В.Г. Глушкова

Костромская земля. Природа. История. Экономика. Культура. Достопримечательности. Религиозные центры

Посвящается светлой памяти Дениса Владимировича Соловьева (1971–2010), надежного друга и верного помощника

Рецензенты: д. г. н., проф. А.И. Алексеев (МГУ им. М.В. Ломоносова), д. пед. н., проф. Е.Л. Плисецкий (Финансовая академия при Правительстве РФ)

© Бурыгин С.М., автор идеи и проекта, 2015

© Глушкова В.Г., 2015

© ООО «Издательство «Вече», 2015

© ООО «Издательство «Вече», электронная версия, 2015

Сайт издательства www.veche.ru

Введение

Когда говорят о Костромской земле и костромичах, в памяти всплывают мягкий, певучий, окающий костромской выговор, в основном голубоглазые светловолосые приветливые люди, а также высочайших пищевкусовых качеств молочные продукты, знаменитая порода костромского крупного рогатого скота, получивший мировую славу костромской лен и прелестные, комфортные и экологически совершенные изделия из него – рубашки, кофты, платья, накидки, палантины, пелерины, брюки, куртки, головные уборы, скатерти, салфетки, нательное и постельное белье, занавеси, различные украшения и многое другое и, конечно, чудесные, абсолютно ни с чем не сравнимые по своему художественному достоинству произведения костромских мастеров-ювелиров из поселения Красное-на-Волге и самой Костромы, а также образы красивейших древних монастырей и храмов, которые еще сильней акцентируют редчайшую живописность костромских мест, его речных просторов, лугов, полей и больших лесов.

Только побывав на Костромской земле, можно познать ритм жизни, уклад, традиции населения Поволжья, приблизиться к пониманию нехитрых, правильных по своей сути социальной философии и трезвых планов на будущее жителей небольших городов и сельских поселений, которые меньше, чем жители крупных городов, испорчены потугами перенимать в большей мере вредные и чуждые нам западные иностранные нормы и стереотипы поведения, мышления. Здесь нет повсеместной порочной суеты и поголовного стремления абсолютно любой ценой сделать карьеру и разбогатеть, нет многочисленной растущей толпы опытных обманщиков, нет бесчисленной оравы бесстыдных чиновников-коррупционеров, нет массы сверхвлиятельных чужаков – ставленников властьимущих лиц, хотя элементы проявлений социальных патологий, конечно, есть, но они не стали привычными, резко не бросаются в глаза в этих местах, хотя сполна они еще здесь далеко не преодолены.

Костромская область

На Костромской земле все еще легко и свободно дышится, ощущается русская сущность, как говорится, «все Русью пахнет», и крепнет желание хранить природную и рукотворную красоту России. В Костромской области не было и нет ёмких запасов полезных ископаемых, нет неистощимых источников больших и легких для присвоения денег, поэтому издавна сюда не стремились авантюристы и грамотные жулики. Правило «нет худа без добра» обернулось на Костромской земле естественным сохранением русской сущности и расселением в ней в основном порядочных, трудолюбивых, но в массе своей небогатых людей.

При всей видимой скромности Костромской земли в прошлом именно она неоднократно давала спасение, укрытие от врагов, помогала собирать силы для борьбы с недругами Руси-России русским великим князьям и царям. Так, в 1382 г. великий князь московский Дмитрий Иванович Донской (канонизирован), его семья, митрополит Киприан (канонизирован), московский воевода, наиболее знатные московские бояре при угрозе захвата Москвы ордынским ханом Тохтамышем срочно уехали именно в Кострому, где князь надеялся собрать войско для отражения этого грозного нападения. В 1408 г. его сын великий князь московский Василий I, спасаясь от хана Едигея, также прибыл в Кострому. Московские князья и церковные иерархи оценивали Костромскую землю как надежное место, где можно собрать войско для борьбы с врагами, а Кострому ценили как безопасное место, где в трудный период можно переждать опасность и невзгоды.

Как минимум двое русских святых – Д. Донской и Киприан – видели особую плодоносную силу и духовную мощь Костромской земли, способной в трудный период давать пристанище, даровать решимость русским лидерам и защитникам, придать им уверенность в борьбе за наведение порядка в России (1382, 1408, 1610, 1612, 1613 и др.).

Костромская земля стала местом, где свершилось в Ипатьевском монастыре в 1613 г. призвание на царство первого русского царя из династии бояр Романовых – Михаила Федоровича (1596–1645). Костромская земля с ее Ипатьевским монастырем навсегда вошли в русскую и мировую историю как колыбель Августейшего рода Романовых.

Именно костромской крестьянин Иван Осипович Сусанин зимой 1613 г. ценой своей жизни спас избранного на престол молодого царя Михаила Федоровича Романова, которого поляки хотели убить. Новый царь, по сути, без должной охраны находился, как знали поляки, в костромском селе Домнино, вотчине бояр Романовых. Характерно и то, что в тревожное время Михаил Романов и его мать сочли целесообразным удалиться именно в их костромскую вотчину, труднодоступную для поляков. И. Сусанин – крестьянин села Деревеньки, расположенного близ села Домнино, был взят отрядом польской шляхты в качестве проводника до с. Домнино, а он намеренно завел поляков в непроходимый болотистый лес, и за это был ими замучен. И. Сусанин стал своего рода крестным отцом, спасителем и защитником царского рода Романовых. Он пожертвовал своей жизнью, но не допустил продолжения Смутного времени в России. Костромской крестьянин И. Сусанин стал героем освободительной войны русского народа против польских интервентов в начале ХVII в. Кострома сыграла значительную роль в организации ополчения К.М. Минина и Д.М. Пожарского. Не только И. Сусанин, но и другие костромичи результативно участвовали в начале ХVII в. в освобождении России от польских интервентов. Также самозабвенно они боролись с наполеоновскими захватчиками в составе русской армии и партизанских отрядов в 1812 г., а в ХХ в. сражались против гитлеровских оккупантов. Мощный патриотический настрой, определяемый надежным духовно-нравственным православным стержнем, всегда был и остается характерной чертой костромичей, одаренных от Бога крепким здоровьем и многими талантами, которые они щедро используют во благо России.

Уроженцы и жители Костромской земли еще в далеком прошлом прославили Русь-Россию или опередили (и порой опережают теперь) кое в чем Москву и другие известные русские, российские города. Так, еще в XII–XIII вв. в Костроме, тогда уже значительном городе и важном торговом пункте, возникла одна из первых и немногих на Руси мастерских по изготовлению стеклянных браслетов (пользовавшихся тогда широким спросом у населения), процветали качественные самобытные ювелирное и косторезное искусство, повсеместной была высокая оценка работ костромских мастеров-ювелиров.

И в наши дни настоящие знатоки, истинные ценители, действительно грамотные собиратели произведений русского ювелирного искусства непременно спрашивают в ювелирных магазинах, антикварных и церковных лавках работы именно костромских мастеров: из знаменитого исторического поселения Красное-на-Волге и из самой Костромы. Костромские художники и мастера-ювелиры, используя в своем творчестве народные традиции, достигли широкой известности в России и за рубежом, их продукция неоднократно отмечалась на международных ярмарках и выставках. Примечательно и то, что особенно большого и особой высоты мастерства добились костромичи в создании украшений в первую очередь из относительно недорогих серебра и металла с эмалью. Знающие толк в ювелирном искусстве, без сомнений, предпочтут серебряное изделие красносельских или костромских мастеров-ювелиров, а не чрезмерно дорогую золотую или серебряную поделку скороспелых мастеров из других, хотя и более известных и сановитых мест. Высочайшее качество и разумная цена костромских ювелирных изделий – это своего рода лакмусовая бумажка природной порядочности и духовного здоровья костромичей.

Все мало-мальски образованные люди знают о почитаемой с ХIII в. чудотворной Феодоровской иконе Божией Матери, пребывающей в Костроме в Богоявленском кафедральном соборе. Эта икона считается защитницей семейного благополучия, покровительницей брака, детей, юношества. Перед ней молятся об удачном завершении родов, о скором и благополучном разрешении от бремени. В древних летописях описаны случаи чудесных исцелений возле этой иконы от эпилепсии и беснований, паралича рук, болезней ног, а также возвращение зрения. Эта икона была обретена (обнаружена) костромским князем Василием Ярославичем в 1239 г. и издавна пребывает на Костромской земле, списки (копии) с нее пребывают в разных городах России.

Первым русским митрополитом (ХV в.) в статусе митрополита Московского и всея Руси, выбранным без согласия Константинопольского патриарха, стал именно костромич, уроженец окрестностей г. Солигалича, села Одноушева, вошедший в историю как митрополит Иона Московский, русский святой, всея России чудотворец. Святому Ионе, митрополиту Московскому и всея Руси, молятся и просят о помощи при нашествии врагов и об избавлении от зубной боли. Он является одним из главных божественных покровителей не только его родной Костромской земли, но и Москвы, всей России.

Москва и Кострома – по сути, родные сестры, ибо у них один отец-основатель – князь Юрий Владимирович Долгорукий. Годом основания Москвы условно считают 1147 г., когда она была впервые упомянута в Ипатьевской летописи (но существовала до этого момента). В любом случае именно костромская Ипатьевская летопись в письменном виде датирует появление Москвы и, значит, является истоком ежегодного празднования Дня рождения нашей столицы, или Дня города. При этом нужно особо подчеркнуть, что Ипатьевская летопись (список конца XIV – начала XV в.) – это основной источник наших знаний об истории всей обширной Древней Руси. Абсолютно все, изучающие события в Древней Руси, обращаются именно к Ипатьевской летописи. Ипатьевская летопись восходит к южнорусскому летописному своду конца XIII в. Она включает «Повесть временных лет» с продолжением до 1117 г., Киевский свод конца XII в., Галицко-Волынскую летопись. Ипатьевская летопись хранилась в костромском Ипатьевском Свято-Троицком мужском монастыре. Именно Ипатьевская летопись была и остается главным источником письменной информации о жизни в Древней Руси.

Если Москва – родная сестра Костромы, то совсем не удивительно, что у всемирно известной московской шатровой церкви Вознесения в Коломенском (1532) есть тоже родная сестра на Костромской земле – шатровая церковь Богоявления (1592) в выдающемся центре русского ювелирного искусства, историческом поселении Красное-на-Волге. При этом про московскую церковь знают почти все (во всех книгах, альбомах, статьях воспевается ее красота), а о дивной костромской церкви знают единицы. Конечно, церковь Богоявления размером поменьше, но это не умаляет ее красоту, стоит она в естественном природном окружении – так что взор приковывает, восхищает, пожалуй, сильнее. Символическое значение этих храмов, по сути, равное. Московский храм Вознесения воздвигнут великим князем московским Василием III в память о рождении у него долгожданного наследника – будущего первого русского царя-рюриковича Ивана IV Грозного. Костромская Богоявленская церковь, воздвигнутая боярами Годуновыми, была для них своего рода мольбой к Всевышнему, мечтой о трудно реализуемой, но такой притягательной возможности стать новой царской династией, дать России нового царя из рода Годуновых, что и произошло в 1598 г. С этой же мечтой они украшали и способствовали процветанию Костромского Ипатьевского монастыря, основанного якобы их предком, знатным татарским мурзой Четом, что не соответствует действительности.

Издавна на Руси-России, когда хотели возвести красивый и долговечный храм, монастырь, светские постройки, стремились приглашать именно костромских мастеров: зодчих, каменщиков, живописцев, иконописцев. Не случайно именно костромские иконописцы расписывали Троицкий собор (1422–1423) в подмосковном Троицком монастыре (Троице-Сергиева лавра), Успенский собор (1475–1479) Московского Кремля, а также Троицкий собор (ХVI – ХVII вв.) в Переславле-Залесском, Софийский собор (ХVI – ХVII вв.) в Вологде и многие другие знаменитые храмы. Именно костромским художникам доверили разрисовывать книги для малолетнего царевича Петра Алексеевича (будущего царя и императора Петра I); именно костромичи в 1673 г. выполнили миниатюры для «Потешной книги» царевича Петра Алексеевича.

Знаменитые костромские «чижовские училища» – это первые в России учебные заведения профессионально-технического образования; они были созданы по инициативе и на завещательные средства уроженца Костромы Ф.В. Чижова (ХIХ в.).

В Костроме родился и провел детские годы основатель русского театра Ф.Г. Волков (1829–1863). Также в Костроме родились великий русский поэт А.Н. Плещеев (1825–1893), выдающийся советский географ, академик АН СССР И.П. Герасимов, член-корреспондент АН СССР археолог П.Н. Третьяков. На Костромской земле родились герой национально-освободительной борьбы русского народа против иноземных интервентов И.О. Сусанин (погиб в 1613 г.), известный мореплаватель, адмирал, исследователь Дальнего Востока Г.И. Невельской (село Лосево, 1813–1876 гг.), талантливый писатель А.Ф. Писемский (село Раменье, 1821–1881 гг.), издатель-просветитель И.Д. Сытин (село Гнездниково, 1851–1934 гг.). С Костромской землей также связаны жизнь и творчество поэта и переводчика, друга А.С. Пушкина – П.А. Катенина, философа В.В. Розанова, писательницы А.О. Ишимовой (к которой обращено последнее письмо А.С. Пушкина накануне роковой дуэли), собирателя русских древностей А.И. Мусина-Пушкина, поэта и драматурга А.А. Потехина, писательницы Ю.В. Жадовской. Предки поэта М.Ю. Лермонтова по линии его отца в силу исторических обстоятельств оказались перекинутыми из Шотландии именно в Костромскую землю, так что и родовые корни Лермонтова идут из костромских мест.

Очень многие россияне, и особенно творческие личности, приезжали и приезжают на Костромскую землю во имя творческого вдохновения, обновления и подпитки интеллектуальных возможностей, укрепления духовно-нравственных сил, упрочения связи, ощущения единства с простым русским народом и осознания того, что ты – его часть. Все они как один стремились в костромские места ради целительной силы красоты природы, волжских просторов, величия и разнообразных богатств мощных, обширных лесов, а также ради тишины и живописности речных пойм и террас, а также полей, лугов, просек, иных открытых местностей.

Костромская земля неизменно и надежно приносила вдохновение, спасала от бытовых неурядиц и тревог, поправляла здоровье, поднимала настроение великому русскому драматургу А.Н. Островскому (1823–1886), называвшему Костромской край второй родиной, где он создал или задумал почти половину своих произведений. Песенная прелесть стихотворных строк А.Н. Плещеева рождена в большой мере природными красотами его малой Родины, воспоминаниями и восхищением от Костромских мест – части столь любимой им России.

Волга в районе Костромы

Очень сильно любил Кострому и ее окрестности, часто гостил, отдыхал, охотился на Костромской земле певец русской природы – писатель М.М. Пришвин (1873–1954). С любовным пристрастием относился к Костромской земле замечательный русский художник Б.М. Кустодиев (1878–1927), который неоднократно приезжал в Кострому. Он купил в ее окрестностях усадьбу Маурино, в костромских местах написал ряд своих известных полотен, сделал эскизы и зарисовки ко многим своим произведениям. Знаменитые торговые ряды Костромы можно увидеть на полотнах Б.М. Кустодиева; в 1900 г. в селе Семеновском-Лапотном (ныне село Островское) им была написана программная картина на звание художника «Базар», за которую ему была присуждена золотая медаль.

Любил и стремился приезжать на Костромскую землю прекрасный русский художник А.К. Саврасов (1830–1897). На его полотнах запечатлены многие костромские места. Так, на его широко известной картине «Грачи прилетели» (1871) изображена Воскресенская церковь (1690) в г. Костроме.

Не следует думать, что Костромская земля со всех сторон – чуть ли не безукоризненное райское место на земле, где родятся и живут, работают, делают карьеру и свою славу только райские создания. Как на солнце есть пятна, так и в истории Костромской земли были разные события, стала она и местом жизни, деятельности, а также появления родов или отдельных личностей, принесших большие беды России. Среди них род князей Галича Костромского, прежде всего – это князь Юрий Дмитриевич (1374–1434) и его сыновья – Василий Косой (умер в 1448 г.) и Дмитрий Шемяка (1420–1453), без малого почти треть века (1425–1453) конфликтовавшие, воевавшие с Москвой и ослепившие в 1446 г. великого князя московского Василия II Васильевича (Темного), а также род первоначально захудалых небогатых дворян Годуновых, тем не менее давших России правителя (1584–1598), а с 1598 г. царя Бориса Федоровича Годунова (1552–1605). В окрестностях костромского г. Буй родился один из самых известных авантюристов XVII в. – Юрий Богданович Отрепьев, или Лжедмитрий I (1580–1606 гг., русский царь в 1605–1606 гг.). А в начале ХХ в. во главе большевистской организации Костромы одно время был Яков Михайлович Свердлов (Янкель, или Янош, Соломон Мовшевич, 1885–1919 гг.), позже ставший одним из главных советских государственных и политических деятелей, одним из основных организаторов и руководителей боевой организации РСДРП, а также одним из организаторов разгона Учредительного собрания, убийства царя Николая II, его жены и пятерых детей (все семеро канонизированы Церковью), «красного» террора, «расказачивания», создателем системы партаппарата; с 1917 г. возглавлял Секретариат Центрального Комитета партии, был председателем Всероссийского центрального исполнительного комитета.

Поездка на Костромскую землю с ее многочисленными православными храмами, монастырями и пребывающими в них православными святынями и реликвиями, а также посещение мест земной жизни русских святых делают пребывание в Костромской области паломничеством.

Наиболее многочисленными и самыми доступными очагами православия являются храмы. В храм женщины входят с покрытой головой, а мужчины, наоборот, снимают головной убор. Войдя в храм, надлежит остановиться около дверей, осенить себя крестным знамением (перекреститься) и сотворить три поклона в сторону алтаря и в обе стороны прежде вошедшим людям. В храме принято возжигать свечи перед иконами. Церковная свеча является символом молитвы верующего человека и его любви к Богу, знаком веры и надежды на помощь Божию. Свеча – это жертва Богу и храму Его, приносимая во здравие живущих либо за упокой усопших. В поминальных записках о здравии или за упокой пишут только имена (причем в родительном падеже) и только крещеных людей.

Православный храм для верующего человека – это дом Божий, в котором невидимо обитает Господь, окруженный сонмом ангелов и святых. Православный храм делится на 3 части: алтарь (в него входят только священнослужители), средняя часть (корабль) и притвор. Православные храмы строят алтарем на восток – в сторону света, где восходит солнце. Каждый храм посвящается Богу, носит имя в память того или другого священного события или угодника Божия. Если в храме устраиваются несколько алтарей, каждый из них освящают в память особого события или святого. Тогда все алтари, кроме главного, называются придельными, или приделами.

Средняя часть храма (или корабль), где стоит народ, отделена от алтаря особой перегородкой, которая уставлена иконами и называется иконостасом, в котором количество ярусов и икон зависит от его величины. Иконы в иконостасе размещают по установленным правилам, отражающим догматы православия.

Кроме иконостаса иконы размещают по стенам храма в особых больших рамах – киотах, а также располагают на особых высоких узких столиках с наклонной поверхностью – аналоях.

Возвышение перед иконостасом называется солеей; середина солеи, против Царских врат, называется амвоном. В храме есть низенький столик, канунник, на котором стоит изображение распятия и устроена подставка для свечей. Перед канунником служат панихиды, т. е. заупокойные богослужения. Здесь ставят свечи в память об умерших. В разных частях храма перед иконами стоят подсвечники, на которые верующие ставят свечи.

Посредине храма, вверху на потолке, висит паникадило, т. е. большой подсвечник со множеством свечей или электрических лампочек.

Над входом в храм, а иногда рядом с храмом строят колокольню, или звонницу, на которой висят колокола. Колокольный звон употребляют, чтобы созывать верующих на молитву. Звон в один колокол называется благовест (благовестная, радостная весть о богослужении). Звон во все колокола, выражающий радость по поводу праздника, называется трезвон. Звон колокола по поводу печального события называется перезвон. Колокольный звон напоминает верующим о вышнем, небесном мире.

Монастыри – это мощные религиозные комплексы. Они были и остаются духовно-религиозными центрами исключительной важности, значимыми центрами социального служения, яркими очагами культуры, образования, религиозного искусства. В монастыре обычно имеется несколько храмов, при этом главный из них называется соборным и имеет посвящение, как и весь монастырь.

Посещая монастыри, нужно помнить об особом почтительном отношении к монашествующим – наиболее многочисленным стойким приверженцам православия, своего рода его локомотиву. Монашество (иночество) – это церковное сословие подвижников уединения, целомудрия, послушания, нестяжательства, молитвы. Монашество, или иночество, означает иной, удаленный от соблазнов мира, образ жизни.

Вступившие на путь монашества отрекаются от всех земных интересов, развивают в себе силы духовной жизни, во всем исполняют волю своих церковных руководителей, отказываются от своего имущества и даже от имени. Инок или инокиня добровольно вступают на путь самоотречения, живут вдали от мира среди труда и лишений. Цель иночества – служение Господу Богу, приобретение нравственной духовной силы для спасения души. Иноки и инокини служат миру, охраняют мир, молятся за него, совершают подвиг молитвенного заступничества за мир.

Родиной монашества почитается Египет. На Руси иночество началось одновременно с принятием христианства. Основателями иночества на Руси были преподобные Антоний и Феодосий, жившие в давности в Киево-Печерском монастыре (позже лавра, т. е. большой монастырь с несколькими сотнями монахов). Каждый монастырь имеет свой устав – свой распорядок жизни, свои правила. Все монахи выполняют различные работы, которые по монастырскому уставу называются послушанием. У монахов и монахинь бывают отпуска. Монахиням запрещается пользоваться косметикой.

В монашество сразу не принимают, вначале испытывают желающих вступить в иночество, они проходят искус. Люди, проходящие предварительное испытание, называются послушниками. Если послушник отвечает требованиям, он со временем получает неполное одеяние инока и называется рясофорным. При вступлении в самое иночество монах дает обеты иночества и ему дается новое имя.

В Средние века монастыри имели большое значение как центры наук и распространители просвещения. Сейчас в России эти функции монастырей, как и социальное служение, укрепляются и расширяются. Наличие и рост в стране и ее частях монастырей является выражением крепости и силы ее народного религиозно-нравственного духа.

Поездка на Костромскую землю, гостевой или деловой визит в Костромскую область в той или иной мере непременно превращаются и в паломничество – ведь без посещения православных храмов и монастырей с их святынями и реликвиями нельзя представить пребывание в этих удивительных местах. Чудотворные, почитаемые, мироточивые и другие веками накопленные иконы, святые мощи, другие православные святыни и реликвии, места жизни и успокоения праведников, угодников Божиих как магнит притягивают к себе людей. Посещая храмы, монастыри, иные паломнические места нужно соблюдать несложные православные правила, обладать хотя бы минимальным уровнем православной культуры.

Крестный ход в Ипатьевском монастыре

Для жителей Костромской земли и ее гостей существуют широкие возможности познакомиться с православной историей, культурой, традициями России, ощутить на себе их целительное влияние. Люди посещают костромские храмы, монастыри, где нередко пребывают веками намоленные, особо почитаемые, чудотворные иконы, святые мощи, другие православные святыни и реликвии. Обладающие определенной православной грамотностью, культурой, имеют шанс соблюсти православные обряды, а может быть, совершить христианские таинства.

Важнейшие православные обряды: молитва, культ икон, поклонение кресту, культ реликвий (различные предметы, принадлежавшие Иисусу Христу, Богородице, апостолам, многочисленным святым), культ мощей (останки умерших, оказавшиеся нетленными и обладающие даром чудотворений), святые места (связанные с событиями церковной истории, земной жизнью православных святых). Православная церковь признает семь таинств (культовых действий): крещение, причастие, покаяние (исповеди), миропомазание, брак, елеосвящение, священство, – с помощью которых, по мнению верующих, им сообщается невидимая благодать Божия. Но в монастырях не совершаются (кроме редчайших исключений) крещение и венчание.

Православные люди шли и идут в храм молиться, просили и просят помочь им и их близким, замаливают свои грехи. Молитва считалась и считается особенно действенной в храме, и, помогая ему, люди просили о помощи Божией себе и близким, надеялись замолить свои грехи, а молитвы и помощь монастырям, тем более их создание, давали надежду замолить грехи не только свои, но и предков, грехи которых отягощают жизнь их потомков. Молитвы в действующих храмах, монастырях, а также в недействующих храмах и обителях, или даже в местах, где они когда-то были, где возносятся или возносились священнические и особенно иноческие молитвы, усиленно действенны, ведь все эти места отмечены особой благодатью Господней, веками или десятилетиями намолены. Вот почему посещение действующих и недействующих православных религиозных центров и даже мест, где они были, имеют для православных людей особый смысл, очищающее значение.

Икона для верующего человека – источник духовной поддержки и помощи, с которой можно разговаривать, общаться, делиться своими проблемами и ожидать духовного содействия, подсказки как поступить. С давних времен христиане заметили благоденственную и особенно действенную силу молитвы перед чудотворными и особо чтимыми иконами, многие из которых имеют своего рода «специализацию» в помощи решения определенных вопросов (см. Приложение 2).

Святые для верующего человека – это посредники между Богом и людьми, небесные покровители живущих на земле, к ним обращаются за помощью в земных делах. Каждый святой имеет своего рода «специализацию», т. е. оказывает помощь в определенных вопросах особенно действенно (см. Приложение 2). Поклонение святым основывается на том, что они являются вместилищем Божественной благодати, способны содействовать в решении житейских дел. В Русской православной церкви причисление к лику святых – это не форма поощрения (в том числе посмертного), не форма признания заслуг церковных деятелей. Прославление в лике святых – это прежде всего призвание к служению людям. Опытом своей земной жизни, своей мудростью русские святые подсказывают россиянам достойный путь их жизни, поступков, действий.

Большое значение имеют православные реликвии – различные предметы, принадлежавшие в земной жизни святым и обладающие, по мнению верующих людей, чудотворной силой. Особую значимость имеет культ мощей, поклонение святым мощам. Мощи – это нетленные останки умерших людей, которые были канонизированы (причислены к лику святых). Эти реликвии, как считают верующие люди, исполнены благости Божией и способны творить чудеса. Нередко мощи хранятся под спудом, т. е. скрыты в земле. В работах современных биологов, например кандидата наук Т.П. Решетниковой доказывается, что захоронения святых, святые мощи являются источником мощных позитивных излучений. Верующие люди убеждены, что благодать Божия снисходит при молитве перед святыми мощами или на могиле подвижника благочестия. Считается, что благодатные дары, данные святому, сохраняются в его мощах, способных помогать людям.

Совершая поездку в православный монастырь, посещая храм, нужно строго соблюдать ряд несложных правил. Одежда должна быть простой. Женщины должны быть в скромных платьях, длина юбки – ниже колен. Открытые платья и кофты с глубокими вырезами и короткими рукавами, как и шорты, брюки – недопустимы. Женщины должны входить в монастырь с покрытой головой (лучше всего в неброском головном платке или скромной шапочке, помпезные шляпы – нежелательны). Женщинам не следует пользоваться косметикой, особенно – губной помадой, направляясь в монастырь. Верующие люди, входя в храм, монастырь и в каждый его храм, осеняют себя крестом. Войдя в храм, принято кланяться местночтимым святыням: чудотворным иконам (иконам), мощам. После молитвы можно приложиться к иконе, но нельзя целовать лик. У Спасителя принять лобзать ногу, у Божией Матери и святых – руку или край одеяния, уголок иконы. Если икона с мощевиком, то обычно прикладываются к святым мощам. Подходя к раке со святыми мощами, делают два земных поклона, прикладываются к ножкам и головке или к одной головке. Отойдя, делают один земной поклон. На раку святого разрешается положить иконку святого, четки, ладанку, другую реликвию, чтобы освятить их на святых мощах. Некоторые приносят с собой семейные реликвии – панагии, медальоны с изображением святых и др., их можно приложить к чудотворной иконе или святым мощам. В монастырях, храмах некоторые святыни: освященное масло из лампадок, землю с чтимых могил, ладанки, иконки и др., – раздают бесплатно. В таких случаях принято делать посильные пожертвования в монастырь. В храмах, как правило, есть ящички и подносы для пожертвований на их украшение, ремонт, реставрацию, благоустройство. Во многих храмах, монастырях фотографирование, киносъемка, работа с видеокамерой разрешаются только на условиях, установленных настоятелем обители (обычно это умеренная плата). Фотографирование монахов и священнослужителей допустимо только при их согласии; при несоблюдении этого правила последствие могут быть разными.

Православные центры на Костромской земле, как и в других частях нашей страны, в советский период пережили большие утраты: монастыри закрыли, многие храмы закрыли или сломали, церковные ценности были в большой мере изъяты из церквей и обителей. Порой национализацию (понимай – воровство официальным путем) церковных богатств пытались «оправдать» необходимостью борьбы с голодом или какими-то иными «достойными» целями. На самом деле шла борьба с православием, старались разрушить православный духовно-нравственный стержень россиян и прихватить огромные церковные ценности. Костромская земля была одной из жертв борьбы с православием в России. Виновниками закрытия религиозных центров и их разграбления, разрушения основ православия во всех частях страны в советский период была группа воинствующих безбожников.

До событий 1917 г. православие было официальной религией Российской империи, религиозность была тогда нормой жизни. Политические события осени 1917 г. и их социально-экономические последствия активно способствовали разрушению традиционных религиозных основ российского общества, что привело к деморализации и нравственному разложению людей, отравлению их душ идеологией атеизма. Вирус атеизма поразил огромное число «революционеров». Многие большевики, их лидеры изначально не могли понять острую потребность большинства россиян в православии, сказывалось влияние их национально-конфессиональных корней. С первых лет советской власти началась антирелигиозная кампания, причем с особой жестокостью она была направлена именно против православия, его центров.

Главными идеологами атеизма и оппонентами православия стали Лев Давидович Троцкий (1879–1940 гг.; Лейба Бронштейн, см. текст далее), Феликс Эдмундович Дзержинский (1877–1926 гг.; называл православие вторым главным врагом коммунистов после самодержавия), Емельян Михайлович Ярославский (Миней Израилевич Губельман, 1878–1943 гг.). Главным автором советских трудов по атеизму и истории партии стал Е.М. Ярославский, член МК РСДРП(б) и военной организации большевистских боевиков, со временем – руководитель боевиков во всероссийском масштабе, первый комиссар Кремля, секретарь (с 1921 г.) ЦК РКП(б). Его жена, единомышленница и первый помощник К.И. Кирсанова, вместе с Яковом Михайловичем Свердловым (1885–1919 гг.; Янкель, или Янош Соломон Мовшевич возглавлял Уральскую областную партийную организацию, в 1917 г. был секретарем ЦК партии и председателем ВЦИК) в начале революционных беспорядков в России возглавляла на Урале организацию боевиков, тайную боевую организацию мафиозного типа, была одной из связных между боевиками, дружинами большевиков и возглавляемой Лобовым бандой «лесных братьев» – беспартийных грабителей (по Болотину Л., 1996, стр. 250, 251). Е.М. Ярославский за свои «труды» по атеизму и «обличению» православия в советский период почитался как видный историк, один из классиков идеологии атеизма, стал академиком АН СССР (1935), был удостоен государственной премии СССР (1943).

В 1918 г. был принят декрет об отделении Церкви от государства и школы от церкви. Этот шаг ужесточил гонение на верующих, ускорил конфискацию церковных ценностей и массовое закрытие церквей, монастырей, других религиозных центров. В 1918–1919 гг. начали проводить в жизнь государственную политику «воинствующего атеизма». Процесс вскрытия мощей в православных храмах сопровождался массовым сопротивлением верующих, воспринявших его как глумление над их религиозными чувствами, национальными историческими ценностями, прежде всего духовными.

Одна из церквей Костромской области, разрушенная во время гонений 1920 —1930-х гг.

В мае 1919 г. за подписями Председателя Совета Народных Комиссаров Владимира Ильича Ульянова-Ленина (1870–1924) и Председателя Центрального исполнительного комитета Михаила Ивановича Калинина (1875–1946) вышло Указание № 13666 72 о том, что «необходимо как можно быстрее покончить с попами и религией. Попов надлежит арестовывать… расстреливать беспощадно и повсеместно. И как можно больше… Помещение храмов опечатывать и превращать в склады» (М.И. Калинина обязали подписать этот документ). По предложению Льва Давидовича Троцкого (1917–1918 гг. – нарком иностранных дел, 1918–1925 гг. – наркомвоенмор и председатель РВСР, с 1923 г. – Реввоенсовет СССР) были созданы газета «Безбожник» и журнал «Воинствующий безбожник», а также Центральный Совет Союза воинствующих безбожников. Троцкий стал главным идеологом политики по отношению к Русской православной церкви в России. Троцкий в 1922 г. подготовил секретную записку «О политике по отношению к Церкви», где обосновал целесообразность конфискации церковных ценностей под прикрытием лозунга борьбы с голодом, а также как меру умаления влияния церкви на людей.

В апреле 1922 г. Политбюро ЦК РКП(б) утвердило «Практические предложения по изъятию церковных ценностей», что было сделано якобы для помощи голодающим. Троцкий ловко сумел использовать эти меры для борьбы с Русской православной церковью и для личного обогащения. Полученные от продажи конфискованных церковных ценностей средства лишь частично пошли на помощь голодающим, огромные суммы получил Реввоенсовет якобы на государственные цели, а на деле – на возглавляемую Троцким агитационно-пропагандистскую работу, иные «стратегические цели», известные только Троцкому. Самые ценные антикварные вещи, церковное имущество под наблюдением лично Троцкого попадали в Госмузей, который возглавляла его жена – Н.И. Седова, что означало решение их судьбы по воле самого Троцкого.

До того как в 1922 г. был издан декрет ВЦИК об изъятии церковных ценностей, в котором объясняли эту насильственную акцию необходимостью борьбы с голодом, годом раньше, в 1921 г., был основан Всероссийский комитет помощи голодающим, в котором Русская православная церковь вела результативную работу. Председателем Всероссийского комитета помощи голодающим был избран патриарх Тихон (В.И. Беллавин (1865–1925 гг.; патриарх с 1917 г.), который издал воззвание «О помощи голодающим», призвал к благотворительным пожертвованиям. Патриарх Тихон призвал церковно-приходские советы жертвовать для голодающих церковные ценности, кроме освященных предметов, что и было сделано. Тем не менее власти начали с 1922 г. насильственное изъятие церковных ценностей, что вызвало массовое недовольство и сопротивление верующих, многие из которых были расстреляны. Атеистическая пропаганда усилилась в 1923 г. В 1932 г. вышел декрет, который объявил начало «безбожной пятилетки», намечавшей, что к 1937 г. имя Бога в СССР (название нашей страны тех лет), будет забыто. В 1932 г. закрытие и разрушение религиозных центров стало рядовым делом, приняло массовый характер. В закрытых храмах устраивали гаражи, склады, тюрьмы, лагеря, клубы, бани, физкультурные и танцевальные площадки, размещали предприятия и конторские учреждения. В лучшем случае организовывали медпункты или жилые помещения.

Способные на здравый анализ событий члены ВКП(б) постепенно осознали разрушительную воровскую сущность деятельности троцкистов по отношению в первую очередь к Русской православной церкви. Так, Председатель ВЦИК М.И. Калинин 8 июля 1924 г. обратился с письмом в ЦК РКП(б) к его секретарю Иосифу Виссарионовичу Сталину (1878–1953 гг.; Джугашвили) о невыполнении на местах циркулярного письма ЦК РКП(б) об отношениях к религиозным организациям, писал, что «нарастает стремление захватить все большее количество храмов и обратно – растет сила сопротивления, нарастает раздражение широких масс верующих». Секретарь ЦК ВКП(б) И.В. Сталин осуждал в 1923, 1933, 1939 гг. снос храмов, их недостойное использование, аресты священнослужителей, проектирование застройки на месте намечаемых к разрушению храмов (документы ВКП(б); по Капову В.В., 2002. Т. I. С. 91, 97–99).

В Циркулярном письме ЦК РКП(б) № 30 «Об отношении к религиозным организациям» от 16 августа 1923 г., за подписью Сталина написано, что ЦК постановляет «воспретить закрытие церквей, молитвенных помещений…», «воспретить аресты “религиозного характера”, поскольку они не связаны с явно контрреволюционными деяниями “служителей церкви” и верующих…». 11 ноября 1930 г. Сталин подписал решение заседания Политбюро ЦК (протокол № 98 заседания от 11.11.1939 г.), где, в частности, указывалось: «1) Признать нецелесообразной впредь практику органов НКВД СССР в части арестов служителей русской православной церкви, преследования верующих; 2) Указание товарища Ульянова (Ленина) от 1 мая 1919 г. за № 1366672 “О борьбе с попами и религией” отменить; 3) НКВД СССР провести ревизию осужденных и арестованных граждан по делам, связанным с богослужительной деятельностью. Освободить из-под стражи и заменить наказание на не связанное с лишением свободы осужденных по указанным мотивам, если деятельность этих граждан не нанесла вреда советской власти».

В декабре 1939 г. Сталин потребовал от НКВД СССР отчета о результатах реализации в жизнь этого решения ВКП(б) (см. справку, представленную Сталину от 22.12.1939 г. за подписью Народного комиссара ВД СССР Л.П. Берии). В годы Великой Отечественной войны Сталин сполна осознал позитивную значимость Церкви для страны.

В 1943 г. в Кремле состоялась встреча Сталина с митрополитами Сергием (И.Н. Страгородским), Алексием (С.В. Симанским), Николаем (Б.Д. Ярушевичем), в результате которой в нашей стране возродилось патриаршество. Русской православной церкви разрешили открывать храмы и духовные учебные заведения, издавать журнал, для резиденции Патриарха Московского и всея Руси был выделен особняк в Чистом переулке на Арбате.

В 1970—1980-е гг. отношения советского государства и религиозных организаций стали более лояльными, а с конца восьмидесятых годов начался ощутимый процесс улучшения взаимоотношения государства и религиозных конфессий. В 1988 г. в церковном и государственном масштабах праздновали тысячелетие Крещения Руси (принятие православия), в 1989 г. отмечали четырехсотлетие учреждения Патриаршества на Руси. Особенно активизировался процесс нормализации отношений государства и религиозных конфессий с девяностых годов XX в. Пришло запоздалое осознание того, что поддержка государства со стороны религиозных структур является своего рода гарантом стабильности в стране в целом. Были сняты неразумные ограничения на регистрацию религиозных обществ, которым разрешили заниматься делами благотворительности и милосердия. В 1990 г. был принят закон «О свободе совести и религиозных объединениях», а в 1997 г. – более совершенный закон «О свободе совести и религиозных объединениях». За 1990–2010 гг. была проведена большая работа по возвращению православной церкви (и другим религиозным конфессиям), общинам верующих исторической собственности, возродились многие закрытые в советский период храмы и монастыри. Построены новые церкви и часовни, разрешено проводить крестные ходы и должным образом отмечать православные праздники, Рождество Христово и Светлое Христово Воскресение (Пасха) стали нерабочими днями. Руководители России с конца XX – начала XXI в. почтительно относятся к религиозным традициям России.

Как мы видим, очень много важного, познавательного, приятного и даже философски значимого можно почерпнуть от знакомства и поездки на Костромскую землю. Полезно отметить и то, что приближаются поучительные юбилеи, многообещающие празднества на Костромской земле.

Русская императрица Екатерина II (1729–1796 гг., российская императрица с 1760 г.) говорила, что больше пользы и радости доставляет не сам праздник, юбилей, а процесс подготовки к нему, ожидание его, мечты о грядущем приятном и полезном времяпровождении, делающих человека добрее, умнее.

Нужно не забыть и подготовиться к грядущим значимым юбилеям на Костромской земле:

2012 г. – 860 лет основания г. Костромы;

2013 г. – 400 лет царского Дома Романовых, то есть появления, рождения Августейшего рода Романовых (в 1613 г. в костромском Ипатьевском монастыре был призван на царство первый русский царь из династии бояр Романовых Михаил Федорович);

– 200 лет со дня рождения адмирала Г.И. Невельского, уроженца Солигаличских мест, знаменитого мореплавателя и исследователя Дальнего Востока;

2015 г. – 680 лет г. Солигаличу (а в 2011 г. нужно было справлять 170 лет созданному в нем курорту, но во всероссийском масштабе этого не сделали, поэтому придется задним числом справлять юбилей бальнеологического курорта, совместив его с юбилеем самого города);

2017 г. – 140 лет со дня смерти Ф.В. Чижова, уроженца Костромы, родоначальника российских профессионально-технических училищ. (в 2011 г. нужно было отмечать 200 лет со дня рождения Ф.В. Чижова, но этого не сделали; задним числом придется отмечать значимые события в его легендарной плодоносной земной жизни);

2019 г. – 580 лет Унженскому Макарьевскому Троицкому монастырю и поселению (слободе) при нем, а также 240 лет городу Макарьеву;

– 290 лет Ф.Г. Волкову, уроженцу Костромы, основателю русского театра. (В 2013 г. нужно вспомнить, что 150 лет назад он умер, помянуть его и его плодоносные дела как минимум добрым словом.)

* * *

Создание рукописи и публикация книги – дело трудоемкое и хлопотное. Мне одной было бы слишком трудно качественно оформить рукопись для сдачи ее в редакцию, непросто и выдерживать напряженный график редакционной подготовки книги к изданию. С большой искренностью я благодарю за тактичную помощь мне главного редактора издательства «Вече» Дмитриева С.Н. и других милых сотрудников этого издательства – Дмитриеву Н.С., Богачеву О.Н., Родякину Р.В., а также моего сына Соловьева Г.А. и названого сына Пашкевича А.В.

Возможно, читатели найдут некоторые частные расхождения текста книги и современных визуальных реалий. Все факты, явления, изложенные в книге, базируются на опубликованных данных, официальной статистической или иной информационной базе, которую я собираю много лет. Ныне жизнь очень динамична, изменения столь многочисленны и разнообразны, что даже СМИ не успевают обо всем рассказывать, неизбежно не все отражено в книгах и иных публикациях. Тактичные замечания и советы читателей мне дороги, я их постараюсь учесть в моей дальнейшей работе.

Сейчас книги стоят недешево (однако замечу, что издательство «Вече» назначает за свои книги гуманную отпускную цену, но потом книжные магазины делают свои прибыльные операции на изданиях). Я вынуждена кое-что повторять в своих книгах, ведь нет уверенности, что читатель или читательница прочитали все мои книги и знают, помнят все, что я написала. Покупка книг, тем более серии книг, теперь связана с ощутимыми тратами, приходится покупать обычно не все, что хочется. Данное обстоятельство заставило меня в этой книге повторить кое-что уже напечатанное ранее в разных моих книгах с 1983 по 2010 г.

Глава 1. Знакомимся с Костромской областью. История, природно-экологический, социально-экономический очерк развития области

1.1. Краткая история Костромской земли

История освоения и хозяйственного развития Костромской земли охватывает и продолжается много веков. При этом история этой части России и развитие ее экономики – это в большой мере историко-хозяйственное развитие ее главного города Костромы. С очень древних времен известны необозримые лесные дебри Костромской земли. Старинная летопись говорит о них так: «Те леса великие, страшные, дикие, непроходимые; во всем свете таких лесов мало, леса те подобны морю». Тем не менее Костромская земля была заселена в глубокой древности. Люди выбирали места для создания своих поселений вблизи слияния рек, прежде всего больших. Стоянки первобытного человека находились и при впадении р. Костромы в р. Волга. Позже, в I тысячелетии, когда в Верхнем Поволжье сложился финно-угорский племенной союз, известный под названием меря, территория современного города Костромы стала стойбищем большого рода. Представители финно-угорского племени меря селились по берегам рек, занимались охотой, рыболовством, сбором меда диких пчел, скотоводством и земледелием. Костромские меря поддерживали тесные связи с жителями соседних земель, обменивались с ними товарами, расширяли свою славу искусных ювелиров. Постепенно костромские меря сблизились с ильменскими и поднепровскими славянами. В IX–XII вв. в эти места пришли славяне и расселились здесь, они постепенно ассимилировались с племенем меря. Однако только с Х в. началась мощная славянская колонизация Верхнего Поволжья. Закабаленные феодалами крестьяне-смерды из южных земель бежали от притеснений на север и восток. Некоторые из них достигли места, где находится современный г. Кострома. Были они скорее всего жителями Среднего Поднепровья, так как назвали небольшую реку, впадающую в Волгу, Сулой – по имени притока Днепра; места, улицы своего нового расселения они называли так же как в южнорусских местностях, городах. Местные меря приняли пришельцев дружелюбно, поскольку земли, зверя, рыбы здесь хватало на всех. Территория, где со временем возникла Кострома, с конца I тысячелетия превратилась в укрепленные славянские поселения и долгое время (до основания г. Городца) была последним славянским форпостом вниз по течению Волги.

Первоначально независимую костромскую вольницу подчинили себе владимиро-суздальские князья, которые построили на месте последнего славянского поселения на Волге укрепления. Этого требовали соображения безопасности, ведь соседним было воинственное государство волжских булгар. Кострома, как основательно укрепленный славянский населенный пункт, возникла около 1152 г., хотя поселение на этом месте существовало и раньше (по В.Н. Татищеву, по его «Истории Российской»). Основателем крепости Костромы (около 1152 г.) считают суздальского князя Юрия Долгорукого. Жители древней Костромы страдали от стычек с волжскими булгарами и от княжеских междоусобиц. В 1213 г. ее сжег ростовский князь Константин Всеволодович из-за того, что местные жители не поддержали его притязаний на великокняжеский престол; так впервые (1213) в солидных письменных источниках (Воскресенская и Тверская летописи) появилось обстоятельное упоминание о Костроме. Следовательно, возраст Костромы – более восьми веков, порядка 860 лет в 2012 г.

Угро-финские и славянские украшения, найденные при раскопках в Костромской области

В древних летописях очень редко встречаются упоминания о Костроме, что неудивительно, ведь она была окраинным городом, ничем долгое время не выделялась. Тем не менее, в ХII – ХIII вв. Кострома была уже значительным городом и важным торговым пунктом. В Костроме возникла, как уже отмечалось, одна из первых и немногих на Руси мастерских по изготовлению стеклянных браслетов, пользовавшихся тогда большим спросом у населения. В Костроме тогда процветали ювелирное, косторезное, кожевенное ремесла.

В 1238 г. ордынцы опустошили и выжгли Кострому. Было создано ополчение из ее горожан, которое билось в составе владимиро-суздальской рати на р. Сить и, по сути, было уничтожено ордынцами. Уцелевшие жители после ухода ордынцев отстроили город заново. В Кострому стали переселяться жители южных окраин Руси, которые надеялись в этих местах спастись от набегов ордынцев. В 1246–1247 гг. великий князь владимирский отдал Кострому в удел своему младшему сыну. Так город стал центром самостоятельного удельного княжества.

Владельцы Костромской земли менялись в основном по родственной линии. Так, великий князь Всеволод III Юрьевич (Большое Гнездо, из рода Владимиро-Суздальских великих князей, вел. кн. киевский в 1173 г., князь переяславский в 1176–1177 гг., вел. кн. владимирский в 1177–1112 гг.; годы жизни 1154–1212 гг.) при разделе земель между своими сыновьями младшему Юрию отдал владимирский престол, а старшему Константину – Ростов, Белоозеро, Угличе Поле, Ярославль, Кострому, Галич Меряжский. Константин не смирился с потерей великокняжеского престола и начал борьбу за его возвращение. Костромичи встали на сторону Юрия, поэтому Константин во время похода в борьбе за владимирский престол в 1213 г. сжег принадлежавшую ему Кострому. Константин Всеволодович смог стать великим князем; в течение своей жизни он повышал свой статус (князь новгородский в 1205–1207 гг., князь ростовский в 1207–1218 гг., вел. кн. владимирский в 1216–1218 гг., годы жизни 1186–1218 гг.). Константин Всеволодович в 1218 г. отдал Кострому в княжение своему десятилетнему сыну Василию. Владение Костромской землей стабильно оставалось за родом владимиро-суздальских князей, которые, как правило, хотя и не оценивали эти места как одни из лучших в своих владениях, тем не менее думали о благополучии и украшении этих мест. Так, во время княжения Ярослава II Всеволодовича (князь переяславский в 1201–1206 гг., кн. Переяславля-Залесского в 1212–1238 гг., кн. новгородский в 1215, 1221–1223, 1224–1228, 1230–1236 гг., кн. торжский в 1215–1216 гг., вел. кн. киевский в 1236–1238 гг., вел. кн. владимирский в 1238–1246 гг.; годы жизни 1190–1246 гг.), выступившего обновителем земли Русской, в Костроме наряду с гражданскими зданиями возвели соборную церковь во имя Феодора Стратилата (Ярослав II получил при крещении имя Федор). В 1242 г. Ярослав II Всеволодович отдал Кострому в княжение своему девятому сыну Василию (который был младшим братом Александра Невского). Василий Ярославич, по прозвищу Мизинный (полноправный самостоятельный князь костромской в 1247–1276 гг., вел. кн. владимирский в 1272–1276 гг., кн. новгородский в 1272–1276 гг.; годы жизни 1236–1276 гг.), очень любил Кострому, даже вступив на великокняжеский престол, он не изменил своего местожительства. Василий Ярославич, владея Великим княжеством Владимирским, жил в Костроме, которая по 1276 г. включительно была столицей Великого княжества Владимирского, политическим центром Северо-Восточной Руси. В наибольшей силе Костромская земля (княжество) пребывала именно при Василии Ярославиче, причем особенного расцвета она достигла в 1272–1276 гг., когда он был великим князем владимирским.

В ХIII в. в летописях упоминались Костромское и Галичское удельные княжества (они почти полностью располагались на территории современной Костромской области). В росписи княжений по волостям даты правлений в Костромской волости выглядят так: 1247–1276 гг. – Василий Ярославич Мизинный, или Квашня, 1276–1293 гг. – Андрей III Александрович, 1293–1296 гг. – Иван Дмитриевич, 1296–1304 гг. – Андрей Александрович. Роспись княжений по Галича-Мерьской волости выглядит так: 1247–1255 гг. – Константин Ярославич, 1255–1280 гг. – Давыд (Давид) Константинович, 1280–1310 гг. – Василий Константинович, до 1335 г. – Федор Давыдович, 1335–1354 гг. – Иван Федорович, 1354–1363 гг. – Дмитрий Иванович, 1389–1433 гг. – Юрий Дмитриевич, 1433–1450 гг. – Юрий Дмитриевич Шемяка.

Костромская земля во главе с Костромой, как и многие другие русские земли, оказалась данником Золотой Орды, страдала от бремени большой дани и произвола ханского наместника – баскака. В 1262 г. в русских городах, в том числе и в Костроме, вспыхнуло восстание против ордынцев. Для усмирения восставших хан послал большую рать, которая захватила Ростов, Ярославль и двинулась на Кострому. Костромичи созвали вече и решили выступить против поработителей, организовали ополчение. Решающее сражение костромичей и ордынцев произошло в 1272 г. в окрестностях Костромы, у Святого озера. Ордынцы не ожидали столь серьезного сопротивления у не слишком известного русского города. Костромичи оттеснили ордынцев и сбросили их в озеро, на другом берегу которого была скрыта русская засада. После победы над ордынцами престиж Костромы резко вырос, усилилась и торговая значимость Костромы. Уважение к Костроме и ее привлекательность росли год от года.

Постепенно в Костроме сильная боярская группировка сосредоточила в своих руках большую власть, угнетение горожан усиливалось. В 1304 г. костромичи восстали против этих влиятельных богатых бояр и убили наиболее ненавистных из них.

Отношения Костромского и Московского княжеств в разное время было неодинаковым, временами даже открыто враждебным. Так, в начале ХIV в. Кострома поддержала в борьбе за великое княжение тверского князя Михаила против московского князя Юрия и была разгромлена в 1318 г.

В ХIII – ХIV вв. процесс объединения русских земель завершился, и Кострома с середины ХIV в. (первая половина 1360-х гг.) окончательно вошла в состав Московского княжества (государства), с тех пор ее жизнь, история стали неотделимой частью развития экономики, политики, культуры большого русского государства. С середины ХIV в. Кострома стала опорным пунктом русского государства в Поволжье, тогда был построен костромской кремль с дубовыми стенами.

Свободолюбивые костромичи в ХIV – ХV вв. играли активную роль в русском освободительном движении. В 1360 г. костромичи выступили инициаторами похода на золотоордынские города Поволжья. В 1380 г. в Куликовской битве участвовал костромской отряд под предводительством Ивана Родионовича Квашни.

Во второй половине ХIV в. Кострома оценивалась как важный речной порт, куда приезжали русские и восточные купцы. Город слыл богатым и был завидной добычей для его завистников.

Его 2 или 3 раза, в том числе особенно сильно в 1375 г., разоряли отчаянно смелые ушкуйники из Великого Новгорода (им даже удавалось захватить Казань и столицу ордынцев Сарай), приплывавшие сюда чуть ли не на 70 ладьях. Ушкуйники без разбора грабили русских и иностранных купцов. Чтобы наказать неугомонных речных разбойников – новгородских ушкуйников, – князь Дмитрий Донской в 1386 г. ходил с большой ратью на Великий Новгород (но ловкие и богатые новгородцы откупились деньгами и пообещали наказать виновных ушкуйников).

Беспокойство Костроме доставляло и сильное Галицкое княжество. Галицкие и московские князья боролись в 1425–1453 гг. за московское великое княжение, нередко они захватывали и грабили Кострому в пылу их борьбы. Тем не менее костромская рать принимала участие в походах великого московского князя Ивана III против Великого Новгорода в 1471 и 1478 гг.

Страдала Кострома от набегов волжских булгар, или казанских татар. Так, в 1540-е гг. Кострома трижды подвергалась нападению казанских татар; в 1549 г. они были разбиты костромским ополчением на р. Язовке.

После покорения войсками царя Ивана Грозного Казанского ханства (1552) военное значение Костромы снизилось, но усилилась ее значимость как крупного центра ремесла и торговли. Сообразительные костромичи и прежде всего купцы стали посредниками в транзитной торговле, ведь в Кострому стали в больших размерах привозить товары из Средней Азии, из Персии, была учреждена английская фактория.

Тяжелый период пережила Костромская земля во главе с Костромой в Смутное время. В 1608 г. поляки заняли Кострому. Но в результате народного восстания в Галиче в том же году галичане и костромичи освободили Кострому. Однако с помощью изменников-бояр польский отряд А. Лисовского подавил восстание в Костроме. В начале 1609 г. народное ополчение подошло к Костроме и выбило из нее поляков, которые спрятались за мощными стенами тогда загородного Ипатьевского монастыря. Русское ополчение осадило монастырь, где засели поляки – сторонники Лжедмитрия II. Осада длилась 6,5 месяца. «Служилые человеки» Константин Мезенцев и Николай Косыгин смогли заложить бочку с порохом под стену монастыря и взорвать ее часть, но сами они погибли. Полякам отчасти удалось прорвать осаду, и они бросились к Святому озеру, где их догнали и истребили, а многие из них утонули в этом озере. В честь победы над поляками на Святом озере поставили (1700) часовню Происхождения честных древ Животворящего Креста. Костромское ополчение, изгнав мятежников из Костромы и Ипатьевского монастыря, сыграло заметную роль в борьбе с польской интервенцией, влившись в народное ополчение князя Д.М. Пожарского и старосты К.М. Минина.

Часовня Животворящего Креста на Святом озере

В 1613 г. в костромском Ипатьевском монастыре выбранный в Москве русским государем 17-летний Михаил Федорович Романов (1596–1645) с позволения матери-инокини Марфы (Ксения Ивановна Шестова, умерла в 1631 г.) согласился стать царем, когда к нему из Москвы прибыли Великое посольство и костромичи с духовенством.

В ХVIII в. произошли существенные изменения в экономике Костромского края, связанные с формированием в России капиталистического уклада. В ХVIII в. получили дальнейшее развитие крестьянские промыслы и городские ремесла. Возникло отходничество, крестьяне-оброчники стали работать в разных городах России. В середине ХVIII в. на Костромской земле появились первые полотняные мануфактуры, а к началу ХIХ в. Костромская губерния уже занимала второе место в стране по выработке льняных изделий и первое – по вывозу их за границу. Росту объемов промышленного производства способствовали строительство железных дорог и возникновение акционерных пароходных обществ. Эти пароходные общества доставляли костромским фабрикантам по р. Волге сырье и обеспечивали сбыт произведенной на их предприятиях продукции, которую везли на Нижегородскую ярмарку, в другие торговые центры на Волге.

С давних времен костромичи были добрыми, терпеливыми, доверчивыми, в массе своей небогатыми людьми, но не склонными к переворотам, нарушению стабильности в стране, не мыслившими жизни без Бога и православия. В конце ХVIII – начале ХIХ в. не только рост капиталистической эксплуатации, ухудшение экономического благополучия простых людей, введенных в заблуждение бунтарями-революционерами (многие лидеры которых были неправославными нерусскими людьми) и их неосуществимыми политическими и социально-экономическими обещаниями, целенаправленное расшатывание ими веры жителей Костромской земли в Бога и их православного настроя привели к участию костромичей в революционных беспорядках. Так, в большой мере именно социал-демократы инициировали в 1873 г. первую в истории Костромы стачку, произошедшую на Михинской фабрике; они же руководили мощной забастовкой в 1903 г. на той же фабрике. Костромичи участвовали в беспорядках 1905–1907 гг.; в Костроме был создан Совет депутатов-стачечников, действовала боевая дружина, выходила боевая газета «Северный рабочий». В то время во главе большевистской организации Костромы стояли Я.М. Свердлов (Янкель Соломон Мовшевич), Ц.С. Бобровская (Цецилия Зеликсон), А.М. Стопани и др. В период Первой мировой войны руководимые большевиками рабочие Костромы в 1915 г. начали стачку, вышли на демонстрацию, выдвинули политические требования, в результате стычки с царскими властями 4 человек были убиты, десятки рабочих были ранены.

Панорама Костромы. Фото Прокудина-Горского 1910 г.

Советская власть на Костромской земле была в 1917 г. установлена ценой относительно малых потерь людских жизней. Так, в Костроме местные власти 3 марта 1917 г., узнав о восстании в Петрограде, устроили совещание в городской управе. Под руководством большевиков к управе двинулись толпы рабочих и солдат. Состоялся митинг, вслед за этим были проведены выборы в Советы рабочих и солдатских депутатов. В результате агитации со стороны большевиков на сторону большевистской партии перешли войска костромского гарнизона (солдаты, в основном вчерашние крестьяне, действительно поверили большевикам, что власть перейдет под большевистским руководством в руки порядочных компетентных людей, думающих о простом народе, без потерь для России будет заключен мир, закончатся без утрат для России боевые действия на фронте, а крестьяне станут собственниками земли – на деле этого не произошло). Советская власть в Костроме и на всей Костромской земле в значительной мере была установлена мирным путем. Так, 29 октября 1917 г. на объединенном заседании революционных организаций решили передать всю полноту власти в Костроме в руки рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Начались национализация предприятий, муниципализация домовладений, другие принципиальные преобразования.

В советский период было немало сделано для оживления хозяйственной жизни на Костромской земле, было положено начало ее целенаправленному промышленному развитию, стремились улучшить социально-экономическое положение простых людей, пытались в меру возможностей решать их экономические и социально-бытовые проблемы. Но были и ошибки в проведении индустриализации, а также коллективизации, ущемление прав интеллигенции и духовенства, монашествующих, репрессии, снос и закрытие храмов и монастырей, безжалостная ликвидация тех, кто пытался утверждать и доказывать людям безбожную, нередко неграмотную деятельность местных костромских властей, партийных лидеров, а также столичных советских руководителей.

На территории Костромской земли в разное время существовали разные административно-территориальные образования. На территории современной Костромской области в середине XIII в. было удельное Костромское княжество; в XIII в. в летописях упоминались Костромское и Галичское княжества. В XVI в. были образованы Галичский и Костромской уезды. В XVIII в. существовали сначала Костромская провинция, затем – Костромское наместничество, в конце XVIII в. была образована Костромская губерния. В 1929 г. Костромскую губернию реорганизовали в округ, который был ликвидирован в 1930 г. В 1944 г. была образована Костромская область.

1.2. Природно-ресурсный потенциал и основные черты экономики Костромской области

Костромская область, имеющая площадь 60,2 тыс. кв. км и численность жителей 688 тыс. чел. (2010), входит в Центральный федеральный округ (ЦФО) и Центральный экономический район (ЦЭР), граничит с областями – Ярославской, Ивановской, Нижегородской, Кировской, Вологодской. Костромская область расположена в центральной части Русской (Восточно-Европейской) равнины. В центре области простирается Галичско-Чухломская возвышенность (высота до 292 м), на северо-востоке области находятся Северные Увалы, на западе области – Костромская низменность. Поверхность области – в основном холмистая равнина. Климат здесь умеренно континентальный; средние температуры января —10 °C, июля – +18 °C; осадков выпадает порядка 600 мм в год. По территории Костромской области протекает ряд рек, в том числе Волга (ее протяженность здесь 89 км) с притоками – Костромой, Унжей, Ветлугой. Это способствует развитию судоходства, особенно на Волге и в низовьях ее притоков. Волга играет особенно большое значение в жизни Костромской области. По ней перевозят грузы и пассажиров (речной транспорт имеет очень низкую себестоимость перевозок), осуществляют рекреационные вояжи и туристические поездки; создано Нижегородское (Горьковское) водохранилище; сохраняется рыболовецкое значение реки, но его значимость постепенно сокращается в связи с уменьшением размеров и падением качества рыбных ресурсов.

Река Волга (древнее название Ра, в Средние века – Итиль) – наиболее известная река России, являющаяся крупнейшей рекой в Европе. Ее протяженность 3530 км, она берет начало на Валдайской возвышенности, впадает в Каспийское море, образует обширную дельту площадью 19 тыс. кв. км. Волга имеет около 200 притоков, наиболее крупные из них Ока, Сура, Свияга (справа) и Молога, Ветлуга, Кама, Самара, Б. Иргиз (слева). Река скована льдом с конца ноября (или начала декабря) до апреля, а в ее низовье – до середины марта. Купальный сезон здесь длится от 75 до 120 дней. В ней обитает до 70 видов рыб, в том числе 40 промысловых. Волжская вода используется для водоснабжения населения, хозяйственных целей, для орошения. Волга соединяется с Балтийским морем Волго-Балтийским водным путем, с Белым морем – Северо-Двинской системой и Беломоро-Балтийским каналом, с Москвой-рекой – каналом им. Москвы, с Азовским и Черным морями – Волго-Донским каналом. Волга протекает по территории трех экономических районов: 1) Центрального – по областям Московская, Тверская, Ярославская, Костромская, Ивановская; 2) Волго-Вятского – Нижегородской области, республикам Чувашия и Марий Эл; 3) Поволжского – республике Татарстан, областям Ульяновская, Саратовская, Волгоградская, Астраханская и Республике Калмыкия.

В верховьях Волга проходит через Верхневолжские озера, сток которых регулируется плотиной. Ниже по течению Волги находится каскад гидроэлектростанций (ГЭС) с водохранилищами. Активное строительство ГЭС в России началось с 1920 г. в процессе реализации плана ГОЭЛРО. Характерной чертой советского гидроэнергостроительства стало сооружение каскадов ГЭС. Каскад ГЭС – это группа ГЭС, расположенных по течению реки. В каскадах ГЭС электростанции располагают ступенями по течению реки, и каждая из них последовательно использует энергию водного стока. На крупных равнинных реках созданы гидроузлы, состоящие из плотины, водохранилища, шлюзов для пропуска судов, рыбоходов. Создание гидроузлов позволяет одновременно решать несколько задач: вырабатывать электроэнергию, орошать земли, обеспечивать хозяйство водой, улучшать условия судоходства, способствовать поддержанию и развитию рыбоводства и рыболовства.

Строительство значительного числа ГЭС на Волге (как и на других реках) имеет свои достоинства и недостатки. Достоинства ГЭС: 1) используют неисчерпаемые ресурсы; 2) просты в запуске и управлении; 3) не требуют большого числа работающих (число работающих на ГЭС в 15–20 раз меньше, чем на ГРЭС, если они равной мощности); 4) имеют высокий КПД – более 80 %; 5) производят самую дешевую электроэнергию (производство электроэнергии на ГЭС в четыре раза дешевле, чем на ТЭС); 6) улучшают условия судоходства на реках (благодаря повышению уровня воды в водохранилищах увеличиваются глубины рек); 7) облегчаются условия орошения близлежащих сельскохозяйственных угодий (по оросительным каналам и в засушливых районах вода отводится на поля).

