженный на говеном коньяке живец, но мысли Шутника все чаще и чаще обращались к столь бросающейся в глаза искусственности улья…

Мотоцикл и батарея с семидесятипроцентным зарядом, давали шанс преодолеть большую часть пути до стаба, буквально за пару часов, но немного смущало предупреждение покойного Мазилы, о том, что надо будет сойти с дороги и обойти кластер со спальным районом. Проедет ли мотоцикл по грунтовке? Черт его знает, но может быть под стелсом получится проехать сквозь город?

— Этот парень был из тех, кто просто любит жизнь — напевал Шутник, вытаскивая мотоцикл на улицу и Решив, что проблемы будет решать по мере их появления — любит праздники и громкий смех, пыль дорог и ветра свист.

Скорее всего был какой-то технический въезд, вряд ли сотрудники затаскивали на второй этаж мотоциклы по лестнице, но подумал об этом Шутник, только тогда, когда уже стащил драндулет на один пролет. Мысленно обозвав себя дураком, он продолжил стаскивать мотоцикл по ступеням, а пес радостно порыкивая, летал телепортом с первого этажа на второй. Обливаясь потом, в жарком мотоциклетном костюме, Шутник выкатил на улицу мотоцикл, рассовал имущество по сумкам, что висели по бокам байка, забрался на него сам и как сумел усадил собаку.

Включил зажигание, или как оно называется у электротранспорта, еще раз проверил заряд батареи, и аккуратно повернул ручку газа. Мотоцикл с тихим жужжанием, едва ли громче жужжания компьютерного кулера, начал набирать скорость, убедившись, что хоть как-то получается ехать, Шутник поставил ноги, все это время свисающие по сторонам мотоцикла на подножки, и порадовался, что у электробайка нет коробки передач — как переключать скорости на мотоцикле он не знал, и подозревал, что если бы пришлось возиться со сцеплением и переключением скоростей, он бы вряд ли сумел научиться этому сходу. В подростковом возрасте у него был мопед, но там было всего две скорости, которые переключались рукоятью на руле. Вряд ли у мотоциклов передачи переключаются так же, поэтому электробайк, был идеальным кандидатом на роль транспортного средства.

Активировав стелс, и прислушавшись к ощущениям, Шутник понял, что сможет сохранять невидимость, минут десять, может двенадцать, или около того. Как именно он сумел это понять — Шутник не смог бы объяснить даже самому себе. Видимо подсознание собирает статистику, всех его исчезновений и появлений, выстраивает корреляцию, а до него, то бишь до сознания, доводится некое околоинтуитивное осознание, своих запасов стелса.

Сбросив невидимость, и убедившись, что даже без скрытности электрический мотоцикл почти не издает шума — пылесос, шумит во много раз громче — Шутник решил приберечь стелс на крайний случай. Вряд ли твари будут сползаться на тихое, едва уловимое жужжание, все же эти звуки не похожи на выстрелы или рокот двигателя, и не ассоциируются у зомбаков со вкусными людьми, ну, а если какая-нибудь монстрятина все же погонится за ним, он всегда сможет уйти в стелс, и оторваться от назойливой твари.

— Но он исчез, и никто не знал, куда теперь, мчит его байк — улыбнувшись своим мыслям, Шутник повернул ручку газа, добавляя скорость — один бродяга, нам сказал, что он отправился в рай.

Глава 21

По-осеннему серое небо, затянуло тучами. Мир походил на черно белую фотографию — серое небо над головой, и серый асфальт под ногами. Пожухлая, высохшая трава вдоль обочин добавляла в палитру мира оттенки коричневого и бледно-желтого, а чуть поодаль, сплошной стеной стояли сосны, словно огораживая трассу бледно-зеленым забором. Пустая дорога пугала, она походила на заброшенный дом, в котором никто больше не живет. Никаких огней фар, шума моторов, лишь ветер свистел, да колеса мотоцикла тихо шелестели по асфальту.

Байк летел на скорости километров семьдесят в час, и пока, никто от Шутника не откусил ни одного куска. Дважды за мотоциклом пробовали увязаться зомби, но быстро отставали, а один раз, Шутник с псом чуть не встретились с какой-то страшной тварью.

Выжимая газ, и покрепче стиснув зубы, чтобы не набрать полный рот комаров и мух, Шутник гнал по дороге, в сторону стаба, как вдруг, шерсть на загривке Рыжего встала дыбом, а пес зарычал, при этом чуть повернув в сторону морду. Не разбираясь, что он там увидел — аппетитного зайца или скопление монстров, Шутник сразу же врубил стелс, а через пару минут, они проехали мимо огромной и жуткой твари, у которой вовсю шел процесс рыбалки.

В кювете, справа, лежал на боку грузовик с тентованной будкой. Шутник не раз видел такие в прошлой жизни, той, которая закончилась считанные дни назад. Это не огромная фура, пожиратель дорог, на которых дальнобойщики наматывают тысячи километров, а небольшой, скромный грузовик. Поменьше «КамАза», но побольше «Газели».

Сейчас машина лежала возле дороги, подставив небу затянутый синим брезентом бок, а на обочине, тихонько подвывая валялся человек, с оторванными ногами и развороченной в хлам мордой, практически без нижней челюсти. Шутник не стал ехать дальше, остановился на другой стороне четырехполосной дороги и окинул пристальным взглядом как раненого мужика, так и окрестности. Как и ожидал, все это было неспроста — Шутник заметил, огромную тварь, которая притаилась в будке грузовика. Слева или справа, ее видно не было, заметить можно было только тогда, когда поравняешься с машиной. Понятно, что тварь не стала добивать человека, оставив в качестве приманки. Риска никакого, безногий, едва живой мужик далеко не уползет, сожрать можно в любой момент, а пока жертва жива, можно попытаться поймать на нее еще кого-то. Даже после смерти, труп может служить приманкой. Шутник понимал, что не подай пес сигнал опасности, он и сам остановился бы у трупа, чтобы проверить содержимое рюкзака и карманов. Даже не останавливая байк, он все равно мог бы стать жертвой хитрой твари — стоило только проехать мимо нее без стелса, как она непременно бы атаковала… Невидимость спасла уже не в первый раз.

Понимая, что он невидим, и находится в относительной безопасности, Шутник остановился напротив грузовика и как следует присмотрелся к твари. Сейчас их разделяли метров десять — двенадцать, не более… Нет, нападать на тварь он не станет — монстрила здоровенный, выглядит опасно, да и откровенно страшно, чего уж юлить. Понять какого роста этот урод трудно, сидит он согнувшись в три погибели, едва ли не распластавшись по брезенту, но даже так видно, что одна только башка, размером почти как половина человеческого тела, в такую пасть запросто влезет человеческая голова, наверное, вместе с плечами, а бронеплиты покрывающие всю тушу, даже на вид казались невероятно прочными.

Уверенности в том, что винторез сумеет их пробить, не было никакой, разве что попасть в глаз. Собственно попасть было нетрудно — достаточно просто подойти в упор, ткнуть стволом в глаз монстра, и вбить поглубже в мозги тяжелую винтовочную пулю, а лучше не одну.

Впрочем тут имелись нюансы — даже если собаку Шутник возьмет с собой, то как быть с мотоциклом? Стоит ему слезть с байка, как тот, сразу же появится, монстр его увидит и что-то заподозрит. Коль уж у твари хватило ума устроить ловушку, то и обратить внимание на появившийся из ниоткуда мотоцикл, монстр тоже скорее всего должен. Можно конечно оставить байк в паре сотне метров позади, вместе с собакой, но в этом случае, если винтовочная пуля тварь не свалит, убежать будет уже проблематично.

Решив не связываться с опасным на вид монстром, Шутник повернул ручку газа и поехал дальше — спасать мужика служившего сейчас наживкой, он не собирался. Это слишком опасно. Надо остановиться, утащить человека в скрыт, затащить на байк и уехать, при этом тварь, скорее всего отреагирует сразу, как только ее наживка начнет растворяться в воздухе.

— Я не могу так рисковать — сказал сам себе Шутник, пусть и не слыша своего же голоса, и поехал дальше…

Отъехав метров на двести, Шутник остановился снова, злобно сплюнул, беззвучно ругнувшись обернулся, сбросил стелс, вскинул винтовку, поймал в перекрестие прицела голову безногого мужика, и потянул за спусковой крючок. Голова неудачника взорвалась брызгами крови, одновременно с этим из грузовика выскочила тварь, и завертела башкой, высматривая убийцу. Одним прыжком она преодолела все расстояние отделяющее грузовик от дороги, и Шутник порадовался тому, что не стал пытаться эвакуировать мужика — стоило ее наживке начать исчезать, как тварь прыгнула бы вперед, наудачу, и скорее всего снесла бы к чертям Шутника в его стелсе.

Исчезнуть мгновенно не получилось. Если сам Шутник уходит в скрыт всего за секунду, то вот байк, пленка невидимости покрывает секунд пять. Монстр успел заметить человека в паре сотен метров от себя, и бросился к добыче, преодолев это расстояние меньше чем за десяток секунд, но Шутник уже выкручивал на полную, ручку газа, уносясь подальше от монстра и кляня себя последними словами.

— Ну и нахера — орал он сам на себя пусть и не слыша своего голоса — помог блин, добил из милосердия, герой хренов… Черт!

Оглянувшись, Шутник увидел, что тварь упрямо гонится за ними. Несмотря на то, что скорость была около семидесяти, монстр не отставал. Видеть он их не мог, как и слышать, но каким-то образом все же ощущал, словно в тот краткий миг зрительного контакта, поставил на Шутника какую-то метку. Поддав еще газу, Шутник заметил, что тварь начала отставать, и еще через пару минут гонки, все же отстала окончательно, видимо поддерживать долго такую скорость, монстр не мог.

Оставив за спиной огромную тварь, Шутник чуть сбросил скорость, сбросил стелс и поправил сползающего пса. Надо было сделать передышку для своей системы невидимости, дать ей отдохнуть, восстановить потраченный ресурс умения. На горизонте показался город — тот самый, про который его предупреждали, и настоятельно советовали не соваться внутрь, а обойти по широкой дуге.

Трасса шедшая сквозь сосновый бор закончилась. И дорогу, и лес, словно срезали острой бритвой. Теперь леса вокруг не наблюдалось, лишь пыльная полустепь, да протянувшаяся к городу, полоса асфальта. Город начинался резко, без пригорода. Вот голая лесостепь, а вот уже стоит многоэтажка. Никакого градиента или перехода, грубый срез, словно кто-то огромный, полоснул бритвой отсекая лишнюю часть города.

Остановившись, Шутник осмотрел округу, быстро обнаружив тропу, которой видимо и пользовались рейдеры для обхода города, однако был вынужден признать, что мотоцикл по грунтовке не пройдет. Слишком мал дорожный просвет и низкая посадка, в угоду моде. Стоит съехать с асфальта и все — железный конь ляжет на брюхо.

Вариантов было ровно два — бросать байк и идти пешком, или же попытаться проехать сквозь город. Плюсы и минусы были и у первого и у второго варианта, но мотоцикл все же давал шанс в случае чего удрать от опасности, в то время как на своих двоих, нарвавшись на мертвяков, придется вступать с ними в бой, чего бы очень не хотелось. Приняв такое решение, Шутник неторопливо поехал в сторону городского квартала.

Перед въездом на городскую улицу, Шутник убедился, что винтовка снята с предохранителя, запас стелса полон, а пес сидит на мотоциклетном баке и не сползает. Мысленно перекрестился и проехал по дороге между двумя первыми домами.

Квартал, судя по всему, перезагрузился уже давно. На улицах не было видно паникующих людей, не носились толпы зомбаков. Город просто вымер. Шутник ехал неторопливо, всматриваясь в окна, в которых уже никогда не загорится свет, прислушивался к отдаленным звукам, внимательно следил за псом, готовясь отреагировать не его предупреждение в первую же секунду… Отреагировать Шутник не успел. Едва только пес вздыбил шерсть и оскалился, тут же прилетела пуля, не дав на размышления даже секунды.

Пуля попала в бедро Шутника, прошла навылет и повредила аккумуляторный блок. В ворохе искр и клубах дыма, Шутник покатился по асфальту. Пес же, в падении сумел раствориться в воздухе, и теперь появился рядом с валяющимся на земле Шутником, стоя на всех четырех лапах.

Адская боль не давала толком сосредоточиться, но стелс сработал автоматически — не нужно было воображать себе страшных монстров, страшно было и без них. Ухватившись рукой за собачий ошейник, Шутник утащил в стелс Рыжего, и теперь пытался отползти в сторону, под прикрытие бетонных стен подъезда соседнего дома.

Кровь, хлещущая из раны, как ни странно тоже исчезала, кровавые кляксы на асфальте появлялись с запозданием, видимо даже вытекшая кровь, имела некий запас энергии, и какое-то время могла удерживаться в невидимости. Это Шутника и спасало. Как только пятно крови проявлялось на асфальте, невидимый стрелок палил вслепую, обстреливая пространство вокруг кляксы, стараясь зацепить истекающего кровью невидимку. То, что капли появляются спустя секунд пять-семь, давало Шутнику некоторую фору.

Он отползал, подволакивая раненую ногу, и пытаясь высмотреть затаившегося снайпера. Шутник видел выстрелы, видел как бьют в землю пули, высекая асфальтовые брызги, но самого стрелка заметить не получалось, как не получалось услышать звук выстрелов. Видимо у винтовки неизвестного убийцы, был очень уж хороший глушитель. Пес, за ошейник, которого Шутник держался, тащил словно трактор, вытаскивая подстреленного хозяина практически на себе.

— Тащи Рыжун! Тащи! — мысленно орал Шутник, понимая, что пес, его голоса в стелсе не услышит — тащи!

Пес тащил, скребя когтями по асфальту, Шутник отталкивался рабочей ногой, но получалось не очень хорошо — с каждым разом пули, высекали фонтанчики асфальтовых брызг все ближе и ближе. Никогда еще пара десятков метров не давались Шутнику так трудно.

— Помогай Рыжий! — орал во всю мощь своих мыслей Шутник, отталкиваясь ногой, руки были заняты. В одной руке у него был винторез, другой, он цеплялся за собачий ошейник — Тащи…

В следующий момент, Шутнику показалось, что снайпер его все же достал, только достал не из винтовки, а из гранатомета. Сознание разлетелось на куски. На краткий миг, угол обзора расширился до полноценного сферического восприятия, словно у Шутника внезапно открылось еще с пяток глаз, со всех сторон тела, и он может смотреть на все вокруг с разных углов, а потом… Шутника сплющило со всех сторон, сжало, ему даже показалось, что он расслышал треск ломающихся костей, а в следующий миг, его сначала разорванную, а потом сплющенную тушку, словно протянули через игольное ушко… Еще миг, и все стало как прежде. Шутник, раскрыв рот во всю ширь, сидел на заднице, за стенкой подъезда соседнего дома, и пытался вдохнуть хоть глоток воздуха.

Не сразу сообразив, что он впервые в жизни телепортировался, Шутник сбросил стелс, который не давал рассмотреть рану, и оценив ущерб, принялся бинтовать ногу прямо поверх штанины. Нормального бинта не имелось, но в автомаге были отличные вертикальные жалюзи, и высокие потолки. Тканевые полоски по четыре метра в длину, были конечно жестковаты, но худо-бедно, с ролью бинта справились. Затянув повыше раны еще и кусок автомобильного ремня безопасности, Шутник наконец выдохнул.

Стрельба прекратилась, но снайпер так и не показался. Выжидает сволочь. Либо не верит, что сумел подстрелить наугад, либо просто ждет пока появится труп, ибо обыскивать невидимку совсем не просто.

— Рыжий ты его заметил? — спросил Шутник пса, и мгновенно почувствовал запах пота, крови и почему-то озона. Более того, он даже примерно понял откуда расползаются эти запахи, слева, и немного выше.

Вектор он определил, но вот этаж или конкретное окно определить не смог. Схватка грозила перерасти в снайперскую дуэль, которую Шутник, не имея за спиной военного опыта, выиграть скорее всего не сможет. К тому же позиция у него была слабее — стрелять снизу вверх, неудобно… Но это он мог поправить.

— Рыжий, смотри, мне надо туда — Шутник прицелился мордой собаки в окно на третьем этаже — давай, соображай, мне надо чтобы ты прыгнул туда. Понял?

Пес понял. Шутника в очередной раз сплющило и разорвало, разметав сознание хлопьями рыжего смога, а затем он осознал себя уже в квартире, окно, которой, выбрал в качестве цели для телепорта. Примерно в этом же подъезде, предположительно располагался вражеский стрелок, и теперь стоило решить, что же делать — пойти на эскалацию конфликта, найти гада и прибить, или попытаться втихаря выбраться из строения и уйти в глубь города?

Решив, что глупо оставлять за спиной опасного противника, Шутник опираясь на стену, попытался подняться на ноги. Как ни странно, но это у него получилось. Раненая нога жутко болела, но Шутнику в какой-то степени повезло. Пуля прошла сквозь верхнюю часть бедра, на пару сантиметров выше и вообще просвистела бы лишь по касательной, но даже так она прошла навылет и не зацепила кость. Если не опираться на ногу, то все не так уж и плохо. Глотнув последний глоток живца из фляги, Шутник остатками полил рану. Все, теперь надо отобрать живец у противника, либо искать алкоголь и бодяжить самому, благо опыт в этом деле уже есть.

Повесив винтовку за спину, и взяв в одну руку пистолет, а вторую опустив на собачий загривок, Шутник ушел в стелс, и похромал вдоль стены к выходу из квартиры. Дверь оказалась не заперта, и едва выбравшись на лестничную площадку, он тут же почувствовал запах пота, табака, снова запах озона… Спустя миг, Шутник сообразил, что все эти запахи чувствует не он, а пес, каким образом он понимает собаку осталось загадкой, но ее он решил разгадать как-нибудь потом. Сейчас же, определив по запаху, буквально увидев на полу следы человека, Шутник понял, что с подъездом не ошибся, теперь осталось только найти этаж.

Следы уходили по ступеням наверх, так что и он двинулся туда же, периодически останавливаясь чтобы перевести дух, и прислушаться. Повсюду валялись обрывки какой-то бумаги, тряпье, обломки деревянных дверей, даже куски бетона и гипсокартона. Не будь стелса, все это крошево под ногами изрядно шумело бы, но стелс скрадывал все звуки. Стрелка тоже слышно не было, если он все еще оставался тут, то сидел бесшумно.

На площадке шестого этажа, запах стал гуще. Одна из квартир была заперта — видимо никто не смог вскрыть мощную бронированную дверь, такую только взрывчаткой вышибать или автогеном резать, а вот вторая дверь была раскрыта нараспашку, видимо человек провел здесь какое-то время, но следы все же шли вверх, поэтому человек с собакой двинулись дальше, как вдруг…

— Черт — успел сказать Шутник, услышав щелчок, тихий «дзынь» чего-то легкого и металлического по бетону, такой знакомый «фшшшшых» какой бывает от загоревшейся спички, а следующий миг его снова сплющило и протащило сквозь игольное ушко.

Вывалившись из телепорта, на один пролет ниже, Шутник услышал грохот взрыва, оглушивший его на несколько секунд. В голове загудело, толчок ударной волны двинул в спину, свалив на пол… Повезло. Пес сработал намного четче человека, сумел перенести их обоих в последний момент. Видимо ментальный посыл ужаса был настолько силен, что псу объяснять ничего не потребовалось и он телепортнулся куда успел.

— Низкая бризантность, но высокая фугасность — оценил шутник мощную ударную волну и гулкий хлопок. Военного опыта у него не было, но во взрывчатых веществах он худо-бедно, но разбирался — что-то самопальное.

В следующий миг Шутник услышал топот ног, откуда-то сверху, и мгновенно ушел в стелс. Затаился, приготовил пистолет… Противник оказался умнее, и предпочитал заходить в помещение по очереди — сначала граната, потом уже он сам. Дзынь-дзынь-дзынь — звякал по ступеням металлический корпус, а Шутник уже орал псу во всю мощь своих мыслей.

— Уноси нас Рыжун!

Хлопок взрыва слился с хлопком телепорта — пес прыгнул еще на пролет ниже, а Шутник, тут же выхватив пистолет, и скрывшись в стелсе, похромал вверх.

— Сиди здесь — прошептал он псу понимая, что ему сейчас будут нужны руки, и отвлекаться на то, чтобы держать пса в стелсе, у него времени не будет.

Невидимый стрелок после броска гранаты сразу же выскочил на лестничную клетку шестого этажа, с пистолетом. Скорее всего он ожидал увидеть там изрешеченный осколками труп, либо тяжело раненного противника, которого останется только добить, но когда не увидел никого, сразу же метнулся назад — вверх по лестнице, понял, что тот, кто нарвался на растяжку, все еще жив.

Шутник бросился, насколько позволяла простреленная нога, следом, и успел увидеть как стрелок, поднявшись на этаж выше, и метнувшись в квартиру, впечатался плечом в стену, ломая гипсокартон, и ухватив один из кусков, ударил им о дверной косяк, раскрошив на десятки осколков и засыпав все пространство перед дверью гипсовым крошевом и пылью. Через секунду стрелок был уже где-то в глубине квартиры, и шутник его не видел, но не сомневался в том, что тот держит на прицеле входную дверь.

Спустя миг раздались хлопки пистолетных выстрелов, и если поначалу Шутник думал, что стрелок просто палит наугад, то заметив какие клубы гипсовой пыли вылетают на лестничную площадку из квартиры, понял, что тот стреляет в гипсокартонные стены — крошит их на осколки, выбивает пыль, и мало того, что создает своеобразную дымовую завесу, так еще и покрывает всем этим пол — стоит шутнику сделать шаг, и он это тут же заметит, по появившемуся на полу следу. Стрелок оказался неглупым, он видел как растворился в воздухе Шутник, там на улице, и мотал на ус, понял, что схлестнулся с невидимкой, и сейчас делал все, чтобы затруднить Шутнику жизнь.

— Не на того напал — пробормотал Шутник, не рискнув сунуться в квартиру, и теперь спускаясь ниже, туда где оставил пса.

Собакен, как ни странно, послушался приказа, и не бросился догонять хозяина. Удивительно, раньше за ним такого не водилось… Впрочем раньше он и телепортироваться не умел. Забрав пса, и скрыв его в стелсе, Шутник поднялся на шестой этаж, подниматься на седьмой, на котором засел неведомый снайпер он не стал.

— Давай сюда — Шутник зашел в ту же квартиру в которой скрылся стрелок, только на этаж ниже. Скорее всего планировка примерно одинаковая, так что он сможет понять где сидит враг.

Квартира оказалась достаточно просторной двушкой, но планировка была кошмарная — сразу же со входа, начинался узкий коридор, через пару метров слева дверь в ванную, еще через полметра дверь в туалет. Казалось бы немного, метра три, но эти три метра придется пройти по узкому коридору, пол которого засыпан гипсовым крошевом… Стоит Шутнику туда только сунуться, как он сразу же схлопочет пулю в брюхо.

Дальше начиналась кухня-гостинная, в которой скорее всего и засел снайпер. Удачная позиция. Если противник не совсем тупой, то он скорее всего сместится в сторону, под углом, отсюда сможет держать под прицелом коридор, а в него, с лестничной площадки не попасть, особенно если он опрокинет какой-нибудь стол, или что-то типа того, оборудовав для себя укрытие…

Была бы граната, и все можно было бы решить легко — просто закинув ее издалека, с лестничной площадки. Если бросить ее из стелса, то она наверное, еще какое-то время пробудет невидимой, противник не заметит упавшую рядом гранату сразу, а потом будет слишком поздно, но гранат у него нет… Попробовать телепортироваться в квартиру прямо сквозь потолок? Можно, но опасно, лучше наверное попробовать достать его из винтореза — переместиться в дом напротив, и попробовать выцелить противника в спину. Шутник развернулся, подошел к окну кухни. Большое, выходящее во двор. До соседнего дома метров пятьдесят — шестьдесят. Интересно, Рыжий осилит? По идее должен.

— Рыжий, мне нужно вон в то окно — Шутник указал собаке на окно в доме напротив, и чуть выше, чтобы оказаться на одном уровне с окном квартиры, в которой засел снайпер, одновременно пытаясь продублировать все то же мысленно — сможешь дотащить меня туда, а потом обратно?

Пес подошел к окну, поднялся на задние лапы, положив передние на широкий подоконник, и с умной мордой, посмотрел на дом напротив. Неизвестно откуда, но Шутник вдруг точно понял — пес сможет. Одновременно с этим пришло понимание, что на этом все — два таких прыжка, может три, и у собаки закончится горючка, на сегодня с телепортами придется завязать, больше рыжий не сможет вытаскивать хозяина, из разной глубины задниц.

Прежде чем телепортироваться, Шутник врубил стелс, запасы, которого уже существенно истощились. Ухватился покрепче за невидимый ошейник, утащил собаку в невидимость, и приготовился к не самой приятной процедуре телепорта. Рывок, выверт сознания, снова протяжка чквозь игольное ушко, и пес с Шутником вывалились из телепорта на пол квартиры в доме напротив. На ногах Шутник не устоял, свалился, больно приложившись раненной ногой, и даже заорал от боли, но стелс в прыжке не спал — звуки успешно глушились. Если в этом доме оставались твари, они не придут на звук.

Поднявшись на ноги, точнее на ногу, на правую — на левую наступить было просто невозможно, и сбросив скрыт, Шутник взглянул сквозь оптику винтореза в окно дома напротив. Кухню он увидел сразу, коридор, через, который ему следовало пройти, но врага видно не было. Окна в домах большие, но отнюдь не панорамные, скорее всего снайпер сидит, или лежит, потому его и не видно.

— Черт, не получилось, придется видимо прыгать прямо в квартиру и разбираться лицом к лицу. Ну что, с богом? — Шутник убрал за спину винтовку, вынул пистолет, передернул затвор, снял с предохранителя и покрепче обхватил собачий ошейник — прыгай.

Шутник с псом вывалились из телепорта едва ли не на голову стрелку. Тот повалил на бок стол, и спрятавшись за ним, пристроил на край огромную винтовку непонятной конструкции, подложив под нее диванную подушку. Рядом, под рукой, лежал обычный пистолет макарова. Все это Шутник успел разглядеть за доли секунды, пока падал прямо на стрелка, выходить из телепорта без падения, так как это делал пес, Шутник не умел.

Свалившись на стрелка, Шутник сбил его с ног. Винтовка перевалилась через стол, пистолет упал куда-то в ноги. Шутник, навалившись на снайпера, упер ствол ему куда-то в бок, и выстрелил. Снайпер саданул вслепую локтем попав Шутнику прямо в глаз. На секунду потерявшись, тот не заметил когда противник успел вытащить нож, и не успел среагировать. Противник отпихнул Шутника ногой, а когда тот упал на пол, бросился сверху. Он не видел Шутника, но видимо представлял где и как сейчас может лежать невидимка, упал на Шутника, прижав его к полу и не позволяя укатиться в сторону, и ударил ножом в грудь… клинок скрипнул по пластиковому щитку мотоциклетной куртки, и соскользнул куда-то в сторону.

Больше противник ничего сделать не успел, в следующий миг, пес, ухватив его за ногу, дернул, стаскивая с Шутника. Отчетливый хруст, вопль снайпера, и Шутник, собрав глаза в кучу и наведя на противника пистолет, выстрелил, затем еще раз и еще.

Видимо у того был хороший бронежилет, потому что несмотря на принятый на грудь, едва ли не в упор целый магазин пистолетных пуль, он все еще был жив, и продолжал тянуться к оружию. Пес тащил его назад, нога, которую он сжимал в пасти, неестественно изогнулась, вспомнив разгрызенный деревянный приклад автомата, Шутник понял, что от кости в ноге противника осталось только крошево.

Пес оттащил противника уже метра на полтора от Шутника, когда стрелок все же извернулся, и махнул ножом в сторону собаки. Рыжий рассыпался хлопьями дыма или как еще можно было назвать эти частицы, что остаются после телепорта, появившись чуть в стороне, а Шутник, отбросив пустой пистолет и выхватив из-за спины винтовку, выстрелил.

Тяжелая винтовочная пуля все же пробила бронежилет. Противник дернулся, выронил нож. Шутник выстрелил снова, а затем еще раз, и еще, не оставляя противнику никаких шансов. Пули из винтореза, с расстояния в два метра пробивали бронежилет, и тело навылет, Шутник замечал красные брызги крови, которые выплескивались вслед за вылетающими из тела противника пулями… Враг затих, Шутник, скорее дополз чем дошел до него, откинул подальше нож противника, перестраховываясь упер винтовку куда-то под шлем, и потянул за спусковой крючок. Хлопнул выстрел, забрало шлема разлетелось прозрачными брызгами, смешиваясь с кровью и осколками черепа… Упав на спину и уронив рядом винтовку, Шутник перевел дух.

— Готов.

Долго отлеживаться он все же не стал. Несмотря на простреленную ногу, стремительно заплывающий глаз, и в целом ушиб всего организма, он сразу же развил бурную деятельность. Передвигался он при этом правда со скоростью черепахи, но где ползком, а где прыгая на одной ноге, сумел обшарить квартиру.

Сказать, что мужик был странным, это ничего не сказать. Во-первых винтовка. Здоровенная дура, едва ли не в рост человека — поставив ее прикладом на пол, Шутник встал рядом, и ствол винтовки закончился на уровне его носа, то есть метр семьдесят, в винтовке точно есть.

Массивный приклад, толстый, длинный и широкий, литой, без отверстия как в том же винторезе, но перфорированный мелкими дырочками, словно был сделан из сетки. Мощная ствольная коробка, толстенный ствол, закрытый кожухом с прорезями. Прицел, размером с литровую бутылку, только квадратного сечения, с кучей кнопок и переключателей… Судя по всему штука мощная.

Сам солдат, теперь уж сомнений не оставалось, что это был не бродяга вроде Мазилы или Лома, а настоящий солдат, был облачен в форму серого цвета, из плотной ткани. Бронежилет с пластинами на груди и животе, наколенники, перчатки. На голове шлем и, судя по тому, что осталось, его лицо закрывал еще и респиратор. Шутник нашел на полу порванную маску из похожего на резину материала, с двумя картриджами по бокам — не классические угольные фильтры, а что-то другое. Впрочем респиратор был разворочен пулей, так что понять, что он из себя представлял было проблематично.

Обувь Шутника привлекла сразу же. Это были удобные даже на вид ботинки с высоким берцем, но вместо шнурков были застежки какие бывают на роликовых коньках. Мощная подошва, прочный, но гибкий материал — вроде не кожа, но и не резина, что-то с гексагональной текстурой, то есть казалось, что ткань, состоит из маленьких шестиугольничков, сшитых между собой. Обязательно надо будет забрать. Шутник уже пожалел, что связался с мотоботами — ходить в них не особо удобно… Впрочем мотоэкипировка себя оправдала — свалившись с мотоцикла он ничего себе не сломал и даже не ободрал, да и нож… Будь на нем не мотоциклетная куртка с щитками, а кожанка того же Мазилы, клинок бы прошил ее как бумагу.

Сняв с трупа ботинки, Шутник отложил их в сторонку, чтобы не забыть забрать и принялся потрошить рюкзак покойного, стоявший в дальней комнате. Он хотел найти перевязочный пакет или бинт какой-нибудь, но ничего подобного не было. Как не было и фляги с живцом, и еды.

— Черт вас всех возьми — злился Шутник перебирая рюкзак и вытряхивая из него непонятные приборы, связку запалов для гранат, правда без самих гранат, и еще какую-то ерунду — вы что все здесь, святым духом питаетесь? Где твоя еда мужик? Где живец? Где вода? Что за безответственные кретины мне попадаются… О, я уверен где-то вокруг меня, в лесах бродят стаями профессиональные туристы, с огромными рюкзаками набитыми вкусной тушенкой, или на худой конец бичпакетами, а мне попадаются хреновы вояки. Куча оружия, но ни одного сраного сухаря!

Продолжив мародерку, Шутник пришел к выводу, что куртку-броник забирать у трупа не будет — мало того, что пробита, так и полностью залита кровью. Вонять будет еще долго, тут требуется даже не стирка, химчистка, а запах, твари тоже должны хорошо чуять.

Винтовку он заберет однозначно. Пока еще непонятно, что это за ствол, но судя по всему что-то очень мощное и дальнобойное, правда надо будет еще разобраться как ей пользоваться и обслуживать, но за этим дело не станет. Пистолет макарова, скорее всего трофейный. Это наверное один из самых ходовых пистолетов в улье, во всяком случае должен быть таким в тех местах, которые прилетают из России. Такой ствол можно снять с любого мента, так что их должно быть много, и боеприпасы проблему не представляют… Наверное.

Забрал ствол, запасной магазин. В комнате, среди хлама, подобрал еще один, пустой. Запалы от гранат наверное не пригодятся, зачем они, без самих гранат, так что их Шутник отложил в сторону, брать не будет.

В углу нашлась куча гильз от ружейных патронов, много, наверное с пол ведра. Самого ружья не было. Видимо все это неизвестный стрелок экспроприировал у какого-то случайно встретившегося бродяги. Внешность и экипировка солдата слабо вязались с гладкостволом. Шутник не верил, что вместе с такими монструозными винтовками, этим воякам выдают макарычи и двустволки.

Гильз было много, и они были пустые. Видимо именно из них снайпер и сделал ту растяжку, на которой подорвался Шутник. Вот почему из той квартиры этажом ниже так тянуло запахом противника — он там пробыл какое-то время устанавливая растяжку. Поставил ее наверное сразу за косяком двери, так чтобы взрывом зацепило того кто будет проходить мимо квартиры по лестничной клетке.

Запал гранаты видимо послужил детонатором, впрочем спускаться вниз и разбираться как была устроена растяжка, не было ни смысла, ни желания. Нога болела очень уж сильно, хотелось лечь и несколько часов не шевелиться, но нужен был живец, нужен был нормальный бинт, нужна была еда. Тут же Шутник вспомнил, что нужно выйти на улицу, и забрать из мотоциклетных сумок свои припасы — магазины к винтовке, патроны к пистолету, бутылку с водой, конфеты…

Выглянув в окно, он увидел свой байк, валяющийся на боку, вот только вместе с ним, увидел и стаю зомбаков, которые видимо пришли на звуки выстрелов. Мазила не соврал, мертвяки сползаются на шум.

О том чтобы спуститься с седьмого этажа, выйти с раненной ногой на улицу, вытащить припасы из сумок, зайти обратно в дом, и забаррикадироваться где-нибудь, до того как подойдут твари, не было и речи — не успеть. Телепорт пес израсходовал, может быть и хватит запасов чтобы метнуться туда, но на обратный путь скорее всего уже ничего не останется, а до ближайших тварей пара сотен метров. Стоит им только увидеть человека, как они перейдут с неторопливой ходьбы на бег, и тогда со своей ногой Шутник от них точно не уйдет.

Скорее всего, по запаху крови, твари найдут нужный дом, да и квартиру тоже. Надеяться на то, что они побродят вокруг дома и уйдут, если Шутник будет себя тихо вести — не стоило. Надо было искать безопасное место, в котором можно забаррикадироваться. В этой квартире входной двери не было вообще, куда она делась непонятно, но тут оставаться без вариантов, зато этажом ниже, Шутник приметил квартиру с мощной бронированной дверью, которую никто так и не вскрыл. Зомби скорее всего пробиться туда тоже не смогут, если к ним на помощь не придет монстрила вроде той, что разорвала как фольгу вагон, в тот день когда еще Алекс, а не Шутник, попал под перезагрузку.

Подхватив тяжелую винтовку, рюкзак неизвестного стрелка, пистолет, и остальные свои трофеи, Шутник принялся стаскивать с убитого перчатки, которые ему показались более удобными чем мотоциклетные, небольшой подсумок висевший на поясе — его он еще не проверил, и штаны, думая о том, что стащить с трупа штаны уже превращается в некий фетиш, или его фирменный знак, впрочем мысли у Шутника были сугубо прагматичные — его мотоциклетные штаны, пропитались кровью, и после, когда он как следует перевяжет рану, чтобы не фонить ароматными запахами крови на всю округу, сменит их на те, что стащит сейчас с трупа.

Закончив со сборами, Шутник подозвал пса, и они спустились на один этаж ниже. Казалось бы на сборы времени ушло немного, но ворчание зомбаков раздавалось уже в подъезде — на первом этаже, следовало торопиться. Проковыляв по ступеням, Шутник остановился. Вот она, та самая бронированная дверь, теперь дело за псом.

— Рыжий, сможешь протащить нас внутрь? — спросил Шутник у собаки, похлопав ладонью по двери.

Ответа не дождался — тело уже привычно скрутило неведомой силой, казалось его пережевал и выплюнул тиранозавр… но главное что выплюнул уже внутри квартиры. Бронированная дверь осталась за спиной, а перед лицом Шутника пронеслись когти. Отшатнувшись и свалившись на задницу, Шутник, груженый добром как мул, не сразу сумел отреагировать на опасность.

Зомбак внутри квартиры был не из простых, но видимо очень уж ослаб от голода, скорее всего он тут ошивается уже давно, и все это время голодает бедняга. Шутник прекрасно понимал гастрономический интерес зомбаря, но кормить его за свой счет не хотел. Отпихнув тварь здоровой ногой, опрокинул мертвяка на спину, и выхватил пистолет. Пес привычно уже вцепился в ногу твари, не давая ей подняться, Шутник выпустил в грудь зомбака несколько пуль, а когда тот слегка затих, пусть и не сдох, продолжая шевелиться, уже не торопясь прицелился и прострелил монстру голову.

— Смотри-ка, а скилл то растет — улыбнулся Шутник потрепав пса по загривку — быстро справились, и даже в стелс не ушел ни разу. Крепчают нервы.

Всковырнув шишку на затылке мертвеца, Шутник перебрал пальцами спутанные нити паутины, и вытащил споран.

— Отлично! Есть улов.

Убрав маленький шарик в карман, Шутник с собакой, теперь уже скрывшись в стелсе и держа пистолет наготове, обошли квартиру. Это оказались шикарные пятикомнатные хоромы, квадратов под триста, не меньше. Хозяева явно не бедствовали, так что стоило надеяться на то, что холодильник пуст не будет. Семью убитого им зомби Шутник вскоре тоже нашел. От них остались лишь кости, но по черепам он понял, что часть костей принадлежит ребенку, а еще часть, скорее всего женщине, судя по прядям длинных волос, все еще местами покрывающих череп.

