Туутикки Толонен

Бука. Под землей

Copyright text © Tuutikki Tolonen, 2016

Copyright illustrations © Pasi Pitkдnen, 2016

Copyright work © authors and Tammi Publishers, 2016

Original edition published by Tammi Publishers 2016

Russian edition published by agreement with Tuutikki Tolonen, Pasi Pitkдnen and Elina Ahlback Literary Agency, Helsinki, Finland

© ООО «РОСМЭН», 2019

Глава 1

Под землей

Что делать, если хочешь найти под землей буку?

Майкки не знала точно. Она прищурилась и вгляделась в сумрачный, заросший мхом туннель. Ни следа Уруру. Ни круглой косматой головы, ни диких желтых глаз, похожих на теннисные мячики, ни пыльной шкуры. Бука просто-напросто сбежала.

Почему она не подождала Майкки? Неужели не заметила, что Майкки проскользнула следом? Странно.

Майкки похлопала по карману синего купального халата и прошептала:

– Эй. Ты проснулся? Скажи что-нибудь.

Халат не отвечал. Он ни слова не проронил с тех пор, как оказался вместе с Майкки под землей. Майкки была уверена, что халат просто вредничает.

Но где же Привратница? Майкки хотела постучать в дверь и поторопить, но дверь пропала, едва только Привратница ее закрыла. Мох сомкнулся, и дверь точно растаяла. Ничего себе.

И все же всего секунду назад Майкки сидела за этой дверью в уютной пещерке Привратницы, на полу, и отхлебывала терпкий отвар из корешков. Привратница сновала туда-сюда и мурлыкала себе под нос. Она собирала вещи в маленькие мешочки, потому что пообещала проводить Майкки к буке. Что за существо Привратница, Майкки так и не поняла. Во всяком случае, не человек и не бука. Больше всего новая знакомая напоминала большую, добродушную гусеницу, укутанную волосами с головы почти до самых ног: при ходьбе из-под волос показывались босые коричнево-зеленые ступни.

– Еще немножко, и двинемся, – приговаривала Привратница.

Она погасила огонь в камине, задула все свечи – и, видно, по ошибке, даже последнюю, – в пещере сделалось темным-темно.

– Ох ты ж, вершки-корешки, – удивленно пробормотала Привратница. – Ну ничего, сейчас выйдем с тобой в коридор, там посветлей станет, посветлей. Кто сверху приходит, те непривычные к темноте, верно я говорю?

Привратница подошла к Майкки и взяла ее за плечо:

– Пойдем, стрекотунья.

И Майкки ничего не оставалось, кроме как поставить на пол плошку из-под отвара и последовать за Привратницей. Та открыла дверь и легонько подтолкнула Майкки наружу.

– Вот и свет. Постой тут, постой и никуда не отходи, потеряешься. А я сейчас. Только огоньки не трогай, огоньки жгутся.

Майкки испуганно взглянула на бегущие по стенам огни. Они мерцали и поблескивали, точно дышали.

– Подальше от них держись, стрекотунья, подальше. Зубы у них как огонь: куда попадут, там замерцает. Постой тут, я скоро.

Дверь в пещеру закрылась перед носом Майкки, и она оказалась там, где мы нашли ее в начале главы. В мрачном туннеле с кусачими огоньками по стенам и совсем одна. Точнее, вдвоем с отказывающимся говорить халатом.

– Халат, ау, – позвала Майкки. – У меня важный вопрос!

Тишина.

– Я знаю, что ты меня слышишь! Ну и вредина… Как ты думаешь, Уруру заметила, что мы здесь? Она знает, что мы пришли за ней?

Халат не отзывался.

– Даже если она не заметила сразу, она должна меня унюхать, правда? У нее ведь очень хороший нюх.

Молчание.

– Ну и где же она тогда? Почему не придет за мной?

Майкки вздохнула.

– Ну хватит. Поговори со мной! Это важно! Какой же ты бываешь противный.

Ни слова в ответ.

– Скажи хотя бы, Привратница скоро выйдет? И долго ли идти отсюда до бук?

В туннеле по-прежнему было тихо.

– И вообще! – воскликнула Майкки. – Ты сам сказал мне: «Пойдем». Вот мы и пришли, а ты молчишь. Так нечестно!

И Майкки тоже замолчала.

В стене открылась дверь.

– Стоишь, моя птичка? Ай молодец, – похвалила Привратница.

– Стою, конечно, – пожала плечами Майкки.

– Вот и хорошо, вот все и готово, теперь и пойдем. Погляди-ка, что я для тебя отыскала.

Привратница прижимала к груди маленький мохнатый комок.

– Это щенок? – изумилась Майкки.

– Кто? Да нет, это твой костюм. Держи, моя хорошая.

Майкки взяла комок и принялась осторожно его разворачивать.

– Какая-то наволочка? – Майкки погладила бархатистую поверхность, прохладную и мягкую.

– Что ты, что ты, настоящий дорожный костюм, нынче таких не сыщешь. Наденешь его – и никто ничего не заподозрит.

– Не заподозрит чего? – уточнила Майкки.

