Илья Арсёнов

Сен. Книга пятая. Взросление Сена

(цензурная версия)

Пролог

Лич отдал приказ в звезду, и высшего демона свернуло от боли, визг было резанул по ушам, но защита звёзды быстро погасила этот инцидент. Демон покрылся тёмной дымкой, буквально тая в воздухе, но лич являлся слишком опытным демонологом, чтобы позволить твари ускользнуть в камень душ.

– Итак, – я дождался, когда высший обретёт достаточную материальность, чтобы говорить, – надеюсь кривляния закончились. И мы сможем пообщаться, а поговорить нам есть о чём…

Я подтянул телекинезом стул, сел поудобнее и начал допрос про текущее состояние в доминионе. Может, найду лазейку, чтобы отблагодарить гостеприимную хозяйку по всей строгости…

Прошло чуть больше часа допроса, допроса тяжёлого. Демон ни в какую не хотел делиться информацией. Нет, он не врал и тем более не молчал, но все его ответы были настолько уклончивы, что зачастую уводили очень далеко от основной темы. На удивление, разумная тварь, на удивление! Все-таки близость к Бездне должна плохо влиять на мыслительный процесс, но эта тварь переспорила бы немало философов Кахора.

– Ладно, Падший, мы ещё продолжим, – я махнул рукой, – я найду способ «порадовать» твою госпожу.

– Оооо, – издал протяжный смешок старик, – Владыка хочет порадовать прекрасную Елиразоли ещё раз?

Я развернулся и указал глазами на дверь, приглашая учителя покинуть надоевший подвал.

– Это он про твоё совокупление с Елиразоли? – спросил лич, вставая.

– Видимо! Про что ещё он может болтать? – я покачал головой, сделал пару шагов. – Стоп! – я остановился, как вкопанный, пораженный ужасным предположением. – Тварь! Что ты имеешь в виду?

Глава 1. Пробуждение

{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, один из личных кабинетов Императора, 5 августа 2531 год}

– Роман Ахметович, – обратился владетель всей Российской Империи к немолодому грузному мужчине, – у меня к вам небольшая просьба.

– Я весь внимание, Ваше Величество, – спокойно ответил тот своему господину.

Император посмотрел на своего собеседника, директора Имперской Службы Внешней Разведки: он сидел в соседнем кресле так, словно проглотил кол и ни спускал глаз с господина.

– Надо поработать с одним аристократом в окрестностях столицы.

– Ваше Величество, вынужден осмелиться и предупредить, что работа в пределах Империи – не наш профиль. Подобными делами занимаются мои коллеги из Имперской Службы Безопасности.

– Я знаю, Роман Ахметович, я знаю. Но есть весомые причины, почему этим делом должна заняться именно ваша вотчина, именно Имперская Служба Внешней Разведки.

– Хорошо, Ваше Величество.

– Ваша цель – граф Алексей Уральский. Последний из клана Уральских. Бывший глава Крыла Исследований и Инноваций. Там довольно запутанная история и с кланом, и с терактом в основном комплексе Крыла. В общем, здесь вся доступная информация по графу, – Император достал из стола тонкую полоску одноразового носителя информации и положил перед Романом Ахметовичем.

– Я понял, Ваше Величество, – глава внешней разведки забрал носитель со стола и спрятал в сейф-кошелёк, имплантированный в его левое предплечье. – Задача? Дискредитация? Или, может быть, ликвидация? У меня как раз вернулась прекрасная команда по организации несчастных случаев.

– Ни в коем случае, – покачал головой Дмитрий. – Несмотря на официальную опалу и отдалённость от двора граф Уральский из хороших парней. И на самом деле приближён к трону максимально. Скажу даже больше. Три года назад ему делали предложение стать моим первым советником.

– Неужели? – глава внешней разведки удивлённо приподнял правую бровь.

– Это закрытая информация, не для общего использования. Но факт есть факт, граф Уральский один из моих ближайших сподвижников, и именно его вмешательство позволило мне остаться в живых и на троне в ходе известных событий десять лет назад.

– Какая неординарная личность. Но почему он отказался от такого высокого поста?

– Он не отказался. Во время теракта, уничтожившего Крыло Исследования и Инноваций, он был внутри основного комплекса и впал в кому.

– То есть, его три года не могли привести в сознание? – глава внешней разведки немного помедлил и аккуратно добавил. – Или не пытались?

– Ещё как пытались, лучшие умы Империи не смогли вытащить его. Несмотря на все достижения медицины.

– Что изменилось?

– Вчера он очнулся.

– Сам?

– Сам, – кивнул Император, – вот именно, что сам. И скоро его выпустят из карантина.

– Смею напомнить, мой господин, но мне до сих пор не совсем понятна задача.

– Граф Уральский – очень влиятельный и богатый человек. Например, нынешний глава Имперской Службы Безопасности – выходец из его команды. А трёхлетняя кома… это трёхлетняя кома… мало ли что у него с головой случилось. В общем, я хочу, чтобы за ним следили… для его же блага… и сообщали мне обо всех странностях. Естественно, незаметно.

– В том числе от коллег по Имперской Службе Безопасности?

– Вы всё верно понимаете Роман Ахметович, особенно от них!

– Я немедленно подберу команду и запущу процесс, Ваше Величество.

– Больше вас не задерживаю, Роман Ахметович.

Глава внешней разведки встал, коротко поклонился своему господину и вышел. С обеих сторон двери кабинета живыми истуканами стояли гвардейцы имперской охраны в силовой броне бело-красного цветов, цветов Императорской фамилии. Больше никого у кабинета Императора не наблюдалось, по всей видимости встречу главы внешней разведки и Дмитрия Третьего постарались провели максимально незаметно для двора.

Роман Ахметович секунду поколебался: прочитать досье сейчас или добраться до своего офиса? Но любопытство победило. Он вытащил полоску носителя и приложил её слева к шее, к тому месту, где ему имплантировали специальный считыватель. Прошло десять секунд, носитель осыпался вниз серебристой пылью, а вся информация загрузилась в голову главы внешней разведки. Ещё несколько секунд ушло на защищённое подключение к базам данных Имперской Службы Внешней Разведки, к сожалению, держать такое подключение во время разговора с императором, не позволял этикет.

– Очень любопытно, – подумал он, двинувшись к выходу, – дело обещает быть непростым, но весьма интересным.

{Российская Империя, базовый комплекс Крыла Исследований и Инноваций корпорации «Ардер», сектор специального карантина, Сен}

Я качался на прочном пластиковом стуле в карантинной зоне.

Делать совершенно нечего.

Идеально квадратная комната. Абсолютно пустые белоснежные стены. Слабосветящийся потолок полусферой. И один единственный стул ровно в середине пола, для разнообразия чёрного. Но стул, естественно, белоснежно белый.

Хоть бы пластилин положили.

В голове неспешно бродили мысли.

И воспоминания…

– Раз, два, три, четыре, пять, вышел зайчик погулять! – сейчас ты у меня, ублюдок, попляшешь. Я уйду в небытие, но и тебя утащу следом!

– Какой зайчик? – удивился мой противник.

– Девять, – сейчас узнаешь! – Ноль!

Миг, растянувшийся в вечность, нестерпимой боли, когда меня взорвало изнутри, вывернув всю мою сущность наизнанку. И вот я кричу, захлёбываясь водой! Паника! Смерть? Жизнь?

Судорожно пытаюсь подняться! Удар о что-то плоское!

Гроб? Гроб с водой? Воздуха!

Рефлексы требовали воздуха! Не сдержавшись, я вдохнул жидкость в лёгкие и… продолжил дышать. Животная сущность отошла, и наконец-то включился разум, я ощутил вкус воды – реанимационная жидкость.

Значит, я в реаниматоре…

Но почему? Я же только что умер!

Шиза, чего думаешь? Шиза? Шиза, ты где?

Я потянулся своим телекинетическим щупом и осознал, что его нет. Магия? Нет! Астрал? Ничего подобного!

Вообще ничего нет!

Крышка реаниматора стала уходить в бок, по глазам резануло светом, и я потерял сознание.

А очнулся уже здесь, в центре белоснежной комнаты в мягкой пижаме.

Без собственной шизофрении, без магии, без астрала, без демонов и богов.

Только я, комната и едва работающий мыслеинтерфейс.

Не знаю сколько прошло времени, так как встроенные в мыслеинтерфейс часы словно сошли с ума: то показывая, что прошло примерно двадцать пять тысяч лет, то одумывались и выдавали всего лишь три часа.

Но всё это время я пытался нащупать, поймать свою магическую силу. В ответ лишь тишина. Ничего. Ровным счётом ничего!

В какой-то момент навалилась усталость и депрессия. Похоже, вся моя последняя жизнь была лишь сном, сном больного воображения. Следовательно, всё произошедшее – иллюзия. Моя новая семья, мой учитель, мои занятия магией и, конечно, же Рабера. Моя нежная ласковая эльфа. Пальцы правой руки судорожно дёрнулись, будто вспоминая нежность её кожи. Всё тлен и иллюзия.

Лучше бы я умер!

По щеке потекли слёзы… Выражая всю мою боль утраты…

Сколько же лет я не плакал? Наверное, с самого глубокого детства.

Это мысль меня отрезвила!

Я слишком сильный для столь явного проявления слабости!

Вытерев слёзы ладонью правой руки, я встал и начал ходить по комнате. Из угла в угол.

Сейчас не время для слабостей!

Во-первых, где я?

Во-вторых, сколько времени прошло с моменты взрыва комплекса?

В-третьих, когда меня выпустят из заточения?

В-четвёртых, что же со мной произошло? Каков диагноз?

Эти насущные вопросы и ещё десятки меньших без перерыва крутились в моей голове. Но они, к сожалению, оставались без ответа. Подобная белая комната может быть в любой точке Земли, да и не только на Земле, если хорошо подумать.

Я несколько раз подпрыгнул. Нет, вроде бы гравитационное поле нормальное и без искажений. Значит, я не на Венере, так как там гравитация ниже, но мой эксперимент не отрицает, что моё местоположение – космический корабль. Там искусственная гравитация, приведённая к земной. Хм… Но зато там есть небольшие боковые колебания гравитационного поля, которые можно определить с помощью… Стоп!

Как же сложно без Шизы, он бы давно уже завернул мои абсолютно бессмысленные рассуждения назад.

Без разницы где я географически.

Имеет значение лишь кому принадлежит эта комната-камера. Империи или нет. Если Империи, то всё хорошо – это стандартная процедура карантина при непонятных ситуациях. Вот если нет, то я, вероятно, пленник, и это моя тюрьма.

Но почему нет Шизы? Хм…

Я стал прокручивать прошлое, ведь мой внутренний голос находился рядом со мной даже до эпизода взрыва комплекса. Возможно, он был не настолько развит и самостоятелен, но он, Асириз меня раздери, был!

{Российская Империя, базовый комплекс Крыла Исследований и Инноваций корпорации «Ардер», сектор специального карантина, зона наблюдения}

– Очнулся, наконец? – больше констатируя, чем спрашивая, произнёс граф Андреев Виталий, он же Кабан, он же текущий глава ИСБ.

– Ты быстро приехал! – произнёс граф Герц Михаил по прозвищу Ботан, отворачиваясь от огромного голоэкрана, на котором он наблюдал за Сеном, ходящим по карантину.

– Как он?

– Как обычно… странно… На ровном месте мощный энергетический всплеск, от которого армейский защищённый реаниматор чуть не накрылся, после чего Сен очнулся. А сейчас все показатели в норме. Абсолютно! Словно трёхлетней комы никогда не случалось.

– Действительно всё в норме?

– Жизненный показатели точно да. А вот, что у него в голове творится… Психоблоки никуда не делись, высшая аристократия как никак, – усмехнулся нынешний глава Крыла Исследований и Инноваций.

– Может пора с ним пообщаться?

– Ещё полчаса ему там гулять!

– Протокол безопасности? – понимающе спросил Виталий.

– Карантинный. Между прочим, он сам их и подписывал.

– Иронично, – усмехнулся безопасник.

– Как насчёт чашечки кофе?

– Строго положительно. Как раз обсудим сложившуюся ситуацию.

{Российская Империя, базовый комплекс Крыла Исследований и Инноваций корпорации «Ардер», сектор специального карантина, Сен}

Постепенно я стал раздражаться от неопределённости и скуки. Помню, в прошлом существовало развлекательное шоу, где вот так за людьми наблюдали: как они живут, что делают, как общаются. Но мне из-за моего эгоцентризма никогда было не понять подобное «развлечение». Хвала всем богам, что до наших дней эта дикость не дожила!

Когда я уже начал присматриваться к стенам на предмет немного побить в них кулаками, открылась дверь и внутрь въехал робот, державший на своих манипуляторах поднос с вещами.

Один вид робота уже расставил всё на свои места: данная модель использовалась только внутри Крыла Исследований и Инноваций, удешевлённое шасси с удалённым управлением. Значит, я всё-таки дома.

После того, как я рассмотрел, что же принёс робот, то стало совсем хорошо: маленький железный друг притащил тёмно-серый костюм строгого покроя явно из моей коллекции, а также личный идентификационный чип.

Значит я дома, в Империи… Уважаемый гражданин! И что немаловажно: обеспеченный и влиятельный.

К тому моменту, как я облачится в костюм, робот уже уехал, но дверь осталась приглашающе открыта. Мыслеинтерфейс, конечно, сбоил и абсолютной памяти в наличии не имелось, но я и так помнил протокол безопасности, подходящий под мой случай, поэтому я знал, что произойдёт дальше.

Выйдя за дверь, я прошёл через короткий коридор, в стенах которого находились мощные сканеры, и вошёл в смежное помещение. Как я с надеждой и ожидал, меня встречали мои друзья Миша и Витя.

– Барон! Виконт! – я сделал два поклона вежливости согласно строгому дворянскому этикету. В данный момент мне показалось это забавной шуткой.

– Какой я тебе барон? Я уже давно граф! – пробасил Витя. – Иди сюда, бродяга! – после чего этот бугай сграбастал меня в свои объятия.

– Граф? – спросил я, после того, как мы нахлопались друг друга по спине. – Поздравляю! Но я смотрю ты не только в титуле прибавил, но и в талии малость тоже! – я кивнул на его наметившийся живот.

– Издержки профессии!

– А меня не обнимешь? – спросил Миша.

– Надеюсь, что к тебе я тоже должен теперь обращаться граф Ботан? – уточнил я.

– Естественно!

– Тогда графу не зазорно обнять другого графа! – в этой комнате были единственные люди в Российской Империи, которых я бы мог назвать своими друзьями. Если бы сейчас со мной находился Шиза, то он бы мог сказать ещё и про Императора. Но после пробуждения я понял, что для Императора друзья – непозволительная роскошь. Если повезёт, то другом ему сможет стать только Императрица.

В душе опять кольнуло от того, что рядом со мной нет моего второго я. Зато я понял, что раньше являлся личностью целостной и разносторонне развитой! Но надежда на то, что мой внутренний голос снова объявится тлела в моей душе!

– Друзья я вернулся! – громогласно провозгласил я, отгоняя мрачные мысли. – Сколько я прохлаждался? Судя по вашим титулам, немало?

– Три года, – ответил Миша, – и четыре месяца.

– Действительно, немало! Рассказывайте!

– Что?

– Парни, меня не было три года! Императорская фамилия не сменилась?

– Конечно, нет!

– Дмитрий Третий жив и здоров?

– С утра чувствовал себя прекрасно, – ответил Витя, – когда я совершал утренний доклад Его Императорскому Величеству, он изволил весьма бодро откушать три кусочка балыка и немного чёрной икры.

– Рад, что аппетит у нашего Императора в порядке! А почему ты делал ему доклад?

– Потому что я теперь, на секундочку, глава Имперской Службы Безопасности!

– Поздравляю! – я похлопал Витю по плечу. – А старый куда делся?

– Его немножечко казнили. За измену.

– Ну и правильно! – поддержал я, вспоминая прежнего главу. – Он всегда мне не нравился. Выглядел как крысеныш. Крысой и оказался. А если серьёзно, то давайте с самого начала. Что случилось с моей вотчиной? Вы нашли тех ублюдков, которые посмели вмешиваться в работу моего Крыла?

– Уверен? Может тебе стоит отдохнуть?

– Три годы отдыхал!

Графам понадобился целый час, чтобы кратко описать события минувших лет: о теракте против Крыла Исследований и Инноваций, о последовавшем расследовании, о том, как мои друзья пытались обуздать произошедший хаос.

– Финансовые аудиторы вместе с Сигмаром минфина до сих пор не могут понять, как ты провёл финансирование строительства резервного комплекса Крыла Исследований и Инноваций. Конечно, в целом картина ясна, но вот тонкости и нюансы… – под конец произнёс Миша.

– Бывает, – пожал плечами я.

– Расскажешь? – вроде бы нейтрально и невзначай спросил Витя, вот только меня его добрые глаза не обманывали. Безопасник – это состояние души.

– Случайно получилось, – усмехнулся я.

– А кто придумал эту схему? – Виктор иногда принципиально не понимал намёков, превращаясь в толстокожего собеседника, вот только на меня это не подействовало, я знал о том, что наш безопасник любит иногда включить недалёкого дурачка, поэтому и не верил в случайность этих вопросов ни на грамм.

– Я.

– Ты? – тут уже удивился Миша. – Не припомню в тебе таких финансовых талантов.

– Я полон загадок, словно сфинкс.

– Он же их только загадывал!

– А я умею разгадывать! – отрезал я. Врать друзьям я не хотел, но если они не понимают, когда не надо лезть, то это их проблемы.

Естественно, придумал эту схему, точнее множество слабосвязанных схем не я. Для этого надо родиться действительным гением, а у меня в загашнике такой гений имелся. Эльдар. Сирота, аутист, проведший всё своё детство в детском доме, специализирующемся на подобных заболеваниях. Но несмотря на все достижения психиатрии и медицины, они так и не смогли ему помочь. Какая-то добрая душа в детском доме в рамках терпимости и толерантности смогла выбить ему место в главном филиале Императорского Университета. Где нас однажды свёл случай, а там… даже не знаю… моя развитая интуиция просто приказала присмотреться к этому худощавому подростку с отрешённым взглядом.

После того как я смог пробиться через его аутизм, я понял, что за сокровище попало мне в руки. Гениальный финансовый математик! Который разработал совершенно новую математику для того множества схем, с помощью которых спрятаны финансовые потоки на строительство запасного комплекса. Хотя до встречи с Эльдаром я бы считал, что в условиях тотального финансового мониторинга и контроля Сигмарами подобное невозможно.

В итоге, Эльдара я незаметно пристроил в один «независимый слепой» трастовый фонд. Независимый и слепой в кавычках. Так как деньгами и ресурсами фонд оперировал в основном моими, а его управляющие прочно сидели на игле компромата и негласно держали меня в курсе всего происходящего. Поэтому они с радостью приняли к себе ещё одного финансового аналитика, который, надо отдать должное, честно удалённо работал. Естественно, подобные взаимоотношения между госслужащим и трастовым фондом попадали под добрый десяток законов УК РИ, но доверять деньги каким-то проходимцам и не иметь над ними контроля было выше моих сил.

Сейчас мне кажется, что Эльдар никакой не аутист, а ещё одна разновидность жнеца. Просто повёрнутый на другой сфере и не опасный для окружающих. И его труды могли бы многое изменить, вот только делиться ни с кем я им не собирался! К тому же в связи с тем, что последние три года я провёл в болезном бреду, надо навёрстывать упущенное время в Империи! А значит, такие люди мне самому нужны.

– Ты же понимаешь, что рано или поздно к тебе придут с этими вопросами! – люблю Виктора, но он иногда становится слишком назойливым.

– Кто? – деланно удивился я.

– Министерство финансов, налоговики, финмониторинг. Что ты им скажешь?

– На хрен – это тут недалеко. Буквально за углом.

– Ты же помнишь о том, что ты нарушил кучу законов, в том числе из уголовного кодекса? – аккуратно спросил Михаил.

– Ботан, тебе-то какое дело? – резко спросил я. – Или ты хочешь попробовать с меня спросить?

– Сен! – примирительно выставил руки друг. – Ты наш друг, и мы о тебе волнуемся! А зная твою иногда излишнюю резкость… Вот придут к тебе следователи и начнут задавать такие неудобные вопросы. Ты их пошлёшь?

– Конечно, – пожал плечами я.

– Перед законами все равны, – мои друзья недовольно покачали головами, – а ты пойдёшь по статье. И императору придётся вмешиваться в ситуацию…

– Конечно, придётся… – усмехнулся я, – вот только вы ситуацию в корне неверно рассматриваете, по статье я не пойду…

– То есть? – удивились друзья.

– Не понимаете? Я спас Крыло Исследований и Инноваций. Не сделай я того, что сделал, то Крыла не стало бы. Так?

– Так, – аккуратно согласился Михаил.

– Крыло Исследований и Инноваций официально входит в стратегическое кольцо, созидающее Империю. Так?

– Так…

– А конституция начинается словами…

– «Империя превыше всего…» – проговорил Виктор, – но это же просто фигура речи.

– Это первые слова конституции! – усмехнулся я. – Они перекроют любой закон и указ! К тому же… есть чрезвычайное распоряжение императора о «Незыблемости Империи и Великой Индульгенции», в котором говорится о том, что человек, принёсший неоспоримую пользу для стабильности и процветания Империи, получает индульгенцию на любые нарушения, которые потребовались для этого!

– Что-то не помню я такого закона…

– Это не закон, а чрезвычайный ордонанс, следовательно, он стоит выше любого закона, кроме конституции.

– Тем более… Дмитрий Третий никогда не принимал ордонансов, более того чрезвычайных, их принимали в смутные, тяжёлые времена.

– Зато его предок, Максимилиан Кровавый напринимал их целую кучу, а этот ордонанс ещё не отменили, – я усмехнулся, – поэтому у меня на руках великое прощение. И следователи пойдут туда, куда им скажут.

– Хм…

– Дорогие мои… не надо за меня волноваться. Тут всё настолько железно, что никто не подкопается. Ещё с десяток прецедентов накопать можно.

Мои друзья растеряно переглянулись.

– Ребят, у меня действительно всё схвачено. Так что предлагаю вернуться в более конструктивное русло!

– Как скажешь, – пожал плечами Виктор.

– У меня остался самый главный вопрос, – дождавшись внимания Михаила и Виктора, я продолжил, – что со мной случилось? Какой диагноз? Почему меня так долго продержали в реаниматоре?

– Прости, брат, – произнёс Виктор, разведя руками, – но ты больше не являешься главой Крыла Исследований и Инноваций.

– И, как следствие, у меня нет доступа к истории своей болезни из-за долбанной секретности.

Глава ИСБ виновато покачал головой.

– Один вопрос: секретность именно в моём диагнозе, истории болезни, или в чём-то другом, смежном?

Виктор и Михаил переглянулись, видимо на их репетиции нашей встречи данного вопроса не имелось.

– Парни! Вопрос абсолютно нейтральный! Тут нет никакого преступления! – естественно, друзья не поверили в мои слова, но Виктор всё же ответил:

– Секретно всё. В том числе твоя история болезни.

Любопытно! Шиза, слышал? Асириз меня раздери, его же нет! Но информация крайне ценная… что-то чудовищно неординарное произошло, если мою историю болезни закрыли дополнительной секретностью…

– Спасибо! Удовлетворили моё праздное любопытство, – придётся доставать старые заготовки, чтобы вытащить информацию о самом себе, – кстати, надеюсь, мою свободу никто не ограничивает?

– Конечно, нет! Твой домашний Сигмар уже с нетерпением ждёт твоего возвращения, за него, по-хорошему, тебя можно прищучить!

– Кто старое помянет…

– А кто забудет… – усмехнулся Виктор. – Что ты собираешься сейчас делать?

– Что буду делать? – задумался я. – Хм, стейки в «Набережной» по-прежнему изумительны?

– По-прежнему, – кивнул Кабан, – но недавно открылся чудесный ресторан в снежном квартале.

– Знаю я твои рестораны, – усмехнулся я, – еда, конечно, будет выше всех похвал, вот только в довесок пойдёт какое-нибудь шоу с лесбиянками и питонами.

– Как ты мог обо мне так подумать? – деланно возмутился Кабан. – Я, между прочим, респектабельный дворянин, целый глава имперской службы безопасности!

– Ага! – я рассмеялся, вспоминая прошлое. – А до этого ты не был респектабельным дворянином? Или должность главы безопасности крупной госкорпорации это слишком низко для некоторых?

– Лёха! – вмешался в разговор Михаил. – Он перестал шататься по подобным местам после личной просьбы императора, дескать надо вести себя как подобает по статусу и всё такое!

– Хм… – я задумался. С одной стороны снежный квартал, названный так из-за местного муниципального статута, предписывающего чтобы все здания в квартале являлись белоснежно белыми, являлся местом респектабельным и элитным, но с другой стороны… эти два мужчины рядом со мной… возможно, для кого-то они уважаемые, перспективные молодые дворяне, вот только я-то их подноготную знаю. И прекрасно помню, что они те ещё шутники!

– Значит в новый ресторан! – решился я после нескольких мгновений. – Кто со мной?

– Нет, брат! – похлопал меня по плечу Кабан. – Это ты сейчас птица вольная, а у нас, между прочим, рабочий день в самом разгаре! Так что придётся тебе отобедать в одиночестве! Но вечером мы к тебе!

– Бутылку не забудьте! – строго напомнил я.

– Обижаешь! Мы строго придерживаемся этикета! Меня мама в детстве учила: идёшь в гости другу – возьми бутылку! – сказал Ботан.

– Что-то я сомневаюсь, что Софья Валентиновна подобное говорила! – подколол я друга, и мы дружно рассмеялись.

Отсмеявшись, я подумал, что всё-таки дома хорошо, после чего встал и произнёс:

– Поеду!

Кабан с Ботаном тоже встали, я их по очереди обнял и сказал:

– Спасибо, друзья, что присмотрели за моей тушкой пока я… отдыхал!

– Хотел бы я сказать: обращайся! – с лёгкой усмешкой сказал Ботан. – Но уж нет! Береги себя!

– И вы молодцы, что пошли дальше. На всякий случай… Миша, я не держу зла за то, что ты занял мой пост! – я сказал это, пристально наблюдая за реакцией друга. Судя по лёгкой дрожи, пробежавшей по его левой щеке, он думал о подобном и как минимум чувствовал вину. Поэтому мои слова явно не стали пустой формальностью, – а про тебя, Виталя… мы с Императором поговорим…

– О чём? – удивился здоровяк.

– О том, что он переманил моего человека к себе! А я таки не Красный Крест, благотворительностью не занимаюсь, – я рассмеялся над собственной шуткой, – а если серьёзно, то не в службу, а в дружбу, попробуй мне организовать встречу с Дмитрием нашим Третьим.

– Хорошо, уверен, что Его Высочество примет тебя сегодня-завтра.

– Не надо спешить! – помотал я головой. – У меня в голове такой раздрай из-за произошедшего, что сейчас я не лучший собеседник. Через недельку, когда страсти улягутся, будет в самый раз.

– Наглец! Не может найти времени для Императора!

– Тем и живём, – усмехнулся я, вставая со стула, – вечером вас жду! Кстати, какая легенда?

– Какая легенда?

– Меня не было три года, я же не отшельником жил!

– Совсем вылетело из головы! – деланно хлопнул себя по голове Кабан. – Ты мотал срок в спецзоне Рой.

– Это хоть где?

– Северный Урал, неподалёку от твоих родовых владений. Старая заброшенная шахта, оборудованная под подземный автоматизированный ограничитель свободы специального назначения изоляционного типа!

– Изоляционного типа?

– Это значит, что каждая камера – изолятор. Никаких контактов с другими заключёнными и тем более внешним миром. Это, кстати, также объясняет почему у тебя нет ни одного имплантата. В этой спецзоне их все изымают.

– Зато не объясняет, почему я до сих пор в своём уме! Три года без контактов… Что хоть настоящие заключённые делают?

– А я откуда знаю, книжки, наверное, читают, мультики смотрят…

– С ума сходят. Кто так тупо проработал легенду? Уволь этого, этого… «специалиста», так как он дебил!

– Почему сразу дебил?

– Стой, Кабан, – меня озарила догадка, – только не говори, что ты сам лично прорабатывал легенду? Это же совершенно не твой профиль!

– Обстоятельства! Чем тебе не нравится легенда?

– С чего бы начать… Например, я не имею никакого представления, как эта зона выглядит изнутри.

– И это всё?

– Нет, конечно! Посмотри на меня! Я похож на социопата? А должен бы… после такого заключения…

– Это всё?

– Это самое явное!

– Это пожизненная зона, оттуда пока никого не выпускали. Но тебя за хорошее поведение отпустили и даже провели курс психореабилитации!

– Это за какие такие красивые глазки меня выпустили?

– Ты всё-таки внебрачный сын Первого Советника. Не волнуйся, твой настоящий отец в курсе ситуации и знает, что ты очнулся!

– Вот уж не было печали. За что я загремел?

– А за что может влететь на пожизненное высшая аристократия? Заговор, попытка мятежа! В общем, тут всё описано, – глава ИСБ протянул мне планшет.

Я пробежался по тексту по диагонали и вынужденно констатировал:

– Хорошая работа, старик. С ходу не вижу к чему придраться, всё тщательно проработано! Прими мои извинения!

– Сен, дружище, какие извинения? – Кабан хлопнул меня по плечу.

{Сен}

Через пару часов я вышел из дверей тюремного распределителя, поправил лацкан пиджака и закурил. Жаль, что Шизы рядом со мной нет, он бы сейчас пошутил что-то вроде «На свободу с чистой совестью!».

Рядом почти бесшумно опустился мой личный экранолёт и призывно отворил двери. Проскользнув внутрь, я аккуратно расположился в своём уютном кожаном кресле и вдохнул давно забытый запах… запах дома… В груди в очередной раз кольнуло одиночеством.

– Я рад вас приветствовать, граф! – передо мной высветилась голограмма вытянутого синего кристалла, символа Дома – моего личного Сигмара.

– Здравствуй, Дом, – поприветствовал я своего слугу, – соскучился?

– Да, граф! Какие будут распоряжения?

– Подготовь стандартный набор имплантатов. Забронируй столик в ресторане, какое-то новое заведение в снежном квартале, мне Кабан посоветовал.

– Понял о чём вы. Какие-то пожелания по столику есть?

– Да. Я появляюсь перед людьми после долгого перерыва… Надо появиться эффектно! Так что сделай это максимально пафосно и очень дорого. Центральный столик, паланкин с неграми-носильщиками, коньяк столетней выдержки, ну и дальше в таком духе!

– Принято, граф. Что-нибудь ещё?

– Придумай сам. Остаток дня надо потратить на то, чтобы двор заметил моё возвращение. А я пока вздремну.

– Хорошо, граф. Приятных сновидений.

Кресло перешло в режим релакса, и я окунулся в сновидения.

{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, личные покои Императора, Восточная терраса}

– Полюбуйтесь, герцог, что вытворяет ваш сын, – без эмоциональной окраски произнёс Дмитрий Третий, глядя на огромное зарево в полнеба на востоке, – феерия! Лазерное шоу проецируют прямо из космоса. И как он только всё успел-то? Очнулся чуть больше суток назад…

– Деньги творят чудеса, а большие деньги творят большие чудеса, – хрипло проговорил герцог Брах, щурясь и рассматривая световые переливы, – мой сын Алексей – единственный владетель клана Уральских. Денег у него хватает.

– И что вы думаете по этому поводу?

– Молодец мальчик! Что тут ещё можно сказать?

– Объяснитесь, советник, – Дмитрий отошёл от перил и сел в парящее в воздухе кресло.

– Он прячет своё появление.

– Неужели? – скептично проронил Император. – Мне кажется, что там половина столицы собралась!

– И весь двор! Сегодня он выпьет с несколькими сотнями дворян, расскажет каких-нибудь басен. Уверен, что в толпе простолюдинов тоже снуют специально обученные люди, распространяющие нужные слухи.

– Например, какие?

– Вот тут я не смогу ответить точно. Но думаю, что крайне противоречивые и, самое главное, одинаково далёкие от действительности.

– Если это в действительности так, то это весьма умный и дальновидный поступок.

– Не зря же я когда-то хлопотал за него, – усмехнулся герцог, – а не за своих законных детей.

– И что мне делать со всей этой катавасией? – Император пропустил последние слова советника мимо ушей. – Сделать вид словно ничего не произошло?

– Ни в коем случае, Ваше Величество. Двор не поймёт.

– Но не сажать же его за это!

– Достаточно завтра с утра высказать строгое императорское порицание за пропаганду излишней роскоши, можно ещё взыскать штраф в пользу сирот или инвалидов. Первое для аристократов, второе для простолюдинов. Всем понравится.

– Так и сделаем, – Император щёлкнул пальцами и активировал вызов старшего распорядителя!

Глава 2. Новости

{Российская Империя, Святоград, поместье Сена, Сен, 13 августа 2531 год}

Прошла неделя с моего, не побоюсь этого слова, воскрешения. К сожалению, прошла она не очень плодотворно.

Имплантаты я до сих пор так и не вставил, так как для модификаций моего класса требуется специальное нейронное шасси, которое приживается в лучшем случае неделю. А без него мне даже прямое подключение к сети не интегрировать. Но шасси ещё полбеды, основная проблема заключалась в том, что мои имплантаты нельзя просто зайти и купить в ближайшем магазине, большая часть вышла с экспериментальных установок Крыла Исследований и Инноваций. А мой уровень допуска теперь не позволял ползать по закромам Родины, как у себя дома.

А без имплантатов в Империи я себя чувствовал словно голый. Сейчас мне даже с Домом не связаться мысленно, только из терминала экранолёта. Ставить общегражданскую модель – нет спасибо, там куча закладок для прослушки.

Вторая серьёзная проблема в связи с отсутствием доступа к оборудованию Крыла Исследований и Инноваций – сбой мыслеинтерфейса. Вещь слишком специфическая, даже мой личный навороченный реаниматор не позволял запустить режим отладки. Идти на поклон к Ботану мне совершенно не хотелось: во-первых, не люблю быть просителем, во-вторых, мало ли что можно выцепить из мыслеинтерфейса в режиме отладки. Дружба дружбой, а после таких красочных снов меня могут отправить в жёлтый дом, и я сейчас говорю не про элитный бордель мадам Жоржет на черноморском побережье канареечного цвета.

Но что особенно меня бесило – это грядущая свадьба Дмитрия Третьего на Анне Мещяковой. Я, конечно, всячески за счастье моего ненаглядного императора, но данное решение сугубо ошибочное! И куда мой биологический папаша глядел? Чтобы понять причину моего бешенства надо иметь представление об имперском политическом устройстве.

В Российской Империи было два сословия: простолюдины и дворяне. Сословие простых людей в свою очередь бьётся на добрую сотню мелких сословий, таких как военные, торговцы и так далее. Аристократия в свою очередь не в пример легче и делится только на три класса: служивая, обычная и высшая.

Служивое дворянство обычно получается при достижении определённой должности в какой-нибудь государственной структуре либо крупной корпорации, контролируемой великими кланами. Важным моментом является то, что служивое дворянство – личное, то есть ненаследуемое. Кстати, Кабан и Ботан через стадию служивого дворянства проходили в своё время.

Основную массу наследуемых дворян составляют обычные дворяне. Такой статус можно получить либо родившись в дворянском Доме, либо достигнув очень высокого положения в государственной (и только государственной) структуре. Титул обычного, не служивого дворянина вручает только Император и практически всегда лично! После получения титула свежеиспечённый дворянин может подать заявление в специальный реестр и зарегистрировать свой собственный аристократический Дом.

И последнюю, самую малочисленную прослойку элиты составляет высшая аристократия. Высшим аристократом можно родиться, а также в очень неординарных случаях (например, за самоотверженное служение Империи) Император принимает решение возвеличить один из дворянских домов до уровня клана высшей аристократии.

Кланов высшей аристократии на текущий момент всего тридцать пять и не все они равнозначны. Среди кланов существуют так называемые высшие кланы, их всего семь.

Первый и самый главный клан это Севиры. Императорская фамилия.

Следующим идёт Алдуиский высший клан, на редкость властолюбивые ублюдки. От них в честолюбии совершенно не отстаёт клан Мещяковых. Это моя самая «любимая» часть высшей аристократии, будь я на месте Императора, то давно бы помножил эти кланы на ноль. Толку от них никакого, а вот проблемы эти влиятельные люди могут создать существенные. Ещё есть великий клан Коба, который тоже излишне близко трётся возле трона, видимо там в мечтах тоже примеряют императорскую корону.

Зато три остальных великих клана – моя отрада. Клан Ци, клан Ивановых и клан Алкуни. Первые специализируются на сельском хозяйстве, вторые на транспорте и логистике, а третьи держат сеть крупнейших частных банков в Империи. Очень приличные люди, что самое важное: они просто делают свой совсем не маленький гешефт и не лезут в высокую и очень опасную политику. Настоящие столпы Империи.

До недавних пор имелся ещё один великий клан – клан Мниртов. Но его члены скоропостижно скончались не без моей помощи.

Из обычных кланов стоит отметить разве что клан Брахов, где глава – мой биологический папаша. Весьма влиятельный клан, в первую очередь из-за приближённости к Императору.

Помимо социального деления имеется сложная система титулов, но она, на мой взгляд, вторична, в первую очередь важно сословие. Например, крупной корпорацией может владеть либо государство, то есть императорская фамилия, либо великий клан. Я, при всех своих финансовых активах, не смогу самостоятельно создать структуру, подобную Крылу Исследований и Инноваций. Конечно, у каждого титула есть свои привилегии, но по моему личному мнению титулы делятся на две части: герцоги и всё остальные. Потому что только герцоги могут: во-первых, вручать служивое дворянство, во-вторых, находится во главе великого клана, и, в-третьих, что важнее всего, принимать вассальные клятвы у дворянских Домов. Какой-нибудь граф типа меня не может иметь в вассалах целый дворянский род, только личный вассалитет, который тоже регулируется целым сводом правил и регламентов.

Сословная система Империи динамична, в действительности существует множество социальных лифтов между сословиями, причём не только вверх, но и вниз. Например, за серьёзные преступления. Если бы моя афера с запасным комплексом Крыла Исследований и Инноваций вскрылась до теракта, то прокурор вполне мог бы требовать, чтобы меня и весь мой клан низвели до уровня обычного дома. Кстати, не редки случаи, когда за проступок дворянина страдает весь его род, например, понижением титула главы рода или роспуском дворянского дома вообще и лишением всех его членов дворянских привилегий. Я лично считаю данное законодательство очень эффективным против круговых порук внутри дворянский семей.

Несмотря на сложную сословную структуру, в Империи мезальянсы не осуждаются. К примеру, прапрадед нашего императора Дмитрий Второй вообще женился на продавщице из столичного супермаркета. Кстати, добрая треть любовных песен, так или иначе ссылаются на этот случай. А все незамужние, а возможно, и замужние, девушки Империи втайне мечтают о нашем Дмитрии Третьем. Он вроде бы довольно красив с женской точки зрения, хотя с таким титулом, остальное совсем не важно.

Опять рассуждения куда-то ушли в сторону. Где ты мой Шиза, где ты, когда ты так нужен?

В случае Императора любой брак, не мезальянс, считается моветоном. Если Императрицей станет девушка из великого клана, то этот клан слишком усилится, что неизбежно вызовет волнение среди другой высшей аристократии, следовательно, стабильность Империи окажется под угрозой.

Тём более брак с представительницей клана Мещяковых, который сейчас возглавляет молодой (ещё и пятидесяти нет), но весьма амбициозный герцог Серж Мещяков. Ладно бы какие-нибудь Ци…

К тому же Анна… я не особо любил проводить свое личное время на светских раутах, но с ней я пару раз пересекался: красивая, молодая и довольно холодная, высокомерная особа. Может быть, это только со мной? Хотя нет, вроде бы она на всех смотрела сверху вниз, как никак единственная дочь главы великого клана. Вот только не уверен, что это подходящие навыки для Императрицы.

Долбанная присяга Империи! Кто придумал заставлять всех аристократов давать присягу на благо Империи? Этот брак может разрушить сложившуюся социальную систему. Теперь придётся вмешиваться во всю эту кутерьму с браком Императора.

Я протянул руку к планшету, чтобы продолжить читать новости за последние три года, но меня отвлёк Дом:

– Граф, пришло приглашение завтра разделить ужин с Императором. Девятнадцать вечера. Песочная Резиденция.

– Песочная Резиденция? Каракумы?

– Так точно, граф.

– Туда же лететь полтора часа, – возмутился я, – к тому же там сейчас жарко как в плазменном реакторе!

– Мне послать отказ?

– Я ещё не настолько безумен, чтобы отклонять такие приглашения. Согласуй детали подлёта к резиденции. Уверен, что Император не хочет, чтобы я светил своим гербом около его резиденции. Иначе вся легенда насмарку.

– Уже, граф. Приглашение пришло с детальными инструкциями.

{Российская Империя, пустыня Каракумы, Песочная Резиденция Императора, 14 августа 2531}

Я сидел в кресле внутри походного силового шатра и ожидал Дмитрия. Император опаздывал, хотя, как говорится, начальство никогда не опаздывает, но и чрезмерно рано никогда не приходит, начальство появляется строго тогда, когда считает нужным!

Начальство… тоже непривычное чувство… Пока моё сознание бродило по иллюзорным мирам никакие вассальные клятвы не довлели надо мной!

– С возвращением, граф. Рад видеть вас в добром здравии! – донеслось из-за спины.

– Ваше Императорское Величество, – я встал с кресла и обозначил поклон, – спасибо за добрые слова.

– Тебя в коме манерам подучили? – рассмеялся Император. – А как же неформальное общение между друзьями? Лёха, Дима?

– Это было давно, – усмехнулся я, – кровь, заговоры, молодость, почти юность. А теперь передо мной не безусый вьюнош, но зрелый муж! – несмотря на шутку, Император действительно возмужал, хотя, может, в этом виновна усталость во взгляде.

– Рад, что твоя любовь к шуткам осталась при тебе! – Дмитрий хлопнул меня по плечу. – Отужинаем?

– Конечно, Ваше Императорское Величество.

– Лёха, ты завязывай уже со своими величествами. Мне они во дворце до чёртиков опостылели! Я столько времени ждал твоего выздоровления в надежде, что хоть кто-то со мной может общаться без официоза!

– Хорошо, Ваше Императорское, – я успел закончить прежде, чем Император успел что-то сказать, – Дмитрячество.

– Просто Дима было достаточно.

– Ящик Пандоры открыть легко, вот только закрыть ни у кого не получилось, – туманно ответил я, – кстати, что там с ужином?

– Сейчас, – Дмитрий видимо отправил мыслеприказ, и через пару минут роботы начали заносить горячее.

– Другое дело! – с удовлетворением произнёс я, подтягивая к себе посуду с томатным супом. – С самого утра ничего не ел.

Дальше ужин пошёл в тишине, молодой император погрузился в собственные мысли, а я в последнее время чувствовал себя не в своей тарелке. Видимо из-за потрясений, связанных с «воскрешением» и тем, что моё второе Я где-то ошивается. Спустя полчаса и десять перемен блюд, я отодвинулся от стола, победив в неравной битве телячью отбивную. Дмитрий совершенно наплевал на этикет, шумно высосав мясо из лапки омара.

– Так вкуснее, – пояснил он мне.

– Верю, – охотно согласился я.

Мы переместились в кресла, мне слуги-роботы принесли стаканчик виски, Дмитрий остановил свой выбор на мускатном вине с крымского побережья.

– Чем думаешь заняться? – задал вопрос император, после того как я раскурил сигариллу.

– А пост первого советника ещё вакантен? – поинтересовался я.

Дмитрий Третий чуть не поперхнулся вином, услышав мой вопрос.

– Шучу! – я продолжил прежде, чем император успел что-то сказать. – Я понимаю, что для меня эта вакансия закрыта. По крайней мере, пока. А если серьёзно, Дима, то пока не знаю. Я потерял три года жизни. Даже больше!

– Подумаешь, – махнул рукой мой высокопоставленный собеседник, – сколько тебе ещё лёт? Тридцать?

Интересно годы моей комы как считать? За ноль или надо считать все года иллюзий, что я пережил. Хотя, просто посчитаем по местному времени.

– Ух ты! – удивлённо произнёс я, посчитав возраст. – Оказывается мне двадцать восемь лет.

– Давно исполнилось? – полюбопытствовал император.

– Оказывается сегодня. Буквально только что!

– Ты серьёзно? У тебя день рождения?

– У самого из головы вылетело!

– А я без подарка! – развёл руками Дмитрий, умудрившись при этом не пролить ни капли вина из своего почти полного бокала вина. – Нашу встречу провели в режиме секретности, так что специально обученного распорядителя, который следит за подобными событиями, в курс не ставили.

– Если уж я сам забыл, то что требовать от величеств? – усмехнулся я.

– Но подарок нужен! Что хочешь?

– Хм… – я задумался, но наглеть, так наглеть, – допуск секретности семнадцатого уровня и право приобретать оборудование и услуги Крыла Исследований и Инноваций.

– Хм… – в свою очередь задумался молодой император, – скромности твоим желаниям не хватает.

– Наглость – второе счастье!

– Хорошо. Будь по-твоему, – расщедрился император, – твой дружок Андреев меня завтра сожрёт за такое!

– Подпишу все неразглашения и тому подобное!

– Куда ж ты денешься, – усмехнулся Дмитрий, – утоли мою любопытство: тебе что-нибудь снилось, пока ты был в коме?

Перед глазами промелькнул красочный калейдоскоп: магия, боги, демоны, лич, Рабера, моя новая семья, эльфы, опять Рабера, безбрежный океан Бурь, вновь Рабера…

– Нет… какой-то отрывочный невнятный бред, – после небольшой заминки произнёс я, – ты лучше расскажи почему такой усталый сегодня приехал…

– Ой, не напоминай мне про этих уродов из Совета…

Разговор потёк в дружеском русле, чему не в малой степени способствовали оперативно наполняемые бокалы. Когда чаши из горного хрусталя пошли по четвёртому разу, император коснулся своей невесты:

– Вот тут Анечка настояла…

– Анечка? – я удивлённо приподнял брови.

– Моя невеста. Только не говори, что ты не в курсе!

– Конечно, в курсе, – я сделал маленький глоток тридцатилетнего напитка, покатал эту драгоценную каплю во рту и продолжил, – просто оказался удивлён твоим выбором.

– Умна, красива, образована. – холодновато проронил Дмитрий. – К тому же из хорошей семьи.

– Из слишком хорошей семьи. Браки между высшей аристократией – моветон!

– С каких пор ты заделался таким ревнителем традиций? – грубо спросил Дмитрий.

– В данном случае нарушение традиций несёт риск для Империи.

– У тебя есть результаты расчётов? Серьёзная аналитика?

– Дима! – я примирительно потряс ладонью. – Я не хочу ругаться или спорить.

– Не спорь! – отрезал молодой властитель. – Закрыли тему?

– Скажи честно, – я проигнорировал вопрос, – может, этот лощённый хлыщ, Серж Мещяков тебя чем-то прижал? Вдруг что-то! Если да, то скажи, умоляю! Одного герцога уже казнили, если понадобится… ещё одного на плаху загоним!

– Не пори ерунду. Вы со своим отцом вообще одинаково мыслите!

– При всей моей нелюбви к нему, он весьма умный человек и, между прочим, твой первый советник. И раз он отговаривал тебя, то значит есть весомые причины…

– Это не твоё дело! – отрезал император. В его глазах мелькнули отблески его великого предка – Максимилиана Кровавого. – Я её люблю! И точка! И она станет моей женой через четыре месяца!

– Как скажете, Ваше Императорское Величество. Я позволил себе лишнее! – в разговоре повисла холодная, неловкая пауза.

Мы молча выпили по бокалу, обиженные друг на друга. По-хорошему, он император, а значит по умолчанию я дурак, но он сам хотел неформального общения, вот и получил!

Хотя, главную информацию я теперь знаю: Дмитрий, мать его, Третий решил включить крутые яйца! Вот только категорически не вовремя и не в той ситуации! Отговорить не получится, так как я не хочу лезть во все эти политические игры высшей аристократии. Но надо! Присяга! Да и жить я хочу в спокойной и стабильной, можно сказать даже сонной, Империи!

– Полетели, – Дмитрий встал из-за стола и двинулся к выходу из шатра.

– Куда? – удивился я, судя по голосу молодой властелин трети мира изволил перестать дуться!

– Увидишь, – усмехнулся император.

Через пятнадцать минут мы стояли на краю огненного шестидесятиметрового кратера.

– Дарваза, Врата Ада, – объяснил Император, – я иногда сюда прилетаю, меня расслабляет это зрелище!

Я вздрогнул! Не знаю, настоящие ли у меня воспоминания о доминионе Елиразоли, или мне всё причудилось, но они нахлынули словно цунами! По виску потекла холодная как лёд капелька пота. Я прикрыл глаза, помотал головой и снова посмотрел на кратер. Внезапно весь кратер заполнился раскалённой лавой с душами похотливых грешников.

Твою мать! Я потянулся за своей магией, чтобы искоренить эту мерзость! Сейчас вы у меня ощутите все прелести массового экзорцизма! Сперма Асириза! Магии нет! Как же не вовремя!

– Внемли мне Первый Лик, внемли мне Второй Лик, внемли мне Третий Лик. Низвергни скверну… – молитва-экзорцизм Триединому как-то сама всплыла в памяти. Слова потекли гладким речитативом. Вот только даже в самой глубине души я не верил, что моя молитва может защитить нас с Императором, да и в силу плазмомётов гвардейцев против эфирных демонов я не верил.

– Лёха! – Император дёрнул меня за плечо, разворачивая к себе. – Лёха! Что с тобой?

Идиот! Придётся начинать всё заново! Я отодвинулся от растерянного императора и вернул взгляд к грешникам.

Где они? Перед моими глазами снова предстал огненный кратер, только без лавы и, естественно, без грешников!

– Ваше Величество? – раздался запыхавшийся голос. – Вам плохо?

Я повернулся, в недоумении посмотрев на Императора: к нам бежал немного пухлый невысокий мужчина в гвардейской форме медика. Рядом с ним бежали гвардейцы в силовой броне.

– Не мне! – коротко ответил Дмитрий и кивнул на меня. – Ему!

{Российская Империя, Святоград, поместье Сена, зал размышлений, Сен, 15 августа 2531 год}

Зал размышлений. Специальное место в поместье для тяжких дум. Зал представлял собой прямоугольное помещение шириной в пятнадцать, длинной в двадцать метров с высоким пятиметровым потолком. Пол и стены покрыты идеально отшлифованным тёмно-серым мрамором, потолок задрапирован тёмным бархатом, в центре одной из коротких стен расположился огромный, три на полтора, открытый камин, напротив него на удалении четырёх метров возвышалось, иначе и не скажешь, раритетное антикварное кресло с высокой спинкой, покрытое чёрной глянцевой кожей!

Я прошёл к креслу, умостился в него и приказал:

– Дом. Камин. Коньяк. Сигару.

– Будет исполнено, – отозвался мой домашний Сигмар.

Пока роботы суетились вокруг, исполняя мою волю, я в очередной раз задумался о случившемся.

Такой прокол! В присутствии Императора! Аналитики служб безопасности уже вовсю ковыряют записи! И к каким выводам они придут?

Наконец, в моей руке оказалась сигара и сигарный нож. Срезав кончик, я закурил, отхлебнул коньяк из пузатого бокала и настроился на размышления.

– Граф!

– Да, Дом? – странно… Сигмар никогда не позволяет себе отвлекать меня вовремя столь важных процессов.

– Раньше вы никогда не прикуривали от пальца, – удивление сквозило в проекции моего домашнего ИИ, – данная ситуация корректна?

– Что? – я вскочил на ноги. – Картинку.

Дом понял меня без лишних слов: передо мной начала проигрываться голозапись. Вот я беру сигару, срезаю кончик, откидываю его в сторону вместе с ножом, вставляю сигару в рот, уже тянусь к зажигалке на подносе, но в последний момент подношу пальцы к сигаре, делаю щелчок…

– Медленней!

Около кончика сигары возникло яркий огненный шарик, который мгновенно равномерно обжёг табак.

– Дом?

– Да, граф!

– Это точно не твоя шутка?

– Естественно, граф! Что это было?

– У тебя есть в библиотеки сказки? Ты с ними знаком?

– Естественно, граф. Это входит в курс обязательной подготовки Сигмаров.

– Тогда ты и сам можешь ответить на вопрос, – на моём лице расплылась глупая улыбка, – это магия! А значит, старый Бератрон, Родигес, Джула, Фериш, Торрен и, конечно, Рабера – не иллюзия. Вероятнее всего!

– Извините, граф, но я не понимаю…

– Хорошо, что ты приносил клятву лично мне! Иначе пришлось бы тебя уничтожить, – произнёс я. – Устраивайся удобнее, мой цифровой друг, рассказ будет длинным.

{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, кабинет Императора, 18 августа 2531 год}

– Итого, граф, чем вы меня порадуете? – спросил император Андреева.

– Боюсь, Ваше Величество, но моя должность в принципе не предполагает радостных вестей.

– Шута, что ли, завести? – иронично задал риторический вопрос Дмитрий Третий, но после этого резко собрался. – Рассказывайте!

– Я надеялся, что когда Уральский очнётся, то поток странностей вокруг него прекратится, – глава ИСБ взял небольшую паузу, – мы отправили тот набор звуков, которые издавал Уральский, лингвистам.

– И?

– Вердикт однозначен. Это не просто набор звуков, а однозначно осмысленная речь на каком-то языке.

– На каком?

– Вот это самое интересное. Лингвисты не знают этого языка. Мало того, сама структура этого языка, его фонетика, морфология и семантика чужды существующим земным языкам. В том числе, вымышленным и мёртвым. В комплексе это говорит о том, что это абсолютно новый язык!

– Как? Почему?

– Мне стыдно, признавать, Ваше Величество, но я не знаю! Один из лингвистов, исходя из фонетики образца, высказал предположение, что это молитва.

– То есть граф Уральский не просто лежал в коме, а ещё между делом придумывал абсолютно новый язык?

– Мы не знаем, идей выдвинуто много, но одна бредовей другой! Аналитики тщательно изучили ваш разговор и обнаружили момент, когда Уральский явно солгал.

– Где?

– Когда вы спросили его: снилось ли ему что-либо. В этом моменте он абсолютно точно солгал. Ещё один момент, когда он явно лгал, когда с ним разговаривал медик. Уральский сказал, что просто почувствовал себя плохо и не понимает, что произошло. Но динамика движения лицевых мускулов и зрачков говорит о том, что он лгал.

– Очень любопытно, – император рассеяно взял кофейную чашку в руки, но через несколько секунд поставил её назад, так и не сделав глотка, – что же там всё-таки произошло? Он же не просто так начал шептать какие-то странные слова.

– Никаких вменяемых идей. Мои аналитики склоняются к тому, что Уральский сошёл с ума во время комы и страдает галлюцинациями. Когда вы произнесли слова «Врата Ада» он будто что-то увидел в кратере. Причём интересна его реакция, вначале он этого совершенно не боялся, и явно испытывал азарт, но затем в его реакции появился явный испуг. Тогда он и начал произносить странные слова. Симптомы похожи на ассоциированные галлюцинации, а если это так, то граф Уральский серьёзно болен. В лучшем случае шизофрения. В пользу этой версии говорит его вчерашнее прохождение психологических тестов.

– Каких тестов?

– После карантина необходимо появится для осмотра, в ходе которого надо пройти несколько тестов. Все тесты кроме последнего показали абсолютно нормальные значения, не идеально, но всё в пределах нормы. Последний тест – экспериментальный, его создали полгода назад, сейчас проходит клинические испытания в удалённых провинциях. Его дали Уральскому по той причине, что он о нём не знал и, как следствие, не знал «правильных» ответов. Тест показал активное противодействие попыткам понять психическое состояние Уральского и то, что с его психикой однозначно что-то не то!

– То есть его надо срочно хватать и отправлять на принудительное лечение? Но он глава клана, такое нельзя просто взять и сделать!

– К тому же, это никоим образом не объясняет все те странности, происходившие вокруг него в коме.

– Не было печали, – император устало потёр виски, – словно без него не хватает проблем. В реаниматоре он не доставлял столько неудобств.

– Смею напомнить, Ваше Величество, что вы совершенно зря повысили ему допуск.

– Граф, мы это уже обсуждали! Я дал разрешение и отозвать его не могу. Как-никак слово Императора – не воробей, чтобы прыгать туда-сюда!

– В итоге он купил кучу экспериментального оборудования и получил множество имплантатов с производственных площадок Крыла Исследований и Инноваций. Теперь его никто не прочитает, уверен, что об этом он побеспокоился в первую очередь.

Император не удостоил безопасника ответом, и граф продолжил:

– Сейчас Уральский через теневые компании скупил практически все свободные вычислительные мощности в Империи. Цена экзафлопа на центральной вычислительной бирже поднялась до сорока трёх копеек, против одиннадцати на прошлой неделе. При этом он загрузил практически все эти мощности на максимум, Империум Телеком вчера пробросило в его поместье два независимых квантовых канала связи с максимальной ёмкостью, они загружены более, чем наполовину. Я попросил совет Сигмаров отвлечься от Игры и попробовать понять, что же там считается!

– И как?

– С учётом того, что Сигмар ИСБ даже не знает, как подступится к задаче… в общем, совет воспринял эту просьбу как вызов.

– А не может ли Сен специально отвлекать наше внимание и внимание Сигмаров? Мне кажется, что это вполне в его духе.

– Эту версию мы тоже прорабатываем.

– А может мне просто спросить его лично? – начал размышлять вслух Дмитрий.

– Боюсь, что это невозможно.

– Это ещё почему?

– Вы более не можете лично видеться с графом Уральским. Так как в данный момент ему присвоен жёлтый код опасности, а согласно нормативным актам силовых ведомств мы не можем допустить вашего с ним контакта. Ваша гвардия, как и все силовые структуры Империи уже предупреждены. Графу Уральскому запрещено приближаться к вам ближе одного километра.

– Граф, вы не находите забавным тот факт, что человек, имеющий доступ к промышленным тайнам Империи, не может зайти даже в мой дворец?

– Dura lex sed lex!

– Суров закон, но это закон? – усмехнулся Император.

– Так точно, Ваше Величество! – произнёс глава ИСБ. – Не будь Вы столь упрямы, то я бы и первую встречу не разрешил! Тем более, что никакой необходимости в ней не было.

– Она была необходима. У меня не так много людей, на которых можно опираться! Я должен был посмотреть на графа лично!

{Российская Империя, Святоград, поместье Сена, Сен, 20 августа 2531 год}

Открыл глаза и неспешно встал с кровати, позёвывая спросонья и почёсывая интересные места. За окном уже рассвело, я бросил взгляд на небо: ни облачка, на редкость хороший, ясный день сегодня предвидится.

Император так и не отозвал увеличение уровня допуска, хотя я подспудно этого ожидал. Зато мне пришло имперское предписание, запрещающие приближаться к Императора ближе, чем на километр. Хорошо, моё поместье в другом конце столицы! А то пришлось бы перемещаться в родовые владения на северном Урале.

Хотя надо сказать, что родовое поместье уже готовится к моему переезду. Я не смог повторить свой магический эксперимент, но проводить дальнейшие исследования в самом центре Империи, где каждый сантиметр сканируется не одним десятком датчиков – крайне плохая идея. Мои приходы в присутствии Императора и так привлекли слишком много ненужного внимания.

Эх, Шиза, Шиза… где ты, въедливый ублюдок, когда ты так нужен?

Мы с Домом склонялись к версии, что Шиза оказался «заперт» внутри Сигмара, который в свою очередь коммуницирует через мыслеинтерфейс. А вот что случилось с последним? Не ясно до сих пор. Обследование в специальном сканере показало, что с мыслеинтерфейсом всё в порядке. Структура целостная, сигнальные сети стабильны. Требовался режим полной отладки, но осуществить его можно только в научном комплексе. Либо заказав специальный сканирующий комплекс… Вот только его цена кусалась даже для меня, да и срок изготовления в целый год не внушал оптимизма. За такое время, как говорится, либо ишак сдохнет, либо падишах… либо я.

Хотя, в отношении мыслеинтерфейса и всего с ним связанного я испытывал оптимизм: в последнее время некоторые функции, например, время, ориентирование на местности, начали работать корректно.

Этот факт, кстати, подтверждает рабочую гипотезу о том, что я всё-таки провёл последние года в другом мире, получив одновременно два материальных тела, каким-то образом связанных между собой. Мне кажется, что связь происходит через проекцию Искры, или, возможно, через неё саму. Сейчас мы с Домом ожидаем, что рано или поздно мой мыслеинтерфейс заработает корректно, после чего можно попробовать проанализировать то, что происходило со мной на Кахоре и на Земле. Есть ли взаимосвязь? И если да, то какая.

Конечно, в целом подобные гипотезы нуждаются в тщательной проработке и исследованиях. А исследования нуждаются в учёных… множестве учёных, дорогостоящем оборудовании, а также надо триллионы, много сотен триллионов рублей. У меня таких ресурсов нет и вряд ли когда-нибудь появятся. Даже великие кланы не оперируют такими масштабами. На секунду, даже миллисекунду, мелькнула мысль о перевороте и захвате власти, но я её сразу же отринул. Во-первых, присяга. Во-вторых, управление такой огромной державой – слишком большая ответственность: отсутствие свободного времени, да и на здоровье плохо отразится. Дмитрий Третий мой ровесник, а морщины вокруг глаз уже появились! Несмотря на все чудеса медицины.

Значит, для подобных исследований надо привлекать Крыло Исследований и Инноваций, то есть идти за ресурсом к Империи. Естественно, это упрочило бы моё положение в обществе, уверен, что под это дело, я смог бы создать свой собственный великий клан.

Вот только есть два важных момента:

Во-первых, я не хочу оставаться в Российской Империи! Точнее, не хочу оставаться где бы ни было, где нет Раберы! Значит, в первую очередь надо вернуться на Кахор!

Во-вторых, не все знания одинаково полезны. Триполярный на Земле весьма стабилен, при этом виден хороший поступательный прогресс в развитии всех сфер жизни человечества. А что случится, если я открою ящик Пандоры? А магия это и есть ящик Пандоры! Я не имею права ставить под угрозу жизнь, здоровье и благополучие шести миллиардов имперских подданных.

Поэтому сейчас Дом прокручивал различные варианты развития мира, в случае если я открою магию Земле и Империи. Даже для «грубых» просчётов у Дома не хватило бы мощности, поэтому пришлось хорошенько растрясти мошну и скупить все доступные мощности в Империи. Конечно, ещё одна странность в мою копилку, но вряд ли кто-то поймёт, чем же я занят. Естественно, никто не передавал наружу модели или что-то важное, на стороне проводились все «грязные» вычисления, а Дом сводил полученные результаты в модель и просчитывал финальные точки. Несмотря на все финансовые вливания, задача грозила растянуться на пару месяцев, поэтому я принял решение краткосрочно сконцентрироваться на двух задачах: вернуть себе магию и «поработать» над браком Нашего Имперского Величества.

– Граф, я заметил, что активность Сигмаров в Игре снизилась, – отвлёк меня от размышлений Сигмар.

– Значит, кто-то перебросил их свободные ресурсы на попытку разобраться в том, что мы же считаем. Ожидаемо.

– Граф, также я рекомендую немедленно посмотреться в зеркало!

Передо мной появилось зеркальная поверхность фотонного силового поля. Я уставился на своё лицо, по которому тонкой змейкой струились чёрные и красные линии.

– Прекрасно, просто прекрасно…

– Я слышу сомнения, граф.

– С одной стороны это действительно хорошо. Это мои татуировки асала. Что только подтверждает нашу гипотезу о множественности миров, но… – я задумался.

– Но? – Сигмары очень любопытны, поэтому Дом позволил подстегнуть мои размышления.

– Но как мне объяснить эти украшения? В Совет Ревнителей Традиций можно уже скорую помощь отсылать! Их же удар всех разом хватит! Татуировка! На лице! У главы клана! Что дальше? Кольцо в нос? – под конец я начал передразнивать старейшин из Совета. Некоторые столбы стабильности Империи, наподобие структуры Совета Ревнителей Традиций, следящей за моральным обликом аристократии, в особенности высшей, меня раздражали. – С этих ретроградов станется обратиться к Императору с требованием, чтобы я свёл татуировки! И пока я не вижу причин, как их послать…

– Если Совет узнает…

– Ты мне предлагаешь стать отшельником? Боюсь, что не получится. Можно, конечно, закрыть лицо маской, но Императорский Бал-Маскарад проводится четыре раза в год, да и в связи с последними событиями, мне на него не попасть.

– Всё намного проще, можно использовать косметическую маску-голограмму.

– Это что такое?

– Современная косметика у девушек предусматривает не только туши из умных наночастиц, но специальные устройства, которые проецируют на лицо микронную голограмму, которая скрывает недостатки кожи, например, нездоровый цвет.

– Хм… Век живи, век учись. Купи мне такую игрушку. Лучше на заказ.

– В департаменте косметологии Крыла Исследований и Инноваций есть подобный имплантат.

– Бери!

Глава 3. Старый лис

{Российская Империя, северный Урал, устье реки Тельпос, родовое владение клана Уральских, Сен, 23 августа 2531 год}

Поместье Войвыв, самое сердце клана Уральских, в последние годы сузившегося до меня одного. Войвыв, если я правильно помню, на языке народности, населявшей когда-то здешние территории, означает север, но в моём детстве поместье просто называли Усадьбой.

Сколько лет я здесь не появлялся? Десять? Пятнадцать?

После того, как я проредил собственный клан, Усадьба стояла в режиме консервации. Зато теперь тут жизнь закипит. В сорока километрах от собственно самой усадьбы, уже в горах Урала, огромные транспортные экранолёты логистической империи великого клана Ивановых разгружали строительных роботов, оборудование и ресурсы: мне требовалась собственная тренировочная площадка для занятий магией.

К сожалению, мой первый и последний удачный эксперимент оказался случайным, но я надежду не терял, получилось один раз – получится и второй. Я прекрасно помнил о том, что изменения магического плана воздействуют на физические законы. А мне бы не хотелось, чтобы какой-нибудь датчик слежения около моего дома показал, что у меня в поместье поменялась постоянная Планка. Смех смехом, но этого достаточно для штурма и моего ареста, так как такие колебания могут указывать на запрещённые или опасные эксперименты, в то время, как мои галлюцинации только на моё сумасшествие. А законы Империи не запрещают сходить с ума. В общем, чтобы не искушать судьбу, я перебрался в родовую Усадьбу Войвыв, уютно расположившуюся в устье реки Тельпос. С шезлонга смотровой террасы открывался прекрасный вид на гору Тельпосиз, на древнем наречии это значит Гора Гнезда Ветров, всю укутанную таёжными лесами словно изумрудным одеялом. В общем, красиво, тихо и лишних глаз нет. Идеальное место для отдыха.

В воздухе раздался глубокий гул: на посадку заходили армейские транспорты, несущие части автоматизированных подземных бункеров. Пришлось поднапрячь свои знакомства в инженерно-строительных войсках, но в итоге мне оперативно продали военные комплексы. Конечно, не самые новые модели, откровенное старьё с убогой электроникой, которое иначе бы пришлось утилизировать, зато быстро и дёшево, вернее, не безумно дорого. К тому же всю электронную начинку надо менять, чтобы обеспечить отсутствие закладок.

– Граф, прикройте глаза. Я включаю щит.

Я поспешно прикрыл веки и не побрезговал дополнительно прикрыть глаза рукой, но даже через такую «защиту» по глазам резануло вспышкой света. Портативный квазифотонный щит при всех своих плюсах, типа портативности, обладал небольшим изъяном – его инициализация начиналась с очень мощной вспышки света.

Терраса усадьбы слегка вздрогнула: штурмовики начали суборбитальную бомбардировку, подготовку фундамента под закладку бункеров. Между прочим, сейчас проходят официальные войсковые учения: экстренное разворачивание автоматизированного комплекса для оперативного командования. Вооружённые силы под эту тренировку задействовали шесть или семь родов войск, из космоса сектор целый линкор прикрывает! Понимаю, что шоу предназначено для того, чтобы стрясти с меня побольше денег, но чувствую гордость за наши вооружённые силы: мало того, что продали старьё, так ещё и провели полномасштабную армейскую тренировку за счёт частного инвестора.

{Российская Империя, северный Урал, устье реки Тельпос, родовое владение клана Уральских, Сен, 1 сентября 2531 год}

«Так! Что я пропустил?»

Возвращение моего второго Я произошло в тот момент, когда я смаковал чашечку горячего шоколада, наслаждаясь прекрасным гористым видом и летающими туда-сюда транспортами.

Шиза?

«А ты кого ждал? Глас Божественный?»

Ублюдок! Я по тебе соскучился!

«Что-то незаметно, что ты активно старался меня вызволить!»

Я решил, что надо просто обождать!

«Решил он! Я почти рехнулся там. Месяц в абсолютной тьме!»

Не месяц, а всего 4 недели… даже меньше…К тому же ни разу не слышал, чтобы шизофрения могла сойти с ума.

«Не слышал он. Самоубийца гребанный! Ладно! Потом на тебе оторвусь! Что тут без меня происходило?»

Хм… раз ты здесь, то значит и мыслеинтерфейс восстановился?

«Ах вот почему меня отрезало?»

Я так думаю, что да… Мы же тебя перевязали поверх остатков Сигмара, а он коммуницирует через мыслеинтерфейс, сбоивший после… не придумал ещё корректного слова для этого события… воскрешения. В общем, смотри сам, я тебе тут под театр одного актёра не подписывался!

«Хорошо, хорошо! Какой ты агрессивный!»

Пока Шиза настраивался на работу, я послал мыслеприказ Дому, что пора готовиться к получению информации от банков данных мыслеинтерфейса.

«Ага… Понятно… Решил убраться из столицы подальше… правильное решение, нечего светить лицом. Легенда о тюремном заключении, конечно, шлак. Связывает руки в некоторых моментах, уголовник-заговорщик… не самая лучшая репутации для подкупа госслужащих. Лучше бы в дурку на три года тебя прописали, это даже модно!

С Императором, конечно, не хорошо вышло. Прокол серьёзный. Хотя и тут плюсы есть, теперь тебя до государственных дел не допустят. А так бы тебя уже в государственное стойло определили бы. Долг, присяга и всё такое!

С Мещяковыми? У Дмитрия совсем мозги съёжились? С этим надо что-то делать! А ты почему-то тут прохлаждаешься! Кто-то срочно нуждается в несчастном случае, желательно, целой семейкой…

С магией беда! Эх… сотню-другую демонов, и мы просто, быстро и красиво урегулировали бы вопрос с Мещяковыми!»

Надо придумать, как это сделать без магии, к сожалению, предсказать сроки её восстановления невозможно.

«А ты собираешься сделать это магией? Мещяковы – великий клан. У них больше денег, больше ресурсов, больше влияния… у них всего больше! И теперь у них есть прямой доступ к Императору через сочную фигурку этой Анны!»

В общем, так. Это моя присяга, моя головная боль. Ты бери вторичных, входи в симбиоз с Домом и начинай работать.

«Над чем?»

Над всем. В первую очередь, проработай наше воскрешение. Почему получилось два тела, почему душу выбросило сюда, а не уничтожило второе тело, почему мыслеинтерфейсу понадобилось столько времени, чтобы восстановиться. Это важная задача. Её решение – к ключ бессмертию! Во-вторых, продумай механизм реанимации моих нематериальных тел. Программу тренировок и всё такое. В-третьих, продолжай строить модель магии. Надо провести фундаментальное слияние различных школ. Когда мы вернёмся на Кахор, мы должны иметь много козырей в рукаве. Сомневаюсь, что светлорождённые подонки забыли обо мне. В-четвёртых, надо просмотреть последние достижения Крыла Исследования и Инноваций. Что-то может найтись полезное: обновлённые наноботы, какие-нибудь интересные биотехнологии и прочее подобное. Не стесняйся ползать в архив, может в старых исследованиях есть что-то для нас интересное.

«Вот ты для чего меня ждал? А ты чего делать станешь?»

Я??? Я думать буду!

«О чём?»

Обо всём. Работай уже!

«Хорошо! А если серьёзно, ты уверен, что Кахор существует?»

Да. Рабера должна быть. Её не может не быть! Я даже придумал как вернуться назад.

«О как! И как же?»

Надо просто найти демонов, которые шастали и на Землю, и на Кахор. А от них уже можно получить координаты Кахора!

«А как ты собрался строить межмировой портал?»

Помнишь демоницу?

«Это которая кинула тебя?»

Да. Вот теперь осталось призвать её и спеленать нарушенным договором.

«Всего-то? При условии, что у тебя нет магии, а сам ты находишься в мире, где магический план уже тысячу лет не прорабатывался. Легче абрикосы во льдах Антарктиды вырастить!»

Хватит ныть! Ты со мной?

«Куда же я без тебя!»