Видимо отец обратился первым, и прикончил не успевших обратиться жену и ребенка, а может обратились все вместе, но так как выйти не смогли, начали подъедать друг дружку. В общем не важно как так получилось, важно что делать дальше?

Первым делом Шутник открыл нараспашку все окна — вонь в квартире стояла жуткая, пусть зомбарь и обглодал все кости начисто, но дышать было просто невозможно. Выволок на балкон труп зомбаря, что с раненной ногой сделать было непросто, и решив посмотреть в глазок что происходит на лестничной площадке, матюкнулся. Глазок был навороченным, электронным, с маленьким экранчиком и без электричества разглядеть, что там творят зомбаки на лестничной клетке, было невозможно, а то что там какой-то движняк, это факт. Шутник слышал урчание тварей, слышал топот ног, этажом выше, правда без подробностей — звукоизоляция в квартире была неплохая, и слышно было лишь отдельные моменты. Судя по всему, зомбарей туда набежало изрядно, и они начали жрать убитого шутником стрелка.

Скоро они сожрут труп, и захотят продолжения банкета. След Шутника найдут быстро, и начнут ломиться в дверь, выдержит ли она? По идее да, если в толпе зомбаков нет тварей, которые по словам Мазилы, могут рвать даже танки.

Выглянув в окно, Шутник невольно улыбнулся, настроение немного поднялось — зомбей на улице не было. Неизвестно сколько тварей пришло — когда он выглянул из окна в первый раз, ему показалось, что там их сотни, но наверное прибежало всего несколько десятков, и все они сумели утрамбоваться в подъезде дома. С улицы, заметить, что куча тварей нашла тут что-то интересное — невозможно, и это радовало. Скопление тварей не привлечет сюда новых уродов. Теперь нужно было только отдохнуть, дождаться пока у пса восстановится запас телепорта, или у Шутника восстановится запас стелса, и уйти по английски — не прощаясь.

Убедившись, что дверь все так же заперта, и непробиваема, Шутник принялся шарить на кухне. видно, что люди тут жившие не бедствовали — ничего вроде пакета гречки, или пачки макарон, и уж тем более консервов или лапши быстрого приготовления, Шутник в шкафах не нашел. Открыв холодильник, он поспешил закрыть его обратно, и с трудом поборол тошноту. Вонял холодильник ничем не лучше трупа, удивительно что зомбарь бродивший по квартире, не вскрыл его и не сожрал содержимое.

Отдышавшись, Шутник решился заглянуть туда снова. Сделав глубокий вдох, и задержав дыхание, он открыл дверь и принялся осматривать недра холодильника. Колбасная нарезка, покрытая плесенью. Есть такое нельзя. Сгнившие фрукты и овощи, раздувшиеся и даже лопнувшие пакеты молока и кефира, и такие же вздувшиеся пачки йогурта. Упаковка яиц, часть из них почему-то треснула, и теперь дико воняла, их есть скорее всего тоже противопоказано… Негусто. Видимо здешние обитатели еду заказывали, или питались вне дома, и сами готовили редко.

Конфет, шоколадок и других сладостей, которые могут храниться едва ли не вечно, дома не было. Чипсов, сухариков, и другой плебейской пищи, местные не держали. Судя по холодильнику здешние жильцы вели здоровый образ жизни, ну или как минимум жена была фитоняшкой…

— неудивительно, что бедный зомбо-муженек нажраться своей женушкой толком не смог — сочувственно покачал головой Шутник — то-то его так легко получилось прикончить. Оголодал бедняга. Эх, как я тебя понимаю, сам жрать хочу как… Как зомбарь.

Порадовал небольшой минибар с алкоголем — хороший, судя по лейблам вискарь и коньяк, глядишь живец из него выйдет получше, чем жуткое пойло Мазилы и Лома. Сразу же отлив из бутылки в граненый стакан, Шутник сделал хороший глоток, и с умным видом покатал напиток по языку. Особо дорого алкоголя пить ему не доводилось, но ожидал он чего-нибудь… получше что ли. Допив остаток из стакана, он закинул в одну из бутылок пару споранов. Сделает концентрат, который будет потом добавлять в воду.

Пока спораны растворялись в алкоголе, Шутник заглянул в ванную и проверил краны. Воды ожидаемо не было, но порадовала аптечка — в ней помимо йода и аспирина обнаружился бинт, пластырь и ватные диски. Большую часть шкафов в ванной занимали конечно же всякие крема и другая дрянь в маленьких тюбиках и баночках, но и того, что есть, было достаточно.

Порадовала бутыль с водой. Обитатели квартиры водичку из под крана не пили, так что на кухне, в шкафу под раковиной, обнаружилась наполовину полная двадцатилитровая бутыль, на раковине даже был отдельный краник, в который подавалась вода из бутылки. Повезло что бутыль стояла в темном шкафу, вода не зацвела, хотя и чувствовался некоторый затхлый привкус. Притащив в ванную бутыль с водой, аптечку, и простыню, реквизированную с кровати, Шутник занялся своей раной.

Ножницами прихваченными с кухни разрезал штанину, распустил жугт, промыл рану, осмотрел. Вроде бы ничего страшного — кровь фонтаном не хлещет, но и схватываться края раны пока не начали. Дырка оказалась большой, видимо калибр у винтовки неслабый. Два пальца не просунуть, но один войдет с запасом. Жуть. Выпив два стакана коньяка, Шутник полил остатком алкоголя рану, едва не завопив на весь подъезд, чем непременно созвал бы всех зомбарей… Впрочем они и так уже начали ломиться в дверь, так что большой разницы не было бы. Оторвал кусок простыни, приложил к ране, чтобы впиталась кровь, прихватил ткань парой витков бинта и похромал на кухню, кляня себя за то, что не додумался взять бутылку с живцом с собой.

Процедил раствор, выбросил оставшиеся на тряпке хлопья. Налил немного во флягу, добавил воды, взболтал. Сделал глоток. Получше конечно чем та жуткая бодяга, но все равно вкус живца Шутнику не нравился. Выбора однако не было, так что сделав еще пару глотков, и налив немного собаке в чашку, он прихватил бутылку с крепким раствором споранов и снова ушел в ванную. Полил рану на ноге, снова промокнул обрывком простыни, сделал ватный тампон и туго перевязал бинтом. Вроде все. Теперь только ждать.

Интерес зомбаков к квартире явно вырос — твари активно ломились в бронированную дверь, но она была серьезная, и очень дорогая на вид, это вам не дверь из фольги от застройщика. Такую без автогена или взрывчатки не вскрыть. Шутнику повезло, и серьезных тварей среди мертвяков, видимо не было, а рядовые твари пробить толстую сталь ни за что не смогут, в каком бы количестве не собрались на лестничной площадке… Так и не найдя чем набить брюхо, Шутник выхлебал пол бутылки виски, без закуски, и дождавшись когда в голове приятно зашумело и начало клонить в сон, улегся на кровать, положив рядом с собой винтовку, с пистолетом, и заснул.

Глава 22

Спал Шутник на удивление хорошо. Вырубился как убитый, с ним так всегда когда он пил что-то крепче пива — опьянеть толком не получалось, сразу клонило в сон и вырубало намертво. В этот раз организм не подвел и благополучно отрубился, а шорох зомбо-когтей по бетонным стенам только успокаивал, хотя Шутнику казалось, что в такой обстановке дешевого ужастика, он в принципе уснуть не сможет.

Проснулся же он, от странных, рычаще-ворчащих звуков, доносящихся с балкона. С перепугу Решив, что твари сумели забраться в квартиру через окно, шутник схватив пистолет бросился отбивать вторжение врагов в свое жилище. Спросонья забыл про ногу — пока лежал она совсем не болела, но стоило только вскочить, как предательская конечность подогнулась и шутник с грохотом рухнул на пол. На удивление, стелс автоматически не врубился, и прислушавшись к организму, Шутник с ужасом понял, что запасы маны (или как еще можно назвать резерв его способности) так и не восстановились. В желудке заурчало, как бы намекая на причину, но проигнорировав недовольство брюха, Шутник все же сумел кое как подняться, и двинулся к балкону.

Нашествия зомби-форточников не было, было кое что похуже, или лучше, тут уж как посмотреть. Рыжун, ворча и похрюкивая, вгрызался окровавленной пастью в ногу мертвого зомбака — владельца квартиры. Людоед-пес, настолько поразил Шутника (в голове живо нарисовалась картинка, как голодный Рыжун отгрызает его собственную ногу) что кровавое пиршество даже не спровоцировало рвотных позывов, хотя картина была еще та. Окровавленная собачья морда, клочья мяса, свисающие из пасти и налипшие на шерсть, лужа черной крови, которая растеклась по кафельному полу балкона, обглоданное почти до состояния голой кости бедро зомбаря…

— Ну как? — только и спросил Шутник, вместо того, чтобы воплями и пинками отогнать собаку от трупа и пресечь акт людоедства — вкусно?

В следующий миг в голове словно взорвалась бомба, начиненная героином — разум окутала мягкая и сытая сонливость, на губах сама собой растянулась улыбка, ужас последних дней отступил, и жизнь показалась в целом, не такой уж плохой. Желудок наполнился приятной тяжестью и теплотой. Шутник прямо чувствовал как килограммы мяса распадаются в его брюхе на маленькие частицы живительной силы, и бегут по ручейкам вен в каждую клеточку его тела. Смущала только малая вместительность желудка, надо попробовать утрамбовать в него еще немножко…

В себя он пришел уже с ножом в руках, склонившись над трупом зомбака. В одной руке у него был окровавленный клинок, в другой — полоска мяса, с ноги трупа.

— Тьфу. Сука. Рыжун мать твою. Тьфу. Блядь! Фу!

Пес недовольно отошел от трупа, кусок мяса, который Шутник сжимал в руке, улетел в открытое окно. Еще раз крепко выматерившись, Шутник похромал к бару. Тут без пол литра никак.

Тратить воду на то чтобы отмывать руки и собачью пасть не хотелось, ее было и так немного, поэтому шутник распотрошил шкаф, вытащил первую попавшуюся тряпку и как сумел оттер ладони от крови.

— И нечего мне тут ментально пиздеть! — обругал он подошедшего к нему пса — наш телепатический чат, штука конечно замечательная, но больше так не делай! Когда я грозился, что отрежу от рейдера кусок, поджарю и съем, я говорил несерьезно. Неужели потерпеть не мог? Ты жиру наел столько, что хватит месяц прожить, брюхо вон какое…

Шутник задумался. Когда они ехали в поезде, пес был действительно пусть не толстый, но весьма упитанный, а сейчас у него просвечивали ребра. Да кормежка была скудная, но не мог он так схуднуть за несколько дней… Либо метаболизм серьезно ускорился, либо телепортация расходует прорву энергии, а может организм потратил силы на борьбу с раком. Интересно.

Дохромав до зеркала, Шутник сбросил одежду. Мда. Наметившееся пивное брюшко, не оставило даже следа. Выглядел он конечно не как узник концлагеря, но за эти дни, килограмм десять точно скинул, а скорее все пятнадцать, а то и побольше. Рожа тоже серьезно заострилась, исчез намек на второй подбородок, и даже появились скулы. Забавно. Там, в старом мире, он был бы не против такого результата, в последнее время все чаще посещали мысли о том, что надо бы заняться спортом, но сейчас, Шутнику крайне не нравилось как неэкономно его организм расходует драгоценные, в нынешних условиях, калории.

Видимо стелс, процедура тоже энергозатратная, да и регенерация. Осмотрев ногу, он отметил, что края раны схватились, а никакого воспаления не наблюдается. Организм не только начал сращивать ткани, но даже прибил всю инфекцию и выдавил из раны всякое дерьмо, которого просто не могло не появиться, в пулевом-то ранении. Если рану не тревожить то наверное уже завтра, можно будет ходить без особых проблем. Все же ему повезло и ранение оказалось относительно легким. Сантиметра на три-четыре ниже, и пуля могла зацепить кость. Тогда бы он так легко точно не отделался.

Глотнув живца, и не забыв налить немного собаке, Шутник прислушался в скребущимся в бетонную стену и бронированную дверь зомбакам. Те негромко ворчали, монотонно долбились и скреблись в преграду. Сильных тварей с ними не было. Шутнику повезло. Выглянув в окно, хвоста очереди из желающих его сожрать, он не заметил. Все зомбаки успешно утрамбовались в подъезд. В принципе не составляло большого труда свалить отсюда — пес нажравшийся зомбятины, наверное уже поднакопил горючки для прыжка, и сумеет телепортироваться вместе с хозяином в соседний дом например, а оттуда дворами они сумеют уйти, но смысл? Если им встретится противник, уйти в стелс уже не получится, придется либо улетать на собаке, либо отстреливаться. Надо срочно найти еду, восполнить запас стелса, дождаться окончательного заживления ноги и свалить отсюда уже с уверенностью в собственных силах.

Магазинов или чего-нибудь подобного, где можно было бы разжиться едой, Шутник из окна не видел, а есть хотелось все сильнее, так что в голове постоянно рождались размышления на филосовско-этические темы. В частности Шутник всерьез обдумывал принадлежность зомбарей к человеческому виду.

— Вот смотри — объяснял он псу — попав сюда, я не только остался при своих мозгах, но и заимел сверхспособности, то есть я на ступеньку выше простого человека. Так? Так. Как бы я уже человеком не являюсь, как и все местные обитатели. Мы уже выше обычных людей, как человек выше обезьяны. С другой стороны от нас — зараженные. Если мы попав сюда эволюционировали, то они наоборот — деградировали, по сути одичали до обезьян. То есть они тоже не люди, и ушли от человека на ступеньку вниз. Посмотри на ту тварь что на балконе, у нее с гориллой сходства больше чем с человеком. Логично? Вроде логично. Так вот, я на ступеньку выше человека, зомби на ступеньку ниже человека, между нами две ступени эволюции, то есть теоретически мы не являемся одним биологическим видом. Улавливаешь суть моих мыслей?

Пес не улавливал. Он продолжал смотреть на хозяина с улыбкой на окровавленной морде, и временами, словно украдкой, бросал взгляд в сторону балкона, на котором лежал труп.

— Так вот — Шутник отхлебнул еще один глоток виски — если мы не являемся одним биологическим видом, то по идее я могу съесть кусочек зомбака так ведь? Мерзко, противно и все такое, это да. Примерно как жрать тех же змей, или червей… Французы едят лягушек, а русские не едят. Корейцы едят собак пока весь остальной мир их не ест… И только мудрые китайцы ебашат все подряд. Мне интересно, будет ли поедание зомби являться каннибализмом? С этической точки зрения? Буду ли я после этого людоедом? Или наоборот… Вот есть такая меткая в данном случае фраза… Ее часто можно увидеть во всяких ванильных цитатниках, звучит примерно так…

Шутник призадумался, вспоминая фразу, откашлялся, словно готовясь зачитать лекцию, зачем, он не знал, видимо привычка.

— Если убить убийцу, количество убийц не изменится — как можно более пафосно произнес он — а если съесть людоеда?

Кого он пытался убедить — собаку, самого себя, или тех неведомых богов, демонов или инопланетян, создавших этот сумасшедший мир, Шутник не знал, но вслух хотя бы думалось легче.

— Если сломать что-то из мебели, развести костер и пожарить кусок зомбака, то наверное большой разницы между зомбарем и свининой, не будет? Здешний мир наделяет воистину невероятными способностями. У тебя, собакен, прошел рак, у меня пулевая рана, почти заросла за ночь. Так что думаю с пищевым отравлением некачественным мясом, организм как-нибудь справится. Мы уже поняли, что это не ходячие трупы — они не разлагаются, у них течет кровь, более того, они даже гадят… То есть это обычные живые существа, непонятной разновидности, что-то вроде обезьяны, или какого-нибудь йети.

Шутник сделал еще один глоток коньяка, и запил его глотком живчика.

— Кстати тот же живчик! Мы пьем настойку из зомбячьей бородавки! И ведь никто не считает это актом каннибализма, а где настойка из зомбячьей бородавки, там и жареная зомбятина… Мерзкие они конечно, и воняют жутко, но этот, что на балконе, можно сказать свеженький, еще вчера бегал. Он хотел сожрать меня, а я сожру его! Чем не естественный отбор? Я даже вижу в этом какую-то высшую справедливость! Я съем людоеда! Ха! Отомщу ему за всю человеческую расу ха-ха-ха… За сожранного им ребенка и жену…

Шутник вскочил, почти не почувствовав боли в ноге и метнулся к балкону. Отыскал глазами на полу череп с длинными прядями волос, и ухватив за эти самые волосы, поднял черепушку с почти отвалившейся челюстью, и поднес почти вплотную к лицу.

— Привет! — выкрикнул Шутник в лицо бывшей жене зомбака, которого он собирался съесть — вот ты, что скажешь если я сожру твоего мужа? Думаешь поделом ему будет за то, что он съел тебя и дочку? Или у вас был сын? А, неважно! Вот ты хотела бы чтоб этот гад тоже был сожран?

Шутник ткнул череп в лицо мертвого зомбака.

— Посмотри в эту наглую харю! — уже орал он во всю глотку — вот этой самой пастью он сожрал тебя! У него между зубов до сих пор торчат куски тебя или твоего ребенка. Что бы ты ему сказала? Хочешь я его съем? Ха! Отомщу ха-ха-ха! Кровь за кровь, ха-ха, глаз за глаз уа-аха-ха, плоть за плоть! Брат за брата, за основу взято! Ха-ха-ха!

Шутник не прекращая хохотать сполз по стене на пол, пес поскуливая, метался вокруг не прекращающего смеяться хозяина, в смехе, которого чуткий собачий слух различал истерические нотки.

— Рыжий скажи, что не так с этим миром? — Шутник размахнулся и швырнул в окно череп, который все еще сжимал в руках — Что. Блядь. С ним. Не. Так! Какой сумасшедший кретин создал этот чертов мир? Почему я? Почему здесь я? Нас не должно быть тут! Это должен быть спецназовец, прошедший горнила всех войн, способный разогнать роту вражеских солдат с помощью пачки презервативов и банки вазелина. С закаленной психикой и добрым сердцем, помогающий слабым, а не убивающий случайных попутчиков… Черт. Это не я! Я не он!

Шутник запрокинул голову в приступе истерического смеха, а пес поджав хвост попятился, отползая подальше от ставшего внезапно таким страшным и незнакомым, хозяина.

— Ты не на того смотришь идиот! — заорал Шутник вскинув голову к потолку — ты выбрал не того. Тут гораздо лучше подошел бы кто-то из быков Тимофеича, или даже тот же Док… Черт! Док!

Шутник вскочил, вскрикнул, от прострелившей ногу боли — чувствительность внезапно вернулась — и завалился на пол. Снова встал, уже аккуратно, по стеночке, стараясь не наступать на раненую ногу.

— Точно — принялся он бормотать уже своим обычным голосом, без истерических ноток — Док! Это все он виноват. Он должен был быть на моем месте. Вот серьезно. Он прошел несколько войн, умеет убивать, но вместе с тем он добрый, справедливый, правильный… Этот ублюдок с первой минуты начал вести себя как герой хренов! Организовал народ, начал собирать в одну кучу раненных… Это все из-за него! Все здесь подготовлено для него! А я просто попался под руку, как массовка для этого старого пидораса! Я и еще две сотни ни в чем не повинных неудачников! Хренов Айболит сука!

Истерика внезапно нахлынувшая, так же внезапно сошла на нет. Шутник, выстроив какую-то извращенную логическую цепочку, почему-то успокоился, и все же взялся за ум. Свалив вину на кого-то, и найдя крайнего, пусть даже таким дурацким образом, жить стало немного веселее.

— Главное найти крайнего — процитировал Шутник слова своего деда, старого чиновника, советской еще, закалки — найти крайнего, а в ходе следствия случайно не выйти на самого себя. Глупо и по-детски, но на душе и впрямь полегчало. Надо прекращать истерику и сваливать из этой коробки набитой зомбаками.

Шутник посмотрел сквозь прицел винтореза на дом напротив, заглядывая в окна и пытаясь заметить движение. Никого видно не было. В соседнем доме зомбаков не наблюдалось. Видимо все твари из ближайших окрестностей, набились в этот подъезд.

— Ладно Рыжун, ты как? Подкопил горючку? — просил Шутник собаку, и неведомое шестое чувство подсказало что да, пес готов телепортироваться — нам нужно в дом напротив, может нам повезет и там жили люди попроще чем тут, глядишь хоть у кого-то найдется банка консервов или пачка гречки. Веришь нет? Сырую гречку съем, за милую душу.

Постучав рукоятью пистолета по железной двери и раззадорив собравшихся за ней зомбаков, чтоб даже не думали отлучаться отсюда, Шутник с псом телепортировались в дом напротив.

Стелса не было, так что в случае чего, придется либо отстреливаться, либо телепортироваться обратно на базу, как назвал Шутник квартиру с бронированной дверью. Нога тоже не позволяла двигаться с желаемым проворством, и мародерка грозила затянуться. Обыскав квартиру в которой они появились, Шутник не нашел ничего, кроме упаковки соли и соды, заплесневелого батона, и пачки пельменей, слипшихся в одну гнилую, зловонную массу. Но зато уже следующая квартира порадовала трофеем. Среди сгнивших овощей, и протухших йогуртов, которыми был забит холодильник следующей квартиры, обнаружилась бутылка подсолнечного масла, какая-никакая, но энергия. Вернувшись в первую квартиру и прихватив оттуда пачку соли, Шутник устроил себе пир — макал палец в масло, потом в соль, вспоминая детство — он маленьким тоже так делал, только макал палец в сахар. Сейчас как ни странно, тоже получилось достаточно вкусно. Он думал, что его стошнит практически сразу, но нет, желудок радостно встретил масло, и расставаться с ним не собирался.

Пес обожравшийся зомбятины, лакать маслице отказался, так что вся бутылка, досталась Шутнику. При обыске очередной квартиры повезло еще больше. Видимо в этой однушке обитал бедный студент, потому что холодильник был почти девственно чист — лишь одинокая пачка яйц притаилась в углу, зато в шкафу нашлись целых четыре пачки гастрита, то бишь китайской лапши быстрого приготовления.

Размяв одну из пачек в руках, и засыпав в получившееся крошево пакетик приправы, Шутник съел лапшу всухомятку, и на пару минут даже почувствовал себя счастливым, однако долго кайфовать не позволяло безжалостное время, поэтому пришлось продолжить мародерку.

В целом, создавалось впечатление что весь подъезд, кто-то обнес до него. Что-то полезное удавалось найти только в закрытых квартирах, с железными дверями, которые другие мародеры вскрывать не стали. У Шутника же, такой проблемы не было — пес легко телепортировался сквозь закрытую дверь, и протаскивал хозяина за собой. Не прошло и пары часов, как Шутник успел прикончить голыми руками, точнее руками, собачими клыками и ножом, двух едва живых зомбаков — эти видимо появились тут в то же время что и владелец квартиры с бронированной дверью, вот только эти были одиночками, и в квартирах не нашлось никого, кем бы они могли подкрепиться, так что когда Шутник напоролся на первого зомбака, тот уже не мог стоять, лишь вяло ползал по полу.

Справиться с полупарализованными тварями удавалось легко, даже с раненой ногой, и вскоре Шутник стал гордым обладателем банки шпрот, обзавелся большой банкой консервированных шампиньонов, трехкилограммовой пачкой сухого собачьего корма, и засохшим, но не заплесневевшим батоном. На этом мародерку пришлось прекратить, запасы телепорта у пса полностью не заполнились, и подходили к концу, бесконечно телепортироваться он не мог, пусть и прыгать приходилось всего-то на пару метров.

Напоследок они метнулись к мотоциклу, собрали из сумок свое добро, и снова перенеслись в большую квартиру, которую избрали своей базой. В соседнем доме квартир, с такими же прочными на вид дверями не было — обычные металлические двери. Их, скорее всего, зомбаки тоже не смогут вскрыть, но Шутник решил, что лучше перебдеть.

По возвращении, человек с собакой устроили себе праздник. Шутник макал в подсолнечное масло сухой хлеб, посыпанный солью, заедал все это добро консервированными грибами и шпротами. Пес после зомбячьего мяса, сухим кормом был недоволен, но тоже немного похрумкал.

Наевшись, и Решив, что жизнь наконец-то начала налаживаться, Шутник глотнул живца, и принялся разбираться с трофеями, в первую очередь его интересовала винтовка.

Осмотрев оружие, Шутник сумел разве что почесать в затылке. Судя по всему, он убил одного из тех нолдов, группа, которых, гоняла по черноте Стрелка. У кого еще могла быть на вооружении винтовка гаусса? А в том, что это именно такая винтовка, сомнений не было. Сняв защитный кожух, Шутник увидел, что ствол состоит собственно из ствола, на который были насажены катушки из странной проволоки, похожей на застывшую ртуть. Диаметром катушки были наверное сантиметров в семь — восемь, так что ствол с кожухом, был толщиной с пивную банку. Правда на последних тридцати сантиметрах кожух заканчивался, и торчал просто ствол. Толщина катушек варьировалась. В начале ствола, то бишь у ствольной коробки, катушка была толстая, толщиной в четыре пальца, сразу за ней, вокруг ствола располагалась шестерка конденсаторов, толщиной с сам ствол. За ними еще одна шестерка конденсаторов, какие-то электронные схемы, потом снова катушка, такого же диаметра, но толщиной поменьше. Снова блок конденсаторов, снова катушка и так далее. Все это добро было залито чем-то прозрачным, похожим на крепкое стекло, и защищено металлическим кожухом.

Под стволом имелись откидные сошки, видимо из этой винтовки очень удобно стрелять лежа. Сняв крышку со ствольной коробки, шутник обнаружил там еще один блок большущих конденсаторов (если это действительно были именно конденсаторы, а не какие-нибудь полумагические накопители маны) и непонятную электронику. Магазин у винтовки оказался длинным и очень узким — в нем находились не патроны, а только пули, без гильз. Запас пуль Шутник тоже нашел, в подсумке что не поленился снять с пояса снайпера. Удобно. Такие пули наверное несложно выточить самостоятельно. Отлить наверное не получится, это явно не свинец. Насколько Шутник знал, пушка гаусса, она же электромагнитная пушка, могла стрелять пулями только из материалов, которые магнитятся. Катушки, включаясь попеременно, разгоняют такую пулю до сумасшедших скоростей. Свинец же, насколько помнил Шутник, на магниты не реагирует..

С прицелом без бутылки точно не разобраться. Куча кнопок, поворачивающихся колесиков, тумблеров… Решив, что разберется с ними потом, Шутник поставил на место крышку ствольной коробки и кожух ствола. Собственно это было все, что он сумел открыть. Остальное было прикручено болтами и открутить их было нечем, да он бы и не стал пытаться, не хватало еще чего нибудь испортить. Больше всего, Шутника поразил приклад. Из под перфорированного покрытия, отчетливо веяло теплом, а где располагается батарейка, и как отключить этот подогрев приклада чтобы не расходовать заряд, Шутник не понял.

Высунув ствол в окно и включив, пусть и не с первой попытки прицел, он навел голографическое перекрестие на лампочку в квартире напротив. Прицел оказался с регулируемым зумом, который управлялся колесиком сверху. Повернув его в крайнее положение, прицел удалось превратить едва ли не в телескоп — получилось рассмотреть каждый виток нити накаливания в лампочке. Под перекрестием появлялись отметки — цифры были вполне узнаваемыми, а вот пояснений к ним не было, и если отметку дальномера Шутник сумел опознать, потому что представлял сколько примерно метров до соседнего дома, то вот остальные метки остались неизвестными.

Мощность винтовки тоже регулировалась. Колесико рядом со спусковым крючком, регулировало напряжение, или емкость конденсаторов. Шутник понял это по звуку. Как шумит заряжающийся конденсатор, знает каждый кто фотографировал на фотоаппарат со вспышкой, эдакий характерный тихий свист. Поворачивая регулятор, Шутник слышал как заряжаются конденсаторы. Откуда же они берут энергию? Вопрос.

Потянув за спусковой крючок, Шутник почувствовал толчок в плечо, послабее чем отдача винтореза, негромкий хлопок — намного тише, чем даже выстрел из пистолета с глушителем. Никакого выхлопа не было, никакого лязга автоматики — тихие щелчки разряда конденсаторов, слившихся в один, и свист пули. Стекло в квартире напротив разлетелось вдребезги, лампочка тоже. Световая полоска-индикатор, до этого заполненная синим светом, просела, и теперь мерцала красным, но через пару секунд она начала снова наливаться цветом. Сначала оранжевым, потом по мере наполнения желтым, зеленым, а затем и синим, когда оказалась заполненной. Всего зарядка конденсаторов заняла секунды две.

Сделав еще несколько выстрелов, в этот раз не по стеклам, чтобы не шуметь, а по стенам и асфальту, Шутник понял принцип работы — чем выше напряжение в конденсаторах, тем выше скорость пули, стало быть можно пальнуть дальше, или прострелить что-то крепкое. Минуса тут два — заряжается батарея конденсаторов при максимальном наполнении очень долго — около минуты, и на максималках, хлопок выстрела просто оглушительный, видимо пуля вылетает намного быстрее скорости звука. Если выкрутить мощность на минимум, то зарядка занимает меньше секунды, но и мощность винтовки падает. Например зарядив конденсаторы на минимум, и наведя прицел на стену дома, только не того, что напротив, а который располагался через два дома дальше, вдоль улицы, Шутник увидел как дальномер, показавший расстояние в сто пятьдесят метров, окрасился красным. Видимо эффективная дальность стрельбы на минималках, составляла не более сотни метров.

Играя с дальномером и напряжением Шутник худо бедно понял принцип. Если хочешь стрелять на расстояние в пару километров — будь добр, заряди конденсаторы дополна, и стреляй раз в минуту. Если хочешь стрелять раз в пару секунд — пожалуйста, но не дальше чем на пару сотен метров. В целом система интересная, прицел очень хорошо приближал, и как понял Шутник, поправку на расстояние он брал сам — достаточно было просто навести перекрестие на мишень, и потянуть за спусковой крючок.

Как перезарядить магазин, Шутник разобрался сразу, а вот понять как зарядить севшую батарейку, так и не смог. Ничего похожего на аккумуляторный блок он не нашел, скорее всего он располагается в прикладе, но отвертки не было под рукой, да и не хотелось лезть в нутро винтовки. Разберется потом. А пока что стреляет и ладно… Бросать эту пушку он конечно же не станет, но винторез Шутнику показался все же надежнее.

Сменив повязку на ране, Шутник натянул штаны, снятые с нолда, и его же ботинки. Штаны оказались чуть длинноваты, а вот ботинки сели как родные. Снова перекусил засохшим батоном, и шпротами, сожрал всухомятку пачку лапши. Можно было бы раскурочить пару стульев, развести в одной из комнат костер, и полноценно заварить себе лапшу, но Шутник опасался привлечь дымом людей — с зомбаками он уже научился ладить, или как минимум их убивать. Люди в этом плане пугали его куда больше. Пока что почти все встреченные им люди вели себя относительно дружелюбно, не считая того, что трое из них стреляли в него первыми, но где гарантия что в следующий раз он не встретит гада вроде себя?

Прислушавшись к ощущениям и поняв, что запас стелса помаленьку восстанавливается, Шутник отхлебнул подсолнечного масла прямо из горла, закусил шпротиной, полирнул все это глотком коньяка и закинул в рот конфету. Мерзость конечно жуткая, но калорий много. Организм худо-бедно восстанавливается, так что если повезет, завтра он сможет ходить, а не прыгать как подстреленный кенгуру. Еще одну ночь он проведет здесь, в этой квартире, надеясь, что к зомбакам на подмогу не придет тварь посильнее, а потом уберется отсюда.

Глава 23

Уходить не прощаясь Шутник не стал. Когда он понял, что может относительно безболезненно наступать на раненую ногу, то решил, что бросать такое количество зомбаков, собравшихся в одном месте, просто нельзя. Они же сейчас как товары в супермаркете — подходи и бери, с восстановившимися запасами стелса, и с двумя рабочими ногами, перебить всю эту толпу, не казалось Шутнику чем-то сложным.

Обыскав квартиру, и найдя на балконе, в шкафчике, небольшой ящик с инструментами, Шутник взял оттуда молоток, Решив, что для быстрого умерщвления тварей, он подойдет гораздо лучше ножа. Киноштампы гласили что для убийства зомбаков нужно прострелить им голову, практика подтвердила что эта тактика верна. Пробить череп зомбаря ножом, Шутник не рассчитывал — он знал как непросто даже куриную ногу разрубить, имея только нож, и полагал, что пробить человеческий череп гораздо сложнее чем разрубить окорочок.

Топора в доме не нашлось, впрочем он и не рассчитывал особо — что делать в такой квартире топору? Клюшка для гольфа тут вполне могла найтись, а вот топор — скорее всего нет. Впрочем молоток для разбивания голов тоже подходил.

Проверив пистолет, и взмахнув пару раз молотком для пробы, Шутник попросил собаку телепортировать его вниз — к дверям подъезда, и дождавшись когда пес вернется обратно в квартиру, врубил стелс и вошел внутрь.

Схема распределения тварей, читалась сразу же — более сильные, пробились глубже, туда где ароматно вонял кровью Шутник, где валялся труп нолда, который уже наверное сожрали, в общем туда где интереснее. Вглубь толпы, протолкались твари посильнее, на окраинах тусовались совсем уж слабые зомбаки — некоторые из них не могли ходить, другие еле шевелились, и как показалось Шутнику, опасались соваться к своим же собратьям. Видимо этическими вопросами каннибализма, зомбаки не озадачиваются, и могут схарчить даже более слабого собрата.

Не выходя из стелса, Шутник от души размахнулся молотком, и врезал по голове ближайшего к нему ползуна. Звука удара он не услышал — тварь затихла, брызги крови разлетелись веером, часть попала на Шутника, и к его удивлению, капли крови, забрызгавшие его руку, и казалось повисшие в воздухе, исчезли. Скорее всего их тоже накрыло той невидимой пленкой, которая позволяет ему исчезать. Очень интересно, стало быть даже если его в стелсе обольют из банки с краской, это не поможет его вычислить, слой краски тоже уйдет в стелс. Полезная особенность.

Остальные монстры не обратили внимания на то, что ползающий под их ногами собрат обзавелся дополнительной дыркой в черепе. Проверять шишку на затылке Шутник не стал, и перешел к следующему. Замах, удар, и еще один окончательный труп. Следующий. Замах, удар, труп. Замах удар труп…

Зомбаки валились один за другим, и теперь остальные начали обращать внимание на то, что их сородичи внезапно погибают, но вели себя твари странно. Они не пытались понять кто же это валит их друзей, не пытались как-то скооперироваться, не пытались удрать подальше от потенциальной опасности. Вместо этого, ближайшие монстры начали жрать своих же мертвых сородичей.

Шутник отошел в сторону, прислушался к запасам стелса. Время еще было и он позволил себе немного задержаться. Твари, скопились тесной кучкой вокруг одного из трупов, и принялись урча и подвывая, рвать его на куски. Сгрудившись, монстры удачно подставили под удар затылки, и Шутник решил, что не воспользоваться случаем будет глупо. Пять ударов, и еще пять тварей падают мордами вниз, а к их дохлым тушам, уже тянут руки другие монстры. Вектор интереса сместился, по этажам пошло гулять характерное урчание, и те твари, что бесполезно скреблись когтями в бетонные стены и дверь, бросили свое занятие, и начали пробиваться сквозь толпу обратно вниз, туда где их сородичи, судя по звукам, что-то жрут.

Шутник не торопясь, и прикончив напоследок еще пяток монстров, вышел на улицу, осмотрелся вокруг, и не увидев тварей, мысленно позвал пса, проверяя сработает ли их телепатический канал связи на таком расстоянии.

Сработало, орать во всю глотку подзывая собаку и привлекая внимание монстров не пришлось. Стоило только мысленно скомандовать Рыжуну «ко мне», как пес появился рядом с хозяином. Взявшись за ошейник, и телепортировавшись вместе с псом на базу, Шутник и собака метнулись сквозь дверь на лестничную клетку, с которой зомбаки уже отступили вниз, туда где сейчас вовсю шла дележка самых лакомых кусков.

Завалив пару тварей, Шутник сбросил стелс, и свистнул привлекая к себе внимание — он не хотел чтобы твари спускались ниже, того и гляди забьют на него, нажрутся своими сородичами, и уйдут шляться по городу, он же хотел перебить их всех.

Пока инертная масса зомбаков меняла направление движения, Шутник сумел подтащить вплотную к двери пару трупов, чтобы остальные твари жрали прямо на площадке, не отходя от кассы, так сказать, и ушел с собакой сквозь дверь, обратно в квартиру. Надо было передохнуть пару часов, подкопить стелс и повторить вылазку.

Перекусывая засохшим батоном, политым маслом и посыпанным солью, Шутник мысленно прикидывал количество убитых тварей. По его прикидкам, он завалил не меньше двух десятков зараженных, и судя по тому, что успел разглядеть, их там еще не меньше пятидесяти. То есть нужно будет сделать еще три — четыре вылазки, и проверить одну догадку. Когда Шутник убивал тварей склонившихся над трупом своего сородича, он бил их в затылки, и обратил внимание на то, что пара ударов получились откровенно никакими — зомбаки оба раза шевельнулись в последний момент, и удары вышли смазанными, молоток прошел вскользь, лишь слегка царапнув череп. Он точно видел, что черепушки остались не пробитыми, но твари все равно падали замертво. Единственное объяснение, которое пришло шутнику на ум, это то, что в обоих случаях он снес ударом, ту самую бородавку на затылке, в которой вырастают спораны.

Эту теорию надо было проверить — если монстры действительно умирают при повреждении этого нароста, то жизнь немного упростится. Активное махание молотком, да и маскировка звука удара, съедает запасы стелса. Если же получится убивать тварей коротким тычком ножа в эту самую шишку, без замаха, и практически без звука, невидимость должна держаться дольше. Шутник уже сообразил, что не только звуки, но и активные движения, в стелсе, серьезно сокращают время его пребывания в невидимости.