– Что ты не местная, птичка моя, – терпеливо разъяснила Привратница. – В нем и спать будешь, в нем и спрячешься, если будет нужда. Примерь!

– Но у меня ведь уже есть одежда, – заспорила Майкки. – Мне будет жарко!

Привратница недоверчиво оглядела замусоленный халат и выглядывающую из-под него пижаму.

– А эту синюю одежку ты сними, моя милая, сними.

Майкки даже удивилась. И как это ей самой не пришло в голову снять халат? Может, это его немножко напугает и приведет в чувство.

– И правда, – сказала Майкки. – Халат надо снять и оставить здесь. Если только он не скажет что-нибудь вот прямо сейчас.

– Как так – скажет? – недоуменно сдвинула брови Привратница.

– Не знаю. – Майкки пожала плечами.

Она отдала наволочку-невидимку Привратнице, с треском расстегнула липучки, и халат синим комком упал на пол туннеля.

Майкки сурово взглянула на комок и спросила на всякий случай:

– Может, все-таки решишься? Хотя бы одно слово.

– Не понимаю, – покачала головой Привратница.

– Вот и я не понимаю! – вспылила Майкки. – Дай мне это мохнатое, я его примерю.

Привратница снова отдала Майкки костюм, и, повертев его в руках, Майкки обнаружила отверстие, в которое можно было сунуть голову. Костюм будто сам знал, как надо надеваться: руки тут же нашли рукава, голова легко прошла в горловину. Костюм оказался легким, воздушным, ласково обнял Майкки со всех сторон. Сама Майкки стала в нем похожа на диванную подушку с руками, ногами и головой.

Привратница радостно закивала:

– Вот и готово, теперь можно и к букам.

Майкки молча смотрела на халат. Она была почти уверена, что уж сейчас-то он оживет и начнет вести себя как положено, но синий комок на полу был недвижим.

– Идем? – позвала Привратница. – Хочешь взять это синее с собой?

– Не хочу, – отрезала Майкки. – Захочет, сам дойдет.

– Сам? – изумилась Привратница. – Наверху одежда нынче гуляет сама по себе?

– Гуляет, когда хочет.

Привратница слегка растерялась.

– Вот оно как, значит. Славные дела, – пробормотала она. – Тогда, стало быть, пойдем? А этот синий сам придет, как надумает. Дорога шагом мерится. Такая у меня присказка.

Майкки постояла еще чуть-чуть.

– Пойдем? – снова позвала Привратница.

– Идем, – грустно проговорила наконец Майкки.

Привратница покивала:

– Вот и славно. Сюда, моя хорошая, – повернулась и пошла вглубь туннеля, а ее волосяная мантия колыхалась в такт шагам.

Майкки в новом костюме в последний раз обернулась на синий комок на полу, а потом бросилась догонять Привратницу, уже не оглядываясь.

Глава 2

Муравейник

– Ыы! Еще комар! – взвыла Хилла, хлопнув себя по шее. – Пошли домой, ничего мы уже не найдем. Дверь к букам закрылась, ключ пропал, Майкки тоже. Нет тут ничего, кроме комаров!

– Сейчас, – пробормотал Каапо, оглядывая лесную полянку, папоротники и камни.

Он видел поваленное дерево рядом со скалой, видел его корни. Где-то здесь была дверь, в которую ушли буки. Но теперь скала была гладкая, без единой трещинки. Казалось, все это им приснилось: бучий танец в лунном свете, скрип двери в скале, цепочка мохнатых бук, с топотом уходящих под землю, домой. Или это был не сон? Во всяком случае, бук здесь больше нет. И Майкки нет.

В одной руке Каапо держал ручку, в другой – раскрытую тетрадь. На первой странице было выведено аккуратным почерком: «План». И все. Потому что плана на самом деле не было. План только зрел у Каапо в голове, но причитания Хиллы мешали ему зреть. Каапо никогда раньше не замечал, как ужасно много Хилла болтает. Теперь, без Майкки, это стало очень заметно. Просто чудо, что прежде ему удавалось додумывать мысли до конца.

– Не сейчас, а сейчас же! – взвилась Хилла, отмахиваясь от комаров. – Мы уже все осмотрели и ничего не нашли. Пора признать поражение и придумывать что-то новое. А у меня уже чешется во всех местах. Я слышала, что от комариных укусов может даже подняться температура, если их слишком много! А мне сейчас нельзя болеть, у меня футбольный лагерь со следующей недели, понимаешь ты?

Каапо вздохнул. Хилла права. Очевидно, в лесу нет никого, кроме Хиллы, Каапо и миллиона комаров. Может, конечно, где-то еще бродят добровольцы, по просьбе полиции ищущие большое неведомое существо. Но они его, естественно, не найдут, потому что буки уже ушли, скрылись под землей вместе с Майкки.

– Ладно. Пойдем домой, – сдался Каапо.

И брат с сестрой молча побрели через море папоротника к тропинке.

– Я думаю, мама даст нам еще немного времени на поиски, если попросить, – сказал Каапо. – Сутки – это ведь совсем мало.