{Российская Империя, северный Урал, устье реки Тельпос, родовое владение клана Уральских, Сен, 8 сентября 2531 год}

Я медитировал, пытаясь нащупать Астрал… Мерзкое ощущение! Вот-вот ухватишь и снова выскальзывает. И так всю неделю. Вдох, выдох, прикрыть глаза и…

– Граф, прошу прощения, что отрываю вас от тренировки, – я в раздражении открыл глаза, – неизвестный экранолёт просит проход в ваши земли и разрешение на посадку.

– Хм… И кого там принесло?

– Не могу знать, граф. Сканирующим датчикам не хватает мощности. У нас пока установлены малые портативные модели.

– Хм… Площадка для скрытых гостей уже готова? От закладок почищена?

– Да, граф.

– Дай ему полосу. Со всеми мерами предосторожности.

– Будет исполнено, граф.

Я покинул зал для медитаций, быстро ополоснулся под душем, накинул лёгкую броню и проехал по подземным туннелям к площадке для приёма гостей. Экранолёт уже заходил на посадку, при этом его уже лишили всех видов связи… на всякий случай…

– Чисто, граф. У него ни оружия, ни взрывчатки.

– Интересно, что же он забыл, – я наблюдал за экранолётом с приёмного блока. Естественно, с такого расстояния сканеры уже распознали пассажира, даже сквозь те системы скрытия личности, которые он надел на себя.

– Не знаю, граф.

Экранолёт представлял собой обычную, общегражданскую модель, причём данный экземпляр был ещё откровенно стар и использовался сетью дешёвеньких такси. Дверь судна отъехала в сторону, и наружу вышел человек, которого я меньше всего ожидал увидеть, как минимум, потому что мы никогда не были знакомы. К тому же его прикрывала голографическая иллюзия серьёзного уровня, а если добавить к ситуации старый экранолёт, то сразу стало понятно, что человек хочет скрытой встречи.

Я терпеливо дождался, пока незнакомец доберётся до наземной башни лифта и спустится в низ приёмного блока.

– Рад знакомству, барон, – поприветствовал я гостя.

– Взаимно, граф. У вас хорошие сканеры.

– Такова жизнь высшей аристократии. Плох тот аристократ, у которого нет пары-тройки заклятых врагов.

– Здесь безопасно? – по-деловому спросил барон.

– Да. Позаботиться о вашем экранолёте?

– Будьте любезны, граф.

– Дом, ликвидируй экранолёт нашего гостя и урегулируй вопрос об ущербе с компанией-владельцем.

– Принято, – на голоэкране отобразилось, как из-под земли вылезло несколько плазменных пушек, которые превратили экранолёт-такси в пылающий шар меньше чем за секунду.

– Приятно встретить грамотного, – гость сделал акцент на этом слове, – и понимающего хозяина, – после он снял маскировку и мне предстал древний старик, лет ста на вид, хотя по-настоящему в прошлом году он отпраздновал свой юбилей в сто пятьдесят лет.

– Разделите со мной завтрак, барон? – простейшие правила вежливости требовали проявить гостеприимство.

– И к тому же радушного, – добавил старик к своей прошлой фразе, – к сожалению, откажусь. Предпочитаю завтракать до восхода солнца, да и я не симпатичная юная блондинка, чтобы разделить с вами завтрак, граф.

«Старик – шутник!»

Цирк на выезде. Посмотрим, с чем он приехал. Заинтриговал…

– Нет так нет, барон, – деланно рассмеялся я, – сока?

– Не откажусь, граф, не откажусь, – старик забавно сморщился.

Я отдал мыслеприказ, и через несколько минут мы сидели на террасе.

– В вашем поместье чудесный вид, граф, – судя по справке, барон в молодости обладал глубоким, приятным баритоном, вот только старость его голосовые связки не пожалела: сейчас он произносил слова, издавая противные посвистывания и покряхтывания.

Я просто кивнул, показывая, что принял его слова к сведению.

– И, конечно, эта терраса защищена от прослушивания и подглядывания?

– Естественно, барон, – усмехнулся я, – вам ли не знать о том, что слишком многие любят совать свой нос в личные дела граждан Империи…

Старик ехидно усмехнулся в ответ и сконцентрировался на своём черничном соке. Через минуту мне начал надоедать гость: у меня слишком мало времени, чтобы размениваться на пустые разговоры.

– Барон, вы не могли бы…

– Удовлетворить ваше растущее любопытство?

– Да, барон. С учётом того, что нас никогда друг другу не представляли… Ваш личный визит, тем более в условиях повышенной секретности, кажется весьма странным и неординарным событием.

– А в простой старческий интерес, юноша, вы не верите? – усмехнулся старик.

– В чём у бывшего главы ИСБ может быть интерес к главе захудалого клана? – барон Эрик Хонконен, по национальности финн, занимал должность главы ИСБ с две тысячи четыреста двадцать первого по две тысячи четыреста шестьдесят третий, то есть задолго до моего рождения. Отзывы о его работе сугубо положительные, что можно проследить хотя бы по факту отсутствия серьёзных потрясений в Империи в эти годы. Ушёл по собственному желанию, на протяжении ещё трёх десятков лет выступал консультантом ИСБ. В общем, личность занимательная и в свои времена весьма влиятельная. Тем любопытней его приезд.

– Эх, юноша, наконец, я воочию смог посмотреть на вашу игру, – старик рассмеялся кряхтящими звуками. – Захудалый клан…кхе-кхе…

– Какую игру? Я вас не понимаю, барон, – я действительно не очень понимал, что же хочет сказать нежданный визитёр.

– Хотя буду правдив: ваше лицемерие, граф, не та причина, из-за которой мне захотелось тряхнуть своими старыми костями.

«Старика маразм крепко взял!»

– Барон, – произнёс я холодно, – не хочу показаться излишне пафосным, но только ваш возраст защищает вас от вызова на дуэль.

– Не сомневаюсь, юноша, совсем не сомневаюсь, что у вас не дрогнет рука избавиться от недруга, – произнёс старик, но затем задумчиво, будто сам с собой. – Правда… дуэль? Мне казалось, это совершенно нетипично! Для вас же характерны действия более скрытого характера: саботаж, диверсии, несчастные случаи, яды…

«Старик совсем больной… Вызовем больницу?»

Подожди… Что-то мне подсказывает: у старика с головой всё хорошо! И скоро он озвучит что-нибудь интересное.

«Думаешь? А по мне, он просто съехал с катушек и ему скучно на пенсии!»

– Взять, например, смерть молодого Юрия Мнирта, такая трагедия, ужасное стечение обстоятельств и его сверхнадёжный экранолёт разбился. Говорят, что ныне покойный герцог Мнирт был безутешен и что он любил своего племянника больше сыновей?

– Люди многое говорят, – равнодушно (спасибо, новым имплантатам) ответил я, вот только внутри всё напряглось: Юрия мой покойный отчим проталкивал в Ардер. И именно «его место» в корпорации занял я.

– Расследование установило причину: производственный брак в процессоре корректировки полёта и неоптимальная регулировка силового поля полётного каркаса. Уникальное стечение обстоятельств.

– Жизнь – удивительная штука, – пожал плечами я.

– Самое удивительное здесь то, что никто не обнаружил, что это ты убил молодого Юрия. Восхитительно! Устроить подобный несчастный случай в столь юном возрасте. Превосходно! – барон изобразил аплодисменты.

«Хм…»

Хм…

«Откуда он такой знающий нарисовался?»

Тём более через столько лет!

«Отдать приказ на ликвидацию? Или ты сам?»

Эй! Откуда такая кровожадность?

«Ты же сам всегда говорил о том, что нельзя оставлять живых врагов!»

Какой он враг? Он же даже шантажом не начал заниматься, а просто воздал должное моему уму, трудолюбию и хитрости.

«Смотри сам!»

Убить всегда можно. А вот воскресить сложно… даже в мире Кахор… даже магистру некромантии.

Минуло несколько минут, в ходе которых я закурил сигариллу и равнодушно разглядывал визитёра.

– Любопытно, – наконец-то произнёс барон, – никакой реакции на мои слова не предвидится?

– А какую вы ожидаете реакцию, барон, на столь отвратительное заявление? Возмущение? Оправдания? Или, может, я должен Вам указать на дверь?

– Не знаю, граф. Я ожидал более активной, что ли, реакции?

– Например, сделать так? – мыслекоманда Дому и на поверхность террасы выдвинулись две плазменных турели, сразу взявшие барона на прицел.

– Хотя бы, – усмехнулся старик, не выказывая страха.

– Это пошло и вульгарно, – усмехнулся я, убирая турели обратно, – к тому же непонятно зачем мне всё это?

– То есть моё заявление совершенно вас не тронуло?

– Во-первых, это ложь. Во-вторых, нет никаких доказательств. В-третьих, слово выжившего из ума старика против высшего аристократа. Следователя, попробовавшего обвинить меня на основе этих «фактов» я убью на месте, и что характерно, мне за это ничего не будет. В-четвёртых, если даже кто-то из недалёких аристократов в это поверит, то для вендетты в живых никого не осталось.

– Вашими же усилиями…

– Их собственными, – импланты контролировали мою мимику и голос, поэтому ответ вышел холодным и равнодушным, – никто не заставлял их организовывать бунт.

«Кстати, Первый выглядит точно так, как ты сейчас!»

Не отвлекайся!

– Граф, и насчёт вашего второго утверждения, – финн проигнорировал мои последние слова, – что нет доказательств.

Импланты показали на моём лице заинтересованность.

– Они есть, – произнёс барон, положив на стол защищённый накопитель.

– Любопытно, – проронил я, ознакомившись с документами, – вот только все доказательства косвенные, и мои адвокаты разметают их в течение дня.

– Согласен. Но как вы догадываетесь, цель моего визита – не банальный шантаж.

На меня внезапно накатил уже подзабытый приступ ярости.

– Хватит играть! – я отключил импланты, контролирующие мимику. – Это единственный экземпляр?

Барон вздрогнул от неожиданности, увидев столь резкий переход от маски холодного высшего аристократа Алексея Уральского к яростному лику павшего Сена де Мориона. Наверно, это действительно страшно, при этом на лице почти ничего не изменилось, никаких злобных оскалов, ни в коем разе. Только глаза, ну и немного черты лица заострились.

«Успокойся! Мы же уже прошли этот этап в жизни!»

Ты прав.

«Заметил, что барон не пользуется имплантами-корректорами мимики?»

Кто тебе такое сказал? Все приличные люди ими пользуются, вот только у него в самом умеренном режиме используются.

– Да, – ответил бывший безопасник, – это неофициальные… «исследования». На серверах СБИ их нет.

– А даже себе копию не оставили?

– Не оставил, – спокойно ответил старик.

– Очень нетипично для безопасника.

– Оно того не стоит.

– Как ни странно, но я действительно в это верю, – я щелчком отправил накопитель в сторону, но пролетел он недалеко: защитная турель уничтожила «ненужную» информацию ещё в полёте.

Пару минут мы полюбовались видом с террасы.

– Барон, я оценил ваш жест, – наконец произнёс я, – будем считать, что вступительные речи и стадию знакомства мы прошли. Теперь я жажду узнать истинную причину вашего появления у меня в гостях.

– Эх молодость, молодость. Спешите неизвестно куда.

– Поверьте, барон, я знаю, куда спешу. Ближе к делу!

– Что ж, – проронил финн, – оставим реверансы. Цель моего визита довольно проста: мятеж. Против воли Императора.

{Российская Империя, южный сектор Новосибирской агломерации, складской район Дельта-Б, 11 сентября 2531 год}

Когда-то район Дельта-Б, как собственно и соседние районы, буквально кипел складской жизнью. Но в двадцать третьем году из-за глобальной реструктуризации логистических путей Российской Империи, через южный сектор Новосиба резко сократился поток грузов, и надобность в таких громадных складских зонах отпала. После двухлетних мытарств с пустующими складами какая-то светлая голова в местном муниципалитете решила перепрофилировать эти здания в некий инкубатор, где молодые (и не очень) таланты могли бы снимать офисы, арендовать сравнительно небольшие площади под производства и прочее подобное. Идея, конечно, не блистала новизной, таких инкубаторов в империи насчитывалась сотня, но южном Новосибе решили не задирать цены на помещения, установив арендную ставку таким образом, чтобы получить нулевую рентабельность. Этот факт, а также обилие относительно дешёвой энергии и логистическая доступность привели к закономерному итогу: за последние шесть лет инкубатор заполнился практически под завязку. Правда, производственных площадок оказалось не так много, как ожидалось, так как большинство арендаторов работало в сфере виртуального сектора, а не реального. Но муниципалитет от этого не расстраивался: огромная дыра под названием «пустующие склады, которые надо охранять и поддерживать» исчезла, а дополнительная деловая активность пополняла местный бюджет косвенным путём. Так что теперь район Дельта-Б вновь кипел жизнью, только не складской.

На самом краю, на границе с сектором Гамма-Б, приютилось небольшое (относительно местных многокилометровых громадин) здание, древность которого выдавал материал, из которого оно было сложено: вспененный полимербетон не использовали в строительстве уже лет двести, а кладка блоков стала архаизмом ещё в прошлом веке. На небольшом паркинге перед зданием расположилось восемь лёгких гражданских экранолётов, показывая, что в здании кто-то есть, хотя это и так было понятно по горящему в окнах свету.

Массивную металлическую дверь здания украшала простая текстовая голограмма: крупные белые трёхмерные буквы висели в воздухе и извещали потенциального посетителя:

Клан Энигма. Игра. Штаб-квартира.

И ниже мелкими бежевыми буквами курсивом:

В сотрудничестве не нуждаемся.

Ничего не покупаем.

И не продаём.

Серьёзно.

Не покупаем и не продаём.

Здесь просто наша штаб-квартира.

Нет, автограф тоже не дадим.

Табличка не врала: это здание действительно арендовали игроки, хотя в данном случае уместнее слово «жители» Игры. Клан Энигма, за исключением Сигмаров – лучшие в Игре. Они держали небольшую горную республику Барабох, что являлось откровенным вызовом всем Сигмарам. До этого только один единственный анонимный клан людей успешно управлял государством в Игре.

В этот вторник, собственно как и в любой другой день недели вся команда, все двенадцать человек собрались на вечернюю встречу, традиционно совмещённую с ужином. Огромный круглый стол из высококачественного чёрного пластика под мрамор смотрелся излишне пафосно в общем зале. Но один из членов команды, Динара, была девушкой крайне упрямой и найдя этот «шедевр» на распродаже заставила его купить и поставить в штаб-квартиру. Но надо отдать должное, несмотря на свой ужасный вид, стол вписался в распорядок клана идеально: теперь всем хватало места, и все друг друга видели.

Согласно внутреннему расписанию по вторникам еду доставляют из небольшого ресторанчика «Мама Азия», который, как следовало из его названия, специализировался на паназиатской кухне. Пока члены команды переговаривались между собой, периодически бросая взгляд на голоэкран, транслирующий изображение с парковки, в ожидании прибытия вульгарно цветастого экранолёта доставки. Вот только вместо маленького юркого доставщика на парковку опустилась летающая громадина, занявшая добрую половину парковки. Весь клан в недоумении уставился на массивный чёрный экранолёт без опознавательных знаков.

– Кто-нибудь ждёт гостей? – с нервным смешком спросил Сергей, координатор клана. – Судя по всему нет. Костя, что это за модель? Армия, стража, имперская гвардия?

– Нет, – покачал головой юноша хрупкого телосложения, в котором угадывалась немалая толика азиатской крови, скорее всего корейской, – это не серийная модель! – Костя фанател от двух вещей: от Игры и от всего летающего транспорта, поэтому среди здесь присутствующих, он знал об экранолётах больше всех. – Явно спецзаказ. Активная броня, люки плазмомётов! Это кто-то из высшей аристократии.

– Почему ты так решил? – спросила его светло-русая соседка.

– Только высшие аристократы имеют право летать на таких дредноутах, – с мягкой улыбкой начал разъяснять кореец, – видишь ли, это право дано только высшей аристократии постановлением от…

– Костя, в другой раз! – немного резковато прервал Сергей. – Кто нас посетил?

– Вензелей нет, – вместо Кости ответил Дима, упитанный круглолицый парень, с широкой белозубой улыбкой, которая словно навсегда прилипла к нему, – на стандартный запрос-ответ не отвечает. Я проверил.

Пока клан переговаривался между собой, у экранолёта отодвинулась бронедверь, из проёма вышел темноволосый незнакомец, одетый в лёгкие белые штаны и светло-серый свитер, и двинулся ко входной двери.

– Что делать? – спросил кто-то из клана, Сергей в данный момент смотрел на экран, но понял по гулкому голосу, что это была Урсула. Ответить он не успел, так как инициативу перехватила высокая статная рыжеволосая девушка, которая решительно встала из-за стола и отправилась ко входу.

– Надо встречать гостей. Визитёры такого ранга к деньгам!

– Или к проблемам: штрафам, неустойкам… искам! – печально произнёс её сосед.

– Яков! Мы же с тобой сотню раз это обсуждали: надо использовать все возможности! – мгновенно обернулась рыжая, видимо продолжая незаконченный спор.

– Амалия… я до сих пор плачу за твою использованную возможность!

– Эта какую? – удивилась девушка.

– Незаконная вырубка и контрабанда корабельного леса в Каганате!

– Ой, да это же в Игре! – отмахнулась яркая красавица. – Я-то думала ты про реальность!

– Амалия, – негромко произнесла тонкокостная брюнетка, – осторожней. Высшая аристократия… с ней можно не только деньги потерять.

– Алла, ты что-то знаешь? Какие-то слухи? – встрепенулся Сергей. Алла – единственный член команды, принадлежавший к аристократии. Естественно, к обычной, а не высшей.

– Про любой клан ходит достаточно слухов. И не все их стоит рассказывать на ночь глядя, – тихо ответила брюнетка.

– В любом случае, выхода у нас нет! – решительно сказала рыжеволосая и продолжила свой прерванный путь.

Она успела как раз вовремя: аристократ подошёл к входу и уже протянул руку к звонку, но Амалия отворила дверь, визитёр усмехнулся и прошёл внутрь:

– Добрый вечер.

– Добрый вечер, господин, – произнесла рыжеволосая, – прошу внутрь.

– Я уже внутри, моя милая, – ещё сильнее усмехнулся незнакомец, – но с удовольствием пройду дальше, – девушка вспыхнула.

Действия аристократа не разошлись со словами: он действительно прошёл в общий зал и бесцеремонно уселся, практически развалился в кресле за столом.

– Вы мне и кресло подготовили? Очень мило с вашей стороны! – конечно, никто не ожидал столь высокого гостя, но никто не решился объяснить, что вчера клан тоже принимал гостей.

Повисла короткая пауза, в ходе которой стороны с интересом друг друга рассматривали.

– Чём обязаны, эм…, – решился прервать молчание Сергей.

– Алексей, просто Алексей. Без формальностей. И титулов.

– Ваш визит приятная неожиданность для нас, – Сергея, как и других членов клана, выбило из привычной колеи, и сейчас он судорожно пытался вспомнить по фильмам как же принято обращаться к высшей аристократии, – меня зовут…

– Прошу вас, не волнуйтесь. Я прекрасно знаю, кто вы, – незнакомец сделал небольшую паузу, – кто вы все.

– Мартьянова Урсула, – аристократ посмотрел на рослую блондинку, специфичный цвет волос которой выдавал в ней потомка скандинавов, – выпускница Военной Академии Новосибирска. В данный момент состоит в клане Энигма, где занимает пост главы вооружённых сил республики Барабох.

– Ивакин Артур, – визитёр перевёл взор на следующего члена клана: подкачанного молодого человека с тёмно-русыми волосами и правильными чертами лица, – клан Энигма. Глава стражи. Ради Игры ушёл с перспективной должности аналитика Империум Банка.

– Константин Ан, – следующим сидел кореец, – бывший студент шестого курса Святоградского Корпуса Высшей Дипломатии. Как ни удивительно бросил учёбу на дипломата для того, чтобы занять пост министра иностранных дел республики Барабох.

– Иван Петров, – аристократ позволил себе рассмеяться, – ходячий каламбур! Без обид, Ваня, – двухметровый латинос, сидящий рядом с корейцем, лишь развёл руками, признавая справедливость слов, – всё-таки Иван Петров и такой колоритный, практически чистокровный латинос. Родители – мексиканцы-эмигранты из Западного Содружества. Министерство промышленности. Бывший руководитель малой производственной цепи в корпорации Ардер.

– Галиаскарова Алла, – следом сидела маленькая изящная брюнетка, внешность которой портило только лицо, словно она хочет заплакать, – бывший терапевт. Сейчас министр образования и социального развития республики Барабох. Беститульная дворянка из дома Галиаскаровых.

– Яков Романовский. Министр финансов. Третий сын владельца весьма успешного торгового дома «Романовский и Сыновья». Учитывая твоё происхождение, как тебя мама сюда отпустила? Тяжело, наверно, было?

– Очень, – осторожно согласился юноша.

– Челпанова Амалия, – Алексей обратил внимание на высокую стройную рыжеволосую девушку, – бывшая модель. Теперь игрок. Отвечает за торговлю.

– Багрова Динара, – следом сидела не менее яркая девушка, вот только не рыжая, а жгучая брюнетка, – ещё одна модель. Разве что специфика другая: не подиум, а голоизображения. Сельское хозяйство.

– Зуйкова Рената, – последняя девушка за столом, несмотря на имя, обладала типичной славянской внешностью: мягкие черты лица, светлые волосы, образ портил разве что сильный загар, – бывшая учительница. Министерство образования.

– Румянцев Дмитрий, – Алексей посмотрел на улыбающегося толстяка, – бывший студент лесного института. Сейчас отвечает за безопасность и разведку.

– Якимовский Радислав, – высокий худощавый парень со смазливым лицом кивнул в ответ, – бывший студент доброго десятка учебных заведений. Эрудит. Участник кучи интеллектуальных шоу и викторин. Отвечает за все остальные направления в республике.

– И наконец, последний участник. Сергей Иванов. Руководитель клана.

– Неправильно, – прервал монолог аристократа Сергей, – я лишь спикер совета клана. Можно назвать меня координатором. Но никак не руководителем.

– Хорошо, Сергей, тебе виднее. Наверно стоит перейти к цели моего визита, – Алексей немного подумал, – это может показаться странным, но цель моего сегодняшнего визита – просто дружеский ужин и знакомство. Поэтому я взял на себя смелость и отменил ваш сегодняшний заказ.

– И что нас ждёт? – спросила Амалия, которая усиленно делала вид, что к ней высшие аристократы каждый день приезжают.

– Вообще не в моих принципах угощать мужчин ужином, даже в компании столь очаровательных дам, – усмехнулся Алексей, – но через пятнадцать минут прилетит маэстро Рикардо.

– Тот самый Рикардо? Шеф-повар всех императорских рестораций? – удивлено спросила Алла.

– Он самый, – кивнул аристократ, – маэстро согласился сегодня сыграть специальный ужин.

– Сыграть? – удивлено спросил негр.

– Он маэстро, он творит. Но в скором времени вы убедитесь в этом сами. Осталось немного потерпеть.

– Но всё-таки, что вам от нас нужно? – напряжение так и не отпустило Сергея, непонятный аристократ с неизвестными целями его откровенно пугал. – Мы не сделали ничего дурного или предосудительного.

– Сергей, всё-таки вы неправильно воспринимаете мой визит. Вы ни в чём не виноваты, скорее наоборот! Считайте мой визит жестом уважения, даже восхищения!

– Уважения к чему?

– Ну как же? Вы первая и пока единственная команда людей, которые достигли такого результата в Игре!

– Спасибо, конечно. Но мы были не первыми. До нас существовал один анонимный клан, который достиг больших успехов, – вежливо, но твёрдо отклонил похвалу Сергей.

– Я же не зря сказал про людей, Сигмары не в счёт, – парировал аристократ.

– Но ведь все Сигмары играют публично?!

– Кто сказал, что вы знаете всех Сигмаров Империи? – с усмешкой произнёс Алексей. – Но не стоит этого лишний раз касаться. Это, конечно, не очень большой секрет, но всё-таки информация не для публичной библиотеки, – лёгкое предупреждение и перевод темы, – у вас весьма странная команда. Я такие кланы игроков представлял сборищем прыщавых задротов, а у вас такие милая команда симпатичных молодых людей. Словно для съёмок молодёжного сериала, да и этнический состав как на подбор: хоть сейчас на пропагандистский плакат «Толерантность в Российской Империи»! – аристократ прикурил сигариллу. – Расскажите, как так получилось!

Глава 4. «Империя превыше всего»

{Российская Империя, Уральский хребет, 13 сентября 2531 год, утро}

Тяжёлый экранолёт легко рассекал грозовые тучи и неумолимо двигался на север.

– А это безопасно, лететь сквозь грозу? Я думала, что экранолётам нельзя… молнии… – спросила Рената, подойдя к переднему иллюминатору.

– Поверь мне, этому экранолёту даже десяток ударов молнией ничего не сделает, – ответил Костя.

Клан в полном составе летел внутри роскошного экранолёта графа Уральского, летел в его северную резиденцию на деловой завтрак, как его обозначил Алексей. За ужином аристократ так и не сказал истинную причину своего визита, и эта неопределённость снедала каждого игрока и не позволила в полной мере насладиться божественным талантом маэстро Рикардо.

– Что же он от нас хочет? – задумчиво спросила рыжеволосая.

– Скоро узнаем, – ответил Сергей, – меньше часа осталось лететь.

– Мальчики, – оживилась Амалия, – нашли какую-нибудь новую информацию?

Все взгляды устремились на Диму, отвечающего за сбор информации не только в виртуальности, но и в реальности.

– Нет о нём информации. Всё подчищено, – недовольно пробурчал толстяк, даже его вечно хорошее настроение поблекло от неудачи. – Клан Уральских. Высшая аристократия. Участвовали в недавнем мятеже против Императора. Алексей видимо не участвовал, поэтому его простили.

– Это не так, – тихо подал голос Яков.

– Что?

– Это не так, – громче произнёс финансист клана, – надо смотреть на деньги и активы.

– Причём здесь это? – заинтересовался спикер.

– За такие мятежи наказывают весь клан: лишают титулов, власти, влияния и главное денег.

– И?

– Клан Уральских не потерял ни одного рубля.

– И что это значит?

– Это значит, что граф активно выступил на стороне Императора.

– Или просто сдал всю свою родню, – скептично произнёс Сергей.

– Нет, – неохотно вмешался толстяк, получивший пощёчину своему профессионализму от еврея, – Яков прав. Да и никто мятежника не оставил бы на таком высоком посту.

– И что нам это даёт?

– Ничего, – пожал плечами Дима.

– Может, стоило привлечь профессионалов по добыче информации? Например, кого-нибудь из «грызунов»… – спросил Артур.

– «Грызунов»? – удивился Иван. – Кто такие «грызуны»?

– Смесь хакеров и торговцев информацией.

– Первый раз о таких слышу.

– В сети чего только не водится, – вернулся в разговор Дима. – Связался с Хомяком. Обозначил наш интерес.

– И?

– Он отказался.

– А если я попрошу? – спросила Амалия. Рыжеволосая с Хомяком знали друг друга чуть ли не самого детства, и «грызун» испытывал к ней совсем не платонический интерес, вот только стервозная красотка, как говорится, держала его в дружеской зоне.

– Не надо. Не дай бог уговоришь.

– То есть?

– Хомяк рассказал о своих коллегах: группировке «Алые».

– И что с ними стало?

– Получили заказ на разработку Уральского.

– И?

– Один утонул, другой упал с крыши, третий отравился так, что даже реаниматор не помог. Целая серия несчастных случаев.

Все напряжено замолчали, вспомнив, кто посещал их позавчера. Несмотря на все его шутки-прибаутки он находится практически на самой вершине власти. А добряков там отродясь не водилось.

– Я позвонила маме, – произнесла Алла, – рассказала о графе. Утром со мной связался патриарх нашего дома.

– И что он сказал?

– Алексей – внебрачный сын первого советника Императора и очень, очень опасный человек. И с ним надо обращаться очень осторожно.

– Это мы и так знали, – разочарованно проговорила Динара.

– А ещё он сказал, что о своих людях Уральский заботится и никогда не бросает.

– Хм, – проговорил Сергей, – а вот это полезная информация.

{Российская Империя, северный Урал, устье реки Тельпос, родовое владение клана Уральских, Сен, 13 сентября 2531 год, полдень}

– Рассаживайтесь, – я махнул рукой на конференц-зал, и когда все уселись, продолжил, – не буду ходить вокруг да около. Мы прекрасно это сделали во вторник. Поэтому сразу к делу. Вы прошли первую проверку.

– В чём заключалась проверка? – спросил Сергей. Клан решил, что разговор должен начать координатор.

– Понравится мне. Вы понравились. К тому же моя интуиция со мной согласна.

– Рады слышать.

– Поэтому я хочу купить вас.

– Что? Как? Я не ослышался? – клан загалдел, видимо моя привычка говорить прямо, показалась им грубоватой.

– У нас уже есть спонсор, – аккуратно произнёс Сергей, не обращая на галдёж остальных ребят.

– Я разве говорил про сотрудничество? Нет! Я хочу видеть вашу команду своими вассалами.

– Мы не продаёмся! Даже у Императора нет столько денег! – яростно произнёс Радислав. В принципе, это ожидаемо, самый бунтарь в клане, молодой эрудит… не понимает, что знание не есть мудрость. В башке какой-то кривой социал-анархизм сидит. Но со временем перевоспитаем.

«Ты видел, как на него рыжая посмотрела? Она явно не согласна с тем, что они не продаются»!

Не зря же она у них за торговлю отвечает.

«Уверен, что хочешь с этими детьми связываться?»

Да я сам не сильно их старше.

«Сравнил! Но всё же?»

Уверен. Идеальный выбор. Молодые. Глаза горят. Команда сработана. Связями не обросли: ни жён, ни детей.

«Юношеский идеализм…»

Проходит вместе с юностью!

– Кто говорит о деньгах? Половина из вас бросила свои перспективные высокооплачиваемые работы. Неужели, вы думаете, что я буду покупать вас деньгами? Деньги – это так… для того, чтобы не думать о бытовых мелочах, да чтобы было чем похвастать перед одноклассниками. А фанатикам вроде вас требуется нечто другое.

– Не всех можно купить, – мягко произнёс Сергей, жестом указывая Радиславу помолчать.

– Поверь мне. Всех.

– И вас? – Радислав не внял разумному совету координатора клана, но я не стал его осаживать. Пока не время.

– И меня! Просто надо знать что, как и кому предлагать.

– И чем вы хотите нас купить? – в разговор вошла Амалия, почувствовав привычную почву – торговлю.

– Игрой.

– Мы уже в Игре.

– Нет. Новой Игрой.

– То есть?

– Я хочу создать новую Игру.

– Зачем? – неподдельно удивился Сергей.

– Существующая Игра слишком ограничена, слишком… стратегическая. Мало тактики, нет героев, нет битв, нет подвигов. В неё играют только вдумчивые и неспешные игроки, находящие удовольствие в многоходовых интригах. Из-за этого Игра – есть удел Сигмаров и очень малой прослойки населения.

– А вы хотите добавить… тактики? – аккуратно спросила Амалия, пытаясь взвесить, оценить идею. Остальные члены клана пребывали не в лучшем состоянии, идея слишком нова и неожиданна.

– Не только. Полное изменение баланса. Ещё больше разнообразных рас, усложнение физических законов, сложная система прокачки персонажей, глубочайшая переработка магии, в первую очередь за счёт возможности динамического создания новых заклинаний и расширение её присутствия до повсеместного. Да и много другое.

– Это неожиданно, – аккуратно произнесла рыжеволосая.

«Пытается понять твой замысел».

– Вы, наверное, думаете, зачем этот сумасшедший хочет превратить сложную стратегическую игру в банальную аркаду? Можете не отвечать и так вижу, – я закурил, сделал пару глубоких затяжек и объяснил, – я ни в коем разу не хочу уменьшить стратегическую составляющую. Скорее наоборот, все изменения только добавят инструментов влияния и манипуляций.

– А добавление тактической составляющей позволит играть не командами, а простыми одиночками. Как следствие, это сделает игру доступной для менее «вдумчивых игроков», то есть расширит игру до очень большой целевой группы. А где массы, там и деньги, – произнёс финансист.

– Всё верно, – Яков в целом верно ухватил ложную цель, лежащую на поверхности. Я, естественно, не стал рассказывать об ошибочности его суждений, – вот для этого вы мне и нужны. Идея, название и даже реализация уже есть, но до запуска ещё очень далеко. Доведите всё это до ума.

– И какое название? – спросил Сергей.

– «Бесконечный Кахор».

– А в чём наш интерес? – рыжая не зря занималась у клана торговлей и не собиралась отвлекаться на мелочи.

– Не хотите стать демиургами? – усмехнулся я. – Если серьёзно, то в Игре вы уже достигли потолка. Выше никак. Для этого потребуется большие деньги, обширные связи и специфические ресурсы. У вас их нет. Взамен, я предлагаю: прямой вассалитет одному из самых влиятельных аристократов, новую увлекательную игру и возможность стать в ней Демиургами. Не говоря уже о таких мелочах, как огромный оклад и весьма обширный социальный пакет.

– В чём ваш интерес? Деньги или нечто иное? – спросил Радислав. Эрудит всё никак не может успокоиться и ищет подводные камни.

Новая Игра решает как минимум две стратегических задачи. Во-первых, даёт внятное обоснование зачем я выкупаю вычислительные мощности по всей Империи. А во-вторых…

«Идиотизм у тебя во-вторых! С чего ты решил, что наблюдая за рядовыми игроками можно найти новые применения твоей любимой магии? У тебя вся огромная вычислительная мощь и Сигмар! Неужели они с этим не справятся?»

Никакие суперкомпьютеры и искусственные интеллекты не смогут достичь того же результата как сорок-пятьдесят миллионов задротов.

– Нечто иное, – говорить парню о стратегических целях я не стал, – если всё срастётся, то вы в своё время всё узнаете.

– Почему мы? – спросил Сергей. – Судя по всему, вы и так прекрасно справляетесь.

– Хороший вопрос. Правильный. К сожалению, у меня сейчас катастрофически не хватает времени. Другие мои проекты не менее масштабны, и никто не сможет меня в них подменить!

– Только это?

– Ещё один правильный вопрос. Нет. Это тоже своего рода проверка. Справитесь – получите уникальное предложение.

– Насколько уникальное? – ухватилась Амалия.

– Никто больше такого не предложит.

– Предложение, от которого невозможно отказаться? – с широкой улыбкой спросил толстяк, вот только, несмотря на его улыбку, я чувствовал, что безопаснику не понравилась двусмысленность моих слов.

– Возможно, – я усмехнулся, – я не практикую насилие в отношение верных мне людей, – толстяк пристально посмотрел на меня, а потом легонько кивнул, услышав главное в моей речи.

– В чём подвох? – в лоб спросил спикер клана. – Мы ещё не видели подробности, но я уверен, что ваше предложение более чем щедрое.

– Я очень влиятельный человек. И служба моя сопряжена с определёнными неудобствами.

– Например?

– Например, жить здесь или в другом защищённом месте. А то мало ли что может произойти.

– То есть фактически тюрьма?

– То есть фактически крепость.

– Которую нельзя покинуть?

– Можно, только в присутствии охраны. У меня много врагов. Мало ли какому-нибудь идиоту придёт в голову задеть меня через моих вассалов.

Больше вопросов не возникло, клан в полном составе задумался над предложением, и им явно требовалось всё обсудить между собой.

– У меня дела. Так что я оставлю вас, можете спокойно всё обсудить и обдумать, – я встал и двинулся к выходу. – Дом, ответишь ребятам на вопросы.

– Как будет угодно, граф.

– Кто это?

– Мой личный Сигмар.

– Личный Сигмар? – ошеломлённо спросила Амалия. – Как такое возможно?

– Я же говорил, что я очень влиятельный человек.

{Российская Империя, крепость-твердыня имени Максимилиана Кровавого, третий уровень, защищённый бункер, 1 марта 2532 года}

Император устало потёр переносицу, отрываясь от написания речи. Несмотря на бессонную ночь, дикую усталость и психологическое напряжение, Дмитрий не собирался останавливаться: только работа помогала ему отвлечься от чудовищных событий, произошедших вчера. Событий банальных, но для него лично неприятных: вчера Императора пытались убить. Не первое покушение, но самое близкое к успеху. Дерзкое, кровавое, жестокое.

Почему? Почему он жив, а его Анна нет?

Дмитрий встряхнул головой и собрался снова вернуться к речи, но его прервал гвардеец:

– Ваше Величество, к вам граф Андреев с докладом.

– Проси.

– Ваше Величество, – глава ИСБ поклонился и после приглашающего кивка сел напротив.

– Граф, вы уже готовы дать полный доклад?

– Работы ещё много, но в целом картина ясна. Приступать? – безопасник бегло пробежался глазами по пятёрке гвардейцев в силовой броне.

– Приступайте, граф. Резчик не позволит мне остаться наедине с кем-нибудь, – барон Резчик, глава имперской гвардии и главный телохранитель Императора, воспринял вчерашнее покушение очень близко к сердцу, чуть ли не ближе, чем сам Дмитрий. Аристократ всегда страдал паранойей, но Император на протяжении всего своего правления медленно, но верно ослаблял контроль со стороны гвардии, а теперь всё пошло насмарку: теперь Резчик никому не позволит находиться с Дмитрием наедине. Что, в принципе, и правильно.

– Тогда нам необходимо обсудить с бароном проверку психоблокады его гвардейцев.

– Делайте, что нужно граф. А теперь к делу.

– Согласно выводам аналитиков, – сухим голосом начал доклад безопасник, – имеют место быть две независимых операции.

– Почему?

– Разный почерк. Избыточность. Подготовительные работы, такие как теневое финансирование, анонимные подряды – всегда избыточный риск, что такими операциями заинтересуемся мы. Но здесь же налицо два совершенно независимых планирования. К тому же уровень подготовки и зачистки следов разительно отличаются. Если по первой операции понятен мотив, исполнители, заказчики, и следователи работают не покладая рук, то к допросам по второй операции в силу шаткости обвинений мы до сих пор не приступали.

Император кивнул, показывая, что принял к сведению информацию, и усилием воли заставил себя сдержаться и не поторопить графа.

– Основная цель первой операции: ликвидация вас. Дополнительная цель: уничтожение конкурирующего великого клана. Организаторами и исполнителями выступили члены великого клана Алдуиских.

– Это проверенная информация?

– Да. Доказательств достаточно. Патриархов клана сейчас допрашивают. Форсировано допрашивают.

– Не перестарайтесь, – скупо произнёс Император, – народу не понравится, если главные участники не доживут до публичных слушаний и казней.

– Не сомневайтесь, Ваше Величество. Есть версии, что им помогли. В том числе «зарубежные» специалисты, эти версии сейчас отрабатываются следователями. План активной части операции содержал две фазы. Фаза первая: ликвидация Императора и клана Мещяковых. Вчера вечером вы должны были посетить званый вечер во дворце клана Мещяковых, где собирались озвучить точную дату вашей свадьбы с графиней Анной Мещяковой. В это время над столицей проходил тяжёлый монитор орбитальной бомбардировки «Иван Грозный» под командованием капитана Феодора Алдуиского, данный корабль нанёс удар по дворцу кланов Мещяковых. Естественно, столица прикрыта щитом противокосмической обороны, но злоумышленники из числа военных лояльных Алдуискому клану смогли отключить её на несколько секунд. Следственные мероприятия в этом направлении продолжаются, до сих пор не ясны источники, откуда алдуисцы получили коды доступов и как они смогли обойти контроль Сигмаров.

– Значит алдуисцы… – медленно проговорил Дмитрий.

– Да, Ваше Величество. Вторая фаза заключалась в захвате стратегических целей по всей Империи и блокировании армии и флота силами боевиков и боевых роботов клана Алдуиского. Эта фаза полностью провалилась, так как за секунду до орбитального удара Сигмары силовых ведомств получили анонимное сообщение о готовящемся покушении. Этого времени не хватило, чтобы предотвратить удар по резиденции Мещяковых, но оказалось достаточно для активации боевых программ и запуска процедуры противодействия.

– Имя этого анонимного доброжелателя известно? – зацепился Император. – Очень хочется познакомиться с ним поближе.

– Есть подозрения. Но никаких твёрдых доказательств. Если Ваше Величество позволит, то я вернусь к этому вопросу позднее.

– Позволит.

– В целом, первая операция, несмотря на кажущуюся простоту, имела все шансы на успех.

– Шансы? – взъярился Император. – Если бы я оказался во дворце Мещяковых, то меня бы также распылило, как мою невесту Анну и костяк клана Мещяковых! – Дмитрий вздохнул, успокаиваясь, и махнул рукой. – Продолжайте, граф.

– Вторая операция. Цель: не допустить вашей гибели.

– Не допустить моей гибели? – опешил Император. – Я в этом бункере сижу именно из-за второй операции. Два чёртовых брандера, гружённых плазменными зарядами! Половина дворца уничтожена, а во второй половине ветер гуляет. Не говоря уж о боевых роботах!

– Следственные работы ещё идут. Но уже сейчас очевидно, что всё это большая постановка. Много шума… и не единого шанса вам навредить. Мощность вооружения у роботов оказалось аппаратно ограничена, чтобы даже в теории не пробить стандартный силовой доспех.

– Ещё один доброжелатель… – Император повертел в руках стило, – его имя известно?

– Прямых доказательств нет…

– К чертям доказательства, граф, – раздражено бросил Император, – имя!

– Я считаю, – Кабан пожевал губы и произнёс, – я считаю, что доброжелатель в обеих операциях один и тот же. Граф Уральский.

– Уральский? – опешил Дмитрий. – Но как? Почему?

– Как – выясняют следователи, но зацепок нет. А вот почему, – безопасник поколебался и произнёс, – думаю, Ваше Величество знает.

– Из-за моей свадьбы с Анной?

– Думаю да, – вопрос Императора прозвучал риторически, но граф рискнул высказать своё мнение, – хоть и прошло больше полугода, но Уральский никогда не отличался забывчивостью.

– Арестовать! – рявкнул Дмитрий. – Немедленно арестовать.

– Уже. Уральский заключён под стражу и находится на втором уровне крепости.

– Не оказывал сопротивления?

– Нет. Скорее наоборот. Сам явился в штаб-квартиру и сидел в приёмной. Там его и арестовали.

– Он ожидал ареста?

– Да. Доказательств у нас нет.

– Граф, а почему Уральский? Почему подозрение пало на него?

– Есть мотив. Есть навыки, деньги и ресурсы для подобной операции. И…

– И?

– Вчера днём трастовые фонды и другие подконтрольные Уральскому структуры начали атаку финансовых империй великого клана Мещяковых и Алдуиского великого клана.

– Успешно?

– Более чем. Следователи по финансовым вопросам дадут отчёт в течение часа. Но он их выпотрошил.

– Выпотрошил?

– Да. Это самый уместный глагол. И продолжает потрошить. Атака до сих пор не завершена. Сам характер финансовой операции говорит о том, что Уральский точно знал, когда и как вспыхнет противостояние между кланами. Как отследил Сигмар министерства финансов: к атаке начали готовиться ещё в ноябре.

– То есть он знал.

– Но доказать мы этого не можем. Пока не можем, Ваше Величество.

– Откуда у него столько средств? Клан Уральских, конечно, богат, но мы говорим про атаку против двух огромных финансово-промышленных конгломератов. Два великих клана…

– Торговая империя клана Михеевых дала Уральскому заём. Очень большой заём.

– Насколько большой?

Андреев назвал.

– Настолько большой? – сказать, что Император опешил, всё равно, что ничего не сказать. – Откуда? Это больше годового бюджета Империи!

– Они вывели свободные активы практически изо всех своих финансовых структур, даже собственную торговую и финансовую деятельность финансируют за счёт рынка межбанковского кредитования.

– И что говорит патриарх клана Михеевых?

– Мы его ещё не допросили. Я взял смелость и притормозил следствие в этом вопросе. Возможно, вы захотите поприсутствовать наблюдателем при допросе.

Император задумался и медленно кивнул:

– Хорошая идея, граф. Я очень хочу услышать, что преступники скажут в своё оправдание.

– С кого начнём, Ваше Величество?

– С пешки, граф. Конечно, с пешки.

– С Михеева?

– Естественно.

{Российская Империя, крепость-твердыня имени Максимилиана Кровавого, второй уровень, секция допросов, допросная 12, 1 марта 2532 года}

– Виктор Михайлович. Добрый день, – Император устроился в кресле за пеленой наблюдения, рядом сел Андреев, – меня зовут Александр Викторович, старший следователь по особо важным делам. Отдел Ф.

– Добрый день, Александр Викторович, – степенно ответил дворянин, – надеюсь, вы сможете пролить свет на причины моего присутствия здесь?

– Несомненно, граф, несомненно. Но сначала я задам несколько вопросов. Надеюсь, вы не против?

– Я честный гражданин и верный аристократ. Мне нечего скрывать, – патриарх клана позволил себе улыбку, – кроме некоторых коммерческих тайн.

– Их мы постараемся не касаться, – улыбнулся в ответ следователь, главу клана Михеевых сюда пригласили в качестве свидетеля, по крайней мере, пока. – Первый вопрос: вы дали графу Уральскому гигантский заём?

– Не совсем так, – спокойно ответил патриарх, – но да. Клан Михеевых предоставил графу Алексею Уральскому право распоряжаться весьма значительными активами.

– С чего такая щедрость, если не секрет?

– Причём тут щедрость? – показательно усмехнулся Михеев. – Мы дали деньги под хороший процент.

– Но фактически без гарантий возврата?

– Алексей заложил в этой сделке практически всё имущество своего клана, – пожал плечами Виктор Михайлович и погладил себя по роскошной седой бороде, – это достаточное обеспечение.

– Вы дали ему денег в несколько раз больше рыночной стоимости всего имущества клана Уральских.

– Это моё право как патриарха клана Михеевых. Единственные, кто может с меня спросить за такое – это старейшины клана, – отрезал граф Михеев, – не понимаю, почему мои финансовые дела с графом Уральским вас касаются!

– К сожалению, касаются, – мягко, словно извиняясь, проговорил следователь по особо важным делам, – вы в курсе вчерашних событий?

– Естественно! Алдуисцы практически уничтожили клан Мещяковых. Ужасная трагедия! Спасибо Господу, Его Величество Император Дмитрий жив! – граф был человеком религиозного склада и часто упоминал Бога в разговоре, но в разговоре со следователем старался не выпячивать эту черту лишний раз.

– Действительно спасибо, – согласился собеседник, – и спасибо личной имперской гвардии, что сработали чётко и слажено.

– Ради девы Марии, причём тут наши с графом Уральским дела?

– За три часа до произошедшей драмы структуры Уральского атаковали финансовые империи вышеназванных кланов. Используя ваши деньги, – следователь помолчал и спросил, добивая, – вы осознаёте, что это значит?

Граф задумался на пару минут и медленно произнёс:

– Я не знал.

– Верю, – глаза следователя стали мягкими, как у няни в детском саду, которая решила пожурить ребёнка, – но огромную сумму денег фактически дали под честное слово.

– Выходит что так.

– Почему?

– Граф бывает очень убедительным.

– И всё? – следователь постепенно отходил от роли добряка. – Виктор Михайлович, у Вас весьма шаткое положение. И мы рано или поздно докопаемся до истины!

– Я сказал правду.

– Вы просто поверили Уральскому? И всё? Он больше ничего не предлагал? Не обещал?

– Он намекнул, – нехотя произнёс Михеев.

– На что он намекнул, Виктор Михайлович?

– На возможность исполнения моей невысказанной мечты.

– И какая у вас мечта?

– Глава любого нормального клана хочет, чтобы его клан стал великим! – произнёс очевидное граф. – А клан Михеевых давно заслужил эту честь.

– Уральский обещал вам статус великого клана?

– Нет. Но гарантировал возврат активов, пообещал приложить все усилия для того, чтобы невысказанная мечта стала явью.

– Не верю, граф, простите, но не верю. Неужели статус великого стоит такого риска? А если Уральский не сможет вернуть средства?

– Стоит, – коротко ответил Михеев.

– Звучит неубедительно.

– Вы хотите обвинить меня во лжи? – спросил граф, закипая. – Я – честный сын Империи, верой и правдой служу Императору, мой клан ни разу, повторю, ни разу не участвовал ни в заговорах и мятежах!

– До вчерашнего дня, – указал следователь.

– Только в ваших мечтах! – резко произнёс патриарх. – Которые вам потребуется доказать. Поэтому дальше мы станем разговаривать только в присутствии моих адвокатов.

– Граф. Виктор Михайлович, – примирительно выставил ладони следователь, – я не хотел вас оскорбить своим недоверием, ни в коем случае! Но мне бы вы столько денег не дали? Ведь так?

– Так!

– Но почему вы поверили графу Уральскому?

– Повторюсь, граф Уральский бывает очень убедителен. К тому же он уничтожил один великий клан. Раз может уничтожить, то наверно знает, как и создать, – несмотря на некую наивность фразы, следователь оказался вынужден признать определённую логику в словах.

{Российская Империя, крепость-твердыня имени Максимилиана Кровавого, второй уровень, секция допросов, допросная 10, 1 марта 2532 года}

Уральский расслаблено развалился в кресле для допросов и никак не походил на человека, подозреваемого в мятеже.

– Алексей, – кивнул Император, усаживаясь напротив.

– Ваше Величество, – склонил в ответ голову Уральский и махнул рукой безопаснику, – Кабан.

– Граф Уральский, – уже бывший друг сверлил Уральского глазами.

– Это я, – с усмешкой произнёс подозреваемый.

– Не паясничай! – резко бросил Император. – Ты не в том положении.

– А в каком я положении? – усмешка и не вздумала исчезнуть с лица Уральского. – В данный момент я закрыт силовыми полями от вас двоих! Я верный сын Империи! Неужели кто-то думает, что я могу причинить вред Его Величеству? Или своему близкому другу графу Андрееву?

– Ты арестован по подозрению в организации мятежа! – медленно произнёс безопасник.

– Это официальное обвинение?

– Нет, – нехотя произнёс глава ИСБ, – и ты сам это знаешь.

– Знаю. А также знаю, что для поиска доказательств и обвинения осталось всего двадцать восемь часов. У меня, кстати, небольшая просьба, не кормить меня этой казарменной баландой? Изжога!

– Ты самоуверен, – Дмитрий с трудом сдерживал ярость. Этот человек вчера лишил его любимой, а сейчас он сидел и откровенно над ними насмехался.

– Мы найдём доказательства, – поддержал своего начальника Кабан.

– Вряд ли. Разве что фальсифицируете. Я не нажимал на кнопки, не отдавал приказы, не давал денег. Я не участвовал во всей этой вакханалии.

– Ты не сообщил о готовящемся покушении. И, следовательно, ты соучастник преступления, – попробовал надавить Андреев на своего бывшего друга.

– Неужели? – скептично произнёс в ответ тот. – Как ты собираешься это доказать? Хотя, не отвечай. Мне это не интересно. А вот мои адвокаты с радостью послушают эти весёленькие байки. Кстати, не забудь их пригласить ко мне через девять часов, запрет на них как раз закончится.

Андреев не успел ответить, так как вмешался Дмитрий:

– Алексей, вчера я потерял любимую. И не склонен к словесным политесам! Почему?

– Что почему?

– Почему ты убил мою Анну?

– Дмитрий, – Уральский сел прямо, – я не убивал твою Анну. Ещё раз. Я не участвовал в этой кроваво-плазменной вакханалии.

– Но ты знал! – обвинил Дмитрий. – Знал и ничего не сделал.

Граф ничего не ответил, и Император начал закипать.

– Из-за тебя в Империи чуть не началась гражданская война. Два великих клана вот-вот вцепятся друг в друга.

– Два бывших великих клана, – с усмешкой заметил Уральский, – их не осталось. Основные члены либо мертвы, либо уже сидят. Денег у них тоже не осталось. Их гвардии блокированы. Так что не надо паники, вы всё прекрасно контролируете.

Император почувствовал, как внутри него поднимается ярость. Дмитрий рос не очень эмоциональным мальчиком, что хорошо для его титула, но сейчас он смотрел на своего бывшего соратника и кипел от бешенства. Власть Императора, его желания и воля сегодня разбивались о защиту Уральского: неснимаемая психоблокада и отсутствие твёрдых доказательств, на основании которых можно начать пытки. А пойти против совета дворян и, что главное, против совета Сигмаров… Дмитрий знал, что не рискнёт совершить такой поступок.

– Почему?

– Делай то, что должен и будь что будет, – грустно произнёс Уральский, – Империя превыше всего.

– Думаю, нам здесь делать нечего, – Император унял своё бешенство и встал со стула.

– При аресте у меня отобрали накопитель, – уже в спину уходящим произнёс Уральский, – там два файла. Каждый защищён вашими публичными ключами. Рекомендую ознакомиться.

{Российская Империя, крепость-твердыня имени Максимилиана Кровавого, третий уровень, защищённый бункер, 1 марта 2532 года}

Накопитель доставили в течение нескольких минут, предварительно проверив на содержание физических угроз. Файл для Андреева оказался небольшим текстовым документом, содержащим десяток имён-фамилий.

– Кто это?

– Трое – высокопоставленные члены имперской службы безопасности, двое из службы внешней разведки и четверо – гвардейцы, – медленно ответил безопасник, сверившись с базой данных.

– Думаешь, они замешаны?

– И они не относятся к высшей аристократии, – намёк безопасника на то, что подвергнуть форсированным допросам их можно и без доказательств.

– Тем хуже для них. Действуй.

Глаза главы ИСБ остекленели: он отправлял команды своим подопечным, а вот в это время Император открыл файл, предназначенный ему и оказавшийся голографической записью.

– Да, отец. Этот щенок кушает с моих рук! – кровь прилила к лицу Дмитрия, когда он узнал на записи свою мёртвую возлюбленную.

– Аня, даже в мыслях не говори так, – статный черноволосый мужчина, глава клана Мещяковых, жёстко одёрнул свою дочь. – А вдруг он почувствует? Хочешь, чтобы всё сорвалось в последний момент?

– Нет, папа! Прости!

– Не передо мной надо просить прощения, а перед всем нашим великим родом. Мы так долго этого ждали и вот, наконец-то, так близки!

Дмитрий осилил ещё несколько минут записи, а потом схватил проигрыватель и запустил им в стену. Уральский не оставил ничего святого, даже его любимую Анну смешал с дерьмом.

– Мы проверим запись, Ваше Величество. Уверен, что это не подделка? – глава ИСБ очнулся некоторое время назад и с интересом просмотрел запись.

– Ты сам-то в это веришь? – Дмитрий ударил кулаком по столу, Кабан никогда не видел Императора в таком бешенстве. – Веришь в то, что он дал бы нам подделку?

– Нет, – после паузы произнёс Виталий, – но проверка необходима. Хотя бы ради понимания, как Уральский смог получить эту запись.

– Объяснись! – потребовал Император.

– Высшая аристократия очень трепетно относится к своей личной жизни. И к средствам защиты своих переговоров, особенно такого плана. Я сомневаюсь, что у нас есть специалисты и технологии, способные пробиться через защиту клана Мещяковых.

– Интересно, – медленно протянул Император, после чего замолк минут на пять. – Отпусти его.

– Ваше Величество? – удивился безопасник.

– Отпусти его. Нет смысла его держать. Вы ничего не найдёте.

– Все ошибаются.

– Допустим, – устало проговорил Дмитрий, Андреев увидел, что Император словно сдал на добрый десяток лет, – ты сможешь получить железобетонные доказательства того, что организовал второе покушение. И что это даст?

– Мы сможем выдвинуть обвинения.

– Виталь, – Андреев мысленно вздрогнул, Император редко называл его по имени, – посмотри чуть дальше. В худшем случае для Уральского – произойдёт ровным счётом ничего. А в лучшем, я ему ещё и награду дам. Как-никак он спас мне жизнь. И защитил имперский трон! Опять!

– И что мы просто так его отпустим?

– Нет, – после паузы проронил Дмитрий, – не просто так… Мы начнём с ним сотрудничать. Точнее вы. Не знаю откуда у него такая развитая сеть информаторов, но о некоторых событиях империи он осведомлён куда лучше тебя и твоей службы! Придётся с ним сотрудничать.

– Может, на него всё-таки надавить?

– На Уральского? – саркастичная усмешка. – Не стоит так рисковать! Верных и умных людей у меня не так уж много. К тому же он выиграл. Как минимум эту битву он выиграл. Надо уметь принимать поражения.

– И что ему предложить? Деньги его вряд ли заинтересуют…

– После того как он выпотрошил два клана… нет, деньги его абсолютно точно не заинтересуют. Что ему ещё нужно?

Кабан на мгновение задумался и произнёс:

– Мы можем обеспечить выполнение его обещания перед Михеевыми.

– Да… – проговорил Император, – в последнее время великих кланов у нас образовался явный недостаток. Михеевы – оптимальный выбор, вот только убедись, что они действительно лояльны трону и не участвовали в произошедшем!

– Обязательно, Ваше Величество.

– Что ещё его может заинтересовать?

– Технологии. Уральский всегда был сам не свой до передовых научных достижений.

– Этим вопросом займётся герцог Мнирт. Его ублюдок, вот пусть и разбирается! Ты окажешь ему всю посильную помощь.

– Так точно, Ваше Величество, – Андреев набрался смелости и спросил, – вы так это спустите? Простите Алексея?

– Я Император! Я несу ответственность за всю Российскую Империю! И я не имею права на низменные чувства… Один из моих вассалов мне об этом доходчиво напомнил, – Дмитрий прошёлся по комнате, остановился у одного из гвардейцев, пристально осмотрел его броню и продолжил, – я ненавижу Уральского. Ненавижу всей душой. Но я буду с ним работать! И вы будете с ним работать! Потому что это требует Империя! Ты помнишь конституцию? Ты помнишь свою присягу?

– Империя превыше всего!

– Империя превыше всего, – эхом отозвался Император, – иди. И позови мне первого советника, нам есть о чём поговорить.

Безопасник уже взялся за ручку двери, когда его остановил голос Дмитрия:

– Граф. Боюсь предателей больше, чем выдал нам Уральский.

– Я знаю, Ваше Величество. Мы вычистим всех предателей в имперской службе безопасности.

– Нет. У вас есть год, чтобы очистить все силовые структуры от скверны.

– Но…

– Какие-то возражения, граф? Вы недовольны оказанной вам честью?

– Никак нет, Ваше Величество. Но моих полномочий…

– Будут вам полномочия.

– Будет исполнено.

– И граф… Не подведите меня, иначе я могу подумать, что предатель – это вы, – Кабан мысленно вздрогнул, услышав в голосе Императора отголоски его кровавых предков.

Глава 5. Вербовка

{Российская Империя, Святоград, Дворец Дворянского Совета, Большой зал, Сен, 3 марта 2532 года}

– … чудовищное преступление, совершённое алдуисцами, не имеет… Нет! Не может иметь прощения!…

«Больше патетики!»

– … кровавая бойня… – надеюсь, импланты точно передали весь спектр моих чувств, которые я, впрочем, не испытывал.

«А теперь ближе к делу!»

– Но… Несмотря на трагедию, Империя должна жить дальше! И мы, её верные сыны, обязаны в этот трудный час справиться с горем и исполнить свой долг перед Родиной! – я окинул взором Великий Совет, собравший представителей практически всего дворянства Империи. Сотни высших аристократов в первых рядах и тысячи дворян за ними… практически всех одолевает непонимание. Первая растерянность уже прошла, но такие события мешают душевному спокойствию, если, конечно, не ты их организовал…

«Тебе заняться больше нечем? Закругляйся!»

Не мешай моему актёру!

– Империя, – я замолчал, словно подбирая слова, – осиротела. В одночасье наша великая держава потеряла два великих клана, два мощнейших столпа! – мыслеинтерфейс, настроенный на отслеживание зала, заметил, как дёрнулись оставшиеся члены клана Мещяковых. Нет, мои дорогие, статус великих вы потеряли, остались бумажные формальности! – И мы не имеем права оставлять Империю в столь искалеченном состоянии!

– Граф Уральский, – прервал меня сегодняшний спикер Совета, роль которого в этот раз взял на себя совершенно случайно, конечно, герцог Мнирт, – прошу вас перейти ближе к сути вопроса. Вы уже пятнадцать минут рассказываете про то, что каждый присутствующий знает!

– Уважаемый спикер, – лёгкий кивок головой, – уважаемый совет, – ещё один кивок, – Интересы Империи требуют возвеличить один из кланов! Я хочу предложить клан Михеевых, известных своей честностью, верностью Империи, преданностью Императору! Я верю в патриарха Виктора Михайловича, графа Михеева! Верю в то, что он сможет помочь Империи оправиться от произошедшего! От жестокого удара! От…

– Мы вас услышали, граф, – прервал мою речь герцог. В Совете начался гул: дворяне начали обсуждать предложение. Герцог вскинул руку, призывая к тишине, – ваша речь, граф…, – мой отец задумался, показывая, что он задумался над моими словами и не знал об этом предложении заранее, – она попала точно в цель. Буквально вчера Его Величество Дмитрий Севир касался этого же вопроса. Несмотря на боль утраты… мы должны двигаться дальше! И Император моими устами соглашается с вашими доводами, граф…

{Российская Империя, Святоград, Дворец Дворянского Совета, кулуары, после первого заседания, Сен, 3 марта 2532 года}

– Я выполнил своё обещание, граф. Хотя, может вас уже пора называть герцог? – радостно произнёс я, после того как мы сели в кресла напротив друг друга.

– Спасибо, граф, – Михеев явно волновался и чувствовал себя не в своей тарелке, – мне кажется, что это преждевременно. Решение Императора должно подтвердить благородное собрание.

Я лишь беглой усмешкой показал своё отношение к возможности того, что «благородное собрание» взбрыкнёт.

– Здесь можно говорить свободно? – спросил граф, оглядывая кабинет.

– Да. Полная защита, – подтвердил я.

– Граф, я не ожидал, что вы так быстро исполните своё обещание.

– Не вижу причин затягивать, как минимум это не красиво. Вы же предоставили свои активы практически мгновенно.

– Кстати, насчёт них.

– Старейшины поинтересовались, где деньги? – понимающе покивал я. – Разумное беспокойство. Я верну всё в течение ближайших трёх месяцев. Первый транш уйдёт уже сегодня вечером. Естественно, с процентами.

– Рад слышать, – покивал Михеев, – позвольте спросить, граф. Как?

– Не сочтите за грубость, но это моё дело как. Вы хотите знать, дорого ли я заплатил?

– Если можно так выразиться, – согласился граф.

– Достаточно много, – пришлось сдать практически всех предателей в силовых структурах. А эта информация очень много стоит.

«Ты бы их и так, и так сдал бы!»

Да… присяга Империи. Они вредны.

«Теперь точно да! Но свою роль в чистках отыграли идеально!»

Михеев подождал некоторое время, но поняв, что продолжения не предвидится, спросил:

– Это всё? Наша сделка закрыта?

– Да, граф, – согласился я, – но я хотел бы предложить вам несколько новых сделок.

– Какого рода? – заинтересовался Михеев. Хотя, ещё бы он не заинтересовался.

– Разнообразного, граф, весьма разнообразного. Во-первых, я хочу имя вашего рода для ряда своих проектов.

– То есть?

– У меня есть разнообразные проекты, которые требуют общеимперскую лицензию. Понимаете, к чему я клоню?

– Кажется да. Но… наш клан дорожит своей репутацией…

– Я не занимаюсь криминалом, граф. Все проекты абсолютно законны и кристально чисты. С вас лицензия, а с меня скромный, но приятный процент.

– Но мы ещё не стали великим кланом. Поэтому я не могу гарантировать…

– Граф, – я прервал Михеева. Он явно колебался и опасался последствий своего решения, как положительного, так и отрицательного, – я не прошу гарантий. Я уверен, что вы станете великим кланом.

– Но бюрократические препоны…

– Будут пройдены очень быстро, – я в очередной раз усмехнулся.

Граф прикрыл глаза, погладил пару минут свою бороду и решительно спросил:

– Проекты чистые?

– Абсолютно. Я вам скину описания, а также бизнес-планы и ваш процент. Вечером в спокойной обстановке посмотрите, обсудите с советниками.

– Хорошо, граф. Вы, кстати, сказали во-первых. Есть и во-вторых?

– Конечно, есть. Например, вам понадобится новая штаб-квартира в Святограде, отвечающая новому статусу вашего клана. А у меня как раз есть лишняя.

– Откуда?

– Кто-то потерял, кто-то нашёл. Алдуисцы потеряли, а я нашёл.

– Любопытное предложение, достойное обсуждения, – медленно протянул граф.

– Предлагаю встретиться по этим вопросам отдельно.

– Поддерживаю, граф, полностью поддерживаю ваше желание не смешивать всё в одну кучу, – Михеев покивал головой и внезапно спросил. – Граф, а почему вы не возвеличили свой клан?

– Кого? – рассмеялся я. – Какой клан? Клан Уральских – это я!

– Но всё же, – настоял Михеев, видимо ожидая услышать настоящий ответ.

– Я на своём месте, граф, – я отпустил импланты, и на графа взглянул истинный я, – мне большего не надо. А Империи я в виде великого клана не нужен. Империи на этом месте нужны честные, достойные люди, которые будут трудиться на благо всей страны. И что главное, не занимающиеся политикой и не заглядывающиеся на императорский трон! – Аристократ вздрогнул от моего превращения и тона. Неудивительно. Я сам, когда смотрю в записи, пугаюсь. – Потому что когда наверху оказываются не те, – я подчеркнул последнее слова, – то истиннымпатриотам приходится вмешиваться. Всеми доступными способами! – Я встал и попрощался. – Оставлю вас обдумать всё, граф. Надеюсь, что правильно услышали мои последние слова и ваш клан не допустит… трагичных ошибок.

– Да, граф, – медленно произнёс патриарх, – я вас услышал.

Я легонько кивнул, но Михеев задал в спину вопрос:

– Граф… Прошу прощения. Извините, если вопрос некорректен. Но… Император знал?

– Знал что? – холодно переспросил я, медленно оборачиваясь. – Граф… одним этим вопросом вы обвиняете Его Величество в преднамеренном убийстве своей возлюбленной. Не задавайте подобных вопросов. Никому. Даже себе. Особенно себе.

{Российская Империя, северный Урал, устье реки Тельпос, родовое владение клана Уральских, Сен, 15 марта 2532 год}

– Вот эта милая девушка должна попасть во дворец, – произнёс я, показывая голограмму девушки барону, – и пообщаться с Императором.

– Кто она? – удивился старый лис.

– Если всё сложится, то наша новая императрица.

– Подробности не помешают.

– Ольга Шувалова. Дом Шуваловых. Юго-западный округ. Двадцать четыре года. Умна, образована, довольно миловидна. Чем не будущая императрица? – я не удержался и отомстил старику за всего его хождения вокруг да около при нашей первой встрече.

– А если серьёзно?

– Идеально подходит Дмитрию. Будет и взаимная любовь, и поддержка, и эта милая девчушка несмотря на свою наивную внешность имеет внутренний стержень. Так что, когда понадобится, она ещё себя проявит.

– И как вы её нашли, граф? – резонный вопрос. Я давно его ждал и уже заготовил ответ.

– Магия. Точнее чудо. Простое божественное чудо. – Хотя насчёт простоты я погорячился. Божественные заклинания – не моя сильная стезя, закрытость Земли никуда не делась, но когда у тебя в загашнике вполне себе приемлемые отношения с одной из богинь любви, то можно рассчитывать на лучшее. В общем, полубожественное заклинание «нить любви» указало на неё, как на идеального кандидата. Остались сущие мелочи: познакомить её с Императором, а дальше само как-нибудь должно сложиться. Жаль, что до Илоразилы достучаться не получилось, лишь отблеск её аватара промелькнул передо мной. Значит, простого пути на Кахор не будет.

– Магия…, – медленно протянул старик, – шутки шутками, но некоторые ваши достижения иначе как магией и не объяснить.

Я пару минут смотрел на барона, отключив все корректирующие импланты, смотрел молча тем своим страшным взглядом, что достался мне в «подарок» после курорта у Елизароли.

– Эрик, а вы хотите объяснений? – настал момент истины. Старый барон показал себя компетентным профессионалом, а на Кахоре мне пригодится глава службы безопасности такого уровня. Вот только не все смогут принять такую реальность.

– Условия? – хрипло спросил старик, видно в горле пересохло. Неудивительно, мой незаретушированный новый лик пугает почище любых ужасов.

– Клятва верности.

– Серьёзно, – задумчиво покачал головой барон.

– Да. И обратного пути не будет.

– Ожидаемо. Что взамен?

– Очевидно, что только деньгами специалиста такого ранга не купить.

Барон обозначил согласие лёгким кивком.

– Интересные и масштабные проекты.

– Я верю в то, что вы, граф, сможете их обеспечить, – проронил безопасник, – вот только есть два препятствия.

– Внимательно слушаю.

– Присяга. Я давал присягу Империи, – я ждал этого пункта: сам трепетно относясь к данному слову и клятвам, я искал людей, разделяющих мой принцип.

– Мои среднесрочные и долгосрочные планы никак не связаны с Россией.

– Даже так?

– Даже так. Я сам давал присягу Империи. И не допущу причинения ей вреда. Вассалитет не заставит конфликтовать с присягой Империи. Какая вторая проблема?

– Возраст. Я стар. И не могу пройти процедуру омоложения. Плоть слаба. И мой разум уже на пределе. Пройдёт совсем немного времени и привет, старческий маразм. Год-два, может три, но последнее – вряд ли. Омоложение мне не пройти…

– Жижа-баг, – я понимающе покачал головой.

– Что? – переспросил барон.

– Жаргон. Так мы обозначили проблему в реаниматоре. Существует определённый процент людей, которых не может омолодить реаниматор. Что-то идёт не так, и вместо человека в реанимационной жидкости плавает густая жижа.

– Да. Подзабыл, что вы создали реаниматор.

– Не я, – усмехнулся я, – моя команда. И не создали, а скорее собрали из существующих решений.

– Не суть, – отмахнулся мой собеседник.

– Барон, а если я скажу, что могу вернуть молодость?

– Не превратив меня в жижу? – усмехнулся старик. – И избавив меня от всех старческих болячек?

– Да.

– Значит, слухи не врали, что реаниматор отказывает омолаживать некоторых людей не из-за технической ошибки, – задумчиво протянул безопасник.

– Врали. Реаниматор действительно не может тут помочь. Возможно, я даже знаю почему, вот только не смогу этого исправить.

– Заманчивое предложение, – барон пристально смотрел на меня своими старческими водянистыми глазами, – юлить не стану: умирать я не хочу и с удовольствием прожил бы ещё одну насыщенную жизнь.

– Это значит да?

– Да.

– Хорошо. Вассалитет закрепим через три дня, тогда же я дам объяснения, вернее, даже покажу.

– Чем вызвана задержка?

– Вам предстоит прийти в себя после операции.

– Операции???

– Я забыл сказать? – я рассмеялся. – Надо заменить три импланта.

– Зачем?

– Они слишком технологичны.

– Что это значит?

– Всему своё время. Через три дня своими глазами всё увидите и поймёте.

{Российская Империя, северный Урал, родовые территории клана Уральских, Сен и барон Хонконен, экранолёт, 18 марта 2532 год}

Мы с бароном летели в экранолёте: он ранним утром принёс вассальную клятву, теперь настала моя очередь показать ему «другой» мир.

– Волнуетесь, барон?

– Есть такое, – согласился старый безопасник. – Какое забытое чувство.

– Приятное?

– Скорее, непривычное. Мне кажется, что сегодня мой мир перевернётся.

– Хорошо развитая интуиция, – я одобрительно покивал головой.

Экранолёт резко снизился и влетел в глубокую рукотворную пещеру.

– Мы уже прилетели?

– Да.

Мы вышли из экранолёта практически в кромешную тьму.

– Барон, у вас в глаза встроен новый имплант-сетка. Включите его.

У меня подобной имплант автоматически включал мыслеинтерфейс. Поэтому дождавшись подтверждающего кивка, я махнул рукой в сторону туннеля, уходящего вглубь горы.

– Нам туда?

– Да.

– Света нет из-за запрета на технологии?

– Не совсем. Просто здесь уже могут начаться сбои в оборудовании.

– Поэтому мы так одеты? – барон оттянул воротник свободной льняной рубахи.

– Именно, барон. Идти придётся далеко. Примерно километр. Так что заранее прошу прощения за это испытание.

Барон лишь кивнул в ответ, всё-таки полтора века для обычного человека не шутки. Из-за моего попутчика путь занял почти двадцать минут, но всё рано или поздно кончается, вот и мы упёрлись в тупик.

– Сим-сим откройся, – пошутил я. Перед нами медленно распахнулся проход. Вибрация была едва заметной, но что-то глубинное внутри подсказывало, что вокруг двигаются миллионы тонн камня.

– А как же запрет на технологии?