Недостатки ГЭС: 1) требуют больших капиталовложений на строительство; 2) имеют длительные сроки строительства; 3) их строительство связано на равнинах со значительными потерями земель, причем лучших – пойменных, отличающихся высоким плодородием; 4) доля ГЭС в производстве электроэнергии меньше, чем их доля в суммарной мощности всех электростанций; 5) при создании водохранилищ неизбежным является переселение жителей из затапливаемых населенных пунктов, что требует очень больших расходов; 6) при создании плотин на равнинной местности повышается уровень грунтовых вод, что ведет к заболачиванию и засолению почвы; 7) плотины мешают развитию рыбного хозяйства, они мешают миграции рыб (создаваемые рыбоходы дают малый эффект) и тем самым ухудшаются условия рыбоводства и рыболовства; 8) вода в водохранилищах (в отличие от речной, проточной) застаивается, становится накопителем грязи и вредных отходов (это особенно опасно в густонаселенных промышленных районах); 9) социально-психологические последствия от создания крупных водохранилищ при ГЭС; 10) выработка электроэнергии на ГЭС зависит от климатических условий и меняется по сезонам.

В связи со строительством ГЭС на Волге были созданы водохранилища. В связи со строительством водохранилищ режим реки в значительной мере зарегулирован. На берегах Волги созданы заповедники и национальные природные парки. Сохраняется тенденция увеличения площади и числа охраняемых природных территорий. Поскольку экологическое состояние Волги ухудшилось, в 1989 г. был учрежден общественный Комитет спасения Волги, постепенно увеличивается внимание государственных структур к решению экологических проблем этой великой русской реки.

Для хозяйства Костромской области ощутимое значение имеет созданное на р. Волге Нижегородское (Горьковское) водохранилище, простирающееся в Костромской, Нижегородской, Ивановской, Ярославской областях. Это водохранилище образовано плотиной одноименной ГЭС, заполнено в 1955–1957 гг., его площадь 1590 кв. км, объем 8,8 куб. км, длина 427 км, наибольшая ширина 14 км. С созданием Нижегородского (Горьковского) водохранилища образовалось Костромское водохранилище в низовьях р. Костромы.

Основные озера Костромской земли: Галичское (площадь 75,4 кв. км, длина 17 км, ширина 6 км, средняя глубина 1,8 м, максимальная глубина – до 5 м) и Чухломское (площадь около 50 кв. км, глубины не более 4,5 м). Эти озера имеют рыбопромысловое значение, но главное богатство в них – это слой озерных иловатых отложений, сапропель, достигающий местами толщины 9 м. В Галичском озере запасы сапропеля составляют 400–500 млн т. Сапропель используют для удобрения полей, при химической переработке из него можно получать высококалорийный газ и другие продукты. 1 млн т сапропеля заменяет более 1 млн куб. м дров. Особенно ценно то, что галичский сапропель обладает высокими целебными качествами; местные лечебные грязи не хуже крымских, но об этом мало кто знает.

Костромское водохранилище

Костромская область бедна полезными ископаемыми. Наибольшее хозяйственное значение имеют разведанные запасы стекольных и формовочных песков, известняков, мергеля, кварца, горючих сланцев, фосфоритов, торфа, сапропеля, минеральных вод, лечебных грязей. Недавно стало известно о запасах нефти (около 630 млн т, по Родоману Б.Б. и Сигалову М.Р.) и доломитовой муки (в Солигаличе). Источники минеральных вод (Солигаличское, Костромское, Красносельское месторождения) вместе с лечебными грязями Галичского и Чухломского озер способствуют развитию здесь санаторно-курортного хозяйства. Здесь находится один из старейших курортов России – бальнеологический курорт Солигалич (открыт в 1841 г., его возраст в 2011 г. – 170 лет).

Более половины (до 60 %) территории области покрыто смешанными лесами, в которых преобладают сосна, ель, береза, ольха. Преобладают леса южнотаежного типа. Мелколиственные и хвойные леса сохранились во всех частях области. Почвы здесь дерново-подзолистые, песчаные и супесчаные, значит, не очень плодородные.

В Костромской области четко выделяются 2 основные части: небольшой приволжский район во главе с городом Костромой и огромное лесное Заволжье. В приволжском районе бόльшая распаханность земель, чем в лесном Заволжье; в нем наиболее развито льноводство и молочное хозяйство, находятся городские поселения – спутники Костромы (Нерехта, Космынино, на Волге – Красное и Волгореченск). В костромском лесном Заволжье на сотни километров тянутся леса островерхих елей и прямоствольных сосен, перемежаясь с березняками и осинниками, встречается и сибирская лиственница. Костромское Заволжье – это как бы преддверие таежной Сибири. При этом в костромском Заволжье есть и немало открытых безлесных, хорошо освоенных мест. Обилие лесов сказалось на специфике и качестве строительства. Естественно, что в лесном Заволжском крае искусство древнего русского деревянного зодчества достигло больших высот. На всей Костромской земле с ее большими лесными богатствами из поколения в поколение передавались и передаются традиции уникальной художественной резьбы по дереву.

В Костромской области 24 административных района, 12 городов (Кострома и 11 малых городов – Буй, Шарья, Нерехта, Мантурово, Волгореченск, Галич и др.), 7 поселков городского типа. В области 261 сельское поселение. Главный административный и хозяйственно-экономический центр области – город Кострома (270 тыс. человек, 2010 г.).

Ведущими промышленными центрами Костромской области являются города Кострома, Нерехта, Буй, Мантурово. Отличительную черту имеет г. Солигалич, это город-курорт. Скромный на первый взгляд поселок Красное-на-Волге имеет давние историю и славу старинного центра ювелирного народного промысла. Многие современные районные центры Костромской области (города и поселки городского типа) – Солигалич, Чухлома, Кологрив, Макарьев и некоторые другие, имеющие незначительное промышленное развитие, но расположенные в прекрасных природных условиях, в живописной местности, – как многие другие небольшие и малые города, следуя выражению писателя В.Г. Паустовского (1892–1968), «милы, уютны, полны целебной тишины и покоя».

В Костромской области, занимающей (60,2 тыс. кв. км) 9,3 % площади Центрального федерального округа (ЦФО) и 0,4 % всей России, живут 688 тыс. человек, 2010 г.), или 1,9 % численности населения ЦФО и 0,5 % всех россиян. В городской местности живут 68 % населения, а в сельской – 32 %. Средняя плотность населения в Костромской области – 11 человек на 1 кв. км (в целом по России – 8, по ЦФО – 57).

Значение Костромской области в экономике России в удельных показателях в начале XXI в. было таким (по каждому показателю Россия – 100 %): продукция промышленности – 0,3 %; продукция сельского хозяйства – 0,8 %; общий валовый региональный продукт – 0,3 %; оборот розничной торговли – 0,3 %; инвестиции в основной капитал – 0,3 %. В Костромской области производят все российские прядильные машины, 18 % кранов на автомобильном ходу, 10 % производства фанеры в стране (2008).

Как и в большинстве других регионов России, для Костромской области характерна депопуляция населения. Так, только за 1990–2009 гг. численность населения области сократилась с 805 до 688 тыс. человек, т. е. на 117 тыс. человек, или в среднем на 6 тыс. человек в год. Среди других демографических проблем области – постарение населения (увеличение численности и доли населения в старших возрастах; в области дети и подростки составляют 15 % населения, костромичи в трудоспособном возрасте – 61 % и жители старше трудоспособного возраста 24 %, или на 56 тысяч больше, чем детей и подростков), сокращение рождаемости и естественного прироста (разница между числом родившихся и умерших; если численность последних больше родившихся, показатель имеет отрицательное значение; на 1000 жителей в 2009 г. родилось 12 человек, умерли 17, естественная убыль населения – 5), рост смертности (на 1000 жителей умерли в 1970 г. – 10 человек, в 2009 г. – 17), гендерная диспропорция (мужчины составляют 45 % от общей численности населения), высокий уровень разводов, расширение практики неюридической брачности (гражданские браки), наметившаяся тенденция деградации генофонда (физическая и духовно-нравственная), алкоголизация населения, усиление напряженности в межэтнических отношениях (русские составляют в области 96 % в общей численности населения, а общий потенциальный православный контингент – не менее 98 % жителей; мусульманский контингент – не более 0,5 % жителей), неравномерность расселения жителей по территории (в Костроме жили в 1990 г. – 34 % всех жителей Костромской области и 50 % ее городских жителей, а в 2010 г. – соответственно 39 % и 60 %), обострение имущественных различий, неудовлетворенность условиями трудозанятости, безработица (уровень безработицы, то есть доля безработных в численности экономически активного населения, составлял в 1995 г. – 9,5 %, в 2007 г. – 3,3 %, в 2009 г. – 8,3 %) и другие.

Усложняются проблемы с обеспечением области трудовыми ресурсами в связи с постарением населения и миграционным оттоком, особенно молодых трудоспособных людей. В Костромской области число пенсионеров на 1000 человек населения выросло с 294 в 1995 г. до 301 в 2010 г. Увеличивается превышение численности людей в возрасте старше трудоспособного над численностью детей и подростков.

Заработная плата является основой для обеспечения жизни большей части жителей Костромской области. В структуре всех денежных доходов населения Костромской области на оплату труда приходится (2009) 43 %, на доходы от предпринимательской деятельности – 7 % (против 16 % в 2000 г.); на социальные выплаты – 23 %, на доходы от собственности – 3 %, на другие доходы (включая скрытую зарплату) – 24 %. Начисленная среднемесячная зарплата в Костромской области составляет 67 % от общероссийского показателя и 56 % от показателя по ЦФО. Среднедушевые доходы в месяц в Костромской области составляют 62 % от общероссийского показателя и 47 % от показателя по ЦФО (2009).

Значительная, но сокращающаяся часть населения Костромской области имеет денежные доходы ниже величины прожиточного минимума: 38 % в 2000 г., 20 % – в 2009 г. (те же показатели по стране в целом: 29 % – 13 % – 13 %).

Здоровье населения ухудшается из-за растущих физических и моральных нагрузок, неумения (и невозможности) рационально спланировать баланс своего времени, неумения грамотно отдыхать и в разумных масштабах работать, а также из-за серьезных недостатков в работе сферы здравоохранения, сокращения возможностей качественных бесплатных профилактики и лечений заболеваний, ухудшения питания, проблем состояния и развития сети общедоступных учреждений культурно-бытового обслуживания населения и других. Так, в Костромской области потребление продуктов питания на душу населения в год в кг в 1990 и 2008 гг. было соответственно такими: мясо и мясопродукты (включая субпродукты I категории и жир-сырец 66 и 44, молоко и молочные продукты 401 и 217, хлебные продукты (хлеб и макаронные изделия в пересчете на муку, мука, крупа, бобовые) 133 и 100.

Из-за проблем с финансированием медленно развивается в области сеть обслуживающих учреждений. Так, ввод в действие: амбулаторных учреждений, посещений в смену был 404 – в 1990 г. и 100 – в 2008 г.; больничных учреждений, коек был 80 – в 1990 г., 150 – в 1995 г., 112 – в 2007 и 0 – в 2008 г.; дошкольных детских учреждений, мест 1477 – в 1990 г., 10 – в 2005 г., 0 – в 2008 г.; общеобразовательных учреждений, ученических мест 4923 в 1990 г., 251 – в 2007 г., 80 – в 2008 г. Только за 1995–2008 гг. численность детей, состоящих на учете для определения в дошкольные учреждения, выросла более чем в 8 раз, а охват детей дошкольными учреждениями упал с 83 % до 73 %.

Постепенно восстанавливаются в области объемы ввода в действие жилых домов в тыс кв. м общей площади: 362 – 1990 г., 82 – 2004 г., 149 —2008 г., 180 – 2009 г. Удельный вес ввода жилых домов, построенных за счет собственных и заемных средств в общем объеме ввода жилья, растет: 2 % – 1990 г., 57 % – 2009 г.

Улучшению условий жизни также способствует развитие инженерно-транспортной инфраструктуры. Так, протяженность автомобильных дорог общего пользования с твердым покрытием в области увеличивается: 3702 км – 1990 г. и 5517 км – 2008 г. (на конец года).

Постепенно сокращается опасность от криминогенных действий. В Костромской области упрочивается тенденция сокращения числа зарегистрированных преступлений (в тыс. человек): 8 – 1990 г., 20 – 2001 г., 11 – 2008 г., и на 100 тыс. человек населения соответственно 962 – 2446–1606.

В Костромской области, как и в стране в целом, в 1990-е гг. был спад промышленного производства, но с начала XXI в. наметилось оживление промышленного развития. Так, индексы промышленного производства в Костромской области в процентах к предыдущему году составили: 84,5 в 1995 г.; 108,2 в 2000 г.; 102,1 в 2002 г.; 111,1 в 2006 г.; 107,8 в 2007 г.; 102,4 в 2008 г., но 81,5 в 2009 г. (те же показатели по стране в целом: 95,4 – 108,7 – 103,1 – 106,3 – 106,8 – 100,6 – 90,7; а по ЦФО: 89,0 – 113,0 – 107,8 – 114,0 – 116,2 – 103,9 – 84,8).

Удельный вес (2008) Костромской области в основных общероссийских показателях (по каждому показателю Россия – 100 %) можно представить так, в процентах: валовый региональный продукт – 0,2; объем отгруженных товаров собственного производства, выполненных работ и услуг собственными силами обрабатывающих производств – 0,4, производство и распределение энергии, газа и воды – 0,8; продукция сельского хозяйства – 0,5; оборот розничной торговли – 0,3 (по уровню оборота розничной торговли на душу населения область занимает 70-е место среди регионов РФ); инвестиции в основной капитал – 0,2 (в области в объеме инвестиций 41 % составляют собственные средства и почти 59 % привлеченные).

Костромская область играет значимую роль в экономике России. Однако валовый региональный продукт (ВРП) (валовая добавленная стоимость в основных ценах), произведенный в Костромской области, в удельных показателях (процентах) от ВРП по России и ЦФО падает. Если ВРП в целом по стране на соответствующий год принять за 100 %, то на Костромскую область приходилось 0,4 % – в 1995 г., 0,3 % – в 2000 г., 0,2 % – в 2008 г.; доля области в ВРП по ЦФО (100 %) была 1,7 % – в 1995 г., 0,7 % – в 2008 г.

В структуре валового регионального продукта Костромской области основными видами экономической деятельности являются обрабатывающие производства (27 %), сельское и лесное хозяйство (14 %), оптовая и розничная торговля, ремонт автотранспортных средств, бытовых изделий и предметов личного пользования (11 %), транспорт и связь (10 %).

Структура валовой добавленной стоимости по видам экономической деятельности в Костромской области (100 %) выглядит так (2008 г., в процентах): сельское хозяйство, охота, рыболовство, лесное хозяйство – 11,2; добыча полезных ископаемых – 0,1; обрабатывающие производства – 28,2 %; производство и распределение электроэнергии, газа, воды – 8,8; строительство – 5,3; оптовая и розничная торговля, ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования – 11,7; гостиницы и рестораны – 0,9; транспорт и связь – 10,1; финансовая деятельность – 0,0; операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг – 5,2; государственное управление и обеспечение военной безопасности, обязательное социальное обеспечение – 9,2; образование – 3,8; здравоохранение и предоставление социальных услуг – 4,5; предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг – 1,0. Как мы видим, в области в экономике особенно большое значение имеют обрабатывающие отрасли промышленности.

На костромском заводе «Мотордеталь»

В Костромской области (за 2009 г. в фактически действовавших ценах в процентах к итогу) структура объема отгруженных товаров собственного производства, выполненных работ и услуг собственными силами по виду экономической деятельности «обрабатывающие производства» (Костромская область – 100 %) выглядит так, в процентах: производство пищевых продуктов, включая напитки и табак – 11,0; текстильное и швейное производства – 3,4; производства кожи, изделий из кожи и производство обуви – 1,1; обработка древесины и производство изделий из дерева – 24,5; целлюлозно-бумажное производство, издательская и полиграфическая деятельность – 1,7; химическое производство – 4,3; производство резиновых и пластмассовых изделий – 1,5; производство прочих неметаллических минеральных продуктов – 2,9; металлическое производство и производство готовых металлических изделий – 11,9; производство машин и оборудования – 6,3; производство электрооборудования, электронного и оптического оборудования – 1,7; производство транспортных средств и оборудования – 6,3; прочие производства – 23,4 (рассчитано по Российскому статистическому ежегоднику. 2010 г., с. 388–389).

Костромская область по уровню экономического развития значительно уступает ряду других регионов ЦФО.

В самом начале XXI в. в Костромской области в структуре промышленного производства основную роль играли электроэнергетика (31 %), машиностроение и металлообработка (18 %), лесная и деревообрабатывающая промышленность (19 %), пищевая (10 %), легкая (7 %), химическая промышленность (3 %), промышленность стройматериалов (3 %), другие (9 %). Машиностроение специализировалось на производстве экскаваторов, прядильных машин, деревообрабатывающих и металлорежущих станков, оборудования для химической, мебельной и пищевой промышленности. Лесная и деревообрабатывающая, целлюлозно-бумажная промышленность представлена производством пиломатериалов, фанеры, древесно-стружечных и древесно-волокнистых плит, в советский период ощутимое развитие имело мебельное производство. Легкая промышленность специализируется на льняных и пенько-джутовых тканях. Костромская область славится текстильным производством, особенно – льняным. В области работает крупная Костромская ГРЭС (г. Волгореченск).

Удельный вес продукции животноводства и растениеводства в Костромской области соответственно равны 54 % и 46 %. Область издавна имеет развитое сельское хозяйство, специализирующееся на молочном и мясомолочном скотоводстве. Особенно славится местное молочное скотоводство благодаря широко известной костромской породе крупного рогатого скота. Общеизвестны высокие пищевкусовые качества костромских молочных продуктов. Костромские молоко, сметана, творог, сыр в рекламе не нуждаются. Обширная территория, небольшая плотность населения и промышленных объектов способствуют высоким экологическим достоинствам этих продуктов. Кроме животноводства молочно-мясного направления, развиты свиноводство, птицеводство, пчеловодство, растениеводство с преобладанием выращивания кормовых культур.

В Костромской области, где живет 0,5 % населения России и 2 % населения Центрального федерального округа, производят в последние годы 0,4 % российского молока и до 3 % производства молока ЦФО. При этом в Костромской области объем производства молока сокращается; так, производство молока в 2009 г. по сравнению с 1976–1980 гг. сократилось в 2,5 раза (см. Приложение 4).

Говоря о развитии животноводства в Костромской области, нужно непременно вспомнить селение Караваево, ставшее в советский период центральной усадьбой тогда известного на всю страну племенного завода. Здесь в 1944 г. была завершена работа по выведению костромской породы крупного рогатого скота мясомолочного направления. Одним из основателей животноводческого хозяйства в Караваево был Станислав Иванович Штейман. Он родился в Латвии, в семье лесоруба. С.И. Штейман подростком батрачил на лесопромышленника, в Первую мировую войну был солдатом, после осенних событий 1917 г. служил в Красной армии, воевал с иностранными интервентами и Белой гвардией. Когда на месте бывшей помещичьей усадьбы в Караваево создали совхоз, Штейман стал в нем работать рабочим-животноводом, начал самостоятельно по книгам после тяжелого трудового дня изучать животноводство. Рядом с ним оказались люди, мечтавшие, как и он, найти оптимальные пути развития животноводства, вывести улучшенную породу крупного рогатого скота. Штейману за выведение нового, рекордного по продуктивности молочного стада была присуждена Государственная премия, которую он передал на строительство самолета «Иван Сусанин». В послевоенные годы одно из старейших сельскохозяйственных предприятий России, совхоз «Караваево», процветал (со временем он стал учебно-опытным хозяйством Костромского сельскохозяйственного института). Выведенная в нем порода крупного рогатого скота с большой упитанностью быков (1800–1950 кг живого веса) и коров (550–850 кг) позволяла получать средние удои молока от одной коровы 4–5 кг (1971–1975 гг.) при жирности молока 3,7–3,9 %. В дальнейшем с оскудением естественной кормовой базы, в том числе и в результате затопления богатых травостоем пойменных земель, эти достижения пошли на убыль. Уже в начале 1990-х гг. 44 % населения Костромской области (100 %) не держали у себя в подворье домашнего скота, в том числе коров – 80 %, свиней – 30 % и более половины – овец (по Родоману Б.Б., Сигалову М.Р.).

В Костромской области земли сельскохозяйственного назначения теперь составляют 17 % всех земель, из них пашня занимает 67 %, или 11 % всех земель области (2009).

Посевная площадь всех сельскохозяйственных культур в Костромской области в хозяйствах всех категорий сокращается (662 тыс. га в 1990 г. и 258 тыс. га в 2008 г.). Резко сокращается в области поголовье скота в хозяйствах всех категорий (на конец года, тысяч голов, в 1990 и 2008 гг.), в том числе коров – 141 и 40, свиней – 139 и 40, овец и коз – 164 и 21.

Производство большинства видов продукции растениеводства и животноводства в хозяйствах всех категорий сокращается (в тыс. т, 1990 г. и 2008 г.), в том числе: зерна (в весе после доработки) – 293 и 83, льноволокна – 8 и 2, картофеля – 232 и 160, овощей – 40 и 105 (растет), скота и птицы на убой (в убойном весе) – 54 и 24, молока – 362 и 157, яиц (в млн штук) – 317 и 554 (растет).

В Костромской области, как уже отмечалось, сельское хозяйство специализируется на молочном животноводстве, картофелеводстве, выращивании льна-долгунца. Особенно выигрышным должно стать выращивание традиционной русской культуры – льна-долгунца, для чего здесь имеются необходимые природные условия. По экономическим характеристикам русский лен – лучший в мире. Тот, кто использует льняное постельное и нательное белье, носит льняную одежду, носки, гольфы, шарфы, головные уборы, как правило, имеет более надежное здоровье, чем люди, не использующие продукцию изо льна. В льняной одежде не жарко летом и не холодно зимой. Изготавливаемые из льноволокна прочные льняные ткани, полотна, батисты и другие изделия имеют высокий спрос в нашей стране и за рубежом. Лен – важнейшая волокнистая культура Костромской области и всей России. Эта культура характеризуется сравнительно коротким вегетационным периодом созревания (80—100 дней) и биологической суммой температур в пределах 1400–1500°. Лен не слишком требователен к почвам, влаголюбив, хорошо развивается в теплые пасмурные дни.

На полях Костромской области

Лен-долгунец требует относительно прохладную летнюю погоду, очень влаголюбив (хорошо растет в период прохладного и дождливого лета), не переносит жары. Но выращивание льна связано с рядом дополнительных организационно-технологических действий. На полях предшественниками льна желательно иметь культуры, обогащающие почвы азотом (обычно это клевер и викоовсяная смесь), причем нужны хорошо окультуренные почвы. Лен-долгунец восприимчив к грибковым заболеваниям (что существенно снижает качество растительных волокон); из-за этого можно высевать его на одном поле не чаще чем раз в 7–8 лет. А это в свою очередь влечет ограниченность в посевах льна, занимающих только 12–15 % посевной площади хозяйств.

Лен-долгунец – техническая, значит, довольно трудоемкая культура, а в русском Нечерноземье, в том числе в Костромской области, численность населения, и в том числе трудовых ресурсов, в последние десятилетия резко сократилась, плотность сельского населения низкая, что осложняет выращивание этой культуры.

Лен-долгунец требует и дополнительных капитальных вложений для получения качественного льноволокна. Как и большинство технических культур, лен-долгунец – капиталоемкая культура. Нужны специальные водоемы или предприятия по вымачиванию льна-долгунца. Нужны промышленные емкости или как минимум навесы для высушивания льна, причем без попадания на него прямого солнечного света. Как мы видим, на размещение посевов льна-долгунца существенно влияют экономические условия, в частности обеспеченность трудовыми ресурсами и удаленность от заводов.

Несмотря на все сложности выращивания льна-долгунца, он сохраняет свою привлекательность, ведь он дает волокно, отличающееся высокими экологическими характеристиками, большой прочностью и эластичностью, блеском и влагоемкостью. Но пока сбор льноволокна в Костромской области составляет порядка 3 % от соответствующего показателя по стране и 10 % от показателя по Центральному федеральному округу (2007). При этом с 1976 по 1980 г. среднегодовой сбор льноволокна в области сократился почти в 7 раз; за 1976–2000 гг. он упал в 5 раз, но за 2001–2007 гг. вырос в 1,6 раза (см. Приложение № 4). Нужно учитывать и невысокую урожайность льна-долгунца (волокно), которая составляет от 3–4 до 7 ц с гектара, но она постепенно увеличивается (в среднем по стране: за 1976–1980 гг. – 2,5 ц/га, а в 2009 г. – 3,2 ц/га).

На Костромской земле сложились и сохраняются традиции народной, уникальной резьбы по дереву, все виды узорного ткачества, вышивка и другие разновидности народного искусства. Ведь издавна здесь были развиты крестьянские промыслы и ремесла: ювелирные, деревообрабатывающий, гончарный, вышивка, плетение из бересты, лыка, ивового прута, соснового корня. Со временем особо выдвинулось льноткачество.

Экологическая обстановка в Костромской области в целом относительно благоприятная. Улучшение ряда показателей за последние более чем 20 лет во многих случаях объясняется не столько местными экологическими победами, сколько спадом производства. Так, использование свежей воды в Костромской области было в млн куб. м: 2676 в 1990 г.; 1345 в 1995 г., 1742 в 2007 г. В атмосферу было выброшено загрязняющих веществ в тыс. т: 153 в 1990 г., 48 в 2004 г., 63 в 2007 г.; было уловлено и обезврежено загрязняющих атмосферу веществ в тыс. т: 311 в 1990 г., 86 в 2004 г., 31 в 2007 г. Объем оборотной и последовательно используемой воды составил в млн куб. м: 515 в 1990 г., 177 в 2002 г., 247 в 2007 г.

Основным источником загрязнения воздуха от стационарных источников в области являются предприятия энергетики. Среди них Костромская ГРЭС в Волгореченске (ее доля в объеме выбросов от стационарных источников 27 %). 17 % выбросов дает Солигаличский известковый комбинат. В Костроме основную часть выбросов от стационарных источников дают предприятия электроэнергетики, стройматериалов, машиностроения и металлообработки. Вклад автотранспорта в суммарные выбросы вредных веществ составляет 53 %. Показатель улавливания вредных веществ, отходящих от стационарных источников, – 33 %.

Более 70 % областного объема загрязненных сточных вод дают очистные сооружения жилищно-коммунального хозяйства г. Кострома. Кроме того, большое количество загрязняющих веществ поступает в водные объекты от промышленных и коммунальных объектов г. Костромы и соседних районов – Костромского, Нерехтинского, Судиславского, Буйского. Из общего объема сброшенных сточных вод в водные объекты 40 % составляют загрязненные сточные воды. Питьевая вода в значительном числе источников централизованного водоснабжения не соответствует санитарно-гигиеническим (34 % источников) и микробиологическим показателям (11 %).

Из ежегодно образующегося объема отходов 72 % утилизируется и обезвреживается. Основные центры образования и накопления промышленных и бытовых отходов – города Кострома, Волгореченск, Мантурово. Большая часть промышленных и бытовых отходов вывозится на свалки. Однако около трети из них складируется на площадках и в отвалах прямо на территории предприятий.

1.3. Культурологические ценности. Религиозное развитие и православные святыни

Костромская область обладает обширными культурологическими ценностями. Здесь много самых разных памятников археологии и истории, мемориальных мест, архитектурно-художественных памятников, а главное – древних действующих монастырей и храмов, в которых пребывают почитаемые чудотворными иконы, святые мощи и другие православные святыни. Большое насыщение Костромской области культурологическими ценностями определило проведение именно в Костроме 23 марта 2005 г. заседания Совета по культуре при Президенте РФ с участием самого Президента, на котором обсуждались вопросы сохранения культурно-исторического наследия Костромской земли и других регионов России. Кострома является важной частью во всемирно известном туристическом маршруте «Золотое кольцо России» и притягательным центром православного паломничества (в ней действуют 3 монастыря и еще 6 в ее области).

Старинные здания в Кологриве

Основные места краеведческого культурологического интереса в Костромской области: городище XIV в. у г. Чухломы, остатки прежнего г. Кологрива (существовал до 1778 г.) около села Черменино, церковь XVI в. в пос. Красное-на-Волге, церковь Воскресенская XVII в. в пос. Сусанино, часовня XVIII в. в с. Некрасово, церковь XVIII в. в г. Судиславле, архитектурные памятники XVII–XVIII вв. в г. Макарьеве, памятники XVII–XIX вв. в г. Нерехте, памятники XVIII–XIX вв. в с. Борок и другие.

В Костромской области работают многочисленные музеи в городах Костроме, Галиче, Солигаличе, поселке Щёлыково, также краеведческие музеи есть в городах Буй, Кологрив, Макарьев, Нерехта, Чухлома, Судиславль, поселках Сусанино, Красное-на-Волге (музей ювелирного промысла), Островское (музей им. Б.М. Кустодиева), открыта картинная галерея в с. Парфеньево и др.

В Костромской области много мемориальных и памятных мест. Костромская земля – родина героя освободительной войны русского народа против польской интервенции начала XVII в. И.О. Сусанина (в его честь названы район области и его центр), писателей А.Н. Плещеева (Кострома), А.Ф. Писемского (с. Раменье), писателя-этнографа С.В. Максимова (Парфентьев посад), писателя и театрального деятеля П.А. Катенина (деревня Шаёво), издателя-просветителя И.Д. Сытина (с. Гнездниково), художников Г.А. Ладыженского (г. Кологрив) и Е.В. Честнякова (с. Шаболово), адмирала Г.И. Невельского (усадьба Дракино около с. Лосево). Широко известен музей-усадьба «Щёлыково» драматурга А.Н. Островского. В Костроме в Ипатьевском монастыре был призван на царство в 1613 г. Михаил Романов; в этом монастыре началась история нового российского царского рода Романовых. Ныне действующий Ипатьевский мужской монастырь посещают паломники – богомольцы и светские экскурсанты.

На Костромской земле всегда было много православных центров. В начале ХХ в. в Костромской губернии было 13 мужских и 12 женских монастырей, сотни храмов. Почти за 75 лет атеистической политики в годы советской власти в Костромской области резко сократилось число религиозных центров. Но с конца ХХ – начала XXI в. число действующих религиозных центров стало увеличиваться; восстанавливаются старые, закрытые в советский период монастыри и храмы, строятся новые. В начале XXI в. в Костромской области действовали 9 монастырей и 2 подворья, среди них были 7 женских монастырей и 2 подворья женских монастырей и 2 мужских монастыря. Действуют в Костроме Свято-Троицкий Ипатьевский мужской монастырь и 2 женских монастыря – Богоявленско-Анастасиин и Знаменский. Также действуют Свято-Покровский Авраамо-Городецкий мужской монастырь в с. Ножкино (Чухломской район), женские монастыри – Макариево-Унженский в г. Макарьеве, Паисиево-Галичский в д. Успенская слобода (Галичский район), Успенская тетеринская пустынь (малый монастырь) в с. Тетерино (Нерехтский район), Троице-Сыпанов Пахомиево-Нерехтский в с. Троица (Нерехтский район), Макариево-Писемский в с. Макарий (Буйский район), подворье Знаменского костромского монастыря в с. Спас-Бураки (Костромской район) и подворье Костромского Богоявленско-Анастасиина монастыря.

В костромских монастырях и храмах пребывают многие чудотворные и чтимые иконы, мощи святых, другие православные святыни и реликвии, есть источники и колодцы со святой водой (см. Приложение 1). Главной православной реликвией Костромской земли является почитаемая чудотворной Феодоровская икона Божией Матери, пребывающая в Костроме в Богоявленско-Анастасиином женском монастыре в Богоявленском соборе.

С Костромской землей связана земная жизнь очень многих русских святых, среди них митрополит Иона, патриарх Гермоген, епископ Митрофан Воронежский, архимандрит Макарий (Глухарев, ректор Костромской Духовной семинарии и настоятель Богоявленского монастыря в Костроме, позже просветитель Алтая), игумены Кирилл Белозерский и Корнилий Комельский, старец Никита (основатель Богоявленского Анастасиина монастыря в Костроме, ученик и родственник преподобного Сергия Радонежского), монах Пахомий (основатель Троице-Сыпанова-Пахомиева Нерехтского монастыря), монахи Макарий Писемский (основатель Макариево-Писемского монастыря), Павел Обнорский (Комельский), Паисий Галичский (игумен Паисиева Успенского Николаевского Галичского монастыря), Григорий Пельшемский и Вологодский (игумен того же монастыря), Авраамий Городецкий (основатель Покровского Авраамиево-Городецкого монастыря), Макарий Унженский и Желтоводский (основатель трех обителей, в том числе Унженского Макарьев Троицкого монастыря), Геннадий Костромской и Любимоградский (основатель Спасо-Геннадиевого монастыря) и другие.

Св. Корнилий Комельский. Икона XIX в.

В давнем прошлом огромные, глухие, непроходимые костромские леса манили монахов, стремившихся к отшельнической жизни, заполненной молитвами и постами. Земные жизни святых Геннадия Костромского и Корнилия Комельского – одни из многих тому примеров.

Корнилий Комельский (1457–1537) родился в знатной ростовской семье бояр Крюковых, бывших великокняжеских придворных. В 12 лет мальчик поступил в Кирилло-Белозерский монастырь, носил тяжелые вериги, в свободное от молитв и послушаний время переписывал книги и обогатил монастырскую библиотеку. Затем он несколько лет посвятил пустынножительству; в 41 год ушел на безмолвие в Вологодскую землю в глухой Комельский лес. В возрасте 61 года он основал там монастырь, наладив в нем дела, с несколькими учениками удалился в Костромскую землю на Сурское озеро ради излюбленного им безмолвия. Костромское лесное пустынножительство в безмолвии было важным и длительным этапом в жизни преподобного Корнилия Комельского. Со временем по непрекращавшимся просьбам братии созданного им в Комельских лесах монастыря он вернулся в него, где в глубокой старости умер.

Геннадий Костромской и Любимоградский (умер в 1565 г.) в миру носил имя Григорий, был уроженцем города Могилева. Его родители были богатыми, но не благочестивыми людьми. Юноша переоделся в бедную одежду и ушел из дома, хотел обрести духовное успокоение. На Вологодской земле он встретился с преподобным Корнилием Комельским, который постриг его в монашество с именем Геннадий; вскоре они вместе удалились в непроходимые костромские леса. В 1505 г. на берегу Сурского озера они основали монастырь в честь Преображения Господня, который впоследствии стали называть Спасо-Геннадиев монастырь. Геннадий Костромской особенно любил молитвы и иконописное дело, обладал даром прозорливости.

Св. Геннадий Костромской и Любимоградский с монастырём. Икона начала XVIII века

Среди угодников Божиих, просиявших святостью и способствовавших развитию Костромской земли, особое место занимают собственно Костромские святые. Собор Костромских святых отмечают 23 января (5 февраля); соборный праздник всех Костромских святых приурочен к памяти преподобного Геннадия Костромского. Земная жизнь многих костромских святых была связана с основанием монастырей. Преподобный Пахомий Нерехтский основал на Костромской земле в середине XIV в. Троицкий монастырь. Также основали монастыри в этом крае ученики преподобного Сергия Радонежского: преподобные Иаков Железноборовский, Макарий Писемский и Павел Комельский; несколько обителей здесь поставил Авраамий Галичский. По благословению преподобного Кирилла Белозерского на Костромской земле трудились преподобные Адриан Монзейский и Ферапонт Монзейский, Галичский. В монастыре преподобного Паисия Галичского, который обрел Овиновский образ Божией Матери, подвизался Иаков Галичский. Одним из самых известных монастырей своего времени, тогда вторым по значению после подмосковного Троицкого (Троице-Сергиева лавра), была Унженская Макариева обитель – одна из трех, основанных преподобным Макарием Унженским. В эту обитель был назначен настоятелем будущий святитель Митрофан Воронежский, впоследствии принявший схиму с именем Макарий, в честь основателя этой обители. Также основали свои монастыри преподобные Варнава Ветлужский и Григорий Пельшемский. Митрополит Московский и всея Руси Иона был костромчанином; он начал свой иноческий путь в одном из галичских монастырей.

Многие другие русские святые также принесли плоды добротолюбия и творили молитвы на Костромской земле. Среди них Патриарх Московский и всея Руси Гермоген, последний русский царь-император Николай II и члены его семьи (он несколько раз прибывал в Кострому и посещал костромские храмы и монастыри), жена его родного дяди и родная сестра императрицы – великая княгиня Елизавета ФедоровнаРоманова и другие.

Глава 2. Славный и древний русский город Кострома

2.1. Визитная карточка Костромы (краткое представление города)

В 372 км к северо-востоку от Москвы расположен древний русский город Кострома, в котором в наши дни живут около 270 тыс. человек (269,7 тыс. человек, 2010 г.). Кострома – это крупный промышленный и культурный центр, а также мощный и влиятельный православный центр. Кострома – удивительный город, прекрасный и неповторимый, резко выделяющийся своим своеобразием и неординарностью среди российских городов. Кострому нужно оценивать как неповторимый территориальный урбанистический акцент, как своего рода древний и уникальный бриллиант в емкой сети российских городов.

В России есть много городов с давней и славной историей. Одни из них стали большими городами и во многом утратили свой исконно русский облик в сомнительных потугах быть похожими в визуальном плане на лучшие зарубежные города, другие со временем превратились в безликий хозяйственный придаток основных городских российских центров или в лучшем случае с огромными трудностями и разными результатами борются за сохранение своих традиционных хозяйственной специализации и исторического облика, третьи нередко выродились чуть ли не в карикатурные лубочные городки – места развлечений для богатых отечественных и иностранных туристов, а также иных состоятельных визитеров, почти потеряв свой настоящий, подлинно русский визуальный облик и дух жителей, есть и другие грустные примеры. Кострома выгодно выглядит на фоне всех этих городов. Кострома не утратила своего своеобразия: архитектурно-художественного, экономического, духовно-нравственного. Даже в жерновах одновременно сокрушительной и созидательной истории ХХ в. Кострома умудрилась сохранить свое историческое своеобразие, неброское истинно русское достоинство, скромный уют настоящего по образу и духу русского православного города. Приехав в Кострому, каждый ощущает, что здесь «всё Русью пахнет». Настраивают на добрый лад певуче-ласковое оканье костромичей – гостеприимных, несуетных, открытых, знающих великий вклад своей относительно небольшой Костромской земли в сохранение русской государственности, свободы и независимости всей огромной России. В Костроме всегда чувствуешь себя как дома – уютно и просто, причем вне зависимости от тяжести своего кошелька. Практически все гости Костромы привозят отсюда домой добротные и доступные всем гостинцы – сувениры из бересты, живописные полотна, вышивку, художественную аппликацию, разнообразные изделия из великолепного костромского льна (скорее всего лучшего в России), неизменно недорогие и уникальные по творческому почерку ювелирные изделия из серебра – кольца, броши, гривны, крестики, образки, брелки, ложечки (в том числе маленькие «на первый зубок», которые дарят при рождении ребенка, а также именные с образом святого покровителя или Ангела Хранителя, или почитаемой иконы), подстаканники и другие. Серебряные ювелирные изделия мастеров Костромы и легендарного поселения Красное-на-Волге не спутаешь ни с какими другими, для них характерны изысканное совершенство и простота форм, яркие неповторимые черты авторского почерка местных мастеров, уникальность рисунка чеканки, резьбы и черни по серебру. Действительно знающие толк в ювелирном искусстве люди в любом ювелирном магазине Костромы и других российских городов непременно попросят показать покупателю именно изделия мастеров-виртуозов из Красного-на-Волге и Костромы, ведь эти изделия лучше всех других украшений таят в себе и передают загадочный и поразительный русский дух, очарование всей Русской земли, неповторимой частью которой являются костромские просторы. Поездка в Кострому и даже недолгое пребывание в ней навсегда яркой страницей остаются в памяти, рождают и усиливают желание прибыть сюда снова, приобщиться в большей мере к изучению местных истории, экономики, культуры, попробовать разгадать далеко не все раскрытые тайны этого города.

Кострома – слово женского рода, и неудивительно, что, как и любая красавица, знающая себе цену, она за всю свою многовековую историю так и не раскрыла многих своих тайн, в том числе истоков, причин ее неисчерпаемой привлекательности и жизнеспособности, а также мудрости, терпения, редчайшей талантливости своих жителей.

До сих пор не разгадана тайна происхождения названия этого города. Одни краеведы и историки считают, что оно пришло из Киевского великого княжества. Другие утверждают, что название Костромы происходит от нагромождения, то есть своего рода костров льда, весною во время разлива вытесняющегося на берега реки Костромы. Есть и третья версия происхождения названия. В древних славянских летописях слова «костр», «кострум», «кострыга» встречаются в значении укрепленного места. В те времена каждый город, в том числе и Кострома, был крепостью, поэтому возможно, что это слово осталось за этим укрепленным пунктом в качестве его собственного имени. Четвертая версия происхождения названия города учитывает то, что в славянском языке слово «кострома» имело несколько, в том числе разных по смыслу, значений. По наиболее широко известному варианту, Костромой называли языческое божество, олицетворявшее весну. Сторонники этой версии утверждают, что город получил имя в честь именно этого древнего языческого божества и языческого праздника, знаменовавшего прощание с весной и наступление лета.

Похороны Костромы. Лубок XIX в.

Многие сотни лет назад в Верхнем Поволжье существовал языческий праздник – Кострома, напоминающий русскую Масленицу, включавший народный обычай отмечать наступление лета так называемыми «похоронами Костромы». Было два варианта выполнения этого обычая, что определялось погодными условиями. В жаркую погоду девушки выбирали в своем селении самую красивую девушку, которая изображала Кострому. Ее наряжали, водили вокруг нее хороводы, пели, потом клали на широкую доску и с песнями несли к реке. Пока Кострому купали, старшая из девушек била в лукошко, как в барабан. После этого все возвращались в селение, снова водили хороводы, плясали, пели. Чаще в начале лета погода прохладная, поэтому чаще этот обычай проходил по другому сценарию. Костромой называли сделанную из прутьев и соломы куклу, которую одевали в женское платье и украшали цветами, водили вокруг нее хороводы, пели, а потом ее сажали в корыто и относили на берег реки. Там собравшиеся для проведения обряда разделялись на две части: одна старалась захватить Кострому, другая – защищала ее. Обычно нападающие одерживали победу, брали Кострому в плен, срывали с нее одежду и бросали в воду или сжигали. А побежденные предавались притворному горю. Этот обряд сохранялся до XVIII в. в костромских селениях, прежде всего в деревнях.

2.2. Главные события в истории города

Большинство исследователей считают основателем Костромы владимиро-суздальского князя Юрия Владимировича Долгорукого, который во время его великого похода по волжскому пути от Ростова в землю казанских булгар в 1152 г. основал этот город. Но абсолютно точно неизвестно, кто же и когда основал Кострому. Однако даже по мнению знаменитого русского историка, географа и государственного деятеля В.Н. Татищева (1686–1750), этот город построили около 1152 г., хотя он существовал и раньше (значит, Костроме не менее 860 лет в 2012 г.). В «Истории Российской» Татищев написал: «Великий князь Юрий Владимирович Долгорукий, лишившись Киевского княжения, основал престол в Белой Руси… Потом начал строить во области своей многие грады: Юриев Поле, Переяславль у Клюшина озера, Владимир на Клязьме, Кострому, Ярославль и другие многие грады…» А первое письменное упоминание Костромы встречается в солидных Воскресенской и Тверской летописях под 1213 г., когда ее сжег ростовский князь Константин в княжеских междоусобных распрях со своим братом князем Юрием.

Судьба Костромы тесно связана с Юрием Долгоруким – ее родителем, определившим прямое родство Костромы и Москвы, которую он также основал (1147). По сути, Кострома и Москва – родные сестры.

Князь Юрий Владимирович Долгорукий (90-е годы XI в. – 1157) вошел в русскую историю как князь суздальский, затем – великий князь киевский, а главное – как «основатель» (1147) Москвы и Костромы. В «Истории Российской с самых древнейших времен» (кн. 1–5, 1768–1848) знаменитый русский историк В.Н. Татищев (1686–1750) написал, что в 1090 г. у князя Владимира II Всеволодовича Мономаха родился сын Юрий. Современные исследователи называют год рождения Юрия, 6-го сына Владимира Мономаха, – 1096 год. По линии отца его дед – переяславский князь Всеволод Ярославович был женат на византийской царевне, дочери тогда правившего византийского императора Константина. Он при рождении получил имя Юрий (Гюргий, Дюргий), а крещен был с именем Георгий. Похоже, что его отец развелся со своей первой женой, дочерью англосаксонского короля Гидой Харальдовной; вторая жена родила ему сына Юрия, еще 2 сыновей и 2 дочерей; после ее смерти (1107) отец женился третий раз. В любом случае Юрий знал о ненадежности семейного счастья. Ребенком княжич Юрий был отправлен отцом на княжение в Ростово-Суздальскую землю. К нему был приставлен опытный «дядька-кормилец» (воспитатель-наставник) и помощник-воевода киевский боярин Георгий Шимонович (Симонович, его отец – варяг Шимон был в детстве приставлен к деду княжича). После смерти отца, Владимира Мономаха (1125), Юрий Владимирович стал полностью самостоятельным князем, а Суздаль (по желанию Юрия) со временем стал столицей Ростово-Суздальского княжества. Он в пограничных частях своего княжества строил крепости: Дубна, Канягин (вероятно, Тверь), а в центре – Переяславль-Залесский, Юрьев-Польский, Дмитров и др. В годы его правления впервые (1147) упоминается город Москва. В 1147 г. князь Юрий Владимирович пригласил в «Москов» князя Святослава Ольговича. В 1156 г. по воле Юрия Владимировича на месте существовавшего укрепленного городка Москов возвели новую, более обширную деревянную крепость. Князь Юрий Владимирович как воспитанник человека с варяжскими корнями сам стал человеком активным, воинственным, стремящимся к упрочению своей власти и обогащению. Еще в 1120 г. он по воле отца совершил победоносный поход на волжских булгар и привел много пленников. С начала феодальной раздробленности Руси (после 1132) Юрий проводил очень активную политику, стремился захватить у соседей их земли, мечтал (и делал все возможное и невозможное), чтобы стать великим киевским князем. За все это он и получил прозвище Долгорукий. Знаменитый русский историк и публицист князь М.М. Щербатов (XVIII в.) полагал, что Юрий получил свое прозвище прежде всего за свое безграничное стяжательство, алчность к приобретению любого рода ценностей, пленников, земель. В древних летописях его прозвище не встречается, оно появилось только в рукописи середины XV в., когда его действия были осмысленны и переоценены потомками. Завоевание земель особенно увлекало князя Юрия Владимировича. В 1147 г. он совершил поход на Великий Новгород, разорил Торжок и район р. Мсты, с 1149 г. вел борьбу с племянником Изяславом Мстиславовичем за киевский стол. Несколько раз Юрий захватывал Киев и какое-то время был его хозяином, но каждый раз удержаться в нем не мог, только в 1155 г. он прочно обосновался в Киеве, но объединить всю Русь под своей властью так и не смог. Тем не менее, именно при князе Юрии Владимировиче наметилось перемещение центра тяжести русской государственности из Приднестровья на северо-восток.

Князь Юрий Долгорукий. Миниатюра XVII в.

У Юрия Долгорукого было 2 жены, первая из них была половчанка, а вторая – греческая царевна. Всего от двух жен у него было 14 детей, в том числе 11 сыновей и 3 дочери. Всю свою взрослую жизнь он был любвеобильным человеком. В «Истории Российской» В.Н. Татищев назвал малопривлекательные черты нравственного облика Юрия Долгорукого. Говорит, что был «сей великий князь … великий любитель жен, сладких пищ и пития; более о веселиях, нежели о расправе и воинстве прилежал, но все оное состояло во власти и смотрении вельмож его и любимцев. И, хотя, несмотря на договоры и справедливость, многие войны начал, обаче сам мало делал, но большее дети и князи союзные, для того весьма худое счастье имел и три раза от оплошности своей из Киева изгнан был». А еще ранее написал: «Юрий, хотя имел княгиню, любви достойную, и ее любил, но при том многих жен подданных часто навещал и с ними болея, нежели со княгинею, веселился, ночи сквозь, на скомонех (музыка. – В. Г.) поигрывая и пия, препровождал, чим многие вельможи его оскорблялись, а младые последуя более своему уму, нежели благочестному старейших наставлению, в том ему советом и делом служили».

Князь Юрий Долгорукий. Рисунок В.П. Верещагина. 1891 г.

Неудивительно, что после пира у сборщика торговой пошлины, киевского боярина Петрилы – с веселием, обильным питием, роскошной едой – князь Юрий Владимирович внезапно тяжело заболел и через 5 дней умер. Считают, что его отравили, потому что он не хотел в должной мере считаться с киевлянами, их городским вече, творил сам и его окружение насилие над ними, горожане относились к нему, естественно, с недоброжелательностью.

Княжич Юрий женился в первый раз на половецкой княгине, принявшей православие. Женившись, он стал князем. Женился он почти мальчиком, ясно, что не сам выбирал себе невесту. Его женитьба – это политически нужный ход (гарантией мира и установления союзнических отношений было заключение династического брака; брак с половецкой княжной предопределил будущий половецкий курс князя Юрия Владимировича). Собственно свадьбу сыграли в Ростове. Юрий, повзрослев, не смог найти общий язык с ростовскими боярами, сам в Ростове не построил ни одной церкви, в конце концов перенес столицу своего княжества в Суздаль. Не мог он чувствовать себя единоличным хозяином в Ростове, где городская община, вече были сильными (как и в других старых центрах). Князь Юрий Владимирович всегда слишком стремился к абсолютно полной единоличной власти (позже он не смог найти общий язык с городскими общинами Киева и других южнорусских городов). Везде, где он становился первым лицом, он на ключевые должности ставил своих людей («чужаков» с позиций других людей), не сполна понимал необходимость разумного учета желаний подавляющей части горожан, жителей княжеств.

Никаких прижизненных описаний или портретов князя Юрия Долгорукого не сохранилось. В разных исторических и научных работах (в том числе описании результатов археологических изысканий в культурно-историческом заповеднике «Киево-Печерская лавра», сделанных в 1989 г.) содержатся сведения о том, что князь был небольшого роста (около 160 см), толстый, плешивый, внешне не привлекательный.

В «Истории Российской» Татищева есть не вполне привычный для нас рассказ об особой связи Юрия Долгорукого и московских мест. По Татищеву, среди всех любовниц князя первое место занимала жена тысяцкого суздальского боярина Степана Ивановича Кучки, которая чуть ли не владела волей князя, выполнявшего все ее желания. Когда князь пошел завоевывать Торжок в 1146/47 г. то боярин Кучка (над которым из-за поведения его жены все смеялись, а жаловаться и просить помощи на земле ему было не у кого) не пошел помогать ему в этом походе князя, а уехал с женой в свое уединенное село на реке Москве, где жену заключил под стражу в заточение, сам стал думать, как уйти к сопернику князя Юрия Владимировича – в Киев, к великому князю киевскому Изяславу Мстиславовичу. Когда Юрий Владимирович узнал это, то оставил свое войско, с небольшим отрядом верных людей приехал в московское владение боярина Кучки – село Кучково, убил его, а дочь его насильно выдал замуж за своего сына Андрея. В тот приезд Юрий Владимирович оценил достоинства места – вдоль р. Москвы. Возможно, это его и подтолкнуло поставить здесь надежную крепость-кремль, давшую начало городу, получившему имя по реке. В истории действительно известен боярин Кучка, на его дочери действительно был женат сын Долгорукого. Известен конфликт между Юрием Владимировичем и этим боярином, в результате которого Кучка был убит. Но со временем сыновья боярина Кучки – Кучковичи – отомстили за убийство отца. Они убили при содействии сестры-невестки князя Юрия Долгорукого его сына, навязанного ей ранее в мужья.

Любая оценка качеств князя Юрия Владимировича Долгорукого субъективна. О нем лучше всего судить по его делам, событиям в княжестве при нем. Вне сомнений, он был умным и энергичным человеком, имел яркие организаторские способности, был активным политиком, удачно действовал в области межкняжеских отношений и на международной арене. Для правителя важно и то, что он умел правильно распределить роли в государственных делах, считал нужным окружать себя советниками и помощниками, которым доверял и поручал «черновую» работу, был деятельным и упорным градостроителем, стремился иметь много детей, прежде всего сыновей, которых оценивал как династический запас прочности. При этом он обладал большим самомнением, хорошо помнил о кратковременности земной жизни и ее радостях.

Князь Юрий Владимирович прожил долгую для своего времени жизнь – 65–70 лет, стал отцом 14 детей, заложил несколько городов, построил многие храмы… К сожалению, до сих пор в Киеве нет точной идентификации останков князя, кости из предполагаемого его захоронения сполна не изучены, по сути, по-христиански не оборудована его могила. Возможно, это, как и краткость княжения в Киеве, есть наказание за его грехи. В Москве, в ее центре (Тверская ул.), установлен (1954) памятник князю Юрию Владимировичу Долгорукому (скульпторы С.М. Орлов, А.П. Антропов, Н.Л. Штамм, архитектор В.С. Андреев), внешне ничего не имеющий с ним, но передающий его силу и мощь.

Основанная в XII в., Кострома с середины XIII в. была центром Костромского удельного княжества, с середины XIV в. кончательно (1362) была включена в состав Московского государства, в 1719 г. вошла в состав Московской губернии, с образованием Костромской губернии стала в 1778 г. губернским городом, центром губернии. С 1944 г. Кострома – центр образованной тогда Костромской области.

Кострома и ее окружение неоднократно и длительное время страдали от губительных пожаров и военных действий: княжеских междоусобиц, нападений ордынцев, казанских татар, новгородских ушкуйников (речные разбойники), боевых действий русских князей за великое княжение и в освободительной войне русских против иностранных интервентов.

Большой урон наносили многочисленные и частые пожары, ведь первоначально Кострома была в основном деревянным городом. Особенно сильные пожары случились в 1413, 1416 и 1493 гг. Так, в пожаре 1413 г. сгорели 30 церквей, огромное число жилых домов и хозяйственных построек. Новую костромскую крепость отстроили из дуба и на новом месте – ниже по течению Волги, на высоком левом берегу (там сейчас расположен городской парк).

С середины XIV в., когда Костромские земли были окончательно присоединены к Московскому великому княжеству, Кострома стала опорным пунктом русского государства в Поволжье. В 1470-х гг. костромская рать под командованием князя Даниила Холмского участвовала в походах великого московского князя Ивана III против Великого Новгорода. При выселении из Великого Новгорода значительной части знатных семей и их расселении по городам Московского княжества, многие из них были направлены в Кострому. Это оказало влияние на экономику, культуру, художественную жизнь Костромы.

После покорения царем Иваном Грозным Казанского ханства (1552) военное значение Костромы снизилось и усилилась ее роль как крупного центра ремесла и торговли. Костромские купцы стали посредниками в транзитной торговле. В Кострому стали привозить товары из Средней Азии, из Персии, была учреждена английская фактория. С середины XVI в. торговое значение Костромы стало стабильно упрочиваться.

В начале XVII в., во время польской интервенции, Кострома сыграла значительную роль в организации ополчения К.М. Минина и Д.М. Пожарского.

Ни губительные военные действия, ни пожары, ни другие беды не могли сдержать развитие Костромы, жизнеспособности которой объективно содействовало ее выгодное экономико-географическое положение, влиявшее на рост оборотов торговли и укрепление, расширение деятельности ремесленников. Год от года росло и крепло экономическое значение Костромы, расположенной на Волге – древнем торговом пути, соединяющем Прибалтику и Западную Европу с Востоком. Дороги из Ростово-Суздальской земли в города Верхнего Поволжья проходили через Кострому. С открытием торгового пути в Англию через Белое море расширились связи Костромы с зарубежными странами. Русские купцы торговали высококачественными и относительно недорогими товарами, славившимися в Европе: льняным полотном, кожами, пушниной, тёсом, смолой, рогожей, салом, маслом, металлическими изделиями.

В конце XVI в. в Костроме начался ощутимый подъем производства, временно прерванный Смутным временем и ускорившийся после установления мира. В XVII в. Кострома была известна как крупный ремесленный город со значительным населением (1650 г. – 2086 дворов), развитыми текстильным, кожевенным, мыловаренным производствами. К середине XVII в. Кострома стала по экономическому значению третьим городом в России после Москвы и Ярославля. В начале XVIII в. (1702) по числу жителей Кострома занимала пятое место в России. В первой четверти XVIII в. экономическое и торговое значение города стало сокращаться; тогда в Костроме были только кожевенные, солодовенные и кирпичные заводы. К середине XVIII в. в ней уже были первые полотняные мануфактуры, которые затем стали укрупняться. Первая относительно крупная полотняная мануфактура была основана в 1751 г. Если в середине XVIII в. первая построенная в Костроме полотняная фабрика купцов Углечаниновых имела 500 станков, то уже в 1790-х гг. в городе действовало 5 суконных фабрик, совладельцем одной из них впоследствии стал П.М. Третьяков. Постепенно в XVIII в. Кострома заняла первое место в стране по производству тканей и довольно долго удерживала его. В Костроме известные предприниматели-старообрядцы братья Третьяковы имели льняную мануфактуру. Одним словом в XVII–XVIII вв. Кострома была одним из крупных русских городов с развитым текстильным, металлообрабатывающим и кожевенным производством.

В начале XIX в. в Костроме действовали 23 промышленных предприятия с 3800 рабочими, численность ее жителей составляла 10 тыс. человек. С середины – конца XIX в. Кострома стала ведущим центром русской полотняной промышленности. С окончанием в 1887 г. строительства железнодорожной ветки от Нерехты Кострома теснее связалась со всероссийским рынком, но отсутствие моста через р. Волгу серьезно затрудняло транспортировку грузов.

Вид на Кострому. Гравюра XVIII в.

В XIX в. в Костроме наряду с развитием текстильной промышленности постепенно стало расти значение в ее экономике машиностроения.

В XIX – начале ХХ в. существенно усилились позиции заводчиков-капиталистов; жестокая эксплуатация трудящихся и тяжелое экономическое положение простых людей вызвали рост мощного рабочего движения в Костроме. К самому началу ХХ в. социал-демократическая партия стала представительной организацией в городе. Сила и авторитет этой партийной организации росли год от года.

Численность населения Костромы стабильно росла, особенно ощутимым был рост рабочего населения, недовольного экономическими и социальными порядками в городе. Неудивительно, что в нем усилились революционные настроения; этому способствовало и то, что в Кострому отправляли в ссылку неблагонадежных в политическом плане людей. Среди них был и знаменитый русский экономист В.В. Берви (Флёровский). Социал-демократы возглавили политическую борьбу в Костроме в начале ХХ в.; в городе происходили стачки (первая в 1873 г.), забастовки (первая в 1903 г.). Кострома деятельно участвовала в беспорядках 1905–1907 гг., которые позже назвали первой русской революцией. Во главе большевистской организации Костромы в тот период стояли Я.М. Свердлов (Янкель Соломон Мовшевич), А.М. Стопани, А.К. Гастев, Ц.С. Бобровская (Зеликсон).

Советская власть в Костроме была установлена в октябре 1917 г., причем мирным путем (через выборы). Началось, особенно после окончания Гражданской войны, ощутимое промышленное и торговое развитие города. В годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. костромские предприятия обслуживали нужды фронта. Многие костромичи ушли добровольцами сражаться в Ярославскую коммунистическую дивизию. 29 костромичей были удостоены высокого звания Героя Советского Союза. После окончания войны развитие Костромы существенно ускорилось. Были построены новые и реконструированы, технически переоснащены существовавшие предприятия. Резко возросли темпы жилищного строительства и сооружения учреждений сферы обслуживания населения. Кострома развивалась по новым градостроительным генеральным планам. В 1970 г. построили новый автомобильный мост через Волгу.

В советский период были построены объекты электроэнергетики, аэродром, железнодорожный и автомобильный мосты через Волгу. Кострома стала крупным центром текстильной (главным образом льняной) промышленности, а также машиностроения и деревообработки. Главными предприятиями города стали 2 льнокомбината, 4 текстильные фабрики, машиностроительные заводы («Мотордеталь», экскаваторный, «Текстильмаш», автоматических линий, полимерного машиностроения, судомеханический, игольно-планочный, деревообрабатывающих станков, красильно-отделочного оборудования и др.). Развитие также получили предприятия мебельной, пищевой, обувной, швейной промышленности. Вступил в строй химический завод, получило развитие производство строительных материалов.

Вид на Кострому с Волги. Фото на открытке конца XIX – начала ХХ в.

Промышленная история и развитие Костромы, как мы видим, в большой мере связаны с верхневолжским льноводством. Сначала здесь появились полотняные мануфактуры, затем – льнопрядильные и в меньшей мере – льноткацкие фабрики. В советский период Кострому назвали столицей русского льна, крупнейшим центром льняной промышленности Центральной России. К концу 1960-х гг. здесь работали 6 значительных текстильных комбинатов и фабрик, насчитывавших не менее 10 тысяч рабочих-текстильщиков. Бывшую Большую Костромскую льняную мануфактуру (основана в 1866 г.) в советский период посильно реконструировали, стали называть льнокомбинатом имени В.И. Ленина, который по льнопрядению стал тогда самым большим льнокомбинатом в мире. В послевоенный советский период предприятия льнотекстильной Костромы стали нуждаться в принципиальной модернизации, условия труда на них уже были малокомфортными по экологическим и санитарно-гигиеническим параметрам.

В конце XX – начале XXI в. важнейшими предприятиями Костромы были текстильные и машиностроительные заводы: «Большая льняная мануфактура», «Мотордеталь», «Автолиния», «Костроматекстильмаш», «Костромское объединение деревообрабатывающих станков», завод по выпуску экскаваторов. Но многие предприятия города в научно-техническом и социально-экологическом планах производят грустное впечатление. Особенно поражают льнокомбинаты, выпускающие качественную продукцию, но имеющие крайне устаревшее оборудование и тягостные условия труда работающих (а это в основном женщины). Приезжающие высокие государственные персоны посещают, как правило, гостевые комнаты и показательные магазины на территории льнокомбинатов, а не заходят в цеха и не видят, в каких, чаще всего неудовлетворительных, условиях и за очень небольшую зарплату трудятся работницы. За качественную льняную продукцию пока приходится платить болезнями и укороченной жизнью текстильщиков, обычно – женщин и ослабленным здоровьем их детей. Редкие экскурсанты, которых иногда водят по лучшим цехам льнокомбинатов, обычно ждут не дождутся конца экскурсий, покидают эти предприятия нередко с головной болью от мучительного шума в цехах и с затрудненным дыханием из-за пылевого загрязнения производственных помещений. Принципиальная техническая реконструкция знаменитых костромских льнокомбинатов жизненно необходима, как и решение на них проблем социальной экологии.

Продукция Костромской льняной мануфактуры

Кострома является значимым транспортным центром. Есть речной порт, железнодорожная станция на линии Ярославль – Галич, аэропорт (открыт в 1930 г., в 1936 г. перебазирован на новое место). Открытие в 1956 г. железнодорожной линии Кострома – Галич соединило Кострому с железнодорожной сетью страны. Большое значение для развития Костромы имело завершение строительства в 1970 г. нового коммунального моста через Волгу.

Кострома является важным образовательным и культурным центром. В ней работает ряд солидных высших учебных заведений, в том числе институты технологический, сельскохозяйственный, педагогический, факультет Санкт-Петербургского торгово-экономического института и др. Среди основных учреждений культуры Костромы театры: драматический и кукол, Музей изобразительных искусств, Историко-архитектурный музей-заповедник и др. Кострома входит в туристический маршрут «Золотое кольцо России».

Кострома обладает ценными архитектурно-художественными памятниками, в ней расположен ряд влиятельных православных центров – монастырей и храмов (см. текст далее).

Численность населения Костромы имеет тенденцию роста, но бывают периоды и временного сокращения числа ее жителей. В Костроме численность ее населения составляла в тыс. чел.: в XVI в. – 8, в начале XIX в. – 10, в 1897 г. – 41, в 1926 г. – 74, в 1939 г. – 121, в 1959 г. – 172, в 1970 г. – 223, в 1979 г. – 255, в 2008 г. – 272, в 2010—270.