Дождавшись когда силы немного восстановятся и в этот раз вооружившись вместо молотка ножом, Шутник снова выскочил за пределы квартиры. В подъезде же начиналась вакханалия — обилие мертвых сородичей, вызвали у зомбаков приступ жадности. Твари жрали своих же, дрались за место у трупа, тех, что не умели ходить, но за каким-то чертом приползли сюда — пускали на мясо их более везучие сородичи. Даже в стелсе, подходить к этой толпе было опасно, могли просто ненароком зацепить, а если хоть один зараженный сумеет вцепиться в Шутника, пусть тот даже будет в стелсе, остальные твари тоже подтянутся к разборке. Порвут даже не глядя — на ощупь.

Осторожно подобравшись к самому крайнему зомбарю, Шутник без замаха, но резко, ткнул его ножом в затылок. Нарост легко поддался острому лезвию, тело твари дернулось в судороге, и зомби упал на пол, не проявляя никаких признаков жизни. Кажется работает. Достаточно серьезно повредить нарост на затылке, и твари дохнут.

Дело пошло веселее. Стараясь не делать лишних движений, и двигаться по возможности плавно и бесшумно, Шутник подбирался к зараженным, стоящим с краю толпы, тыкал в затылок ножом, и переходил к следующим.

Зомбаки начали понимать, что творится что-то страшное, отчего их родичи то один, то другой, падают замертво, однако скудного зомбячьего ума не хватало для того, чтобы адекватно отреагировать. Единственное до чего додумались твари, это заворчав на новый лад, всей толпой броситься вниз по лестнице, к выходу из подъезда. Видимо даже у зараженных есть чувство страха. Пока были голодные — оно притуплялось, уступая первенство голоду, но когда набили животы своими же сородичами, страх поднял голову и погнал их подальше оттуда, где можно в любой момент непонятно от чего сдохнуть.

Добив в спину еще пару тварей и поняв, что гнаться за остальными бесперспективно, с его то ногой, на которую можно было опираться и относительно комфортно ходить, но уж точно не бегать, Шутник мысленно позвал пса. Рыжий ждал его команды сразу за дверью, прислушиваясь к тому, что творится на площадке, поэтому появился кажется раньше, чем Шутник успел его позвать.

— Домой, давай домой — проорал Шутник сбрасывая стелс, и спустя мгновение появился в квартире.

Подхватил винтовку нолда, повернул регулятор мощности на минимум, чтобы не шуметь слишком уж сильно, бросился к балкону. Прямо под ним, из подъезда выбегали испуганные твари, и словно по команде, бросались всей толпой вдоль улицы.

Шутник прицелился в затылок одной из тварей, выстрелил, перевел прицел на следующую, еще выстрел, потом еще один, и еще. К тому моменту как цифры дальномера окрасились красным, он успел прикончить семерых. Дальше отсюда стрелять было нельзя, твари убежали слишком далеко, и высовываться под таким углом с тяжеленной винтовкой было не то что неудобно, а откровенно опасно — сорваться с балкона легче легкого.

— Рыжий ко мне! Давай вон туда — Шутник ткнул пальцем в крышу противоположного дома — сможешь?

Вывалившись из телепорта на крыше, Шутник добавил винтовке мощности, прицелился, выстрелил. Еще выстрел еще. Снова добавить мощности. Выстрел…

Не ушел никто. Огромная толпа тварей, которая загнала его в нору, когда он был ранен, и как бы это назвать? Обезманен? При наличии телепорта и стелса, не смогла оказать какого бы то ни было сопротивления.

Стелс в связке с телепортом, позволяли валить зараженных практически ничего не опасаясь — в критических случаях, способность собаки позволит легко разорвать дистанцию. Винтовка тоже показала себя отлично. Отдачи почти не было, ощутимая громкость хлопков, появлялась только при мощности не менее трети от максимума, до этого выстрелы были едва слышны. Бьет точно, прицел шикарный, правда стрелять по подвижным целям непросто, ввиду размеров винтовки и тяжести, а вот регулируемый зум, позволяет легко найти цель. Достаточно уменьшить масштаб чтобы охватить взглядом весь театр боевых действий, а потом, выбрав цель, наращивать зум до тех пор, пока увеличение не станет достаточным, для точной стрельбы.

В целом эксперимент прошел замечательно — твари Шутника в стелсе не видят, пес отлично слышит мысленный зов, винтовка бьет мощно и точно… Осталась самая приятная часть — сбор трофеев, и заодно, подсчет фрагов.

Перемещаясь от трупа к трупу, Шутник потрошил наросты, пес в это время стоял на шухере. Перебирать нити паутины даже не пытался, ссыпал весь этот черный мох в рюкзак, проверит его уже вернувшись на базу. Пока потрошил зомбячьи затылки, не забывал вести подсчет трупов.

— Итого семьдесят один — выпрямившись, и забросив в рюкзак последнюю партию паутины, сообщил Шутник собаке — без трех десятков сотня. Ты просто представь какие мы терминаторы? Кажется я начинаю входить во вкус.

Потроша зомбаков, Шутник обратил внимание на тварей, которые мало походили на людей — мощный плечевой пояс бугрящийся мышцами, длинные руки, также с весьма развитой мускулатурой, голова не сужалась вниз, к челюсти как у нормального человека, а наоборот расширялась… Некоторые из этих продвинутых тварей, были покрыты чем-то вроде родимых пятен, но не просто участков кожи с отличающейся пигментацией, а пятнами наростов — участков ороговевшей шкуры, почти что костяной брони. Костяные бляшки отличались размерами — от пластинок размером с монету, и такой же толщины, до целых бронеплит размером с ладонь и толщиной едва ли не в палец. На первый взгляд казалось, что наросты разбросаны хаотично, но если присмотреться было Заметно, что наиболее крупные пластины смещались к груди, видимо там у тварей тоже есть какие-то уязвимые органы.

Глядя на монстров, Шутник пожалел, что сбрасывал добычу в общий мешок. Может быть в головах этих тварей споранов было намного больше чем в других зомбаках, и вместо того, чтобы валить десятками слабых зараженных, проще будет грохнуть двух-трех таких вот уродов? Благо в стелсе, прикончить, что простого зомбака, что прокачанного, для Шутника разницы не имело, но переживать по этому поводу Шутник долго не стал, и вскоре уже сидел на кухне, попивая вискарь, закусывая его остатками шоколадных конфет, и перебирая целый мешок спутанной черной паутины.

Охота на монстров была признана удачной — всего среди трофеев было тридцать два спорана, и пять штуковин отличающихся от них. Как эти штуки назывались — Шутник не знал. Покойный Стрелок, не успел рассказать про них, поведал только про спораны и жемчуг, но выбрасывать эти шарики Шутник не стал — был уверен, что пригодятся.

Материалом для изготовления живца он был обеспечен, остатки еды добил, разбирая трофеи, преграды на пути к свободе больше не было, а запас стелса почти восстановился. Набодяжив себе живца про запас, пересобрав рюкзак, и навьючившись сразу двумя винтовками, Шуник с собакой покинули квартиру, ставшую им на время домом, и направились по дороге вглубь квартала. Заходить в каждый дом и шмонать квартиры, Шутник посчитал нецелесообразным — слишком много времени уходит на мародерку, и слишком мал шанс найти что-то, что до него не нашел кто-то другой. Нужно было найти магазин, кафе или что-то подобное, где могут храниться большие объемы продуктов, которые на горбу так сразу и не утащишь, можно было надеяться, что неизвестные мародеры, оставят там хоть что-то. До стаба было примерно пол сотни километров или около того, и без мотоцикла, на этот путь может уйти полтора-два дня. Не поев чего-нибудь хотя бы в ближайшие сутки, Шутник рискует остаться без запасов стелса, а без своей способности, к которой уже успел за эти дни привыкнуть, он чувствовал себя словно без рук.

Прошагав без особых приключений километра полтора, Шутник наконец наткнулся на магазин. Супермаркет известной сети, встретил разбитыми витринами и огромным проломом в стене, в который запросто мог въехать грузовик. С полчаса Шутник с собакой бродили вокруг магазина, осматривая помещение со всех сторон, но так и не увидев ничего необычного, решились войти внутрь.

Магазин носил отчетливые следы грамотной мародерки — полки и склады были выметены почти начисто — мясной отдел пустовал, в холодильниках не осталось ни одной пачки пельменей. Тушенки тоже не нашлось, как и круп. Алкогольный ряд радовал пустыми стеллажами, а вот отдел с продуктами быстрого приготовления — всякой лапшой и сухими картофельными пюре, порадовал. Видимо неизвестные гурманы, брали дешевую лапшу по остаточному принципу, поэтому не вымели полки дочиста, и хоть что-то, но там все же оставалось. Этот отдел тоже носил следы мародерки, но не такой грамотной, когда полки опустошались полностью, а скорее спонтанной — схватил кто-то десяток пачек лапши или пюрешки, и побежал дальше.

Несколько бутылей с водой, тоже остались валяться на полу — у баклажек были оборваны ручки, и видимо неизвестные мародеры решили забить на эти бутылки. Проще было взять сразу четыре баклажки с целыми ручками, чем тащить одну, у которой ручки нет. Маленькие же бутылки с минералкой, и водой без газа, вообще никто не забирал, видимо просто лень было возиться с мелкой тарой.

Вода и еда есть, как бы теперь эту самую воду вскипятить, и в чем? Разводить костер шутник не хотел — можно было привлечь дымом ненужное внимание, так что отыскав по указателям хозяйственный отдел он принялся бродить среди полок.

Как ни странно, но отдел бытовой химии тоже хранил следы грамотной мародерки. Кому во время зомбо-апокалипсиса могло понадобиться такое количество стирального порошка или мыла, Шутник не знал, но похозяйничали тут изрядно. Однако вскоре его старания были вознаграждены — среди чистящих средств, вроде средства для мытья окон и унитазов, он нашел освежитель воздуха. Развернув баллон и убедившись, что на обратной стороне присутствует значок в виде языков пламени перечеркнутых черным крестиком, Шутник принялся химичить.

С помощью скотча и куска деревяшки он зафикисировал кнопку в нажатом положении, и поднеся к потоку воняющего лавандой спрея зажигалку, убедился, что он прекрасно горит. Мини-версия огнемета у него была, теперь следовало обзавестись тарой. Перелив живец из металлической фляги в пустую пластиковую бутылку, Шутник залил во фляжку воды из баклажки, и немного повозившись, сумел закрепить ее над баллончиком освежителя воздуха. Пламя лизало днище фляги, собака стояла на шухере, Шутник же, вскрыл две упаковки лапши, в жестком пластиковом контейнере, а не в мягкой целлофановой пачке, и дождавшись пока вода закипит, заварил обе пачки.

Весь магазин провонялся лавандой, но огонь был бездымным, и можно было не опасаться, что кто-то заметит их издалека. Импровизированная кухня расположилась в глубине магазина, так что бликов маленького огонька, тоже можно надеяться никто не увидит. Сняв крышку с контейнера и убедившись, что лапша заварилась, Шутник подозвал собаку и предложил Рыжему отужинать с ним.

Пес, судя по морде с куда большим удовольствием отведал бы немного зомбятины, но Шутник решил, что негоже кормить собаку человечиной, а потому дождавшись когда лапша остынет, все же попытался скормить упрямой собаке ту пачку что он заварил без приправы. Пес ел. Без удовольствия в отличии от Шутника, но все же ел. Шутник же, не уплетал бичпакеты с таким удовольствием, со студенческих времен, причем с удивлением обнаружил, что вкус лапши с годами не изменился.

Набив брюхо и почувствовав что жизнь налаживается, он бросил в рюкзак баллон освежителя воздуха — сгодится если надо будет снова устроить мини-костер, несколько пачек лапши, и бутылку с водой. Одну из пятилитровых баклажек, Шутник пристроил на плечо, обвязав скотчем и сделав подобие лямки. Прелил живец обратно во флягу, проверил как в глубине рюкзака устроилась бутылка с вискарем, позаимствованная из квартиры в которой он ютился последние пару дней, и выбрался из магазина.

До вечера следовало выбраться из кластера с городскими кварталами, и выйти на дорогу к стабу. Идти, обвесившись рюкзаком, баклажкой с водой, винтовками, и другими пожитками, было неудобно, но бросать Шутник ничего не стал — бегать ему как он надеялся не придется, в случае опасности уйдет в стелс, а уж из невидимости разберется с любой угрозой, так что лишний вес можно было потерпеть.

Закончив с мародеркой и прикинув направление, Шутник двинулся сквозь квартал, внимательно наблюдая за поведением собаки, и готовясь в случае чего, сразу же уйти в стелс. Минут через сорок неторопливой ходьбы, пес замер, и задумчиво принюхался. Шутник тоже остановился и принялся шарить взглядом вокруг, пытаясь высмотреть на что же так отреагировал пес, но никакой угрозы не увидел.

Пес не рычал, не дыбил шерсть, не агрился в какую-то конкретную сторону, он просто сел на задницу, и принялся с удивленным видом принюхиваться. Шутник тоже принюхался. Ничего особенного не почувствовал. Принюхался еще раз, стараясь прочувствовать каждый запах из общей гаммы, отдельно.

Пахнет пылью, откуда-то несет гнилью, от самого Шутника пованивает потом и алкоголем… И чем-то кислым, похожим на уксус, или окислившуюся батарейку…

— Черт! Перезагрузка! — наконец сообразил Шутник — Рыжий бежим!

Туман сгущался гораздо быстрее чем передвигался Штуник — нога все еще болела. Не успели они пройти и полукилометра, а все вокруг уже затянуло пока еще жиденьким, но вонючим туманом.

— Рыжий, давай вперед, сколько сможешь — скомандовал Шутник, покрепче ухватившись за ошейник собаки, и его тут же сплющило, протащило, и выплюнуло, на тот же асфальт, на той же улице, но метрах в двухстах от точки старта. Видимо это была максимальная дистанция прыжка у собаки.

— Еще! Давай, давай! — орал Шутник подбадривая пса, и Рыжий снова рванулся вперед, протащив и себя и хозяина по какой-то изнанке мира, или сквозь червоточину…

Теорию собачьего телепорта Шутник выстроить еще не успел, но это было не важно, главное то, что пес раз за разом растворялся в прыжке, и снова появлялся в паре сотен метров дальше. Пес сделал еще семь прыжков, они были уже в километре с небольшим от точки где впервые почувствовали запах кислого тумана, на самой границе городского квартала, но дальше пес прыгать уже не мог.

Шутник видел как с каждым прыжком, пес дышит все тяжелее. Сейчас, он уже откровенно хрипел вывалив язык. Из пасти хлопьями валила пена, пес качался, лапы заплетались, видно было что собакен очень устал… Еще десяток метров он прошел, а затем просто лег на брюхо, отказываясь не то что телепортироваться — просто вставать и идти, а за пределы кластера они еще не выбрались, Шутник замечал, что туман стал гуще.

— Черт! — Шутник сбросил баклажку с водой, взвалил тяжелого пса на плечо, и тихо матерясь, побрел вдоль улицы, жалуясь вселенной на так некстати раненую ногу, и призывая самые страшные кары ада, самый жаркий котел, и черта с самыми большими вилами, на голову подстрелившего его нолда.

Алое пятно расплывалось по штанине, рана снова открылась и начала кровоточить. На асфальте оставались капли крови, а молочно-белая пелена тумана сгустилась уже настолько, что разглядеть что-то дальше пары десятков метров было невозможно. Шутник упрямо шел вперед, подволакивая ногу, скрипя зубами и постоянно поправляя сползавшего с плеча тяжеленного пса, который с каждой секундой становился все тяжелее и тяжелее. Перезагрузка на этом кластере отличалась от той, которую Шутник с Рыжим уже пережили. Здесь все происходило как-то неторопливо. Человек с собакой преодолели уже километра два, но туман не спадал, за пределы кластера они все еще не вышли, как вдруг… Шутник почувствовал словно они пересекли какую-то незримую границу, сразу же за которой туман начал стелиться по земле, и очень быстро рассеивался. Если оглянувшись за спину, Шутник уже не видел ничего кроме молочно — белой пелены, то впереди видимость была значительно лучше, уже в сотне — двух метров, от тумана почти не оставалось следа.

— Интересно — пробормотал Шутник прошагав для надежности метров триста от края кластера, и аккуратно сняв с плеч собаку — если посмотреть сюда издалека и с высоты, как выглядит перезагружаемый кластер? Учитывая, что почти сразу за его пределами туман начинает рассеиваться и стелиться по земле, такой кластер должен наверное выглядеть как столб тумана? Как ты считаешь? Или туман в перезагружающемся кластере не поднимается очень уж высоко?

Пес ничего не ответил, он лежал тяжело дыша, и вопрос внешнего вида перезагружаемого кластера, его точно не волновал. Вытащив из рюкзака полторашку с водой, и мысленно пожав себе руку за то, что не стал выбрасывать маленькую бутылку, когда решил взять с собой пятилитровую баклажку, Шутник отвинтил пробку, и наливая воду на ладонь, дал напиться собаке. Пес вылакал едва ли не половину бутылки воды, хлебнул живчика, и ему судя по всему полегчало, но вставать и бежать дальше он не рвался. Собственно и Шутник не торопился продолжать поход, пробежка с рюкзаком, двумя винтовками да еще и с тяжелой собакой на руках, жутко его вымотала. Нога снова разболелась, закровила, но к его удивлению удалось обойтись легкой перевязкой, словно это было не сквозное ранение, и всего-лишь не очень глубокий порез.

Развалившись на траве, на обочине выходящей из городского квартала дороги, Шутник отдыхал, периодически прикладываясь к фляге с водой, но продолжался отдых не долго. Пес, поднял голову и зарычал куда-то в туман, Шутник тут же вскочил, вскидывая винторез и вглядываясь сквозь оптику в мутную пелену.

В тумане что-то двигалось, он успел разглядеть несколько смазанных силуэтов, когда одна из фигур выскочила из полосы тумана, и Шутник увидел, что это зараженный. Вроде бы не измененный, обычный зомбак, но бежал он на удивление быстро. Вслед за первым зараженным, из тумана показались еще несколько бегущих фигур, Тут же скрывшись в стелсе, и скрыв пса, Шутник неслышно матюкнулся.

Понятно, что это оставшиеся на кластере зараженные. Соображалка у них есть — понимают, что оставаться на перезагрузке нельзя, вот и убегают. В принципе, по идее они должны валить куда-нибудь дальше, из перезагружаемого кластера спаслись, тут им делать нечего.

— Ну, давайте же уроды, валите — гипнотизировал тварей Шутник, но зараженные уходить явно не собирались. Отбежав от города метров на двести, остановившись буквально в паре десятков метров от Шутника, зараженные повернулись мордами к городу, и замерли, вглядываясь в туман.

Твари не уходили, время шло, Шутник сидел на траве, скрыв вместе с собой собаку, и думал на сколько метров у него получится отойти с тяжелым псом на руках, рюкзаком и парой винтовок, до того как стелс развеется? В принципе отойдя уже на пару-тройку сотен метров, можно будет не беспокоиться, что твари их услышат, вот только Шутника смущала страшная тварь, затесавшаяся в толпу зомбаков.

Монстр был похож на того, что устроил ловушку в перевернутом грузовике, а может это он и был — огромная тварь, ростом хорошо так за два метра, а возможно, что и за три, мощные плечи, в ширину наверное как Шутник в высоту, явно намекали что тварь сильная, а костяные пластины покрывающие все тело, подсказывали что убить этого монстра будет непросто. Даже на башке было что-то вроде шлема из костяных пластин. Тварь стояла спиной к Шутнику, метрах в пятидесяти от него, но даже с такого расстояния монстр внушал уважение.

— Валить — сказал сам себе Шутник, словно убеждая себя влезть в драку с монстром — валить без вариантов, от такой сволочи хрен убежишь.

Руки у Шутника были заняты — в одной он держал винторез, другой держал пса в стелсе, для стрельбы же, нужны обе, впрочем и целиться из невидимости не получится — прицел банально прозрачен, так что хочешь не хочешь, а придется появляться в видимом спектре. Аккуратно положив на траву винторез, он подтянул к себе винтовку нолда, которая валялась в стороне, и заметил, что даже столь тихое и незаметное движение вызвало у страшной твари интерес — монстр тут же обернулся и завертел головой, но винтовка уже была в стелсе, вместе с человеком и собакой, так что тварь ничего не заметила.

Дождавшись пока монстр успокоится и отвернется снова — неизвестно что твари хотели рассмотреть в тумане, но пялиться в него они не переставали — Шутник на ощупь откинул сошки, установил винтовку, на землю и лег рядом, уперев в плечо приклад. Сбросил стелс, стараясь не шевелиться, понимая, что тварь его сразу же заметит, плавно повернул регулятор мощности нолдовской винтовки на максимум, прицелился в затылок твари, молясь чтобы тихий, едва заметный гул конденсатора, монстр не расслышал.

Прицелившись, и дождавшись пока индикатор заряда покажет готовность к стрельбе, Шутник положил палец на спусковой крючок, и именно в этот момент, монстр резко развернулся, и бросился к нему, словно почувствовав взгляд. Метров десять, из разделяющих их шестидесяти одного, если верить дальномеру, тварь преодолела за секунду. Пока остальные зомбаки вяло ворча поворачивались в сторону добычи, монстр уже несся к Шутнику. Башка монстра моталась из стороны в сторону, попасть в такую цель было почти невозможно, так что Шутник навел перекрестие на мощную грудь и выстрелил.

Грохнуло так что заложило уши, ударной волной всколыхнуло траву перед стволом винтовки, отдачей лежащего на пузе Шутника даже сдвинуло чуть назад, а тварь, которая была уже метрах в тридцати, буквально взорвалась кровавыми брызгами. Пуля из винтовки нолда, едва не разорвала монстра надвое, во всяком случае огромную дыру, и разлетевшиеся веером ошметки, Шутник различил даже со своей позиции.

Отбросив в сторону винтовку, Шутник чуть не заорал, охеревая от боли в плече, которое нехило приложило отдачей, коснулся ладонью собаки и ушел в стелс. Зомбаки, бежавшие в их сторону, резко замедлились, потеряв цель, но все равно шли к ним, принюхиваясь и вертя бошками.

Шутник вытащил пистолет, щелкнул выключателем лазерного целеуказателя, и улыбнулся, увидев красную точку. Работает. Не выходя из режима невидимости, навел ствол на голову ближайшей твари, которая неторопливо брела метрах в десяти от них, потянул за спусковой крючок.

Хлопок выстрела с глушителем и так был не особо громким, автоматика пистолета работала даже громче, а в стелсе никаких звуков не раздавалось вообще. Голова твари обзавелась аккуратной дыркой во лбу, а затылок разлетелся ворохом кровавых ошметков, Шутник же выцеливал следующего урода. Выстрел, тварь падает, еще выстрел, прислушаться к ощущениям, проверяя запасы сил. Выстрел, выстрел.

Ближайшие твари падали одна за другой, даже не понимая, что их убивает, а Шутник торопился отстрелять как можно больше монстров — выстрелы хоть и тихие, но постепенно стелс срывают, невидимости в запасе осталось совсем немного.

Отстреляв обойму, Шутник убрал пистолет, на остатках стелса поднял с земли винторез, и сбросив невидимость, чтобы она не сорвалась сама и не шибанула по мозгам, принялся отстреливать оставшихся в отдалении тварей, которые наконец увидев свою жертву, бросились к нему.

Выцеливать головы Шутник уже не старался, работать надо было быстро, так что целился в грудь, хотя бы для того, чтобы отбросить и затормозить зараженного. Десять патронов винтореза закончились на удивление быстро, перезарядиться Шутник не успевал, а в десятке метров от него и собаки, уже неслись во весь опор четыре твари.

Рыжий, про которого Шутник уже забыл, вдруг рыкнул, дернулся вперед, ухватив зубами ногу Шутника, сжал так что казалось прокусит ботинок, а в следующий миг Шутника привычно рвануло, протащив сквозь пространство, и выбросило в реальность. Недалеко, метрах в десяти — двенадцати от исходной точки, видимо у пса на большее просто не накопилось сил, но этого хватило. Пустой магазин упал на землю, на его место с щелчком, не предвещающим тварям ничего хорошего вошел новый, а в следующий миг ближайший монстр, до которого оставалось метра два, рухнул на землю, с дырой в груди. Перебросить прицел на следующую тварь, еще один выстрел, снова выстрел, и монстр валится в полушаге от Шутника, а последняя тварь налетает на него, впиваясь зубами в подставленную руку.

Усиленный рукав с твердым пластиковым щитком сдержал укус, острые клыки твари не смогли добраться до плоти, а секунду спустя, череп зараженного царапнул нож. С первого раза зацепить нарост на затылке зомбака не получилось, Шутник скреб ножом голову твари, соскребая лезвием пучки редких волос, словно рваная ветошь болтающихся тут и там на почти лысой башке зараженного, а тварь молотила когтями по его бокам, но тут нож, наконец, зацепил нарост. Шутник поднажал вгоняя лезвие поглубже в бородавку, тварь дернулась и обмякла, а Шутник, кое как сбросив с себя тяжелый труп, подполз к собаке. Пес был в порядке. Последний телепорт его не убил, ни один из монстров до него тоже не добрался, но не успел Шутник выдавить из себя привычно неудачную шутку, как впереди, зашевелились кусты, и на ноги поднялся подстреленный ранее, огромный монстр.

— Да твою же мать!

Правая половина груди превратилась в развороченную рану, из которой словно зубы торчали обломки ребер, рука болталась на сухожилиях, будто висящая на ниточках, оторванная лапка плюшевого медведя… Шутник нервно улыбнулся, пришедшему на ум столь идиотскому сравнению, а в следующий миг они с тварью, одновременно сорвались с места.

Монстр, несмотря на столь серьезное повреждение несся вперед, все так же резво, Шутник бежал ему навстречу, но преодолев десяток метров бросился на землю, туда где валялась винтовка нолда, и подхватив ее, мысленно возликовал, увидев синюю иконку заряженных конденсаторов. Для того, чтобы навести ствол на тварь, потребовалась пара секунд, за которую та успела преодолеть оставшееся расстояние, и теперь нарвалась на выстрел почти в упор.

Грохнуло. Пуля прошла сквозь тварь оставляя за собой инверсионный след из кровавой взвеси, левая половина грудины монстра взорвалась кровавыми ошметками и костяными брызгами, а зараженный, почти перебитый надвое, свалился на землю.

Шутник поднялся, перевел регулятор мощности в нижнее положение, подошел к твари. Монстр лежал на земле, булькая из разорванного едва ли не пополам тела кровавыми пузырями, плечевой пояс вместе с шеей и головой оказался почти полностью отделенным от туши… Злую шутку с тварью сыграли мощнейшие пластины брони на груди. Судя по осколкам, которые разглядел в кровавом месиве Шутник, пластины были размером со стандартную книгу, и примерно такой же толщины. Не война и мир конечно, а какой нибудь дешевый романчик про очередного попаданца. Шутник усмехнулся… Очередного, да.

Пластины брони оказались слишком крепкими. Вместо того, чтобы пуля, пробив аккуратную дырочку летела дальше, броня ее останавливала. Даже стальные пули гаусс-винтовки сплющивались от удара о столь прочную броню, но сохраняли достаточно энергии чтобы вбить, а затем и протащить сквозь тело монстра расколовшуюся костяную пластину брони, нанося чудовищные раны… Не будь тварь увешана бронеплитами, глядишь и не получилось бы ее прикончить — пара маленьких дырочек от пролетевших сквозь тело пуль, ее бы не убили…

Первый выстрел пробил в правой части грудной клетки дыру в которую Шутник мог бы просунуть голову, второй пробил такую же дыру в левой части груди, ближе к центру. Дыры слились в одну, что практически отделило верхнюю часть туловища твари от нижней. Сейчас грудина к животу крепилась с левой стороны лишь узким куском мяса и перекрученных сухожилий, но тварь еще жила. Булькала кровавой пеной из раны, развела огромную пасть, сжимала и разжимала кулаки, конвульсивно дергала руками, а вот ноги были неподвижны — позвоночник разорвало в клочья.

Подойдя поближе к монстру, Шутник упер ствол винтовки в один из огромных глаз, скрытых под мощными надбровными дугами, надавил, погружая ствол поглубже и вдавливая глазное яблоко в глазницу. Выстрелил. Брызнуло словно из пакета с кетчупом, по которому ударили молотком, но Шутник сделал еще один выстрел, а затем еще и еще, пока тварь не перестала подавать даже намеки, на хоть какие-то признаки жизни.

Забрызганный черной кровью зараженных, Шутник тем не менее улыбался хищной ухмылкой кровожадного маньяка. С трудом перевернув тяжелую голову монстра, и расковыряв костяные щитки, прикрывавшие затылок, он вскрыл плотный, и огромный размером с два его кулака нарост, и запустил в него руку.

Оранжевые нити паутины, а не черные, из которых по словам Стрелка можно сделать какой-то спек, целая пригоршня штуковин, которые не спораны, а фиговины, названия, которых он еще не знал, и глянцевый, отливающий перламутровым блеском, черный шарик…

— Так вот ты какая, черная жемчужина — задумчиво пробормотал Шутник, запихивая добро в карман, не забыв даже ворох оранжевой паутины — жаль, что не две.

После такой добычи, проверять споровые наросты остальных тварей даже не хотелось. Осознание того, что он избежал почти верной смерти, дошло до Шутника не сразу, однако это событие в некотором роде его даже успокоило. После пары дней относительного затишья, пока Шутник восстанавливался в квартире с бронированной дверью, он даже ожидал чего-то подобного, и в некотором смысле был рад что это случилось. Неясные мысли, теории и образы, которые он нарисовал в своем воображение, постепенно складывались в пусть и разрозненную, но все же понятную картину… Как бы там ни было, но головы тварей проверить надо, Шутник догадывался, что за спораны можно получить что-нибудь ценное, или не очень. В конце концов, пусть добываются эти штуки относительно легко, но и нужны они всем поголовно… Не могут они ничего не стоить.

Забрав добычу, Шутник вернулся к собаке. Напоил пса водой, дал глотнуть живчика, и скормил несколько кусочков сухой лапши. Перезарядил все магазины, спораны завернул в кусок ткани и переложил из рюкзака в нагрудный карман. Непонятные штуковины без названия, тоже завернул в ткань и убрал в карман, а вот жемчужину, сняв носок и ботинок, прилепил кусочком пластыря к ноге. Натянул носок с обувью обратно… Сойдет. Ходить не мешает, при шмоне скорее всего сразу не найдут, выпасть тоже не сможет. Разве что кто-то оторвет ему ногу.

— Мне вот интересно — пихнул он в бок все так же валяющегося на земле, и тяжело дышащего пса — если мне оторвет ногу какая-то тварь, и схарчит ее вместе с жемчужиной, она получит что-то с этого? Или нет?

Пес не ответил. Шутник снова заводить с ним разговор не стал. Дожидаться пока собакен отдохнет, он тоже не захотел, слишком уж страшно сидеть на открытой местности, с не восстановившимися запасами стелса, и псом, который не может телепортироваться, так что взвалив на руки тяжелую псину, он побрел дальше, отдаляясь от столь неприветливого городского квартала.

Часа через полтора неспешной ходьбы, пес оклемался полностью, и к моменту когда им встретилась водонапорная башня, стоящая в чистом поле, пес уже шел сам. Башня была огромная, из красного кирпича, диаметром навскидку метра в три. Не жестяная бочка на толстой трубе, а полноценная башня, в похожей на которую они в детстве устроили себе, как они ее называли в то время — базу. Шутнику в детстве хотелось жить в такой, словно он маг, в своей башне, пусть башня и была не больше самой скромной однушки… зато в несколько этажей. Отыскав побитую временем и ржавчиной лестницу, Шутник вытащил из рюкзака свернутые в рулон автомобильные ремни, и минут за десять сварганил что-то вроде подвеса для пса, обмотав его ремнями, чтоб не выпал, и закрепив эту конструкцию на спине. Рюкзак и винтовки он оставил на земле, решив сделать за ними еще один рейс.

Взобравшись на башню и взломав огромный навесной замок — тому хватило одной пули из пистолета, точнее не самому замку, а одной из дужек, что были вбиты в деревянную дверь, Шутник оставил наверху пса, и сходил за остатками их вещей. Темное нутро башни, представлялось Шутнику достаточно безопасным местом для ночевки — вторженцев пес должен почуять сразу, а отбиться, от врага, расположившись на господствующей высоте, будет не очень сложно. Сбросив тяжелый рюкзак и оружие, Шутник выхлебал маленькую бутылочку вискаря, которую не забыл прихватить покидая квартиру мажора, как он называл того дохлого зомбака.

Непонятно как в компанию к дорогому алкоголю затесалась эта квадратная бутылка с дерьмом, видимо купленным в ближайшем ларьке, но факт оставался фактом. Вместо вискаря, в бутылке оказалось, что-то жутко воняющее сивухой — скорее всего не самого хорошего качества водка, в которую для цвета бросили пакетик чая, однако ничего другого больше не было.

— Ну все Рыжий — Шутник выбросил пустую бутылку, и расстелил на полу плед, позаимствованный во все той же квартире мажора — алкоголь кончился, если завтра не найдем еще, я даже не представляю как буду засыпать, но на сегодня хватит. Спокойной ночи зверюга, бди, разбудишь если что.

Положив рядом с собой обе винтовки, заряженных и снятых с предохранителя, Шутник закрыл глаза и расслабился, позволяя алкоголю себя вырубить. По-другому поспать без снов не получилось бы, а видеть сны, ему сейчас очень не хотелось.

Глава 24

Проснулся Шутник от того, что пес тихо рычал, уставившись на люк, и излучая едва ли не осязаемые волны беспокойства, которые Шутник, непонятно каким образом, улавливал.

— Спокойно — погладил он пса по загривку, шерсть на котором встала дыбом — сейчас мы их встретим.

Передернув затвор винтореза, Шутник ушел в стелс, прихватив с собой собаку, и стал ждать того, кто сейчас скрипел и гремел ржавой, железной лестницей. Люк неторопливо отворился, внутрь пробрался худой высокий человек, с мотком кабеля на плече и объемным рюкзаком за спиной. Сбросив свою поклажу на пол, выпрямился и потянулся, хрустнув позвоночником.

Человек обернулся, и Шутник увидел, что это совсем молодой еще пацан, правда с пистолетом на поясе, и автоматом, висевшим на ремне, перекинутом через плечо. Парень даже не стал заморачиваться с тщательным осмотром, не обратил внимания, или не заметил винтовку нолда, оставшуюся лежать в стороне, и сразу же принялся аккуратно выкладывать из рюкзака на пол, какую-то металлическую коробку, с множеством рукояток, кнопок, и каких-то шкал.

Подключив кабель к коробке, он вытащил из рюкзака короткую толстую трубку, и потянул, раздвигая ее. Трубка оказалась чем-то вроде телескопической удочки — из полуметрового огрызка, она удлинилась до пары метров, и парень принялся что-то с ней химичить, но Шутнику уже все было понятно — судя по всему это антенна, а металлическая коробка, какая-то огромная, возможно старого образца, радиостанция. Парень видимо, связист. Вопрос в том чей он связист? На нолда точно не тянул — при наличии гаусс-винтовок, связываться с такой громоздкой и даже на вид устаревшей аппаратурой какой был нагружен этот пацан, они точно не станут.

Одной рукой вращая какую-то ручку из множества, торчащих из радиостанции, второй рукой парень ковырялся в своем огромном носу, с таким усердием, словно пытался отыскать там нефть, в этой позе он и замер, когда Шутник появился перед ним и ткнул стволом винтореза в тот самый нос.

— Кто ходит в гости по утрам тот поступает мудро, да? — Шутник улыбнулся и слегка надавил на винтовку — кто такой, чего надо?

— Шнобель я — отозвался пацан — из Завального мы, я это, антенну поставить залез.

— Завального? Это откуда? Что это?

— Это стаб. Недалеко, меньше чем в полусотне километров — ответил пацан скосив глаза на ствол винтовки.

— Ага, вот оно что — усмехнулся Шутник опуская винторез и протягивая пацану руку — ну тогда давай знакомиться я как раз к вам иду, думаю мне будет непросто в вашем стабе, если я приду туда по вашим трупам… Палец из носа кстати, можешь вытащить.

Шнобель — кличку ему подобрали просто идеальную — поднялся на ноги, опасливо покосился на собаку, на винторез в руках Шутника, монструозного вида гаусс-винтовку, стоящую чуть в сторонке, но руку все же пожал.

— Я своих предупрежу? А то как бы волноваться не начали, не дай бог пальнут ненароком, обидно будет — парень кивнул на рацию, висевшую на поясе и замер, дожидаясь ответа Шутника.

— Конечно — беззаботно кивнул тот, мысленно просчитывая варианты действий.

Пуля в пацана, телепорт на крышу башни, сквозь потолок, а уже там можно будет решить, что делать дальше. Если сопровождающих у пацана немного — перебить из винтовки, под стелсом они даже не поймут откуда в них прилетают пули. С помощью телепорта можно будет легко менять направления атаки, обстреливая их со всех сторон. Если они хорошо вооружены, или скажем прячутся в машине — не выходя из стелса прыгнуть телепортом вниз, и уйти с глаз долой, благо рощица, как он успел вчера заметить, неподалеку есть, и спрятаться там скорее всего несложно, тем более с его способностями.

— Хруст — нажал на кнопку пацан — это Шнобель, в башне рейдер… Один, агрессии не проявляет, сказал идет в Завальный…

— Черт, почему у тебя все через жопу. То рубер, то рейдер… Нормально все? Отправляю к вам Самурая, башню на прицел берем, скажи этому чтобы не шалил, крупняк кирпичную стену как фанерку прошивает.

— Слышал — спросил Шнобель — ты мужик не дергайся ладно? Сейчас Самурай сюда поднимется, поболтаете, и все нормально будет… А то ведь и правда из пулемета по башне вдарят, они примерно представляют где мы, а пулемету кирпич что картон.

— Пугать меня не надо — усмехнулся Шутник — не собираюсь я тебя валить, и Самурая вашего тоже, если сами не нарветесь. В этом случае, уж не обессудь, башку прострелю…

Шнобель угрозы не испугался. Пожав плечами, он продолжил прерванное занятие — подключение проводов и верчение рукояток, как бы намекая на то, что ему пофиг что будет дальше — он в своих напарниках уверен, а если какой-то бродяга хочет его убить, то может попробовать, а потом получить в брюхо крупнокалиберную пулю.