– Расстояние имеет смысл: нежелательно использовать технологии в радиусе двух-трёх километров.

– И что это значит?

– Это значит, что удалённые механизмы просто повернули гору. Точнее, большую часть горы.

– Внушает, – уважительно цокнул барон, – что же вы там прячете от мира?

– Скорее, я прячу мир, – я прошёл внутрь и развернулся, ожидая барона. Тот с некоторой опаской прошёл внутрь.

– Сим-сим закройся, – я щёлкнул пальцами, – да будет свет!

Импланты давали слишком слабую картинку, поэтому при первой же возможности я напитал конструкт светящегося шара.

– А это не технологии? – спросил барон, потирая глаза.

– Нет.

– Магия? – с нервным смешком спросил старик.

– Магия, – согласился я.

– Это правда?

– Абсолютная. Вы верующий?

– Да. Хотите показать мне ангелов? – руки барона немного подрагивали.

– Ангелов не обещаю. А вот демонов увидеть предстоит.

За толстой решёткой бесновался типичнейший представитель низших демонов: тупой, огромный, агрессивный.

– Внушает?

– Более чем, – медленно проговорил барон, с трудом отрывая взгляд от зрелища, – что… кто это?

– Низший демон. Довольно обыденный экземпляр.

– Опасен?

– Для обычного человека да. Подавленные инстинкты самосохранения и страха, высочайший болевой порог, отсутствие мозгов и желание убивать – всё это даёт о себе знать. Обученный боец в силовой броне с плазмомётом нашинкует легион таких тварей.

– А если одна такая тварь вырвется из клетки? Судя по вашей невозмутимости, граф, вы не очень этого опасаетесь.

– Потому что я демонолог. Маг-демонолог. Я, без лишней скромности, умею этих тварей готовить.

– В голове не укладывается. Словно вижу сон.

– Смотрите, барон, смотрите внимательно, попозже я всё объясню, а прямо сейчас мне надо призвать одного демона.

– Какого-то конкретного демона?

– Ага.

Зал-тюрьма встретила нас тишиной и пустотой, но ничего: скоро одна тварь займёт эти «уютные» апартаменты. Барон с интересом рассматривал выжженные в камне печати и звёзды призыва.

– Демоны разнообразны, – произнёс я, проверяя контуры безопасности, – но сегодня случится праздник у одного строго определённого демона. Серьёзно задолжавшего.

«Хватит уже перепроверять! Ты семнадцатый раз проверяешь!»

Сам знаешь, что это единственный шанс на возвращение. Если я его упущу, то… думать даже не хочу!

«Но и оттягивать неизбежное не стоит!»

– Барон, идите ко мне, – когда финн оказался рядом со мной, я начал ознакомление с техникой безопасности, – немного азов по призыву демонов. Правило первое: не входите в круг призыва, никогда, даже если он кажется пустым. Правило второе: никогда не верьте демонам. Ни словам, ни внешности. Все демоны – злобные твари, с радостью выпьют вашу жизнь и душу при малейшей возможности. Правило третье: не отвлекайте демонолога вовремя призыва. Призыв есть заигрывание с отражением сил Хаоса, к чему может привести искажение призыва неизвестно. Правило четвёртое: не заключайте сделок с демонами. Никогда. Вас обманут. В лучшем случае вы потеряете жизнь, а в худшем – душу.

– То есть, ад реален?

– Не знаю насчёт ада Люцифера. Не смог подобрать его соответствие в списке известных мне верховных демонов. Но другие преисподние существуют. И ничего приятного там нет.

– Граф, вы их видели?

– Да, барон. Видел. И не только. Но про это я очень не люблю говорить. От слова совсем, – холодно обронил я. – Вы всё запомнили?

– Не мешать, не заходить за черту, не верить.

– Всё верно. Приступим. Предупреждаю, что спецэффектов не будет.

В этот раз старая знакомая выбрала привычный образ двенадцатилетней девочки, только в этот раз она обзавелась чёрными перепончатыми крыльями, которые нисколько не портили образ. Стоит отметить, что демонесса действительно обладала вкусом, что в свою очередь говорило о её неординарном для демона, конечно, уме. Большинство её коллег, даже высших, не способны так концентрироваться и обуздывать свои желания. Демоница с интересом огляделась, поэтому пришлось привлечь её внимание.

– Здравствуй, девочка. Помнишь меня?

– Ты??? – на лице девочки отразился ужас.

– Я, – расплылся в улыбке.

– Ты же умер!

– Как видишь нет, я не умер, – я закурил, – я недавно вспомнил, что ты нарушила договор.

– Ты умер! Договор недействителен, – истерично вскрикнула демоница и попробовала «уйти». Вот только разве зря я строил круг призыва с обратными арканами и предохранителями?

– Куда-то собралась?

– Пусти! – лицо девочки поплыло язвами, и она бросилась на меня. Круг призыва я спроектировал с большим запасом прочности: демонический визг боли резанул по ушам.

– Готова к вечному рабству?

– Ты не имеешь права!

– Поправочка: я не имел права. Но теперь, когда есть факт нарушения договора, куда ты денешься?

– Мой владыка этого не допустит! – демонесса сменила форму на отталкивающего вида старуху.

– Как? – с издёвкой поинтересовался я.

– Мой владыка – верховный лорд Тархарос! – провизжала старуха.

– Тут ты не права. Твой владыка – это я. И чем раньше ты это поймёшь, тем лучше. Для тебя.

Я коснулся плеча барона, привлекая внимание, тот покачал головой, отводя заворожённый взгляд от демоницы.

– Немыслимо.

– Ага. Привыкнете ещё, барон. Нам пора, – я активировал контур боли в круге призыва: теперь тварь без перерыва будет испытывать чудовищную боль. Демоница завизжала, – тут довольно шумно.

– Я вообще не понял ни слова, – пожаловался барон, когда мы прошли по лабиринту коридоров достаточно далеко, чтобы визг не мешал говорить.

– Неудивительно, мы говорили на общем кахорском.

– Кахорский? Первый раз о таком слышу.

– Естественно. Это единый язык мира Кахор.

– Подождите, граф. Это название вашего нового проекта? Виртуальная игра, верно?

– Да.

– Вы создали игру по реальному миру? То есть, мир под названием Кахор существует?

– Вы весьма прозорливы, барон.

– Невероятно! – восхищённо цокнул барон. – А что это за девочка-старуха… не знаю как её назвать?

– Называйте её просто тварь. Она очень редкий вид демонов. Так называемый архитектор путей. Может прокладывать дороги между разными мирами. Я сам не владею межпространственной магией, очень специфическая и сложная область высшей магии, уровень архимага.

– Граф, я правильно понимаю, что вы хотите вернуться на Кахор?

– Абсолютно верно.

– Почему?

– Причин много. Первая: там мой дом, моя семья.

– Дом? Но как же Империя?

– Земля – моя родина. Кахор – мой дом.

– Не жалко всё бросать, граф? Тут вы влиятельны и богаты.

– Это вторая причина. Мне некуда расти. Я достиг своего потолка.

Мы медленно шли по туннелю по направлению к выходу из «зверинца», барон лишь задумчиво покивал на мои слова, размышляя над ситуацией.

– Есть и третья причина, – добавил я, – магия.

– А чем магия отличается от науки? – барон очнулся от собственных размышлений.

– Некорректное сравнение. Магические школы и дисциплины – это тоже науки, опыты, систематизация, выработка объективных данных о реальности и природе. Магия не имеет ничего общего с «по щучьему велению, моему хотению» или симсалабимоткройся! Магию можно противопоставить технологиям. Чем фундаментально отличается магия от технологий: магия – она внутри, ты влияешь на мир через собственное развитие, технологии – они снаружи, ты созидаешь нечто, чтобы повлиять на мир. И у магии и технологии есть свои плюсы и минусы… первая сильнее в своих областях, вторая в своих. И немаловажный факт: магия сродни наркотику. Это непередаваемое ощущение силы и власти, когда практически усилием мысли и воли, ты… даже не знаю, – передо мной появился огнешар, – ты можешь поработать плазмомётом. Но магия и технологии плохо сосуществуют. Поэтому, к сожалению, в какой-то момент цивилизации должны выбирать путь: либо внутреннее развитие человека, либо внешнее развитие человечества.

– Почему?

– Таковы физические законы. Свободная мана вмешивается в привычные для нас по школе законы. Причём разные виды маны влияют по-разному. На рассвете цивилизации нет средств, чтобы всё это учесть и построить всеобъемлющую математическую модель.

– Но ведь сейчас такие средства есть, – медленно произнёс барон, – но вы, как мне кажется, не хотите привнести магию на Землю.

– Не хочу.

– Но почему? Я уверен, что магия это не только демоны!

– Ни Империя в частности, ни Земля в целом не готовы к таким потрясениям. Я провёл моделирование развития человечества в случае открытия миру магии и первичной инициации магов.

– И?

– Чудовищные социальные встряски. Передел мира. Войны. Миллиарды погибших. И это при условии, что модель не учитывала внешние факторы.

– То есть?

– Магия – это ящик Пандоры. Все самые страшные сказки станут явью, сейчас демоны не могут попасть на Землю. С некоторыми оговорками, конечно, но не могут. Но если магический фон изменится, то Землю ждёт новая охота на ведьм и инквизиция, либо полное уничтожение. Подозреваю, что наши давние предки по этой причине уничтожили всех магов и волшебников. В целом картина «Магия на Земле» нарисовалась безрадостной. Вернёмся в поместье, можете запросить Дом, он покажет модели и динамики развития.

Барон кивнул, приняв к сведенью, и спросил:

– Почему вы вызвали конкретного демона? Мне показалось, что вы уже встречались?

– Да. У нас с ней был договор на оказание услуг.

– А как же не заключать сделки с демонами?

– У меня иного выхода не было, – пожал плечами я, – она нарушила договор. И меня убили.

– Убили? Но…

– Именно убили. Моя жизнь – сплошное чудо, так что ещё одно воскрешение для меня не удивительно. В общем, эта тварь мне сильно задолжала. Всю свою мерзкую сущность…

– И что она должна сделать?

– Для начала она должна подписать соглашение о вечном рабстве. Очень желательно, чтобы добровольно.

– Почему?

– Особенности порабощения демонов, – усмехнулся я. – Дом даст всю информацию о демонах. Долго объяснять, но если кратко, то, признав меня своим владыкой плюс-минус добровольно, она сохранит больше сил. У меня окажется меньше проблем с верховным серым демоном, которому она сейчас принадлежит. Так что сейчас надо подобрать комплекс пыток.

– Пытки? Граф, вы же сказали добровольно, – удивился барон.

– Это и есть добровольно. Демон должен подписать договор своей рукой и в своём разуме. А если его до этого пытали… это не имеет никакого значения.

– А что значит недобровольно?

– Это если бы я продавил её волю своим разумом и нарушенным контрактом, тогда бы считалось, что она поставила подпись под давлением.

Так слово за словом мы дошли до экранолёта и вернулись в поместье, где я продолжил свой рассказ о Кахоре. Мы проговорили с бароном до самого утра следующего дня: сто пятьдесят лет, но барон слушал рассказ об оживших сказках едва не раскрыв рот. Последний факт внушал в меня оптимизм: я опасался, что барон не захочет переселяться в другой мир. Но судя по всему обещание молодости и возможность вновь поработать на всю катушку оказались сильными пряниками.

{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, один из личных кабинетов Императора, 19 марта 2532 года}

– Роман Ахметович, Виталий Александрович, – Император приветствовал глав силовых ведомств лёгким кивком, – пожалуйста, располагайтесь.

– Насколько мне известно, – после небольшой паузы произнёс Дмитрий, – с недавних пор между вашими ведомствами возникло чрезмерное натяжение в отношениях. Я хочу знать причины?

Глава Имперской Службы Безопасности сумрачно глянул на главу Имперской Службы Внешней Разведки, тот ответил не менее мрачным взглядом, но на вопрос никто не ответил.

– Что ж, – владыка России сделал небольшой глоток кофе, немного посмаковал его и продолжил, – постараюсь догадаться о них сам. Люди Виталия Александровича весьма агрессивно и без предупреждения провели аресты предателей в службе внешней разведки.

– При всём уважении, Ваше Величество, их вина не доказана, – произнёс глава внешней разведки, – насколько мне известно, не проводилось никакого расследования. Аресты проводились по неким спискам из какого-то неизвестного источника!

– Они – предатели, Роман Ахметович, – холодно произнёс Император, – источник очень надёжный. Пока не случилось ни единой промашки. С вашего позволения, я продолжу. Итак, имперская безопасность провели серию арестов показательно оскорбительно по отношению к своим коллегам. Виталий Александрович, как вы прокомментируете ситуацию?

– Ваше Величество, ни я, ни мои подчинённые не имели умысла оскорбить коллег из Службы Внешней Разведки. Кажущаяся резкость была вызвана риском утечки информации и, как следствие, риском, что предатели могут скрыться за границей. Поэтому я не поставил в известность даже директора внешней разведки, так как предъявить железобетонные доказательства мы не могли, а в списках предателей имелось множество высокопоставленных офицеров. К тому же один из предателей является двоюродный племянник Романа Ахметовича.

Глава разведчиков кинул на Виталия злой взгляд, что последний не преминул отметить:

– Не надо на меня так смотреть. Не я их толкал на нарушение присяги.

– Это до сих пор не доказано. Суда ещё не было! – отчеканил Роман Ахметович.

– Не будет никакого суда. Это государственная измена! Первичный доказывающий допрос, в случае подтверждения: пыточная и глубинные допросы, а что останется, отправят в лаборатории Ардер.

– Ваше Величество? – апеллировал к Императору разведчик.

– Я санкционировал, – кивнул Дмитрий, – ситуация очень серьёзная.

– Настолько, что мы остановили действие конституции?

– Чтобы вы понимали, Роман Ахметович. В списке пятнадцать тысяч предателей: офицеры в силовых ведомствах, высокопоставленные чиновники, аристократы.

– Пятнадцать тысяч? – ошалело спросил директор разведки. – Я, конечно, подозревал, что аресты масштабные. Но пятнадцать тысяч?

– Мы скрываем масштаб операции, – ответил глава ИСБ, – все новостные ленты под тщательным контролем, сеть непрерывно сканируется, утечки информации строго дозированные. Жители Империи до сих пор не пришли в себя от столкновений великих кланов, не хватало ещё нам публично признаться в собственной некомпетентности. Так и до волнений может дойти.

– Кто выявил сеть предателей? – после небольшой паузы спросил разведчик.

– Это не сеть. Это множество совершенно независимых образований, завербованных в разное время разными враждебными структурами.

– Тем более. Провести такое расследование незаметно нереально. Насколько я могу судить, эти проверки осуществляло не ваше ведомство. Вопрос, кто? Больше ни у одного силового ведомства нет такого уровня допусков, аналитиков, мощностей.

– Ваше Величество? – спросил разрешения глава ИСБ.

– Рассказывай.

– Уральский.

– Что?

– Этот список предоставил Уральский. В обмен на некоторые преференции.

– Граф Алексей Уральский?

– Он самый.

– Но как?

– У меня была призрачная надежда, что вы сможете пролить свет на этот факт? – вмешался в диалог Император, причём в этот раз на Дмитрия немного удивлено посмотрел Виталий. – Внешняя разведка работала по моему прямому запросу и отрабатывала Уральского по своим каналам.

– Каюсь, Ваше Величество, но по нашим данным Уральский формально ведёт довольно замкнутую жизнь и сконцентрирован на своём новом игровом проекте. А больше зацепится не за что. Никаких подозрительных контактов, высказываний или поступков.

– Жаль. Хоть и ожидаемо, – разочарованно произнёс Император.

– Один из аналитиков попробовал построить график потенциальных взаимодействий Уральского с высокопоставленными безопасниками. Методом исключения он сократил список до пятидесяти трёх фамилий.

– Роман Ахметович, позвольте взглянуть.

– Пожалуйста.

– Опоздали, – раздражённо произнёс глава ИСБ после того, как документ попал к нему в мыслеинтерфейс.

– То есть?

– Одна из верёвочек судя по всему была верной. Барон Эрик Хонконен, бывший глава ИСБ. Сегодня утром он объявил о своём вассалитете клану Уральских и лично графу Уральскому.

– И в чём проблема? – поинтересовался разведчик, не разбирающийся во всех тонкостях сложной законодательной базы Российской Империи. Всё-таки основной профиль его деятельности лежал вовне Империи. – Вот человек. Вызвать на допрос.

– Не получится. Статус личного вассала высшего аристократа даёт ему иммунитет от бездоказательных допросов.

– Может санкционировать его арест по прямому приказу Императора? Или вообще организовать, скажем, исчезновение?

– Попрошу не обижаться, Роман Ахметович, – с усмешкой произнёс Император, – но вы явно не знаете Уральского.

– Он всего лишь человек!

– Обставивший две самых влиятельных силовых структуры, – вмешался Виталий, – Алексей крайне трепетно относится к своим людям. Я даже не могу представить его реакцию.

– Он же не мессия! – продолжил гнуть свою линию Роман Ахметович.

Глава ИСБ рассмеялся, Император и разведчик уставились на него в немом вопросе.

– Прошу прощения. Мои аналитики сходятся к тому, что у Уральского есть доступ к неким технологиям, серьёзно превосходящим существующие. Отмечу, что мои дальнейшие слова абсолютно серьёзны. Первая версия: Уральский – новый мессия. Вторая версия: от комы у Уральского открылись мощные экстрасенсорные способности. Третья версия: во время комы Уральских смог подключиться к акашическому полю. Четвёртая версия: Уральский вышел на контакт с инопланетянами. Пятая версия: Уральский продал душу дьяволу за могущество. Шестая версия: Уральский обнаружил некий могущественный артефакт. Теперь вы понимаете причину моего немного истеричного веселья?

Глава 6. Тайна Сигмаров

{Российская Империя, северный Урал, родовые территории клана Уральских, обзорная терраса, Сен и барон Хонконен, 1 мая 2532 год}

– Вина, барон? – предложил я вошедшему вассалу.

– Не откажусь, граф, – прохрипел тот, устало опускаясь в кресло.

– Тяжело?

– Психологически очень тяжело. Она постоянно обращается в маленькую девочку.

– Я думаю, ей около трех тысяч лет. Так что не обманывайтесь.

– И не думаю, граф. Но от этого пытать её не легче.

– Прогресс?

– Ожидаю, что через две-три недели она подпишет контракт. Добровольно.

– Отлично, барон, просто отлично! Общую цель вы уже знаете: она должна открыть портал в окрестности моего поместья на Кахоре, во времени максимально близком к моменту моей смерти.

– Вот никак не могу этого понять. Получается здесь пройдут годы, а там недели?

– Да. В принципе, можно попробовать прибыть на Кахор ещё до момента моей смерти. Но мне кажется, что это не получится, так что не стоит заигрывать с пространственно-временными континуумами. Лишний раз.

– Никак не могу этого осознать. А как же временные парадоксы? Фантасты столько написали про разрушение мира и тому подобное?

– Только в их воспаленном сознании. Вселенная – штука довольно-таки надежная. Творец всего сущего не какой-то там халтурщик! Даже существуют существа, которые живут в инвертированном временном потоке. А насчёт парадоксов всё просто: их нет и не может быть. Если направиться в прошлое, например, с целью убить какого-нибудь политического деятеля, то ничего из этого не получится.

– Почему?

– Потому что влияние путешественника во времени уже учтено в состоянии мира, на Кахоре есть понятие состояния бесконечно-рекурсивной стабильности. Считается, что каждая вселенная находится в таком состоянии. А если говорить терминами, приближёнными к реальности, то при попытке убийства политика что-то произойдет. Например, путешественника убьёт кирпич с крыши, или понос пробьёт, или он проспит, или передумает! В общем, произойдёт всё что угодно, но выполнить задуманное он не сможет.

– То есть судьба?

– Причём тут судьба? Это как пытаться пройти сквозь стену! Человек раз бьётся в стену, два, три, а потом говорит, что не судьба. Но реальность такова – он не может пройти потому, что здесь стоит стена, стоит она уже давно и ещё больше простоит!

– То есть, прошлое не может измениться?

– Может. Но об этом даже думать не стоит! – буквально отрезал я. – С некоторыми силами заигрывать не стоит. В общем, удачи вам барон. А мне пора встретиться с моей будущей командой управленцев.

{Российская Империя, северный Урал, устье реки Тельпос, родовое владение клана Уральских, 2 мая 2532 год}

Дюжина ребят сидели в поместье Уральского и ожидали появления хозяина.

– Как думаете, зачем его светлость нас собрал? – спросила Рената своих уже коллег.

– Понятно для чего, – усмехнулся латинос Иван, – хорошенько пропесочить нас. Игра про Кахор не приносит денег. Сплошные убытки.

– Вряд ли, – кратко прокомментировал Яков, изначально выстраивающий финансовые потоки «Бесконечного Кахора».

– Что ты имеешь в виду? – обернулась к нему брюнетка.

– Вряд ли. Цель новой игры не финансовая. Граф готов компенсировать любые убытки «Кахора»: финансовые достижения стоят на последнем месте. Главное, сделать игру по-настоящему массовой.

– Но зачем?

– Его сиятельство скоро появится, вот его и спросишь. Гадать о мыслях высшей аристократии – дело пустое.

– Сережа! – Рената никак не хотела успокоиться и принялась тормошить лидера их маленькой команды. – А что ты думаешь?

– Думаю, что волноваться и тем более паниковать, не стоит. Уверен, нам сделают ещё одно предложение.

– Интересное?

– Я откуда знаю? – усмехнулся Сергей. – Тебе же Яков уже сказал: гадать о мыслях высшей аристократии – дело пустое.

– Более чем интересное, – вмешался Дмитрий.

– Откуда знаешь?

– Он хочет нас купить.

– Он это ещё в прошлый раз говорил. Он купил нас новой Игрой и возможностью почувствовать себя демиургами.

– Если говорить юридическим языком, то это всего лишь договор о намерениях. А сегодня нас постараются купить по-настоящему.

– Мне всё-таки не нравится такое отношение к нам, – в обсуждение вошла Амалия, которую еще в бытность работы моделью бесило подобное, – мы всё-таки не вещи.

– Я и не говорил, что ты вещь. Ты человек, – Дима пристально посмотрел на красотку, – причём самой что ни на есть привлекательной внешности. Для самых что ни на есть интересных целей.

– Ах, ты!

– Дима, хватит задирать Амалию! – вмешался Сергей. – Она твой армейский юмор не понимает!

– А вроде рыжий цвет – это признак интеллекта. Неужели непонятно, что если он только намекнёт, то очередь высокородных шлюх выстроится отсюда до самой столицы. Да и целомудренные дамы долго не устоят, их любящие папочки и мамочки с радостью подложат своих деток в постель графу.

– Пошляк!

– Женщины, вы иногда меня поражаете. Вы увидели лишь форму, но не простейшую суть: у него достаточно денег и власти, чтобы удовлетворить любые самые низменные похоти. И ваши миловидные личики ему совершенно ни к чему. Рыжая! Если бы ты выглядела как одноногий горбун, то это не повлияло бы на его желание купить тебя.

– В любом случае, ты не можешь знать наверняка! – Амалия затаила обиду.

– А я и не знаю. Это мои догадки.

– Вот-вот. Вряд ли он настолько предсказуем.

– А я ничего и не предсказал. Я лишь обозначил его самый вероятный первый шаг.

– Но…

– Это лишь первый шаг, но никак не цель. Я не знаю зачем ему мы… – договорить Дмитрий не успел, так как в зал вошёл граф.

– Ничего, главное, что я знаю. С удовольствием выслушал размышления Дмитрия. Он тут как раз за меня подготовил почву: кто-то скупает недвижимость и землю, кто-то вкладывает в акции и облигации, кто-то верит в технологии. Я же предпочитаю инвестировать в людей. Но закончим подготовительные речи и перейдём к делу!

Лица членов бывшего клана Энигма исказились в болезненных гримасах.

– Это немного неприятная процедура. Предупреждая вопросы: согласно регламентам безопасности у вас изъяли все старые имплантаты. Вместо них вставили только один: ДКР-29483, к сожалению, его активация весьма болезненна.

– Что он делает? – Сергей.

– Ничего страшного. Он как бы отодвигает вашу память в сторону, как кратковременную, так и долгосрочную, и ваш мозг работает с имплантатом. Фактически вы сейчас ничего не запоминаете, все воспоминания пишутся только в ДКР-29483, чтобы не значила эта аббревиатура. Это ради вашей безопасности.

– Отключение наших воспоминаний… – задумчиво протянул Сергей, – если мы ничего не помним, то и ликвидировать нас нет необходимости. Но почему бы не воспользоваться процедурой стирания памяти? Я, конечно, понимаю, что это запрещённая технология, и её использует только имперская безопасность, но уверен…

– У меня есть доступ к подобным технологиям. Вот только есть способ восстановить воспоминания по остаточным следам. Оставим лирику. Времени мало. Имплантата хватает на двенадцать тысяч триста восемьдесят три секунды. За это время я должен вам сделать… эм… предложение, и получить от вас ответ. Те, кто согласится, получат новые системы защиты разума.

– А кто не согласится?

– Высококачественные поддельные воспоминания. Но мне кажется, что никто из вас не откажется.

– Неужели предложение такое сладкое?

– Не очень люблю сладости, но в текущей ситуации уместно сказать да!

{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, Большой Зал Приёмов, 3 ноября 2532 года}

Большой Осенний Бал. Я стоял, прислонившись к мраморной колонне и разглядывал счастливчиков, попавших на главное событие года. Каждый из них мечтал попасть сюда, какие только интриги не развязывают ради билетика. Никогда не понимал, зачем?

«Связи…»

Какие?

«Разные! Например, можно пообщаться с тобой!»

Я показательно осмотрелся вокруг. Внутренне усмехнувшись, я прокомментировал ситуацию Шизе.

Видишь никто ко мне не бежит знакомиться!

«Рано радуешься!»

Ох… Опять…

В конце весны у меня нарисовалась проблема… деликатного характера: в меня влюбилась Елена Иванина, младшая дочь старого барона Иванина, генерала от космических сил. Не знаю, что это молоденькая девочка придумала у себя в голове, но похоже я стал её ходячим фетишем. Ситуацию осложняло то, что она действительно в меня влюбилась – демоническая разведка подтвердила. И что делать в этом случае я не представлял, я, конечно, циничная мрачная сволочь, но… одно дело поглумиться над идиоткой, которая хочет тебя захомутать из-за жажды власти, а другое – влюбленная несчастная.

Шиза, напомни мне для неё провести ритуал поиска родственной души, а то она от меня никогда не отстанет!

«Напомню. Смотри на вход!»

Я бросил взгляд за спину приближающейся Елены, в зал робко вошла Ольга Шувалова. Естественно, на неё никто не обратил внимания, еще одна мелкородная дворянка никому не казалась интересной.

А зря. Я не я, но Императрицей она должна стать!

Этот бал – моя единственная возможность взглянуть вживую на ту, кого я собираюсь продвинуть в качестве владычицы Империи. В целом зрелище мне понравилось: конечно, её нельзя назвать роковой красавицей, но что-то в ней такое было. Как говорят: изюминка!

Из-за своего статуса я обязан присутствовать на этом балу, а вот протащить сюда Ольгу было не просто. Не просто из-за двух условий: она не должна знать, что оказалась здесь не случайно, и главное, никто не должен обнаружить связь между мной и Ольгой. В противном случае служба безопасности даже близко не подпустит её к Императору.

Это, кстати, довольно обидно.

«Что?»

Я самый преданный вассал его Императорского Величества, неустанно блюду его интересы, а меня к нему не подпускают.

«Кстати, вот тот лейтенант гвардии целенаправленно идёт к тебе! Тебя сейчас попросят, вероятно, Император скоро прибудет!»

Елена и гвардеец приблизились ко мне практически одновременно.

– Елена, вы как всегда прекрасны, – я галантно поцеловал руку баронессы, и, распрямившись, произнёс, – но, к моему превеликому сожалению, непреодолимые обстоятельства вынуждают меня покинуть это место. Лейтенант, я в вашем распоряжении.

Молодой гвардеец ничего не ответил, лишь коротко кивнул и показал рукой в сторону бокового выхода.

Уже сидя внутри своего огромного экранолёта, я смотрел на плоскую картинку из зала приёмов. Это, конечно, не официальный канал: изумительная смесь высшей демонологии и высоких технологий обеспечивала мне свою картинку. Демон-разведчик аккуратно парил над залом, старательно не приближаясь к высокотехнологичным приборам. Подозрительные отказы оборудования мне не нужны.

Наконец, наступила кульминация вечера: лотерея, на которой разыгрывалась личная встреча с Императором! Внимание тысяч приковал огромный прозрачный барабан, закруживший внутри себя аккуратные стальные капсулы с именами гостей.

Церемониймейстер самолично остановил барабан, засунул руку и вытащил одну капсулу.

– Правом на личный обед с Его Императорским Величеством награждается Ольга Шувалова! – хорошо поставленный голос старого зануды, усиленный силовыми мембранами, проник во все концы зала.

«Удалось!»

Конечно!

Я улыбнулся! Не буду скрывать: я волновался, что один из серых не успеет телепортацией заменить бумажку внутри капсулы. Но маленькая тварь честно отработала свою свободу.

Что ж. Теперь всё в руках богини любви, больше ничем Дмитрию я не помогу: прошляпит Ольгу – его вина. А мне пора готовиться к исходу.

Команда в сборе. Технологии и оборудование куплено. Родина в безопасности.

Конечно, еще остались незавершённые дела, например, до сих пор не подобран ключик к телепорту, сумевшему «удвоить» меня, но рано или поздно и эта тайна сломается под набором денег и упрямства. К тому же я рассчитываю в ближайшее время получить доступ к команде жнецов, а те парни головастые, хоть и одержимые.

Поэтому пора уже начинать думать, как бы напоследок громко хлопнуть дверью. Но за этим дело не станет. Кажется, ещё одному великому клану не терпится уйти на свалку истории.

{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, один из личных кабинетов Императора, 8 декабря 2532 года}

– Советник, как обстоят дела с вашим сыном? – Император и первый советник ежедневно встречались, и каждый раз в самом конце Император задавал уже практически ритуальный вопрос.

– В целом, принимая во внимание сложившиеся обстоятельства, подходя к проблеме всесторонне…

– Советник! – прервал герцога Браха владетель Империи. – Отставить бюрократические «виляния»! Какие проблемы?

– Ваше величество, насколько мне известно, у вас рабочая встреча с главой службы безопасности через полчаса? Предлагаю провести эту встречу в его присутствии. Уверен, что ему тоже найдётся, что добавить по поводу сложившейся ситуации.

– Хотите спихнуть на молодого паренька огрехи воспитания собственного сына? – усмехнулся Император.

– Ваше Величество! – возмутился старый помощник. – Как вы можете так говорить? Всё ради Империи! И, неужели, Вы назвали молодым пареньком графа Андреева?

– Ладно, советник, я шучу. Уже вызвал графа! – угрюмо рассмеялся Дмитрий. – Можно мне хоть иногда расслабиться?

– Уж лучше так, – хмуро прохрипел советник.

– Герцог? – от слуха Дмитрия не укрылся факт того, что советник о чём-то недоговорил.

– О ваших отношениях с Ольгой Шуваловой уже поползли слухи.

– Каких отношениях? – удивился Дмитрий. – Мы же виделись всего три раза.

– Для простых людей и этого хватит. С момента смерти вашей невесты не прошло и года, а вы уже увиваетесь за новой смазливой мордашкой.

– Герцог, – в голосе Императора зазвенел металл, – следите за словами.

– Ваше величество, я лишь произнёс, как воспримут слухи обычные люди. Император олицетворяет Империю и её принципы.

– И что это значит? Мне больше не стоит встречаться с Олей?

– В иной ситуации я бы так и рекомендовал. Но сейчас…

Советник задумался, пытаясь подобрать правильные, логичные слова, но несмотря на свой многолетний опыт у него не получалось: интуиция говорила, что Ольга идеальный кандидат, а логика говорила о том, что сейчас не время для любви. Империя до сих пор бурлит как котёл: уничтожение двух великих кланов насквозь ударило по обществу, зацепило всех. В какой-то момент советник чувствовал, что Империя приблизилась к точке хаоса, но Господь миловал, обошлось.

От необходимости давать скомканные, «детские» объяснения его избавило появление графа Андреева, чем старик не преминул воспользоваться:

– Граф, вы крайне вовремя. Мы как раз обсуждали с его Императорским Величеством необходимость тщательного обеспечения секретности встреч его Императорского Величества и его фаворитки Ольги Шуваловой.

– Уже, – кивнул Виктор, – никому не нужны эти глупые слухи про новую фаворитку императора.

– Почему вы говорите, что Оля моя фаворитка? – удивился Император.

– Мне отменить вашу встречу послезавтра?

– Нет, граф, не стоит так спешить.

– Как прикажете, Ваше Величество.

– Как у вас двоих это ловко получилось, – усмехнулся Император, – вытащили всё-таки из меня ответ.

– Мы лишь исполняем вашу волю.

– Да-да. У нас с герцогом остался за рамками обсуждения один пункт – граф Уральский. Советник предложил провести обсуждение втроём. Итак? В чём проблема? Он нарушил сделку? Не платит по счетам? Пошёл в политику?

– Нет. Все договорённости он тщательно соблюдает. Мой сын славится своим щепетильным отношением к разного рода сделкам. Он получил доступ к пулу технологий и производственным базам, мы в ответ получили крайне подробное досье на множество высших чиновников и силовиков. Мы провели выборочные проверки, всё подтвердилось.

– И как? Насколько всё плохо?

– Гнилья хватает, – ответ Андреев, – но всё в разумных пределах. Хотя, последнее не отменяет необходимости кардинальной чистки.

– Необходимости?

– Элита иногда нуждается в чистке, – упрямо произнес безопасник.

– Но удачное ли сейчас время? С учётом всех событий в этом году?

– Сейчас как раз самое время, – ответил герцог, – ситуация уже стабильна. А общество до сих пор достаточно гибко, чтобы безболезненно принять… «продолжение борьбы с предателями». К тому же ваша летняя директива министерству связи и информации об обеспечении информационного оздоровления нации дала результат. Пропаганда против врагов Империи показывает хорошие результаты, самый пик эффективности наступит в феврале-марте.

– Мы планируем в это время основную фазу операции по чистке Империи, – вставил своё слово Андреев.

– К этому вопросу мы еще вернёмся. А теперь поговорим про Уральского. Я до сих пор не услышал, что не так.

– Он владеет рядом интересных технологий. Крайне интересных.

– Это не секрет. Или появилось что-то слишком важное?

– Есть подозрение, граничащее с уверенностью, что Уральский знает способ гарантированного выращивания Сигмаров, – сказал Виктор.

– Конечно, плохо если он украл эту технологию из крыла Исследований, но он всё-таки столько лет руководил им, – недоуменно произнёс Император.

– Ваше величество, вы не обратили внимание на одну важную деталь: Уральский знает технологию гарантированного, – герцог Брах сделал ударение на это слово, – именно гарантированного выращивания Сигмаров.

– Хм… поправьте меня, но сейчас мы делаем десяток заготовок и только семь из них доходят до стадии Сигмара?

– Только пять. После того, как прошла диверсия в крыле Исследований и Инноваций, статистика резко ухудшилась. Мы подозреваем отклонение в техпроцессе, но производство Сигмаров сродни искусству.

– Рассказывайте! – собрался Император.

– Полгода назад Уральский получил доступ к инкубатору Сигмаров. Естественно, его тщательно проверили, он изъял из своего организма все подозрительные имплантаты. В общем, мы тогда долго колебались, но в конце концов он выложил пару интересных технологий из Западного содружества, и мы решили позволить ему такую мелочь. В ходе осмотра он указал на два кокона и сказал, что только их них могут получиться Сигмары. А все остальные можно хоть сейчас в утиль. Два месяца назад коконы окончательно сформировались.

– Подождите, ведь не из всех сформированных коконов получаются Сигмары?

– Это так, Ваше Величество. Не каждый кокон может сформировать нормальный зародыш Сигмара, в среднем шесть-семь коконов доходят до состояния зародыша Сигмаров. После этого начинается длительная, примерно на десять лет, процедура обучения зародышей. Тоже, кстати, крайне дорогостоящая.

– И сколько зародышей получилось?

– В этот раз всего семь.

– А Уральский указал только на два кокона?

– Да. Но остальные пять начали показывать признаки деградации при обучении. Что навело наших ученых на мысли, что их деградация связана не с процессом обучения, а с процессом выращивания.

– Откуда Уральский об этом знает?

– Мы тоже хотим об этом знать, Ваше Императорское Величество.

– Как же мне надоела эта тёмная лошадка! Что он хочет за эту технологию?

– Он готов передать нам некое устройство, с помощью которого можно определить подходит ли кокон для Сигмара или нет. Но продавать саму технологию отказался наотрез.

– К тому же, – дополнил герцог, – он практически подтвердил, что обладает технологией гарантированного выращивания Сигмаров.

– Подтвердил?

– Не стал отрицать при моём прямом вопросе, – развёл руками Андреев.

– Это, конечно, ничего не гарантирует, ваше величество, – добавил герцог, – но Сигмары слишком важны для Империи. Они обеспечивают её целостность и приемлемый уровень «бюрократической чистоты».

– Я знаю. Нам катастрофически не хватает Сигмаров.

– Совет Сигмаров просит разрешения провести с Уральским переговоры.

– Хорошо. А мы внимательно будем за этим следить.

– Они хотят надавить на него, – проинформировал герцог.

– Мне эта идея не нравится, – выразил своё мнение Андреев, – Уральский плохо поддается давлению. Его реакция сложно прогнозируема.

{Российская Империя, Святоград, Зал Сигмаров, 9 декабря 2532 года}

– Граф, вы понимаете, что эта технология значит для Империи? – я сидел в зале Сигмаров и слушал синтезированный мультиголос Совета.

– Нет.

– Не понимаете? – Сигмары удивились.

– Нет значит, что ни при каких обстоятельствах Империя не получит улучшенную технологию производства Сигмаров, – я равнодушно пожал плечами.

– Решение окончательное?

– Да. Для этого есть серьёзные причины! – раздражение накатывало волнами. Уже полчаса мы с Советом ходили вокруг да около.

Сигмары – это чудо. Другого слова не подобрать. В древности, лет так пятьсот назад, люди мечтали об искусственном интеллекте и в то же время панически его боялись. Прогресс тогда шёл себе потихоньку и, в конце концов, жизнь расставила всё по своим местам: полноценного ИИ быть не может. Стоит сверхсложному компьютеру развиться до состояния, когда можно начать говорить о свободе воли, как у него проявлялись явные процессы деградации. После целой плеяды неудачных экспериментов человечество решило свернуть кипучую активность на этом направлении. Правда, имело место несколько очень неприятных инцидентов с военными ИИ, слетевшими с катушек, но в целом отказ от мечты прошёл относительно безболезненно. Естественно, псевдоИИ и сложные самообучаемые программы, практически не отличимые от человека по общению, остались и довольно органично вписались в общество, но они не обладают и толикой возможности человека в области воображения. Невозможность созидания ИИ позволила воспарить различным христианским течениям и заговорить о том, что свобода воли есть божественный дар. И, дескать, не надо корчить из себя Бога.

Ситуация находилось в равновесном состоянии, ровно до момента создания Сигмаров, их существование само по себе перечеркивало аксиому невозможности ИИ. Конечно, Империя ни с кем не поделилась технологией производства Сигмаров, что значительно сократило вероятность разгадки этого феномена.

Так и остались бы Сигмары тайной тысячелетия, если бы не моё незапланированное путешествие на Кахор. Имея на руках прямое доказательство существования души, мне слова проповедников о свободе воли и божественном даре вовсе не казались глупостью.

Простейший конструкт поиска души подтвердил мои догадки: в двух коконах находилась душа. А до этого я проверил своего Сигмара, и у него также имелась душа. Мы с Шизой далеки от мысли, что кокон способен создать душу. В лучшем случае захватить, то есть сработать как типичный камень душ. Вот только с точки зрения логики эта технология сравнима с возможностью создать процессор с помощью гвоздя, зубила и молотка. Но как бы ни было, моя гипотеза окончательно подтвердилась: из дюжины коконов только указанные мной двое показывают положительную динамику.

Раскрывать эту информацию я не собирался – такой зацепки аналитикам хватит, чтобы раскрутить всё остальное. Рано или поздно. А Земля не готова к магии. Я уже достаточно наследил здесь. По-хорошему уже давно пора бы помахать Родине ручкой и отправиться в далёкие миры.

– Граф, мы настоятельно просим прислушаться к голосу разума!

– Почему бы вам не начать к нему прислушиваться самим? Я предлагаю вам существенное улучшение техпроцесса созидания Сигмаров.

– С использованием неизвестного устройства, работающего на неизвестных принципах!

– Вам-то какая разница? Из-за режима секретности я никогда не имел полного доступа к технологии производства Сигмаров, но там никто не понимает принципы. И ничего, живёте вы как-то!

– Вы давали присягу!

– Вот именно! И моя присяга не позволяет открывать опасные для Империи технологии!

– Совету Сигмаров виднее!

– В общем, разговор окончен, – я встал и отправился к выходу.

Мне перегородил дорогу боевой киборг, вокруг меня автоматически возник защитный силовой щит.

– Граф, интересы Империи вынуждают нас настаивать!

«Не ожидал, что до этого дойдёт!»

– Я даю Совету десять секунд, чтобы изменить решение! – мой голос звучал очень тихо и ровно, но внутри поднималась демоническая ярость.

«Сен!»

Я их всех порву!

«Сен!!!!! Успокойся!!!!! Ты дома!!!!! Не надо тут всех убивать!!!!!»

В зале Сигмаров никаких Сигмаров отродясь не водилось, их капсулы располагаются в засекреченном укреплённом месте. Вот только для меня это ни разу не тайна! А мои демоны быстро выпотрошат неблагодарных ублюдков!

Восемь. Убью всех.

Семь. Твари гребанные.

Шесть. Пять. Четыре.

– Граф, приносим извинения, мы не правы.

«Сен! Тихо! Тихо!»

– Извинения приняты, – ярость отходила медленно.

«Давай! Полетели домой!»

Уже сидя в экранолёте, я плесканул немного виски в стакан, пригубил и окончательно успокоился.

Всё-таки ярость иногда накатывает внезапно.

«Последствия твоего обращения в высшего демона никогда не исчезнут…»

Ладно. Переживу. А вот некоторые мои приступы ярости могут и не пережить.

Глоток алкоголя обжог гортань.

Хм… Интересно.

«Что?»

У Сигмаров весьма развитая интуиция. Они что-то явно почувствовали.

{Российская Империя, северный Урал, экранолёт, Сен, 15 февраля 2533 года}

Я летел к своему поместью с очередной рабочей встречи со жнецами. Хотя, уместнее сказать с «последней» встречи со жнецами: они подобрали окончательную конфигурацию полей телепорта. А это значит, что я получил последний технологический подарок от Империи и, если подходить сугубо с точки зрения выгоды, то меня больше ничего не держит.

Надо сказать, что это были два крайне плодотворных месяца: взамен простенького артефакта, определяющего есть ли в коконе душа или нет, я получил всех жнецов в собственное расположение. Самым сложным оказалось договориться о том, чтобы все исследования проходили на моей территории: утечки мне ни к чему. Вероятно, аналитики посчитали, что смогут вытащить из жнецов информацию о том, чем же они занимались у меня. Наивные.

Я усмехнулся собственным мыслям. Первым делом я, как уже чуть-чуть грамотный демонолог, подчинил одержимых собственной воле и заставил подписать договора со мной. Жнецы оказались довольно любопытными персонажами. В бытность главы Крыла Исследований и Инноваций я считал их кем-то вроде опасных, но крайне полезных безумцев, но теперь я кардинально поменял своё мнение: они не очень опасные (если ты обладаешь хотя бы начальными навыками в демонологии), но крайне полезные твари. Решено! Вернусь на Кахор – заведу себе таких же животных! Хотя бы пару десятков.

Но телепорт не был главной причиной, почему я так хотел получить жнецов в свои руки. Жнецы – одни из основных генераторов новых, революционных идей в имперской науке, а я, как верный сын Империи, считал, что развитие науки требует некоторой корректировки. Раз появилась технология телепорта, которая как показала практика, вполне способна пробивать межмировые червоточины, то момент, когда местные умники пробьют дырку в тронный зал какого-нибудь Люцифера, наступит рано или поздно. Сказать, когда это произойдёт невозможно, но одно можно сказать точно – это случится внезапно. Поэтому знакомство Империи с каким-нибудь магическим миром, или не дай Триединый, с демоническим доминионом, можно считать уже практически свершившимся фактом в будущем.

Если контакт пройдёт по недружелюбному сценарию, то лично я ставлю на победу магов: Империя при всей своей видимой мощи и силы обладает огромным минусом, большинство современных технологических решений откажут при малейшем изменении магического поля. Следовательно, условно враждебным магам достаточно протащить сюда десяток артефактов-накопителей уровня Иглы Света и активировать их, чтобы получить чистую от технологий область радиусом километров в пятьсот.

Долго мы с Шизой ломали голову над этой загадкой: привнести на Землю магию нельзя, но напрямую технология магии проигрывает, пока нас не осенило! Биотехнологии! Всё живое по умолчанию может существовать в изменчивом магическом фоне. Осталось переставить акцент имперской науки на направлении с приставкой био, то есть не квантовые технологии, а биоквантовые, не информационные, но биоинформационные. Естественно, в современном мире это избыточно и местами дорого, но лучше быть бедным, чем мёртвым. Поэтому сейчас мои послушные жнецы летели к себе с наказом создавать все решения с максимальным использованием биотехнологий и, в целом, двигать это направлении активно. Еще я им настоятельно рекомендовал уделить как можно больше внимания такому земному направлению как псионика. Лично я не особо разбирался, как псионика соотносится с Менталом и школами ментальной магии, но издалека кажется, что она весьма перспективна в случае конфронтации с враждебными магами.

По моему лицу проскользнула довольная улыбка. Причины для этого у меня имелись: не всё прошло по плану, но результат в Империи меня полностью удовлетворил, и наконец-то я увижу свою любимую Раберу.

Надоело всё!

«Что опять?»

В корень всё надоело! Найти свою любовь ведь это такое редкое счастье? А я вместо того, чтобы жить долго и счастливо, вначале отправился к этим полоумным демонологам на пять лет!!! Потом загостился у этой недотраханной твари! Затем долгий путь назад к своей человеческой сущности!

Я сделал глоточек виски и продолжил внутренний монолог.

И вот наконец: живи счастливо, радуйся и люби! Но вместо этого я опять подыхаю и оказываюсь заперт в своём родном доме на полтора года!

«Уже скоро!»

Знаю!

Я допил виски залпом, вот еще чего нет на Кахоре! Тоже мне, обезьяны магические, не смогли придумать приличный алкоголь! Надо отвлечься!

– Барон, – я по зашифрованному каналу вызвал своего безопасника, – всё готово?

– Да, граф! Уверяю вас, что обладая такой полезной штукой, как шпионская сеть демонов, надо очень постараться, чтобы что-то пошло не так.

– Хорошо. Но хочу вас предостеречь: не расслабляйтесь и не привыкайте к такой свободе действий, на Кахоре умеют бороться с демонологами и демонами.

{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, один из личных кабинетов Императора, 15 февраля 2533 года}

– Граф, ваши специалисты выяснили для чего Уральский так рьяно хотел арендовать у государства жнецов? – традиционно Император завершал свою рабочую встречу с главой ИСБ вопросом про самую загадочную фигуру Империи.

– Нет, Ваше Императорское Величество. Психологи и аналитики ничего не добились от них. Словно у них стоит мощная психоблокада.

– Разве жнецы подвержены какому-нибудь стороннему влиянию типа гипноза или психопрограммирования? – нельзя сказать, что Дмитрий разбирался в науке и исследованиях, но основные вехи он знал. – У них же какое-то другое строение мозга?

– Считалось, что не подвержены. Но факт налицо: Уральский успешно покопался в их головах, и все попытки вытащить из них информацию провалились. По крайней мере, пока.

– Граф, а как вы оцениваете шансы что «пока» когда-нибудь наступит?

Безопасник отвёл взгляд в сторону, собираясь ответить максимально обтекаемо, но Императору хватило этого в качестве ответа:

– И где он сейчас?

– У него сегодня большая конференция, посвященная глобальному обновлению его виртуального детища. Так что подозреваю, что он вылетел в Омск в выставочный центр.

– Есть идеи, зачем ему эта игра?

– Нет, Ваше Императорское Величество. У него слишком широкий профиль деятельности, аналитики пока не могут определить, что действительно волнует Уральского, а какие области он ведёт только как прикрытие и для дезинформации. Нельзя забывать, что он играет от защиты, обладает собственным калечным, но всё-таки Сигмаром. Граф находится в более привилегированном положении.

– Я иногда ловлю себя на мысли, не пора ли решить вопрос с Уральским, – медленно произнёс Дмитрий и тихо добавил после полуминутной паузы, – кардинально.

Андреев молчал с добрую минуту и наконец ответил:

– Не стану отрицать, Ваше Императорское Величество, подобные мысли посещали и меня. Только пока не представляется всесторонне оценить все риски подобного решения.

– Но вы, граф, подумайте на досуге. В качестве факультатива, вдруг…

Договорить Император не успел, так как у главы ИСБ замигал датчик экстренной связи.

– Я на встрече! Что? Когда? Ваше Императорское Величество… – Андреев начал запрашивать разрешение у Императора на сеанс мыслесвязи, но тот понял его с полуслова и коротко ответил.

– Действуйте, граф, – Император еще ни разу не видел главу ИСБ таким взволнованным.

Через пару минут глаза графа вновь стали осмысленными:

– Граф? Что произошло?

– Похоже кто-то уже самостоятельно принял… кардинальное решение по Уральскому.

Глава 7. Исход

{Российская Империя, Омск, 15 февраля 2533 года}

Семь бронированных экранолётов грузно заходили на посадку на верхнюю площадку развлекательно-выставочного комплекса ОмскЭкспо. Огромное пятидесятиэтажное здание причудливой формы активно подсвечивалось в начинающихся сумерках: голограммы с видами Кахора сменялись одна за другой, а море посетителей неспешно вливалось внутрь. Сегодняшняя конференция должна собрать более ста тысяч человек: виртуальная игра про Кахор пришлась по нраву жителям Империи!

Верхняя посадочная терраса представляла собой диск, пятьдесят метров в диаметре, находящийся немного в стороне и выше от основного здания. Ажурные опоры, соединяющие террасу с комплексом, казались нереально тонкими и складывалось впечатление, что диск вот-вот отвалится. Но видимость обманчива: композитные материалы обладали запредельным запасом прочности! Вот только сегодня её не хватило: едва последний экранолёт коснулся поверхности, как весь диск-террасу поглотил огромный плазменный шар, несколько секунд вакханалии огня и света, и вниз полетели остатки раскалённых конструкций и ошмётки того, что не испарил взрыв. Прямо на людей, заходивших через северный вход…

– «…надо очень постараться, чтобы что-то пошло не так»? Да, барон? – с бешенством спросил я. – Они должны были подбить экранолёты с плазменных зарядов, а здесь тактический термоядерный заряд.

– Я обязательно выясню, граф. Больше подобного не повторится!

– Надеюсь! – прорычал я. – Окажите помощь пострадавшим и действуйте через Дом. Не забудьте, что вы летели в одном из экранолётов.

– Да, граф.

– А я пойду… объявлю, что живой и начну готовить информационный фон. Обеспечьте мне безопасность! Не хочется, чтобы какие-нибудь идиоты меня всё-таки убили… по-настоящему!

{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, зал совещаний, 15–16 февраля 2533 года}

– Я сегодня публично заявил, что государственные органы проведут расследование максимально быстро и прозрачно, – слова хмурого Императора падали как тяжёлые камни, – карьера каждого из вас зависит от этого дела. Омский теракт – это личное оскорбление меня и Империи. Погибли невинные люди! Кстати, сколько? – суровый взгляд Дмитрия поймал первого попавшегося силовика, оказавшегося министром внутренних дел. Тому повезло, он знал ответ:

– Завалы разобрали. Обнаружено двести девятнадцать тел, все опознаны. Тысяча пятьсот семь человек доставлены в госпитали с ранениями различной степени тяжести.

– Обеспечьте всех пострадавших реаниматорами за счёт Императорской фамилии.

– Ваше Императорское Величество, одна из финансовых структур графа Уральского уже оплатили реаниматоры всем пострадавшим.

– Мда… – медленно ответил Император, оглядывая силовиков, – все свободны. Граф Андреев, останьтесь. И пригласите Первого Советника.

Император смотрел на малый совет, посвящённый Уральскому:

– Идеи?

– Пока всё выглядит так, как будто кто-то достаточно влиятельный решил избавиться от Уральского, – озвучил очевидное глава ИСБ.

– Граф, вы от моих чиновников научились говорить очевидное с видом словно сделали открытие? – раздражение Императора стало практически материальным. – Герцог?

– Мне кажется подозрительным, что мой сын остался жив, – произнёс советник. – Почему в последний момент он решил прибыть на два часа позже и не полетел вместе со всеми?

– То есть он сам же и заказал покушение на себя? – начал мысль Император.

– Вряд ли, – произнёс Андреев, – потому что рано или поздно мы доберёмся до заказчиков. Он не может этого не знать.

– Но мой мальчик показал себя личностью крайне осведомленной и, вероятно, он знал о готовящемся покушении.

– Почему не предотвратил?

– Объективно говоря, ему это не выгодно. Гарантированных доказательств он предоставить не смог бы, а недоброжелатели никуда бы не делись.

– А сейчас куда они денутся? – поинтересовался Император.

– Как я понимаю, он собирается их всех убить, – медленно произнёс герцог.

– Что???

– Он практически публично объявил вендетту.

– Как? Он дал интервью?

– Все инфоканалы сейчас забиты Уральским!

– Показывайте! – для Императора это оказалось сюрпризом, разгребая последствия теракта он не обратил внимания на инфоканалы и, возможно, зря.

Уральский трясёт руку растерянному барону Галиаскарову:

– Уверяю вас, барон! Ваша правнучка не останется не отомщенной! Она была моим личным вассалом и прекрасной невинной девушкой!

Смена канала.

Уральский находится среди толпы безутешных родственников погибших игроков:

– У меня нет слов. Ужасно! Всё, что я могу сказать: простите меня! Простите меня за моих чудовищных врагов! Я могу… могу только пообещать, что лично выплачу вам компенсацию и… заставлю этих тварей заплатить за совершенное! Больше, больше я ничего не могу… Твари! То, что они совершили… это… немыслимо! – Император отвлёкся от трансляции и спросил. – Он сейчас слезу пустил? Мне не показалось? Ладно, смотрим дальше!

Смена канала.

Уральский вещает в актовом зале госпиталя святого Максимилиана перед родственникам пострадавших:

– Самое страшное позади! Наша служба безопасности, муниципальные и имперские службы! Все отработали максимально эффективно. Все раненные получат лучший уход. Деньги на оплату максимального пакета реаниматоров уже перечислены! Не волнуйтесь! Мы обязательно найдём этих бешенных животных!

Смена канала.

Уральский даёт интервью Екатерине Городецкой, одной из ведущих политических журналистов-обозревателей Империи около здания ОмскЭкспо на фоне работающих спасателей.

– Граф, вы уже знаете кто стоит за омским покушением.

– Омским терактом, Катерина. Произошедшее – это именно теракт. Если бы заказчики хотели убить только меня, несмотря на всю дикость такого поступка в наше просвещённое время… Если бы им была нужна именно моя смерть, то надо было просто расстрелять мой экранолёт из плазмобоев. Я постоянно мотаюсь один по всем концам Империи! Но нет! Они захотели сделать это максимально кроваво и убили множество невинных людей.

– Но всё же, вы знаете, кто стоит за терактом?

– Догадываюсь!

– И кто же? – журналистка аж подпрыгнула, ожидая сенсацию.

– Сами найдёте. Не сложно догадаться, достаточно посмотреть кто сейчас экстренно сворачивает всю стороннюю активность и прячется в своей норе. Таких немного. И уж ещё меньше тех, кто имел доступ к термоядерному оружию!

– Но вы не скажете имя?

– Следствие скажет. У меня… у меня другие приоритеты и цели.

Император жестом остановил трансляцию и спросил:

– О ком он?

– Великий клан Коба очень подозрительно сегодня себя ведёт. Конечно, все дворяне в шоке, но клан Коба действительно спрятался в своих резиденциях, – ответил Андреев.

– То есть это действительно они? – удивился Император. – На что они рассчитывали? Рано или поздно их вину установили бы!

– Склонен тут не согласится, – возразил советник, – определенная логика в таких действиях есть. Установить виновных – это не то же самое, что и доказать. А доказательства против великого клана должны быть очень-очень-очень надежными. Вряд ли такие найдутся.

– Но причём тут Уральский? Его-то зачем уничтожать?

– Среди дворян, в том числе высших аристократов, в последний год курсирует слух, что Уральский… как бы правая рука Вашего Императорского Величества. Что фактически он ваш главный советник.

– Что за бред?

– Нельзя сказать, что это бред. События годовой давности произошли при непосредственном участии Уральского, и ему вновь всё сошло с рук. То, что Вы и он работаете вместе – это логичное объяснение. Если не знать остальные элементы картины.

– Прости, Боже, – произнёс Император, неверующе качая головой, и включил трансляцию.

– Насколько я знаю, вы уже организовали фонд помощи жертвам Омского теракта?

– Да. Людям и их родственникам сейчас нужна помощь: материальная, финансовая, психологическая, информационная, медицинская.

– Но почему именно вы?

– А кто ещё? Император? Нет. Это моя вина! Мне и помогать!

– Почему вы считаете себя виноватым?

– Посмотрим на таблицу фактов. Откинем эмоции. Ситуация простая: люди фактически шли ко мне в гости. Они шли смотреть и слушать про мой личный проект, в комплекс, арендованный мной. И их убили. Убили практически в моём доме. К сожалению, это моя вина.

Император выключил трансляции и спросил:

– Сколько интервью он успел сегодня дать?

– Много. Мечется по всей Империи.

– Он в политику не собирается? Может, он хочет возглавить какой-нибудь оппозиционный блок?

– И лоббировать чьи-то интересы за деньги? У него сейчас столько денег, что он всех лоббистов оптом купить может.

{Российская Империя, северный Урал, родовые территории клана Уральских, 17 февраля 2533 года}

– Виконт, у меня нет к вам претензий, – я разговаривал по обычной связи с виконтом Бражевым, совладельцем агентства «ДеБра». Именно эти ребята обеспечивали организацию мероприятия, в том числе и безопасность. Виконт ужасно волновался. – Еще раз, виконт, повторяю: не волнуйтесь. У меня нет к вам претензий. Ни официального характера, ни, так сказать, неофициального. Вы ничего не могли поделать, люди, имеющие доступ к термоядерным зарядам, в своем подчинении имеют шпионов экстракласса, ваша безопасность ничего не могла им противопоставить. Наоборот, мои структуры проанализировали действия вашего агентства в условиях чрезвычайного происшествия и нашли их крайне эффективными. Поэтому я выплачу вам дополнительную премию.

– Граф, я не уверен, что мы заслуживаем…

– Виконт. Я уверен. Вы умело локализовали панику и оперативно эвакуировали людей. Если бы паника распространилась дальше, то страшно представить, что произошло бы в давке. Рад с вами работать, виконт.

Я выключил связь и вошёл внутрь комнаты совещаний. Меня уже ждали тринадцать пар глаз – дюжина энигмовцев и старый барон Хонконен.

– Познакомились друг с другом? Отлично! Новости видели? Ладно. Озвучу для всех: официально вы все мертвы. О том, как умерли, вопросов нет?

– Есть, Ваше Сиятельство! – голос Сергея немного подрагивал от волнения. – Неужели… неужели нельзя было обставить это как катастрофу? Зачем эти невинные жертвы?

– Барон? – я поинтересовался у старика. – Вы ничего не рассказали?

– Решил дать детям выговориться, граф, – устало произнёс барон, которому последние дни нелегко дались, при его-то здоровье.

– С чего вы решили, что я организовал покушение на самого себя? Меня действительно пытались убить. И вас всех за компанию, – я оглядел ошарашенные лица и добавил, – предупреждая вопросы. Во-первых, да. Я знал про покушение заранее. Нет, я не знал, что заказчик – законченный кретин и в последний момент заменит направленный плазмозаряд на портативный термояд. Во-вторых, никаких жертв среди гражданских не планировалось. В-третьих, небольшое напоминание. Я крайне жесток и пролил за свою жизнь много крови, но, и это важно, я не маньяк и стараюсь не допускать ненужных жертв. В-четверых, не знаю почему: меня регулярно пытаются убить, но мало у кого это получилось. Так что постарайтесь понять и осознать это.

Ребята недоуменно переглянулись, собираясь с мыслями, но первой, как и полагается рыжим, спросила Амалия:

– И что теперь?

– Ничего не поменялось. Через пару недель мы отбываем на Кахор.

– Но теракт?

– Это не меняет планов. Только теперь вместо точечной и аккуратной ликвидации заказчиков, я устрою показательную кровавую бойню. Вендетта объявлена – скоро польётся настоящая кровь.

– Вендетта? – опять рыжая. – Вы объявили вендетту из-за нас?

– Конечно. Я не Иисус, прощение и милосердие не мои черты. Убиты мои вассалы. И кто-то за это ответит. В моём доме убито две сотни моих гостей! И за это заказчики тоже ответят. И если вы думаете, что я могу спустить хоть что-то из этого на тормозах, то вы сильно ошибаетесь.

– Но… вас же накажут за вендетту.

«Пускай судят, пускай накажут, но вначале пускай докажут».

– Лирику в сторону, – я отмахнулся от Шизы и Амалии, – располагайтесь поудобнее. Все вы читали справку по миру, смотрели записи, играли в игру. Но я вас всех собрал, чтобы акцентировать внимание на некоторых мелочах.

– Первое и самое важное. Кахор – это не средневековье. Пусть вас не обманывают мечи, луки и арбалеты. Хорошо запомните и осознайте мои слова: Кахор – не средневековье. Кахор крайне развитый мир, населённый отнюдь не дикарями. Отсутствие сложных конвейеров и штамповки обусловлено наличием магии, которая не позволяет осуществить условную штамповку амулетов. Каждый, даже самый простой амулет, уникален, мастер-артефактник интуитивно подстраивает плетение внутри амулета под заготовку. Вопросы?

– …Второе. Магия. Не смейте забывать о магии. Магия расширяет грани мира до бесконечности. Магия – это чудовищно сложная наука с множеством дисциплин. Забудьте обо всех «по щучьему велению» и прочем подобном. Магия подчиняется законам, как физика и химия у нас. Собственно, на Кахоре физика и химия не существуют в виде наук. Они входят внутрь одной науки – Магии. Подробности разных видов научных классификаций можете прочитать в справке. Вопросы?

– …Третье. Служение. На Кахоре чудовищно сложная система служения: от банального рабства до изощрённых форм вассалитета. Вам кажется, что в Империи тоже есть аристократия и иерархия, но тут это лишь форма организации общества, а там это суть, нечто глубинное: сложно объяснить и тем более понять, но обязательно надо принять, – я сделал паузу, собираясь с мыслями, – как ни странно, но несмотря на культ служения, на Кахоре роль индивидуума значительно выше, чем тут на Земле. Связано это с тем, что здесь, каким бы гением ты не был, основное влияние концентрируется на организации, к которой ты принадлежишь. А там… высший архимаг – это и армия, и фабрика, и аналитический центр, и много чего еще полезного. И всё в одном человеке. Что ни умаляет ценности организаций. Вопросы?

– … Четвёртый пункт. Расизм. Вы люди. Там вы встретитесь с другими расами, и не в смысле, что у них другой цвет кожи или глаза раскосые, но в принципе с другой, иногда чуждой культурой. Взять к примеру весь конгломерат рас эльфов: они живут дольше людей, что логичным образом вызывает у одной стороны снисхождение, а у другой зависть. И таких особенностей тьма, и далеко не все они такие очевидные. На вопросы отвечать не стану, сами поймете.

– … В-пятых, боги и демоны. Не забывайте об этих персонажах. Они там так близко, что можно потрогать. Но лучше не стоит. Вопросы?

– … Что у нас? В-шестых. Клятвы! Даже впопыхах брошенное слово имеет силу, а если клятва оформлена по всем правилам, к тому же с использованием специальных артефактов… В общем, не дай боги, нарушить такую клятву. Вопросы?

– … И последнее. Кахор – это не Игра. На Кахоре есть участь действительно хуже смерти. Например, оказаться в когтях демона. Душа, адский огонь и вечные муки… на Кахоре это одна из неприятных граней реальности.

{Российская Империя, Омск, Успенский Собор, церковная служба по жертвам омского теракта (9 день), 23 февраля 2533 года}

Служба подходила к концу, когда меня по мыслеканалу начали долбить из Императорской Канцелярии. Отвечать я, естественно, не стал. Я убил столько времени, сил и денег, чтобы создать себе определённого рода репутацию не для того, чтобы растерять всё так бездарно.

Уже погрузившись в экранолёт, я вызвал имперскую канцелярию, и меня сразу же перевели на Императора. Впрочем, ожидаемо. Я заранее знал, о чём он хочет поговорить.

– Доволен?

– Чем, Ваше Императорское Величество?

«Молодец! Стратегия под дурачка сейчас самая оптимальная! Хотя как бы Его Императорство окончательно не взбесилось!»

Дмитрий не ответил, а бросил записанный голоряд с низкоорбитального сканера.

Южный Кавказ, окрестности горы Базардюзи, штаб-квартира великого клана Кобы, выполненная в виде старинной горной крепости, умиротворяющий пейзаж вокруг: луга, барашки какие-то… Десять секунд и горная пастораль сменилась термоядерным грибом.

– Я еще не смотрел новости, Ваше Императорское Величество, – спокойно прокомментировал я, – но выглядит приятно.

– Зачем?

– Почему сразу я? Может, они сами себя и убили? Не смогли выдержать мук совести? Откуда я знаю? Я только что с панихиды вышел!

– Я спрошу прямо, Алексей, ты уничтожил верхушку клана Коба?

Я промолчал.

– Ясно, – Император тоже помолчал, – зачем?

– Великий клан Коба не достоит звания великого. Они выбрали путь беззакония.

– Не смей говорить о беззаконии! Ты! – сорвался Дмитрий. – После подобного!

– Если ты выходишь за рамки правового поля, то будь готов, что и остальные перестанут соблюдать приличия.

Император хмуро посмотрел на меня, расстроено покачал головой и отключился.

«Не легко ему придётся! Разгребать всё это дерьмо ему».

Ага. Думаю, остаток пути до дома думать не стоит.

«Устал?»

Геноцид, даже такой маленький, очень утомительное занятие.

{Российская Империя, северный Урал, устье реки Тельпос, родовое владение клана Уральских, Сен и журналист Екатерина Городецкая, 28 февраля 2533 года}

– Ряд аналитиков уже классифицировали произошедшее, как индульгенцию, – мы только начали общаться с Екатериной, как она насела на меня.

– Ох уж эти диванные эксперты. Слова-то какие! – я усмехнулся и отпил сока. – Индульгенция!

– То есть это не так?

– Катя, можно я так, по-простому? – я доверительно приблизился к журналистке.

– Конечно! Мы же практически сверстники! – я с трудом сдержал саркастичную ухмылку: сверстники, ага! Этой милой щебечущей «девушке» недавно стукнуло семьдесят: ходячая реклама «генного отматывания» и омолаживающих реаниматоров.

– Так вот, Катя. Бритва Оккама. Отличный принцип. Зачем плодить сущности? Я богатый человек и люблю свою страну, зачем искать в моих действиях тайный, к тому же негативный, в сущности, смысл? Я выделяю часть своих активов в отдельный фонд, предназначенный для разного рода благотворительности.

– Но всё-таки с чем же связана такая щедрость? Неужели нет причины?

«Журналистам без настырности никуда!»

Но меня она бесит!

«Улыбайся и радуйся! Эта встреча – финальный штрих!»

– Как я и говорил, я чувствую вину.

– За клан Коба? – быстро вставила журналистка.

– За то, что не обеспечил надлежащий уровень безопасности. А клан Коба… Сорок дней же еще не прошло? Тогда мы о них будем говорить никак.

– Никак?

– О мёртвых либо хорошо, либо никак.

– Вы довольны произошедшими событиями?

– Естественно, я рад, что заказчики Омского теракта получили по заслугам.

– То есть вы признаёте факт атаки великого клана …

– Я такого не говорил. Но, как я люблю говорить, мир не без добрых людей, – я отпил сока и продолжил с мудрой улыбкой смотреть на Екатерину.

– Но ведь погибло множество невиновных рядовых членов клана.

– Нет.

– Что нет?

– Они не невиновны. Само понятие клана подразумевает, что один за всех и все за одного. Проступок одного – проступок клана, проступок клана – проступок каждого.

– Но доказательств вины клана Коба до сих пор не предоставлено.

Я промолчал, выжидающе смотря на журналистку.

– Вы не прокомментируете?

– С этими вопросами, пожалуйста, не ко мне. Я не веду следствие и не знаю в каком состоянии находится процесс расследования. Поэтому без комментариев. Оставим такие сложные вопросы имперской службе безопасности. Кстати, граф Андреев, глава службы императорской безопасности – мужчина до сих пор холостой.

– Некоторые СМИ уже называют вас Давидом.

– Давидом? – удивленно спросил я. Конечно, я знал ответ, а журналистка знала, что я знаю. В общем, соблюсти приличия, сделать удивленный вид.

– Вы уничтожили четыре великих клана! – уверено произнесла Катерина и добавила. – По слухам.

– Не надо мне приписывать чужих заслуг, – я усмехнулся, – я, в сущности, простой парень, практически рядовой дворянин, а на меня вешают всех слонов Империи. В последнее время это предвзятое внимание стало чересчур утомительным. Поэтому я решил уединиться и не выходить, так сказать, в свет.

– Собираетесь уединиться? – удивилась Екатерина.

– Собираюсь уединиться, – именно так.

– Надолго?

– Думаю да.

– И когда?

– Как только провожу вас на экранолёт, – я улыбнулся, – то есть, совсем скоро.

{Российская Империя, Святоград, Императорский дворец, один из личных кабинетов Императора, 1 марта 2533 года}

– Ваше Императорское Величество, вы приняли правильное решение, – произнёс герцог.

– Уральский фактически откупился и ушёл от наказания.

– Если подходить с формальной точки зрения, – проговорил Андреев.

– Граф! Не начинайте! Решение принято, сделка заключена!

– Да, Ваше Императорское Величество, – подтвердил Андреев, – сделка действительно хорошая. За счёт активов Уральского теперь будет финансироваться пять крупнейших университетов, освобождается приличный кусок бюджета. Слухи о том, что произошедшее изначально санкционировано короной, хоть и усилили нервозность дворян, но в целом они стали куда лояльней. Все потенциальные центры смуты просто ликвидированы. Общественное мнение тоже на нашей стороне…

– На нашей или на стороне Уральского? – усмехнулся Император. – Он частные инфоканалы оптом скупал.

– Согласно слухам, Уральский представляет сторону Императора, – добавил герцог, – лично у меня сложилось впечатление, что все последние действия моего сына были направлены на то, чтобы действительно уединиться.

– И что он собирается делать?

– Он сказал, что собирается хорошенько поиграть в Кахор?

– Кахор? Это его виртуальная игра?

– Да.

– Всё-таки, он действительно сошёл с ума. И мы не раз вели с ним дела!

– Сошёл с ума он или нет, но сделки он всегда соблюдает, – разумно вставил Андреев, – Ваше Императорское Величество, предлагаю завершить с Уральским и обсудить предстоящие чистки элиты.

{Российская Империя, северный Урал, родовые территории клана Уральских, где-то глубоко в горах, 1 марта 2533 года}

– Волнуетесь? – я оглядел команду.

– Да, – ответил Сергей на кахорском.

– Правильно. Волноваться стоит, – я перевёл взгляд на демоницу, – ну что, тварь? У тебя всё готово?

Она слегка заторможено кивнула, в глазах промелькнул страх, но где-то в глубине затаилась ненависть.

«Не взбрыкнула бы!»

Куда она теперь денется? Уздечка воли крепко держит её разум, к тому же цепь ненависти её всю оплела. Сожрёт душу мгновенно!

«Один раз она уже нас кинула!»

Сейчас она под такими мощными пентаграммами, что вряд ли способна на что-то плохое.

«Смотри сам!»

– Открывай!

Когда всё подготовлено заранее и перепроверено раз десять, тогда всё идёт по плану, то есть скучно и буднично. В нашем случае открылось кроваво-красное зеркало межмирового демонического портала.

Я пустил вперёд демона-разведчика, тот обернулся за десять секунд и подтвердил, что на той стороне безопасно.

– Здравствуй, старый новый мир! – произнёс я и сделал шаг в кровавое зарево.