Административный статус Костромы постоянно повышался. С XIII в. Кострома стала центром Костромского удельного княжества, в середине XIV в. она была присоединена к Московскому княжеству, стала его провинциальным городом. В 1708 г., когда Россия стала впервые делиться на губернии, Костромская земля была включена в Архангелогородскую губернию, затем Кострома вошла в Московскую губернию. В 1719 г. Кострома, прежде уездный город, стала центром одной из 50 созданных в России провинций. В 1778 г. – 1781 гг. Кострома была центром губернии. В советский период Кострома была в 1929–1930 гг. центром Костромского округа, с 1930 г. была районным центром сначала Ивановской промышленной области, а с ее разукрупнением в 1936 г. – стала районным центром Ярославской области. В 1944 г. в связи с образованием Костромской области Кострома стала областным центром.

В наши дни Кострома занимает 0,24 % (0,1445 тыс. кв км) площади Костромской области, но в ней живут 39 % всех костромичей. Плотность расселения в ней составляет 1872 чел./кв. км, или в 156 раз больше, чем в среднем по области. Как и в области в целом, в Костроме мужчины составляют 45 % населения, женщины – 55 %. Среди жителей Костромы пребывают в возрасте моложе трудоспособного 14 % населения (в том числе в возрасте до 7 лет – 6 %), в трудоспособном возрасте – 64 % и старше трудоспособного – 22 %.

Значение Костромы в экономике Костромской области чрезвычайно велико. Удельный вес Костромы в основных социально-экономических показателях Костромской области выглядит так (2008 г., в процентах): среднегодовая численность населения – 39, среднегодовая численность работников организаций – 44, наличие основных фондов организаций (на конец года) – 54, добыча полезных ископаемых – 36, обрабатывающие производства – 46, производство и распределение электроэнергии и воды – 28, объем работ, выполненных по виду деятельности «Строительство» – 58, ввод в действие общей площади жилых домов – 60, оборот розничной торговли – 36, инвестиции в основной капитал – 36.

2.3. Неординарные личности в судьбе и истории Костромы

Кострома дала жизнь целому ряду неординарных россиян, но ограниченный объем книги не позволяет рассказать обо всех. Среди уроженцев Костромы особое место занимают основатель русского театра Ф.Г. Волков, поэт А.Н. Плещеев, видные советские ученые: географ, академик АН СССР И.П. Герасимов и член-корреспондент АН СССР П.Н. Третьяков, а также драматург В.С. Розов.

Федор Григорьевич Волков (1729–1763) – актер и театральный деятель. Он вошел в отечественную историю как первый русский профессиональный актер и основатель русского театра. Волков родился и провел детские годы в Костроме, его отец был костромским купцом, он рано умер, мать вторично вышла замуж и с детьми переехала к мужу в Ярославль. Отчим Ф.Г. Волкова – ярославский купец Полушкин хорошо относился к нему, старался привить ему интерес к торговле, надеялся, что юноша продолжит его дела. Волков последние детские и юношеские годы провел в Ярославле, с 12 лет он обучался «заводскому и купеческому делу», принимал участие в делах отчима, приобщался к ведению и управлению его делом. Переехав в соседний Ярославль, Ф.Г. Волков часто навещал свой родной город Кострому, где продолжали жить его братья и дед. Вблизи Костромы находился и купоросный завод его отчима, управляемый Волковым. Деловые нужды заставляли его ездить в Петербург и в Москву, где он впервые увидел театральные представления и увлекся театром.

Ф.Г. Волков. Художник А.П. Лосенко. 1763 г.

Когда ему было 18 лет, отчим умер, ему пришлось самому вести и решать хозяйственно-бытовые вопросы их семьи, продолжать дела отчима. В Ярославле он управлял заводами и одновременно занимался организацией театра, который был открыт в 1747 г. Волков с товарищами (среди которых был Иван Нарыков, прославившийся позднее как талантливый актер под фамилией Дмитриевский И.А.) играли комедии и пьесы, ставили оперы. Слухи о театре, где играли ярославские юноши, дошли до императрицы Елизаветы Петровны Романовой. В 1752 г. (Волкову 23 года) эта театральная труппа по указу императрицы была вызвана в Петербург, показанные спектакли ей понравились. Волков и его товарищи были оставлены в Петербурге для обучения театральному делу и другим наукам в Сухопутном шляхетском кадетском корпусе. Среди изучаемых предметов были словесность, иностранные языки, гимнастика, декламация, сценическая деятельность и др. Указом 1756 г. на основе ярославской труппы в Петербурге был учрежден «Русский для представления трагедий и комедий театр», дирекция его была поручена бригадиру А.П. Сумарокову. На первом этапе работы театра русские актеры жалованье получали регулярно, при этом его размер в 3–4 раза был меньше, чем у актеров-французов. Русские актеры жили впроголодь, плохо одевались, но были рады, что занимаются любимым делом. Волков был душой театра, в нем актер занимал положение первого трагика. Со временем он был пожалован званием «первого русского актера». В 1761 г. 32-летний Волков сам стал директором театра, также он был в нем актером, режиссером, капельмейстером, декоратором. Спектакли имели большой успех. Ядро труппы составляли ярославцы, но были и французы. Волков для театра делал переводы произведений Мольера, сам написал около 15 театральных произведений. В 1759 г. Волков (ему 30 лет) и актер А.Д. Шумский были командированы в Москву для устройства там публичного театра.

Волкову приписывают видную роль в дворцовом перевороте 1762 г., в результате которого российской императрицей стала Екатерина II (1729–1796). Если верить легенде, то он в критическую минуту прочитал манифест, который не был написан – просто держа перед собой чистый лист. Императрица Екатерина II якобы предложила Волкову ответственный государственный пост, но он отказался. В 1763 г. Волков (ему 34 года) был режиссером, постановщиком, оформителем грандиозного массового зрелища – маскарада в Москве, устроенного по случаю коронации Екатерины II. Маскарад назывался «Торжествующая Минерва», его программу написал Волков, он и руководил этим маскарадом, во время которого он серьезно простудился и умер. Ф.Г. Волков был похоронен в Москве на кладбище московского Спасо-Андроникова монастыря.

Как мы видим, Богом данный провинциалу Ф.Г. Волкову сценический талант смог сполна раскрыться только благодаря дальновидным, образованным и влиятельным людям – императрицам Елизавете Петровне и Екатерине II, а также А.П. Сумарокову, которые смогли рассмотреть талант в скромном юноше, поверить в способности очень молодого провинциала и помочь ему. Благодаря их поддержке и их вере в него в возрасте 23–34 лет он смог утвердить, возглавить и успешно развивать русский театр. Помощь молодым талантливым людям, выдвижение именно их на ответственные посты, а не назначение на видные должности людей по принципу личной верности без должного учета их способностей, профессиональной и региональной компетентности, является важным условием результативной кадровой политики, успешного развития разных сфер хозяйствования в стране и всей России.

Кроме Ф.Г. Волкова, Кострома дала России еще одного талантливейшего артиста XVIII в., первого актера петербургского театра Алексея Семеновича Яковлева. Уроженец Костромы, А.С. Яковлев в молодости служил сидельцем в одной из лавок в костромских торговых Красных рядах.

Алексей Николаевич Плещеев (1825–1893) – известный русский поэт, представитель некрасовской поэтической школы, создатель прозы в духе «натурального направления» в отечественной литературе («Повести и рассказы», 1860 г.), прожил яркую творческую жизнь, пережил яркие и крайне пессимистические эмоции, справился с лишениями и страданиями. За участие в кружке М.В. Петрашевского он в 1849–1859 гг. в возрасте 24–34 лет отбывал 10 лет ссылку. Умер в возрасте 68 лет.

А.Н. Плещеев. Фото 1850-х гг.

Главным в его творчестве была поэзия, но и его проза была талантливой, впечатляющей. Она является характерным примером натуральной школы – литературного направления 1840-х гг., возникшего в России как «школа» Н.В. Гоголя – и начала развития русского критического реализма (представителями которого были А.И. Герцен, Д.В. Григорович, В.Д. Даль, А.В. Дружинин, Н.А. Некрасов, И.С. Тургенев и другие, ее теоретиком был В.Г. Белинский).

Имя А.Н. Плещеева и его поэтическое творчество тесно сплетены с историей русской революционно-демократической поэзии середины и второй половины XIX в. Поэтическая деятельность его охватывает почти полстолетия (1844–1893 гг., т. е. 49 лет). В его стихотворениях нет открытых призывов к свержению царского режима, но есть грустные описания существовавшего порядка, резких контрастов социального неравенства. А главное – он автор прекрасных стихов о русской природе, милых стихотворений для детей и тонкой любовной лирики.

А.Н. Плещеев был представителем обедневшей ветви одного из стариннейших русских дворянских родов. А.Н. Плещеев родился в Костроме, его отец служил чиновником при губернаторе олонецком, вологодском, архангельском. Когда мальчику было 2 года, семья Плещеевых переехала в Нижний Новгород. После смерти отца по желанию матери Алексей в возрасте 13 лет был привезен в Петербург и в 15-летнем возрасте поступил в школу гвардейских прапорщиков, однако через полтора года покинул ее, не чувствуя влечения к военной службе. В возрасте 18–20 лет он почти 2 года учился на Восточном отделении Петербургского университета, но ушел из него из-за отсутствия средств, болезненного состояния, неудовлетворенности качеством обучения. В 1844 г. в журнале «Современник» впервые были опубликованы несколько стихотворений 18-летнего поэта, обратившего на себя внимание знатоков русской поэзии.

Покинув университет, Плещеев полностью посвятил себя разнообразной литературной деятельности, писал стихи, прозу, делал переводы, выступал как критик-рецензент, выпустил сборник своих стихотворений (ему 21 год).

С 20-летнего возраста он сблизился с петрашевцами, стал членом их кружка. Он доставлял из Москвы нужную для кружка литературу, в частности рукописи запрещенных цензурой произведений, в том числе «Нахлебник» И.С. Тургенева, «Перед грозой» А.И. Герцена, письмо В.Г. Белинского Н.В. Гоголю, тогда ему было 24 года. Плещеев разделял идеологию петрашевцев.

Казнь петрашевцев

Петрашевцы – общество разночинной молодежи в Петербурге в конце 1844 – начале 1849 г., утопические социалисты и демократы. Их лидером был М.В. Буташевич-Петрашевский (1821–1866), выступавший за демократизацию политического строя России и освобождение крестьян с землей; он был в 1849 г. осужден на вечную каторгу, отбывал ее в Забайкальских заводах, с 1856 г. жил на поселении в Иркутске. Первоначально петрашевцы в своих кружках занимались самообразованием, обсуждали теоретические вопросы организации тайного революционного общества, подготовки крестьянского восстания, создания подпольной типографии, а также готовили агитационную литературу для народа. Петрашевцы в 1849 г. были арестованы, под следствием оказались 123 человека, военный суд судил 22 человек, из них 21 – приговорили к расстрелу, замененному всем разными сроками каторги и арестантских работ. В 1856 г. петрашевцы были амнистированы.

Петрашевцы, способствовавшие воспитанию общества в духе критики существовавшего государственного строя и не намечали скорый государственный переворот, занимались пропагандой своих взглядов и в завуалированной форме, используя также печатные возможности, идейную борьбу через литературу против царского самодержавия. Среди путей, которыми распространялось влияние петрашевцев, была и поэзия. Петрашевцы вскоре оценили Плещеева как первого поэта их времени, ведь складывалась новая гражданская поэзия под влиянием демократов-разночинцев и разделяемых ими идей утопического социализма. Вряд ли Плещеев был зрелым петрашевцем, которые явно преувеличивали политическую силу его стихов (ведь В.Г. Белинский относил его тогда всего лишь к «маленьким талантам»). Как все петрашевцы, в 1849 г. Плещеев был арестован, отдан под суд, лишен всех прав состояния и отдан в оренбургский корпус рядовым (после того как в Петербурге им зачитали смертный приговор, а потом объявили о смягчении наказания).

Плещеев 2 года был рядовым в г. Уральске, с 1852 г. его перевели в Оренбург. В 1852 г. приехавшая навестить его мать добилась значительного улучшения его участи благодаря знакомству с тогдашним оренбургским генерал-губернатором В.А. Перовским. Плещеев стал покидать казарму, бывать в гостях у местных светских лиц. В 1853 г. он участвовал в военном походе, за участие в боях был произведен из рядовых в унтер-офицеры, в 1856 г. (ему 31 год) получил офицерский чин прапорщика и вскоре смог уволиться с военной службы, стал работать в гражданской службе. В возрасте 32 лет Плещеев женился на дочери оренбургского чиновника, надзирателя при местном илецком соляном промысле Еликониде Александровне Рудневой. Ссылка Плещеева кончилась в 1858 г., он вместе с женой в 1858 г. уехал из Оренбурга, в 1859 г. вышел в отставку и полностью занялся литературной деятельностью. Но материальные нужды и дела семьи заставили его в 1865–1875 гг. быть на государственной службе. С 1858 г. Плещеев начал сотрудничать с «Современником», вскоре выпустил 3 сборника своих стихотворений, понравившихся публике. Когда ему было 39 лет (1864), умерла его жена, примерно в то же время умерли несколько из его самых дорогих друзей и коллег-единомышленников, что принесло ему тяжелую депрессию и породило грустный настрой его поэтических строк. Личная тема одинокого страдальца, печально сложившаяся собственная судьба отражена в его лирике. Поэзия Плещеева после всех потрясений его жизни стала очень осторожной. Кризис, пережитый Плещеевым в 1860-х гг., принес и его творческий кризис, отставание его поэзии от задач современности, но не умалил его уважаемого положения в русской литературе. В 1872 г. 47-летний Плещеев с тремя детьми переехал из Москвы в Петербург. Он вторично женился, имел большую семью, был должен много работать, постоянно нуждался в деньгах, был осторожным в своих творческих сочинениях.

В последние два десятилетия своей жизни он писал почти исключительно стихи для детей и занимался стихотворными переводами. Он создал, в том числе для детей, чудные поэтические описания русской природы. За 3 года до смерти он получил очень большое наследство (после смерти своего родственника пензенского помещика А.П. Плещеева). К этому времени А.Н. Плещеев нуждался в лечении, уже ничего писать не мог, жил относительно тихо (тем более что последние 30 лет своей жизни он прожил без каких-либо конфликтов с царской властью). Плещеев умер в возрасте 68 лет.

В сознании современников Плещеев остался как политический лирик, гражданский поэт, непосредственный участник движения петрашевцев, а впоследствии сотрудник и соратник Н.А. Некрасова. Его стихи о русской природе, стихи для детей, любовная лирика не устарели и в наши дни. На основе стихотворений Плещеева создали свои песни и романсы (ставшие классическими) многие известные русские композиторы (П.И. Чайковский, М.П. Мусоргский, А.Г. Рубинштейн, А.С. Аренский и др.). К сожалению, теперь в школах в должной мере не знакомят с творчеством Плещеева, его прекрасные стихи почти не звучат по радио, нет их и в передачах телевидения, но музыкальные произведения на его стихи еще можно иногда услышать.

Раздумывая над событиями жизни Плещеева, видим, что он свой Богом данный поэтический талант, способный упрочивать и развивать в людях добрые ощущения, чувства, начала, по молодости не смог дельно и сполна плодоносно использовать, увлекся сомнительными политическими учениями и делами. Греховные помыслы о возможности участия в тайной революционной организации, подготовке восстания, распространении крамольной литературы обернулись для Плещеева многими годами каторги и оторванностью от литературной деятельности – его истинного призвания. Только в возрасте 34 лет он смог продолжить литературную деятельность. При этом с годами он научился осторожности, больше не стремился к политической деятельности, не делал резких оценок событиям в стране. Почти 20 лет писал безопасные и милые детские стихи, делал поэтические переводы. Он вернулся к своему призванию – нести людям приятные ощущения через поэтические строки, воспевая красоту природы, добрые людские начала и стремление к духовному совершенству.

Иннокентий Петрович Герасимов (1905–1985) был выдающимся советским географом, академиком (с 1958 г.) АН СССР, талантливым педагогом и тактичным наставником молодых ученых. Иннокентий Петрович был выдающимся энциклопедистом в науках о Земле, в течение 40 лет лидерствовал во многих направлениях географической науки, всегда помнил и с благодарностью вспоминал своих учителей. За 60 лет своей творческой деятельности он оставил более 1300 публикаций: статей, рецензий, докладов, монографий. Герасимов свою научную деятельность начал с изучения отдельных регионов в почвенном, общегеографическом, геоморфологическом и других направлениях. Затем он разрабатывал крупные научные и природно-хозяйственные проблемы, создал новые научные направления. Его вклад в мировые науки – почвоведение, четвертичную геологию, геоморфологию суши и ложа Мирового океана, палеогеографию, охрану природы, картографию, учение о биосфере, экологию, экономическую и социальную географию и другие отрасли географической науки – велик и многогранен. С 1924 г. (ему 19 лет) он участвовал в многочисленных экспедициях в европейской части страны, на Кавказе, в Крыму, Западной Сибири, Алтае, Средней Азии, Казахстане и других местах. Герасимов в экспедициях на верблюдах, лошадях, авто-, железнодорожном и авиатранспорте провел не менее половины своей жизни, проехал более четверти миллиона километров. С 1947 г. (ему 42 года) он начал изучение территорий стран дальнего зарубежья и одновременно пропагандировал достижения советской науки.

Жизненный путь и путь в науку Герасимова простым не был. Он родился в Костроме в семье помощника присяжного поверенного Костромского окружного суда, потомственного почетного гражданина г. Костромы П.В. Герасимова; мать М.П. Герасимова не работала, воспитывала детей. Когда мальчику было 8 лет, умер отец, вскоре умерли также старший и младший братья. Когда ему было 9 лет, мать вторично вышла замуж за медика М.С. Моисеева. Затем их семья переехала в Пермь, где Герасимов учился в промышленно-экономическом техникуме и подрабатывал. С 16–17 лет он работал счетоводом и в биологической лаборатории Пермского университета. Когда их семья переехала в Великий Устюг, он в возрасте 17 лет работал вольнонаемным санитаром в военном госпитале. В 1922 г. (ему 17 лет) их семья переехала в Ленинград (теперь Санкт-Петербург), где он поступил в Географический институт на общегеографический факультет; затем этот институт слили с Ленинградским университетом. В 21 год Герасимов закончил Географический факультет ЛГУ, был принят в аспирантуру. В 1934 г. (ему 29 лет) по совокупности работ по географии почв сухих степей и полустепей ему была присуждена ученая степень кандидата географических наук, через 2 года в возрасте 31 года он защитил докторскую диссертацию.

И.П. Герасимов

В 38 лет он стал заведующим отделом геоморфологии Почвенного института АН СССР, в котором с 24 лет был штатным научным сотрудником. В 1943 г. (ему 38 лет) Герасимов перешел на работу в Институт географии АН СССР. С 1930-х гг. Герасимов участвовал в педагогической деятельности, был доцентом в Горном институте (Ленинград), профессором и заведующим кафедрой на Географическом факультете МГУ. В 1951 г. (ему 46 лет) Герасимов стал директором Института географии АН СССР. В 1946 г. (ему 41 год) Герасимов был избран членом-корреспондентом, а в 1958 г. (ему 53 года) – действительным членом, то есть академиком, АН СССР. С 1952 г. (ему 47 лет) Герасимов был бессменным главным редактором журнала «Известия АН СССР. Серия географическая», членом редколлегий ряда журналов. Герасимов вел и большую общественную работу. Он в течение 12 лет был президентом «Всесоюзного общества природы» и вице-президентом Всесоюзного географического общества. Герасимов за свои труды был награжден многими орденами и медалями, ему была присуждена Государственная премия СССР. Хотя Герасимов был честным тружеником в науке, порой и ему приходилось лавировать, идти на компромиссы с советскими властями. Так, хотя он понимал, что строительство и эксплуатация Каракумского канала были ошибкой, определившей трагедию Аральского моря, он, как мог, пытался уменьшить потери от этого строительства, уделял много внимания этому строительству, реализации проекта. Но он открыто не выступал против строительства канала и его эксплуатации, понимал, что в период застоя его слушать не будут. Понимал Герасимов и то, что его положение обязывает поддерживать содеянное. Герасимов в душе переживал, мучился, а изменить ничего не мог. В советский период не только он, но и большинство других ученых побаивались выступать против воли партийных и советских вождей, ведь непослушным грозила кара – потеря доходных мест работы, премий, солидного общественного положения, бытовые сложности, трудности в судьбе и карьере членов их семей.

Похоже, что и сейчас кое-кто из ученых, даже видных ученых и одновременно влиятельных функционеров, разменивают свой научный багаж, талант и Богом данные способности на сохранение высокого делового статуса, бытовой комфорт, ощутимые льготы и другие земные радости.

А географам, тем более влиятельным географам, нужно учиться у И.П. Герасимова борцовским началам в работе, нужно начать готовить многотомное издание о частях России и ее регионах, как было сделано в 1960-е гг., когда издательство «Мысль» выпустило 22 тома географического описания России и других составных частей СССР (наша страна тех лет).

В центральной части Костромы уйма мест, связанных с неординарными россиянами. В городском парке (на месте кремля) – это ротонда-«беседка А.Н. Островского». В здании губернских присутственных мест (где ныне размещается городская администрация) служил чиновником писатель А.Ф. Писемский; в гостинице «Россия» останавливался А.Н. Островский, а гостинице «Лондон» – поэт Н.А. Некрасов. Костромскую каланчу запечатлели на своих полотнах художники – братья Г. и Н. Черенцовы, а торговые ряды – Б.М. Кустодиев. Можно привести и много других примеров.

В царский период в провинциальной Костроме жили, как правило с удовольствием для себя, и творили добрые дела во благо костромичей и всех россиян немало ее жителей, но были и те, кто вынужденно либо временно жил в ней, пребывая в ссылке или просто будучи удалены из столиц по воле власть имущих. Так или иначе, но в царский период в Костроме жили, приезжали отдыхать и творить многие интересные люди, любившие Кострому, уважавшие ее историю и жителей. Обо всех не позволяет рассказать ограниченный объем книги, поэтому кратко расскажем только о некоторых из них.

Костромичи, особенно состоятельные, старались способствовать повышению комфорта жизни в их городе, росту культурного уровня горожан, упрочению их религиозных чувств.

Богатые костромские купцы в основном жертвовали средства на строительство храмов. Уже в XVII в. Кострома была одним из наиболее крупных и экономически развитых русских городов и вела оживленную торговлю с заграницей, прежде всего с Англией; костромские купцы стабильно богатели. Часть нажитых богатств купцы тратили на благотворительные дела, прежде всего на строительство и украшение храмов. Например, церковь Воскресения Христова на Дебре была построена в 1652 г. на средства богатого купца К.Г. Исакова. Можно привести и другие подобные примеры.

Состоятельный чиновник П.И. Сергеев открыл в своем просторном деревянном доме в 1808 г. первый в Костроме публичный театр, один из немногих в России, в котором ставили преимущественно классический репертуар – пьесы Кальдерона, Расина, Шиллера, исполнялись и произведения русских авторов – Шаховского, Озерова, Капниста.

В 1890 г. выпускница Петербургской консерватории Сумарокова-Морина открыла в Костроме первую детскую музыкальную школу.

В 1913 г. за счет пожертвований костромичей и официальной финансовой поддержки в Костроме построили новое специальное здание для Музея местного края, возникшего в 1891 г.

Именно в Костроме появились первые в России профессионально-технические училища, созданные на завещательные средства уроженца этого города Ф.В. Чижова.

Федор Васильевич Чижов (1811–1877) был выдающимся общественным деятелем и просветителем. Отец Ф.В. Чижова, учитель гимназии, обладал беспокойным нравом, его за это не любило начальство, он часто подвергался гонениям, поэтому большая семья Чижовых часто бедствовала. Федор понимал, что нужно во что бы то ни стало получить образование. В период учебы в костромской гимназии он испытал много лишений, был вынужден обращаться к «благодетелям», терпел унижения, но смог получить хорошее образование. В молодом возрасте он стал профессором математики, однако отказался от ученой карьеры и занялся общественной и политической деятельностью, примкнув к славянофилам. За участие в освободительном движении славянских народов от ига Австро-Венгрии Чижов был арестован и сослан. Когда он вернулся из ссылки, издавал газеты, основывал банки, строил железные дороги и пароходы. Обладая надежными знаниями, здоровьем, энергией, хорошо ориентируясь в деловом мире, он стал очень состоятельным и уважаемым человеком, профессором математики, автором трудов по живописи и литературе. При этом он всегда помнил свое бедное детство, денежные проблемы, тормозившие процесс получения образования. Как широкообразованный и патриотично настроенный человек, Чижов понимал необходимость создания для России своих кадров инженерно-технических работников, поэтому, умирая, завещал практически все свое огромное состояние на основание профессионально-технического образования в Костромской губернии, на создание, строительство учебных зданий и производственных мастерских. Он мечтал о создании сети специализированных учебных заведений в Костромской губернии. Именно созданные на его завещательные средства «чижовские» училища были первыми в России учебными заведениями профессионально-технического образования, имели солидное материальное положение, высококвалифицированных преподавателей и производственную базу, их выпускники заслуженно пользовались высокой репутацией.

Ф.В. Чижов. Фото второй пол. XIX в.

Многие костромичи просто жили честно, как могли, приносили пользу Отечеству и своей Костромской земле, посильно участвовали в благотворительных делах. Так, добрую память о себе оставил генерал М.Н. Рылеев, видный участник Отечественной войны 1812 г. и Заграничных военных походов 1813–1814 гг., близкий родственник поэта-декабриста К.Ф. Рылеева, которому он неоднократно оказывал покровительство и поддержку.

Гордились костромичи и богатыми, знатными дворянами Корниловыми, которые имели усадьбы в Костромской губернии и зимой жили в Костроме. Особенно почитали известного военачальника, прославившегося удачными действиями в сражении на р. Березине в период Отечественной войны 1812 г. П.Я. Корнилова. Только малочисленность его отряда не позволила ему захватить в плен самого Наполеона. Его сын И.П. Корнилов был прогрессивным деятелем народного просвещения и ревностным собирателем старорусских и славянских рукописей и книг. Когда он был попечителем Виленского учебного округа, то ввел в литовских школах учебники на литовском языке и основал в Вильнюсе публичную библиотеку.

В Костроме родился, жил, пользовался заслуженным уважением костромичей герой Отечественной войны 1812 г. – Николай Мартьямович Сипягин, основатель Общества любителей военных наук, военный губернатор Грузии, адъютант князя П.И. Багратиона.

Хорошую память о себе оставили богатые костромские помещики Карцовы, в теплое время года жившие в своих усадьбах в Костромской губернии, а зимой и осенью – в своих домах в Костроме. Многие Карцовы находились на обычной для русских дворян военной службе, достигли высоких постов. Адмирал П.К. Карцов был участником знаменитого Чесменского боя в 1770 г. (крупнейшее сражение парусных судов), а затем командовал отрядом кораблей, действовавших совместно с эскадрой адмирала Ф.Ф. Ушакова против французов на Средиземном море. Известными генералами были А.П. и П.П. Карцовы. А.П. Карцов участвовал в присоединении Кавказа и написал имевшую большой успех книгу «Тактика». П.П. Карцов в Русско-турецкую войну 1877–1878 гг. прославился захватом Троянского перевала через Балканы и также был виднеым писателем. Н.П. Карцов был известным музыкальным критиком и композитором, автором многих романсов, в том числе популярного в его время романса «Внимая ужасам войны».

Адмирал Г.И. Бутаков. Фото XIX в.

В XIX – начале ХХ в. в Костроме жили дворяне Бутаковы, род которых дал России ряд выдающихся флотоводцев. Так, адмирал Григорий Иванович Бутаков отличился в обороне Севастополя, а после Крымской войны командовал Черноморским и Балтийским флотами. Он первым из русских моряков перестроил организацию и тактику морских сил в соответствии с развитием парового флота. Флотоводцы Бутаковы неизбежно в основном пребывали вдали от Костромы, но никогда не забывали своей малой Родины, приезжали, когда позволяли условия, в Кострому, навещали своих костромских родственников.

В Костроме жил известный первоисследователь острова Сахалин, сподвижник адмирала Г.И. Невельского морской офицер Н.К. Бошняк.

Большим уважением костромичей пользовался Иван Алексеевич Рязановский (XIX – начало ХХ в.) – талантливый искусствовед, юрист, один из первых в Костроме ученых-краеведов, основатель и первый директор Костромского художественного музея. Он был сведущим и способным ученым, знал почти все европейские языки, почитался как крупнейший в городе коллекционер и библиофил, являлся близким другом многих выдающихся деятелей русской культуры и искусства (А. Блока, Н. Рериха, В. Мейерхольда, А.Н. Толстого и других). К нему часто приезжали в гости и жили в его доме на Царевской улице писатели А.М. Ремизов, М.М. Пришвин, Ф.К. Сологуб, В.Д. Бонч-Бруевич, ученые С.Ф. Платонов и Арне Туре, художники Б.М. Кустодиев, С.В. Чехонин, И.П. Павлов и др.

Директором четырехклассного духовного училища был И.П. Виноградов (конец XIX – начало ХХ в.), уважаемый в городе человек, страстный библиофил, собравший богатейшую частную библиотеку в Костроме.

В Костроме родился и провел свою юность выдающийся ученый, агроном и селекционер, прогрессивный общественный деятель Николай Лукич Скалозубов (1861–1915), выходец из купеческого рода Скалозубовых. Н.Л. Скалозубов учился в Костромском реальном училище (создано в 1873 г.), которое имело статус среднего учебного заведения с техническим уклоном и славилось квалифицированными преподавателями. Он, окончив Петербургскую сельскохозяйственную академию, уехал в Сибирь, где сыграл огромную роль в развитии ее сельского хозяйства. Скалозубов был избранным депутатом II и III Государственной думы. Перерывы между думскими сессиями он проводил в Костроме, где жила его семья.

Известным местным меценатом был А.Н. Григоров, он особенно щедро жертвовал деньги на реставрацию Богоявленского монастыря и на восстановление театра после пожара; также на его средства был учрежден пансион для обучающихся девиц. А его сын А.А. Григоров прославился как деятельный и результативный историк Костромской земли, кроме того, он собрал большой архивный материал о М.Ю. Лермонтове и его костромских предках.

Н.Л. Скалозубов. Фото 1894 г.

В Костромском крае всегда были многочисленные и активные краеведы. Они в 1885 г. в Костроме создали Ученую комиссию, а при ней в 1891 г. – Музей древностей, в 1914 г. – Научное общество по изучению местного края (его труды выходили в свет по 1923 г.), в начале 1920-х гг. – Общество по изучению Поветлужья (в Ветлуге, ныне – в Нижегородской области). В последние десятилетия успешно работали местные краеведы Д.Ф. Белоруков, В.В. Елисеев, А.Е. Кульков, С.А. Уткин и другие.

В начале ХХ в., в годы Первой мировой войны, в период своего детства, в Костроме жила впоследствии известная советская полярница, ученый, начальник станции на Северной Земле в 1930-х гг. Нина Павловна Демме.

Заметными личностями были местные высшие администраторы. Среди костромских губернаторов были разные люди, одни запомнились своей доблестью, другие – глупостью. Одним из губернаторов был А.А. Суворов, внук великого полководца А.В. Суворова; позже А.А. Суворов занимал посты петербургского генерал-губернатора и отличался своей гуманностью. Губернатор С.С. Ланской со временем стал министром внутренних дел, сыграл важную роль в подготовке крестьянской реформы 1861 г. об отмене крепостного права; костромской период жизни Ланского описал Н.А. Лесков в рассказе «Однодум». Среди губернаторов был генерал А.В. Веретенников, который формально исполнял свои обязанности, в суть дел старался не вникать; в 1908 г. он умудрился, не читая, подписать подсунутое ему и написанное другим человеком в насмешку над ним якобы его собственное прошение об увольнении его в отставку из-за природной глупости и неумения справляться с работой. В конце XIX в. вице-губернатор И.К. Васьков, друг С.Т. Аксакова, получил признание костромичей и как увлеченный краевед.

Поволжье, особенно Верхнее Поволжье, всегда было и остается источником творческого вдохновения для многих русских художников. Волжские просторы, скромная, но чарующая красота русской природы, неброская, однако несомненная привлекательность поволжских городов, селений, монастырей, характерные типажи жителей этих мест непреодолимо влекли и влекут туда очень многих живописцев, их даже перечислить трудно. Все они неизменно и многократно приезжали в Кострому, творили в ней и ее окрестностях, изображали эти места на своих полотнах. Расскажем только о двух из них: А.К. Саврасове (который изобразил Воскресенскую церковь в Костроме на своей самой известной картине «Грачи прилетели») и Б.М. Кустодиеве (на его полотнах изображены многие костромские места и в том числе Торговые ряды в Костроме).

А.К. Саврасов. Фото конца XIX в.

Алексей Константинович Саврасов (1830–1897) – прославленный русский живописец, передвижник, крупнейший русский пейзажист. Он является одним из родоначальников русского реалистического пейзажа. Он вывел пейзажную живопись из ряда второстепенного на должную художественную высоту. На своих пейзажах А.К. Саврасов передавал поэтическую красоту и значительность казалось бы обычных рядовых и неброских мест. Никто до Саврасова так остро не чувствовал и так хорошо не передавал задушевную, скромную красоту русской природы. Самым его знаменитым полотном стала картина «Грачи прилетели» (написана им в 1877 г. в его мастерской по этюдам, выполненным в Костромской и Ярославской губерниях, на ней изображена Воскресенская церковь в Костроме). У него есть небольшие полотна и панорамные работы. Последние, как правило, связаны с Волгой: «Печорский монастырь под Нижним Новгородом», «Оттепель». «Город Кимры на Волге», «Разлив Волги под Ярославлем», – последние две из них связаны с трассой нашего туристического маршрута. Жизнь и творчество Саврасова лишний раз заставляют думать о трудном жизненном пути талантливых, лирического склада людей в России, по своей природе не борцов, обладающих хрупкой, уязвимой психикой, нередко склонных к социальным патологиям.

Саврасов родился в Москве в семье купца. Способности к рисованию в нем обнаружились в раннем детстве. В 18 лет он начал учиться в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, вскоре стал лучшим учеником пейзажного класса. В 20 лет Саврасов закончил училище, получил звание художника. В 24 года он был удостоен Советом Академии художеств звания академика живописи за выполненные им пейзажи. Саврасов стал известным и уважаемым человеком, удачно женился. В 1870-е годы начал преподавать в Московском училище живописи, ваяния, зодчества; из его мастерской вышли известные художники И.И. Левитан и К.А. Коровин. Саврасов совершал поездки за границу с творческими целями. Но истинное вдохновение он черпал только в России, в ее центральной части с ее неброской, но очень красивой природой. Большое вдохновение приносили поездки на Волгу, которые он совершил в 40–41 год (1870–1871). Он писал неплохие пейзажи, но многие окружавшие его люди твердили, что все они гораздо хуже прославившего его полотна «Грачи прилетели» (1871 г., ему 41 год). Саврасов понимал значительность обыденных городских и сельских мотивов, видел неброскую красоту российских мест, которые он писал на своих полотнах. Мало кто понимал и поддерживал его в его творческом кредо, работе. Вот почему наметились в его творчестве некоторый спад и кризис, и как следствие пристрастие к вину. Депрессии и запои заставили его жену с двумя дочерьми уйти от него. В 52 года за пристрастие к спиртному его уволили из Московского училища живописи, ваяния, зодчества. Он еще писал новые полотна и делал копии с наиболее его известных картин, но медленно и неизбежно опускался, спивался совсем, в конце концов впал в полную нищету. Он умер в возрасте 67 лет в московской больнице в отделении для бедных. В тяжелый для него период жизни, почти все о нем забыли, никто не пытался ему помочь и поддержать. На его похороны, по сути, никто не пришел; из ценителей его живописи с ним пришли простится только швейцар из училища и П.М. Третьяков.

Если внимательно изучать судьбы огромного числа творческих личностей, то видим, что большинство из них сталкивались с большими трудностями, страдали от козней завистников и непонимания их творческого кредо, индивидуальности со стороны начальников и влиятельных, но малограмотных чиновников. Верные православию, сильные духом люди молились Господу Богу, просили защиты и помощи и, несмотря ни на что, продолжали работать, творить, реализовывать свое божественное призвание, в особо трудные моменты спешили в храм для духовного окормления и поддержки. По сути, работа, верность призванию – надежные избавители от серости обыденной жизни, даже облегчители физических болезней и духовных переживаний. А.К. Саврасов сполна не оценил все возможности православия, не знал все тонкости православной мудрости, не видел в посещении храмов и молитвах верное и действенное спасение от житейских бед. Кроме того, он разочаровался в своих учениках, которые, получив от него знания и поддержку, забыли о нем; следовало не переживать о них, а жалеть о духовной ущербности этих неблагодарных людей и их неизбежной будущей расплате за их духовную глухоту и черствость.

Борис Михайлович Кустодиев (1878–1927) создал красочные сцены крестьянской и провинциальной жизни, купеческого быта, был самобытным иллюстратором, ярким театральным художником, редким мастером портрета, одним из первых среди художников своего времени обратился к светской тематике. На своих полотнах он сделал радость жизни своей главной темой. Он и события 1917 г. воспринимал как живительную радость (но, как выяснилось позже, ошибся в оценке революционных событий и их последствий).

Б.М. Кустодиев с женой. Фото начала XX в.

Кустодиев родился в Астрахани, в семье со скромным достатком, где мечтали, чтобы он стал священником. Он учился в духовном училище, затем – в семинарии. Его отец рано умер, и четверых детей растила мать на скромную учительскую пенсию, еще она подрабатывала игрой на фортепиано в богатых домах. Учиться в финансовом плане отчасти помогал Борису и раздражительный дядя-чиновник, живущий в Петербурге. В 18 лет Борис ушел из семинарии и поступил в Петербургскую академию художеств. Его неординарный талант живописца заметили сразу. Он неоднократно получал денежные премии за свои работы на академических конкурсах, участвовал в выставках, в том числе и на международной в Мюнхене, ему присудили второю золотую медаль за портрет художника И.Я. Билибина. Он учился в мастерской знаменитого художника И.Е. Репина, который пригласил 23-летнего Бориса и еще одного своего ученика (Куликова) писать вместе с ним прославившееся вскоре полотно «Заседание Государственного совета». Борис работал над правой частью грандиозного холма. Репин назвал Кустодиева самым талантливым своим учеником, «богатырем живописи». Кустодиев унаследовал от учителя основной репинский бизнес – портретный. Кустодиев писал сановников и буржуа, стал лучшим портретистом своего времени. Он писал портреты ради хороших гонораров, а действительно увлекали его композиции на темы национальной жизни. Он любил Россию и хотел писать ее, не стремился ехать за границу. Еще в 1903 г. он как окончивший Академию с отличными познаниями и получивший за диплом золотую медаль, стал на целый год пансионером Академии, поехал совершенствовать свое мастерство за границу. Но меньше чем через 5 месяцев он вернулся в Россию, без которой он жить и творить не мог. Мадриду и Парижу он предпочел Кинешму и заволжское село Семеновское-Лапотное. (Это был второй за всю историю Академии художеств случай, когда заграничное пансионерство было прервано; первым был В.Г. Перов.) В России работы Кустодиева пользовались большим успехом, пришел достаток. Прекрасная жена Юлия Евстафьевна родила ему сына (1903) и дочь (1905). Поблизости от села Высокое, где она выросла, за костромской деревней Маурино 25-летний Кустодиев купил землю и поставил (1905) дом с мастерской, названной им Теремом. Кустодиев часто приезжал в Кострому и другие места Костромской земли, где создал многие свои известные полотна. В 31 год Кустодиева избрали академиком живописи Петербургской академии художеств. А в 1912 г. (ему 34 года) знаменитая галерея Уффици во Франции, где собраны автопортреты всех великих художников Европы, заказала автопортреты трем лучшим русским художникам: И.Е. Репину, В.А. Серову и Б.М. Кустодиеву. Это было уже и высокое мировое признание выдающихся живописных способностей Кустодиева. Он был счастлив, полон творческих сил и задумок.

Б.М. Кустодиев с семьей в усадьбе Терем. Картина 1918 г.

Вдруг у него невыносимо стала болеть голова, головная боль была нестерпимой, вызывала рвоту, он не мог работать. Затем стала болеть и рука. Любой посторонний звук усиливал боли. Врачи не могли объяснить причину этого и посоветовали ему ехать лечиться в Швейцарию, что он и сделал: 9 месяцев лечился в клинике в маленьком швейцарском городке Лейзене (недалеко от Лозанны). Боли у него не проходили, к тому же у него появились признаки еще одной болезни – ностальгии. Он безумно скучал по России, семье. Ему силы и терпение лечиться и жить давали только воспоминания о Родине и мысли об обязанностях перед женой и детьми. Ему мучительно хотелось в Россию, а нужно было лечиться. Несмотря на боли, он стал работать, писал по памяти Россию, ее людей, природу, праздники. Кустодиеву, по рождению астраханцу, милее всего была Россия провинциальная – крестьян и купцов. Особенно он любил писать купцов и купчих, видел в них крепких хранителей национальных традиций. В начале ХХ в. именно они особенно надежно и бережно сохраняли национальное в укладе жизни, одежде, привычках, манере поведения, в обустройстве быта и их строениях, домах. Тип русской красавицы, которую он воспевал, – именно такой, какой в народе почитался как самый совершенный. На его полотнах красавицы-купчихи, а иногда и крестьянки, все как одна – кровь с молоком, величавые, белотелые, круглолицые, румяные, с бровями вразлет, с открытым и добрым лицом. Он их такими и начал писать, лечась в Швейцарии, и так дальше всю жизнь.

В 1912 г. Кустодиев вернулся после лечения в Россию, но он должен был постоянно носить твердый, как панцирь, целлулоидный корсет, так как врачи считали, что у него туберкулез позвоночника. Боли у него немного ослабели, он притерпелся к ним, продолжал работать, даже совершил ряд поездок по Подмосковью (в Троице-Сергиеву лавру, село Воскресенское и др.), а затем всей семьей в который раз отправился на Волгу. Они проплыли на пароходе по Волге от Рыбинска до Астрахани. При этом, несмотря на мучительные боли, он везде каждый день работал. Его однокашник по Академии художеств И. Билибин писал о нем так: «Волга и Кустодиев неразъединимы. Поволжские города, ярмарки, розовые и белые церкви с синими и золотыми куполами, дебелые купчихи, купцы, извозчики, мужики – вот его мир, его матушка Волга и его Россия. И все это здорово, крепко и сочно».

Работать Кустодиеву было чрезвычайно трудно. В 1916 г. (ему 38 лет) он уже ходил на костылях. В том же году в Петербурге ему сделали вторую операцию на спинном мозге (первую подобную операцию ему сделали в 1913 г. в Германии, когда обнаружили у него опухоль спинного мозга). После операции ему в течение полугода не разрешали работать, но он втихую, тайком, превозмогая боль, все-таки начал писать еще в больнице. Больничная палата постепенно превратилась в мастерскую. Инвалидную коляску, к которой он был теперь фактически прикован, подкатывали к окну, и он писал то, что видел из него.

Удивительно, но чем хуже он себя чувствовал, тем ярче, веселее, жизнеутверждающе получались у него полотна. Сейчас, глядя на его холсты, почти не верится, что писал их тяжело больной, почти полностью парализованный человек. Ну кто теперь не знает его известные картины «Гулянье на Волге» (1909), «Купчиха в Кинешме» (1912), «Купчиха», «Девушки на Волге», «Красавица» (все 1915), «Масленица» (1916), «Купчиха за чаем» (1918 г.), «Купчиха с зеркалом» (1919), «Зима. Масленичное гулянье», «Троицын день» (обе 1920), «Русская Венера» (1926), «Большевик» (1920) и др. Только как геройский поступок можно оценивать создание им портрета Ф.И. Шаляпина. Лучше Кустодиева суть шаляпинского таланта и натуры не передал никто. Шаляпин никогда не расставался с этим портретом. А какой ценой был создан этот портрет! Чтобы дотянуться до верха огромного холста, Кустодиев придумал подвесить его на блок, вделанный в потолок, и так, в наклонно-висячем положении, его и писал, почти что лежа в своей инвалидной коляске.

Б.М. Кустодиев в своей мастерской за работой. Фото 1926 г.

Вскоре у Кустодиева стала сохнуть правая рука. Массажистка каждый день 1,5–2 часа делала ему массаж рук, только после этого он мог начать писать и подкатывал коляску к мольберту. Работать он прекращал лишь к полуночи.

И в царский, и в советский период не все понимали кустодиевскую манеру писать. А ведь с молодых лет он был озадачен поиском особых национальных форм жизни и особого национального, народного типа. Хотел, чтобы с его полотен «Русью пахло». Кустодиев писал великолепные портреты, создавал яркие композиции национального характера, пробовал свои силы в книжной графике (например, иллюстрации к гоголевской «Шинели»), сотрудничал с сатирическими журналами. Остается только удивляться, как у него хватало сил на все это, тем более что слишком часто и беспочвенно его осуждали за темы его картин и манеру писать. Были даже обвинения его в обмане публики: якобы он только прикидывался больным. У себя дома, встречая посетителей или работая, он был неизменно доброжелателен, аккуратен, одет чаще всего, как для торжества (у мольберта он не позволял себе выглядеть иначе). В кресле-качалке или в коляске, по пояс укутанный пледом, он радовался гостям и, если мог, то с 6–7 часов утра работал целый день.

В 1920-е гг. его окрестили «певцом купцов», его картины, принадлежавшие музеям, не выставлялись в экспозициях, поскольку советские чиновники от искусства считали, что работы Кустодиева «не отражают современные течения в отечественной живописи». Кустодиевы жили трудно, денег не хватало. В разные годы им периодически помогал М. Горький. Его детей исключили из числа студентов, а потом восстановили после хлопот близких его семье людей, истинных ценителей его таланта. Власти его не жаловали вниманием и поддержкой. В то же время за границей популярность его росла, в Венеции он был особенно высоко ценим. Друзья советовали ему уехать из России, чтобы в тех местах, где его по достоинству ценили, он мог с семьей достойно жить, лечиться, работать. Но Кустодиев категорически отказывался уехать из России, хотя возможности жить в ряде зарубежных стран были. Он неизменно утверждал, что он русский и никогда и ни при каких обстоятельствах не уедет из России. Он это повторял и тогда, когда стала катастрофически сохнуть правая рука. Он уже не мог работать без специального приспособления – муштабеля. Последние 15 лет его творческой жизни (1912–1927) были чрезвычайно трудными. Именно способность творить и обязанности перед любящими его женой и детьми давали ему силы для работы и борьбы со страшной болезнью. Неизлечимая опухоль спинного мозга, операции, больницы, жуткие физические и духовные боли не сломили этого мужественного человека. Несмотря на физические мучения, он создавал шедевры, своим творчеством утверждал красоту жизни, неповторимость природных красот России и ее жителей. Кустодиев писал и говорил неизменно так: «…Несмотря на все, я… удивляюсь еще своей беспечности и какой-то где-то внутри лежащей, несмотря ни на что, радости жизни, – просто вот рад тому, что живу, вижу голубое небо и горы – и за это спасибо. И не останавливаюсь долго на мучающих, терзающих вопросах».

Б.М. Кустодиев прожил всего 49 лет, умер, будучи парализованным, оставив нам жизнеутверждающие полотна и удивительный пример своей жизни во имя прославления России, ее людей. О Кустодиеве в своей книге «Маска и душа» великий русский певец Ф.И. Шаляпин написал так: «Всем известна его удивительно яркая Россия, звенящая бубенцами и масленой. Его балаганы, его купцы Сусловы, его купчихи Пискулины, его сдобные красавицы, его ухари и молодцы – вообще все его типические русские фигуры … сообщают зрителю необыкновенное чувство радости. Только неимоверная любовь к России могла одарить художника такой веселой меткостью рисунка и такой аппетитной сочностью краски». Жизнь Кустодиева учит дельно использовать свои таланты, ценить земные радости, бороться за свое право творить и прославлять Россию.

Деятельность и жизнь ряда крупных советских военачальников была связана с Костромой. Первым губвоенкомом в Костроме был Филатов; видную роль в военкомате играл М.Ф. Букштынович – впоследствии генерал, ответственный работник Генштаба, крупный военный деятель; неоднократно бывал в Костроме М.В. Фрунзе, тогда командующий Ярославским военным округом.

С Костромой связаны события революционной молодости уроженца Владимирской земли из г. Суздаля, очень яркого человека, неординарной личности А.К. Гастева, который в годы Первой русской революции в возрасте 23–25 лет возглавлял Костромской совет рабочих депутатов, руководил боевой дружиной.

Алексей Константинович Гастев (1882–1941) – ученый, организатор Центрального института труда (ЦИТ, 1920), родоначальник отечественной «социальной инженерии», профессиональный революционер-большевик, советский функционер, поэт А.К. Гастев родился в семье учителя; отец умер, когда мальчику было два года, матери пришлось одной растить сына. Нужда приучила Алексея с детства к скромности, труду, крепила его волю, формировала характер, учила вырабатывать в себе жизнеспособность, заставила видеть несовершенство царской действительности. Юноша окончил технические курсы, поступил в учительский университет в Москве, откуда его исключили за организацию студенческих демонстраций и революционную деятельность. В годы первой русской революции Гастев был председателем Костромского совета рабочих депутатов, руководителем боевой дружины. Он неоднократно попадал в тюрьму и ссылки за свою политическую деятельность. В 1902 г. он был выслан в Суздаль за революционную работу на Наро-Фоминской фабрике под Москвой. Он часто находился на нелегальном положении, а временами ему удавалось работать слесарем на заводах Петербурга, Харькова, Николаева и даже Парижа (куда он был вынужден несколько раз эмигрировать). Его первые рассказы (1904) и стихи были посвящены жизни политических заключенных.

А.К. Гастев. Фото 1930-х гг.

В тюрьмах и ссылках все свои лучшие силы ему удавалось отдавать художественному творчеству; он писал стихи и мечтал о творческом будущем. Идея «социальной инженерии» зародилась у него в нарымской ссылке. В 1920 г. Гастеву при помощи советского правительства удалось создать Институт труда, с 1921 г. он назывался Центральный институт труда (ЦИТ); в нем разрабатывали приемы обучения трудовым навыкам и профессиям в новых исторических условиях, мечтали и учили, как своим трудом приближать полное торжество социализма. Гастев разрабатывал методику по обучению трудовым приемам, создал методику подготовки квалифицированного слесаря. Учитывая его наработки, ЦИТ начал обучать токарей, монтеров, кузнецов, текстильщиков, специалистов других рабочих профессий, что означало переход к массовому грамотному обучению рабочих. Гастев написал много научных трудов, книг, в которых изложил свои взгляды на вопросы профессиональной подготовки и научной организации труда. Он был награжден орденом Трудового Красного Знамени (1926) и орденом Ленина (1931, в те годы главный орден страны), ему был посвящен документальный биографический фильм «Поэзия рабочего удара». Суть своего отношения к труду Гастев выразил так: «Мы проводим на работе лучшую часть своей жизни. Нужно научиться так работать, чтобы работа была легка и чтобы она была постоянной жизненной школой».

В Костроме жил и работал известный советский психиатр Андрей Владимирович Снежинский, который в 1930-х гг. был главным врачом костромской психиатрической больницы «Никольское», которую превратил в передовое медицинское учреждение. Со временем он стал действительным членом Академии медицинских наук СССР и директором Института психиатрии АМН СССР.

Относительно удаленная от Петербурга и Москвы, Кострома в царский период оценивалась как подходящее место для ссылки неугодных или подозрительных для властей лиц.

Так, когда при императоре Павле I муштра и наказания в армии усилились и целые полки, а не только отдельных лиц отправляли в ссылку, для содержания под караулом арестованных офицеров и солдат по требованию правительства в Костроме построили в 1797 г. специальное помещение – гауптвахту (это здание до наших дней сохранилось в центральной части города). Эта гауптвахта никогда в царский период не пустовала. Например, в 1798 г. сюда привезли будущих героев Отечественной войны 1812 г. – неугомонного донского атамана М.И. Платова и решительного генерала А.П. Ермолова, сосланных Павлом I в Кострому только по подозрению. Они поначалу содержались на гауптвахте, а потом вынужденно жили в Костроме, как сосланные Павлом I. Позднее в гауптвахте содержались разные люди, подвергавшиеся в различное время репрессиям царским правительством, среди них были заподозренные в участии в тайных обществах, декабристы, участники Польского восстания, большевики-революционеры и др.

Алексей Петрович Ермолов (1777–1861) был, без сомнений, интересной, хотя отчасти и сложной личностью. Он всегда стремился расширять свой кругозор, повышать свой профессиональный уровень, умел заметить и оценить разные радости в жизни, умел видеть и извлекать пользу в любых жизненных ситуациях, и никогда не унывать, не бездельничать, а работать. При этом самым главным в его жизни всегда было, конечно, служение Отечеству. Жизнь А.П. Ермолова – это достойный пример поведения благородного, гордого по духу русского человека, который считает своим первейшим долгом именно доблестное служение Отчизне, а не угождение власть имущим и их окружению во имя личного карьерного продвижения, получения материальных благ, обогащения, государственных наград и льгот. Жизнь Ермолова – убедительный пример того, что умный человек и в сложной ситуации найдет для себя достойное занятие и будет жить насыщенной полезными делами жизнью, приносящей удовлетворение и уважение сограждан.

Ермолов происходил из старинного, но небогатого рода. Его дальним предком был мурза Араслан Ермола, уехавший из Золотой Орды и служивший великому князю московскому Василию Ивановичу.

Он целенаправленно стремился быть военным. Еще в юные годы он добился перевода из гвардии в действующую армию. Совсем молодым человеком он участвовал в Польском и Персидском походах. За доблестное участие в штурме Праги в 17 лет он был награжден орденом. Затем для расширения своего воинского опыта в качестве волонтера он участвовал в Генуэзской республике в сражениях между французами и австрийскими войсками. В 19 лет он вернулся в Россию, участвовал в штурме Дербента, за что снова был награжден орденом. В 20 лет он был произведен в чин подполковника и назначен командиром роты артиллерийского батальона.

Генерал А.П. Ермолов. Портрет 1840-х гг.

В 21 год его обвинили в участии в заговоре против императора Павла I, арестовали, заключили в Петропавловскую крепость, потом его сослали на вечное поселение в костромской город Макарьев на Унже, затем его перевели в Кострому. Но даже в этот тяжелый для него период Ермолов не терял время даром, он расширял свои познания в исторических и военных науках, выучил латинский язык, много читал. После смерти Павла I Ермолов был назначен командиром конно-артиллерийской роты. Его прямым начальником стал генерал А.А. Аракчеев, человек небольшого интеллекта и знаний, но сумевший добиться разными путями полного доверия императора Александра I. Рядом с умным, образованным, энергичным и гордым Ермоловым убожество Аракчеева было особенно очевидным, вот почему он начал откровенно травить своего подчиненного, конфликт следовал за конфликтом. Ермолов подал рапорт об отставке, но Аракчеев его не принял. Настал 1812 г. и началась война с Наполеоном. К тому времени Ермолов был уже авторитетным человеком в военных кругах. (Командуя ротой конной артиллерии, он отличился при Аустерлице и Прейсиш-Эйлау в 1807 г., в 1808 г. стал генерал-майором, в 1810 г. командовал артиллерийской бригадой, а затем и гвардейской пехотной дивизией.) Ермолов, несмотря на противостояния Аракчеева, был назначен в 1812 г. начальником штаба 1-й армии. Многие решения ему пришлось принимать единолично: на свой страх и риск, без санкций начальства, без коллективных решений – и он ни разу не ошибся. Так, именно Ермолов при Малом Ярославце приказал Дохтурову спешить к этому городу и тем преградить Наполеону путь в неопустошенные области. Ермолов стал одним из главных героев войны 1812 г.

В 1813 г. (в 36 лет) Ермолов стал генерал-лейтенантом, в 1816 г. его назначили командиром Отдельного Грузинского (позднее – Кавказского) корпуса и полномочным послом в Персии. В 1818 г. (в 41 год) он был произведен в генералы от инфантерии, а в 1821 г. стал главнокомандующим Грузией. Ермолов был сторонником последовательной и решительной политики по отношению ко всем кавказским горцам. Зная социальную психологию мусульман, он заставил понятными им способами подчиняться и выполнять решения властей. В угоду политическим интересам России он навел порядок на Кавказе, вызвав при этом уважение и к себе, и к воинской силе России. При этом он добивался у высшей власти средств для должного проведения военной и хозяйственной политики на Кавказе. Ермолов рядом военных экспедиций убавил у непокорных горцев желание казаться неустрашимыми и непобедимыми, для их обуздания построил ряд крепостей, в том числе Грозный, упорядочил Военно-Грузинскую дорогу, всячески покровительствовал торговле, промышленности, виноделию, шелководству, перестроил и благоустроил Тифлис (Тбилиси), дал мощный толчок развитию Кавказских минеральных вод.

Будучи истинным сыном и патриотом России, Ермолов не допускал даже мыслей, не то что дел и намерений, умалявших авторитет России, принижающих достоинство русских людей. Ермолов призывал в 1814 г. в Париже императора Александра I и его брата Николая понять усталость солдат и офицеров от нескольких лет войны, осознать недопустимость унижения россиян в побежденной ими стране. В 1817 г., когда русское посольство во главе с Ермоловым отбыло в Персию, персидские дипломаты потребовали, чтобы он предстал перед наследником шахского престола в его резиденции без сапог, одев красные чулки и оставив во дворе свою русскую свиту, на что Ермолов ответил, что является посланцем великой державы и подобное позволить себе не имеет права, при всем его уважении к сыну персидского шаха.

Генерал А.П. Ермолов на Кавказе. Лубок XIX в.

Ермолов не допускал даже мыслей о добровольной передаче Россией кому-либо из ее соседей своих территорий, приобретенных ранее в процессе войн с ними или полученных в виде компенсации за что-либо. Так, когда Александр I, не придавая особого внимания земельным приобретениям России по Гюлистанскому мирному договору с Персией от 1813 г., был готов частично вернуть эти земли Персии, Ермолов сделал все от него зависящее, чтобы не допустить этого.

В любом возрасте и при любом состоянии своего здоровья Ермолов был готов защищать интересы своей Родины. Летом 1825 г., когда произошло очередное восстание в Чечне (оно было как никогда кровавым), тяжело больной Ермолов (ему 48 лет) возглавил новый поход против горцев, против объединенных отрядов чеченцев и лезгин. Он и будучи нездоровым сумел заставить организаторов беспорядков утихомириться, уважать интересы России, подчиниться решениям центральной власти. Войска под командованием Ермолова прошли почти всю Чечню, разбили объединенные войска чеченцев и лезгин, решительно карали немирные аулы, заставили горцев унять их воинственный пыл. Во время Крымской войны, в ее разгар, в 7 российских губерниях Ермолова выбрали начальником ополчения. В Московской губернии его выбрали начальником ополчения в 1855 г. (ему 78 лет), и он согласился принять эту должность. В Москве и Подмосковье Ермолов всегда пользовался особым почетом и уважением.

Хотя почти все силы и время Ермолова уходили на воинское служение России, он тем не менее умел многому радоваться в жизни, в том числе успевал оценить прелести красивых женщин Кавказа. От трех черкешенок у него были 4 сына (получивших от императора Александра I права его законных детей) и дочь, вышедшая замуж за горца и оставшаяся мусульманкой.

Новый император Николай I считал себя большим знатоком в военных и гражданских делах, но на фоне ярких военных и хозяйственных успехов Ермолова и его славы царь чувствовал себя не вполне уютно. Николай I сузил возможности для реализации всех разноплановых талантов Ермолова, ограничил его деятельное участие в решении государственных дел. Кроме того, он помнил, что Ермолов, как минимум сочувствовал декабристам. В таких условиях Ермолов был вынужден подать прошение об отставке с военной службы в 1827 г. (ему 50 лет). Он был назначен членом Государственного совета, но при императоре Николае I этот Совет реально мало что решал. Вот почему в 1839 г. Ермолов подал прошение об увольнении его якобы из-за болезни. После увольнения он скромно жил; больших средств он себе не нажил. Но он не очень жалел об этом: его совесть по большому счету была чиста. С 62 лет Ермолов жил или в Москве, или в подмосковной усадьбе, или в имении родителей в Орле. Он писал мемуары, много читал, переплетал книги, размышлял с оставшимися в живых друзьями о прожитой жизни. Его мемуары – «Записки» – вышли из печати только после его смерти; в них он рассказал о своей жизни, современниках, исторических событиях, старался доказать, что умение выбирать в помощники грамотных, верных, честных людей, умеющих отстаивать свои взгляды и профессиональные позиции, не льстящих начальству и слепо не выполняющих его приказы, редко встречается в правителях, слишком часто недооценивающих способности своих подданных и должным образом не знающих русскую историю.

Ермолов дожил до глубокой старости, умер в Москве в возрасте 84 лет (очень много по тем временам, средняя продолжительность жизни в России тогда была немногим более 30 лет).

Матвей Иванович Платов (1751–1818) вошел в русскую историю как легендарный атаман казаков, бесстрашный воин, наводивший панический страх на наполеоновских вояк, один из популярнейших героев Отечественной войны 1812 г., которого безмерно боготворили казаки. Он, как ученик и сподвижник А.С. Суворова, жил с казаками одной жизнью, разделял с ними все тягости и лишения войны, все трудности военной жизни, всегда был справедливым, сердечным, простым в обращении.

М.И. Платов, выходец из народа, будучи одарен выдающимися военными дарованиями, неустрашимостью и административными способностями, прошел все ступени службы от урядника до атамана Донского казачьего войска. В 36 лет он стал полковником, в 39 – генералом, в 50 лет – генерал-лейтенантом и войсковым атаманом Войска Донского, в 61 год он был возведен в графское достоинство, имел многие награды (которые даже перечислить непросто), его подвиги прославлены в народных песнях.

М.И. Платов родился в казацкой станице в семье войскового старшины (со временем его отец стал полковником), в тринадцать лет поступил на царскую службу урядником. На Кубани и в Крыму (в возрасте 31–32 лет) он служил под руководством А.В. Суворова. Участвовал во всех войнах русской армии, проявлял бесстрашие и мужество. Он воевал в первой и второй турецких войнах (1768–1774 гг. и 1787–1791 гг.), участвовал в подавлении восстания под руководством Е.И. Пугачева, в персидской войне (1796). Он особо отличился при штурме Очакова (1788 г.; ему 37 лет) и Измаила (1790 г.; ему 39 лет). Подвиг Платова на Кубани был увековечен в выбитой в его честь медали, он получил Георгиевский крест VI степени (за Очаков); орден Святого Георгия III степени; за Каушаны был награжден орденом Святого Владимира и саблей с алмазами (за участие в Русско-персидской войне). Взошедший на престол император Павел I невзлюбил Платова. При Павле I Платова оклеветали, его обвинили в растрате казенных денег, в измене, он был разжалован и сослан в Кострому, а затем заключен в Петропавловскую крепость.

Платов знал, что тогда даже А.В. Суворов и некоторые другие его сподвижники оказались в опале, терпели несправедливые притеснения. Но в конце царствования Павла I, когда Платову было 50 лет, сенатский суд его оправдал. Павел I освободил его из заключения, назначил главным помощником атамана Войска Донского, отправил в задуманный им нелепый поход в Индию, и только государственный переворот спас казачьи части от почти неминуемой гибели. Казакам приказали вернуться на Дон. В 50 лет Платов стал атаманом Войска Донского, ощутил почтительное отношение к нему нового молодого императора Александра I.

Атаман М.И. Платов. Портрет 1820-х гг.

В период войн с Наполеоном (1806–1807 гг. и 1812–1814 гг.) Платов совершил многие подвиги, слава его невероятно выросла. Он умел хорошо организовать действия казачьих полков, воодушевить казаков, неизменно отмечая всех отличившихся в боях. Он был удостоен ордена Святого Георгия II степени, Святого Владимира II степени, Святого Александра Невского, а также прусских наград. В 1809 г. пятидесятивосьмилетний Платов с казаками сражался в составе молдавской армии, геройски воевал на Дунае против турок; Платов тогда получил чин генерала от кавалерии и орден Святого Владимира I степени.