– Вряд ли. Зачем ты вообще сказал маме с папой, что мы знаем, где Майкки?

Каапо пожал плечами:

– Они беспокоились. К тому же мы действительно в каком-то смысле знаем, где Майкки. Она убежала следом за буками и сейчас где-то там, под землей, разве нет?

– Под землей – понятие растяжимое, – заметила Хилла.

Она бросила взгляд на густой ельник с другой стороны поляны. Там как будто что-то шевельнулось. Хилла прищурилась. Между хвойными подолами елей промелькнуло, словно струясь, что-то красное.

– Что такое? – спросил Каапо.

– Там кто-то есть, – сказала Хилла.

Каапо тут же присел за папоротник и шикнул на сестру. Хилла съежилась рядом с ним.

– Там что-то зеленое, – шепнул Каапо.

– По-моему, красное, – шепнула Хилла в ответ.

– Да нет же, зеленое!

– Дурак, тут в лесу все зеленое!

Каапо раздвинул папоротники и присмотрелся. Хилла выглянула из-за его плеча. Каапо тут же ткнул Хиллу в бок, но Хилла уже увидела то же, что и он. Между деревьями прямо к ним плавно шли три бледные женщины с высокими пучками: одна в красном платье, другая в зеленом, третья в сером. Каапо и Хилла как завороженные смотрели на остроносые лица, а эти трое с каждой секундой подходили все ближе к их папоротниковому укрытию.

Каапо с Хиллой, конечно, узнали их – это были ведьмы. Ведьмы имели какое-то отношение к тому, что буки вышли на поверхность, но какое именно, ребята не знали. Теперь ведьмы, понятное дело, искали бук. Ведьмы уже появлялись тут раньше, и общение с ними было не особенно приятным. Бук-то они не найдут, но Каапо с Хиллой тоже не горели желанием с ними встречаться.

Неподвижные, точно у привидений, подолы ведьм подплывали все ближе. Ни одна ветка не хрустнула, вообще не слышно было ни звука. Выйдя на полянку, ведьмы разошлись в разные стороны. Они явно что-то искали, то и дело наклонялись к земле и раздвигали бледными руками кустики черники. Ничего не найдя, ведьмы снова сошлись и двинулись туда, где сидели Хилла и Каапо.

Хилла чувствовала, как над ней кружат комары, но отмахнуться не осмеливалась и вообще едва дышала. Если ведьмы никуда не свернут, через десять секунд они увидят Хиллу и Каапо.

Но ведьма в красном платье вдруг заметила что-то на земле и замерла. Остальные подплыли к ней. Мгновение все три стояли рядом и рассматривали находку. Потом они повернулись и двинулись в другую сторону, мимо папоротников к большому муравейнику. У муравейника ведьмы остановились. Каапо с Хиллой удивленно переглянулись.

Красная ведьма вытянула руку. Каапо прищурился, стараясь разглядеть, что же там у нее. Ведьма держала что-то небольшое, и Каапо вдруг понял что: ключ от бучьей двери в скале! Ведьмы опередили Хиллу с Каапо!

Ведьма наклонилась и опустила похожий на лодочную заглушку ключ в центр муравейника. Ключ пришел в движение – его подхватили муравьи. Ведьмы отошли подальше от муравейника и с минуту просто стояли и смотрели, точно хотели убедиться, что все сделано как надо. Наконец они повернулись и пошли прочь. Лишь несколько мгновений их еще можно было разглядеть за деревьями, а потом они растворились в густом лесу за муравейником.

– Скорее, – шепнул Каапо, отгоняя комаров.

Он поднялся на ноги и прокрался к муравейнику. Стараясь двигаться как можно тише, Хилла последовала за ним.

– Нету, – расстроенно прошептал Каапо. Ключ исчез.

– Да что это было? – спросила Хилла.

– А ты не видела? Ключ от бук.

– Да ладно? И куда же он делся? – ахнула Хилла.

– Муравьи утащили. Может, он внутри муравейника?

Хилла огляделась.

– Это не он вон там? – Она показала на край полянки у самого леса.

И правда! Ключ плыл в кустарнике возле самой земли, точно у него выросли лапки.

– Какие быстрые, – выдохнул Каапо.

– Не быстрее меня, – бросила Хилла.

– За ними! – шепнул Каапо, но Хилла и так уже рванула за муравьями.

Бегала она очень быстро, быстрее всех девочек Восточного Хельсинки, и в одно мгновение оказалась рядом с ключом. Она хотела уже его схватить, но даже ее ловкости тут оказалось недостаточно.

– Ай! – взвизгнула Хилла, отдергивая руку. – Кусаются!

– Так сильно? – Каапо догнал сестру.

– А-а-а, – подвывала Хилла, со страдальческим видом тряся рукой. – Ты видел? У них зубы! Почти до крови цапнули. Разве у муравьев бывают зубы?

Каапо испуганно оглядел Хиллин палец. Крови там, конечно, не было, как Каапо и предполагал. Но ключ они упустили.

Хилла мрачно дула на палец, а Каапо оглядывался по сторонам:

– Куда он делся?