{Российская Империя, Крым, Черноморский Дворец Императора, четвёртый день празднеств по поводу бракосочетания Императора, 17 июля 2534 года}

Империя гуляла. Целая неделя праздничных выходных, посвящённых бракосочетанию Императора только-только преодолела «экватор». И жители Империи искренне радовались браку Императора, и, конечно, не менее искренне они радовались оставшимся выходным. Сами же виновники торжества завтракали на верхней террасе, откуда открывался потрясающий вид на Чёрное море и не особо думали о мыслях простых людей. Дмитрий наслаждался минутами покоя в кругу своей, уже законной супруги и любовался тем, как ветер играется с её светло-русыми локонами волос. А Ольга неожиданно произнесла:

– Я забыла!

– Что ты забыла, любовь моя? – удивился Император.

– Я же должна отдать тебе письмо!

– Письмо? – Дмитрий не очень понимал, о чём говорит его любимая.

– Сейчас! – Ольга совершенно не по-императорски вспорхнула и исчезла внутри дворцовых покоев. Надо отдать должное тому, что отсутствовала она не долго, так что Император даже не успел толком заскучать, но для его любопытства этого времени хватило чтобы разгореться в полную силу.

– Вот, – Ольга протянула ему белое, на котором просто и незатейливо было написано: «Супругу Ольги Андреевны Шуваловой». Конверт оказался плотно запечатан, но Император не стал звать слуг, чтобы ему подали специальный нож для письма, а наплевав на правила приличия разрезал бумагу обычным столовым ножом, – оно лежало внутри приглашения на бал.

– На тот самый Большой Весенний Императорский бал, на котором мы с тобой познакомились? – у Дмитрия засосало под ложечкой.

– Да. Там ещё прикладывалось объяснение, что это письмо, не открывая, надо отдать моему супругу после свадьбы. Мы с мамой помню, удивились, но решили, что Императорский Этикет – штука сложная… и церемониймейстеру виднее, что надо делать. Кстати, а зачем твоя праздничная канцелярия рассылает такие письма?

– В том то и дело, что они не рассылают такие письма. У моих канцелярий нет привычки слать неизвестные письма неизвестно кому, – рассеяно проронил Дмитрий, вскрывая письмо.

«Здравствуй, Дмитрий.

Я не стану подписывать это письмо, уверен, что ты сам прекрасно понимаешь, от кого оно.

Несмотря на все те неприятные и, не побоюсь этого слова, суровые события, что произошли когда-то, я всё равно считаю тебя хорошим Императором и, что немаловажно, своим другом. Поэтому счастья тебя в личной жизни с очень достойной и умной женщиной.

Считай это чем-то вроде моих извинений за февраль тридцать второго.

Замечание: не смотри на Ольгу волком. Она не знакома со мной и тоже не в курсе целой плеяды случайностей, приведшей к вашей встрече!»

– Дима, что произошло? – свежеиспечённая императрица увидела, как у любимого изменилось лицо, поэтому пересела к нему, прижалась и с неподдельной тревогой всмотрелась в его покрасневшее лицо. – Я сделала что-то не так?

– Нет, – Дмитрий усилием воли заставил себя оторваться от повторного чтения письма, – любимая, ты всё сделала так, – он отшвырнул письмо на стол и нежно поцеловал жену, – просто неожиданный привет из прошлого.

– Нет, – Ольга оторвалась от любимого, – так дело не пойдёт! – она взяла письмо и бегло пробежалась по письму. – Какое странное письмо. Что оно значит? Какие-то туманные намёки. От кого оно?

– От Алексея. Алексея Уральского.

– Подожди. От Уральского, который граф Уральский? Северного затворника?

– От него, именно от него, – от волнения Дмитрий стал повторяться.

– Но почему он пишет тебе такие письма? Он настолько влиятельная фигура, чтобы обращаться к тебе настолько фамильярно?

– Он очень влиятельный человек. Хитрый, умный, богатый и очень, очень опасный аристократ. Интриган. Уничтожил три великих клана.

– Что? – удивилась Ольга.

– Не своими руками, конечно, – кивнул словно своим мыслям Дмитрий, – но факт в том, что тех кланов теперь нет. Но его обращение на ты связано не с этим: мы с ним долгое время были весьма дружны. Он входил в мою ближнюю свиту.

– Никогда не слышала об этом.

– Тайно. Он вообще не любит, чтобы его имя склоняли обыватели. А вот те, кому надо, догадываются о масштабе фигуры Уральского.

– Если я правильно поняла намёки из письма, то он утверждает, что устроил нашу свадьбу?

– Да.

– Но ведь я получила своё приглашение случайно. Выиграла в ежегодной дворянской лотерее. Её же нельзя подтасовать?!

– Видимо всё-таки можно. Хотя те результаты прошли пристальный аудит служб безопасности.

– После того, как стал ясен твой интерес ко мне?

– Да.

– А что значит извинения за февраль тридцать второго? – Ольга взяла письмо и пристально вчиталась в предпоследнее предложение.

Император неопределенно покачал головой.

– Подожди, – Ольга задумалась и после паузы произнесла. Тогда же убили Анну? А причём тут этот граф?

– Он знал о мятеже и не вмешался. Точнее вмешался, так как он посчитал верным для Империи.

– То есть он стоял в стороне и ждал пока убьют твою невесту? Потому что так было бы лучше для Империи?

– Да.

– И я – это своего рода извинения перед тобой за смерть твоей невесты?

– Вероятно да, – Дмитрий не был искушён в общении с женщинами, большую часть его жизни съедала Империя, но даже он догадался, что сейчас может начаться скандал. В очередной раз прокляв Уральского, он мысленно вздохнул и приготовился.

– Получается, что нашу встречу тоже устроил он? Наша встреча и наша свадьба – не романтическая случайность, не любовные выверты судьбы, а многоходовые интриги и манипуляции одного графа?

– Я думаю, что да, – Дмитрий ожидал ураган, возможно, даже с некоторым предвкушением, так как разъярённой свою женщину он за полтора года ни разу не видел. Но здесь она его разочаровала.

– Что ж. Пусть так и будет, – Ольга потёрлась щекой о плечо Императора, – я счастлива. А судьба там, богиня любви или какой-то граф свели нас… Это не важно. Я даже ему благодарна. Но ты мне расскажешь всё. И о участии Уральского в жизни Империи и о прочих подобных серых кардиналах! Теперь я Императрица и обязана помогать тебе по мере сил.

– Это долгая история.

– Это ничего, мой любимый, – улыбнулась Ольга, – я умею слушать.

– Хорошо, – Дмитрий поцеловал жену, – только сообщу службе безопасности, что они очень плохо работают, и я недоволен!

Глава 8. По ту сторону

{Сен}

– Дом, милый дом! – довольно произнёс, глядя на звёздное небо.

– Мы попали куда надо? – спросил барон, пройдя через портал.

– Если верить звёздам, то да! – радостно ответил я. – И мы определённо неподалёку от моего поместья.

– Граф, это вы тоже по звёздам определили?

– Здесь я известен под титулом барон де Мориан, и здесь ко мне лучше обращаться по имени Сен. Это вполне допустимо в этой части Кахора, так как я в первую очередь маг, а к молодым магам вроде меня принято обращаться по имени. На вопрос ответ – да. Биоимпланты во мне и не на такое способны, – я оглянулся, пересчитал спутников и задал вопрос тихо галдящей толпе, – все на месте?

– Да, – ответил Сергей.

– Это хорошо, – я махнул рукой демонице и та закрыла портал, – межмировые порталы – крайне дорогое удовольствие. Осталось определить, где мы точно находимся.

«В лесу!»

Спасибо. Ещё какие-нибудь очевидные идеи?

«В королевстве Эльран!»

Это был риторический вопрос! Любой идиот понимает, что мы в Эльране, раз рядом с поместьем.

– Сен, – задал вопрос старый барон, – демоница не поможет?

– Нет, – я мотнул головой, – архитектор путей по-другому видит мир, к тому же после межмирового перехода у неё сейчас в голове откровенная каша, хотя… – я с сомнением посмотрел на порождение Бездны, в этот раз принявшее образ маленькой девочки, выдохнул облако пара, и всё-таки отказался от идеи задействовать демоницу. Межмировой пробой и так вызвал сильные возмущения, чтобы лишний раз рисковать и…

Стоп. Облако пара.

– Тварь! Ко мне!

– Да, господин! – демоница буквально подлетела ко мне.

– Почему тут так холодно? Когда я покидал этот мир, то здесь ещё только осень началась. Я же тебе ясно сказал, чтобы ты построила вектор максимально близко к этому событию.

– Господин, – тварь упала на колени и приняла смиренный вид, вот только я этим образом не обманывался, – я немного задержалась в этом мире.

– Насколько? – я внутренне похолодел, серый демон мог застрять в мире на десятилетия.

– Господин, если говорить человеческими терминами, то на четыре месяца.

Внутри словно распрямилась пружина: всё не так страшно.

– Будешь наказана. Потом. Не до тебя сейчас, – я схватил её конструктом и упаковал в накопитель душ.

– Проблемы? – поинтересовался безопасник.

– Пока нет, но за четыре месяца много, что могло поменяться. Ладно, воспользуемся помощью местного лешего.

– Лешего?

– Да, барон, привыкайте к лешим, ведьмам и эльфам.

Велев старому барону и Сергею расположить людей, я отправился вглубь леса в поисках местного «смотрящего». Как обычно, пришлось поплутать пару часов, а затем ещё час прошёл в торгах, но дело выгорело: мы действительно оказались неподалёку от моего поместья, примерно в шестидесяти километрах западнее.

Пешком шестьдесят километров по лесу – сомнительное удовольствие, к тому же долгое, поэтому леший оказался настолько добр, что согласился открыть зелёную тропу до границы «моих» гоблинов. После щедрого вознаграждения, конечно.

Даже зелёной тропой путь занял целый день, но, наконец, мы добрались до «моих» земель: Чичалок с гоблинами был настолько рад видеть меня живым, что я почувствовал себя как-то неловко: я о них вспомнил только на Кахоре. Расспросив про жизнь-быт, я удостоверился, что поместье стоит, и всё вроде как по-старому, только лишних в округе поубавилось. Но дать мне какую-нибудь более серьёзную пищу для размышлений это дети леса мне не могли, поэтому я отправил их позаботиться о моих людях и вызвать мою семью на встречу в лесу.

Подобные действия могут показаться странными, вот только наёмники во внешнем периметре мне клятву верности не давали и стукачей там хватало. Я не хотел, чтобы на Кахоре преждевременно узнали о моём чудесном воскрешении, именно поэтому я до сих пор не связался со своей любимой Раберой.

«Когда она узнает о том, что ты скрывался от неё, она взбесится!»

Вот уж не сомневаюсь. Но пока я официально исчез и, вероятно, погиб, ей не грозит опасность. Напомню, что в последнее своё посещение Кахора, я успешно прикончил светлоэльфийскую мегашишку. Почему-то мне кажется, что эти остроухие твари не успели об этом забыть за четыре месяца.

«Я просто предупредил!»

Я просто ответил.

Ожидание выматывало: терпение никогда не являлось моей добродетелью, а уж после моего близкого знакомства с Елизароли и подавно. Поэтому я весь извёлся в ожидании, пока наконец не почувствовал приближение людей к поляне, где расположился.

Первыми вышли братья, я одновременно обнял Фериша и Родигеса:

– Как я рад вас видеть!

– Сен! Мы думали, что ты погиб… – вразнобой заговорили братья.

За ними стоял мой холодный, аки айсберг, помощник – Первый.

– Господин, я рад вас видеть живым и здоровым, – ни тени эмоции в его речах не чувствовалось, но я был уверен в его искренности. Затем случилось странное – юноша встал на колени и произнёс, – господин, прошу совершить правосудие и избавить меня от позора и тяжести жизни.

– Первый, ты чего несёшь? – удивился я, быстро перебежав взглядом по присутствующим братьям, я почувствовал что-то неладное. – Стоп! Где Джула?

{Дом Бератрона, Сен}

Мы с учителем сидели на веранде его дома и пили сок, точнее пил сок только я, Бератрону, в силу его немертвой природы, такие продукты были нежелательны. Наша встреча с личем прошла на редкость тепло, вот только произошедшее с Джулой всё перечеркнуло. Месяц назад остроухие твари ухитрились выкрасть её, когда братья с Джулой посетили Рекер с хозяйственным визитом. Прямо из-под надзора Первого! Хотя, судя по всему, он умудрился влюбиться в Джулу, что явно не лучшим образом сказалось на его мозговой деятельности! «Мне показалось, что эльфы перестали следить за нами…» Идиот! У этих тварей тысячи лет впереди, они так быстро бы не успокоились. Наоборот, им теперь нужно как можно больше источников информации.

«Не будь к нему слишком строг. В остальном, Первый отличается крайним благоразумием и сообразительностью. А любовь штука вредная и часто опасная»!

Это не меняет ситуации. Моя сестра похищена остроухими ублюдками. И теперь…

– И что ты собираешься делать? – весьма в тон моих мыслей, задал вопрос лич.

– Вариантов у меня немного, учитель, – я вытащил сигариллу, закурил, собираясь с мыслями, – возможно, это покажется безумием, но мне придётся посетить Светлый Лес. С откровенно недружественным визитом.

Старый архимаг задумчиво перевёл взгляд на ходящего по двору Малыша и взял длинную паузу.

– Ты мой первый ученик, страдающий от столь острых приступов безумия.

– Учитель…

– Не перебивай! – лич поднял ладонь и продолжил. – Но, учитывая тот факт, что ты смог выбраться из объятий Елизароли, то задуманное тобой мероприятие, возможно, вполне может окончиться успехом. У меня один вопрос: зачем?

– Причин слишком много. Во-первых, я никогда не даю своих людей в обиду. Это принцип. Во-вторых, она моя сестра и мои эмоциональные желания вполне однозначны. В-третьих, такие вещи нельзя спускать.

– Говорить о том, что ты начнёшь войну со всеми Светлыми эльфами, не стану. У вас и так далеко не мир, – я согласно кивнул, – но ты осознаешь, что Джула может быть мертва?

– Если моя сестра, не дай боги, мертва, то я залью всё кровью. Светлый Лес переименуют в Кровавый.

– Как?

– Светлые сильны только в своём лесу. Вне своего леса они далеко не бессмертные, а демонология предоставляет множество средств для так называемых подлых и грязных ударов, – я затянулся и жёстко произнёс, – в моем родном мире бывали времена, когда институт терроризма достиг невиданных высот. Это будет полезно.

– Вижу, ты уже даже план придумал. И не сомневаюсь, что ты сможешь осуществить задуманное, – лич прислушался и громко произнёс. – Жозефина, не смей подслушивать!

– Женщины как кошки, слишком любопытны, – тихо произнёс я.

– Сен, – бывшая гадалка вышла на террасу из дома, – ты обязан спасти Джулу.

– Обязан, – согласно кивнул я, – и спасу.

– Жозефина, – строго произнёс лич, – оставь нас с моим учеником! Наедине!

– Как скажешь, милый, – брюнетка повернулась к личу спиной, подмигнула мне, показывая, что совсем не обманулась тоном Бератрона, и ушла в дом.

– Женщины, – буркнул архимаг, – аномальная головная боль. О чём мы говорили?

– О геноциде и терроре.

– Да, точно. О том, что ты собираешься устроить кровопускание всем светлым эльфам.

– При условии негативного сценария.

– При условии вероятного сценария, – жёстко произнёс лич, – не надо себя обманывать надеждами лишний раз. Ты собираешься устроить геноцид светлым эльфам, ты готов разрушить свою личную жизнь ради этого?

– Личную жизнь? – я непонимающе переспросил.

– Твоя возлюбленная Рабера тоже эльфа.

– Из северных.

– Вряд ли она одобрит бесконтрольный отстрел своих светлых собратьев.

«А старик-то прав!»

– Буду надеяться, что Рабера меня поймёт, – упрямо произнёс я после паузы.

– Сомневаюсь. Ты собираешься заняться геноцидом.

– Я такой, какой я есть и уже слишком стар, чтобы менять свои принципы. К тому же не я начал эту войну.

Лич лишь снисходительно усмехнулся и пожал плечами, мол, дело твоё.

– Как ты собираешься попасть к эльфам?

– Я пройду через Мёртвые Болота.

– Если они ещё остались, – Бератрон усмехнулся, – навёл ты шороха. Даже тут воздух гудел от поисковых заклинаний. Как бы маги-ищейки не зарыли все эти проклятые болота под основание.

– Учитель, вы сами прекрасно понимаете, что это чудовищно сложно сделать. Подобные проклятые места практически не уничтожаемы… Вот такая вот насмешка Творца. Уверен, что проплешина от моего прощального подарка уже затянулась.

– Конечно, – лич рассеяно улыбнулся и посмотрел в сторону, – вот ты вошёл в Мёртвые Болота. Допустим, ты вновь сможешь взломать защиту этого места и тебя не сожрут местные твари. Как ты собираешься пройти насквозь? Там до сих пор крутятся маги и их ищейки. Прошло всего четыре месяца.

– Придётся хорошенько подготовиться.

– Допустим, ты прошёл сквозь болота целым и незамеченным. Как ты собираешься преодолеть реку?

– Пинилу Церум?

– Конечно. Это единственная река, которая отделяет Мёртвые Болота от Светлого Леса.

– Остроухим в своё время повезло, что она разделяла их земли, иначе вирус накрыл бы всё, и они бы передохли ещё в древности.

– Это не так. Великая Ойра Церум, разделяющая Империи на Северную и Южную, также делит Светлый Лес на две части. Но не стоит отклоняться от основного вопроса: тебе предстоит преодолеть полноводную реку, а со стороны эльфов наверняка усилены секреты и патрули. С учётом избытка гостей в Мёртвых Землях.

– Учитель, у вас есть другая идея, как проникнуть внутрь Светлого Леса?

– В Империи…

– В какой?

– В Северной, конечно. Так вот, в Империи есть такой город Алчер, фактически в этом городе, несмотря на его имперскую принадлежность, вовсю орудуют светлые эльфы. Практически вся контрабанда из и в Светлый Лес идёт через этот город. Можно попробовать выйти на местных контрабандистов.

– Простите, учитель, но это маловероятно. Не знаю, как у эльфов, но в моём мире, такие каналы тщательно холились, лелеялись и находились под полным контролем структур госбезопасности.

– Что ж… – лич развёл руками, – в государственном устройстве ты разбираешься лучше, но чем-то старый учитель тебе может помочь?

– Я надеялся, что вы предложите свою помощь, учитель, – я благодарно склонил голову, – в предстоящей операции слишком много пропусков и неясностей.

{Сен, окрестности поместья Сена, неделю спустя}

– Первый, ты всё запомнил?

– Да, господин. Благодарю, господин, за вновь оказанное доверие. Но вы уверены, что мне не стоит отправиться вместе с вами?

– Первый? – я раздражено повысил голос. – Ты никак хочешь подвергнуть сомнению мои решения?

– Никак нет, господин, – по лицу юноши проскользнула тень смятения, – только забота о вашем здоровье…

– Первый, ты никак во мне сомневаешься? – я обернулся к своему помощнику и пристально посмотрел своим коронным взглядом. Он выдержал почти минуту, перед тем, как отвёл взгляд. Отличный результат, мало кто способен смотреть в Бездну дольше пяти секунд. – Слушай меня внимательно, повторять не буду. Разберись со своими чувствами! Я понимаю, что в твоей голове хаос из-за влюблённости, переживаний за Джулу, стыда, вины и прочего бреда, который ты умудрился придумать. Но меня это не волнует! И я, как твой господин, приказываю тебе привести свои мозги в порядок! У тебя есть приказ: отправляешься в герцогство Арис и делаешь, что хочешь, но берешь его под свой контроль. Это вольная территория, к тому же находящаяся в самой заднице этого мира, так что проблем с крупными игроками быть не должно. Там вряд ли кто-то ещё знает о том, что законный герцог Арис немножечко скончался. Братьев, кстати, с собой захвати, нечего им тут прохлаждаться. Бератрон окажет вам поддержку: амулеты, артефакты, портал перехода и прочее. Люди, которые пришли со мной, теперь тоже в нашей команде. Их тоже запряги. Что-то я уже повторяюсь. Приказ: захвати герцогство, используй любые доступные ресурсы, но захвати. Нам нужен этот плацдарм! Из королевства Эльран нас скоро выгонят, к этому моменту мы должны иметь путь отхода. И напоследок важное замечание: собирай все доказательства того, что герцог Арис являлся демонопоклонником – поддержка церкви Триединого нам не помешает.

– Всё будет исполнено, господин, – я с сомнением посмотрел на Первого, но на его лицо уже вернулась привычная холодная отрешённость.

– Сделай, – я сжал плечо Первого, – если она жива, то я верну её назад. Ты мне веришь?

– Да, господин. Вы можете сотворить невозможное, господин.

«Мне бы его веру!»

Я не бог, мне чужая вера не поможет.

«Не скажи! Чудо можно сотворить только верой! Это же азы мироустройства!»

Нам не нужно чудо: надо пройти проклятые Мёртвые Болота, пройти опаснейшие кордоны светлых эльфов, проникнуть вглубь Светлого Леса, найти похищенную девушку, спрятанную неизвестно где, и вернуться домой. И совершить это всё надо незаметно.

«Последнее особенно важно!»

Да. Если меня обнаружат в Светлом Лесу, то уничтожат в течение двух часов. И хорошо, если никто не сможет поймать мою душу.

«Не стоит думать о плохом! Пора идти!»

{Сен, Светлый Лес}

Я сидел, прислонившись к мощному стволу дерева, отдалённо напоминавшего сосну, и медленно жевал сухпай. Оказалось, что в мире Кахор они тоже есть, что в принципе не удивительно… Предупреждал своих новых вассалов о развитости мира, а сам постоянно об этом забываю. В общем, на Кахоре есть сухие пайки, в основном ими питаются моряки Северной и Южной Империй, а также глубинные разведчики, вроде меня.

«Из тебя разведчик…»

Пока меня никто не обнаружил.

«Сплюнь и по дереву постучи! Не гневи удачу и её богинь!»

Мастерски ты смешал суеверия и веру в одной фразе!

Я устало прикрыл глаза: чудовищно хотелось спать. Конечно, наноботы, имплантаты, магия, наконец, всё это давало огромный запас прочности, но я ни разу не спал за последние пятнадцать дней! Пять дней я шёл пешком сквозь Мёртвые Болота, используя лишь «тонкую» магию для контроля тварей вокруг себя, пять ужасно напряжённых дней, сводящих с ума постоянным виртуальным ускорением разума. Чем дольше я находился внутри болот, тем чаще менялись «ключи» защиты: каждая такая смена как игра с Елизароли – неверное движение и здравствуй, Бездна.

Затем на три дня обосновался возле брода, почти на самом берегу, на стороне Мёртвых Болот: учитель оказался прав – эльфы так и кишели на своей стороне. Правда, я их не видел. Для того, чтобы заметить светлого в его родной стихии, надо быть как минимум магом-друидом или рейнджером-разведчиком, но мы, демонологи, тоже парни не промах: в этот путь я отправился с огромнейшим запасом серых демонов на все случаи жизни. Нет, конечно, я не таскал их за собой, но ключи-привязки находились в оперативном доступе. Самым сложным оказалось придумать такой способ вызова, чтобы чуткая система охраны Светлого Леса его не замечала: в этом случае помощь лича оказалась неоценимой. Никакие краденные знания не смогут заменить многовековой опыт, к тому же учитель несколько раз посещал Светлый Лес во времена своей «молодости».

За время вынужденной остановки я смог перехватить контроль над ближайшими порождениями проклятого леса, после чего отправил их «прогуляться» по эльфийским землям. Остроухие оказались страшно рады такому сюрпризу – крупнейший прорыв тварей за последние пару веков, как-никак. Ну и я, под шумок, смог просочиться сквозь кордон, и вот уже неделю брожу по эльфийским землям.

Ненавижу импровизацию!

«А кто же её любит?»

Целую неделю здесь провёл и всё зря!

«Не зря. „Закладочки“ поставили! Если что, уйдём красиво!»

Если бы я хотел красиво, художника бы нанял, чтобы картину мне красивую нарисовал. Мне нужно найти сестру!

«Языка надо было брать!»

Кого? Садовников у меллирона? Толку с них…

«Попытка не пытка!»

Вот именно, что пытка! Остроухого пришлось бы хорошенечко попытать, а это риск. Серьёзный. Я и так уже израсходовал все лимиты удачи! «Покров Азраола» держится на честном слове!

«Мне сразу не понравилось, что ты при планировании так много поставил на импровизацию и демонические, даже не демонологические, заклинания!»

Идей лучше ни у кого не оказалось. Надо найти место, где держат Джулу!

«Если она ещё жива!»

Даже не рассматриваем эту ситуацию! Где же тебя держат, сестрёнка?

«Сидя на месте, мы вряд ли её найдём! Хватит рефлексировать, пора идти!»

Я вынужденно согласился с Шизой и открыл глаза, чтобы осмотреться.

– Хороший день для прогулок, не так ли? – спросил меня незнакомый светловолосый эльф.

«Мне показалось, или удача как бы кончилась!»

Тебе не показалось. Спасательная операция провалилась.

Вокруг меня заструились тончайшие нити призыва.

«Уверен, что стоит так резко начинать? Эльф ещё не нападает, вдруг что интересное ляпнет?»

Ты прав, что-то я от усталости поглупел!

«Скорее отупел!»

– Я присоединюсь? – остроухий присел напротив, практически скопировав мою позу. – Насколько я могу судить, вы немного устали?

– Умный паренёк, – одобрительно похвалил я эльфа, вновь прикрыв глаза.

– Уважаемый, – возмутился эльф, – это по меньшей мере не вежливо.

– Не вежливо – будить усталых людей. Это раз. Два, это не имеет значения. В ближайшие минуты сюда откроются порталы ваших групп быстрого реагирования и начнётся потеха.

– Группы быстрого реагирования? Позвольте, но зачем?

– Покарать нарушителя священных пределов?

– Прошу вас! Я не вызывал никакой подмоги!

– Вот оно как? – я заинтересованно открыл глаза. – Чем вызваны столь нетипичные действия?

– Никогда не злоупотреблял необдуманным формализмом.

– Зря, иногда инструкции спасают чью-то жизнь.

– Простите? Вы мне угрожаете?

– Нет, – внешне, я равнодушно пожал плечами, но внутри усталость уже как рукой сняло: виртуальность запустилась на всю катушку, вторичные сознания тщательно отслеживали малейшие реакции эльфа, дополнительные алгоритмы скрупулёзно искали соответствия и паттерны в его поведении. Если остроухий не врёт насчёт группы быстрого реагирования, то удача вновь повернулась ко мне лицом! Любопытный, к тому же достаточно высокопоставленный эльф, сам пришедший в мои, когда-то когтистые лапы.

– Это не может не радовать! – искренне улыбнулся эльф. – Не люблю насилие. И угрозы не люблю! – я с удовольствием смотрел на великолепную игру незнакомца, возможно, я бы даже купился, если бы не парочка но: на меня не действует эмпатия и каждую секунду мой кипящий от вычислительной мощи кластер выдаёт сотни косвенных указаний на то, что эльф «играет».

«Триединый помилуй, но какие эти светлые эльфы всё-таки слащавые! И ведь разумом понимаешь, что он, вероятно, гетеросексуален, но как он похож на любителя мальчиков!»

Не факт, что он гетеро, эльфы довольно долго живут, поэтому у них с возрастом проявляются склонности ко всяким извращениям.

«Долго живут? То есть, стоит ожидать, что лет через сто ты сам…»

Твою мать! Ты что такое бормочешь? Совсем рехнулся? К тому же я человек, а нас творец создал иными: люди после первой сотни лет сексом вообще слабо интересуются.

«Ага, конечно. На Бератрона посмотри! Ему уже давно за сотню, вот только Жозефина его явно интересует далеко не платонически! К тому же мы же были в гостях у Раберы, там они вроде бы все нормальные!»

Ага. Особенно Рабера с сестрой.

«То есть?»

Да они практически зоофилки с точки зрения местного высшего света. Одна с вампиром, а другая с человеком…

«Хм… если взглянуть с этой стороны, то получается, что ты сам тот ещё извращенец! Кто там из последних? Фея, демоница, орчанка, эльфа… Эх… надо было ещё и богиню пару разиков…»

Стоп! Я, конечно, рад поболтать о том о сём, но отложим наш спор о сексуальных предпочтениях разных рас на потом. Мы тут серьёзным делом заняты!

– Меня зовут Сен де Мориан, для друзей просто Сен, – я представился своим настоящим именем, тщательно анализируя реакцию эльфа: слышал-не слышал, знает-не знает?

– Очень интересно! де Мориан? Это где-то на востоке? – либо остроухий запредельно гениально играет, либо он действительно не слышал.

– Да. Вольные Баронства.

– Вольные Баронства? Там же как раз сезон укушек, – я в очередной раз равнодушно пожал плечами, – укушка? Такая маленькая речная рыбка, почти без костей, удивительно нежное мясо. Жареные укушки, – эльф немного жеманно закатил глаза.

– Не очень люблю рыбу, уважаемый…

– Ох, прошу простить мою вопиющую невежливость, меня зовут… хм… Лерар. Для друзей можно просто Лерар.

– Я бы не отказался услышать ваше полное имя, уважаемый Лерар, – тонкие серебристые татуировки вокруг левого глаза эльфа говорили о его принадлежности к правящему классу, – я не очень силен в вашей геральдике, но основы всё-таки знаю.

– Такое же фиктивное, как и ваше баронство? – усмехнулся эльф.

– Фиктивное?

– Сезон укушек проходит в середине лета.

Мне вновь пришлось равнодушно пожать плечами: любому разумному, хоть немного разбирающемуся в геополитике, было известно, что в Вольных баронствах процветает торговля титулами.

– Сейчас я простой эльф, обнаруживший неожиданного гостя в Светлом Лесу.

– Простой эльф Лерар? – раздалось немного сарказма в моем голосе. Имплант управления мимикой и движениями работал на максимум, не хватало только подарить этому даже лишнюю каплю ценной информации.

– Виновен! – светловолосый развёл руками.

«Не понимаю, почему эта блондиночка такая весёлая?»

Не стоит его оскорблять. Он нам пока ничего плохого не сделал.

«Без разницы! Это не отменяет вопроса!»

Демоны-разведчики ничего не обнаружили.

«В таком режиме маскировки они даже гнома не обнаружат!»

Предлагаешь развернуть разведывательную сеть во всю ширь?

«С тем же успехом можешь просто призвать парочку высших и зафиксировать пробой в Бездну!»

Вот и я о том же! Предлагаю оставить подобные действия на крайний случай… Если вдруг придётся уходить…

– Хорошо, уважаемый Лерар, я умею считаться с чужими принципами. Но незнание истинной причины того, что вы не сообщили о нарушителе, вызывает беспокойство.

– Сен, – эльф доверительно наклонился вперёд, – можно я буду называть вас просто Сен?

– Конечно, уважаемый Лерар.

– Можно просто Лерар.

– Конечно, Лерар, ведь пока все ваши действия говорят о вашем дружеском отношении.

– Спасибо, Сен, – эльф откинулся обратно, – отрадно слышать, что ещё остались люди, способные на простые дружеские отношения.

«Это сарказм?»

Системы показывают, что это тонкая игра и немного издёвки. Совсем чуть-чуть.

– И я с удовольствием расскажу истинную причину, – эльф взял паузу, – банальное любопытство.

– Странно, вы уже не юнец, Лерар, чтобы страдать столь опасными формами любопытства.

– Опасными?

– Не сомневайтесь, опасными.

– Мне больно от мысли, что приходится повторяться: не люблю угрозы, – возникло ощущение, что блондин сейчас расплачется.

– Лерар, никто вам и не думал угрожать, – я поднял руки в примиряющем жесте.

– Это хорошо. Но согласитесь, Сен, что человек, скрытно продвигающийся в глубине Светлого Леса, вызывает здоровое любопытство. Особенно, с учётом того, деревья-стражи его не видят. Кстати, как вам это удалось?

– Деревья-стражи? – честно говоря, я знал о их существовании и даже представлял принцип их действия: в мире Дшехеронж эльфийский лес хорошо расписан, как никак демонологи того мира успешно вскрыли эльфийскую защиту, вот только никто из этих долбанных идиотов не додумался нарисовать дерево-стража.

– На одно из них вы сейчас опираетесь, – эльф вежливо посмеялся, вот только глубинный анализ его мимики говорил об обратном: остроухому это не казалось смешным.

– Удобное, – я одобрительно похлопал дерево по коре.

– Но всё-таки?

– Всё-таки что?

– Как вам это удалось?

– Во многих знаниях – многие печали. А в незнании сокрыто счастье.

– Я не стремлюсь к праздному счастью, – задумчиво произнёс Лерар, – праздность развращает.

– Это хорошо. Нерешённые загадки тоже ведут к печали и мешают праздности.

– Что ж, Сен, я тоже умею уважать чужие тайны! – эта циничная тварь искренне улыбалась. Если бы не мой двойной иммунитет, то он вполне мог бы очаровать меня. – Но позвольте, на правах хозяина, спросить, что вас привело в наш прекрасный дом?

«Скажешь правду?»

Почему бы и нет? Мне нужно найти сестру, а всё остальное пока вторично.

– Это не секрет. Ваши… эм… коллеги? Соплеменники?

– Соотечественники.

– Именно. В общем, они похитили мою сестру, – системы зафиксировали аномальный всплеск. Неужели есть контакт? – И этот факт вверг меня в пучину… эм…

– Отчаяния?

– О, нет! Скорее ненависти и ярости. Наверное, по мне этого не видно, но я нахожусь в состоянии крайнего бешенства.

– Вы потрясающий актёр, – Лерар сделал какое-то странное изысканное движение рукой.

– Тем и живём.

– А почему вы так уверены, что именно светлые эльфы похитили вашу сестру?

– Лерар, информация проверенная.

– Но в любом случае, даже если это так, каким образом вы планируете найти свою сестру? Светлый лес огромен!

– Я надеялся найти достойного эльфа и пообщаться с ним.

«Преимущественно с использованием пыток! Возможно, даже запрещённых!»

– Моё племя не очень лестно относится к большинству представителей вашего вида.

– Я заметил, что даже самые умудрённые представители вашей расы страдают избытком легкомыслия и не всегда могут адекватно оценивать ситуацию.

– Это уходит с возрастом.

– Чаще это уходит с жизнью.

– Серьёзное заявление.

– Реалистичное.

– И кто же из моих соплеменников оказался настолько…

– Глуп? – небольшая подколка, чтобы расшевелить эльфа.

– Легкомысленным.

– Я знавал его под именем Тиаларикаел.

– Архимаг Тиаларикаел? – довольно сильный пробой подлинных эмоций, – Который сейчас отдыхает в Священной Чаще?

– Если он где сейчас и предаётся отдыху, то в вашем Извечном Лесу. Как давно этот ваш великий архимаг покидал курорт?

Мой собеседник задумался, а я прикрыл глаза.

«А ты уверен, что он сдох?»

Я бы хотел в это верить! Потому что, если эта остроухая тварь вдруг жива, то у нас большие проблемы.

«Ага. Ещё раз его на такой фокус не поймать!»

Ты мне рассказываешь?

Где-то рядом хрустнула ветка: с эльфа вмиг слетела вся задумчивость, и он мгновенно оказался на ногах, правда не быстрее меня.

– Ну, братец, ты мне и удружил, – донеслось из-за кустов, – да чтоб я ещё раз тебя послушала! – на нашу полянку выскользнула изящная фигурка очаровательной эльфы. Её близкое родство с моим новым знакомым угадывалось сразу. – Я весь день просидела на этом совете! И, спрашивается, зачем? Это твоя обяза… Ой! Лер? Кто это?

…Всё понеслось вскачь.

Эльфа допустила ошибку: попробовала обратиться к магии. Если бы не этот факт, то, возможно, всё прошло бы в мирном ключе.

Цепь ненависти вылетела ракетой из пространственного кармана и мгновенно обвилась вокруг девушки и «укусила» в шею, впрыснув в жертву сложный комплекс паралитических наноботов. Вроде бы не успела подать сигнал.

А вот с эльфом мне не повезло, тот оказался наготове. Мои атакующие конструкты бессильно соскользнули с его щита, а я сам не мог воспользоваться щитами, так как моя практически идеальная маскировка «Покров Азраола» начисто блокировала такую возможность. Мох прямо передо мной вспучился острыми зелёными иглами, которые буквально пришпилили меня к стволу дерева-стража. Как бабочку. Ненавижу такое ощущение!

Прошло полсекунды в реальном мире.

«Лерар, похоже, из боевиков! Причём не из последних!»

Спасибо, капитан Очевидность.

Эльф метнулся к свой падающей сестре, вот только там его не ждали, точнее ждал мой любимый фамильяр. Лерар остановился и вокруг него закружились потоки силы.

– Не стоит! – выкрикнул я, выжигая стрелы мха сгустками тёмными энергии.

– Что? – опешивший эльф развернулся, и в меня ударил неоконченный конструкт какой-то эльфийской мерзости.

«Если тебя ещё пару раз так приложит об это дерево, то ты будешь должен жениться на нём!»

– Она жива! – если эльф не успокоится, то придётся совершить призыв. В прямом столкновении, шансов против боевика у меня нет. А значит миссия будет провалена. – Пока жива!

– Не смей трогать мою сестру, грязное животное! – хм, стоит только немного эльфа поскрести, как все их отношение к моей расе вылезает наружу.

– Знаешь, Лер, меня только что посетила чудная мысль. Ты хочешь спасти свою сестру, я хочу спасти свою. Почему бы нам не помочь друг другу?

Рядом с эльфом заструились потоки силы, а вокруг его тела закружились кусочки мха, оторванные от земли.

– Ненавижу магов-боевиков, вы слишком тупые, – меня швырнуло в пучину ярости, имплант, контролирующий мимику отключился, я знал, что сейчас произойдёт. Эльф увидит и услышит отражение меня того самого. – Слушай сюда, остроухий. Даю тебе последний шанс. Либо ты успокаиваешься, либо я сожру её. А потом тебя. А потом всех, кто сюда прибежит.

Не знаю, что послужило причиной, но остроухий дрогнул.

– Поговорим? – спросил я.

– Поговорим, – согласился эльф.

Я с сомнением осмотрел ствол дерева-стража.

– Мы не могли бы переместиться в какое-нибудь более комфортабельное место? Желательно укромное. Не хочу, чтобы кто-нибудь нас побеспокоил.

– Хорошо, – вся вычурность с эльфа слетела.

– Гости, кстати, не прибегут? – я показал рукой вокруг.

– Нет. Дайте мне пару минут, – Лерар прикрыл глаза, концентрируясь на магии.

«Хм. Он не только боевик! Лихо он прибрался».

Это и так было очевидно. Я тут семь дней ошиваюсь, а он первый, кто смог меня засечь.

– Ко мне, – цепь ненависти согласно приказу обвилась вокруг меня.

– Что это? – подал голос эльф.

– Мой домашний питомец. Типа кошечки.

– Не хотел бы я оказаться у вас в… доме, Сен де Мориан.

– Зря. Всё зависит от того, в каком качестве вы бы там находились. Далеко идти?

– Нет. Пройдём лесной тропой, – ответил эльф, поднимая сестру на руки и взволнованно глядя ей в лицо.

– С ней всё хорошо. Она просто спит. Не хочу, чтобы она опять помешала нашему культурному и взаимоуважительному разговору.

– Я вам верю, Сен. Пока верю, – Лерар бросил пристальный взгляд на меня, а затем надел типичную холодную надменную маску эльфов. Вот только мои вторичные успели накопить достаточно материала, чтобы легко вскрывать с помощью алгоритмов.

– У меня ещё одна просьба.

– Я внимательно слушаю, – отозвался эльф.

– Вы можете замаскировать меня? Моя маскировка скоро спадёт, и тогда мы вряд ли сможем продолжить беседу без свидетелей.

Эльф побуравил меня взглядом, а потом коротко кивнул.

Глава 9. Бремя выбора

{Сен, Светлый Лес}

– У вас нет причин доверять моему слову, – я развёл руками, – наш разговор перешёл в стадию подписания договора о намерениях.

Я замолчал, закончив свой длинный монолог, Лерар с сестрой тоже не проявили желание высказаться. Повисло тяжёлое молчание.

«А я говорил, что не надо было девчонку в сознание возвращать. Сейчас бы эльф куда как сговорчивей был!»

Мы с тобой уже это обсуждали десяток раз. Лерар находился в состоянии, граничащим с истерикой. Сорвался бы, вызвал подмогу, и о Джуле можно забыть.

«Вряд ли бы Лерар рискнул своей сестрой!»

Вот и я не хочу рисковать своей сестрой. Эльф был на грани истерики, ситуация становилась непредсказуемой.

– Брат, – пока мы пререкались с Шизой, эльфы что-то обсудили на своём родственно- эмпатическом подобии ментальной телепатии. Жаль, что демоны-чтецы мыслей не способны подслушивать такие каналы, – мы должны!

Как я и надеялся, девушка встала на мою сторону, молодость и женское сопереживание дали о себе знать.

Шиза, а ты говорил не надо было её приводить в сознание!

«Повезло! Заложник надёжней!»

Она и сейчас заложник, я же не убрал нанороботов, а только деактивировал эффект.

«Но они об этом не знают…»

Лерар – умный парень, так что он догадывается. В отличие от сестры.

«Она тоже не дура!»

Вот только опыта ей явно не хватает.

«Но если он всё-таки заерепенится? Что делать?»

Импровизировать.

«Может, аккуратно призвать кого-нибудь? Из подчинения например?»

Повторюсь, Лерар – умный парень. Сокрытие этого «дома» поддерживается напрямую из его активного щита, малейший сбой и я «зазвеню» на весь Светлый Лес. Как думаешь, через сколько минут группа быстрого реагирования окажется здесь?

«Ненавижу импровизацию!»

Я ненавижу её ещё больше! Но иногда иначе никак.

– Брат!

– Аика! Мы не можем помочь!

– Почему?

– Позвольте, я вмешаюсь? Потому что я особо опасный враг Светлого Леса. Я угадал, Лерар? Ты же уже успел получить информацию из ауры Леса?

– Да. То что мы с вами общаемся это…

– Уже граничит с предательством?

– Это и есть предательство!

– Предательство кого? – поинтересовался я.

– Леса и всех эльфов.

– Я бы смотрел на это иначе, это не предательство!

– А что же?

– Подвиг!

– Подвиг?

– Спасение тысяч своих соплеменников – это несомненно подвиг.

– Не стану спорить…

– Не стану давить, – я слегка улыбнулся и добавил, – есть ли в этом милом пристанище место, где усталый путник мог бы прикрыть глаза?

«Ты спать собрался? Совсем скорбный разумом стал?»

Да. Нет. Вторичные сознания присмотрят за окружением, благо маскировку держать не требуется, а основному сознанию уже давно пора отдохнуть. Пока это не привело к неприятным последствиям.

– Я провожу, – вызвалась эльфа.

– Спасибо. Лерар, надеюсь на ваше разумное решение.

– А если она уже мертва? – в спину спросил эльф.

– Брат! – шикнула эльфа.

– Всё в порядке, – я остановил тираду девушки, – я рассматриваю и этот вариант. В этом случае мне нужны имена виновных. Мстить всем эльфам без разбора я не стану.

{Лерар}

Про Лерара нельзя сказать, что он умудрённый годами старец, но и юнцом он не был. Большую часть своего отрочества и взрослой жизни он провёл во внешнем мире, в отличие от своей сестры, никогда не бывавшую за пределами Леса. И прекрасно понимал, кто такие демонологи – нельзя постоянно жить во тьме и оставаться светлым, они перенимали слишком многие негативные черты у своей опасной добычи. Поэтому сейчас Лерар находился в смятении: даже если поверить в искренность слов человека, никто не гарантирует, что после того как получит желаемое он не передумает. Мстительность сильных демонологов даже нашла отражение в ряде эльфийских легенд.

Конечно, можно заключить договор – клятву на божественном артефакте, но в своих талантах предусмотреть нюансы подобной клятвы Лерар разумно сомневался: опытные демонологи, особенно со специализацией на серых тварях, являются ещё теми крючкотворцами. Все эльфы, которые покидают Лес и живут во внешнем мире обязательно проходят многолетнюю подготовку, в том числе пробегаются по обзорному курсу всех школ магии, особенно акцентируясь на направлениях, плохо подвластных эльфам.

Помочь человеку – предать Великий Лес! Не помочь – прольётся кровь многих невинных эльфов, что тоже значит предательство Великого Леса.

Лерар подумал, что может стоит выйти на Совет Великих Ветвей Леса? Но сразу же откинул эту идею: слишком многие из них давно не покидали лес и в их затуманенной дымкой годов памяти люди, да и прочие короткоживущие, пренебрежительно сопоставлены с животными. Как следствие, они вряд ли всерьёз отнесутся к словами Сена де Мориана, даже несмотря на то, что тот убил одного из величайших архимагов современности.

Последствия? Мысли эльфа вновь скользнули к человеку: Лерар, мягко говоря, изумился, когда увидел у человека такой уровень контроля за мимикой, в какой-то момент у него даже закралось подозрение, что это кукла: гомункул или существо под контролем иной сущности. Вот только они не владеют магией на столь высоком уровне и тем более не обладают такой чудовищно тяжёлой аурой. Эльф видел глаза демонолога, а глаза… глаза – это зеркало души, как сказано в древних трактатах, поэтому эльф верил в реальность угроз человека. В Совет обращаться нельзя.

– Лерар? – на террасу вернулась сестра, проводившая гостя до ближайшей комнаты отдыха.

– Помолчи, Аика, – рассеянно ответил эльф, – дай подумать.

– Ты не веришь ему?

– В историю про беззащитного демонолога, на которого напали злые эльфы?

– А разве эльфы не бывают злые?

– Не бывает беззащитных демонологов. К тому же не имеет значения, верю я в его историю или нет. Я верю в то, что он устроит кровавую вакханалию, если не получит желаемое. Ещё ты так не вовремя!

– А что я?

– Ты теперь во всей этой дурной истории! – эльф наедине со своей сестрой позволил повысить голос.

– Не кричи! – спокойно ответила сестра. – Нет никаких причин для паники. Пока ничего необратимого не произошло.

– Произошло. Ты принимаешь в этом всём участие.

– И что в этом плохого?

– Если я помогу человеку, и это вскроется, то меня в лучшем случае изгонят и, естественно, лишат титула, предав моё имя забвению, поэтому наша ветвь перешла бы под твою руку. Но тебя ждёт та же участь, что и меня, значит вся наша ветвь подлежит наказанию. Ты знаешь правила, если в предательстве замешаны все члены правящего дома ветви, то накажут всю ветвь.

– Тогда… – эльфа встала, – я сообщаю Зеленным Клинкам[1] о нарушителе?

– Нет. Во-первых, я верю в его угрозы, во-вторых, я не готов тебя потерять, Аика.

– Потерять? – удивилась эльфа. – Ты о чём? Я жива, здорова и прекрасно себя чувствую. Человек снял своё проклятие.

– Не снял, – покачал головой Лерар, – демонологи – самые предусмотрительные маги.

– Почему?

– Потому что непредусмотрительный демонолог – мёртвый демонолог.

– Я не про это! Почему ты думаешь, что он не снял проклятие!

– А зачем ему это? Жест доброй воли он показал, когда вернул тебя в сознание. Но лишать себя такого козыря, как твоя жизнь, он не стал бы.

– Ты так уверен?

– Он знает, что я знаю, – эльф махнул рукой, – надо было тебя на совет князей на весь месяц отправить!

– Значит, надо принять судьбу, – после задумчивой паузы произнесла девушка, поджав губы.

– Я тебе приму! – воскликнул эльф, поняв девушку. Несколько секунд эльфы поборолись взглядами, затем Аика осела на пол. Лерар, не мудрствуя лишний раз, решил повторить действия человека и просто усыпить проблему.

Эльф подошёл к сестре, взял её на руки и положил на тахту.

– Я не вовремя? – раздалось из-за спины. Эльф медленно повернулся и посмотрел на человека.

– Подслушивали?

– Нет. Почувствовал всплеск магии. Что произошло?

– Моя сестра хотела сообщить безопасникам о вашем присутствии.

– Хм. Мне она показалась более благоразумной.

– Возможно, она как раз самая умная.

– То есть?

– Теперь все принятые решения – это лично мои решения. Совет эльфов не сможет обвинить её ни в чём. То есть она только что развязала мне руки.

– То есть вы приняли решение, Лерар… – человек помахал кистью руки, намекая, что пора бы уже представиться полностью.

– Князь Лерар. Ветвь Плачущей Ивы.

– То есть вы приняли решение, князь Лерар из ветви Плачущей Ивы?

– За меня уже приняли, – эльф позволил себе усмешку.

– Женщины рождаются с этим умением манипулировать мужчинами, – философски заметил человек, – предлагаю отдохнуть и приступить к делу.

{Сен, утро следующего дня}

Мы рассматривали огромную карту Светлого Леса в личном кабинете Лерара.

– Это здесь, – эльф с помощью извилистой сучковатой указки указал точку на карте, я прикинул: почти четыреста километров на юго-запад от текущего местоположения.

– Далековато.

– Сможете дойти, не попавшись? – в голосе эльфа прозвучал скепсис.

– Дойти? – удивился я.

– Ну… да, – эльф удивился в ответ.

– Зачем мне куда-то идти? – я не понимал логику эльфа.

«Куда идти?»

– Вы же собираетесь найти свою сестру?

– Да. Но зачем мне куда-то идти?

– Рискну предположить – на разведку…

– На разведку? Идти? Играть в прятки в лесу с эльфийскими рейнджерами? – я наконец-то понял смысл слов эльфа, после чего рассмеялся. – Я не рейнджер, и даже не маг леса. Играть в прятки в лесу – это последнее дело.

– Буквально вчера вы этим занимались.

– Вчера у меня иных идей в голове не было.

– Но сейчас они появились? – почти утвердительно спросил эльф.

– Да. Лерар сможете мне обеспечить какой-нибудь подвал, желательно поглубже.

– Найду. Но зачем?

– Как зачем? Подготовиться к разведке, пентаграммы, демоны и прочее подобное.

– Вы собираетесь проводить разведку с территории моей ветви?

– Да.

– Демонами?

– Да.

– Практически в центра Светлого Леса?

– Да.

– Про это уговора не было, – категорически сказал эльф, – тут через минуту будет не протолкнуться от архимагов. Очень злых архимагов.

– Лерар, вы надеюсь не считаете меня идиотом? Я смогу провести разведку так, что не нарушу покой никого из ваших безусловно почтенных и уважаемых архимагов.

«Ты так уверен?»

Нет, но не говорить же об этом эльфу.

Лерар на пару мгновений задумался, видимо пытаясь привыкнуть к новой реальности, но придя к мнению, что ниже дна утонуть нельзя, произнёс:

– Под вашу ответственность.

– Почему вы считаете, что именно в этом месте может находиться моя сестра? – я задал главный вопрос.

– Есть мнение, – Лерар замялся, – что всех девушек из внешнего мира привозят туда.

– Всех? – я зацепился за ключевое слово. – Что значит всех?

– Давно ходят такие слухи. И… когда я служил в Суриме, мы несколько раз обеспечивали сохранность караванов с девушками-невольницами.

– Вы служили в Суримском Халифате?

– В посольстве Светлоликого Алаиса.

– Маг боевого сопровождения? – попробовал догадаться я.

– Глава боевой звезды личной гвардии, – не без гордости ответил эльф.

– Но как вы оказались здесь? В качестве князя малой ветви? Насколько я знаю вашу иерархию это фактически понижение?

– Случилась одна… неприятная история в Южной Империи. Мир не без добрых людей и эльфов, гипертрофированная история достигла ушей Светлоликого и меня… так сказать, отправили домой.

«Это что же остроухий мог сделать такого, чтобы его как побитую псину отправили домой?»

К тому же в Южной Империи?

«Может, убил кого-нибудь?»

Он боевой маг, он в принципе постоянно должен кого-нибудь убивать.

«Тогда даже не знаю? Может переспал с кем-нибудь?»

С кем? Да и не запрещены у них случайные связи с людьми. В Эльране половина народа так или иначе с примесью эльфийской крови.

«А если не с человеком?»

С драконом, что ли? Не думаю, что это запрещено. Хотя… Южная Империя, это рядом с территориями кочевых орков!

«Уж не думаешь ли ты, что он спутался с орчанкой?»

Они бывают весьма и весьма.

«Уж тебе ли об этом не знать!»

Не смешно!

– И как звали неприятность? – я закинул пробный шар.

– Не хотел бы об этом говорить, – с вежливой улыбкой эльф отклонил мой бросок, вот только микроизменений в мимике хватило понять, что я оказался прав.

– Вы правы, князь. Это не моё дело. Вернёмся к невольницам. Почему вы считаете, что их отправили сюда? Насколько я помню, караваны наложниц – это весьма популярная взятка в Суриме.

– Дар, – аккуратно поправил меня эльф, – жители Халифата особы весьма вспыльчивые и не любят, когда им говорят о таких низменных вещах как взятки. Там предпочитают использовать слова дар, подарок, на крайний случай, пешкеш.

– Но всё же?

– Внешность. Все девушки было довольно молоды, но большинство нельзя было назвать красивыми. Для дара невольницами внешность – главное. К тому же, когда я вернулся в Светлый Лес, до меня дошли несколько невнятных слухов в кулуарах большого совета князей.

– Никогда не интересовались. для чего туда свозят девушек?

– У нас не поощряется в праздное любопытство.

– Чьи это земли?

– Ничьи.

– Как так?

– В Светлом Лесу довольно много территорий относятся не к аристократическим ветвям, – просветил меня Лерар.

– Интересно… не знал.

– Во внешнем мире об этом не распространяются, – слегка пожал плечами эльф, – это земли совета Светлых Князей под управлением Светлейшего Князя.

– Что там может находиться?

– Всё, что угодно. Под управлением Светлейшего Князя находится добрая треть Светлого Леса: пограничные зоны, жреческие территории, города и крупные поселения, пространства министерств. В общем, вся собственность, которую вы, люди, называете «общественной».

– Но что находится конкретно тут? Явно же не город.

– Не знаю. Никогда там не был. И не слышал, чтобы кто-нибудь там бывал.

– Всё это очень похоже на полигон, – внутри меня шевельнулось нехорошее предчувствие, – Лерар, прошу вас обеспечить меня «рабочим» местом.

– Пройдёмте.

– Надеюсь, на меня никто случайно не наткнётся? Слуги, например.

– У обычных князей слуги не приветствуются.

– Это к лучшему.

{Лерар, три дня спустя}

Лерар сидел в кресле на веранде и неспешно потягивал вино. Все эльфы по своей природе терпеливы, а посещающих «внешний» мир дополнительно тренировали, но сейчас князю приходилось прикладывать немалые усилия, чтобы сдерживать беспокойство.

Шёл уже третий день, а ничего не менялось: Сен лежал мёртвым грузом, и только страшная аура активной темнейшей магии показывала, что в подвале лежит не мертвец. Сознание Лерара в очередной раз скользнуло в недавние воспоминания.

В первый день нежданный гость начертил многосоставную демонологическую звезду на полу, покрыл неизвестными письменами стены и потолок, выстроил странные, чуждые даже глазу конструкции из камней и начал плести конструкты. Эльфа немного удивило, что человек даже не попросил его покинуть подвал. Маги, не доверяющие друг другу, обычно избегают творить волшбу на глазах друг у друга: мало ли кто какой секрет увидит. Исключение – война и магические поединки, но в этих местах конструкты используются сугубо специфические, к тому же скрытые и с тщательно запутанной структурой. Но вскоре всё встало на свои места: уровень мастерства человека оказался запредельным для эльфа. Если по скорости сотворения конструктов Лерар мог бы соревноваться с человеком, всё-таки как-никак профессиональный боевой маг, то вот в тонкости и изощрённости плетений уже нет. Большую часть конструктов, как абсолютно верно подозревал эльф, он просто не смог увидеть, но это не помешало ему насладиться зрелищем. Все эльфы – известные ценители прекрасного, и происходящее однозначно попадало под это определение: рванные, хаотичные плетения рывками дёргались по всей территории подвала, в то же время образуя аномальную упорядоченность.

В какой-то момент эльф волевым решением смог скинуть наваждение от этой картины и вздрогнул от неожиданности – рядом с ним стоял Сен.

– Как? – спросил эльф.

– Вы уже полчаса смотрите на блуждающий эфемерный камень призыва. Я бы не рекомендовал вам подобное повторять, – произнёс человек.

– Почему вы меня не остановили?

– Не знал о том, что он может оказать такой странный эффект, а затем стало уже поздно. Но вы молодец, смогли удержать.

– Удержать что?

– Душу, конечно, – как само собой разумеющееся сказал Сен, – камни призыва в первую очередь вырывают душу, а лишь за тем все остальные оболочки.

– Почему не прервали?

– Прерывать нельзя – непредсказуемые последствия, а мощность камня я, конечно, снизил.

– Спасибо, – эльф достал платок и промокнул выступивший на лбу пот.

– Не за что. Я сейчас лягу в управляющую звезду и не приду в сознание несколько дней. Просьба меня не беспокоить без крайней нужды.

– Понимаю, прерывать столь сложные ритуалы опасно для заклинателя.

– Нет. В первую очередь, это опасно для окружающего мира. О своей безопасности я умею заботиться.

Человек отвернулся, осматривая свой шедевр, а затем проронил:

– Сейчас я настоятельно рекомендую покинуть подвал и не входить сюда до того момента… Хотя стоп. Входить сюда теперь никому нельзя. Слишком «плохие» звезды я тут использую… слишком плохие…

– Хорошо, – легко согласился Лерар, на которого даже неактивные плетения демонолога действовали удручающе, – а если с вами что-нибудь случится?

– Со мной? – холодная усмешка мелькнула на губах человека. – Со мной ничего не случится. Но если это так тяжело принять, то, князь, вы можете смотреть на меня через открытую дверь. Главное не входите внутрь, – после чего человек лёг на пол из переплетённых корней и завершил, – пора, князь!

Лерар кивнул в ответ, вышел и с тех пор не испытывал ни малейшего желания зайти в подвал, и только беспокойство гнело со страшной силой. Эльф сделал очередной микроскопический глоток вина и услышал тяжёлые шаги. Тяжёлые шаги, чего-то поднимающегося из подвала…

Сложно сказать, что почудилось Лерару, но магические щиты встали мгновенно, а на кончиках пальцев непроизвольно заиграли боевые плетения. Нечто медленно приближалось, нервы эльфа натянулись, словно канаты такелажа эльфийского тримарана. Лёгкий шорох открывающейся двери буквально парализовал эльфа, что оказалось к лучшему – нечто оказалось Сеном.

Наваждение спало… Человек прошёл к соседнему креслу, тяжело погрузился в него и устало откинулся назад.

Лерар молча сделал глоток, затем ещё один и ещё… человек молчал. Боковым зрением эльф видел, что хваленная мимика человека дала сбой: лёгкие, едва заметные подёргивания кожи на лице мягко говоря беспокоили эльфа. А ещё это молчание…

– Как? – не выдержал князь через полчаса тишины.

– Будто в дерьме искупался, – мрачно произнёс человек.

– Она жива?

– Моя сестра? Да, она жива.

– Это хорошо, – аккуратно вопрошая произнёс эльф.

– Только это и хорошо, – отрезал человек.

– Что случилось? – требовательно спросил эльф. – Сен, предлагаю перестать ходить вокруг и говорить прямо и честно.

– Прямо и честно, говоришь? – человек медленно повернул голову налево и посмотрел на эльфа. – Уверен?

– Уверен! – твердо ответил эльф.

– Твой выбор, – Лерар вздрогнул: буквально на миг у Сена спала маска отстранённости, и эльф увидел… что-то увидел, – если кратко, я в ярости. Твои соплеменники решили поиграть с силами, о которых они не имеют не малейшего понятия. Следовало сразу догадаться, для чего свозят невольниц, к тому же девственниц. Просто ваша раса мне казалась… более разумной что ли… От какого-нибудь человека такого можно ожидать, люди часто бывают самонадеянны – это минус всех короткоживущих. Но от вас я такого не ожидал…

– Что ты имеешь в виду, – от волнения эльф нарушил этикет и перешёл на ты, – жертвоприношения?

– Если бы… к тому же роль девственниц в качестве жертв сильно преувеличена. Для крупных кровавых ритуалов требуется большое число разумных. В этом случае берут количеством, а не качеством. Нет, тут ответ другой.

– Но что же ещё?

– Подумай, Лерар что умеют женщины, но не умеют мужчины, – Сен тоже перешёл на ты.

– Рожать? – медленно спросил эльф. – Но… но кого?

– Ответ очевиден. Полудемонов. Какие ещё могут быть варианты?

– Но зачем? – эльф встряхнул головой. – Кому может понадобиться подобная мерзость?

– И вновь повторюсь: ответ очевиден. Для войны. Правильно выращенные полудемоны – это практически боги войны. Мощные, выносливые, с сильнейшей аурой и энергетикой, зачастую с бешенной регенерацией, и напоследок три самых главных факта. Факт первый: полудемоны, рождённые в обычном мире им не отторгаются. Факт второй: полудемоны, как и демоны, испытывают вечный голод Бездны, но сильно слабее и, как следствие, они могут себя контролировать и не жрать всех подряд. Факт последний, но самый главный: полудемоны способны мыслить и планировать свои действия, в отличие от обычных демонов, разум которых замутнён бесконечным отражением Хаоса. Как следствие, полудемоны способны владеть магией. Не как демоны, но как люди! Магия демонов преимущественно является талантом, некой разновидностью рефлекса, если последнее слово вообще можно применить к этим тварям, но они не могут обучиться новому, им не хватает упорядоченности. Зато полудемон лишён таких недостатков. В их природе достаточно Абсолюта для того, чтобы структурировать новые плетения и изучить новые заклятья… – человек ещё добрых полчаса рассказывал о сущности полудемонов, их особенностях и свойствах, – естественно, всё вышесказанное касается только правильно выращенных полудемонов.

– Глубокие познания, – медленно произнёс эльф, прочувствовавший всю пропасть проблемы. – Интересно в какой академии или университете преподают демонологию на столь мощном фундаментальном уровне?

– Это не важно, – Сен покачал головой.

– Есть несколько моментов, – произнёс Лерар после того как упорядочил разрозненные мысли, – ты сможешь доказать свои слова? Если всё это правда, то нужно вынести это на Совет Князей.

– Для чего? – усмехнулся человек.

– Чтобы Светлейший…

– Ты думаешь, что Светлейший Князь не в курсе происходящего? Или князья Великих Ветвей?

– Я не верю.

– Твоё право, – пожал плечами человек, – вот только от того, веришь ты или нет, грядущий конец мира не остановится.

– Сен, я, конечно, не демонолог, но мне кажется, что ты перегибаешь. Кучка полудемонов – это страшно, но говорить о том, что мир рухнет…

– Ты думаешь, что я так волнуюсь из-за демонических выродков? Это, конечно, катастрофа, но в руках твоих соплеменников не более чем неприятность. Эльфы физически не смогут управиться с полудемонами.

– Это ещё почему?

– Потому что эльфы неполноценная раса…

– Что? – возмутился Лерар. – Мы Первородные!

– Вот именно, Лерар! ПервоРодные. Вы были рождены. А все рождённые расы неполноценны по определению.

– Мы были первыми.

– Первыми рождёнными, а не первыми. Первыми появились как раз люди, ибо они первосозданные. Людей создал именно Творец, и именно из людей появились все остальные расы, да и боги с демонами от них же пошли, чего таить.

– Ересь какая-то! – от крамольных мыслей Лерар, даже забыл о мрачном пророчестве человека. – Мы во всем превосходим людей!

– Эльфы не способны к большей части направлений магии, – усмехнулся человек, – совсем не способны, вы даже не знаете об их существовании. Все эльфы так или иначе привязаны к своим растениям, что тоже является слабостью.

– Это наша сила!

– Это ты так думаешь, – покачал головой человек, – да и опять же, это не важно. Чтобы справится с полудемонами: воспитать их, держать под контролем, следить, чтобы они не впали в безумие, требуется очень сильный, знающий и умелый демонолог.

– Например, такой как ты? – Лерар позволил себе лёгкий сарказм.

– Как я? – человек на секунду задумался. – Минимум как я. Я бы с подобным легионом прошёл сквозь весь Кахор, как ножом сквозь масло. А твои соплеменники просто не справятся с такой силой хотя бы потому, что не понимают границы сил своих подопечных.

– То есть, если вернутся к изначальному вопросу, то проблемы конца мира нет?

– Конечно, есть. Только исходит она не от полудемонов. Это неприятно, но не более. Твои соплеменники сделали что-то противоестественное, вся оболочка мира буквально изъедена червоточинами. В ближайшее время Кахор рухнет под напором Бездны: в мир хлынут твари со всех ближайших доминионов и… сметут всех. Хотя может и нет…

– Что значит нет?

– Может и не будет вторжения. Гадать о поведении Бездны это всё равно, что пробовать предсказать Хаос.

– То есть ты не знаешь, что произойдёт?

– Точно никто не скажет. Да и тебе от этого знания мало что пригодится. Поделать ты ничего не сможешь. Разве что сбежать в иной мир. Но повторюсь, эльфы – не люди, вам это сделать не так просто.

– Тогда зачем ты мне всё это рассказываешь?

– Честно? Не знаю, Лерар. Возможно, и не стоило. А может мне показалось, что ты имеешь право знать. Частичка Хаоса есть в каждом.

– Что ты станешь делать?

– От того, что твои правители дружно сошли с ума, ничего не поменялось. Наши договорённости в силе: я спасу свою сестру, взамен не устраивая кровавую вакханалию на весь ваш Светлый Лес. Поэтому сейчас я иду спать! Этот дом же предназначен полностью для меня?

– Естественно, никто тебя не побеспокоит.

– Хорошо, – человек встал, и уже двинулся к двери, но резко остановился, – чуть не забыл о доказательствах, – в руке человека материализовалась маленькая золотая клетка, внутри которой сидела некая кожистая тварь, покрытая слизью, – держи. Это демон-наблюдатель, владеет всего двумя талантами: абсолютной памятью и иллюзиями. Он сможет показать тебе всё, что увидел я.

{Сен, следующий день}

Чертовски приятно хорошенько поспать после того подвига, что я совершил. Моё удалённое путешествие в закрытую эльфийскую зону ни разу не напоминало круизную прогулку. Несколько раз меня чуть не обнаружили, причём не эльфы. Далеко не всю правду я вчера рассказал эльфийскому князю, остальную часть он наверняка уже узнал из «увлекательного» просмотра. Не зря же я ему оставил столь ценную тварь.

Шиза, ты как там? Готов к подвигам?

«К ещё одному? Нет, спасибо! Мне хватило того, что ты вчера чуть не угодил в сети Елизароли! Вновь!»

Главное, что не угодил! К тому же я скользил своим разумом поверх сознания сети демонических тварей, никто бы меня не перехватил.

«Это если не брать в расчёт, что на тебе когда-то была метка демонессы».

Не напоминай! Ладно, в сторону лирику. Надо спасти Джулу и валить отсюда. Хватит испытывать удачу.

Спустившись в главный холл, я, как и ожидал, обнаружил эльфа за просмотром иллюзий: в данный момент тварь показывала сцену с одним эльфийским архимагом, вернее с архимагессой.

– Скажи мне Лерар, почему когда я вижу какого-нибудь вашего архимага, то рядом с ним ошивается какая-то мразь? – видео показывало, как руки эльфийки нежно вынимали демонический плод из окровавленного чрева бедной девушки, а ассистировал ему высокий и худой словно скелет персонаж, сплошь замотанный в чёрные бинты как мумия. Против воли я внутренне вздрогнул. С ним я уже встречался. Несколько раз.

– Это не может быть правдой. Я не верю.

– Почему же?

– Это омерзительно. Это архимагесса Эллекориа, я у неё учился, она величайший маг жизни. Она не могла сотворить такое!

– Люди же для вас подобны животным. Ты же не волнуешься, когда режут скот. Почему ты удивляешься увиденному? Ты весьма бурно реагируешь, это хорошо.

– Что в этом хорошего? – зло спросил эльф, вскинув взгляд на меня. – Что мне не нравится, когда расчленяют девушку?

«Ох ты! Ночь для красавчика прошла не очень!»

Действительно, эльф выглядел не лучшим образом, весь растрёпанный, усталый и словно потерянный.

– Что не все эльфы – мрази. Значит у вас, как у расы, есть шанс.

Лерар пробуравил меня злым взглядом ещё пару мгновений, после чего отвернулся и глухо спросил:

– Кто этот в бинтах?

– Старший повелитель боли доминиона Елизароли Падший Ар.

– Кто?

– Высший демон, – на меня хлынули воспоминания о «тёплом» приёме в доминионе Елизароли, – очень сильный. Крайне изобретательный. На редкость умный и хитрый. Для демона.

– Ты будто его знаешь.

– Встречались пару раз. И ещё бы разок с удовольствием встретился.

– Странное желание!

– Нормальное! – отрезал я.

– Но что он тут делает?

– А ты как думаешь? Полудемона может вырастить либо демонолог, либо демон. Эльфов-демонологов не существует.

– Они не могли заключить сделку с демонами!

– Кто они?

– Светлейший Князь, Великие Князья!

– Они, может, и не заключали! Я свечку не держал, возможно, они поработили этого демона, точнее считают, что поработили. Возможно, сделку заключил один из архимагов. Я не знаю. Зато я знаю, что они сделали. И ты теперь это знаешь.

– Но зачем?

– Чтобы не один я эту мерзость внутри носил, – почти правда, почти…

«Ты думаешь, он сделает правильный выбор?»

Если вдруг надумает глупостей, ему сестра подскажет истинный путь. Они похоже на настоящих светлых эльфов, на тех самых, какими их задумали создатели. В будущем нам потребуется хоть какая-нибудь информация из Леса.

«Да мы и сейчас прекрасно тут себя чувствуем!»

Во-первых, неизвестно сколько в этом факте удачи и сколько нашего мастерства. Во-вторых, после того как мы вытащим отсюда Джулу, здесь все на ушах стоять будут. Поэтому проскользнуть больше не удастся.

– Князь, ты посиди, подумай, а мне пора готовится к возвращению своей сестры, – эльф даже не обратил внимания на мои слова и уход, погрузившись в свои тяжёлые думы.

[1] Зелёные Клинки – смесь службы безопасности в Великом Лесе и пограничного контроля. Своё название получили от того, что бойцы службы красят/выращивают/преобразовывают магией свои мечи в зелёный цвет, чтобы не давать лишних бликов и не выделяться на фоне листвы.

Глава 10. Белые крылья

{Лерар, несколькими часами позднее}

Князь очнулся от мыслительного дурмана, огляделся и, не обнаружив человека, пошёл на его поиски. Из-за закрытой двери одного из холлов доносились приглушённые голоса: мужской и женский. Эльф удивился: неужели человек уже успел вызволить свою сестру, и открыв дверь, опешил от изумления – всё помещение сияло неестественным светом. Настолько сильным, что можно было бы ослепнуть, но этого не происходило.

– Аккуратнее, князь! Пожалуйста, не наступите на крыло нашей прекрасной гостьи.

Лерар потряс головой, скидывая наваждение и понял, что сияла не комната, но раскинувшиеся крылья создания, сидящего на табурете. Эльф не сразу осознал происходящее: в центре комнаты, едва поместившись, на полу сидела великанша-ангел, укатанная белоснежными крыльями настолько плотно, что даже непонятно, во что она одета.

– Князь, это по меньшей мере неприлично, – голос человека вырвал Лерара из транса поразительного зрелища.

– Не имею чести быть представленным, – спохватился эльф и вежливо склонил голову.

– Миледи, это князь Лерар, местный владыка и хозяин этого дома. Князь, это серафима Крыггххшщ. Миледи, надеюсь, я не сильно исказил ваше имя.

– Не самый худший вариант в моей жизни, – эльф удивился, что столь грузное создание имеет такой женственный голос.

– Чем обязан визиту столь высокой гостьи? – Лерар подумал, что ещё вчера ангелы и демоны казались такими далёкими созданиями, практически мифами, а сегодня этот проклятый человек притащил их к нему домой.

– Наглости вашего гостя, безграничной наглости вашего гостя, – произнесла ангел.

– Это всего лишь желание лицезреть вашу неземную красоту.

– Вот именно, неземную. Думаю, мне пора, грохррш.

– Согласен, миледи. Надеюсь, вы не передумали насчёт моей маленькой просьбы?

– Скорее, сделки.

– О нет, миледи, сделки я заключаю только с вашими антиподами. И обычно они им сильно не нравятся. А с вами это… скажем… серия взаимных дружеских подмог.

– Как скажете, грохррш, – великанша рассыпалась брызгами Света в разные стороны.

– Эффектно, – промолвим эльф и спросил, – грохррш?