Особой славой овеяны подвиги Платова и донских казаков в период Отечественной войны 1812 г. После соединения русских армий под Смоленском, при дальнейшем отступлении к Москве, казаки составляли арьергард армии и должны были удерживать неприятеля. Платов быстро оценивал обстановку, действовал стремительно. Казаки наносили неприятелю существенный урон, нападали на передовые части французов, захватывали много пленных. Французы панически боялись Платова и его казаков, при одной вести об их появлении они спешили сняться с биваков и скрыться. Успешные действия казаков во главе с шестидесятиоднолетним Платовым имели большое значение для исхода Бородинской битвы; из-за рейда казаков Наполеон приостановил атаки на позиции русских. Казаки Платова всегда действовали в авангарде русских войск, решительно громили противника, наводили на него ужас. При отступлении наполеоновских войск Платов наблюдал за их движением, казаки нападали на французов, наносили противнику большой урон, отбивали обозы, лошадей, орудия, с большим ожесточением уничтожали остатки отступавшей армии и внушали непреодолимый страх неприятелю. Особенно пострадали от казаков Платова корпус маршала Даву и корпус маршала Нея (который был отрезан от главных сил французов и при попытке переправиться через Днепр, почти полностью уничтожен). Император Александр I высоко ценил Платова, уважал его заслуги перед Отечеством, удостоил его графского титула. Слава Платова вышла за пределы России.

Казачий спорт, или Охота Платова после французской игры. Карикатура 1813 г.

Платов был глубоко верующим человеком, оценивал денные ему Богом способности как залог борьбы за православие, Отечество, царя.

Платов просто и сердечно относился к казакам, крепко помнил, что все равны перед Богом. Он пользовался всеобщей любовью и уважением, был прямым, но умел ловко выйти из затруднительных положений, не поступаясь своим достоинством. Платов понимал, что во имя побед его казаки должны быть убежденными православными людьми, быть хорошо обмундированы, накормлены, одеты, вооружены, уверены, что он всегда поможет их семьям, особенно вдовам и сиротам, по возможности создаст условия для материального благополучия казаков, будет обучать казачью молодежь военному делу.

По приказу пятидесятичетырехлетнего Платова была основана новая станица донского казачества – Новочеркасск (1805). Платов прославился не только военными подвигами, но и добрыми делами во имя родного края казаков. Новочеркасск он основал потому, что хотел перенести центр Войска Донского из Старочеркасска в более безопасное место. Платов заботился о благоустройстве новой казацкой столицы. При нем в Новочеркасске построили собор, другие полезные здания, открыли гимназию и типографию. Он всячески способствовал росту престижа казаков и сохранению казацких традиций. Платов всегда оставался настоящим казаком, оберегал патриархальные нравы своих соотечественников, у него была образная казачья речь (часто очень нецензурная), была у него и слабость к спиртному. Он любил охоту, рыбную ловлю, лошадей, был щедро гостеприимным человеком. Он был женат, имел двух сыновей.

Иногда Платов поражал всех своими поступками. Так, когда ему представили известного писателя, поэта, журналиста, историка Н.М. Карамзина, атаман, подливая в свою чашку значительную долю рома, сказал: «Очень рад познакомиться, я всегда любил сочинителей, потому что они все пьяницы». А в 1814 г., когда шестидесятитрехлетний Платов в свите императора Александра I ездил в Лондон, то, к всеобщему изумлению, привез молоденькую, хорошенькую, рыжую англичанку, как он говорил, в качестве компаньонки. Зная о патриархальных нравах Платова, тридцатилетний Д.В. Давыдов выразил ему удивление подобным выбором, тем более что атаман не знал английского языка. На что Платов ответил, что заметил девушку в Англии, потому что она напомнила ему наших русских дородных баб, и пожалел оставить ее там, ведь хилые англичане не смогли бы после него составить ей счастье (через 19 лет Давыдов сполна понял этот поступок Платова, когда сам в возрасте 49–51 года влюбился в 22—25-летнюю русскую девушку, забыв о своих жене и детях).

Платов умер в зените своей славы, в возрасте шестидесяти семи лет, в своем имении под Таганрогом от простуды.

В Костроме отбывал ссылку знаменитый русский экономист, высоко ценимый даже К. Марксом, В.В. Берви (Флёровский). Этот высланный в Кострому выдающийся русский ученый-экономист и общественный деятель в статусе ссыльного человека служил в управе бухгалтером.

В советский период в удаленных местах Костромской области были созданы тюрьмы, лагеря, зоны, где содержались заключенные. После отбывания срока они нередко старались поселиться в Костроме и ее пригородах.

2.4. Главные достопримечательности Костромы

2.4.1. Основные черты архитектурно-художественного наследия

Кострома представляет очень большой интерес для знатоков и любителей русского архитектурно-художественного наследия, имеет ценные памятники светской и церковной архитектуры, обладает большими православными святынями. В Костроме сохранились древние монастыри и храмы, интересные светские здания.

В 1773 г. в Костроме случился грандиозный пожар, уничтоживший большую часть города. Этот пожар ускорил начало разработки генерального плана Костромы, предусматривавшего ее перепланировку и застройку на регулярной основе. Градостроительный план застройки Костромы был составлен далеко не сразу, по сути, было несколько этапов в его разработке. Были варианты – проекты 1776 г., потом – 1779, 1784 гг. Градостроительные планы 16 городов Костромского наместничества были утверждены в 80-х годах XVIII в. (1781 г. и др.).

В конце XVIII в. лучшие градостроители России разработали план застройки Костромы. В разработке генеральных планов Костромы принимали участие крупнейшие зодчие царского периода – М.Ф. Казаков (1738–1802), И.Е. Старов (1745–1808), А.В. Квасов (1718–1772) и другие. Генеральный план Костромы был разработан и утвержден в 80-х годах XVIII в. В соответствии с ним город спланирован и в большой мере застроен по четкой веерной схеме, улицы радиальных направлений сходятся к центральной подковообразной площади, открытой в сторону р. Волги.

Разработанная в 1776–1784 гг. планировка Костромы – это один из лучших примеров русского градостроительного искусства, созданного в соответствии с эстетическими воззрениями зодчих, следовавших стилю классицизма. Тогда в Костроме в проектах и на практике стремились создать и реализовать градостроительный ансамбль русского классицизма, хорошо увязанный с древними памятниками этого города. В центре создавали протяженный градостроительный ансамбль, что было одним из главных признаков и новых приемов композиции планировки классицизма.

Реализация генерального плана Костромы велась в то время, когда в Петербурге уже господствовал стиль ампир, поэтому в провинциальной Костроме были все оттенки классицизма: от раннего классицизма до ампира.

Кострома. Центральная часть города. Каланча и гауптвахта

Для человека, не слишком искушенного в тонкостях архитектурных стилей, историческая часть Костромы запоминается именно чертами классической застройки. При этом до наших дней сохранилось своеобразие и различия в исторической застройке города. Так, церковь Иоанна Златоуста (XVIII в.) представляет собой образец провинциального барокко. В облике здания Художественного музея (1913) отразилось увлечение формами нарышкинского, или московского барокко. Построек в стиле модерн в Костроме немного; это собственный дом архитектора Н. Горлицына (пример особняка, представляющего интерес своей свободной, асимметричной композицией) и несколько других зданий, возведенных в конце XIX – начале ХХ в. В формах, воспроизводящих нарышкинское барокко, построены «чижовские училища» XIX в. – первые в России, выпускавшие инженерно-технических работников. Некоторые постройки Костромы второй половины XIX в. – типичные образцы неоклассицизма; типичный пример – «дом Третьякова».

Центральная часть Костромы – это уникальный по своей целостности градостроительный ансамбль конца XVIII – начала XIX в., возникший на месте старого центра, срытых земляных и деревянных укреплений костромского кремля и Нового города XVII в., возведенный в процессе регулярной застройки по генеральному плану 1781–1784 гг. Около Волги и центральной полукруглой площади сходятся 7 радиальных лучей, охваченных полукольцами поперечных улиц. Раньше эта площадь называлась Екатерининской, а теперь носит имя Ивана Сусанина. Окружающие площадь здания построены в стиле классицизма. Исторической высотной доминантой этой площади и всего исторического центра Костромы остается пирамидальная пожарная каланча (1823–1826) с 6-колонным портиком, аттиковый этаж над ним служит переходом к 8-гранному столбу со смотровой площадкой (верх перестроен в 1880 г.). Рядом находятся ампирное здание бывшей гауптвахты (1824–1825), 3-этажное здание бывшей гостиницы «Россия» (1815 г., перестроено во второй половине XIX в.), представительное здание с 8-колонным портиком бывшего дома-дворца генерала Борщева (1830-е гг.), здание бывших Присутственных мест (1806–1809 гг., в 1832 г. частично перестроено) с 4-колонным портиком, широкой белокаменной лестницей и колоннадой. Сохранились здания бывших Торговых рядов (XVIII–XIX вв.). Ансамбль бывших торговых рядов – это ряд построек, Торговые ряды: Большие Мучные (1789–1793), Красные (1789–1800), Мелочные (1820–1830), Пряничные, Рыбные, Малые Мучные, Масляные, Овощные (Табачные) и др. Торговые ряды в Костроме уникальны по числу сохранившихся бывших лавок и арок. В Торговых рядах и в наши дни ведется торговля самыми разными товарами, есть лавки церковная (в Пряничных рядах) и антикварная (в Мелочных рядах).

К Волге террасами спускается городской парк, раскинувшийся на возвышенности на территории, где в давности был древний костромской кремль. В конце одной из аллей этого парка находится круглая беседка, которую называют беседкой Островского (8-колонная, построена на месте снесенной деревянной в 1956 г. по типу архитектурных парковых сооружений конца XVIII – начала XIX в.). Раньше здесь стояла деревянная беседка, о которой знаменитый русский драматург А.Н. Островский написал так: «Вид из этой беседки вниз и вверх по Волге такой, какого мы еще не видели до сих пор». В парке на береговом холме сохранились два симметричных 3-этажных здания соборного причта (1795–1796). Ниже, вдоль Лесной улицы, протянулась набережная, где находится Речной вокзал.

В разных частях Костромы и особенно в ее центральной части сохранились отдельные особняки, возведенные в царский период, и целые кварталы, застроенные дореволюционными деревянными жилыми домами, но число их год от года заметно сокращается. Среди дореволюционных деревянных жилых домов был дом, принадлежавший в 1860–1869 гг. капитан-лейтенанту Н.К. Бошнякову, исследователю Дальнего Востока, основателю г. Николаевска-на-Амуре.

В центральной части города сохранились каменные бывшие купеческие особняки конца XVIII – начала XIX в., построенные по типовым проектам 2-этажные здания. Привлекают взор классические дома на пересечении улиц, имеющие скругленные углы и обработанные полуколоннами (в том числе бывший дом детского приюта и дом Акатова, XIX в.). Среди особенно интересных в градостроительном отношении зданий в центральной части города – бывшее Дворянское собрание (первоначально купеческий особняк конца XVIII в.), в его интерьере – чугунная лестница с позолоченными бронзовыми украшениями перил; его Белый зал отделан белым мрамором и декорирован полуколоннами коринфского ордера; его Малый зал имеет кессонированный потолок с резными золочеными вставками.

Кострома. Бывшее здание Дворянского собрания

Определенную архитектурную ценность представляет на проспекте Мира здание Художественного музея (1909–1913), в котором можно увидеть иконы XVI–XVII вв., отечественное искусство XVIII–XX вв., художественные полотна И.И. Шишкина, И.В. Айвазовского, А.К. Васнецова, К.А. Коровина, А.И. Иванова и других художников.

Несомненный архитектурно-художественный и историко-этнографический интерес представляет Музей деревянного зодчества, расположенный рядом с Ипатьевским монастырем. Создавать музей начали в середине 1950-х гг. В 1956 г. в него перевезли деревянный Спасо-Преображенский храм (1628) из с. Спас-Вежи, попавшего в зону затопления Горьковского водохранилища. Затем сюда стали со всей Костромской области свозить церкви, часовни, избы, ветряные мельницы, овины, бани, другие деревянные постройки. Но их судьба в этом музее не всегда остается удачной. Так, Спасо-Преображенский храм, который поставили внутри монастыря, сгорел летом 2002 г. Самыми интересными экспонатами музея остаются церковь Собора Богородицы (1552) из села Холм, клетская церковь во имя Спаса (начало XVIII в.) из с. Фоминское, ряд других древних деревянных построек.

2.4.2. Религиозные центры. Православные монастыри и храмы. Памятные места

Кострома является крупным православным центром, издавна славятся ее древние монастыри и посадские храмы, число которых в прошлом стабильно увеличивалось. Костромские мастера церковного зодчества и иконописцы славились на Руси-России. В XVIII в. в Костроме числилось более 70 иконописцев (некоторые из них расписывали Троицкий собор в подмосковной Троице-Сергиевой лавре, Успенский собор Московского Кремля, Троицкий собор в Переславле-Залесском, в других городах), были известны многие мастера церковного строительства, умелые каменщики и резчики по дереву. Постепенно в Костроме деревянное церковное строительство вытеснялось каменным. Так, в 1628–1630 гг. в Костроме были 2 собора, 4 монастыря, 84 приходских храма, при этом почти все строения были деревянными. Во второй половине XVII в. (который был периодом расцвета Костромы) в городе ускорилось каменное строительство храмов. В 1744 г. была учреждена Костромская епархия. В 1917 г. в Костроме насчитывалось 36 храмов. В советский период религиозная значимость Костромы существенно умалилась, ведь закрывали монастыри, закрывали и сносили храмы.

Сейчас в Костроме действуют Свято-Троицкий Ипатьевский мужской монастырь (XIV в.), Богоявленско-Анастасиин женский монастырь (XV в.), Знаменский женский монастырь (1993) и более десяти приходских храмов.

Ипатьевский Костромской Свято-Троицкий мужской монастырь занимает особое место среди всех российских монастырей. По одной версии, он был основан в 1275 г., по широко известной легенде, – в 1330 г., а впервые упоминается в серьезном письменном источнике (летописи) – в 1435 г. Значит, возраст этого монастыря – не менее 6–7 веков. С этим монастырем связана так называемая Ипатьевская летопись – список конца XIV – начала XV в. с одного из древнейших летописных сводов Киевской (Южной) Руси. Знаменитая Ипатьевская летопись – основной источник наших знаний об истории Древней Руси.

У московских великих князей и царей были веские причины добром вспоминать костромские богатые и укрепленные монастыри-крепости, прежде всего – Ипатьевский монастырь. При угрозе захвата Москвы ордынцами, нехватке воинских сил ее защищать, князь, его семья, ближайшие приближенные уезжали обычно в Кострому, скрывались за мощными монастырскими стенами, начинали собирать войско для отпора врагам. Так в 1382 г. поступил князь Дмитрий Иванович Донской, а в 1408 г. – его сын Василий I.

Ипатьевский монастырь. XVI–XVII вв. Вид монастыря около 1613 г по описаниям XVII в. Реконструкция XIX в.

Ипатьевский Костромской Свято-Троицкий мужской монастырь занимает абсолютно особое место среди всех российских монастырей. Ипатьевский монастырь навсегда вошел в русскую историю как колыбель Августейшего дома Романовых, как место, где был призван в 1613 г. на царство молодой Михаил Федорович Романов, первый царь из новой, ставшей на следующие почти 304 года (1613–1917) царствующей, династии бояр Романовых, сменивших Рюриковичей, Шуйских, Годуновых. Для боярского, а затем царского рода Годуновых этот монастырь еще до Романовых также был своего рода цитаделью, ведь они изо всех сил старались утвердить в народе мысль о том, что основатель их рода, знатный татарский мурза Чет, основал этот монастырь, ставший местом захоронения их предков, усыпальницей боярского рода Годуновых, местом их щедрых пожертвований. Но история царского рода Годуновых оказалась недолгой. История нового царского рода Романовых оказалась гораздо длиннее, но завершилась она также печально в 1917–1918 гг.

Ипатьевский монастырь возник на стрелке р. Волги и р. Костромы, которая теперь отделена от монастырских стен Нижегородским (Горьковским) водохранилищем. При громкой известности Ипатьевского монастыря точная история его возникновения неизвестна. Наиболее широко известна версия основания монастыря влиятельным татарским чиновником мурзой Четом. Легенда рассказывает, что знатный татарский князь мурза Чет якобы в 1330 г. выехал из Золотой Орды в Москву на службу к великому князю московскому Ивану Калите, по дороге он тяжело заболел и был вынужден остановиться для отдыха и лечения в устье р. Костромы (на месте будущего Ипатьевского монастыря). Во сне Чету явилась Пресвятая Богородица с апостолом Филиппом и великомучеником Ипатием Гангрским. Богоматерь пообещала ему исцеление от болезни, если он примет православную веру, откажется от мусульманства. Чет обещал принять православие, выздоровел и продолжил свой путь в Москву. Чет крестился, стал православным татарином Захарием, а на месте явления ему во сне Богородицы основал монастырь, посвятил его священномученику Ипатию, Гангрскому Чудотворцу. Захарий стал якобы родоначальником двух боярских фамилий – Годуновых и Сабуровых. В конце земной жизни именно в этот монастырь приезжали доживать свой век сам Захарий и его потомки, где все они завещали себя похоронить, что выполнялось. (К нашему времени в подклете Троицкого собора из усыпальниц потомков Захарии сохранилась только одна; уничтожена также и могила самого Захария.)

А по другой версии и историческим данным этот монастырь основал в 1275 г. князь Василий Ярославич Квашня, после смерти которого этот монастырь со временем попал под покровительство бояр Годуновых, породнившихся с царским родом. Расцвет Ипатьевского монастыря начался только с возвышением семейства Годуновых.

Ипатьевский монастырь. Усыпальница Годуновых. Надгробная плита над могилой Василия Иосифовича Годунова. 1561 г.

Сестра Бориса Годунова Ирина стала женой царевича, а затем и царя Федора Ивановича (1557–1598 гг., царь с 1584 г.; канонизирован), сына Ивана Грозного. Появилась вероятность того, что годуновская кровь будет в царских детях. Годуновы усиленно стали называть себя потомками знатного мурзы Чета, якобы основателя их рода и Ипатьевского монастыря (в 1330 г.), где была родовая усыпальница бояр Годуновых. Сами Годуновы изо всех сил разными путями и средствами старались доказать и утвердить в сознании современников давность их рода и знатность их предков. Доказывая давность и родовитость своего происхождения, они стремились этим оградить себя от политических претензий действительно родовитых бояр – Шуйских, Романовых, Захарьиных. Борис Федорович Годунов и его дядя Дмитрий Иванович Годунов делали богатейшие вклады в Ипатьевский монастырь, что позволило развернуть в нем солидное каменное строительство и позволило превратить этот монастырь в крупный очаг культуры. При поддержке Годуновых в монастыре была создана иконописная мастерская.

Большинство современников Годуновых сомневались в знатном происхождении Годуновых, которых постоянно обвиняли в «худородности». На самом деле предками бояр Годуновых были природные костромичи – бояре Зерновы (в Ипатьевском монастыре была их родовая усыпальница) и бояре Годуновы, вытесненные из узкого круга правящего московского боярства в разряд провинциальных дворян, переставших получать придворные чины и ответственные воеводские назначения. К середине XVI в. Годуновы не входили в список «тысячи лучших слуг», то есть в список членов цвета тогдашнего дворянства. Бывшие костромские бояре Годуновы со временем стали вяземскими помещиками. Отец Бориса Годунова Федор Иванович и его родной брат Дмитрий Иванович владели сообща небольшой вотчиной в Костроме. В костромском Ипатьевском монастыре со временем эти оба брата и жена Федора (мать Бориса Годунова) были похоронены.

Отец Бориса рано умер. Бориса и его сестру Ирину взял в свою семью родной дядя Дмитрий Иванович, у которого свои дети умерли. Этот дядя, скромный вяземский помещик, попал в опричный корпус и ко двору царя Ивана Грозного, занял влиятельный пост постельничего, его племянник и племянница (ровесница царевича Федора) оказались в царских палатах, при дворе. Борис Годунов смог сполна использовать открывшиеся плодоносные возможности пребывания при царском дворе. Едва достигнув совершеннолетия, он надел опричный кафтан, служил стряпчим, за усердие был замечен, начались его карьерные успехи. Его сестра Ирина стала женой царевича, а затем царя Федора Ивановича, превосходила мужа по уму и была практичнее его, приобрела над ним большую власть. Это способствовало новым успехам в карьере Бориса Годунова.

Примерно в 20 лет (1572) Борис Годунов удостоверил подписью документ о пожертвовании родовой вотчины Годуновых в Ипатьевский монастырь (вотчина Годуновых граничила с монастырской территорией).

Со временем, став не только царским шурином (братом жены царя), но и первым помощником, самым доверенным лицом царя Федора Ивановича, Борис Годунов целых 14 лет (1584–1598) был реально (де-факто) первым правящим лицом в государстве, хотя де-юре первым был царь. Царица Ирина часто и неудачно была беременной, детей у царской четы не было.

Борис Годунов как человек с трезвой практической хваткой пытался помочь бездетной царской чете. Он решил обратиться к лучшим английским медикам за рекомендациями относительно бездетной царицы Ирины. Королева Англии Елизавета послала к русскому двору искусную, опытную повивальную бабку и доктора. Однако это получило преждевременную огласку, и в Москву был допущен только доктор. Годунов надеялся, что рождение наследника упрочит будущее царской династии и, следовательно, положение самих Годуновых при дворе. Помочь медицинскими средствами царской чете не удалось по объективным и субъективным причинам. Жизнеспособные дети в царской семье так и не родились, Борис Годунов оценил сложившуюся картину как знак свыше ему к борьбе за царский престол для него самого.

Эта ситуация давала Годуновым хрупкую надежду самим со временем официально приобрести царский статус. Это усилило их хлопоты по упрочению легенды об их высоком происхождении и долгой истории их рода, также усилило их внимание, пожертвования, помощь Ипатьевскому монастырю, монахи которого с выгодой для обители старались упрочить престиж Годуновых, в том числе они пытались доказать знатность их происхождения.

О существовании мурзы Чета, будто бы приехавшего на Русь в первой половине XIV в., говорится в единственном источнике – «Сказании о Чете». Но достоверность этого источника невелика, ведь составляли «Сказание» монахи тогда захолустного Ипатьевского монастыря. Со временем, когда Годуновы вспомнили, что Ипатьевский монастырь служил их родовой усыпальницей, появился шанс связать их происхождение с татарским князем Четом, якобы основателем этого монастыря. Сочиняя родословную сказку о Чете, монахи прежде всего стремились исторически обосновать княжеское происхождение Бориса Годунова и давнюю связь новой царской династии с Ипатьевским монастырем (Б.Ф. Годунов царствовал 7 лет, в 1598–1605 гг.). С научных позиций «Сказание о Чете» полно исторических несоответствий и не заслуживает доверия. Однако в памяти многих доверчивых потомков Ипатьевский монастырь остается истоком двух царских фамилий – Годуновых и Романовых (в 1613 г. в нем был призван на царство Михаил Романов). Почти вся остальная история этого монастыря меркнет в сравнении с этими двумя событиями.

Очень долго Ипатьевский монастырь был малоизвестен и небогат. Его прославление, обогащение, процветание начались только с возвышением семейства Годуновых во второй половине XVI в. и особенно после женитьбы царевича Федора Ивановича на Ирине Федоровне Годуновой, (которая часто и всегда неудачно была беременной). Детей у царской четы не было. А святой Ипатий Гангрский (епископ, священномученик, убит около 326 г., в его честь назван Ипатьевский монастырь) почитался на Руси– России прежде всего как «разрешитель спаситель от неплодства и бесчадия», существовала об этом особая молитва ему, не удивительно, что царская чета и Годуновы были особо щедрыми именно к этому монастырю, тем более, что он был еще связан с историей семейства Годуновых.

Ипатьевский монастырь. Святые ворота

Ипатьевский монастырь с конца XVI – начала XVII в. стал одним из известнейших и богатейших в России. Благодаря царским деньгам и подсказкам царственной чете Федору и Ирине, а также средствам боярского рода Годуновых, а потом личным средствам уже царя (с 1598 г.) Бориса Федоровича Годунова в Ипатьевском монастыре в небывалых масштабах развернулось каменное строительство и благоустроительные работы. В 1586 г. по повелению царя Федора Ивановича и его супруги Ирины Федоровны Годуновой были построены Святые ворота. С конца XVI в. в монастыре на средства Годуновых началось масштабное каменное строительство. В 1585–1590 гг. на средства Бориса Годунова и его дяди Дмитрия Годунова вокруг монастыря построили мощные крепостные стены протяженностью 500 м, высотой 6 м и шириной 3 м. Двери монастырского Троицкого собора были в конце XVI в. изготовлены на средства Дмитрия Годунова в технике огневого золочения по образцу медных дверей Успенского собора Московского Кремля. При одобрении и поддержке Годуновых были построены две надвратные церкви Федора Стратилата и Святой Ирины. В 1603–1605 гг. была построена монастырская звонница с 19 колоколами на средства Дмитрия Годунова. Годуновы подарили монастырскому Троицкому собору почти 90 икон, дарили ценные старинные книги, дорогую утварь, щедро жертвовали деньги на самые разные нужды обители. Уже царь Борис Федорович Годунов и его дядя Дмитрий Иванович делали многочисленные и дорогие вклады в монастырь, при их поддержке в обители была основана иконописная мастерская, налажена переписка древних летописей и книг. С начала XVII в. Ипатьевский монастырь стал одной из главных православных русских сокровищниц и крупным центром русской православной культуры.

В 1608 г. Ипатьевский монастырь захватили отряды Лжедмитрия II, которого называли «Тушинским вором». Они использовали монастырь как крепость для боевых действий на северо-востоке России. Ополчение северных городов (непокоренных Лжедмитрием II) во главе с костромичами в 1609 г. 6 месяцев осаждало монастырь, пытаясь выбить из него сторонников «Тушинского вора», что в конце концов удалось сделать. Крепость-монастырь была частично разрушена во время осады, восстановительные работы завершили только в 1621 г.

После того как поляков изгнали из Москвы и Земский собор выбрал в 1613 г. новым царем 17-летнего Михаила Федоровича Романова (1596–1645), крестным ходом посольство Земского собора: духовенство, бояре, воеводы, казаки, люди разного звания, отправились в костромской Ипатьевский монастырь, где тогда пребывали Михаил Романов и его мать инокиня Марфа (черкешенка Ксения Ивановна Шестова, владела богатой костромской вотчиной, умерла в 1631 г.). Посольство Земского собора прибыло из Москвы с чудотворной Владимирской иконой Божией Матери и Тихвинской иконой Богоматери древнего письма. К посольству Земского собора присоединилось Костромское посольство с чудотворной Феодоровской иконой Божией Матери. Крестным ходом объединенное посольство прибыло в Ипатьевский монастырь, где все члены этого посольства со слезами на глазах просили Михаила Романова принять царство, говорили о Божьей воле избрания его Самодержцем Всероссийским. Михаил боялся и не соглашался быть царем, не хотела отпускать его царствовать и его мать, ведь они знали трудные судьбы многих русских царей и особенно со страхом вспоминали судьбы царей отца и сына Годуновых, Василия Шуйского, самозванца Лжедмитрия. 6 часов уговаривали в Ипатьевском монастыре Михаила и его мать смириться с избранием юного боярина царем и принять царство. Говорили о том, что если Михаил не согласится царствовать, то Русская земля погибнет, за что Михаил и его мать будут отвечать перед Господом Богом. В конце концов инокиня Марфа согласилась отпустить сына царствовать и благословила его чудотворным образом Феодоровской Божией Матери, ставшим главным иконописным образом, родовой иконой царского семейства Романовых.

Народ возле Ипатьевского монастыря в Костроме умоляет мать Михаила Романова отпустить сына на царствие в Москву. Миниатюра 1673 г.

После избрания царем Михаила Романова члены новой царской династии Романовых стали относиться к Ипатьевскому монастырю как их фамильной святыне, вступая на престол, непременно приезжали в этот их семейный монастырь. Поток паломников из царской семьи и людей попроще в Ипатьевский монастырь стабильно рос, как и пожертвования в него, что способствовало процветанию обители.

С 1613 г. началось в невиданных масштабах почитание Ипатьевского монастыря, развернулись работы по его украшению, благоустройству, новому строительству. Царский род Романовых стал главным земным покровителем Ипатьевского монастыря, в который начался щедрый поток пожертвований от царской семьи, многих других семей и отдельных поситателей.

В 1621–1625 гг. местные монастырские каменщики под руководством московского мастера И. Неверова не только отремонтировали крепость после ее повреждения в период осады 1609 г., но и надстроили крепостные стены до высоты 11 м.

В 1642–1643 гг. по повелению царя Михаила Федоровича Романова к Ипатьевскому монастырю присоединили соседний участок земли, который обнесли стеной протяженностью чуть более 300 м с башнями и стали называть эту часть монастыря Новый город (древняя часть монастыря называлась Старый город). Строила Новый город артель костромских каменщиков во главе с уроженцем Богословской слободы Андреем Андреевым (Андрей Аврамьев Кузец) под руководством старца-монаха Иосифа. Зеленая проездная башня Нового города славится не только красотой ее шатра, покрытого зеленой поливной черепицей, но и своими историей, особым местонахождением. По преданию, в 1613 г. именно на это место пришло посольство к Михаилу Романову, и именно на этом месте остановился крестный ход, провожавший уже царя Михаила Федоровича в Москву. С середины XVII в. Зеленая башня стала главным въездом в монастырь. В царский период на территории Нового города размещалась богадельня.

В 1650–1652 гг. пришлось перестраивать Свято-Троицкий собор, поскольку он рухнул от взрыва пороха, хранившегося как запас на случай осады в его подклете. Троицкий собор перестроили, взяв в качестве примера Успенский собор в Ярославле. Расписала собор в 1685 г. артель костромских мастеров во главе с Гурием Никитиным и Силой Савиным. (Сохранившиеся до наших дней фрески этого собора относятся к одним из лучших произведений древнерусской живописи.) Многоярусный резной иконостас собора был изготовлен в стиле барокко в 1756–1758 гг. резчиками из костромского села Большие Соли под руководством Петра Золотарева и Макара Быкова. В собор перенесли из предыдущего, взорвавшегося, собора изготовленные по заказу Годуновых железные, обитые медью, расписанные золотом двери (они сохранились до наших дней).

В 1649 г. на монастырской звоннице установили часы с боем. К звоннице пристроили четырехъярусную башню с шатром из зеленой черепицы. На звоннице в конце XVII в. висели 19 колоколов; часть их позже сняли и перелили в пушки по приказу царя Петра I, который урезал и доходы этого монастыря. (Петр I вел Северную войну, требовавшую больших денег, и не пощадил романовскую родовую святыню, колыбель их царского рода.)

Ипатьевский монастырь. Фрагменты дверей Троицкого собора

В Ипатьевском монастыре активизировались строительные и благоустроительные работы с 1744 г., когда была образована Костромская епархия и Ипатьевский монастырь стал резиденцией архиерея. С 1744 г. начался новый этап восстановительно-строительных работ в монастыре, который поддерживали и приветствовали русские самодержцы.

Цари и царицы из рода Романовых и другие представители этого царского рода обычно особо почитали Ипатьевский монастырь, стремились посещать его, делали щедрые пожертвования, способствовали процветанию этой обители и г. Костромы. Так, Екатерина II и Павел I при своих посещениях подарили Костроме гербы. По распоряжению Николая I были обновлены все здания монастыря, палаты бояр Романовых отреставрировал известный архитектор К.А. Тон. При Александре II палаты Романовых отреставрировали снова, их отделали в стиле XVII в. В процессе подготовки к празднованию 300-летия царствования Дома Романовых в 1913 г. Николай II особо интересовался строительно-благоустроительными делами в Ипатьевском монастыре. Можно привести другие многочисленные примеры внимания Романовых к поддержанию благополучия их фамильной святыни – Ипатьевского монастыря, который в период его правления стабильно хорошел и благоустраивался.

В северной стене Старого города построили в 1767 г. Северные ворота монастыря (по образцу ворот Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге) к приезду императрицы Екатерины II. (Эти ворота сейчас являются главным въездом в монастырь.)

Особое внимание уделили возведению в стиле московских кремлевских теремов к середине XIX в. двухэтажных палат бояр Романовых (1863 г., арх. Ф.Ф. Рихтер), построенных на месте старого келарского корпуса, в котором в двух небольших комнатах как во временной царской резиденции в 1613 г. жил юный царь Михаил Романов со своей матерью. В царский период в Ипатьевском монастыре постоянно что-то строили и перестраивали. Монастырь был многократно украшен и перестроен, имел разнообразные строения.

В Ипатьевский монастырь приходили огромные толпы паломников. В нем особым почитанием пользовалась подаренная Земским посольством в 1613 г. монастырю Тихвинская икона Божией Матери, древнего письма. Эта икона почиталась вначале как местночтимая, а потом как чудотворная.

В 1913 г. в монастыре состоялись большие торжества по случаю 300-летия царского Дома Романовых, на которых присутствовали представители этого рода, прежде всего царь Николай II и его семья.

В 1919 г. Ипатьевский монастырь закрыли, по сути, его разорили, национализировали его ценности и превратили в музей. Так, только в 1922 г. из Ипатьевского монастыря вывезли 14 кг золота и около 200 кг серебра в виде окладов с икон и церковной утвари, а также многочисленные драгоценные камни, украшавшие их. В церкви во имя Рождества Богородицы поначалу новая власть открыла антирелигиозный музей, а вскоре храм снесли. На территории закрытого монастыря обустроили рабочий поселок «Текстильщица», который существовал до 1958 г., когда его стали расселять и начали устраивать на территории обители Историко-архитектурный музей-заповедник. Несколько десятилетий музей был главным и единоличным хозяином монастырского комплекса. Монастырь возродился в 1992 г. В начале XXI в. в монастыре жили два десятка братии.

Историческую, архитектурно-художественную ценность представляют планировка и все строения Ипатьевского монастыря, территория которого состоит из двух участков: Старого и Нового города. Старый город создан в 1586–1590 гг. на средства Годуновых, а Новый город пристроен в 1642–1645 гг. по повелению царя Михаила Романова. Сохранились монастырские стены протяженностью по 558 м и высотой до 11 м.

По-разному сложилась судьба построенных в монастыре храмов: соборного Троицкого (во имя Святой Троицы), соборного во имя Рождества Богородицы, храма во имя Праведного Лазаря, храма во имя Святых Хрисанфа и Дарии, храма во имя Апостола Филиппа.

Четырехстолпный пятиглавый Свято-Троицкий собор был и остается главным сооружением монастыря. Основанный в начале XIV в. деревянный Троицкий собор в 1560 г. был заменен каменным, в 1650–1652 гг. его сменил новый каменный храм, сохранившийся до наших дней. В Свято-Троицком соборе сохранились древние фресковые рукописи (1685 г., работа артели Гурия Никитина и Силы Савина; эти стенописи являются одними из самых лучших памятников русского иконописного искусства XVII в.), многоярусный барочный резной позолоченный удивительной красоты иконостас (1756–1758 гг., выполнен артелью П. Золотарева и М. Быкова, в нем иконы середины XVII и XVIII в.), железные двери, обитые тонкой медью и расписанные золотом по черному фону (конец XVI в.).

Ипатьевский монастырь. Архиерейский корпус

Также можно увидеть массивную многопролетную звонницу (1603–1605), 3-этажный Архиерейский дом (XVI в., перестроен в XVII в. и в 1880 г.), надвратный храм Хрисанфа и Дарьи (заложен в 1842 г. арх. К.А. Тоном, завершен в 1862 г. костромским губернским архитектором А.Г. Григорьевым), палаты бояр Романовых (XVI–XVII вв., реставрированы в псевдорусском стиле в 1863 г., арх. Ф. Рихтер), корпус над погребами XVI–XVIII вв.), ряд хозяйственных и других построек, монастырские стены с башнями и воротами.

В монастыре в подклете Троицкого собора были похоронены легендарный мурза Чет, ставший православным Захарием, и его потомки, отец и мать царя Бориса Годунова, и другие представители боярского рода Годуновых, в соборе находилась могила национального героя Ивана Сусанина. Ряд исторических захоронений сохранился.

Главными православными святынями монастыря являются мощевик с частицей мощей святого епископа Ипатия Гангрского (спасает от бесплодия и бесчадия), списки Феодоровской и Тихвинской икон Божией Матери. Монастырская Феодоровская икона является особо почитаемой, а Тихвинская икона (древний список, принесенный посольством в 1613 г. из Москвы, присутствовал при благословении Михаила Романова на царство) почитается чудотворной. Известны факты исцелений после молитв перед этой Тихвинской иконой Божией Матери и благоухание этой иконы после ее чистки и освобождения от пыли. Монастырь посещали очень многие неординарные люди, некоторые из них были канонизированы. Поездка в Ипатьевский монастырь является паломничеством к местам земных деяний и молитв ряда русских святых, прежде всего князя Дмитрия Донского и его жены Евдокии, митрополита Киприана, царя Федора Ивановича, императора Николая II, его жены, детей и других.

Вне стен монастыря, среди построек бывшей Ипатьевской слободы, сохранилась 5-главая каменная церковь Иоанна Богослова с шатровой колокольней (1681–1687, в интерьере – фрески 1783 г., деревянный резной иконостас 1770 г.).

Архиерейское богослужение в праздник Рождества Христова в Ипатьевском монастыре

Посещение Ипатьевского монастыря приносит не только удовлетворение краеведческого, исторического, архитектурно-художественного толков, а также усиление религиозного чувства, но и приводит к философским и иным раздумьям.

Монастырь стал усиленно развиваться только при Годуновых, которые любой ценой хотели отделаться от мнения об их роде как о худородном. А Борис Годунов мечтал о большем – о царском венце, был готов ради этого на любые поступки, тем более что был решительным и неплохим психологом, обладал способностью играть нужную ему роль. Но получив власть, он не смог ею дельно пользоваться, лишил себя и свою семью спокойствия, породил к себе ненависть, сделал несчастными жену и детей, сам мучился, прикидывался решительным и грамотным, а в конечном счете только усилил свои и чужие людские страдания. Гордыня, стремление к власти и собственно роль властелина огромной страны оказались слишком тяжелым бременем.

Борис Федорович Годунов (1552–1605) оказался жертвой своего честолюбия, болезненного стремления к единоличной власти и по большому счету политической недальновидности. Вспоминая о его судьбе, неизбежно думаем о том, что за проступки, грехи рано или поздно, но непременно приходится отвечать, причем не только лично проштрафившемуся человеку, но и его семье, в том числе детям. Судьба Бориса Федоровича Годунова (царь с 1598 г.), его сына царя Федора (1589–1605, царствовал два месяца: апрель и май 1605), дочери Ксении (1582–1622), жены Марии Годуновой (дочь опричника Малюты Скуратова) подтверждают это. Хотя Борис Годунов оказался ловким политиком, был хорошим, верным мужем и замечательным отцом (уделял большое внимание воспитанию и образованию детей), судьба его семьи оказалась грустной, род его пресекся.

Властолюбивый Борис Годунов, будучи шурином царя Федора Ивановича (его жена царица Ирина Федоровна была родной сестрой Бориса), целых 14 лет (1584–1598), по сути, правил страной и никому не хотел отдавать власть. Царь (с 1584 г.) Федор Иванович во всем доверял своему шурину, сам государственными делами заниматься не мог и не любил, поэтому с удовольствием перепоручал их своему умному, деловому, энергичному шурину. Федор Иванович был хилым, безвольным, слабоумным человеком, проводившим время в забавах с шутами и поездках на богомолье, имел пристрастие к диким забавам и кровавым потехам. Незадолго до смерти его отец царь Иван Грозный учредил опекунский совет, который должен был управлять Россией в царствование его неполноценного сына. Вскоре в верхах началась борьба за власть. Победу в ней одержал Борис Годунов, устранивший соперников и ставший реальным правителем России. Все хитрости пути Годунова к царскому трону сполна неизвестны. Некоторые источники утверждают, что царь Федор Иванович был отравлен Годуновым, желавшим стать царем. Не исключено, что так оно и было, ведь относительно недавно при исследовании скелета Федора в его костях был найден мышьяк – известный яд того времени. Для выбора нового царя после смерти бездетного Федора Ивановича собрали Земский собор. Патриарх Иов поддержал кандидатуру Бориса Годунова и указал народу на него как на человека, самого достойного занять престол (Иов по-другому поступить и не мог, ведь именно благодаря ловким действиям Б. Годунова он стал Патриархом Московским и всея Руси). Два раза Борис отказывался занять престол, но после многочисленных просьб духовенства и народа согласился стать царем. Внешне получилось, что народ призвал его на царство после смерти бездетного Федора Ивановича и отказа его вдовы (и сестры Бориса) царицы Ирины Федоровны взять бразды правления в ее женские руки. Ей после смерти мужа-царя присягнула Москва, но она не хотела власти и постриглась в монахини. Мечта Бориса Годунова осуществилась: он стал царем. Однако много нагрешив в борьбе за царский престол, то есть за получение власти, стать дельным правителем он не смог.

Царь Борис Годунов сполна ощутил горечь неудачливого монарха. Его трагедия – это трагедия правителя, от которого отвернулся собственный народ, поняв, что он его обманул и предал. Взойдя на трон, Борис Годунов обещал покончить с нищетой, а на деле – умножил ее. В начале своего правления он наводнил Боярскую думу своими родственниками и ставленниками, но они ничего полезного для России сделать не смогли и к 1605 г. сошли с политической сцены. Своих родственников и ставленников (часто ограниченных, безвольных, рабски преданных ему) он поставил почти на всех значимых государственных постах; но их личная, алчная на самом деле, преданность Борису Годунову, цели их личного обогащения и некомпетентность привели Россию к еще худшему экономическому состоянию. Царь Борис Годунов, по сути, не имел профессионально грамотных и честных помощников. В отчаянии он не только молился, но и обращался за помощью к колдунам, знахарям, астрологам, то есть именно к тем людям, к которым Русская православная церковь запрещала и запрещает обращаться за советом и поддержкой. Борис Годунов хорошо знал и сполна ощутил на себе, что борьба за власть и ее сохранение неизбежно связаны с компромиссами, а то и обманом, с заведомо ложными обещаниями, с непопулярными управленческими решениями, нередко с силовым давлением и открытой борьбой с кровавыми последствиями и жертвами. Он всю жизнь рвался к власти, а получив ее, стал несчастным, больным человеком и обрек свою семью на постоянное пребывание в тревоге и страхе. Путем лжи, притеснений, убийств он расчистил себе путь к царскому трону. Борис Годунов достиг своей политической цели – стал царем, но его род пресекся, династия не стала царствующей, он опозорил свой род, своими неумными действиями затормозил развитие России.

После избрания царем Борис Годунов сделал своего подростка-сына Федора (в 1598 ему было девять лет, а в конце его царствования шестнадцать) соправителем государства, царевичем «всея Руси». В 1605 г. от апоплексического удара царь Борис Годунов умер, на престол вступил его юный сын Федор, но он был царем всего два месяца. Сторонники Лжедмитрия I (Ю.Б. Отрепьева или бывшего монаха Григория; 1581–1606 гг.) убили (задушили) юного царя Федора Годунова и его мать вдову Бориса Годунова, а народу сказали, что они отравились. Судьба любимой дочери Бориса Годунова оказалась еще хуже. Борис Годунов намеревался выдать замуж дочь-красавицу, умницу, доброго нрава Ксению непременно за иностранного князя, королевича, царя.

Царь Борис Годунов

Были разные варианты возможного замужества Ксении: с Максимилианом – братом императора Рудольфа II, с самим императором Рудольфом II, герцогом Густавом – сыном шведского короля Эрика XIV, герцогом Максимилианом-Эрнестом – братом польской королевы Анны, супруги короля Сигизмунда, с грузинским князем Хосроем и др., – все они отпадали, так как условия замужества царевны не устраивали то одну, то другую сторону. А когда Шлезвиг-голштинский герцог Иван (Ганс), брат датского короля Христиана IV, согласился со всеми условиями, в том числе и с принятием православия, приехал в Москву (1602) и даже понравился царевне Ксении, он чем-то здесь заразился и внезапно умер. Лжедмитрий I обрек Ксению Годунову на 5-месячное мучительное для нее сожительство. А затем по требованию его будущего родственника пана Юрия Мнишека, отца его невесты, Марины Мнишек (1588–1614), Ксению Годунову отправили в Горицкий монастырь на Белом озере, где в 23 года она стала монахиней Ольгой. В 1606 г., когда на царский трон сел Василий Иванович Шуйский, ей позволили вернуться в Москву. Затем она оказалась в Троице-Сергиевом монастыре (позже лавра), где пережила все ужасы 16-месячной осады обители польскими войсками (осень 1608 г. – январь 1610 г.). При царе Михаиле Федоровиче Романове гонение на Ксению усилилось (вспомнили, как Борис Федорович Годунов притеснял Романовых, пресек их путь к трону), ее выслали из Москвы во Владимир в Княгинин монастырь, а в 1616 г. – еще дальше, в более строгий Покровский девичий монастырь в Суздале, где она умерла в 1622 г. в возрасте сорока лет. Судьба царя Бориса Федоровича Годунова лишний раз напоминает о быстротечности земной жизни, главной целью которой на самом деле является честное, достойное служение людям, Отечеству, а не эгоистическое стремление сделать карьеру, накопить богатства – себе, детям, внукам, получить власть, причем любой ценой, в том числе и греховным путем, но за все эти прегрешения рано или поздно придется отвечать перед Богом, судьбой, Россией, причем всему грешному роду.

Бремя власти осознавали и ощущали все члены Августейшего семейства Романовых. Но только четверо Романовых из имевших первоочередное право на статус царя им быть не хотели, но вынужденно стали: первый царь Михаил Федорович, Александр II Николаевич и его сын Александр III Александрович (эти двое были готовы отказаться от трона ради женитьбы на любимой девушке из знатной русской семьи, что было не допустимо для царя), а также последний царь Николай II (мечтал о тихой, спокойной семейной жизни с любимой женой и детьми). Царский род Романовых был как минимум дважды проклят: сыном Петра I – царевичем Алексеем, когда он был заключен в тюрьму, и Мариной Мнишек, официально венчанной русской царицей, когда у нее забрали малолетнего сына Ивана, обещали сохранить ему жизнь, а на деле – казнили. Сколько людей попроще корили Романовых, никто точно не знает. Если внимательно изучать жизнь представителей царского рода Романовых, то видно, что надежно счастливыми и здоровыми они не были, исключительное положение и редкостные богатства не принесли им стабильного земного благополучия и спокойствия. Переживания и борьба за удержание власти, сохранение богатств, хотя бы частичная, но неизбежная утрата здоровья, спокойствия, а также жизнеспособности и чувства реальности, а ещё своего рода ущербность от привычки к обеспеченной комфортной жизни, всегда делали уязвимой жизнь членов царского рода, а первой семьи в царском роде – особенно.

Знакомство с историей жизни и деятельности царствовавшего дома Романовых, особенно первых лиц – царей, императоров и их семей, позволяет сделать некоторые выводы.

– Нравственно-идеологическим стержнем всех правителей Москвы и России было православие. Вот почему все они неизменно сверяли верность своих решений и оценку поступков у иерархов Русской православной церкви, видели в них главных моральных помощников и судей в своей деятельности. Они старались привлекать иерархов церкви к союзу с ними, к деятельному участию в решении судеб России. Самодержцы понимали и использовали колоссальную живительную силу и возможности Русской православной церкви.

– Все представители дома Романовых, включаясь в борьбу за получение или удержание ими верховной власти в стране, понимали первоочередную значимость общегосударственных дел по сравнению со своими личными заботами и интересами. Они осознавали бремя ответственности, ложившееся на их плечи. Все они мечтали улучшить жизнь россиян. Вступая в борьбу за власть или удержание ее, они были готовы к участию в компромиссах, порой сомнительных или даже аморальных делах. Практически каждый из них в той или иной мере участвовал в принятии неблаговидных управленческих решений.

– Огромная ответственность перед Россией, ее народом, а также участие в тех или иных управленческих компромиссах неизбежно подтачивали физическое здоровье и духовное равновесие первых лиц, в России из рода Романовых. В среднем самодержцы Романовы умирали в возрасте 44 лет, но в интервале 21–63 года. При этом более пятой части самодержцев Романовых умерли насильственной смертью. Из-за бремени государственной роли треть самодержцев Романовых страдали той или иной неизлечимой болезнью (в основном болезни нервной системы). Такова была расплата за обладание властью. В погоне за положением самодержца и удержанием его фактически все Романовы были несчастливы в личном плане (только трое из 18 женились по своему личному сердечному влечению; при этом абсолютно у всех были серьезные неприятности, беды, несчастья в семьях). Складывается впечатление, что за проступки властевладельцев страдали не только они сами, но и самые дорогие для них люди; видеть их страдания и невозможность их умалить было для самодержцев тяжелее, чем самим сносить страдания. Отсутствие стабильного семейного благополучия, болезни неизменно преследовали Романовых-самодержцев и их семьи. За все проступки непременно приходило мучительное возмездие. А если смотреть еще шире, то можно предположить, что пребывание у власти каким-то необъяснимым образом лишало людей самых простых человеческих радостей, вселяло в их жизнь вечные беспокойства, тревоги, приносило дополнительные трудности, болезни. Создается впечатление, что на судьбу этого рода оказало свое влияние и двойное проклятие (Марины Мнишек и царевича Алексея Петровича Романова).

– По своим кровным корням из 18 самодержцев Романовых только 4 были действительно русскими людьми. Это значит, что подавляющая часть самодержцев Романовых (78 %) по своему национальному и психологическому складу имела мало общего с генетико-психологической базой подавляющей массы своих подданных. (В жилах Романовых текла главным образом немецкая кровь, а в последнем поколении – немецко-английская.) Отсюда вытекает объяснение ряда сомнительных и ненужных для российского народа решений. При этом нужно учесть, что православная ориентация сдерживала негативные дела самодержцев.

– Из рода самодержцев Романовых, несмотря на все сложности и невзгоды, сильные личности оптимистического склада, творческие натуры, любвеобильные люди были более жизнеспособными и прожили относительно долгую жизнь.

– Абсолютно все Романовы осознавали чрезвычайную значимость Москвы в жизни России. Вот почему судьба и заботы Москвы всегда были в поле их особого внимания. В самые важные моменты их жизни они всегда прибывали в Москву за морально-духовной и физической помощью и советом. Пребывание на троне, у власти было немыслимо без поддержки москвичей.

Всех виновных в гибели Романовых судьба сурово покарала.

Особенно трагичной по земным меркам была судьба последнего царя Николая II, его жены и детей. Они были причислены к лику русских святых православной церковью, значит, по православным правилам, продолжается их вечная небесная и счастливая жизнь.

Земная жизнь императора Николая Александровича Романова, или Николая II (1868–1918, царствовал 1894–1917), принесла мало радости ему и его близким: убийство членов императорской семьи, конец более чем трехвекового царствования Дома Романовых, начало новых бед России. В 26 лет Николай II стал русским императором и был им более 23 лет. Выполнять роль первого лица в государстве ему было очень трудно из-за мягкости его характера и неподготовленности к этой ответственной роли. Главной трагической ошибкой в воспитании цесаревича Николая Александровича было то, что его не обучили искусству править государством. Он был совсем не приспособлен к делу правления огромной страной. Вероятно, его отец император Александр III (1845–1894, царствовал с 1881 г.) намеревался, женив его, начать серьезно приучать к государственным делам, тем более что сам он был еще молод (но император внезапно умер в возрасте 49 лет).

Цесаревич Николай просил умирающего отца императора Александра III позволить ему отречься от русского престола и жениться на Алисе Гессенской. Но Александр III требовал соблюдения закона о престолонаследии, поэтому Николай должен был принять трон, в утешение ему разрешил взять в жены Гессенскую принцессу Алису (ставшую в России после принятия православия Александрой Федоровной, 1872–1918 гг.). Меньше чем через месяц после похорон состоялось бракосочетание Николая II и Алисы Гессенской – тоже плохой знак. Решая вопрос о допустимости этого брака, не только императорская семья, но и государственные структуры должны были вспомнить о страшной наследственной болезни – несвертывании крови (гемофилии) в роду английской королевы Виктории, внучкой которой была Алиса Гессенская. Эта неизлечимая болезнь передается по женской линии, но только представителям мужского пола. Матримониальные связи привели к тому, что от английской королевы через ее дочерей и внучек гемофилия перешла к монархическим домам Испании, Германии, а затем и России. Все смерти заметных персон от этой болезни в Англии, Испании, Германии были известны. На подсознательном уровне император Александр III предчувствовал недоброе от Гессенской принцессы и несколько лет противился свадьбе его сына-наследника с ней. Но никто не помог ему окончательно и аргументированно доказать недопустимость вхождения Алисы Гессенской в русскую императорскую семью, где нужен был здоровый наследник – продолжатель рода Романовых, гарант стабильности развития России, в начале ХХ в. приближавшейся к ведущим позициям в мире.

Император Николай II и императрица Александра Федоровна. Фото 1910-х гг.

В 1896 г. в мае состоялись коронационные торжества в Москве, венчание на царство новой императорской четы. Николай II и Александра Федоровна (так стали называть в России Алису Гессенскую) посетили величайшую святыню Руси – древнюю Троице-Сергиеву лавру. Когда они прибыли туда, их никто не встретил, хотя каждый их шаг был строго известен. Только когда царь с царицей, их сопровождение вошли в лавру, спохватились о должном принятии высоких гостей. Люди увидели в этом недобрый знак: Сергий Радонежский не встретил нового царя, значит, добра в этом царствии не будет. При всем блеске коронационных торжеств людей потрясло другое: в Москве на Ходынском поле, где планировали провести даровое угощение людей и раздачу нехитрых подарков и где собралось не менее полумиллиона подданых, случилась давка и погибли более 2 тыс. человек. Царствование началось с пролитой крови. Венчание на царство в мае (по народным приметам все начатое в мае будет иметь оттенок «маяться») тоже обещало мало хорошего. А если вспомнить, что Николай II родился 6 (19) мая 1868 г. – тоже в мае, да еще и в православный праздник – день памяти святого праведного Иова Многострадального, то вероятность ожидания им трудной земной жизни становится совсем ясной.

Общая картина социально-экономической жизни в России в начале царствования Николая II была достаточно оптимистичной. В последней четверти XIX – начале ХХ в. Россия вошла в число крупнейших стран-производителей по ряду видов промышленной и сельскохозяйственной продукции. По суммарному объему внутреннего валового продукта (ВВП) Россия занимала 5-е место в мире после США, Англии, Германии, Франции; также занимала 5-е место по производству промышленных товаров и третье – по выработке сельскохозяйственной продукции (после США и Великобритании с их колониями). Однако в экспорте России преобладало сырье, а в импорте – готовые изделия, что свидетельствовало о ее роли аграрно-сырьевого придатка развитых в экономическом отношении стран. В царствование Николая II доходы стабильно увеличивались, расходы росли медленнее, бюджет всегда был бездефицитным, налоги были самыми низкими в мире (в 2–4 раза ниже общая сумма налога на жителя в сравнимом эквиваленте, чем в других европейских странах). В России императорское социальное законодательство было одним из самых прогрессивных в мире, другой разговор, что оно далеко не всегда выполнялось; но при наличии дельных законов можно обеспечить контроль за его соблюдением. Были достигнуты значительные успехи в образовании, в том числе резко вырос уровень образования женщин. Первоначальное обучение было бесплатным по закону, с 1908 г. оно стало обязательным. К 1917 г. в России число грамотных выросло в 2 раза, половина россиян умела читать и писать (в 1897 г. только 28 % жителей могли читать и писать). За период царствования Николая II число студентов увеличилось на 400 %. Число женских гимназий выросло более чем в 6 раз. Плата за обучение в высших учебных заведениях была невысокой, при этом очень многие неимущие студенты освобождались от этой платы.

Русский государственный деятель, министр земледелия (1908–1915), управляющий Дворянским и Крестьянским банками, руководивший проведением Столыпинской земельной реформы Александр Васильевич Кривошеин (1857–1921), хорошо знавший социально-экономическую ситуацию в России, утверждал: «России необходимо 30 лет спокойствия, чтобы сделаться наиболее богатой и процветающей страной во всем мире». Такая перспектива не устраивала внешних и внутренних врагов России. Развитые капиталистические страны не хотели отдавать России мировое первенство в скором будущем. В этом одна из основных причин начала Первой мировой войны и участия в ней России, революционных беспорядков в ней.

Внутренние и внешние враги не могли смириться с успехами огромного православного государства, мечтали о его низвержении и торжестве их интересов. Чрезмерно мягкий характер императора Николая II способствовал реализации их планов, он верил в возможность устранения проблем мирным путем, верил в действенность демократических методов, недооценивал и в должной мере не пресекал политический терроризм. Он не мог действовать смело и решительно.

Объединение внутренних и внешних врагов, обман революционными лозунгами огромной части простых людей (крестьян и солдат из крестьянской массы, рабочих – выходцев из деревень обманули, пообещав им землю, придя к власти, большевики не дали землю народу в собственность, а только предоставили ее в пользование, о чем люди до этого не знали; есть немало и других примеров) усилили нестабильность в России, привели к отречению Николая II от престола, форсировали наступление новых бед в стране. Такова социально-экономическая канва обстоятельств жизни и гибели Николая II как государственного деятеля. Он в этом плане стал жертвой объединенного круга врагов России и православия, а также неизбежных ошибок обманутого большевиками народа.

Цесаревич Николай Александрович, а затем – император Николай II страшился роли правителя России, смутно догадывался о предназначенной ему тяжелой земной жизни и краткости его земного счастья. Зная ограниченность своих сил, он получал главную духовную поддержку, обращаясь к Богу, мечтал о монашеской жизни. Император Николай II хотел восстановить патриаршество в России, он предложил в марте 1905 г. себя членам Синода в патриархи с оставлением престола его сыну – цесаревичу Алексею, и учреждением при нем регентства императрицы Александры Федоровны и его брата Михаила Александровича (Николай II, естественно, намеревался принять монашество и священный сан). Но члены Синода не приняли это предложение императора Николая II.

Император Николай II с семьей. Фото 1917 г.

Царь Николай II по своему характеру был человеком добрым, спокойного склада, стремился не к первой роли в государстве, а к тихой семейной жизни. Но по воле судьбы ему пришлось в первую очередь решать государственные и политические проблемы, к чему он не был приучен, не любил подобные дела, но был вынужден их разрешать и не удивительно, что допускал промахи, ошибки. От своего отца императора Александра III он унаследовал личный антисемитизм и политические взгляды (как и его отец, верил, что евреи составили широкомасштабный заговор против русской империи в целом и против ее императора в частности). При Николае II имели место жесткие притеснения евреев-иудеев, произошли страшные еврейские погромы. Революционные беспорядки 1905 г. и растущие неурядицы в стране привели к подъему антисемитизма. Активизировали свою деятельность одиозные организации, такие как «Черная сотня» и «Союз русского народа», которые стремились поддержать самодержавие и развернуть разрушительные погромы. Николай II был сторонником подобных организаций, но с некоторой долей скептицизма относился к их методам борьбы, хотя горячо и искренне сочувствовал их целям и взглядам.

Государь Николай II знал о многих пророчествах несчастий в стране, о предсказании тяжелейших событий в России, смуте в ней, о редчайших трудностях и бедах в его царствование. Николаю II придавало силы то, что во многих пророчествах говорилось об особой помощи ему со стороны Господа Бога, что Бог его возвеличит и поможет, что вторая часть его жизни будет спокойной и славной (так оно и стало, ибо он и его семья были причислены к лику русских святых, их земная жизнь стала маленьким эпизодом по сравнению с ее второй бесконечной небесной частью, ведь в конце ХХ в. они были канонизированы).

Личная жизнь Николая II была довольно долго счастливой, брак по любви с многими годами совместной жизни, сближавших супругов все больше и больше, рождение дочерей (1895, 1897, 1899) и сына (1901), но, как выяснилось, больного неизлечимой болезнью гемофилией. После этого открытия жизнь императрицы Александры Федоровны и императора Николая II превратилась в непрекращающуюся муку от беспокойств за здоровье и жизнь сына. Частые роды и нервное напряжение форсировали усиление недугов императрицы (радикулит, болезни ног, сердечная недостаточность, удушье, хроническая неврология лицевого нерва и др.), толкали ее искать помощь у целителей и знахарей, усилили ее мольбы и просьбы о помощи к Богу. Императорская семья была вынуждена жить двойной жизнью: на людях изображать счастье и благополучие, а без лишних глаз – бороться с семейными бедами и страдать от трагедии этой двойной жизни. 24 года длилась их семейная жизнь и только первые годы, немногим более 10 лет, были действительно радужными.

Выход императора Николая II с августейшей семьей из Троицкого собора Ипатьевского монастыря. Фото 1913 г.

Императрица была великолепной женой и матерью: терпеливой, внимательной, скромной, трудолюбивой (она терпеть не могла праздность, которая была нормой жизни в лучших домах Санкт-Петербурга). Она, получившая викторианское воспитание от любимой бабушки – великой английской королевы Виктории (1819–1901 гг., королева Великобритании с 1837 г.), в таком же духе воспитывала своих детей. Теннис, спортивные игры, холодная ванна утром, теплая – вечером, мощное религиозное воспитание (чтение православных книг, исполнение всех православных норм, обрядов и т. п.), участие в милосердии (в Первую мировую войну все царевны стали сестрами милосердия). Спали девочки по двое в комнате на походных жестких кроватях, почти без подушек. Еда была простая: борщ, супы, говядина, свинина, вареная рыба, фрукты, гречневая каша. Дочери были очень дружны между собой. Подруг при дворе у них практически не было, так как императрица боялась дурного влияния на ее дочерей избалованных молодых женщин и девушек из высшего класса российского общества. А сыну императрица выбирала друзей из числа детей дворцовых слуг, воспитателей, доктора. Бережливость была нормой жизни. Каждый год на день рождения каждой дочери императрица Александра Федоровна дарила по одной жемчужине и одному бриллианту, чтобы с 16 лет у каждой было по 2 достойных ожерелья. Мысли о призвании женщины, ее роли и делах в жизни императрица Александра Федоровна изложила в своем дневнике (ГАРФ.Ф. 640. Оп. 1. Д. 301), выдержки из которого были частично опубликованы (см., например, Государыня императрица Александра Федоровна Романова о браке и семейной жизни. М.: Братство преподобного Германа Аляскинского, Калифорния и Российское отделение Валаамского общества Америки. М.: 1996 и др.).

2 марта 1917 г. в Пскове император Николай II был вынужден отречься от престола, затем последовал в марте 1917 г. по постановлению Временного правительства арест его и членов его семьи, их пребывание под стражей в Царском Селе, затем – в Тобольске; с весны 1918 г. их содержали в Екатеринбурге, а 5 июля в подвале дома Ипатьевых большевики их расстреляли. Убийство последнего русского царя, вероятно, носило ритуальный характер и имело для его организаторов и исполнителей мистический смысл как особое действие в акте разрушения Русского православного государства, православия в стране. Ряд исследователей глубоко убеждены, что расправа над Николаем II и членами его семьи напоминает именно ритуальное убийство. В Екатеринбурге, в комнате, где было совершено убийство, на краю подоконника чернилами черного цвета были сделаны надписи, которые оценивались рядом исследователей как символические. Так Энель (вероятно псевдоним) в брошюре «Жертва» (впервые опубликована в России в сборнике «Царь-колокол», 1990, № 5; в оригинале вышла в 1925 г. в Лондоне) дает следующую расшифровку каббалистических знаков: «Здесь, по приказу тайных сил, Царь был принесен в жертву для разрушения государства. О чем извещаются все народы». Частное толкование этих знаков давали и другие исследователи царского дела: О. Платонов, С. Фомин, Н. Росс, Н. Пагануцци, В. Вильтон и др. (по Л. Болотину, стр. 167–275).