Шутник же, прислушался к скрипу лестницы, под ногами, как он понял, того самого Самурая. Интересно почему Самурай? Неужели с мечом ходит?

Когда люк открылся, никакого самурая Шутник не увидел — самый обычный мужик, без меча, без костюма ниндзи или деревянной шляпы, как любят показывать в кино у японцев или каких-то других азиатов. Да, азиатские черты лица присутствовали, непонятно японские или нет, но этому мужику больше бы подошла кличка якут, или что-то в этом роде.

— Нормально все? — спросил азиат направив на Шутника ствол — мужик, сделай пару шагов в сторону.

Шутник слегка приподнял руки, демонстрируя пустые ладони, и сделал два шага вправо чтобы не нервировать Самурая. Тот сместился в сторону, приблизившись к шнобелю, который все так же беззаботно, продолжал копаться в радиостанции.

— Ну что там, хачовская твоя рожа? — обратился Самурай к Шнобелю — лишних дырок не наделали?

— Молчал бы китаеза — нет нормально все, спокойный мужик, когда узнал, что мы из Завального, ствол убрал и сказал, что к нам идет.

— Слушай — перебил Шнобеля Шутник — так ты китаец?

— Я с рождения в России живу, но так вообще да, китаец.

— А разве самурай это не из Японской культуры?

— Блин я уже два года этим кретинам пытаюсь то же самое объяснить — убрал ствол в кобуру Самурай — ладно, рассказывай. Кто таков, чего тут делаешь, на пути нашей колонны, откуда и куда путь держишь?

— А что тут рассказывать — пожал плечами Шутник — новичок, хотя конечно относительно, вторую неделю уже тут шарюсь. Попал сюда с поездом, пару дней просидел на месте крушения, пока зомбаки не согнали, потом шел сюда. По пути и кликуху получить успел, кстати Шутником меня звать, и пострелять довелось, теперь вот к вам иду.

— Ну да — кивнул Самурай — мы ближайший к этим местам стаб. Прикинут ты смотрю неплохо, где достал?

— Мне от крестного кой чего в наследство перепало — помер он, споровое голодание далеко зашло, а споранов у него не было. Его неделю нолды по черноте гоняли, а вот эта пуха, как раз трофей — я добил последнего нолда что от той группы остался. Остальных видать сожрали, а может на черноте сгинули, не знаю. Только этого нашел.

— Понятно. Крутой ты видать, раз нолда прикончить смог, но ведешь себя беспечно — я бы Шнобеля в подобном случае сразу грохнул, а ты ему еще и с нами связаться дал. А вдруг он мур?

— Кто? — не понял Шутник, про такую группировку или что это такое, ему слышать не доводилось.

— Мрази редкие, ну да ладно, ты сейчас куда? В сторону стаба пойдешь?

— Собирался — осторожно ответил Шутник — а что?

— Да я к тому, что можешь с нами доехать — сейчас мы поедем магазины потрошить, в этом огрызке города есть два супермаркета, выгребем все там, и двинемся обратно. Часа три займет, может четыре. Дождешься нас, и на машине доедешь, пешком может быть опасно, а у нас целая колонна. А ты, пока мы будем мародерить, посидишь тут, прикроешь Шнобеля если что, а как приедем — заберем вас обоих. Согласен?

— Согласен — кивнул Шутник — посижу тут подожду вашу колонну.

— Добро — улыбнулся Самурай — я тогда ухожу, смотрите мне тут. Шнобель — связь налаживай, а ты, Шутник, гляди чтобы этого придурка, никакая тварь не схарчила. Если я приеду, а тебя нет и Шнобель окажется трупом, то тут уже мне будет похер элитник на вас напал, или ты на ржавый автомат этого дурня позарился — тебя внесут в черные списки стаба, и будь уверен рано или поздно, но тебе хана. Уяснил?

— Уяснил — кивнул Шутник.

— Вот не нравишься ты мне чем-то — недовольно проворчал Самурай — оставлю я с вами еще и Кабана, надежнее будет.

Самурай спустился вниз, а вскоре заурчали движки, и техника, Шутник кстати так и не взглянул какая, уехала, оставив в башне Шнобеля и еще некоего Кабана. Судя по кличке мужик либо здоровый, либо не очень чистоплотный, но если прислушаться к скрипу лестницы, можно понять, что скорее всего первое.

Водонапорная башня, была действительно башней — метра три или четыре в диаметре, высотой этажей в пять, или около того. Внутри, по кругу, вдоль стен, шла лестница, с прогнившими ступенями и перилами, в центре башни торчала пара труб, видимо по ним вода попадала в бочку, и наоборот — расходилась по деревне, или что там эта башня раньше питала.

Сам резервуар располагался в верхней части башни, но занимал не весь этаж. Вокруг него имелась площадка шириной около метра, на ней Шутник и заночевал — карабкаться внутрь железной бочки не хотелось, да и смысла не было. Через люк снизу, можно было попасть на эту площадку, и спуститься отсюда вниз, а люк сверху, позволял выбраться на крышу, покрытую жестяными листами и гудроном, именно туда и полез сейчас Шнобель со своей антенной.

— Как-то у вас глуповато все поставлено — пробормотал Шутник, взобравшись вслед за Шнобелем на крышу, взглянув вниз, и увидев что там никого нет — если бы я не подвернулся, тебя бы что, совсем без прикрытия оставили?

— Дык, каждый месяц сюда ездим — пожал плечами Шнобель — никогда никого не встречали здесь, затупили, расслабились, но я не совсем дурак, сигналку на входе оставил, если бы какая тварь забрела, или еще кто, я бы узнал. А вот ты? Спал тут? Ни растяжек, ни ловушек, даже дверь или люк не запер… Да еще и бухал, судя по пустой бутылке.

— А может у меня живец в бутылке был? — отмахнулся Шутник — да и насчет сигналки ты не прав, у меня пес, он кого хочешь учует.

— Покормить можно? — кивнув на Рыжего спросил шнобель, и извлек из рюкзака банку с тушенкой — у меня был пес, там, до улья, сенбернар. А здесь совсем трудно с большими собаками, обращаются. Только тявки мелкие бегают, а я не люблю маленьких собак.

— Ну покорми — разрешил Шутник. У него появилось на какой-то миг опасение что Шнобель отравит или усыпит пса, но он тут же отогнал от себя эту мысль, потому что вряд ли Шнобель мог подумать о чем-то подобном, и заранее заготовить банку со снотворным или отравой. Да и какой смысл ему пакостить — вроде бы по-хорошему все решили.

Скрип лестницы становился все громче и громче, вскоре хлопнул открывшийся люк, и по доскам пола, затопали тяжелые шаги.

— Сейчас Кабан сюда поднимется — тихо проговорил Шнобель — ты это, не пальни с перепугу ладно? И не обоссысь тоже.

— Что там у вас за кабан такой? — удивился такому предупреждению Шутник — что от его вида обоссаться можно.

— Кваз он. Увидишь в общем, поймешь. Ты главное знай что как бы он не выглядел, внутри это человек.

Шутник на всякий случай щелкнул переключателем, поставив винторез на предохранитель, и уставился на люк, с нетерпением ожидая кто там из него вылезет.

Кабан, не удивил. Впечатлил конечно — не часто доводится увидеть мужика ростом хорошо так за два метра, наверное даже за два с половиной, но ничем особым кроме габаритов он вроде как не выделялся. Разве что странной экипировкой.

Камуфляжный прикид, куртка с капюшоном, который сейчас был натянут едва ли не до глаз, разгрузка, за спиной на ремне болтается пулемет. Модели Шутник не знал, но не сомневался, что таскать такой точно не станет, скорее всего даже не поднимет. Сразу же бросились в глаза огромные перчатки на руках мужика, похожие на хоккейные вратарские, или что-то в том же духе. Дополняла образ хоккеиста, белая пластмассовая маска на лице, тоже похожая на хоккейную.

— Кабан, итить тебя — недовольно проворчал Шнобель — испортил все. Зачем маску нацепил?

— Самурай сказал тут рейдер незнакомый — прогудело из под маски таким басом что у Шутника волосы на голове встали дыбом, а потом попытались втянуться поглубже в череп. Видимо в голосе мужика присутствует нехилый такой процент инфразвука.

— Да ладно, чего уж там. Знакомься Кабан, это Шутник. Шутник, это Кабан — Шнобель кратко представил всех друг другу, после чего снова принялся кормить тушенкой собаку.

— Здоров — Шутник сдернул перчатку и протянул руку Кабану.

Кабан задумался на секунду, но потом тоже стащил с руки перчатку, и Шутник понял, что это вовсе не хоккейная рукавица, огромная из-за щитков и толстого слоя поролона, перчатка оказалась обычной, кожаной, просто ладонь у Кабана была что в длину, что в ширину больше чем ладонь Шутника раза в два, однако поражал вовсе не размер. Огромная лапа, иначе и не назвать, темно серого цвета, морщинистая, тут и там покрытая мелкими костяными бляшками, похожими на крупные, одиночные чешуйки. Короткие, но острые и толстые ногти, скорее даже когти… Шутник уже видел такие руки, они бывали у развитых зараженных.

— Ну здоров, коль не шутишь — медленно пробасил Кабан и осторожно пожал руку Шутника — в стаб идешь?

— Туда — отрешенно ответил Шутник, наблюдая как его рука исчезает в мощной лапе зомбака, и с трудом давя в себе желание отдернуть руку, пока тварь не вцепилась в нее когтями — вторую неделю уже как мышь какая-то, по норам всяким шухерюсь, хочется помыться, поспать да и пожрать как человек.

— Пожрать это мы завсегда рады — подал голос Шнобель — чего народ? Позавтракаем? Все равно делать пока нечего.

— А давай — согласился Кабан, отпустил руку Шутника, и сбросив со спины рюкзак полез в его нутро.

Рюкзак у Кабана, был больше чем рюкзак Шутника, раза в четыре. Было похоже что к брезентовому мешку, просто пришили лямки и покрасили из баллончика в камуфляжную расцветку. Никаких молний или застежек — только хардкор, горловина вещмешка просто затягивалась лямками, а пара накладных карманов застегивались банальными пуговицами. Когда-то давно, точно такой же вещмешок, только поменьше конечно, был у деда Шутника, называли такие мешки, насколько он помнил «Сидор». Единственным что не вписывалось в концепцию сурового солдатского мешка, был брелок — маленький, пушистый розовый крольчонок, с полинявшими ушами, прицепленный к пуговице.

Развязав горловину, тот вытащил пару банок тушенки, и большую алюминиевую флягу, навскидку литра на три, ловко вскрыл обе жестянки, аккуратно поставил на крышу, и снова сунулся в рюкзак, вытащив оттуда стопку одноразовых стаканчиков.

— Кабан, тушняком поделишься? А то этот рыжий бегемот уже третью банку доедает — Шнобель сбросил пустую жестянку с крыши, а пес довольно заурчал, растянувшись на плоской кровле, пачкая шерсть в разогретом утренним солнцем гудроне.

— Поделюсь — пробасил Кабан, вынимая еще одну банку, а Шутник спохватившись полез в свой рюкзак, извлекая оттуда пачки с лапшой.

— У вас случаем горелки туристической нету? Или сухого спирта — поинтересовался Шутник — колхозить самопальную горелку как-то не хочется.

— О! Лапшичка — обрадовался Шнобель — да ты не переживай, с нами Кабан, так что горелка нам не нужна. Разогреешь?

Кабан обхватил рукой свою огромную флягу, открутил крышку, и через несколько секунд из горловины пошел пар, а Шутник услышал как забурлила в ней вода.

— Ничего себе — удивился он, глядя как Шнобель ловко заливает кипяток в пластиковые контейнеры — это как так?

— Дар улья — ответил за Кабана Шнобель — у тебя тоже ведь есть, и у меня есть. Много у кого есть, почти у всех… А вот Кабану когда сюда попал, не повезло. Первые месяцы он без дара прожил — просто не было его и все тут, даже знахари помочь не могли. Можно сказать в лотерею выиграл. Может улей решил, что он и сам по себе сильный, потому как этот бугай уже тогда силен был. Здоровая ряха, под два метра, и весом, килограмм так под сто пятьдесят… Ты прикинь, он рубера голыми руками уработал однажды. Так Кабан?

— Так — буркнул тот и снова замолк, помешивая пластиковой вилкой лапшу, забавно держа ее за кончик ручки двумя пальцами.

— Завалил значит он рубера, тот пусть и дохленький был, что-то среднее между рубером и лотерейщиком, однако жемчужина в нем все же была — продолжил рассказ Шнобель, ковыряясь в своем контейнере с лапшой — снова повезло, буквально в лотерею выиграл, потому как жемчуг в основном в тварях посерьезнее бывает, и то нечасто. Ну получил жемчужину, принял ее, и вуаля — открыл дар, вот только тут он еще раз в лотерею выиграл. Да Кабан?

— Да — снова буркнул тот, так и эдак вертя в руках пластиковую миску — ты это, Шутник, пообвыкся уже немного в нашей компании?

— Пообвыкся — кивнул Шутник, еще не понимая к чему ведет кваз, как тут вдруг скинул капюшон, и стянул с лица маску.

Жуткая рожа, лишь отдаленно похожая на человеческое лицо, две дырки, вместо носа, пасть, казалось растянувшаяся от уха до уха, и чуть выдававшаяся вперед, странный набор зубов — мелкие, игольчатые, короткие зубы, как у щуки или какой-то барракуды торчащие под разными углами из десен, и мощные длинные клыки, высовывающиеся из верхней и нижней челюсти… Теперь стало понятно почему Кабан так странно и медленно говорил, видимо с такими клыками управляться непросто.

Маленькие красные глазки, мощные надбровные дуги, небольшие уши, словно бы пожеванные, морщинистая, темно серая с черными прожилками шкура, покрытая пятнами, и чем-то похожим на бородавки…

Пасть распахнулась, словно расколов голову на две части, кваз вывалил мясистый синеватый язык и опрокинул в огромный рот миску с лапшой. Захлопнул пасть, клацнув зубами, чавкнул, проглотив за раз все содержимое миски.

Натянув обратно на лицо маску, Кабан вскрыл банку с тушенкой, и обхватив ладонью за несколько секунд разогрел, помешивая вилкой.

— Уже в который раз вижу — медленно пробормотал Шнобель — а все так же мерзко… Ну и урод же ты, Кабан.

— Я таким стал, из-за жемчуга — ответил тот, медленно выговаривая слова — а ты уродом, изначально был.

Шнобель заржал, роняя изо рта лапшу, Кабан тоже басовито хохотнул, видимо нисколько не обидевшись на слова товарища, создавалось впечатление что это их дежурная шутка. Отсмеявшись, носатый рейдер продолжил рассказ.

— Ну так вот, сожрал этот неудачник жемчужину, получил дар, а вместе с ним и побочку. Знаешь какой шанс побочного эффекта от черного жемчуга? Совсем смешной, жалкие проценты, но вот этому лошаре повезло… Теперь может своей рожей запоры лечить…

Тихонько переругиваясь и подшучивая друг над другом, Шнобель с Кабаном доели свои порции, после чего носатый вынул из рюкзака маленькую стеклянную бутылочку, и небольшую пластмассовую баночку, с непонятным порошком. Разлил в два одноразовых стаканчика жидкость из бутылочки — ноздри сразу же защипало от запаха уксуса — и бросил в каждый стаканчик по маленькой чуть желтоватой штуковине, Шутник уже видел такие, у него и самого их уже много собралось. Эти штуковины он извлекал из голов тварей вместе со споранами.

— А что это? — кивнул Шутник на булькающие в стаканчиках комочки — зачем оно нужно?

— Мы их горошинами называем, но в разных местах по-разному могут звать. Кукурузины, оливки и так далее, по-всякому. Полезная штука, помогает дар улья развивать. Кабан вон поначалу, дай бог градусов на десять мог руки разогревать, а сейчас свинец в ладонях без проблем плавит.

— А как их принимать? Готовить что-то вроде живца?

— Да. А у тебя есть такие? — поинтересовался Шнобель — если есть доставай, с нами выпьешь, заодно покажу как бодяжить, тут технология чуток отличается.

Шутник извлек горошинку, и бросил в стаканчик, который Шнобель уже наполнил уксусом, и начал показывать технологию. Собственно ничего сложного не было, просто в отличии от спорана, горошина растворялась не в алкоголе, а в уксусе. Затем кислота гасилась содой, именно сода и находилась в банке, в стакан доливалась вода, и вот эту мерзкую бодягу, следовало выпить.

Проглотив содержимое своего стакана, Шутник набодяжил еще одну порцию мерзости, и предложил псу. К его удивлению тот не отдернул с отвращением морду, а принялся лакать. Умное животное, каким-то образом понимало что эта мерзость ему полезна.

— Больше одной горошины в день лучше не принимать — продолжал пояснять Шнобель — говорят от этого проблемы могут начаться, так что не стоит злоупотреблять…

Время за болтовней пролетело быстро, Шнобель оказался просто кладезем анекдотов и всяких интересных историй, а к концу второго часа Шутник уже перестал всякий раз вздрагивать, глядя на рожу Кабана — тот снова снял маску, чтобы выпить раствор и доесть тушенку, и больше ее не надевал. Часа через три, рация Шнобеля зашипела, и голосом Хруста сообщила что процесс погрузки завершен, колонна возвращается, и лучше бы Шнобелю собрать барахло и спускаться вниз, ибо ждать его никто не хочет.

Шнобель тут же принялся разбирать свою радиостанцию, которая бесполезно простояла на крыше все время, закончив, водрузил ношу на Кабана, и тот без какого-либо напряжения потащил вещи вниз по лестнице. Как сваренные из гнилой арматуры и металлических уголков ступени, выдерживали огромного кваза, Шутник не представлял. Во всяком случае сам он спускался осторожно, каждую секунду ожидая что именно сейчас лестница развалится и они с собакой, рухнут вниз… Интересно, успеет ли пес телепортировать их до того как они коснутся земли?

Опасения не подтвердились, и до земли добраться удалось без проблем. Усевшись рядом с входом в башню, два человека и кваз снова принялись за болтовню. Время от времени Кабан вставал и окидывал окрестности взглядом, ему, с высоты в два с половиной метра, окрестности видно было лучше, чем тому же Шнобелю, так что караулку не сговариваясь свалили на кваза, но уже минут через двадцать, вдалеке послышался рокот двигателей.

Колонна мародеров по сути колонной и не являлась — всего четыре машины. Два грузовика, один непонятной модели броневик, и пикап, с пулеметной турелью в кузове. Техника остановилась недалеко от башни, и Кабан со Шнобелем принялись грузиться в броневик. Шутник сунулся было следом, но оказалось, что места там не так чтобы и много, так что его с собакой определили в будку одного из грузовиков, где он и проехал всю дорогу сидя на ящике с позвякивающими внутри бутылками.

Остальные члены команды мародеров, коих в кузове было трое, посматривали на него без особого интереса, разве что обратили пристальное внимание на винтовку нолда. Наскоро пожав всем руки и перезнакомившись, Шутник остаток пути проехал молча, не влезая в разговоры остальных, и давая односложные ответы на редкие вопросы. Разговаривать не хотелось, он сейчас усиленно думал.

Когда машины наконец добрались до Завального, Шутник понял почему он так называется — перед машинами появился самый настоящий завал, огромная куча строительного хлама, высотой в пару этажей, которая, как сообщил ему один из соседей по грузовику, полностью опоясывает стаб, оставляя лишь несколько укрепленных входов-выходов.

Разговорившись с соседом, шутник узнал, что местный стаб, представляет из себя большой кусок городского квартала, с плотной высотной застройкой. Когда-то давно, основатели стаба взорвали дома по периметру квартала, подравняли получившиеся кучи мусора бульдозерами, и получился своего рода городок, окруженный валом. Периодически, эту кучу мусора поливали бетоном — изредка в деревне, что перезагружалась раз за разом поблизости, в ангарах, вместо тракторов, стояла строительная техника — краны, бетоновозы, иногда даже запас стройматериалов. В те времена когда грузились именно стройматериалы и техника, обитатели стаба бодяжили бетон, и просто выливали его на кучу строительного хлама, опоясывающую городок. Со временем куча мусора, превратилась в самую настоящую стену, высотой в пару этажей, и шириной в обычную многоэтажку. Такую стену протаранить было уже невозможно даже танком, да что там танком, она держала даже ракету. Сверху, на гребне стены, расположились небольшие ДОТы, из толстых бетонных плит, стена обзавелась шипами из арматуры, а местность вокруг нее — множественными растяжками и минами, которые сами обитатели стаба и мастерили.

— Крепкий орешек — оценил стену Шутник — такой сходу и не взять.

— Многие пытались — усмехнулся один из соседей Шутника — да только ни у кого не…

— Приехали — раздался снаружи голос Хруста — эй, залетный, ты где там?

— Тут я — Шутник сразу сообразил к кому обращается Хруст — чего тебе?

— Да мне ничего, а вот тебе надо к ментату нашего сектора зайти, вон там он сидит — показал Хруст — Сыч с тобой поговорит, а уж потом можешь куда хочешь чесать.

— Стрельба у нас запрещена — сразу предупредил Шутника мужик в камуфляже, стоящий у шлагбаума на КПП, сквозь, который они только что проехали — выстрелишь, даже по банкам, заплатишь штраф, а не дай бог кого прибьешь…

— А если это будет самооборона? — уточнил Шутник.

— Ну тут конечно без вопросов — кивнул охранник — но не думай что можешь наврать с три короба, у нас в секторе ментат крутой, да и знахарь тот еще мозголом, вмиг на чистую воду выведут. Иди давай, поговори с Сычом, ему же и вопросы задашь, какие будут… Ну и это, велкам кароч.

Шутник с собакой прошли куда им указали. Раньше, это видимо был магазин на первом этаже многоэтажки, во всяком случае тут был отдельный вход, теперь же, это как понял Шутник, являлось офисом местного шерифа.

Сыч оказался невысоким, плотно сбитым мужиком, неопределенного возраста. Ему могло быть как сорок, так и все шестьдесят. Окладистые усы, кустистые брови, крупный нос… Одет Сыч был в традиционные тут камуфляжные штаны, и зеленую рубашку с коротким рукавом, на поясе, в деревянной кобуре, висел монструозного вида пистолет.

— Ну здоров — пожал он руку Шутнику — присаживайся. Новичок?

— Новичок — кивнул тот, усаживаясь в кресло перед огромным столом, заваленным кипой бумаг — Шутником кличут.

— Окрестить успели значит — кивнул Сыч, занимая место по ту сторону стола — это хорошо, кто крестил?

— Стрелком его звали — пожал плечами Шутник — помер он, от спорового голодания.

Сыч на секунду задумался, пристально всматриваясь в Шутника, глаза его бегали, словно он следит на ползающей по лицу собеседника мухой… Взгляд был неприятным, у Шутника даже лицо зачесалось, а пес, сидевший под столом в ногах Шутника, негромко заворчал.

— Я тебе несколько вопросов задам, хорошо? — осторожно спросил Сыч — понять хочу, что ты за человек. Отвечай честно, я пойму если врать будешь.

— Хорошо — кивнул Шутник — мне скрывать нечего, от закона не бегал, в розыске не находился и…

— Не — отмахнулся Сыч — мне пофиг чего там было, тут другой мир, с чистого листа начинаем, то что было, то прошло, а вот что ты в улье уже сделать успел, мне интересно… Убивал людей?

Вопрос был задан настолько резко, что Шутник на секунду потерялся, а мысли в голове заметались испуганными белками. Соврать? Нет нельзя, он же говорил, что поймет, и не верить ему, причин не было. Сказать как есть? А вдруг по местным законам за такое расстреливают без суда и следствия?

— Убивал — кивнул наконец Шутник глядя в глаза Сычу.

— Ну, давай, расскажи мне кого убил и за что, без подробностей.

— Дай подумать — потер Шутник переносицу — первый мой… ну, скажем так, труп, до того как этим самым трупом стать, навел на меня тварей, из-за чего я чуть не сдох, и грозился скормить им мою собаку. Тут уж извини, нельзя было ничего не делать, да я и не убивал в этот раз, по большому счету. Просто не стал помогать — твари растерзали.

Сыч на несколько секунд задумался, глаза метались, словно он читал возникающие на лбу Шутника надписи, но потом все же кивнул.

— Продолжай.

— Второй мой труп… — задумался Шутник — тут я кстати тоже ничего ему не делал, просто снова помогать не стал, но опять же за дело. Он сказал мне что на перезагрузке можно попасть домой, если на кластере остаться…

— Гнида — сплюнул Сыч на пол — извини, продолжай.

— Ну остальных наверное можно и не упоминать — три человека были, один из которых внешник, все трое стреляли в меня первыми, я соответственно в ответ. Вот собственно и все. Убивал, да. Но угрызений совести не испытываю.

— Темнишь друг, и откровенно врешь — усмехнулся Сыч, отчего у Шутника по спине забегали огромные, размером с таракана, мурашки — но это нормально, все тут хорохорятся, но я то Вижу, что переживаешь по поводу убийств, совесть сволочь такая, даже после убийства откровенных тварей гложет. Ничего, месяц-два здесь проведешь, перестанет терзать… Ну насчет мокрухи твоей, вопросов нет, не все сказал, но то что сказал — правда. Последний вопрос — с мурами дела какие-нибудь имеешь? Или имел?

— Это кто такие? Нет не имел.

— Против Завального затеваешь что-нибудь?

— Нет.

— Имеешь в планах как-то навредить стабу или его руководству?

— Да сказал же, что нет.

— Ладно, приветствую в Завальном, с правилами можешь на выходе ознакомиться, там буклеты лежат. Налево отсюда гостиница, там же и бар, направо дом знахаря нашего, заскочи, если чего надо обсудить, он же и про улей расскажет если надо, Шаманом его звать… В книжице есть план сектора — стаб, как бы из двух колец состоит, внешнее, сразу за стеной, вот где мы сейчас, и внутреннее, это основной городок. Кольца делятся соответственно на четыре сектора, по количеству входов. Во внутренний город только граждане соваться могут, либо те, кто на долговременный срок остается жить. В общем, в твоем распоряжении третий сектор внешнего кольца. Но тут есть все, что нужно, на карте отмечены нужные точки — мастер, оружейник, у нас даже магазинчик есть где шмот купить можно, ну и ксер тоже имеется. Если какие трофеи сбагрить хочешь, можешь в гостинице Еврея найти, барыга наш, а винтовку нолдовскую у тебя Шаман же и купит, любит он такие пушки.

— И все? — удивился Шутник — все вопросы? Я думал у вас тут безопасность получше налажена.

— Ну ты уж извини, не следак я ни разу, да и какой с тебя спрос? Новичком разит так что диву даешься, почему ты еще не помер. Нет, если решишь конечно во внутренний город пройти где наши власть имущие живут, или же подать заявку на гражданство, то будь уверен — тебя пробивать будут серьезно. Но это буферная зона, тут полно всякого отребья, так что мне по большому счету пофиг, главное что против стаба ничего не затеваешь, с мурами не якшаешься, а внешников валишь, точнее одного, но это тоже достижение. В остальном же у нас законов особых нет, мне похер гомик ты, садист или педофил, главное на территории стаба, соблюдай наши правила и все.

Раскланявшись с Сычом, Шутник подцепил буклетик, и на ходу почитывая, побрел в сторону дома знахаря. На одном из подъездов, он обнаружил большую надпись, нацарапанную прямо на металлической двери — «Шаман. Второй этаж».

Поднявшись по ступеням, он постучал в первую попавшуюся квартиру, и как ни странно, угадал.

— Открыто — проорали из-за двери, и Шутник потянув дверь на себя, шагнул внутрь.

— Шаман? — позвал Шутник, войдя в квартиру, и не представляя куда двигаться дальше.

— Тут я — проорали справа — сюда иди.

Квартирка у местного знахаря, как понял Шутник, была собрана из четырех квартир второго этажа. Кто-то просто пробил проходы между квартирами, и получилась одна. Большая часть комнат, сквозь, которые прошел Шутник, была завалена всяким хламом. Частично разобранные пистолеты и автоматы валялись на полках, в ведре на полу, хранились гильзы, рядом, штабелем были сложены ноутбуки, неподалеку от них, стояло ведро с батарейками, а на стене, висела винтовка, такая же какую Шутник добыл с нолда, только без приклада и без прицела.

Войдя в очередную комнату, Шутник увидел мужика, лет тридцати навскидку, в клетчатой рубахе, и сложной конструкции из линз и фонариков на голове. На столе перед ним лежала какая-то электронная схема, в которую тот, увлеченно тыкал паяльником.

— Привет — поприветствовал Шутник знахаря, который даже не соизволил оторвать взгляд от платы — я сегодня к вам в стаб прибыл, новичок, Шутником звать. Сыч посоветовал к тебе зайти.

— Ну зашел — откликнулся знахарь не поднимая глаз — чего конкретно хотел?

— Информацией разжиться, узнать, что тут вообще и как, про дар улья спросить, и еще мне кажется я с ума малость схожу, во всяком случае слышу мысли своей собаки…

— Хм, вот теперь интересно — наконец поднял знахарь глаза — О! У тебя васька! Продаешь?

— Чего? — не понял Шутник — ты о чем?

— Винтовка автоматическая, снайперская электромагнитная. ВАСЭ, ну мы ее Васькой называем. Редко встречаются внешники из этого мира, хороший трофей, но почти бесполезный в наших местах. А мне пригодится. Продашь?

— Не, погоди. Почему бесполезна?

— Мы же на краю мертвечины — знахарь снял со лба свои очки — блуждающих черных кластеров полно. Ну то есть не стационарной черноты, а временной, кластер не умирает, а словно бы временно в кому впадает. Вчера еще стандартный кластер был, а сегодня уже черный. Чернота спадет через несколько дней, а кластер потом еще не один месяц глючит. В общем из-за черноты у нас и не появляются нолды, которые пользуются такими винтовками — шаг в черноту и все, у тебя не ствол, а кусок мусора.

— Понятно — кивнул Шутник, это в принципе совпадало с тем, что рассказывал ему стрелок, так что во вранье он знахаря не заподозрил — а тебе тогда зачем она, если бесполезная?

— Ну так мне же не по кластерам бродить. Да и винтовка мне по большому счету не нужна, мне только топливный элемент нужен, а он черноты особо не боится. Электроники там нет, а ядерную реакцию чернота пусть и глушит слегка, но не вырубает совсем. Ну-ка, дай сюда.

Шутник протянул знахарю винтовку, тот ловко нажал на какие-то невидимые Шутнику рычажки, и снял с приклада кожух, а потом и сам приклад отстегнул, точнее отстегнул нижнюю часть — эдакий прямоугольник по ширине и толщине размером со стандартную книжку, но в длину на половину больше. Нижняя половина прямоугольника была покрыта пластинками радиатора, а в верхней располагалась контактная группа, к которой видимо подключались клеммы, оставшиеся в рамке приклада.

— Вот смотри. Это портативный ядерный реактор. Не ссы, не фонит он. Ты знаешь как обычный реактор работает? Ну который на электростанциях. Там стержни из радиоактивного элемента, в процессе распада нагревают воду, она испаряется, пар крутит турбину, турбина генератор, а уж он в свою очередь вырабатывает электричество. Само собой такую штуку портативной не так легко сделать, поэтому нолды поступили проще. Небольшое количество радиоактивного изотопа, я не знаю кстати что это за элемент, но критическая масса у него совсем невелика, помещают в прямоугольную металлическую капсулу, и запаивают. Из чего сплав состоит, кстати тоже не представляю, но он очень хорошо экранирует радиацию, так что в атомита не превратишься. Элемент, в ходе ядерной реакции, разогревает капсулу, а уже с ее поверхности тепло снимается чем-то, похожим на элементы Пельтье. В нашем мире такие штуки были, скорее всего и в вашем такие есть. По сути пластинка с двумя проводами, если одну сторону нагревать, а вторую охлаждать, на проводках появляется небольшое напряжение…

— Я знаю, что такое элемент Пельтье — перебил знахаря Шутник — у моего деда была похожая штука, ТГК называлась — термоэлектрогенератор, в нынешних реалиях штука бесполезная почти, но она ему от прадеда досталась, так что хранил. Там штуковина интересная была, если ее на керосиновую лампу надеть, а саму лампу зажечь, вырабатывалось электричество.

— О, ну тем более раз понимаешь. Так вот — тут же продолжил Шаман, видимо это была его любимая тема разговора — капсула покрыта элементами Пельтье, только получше наших, КПД у них значительно выше. Одна часть элементов нагревается от вот этой прямоугольной металлической капсулы, в которую запаян радиоактивный элемент, поверх внешней же части, покрытие, с хорошей теплопроводностью, и ребра радиаторов. В рамке приклада, куда эта хрень вставляется, есть кулеры, которые обдувают радиатор, чем достигается разница температур. Эти элементы соединены в одну общую цепь, и на выходе могут выдавать около киловатта… Впрочем тут от напряжения зависит, но именно для этого они мне и нужны, как портативная электростанция, причем достаточно мощная и которая гарантированно работает на протяжении пяти лет. Понимаешь? Мне такая вещь нужна, тебе же винтовка, огромного размера и которая может в любой момент превратиться в хлам, без надобности, если конечно не пойдешь отсюда сразу же в другие места.

— Извини — покачал головой Шутник — винтовку не продам, она мне шкуру спасла так что я с ней сроднился, но если ты так шаришь в этих стволах, может научишь меня пользоваться? Я понимаю, что ничего почти не понимаю. Если расшифруешь надписи и объяснишь что делают кнопки, буду благодарен, даже заплачу.

Шутник уже прочитал в буклетике, о том, что местной валютой являются те самые спораны и горошины. Жемчуг конечно же тоже в ходу, но это самая главная ценность улья. Если спораны и горошины это монеты и купюры, то жемчужина, это нечто сродни килограмму золота.

— жаль, что не продаешь — расстроился Шаман — но помогу конечно, пара горошин, и я тебе прошивку русифицированную поставлю. У меня уже две такие были, так что исследовать и в настройках поковыряться мне довелось, да и с языком этих нолдов разобрался. Очень простой, чем-то на эсперанто похож.

— Горошина это вот такая штука — Шутник показал Шаману горошинку, и когда тот кивнул, продолжил — слушай, еще вопрос, вот у меня способность открылась — стелс, но если я исчезаю с винтовкой, то стрелять из невидимости не могу, прицела тоже не видно. Нет никаких идей что с этим придумать можно?

— Хм — задумался Шаман — очень интересно, стелс говоришь…

Шаман замер на секунду, наморщился, поднял руку, направив ее ладонью на Шутника, закрыл глаза…

— Да, действительно невидимость, ого, крутая… Хм, а вот бабу ты конечно зря убил, некрасиво… Что за нафиг? Ого!

Шутник все это время тупил, глядя на мужика, который из электронщика, вдруг резко переквалифицировался в экстрасенса, и теперь, судя по всему, рылся в его мозгах. Стоило только подумать о том, что сейчас этот гад увидит как он грохнул бабу, дал умереть своему крестнику, да и остальным тоже, как Шутник резко сбледнул, и непроизвольно потянулся к пистолету. Каким бы жестоким ни был этот мир, но убийство людей, без которого можно обойтись, скорее всего тут не поощряется, так что Шаман, вполне возможно, сейчас кликнет безопасника, и Шутника расстреляют как социально опасный элемент, а может Шаман и сам попытается привести приговор в исполнение без суда и следствия…

— Ох ты ж мать… — вырвал Шутника из его мыслей знахарь — абсолют. Надо же.

— Что ты только что сделал? — пробормотал Шутник подпустив в голос злые нотки — ты копался у меня в башке?

— Ты это, извини я не хотел, наверное и впрямь показалось слишком бестактным, но мне так проще. Обычно новички мямлить начинают и всякую чушь нести, проще самому посмотреть как их способность работает, а то что в мысли полез извини… Бабу конечно ты зря зомбакам скормил, ну да хрен с ним, все не без греха, наши знаешь ли, когда на мародерку ездят, редко какую-нибудь бабу из новых не отжарят. Это новичков примета трогать не велит, а потенциальных зомбачек можно. Все равно превратятся и будут по кластерам бродить, урчать… Почему бы и не попользовать напоследок.

— Отжарят? Это то, о чем я думаю?

— Это еще нормально, тут народ ведь крышей конкретно едет. Трудно отказать себе в чем-то, когда знаешь, что до завтра можешь не дожить. Да и ментов тут нет, так что за пределами стабов никакие законы не работают, потому многие и не отказывают себе в хотелках. Дерьмо из людей разное всплывает — некоторые даже на обратившихся зомбячек переходят, но чаще на мелких совсем… Они дольше не обращаются, чем меньше масса тела тем больше вероятность, что вообще обращения не будет. Ну, а если вес больше килограммов так тридцати, может тридцати пяти, то обращаются, но медленее, словно та дрянь что нас заражает, рассматривает организм со столь небольшой массой, как не совсем полноценное вместилище, а потому до последнего оттягивает трансформацию, так что мелкие, дольше человеческий облик сохраняют. А потом, когда обращаются — получают пулю в лоб и все. Формально ты ничего не нарушил, пристрелил очередного зомбака, сделал улей чуточку чище. Не иммунный же…

— Мда, а я считал себя редким циником.

— Ну, а чего ты хотел? Женщин тут намного меньше чем мужчин. Даже если статистика обращений у них такая же, то их просто выживает меньше. Меньше мышечная масса, меньше сила, нет навыков владения оружием, выживальческих навыков тоже нет, психика чаще всего слабее. Даже тварей женского рода меньше, потому что их свои же и съедают после обращения…

Помолчали. Каждый думал о чем-то своем. Шутник в данный момент вспоминал квартиру мажора, видимо там все именно по такому сценарию и происходило. Сначала обратились родители, и съели ребенка, потом, когда оголодали, муж сожрал жену, а уж его завалил Шутник…

— Так что не переживай особо по тому поводу что бабу убил. Не принято так, но не запрещено… Хотя лучше об этом эпизоде помалкивай. Чисто по человечески, говеный поступок, могут найтись желающие объяснить как ты был неправ… Чаще всего ножом или пулей. Зато мы узнали кое-что новое. Как только я начал приглядываться к твоим мыслям, куски эпизодов просто взяли, и растворились в серебристом тумане, так что у тебя приятель, самый крутой стелс из всех что я видел. Мало того, что тебя скрывает, может прятать то, чего ты касаешься, звуки глушит, так теперь мы выяснили что твоя невидимость еще и мысли скрывает… Блин это абсолютная имба, знаешь ли. Я до этого двух стелсеров видел, и оба по сравнению с тобой просто ущербные.