– Ни малейшего понятия, что это значит, – покачал головой Сен, – наверно, мудак или что-то в этом роде.

– Зачем она приходила?

– Я не могу пойти лично спасать сестру. Там явно есть защита, к тому же тогда твои соплеменники узнают о том, что я причастен ко всему этому, а значит в курсе мерзости, которую они творят.

– Ты нас убьёшь, – констатировал Лерар.

– Кого? – показательно удивился человек.

– Меня с сестрой.

– Почему ты так решил?

– Мы ведь знаем о том, что все грядущие события твоих рук дело.

– И? Вы всё равно не расскажете. Ты же уже сделал свой выбор. Ты против происходящего. Зачем мне тебя убивать? Мы по одну сторону баррикад.

– Но если мы всё-таки расскажем?

– Тогда… тогда ты меня разочаруешь, светлый князь Лерар. Ты мне показался хорошим эльфом, а если даже такие как ты оправдывают подобное, то значит вашей расе не стоит жить.

– Тебе ли нас судить? – вскипел эльф.

Сен молча пожал плечами и также молча вышел из помещения. Кипящий от злости эльф пошёл следом.

– Лерар, не отвлекай меня, – проронил человек, спускаясь в подвал, – активная фаза начинается.

{Сен, два часа спустя}

Все духовные тела буквально тряслись от усталости. Одна из самых тяжёлых схваток в моей жизни: конечно, основную работу сделало ангельское крыло серафимы, вот только я должен был обеспечить им первичный прорыв в закрытую эльфийскую зону, а также максимальную поддержку. При условии того, что я находился за множество километров и действовал «руками» подчинённых демонов, а дамочки серафимы Крыггххшщ вообще-то не разбирались где хорошие демоны, а где плохие. Выжигали всё!

«Чудовищная тренировка! Наверное, пару уровней набил!»

Тебе бы всё шутить.

«Да я серьёзно! Готов поклясться, что у тебя гибкость ауры на несколько процентов подросла!»

Если так, то хорошо.

Я поднялся из подвала, прошёл на веранду и, конечно же, застал эльфа.

– Предупреждая вопросы, – усмехнулся я, – вроде всё хорошо. Невиновные эльфы не пострадали.

– А виновные?

– Этих не считал, – холодно произнёс я, – секунду. Серафима хочет пройти, – активировав проход приглашения ангела, мы с эльфом стали свидетелями яркой вспышки, а затем перед нами предстала миледи Крыггххшщ во всей своей красе: великанша огромного роста облачилась в яркие серебристые доспехи с золотым тиснением, а её шесть раскидистых крыльев, распахнутых в разные стороны и пара огромных огненных мечей в нижних руках местами вселяли страх даже в нас с Шизой. Но главное, она держала в своих верхних руках бессознательное тело моей сестры.

– Миледи, с ней всё в порядке?

– Она жива, грохррш, и душа её на месте. Но тело… я выжгла в ней демоническую заразу, вот только целительство – это совершенно иное.

– Это главное. Я найду лучшего целителя.

– Ваш… подарок, миледи, – я перехватил телекинезом Джулу, параллельно передавая ангелу капсулу с Иглой Света.

– Славная была битва, грохррш. Давно, я так не веселилась, с самого низвержения Гагара.

«Гагара?»

Если ты думаешь, что я знаю мифологию всех окрестных миров и тамошних аборигенов, то ты ошибаешься!

– Жаль, я потеряла четверых девушек. Теперь им пару веков ждать воскрешения.

– Подождите, миледи. Буквально одну минуту, – я довольно улыбнулся, вспомнив самое приятное из битвы, – мне особенно понравилось, как вы воткнули все свои четыре огненных меча в чёрную мумию. Божественно приятно.

– Силён оказался зараза. Кто это был?

– Старший повелитель боли доминиона Елизароли Падший Ар.

– Елизароли? – великанша задумалась.

– Доминион похоти, миледи.

– Грохррш, – снисходительно проронила Крыггххшщ, – у ангелов абсолютная память. Я знаю, кто такая Елизароли.

– Ангелология не моя сильная сторона, миледи, – я вежливо склонил голову, – не знал этого. Хотя, логично это предположить.

Между мной и ангелом появилось тёмное пятно, клинки великанши мгновенно устремились к нему, и я едва успел ударить плетением, чтобы отбить их в стороны.

– Миледи! Это мой! – выкрикнул я, видя как клинки устремились назад.

Пятно материализовалось в мелкого демона.

– Простите, грохррш, рефлекс.

– Сюда, – приказал я демону: мелкая тварь тряслась от страха, глядя на серафиму. Его паника даже перебивала управляющие конструкты. Не хватало, чтобы эта тварь исчезла куда-нибудь с грузом.

Следуя моей мысли, цепь ненависти приняла свою материальную форму, мгновенно обвила демона и подтянула его ко мне. Лёгкое шипение и мелкая тварь исчезла из бытия, будучи поглощённой цепью. А мне в ладонь упало сокровище, точнее целых пять сокровищ: пять камней душ. Четыре нестерпимо белых, а один чёрный словно все грехи Елизароли.

– Миледи, я позволил себе смелость и перехватил души ваших воительниц. Вот они, – я перебросил великанше светлые камни душ, – достаточно разбить их на Небесах, чтобы они вернулись в строй. Это специальная модификация.

– Интересная игрушка, – проронила ангел, – не встречала ещё такого. Только обычные камни душ. Однажды я в такой капкан попала… мерзкое ощущение.

– Здесь ощущения не лучше, миледи. Зато не надо пару веков воскрешаться.

– Вы, смертные, горазды на выдумки. Боюсь, что однажды вы захватите Небеса.

– Не волнуйтесь, миледи. Мироздание такого не позволит.

– Вам виднее, грохррш. Если когда-нибудь понадобится помощь, то смело обращайтесь. И удачи вам!

– Подождите, миледи! – во мне проснулось любопытство. – Что значит грохррш?

– Любопытно, – изумилась серафима, – грохррш не знает, что он грохррш.

Комки света в разные стороны и мы остались наедине с князем. И с Шизой, конечно, который сразу же прокомментировал:

«Вот сучка!»

– Сен, получается, что ангелы знают все языки? – поинтересовался эльф.

– Конечно нет, князь. У серафимы даже губы не двигались.

Я подошёл к висящей в воздухе Джуле, посмотрел на её бледное лицо и почувствовал как внутри поднимается очередная волна гнева. Усилием загнав её обратно вглубь, я повернулся к эльфу:

– Мне пора. Ты свою часть сделки выполнил, и я выполнил свою. Я оставлю здесь пару тварей, они приберут все следы и скроют божественные, демонические и магические эманации.

– Это весьма кстати, – сухо ответил эльф, – лишнее время мне не помешает.

– Для чего?

– Я должен известить светлых князей о происходящем.

– Ты хороший эльф, Лерар по прозвищу Светлоликий, – покачал я головой, – жаль, что самоубийца.

– Я выступлю на Большом Совете, затем…

– …затем пять уважаемых архимагов жизни выступят с общим заявлением, что светлый князь Ветви Плачущей Ивы неожиданно сошёл с ума, и даже консилиум таких великих умов не может ничем помочь. Потом устроят какой-нибудь великий бал или что тут у вас есть, и никто никогда тебя не вспомнит. Память людей коротка.

– Мы – эльфы.

– Да какая разница. Главное, что не муравьи, толпа всегда живёт по одним и тем же законам. А итог… себя до палача доведёшь, а когда узнают, что твоя сестра видела меня, то и её туда загонишь.

– И что ты предлагаешь? – зло спросил Лерар. – Забиться в угол и ждать? Надеяться, что никто не обнаружит моё участие во всём этом?

– Если хочешь, то можешь поступить и так, – я пожал плечами. – Тут к вечеру станет чисто, как в лавке артефактника. Вижу, тебе такой вариант не по душе? Тогда будь умнее, ты же всё-таки эльф! Я, конечно, понимаю, что и боевой маг. Но в первую очередь эльф. Терпение и всё такое.

– Что ты предлагаешь?

– Я не знаю ваш внутренний этикет, распорядок, как вы обмениваетесь информацией и прочее подобное. Но лучшим выходом в твоей ситуации будет распространить различные слухи, чтобы они ни в коем случае не вели к тебе. В случае шухера тебе бы вообще идеально лежать чуть ли не при смерти.

– Подобное можно устроить, – эльф задумался, – например, подложить в повестки Большого Совета записки…

– Главное, сам во всё это не влезай. Интриги явно не твоя сильная сторона, поэтому максимум, что ты можешь сделать – обнародовать информацию. Кто-нибудь толковый из ваших вторых ветвей ею сможет воспользоваться.

– То есть ты предлагаешь мне организовать смуту в Светлом Лесу?

– Можно и так сказать. Но это лучше, чем геноцид эльфов.

– Геноцид эльфов?

– Когда светлые жрецы узнают о происходящем… сложно даже представить… те же инквизиторы Триединого – страшные противники. И жалеть они никого не станут… Но решать тебе. А мне пора.

– Стой!

– Князь?

– Ты вот так вот просто уйдёшь?

«Вроде клюнул!»

– Конечно. Сделка завершена.

– Как с тобой связаться? – прямо спросил эльф и тут же предложил. – Возьми мою ветвь связи.

– Нет. Обыкновенные средства магической связи довольно хорошо прослушиваются и отслеживаются. Вот мой камень, – я вытащил заранее подготовленный сопряжённый амулет из пространственного кармана.

– Его не отследят?

– Это под силу только очень сильному демонологу. Удачи, эльф.

{Сен, вечер того же дня}

Уйти из эльфийского леса оказалось значительно проще, чем туда попасть. Экранированный подвал прекрасно скрыл как следы призыва архитектора путей, так и пробой пространства в Мёртвые Земли. Затем скачок в земли около моего поместья, а оттуда зелёной тропой в усадьбу Бератрона. Сейчас учитель, склонившись над Джулой, слушал мой рассказ о эльфийской кампании. Слушал молча, нехорошо так, зло. Оно и понятно, любой нормальный демонолог крайне не любит, когда кто-то начинает якшаться с демонами. Наконец лич закончил осмотр, разогнулся и тяжело выдохнул.

– Как она? – я потрогал лоб спящей Джулы.

– Не очень. Нужен целитель. Высший. И светлый жрец… очень сильный светлый жрец. Найдёшь?

– Найду.

– Жрецы Триединого?

– Они самые. Хотя я ещё за предыдущее «веселье» не расплатился.

– Предлагаю прогуляться на веранду, – произнёс учитель, накрывая Джулу стазис заклинанием, – не надо ей пока в себя приходить. Целителей тут нет, а какие духовные травмы она перенесла даже боги не ведают.

Оказавшись на веранде, я достал сигариллу, покрутил её пару мгновений в руках и закурил. Соскучился я по этому делу, пока находился у эльфов. Не хотелось лишний след оставлять, тем более такой: магические эманации намного легче подчистить, чем запахи или какие-то материальные следы. Кстати, именно поэтому в мире Кахор существуют аналоги земных сыщиков.

– Мои давно уехали? – спросил Бератрона.

– На следующий день. Я организовал им удалённый пробой на север. Амбициозная цель.

– Захватить герцогство?

– Хорошо хоть не королевство Эльран.

– Это не сравнимо. Герцогство Арис лишь номинально герцогство, да по размеру территории. В остальном, чудовищное захолустье: большей частью северные каменистые пустыни, хоть сколь плодородные земли только на самом юге, на севере океан Бурь, на западе Проклятые горы, а на востоке северные эльфы и гномы. В общем, там ничего нет, и никому толком этот кусок земли не нужен.

– На титул герцога охотников много.

– Значит, кто – то скоропостижно скончается без титула герцога, – равнодушно произнёс я, – нам нужна подобная вольная территория. Я привлёк слишком много внимания – моя вина, теперь чиновники местного короля захотят чего-нибудь.

– Чего-нибудь?

– Денег, услуг, взяток и даров. Или начнут шантажировать. Я не люблю, когда меня шантажируют. Теряю над собой контроль.

– Да, с контролем у тебя беда. Ты слишком много импровизируешь.

– Учитель…

– Для столь сильного мага это непозволительная роскошь!

– Это очень лестная оценка, учитель, но я пока всего лишь ученик.

– Не перечь учителю! Силы и умения у тебя уже местами на магистра демонологии. Зато контроля как у ученика.

– Эльфийский архимаг тоже не показался мне слишком собранным.

– Отличный пример, – удовлетворённо произнёс лич, – он погиб от рук магистра-недоучки.

– Я поработаю над собой.

– Для этого требуется время, а его сейчас нет.

– В ближайшее время я планирую отойти от дел. Так что время появится.

– Что ты имеешь в виду?

– Перестану влезать во все дела лично. Порезвился и хватит, – я глубоко затянулся и продолжил, – пора вернуть всё на круги своя, то есть заниматься тем, чему меня учили – управлять людьми. Я целую команду из своего мира вывез. Вот пусть они и решают тактические вопросы. А я стратег. Образование своё магическое доведу до какого-нибудь приемлемого состояния. Интересными вопросами займусь.

– Например?

– Разобраться, наконец-то, с библиотекой из мира демонологов, понять почему последний всё-таки привязан к демоническому доминиону, найти Первый Мир… В мире столько всего удивительного, что даже вечности не хватит, чтобы всё охватить. Самое смешное, что когда-то я бежал от скуки и у меня получилось. Теперь совсем не скучно.

Лич лишь грустно улыбнулся в ответ.

– Простите, учитель, – спохватился я, – не хотел вас обидеть. Искренне прошу прощения!

– Ничего страшного, ученик, ничего страшного.

– Нет, учитель. Про это я тоже не забыл. Мы достанем вашу душу из плена Асириза.

– Как? Я пробовал тысячу раз.

– Не знаю, учитель, – я покачал головой, – мы найдём способ. Даже, если придётся испробовать ещё сто тысяч путей.

– Твоя уверенность заразна.

– Я, вообще, смог вернуться из Бездны, учитель. Нет ничего невозможного.

– Извини, забыл. Что ты собираешься сейчас делать?

– Пройду порталом до герцогства. Надо встретиться с командой, посмотреть на их успехи. Затем загляну к инквизитору Турусу. А дальше по обстоятельствам.

– Звучит разумно. Вот дальше в таком же разумном ключе и поступай.

– Хорошо, учитель. И маленькая неприятная просьба. Я изрядно разозлил эльфов убийством их выродка.

– Кажется, я понимаю к чему ты клонишь.

– Да. Вам потребуется сменить место жительства на герцогство.

– Это будет не просто.

– Но возможно?

– Конечно. Вначале надо подготовить там площадку с якорями для души, но это чисто технический вопрос. Я уверен, что ты справишься.

– Ещё раз простите меня, учитель.

– Не бери в голову. Мне это место настолько опостылело за эти годы, что я даже к Асиризу уже готов переселится. В связи с чем у меня есть к тебе просьба.

– Да, учитель?

– Та техника удалённого управления демонами, которую ты использовал у эльфов. Она из мира Дшехеронж?

– Да, учитель. Я понял и сегодня же подготовлю записи о началах этой методики.

– Буду премного благодарен, ученик. Хотя, сейчас ты для меня – учитель.

– Учитель, – вскинул в протесте я руку, – от того, что я урвал множество сокровенных тайн я ещё не стал учителем. И это лишь малая возможность отблагодарить вас за то добро, что вы принесли мне, – я встал, потянулся и добавил, – у меня есть ещё одна интересная… просьба. Думаю, вам она понравится.

– Слушаю.

В моей ладони материализовался чёрный камень душ.

– Кто? – лич мгновенно оказался около меня, пристально вглядываясь в тьму камня, едва не облизываясь от нетерпения.

– Падший Ар.

– Которого сразила серафима? Как её там? Ну, конечно, же! Удар пламенным мечом не может убить высшего демона, лишь низвергнуть! Ты его успел перехватить?

– Да, учитель.

– Иногда ты аномально предусмотрителен! – цокнул от восхищения лич. – Позволишь?

– Конечно, – я передал камень в руку личу, и он сразу кинул несколько аккуратных плетений.

– Прекрасный образец! Бесценный. Что ты хочешь с ним сделать?

– Для начала воскресить.

– Воскресить?

– Пока он сидит внутри, из него не вытащить ни грамма информации, – пожал плечами.

– Ты хочешь выпустить его из камня, заточить в пентаграмме и пытать его до тех пор, пока он всё не расскажет?

– Примерно так.

– Пентаграмма для бесконечного удержания высшего демона – это шедевр. Чудовищной сложности!

– Я знаю, учитель. В мире демонологов у меня такие имелись в университете.

– Ах, да. Запамятовал. К тому же пытать повелителя боли… – лич задумчиво уставился в даль, – хотя есть у меня пара идей.

– Спасибо, учитель. Пентаграмму будем строить уже в герцогстве. Я также оставлю записи из мира демонологов по строительству пентаграмм.

– Записи будут очень кстати. Но строить первую пентаграмму я буду в своем доме. В герцогстве и так будет чем заняться, к тому же с новой технологией всегда есть риск осложнений. В моем доме множество защитных механизмов.

– Вам виднее, учитель.

{Сен, Святая Земля, центр региона, придорожная таверна, задняя веранда, утро}

– Отлично выглядишь, – весело произнёс Турус, усаживаясь напротив и с любопытством разглядывая мою одежду.

– Не привлекает внимания, – усмехнулся я, – образ странствующего вольного мага очень подходящий для путешествия по миру. Твои спутники не из разговорчивых? – я кивнул на двух паладинов сопровождения.

– У меня в ордене все не из говорливых, – Турус подцепил кусок вяленного мяса, закинул в рот и пожаловался, – до самых демонов надоело сидеть в цитадели. Хочется по старинке: сжечь пару демонопоклонников, вдохнуть пепел грешников. А сейчас…

– Надеюсь, что времена, когда лично глава ордена Изгоняющих вступает в бой нас минуют. Хотя, лучше не тешить себя тщетными надеждами.

– Подробности! – мельчайшего намёка хватило, чтобы вся весёлость Туруса вмиг слетела. Я не стал ерепениться и выдал ужатую версию происходящего в Светлом Лесу.

– Это серьёзные обвинения, – промолвил великий инквизитор.

– Я никого и не обвиняю. Я лишь сообщил церкви Триединого любопытную информацию. А уж как ей распорядится – решать тебе и твоим аналитикам.

– Доказательства?

– Ни одного, которого нельзя было бы подделать.

– Негусто. Можешь предоставить больше подробностей? Имён? Хоть чего-нибудь?

– Пока нет.

– Пока? – зацепился Турус.

– У меня есть потенциальный информатор в Светлом Лесу.

– Это хорошо. Остроухие слишком закрыты, и каждая крупица информации бесценна.

– То есть ты мне веришь? – я удивился: на таком уровне власти не принято верить никому. Каждое слово должно быть перепроверено, желательно ни по одному разу.

– Не важно, верю я тебе или нет. Главное, что твои слова хорошо ложатся на последнее пророчество Эльранского Пророка. Ты же сам знаешь.

– Да. Забыл о нём.

– Зря. Нельзя забывать о неизбежном грядущем, – Турус встряхнул своей кипой волос и уверенно пробасил, – но уныние не подобает верному слуге Триединого. Уверен, что ты хочешь услышать решение церкви Триединого по твоим притязаниям на герцогство Арис?

– Уверен, что так.

Пока я развлекался у эльфов, моя «делегация» посетила герцогство с целью аннексии. Надо отметить, им это практически удалось: поместье герцога они захватили раньше, чем кто-либо из других претендентов понял, что старого хозяина больше нет. Так что инициатива оказалась на нашей стороне, команда землян быстро вошла в рабочий режим, с ходу определила наших основных конкурентов и даже обозначила вектор противодействия. В итоге самых дерзких претендентов Первый просто убил, недолго думая. А остальных купировал Фериш, как ни странно. У него оказался в наличии немалый талант и тяга к манипулированию и дипломатии. Когда появилась возможность и целая команда аналитиков под рукой, то он развернулся во всю ширь. Что стало откровением для всех, в том числе, как мне показалось, для самого Фериша. В итоге оставшиеся претенденты успешно между собой переругались, и теперь каждый из них считает, что это благо, что место герцога занял кто-то пришлый.

Всё было бы сладко, но, к сожалению, титул герцога должно признать, как сказали бы на древней Земле, мировое сообщество. В нашем случае нужен хотя бы кто-нибудь один достаточно крупный, чтобы запустить эффект домино. Фериш, помня о моих тесных отношениях с великим инквизитором, отправился с этой просьбой к нему и даже был удостоит трёхминутной встречи с Патриархом, где сумел рассказать о моей непримиримой борьбе с демонопоклонниками.

– На редкость наглый молодой человек, – произнёс Турус.

– Кто?

– Брат твой младший. Фериш. Сразу видно, что братья. Такой же пробивной, как и ты.

«Особо забавно, что мы не родные братья».

– Уверен, что он не проронил ни слова лжи.

– Гораздо интереснее, сколько он слов правды произнёс, – отмахнулся инквизитор, – как бы то ни было, церковь Триединого признаёт твои притязания на герцогство Арис. Вот бумаги. Правда, при ряде условий.

– Каких? – осторожно уточнил я, не прикасаясь к бумагам. Святоши умеют выкручивать руки почище серых демонов в сделках.

– Ничего особенного. Собор Триединого, церквей десяток, представительство ордена Изгоняющих…

«Пока звучит неплохо!»

– … уничтожение всех демонических и демонопоклоннических вещей…

– Нет! – прервал я инквизитора.

– Сен, это не обсуждается! – отрезал Турус. – Ты сделаешь это добровольно, или это сделают мои паладины!

– Турус, у нас война с демонами на носу! А ты предлагаешь уничтожить сильнейшее оружие! Ты представляешь, сколько можно полезного сделать из малого алтаря демонопоклонников?

– Представляю. А также представляю, сколько можно сделать вредного!

– Мы же уже заключали подобную сделку!

– С демонами своими сделки заключай! – вспылил Турус. – Одно дело – вести речь о малом алтаре! Совершенно другое дело – играть с могущественными демоническими вещами.

– Да откуда там подобное? – взмолился я. – Пойми, ты просто уничтожишь ценнейшие ингредиенты, которые могут стать серьёзным подспорьем в будущем! – я выдохнул. – У меня есть предложение: ты присылаешь своих паладинов, клерков и прочую челядь. Организуем постоянный опорный пункт твоего ордена с обширным защищённым складом, а мои люди всё, что найдут: обезопасят, упакуют, нейтрализуют и передадут на хранение твоим инквизиторам. Если в дальнейшем мне что-нибудь потребуется из этого, то я напишу подробное описание того, что мне требуется, для каких нужд и даже разрешу твоим наблюдателям присутствовать на ритуале.

«Да ты с ума сошёл? Отдавать такие богатства?»

Конечно нет! Я сказал, что мы найдём! Причём с того момента, как откроется опорный пункт. А что нашли и найдут до того момента… декларировать не надо. Надо только сразу весточку в герцогство отправить. Пускай ускорят разработку самых перспективных хранилищ.

– Мы обдумаем твоё предложение! – после некоторого размышления проронил инквизитор и продолжил список требований. Пришлось ещё пару раз серьёзно сцепится, особенно в области церковных отчислений. Святоши хотели определённый процент от оборота герцогства, а мне меньше всего хотелось пускать их в бумаги будущих финансовых потоков, особенно помня о том, что одним из источников прибыли по предложению команды в дальнейшем должен стать чёрный рынок нелегальных артефактов.

– Хорошо, по этому пункту мы договорились, – наконец-то удовлетворённо произнёс я, – но у меня встречное требование.

– Не перегибай! Мне кажется, что проще послать сотню паладинов с дюжиной инквизиторов и навести порядок в герцогстве!

– Не дело священникам лезть в дела мирские! – парировал я. – И инквизиторы там требовались раньше, когда тамошний владыка с ума сошёл! Да и просьба у меня маленькая, личного характера.

– Выкладывай, – хмуро проронил Турус.

– Моя сестра нуждается в лечении. Обеспечь мне встречу с Леарией.

– Нет. После твоего прошлого посещения святая в себя приходила целый месяц. А твою сестру мои люди отвезут.

– Спасибо!

– Должен будешь. Хотя… ты же у нас сильный демонолог. Мне как раз нужна помощь в весьма щекотливом деле.

– Помогу, – легко согласился я, – при условии сохранения инкогнито.

– Это легко.

– Тогда предлагаю не откладывать наши щекотливые дела в долгий ящик и приступить. Моя сестра в стазисе в моей комнате.

– Ты был настолько уверен, что я соглашусь помочь?

– Надеялся, – пожал плечами, – к тому же, ты не тот тип людей, чтобы отказывать друзьям. Я кстати тоже.

– Ладно, «друг», – усмехнулся инквизитор, – пошли.

– Ага, – я встал, – стоп. Забыл про подарок!

– Подарок? – Турус глянул на длинный кофр у моих ног. – А я всё гадал, что это такое.

– Твой подарок. Доставай.

Турус потянулся за кофром, но его дорогу преградил один из молчаливых паладинов.

– Безопасность, – развёл руками инквизитор и приказал воину, – доставай.

– Не надо. Только открой, – прервал я приказ, – трогать нельзя.

– Объяснись!

– Сейчас сам поймёшь, – пока я говорил, паладин открыл защёлки кофра и когда его стенки разошлись в стороны, нам предстал огромный, но в тоже время изящный посох с молотом-набалдашником. Артефакт лежал в белоснежном пухе и излучал слабый божественный свет, – он предназначен для тебя. Его нельзя трогать иным.

Турус посмотрел пару мгновений на посох, потом отодвинул мощной рукой паладина в стороны, наклонился и поднял посох. Со всех сторон раздался лёгкий мелодичный перезвон, Турус слегка покачнулся, но устоял на ногах. Паладины дёрнулись ко мне, мгновенно обнажив клинки.

– Стоять! – приказал инквизитор. – Всё в порядке!

– Инициация? – понимающе спросил я.

– Сжечь бы тебя на костре за подобное святотатство, – ответил Турус.

– За что?

– За камень с ангельской душой!

– Оно случайно! Да и он сам не против!

– Поэтому и не сожгу! – Турус любовно осмотрел прекрасное произведение искусства, возвышающееся над ним. – Он такой… воздушный…

– Не сломается. Гномья работа. Лучшие виды заговорённых металлов. Божественная закалка. Им уже сейчас можно череп высшему демону проломить.

– Я не могу его принять, – у Туруса сквозило лёгкое удивление.

– Уже принял. Считай, что это ответное спасибо за мою жизнь и душу.

– Этот посох достоин Патриарха.

– Вот и назовёшь его так, когда станешь Патриархом.

– Сен!

– Молчу! Предполагаю, что обмен любезностями закончен? Может, приступим к делам? Что там за деликатность? Моя сестра сама себя тоже не излечит.

{Сен, неделя спустя, герцогство Арис, поместье герцога}

Каким-то чудесным образом моё ближайшее окружение выросло до чудовищных размеров толпы. Мой взгляд медленно скользил по лицам присутствующих.

Фериш. Старший приёмный брат. До сих пор не придумал, куда его приткнуть с новыми-то талантами.

Гнома Фарана. Блондинка не очень любила находиться на публике и сейчас сидела, прижавшись к Феришу. Просто ода милосердию, не зря я её спас в своё время.

Родигес. Младший брат, до сих пор не определился с тем, кем же он хочет быть.

Первый и Второй. Два ученика Боя. Когда они только появились в моей команде, я и не догадывался насколько ценными людьми они станут. Первый, фактически моя правая рука, идеальный исполнитель. Второй когда-нибудь станет идеальной главой охраны и сопровождения, а пока мастерски справляется с моей малой гвардией.

Мастер Роган. Наш спор ещё в силе, надо будет потренироваться и победить его. Такой вассал мне пригодится.

Джула. Сестрёнка, ещё бледная после лечения, сидела отдельно. Расстроенная и немного надувшаяся: великая целительница Леария убрала все последствия демонического вмешательства, но детей Джула больше иметь не сможет. Даже божественная сила имеет ограничения. А надулась брюнетка из-за того, что я вчера волевым решением повесил эту обузу на шею Первому, то есть обручил их своей новой властью герцога и властителя окрестных земель.

Эрик Хонконен. Старый Лис и этим всё сказано. Когда-то я слышал старую песенку, что-то про службу опасную, трудную и невидную. Вот это про него. Жизнь у него предстоит увлекательная.

Урсула, Артур, Костя, Иван, Алла, Яков, Амалия, Динара, Рената, Дмитрий, Радислав, Сергей. Моя идеальная дюжина. Управленцы, которых я притащил с самой Земли. На них у меня просто имперские планы.

Не хватало только лича. Но и за этим дело не станет, в скором времени он переселится в герцогство: место для якорей уже найдены и подготовлены. Новым домом для лича должно стать второе поместье герцога-демонопоклонника – все свои мерзкие дела он проворачивал там.

– Тост! Вы молодцы! – произнёс я, поднимая по такому случаю бокал вина. – Вы успешно достигли первой, но очень важной цели! Мы подмяли под себя целое герцогство! За то, чтобы и дальше мы шли к нашим целям рука об руку!

Перезвон бокалов и пир начался.

«Не думал, что когда-нибудь обзаведёмся собственным двором».

Не думал, что это будет так скоро.

Но пир как-то не задался: все слишком сильно зациклились на своей работе и хотели вернуться к своим проектам. Так что пир довольно скоро распался на кружки по интересам, в рамках которых шло обсуждение, как создать новое идеальное герцогство. Я фланировал между ними и по возможности давал ценные комментарии, иногда не очень успешно: слишком много деталей и неизвестных нюансов.

Вечером я сидел в своих новых покоях с Первый, Вторым и старым Лисом. Думали об обеспечении безопасности герцогства и как организовать передислокацию всех ценностей, в том числе гоблинов, из королевства Эльран на мои земли. Пазл пока складывался с трудом: по всему выходило, что придётся строить стационарный демонологический портал. Вот только здесь не Дшехеронж, он сожрёт безумную прорву маны. Но в то, что караваны не пропустят эльфы, не снявшие наблюдателей до сих пор – в этом никто из присутствующих не сомневался.

– Резюмируя, – подвёл итог барон, – всё более-менее ценное отправляем порталом. Малоценное бросаем. То, что нельзя порталом, отправляем гоблинами. Они в обычном лесу дадут фору любому эльфу. Всё верно?

– Да, – кивнул я, – тогда на сегодня всё?

– Господин, я хочу поднять вопрос с полудемонами, – произнёс Первый.

– А что с ним не так?

– Что с ними делать? Если светлые получат такое могущественное оружие…

– Юноша прав, герцог, – поддержал безопасник.

– Я всё знаю, но не вижу во всём этом особенной проблемы. Защита Светлого Леса, конечно, крепкий орешек, и после последнего шухера они усилили меры безопасности и теперь серьёзно относятся к охране, не полагаясь только на природную защиту. Но вы упускаете из виду следующий простой факт: эльфы пустили внутрь своего природного периметра демонов. Это огромнейшая дыра в безопасности. Что нужно сделать? Во-первых, создать бомбу.

– Наподобие той, какой вы убили эльфийского архимага, господин? – подал голос Второй.

– Нет, – я покачал головой, – с высокой степенью вероятности эльфы к этому уже готовы. И мы просто потратим ценные ингредиенты. Здесь надо что-то принципиально другое, нечто подобное прорыву Хаоса, только наоборот – кристаллизация Абсолюта.

– Это возможно? – спросил финн.

– Всё возможно. Только я не знаю как. Пока не знаю. Второй шаг – пустить демона-бомбера через доминион Елизароли и вывести его внутри закрытой зоны, – я вытащил сигариллу, щёлкнул пальцами, затянулся и продолжил, – третий шаг! Бам! И нет больше полудемонов.

С последним словом из моих внезапно ослабших пальцев выпала сигарилла, а сердце остановилось. Последним, кого я увидел, был кинувшийся ко мне Первый:

– Господина отравили.

Глава 11. Чудо рождения

{Сен, несколько часов спустя, герцогство Арис, поместье герцога}

Возвращение. Тёмная пелена медленно сползала с сознания, высвобождая хаос мыслей. Мысль, идея, страх, незнание, боль… боль, тянущаяся откуда-то изнутри. Всё смешалось в адский коктейль. Я открыл глаза.

– Его светлость открыл глаза, господин, – я приподнялся на кровати и увидел слегка полную рыжеволосую женщину, смотрящую в сторону. Она крутила в своих руках то ли большую салфетку, то ли маленькое полотенце, точнее крутила остатки этого предмета. Кто это вообще? Почему она так взволнована?

«Потому что сбоку стоит Первый. Это сиделка, а может местный лекарь. Как ты думаешь, что пообещал Первый местным аборигенам, если ты не очнёшься?»

Шиза?! Живой? Рад слышать!

«В очередной раз напоминаю тебе о том, что ты и я – мы одно целое!»

Да помню-помню я. Просто с такими вещами нельзя быть ни в чём уверенными.

«Тоже опыт!»

Я рывком встал с кровати и чуть не упал. Мышцы отказывались действовать, ученик Боя успел поддержать меня.

– Господин, – начал Первый.

– Нет, – прервал я его и сконцентрировался внутри себя. Падение в виртуальное ускорение, миллионы мыслеприказов отправились во все концы моего тела, взбадривая меня после этой смерти.

Прошла минута в реальном мире, прежде чем от наноботов появился результат.

– Я почти в норме, – оторвался от Первого и кинул на себя несколько общеукрепляющих конструктов, – а вот теперь совсем хорошо. Рыжая, не знаю кто ты такая, брысь отсюда.

– Господин, – Первый проводил улепетывающую девушку взглядом и продолжил, – если позволено, что случилось?

– Собери всех, – я покрутил головой, разминая шею. – Отвечу всем и сразу.

Собрать всех членов команды оказалось несложно, практически все сидели рядом, волнуясь и не понимая, что же произошло.

– Так, все сели? – риторически спросил я. – После того, как меня всего ощупали и убедились, что я снова с ними. – Да, да, я снова жив. Надеюсь, всех это событие радует, – множество смешков, местами натянутых.

– То есть, ты всё-таки умер? – спросил Старый Лис.

– Смерть – это, конечно, неправильное слово. С тем же успехом можно сказать – уснул.

– То есть, ты знаешь, что с тобой произошло.

– Да, – я кивнул, – иначе бы меня с вами сейчас не было. Я знаю, что со мной произошло. Меня не отравили, не прокляли, не сглазили, не прицепили астральную пиявку. Никто извне не виноват. В общем, причин для паники нет.

– Господин, вы сможете озвучить причины произошедшего? – спросил Второй, он редко подавал голос, будучи в общении со мной, уступая роль гласа Первому.

– Причин сказать не могу, – я немного помолчал, раздумывая и продолжил, – на Земле есть очень старая поговорка. Незнание законов не освобождает от ответственности…

– Но знание зачастую освобождает, – тихо пробормотал барон.

– И как верно подсказывают из зала, – усмехнулся я, – но знание законов зачастую освобождает от ответственности. Всё это не распространяется на законы Творца: незнание законов Творца освобождает от ответственности, а знание этих законов делает их выполнение строго обязательным. В этом есть принципиальное отличие между законами людей и законами Творца.

– Ты знаешь законы Творца? – удивлённо спросила Джула.

– Никто не может знать законы Творца кроме Творца. Я, скажем так, имею весьма смутное представление. Сразу предупреждаю, отвечать на дальнейшие вопросы я не стану.

– Ваша Светлость, – обратился ко мне Сергей, – позволите один отвлечённый вопрос во теме.

– Ваше Сиятельство, – поправил я его, – ты меня знаешь под титулом графа. А обратился ко мне как к герцогу. Меня ещё не короновали. Но вопрос дозволяю.

– Как скажете, Ваше Сиятельство, – легко согласился Сергей, – это может произойти с кем-нибудь из нас?

– Нет, – я покачал головой, – для всех вас незнание гарантирует отсутствие последствий.

– Тогда позволите вернуться к своим обязанностям? Нам предстоит пройти немалый путь.

– Конечно. Все свободны. Рекомендую всем обратить внимание на решительный настрой Сергея. Хвалю. Желание достигать результата всегда достойно восхищения.

– Прошу всех задержаться на несколько секунд, – подал голос старый финн, – у нас есть один нерешённый вопрос: информация о вашем отравлении уже утекла за внешний периметр. Конечно, искажённая, да и ваша личность до сих пор остаётся тайной. Факт утечки уже зафиксирован.

– Это проблема?

– Это может стать проблемой. Необходимо выработать комплексную историю для противодействия утечки подлинных информационных активов.

– Дезинформационное воздействие?

– Да.

– Хорошо. Версия с моим отравлением хороша. Например, синей пылью солнечных эльфов. Сложный яд, который практически невозможно определить с помощью магии, и доступный на рынке. За огромные деньги, но доступный. Но версия и её детали сугубо на вашей совести. Барон, ты главный за безопасность, вам и карты в руки. Все свободны. Первый останься, у меня к тебе есть вопрос.

Я отошёл к окну, ожидая когда все покинут комнату.

– Да, господин.

– Далеко ли отсюда до океана?

– До океана Бурь? – даже слегка удивился юноша.

– На Кахоре других океанов насколько мне известно нет.

– Чуть больше трёхсот километров, насколько мне известно. Мы ещё не отправляли туда команды, чтобы установить власть. Там практически никто не живёт…

Я вопросительно посмотрел на помощника.

– Круглый год температура около нуля, постоянные штормы, торнадо, нежданный снег и град в любое время года. Там ничего не растёт, нет никакой живности, кроме самой примитивной. Голые скалы и камни.

– Ресурсы?

– Нет информации. Выяснить?

– Нет. Это во мне рачительный хозяин говорит. Я хотел посетить океан, чтобы немножко выпустить ярость.

– Ярость, господин?

– Да. Я сейчас немного неуравновешен, – я говорил спокойно, но внутри постепенно накатывала волна злобы. Старый недобрый друг – яростное безумие, последствие демонического обращения, пришёл ко мне в гости, – мне требуется её выпустить. Надо срочно с кем-нибудь сразиться.

«Может не стоит?»

Не беси меня!

– Господин, вы всегда можете сразиться со мной или с мастером Роганом. Уверен, что он с удовольствием вам поможет.

Я зло рассмеялся.

– Первый, ты же умный парень. Под словом сразиться я понимаю совершенно иное. Отражение моего безумия возвращается, а оно не примет никакого потешного боя.

Юноша задумался на минуту, а потом взвешенно стал рассуждать:

– У нас всего пятеро соседей: королевство Эльран на юге, гномы на юго-востоке, северные эльфы на северо-востоке, океан на севере и Проклятые Горы на западе.

– Точно, Проклятые Горы.

– Господин, вы уверены, что это хорошая идея?

– Что?

– Вторгнуться в Проклятые Горы, – уточнил Первый.

– Кто сказал, что я собираюсь туда идти? Я же не больной! – я усмехнулся. – Ты мне напомнил о Проклятых Горах. Они же формально относятся к герцогству?

– Да, господин. Но если вы не собираетесь в горы, то каково ваше решение?

– После очередной смерти у меня некоторая забывчивость. У меня же есть архитектор путей. Пусть тварь немного поработает. Я отправлюсь на наш северный курорт – идеальное место, чтобы немножечко сойти с ума…

{Сен, герцогство Арис, северная граница, побережье Океана Бурь}

Остатки злобы расплескались в разные стороны словно последние волны в спокойном озере. Безумие медленно отступало.

Я стоял на скале, вызывающе вгрызающейся в океан, передо мной расстилалась огромная, хотел бы сказать гладь, но нет, передо мной расстилалась огромная бушующая бесконечность чего-то отдалённо напоминающего воду.

«Тут, конечно, красиво, но мне кажется, что пора валить».

Я огляделся: в воздухе медленно растворялись остатки боевых конструктов, смысл части которых не понимал даже я. Выплеснулся я сильно, даже не знаю сколько мощи я вбухал в океан. Хотя ему вряд ли что-то будет: всё равно, что плюнуть в Бездну. Бездна даже не заметит.

«Я бы не был столь уверен».

А? – я отвлекся от созерцания Океана Бурь. До этого я никогда толком не видел его, в незамутненном сознании так сказать, только после обращения. Но последнее слишком сильно влияет на восприятие, чтобы брать те ощущения в расчёт. К тому же свою роль играло географическое расположение. Как ни странно, но южная часть океана показалась мне куда спокойнее.

Весь океан буквально бурлил от силы и странных хаотичных конструктов, не зря я сравнил его с Бездной.

«Алло. На галерке! Совсем тупой? Вали отсюда!»

Что?! В кои-то веки можно расслабиться и полюбоваться.

«Чем? Ты тут полмира раздраконил! Тебя сейчас тот морской дракон расслабит и отлюбит!»

Дракон? Где?

Падение в виртуал! Ускорение! Все вторичные на максимум!

Шиза! Бесполезный ты кусок!

«Я-то тут причем? Это ты по своей дурости залез в эту жопу мира!»

Тело дракона ещё нельзя было увидеть глазами, зато магический след от разъяренного водного жителя фонил даже сквозь километры.

Шиза, а почему ты уверен, что это морской дракон?

«Да без разницы! Даже, если это морской кролик, тебе от этого легче не станет! Местным жителям явно не понравилось, что ты сбросил свою ярость в их уютный мирок».

В то время, как мы вели неспешный разговор с Шизой, вторичные успешно выдернули тварь-архитектора в реальный мир.

– Портал назад, – я швырнул приказ.

– У меня кончились силы, хозяин, – заканючила тварь, принявшая в этот раз ещё один омерзительный образ в виде милой маленькой белокурой девочки, вот только вместо рта у нее был вонючий провал словно у демонического червя.

– Я тебя скормлю той живности, что несётся сюда, – я встряхнул демона за шкирку. – Бытует мнение, что перерождение у демонов – крайне болезненный процесс. Расскажешь! Когда воскреснешь!

– Хозяин! – заверещала тварь. – Одну минуту!

{Дом Бератрона, Сен}

– Любопытно, – произнес лич.

– Ага, – я согласно кивнул, – огромная тварь. Почти что пятьдесят метров. Злобная и сильная. Хорошо, демонесса вытянула вовремя. Не думаю, что продержался бы больше десяти-двадцати секунд.

– Не преувеличивай. В тебе силы, да что тут говорить, дури! Как в молодом буйволе.

– Я опустошил себя.

– Неразумно.

– Хуже было бы бойню среди своих устроить, учитель.

Лич тяжело посмотрел на меня и после паузы сказал:

– Тебе надо разобраться со своим мнимым безумием.

– Мнимым?

– А как иначе? От демона в тебе всё вычищено. Святая поработала на славу. Тебе самому нравятся эти приступы, эти манящие приступы бесконтрольных потоков силы и магии, – лич отпил воды и продолжил, – не ты первый, не ты последний. Многих талантливых магов сожгла жажда грубой, дикой силы. В тебе эта жажда стала проявляться слишком сильно.

– То есть моя магия сводит меня с ума?

– Не говори глупости. Магия – это инструмент. Не больше и не меньше. Магия не сходит с ума и не сводит с ума. С ума сходят люди. Чаще всего сами. Ладно, ты у меня самый умный из учеников, и что важно к тому же ещё самый удачливый. Так что выпутаешься.

– Ага, – я мотнул головой, – я к чему про дракона рассказывал? Отличное место для вашей новой резиденции, учитель.

– Около огромных червяков-переростков с неизвестными границами силы?

– Именно! Кто вас там найдет? К тому же магический фон вывернут наизнанку. Найти что-нибудь быстро нереально, а основательно подготовиться не дадут морские твари.

– Ты предлагаешь дом прямо на побережье?

– Конечно, нет, учитель. У нас нет столько времени.

– Если это вообще возможно.

– Возможно. У Тёмного Алхимика же получилось.

– На то он и был гением. Мы не можем строить планы на вероятности повторить его гениальное решение.

– Повторить – нет. Понять, конечно, сможем. Надо всего лишь добраться до его острова, и всего лишь вскрыть защиту, и всего лишь понять, как она работает, – я рассмеялся. Лич рассмеялся в ответ и через пару минут сказал:

– Шутку я понял, но если серьёзно, что у тебя на уме?

– Объяснение потребует немало времени, – я отпил сока, чтобы помочь горлу перед длительными разъяснениями.

– Бессмертным спешить особо некуда, – усмехнулся лич.

Через три часа лич откинулся в кресле и задумчиво вымолвил:

– Возможно, я ошибся, и та святая тебя недолечила. Безумием прямо с ног сшибает.

– Ну… План немного сыроват, – я пожал плечами.

– Сыроват? Сыроват был вчера мой вечерний стейк, – лич рассмеялся, – а твой план, если станет чуть сырее, то замычит и убежит в степь! Я обдумаю твоё предложение, конечно, а сейчас предлагаю пообщаться с твоим гостем.

– Гостем?

– Запамятовал? – удивился лич. – Падший Ар… Ты же мне его сам притащил, чтобы обработать. Неужели забыл?

– Забыл, – я кивнул и сладко улыбнулся, – пациент действительно готов?

– Готов!

– Хорошо…

{Сен, часом позднее}

– Пришлось его проявить, – объяснил лич, когда мы вошли в подвал со звездой призыва, – печать мощная. Никуда не денется, даже если бы он вживую тут находился.

– Я правильно понимаю, что его гнилая душа так и осталась в камне, а сюда вытащена псевдоматериальная оболочка? – Бератрон постарался на славу, я с удовольствием рассматривал красивые структуры печатей призыва и удержания, монолитные плетения буквально дышали силой и надежностью.

– Да. Пытать души, за редким исключением, могут только демоны.

Я кивнул учителю и обратил внимание на демона. Падший Ар в этот раз принял его любимую форму старика в черном балахоне с капюшоном.

– Признал? – я зло поинтересовался у твари. Хорошо, что недавно выместил свой гнев, иначе неприятных инцидентов не миновать.

– Владыка! – старик сделал шутливый реверанс.

Лич взглядом обозначил вопрос.

– С его точки зрения я минимум временный муж Елиразоли. Демоны… – я покачал головой, отгоняя тени воспоминаний, – но недостаток почтительности неуместен! Учитель, прошу…

Лич отдал приказ в звезду, и высшего демона свернуло от боли, визг было резанул по ушам, но защита звёзды быстро погасила этот инцидент. Демон покрылся тёмной дымкой, буквально тая в воздухе, но лич являлся слишком опытным демонологом, чтобы позволить твари ускользнуть в камень душ.

– Итак, – я дождался, когда высший обретёт достаточную материальность, чтобы говорить, – надеюсь кривляния закончились. И мы сможем пообщаться, а поговорить нам есть о чём…

Я подтянул телекинезом стул, сел поудобнее и начал допрос про текущее состояние в доминионе. Может, найду лазейку, чтобы отблагодарить гостеприимную хозяйку по всей строгости…

Прошло чуть больше часа допроса, допроса тяжёлого. Демон ни в какую не хотел делиться информацией. Нет, он не врал и тем более не молчал, но все его ответы были настолько уклончивы, что зачастую уводили очень далеко от основной темы. На удивление, разумная тварь, на удивление! Все-таки близость к Бездне должна плохо влиять на мыслительный процесс, но эта тварь переспорила бы немало философов Кахора.

– Ладно, Падший, мы ещё продолжим, – я махнул рукой, – я найду способ «порадовать» твою госпожу.

– Оооо, – издал протяжный смешок старик, – Владыка хочет порадовать прекрасную Елиразоли ещё раз?

Я развернулся и указал глазами на дверь, приглашая учителя покинуть надоевший подвал.

– Это он про твоё совокупление с Елиразоли? – спросил лич, вставая.

– Видимо! Про что ещё он может болтать? – я покачал головой, сделал пару шагов, – Стоп! – я остановился, как вкопанный, пораженный ужасным предположением. – Тварь! Что ты имеешь в виду?

{Сен и Бератрон на веранде дома Бератрона}

– Что ты собираешься сделать? – прервал молчание лич.

Мы сидели на террасе, я курил одну за другой сигариллы, несмотря на плюсы ускоренного мышления и множественного сознания, пользоваться ими не хотелось. Внутри разгорелась ярая антипатия. Хотелось курить, курить и думать одни и те же мысли по кругу: почему и что делать?

– Ты уже час сидишь… – намекнул лич.

«Для мёртвого он слишком суетлив».

Через час молчания раздраженно подал голос Шиза, что в свою очередь прервало круговорот бессмысленных мыслей и пустых ритуальных действий. Я откинул окурок в сторону, попутно испепелив его силой магии, и произнес:

– Буду делать то, что умею. Убивать, подчинять и заставлять.

– В этом-то я не сомневался, – угрюмо усмехнулся Бератрон, – меня интересует конкретика.

– Плохих убить, хороших не убивать, детей выкрасть.

– Всех? – нехорошо прищурился лич.

– Всех, – кивнул я, – абсолютно всех.

– Ты абсолютно уверен? – возможно, не стоит бесить мертвого архимага, к тому же на его территории. Но сейчас мне было категорически всё равно!

– Абсолютно. У меня классическое образование. Дети – цветы жизни. Особенно свои. Даже, если они от… неприятной тебе, кхм… женщины.

– Какой женщины? От твари, ученик, от мерзкой твари, – поморщился лич, – не очеловечивай ее!

– И не думал, – я покачал головой, – то, что я оплодотворил Елиразоли. не меняет моего к ней отношения.

– Одно то, что ты используешь слово оплодотворил!

– Не отменяет того факта, что у меня, оказывается, есть сын.

– Какой к демонам сын? Ты ещё скажи наследник! Первенец! – взорвался лич.

– У меня вроде уже есть один сын. У феек. Надо бы кстати их найти и наконец-то познакомиться со своим первенцем.

– Тем более! Не очеловечивай свою слабость! Свою ошибку! Это не твой сын! Это твоя слабость в минуту грехопадения! – лич всё больше распалялся.

– Учитель! – я поднял ладони в жесте остановки. – Не надо гадать. Сын-не сын. Тварь-не тварь. Сначала вытащим его и других детей из листвы остроухих ублюдков, а затем будем гадать. Надо связаться с Турусом, чтобы… – я начал излагать наметки на будущее.

– Чего? Ты с кем собрался связаться? С Турусом? Тем самым Турусом? – хорошо, что Бератрон уже как бы мёртвый. Иначе бы сердечко у него прихватило.

– Я только одного Туруса знаю. Да, надо обратиться к Турусу за помощью, да и советом тоже. Все равно без церкви Триединого мы подобное не сможем провернуть!

– Всё-таки человек может вырваться из Бездны. А вот Бездна из человека уже не уйдёт никогда! Ты собрался заявиться к будущему Патриарху и сообщить ему, что ты лично причастен к созданию чудовища, которое уничтожит весь наш мир?

– Какое чудовище? – возмутился я. – Это младенец! Пока всего лишь младенец.

– Сен де Мориан! – отчеканил лич. – Жизнь удивительна и разнообразна. Много удивительнее и разнообразнее, чем смерть. И я в этом только что убедился в очередной раз. Наш разговор безумен от начала и до конца! Я не понимаю, откуда у тебя проснулись какие-то родительские чувства, но ты, узнав, что у тебя есть сын от Верховной Демонессы, собираешься пойти к Великому Инквизитору, чтобы тот помог тебе его спасти. Спасти существо, заметь, из уважения к тебе я не говорю грубее! Спасти существо, которое с высокой долей вероятности является непосредственной причиной и участником Эльранского Пророчества об уничтожении всего нашего мира.

– Хм, – я закурил сигариллу и откинулся в кресле, – если смотреть с такой стороны, то это действительно выглядит немного безумно. Вот только моя интуиция говорит, что если мы не спасем моего сына, тогда он точно станет причиной гибели нашего мира.

{Где-то в Святой Земле, Турус и Сен}

Мы с будущим Патриархом расположились в переговорной дворца Патриарха. Я пил сок, курил и молчал, Турус молчал тоже. Он размышлял над моими словами: ни много, ни мало, я предложил церкви Триединого поучаствовать в спасении Кахора, а для начала реализовать проект по вытаскиванию полудемонов из лап эльфов.

– Зачем тебе наша помощь? Деньги? – Турус пронзительно посмотрел на меня.

– Деньги – не проблема, – я покачал головой, – проблема в том, что деньги нужны здесь и сейчас. Сформировать источники фондирования для этого проекта не сложно, и они уже создаются в данный момент. Но мы упустим время, а каждый день оттягивания решения может стать фатальным. Но даже сейчас этот вопрос не является ключевым, я могу найти бюджет для этого проекта. Да, деньги будут грязными, но цель оправдывает средства.

– Ага, – хмуро буркнул Турус, – тебя твои цели уже в Бездну привели. Цель у него средства оправдывает! Тогда зачем тебе нужны мы?

– Я мир спасать не собираюсь. Максимум окажу посильную помощь. Но мир должен спасти себя сам. Умрут тысячи, миллионы разумных, но не я отправлю их в бой, – жестокость проскользнула в моих словах, – предвосхищая вопросы: если мы не договоримся, то я просто эмигрирую в другой мир. Возьму всех своих, чемодан, портал, другой мир.

– Ты же только что герцогство отхватил…

– Это всего-то лишь мишура. Я в другом мире королем стану, если захочу.

– Тогда почему не уходишь сейчас? Если тебе плевать на Кахор.

– Я не сказал, что мне плевать на Кахор, я не собираюсь так просто сдаваться, просто сразу предупреждаю, что я стоять до последнего не стану.

– Спасибо за честность, – скорее вопросительно поблагодарил Турус, – теперь, когда мы обозначили начальные позиции, объясни, почему ты пришел к нам?

– У церкви Триединого есть две важнейших роли в моём плане. Первая: наставничество. Я не смогу воспитать этих детей. И никто в моем окружении с этим не справится. Их коснулась Бездна, им придется всю свою жизнь с ней бороться, обуздывать свои страсти и эмоции, отказываться от искусов… Я не способен к смирению и научить смирению не смогу. А твои монахи смогут.

– Не мои. Монахи входят в другой орден.

– Ты уже одной ногой Патриарх.

– Сен!

– Хорошо. Вторая причина. Нужен аудит. Всегда. Для нашего проекта он жизненно необходим.

– То есть ты за контроль? – задумчиво проронил Турус.

– Конечно, – я выпустил облако дыма, – за взаимный контроль. Несмотря на общую цель, мы кардинально разные… центры сил. В этом сила нашего союза, мы смотрим на ситуацию с разных сторон и не позволим друг другу изменить правила игры.

– Пока мы придерживаемся общей цели.

Я кивнул.

– Про демонят я понял, – Турус встал и прошелся по комнате, – теперь обсудим твое основное предложение. Ты предлагаешь впустить орды демонов в наш мир…

– Нет. Это лишь побочный эффект! Кахор испещерён червоточинами и остатками магии. Наш мир тонет в Бездне. И ты это знаешь. Невозможно залатать миллионы маленьких проколов. Если бы у нас были пара десятков тысяч мастеров-демонологов, то, конечно, это было бы возможно. Но тогда бы у нас были другие проблемы.

– Ты утверждаешь, что знаешь, как свести все эти червоточины в одно место.

– Плюс-минус, – я выдохнул облако дыма, – с определенными оговорками. Не все, а значительную часть. Не в одно место, а в одну крупную область. Правда, повторю, что есть нюанс: эти изъяны сольются воедино, и вместо множества мелких червоточин окажется несколько очень крупных. Это и хорошо, и плохо одновременно.

– Объясни ещё раз, – Турус раздраженно потряс пачкой документов, – только своими словами. С простыми примерами, без всей этой безумной мозгодробительной чуши типа, – инквизитор открыл первый попавшийся лист и прочитал вслух, – сигма-напряжение внешнего контура дельта изнанки мира снизится на 13 процентов.

– Хорошо. Если смотреть с самого верха, то тут всё просто. Представь, что наш мир – это шар, который плавает в океане Хаоса, а сверху на него давит бесконечность Абсолюта. Это, конечно, чудовищно не так, но для общего понимания это описание подойдёт. Внутри шара наш Кахор, а сфера вокруг шара – это оболочка нашего мира. Оболочка каждого мира – это сложнейший коктейль из Хаоса, Абсолюта и прочих первоматерий. Оболочка – вещь крайне надежная, основательная, она успешно противостоит кошмарному давлению со всех сторон. Проблемы возникают в тот момент, когда маги пользуются магией, каждый магический конструкт оставляет след-проплешину из третичного отражения Абсолюта в оболочке мира.

– Третичного чего?

– Забудь. В общем, каждое заклинание делает брешь в оболочке мира: червоточины. Мелкие червоточины наш мир затягивает без проблем, но вот крупные могут существовать долго и они нарушают герметичность нашего шара-мира, который медленно погружается в Бездну. На оболочку мира увеличивается нагрузка Хаоса, и в мир сквозь эти червоточины начинают проникать различные твари Бездны. Так называемые демоны или ещё что похуже.

– Похуже?

– Не сейчас, – отмахнулся я, – но, как говорится в местах, откуда я родом, нет худа без добра. Каждый демон, прошедший через червоточину, истончает её – его след Хаоса нивелирует избыточное влияние Абсолюта червоточины. Конечно, не всё так просто, но в целом… – я помахал кистью обозначая неопределенность. – Кстати, именно по этой причине надо любить и холить демонологов. Так как мы постоянно протаскиваем демонов в мир и косвенным способом латаем дырки в мире. Вот только соотношение демонологов меньше процента от остальных магов, а для баланса требуется не меньше трети. К тому же избыток демонологии влечет за собой другие фатальные риски. Так что не будем об этом.

– Исходя из твоих слов, я вижу очень простое решение: убить всех магов, – если бы я не знал Туруса настолько хорошо, я бы посчитал это шуткой. Вот только Туруса я знал, и этот гребанный фанатик вполне может переключиться на столь кардинальное решение.

– Я размышлял над этим планом, – я достал новую сигариллу, – маги просто так не исчезнут. Будет кровавая баня, которая выжжет мир. Во-вторых, даже если представить, что магов больше нет. Никуда существующие червоточины не исчезнут. Через них будет лезть потустороннее, а сил справится со злом не будет. Одними монахами и инквизиторами здесь не обойтись. Так что этот план – дерьмо. Не реалистичен и не ведет к решению проблемы.

– Угу, – Турус вроде согласился со мной, но я-то видел, что внутри своих мыслей он примеряет план на реальность.

– Турус! Если церковь Триединого надумает пойти этим путем, то сообщи пожалуйста мне. Я соберу манатки, родных и отчалю в другой мир. Хорошо?

– Давай к твоему плану, – Турус не ответил на вопрос, но вроде бы перестал рассуждать о безумной идее вырезать всех магов.

«Я бы не стал категорично про безумие. На Земле же успешно вырезали всех магов в древности».

– Я в ходе своих странствий узнал способ, как стянуть большую часть червоточин в одну область. При этом червоточины сольются между собой и укрупнятся. В этом есть свой плюс: допустим, что через мелкую червоточину может пройти сотня условно нормальных демонов. То есть через тысячу подобных щелей может пройти легион тварей в сотню тысяч. Но если эти червоточины сольются в крупный пробой, то пройти сможет от силы двадцать тысяч условно нормальных демонов.

– Хорошая математика, давай минусы.

– Самый главный минус – через крупный пробой может пролезть что-то по-настоящему крупное. Например, высший демон. Или владыка какого-нибудь доминиона.

– Ясно, – не весело буркнул Турус, – хорошо, изгнание высшего демона – это задача вполне решаемая, но если сольются миллион червоточин? Что произойдет?

– Ничего хорошего, – Турус попал своим вопросом в цель, – в мире появится настоящая дыра. Через которую сможет пролезть что-то совсем нехорошее.

– Например?

– Например, гигантский демонический червь. Или ещё какая-нибудь Ктулха. Как оперативно изгнать такую мерзость я не знаю. Не уверен, что это вообще возможно.

– Что произойдет в этом случае?

– Кахор погрузится в Бездну очень быстро. Гигантский червь способен пожрать мир за пару-тройку дней.

– Безумие…

– Ничего подобного. У нас вариант либо медленно и гарантированно умереть, либо рискнуть и получить шанс выжить.

– Такие вещи надо обсуждать с Патриархом.

– Конечно. Когда?

– Я сегодня обсужу с Патриархом твой план.

– Хорошо. Где мне подождать ответа?

– Когда я говорил – я, то я имел в виду – мы. Я передам бумаги его секретарю. Через несколько часов встретимся с самим Патриархом.

– Отлично.

«За что я люблю церковь Триединого, так за то, что парни реально быстрые на решения, когда в этом есть необходимость».

– Турус, – аккуратно произнес я.

– Говори, – резко отчеканил инквизитор, – какой нюанс ты не упомянул? – Турус знал меня тоже слишком хорошо.

– Да, есть нюанс. Среди полудемонов есть один, который должен возглавить их всех. Сын самой Елиразоли.

– Полудемон от верховной демонессы? – с неприятием поморщился инквизитор. – На редкость мерзкая вырастет тварь.

– Это также мой сын.

– Ты когда-нибудь до костра допляшешься, – через минуту молчания проронил священник, – до настоящего очистительного костра.

– Я уже это слышал, – дежавю резануло слух.

– Ты хочешь спасти его тоже? – утвердительно спросил Турус.

{Турус и Патриарх, дворец Патриарха, Святые Земли, следующий день}

Старик сидел в потертом кожаном кресле и смотрел в окно, подле него на небольшом красном пуфике сидел секретарь. Турус сидел в кресле для посетителей и терпеливо ждал ответа от Патриарха.

– Он опаснее шеруанской кобры, – водянистый взгляд старинка не выражал ничего.

– Да, Ваше Святейшество, – Великий Инквизитор, сложивший свои могучие руки на колени и трепетно ловивший каждое слово главы церкви, сейчас напоминал школяра семинарии.

Прошло пятнадцать минут тишины, прежде чем Патриарх проронил следующую фразу:

– Он не верит в пророчество. Он знает, что Эльранский Пророк ошибся.

– Ваше Святейшество, – подал голос секретарь. Патриарх всегда говорил короткими фразами, но сегодня сжатость мыслей удивляла даже секретаря, – герцог считает, что у Светлых эльфов есть дитя Абсолюта. Что и дает им определенную смелость в сделках с демонами.

– Нет. Дитя Хаоса, – старик начал вставать, покачнулся назад, но его сразу же уверенно поддержала ладонь Туруса, – он его видел.

Патриарх медленно проковылял к окну, Турус почтительно шел рядом, готовый в любой момент помочь.

– Алианский Монастырь, – в этом месте собрались лучшие аналитики и мыслители церкви. Секретарь без лишних слов понял, что Патриарх требует проработать свою гипотезу:

– Да, Владыка.

Патриарх молча смотрел в окно на накатывающие на берег волны, на белых чаек, круживших над водой. Молча смотрел и думал, наконец, через полчаса он проронил:

– Безумие заразно.

– Ваше Святейшество? – недоуменно уточнил Турус через минуту.

– Договоритесь с герцогом, – существо, через которое протекала вся мощь кахорской церкви Триединого вернулось в своё кресло, прикрыло глаза и задремало.

{Вечером того же дня, Сен и Турус}

– Рад? – спросил Турус.

– В течение пяти лет нельзя допустить утечек информации. Совсем, – не ответил на вопрос я, – эльфы не должны узнать о своей роли жертвенного агнца. По крайней мере, пока.

– Пока что?

– Пока я не купирую их влияние в империях. Самые передовые технологии, крупнейшие армии, сильные экономики и умелые архимаги. Это все сконцентрировано на западе, в Северной и Южной империях. И сейчас они опутаны паутиной влияния светлых эльфов.

– Только эти империи противостоят друг другу. Ты собираешься изменить их тысячелетнее противостояние?

– Да. Других вариантов у нас нет.

– Ты уверен, что в твоем желании свести фокус прорыва на Светлый Лес нет эмоциональной составляющей?

– Я уверен, что она есть. Только без всяких эмоций – это лучшее место. Во-первых, это будет легче всего. Светлые наворотили в своем королевстве столько дыр в Бездну, что заклинание само сфокусируется в этой области. Во-вторых, первый удар придется в довольно хорошо укреплённые земли Светлого Леса и облегчит купирование пораженной территории. В-третьих… да к Асиризу, мы уже по третьему кругу пошли. Что делать глобально понятно. Двадцать-тридцать лет и наступит кульминация, а сейчас давай обсудим план спасения детей.

– Полудемонов, а не детей.

– Детей, – настоял я, – раз мы все-таки сошлись на том, что они будут жить, и мы не подвергнем новую расу геноциду, то это уже не твари, а дети. Которых придется взрастить и желательно, чтобы они психологически напоминали людей.

{Спорные земли между герцогством Арис и княжествами Северных Эльфов}

«Не стоило этого делать.»

Я знаю.

Мой собственный разум был согласен с Шизой, но даже у меня иногда чувства берут верх.

«За ней могут следить».

Я знаю.

«У неё изменится реакция! Светлые твари…»

Шиза, я знаю. Но…

Рабера лежала на моём плече и спокойно спала, её светлые волосы словно первый снег раскинулись на половине ложа.

Шиза, вся наша с тобой жизнь – это сплошной риск, ты задумывался: для чего? Для силы и власти? Зачем они мне нужны, если я не могу хоть ночь провести с тем, кого я люблю?

«Смысл в твоих словах есть, но…»

Нет смысла уже обсуждать. Совершённое не изменишь.

Шиза не ответил. Я, нежно коснувшись губами лба Раберы, перевёл взгляд на потолок походного шатра и позволил себе расслабиться, чтобы насладиться минутами простого счастья. Простого счастья быть с любимым человеком.

Глава 12. Если хочешь что-то сделать, заставь это сделать кого-то другого

{Герцогство Арис, северные побережье, Сен и Бератрон}

Я стоял посреди пустоши и ожидал Бератрона. Через несколько минут откроется портал, и старый Лич переместится в Арис. Самый опасный момент в операции – переход. В эти секунды старые якоря перестанут действовать, а новые ещё не заработают на полную мощь. Именно в этот миг у Асириза есть возможность, чтобы вырвать Бератрона к себе. Конечно, мы дополнительно подстраховались, но с демонами никогда нельзя быть уверенными.

Я волновался и немного мучился от чувства вины, ведь фактически именно мои действия поставили под угрозу тайну существования некроса, которому я по-человечески благодарен за то, что он принял меня и обучил первым шагам в этом мире.

Контур портала засветился и мгновенно осыпался искрами, явив лича.

– Птички плавают в снегу.

– Орки идут на восток, – ответил Бератрон.

Этот простой обмен кодовыми фразами был нужен для проверки того, что некроса не подменили в ходе телепортации. Мы не стали больше обмениваться любезностями, так как Лич приступил к проверке новых якорей, защитных экранов и заклинаний скрытия. Довольно занудное занятие, которое растянется минимум на сутки: Лич последовательно проверит плетения, что я подготовил, внесёт коррекции в огрехи, а затем проверит всё ещё раз.

Я ошибался. Проверка заняла более двух суток. Мерзотная погода моей новой вотчины успела за это время проявить себя во всей красе: почти тропический ливень, град, мокрый снег, а на второй день отвратительно яркое солнце. В очередной раз поблагодарил судьбу за дарованную магию, полностью нивелировавшую минусы погоды.

К концу проверки даже бессмертный лич выглядел усталым:

– Даже мёртвым надо отдыхать, – заметил я, когда сообразил, что Бератрон пошёл на третий цикл проверок.

– Слишком гладко всё прошло, – недовольно сказал некрос.

– Учитель, с демонами так бывает, – я пожал плечами.

– Встречать старость в чертогах Асириза я не хочу. Надо ещё раз проверить.

– Учитель, наше текущее состояние несёт слишком высокий риск для непреднамерненного вмешательства в плетения. Надо цементировать.

Цементирование – жаргонное выражение на Кахоре, обозначающее фиксацию временных плетений внутри артефактов. При построении сложных магических конструкций маги не используют жёсткие каркасы для заклинаний, иначе их изменение, даже при наличии всех ключей доступов, выльется в полную переделку с нуля. Естественно, в бою никто подобным не страдает, там конструкты максимально жёсткие и устойчивые. Сейчас всё ядро защиты Бератрона находилось в гибком состоянии, что меня нервировало. Мало ли диверсия какая, к тому же недалеко находился слабо предсказуемый океан Бурь, в любой момент способный выбросить в пространства потоки сырой магии.

– Ты прав, – выдохнул лич, – приступаем.

Фиксация заклинаний не заняла много времени, поэтому через час мы спустились в подвалы нового дома Бератрона и встретились уже на следующее утро.

Я пил сок и курил, лич качался в кресле и скептически оглядывал пустынные окрестности.

– Тут слегка неуютно, – заметил я.

– Слегка? – Бератрон вопросительно поднял бровь и оглядел глинобитный дом. – Эту халупу стоит сжечь, и построить всё с нуля.

– Согласен, – я кивнул, – так и сделаем. Но крышу надо иметь над головой уже сейчас. Жозефина вряд ли захочет жить на голом поле. К тому же основные помещения под землей.

– Да там этих помещений, – отмахнулся лич, – ещё строить и строить.

– Хорошо быть магом, не надо приглашать строителей. Всегда можешь сам сделать себе дом, – я попробовал подсластить пилюлю.

– Ученик, я тебя прошу, давай без дешёвых подбадриваний, – не проканало, – я архимаг, один из сильнейших демонологов в мире. Меньше всего мне хочется возиться со строительной магией, как какому-нибудь недоразвитому волшебнику.

– Понимаю, учитель. Но тут особенно выбора нет. Профессиональных строителей мы пригласить не сможем ещё какое-то время. Кстати, я хочу показать вам одну занятную вещицу.

{Новое поместье Бератрона, один из подвалов, несколькими минутами позднее}

– Что это? – недоумённо спросил лич, ходя вокруг конструкции.

– Наблюдательная башня. Точнее, прототип шпиля.

– Выглядит странно, – наконец проронил Бератрон, – сам додумался до столь… необычной формы?

– Нет. Подсмотрел в какой иллюстрации к старой книге.

– Из твоего мира? У нас я подобной пустопорожней вульгарности не припомню.

Пятиметровый вытянутый кроваво-красный элипсоид с вертикальной полосой тьмы в центре вызывал не самые приятные ощущения. Особенно, когда это подобие полыхающего кошачьего глаза пялилось лично на тебя.

– Почему он на меня так пристально следит?

«Лич явно не оценил изящество решения».

– Он на магов реагирует и неизвестные ему отклонения.

– Слишком явно, – Лич подошёл вплотную к моему шедевру и запустил сканирующие плетения. – То есть он только реагирует? Защитных и атакующих функций у него нет?

– Пока нет. В финальной версии я добавлю функций, увеличу его до пятидесяти метров, водружу на трёхсотметровый шпиль и раскидаю эти штуки по всему герцогству.

– Ученик, по моему мнению это баловство.

– Почему?

– Столько сил, знаний, энергии и ресурсов вкладывать в наблюдателя, который светится словно ель Северных Эльфов? Наблюдатель должен быть скрыт и не давать повода для опасений. А ты собираешься повесить это… хм, око… на высоченный шпиль. Его же лазутчики увидят за сотню километров.

– Зато эта башня сможет использовать активное сканирование на полную, и её невозможно незаметно обезвредить. К тому же эти шпили являются лишь первой линией обнаружения: скрытое сканирование никто не отменял. Оно тоже планируется, причём нескольких видов.

– Разве что, если посмотреть с такой стороны, – с сомнением произнёс Бератрон.

– Я до этого у эльфов додумался. Из-за их чрезмерного увлечения скрытым сканированием я и смог пробраться к ним незамеченным. Если бы они постоянно использовали активное сканирование, то я вряд ли бы смог оставаться в тени так долго. Совершенно разные подходы в противодействии.

– Оставляй эту штуку, – разрешил Бератрон, – посмотрю, что тут можно улучшить.

– Спасибо, учитель, мне уже пора в опорную базу. Чувствую, что время утекает словно песок, а количество нерешённых дел устрашает.

– Ты всегда можешь отойти в сторону.

– Не мог я отойти в сторону, учитель. А теперь и подавно. Процессы запущены, их уже не остановить.

{Сен, следующий день, герцогство Арис, поместье герцога}

Вернувшись от некроса, я собрал свой «министерский» совет, чтобы объявить новости и скоординировать дальнейшие шаги.

– Главная новость даже и не новость вовсе, – я усмехнулся, – многие из вас знали, а другие догадывались, что я собирал звёздную команду не для того, чтобы самому управлять и реализовывать кучу проектов, – я оглядел свой «двор».

– И что это значит для нас? – спросил барон.

– Это значит, что я не стану управлять нашими проектами, отстраивать герцогство, создавать новые структуры и так далее. Это станете делать вы. Себе я возьму роль ледокола в тех местах, где без меня дело не сдвинется, а также заберу себе проекты, которые могу сделать лишь я. Остальное сами. Если возникнут проблемы, то я, конечно, помогу, но с текущего дня предпочтительно лишний раз меня не беспокоить. Могу объяснить на примере.

– Герцог, – барон Хонконен улыбнулся, приглашая продолжить.