Хилла на миг отвлеклась от своего пальца:

– Вон он. Под большой елкой, у корней.

И верно. Ключ на огромной скорости уносило прочь. Каапо даже не думал, что муравьи способны так бегать. Он рванулся к ели, но опоздал. У самых корней ключ мелькнул и пропал. Хилла подбежала к брату.

– Где он? – спросила Хилла, помахивая пальцем.

– Муравьи уволокли вон туда. – Каапо указал на трещину в земле.

Хилла наклонилась посмотреть.

– Ого!

На вид трещина была самая обыкновенная. Но к ней тянулись две непрерывные муравьиные цепочки – одна из-под земли, другая – под землю.

– Наверное, у этих зубастых муравьев там второе гнездо. А ключ они сожрут на ужин, – фыркнула Хилла.

– Вряд ли, – отозвался Каапо.

– Почему?

– Вряд ли ведьмы отдали бы ключ муравьям на съедение. Ведьмы ведь хотели найти ключ, правильно? Искали его! Раз они положили ключ в муравейник, значит, на то была причина.

– Ага. И какая же?

– Я думаю, что это муравьиная почта. И с ее помощью можно связаться с теми, кто под землей.

Хилла не ответила. Она задумчиво посмотрела на цепочку муравьев и узкую щель в земле, подула на палец и медленно кивнула.

– Может, и правда. Давай-ка проведем эксперимент.

– Какой? – удивился Каапо. Хиллу редко интересовали эксперименты.

– Дай листок бумаги.

Каапо выдернул пустую страницу из тетради с несуществующим планом и протянул Хилле.

– Объясни хоть, что мы делаем.

– Посылаем письмо Майкки. Дай ручку.

Каапо дал и ручку. Хилла положила листок на камень и принялась рисовать. Ручка то и дело прорывала тонкую бумагу, но Хилла не обращала внимания.

– Это что?

– Наша семья, разумеется. Что-то, что Майкки узнает.

– И как она догадается, что это наша семья? – Каапо с сомнением смотрел на пятерых человечков, изображенных в стиле «точка-точка-запятая».

– Погоди, я еще не закончила. – Хилла пририсовала одному человечку кепку, другому книгу под мышкой. Потом она добавила купальный халат, который держал самого маленького человечка за руку-спичку.

Каапо неуверенно кивнул. Ну, может быть. Кто знает. Майкки ведь довольно сообразительная.

Хилла сложила рисунок вчетверо и осторожно опустила на землю. Муравьиная цепочка обогнула листок, не обращая на него внимания.

– Может, надо отнести его в муравейник? – предположил Каапо.

– Ага, попробуй теперь забери его. Они кусаются, забыл?

– Смотри, – прошептал Каапо.

Несколько муравьев окружили листок бумаги, точно приглядываясь к нему. И вдруг подхватили его.

– Пошел, – кивнул Каапо.

Легко качнувшись, листок поплыл к трещине и через несколько секунд исчез под землей.

Хилла присвистнула:

– Итак, вход найден. Жалко только, маловат.

Глава 3

Кто стоит за буками

Привратница ковыляла впереди, покачивая волосами и тихонько шелестя.

Майкки не знала зачем, но шелест был приятный, и с ним делалось как-то уютнее. Время от времени Привратница останавливалась и хлопала по полу крупной босой ступней. Зачем? Этого Майкки тоже не знала. Может, стряхивала налипшие комочки земли?

Майкки, похожая на мохнатую подушку, шла следом за Привратницей, то и дело спотыкаясь и падая. Отовсюду торчали корни, и не зацепиться за них было невозможно. Хорошо хоть костюм смягчал падение.

– Далеко нам еще? – спросила Майкки.

– Скоро узнаем, птичка моя, скоро узнаем.

– Что значит «скоро»? – удивилась Майкки. – А сейчас ты не знаешь?

– Откуда же мне знать? Этого никто не знает. Бывает дорога длинная, бывает и покороче. Кто знает, какой она окажется на этот раз.

– То есть она меняется?

– А как же.

– Очень странно.

– Что же странного? Наше дело – идти, а уж нужная дверь нас найдет. Как найдет, так и откроется. Где и когда – этого я не знаю, а только как подойдем к ней, так и откроется, никуда не денется. Для того мы и идем.

Майкки оглядела замшелые стены, земляной пол, спутанные корни на потолке. Присмотрелась к бегающим по стенам огонькам. Никакого намека на дверь.

– А на что похожи эти двери? – спросила она.

Привратница добродушно усмехнулась:

– Хорошая дверь на глаза не показывается.

– А если мы случайно пройдем мимо нее?

– Не понимаешь ты, птичка моя земная. Твое дело – идти, а уж дверь тебя найдет, – терпеливо объяснила Привратница.

С минуту они шли молча. Потом Майкки спросила:

– А много их, этих дверей?

– Ой, много! Больше, чем корней в земле.

– И у каждой двери свой привратник?

– А как же.

– А ты знаешь тех, других?

– Откуда мне знать? У каждого дверь своя.

– Как же ты оставила свою дверь? Что, если туда кто-нибудь придет?

