Романова Виктория

Мужчина моих снов

Я обхаживала Матвея, долго. Строила глазки, случайно прижималась по поводу и без, при встречах улыбалась так, что скулы сводило. Пересмотрела десятки эротических снов с его участием. Набивалась в каждую компанию, где он должен был появиться. Обошла двух подруг в битве за этого красавчика. Потеряла двух подруг и не приобрела ни одной.

И вот, вчера это случилось на дне рождения Ксюши Чернышовой. Она даже аниматора пригласила. Эти одинокие бабы такие странные. Я, собственно говоря, к ним тоже отношусь. В моей голове пока некому припугнуть весёлых и бесшабашных тараканов.

Вечер начинался красиво, как в ярких книжках о любви Алекса Найт, на обложках которых такая страсть, что книга дымится от накала любовной интриги.

В трёхкомнатной сталинке, человек двадцать гостей. Я, в красном вечернем платье "в пол", ярко красные губы и минимум косметики на лице, всё как он любит. Плюс капелька духов Donna Karan Cashmere Mist с восточными нотками, и глубокое декольте, делали меня неотразимой. Он вошёл и увидел меня. Улыбнулась, походкой модели пошла к нему на встречу. Правда, плавному покачиванию бёдрами мешали тапки Аньки, выданные мне как самому почётному гостю. Они были большими и норовили слететь, на одном не хватало помпона, а дырка на большом пальце была даже удобной. Боялась я только одного, что он в порыве страсти начнёт задирать на мне платье. Нет, я была конечно же не против, но то что он увидит на моих ногах интиму не поспособствует, а вот смеху – да.

Иду, улыбаюсь, бёдра работают на пять с плюсом, декольте притягивают взгляды всех собравшихся мужчин. Он смотрит на меня, и я по взгляду вижу, что он мой. Мои острые коготки нежно входят в шубку этого белого и пушистого кролика.

"Привет, Матвей" – говорю ему. Обнимаю, прижимаюсь грудью, он должен почувствовать упругость моей груди. Легонько целую в щёку, окутывая ароматом духов. Отстраняюсь, беру за руки.

Говорю: "Я так рада, что ты пришёл!"

Он втягивает воздух.

"Это от тебя так вкусно пахнет?" – спрашивает улыбаясь.

Вместо ответа ещё раз прижимаюсь к нему, чтобы он почувствовал восхитительный аромат духов.

"Мне нравится" – говорит мужчина. – Проводи пожалуйста к имениннице.

Берёт меня под ручку, идём поздравлять подружку. Так смотрю на Ксюшу, что она понимает, этот мужчина только мой.

Поздравляшки – обнимашки закончились, сажаю Матвея за стол рядом с собой. Выбрала самое укромное место, у стены, подальше от танцующих и основной массы гостей. Накрашенные пираньи в коротких юбках из числа бывших подружек хищно облизываются глядя на него. Смотрите и завидуйте, с-сучки, он мой. Но, несмотря на мой грозный вид, попытки отбить его сегодня будут, этим блядям член в рот не клади.

Вон, Маринка, смотрит на него как на новую сумочку от Коко Шанель. Ещё пару недель назад, сама мне рассказывала, что одинокими вечерами, представляет его руки в своих трусиках.

Мужчины пьют вискарь, мы с девочками вино. Матвей практически не употребляет. Ещё один его огромный плюс в моём виртуальном дневнике его достоинств. Слежу, чтобы в его тарелке всегда была самая лучшая закуска. Он должен понять, что рядом с ним сидит не просто красивая девушка, а ещё и хорошая хозяйка. Мой красавчик знает не всех собравшихся, иногда спрашивает у меня, кто есть кто. Чтобы не смущать людей излишним к ним вниманием, приходится говорить всё на ушко.

Сегодня отличный вечер. Рядом со мной любимый человек, судя по всему, я ему не безразлична. Моё сердечко радостно бьётся, в животе приятное волнение от предчувствия интимной близости с моим мужчиной. Это будет наш первый раз, и я сделаю всё возможное, чтобы он его не забыл.

"Ангелок, а вот парень, в синей майке, он кто такой?" – спрашивает меня Матвей.

Я его, конечно же знаю, это Анькин сосед, его жена помогала готовить на стол.

Наклоняюсь к его уху, офигевая от своей смелости кладу руку на ширинку, и говорю: «Если я возьму твою головку в рот, и обработаю её язычком, ты кончишь через десять секунд ". Легонько кусаю мочку уха.

"Проводишь меня в ванную? – Мне губки надо подкрасить". Говорю, и чувствую приток крови к промежности. От таких бесстыжих слов наливается грудь. Если до этого, было лёгкое возбуждение, сейчас я хочу, чтобы во мне оказался крепкий и Горячий член. Меня срочно надо трахнуть!

Ухо Матвея покраснело от услышанного. Я стала пунцовой от сказанного, такого финта я от себя не ожидала, да и он тоже. Но, отступать некуда. Да ещё и моя рука под столом нагло поглаживает его член через ткань джинсов. Я чувствую, как он растёт под моей рукой.

Матвей поворачивается ко мне. На лице улыбка, глазами поедает мою грудь, кладёт руку на коленку, целует в губы. Я улетаю от страстного поцелуя. Его Горячий язык своими ласками сводит меня с ума. Рука на коленочке начинает подмимать вверх подол платья. Меня просто распирает от желания почувствовать его руку на своей коже. Горячая ладонь скользит по ноге, опускается на внутреннюю поверхность бедра. Она обжигает, ножки раздвигаются сами по себе, приглашая не останавливаться. Его пальцы касаются трусиков. Рука Матвея гладит мою промежность через ткань. Я перестаю слышать шум вокруг, есть только мы двое. Его пальцы сдвигает ткань трусиков в сторону и касаются моих Горячих, покрытых смазкой губок.

Он что-то говорит мне на ухо, но я никак не пойму что, слова просто не складываются в осмысленные фразы. Я вся во власти руки ласкающей меня под столом. Его нежные пальцы покидают мою промежность.

"Что, что случилось? Почему он прекратил?"

Наконец то, я начинаю понимать смысл сказанного.

"Ангелина, пойдём в ванную" – шепчет он мне на ухо.

Шёпот обжигает, будоражит и обещает Горячий секс.

"Да" – шепчут мои губы. – Пойдём, быстрее.

Как пьяная иду через зал. Ксюша смотрит на нас, ей всё понятно, улыбается мне, она за меня рада. Я боюсь, что не дойду до ванной. Три месяца без мужика, да у меня даже стенки вагины трясутся в ожидании хорошего мужского хера. Я готова дать ему прямо здесь, на глазах гостей. Теряю по дороге тапки и не замечаю этого. Я вижу только спину Матвея, и его подтянутые ягодицы. Они такие классные, что я не выдержала и попробовала одну на упругость. Матвей ускорил шаг, до ванной буквально пара метров.

Как только закрыли за собой дверь, Матвей впился в мои губы поцелуем, положил руки на попку, погладил. У меня, нет сил больше терпеть, мне кажется, что смазка уже льётся по ногам. Если меня сейчас не поимеют, я сГорю от желания как спичка.

"Трахни меня" – шепчу ему на ухо, поворачиваюсь спиной, наклоняюсь и упираюсь руками в бортик ванны. Да, я такая бесстыжая, предлагаю себя мужчине. Между ног уже Горит. Матвей! Войди в меня!

Ммм, этот волнительный момент задирания юбки и снятия мужчиной с меня трусиков. Слышу волшебный звук расстёгиваемого ремня и молнии. Под тяжестью бляхи джинсы падают на пол. Его руки ложаться на мои бёдра. Головке члена не надо надавливать на губки пробивая себе дорогу. Всё открыто, и ждёт только его. Делаю движение попкой на встречу, чтобы он зашёл поглубже.

"Дааа!"

Каждая фрикция разливается по телу Горячими волнам. Я чувствую каждый миллиметр его плоти в себе.

Руки и ноги дрожат, боюсь, что просто упаду не в силах выдержать такой шквал удовольствия и буйства Гормонов. Я искусала губы в попытках не стонать, но молчать не получается. Каждый раз, как он с силой входит в меня, я растворяюсь в волнах наслаждения и теряю связь с реальностью.

Кричу, прошу его не останавливаться, помогаю ему поглубже войти в меня двигаясь навстречу его члену попкой. Это не он меня трахает, это я насаживаюсь на его изумительный, Горячий член. При особо резких толчках, чувствую прикосновение к промежности его яичек.

Мои крики пробиваются через дверь, в паузах между музыкальными композициями их слышат все собравшиеся.

"Да, да, ещё" – слышу свои слова. Я не могу молчать, я себя не контролирую.

Матвей тоже стонет, этот звук звучит музыкой для моих ушей. Это значит, что ему нравится быть со мной, и я всё делаю правильно. Он ускорился, для нас обоих финал близок.

"Кончай в меня" – шепчут мои губы, – я так этого хочу.

Ещё пара движений, и сперма Горячей струёй бьёт в стенки влагалища. Матвей замирает. Прижимает меня к себе, стараясь быть как можно глубже во мне в этот момент. Его член пульсирует, он дрожит. Ноги меня не держат, я опускаюсь на колени.

"Спасибо, это было волшебно" – говорю Матвею, подняв лицо.

"Ты была восхитительна" – отвечает он. Ты лучшее, что со мной случилось за последние годы.

Помогает мне подняться. Обнимает, целует в губы. Приводим себя в порядок.

– Дорогой, давай вернёмся сюда через пол часика – говорю ему.

Улыбается, целует меня в щёчку.

– Хорошо" – отвечает он. – Мне было супер, я не против сделать это ещё раз.

– Нет, дорогой. На этот раз всё будет не так.

На его лице удивление. Наклонилась к его уху, и зашептала: “Я стану перед тобой на колени, расстегнул молнию джинсов, и сделаю тебе такой минет, который ты не забудешь никогда. Держать разГорячённую плоть в руках, и смотреть как из головки бьёт струя спермы растекаясь по моему лицу" – что может быть прекрасней?

“Говори, говори ещё" – просит он.

"Можешь даже намотать мои волосы на кулак и поиметь в рот как шлюх в порнофильмах, не жалея, в Горло"

«У меня было много женщин, но ты первая кто смог вогнать меня в краску, и одновременно возбудить. Ты такая Горячая и пошлая, что я готов трахать тебя постоянно» – говорит он мне на ушко.

Иду на своё место походкой королевы. Завидуйте подруги, сегодня я получила то, за чем мы все охотились последние три месяца. Вот он мой приз, красивый, мускулистый самец. А как он умеет ублажать женщин, вы все слышали. Мои крики говорят об этом лучше всяких слов.

Сижу, витаю в облаках, строю планы на будущее, придумываю имена нашим детям и выбираю ресторан для свадьбы. Тело пребывает в состоянии лёгкой эйфории от дикого секса. Сегодня самый лучший день за последние пару лет. Возбуждение не отпускает, буквально через двадцать минут мы ещё раз пойдём в ванную. Красавчик получит самый лучший минет в своей жизни, уж я постараюсь. Он будет стонать и рычать, плавится как воск в умелых руках. Мои губы и Горячий язычок будут так ласкать его член и яички, что Матвей забудет навсегда о других бабах. Для него, останусь только я. Ко мне подсела одна из давних подруг, стала расспрашивать о платье. Она была им так восхищена, что просила подробнее рассказать о том где я его купила. Я так увлеклась рассказом, что на слова Матвея, о том, что он идёт в ванную помыть руки, просто кивнула ему.

Пора бы и имениннице пару слов сказать. Похвалю её за отличный стол и хороший выбор вина. Взяла бокал шампанского, и пошла искать Ксюшу. Я так и не смогла с ней поговорить, как то не очень хорошо получается, подружка всё же. Её не было ни в одной из комнат. Пойду на кухне посмотрю, может там. До кухни не дошла. Голос за дверью ванной показался знакомым.

"Ты лучшее, что со мной случилось за последние годы" – слышу знакомые слова. Сердце ёкнуло и остановилось. Дёргаю на себя дверь. Замка на ней никогда не было, Аньке не от кого закрываться.

Глаза отказываются верить увиденному. Сердце обрывается. Перед моим Матвеем, присела Марина. Его член у неё во рту. Она сосёт так, как будто у неё мужика не было последние пару лет. Жадно заглатывает до рвотных позывов, засовывает себе за щеку, причмокивает, облизывает головку как эскимо, из уголков губ течёт слюна. Глаза закрыты, одна грудь вытащена из бюстгальтера и лежит поверх блузки. Короткая юбка задралась, и я вижу её белые трусы с огромным тёмным пятном на промежности. Сучка течёт. Рука этой шлюхи мелькает по стволу с бешеной скоростью. Они так увлечены процессом, что даже не замечают меня. Матвей стоит с откинутой назад головой и закрытыми глазами.

Его губы шепчут: «Да, да детка, так, бери его глубже»

Эта шалава пытается полностью заглотить член, обхватывает его за бёдра и насаживается ртом на ствол. Начинает хрипеть, но продолжает. Я вижу, как головка протискивается вглубь, раздувая её шею. Всё, он полностью в ней, мужские яйца касаются подбородка. Тушь на лице потекла и размазалась. Сейчас, она похожа на первосортную порнозвезду, из фильмов для взрослых. Она начинает хрипеть, её не хватает воздуха.

Отталкивает Матвея, что бы он вышел из её глотки, ей надо вздохнуть.

Нет, дорогуша, не так быстро. Бросаю бокал с шампанским на пол. Хватаю эту шалаву за волосы, Матвея за ремень брюк, и не даю ему вытащить свой член из Горла этой потаскухи. Марина открывает глаза и видит меня, её глаза становятся испуганными, они вылазят из орбит, дышать ей уже нечем. Из носа текут слюни, она пытается встать, но я сильнее. Матвей делает шаг назад, что бы освободить её рот, но я тащу эту шмару за волосы вслед за ним. Марина на грани потери сознания. Вся борьба занимает секунд двадцать. Матвей отрывает мои руки от своего ремня и толкает меня в грудь. Падаю на спину и тащу её за собой. Она не может отдышаться, с трудом ложится на бок. На пол изо рта вытекает слюна и сперма.

Встаю, бью ладошками по телу и голове.

«Шлюха, тварь! – Да как ты посмела!» Злость Горячим фонтаном выплёскивается с каждым ударом. Ну почему, это произошло именно со мной? Почему я не могу получить свою толику счастья?

На шум сбегаются гости. Нас растаскивают. Такое близкое женское счастье было сломано в одну минуту. Матвей оказался не белым и пушистым, а козлом в кроличьей шубке.

Слёзы градом катятся из глаз. Выбегаю из квартиры и иду домой, босиком, растрёпанная, и в потёкшей косметике. Хорошо, что живу через два дома. Сидеть и реветь перед собравшимися гостями в ожидании такси, я бы не смогла.

Мелкие камешки и мусор колют ступни, идти босиком больно, от этого начинаю плакать ещё сильнее. Пожалеть меня некому.

Слышу сзади шум шагов. Даже не оборачиваюсь, мне всё равно кто это: Ксюха, насильники, или гопники, жизнь закончена.

– Ангелок, стой! – слышу голос Матвея.

– Да пошёл ты, козёл – говорю ему сквозь слёзы, – ты мне изменил через десять минут после того, как поимел меня в ванной. Ты – козлина.

– Ангелина, да как я мог тебе изменить, если мы даже не встречаемся?– спрашивает он.– Ты же мне ничего не сказала, я то думал, тебе просто трахаться охота. Но, если бы ты предложила серьёзные отношения, я бы конечно согласился.

Я потихоньку успокаиваюсь от его слов. А ведь и правда, я просто попросила его – меня поиметь. Никаких слов о длительных отношениях не было. Самый обычный секс без обязательств. Конечно, это не то о чём я мечтала, но лучше чем измена любимого человека.