– Хорошо. У нас есть проект по исправлению отношений с гномами, его курирует Костя и Артур. Я знаком с планом и, в целом, с ним согласен, конечно, местами он рискованный.

«Зубов бояться, в рот не давать».

– Но это их проект, – я не обратил внимание на шутку Шизы, – только есть этапы, требующие моего личного присутствия. К примеру, первая встреча с руководством клана Раскалённых Наковален. Её могу провести только я, с другими разумными они даже общаться не станут. Пример понятен? – дождавшись утвердительных кивков, я продолжил: – Спикером совета предлагаю сделать барона Эрика в силу его возраста и житейского опыта, премьер-секретарём – Сергея из-за его опыта в построении сложных процессов и организации кросс-функциональных структур.

– Герцог мне льстит.

– Сергей, – отрезал я, – не время для скромности. Я высоко оценил ваши успехи в организации работы клана Энигма на Земле, теперь время для новой и более сложной игры, но со скромностью закончить! Лестью я не занимаюсь. Никогда. Итак, возражения против назначений? Возражений нет. Отлично. Можем приступить к главному вопросу на сегодняшнем мозговом штурме. Нам нужно отвлечь Светлых Эльфов, нельзя дать им возможность собрать силы и нанести удар.

– И чтобы наш интерес в этом не прослеживался? – барон должен был задать этот очевидный вопрос.

– Конечно. Если эльфы навалятся на герцогство сейчас, то последствия будут самыми печальными. Я вытащу пару козырей из рукава, вот только тогда наш масштабный проект по спасению Кахора скоропостижно завершится. Кахор просто кончится, и пророчество настанет здесь и сейчас, – я откинулся в кресле, приглашая ребят обсудить мой вброс.

«Какие мы грозные!»

Потому что это так и есть.

– …Мы должны распылить их внимание, – это Урсула.

– Ничего критичного, – Сергей.

– Да. Мелочи. Эльфы со своим высокомерием многим стоят поперёк горла.

– Этого одного недостаточно для того, чтобы посеять столкновения.

– Нам и не нужны столкновения. Нам требуются трения, события, противоречия. Во всех концах Кахора. Негативные слухи тоже подойдут. Мы должны забить информационные каналы эльфов шелухой. Их мало, они не смогут пропустить через себя все. Значит им постоянно придётся прикладывать усилия к анализу и вычленению важного. Дробить силы по всему Кахору, чтобы защитить свои интересы.

– Нас тоже немного, – вставила Алла.

– Поэтому мы здесь. Надо выбрать и создать те инструменты, которые бы для нас ничего не стоили. А эльфам придётся прикладывать к этому свои значительные силы. Например, распространить слухи. Любые, самые безумные слухи. Чем наглее ложь, тем больше ей поверят. Пусть в слухах они хоть младенцев едят.

– Они рано или поздно научатся с этим бороться. Пропаганда и инфобомбы имеют конечный срок действия.

– Нам всего лишь надо выиграть время, пока наш герцог плетёт свои паутины в других местах. Когда они научатся противостоять такой инфовойне, мы окрепнем достаточно для прямого противостояния…

– Барон, что вы скажете? – негромко спросил я Эрика, пока команда увлечённо накидывала вектор развития.

– Скажу, что герцог собрал отличную команду, – с усмешкой негромко ответил помолодевший барон, а потом уже громче для всех, – команда правильно мыслит. Слухи и недоговорки – это очень хорошо. У меня есть ещё одно предложение, надеюсь стоящее. Вбить клин между Светлыми и другими эльфами. Начать со слухов, что светлые других за эльфов настоящих не считают. Дескать эти песочные, северные и прочие тёмные даже не эльфы, а скорее люди. Практически обезьяны.

– Хорошая идея, – оценил Костя, – надо её тщательно отработать, – после чего юноша замолчал, погрузившись в собственные мысли.

«Может, не стоило им давать ускорители сознания?»

Опять паранойя?

«Это сильное преимущество, вдруг кто-то из них захочет пройти твоим путем?»

И что? Если кто-то хочет пройти сквозь Бездну, то барабан на шею и жезл в дузло. Или ты думаешь, что кто-то из них кинет мне вызов?

«Например…»

Да пусть себе кидает, мало ли кому какая блажь в голову приходит. Сколько этих схваток впереди.

Пока я пререкался с Шизой, команда закруглилась с обсуждением первого пункта, и я счёл нужным набросить следующий вопрос:

– Надо решить вопрос с финансовыми потоками. Кредит от церкви лишь временная мера. К тому же его ещё надо будет вернуть. Идеи?

– Теневые гильдии. У них обширные запасы, – вставил Яков.

– Никогда не видел еврея, разделяющего коммунистические взгляды, – недоуменные взгляды, – взять и поделить. Понимаю, что это стереотип в корне неверный, но я просто пошутил.

– Мы можем предложить им свои услуги.

– Дополнительное граничное условие: ко второй фазе основного проекта гильдии должны быть сильно ослаблены.

– Почему?

– Они станут бесполезны, а, возможно, даже вредны и опасны. Сейчас все Теневые гильдии исполняют важную роль скрепов Кахора. Наравне с торговыми связями и магическим сообществом, теневики сплавляют интересы сильных мира сего в едином тигле. На втором этапе Кахор распадётся на множество независимых кусочков, и каждый будет выживать самостоятельно. Существование структур, способных аккумулировать много энергии в одной точке, опасно и поставит исполнение второй фазы под угрозу.

– А как же религии? Та же самая церковь Триединого? Как они относятся к идее «децентрализации»?

– Уверен, что они справятся, – я пожал плечами, выживание церкви Триединого ни разу меня не волновало, – вернёмся к денежному вопросу. Как выжать ресурсы из теневиков?

– Предлагаю создать локальные конкурирующие структуры в ключевых местах. Это предоставит нам необходимые ресурсы и ускорит демонтаж Теневых Гильдий.

– Хорошая идея, но не приведет ли это к войне? – подал голос Сергей.

– В любом случае, война неизбежна, – ответил Иван, отвечающий за производство, – деньги и ресурсы нам нужны здесь и сейчас. У нас нет времени выстраивать производственные цепочки, налаживать каналы сбыта, продвигать товар. Самый простой и быстрый способ – отобрать.

– Не соглашусь, – вмешался голос Амалии, – всегда есть возможность спекуляций на биржевых рынках…

– Ты про свои любимые инсайды и махинации? Это – отобрать, только вид сбоку! Но идея хороша, – парировал Иван.

– Для спекуляций рекомендую сконцентрироваться на рынках Северной и Южных Империй, – вставил я свои пять копеек, – очень много аристократических домов завязаны на Светлый Лес. Их придется ликвидировать, а освободившиеся ресурсы необходимо забрать себе. А способы? Способы могут быть любыми.

– Насколько любыми? – уточнила Амалия, которая ещё на Земле в Игре отличалась различными грязными финансовыми схемами и махинациями. Вот только здесь подобные махинации приведут к реальным банкротствам и сокращениям.

– Любыми, – все же пожал плечами я, – но постарайтесь не торговать детьми для жертвоприношений и прочее подобное. А сейчас я вас покину. Сергей, система отчётности с тебя.

– Герцог, – прервал мой уход Радислав, бывший специалистом широкого профиля, – прошу ещё минуту.

– Да, Рад?

– Надо что-то сделать с Проклятыми Горами.

– То есть? – удивился я. – Зачем?

– Исходя из доставшихся описаний там огромные пласты платиносодержащих пород. На Кахоре – это редкий металл, пятнадцатикратная премия к золоту. К тому же один из наших проектов – захват рынка премиальных артефактов, для них требуется платина в огромных количествах. Имея собственные источники платины мы сможем осуществлять агрессивный демпинг, что вкупе с иными инструментами позволит занять десятипроцентную долю рынка в течение двух лет.

– Академии Магии ещё нет, а вы уже рынки делите, – я усмехнулся, – но вопрос я услышал. Попробую что-нибудь сделать с этими горами. Но шансы не высоки, вы заметили, что на Кахоре большинство географических названий весьма буквальны, следовательно, если что-то назвали Проклятым, то значит там скрыто нечто поистине ужасное. Возможно, овчинка не стоит выделки.

После этого я вышел на верхнюю террасу и закурил. Там-то меня и нашёл барон.

– Ты серьёзно? – спросил он, облокотившись на перила рядом со мной.

– Я полностью отойду от дел, – без труда угадал целиком вопрос, – вмешиваться буду только в крайнем случае.

– Спасение мира. Глобальная война. Столь обширный проект и ты не станешь в нём участвовать?

– Участвовать в нём я буду. Но я не стану двигать его и создавать новую реальность единолично. Есть ты, есть сотни других людей. Как только я изложил свой план Патриарху, игра перешла на совершенно другой уровень. На другой уровень сложности, другой уровень власти, другой уровень всего. Никакие технологии, никакая магия не поможет мне справится с этим мастодонтом в одиночестве. Это просто невозможно, слишком много деталей, подпроектов, направлений, чудовищно много сил сойдётся в этой схватке. Моего внимания хватит только на самое-самое необходимое. Я уже предвкушаю, как в ближайшие пару лет буду скакать словно бешеная блоха по всему Кахору.

– Дай мне закурить, – барон затянулся, выдохнул, – зато не скучно.

– Да, теперь скучно не будет никому, – согласился я.

{Новое поместье Бератрона}

Тем же вечером мне пришлось невольно вернуться к разговору о Проклятых Горах. За ужином Дмитрий и Амалия разругались из-за этих гор и платины. К дискуссии также периодически подключались Радислав и Ферана. Первый из-за того, что он так или иначе влез во все рабочие проекты, а последняя, так как резонно считала, что большая часть платины уйдет в её ведомство.

– У нас не дешёвая казуальная ролевуха, в этих пещерах живут не крысы-переростки. Что-то не хорошее, – осторожничал Дмитрий. Сейчас он, в числе прочего, тянул лямку помощника у барона по линии безопасности, но мы уже имели разговор с Эриком на предмет того, что излишняя осторожность столь же вредна для безопасника, сколь и безрассудство.

– Маржа! – Амалия показала денежный жест своими длинными изящными пальцами. – Слышал такое слово? Или вы в безопасности считаете, что деньги, они из сундука берутся?

– Не буди лихо, пока оно тихо, – настаивал Дмитрий.

– Что это значит? Сам-то понял, что сказал? – Амелия откровенно насмехалась над парнем.

– Это значит, не надо ворошить зло в горах, пока оно спит. А то вдруг проснётся.

– Вдруг оно проснётся, и мы не будем знать, что с этим делать. Формально эти горы территории герцогства, – добавил Радислав.

– Формально, всё-таки, это ничейный кусок. Граница. Но фактически это наши земли, – я решил вмешаться в разговор, – и мы должны контролировать их. Мы с Бератроном попробуем аккуратно проникнуть в глубины гор и узнать что к чему. Дальше ваш выход.

– Да, господин герцог.

Так у меня появился хороший повод проведать некроса, и теперь я играл роль Амелии, убеждая лича, что Проклятые Горы пора бы пошевелить.

– Учитель, мы должны выяснить тайну этих гор.

– Молодость всегда куда-то торопится. Тысячелетиями эти горы стояли и никому не мешали.

– Учитель, а как же постоянно стремление узнать новое?

– Это далеко не новые, а очень даже старые тайны гномов, – хмуро отрезал Бератрон.

– Гномов?

– А кого ещё? Все недра этого мира во времена единой Империи принадлежали гномам. Ни одна летопись древнего Кахора не упоминает ни о каком зле в этих горах. Бородатые скряги никому ничего добровольно не отдают, о причинах своего ухода они не объявляли, отсюда я делаю вывод, что ситуация крайне грязная и мерзкая. Зная тебя, уверен, что ты докопаешься до сути. И получишь ещё одну расу себе во враги.

– Да ладно. Дело старое, они наверняка уже забыли, что там. К тому же у нас с гномами и так не очень складывается. План развития герцогства предусматривает в том числе негативный вариант развития событий с гномами.

– Пока у тебя трения только с одним кланом, – покачал головой Бератрон, – а ты сейчас хочешь покопаться в грязный историях всех гномов. Иногда твоя молодость, твой максимализм и юношеский нигилизм бросаются в глаза очень отчётливо.

– То есть в горы не полезем?

– Конечно полезем. Ты бессмертный, я бессмертный, что нам гнев каких-то волосатых коротышек? – усмехнулся Лич. – Ещё бы кусок души вернуть и вообще бы отлично.

– Вернём, учитель, вернём, – уверил я лича. – С чего начнём?

– С разведки. Демонология, демоны и некромантия нам в этом помогут.

– Неужели никто раньше этого не пробовал? – усомнился я.

– Да кому эти горы нужны? – нелогично парировал лич.

– Платина? – сделал очевидное предположение я.

– Молодые не справятся, а опытные и так достаточно денег имеют. Без глупого и ненужного риска. Зачем лезть в неизвестную пропасть, если можно сидеть в столице и за полновесное золото наращивать сиськи придворным шлюхам?

– А мы к какой категории относимся? – я увел лича от воспоминаний о придворных магах. Очень уж он их не любил.

– К молодым и опытным. Поэтому у нас есть шанс.

{Подгорное царство, сотый уровень, территория клана Раскаленных Наковален}

Первые переговоры с коротышками стояли на приоритетном месте. Без них не получалось начать дипломатический обмен с гномами, а как следствие, запустить полномасштабную торговлю и множество совместных проектов.

Со стороны герцогства присутствовал я и Костя в виде некрогомункла, со стороны гномов глава клана ярл Гимфур и добрый десяток старейшин клана Раскаленных Наковален.

«Блин! У них задницы стальные, что ли?»

Переговоры длились уже шестой час. И шли не то чтобы хорошо, но и плохими их не назвать. Коротышки, конечно, хамили, но в меру.

– Я пришел вас заверить в своих добрососедских чувствах и выразить надежду на наши долгосрочные, дружественные и взаимовыгодные отношения, – я решил разыграть другую карту. – Ваша раса всегда мне казалась прагматичной, но сейчас моя уверенность в этом серьезно поколебалась.

– Очень серьёзное утверждение, – степенно произнёс глава клана, но я его прервал.

– Факты довольно простые: ваш клан со мной попробовал враждовать и сейчас платит контрибуцию, эльфы напали на меня, а в результате глупой случайности потеряли тысячелетнего архимага.

– Случайности? – зацепился за слово один из советников. Он курировал внешнюю политику клана, поэтому по должности обязан знать чуть больше остальных.

– Это можно и потом обсудить, – отмахнулся я, в нарушение дипломатических регламентов гномьих переговоров, – а сейчас я бы хотел обсудить предложения.

– Предложения? – спросил глава гномов.

«Отлично. Раз они проглотили нарушение регламента, значит они заинтересованы в переговорах».

– Всегда найдется хорошее предложение, особенно когда стороны хотят к нему прийти, – по моему жесту к разговору подключился Костя.

– Например?

– Самое очевидное – торговля.

– Вначале стоит обсудить наш текущий договор, – в разговор вступил ещё один старейшина. По слухам, он больше всех потерял из-за моей аферы с гномьим банком.

– Хороший вопрос, достойный всестороннего обсуждения, – улыбнулся Костя, – с удовольствием обсужу. Возможно, не стоит утомлять господина ярла и господина герцога излишними техническими подробностями.

Ярл Гимфур позволил себе тень улыбки, верно угадав, что я просто хочу с ним остаться наедине.

– Герцог? – вопросил гном, когда комнату покинули посторонние.

– Спасибо, ярл, что остались наедине. Наша общая встреча затянулась, а я хотел бы отбыть сегодня вечером к себе в герцогство.

– Вы оставите своего человека здесь одного?

– Да. Что кукле будет?

– Гомункул? – верно понял гном.

– Да, ярл. Доверия у меня к вам нет. Уверен, что к вам уже заявлялись эмиссары Светлых с щедрыми предложениями.

– Были, – не стал отпираться гном, – но предложения оказались далекими от справедливой цены.

– Сколько они предложили, если не секрет?

– Пять тысяч золотом.

– Это просто оскорбительно, – покачал я головой, – столь малая сумма…

– Некоторые советники всерьёз предлагали задуматься.

– Гоните их в шею, ярл. Зачем вам советники, которые не умеют оценивать риски.

– А вы, герцог, считаете, что спокойно уйдёте отсюда?

– Я не считаю, я знаю, – я пожал плечами, – но рисковать своими людьми я не стану, поэтому прибыл с гомункулами.

– Хорошо, герцог, – гном принял мой ответ и спросил, – что вы хотели обсудить наедине?

– Ваше общество патриархально. Это не хорошо и не плохо, – я не дал возможности вставить старейшине возражений, – это просто факт. Соответственно, молодежь чувствует себя зажатой в рамках. Ведь это так?

– Это для их же блага, – угрюмо произнес гном.

– Естественно, – без толики сарказма согласился я, – жизнь под землёй – не самая простая штука. Требуется дисциплина, работа каждого, как одного. Но молодым этого не понять, молодость живёт эмоциями, никак не разумом.

– Правильные вы вещи говорите, герцог. Вот только вы сами беззастенчиво молоды.

– Моя молодость быстро прошла, – неохотно ответил я, – я от иллюзий избавился быстро. Но повторять этот путь никому не пожелаю.

– Кхм, – неопределенно хмыкнул гном, – но что вы предлагаете?

– Дать вашей молодежи шанс выпустить пар. Выйти в большой свет и в то же время остаться под присмотром.

– Как?

– Я планирую создать поселение около западных отрогов Северных Гор. С лояльными законами и упрощённым налогообложением.

– Зачем?

– Герцогству требуется собственный финансово-торговый кластер.

– И ты хочешь основать гномью слободу?

– Нет. Тогда патриархальное давление продолжит подавлять молодых гномов. Никаких расовых гетто. Просто возможность жить и заниматься, чем хочется.

– Где гарантия, что они не решат уйти дальше?

– А зачем? Ваша раса живёт так, потому что вам это нравится. Большинство гномов хочет порядка и иерархии, традиций и обычаев. Они нагуляются и вернутся в свою отчизну. А бунтари спокойно уйдут, не баламутя Подгорное царство. Конечно, это сырая идея, но я стараюсь показать, что у нас есть множество точек соприкосновения помимо торговли. И от нас зависит, насколько они будут успешными и взаимовыгодными.

Гном задумался на добрых десять минут.

– Какой твой интерес в этом?

– Вы знаете, что у людей есть такое понятие как меценат?

– Слышал, но никогда не видел. Герцог, неужели это вы? – гном позволил себе иронию.

– Конечно… Нет. Я слишком прагматичен. Налоги и пошлины. Чем быстрее разрастётся поселение и чем больше оно станет, тем выше торговля, а значит и доходы герцогства.

– Мы хотим доли в торговых сборах.

– О, нет, – я рассмеялся, – я помогаю вам решить вашу внутреннюю социальную проблему. За это придется что-то дать мне взамен. Я предлагаю решение, когда казна гномов не потеряет ни одного медяка.

– Не заработал – считай потратил, – вставил гном.

– Жадность ведёт к бедности, – парировал я, – я же не меценат.

«А ещё тебе нужны рабочие руки для исполнения множества заказов…»

Дешёвые рабочие руки, не облагаемые чудовищными пошлинами подгорных владык.

«Гномы не дураки! Они считать умеют!»

Конечно, они отклонят наше предложение, но они о нём будут помнить. И когда случится следующий всплеск недовольства молодежи, они про это вспомнят.

«А он случится?»

Да. Особенно, когда мы поможем.

«Когда?»

Когда!

Обсуждение будущего поселения заняло добрый час, пока гном не обратил внимание на западную часть герцогства.

– Я вижу, что вы хотите расположить торговый маршрут, примыкающий к Проклятым Горам? Не лучшая идея, – гном неодобрительно покачал косичками на бороде.

– Да? Кстати, а что в них? – невинно поинтересовался я.

– Ничего! – поспешно и резко ответил ярл, колокольчики в бороде вторили ему в унисон.

Повисла неловкая пауза.

– Как она? – долго же ярл тянул с вопросом о своей дочери.

– Фарана? Прекрасно, – улыбнулся я, – отличный мастер. Да, да, ярл, мастер. У девочки талант к металлу. Недавно создала свой первый шедевр, – я щелкнул пальцами и вызвал иллюзию божественного посоха, подаренного Турусу, – очень достойная работа, очень…

{Герцогство Арис}

Вернувшись в свой новый дом, я, не откладывая, нашёл старика Рогана: пора стартовать проект по захвату культа Боя. Урсула уже несколько вылавливала меня и по-солдатски прямо просила меня уже, наконец, начать. К сожалению, какие-то дела меня постоянно отвлекали от важного процесса: из-за расширения управляющего штата количество проектов в работе ожидаемо увеличилось, а вместе с этим поток операционной текучки захлестнул меня с головой. Когда ко мне подошёл Артур, отвечающий в герцогстве за внутренние войска и не беспокоящий меня лишний раз, то я понял, что откладывать встречу с Боем не куда.

Я обнаружил мастера там, где и предполагал: на малой площадке для тренировок. Старик нещадно гонял своих учеников, но ради разговора со мной он сделал перерыв и отпустил юношей передохнуть.

– Ты хочешь чего? – старик опешил. – Я ослышался?

– Мастер Роган, уверяю вас, что слух вас не обманывает. Повторю, я хочу вызвать Боя на схватку. Да-да, того самого Боя, который божество.

– Ээээ… – в глазах Рогана мелькнула опаска. Учение Боя никак не трактовало подобные ситуации, но психически нестабильные маги опасны сами по себе, а если они ещё имеют доступ к тайным, зловещим областям магии, то они опасны для всего мира.

– Мастер, – прервал я мысли жреца Боя, – это взвешенное решение. Ситуация для всех выигрышная.

– Ты действительно хочешь вызвать самого Боя на личную схватку?

– Да. Это не запрещено, и ни в коем случае никого не оскорбляет.

– Кроме Боя, – мастер уже достаточно прожил рядом с Сеном и понимал, что тот ничего не сделает без цели, – зачем?

– Все просто. Мне нужны бойцы. Впереди меня ждёт множество битв и схваток.

– Ты же понимаешь, что ты не в силах победить нашего бога? Каким же образом…

Сен лишь пожал в ответ плечами, не удосужившись ответить.

– Но ты даже не веришь.

– Во-первых, это не так. В принцип «кто сильнее, тот и прав» я, несомненно, верю. Во-вторых, в постулатах вашей веры нет ничего про необходимость веры. В-третьих, зачем мне вера, если есть знание?

– Ушлый как ишид, – буркнул старик. – Что ты от меня хочешь?

– Организуй всё это. И пригласи пару десятков мастеров Боя. Хочу, чтобы это стало настоящим событием, а не тайной встречей между больным магом и божественным аватаром.

– С чего бы мне это делать?

– С того, что во главе ордена Боя должен стоять сильнейший и ты, как мастер Боя, должен приложить к осуществлению этого все усилия.

– Вот именно, что сильнейший, – хмуро произнес старик.

– И внутри себя, ты знаешь, что это я, – Сен усмехнулся, – иначе бы ты даже не стал обсуждать детали.

– Мастера захотят проверить твои силы.

– Было бы неплохо, – я усмехнулся и закурил сигариллу.

Глава 13. Верховный мастер Боя

{Сен, поместье в Герцогстве Арис}

Запустив процессы по примирению с гномами и захвату контроля надо культом Боя, я освободил немного времени, чтобы наконец-то ознакомиться с черновиком модели развития от команды Энигма. Во время чтения один момент царапнул взгляд, так что я решил посетить совет министров, не откладывая дело в долгий ящик. Благо у них в это время проходила встреча, посвящённая Северной Империи.

– Почему я не вижу на карте активных игроков Императорский Дом? – я дождался окончания обсуждения основной повести и вбросил свой вопрос. – Почему Императорский Дом Северной Империи отнесён к условно-пассивным игрокам?

– Его папашка всрал всё, что мог, – ответил Радислав. Так получилось, что он отвечал в том числе за финальное сведение верхнеуровневых моделей, – на текущий момент главный клан империи связан множеством невыгодных соглашений и законов. Остальные крупные кланы вертят императорским, как хотят. Поэтому мы поставили Императорский дом в пассивного игрока.

– Но с точки зрения ресурсов военных, политических и материальных, он сильнее, чем любой другой дом на порядок! – заметила Амалия.

– Какой смысл в силе, если у тебя нет воли? – не согласился Радислав. – Императорский двор представляет собой откровенный вертеп со шлюхами, трансвеститами и ещё неизвестно кем. Император погряз в разврате: по слухам, у его нынешнего фаворита два члена, к тому же он наркозависимый, маги жизни постоянно вытаскивают его с того света. Он регулярно пропускает даже подписание бумаг из-за того, что мозг затуманен настолько, что не способен поставить не смазанную магическую печать.

– Я вас услышал, – я усмехнулся, подвинул своё кресло к общему и закурил, – посижу с вами. Вы тут построили замечательную модель Северной Империи, вот только исходя из ваших же цифр отклонение ожиданий Иванова-Богера составляет семнадцать целых и три десятых. Это слишком много.

– Наша модель построена на слухах и непроверенной информации, – покачал головой Радислав.

– Ваша модель построена по принципам Земли двадцать пятого века. Она ориентирована на моделирование сообществ на основе ложных информационных потоков и направленной дезинформации. Вы что-то не учли, – отрезал я.

– Фактор случайности может привести к таким серьёзным отклонениям.

– Легко сказать – фактор случайности! Семнадцать целых и три десятых! – жёстко сказал я. – Вы упускаете ещё одного игрока.

– Императора?

– Или того, кто за ним стоит!

– Бред, – резко не согласился Радислав, задетый яркой критикой своего проекта, – никакие показатели не указывают на него.

– Именно поэтому у вас и есть косвенные показатели в виде того же отклонения ожиданий Иванова-Богера. А они говорят, что вы упускаете что-то важное.

– Но они не говорят нам что именно. Это может быть фактор случайности, особенно на столь приближённой модели!

– Не надо теперь держаться за модель, как за последнюю соломинку, – парировал я, – забудьте о модели. Разберите каждую ситуацию отдельно, вычлените цепочку управлений и воздействий.

– Это займёт время, – аккуратно вставила Динара, она редко вмешивалась в споры и, в целом, старалась помочь команде прийти к компромиссам.

– Конечно, займёт, но у вас есть ускорители и вся нужная информация, – я согласно кивнул, – смотрите на ситуацию глубже. Динара, например, событие специально для тебя: противостояние клана Алароус с кланом Варнек.

– Императору пришлось отдать часть земель в регионе Карола. Он же на этом потерял?

– Глубже смотрите! Шире и глубже.

– Да, – вставила Урсула, – тут ситуация очень неоднозначная. В северной части Каролы стоял шестнадцатый легион, который был реформирован…

– Фактически распущен, – поправил я.

– Не понимаю, – запросил разъяснений Иван.

– Шестнадцатый легион не был лоялен Императору. Все ключевые позиции занимали офицеры, аффилированные с домом Фикро. Этот легион фактически работал на этот дом, прикрывая их махинации в северной Кароле, а платит за всё Император. Передачей земель Император: во-первых, безболезненно избавился от нелояльного легиона, во-вторых, высвободил кусок военного бюджета, который отправили на усиление Проклятого легиона, в-третьих, вбил клин между домами Фикро и Алароус. Дом Фикро теперь винит дом Алароус в том, что они забрали у них кусок доходов с серебряных рудников, – девушка замолчала.

– Это всё? – спросил я.

– Я больше ничего не вижу.

– Смотрите дальше! – приказал я, команда погрузилась в собственные ускорители и принялась обсчитывать ситуации.

– Дом Алароус получил в управление серебряные рудники, – первой догадалась Динара, – рудники на грани исчерпания, следовательно, стоимость добычи высокая. Ренту за эти земли надо выплачивать ежегодно, налоговых преференций предоставлено не было, рента фиксированная. Места для налогового маневра просто нет. Для дома было бы всё хорошо, если бы Император продолжил нести расходы на охрану и сопровождение в виде расквартированного легиона. Но с учётом этих расходов рудники становятся чуть ли не убыточными для дома. И отказаться от столь щедрого дара они тоже не могут. Договор уже подписан, обязательства домом взяты, а Император нигде не обещал, что предоставит им свой легион. Если бы клан Алароус попробовал соскочить, то Император принял бы против них штрафные санкции, и совет аристократов его в этом поддержал, – Динара помолчала и закончила. – Если всё так, то это мастерски проведенная операция: в результате Император обменял убыточный актив на фиксированный доход, вбил клин между двумя великими домами, убрал нелояльный легион.

– И это ещё не всё, – заметил я.

– Не всё?

– Я же сказал, смотрите дальше. Динара, специально отметил, что событие для тебя. Дом Алароус повесил на себя токсичный актив, вытягивающий из них деньги, ресурсы и компетентность в виде лояльных людей. Это сказывается и на других бизнесах. И через какие-то пять лет они потеряли существенную долю в сфере перевозок пшеницы.

– Это копейки. И большую часть рынка пшеницы перехватил не Императорский дом, а клан Зосим, – от Ивана не стоило ожидать видения стратегической перспективы.

– Этот клан возглавляет тесть Императора. Насчёт копеек: не всё измеряется деньгами, – поняла Динара, – перевозка пшеницы – это стратегически важная область, открывающая крайне интересные возможности.

– А теперь представьте, что развратный, обдолбанный и слабовольный Император не такой уж обдолбанный и слабовольный. Насколько изменится модель? Только не вносите в лоб! Если я прав, то он играет вдолгую, всегда на перспективу! – я удовлетворенно выдохнул: наконец-то они поняли.

– А если это не Император? Если кто-то за ним стоит?

– Не важно. Определите источник влияния, даже если Император всего лишь прокси. Я найду, кто за ним стоит. Мне нужны гарантии, что воздействия идут через него и в интересах Императорского дома.

– А что насчёт развратности Императора? Её не надо проверять? – спросила Амелия.

– Как ты её проверишь? – скептично поинтересовался я. – Если ты хочешь командировку в Северную Империю для личного соблазнения Императора и проверки его сексуальных предпочтений, то я тебя разочарую. Этого не будет. Слишком опасно, слишком ненадёжно и совершенно бессмысленно.

– Почему?

– Потому что, если император – самостоятельный игрок, то он вряд ли развратный, так как власть куда более сильный наркотик, чем секс, – ответил за меня Сергей, – если же он марионетка, то секс является логичным крючком для неизвестного кукловода.

– Отлично, – я встал с кресла, – теперь вы в правильном русле. Жду финальный отчёт с выводами об игроках Северной Империи. Пора начинать внедрение в её структуру. И да, Триединым заклинаю, не допускайте подобной ошибки в отношении эльфов. Из-за особенностей психологии и мышления они способны плести паутины на сотни лет вперёд. Что является их самой большой слабостью.

– Почему? – удивился Сергей. – Разве долгосрочное планирование это плохо?

– Везде нужен баланс, Сергей, – ответил я, выходя за дверь, – к этому разговору мы ещё вернёмся, но не сегодня.

– Хорошо он нас… Словно школьников, – донесся до меня тихий голос Динары.

– Сами виноваты, – жёстко припечатал Сергей, – так опростоволосились… Больше мы не должны допустить таких ошибок…

– Не стоит так корить себя, – подал голос барон, просидевший всю встречу молча, – во-первых, у герцога опыт реальных интриг не чета вашим. Не стоит обманываться его агрессивным видом. Во-вторых, запомните навсегда: ошибки это нормально. Особенно, если их можно исправить. Ошибки – это необходимый шаг в получении опыта. Нет ошибки – нет опыта. Нельзя научиться на успешных примерах, – дальше я голос барона уже не слышал, так как отошёл довольно далеко, а напрягать слух не хотелось.

{Сен, поместье Бератрона}

Пока команда переделывала анализ по Северной Империи, я добрался до своего учителя. Пора решать вопрос с полудемонами у Светлых.

– Добрый день, учитель. Как у вас дела? – я перехватил Бератрона в одном из подвальных переходов. Мимо сновали умертвия с мешками земли.

«Подожди. Он боевых умертвий в строителей переквалифицировал?»

– Не твоими молитвами, – недовольно покачал головой лич, – видишь, до чего докатился? Вручную туннели копаю.

– Вручную? – я еще сильнее удивился. – Вы лично копаете? В голове не укладывается…

– Не я лично, – раздражённо отрезал учитель, – немертвь копает вручную. Очень медленно.

– Элементали? – для строительства магических объектов элементали не являлись лучшим инструментом, после них оставалось слишком много «грязных» магических следов. А зачистка была долгой и неприятной.

– Ученик, ты меня за идиота не держи! Не призвать здесь элементалей. Слишком близко к Океану Бурь. Всего три километра.

– Может, более сильный конструкт использовать?

– Океан Бурь, – как маленькому начал объяснять мне лич, – сильные конструкты вызывают любопытство местных обитателей.

– Понял, – любопытство местных левиафанов вряд ли способствует спокойствию и конструктивной работе.

– Так что, только так. Сильную магию стараюсь в принципе не применять. Сначала надо проработать систему скрытия от местного биома. С другой стороны, хорошо. Сюда мало кто рискнёт сунуться воевать: слишком сильные колебания нематериальных планов, плюс местные обитатели играют мне в защиту.

– Учитель, я пришлю вам больше умертвий, чтобы ускорить процесс. Но я рад, что вам нравится ваше новое поместье.

– Пока это не поместье, а хибара. Ладно, ты же не просто так старика решил проведать? Пошли в лабораторию, поговорим.

Как бы Бератрон не прибеднялся, но лабораторный комплекс он уже почти восстановил, по крайней мере, основную часть. Сейчас мы находились кабинете при демонстрационной лаборатории. Такой тип лабораторий должен быть у каждого уважающего себя мага: обычно она представляла собой обширное помещение с высокими, минимум пять метров, пололками. В таких лабораториях маг демонстрирует куски будущих конструктов, поэтому тут стоят универсальные поглотители и защиты, а также выведены вспомогательные каналы накопителей.

«То есть себя ты не уважаешь? У тебя демонстрационной лаборатории нет!»

Некогда мне строительством заниматься. К тому же я хочу лабораторию, как в Академии Дшехеронж.

«Там была не демонстрационная лаборатория, а демонстрационный полигон! Первая вообще не предназначена для отработки заклинаний, только для показа и базовой защиты от случайности, что что-то пойдет не так!»

Тем более мне не надо. Те заклинания, которыми я обычно балуюсь при так называемой случайности половину поместья мне в руины превратят.

Пока я пререкался с Шизой, Бератрон изучал мои записи, наконец, он оторвался и сказал:

– Масштабно. Непонятно, масштабно и пугающе.

– Да. Поэтому вы мне и нужны, учитель.

– За одно это заклинание тебе впору давать титул архимагистра, – проигнорировал мою просьбу Лич, – это шедевр!

– Это не мой шедевр, – я немного расстроенно помотал головой, – создание подобного мне не подвластно. Пока ещё нет.

– И не будет подвластно, пока ты вместо магии занимаешься политикой и спасанием убогих, – недовольно пробормотал Бератрон, – сколько раз я тебе говорил, что пора заняться магией, а не тратить своё внимание на всякую мишуру.

– Зачем же вы так о себе, учитель? – Бератрон действительно при каждой встрече намекал, что пора сконцентрироваться на магии вместо политики.

– Это ты о чём? – нахмурился лич.

– К сожалению, Кахор медленно катится в Бездну. А вы единственный, кто не сможет перейти в другой мир, слишком большой разрыв в защите.

– Тем более, – отмахнулся лич, – хотел бы помочь старику, потратил бы время, чтобы структурировать украденные знания и разработать план, как прижать Асириза. На пару с тобой за десять лет мы бы что-нибудь придумали.

«За десять лет мы бы Асиризу пентаграмму вечной боли в анус запихнули!»

– Ваша правда, учитель, – согласился я, – но сейчас я ограничен в приемлемых вариантах действий.

– Это тоже краденное заклинание? – лич кивнул на записи.

– Не краденное, а позаимствованное. Даже не так. Унаследованное. Я как-никак практически наследник того мира. Надо бы вернуться, пошурудить там в других руинах.

– Пошурудил уже! Снова в объятия Елиразоли захотелось? Соскучился? – что-то лич сегодня на взводе, с Жозефиной что ли поссорился? – Есть ли тебе непонятные моменты в структурах?

– Нет. Но я влез в несколько мест своими шаловливыми руками и не уверен, что всё сделал аккуратно. Изначально заклинание не предназначалось для столь обширной территории.

– Слишком сложное заклинание для общедоступной секции. Где оно, кстати, хранилось? В закрытой зоне?

– Типа того, – я сделал неопределённый жест ладонью.

– Сен!

– В запрещённой секции.

– В запрещённой секции? В мире безумных демонологов Дшехеронж? – с глазах лича мелькнула опаска, и он уже по-другому посмотрел на документы.

– Я подозреваю, что это связано с тем, что вот тут, тут и тут, – я пробежался по страницам отмечая подозрительные зоны, – есть отсылки на что-то под названием Ничто. Нигде более в Дшехеронже я не видел подобного.

– Придумай другой план, – отрезал лич.

– Я уже весь мозг себе сломал, учитель. Не вижу иного пути.

– Подумай ещё! Не стоит ради каких-то полудемонов творить запрещённую магию.

– Давайте рассуждать последовательно. Оставить полудемонов Светлым эльфам я не могу. Они тогда точно разнесут мир, остроухие с ними при всём желании не справятся.

– А ты справишься?

– Я? Нет, конечно. Для этого я и привлек церковь Триединого. Они в центре герцогства строят огромные монастырь, чтобы принять детей, скрыть их от Светлых и воспитать из них подобие разумных созданий.

– Уничтожь их. Ты же мастер различных грязных приёмов.

– Не могу, учитель, – от воспоминания ограничений Творца во мне всколыхнулась ярость, – не могу…

– Не можешь или не хочешь?

– Именно, что не могу, учитель. Позволить это сделать кому-то другому тоже не могу. Не спрашивайте почему. Просто нельзя, – я не горел желаниям посвящать Бератрона в законы Творца. Ибо как я уже осознал, незнание законов Творца освобождает от ответственности. А вот знание эти самые ограничения накладывает.

– Хорошо, – за что я люблю Бератрона, так за то, что он со своим опытом чётко понимает, когда дальше идти не следует, – давай свои рассуждения.

– Внешнюю военную операцию не провести. За всю историю на такую глубину в Светлый Лес заходили только легионы Южной Империи. В количестве двух полных дланей, и то их умыли кровью, – я закурил, – диверсию со спасением не провести также. У нас нет доступа к таким бойцам, у меня они появятся лет через пять. Даже допустим, что я найду где-нибудь бесхозный специальный легион для подобного, например, Проклятый Легион северян, но Светлые эльфы просто сомнут его внутри своей территории. Да и обычные виды порталов не подойдут для подобной диверсии. Даже несмотря на специфические знания из мира демонологов. Одно дело – сделать тонкий прокол в защите, а другое – забросить внутрь десять-двадцать тысяч бойцов с тяжелыми артефактами, а потом вытащить их назад вместе с тридцатью тысячами «гражданского» населения. И главное граничное условие: эльфы не должны знать о моём участии во всём этом безобразии. Вообще желательно, чтобы всё выглядело как несчастный случай.

Я прогулялся по кабинету и продолжил:

– Остроухие сейчас взяли паузу, так как я для них слишком неожиданная величина. Сейчас они перешли к аккуратной тактике и не станут пробовать уничтожить меня напрямую. Диверсии? Да. Наёмные убийцы? Несомненно. Финансовые войны и порча репутации? Конечно. Но вряд ли они сейчас рискнут повторять попытку моего убийства, слишком мало у них информации обо мне, а одного древнего архимага они уже потеряли. Но если они узнают, что я выкрал у них козырь в виде полудемонов, то они однозначно переключат все силы на меня. Я возможно выживу, а вот мои близкие точно нет.

– Должен быть другой выход, – произнес после паузы Бератрон, – без применения запрещённых, слабо понятных заклинаний.

– Ага. Переселиться в другой мир. Учитель, я не вижу другого пути пока. Помогите мне, изучите заклинание и мои правки. У нас ещё есть время всё переиграть. Если я придумаю другой способ спасти детей, то я воспользуюсь им.

«Может старик прав? Хорошую вещь Ничто не назовут».

– Хорошо, – нехотя выдохнул лич, – это заклинание просто отрезает кусок мира в Ничто, по завершению заклинания кусок мира возвращается назад. Всё верно?

– Да.

– Чем оно тебе поможет? – спросил лич.

– Оно позволяет вытащить существенный кусок мира в Ничто. Мне же надо выдернуть пятнадцать квадратных километров. Обычные порталы такого размера не вытянет даже сотня архимагов.

– Ты мне азы магии не рассказывай, а свой план. Я вижу, что это заклинание способно при относительно малых вложениях сил покрыть огромные пространства. План?

– План простой. Я беру бойцов, в том числе паладинов Триединого. Собираю их всех на площади в новом монастыре. С помощью этого конструкта выкидываю площадь с нами в Ничто. Уже из Ничто с помощью этого же конструкта вытягиваю область Светлого Леса, где держат полудемонов, к себе в Ничто. Мы вырезаем эльфов, забираем всё, что нужно на площадь монастыря, а я оставляю подарок на территории Светлого Леса. Затем я отпускаю оба конструкта и, так как Ничто находится вне времени, то мы оказываемся в тот же момент в Герцогстве. А в Светлом Лесу куча трупов и подарок с активным пробоем к Асиризу. Полыхнет знатно. Будет выглядеть, словно один Верховный Демон подгадил другому, а как оно получилось, да Бездна его знает.

– Как ты спрячешь такую прорву людей?

– Монастырь будет реально огромным. Особенно под землей. Настоящий город-монастырь. Предвосхищая вопросы: монастырь режимный. Никто из участников операции не покинет его в ближайшие десять лет. Кроме меня и ещё парочки иерархов церкви. С продовольствием тоже вопрос решён. В ближайшие полгода мы оттянем на себя до семи процентов транзита еды гномам. Спрятать несколько караванов для монастыря не сложно.

– Эманации на нематериальных планах как скроете? Такая прорва демонов возмущает магический план словно шторм море.

– Патриарх Триединого разрешил переместить в новый монастырь какую-то реликвию.

– Какую? – удивился лич. – Что за реликвия может помочь с подобным возмущением? Разве что… Не может быть! Патриарх разрешил перенести Слово Последнего Инквизитора?

– Да, что-то подобное.

– О! – лич закатил глаза. – Вот оно отсутствие классического магического образования. Ты хоть понимаешь что это такое?

– Да. Штука, которая стабилизирует магический план в радиусе десяти километров. Внушает конечно, но…

– Внушает, – лич покачал головой, – это Высший Божественный артефакт, дарованный…. а, не важно, сам прочитаешь в книжках. Поверь мне, это очень сильная и древняя штука, которая всегда находилась в Святых Землях. Она подавляет работу любого магического артефакта, любых заклинаний, абсолютно любых, – Бератрон передёрнул плечами.

– Как у меня дома, в общем, – пожал плечами я.

«Давай боевых роботов с Земли притащим? Хотя бы малых…»

Мне кажется, что четырёхметровые стальные гиганты с плазменными пушками и релганами могут привлечь ненужное внимание.

– Как ты собираешься творить своё заклинание рядом с артефактом?

– Он будет находиться в защитном футляре, который ограничивает его воздействие. Иначе как его транспортировать?

– То есть существует что-то, способное блокировать Слово Последнего Инквизитора? – заинтересовался Бератрон. Учёный, он даже мёртвый остаётся учёным.

– Я не знаю. Это тайны Триединого, я в них не лезу. И вам не советую.

– Ты прав, – вздохнул лич, – некоторых тайн лучше не касаться. Кстати о тайнах, рано или поздно эльфы узнают, что ты собираешься открыть Бездну к ним в Лес. И тогда…

– Стоп, – я не очень вежливо прервал Бератрона, – откуда?

– Хм, – задумчиво хмыкнул лич, – но…

– Об этой тайне знают лишь четверо. Я, вы, Турус и Патриарх. Даже секретарь Патриарха считает, что мы просто собираем коалицию против Светлых Эльфов. Патриарху уже недолго осталось. Так что скоро хранителей тайны останется только трое. Скажу честно, учитель, я бы и вам не сказал, но должен быть запасной маг, знающий, что делать. Турусу я был вынужден сказать, так как церковь Триединого играет в этом проекте первую скрипку.

– Я понял, – после минутного молчания сказал лич, – мне казалось, что ты более легкомысленно подошёл к этой тайне.

– Я, может, местами безумен и неуравновешен, но мозги-то у меня на месте. Если ушастики узнают о том, что чисто теоретически можно провернуть подобную процедуру с ними, то герцогство выжгут зеленым огнём на пару километров вглубь. Поэтому…

– Я понимаю. Никому не слова.

– Да. Даже в Империях я не буду никого посвящать в грядущий геноцид эльфов. Мы собираем коалицию, чтобы ограничить их влияние. Ладно. Хватит об этом. Учитель, предлагаю обсудить ещё вопрос по Проклятым Землям.

– Давай после завтрака. Чувствую, Жозефина проснулась и уже что-то готовит. Она будет рада тебя увидеть.

– Что-то я сомневаюсь, – усмехнулся я, вспоминая обстоятельства, как ясновидящая узнала о моём существовании.

– Как бы то ни было. Простая вежливость, плюс стоит подготовиться к исследованию.

{Сен, там же, пару дней спустя}

Исследования затянулись. Во-первых, удалённые исследования через промежуточные точки – чрезвычайно сложное занятие, несмотря на весь мой опыт работы с подобным в мире демонологов. Да и Бератрон в силу своей ограниченной мобильности навострился работать удалённо. Вот только работа через промежуточный маячки на удалении – это словно вязание двухметровыми спицами в абсолютно тёмной пещере. Вроде и знаешь как, и теоретически возможно, только хреново получается. Во-вторых…

– Пусто, – неприкрытое разочарование в голосе лича, – ни демонов, ни некросов, ничего не обнаружили. Проклятые Горы оказались пустышкой. Всё нормально: нормальный магический фон, нормальные пустые пещеры без чудовищ, монстров и потусторонних сущностей. Даже следов агрессивных элементалей нет!

Во-вторых, горы оказались пустыми. Никаких угроз. Бери шахтеров, загоняй в пещеры и начинай грести платины тележками.

– Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, – не согласился я, – что-то там должно быть. Обязательно должно быть, гномы бы не оставили свои подземелья.

– Может, религиозная причина? – слова Бератрона даже отдалённо не звучали уверенно.

– Нет религии, способной перебороть прагматичность гномов. Придется применять другие методы.

– Только не говори, что собрался лезть в эти пещеры! – возмутился лич.

– Нет! У меня безумие уже давно отступило.

– Тогда как?

– Пошлём разведчиков. Только не наших бойцов, конечно. Не хватало еще потерять бойцов Боя.

– Наёмников придется использовать через подставное лицо, иначе за неопределённый риск они возьмут неадекватную ставку.

– Никаких наемников. Нам только незапланированных проблем с гильдией Наёмников не хватало.

– А есть запланированные? – уточнил лич.

– Ну… – я развел руками и улыбнулся, – да не про них речь. У нас остались невыкупленные воры, возьму пару-тройку и отправлю посмотреть, что там внизу. Выживут – получат свободу.

– А не выживут, то значит мы что-то упускаем, – Бератрон удовлетворенно покачал головой, – хороший план.

– Учитель, тогда попрошу вас этим заняться. Я пришлю Второго на помощь, чтобы организовать экспедицию, но контроль на вас. Мне же предстоит немного пободаться с Боем и отправиться в Северную Империю.

– С Боем? – лич посмотрел наверх словно собрался помолиться. – Ты меня в могилу сведёшь. С каким Боем? С тем самым Боем?

– Да, да. Тот, который Бог битв и так далее. Я тут пытаюсь одну аферу провести по захвату контроля над культом Боя. Есть все шансы.

– Или умереть?

– Да это вряд ли.

– Ученик, перестань считать, что у тебя бессмертие в кармане. Ты же знаешь, что есть участь хуже смерти.

Я лишь развёл руками в ответ, вынуждено соглашаясь, но планов не изменил.

{Герцогство Арис, мастер Роган}

Мастер Роган сидел на скамье и наблюдал за схваткой Сена с мастером Хоку. Мастер Хоку славился своей ловкостью и гибкостью, еще бы: мать из дроу, а отец из кочевого народа с самого востока Солнечной Империи, поэтому он крутился вокруг герцога словно шаровая молния и жалил того со всех сторон. Ничего серьёзного до сих пор обозначено не было, но мастер Хоку явно вёл по очкам.

– Что думаешь? – спросил Хракиус, подойдя со спины. Мастер Роган вежливо подвинулся влево по скамье, приглашая старого друга присесть рядом.

– Не знаю, что и думать. С таким уровнем мастерства ему не сравнится с Боем, – старик погладил свою белоснежную бороду, – но я уверен, что у него есть пара трюков.

– Думаю, уже больше чем пара, – уродливая, даже злая, усмешка исказила лицо мастера Хракиуса. В этом не было его вины, мастер являл собой довольно редкое кровосмешение между эльфийской и степным орком и, казалось, вобрал в себя все самые уродливые черты обеих рас: болезненную худощавость и нескладность эльфов и резкие, практически животные черты лица орков.

– Поясни? – мастера полвека назад вместе учились у одного наставника, и, естественно, Роган не обманывался внешностью своего друга и никакой угрозы не чувствовал. – Ты уже провел с ним несколько схваток?

Мастера начали прибывать еще неделю назад: столь знаменательное событие «вызов Боя» последний раз происходило больше пяти веков назад. Естественно, каждый из трёх дюжин мастеров желал провести учебную схватку с наглецом. Вот только тот не показался готовым кинуть вызов Бою. Сильным бойцом? Да. Сравнимым с самыми сильными мастерами? Хм. Возможно. Но кинуть вызов Бою с такой подготовкой? Это просто оскорбление и большинство мастеров склонялись к тому, что Бой убьет наглеца за это святотатство.

– Ага. Три схватки, – Хракиус смачно сплюнул на песок под ногами, – он все их проиграл. Только каждая победа далась нелегко. Я, если говорить честно, выложил все свои козыри.

– Он сильный боец, – прокомментировал Роган, – без души, без эмоций, но это его стиль.

– Ты не понял! – гортанно рассмеялся Хракиус. – Он сильнее нас. Притворяется.

– Зачем? Своими поражениями он не заслужит авторитета перед мастерами.

– Трюки. Хитрости. Уловки. Техники. Все мастера выкладываются на полную: каждый хочет показать негодяю, как он не прав, что кинул вызов Бою. И нет, нет, да и приоткрывает какое-нибудь умение.

– Думаешь… он таким образом учится? Даже если представить, что он всё мгновенно запоминает, то для того, чтобы закрепить приёмы требуются тренировки, адаптация мышечной памяти, тренировка рефлексов, подготовительные этапы, так как… хотя…

– Хотя?

– Возможно, ты прав, – после паузы кивнул Роган. – Он уже не раз показывал способность к фантастической адаптации своего тела. Вначале я даже думал, что он метаморф. Чудовищно быстрое перестроение моторики. Да… ты прав… сейчас он просто высасывает знания из мастеров. Чем больше они пытаются показать ему его слабость, тем сильнее он становится.

– Отлично, – удовлетворённо произнес мастер Хракиус, и в ответ на вопросительно-удивленный взгляд Рогана, пожал плечами и произнес, – а чего? Парень как минимум с головой. Нас ждёт красивая схватка.

{Герцогство Арис, следующий день, Сен}

– Не часто меня вызывают на бой, – произнёс аватар, с любопытством рассматривая меня. Для своего воплощения Бой выбрал совершенно типовой сосуд: рост чуть выше среднего, худощавый, тёмные волосы, коричневые глаза, три мелких шрама под левым глазом, в общем, ничего особенного. В толпе по такому скользнёт взгляд, и забудешь через мгновение. Но я не обманывался обычной картиной: даже если бы Бой выбрал в качестве сосуда одноногого инвалида, он всё равно остается непобедим для меня.

– Достигай невозможного, – с улыбкой ответил я.

– Ты собрал очень сильных мастеров для наслаждения зрелищем, – утвердительно произнёс бог, неспешно прогуливаясь по арене и рассматривая своих почитателей, – все достойные и талантливые. Но даже не всех из них ты победил? Настолько сильные мастера?

– Да, – согласился я.

– Стоило их всех победить, – укоризненно произнес аватар.

– Зачем? – я пожал плечами. – Мне нет нужны их побеждать, я только хочу выиграть следующую битву.

– Выиграть? – Бой рассмеялся гулким низким смехом. – Хорошо. Я вижу у тебя меч. Пусть будет так. Битва на коротких мечах. Без магии. Без божественного вмешательства. Без астральных и ментальных воздействий. Только меч, тело и мастерство. Начинаем?

Я кивнул в ответ и завертелось.

Через 5 минут и четырнадцать секунд, я лежал на земле: из множества ран медленно вытекала кровь, истощение организма оказалось настолько сильным, что не спасали даже наноботы и полный контроль над телом. Я перевернулся на спину и открыл глаза: надо мной стоял аватар, чуть вдалеке полукругом расположились почти сорок мастеров. Стояла тишина.

– Ты проиграл, – сказала аватара. Я прикрыл глаза, падая в ускорение, чтобы построить заклинания и стянуть раны, после чего встал и вежливо поклонился противнику.

– Несомненно, – согласился я, – я проиграл.

– Тогда зачем ты участвовал?

– Чтобы выиграть, конечно, – я улыбнулся, оглядывая мастеров Боя.

– Но ты проиграл.

– Выиграл, – не согласился я.

– Ты только что сказал иное, – аватар расслабленно улыбался.

– Иногда можно выиграть и проиграть одновременно. Особенно, когда ты ведёшь две игры одновременно.

– Поясни! – расслабленная улыбка так и не покинула лицо божества.

– Игра первая: схватка между Сеном и прямым аватаром Боя, чтобы выяснить кто сильнее в мечевом бою. Её я несомненно проиграл. Игра вторая: Сен стремится стать верховным жрецом Боя. И её он выиграл.

– Ты так думаешь? – скептично спросил аватар.

– Кто из высших мастеров Боя в этом мире сможет продержаться против аватара Боя пять минут и тринадцать с половиной секунд?

Аватар задумался на целую минуту, а затем рассмеялся:

– Хорошо, будь по-твоему!

Теперь удивился я, слишком легко, где-то подвох.

– И всё?

– Да, – божество безусловно забавлялось.

– Никаких условий и последних «но»?

– Нет, – помотал головой аватар, – никаких условий.

– Хм… – растерялся я.

– Не понимаешь почему я отдаю тебе всех жрецов?

– Не понимаю, почему так просто.

– А зачем усложнять. Ты способный парень, по части заведения врагов уж точно. Значит битв тебе предстоит неисчислимое множество. Поэтому мальчики мои не заскучают. Так?

– Так.

– Тебе явно понравились бойцы, значит ты собираешься увеличить их количество. А это можно сделать только через увеличение количества неофитов. Всё так? – скорее риторически спросил аватар. – К тому же ты явный сторонник порядка и системы. Значит. мой культ будет распространяться по плану: эффективно, оптимально и максимально быстро. Так?

– Так, – уже в третий раз согласился я.

– И мне это ничего не стоит, так как смышлёный человек берется сам всё это организовать. И если он преуспеет, то мои чертоги пополнятся свежими воинами. А если он оступиться, то все вернётся на круги своя. Так?

– Так.

– Не ожидал столь логичных речей от бога битв? – аватар рассмеялся. – Забыл, что я в первую очередь бог? По определению способен к длинным логическим упорядоченным цепочкам?

– Немного, – усмехнулся я.

– Вот и поговорили, – посмеялся вновь бог, – дай мне свой меч. Занятная штука, – вгляделся в моё оружие, которое я носил ещё на земле, – ненатуральная, неестественная. Словно мёртвый голем, хотя даже в них чувствуется отпечаток мастера. А это идеально пустой сосуд без тени созидания. Как мёртвый камень, добытый из самых глубин гор.

Аватар крутил в руках меч и с непонятным чувством, то ли неприятием, то ли восхищением, его рассматривал.

– Слишком пусто, – наконец произнес аватар, – не против, если я устраню эту дыру в мече?

«Как бы не поломал…»

За контроль над сетью Боя пусть он этот меч хоть в задницу Асиризу запихнет.

– Да, конечно, – произнес я вслух.

Я почувствовал, как всколыхнулись планы, особенно божественный, и аватар протянул меч:

– Готово. Теперь это меч верховного мастера Боя.

– Спасибо, – я вежливо поклонился, хотя и не понял что же эта сущность сделала с мечом, но что-то в мече нём поменялось.

– Отлично, – удовлетворенно потерло руками божество, – а теперь к заданиям.

– Передача культа шла без всяких условий, – начал было я.

– Конечно. Но теперь ты мой верховный мастер Боя. Поэтому, как своему жрецу я доношу свою волю, – я думал аватар не может улыбнуться еще сильнее, но нет же. Смог.

«Как лицо-то не треснуло? Ненавижу, когда реальность напоминает игры, всё становится также тупо. Эта мерзкая НПСина сейчас тебе побочек штук пять даст, а главный квест на время тащить надо!»

Глава 14. Северная Империя

{Герцогство Арис, вечер того же дня, Сен}

Мастера Боя, как и полагается верующим, млели и благоговели от общения с физическим воплощением своего бога. Так что я старался не мешать своим новым подданным наслаждаться божеством. Хотя неконтролируемая, свободно расхаживающая божественная единица – это совсем не то, что бы я хотел видеть на своей территории. К моей радости, которую я, конечно, скрыл, аватар испарился по своим божественным делам через пару часов, правда перед этим он показал несколько новых «фокусов» мастерам. За что ему честь и хвала, мог бы и побольше показать, задница божественная.

Мне предстояло разбирательство со своими новыми поданными: мастера боя окружили меня полукругом, ожидая развития событий, я же молчал, оглядывая их.

«Вот это да. Получилось».

Ага. Даже квесты простые: увеличить численность неофитов на двадцать процентов и найти какую-то утерянную реликвию.

«Чувствую подвох».

Бритва Оккама. Не плоди лишнюю паранойю. Бой в любом случае в плюсе окажется.

– Владыка? – мастер Роган первым прервал тишину через несколько минут.

– Владыка – это хорошо, – удовлетворенно произнёс я, – отдыхайте, обедайте. После обеда проведите небольшой турнир и объявите трёх самых сильных мастеров здесь. Вопросы?

Никто не нарушил тишину.

«А до схватки такие говорливые были. Намёками сыпали».

– Вопросов нет. Хорошо. Вечером я проведу схватки с самыми сильными бойцами, а затем объявлю свою волю, – я развернулся и пошёл в сторону дома.

«Ты уверен, что стоит тратить своё время на схватки?»

Мы же обсуждали это. Несмотря на прошедшую схватку с Боем, мастерам надо ещё раз показать свою силу. Развеять малейшую тень сомнения. Особенность мышления этих конкретных фанатиков. Ты лучше скажи…

Обсуждения не получилось, ко мне подскочил Первый и сообщил, что требуется моё вмешательство в городе Балариус, самом южном населённом пункте, на который у моей команды большие планы по транзиту товаров и организации зоны свободной торговли. Моё присутствие оказалось необходимо из-за очередных проблем с долбаными гномами. Переговоры по ценам и пошлинам опять зашли в тупик, и коротышки требуют моего личного вмешательства.

«Как же они надоели!»

– Буду поздно вечером. Организуйте им обед пока. Шлюх там, пива побольше, там всё знают, – Первый отправился исполнять, а я вернулся к мастерам.

Я вернулся в круг схваток, вытащил меч.

– Планы поменялись. Мастер Роган, в круг!

Схватка заняла тридцать секунд и окончилась моей ожидаемой победой.

– Мастер Роган, спасибо за схватку. Мастер Хракиус в круг.

На последовательную победу над всеми мастерами ушло чуть больше получаса, но под конец даже мой синтетический организм начал сбоить от нагрузки. Зато моё превосходство стало неоспоримым, и если у кого-то из мастеров в глубине души были сомнения о том, что я не достоин стать верховным мастером Боя, то сейчас их не осталось.

– Очень хорошо, – удовлетворённо произнёс я, – порадовали вы меня. Уверен, что всем интересно, что дальше, – я вытер лицо и корпус полотенцем, – кратко: я создаю несколько новых организационных структур: Академию Меча, Академию Магии, усиливаю личную гвардию, корпус специальных операций и так далее. Наш культ Боя целиком войдёт в эти структуры. Подробности даст министр Алла, – я кивнул на миниатюрную брюнетку. – Она отвечает в целом за образование, и формирование всех данных структур находится в её компетенции. На текущий момент уже есть драфт предстоящих изменений и роль каждого из мастеров Боя, в том числе тех мастеров, что здесь отсутствуют. Алла пообщается с каждым из вас и даст указания. Предвосхищая вопросы и переживания: всё, что она скажет – есть моя воля, как верховного мастера Боя. Вопросы?

Мастера недоумённо переглядывались между собой, пока старый Роган не спросил:

– Владыка? Но что произойдёт с нашим братством?

– Братство Боя никуда не денется, – усмехнулся я, – вхождение в ту или иную структуру не лишает никого принадлежности к нашей вере. Встреч, турниров и взаимодействия между мастерами станет значительно больше. На текущий момент культ Боя тотально неэффективен, мы переведем наши процессы на принципиально новый уровень, у мастеров появится специализация. Всё это входит в процесс новой системы образования.

– Специализация? – удивленно спросил мастер Ферар, молодой, всего сорок лет, практически юнец по меркам культа.

– Да. Например, вы, мастер Ферар, станете мастер-рекрутером. Займетесь поиском новых учеников для Боя. Станете путешествовать по миру и искать самых лучших, самых перспективных подростков для нас.

– Владыка, но зачем? – недоумённый вопрос.

– Вы это любите, вы это умеете, мастер, а нам требуется свежая кровь. Главная цель: братство Боя должно увеличиться в десять раз в ближайшие три года. Без потери в качестве. Прошу прощения, мастера, дальше все вопросы к министру, а мне пора успокаивать бородачей.

{Северная Империя, пригород города Алчер, Сен}

В последнее время я без крайней нужды старался не использовать длинные портальные переходы. Во-первых, они оставляют слишком сильный след в магических планах; во-вторых, их легче перехватить. В-третьих, эта вынужденная промежуточная остановка дала мне возможность встретиться с князем Лераром лично.

Эльф сам вышел на меня и попросил о встрече. Я даже догадываюсь почему: у него ничего не получилось, вся эльфийская аристократия прикрыла глаза и сделала вид, что ничего про мерзкие сделки с демонами не знает.

«А возможно, он тебя сдал, сейчас район оцепляет эльфийский спецназ, а зону вокруг этого лесного домика обложила дюжина эльфийский архимагов! Не зря же он попросил о встрече в пригороде, а не в самом городе…»

В словах Шизы был резон. Князь действительно мог передумать, или его могла переубедить сестра, и, как следствие, сдать меня службе безопасности. Всё-таки я уже почти враг государства Светлого Леса, официально мне такой маркер ещё не повесили, но думаю, что через пару лет эльфы это сделают точно.

Так или иначе, риск присутствовал, но Лерар мне был позарез нужен: мне требовались люди внутри Светлого Леса, которые смогут поставить якоря для будущего заклинания переноса. Я имел в загашнике несколько сюрпризов для потенциальной группы захвата, но пользоваться ими не испытывал никакого желания – мало ли, воскрешение на Земле не сработает?

Не нравилось мне тут. Не потому, что местная лестная сторожка была плоха, как раз скорее наоборот: всё очень изящно, красиво и элегантно. Мне не нравился район. Имперский город Алчер был не совсем имперским, точнее, он только на бумаге являлся имперским, а вот в реальности здесь всем заправляли Светлые эльфы. Местная аристократия имела немалую толику эльфийской крови, и практически все так или иначе были связаны с родовой аристократией Светлого Леса.

Сам город находился на схождении трёх жирных торговых маршрутов: Северная Империя, Эльран и Светлый Лес. Через Алчер шел основной сухопутный грузопоток между Северной Империи и королевством Эльран, Подгорным Царством и остальным Северным Кахором. В общем, денег тут крутилось много, и сливки здесь снимали не имперцы, на которых мне плевать, а остроухие твари. В ближайшем будущем с этим придется разбираться, необходимо отодвинуть торговые маршруты севернее в регион Карола, где эльфы уже не столь популярный персонажи. К тому же оттуда недалеко до моей будущей зоны свободной торговли – города Балариус. Затем…

«Ты сегодняшний день переживи, мечтатель! Сейчас нахлобучат по самое интересное, и не будет никакой проблемы с этим недо-имперским городом. Через прорыв Инферно караваны плохо ходят».

Сплюнь!

Лерара я прождал ещё час, тот прибыл один, моя сеть наблюдения не показала никакого хвоста или подозрительных незнакомцев. Хотя, если за мной пришли архимаги, то вряд ли мои демоны-наблюдатели способны их увидеть в маскировке, особенно в Лесу. Светлые хороши.

Пару часов мы просидели с Лераром у камина, медленно потягивали вино и разговаривали о различных мелочах. Ничего серьёзного эльф не затрагивал, словно не мог собраться с силами, но я его не торопил. Сам не знаю, как бы чувствовал себя на его месте. Крушение всех идеалов: Светлые Эльфы и сделка с демонами.

– Они мне так и не поверили, – внезапно сказал эльф, в тот момент когда я раскуривал пятую сигариллу.

– Они тебе поверили, – я сделал паузу, выдохнул дым, – просто решили закрыть глаза.

– Почему? – потерянность в голосе эльфа заставила меня ответить на риторический вопрос.

– Ты и сам прекрасно знаешь почему, Лерар. Ты же умный. Одно из основных свойств каждого общества – конформизм. Разумные в обществе всегда конформны. Никто не хочет стать той самой белой вороной в стае.

Лерару требовалось выговориться: с сестрой он не мог показать подобную слабость, а больше единомышленников у него не было. Мы ходили по кругу ещё час.

– Я публично выступлю на Большом Совете и призову князей к ответу, – внезапно решительно сказал Лерар.

«Стоп, стоп, стоп! Ты нам живой нужен!»

– Лерар, по-доброму: могу убить тебя быстро и безболезненно. Ты только скажи.

– Что? – сбился настрой у эльфа.

– Ты хороший эльф. Я не желаю тебе пройти череду унижений, пыток и, в конечном итоге, смерти. Давай пропустим предварительные стадии, и я просто убью тебя.

– Ты думаешь, что… на совете… я… – связность изложения мыслей эльфа нарушилась, но я и так его понял.

– Тебя просто обвинят в какой-нибудь психической болезни, или подкинут что-нибудь, или подведут что ты, дескать, был под ментальным контролем. Дай мне десять минут, и я тебе нарисую добрую дюжину годных способов избавиться от тебя и твоих бредней.

– Но? – Лерар обхватил голову руками и закачался. – Что же делать?

– Для начала понять по пути ли тебе со «Светлым» Лесом.

– Они мои собратья.

– Они не твои собратья, – я устало усмехнулся Лерару, – то, что у них уши той же формы, что и у тебя не делает вас братьями.

– Мы – Светлые Эльфы.

– Эльфы да. Светлые ли?

– Что ты имеешь в виду?

– Да я уже всё сказал! По пути ли тебе с таким светом? И я говорю не про Тьму, Свет, Добро, Зло и прочие первостихии. Я говорю про твоё самоопределение. Если ты чувствуешь, что можешь жить, как остальные эльфы, закрывая уши, чтобы не слушать правду, то вперёд! Отпусти разум! Позволь своему мозгу подделать восприятие реальности, так чтобы всё оправдать! Поверь мне. Твой мозг справится. Любой разумный способен оправдать себя.

– Что? – опешил от моего напора Лерар.

– Просто в тот момент, когда ты будешь гореть в доминионе похоти или, что ещё лучше, корчится демоном, то вспомни об этом разговоре.

– Почему ты считаешь, что к этому придёт?

– Видишь? – усмехнулся я. – Твой разум уже строит защитную стену. Дескать, не все сделки с демонами плохие. И, может, оно само как-то рассосется. Мысль о том, что, возможно, Старшие Князья знают что делают, уже мелькала?

– Э…

– Вижу, что мелькала. Ладно, Лерар. Тебе стоит серьёзно подумать о том, кто ты есть, а только потом решать, что делать.

– Ты же сам постоянно общаешься с демонами.

– Я не заключаю сделок с демонами. Я их заставляю делать то, что я хочу. Моя воля и моя сила стоят над ними, да. Но я им ничего не должен. Запомни: сделки с демонами никогда ни к чему хорошему не приводят. Никогда. Твои так называемые собратья заключили сделку с Елизароли. Знаешь её историю? Она тоже хотела всего лишь стать немножко красивее и быть любимой. В итоге она собственноручно вырезала сердце своей сестре-близнецу. Все сделки с демонами ведут в Бездну. В этом их цель.

Эльф молчал минут двадцать, но наконец глухо произнёс.

– Я не с ними.

– Я рад, что не ошибся в тебе, Лерар, – поддержал я эльфа.

– Но есть же ещё «нормальные» эльфы.

– Конечно, – кивок.

– Их надо найти. Только как?

– О, – я усмехнулся, – тут путей много. И поверь мне, что беготня по Совету Князей в них не входит.

– Расскажи! – надежда мелькнула в глазах эльфа.

«Хорошо… Он уже почти наш!»

Не спугни!

– Нет, – я задумался словно тяжело размышляю, – это долго и слишком абстрактно. Я дам тебе контакт своего помощника, – это я про барона Старого Лиса, – он тебе поможет.

«Конечно, поможет! Старина Эрик нормально развернётся в Светлом Лесу».

– Хорошо, – согласился эльф, – я поговорю с ним. Когда мы сможем в следующий раз встретиться? Я хотел бы пригласить сестру и еще несколько доверенных эльфов.

– Через пару недель, только где-нибудь в центральной части Империи. Не здесь. Слишком много риска.

– Хорошо.

– Извини, Лерар, но мне пора.

– Спасибо, что нашёл время, – эльф пожал моё запястье.

Я встал, собрал вещи, подчистил следы, но на самом выходе меня захватил вопрос Лерара.

– И что теперь? Не представляю, как нам после этого всего жить.

– Они тоже.

– Кто они?

– Все. Все жители этого мира.

– Это какой-то ребус!

– Здесь нет ребуса, – я усмехнулся, – для подобных ситуаций уже давно придумали универсальное решение.

– И какое?

– Войну. Война самое эффективное средство убрать неразрешимые противоречия.

– Для меня это война против моих сородичей.

– Ничего страшного. Мы, люди, вообще регулярно убиваем других своих сородичей.

– Ты не понимаешь насколько это сложно, Сен.

– Я казнил всю свою семью, когда наши пути кардинально разошлись. Расскажи мне о том, как это сложно, – жестоко ответил я и вышел за дверь.

Чёртов эльф умудрился царапнуть напоследок.

«Тебя волнует это событие из прошлого? Надо будет его разобрать!»

К Асиризу! Ковыряться в прошлом – это не моё.

«Я серьёзно! Если царапнула, то это уязвимость. Слабость. Ты же с демонами работаешь. Они подобное интуитивно чувствуют!»

Хорошо. Отложи одно из вторичных на эту задачу. Не понравилась мне эта реакция! Пока посмотрю, что там за справка по Северной Империи.

Северная Империя исторически сформировалась из-за раскола Империи Варон на две части: Северную и Южную.

Полное название – Северная Империя Варон.

Численность населения: сорок три миллиона человек. Из них триста тысяч относится к аристократии и двадцать тысяч к высшей аристократии.

Государственный строй: на текущий момент дуалистическая монархия.

Основные органы государственного управления:

Император. Глава исполнительной власти. Имеет право вето против законодательной власти. Имеет право помилования в судебной власти. Имеет право на отклонение любых кандидатур уровня епископа и выше для всех официальных религий, представленных в Империи. При формировании Большого Совета имеет право отклонения его состава.

Совет министров. Правительство. Назначается Императором раз в десять лет. Император имеет право на роспуск правительства в любой момент.

Высший Совет. Законодательная власть. Избирается раз в десять лет среди высшей аристократии с помощью голосования. Имеет право вето на инициативы Малого Совета.

Большой Совет. Законодательная власть. Избирается раз в пять лет с помощью двухэтапного референдума из плебса и простой аристократии.

Совет Наместников. Совещательный орган, обладающий рядом преференций.

Малые Советы. Выборные законодательные органы, наличествующие в каждой провинции. Избирается из всех сословий прямым голосованием. Периодичность от пяти до двадцати лет в зависимости от провинции.

Так. Дальше.

В Северной Империи семь регионов, три города императорского значения и сорок малых городов императорского подчинения.

Регионы:

Карола;

Кампола;

Алола;

Серкана;

Ленана;

Облона;

Филола.

Города императорского значения:

Аркония – нынешняя столица Северной Империи. Находится в самом центре империи.