Шутник наконец расслабился, поняв, что знахарь редкостный пофигист, ему нет дела до того, что там творил Шутник на пару с собакой, и он не побежит прямо сейчас сдавать его с потрохами местным службистам.

— Так вот, первый стелсер, которого я видел обладал не полноценной невидимостью, а скорее отводом глаз. Его дар действовал на ментальном уровне — то есть живые существа, включая тварей и людей его не видели, а вот на камерах он был очень даже хорошо заметен, да и издалека его тоже можно было увидеть, у способности был очень ограниченный радиус действия. Зато и ходить в скрыте, он мог наверное неделями.

— У меня минут десять-пятнадцать держится — сообщил Шутник знахарю — получается и дольше, но это если совсем неподвижно сидеть или стоять.

— Ну да — ниже заметность, проще скрывать — кивнул знахарь.

— Если взять с собой что-то, то оно тоже исчезает, так что из винтовки не прицелиться, из пистолета спасает лазерный целеуказатель, но хотелось бы и прицел. Нет каких-нибудь идей?

— Так, дай-ка подумать… Второй стелсер, которого я видел, исчезал в буквальном смысле — становился прозрачным, как стекло, вот только одежда нихрена не исчезала, а он сам в невидимости сразу же слеп, не видел ничего. Светочувствительные клетки в глазах, тоже становились прозрачными и переставали свет улавливать, не дар, а недоразумение какое-то. Ты же не слепнешь когда исчезаешь?

— Нет — покачал головой Шутник — прекрасно вижу.

— Значит не становишься прозрачным, а отклоняешь каким-то образом лучи света. Ну-ка, а можешь исчезнуть? Посмотреть хочу.

Шутник пожал плечами и врубил стелс. Не прошло и секунды как по телу растеклась серебристая пленка, и он растворился в невидимости, лишь едва видимую дрожь воздуха, можно было заметить если знать куда смотреть, и как следует приглядеться.

— Здорово — улыбнулся Шаман, а затем извлек из стола фонарик, и посветил сквозь Шутника — надо же, практически никакого искажения… А можешь в руки взять что-нибудь?

Шутник протянул руку и подхватил со стола Шамана кубик Рубика, валяющийся среди прочего хлама. Спустя миг, серебристая пленка покрыла игрушку, и кубик растворился в воздухе.

— Забавно — задумчиво протянул Шаман — эта твоя амальгама, как я понимаю не материальная пленка, а что-то вроде силового поля окружающего объект.

— Амальгама — удивился Шутник, сбрасывая стелс — это так называется?

— Не — отмахнулся Шаман — амальгама это сплав ртути с другими металлами, жидкий сплав с серебром выглядит примерно так же, как эта твоя невидимая хрень. Используется при производстве зеркал. Простое зеркало, это кусок стекла, с одной стороны покрытый амальгамой, вот я и назвал эту штуковину именно так… Хм, эта штука имеет скорее энергетическую структуру… А давай-ка эксперимент проведем еще один.

— Давай — согласился Шутник — если это чем-то поможет.

— Ну мне просто интересно, хотя может и будет какой-то толк… Вот смотри — Шаман ткнул пальцем в маленький, размером с яблоко глобус, медленно вращающийся в полукруглой рамке — этот глобус левитирует, в раме электромагнит и датчики с батарейками, они удерживают глобус в подвешенном состоянии, он рамки не касается. Как только он опускается вниз на пол миллиметра, датчики это замечают, и врубают электромагниты, которые поднимают глобус вверх. Как только он поднимается на пол миллиметра, датчики электромагниты отключают. Глобус как бы дергается вверх-вниз, и так пол сотни раз в секунду. Попробуй скрыть подставку, по идее глобус исчезнуть не должен, без прямого контакта.

Шутник коснулся пальцем подставки глобуса, и исчез. Пластиковая подставка исчезла вслед за ним, а вот левитирующий на магнитах глобус, и впрямь остался висеть в воздухе. Прямого контакта с амальгамой не было, потому он и не ушел в стелс.

— Отлично, ну, а сейчас самый важный опыт — Шаман вскочил со стула и метнувшись к шкафу отыскал какую-то коробку. Перевернул ее, вытряхивая содержимое на пол, и снова подошел к столу. Вынул из подставки глобус, саму рамку убрал в картонную коробку, и вернул глобус на место. убедился, что он нормально висит в воздухе, не касаясь полукруглой рамки-подставки, а затем закрыл крышку.

— Ну что, давай проведем последний тест — если твоя способность делает предметы прозрачными, то как только коробка исчезнет, мы должны будем увидеть сквозь ее стенки висящий в воздухе глобус. Он не исчезнет, так как контакта с амальгамой не будет, правильно? А если глобуса мы не увидим, значит коробка искривляет свет вокруг себя, скрывая все, что внутри, не важно видимое оно или нет. Давай, пробуй.

Шутник снова ушел в стелс, скрывая вместе с собой коробку. Картонный ящик растворился в воздухе, но парящего в воздухе глобуса видно не было.

— А давай попробуем коробку открыть.

Шутник снова проявился, открыл крышку коробки, и опять ушел в стелс. Коробка снова растворилась в воздухе, глобуса видно по-прежнему не было, а вот при взгляде сверху, что интересно, глобус был прекрасно виден, хотя дно и внутренние стенки коробки были не видны. Это было очень странно, сама коробка была невидимой, но ее стенки, словно играли роль зеркала, скрывая спрятанный в нее глобус при взгляде сбоку, а сверху, где никаких стенок не было, глобус можно было увидеть.

— Так я и думал — улыбнулся Шаман — замечательно. Смотри что я предлагаю. Я могу сделать для прицела своего рода кожух. Дополнительный корпус, внутри установлю магниты, датчик, получится, что прицел, будет как бы висеть внутри корпуса на электромагнитах… Принцип как у этого глобуса — электромагнит в верхней части, будет притягивать к себе прицел, внизу будет датчик, и как только прицел поднимется над нижней частью, скажем на пять миллиметров, верхний электромагнит отключится. Прицел начнет опускаться, и как только опустится до четырех миллиметров над нижней частью, электромагнит сверху включится снова. И все это по сотне раз в секунду. Так же будут работать и боковые магниты, поддерживая прицел по центру внешнего кожуха. Получится, что он как бы будет вибрировать в пределах миллиметра вверх-вниз, и влево-вправо, как мой глобус. Будь это классический оптический прицел того же винтореза, целиться из него было бы трудно, так как отметки тоже прыгали бы постоянно, но голографический прицел это легко компенсирует… Жаль ты не прихватил перчатки снайпера, тогда можно было бы управление прицелом на жесты завязать, не пришлось бы крутить ручки и кнопки нажимать.

— Перчатки я взял — появившийся из стелса Шутник, вынул перчи снайпера из рюкзака — с этим проблем не будет.

— О! Вообще замечательно, управление на жесты привяжем и всего. Так вот, в обычном режиме, электромагниты будут отключены, а прицел будет закреплен в нижней части, я добавлю туда маленькую батарею, чтобы когда ты врубишь стелс и левитацию, электроника прицела могла работать. Долго она не проработает, но минут десять точно протянет, так что тебе хватит. В нормальном режиме, прицел будет жестко закреплен в нижней части, питаться будет напрямую от винтовки, а батарея подзаряжаться. Когда решишь уйти в стелс, включаешь магниты, и прицел как бы взлетает, зависает в воздухе внутри внешнего корпуса, который я для него сделаю. Кожух покроется амальгамой, и будет скрывать прицел с боков, но спереди и сзади мы его закрывать не будем, так что линзы будут видимыми… Хм, кстати можно сделать глухую стенку спереди, при взгляде изнутри ее видно не будет, она тоже исчезнет и будет прозрачной, а вот при взгляде скажем так снаружи, ее невидимость будет прикрывать линзу. Точно, так и сделаем. То есть единственная сторона с которой можно будет увидеть прицел, это со стороны задней части, ну то бишь оттуда, куда ты в него смотришь, как в примере с коробкой и глобусом. Ты сможешь целиться, а тебя заметить будет нельзя. Правда при стрельбе не из стелса, придется откидывать крышку, или наоборот закрывать ее при сходе в стелс… Хотя я могу извлечь диафрагму из какой-нибудь камеры или сам вырезать подобную…

Шаман снова задумался, видимо прикидывая что и как он будет делать.

— Я ничего не понял — покачал головой Шутник — но если ты говоришь что я смогу целиться из стелса, то делай. Сколько это будет мне стоить?

— О, всего лишь тридцать горошин, и три-четыре дня работы.

— Шаман блин, да ты офигел! Откуда такие цены и главное откуда у меня столько горошин!

— Я монополист, кроме меня такую работу никто не выполнит, так что цены я ставлю какие хочу… А насчет гороха — запишись в местное ополчение. У нас тут неподалеку, километрах в тридцати, деревня грузится раз за разом, там скота много, твари быстро развиваются. Мы ее чистим регулярно, поочередно туда отправляются разные отряды, набивают спораны и горох, а в этот раз перезагрузка случилась преждевременно и мы проморгали момент. Пока мы выжидали, там появился элитник, а может и не один. Отряд, который туда отправился полег практически полностью. Поэтому завтра-послезавтра в деревню пойдет усиленный отряд, с броней и тяжелым оружием. Можешь записаться к ним, получишь часть добычи.

— Слушай — тут же задал вопрос Шутник — а почему вы сразу не зачищаете ни деревню, ни городок. Мне кажется людей пока они не обратились, грохнуть проще чем зомбаков. Нафиг вам такая угроза под боком. Валили бы сразу после перезагрузки и все.

— Ну во первых, людей валить как-то не по понятиям. Надо дать новичкам шанс выжить, ну, а во вторых, нам нужны спораны, горох, жемчуг, а если не будет зараженных, где же нам их брать? Вот и позволяем тварям развиваться… А в этот раз проморгали момент, до элитников стараемся не допускать, очень уж опасные твари.

— Понятно — кивнул Шутник — сейчас мне тебе заплатить нечем, так что спасибо за консультацию…

— Консультация десять споранов стоит — усмехнулся Шаман.

— Ладно, уж столько-то у меня есть.

Расплатившись с Шаманом, и узнав что записаться в отряд на зачистку деревни можно у Сыча, Шутник вышел из дома знахаря и направился к ментату. Записался в отряд, получил предупреждение что они идут на сильных тварей, среди, которых возможен элитник, потому как предыдущий отряд не вернулся, если не считать двух израненных рейдеров, которые отбросили коньки уже на подходах к стабу. Заверил, что он готов к опасности, и получил наказ явиться через три дня, утром к КПП, не забыв ствол, после чего направился к гостинице.

Отношение к незнакомцам тут было какое-то слишком уж простое. Любой мимокрокодил с улицы, запросто получает место в отряде, идущем на опасное задание, как такое может быть? Если лидер не дурак, то скорее всего Шутника и ему подобных, набирают просто в качестве пушечного мяса, вот только играть эту роль, Шутнику совсем не хотелось. Впрочем, есть еще три дня чтобы отказаться от участия в этой авантюре, а сейчас надо договориться о ночлеге, кормежке, да и насчет помыться тоже стоило что-нибудь решить.

Договориться насчет комнаты, ужина и бани, удалось всего за четыре спорана. Два из них ушло на суточный съем комнаты и кормежку, и еще два отдельно, за баню. В принципе можно было и побомжевать — незаселенных домов на окраинах, ближе к стене, хватало. Вот только местные, бомжей очень уж не любили. Такие рейдеры-нищеброды имели привычку устраивать костры, в таких домах, а еще гадить по углам, так что местные армейцы, которые выполняли и роль полиции, периодически таких вот дикарей гоняли. Хочешь жить в стабе — будь добр, снимай комнату, или даже целый дом, ну или живи в общаге. Во внутреннем кольце, вся недвига принадлежала кому-либо, во внешнем же, даже в заселенных домах, можно было найти бесхозные квартиры. Они помаленьку заселялись, а пустые дома опечатывались, и консервировались до лучших времен. Формально они принадлежали государству, то бишь стабу, и возможно в дальнейшем будут выделены под жилье для армии к примеру, или наемных роботяг… В общем варианты были, но в основном это будет бомжатник, а потому, Шутник предпочел снять комнату в гостинице.

Заселившись в комнату, Шутник сложил свои пожитки в запирающийся шкаф, и до самого вечера бил баклуши, дожидаясь когда растопят баню и приготовят ужин. Как следует наевшись, и смыв грязь, Шутник наконец снова почувствовал себя человеком. Попарившись в бане несколько часов, выцарапывая пыль, пот и кровь, едва ли не в ручную из каждой поры на коже, он, глубоко за полночь, обмотавшись полотенцем добрел таки до своей комнаты, и рухнув на чистые, приятно пахнущие простыни вырубился, даже не накачавшись предварительно алкоголем.

Глава 25

Следующим утром, Шутник побежал к мастеровым. Судя по тому, что услышал от Сыча и Цыгана — хозяина гостиницы, в Завальном был чуть ли не полноценный цех, на котором снаряжали патроны, клепали самодельные мины, в основном из аммонала — то бишь из селитры, которая в изобилии прилетала вместе с каждой перезагрузкой крупной деревни, с большой животноводческой фермой. Кроме огромного коровника и свинарника, деревня видимо жила еще и за счет сельского хозяйства, во всяком случае элеваторы в наличии имелись, а несколько тракторов, комбайнов и грузовиков, всегда стояли в амбарах. Инструменты, и химикаты тоже частенько перезагружались вместе с деревней и селитра была почти всегда, причем в огромных количествах.

Из нее местные и лепили свои фугасы, на которых держалась львиная доля обороны стаба. Все это Шутник узнал за пару часов трепа, пока искал нужного мастера. Токарь, вскоре обнаружился, на втором этаже одной из высоток, которую переделали в своеобразный производственный цех. Показав мужику пулю от нолдовской гаусс-винтовки, Шутник попытался подрядить токаря наточить ему, хотя бы из арматурного прутка, таких же пуль — ничего сложного, примитивнейшая форма, без каких либо изысков, главное выдерживать размер, чтоб не дай бог в стволе не застряла.

В ходе бурных дебатов, совместным мозговым штурмом, было принято решение не точить каждую пульку в отдельности, а просто нарубить подходящих кусочков арматуры, а уж затем, Шутник пойдет к ксерру, и попытается договориться о дублировании пули. Никакой химии в боеприпасах для гаусс-винтовки нет, просто стальная болванка нужной формы. Если приготовить подходящие стальные прутки, то ксеру не придется тратить много сил, чтобы сделать дубли пуль, ему всего-то, нужно будет чуть-чуть подкорректировать габариты и форму, следовательно большой платы он тоже не запросит.

Забрав у Шутника одну из пуль от гаусс-винтовки, токарь выпроводил его из мастерской, сказав чтобы заходил через пару часов. Делать было откровенно нечего, поэтому Шутник, выцыганил у местного барыги бейсбольный мяч, неизвестно как оказавшийся среди одежды, ботинок, оружия и прочего хлама, которым тот торговал, и ушел гулять с собакой.

Пройдя через вчерашний КПП, Шутник покинул стаб, и на прилегающей к стене территории, где как ему сказали достаточно безопасно, принялся играть с псом, кидая ему мяч. Замахнувшись посильнее, он отправлял мячик в полет высоко вверх, а пес исчезал, и появлялся в воздухе, рядом с мячом. Еще мгновение и вот он уже вновь стоит на земле, держа мяч в пасти.

За пару часов, пока ждали пули, пес намастрячился телепортироваться вертикально вверх, появляться в воздухе, в сотне метров над землей, и в свободном падении снова исчезать, появляясь рядом с хозяином. Судя по всему те пара горошин, которые Шутник с собакой приняли вчера и сегодня, а также обильная кормежка, сыграли свою роль, и каких-то проблем с запасами телепорта, у собаки не было. Пес сделал уже десятка два прыжков, пусть и не на пределе дальности и без дополнительного груза, но пока не проявлял беспокойства. Наблюдая за тем, как Рыжий виртуозно выныривает из пустоты, прямо в воздухе, ловит мяч и в свободном падении вновь разлетается ворохом частиц, телепортируясь обратно, Шутник решил провести опасный эксперимент.

— Так Рыжун, слушай меня — начал инструктаж Шутник, понимая, что слов, пес скорее всего не воспринимает, вместо этого принимая наверное мысленные образы, но так было удобнее визуализировать задачу самому Шутнику — прыгаешь вверх, как за мячиком, а потом, сразу назад… Вот точно так же, как ты мяч приносишь, только теперь не с мячом, а со мной.

Потратив пару десятков минут, и как ему показалось объяснив собаке что надо делать, Шутник выбрал местечко, с густой высокой травой, по его мнению подходящее для тренировки, ибо падать на травку не так больно.

— Давай — отдал команду Шутник, покрепче обхватив ошейник собаки.

Пес разлетелся ворохом рыжих хлопьев, Шутника привычно сжало со всех сторон, и словно протянуло сквозь тонкую, наверное тоньше иголки трубу, выплюнув метрах в тридцати над землей. Не успев рассмотреть практически ничего, лишь отметив для себя что душа ушла в пятки, желудок попытался выбраться через горло, а все происходящее оказалось намного страшнее чем представлялось изначально, Шутник снова почувствовал рывок телепорта, и вывалился из разрыва реальности, но уже не в небесах, а внизу, тут же рухнув брюхом, на пусть и покрытую травкой, но твердую землю.

— Черт! — стерев кровь с рассаженной губы, удивился Шутник — почему у тебя не сохраняется импульс? Ты выходишь из рывка как будто всю жизнь там стоял, а меня тащит по вектору… Херня какая-то. Ладно, Рыжий, давай еще раз…

Вдоволь наскакавшись, и высадив запасы телепорта собаки практически в ноль, Шутник с подуставшим псом, побрели к токарю.

— Вот смотри — токарь протянул Шутнику пластиковое ведро из под майонеза, забитое отрезками арматуры, размером с пулю для винтовки и примерно такого же диаметра — из вот этих обрубков, ксеру легче легкого пули лепить будет, я их сделал чуть покороче, но объем остался тем же, проверил в банке с водой, так что ксеру не придется удалять лишак, поэтому много не возьмет. А еще я тебе вот что сделал.

Шутник поймал брошенную токарем пулю, и принялся ее рассматривать, под комментарии создателя.

— Я решил, что тебе пригодились бы экспансивные пули. При такой мощности, обычные пули будут просто пролетать сквозь цель, не причиняя серьезного вреда — маленькая, аккуратная дырочка пулевого ранения, это не то, что убивает серьезных тварей. А вот экспансивка, которая при такой длине пули будет оставлять дыру размером с кулак, это да, штука покруче. Вот только беда в том, что из железа экспансивку не сделать — слишком твердое, не разворачивается так как свинец, а свинцовая пуля из гаусс-винтовки не вылетит. Потому пришлось сделать вот такой финт ушами.

— Двухсоставная — покачал головой Шутник.

— Ага — радостно закивал мастер — я отлил пулю из свинца, но чуть короче чем стальная, просверлил по центру, снизу, неглубокое отверстие, и вкрутил в него короткий стальной болт с круглой шляпкой. Подточил шляпку по размеру пули, и получилась свинцовая пуля, со стальным сердечником и донышком. Гаусс-винтовка такой пулей вполне сможет стрелять, а вот при ударе, свинцовая пуля развернется как цветок, я углубление в передней части сделал, и продольные надрезы, так что дыра будет дай боже. Вот тут в ведре стальные болты и свинцовые обрубки. С тебя пятнадцать споранов, работа и впрямь плевая была, но потому и нудная.

Расплатившись с токарем, Шутник пошел искать неведомого ксерра. Как он понял, это люди, которые получили дар дублировать предметы. Редкая, и очень ценная способность.

Отыскав нужного человека, Шутник изложил ему задачу, после чего, скрепя зубами, расстался с горошиной, но получил полное ведро из под майонеза обычных стальных пуль, и примерно столько же, свинцовых, экспансивных.

Дотащив оба ведерка до гостиницы в которой снимал номер, по пути рассыпав пули когда оторвалась ручка у одного из ведер, дошел до бара, и поленившись подниматься в комнату, занял место за барной стойкой, поставив оба ведра рядом.

— Чего налить? — поинтересовался бармен, он же хозяин гостиницы, и мелкий скупщик — водочка? Пивко? Вискарик?

— Давай вискарь… Лучше сразу бутылку, обдумать пару мыслей надо.

Бармен достал пузатую бутылку чиваса, и протянул Шутнику, тот привычно развернул ее, стараясь сквозь жидкость, увидеть код на внутренней стороне этикетки.

— Не бойся, левака не держим — незачем это нам — что вода, что виски здесь одинаково стоят. И за то и за другое можно головы лишиться, пока добываешь.

Шутник кивнул, откупорил бутылку, и расплатившись с барменом, плеснул себе немного напитка. Понюхал, по привычке покачал стакан, наблюдая как напиток стекает по стеклянным граненым стенкам, а потом выпил содержимое одним глотком.

— Привыкай паря — ухмыльнулся Цыган — тут у тебя может быть все то, чего так хотелось там, разве что кроме покоя и безопасности. Вот я, там, всегда мечтал на бентли ездить, не знаю зачем, просто хотелось, и вот есть она у меня теперь, а толку?

Болтливый бармен замолчал. Шутник тоже молча думал о своем, но Цыгану видимо было скучно, и долго молчать он не мог.

— Хочешь продам подешевке — спросил он, вынув из под барной стойки брелок с ключом.

— Зачем мне бентли? — удивился Шутник — вот если бы ты БТР предложил купить за пару горошин, другое дело.

— Ну, почувствуешь себя мажором — пожал плечами Цыган — вокруг стаба, если от стен не удаляться вполне безопасно, да и дорога асфальтированная, можно покататься.

— Да я в принципе и там — Шутник выделил слово интонацией — не бедствовал. На бентли конечно не ездил, но и нищебродом не был.

— Ну тогда дарю — бармен кинул Шутнику ключи, и тот на автомате их поймал — теперь ласточка твоя, кстати, стоит в гараже что у КПП, армейцам теперь платишь споран в день, за парковку.

— Вот ты жучара — ухмыльнулся Шутник — жалко платить так просто выгнал бы за пределы стаба и бросил там.

— Э, нет, нельзя так с машинами — покачал головой Цыган — они же как люди.

— Ты же не думаешь, что я за нее платить буду — Шутник катнул брелок с ключами по барной стойке обратно к бармену — выгоню за стену и оставлю там.

— Да пофиг — катнул их обратно Цыган — главное это буду не я.

— Технофил блин — пожал плечами Шутник, все же убирая в карман ключи.

Спустя пару стаканов, на соседний стул кто-то подсел. Шутник не успел даже обернуться в сторону соседа, как получил мощный хлопок по плечу, а сосед по барной стойке, знакомым, чуть гнусавым голосом Шнобеля, заорал прямо в ухо.

— Шутник, собачья твоя душа! Здоров. Как ты тут? Освоился?

— Чего тут осваиваться — сфокусировал на Шнобеле Шутник взгляд, и тут же перевел его на еще одного соседа. Рядом со Шнобелем, на стул, аккуратно опустился кваз — о, Кабан, привет.

— Здоров Шутник — пробасил тот, и тут же добавил для подошедшего бармена — как обычно.

Рядом со шнобелем, на стол опустилась кружка с пивом, а рядом с Кабаном, емкость, объемом эдак в пол ведра.

— Ну чего делал вчера? — сразу же начал беседу неугомонный Шнобель — а то как к Сычу ушел, так мы тебя и не видели.

— К Шаману ходил — ответил Шутник, предварительно сделав глоток из стакана — поспрашивал о своих способностях, о нолдовской винтовке. Теперь вот думаю где достать три десятка горошин.

— Да, Шаман тот еще жучара, но чего у него не отнять — свое дело знает. И со всей этой чушью сверхъестественной разберется, и подлечить может, если по мелочи, да и всякую хрень электрическую подшаманить тоже запросто.

— Потому и кликуха такая? — спросил Шутник — из-за того, что шаманить все, что хочешь умеет?

Громогласный хохот, которым разразились Шнобель и Кабан, дали понять, что Шутник сморозил что-то не то, какую-то глупость, но какую именно, понять он, хоть убей, не мог, а из-за этого чувствовал себя еще глупее.

— Шаман… Нет, не поэтому — продолжая ухахатываться пробормотал Шнобель — это кстати мы с Кабаном его крестили…

Еще один взрыв хохота, но спустя пару минут, отсмеявшись, Шнобель все же снизошел до пояснений.

— Давно дело было… Ну по меркам улья давно — года два назад. Мы с Кабаном зелеными новичками по кластерам бегали, у Кабана еще тогда даже способностей не было, ну рожей он соответственно поприятнее был, а не такая уродина как сейчас. Побрели мы значит на вылазку, мелких зомбаков потрошить. Кластер перезагружающийся, всегда привлекает толпу тварей, а у нас тогда в друзьях Леший ходил, у него способность интересная была, чувствовал как давно кластер перезагружался, и сколько до следующей перезагрузки.

— Сукой он в итоге оказался — перебил Шнобеля Кабан — в муры подался.

— Да-да, подтвердил Шнобель, но тогда мы с ним еще дружбу водили, так что он всегда мог подсказать, какой кластер, когда перезагружается. В тот раз показал он нам кластер, который через сутки перезагрузится, мы остались тварей ждать, ну, а он свинтил как обычно. Охотились мы достаточно простым образом — закапывали мины самопальные, а твари на них подрывались. Кто насмерть, а кто просто без ног оставался, а таких всяко легче добить. Главное подловить толпу.

Зарыли мы значит фугасы, из селитры. Тут их уже тогда здорово делать намастрячились. Так вот, закопали мы их, на подходах к кластеру, который перезагружаться будет, детонаторы приготовили, сами затарились в бытовке — там урал стоял брошенный, без колес, но в будке полноценная бытовка, с печуркой даже, а наверху полки, можно было покемарить, вот мы в нем и затарились.

Сидим, ждем перезагрузки, и тут дождь. Не просто дождь, ливень прямо. А в ливень твари не особо активно на перезагрузку прут, не знаю почему, может хуже чуют, может перезагрузка под дождем воняет как-то по-другому, может дождем запахи прибивает, черт его знает, но как бы там ни было, охота была похерена. Перезагрузка прошла, а твари толпой так и не поперли, мы ожидали что они начнут стягиваться, а мы толпу подорвем, но нифига. Редкие одиночки забредали, но мы их сразу в расход пускали… И вот представь, сидим мы ночью, в кунге этом, мокрые, замерзшие, злые, как вдруг — бах! Дверь распахивается, и к нам, как будто так и надо, мужик заваливается.

Ну мочить мы его не стали, пустили обсушиться. Новичок, но никаких признаков скорого обращения он не проявлял, так что мы его даже тушняком угостили, и выпить налили. Хороший мужик оказался. Два дня проторчали там, ливень был как из ведра, а вот в последнюю ночь он кликухой и обзавелся.

Улеглись мы значит спать как обычно, новичок сразу вырубился, а мы с Кабаном сперва бутылку раздавить до конца решили, и вот значит сидим, выпиваем, за жизнь, за баб, как вдруг бах!

— Хмырфф — хрюкнул Кабан сдерживая смешок, отчего из тех дырок, что заменяли ему нос, хлынуло пиво.

— Так вот! Бах! Значит! — продолжил Шнобель — мощный такой залп, ну скажем так, из заднего орудия спящего новичка. Я уже было рот открыл какую нибудь шутку по этому поводу изречь, как вдруг — снова бах! На улице раздается такой раскат грома, что в кунге даже стекла задрожали. У меня все шутки из головы вылетели… Сидим значит дальше — новичок снова стреляет… Черт, я бы тактично сказал, что он воздух испортил, но блин, он откровенно перданул, простите за мой французский…

— Французский… — тихонько хохотал Кабан, лупя огромной ладонью по стойке — дальше, давай дальше.

— Ну, а что дальше — только значит этот отстрелялся, как на улице снова грохот… Всю ночь грозу пережидали, этот гад словно синхронизировался с громом… Пррф-бах, прррф-бах… В общем утром мужик проснулся уже Шаманом, и еще долго не знал почему у него такое погоняло. Потом конечно у него дар проснулся, и он засранец все же выведал, не у нас правда. В наших мозгах он так и не может копаться. Он это объясняет тем, что мы были первыми кто ему встретился, имя дали, выжить помогли, до стаба довели. То есть как бы шефство над ним взяли, он нас с Кабаном подсознательно старшими признает, потому и не получается наши мысли читать… Но мы то всем подряд по секрету к тому моменту рассказали, так что выведал гаденыш…

— Хороший он мужик — с грохотом поставил на барную стойку свою кружку Кабан — не без странностей, но кто из нас тут нормальный?

— Он мне деда напоминает — подхватил тему Шнобель — у меня дед, царство ему небесное, в свое время блокаду пережил… В вашем мире была блокада Ленинграда? Вот и у нас была. Так вот дед мой блокадник, до конца жизни с хомячеством справиться так и не смог. У него на даче все было забито едой. Сухари, сушеная рыба, сушеные овощи, грибы, мясо… Тоже сушеное. Вот ты Шутник, пробовал когда нибудь сухую морковь, или сухую картошку? А я вот пробовал. То сушеное дерьмо, которое высохло до каменного состояния, он перетирал в порошок, и у него в мешочках хранился грибной порошок, рыбный, картофельный или морковный. Тема в принципе интересная, когда мы с ним в лес выбирались, или на рыбалку, то он мне самого натурального волшебника напоминал. Сыпанет в котелок с кипятком из одного мешочка, из второго, перемешает. Пара минут и готова вкусная пюреха с мясом… В общем все остатки еды он хранил… На этой почве с ума и сошел окончательно, да так и помер — тушняк с истекающим сроком годности не смог выкинуть, съел, ну и траванулся собственно… Эх… Дурак старый…

Шнобель замолчал на минутку, видимо вспоминая деда, кваз похлопал носатого рейдера по плечу, стало понятно, что деда Шнобель очень любил, и до сих пор переживал по поводу того, как глупо тот умер.

— Так вот — продолжил Шнобель — Шаман мне деда напоминает, тоже постоянно все к себе тащит. Столько хлама уже скопил, что наверное можно магазин электроники открыть, или лавку старьевщика. Видал сколько у него хлама? Все собирает, и ничего не выкидывает. Поначалу компьютерами очень уж страдал — на любой вылазке лез в магазин электроники и постоянно тащил то какой-нибудь ноутбук, то планшет, то телефон, все повторяя что в том мире хрен бы он себе позволил такие игрушки.

— А еще мне кажется, что он того, светло-синий — подал голос Кабан — он конечно ничего подобного не показывал, поведением своим, но я с бабами ни разу его не видел.

— Ну хватит блин, как бабка на скамейке ей-богу — перебил кваза Шнобель — он же не сидит тут безвылазно. По кластерам ходит, в других стабах зависает, неделями, а то и месяцами бывает что его нету. В каких-нибудь других местах с ляльками шашни крутит, просто конкретно тут еще ни разу к девочкам не ходил.

— Так стоп! — остановил поток аргументов Шутник — ничего не выбрасывает говорите? Хм, у него две винтовки типа моей было, если ядерные батареи он из них извлек, то остальное не выбросил, я сам видел частично разобранную винтовку… Может и магазины от них он сохранил?

— Конечно — подтвердил Шнобель — этот жук даже ненужную ему вещь не выбросит. Спроси, может продаст… А это что такое?

— Пули это, для винтовки гаусса моей.

— Интересная штука. Без гильзы… Удобно в принципе.

— Удобно — подтвердил Шутник — ладно мужики, пойду я тогда к Шаману сгоняю, может и правда продаст магазины, ему то они…

Речь Шутника прервала хлопнувшая дверь. В бар вошли четыре девушки, и пройдя сквозь зал, заняли один из угловых столиков. Девчонки показались Шутнику симпатичными, но интереснее было то, что они все были одинаковыми… Двойняшек, Шутник видел, про тройняшек слышал, а как называют такой квартет? Четверняшки? В общем девушки оказались близняшками, на вид абсолютно одинаковые, все как одна, да еще видимо специально подчеркивали это одинаковой одеждой.

Одеты девушки были далеко не в розовые платьица и туфли на шпильках — подогнанная по хорошим фигурам форма неизвестной армии, берцы, разгрузки с гранатами и магазинами, вот только оружие разнится. У одной из девушек Шутник заметил винтовку, какая это была модель он не знал, в оружии не разбирался, но судя по прицелу — снайперская. Остальные девушки пришли с автоматами разных моделей, а на бедрах одной из сестер, Шутник заметил две кобуры со здоровенными пистолетами, какие любят использовать герои боевиков.

— Повезло — задумчиво протянул Шутник — все четыре сестры и иммунные. Блин я бы не знаю, что делал, если бы у меня брат или сестра в зомби превратились…

— Не все с ними так просто — покачал головой Шнобель — достаточно знать то, что изначально, сестричка была одна. Я не застал этого момента, но когда я впервые сестричек увидел, их было две.

— То есть как? — спросил Шутник, и тут же сообразил сам — черт, это не сестры? Это один и тот же человек? Вот и верь после такого что этот мир естественного происхождения… Не бывает ведь так.

— Ну, в дебри размышлений о мирах я не полезу, а вот что сестрички это один и тот же человек, это правда — кивнул Шнобель — они родом из той деревушки что рядом с нами грузится раз за разом, километрах в тридцати, к северу отсюда. После каждой перезагрузки они первыми в деревню идут, когда туда еще никто не суется — нечего там делать. Тварей еще толком нет, не нагуляли спораны и горох, а ради чего еще убиваться там? Никаких ценностей. Так вот, они отправляются туда, и я так полагаю, ищут свою копию. Как правило с пустыми руками возвращаются — может быть не каждую перезагрузку она прилетает, может быть не всегда иммунными копии бывают, но сам видишь, их уже четверо.

— Интересная штука — задумчиво почесал затылок Шутник — у меня как-то друг, спал сразу с двумя близняшками, говорит понравилось…

— Даже не думай — тут же перебил его Шнобель — Шутник, приятель, ты мне нравишься, так что не стоит убиваться об этих девок. С прибабахом они, очень агрессивно на попытки ухаживания реагируют.

— Да лезбухи они и все — тут же вынес свой вердикт Кабан — сто пудов говорю.

— Да что ты за… То лезбухи, то голубые. Блин, не слушай его Шутник, просто девчонки вот такие, нелюдимые, и с прибабахом маленько — тут же поправил Кабана Шнобель — но ты к ним и правда не подкатывай. В лучшем случае отошьют так, что почувствуешь себя последним куском дерьма, в худшем… Ну бывали случаи.

— Что за случаи — поинтересовался Шутник, он в принципе и не собирался особо увиваться за этими девчонками, но желание идти к Шаману, куда-то пропало — рассказывай, ты же любишь потрындеть.

— Это ты в точку сказал, люблю — согласился Шнобель — ну слушай тогда. Дело давненько было, тогда близняшек не четверо, а всего трое в наличии имелось, и вздумал к ним шары подкатывать один из местных, самых альфистых самцов… Мент кстати бывший, и всячески это подчеркивающий, в частности он постоянно с собой дубинку таскал ментовскую… Но не суть, тут все с прибабахом, Кабан вон, зайца плюшевого таскает.

— Ты на зайца моего не гони — насупился Кабан — подарок это, последний…

— Ладно, извини — поправился Шнобель, и тут же продолжил — ну подкатил, опустили они его словесно так, что весь бар ржал, а он обиду и затаил.

Близняшкам бы ничего не сделал конечно же, не в стабе, его бы за такое самого грохнули, но он решил хитрее быть. Узнал, что близняшки родом из местного села, и решил подленький такой прикол провернуть. Не знаю как много у него времени ушло чтобы и с близняшками на селе не пересечься, и поймать тот момент когда копия сестричек перезагрузится, но ему все же удалось… И пошел по стабу гулять снятый на телефон ролик, скажем так, жанра хоум видео, с ним и близняшкой в главной роли. Я аж школу вспомнил, тогда тоже так делали — об интернете никто и не знал по сути, а картинки и музыку с телефона на телефон перегоняли по блютузу, у кого был, а до того вообще по инфракрасному порту… Эх, ностальгия… Так вот, ролик. Гулял значит по стабу ролик этот, многие посмотрели, довольно хардкорный, скажем так, но главное все по сути законно — он ее проверил предварительно на иммунитет.

— В смысле законно? Я когда сюда шел, думал, что мне голову отвинтят за то, что я несколько человек убил, бабу в том числе, и мне сказали что очень даже могут. А в том ролике, как я понимаю взаимным согласием даже не пахло?

— Ну да, в принципе наши не любят, когда людей ни за что валят, тем более баб, но это все к новичкам, и вообще к иммунным относится, а тот близняшку предварительно на иммунитет проверил — оказалась зараженной.

Неподалеку отсюда стаб есть, ну как неподалеку, в паре сотен километров, так там живет знахарь интересный, который умеет одноразовые тесты делать, причем дешевые совсем. Своего рода полоска бумаги, на которую плюнуть надо. Покраснеет — ты заражен, нет — иммунный… Уж не знаю как он это делает, что-то на стыке химии, способностей улья, и сраной магии, но делает.

Вот такой бумажкой, ментяра предварительно копию близняшек и проверил. Так что все чин-чинарем, зомби он и есть зомби, ну, а то что он еще не обратился, так это уже детали. За то, что кто-то зомбаков убивает, не наказывают, а уж чего он там с этим будущим зомбарем предварительно делал, не столь важно. Как особо не важно что это за зомби — мужик, баба, ребенок, старик, пофиг. Зомби, он зомби и есть.

Близняшки конечно обиделись, но ничего не предпринимали поначалу, а потом этого придурка нашли перед стабом, буквально в пяти метрах от КПП. С отстреленными конечностями, отрезанными яйцами забитыми в пасть, и его любимой ментовской дубинкой, забитой, угадаешь куда?

— Догадываюсь — кивнул Шутник — и что девкам? Никто ничего не предъявил, понятно же кто мужика грохнул, получается ни за что, ни про что, по местным законам.