– А Маринка? Она же у тебя сосала! На моих губах ещё Горели твои поцелуи, а на её уже был твой член!

– Ангелок, так я здесь ни при чём! Я руки зашёл помыть, а она за мной. Не успел и глазом моргнуть, как мой член оказался у неё во рту. Это не я, это всё она. Я хотел вытащить, но она вцепилась как клещ!

– Правда? – всхлипывая, спрашиваю у него.

– Конечно, правда. Зачем мне врать.

Получается, пока я разглагольствовала по поводу своего платья, у меня мужика увели. Ну и дура! Да нахрена мне было трепаться с подружкой, если у меня под боком такой красавчик. Сама виновата в том, что произошло. Надо было вцепиться в него руками и ногами. Охранять от этих акул с бритыми вагинами и сосущими губами, которые нарезали круги вокруг моего мужчины.

– Матвей, давай попробуем всё начать сначала?

Ответить он не успевает. Рядом с нами останавливается УАЗик с мигалкой. К нам подходят двое полицейских.

– Так, так, граждане. Что здесь происходит – спрашивает один из них. Куда это идёт пьяная растрёпанная дама? Документики предъявите. И вы гражданин тоже – говорит он Матвею.

– Это ваша жена? – спрашивает он у него.

– Нет.

Из заднего кармана джинсов, Матвей достаёт паспорт.

– А ваш, гражданочка, где? – интересуется у меня полицейский.

– А мой у Ксюши остался, в сумочке – отвечаю ему.

– Так, вы дама проедете с нами в отделение, и там разберёмся, кто вы такая, и почему ваш паспорт в сумочке у некой «Ксюши».

– Молодой человек – обратился он к Матвею, – если это ваша девушка, вы можете проехать с нами для составления протокола и установления личности гражданки.

– Да нет,– отвечает он. Я с ней только сегодня познакомился, это не моя девушка. Я никуда с ней не поеду.

Я в шоке от услышанного. Его слова бьют, как упавший с крыши кирпич. Мужчина, с которым я знакома последние три месяца, и который имел меня сорок минут назад, которому я предложила начать серьёзные отношения, отказывается от меня. Может быть, я что-то неправильно поняла? Ослышалась? Да нет, он прощается с полицейскими и уходит.

Губы шепчут: «Матвей, не уходи, мне страшно»

Но он делает вид, что не слышит. Пустота и звон в голове от предательства. Я остаюсь одна с двумя служителями закона. Тоска чёрной волной накрывает с головой. Он меня бросил! Да как вообще можно бросить женщину в беде? И это мужчина, в которого я влюбилась?

– Не бойся, пару часиков посидишь в обезьяннике, установим личность и ты свободна – говорит один из них.

Мне жутко страшно, так, что сводит живот и начинают трястись колени. Я не хочу в обезьянник. В новостях, их иногда показывают, там сидят бомжи и алкаши. Предательски задрожал подбородок, я не могу сдержаться, начинаю реветь. Со скрипом открывается дверь отделения в машине, где сидят преступники. Там уже есть пара азиатов и пьяный мужик. От страха закрываю глаза. Алкаш сально улыбается, точно – будет меня лапать. Азиаты смотрят с интересом. Меня легонько толкают в спину, в направлении открытой двери в преисподнюю.

– Пожалуйста, отпустите меня – шепчут мои губы. От страха, я даже разговаривать не могу. Хочется упасть на землю, свернуться калачиком, и умереть.

«Лезь давай, принцесса» – говорит полицейский и подталкивает меня к двери в нутро машины.

Алкаш услужливо протягивает руку.

Я благополучно теряю сознание.

Ещё не открыв глаза, понимаю, что я не в полицейской машине. Не может в казённой машине пахнуть кожей, мужским одеколоном и освежителем воздуха. Я должна была очнуться от запаха мочи, блевотины и перегара, с рукой алкаша шарящей в моих трусах. Лежу на боку, машина двигается почти бесшумно, лишь лёгкое покачивание говорит о том, что мы едем. Наверное, лежу на заднем сиденье, догадываюсь я. В голове всё ещё туман, в глазах двоится. Руки мелко дрожат от перенесённого стресса. На душе гадкое чувство, как будто наступила в нечистоты. Матвей, конечно, оказался редкостной скотиной. И это человек, от которого я хотела детей! Тварь. Что бы ему очередная баба член откусила по самые яички!

Села, осмотрелась. Какая машина огромная, и как плавно едет. Лимузин? В переГородке ручка окошка в кабину водителя. Сдвигаю. От удивления открываю рот. Передо мной спина человека с кнутом в руках, видно гривы двух белых лошадей. Это не машина, это – карета!

Я легонько постучала по стенке.

"Уважаемый, а куда мы едем?" – негромко спросила у него.

Карета остановилась. По лёгкому покачивание догадалась, что кучер слезает со своего места. Открылась дверь. Тёплый уличный воздух смешался с блаГородными запахами кожи и тонким ароматом мужского парфюма. В тишину кареты нагло ворвались уличные шумы и голоса прохожих. Судя по наступившим сумеркам, было часов десять вечера. А это значит, что пробыла я в карете примерно час после того, как полицейские пытались усадить меня в машину.

На меня с добротой смотрел пожилой мужчина в старинном камзоле, расшитом в сине – красном цвете.

"Слава богу, с вами всё в порядке" – сказал он, – как вы себя чувствуете?

На секунду прислушалась к своим ощущениям. Вроде всё нормально, голова только болит от выпитого и стресса. Очень хочется в душ, и укутавшись в домашний халат выпить чашечку кофе.

– Спасибо, всё хорошо. А как я здесь оказалась, и кто вы?

– Разрешите, я присяду напротив, и всё вам расскажу? – спросил он.

– Конечно, присаживайтесь – отвечаю, делая приглашающий жест рукой.

Странно конечно, я здесь всего лишь не званная гостья, а у меня спрашивают разрешения.

Я с мольбой посмотрела на кучера.

– Ах да, – сказал он.– Сейчас расскажу.

Я отвозил Марека домой, и по дороге назад, заметил тебя. И как тебя догнал молодой человек, и ты с ним что – то обсуждала, я тоже видел. Потом подъехала милиция, и твой мужчина тебя бросил, позорно сбежав. Ты упала в обморок.

Они стояли и смотрели на тебя, не пытаясь даже помочь. Я остановился, подошёл и предложил им отвезти тебя в больницу, оплатил на месте штраф.

Я не знал, где ты живёшь, поэтому мы катаемся вокруг места, где я тебя подобрал. Вот и вся история.

Я с благодарностью посмотрела на мужчину.

«Вы спасли меня от жуткой участи оказаться в клетке с ворами и пьяницами. Не думала, что на земле ещё остались люди с такой доброй душой. Я обязательно верну вам деньги за как штраф» – сказала ему. – Только скажите, как мне вас найти.

Кучер посмотрел на меня, сказал: «Не надо мне ничего возвращать. Я сделал это потому, что мне не нравится, когда бросают женщин в беде. Становится стыдно за мужчин. Лучше, купи килограмм моркови, и приходи угощать моих лошадок, Генриетту, и Матильду» – ответил он. – Мы за Городом, в доме – музее графа Качима, знаешь, где это?

– Да, знаю. Завтра вечером приду, часиков в семь.

– Ну и хорошо. Будем ждать. Тебя куда отвезти? Далеко мы сейчас от твоего дома? – заботливо спросил кучер.

– Да нет, вон он – я указала на высотку недалеко от нас. – Я пройдусь. Ещё раз спасибо вам, за моё спасение.

На обочине пешеходной дорожки сидел котёнок. Жалобно мяукая, смотрел на проходящих мимо людей. Его голосок больше похожи на плач потерявшегося ребёнка.

«И тебя бросили?» – присев перед ним на колени спрашиваю у пушистого малыша сквозь слёзы.

На котёнке розовый ошейник с украшением в виде подвески, цветом и формой напоминающую жемчужину. Правда она раздавлена, от неё осталась одна половинка.

Котёнок лишь жалобно мяукает и смотрит на меня глазами полными надежды.

Беру его на руки, прижимаюсь лицом к шёрстке и продолжаю оплакивать свои разбившиеся мечты.

О боже! Наверное, ванну изобрели в раю! Это было волшебно. Горячая вода и пена, это всё что нужно измученной женщине для того, чтобы привести тело и душу в порядок. Напряжение последних часов отпустило. Снова хотелось жить.

От стресса и переживаний заснула сразу, как только коснулась головой подушки.

На следующий день, вечером купила килограмм мытой морковки, и поехала в имение графа Качима. По дороге думала о козле Матвее, и мужчине который меня спас. К своему стыду, вспомнила, что так и не спросила, как его зовут. Значит, будем искать его по именам лошадей из упряжки.

ЗаГородным, дому – музею осталось быть недолго. Новостройки подбирались всё ближе и ближе к старинному зданию. С сожалением подумала, что такой красоты скоро не станет, бетонные коробки многоэтажек плодятся как тараканы.

У ворот усадьбы, меня ждал неприятный сюрприз. Метровых размеров плакат говорил о том, что имение закрыто на реконструкцию. Расстроилась, но на всякий случай нажала на кнопку домофона. На удивление, мне ответили. Голос с той стороны спросил, к кому я.

Имени кучера я не знала, поэтому сказала, что я к Генриетте и Матильде. Голос стой стороны удивлённо поинтересовался, мне точно нужен не человек, а лошади?

«Да» – ответила в домофон. – Я им морковки принесла. Приглашающе пропищал сигнал электронного замка, калитка щёлкнула и приоткрылась. Толкнула тяжёлую дверь, и оказалась на территории поместья. Из графского дома мне навстречу вышел молодой человек. На вид, лет семнадцати, выше среднего роста, русые волосы и обаятельная улыбка. Казалось, он был удивлён моим появлением. Смотрел на меня так, как будто я сейчас исчезну.

– Это вы! Это вас!– радостно сказал он. – А мы не верили.

Ой! Извините.

Молодой человек приосанился, сделал серьёзное, как ему казалось лицо.

– Разрешите представиться, граф Эрик Качим.

Я подумала, что молодой человек шутит.

«Королева красоты Ангелина» – представилась я, сделала книксен как сумела, и протянула руку для поцелуя. Книксен в шортах выглядит конечно презабавно, но мои ноги в шортах выглядят убойно.

Парень смутился, но протянутую руку поцеловал. Залился краской и уставился на мои колени.

– Эрик, вы почему так удивились, увидев меня? – спросила у него.

– Старый Филипп, вчера рассказал историю, как спас молодую красивую женщину. А мы ему не поверили. Подумали, что он на солнце перегрелся. Для спасения молодых дев, он немного староват, ему уже шестьдесят пять лет. Так это были вы, и всё что он рассказал, правда? – спросил он.

– Да Эрик, это была я, и меня он правда спас.

Лицо молодого человека выражало искреннее расстройство, казалось, ещё секунда и он расплачется.

– Ну почему, все самые геройские подвиги проходят мимо меня? – спросил он скорее у самого себя, чем у меня.

Да ещё и спасение прекрасной дамы! Как обидно!

– Эрик, когда следующий раз, я влипну в историю, обязательно позову вас меня спасать. Честное слово.

–Правда? – спросил он улыбаясь.

–Конечно – ответила я. Ты самый первый к кому я обращусь.

Странно, но в свои двадцать восемь лет, я чувствовала себя мамой маленького мальчика, которая пообещала ребёнку чудо.

– Спасибо Ангелина – сказал он. – Я этого никогда не забуду!

Как презабавно устроена жизнь, я ещё ничего не сделала, и вероятно не сделаю, а мужчина уже у меня в долгу.

– Эрик, отведи меня к лошадям, и Филиппа если можешь, попроси подойти.

– Идите за мной – сказал Эрик, и мы пошли вокруг поместья к хозяйственным постройкам.

Казалось, лошади обрадовались моему появлению, но скорее всего, их обрадовал запах морковки.

С удовольствием кормила их овощами. Широкие и тёплые губы осторожно забирали лакомство с моей руки. На душе становилось спокойно и радостно от вида этих умных, красивых и ухоженных животных.

Лошади, до этого спокойно евшие морковку, насторожились и закрутили ушами. Широкие двойные ворота открылись, и в помещение ввели жеребца. Он был очень беспокойный, его держали двое мужчин. Генриетта, и Матильда возбуждённо заржали, стали перебирать ногами.

Сзади жеребца был ещё один мужчина. На вид, лет тридцать, спортивный, высокий. Судя по всему, он точно не конюх и не обслуга. Он с беспокойством смотрел на жеребца. Было видно, что два конюха удерживают его с трудом. Наконец то они завели его в стойло, и закрыли за ним деревянную дверь, сбитую из широких досок.

Взгляд мужчины переместился на меня. Он улыбнулся и пошёл в мою сторону. Я улыбнулась в ответ. Стало понятно выражение «БлаГородное лицо» У незнакомца, оно было именно таким – блаГородным. Он был похож на молодого графа из исторических фильмов.

Сердце предательски дрогнуло. Матвей был красив, а этот – блаГороден. Вот так мужчина!

Подойти ко мне и познакомиться, он не смог. Жеребец взбрыкнул, и сильным ударом задних ног выбил одну из досок двери. Она разлетелась на три части. Две ударились о стену, а третья, самая маленькая часть, размером и формой со столовый нож, пробила навылет предплечье шедшего сзади мужчины. Он с недоумением посмотрел на свою руку, из которой фонтанчиками выплёскивалась кровь. Силы покидали мужчину вместе со струями крови. Он обессиленный сел под стену одного и загонов. Сначала, мужчины этого не заметили. Конюхи выругались на жеребца, прикрикнули, чтобы он успокоился. Но я стояла к ним лицом, и всё видела. Не в силах вымолвить не слова, я показывала пальцем им за спины. Один обернулся. Его лицо побелело. Мужчина был весь в крови, она фонтанчиками била через пальцы его руки, которой он пытался зажать рану.

– Марек! – выкрикнул конюх.

На его голос повернулся второй, и в ужасе застыл от увиденного.

– Марека убило – выпучив глаза, заорал он.

Честно говоря, мужики были туповатые. Они даже не подошли к раненому проверить самочувствие.

Первый конюх орал, повторяя одно, и тоже: «Позовите Филиппа! Позовите Филиппа!»

Я знала, что надо делать, и в отличии от двух мужиков, такой истеричкой и трусихой не была.

Подбежала к мужчине истекающему кровью. На ходу сдёрнула с дверей загона Генриетты верёвку, примерно метровой длинны. Наклонилась к Мареку, перетянула плечо выше рваной раны. Кровь сочилась, но уже не выплёскивалась фонтаном.

«Скорую вызывайте!» – хотела добавить «недоумки», но сдержалась.

В конюшню зашёл мой спаситель Филипп. В руке он держал автомобильную аптечку. С неудовольствием посмотрел на двух суетящихся без смысла и орущих идиотов.

– Заткнитесь! – громко сказал он.

Двое резко замолчали.

– Привет! – кивнул мне. Что тут?

Он наклонился, пощупал пульс мужчины.

– Рваная рана, сквозная. Жить будет, но крови много потерял, в ране остались кусочки дерева. Ему надо срочно в больницу – ответила ему.

– Эрик вызывает нашего семейного врача, он прибудет через пару минут. Чем ещё можно ему помочь?

– Пока врача нет, нужно повязку наложить на рану. Аптечку откройте, достаньте: перекись водорода, зелёнку и бинты.

Вдвоём с Филиппом залили рану перекисью водорода, С помощью ваты и зелёнки обработали края раны, перебинтовали. Марек открыл глаза.

«Ангел» – сказал он и опять потерял сознание.