Привратница снова засмеялась своим ласковым смехом:

– Так ведь ты уже пришла! Теперь я тебя и стерегу. Для того мы и нужны.

– Я пленница? – удивилась Майкки.

– Пленница? Ну что ты, птичка моя! Я тебя стерегу, чтобы с тобой беды не случилось. Чтобы не обидел никто.

– Ай! – вскрикнула Майкки, в очередной раз споткнувшись.

Привратница озабоченно обернулась:

– Опять упала?

– Потому что здесь кругом эти дурацкие корни, – буркнула Майкки.

– Вставай, стрекотунья. – Привратница протянула ей зеленоватую руку. Майкки ухватилась за нее и поднялась.

Привратница внимательно смотрела, как Майкки отряхивает костюм.

– Скажи-ка мне, земная птичка, бука твоя знает, что ты к ней идешь?

Майкки неопределенно пожала плечами. Ей не очень хотелось показывать Привратнице, что ее и саму слегка беспокоит этот вопрос.

– Должна знать. Или хотя бы унюхать. Но в любом случае она обрадуется, когда меня увидит. Мы с ней друзья. Она мой лучший друг! – объяснила Майкки.

– Лучший друг, – удивленно повторила Привратница.

– Ты что, не понимаешь, что это значит?

– Что ж тут не понять?

– А почему тогда так на меня смотришь?

– Прости, милая, и вправду нехорошо вышло. Слыхала я про такое раньше, слыхала – что человек крепко подружился с букой. Но ох и давно это было.

– Правда? И кто был тот человек? – заинтересовалась Майкки.

– Вот уж не знаю. Он пришел через мою дверь, пришел сразу вместе с букой, потому-то я его и не провожала. Но тогда другие были времена, тогда все двери были открыты. Верно, бука и вывела его обратно еще до того, как двери закрылись – через мою дверь они больше не проходили… Ну что, пойдем дальше?

Привратница повернулась и снова пустилась в путь.

– Слушай, – окликнула ее Майкки, – ты все время говоришь, что двери закрылись, а когда-то были открыты. Но как же тогда буки вылезли из-под земли?

Привратница рассмеялась:

– Я их и выпустила! Мне был приказ из Великого Средоточия. Велели открыть дверь, ключи прислали, я и открыла. А обратно пускала не я, нет, не я. И ключ у меня забрали.

– Ай! – вскрикнула Майкки, снова растянувшись на земле.

– Опять упала. Что ж такое! – покачала головой Привратница.

– Да, опять! – Майкки взглянула на Привратницу. – А зачем этот главный отдел отправил бук нянчить детей?

Привратница пожала худыми плечами под волосяной мантией:

– Вот уж не знаю. Одно скажу: буки это не сами выдумали. Непохоже на них. Кто-то их послал, кто-то, у кого есть на то позволение. Есть за ними кто-то еще, точно есть.

– И кто же? – Майкки вскочила на ноги.

– Костюм твой испачкался, птичка моя, – заметила Привратница.

– Ой, да. – Майкки быстро отряхнулась. – Так кто же?

Привратница внимательно оглядела Майкки, прежде чем ответить:

– Вот что я тебе скажу, птичка моя. Я думаю, что за буками стоят старшие ведьмы. Только они могут решать: открывать ли двери. А для чего велели открыть – этого мне не уразуметь, как я ни старайся.

Привратница покачала головой.

– Откуда взялись эти старшие ведьмы? – спросила Майкки.

– Нынче их черед править. И давно уж они правят. – Привратница недовольно наморщила лоб. – Куда как давно.

– И стали старыми и глупыми? – сочувственно подхватила Майкки.

Привратница снова покачала головой:

– Старыми они были с самого начала. И буками никогда не интересовались. Пыльными да бестолковыми их считали. А вот кого ведьмы боятся, так это людей. Боятся, птичка моя.

– И меня?

– Тебя навряд ли, ты маленькая, – решила Привратница. – А все-таки лучше бы нам пройти так, чтобы ведьмы тебя не заметили, верно, стрекотунья?

– Ты их обманешь? – От возбуждения Майкки перешла на шепот. – Ты будешь мятежник?

– Кто? – удивилась Привратница.

– Ай! – снова вскрикнула Майкки и снова во всю длину растянулась на полу туннеля.

– Ну хватит, – сердито сказала Привратница.

– Да я же не нарочно! – обиженно воскликнула Майкки. – Кто же нарочно падает?

– Нет, конечно, это корни тебя дразнят. Вот с них и хватит. Не хотела я этого делать, а придется.

Привратница неуклюже опустилась на колени рядом с Майкки. Послышался резкий треск – Привратница выдернула корешок, вцепившийся в Майккину ногу.

– Спасибо. – Майкки с облегчением покачала ногой.

– Положи его в карман, и корни не станут тебе докучать. Побоятся.

– Побоятся? – недоуменно переспросила Майкки, но все же взяла корень. – Разве они знают, что у меня в кармане?

Привратница поднялась на ноги, поправила волосяную мантию.

– Как же им не знать? Они ведь старые корни.