Для новой власти даже отрекшийся от престола и арестованный ими император Николай II и члены его семьи представляли опасность. Уничтожение царской семьи было совершено по инициативе екатеринбургских большевиков по согласованию с Ульяновым-Лениным, с одобрения Комиссара армии и флота Л. Троцкого (Лейба Бронштейн, 1879–1940) – личности тогда очень и очень влиятельной не только в российском, но и мировом масштабе, его указание выполнить это дал М.Я. Свердлов (Янкель, или Янош Соломон Мовшевич, 1885–1919 гг., председатель ВЦИК), практическими исполнителями были А.Г. Белобородов (Янкель Вайсбарт, 1891–1938 гг., председатель Уралсовета), Я.М. Юровский (Янкель Хаимович Юровский, 1878–1938, лично стрелял в царя), Ф.И. Голощекин (Шая Исакович Голочекин, 1876–1941 гг., военный комиссар Уральской области), П.Л. Войков (Пинхус Лазаревич Вайнер, 1888–1927 гг., член президиума исполкома Уральского совета и комиссар продовольствия Уральской области; с 1924 г. носил знаменитый перстень с большим рубином, снятый с пальца убитого Николая II; до сих пор в Москве в честь Войкова названа станция метро) (по Л. Болотину, В.В. Карпову, Г. Кингу, П. Вильсон, Л.П. Миллер).

Все эти люди-палачи по-своему страшно расплатились за содеянное. В 1918 г. умер М.Я. Свердлов от смертельного ранения ударом молотка в голову от руки рабочего за расстрел царской семьи, а по другой версии – он умер от туберкулеза в больших муках. А.Г. Белобородов в 1927 г. был исключен из партии, затем был репрессирован. Я.М. Юровский с 1937 г. оказался в тюрьме и умер там, по другой версии – умер в страшных мучениях от рака в больнице в 1938 г. Ф.И. Голощекин был расстрелян в 1941 г. П.Л. Войков был убит в 1927 г. белогвардейцем в Польше за участие в убийстве Николая II. Л.Д. Троцкий был убит ледорубом в 1940 г. в Мексике (до этого он в 1927 г. был выслан в Алма-Ату в Казахстан, в 1929 г. – за границу, в 1932 г. – лишен советского гражданства). Члены семей палачей здоровыми и счастливыми не были.

В 1991 г. силами только светских структур были найдены, изъяты из захоронения, опознаны останки расстрелянных членов царской семьи, их близких родственников и верных слуг. Не обнаружили останков великой княжны Марии, по другой версии – Анастасии, и цесаревича Алексея, в июле 2007 г. нашли и их. Благословение Церкви на поиск останков Романовых инициаторы этой кампании не сочли нужным просить. Представители Церкви в поиске и идентификации останков фактически на солидном уровне не участвовали. Не все согласились с достоверностью найденных останков, тем не менее с большими почестями они были захоронены в Петропавловской крепости Санкт-Петербурга, в Петропавловском соборе, как символичный акт покаяния о содеянном убийстве (в этом соборе похоронены с 1725 г. большинство других представителей царствовавшего Дома Романовых). В России новейшие официальные исследования (2008 г. и позже) останков членов царской семьи подтвердили их достоверность, но не все еще в это верят, особенно, если знают о результатах анализов, исследований, сделанных в Японии.

Богоявленский Анастасиин женский монастырь был основан в конце XIV – начале XV в. Монастырский комплекс формировался длительное время, объединив в себе 3 ранее существовавших отдельно монастыря: Богоявленского мужского, Крестовоздвиженского (мужского, основан в конце XIV в., затем – женского), Анастасиина женского.

Богоявленский мужской монастырь был в прошлом крупнейшим в Костроме, его основал на р. Суде в 1426 г. (по некоторым источникам, – в 1425–1462 гг.) ученик и родственник преподобного Сергия Радонежского – старец Никита. Он пришел сюда из Боровского Высоцкого Калужского монастыря, был его настоятелем, был он и духовным отцом святого Пафнутия Боровского. Старец Никита стал строителем и первым игуменом Богоявленского монастыря, со временем он был канонизирован.

Кострома. Богоявленский Анастасиин женский монастырь.

Долгое время Богоявленский монастырь был деревянным, в нем каменный пятиглавый Богоявленский собор построили в 1559–1565 гг. по благословению митрополита Московского Макария (канонизирован), при царе Иване Васильевиче Грозном. В 1569 г. Иван Грозный перебил монастырскую братию только за то, что они радушно встретили проезжавшего князя Владимира Андреевича Старицкого, который оказался в немилости у царя, а монахи этого не знали.

В конце 1608 – начале 1609 гг. монастырь захватили поляки. Они после осады и штурма овладели обителью и разграбили ее, убили 38 крестьян и 11 монахов, которые заперлись в монастыре, решили до конца сражаться, но не сдаться врагу. Погибшие монахи со временем были канонизированы.

Только с XVI в. в Богоявленском монастыре началось каменное строительство. Возвели каменный Богоявленский собор (1559–1565). В начале XVII в. к Богоявленскому собору пристроили каменные галереи; затем возвели Трехсвятительскую и Сретенские церкви, звонницу с приделом в честь преподобного Сергия Радонежского – в нижнем ее ярусе, и церковь в честь святителей Михаила, Петра и Ионы – над Святыми вратами обители. В 1610 г. построили каменный храм во имя Иоанна Богослова, который лично освятил патриарх Гермоген (канонизирован).

Гермоген понимал особую значимость монастырского собора во имя Иоанна Богослова в Смутное для России время, когда нет разумной светской власти, когда богатые бояре способны ради еще большего личного обогащения предавать интересы России и ее простых людей, которым приходится надеяться только на Господа Бога и свои скромные силы. Евангелист Иоанн Богослов (скончался около 105–106 гг.), один из 12 апостолов, был особенно любим Иисусом Христом за его дела любви к ближним. Православная церковь называет Иоанна Богослова «Апостолом любви». Он, несмотря на трудную жизнь, неизменно вершил добрые дела, помогал и поддерживал людей, чувствовал и осуществлял свое призвание служить людям, нести им любовь и добро, что давало ему новые силы жить и помогать нуждавшимся, вот почему он прожил более 100 лет.

Патриарх Гермоген. Миниатюра XVII в.

Имя самого патриарха Гермогена стало символом истинной мудрости, свободолюбия и твердости духа. Современники называли его «непоколебимым столпом благочестия, правдивым хранителем христианской веры». О деятельности патриарха Гермогена, его стойкости и мужестве говорится в ряде повестей Смутного времени («Новая повесть о преславном Российском царстве и Великом государстве Московском», «Повесть о некоей брани», «Летописная книга», «Сказание о Гришке Отрепьеве» и др.). Сам патриарх Гермоген был талантливым духовным писателем, написал «Сказание о явлении и чудесах иконы Казанской Божией Матери», редакцию «Повести о житии Петра и Февронии», «Слово» об обретении мощей митрополита Московского Алексия, грамоты и речи.

Патриарх Московский и всея Руси Гермоген (Ермоген, 1530–1612 гг., патриаршее служение с 1606 г.) сыграл исключительно важную роль в освобождении России от польских интервентов.

Будущий патриарх Гермоген (в миру Ермолай) родился в Вятке в семье посадских людей. К 50 годам он стал священником – отцом Ермолаем, служил в Казани. В возрасте 57 лет он стал монахом Гермогеном, в 59 лет – Казанским митрополитом, в 76 лет – патриархом. Гермоген во время крестьянских волнений во главе с И.И. Болотниковым (1606–1607) наложил на него и его сторонников церковное проклятие за учинение беспорядков в стране. Гермоген осудил действия Лжедмитрия II («Тушинский вор»), лагерь которого в 1608—1609-х гг. располагался в Тушино, откуда он безуспешно вел осаду Москвы, где хотел сесть царем.

После того как летом 1610 г. московские бояре свергли царя В.И. Шуйского, власть в стране захватили семеро знатных алчных бояр (Семибоярщина), перешедших на сторону Польши и решивших провозгласить московским царем 15-летнего польского королевича Владислава. До избрания его царем Боярская дума – Семибоярщина собиралась сама управлять государством и намеревалась протянуть это состояние собственной верховной власти как можно дольше. Ночью 21 сентября 1610 г. бояре-изменники открыли ворота Кремля и впустили польские войска. Поляки заняли Кремль и Китай-город. Они стали хозяйничать в Москве, разграбили сокровища царского дворца, отбирали имущество у простых горожан, отправляли обозы с награбленным добром в Польшу. Москвичи оказали сопротивление, и тогда поляки стали безжалостно уничтожать всех русских от мала до велика.

Патриарх Гермоген в 1610 г. отказался целовать крест польскому королю-католику, собрал у себя представителей посадского мира, совместными усилиями решили польскому королю не подчиняться. Патриарх Гермоген с декабря 1610 г. рассылал по русским городам грамоты, направленные против польских интервентов, призывал русских людей объединяться, совместно встать на защиту Отечества, поднять всенародное восстание против польско-литовских захватчиков. Поляки заключили Гермогена в московский кремлевский Чудов монастырь под строгий надзор, давали ему подобие еды и мало воды, он страдал от голода и жажды и скончался в начале 1612 г.

Призывы, грамоты патриарха Гермогена сделали свое дело. На борьбу с интервентами поднялся весь народ России. Центром освободительного движения стал Нижний Новгород. Нижегородский староста Кузьма Минин предложил собрать средства и создать народное ополчение. Воеводой этого ополчения единодушно избрали князя Дмитрия Пожарского. Летом 1612 г., когда к Москве шло новое польское войско, ополчение во главе с Дмитрием Пожарским тоже поспешило к столице и расположилось вокруг Кремля и Китай-города, где засели бывшие в Москве отряды поляков. Новое польское войско во главе с гетманом Ходкевичем безуспешно пыталось сломить упорное сопротивление русских ополченцев. Благодаря полководческому таланту Дмитрия Пожарского и Кузьмы Минина, а главное, благодаря смелости и мужеству русских людей оно было разбито. Те же поляки, что засели в Кремле и Китай-городе, после предпринятого ополчением штурма открыли ворота Кремля и сдались. Русские войска вошли в Кремль. В 1612 г. в Успенском соборе Московского Кремля отслужили благодарственный молебен об избавлении столицы от врагов России и православия. Таким образом, после почти двухгодичного (1610–1612) пребывания польских интервентов в Москве столицу освободили и началось полное освобождение России от иноземных интервентов.

Символично и совсем не случайно, что в 1612 г. именно в костромском Богоявленском монастыре молились князь Д.М. Пожарский и воины русского ополчения, которые шли из Нижнего Новгорода освобождать Москву от польских интервентов.

Есть неощутимая для рядового, малосведущего в церковной грамотности светского современного человека связь молитв участников ополчения именно в этом монастыре, значимость которого хорошо понимали организаторы и вожди этого ополчения князь Д.М. Пожарский и К.М. Минин. Молитвы в Богоявленском Анастасиином монастыре означали грядущую Божественную помощь и покровительство Господа Бога Ополчению, вступившему в свое спасительное служение православию и России. Богоявление, или Крещение Господне, – праздник в память дня, когда 30-летний Иисус Христос был крещен Иоанном Крестителем; в тот день было явление Пресвятой Троицы и явление Божества Спасителя, торжественно вступившего в Свое спасительное служение. Святая великомученица Анастасия Узорешительница (христианка, родилась в Риме, скончалась около 304 г.) воспринималась как надежная защитница ополченцев – ее духовных последователей, единомышленников, боровшихся за укрепление и торжество христианских идеалов и норм, посвятивших (отдавших себя полностью) служению и отстоянию христианских ценностей, добродетелей. Как мы видим, Пожарский и Минин были, как бы мы сказали сейчас, мудрыми социальными психологами, а не только мудрыми вождями и верными чадами Русской православной церкви, истинными сынами своего Отечества, ради свободы и независимости которого они честно жили и решительно боролись с врагами.

Князь Дмитрий Михайлович Пожарский (1578–1642) – русский национальный герой, один из руководителей освободительной войны русского народа против польских и шведских интервентов в начале ХVII в. Д.М. Пожарский происходил из рода князей Стародубских, с 24 лет был стольником при дворе царя Бориса Федоровича Годунова, с 35 лет – боярин. С 1610 г. (ему 32 года) Пожарский был воеводой в подмосковном древнем городе Зарайске, в нем возглавил отпор польским захватчикам. В 1611 г. он участвовал в организации Первого ополчения и в восстании москвичей против интервентов. В результате боев он был ранен, его отвезли в Троице-Сергиев монастырь (позже – лавра), а потом – в родовую вотчину в Суздальский уезд. Пожарский был не только участником Первого земского ополчения 1611 г., но и одним из руководителей Второго земского ополчения и временного земского правительства. Когда формировалось народное ополчение для освобождения Москвы и России от польско-шляхетских захватчиков, по предложению нижегородского старосты К.М. Минина именно князь Д.М. Пожарский осенью 1611 г. был избран воеводой всего народного ополчения. Пожарский руководил военными действиями против польских интервентов. Второе ополчение освободило Москву от польских интервентов в октябре 1612 г. По сути, с осени 1611 г. и до Земского собора 1613 г. князь Пожарский был главным народным героем. После того как в Ярославле был созван «Совет всей земли» во главе с Пожарским и Мининым, фактически президентом всей российской земли стал именно Пожарский.

Князь Д.М. Пожарский. Гравюра XIX в.

Он не тащил «во власть» просто послушных и верных ему людей, а привлекал к службе только людей мудрых, инициативных и опытных и действительно верных православию, России, россиянам. Он управлял на демократических началах, при решении дел ничего не предпринимал без «Совета всей земли», то есть Земского собора. Благодаря действиям руководимого им Второго ополчения в 1612 г. Москву освободили от поляков, после этого Пожарский в 1613 г. созвал представительный Земской собор, избравший юного Михаила Романова новым царем. Авторитет Пожарского в 1611–1613 гг. был столь высок, что он мог бы и сам претендовать на первое место в государстве. Но он помнил, что он – потомок Всеволода III, из рода владетельных князей Стародубских, представитель славного рода Пожарских (их так прозвали по имени города Погарь), прежде всего – военный, не администратор, и трезво оценивал свои возможности, даже не пытался бороться за государев титул. Происходивший из обедневшего рода, Д.М. Пожарский только от царя Ивана Васильевича Шуйского получил значительное состояние, в том числе земли. После изгнания польских интервентов Пожарский возглавил ряд приказов, в 1613 г., в 35 лет, стал боярином. Князь Пожарский руководил еще 5 лет (1613–1618) военными действиями против отрядов польских интервентов и поддерживавших их казачьих отрядов Сагайдачного. С 1619 г. (ему 41 год) ведал Ямским, в 1624 г. – Разбойным, в 1636–1637 и 1640–1642 гг. – Судным приказами. В 1628–1630 гг. он был воеводой в Новгороде, был воеводой армии прикрытия во время Русско-польской войны. Д.М. Пожарский умер в возрасте 64 лет.

Кузьма Минин. Гравюра XIX в.

Кузьма Захарович Минин (Кузьма Минич, Захаров-Сухорук, Минин-Сухорук, умер в 1616) – национальный герой России, этнический татарин, организатор и один из руководителей второго ополчения в период борьбы русского народа против польской интервенции (1611–1612). В русской истории он остался как один из главных «освободителей Отечества» от поляков в 1612 г. Точная биография его до его выступления в 1611 г. неизвестна. К.З. Минин был нижегородским посадским человеком среднего достатка, торговал мясом. Осенью 1611 г. он стал первым человеком в своем родном городе, так как его избрали земским старостой Нижнего Новгорода. Минину во сне трижды являлся Сергий Радонежский, который побуждал его выступить с призывом всем объединиться, собрать денежные средства и спасти Россию от поляков, шведов и лихих самозванцев. Избрание свое в земские старосты он понял как указание перста Божьего. Он возглавил народное движение по организации ополчения и сбор для него денег. Именно по инициативе Минина был приглашен для военного руководства ополчением князь Д.М. Пожарский, по предложению которого Минину было поручено заведовать казной ополчения. В период движения ополчения к Москве, боев за ее освобождение и до созыва Земского собора 1613 г. Минин входил в состав «Совета всей земли», созданного в Ярославле и выполнявшего функции русского земского правительства (1612–1613). Минин участвовал во всех правительственных делах, при этом основное внимание уделял казне и обеспечению ратных людей необходимыми запасами и денежным жалованьем. В боях под Москвой Минин смело сражался, проявил высокие боевые качества, личную храбрость и талант военного организатора. Под Москвой в битве с польским гетманом Ходневичем он определил успешный исход боя смелым ударом выбранного им самим отряда. В 1613 г. Минин был введен в состав Боярской думы, поскольку ему присвоили чин думного дворянина. Царь Михаил Федорович Романов пожаловал ему также земли в Нижегородском уезде. В 1614 г. ему был поручен сбор первой пятины (т. е. 5-й части имущества, дохода) с гостей и торговых людей в Москве. С 1615 г. он был в составе боярской коллегии, «ведавшей Москву» в период богомолья государя; в том же году его вместе с князем Г.П. Ромодановским послали в казанские земли для наведения порядка в связи с имевшим там место восстанием. Вскоре он умер. Похоронили его в Нижнем Новгороде в нижнем этаже Спасо-Преображенского собора, где в его память устроили придел во имя Косьмы и Дамиана (освящен в 1852 г.). Правительство помнило его заслуги перед Отечеством, с вниманием относилось к его вдове и сыну (в дальнейшем потомства у него не было). Минину возвели памятники, в том числе в Нижнем Новгороде (1826) и Москве (1818).

Начавшееся с XVII в. в Богоявленском монастыре в значительных масштабах каменное строительство велось главным образом на пожертвования бояр Салтыковых (которые устроили в нем фамильный некрополь), матери царя Михаила Федоровича Романова – инокини Марфы (Ксения Ивановна Шестова, умерла в 1631 г.), а также отца этого царя – патриарха Филарета (Федор Никитич Романов, 1554–1633 гг.) и многих других россиян.

Очень многое было сделано в этом монастыре при игумене Герасиме. В 1642–1672 гг. были построены новые монастырские каменные здания; вместо деревянной была построена (1642–1648) каменная монастырская стена высотой в 7 м; она имела 6 башен. На стене юго-западной башни в 1672 г. была написана Смоленская икона Божией Матери (она сохранилась даже после очень сильного пожара 1773 г., после чего началось ее особое почитание). Здесь сначала выстроили деревянную часовню, а в 1824–1825 гг. на средства костромского гражданина Ф.М. Обрядчикова архимандрит Макарий (Глухарев, канонизирован) построил небольшую церковь, которую в народе называли «Смоленская часовня». В 1814 г. в монастыре открыли Духовную семинарию, одним из ее ректоров был уже упоминавшийся выше архимандрит Макарий, который оставил о себе добрую память не только за дела в этом монастыре, но и как православный просветитель Алтая (см. текст о нем далее). В этой духовной семинарии учились 500–600 семинаристов, а монахов в монастыре осталось всего около десятка. Ведь в конце ХVIII – первой половине ХIХ вв. Богоявленский монастырь пребывал в упадке, сократилось число братии, многие здания пустовали. С 1779 г. в пустовавшие монастырские здания поместили все присутственные места города, они здесь размещались до 1809 г. В 1847 г. сильный пожар превратил монастырь в пепелище и развалины (этот пожар истребил чуть ли не половину строений Костромы). После этого пожара Богоявленский монастырь был закрыт. Затем целые 16 лет городские власти продавали кирпич из монастырских развалин, а щебень отдавали бесплатно для мощения улиц. Тогда были разобраны Сретенская и Трехсвятительская церкви, паперти Богоявленского собора, звонница, часть ограды, почти все жилые и хозяйственные постройки, часть стен. К 1864 г. монастырь окончательно перестал существовать.

Игуменья Мария (Давыдова) развивала со второй половины XIX в. (см. с. 199) монастырский комплекс, помня о его трех исторических корнях – монастырях Богоявленском, Крестовоздвиженском, Анастасиином. Монастырь стали называть Богоявленским Анастасииным. Был расширен Богоявленский собор, к нему сделали 3 пристройки, а сам древний собор был превращен в алтарь. Была устроена каменная галерея, соединившая собор со Святыми вратами под колокольней. Обновленный собор освятили в 1869 г. Еще раньше, в 1867 г., была устроена церковь святого великомученика Никиты и преподобного Сергия Радонежского. Возрожден был Никольский храм. Были проведены работы по развитию и украшению Смоленской церкви. С конца XVIII–XIX вв. сильно усилилось почитание написанной на штукатурке и обрамленной деревянным киотом Костромской Смоленской иконы Божией Матери в юго-западной башне монастырской ограды в часовенном храме во имя Смоленской иконы Божией Матери; этот образ не был утрачен даже после пожаров 1773, 1779, 1847, 1887 гг. Костромскую Смоленскую икону стали почитать как чудотворную. Как уже отмечалось, в 1824 г. на средства костромича Ф.М. Обрядчикова построили небольшую каменную Смоленскую церковь, или Смоленскую часовню. После пожара 1847 г. Смоленская церковь была возобновлена на средства костромича П.В. Голубкова; эту церковь перестроили в 1892 г.

Несколько монахинь Богоявленского Анастасиина монастыря основали в 1891 г. в Эстонии Пюхтинский монастырь, ставший центром распространения православия на Эстонской земле и центром православного социального служения (при эстонском монастыре действовали бесплатная лечебница, аптека, приют для девочек-сирот).

Игуменья Мария сделала чрезвычайно многое для развития и упрочения авторитета Богоявленского Анастасиина монастыря. Ее последние силы ушли на восстановление монастыря после пожара 1887 г., она смогла завершить ремонтно-восстановительные работы, но вскоре умерла (1889).

В царский период Богоявленский Анастасиин монастырь славился как мощный религиозный центр и действенный центр социального служения. Особенно славились находившиеся в его ведении 4 лечебницы, содержавшиеся на его монастырские средства, и помощь Красному Кресту.

Крестовоздвиженский монастырь, основанный в конце XIV в., первоначально был мужским, потом он стал женским (с 1764 г.). В ведение женского Крестовоздвиженского монастыря был передан упраздненный после пожара (1847) Богоявленский монастырь.

Анастасиин женский монастырь был основан в первой половине XVI в. первой и любимой женой царя Ивана Грозного Анастасией Романовной. Но ряд исследователей считают, что этот монастырь был основан в 1400 г. дочерью московского князя Дмитрия Донского Анастасией. Название монастырь получил в честь святой преподобномученицы Анастасии Римляныне. Анастасиин монастырь в 1764 г. был упразднен, его инокинь перевели в Крестовоздвиженский монастырь, ставший с тех пор женским. Вскоре исторический Анастасиин монастырь сгорел. Но в 1774 г. он был восстановлен на прежнем месте, куда и вернулись его инокини; с этого времени монастырь стал называться Анастасииным Крестовоздвиженским. В 1863 г. игуменья этого монастыря Мария (Давыдова) подала прошение о передаче ее монастырю бывшего Богоявленского монастыря с условием его восстановления. В 1863–1864 гг. Анастасиин Крестовоздвиженский монастырь был переведен на место упраздненного Богоявленского монастыря.

Была восстановлена местами почти полностью разрушенная монастырская стена, ее западная башня над Святыми вратами была перестроена в звонницу. В 1871 г. к уцелевшему остатку стены с древним изображением лика святого Николая Чудотворца была пристроена деревянная часовня, замененная в 1892 г. каменной.

Были возведены 3 жилых корпуса для сестер и настоятельский корпус, а также двухэтажный, с подвалом – Трапезный корпус. Позже к западной стене Смоленской церкви пристроили 2 корпуса – казначейский и больничный. Вели ремонт старых зданий и построили новые в Анастасиино-Крестовоздвиженском монастыре на территории Костромского кремля. Этот монастырь игуменья Мария предназначала для учебно-благотворительных целей. Игуменья Мария устроила в монастыре училище для бедных девочек и девушек, из которых готовили сельских учительниц, в 1873 г. открыла первую в России лечебницу для селян (народа), а на фельдшерских курсах стали готовить еще и сестер милосердия. Во время Русско-турецкой войны в монастыре работал лазарет, который возобновили в 1914 г., в период Первой мировой войны. В монастыре были со временем созданы разные мастерские, особенно славились золотошвейная и живописная мастерские.

В царский период каждый год тысячи богомольцев-паломников приходили в Богоявленско-Анастасиин женский монастырь, в том числе и члены царского дома Романовых. Например, в 1619 г. здесь молился молодой царь Михаил Федорович, также побывали в этом монастыре императоры Александр III и Николай II (канонизирован). Дважды посетил этот монастырь отец Иоанн Кронштадтский (канонизирован).

Богоявленский Анастасиин монастырь закрыли в 1919 г., его ценности были конфискованы представителями советской власти. По сути, обитель была разорена, обворована. Но в Богоявленском соборе службы еще продолжались. В соборе с 1918 по 1922 г. служил протодиаконом Василий Разумов, которого расстреляли в 1937 г., со временем он был канонизирован. Богоявленский собор закрыли в 1925 г., к 1936 г. разрушили Никольскую церковь, стены и башни монастыря (к 1928 г.), засыпали пруд, уничтожили монастырское кладбище. В закрытых Богоявленском соборе, Смоленской церкви, звоннице разместили Костромской государственный архив, который размещался в них до пожара 1982 г. Тогда погибли дивные соборные фрески.

Затем представители советской власти решили устроить в Богоявленском соборе органный зал, против чего активно выступила костромская общественность. После утомительной борьбы Церкви вернули в 1990 г. развалины Богоявленского собора, а в 1991 г. – Смоленскую церковь и трапезный корпус.

Богоявленский Анастасиин женский монастырь возродился в 1990–1991 гг. Сделано это было в большой мере посланницами эстонского Пюхтинского монастыря по благословению Патриарха Московского и всея Руси Алексия II (Алексей Михайлович Ридигер, 1929–2008 гг.). Монастырский Богоявленский собор стал кафедральным собором Костромы. В возрожденном монастыре действуют 3 храма: соборный Богоявленский, Смоленская церковь (с древним, широко почитаемым образом Божией Матери Смоленской-Костромской на стене), храм в крипте Богоявленского собора – в честь основателя монастыря преподобного Никиты, его учителя преподобного Сергия Радонежского и великомученика Никиты.

В монастыре его соборный массивный пятиглавый Богоявленско-Анастасиин храм (1559–1565) представляет главную религиозную, историко-архитектурную и культурную ценность. Этот пятиглавый собор был перестроен в 1672 г. на средства бояр Салтыковых, расписан артелью костромских живописцев под руководством знаменитых Гурия Никитина и Силы Савина. Этот храм особенно серьезно пострадал от пожаров 1773, 1847, 1982 гг.; в 1863–1865 гг. он был обустроен притворами (кроме восточной стороны). В этом соборе пребывает с 1991 г. чудотворная Федоровская икона Божией Матери, которой инокиня Марфа благословила сына – Михаила Романова на царствование. От монастырской ограды (разобранной во второй половине XIX в.) сохранилась восьмигранная башня, перестроенная в 1863–1865 гг. в колокольню.

При монастыре созданы с 1993 г. детский девичий приют имени святого Иоанна Кронштадтского на 30 девочек и с 1992 г. богадельня для старушек и инвалидов на 40 человек. В Богоявленском Анастасиином монастыре в начале XXI в. жили 100 насельниц.

Главными святынями Богоявленско-Анастасиина монастыря являются чудотворная Федоровская икона Божией Матери, чудотворная икона-фреска Костромской Смоленской Божией Матери, крест-мощевик в иконостасе с частицами мощей очень многих святых угодников Божиих, в алтаре складень-мощевик трехстворчатый из ризницы Троицкого собора Ипатьевского мужского монастыря Костромы, мощевик с частицей мощей великомученика и целителя Пантелеймона и великомученика Георгия Победоносца, выносной деревянный крест-распятие со святынями из Святой земли (частицы Животворящего Креста Господня, гроба Господня, святой Голгофы), рака со святыми мощами Макария Писемского, святые мощи (под спудом) основателя обители святого старца Никиты Костромского.

С 2000 г. в монастыре мироточат икона преподобного Сергия Радонежского и 7 других икон.

Территорию монастыря осмотреть нельзя, она закрыта для экскурсантов, открыт только Богоявленский собор (в котором пока еще иконостас покрыт не золотом, а белой краской).

Богоявленско-Анастасиин храм

Самой главной святыней Богоявленско-Анастасиина женского монастыря является чудотворная икона Божией Матери Феодоровская, покровительница рожениц и семей, святыня родов Рюриковичей и Романовых. Это одна из самых древних и почитаемых русских икон.

Икона Богоматери Феодоровская-Костромская названа так по наиболее известному месту ее обитания и явления в первой половине XIII в. на Костромской земле, а первая часть ее имени свидетельствует о ее посвящении в честь великомученика Феодора Стратилата – воина и христианина IV в., обезглавленного по приказу языческого императора за то, что не отрекся от христианской веры. Эта икона занимает абсолютно особое место среди всех (даже самых известных и громко прославившихся) икон Русской православной церкви.

В жизни любого человека есть 3 главных события: рождение, вступление в брак (благословение родителями молодых, свадьба – венчание), смерть. Феодоровская икона почитается как главная помощница в родах; перед ней молятся в родовой период, просят о благополучном завершении родов, о минимально мучительном разрешении от родового бремени. Феодоровская икона считается покровительницей брака, детей и юношества; перед ней молятся и просят даровать счастливый, прочный, долгий брачный союз, просят ниспослать рождение здоровых детей, о сохранении их духовного и физического здоровья, о действенном постоянном покровительстве детей и подростков. В древних летописях изложены и другие удивительные примеры возможностей этой иконы, описаны после молитвенных обращений к этой иконе случаи чудесных исцелений возле этой иконы от эпилепсии, от беснования, обретения зрения, излечения от паралича рук, а также от расслабления ног и др.; есть и случай описания помощи этой иконы православным воинам, направлявшимся на битву с ордынцами (в том числе факт необычайного сияния от этой иконы, – пребывавшей в обозе костромского князя среди русского воинства, – ослепившего, испугавшего, чуть ли не пожигавшего подобно огню полчища ордынцев). Но все-таки в сознании православных людей Феодоровская икона Божией Матери – это прежде всего первая защитница и помощница в семейных делах, своего рода икона – Ангел-Хранитель благополучия семейного очага.

Феодоровская икона Божией Матери (без оклада) из Богоявленско-Анастасиина собора

Феодоровская икона сыграла исключительно важную роль при принятии окончательного решения инокиней Марфой (Ксения Ивановна Шестова, умерла в 1631 г.) и ее подростком-сыном Михаилом Романовым о его венчании (1613) на царство; Феодоровская икона стала главной святыней царского дома Романовых, который она оберегала в России целых 304 года (1613–1917). Громкое прославление и трепетное повсеместное почитание Феодоровской-Костромской иконы Божией Матери сильно упрочилось со второй половины XVII в. В 1670 г. иеродьякон костромского Ипатьевского монастыря Лонгин написал «Сказание о явлении и чудесах Феодоровской иконы Богоматери в Костроме», основанное только на народных преданиях; этот труд способствовал широкому распространению славы главной костромской святыни по всей России.

Феодоровская икона Божией Матери имеет очень давнюю историю. Это единственная икона, являющаяся святыней княжеского и царского родов Рюриковичей и Романовых. Феодоровская икона – единственная из всех икон, которая зимой 1917 г. (незадолго до революционного переворота) внезапно потемнела (образ Богоматери стал почти черным), хотя в самом начале 1917 г. осматривавшие икону реставраторы сделали вывод о ее удовлетворительном состоянии и отсутствии необходимости в ее поновлении). Так икона давала понять о скором падении царского дома Романовых (в начале марта 1917 г. царь Николай II отрекся от трона). Реставраторы пытались обновить икону, но ничего не получилось, поэтому ее в 1919 г. вернули в Кострому.

Происхождение этой иконы весьма древнее. По преданию, она была написана святым евангелистом Лукой (как и Владимирская икона Божией Матери, к которой она близка по иконографии). Известно, что в начале XII в. икона находилась около г. Городца (Волжский) в ветхой деревянной часовне, где ее увидел Рюрикович – псковский князь Юрий (Георгий) Всеволодович, который захотел взять из часовни этот образ, но икону не смогли даже сдвинуть с места. Со временем младший брат Юрия Всеволодовича – князь Ярослав Всеволодович (отец святого князя Александра Невского), который носил во святом крещении имя Федора в честь Федора Стратилата, основал (1164) на месте часовни Городецкий Феодоровский монастырь; икону стали называть Феодоровской, поскольку она стояла в монастырской церкви во имя святого Феодора Стратилата. Князь Юрий Всеволодович со временем погиб в битве с ордынцами, а его брат Ярослав Всеволодович стал великим князем владимирским и владельцем унаследованной от брата Феодоровской иконы. Князь Ярослав Всеволодович в честь своего духовного покровителя – святого Феодора Стратилата не только основал и построил Феодоровский монастырь около г. Городца (Волжского), но и возвел в Костроме церковь во имя Феодора Стратилата.

Князь Ярослав Всеволодович Феодоровской иконой благословил своего сына Александра Ярославича (который позже вошел в историю как святой князь Александр Невский), вступившего в 1239 г. в брак с половецкой княжной Брячиславой. Князь Александр Невский никогда не расставался с Феодоровской иконой, она постоянно находилась при нем, была его моленным образом, оценивалась им как живое благословение его отца. Возвращаясь в очередной раз из Орды, Александр Невский внезапно заболел, в Феодоровском монастыре (предвидя свою скорую кончину) он принял монашество, стал схимником Алексеем, скончался (1263) под сенью Феодоровской иконы. После кончины Александра Невского Феодоровскую икону унаследовал его младший брат Василий Ярославич Мизинный (1236–1276 гг., князь костромской в 1247–1276 гг., великий князь владимирский в 1272–1276 гг., князь новгородский в 1273–1276 гг.). Князь Василий Ярославич оставил Феодоровскую икону на Костромской земле, главной святыней которой она стала.

Так представляет давнюю историю Феодоровской-Костромской иконы Божией Матери представительный источник – «Настольная книга священнослужителя» (М., 1979 г., т. 3, стр. 73). В популярных изданиях можно встретить не совсем такую, но похожую и укороченную историю исторической Феодоровской иконы. По преданию, младший брат князя Александра Ярославича Невского – костромской князь Василий Ярославич Квашня, в 1239 г. охотясь, заметил на сосне икону Божией Матери. По его желанию священники отслужили перед ней молебен, затем отвезли в Кострому и поставили в соборном храме во имя мученика Феодора Стратилата. Эту икону увидели купцы из г. Городца (Волжского) и сказали, что она пребывала в их городе, пока его не разорили ордынцы. В этих версиях совпадает только год широкого знакомства людей с иконой – 1239 г.: по первой, более солидной версии, это год благословения отцом этой иконой на брак князя Александра Ярославича (Невского), а по второй версии – год явления этой иконы князю Василию Ярославичу. Абсолютно точно ясно лишь то, что с первой половины XIII в. об этой Феодоровской иконе знали на Руси, и что благодаря костромскому князю Василию Ярославичу эта икона прочно обосновалась в Костроме.

Чрезвычайно широкое почитание Феодоровской иконы Божией Матери началось в начале XVII в., после прекращения Смутного времени и избрания всероссийским Земским собором на царство первого представителя боярского дома Романовых – 17-летнего Михаила Федоровича. Михаил Романов и его мать инокиня Марфа пребывали в костромском Ипатьевском монастыре, к ним пришло посольство из Москвы с чудотворной Владимирской иконой, с Тихвинской иконой и с костромской чудотворной Феодоровской иконой. Инокиня Марфа очень долго (почти 6 часов) не соглашалась отпустить юношу на царство. Только при виде Феодоровской иконы, к которой обратилось за помощью посольство, она изменила свое решение. Так Феодоровская икона стала святыней не только Рюриковичей, но и дома Романовых. Феодоровская икона (оригинал и списки с нее) считалась моленным образом царей и цариц, императоров и императриц династии Романовых.

Избрание Михаила Федоровича Романова на царство. Художник А.Д. Кившенко. 1880-е гг.

Когда иностранные принцессы выходили замуж за русских царей, императоров и великих князей, они, принимая православие, нередко брали себе отчество Федоровны – в честь Феодоровской-Костромской иконы Божией Матери. (Русские царицы и императрицы были обязаны непременно быть православными, а великие княгини обычно принимали православие по их желанию, если они не были россиянками по происхождению.) Все эти знатные женщины, принимая православие, получали новое имя и отчество, последнее – очень часто в честь Феодоровской иконы. Так, супругу императора Павла I звали Мария Федоровна, супругу императора Николая I звали Александра Федоровна, супругу императора Александра III звали Мария Федоровна, супругу последнего русского императора Николая II звали Александра Федоровна, а ее сестру и жену великого князя Сергея Александровича – Елизавета Федоровна.

Все Романовы стремились приехать в Кострому, помолиться и приложиться к чудотворной Феодоровской иконе Божией Матери.

К 300-летию (1913) Дома Романовых под Санкт-Петербургом, в Царском Селе, был построен Феодоровский Государев собор (1909–1912) в честь явления Феодоровской иконы Божией Матери.

В Костроме в царский период Феодоровская икона пребывала в соборе Феодора Стратилата, который несколько раз горел, но икона каждый раз оставалась неповрежденной. После второго пожара специально для Феодоровской-Костромской иконы в Костроме построили Успенский собор с приделом в честь Феодора Стратилата. В советский период этот собор разрушили (1934), икону перенесли в кафедральный собор Иоанна Златоуста, где она пребывала до 1964 г.; когда задумали и этот собор снести, то икону перенесли в церковь Воскресения Христова на Дебре. В советский период, когда закрывались и разрушались костромские храмы, чудотворную Феодоровскую икону переносили из одного храма в другой – непременно действующий, поэтому перед этой иконой никогда не смолкали молитвы. С 1991 г. чудотворная Феодоровская икона Божией Матери пребывает в соборе Богоявленско-Анастасиина монастыря, в деревянном киоте у правого клироса.

В наши дни в собрании Третьяковской галереи в Москве есть древний список Феодоровской иконы, выполненный около 1630 г. Скорее всего он был выполнен после того, как мать царя инокиня Марфа ездила в 1620 г. в Кострому на богомолье. После избрания Михаила Романова на царство (1613) с Феодоровской иконы были сделаны точные списки, один из них был принесен в Москву и стал моленным образом царей Романовых. Со временем этот или другой чтимый список с Феодоровской иконы был доставлен в Санкт-Петербург. С XVIII в. один из чтимых списков Феодоровской иконы Божией Матери находился в Зимнем дворце Петербурга в серебряном чеканном окладе, который со временем был снят во время поновления (расчистки) иконы. Этот список затем оказался в Третьяковской галерее. Есть и другие списки (копии) с Феодоровской иконы Божией Матери, некоторые из них почитаются чудотворными или особо чтимыми.

Богоявленский Анастасиин монастырь имеет подворье в Сусанинском районе в селе Домнино-Сусанино.

Посещение Богоявленско-Анастасиина монастыря является паломничеством к местам земной жизни и деятельности нескольких святых, в том числе преподобного старца Никиты Костромского, патриарха Гермогена, архимандрита Макария (Глухарева), отца Иоанна Кронштадтского, протодиакона Василия Разумнова, царя Николая II и др. Из них особенно много для Богоявленского монастыря сделал архимандрит Макарий в 1821–1825 гг.

Архимандрит Макарий (Глухарев). Современная икона

Архимандрит Макарий (Михаил Яковлевич Глухарев, 1792–1847) в 1821 г. в возрасте 29 лет был назначен ректором Костромской духовной семинарии и настоятелем Богоявленского монастыря в Костроме, много сделал для их результативной деятельности во благо православия и России, обеспечил значимые строительные и ремонтно-благоустроительные работы в Богоявленском монастыре. Архимандрит Макарий был прекрасно образованным человеком, церковным ученым, знатоком древних языков, а также современных ему татарского и алтайского языков. Он мечтал не о церковной и не о светской карьере, а хотел практически помогать людям, считал, что самый верный путь к этому – учить россиян православию, отдать все свои силы проповеди слова Божия, перевести всю Библию с древнееврейского на русский язык, сделать все ее содержание доступным и понятным его соотечественникам. Церковные и светские власти должным образом не оценили все его добрые намерения, но он в любых условиях продолжал творить добро, не ожесточился, думал и заботился о нравственно-духовном здоровье простых людей.

Архимандрит Макарий вошел в церковную историю и как просветитель Алтая. Он родился на Смоленской земле в Вязьме, в семье священника, окончил Вяземское духовное училище, затем Смоленскую семинарию, был направлен на учебу в Петербургскую Духовную академию, которую закончил в возрасте 25 лет с присвоением степени магистра богословия, был отправлен работать профессором в Екатеринославскую семинарию. В возрасте 26 лет он стал монахом Макарием. Как уже отмечалось, он в 29 лет был назначен ректором Костромской духовной семинарии и настоятелем Богоявленского монастыря в Костроме, был возведен в сан архимандрита. Ему не нравилась административная работа, поэтому в 33 года он ушел в Киево-Печерскую лавру, потом жил в Глинской Богородице-Рождественской пустыни в Курской губернии, где начал переводить с древнегреческого языка на русский язык Библию. Когда в 1828 г. была открыта Православная миссия на Алтае, Макарий, отказавшись от епископского сана, изъявил желание поехать в Сибирь и приобщать язычников к православию. В возрасте 38 лет он приехал на Алтай и возглавил Алтайскую православную миссию. Изучив татарский и алтайский языки, он перевел на местное наречие Библию, основные молитвы, краткую священную историю Ветхого и Нового Заветов. Благодаря его трудам многие алтайцы приняли православие. Местные жители уважали его за доброту, скромность, трудолюбие, готовность помогать им. Миссионерское служение отец Макарий оставил в 1835 г. (ему 43 года) по собственному желанию. В возрасте 43 лет Макарий был назначен настоятелем Троицкого Оптино-Болховского монастыря в Орловской губернии. В конце 1830-х гг. он несколько раз обращался в Синод и к государю с письмами о необходимости перевода всей Библии на современный русский язык (XIX в.). Однако светские и церковные власти выразили недовольство действиями Макария, так как не могли понять истинную значимость, пользу от письменных обращений и просьб Макария о переводе всей Библии. На Макария было наложено более чем на месяц церковное наказание – молитвенная епитимия. Но он не пал духом. К концу своей жизни он перевел с древнееврейского языка на русский все ветхозаветные книги.

Очень почитал и часто вспоминал Богоявленский монастырь отец Иоанн Кронштадтский, он хотел часто творить молитвы в нем, но смог его посетить только 2 раза. В 1902 г. он отслужил в монастырском Богоявленском соборе литургию и сказал: «Много я ездил по Святой Руси, но такого прекрасного, такого благолепного храма не видел». Многовековое разностороннее служение Богоявленского монастыря людям (духовно-нравственная поддержка, православное образование, помощь в оценке событий и перспектив, честные и трезвые советы, стремление к визуальному архитектурно-художественному совершенствованию монастырского комплекса, несущего своими красотой и благолепием радость людям, и другие) редкостно совпадало с его взглядами на земную жизнь и его мыслями о месте и делах духовенства, монашествующих в ней.

Иоанн Кронштадтский (Иван Ильич Сергеев, 1829–1909) остался в памяти россиян как яркий церковный проповедник и мыслитель, духовный писатель, протоиерей и настоятель Андреевского собора в Кронштадте, благотворитель и молитвенник за больных. Он имел при жизни славу народного святого. Открыто говорил народу с амвона о грядущем и недалеком суде Божием над Россией, о бедах, которые придут на Русскую землю вскоре после начала ХХ в.

О. Иоанн Кронштадтский. Фото конца XIX в.

Он родился в селе Суры Пинежского уезда Архангельской губернии в семье псаломщика Ильи Сергеева, в миру его звали Иван. Приход был бедный; их семье, где было трое детей (сын и две дочери), жилось трудно, всегда ощущалась нужда. Иван ходил с отцом в храм к богослужениям, и только в храме ощущал спокойствие и радость. Он рано выучил молитвы, ощущал потусторонний духовный мир и в 6 лет сподобился увидеть своего Ангела-Хранителя. В 12 лет его отдали в Архангельское духовное училище, в 16 лет он стал учащимся Духовной семинарии (где он был лучшим учеником), затем его отправили в Санкт-Петербургскую духовную академию, куда он был принят на казенный счет. Когда он был студентом академии, умер его отец, поэтому ему пришлось в финансовом плане помогать матери и сестрам. Будучи студентом, он работал письмоводителем в Духовной академии. На последнем, 4-м, году обучения во сне он увидел себя священником в незнакомом храме, после этого он решил избрать путь приходского иерея. Церковные каноны не разрешают неженатого посвящать в иереи моложе 40 лет. С детства Иван видел, как трудно совмещать служение Церкви Божией с заботами о семье, детях. Вот почему он нашел себе жену, которая согласилась на целомудренную жизнь после вступления в брак, в таком браке детей быть не могло. В 26 лет он был рукоположен в иерея и стал третьим священником в Андреевском соборе г. Кронштадта. Когда он вошел в этот храм, то увидел, что это – тот самый храм, который он видел во сне. Служа в Андреевском соборе он – уже отец Иоанн – долгое время был и законоучителем в учебных заведениях Кронштадта.

Тогда в одной части Кронштадта жили военные, а во второй части – люди, выселенные в него из Петербурга за дурное поведение и неблаговидные поступки. Люди в массе своей были бедными, предавались с отчаяния пьянству, разврату, насилию, воровству (как-то с самого о. Иоанна на окраине города сняли шубу с плеч). Отец Иоанн начал бесстрашную борьбу за нравственное оздоровление бедных, обездоленных и часто злых людей. Он посещал убогие жилища, утешал людей, кому-то давал деньги на еду, другим – на одежду, обувь, иные нужды, стремился врачевать их души и тело, нередко отдавал нуждающимся свою одежду и обувь. Он говорил: «Злые люди – больные, а больных нужно жалеть больше, чем здоровых». Люди стали постепенно убеждаться, что рядом с ними оказался редкий праведник. Затем люди стали говорить, что по молитве о. Иоанна Господь творит чудеса. Отец Иоанн много сил отдал созданию в Кронштадте приходских учреждений, в том числе Дома трудолюбия и Странноприимного дома. Он устроил 2 женских монастыря: один в Петербурге, а другой – на его малой родине в Сурском Погосте. Он щедро жертвовал средства на создание и украшение храмов в разных частях России.

Очень сильное влияние на людей оказывали его проповеди, в том числе пророческие проповеди и составленные им молитвы. Отец Иоанн провел, произнес, напечатал много бесед, проповедей, поучений и т. п. Он ясно представлял себе судьбу России в дальнейшем. В одной из проповедей в 1903 г. с амвона он открыто говорил: «Уже близко время, что разделится народ на партии, восстанет брат на брата, сын на отца, отец на сына и прольется много крови на Русской земле. Часть русского народа будет изгнана из пределов России; изгнанники вернутся в свои родные края, но не скоро, своих мест не узнают и не будут знать, где их родные похоронены». В своем предсмертном пророчестве в 1908 г. он писал: «Русский народ и другие населяющие Россию племена глубоко развращены, горнило искушений и бедствий для всех необходимо, и Господь, не хотящий никому погибнуть, всех пережигает в этом горниле».

В последние годы своей жизни, в 1905–1908 гг., он написал в своих книгах немало молитв о России. Император Николай II читал эти молитвы до самой смерти. Приводим выдержки из некоторых составленных о. Иоанном молитв. «Господи, спаси народ Русский, Церковь Православную в России погибающей: всюду разврат, всюду неверие, богохульство, безначалие!.. Отче наш… насади в ней – России – веру истинную, животворную! Да будет она царствующей и господствующей в России, а не уравненной с иноверными исповеданиями и неверными … Да не поколебают Державы Российской инородцы и иноверцы и инославные! Сохрани целостность Державы и Церкви всемогущей Твоею Державою и правдой Твоею! Господи, умиротвори Россию ради Церкви Твоей, ради нищих людей твоих, прекрати мятеж и революцию».

В своих тогда еще не всем понятных пророчествах он предсказал убийство царской семьи в Пермской губернии (он сделал это до опубликования аналогичного пророчества Серафима Саровского в 1890 г.). Совсем близко, перед своей смертью в 1908 г., в Леушинском женском монастыре в Санкт-Петербурге он сказал: «Кайтесь, кайтесь, приближается ужасное время, столь ужасное, что вы и представить себе не можете!»

Отец Иоанн говорил православным россиянам: «Помните, что Отечество земное с его Церковью есть преддверие Отечества небесного, поэтому любите его горячо и будьте готовы душу свою за него положить… Господь вверил нам, русским, великий спасительный талант Православной веры… Восстань же русский человек! Перестань безумствовать! Довольно пить горькую, полную яда чашу – и вам и России».

Отец Иоанн умер в самом конце 1908 г. по старому стилю и в самом начале 1909 г. по новому стилю. Он прожил 79 с небольшим лет.

Знаменский Костромской женский монастырь совсем молодой. Он был основан в 1993 г. при храме Воскресения Христова на Дебре, построенном в 1645–1652 гг. на средства купца К.Г. Исакова. Монастырский Воскресенский собор построен и назван в честь иконы Божией Матери «Знамение». В начале XXI в. в этом монастыре жили 20 сестер. В 1997 г. при монастыре был создан Православный благотворительный медицинский центр в честь преподобномученицы великой княгини Елизаветы Федоровны Романовой. Монастырь осуществляет социальное служение, окормляет лечебные заведения г. Костромы, содержит монастырскую богадельню. При монастыре был создан благотворительный офтальмологический (глазной) кабинет для приема пенсионеров, инвалидов, детей-сирот, учащихся и других малоимущих больных; кроме того, открыли стоматологический кабинет, который частично осуществляет благотворительный прием пациентов. Этот монастырь в своем социальном служении и благотворительной деятельности старается походить на созданную святой Елизаветой Федоровной Романовой в Москве Марфо-Мариинскую обитель. В Знаменском монастыре его основными святынями являются икона святого Николая Бабаевского, Феодоровская икона Божией Матери (список), гробница-мощевик с частицами мощей Киево-Печерских святых; икона-фреска Спаса на западной стороне паперти, икона-фреска Божией Матери «Знамение» на южной стене паперти. Знаменский Костромской монастырь имеет в 45 км от Костромы, в селе Спас-Бураки, подворье, на территории которого расположены храмы в честь Преображения Господня и в честь иконы Казанской Божией Матери с приделом в честь святого Николая Чудотворца (оба эти кирпичных храма построены в XVIII–XIX вв.).

Кострома. Знаменский женский монастырь. Церковь Воскресения Христова на Дебре

В Знаменском монастыре и его подворье чрезвычайно чтут великую княгиню Елизавету Федоровну Романову, русскую святую, стараются продолжать традиции созданной ею Марфо-Мариинской обители, упрочивают опыт социального служения и благотворительности по ее модели, распространяют знания о земной жизни этой удивительной женщины, неоднократно посещавшей Кострому, молившейся в костромских храмах, монастырях. Елизавета Федоровна любила ездить по древним городам России, особенно выделяла Кострому, Владимир, Ярославль, Ростов Великий. Стремилась и любила она ездить в отдаленные монастыри, где могла в полной тиши и уединении всецело отдаться молитвам. В 1913 г., в период празднования 300-летия Дома Романовых, Елизавета Федоровна вместе с царской семьей ездила по русским городам, тогда чрезвычайную значимость имело их посещение Костромы, молитвы в ее религиозных центрах.

Великая княгиня Елизавета Федоровна Романова (1864–1918) – единственная женщина в истории мировой цивилизации с такими редкими характеристиками, как выдающаяся красота, редчайшее обаяние, безграничная доброта, полное превращение иностранки в патриота ее нового отечества, познание глубочайшей целительной основы православия, отдача с горячей и истинной готовностью и без остатка всех своих душевных и физических сил, а также материальных богатств и ценностей во имя помощи нуждающимся россиянам и при этом наличие семейной принадлежности к лучшим правящим домам Европы и как венец всего – причисление к лику российских святых – все это грани личностной уникальности великой российской княгини Елизаветы Федоровны. По созданной ею модели организованы и многие десятилетия успешно работают елизаветинские общества в Америке, Канаде, Австралии и других странах. Полуангличанка-полунемка, она была и остается идеалом доброты, справедливости, неизменного стремления к всеобщему благу в России.

Великий князь Сергей Александрович и великая княгиня Елизавета Федоровна. Фото 1892 г.

Великая княгиня Елизавета Федоровна была женой генерал-губернатора Москвы и командующего войсками Московского военного округа великого князя Сергея Александровича, родной сестрой последней русской императрицы Александры Федоровны, внучкой знаменитой английской королевы Виктории от ее дочери. Будущая великая российская княгиня родилась в Германии в 1864 г., ее звали Элла. Мать Эллы – Алиса Гессенская – воспитывала своих семерых детей в строгих традициях старой Англии. В Элле ощущались религиозность и стремление помогать людям. На нее имели огромное влияние жизнь и подвиги католической святой Елизаветы Тюрингенской, жившей в эпоху Крестовых походов и отличавшуюся благочестием, любовью к людям, служению делу милосердия, которому она посвятила всю свою сознательную жизнь.

Когда Элле было 9 лет, разбился ее трехлетний брат Фридрих. Когда ей было 12 лет, в Дармштадте началась эпидемия дифтерии с многочисленными смертельными исходами, умерла и ее 55-летняя мать. Тогда Элла осознала краткость жизни на земле и счастливых дней, неизбежность многочисленных страданий, невосполнимость потерь. На каком-то этапе своей жизни узнала она о биче их рода – неизлечимой в те годы болезни гемофилии (несвертывание крови). Страдают и гибнут от этой болезни в основном мужчины, а женщины являются носителями мутантного гена и передают этот ген по наследству, рожая больных гемофилией детей. Возможные дети и внуки самой Эллы скорее всего были бы обречены, что способствовало бы ухудшению качественного элитного генофонда правящих домов Европы. Она, вероятно, решила, что не имеет морального права множить на земле число людей, пораженных гемофилией, и дала обет девства (безбрачия). Однако ее поразительная красота и редчайшее обаяние были предметом пристального внимания многих достойных семейств, где были мужчины и юноши; но все претенденты на ее руку получали ее решительный отказ. Однако в 1884 г., на двадцатом году жизни, принцесса Елизавета стала невестой великого князя российского Сергея Александровича, сына императора Александра II Николаевича и брата императора Александра III Александровича. После их откровенной беседы выяснилось, что он, так же как и она, тайно дал обет девства (причины для этого у него из-за тяжелого недуга тоже были). Вот почему по взаимному согласию брак их был только духовным. Они исключительно любили друг друга, но жили, как брат с сестрой. В те годы говорили, что в Европе были только две неоспоримые и равные красавицы: Елизавета Австрийская, супруга императора Франца Иосифа, и великая княгиня российская Елизавета Федоровна Романова, восхищавшая абсолютно всех. Елизавета Федоровна вызывала всеобщее восхищение своей красотой, мягкой манерой обращения, готовностью помогать людям.

На протяжении всей его жизни был влюблен в Елизавету Федоровну немецкий кайзер Вильгельм. До самой ее трагической гибели он выражал ей свое непрекращающееся восхищение, предлагал свою помощь, уговаривал ее покинуть Россию и вернуться в Германию. В 1891 г., когда император Александр III назначил великого князя Сергея Александровича московским генерал-губернатором, ее муж и она переехали в Москву. Она должна была выполнять утомительные и нелюбимые ею светские обязанности: организовывать и участвовать в постоянных приемах, балах, концертах, собраниях, независимо от ее состояния здоровья, желаний, настроения. Москвичи полюбили Елизавету Федоровну, оценили ее милосердное сердце. Она ходила по больницам для бедных, в богадельни, в приюты для беспризорных детей, и везде старалась облегчить страдания людей: раздавала еду, одежду, деньги, улучшала, как могла, условия жизни несчастных.

Когда началась Русско-японская война, Елизавета Федоровна занялась организацией помощи фронту. Война показала техническую и военную неподготовленность России, недостатки государственного управления. Государственный и общественный порядок разваливался, надвигалась революция. В феврале 1905 года ее муж, 48-летний Сергей Александрович, был убит бомбой, брошенной террористом И.П. Каляевым. Елизавета Федоровна прибежала к месту взрыва, своими руками собрала на носилки разбросанные взрывом куски тела мужа; в 40 лет она стала вдовой. Елизавета Федоровна вернулась во дворец, переоделась в траурное платье и начала писать телеграммы, прежде всего – в Петербург, прося императрицу не приезжать на похороны, так как террористы могли использовать их для покушения. Когда она узнала о безнадежном состоянии смертельно раненного кучера Сергея Александровича, то отправилась облегчить его последние муки на земле. Сняла с себя траурное платье, одела то, в котором была в начале дня, и поехала в госпиталь, там улыбаясь, ласково сказала кучеру: «Он послал меня к вам», – что успокоило и обрадовало преданного человека, поверившего, что князь жив. Еще одним фактом подтверждения безграничности доброты, жизненной мудрости и милосердия был визит Елизаветы Федоровны к убийце ее мужа И.П. Каляеву в тюрьме в камеру смертников. Она призвала его покаяться в содеянном преступлении и просить государя о помиловании, но он отказался. Однако она сама ходатайствовала перед императором Николаем II о помиловании убийцы ее мужа, но государь отказался простить убийцу. Какой же невероятной духовной силой нужно было обладать, чтобы, ощутив и пережив лично непоправимое горе, ужас невосполнимой потери и несомненную злость к убийце, все-таки думать о спасении его души и жизни! Всегда, во все моменты своей жизни великая княгиня Елизавета Федоровна неизменно служила добру, не могла и не хотела множить зло, думала о духовном спасении людей.

После гибели мужа великая княгиня Елизавета Федоровна решила покинуть свет и всю себя отдать служению Богу и людям. Когда в 1905 г. она молилась за его душу, то почувствовала помощь и укрепление сил от святых мощей митрополита Московского Алексия, пребывавших тогда в Чудовом монастыре. Она считала, что именно митрополит Алексий направил ее на дальнейшее служение Богу, людям. Великая княгиня увидела свое место в системе христианского милосердия, где особое место занимают общины сестер милосердия, созданные по образу и подобию женских монастырей для оказания помощи людям, обиженным судьбой: обездоленным, детям, престарелым, больным, не имеющим средств к существованию. Она решила создать подобный женский монастырь, продала большую часть своих драгоценностей, принадлежащих ей произведений искусства и купила в Москве на Большой Ордынке усадьбу, создала в ней Марфо-Мариинскую обитель труда и милосердия, которую открыли в 1910 г., приняла в ней монашеский постриг, стала ее первой настоятельницей. В этой обители, с построенными в ней прекрасным храмом и другими добротными зданиями, великая княгиня Елизавета Федоровна во всех делах принимала участие, свои бытовые нужды удовлетворяла сама, не пользуясь услугами со стороны крестовых сестер. Она считала, что главной задачей крестовых сестер обители является посещение больных и бедных в их домах и оказание им там медицинской, материальной и моральной помощи.

Великая княгиня Елизавета Федоровна в трауре. Фото 1905 г.

В самой обители в посильных масштабах осуществлялись разные виды помощи нуждавшимся. В больнице обители были свои операционная, перевязочная, амбулатория для приема ходячих больных, а также аптека. Больница считалась образцовой по тем временам, там работали и консультировали самые лучшие специалисты. Больные в больнице и амбулатории получали бесплатную помощь, а в аптеке – бесплатные лекарства. Община помогала людям устраиваться на работу. В приют принимали сирот, давали им элементарное образование и профессиональные навыки. Работали библиотека, школа, воскресная школа. Воскресная школа была предназначена для малограмотных и неграмотных бедных женщин и девушек; для них в школе также устраивали чаепития, интересные беседы, хоровое пение. В столовой устраивались бесплатные обеды и раздавалась еда для кормления детей дома. В школах, больнице, амбулатории, аптеке и других службах люди работали в основном на общественных началах, без оплаты труда. Материальной базой общины являлись в основном средства настоятельницы, вклады благотворителей и членов попечительского совета. Сестры во главе с настоятельницей посещали тюрьмы и московские трущобы, помогали обездоленным в разных частях города. Примером во всех делах была настоятельница обители, которая ухаживала за самыми тяжелыми, неизлечимыми больными, была ассистентом на операциях, дежурила по ночам в больничных палатах, спала не больше 3 часов в сутки (ее постелью была простая деревянная кровать без матраца), питалась скромно. Вне стен Марфо-Мариинской обители великая княгиня Елизавета Федоровна устроила дом-больницу для чахоточных женщин (больных туберкулезом). Она заботилась и о детях умерших от туберкулеза женщин. В Москве Елизавету Федоровну еще при жизни почитали как святую.

После революционных беспорядков 1905–1917 гг. доброжелатели неоднократно советовали великой княгине Елизавете Федоровне покинуть Россию. По поручению кайзера Вильгельма к ней приехал шведский министр и предложил ей помощь в выезде за границу. Елизавета Федоровна отказалась уехать и сказала, что она твердо решила разделить судьбу страны, которая стала ее второй Родиной. После заключения Брест-Литовского мира германское правительство добилось согласия советской власти на выезд великой княгини Елизаветы Федоровны за границу. Посол Германии граф Мирбах дважды пытался встретиться с ней, чтобы уговорить покинуть Россию, но она отказывалась от встречи, подтверждала свою решимость остаться в России и разделить ее судьбу. В 1918 г. был послан английский крейсер к берегам Крыма, чтобы спасти сестер императора Николая II – великих княгинь Ксению и Ольгу, их мать, вдовствующую императрицу Марию Федоровну, и великую княгиню Елизавету Федоровну. Елизавета Федоровна отказалась покидать Россию. В разное время разные люди предлагали ей помощь в бегстве из России, но она неизменно повторяла, что решила разделить судьбу России.

В 1918 г. Елизавету Федоровну арестовали и вывезли из Москвы.

Церковь Св. Марии Магдалины в Иерусалиме. Место захоронения великой княгини Елизаветы Федоровны

Елизавету Федоровну направили по железной дороге в Пермь. Последние месяцы своей жизни великая княгиня провела в заключении, в школе, на окраине города Алапаевска, вместе с великим князем Сергеем Михайловичем и его секретарем – Федором Михайловичем Ремезом, а также четырьмя другими царскими родственниками. Ночью 5 (18) июля 1918 г. великую княгиню Елизавету Федоровну вместе с другими членами императорского дома и крестовой сестрой Варварой Яковлевой бросили в шахту старого рудника под Алапаевском. Затем чекисты стали бросать в шахту балки, а затем – ручные гранаты. Один из крестьян, бывший свидетелем убийства, говорил, что из глубины шахты слышалось пение Херувимской. Великая княгиня упала не на дно шахты, а на выступ, который находился на глубине 15 метров. Вся переломанная, с сильнейшими ушибами, она стремилась помогать другим мученикам. Останки настоятельницы Марфо-Мариинской обители и ее келейницы Варвары Яковлевой в 1921 г. были перевезены в Русскую духовную миссию в Пекине, а затем через Египет были доставлены в Иерусалим. Они были положены в усыпальнице храма Святой Равноапостольной Марии Магдалины в Гефсимании, где еще в 1888 г. она сама выразила желание быть похороненной.

Архиерейский собор Русской православной церкви в 1992 г. причислил к лику святых великую княгиню Елизавету Федоровну и сестру-инокиню Варвару Яковлеву. (Русская православная зарубежная церковь это сделала раньше, в 1981 г.).

Кострома. Храм Воскресения на Дебре. Резной декор

Издавна самым красивым из всех приходских храмов Костромы был храм Воскресения Христова на Дебре (ул. Кооперации, 37). Первый деревянный храм на этом месте был построен в XIII в., когда здесь был дремучий лес, что нашло отражение в названии этого храма. Со временем его заменил каменный храм. Храм Воскресения Христова на Дебре поражает своими архитектурно-художественными достоинствами и религиозными богатствами. У храмового комплекса 12 глав (из них 5 глав на тонких барабанах венчают основной объем здания), он щедро снаружи украшен резьбой по белому камню, мастерски расписан внутри (в интерьере – фрески середины XVII в., в северо-восточном приделе – фрески, представляющие собой большую художественную ценность, 1670 г.), имеет красивый резной золоченый иконостас XVII в. Строительство этого храма свидетельствует о том, что в XVII в. в Костроме все большее значение в социальной жизни общества начало играть купечество. Костромские купцы, благодаря обширной торговле, стали богатейшими людьми в городе; они старались не отставать от родовитых бояр и дворян. Богатые купцы неподалеку от своих домов строили новые церкви, часто грандиозные и очень красивые. Этим они старались внушить своим современникам, что по богатству и возможностям они сравнимы или даже равны князьям. Вот и храм Воскресения на Дебре был построен (1645–1652) на месте старого деревянного храма, возведенного князем Василием Ярославичем Квашней (правил в 1247–1276 гг.). Сохранившийся до наших дней храм Воскресения на Дебре был построен, как уже отмечалось, на деньги купца Кирилла Исакова. Он удачно вел торговлю с Англией, куда вывозил русские товары – меха, лес, пеньку, воск и привозил в Россию английские товары, в том числе синюю краску индиго. Краска эта была столь дорогая, что за ее бочонок платили бочонком золота. Если верить легенде, то однажды среди бочонков с индиго оказался бочонок, наполненный золотом. Как честный русский купец, он послал в Англию запрос – что делать с золотом, и получил ответ – использовать для богоугодных дел. Якобы на это золото и была построена церковь Воскресения Христова на Дебре. Может быть, так оно и было на самом деле, ведь неспроста на западных воротах среди белокаменных рельефов можно увидеть необычные для украшений православного храма изображения льва и единорога, геральдические фигуры английского герба. Главными православными святынями этого храма являются особо почитаемая с очень давних времен икона Божией Матери «Знамение», написанная на кирпичах, и чудотворная икона святителя Николая из расположенного на полпути от Костромы до Ярославля Николо-Бабаевского монастыря (обретение этой иконы было причиной основания этого монастыря, где пребывал на покое и молился перед этой иконой святой Игнатий Брянчанинов, 1807–1867 гг.). В Трехсвятительском приделе можно увидеть фрески XVII в. и красивый золоченый с серебрением резной иконостас XVII в., покрытый кружевным резным узором. Рядом с храмом в 2001 г. построили, по сути восстановили, – высокую колокольню в стиле классицизма. Эту колокольню построили для Знаменской церкви.