— Да поняли все кому надо было, девчонки особо и не отнекивались. Но грохнули то они его за стабом, а на кластерах свои законы… Кстати, а ведь никто не знает какие у них дары улья.

Шнобель задумался, кваз почесал когтистой лапой уродливую голову. Шутник тоже задумался о чем-то своем, но все же принял решение завязывать с трепом и собирательством местных баек, и решительно встал из-за стола. Надо было сходить к Шаману.

Оставив недопитую бутылку виски Шнобелю и Кабану, Шутник вместе с собакой поднялся в свою комнату, пересыпал пули в рюкзак, и прихватив с собой винтовку, «Ваську», как называл ее Шаман, снова пошел знакомой дорогой к дому, в котором жил знахарь. Нашел его все там же — в этот раз он не копался в электронике, а перемешивал палкой в ведре какой-то порошок.

— Здоров Шаман — поздоровался Шутник, едва сумев сдержать улыбку, в памяти сразу же всплыла рассказанная Шнобелем история.

— Здоров — поприветствовал Шутника знахарь — уже добыл горошины?

— Нет, пока не добыл, я по другому делу. У тебя я вижу в коридоре пушка вроде моей висит, и ты говорил, что у тебя еще такие были, так вот, ты магазины от них не сохранил случаем?

— Сохранил — подтвердил Шаман — купить хочешь?

— Да. Я к ксерру ходил, патроны заказал, теперь хорошо бы и магазины к ним.

— Без проблем, четыре штуки у меня есть — Шаман оставил в покое свое ведро, и нырнул под стол, покопавшись, извлек наружу магазин — на вот, проверь, может у тебя версия другая, но это вряд ли.

Шутник вынул из винтовки магазин, поставил на его место тот, что дал ему Шаман, надавил, и услышал характерный щелчок — магазин встал как родной.

— Отлично, теперь можно будет зарядить магазины стальными болванками и экспансивками и менять их по мере надобности — обрадовался Шутник — беру, сколько с меня?

— Погоди. Ну-ка, дай мне винтовку — протянул руку Шаман, и Шутник передал Ваську знахарю — дубина, как можно этого не заметить?

Шаман что-то нажал, потянул, и сдвинул заглушку рядом с магазином. Оказалось, что под ней прячется еще одно отверстие, судя по всему, под второй магазин.

— Вот сюда вставляешь один магазин, сюда второй, а вот этой кнопкой переключаешься между ними. Не придется всякий раз вытаскивать и снова вставлять — объяснял Шутнику шаман, повторяя свои манипуляции с заглушкой — все таки тебе надо купить у меня инструкцию. Давай так уж и быть, вместе с перепрошивкой три горошины.

— Что-то ты дорожаешь на глазах — удивился Шутник — в прошлый раз две просил.

— Ну так в прошлый раз я ведь не знал, что ты настолько не в теме — пожал плечами Шаман — давай, не жадничай, тебе как я смотрю винтовка понравилась, так что хочешь-не хочешь придется изучать свое оружие.

— Придется — согласился Шутник — но давай пока на магазинах остановимся, сколько с меня?

Расплатившись, Шутник забрал магазины, рассовал их по карманам и уже собирался уходить, но учуяв запах солярки передумал.

— А чего это ты делаешь? — поинтересовался он у Шамана, снова вернувшегося к перемешиванию какой-то непонятной фигни в ведре.

— Это? — знахарь кивнул на ведро — а, взрывчатку. Решил, что нет смысла покупать то, что я могу и своими руками без особого труда сделать.

— Что-то вроде аммонала?

— Игданит — ответил Шаман — лень мне заморачиваться с алюминием, углем и прочей херней, так что только хардкор, селитра и солярка… детонатор правда придется купить, от спички такая хрень не сдетонирует.

— А зачем тебе столько взрывчатки, танк взрывать собрался?

— Надо. Ты все, или кроме магазинов еще что-то хотел?

— Да в принципе все, но если ты не занят, то есть можешь говорить не отрываясь от работы, то хотелось немного поговорить об улье, перетереть немного обо всем местном, очень уж много вопросов накопилась, а сегодняшняя ночка, только подкинула мыслей.

— О чем конкретно?

— Перво-наперво как у опытного человека хотел спросить, это я конкретно поехал умом, или ты тоже думаешь, что этот мир, с его перезагрузками, естественным быть не может, слишком уж он разумен. Мне вот кажется, что мы в искусственном мирке живем, не знаю точно, может быть в симуляции, может быть в игре, а может вообще на страницах книги. Ни на минуту не покидает чувство того, что за мной следят.

— Ну и в чем же проявляется разумность улья? — отложил в сторону палку-мешалку Шаман — поделишься?

— Да во всем — перезагрузки эти, твари, даже соотношение иммунных к зараженным очень уж правильное. Если бы к примеру, люди обращались с вероятностью пятьдесят на пятьдесят, то на полсотни иммунных, приходилось бы столько же тварей, а на пол сотни тварей, если мне правильно объяснили, дай бог два — три десятка, у которых в головах спораны заведутся. Про горох вообще молчу, и уж тем более про жемчуг. Да иммунные бы дохли от нехватки живца, и мочили бы друг друга за обоссанный споран.

— Ну мы и так успешно друг друга мочим, иногда даже меньше чем за обоссанный споран… Не буду показывать пальцем, но кое-кто, грохнул человека ради обосранных штанов.

— Черт, я и забыл, что ты в мозгах копаться умеешь… Ну блин, было дело.

— Фигня. Так вот, если смотреть с этой стороны, то и наш мир, точнее те миры откуда мы пришли, можно назвать разумными. Для примера — вода. Вот ты в детстве не баловался отливкой из свинца кастетов и прочего? Мы вот отливали такие.

— Я тоже так делал — кивнул Шутник — формочка из гипса, или цемента, свинец и так далее, да было, а ты к чему?

— Ну вот смотри, вряд ли ты помнишь, но может все же замечал, что после остывания свинца, оказывается, что его в формочке становится чуть меньше? Словно бы он усыхает.

— Не помню, может быть.

— Ну значит на слово поверь, все вещества охлаждаясь, теряют в объеме. Тонна расплавленного свинца, будет занимать больший объем, чем тонна затвердевшего. Так вот, в этом правиле, есть исключения, главное из которых — вода. Если бы вода вела себя как другие вещества, земля бы к чертям вымерла, пусть не вся, но в тех местах где есть зима, все водные обитатели вымирали бы полностью. Сейчас, когда вода превращается в лед, он плавает на поверхности, потому что при замерзании, вода расширяется. Если бы лед тонул, водоемы промерзали бы до дна, и вся живность там погибала бы… Я это к чему веду — не нужно принимать физические законы мира, за чей-то разумный замысел.

— Ну блин, одно дело плавающий лед, и совсем другое — перезагрузки, относительно точные стыковки кластеров друг с другом, да и создание дубликатов людей… Кстати о дублях, мне кажется, что улей не переносит человека из мира, сюда физически. По моему это просто копии, своего рода клоны.

— А есть признаки так считать? Да, были теории что улей дублирует человека, но все же большинство склоняется к мысли что улей просто раз за разом переносит кусок из нового мира. В том мире откуда вырвана часть, это конечно же замечают, а в наших мирах ни о чем таком никогда не слышали, потому что перезагрузка, которая забрала нас, была первой, а следующая будет из другого мира и так далее.

— Есть, возможно тебе покажется это глупостью, но для меня это очень весомый аргумент. Сегодня, я в первый раз за все время что нахожусь здесь, уснул не вымотавшись в хлам, без ранения, или не бухой. Честно, думал, что заснуть не получится, но все же вырубился, возможно это баня виновата, как-то устал после нее, но мне кажется дело в другом. Я человек конечно не очень хороший, но я не убийца, а тут за пару недель пришлось завалить пяток человек… В том мире, я убил только один раз — это был заяц, или кролик. Мне тогда лет девятнадцать было, гуляли вечером с девушкой по набережной, и решили дойти до дома пешком. Чтобы добраться с окраины к центру, нужно было пройти сквозь частный сектор, который кольцом опоясывал город, и когда мы шли по тротуару, вдоль дороги сквозь частный сектор, я увидел кролика.

Это был маленький белый кролик, он сидел у дороги и объедал какой-то кустик. Сразу стало понятно, что этот ушастый прощелыга удрал из какого-то частного дома, и скорее всего людей не боится, так что я решил, что будет круто поймать этого ушастика и дать своей девушке погладить. В общем метнулся к нему, хотел схватить гаденыша, а этот дурень выскочил на дорогу, и тут же был сбит проезжающей машиной. Вот так весело закончилась наша прогулка — кровавым пятном на асфальте и измочаленной тушкой кролика… Вечер был испорчен, но самое интересное началось ночью — представь себе, этот сраный ушастый гавнюк, пришел ко мне ночью, во сне!

Проснулся я убитый в хлам — этот мохнатый засранец, сумел таки убедить меня что в его смерти виноват я. Если бы я не попытался его поймать, то он погрыз бы немного травы и вернулся обратно в свой двор, а теперь он размазан красной кляксой по асфальту, а его хозяйка — маленькая девочка, непременно в розовом платьице и с большими бантиками, будет страдать, плакать, думая что он от нее убежал потому что она плохая хозяйка… К концу дня я был уверен, что девочка-хозяйка зайца, уже полезла в петлю, из-за потери любимого питомца, хотя понимал, что скорее всего этот проклятый кролик был бы забит, зажарен, а его белая, пушистая шкурка, была бы содрана и пущена на воротник. В общем, невероятно мощное чувство вины, настолько мощное что я спать несколько дней не мог. Кошмары снились. Кажется, что говорящий крлик это совсем не страшно, но когда он приходит, начинает разговаривать разевая рот как человек, а в пасти у него почему-то человеческие зубы, это пугает до усрачки. Если бы я убил человека, я бы повесился к херам, прямо там, на месте.

Однако же смотри — я легко убиваю, в том числе женщин, а если надо будет убить ребенка, думаю это будет так же просто. Меня не грызет совесть, и для меня это нетипично. Вариантов два — либо я окончательно съехал с катушек, либо все тут присутствующие — не люди, и мое подсознание прекрасно это понимает. Те кого я убил людьми не были, ты не человек, и эта тварь — Шутник постучал себя пальцем по виску — не я. Потому мне так просто их убивать — это просто фигурки на экране компьютера, строчки на страницах книги, биороботы, или еще что-то подобное. Сейчас я почти на сто процентов уверен, что могу устроить самый настоящий террор, перебив десятки местных обитателей, и во мне ничего не дрогнет — все мы здесь не люди, а непонятно что, так что и мочить всех здешних можно без зазрения совести.

— Не очень складная теория — покачал головой Шаман — я все же склоняюсь к мысли что ты просто поехал кукушкой.

— Да, мне говорили что если остаться на перезагружаемом кластере, как правило превращаешься в овощ…

— Так и есть — подтвердил Шаман — но ты поехал кукухой совсем не так, как те, кого я видел. Я бы сказал, что ты просто на какой-то новый уровень мышления перешел. Ты не стал умнее или глупее, просто по-другому думаешь.

— Слушай — Шутника вдруг озарила мысль — а ты много видел людей оставшихся на кластере во время перезагрузки?

— Ну, наверное четверых — задумался Шаман — а может троих, точно не припомню, но немного совсем, и все остались без мозгов.

— Хм, а может быть это все чушь? Может быть перезагрузки не выжигают мозги так уж всем? Если посмотреть на трех случайных новичков, можно подумать, что улей всех превращает в зомби, процент ведь совсем мизерный. Может быть и с перезагрузками так? Лишь небольшой процент попавших туда… как бы это назвать? Я бы назвал это прозрением. Так вот, лишь небольшой процент прозревает, а у остальных спекаются мозги?

— Ты не прозревший, ты просто немного псих, но теория конечно интересная. Никто и никогда насколько я знаю не проводил исследование хотя бы нескольких сотен человек оставшихся на перезагружаемом кластере, может разве что сектанты.

— Черт, если я на перезагрузке просто с ума сошел, то откуда у меня ментальная связь с собакой взялась? Мы реально общаемся мысленно, ну и я не замечал в себе каких-то проблем с мышлением, логикой, или восприятием реальности… Ну не считая вот этой моей теории про выдуманный мир.

— Полагаю улей просто собрал ваши мозги в кучу, взбил в блендере, а потом как сумел залил обратно… Это условно говоря конечно. Очень интересный эффект, но твои слова про искусственность мира это никак не подтверждает.

— Ладно, думаю нет смысла, пытаться объяснить мобу в игре, что он моб.

— знаешь, что, главный герой сказки, у меня есть идея как это доказать — Шаман пошарил в шкафу и вынул оттуда маленький револьвер, с коротким стволом, откинул барабан, вложил в него один патрон. Захлопнул, несколько раз провернул, катнул по столу к Шутнику — бери ствол, направь его себе в висок и нажми на спусковой крючок пять раз. Если ты и правда главный герой игры, симуляции или книги, то удача будет на твоей стороне, и ты не застрелишься. Ну, а если вышибешь себе мозги, это докажет что ты просто чертов псих.

Шутник задумался, посмотрел на пистолет. В принципе Шаман прав, и если все так, как Шутник себе представил, то выстрела не случится. Камора барабана с патроном окажется самой последней, револьвер заклинит, патрон отсыреет, капсюль окажется бракованным, боек сломанным, или перед последним выстрелом на город упадет метеорит и всех убьет, но выстрелить себе в висок даже один раз, было страшно, а уж пять…

— Думаю это слишком даже для виртуальной реальности, а уж если мы в книге, то автору будет сложно как-то объяснить подобное везение — Шутник толкнул револьвер обратно Шаману.

— Так я и думал — кивнул тот — Шутник, ты просто немного сошел с ума, а вот это твое чувство, что за тобой все время наблюдают, не более чем обострившаяся паранойя и мания преследования. Это не удивительно. Когда попадаешь в мир, в котором тебя в любую минуту могут убить, и почти все хотят твоей смерти, хочешь-не хочешь, а паранойя сама разовьется.

— Может ты и прав — кивнул Шутник, и попрощавшись, направился к выходу.

Шаман его не убедил, однако доказывать правдивость своей теории на собственном примере он не собирался. Главным доводом для Шутника было то, что он не сомневался в своей способности убить мужчину, женщину, ребенка или старика, для него прошлого это было нетипично, так что либо все вокруг переменились, либо переменился он. Вполне возможно, что он действительно просто чуток с ума сошел и придумал всю эту чушь себе сам, в этом случае пуля исправно пробила бы тупую башку, хотя его везение и рояли на каждом шагу, все же не давали разувериться в своей теории окончательно.

Вот сколько шансов было на то, что он переживет нападение зомби? Полегли даже крутые парни вроде охраны того мажора, как там его звали, или Дока, у которого был военный опыт, а вот он выжил. Какие были шансы на то, что он найдет белую жемчужину, легенду улья? Мизерные. А каковы шансы на то, что белых жемчужин будет две? В общем цепочка совпадений была явно составлена рукой сценариста, скорее всего не очень умелого, ибо была слишком уж роялистой. Чего стоит хотя бы его способность становиться невидимым, и винтовка нолда, идеально подходящая для стрельбы из стелса? Каков шанс на то, что Шутник не только наткнется на нолдов обладающих подобной технологией, и которые тут, как он понял, редкость, но и сможет такого нолда завалить. А завалив, окажется, что это ружье идеально подходит к его способности? Да никаких! Шансы на подобный исход стремятся к нулю, но все сошлось, и Шутник получил едва ли не именное оружие. Сраный меч-кладенец, который неведомый сценарист создал именно для него, Шутника. Судя по всему именно доведение этой винтовки до ума, является квестом на ближайшее время, а для этого нужны горошины.

Забежав в свою комнату в гостинице, Шутник прихватил флягу с живцом, еще одну побольше с водой, небольшой запас еды, пистолет, винторез и альпеншток, который прикупил уже здесь. Это был альпинистский топорик, с лезвием в форме клюва и чуть изогнутой рукояткой. Шутник все еще помнил как неудобно пробивать головы зомбаков молотком, поэтому как только увидел эту приблуду у торговца, купил не раздумывая. Обвесившись пожитками, он добрел до КПП, и отыскав глазами гараж, двинулся туда.

— Чего тебе — оторвался от возни с БТР-ом, мужик в грязном камуфляже, и направился к Шутнику, вытирая руки тряпкой, несколько вояк на постах, при этом словно невзначай положили руки на автоматы.

— Машинка у меня тут — Шутник вынул из кармана ключи, и нажал на кнопку брелка. Из глубины гаража пиликнуло, и моргнуло фарами.

— О как! Цыган таки спихнул свою ласточку? Ну забирай, кстати с тебя споран в сутки, на территорию стаба машины не допускаются, не хочешь платить — можешь парковать за стеной.

— Ясно — Шутник кивнул и двинулся к машине, но дорогу ему перегородил все тот же мужик, судя по всему механик.

— Цыган так то, уже неделю не платил за стоянку, с тебя семь споранов, если тачка и в самом деле твоя теперь.

— Вот гад — ругнулся Шутник, выгребая из кармана спораны — каков жук, вот держи.

Расплатившись за стоянку, он таки дошел до машины. Вместо лимузина или пафосной тачки представительского класса, он увидел небольшую, аккуратную, двухдверную машинку, даже с некоторым намеком на спорт-класс.

— Рояли подвезли — усевшись в машину, пояснил Шутник псу, который тут же устроился на сиденье рядом — тут меньше полусотни километров, авось и доедем. Слабых убьем, от сильных убежим.

Машина, заурчав, выкатилась из гаража, затормозила перед шлакбаумом, дожидаясь пока тот поднимется, а потом устремилась по дороге в сторону деревни. Где ее искать, Шутник примерно представлял — просто поедет на север, и если повезет через пол часа будет на месте.

Разбитый асфальт стаба вскоре сменился новеньким покрытием стандартного кластера, и Шутник добавил скорости. Он не собирался дожидаться пока сформируется отряд, чтобы играть в нем роль пушечного мяса. Он собирался зачистить деревню в одиночку.

Глава 26

Разницу между электромотоциклом и бензиновым автомобилем Шутник заметил сразу. Это была не скорость или комфорт, нет, это был уровень шума. На дорогу отовсюду тянулись твари, слух у них действительно был великолепный. Казалось бы чистая дорога, по обе стороны от которой нет ни души, как вдруг то тут, то там, начинают появляться зараженные.

Спасало то, что узкая лесополоса закончилась, и теперь по обе стороны от трассы простиралось что-то напоминающее степь, так что бегущих к дороге зомбаков было видно издалека. Глубокие кюветы по обе стороны дороги тоже помогали — добежавшие до трассы зомби, не сразу вылезали на асфальт, так что у Шутника получалось объезжать самых активных зомбарей, хотя пару раз все же пришлось сбить бросившуюся под колеса тварь.

Дважды пришлось выжимать из машины все соки, чтобы уйти от тварей выглядящих слишком уж страшно, но несколько раз, Шутник останавливался, когда приближающаяся тварь казалась ему чем-то более серьезным чем обычный зомбак, но не настолько опасной чтобы бояться с ней связываться. С таких монстров был шанс поиметь спораны или горох, и именно такой монстр сейчас несся сломя голову наперерез автомобилю.

Даже отсюда было видно, что тварь намного крупнее обычного человека, одежды на теле не осталось, руки непропорционально вытянулись и раздулись. Рассмотреть мелкие детали было проблематично, но этого было достаточно. Как уже успел понять Шутник, если тварь отличается от человека, то с большой долей вероятности в ее голове есть как спораны, так и горох, а если тварь от человека почти не отличается и уж тем более если сохранила на теле одежду, это говорит о том, что зараженный недостаточно развит, чтобы удалось поиметь с него хоть что-то стоящее.

— Так, Рыжун, бди.

Шутник остановил машину, подхватил нолдовскую винтовку, и выбрался из салона. Переключился на магазин с экспансивными пулями, прицелился, дождался пока тварь выберется на асфальт, чтобы к ней можно было доехать на машине, а не лазить по кюветам, и выстрелил.

С такого расстояния, стрелять в голову глупо — до твари не меньше трехсот метров. При минимальном зуме, голова зомбаря в прицеле, размером с ноготь. При максимальном зуме — конечно же цель выглядит крупнее, вот только зомбак бежит быстро, и рыскает из стороны в сторону, а сопровождать шуструю цель при таком зуме, крайне сложно. Стояла бы винтовка на сошках, было бы проще, но так, с рук… Стоит руке чуть дрогнуть, как картинка сильно смещается, так что шутник не стал пытаться попасть в голову, и выстрелил в грудь, впрочем не столько потому что боялся промахнуться, а для того, чтобы проверить убойность экспансивных пуль.

Попал правда в живот, но даже с такого расстояния он увидел как в брюхе зомбака образовалась сквозная дыра. Тварь тут же рухнула на землю, но валяясь на асфальте, продолжала скрести руками, и трепыхаться. Видимо никаких жизненно важных органов у нее в брюхе нет, точнее нет таких органов, повреждение, которых мгновенно выводило бы зомбака из строя. Вряд ли тварь выживет с такой дырой в животе, от желудка там наверное ничего не осталось, но и дохнуть мгновенно, она не собиралась.

Опустив винтовку, Шутник тут же снова ее вскинул — он отчетливо услышал хлопок выстрела. Непонятно, был ли это далекий выстрел, или близкий, но с глушителем, так что для успокоения нервов, стоило осмотреться.

Выкрутив зум на прицеле, Шутник оглядел окрестности. Судя по звуку, хлопок выстрела раздался откуда-то спереди, но на свой слух Шутник полагался не особо.

— Рыжий, ты тоже слышал? Откуда стреляли?

В сознании само собой появилось четкое понимание направления, и направив в ту сторону винтовку, Шутник пристально вгляделся сквозь прицел в густые кусты. Ничего рассмотреть не удалось, никакого движения заметно не было, видимо все же стреляли издалека. Впрочем Шутник с псом двигались примерно в ту сторону, откуда раздался выстрел, так что возможно по пути им удастся понять кто там стрелял, сейчас же следовало заняться тушей подстреленной твари.

Усевшись обратно в машину, и захлопнув дверь, Шутник подъехал к валяющемуся на асфальте зомбарю. Остановился неподалеку, вытащил альпеншток, осмотрел тварь не приближаясь, чтобы убедиться, что опасности нет, и только потом двинулся к монстру. Тварь была все еще жива, и даже пыталась куда-то ползти, вот только ноги у нее не работали, что впрочем было понятно — в брюхе твари зияла сквозная дыра, в которую можно было просунуть руку. Из тела твари был вырван не только огромный кусок мяса и пригоршня требухи, но и сантиметров десять позвоночника… Такое точно не лечится, да и заживет само тоже вряд ли.

Взмахнув альпенштоком, Шутник вскрыл затылок твари, выгреб из спорового мешка содержимое, и поспешил вернуться в машину — с разных сторон к дороге стягивались еще несколько зомбаков, пусть и выглядящих совсем уж по-лоховски, многие даже сохранили на телах одежду. Они угрозы почти не представляли, сожрать могут только при большом на то желании и непротивлении процессу, но с таких вряд ли получится получить даже вшивый споран, и тратить на них патроны не хотелось.

Дав по газам, Шутник погнал машину дальше, вильнул в сторону, объезжая прыгнувшего под колеса зомбака, и вдавил педаль, набирая скорость. Уже вечерело, солнце почти коснулось горизонта, а охотиться на тварей ночью, было как-то страшно. Есть ли у тварей ночное зрение, или нет, Шутник не знал, но если ночью они видят похуже чем люди, то у него есть некоторое преимущество. Винтовка нолда оснащена ночным прицелом, плюс рыжий хорошо ощущает угрозу как днем, так и ночью, а вот если у тварей есть ночное зрение, то козырь будет уже у них.

— Надо собрать как можно больше тварей в одном месте, и постараться прикончить разом столько, сколько получится — объяснял Шутник Рыжуну, снова сорвавшись на разговоры с собакой — черт, а ведь пришла же в голову мысль, когда увидел как Шаман бодяжит взрывчатку, да и Шнобель с Кабаном рассказывали как они минами валили тварей, почему не додумался уточнить сколько стоит аммоналовая бомба? Фугасность у взрывчатки на основе селитры очень хорошая…

Размышления о бомбе, прервало появление новой твари — метрах в пятистах от дороги, наперерез машине несся монстр. Это был не вялый зомби, едва шевелящий лапами, а кто-то большой, и очень быстрый. Неслась тварь на четырех ногах, преодолевая за один прыжок несколько метров. Сколько конкретно понять было трудно, слишком далеко, но наверное три — четыре длины своего тела, тварь одним прыжком преодолевала. Сразу видно, что опасная гадина, можно поиметь чего-нибудь полезного, но с другой стороны, это не привычный монстр-зомбак, а что-то новенькое, а все новое и непривычное — это риск.

Шутник поднажал, торопясь проскочить предполагаемую точку рандеву, он сомневался, что тварь сумеет догнать машину если не сумеет выскочить наперерез, а связываться с таким шустрым противником совсем не хотелось. Движок взревел, набирая обороты, и вскоре Шутник облегченно выдохнул, увидев в зеркало как тварь выскочила на дорогу, но уже метрах в двухстах, позади машины, перехватить быстро движущуюся цель у нее не получилось, и по идее сейчас монстр должен отстать. Бежать со скоростью под сто двадцать километров в час, не могут даже гепарды.

В следующий миг, машина дернулась, едва не вылетев с дороги, и ровную, идеально гладкую трассу, с новеньким асфальтом словно отрезало. Ее сменили дикие колдобины, и асфальт, сравнимый возрастом с Египетскими пирамидами. Ни о каких ста двадцати не могло быть и речи. Резко сбросив скорость, чтобы не остаться без колес, Шутник взглянул в зеркало, и увидел, что отставшая было тварь, снова приближается.

— Вот сука шустрая — выругался Шутник не отводя взгляда от зеркала, и тут же влетел колесом в глубокую яму.

Стукнуло так, что казалось подвеске пришел конец, но она все же выдержала, в вот шина встречи с краем ямы не пережила. Машину повело, и развернуло боком поперек дороги, Шутник, бросив взгляд сквозь стекло, увидел несущуюся во весь опор тварь, явно вознамерившуюся протаранить машину. Времени на то чтобы толком отреагировать не было. Разделяющие их пару сотен метров, монстр преодолел за считанные секунды, времени не оставалось даже на то, чтобы передернуть затвор винтовки.

— Рыжий убери его! — заорал Шутник, и пес мгновенно растворился в хлопьях рыжего дыма.

Пара часов убитых на тренировки оказалась потраченной не зря. Пес вывалился из рывка прямо за спиной монстра, буквально вскочив ему на плечи, а в следующий миг, собака и тварь исчезли. Не прошло и мгновения, как пес снова появился на сиденье автомобиля, тяжело дыша и вывалив из пасти язык, а спустя несколько секунд, на асфальт, рядом машиной, с диким воем рухнула тварь. Удар был таким, что монстра буквально размазало по земле, тут и там из тела твари торчали обломки костей, кровью забрызгало все в радиусе пары метров, но тварь все еще жила. Размазанный по асфальту монстр шевелился, порыкивал, пуская кровавые пузыри из пасти, но сдаваться не хотел.

— Вот ведь живучая скотина — Шутник подхватил альпеншток, и выбрался из машины. Приблизился к изломанной твари, от души замахнувшись врезал ей по затылку, окончательно добив зверюгу.

Монстр когда-то был большой собакой, или волком. Морда конечно больше походила на кошачью, только размерчиком побольше, такая хлеборезка наверное смогла бы перекусить взрослого человека пополам… Как бы там ни было, но выросла зверюга до невероятных размеров. Такой котенок или собачка, запросто могли задрать медведя, скорее всего особо не напрягаясь, а костяные бляшки, разбросанные тут и там по лысой шкуре, намекали на то, что при некоторой доле везения, такая животина может принять на грудь автоматную очередь, без какого бы то ни было вреда. Весила зверюга даже на вид немало, как пес сумел оторвать от земли такую ряху, да еще и телепортировать, судя по тому как тварь раздербанило, метров на сто — двести вверх, Шутник откровенно не понимал. Видимо пес помаленьку прокачивается.

Собачий лай отвлек от созерцания туши поверженного противника. Пес выскочил в открытую дверь вслед за Шутником, и теперь нарезал круги, вокруг машины громко лая и предупреждая о приближении тварей. Наскоро опустошив споровый мешок, размером немного поменьше половины футбольного мяча, Шутник не разбираясь, забросил содержимое на сиденье автомобиля, и подхватил винторез. На коротких дистанциях, он был удобнее чем тяжеленная электромагнитная винтовка.

Вскочил на крышу машины, прицелился в ближайшего зомбака. Выстрел, и зомби валится на землю, пустая гильза со звоном падает на крышу автомобиля, а в перекрестии прицела появляется голова следующей твари. Выстрел, еще один.

Твари стягивались со всех сторон, их было не особо много, десятка два-три, да и шли они не плотной толпой, а вразнобой, торопясь добежать до машины, пока тяжелая пуля винтореза не прочистила их черепа от гнилых мозгов. Серьезной опасности не было, и шутник мог стрелять на выбор, почти как в тире.

Отстрелявшись, стараясь выцеливать не самых ближних, а тех, что выглядели наиболее опасно, Шутник положил винтовку на крышу машины, и выхватил из кобуры пистолет, тут же выстрелив почти в упор, в голову ближайшей твари, уже пытавшейся взобраться на крышу.

Спрыгнул на землю, прицелился в следующую тварь, трижды выстрелил, попав лишь один раз. Полуразряженный пистолет оставил на крыше вместе с винторезом, вместо него подхватив альпеншток. Шутнику определенно нравился этот инструмент — чуть изогнутая рукоять очень удобно лежала в руке, изгиб и угол крепления лезвия клюва, были рассчитаны на то, чтобы альпеншток можно было вогнать в твердую породу одним ударом, в раскалывании голов, эргономика инструмента тоже показала себя просто на ура, а острое и твердое лезвие, выдерживающее удары по камням и льду, кололо зомбячьи черепа словно орехи.

Взмахнув альпенштоком, Шутник бросился навстречу ближайшей твари. Острый клюв пробил череп, тварь дернувшись завалилась на землю, а Шутник, выдернув свое оружие, ушел в стелс.

Зомбаки прущие к машине немного замешкались, но тут же переключили внимание на собаку. Пес стоять и ждать пока его сожрут не стал. Зарычав, он прыгнул на ближайшую тварь, растворившись в телепорте, и вывалившись в реальность уже любимым своим приемом — за спиной жертвы, только в этот раз телепортироваться никуда с тварью не стал, просто свалил своей массой на землю, и с хрустом вгрызся в шею монстра. Шутник помнил как пес перегрыз автоматный приклад, а потому не сомневался, что от шейного отдела позвоночника у твари осталось одно название.

Пока пес разбирался со своим противником, Шутник бросился к следующей твари, которая не обращая внимания на невидимого человека, бежала к собаке. Особо мудрствовать Шутник не стал, остановившись чуть в стороне от примерной траектории твари, и замахнулся, дожидаясь пока монстр поравняется с ним. Острый клюв альпенштока пробил висок словно картон, и монстр повалился на землю, вырывая из рук Шутника оружие. Чертыхаясь и матерясь, он принялся извлекать засевшее лезвие альпенштока, мысленно обещая себе больше так не делать и бить только в затылки.

Пес же, расправился еще с двумя зомбаками. Первого точно так же, свалил на землю вскочив телепортом на спину твари, и перехватил шею буквально одним укусом, а вот со вторым поступил как и с тем монстром, что бегал на четырех ногах — зашвырнул телепортом вверх, откуда тот рухнул на асфальт.

— Рыжий ко мне — заорал Шутник пробив башку очередному зомбаку, и появившись из стелса — давай сюда.

Пес в несколько прыжков подбежал к хозяину, потратив на это не больше пары секунд, но Шутник за эти секунды успел прикончить еще одного зомбака. Пес, подскочив, вцепился в ногу твари, успевшей подбежать со спины, тряхнул башкой, оторвав конечность так, словно не разрывал мышцы, сухожилия и кости, а просто откусил половину сосиски.

Одноногая тварь упала на землю, Шутник добил монстра одним ударом альпенштока, и ухватившись за собачий ошейник, снова ушел в стелс. Твари, потерявшие из виду своих жертв, сразу же растерялись, и принялись неторопливо бродить кругами, периодически взрыкивая и принюхиваясь.

Эти разброд и шатания, Шутнику не понравились, бегать от одной твари к другой, расходуя запасы стелса ему не хотелось, надо было собрать всех уродов в одном месте.

— Рыжий идем к машине — во всю мощь мыслей, подумал Шутник направившись к автомобилю, и потащив за собой пса, не отпуская ошейника. В голову не вовремя пришла мысль, что раньше, когда он держал пса за ошейник, приходилось слегка пригибаться, совсем чуть чуть, но приходилось. Сейчас же, рука была даже не вытянута во всю длину, пес явно стал выше ростом.

Пройти мимо тварей получилось без проблем, пустая машина их нисколько не привлекала, мимоходом удалось пробить головы паре монстров, но вокруг все еще бродила целая толпа. Забравшись в машину, и захлопнув дверь, Шутник вытащил из рюкзака свой второй пистолет, мысленно матеря себя за то, что оставил первый ствол и винтовку на крыше, сбросил стелс.

— Эй уроды — заорал Шутник, открыв окно и прицелившись из пистолета в ближайшую тварь, потянул за спусковой крючок. Пуля пробила монстру голову, зомбак завалился навзничь, не успев даже взрыкнуть, а вот его его товарищи, привлеченные криком и грохотом выстрела, тут же бросились к машине.

— Рыжий ты отвлекаешь, если подберутся слишком близко, уходи понял?

Каким-то образом осознав, что пес таки понял, Шутник покинул машину, предварительно закрыв окно, и захлопнув за собой дверь и растворился в стелсе, когда ближайший зомбарь был буквально в трех шагах. Позволив ему пробежать мимо себя, и уткнуться рожей в стекло, Шутник коротким тычком вогнал клюв альпенштока в затылок уроду, и отступил в сторону, позволяя приблизиться следующему.

Еще один удар и еще один монстр падает на землю, под ноги приближающимся собратьям. Пес радостно лаял в салоне машины, привлекая тварей, а Шутник неторопливо переходил от монстра к монстру, пробивая зомбакам головы, пока не почувствовал признаки упадка сил. Стелс заканчивался.

Свалив подбежавшую тварь, Шутник открыл дверь, запрыгнув в салон, подхватил винтовку нолда, и ухватился второй рукой за собачий ошейник.

— Уноси нас отсюда!

Привычное, но неприятное ощущение телепортации, и человек с собакой выпадают из подпространства в паре сотен метров от машины, которую обступили последние твари — не больше десятка.

Пока зомбаки потеряв жертв, стояли и тупили перед машиной, которая даже будучи пустой их чем-то привлекала, Шутник настроил зум, сбросил мощность винтовки, и прицелившись в понравившуюся тварь, потянул за спусковой крючок. Экспансивная пуля вошла аккурат в середину спины, оставив дыру размером с кулак. Стрелять в головы, теряя ценное содержимое зомбячьих черепов, Шутник не хотел.

Выстрел, еще один выстрел. Винтовка гаусса, на нижних границах мощности, работала абсолютно бесшумно, твари потеряли половину сородичей, прежде чем поняли, что их кто-то отстреливает, но даже увидев противника — Шутник работал по монстрам не из стелса — добежать до человека с собакой просто не успели.

— Чертов гепард, не дал доехать нормально — сплюнув, ругнулся Шутник — но в принципе неплохо получилось, немало тварей набили, вроде других поблизости нет.

Пока Шутник ходил от туши к туше, потроша споровые мешки, и складывая их содержимое в рюкзак, пес охранял и бдил, бегая по расширяющейся спирали, но это не пригодилось — ни одна тварь их не потревожила, лишь один раз пес остановился, задумчиво присмотревшись к жиденькому кусту, но передав хозяину эмоцию, похожую на пожимание плечами, побежал дальше. Видимо поблизости обитала только одна стая, которую они вырезали в полном составе.

Закончив лутать зомбаков, Шутник вернулся в машину, чтобы проверить, что ему досталось из элитной твари, которую размазал по асфальту пес, точнее не элитной, а просто довольно крутой — Шутник сразу обратил внимание, что паутина обычная, серая, а не оранжевая — так что это не элитник, а просто хорошо развитый зараженный.

Добыча порадовала. Почти три десятка споранов, и восемь горошин, на фоне остальных трофеев, эти действительно выглядели царскими, потому что ни в одной из набитых тварей, гороха не нашлось, только спораны.

Выбросив на землю серую паутину, а спораны и горошины высыпав в рюкзак, который закинул в салон, Шутник захлопнул дверь и выпрямился, ожидая привычного хруста в спине, но его не последовало. Вместо этого, раздался неприятно-знакомый щелчок затвора, и бросив взгляд на тонированное стекло, Шутник увидел за спиной фигуру человека с автоматом.

— Ты мне охоту обосрал — пробасил человек — но с другой стороны мне не пришлось тратить патроны, да и всю грязную работу ты за меня выполнил. Я к сожалению к самому бою поспеть не успел, но черт возьми, новичок, ты крут. Не каждый опытный рейдер такую толпу завалить сможет.

— А с чего ты решил, что я новичок? Не оборачиваясь спросил Шутник, прикидывая в уме, что делать.

— Ну, а кто еще с собой собаку таскать будет? Я видел твоего пса, лучше б ты его пристрелил, большие собаки всегда обращаются, превратится в такого же монстра как тот, которого ты выпотрошил… Кстати, есть, что интересное?

— Подойди и сам посмотри — рявкнул Шутник, и мысленно позвал — Рыжий, ты где?

— Не быкуй мужик, сейчас ты медленно, достанешь рюкзак, не оборачиваясь швырнешь его за спину, положишь руки на крышу, и толкнешь от себя винтовку, чтобы с той стороны машины упала. Я не прицеле тебя держу, дернешься, получишь пулю, так что лучше постой немного не рыпаясь. Тогда всем будет хорошо. Я заберу трофеи и уйду. Новичков валить не принято, да и патронов жаль, но только дернись — башку снесу, я не настолько суеверен чтобы рисковать.