Майкки сунула корень в единственный карман мохнатой наволочки – глубокий и узкий, точно специально сделанный для корней. Наверное, под землей их часто носят в карманах. Больше-то в туннеле и нечего туда положить.

– Пойдем, стрекотунья. – Привратница помогла Майкки подняться.

Майкки отряхнула костюм и кивнула:

– Пойдем.

И они снова пошли. И хотя туннель не изменился, идти вдруг стало легче. Майкки не сразу осознала, отчего это – корни перестали хватать ее за ноги. Привратница сказала правду.

Глава 4

Каапо и его исследование. Часть 1

Каапо перелистал тетрадку, вывел на чистой странице заголовок: «Наблюдения» – и начал писать:

Похоже, что под землю ведет множество ходов. Можно ли через них отправлять сообщения Майкки? Муравьиная тропа слишком мала для человека. Есть ли другие пути?

Поискать другие пути можно:

а)

б)

в)

Каапо скорчил сердитую рожу и закрыл глаза. Он не мог придумать ни одного места! Голова была пуста, перед глазами бегали строчки.

Каапо открыл глаза и опустил руку на старую, потертую книгу, лежавшую на столе рядом с тетрадкой. На обложке едва различались буквы: «Буки. Видовые особенности в свете опыта. Описал Рунар Калли».

Каапо принялся листать Рунарову книгу и долистался до того, что заболели и глаза, и пальцы, но не нашел никакой подсказки. Ни единой.

Все и так плохо, да еще Хилла ушла играть с папой в футбол. Нашла время! Каапо огорченно покачал головой.

В оправдание Хиллы нужно сказать, что папа довольно долго ее уговаривал. В последнее время он стал очень внимательным к детям. Все время хотел что-нибудь делать вместе. Это ужасно осложняло жизнь. Наверное, это было нормальное желание – папы ведь так долго не было дома. И тем не менее. Футбол!

Каапо вздохнул. Если бы хоть Майкки была тут, она посоветовалась бы с халатом. Каапо мрачно оглядел наполовину исписанную страницу. Что не так с его халатами?

Почему они отказываются с ним говорить? Где вообще его халат?

– Мам! – крикнул Каапо. – Где мой халат?

– Халат? – переспросила мама из кухни. – А у тебя он есть?

– Да, красный, толстый. Махровый такой.

– Но зачем он тебе? Никогда ты не носил халатов. Говорил, что они дурацкие.

– Но где он сейчас? Ты ведь его не выбросила? – забеспокоился Каапо, появляясь в дверях кухни с тетрадкой.

– Нет, конечно. Я никогда ничего не выбрасываю. Поэтому у нас столько вещей… Наверное, я убрала его в шкаф с постельным бельем. Пригодится, когда Майкки вырастет из своего синего.

– А где его купили? – поинтересовался Каапо.

– Кажется, там же, где и синий, – ответила мама. – Ты так любил синий, что я хотела найти такой же побольше размером, но точно такого же не нашлось.

– Я любил синий? – изумился Каапо. – Совсем не помню.

– Не помнишь? Ты ни за что не хотел отдавать его Майкки, хотя на тебя он уже не налезал, – засмеялась мама. – Даже на животе не сходился! У нас есть фотография, там…

– А я когда-нибудь рассказывал, что он говорящий? – перебил Каапо.

– Нет, конечно. – Мама пожала плечами. – Это ты от Майкки набрался? У халата ведь даже головы нет, чем он может разговаривать?

Каапо промолчал. Почему он не помнит, что любил халат? Не помнит даже, как надевал его? А ведь это было всего несколько лет назад.

В голове у Каапо завозились сумасшедшие мысли.

Может быть… Может быть, халат говорил и с ним? А потом ему (Каапо, а не халату) стерли память? Такое бывает, он читал в одной книжке. Интересно зачем? Кому это понадобилось?

– Мама, можешь мне прямо сейчас найти тот красный халат? – с жаром попросил Каапо.

– Прямо сейчас? Видишь, я вытираю стол…

– Да, сейчас! Я хочу принять ванну.

Мама засмеялась:

– Да ты теперь как Майкки! Ванну среди бела дня? – И тут же погрустнела и спросила: – Как там ваши поиски?

– Хорошо, – уверенно соврал Каапо. – Это как раз имеет к ним отношение.

Мама кивнула, выпустила из рук губку и пошла в прихожую к шкафу.

– Где-то здесь, – бормотала она, перебирая стопки пододеяльников. – Куда же я его задевала?

Она просматривала полку за полкой и наконец воскликнула:

– Вот, – вытянув из-под наволочек красный махровый рукав.

– Пойду включу воду! – обрадовался Каапо.

Глава 5

Кто-то идет

– Долго еще? – спросила Майкки у плывущей впереди спины Привратницы.

– Не знаю, птичка моя, – терпеливо повторила Привратница.

На ходу она то и дело похлопывала ступней по земле, но так быстро, что даже не сбивалась с шага.

– А если тут вообще нет дверей? Мы уже страшно долго идем. Я устала. Скоро вообще больше не смогу идти.