Как только закончили, появился врач и два санитара с носилками.

Он осмотрел нашу работу, сказал: «Отлично». Санитары положили раненого на носилки ушли.

– Вечером, можно будет зайти к больному – сказал он. Сейчас с нами ехать никому не надо.

В конюшне осталась я и Филипп. У входа, с испуганным лицом стоял Эрик.

– А ведь мы так и не познакомились, – сказал он.

– Я, Филипп – мужчина протянул руку.

– Ангелина – ответила я. Моя ладошка утонула в мужской руке..

Мужчина удивился, услышав моё имя, но промолчал.

– Расскажешь, что произошло?

Филипп внимательно меня выслушал, задал пару вопросов.

– Кстати, а откуда ты знаешь, что надо делать, и почему не упала в обморок от вида крови? – спросил он.

– Я, медсестрой в хирургии работаю. Меня видом крови, и ран не испугаешь.

– Да, а ведь он мог погибнуть. Эти два идиота, его конюхи, ни на что неспособные дураки. Ты спасла жизнь Марека, я тебе за это очень благодарен – задумавшись сказал Филипп.

– Вы меня тоже спасли, так что мы в расчёте – ответила ему.

– Нет, Ангелина, это разные вещи. Спасённая репутация, это не спасённая жизнь. Я, перед тобой в долгу, и Марек тоже. Ты хоть с лошадьми пообщалась?

– Филипп, извините, конечно, но тут человек чуть не умер от потери крови, а вы меня про лошадей спрашиваете.

– Ангелина, Марек в руках одного из самых лучших хирургов Серебряных Гор. Я уверен, что ему окажут всю необходимую помощь и даже больше, поэтому, я совершенно спокоен.

– Вообще то, мы в Питере живём, здесь нет ни каких серебряных Гор. Или, это название медицинского центра?

– Филипп недоумённо на меня посмотрел. Потом, что-то вспомнив, сказал: «Да, это клиника, частная»

– С Генриеттой и Матильдой мы очень душевно пообщались.

Подобрала с земли брошенный пакет с морковкой, в нём осталось всего четыре штучки.

– Я так понимаю, вы все здесь не сотрудники музея? – задала ему очередной вопрос

– Да, всё верно – ответил мужчина. Марек и Эрик потомки графа Качима. Их родители выкупили этот особняк у государства. Сейчас они проживают в другой стране, но очень хотят иногда приезжать на родину предков. Я друг их семьи уже много лет.

– Понятно – ответила я. – А где можно руки помыть? – спросила у Филиппа, подняв свои на уровень лица. Они были в крови Марека. Шорты и майку можно было выбрасывать, отстирать их уже нельзя.

– Вот я старый идиот – Филипп хлопнул себя по лбу. Девушка вся в крови, а я ей тут «сказки» рассказываю. Пойдём в гостевой домик, он уже давно готов. Там всё есть, одних шампуней десяток видов. В шкафчике халаты. Я сейчас попрошу кого-то из прислуги съездить в магазин и купить тебе вещи. Потом, отвезём тебя домой.

– А можно в карете? – попросила его.

– Ангелина, после того, что ты сегодня сделала, ты можешь поехать домой даже верхом на мне. Я правда старенький, и ехать буду медленно. Да и другого транспорта у нас нет, только кареты.

Представила эту картину и засмеялась, Филипп смеялся тоже.

– А почему у вас нет машины, если не секрет? Вы ярые защитники экологи? Вам не позволяет вера? Вы сектанты? – высыпала на Филиппа свои вопросы.

– Нет Ангелина, всё Гораздо проще. Ни один из нас не умеет водить автомобиль. Марек и Эрик только учатся. Там, где мы живём, автомобилей нет.

Я с трудом могла представить уголок на планете, где бы, не было автомобилей. Вероятно, такое фантастическое место существует.

Вещей привезли много. Не зная точного размера, брали на глазок. Удивилась, когда поняла, как они выбирали. Судя по вешалкам на одежде и ценникам, они просто сняли пару рядов одежды. На всех вещах были бирки бутиков из самого пафосного торгового центра. Выбрала себе шортики и футболку. С удовольствием доехала до дома в карете. Целых сорок минут наслаждения поездкой. Вышла под изумлённые взгляды соседей, скормила лошадям две последних морковки, погладила по мордам. Они доверчиво тыкались тёплыми губами в ладонь, прося добавки.

– Пока, мои хорошие, я надеюсь, ещё увидимся.

На следующее утро, главврач в приказном порядке отправил меня на медицинскую конференцию. Моих возражений он слушать не хотел. Есть приказ, отправить одного сотрудника, и точка.

– Едь, отдохнёшь недельку, считай это краткосрочным отпуском – сказал он.

Получила документы, собралась, понесла котёнка Ксюше. По дороге рассказала этому маленькому пушистому комочку обо всем, что произошло в конюшне.

« Эх, если бы ты только видела Марека» – сказала кошечке. Он такой, такой…Высокий, красивый, синие глаза, сильные руки и лицо молодого дворянина. Короче, я в него влюбилась. Никогда не верила в любовь с первого взгляда, а оказывается она есть. Жаль конечно, что мы так и не познакомились. Вечером я уехала.

Это и правда, больше было похоже на экскурсию. Четыре часа слушаешь выступления лекторов, остальное время -свободно. Можно поваляться на кровати, можно на бесплатную экскурсию съездить. Омрачало мою командировку, только одно. На вторую ночь, мне казалось, что меня кто-то зовёт. Как только я засыпала, в сон проникал мужской голос. Он был далёким и не очень разборчивым, он спрашивал меня: «Ангелина, где ты?»

Иногда, в минуты тишины вспоминала Марека. Жалко, что я с ним так и не познакомилась, какой мужчина! Вот почему, мне достаются одни мудаки? Где ходит моё женское счастье? Не может найти ко мне дорогу? Прошло мимо, а я не заметила? Счастье, ты где?

В третью ночь, голос мужчины стал более понятным, казалось, он стал ко мне ближе. Звук его голоса разбивал мои сновидения и перемешивал их. Получалась мешанина из образов. Это уже не был голос издалека, он стал ближе.

Вспомнила пословицу:» На новом месте, приснись жених невесте»

Ну, если это жених, то пусть снится и зовёт меня, надеюсь, найдёт, и я увижу его лицо.

Лекции, фуршеты, экскурсии. Дни были наполнены событиями. Но я ждала вечера. Таинственный незнакомец из снов меня заинтриговал, очень хотелось увидеть его лицо.

Четвёртая ночь была Гораздо интересней чем остальные. Вместе с голосом, зовущим меня, появился силуэт мужчины. Высокий, стройный, в белоснежной сорочке с оборками и коротких штанах, как у Парижской знати 18-го века. Но лицо было неразличимо. Он переходил из одного моего сновидения в другое, и повторял: «Ангелина, где ты?»

«Кто ты?» – спрашивала его, но он меня не видел и не слышал.

На пятый день с трудом выдержала лекции. Постоянно мучала только одна мысль, увижу ли я лицо мужчины этой ночью. Кто же этот суженый? Его фигура казалась мне знакомой, но где и когда видела этого человека, вспомнить не могла. А голос, я ведь его тоже уже слышала. На работе? Голос кого-то из врачей? Больных? Может быть. Так к вечеру разволновалась, что стали мелко подрагивать руки. Спустилась в бар гостиницы и выпила бокал вина. Нервы успокоились, мандраж прошёл. Ну вот, ничего страшного не происходит, это всего лишь сон. После бокала вина, заснула буквально через пять минут, как только голова коснулась подушки.

Снилась родная хирургия. Я сидела на диванчике перед телевизором в большом общем холле. Мужчины не было. Я была растерянна, где он? Три ночи подряд приходил, а когда я хочу его увидеть – нет. Ну вот, самый обычный мужчина, взял и бросил.

«Ну как ты мог!» – крикнула в пустоту.

–Ангелина! – услышала она голос. Я здесь, рядом с тобой.

Осмотрелась, рядом никого не было. По больничному коридору проходили больные и врачи, которые в принципе меня не замечали и были плодом моего воображения.

Вот как обычно, вроде мужчина есть, а на самом деле его нет, как и в жизни. Даже во сне я не могу получить свою частичку любви.

«Да где же ты? Я устала от неизвестности, выйди и покажи своё лицо!» – крикнула от злости.

Стена напротив пошла рябью, на ней стала формироваться дверь. Самая простая дверь с круглой ручкой, такие, у нас во все палаты стоят. Не удивилась, это же сон. Я замерла, пальцы от волнения вцепились в ткань дивана. Сейчас из этой двери выйдет ОН. Человек, который уже четвёртую ночь не даёт мне выспаться, и держит в волнительном напряжении.

«А если это Матвей?» – подумала с замершим сердцем. Я его в своих снах видеть не хочу. Пусть эта скотина ходит к другим бабам, но не ко мне. Не надо портить мои сны.

Дверь стала медленно открываться, сердце стало стучать быстрее: тук-тук-тук-тук. Дыхание остановилось.

– Ангелина, я так долго тебя искал!– сказал вышедший мужчина. По его лицу было видно, что радуется он искренне.

А я сидела, и улыбалась как дура. Это был он, человек, о котором я не переставала думать с момента первой встречи. Правда, познакомиться мы так и не смогли.

– Привет Марек – прошептала я пересохшими губами.

Он подошёл ко мне, я стала вставать с диванчика, он предложил помощь, протянув мне руки. Взялась за тёплые и сильные мужские ладони и улетела. Мы стояли друг напротив друга, не могли вымолвить и слова от урагана чувств объявших нас в тот момент, когда наши руки соединились.

Сейчас, кроме нас двоих, нас ничего больше не волновало. Я с удовольствием смотрела на его лицо. Мне нравилось в нём всё, каждая чёрточка. Его глаза пленили меня своей синевой. Я падала в это бездонное небо, и не хотела останавливаться.

– Ангелина, я так долго тебя искал. Куда ты пропала? Так и не смог отблагодарить тебя за своё спасение. Моё сердце дрогнуло, как только я увидел тебя в первый раз кормящей морковкой лошадей. Но судьба не дала нам возможности познакомиться. Уже четвёртый день думаю только о тебе. Я попросил Филиппа, чтобы он привёз тебя ко мне в больницу. Но он тебя не нашёл. Целый день простоял у твоего подъезда. И на следующий день тоже. Когда на третий день ты так и не появилось у своего дома, мы стали волноваться.

«Ты волновался за меня, Марек» – сказала просто для удовольствия.

Ведь так приятно, когда ты небезразлична человеку, и он за тебя переживает.

– Ангелок, я переживал за тебя больше всех. Мы думали, с тобой что-то случилось. Я и Эрик отправились на твои поиски. Мы обошли много чужих снов, пока я не нашёл тебя.

– Ты такой милый и заботливый – сказала ему и поцеловала в губы.

От поцелуя приятно закружилась голова. Это ведь сон, здесь можно делать всё, что душе угодно.

«Я правда не понимаю, как это искать в других снах, я вроде о таком способе никогда и не знала, как же он мог мне присниться? Наверное, в последней прочитанной на дежурстве фэнтези книге «Венец демона» что-то похожее было».

Обняла покрепче, и продолжила наслаждаться поцелуем.

– Мы будем целоваться до утра – сказала ему в ответ на его смущённый взгляд, пока я не проснусь.

– Как скажешь – ответил он, на минутку оторвавшись от моих губ,– главное, чтобы нам не помешали.

Мы плавно переместились на диванчик. Его губы и язык доставляли ни с чем несравнимое удовольствие, ведь во сне все эмоции ярче во много раз. Я даже не заметила, как Марек не стесняясь снующих туда – сюда, пациентов и врачей расстегнул на мне халат и с удовольствием мял мою упругую грудь третьего размера. Его губы переместились на мою шею, покусывали ушко. Соски изнывали в ожидании прикосновений его губ и языка.

Как только его губы коснулись моей груди, и я вскрикнула от удовольствия, нас прервали. Обрушилась часть стены рядом с дверью. Из пролома вышел низкорослый человек. Одет как средневековый рыцарь. Морщинистая серая кожа, круглые глаза и по четыре пальца на руках, вызывали у меня удивление. В руках, или лапах, топор на длинной ручке. Во сне всякое может случиться, я даже не испугалась, только халатик застегнула. И расстроилась от того, что нас прервали на самом интересном месте. Тело требовало ласки.

– Ширазонга, Марек! – выкрикнул этот не человек.

– Проклятые крексы! – со злобой и расстройством сказал Марек. – Всегда твари лезут в самый неподходящий момент.

Его тело, начиная от кистей рук, за несколько секунд покрылось блестящими металлическими чешуйками. У подбородка они сливались вместе, образуя шлем с прорезью для глаз. Он вытянул левую руку, и из воздуха достал алебарду.

Крекс, уже был в паре шагов от нас. Злобно улыбнулся, обнажив клыки. Замахнулся топором. Но ударить не успел.

Марек был быстрее. Удар алебардой пришёлся прямо в темя этого уродца, защищённое толстым кожаным шлемом. Голова развалилась на две половинки, забрызгав всё вокруг зелёной кровью существа.

Мне не было страшно, мне было страшно интересно! В моём сне, со мной ничего не случится, на крайний случай проснусь.

С восторгом посмотрела на Марека, в доспехах выглядел как бог войны. Молодой, красивый, мужественный, сильный и мой.

Металл шлема стал похож на ртуть, потёк открывая голову. В районе плеч, жидкий металл коснулся чешуек брони. Они стали складываться наезжать друг на друга сверху вниз, открывая плечи и грудь. На ногах процесс шёл снизу вверх. Через несколько секунд, вся защита исчезла в двух широких, серебристых браслетах на его запястьях.

Тело серокожей твари растворилось в воздухе. Остался только топор на длинной ручке, украшенной разноцветными тряпочками.

– Извини, Ангелок, я не думал, что они меня найдут. Ты испугалась?

– Нет, не испугалась, это же сон. Да и ты такой, такой…Я обняла Марека. – Рядом с тобой, я ничего не боюсь, ты мой герой.

Прижалась к нему, и чувствовала, как волнами накатывает желание близости. Красивый мужчина, и чудовище от которого он меня защитил, вызывали дикое возбуждение. Сладко потянуло низ живота, налилась грудь, тело жаждало сильных мужских рук и Горячих губ.

Облизнула губы глядя Мареку в глаза. Толкнула его на диван. Мужчина сел, не понимая зачем я это делаю. Стала на колени между его ног. Расстегнула пуговицы халата, открывая для него вид на свою грудь. Смотри, наслаждайся, это всё для тебя. Это ведь всё равно сон, мой сон, и я буду делать всё что захочу.

Гладила его ноги, начиная от колен, и поднималась постепенно выше. В районе его ширинки стал расти буГорок. Чем ближе к нему подбирались мои руки, тем больше он становился. Наклонилась к нему, сказала: "расти большой", помяла его через ткань. Я и сама была на взводе. Мои складочки промежности, набухли от притока крови, и помокрели.

Плоть Марека, была уже такая большая, что её с трудом сдерживала ткань джинсов.

Я посмотрела ему в лицо. Глаза мужчины умоляюще на меня смотрели, и я знала, чего они просят.

Расстегнула ремень, пуговичку и молнию джинсов. Достала его готовый лопнуть от возбуждения член, не стала его мучать ожиданием, с удовольствием взяла его в ротик насколько смогла. Горячий, желанный, твёрдый, пульсирующий у меня во рту член доставлял море удовольствия. Чувствовала языком каждый миллиметр любимого. Провела языком по уздечке, ощутила набухшие канатики вен. Сжала рукой ствол и почувствовала, как сладко заныв сократились стенки влагалища. Мой язычок крыльями бабочки запорхал по его головке, рука на стволе заработала делая движения вверх– вниз.