Баламори – очень древний город на западном побережье. Во времени Империи Кахор являлся важным морским портом. После появления Океана Бурь – единственный порт Северной Империи. В нём базируются огромные дредноуты, обеспечивающие связь с Зеленым Континентом.

Алчер – торговая столица на востоке, фактически под контролем Светлых Эльфов.

Ну, тут всё понятно. Дальше.

Каждым регионом управляет претор, назначаемый раз в десять лет Императором по представлению большого совета Империи.

Дальше.

В каждом регионе от трёх до десяти провинций. Всего в Империи сорок три провинции.

Список. Дальше. Потом полистаю.

Во главе каждой провинции находится наместник, отвечающий за общее гражданское управление. Также в руках наместника находится оперативный контроль за деятельностью императорской стражи в провинции. Но это право Император может отозвать в любой момент и перевести на другого управляющего.

У Северной Империи не имеется как таковой карты военных округов. Легионы и длани Императора перемещаются по провинциям и регионам Империи исходя из текущей ситуации.

Легионы и длани. Уточнение! Ага. Вижу.

Легион – основная единица в армии Северной Империи. Размер легиона колеблется от трёх до пятнадцати тысяч человек.

Каждый легион имеет собственный номер и иногда собственное прозвище. Если легион по каким-либо причинам был расформирован, то его номер никогда больше не используют.

Большая часть легионов собрана пятёрками в усиленную военную единицу «длань Императора».

На текущий момент в Империи есть четыре длани:

Южная длань, состоит из Третьего, Семнадцатого, Пятьдесят Третьего, Пятьдесят Четвертого, Пятьдесят Пятого легионов. Общая численность Пятьдесят Третьего около шестидесяти тысяч человек.

Западная длань, состоит из Шестого, Седьмого, Двенадцатого, Тринадцатого, Тридцать Седьмого легионов. Общая численность – около сорока тысяч человек.

Восточная длань, состоит из Девятого, Восемнадцатого, Двадцать Первого, Тридцатого, Тридцать Третьего легионов. Общая численность – около сорока семи тысяч человек.

Центральная длань состоит из Пятнадцатого, Двадцать Второго, Двадцать Третьего, Двадцать Девятого, Тридцать Пятого легионов. Общая численность – пятьдесят три тысячи человек.

Также есть четыре отдельных легиона:

Семнадцатый Проклятый легион под управлением генерала Керина Мрази расположен на Зелёном Континенте и обеспечивает защиту интересов Императора в этой колонии. Численность – пятнадцать тысяч человек. Самый крупный по численности легион.

Двадцатый Специальный легион под управлением генерала Тихога Молчаливого. Фактически этот легион выступает дополнительной императорской гвардией. Общая численность – четыре тысячи человек.

Тридцать третий Великанский Легион под управлением генерала Трога Гиганта. Этот легион расположен на севере Империи, в составе имеет большое количество великанов, за что и получил свое название. Общая численность – шесть тысяч человек.

Восьмой Северный Легион под управлением генерала Армаца. Один из самых старых легионов Империи, не обладает особой славой, так как исторически охраняет покой империи на севере, где у Империи нет врагов.

Нормально. Есть, где развернуться.

{Северная Империя, Аркония, окраины, Сен, через две недели}.

Когда-то здесь находился грузовой перевалочный склад одного из кланов, но сейчас они сократили свои операции на рынке в центральной части империи и вывели эти помещения из эксплуатации. Держать для пустого склада охрану, естественно, неразумно, поэтому клан ограничился простенькой магической сигнализацией, которую может обойти любой сообразительный ученик мага.

Для нас этот склад на окраине оказался настоящим подарком для временных операций в столице Империи: отсутствие лишних глаз, большая площадь, пригодная для построения стационарного магического портала и отсутствие финансового следа, чтобы вывести любопытствующих на герцогство. Может, последнее не так и важно, но чем меньше зацепок, тем лучше. В данный момент я с Феришем и Первым сидели на стопке деревянных палет и держали импровизированный совет.

– Нам нужен выход на Императора, – я вернулся мыслями к совету и выхватил последние слова Фериша, – это критично для дальнейшего развития экспансии в Империи.

– Зайти во дворец мы не можем, – высказался вслух я, – да и аудиенция с императором нам мало чем поможет. Там он станет прикрываться своей маской, как и всегда.

– Может, это и не маска, – заметил Фериша.

– Но без прямой встречи мы этого и не узнаем. Слухи из Императорского двора настолько разрозненные и противоречивые, что ценность от них скорее отрицательная.

– Внедрить кого-нибудь во двор у нас не получится, – подтвердил Фериш, – нет таких специалистов у нас. Да и качественную легенду мы не проработаем.

– Какие ещё идеи?

– Господин, – вставил Первый, – у меня есть мысль.

– Да.

– Наши уши в гильдии убийц говорят, что в город прибыло несколько высших мастеров.

– Зачем?

– Неизвестно. У нас ещё нет качественной сети. Так что и эта информация имеет низкий уровень достоверности.

– Как проверить достоверность слухов? – вслух спросил Фериша. – Найти в огромном городе мастера убийцу – задача практически нереальная. А даже, если получится найти, то как ему сесть на хвост? Среди них идиотов нет.

– Если есть слухи, то значит гильдия привлекает большое количество участников с разными уровнями. Если бы к делу привлекались только мастера, то утечки бы не было. По крайней мере не на нашем уровне внедрения. Значит гильдия будет привлекать мясо к этой операции.

– Только, если допустить, что это всё не для отвлечения внимания, – возразил Фериш.

– Брат, если это ложный след, то нам от этого никакой пользы.

– А если это правда, то какая нам польза?

– Значит какому-то крупному аристократу хотят пустить кровь.

– Почему не магу?

– Гильдия крайне неохотно берет подряды на магов, – вставил Первый, – а тут масштаб словно на шпиль архимага хотят напасть.

– Принято, – согласился мой юный брат.

– Операцию начали готовить заблаговременно. Значит цель сидит в столице. Причём безвылазно, так как убийство в столице сопряжено известными сложностями, – я высказал умозаключение.

– Пока звучит разумно, – согласился Фериша, – но кто плотно сидит в столице? Кроме Императора?

– Пара десятков высших чиновников, – я в ускорении пробежался по спискам, – вот только я не вижу причин их убивать. По моему мнению их легче купить.

Я сотворил магический лист с именами и должностями.

– Нет, – не согласился Фериша, взяв лист и внимательно просмотрев его, – как минимум шестнадцать позиций достаточно интересные, чтобы кто-нибудь из сильных кланов надумал посадить на неё какого-нибудь отпрыска.

– Эти должности уже под кем-то. Убийство чиновников такого ранга – это откровенный беспредел. Это фактически война против другого клана и нарушение всех негласных правил. В старых стабильных структурах это работает по-иному: слухи, взятка, понятые, суд, тюрьма, конфискация. Ну, или ещё какая грязь.

– По твоей логике хотят убить императора?

– Возможно.

– Это слишком хорошо, что нам так повезло, – скептично произнес Фериш.

– Ищущий да обрящет, – парировал я, – если серьёзно: то в пользу этого говорит теория вероятностей. События часто происходят в одно и то же время. Слышал о парадоксе дней рождения?

– Нет.

– Смотри, у тебя есть случайно выбранная группа людей. Двадцать три человека. Какова вероятность того, что у двух из них день рождения в один и тот же день?

– Ну не знаю, – Фериш долго не думал, – навскидку: одна двадцатая.

– Нет. Больше половины. Потом как-нибудь расчёт покажу. Но так происходит и с важными событиями: они имеют свойство происходить в приблизительно одно и то же время.

– Хорошо, будем считать ты меня убедил. Императора хотят убить.

– Или кого-то другого до кого мы не додумались, – осадил я, – ты с ребятами в герцогстве проверишь это.

– Хорошо, но если всё-таки император?

– То это очень любопытно, – ответил я, – есть кто-то хочет ввергнуть Северную Империю в череду переворотов и в гражданскую войну.

– Что будем делать?

– А какие у нас варианты? – я поразмышлял вслух. – В наших ближайших планах никак не предусмотрена гражданская война в Северной Империи: нам она нужна крепкая и стабильная. К тому же любой из игроков, способных на убийство императора, является враждебным нашим целям. Так что все доступные варианты лежат в канве спасения императора. И остаётся важный вопрос – кто такой одарённый и нетерпеливый, что решился на убийство гаранта Империи?

Мы покрутили мысли под разными углами, связались с дополнительными головами в герцогстве, но вероятность попытки нападения на Императора оставили высокой. Нормальная ставка и хороший приз, чтобы рискнуть и попробовать познакомиться с владыкой Северной Империи.

Оставив Первого и Фериша разбираться с этим нападением, я отправился домой: чёртовы гномы в очередной раз заерепенились и хотят личного общения. Только в этот раз не из-за пошлин, а из-за очередного сбежавшего подростка из уважаемого клана Каменных Молотов. Клан третьего советника между прочим.

«Им слава Фараны спать не даёт?»

Это же отличная новость. Обработаем гномов хорошенько. И надо ещё встретиться с Лераром. Он как раз просил о встрече. Где-нибудь в западном Эльране.

{Западный Эльран, неизвестная деревушка, Сен}

Разговор с эльфами опять был какой-то саморефлексией. Лерар приперся со своей сестрой Аикой и парой доверенных эльфов, и всё пошло по кругу. Что нам делать, как нам жить и так далее.

Естественно, я не давал волю своему раздражению – эти эльфы слишком важны для моих ближайших планов, но клянусь Триединым, куда приятнее было бы посидеть и спокойно позаниматься магией.

– Как же нам поступить? – семнадцатая вариация вопроса «что делать?» от эльфийки.

– В последнее время меня этот вопрос преследует изо всех углов, – я закурил, – я же отвечал уже. Не знаете что делать – воюйте.

– Мы не хотим воевать со своими собратьями.

– Во-первых, они вам не собратья. Во-вторых, не хотите воевать, не воюйте. Живите в мире.

– Мы не можем жить в мире с ними… этими… – Аика заколебалась, пытаясь подобрать правильное слово.

– У меня есть для вас предложение: новый мир. Соберите побольше эльфов, возьмите священные деревья, и я отправлю вас в иной мир. Создадите свою собственную чистую экосистему с нуля.

– Я не хочу покидать Кахор, – неожиданно и звонко отвергла эльфийка, – этот мир – мой дом.

«Женщины бывают столь утомительны».

– Оставайся у меня в герцогстве, – я пожал плечами, – не вижу проблем. Занятие тебе найдется.

– Ты разрешаешь только моей сестре остаться? – уточнил Лерар.

– Конечно нет. Всем, кто хочет. Разумных тут не хватает, земля пустая.

– И ты позволишь высадить деревья?

– Вот уж нет, – я покачал головой, – мне такая дыра в безопасности не нужна. Без обид, но ваш Лес – это легкоуязвимое сборище костылей.

– Но мы без них не сможем, – уточнил Лерар, – ты же знаешь, что Светлые не могут долго быть вне Леса.

– Ты про импринтинг на Лес? – отмахнулся я. – Это снимается.

– Это чудовищная процедура, – возмутился один из эльфов, как его… Невадон. – У нас так наказывают изгоев!

– Мне-то вас наказывать за что. Есть относительно несложный и безболезненный способ снять вашу привязку к Лесу.

– А чем это грозит? – подала голос эльфийка.

– Не сейчас. Не готов за пару минут рассказать, что такое свобода и чем она грозит. Но головой, как тёмные или песочные эльфы, вы не поедете. Обещаю.

Но так просто соскочить не получилось. Пришлось потратить пару часов на то, чтобы объяснить в целом, что делает правильная процедура отвязки эльфа от Леса. Хорошо, хоть никто не додумался задать вопрос, откуда я это знаю. Не пришлось никого посылать подальше. За эти знания в том числе один действительно безумный демонолог на Дшехеронже запытал практически всех эльфов.

– А что взамен? – спросил Лерар. – Никто не верит в демонологов-альтруистов.

– Я был бы крайне благодарен за небольшую услугу. Надо расположить несколько маленьких предметов около зоны, где держат полудемонов.

– Это предательство.

– Предательство чего?

– Всему, чему меня учили с самого детства, – я даже умилился пылкости речи эльфийки.

– Сомневаюсь, что тебя с детства учили творить полудемонов и заключать союзы с проклятыми тварями.

– Все оступаются…

– Акия, – я прервал морализаторство, – к сожалению, я не могу допустить, чтобы твои сородичи играли с такими силами. Вариантов на текущий момент я вижу два: либо малый прорыв Бездны, либо чудовищный прорыв Бездны, что заберёт и своих выродков назад и здоровенный кусок Светлого Леса. Скажу прямо, второй вариант опасен для меня, да и по своей природе я не герой, не люблю подвиги. Я люблю договора, соглашения, но никак не скакать с мечом наголо и масштабными разрушающими заклинаниями…

Я ещё долго изливал фонтан из полуправды и искаженных суждений, но окончательно убедить эльфов мне не удалось. Да этого и не требовалось, достаточно подселить им в голову нужные мысли, а дальше барон в ходе рабочих обсуждений аккуратно шлифанёт и подведёт их к нужному результату.

Глава 15. Клубок запутывается

{Где-то в Герцогство Арис, Сен}

Ситуация с гномами разрешилась к удовлетворению обеих сторон: мы аккуратно обработали беглеца, и он вернулся в родные пенаты, а гномы сделали первые послабления в области «свободного» выхода молодых гномов в район города Балариус.

Сам Балариус бурлил словно котёл с раскалённым маслом, количество народа увеличилось почти на порядок, особенно такого… с мордами, подходящими для виселицы. Причин две: первая – мы разрешили развернуть штаб-квартиры на своей территории тем наемникам, которых не очень хотели видеть другие государства. То есть мы привечали лютых отморозков и откровенных беспредельщиков, конечно, при условии соблюдения порядка и так далее. Вот только я не обманывался. Намучаемся мы с ними ещё, но зато заново формируемой страже герцога будет где развернуться, учитывая, что отряды силового реагирования стражи преимущество состоят из учеников Боя.

Вторая причина – контрабандисты. Специально для этих парней строились огромные склады с нелюбопытными владельцами, а также мы отвалили просто гору золота за два собственных грузовых портала. С услугой «ускоренного прохождения таможенного досмотра», платной, конечно. Эти меры, плюс явные намёки внутри гильдии контрабандистов привели к тому, что на территорию моего города Балариус стало перемещаться всё больше трафика контрабандного груза. Следовательно, появились хитрожопые пареньки, которые этим занимаются вместе со своими мрачными подельниками.

Грязновато, конечно, зато действенно. Герцогству жизненно важно иметь такое место: место, в котором постоянно бурлил хаос теневых схем, грязных денег, запрещённых артефактов и санкционных товаров.

На этом вонючем навозе вырастет и расцветёт мой собственный банк, начнём мы, конечно, с обеления доходов: на Кахоре проблема с грязными деньгами стоит куда острее, чем на Земле, а дальше посмотрим. Гномы из клана Раскалённых Наковален, тех самых, которых я несколько лет назад нахлобучил в банковской сфере, уже вошли в дело в качестве консультантов, что прибавляет плюс к их прагматичности.

Говорить о том, что в этом диком вертепе могло всплыть тоже излишне: интересные люди, любопытные артефакты, занимательные реликвии. В общем, Старый Лис опутывал эту кучу грязи нашими информаторами, устанавливал связи с ключевыми участниками и так далее. Я высоко оценивал работу своей команды по «прокачке» этого города: результат близок к идеальному!

Сейчас же я покинул свою навозную жемчужину и отправился в район обитания Бератрона. В пятнадцати километрах на юго-запад от него, в зоне старых обсидиановых скал, жил милграф Аурелио, служитель Равновесия пятого ранга, вместе со своим воспитанником Араном – Дитём Хаоса. Их переместили чуть раньше, чем Бератрона, но времени на то, чтобы их проведать у меня так и не находилось. Вот я и решил, что стоит поднять этому проекту приоритет. Дитя Хаоса и всё, что его окружает – это не та вещь, которой можно пренебрегать.

– Здравствуй, Аран, – сказал я, разглядывая ребенка.

– Доброе утро, господин, – немного испуганно поздоровалось со мной Дитя Хаоса.

– Ты вырос, – удовлетворенно констатировал я.

– Да, господин.

– Не стоит меня бояться, малыш, – я потрепал его по голове, – я же уже объяснял, что я последний человек в этом мире, кого тебе стоит бояться. Извини, что давно не навещал. Возникли дела… непреодолимой силы.

«Ага. Воскрешение называется!»

– Я понимаю, господин.

– Как тебе твоё новое место? Как идёт обучение самоконтролю?

Я провел с ребёнком пару часов, расспрашивая его о разных вещах и параллельно анализируя ответы. Благо, в мыслеинтерфейсе было ПО для базового психоанализа. Конечно, на подобные модули нельзя полагаться на сто процентов (человеческая психология всё-таки штука крайне неоднозначная, а если у тебя ещё совершенно другой мир с иными культурным пластами, то совсем всё грустно), но общую картину и основные отклонения показывать должно. Целевой результат меня порадовал: Аран успешно сдерживал в себе искру Хаоса, а вот на социальное развитие парня стоило обратить больше внимания: жизнь вдвоём с наставником вряд ли хорошо сказывается на его развитии. Если он когда-нибудь попадет в мир, то эта ошибка нам ещё аукнется. Об этом я напрямую сказал, когда мы сидели с Аурелио наедине.

– Отличная идея, – согласился милграф, – я как раз хотел предложить перевести его в одну из цитаделей Равновесия. Там достаточно его сверстников и…

– Без безумных идей, пожалуйста, – прервал я равновесника, – ваши попытки сохранения Равновесия недостаточно хороши, чтобы я мог доверить вам такую ценность.

– Тогда как? – Аурелио даже не стал делать вид, что ожидал иного ответа.

– Переведём его ко мне в поместье, а потом в Академию Магии. Легенду только тщательно проработаем.

– Академия Магии?

– Да, я тут формирую свою собственную магическую школу.

– Для волшебников?

– И для магов, и для волшебников, – я не стал говорить вслух, что как герцог имею право вручать дворянство, поэтому толковые студиозы оперативно получат гражданство, дворянство и усиленную программу обучения, – в общем, готовься к переезду.

– Рискованно это.

– Что именно?

– Да хотя бы переезд! А уж обучение магии…

– Без обеспечения социальной зрелости риск вывода Арана из равновесия слишком велик. Магия, как упорядоченная дисциплина, хорошо подойдёт для структурирования личности мальчика. Я даже подумываю, чтобы отдать его в качестве неофита в культ Боя.

– Боя?

– И порядок, и умение сражаться, – объяснил я.

– А возьмут?

– У меня есть некоторое влияние, – информация о новом верховном мастере в культе не являлась общедоступной, – ладно, я дам поручение кому надо, и с тобой свяжутся для организации процесса переезда. А вообще, я не для этого прибыл.

– А для чего же?

– Я долго думал о предназначении Дитя Хаоса. Зачем он появился и почему именно сейчас, – я закурил.

– И? Ты нашел ответ?

– Да. К сожалению.

– И ты, конечно, его не расскажешь?

– Расскажу.

– Но ты что-то хочешь взамен, – утвердительно спросил равновесник.

– Конечно.

– Что?

– Сообщи своим иерархам. Это вам решать. Предложите мне хорошую цену.

– Деньги? Артефакты?

– Только, если в качестве аперитива.

– То есть нет.

– То есть это не основное. Хороший денежный взнос подойдёт в качестве вступительного взноса для организации встречи.

– Нагло, – покачал головой Аурелио.

– Бесплатного в мире нет, а подобная информация стоит денег.

{Новое поместье Бератрона, тот же день, Сен}

От равновесника я отправился к Бератрону. Вчера поздно вечером ему в поместье Второй доставил единственного выжившего вора из отправленной троицы. Всё-таки что-то в этих Проклятых Горах убивало. И убивало вполне успешно.

Вор выглядел испуганным, но держал себя в руках. Что характерно, на вора он не был похож: полный, высокий, можно сказать крупный блондин с довольно правильными чертами лица. Исходя из внешности ему бы больше подошла роль легионера, хоть сейчас на плакат, но внешность обманчива. Он жил воровством, и гильдия отказалась платить, поэтому он и остался у меня в застенках.

Я активировал модули распознавания эмоций, лжи по мелкой моторике вора и отправил одно из сознаний на контроль астрального плана. Бератрон делал аналогичные действия, только он сконцентрировался на магическом и ментальном плане. В идеале бы захватить ещё божественный план, но таких умельцев в принципе не много, и в нашей команде таких даже близко не было.

– Вы меня отпустите? – спросил блондин после длительного допроса.

– Конечно, – я пожал плечами, – я тебе пообещал. Не вижу смысла нарушать собственное обещание из-за такой мелочи.

– И мне не перережут глотку сразу, как я переступлю порог двери? – вор не поверил мне. И винить его тут сложно.

– Нет.

– И даже он? – вор бегло глянул на Второго за моей спиной.

– Он постарается сдержаться, – разговорчивый вор меня даже заинтриговал, – к чему мне твоя жизнь? С тебя возьмут клятву молчания, усыпят и порталом отправят куда-нибудь подальше. Вот и всё. Место ты не знаешь, рассказать ничего не сможешь.

– Да, конечно, господин. Так и будет, ваша мудрость не знает границ, – вор упал на колени, чтобы поцеловать мои ноги, но клинок Второго преградил ему путь, – спасибо, господин.

– Стоп, – я прервал словоизлияния вора, встал с кресла и телекинезом задрал его лицо, чтобы внимательно его осмотреть, – врёт. В допросную.

«Хм, как?»

Как что?

«Как ты понял?»

Анализатор лжи не выключался: про пещеры он не лгал, а вот сейчас он что-то решил утаить.

– Рекомендую в допросной рассказать всё быстро. И не усложнять процесс. Тогда я, возможно, не искажу своё обещание о свободе, – доверительно посоветовал я.

– Я всё расскажу, господин, – вор попробовал дёрнуться, но охранные умертвия скрутили его надежно.

– Писарю расскажешь. Я потом почитаю. Увести, – я отвернулся к личу, – учитель, предлагаю переместиться в кабинет. Нам есть, что обсудить.

Кабинет лича в новом доме был в разы меньше, чем в подвалах старого особняке, о чём он не преминул в очередной раз напомнить. Зато тут имелось несколько крупных досок, на которых мы с помощью телекинеза записывали различные гипотезы.

– Ментал? – предложил Бератрон, я покачал головой в ответ.

– Должны были быть хоть какие-то эманации. Я посылал туда сильных ментальных демонов.

– Я тоже, – согласился лич, но на доске появилась синяя надпись «Ментал», – что же там такое?

– Духи?

– Нет, – лич встал с кресла и прошёлся по комнате, – я не силен в шаманизме, но характерных всполохов в нематериальных планах не было. К тому же для убийства им надо было проявить себя. А демоны-разведчики увидели только внезапную смерть воров.

– Но выживший считает произошедшее реальным дальше некуда. Мерзкая ситуация. Лучше действующий демонический зиккурат под боком. С зиккуратом ясно, что делать, а тут… – я закурил, – у нас под боком сидят неизвестные твари, которых нельзя обнаружить магией, их мотивы и действия не ясны, а самое главное – почему они не покидают горы?

– Если это действительно реальные твари… – уточнил лич.

– Не важно какие они, важно, что убивают они реально, – я вставил резонное замечание.

– Вор сказал, что видел растерзанное тело подельников, а наши демоны разведчики транслируют другую картинку: целые тела, ни малейшего следа крови.

– Ментал?

– Уже три раза обсуждали, – отмахнулся Бератрон, – никаких следов, ни единого всплеска!

– Галлюциногены? Грибы? Газ? Что-то физическое, материальные? Яды?

– Были бы изменения в нашем добровольце, – отверг лич, но гипотеза появилась на доске, – искажения в ментальном плане после такого месяцами не проходят. А он здоров как бык, просто очень напуганный бык. Я на всех них вешал некромаркеры для удалённого поднятия нежити.

– Учитель, вы об этом не упоминали. – укорил я старика.

– В последний момент кинул, – махнул рукой лич, – на всякий случай. Только сейчас вспомнил.

– Это важно?

– Очень. На вернувшимся воре нет маркера.

– То есть что-то или кто-то снял с него некромаркер, поставленный практически в лабораторных условиях архимагистром некромантии? – я откинулся в кресле. – Шикарно! Предлагаю перестать строить гипотезы и вначале выписать все факты, абсолютно все мельчайшие детали, что нам известны.

Мозговой штурм продлился до поздней ночи, мы расписали все доски мелким шрифтом, выписали всё, даже самые безумные идеи, лич прошерстил свою библиотеку, я же просканировал знания из мира демонологов. НИЧЕГО не подходило. Идей, что делать тоже не было, но внезапно на меня снизошло озарение, которое я сразу же озвучил вслух.

– Ты предлагаешь отправить туда рабов?

– Зачем рабов? От них в битве толка немного. Но главное: бедолага сказал, что ранил тварь, следовательно, ее можно убить. Так что пора посетить Северную Империю вновь. Как раз приближается одно интересное событие.

– Зачем?

– От обычных рабов толку мало. Зато гладиаторы, опасные заключённые, военные преступники окажутся полезными.

– И что ты с ними собрался делать?

– Что и с ворами, – я усмехнулся, – дать оружие, припасы и обеспечить гарантии «несбегания»!

– С научной точки зрения с них пользы немного.

– Зато они смогут прирезать пару тварей и принести их.

– И что с ними делать без ученых? – задал резонный вопрос некрос.

– Кстати, про это, – я тоже встал, – нам нужны маги. Боевики и учёные, практики и теоретики, учителя и наставники.

– Да, ученик, для твоего безумного плана они будут не лишними, – лич замер, – к чему ты клонишь?

– Под моё имя люди не пойдут.

– Потому что тебя никто не знает в магическом мире, – согласился Бератрон, – ни званий, ни побед на магических дуэлях.

– Времени на то, чтобы собрать эту мишуру у меня нет. К тому же все мои Я категорически против клоунады и отказываются плясать перед толпами быдла, даже если это магическое быдло.

– Ученик, хватит хороводы вокруг ёлки водить, – прервал мои словоизлияние лич, – ты хочешь, чтобы я перестал скрываться и основал свою школу.

– Не совсем, – я покачал головой, – не школу, а целую Академию, – я не стал говорить личу, что его согласие – лишь пустая формальность. Проект будущей Академии уже давно описан, и в роли ректора уже записано имя Бератрон.

– А ты мыслишь глобально, – лич рассмеялся и в задумчивости отошёл к окну. Я не мешал. Бератрон честолюбив и тщеславен, другой архимагом стать не может.

– У меня много врагов осталось в прошлом, – Бератрон мыслил вслух, хороший знак, – и как только они узнают о моём существовании, то прошлое сразу станет настоящим.

– Если они доживут, – легкий намёк, – не только они умеют подсылать высших демонов в качестве наёмных убийц.

– Хм, – Бератрон посмаковал мысль, и его узкие губы растянулись в холодной улыбке, – какая ирония!

– Это не всё…

– Не всё? Ты хочешь отменить запрет на обучение магии неблагородных?

– Формально – нет. Фактически – да, – я усмехнулся. – Неужели это такое очевидное решение?

– Для тех, кто тебя знает – да. Также очевидно, ты захочешь легион боевых магов.

– Не легион, конечно, но да. Не пару дюжин. И комплектовать их в том числе из полудемонов.

– А вот это совсем безумно, – кажется, что я смог удивить лича, – дать могущественным тварям столь мощное оружие… если они взбунтуются, то они разнесут мир куда быстрее демонов из Бездны.

– Возможно, – я пожал плечами, – но магия требует порядка, дисциплины и соблюдения иерархии. Поэтому им это пойдет только на пользу. Кстати, в моём мире пожары лечат взрывами.

– Успешно?

– Вполне. Учитель, вы со мной?

– Конечно. Дай мне свою смешную палочку, – лич взял сигариллу, закурил, выдохнул дым и закончил, – если весь мир летит в Бездну, когда еще представится возможность побыть рулевым?

{Святые Земли, Цитадель Равновесия, Сен}

На встречу с иерархами пришлось появиться лично, не захотели владыки мараться удалённой связью. Представиться тоже не представились, поэтому для себя я их пронумеровал: иерарх один, иерарх два и так далее до седьмого.

Вот уже три часа я пытался объяснить трансцендентность существования Дитя Хаоса.

– Какие гарантии, что сказанное – истина? – спросил третий иерарх.

– Никаких. Я могу ошибаться. Все могут ошибаться. Но вы знаете, что я прав. Иначе бы уже требовали свои деньги назад. Равновесие, оно везде. А я говорю именно про равновесие.

– И что нам с этим знанием делать? – спросил другой иерарх. – Даже, если предположить, что сказанное – истина.

Вопрос был глуп и даже груб из-за тона старика, но иерархи равновесия столь вопросительно смотрели на меня, что я счёл необходимым ответить.

– Если сжато: Дитя Хаоса появляется лишь перед падением мира, он нужен для того, чтобы заново вдохнуть жизнь в умирающий мир. А теперь внимательно следите за руками. Законы Творца симметричны и равнонаправлены. В них нет чистой прибыли и чистого следствия. Любое следствие является причиной для причины этого следствия.

– Какое замыкание само на себя, – произнёс пятый иерарх, но сказанное не было разновидностью спора со мной. Все присутствующие не раз читали философские и религиозные трактаты, и их нельзя было смутить подобным. Поэтому я продолжил, не обращая внимания.

– Исходя из этого следует, что если избавиться от дитя Хаоса, то Кахор не рухнет.

«Ты вот точно в этом уверен?»

Конечно нет. Как можно быть уверенным в Творце? Нельзя быть уверенным даже в мелком божке.

«Ну и хорошо, а то церковникам Триединого ты задвигал иное, что, дескать, наличие Дитя Хаоса отменяет падение мира!»

Я говорил, что оно ставит крест на незыблемости пророчества. Не путай тёплое и мягкое.

«Один Асириз!»

– Осталось дело за малым, – сказал иерарх три, – надо всего лишь избавиться от Дитя, а затем всё будет хорошо?

– Нет. Будет плохо. Много крови, много смертей, весь мир перевернётся, но Кахор останется жить.

– Осталось избавиться от сверхмощного создания, олицетворяющего саму Бездну. Пока это не звучит как что-то выполнимое, – вмешался пятый.

«Ненавижу такие сборища, очень сложно обрабатывать толпу!»

– Если бы всё было так просто, то я бы не просил вас о помощи. Надо искать варианты. К тому же, у меня есть одна идея.

– Какая?

– Некоторые вещи не озвучиваются даже в мыслях. Ищите свой путь.

– То есть ты отдашь Дитя нам? – иерарх пять.

– Да, конечно, – с сарказмом ответил я, – вы уже один раз наломали дров. Придумаете идею, защитите её, в том числе передо мной и Дитём Хаоса, тогда и поговорим.

– Не вижу в этом соглашении ничего интересного, – резко ответил иерарх один.

– Подождите, мастер, не спешите. Равновесие не любит спешки, – прервал третий иерарх, – если исходить из постулата равнонаправленности причин и следствия в законах творца, то если мы спасём мир, то проблема с Дитём Хаоса решится сама собой.

– Да. Верно. Это та причина, по которой мне нужна ваша помощь.

«А я-то думал, что причина, почему ты перед ними прыгаешь – это отвлечение их внимания и перенаправление их на ложный след?»

Ну мало ли, что я людям говорю. К тому же след не то чтобы ложный, а скорее маловероятный. Пусть поищут способы спасти мир. Опять же денег из них можно подоить, ребята явно не бедствуют.

«Ты же понимаешь, что рано или поздно они догадаются».

О чём? Я же им ничего не обещал. Лишь подкинул идейку. Чем больше они будут тратить на неё время, тем позднее они обнаружат орду полудемонов.

«Звучит натянуто. Ты слишком переоцениваешь влияние такой мелочи».

Из подобных мелочей и складывается финальная победа, это как сложные проценты в приросте капитала. Ладно, пора закругляться с этими стариками и перемещаться в Северную. Там сейчас будет самое сладенькое и интересное.

{Северная Империя, столица Аркония, ночь}

– Странно, но получилось, – удивленно произнёс я, появившись перед человеком в длинной шелковой мантии. Агрессия – это типовая реакция любого разумного на появление неизвестного в своей роскошной «карете». Так что я сразу выставил руки ладонями вверх и попросил – не надо, я мирный.

Мой анализатор эмоций забуксовал, лицо человека оказалось покрыто толстым слоем белой декоративной пудры, а глаза не выражали ровным счётом ничего. Но император Келлерус Первый, а это оказался именно он, мне поверил. Я это понял потому, что он в последний момент не стал активировать амулет вызова охраны! Но более никакой реакции я не дождался, его взгляд остался безучастным и равнодушным: может ему действительно любопытно, а может просто не хочет повредить интерьер своего шедевра для передвижения.

– Если что, я не с ними, – я всегда считал себя не самым плохим дипломатом, но когда твой собеседник по эмоциональному фону напоминает голема – это нервирует, – давно хотел получить аудиенцию, Ваше Императорское Величество.

– Для этого есть старший церемониймейстер, – произнес Келлерус.

– Мне показалось неуместным беспокоить старика такими просьбами. К тому же есть необходимость обеспечить конфиденциальность разговора, а это очень тяжело для столь матёрых служителей вашего двора. От переживаний могло сердечко отказать, поэтому я и пошёл в обход процедур и регламентов. Позвольте представиться, меня зовут герцог Арис.

– Герцог Арис? – голос оставался безучастным. – Я Вас встречал пару раз. Но раньше Вы выглядели по-иному.

– Вероятно, вы говорите о моём предшественнике. Боюсь, он скоропостижно скончался в рассвете лет. На окраине мира куда не долетает тень вашего могущества и милосердия такое случается сплошь и рядом.

Келлерус лишь равнодушно кивнул в ответ.

«Что с ним не так?»

Он всегда, по слухам, такой. Говорят, под жёсткой наркотой.

«Думаешь? По его ауре не видно!»

По его ауре ничего не видно! Такое количество защитных артефактов скроет всё, что угодно! Только я не верю в то, что он под наркотой.

– Я здесь, чтобы вас спасти от нападения, – попробовал я зайти с другой стороны.

– Моя доблестная охрана с ними справится, – равнодушно отмахнулся мой «собеседник».

– Даже с семью мастер-убийцами высшего класса? – в реальности нападало только двое, но я осознано сказал дезинформацию, чтобы посмотреть реакцию. И та не замедлила себя ждать: правая ладонь Келлеруса непроизвольно дернулась.

«Интересно, он плохо контролирует свою правую ладонь! Надо отслеживать по ней!»

– Бросьте Ваше Императорское величество, знаю, что вы не под кайфом и прекрасно контролируете себя, – ещё один пробный шар. Келлерус вздрогнул, едва заметно, но для моих анализаторов, работающих на максимум, даже лёгкая дрожь в пальцах правой руки словно огромный билборд в пустом поле, – рано или поздно, кто-нибудь бы догадался о том, что вы притворяетесь.

Целую минуту на меня безучастно смотрела асбестовая маска, затем на лице императора появилось подобие усмешки:

– Обычно это происходит слишком поздно для понимающего, – я поразился: у императора изменился даже голос, и это без всяких вшитых имплантатов, – я успеваю предпринять необходимые меры.

– Насколько охрана лояльна вам? – я не обратил внимание на завуалированную угрозу, просто не было времени. Оставалось не более пяти минут, прежде чем убийцы доберутся до личного бронированного дилижанса Императора.

– Не лояльна, – коротко ответил мой собеседник, – Ставленники кланов Борус и Алароус.

– То есть вы не расстроитесь, если их спасать не станут?

– Постараюсь пережить столь неожиданную потерю, – легчайшая тень иронии.

– Хорошо. Тогда нам пора. Наденьте вот этот амулет. Дополнительная защита не помешает.

– Что это? – спросил Император, с брезгливостью рассматривая высушенную фалангу демона.

– Очень сильный одноразовый артефакт, гарантирующий, что в ходе нашего путешествия ваша душа останется на месте. И к ней не подселятся неприятные пассажиры.

– Хм? – мой собеседник усмехнулся, насколько ему позволяла маска. – Мы собираемся переместиться демоническим порталом?

– Другие варианты заблокированы.

– А демонический портал они не смогут заблокировать? – спросил Келлерус. – Он один из самых уязвимых к внешнему воздействию.

– У нас кардинально разный уровень в этой области магии.

– Насколько правдива информация о том, что прошлый герцог Арис являлся демонопоклонником высокого ранга и его ликвидировал пришлый демонолог?

– Очень правдива, – время утекало сквозь пальцы, а Келлерус решил поиграть в следователя.

– Интересно откуда мог появиться столь сильный демонолог? К тому же он никогда не учился в известных демонология каких школах.

– Ваше Величество, сейчас не самое удачное время…

– Ничего, время пока у нас есть, – маска отрицательно покачала головой. – Зачем вам всё это?

– В мои планы не входит смерть Императора Северной Империи и гражданская война.

– Почему? – император не проявил ни тени спешки.

– Ваше Величество. Это длинное повествование, которое займёт значительно больше оставшихся трёх минут.

– За минуту можно рассказать многое.

– Хорошо, – я выдохнул, – этот мир катится в Бездну. Я этого не хочу. Появление огромного очага хаоса поспособствует распространению Бездны. И я этого не допущу.

– Хм, – издал неопределённый звук Император, – выглядит словно вы действительно в это верите, герцог.

– Это значит, что можно приступать к спасательной операции? – язвительно поинтересовался я.

– Можно приступать, – с тончайшей ноткой снисходительности разрешил Келлерус.

– Наденьте амулет.

– Будет интересно? – спросил император, следуя моему распоряжению.

– Надеюсь, что нет, – заканчивал фразу я уже на временной базе.

– Мы в герцогстве? – император вгляделся в помещение.

– Нет. Зачем? Мы в одном из заброшенных складов на окраине Арконии.

– И что теперь?

– У нас есть несколько часов пообщаться.

– Хм… – император провел рукой перед собой, и белоснежное покрытие его лица рассыпалось пудрой в разные стороны. – Ненавижу эту штуку! Ужасно чешется, но образ требует жертв. Что будет, если мы не договоримся?

– Договоримся? – спросил я. – Ваше Императорское Величество, у меня нет никаких ожиданий от грядущего разговора. Ранее была цель обеспечить вашу безопасность, цель достигнута, а теперь можно просто поговорить, пока есть время. Без каких-либо обязательств.

Я немного лукавил, все-таки имелись определенные мысли, но несмотря ни на что, я до сих пор не уверен, что же за персонаж этот Император: настоящая ли это фигура или всего лишь умелый актер, ширма скрывающегося кукловода? Какая у него мотивация? Что ему дорого? Единственное, что я точно знал – притворяться он умеет. Столько лет дурить собственный двор, состоящий из циничных прожжённых циников-педерастов, причём педерастов во всех смыслах этого слова. Тут явно надо было постараться. Эльфы и то более «открытые» персонажи.

– Интересное предложение, – отсутствие маски сделало Келлеруса более открытым и напомнило мне, что он еще относительно молод: немного старше меня. Что по местным меркам совсем юнец, – никаких угроз, манипуляций, скрытых обязательств и прочего подобного?

– Рад приветствовать Вас, Ваше Императорское Величество, – произнёс Фериш, приблизившись к нам и сделав странный пируэт, – с бесконечным прискорбием вынужден сообщить, что моих ушей достигла грусть, изречённая из уст Вашего Императорского Величества. Со всей своей безграничной радостью смею Вас уверить, что никто здесь не имеет мысли навредить Вашему Императорскому Величеству или каким-либо способом Вас использовать, нижайше прошу прощения за это вульгарное слово в отношении Вашего Императорского Величества.

– Это кто? – император посмотрел на Фериша, потом на меня, а потом снова на Фериша.

– Это мой брат, Фериш де Мориан.

– Говорит, как моя свора при дворе.

– Он очень старался.

– Лучше по-простому, – Келлерус показательно поморщился, – мне этой пустопорожней болтовни, в которой на значащее слово приходится двадцать бессмысленных, при дворе хватает.

– Может, ещё сразу на ты перейдём?

В ответ император лишь посмотрел на меня снисходительным взглядом.

– Понял, – кивнул я, – Фериш, Его Императорского Величество хочет простого человеческого общения, только без панибратства.

– Хорошо, я исполню волю Его Императорского Величества, – легко согласился Фериш, – Ваше Императорское Величество хочет поговорить о чем-то конкретном?

– Мое Императорское Величество хочет просто поговорить.

– Не выживают? – понимающе спросил мой брат.

– Даже не пробовал, – хмыкнул Келлерус, – соглядатаев хватает. А людей, умеющих держать язык за зубами, к тому же способных к простому человеческому разговору и не ищущих выгоды…

– Ваше Императорское Величество пытается забыть, что оно в первую очередь Величество, – укоризненно сказал Фериш.

– Брат, не дерзи, – поправил я, – кстати, как насчёт перекусить?

Дуалистическая картина: чай и безвкусные крекеры местного армейского образца; один из самых влиятельных владык Кахора, полубезумный демонолог и юнец; роскошные одеяния и грубо сколоченная мебель из брошенных палет. Как ни странно всем участникам она понравилась: с моей точки зрения Император оказался неплохим парнем, даже хорошим, вот только одиноким, что легко объяснимо для его поста. С его же позиции: редкий шанс побыть самим собой.

– У меня есть предложение, – сказал Император, глянув на часы, – причин враждовать у нас нет, следовательно, мы просто вынуждены стать союзниками.

– Смелое утверждение, хотя я только за. Вот только мы так ничего из серьёзных вопросов и не обсудили.

– И хорошо. Это один из лучших дней в моей жизни. Но долг зовёт.

– Да. Нам пора сворачиваться и покидать базу, – согласился я.

– Сен, – я напрягся, впервые за весь вечер Келлерус обратился ко мне на ты. Это знак, сильный знак, может и хороший, а может и плохой, но сильный. Обращение на ты для Императора – это обращение на равных.

– Да, Келлерус?

– Отдай мне его…

– Кого? – опешил я.

– Да. Его, – палец императора, указывал на Фериша.

– Кем? – нехорошо спросил мой брат, с которого слетела вся дипломатичность.

– Не «мальчиком» же, – рассмеялся Император, – их при дворе и так достаточно. К тому же я женщин предпочитаю.

– Неожиданно, – вставил я.

– Если бы мои действия были ожидаемые, то я бы давно стал мёртвым Императором, – Келлерус вслух произнёс очевидное. – Фериш, пойдёшь ко мне советником?

– Неожиданно, – повторил за мной брат.

– Я могу привести не менее двух дюжин разумных аргументов.

– Не надо, Ваше Императорское Величество, – отказался Фериш и вопросительно посмотрел на меня, – брат?

– Я-то тут причем? – отказался от решения я. – У тебя обязательств нет, можешь делать, что хочешь. Я держать не стану!

– Мне нужно подумать. Пять минут!

– Келлерус, отойдём?

– Да. Не станем мешать, решение предстоит непростое.

– Далеко твоя поддержка? – спросил я, когда мы отошли чуть дальше.

– Поддержка?

– Келлерус, – я цинично хмыкнул, – не притворяйся. Мы же даже на ты перешли. Сколько у тебя бойцов в запасе?

– Сен, я тебя умоляю, – в речи Келлеруса появились жаргонизмы, – это же интимно! На такие вопросы даже жена ответов не знает.

– Что-то мне подсказывает, что твоя жена тебя настоящего не знает! Хорошо, что я прав.

– Прав в чём? В наличии поддержки?

– Ага. Это ещё одно подтверждение верности нашего союза.

– Еще одно доказательство, что я не идиот, – иронично спросил Император.

– Да, – абсолютно серьёзно ответил я, – союзник-идиот хуже гениального врага.

– Как ты понял? – спросил про поддержку Император.

– Ты сильный игрок, у тебя множество каналов информации. И если даже я смог прогнозировать это нападение, то ты не мог о нем не знать. И не мог не воспользоваться ситуацией, чтобы избавиться от навязанной личной охраны, слишком удачная возможность: если их всех перебьют, то и поводов для конфронтации с домами Борус и Алароус нет. А также твоё спокойствие в ходе побега, твоё спокойствие здесь. Но окончательно гипотеза подтвердилась с твоим предложением места советника Феришу. Это значит, что у тебя есть заготовка для кардинальных изменений внутри своего дворца, а к такому готовятся годами.

– Хм, – Келлерус посмотрел в сторону, – хорошо, что наши интересы в разных плоскостях. Иначе пришлось бы решить вопрос, такие как я не любят слишком умных вокруг себя.

– Я не платиновая монета, чтобы меня любили, – усмехнулся я, – я прав в своих рассуждениях?

– В общих чертах.

– Хорошо. Пообещай, что ты позаботиться о моём брате и не предашь его доверие.

– Обещаю, – твердо сказал Келлерус. – Ты так уверен, что он согласится?

– Да. Как и ты. Иначе бы ты не сделал такое предложение.

– Хм… Ты легко и уверенно судишь обо мне.

– Потому что мне кажется, что мы с тобой похожи, – ответил после длинной паузы я, – циничные, жестокие, расчётливые ублюдки, стремящиеся к власти и силе, и платят за это жизнями других.

– Тогда почему ты отпускаешь Фериша?

– Потому, что мы заботимся о своих людях, – я посмотрел назад на Фериша, – пора назад.

Через десять минут я сидел с Феришем и подбадривал его перед переходом в новую жизнь.

– Ну что, брат? – я усмехнулся, оглядывая Фериша. – Готов к новому и неизведанному? Теперь это твоя Родина.

– А как же герцогство? – мой брат находился в прострации. За двадцать минут переговоров он преодолел столько уровней социального общества, что его пусть стоило сравнить с известной сказкой Мюнхгаузена, где тот летал из пушки.

– А что герцогство? Это всего лишь инструмент, место, где куётся будущее этого мира. Или его погибель. Тут уж как получится.

– Это очень… внезапно…, – Фериш не мог выйти из своего психошока.

– Нет, – я положил ему руку на плечо, – это ожидаемо. Как только ты провёл те переговоры с Турусом, то сразу стало ясно, что у тебя свой путь.

– Ты злишься? – неловко спросил брат.

– Злюсь? За что? За то, что ты молодец и используешь все возможности?

– Я тебя покидаю в трудное время.

– Если тебе хочется трактовать всё в такой проекции, то относись к этому так: ты добровольно выступил заложником в соглашении между Северной Империей и герцогством Арис. Возглавил самое сложное и ответственное направление.

– Ты всегда всё выворачиваешь наизнанку, – слабо улыбнулся брат, – я вроде как теперь герой.

– Меньше ярлыков для себя и других. И жизнь станет яркой и неожиданной. Смотри на это событие как на вызов! – усмехнулся я. – Справишься, и ты влиятельнейший чиновник в Северной Империи.

– Да, – согласился брат, – пора.

– Пора, – согласился я, обнял брата и ушёл порталом вместе с Первым. Группа силового сопротивления осталась, жалко её оставлять, как-никак первая сработанная команда силовой поддержки, но Феришу и императору бойцы сейчас нужнее. Особенно Императору, как бы он и не бахвалился и не скрывал свои карты, я знал, что собственного круга у него ещё мало. Иначе бы ему не пришлось городить весь этот бред с ликвидацией собственной охраны.

Глава 16. Рваное сердце

{Столица королевства Северных Эльфов, Сен}

Я лениво созерцал предместье Нордаала, столицы Северных эльфов. Мой расслабленный образ органично дополняла поза развалившегося шейха.

«А удобно…»

Телекинезом поправил одну из подушек на диване-седле.

«Давай всегда на Малыше ездить… В задницу порталы. Дорого, опасно и ходить много!»

Медленно. Ты сам знаешь. Так что оставим хорохонта для официальных мероприятий вроде этого.

Естественно никакой расслабленности у меня не было даже близко: сегодня я в роли герцога Ариского посещал с «дружеским» визитом своих остроухих соседей. Это мои последние непосредственные соседи, с которыми мы ещё не установили дипломатический контакт. Мы с Шизой не рассчитывали, что вот сразу получится «подружиться» со Снежными эльфами. Всё-таки слишком они близки со своими «светлыми» собратьями, как следствие, мы рассчитывали на негативное развитие ситуации. Мало ли, чем посещение может обернуться: в истории Земли куча прецедентов, когда верительные грамоты и дипломатическая неприкосновенность ничего не значили. Поэтому вокруг Малыша на лошадях ехала силовая поддержка в виде молодых бойцов Боя под руководством двух высших мастеров, возглавлял колону Второй, а все мои защитные артефакты работали на полную катушку.

Всё подозрительно тихо. Никаких намеков на нападение. Это держало в напряжении – Светлые должны были подложить какую-нибудь свинью.

«Успокоил. Надо было просто гомункула послать вместо себя. Или демона. Или зомби. Хотя, зомби чересчур!»

А ещё я хочу встретиться со своей любимой. Хватит бурчать! Лучше на город посмотри!

Я отключился от Шизы и огляделся. Не силён в архитектуре. Дома Северных эльфов представляли собой довольно простые на первый взгляд коробки нейтральных цветов в два-три этажа. Главной особенностью всех домов являлись большие панорамные окна, из-за чего казалось, что некоторые дома построены полностью из стекла. Строения располагались хаотично, расстояние между ними заполнялось редкими пышными елями. Ну, или чем-то похожим на ели.

«Провинция! Дворец тут – хибара в пять этажей!»

Кому-то подобные строения нравятся.

«Мне тоже понравилось бы. Если бы мне было пора в дом престарелых! Дороги нормальные хоть бы сделали!»

Тут ты не прав. Дороги у них есть, всмотрись в плетения в земле. Похоже, они не мостят дороги, а просто проложили заклинания под землей для уплотнения. Хотя, трудно сказать точно.

«А может мину положили!»

Что-то у тебя сегодня неважное настроение.

«Я у тебя за интуицию и говорю, что ничем хорошим поездка не окончится».

Пока мы с ним препирались, делегация достигла границы предместий, и нам предстала обширная лощина, в центре которой словно жемчужина в моллюске располагалось прекрасное, ослепительно белое здание.

Хибара, говоришь?

Я включил приближение и полюбовался творением неведомого эльфа: монолитное, но в тоже время лёгкое, воздушное здание оказалось хаотичным переплетением белых стволов в виде неправильного приплюснутого эллипсоида.

– Второй!

– Да, господин?

– Это дворец?

– Да, господин, – ответил парень после консультации с главой эльфийского сопровождения.

– Красиво, – похвалил я вслух, после чего наша процессия продолжила путь.

Через час я смог лично насладиться дворцом изнутри: интерьер оказался таким же, как и экстерьер. Светлая хаотичная воздушность. Стоит отметить, что местная хаотичность была органична и приносила спокойствие, умиротворение, в отличие от хаоса Бездны.

– Герцог, вас ожидают, – с лёгким поклоном пригласил меня местный мажордом.

«Что-то эльф не похож на Снежного Князя. Больше на мелкого клерка…»

Это и есть мелкий клерк. А это его кабинет.

«Он нас в журнале посетителей зарегистрирует? Они всех благородных так принимают перед встречей со Снежным Князем?»

Ты не понял? Не будет встречи с князем.

«Ты хочешь сказать… Нет… Это оскорбительно…»

Мягко говоря.

Похожие мысли посетили Второго, он выдвинулся чуть вперёд и вопросил:

– Господин?

– Отставить.

– Вам предписано покинуть территорию… – остроухий идиот так и не понял, что его от смерти отделяло лишь мгновение, – … вам вручается ветвь…

«Что он там бормочет?»

Наплевать. Какие-то завуалированные угрозы и оскорбления. Потом в записи послушаю.

«Может начнем с бойни? Сразу обозначим позицию…»

Дворец жалко. Красивый. И не хочу, чтобы Рабера увидела меня во всей красе.

– Не закончил еще? – прервал я бубнящего эльфа. – Второй, возьми у него бумаги и пошли.

Вот, что мне нравится в Первом и Втором – их исполнительность на уровне автомата, я ещё не дошел до выхода, а приказ уже был исполнен, а дверь передо мной открыта.

До самого выхода из дворца мне не встретилось ни одной остроухий твари.

На выходе мы встретили пятерку разговаривающих эльфов: Рабера со своим отцом что-то увлечённо слушала от незнакомого Светлого эльфа. При взгляде на эльфа сначала взвыла моя интуиция, затем к ней присоединился Шиза, щиты самопроизвольно встали в боевое положение, а канал с Бездной открылся словно по мановению палочки.

Не внушал мне этот эльф доверия, как и парочка его телохранителей. Исследовать границы их сил, в особенности главного эльфа не хотелось.

– Второй, отступай. Бери команду и в герцогство.

– Господин? – парень владел собой не так хорошо, как Первый, поэтому тень обиды я уловил.

– Начнется замес – ты ничего не сможешь. А мне ничего не будет. Выполнять!

Конечно, мы говорили шёпотом, да только уши у эльфов словно локаторы. Я подошел, приветствовал родителей Раберы, затем поцеловал её, показательно оставив Светлых в конце.

– Герцог, – прервал меня голос старшего эльфа, – разве у людских аристократов не принято ходить с телохранителями?

– Не знаю. Какое это имеет ко мне отношение, уважаемый… Не имею чести быть представленным, – а эльф стар. Очень стар. У него даже есть морщинки в уголках глаз, а это знак ни одного тысячелетия за спиной.

– Светлейший Маланилий.

– Моё почтение, – легкий поклон в сторону эльфы.

«Как этого остроухого ублюдка из леса выпустили? Он там самый старый?»

В топ пять входит точно. А что ему будет? У него за спиной явно пара высших архимагов стоит.

– Надеюсь, вы здесь стоите не ради встречи со мной? – я улыбнулся самой радушной улыбкой из модуля имитации эмоций. – Если бы я только знал, что встречу столь интересного собеседника…

«То подготовил бы достойную ловушку! Тварь остроухая!»

– Наша встреча совершенно случайна, – добрейшим смехом рассмеялся эльф. Мельчайшие серебряные колокольчики, вплетенные в его светло-серые локоны, вторили ему в унисон, – мы возвращались со встречи со Снежным Князем и встретили благородное семейство Снежных Рысей.

– Какая приятная и неожиданная случайность, – мой смех несмотря на всю мощь эмуляции вряд ли вполовину хорош от эльфийского.

«Эта идея, кстати! Надо захватить такого эльфа и обучить модуль эмуляции с него. Как тебе идея?»

Отличная. Только на потом отложи.

– Но всё-таки, герцог, почему ваш телохранитель…

– Помощник, – поправил я эльфа с самыми искренними побуждениями в глазах.

– Ваш помощник нас покинул?

– Дела господина, – я развёл руками, – то есть, мои дела. Да и говорит он не больше ваших… хм… помощников, – я указал глазами на архимагов.

– Право же, – светлоэльфийский князь махнул кистью и архимаги покинули наше общество, – уважаемый герцог, примите мою благодарность, за то что обратили моё внимание на лишних в нашей изысканной беседе.

«Он издевается?»

Ага. И продолжит…

«Может пустим ему кровь?»

Мечтай. В прямом столкновении, без подготовки? Шансы отрицательные!

Эльф издевался надо мной больше часа: он умело вёл элегантную беседу, привлекая к беседе Раберу с родителями, но иногда вставлял тонкие намёки, даже тончайшие, в наше противостояние. Измывательство закончилось, когда Светлый задал практически лобовой вопрос, сильно диссонировавший с предыдущей беседой:

– Герцог, насколько мне известно, вы являетесь в высшей степени сильным демонологом? – вежливая полуулыбка со стороны эльфийского старейшины.

– Да, Светлейший, – я отбросил попытки соревноваться в плетении изысканных речей.

– Знающие архимаги говорят, что демоны не надёжны.

– Я умею их готовить, – грубо? Да. Мне стала приедаться эта неопределенность со Светлым.

– Я слышал, что с демоном может совладать только другой демон.

– Слухи врут.

Ускорение работало на полную катушку. Я всеми частичками своей ауры собирал каждый бит информации с окружающего пространства.

«Подвесить ему шпиона?»

Рехнулся? Может, просто в кармане у него пошарить? Знаешь… Незаметно так. Авось, никто не заметит.

«Моё дело – предложить!»

Твоё дело – заткнуться и отслеживать ситуацию!

Наша пикировка продолжалась.

– У демонов плохая память и не особенно хорошо с логикой, – ответил я на очередную фразу от эльфа.

– Воевать со старейшим народом этого мира не логично, – с мудрой отеческой улыбкой заметил старец.

– Зато своих врагов я не забываю, – я сделал издевательский реверанс, – спасибо за заботу, но я ещё не демон.

Ни тени, ни намека на то, что моя шпилька достигла цели. Либо эльф настолько хорошо себя контролирует, что даже мои высокочастотные анализаторы не могут этого обнаружить, либо он не считает меня серьёзным противником.

«Либо ему все категорически надоело за последние шесть тысяч лет».

Вряд ли. Он здесь явно ради меня.

После такого поворота я бы закруглил беседу, но чёртов эльф продолжал измываться еще минут десять, после чего свалил внутрь дворца, прихватив с собой архимагов.

– Герцог, не стоило так себя вести. Хотя бы из уважения к возрасту, – сказал мне отец Раберы, когда убедился, что светлоэльфийский патриарх ушёл.

– Князь, – я повернулся к эльфу и медленно убрал контроль со своих глаз. Остроухий вздрогнул и сделал пару шагов назад. Я вернул свой привычный непроницаемый взгляд и предложил, – предлагаю переместиться куда-нибудь в более приятное место.

– Наш особняк в двух кварталах отсюда, – слова Раберы прозвучали словно удар хлыста.

– Князь? – вопросил я эльфа.

– Да, конечно, – ответил тот, – будьте нашим гостем. Пока позволяет закон.

«Я бы на его месте тебя бы не пустил».

Хорошо, что он на своём месте.

{Великое Княжество Северных Эльфов, Столичный особняк клана Снежных Рысей}

Дом родителей Раберы представлял собой двухэтажное стеклянное строение, окруженное елями. Как я понял, весьма типовое здание для местной аристократии.

Мы провели в гостиной около получаса, наслаждаясь сладким вином из местных ягод и разговаривая ни о чём. Никто, ни я, ни Рабера, ни её родители, не коснулся темы о моём отвержении в королевстве Северных Эльфов. Наконец, обязательная часть местного этика окончилась, и я смог уйти вместе с Раберой пообщаться наедине. По-хорошему я должен был бы пообщаться с отцом Раберы, как требовали местные правила вежливости, но о чём мне с ним говорить не представлял ни я, ни он.

– Иди ко мне, – я притянул эльфу к себе, – сейчас будет немного неприятно.

– Ай! – вскрикнула Рабера. – Что это было?

– Двойная очистка ауры. От остроухого сталось бы подсадить какую-нибудь гадость.

– Сен! Не говори так! Это Светлейший Маланилий. Эльф-легенда. Ему семь тысяч лет.

– Да хоть сто тысяч.

– Как бы то ни было! – эльфа настроена серьезно. – Он один из самых уважаемых эльфов на Кахоре.

– Ладно, красивая, как скажешь, – я притянул её к себе и поцеловал в шею, – не хочу тратить время на обсуждение всяких древних старцев, сколь бы уважаемы они ни были.

– Скажи, что это неправда, – слегка отстранилась Рабера.

– Неправда, – согласился я, – а что неправда?

– Ты знаешь! – она ударила меня по груди своим кулачком. – Ты же не убил сотню эльфов.

– Я? – секундная заминка для подсчёта. – Лично я – нет. Кхм, ну точно не тысячу.

– Сен! – эльфа в ярости становилась ещё красивее, чем обычно. Словно ангел низвергающий демонов в Бездну. – Сейчас не время для твоего балагурства. Тебе сегодня на суде выдали ветвь отторжения за то, что ты в ходе диверсии убил сотню светлых эльфов.

«Это когда?»

Наверное, когда спасал Джулу. Ангел со своими подельницами нормально всё разворотила.

– Это типа такой суд был? – я изумился. – А дать мне слово, выслушать защиту, ознакомиться с материалами дела?

– Никто из эльфов с закатом луны не должен иметь с тобой дел, – проигнорировала мои слова Рабера, – скажи, что это клевета! Скажи, что ты не устраивал диверсию в этом Светлом Лесу!

Проблема в том, что доказать моё участие в диверсии невозможно. Да и вряд ли там сдохла сотня остроухих, это было бы слишком хорошо. Пара дюжин, не больше.

«Они там высшего демона завалили. Представляешь какой там форшмак был?»

Хм… тогда может быть. Но доказательств-то всё равно нет.

– Доказательств моего участия в гипотетической диверсии нет, – озвучил я свои мысли вслух.

– К демонам доказательства. Скажи, что это был не ты! Это же всё клевета? Да? – моя белокурая принцесса смотрела на меня и в её глазах стояли слёзы. – Скажи, и я уйду с тобой. Только скажи, что это был не ты!

«Рано или поздно это бы случилось. Она всё-таки эльфа. Бератрон нас предупреждал…»

Врать?

«Врать ради любви? Звучит…»

Я знаю как звучит.

«К тому же скоро ты устроишь настоящую бойню в том же самом месте…»

Никто об этом не должен узнать.

«Но это станет ложью, когда ты не скажешь об этом ей…»

Да и к Асиризу…

«Ты сам в это не веришь?»

– Это всё-таки был ты, – обреченно сказала Рабера через минуту, так и не дождавшись ответа, – это был ты. Всё-таки это был ты… Уходи, – последнее слово словно облачка пара на морозе.

– Я понимаю. Это слишком эгоистично потребовать от тебя пойти против своего народа, своих друзей, своих родных и близких.

Рабера молчала, глядя в сторону.

– Я тебя люблю, моя белокурая принцесса, – я погладил эльфу по щеке. Она вздрогнула, но не отстранилась.

– Сен, – голос девушки дрогнул, – не усложняй.

– Хорошо, – я отошёл к двери, – до свидания, мой ангел. Уверен, когда-нибудь ты меня простишь.

Я спускался по ступенькам и слышал, как капали слёзы моего белокурого ангела. Чертовы имплантаты.

Я на автомате попрощался с родителями Раберы, вышел из особняка и медленно побрёл в сторону стоянки с хорохонтом. По дороге мне попалась троица молодых Светлых эльфов, видимо из посольства. Не знаю, что они от меня хотели, может поизмываться, зная, что рядом есть несколько сильных архимагов. Но сказать они ничего не успели, первым сказал я:

– Дай мне хотя бы тень намёка на повод для казни. Хотя бы самую мимолётную… – я редко позволяю убирать маску с лица, но сейчас моё горе и мои мучения заставляли мою сущность рвать и пытать. Я сдержал это желание, но своё истинное, искореженное Я показал.

«Мне кажется, что это был рекорд скорости по построению экстренного портала!»

Я проигнорировал Шизу. Боль и обида от непринятия выворачивала душу наизнанку.

«Ты ещё поплачь! Больно ему!»

Отвали!

«Мне тоже больно! Я есть ты, а ты есть я! Но голову выключать не надо. В чём плюс быть бессмертным?»

Я не ответил.

«В том, что у тебя всегда есть время. Всегда. А время, как известно, лечит. Особенно такие мелочи».

Для неё это не мелочи.

«Не понимаю этой эльфийской заморочки на смерти сородичей. Ну бывает. Ты же не паришься, когда людей убивают. Тем более это даже не Северные эльфы были, а Светлые. Другая раса даже…»

Ты лучше время найти для своих измышлений?

«А мне подождать пока ты в Ромео поиграешь? Я понимаю, что тебе сейчас хочется немножко пострадать. Практически первая любовь. Вот только не время. К тому же оно того не стоит…»

Разумом я это понимаю, но…

«Да услышишь ты меня! Подожди пару тройку лет. Ну может десять, максимум двадцать, и она уже даже не вспомнит на что дуется! Опять же, на местную элиту тоже рычаг найдется! Но сейчас есть действительно важные дела. И эмоции в них совершенно неуместны! Соберись, твою мать! Поплачешь потом. Когда остроухих в Ничто резать станешь!»

{Великое Княжество Северных Эльфов, Столичный особняк клана Снежных Рысей, в то же время}

– Он довольно милый, – сказала эльфа, – для человека.

– Он очень опасный человек, – ответил отец.

– Да? Ты думаешь, что слухи про него – это правда?

– Уверен, – отвёл князь, – завтра с утра буду просить аудиенцию со Снежным.

– Зачем?

– Конфронтация с герцогом нас ни к чему хорошему не приведёт.

– Почему? – взволновалась эльфа, обратив внимание на состояние мужа.

– Я видел его глаза. Он страшный чело… Он страшное существо, – эльф подошёл к окну, – он не человек.

– Аура вполне себе человеческая.

– У него аура замаскирована, – покачал головой эльф, – несколько ложных аур, постоянный контроль и артефакты. С таким прикрытием всё, что угодно можно спрятать.

– Ну и что?

– Это опасное существо, дорогая, крайне опасное. Я не хочу иметь с этим ничего общего.

– Ну и хорошо. Рабера разорвёт с ним отношения.

– Нет, – эльф не побарабанил пальцами по стеклу, – она его любит, её к нему притянет. Во-вторых, он не отпустит её, уже не отпустит.

– Ты уверен? – эльфа подошла к окну и обняла мужа. – Он же спокойно ушёл. Принял её решение.

– Дорогая, не обманывай себя. Он подобен белому волку – он не отпустит свою добычу.

– Не слишком ли ты его идеализируешь? Он всего лишь человеческий маг, молодой. Неопытный, – эльфа погладила своего мужа по напряжённому плечу.

– Неопытные маги не убивают архимагов, – эльф выдохнул, – и самое главное: я архимагистр жизни как-никак.

– Это тут причём? – удивилась эльфа.

– С утра я увидел изменения.

– Какие изменения? Где?

– В Рабере.

– Что значит в Рабере? Какие? Как? Стой. Ты хочешь сказать?

– Да. И других мужчин у неё не было.

– Какой позор… – прошептала эльфа, – ребенок мало того, что от человека. К тому же от отверженного!

– Позор меня меньше всего волнует! – холодно отрезал эльф. – Мы прошли стадию позора уже давно. У нас одна дочь за вампиром! Снег нам на голову. Зри в корень.

– В какой корень?

– Мы с ним породнились. У нас будет внук или внучка от этого существа.

– Если будет! – жестко произнесла эльфа. – Если…

– Не глупи! Я маг жизни и не позволю убить своего внука!

– Извини! – резко выдохнула женщина. – Не знаю, что на меня нашло. Ты прав. Это наша кровь!

– К тому же, – произнёс эльф, – его реакция на аборт будет чудовищна. Он выжжет всё и вся.

– Ты его идеализируешь. К тому же раз он такое чудовище, ему не должно быть дело до остальных.

– Ему есть дело. Я узнал вероятную причину бойни у Светлых.

– И что?

– Они навредили его сестре. Когда он узнает, что его дитя убили… – эльф вздрогнул, вспомнив глаза герцога.

– Значит нам надо укрыть Раберу от высшего света.

– Да. Снежный Князь и совет не должны узнать о ребенке. Иначе им придёт в голову использовать дитя в своих политических играх.

– Ты сомневаешься в способностях Снежного Князя? – женщина удивилась – слова мужа казались ересью, никогда её муж даже близко не сомневался в мудрости высших эльфов.

– Да. Они его оскорбили. Оскорбили просто так. По указке Светлых, – эльф отвечал короткими рубленными фразами. – Я видел его глаза. Нет смирения. Они заплатят. Кровью!

Эльфа передёрнула плечами: до неё наконец-то дошла вся серьёзность ситуации – её муж всегда отличался потрясающей интуицией.

{Герцогство Арис, Поместье Сена}

Я бы пил. Вот только на Кахоре нет приличного крепкого алкоголя. Да и наноботы не дадут мне опьянеть. Если на то пошло, то можно просто накачать свою кровь алкоголем, может даже опиатами. Вот только боль от расставания никуда не денется.

Я практически безвылазно сидел в своем кабинете уже три дня.

Апатия.

Знал же, что так и будет.

Рано или поздно мой конфликт с эльфами привел бы к этому.

Но как же больно!

«Наоборот хорошо. Вывели любимую из-под удара!»

Заткнись.

«Ищу хорошее!»

В заднице у Асириза поищи!

Как же больно. Надо поделиться с кем-нибудь своей болью. Чтобы тоже харкать кишками хотели!

Кто виноват и что делать? Хм. Это всё те остроухие. До Светлого я не дотянусь. Раберу я люблю.

Снежный князь! Точно. Именно он позволил меня отвергнуть. Оскорбил меня. Лишил меня моей любимой!

Что ж. Время мстить.

Как?

Зачем придумывать что-то новое. Надо просто вернуть сторицей.

«Плохая идея… не надо…»

Отличная идея. Просто прекрасная идея. Идеальная. В лабораторию.

«Слушай, давай без херни!»

Я проигнорировал Шизу и засел в лаборатории на пару дней.

Успешно.

Глубинное демоническое проклятие по адресу.

От первоначальной сжигающей боли осталось лишь глухая, глубинная раздраженность.

«Теперь начнется война…»

До этого еще додуматься надо. Или ты думаешь, что там много демонологов-архимагов, чтобы найти причины?

Пока я поднимался из своей лаборатории, меня перехватил Первый и предупредил, что посольство Северных эльфов ожидает аудиенции.

«Какое прелестное совпадение…»

Первый оказался в курсе дела, от подобной наглости я даже слегка опешил и почувствовал приступающую ярость. Усилием воли подавив в себе этот гнев, я запустил вторичных и, когда придумал решение, отдал нужные распоряжение Первому.

– Я верно понимаю, что ваш правитель выдвинул мне ультиматум, – прервал я словоизлияния главного посланника от Северных эльфов.

– Ни в коем случае, Ваше Высочество, – эльф любезно улыбнулся, – у моего народа нет желания угрожать. Единственное желание – лишь поддерживать добрососедские отношения.

– Разве? – я в удивлении поднял бровь. – Последнее посещение вашей столицы закончилось вручением мне ветви отрицания, или как она у вас называется?

– Ветвь отторжения, Ваше Высочество, – с легким поклоном посол.

– Ага, именно так. Я ещё не знаю ваши законы и акты, традиции и ритуалы в полной мере.

– Я понимаю, Ваше Высочество, – посол поклонился, – культура моего народа многогранна и исходит из глубин тысячелетий.

– Да, да. Именно. Надеюсь, у вас достаточно великодушия, чтобы простить мою необразованность, – я даже не пробовал скрыть сарказм в голосе, – но вернёмся к угрозам.

Эльф попробовал возразить, но я остановил его взмахом ладони, встал с трона и подошел вплотную к эльфу.

– Твой князь оскорбил меня, отвергнув руку дружбы. Теперь же он прислал ко мне посла с угрозами и требованиям части моих восточных территорий. На основании эфемерных требований о том, что когда-то какой-то мелкий имперский клерк времён древнего Кахора перераспределил эту область к другому налоговому региону. И на этих слухах, ваш князь требует от меня землю… маленький кусочек и мне не нужный. Но прецедент… Очень нехорошо. Очень.

Я молча обошел эльфов, закурил, а затем вернулся к трону. Эльфы молчали, я откинулся на спинку трона, устраиваясь поудобнее, выдохнул дым и немного приступил маску.

– Хм…, иногда мне кажется, что вас легче убить, чем с вами соседствовать.

– Ваше Высочество? – а эльф молодец, крепкий. Даже не вздрогнул. Хотя, может, видит плохо?

– Вы следуете советам не тех разумных. Мои же советники рекомендуют принять к вам самые жёсткие меры. Но я своих советников слушаю осмотрительно.

Я ещё раз осмотрел напрягшихся эльфов с ног до головы, усмехнулся и вернул маску человеческих эмоций на лицо:

– Я отдам Северным эльфам спорную территорию.

– Прекрасная новость, Ваше Высочество. Мы немедленно подготовим необходимые документы и вернёмся с ними в течение… – выдохнул старший эльф.

– Не спешите, посол, – прервал я словоизлияние эльфа, – документы уже готовы, – я сделал жест, и эльфам передали шкатулку с документами, – там ещё несколько бумаг.

Посол открыл шкатулку и стал бегло перебирать договора.

– Не спешите, – я прервал эльфа, – нет нужды никуда торопиться.

– Ваше Высочество, здесь много договоров помимо соглашения о передаче территорий, – начал эльф.

– Да. Они между собой все связаны. Я передаю Башурскую и Альдийские долины, взамен вы отзываете ветвь отторжения, заключаете торговое соглашение, обязуетесь открыть торговую миссию в городе Балариус и ещё по мелочи. И, конечно, долины переходят не к Снежному Князю, а к Рабере из дома Снежных Рысей. С рядом серьёзных ограничений.

– Ваше Высочество, опасаюсь, что Снежный Князь не пойдёт на такое.

– Ничего, вы главное передайте документы. У вас есть целая неделя, чтобы с ними ознакомиться, принять их, подписать и вернуть назад. Иначе… – я сделал паузу.