— Ладно — кивнул Шутник, получив от собаки ментальный посыл, и отдав приказ ждать команды. Медленно, через полуоткрытое окно вытащил из салона рюкзак, не оборачиваясь швырнул его за спину. Положил руки на крышу, толкнул винторез, радуясь, что противник скорее всего не разглядел пистолет на крыше. Накрыл ствол ладонью, и словно по наитию, попытался заставить стелс, распространяться конкретно от ладони. К своему удивлению, он увидел как пистолет затянуло серебристой пленкой, и через мгновение он растворился в невидимости. В то же время в ушах зажужжало, а на сознание навалилась жуткая тяжесть. Казалось все ресурсы мозга ушли на одну задачу — не дать пленке стелса расползтись по телу, ограничившись только пистолетом, а она настойчиво пыталась, вот только стоило начать исчезать, как стрелок, поняв, что происходит что-то не то, разрядит магазин в спину Шутника. С расстояния в пяток метров, даже при сильном желании промахнуться трудно. Потому и пса Шутник придержал. Да, тот мог в мгновение ока оказаться за спиной человека с автоматом, вот только где гарантия, что он, опять же, не успеет перед полетом в небеса, нажать на спусковой крючок.

Бросив все силы на то, чтобы удержать в стелсе только пистолет, Шутник не сразу понял, что мужик ему что-то сказал.

— Чего? — переспросил он, и заскрипел зубами, стараясь выделить частичку ресурсов сознания на то, чтобы расслышать и понять слова человека.

— Военный, спрашиваю? Судя по тому, что пес еще не обратился, ты в улье недавно, вряд ли способность проснуться успела, но зомбаков ты уж очень большую толпу положил, так что либо дар, либо боевой опыт имеется.

— А тебе не похер? — огрызнулся Шутник — забирай рюкзак и вали.

— Да в принципе похер, просто думаю, сделать так как ты говоришь, или все же вальнуть тебя для верности, слишком уж ты опасным кажешься. Не так что-то с тобой.

Шутник улыбнулся. Мысли в голове забегали как потревоженные тараканы. Хотел бы завалить — грохнул бы сразу. Какого лешего болтает? Чертов клишированный злодей, это точно не игра и не симуляция, больше на кино или книгу похоже… Впрочем если человеку хочется поболтать — поболтаем.

— Слушай — все так же не оборачиваясь и не убирая руки с крыши, подал он голос — а как ты мимо собаки прошел? Пес тебя должен был заметить.

— Ха! — послышался самодовольный хмык — а ты обернись, только медленно, и руки на виду держи.

— Ну и… ох, чтобы тебя! — удивился Шутник когда обернувшись, не увидел никого — невидимка? Но я же видел тебя в стекле!

— Отражение видно, тень изредка, ну и камеры проклятые видят… Отвод глаз это называется, вот поэтому я тебя и не стану валить — пока ты до своего винтореза вокруг машины добежишь, я уже отойду и хер ты меня выцелишь, да и пес твой не учует. Видишь какой я добрый, мог бы пристрелить просто для надежности.

— Да понял я, понял, ты — Шутник ткнул примерно в сторону мужика рукой, с невидимым пистолетом, мысленно сжавшись и готовясь получить пулю — сама доброта и благородство.

— А то! — ответил стелсер, однако выстрела не последовало. Пустая рука его видимо не напугала, он стоял шагах в пяти, и не мог не видеть, что в руке Шутника ничего нет — ладно приятель, пошел я.

Шутник увидел как дернулся его рюкзак, лежащий на земле, тут же пропав из поля зрения, и понял, что лучшего момента для атаки не будет, мужик видимо нагнулся за рюкзаком, так что есть шанс выстрелить, и не получить пулю в ответ.

Шутник пальнул примерно туда, где должен был располагаться его противник, одновременно отпуская стремящийся расползтись по телу стелс, и бросаясь в сторону.

Брызги крови, оросившие траву, ясно дали понять, что выстрел достиг цели, но насколько удачным он был, непонятно. Противник тоже выпустил очередь в ответ. Автоматные пули прошили дверь автомобиля, разбили оба боковых стекла, но Шутника, упавшего на землю, не задели.

В магазине оставалось еще три пули, мысленно поблагодарив улей, что на крыше остался именно пистолет с глушителем, который не рушит стелс, Шутник выпустил остаток обоймы наугад, по невидимому противнику, и вскочив, метнулся в сторону, обогнув машину и присев за капотом.

Еще одна длинная очередь прошлась веером, исполосовав машину, и разбив лобовое стекло, а вслед за грохотом выстрелов, Шутник услышал как захрустели кусты, впрочем звук тут же затих, видимо способность противника тоже гасит звуки, если он того хочет, или каким-то иным образом скрывает, например заставляет сознание не обращать внимание на них.

То, что противник решил удрать, Шутника порадовало, видимо ранение серьезное, и враг не уверен, что выйдет победителем, схлестнувшись с другим стелсером. Впрочем отпускать его, Шутник не хотел, благо тот успел сболтнуть кое-что интересное. Камеры. Противник сказал, что его видно на камерах, а прицел винтовки нолда, это не просто набор линз, как у винтореза, это сложный прибор, и судя по голографическому изображению, и появляющимся поверх картинки надписям и пометкам, глядя в окуляр, ты смотришь на маленький дисплей, на котором выводится картинка, и прочая информация. Стало быть в прицеле есть камеры, во всяком случае, Шутник на это надеялся.

Приоткрыл дверь, ухватился за ремень винтовки, подтащил ее к себе, привстал, высунув голову над капотом. Как жаль, что Шаман все же не модифицировал прицел. Сейчас, чтобы взглянуть в него, придется выйти из стелса.

Сбросив невидимость, Шутник взглянул сквозь оптику туда, где примерно должен был быть противник. Повезло! Прицел прекрасно отображал человека, хромающего вдаль от дороги. В одной руке, он тащил рюкзак Шутника, в другой, держал автомат.

Увидев своего противника, почувствовав его жизнь на кончике своего пальца, Шутник наконец расслабился. Чертов невидимка заставил его пережить пару не самых приятных минут, Шутник реально испугался, а сейчас страх, превратился в злость, и эта злость требовала выхода.

Чуть докрутив зум, Шутник прицелился в руку, сжимающую автомат, и потянул за спусковой крючок. Экспансивная пуля, пробивающая в тварях дыры, в которые можно было просунуть кулак, просто оторвала руку противника выше локтя.

Заорав, мужик свалился на землю, тут же проявляясь в видимом спектре, а Шутник уже ловил в прицел его вторую руку. В этот раз было труднее, противник катался по земле, не переставая орать, но время словно слегка замедлилось, может адреналин ускорил восприятие, может еще что-то, но Шутник сумел выцелить оставшуюся руку невидимки, и выстрелить. Убить он мог его легко, но валить мужика так просто, не хотел. К тому же, в голове вдруг созрел план, оформившись буквально за пару секунд, между выстрелами.

Убедившись, что вторая рука, кувыркаясь и орошая все вокруг брызгами крови улетела в кусты, Шутник вскочил на ноги, и мысленно позвал пса. Рыжий вынырнул из подпространства в метре от хозина, и Шутник, положив винтовку на землю, рядом с автомобилем, со всех ног побежал вместе с собакой к противнику.

— Не рань того, кого не можешь убить, слышишь? — Шутник наклонился вглядываясь в бледное лицо мужика, тот уже не дергался и не орал, видимо находясь в шоке — зачем оставлять недобитого противника? Если у тебя избыток благородства, или недостаток решимости чтобы убить, зачем вообще заниматься такого рода гоп-стопом?

Мужик не отвечал. Он пялился в небо широко распахнутыми глазами, и часто дышал, не реагируя на слова Шутника.

— Короче, за то, что ты не стал меня убивать, и не убил моего пса, хотя мог, я тебе благодарен и добивать не буду, даже немного помогу — Шутник подобрал свой рюкзак, почти не забрызганный кровью, извлек оттуда перевязочный пакет, и принялся мастерить жгут, перетягивая кровоточащие обрубки рук.

— Можно было бы бросить тебя тут, в таком виде, но тебя ведь все равно сожрут, правильно? Ну, а раз тебя сожрут так или иначе, какая разница где тебя сожрут — тут или в деревне, я же прав?

Закончив с перевязкой, и наложением жгута, Шутник извлек из кармана инсулиновый шприц, и вколол содержимое в шею мужику, ухватил его одной рукой за ремень, второй за воротник, попробовал приподнять…

— Тяжелый, сука. Рыжий, ты не помнишь, как там Док говорил? Одна нога это тридцать процентов веса тела? Будь добр.

Пес все прекрасно понял, после скоротечной схватки разум находился в таком напряжении и концентрации, что мысли и эмоции друг друга, человек и собака воспринимали казалось даже раньше, чем те успевали оформиться.

Взрыкнув, пес вцепился в ногу мужика, повыше колена, мотнул головой, и под дикий визг гоп-стопщика неудачника, нижняя половина ноги отделилась от тела.

— Вторую тоже, напомнил псу Шутник, поражаясь мощи челюстей собаки. Насколько он знал, даже волк не может вот так взять, и откусить человеку ногу, что уж говорить о пусть и большой, но все же собаке. Впрочем изменения в псе становились все более заметными, возможно это белая жемчужина действует так, а может сам по себе улей оказывает влияние.

Попробовав поднять на руки укороченного на полметра мужика, Шутник отметил, что таки да, тело стало намного легче, не на две трети конечно, но и ноги пес оторвал не целиком. Стараясь не измазаться в крови, Шутник дотащил полутруп до машины, взвалил на крышу. Наложил на культяпки жгут. Извлек из кармана еще один маленький инсулиновый шприц. Купить эту штуку его убедил бармен, и даже продал, якобы с хорошей скидкой. Бурда наполнявшая шприц, называлась спеком. Стимулятор и одновременно наркота. Говорили, что в экстренных случаях, эта хреновина может здорово выручить, якобы на спеке даже кусок мяса жить может, пусть и не долго.

Сделав мужику еще один укол в шею, и наблюдая как прямо на глазах к тому возвращается осмысленное выражение лица, а глаза, до этого тупо глядящие в небо начинают метаться из стороны в сторону, Шутник понял, что наркотик сработал. Мысленно поругав себя за растрату дорогого наркотика, и оставив мужика валяться на крыше, Шутник вернулся, подобрал рюкзак, не забыл прихватить оторванные ноги и одну из рук — вторая улетела куда-то в кусты и искать ее не хотелось.

— Не потеряй — усмехнулся Шутник водрузив оторванные конечности на грудь все еще живой жертвы — слушай Рыжун, откуда в нас столько жестокости? Не знаешь? Вот и я не знаю. У тебя екнуло что-нибудь, где-нибудь? Нет? У меня тоже нет. Видимо я был прав, и все это не люди, а так, персонажи, НПС, или что там еще может быть? В воображаемых мирах-то? Ну или же это мы с тобой вконец кукушками поехали, впрочем как бы там ни было, меня все устраивает. Я все еще помню моральные страдания по поводу сбитого машиной зайца, и повторять этот опыт мне не хочется.

— Суууука — едва слышно протянул мужик, видимо сознание к нему вернулось в должной мере чтобы осознать, что произошло.

— Ого! Ты говоришь? А ты не должен сейчас вырубиться от шока, ну или что там людям положено? — удивился Шутник — да и что тебе не нравится? Я не стал тебя убивать, потратил дорогое лекарство, даже перевязочный пакет… Два пакета.

Вынув еще один перевязочный пакет, Шутник принялся обматывать мужику культи ног, насвистывая веселую мелодию, и пытаясь вспомнить, что же это за песня. Закончив с перевязкой, он обошел вокруг машины, собирая имущество, не поленился сходить за автоматом мужика, и закинуть все добро в салон. Несмотря на то, что машина была двухдверной, она не была двухместной, сзади имелись полноценные сиденья, так что места было достаточно.

Пока выдалась свободная минутка, следовало проверить, что там с колесом, и если получится привести машину в порядок. Идти пешком, пусть по прикидкам Шутника до деревни осталось всего пара-тройка километров, не хотелось к тому же тогда пойдет коту под хвост весь хитрый план, и получится, что бедняга-гопстопщик, страдал зря. Одно дело убивать или делать что-то другое, пусть даже очень плохое, ради какой-то цели, и совсем иное — просто так. В этом случае, остается полшага до садиста-маньяка, а им Шутник себя не считал.

Колесу не повезло — влетев на высокой скорости в глубокую яму, острый край этой самой ямы, буквально перерубил покрышку, даже диск слегка погнулся, впрочем подвеска судя по всему уцелела, и если в тачке есть запаска и инструменты, заменить колесо будет не сложно.

К великой радости Шутника, инструменты нашлись, как и запаска, так что остаток пути можно будет проделать на колесах. Пока пес бдил, уже успев самостоятельно прикончить одинокого зараженного, Шутник менял колесо. Большого опыта в таких делах у него не было, так что процесс получился не особо быстрым, зато по ходу работы, он составил план дальнейших действий, с учетом новых тактических возможностей.

Телепорт оказался не только способом сбежать от неприятностей, но и весьма грозным оружием. Можно было надеяться, что пес, напившись живчика, наскоро перекусив и отдохнув, восстановил силы, и если они наткнутся на опасную тварь, собакен просто зашвырнет ее в небеса, позволив размазаться по земле.

Сейчас перед Шутником стояла задача собрать в одном месте как можно больше тварей, расстрелять сколько получится, пока не разбегутся, а потом, прячась в стелсе, вылавливать их поодиночке. Гопстопщик, послужит для этого хорошей приманкой. Пса надо будет спрятать где-нибудь поблизости, чтобы мог прийти на помощь в нужный момент, и не позволил тактическому отступлению превратиться в позорное бегство.

— Жаль не додумался спросить сколько стоит мина, можно было бы заехать на машине прямо в центр деревни, на такой концерт твари уж точно сбегутся отовсюду, а потом подорвать машину, перебив большую часть. Добить тех кто выживет, выпотрошить трупы… Ну ладно, чего уж теперь — пожаловался подошедшему псу Шутник — впрочем знаешь, мы ведь можем сделать бомбу из машины.

Шутник затянул последний болт, забрался в салон, завел двигатель и развернул машину как положено — вдоль дороги, попутно глянул сколько осталось бензина в баке.

Только идиоты считают, что если выстрелить в бак, машина взорвется, Шутник к таким не относился и понимал, что для того, чтобы машина взорвалась от выстрела, должно сойтись слишком уж много звезд. Во-первых бак должен быть почти пустой, горит не сам бензин, а его пары. В полном баке нужного количества паров не будет. Во-вторых, пуля должна быть зажигательная, простая пуля вряд ли сможет высечь искру, которой будет достаточно для воспламенения паров, стало быть, все придется делать самому.

Обойдя машину, Шутник врезал пяткой по заднему бамперу. Сделано было на совесть, даже не покосился, сразу видно, что не в автовазе собрали. Отступать однако, Шутник не стал — еще несколько ударов, и бампер таки удалось отбить, теперь можно было без труда добраться до глушителей.

Еще несколько ударов пяткой, и один из глушителей удалось своротить, снова несколько ударов, и оторвать получилось второй. Теперь тачка будет реветь как самолет на взлете, даже самая глухая тварь прибежит на такое громкое приглашение.

Теперь бенз. Открыв капот, и потратив пару минут на исследование внутренностей, Шутнику удалось отыскать топливный шланг. Отсоединив его, и позволив топливу сливаться на землю, Шутник вернулся в салон.

Дорогостоящая обшивка не выдержала натиска вандала, и вскрыв кожу и пластик, шутник добрался до проводов, которые тянулись к колонкам. Сгодится. Выдрав пару проводов Шутник выбрался из салона, стараясь не наступать в натекшую лужу бензина, и с помощью альпенштока, вскрыл обе задних фары, вытащив из них лампочки.

— Теперь проведем эксперимент — сообщил он псу — пробуем включить зажигание, и что мы видим? Ага, фары загораются… Теперь среди всех этих кнопок, нам надо найти ту, которая переключит этот режим, надо чтобы фары при запуске, сами не включались.

На то чтобы разобраться с фарами, много времени Шутник не потратил. Убедившись, что фары больше не загораются при включении зажигания и запуске движка, он проверил запасы топлива, и убедившись, что его еще сливать и сливать, вернулся к работе.

Проверил мужика валявшегося на крыше машины — пульс бился, пусть и не ровно, но судя по луже натекшей крови, мужик едва ли не сухой. Вколов тому для верности еще одну дозу спека, Шутник поспешил завершить работу.

Одну из лампочек, вынутых из фар, он попытался аккуратно расколоть, так чтобы не повредить спираль. С первого раза не получилось. Выбросив разбитую лампу, с поврежденной спиралью, он взялся за следующую. Вскрыть ее тоже не вышло, колбы у этих ламп были на редкость прочные, приходилось прикладывать большое усилие, и спираль тоже портилась. Пришлось вскрыть одну из передних фар, и тут наконец, все получилось. Стекло оказалось разбито, а спираль не повреждена.

Прикрутив к контактам лампочки провода, и зафиксировав все это изолентой, найденной вместе с инструментами, Шутник отщепнул немного ваты, что имелась в комплекте с перевязочными пакетами, обернул ватой спираль, чтобы не повредить ненароком, и закрепил парой витков изоленты. Запал готов.

— Ну что проверим? — кивнул Шутник псу, и повернул ключ. Панель расцвела огоньками, но единственная уцелевшая фара, не засветилась — живем зверюга, неужто в кои то веки у нас что-то получится?

Снова проверив запасы горючки и убедившись, что в баке остались сущие капли, Шутник вернул на место топливный шланг, снова забрался в салон. Нажав кнопку, запустил двигатель, но фара так и не загорелась, автоматический режим был отключен, теперь фары загорятся только если включить их в ручную. Осталось проверить самый важный момент. Заглушив двигатель, Шутник покинул салон автомобиля, захлопнул дверь, и отойдя на пару шагов, нажал кнопку на брелке сигналки. Машину пискнула, и моргнула фарой, дверь заперлась. Нажав на кнопку брелка еще раз, шутник отпер дверь. Все работало.

Остались сущие мелочи, на которые Шутник не потратил и пяти минут. Прикрутил концы проводов, приделанных к лампочке, к проводам ведущим к задней фаре. Открыл бензобак, и погрузил в него лампочку, оставив ее висеть на проводах, закрыл лючок, чтобы лампочка не провалилась ниже. Теперь следовало позаботиться о приманке. Шутник оторвал ремни безопасности, и прикрутил этими ремнями тело мужика к крыше, чтобы не свалился по дороге. Захлестнул парой витков оторванные конечности, тоже пригодятся.

Вернулся в салон, позвав с собой пса. Завел движок, который без обоих глушителей заорал как истребитель на взлете, и аккуратно двинулся дальше по дороге, проклиная чертов стаб. Как он успел узнать, стабы от стандартных кластеров, чаще всего отличали именно по состоянию дороги. На стандартных кластерах, дорога как правило была нормальной, в то время как на стабах, она обычно разваливалась, обзаводилась внушительным комплектом ям, а на обочинах вырастали целые заросли. Именно такой микро-стаб, Шутник сейчас и проезжал. Убитая дорога, не позволяющая держать хорошую скорость, кусты по обочинам, скрывающие тварей, но к счастью, никто на них так и не напал, вплоть до самой деревни.

Незадолго до въезда в село, дорога вновь стала нормальной, скорее всего именно тут и проходила граница кластеров. Теперь Шутник смог набрать приличную скорость, что было далеко не лишним, так как к ним, сразу же бросились твари, которые, как оказалось, в изобилии населяли мертвую деревню. Тварей было много. Тут и там Шутник замечал уродливые фигуры — на улицах, в домах, сквозь выбитые стекла, некоторые, зачем-то сидели на крышах, впрочем, зараженных оказалось все же меньше чем Шутник опасался — село казалось большим, и он ожидал увидеть здесь не десятки, может сотню-другую тварей, а тысячу, может быть даже пару тысяч. Зомбаки были разными, кто-то попроще, почти человек, кто-то посложнее, то есть поуродливее, но всех тварей объединяло только одно — в данный момент, они побросав свои дела, неслись к машине.

Резко вывернув руль, Шутник уклонился от самой шустрой твари, выбежавшей на дорогу, вильнул в сторону уходя от следующего зомбака, и поддал газу. Свернул на повороте в сторону, и погнал дальше, до следующего поворота. Не сбавляя скорости, но и не разгоняясь выше сорока километров, нельзя было допустить чтобы хвост отстал — сейчас, за машиной бежало никак не меньше сотни тварей.

Шутнику удалось навернуть примерно половину круга по периметру деревни, добавив в растянувшуюся по дороге цепочку монстров еще пару десятков, когда ему на глаза попалось наверное самое высокое здание в этом селе. Что-то трехэтажное, возможно школа, может быть садик или еще что-то казенное.

— Годится. Рыжун, когда скажу тащишь нас на крышу понял?

Дав по тормозам, Шутник выхватил пистолет и встретил ближайшую тварь пулей в лоб, позволив ей подобраться вплотную к машине. Еще один зомбак вскочил на капот, и тут же упал с простреленной башкой. Очередной монстр сунувшись к окну получил пулю в голову и свалился под ноги следующему желающему, тот споткнулся о него, завалился на землю, и тут же получил пулю в затылок.

Вокруг машины собиралась толпа, Шутник валил зомбарей буквально в упор, позволяя им подобраться поближе, чтобы получилось нагромоздить тела, которые бы мешали добраться до него другим монстрам. Пистолеты уже опустели, и Шутник взялся за винторез, которым орудовать в салоне автомобиля, было не так удобно. Мужик на крыше, к которому под спеком видимо окончательно вернулось сознание, дико орал, привлекая все больше зомбаков, но каким-то чудом, до сих пор был жив.

Все вроде шло неплохо, как вдруг на капот вскочила здоровенная тварь, одной рукой, отшвырнула как котенка валяющегося на капоте зомбака, и сунулась было в салон сама, но там уже было пусто — человек с собакой уже ушли телепортом на крышу здания. Отложив в сторону винторез, и переключившись на гаусс-винтовку, Шутник повернул регулятор зума. Прицелившись в затылок монстра, склонившегося над вопящим огрызком человека, на крыше машины, Шутник вогнал ему в башку стальную пулю — побоявшись, что свинцовая, может не пробить костяные наросты, сросшиеся во что-то, напоминающее шлем, вокруг башки монстра. Мертвая тварь свалилась прямо на мужика, отчего тот заорал еще громче, а возбужденные твари, начали карабкаться на крышу еще активнее. Кто-то ухватил одну из оторванных конечностей, потащил в пасть, смачно зачавкал, так что Шутник услышал этот звук даже находясь в паре десятков метров. Остальные твари бросились к жрущему зомбаку, вырывая из пасти куски мяса, другие пытались выковырять из под мертвой, матерой твари орущего, и все еще каким-то чудом живого гопстопщика.

Шутник посылал в скопище монстров пулю за пулей, до сих пор оставаясь незамеченным, а со всех сторон к машине стекались ручейки из тварей, не таких резвых, или может быть не таких голодных как те, что были в первой волне. Скоротечная погоня автоматически рассортировала тварей. Те что были более развиты и сильны, отстали от машины ненамного, именно их сейчас и убивал Шутник. Те что были послабее, отстали чуть сильнее, подбегут когда Шутник закончит сильными тварями.

Первая волна монстров, которые от машины почти не отстали, закончилась, благо развитых зараженных было не так много. Шутник успел перезарядить обе винтовки, когда подтянулись твари что отстали чуть сильнее.

Отстрел он начал еще на подходе, монстры падали один за другим, но решительности не теряли — до сих пор живой, пусть и здорово обкусанный гопстопщик, продолжал дико орать, привлекая тварей. Шутник даже удивлялся такой живучести — оторванные конечности, содраная с морды шкура, кишки, которые вывалились из вскрытого брюха и сизыми червяками валялись на земле… А мужик все еще жив. Проживет он конечно же считанные минуты, но это все равно было удивительно. То ли дело в столь мощном организме иммунного, то ли в спеке.

Пули закончились, Шутник выхватил из кармана еще два магазина, заменил, положив пустые магазины в карман, переключился на бронебойные — как он называл обычные стальные болванки — и всадил пулю промеж глаз опасной на вид твари, ростом хорошо так за три метра. Почему такое страшилище оказалось не в числе первых — непонятно. Башка монстра мотнулась, откинулась назад, шея изогнулась под немыслимым углом, но тварь лишь покачнулась. Стальная болванка не смогла пробить бронированный лоб, зато тварь что-то сообразила, и принялась мотать башкой, в поисках атаковавшего ее противника. Шутник мгновенно ушел в стелс, утащив с собой пса, и повернул регулятор напряжения, наращивая мощь винтовки. Отсчитав положенные секунды, чтобы успели зарядиться конденсаторы, Шутник сбросил стелс, прицелился в тварь, которая тоже его увидела и даже открыла было пасть, чтобы что-то зарычать, но в тот же миг, пуля вошла аккурат в раскрытый рот, и полетела куда-то дальше, унося с собой половину черепа.

В этот раз хлопок выстрела оказался намного громче, и тянуть дальше было нельзя. Твари услышали, и в любой момент могли бросить машину, которая полностью скрылась под шевелящейся кучей тел, и броситься на поиски человека.

Впрочем получилось даже лучше чем Шутник ожидал. Он думал, что вокруг машины удастся собрать десяток тварей, может два, потом бедняга-гопстопщик просто закончится, но то, что набежавшие твари начнут жрать трупы своих же родичей, Шутник не учел, и сейчас вокруг машины, на ней, внутри, и наверное даже под ней, копошились столько тварей, что сосчитать их было просто невозможно, десятка три, может пять, и твари все еще прибывали. Монстры устроили пир, пожирая не только трупы, но даже нападая на живых, но слабых сородичей. За огрызки гопстопщика шла настоящая война, твари вытаскивали остатки мужика едва ли не из пастей друг друга, вопили, орали, рычали, созывая все больше монстров, Шутник уже завалил пятерых огромных уродов, если не элитных, то близких к этому… Момента лучше наверное не будет. Вытащив из кармана брелок сигнализации, Шутник нажал на кнопку…

Сигналка сработала штатно, и заперла двери, предварительно моргнув фарами. Помимо единственной уцелевшей фары, загорелась и лампочка с разбитой колбой, опущенная в горловину бензобака. Бак почти пуст, паров бензина там скопилось достаточно, и спустя мгновение, они воспламенились, от раскалившейся спирали.

Грохнул взрыв, разметав толпу тварей, огненный шар осветил сумерки, многие твари загорелись, и теперь вопящими факелами разбегались в стороны, спотыкаясь о трупы, и еще живых, но покалеченных монстров, валяющихся повсюду.

Убило кстати не так уж и много тварей, взрыв паров бензина высокой бризантностью не отличался, скорость детонации не высока, как и плотность ударной волны. Такая волна не плющит кости и не отрывает конечности, если ты не попал почти в самый эпицентр, а скорее как очень сильный ветер, разбрасывает все, что ей попадется по сторонам. Разумеется отбрасывает далеко не мягко и нежно, так что покалеченных тварей было много. Сломанные или оторванные конечности, осколки металла, торчащие тут и там, и прочие травмы, малосовместимые с жизнью человека, но не причиняющие столь уж серьезного дискомфорта зараженным.

Шутник стрелял почти не целясь, любая пуля в такой толпе находила себе цель. Когда оба магазина гаусс-винтовки опустели, он подхватил винторез, высаживая в толпу монстров пулю за пулей, а потом пришла очередь автомата почившего гопстопера.

Расстреляв имеющиеся два рожка, Шутник вошедший в кровавый кураж, убедился, что альпеншток закреплен на поясе, и выхватив оба пистолета, которые уже успел перезарядить, сиганул телепортом с крыши. Он даже не заметил когда успел отдать псу приказ, казалось, просто решил прыгнуть вниз, и вот он уже на земле, а оседающие на землю рыжие хлопья, намекают, что пес благополучно телепортировался обратно.

Даже не уходя в стелс, Шутник принялся палить во все стороны с обеих рук. Освещенные мерцающим светом пожара, и горящих зараженных сумерки, расцвели огненными вспышками выстрелов. Пустые пистолеты упали на землю, твари, с которых схлынула паника, наконец сообразили что кто-то их убивает, загоревшиеся монстры благополучно сдохли, прекратив своим рыком и визгом вносить сумятицу в ряды зомбаков, и монстры, снова стали монстрами, а не разбегающейся дичью.

Скорее интуитивно почувствовав изменение обстановки, а не сообразив умом, Шутник ушел в стелс, и сорвал с пояса альпеншток. Перемещаясь от одной твари к другой, он вскрывал им черепа, а зараженные, мечущиеся тут и там, все еще его не видели, замечая только как падают их сородичи.

Внезапно, хаотично носящиеся твари замерли на мгновение, и вдруг разошлись в стороны, двигаясь едва ли не шеренгами. Монстры, словно договорившись, начали наворачивать расширяющиеся спирали, передвигаясь причудливыми, пересекающимися траекториями, они явно прочесывали улицу.

Прижавшись к стене, пропустив мимо себя подобравшуюся совсем близко тварь, Шутник пробежался взглядом по окрестностям, остановившись на темном сгустке, у стены одного из домов. Присмотрелся, так и есть. Хорошо развитый зараженный, кажется крупнее тех, что Шутник уже завалил, и наверное самый крупный из всех каких Шутник успел повидать за время своего пребывания в улье, не лез в общую свалку. Тварь сидела скрючившись у стены одного из домов, наблюдая за событиями, и, как показалось Шутнику, контролируя и координируя остальных зараженных.

— Рыжий! — Шутник нарисовал в мыслях картину — действуй.

Пес выскочил из телепорта буквально на спину твари. Та все же успела среагировать, даже начала поворачивать голову, но в следующий миг, растворилась в воздухе вместе с собакой. Куда делся пес, Шутник не заметил, скорее всего вернулся на крышу трехэтажки, а вот монстр, с клокочущим рыком рухнул на асфальт.

Видимо масса твари оказалась слишком велика, и зашвырнуть ее достаточно высоко, пес не смог. Судя по всему, он сумел подбросить монстра метров на сорок, или около того, и рухнув с такой высоты, живучая тварь не сдохла. видно, что приятного в этом было мало, монстр распластался на асфальте, и скорее всего несколько костей все же сломал, однако медленно, но верно, элитник, а это не мог быть никто другой, начал подниматься.

Преодолев разделяющие их пару десятков метров, Шутник вскочил на спину монстра, и нанес несколько ударов по затылку твари. Споровый мешок прикрывал своеобразный костяной воротник, и пробить его альпенштоком не получилось, как и подлезть лезвием под него.

Тварь постепенно приходила в себя. Монстр тряхнул головой, словно просыпаясь и попытался смахнуть со спины назойливого человека. Повезло что двигался монстр все еще вяло, так что Шутник, пусть и с трудом, успел соскочить на землю, избежав когтей твари. Меж тем монстр уже поднялся на одно колено, и потряхивал башкой, несколько секунд и тварь придет в себя, а Шутник уже чувствовал как заканчиваются силы. Пара минут и все, в стелс он больше уйти не сможет.

— Рыжий! Ко мне!

Пес появился рядом мгновенно, словно только этого и ждал. Собака покачнулась, едва устояв на ногах, видимо телепортация такой туши для пса бесследно не прошла, однако на один рывок его все же хватило.

Вывалившись из подпространства на крыше трехэтажки, Шутник запустил руку в рюкзак, схватил одну из валяющихся россыпью пуль, зарядил в магазин, вставил магазин в винтовку, повернул регулятор на максимум, и все это за каких то пару секунд. Шкала зарядки конденсаторов заполнилась лишь немногим больше чем наполовину, когда монстр поднялся на ноги. Ждать дальше было нельзя.

Прицелившись в голову, Шутник потянул за спусковой крючок. Грохнуло. Голова твари раскололась как орех, забрызгав все вокруг своим содержимым. Тело несколько мгновений стояло, словно не понимая, что уже мертво, а потом рухнуло, и одновременно с этим, рядовых тварей словно отпустило. Стройные траектории, которыми зараженные прочесывали окрестности, рассыпались на хаотичным метания из стороны в сторону, но нашлось несколько сообразительных монстров, что полезли на крышу. Все же заметили.

— Рыжий, кажется я был излишне самоуверен — нервно хихикая, и набивая магазины дрожащими руками сообщил Шутник — по ходу нам пизда.

На край крыши вскочила тварь. Каким образом она забралась по бетонной стене на третий этаж, для Шутника так и осталось загадкой. Вскочив, он бросился к зомбаку, пока тот не успел ничего сообразить.

— Это Спарта, сука — заорал Шутник пинком отправляя тварь обратно, и посылая вдогонку пулю.

Зараженный рухнул на асфальт, прилетевшая вслед за ним пуля, поставила точку в истории конкретно этого зомби, а Шутник, вскинув винтовку, поймал в перекрестие прицела слишком умную тварь, которая пристально пялилась именно на ту самую крышу, на которой засел Шутник.

Мозги слишком умного зомбака расплескались по округе, забрызгав не столь умных сородичей. Еще несколько тварей свалились замертво, но место окончательно спалилось, и теперь целая волна зараженных поперла штурмовать здание.

Справедливости ради, стоит сказать, что далеко не все твари решили попробовать достать с крыши одинокого человека, большая часть монстров наплевав на разборку, подъедала мертвых, или раненных сородичей, и охота за человеком, столь мелким что скорее всего мяса им все равно не достанется, их не прельщала. Однако же пара десятков тварей упорно штурмовали крышу, часть из них каким-то образом карабкалась прямо по бетонным стенам, остальные, видимо обладающие не столь мощными когтями, ломанулись внутрь, очевидно пытаясь отыскать путь на крышу изнутри. Этих можно было не бояться, вряд ли они отыщут дорогу так уж быстро, да и чердак скорее всего заперт, сосредоточиться следовало на тех, что карабкаются по стенам.

Твари оставшиеся внизу, видимо были не особо развитыми, карабкались не так чтобы очень умело, часто срывались, падая и сшибая попутно тех, кто карабкался ниже. Шутник не забывал посылать в макушки монстрам пулю за пулей, под конец все же начав экономить, и добивать тех тварей что почти добрались до верха, альпенштоком.

Шум и возня со стороны будки, в которой располагался выход на крышу, Шутнику не понравились, очевидно зараженные все же отыскали дорогу, и теперь вскрывали запертые двери. Оставаться на крыше больше было нельзя.

— Ладно Рыжун, я знаю, что ты устал, но надо отсюда сваливать.

Шутник похлопал себя по карманам, отыскал еще два шприца со спеком, и вколол один себе в шею, другой в холку псу. Усталость начала отступать прямо на глазах, руки, которые уже не хотели подниматься, вдруг обрели казалось, небывалую силу, винтовка, тянувшая их к земле, резко потеряла в весе, а стелс, запасов, которого уже не осталось, восстановился. Разумеется силы восстановились не полностью, но как минимум две-три минуты абсолютной невидимости, Шутник, как ему казалось, мог из себя выжать. Стоит надеяться, что и пес, подкопил заряду на пару прыжков.

— Вон тот большой дом, давай туда — указал Шутник направление псу, где спустя мгновение и очутился. На ногах конечно же не устоял, свалился на шифер, загремев обеими винтовками, висевшими за плечами, но твари занятые штурмом трехэтажки, его не услышали.

Стрелять отсюда в принципе было можно, головы тварей были неплохо видны, но Шутник решил, что привлекать к себе внимание не стоит. Совершив еще четыре прыжка, человек и пес, отдалились от места побоища на добрый километр. Тут было спокойнее, все твари что были поблизости, сбежались на шум, а нашумели там изрядно. Добычи море, лишь бы никто не приперся сюда раньше чем он, Шутник, выпотрошит набитых за ночь монстров. Впрочем, все это потом, сейчас надо было отдохнуть хоть немного, действие спека скоро закончится, а потому человек с собакой, аккуратно прокрались к чердачному окну.

Сначала шутник закинул на чердак собаку, забросил рюкзак и обе винтовки, потом залез сам, чудом не напоровшись на торчащий из рамы гвоздь. Как следует прислушавшись, и убедившись, что в доме никого нет, Шутник забрался в самый дальний от чердачного окна угол, так чтобы заметить с первого взгляда его было нельзя, и достав флягу с живцом, выхлебал добрую половину. Вторую половину отдал псу. Вокруг стояла такая звенящая тишина, что Шутник, твердо уверившись, что все кто мог ходить убежали к школе, а те кто ходить не умеет им не опасны, расхрабрился, и открыл банку консервов. Наскоро перекусив, и чувствуя как усталость одолевает с новой силой, Шутник решил все же вздремнуть, все равно надо было переждать ночь. Уже окончательно стемнело, и орудовать в такой темноте было опасно.

Глупо наверное, было спать в деревне набитой зараженными, но покинуть село сейчас никак нельзя — уже стемнело настолько, что без фар ехать нереально, а фары будут выдавать их местоположение за километры. По идее, твари отсюда ушли. Все они сейчас в центре, там где Шутник устроил побоище. Не найдя Шутника, они должны начать жрать трупы своих сородичей, благо каннибализм у них, явление далеко не редкое. По-большому счету, уходить с места побоища им незачем, так что слегка покемарить можно без опаски. Пес спит чутко, и услышит тварей за сотню метров.

Приняв такое решение, Шутник набил магазины оставшимися патронами, которых кстати осталось совсем немного, и положив на расстоянии вытянутой руки обе винтовки и один из пистолетов (для второго не было патронов) погрузился в неглубокий, чуткий сон, или скорее полудрему, в которой провел, временами просыпаясь и прислушиваясь к звукам снаружи, следующие несколько часов.

Так толком и не поспав, но все же хоть немного отдохнув, едва в чердачном окне показалось светлеющее небо, Шутник достал из рюкзака последнюю банку тушенки. Позавтракав, поделив тушенку с собакой, Шутник скрылся в стелсе, и отправился на вылазку, оставив пса на чердаке.

В доме, в котором они засели, и в его окрестностях, тварей не было. Видимо ночью все и впрямь убежали к месту побоища. Трофеи лежали именно там, и толпу зараженных, которая скорее всего ошивается неподалеку от трупов, надо было увести подальше, чтобы не мешали потрошить споровые мешки. Осталось только придумать как их сюда завлечь.