Марек закрыл глаза, и откинул голову на спинку дивана.

Наслаждайся, милый.

Я не любительница глотать сперму, но сейчас, почувствовав тугую струю бьющую из его головки, просто приняла его поглубже. Кончай милый, я счастлива доставить тебе удовольствие.

Даже не успев вытащить его плоть изо рта, поняла, что просыпаюсь.

Всё вокруг пошло светлыми пятнами. Они становились всё больше и ярче, пока не "съели" всё вокруг. Проснулась. Лёжа в кровати с закрытыми глазами, была совершенно счастлива. Сон был так реален, что казалось, всё произошедшее – реально. Тело ещё было во власти воспоминаний о жарких мужских губах и его члене у меня во рту. Как же сложатся наши отношения наяву, Марек?

Лектора я не слушала. Последний день командировки двигался со скоростью старой улитки.

Чтобы хоть как-то убить время до ночи, съездила на экскурсию.

У меня в голове крутился один очень серьёзный вопрос, почему сны такие реалистичные? Не думаю, что это от бокала вина выпитого на ночь в баре гостиницы. Мне иногда снились кошмары, но в них никогда не было существ иной расы. Откуда это взялось в моей голове?

Странно, но решению проблемы помог подслушанный разговор у картины с обнажённым мужчиной. Две женщины обсуждали одну из книг популярной сетевой библиотеки. А ведь и правда, последняя прочитанная мною книга, как раз и была оттуда. Я её даже не выбирала, просто ткнула пальцем в обложку на стартовой странице. Надо просто вспомнить автора или название. Отошла от своей группы в сторонку, присела на диванчик и открыла страницу интернет ресурса. Зашла в свою библиотеку, а вот и книга. Автор Нина Чёрная, называется "Венец демона", так, начинаю внимательно читать. Последнюю страницу книги дочитала уже в гостинице. Мои надежды не оправдались. В тексте не было ни одного упоминания о людях которые ходят по чужим снам. Существа с серой кожей, тоже не было. Вопросов становится больше. Откуда я всё это знаю?

Как я не спешила в свой сон, но сборы домой затянулись почти до часу ночи. Легла, и как на зло долго не могла заснуть.

Провалилась в сон внезапно, только что лежала и смотрела в потолок, и вот я опять в холле нашего отделения, сижу на диванчике у телевизора. Да и сны стали одинаковые. Командировка плохо на меня влияет.

Но, в этих снах есть один огромный плюс, Марек. И если наяву у нас ничего не получится, хотя бы здесь я буду счастлива с ним. Два сна настоящего женского счастья. За это можно и две недели в командировке провести. Вспомнила о Мареке, и сразу же по телу прокатилась тёплая волна неги и возбуждения. Грудь налилась, в животе запорхали бабочки. Тело жаждало мужского внимания.

– Марек – негромко позвала я.

Подождала минутку, ответа не было.

– Марек – ещё раз позвала любимого человека.

Как и в прошлый раз, на стене стала появляться дверь, я с замиранием сердца ждала, что из неё выйдет любимый человек.

Но дверь не открылась. Кто-то с той стороны дёргал и крутил ручку, потом пытался дверь выбить, но всё тщетно. Дверь не поддавалась.

– Марек, что происходит? – громко выкрикнула я.

Ответа не было. Мне стало не по себе. Кто-то, или что-то мешало ему встретиться со мной.

– Меррок! – донеслось до меня странное слово, сказанное грубо и с угрозой. Голос наподобие такого, я уже слышала. Это был крекс. На этот раз он появился из самого дальнего конца больничного коридора.

Хотя я и понимала, что это сон, но без Марека мне стало жутко страшно. Защитить меня некому, а сама я не воин, я всего лишь слабая женщина. Хотела убежать, но ноги стали как ватные, страх сковал всё моё тело. Вот так сон, от ужаса умереть можно. Крекс подходил всё ближе. Он видел, что я одна, и по его мерзкой роже было понятно, что он этому рад.

Я собралась умереть в своём сне от топора странного существа. Звучит конечно дико, но это так.

Вспомнила, как попала в имение Качима, как познакомилась с Эриком, и не познакомилась с Мареком.

Эрик! Ведь это он с Мареком, искал меня во снах, и я обещала ему, что из очередной передряги меня спасёт именно он.

Я громко закричала: "Эрик, спаси меня!"

Впрочем, особой надежды на его помощь не было. Если Марек, не смог ко мне попасть, как это сделает Эрик?

Зажмурилась покрепче, и ждала удара топором.

Грохот и звук осыпающихся кирпичей заставил открыть глаза.

Из пролома в стене, в клубах пыли, примерно в десяти метрах от меня, выходил Эрик с мечом в правой руке. Плохо было одно, он уже не успевал. От меня до крекса оставалось пять шагов и он это прекрасно видел. Я ожидала увидеть растерянность и досаду на его лице, но оно осталось сосредоточенным. Он на ходу вытянул в сторону левую руку, и в ней из воздуха появился небольшой арбалет. Выстрелить он не успел. Существо размахнулось, и ударило топором меня в голову. Сработали инстинкты, я просто завалилась на бок, и топор воткнулся в спинку дивана. Серокожий ткнул меня в ногу ножом, зажатым в другой руке. Было больно, появилась кровь.

Ну всё, прощайся с жизнью Ангелина – подумала я.

Я никогда не слышала, как свистит арбалетная стрела. Теперь это знание у меня есть. Она просвистела и воткнулась в грудь серокожего существа.

– Ранагга – произнесла оно, рассматривая оперение стрелы, и упало на спину.

Подбежал Эрик. Вот сейчас, его лицо было испуганным.

– Ангелина, с тобой всё в порядке? – взволнованно спросил он.

– Что происходит? Сны не могут быть такими странными – ответила ему. Они реалистичные и страшные, как такое возможно? – спросила у него.

Странное существо у моих ног зашевелилось. Я испугалась, Эрик наоборот, казался доволен.

Наклонился к нему, спросил: "Харунга ти шшерис?"

Существо ответило: "Дра кринг меррок Англину"

Эрик задумчиво посмотрел на меня.

"Ничего не понимаю" – сказал он.

– Ниринг? – задал он вопрос сущёству.

– Муркрехст доррик шаризонга!

Марек Горунда кре меррок дракса – просипел Серокожий, затих и растворился в воздухе.

Опять, от существа остался топор с разноцветными ленточками на древке.

– Эрик, что происходит? Почему мне сняться такие странные сны? Вы загипнотизировали меня, когда я кормила лошадей морковкой?

– Ангелина, ну ты что? Это же просто сон. Ты сейчас, по большому счёту, разговариваешь сама с собой. Вот смотри.

Эрик провёл рукой у моего лица. Когда он её убрал, стены поликлиники исчезли, мы стояли на берегу моря. Я даже знала это место. Набережная в Геленджике, я там отдыхала в прошлом году по профсоюзной путёвке. Значит, это всё-таки самый обычный сон. Просто страшный. А Марек, и Эрик пару раз приснившись, пропадут из моих снов навсегда.

Эрик показал рукой на море.

"Ну теперь ты веришь, что это всего-навсего сон?" – спросил меня он. Через минуту ты проснёшься.

Да, жаль. Сон был интересный. Меня два раза спасали от чудовищ отважные герои. В одного я даже успела влюбиться. Чувствовала себя принцессой спасённой из лап дракона.

"Хоть ты и плод моего воображения, спасибо тебе за моё спасение" – искренне поблагодарила его. Обняла, прижала к груди. Он такой милый.

Вздохнув выпустила из объятий.

Лицо Эрика было ярко красным. Причину я поняла секунду спустя.

Отличная эрекция у моего воображаемого друга. Хватило одной обнимашки. Правда, на мне из одежды один белый медицинской халатика на голое тело, ждала то я, не его.

Бедный мальчик. Он развернулся и смущённый побежал, растворяясь в белых пятнах разъезжающих ткань сна.

"Да, вероятно драться с крексом для него оказалось проще, чем обниматься со мной, от него то он не сбежал" – подумала я и открыла глаза на кровати своего гостиничного номера. Пора домой.

Вечером, Горничная убирающая номер, обнаружила под кроватью два топора на длинных рукоятках украшенных разноцветными ленточками.

Она не удивилась. После форума Толкиенистов, она находила в номерах вещи и поужасней. Прикрепила к ним бирки с номерами, и отнесла дежурной по этажу.

Приехала рано, в шесть утра. С вокзала поехала к Ксюше за котёнком. Боялась, что за неделю малыш меня забыл. Нет, не забыл. Встретил в пороге, мурчал и тёрся о ноги. Взяла его на руки, потискала, потёрлась лицом о шорстку. Ксюша ему даже домик купила, когтеточку и новый белый ошейник с её именем. Кошечка ей нравилась, она хотела, чтобы я оставила его ещё на недельку.

Но я и сама соскучилась по котёнку.

– Тебе прежний ошейник Констанции нужен? – спросила меня Ксюша

– Нет, выкинь, там всё равно бусинка сломана.

По дороге домой, рассказала котёнку о своих ночных приключениях. Казалось, она меня понимает, внимательно слушала, а в самых напряжённых моментах била хвостиком себя по бокам.

У подъезда меня ждал сюрприз. Сложно в наше время не заметить роскошную карету во дворе жилого дома. Поставила переноску с котёнком на лавочку.

Кучер был мне не знаком, но карета была точно из дома Качимов. Дверца открылась, вышел Филипп.

Его лицо светилось от радости.

– Здравствуй Ангелина – сказал он, и взяв мои руки поднёс их к своим губам.

На секунду почувствовала себя героиней фильма о

дореволюционной России, где не поцеловать даме ручку при встрече считалось плохим тоном.

Я тоже была рада видеть своего спасителя.

– Здравствуйте Филипп.

К чёрту этикет, человек пришедший мне на помощь в трудную минуту, автоматически становится моим другом. Обняла мужчину, поцеловала в щёку.

– А откуда вы знали, что я сегодня приеду? – спросила у него.

– Мне Марек сказал – ответил он.

– Филипп, ну вы же не просто так приехали? Или так сильно по мне соскучилась? – спросила его с улыбкой.

– Ангелина, мы хотим пригласить вас на ужин в честь спасения вами Марека Качима. Ужин состоится сегодня в восемь часов вечера.

– Филипп, это дружеский ужин? Можно я в джинсах приду?

– Ангелина, – вздохнув ответил он. Первый раз всегда официальный, хотя, я и мальчики с удовольствием провели бы вечер в дружеской беседе.

Я расстроилась. Вечернее платье у меня было одно. То самое, в котором я была на дне рождения Аньки. После моих приключений, вид у него, честно говоря был не очень.

– Ангелина, а как ты котёнка назвала? – спросил меня Филипп. – Можно я его на руки возьму?

– Вы мой друг, вам можно всё, конечно берите. И это она,

я её Констанция назвала.

Филипп был удивлён моим ответом.

Я вопросительно на него посмотрела.

"Одну мою знакомую так зовут. Неделю назад у неё украли память за последние сорок лет. Если ещё в течении пяти дней не найдут, её мужу придётся жениться на другой женщине. – с оГорчением сказал Филипп. "Эх, такая милая женщина, и такая судьба" – продолжил он.

– Филипп, может вы староверы, или баптисты? Никак не пойму. Вы серьезно такие вещи говорите, о которых обычно в фэнтези книжках пишут.

– Не беспокойся, мы христиане, просто в нашей стране, всё немного не так. Не забудь про ужин – добавил он.

"Чёрт, платье!" – подумала я.

Мысли о том, где мне взять новое вечернее платье, вероятно отразилась на моём лице.

– Опять забыл! – с возмущением сказал Филипп. Вот же старый пенёк! Ангелина, семья Качим, в знак благодарности, просит вас принять в дар вечернее платье, и…

Филипп достал из кармана бумажку, развернул и прочитал: "Аксессуары к нему"

– Вот, возьмите, – он протянул мне визитку. Позвоните, скажите от Филиппа, они вам всё объяснят. В семь часов вечера за вами заедет машина.

И ради бога, дайте же мне, наконец то номер вашего телефона. Это же ужас какой-то! В первый раз, я об этом даже не подумал. Во второй раз, был слишком взволнован. Я хотел спросить о тебе у соседей, но

мы даже фамилии твоей не знаем!

Мне стыдно, ты спасла Марека, а я не то что тебя не отблагодарил, а отпустил, даже ничего о тебе не узнав.

Лицо Филиппа от такой длинной эмоциональной речи покраснело. Хорошо, что у него на руках был котёнок, это его хоть как то успокоило.

Я взяла мужчину под ручку, погладила по плечу.

"Да не расстраивайтесь так, всё ведь хорошо. Вот слушайте, моя фамилия Сухова, отчество – Викторовна. Номер телефона я вам сейчас напишу.

– Ангелина, у нас, всё немного сложнее. Если мы, не отблагодарим человека, спасшего одного из рода Качим, это покроет нас позором.

– Успокойтесь Филипп, я об этом никому не скажу. Никто не покроет вас позором – сказала ему, чтобы успокоить. – И я не пойму, у кого это у вас? Я догадываюсь, что вы не простые люди. Древний род, вероятно – состоятельные. Но, в нашей стране, никто и ничего вам по этому поводу не скажет. Людям вокруг, всё равно.

– Ангелина, это у вас. А у нас, по обе стороны Серебянных Гор, уже всё все знают, и внимательно следят.

– Серебряные Горы, это где? – спросила у Филиппа. – В Аргентине? В ЮАР? Где это?

– В Аргентине, ответил Филипп. Но сделал это так, как будто ему было стыдно отвечать на мой вопрос.

Я посмотрела на него как на ребёнка совравшего своей маме.

– Мне пора, сказал он, отдал мне котёнка, сел в карету и уехал.

Зашла в квартиру. Приняла душ, и позвонила по номеру указанному на визитной карточке. Машина заедет за мной в семь вечера, сейчас девять утра. На самом деле, времени для подготовки очень мало. Ещё и в парикмахерскую надо успеть заскочить.

Следующие четыре часа превратились в праздник. Платья, туфли, сумочки, перчатки. Всё это великолепие мерялось десятками фасонов и расцветок.

В самом конце примерки, когда платье и туфли уже выбраны, продавец предложила на выбор ювелирные украшения. На чёрном лотке, лежало несколько видов колье.

От них я отказалась.

Если меня после ужина заставят заплатить за обновки, деньги я найду. А вот за колье придётся квартиру продать. Конечно же, я переживала. Всё было как-то странно. Жила я себе спокойно, работала, изредка меняла мужчин. Всё текло плавно и без потрясений. Но стоило мне встретиться с Качимами, всё перевернулось. Мне сняться странные сны. Меня пытаются отблагодарить за то, что на работе я делаю бесплатно. В отличии от Филиппа, я не считаю свой поступок чем-то героическим. Я просто остановила кровь, и обработала рану. Всё. Ничего сверхъестественного не сделала. У них какие – то странные тайны, чудные названия Городов. Может они олигархи, которых разыскивает полиция, они в бегах и здесь прячутся? Или, их разыскивают правоохранительные органы другого государства? Не считать же мои сны настоящим знакомством с Мареком? А уж как я поступила ослеплённая блеском доспехов и его мужеством, об этом даже вспоминать стыдно.

Сегодняшний вечер всё расставит по своим местам. Конечно же я побаивалась неизвестности. На всякий случай написала Аньке записку, куда и к кому отправилась.

Машина заехала ровно в семь. С волнением вышла из квартиры, сегодняшний вечер был очень важен. Я ждала, и боялась ответов на свои вопросы.

Имение нисколько не изменилось. Плакат с предупреждением о ремонтных работах так и висел

на воротах. Они открылись, как только мы подъехали.

Весь двор был ярко освещён.