До наших дней в Костроме сохранились и другие храмы, хотя ощутимое число приходских церквей было в советский период закрыто, перестроено, снесено. С конца ХХ – начала XXI в. начался новый этап в жизни приходских храмов и соборов Костромы: их больше не сносят, не закрывают, а ремонтируют, реставрируют, украшают и строят новые.

Пятиглавый собор Иоанна Златоуста (ул. Лавровская, 5) с давних пор пользуется любовью костромичей и неизменно притягивает взоры гостей города своими пятью тонкими декоративными главами, 3-ярусной колокольней, завершенной шпилем, архитектурой в традициях XVII в. Этот храм был построен на средства купца Ивана Аравина в 1751 г., в 1791 г. его расширили за счет средств братьев-купцов Дурыгиных. Этот собор был кафедральным с 1929 по 1964 г., в нем пребывала чудотворная Феодоровская икона Божией Матери. Когда советская администрация задумала снести этот собор, чудотворную икону перенесли в церковь Воскресения Христова на Дебре.

В этом храме служил архиепископ Никодим (Коротков), прославленный со временем как священномученик. Он служил в Киеве (1917–1919) и в Крыму (1920–1922), не захотел уехать из России, когда в ней наступили безбожные времена и верующим людям стало особенно трудно, он не смог оставить паству. Владыку Никодима многократно арестовывали и отправляли в ссылку. В 1932 г. архиепископа Никодима освободили и назначили на кафедру Костромскую и Галичскую. Он стал служить в соборе Иоанна Златоуста, в 1936 г. владыку Никодима в этом соборе арестовали. Он погиб в 1938 г. в Ярославле в тюрьме в Коровниках, в конце ХХ в. был канонизирован.

Церковь во имя священномучеников Александра и Антонины Римских (ул. Верхне-Селищенская) имеет особую историческую и религиозную значимость. Здесь, где в давности было село Селище, в 1613 г. останавливалось на ночлег и молилось в этом, первоначально деревянном, храме посольство Земского собора, прибывшее из Москвы для приглашения занять царский престол уже выбранного царем молодого Михаила Романова. Этот храм был построен в камне в 1786 г. С 1917 г. настоятелем этого храма был протоиерей Павел Острогский, который по благословению архиепископа Никодима создал нелегальную кассу помощи ссыльным священникам и их семьям, был верным помощником владыки Никодима. Отца Павла несколько раз арестовывали, поскольку знали, что он осуждает советскую власть. После ареста в 1934 г. на одном из допросов он смело сказал (хотя понимал, что его ждет), что считает советскую власть властью антихристовой, безбожной, посланной россиянам за грехи как испытание. В 1937 г. о. Павла расстреляли в Алма-Ате. В 1920-е и 1930-е гг. в селе Селище проживал и молился в храме Александра и Антонины епископ Уманский Макарий, который также в 1934 г. был арестован, позже был канонизирован, почитается как священномученик.

Церковь Рождества Богородицы, которую чаще называют Ильинской по одному из ее приделов (XVII в.), напоминает о судьбе стольника Г.И. Морозова и его вдовы – известной поборницы раскола Ф.П. Морозовой (Соковниной). На месте современной улицы Дачной в Заволжье, где стоит эта церковь, в XVII в. было село Городищи, принадлежавшее Морозовым. Когда в 1671 г. Ф.П. Морозову взяли под стражу, эта ее костромская вотчина отошла ко двору. Церковь Рождества Богородицы (Ильинская на Городище) была построена в 1663 г., ее перестраивали в 1702, 1773 гг.

Церковь Спаса на Запрудне с двухэтажной колокольней (ул. Запрудня, 2) построена на месте явления Феодоровской иконы Божией Матери. Этот храм возвели в 1754 г., а в 1806 г. расширили за счет средств купца В. Стригалева.

Среди других храмов города красотой также выделяются Спасо-Преображенская церковь с шатровой колокольней (1685 г., верх перестроен) и с колокольней церковь Иоанна Богослова (1681–1687 гг., перестройки 1706 и 1780 гг., интерьер церкви расписан в 1735 г. артелью костромских художников, среди них Федор Логинов с сыновьями Матвеем и Иваном).

Кострома. Церковь Александра и Антонины в Селище

Хотя в Костроме преобладают православные достопримечательности, есть в ней и дорогие приверженцам иных конфессий памятные места. Так, одной из исторических местностей города является бывшая Татарская слобода, официально основанная переселенными сюда в 1761 г. из г. Тутаева (бывший Романов-Борисоглебск) татарами, которые жили здесь вначале обособленно, имели свою мечеть, училище, кладбище, занимались преимущественно извозом и охотой. Существующая на крайнем юго-востоке старой Костромы, за Черной речкой, Татарская слобода (или квартал) сохранила старое, действующее и ныне мусульманское кладбище – место особого внимания и почтения мусульман. Это место напоминает всем костромичам, что уже в XII в. здесь появились, а со временем начали торговать и селиться волжские булгары, которых впоследствии назвали казанскими татарами.

Одним словом, приезд в Кострому – это большая радость. В ней расширишь свой кругозор, углубишь православную грамотность, получишь эстетическое удовольствие, купишь полезные и относительно недорогие вещи, подарки, сувениры. На всю жизнь запомнишь поездку в Кострому и постараешься приезжать сюда почаще.

Глава 3. Окрестности Костромы

3.1. Родовая усадьба дворян Островских Щёлыково. Драматург А.Н. Островский

Недалеко от Костромы находится селение Щёлыково, где была родовая усадьба дворян Островских, а теперь работает музей-заповедник. Великий русский драматург А.Н. Островский, родившийся в Москве, называл Костромскую землю своей второй родиной, при этом для него особенно «милым сердцу уголком» было именно Щёлыково, его костромская усадьба, где он любил отдыхать, поправлять здоровье, набираться сил, работать. Около половины всех оригинальных пьес, написанных Островским, было задумано, закончено или полностью написано в Щёлыково. В Щёлыково он и умер, был похоронен неподалеку от усадьбы в фамильном склепе в селе Николо-Бережки. Теперь рядом с мемориальным домом драматурга, в его усадьбе расположен Дом творчества актеров.

Отец драматурга, отставной надворный советник Н.Ф. Островский, купил в 1847 г. в Москве с публичных торгов имение помещика А.Е. Сипягина – потомка известной костромской фамилии Кутузовых. В 1848 г. 25-летний А.Н. Островский впервые приехал в усадьбу своего отца и навсегда влюбился в живописные щёлыковские места. В 1851 г. он провел в усадьбе все лето. В 1853 г. он поехал в Щёлыково навестить заболевшего отца, но уже не застал его в живых. Затем 14 лет владелицей усадьбы была мачеха А.Н. Островского Эмилия Андреевна Островская, у которой он несколько раз гостил летом. В 1867 г. братья Островские – Александр и Михаил – купили имение Щёлыково у своей мачехи. В течение 38 лет (1848–1886) А.Н. Островский восхищался красотами, целительной для его здоровья и вдохновительной силой усадьбы Щёлыково, совладельцем которой он был 19 лет (1867–1886). С 1867 г. Островский с венчанной женой и детьми приезжал в Щёлыково каждое лето, жил с мая по сентябрь, а иногда и до глубокой осени. Щёлыково было для Островского местом отдыха, творческой лабораторией, кладезем познания жизни русской провинции и русской деревни. Никогда и нигде Островскому так хорошо не работалось, как в Щёлыково.

Усадьба А.Н. Островского в Щёлыково

А.Н. Островский и Щёлыково так же неразделимы, как А.С. Пушкин и Михайловское, Толстой и Ясная Поляна, Н.А. Некрасов и Карабиха. Окрестности Щёлыково, усадебный парк, интерьеры усадебного дома, типажи соседей-помещиков, а также костромских купцов Островский использовал при создании тех или иных описаний и образов в его сочинениях. Все друзья Островского единодушно отмечали благотворное влияние на него жизни в любимой усадьбе Щёлыково, где он работал, получал творческое вдохновение, поправлял здоровье, отдыхал, принимал гостей, в меру возможностей помогал местным жителям, изучал историю окрестных мест и этого имения.

Доходов Щёлыково не приносило и использовалось как летняя дача. Брат драматурга, Михаил Николаевич, приезжал в Щёлыково нечасто и ненадолго, так что А.Н. Островский, его семья и гости почти два десятилетия были в теплое время года главными обитателями этой усадьбы, имевшей давнюю и назидательную историю.

В давние времена Щёлыково называлось пустошь Шалыково и с XVII в. принадлежало костромскому роду Кутузовых. В XVIII в. усадьба Щёлыково принадлежала костромскому губернскому предводителю дворянства, отставному генералу Ф.М. Кутузову, была одной из богатейших костромских усадеб, славилась балами и пирами, богатой жизнью ее хозяев и их гостеприимством. В 1770-х гг. усадебный господский дом сгорел, тогда Кутузов построил новый на берегу р. Куекши. Но река неясно почему изменила русло, соединилась с прудом, господский дом оказался на острове, стал неудобным для жилья из-за сырости. В 1801 г. Кутузов умер, Щёлыково досталось одной из его трех дочерей, после ее смерти (1825) владелицей усадьбы стала ее сестра – в замужестве В.Ф. Сипягина, сын которой, А.Е. Сипягин, промотал это имение, которое было продано с торгов и куплено Н.Ф. Островским, владевшим им до своей смерти. Затем владелицей усадьбы была (1853–1867) его вдова и мачеха его сыновей, выкупивших усадьбу у нее. После смерти А.Н. Островского владельцем усадьбы был его брат Михаил Николаевич. Он умер в 1901 г. и завещал усадьбу своей племяннице, дочери брата – в замужестве Марии Александровне Шателен, с которой он взял обещание разобрать все старые усадебные здания и построить усадьбу заново. М.А. Шателен, выполняя обещание, построила за парком «Голубой дом». Дети А.Н. Островского – Мария Александровна и младший сын Сергей Александрович – стали владельцами усадьбы Щёлыково.

После осенних событий 1917 г. усадьбу национализировали (1918) и разместили в ней сиротский приют, затем – исполком волости. С 1928 г. в Щёлыкове открыли дом отдыха Малого театра, который со временем преобразовали в дом отдыха Всесоюзного, потом Российского театрального общества; он размещается в «Голубом доме». С 1928 г. были начаты работы по восстановлению усадьбы Щёлыково и организации музея А.Н. Островского. С 1953 г. Щёлыково стало Государственным музеем-заповедником А.Н. Островского, центром по изучению творчества этого великого русского драматурга. Щёлыково, находящееся в ведении Союза театральных обществ, остающееся центром изучения творчества А.Н. Островского, в наши дни привлекает актеров, театральных деятелей и всех желающих также уютным рекреационным объектом – Домом творчества актеров, постояльцем которого может стать каждый, оплативший свое пребывание здесь по коммерческим расценкам.

В мемориальной усадьбе Щёлыково поражает ощущение подлинности; посетители чувствуют, что они входят не в музей, а в дом А.Н. Островского. Прелесть мемориального музея в Щёлыково состоит в том, что внешний вид усадебного господского дома, расположение его комнат, ближайшее окружение дома сохранились такими, какими они были при жизни драматурга. В усадебном парке радуют глаз тенистые аллеи, лужайки, овражки, мостики, спуски к реке, тропинка к роднику, к пруду с островочком. Деревянный небольшой усадебный дом с антресолями, обширными террасами, с колоннами по фасадам был построен в XVIII в., является типичным для того времени.

На первом этаже усадебного дома 7 комнат, 4 из них мемориальны – это спальня, кабинет, столовая, гостиная, – а также комнаты для приезжих гостей. На втором этаже были 6 небольших комнат для детей и их воспитателей, иногда там размещали гостей. В мемориальных комнатах старинные обои тех же рисунков, что были при А.Н. Островском, белые изразцовые печи, некрашеные деревянные полы из широких досок, полосатые, крестьянского тканья дорожки, много комнатных цветов, много семейных фотографий и фотографий друзей драматурга. Мебель в доме простая, старая, солидная. С южной террасы открывается вид на нижний парк, луг, реку Куекшу.

В конце 1860-х гг. А.Н. Островский построил рядом с усадебным домом по проекту С.А. Елагина деревянный флигель с мезонином. Он предназначался для его брата. А так как Михаил Николаевич в усадьбу приезжал нечасто и ненадолго, его дом прозвали «гостевым», в нем поселяли гостей. Впоследствии в этом доме жил М.Н. Островский, при нем флигель постепенно превратился в самостоятельную часть усадьбы. После смерти братьев Островских дочь драматурга М.А. Шателен построила за парком «Голубой дом» (в котором с 1928 г. размещается дом отдыха).

А.Н. Островский и члены его семьи, как было принято в русских семьях, были радушными хозяевами, любили гостей, славились хлебосольством, людей почитали по заслугам (а не по богатству и высокому социальному статусу), поэтому добрым людям в Щёлыково всегда были рады, заботились о бытовом комфорте гостей в их усадьбе. А.Н. Островский в своей усадьбе устройством порядка жизни в ней и даже своим внешним обликом утверждал русские традиции. Он ходил в русском костюме: в рубашке навыпуск, шароварах, длинных сапогах, серой коротенькой поддевке, шляпе с широкими полями, лицо его обрамляла небольшая аккуратная борода, носил он и усы.

В усадебном доме-музее А.Н. Островского представлены подлинные вещи, принадлежавшие А.Н. Островскому и молчаливо рассказывающие о нем и его интересах, привычках. Островский высоко ценил резьбу по дереву, сам пытался освоить это дело; учителем его по столярным и резным работам был крестьянин из близлежащего села Бережки Иван Викторович Соболев. В усадебном доме сохранились искусно выполненные Островским резные рамки для фотографий и сделанные драматургом деревянная пепельница и письменный стол в его кабинете. Занятие резными поделками было одним из увлечений Островского.

Рабочий стол А.Н. Островского в Щёлыково

Страстным увлечением Островского была рыбная ловля. С удочками у реки, пруда, у омута, около мельницы он находил время посидеть почти каждый день. Он часами сидел на берегу реки с удочкой в руке, вынашивал, тщательно обдумывал и передумывал события и подробности задуманной им пьесы. Для такого сидения был нужен удобный стул. В музее среди экспонатов обращает на себя внимание необычное кресло, спинка и подлокотники которого сделаны из полосок рессорного железа. Хотя кресло кажется грубоватым на вид, сидеть в нем спокойно, надежно, удобно. Сделал это кресло для Островского местный кузнец, чтобы не уставала спина от долгого сидения с удочкой.

Островский любил в ненастную погоду играть в карты, но особенно он любил раскладывать пасьянсы, он считал это занятие лучшим отдыхом от умственного труда. В усадебном доме можно увидеть несколько ломберных столов.

Островский любил русские песни и романсы, их хорошо пела его красивая молодая жена Мария Васильевна Бахметьева под звуки старинного фортепьяно в гостиной.

Островский любил не спеша почитать газеты, ходить в лес собирать ягоды и грибы, просто гулять в лесу и обдумывать события своих пьес.

В музее и его архивах есть документы, рассказывающие об Островском как ходатае по делам местных жителей, заботливом заступнике и помощнике крестьян, с которыми он близко сходился в деревнях. Островский, насколько это было возможно в рамках существовавших правил, заботился о просвещении местных детей, об улучшении дорог, выполнял обязанности гласного уездного земского собрания и всегда ездил на эти съезды, если они проходили в период его пребывания в Щёлыково. В 1872 г. (ему 49 лет) Островский был избран почетным мировым судьей Кинешемского уезда и выполнял эти обязанности в течение 12 лет. Островский смог добиться устройства удобного и дешевого перевоза через Волгу. По его ходатайствам был утвержден устав созданного в Кинешме Общества взаимного кредита, а также благополучно решен вопрос о создании в Кинешме телеграфной станции. Преподнесенные ему в подарок ощутимые деньги к 25-летию его творческой деятельности от Петербургского собрания художников в 1872 г. он послал в Кинешемский училищный совет для строительства земской управой сельской школы. Это было сделано, и в деревне Панарьино в 1883 г. построили училище; Островский согласился принять попечительство над этой школой.

В жизни каждого человека есть 2 самых главных события: рождение и смерть. Родившийся в Москве А.Н. Островский умер в Щёлыково. В его семье росли дети, надо было обеспечить их воспитание, дать должное образование, заботиться об их здоровье и качественном быте, нужно было содержать дом, хранить его гостеприимные традиции, помогать нуждавшимся друзьям. С годами сил у Островского становилось меньше и меньше, здоровье ухудшалось, а работы прибавлялось, ведь росла потребность семьи в деньгах. Других средств к существованию, кроме творческого труда, у Островского не было. Он работал на износ. В семье была постоянная нужда в деньгах, для театра он также старался сделать как можно больше. Вот почему Островский работал практически без отдыха. Каждый год он ждал поездку на теплый период года в Щёлыково, чтобы хоть отчасти поправить здоровье, отдохнуть, набраться творческих замыслов и сил. Но к 57 годам он сполна осознал, что здоровье его в незавидном положении. Следующие почти 10 лет он, борясь с физическими недугами, был вынужден продолжать много работать. С января 1886 г. (ему 63 года) Островский приступил к обязанностям начальника репертуара в московских театрах и до конца театрального сезона смог сделать очень многое, наметил свершить еще больше нового и полезного для театров. Но он невероятно устал. Однако он смог добраться до Щёлыково, хотя чувствовал себя очень плохо. Он даже начал понемногу работать. Но роковой припадок удушья прервал жизнь 63-летнего драматурга именно в его любимой усадьбе Щёлыково, поблизости от которой его и похоронили на сельском кладбище.

В окрестностях Щёлыково немало мест, связанных с жизнью здесь Островского и с его произведениями. В парке и особенно в лесу есть места любимых прогулок Островского. Есть лесная поляна, которую теперь называют Ярилина долина; так ее стали называть после публикации сказки Островского «Снегурочка», в которой последнее действие происходит в Ярилиной долине. Во времена Островского на этой лесной поляне устраивали народные гулянья, водили хороводы. В уголке этой поляны в давние времена забил из земли источник; люди стали говорить о целебной силе воды из этого ключика, который стали почитать святым. Говорили и о том, что в этом месте когда-то была обретена икона, на месте ее явления якобы и забил этот святой источник. Со временем здесь поставили часовню, опустили в землю сруб для скопления в одном месте воды чудесного родника. Теперь родник и колодец называют Голубым ключиком и рассказывают новую легенду об этом месте явно под влиянием сказки Островского «Снегурочка». По этой легенде, малый водоем с прозрачной голубой водой образовался на том самом месте, где растаяла красавица Снегурочка, а ее трепетное влюбленное сердце не умерло, а продолжает биться на дне Голубого ключика. Эта легенда говорит о том, что никогда не увянет красота и молодость человека, не потухнет любовь в его сердце, если он будет приходить к Голубому ключику на рассвете и умываться этой живительной водой.

В 2 км от Щёлыково находится село Бережки, или Никола-Бережки, которое считают прообразом слободки Берендеевки в «Снегурочке». Пройдя по этому селу и окрестным деревням, становится ясно, что островерхие с резными коньками избы Берендеевой слободы были навеяны Островскому архитектурой крестьянских домов. До наших дней сохранился обычай украшать дома кружевами деревянной резьбы по наличникам и фронтонам, по карнизам, крылечкам и светелкам под самым коньком крыш. В Бережках, около приходской Никольской церкви, на сельском кладбище похоронены отец драматурга Н.Ф. Островский, рядом с его могилой находится могила и самого А.Н. Островского, а также могилы его жены и старшей дочери. Никольская церковь и ограда вокруг кладбища были построены в 1792 г. на средства Ф.М. Кутузова. На могиле А.Н. Островского установлен строгий и скромный памятник из черного мрамора. Село Бережки является частью мемориального комплекса усадьбы-заповедника.

А.Н. Островский. Портрет В.Г. Перова. 1871 г.

Посещая Щёлыково, лишний раз думаешь, что дарованный Богом талант дает счастье творить, но и приносит большие искушения, обостряет эмоции, справиться с которыми не каждому под силу. Судьба Островского ещё одно подтверждение этого.

Александр Николаевич Островский (1823–1886) вошел в мировую и отечественную историю прежде всего как один из лучших писателей-драматургов, член-корреспондент Петербургской академии наук (1863), создатель Общества русских драматических писателей и оперных композиторов (1874 г., заботилось о развитии и усовершенствовании драматического искусства, занималось вопросами улучшения материального положения драматургов) и был его председателем до самой своей смерти. С 1885 г. А.Н. Островский (ему 62 года) был заведующим репертуарной частью московских театров и начальником театрального училища. Наибольшую известность имеют пьесы Островского «Свои люди – сочтемся!» (1849), «Доходное место» (1856), «Горячее сердце» (1868), «Лес» (1870), «Волки и овцы» (1875), «Бесприданница» (1878) и др., драматическая пьеса-сказка в стихах «Снегурочка» (1873), историческая драма «Василиса Мелентьева» и др., особое место в его творчестве принадлежит драме «Гроза» (1859). В своих произведениях Островский мастерски изобразил быт различных слоев общества – купечества, чиновников, дворянства. В своих пьесах Островский изобразил стороны русской жизни, которые до него практически не затрагивались литературой и не воспроизводились на сцене. Его пьесы написаны ярким, красочным, хорошим русским языком. Островский очень хорошо знал жизнь, быт купечества (все его детство и часть юности прошли в Москве, в Замоскворечье, где в его время в основном жили купцы), чиновничества (он одно время служил писцом в суде), дворянства (общался с большим числом его представителей).

А.Н. Островский родился в Москве на Малой Ордынке. Он называл себя коренным жителем Москвы, со временем его назвали «Колумб Замоскворечья». Его отец – Николай Федорович Островский (1796–1853) был родом из Костромы, сыном священника, окончил Костромскую семинарию, затем Московскую духовную академию, однако он стал служить в гражданской палате, затем занимался частной адвокатурой, дослужился до чина титулярного советника, получил (1839) дворянство. Н.Ф. Островский постоянно жил в Москве, но связи с Костромской землей не терял. Когда его сыну, будущему драматургу, шел восьмой год, умерла его жена, добрая и жизнерадостная мать его двоих сыновей, дочь пономаря. Через 5 лет Н.Ф. Островский женился на баронессе Эмили фон Тесин, дочери обрусевшего шведского дворянина, которая окружила детей мужа заботой, привила любовь к музыке, иностранным языкам (Островский владел греческим, латинским, французским, немецким, английским, итальянским, испанским языками), чтению (в доме отца была богатая библиотека). Окончив гимназический курс (1840), по воле отца 17-летний Островский поступил на юридический факультет Московского университета, но не окончил курс из-за конфликта с одним из преподавателей, стал работать в суде, а лучшие свои силы отдавал литературной деятельности. К 1846 г. (ему 23 года) он считал себя писателем, его произведения стали известны москвичам и были высоко оценены ими. Первая пьеса Островского – «Не в свои сани не садись» – была в 1853 г. поставлена на сцене московского Малого театра, который со временем стали называть домом Островского, и где были поставлены все его пьесы. Островский стал знаменитым, уважаемым драматургом, непревзойденным автором комедий, пьес, драм из русской жизни. Особую любовь он ощущал к Поволжью, его людям, их быту; это он особенно ощутил с 1856 г. (ему 33 года). Тогда по инициативе великого князя Константина Николаевича Романова (1827–1892), сына императора Николая I, состоялась командировка ведущих литераторов для изучения и описания различных местностей в хозяйственном и бытовом отношениях; Островский взял на себя изучение района р. Волга от ее верховьев до Нижнего Новгорода. Он занимался этим в Поволжье несколько месяцев в непосредственной близости к местному населению.

Хотя Островский видел свое призвание в литературной деятельности и не мог жить без нее, не мог он и обделять себя чувственными радостями, тем более что был влюбчив. С конца 1840-х гг. у него была невенчанная жена – мещанка Агафья Ивановна, которая жила в его доме, обеспечивала его бытовой комфорт, была экономной хозяйкой, нетребовательной, терпеливой женщиной, вынужденно смирившейся со своим положением, к 1857 г. (ему 34 года) родившая троих их детей. О венчании и разговоров не было, так как она, по мнению его отца, была ему не пара, а деньгами и семейной недвижимостью распоряжался только Н.Ф. Островский, старый, но суровый глава их рода. А.Н. Островский чувствовал себя свободным от семейных уз человеком, в обществе всегда был без Агафьи, возвращался в дом, когда хотел, часто крепко навеселе, давал волю своим эмоциям вне дома, а она страдала, ревновала, терпела, молчала, заботилась о детях, а они болели и в малолетстве умирали. Так тянулось все 18 лет их совместной жизни (1849–1867 гг., когда Островскому было 26–44 года).

А.Н. Островский читает пьесу «Гроза». Рядом с ним – актриса Любовь Косицкая. Фото середины XIX в.

У Островского был с его стороны страстный роман (его пик пришелся на 1859 г., ему 36 лет) с известной, красивой и очень талантливой актрисой родом из Поволжья, Любовью Петровной Косицкой (это с нее он писал образ Катерины в своей драме «Гроза»). Ей льстило его пылкое отношение к ней. В возрасте 30–32 лет она могла стать его законной женой, но она, восхищаясь его литературным талантом, почему-то не любила его, возможно, не хотела или не считала допустимым отнимать его у невенчанной жены и детей, тем более что Агафью Ивановну в среде литераторов и актеров все очень уважали. К тому же сама Л.П. Косицкая была замужем, хотя брак был уже формальным, пережила ряд любовных измен и разочарований. Будучи натурой страстной и своевольной (тем более став вдовой), она умудрилась увлечься легкомысленным, красивым, гораздо моложе ее купеческим сынком, который, по сути, обманул ее, наврал о своей состоятельности, жил за ее счет, почти промотал ее немалое состояние и в конце концов сбежал. Стареющая актриса, покинутая молодым шалопаем, все-таки не захотела стать законной женой нелюбимого, хотя и знаменитого, драматурга Островского. Подступающая старость, болезни, бедность привели к смерти Косицкой в 1868 г. А годом раньше умерла Агафья Ивановна, А.Н. Островский слишком поздно понял, что только она одна бескорыстно, самозабвенно, жертвенно любила его, была единственной женщиной, до конца преданной ему. 44-летний Островский неотлучно находился около умиравшей Агафьи, рыдал, но изменить ничего не мог, сам страдал и стыдился самого себя. К этому времени у Островского было уже двое детей от молоденькой красивой выпускницы театральной школы Марии Васильевны Бахметьевой, цепкой, ловкой, почти алчной женщины, сущность которой он долго не мог разгадать; а она требовала, чтобы он бросил Агафью (тем более что дети от нее умерли) и женился на ней. Через 2 года после смерти Агафьи 46-летний Островский все-таки женился на Марии, хотя догадывался о ее алчности и отсутствии истинных чистых чувств к нему.

С возрастом он сполна осознал греховность своего незаконного сожительства с Агафьей и легкомыслие своего поведения в молодости, за что расплатой была смерть Агафьи и их детей. Он жалел о греховном романе с М.В. Бахметьевой, но любил их детей и ради их будущности женился на ней. Обвенчавшись с Бахметьевой, Островский поначалу тяготился молодой женой, старался почаще уезжать от нее, особенно в Щёлыково. У Островского и Бахметьевой родились четверо сыновей и две дочери, значит, их брачный союз все-таки в конце концов сложился и был по-своему счастливым. А может быть, сработало правило «стерпится – слюбится».

3.2. Город Нерехта и его окрестности. Троице-Сыпанов-Пахомиев Нерехтский женский монастырь. Пахомий Нерехтский, Сыпановский, Костромской. Успенская Тетеринская женская пустынь

В 46 км к юго-западу от Костромы, у слияния рек Нерехта и Солоница, расположен древний город Нерехта, сейчас это районный центр и малый по людности город, в котором живут 24 тыс. человек (2009). Этот населенный пункт имеет давнюю известность, первые письменные сведения о нем относятся к 1214 г. (его возраст 800 лет в 2014 г.). Своим появлением Нерехта обязана соляным источникам. Нерехта была лакомым местом, за обладание ею еще в XIII в. боролись князья Константин и Ярослав. В XIV–XVIII вв. Нерехта была известным центром солеварения (рыба была важным продуктом питания для простых людей, потребность в соли была очень большой), что определяло хозяйственное развитие города.

В городе Нерехта

Добыча рассола для выварки соли была в то время очень трудоемким процессом. Буровые вышки оборудовались сложной системой веревок с противовесами и массивной бабой. Для приведения такой системы в действие требовалось много людей. В XVII в. работы на соляных варницах были в основном приостановлены из-за ослабления соляных рассолов и появления дешевой соли с низовьев Волги. Тогда в Нерехте начала развиваться торговля льняными холстами, ведь в этих местах издавна было развито льноводство и домашнее ткачество.

Расторопные местные жители с XVIII в. прославили Нерехту как центр ремесел: иконописного, серебряного, льно-полотняного, сапожного. Промышленное развитие города ускорилось во второй половине XVIII в., когда в ней открыли (1761) первую полотняную фабрику. В 1778 г. Нерехта стала уездным городом Костромского наместничества (в статусе города Нерехте в 2018 г. исполнится 240 лет). Только с советского периода началось стабильное промышленное развитие этого города. Был реконструирован и технически переоснащен льнокомбинат («Красная текстильщица», основан в середине XIX в.), были введены в строй фабрики – экспериментального спортивного трикотажа и каблучная, льнозавод, предприятия машиностроения и пищевой промышленности (комбинаты овощесушильный и молочный, мясокомбинат, макаронная фабрика), было налажено производство стройматериалов (кирпичный завод и другие профильные предприятия), открыли краеведческий музей (филиал Костромского историко-архитектурного музея-заповедника).

Практически все значимые с историко-архитектурных позиций строения Нерехты были построены в XVII – начале ХХ в. В состоятельном городе, центре солеварения и ремесел были построены ценные архитектурно-художественные здания. Нерехта с 1781 г. застраивалась по регулярному градостроительному плану, актуализированному после пожара 1838 г. В советский период ощутимая часть исторических и особенно культовых построек Нерехты были перестроены или снесены. До нашего времени сохранились церкви Владимирская (1676–1678 гг., в интерьере – росписи артели ярославских живописцев во главе с М. Сопляковым, 1745 г.), Никольская (1710–1725 гг., в интерьере – росписи артели ярославских мастеров во главе с А. и И. Шустовыми), Воскресенская, Преображенская, Крестовоздвиженская (арх. С.А. Воротилов, 2-я половина XVIII в.), Казанский собор (1709–1713), строения Троице-Симонова монастыря (XVIII в.), здания бывших Гостиных рядов в стиле классицизма (арх. П.И. Фурсов, 1836 г.) и др. Особую прелесть придает городу рядовая светская застройка XIX – начала ХХ в., особенно – деревянные малоэтажные дома, украшенные затейливой узорчатой резьбой. Когда Нерехта была центром солеварения и ремесел, в ней возвели строения имеющие большую ценность. А в советский период в развивавшейся Нерехте действительно значительных архитектурных строений, способных стоять века и славить город, не появилось.

Троице-Сыпанов-Пахомиев-Нерехтский женский монастырь

В Нерехтском районе в селе Троица находится действующий Троице-Сыпанов-Пахомиев Нерехтский женский монастырь. Эту обитель основал в середине XIV в. в урочище Сыпаново при впадении р. Гридевки в р. Солоницу старец-монах Пахомий, со временем ставший известным костромским святым и чудотворцем. Первоначально это был мужской Сыпановский монастырь. Преподобный Пахомий Нерехтский построил деревянный храм во имя Святой Троицы, который стал основой для создания монастыря, ставшего к концу земной жизни его создателя (1384) значительной обителью. В 1675–1676 гг. был построен каменный Троицкий собор в честь Живоначальной Троицы, в котором пребывали (и пребывают) святые мощи Пахомия Нерехтского. В конце XVII в. была построена каменная ограда с воротами и шатровая колокольня. За свою четырехвековую историю монастырь претерпел много потрясений, в 1764 г. был упразднен и обращен в приходский храм. В советский период пропали почти все остатки бывших монастырских ценностей, в том числе особо чтимая древняя икона, лежавшая на раке преподобного Пахомия, изображавшая его в человеческий рост, и остатки можжевелового посоха этого святого. Через 228 лет после упразднения монастыря, в 1992 г., этот религиозный центр возродился как женская обитель. В начале XXI в. в нем жили 60 сестер. Сохранились каменные Троицкий собор, монастырская ограда с башнями. Главными святынями возрожденного монастыря являются мощи преподобного Пахомия Нерехтского под спудом и источник преподобного Пахомия (который в советский период неоднократно (1966, 1968 и др. годы) пытались засыпать, но он пробивался снова).

Пахомий Нерехтский, Сыпановский, Костромской (умер в 1384 г.) родился в начале XIV в. у священника Свято-Николаевской церкви во Владимире – отца Игнатия и его жены Анны, которые назвали сына Иаков; со временем он стал учеником преподобного Сергия Радонежского. Мальчик с детства больше всего любил посещать храмы и читать Священное Писание. После кончины отца в возрасте 21 года он поступил в Рождество-Богородицкий монастырь на Калужской земле, где он выделился точным выполнением всех монастырских правил. Когда митрополит Алексий восстановил в окрестностях г. Владимира древний Царе-Константиновский мужской монастырь, то избрал его настоятелем Пахомия. Он успешно выполнял новые возложенные на него обязанности, однако тяготился своим начальственным положением и славой, мечтал о монашеском подвиге безмолвия. Со временем он ушел на Костромскую землю, безмолвствовал, к нему потянулись монахи, он основал в урочище Сыпаново монастырь. В этом монастыре монахи усердно творили молитвы и занимались земледелием. Пахомий много времени уделял беседам с мирянами, помогал им мудрыми советами, успокаивал, учил подвигу терпения, а нередко и исцелял. Пахомия похоронили в созданном им монастыре. Он был канонизирован. Святые мощи преподобного Пахомия почивали в царский период поначалу в открытой раке в Троицком храме Сыпанова монастыря. Пахомий Нерехтский, Сыпановский, Костромской особенно на Костромской земле почитался как щедрый и мощный чудотворец; возрождение и почитание святого Пахомия возродилось с конца ХХ – начала XXI в.

Св. Пахомий Нерехтский в житиях. Современная икона

В Нерехтском районе в селе Тетеринское находится действующая Успенская Тетеринская женская пустынь (малый монастырь). Этот монастырь был создан относительно недавно – в 1993 г., при храме в честь Успения Пресвятой Богородицы, построенном в 1724 г., его колокольню возвели в 1820 г. (по проекту итальянского архитектора Гауденцио Маричелли). В начале XXI в. в этом монастыре жили 10 сестер. Главной святыней монастыря является мощевик с частицами святых мощей преподобных отцов Печерских.

В Нерехтском районе в деревне Крюково родился в 1919 г. Александр Александрович Новиков, дважды Герой Советского Союза, который всю свою жизнь посвятил строительству вооруженных сил, прошел путь от рядового бойца до главного маршала авиации.

3.3. Город Волгореченск и поселок Красное-на-Волге

К востоку от Нерехты и к югу от Костромы, почти у границы с Ивановской областью, расположен город Волгореченск (18 тыс. человек, 2009 г.), в котором главным градообразующим объектом является одна из крупнейших в Европейской России Костромская ГРЭС (государственная районная, то есть крупная, электростанция). Это тепловая станция, ее топливо – газ и мазут, ее мощность 3600 МВт. Первая и вторая очереди станции были построены в 1963–1973 гг., третья была введена в действие в 1980 г.

К востоку, поблизости от Волгореченска, на противоположном берегу Волги, в 30 км к юго-востоку от Костромы, расположен поселок городского типа Красное-на-Волге, который был в прошлом богатым и знаменитым кустарным селом – центром ювелирного промысла. В нем жители с незапамятных времен занимаются художественным промыслом, зарождение которого относится к IX–XI вв.

Красное-на-Волге особенно тесно связано своей историей с родом Годуновых. До наших дней в нем сохранилась церковь Богоявления (1592) с шатровым завершением, построенная на средства бояр Годуновых, выделявших это поселение среди костромских мест. Годуновы были большими ценителями и знатоками ювелирного дела, они высоко оценивали мастерство красносельских ювелиров и мастеров чеканки по металлу. Годуновы способствовали утверждению и распространению в России обычая украшать иконы и церковные книги, прежде всего – Евангелия окладами и басмой тонкого и разнообразного рисунка. Годуновы способствовали тому, чтобы красносельские изделия находили широкий сбыт по всей России и отправлялись за границу на продажу. Изделия красносельских мастеров-ювелиров прославились, в царский период их можно было встретить на любой ярмарке, в лавках и магазинах по продаже ювелирных украшений, люди везде спрашивали изделия красносельских умельцев.

Легенда объясняет название этого селения так. Много веков назад здесь, на берегу Волги, произошла жестокая сеча, бой с ордынцами; убитых и раненых было так много, что земля стала красной от пролитой крови. Но есть и другая версия происхождения названия поселения. В прошлом слово «красный» означало красивый, прекрасный. А место здесь действительно редкостно красивое, живописное; скорее всего это и дало имя селу. Красота красотой, а почвы здесь не очень плодородные и климат не теплый. На здешних северных землях сельское хозяйство больших доходов не давало (и не дает), а ювелирный промысел стабильно давал (и дает) средства к существованию.

Красное было селом-вотчиной, принадлежавшим, как уже отмечалось, боярам Годуновым, в том числе в XVI – начале XVII в. Борису Годунову, позднее – боярам Романовым, в XIX в. – князю П.А. Вяземскому. Все владельцы этого села поощряли развитие ремесел, посылали крестьян в Москву для обучения серебряному делу.

Скромное селение Красное-на-Волге имеет издавна шатровый Богоявленский храм (1592), сравнимый по красоте и смелости композиции только со знаменитым московским храмом Вознесения в Коломенском (1532). Строительство на Руси шатровых зданий началось возведением великим московским князем Василием III в селе Коломенском всемирно известного храма Вознесения. Богоявленский храм имеет свои отличительные архитектурно-художественные черты. Его основной объем поставлен на подклет-террасу, а сужающийся кверху восьмерик разделен на 3 яруса и переходит в граненый шатер, над которым возвышается главка, поставленная на глухом высоком барабане. 2 квадратных придела примыкают с юга и с севера основного здания. Храм опоясан галереей, перекрытой в XVII в. низкими сводами. Колокольня храма Богоявления построена в XVII в. Бояре Годуновы строительством в их вотчине и на их средства красивейшего Богоявленского храма лишний раз давали понять своим современникам, что по богатствам, возможностям, величию замыслов и их свершениям они сравнимы с великими московскими князьями и царями.

Изделия ювелиров села Красное-на-Волге в местном музее

Несмотря на давние попытки сделать Красное-на-Волге промышленным центром, оно прежде всего известно как центр ювелирного дела, как знаменитое историческое село. Основным занятием его жителей остается ювелирное производство. Здесь и в соседних поселениях изготавливают из серебра, латуни, меди кольца, броши, серьги, кулоны, ложки, подносы, подстаканники и многое другое. В 1903 г. здесь открыли ремесленно-художественную школу. В 1934 г. была организована профессионально-техническая школа, впоследствии преобразованная в училище художественной обработки металлов. Был создан тогда единственный в стране техникум ювелирной обработки металлов. В Красном работает интересный музей ювелирного промысла. Ювелирные изделия красносельских мастеров абсолютно всегда выделяются высочайшим художественным качеством и, как правило, невысокой ценой. Красносельские ювелирные изделия дарят эстетическое наслаждение, приносят радость и вызывают чувство глубокого восхищения трудом их создателей – людей до сих пор небогатых, хотя и знающих цену своему профессиональному мастерству и своим творениям, которые они оценивают недорого, чтобы больше россиян могли их купить и радоваться им.

3.4. Поселок городского типа Судиславль

К северо-востоку от Красного-на-Волге и к востоку от Костромы, на реке Корбе, находится древний город Судиславль. Он был основан не позднее XII в. сыновьями великого князя Владимира Красное Солнышко как промежуточный пункт между Костромой и Галичем. В XIII в. его разорили ордынцы (позднее на месте той жестокой битвы с ордынцами возвели Преображенскую церковь). В летописи Солигаличско-Воскресенского монастыря он в 1360 г. впервые упоминается как город-крепость. В XVI в. Судиславль был значительным военно-стратегическим форпостом; он в 1572 г. даже упоминается в духовном завещании царя Ивана Грозного («Да сына своего Федора благословляю, дарю ему город Судиславль…»). Постепенно Судиславль потерял военно-стратегическое значение и превратился в торговый купеческий город – центр торговли грибами, кроме того в нем продавали хлеб, кожи, льняные холсты, предметы столярного ремесла, глиняную посуду. В XVII в. город опустошили поляки, только через столетие его отстроили. Судиславль с 1719 г. стал уездным городом Костромской провинции Московской губернии, а в 1778 г. был оставлен за штатом. Когда Судиславль стал уездным городом, в нем построили 3 завода: кожевенный, катушечный, спиртоводочный. В прошлом в Судиславле большой популярностью пользовались ярмарки, на которых крестьяне из окрестных сел торговали холстами, кожей, воском, грибами, медом. В 1925 г. Судиславль потерял статус города, стал поселком городского типа. В советский период в Судиславле открыли деревообделочный и асфальтовый заводы, льнозавод, организовали зверосовхоз по разведению норок (в лучшие годы он давал до 120 тысяч шкурок «королевского» меха в год), открыли краеведческий музей. В наши дни Судиславль остается тихим и малым по людности городским поселением, в нем живут порядка 4 тыс. человек.

3.5. Поселок Сусанино. Национальный герой И.О. Сусанин

К северу от Судиславля и к северо-востоку от Костромы находится поселок городского типа, районный центр Сусанино, названный так в память о крестьянине-костромиче, герое освободительной борьбы русского народа против польской интервенции в начале XVII в. Иване Сусанине. В его честь назван один из районов Костромской области и этот райцентр, в котором был открыт музей. В Сусанинском районе в селении Домнино-Сусанино находится подворье костромского Богоявленского Анастасиина женского монастыря.

Крестьянин Иван Осипович Сусанин зимой 1613 г., спасая молодого царя Михаила Федоровича Романова, в окрестностях Костромы завел отряд польских интервентов в непроходимое лесное болото, за что был замучен. Подвигу этого костромского крестьянина посвящена опера М.И. Глинки (1804–1857) «Жизнь за царя», известная нам как «Иван Сусанин» (1836).

Иван Сусанин. Художник М.И. Скотти. 1861 г.

Иван Сусанин был крестьянином села Деревеньки (Деревнище), расположенного около села Домнина – вотчины бояр Романовых. Зимой 1612–1613 гг. в этой романовской вотчине находился избранный на царский престол молодой Михаил Федорович, которого поляки хотели убить и развязать новую смуту в России. Иван Сусанин был взят отрядом польской шляхты в качестве проводника до с. Домнина, а он намеренно завел отряд поляков в непроходимый болотистый лес, хотя догадывался, что за это будет ими замучен. Считают, что Иван Сусанин был похоронен в с. Домнине, близ Успенской церкви, являющейся центром подворья костромского Богоявленского Анастасииного женского монастыря. Потомки Ивана Сусанина живут в этих костромских местах до наших дней, выделяются отменным здоровьем, внешней привлекательностью, недюжинной физической и нравственной силой.

3.6. Город Буй. Ю.Б. Отрепьев, бояре Шуйские, князь Ф.П. Шаховской, издатель И.Д. Сытин

Поблизости от Сусанино, к северу от него и в 103 км к северо-востоку от Костромы, в Верхнем Заволжье, на р. Кострома при впадении в нее р. Векса, находится районный центр город Буй, являющийся важным узлом железнодорожных линий на города Вологда, Киров, Данилов. Это малый по людности город, в нем живут 26 тыс. человек (2009). Буй был основан как крепость с названием Буй-городок в 1536 г.; он был укрепленным пунктом от нашествий казанских татар. Возраст города – более 4 веков (480 лет в 2016 г.). Удаленность Буя сделала его местом ссылки для неугодных бояр; так, в 1587 г. в него были сосланы царским шурином и правителем Борисом Годуновым князья Василий и Андрей Шуйские. Неподалеку от Буя, в Железноборовском монастыре, около 1600 г. стал монахом Григорием уроженец этих мест Юрий Богданович Отрепьев, будущий Лжедмитрий I.

Буй в Смутное время сильно пострадал от польских захватчиков. Именно в этих местах, в окрестностях бывшего села Молвитина, завел в лесную непроходимую глушь отряд польских интервентов крестьянин Иван Сусанин. Долгое время статус Буя был нестабильным: в 1719 г. он вошел в состав Костромского наместничества, в 1778 г. стал уездным городом, а в 1796 г. был упразднен, однако в 1802 г. снова стал уездным городом. Это был тихий немноголюдный провинциальный город, в котором жили в 1888 г. 2240 человек; основными занятиями взрослого населения были огородничество, хлебопашество, сплав леса по р. Костроме. В городе в XIX в. действовали 3 церкви (приход каждой из них насчитывал 740–750 жителей) и один винокуренный завод, работали больница и приходская школа, была тюрьма и кабак. В поэме Н.А. Некрасова «Кому на Руси жить хорошо» в Буе отмечаются как наиболее значимые места именно кабак и острог. Некрасов написал: «Кабак… острог в Буйгороде, там я учился грамоте…» В советский период оживилось промышленное развитие этого города, его ведущими предприятиями стали заводы – химический, полупроводниковых приборов, лесопильный и фабрики – швейная и мебельная, а также льнозавод. Важным местным культурным центром является краеведческий музей. При всей скромности города и его окрестностей эти места, их история связаны с жизнью и деятельностью ряда неординарных ярких личностей: Д.Л. Овцына (сподвижник В. Беринга), декабристов М.М. Нарышкина и Ф.П. Шаховского, книгоиздателя И.Д. Сытина, писательницы Ю.В. Жадовской (похоронена в с. Воскресенье), а также с жизнью ряда личностей откровенно отрицательных или даже спорных, среди них Ю.Б. Отрепьев (ставший Лжедмитрием I) и бояре Шуйские.

Как не удивительно, но тихие и скромные окрестности г. Буй более четырех веков назад стали местом рождения одного из самых запоминающихся авантюристов начала XVII в. – Юрия Богдановича Отрепьева (1580–1606), вынужденно принявшего монашество с именем Григорий именно в этих местах около 1600 г. в монастыре на Железном Борку, а в 1605–1606 гг. пребывавшего в статусе русского царя.

Лжедмитрий I. Гравюра XVII в.

Судьба Ю.Б. Отрепьева, или Лжедмитрия I, лишний раз доказывает, что даже при дивных способностях, но авантюристическом настрое характера скользким, нечестным путем не добьешься успехов и счастья, не сделаешь достойную карьеру, погубишь себя.

Обедневшие дворяне Отрепьевы в прошлом расселялись в пределах ареала Буй – Галич. Издавна сидели они целыми гнездами – небогатыми усадьбами на берегах р. Монзы, притоке р. Костромы. Отец Юрия Богдан Отрепьев, достигнув совершеннолетия, в 15–16 лет получил поместье (1577) вместе со старшим братом Никитой Смирным. Богдан начал служить, завел семью. Юрий Отрепьев родился на рубеже 70—80-х годов XVI в. в небогатой семье дворян Отрепьевых, которые еще в давности выехали из Литвы на службу в Москву. Богдан Отрепьев выслужил только чин сотника в стрелецких войсках, его в молодом возрасте зарезали в Москве, и воспитанием Юрия занималась мать. Семья Отрепьевых имела прочные связи в Москве, где жил его дед Елизарий Замятня, служил дядя Никита Смирный, дьяком был свояк их семьи Семейка Ефимьев. При содействии родственников в Москве Юрий стал учиться, при этом освоение любых знаний давалось ему очень легко. Бедность и сиротство заставили честолюбивого провинциала поступить на службу к близкому родственнику царя Михаилу Никитичу Романову; тогда многие считали бояр Никитичей единственными законными претендентами на царский трон, служба при их дворе сулила со временем массу выгод при благоприятных для Никитичей обстоятельствах. Учитывал Юрий и то, что костромская вотчина боярина Федора Никитича Романова – село Домнино – была в тех местах, где жили родители Юрия; богатый и влиятельный Федор Никитич и Отрепьевы были земляками. Родители Отрепьева жили неподалеку от Железноборовского Предтеченского мужского монастыря, в селе Железный Борок, примерно в 15 км от г. Буй. В 10 км от монастыря стоял романовский починок (возникающее сельское поселение) Кисели. Юрий занял при дворе Никитичей достаточно высокое положение, но они по клеветническому доносу оказались в опале у царя Бориса Годунова, здоровье которого с 1600 г. резко ухудшилось. Никитичи Романовы по сравнению с худородными Годуновыми имели несравненно больше прав на трон, поскольку были ближайшими родственниками – двоюродными братьями последнего царя из династии Калиты – Федора Ивановича. Никитичи Романовы оказались в опале, их ближайших слуг казнили. Юрию грозила виселица, но он успел сбежать из Москвы. Он побывал в суздальском Спасо-Ефимьевом монастыре и в костромском Железноборовском Предтеченском монастыре, где, спасая свою жизнь, он, двадцатилетний дворянин, недавно полный сил и надежд, был вынужден принять монашество, стал монахом Григорием. Эти два монастыря лежали на одной прямой, связывавшей Москву с имением семьи Отрепьевых в Галичском уезде. Жить в провинциальных монастырях монаху Григорию не хотелось. Благодаря поддержке и протекции родственников его приняли в московский аристократический кремлевский Чудов монастырь, он стал там жить в келье у своего деда Замятни. Вскоре из-за своих знаний и способностей он в монастыре выделился, стал жить в келье у архимандрита, получил чин дьяка, а потом его взял патриарх Иов на патриарший двор для «книжного письма» и других дел. Так служка у монаха Замятни, ставший вскоре келейником архимандрита и дьяком, превратился в придворного патриарха; он сделал феерическую карьеру на монашеском поприще благодаря своим выдающимся природным способностям, необыкновенным успехам в учении. Однако способный, но имевший авантюристический настрой Юрий (монах Григорий) мечтал о светской славе, богатствах, успехах, женском внимании, поэтому решил рискнуть, отправился за рубеж, в Литву и Польшу, организовывать свою светскую будущность.

Юрий Богданович Отрепьев был низкорослым, невзрачного вида. Он назвал себя чудом спасшимся сыном царя Ивана Грозного – царевичем Дмитрием, под этим именем и объявился в Польше в 1601 г. В 1604 г. с польско-литовскими отрядами перешел русскую границу; его поддерживали часть русских горожан, казаков и крестьян. Став в 1605 г. русским царем, лавировал между польскими и русскими феодалами. При нем хозяевами в Москве стали поляки. Сам он тайно принял католичество, опустошил государственную казну, покушался на церковные богатства. В Кремле обставил свой быт с редчайшей роскошью, тратил огромные суммы на свои одежды и украшения, устройство пиров с танцами, вел развратный образ жизни (в том числе сделал насильно своей любовницей дочь царя Бориса Годунова – скромницу и красавицу Ксению), в 1606 г. женился на польке Марине Мнишек. Жизнь россиян, в первую очередь москвичей, при нем стала невыносимой. Он думал об удовлетворении своих желаний и сохранении поддержки от польских и русских феодалов. Провинциальная ущербность, болезненная гордыня, мечты о богатствах, власти, славе, успехах у женщин, причем достигаемые любыми путями, привели Отрепьева к моральной деградации и физическому краху. Ю.Б. Отрепьева убили русские бояре-заговорщики в 1606 г.

Судьба бояр Шуйских оказалась связанной с буйгородскими местами. Она напоминает о том, что опасно включаться в борьбу за обретение власти, тем более – высшей. Кроме того, нужно трезво учитывать свой возраст, возрастные возможности, природные способности и приобретенные знания, опыт для достижения власти и должного несения ее бремени.

Шуйские – по происхождению Рюриковичи – олицетворяли могущество русской аристократии и при этом имели сильные связи в дворянской среде. Было несколько бояр – родственников Шуйских. Группировку Шуйских возглавлял Иван Петрович Шуйский. Кроме него, в Боярской думе сидели бояре Андрей, Василий и Дмитрий Ивановичи Шуйские, а также боярин Василий Федорович Скопин-Шуйский. После смерти царя Ивана Грозного (1584) по его завещанию при новом царе – его сыне Федоре – был создан регентский совет из четырех представителей знати: Ивана Шуйского (Рюрикович), Ивана Мстиславского (Гедиминович), Никиты Романова-Юрьева (дядя царя Федора) и Богдана Бельского (из «неродословной» семьи). Из бояр-регентов выделялся Иван Шуйский – личность незаурядная; о его жизни и громких военных заслугах знала вся страна. Царь Федор был слаб здоровьем и умом, всем было ясно, что он долго не проживет, значит, впереди была борьба за царский трон. Особенно волновался правитель – неродовитый Борис Годунов, сестра которого Ирина была царицей, женой Федора (царь Федор Иванович правил в 1584–1598 гг.). Годунов стремился отделаться от регентского совета и извести его членов (из которых Шуйский, Мстиславский, Романов-Юрьев имели шанс стать новым царем), что ему в конце концов удалось осуществить. Особенно целенаправленно он изводил Рюриковичей Шуйских, находил или грамотно организовывал компромат на них. Иван Шуйский в 1586 г. оказался фактически в ссылке в своей отдаленной вотчине в Кинешме, в 1588 г. его насильно увезли в северный Кирилло-Белозерский монастырь и насильно постригли в монахи, в том же году его там отравили угарным газом (задушили дымом), он умер. Младших Шуйских выслали в их деревни, подвергли гонениям, взяли под стражу, отправили в тюрьму. Андрея Шуйского заточили в Буе (Буйгороде), Василия – в Галиче, двух других братьев оставили в их Шуе – селе. В 1589 г. Андрея Шуйского задушили в тюрьме. Все это было делом рук Бориса Годунова.

Царь Василий Шуйский. Миниатюра XVII в.

Василий Шуйский оказался во главе рода Шуйских, но должен был на долгие годы смирить свое честолюбие, стать смиренным служакой при Борисе Годунове (после смерти царя Федора Ивановича в 1598 г. Б.Ф. Годунов был царем в 1598–1605 гг.).

Василий Иванович Шуйский (1553–1612 гг., царь в 1606–1610 гг.) по поручению Годунова вел следствие о загадочной гибели царевича Димитрия, младшего сына Ивана Грозного, и сделал нужный Годуновым вывод – царевич погиб из-за случайности (сам наткнулся, играя, на ножичек). После смерти царя Федора Ивановича Василий Шуйский по знатности своего рода и по близости к пресекшейся царской династии был самым верным претендентом на царский трон, но он боялся Бориса Годунова, помалкивал очень долго и исполнял его волю. Например, Годунов отнял у него семейное счастье, после смерти его первой жены, княжны Елены Михайловны Репниной, Борис Годунов не позволял ему жениться, несколько раз удалял со двора, потом вновь приближал, окружил его множеством шпионов. Но Василий Шуйский обладал выдержкой, осторожностью, хитростью и смог уцелеть. Он дождался своего часа, когда задушили сына Б. Годунова – нового царя Федора Борисовича (1589–1605 гг., царствовал в апреле и мае 1605 г.), и знатные бояре-заговорщики свергли и убили Лжедмитрия I (Ю.Б. Отрепьев, 1580–1606 гг., царь в 1605–1606 гг.); Василий Шуйский все-таки в возрасте 53 лет стал царем и был им почти 4 года. Лжедмитрий I, венчаясь на царство в 1605 г., заменил Василию Шуйскому казнь помилованием и ссылкой в Галицкие пригороды, простил опальных Шуйских, вернул их из ссылки, им было возвращено боярство и все их вотчины. При царе Лжедмитрии I Василий Шуйский действовал очень осторожно, плел интриги, тщательно готовил боярский переворот, возглавил его и стал царем. В 55 лет (1608) царь Василий Шуйский женился на молодой княжне Марии Петровне Буйносовой-Ростовской (умерла в 1626 г.), которая родила дочь Анастасию (1610).

Из-за неумелых действий царя, В.И. Шуйского началась открытая польская и шведская интервенция в Россию. Племянник же царя, талантливый полководец Михаил Васильевич Скопин-Шуйский (1586–1610), в начале 1610 г. разгромил в Тушино лагерь Лжедмитрия II, который вскоре был убит. Московские дворяне хотели поставить двадцатилетнего Михаила Васильевича Скопина-Шуйского на царство, но он скоропостижно скончался, отравленный по приказу Василия Шуйского. Вскоре (1610), к Москве подошел польский гетман Жолкевский, разбивший русское войско. Московские бояре свергли В.И. Шуйского и насильно постригли его в монахи.

Смерть М.В. Шуйского на пиру. Гравюра XIX в.

При внимательном знакомстве с жизнью Василия Шуйского бросается в глаза его безудержная тяга к власти, переоценка своих сил, неумение отказаться от личных желаний и удовольствий во имя страны, народа. Его жизнь – пример того, как нельзя поступать в критические моменты и какой может быть расплата. В.И. Шуйский раболепствовал перед царем Б.Ф. Годуновым, потом перед Лжедмитрием I, которого он признал царем, а затем, когда это стало невыгодным, отрекся от него. Главным желанием В.И. Шуйского было стать царем, меру же ответственности за титул царя он не был в состоянии понять. Став царем, он не смог навести в стране порядок. Наиболее умные бояре, а еще раньше народ, потом и сам В.И. Шуйский, поняли, что есть среди них действительно умный, талантливый, деятельный, молодой и опытный в военных делах человек, способный вывести Россию из кризиса – М.В. Скопин-Шуйский. В.И. Шуйский ради сохранения своего царского титула решился на еще одно предательство. На пиру у брата царя, Дмитрия Шуйского, его жена (дочь палача Малюты Скуратова) по указу В.И. Шуйского с приветливой улыбкой поднесла М.В. Скопину-Шуйскому золотую чашу с вином, в которое был подмешан яд. Так В.И. Шуйский отделался от соперника, много сделавшего своими воинскими и дипломатическими победами для России, возможного ее спасителя. Три мятежа, которые с опасностью для жизни В.И. Шуйский смог подавить, не заставили его задуматься о результатах своего царствования и проблемах от его пребывания на троне. Жажда первенства и власти затмевала в нем слабый голос разума. Об этом же свидетельствуют и последние «победы» в его личной жизни. В ответственнейший период, когда объявился новый Лжедмитрий и надо было делать все для защиты Отечества, в начале 1608 г. 55-летний царь В.И. Шуйский обвенчался с очень молодой княжной М.П. Буйносовой-Ростовской. Ради удовольствий, забав и веселья с молодой женой В.И. Шуйский стал пренебрегать государственными делами, которые он и до этого решал с большим трудом.

В июле 1610 г. В.И. Шуйского свергли с престола, он и его супруга были насильно пострижены. В.И. Шуйского заточили в Чудовский монастырь, а М.П. Шуйскую (Буйносову-Ростовскую) – в Ивановский девичий монастырь, затем она до ее смерти и ее новорожденная дочь Анастасия были заточены в Покровский женский монастырь в Суздале. Еще позже В.И. Шуйского выдали гетману Жолкевскому, а затем отвезли в Польшу, где он и умер в Варшаве в 1612 г. (через 23 года по велению царя Михаила Федоровича Романова тело В.И. Шуйского было перевезено в Москву, в Архангельский собор). Сознавая бездарность В.И. Шуйского, надо все-таки помнить и то, что в плену у поляков он отказался поклониться королю Сигизмунду. Сказав «царь московский не кланяется польским королям», он лишил себя перспектив на освобождение, отказался от королевских польских милостей. Значит, даже в этом бестолковом человеке в действительно отчаянной ситуации гордость русского гражданина оказалась сильнее желания путем унижения получить для себя какие-то блага.

Анализ истории жизни первых русских князей и царей-Рюриковичей позволяет сделать следующие выводы:

– относительно благополучно княжили и царствовали в Москве люди, по большому счету не склонные к эгоизму и чрезмерной заносчивости, жадности, трезво оценивавшие свои способности и возможности;

– борьба за власть, за политическое и экономическое первенство на Руси-России обычно была связана с физическими и моральными издержками; в среднем первые московские князья жили всего 44 года (но в интервале 33–65 лет), при этом примерно 16 % из них умерли насильственной смертью, столько же страдали той или иной неизлечимой болезнью (в том числе десятая часть страдала от болезней нервной системы);

– правители древней Руси-России имели высокий по сравнению с их современниками образовательный уровень;

– абсолютно все правители Древней Руси были глубоко религиозными людьми и, как верные чада Русской православной церкви, во всех ответственных ситуациях обращались к ней, ее иерархам за помощью, советом;

– точное выполнение всех религиозных обрядов и трепетное, подчеркнуто уважительное отношение к национальным традициям, приоритетная оценка отечественных возможностей, способностей, правил, нравов по сравнению с иностранными составляли неизменную часть их образа жизни и мировоззрения;

– во имя свободы и независимости России ее правители, как и все их подданные, готовы были сражаться до последней капли крови.

Судьба князя Ф.П. Шаховского, жизнь которого была связана с буйгородскими местами, напоминает об опасных последствиях участия в сомнительных организациях и действиях, тем более что неискушенные в политических играх люди могут стать жертвами, слепыми исполнителями гнусной воли искушенных, опытных, алчных политиканов – врагов мира и стабильности в России.

Князь Федор Петрович Шаховской (1796–1829) был убежденным масоном, декабристом (все декабристы были членами масонских лож), участником заграничных походов русской армии, отставным майором. Он был одним из учредителей «Союза спасения» и «Союза благоденствия». За участие в подготовке восстания декабристов в 1825 г. был осужден на вечное поселение, с 1826 г. (с 30 лет) жил в Туруханске, Енисейске. За этими краткими основными фактами биографии Шаховского кроются яркие и драматические события жизни этого очень образованного, благородного по мыслям и стремлениям человека, принадлежащего к знатному древнему, но небогатому роду.

Ф.П. Шаховской. Портрет XIX в.