Собственно завлечь их сюда было не трудно, стоит выпустить в белый свет пару очередей, как монстры приблизительно определят его местоположение и пойдут сюда. Сам же Шутник вместе с собакой либо свалят в стелсе, либо уйдут телепортами, вот только твари, не найдя ничего интересного, могут захотеть вернуться туда, где вдоволь валяется мяса их сородичей, так что надо было их тут каким-то образом удержать.

Судя по тому, что Шутник видел вчера, тварей там осталось никак не меньше сотни, а патронов у него штук шестьдесят. На всех не хватит, а ведь есть ли еще в деревне твари, или они уже успели разойтись — непонятно.

Спустившись с чердака, Шутник пробежался по комнатам, в поисках того, что могло бы ему пригодиться. На глаза попался музыкальный центр, с огромными, даже на вид мощными колонками. В принципе, его можно включить, и твари побегут на звук, скорее всего, вот только электричества в сети нет. Что он искал, Шутник не мог бы объяснить даже самому себе, просто был твердо уверен, что когда найдет — поймет.

Сунувшись в кухню, он понял, что централизованного газоснабжения в деревне нет, но это было даже хорошо, так как газовая плита, была подключена к большому баллону, литров наверное на пятьдесят. Покачав емкость и убедившись, что газа в баллоне не меньше половины, Шутник скрывшись в стелсе, прокрался в соседний дом.

Тут тоже стоял большой газовый баллон, к которому подключалась плита, централизованного газоснабжения, опять же, не было. Следующее что порадовало, это пристройка, рядом с гаражом, в которой обнаружился здоровенный бензиновый генератор. Не портативный вариант, а здоровая, стационарная хреновина. Судя по всему, в здешних местах электричество вырубалось частенько, иначе зачем владельцам дома такой агрегат?

Впрочем, уже было с чем работать, осталось проверить в исправном ли эта штуковина состоянии. Заглянув в прозрачную стенку бачка генератора, Шутник убедился, что горючее там есть. Потратив пару минут он разобрался как завести штуковину, и мысленно перекрестившись, потянул за тросик стартера. Генератор чихнул движком, но заводиться не пожелал. Шутник отступать тоже не хотел, и рванул трос снова… Спустя минут пять, чертова хреновина все же затарахтела, в гараже зажглась лампочка, а Шутник поспешил вырубить агрегат. Он проверил все, что хотел. Да, генератор работает, и да, он уже подключен в сеть дома, тянуть провода не придется, можно было готовить отвлекающий маневр, а заодно и встречу для остатков зомбарей.

Сходил в соседний дом, позвал собаку, заодно, в пару ходок, притащил оттуда музыкальный центр, со здоровенными колонками, наверное высотой Шутнику по пояс, и газовый баллон с кухни. Покопавшись в коробке с дисками, выбрал болванку с русским роком, и воткнул вилку в розетку. Генератор уже негромко тарахтел в своей пристройке, звукоизоляция была сделана весьма качественно, и звука практически не было слышно уже в пяти-шести метрах, но все же следовало поторопиться. Слух у тварей очень чуткий, возможно они уже несутся сюда во весь опор.

Шутник врубил музыку, вывернул колонки на максимум, при этом едва не оглох под напором мощных гитарных аккордов, выкрутил вентили газовых баллонов на максимум, и выбежал из дома, включив в гостинной — комнате с самыми большими окнами, свет.

Акустика оказалась шикарной. Дверь и окна были закрыты, но звуки все равно было отлично слышно, впрочем этого было мало, тварей следовало пригласить к обеду более явно. Выстреляв в небо магазин пистолета, Шутник решил, что этого достаточно, и подозвав собаку, отдал приказ телепортнуться на крышу дома с другой стороны улицы. Оказавшись на крыше, Шутник растянулся на твердом шифере, мысленно проклиная себя за то, что не позаботился о том, чтобы прихватить что-нибудь, чтобы подстелить под брюхо, но делать что-то было уже поздно.

Спустя несколько минут, он отчетливо услышал знакомое урчание, и вдалеке показалась небольшая стая зараженных. Тварей было немного, не более двух десятков, но то с одной стороны, то с другой, Шутник замечал как стягиваются на звук мелкие группки, и одиночные твари.

— Давайте, ребят, поторапливайтесь, пропустите всю вечеринку — улыбнулся Шутник, настраивая винтовку. Выкрутив на максимум зум, он прицелился сквозь огромное окно гостинной в горящую лампочку, это был его импровизированный запал.

Твари между тем добежали до дома, откуда слышался шум, и не сбавляя скорости ломанулись внутрь. Легко вынесли двери и окна, и принялись носиться из комнаты в комнату, в поисках того, кто издает шум. Шутник видел мелькающие в окнах силуэты тварей, однако музыкальный центр продолжал играть, твари его скорее всего нашли сразу, но умом уроды не блистали, а потому продолжали шнырять по дому, пытаясь что-то отыскать. Твари окружили дом кольцом, внутрь сунулись только самые нетерпеливые, другие наворачивали круги поблизости, кто-то из монстров решил, зачем-то, взобраться по стенам на крышу. Шутник огляделся по сторонам, убедившись, что больше на шум никто не пришел, и решил, что лучшего момента не будет.

Прицелился в лампочку, хорошо видимую сквозь огромные окна гостиной, и потянул за спусковой крючок. Глухо хлопнул выстрел, пуля прошла почти по касательной, расколола стекляную колбу лампы, а раскаленная спираль, тут же вспыхнула, оказавшись в кислородной среде. Газ, уже заполнивший к тому моменту дом, и как надеялся Шутник, не успевший улетучиться сквозь открытую дверь и пару разбитых окон, сдетонировал.

Раз пошла такая пьянка,

расставляйте стаканы…

Успели проорать колонки, прежде чем их вынесло взрывной волной из дома, вместе со всем остальным содержимым. Взрыв газа, это страшная штука, особенно такой вот, объемный. Когда взрывается не сам по себе баллон со сжатым пропаном, а целый дом, заполненный горючим газом. Полыхнул огненный шар, разнося дом едва ли не в щепки, разбрасывая в разные стороны тварей, и горящие обломки. Несколько кусков пеноблочных стен, долетели до дома, на крыше, которого прятался Шутник с собакой, но пронесло, и кусками стен их не прибило.

— Рыжий, валим отсюда. Сейчас все кто еще уцелел в этой деревушке, точно сбегутся сюда.

Пес рванул телепортом сразу домов через семь. Вывалившись из рывка на крыше следующего дома, Шутник даже не успел толком сориентироваться, как пес снова ушел в рывок, повторяя маршрут вчерашнего отступления в обратном порядке.

Спустя несколько минут, они уже были перед трехэтажным зданием, где вчера держали оборону, и смогли оценить масштаб деяний рук своих. Посреди улицы стоял обугленный остов машины, вокруг валялись куски тел, и целые тела зараженных, трупов реально было много, часть из них, была явно обглодана. Особняком лежал труп той огромной твари, башку, которой Шутник так и не смог пробить альпенштоком. В первую очередь, пролутать надо было именно ее.

Побродив в стелсе по округе несколько минут, и убедившись, что тварей рядом нет, Шутник рискнул приблизиться к поверженному монстру.

— Ну нихрена себе слоняра — присвистнул он, осмотрев тварь — Рыжий, ты как этого динозавра поднять сумел? Он же весит с полтонны наверное.

Пес не ответил, додумывать ответ за собаку Шутник не стал. Дураку понятно — раз сумел, значит сумел и все. Радоваться надо что силы пса растут, а не задаваться риторическими вопросами.

Прикинув так и эдак, Шутник все же приступил к вскрытию спорового мешка. У этой твари, споровик оказался надежно спрятан под костяным воротником, а сверху прикрыт чем-то похожим на костяной капюшон, короче добраться до него, было практически нереально, пришлось долбить кость. Как ни странно, но вчера, когда тварь была живой, Шутник так и не сумел проломить костяную защиту, сейчас же, костяные наросты крошились без особого сопротивления. Что из этого следовало? А следовало из этого то, что после смерти твари, ее тело стремительно деградирует, во всяком случае броня точно, так что вставить в свою мотокуртку, пластинки не из пластика, а из брони элитной твари, не получится.

Расковыряв костяную защиту, Шутник добрался таки до спорового мешка, который у твари был просто огромный. Будь голова монстра размером с человеческую, то споровый мешок занял бы весь затылок, но габаритами тварь ушла очень далеко от человека.

Вскрыв споровый мешок, Шутник не стал сбрасывать содержимое в рюкзак, чтобы перебрать паутину потом, ему было интересно, и он принялся за работу прямо на месте, усевшись на мертвую тварь. Оранжевые нити паутины, он, помня что из нее как-то делают спек, решил не выбрасывать, всяко чего-то стоит. Впрочем даже без оранжевой паутины, добра из головы элитной твари добыть удалось немало. Почти весь объем спорового мешка занимали горошины, споранов почти не было, всего восемь штук, а вот горошин — больше трех десятков, но самое главное, среди рыжей паутины, Шутник сразу же углядел небольшой, переливающийся перламутровым блеском, черный шарик. Жемчужина! Да, черная, самого низкого качества, но даже она представляла огромную ценность. Можно сказать, что поход уже оправдался, а ведь основную массу трофеев, Шутник еще не собрал. Убрав жемчужину во внутренний карман куртки, где лежала еще одна такая же, он продолжил лутать монстров.

Пес бдил, и пару раз успевал предупредить о приближающейся, залетной твари. Большие скопления к месту побоища не подходили, а одиночек Шутник валил в рукопашную, без шума и пыли. Заниматься сбором трофеев, он решил максимально тихо, и не привлекая внимания. Работал минут пятнадцать — двадцать, на сколько хватало стелса, а потом прятался на крыше, дожидаясь восстановления запасов сил. Убив на сбор трофеев почти пол дня, каждую минуту рискуя быть обнаруженным, Шутник, пусть и уставший как собака, чувствовал себя настоящим олигархом. Жемчуга к сожалению больше не попалось, зато споранов и гороха было столько, что получилось заполнить ими рюкзак чуть ли не наполовину. На сотом трупе твари, Шутник уже перестал считать тела, а считать горох и спораны, бросил когда горошин было больше сотни, а споранов больше двухсот. Этого добра, при экономном расходе, хватит надолго… неудивительно, что даже в составе большого отряда народ шел сюда, смысл в этом определенно был.

Закончив потрошить трупы, шутник сидел на обгоревшем остове машины, с руками по локоть измазанными черной кровью, и курил сигарету. Бармен, Цыган, дай ему улей здоровья, поимел с Шутника немало споранов, но убедил купить на удивление полезные вещи. Начиная с машины и спека, а заканчивая банальной пачкой сигарет.

Когда Шутник, в ответ на предложенную барменом пачку дорогих сигарет, непонятной марки, о которой раньше не слышал, сказал, что не курит, бармен все же настоял на своем, и убедил Шутника купить их. Все это время Шутник думал, что купил бесполезную хрень, но сейчас он был благодарен Цыгану за то, что тот убедил его.

Огонек тлел, пуская к небесам сизые струйки дыма, пепел осыпался с сигареты, зажатой в дрожащих пальцах, а лошадиная доза никотина помаленьку успокаивала нервы. Только сейчас, на Шутника навалился своего рода откат, цель была достигнута, задача выполнена, и сознание позволило себе слегка расслабиться. Одновременно с этим, накатило осознание того, сколько раз за вчерашний день, он был на волосок от смерти, начиная от зараженного волка, или собаки, или кто бы он там ни был, и заканчивая ночным побоищем.

Даже в стычке с пытавшимся его гопстопнуть невидимкой, шансы на выживание были весьма невысоки, а про ночную схватку с парой сотен тварей, даже говорить нечего. Однозначно, Шутник должен был вчера закончить свое существование в брюхе какой-нибудь твари, но мир упорно играет с ним в поддавки, события сходятся в нужной последовательности, как будто кто-то неописуемо могущественный собирает мозаику из разрозненных случайностей, выкладывая их стройной цепочкой. Определенно что-то с этим миром не так, и Шутник все больше и больше склонялся к мысли, что его главная задача — либо доказать себе и остальным искусственность этого проклятого мира, либо окончательно убедиться, что он сошел с ума.

Пока что, идей как это сделать не было, единственная теория, которую можно было проверить экспериментально, это теория перезагружающегося кластера. Может быть и в самом деле, есть некоторый процент иммунных, мозги, которых не выгорают при перезагрузках, а переходят на новый этап развития, как люди, попавшие в улей и не превратившиеся в тварей, переходят на новую ступень эволюции, получая от улья сверхъестественные способности.

Теория в принципе, была рабочей, вопрос в том, как ее проверить? Для этого надо было понаблюдать за парой сотен человек, оставшихся на перезагрузке, а где найти такое количество добровольцев, которые рискнут своими мозгами, Шутник не знал.

— Ладно — Шутник поднялся, бросив недокуренную сигарету на закопченный асфальт — думаю не стоит рисковать всем что мы добыли ради еще пары десятков споранов, так что к взорванному дому мы не пойдем. Теперь надо подумать как добираться до стаба. Думаю мы прошерстим гаражи, должны же у деревенских быть хоть какие-то машины.

Вскрыв один из гаражей, Шутник нашел там старый жигуленок, но где искать ключи от него, понятия не имел. Обыскивать весь дом ради них? Вариант бесперспективный, а как завести машину без ключа, он не знал.

Спустя еще пару гаражей, Шутник наконец наткнулся на то, что по идее должно получиться завести. Это был урал, точнее не урал, насколько помнил Шутник, а мотоцикл МВ, кажется семьсот пятидесятый. По сути эдакий первопредок, протоурал. Армейский мотоцикл с коляской, приводом на колесо коляски, креплением под канистру и самой канистрой, и даже турелью на коляске. Пулемета там конечно не было, но в принципе, можно будет попробовать присрать туда какой-нибудь калаш. Зачем приделывать туда автомат, Шутник объяснять сам себе не стал, как и не стал задаваться вопросом откуда тут взялся этот антикварный драндулет, и какой мазохист все эти годы поддерживал в мотоцикле жизнь… Чертов некромант.

У деда Шутника был подобный мотоцикл, лютый зверь, до ста восьмидесяти его конечно не разогнать, зато сотню он может переть спокойно, причем переть по таким ебуням, где завязнут даже уазики и нивы.

Радовало то, что система зажигания у подобного пепелаца, вскрывалась с помощью ножа и такой-то матери, так что завести драндулет получилось уже после получаса возни с проводками. Покачав мотоцикл туда-сюда, Шутник убедился, что горючки в баке достаточно. Так что смело можно заводить. Попрыгав пару минут на рычаге кикстартера, и таки сумев завести старый мотоцикл, Шутник закинул в багажник коляски рюкзак, пристроил в коляску обе винтовки и автомат, и кивнул на сиденье собаке.

— Забирайся зверюга, в этот раз едем с комфортом.

Пес запрыгнул в коляску, и устроился на сиденье, сам же шутник, прогрев пару минут движок, выжал сцепление, с хрустом переключил передачу, и чуть поддав газу, выкатился из гаража. Несмотря на то, что мотоцикл тарахтел мягко говоря не тихо, твари на звук сбегаться не торопились. Вряд ли эти пара сотен тварей, которых удалось вчера перебить были всем населением деревни, тут жило навскидку не менее пары-тройки тысяч человек, видимо первые обратившиеся сожрали остальных жителей, сожрали скот, и когда деревня потеряла для них интерес, просто ушли. Остались либо самые тупые, либо же твари с избытком патриотизма. Именно их Шутник вчера и перебил.

Вырулив на дорогу, Шутник поддал газу. Погони, как ни странно не было, скорость держать удавалось весьма приличную, но попробовав, ради эксперимента утащить тарантас в стелс, Шутник был вынужден признать, что ревущий мотоцикл, в отличии от тихого электробайка, скрыть у него не получится. Дело было не в том, что армейский урал намного больше электрического чоппера, Шутник чувствовал в себе силы потянуть такой объем, все убивал звук. Скрыть рык этого движка, надолго не получится.

— Жаль — сообщил Шутник Рыжуну — очень уж мне нравилось ездить на мотоцикле в стелсе… Впрочем, знаешь, наверное мы в стаб не поедем, давай сгоняем и проверим не перезагрузился ли автомаг, может быть электромотоцикл снова там?

Приняв такое решение, Шутник прибавил газу, и спустя полчаса, добравшись до поворота к стабу, проигнорировал его, направившись дальше, туда, откуда он пару дней назад, пришел в завальный.

Видимо по сюжету, ему зачем-то нужно было туда попасть, во всяком случае, дорога складывалась на удивление удачно. Пес, сидевший в коляске, заметил угрозу еще до того, как тварь показалась на глаза, Шутник успел остановиться, неторопливо достать винтовку, и прицелиться примерно в ту сторону, в которой пес почувствовал угрозу. Секунд через двадцать, из густых зарослей кустов, метрах в двухстах от дороги, выскочил неплохо развитый зараженный. Человеческие черты он полностью сохранил, разве что мышечной массы набрал порядочно, да морда растянулась, под напором огромных клыков.

Выстрел из винтовки гауса на минималках почти бесшумен. Монстр завалился на спину, Шутник, подъехав чуть поближе, слез с байка, подошел к трупу, вскрыл череп, выскреб четыре спорана, вернулся к байку, и продолжил движение. И таких встреч было еще четыре. Каждый раз пес умудрялся заметить угрозу заранее, и Шутнику без особых хлопот удавалось разобраться, правда твари были низкоранговые, совсем зеленые, ни одного прокачанного зараженного.

Без приключений доехали до водонапорной башни, где когда-то Шутник с собакой заночевали, сбежав из перезагружающегося города, и на крыше, которой познакомились с Кабаном и Шнобелем. Город перезагрузился совсем недавно, вряд ли там были сильно прокачанные твари, но все равно, сквозь этот кусок городского квартала, стоило бы пройти в стелсе, дабы не напороться на какую-нибудь тварь.

Раздавшиеся в глубине квартала выстрелы, намекали на то, что далеко не все люди превратились в монстров, если кто-то стреляет, значит у этого кого-то, хватает ума воспользоваться оружием. Твари для этого были слишком тупы, так что скорее всего, там люди.

Людей Шутник любил намного меньше чем тварей, так что оставив мотоцикл в жиденькой рощице, он скрылся в стелсе и приказал псу затащить их на ближайшую крышу.

Перемещаясь телепортом по крышам высоток, Шутник стал свидетелем настоящей драмы, когда несколько тварей зажали в тупичке молодого парня с девчонкой. Был соблазн скакнуть телепортом к бедолагам, и утащить их на крышу, но Шутник подавил в себе эти глупые позывы. Если ребята позже обратятся в тварей, их придется убить. Если не обратятся — придется взвалить их себе на шею. Ни первого, ни второго, Шутник не хотел, так что оставил парочку разбираться со стаей тварей самостоятельно.

Следующий интересный эпизод, попался Шутнику на глаза, когда пес отдыхал на крыше, переводя дух и восстанавливая силы. Ментовская машина, стоявшая на парковке перед участком, вдруг ни с того ни с сего резко стартовала, но тут же остановилась, врезавшись в столб, а оттуда выскочили три человека. Двое напали на третьего, но не пытались сожрать, как это сделали бы твари, а лишь крыли его многоэтажными матами. Третий же, сумев вырваться, дотянулся до автомата, который упал на землю еще в самом начале стычки, и принялся палить по остальным ментам. Пока полицейские играли в пострелушки, с другой стороны видимо на шум выстрелов, бежали два человека. Вроде бы люди, а не твари, как показалось Шутнику. Были вооружены, да и вели себя очень осторожно, но уверенно.

Мент с автоматом, к тому времени, уже сумел завалить одного из коллег, второй метнулся в участок, вооруженный бросился за ним. Вслед за ментами, в полицейский участок зачем-то забежали два непонятных человека, а спустя несколько минут, выбежали уже три, впрочем Шутник уже не вглядывался в них — пес отдохнул и был готов прыгать дальше.

Преодолев по крышам весь кусок городского квартала, Шутник с псом ушли в стелс, и покинули город пешком. Надо было дойти до автомагазина, и проверить не перезагрузился ли он. Элеткромотоцикл Шутнику очень понравился.

К вечеру, человек с собакой наконец добрались до нужной им локации. Едва перешагнув порог, Шутник понял, что перезагрузка прошла — на него бросился зараженный, одетый в форму охранника. Скрывшись в стелсе и зайдя за спину противнику, Шутник пробил ему затылок альпенштоком, и не побрезговал проверить мелкий, едва наметившийся споровый мешок. Ожидаемо ничего не нашел, но он и не за споранами сюда прибыл. Поднявшись на этаж мотоциклов, Шутник не смог сдержать радости — электромотоцикл нашелся на своем месте.

Раз уж удалось попасть сюда, Шутник заменил свою изгвазданную и местами порванную куртку на новую, спустил мотоцикл, в этот раз не по ступеням, а отыскав технический выход, и убедившись, что батарея даже заряжена, пусть всего лишь на треть, оседлал байк. В этот раз колхозить на бак подушку, Шутник не стал, кое как усадил пса, и придерживая, его, чтоб не свалился, вывернул рукоять газа.

Подъезжая к городку, ушел в стелс, и сумел проехать сквозь квартал не попавшись никому на глаза. Под конец стелс все же свалился, так что пришлось ехать в открытую, несколько тварей увязались следом, но быстро отстали, а люди, если и видели его, то предпочитали уже сами не попадаться на глаза явно вооруженному человеку.

До водонапорной башни не доехал, батарея села раньше, оставшиеся пол километра пришлось катить байк как велосипед, благо он был очень легким. Добравшись до своего верного урала, или как там он правильно называется, Шутник потратил еще полчаса, кое как сумев загрузить мотоцикл на мотоцикл — электробайк лишился всего пластика, который Шутник сумел оторвать голыми руками, и кое как был запихан между уралом и коляской, и там же закреплен тросом, который нашелся в коляске урала. Опасаясь, что это уродство не тронется с места, Шутник был очень удивлен когда железный конь медленно, но верно, начал набирать скорость. Военный мотоцикл действительно был очень мощным и выносливым, даже жаль будет его переделывать, но Шутник в процессе возни с электробайком родил гениальную идею, и теперь ему не терпелось обратиться к Шаману, с просьбой ее реализовать.

Уже затемно, он таки добрался до стаба. Патруль на пикапе с пулеметом встретил его в паре километров от вала, и в грубой форме заставив остановиться, на скорую руку допросил.

— Кто такой — начал разговор усталый мужик средних лет, явно ментат.

— Шутник меня звать, в завальный еду.

— Откуда?

— Из города. Ездил в автомагазин, за запчастями, теперь вот возвращаюсь. Я там номер снимал в гостинице, Цыган меня если что знает…

— Хватит — поднял руку мужик — в деревне бывал на днях? Видел там что-то подозрительное?

— Ни разу там не был — нагло соврал Шутник, чувствуя как голову заполняет серебристый туман, и судя по тому, что ментат никак на ложь не отреагировал, стелс работал даже в мыслях.

— Хорошо, проезжай…

Патрульные двинулись дальше, передав по рации что к стабу едет придурок на мотоцикле, а Шутник продолжил путь к стабу. Пока доехал до КПП, успел повстречать еще шесть патрулей. Как-то необычно много, в прошлый раз вроде бы такого плотного патрулирования территории не было. Видимо за те сутки, что Шутник отсутствовал, успело что-то приключиться. Как бы там ни было, но он, оставив байк на стоянке у военных, и выслушав несколько колкостей и шуточек о том зачем он сменил бентли на этот драндулет, направился в гостиницу. Заплатив Цыгану, и извинившись за то, что не сберег его ласточку, Шутник получил ключ от комнаты, и добравшись до кровати, вырубился мертвым сном, даже не сняв ботинки.

Утром, проснувшись словно с бодуна, он прихватил горсть горошин и побежал к Шаману.

— Здоров дружище, ну что, возьмешься за работу над винтовкой?

— Возьмусь — кивнул Шаман — неужели ты добыл горох?

— Добыл — подтвердил Шутник, а Шаман при этих словах хитро улыбнулся.

— Интересно, где ты их достал? Учитывая, что отряд, который пошел чистить деревню, вернулся назад через пару часов с пустыми руками зато с историей о том, что кто-то из соседних стабов претендует на территорию Завального. По их словам, деревню зачистила мощная группа, перебив почти все живое, так что теперь мы в состоянии боевой готовности… Кстати спораны и горох наверное, в ближайшее время подорожают.

— Все то ты понимаешь — ухмыльнулся Шутник — не скучно так жить? Зная наперед ответы на свои вопросы?

— Нет не скучно — покачал головой Шаман — знаешь, я ничего никому не скажу, но ты должен быть готов к тому, что Сыч узнает, что это не соседний стаб направил в нашу деревню свою боевую группу, а один не в меру везучий новичок, зачистил всех тварей в одну харю.

— Ну и что с того? — поинтересовался Шутник почуяв нехорошие нотки в голосе знахаря — многие ходят в деревню.

— Да, многие, но как правило валят пять-шесть тварей, и возвращаются. Ты же, каким-то образом перебил всех, то есть практически ничего не оставил остальным. Это плохо, Сыч будет недоволен. Понимаешь, мы живем на маленькой территории нормального пространства, окруженной океаном черноты. Наш клочок земли размером чуть больше московской области, а ютятся здесь почти десяток стабов, территории мало, с большой землей наша локация соединяется либо узкими кластерами-мостами, либо островками зелени, посреди черноты, своего рода архипелагами, по которым тоже можно пройти сквозь черноту. Охотничьих угодий немного, мы привыкли жить едва ли не по графику — сегодня чистим один кластер, через неделю второй, через две третий, через три — четвертый. А там уж и первый снова перезагружается. Всем хватало добычи, участки были поделены, а ты нарушил баланс.

— Ну перезагрузится ваша деревня, делов то?

— Перезагрузится конечно, а до тех пор будет держаться дефицит споранов. Знаешь, никто не в курсе, но я то знаю — Сыч специально придержал чистильщиков, чтобы дождаться элиты. Жемчужина ему нужна, так что если окажется, что это ты увел у него из под носа добычу, он очень расстроится.

— Не было там жемчуга — сосредоточившись на воспоминании, и каким-то образом поняв, что оно скрылось в ментальном стелсе, Шутник покачал головой — горох, спораны, не было жемчуга.

— Ладно — кивнул Шаман, но все равно готовься. Может не сразу, но Сыч сообразит, особенно если добычей будешь светить.

— Не буду — успокоил Шамана Шутник — если ты не сдашь то больше никто не сдаст. Я пока не успел засветиться, кроме как твои услуги, мне больше ни от кого тут ничего не нужно.

— Хорошо, я винтовку сделаю. Цену помнишь?

— Помню, и у меня еще есть заказ сможешь сделать?

— Рассказывай, и готовь кошелек — улыбнулся Шаман — я то знаю, что ты у нас жутко богатый человек, так что даже не думай выбивать скидку.

— Ладно — кивнул Шутник, пойдем покажу что я привез, расскажу что хочу получить, а уж потом озвучишь цену.

Глава 27

Расставшись почти с половиной добычи — проклятый Шаман драл цены безбожно, Шутник все же остался доволен. Уже вторую неделю он почти безвылазно торчал в гостинице, стараясь особо не мелькать и не попадаться на глаза лишним людям, и сегодня, наконец, он идет забирать свои игрушки.

Шаман пахал не покладая рук, и даже привлек кого-то из сторонних специалистов, не сумев справиться с частью работ, но все наконец-то было готово, и Шутнику не терпелось посмотреть, что же получилось из его идеи.

— Заходи дружище — поприветствовал Шутника Шаман, явно довольный проделанной работой — давай расскажу и покажу, что у нас получилось.

— Показывай — улыбнулся Шутник — а то я уже заждался.

— Ну смотри — Шаман провел Шутника в гараж, но не у армейцев, а неподалеку от цехов, и сдернув брезентовый чехол, указал на мотоцикл — как ты и просил мы убрали движок, и присобачили на этот драндулет электромотор и блок батарей. Батарею я кстати существенно увеличил, теперь без подзарядки можно проехать километров двести, правда канистры у тебя больше нет — там теперь ящик с батареями. В баке и в раме там где был мотор, тоже батарейные блоки, зарядка от обычной розетки.

— Отлично — кивнул Шутник — а что с винтовкой?

— Все прекрасно — Шаман подошел к байку и указал на крепежи между коляской и мотоциклом, в которых висели обе винтовки Шутника — гауссовка, и винторез. Вытащив из крепежей гауссовку, Шаман протянул ее Шутнику.

Сразу же бросился в глаза переделанный прицел, теперь его окружал металлический кожух. Линза закрывалась особой диафрагмой, наподобие диафрагмы фотоаппарата. Нажав кнопку, показанную знахарем, Шутник увидел как прицел, внутри кожуха, отделился от винтовки, и повис внутри, не касаясь стенок кожуха.

— Электромагниты — кивнул Шаман — давай, уходи в инвиз.

Шутник исчез, вместе с винтовкой, вот только если посмотреть спереди, была заметна линза. С боков прицел, который оставался внутри кожуха видимым, прикрывался невидимым кожухом, и увидеть его было нельзя, кожух прекрасно преломлял потоки света, скрывая внутренний прицел, а вот спереди и сзади ничего не было, и прицел был виден.

— Диафрагму закрой, вот тут кнопка — показал Шаман, и Шутник сделал как он сказал.

Перегородка, закрывшаяся перед линзой прицела, спустя мгновение тоже ушла в стелс, исчезла, и теперь увидеть прицел спереди было невозможно. Осталась только одна открытая сторона — со стороны окуляра, куда и заглянул Шутник. К его удивлению, прицел прекрасно работал, теперь можно было целиться не выходя из невидимости, а диафрагма, которая как ему казалось будет мешать, при взгляде изнутри, была такой же прозрачной как и при взгляде снаружи, и совсем не мешала.

— Смотри, аккумулятор в прицеле неплох, но электроника будет работать не больше пятнадцати — двадцати минут. Потом надо будет вернуть его на место, чтобы он подзарядился от винтовки. Кстати про подзарядку, ну ка, проявись.

Шутник проявился в видимом спектре, и передал Шаману винтовку. Тот сдвинул с приклада небольшую крышку, и показал на стандартную розетку, встроенную в приклад.

— Блин Шаман, почему колхозно-то так? Ты бы хоть покрасил ее что ли, а то белая розетка на винтовке, выглядит так как будто я эту пушку в хозтоварах купил.

— Повыпендривайся мне тут. Закрываешь крышку и все, нет никакого колхоза, зато теперь у тебя полноценная розетка на двести двадцать вольт и одним киловаттом. Можно заряжать аккумуляторы мотоцикла. Не быстро, но часов за восемь зарядятся, шнур рядом с крепежом, так что при нужде, можно ехать напрямую получая электричество с реактора винтовки. Ехать не быстро, но все же можно.

— Шаман, ты чудо. Работа проделана просто классная.

— Любой каприз за ваши деньги — усмехнулся Шаман — винтовку я перепрошил на русский, вот даже краткую инструкцию тебе написал, осваивай, и можешь выходить в одно рыло хоть против сотни тварей, а на этом байке, ехать хоть на край света. Ты теперь сам себе и транспорт и заправка… Ах да, вот, держи, презент от фирмы, я из старого противогаза сделал.

Шаман залез в карман, и вытащил очки на ремешке. Круглые стекла, от противогазов, кожаная, ну или возможно дермантиновая обшивка, вот только крепления ремешков какие-то нестандартные, Шутник понимал, что ему на голову они не налезут.

— Себе ты и сам найдешь — прочитав его мысли улыбнулся Шаман — это псине твоей, ты же ее в коляске возить будешь? Так ей хоть муха в глаз не прилетит.

— Спасибо дружище, хорошо поработал. Разорил меня конечно на круглую сумму, но не жалею ни одного спорана.

— Правильно — кивнул Шаман — ты у нас теперь имба. Можешь перемещаться на большие расстояния бесшумно, не привязан к заправкам или генераторам, а в розетку, что на винтовке, можешь подключить хоть телевизор, хоть холодильник. Я тебе в багажник коляски электроинструмент кое-какой закинул. Болгарка, электропила, даже сварочник, и всем этим ты можешь пользоваться запитывая от винтовки, а если снять кожух, то от реактора можешь даже греться.

Пожав Шаману руку, Шутник еще долго хлопал его по плечам. Работа и впрямь проделана отличная, а учитывая то, что все эти две недели Шутник не херней страдал, а активно тренировал стелс, хлебая литры горохового раствора и обкалываясь спеком, он вполне сможет утащить в стелс даже такой здоровый мотоцикл, если он конечно же получился таким же тихим как исходный электробайк.

Шутник заметил интересную особенность — если растратить весь запас стелса, а потом, уже будучи на нулях, обколоться спеком, и получив еще пару минут инвиза тут же слить их, причем слить не высаживанием стелса поминутно, а срывая его резким звуком, выстрелом к примеру, чтобы из носа хлынула кровь, а по мозгам шарахнуло откатом, то потом, когда запас сил восстановится, он пусть и ненамного, но увеличивается. От более серьезных экспериментов с этой наркотой, останавливали только слова Шамана, что спек штука хорошая, но лишь в очень небольших количествах. Если злоупотреблять, то можно превратиться в законченного наркомана, с напрочь прогнившими мозгами. Превращаться в нарка, Шутник не хотел, так что приходилось принимать спек очень аккуратно.

Собаку наркотой он пока решил не колоть. Пес и так помаленьку прокачивался, а на днях произошел интересный случай. На задней лапе, у собаки вздулась какая-то шишка. Пес скулил и хромал, так что Шутник перепугавшись побежал к местному лекарю. Тот поводя над собакой руками успокоил Шутника, заверив, что ничего псу не угрожает, а потом, сбрив с шишки шерсть, вскрыл ее скальпелем, и поковырявшись в крови и гное пинцетом, извлек короткую металлическую спицу, и пару болтов.

— Регенерирует пес твой — усмехнувшись объяснил лекарь — ему операцию я так понял делали? Штифт стоял.

— Ну да — кивнул Шутник — машина сбила, еще в молодости.

— Кости срастаются, перестраиваются, штифт больше не нужен, вот организм и избавляется как может. Если у него еще какая-то хирургическая херня есть, возможно скоро тоже вылезет.

— Вроде бы нету — покачал головой Шутник, и почесав псу шею, заметил, что ошейник как-то слишком уж туго затянут. Расстегнув ремень и перезастегнув на новую дырку, Шутник понял, что шея пса стала несколько толще, потому и ошейник тесноват, да и росту в собаке добавилось. Меняется пес. Интересно, что из него получится когда процесс все же завершится.

Спустя пару дней, подобная же ерунда произошла и с Шутником. Проснулся он посреди ночи от резкой боли, в челюсти. Подушка была в крови, изо рта натекла едва ли не лужа. Метнувшись в ванную, Шутник сплюнул, и вместе с красной кляксой в белой раковине, увидел обломки зуба. Если бы это произошло пару дней назад, то Шутник уже метался бы в панике, но после случая с собакой он был готов. Утром, сходив к лекарю, его догадки подтвердились — на месте выпавшего зуба, начал отрастать новый. В течении следующих нескольких дней, у Шутника выпали все «мертвые», как назвал их лекарь, зубы. То есть те зубы, которые были запломбированы, и в которых был убит нерв. К сожалению росли новые зубы пусть и быстрее, чем положено, но ненамного, так что сейчас он ходил частично беззубый, и вид имел не самый приятный, потому что керамические протезы пары передних зубов, тоже активно отторгались организмом, и лекарь предложил их просто удалить. Так организму будет проще.

В общем Шутник за пару недель неплохо сумел прокачать свои навыки, пес тоже не отставал и скорее всего это далеко не предел. Теперь они не ограничены в перемещениях, и могут поехать куда угодно, главное на черноту не залезать, и у Шутника на примете уже было одно местечко — в ближайшие дни должна перезагрузиться деревня, и стоило попытаться снова навестить ее раньше остальных.

Сыч так и не понял, кто же зачистил территорию деревни, даже успел поругаться с представителями нескольких соседних стабов, когда те приехали с караваном торговцев, но вроде как в серьезный конфликт эта размолвка не вылилась. Ну зачистила бригада залетных рейдеров деревню, не воевать же из-за этого? Обычная, слаженная боевая группа, правда то, что этой группе удалось без палева добраться до деревни, не попав на глаза никому из местных, зачистить деревню, включая элитника, и так же незаметно уйти, заставляло задуматься. Такая группа, приди ей в голову ударить по стабу, наверное смогла бы просочиться на территорию сквозь ментатов, да и наделать немало шума внутри. Впрочем нервничал только Сыч, вышестоящее начальство (а оказалось, что безопасник тут далеко не главный) относилось к ситуации более-менее пофигистически. Сыч впрочем свою паранойю сразу же глушить не стал, видимо сказывалась профессиональная деформация. Дней десять патрули ходили усиленными раза в два, но в последние дни градус паранойи все же спал, Сыч убедился, что никто на них не нападает и дал отбой оранжевому уровню готовности. Шутник же, в последние дни все чаще и чаще представлял себе какая рожа будет у Сыча, когда деревню кто-то снова зачистит раньше чем официальный отряд Завального.

Представлял и пытался убедить себя, что на рожон лезть не стоит. Спораны и горох еще остались, не говоря уж про две жемчужины, так что лучше будет сидеть тихо и не высовываться, но какой-то идиотский зуд в одном месте гнал его в деревню, он был твердо уверен, что ему туда надо, даже если это вылезет в конфликт с сычом. Прикинув все так и эдак, Шутник плюнул на логику, Решив, что кривая его куда-нибудь, да вывезет, и решил начать подготовку к рейду в деревню. В прошлый раз было слишком много косяков, в паре моментов едва удалось уцелеть, к этому походу, надо было подготовиться как следует.

Сейчас же, квест по обретению волшебного оружия был завершен, и Шутник получил не только меч, но и крылатого коня. Промежуточная задача была выполнена, и можно было отдохнуть пару недель, прежде чем снова совать голову в новую петлю, а в то, что такая петля вскоре найдется, Шутник был уверен. Не сможет он сидеть спокойно, проедая оставшееся богатство. Проклятый сценарист, этого безумного мира найдет способ втравить Шутника в очередное самоубийственное приключение, так что лучше влезть в него самому, не дожидаясь стимулирующего пинка…

Но все это будет потом, в следующей главе его истории.

Content

Григорий Семух
S-T-I-K-S. Человек с собакой

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27