Дверь машины открыл человек, вид и одежда которого вызывала в памяти только одно слово "мажордом". Горько вздохнула. Я не умела пользоваться всем ассортиментом столовых приборов, а сегодня судя по всему это будет нужно.

Вышла из машины, улыбнулась. На крылечке дома стоял Филипп и оба брата Качима.

Сиятельная локси, Ангелина Сухова! – объявил мажердом.

Да уж, сиятельная. Приятно конечно, но всё мы знаем, что никакая я не сиятельная. Я самая простая медсестра из хирургического отделения. У меня даже платье вечернее, и то одно, как и туфли к нему. Ладно, буду улыбаться. Я же всё-таки локси, да ещё сиятельная. Надеюсь, это не собачья кличка.

Филипп искренне был рад меня видеть. Эрик и Марек были немного смущены.

– Ангелина, как другу семьи Качим, представить вам Марека и Эрика Качимов – торжественно произнёс он.

Марек сделал шаг вперёд и протянул руку. Я хотела её пожать, но он поднёс мою руку к губам и поцеловал.

И всё же, Марек действует на меня магически. Такой мужчина! Не хотелось, чтобы он выпускал мою руку из своей. Правая рука висит на перевязи. Такие раны заживают долго. Сердце сжалось от жалости.

– Ангелина, с этим молодым человеком ты уже знакома – продолжил Филипп, – это – Эрик Качим, младший сын в семье.

Эрик поцеловал мою руку и залился краской.

– Да нет, – подумала я. Эрик, из моего сна без сомнений убил странное существо, а этот руку поцеловал и засмущался. Белые руки, тонкие пальцы, да он больше на музыканта похож, чем на воина. Простой маменькин сынок, точно не герой. Значит, всё же это были сны, просто очень яркие.

– Ангелина, что-то не так? – голос Марека вывел меня из задумчивости.

Оказалось, он предложил мне руку, чтобы завести в дом, а я подвисла. С удовольствием взяла мужчину под руку и сделала первый шаг в дом полный тайн и загадок. Стол был большим, вокруг него стояло с десяток стульев. Во главе, как хозяин, сел Марек, по середине Филипп, мы с Эриком напротив него.

К счастью, ужин посвящённый спасению блаГородного веранга Качима, отличался от обычного званого ужина очень сильно.

Как мне объяснил Эрик, постоянно краснеющий при разговоре со мной, раз была кровь и ранение, то ужин назывался: "Привал воина". В нем ели мясо и овощи, запивали вином из железных кубков, пользовались только ножом и большой вилкой. Считалось, что это помогает нарастать мясу на костях после серьёзных ранений. Сначала, всё должны скушать по куску, и только после этого можно провозглашать тосты в честь спасителя и спасённого, разговаривать, и даже подходить к другим гостям. Позора с десятком перемен блюд и столовых приборов, сегодня меня миновал. Подавали на стол мужчины. Я подозревала, что была единственной женщиной в этом доме, по крайней мере, я больше ни одной не видела. Марек неуклюже пытался ужинать одной рукой. Ему пытался помочь мажордом, но он только злился.

А нарушу как я правила ужина. Мне можно, во мне блаГородная кровь не течёт. Да и подружки миллионерши за моей спиной не будут шушукаться о нарушении этикета. Таких у меня нет, а это вероятно первый и последний званный ужин в моей жизни. Не могу смотреть, как Марек пытается резать мясо одной рукой. Я, конечно, понимаю, что мы практически чужие люди, а наша страсть только в моих снах, но на правах спасителя мне наверное можно. Да и не хочу я сидеть так далеко от него. Мне просто необходимо прикасаться к нему, вдыхать его запах и чувствовать исходящее от него тепло. Это для него я чужой человек, а для меня он любимый мужчина, и рыцарь в сияющих доспехах.

Встала со своего места, вызвав удивление на лицах всех присутствующих мужчин, подошла к Марека, и села рядом с ним. Подвинула к себе его доску с мясом. Налила в бокал вина и дала ему в здоровую руку. Порезала мясо, и стала кормить мужчину с вилки. Застучали о дерево столовые приборы, задвигалась прислуга. Марек жевал, и улыбался как довольный кот. Мне приятно было ухаживать за ним. Появилось чувство, как будто, мы друг друга давно знаем. Он смотрел на меня так, как смотрит мужчина на женщину с которой провёл ночь. Даа, если бы он только знал, что я сделала ему во сне, он бы смотрел на меня не так, но это всего лишь сон.

– Ангелина, вы спасли меня, и за это я вам буду благодарен всю жизнь – сказал он.

– Марек, я не сделала ни чего сверхъестественного. Я просто остановила кровь.

– Вы такая красивая, что когда вы делали мне перевязку, я подумал, что это ангел спустившийся с небес.

Я таяла от таких слов. Его голос завораживал, хотелось слушать ещё и ещё.

– Марек, давай перейдём на ты? – предложила ему с трудом вырываясь из плена его глаз и голоса.

– Конечно – согласился он. Можно я буду называть тебя "Ангелок"?

– Марек, тебе можно – ответила ему, смотря ему в лицо с нежностью и обожанием.

И сейчас, я поняла, что меня беспокоило целый день, то, что витало в воздухе. Нет, не тревога. Это преследует меня с самого утра, со времени моей встречи с Филиппом. Что-то, что я должна была понять сразу, но не поняла.

Очень медленно, осмысление прошедших событий стали складываться в одно целое. Это, конечно казалось фантастикой, но

если сложить всё произошедшее за последнюю неделю, именно такая картина и вырисовывается. Я конечно же читала книги о попаданках в фэнтезийные миры, но чтобы фэнтези мир попал в наш, такого я не видела.

Я вспомнила слова Филиппа о том, что о времени моего приезда ему сказал Марек. А ведь я, сказала ему это во сне! Во сне! Наяву то мы, и не разговаривали.

Первая мысль, конечна была о том, что я сошла с ума и лежу в психушке, пуская пузыри из слюней. Но, я как человек с медицинским образованием, была совершенно уверена в своём психическом состоянии. Тогда, что же происходит?! Неужели, эти люди могут переплетать сны и явь? Откуда эти странные названия мест? Слова о людях, живущих по триста лет. Неумение управлять автомобилем.

Я шла сюда за ответами, а получила ещё больше вопросов. Мысли, промелькнули в голове за секунду.

Марек, – я накрыла его руку своей, посмотрела в глаза и провела кончиком языка по своим губам.– Твои доспехи, они как в два браслета на запястьях помещаются? – спросила его улыбнувшись.

В ожидании ответа даже перестала дышать. Если, это всё мои фантазии, он просто не поймёт вопроса.

Марек улыбнулся, как мальчишка показывающий друзьям новенький выкидной ножик, Гордо и счастливо.

– Вот смотри – сказал он, и задрал рукав рубашки на здоровой руке. – Это – доспехи Лерингов. Очень редкие и дорогие. Они – парные и по одному не работают.

Эрик смотрел на браслет с восхищением.

"Такие браслеты носят только хранители Серебряных Гор. Эта должность, передаётся по насле…" – он не договорил.

Его лицо стало менять выражение с восторженного на виноватое. Он понял, что сказал сейчас то, чего я знать не должна.

Филипп после его слов подавился вином.

– Марек, тебя крексы пытали, ты им не рассказал. Сейчас, хватило одного женского взгляда и улыбки что бы расколоть тебя как мальчишку. Самого закалённого в боях хранителя, которого прозвали "Мрачный риггет", глазками и губками женщина положили на обе лопатки! – сказал он и громко засмеялся.

Марек улыбался, но как-то не очень весело. Эрик смеялся вместе с Филиппом.

«Марек, ты конечно..».– Филипп посмотрел на него как отец на провинившегося сына, но с любовью и пониманием и не закончил фразу.

Нам всё равно пришлось бы рассказать Ангелине о том, что происходит – сказал он.

Нам всё равно пришлось бы рассказать Ангелине о том, что происходит – сказал он.

"Рассказать о чём?" – с тревогой спросил Марек, – он явно был этим обеспокоен. – И зачем?

"Марек, всё очень странно – сказал Филипп. В последнем сне Ангелины, Эрик еле успел её спасти от крекса.

– Не пойму, в предыдущем сне, крекс приходил не за мной, а за ней? – озабоченно и удивлённо сделал он вывод.

Я сидела, слушала разговор мужчин, и закипала. Значит, Марек и правда был в моём сне, и ничего мне не сказал. А должен был предупредить, что это не только мой сон и мои фантазии. Теперь понятно, почему постоянно краснеет Эрик. Я обнимались с ним, будучи одета в один тоненький халат на голое тело, и конечно же помню его задорный стояк и покрасневшие от этого лицо.

Получается, что я, как последняя шлюха, через десять минут знакомства, стала на колени и отсосала практически незнакомому человеку. Да ещё и сиськи вывалила. Пипец! Что теперь обо мне подумает Марек? Эрик? Что я, обычная шлюха? Стало так стыдно, что я влепила Мареку пощёчину.

Филипп вопросительно на него посмотрел.

Эрик сидел с открытым ртом.

– Марек, ты точно рассказал мне всё, что случилось во сне Ангелины – спросил Филипп.

– Да, всё – ответил он.

Врать Марек не умел.

– Ангелина, дело в том, что крекс, которого убил Эрик, перед смертью

сказал очень странные слова. Он утверждал, что ты у них взяла очень важную вещь. Такую важную, что они решили найти тебя во снах, и узнать, где ты её прячешь. Какую, мы не знаем. Крекс умер от арбалетного болта, не успев этого сказать.

– Филипп. Я вообще не понимаю, что происходит. Крексы, сны в которые вы ходите, непонятная вещь, которая якобы у меня есть. Кто вы вообще такие? Что происходит? И почему я во всё это втянута? – Я с возмущением смотрела на всех троих.

– Ангелина, я как самый старший, попробую тебе всё объяснить – сказал Филипп. – Честно говоря, я до сих пор не пойму, как ты оказалась втянута в эту историю. Больше всего меня смущают слова крекса о якобы взятой у них важной вещи. Этого просто не может быть. Они живут в другом мире, в который ты попасть никак не могла.

От его слов мне стало плохо. Я до последнего момента не верила в то, что это всё правда. Я сделала большой глоток вина, успокоилась.

– Филипп, давай начнём с самого начала. Кто вы такие? Инопланетяне? – требовательно спросила я.

Эрик засмеялся, но под строгим взглядом Филиппа замолчал.

"Ангелина, я и правда не знаю как ты оказалась замешана в эту историю" – ответил он. Но учитывая события последних дней, я прихожу к мысли, что это не мы тебя втянули в приключения, а ты нас" – сказал он.

От его слов, я запутывалась в происходящих событиях ещё сильней. Я, их втянула? Что за бред. Это они меня втянули. Надо начать с самого простого, и всё станет по местам.

– Филип, кто вы такие? – ещё раз спросила я.

– Я, Филипп Авинов, потомок одного из древних НовГородских родов.

Марек и Эрик, потомки обрусевших шляхтичей Качимов. В далёком 1892 году, мой предок Иван Авинов, вместе с супругой приехал в имение своего друга Влодзимижа Качима, посмотреть на его новые винные погреба. Во время осмотра, один из сводов не выдержал, и обрушился. Помощи от дворовой челяди они так и не дождались. Через некоторое время стали разбирать завал самостоятельно. Когда доГорел последний огарок свечи, они выбрались. Однако, ни имения, ни конюшен, ни людей вокруг не было. О том, что они попали в другой мир, стало понятно ночью. Расколотая на две половинки луна, и ковш Большой Медведицы повёрнутый в другую сторону не давали в этом сомневаться. От их мира остался только погреб заполненный бочками с вином.

Как впоследствии оказалось, это был мир Ширин Зо Анг, а место, в котором они оказались, называлось – Серебряные Горы, или Джит Ранг на языке местных жителей. У наших далёких предков, как и положено по моде того времени, женщин украшало множество ювелирных изделий. Драгоценности и вино стали для них средством выживания и первоначальным капиталом в том далёком и загадочном мире. Двести лет наши семьи занимались разгадкой тайны портала. И вот, год назад, наши учёные разобрались в принципах его работы. Теперь у нас есть возможность путешествовать между нашими мирами, правда очень редко, но вполне успешно.

– То есть, вы самые обычные люди, которые случайно попали в другой мир – уточнила я.

– Да, Ангелина, совершенно верно – подтвердил он мои слова.

От того, что они не инопланетяне, или какие-то другие существа, стало Гораздо спокойнее. Я бы жутко расстроилась, узнав, что мужчина, который мне очень нравится – не человек.

Я так ждала любви, что когда она появилась в лице Марека, я была просто счастлива. Счастье, самое простое женское счастье не могло в очередной раз пройти мимо меня. А Мареку я нравлюсь, это точно. Моё сердце меня не обманывает. Я же вижу, с каким обожанием он смотрит на меня.

– Хорошо. Марек, кто такие крексы?

– Крексы, Ангелок, это пренеприятнейшие существа – сказал он глядя в мои глаза, его ладонь накрыла мои пальчики, и легонько сжала. Как же приятно, когда мужчина, который тебе нравится, оказывает даже небольшие знаки внимания. Это было не просто лёгкое рукопожатие, это было практически признание в своих чувствах. Этим он показал, что очень за меня переживает, и что он ко мне неравнодушен. Марек если бы ты только знал, какую бурю чувств ты вызываешь в моей душе и сердце. Я влюбилась в тебя в тот самый момент, когда в первый раз увидела тебя на конюшне. Жаль, что сейчас не время признаваться в любви. Нам надо разобраться с насущными проблемами возникшими на ровном месте. Из слов Филиппа, мне непонятно, почему он считает, что источником всех бед являюсь именно я? Что такого я могла взять у крексов, тем более это то о чём я вообще не знаю и не подозреваю. В последнюю неделю никаких посторонних и необычных предметов в моих руках не было. И как это что-то могло попасть в наш мир, если Филипп уверяет, что такого быть не могло.

– Ангелок о чём ты задумалась, -спросил Марек.

– Я никак не могу понять, что же такого есть у меня, что так нужно крексам. И кстати, ты так и не ответил, кто они такие?

– Крексы – это существа живущие за пределами Серебряных Гор. Они живут в лесах и болотистой местности. Они одни из самых известных воришек на нашей планете. Занимается всем: воруют, выполняет мелкие противозаконные поручения, изготавливают фальшивые деньги и документы. У них нет единого предводителя, поэтому с ними нельзя договориться. Некоторые собирают большие банды, и нападают на мирных жителей.

Хранители, как раз и занимается тем, что защищают жителей Серебряных Гор от этих тварей.

– Так ты типа нашего полицейского спросила я у него?

– Ангелочек, похоже, но нет. Кроме охраны от крексов, я занимаюсь защитой переходов между обитаемыми мирами. Также, хранители несут почётную службу во дворце, охраняя покой нашего императора и занимаются разведкой.

– Марек, всё, больше ничего не говори. После слово разведка, я поняла, что мне всего знать не надо. Это – не для женского ума дело.

Он замолчал и посмотрел на меня. "Да, не женского' – сказал он охрипшим голосом.

Из-за стола встал Филипп, – у меня дела сказал он и ушёл.

Следом поднялся Эрик: “И у меня”. Мы остались за столом одни.

“Ты такая красивая” – сказал Марек. – Я влюбился в тебя с первого взгляда ещё там, в конюшне. Жаль, что не мог сказать тебе этого раньше, и жаль, что мы не смогли познакомиться в тот же день.

От его слов в моей душе распустились розы, и сердце забилось как маленькая птичка в клетке. Я была счастлива и поражена его признанием. Понимала, что нравлюсь ему, но также знала, что мы люди совершенно разного круга. Признание в любви было как гром среди ясного неба. Мир вокруг меня расцвёл новыми красками. Счастье огромной волной захлестнуло меня, и заполнило каждую частичку моей души.