В 1819 г. Шаховской женился на своей ровеснице, очень богатой княжне Наталье Дмитриевне Щербатовой, страстно любившей его. Женившись, он поселился с женой в скромном имении Ореховец под Нижним Новгородом, отошел от деятельности тайных обществ. В новгородской деревне он снизил своим крепостным крестьянам оброк, помогал им в улучшении их хозяйств, отдал им пахотные земли, а для своей собственной запашки нанимал земли на стороне. Хотя он отошел от деятельности тайных обществ, узнав о восстании в декабре 1825 г. и арестах его товарищей, он сам явился к новгородскому губернатору с требованием отправить его в Петербург. Он всегда поступал, как требовал долг дворянской чести. На допросах Шаховской держался с удивительным хладнокровием, его показания были полны достоинства. По решению суда его лишили чинов, дворянства и сослали на поселение пожизненно, в 1826 г. пожизненную ссылку заменили 20-летней. В ссылке Шаховской регулярно получал помощь от своей жены, сам поддерживал и помогал своему единственному товарищу там Н.С. Бобрищеву-Пушкину (от которого отказались его богатые родственники). Но Бобрищев-Пушкин вскоре заболел, оказался в больнице и умер от психического расстройства. Шаховской в ссылке остался совершенно один. Но он не терял самообладания, проводил хозяйственные и агрономические работы и опыты. Затем его перевели в Енисейск, где он смог относительно терпимо устроиться благодаря помощи своей жены: она прислала все нужные вещи, деньги, постоянно в письмах поддерживала его. При всех тягостях жизни он не потерял интерес к самосовершенствованию, делал переводы с французского, составлял краткую грамматику русского языка и чрезвычайно страдал от разлуки с любимыми женой и детьми. Шаховской нашел главное утешение именно в православной религии, жалел о своем масонском прошлом, регулярно ходил в храм, взял на себя обязанности церковного чтеца, пел на клиросе. И все-таки он заболел психическим расстройством и в 1828 г. (в 32 года и через 3 года после ареста) он сошел с ума. Его жена, узнав о его болезни, просила разрешить ей приехать к нему, но это осуществить ей не удалось. Княгиня Н.Д. Шаховская просила императора Николая I перевести мужа в центральную Россию для отбывания наказания и лечения. В 1829 г. его привезли в Суздаль в Спасо-Евфимиев монастырь. Жена и двое маленьких сыновей Шаховского получили разрешение приехать к нему. В монастырской тюрьме в Суздале он через 2 месяца умер. Его похоронили на арестантском кладбище, он прожил всего 33 года.

Жизнь и судьба уроженца буйгородских мест И.Д. Сытина учат тому, что терпение, трудолюбие, настойчивость в достижении достойных целей ведут к реализации заманчивых планов, несут удовлетворение делами и благосостояние, а главное – осознание своей полезности Отечеству, которое нужно стараться сохранять как можно дольше и в любых политических и социально-экономических условиях.

Уроженец костромского села Гнездниково Иван Дмитриевич Сытин (1851–1934) вошел в русскую историю как выдающийся издатель-просветитель, внесший большой вклад в распространение путем публикации в его издательствах, типографиях доступной массовому читателю самой разнообразной литературы. Фирма И.Д. Сытина перед политическими потрясениями 1917 г. выпускала почти 25 % издаваемых в России книг, самую распространенную газету «Русское слово», популярнейший журнал «Нива», календари, учебники, детские книги и книги для взрослых, сочинения крупнейших русских писателей А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя, Л.Н. Толстого. Американцы называли его «русским Фордом» за высокую эффективность его производства. Всего за годы своей издательской деятельности Сытин выпустил не менее 500 млн книг – цифра огромная и по нынешним временам. К ХХ в. издательство Сытина стало крупнейшим в России. После осенних событий 1917 г. Сытин сотрудничал с советской властью, с 1928 г. был персональным пенсионером, умер в возрасте 83 лет.

С первого взгляда у Сытина была стабильно успешная беспорочная жизнь, заполненная предпринимательскими победами, радостями от роста доходов и разумного союза с любой властью. На деле все было гораздо сложнее, все победы дались ценой огромного напряжения и борьбы по капиталистическим правилам.

И.Д. Сытин. Фото конца XIX в.

И.Д. Сытин родился в селе Гнездникове в семье старшего писаря в округе, который страдал психическим расстройством и в конце концов потерял работу. В их семье была постоянная нужда, даже на еду не хватало денег. Мальчик закончил только сельскую одноклассную школу (до смерти Сытин остался полуграмотным человеком, писал с жуткими ошибками, пренебрегая всеми правилами грамматики). Но он обладал здоровьем, верной деловой хваткой, неисчерпаемой энергией. Свою предпринимательскую деятельность он начал с того, что помогал дяде-скорняку торговать мехами на Нижегородской ярмарке, узнал о достойных и сомнительных правилах жизни в деловых капиталистических условиях. В возрасте 15 лет по знакомству Ивана определили к московскому купцу П.Н. Шарапову, но не в меховую торговлю, которой тот в основном занимался, а в книжную, доставшуюся Шарапову по наследству от брата. Трудолюбие и смекалка юноши покорили старого купца, сделавшего его своим доверенным лицом, со временем поручившего ему самостоятельно вести его торговлю на Нижегородской ярмарке и оценившего то, что Иван значительно расширил обороты московского книжного магазина. В 25 лет Сытин женился на дочери московского кондитера Евдокии Соколовой. На деньги от ее приданого и средства, взятые в долг у Шарапова, он открыл в Москве свою литографию; так в 25 лет Сытин начал свою издательскую деятельность. Издавал дешевую востребованную полиграфическую продукцию.

Типография И.Д. Сытина на Пятницкой улице в Москве. Фото 1910-х гг.

Сытин общался со своими покупателями и хорошо изучил их вкусы, следил за политическими событиями в стране и за рубежом и учитывал актуальные запросы читателей. В возрасте 31 года он образовал книгоиздательское и книготорговое товарищество «Сытин и К°», в 32 года открыл в Москве собственную книжную лавку, в 34 года открыл вторую лавку и собственную типографию. К концу 1880-х гг. Сытин выпускал 32 % дешевых народных изданий, ассортимент его магазинов насчитывал более 580 названий.

Сытин не жалел своих средств, модернизировал свое производство. К началу ХХ в. его типография превратилась в настоящий полиграфический комбинат. Чтобы привлечь новые капиталы, Сытин в возрасте 40 лет преобразовал свое товарищество в акционерное общество, в котором ему принадлежало немногим более трети акций.

Сытин прекрасно знал законы капиталистического рынка, сделал свою фирму мобильной и агрессивной, но завоевавшей российский издательский рынок. Он разорил или скупил через подставных лиц многие соперничавшие с ним издательства. Он снижал цену на продукцию при повышении тиража; добивался минимальных цен на определенную продукцию (например, календари), которую все начинали покупать только у него (другие издатели этой продукции вынуждены были перестать ее выпускать); после вытеснения с рынка своих конкурентов он поднимал цену на эту продукцию. Начав свою самостоятельную предпринимательскую деятельность с бедного приказчика, Сытин превратился в миллионера и одного из самых богатых российских предпринимателей. Действуя по хищническим законам капиталистического рынка, Сытин все-таки стремился сделать доступной простым людям не только дешевую «лубочную» литературу (поминания, заздравные, заупокойные, молитвенники, жития святых, духовно-нравственные издания, сонники, гадания, сказки, исторические романы и др.), а познакомить широкие народные массы с действительно стоящими произведениями русской литературы, созданными великими русскими писателями. Заслуга Сытина, несомненно, заключается именно в том, что он, единственный из лубочных издателей, смог в конце концов привить простому народу вкус к настоящей большой литературе и способствовал этим уменьшению культурного разрыва между ним и образованной публикой. Однако нужно особо отметить, что сделал он это только в союзе с графом писателем Л.Н. Толстым и другом, единомышленником Толстого В.Г. Чертковым, которому и принадлежит сама идея издания дельных и дешевых книг для народа. Именно Чертков предложил Сытину издавать для народа более содержательные книжки, чем лубочные издания.

Сытин сотрудничал с издательством «Посредник», созданным Л.Н. Толстым и его единомышленниками, разделял взгляды руководителя и инициатора издания «Посредника» В.Г. Черткова, с которым он познакомился в 1884 г. (Сытину 33 года). Сытин говорил, что именно благодаря Черткову и сотрудничеству с ним он «понял, что такое литература и что значит быть издателем книг для народа». Благодаря Черткову Сытин понял и православную истинную оценку категории «богатство» и его увеличения. Церковь не осуждает богатство и стремление увеличить его, но оценивает богатства как средства делать добрые дела и помогать нуждающимся. Стремление обогащаться ради самого себя и своих близких, тем более – в ущерб другим, без творения щедрых благотворительных дел, по большому счету никогда хорошо не кончается. Сытин высоко оценил то, что гонорары авторам «Посредника» первое время предполагалось выплачивать из собственных средств Черткова и помогавшего ему мецената Сибирякова, при этом многие стоящие авторы отдавали свои произведения в «Посредник», не требуя себе гонорара. Лучшие русские писатели того времени считали своим долгом писать специально для «Посредника», не думая о гонораре вообще или его размерах; среди них были Л.Н. Толстой, Н.С. Лесков, В.М. Гаршин, Г.И. Успенский, А.П. Чехов, В.Г. Короленко, К.М. Станюкович и др.

Еще одним направлением работы Сытина было издание массовых газет и журналов («Вокруг света», «Нива», «Искра» и др.). С 1887 г. (Сытину 36 лет) он с помощью известного адвоката Ф.Н. Плевако стал издателем газеты «Русское слово» (в начале 1917 г. она распространялась только по подписке и имела тираж более 1 млн экземпляров), которая выделялась смелостью суждений и независимостью взглядов.

Товарищество Сытина издавало книги самой широкой тематики, в том числе школьные учебники, научно-популярные, прикладные и детские книги, тома сочинений русских великих писателей. Качество и стоимость изданий были разными. Часто книги печатались мелким шрифтом, на плохой бумаге, но имели твердый переплет и могли служить нескольким поколениям владельцев, а главное – они были дешевыми. Особенно дешевыми были учебники для деревенских школ.

Конец издательскому могуществу Сытина принесла Октябрьская революция 1917 г. Хотя Сытин был единственным из издателей, кто пошел на сотрудничество с новой властью, несколько его крупных типографий, многие магазины и склады с книгами были национализированы советской властью. Оставшиеся в его распоряжении типографии продолжали издавать стоящую литературу, ту, которую считал нужным печатать Сытин. Но постепенно новая власть создала невозможные условия для самостоятельной издательской деятельности Сытина, контроль над его деятельностью ужесточался, оставшиеся типографии конфисковали. С конца 1919 г. Сытин (ему почти 69 лет) перестал быть самостоятельным издателем, а превратился в «подотчетного исполнителя» Госиздата, который решал, что и в каком количестве печатать. Сытин понимал, что новая «себе на уме» власть нуждается в рабски покорных исполнителях ее воли, действительно опытные, грамотные, думающие люди ей не нужны, от них она старается отделаться, унижает их. Новая власть не прислушивалась к советам Сытина о необходимости модернизации типографии, о действительно качественном составе издаваемой литературы. Авторитет Сытина был велик, но его определили работать в Госиздат всего лишь консультантом по вопросам снабжения. Сытин видел, что с его опытом, истинно патриотическим настроем и знаниями новая власть считается мало; работать стало труднее также из-за возраста и болезней. И.Д. Сытин в 1927 г. (ему 76 лет) ввиду заслуг в области издательского дела и народного просвещения получил персональную пенсию; умер он через 7 лет в возрасте 83 лет.

3.7. Село Макарий-на-Письме. Макариево-Писемский женский монастырь. Макарий Писемский и Ферапонт Манзейский, Галичский

Недалеко от г. Буй, в Буйском районе в селе Макарий-на-Письме, находится действующий женский Макариево-Писемский монастырь, основанный монахом Макарием Писемским, учеником Сергия Радонежского и сподвижником Павла Обнорского, в конце XIV – начале XV в. и первоначально существовавший как мужской монастырь. Этот монастырь был упразднен после 1683 г.

Макариево-Писемский женский монастырь

На его территории были построены каменный Спасо-Преображенский собор (1821) с посвящением одного из приделов преподобным Макарию Писемскому и Павлу Обнорскому, и Спасо-Преображенский собор (1909 г., возведен на месте более древнего), шатровый, деревянный, в его подклете под спудом покоились мощи преподобного Макария Писемского. После 1917 г. каменный монастырский храм не был закрыт, хотя монастырь закрыли. К началу 1940-х гг. монастырский погост оставался единственным местом Костромской земли, где в действующем храме сохранялись святые мощи угодника Божия, доступные для поклонения верующих. Этот монастырь был возрожден в 1994 г. как женская обитель. Его основными святынями являются святые мощи преподобного Макария Писемского, пребывающие под спудом в Макарьевском храме, а также источник преподобного Макария Писемского. В начале XXI в. в нем жили 30 сестер, сейчас – больше. Приезжающие в этот монастырь отдают дань двум святым, земная жизнь которых была связана с этим местом, – это монахи преподобные Макарий Писемский и Павел Обнорский (Комельский).

Макарий Писемский (XV в.) родился на Костромской земле, на берегу р. Письмы. Он принял монашеский постриг на Московской земле в Троицком монастыре (позже Троице-Сергиева лавра), был учеником преподобного Сергия Радонежского. Получив благословение на отшельничество, он удалился в свои родные места на берега р. Письмы, там с ним около 1414 г. познакомился преподобный Павел Обнорский и Комельский (1317–1429) до его удаления в Комельские леса). Монахов-отшельников Макария и Павла связывала крепкая дружба. Недалеко от своей пустыннической кельи Макарий создал маленький монастырь; в его деревянной церкви он был погребен. Макарий Писемский и Павел Обнорский прожили долгую земную жизнь благодаря своему праведному пути (например, Павел Обнорский прожил 112 лет).

В прошлом в окрестностях г. Буй были и другие монастыри. Так, совсем рядом с Буем был Железноборовский Предтеченский мужской монастырь, расположенный на левом берегу р. Тебзы, в селе Железный Борок. Основал этот монастырь в 1390 г. преподобный Иаков Железноборовский, происходивший из рода галичских дворян Амосовых. В начале ХХ в. в монастыре были два каменных храма, пребывали святые мощи Иакова Железноборовского (мощи были обретены в 1613) и его вериги. В четырех километрах от монастыря находился малый монастырь – Брылёва пустынь при Железноборовском Предтеченском монастыре («Пустынька»), под спудом деревянной церкви которой покоились мощи преподобного Иакова Брылёва. Около 1600 г. в Железноборовском Предтеченском монастыре вынужденно принял по своей воле монашество 20-летний дворянин Ю.Б. Отрепьев, вошедший в русскую историю как Лжедмитрий I.

К северо-западу от г. Буй, в месте слияния рек Монза и Кострома, раньше был монастырь, основанный трудами монахов Ферапонта Монзейского, Галичского и Адриана Монзейского, известных костромских святых.

Ферапонт Монзейский, Галичский (умер в 1597 г.) поступил около 1580 г. в костромской Крестовоздвиженский монастырь, был он тогда в преклонном возрасте, принял постриг с именем Ферапонта. В течение 13 лет он подвизался в монастыре и заслужил всеобщее уважение, к нему за советом и утешением стали приходить миряне, особенно – жители городов. Ферапонт тяготился славой и решил удалиться. Примерно в то же время в вологодском Павло-Обнорском монастыре двум инокам Адриану и Пафнутию одновременно во сне явился неизвестный им инок преклонных лет и повелел основать монастырь на берегу р. Монзы, при ее впадении в р. Кострому, что они и сделали. В основанный ими монастырь пришел Ферапонт, покинувший костромской монастырь; игумен Адриан Монзейский сразу узнал пришельца, именно этот монах явился ему во сне. В монзейском монастыре Ферапонт все время проводил в молитвах и монашеских подвигах. Днем он уходил в лес для уединенной молитвы, по ночам читал Священное Писание и жития святых, учил иноков терпению, жизненной мудрости, точно предсказал свою кончину. Его мощи были обретены в 1618 г.; погребли его святые мощи в Благовещенском соборе под спудом.

3.8. Город Галич. Великая княгиня московская Софья Витовна, удельный князь Юрий Дмитриевич и его сыновья Василий Косой и Дмитрий Шемяка. Паисиев Успенский Николаевский Галичский женский монастырь, игумены Паисий Галичский и Григорий Пельшемский, Вологодский

Поблизости, к юго-востоку от Буя и в 121 км к северо-востоку от Костромы, на окраине Галичско-Чухломской возвышенности, на берегу Галичского озера (площадь 7,2 тыс. га), находится ровесник Костромы, древний город Галич – центр Костромского Заволжья, районный центр, малый по людности город, в котором живут 18 тыс. человек (2009).

Галич возник, застраивался и простирается вдоль юго-восточного берега Галичского озера, содержащего запасы иловых отложений (сапропель), которые используются как органическое (следовательно, экологически благополучное) удобрение, как сырье для энергохимического комбината, а главное – галичский сапропель обладает высокими лечебными целительными качествами.

Сапропель (от греч. sapros – гнилой и pelos – грязь, ил) – это органические илы, отложения водоемов суши, состоящие в основном из органических веществ и остатков водных организмов. Сапропель издавна используется как удобрение и действенное лечебное средство.

Одно из направлений целесообразного развития Галича связано с должным использованием богатств Галичского озера. Сапропель является сырьем для энергохимического комбината, а целебные свойства местных озерных грязей в сочетании с природными красотами города и его окрестностей способствуют развитию здесь санаторно-курортного дела. А на плодородных приозерных землях можно создать эффективное и экологически безупречное овощное хозяйство.

Город Галич. Торговые ряды

Вид на Галич и озеро с городища Балчуг

Впервые поселение на месте современного Галича в письменном источнике (летописи) упоминается как город Мерьский в 1238 г. Значит, возраст этого города составит не менее 780 лет в 2018 г. Строго говоря, в древности Галич носил не только имя Мерьский, но и Галич Мерьский, по его расположению на территории, заселенной тогда финно-угорским народом. Город возник на земле, в далеком прошлом населенной народностью меря, слившейся затем с русскими. Еще в I тысячелетии на берегах Галичского озера жило многочисленное финно-угорское племя меря. В IX в. сюда пришли славяне, основавшие первые свои поселения. Устные местные предания говорят, что Галич был основан в XI в. или начале XII в. Он уже имел мощные земляные укрепления в XII в., их едва уловимые следы можно отгадать и сейчас, они опоясывают холм у городища Балчуг. Следы остатков древней крепости, разрушенной войском хана Батыя в 1238 г., сохранились на высоком холме на месте Городища. Первоначальное благополучие Галича зиждилось на добыче соли, тогда здесь получали соль путем выпаривания из подземной воды.

В XIII в. Галич стал центром Галичского удельного княжества; его первым князем был Константин Ярославич, брат святого князя Александра Невского. Галичское княжество занимало обширную территорию по берегам рек Ветлуги, Унжи, Костромы (притоков Волги). Наличие на его территории соляных источников, изобилие пушнины, развитие промыслов, рост численности и благосостояния населения позволили Галичу тогда стать одним из богатейших русских городов. В Средние века из Галича вывозились меха и кожевенные товары. В конце XIV в. князь Дмитрий Иванович Донской (1350–1389 гг., канонизирован) завещал Галич своему второму сыну Юрию. При князе Юрии Дмитриевиче в городе, на вершине Балчуга – крутого холма – была построена новая мощная крепость, впоследствии выдержавшая многочисленные осады. В 1363 г. Галич был присоединен к Московскому княжеству. В 1427 г. Галич выдержал месячную осаду казанских татар.

В конце XIV – середине XVI в. на Галичской земле возник и тянулся затяжной конфликт между местными князьями (то есть князьями Галича-Костромского) и московским князем Василием II Васильевичем (1415–1462 гг., Темный) и его матерью, вдовствующей княгиней Софьей Витовной, за великое княжение. С 1389 г. князь Галича-Костромского Юрий Дмитриевич и его сыновья – Василий Косой и особенно Дмитрий Шемяка – отчаянно боролись за приобретение и сохранение статуса великого князя. Борьба шла с переменным успехом, но в конце концов галичские князья потерпели полное поражение.

Судьба Галича и всего Галичского удельного княжества оказалась неизбежно тесно связана с жизнью великого князя московского Василия II Васильевича (Темный, великий князь московский с 1425 г.) и его матери Софьи Витовны, удельного князя Юрия Дмитриевича Звенигородского (1374–1434 гг., князь Звенигородский и Галича-Костромского с 1389 г., великий князь московский в 1433–1434 г.), его сыновей Василия Юрьевича Косого (умер в 1448 г., князь Звенигородский) и Дмитрия Юрьевича Шемяки (1420–1453 гг., князь Галича-Костромского). В конфликте московских и галичских князей значимую роль сыграла княгиня Софья Витовна.

Великая княгиня московская Софья Витовна (1371–1453) была дочерью великого литовского князя Витовта и женой великого князя московского Василия I Дмитриевича (1371–1425 гг., сына Дмитрия Донского).

Василий I понимал необходимость разумной роскоши при своем дворе, хотя сам мог жить довольно скромно. По-другому думала его жена Софья Витовна. Ей хотелось роскоши, давать небывало пышные пиры, принимать участие в государственных делах, что не было принято в то время на Руси. Русские княжны и княгини сидели в теремах, вели хозяйство, занимались рукоделием, ходили в церкви, но участвовать в государственных делах и претендовать на престол им не разрешалось. Софья Витовна, воспитанная в Литве под влиянием неуемного характера отца, не хотела в роли великой княгини жить тихо. Так на рубеже XIV и XV вв. в историю Москвы и Руси вошла женщина неукротимого властолюбия и железной воли.

Великий князь Василий I и Софья Витовна. Фрагмент саккоса митрополита Фотия. XV в.

Она уговорила мужа открыто узаконить новый порядок престолонаследования вместо старого закона Ярослава Мудрого (брат наследует брату): ввести передачу московского великокняжеского престола без всякого ханского ярлыка от отца к старшему сыну. Московские бояре поддержали это желание Софьи Витовны, но только потому, что не хотели отдавать бразды правления. Все годы совместной жизни с Василием I Софья Витовна ненавидела старшего брата мужа Юрия Дмитриевича Звенигородского и Галицкого (Звенигород и Галич – его владения, жил он в Звенигороде), который после смерти Василия I мог претендовать на московский престол. У Василия I и Софьи Витовны родился сын Иван. Его Василий I и назвал своим преемником. Но сын вскоре умер. В 1415 г. у них родился второй сын – Василий (будущий великий князь московский Василий II Васильевич, Темный), и в новом завещании отец передал ему великокняжеский титул. Однако Юрий Дмитриевич, как и при составлении первого завещания Василия I, отказался быть свидетелем составления второго завещания. Естественно, что после этого братья невзлюбили друг друга. За 10 лет они ни разу не виделись, хотя один жил в Москве, а другой – в соседнем Звенигороде. Из-за слухов о завещаниях Василия I в народе постепенно складывалось настороженное отношение к нему. А еще раньше возникла другая причина сдержанного отношения к Василию I и его жене. В 1408 г. попытку нового нападения на Москву предпринял хан Едигей. Когда его войска были уже неподалеку от Москвы, Василий I вместе с Софьей Витовной и детьми уехал в Кострому. Москвичи организовали защиту города под руководством Владимира Андреевича Серпуховского и Андрея Дмитриевича – брата великого князя. Ордынцы стали лагерем в селе Коломенском. Дальше они пойти не решились из-за интенсивной стрельбы с городских стен. Войска Едигея простояли под Москвой 20 дней. Московские бояре организовали сбор денег. Получив от горожан большой выкуп, Едигей увел свои войска. Москва осталась целой, но многие из окружавших ее поселений были разорены, разрушены, сожжены. Горожане же были возмущены поведением московского князя и его жены, тем более что тесть (отец жены) Василия I, литовский князь Витовт, покорил Смоленск и мечтал подчинить себе Москву.

Юрий Дмитриевич, когда узнал, что его брат Василий I умер, не стал спешить на его похороны. Он опасался Софьи Витовны, знал, что она способна организовать его убийство или еще что-то недоброе. Вместо поездки на похороны в Москву он спешно уехал в свой Галич.

После смерти Василия I по его завещанию московский великокняжеский стол без ханского ярлыка должен был перейти к его сыну Василию. У Василия I Дмитриевича были четыре брата: Юрий, Андрей, Петр и Константин. Младшие братья согласились с его желанием сделать своим преемником сына; они были свидетелями при составлении обоих завещаний.

Старший брат Юрий Дмитриевич Звенигородский быть свидетелем в обоих случаях отказался. Это говорило о том, что он будет претендовать на московский великокняжеский престол.

После смерти Василия I Юрий Дмитриевич Звенигородский послал в Москву боярина для передачи его условий перемирия. После этого московское войско двинулось на владения Юрия Дмитриевича с целью подчинить его Москве. Предводительствовал войском его младший брат Константин. Оба войска встретились на р. Суре, неподалеку от Новгорода, некоторое время стояли друг против друга, но потом все-таки разошлись. Видно, не захотел Константин Дмитриевич проливать кровь брата, не захотел, чтобы русские люди убивали друг друга. А на словах он объяснил свое решение тем, что река была слишком широкой, глубокой, а течение быстрым. Юрий Дмитриевич после этого уехал в Галич.

А в Москве бояре, вдова Василия I – Софья Витовна, митрополит, посовещавшись, решили отправить в Галич к Юрию Дмитриевичу владыку Фотия и уговорить его заключить вечный мир с Москвой. Митрополит Фотий долго и терпеливо уговаривал Юрия Дмитриевича подписать грамоту о мире, но тот отказывался. Когда же владыка уехал из Галича, Юрий Дмитриевич просил его вернуться. Переговоры продолжились, но безрезультатно. Чуть позже Юрий Дмитриевич узнал, что в случае конфликта Литва поддержит Москву. Тогда он послал вместо себя в Москву двоих бояр подписывать грамоту о мире.

Через три года, в 1430 г., в 80-летнем возрасте умер великий князь литовский и отец Софьи – Витовт. Вскоре умер и митрополит Фотий. Тогда Юрий Дмитриевич понял, что силы у его врагов существенно уменьшились, и отослал мирный договор обратно в Москву. Во второй раз поехали его бояре в Москву на переговоры. Там решили ехать в Орду и просить хана Улу-Магомета помочь разрешить спор и отдать одному из них ярлык на великое княжение. В 1431 г. в Орду приехали Юрий Дмитриевич Звенигородский и сын умершего Василия I 16-летний Василий II Васильевич. За него держал речь умный и знатный боярин Иван Дмитриевич Всеволож. Хитрые речи этого боярина и подарки подействовали сильнее, чем выдержки из летописей, которые зачитывал Юрий Дмитриевич. Хан Улу-Магомет вручил ярлык на великое княжение Василию II. А Юрий Дмитриевич с досадой вернулся в Галич, где его ждал младший сын, еще мальчик, Дмитрий Красный. Взрослые же сыновья его, Василий Косой и Дмитрий Шемяка, жили отдельно в своих подмосковных вотчинах. Через какое-то время в Галич неожиданно приехал к Юрию Дмитриевичу боярин Всеволож и попросился к нему на службу, уговаривая простить его. На этот шаг боярин решился после того, как Софья Витовна грубо отказалась взять в невестки его дочь, хотя в Орде он просватал ее за юного великого князя. Его соперники бояре тоже не хотели, чтобы дочь Всеволожа стала великой княгиней. Так Юрий Дмитриевич приобрел еще одного сторонника в борьбе против великого князя Василия II.

В 1433 г. состоялась свадьба Василия II с внучкой Владимира Андреевича Серпуховского – княжной Марией Ярославной. На свадебном пиру из-за Софьи Витовны разразился скандал между ее сторонниками и Василием Косым и Дмитрием Шемякой. Это положило начало новому этапу борьбы за великокняжеский титул. Юрий Дмитриевич, Василий Косой и Дмитрий Шемяка собрали войско и пошли на Москву, где из-за быстроты событий началась паника, тем более что и хорошего войска в ней в тот момент не оказалось.

Великая княгиня Софья Витовна, срывающая пояс с Василия Косого на свадьбе Василия Тёмного. Художник П.П. Чистяков. 1861 г.

Бояре не знали, чью сторону принять. Софья Витовна одна руководить не умела, а Василий II был слишком молод и неопытен в переговорах и боях. Он повел свое наспех собранное и вооруженное войско навстречу врагу. Недалеко от Москвы, на р. Клязьме, оба войска встретились. Но битвы не произошло. В московском войске знали о большом воинском опыте и храбрости Юрия Дмитриевича, хорошей выучке и вооружении его войска. Вот почему многие московские воины сложили оружие и бежали с поля ожидаемой битвы. Так же поступил и сам Василий II. В Москве он прихватил мать и жену, и они с остатками верных им людей убежали в Кострому. Юрий Дмитриевич без боя вступил в Москву победителем, он велел своим взрослым сыновьям догнать беглецов и доставить их к нему. Затем он проявил благодушие: не отправил троих знатных беглецов в ссылку под строгий надзор, а дал племяннику удел – Коломну. Отправляя его туда жить на свободе, он устроил пир для родных и москвичей и был доволен, что ему без крови удалось сесть великим князем в Москве. Но он недоучел психологию огромного большинства москвичей: они не привыкли подчиняться удельным князьям и ожидали, что пришлый князь и его люди принесут им новые беды. (Тогда москвичи не допускали, чтобы ими правили не знающие Москву и москвичей пришлые из провинции люди и их ставленники.) Постепенно бояре стали переезжать из Москвы в Коломну, к Василию II, его жене и матери. За боярами потянулись в Коломну и другие служилые люди, купцы, ремесленники. Порядок при Василии II они знали, а что может сделать Юрий Дмитриевич, не знали, поэтому и решили принять сторону Василия II. Кроме того, Юрий Дмитриевич поссорился со своими взрослыми сыновьями. Вот почему он послал в Коломну грамоту Василию II и позвал его в Москву на великое княжение: не хотел Юрий Дмитриевич развертывания кровавых событий в борьбе за великокняжеский престол. После этого он уехал в Звенигород, а потом еще дальше – в Галич. У него произошел душевный надлом, и он отошел от всякой деятельности.

Однако сыновья Юрия Дмитриевича, Василий Косой и Дмитрий Шемяка, решили продолжить борьбу и любой ценой добиться великокняжеского престола для отца. Им удалось разбить московское войско на р. Куси, около Галича. Затем обе стороны помирились. Но через год они разбили второе московское войско под Ростовом. Тогда в 1434 г. великий князь Василий II бежал из Москвы в Нижний Новгород, а его мать и жена попали в плен. Сыновья уговорили Юрия Дмитриевича провозгласить себя великим князем, а сами решили управлять от его имени. Но только два месяца Юрий Дмитриевич назывался великим князем, вскоре он умер. Тогда его сын Василий Косой провозгласил себя великим князем. Но прав у него на это не было: старшим в роду был Василий II, он же по завещанию своего отца был поставлен великим князем московским. Родные братья Василия Косого, Дмитрий Шемяка и Дмитрий Красный, присоединились к мнению большинства людей и послали боярина в Нижний Новгород снова звать в Москву Василия II на великое княжение.

Великий князь Василий II Темный. Миниатюра XVII в.

Тем временем Василий Косой забрал всю великокняжескую казну и уехал в Новгород, а затем в Галич. Под Ярославлем его войску пришлось обороняться от двигавшегося на них войска Василия II. Произошла битва, в которой победил московский князь. Василий Косой признал поражение и, получив в удел не родной Звенигород, а неизвестный ему Дмитров, отбыл туда. Однако через месяц он из Дмитрова уехал в Кострому, затем в Галич, а в 1436 г. захватил Великий Устюг. Тогда Василий II пошел в поход против него. Обе рати встретились около Ростова Великого и заключили перемирие до утра. Однако Василий Косой перемирия не выдержал и вероломно напал первым. Это ему не помогло: в бою победило войско московского князя, а Василия Косого привезли в Москву в том же, 1436 году и ослепили. Вскоре он умер.

После этого в борьбу за московский великокняжеский престол решил включиться Дмитрий Юрьевич Шемяка. Прозвище Шемяка хорошо раскрывает сущность этого человека: «шемела» – бестолковый человек, «шеметун» – хлопотун, суетливый, «шеметкой» – торопливый, мечущийся из стороны в сторону. Пока великий князь Василий II воевал с Юрием Дмитриевичем и Василием Косым, Дмитрий Шемяка отошел от борьбы и обязался честно служить Василию II. Но когда изгнанный из Орды хан Улу-Магомет направил свое войско к Москве и Василий II позвал на помощь полки Дмитрия Шемяки, тот не стал спешить помогать.

В 1439 г. хан Улу-Магомет предпринял неудачную попытку захватить Москву и был вынужден отступить. В 1445 г. Улу-Магомет вновь послал большую рать на Русь. Во главе ее были два его сына. Великий князь Василий II потерпел от хана поражение под Суздалем и был взят в плен. Почти одновременно в Московском Кремле случился страшный пожар. Ожидая появления врага, люди в большом количестве скопились в Кремле, который неизвестно по какой причине загорелся ночью. Сгорели все его деревянные постройки и множество людей. Из погоревшего Кремля уехали в Ростов великие княжны, многие знатные бояре. Простые люди стали сами восстанавливать Кремль и готовиться к обороне Москвы. Но ордынцы больше не пытались брать город. Недолго власть в Москве оставалась в руках народа. Узнав о событиях в ней, приехал в Москву Дмитрий Юрьевич Шемяка со своей дружиной и стал править в ней именем плененного великого князя Василия II. Он даже вернул в Москву из Ростова Софью Витовну и жену великого князя Марию Ярославну. Их он встретил с почтением, кланялся, клялся в верности, а на самом деле думал, как бы официально стать великим князем. А тем временем из плена в Москву вернулся в 1445 г. великий князь Василий II: его отпустил хан с условием, что князь пришлет за свою свободу неслыханно большой выкуп – 200 тыс. рублей. Ценой огромного выкупа, который тяжелым бременем лег на народ, удалось освободиться из плена Василию II.

Сторонники Юрия Дмитриевича во главе с его сыном Дмитрием Шемякой (двоюродным братом Василия II) с новой силой обрушились на Василия II, обвиняя его в том, что он привел ордынцев на Русскую землю и отдал им в кормление города, села, деревни. Когда в 1446 г. великий князь Василий II поехал на богомолье в Троице-Сергиев монастырь, заговорщики заняли Кремль. По распоряжению Дмитрия Шемяки в Троицком монастыре верные ему люди взяли Василия II в плен, в санях привезли его в Москву и ослепили (вспомнили, как в 1436 г. по одобрению Васлия II ослепили брата Дмитрия Шемяки – Василия Косого). После этого Василия II с женой сослали в заточение в Углич, а Софью Витовну – в галицкий удел, в дальний город Чухлому, где ее держали под стражей. История повторялась.

После ослепления Василия II многие московские бояре и дворяне потянулись к нему в Углич, поскольку они не доверяли и не хотели подчиняться не московским по происхождению князьям и их ставленникам. Чтобы избежать возможных новых осложнений, Дмитрий Юрьевич Шемяка решил перевести Василия II на положение удельного князя и назначил ему удел – дальнюю Вологду. При этом его заставили за себя и малолетних сыновей отречься от великого княжения. Василий II стал жить с женой и детьми в Вологде как удельный князь. К ним стали приезжать на службу бояре и служивые люди из других городов, прежде всего из Москвы. А вот Софью Витовну Дмитрий Шемяка, хоть и обещал отпустить из заточения в Чухломе, не освободил. Вооруженные люди приезжали и приезжали в Вологду и говорили, что не хотят другого великого князя, кроме Василия II. Игумен Кирилло-Белозерского монастыря Трифон взял на себя грех и снял с Василия II отречение от великого княжения. После этого с душевным и нравственным спокойствием и правом Василий II мог требовать восстановления своих прав в Москве. Он и его сторонники собрали войско и пошли к Москве, а навстречу им двинулось войско Дмитрия Шемяки. В это время верный Василию II боярин Плещеев с небольшим отрядом пробрался незамеченным в Москву, вошел через открытые Никольские ворота в Кремль, а на следующее утро объявил именем великого князя Василия II, что Москва взята. Сторонники Дмитрия Шемяки были схвачены. Так победа над Дмитрием Шемякой досталась в тот момент Василию II без боя. Ровно через год и один день после своего ослепления в Москве Василий II торжественно вернулся в свою столицу.

Дмитрий Шемяка вначале привез из Чухломы в качестве заложницы Софью Витовну, но потом ему все-таки пришлось отпустить ее в Москву. Он подчинился воле великого князя и, подписав мирный договор, остался жить в своих вотчинах – Угличе, Галиче, Чухломе. Однако мысль сесть на московский престол он не оставил и стал собирать сторонников для свержения Василия II. Пришлось последнему в 1448 и 1450 гг. посылать войско для усмирения Шемяки и его сторонников. Ни обращения Василия II, ни послание от пяти епископов не могли заставить Дмитрия Шемяку прекратить борьбу за великокняжеский престол. Завершить борьбу с Дмитрием Шемякой и его сторонниками помешало очередное нашествие Орды.

Встреча Дмитрия Юрьевича Шемяки и Василия II Темного. Гравюра XIX в.

В 1451 г. царевич Мазовше подошел к Москве. Василий II удалился на Волгу собирать войско, а в Москве оставил смелого и деятельного воеводу – боярина Юрия Патрикеева. На Волгу уехала с великим князем и его семья. Юрий Патрикеев организовал оборону Москвы. Враги не смогли приступом взять Кремль. Они простояли под Москвой 10 дней, сожгли все села и деревни между Москвой и Коломной и с богатой добычей ушли назад. Войску Василия II воевать с ними не пришлось.

В 1453 г. послу Василия II удалось подкупить повара Дмитрия Шемяки, который подсыпал тому яд в еду. Так умер Дмитрий Шемяка. Василий II освободился от своего последнего сильного недруга среди русских князей. Длившаяся более 20 лет война-усобица между родственниками за власть на Руси наконец закончилась победой великого московского князя Василия II. Из-за слепоты Василия II прозвали Темным, но слепота не мешала ему тонко вести борьбу за власть с удельными князьями, достигать успеха на пути централизации государства, доказать, что урожденные москвичи могут навести порядок в столице и всей России.

В начале XV в. в Галиче создали мощные по тому времени земляные укрепления на холме, рядом с Балчугом; они спасли город в 1427 г., когда Галич выдержал 4-недельную осаду казанских татар. Интересы защиты города от недругов заставили во 2-й половине XV в. возвести в Галиче вторую систему земляных валов и рвов в низине. Древние деревянные стены и башни Галича существовали до начала XVIII в., ныне можно обнаружить только их следы.

К XVI в. Галич стал представительным городом. В течение всего XVI в. он был ярким торговым центром Костромской земли. Он был своего рода местным узлом торговли со странами Европы и Азии, из него в Западную Европу и Азию везли меха (в основном белка и горностай), а в другие города России – зерно.

В конце XVI в. здесь, в северо-западной части Костромской земли, где-то в окрестностях городов Буй и Галич, в семье галичского дворянина родился Ю.Б. Отрепьев, который в начале XVII в. стал «царем Димитрием», а точнее Лжедмитрием I (см. о нем текст в рассказе о г. Буй).

А в конце 1580-х гг. (скорее всего в 1588 г.) в Галиче оказался в ссылке неугодный царскому шурину и правителю России Борису Годунову очень знатный боярин, 35-летний Василий Иванович Шуйский (см. о нем в рассказе о г. Буй).

Галич сильно пострадал в Смутное время, в период польской интервенции начала XVII в., его сжег отряд А. Лисовского; город восстановили только к середине XVII в.

Галич в 1708 г. стал поселением Архангелогородской губернии, а с 1719 г. стал городом, с 1778 г. он был уездным городом Костромского наместничества.

Галич. Церковь Василия Великого в Рыбной слободе

В XIX в. в Галиче пользовались популярностью базары и многодневные ярмарки, для которых построили каменные торговые ряды. Ускорению развития Галича способствовала прокладка через него в 1906 г. железной дороги, соединившей Петербург с Уралом. В то время в Галиче в небывалых для него размерах стали развиваться и укрепляться традиции просветительства; особых успехов в этом достиг галичанин П.П. Свиньин – писатель, историк, один из культурнейших жителей Галича; его дом стал одним из главных очагов культурной жизни в этом городе.

Жители Галича в прошлом традиционно и успешно занимались огородничеством, особенно они славились выращиванием огурцов, а также капусты, картофеля, моркови, лука, чеснока; шла о них слава и как об искусных мастерах выделки замши. В городе действовали небольшие заводы: винокуренный, кирпичные и кожевенные. Слава яркого торгового города постепенно померкла, ушла в прошлое; Галич жил тихо и скромно как рядовой провинциальный город, в котором промышленность едва теплилась.

В советский период началось ощутимое промышленное развитие Галича. В советский период основными предприятиями Галича стали заводы – льняной, кожевенный, автокрановый, фабрики – швейная, обувная, мебельная, мясокомбинат, маслосырозавод; стали работать леспромхозы; открылись Краеведческий музей и Народный театр.

Галич, как древний и в прошлом богатый торговый город, обладает рядом интересных исторических, планировочных, архитектурных достопримечательностей. Город в конце XVIII – начале XIX в. застраивался по регулярному градостроительному плану. По соседству с территорией бывшего кремля, на месте старого торжища, расположена историческая Торговая площадь со зданиями бывших торговых рядов с колоннами (1825) и каменными ступенями конца XVIII – начала XIX вв. Территория бывшего кремля застроена малоэтажными каменными домами, среди которых наибольший интерес представляют 2-этажные особняки начала XIX в.; сохранились также Спасо-Преображенский собор (1815 г., частично перестроен) и Преображенская церковь в стиле позднего провинциального барокко (1774) и остатки земляных ворот кремля. Привлекают взор в центральной части города остатки старой исторической рядовой светской застройки, прежде всего – деревянные и каменные 2-этажные и одноэтажные деревянные дома конца XVIII – начала XIX в.

В исторической части Галича с архитектурно-художественных позиций взгляды неравнодушных к истории и культуре людей особенно притягивают бывшие дома состоятельных жителей Галича – Каликиных, Парфеновых, Свиньиных и городского головы Нешпанова, а также бывшая торговая лавка Палилова и бывшие Нижние и Верхние торговые ряды.

Почти на берегу Галичского озера находится место древнего городища Балчуг; на территории бывшей Рыбной слободы сохранилась церковь Василия Великого (2-я половина XVIII в.). На окраине Галича, на холме находится действующий женский Паисиев Успенский монастырь, основанный в XIV в., в котором сохранились монументальный Успенский собор (XVI в., перестроен), массивная шатровая колокольня, Троицкая церковь на высоком подклете с трапезной (1642 г., перестроена, внутри сохранился позолоченный резной иконостас).

Паисиев Успенский Николаевский Галичский женский монастырь имеет давнюю историю, время его возникновения неизвестно, скорее всего это первая половина XIV в., поскольку известно, что Галичский монастырь уже существовал во второй половине XIV в. Монастырь находился около Овиновой слободы на землях боярина Ивана Овина и первоначально был мужским, назывался Николаевским в честь его соборного храма. Как-то Иван Овин решил начать строительство в монастыре новой церкви. Как рассказывает предание, при входе в монастырь в 1425 г. ему явились 2 светлых ангела и вручили боярину чудотворный образ, а новую церковь повелели освятить в честь праздника Успения Божией Матери; так в обители совершилось чудесное явление иконы Пресвятой Богородицы, именуемой с тех пор Овиновской. На месте явления этой иконы Овинов построил храм во имя Успения Богоматери, где была поставлена эта местночтимая чудотворная икона. В этом монастыре с 1385 г. с юных лет до своей смерти (1460) в глубокой старости жил монах Паисий Галичский, который стал со временем в нем игуменом, позже – архимандритом, пользовался огромным авторитетом все 75 лет своего пребывания в этой обители, прославился своей праведной жизнью и заботой об обители. Учитывая все это, монастырь стали называть Паисиев Успенский Николаевский Галичский. Игумен Паисий Галичский был канонизирован, его мощи полностью пребывали в этом монастыре, который неоднократно страдал от разорений захватчиками и от пожаров, всегда возрождался и сохранял святые мощи Паисия и чудотворную Овиновскую икону Богоматери. В 1919 г. по воле местной советской администрации монастырь был закрыт, его богатства были национализированы, увезены или сожжены. Но в 1994 г. Паисиев монастырь возродился, он стал женской обителью, в которой в начале XXI в. жили 8 сестер, сейчас – больше. Главные монастырские храмы: соборный в честь Успения Божией Матери (в нем пребывают под спудом святые мощи игумена Паисия Галичского, храм был построен в XVII в.), храм во имя Святой Троицы (1642) и храм во имя преподобного Паисия. Приезжающие в этот монастырь знакомятся с земной жизнью в нем двух святых: игумена Паисия Галичского и преподобного Григория Пельшемского, Вологодского чудотворца.

Паисий Галичский (умер в 1460 г.) практически всю свою сознательную жизнь провел в со временем названном в его честь Успенском Николаевском Галичском монастыре, где он подвизался в 1385–1460 гг., был простым монахом, игуменом, стал архимандритом. Он много потрудился для хозяйственного благоустройства этого монастыря, его превращения во влиятельный религиозный центр. Паисий жил в период правления великого князя московского Василия II Васильевича Темного. Паисий неизменно выступал миротворцем и стремился примирить враждовавшие стороны. Слава о подвижнической жизни Паисия распространилась по всей Руси. В 1440 г. Паисий сопровождал в Москву тело усопшего князя Дмитрия Красного и преподнес великому князю Василию II список чудотворной Овиновской иконы Божией Матери.

Св. Паисий Галичский. Икона Свято-Успенского Галичского монастыря

Григорий Пельшемский, Вологодский чудотворец (1315–1442) родился в Галиче в знатном боярском роде Лопотовых. После смерти родителей он раздал все свое имущество бедным и удалился в Успенский Николаевский Галичский монастырь (Паисиев-Галичский монастырь). С самых юных лет он в выполнении иноческих правил был примером для братии. Со временем его назначили настоятелем, но он не хотел быть держателем власти, привлекать всеобщее внимание и уважение, поэтому удалился в монастырь преподобного Дионисия Глушицкого, чтобы быть простым монахом, он стал учеником почитаемого старца Дионисия. Преподобный Дионисий благословил его на пустынничество на берег р. Пельшмы, где он поселился и соорудил себе келью. К нему стали собираться монахи, все вместе они построили храм, был создан новый монастырь, игуменом которого стал Григорий, со временем названный Пельшемским. Если верить письменным источникам, то Григорий Пельшемский прожил 127 лет. Тогда средний возраст дожития на Руси составлял 30 лет.

3.9. Город Чухлома. Поэт П.А. Катенин, писатель А.Ф. Писемский

В 50 км к северо-востоку от Галича и в 171 км к северо-востоку от Костромы, на берегу Чухломского озера (возраст которого около 100 тысяч лет), расположен районный центр и малый по людности город Чухлома, в котором живут 6 тыс. человек (2009). Сейчас это тихий, скромный, провинциальный город с неспешным ритмом жизни. Местные жители любят родной город, гордятся его дивной историей. Летописи утверждают, что Чухлома старше Москвы, она уже существовала в Х в. (а датой основания Москвы условно считают 1147 г.). Но по другой версии, Чухлома была основана позже – в 1316 г. В 1381 г. Чухлома впервые упоминается как город в составе тогда влиятельного Галицкого княжества. В середине XV в. Чухлома была присоединена к Московскому княжеству. Удаленная от Москвы Чухлома долгое время служила местом ссылки бояр и служивых людей. Так, в XIV в. по приказу великого князя московского Дмитрия Ивановича (Донского) в Чухлому в ссылку был сослан архимандрит Горицкого Переславль-Залесского монастыря Пимен, который намеревался занять пост Московского митрополита по подложной грамоте.

При Дмитрии Юрьевиче Шемяке – последнем удельном галичском князе – на высоком холме была возведена крепость-кремль (в XVIII в. кремль сгорел). В 1446 г. в Чухломе содержалась в заключении взятая в плен великая княгиня московская Софья Витовна.

С середины XV в. Чухлома была присоединена к Московскому княжеству; с 1778 г. она стала уездным городом Костромской губернии. В XVII–XIX вв. Чухлома была известна как довольно богатый торговый купеческий город. Местные купцы вели обширную заграничную торговлю дорогими мехами, высококачественной кожей, салом. Из-за границы привозили вина и водку. Бойкая доходная торговля была прервана Русско-турецкой войной 1809 г.

Вид на Чухлому и озеро

Издавна жители Чухломы гордились и гордятся тем, что в Чухломском озере водится уникальный золотой карась, которого в советский период особенно решительно экспортировали за рубеж.

В советский период началось форсированное промышленное развитие Чухломы; стали действовать леспромхоз, маслосырозавод, промкомбинат, другие предприятия, открыли Краеведческий музей им. А.Ф. Писемского (уроженца Чухломского края).

Все интересные с архитектурно-художественных позиций здания Чухломы построены в царский период, когда с конца XVIII – начала XIX в. город развивался по регулярному плану. С планировочных и историко-архитектурных позиций наибольший интерес представляют прямоугольная Торговая площадь и веером расходящиеся от нее улицы, упирающиеся в земляные валы, окружающие Торговую площадь каменные 2-этажные дома XIX в., 5-главая Успенская церковь с шатровой колокольней (1730), Преображенский собор (1746 г., перестроен). Особое очарование городу придают старые улицы, застроенные небольшими деревянными жилыми домиками, богато и талантливо украшенными резьбой. Именно сохранившиеся уникальные создания чухломских плотников: резные карнизы, фронтоны, наличники, – особенно ярко остаются в памяти после посещения Чухломы.

Издавна в Галиче и его окрестностях почитают преподобного монаха игумена Авраамия Галичского, Чухломского, Городецкого (умер в 1375 г., см. текст далее), много сделавшего для православного просвещения жителей языческих Галицких земель и, как утверждают верующие люди, несколько раз спасавшего Галич своими молитвами и просьбами к Господу Богу от опасностей моровой язвы (оспы), засухи, чрезмерных дождей, критически низких температур.

Окрестности Чухломы связаны с жизнью ряда неординарных россиян. Среди них известный русский писатель А.Ф. Писемский, родившийся неподалеку от Чухломы; он ярко описал в своих произведениях быт и нравы Чухломского края, который в царский период считали глухим, «медвежьим углом» страны. Долгое время жил в усадьбе Колотилово П.А. Катенин – поэт, драматург, театральный критик, друг А.С. Пушкина.

Предки П.А. Катенина получили земли под Чухломой в вотчину за ратные заслуги, в частности К.Л. Катенин – за участие в обороне Москвы от поляков. А усадьбу Колотилово П.А. Катенин купил у Лермонтовых. Эта усадьба находилась на землях, пожалованных еще царем Михаилом Федоровичем Романовым в XVII в. предку поэта М.Ю. Лермонтова по отцовской линии – Георгу Лермонту, перешедшему на русскую сторону при осаде крепости Белой и заслужившему расположение русского царя дальнейшим преданным служением России. Георг Лермонт, шотландец, учил хитростям ратного строения дворян и детей боярских, сам жил с семьей в местном усадьбище Кузнецово, погиб под Смоленском в 1634 г. Так что корни великого русского поэта М.Ю. Лермонтова по отцовской линии напрямую в России связаны с Костромской землей.

П.А. Катенин. Портрет XIX в.

Павел Александрович Катенин (1792–1853) вошел в русскую историю как поэт, переводчик, критик, театральный деятель, почетный член Петербургской академии наук (с 1841 г.). Он был членом первой тайной политической организации декабристов «Союз спасения» (1816–1817 гг., по ее первоначальному уставу 1817 г. называлась «Общество истинных и верных сынов отечества»), автором гражданских стихов 1810—1820-х гг. в духе декабристского романтизма. Он написал также трагедию «Андромаха» (1809–1819 гг., поставлена в 1827 г.), комедию «Студент» (1817 г., совместно с А.С. Грибоедовым), «Воспоминания о А.С. Пушкине» (1852), переводил трагедии Ж. Расина и П. Корнеля. П.А. Катенин отбывал ссылку в родных ему костромских местах – в Гаево. После выхода в отставку в 1838 г. Катенин поселился в усадьбе Колотилово, приобрел в губернских кругах репутацию вольнодумца, насмешника и безбожника.

3.10. Село Ножкино. Свято-Покровский Авраамиев Городецкий мужской монастырь. Игумен Авраамий-Галичский, Чухломской, Городецкий

В 11 км от Чухломы и в 180 км от Костромы, в селе Ножкино, на берегу Чухломского озера, расположен действующий Свято-Покровский Авраамиев Городецкий мужской монастырь, основанный преподобным монахом Авраамием на месте древнего городища Х в. в период с 1360 по 1375 г. Авраамий стал первым настоятелем созданного им монастыря. Первым храмом нового монастыря стал собор во имя Покрова Пресвятой Богородицы. После смерти его основателя Авраамия он продолжал развиваться, но никогда не был очень богатым и стабильно процветающим; с 1764 г. это был заштатный общежительный монастырь. Тем не менее в нем строились и украшались храмы. Сохранились 3 каменных храма: соборный в честь иконы Божией Матери «Умиление» (построен в 1857–1867 гг.) с двумя приделами: во имя преподобного Авраамия и во имя святого пророка Илии (XIX в.); с трапезной бесстолпный храм во имя Покрова Божией Матери (1608–1631); надвратный храм во имя святого Николая Чудотворца с приделом (XVII в.). Также сохранились каменные монастырские стены (1764–1768), жилые и хозяйственные постройки XIX в. В монастыре похоронены княжна Е.В. Долгорукая – сестра царицы, жены царя Михаила Федоровича Романова, и некоторые представители рода Лермонтовых, родственников поэта М.Ю. Лермонтова.

Свято-Покровский Авраамиев Городецкий мужской монастырь

В 1928 г. монастырь был закрыт, его ценности были национализированы и делись неизвестно куда. Однако этот монастырь возродился в 1991 г. В начале XXI в. в нем жили 25 чел. братии, теперь – больше. Главными святынями монастыря являются святые мощи преподобного Авраамия Чухломского, пребывающие под спудом в Ильинском приделе соборного храма, и источник преподобного Авраамия.

Авраамий Галичский, Чухломской, Городецкий (умер в 1375 г.) принял монашеский постриг в подмосковном Троицком монастыре (позже – Троице-Сергиева лавра), был пострижником и учеником преподобного Сергия Радонежского – главного духовного авторитета Древней Руси, Игумена Земли Русской. После многих лет жизни в монастыре он был удостоен священнического сана. Авраамий стремился к отшельнической жизни, мечтал о монашеском подвиге совершенного безмолвия. В 1350 г. по благословению своего учителя он удалился в Костромскую чухломскую землю, заселенную чудскими племенами. В пустынном месте на Костромской земле он чудесным образом обрел икону Божией Матери «Умиление». По просьбе князя галичского Дмитрия Авраамий принес чудотворную икону в Галич, где от нее свершились многочисленные исцеления. Со временем обретенную Авраамием чудотворную икону Божией Матери назвали «Умиление» Галичская, Городецкая, Чухломская. На месте ее обретения на деньги галичского князя Дмитрия Авраамий основал Успенский монастырь и стал его игуменом. Основанный им Успенский монастырь стал значимым центром просвещения местного чудского населения. Когда этот монастырь стал стабильно развиваться, Авраамий сделал его настоятелем своего ученика, а сам удалился в выбранное им уединенное место. Но о его пребывании там вскоре узнали, к нему стали стекаться монахи, и он основал монастырь в честь Положения Ризы Божией Матери. Авраамий стремился к уединению и безмолвию, поэтому он еще 2 раза удалялся в глухие места, однако о его пребывании узнавали, к нему приходили монахи, и он основал еще 2 монастыря: в честь Собора и в честь Покрова Пресвятой Богородицы (в котором он и скончался). Таким образом, Авраамий основал на Костромской земле 4 мужских монастыря, посвященных Божией Матери. Как свидетельствуют предания, Авраамий на Костромской земле прославился своими чудесами. Он несколько раз спасал г. Галич от моровой язвы (оспы), а также от засухи и непогоды. В православную историю он вошел как просветитель Галичского края, основатель на ней четырех монастырей, посвященных Божией Матери, явившей ему Свою святую икону в начале его молитвенных подвигов.

Св. Авраамий Галичский. Икона XVII–XVIII вв.

3.11. Город Солигалич. Митрополит Иона Московский. Адмирал Г.И. Невельской, композитор и химик А.П. Бородин

К северо-западу от Чухломы и в 216 км к северо-востоку от Костромы находится город – районный центр Солигалич, простирающийся на отрогах Галичской возвышенности на берегу р. Костромы (приток Волги). Это малый по численности жителей город, в нем живут менее 6 тыс. человек (2009). Город имеет давнюю историю и славу бальнегрязевого курорта.

Солигалич известен с XIV в., первоначально он назывался Соль-Галицкая. Если верить преданию, то возникновение этого города связано с основанием галицкими князьями на берегу р. Костромы Воскресенского монастыря в 1335 г.; если это так, то в 2015 г. Солигаличу исполнится 680 лет. Считают, что Солигалич основал (1335) галичский князь Федор Семенович.

Долгое время Солигалич благодаря местным соляным источникам был крупным центром добычи соли (о чем свидетельствует и его название). Шесть монастырей имели здесь свои соляные варницы, в том числе и знаменитый подмосковный Троице-Сергиев монастырь. В значительных объемах здесь добывали соль в XIV–XVII вв., солеварение здесь прекратилось только в 1823 г. с появлением дешевой привозной соли.

Солигалич в середине XIV в. в составе Галицкого княжества стал владением Московского княжества, а в 1450 г. был окончательно присоединен к великому княжеству Московскому. В 1609 г. в Солигаличе было учреждено воеводство, с 1708 г. он был частью Архангельской губернии, а с 1778 г. он стал уездным городом Костромской губернии. Солигалич долго сохранял свое торгово-промышленное значение, но при этом был способен выполнять и оборонительные функции. В конце XV в. в нем, на левом берегу р. Костромы, были возведены земляные укрепления. Как город-крепость Солигалич в 1532 г. выдержал ордынскую осаду. С крепостью город был соединен мостом, развитие собственно Солигалича продолжилось на правом берегу р. Костромы. С XIX в. Солигалич выполнял только функции уездного центра; со временем люди почти забыли, что в давности он был влиятельным торгово-промышленным центром. С середины XIX в. в Солигаличе значительное развитие получили производство дегтя и кузнечный промысел.

В словаре Брокгауза и Ефрона сказано о Солигаличе XIX в. так: «…глухой город, не имеющий никакого торгово-промышленного значения». Был он тогда и местом ссылки: после подавления восстаний 1830 и 1863 гг. сюда были высланы поляки, а после покушения в 1878 г. на петербургского градоначальника, царского генерала Ф.Ф. Трепова, – революционерка-народница В.И. Засулич (1849–1919 гг., с 1903 г. – меньшевичка).

Оживление развития Солигалича началось в середине XIX в. в связи с открытием целебных свойств здешних минеральных вод. Тогда одновременно со знаменитыми кавказскими курортами начала функционировать лечебница в Солигаличе. Это произошло в большой мере благодаря трудам тогда молодого сотрудника Медико-хирургической академии А.П. Бородина (со временем он стал знаменитым композитором и признанным химиком, см. о нем текст далее), который на основе изучения химического состава воды, ее действия на организм человека разработал рекомендации по использованию солигаличской минеральной воды для лечебных целей.

В советский период продолжилось значимое промышленное развитие Солигалича, главными предприятиями которого стали крупный известковый комбинат, льнообрабатывающий и маслосыродельный заводы, был создан леспромхоз, открыт Краеведческий музей имени адмирала Г.И. Невельского.

Среди уроженцев Солигаличских мест особо выделяется уроженец окрестностей Солигалича митрополит Иона Московский (XV в., канонизирован), а также адмирал Г.И. Невельской – знаменитый мореплаватель, исследователь Дальнего Востока, родившийся недалеко от Солигалича.

Солигалич обладает рядом ценных с исторических и архитектурно-художественных позиций построек и целых комплексов, со 2-й половины XVIII в. он застраивался по регулярному плану. Из сохранившихся строений наибольший интерес представляют на Торговой площади деревянные и каменные дома XIX в., комплекс Торговых рядов (середина XIX в.), церкви Николы на Наволоке с колокольней (1688), Крестовоздвиженская (1817), Преображения (1821), а также историческая жилая застройка – одноэтажные или 2-этажные деревянные дома со светелками, фронтонами, нарядными резными наличниками, балконами. Особый интерес представляет комплекс Воскресенского монастыря, включающий 5-главую бесстолпную, украшенную двумя рядами кокошников Воскресенскую церковь с трапезной и высокой 8-гранной колокольней (1660–1669), 5-главую Богоявленскую церковь (1681) и другие строения. Не меньший интерес представляет и комплекс Рождественского монастыря (основан в 1335 г.), включающий 5-главый монументальный Рождественский собор с крытой папертью и многоярусной колокольней (1668–1805 гг., в интерьере резной иконостас 1826–1827 гг.), другие постройки.

Абсолютно уникально значение Солигалича как бальнеологического курорта. Как бальнеологический курорт, Солигалич известен с 1841 г., его возраст как лечебно-оздоровительного центра в 2011 г. составляет 170 лет. Здесь есть местные минеральные (сульфатно-хлоридные натриевые, содержащие бром и кальций) воды, а также местный лечебный торф (месторождения Горбачевское, Аленушкино, Большое). Минеральные воды используют для лечебных ванн, а лечебный торф с добавлением в него минеральной воды применяют для грязевых аппликаций. Природные лечебные богатства Солигалича известны издавна, но на научном уровне целительные свойства местной минеральной воды были выявлены и обстоятельно доказаны только в 40—50-х гг. XIX в., когда известный впоследствии химик и композитор А.П. Бородин, а тогда относительно молодой исследователь в возрасте 25–30 лет, провел химический анализ этой воды. Тогда Бородин был рекомендован местному богачу Кокореву для анализа минеральных вод в его имении. Курорт Солигалич в первую очередь полезен для больных с заболеваниями органов движения и опоры, а также с болезнями нервной системы. В Солигаличе есть санаторий (специализируется на лечении периферической нервной системы и ряда других заболеваний), грязелечебницы, другие курортные сооружения, расположенные в парке на берегу р. Костромы.

Солигалич. Торговые ряды

В 30 км от Солигалича, на берегу р. Вёксы, в неплохо сохранившейся бывшей усадьбе дворян Черевиных Нероново, жил и творил талантливый художник-портретист второй половины XVIII в. Григорий Островский. А в бывшей усадьбе Лосево относительно недавно были обнаружены произведения оригинального местного иконописца Саввы Славенина, работавшего со своим братом Михеем в сельской Никольской церкви.

Самыми известными людьми, прославившими Солигалич и его ближайшие окрестности, являются святой митрополит Московский Иона, химик и композитор А.П. Бородин, исследователь Дальнего Востока адмирал Г.И. Невельской, художник Г. Островский.

Митрополит Иона Московский (митрополичье служение с 1448 г., умер в 1461 г.) был первым из предстоятелей Русской православной церкви, избранных Собором русских епископов. Будущий митрополит родился в селе Одноушеве, около Солигалича; в 12 лет стал монахом в одном из местных монастырей. Он пришел в Москву, стал монахом во второй половине 1420-х гг., жил в Симонове монастыре. Упорного в работе и учебе молодого монаха заметил грек по национальности Московский митрополит Фотий, приблизил его к себе, в 1430 г. возвел его в сан епископа Рязанского и Муромского. Митрополит Фотий понимал, что лучше, если русскую митрополию будет возглавлять русский человек, и мечтал, чтобы его преемником стал Иона. Тогда Русская православная церковь не была автокефальной (самостоятельной), зависела от Константинопольского патриарха, который утверждал и направлял митрополита, как правило грека, на русскую митрополию.

Митрополит Иона Московский. Деревянная скульптура XVII в.

В 1431 г. ордынский хан Улу-Магомет вручил ярлык на великое княжение 16-летнему Василию II Васильевичу. Его родной дядя (брат отца) князь Юрий Дмитриевич Звенигородский был этим недоволен, так как считал, что статус великого князя больше подходит ему – старшему в роде. Но еще в 1425 г. Василий II получил великокняжеский титул по завещанию его отца, Василия I Дмитриевича, который первым из московских князей ввел новый порядок престолонаследования от отца к старшему сыну (а не старшему человеку в роде).

После кончины митрополита Фотия великий московский князь Василий II выдвинул епископа Рязанского на митрополичий престол. Великий князь был вынужден бороться в то время с удельными князьями, поэтому святитель Иона считал должным быть рядом с ним, а не уезжать в Константинополь для хлопот по утверждению его в сане митрополита. Обстоятельства сложились так, что в своей стране Иону дважды избирали в митрополиты, а в Константинополе утверждали других, причем греков. В 1448 г. только властью собора русских епископов и великого князя, без согласия Константинопольского патриарха, святитель Иона был избран и посвящен в русские митрополиты, что означало приобретение Русской православной церковью автокефальности. Митрополит Иона благословение Вселенского патриарха получил только после падения Константинополя, в 1453 г., хотя в своей стране реально функции митрополита он стал выполнять с 1431–1441 гг.