– Иначе? – вопросительно уточнил продолжение посол через пять минут тишины.

– Передайте скорейшего выздоровления княгине.

– Княгине? – удивился эльф.

– Да. Снежной Княгине.

– Насколько мне известно, здоровье княгини в полном порядке.

– Посол, – я сделал намёк на улыбку, – не задавайте вопросов. Просто передайте все мои слова в точности Снежному Князю, и только ему. А теперь пошли вон. Аудиенция закончена.

«Думаешь они согласятся?»

Мне всё равно. Не согласятся, устроим немного катаклизмов, где ещё прокачивать собственные умения, как не на поле брани?

«Каком поле брани? Ты совсем рехнулся?»

Ты меня понял.

«Я не понял, почему ты закусил удила. Стоило отдать решение команде, они бы обыграли в лучшем виде. Без этого безумия с проклятием жены главы соседних государств!»

Они бы всё сделали медленно и скучно.

«Долбануться, только и смогла сказать девочка».

Шиза не разговаривал со мной еще три дня. А ещё через три дня пришли подписанные бумаги от Северных Эльфов.

Что ж. Договор есть договор. Княгиня будет жить.

{Герцогство Арис, Поместье Сена, Сен и Джула}

Когда я окончил переговоры с эльфами, я отправился медитировать на открытую террасу одной из башен. Там-то меня и нашла моя сестра Джула.

– Ты как? – спросила она, положив руку на плечо.

Шиза молчал, но я всё равно чувствовал стыд. Она никогда больше не сможет иметь детей, прошла серию чудовищных пыток, демоническое изнасилование, но всё равно находит силы, чтобы пытаться поддержать меня.

– Нормально, – что я ещё мог ответить? – присаживайся.

Джула залезла с ногами в соседнее кресло и больше не произнесла ни слова.

– Спасибо, – нарушил тишину я через пять минут.

– За что?

– Я знаю, что ты регулярно посылала подарки от моего имени Рабере.

– От тебя тяжело ожидать такого внимания к подобным мелочам, – тень улыбки коснулась губ сестры.

– Поэтому и благодарю.

Сестра лишь кивнула в ответ. Я медленно скурил половину сигариллы, когда Джула задала внезапный вопрос:

– Ты когда-нибудь задавал себе вопрос, кто ты?

– Ага, – я выдохнул клубы дыма, – я знаю ответ. Я моральный урод. И психопат.

– Не говори так. – Джула слегка оживилась, – слова имеют силу. Так всегда учитель говорил.

– Надо принимать себя таким, какой ты есть. Врать себе – это самое худшее в мире. Я не знаю, что такое любовь. Меня не любили в детстве.

– Ты не любишь своих детей?

– Детей, – разговор зашел в неожиданное русло, – да ты права, у меня же уже двое детей. От феи и от демонессы. Я ни одного из них не видел. Как я могу их любить?

– Я вот люблю своих неродившихся детей, – столько горя было в этих словах, но я не нашёл ничего умнее, чем сказать:

– Скоро мой младшенький будет здесь. Будет с кем понянчиться, – Триединый, как же тупо! – Джула, извини. Вырвалось.

– Да ничего, – по щеке сестры стекла слеза.

– Эй, маленькая, – я обнял Джулу, – прости меня за мои слова! Не специально. Но я буду благодарен, если ты поможешь мне с воспитанием моего демонёнка.

Для успокоения сестры ушло добрых полчаса, но её слёзы вымыли боль не только из её души, но как будто из моей.

– Но ты хотя бы рад, что у тебя есть дети? – наконец спокойно спросила Джула.

– Конечно, я рад, что они у меня есть. Рад простыми человеческими эмоциями. Но особенно я рад, как архимаг и владыка, что я успел их завести до момента могущественного климакса.

– Успел? Что это значит?

– О… это одна из шуток Творца, – я грустно усмехнулся, – чем могущественнее существо, тем сложнее ему родить ребенка. Вот такое вот ограничение в законах мироздания, в принципе логичное: ведь ребенок впитывает часть силы родителей. Именно поэтому боги и верховные обычно не могут иметь детей между собой, для этого им требуется слабая сторона – обычно какой-нибудь человек.

– Тысячелетние эльфы тоже не способны к размножению? – спросила сестра.

– Именно, – я усмехнулся догадке сестры, – так что я рад, что у меня есть два родных сына. Хотя…

– Хотя?

– Я тут задумался, а два ли?

– Что это значит? – заинтересовалась Джула.

– У меня был секс с четырьмя женщинами. Если эту демоническую тварь можно так назвать. И точно две из них родили. Если мыслить индуктивно, то остальные женщины тоже должны родить мне детей.

– Ты же Раберу видел неделю назад и ребенка она тебе не родила, – посмеялась над моей математической логикой Джула.

– Но это не значит, что он не беременна! Надо проверить…

– Проверь, – резонно подтолкнула меня сестра, – а кто еще одна?

– Да был один инцидент. С орчанкой. Далеко на восточном побережье в Южном Кахоре.

– Ты не рассказывал, – нахмурилась Джула, – ты же встречался в то время с Раберой.

– В то время я катился в пропасть и на волосок находился от тотального обращения в демона. Не самая приятная часть моей жизни. Однажды…

Я вновь закурил и рассказал о тех неприятные события на восточном побережье: о своём путешествии сквозь Океан Бурь, о своем безумии, о племени нищих орков приютивших меня в своих хибарах, и об орчанке, которую я взял силой в один из своих припадков.

– Мы должны найти её! – безапелляционно сказала Джула.

– Согласен. Будет слишком нагло попросить тебя отправить туда команду и проконтролировать процесс? Мне пора отправляться в длинное рабочее путешествие по Северной Империи, – я попытался спихнуть неприятную обязанность на сестру.

– Хорошо, – Джула явно поняла, что я не хочу сам этим заниматься, но спокойно взялась разгребать за мной мусор.

– Если всё пошло по такому сценарию, то за этим ребенком надо приглядывать. От него проблем может быть больше, чем от демоненка.

– Это я понимаю, – покивала Джула, – я у Бератрона до сих пор учусь.

– Спасибо! – с облегчением выдохнул я, – и кстати…

– Ещё что-то хочет неприятное спихнуть?

– Не то чтобы неприятное… Но надо взять Чичалока и выйти на королеву фей. Пора забрать моего первенца.

– Оу, – скривилась Джула, – забрать ребёнка у матери?

– Они не смогут его воспитать. У них же никогда не было мальчиков, только сломают ему мозг. И ещё что-нибудь.

– Хорошо, – сестра передёрнулся плечами, – я посмотрю, что можно сделать. Но если Рабера беременна, то с ней решай вопросы сам! В этом случае у тебя смелости хватит?

– Призову демона смелости, – усмехнулся я, – хорошо. С Раберой я сам всё решу.

Глава 17. Виконтесса Балийская

{Северная Империя, западное побережье, «морская» столица Баламори}

С самого раннего детства виконтесса Балийская никогда не пропускала прибытие имперского дредноута. И дело не в том, что каждый корабль вёз множество чёрных рабов, пряности, золото, серебро и иные богатства Зелёного Континента. А также не в том, что Балийский торговый дом входил в узкий перечень торговцев, имеющих право присутствовать на первом аукционе, а значит имеющих право снять самые жирные сливки с даров далёкого континента и заработать на этом баснословную прибыль. И, как ни странно, дело не в том, что девушка лично курировала поставку убийц, насильников и прочей мрази для Императорского Проклятого Легиона, и через неделю ублюдков погрузят на дредноут и отправят в дальнюю колонию. Где они успешно сдохнут во славу истинной Империи и, зачем обманывать богов, богатства избранных аристократических родов. Нет, это всё радовало девушку, но настоящая причина лежала в эмоциональном плане: виконтессу восхищала сокрушительная мощь дредноута: четыреста метров зачарованной стали в длину и пятьдесят в ширину, высший Архимаг в качестве капитана, не менее дюжины архимагов и архимагистров, бесчисленное количество обычных магов, множество сокрушающих артефактов.

Таких монстров у Северной Империи имелось четыре, целых четыре корабля, способных пройти через Аринское море Океана Бурь и достигнуть Зелёного Континента, где в их безразмерные трюмы загрузят сокровища. Пройти, несмотря на враждебную магию, несмотря на бури и торнадо, несмотря на морских драконов и иных морских тварей. Этот факт восхищал виконтессу с самого детства, да что тут говорить она считала дредноуты главным символом Империи, самой её сущностью – мощь и непреклонность ни перед чем!

Виконтесса уютно расположилась в своей излюбленной ложе на северных скалах. Обычно эту ложу не жаловали из – за удалённости, но сегодня в ней находились люди: неизвестный аристократ и пожилой профессор Равыдыч из местного университета в сопровождении охраны. Виконтесса в очередной раз подумала, что хватит жадничать и пора выкупить эту ложу в своё личное пользование, благо муж позволит такую трату, но голос меркантилизма снова задушил идею в зародыше: выкладывать целое состояние за недвижимость, которая потребуется от силы четыре раза в год – это верх расточительности. Как известно: деньги не любят расточительных!

Виконтесса любила деньги, а они без сомнения любили её. Хотя внешность девушки никак не подходила к её финансовым талантам: красивая невысокая брюнетка восточного типа, с очаровательной смуглой кожей, чёрными глазами и пухлыми губами. Многим она казалось знойной и горячей красавицей, только виконтесса выросла холодной, расчётливой и с аналитическим складом ума. Зато в браке ей повезло, её муж любил её такой какая она есть, к тому же полностью отдал на откуп все финансовые дела, сконцентрировавшись на производстве и запуске новых проектов.

В итоге девушка решила не обращать внимания на посторонних и насладиться любимым зрелищем. С высоты в добрых три сотни метров открывался прекрасный вид на Лазурную бухту, озаряемую ярким полуденным солнцем. Имперский дредноут Император Барамор Второй медленно и с расстановкой входил в воды бухты. Толпы плебеев на причалах возбужденно кричали, и их раздражающий гул доносился даже до ложи. Девушка поморщилась: хорошо, что всего лишь гул, а не вонь толпы. Она помотала головой, отгоняя неприятные мысли, и воспользовалась изящным биноклем, чтобы рассмотреть корабль.

Намётанный глаз девушки без труда заметил новые шрамы на могучем теле гиганта. Рейд кораблю дался нелегко, несмотря на весь лоск и порядок. Для знающего человека это очевидно: на верхних палубах не хватало боевых артефактов, а корпус корабля не сверкал, но лишь отсвечивал рассеянным матовым светом, что говорило о том, что защитные чары израсходованы минимум на половину.

Виконтесса немного взгрустнула, теперь имперские управляющие будут заламывать цены на товар, и никакие доводы и взятки не помогут. Если управляющие не выполнят план по доходам и не покроют затраты на ремонт с помощью торгов, то следом с этих же торгов уйдет имущество этих управляющих. Вместе со всем их имуществом и домочадцами. Хотя каких-то десять лет назад недостающая разница покрывалась из казны, и никто особо не волновался из-за этого, а теперь честным торговым домам стало куда как труднее работать.

Так что прибыли в этом квартале не будет. Эта мысль ещё сильнее расстроила девушку, но она отогнала свои меркантильные мысли и вновь восхитилась кораблем. В остальном дредноут выглядел превосходно, даже профессор обманулся: он вовсю рассказывал аристократу о корабле, океане, истории освоении далекого континента, о традициях и ритуалах Императорского флота. Речь профессора текла словно мед, медленно и неспешно. Сказывался колоссальный опыт работы с аудиторией. Виконтесса смутно припомнила, что маг как раз специализируется на океане Бурь и имеет степень архимагистра школы Воды.

– Дредноут задержался на две недели… – до девушки донеслись сквозь мысли слова профессора.

– Почему? – виконтесса осознала, что совершенно неприлично пялится на незнакомцев, и аристократ даже повернул своё лицо к ней и неотрывно смотрел, правда, с легкой извиняющейся полуулыбкой. Девушка гипнотически залипла на странные завораживающие рисунки на лице человека и лишь спустя несколько мгновений улыбнулась в ответ и, слегка покраснев, отвела взор.

Виконтесса пробежалась по памяти, но никак не могла сообразить кто же сидит в левой части ложи, никто из аристократов с такой примечательной особенностью на ум не приходил. Против воли девушка заинтересовалось разговором чужаков.

– На корабль напали. Четыре или даже пять дюжин морских драконов. Дредноут решил не вступать в бой и укрыться в бухте на острове Кукерт, – степенно произнёс маг. – Конечно, наши корабли само воплощение могущества, но после такой схватки дредноут встал бы на судоремонтные верфи минимум на полгода.

– Пять дюжин? – скептично спросил аристократ. – Несмотря на всю мощь вашей плавучей крепости, я сомневаюсь, что он справится хотя бы с десятком драконов в их стихии. Не говоря уж о пяти дюжинах. Либо я что-то упускаю, профессор.

Маг поправил магические окуляры, вгляделся в дредноут и указал:

– Коллега, присмотритесь, – аристократ проследил за указанием мага, – видите свёртки на корме? Это тела драконов в стазисе.

– Такие крохотные? – удивился аристократ. – Они же метров по пять, максимум десять. Это детёныши?

– Нет, что вы? Детеныши дракона никогда не покидают глубин! – возразил маг. – Это полноценные особи. Западный морской дракон. Обитает в Аринском море и прилегающих к нему морях.

– Крохотные какие, – покачал головой аристократ, – их не пробовали приручить?

– Приручить? – пожилой маг слегка опешил. – Как можно приручить воплощение стихии?

– Элементалей же как-то используют, – пожал плечами благородный, – а какой подвид вырастает по сто, сто пятьдесят метров?

– Откуда вы взяли эти бульварные слухи? – поморщился маг. – Этот бред распространяют моряки в тавернах. После того, как нажрутся дешёвого рома и укурятся травкой. У них драконы и по километру вырастают.

– Слухи? – аристократ, улыбнувшись, развел руками. – Я подобных левиафанов видел собственными глазами. А удовольствия посетить местных таверн ещё не имел.

– Где? – профессор в волнении забылся и схватил руку аристократа. Степенность профессора слетела словно кожура со спелого киви. – Коллега, где вы видели такие великолепные экземпляры?

От глаз виконтессы не скрылось движение телохранителя в сторону профессора, чтобы предотвратить угрозу, но телохранителя остановило едва заметное подрагивание ладони аристократа.

Как и полагается истиной женщине, виконтесса была подвержена любопытству. И сейчас оно разыгралось нешуточно: неизвестный аристократ с очень выделяющейся внешностью, которого не самый последний маг из местного университета называет коллегой.

– Ну что вы, профессор, – незнакомец дружески похлопал собеседника по руке, – мои люди с удовольствием предоставят вам описание этих драконов и даже дадут копию изображений.

– Герцог, – на этих словах, виконтесса навострила слух ещё больше. Всех герцогов обеих Империй она знала лично, – это прекрасная новость! Насколько им можно верить?

– Профессор, – в голосе аристократа проскочила укоризна, – я же сказал, что видел этих тварей и самолично написал эти записи.

– Невероятно. Падический подвид, обитающий в водах Южной Империи редко достигает полусотни метров в длину. А вы утверждаете, что существуют такие гиганты, – маг аж всхлипнул от нетерпения.

– Вы их и сами сможете увидеть, – герцог улыбнулся, – достаточно принять моё приглашение, и мы организуем вам экспедицию!

– Герцог, вы же как коллега должны понимать, что у меня есть обязательства: план, учеба, графики, ученики, наконец! Я не могу вот так всё взять и бросить.

– Вы всегда можете взять с собой учеников, – успокоил мага аристократ, – и не спешите с негативным ответом. Посмотрите изображения, подумайте, – голос герцога стал вкрадчиво мягким, – отказаться вы всегда успеете.

– Когда я смогу…

– Прямо сейчас. Один из моих помощников вас проводит в мои апартаменты, – при этих словах, один из юношей подошёл к профессору и коротко поклонился.

– Но как же лекция? – растерянно спросил маг. – Вы заплатили деньги…

– Ничего страшного, – аристократ улыбнулся, – вы ещё успеете её рассказать. Особенно, если посетите мои земли.

– Ваша милость, – к плечу виконтессы наклонилась личная служанка, отвлекая от разговора герцога и профессора, – охрана просит нас незамедлительно покинуть ложу.

– Почему? – удивилась девушка, начальник её личного сопровождения обладал «разумной» паранойей.

– Он обозначил сомнение в способности вашей охраны справится с бойцами неизвестного аристократа.

– С этими юнцами? – девушка кинула взгляд на сопровождение герцога. – Они не выглядят опасными.

– Внешность бывает обманчива, – донеслось из плеча служанки. Та в испуге взвизгнула, да и сама виконтесса едва не позволила себе столь плебейское поведение, – прошу прошения. У меня не было желания вас испугать.

– Для этого достаточно не подкрадываться к приличным дамам словно…

– Виновен, – пока виконтесса додумывала окончание над тем, кто же скрытно подкрадывается к девушкам, герцог перехватил разговор, – виновен в своем любопытстве. Вы так заразительно шептались, что я не удержался. Приношу свои глубочайшие извинения…, – пауза в речи аристократа стала столь явным намёком, что девушка не смогла его проигнорировать.

– Виконтесса Балийская.

– Герцог Арис, – аристократ галантно поцеловал руку девушки, – миледи, позвольте загладить мою оплошность. Я слышал, что этот город славится своей рыбной кухней. Позвольте…

– Слухи не всегда правдивы, герцог, – виконтесса прервала мужчину, – но неподалёку есть заведение с отличной вегетарианской кухней. Шеф-повар – настоящий гроссмейстер кухонной магии.

– Ради вас, миледи, куда угодно.

Герцог оказался на редкость приятным собеседником – умным, образованным, в меру тактичным, с чувством юмора и умением слушать. Вот только виконтесса регулярно посещала Императорский двор и прекрасно чувствовала фальш. Герцог, хоть и незаметно, но всё-таки переигрывал.

– У вашего мужа прекрасная жена! – герцог сделал неуклюжий комплимент. Этот перегиб в маске провинциального аристократа больно резанул слух девушки, и она решила сыграть в другую игру. В открытость.

– Я не говорила, что я замужем.

– Значит, ещё кому-то повезёт, – в голосе герцога проскользнули нотки иронии.

– Хм, – нахмурилась девушка и отвела взгляд в сторону.

– Что-то не так, миледи? – обеспокоился герцог.

– Да, герцог, – виконтесса убрала улыбку и включила привычный оскал старшего управляющего торгового Балийского дома, – зачем вам эта встреча?

Герцог в ответ сильнее улыбнулся и спросил:

– Без мишуры? Начистоту?

– Начистоту! – твёрдо ответила девушка, наблюдая за изменением в поведении герцога.

– У тебя хорошая интуиция, Агнесса, – виконтесса почувствовала лёгкую дрожь, по имени её называли только дома, – ничего, что я на ты? Не люблю ненужную мишуру, – герцог дождался легкого кивка девушки и продолжил, – предупреждаю, что я опасный человек.

– Вы мне угрожаете? – виконтесса задумалась о том, чтобы вызвать бойцов.

– Ни в коем случае. Это скажем так: соглашение об ограничении распространения информации, – в руках герцога появилась синяя папочка.

– Ты и бумаги уже подготовил? – в раздражении спросила девушка.

– Никаких бумажных соглашений между нами, – покачал головой герцог, – Агнесса, ты всё не так поняла.

– Объясни!

– Я опасный человек.

– Я это уже слышала! – разговор девушке не нравился, но её чуйка на деньги не позволяла встать и уйти.

– Забираю свои слова насчёт жены. Муж тоже слово вставить не может? – герцог покачал в легком раздражении указательным пальцем в сторону девушки. – Помолчи секунду! Я опасный человек и враги у меня тоже опасные. Если они узнают, что мы с тобой о чём-то шептались, то у тебя начнутся проблемы. Вплоть до летальных.

Что-то из области подсознания подсказало девушку, что сказанное правда, она нервно оглядела залу ресторана. Людей хватало…

– Кстати, про это. Они меня не видят.

– Что значит не видят? – удивилась девушка. – Даже моя охрана тебя видела.

– Не меня. Ты встречаешься с одним баронетом из Солнечной Империи. Контрабанда какого-то там шёлка и ещё чего-то, – герцог похлопал по синей папочке, – всё как раз тут, – папочка отправилась в сторону девушки. Та бегло пробежалась по бумагам с легендой и хмыкнула:

– Тут даже цены в сделках указаны. Как можно пропустить священный ритуал торговли?

– Брось, речь идёт о гораздо больших числах, – отмахнулся герцог, – кстати, для друзей меня зовут Сен.

– Мы пока еще не друзья, – верно заметила Агнесса.

– Для партнеров тоже, – герцог щёлкнул пальцами и в них материализовалась зажжённая курительная сигарилла, – да и для врагов тоже, если подумать.

– Хорошо. Значит, твоё присутствие скрыто иллюзией баронета с дальнего востока?

– Не совсем.

– Это не иллюзия?

– Нет. Собственно меня тут тоже нет. И баронета нет. Я сейчас нахожусь на арене и провожу переговоры, здесь же неживые гомункулы, очень похожие на баронета и свиту. Их действительно прикрывает очень качественная иллюзия, причем сразу на множестве планов. Ты же видишь ментальную проекцию меня и это не иллюзия. Не уверен, что способен объяснить разницу.

– А как же профессор в ложе?

– Я сидел в совершенно другой ложе наедине с профессором. Поэтому профессор так себя эмоционально вёл в присутствии дам. Его видела только ты.

– Звучит сложно.

– Несомненно. Но у нас есть более важные дела.

– Ты прав. Не стоит тратить время, – Агнесса покачала головой, – перейдём к делу. У меня есть пара часов, а потом мне надо встречаться с мужем. Что ты хочешь и что ты можешь предложить?

– Всё, что я хочу, тут, – в руках герцога появилась ещё одна папочка. Девушка без лишних слов взяла её и пролистала.

– Большой список, – цокнула Агнесса, – очень большой список. Очень специфический местами. Зачем тебе столько гладиаторов и опасных преступников? Ты у себя в герцогстве собираешься бойцовскую арену открыть?

– Можно и так сказать. Дополнительно надо обеспечить скрытность этой сделки и завуалировать, что проданные рабы пригодны только для боёв.

– И как ты себе это представляешь? – виконтесса прикинула варианты. – Предположим, подделать дела на рабов можно. Пусть там будут разнорабочие. Но как скрыть поставку десяти тысячи рабов в твоё герцогство?

– Какое герцогство? – усмехнулся Сен. – Рабов у тебя покупают гномы, желающие остаться анонимными.

– Хм… – девушка задумалась на секунду, – это детали. Не уходим от основной темы. Наш дом сможет это организовать с определённой премией за риск и секретность, конечно. Что взамен?

– Золото, инсайдерская информация, влияние, волнительные возможности, – герцог усмехнулся, – всего с ходу и не опишешь.

– Слишком много для подобной сделки, – виконтесса нахмурилась, в бесплатные дары она не верила, – десять тысяч рабов с изменёнными документами подобного не стоят.

– Да, – виконтесса почувствовала мурашки от улыбки герцога, – рабы – это нулевая стадия. Я настроен на долгосрочное сотрудничество. Я войду в состав основных кредиторов вашего дома. Неофициально, конечно.

Виконтесса опешила от столь наглой безапелляционной фразы.

Тишина продлилась пять минут.

Герцог не выказал ни тени переживания.

– Боюсь, что дом Балийский не заинтересован в новых инвестициях, – Агнесса задумалась о том, что, возможно, зря согласилась на эту встречу. Может, стоило вызвать побольше охраны?

– Зачем так говорить? – герцог улыбнулся. – Неучтённые деньги ещё никому не мешали. Идеально для взяток.

– Всё же вынуждена отказаться, – с холодной, отстранённой улыбкой произнесла виконтесса.

– Жаль, – герцог откинулся на спинку своего кресла, продолжая улыбаться, – значит, я ошибся. Вы казались девушкой, стремящейся к деньгам.

– У нашего дома достаточно денег.

– Достаточно, Агнесса? Ты действительно так думаешь? Не спеши с ответом. Я не стану принуждать тебя ни к чему. Ты в любом момент вольна встать, уйти и забыть о встрече. Никаких последствий, никаких угроз. При одном условии.

– Каком?

– Ты не должна пользоваться информацией, которую я скажу.

– Иначе? – сухо спросила девушка.

– Не будем опускаться до уровня угроз. Агнесса, я тебе не враг. Я всего лишь хочу поговорить честно и открыто, без опасений, что ты воспользуешься моей верой в людей.

– Звучит несколько наивно, – виконтесса задумалась на пару минут, – хорошо. Простой разговор. С одним обязательством: я не разглашаю информацию. Клятву?

– Нет необходимости. Я же сказал, что верю людям.

Виконтесса кивнула, нисколько не обманувшись этой фразой.

– К делу, – произнес герцог, протягивая еще одну папочку, – здесь перечень активов, которые я передам твоему дому в скором времени: сто пятьдесят тысяч золотом, товары, некоторые артефакты и так далее по мелочи. Золото требуется пустить в оборот. Товары продать, комиссия твоего дома указана у каждого вида товара…

Девушкам открыла папочку и бегло просматривала колонки: сумма выходила интересной для дальнейшего разговора.

– …Как пустить золото в оборот решать тебе и моим помощниками. Со мной детали обсуждать не имеет смысла, я просто не в курсе. Сразу предупреждаю: за управление твой дом ничего не получает.

– Наш интерес?

– Информация. Проворачивать мои деньги надо на инсайдерских сделках. Твой дом может к ним присоединяться и зарабатывать вместе со мной. Половина прибыли с ваших денег моя.

– Половина прибыли? – Агнесса покачала головой. – Это слишком много. Какого рода будет информация?

– Разного. Например, мне известно, что архимаг Хламос в скором времени станет недоступен.

– Что случится? – ляпнула виконтесса.

– Виконтесса, – герцог холодно улыбнулся, – прошу вас… Скажем так… Один его старый друг в ближайшее время решит его навестить. Такие встречи иногда заканчиваются печально. Вы меня понимаете?

– Да-да, – девушка удержала испуг внутри: конечно, большие деньги всегда ходили рука об руку с кровью, вот только что-то было в словах собеседника пугающее.

– Вот и хорошо, подробности вот в этой папочке.

Виконтесса незамедлительно открыла её и бегло пробежалась по ключевым вехам текста: «Архимаг аффилирован с Великим Домом Борус», «часто бывает на их западном складе», «перевалочный склад на океаническом побережье», «контрабанда запрещённых диковинок с Зелёного Континента», «до конца недели».

– Какая трагедия, – против воли легкая улыбка коснулась губ девушки. Она недолюбливала клан Борус по нескольким причинам: во-первых, это был великий дом, а значит на торгах он снимал самые сливки; во-вторых, слишком часто члены этого клана играли грязно. Взятки, подставы, угрозы вплоть до физического устранения. Пару раз клан Борус даже жёстко осаживал дом Балийских. Сейчас Агнесса размышляла, готова ли она пойти таким же путём и пусть косвенно, но поучаствовать в подобной атаке на конкурента?

– Если это случится в ближайшую неделю, до начала основных торгов, то дом Борус вряд ли будет способен принять участие в грядущем аукционе, – герцог акцентировал внимание на этой детали.

– Почему?

– Их локальный склад сильно пострадает.

– Ццц, – цокнула девушка, – как неэффективно. Их склад стоит полупустым, но даже в таком состоянии эти товары на сотни тысяч золотом.

– Хм, – герцог поставил локти на стол и приблизился к девушке, – Агнесса, вы задаёте такие интересные вопросы… Словно вы уже согласились на моё предложение. Что ж, у меня есть информация, что в эту же ночь гильдия Воров и гильдия Контрабандистов собираются спасти этот ценный груз.

Девушка похолодела. Она не обманывалась. С такой информацией никто не отпустит её. Смерть архимага – мышиная возня, мало ли у него врагов, но такой наезд теневиков на один из Великих Домов значит, что кто-то действительно крупный собирается атаковать дом Борус. Теневики же как крысы, чувствуют кровь, даже когда её еще не видно.

– Всё это будет обставлено как несчастный случай: сработает один из запрещённых артефактов. Там будет такая каша, что никто ничего не поймёт, – слова герцога мало успокоили девушку. – Есть идеи, как это можно обыграть?

Агнесса покатала мысли пару минут, размышления о привычных финансовых схемах и теневых потоках быстро успокоили её, и виконтесса по-деловому начала озвучивать мысли вслух:

– Играть против страховых покрытий не стоит, слишком заметно. Хотя прибыль можно снять астрономическую. Нет, не стоит! Зато мы можем провести триста тысяч золотом через ишидские офшоры, затем…

– Агнесса, прости, не стоит подробностей, – прервал герцог, – я всё равно не обладаю всей полнотой информации. Обсудишь с более компетентным человеком. Кстати, в ближайшие месяцы случится непоправимая трагедия с ещё парочкой архимагов.

– В Империи таким образом все архимаги не скончаются? – девушка позволила себе иронию.

– О, нет. На этом всё. Череда случайностей закончится.

– Это хорошо. Архимаги слишком ценны, чтобы с ними так обращаться. На них папочки?

– Папочки на сегодня закончились. Я ещё дам несколько намёков, которые мы прорабатываем прямо сейчас, но подробности… – герцог резко сменил тему, – Агнесса, придется прервать наш разговор. У меня тут возникли непредвиденные обстоятельства. Вот, это амулет для связи. С тобой свяжутся мои люди.

– Что случилось?

– Прямо сейчас какие-то идиоты пытаются меня убить.

– Эээ?

– Ты сегодня к северу от арены не ходи, – напоследок произнес герцог и окончательно замолк.

– Очень любопытно, – девушка встала из-за стола, испытывая непередаваемый коктейль эмоций. Страх, волнение, воодушевление? Воодушевление? Агнесса рассмотрела эту эмоцию посильнее. Правда? Хотя, если половина сказанного правда, то на этом можно сделать громадные деньги. А, может, и получится вывести дом на новый уровень. Графиня Балийская? Хм… Графиня Агнесса Балийская?

Девушка удовлетворенно посмаковала свою новую мечту и вышла из ресторана.

На следующее утро виконтесса со своим любимым завтракали. Агнесса ещё не рассказала мужу о вчерашней встрече: хотела переспать с мыслью и хорошенько её обдумать. Хотя, если честно, она просто собирала больше причин для того, чтобы вступить в союз с герцогом: такие возможности на пороге не валяются. Вот только можно ли ему верить? Не мошенник ли он? Вдруг он просто хочет подставить дом Балийских под удар клана Борус? Соотносится ли его уверенность с его силами? Вчера девушка была просто подавлена личной аурой герцога, но сегодня наваждение уже спало и она трезво взвешивала риски.

– Грег, – спросил виконт у мажордома, намазывая джем на тост, – ночью я слышал какой-то шум. Что случилось?

– На Цветочной улице произошел пожар.

– Судя по звукам, со взрывами, – заметил аристократ, – в каком особняке?

– В том самом, Ваша Светлость.

– Это в каком? – спросила непонимающая Агнесса.

– В том самом? Изящное здание из розового мрамора? – уточнил виконт.

– Библиотека? – девушка нахмурила лоб, припоминая упомянутое здание.

– Библиотека? – удивлённо переспросил муж. – Какая библиотека?

– Всегда думала, что там библиотека.

– Солнце, с чего ты так решила? – рассмеялся виконт и, поцеловав жену, закончил. – Там находится местная штаб-квартира гильдии убийц. Кто такой смелый, что рискнул кинуть вызов головорезам?

– Ваша Светлость, вынужден вас поправить: была местная штаб-квартира гильдии убийц.

– Была? – опешил виконт. – Как такое возможно? У них же не меньше десятка мастеров меча, защитные артефакты, маги? Как так? – аристократ задумался на секунду. – Почему не вмешалась городская стража? В городе расквартирована половина седьмого легиона, они-то что делали?

– Прошу прощения, Ваша Светлость, информации мало. Только разрозненные слухи, которым нельзя доверять.

– Кеба сюда! – рявкнул виконт.

– Я здесь, Ваша Светлость, – глава безопасности дома Балийских зашёл в обеденную залу буквально через мгновение, хотя, возможно, он просто стоял за дверью и ждал своего часа.

– В городе творится демоны знают что, а нас даже не разбудили!

– Непосредственной угрозы особняку не было. Необходимость беспокоить Вашу Светлость отсутствовала, – коротко отчитался Кеб.

– А я предупреждал, что надо разбудить Его Светлость, – едко вставил мажордом.

– Как и полагается гражданскому лицу, – спокойно парировал начальник охраны, – мажордом предлагал действия, направленные на разжигание паники.

– Словно повода для паники не было! – практически прошипел мажордом.

– Для паники никогда не может быть повода, – отрезал глава безопасности.

– Хватит! – рявкнул виконт. Обычно его забавляли пикировки мажордома и главы охраны, но сейчас его беспокоило отсутствие информации. – Кеб, что произошло?

– Неизвестные провели карательную акцию устрашения против местного отделения гильдии убийц. Штаб-квартира гильдии полностью уничтожена. Нападающие выставили от двух до четырех сотен мастеров меча. Имели массивную магическую поддержку, в том числе в виде запрещенных артефактов. Если кратко, то налицо широкомасштабная войсковая операция.

– Кто это был?

– Неизвестно, Ваша Светлость.

– То есть в Империи появилась сила, способная оперативно и незаметно задействовать четыре сотни мастеров меча, а мой глава безопасности не имеет ни малейшего понятия кто это?

– Да, – спокойно ответил Кеб, – это полная неожиданность для всех.

– Почему не разбудил?

– Это было бессмысленно, – спокойно ответил, – угрозы особняку не присутствовало. Покинуть особняк возможности не имелось.

– Почему? – виконт кинул обеспокоенный взгляд на жену, та в рассеянности гоняла кусочек яичницы вилкой по тарелке.

– Нападающие заблокировали порталы и вели плотное патрулирование в богатых районах. Мои люди не смогли пройти незаметно даже квартал. Их перехватили и вежливо завернули назад.

– Поэтому ты выбрал просто ждать?

– Да. Как показало утро – это правильное решение. Некоторые наши соседи решили потягаться с неизвестным противником.

– И?

– Быстро, жёстко и решительно.

– Почему стража не вмешалась? Легион? Что делала стража?

– Стражу заблокировали в казармах. Про имперцев я пока не обладаю достаточной информацией, Ваша Светлость. Есть непроверенная информация, что их не блокировали.

– Это нас приводит к вопросу: почему имперские силы не вмешались?

– Не могу знать, Ваша Светлость. Как мне передали: армейские даже не пробовали покинуть место своей дислокации.

– Это значит был прямой приказ с самого верха. Кто настолько влиятельный может провернуть подобное? И зачем?

– У меня есть мысли, Ваша Светлость, – подал голос глава безопасности.

– Выкладывай.

– Контроль над контрабандой.

– Да, возможно, – виконт откинулся на стул и спросил в воздух. – Интересно, кто это был? Точнее, кто конкретно из больших кланов?

– Кажется, я знаю, – тихо прошептала Агнесса, не поднимая глаза от тарелки.

– Да? – виконт подался вперед – утро для него оказалось переполнено неожиданностями.

– Все вон! – резко взвизгнула девушка.

– Солнце? – растерянно спросил виконт, обнимая жену. Виконт и мажордом переглянулись и сочли за лучшее покинуть обеденную залу. – Дорогая? Почему ты побледнела?

{Кабинет виконта, через час}

– Виконтесса, – раздался приятный женский голос из амулета, – рада вас слышать.

– Не могу сказать, что разделяю ваше чувство, – сухо произнесла девушка, – вынуждена вас предупредить, что здесь также присутствует мой муж.

– Это ожидаемо, – Агнесса почудилось, что девушка на той стороне улыбнулась, – в связи с последними событиями ваши опасения более чем резонны.

– Вы в курсе произошедшего? – аккуратно спросила виконтесса.

– Конечно, но сначала я представлюсь: меня зовут Амалия. Я министр торговли герцогства Арис. Согласно новому дворянскому уложению мой пост наделяет меня титулом баронессы.

– Приятно познакомиться, Ваша Милость, – виконт перехватил речь у любимой, которая была на взводе и могла сорваться, – виконт Казир Балийский и виконтесса Агнеса Балийская к вашим услугам.

– Взаимно, Ваша Светлость. Напоминаю, что в целях вашей безопасности, наш разговор не должен уйти дальше вас двоих.

– Мы принимаем это условие, – вежливо согласился виконт.

– Как знает Её Светлость, вчера на герцога осуществили покушение. Неизвестные назначили награду в сто тысяч золотом за его убийство. Когда герцог со своей свитой покидал местную арену после делового визита, местные умельцы из гильдии убийц произвели нападение. К счастью, эти идиоты оказались недостаточно профессиональны, чтобы осуществить задуманное. К сожалению, у них оказалось слишком хорошее оснащение, и они тяжело ранили, практически убили, его ближайшего помощника. Конечно, им повезло, что они не убили Первого.

– Повезло?

– Да. Иначе герцог, как это говорится, закусил бы удила.

– То, что произошло сегодня ночью не относится к этому выражению? – виконт сумрачно посмотрел на жену, дескать, нашла с кем общаться.

– Нет. Он просто пришел в ярость. Но контролируемую.

– Вы знаете, кто сделал заказ?

– Да. Подробности вам вряд ли интересны.

– Но всё же, – настоял мужчина.

– Скажем так, один из заказчиков проживает в Светлом Лесу, а больше вам знать пока не требуется, – Амелия отрезала голосом финальную черту в информации, – напоминаю, что если вы откажетесь от дальнейшего сотрудничества, то никаких санкций в отношении вашего дома не будет. В этом случае мы должны прервать наш разговор прямо сейчас.

– Ваша Милость, дайте нам десять минут пообщаться с женой.

– Конечно, Ваша Светлость.

Глава 18. Сын Императора

{Северная Империя, столица Аркония, четыре месяца спустя}

Северное крыло Императорского дворца никогда не сотрясали шумные балы и весёлый вертеп, сюда не заглядывали лощёные придворные, не просачивались жеманные трансвеститы. На фоне остального дворца это крыло казалось островком порядка и семейных ценностей – императрица не любила двор, не любила всех этих развращенных ублюдков, и особо это не скрывала. Двор в свою очередь не любил её: выскочка из провинциального клана второй руки, ставшая первой леди в Империи лишь в силу компромиссности своей фигуры – никто из крупных кланов не имел на неё влияния, и этот статус кво всех устраивал на тот момент.

Сама Императрица даже не являлась эталоном красоты по современным меркам в Империи: узкие бёдра, маленькая грудь, простые русые волосы, никогда её тела не касался пластический маг. Для современного императорского двора это казалось немыслимым: сейчас ценились девушки с пышными формами и яркими волосами, и именитые пластические маги неплохо зарабатывали, наращивая богатым светским львицам идеальные груди третьего размера, а стройная, худая Императрица казалась странной замухрышкой на их фоне.

Император тоже не проявлял к жене особого интереса, по крайней мере сверх того, что положено по классическому протоколу. Поэтому Императрица при дворе являлась своего рода фрондой, и за её расположение никто особо не соревновался. За исключением самых дальновидных, которые понимали, что рано или поздно Императрица понесёт ребенка, и тогда её влияние постепенно возрастёт. Что, собственно, и случилось год назад – Императрица скромно и без помпы подарила Империи нового наследника.

Ходили слухи, что Император испытывает к своему наследнику крайне сильные чувства и очень переживает за его безопасность. И теперь северное крыло охранялось куда серьёзнее, чем раньше: динамические посты гвардейцев, единая сеть магических артефактов, покрывающая всё крыло и тщательно отслеживающая любые попытки несанкционированного доступа.

Вот только для десятка теней, бесшумно скользящих по пустым коридорам, все эти защиты не казались существенным препятствием. Тени проходили все заслоны без видимых затруднений, практически не останавливаясь. Это наводило на мысль о предательстве или об убийце высокого класса, а что более вероятно – и о том, и о том.

Убийцы незаметно скользили в сторону детской опочивальни. Приблизившись к последней двери тени замедлились, но лишь на пару минут, чтобы отомкнуть замки и обеспечить крепкий сон сиделки наследника.

И вот они внутри: девять теней распределились по залу, а одна приблизилась к кроватке с младенцем и сняла с себя маскировку. Под заклинанием скрывался невысокий коренастый человек, чьи грубые черты лица и тёмная, с зеленоватым отливом кожа выдавали в нём немалую толику орочей крови.

– Приступим, – пробормотал убийца и начал плести заклинания.

Заказчик хотел увидеть смерть наследника по естественным причинам, чтобы всё прошло без лишнего шума, поэтому сейчас мужчина прокладывал хитроумные, быстро рассеивающиеся проклятия сквозь множество щитов, построенных вокруг младенца. Работа очень долгая и кропотливая, по самым скромным оценкам она должна занять не менее десяти минут, но время у убийц было достаточно. Следующий обход опочивальни наследника стражей произойдет лишь через тридцать минут.

Откуда заказчик имел столь тайные знания, мастер-убийца не знал, да и не хотел знать. Лишний раз влезать в дела высших аристократов самый быстрый способ умереть: сейчас мастер-убийца, малефицистик, тёмный шаман, один из совета старших гильдии убийц Вольных Земель и так далее, вот и сейчас этот умелый убийца Харакор не взялся бы за это дело, но цена оказалось слишком хороша: два шаманических артефакта древних времён пересилили осторожность полуорка.

Всё шло хорошо, быстрые проклятья проникали сквозь щиты и оставляли на младенце скрытые, но практически необратимые последствия. И через несколько недель наследник просто тихо зачахнет, несмотря на все усилия лекарей и целителей. Уж в чем орк был очень хорош, так в подобном – в медленном, изощрённом и необратимом убийстве.

Оставалось ещё пять минут «работы», как неожиданно, вопреки заклинаниям, проснулась сиделка. Прежде чем короткая дага одного из убийц пробила её горло, она успела активировать амулет охраны.

Сонное, размеренное северное крыло мгновенно преобразилось словно муравейник, в который воткнули палку.

Орк знал, что у него есть всего лишь пятнадцать секунд, прежде чем опочивальню наполнят гвардейцы.

Раз.

Заказчик требовал смерти наследника в любом исходе.

Два.

Тонкий стилет способный один раз пробить мощнейшие магические щиты оказывается в руке убийцы.

Три.

Короткий, резкий и четко очерченный удар пронзает сердце младенца и его тело насквозь. В принципе, этим стилетом было достаточно оцарапать, чтобы мгновенно убить практически любого.

Четыре.

Короткая вспышка заклинания, чтобы стереть следы ауры и иные зацепки.

Пять.

Запуск конструкта для зачистки помощников и начало построения портала.

Шесть.

Ещё немного.

Вот только седьмую секунду внутренний таймер убийцы не отсчитал. Мощнейший паралич-стазис удар мгновенно заморозил его и его помощников. У убийц не оказалось пятнадцати секунд. Только невинному младенцу это не помогло, и капли крови медленно сочились с его кроватки на белоснежный мрамор пола…

Императрица-мать Акинера появилась в опочивальне спустя пять минут.

– Нет, нет, – девушка держала на руках безжизненное тельце, – нет, нет, нет! Этого не может быть! Нет! Мастер Ориорус, мастер! – жалобно, словно раненый зверь взвыла девушка, обращаясь к старшему придворному целителю. – Прошу… Вы же можете!

Старый архимагистр жизни служил при дворе уже третью сотню лет и, несмотря на весь местный вертеп, являлся верным и лояльным сторонником династии, при этом он постоянно улучшал свои навыки и знания, по праву считаясь одним из лучших высших целителей Северной Империи.

– Ваше… – старик с трудом проглотил ком в горле, – Величество. Уже… поздно.

– Ведь можно! Магия? Вы же! Жизнь! Смерть… – бессвязно лепетала Акинера, но целитель её понял.

– Нет, – старик не смел поднимать глаз, – даже некроманты не помогут. Этот артефакт сделан для мгновенного и необратимого убийства. Душу наследника уже отделило и очистило его Искру. Мы ничего не можем сделать.

Что-то случилось в Императрице после этих слов: она медленно положила своего мёртвого ребенка обратно в его кроватку, медленными, неестественно деревянными движениями вытерла кровь с лица младенца и собственных ладоней, и безмолвно зависла, стоя над кроваткой, вперив пристальный взгляд на тельце.

В опочивальне стояла гробовая тишина, никто не шевелился и не издавал ни звука, казалось, что если нарушить это священное безмолвие, произойдёт нечто ужасное.

Через пару минут в зал неспешно вплыл Император, застыл на мгновение над кроваткой с другой стороны от Акинера и бездушно произнес:

– Продолжить выполнять процедуры.

И всё завертелось в зале: открывались порталы, перемещались гвардейцы и маги, где-то на фоне проскользнул новый советник Императора, что-то спрашивалось и уточнялось. В общем, мир вертелся в своем упорядоченном хаосе, и оставалась лишь небольшая зона безучастия в самом центре: целитель, Император, Императрица и их мёртвый наследник.

– Он не мучался? – спросил Келлерус.

– Нет. Смерть наступила мгновенно, – ответил архимагистр.

Император кивнул, подошел к своей жене и обнял её. Одно такое проявление эмоций Императором говорил о многом, но все находились в таком шоке, что не обратили на это внимание.

– Кто это сделал? – тихо спросила Акинера, продолжая находится в своём странном оцепенении.

– Клан Борус…

– Пообещай, – еле слышно произнесли ее губы, – что ты казнишь всех этих выродков, – никогда в жизни она не произносила подобного слова, и это потрясло Келлеруса, хотя, как обычно, никто этого так и не заметил.

– Обещаю, – в голосе императора проскользнули нотки твердости.

– Мастер Ориорус, через десять дней я должна быть готова к зачатию, – тихо произнесла девушка, – проследите за этим.

– Ваше Величество, – мягко начал старик.

– Или вы и это не можете сделать? – агрессивно спросила Императрица. – Империи нужен наследник. Я успею ещё погоревать.

После этих слов девушка резко развернулась и ушла из опочивальни.

– Ваше Императорское Величество, – посмел обратиться целитель к своему владыке, – её Императорское Величество сейчас не в том состоянии, чтобы…

– Я знаю, – Император погладил кончиками пальцев лицо своего сына, – зафиксируйте смерть и отправляйся спасать мою жену от её безумия.

– Да, Ваше Императорское Величество. Прошу принять мои соболезнования, – Келлерус лишь слегка качнул головой в ответ. – Я пришлю мастеров, чтобы достойно обработать тело.

– Нет. Я сам отнесу своего сына в склеп.

– Но его надо подготовить для захоронения, – удивился архимагистр, – надо…

– Мой сын не станет томиться в склепе. Он уйдет другим способом.

Что-то неуловимое в ровном голосе Императора заставило архимагистра оставить свои мысли и слова при себе и покинуть опочивальню.

Келлерус не уделял искусству магии много времени, но учили его лучшие наставники – он без труда погрузил тело младенца в стазисе, запеленал его в новую чистую пленку, и огненным веером уничтожил все следы крови.

– Закончить.

– Да, Ваше Величество, – словно ни откуда появился советник Фериш, – будет исполнено.

Келлерус посмотрел на юношу, кивнул, затем взял свёрток с ребенком в руки и неспешно двинулся в сторону склепа. Его личная гвардия безмолвно проследовала за ним.

– Что прикажете, советник? – неловко спросил виконт Аффрон, новый глава личной гвардии Императора, назначенный взамен старого, погибшего при трагических обстоятельствах, находился в прострации, растерянности и внутреннем хаосе. И несмотря на все свои отличные качества никак не мог справиться со смятением и поэтому подсознательно переложил ответственность на советника.

– Отставить сомнения, виконт, – уверенно произнёс Фериш, – немедленно передислоцировать тридцатый легион сюда и оцепить весь Императорский квартал. Никто не может покидать зону до особого распоряжения. Перевести все длани Императора в режим повышенной готовности. Отдать приказ центральной и восточной дланям о блокировании всех территорий, аффилированных с кланом Борус.

Советник выдохнул и начал новую тираду:

– В лиловом зале образуется оперативный штаб. Незамедлительно пригласить главнокомандующего центральной длани Императора, главнокомандующего восточной длани Императора… – голос советника без единой запинки монотонно перечислил почти сотню политических и силовых деятелей Империи. Виконт внутренне выдохнул, отдал честь и пошёл исполнять.

{Северная Империя, столица Аркония, подземный склеп}

Император спустился в громадный подземный комплекс дворца: целая амфилада рукотворных пещер издревле использовалась для упокоения членов Императорской семьи. Келлерус шел один в своей неспешной, плывущей манере, хотя охрана была категорически против такого поступка, учитывая «обстоятельства». Но Император отрезал, что он всегда посещает склеп в одиночестве, и никакие недоразвитые убийцы этого не изменят. Сказанное не являлось совсем правдой, но что-то в манере Императора заставило его охрану отступить и не настаивать.

Император достиг зала, положил труп младенца на массивный каменный постамент и слегка отступил от него, находясь в своих тяжёлых мыслях.

– Келлерус. Ты прости, конечно. Но это запредельно, – раздался из-за спины Императора голос, – ты страшный человек… – голос замялся, – поступить так с тем, кого любишь так сильно.

– Сен, – владыка северной Империи обернулся к говорившему, – сделаю вид, что не понимаю, о чём ты говоришь.

– Это я о твоей жене. Ты же ей так и не сказал о произошедшем спектакле?

– Нет. О нём должен знать исключительно узкий круг людей.

– Я всё понимаю. Мы мыслим одинаковыми логиками. Просто я до сих пор то ли в ужасе, то ли в восхищении от твоего плана. И до сих пор сомневаюсь, что смог бы в твоей ситуации поступить так же.

– Равнодушие помогает. Я не люблю свою жену и мне всё равно, что она чувствует.

– Да, неужели? – герцог позволил насмешку. – А вот мои логически выверенные выводы говорят о том, что это не так. И на лицо любовь с первого взгляда: ты её мимолетом увидел на осеннем балу шесть лет назад и с тех пор пропал. А потом провернул сложнейшую аферу на грани фола, чтобы заполучить её себе в жены. Так что не надо говорить о равнодушии. Для равнодушия у тебя имелось столько вариантов, к тому же с чёткими, ясными выгодами.

– Плохо. Раз ты смог это просчитать, значит ещё кто-то может, – император неспешно двинулся в соседнюю залу.

– Так и произойдет. И этот момент уже не за горами, – герцог пошел рядом, – только не предлагай провернуть ещё одну как бы «смерть».

– Не стану. Если мы отыграем предстоящую как надо, то мои позиции значительно усилятся, а ты подомнёшь под себя существенную часть гильдии убийц.

– Всё равно останется риск.

– Риск всегда есть. Меня могут убить в любой момент! Умелых игроков хватает, те же твои ненаглядные Светлые эльфы.

– Да. Но я приложу все усилия, чтобы им было не до тебя.

– Этого хватит на какое время. Год-два, а потом они перестроятся под твоё противодействие.

– Если у моих ребят будет пара лет, то они знатно промоют общественное мнение по поводу светлых.

– Не забывай, что они, остроухие, сами поднаторели во лжи.

– Ты их переоцениваешь. Эльфы в силу своей психологии способны достигать невероятных высот в любом деле. Вот только в любой войне побеждает система, а не искусство. Подход, а не мастерство.

– В магии это правило не работает, насколько мне известно.

– Работает. Только коэффициент иные.

– Как скажешь, – Император не любил спорить в темах, в которых не разбирался. – Ты так и не сказал, где ты взял куклу, способную обмануть мастера-убийцу, сиделку, архимагистра жизни. Кто делает таких гомункулов, способных пройти все проверки?

– Гомункула? – удивился Сен. – Ты считаешь, что убили гомункула?

– Разве нет? – не меньше удивился Император. – Я думал, ты создаёшь гомункула…

– Да я ничего в подобной магии не понимаю. Только самые азы. Я же демонолог, поэтому и решения у меня соответствующие.

– То есть там лежит мёртвый демон? – оглянулся назад Келлерус.

– Мёртвый? Нет. Демон? Да. Причём весьма интересный.

– И он живой?

– Понятие жизни в принципе слабо соотносится к демонам, но да. Он не мёртв. Это демон-метаморф из серого района Бездны. Способен подделать любого разумного на любых планах в мельчайших деталях. Собственно, таких как он для этого и призывают: подчинить или заключить сделку, потом подменить необходимого человека и дело в шляпе.

– А как же знания и опыт, мимика и рефлексы?

– Никто не говорит, что это легко провернуть. Но способность этих тварей мимикрировать восхищает.

– Подожди тут в свой магический экстаз впадать, – прервал Сена Император, – что с этой тварью-то делать? Ты сказал, что он живой? Его нож убийцы не прикончил?

– Если бы такими безделушками можно было убить высшего демона, то профессия демонолога стало бы сильно легче. Но к счастью, это не так. Таким артефактом…

– Стоп, стоп, стоп! Высшего? Демона? – Келлерус резко остановился. – Почему ты не сказал об этой детали операции?

– Ты бы не согласился, – пожал плечами Сен.

– Да уж тут можно не сомневаться, – маска отразила недовольство, – высший демон в центре моего дворца – не то, что я хочу.

– Риска нет. Период вызревания этой твари почти месяц. Так что у нас уйма времени избавиться от демона.

– Я собирался похоронить младенца по древнему обряду: неуправляемый корабль в закат океана. А в качестве пассажиров использовать его убийц и заказчиков.

– Я помню. Отличный план! – согласился герцог. – Мне очень нравится. Только корабль должен быть очень быстрым и защищённым, чтобы уплыть как можно дальше.

– Ты не собираешься изгонять демона.

– Конечно, нет. Для этого его надо окончательно призвать. А сейчас он находился в роли спящей личинки в виде младенца, теперь личинка повреждена, и демон постепенно адаптируется к миру и получает способность в нём жить. Чтобы его изгнать, потребуется вначале ускорить этот процесс, а потом схлестнуться с высшим демоном. Уверяю, что как только я проверну что-то подобное в центре Империи, на уши встанут все архимаги. Поэтому мы отправим демона в океан Бурь. А там либо его сожрут драконы, либо он вызреет и его сожрут драконы, либо он мимикрирует и его сожрут драконы.

– Звучит безумно. А если его не сожрут?

– Тогда я его изгоню или изничтожу. Демонология не подразумевает долгих фиксированных планов. Только общие вехи и направления.

– А вот тут лежит мой отец, – внезапно сказал Император, остановившись у одной из комнат, – раньше ненавидел его за безвольность и неспособность править.

– А сейчас?

– Равнодушие. Ненавидеть можно лишь достойных. А он был пустым местом, умудрился потерять доступ почти ко всем рычагам власти. Редкое ничтожество.

– Не хотелось бы его защищать, Келлерус, но без него ты не стал бы тем, кто есть. Его слабохарактерность дала тебе столько вызовов и возможностей…

– Вот только Империи от этого лучше не станет.

– Да неужели? – в голосе герцога прозвучал скепсис. – Если бы ты вырос в идеальной среде, то никогда не пошёл на авантюры, которые мы проворачиваем сейчас. Сидел бы в паутине связей и отношений словно муха. Зато сейчас ты от этого свободен и способен на рискованные решения. Поэтому у Империи есть шанс вернуть своё былое величие.

– И ты расправишься с неугодными тебе Светлыми эльфами, – иронично добавил Император.

– Только основным бенефициаром всё равно станешь ты: Северная Империя получит всю территорию к северу от Ойра Церум и доступ к средиземному морю Кахора.

{Северная Империя}

Келлерус не стал разбираться кто виноват больше, кто меньше. Кто в гильдии убийц участвовал в операции, а кто даже никогда и в мыслях не мог этого допустить. Кто в клане Борус принял это опрометчивое решение, а кто просто родился.

Виновны все!

Северная Империя содрогнулась от ярости Императора: глашатаи на площадях не успевали зачитывать обвинительные приговоры, кровь казнённых рядовых членов клана Борус текла полноводной рекой, все известные базы гильдии убийц были взяты штурмом в одну ночь по всей Империи, а её члены исчезли в неизвестном направлении без суда и следствия.

Плебс любил своего Императора, хоть тот особо и не вмешивался в жизнь простого люда, а теперь смерть наследника привела нижние классы в бешенство и развязала Императору руки для кровавого террора. Высшая аристократия замерла в паническом параличе: никто не ожидал такой бурной реакции от человека, который заперся в своем дворце и погряз в наркотическом угаре. Малый клан Перовских попробовал возмутиться и санкционировать сбор большого дворянского совета, но в тот же день разъяренная толпа черни из трущоб одномоментно разграбила несколько их особняков в разных концах страны. Накачанный наркотиками и лозунгами безумный плебс выкрикивал заявления о том, что клан Перовских тоже участвовал в убийстве дофина и должен быть казнён до самого последнего члена.

В конечном итоге для клана Перовских всё обошлось без особых жертв, но этот намёк, а также показательное бездействие Императорской стражи они уяснили, и глава клана выступил с ярким и мощным заявлением, как они рады жить под сенью безграничной справедливости великого Императора Келлеруса, и как бесконечна их скорбь из-за смерти дофина. После этого никто из дворянства не посмел публично заявлять свое недовольство, только в закрытых кулуарах, и очень-очень осторожно, так как несколько любителей теневого влияния при дворе, замеченные в «распространении излишне токсичного негатива», скоропостижно скончались от разных причин.

Фразу о «распространении излишне токсичного негатива» ввёл в оборот новый советник Императора, некий Фериш, по слухам, ставленник новоиспеченного герцога Ариского. Многие придворные считали, что именно этот юноша стал причиной столь жёсткой и беспощадной реакции Императора, и на то были причины: всё это время Келлерус практически не покидал покои своей жены, и его гласом стал молодой юноша. Голосом с огромными полномочиями: генералы нескольких легионов, не проявившие должного рвения в разгроме гнезд гильдии убийц, вылетели со своих мест в течение суток. Что казалось невозможным буквально пару недель назад: нельзя же так обращаться с уважаемыми людьми на таких ответственных постах! Вот только никто не рискнул роптать. Три дня кровавого террора Императора сделали своё дело.

{Светлый Лес}

– Мастер Маланилий, это человеческое отродье меня раздражает.

– Не горячись. Эмоции туманят разум, – старейшина сидел в корнях меллирона, питаясь его силой и спокойствием. Несмотря на бессмертие, у Светлых эльфов была своя старость. Поэтому даже им приходилось использовать различные техники, медитации и зелья, чтобы не чувствовать себя старыми развалинами.

– Прошу прощения, мастер. Вы правы. Гнев застилает мой разум, – владыка Аланнарий склонился перед своим учителем. Несмотря на распространенное заблуждение, старейшие эльфы, те которым перевалило за две тысячи лет, не правят Светлым Лесом, но никогда не отказывают своим воспитанникам в совете и помощи.

– Одна сорванная операция, бездарно спланированная надо отметить, Аланнарий, а ты уже нервничаешь. Тебя оправдывает лишь то, что это была импровизация.

– Да, мастер. Нельзя было упустить возможность ослабить Северную Империю, это государство в последнее время показывает динамику на улучшение. Если не предпринять сейчас…

– Аланнарий, не трать время на бессмысленные повторения.

– Да, мастер. Но я не понимаю, как человек смог столь умело воспользоваться этой ситуацией.

– Ты опять допускаешь эмоции в свой разум!

– Мастер? – эльф, которому не так давно перевалило полтысячи лет, вновь поклонился в недоумении. – Я не понимаю.

– Почему ты упорно называешь его человеком? – спросил древний.

– Но… – владыка Аланнарий вновь, как в детстве, почувствовал снова глупым и юным учеником. – Он не человек?

– Не отвечай вопросом. Думай вслух.

– У него тело человека, аура человека, божественный след как у обычного человека, все мои чувства говорят, что он человек, он ведёт себя, как человек и говорит как человек. Поэтому я решил, что он человек.

– Принцип утки: если что-то крякает как утка, ходит как утка, кушает как утка и на вкус как утка, то это утка, – Светлейший Маланилий говорил медленно, взвешивая каждый слог, – этот принцип ложен в самой своей сути. Используя его, ты теряешь целостность восприятия. Это недопустимо.

– Мастер, – эльф в ответ лишь благодарно поклонился.

– Теперь подумай, как герцог нашел ключ к владыке Келлерусу. Что он ему дал? Как? Почему так быстро?

Древний эльф поднялся со своего ложа и, не переставая вести диалог со своим воспитанником, прошёл в свой дом.

– …Возможно, – в какой-то момент предложил владыка, – стоит устранить новоявленного советника. Гильдия убийц ушла в подполье, но у многих её членов теперь личный повод желать смерти советнику.

– Тц, – древний позволил себе вульгарное цоканье как символ раздражения и разочарования, – ты опять упускаешь общую картину. Скольких рядовых членов гильдии сначала вывезли в неизвестном направлении, а потом они снова появились на своих местах.

– Большинство членов гильдии вернулись назад живыми. Гильдия выкупила их. За огромные деньги.

– Герцог умен, хитёр и коварен. Неужели ты думаешь, что он не воспользовался этой ситуацией? Сколько перебежчиков среди вернувшихся? Подумай об этом.

Владыка задумался, а древний эльф приступил к тончайшей модификации небольшого куста малины: у Светлых эльфов было своё искусство бонсай – они модифицировали магией растения ради каких-то своих восприятий прекрасного, и мастер Маланилий, естественно, был лучшим в этом деле.

– Информация о смерти дофина проверена? – древний отвлекся на секунду от своего куска, чтобы окинуть творение широким взглядом.

– Да, мастер.

– Мой совет: перепроверьте информацию ещё раз.

– Да, мастер.

Аланнарий ещё не знал, что прямо в этот самый момент стратегический проект, на который он потратил больше тридцати лет свой жизни, внезапно закончился.

{Ничто}

Совмещение пространств, граница к границе, пустота к пустоте. У Ничто идеальная топология: её нет и значит она может быть любой.

Двадцать избранных мастеров Боя, четыре сотни паладинов Триединого, пять дюжин боевых инквизиторов под главенством великого инквизитора Туруса, а также пять тысяч монахов, которые не будут участвовать в самой битве, но станут помогать с эвакуацией.

Все эти люди на ближайшие десять лет – пленники монастыря Триединого. Только я и Турус покинем монастырь, когда всё окончится.

Я закрыл глаза, отпуская заклинание.

Открыл глаза и увидел, что площадь монастыря переместилась в Ничто.

«Не тяни время. Давай следующий этап!»

Вырванный кусок Светлого Леса идеально прилегал к площади с бойцами.

– Пора, – с трудом выдохнул я: конструкт оказался сложнее, чем я ожидал.

Турус кивнул и издал резкий громкий гортанный звук, после чего полсотни элитных бойцов ринулись в лес: казнить, резать и убивать.

Я кинул «кровавый шар боли» и разновидность вытягивания силы, зеркальное небо отразило след от заклинаний, и на это обратил внимание Турус.

– Почему тут такое странное небо?

– Зеркало?

– Ага.

– Это пустота. Ничто. Мы находимся на осколке мира, окружённого Ничто. Свет доходит до Ничто и отражается назад.

– Но разве он не должен быть поглощён этим твоим Ничто?

– Как? Ничто не существует. Следовательно, Ничто не может ничего поглотить. А свету некуда деваться, поэтому он и отражается назад.

– Слишком сложно, – я знал, что Турус притворяется: он всё понимает – великий инквизитор не может быть глупым. Философских трактатов он точно прочитал больше, чем я. Но я решил ему подыграть.

– Да. Чтобы прочувствовать то, что я говорю, надо сойти с ума. Хотя бы разок.

Здоровяк покачал головой:

– Более насущный вопрос: эльфы точно не смогут подать сигнал?

– Да. Мы же находимся в Нигде, окружённом Ничто. Ты не можешь послать сигнал из ниоткуда.

– Почему?

– Хм, – я на секунду задумался, – представь, тебе надо послать посылку с гонцом, а гонец даже не понимает, где он и куда скакать. Вот тут тоже самое.

– Но гонец может поскакать в любую сторону. И рано или поздно достигнет какой-нибудь знакомой точки.

– Может, – усмехнулся я, – только здесь ему понадобится вечность, чтобы достичь какой-нибудь точки.

– Но мы же отсюда выберемся? Почему эльфы не могут?

– Потому что у них нет магов Пустоты.

– Почему?

– Эльфы, да и любые отличные от человека расы, всегда в чем-то ограничены. Эльфы, например, не способны ко многим дисциплинам, например, к магии Пустоты. Поэтому… Хотя потом как-нибудь это обсудим.

«Ты так сказал… Маг Пустоты! Звучит! Словно не собрал всё это из соплей, дерьма и палок!»

Турусу совершенно незачем знать о том, что я к этому трюку месяц готовился практически без отдыха. При включенном на максимум ускорении и всех параллельных сознаниях.

«Главное, теперь самим вырваться отсюда!»

На Земле есть поговорка про дураков, новичков и везение. Сегодня она отработала на двести процентов. Лишь через шесть лет Сен узнает, с какими чудовищными силами он игрался ради перехвата контроля над полудемонами и спасения своего сына. Больше подобного сумасбродства он никогда себе не позволял, но сейчас ни он, ни Шиза не ведали, что же они сотворили.

– Ты уверен, что эльфы не смогут оказать сопротивления?

– Да. Ты не чувствуешь из-за артефактов, но в этом месте магический и астральный план оскудели до минимума. Когда мы уйдем отсюда через три дня, Светлый Лес уже погибнет сам по себе.

– Но ты же пользуешься магией.

– Потому, что я увешан артефактами словно ёлка украшениями у Северных эльфов. Это примерная экипировка демонолога, который собирается опуститься в глубины Бездны. В подобных местах у тебя есть только то, что ты принёс с собой. Предупреждая твой невысказанный вопрос – обычные накопители с маной тоже помогут.

– Понял. Предлагаю переместиться в лес, ты собирался что-то поискать?

– Да. Нам нужны пленные, да и ценностей можно награбить, – я гнусно улыбнулся.

– Сен, – покачал головой инквизитор, – не знал бы тебя, решил бы, что ты серьёзно.

Глава 19. Эпилог

{Поместье Сена, некоторое время спустя}

Я держал в руках свёрток с младенцем.

«Одно лицо! Сразу видно, что твой сын!»

Ты издеваешься?

Я смотрел на ребёнка и искал в себе какие-то чувства. Но напряжение последних дней выжгло внутри все эмоции. Что, вероятно, неплохо: младенцы, на мой взгляд, довольно страшные создания, но когда они покрыты алой чешуей с зелёными вкраплениями и пристально смотрят кошачьим зрачками, то становятся откровенно пугающими.

«Я про это и говорю. От его взора среднестатистический гражданин кирпич отложит. И от твоего тоже. Сразу видно семейное сходство!»

– Дай мне. Ты неправильно его держишь, – Джула бесцеремонно забрала у меня сына и засюсюкала, – кто тут у нас такой красивый? Ути. Кто у нас лапочка? Нравится на руках тёти Джулы?

Не уверен, что полудемона можно взять как-то не так. Особенно настолько сильного. Но, судя по колебаниям его ауры, на руках Джулы ему явно больше понравилось.

Жалость вновь шевельнулась во мне: сестра больше не могла иметь детей и от этого её материнский инстинкт сошёл с ума. Теперь в детях у неё недостатка не будет. Хоть что-то.

Команда, посланная за орками, почти квартал шаталась по местному побережью и прилегающим степям, пока не нашла скитающегося орка с внучкой. Тот самый шаман, который когда-то спас мне жизнь, дал приют, и чью дочь я взял в порыве своего безумия. Она не пережила роды. Убить свою внучку он не смог, но и племя с ним жить больше не могло. Хорошо, что мои люди обнаружили эту пару, скитание по проклятым степям – не самое лучшее место для моей двухлетней дочери Нерзгрии.

С главной феей мы тоже успешно договорили, так что через месяц мой первенец переберётся в поместье и получит подобающее обучение.

Кстати, моя интуиция меня не обманула: Рабера тоже беременна. Ребенка от неё я забирать не собирался, но позаботиться о своей будущей дочке просто обязан. Скоро к ней отправится несколько подарков.

– Спасибо, Джула, – я посмотрел на своего сына, немного вздрогнул и попрощался. – Мне пора, надо переговорить с Турусом.

Я вышел из комнаты и практически столкнулся с будущим Патриархом.

– Мои поздравления.

– Взаимно. Отлично выполненная операция. Твои паладины молодцы.

– Когда будем посвящать детей? – сразу перешёл к делу Турус.

– Сегодня и начнём.

– И твоего сына?

– Его в первую очередь. И…

– Что?

– Турус, я хочу тебя попросить стать его крёстным.

Инквизитор опешил, наверно, это первый раз, когда он настолько ошалел от моей наглости.

– Кхм…

– Я пойму, если ты откажешься. Каждое крещение Патриархом – это целое политическое событие, ради которого уважаемые люди плетут интриги годами. Это же какой статус, сам Патриарх церкви Триединого!

– Прекрати, – поморщился Турус, – я не Патриарх.

– Отлично, – согласился я, – следовательно, политических препон для крещения нет.

– Конечно, есть! – отрезал Турус. – Великий Инквизитор – крёстный высшего демона.

– То есть нет?

– То есть да. Я его вытащил, я подтвердил его право на жизнь, мне за него и отвечать.

– Спасибо. Я тебе должен.

– Зная твой образ жизни – у парня должен быть хоть один отец.

– Что это значит? – я нахмурился.

– С твоим ритмом жизни… Ты однажды исчезнешь.

– Звучит как угроза.

– Звучит как реальность. Твоя жизнь – хождение по краю.

– Я отошёл от дел.

– Ты отошёл от текучки. Но лезешь вперёд во все рискованные операции.

Я хотел возразить, но Турус, к сожалению, прав. Я вряд ли смогу успокоиться.

{Северная Империя, столица Аркония, императорский дворец, главный шпиль}

Мы с Келлерусом сидели на восточной террасе главного шпиля его дворца. С высоты почти четыреста метров открывался потрясающий вид на восточную часть столицы.

Я курил, Император потягивал рубиновое вино.

В основном молчали. В последнее время и я, и он вымотались в своих интригах и грязных играх.

– Как он?

– Ты про своего сына? – я уточнил вопрос. – Всё хорошо. Спит, ест, какает, кричит иногда. Всё без отклонений. Не волнуйся, воспитают его, как моего. Собственно, они с моим последним сыном вместе и растут.

– Это-то и пугает. Подходы к воспитанию человека и полудемона отличаются.

– Мы же с тобой уже это обсуждали, – поморщился Сен, – всё отличие в воспитании: более высокий контроль и увеличенные требования к самодисциплине, раннее обучение магии и бою. Ничего такого, что не должно быть включено в воспитание наследника Империи. Для того, чтобы выросли похожими на людей, а не на нас с тобой, их матерью выступает моя сестра.

– Как она отнеслась к тому, что взялся ещё один младенец?

– Моя сестра рада. Последствия каникул у Светлых эльфов, – Императора я ограниченно посвятил в ситуацию с полудемонами. Конечно, не упоминая, что сейчас все полудемоны спрятаны у меня в герцогстве под контролем церкви Триединого.

– Что это значит? – подробностей о моей сестре Император не знал.

– Остроухие ублюдки попробовали превратить мою сестру в демонический репликатор. Безуспешно, к счастью, но своих детей у неё теперь не будет, а материнский инстинкт зашкаливает. Так что Джула рада тому, что у меня обнаружился ещё один неучтённый сын. Никто ничего не заметит.

– С учётом твоей плодовитости, – белая маска на лице Императора обозначила улыбку, – единственный подозрительный фактор, что мой сын – обычный, практически чистокровный человек.

– Не волнуйся, найдут какие-нибудь особенности.

Император кивнул.

Я закурил следующую сигариллу.

«Красивый закат.»

Если бы я был суеверен…

«Ты живёшь в мире магии, богов и прочей неведомой хрени, тебе стоит быть суеверным!»

Лучи восходящего солнца озаряли небо кровавой пеленой из-за линии горизонта, прямо в том месте, где находится Светлый Лес.

«Если всё пойдет по плану…»

Никогда ничего не идёт по плану. Тем более война. Особенно война.

«Зато скучно не будет.»

Да уж. Теперь никому скучно не будет.

Content

Илья Арсёнов
Сен. Книга пятая. Взросление Сена
(цензурная версия)

Пролог

Глава 1. Пробуждение

Глава 2. Новости

Глава 3. Старый лис

Глава 4. «Империя превыше всего»

Глава 5. Вербовка

Глава 6. Тайна Сигмаров

Глава 7. Исход

Глава 8. По ту сторону

Глава 9. Бремя выбора

Глава 10. Белые крылья

Глава 11. Чудо рождения

Глава 12. Если хочешь что-то сделать, заставь это сделать кого-то другого

Глава 13. Верховный мастер Боя

Глава 14. Северная Империя

Глава 15. Клубок запутывается

Глава 16. Рваное сердце

Глава 17. Виконтесса Балийская

Глава 18. Сын Императора

Глава 19. Эпилог