– Марек, – сказала я сорвавшимся голосом.

– Подожди, Ангелок, дай мне закончить – попросил он.

Когда ты пропала, я места себе не находил, не знал что и думать. Сбежал из больницы, и отправился на твои поиски.

Ты не появлялась дома на второй день, я был в отчаянии. Спрашивал о тебе соседей, мамочек гуляющих со своими детьми во дворе, но никто ничего не знал, ты исчезла.

Накричал на Филиппа за то, что он не догадался взять у тебя номер телефона или спросить фамилию. Я даже не знал, кого мне искать. Только имя, и всё.

Попросил у Эрика помощи в поисках через сны. Каким же облегчением было найти тебя. Жаль, что крексы так и не дали нам насладиться друг другом. Извини, что сразу не рассказал тебе о снах и не предупредил, что всё это практически реальность. Если ты думаешь, что после того что случилось, я стану думать о тебе плохо, ты ошибаешься. Это был самый лучший момент в моей жизни за который я тебе очень благодарен. Я понимаю, что мы с тобой практически не знакомы, и моё признание в любви это отчаянный шаг, но признался, и мне стало легче. Я буду любить тебя всегда, даже если ты от меня отвернёшься.

Я убрала свою руку из его, вызвав в его глазах бурю эмоций, от надежды, до горя. Положила ладони на его лицо, почувствовав под руками едва начинающую пробиваться щетину.

“Я тоже тебя люблю” – сказала ему.

Улыбнулась, и крепко поцеловала в губы. Поцелуй был Горячим и страстным. Марек стал, взял меня на руки и по мраморным ступеням понёс на второй этаж.

Любимый мужчина нёс меня на руках, и я знала куда мы идём. Мы шли в спальню. В моей груди огромными волнами бушевали чувства: нежность, любовь, страсть, обожание, волнительное ожидание близости и необыкновенная нежность к Мареку. Каждый шаг казался вечностью, каждая ступенька препятствием к моему счастью. Марек ногой распахнул двери в спальню. Подошёл к кровати, и осторожно поставил меня на толстый ковёр устилающий пол. Я почувствовала себя принцессой из сказки тысяча и одна ночь. Огромная кровать с резными спинками, свечи в серебряных канделябрах, воздушное облако балдахина.

– Любимая – прошептал он глядя в мои глаза.

– Любимый – ответила ему.

Он впился в мои губы поцелуем, я стал расстегивать на нём рубашку. С джинсами пришлось повозиться. Набухший от желания член мешал их снять. Желание близости с любимым мужчиной было таким сильным, что я оторвала пару пуговиц. Марек расстегнул молнию платья на спине, и оно упала вниз к моим ногам. Раздевали друг друга, не прекращая целоваться. Каждое прикосновение рук Марека, вызывало дрожь и сладкую тяжесть внизу живота. Волны сладостного томления развивались по всему телу. Мы рухнули в кровать, не размыкая объятья. Я таяла под его руками. Этот волнительный миг, когда любимый мужчина первый раз проводит рукой по твоей груди, слегка её сжимает, вызывая стоны, и учащённое дыхание. Его рука опускается ниже, исследуя животик, и аккуратную дорожку растительности на моём лобке. От прикосновений Горячий мужской руки, животик дёргается в сладостных конвульсиях. Мои руки с жадностью исследуют мужское тело. Гладят его, мнут, пощипывают, ощущая под рукой каждый миллиметр кожи любимого. Тело Марека вызывало восхищение своей красотой. Широкая спина, рельефные руки, выпуклые мышцы груди и кубики пресса, своим видом сводят с ума. Неужели, всё это для меня? Я не могла поверить своему счастью. Закрыла глаза, и всецело отдалась мужским рукам и губам. Марек оторвался от моих губ и стал покрывать поцелуями мою шею, очень медленно спускаясь вниз. Моя грудь налилась, соски затвердели и ждали мужской ласки. Я перестала дышать, чувство приближения его губ к моей груди. Он словно дразня меня стал покрывать её поцелуями вокруг ореола сосков. Я вцепилась в его волосы. Рука Марека гладила внутреннюю поверхность бёдер, опасно приближаясь к моим набухшим от возбуждения губкам, спрятанными за тонкой тканью трусиков. Горячие губы мужчины наконец-то накрыли ореол груди и вишенку соска. Тело выгнулось дугой, я громко вскрикнула от наслаждения. Это был первый в моей жизни микрооргазм от губ и языка мужчины ласкающего мою грудь.

Рука Марека неуверенно коснулась ткани трусиков.

"Не стесняйся любимый, это всё твоё и для тебя" – подумала я непроизвольно сделав движение тазом вперёд, к его руке. Его пальцы коснулись моих набухших складочек. Даже через ткань я чувствовала тепло его рук.

– Да, да – шептали мои губы.

Его член, Горячим пятном упирался головкой в моё бедро.

Пальцы, секунду назад ласкающие мою промежность через ткань, уже были в трусиках, и скользили по губкам. Они двигались вверх – вниз, задевали жемчужину клитора, вызывая у меня сладострастные стоны. Я очень хотела почувствовать его внутри себя. Желание было таким сильным, что дрожали мышцы влагалища.

– Возьми меня любимый – прошептала между вскриками наслаждения ему на ухо.

Марек встал на колени между моих ног и снял с меня трусики. Казалось, от наслаждения этим моментом, и знания того, что сейчас случится, я потеряю сознание. Его член от возбуждения не просто стоял, он практически касался живота. Не огромный, чуть больше среднего размера, с крупной головкой, тёмной от желания и притока крови. Лёг на меня, одновременно проникая в мою Горящую от страсти пещерку. Ободок головки скользил по её стенкам, вызывая волну наслаждения. Я чувствовала каждый миллиметр входящего в меня члена. Он сделал всего пару движений, и в моём животе произошёл взрыв наслаждения, захлестнувший меня волной оргазма. На секунду потеряла сознание.

– Ангелок, тебе плохо? – как сквозь сон услышала я голос Марека.

– Нет, любимый, мне хорошо, не останавливайся.

Мужская сила в Мареке кипела. Его движения становились резче, темп увеличивался.

С каждым его толчком я всё больше терялась связь с реальностью. Я растворялась в любви ласке, удовольствии и блаженстве. Всё вокруг перестало для меня существовать. Были только мы вдвоём, я и он – мой любимый мужчина. Я слышала свой голос, но он доносился до меня издалека.

Я кричала, стонала, просила ещё и умоляла не останавливаться. Мои ногти расцарапали спину Марека. Но я этого не замечала как и он, мы оба Горели в пламени страсти.

Наивысшей точки блаженства достигли одновременно. Это было похоже на взрыв сверхновой звезды. Казалось, я растворилась в этом огромном океане из любви ласки и нежности.

– Я люблю тебя, слышишь? Я тебя люблю – шептали его губы мне на ухо. – Люблю.

После его слов мир вокруг нас изменился навсегда и больше никогда не станет таким, как был прежде. Три слова изменили всё, что нас окружало. С этой минуты мы становились одним целым.

Утром спускаюсь по ступенькам в общий зал, мне было немного стыдно. Всё время хотелось спрятаться за широкую спину Марека. Но он вёл меня под руку как королеву, медленно спускаюсь вниз. Филипп и Эрик уже ждали нас внизу у накрытого к завтраку стола.

Эрик, при виде нас, не смог сдержать улыбки. Было видно, что он искренне рад за брата. У Филиппа было строгое выражение лица, однако его глаза улыбались.

– Доброе утро Филипп – сказала я, – Доброе утро Эрик.

– Доброе утро Ангелина – ответили мне мужчина. Как спалось?

Конечно же, он знал, что мы с Мареком не спали всю ночь, это было видно по нашим счастливым глазам и моим припухшим от поцелуя губам. Я выпила чашку кофе и попросила Марека отвезти меня в гостевой домик Я очень хотела принять душ мыться и почистить зубы.

«Ангелина» – сказал он. После того, как ты меня спасла, Филипп распорядился один из гостевых домиков подготовить специально для тебя. Там есть всё, даже одежда твоего размера – добавил он.

Я была счастлива от его слов. Второй раз я попадала в эротические приключения в вечернем платье. Вчера оно всю ночь пролежала на полу у кровати, и с утра вид у него был так себе. Марека к себе гостевой домик не пустила. Это грозило обернуться продолжением бессонной ночи, а у меня уже не было сил, мне необходим был душ, и полчаса сна.

Душ меня, конечно немного приободрил, но очень хотелось спать, бессонная ночь давала о себе знать. Зашла в спальню, и с мокрыми волосами упала на кровать, сушить их не было сил. Закрывая глаза, была уверенна, никаких снов не приснится, уж слишком я была измотана.

Моим надеждам не суждено было сбыться. Едва заснув, я опять оказалась в том же сне, на том же месте в нашей поликлинике, в большом холле с телевизором. Правда, одета была в повседневную одежду, тонкие джинсы и майку.

"Марек" – неуверенно позвала я любимого.

Он не ответил. В сердце стали закрадываться страхи, что происходит? Почему я опять здесь? Стена коридора пошла трещинами, на пол посыпались кирпичи.

Было ощущение, что кто-то с той стороны пытается её проломить.

"Марек" – закричала я, – спаси меня.

Я испугалась, у меня задрожали руки. Понимала, что это сон, но никто мне так и не объяснил, умирая здесь, смогу ли я проснулся? Или это смерть в обоих мирах, яви и сна?

Как и в прошлый раз, на стене холла рядом с телевизором, появилась дверь с круглой ручкой. Она не открылась, её выбили. Удар был такой силы, что дверь переворачиваясь в полёте достигла противоположной стены. Из проёма вышли Марек и Эрик.

Кирпичная стена коридора перестала осыпаться. Из получившихся округлых отверстий с рваными краями, полезли крексы.

"Ангелина проснись!" – выкрикнул Марек, и сильным ударом меча отрубил ближайшему крексу руку с топором. Серокожий заверещал, разбрызгивая из раны фиолетовую кровь, и растворился в воздухе.

Я представила, как крекс попадает в меня топором, к Горлу подкатил комок. Не знала, что во сне можно так плохо себя чувствовать.

Эрик не отставал от брата, сильным ударом разрубил одному из нападающих голову на две половинки. Крекс без визгов растворился в воздухе, к ногам Эрика упал очередной топор на длинной рукояти, украшенной разноцветными ленточками. Крексов было много. Как бы небыли сильны мужчины, справиться с таким количеством тварей они не могли.

Старалась проснуться, но не могла.

Я крепко зажмуривала глаза, сжимала кулаки так, что ногти впивались в кожу.

Твердила: "Проснись, проснись", – но всё было бесполезно.

Через проломы в стене появлялись всё новые и новые серокожие твари.

Эрик протянул в сторону левую руку, сделал круговое движение кистью, и в ней появился предмет похожий на охотничий рог. Тут же, по нему попал топор крекса, погнув его и отколов кусочек. Моё сердце дрогнуло, дыхание остановилось. Ещё чуть чуть, и Эрику могло отрубить руку. Не переставая отбиваться от серокожих, чуть спрятавшись за спиной Марека, он в него дунул. Звука не было. Крексов становились всё больше. У ног мужчин уже собралось два десятка топоров.

От громкого треска, моё сердце провалилось в живот. В потолке над головами Эрика и Марека образовалась дыра. Из неё на головы мужчин посыпались крексы. Они огромной кучей похоронили под собой двух братьев. Я в шоке смотрела на то, что произошло.

"Марек!" – закричала я. – Любимый!

Бросилась к этой огромной куче тел. Стала оттаскивать в сторону крексов. Они громко галдели, и радостно тыкали в меня лапами. Слёзы сплошным ручьём лились из глаз, у меня была истерика.

"Марек, Марек" – шептали мои губы.

Серокожие окружили меня, накинули на шею верёвку, и как домашнее животное потащили в один из проломов.

Последнее, что я увидела, это то, что под кучей из тел крексов не было оружия мужчин, а это значит, что они успели уйти. Сердце радостно забилось, они живы и обязательно меня спасут.

Никакого тёмного марева, тоннелей или полётов в невесомости не было. Сделав шаг за стену, я сразу оказалось в совершенно другом месте. Вероятно, это была база крексов. Их здесь были сотни. Серокожие тренировались с оружием, и просто шли по каким то своим делам. Меня тащили на верёвке в сторону двухэтажного здания с решётками на окнах. Многие из воинов смотрели на нас с удивлением. Или, они никогда не видели людей, или посторонних здесь вообще не бывает.

"Лахкрис!" – кричали они, показывая на меня пальцем.

Крекса ведущего меня на верёвке, одобрительно похлопывали по плечам и что-то восторженно говорили.

Я пыталась проснуться, но мои попытки сделать это проходили в пустую. Я хоть и понимала, что это сон, но моё состояние было подавленным. Происходящее было похоже на затянувшийся кошмар наяву. Сон всё меньше казался сном. Почему же Марек, Эрик или Филипп просто не разбудят меня? Ведь это так просто!

Меня завели в помещение на втором этаже. Стол, стул и кровать, вот и вся обстановка комнаты.

Крексы ушли, я осталась одна. Пора просыпаться решила я. Сейчас я знала как это сделать. Села на стул, закрыла глаза, сделала пару глубоких вздохов что бы набраться смелости и....очень сильно ударила головой в стол, надеясь проснуться. Было больно, в голове звенело, перед глазами мелькали разноцветные пятна. Но, с надеждой открыв глаза, почувствовала, как на меня накатила чёрная волна депрессии, я так и сидела за столом.

"Марек, спаси меня любимый" – шептали сквозь слёзы мои губы.

Через полчаса в комнату зашли четыре серокожых воина.

Двое схватили меня за руки, третий достал верёвку и связал мои запястья. Четвёртый залез на стол, и накинул длинный конец верёвки на крюк торчащий из потолка. Крексы натянули верёвку, мои связанные руки оказалось над головой. Чувство беззащитности было страшным. Воины посмеиваясь уселись на пол под стену. Они явно кого – то ждали.

Чуть скрипнула открылась дверь, в комнату зашёл человек. Моё сердце радостно забилось, чёрная безысходность затопившая моё сознание, стала отступать. У меня появился шанс на спасение.

– Матвей, спаси меня! – выкрикнула я с надеждой и радостью увидев вошедшего.

Да, это был он. Человек, о котором буквально две недели назад я мечтала. Мужчина, который в моих грёзах вёл меня под венец и мог стать отцом моих детей. Но, оказался похотливым козлом и трусом.

Но сейчас, я была очень рада его видеть.

– Матвей – я заплакала. – Развяжи меня, пожалуйста.

Он взял стул, сел. Вздохнув посмотрел на меня.

– Извини. Я не хочу и не буду этого делать. Слишком многое мне пообещали за то, что я должен узнать.

– Я ничего не знаю – ответила ему сквозь слёзы.

– Да, не знаешь. Ты взяла у крексов вещь, которая им очень нужна. Очень. Они готовы на самые крайние меры, чтобы получить это назад.

– Матвей, я проснусь, приду к тебе и выцарапаю тебе глаза, если ты меня не освободишь – сказала со злостью этому жалкому подобию мужчины. – И Марека попрошу всю твою мерзкую рожу разбить. Быстренько скажи своим волшебникам, пусть меня расколдуют, я хочу проснуться!

При имени моего любимого, крексы вздрогнули. Матвей тоже испугался, но быстро взял себя в руки.

– Ангелина, не хочу тебя расстраивать, но волшебники, это как Дед Мороз, в них только дети верят. А вот составляющие магии существует во всех мирах, и в твоём тоже. Просто вы не умеете ей пользоваться. Вы как ребёнок, у которого есть фонарик и батарейки. Он не понимает, для того чтобы появился свет, батарейки надо вставить в фонарик. Мир Марека, магический. Но, сейчас не об этом, где накопитель?