Святитель Иона в период острого конфликта между великим князем московским Василием II и князьями звенигородскими и галичскими (особенно Дмитрием Шемякой) в 1425–1453 гг. активно способствовал погашению конфликта, всегда был на стороне московского князя.

В 1451 г. митрополит Иона проявил личное мужество во время осады Москвы ордынцами. Когда в 1451 г. ордынский царевич Мазовше подошел к Москве и осадил ее, великий князь был вынужден удалиться из столицы на Волгу для сбора войска для защиты Отечества. Люди по-разному оценили отъезд князя, тем более что он уехал вместе с семьей. В свое отсутствие в Москве великий князь главными людьми назначил смелого и опытного воеводу – боярина Юрия Патрикеева и митрополита Иону. Они смогли успокоить народ, разъяснили причины отсутствия князя, организовали оборону Москвы. Ордынцы простояли под Москвой 10 дней, сожгли все села и деревни между столицей и подмосковной Коломной и с богатой добычей ушли назад.

Митрополит Иона успешно решал внутренние дела в русской митрополии. В 1451 г. митрополит Иона взял под свое управление Литовскую митрополию. Митрополит Московский Иона умер в глубокой старости в 1461 г. его похоронили в Успенском соборе Кремля. В 1472 г. были обретены его мощи.

Геннадий Иванович Невельской (Невéльской, 1813–1876) остался в истории России как выдающийся и неутомимый исследователь Дальнего Востока, легендарный русский адмирал (с 1874 г., ему 61 год). В 1848–1849 гг. и в 1850–1855 гг. (ему соответственно 35–36 и 37–42 года) исследовал о. Сахалин (установил, что это остров, а не полуостров), низовья р. Амур, Татарский пролив, основал Николаевский пост (1850), ныне город Николаевск-на-Амуре.

Г.И. Невельской

Г.И. Невельской, родившийся около села Лосево в усадьбе Дракино, рано потерял родителей и жил в детстве у родственников. В возрасте 13 лет он поступил в Морской кадетский корпус, поскольку с самых юных лет мечтал о морском деле, ведь в его роду, начиная со времен царя Петра I, все мужчины служили на флоте. Геннадий с детских лет отличался хорошим здоровьем, целеустремленностью, энергичным характером, сильным патриотичным настроем и развитым чувством долга. Получив звание мичмана, он поступил в Высшие офицерские классы, которые вскоре преобразовали в Морскую академию. Невельской, закончив это учебное заведение, получил звание лейтенанта и назначение на корабль «Беллона», что было лестным и сулило быструю карьеру. Все дело в том, что именно на этом судне обучался морскому делу сын императора Николая I 9-летний генерал-адмирал Российской империи Константин. Великому князю Константину понравился 23-летний жизнерадостный офицер Невельской, с которым он стремился больше общаться. Такие отношения неизбежно вели к быстрой и успешной карьере. Но Невельской мечтал не сопровождать великого князя и его наставника, известного путешественника Ф.П. Литке в их плаваниях, а стремился отправиться в самостоятельное путешествие, что совсем не гарантировало карьеру и состоятельное положение. В возрасте 34 лет Невельской по своей инициативе добился, чтобы его в составе большой шхуны «Байкал» направили на Дальний Восток; он руководил перевозкой снаряжения и адмиралтейских запасов. 35-летний Невельской на «Байкале» взял курс (1848) из Кронштадта на Камчатку. Невельской выполнил порученное ему дело и хотел продолжить исследования дальневосточных мест, что с трудом и далеко не сразу ему удалось начать. Нелепости административной субординации, зависимость от мало что понимавших в морских делах сухопутных высших администраторов, менявшееся отношение к нему генерал-губернатора Восточной Сибири Н.Н. Муравьева, чиновничьи интриги и многое другое невероятно мешали Невельскому делать нужное для России дело. Плавание в дальних восточных морях было трудным и опасным. Невельской часто удивлялся неразумным решениям его профессионального и местного руководства, но неутомимо продолжал свою работу, сполна оправдывая данное ему в молодости прозвище неистовый Геннадий. Порой во имя верных целей и результатов Невельской действовал не так, как указывало руководство, иногда выступал даже против спорных или ошибочных решений правительства, Кабинета министров (который как-то намеревался его за все это понизить до простого матроса и забыть о результатах его трудов, чуть ли не ликвидировать их; только заступничество Н.Н. Муравьева убедило Николая I в правильности всех поступков и решений Невельского).

По настоянию Муравьева Г.И. Невельской получил звание капитана I ранга и был назначен начальником Амурской торговой экспедиции. Эффективная деятельность Невельского продолжалась до 1856 г. (ему 43 года). Невзгоды и трудности морской службы ему помогала преодолевать его жена Екатерина Ивановна, которая решилась ехать с ним в Приамурье. Со временем разногласия между Невельским и Муравьевым существенно усилились, ведь Муравьев, как болезненно самолюбивый человек, не хотел делить славу ни с кем, допускал ошибки и не позволял критиковать его действия, хотел устранить Невельского. В результате интриг Муравьева Невельской оказался не у дел, не имел продвижений на службе, до конца своих дней находился в опале, умер в чине полного адмирала в Петербурге в возрасте 63 лет. Невельской был счастлив как человек, всю свою сознательную жизнь занимавшийся любимым делом, хотя нередко страдал и мучился от неграмотных действий и решений руководства (нередко завидовавшего его успехам и верным решениям), в любых ситуациях он, несмотря на возможные тяжелые для него последствия, поступал так, как требовали его совесть православного человека и интересы Родины.

А.П. Бородин

Александр Порфирьевич Бородин (1833–1887) вошел в русскую историю как выдающийся композитор и яркий ученый-химик. Написанная им опера «Князь Игорь» (завершена Н.А. Римским-Корсаковым и А.К. Глазуновым, 1890) является образцом национального героического эпоса в музыке. А.П. Бородин является одним из создателей русской классической симфонии, русского классического струнного квартета. Бородин был мастером вокальной лирики; ввел в романс образы богатырского эпоса, воплотил в музыке освободительные идеи 1860-х гг. Бородин был членом «Могучей кучки» (творческое содружество русских композиторов во второй половине ХIХ в.). Кроме музыкального творчества, Бородин был увлечен наукой, создал яркие труды по органической химии, сделал ряд химических открытий, разработал рекомендации по использованию солигаличских минеральных вод для лечебных целей. Таковы основные черты удачной счастливой судьбы этой творческой личности. Но в реальности все было гораздо сложнее и далеко не всегда приносило ничем не омрачаемую радость и редко давало надежное материальное удовлетворение.

Бородин всю жизнь пытался понять: что для него важнее, музыка или химия, мучился от мысли – чему отдать свои лучшие силы и время. С детства он играл на флейте, фортепьяно, виолончели, с 9 лет начал сочинять музыку, в 16 лет о нем говорили как о даровитом композиторе. Но душа его тянулась к химии, в 17 лет он поступил в Петербурге (где родился) в Медико-химическую академию, со временем защитил докторскую диссертацию, был отправлен на 3 года в зарубежную командировку. Его друзьями были Д.И. Менделеев, А.М. Бутлеров, И.М. Сеченов и некоторые другие будущие светила русской науки. Работая в Петербурге в Медико-хирургической академии (когда Бородину шел только 3-й десяток лет), он изучил химический состав минеральных вод Солигалича, их действие на организм человека и разработал рекомендации для их использования в лечебных целях. В немецком городе Гейдельберге Бородин познакомился с молодой московской пианисткой Екатериной Сергеевной Протопоповой. Они поженились в 1862 г. (ему 29 лет), когда вернулись в Петербург и он стал адъюнкт-профессором в Медико-хирургической академии. Брак был удачным, но не сполна счастливым; у Бородиных своих детей не было, поэтому со временем у них появились воспитанницы. Жизнь их семьи омрачила со временем и болезнь Е.С. Бородиной – неизлечимая астма. Из-за болезни жена не могла долго жить в Петербурге и полгода обычно проводила у ее родителей в Москве или Подмосковье. Бородин без нее тосковал. Но когда тяжело больная жена приезжала в Петербург, то жить ему и творить становилось труднее. С годами Бородина одолевали все в большой мере материальные проблемы, тем более что он был порядочным и щедрым человеком. Нужно было оплачивать лечение жены, содержать воспитанниц, помогать родственникам, нуждающимся студентам, тратить деньги на приобретение различных, всегда недостающих в лаборатории препаратов. Бородин преподавал в Лесной академии, ради денег делал переводы с иностранных языков (несколько из них он знал превосходно). И в таких условиях Бородин проводил свои научные исследования, писал музыку и даже осуществлял общественную деятельность. Благодаря хлопотам Бородина были открыты и работали (но недолгое время) Женские врачебные курсы – первое и единственное тогда в России учебное заведение, где женщины могли получить высшее медицинское образование.

Большое влияние на Бородина и его музыкальное творчество оказал М.А. Балакирев (1837–1910) – крупнейший композитор, признанный глава и вождь творческого содружества русских композиторов («Могучая кучка»). Балакирев первым разглядел феноменальную музыкальную одаренность Бородина. Видимо, именно он помог ему осознать, что он, хотя и способный ученый-исследователь, а главное – он неординарный, скорее всего гениальный композитор. Создавая музыку, Бородин чувствовал себя счастливым человеком, музыка давала ему силы для жизни, работы, помощи людям. Музыкальные произведения принесли Бородину восхищение ими широкой публики и профессионалов. Его Вторая, «Богатырская», симфония (1876), открывшая героико-эпическое направление в русском симфонизме, стоит в одном ряду с лучшими произведениями мировой музыкальной классики. В ней воплощены непреходящие духовные ценности, духовные качества русского человека. Музыка и музыкальное творчество помогали Бородину преодолевать бытовые трудности.

С годами здоровье Бородина ухудшалось: сказались чрезмерная нагрузка в академии, перегрузка от подработок, неустроенный быт, тревоги за жизнь жены и будущность воспитанниц. Бородин осознавал, что приближается старость, обострение его собственных болезней, не решаются материальные проблемы. Автор гениальных музыкальных произведений и ряда научных достижений (разработал в 1861–1862 гг. методы получения бромзамещенных и фторогидридов органических кислот, открыл в 1872 г. альдольную конденсацию) был материально не обеспечен. Бородин писал: «Кормиться надобно; пенсии не хватает на всех и вся, а музыкой хлеба не добудешь… Хотелось бы пожить на свободе, развязавшись совсем с казенную службою!» В конце жизни Бородин сполна осознал, что музыка, творчество композитора – главное в его жизни, хотя они не принесли ему достойного материального благополучия, отняли много сил, но и дали ни с чем не сравнимую и главную радость от творческой деятельности. Его произведениями восхищались в России, а также в странах зарубежной Европы и Америки, они упрочивали славу русской национальной музыки. При всех сложностях жизни Бородин был счастлив как творческая личность, как композитор, получивший признание в своей стране и за рубежом еще при жизни. Любимая, хотя и отнимающая силы, время, здоровье творческая работа, давала Бородину радостные ощущения, позволяла мечтать, строить планы. Однако в 54 года он неожиданно скончался. Его незавершенную оперу «Князь Игорь» и Третью симфонию довели до конца его друзья – Н.А. Римский-Корсаков и А.К. Глазунов.

3.12. Города Нея, Мантурово, Шарья. Варнава Ветлужский

В районном центре Мантурово

К юго-востоку от Чухломы и к востоку от Галича, в 237 км от Костромы, в Заволжье, на берегу р. Нея (приток р. Унжи), находится малый город и районный центр Нея, в котором живут 11 тыс. человек (2009). В нем есть железнодорожная станция на линии Буй – Котельнич. Этот город был образован из пристанционного поселка в 1958 г. Только в советский период началось заметное хозяйственное развитие этого поселения, который стал центром лесопильно-деревообрабатывающей промышленности; стали работать лесозавод, леспромхоз, завод «Музлесдрев», а также заводы маслосыродельный и авторемонтный, предприятия приборостроения и легкой промышленности.

Поблизости, к востоку от Нея и в 261 км к северо-востоку от Костромы, в Заволжье, на берегу р. Унжи (приток Волги), находится малый город – районный центр Мантурово, в котором живут менее 18 тыс. человек (2009). В нем есть железнодорожная станция на линии Буй – Котельнич, есть и аэропорт. Это относительно молодой город, статус города поселение получило в 1958 г.

Основная часть Мантуровского района, центром которого является этот город, расположена на землях бывшего Галичского княжества. В XVII в. территория, где находится современный Мантуров, входила в состав вотчины бояр Романовых. Своим названием город обязан деревне Мантурово, упоминавшейся еще в 1617 г. в «Дозорной книге города Унжи» (значит, возраст г. Мантурово – более 400 лет в 2017 г.). Перед 1861 г. в Мантурове было 23 двора крепостных крестьян, занимавшихся земледелием, торговлей и постройкой судов на р. Унже. В начале ХХ в. со строительством Северной железной дороги сюда устремились русские и иностранные лесопромышленники. В 1914 г. в Мантурове работали уже 5 предприятий, которые перерабатывали лес, доставляемый с верховьев Унжи (заводы князя Долгорукова, московского купца Клеева, польских компаний и бельгийской фирмы «Дандре и Корбо»). Но это были маломощные заводы с тяжелым ручным трудом и конной тягой.

Ощутимое промышленное развитие этого населенного пункта началось только в советский период, когда основными его градообразующими отраслями стали лесозаготовительная и деревообрабатывающая, стали работать фанерный комбинат, заводы – по ремонту лесозаготовительных тракторов, гидролизный, биохимический, литейно-механический. В окрестностях Мантурово, на берегах р. Унжи, есть месторождения горючих сланцев и фосфоритов.

По соседству, к востоку от Мантурово и в 328 км к северо-востоку от Костромы, на р. Ветлуге, находится районный центр и малый по людности город Шарья, в котором живут 25 тыс. человек (2009). Это железнодорожный узел на линии Галич – Котельнич – Киров. Есть речная пристань и аэропорт. Статус города этот населенный пункт получил в 1938 г. Его промышленное развитие началось в советское время, когда он стал одним из заметных центров лесной и деревообрабатывающей промышленности, стали работать ПО «Шарьядрев», мебельная фабрика, 2 леспромхоза и другие предприятия, связанные с обработкой древесины. Кроме того, в советский период в городе ввели в действие заводы железобетонных конструкций, экспериментально-механический, молочный, швейную фабрику, открыли Краеведческий музей (филиал Костромского историко-архитектурного музея-заповедника).

Вокруг Шарьи, по берегам р. Ветлуги, простираются леса. В далеком прошлом Ветлужские леса были огромными, непроходимыми, населенными многочисленными дикими зверями и птицами. В наши дни память о прошлом Ветлужских лесов и расположенный поблизости от Шарьи костромской поселок Ветлужский напоминают о костромском святом Варнаве Ветлужском, который в XV в. удалился в почти неосвоенную юго-восточную часть тогда Костромской земли.

Варнава Ветлужский (умер в 1445 г.) был уроженцем Вологодской земли, служил приходским священником в городе Великий Устюг. Со временем он удалился в пустынные Ветлужские леса, где 20 лет провел в посте и молитвах. Келья его стояла на берегу р. Ветлуги. К отшельнику приходили дикие звери, они не вредили ему. Его монашеские подвиги стали известны, многие люди приходили к нему ради наставлений; посетил его и преподобный Макарий Унженский. После смерти Варнавы его ученики на месте его кельи создали Свято-Троицкий Варнавин монастырь, в котором под спудом в монастырском соборе оказались святые мощи Варнавы Ветлужского. Варнава стал основателем селения Варнавино (теперь поселок городского типа в северной части Нижегородской области); это поселение в 1778 г. было преобразовано в уездный город Варнавин Костромского наместничества, а со временем оказалось в пределах Нижегородской области.

3.13. Город Макарьев. Унженский Макарьев Троицкий женский монастырь. Макарий Унженский и Желтоводский, епископ Митрофан Воронежский

Недалеко от Мантурова и Шарьи, к юго-западу от них и к востоку от Костромы, в 184 км от нее, в Унженской низине, расположен районный центр и малый по людности город Макарьев с числом жителей 7 тыс. человек (2009). В нем есть пристань на берегу р. Унжи (приток Волги), есть и аэропорт, но нет железнодорожной станции. Только на расстоянии 53 км от города есть железнодорожная станция Нея на линии Буй – Котельнич – Киров.

Возникновение города связано с Макарьевским-Унженским монастырем, основанным в 1439 г. святым Макарием Унженским и Желтоводским. Вокруг обители образовались монастырская слобода и село Коврово, которые в 1779 г. были преобразованы в единый город. Получается, что возраст поселения в этом месте – не менее 574 лет в 2013 г., в том числе возраст этого поселения в статусе города 234 года (в 2019 г. исполнится 580 лет поселению при монастыре и 240 лет городу Макарьеву). С 1779 г. Макарьев был центром Унженской провинции Костромского наместничества, а с 1797 г. он стал уездным городом Костромской губернии. В конце XVIII в. подозрительный император Павел I сослал в Макарьев на вечное поселение храброго, молодого, решительного и тогда уже известного военачальника А.П. Ермолова, затем его перевели в Кострому. В XIX в. в Макарьеве действовали табачная фабрика, свечной, мыловаренный и два кожевенных завода.

Унженский Макарьев Троицкий женский монастырь

Как и все древние города с преимущественно деревянной застройкой, в Макарьеве нередко случались пожары. После пожара 1802 г. Макарьев сгорел почти полностью, после чего город застраивали и развивали по градостроительному регулярному плану. Макарьев в прошлом славился своим монастырем и торговыми ярмарками, которые устраивали 3 раза в год. Проводились ярмарки Крещенская (зимняя), Благовещенская (весенняя), Ильинская (летняя). Город практически не имел ощутимого промышленного развития в царский период.

Оживление экономического развития Макарьева началось в советский период, когда он стал центром лесозаготовительной и деревообрабатывающей промышленности; был организован сплав леса, открыты льнозавод и краеведческий музей. В наши дни главными архитектурно-художественными ценностями Макарьева являются строения действующего женского Унженского Макарьева монастыря (XVII–XVIII вв.) и собор Александра Невского (1905).

Несмотря на давнюю историю и ряд историко-архитектурных ценностей, вне сомнений, главной и отличительной чертой современного города Макарьева является действующий Унженский Макарьев Троицкий женский монастырь. Он в царский период был одним из знаменитейших монастырей своего времени, вторым по значению после подмосковного Троицкого монастыря (позже лавра). Основал этот первоначально мужской монастырь 90-летний монах Макарий Унженский и Желтоводский в 1439 г., после того, как ордынцы разорили основанный им на Волге во имя Святой Троицы Желтоводский монастырь (Троицкий Макарьев Желтоводский монастырь) в Нижегородской губернии. Возраст костромского Унженского Макарьева Троицкого монастыря составит 574 года в 2013 г. и 580 лет в 2019 г.

В царский период монастырь медленно, но стабильно развивался, строился. В начале XVI в. в нем были только 2 деревянные церкви, а с XVII в. благодаря покровительству царского дома Романовых строительство в нем оживилось, ведь Романовы особо почитали этот монастырь, считали, что преподобный Макарий Унженский спас молодого царя Михаила Романова и его мать от верной смерти от поляков. Благочестивые мать и сын Романовы молились у раки с мощами преподобного Макария Унженского в незащищенном Унженском монастыре, когда поляки на Костромской земле искали молодого царя и хотели его убить, что им не удалось осуществить из-за геройского жертвенного поступка крестьянина Ивана Сусанина.

Унженский монастырь неоднократно страдал от пожаров, но всегда восстанавливался. Особенно сильные пожары случились в 1626 и 1690 гг. В 1754–1764 гг. была построена каменная монастырская ограда. Постепенно в монастыре строили и увеличивали число каменных храмов. Были построены 5 храмов (все храмовые здания сохранились до наших дней): соборный Троицкий (1664–1669 гг., освящен в 1670 г., построен святым игуменом Митрофаном Воронежским, прославленным впоследствии епископом Воронежским), Макарьевский (1670–1674), Благовещенский (1680, построен игуменом Митрофаном Воронежским), Успенский, надвратный Никольский.

В 1929 г. по инициативе советской местной администрации монастырь закрыли. В нем разместили МТС (машинотракторную станцию), в Макарьевской и Успенской церквях, а в братском корпусе устроили общежитие для трактористов. В 1930-е гг. с колокольни Благовещенской церкви сбросили колокола, ликвидировали монастырское кладбище, вырубили фруктовый сад, разобрали монастырскую стену ради кирпича для постройки городской бани, ликвидировали архив и монастырскую библиотеку, сожгли иконостасы и иконы, кощунственно вскрыли и конфисковали святые мощи Макария Унженского (пребывавшие в Троицком соборе в богатой раке). В атеистическом лихолетье пропали долго хранившаяся в этом монастыре чудотворная Макарьевская икона Божией Матери (список с чудотворной иконы, явившейся в 1442 г. преподобному Макарию, сделанный его учениками; изображение на этой иконе напоминало икону Смоленской Богоматери «Одигитрия») и древняя чтимая икона преподобного Макария Унженского. В 1960-е гг. начали ремонтно-реставрационные работы в закрытом монастыре, но они велись крайне медленно, результаты были минимальными и едва заметными.

Св. Макарий Унженский в житиях. Икона XVIII в.

В 1993 г. монастырь возродился как религиозный центр, но, в отличие от первоначального, монастырь стал женским. В начале XXI в. в нем жили 13 сестер, сейчас – больше. В 1995 г. монастырю вернули святые мощи преподобного Макария Унженского и Желтоводского, являющиеся снова главной святыней этого монастыря. Сохранился и источник, точнее колодезь, ископанный преподобным Макарием, всегда наполненный прозрачной водой и почитаемый святым. Для паломников имеется гостиница. Паломники и экскурсанты осознают, что жизнь этого монастыря тесно связана с земной жизнью двух ярких русских святых – монаха Макария Унженского и Желтоводского, а также епископа Митрофана Воронежского.

Макарий Унженский и Желтоводский (1349–1444) родился в Нижнем Новгороде. В возрасте 12 лет он тайно ушел из родительского дома и принял монашеский постриг в Вознесенском Печерском монастыре в Нижнем Новгороде на берегу р. Волги. В обители он выделялся исключительно точным выполнением иноческих правил. Со временем он удалился из Печерской обители на берег Волги и поселился в пустынном месте около озера Желтые воды в пещере (вероятно, он взял пример с основателя Вознесенского Печерского монастыря архиепископа Дионисия Суздальского, основавшего этот монастырь в 1330 г. и подвизавшегося в пещере). Постепенно к нему собрались ревнители благочестия, для которых он устроил в 1435 г. обитель на Волге во имя Святой Троицы, названную Желтоводской (Троицкий Макарьев Желтоводский монастырь на Нижегородской земле). Основанный им Желтоводский монастырь в 1439 г. разорили ордынцы, они взяли Макария в плен. Благочестие и неисчерпаемая любовь 90-летнего Макария к людям, Богу редкостно удивили хана, который отпустил Макария из плена и вместе с ним освободил еще 400 христиан, но взял от него обещание не селиться при Желтом озере. Макарий с братьями и многими жителями Нижегородской земли переселился на Костромскую землю, в окрестности г. Галича, где основал на р. Унже Унженский Макарьев Троицкий монастырь (1439), в котором и скончался в глубокой старости в возрасте 95 лет (тогда средний возраст дожития людей на Руси-России составлял 30 лет). Макарий Унженский основал за свою жизнь 3 монастыря.

Жизнь Унженского Макарьева Троицкого монастыря оказалась тесно связанной с земной жизнью еще одного русского святого – Митрофана Воронежского, который одно время был назначен в него настоятелем, построил монастырские соборы Троицкий и Благовещенский (1680), впоследствии он стал епископом Воронежским, с возрастом принял схиму с именем Макария, в честь основателя Унженского монастыря Макария Унженского и Желтоводского.

Митрофан Воронежский (1632–1703 гг., в миру Михаил) родился на Владимирской земле в семье священника, сам стал священником, имел жену и детей. В 39 лет он овдовел и стал монахом. Удалился в Золотниковскую Успенскую пустынь вблизи Суздаля. Со временем он был назначен игуменом Свято-Успенского Космина Яхромского мужского монастыря, спустя 9 лет он стал настоятелем Желтоводского монастыря на Волге, основанного преподобным Макарием Унженским. Одно время он был настоятелем Костромского Унженского Макарьева Троицкого монастыря. Когда в 1682 г. была создана новая Воронежская епархия, то он в возрасте 50 лет был назначен ее первым епископом. Особые отношения сложились у владыки Митрофана с царем Петром I. Владыка способствовал реализации планов Петра I по строительству в Воронеже российского флота, а в вопросах веры он не боялся вступать в конфликт с ним, осуждал чрезмерное увлечение царя западными новациями и его стремление применять их в России без необходимых изменений с учетом русских условий. В возрасте 71 года владыка Митрофан скончался, приняв великую схиму с именем Макарий.

3.14. Город Кологрив. Герой войны 1812 г. А.С. Фигнер, декабрист М.А. Фонвизин и его жена Н.Д. Фонвизина (Апухтина)

К северо-западу от Шарьи и к северо-востоку от Костромы, в 339 км от нее, в Заволжье, находится районный центр и малый по людности город Кологрив, в котором живут 3 тыс. человек (2009). В нем есть пристань на берегу р. Унжи (приток Волги), аэропорт и в 81 км от него железнодорожная станция Мансурово на линии Буй – Киров.

Кологрив был основан в первой четверти XVI в. как пограничная крепость для защиты Московского государства в первую очередь от казанских татар. Название города объясняют тем, что стоит он около «грив» – возвышенного места, не заливаемого вешними паводками, на живописном берегу р. Унжи, среди необозримых лесных просторов. Память об исторической крепости и село Кичина при создании Костромского наместничества определили в 1778 г. преобразование поселения в город с названием Кологрив. Долгое время это был тихий и маленький городок, ничем не примечательный. В советский период началось его ощутимое хозяйственное развитие, стали работать маслосырозавод, завод железобетонных изделий, леспромхоз, открылся краеведческий музей.

Районный центр Кологрив

Издавна в Кологриве ощущается какая-то особая атмосфера доброжелательности, степенности, готовности рассказать гостям о духовном величии кологривцев, об их неординарных земляках. В этих местах – Кологриве и его окрестностях – родились герой Отечественной войны 1812 г. А.С. Фигнер, декабрист М.А. Фонвизин и его жена Н.Д. Фонвизина (в девичестве Апухтина, прообраз Татьяны в романе А.С. Пушкина «Евгений Онегин»), поэт и театральный деятель П.А. Катенин (селение Шаёво), выдающийся фольклорист и этнограф С.В. Максимов (селение Парфентьев Посад), художники Г.А. Ладыженский и Е.В. Честняков, а также председатель реввоентрибунала Балтийского флота В.Д. Трефолев.

Александр Самойлович Фигнер (1787–1813) был известным партизаном во время Отечественной войны 1812 г. Он воспитывался в кадетском корпусе. В 1805 г. он в войсках англо-русской экспедиции в Средиземном море, попав в Италию, в совершенстве выучил итальянский язык. С началом в 1810 г. военной кампании против Турции он поступил в российскую молдавскую армию и отличился при осаде Рущука. В период Отечественной войны 1812 г. он стал легендарной личностью. После занятия Москвы французами он, с разрешения главнокомандующего, отправился в нее как разведчик, сам же мечтал убить Наполеона, которого фанатически ненавидел, как и всех оккупантов-французов. А.С. Фигнер знал в совершенстве несколько иностранных языков, обладал артистическими способностями, менял костюмы, вращался среди французов, добывал нужные сведения и передавал их русскому руководству. Он из желавших бороться с французами набрал небольшой отряд смельчаков, который наводил панический страх по тыловым частям неприятеля. Этот страх был так велик, что сам Наполеон назначил весомую награду тому, кто пленит или убьет Фигнера, который даже из опасных окружений противником умудрялся бежать и спасался. А когда началось отступление французов, Фигнер вместе с А.Н. Сеславиным (1780–1858) отбил у них целый обозный караван с драгоценностями, награбленными в Москве.

В 1813 г., во время осады Данцига, Фигнер проник в крепость под видом итальянца, но был схвачен и посажен в тюрьму. Он умудрился не только доказать свою невиновность и «верность» французам, но и стал доверенным лицом коменданта этой крепости, был послан им к Наполеону с важными депешами, которые Фигнер отправил своему русскому начальству. Набрав отряд смельчаков, он стал действовать в тылу неприятельских войск. Около г. Дессау его отряд окружила вражеская конница, они оказались припертыми к р. Эльбе. Фигнер бросился в реку, чтобы переплыть на другой берег, и погиб; ему было всего 26 лет.

Судьбы М.А. Фонвизина и Н.Д. Фонвизиной (Апухтиной) лишний раз напоминают о том, что в любых обстоятельствах, чтобы выжить, выстоять, нужно найти себе достойное занятие и верить, что трудности пройдут, что нужно радоваться и ценить земную жизнь в любом возрасте, но помнить и о том, что цель не всегда оправдывает средства, что принципы верности и порядочности должны определять все поступки людей.

М.А. Фонвизин. Рисунок Н.А. Бестужева. Около 1832 г.

Михаил Александрович Фонвизин (1787–1854) – племянник знаменитого драматурга Д.И. Фонвизина, талантливый военачальник, генерал-майор, участник военных походов 1805–1807 гг., компаний 1812–1814 гг. за личное мужество, военные подвиги был награжден высшими орденами. Он был обласкан в обществе и богат. В 1822 г. в возрасте 35 лет он женился на 19-летней Наталье Дмитровне Апухтиной (1803–1869), вышел в отставку и полностью посвятил себя семейной жизни. Его подчиненные и сослуживцы жалели об этом его решении – М.А. Фонвизин был одним из лучших и любимых полковых командиров, тактично, гуманно относился к солдатам, не жалел своих личных средств на улучшение быта нижних чинов. Фонвизин глубоко изучал историю, знал семейные предания о Денисе Фонвизине (стороннике политических реформ в России), стал масоном, членом тайного общества декабристов, мечтал о конституции, свободе книгопечатания, освобождении крестьян. Однако женитьба и счастливая, обеспеченная семейная жизнь богатого человека отдалили его от тайного общества. Он перестал принимать участие в его работе, придя к мысли о том, что гораздо разумнее силами богатых, грамотных, нравственно сильных и чистых людей мирным путем постепенно улучшать жизнь простых и бедных людей. По сути дела, он пришел к выводу о недопустимости поспешных, в том числе кровавых, действий и рискованных социальных экспериментов по претворению в жизнь не проверенных на практике реформаторских теорий в огромной России (особенно с учетом того, что аналогичных удачных экспериментов в истории не было). Тем не менее после 1825 г. его арестовали и, хотя на допросах он чистосердечно раскаялся в своем членстве в тайном обществе, его сослали на каторжные работы в Читу. В 1825 г. туда к нему приехала его 25-летняя жена. Позже Фонвизин жил на поселении в Енисейске, Красноярске, Тобольске (где занимался переводами с немецкого языка, философией, писал мемуары). В 1853 г. ему разрешили жить в подмосковном имении Марьино, где через год он умер. (Марьино было родовым имением Фонвизиных, а после его ареста стало собственностью его брата И.А. Фонвизина). Девизом жизни М.А. Фонвизина были слова: «Цель не оправдывает средства».

Жена М.А. Фонвизина в известной мере была причиной его бед, поскольку она способствовала активизации его деятельности в тайной организации декабристов. Именно она потребовала, чтобы он действовал более решительно во имя реального освобождения простых людей России. Любопытно, что именно эта женщина стала прототипом Татьяны Лариной в романе «Евгений Онегин» А.С. Пушкина (поэтому позднее она сама себя часто называла Таней). Еще до восстания декабристов в 1825 г. И.И. Пущин, навестив А.С. Пушкина в его ссылке в селе Михайловском, рассказал поэту о судьбе этой женщины. До брака с богатым М.А. Фонвизиным обедневшая дворянка Н.Д. Апухтина пережила сильное увлечение, неразделенную первую любовь в годы ранней молодости. Позже она отказывала другим женихам, но в 16 лет согласилась стать женой своего двоюродного дяди, генерала М.А. Фонвизина, так как этой «свадьбой квитался финансовый долг ее отца». Став женой боготворившего ее генерала, имевшего высокое социальное положение, она осталась скромным человеком. Неожиданно на балу молодая генеральша Н.Д. Фонвизина встретилась с объектом своей первой любви, который был в новых условиях восхищен и поражен ею. Но она была замужем и отвергла его, несмотря на сохранившиеся чувства к нему. Она была убеждена, что для порядочной русской женщины чувство долга и выполнение взятых на себя обязанностей превыше всего. Конечно, между Н.Д. Фонвизиной и Татьяной Лариной есть разница, прежде всего в том, что Фонвизина была по-своему счастлива с мужем, хотя в их жизни был тяжелый период его каторги. Фонвизина перенесла в сибирской каторге мужа унижения и лишения в суровом крае, смерти (1850, 1851 гг.) оставленных ею в Центральной России двух малолетних сыновей, а также двух других, родившихся уже в Сибири. В 1853 г. 65-летнему М.А. Фонвизину разрешили вернуться жить под надзором полиции в Марьино, где Фонвизин, несмотря на болезни, вел деятельную жизнь, много читал, вел обширную переписку, беседовал с местными мужиками, вникал в их нужды, как мог помогал словом и делом. Вскоре Фонвизин умер, его похоронили в городе Бронницы у Архангельского собора. На его могиле стоит прекрасный памятник (белый обелиск, увенчанный черным крестом с распятием Иисуса Христа).

Именно в Марьино Н.Д. Фонвизина особенно остро осознала краткость земной жизни и ее радостей. Вот почему она спешила жить и успеть ощутить как можно больше радостей. Она еще более увлеклась танцами (в 45 лет она отреклась от внешнего благочестия и стала танцевать везде, где представлялась возможность, в увлечении танцами она находила выход, т. е. применение ее энергии); став в 51 год вдовой, решила соблюсти правила и два года не создавать новую семью, но позже непременно вновь выйти замуж. Своему второму мужу она признавалась, что ее первый супруг не соответствовал ее бурному темпераменту, хотя и имел ангельский характер. Она писала И.И. Пущину (1798–1859), участнику восстания в декабре 1825 г., побывавшему на каторге, как и другие декабристы: «Не хочу я твоей теплой дружбы, дай мне любви горячей, огненной, и Таня не останется у тебя в долгу: она заискрится, засверкает, засветится радужным светом». Так чувствовала и писала на шестом десятке лет женщина, похоронившая мужа и четырех сыновей, но желавшая и умевшая в любом возрасте быть счастливой и бороться за свои женские радости. А еще раньше, в ссылке и в период жизни на поселении с первым мужем, свои чувства по отношению к И.И. Пущину и П.С. Бобрищеву-Пушкину (1802–1865) она называла «святым чувством сестры к братьям»; она умела быть хозяйкой своих желаний, страстей, положения. Итак, через 3 с лишним года после смерти мужа Фонвизина в 53 года вышла замуж за 58-летнего Пущина, освобожденного от каторги в 1856 г., уже после смерти царя Николая I.

Заключение

Знакомство с Костромской землей дает думающему человеку, неравнодушному к судьбе России, богатую пищу для выводов и размышлений. Но нужно непременно не пассивно воспринимать полученную информацию, а уяснить причины и последствия событий, дел, явлений. Экскурсовод, гид, автор писаний в основном дают толчок для раздумий, являются своего рода информационным истоком для самостоятельных плодоносных выводов читателей и экскурсантов. Однако далеко не каждый способен на критический анализ и аргументированные выводы, поэтому хорошо уже то, что люди расширяют свой кругозор, читая книги и путешествуя. Количество полученных знаний рано или поздно, но непременно приведет к качественным результатам, умению делать грамотные выводы, строить реальные планы, проводить анализ прошлых и нынешних событий.

История, судьба Костромской земли заставляют сполна оценить не только природно-ресурсный, демографический и трудовой, хозяйственно-экономический, культурологический, архитектурно-художественный потенциал этих мест, но и уроками их использования, жизни, функционирования приблизиться к более обобщенным, чуть ли не философским выводам. Нужно только за частными, безусловно интересными примерами разглядеть нечто более значимое.

«Нет худа без добра» – учит русская пословица. Относительная бедность Костромской земли минерально-сырьевыми ресурсами, малоплодородные почвы, нежаркий климат заставили ее жителей освоить многие ремесла и профессии, способствовали формированию и сохранению жизнеспособности ее жителей, обучили их взаимопомощи, поддержке, разумной экономии. Одним словом, ключ к богатствам не столько в наличии большого природно-ресурсного потенциала, а главное – в мудром, бережном, экономном, грамотном его использовании в интересах нынешнего и будущих поколений. Бедность минерально-сырьевыми ресурсами давала мало шансов разбогатеть, но спасла эти места от притока оравы алчных чужаков, желавших разбазарить то, что есть. Здесь исторически мало собиралось хапуг и жуликов (потому что здесь быстро и очень сильно разбогатеть нельзя), приживались (и приживаются) в основном простые и трудолюбивые, по большому счету честные люди. Вот в чем секрет духовно-нравственной стойкости большинства костромичей, их жизнеспособности, порядочности.

Те люди, чья жизнь была наполнена честным трудом и благими намерениями, которые не страдали грехом гордыни, лжи, эгоизма, жили обычно долго. Так, костромские канонизированные монахи умирали в глубокой старости – 80–90 и более лет (хотя возраст дожития на Руси был тогда порядка 30 лет; в 2010 г. в России для мужчин – 63 года и у женщин – 75 лет), костромичи: издатель и просветитель И.Д. Сытин прожил 83 года, академик А.П. Герасимов – 80 лет, другие достойные уроженцы Костромской земли нередко также жили очень долго. Склонные к авантюрным делам, обманам, обогащению любой ценой костромичи долго не жили; так, Дмитрий Шемяка прожил 33 года, Лжедмитрий I (Ю.Б. Отрепьев) – 26 лет; есть и другие примеры.

На Костромской земле, как и во всей Руси-России, к участию в авантюрных делах прежде всего были склонны мужчины, чем укорачивали свою и без того короткую жизнь (повозрастная смертность у мужчин и раньше и теперь выше, чем у женщин, примерно на 25–30 %; сейчас в возрасте 20–59 лет повозрастная смертность у мужчин в 3–4 раза выше, чем у женщин). По природным причинам не женщины, а мужчины – биологически слабый пол. Мужчин меньше, чем женщин (почти на 11 млн человек, мужчины составляют только 46 % населения России и 45 % населения Костромской области), их остается только беречь и пытаться удерживать от сомнительных действий.

Борьба за власть и не вполне дельное ее использование укорачивали и укорачивают жизнь в том числе влиятельнейших сановитых особ. С корнями из костромских мест царь Борис Годунов прожил 53 года. Костромской Ипатьевский монастырь стал колыбелью царского рода Романовых, но жить и править по Божьим правилам они стабильно не смогли. В среднем самодержцы Романовы умирали в возрасте 44 лет, но в интервале 21–63 года, при этом более 20 % из них умерли насильственной смертью. Из-за бремени государственной власти, ошибок в принятии важных государственных решений треть самодержцев Романовых страдали той или иной неизлечимой болезнью, причем особенно часто – болезнями нервной системы. Расплата за обладание властью и огромными богатствами обычно была и остается чрезмерно дорогой, тем более что, как принято считать, четыре поколения продолжают страдать за грехи первого, допустившего их. Русские цари Романовы, их жены, дети, внуки, как правило, сполна здоровыми и счастливыми не были. И русскими они были лишь отчасти. С 1740 г. доля русской крови в русских царях стабильно сокращалась (из-за браков с представителями зарубежных коронованных семейств). Последний русский император Николай II имел только 1/128 русской крови, а его сын цесаревич Алексей (последний в династии) – 1/256 русской крови. А в 1613 г. костромской крестьянин И.О. Сусанин спасал молодого царя Михаила Федоровича Романова в мыслях о русском православном царе, а не лице с инославными корнями на русском троне.

В Древней Руси, царской России, в том числе и на Костромской земле, представители наиболее многочисленных (как и теперь) православных этносов, и прежде всего русские монахи, выделялись наиболее высоким образовательно-культурным уровнем. В костромском Ипатьевском монастыре хранилась Ипатьевская летопись – основной источник наших знаний об истории Древней Руси. А в конце XX – начале XXI в. русские – титуальная нация, основа православных этносов России, – по уровню специального профессионального образования пребывают на 10–13 месте среди 130 наций и народностей России. Литературным (понимай – грамотным) русским языком теперь владеют далеко не все; даже теле– и радиоведущие, журналисты многих газет и журналов, актеры в современных спектаклях позволяют себе сленг, а не говорят на хорошем русском языке. Не только православный контингент (122 млн человек, 86 % от общей численности населения России), но и мусульманский контингент (17–18 млн человек, 12–13 % населения России, вторая по численности в стране национально-конфессиональная группа) имеет крайне недостаточный уровень образования. Чрезвычайно низкий уровень профессионального образования российских мусульман рождает и усугубляет ряд социально-экономических проблем.

В Костромской земле растет число детских домов и домов для престарелых, особенно – число приютов и богаделен при монастырях и храмах. Очень интересен в поле социального призрения опыт Богоявленского Анастасиина женского монастыря в Костроме. Потребность в детских домах, приютах и домах для престарелых, богадельнях в последние годы почти во всех частях России растет. Но на Северном Кавказе, в других местах преимущественного расселения мусульманских этносов веками сохраняющиеся народные традиции не допускают жизнь детей и людей старшего возраста вне семьи, а женщина прежде всего оценивается как жена, мать, мудрая и терпеливая хранительница тепла домашнего очага и семейного уюта, а не как общественные трудовые ресурсы, отдающие основные свои таланты, силы и чувства службе вне дома. Но о хороших делах и традициях современные телевидение, радио, публикации рассказывают слишком мало; они предлагают информацию в ощутимой мере негативного и сомнительного толка, после нее становится страшно и грустно, что не способствует развитию добрых мыслей и дел.

В прошлом люди, утомленные интригами, истощающим творческие силы трудом, уставшие от беспочвенного преклонения перед иностранными мерками и нормами, спешили на Костромскую землю, сохранившую свою русскую православную суть; среди них были многие патриотично настроенные личности – А.Н. Островский, А.Н. Плещеев, Б.М. Кустодиев, А.К. Саврасов, М.М. Пришвин и другие. И сейчас как глоток свежего здорового воздуха воспринимаешь поездки на духовно здоровую и экологически чистую Костромскую землю, возвращающую физическое и духовное благополучие, хорошее настроение и силы творить, неизменно укрепляющую веру в лучшее будущее России.

Хотя костромичи в массе своей никогда не были очень богатыми людьми, они неизменно оставались щедрыми на благотворительные дела. Вспоминая о них, современных богачей: жадных олигархов, прижимистых бизнесменов, бесстыдных «звезд» шоу-бизнеса и других им подобных, – оцениваешь не иначе как духовных уродов, за грехи которых расплачиваться придется не только им самим, но и их потомкам – это неизбежно, так учит история, причем не только русская.

Для любого нормального человека ясно, что не деньги, не богатства, а верные человеческие отношения, особенно хорошие; надежные взаимоотношения в семье, здоровые, добрые дети – и есть главное в жизни. Но в начале XXI в. одни не спешат стать родителями (в России на 1000 женщин в возрасте 15–49 лет приходится 34 аборта в 2009 г., в 2000 г. – 54 и на 100 родов приходится 74 аборта в 2009 г., в 2000 г. – 169), а другие, создав, к своей радости, ощутимый стартовый капитал и заработав титулы, славу, известность, с возрастом нередко уже не могут иметь детей. В целом сейчас в экономически развитых стран около 10–15 % брачных пар абсолютно бесплодны (то есть у них нулевые шансы иметь ребенка) и столько же относительно бесплодны (то есть обладают пониженной плодовитостью) – итого 20–30 % брачных пар имеют проблемы с зачатием и деторождением. Рождающиеся дети теперь очень редко являются абсолютно здоровыми и непоколебимо жизнеспособными, так что родители постоянно пребывают в тревогах по поводу физического и духовного здоровья их детей, в каком бы возрасте они ни были. Вот почему многие приезжают в Кострому только ради посещения Ипатьевского мужского монастыря и молитв у мощевика с частицами святых мощей епископа Ипатия Гангарского, который издавна почитается в России как «разрешитель от неплодства и бесчадия». Другой в Костроме мощный магнит для притяжения паломников и экскурсантов – Богоявленский Анастасиин женский монастырь, где пребывает почитаемая чудотворной Феодоровская икона Божией Матери – покровительница брака, детей, юношества, защитница семейного благополучия, верная помощница роженицам. Ну как не приехать в Кострому, если без конца думаешь о благополучии семейных дел, здоровье, успехах детей и внуков и еще хочется увидеть великолепные костромские архитектурно-художественные ценности?

Русская народная пословица говорит, что «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». Как бы ни хотела я рассказать обо всех прелестях и достоинствах Костромской земли, сполна в книге это не удастся сделать. Нужно непременно рано или поздно побывать в Костромской области и лучше всего повторить несколько раз приезды в эти места. Одно дело – краткая экскурсионная поездка, считай – мимолетное знакомство, когда очарование Костромской земли почувствуешь, но мало что поймешь и запомнишь. Книга, как бы ни старался ее автор, дает все-таки информационно-субъективный рассказ. Вот почему нужно непременно самому и не спеша, да и еще несколько раз приехать на Костромскую землю, чтобы лично убедиться в ее красоте и целительной силе, поучительной мудрости ее истории и судеб ее обитателей, поразмыслить, почему именно здесь все так происходило, почему до сих пор «здесь Русью пахнет» и тянет снова и снова посетить эти исконно русские места, дающие спокойствие, здоровье, духовную радость, взаимообогащающее общение с костромичами.

Костромичи, как и все настоящие русские люди, наделены природной скромностью и не любят попусту и долго болтать, хвалиться чем-либо или обещать что-то неосуществимое. Даже экскурсоводы и гиды ведут себя здесь сдержанно (понимай – достойно), рассказывают о местных достопримечательностях так, что любо слышать и видеть, а еще больше хочется понять, почему все было и есть именно так и какие выводы лично для себя из этого следует сделать. Костромские места и люди учат гостей думать.

Посещение костромских мест дает не только эстетическое наслаждение от визуального совершенства природных и рукотворных красот, но главное – приобщает к раздумьям над жизненными событиями, уроками истории Костромской земли и ее жителей, учит земной мудрости, предупреждает об искушениях и ошибках, которые могут случиться.

Костромичи всегда в делах и мыслях следовали старой русской пословице – «на Бога надейся, а сам не плошай, до Бога – высоко, а до царя – далеко», так что не стоит расслабляться, хныкать, ждать чьей-то помощи; нужно верить и надеяться прежде всего на свои силы, здоровье, ум (что всегда было и есть у костромичей). А в особо трудный момент они еще и успевали помогать (а то и спасать) других россиян (в том числе и самых сановитых) с их богатствами. И в наши дни плоды рук неизменно скромных костромичей греют благодарные души гостей их мест, ведь они на память о Костромской земле наряду с назидательными уроками ее жизненной мудрости увезут прелестные и недорогие ювелирные серебряные украшения, изделия изо льна, воспоминания о вкусе настоящих молочных продуктов, а главное – усиленное чувство Родины, неразрывного единства с ее рядовыми гражданами, трудом которых и строится будущее России.

С давних пор костромичи предпочитают дельно и скромно вершить полезные добрые дела, не рассчитывая на щедрую помощь от власть имущих, они и в наши дни не склонны обещать создать быстро на Костромской земле земной рай, опираясь на ожидаемые инновации (о которых не говорят теперь только совсем глупые и абсолютно ленивые). Но все-таки жаль, что нет должной, широкой, повсеместной информации, рекламы, прославления богатств – природных и рукотворных – Костромской земли. Это тормозит приток финансовых средств, предприимчивых дельных людей, просто грамотных и патриотично настроенных россиян в Костромскую область. На центральном телевидении и на радио должны быть частые содержательные передачи о региональных богатствах России, а не об убийствах, насилиях, грабежах, любовных авантюрах, склоках, разводах, интрижках постаревших и обрюзгших «звезд» и т. п. Про одну Костромскую область можно сделать серию дельных передач (история, Романовы, Волга, лен и изделия из него, ювелирное дело, храмы и монастыри, народные праздники и традиции, лес и другие природные ресурсы, курорты и минеральные воды, выдающиеся костромичи, поселения-юбиляры и др.).

Сейчас в России появились новые праздники, число нерабочих и праздничных дней выросло. Праздничные и выходные дни дают возможность больше путешествовать. Трезво оценивая возможности подавляющей части россиян, ясно, что на новогодние и рождественские праздники-каникулы основная часть соотечественников не может попасть на Канары и в иные подобные теплые привлекательные места, и не знает, что же при их финансовых возможностях делать, ведь все праздничные дни пить спиртное и есть лишнее, смотреть чепуху по телевизору надоедает, а кататься на лыжах, коньках или гулять на морозе проблематично. Нужны массовые и общедоступные туры, недорогие экскурсионные поездки по России, причем дифференцированные по уровню комфорта туристической поездки, ее информационной насыщенности, плотности посещения достопримечательностей, чтобы каждый мог выбрать себе поездку по карману, да и с учетом своих сил, возраста, интересов, временных возможностей. В Костроме и ее окрестностях нужно создать условия, чтобы дельно и оздоровляюще проводить время в период новогодних и рождественских праздников, отмечать уход Зимы и наступление Весны или Лета, Осени. Народные праздники: Масленица, Яблоневый Спас, Медовый Спас и др., а также государственные и религиозные праздники привлекут в эти места гостей, если им будет гарантирован достойный прием. Для экскурсантов, туристов, паломников нужны гостиницы, разные по комфорту и стоимости обслуживания постояльцев.

Сейчас на взаимовыгодных условиях можно договориться с VIP-персонами и звездами шоубизнеса, чтобы они облачались в действительно стоящие, а то и просто великолепные наряды, причем экологически совершенные, изо льна: рубашки, куртки, платья, кофты, кепи, шляпы и т. п., и чтобы разные «звезды» и VIP-персоны везде и почаще говорили об их удобстве, красоте и происхождении с Костромской земли. Желательно, чтобы и телеведущие почаще были одеты в льняные костромские изделия.

Хорошо бы подсказать влиятельнейшим людям, чтобы чаще в качестве подарков нужным им людям дарили ювелирные незатратные и чудные по качеству серебряные изделия из Костромы и Красного-на-Волге. Можно жаловать Костроме символический титул – столицы Русского серебра и столицы Русского льна. Скорее всего, эти приемы увеличат приток финансовых средств в перспективные сферы деятельности на Костромской земле.

Учитывая очень давние корни, мастерство, славу костромских ювелиров, живописцев, иконописцев, зодчих, каменщиков, мастеров резьбы по дереву и кости, хорошо бы на Костромской земле – в Костроме или Красном-на-Волге – создать учебную и научно-практическую Академию или Университет традиционных русских ремесел и искусств. А если смотреть главным образом с позиций практичности и выгоды, то можно думать о создании здесь кластера нового типа – с ювелирным и другими искусствоведческого толка направлениями работ и исследований. Здесь допустимо создать полную воспитательно-образовательно-производственную цепочку от ясель, детских садов до профильных общеобразовательных, средних, высших учебных заведений и научно-производственных объединений, комбинатов.

Пора обеспечить действительно достойное использование местного сапропеля, прежде всего галичского сапропеля, для получения экологически совершенных удобрений, газа и других продуктов. Галичский сапропель обладает высокими целебными качествами. Местные источники минеральных вод (Солигаличское, Костромское, Красносельское и др. месторождения) вместе с лечебными грязями Галичского и Чухломского озер способствуют развитию здесь санаторно-курортного хозяйства. Нужно расширять и удерживать славу бальнеологического курорта со 170-летней историей – Солигалич. Местные лечебные грязи не хуже крымских, но об этом почему-то мало кто думает, говорит, действует (скорее всего, об этом до сих пор мало кто знает). Не нужно артистично болтать и мучительно искать инновации, разумнее знать и использовать то, что дано Богом, природой и издавна использовалось нашими предками.

Отдавая должное качеству костромского льна и изделиям из него, нужно расширять посевы льна, грамотно обеспечивать его выращивание и переработку, а также обеспечить на должном современном техническом уровне работу льнокомбинатов, увеличить объем производства высококачественных льняных тканей и разнообразных изделий изо льна.

Исходя из экологических позиций (относительно благополучное или даже хорошее экологическое состояние большей части Костромской области), а также особенностей климата и не чрезмерной насыщенности этих мест загрязняющими хозяйственными объектами, здесь целесообразно создавать (производить) экологически благополучную сельскохозяйственную продукцию, наделять ее экологическими сертификатами, широко рекламировать и продавать по достойной цене. Перспективно регионам России развивать фьючерсные отношения с костромскими производителями продукции животноводства и растениеводства.

При всех мечтах и желаниях нужно твердо помнить, что в основе надежных успехов, как правило, лежит сфера промышленности. Вот почему в мечтах об инновациях прежде всего нужно осуществить традиционную модернизацию и техническое переоснащение предприятий. В Костромской области – в первую очередь предприятий машиностроения, лесной, деревообрабатывающей, целлюлозно-бумажной промышленности, а также пищевой, легкой (особенно текстильной, льнокомбинатов). Техническая реконструкция предприятий будет способствовать и сохранению экологического благополучия на Костромской земле, а значит, и улучшению качества производимой здесь сельскохозяйственной продукции, а главное – способствовать улучшению условий и продолжительности жизни, упрочиванию здоровья костромичей.

Вера, надежда, любовь всегда были и остаются значимыми символами и лозунгами россиян, в том числе и одних из самых добрых, честных и благородных из них – костромичей. Мы все верим, что общими российскими умом, опытом, знаниями, силой будут найдены верные пути и приемы совершенствования развития Костромской земли, верим в ее непременно счастливое будущее. Надеемся, что со временем многие россияне приедут на Костромскую землю, чтобы лично познакомиться и оценить ее достоинства и уникальные черты, а также, возможно, примут участие в ее развитии, привлекут в нее свои финансовые средства и интеллектуальные наработки. Знания, интерес, труд во благо Костромской земли упрочивают любовь не только к этой достойной части нашей страны, но и рождают чувства гордости, зрелого патриотизма, разумного терпения, жертвенной и неисчерпаемой преданности, истинной сыновьей (дочерней) любви россиян к нашей великой Родине-матери России.

Литература (основная)

Беляев А. Иллюстрированная история русской церкви. Русские святыни, русские святые (1894). – М.: Благо, 1995.

Божерянов И.Н. Романовы. Триста лет служения России. – М.: Белый город, 2004.

Болотин Л. Царское дело. Материалы к расследованию убийства Царской Семьи. – М.: ИЧС «Царское дело», 1996.

Большой энциклопедический словарь. – М.: Советская энциклопедия, 1994.

Бочков А.С., Толмачев Н.А. Святыни земель Русских. Справочник-путеводитель. – М.: «Элефант», Фонд «Колокола России», храм Живоначальной Троицы на Шаболовке, 2003.

Бочков В.Н., Тороп В.Г. Кострома. – Ярославль: ВВКИ, 1970.

Брюсов В.Г. Ипатьевский монастырь. —М., 1982.

Будур Н.В. Русские иконы. – М.: Олма-Пресс, 2003.

Валишевский К. Смутное время. Репринтное воспроизведение издания 1911 г. – М.: ИКПА, 1989.

Васьков И.К. Собрание исторических известий, относящихся до Костромы, сочиненных полковником Иваном Васьковым. – М., 1792.

Введение в экономическую географию и региональную экономику России / Под общей ред. проф. В.Г. Глушковой и доцента А.А. Винокурова. – М.: Владос, 2003–2004. Том 1.

Глушкова В.Г. Москва. История, география, краеведение великого города и его окрестностей. – М.: Школа-Пресс, 1992.

Глушкова В.Г. Духовные светочи Москвы. – М.: Белый город, 2007.

Города России. Энциклопедия. Главный редактор Г.М. Лапло. – М.: БРЭ, 1994.

Государственный доклад «О состоянии и об охране окружающей среды Российской Федерации в 2005 г.» В 2-х томах. – М.: Министерство природных ресурсов РФ, 2006.

Знаменитые россияне ХVIII – ХIХ веков. Биографии и портреты / По изданию великого князя Николая Михайловича. – СПб., 1996.

Иванов В.Н., Фехер М.В. Кострома. – М.: Турист, 1955.

Иванов В.И. Кострома. М., 1978.

Избранные жития русских святых. В 2-х томах. – М.: Молодая гвардия, 1992.

Иллюстрированный атлас России. – М.: Ридерз Дайджест, 2005.

Иллюстрированная хронология истории Российского государства в портретах (1905). – М.: Книга Принтшоп, 1991.

Карамзин Н.М. История государства Российского. – М.: Золотая аллея, 1991.

Карпов В.В. Генералиссимус. Т. 1. – М.: Янтарный сказ, 2002.

Карпов А.Ю. Юрий Долгорукий. – М.: Молодая гвардия, 2006.

Кинг Г., Вильсон П. Романовы. – М: Эксмо, 2008.

Краткие сведения о праздниках Православной Церкви и сказания о житии особенно чтимых Святых (1892). – М.: Современник, 1991.

Край Костромской. – М.: Турист, 1989.

Козловский А. Взгляд на историю Костромы. – М., 1840.

Кулюкин А.И. Правители России. – Чебоксары: Чувашия, 1994.

Масленицын С. Кострома. – Л., 1969.

Миллер Л.П. Царская семья – жертва темной силы. – М.: Великий град, 2007.

Монастыри. Энциклопедический справочник. – М.: Республика, 2000.

Монастыри РПЦ. – М.: Преображение, 2001

Настольная книга священнослужителя. – М.: РПЦ, 1979.

Низовский А.Ю. Самые знаменитые монастыри и храмы России. – М.: Вече, 2000.

Орехов Д. Святые иконы России. – СПб.: Невский проспект, 2000.

Отечественная история. История России с древнейших времен до 1917 г. Энциклопедия. Т. I. – М.: БРЭ, 1994.

Православные русские обители (1910). – СПб.: Воскресение, 1994.

Петров Н.П. Кострома. История и замечательности города. Сб. «Для немногих». – СПб., 1873.

Поселянин Е.А. Русская церковь и русские подвижники в XVIII в. (1905). – М.: Свято-Троицкая Лавра, 1993.

Разумовская И.М. Кострома. – Ленинград, 1990.

Родоман Б.Б., Сигалов М.Р. Центральная Россия. Ландшафт, поэзия, культура. – М., 2009.

Регионы России. Основные социально-экономические показатели городов. Статистический сборник, 2008 и 2009. – М.: Росстат, 2008, 2009.

Регионы России. Основные характеристики субъектов Российской Федерации. 2008 и 2009. – М.: Росстат, 2008, 2009.

Российский статистический ежегодник. – М.: Росстат, 2008, 2009, 2010.

Российская Федерация. Том «Центральная Россия». – М.: Мысль, 1969.

Святая Русь. Энциклопедический словарь русской цивилизации. Составитель Платонов О.А. – М.: Энциклопедия Русской цивилизации, 2000.

Семеник Д. Путеводитель по русским городам. – М.: Паломник, 2005.

Скрынников Р.Г. Россия накануне «Смутного времени». – М.: Мысль, 1980.

Скрынников Р.Г. Самозванцы в России в начале XVII в. – Новосибирск: Наука, 1982.

Скрынников Р.Г. Борис Годунов. – М.: Наука, 1983.

Сырцов М.Я. Город Кострома в прошлом и настоящем. – Кострома, 1909.

Словарь исторический о русских Святых (1862). – М.: Книга, 1990.

Соловьев С.М. Об истории древней России (История России с древнейших времен). – М.: Просвещение, 1992.

Спутник Паломника. Путеводитель по святым местам: чудотворные и мироточивые иконы, святые мощи, целебные источники и всероссийские крестные ходы. – М.: Ковчег, 2002.

Сурмина И.А., Титкова Т.В. Святые места России. – М.: Дом славянской книги, 2010.

Татищев В.Н. История Российская с древнейших времен. Книги 1—15 (репринтное издание). – М.: Золотая аллея, 2003.

Трехсотлетие Дома Романовых. 1613–1913 (1913). – М.: Современник, 1991.

Шателен М.М., Петрова Е.А. Щёлыково. – М.: Советская Россия, 1974.

Энциклопедия туриста. Главный редактор Е.И. Тамм. – М.: БРЭ, 1993.

Об авторе

Глушкова Вера Георгиевна закончила (1971) Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова, доктор географических наук, профессор, академик Академии социальных наук России, член-корреспондент и генеральный ученый секретарь Международной академии наук Евразии (IEAN: Moscow, Paris, Beijing, Tokio), работает с 1992 г. в Финансовом университете (ранее Академия) при Правительстве РФ, профессор кафедры «Региональная экономика»; единоличный автор 23 книг-монографий, а также автор и соавтор более 20 учебников, учебных пособий и материалов для экономических и педагогических вузов по учебным курсам «Региональная экономика», «Экономика природопользования», «Природопользование», «Демография», «Муниципальное управление», «Экономическая и социальная география», «Общественная география», и др., а также учебников, учебных пособий и материалов для общеобразовательных школ по курсам «Краеведение», «Москвоведение», автор и соавтор ряда теле– и радиопередач по региональной тематике. В.Г. Глушкова автор многих научных и проектных работ по градостроительству Москвы и Московской области. Мастер спорта по плаванию. Отдельные научные труды В.Г. Глушковой переизданы в зарубежных странах, в том числе в США и во Франции, переведены на английский, французский, немецкий, арабский языки.

Content

В.Г. Глушкова
Костромская земля. Природа. История. Экономика. Культура. Достопримечательности. Религиозные центры

Введение

Глава 1. Знакомимся с Костромской областью. История, природно-экологический, социально-экономический очерк развития области

1.1. Краткая история Костромской земли

1.2. Природно-ресурсный потенциал и основные черты экономики Костромской области

1.3. Культурологические ценности. Религиозное развитие и православные святыни

Глава 2. Славный и древний русский город Кострома

2.1. Визитная карточка Костромы (краткое представление города)

2.2. Главные события в истории города

2.3. Неординарные личности в судьбе и истории Костромы

2.4. Главные достопримечательности Костромы

2.4.1. Основные черты архитектурно-художественного наследия

2.4.2. Религиозные центры. Православные монастыри и храмы. Памятные места

Глава 3. Окрестности Костромы

3.1. Родовая усадьба дворян Островских Щёлыково. Драматург А.Н. Островский

3.2. Город Нерехта и его окрестности. Троице-Сыпанов-Пахомиев Нерехтский женский монастырь. Пахомий Нерехтский, Сыпановский, Костромской. Успенская Тетеринская женская пустынь

3.3. Город Волгореченск и поселок Красное-на-Волге

3.4. Поселок городского типа Судиславль

3.5. Поселок Сусанино. Национальный герой И.О. Сусанин

3.6. Город Буй. Ю.Б. Отрепьев, бояре Шуйские, князь Ф.П. Шаховской, издатель И.Д. Сытин

3.7. Село Макарий-на-Письме. Макариево-Писемский женский монастырь. Макарий Писемский и Ферапонт Манзейский, Галичский

3.8. Город Галич. Великая княгиня московская Софья Витовна, удельный князь Юрий Дмитриевич и его сыновья Василий Косой и Дмитрий Шемяка. Паисиев Успенский Николаевский Галичский женский монастырь, игумены Паисий Галичский и Григорий Пельшемский, Вологодский

3.9. Город Чухлома. Поэт П.А. Катенин, писатель А.Ф. Писемский

3.10. Село Ножкино. Свято-Покровский Авраамиев Городецкий мужской монастырь. Игумен Авраамий-Галичский, Чухломской, Городецкий

3.11. Город Солигалич. Митрополит Иона Московский. Адмирал Г.И. Невельской, композитор и химик А.П. Бородин

3.12. Города Нея, Мантурово, Шарья. Варнава Ветлужский

3.13. Город Макарьев. Унженский Макарьев Троицкий женский монастырь. Макарий Унженский и Желтоводский, епископ Митрофан Воронежский

3.14. Город Кологрив. Герой войны 1812 г. А.С. Фигнер, декабрист М.А. Фонвизин и его жена Н.Д. Фонвизина (Апухтина)

Заключение

Литература (основная)

Об авторе