– По-другому дверей не найти, птичка моя. – Привратница снова хлопнула ногой по земле.

– Зачем ты так делаешь? – поинтересовалась Майкки. – У тебя что, нога чешется?

– Я так слушаю, птичка моя. Слушаю, что земля говорит, – объяснила Привратница.

– Слушают обычно ушами, – устало пробурчала Майкки.

Привратница усмехнулась:

– Вот как? Но земля не говорит с ушами.

Земля говорит с ногами. Пойдем.

Привратница, кажется, совсем не устала, а вот Майкки устала ужасно. И очень скучала по халату. Зачем только она его бросила? Как глупо. Остается только надеяться, что халат никуда не денется и она подберет его на обратном пути.

– Стой, – прошелестела вдруг Привратница и остановилась так внезапно, что Майкки чуть в нее не врезалась. – Я чувствую шаги, – шепнула Привратница. – Это ведь не твои шаги? Дай-ка послушаю.

Они постояли неподвижно.

– Ну что, мои? – спросила Майкки.

– Нет. Ты стоишь, а я их все еще слышу.

Майкки посильнее прижала подошвы к земле.

– Я ничего не чувствую.

– Теперь остановился, – выдохнула Привратница.

– Почему? – не поняла Майкки.

– Потому что он идет за нами, стрекотунья, – объяснила Привратница.

– А кто это? Ведьма? – испугалась Майкки.

– Не знаю, – ответила Привратница.

– А если это кто-нибудь плохой? – прошептала Майкки.

– Давай надеяться, что хороший.

Майкки кивнула и хотела было сунуть руки в карманы халата, но халата не было. Она погладила свой мохнатый костюм, но это не помогло – по-прежнему было страшно.

Привратница покачалась с пятки на носок.

– Чувствуешь что-нибудь?

Привратница кивнула:

– Он совсем рядом. За углом.

У Майкки застучало сердце. Она даже не посмела сказать Привратнице, что в туннеле вообще-то нет углов. Ни углов, ни чего другого, за чем можно притаиться. Кто-то, кто их преследует, уже совсем рядом. Он может оказаться опасным, а им даже спрятаться негде!

– Что будем делать? – прошептала Майкки.

– Подождем. Залезай внутрь костюма, залезай скорее. С головой, – едва слышно проговорила Привратница, напряженно вглядываясь в сумрак туннеля.

Майкки втянула в костюм руки и ноги и замерла. Костюм хорошо растягивался, так что влезть в него оказалось нетрудно. Воротник мохнатым капюшоном укрыл голову. Из-под него Майкки смотрела в ту же сторону, что и Привратница, но, как ни щурилась, ничего не могла разглядеть. Туннель тянулся насколько хватало глаз – длинный, сумрачный, с сетью вспыхивающих огоньков на стенах.

Секунды шли.

– Он идет к нам? – тихонько спросила Майкки.

– Нет, стоит на месте.

– Почему?

– Смотрит на нас, думаю.

– А почему мы его не видим?

– Не все можно увидеть.

– Как это – не все? – еще больше испугалась Майкки.

Привратница неподвижно всматривалась во тьму.

– Некоторые видят лучше других, – прошептала она. – Он снова пошел, я слышу его ногами. Скоро покажется. Не двигайся.

Майкки задрожала от возбуждения. В сумраке туннеля что-то неуверенно шевельнулось как будто. Может, преследователь сам боится?

И вдруг из темноты выскочил кто-то маленький. Он подпрыгнул вверх, почти взлетел. Крик застыл у Майкки в горле – она увидела, что существо рванулось по воздуху прямо к ней. Маленькое прыгучее существо растопырило лапы, готовясь напасть. Лапы разлетались все шире, шире… и все сильней становились похожи на рукава… Рукава? В следующий миг нападающий плавно опустился на землю перед Майкки и больше не двигался. И Майкки наконец осознала, что это.

– Халат, ты пришел! – выдохнула она. Майкки высунула руки и ноги из мохнатого костюма и обняла халат так, как обнимают того, по кому очень соскучились. – Это ты, ты шел за нами. Прости меня, прости, я никогда больше нигде тебя не оставлю, обещаю! Какой же ты грязный, ужас, но я тебя постираю, не волнуйся!

Халат не отвечал. Привратница стояла неподвижно и все так же вглядывалась в темноту.

– С ума сойти – ты слышала шаги халата, хотя у него даже ног нет! – сказала Майкки Привратнице.

Та взглянула на нее:

– Нет, птичка моя, я слышала не твою одежку. Тот, кого я слышала, стоит вон там и смотрит на нас. Может, он и пришел следом за твоим халатом.

– Стоит и смотрит? – выдохнула Майкки, щурясь в темноту. – Зачем он пустил халат впереди себя? Кто это?

– Вот уж не знаю. Но я чувствую его взгляд. Может, это кто-то любопытный. Многие подземные жители любопытные. Может, хочет просто посмотреть. Подождем, вдруг он и покажется. Спряталась бы ты пока, птичка моя.