– Я ничего не брала! Не брала! – выкрикнула ему.

– Ангелина, у тебя на руках метки от накопителя, ты знаешь, где он.

– Нет у меня ничего! Развяжи меня козлина!

– Ну, раз не хочешь по хорошему, будем разговаривать по плохому – ответил он.

– Что, будешь бить связанную женщину? Трус! – с презрением сказала ему.

– Ангелина, ну это же сон. Да, реалистичный, но сон. Бить бесполезно. А вот то, что я с тобой сделаю, этого никто и никогда не забудет. Марек бросит тебя, не задумываясь. И если ты думаешь, что он защищает тебя просто так, ты ошибаешься. Ему накопитель нужен даже больше чем нам. В нем воспоминания его матери, а она очень важный человек в Серебряных Горах. Сейчас, она не помнит ничего, даже своих детей

В её воспоминаниях десятки государственных тайн. Не говоря уже о том, что их отцу по закону придётся жениться на другой женщине.

Так что, ему тоже нужно то, что ты взяла.

– Неправда! – выкрикнула я. Он меня любит, и о том, что накопитель якобы у меня, ничего не знает! Любит! Просто так!

– Он не знает о накопителе? – ошарашенно спросил он. Вот так повезло! Надо обязательно сообщить об этом Летарии.

Мы слишком долго предваряли наш план в жизнь, чтобы к завершению, не обращать внимания на такие вещи.

Я удивлённо смотрела на Матвея.

– Я тебе расскажу, всё равно ты из этого сна не выйдешь.

Я, как и Качимы, житель Серебряных Гор. Летария, это дама из высшего света. Она уже много лет моя любовница. Именно на ней должен жениться отец Марека и Эрика. Как только это случится, моя жизнь превратится в сказку. А старшего Качима, через годик отравим, и заживём как короли!

Матвей мечтательно закатил глаза.

– Последний раз спрашиваю, где он?

– У меня его нет – ответила ему в который раз.

Я не врала. Что такое накопитель, как он выглядит, и почему он у меня – я не знала. Для меня самой, это было загадкой.

Матвей подошёл ко мне, и глядя в глаза стал задирать на мне майку, подняв её до самого подбородка.

Я с ужасом поняла, что он собирается делать. Если он меня просто будет избивать, Марек будет меня после этого на руках носить и оберегать даже от укусов комаров.

А вот если он меня изнасилует на глазах крексов, через час об этом будет знать каждый житель Серебряных Гор. Но я не знала, что эта тварь по имени Матвей, придумал ещё более ужасный способ добиться от меня правды.

Он достал нож, и провёл по моему лицу. От страха перестала дышать, задвоилось в глазах.

– Нет, так легко ты не отделаешься – сказал он.

Нож ему нужен был, чтобы перерезать лямки бюстгальтера. Остатки бесформенными тряпками полетели на пол. Моя упругая грудь третьего размера, которую ещё пару часов назад ласкали руки и губы Марека, беззащитно открылась взглядам крексов и Матвея.

– Да, сиськи у тебя конечно суперские – сказал он беззастенчиво их лапая.

Крексы смотрели на меня открыв рты. От стыда и омерзения хотелось умереть.

Матвей медленно расстегнул пуговичку моих джинсов и потянул за молнию.

Я вышла из оцепенения, и замолотила ногами стараясь попасть этому козлу по яйцам.

Матвей что-то приказал крексам на их языке. Один подскочил, достал из кармана небольшой мешочек. Вытянул руку вперёд, и осторожно насыпал на свою четырёхпалую ладонь совсем немного порошка зелёно– коричневого цвета. Подошёл, поднёс ладонь к моему лицу и накрыл нос. Подействовало сразу. Тело перестало меня слушаться, я могла только разговаривать.

Матвей снял с меня джинсы.

Крексы возбуждённо загомонили, тыкая в меня пальцем. На мне остались одни белые тонкие трусики.

"Господи, пожалуйста, дай силы проснуться. Пусть этот кошмар закончится" – мысленно просила я бога.

Матвей зашёл мне за спину и очень медленно одну за одной, перерезал боковые лямочки трусиков. Серокожие затая дыхание смотрели на это действие. То, что раньше было трусиками, упало на пол, открывая их взглядам мою аккуратную промежность с узкой дорожкой тёмных волос на лобке. Крексы восторженно загомонили, размахивая лапами.

– Матвей, тварь! Я убью тебя! – кричала я захлёбываясь слезами. Отпусти меня ублюдок! Марек! Марек! Спаси меня.

– Забыл сказать – мерзко ухмыляясь, сказал Матвей. Мареку, в прорезь для глаз в его доспехах, попал топор крексов, когда они посыпались с потолка. Он пытался защитить Эрика от удара в спину, и вот такой результат.

Моё сердце от этой ужасной новости оборвалось. Мне сейчас было всё равно, что со мной случится. Без Марека, жить не хотелось.

"Не думаю, что хранителя так можно убить, но на пару часов он выбыл. А мне, этого времени вполне хватит" – продолжил он.

"Жив! Мой любимый жив!" – хотелось закричать от радости.

Но надолго ли он любимый, вот в чём вопрос. После того, что сейчас со мной случится, ему даже не дадут встретиться со мной. Это будет позором для их рода. И с общественным мнением ничего сделать нельзя. Даже если он примет меня после этого, я сама не смогу продолжить с ним отношения. Я слишком его люблю, что бы обречь на жизнь с постоянным перешёптыванием за спиной.

Матвей всё же был обычным мужчиной. Его инстинкты при виде красивого и стройного обнажённого женского тела сработали как положено. Член напрягся и топорщился через ткань брюк.

– Что сучка, вспомнила как давала мне в ванной? – сказал он, проследив за моим взглядом.

– Если бы я знала, что ты такой козлина, я бы в тебя нож для торта воткнула – ответила ему.

Матвей стал меня беззастенчиво лапать.

– Меня из Серебряных Гор изгнали год назад – сказал он, не переставая мять мои груди.– Но ничего, скоро я туда вернусь, осталась буквально пара дней, и это старый богач женится на моей Летарии.

Его руки переместились на мои стройные ножки. Погладил внутреннюю поверхность бедер, грубо помял промежность .

– Отличная у тебя дырочка, я помню с каким удовольствием натягивал тебя на свой член в ванной и как ты мне подмахивала" – улыбаясь сказал он. Ты ведь тоже это прекрасно помнишь, ты не могла этого забыть, да, шлюшка?

– Ты сдохнешь в муках, тварь, я тебе это обещаю! – выкрикнула ему в лицо.

Он положил руки на ягодицы,

погладил, помял, больно щипнул за каждую.

– Вот так повезло – сказал он, – такая красивая девушка и вся моя.

– Я оторву твои яйца, ты пожалеешь что на свет родился – у меня начались истерика. Я плакала не останавливаясь. Он подобрал с пола мои трусики и затолкал мне в рот.

– Заткнись.

Я так хотела чуточку счастья, и вот теперь оно, такое близкое ломается этим ублюдком Матвеем.

Он что-то сказал крексам. Они вскочили. Один отвязал верёвку удерживающую меня на крюку, остальные подхватили моё падающее тело и оттащили на кровать. Матвей подошёл ко мне и не стесняясь крексов снял штаны вместе с трусами. Его эрегированный, во вздувшихся венах член был готов к работе.

"Ты знаешь, раком я тебя уже имел. Теперь хочу, как ни будь по другому, и в другую дырку" – сказал он.

Он повернулся к рексам и снова что-то сказал на их языке. Один из них подскочил и убежал, хлопнув дверью. Вернулся буквально через минуту. В руках у него был небольшой металлический сосуд. Он поднёс его к Матвею и отдал в руки. О содержимом я узнала через пару секунд. Матвей устроился между моих ног, закинул их себе на плечи, открывай своему взору обе мои беззащитные дырочки. Из кувшинчика, тонкой струйкой на них полилось обычное растительное масло.

“Я ещё не знаю, в какую из них тебя поиметь, поэтому полью маслом обе, на всякий случай” – мерзко ухмыляясь, сказал он.

Стал водить головкой члена сначала по губкам, потом по колечку анального сфинктера.

Приговаривал: «Туда? Сюда? Туда? или сюда?»

Я снова мысленно просила господа дать мне сил, или проснуться, или умереть.

Головка члена, вся перемазанная в масле остановилась на моей узенькой дырочке, которую я бегала только для одного мужчины – для Марека.

“Ну что, готова ко второму приходу лучшего члена в своей жизни?” – спросил он. – Получай.

Сделал движение вперёд, вгоняя в меня свою головку. Она надавила на колечко ануса, и провалилась внутрь.

“Отличная узкая дырка” – сказал Матвей, и надавил сильнее.

Его член медленно погружался в меня, растягивая сопротивляющиеся мышцы сфинктера. Он загнал его полностью, несколько меня не жалея, и не думая о моих ощущениях. Мне было больно. Он разрывал мои внутренности. Я лишь могла мычать с трусами во рту. Это было унизительно, мерзко и страшно. Я поклялась себе, что если выживу, он умрёт самой мучительной смертью.

Крексы, довольные смотрели на это действие. Они смеялись и размахивали лапами, подбадривая насильника. Было видно, что происходящее доставляет им удовольствие. Но я ещё не знала самого страшного, что для меня приготовил Матвей.

Каждый раз, когда он загонял свой член в мою узкую дырочку, я чувствовала боль. Я ощущала каждый миллиметр скользящего внутри меня члена. Mатвей, терзал мою прямую кишку уже минут десять, и никак не мог кончить.

"Господи, да кончай же быстрее. У меня уже нет сил терпеть, я сейчас умру" – обречённо думала я.

Наконец-то он зарычал, задёргался, сделал пару движений и обмяк. Слез с меня, оделся.

“Если ты, шлюха, думаешь, что на этом всё, ты глубоко ошибаешься" – сказал он.

"Да что же может быть ещё хуже того, что произошло" – подумала я.

"Теперь, тебя поимеют мои лучшие друзья" – сказал он, и показал пальцем на серокожих, радостно ухмыляющийся под стеночкой.

Моё сердце перестало биться от ужаса, когда до меня дошёл смысл его слов. Только от одной мысли, мне стало мерзко, гадко и противно. Я не верила в то, что он может на это пойти. Если у меня и оставалась хоть какая-то маленькая надежда на то, что отношения с Мареком восстановятся, после его слов я поняла, этого не будет никогда. Все мои надежды только что сгорели в чудовищном огне извращённой фантазии Матвея. Он перевернул мою бесчувственное тело на кровати, положив на живот. Взялся за поясницу и приподнял, ставя меня раком. Повернулся к крексам, и произнёс несколько слово на их языке, пальцем показывая на одного из сидящих у стены.

Я практически ничего не могла видеть, но слышала всё, что происходит за моей спиной.

Один из серокожих подошёл к кровати. Зашуршали завязки его одежды, какая-то часть упала на пол. Он залез ко мне, помял мои ягодицы, восхищённо цокая языком, взялся за них, и пристроился сзади. Я не могла ни проснуться, не умереть, просто ревела. Его член пробыл во мне около минуты, он задёргался кончая, заверещал и слез с кровати. Что-то довольно прокричал своим сородичам. Матвей показал пальцем на следующего. Судя по звукам, серокожие радовались своим попыткам. Меня поимел очередной, и снова в анал. Карусель из крексов продолжалось полчаса. Меня как разпоследнюю шлюху имели в обе дырки. Каждый крекс подошёл ко мне по два раза. Жить дальше смысла не было, даже проснувшись, мне захотелось бы повеситься.

Матвей в очередной раз что-то приказал одному из них, я снова почувствовал порошок на своём лице. Через минуту моё тело обрело былую чувствительность. Я могла шевелить руками и ногами. Но вставать с кровати желания не было. Хотелось лечь, закрыть глаза и умереть.

– Ангелина, как только крексы выйдут из этой комнаты, о твоём позоре через час узнает даже самый последний чистильщик обуви в Серебряных Горах. Я опозорю тебя так, что ты в жизни не отмоешься.

– Я обещаю, ты сдохнешь в муках – прошептала я искусанными губами.

– Марека можешь забыть навсегда. Ещё раз спрашиваю, где находится накопитель, где ты его спрятала? Сейчас я позову мага, и если не ответишь, мы считаем твою память. Ты превратишься в ходячий кусок мяса без мыслей и желаний.

– Не знаю – в истерике выкрикнула я, уже наверное в сотый раз. – Не знаю.

Матвей достал из кармана мел, нарисовал на стене круг и внутрь вписал сложный знак похожий на китайский иероглиф. Знаки почернели и исчезли, превратившись в густой дым.

“Если ты ещё чего-то не поняла, сейчас я тебе объясню” – сказал Матвей. Этот сон в котором ты сейчас застряла на самом деле, и не сон. Он сон только для тебя, для нас это практически вторая реальность. Я постараюсь объяснить это для тебя в доступной форме. Ты ведь прекрасно представляешь, как устроена интернет сеть в вашей реальности. Это миллионы компьютеров связанные между собой. Человек может узнать любую информацию, главное, чтобы она не была защищена паролем, или спрятана от других. У каждого компьютера есть защита, антивирус, пароль. Простой человек не может просто так взять, и влезть в чужой компьютер, ему нужен пароль. Так вот, наши маги научились объединять наш разум в огромную сеть. Всё, что ты видишь вокруг – это реальность созданная сотнями человек, который сейчас спят. Но, ты видишь только ту информацию, которая находится в свободном доступе. Практически никто не может пролезть в чужой сон, не зная пароля. Наши маги давно научились защищать свой разум от чужого вторжения. На Земле таких технологий нет, и они никогда не появятся, ваш мир пошёл по совершенно другому пути развития. Я тебе говорю это для того, чтобы ты поняла, всё, что здесь происходит, для жителей Серебряных Гор не просто сон. Твой мозг защиты не имеет, поэтому он полностью под контролем одного из наших магов. И сейчас, твой уровень ощущения реальности полностью такой же, как и в жизни. В этом здании, содержат нарушителей дисциплины, мы сейчас в комнате караула. Здесь всегда стопроцентная реальность. Если убить человека или крекса в этих стенах, он умрёт и наяву. Мозг не в состоянии перенести такие нагрузки. Сейчас, когда мы имели тебе как шлюху пуская по кругу, каждый из нас получали настоящее удовольствие. Щупая твои сиськи, или лапая задницу, я и крексы, чувствовали то же самое, что и в жизни. А ты, настоящую боль и моральные страдания. Я говорю тебе это для того чтобы ты поняла, если не расскажешь мне, где накопитель, о том что произошло в этой комнате узнает вся семья Марека. Вы никогда не будете вместе после такого позора. Ни в одной из реальностей, высший свет Серебряных Гор тебя не примет. Да, тебя будут обсуждать, тебя будут жалеть, горевать о сломанной судьбе, но для них ты станешь изгоем. И если секс со мной ещё как то можно принять, то с крексам всё сложнее. К сексу с ними относятся так же, как к совокуплению с животными.

В дверь комнаты легонько постучали из коридора, серокожий открыл. Вошедший был магом, человеком. По крайней мере, у него было по пять пальцев на руках, и не было зелёных круглых глаз, да и кожа была обычного цвета.

– Почему она голая? – спросил маг, – Ты что, трахал её? Он посмотрел на Матвея.

– Да – ответил Матвей. Сначала поимел её в восхитительную упругую задницу, потом наши друзья крексы пустили её по кругу, трахая в обе дырки.

– Жестоко ты с ней, Матвей. Что же такого девушка натворила? – поинтересовался маг.

– Так это она накопитель украла! У неё на руках магические метки от него – ответил Матвей.

– Не крала я ваш накопитель – сквозь слёзы прошептала сухими губами.

Маг посмотрел на Матвея.

“Я по контракту в этом сне уже второй год сижу. Здесь нет ни одной бабы кроме уродливых, кривоногих, серокожих шлюх, обслуживающих крексов. У меня, секса уже полтора года не было. Я уже забыл, что такое настоящая баба, и на что её промежность похожа. У меня только от одного вида этой красавицы член пытается штаны разорвать” – сказал он. – Короче, пока я не кончу, никакого переноса воспоминаний, и чтения мыслей не будет, тебе понятно?

Матвей после его слов даже не возмутился.

“Да какие проблемы” – ответил он. – После этого сна, она навсегда станет бессмысленным куском мяса в своём мире. Нам главное узнать, где накопитель и больше ничего нам не нужно. Времени у нас навалом. Найти её не смогут, магических меток на ней нет.

Маг посмотрел на мои голые ноги, скользнул взглядом по тоненькой дорожке волос на лобке, полюбовался грудью. Не моргая стал смотреть в мои глаза. Я снова оцепенела, маг взглядом подчинил моё тело.

– Матвей, у неё же совершенно незамутнённый ничем разум, на нём даже защита не стоит. Никогда такого не видел, только у младенцев. Вы где её взяли?” – изумлённо спросил он.

–Если я скажу тебе где моё взяли, мне придётся перерезать тебе горло прямо в этой комнате. О некоторых вещах тебе знать не надо, дольше проживёшь – ответил Матвей.

–Понял, понял – сказал маг, – мне, в принципе всё равно. У меня сейчас есть одно очень важное желание. И оно такое сильное, что у меня сейчас пуговицы на брюках поотлетают и вырвет молнию.

Я, конечно же понимала на что намекает этот человек, и знала что сейчас произойдёт. Я даже плакать не могла, у меня не было слёз. И желание жить дальше после того, что произошло.

Мужчина подошёл ко мне, наклонил голову к волосам, понюхал.

–Баба – сказал он, – и пахнет вкусно. Как же давно я не чувствовал этот восхитительный запах.

Он коснулся губами моей шеи. Одну руку положил на ягодицы, второй лапал мою грудь. От удовольствия закрыл глаза, часто задышала, стал постанывать. Рука тискающая мою попку, переместилась на лобок, прошлась по тонкой дорожкой волос.

Захватил губами ореол соска, языком стал водить по кругу, обеими руками больно сжал задницу. Чувствовала, как его член упёрся мне в ногу. Хотела попросить мага, чтобы он меня убил, и прекратил это насилие, но губы не слушались. Я чувствовала себя резиновой куклой попавшей в руки маньяка.

– Жаль, жаль, что тебя крексы поимели в обе дырочки. Я представляю, какие они сладкие – сказал он мне на ухо. Матвей конечно идиот – продолжил он. – но ничего, я тебя себе оставлю, для опытов, сексуальных.

Оторвался от груди, посмотрел на меня затуманенным взглядом, положил руку на голову и сказал: “Соси”.

Чужая воля вторглась в мой разум разбивая в щепки слабые попытки ей сопротивляться.

Мне так захотелось у него отсосать, что свело скулы и задрожали руки. Я пыталась сопротивляться, но что может сделать мой женский мозг против мага разума? Я даже не могла сказать этой твари, что он пожалеет о том, что вообще на свет родился. Желание сделать минет, было таким сильным, что подкосились ноги, и я, упала на колени больно ударилась об пол. Дрожащими руками стащила с него расшитые замысловатым узором брюки без ремня и молнии. Член мага был так напряжён, что выскочив из трусов, ударился о его живот. Я накинулась на него как баба, у которой 10 лет не было мужика. Мой разум оказался заперт в клетке, тело жило своей жизнью.

Засунула член в свой рот с такой жадностью, что подавилась, так глубоко я на него насадилась.

Лизала головку, сосала её как леденец, покусывала ствол. Играла с яичками, обрабатывала их языком и засовывала в рот. Захлёбывалась слюнями от радости, что у меня во рту горячий, твёрдый, сводящий с ума мужской хрен. Совала его себе по очереди за обе щеки, водя головкой по нежной и чувствительной внутренней поверхности. Облизывала ствол, тёрлась о него лицом с жадностью вдыхая мужской запах. И снова, поглубже в рот. Я не могла сопротивляться чужой воле.

Я понимала, что всё это мерзко и противно, но моё тело больше мне не принадлежало. Маг закатывал глаза и громко стонал. Его не хватило и на минуту. Он задрожал, схватил меня за волосы, закричал: “ Я кончаю”, – засадил в рот по самые яйца, раздвигая набухшей головкой хрящи горла, и кончая глубоко в меня огромным количеством спермы. Я даже не смогла всю её проглотить за один раз, да и воздуха мне не хватало. Сделала движение головой назад освобождая рот от его члена. Вдохнула, и снова взяла его в рот. “Оближи его хорошенько” – сказал маг.

Я как послушная собака проглотила всё, что было во мне, и слизала каждую оставшуюся капельку, снова проглотила. “Хорошая девочка” – сказал он, и похлопал меня по голове. Наваждение пропало. Я снова чувствовал своё тело. Во рту стоял запах, и привкус мужского семени. Меня стошнило прямо под ноги мага. Он скривился, сделал движение рукой, и пятно исчезло.

Я понимала, что выхода у меня из этой ситуации нет. Я одна ни за что не справлюсь с шестью мужчинами привыкшими воевать. Моё будущее было мне понятно. Скорее всего я умру на какой ни будь помойке в теле кошки, а моё бездушное тело будет трахать маг, пока ему не надоест. Да, замечательная перспектива. И всё это произошло только из-за того, что я пошла на день рождения к подруге. Только из-за того, что я хотела капельку женского счастья, и любви. Такие простые желания привели к таким катастрофическим последствиям. Я даже не знала, кого в этом винить. Всё это было чередой нелепых случайностей и совпадений. Марек за меня отомстит, но мне уже будет всё равно.

– Марек вас убьёт за это – прошептала я искусанными губами. – убьёт.

– Матвей, это какой Марек? – испуганно спросил маг.

– Мрачный риггет. Он отомстит, вы все пожалеете о том, что сделали.

– Матвей, ты охренел!? – заорал маг с перекошенным от страха лицом. Марек нас в капусту изрубит, и нам ещё повезёт, если он убьёт нас быстро! Ты подставил меня, урод!

Маг выхватил топор у одного из крексов, и рубанул Матвея по ноге. Брызнула кровь. Матвей заорал от боли пытаясь руками закрыть фонтанирующую рану, упал на бок, не переставая кричать от боли. Крексы с ужасом на серых лицах столпились в углу.

Маг, не поворачиваясь к серокожим, просто махнул им рукой. Они подскочили к Матвею, и крепко схватили его за руки и ноги.

Маг поднёс к лицу топор, и дунул на него. Лезвие от его выдоха накалились так сильно, что стало малиновым. Он поднёс топор к жуткой ранее на ноге Матвея и прижёг. Он опять заорал, но ещё громче, чем в первый раз и протяжнее. От запаха палёной кожи моё сознание стало уплывать, я чувствовала, что сейчас упаду в обморок.

Пол под ногами дрогнул, задрожали стены, на улице раздались испуганные крики серокожих солдат. Здание содрогнулась от удара, часть потолка обрушилась. Огромный кусок упал на крекса, у которого на поясе висел мешочек с парализующий пылью. Кусок был такой тяжёлый и большой, что раздавил его, и пробив пол упал на первый этаж. Через дырку в полу было видно пыточную. Камень размолотил стол и стулья, оставив неповреждённым только большой открытый очаг с жаркими языками пламени. Пыль из раздавленного мешочка облачком взметнулась вверх, смешиваясь с пылью от рухнувшего потолка. Вдохнули все кроме меня. Я заскочила на стол, и просунул голову в дыру на чердак. Пыльный воздух был лучше, чем серо-зелёная пыль, которую вдохнули все остальные. На всякий случай, простояла на столе пять минут. Боялась, что как только спущусь, могу надышаться и упасть рядом с ними. Судя по всему, на базу напал Марек, и его братья по оружию.

Если бы кто-то, пару недель назад сказал мне, что я буду верить в магию, я бы громко рассмеялась. Сейчас, мне было не до смеха, надо было что-то делать с крексами, магом и Матвеем. Моя тайна должна остаться здесь, в этих четырёх стенах. Если хоть один из пятерых останется в живых, на моём будущем можно поставить жирный крест. А я, очень-очень хотела остаток своей жизни повести с Мареком. Это значило, что пока сюда не ворвался кто-то из его людей, этих пятерых мне придётся убить. Я конечно понимала, что это сон, но даже во сне я никогда не убивала живых существ.

Наклонилась над одним из находящихся без сознания крексов, вытащила из-за его ремня тонкий нож. Как бы не было для меня это противно, придётся их зарезать. Я на работе видела много крови, и никогда это меня не смущало, и не приводила в ужас. Но сейчас я должна была не лечить, я должна была убивать. Ладони вспотели, сердце так бешено билось в груди, что казалось, сейчас выскочит. Потом я вспомнила, что они со мной сделали, и руки дрожать перестали. Перевернула каждого из серокожих на спину, там было меньше брони, и тонким ножом каждому проткнула сердце. Крови практически не было она вся оставалось внутри. Вот и пригодилась не моё медицинское образование. То же самое, сделала с магом, но его переворачивать не пришлось, доспехов на нём не было, просто проткнула сердце ножом. Так спешила это сделать до прихода Марека, или кого-то из его друзей, что даже не оделась. С удивлением посмотрела на свои голые ноги, вздохнула, натянула джинсы и майку. Трусики и лифчик можно было выкидывать. А вот что делать с Матвеем, я пока не решила. Эта тварь должна сдохнуть в муках, как я ему и обещала. Ещё одна мысль не давала мне покоя. Это магические миры, и просто смерть не даёт гарантии, что никто ничего не узнает. Считать информацию с мозга можно и у недавно умершего. Я знала, что надо делать, но очень этого не хотела. Подняла топор одного из крексов, и принялась разбивать им головы. Фиолетовая кровь всех четверых забрызгала стены, мои руки, лицо и одежду. Тоже самое, пришлось сделать с магом разума. Его голова оказалась крепче, чем у крексов, пришлось бить сильней. В брызгах крови и мозгов было всё, даже мои волосы. Зрелище было ужасным. Меня стошнило.

В живых остался только один – Матвей. И он ответит мне за всё, что сделал со мной. Он не может просто так умереть, сначала я приведу его в чувство.

Вспомнила, что у одного из серокожих было средство снимающее воздействие парализующей пыли. Преодолевая брезгливость, пришлось шарить по карманам всех четверых. Нашла.

Подошла к Матвею, и прежде чем привести его в сознание, сделала ему прокол в районе поясницы, повредив спинной мозг между двух позвонков. Я превратила его в инвалида, не имеющего возможности ходить. Руки его работали, глаза всё видели, он всё слышал и мог разговаривать, но ходить он не мог. Особо не заморачиваюсь просто развязала мешочек и высыпала пыль в лицо. Через несколько секунд он открыл глаза. Попытался встать, но ноги его не слушались.

“Ты, сучка, помоги мне встать” – сказал он, – бегом.

Он ещё не понимал что происходит. За дверью в коридор раздавались испуганный крики серокожих, топот ног и звон оружия. Кто-то во дворе громко выкрикивал моё имя. Это не был голос Марека или Эрика, вероятно, кто-то из Хранителей. До Матвея стал доходить смысл происходящих вокруг него событий, он догадался, кто и почему штурмует базу. Он прекрасно понимал, что против Хранителей они не выстоят.

–Ангелина, если ты меня спасешь, я тебя озолочу. Я дам тебе столько денег, что ты сможешь на Земле стать миллионершей – сказал он.

– Да, соображаешь ты быстро, тварь – ответила ему. – Только свои деньги можешь засунуть себе в задницу. Я обещала тебе, что ты сдохнешь в муках, и я своё слово сдержу.

– Вот возьми, здесь столько, что тебе на всю жизнь хватит – он пошарил за пазухой, и вытащил мешочек висевший на шее. Здесь камни, драгоценные. На Земле и в Серебряных Горах они стоят миллионы. Возьми. Тебе даже делать ничего не надо. Просто сними с руки мага браслет и дай мне.

– Матвей, какие камни? Мы во сне. Из сна ничего вынести нельзя.

– Вот возьми один, я покажу, что надо сделать – он протянул мне на ладони камень.

Я чуть не попалась, уже намереваясь сделать к нему шаг заворожённая блеском крупного изумруда. Вовремя заметила, как изменился его взгляд. Даже в таком состоянии он был опасен как раненый зверь. Схватит за руку, подтянется к себе и свернёт шею.

– Матвей, кинь мне под ноги – сказала ему.

В дверь снова ударили с той стороны.

“Позовите мага, пусть выбьет дверь» – мы оба услышали голос. Времени оставалось мало. Матвей задёргался.

– Возьми его в руку и сожми, да быстрее!

Подняла камень, сжала. Перед глазами замелькала улицы родного города. Мельтешение остановилось на металлической табличке с названием улицы и номером дома. Так, Пионерская 179, жилой дом, на первом этаже офисы адвокатов и нотариус. Картинка задвигалась дальше, перенося меня в один из офисов под номером 7. Крупными буквами появилось название и девять цифр.

Всё видение заняло буквально пару секунд и пропало, стоило мне разжать ладонь.

– Зайдёшь в кабинет, скажешь код, и получишь такой же камень в своей реальности. У меня их десять штук. Отдай мне браслет, и они твои.

– Матвей, ты унизил меня, практически сломал, я чувствую себя грязной и не достойной Марека. Ты растоптал самое ценное, что было у меня, любовь. Ты смешал меня с грязью, ты сделал из меня секса игрушку, пытался лишить памяти, превратив в кусок мяса. Я обещала тебе, что ты умрёшь в муках, и я сдержу слово. Из любящей и нежной женщины, ты сделал кровожадную, страждущую отомстить бабу. Ну так, сейчас ты пользуешься плодами своих поступков.

Я взяла один из топоров на длинной рукояти, набрала на кончик лезвия парализующей пыли из раздавленного мешочка. Ткнула в его лицо. Он пытался отбить рукой, но ничего не вышло. Пыль взметнулись серым облачком. Матвей как не старался, часть всё же вдохнул. Её было недостаточно для полного паралича, но достаточно для того, что бы его перестали слушаться руки.

В дверь уже не стучали, её выламывали, ещё пара минут, и нападающие будут здесь.

«Я сдержу своё слово. Ты будешь гореть в аду».

Взяла его за отворот рубахи, и потащила к пролому в полу. Внизу жадно загудело пламя.

По щекам Матвея текли слёзы, он пытался что-то сказать, но мог только мычать. На секунду, мне стало его жалко, появилась мысль, оставить в живых, надеясь, что он исправится. Не исправится. Он дважды предавал меня. А то, что он сделал сегодня, я не забуду до самой смерти.

«Прощай тварь» – сказала я, и сбросила его в дыру.

Он упал прямо в середину огня. Загорелся, заорал, замахал руками, затих.

Вверх поднялся запах палёных волос и кожи. Меня стошнило желчью.

Я легла на пол и сделала вид, что давно лежу без сознания. От сильного удара дверь упала внутрь комнаты, вошёл Марек.

«Ангелина, о боже Ангелина, ты жива!» – радостно сказал он, становясь передо мной на колени.

Я открыла глаза.

«Марек, ты спас меня» – прошептала, и потеряла сознание от пережитого, теперь уж по-настоящему

Content

Романова Виктория Мужчина моих снов