Майкки прижала пыльный халат к груди, чихнула и задумалась. Халат ведь должен знать, кто там прячется. Почему он молчит? Почему не предупредит, если они в опасности? Хоть бы намекнул, как он любит, – так, что ничего не понятно!

Майкки снова чихнула. Отчего-то у нее защекотало в носу. Интересно, от чего… Майкки чихнула в третий раз и тут наконец поняла. Это и был намек! Она удивленно подняла взгляд и сказала тихонько, как бы про себя:

– Уруру?

В темноте осторожно зашевелились.

– Чудо-бука? Это ты там?! – воскликнула Майкки. – Это же я, Майкки! Ты, наверное, не узнаешь меня в этом костюме, но это и правда я!

Майкки сдернула с головы капюшон.

– Тсс, – зашипела Привратница. – Что ты так кричишь, земная птичка? Тише!

Но Майкки не обращала внимания на Привратницу, потому что уже разглядела во тьме кое-кого знакомого и любимого. Большое, темное, мохнатое существо вышло из темноты и уставилось на Майкки круглыми, похожими на теннисные мячики глазами. И сделало еще несколько неуверенных шажков.

– Уруру! Я знала, что ты придешь! – закричала Майкки. – Почему ты прячешься? Ты и правда меня не узнаешь?

– Бука? – удивленно проговорила Привратница. – Что она тут делает? Одна, без стаи… Убежала?

– Искала меня конечно же! – крикнула Майкки.

Она положила халат на землю, выбралась из костюма и бросилась прямо в пыльные, пахнущие погребом бучьи объятия. Толстые, в комочках земли лапищи сомкнулись вокруг Майкки, прижали ее к лохматому пузу. Майкки тоже стискивала буку изо всех сил.

– Где же ты была так долго, глупая? Я так по тебе соскучилась, – бормотала Майкки в бучью шкуру, а бука довольно урчала, низко и утробно.

Привратница смотрела на буку, обнимающую человека, и задумчиво качала головой. Потом она подобрала с земли синий халат, отряхнула его от бучьей пыли и чихнула.

Глава 6

Действует ли халат

Каапо сидел в мыльной пене с яблочным ароматом и размышлял. Сколько еще ему здесь сидеть? Возможно ли, что в ванной время идет медленнее обычного? Сколько нужно халату для пробуждения?

Не надо ли халат как-нибудь растормошить – например, встряхнуть? Что делала Майкки, чтобы он заговорил? Каапо наморщил лоб, пытаясь вспомнить, но на ум ничего не приходило. Красный махровый халат неподвижно валялся на крышке унитаза. А если этот красный халат вообще не умеет говорить? Или просто не хочет, потому что в ванне сидит не Майкки, а Каапо?

Каапо стало скучно. Пустая трата времени – сидеть в мыльной пене! Он вдруг живо вспомнил, почему вместо ванны стал принимать душ.

На кухне мама с папой спорили, где должна стоять посуда. Каапо покачал головой. С тех пор как папа снова поселился дома, он во все стал лезть. Не успел прийти в себя после игры в футбол – и уже переключился на посуду! Когда он был в командировке, с ним было как-то легче договориться.

– Чашки всегда стояли на этой полке, – доказывала мама уже звенящим голосом.

– Знаю, но, по-моему, лучше поставить их вниз, тогда детям не придется подставлять табуретку, чтобы их достать. Так ведь будет удобнее, разве нет?

– Чашки всегда были на полке для чашек, – парировала мама. – Все уже привыкли, что они там.

– Но ведь можно устроить полку для чашек на нижней полке, – не сдавался папа. – И все привыкнут, что они там. А верхнюю полку превратить в полку, например, для круп и муки, потому что дети редко что-то готовят, и никогда не готовят без взрослых, и им не надо будет туда тянуться…

– Нет, – отрезала мама.

– Что «нет»? – не понял папа.

– Нет, мука не будет стоять на верхней полке! Если она оттуда свалится и пакет разорвется, все вокруг будет в муке!

На кухне воцарилась тишина. «Надеюсь, теперь папа все-таки уймется», – рассеянно подумал Каапо. Он переместился в другую половину ванны, протянул руку и стащил халат на пол. Может, его пощекотать? Или погладить? Что, черт возьми, с ним сделать?

– Давай поговорим, – шепнул Каапо. – Я понимаю, тебе, наверное, не хочется со мной разговаривать, но ситуация экстренная. Я ведь брат Майкки. Я исследователь. Ну, в каком-то смысле. Мне можно доверять.

В ванную осторожно постучали, и в щель просунулась Хиллина голова.

– Ты что тут делаешь? – удивилась она. – Ты же терпеть не можешь принимать ванну.

– Пытаюсь поговорить с халатом, – признался Каапо.

– С ума сошел? – засмеялась Хилла. – Халаты разговаривают только с Майкки, забыл?

Каапо ничего не ответил. Не хотелось рассказывать, что халаты, возможно, когда-то говорили и с ним. Хилла вошла в ванную и уселась на крышку унитаза.

– И долго ты еще будешь пытаться?

– Сколько нужно, столько и буду. Тебе-то что?

– Мне ничего, я в душ хочу. Вся вспотела, пока играла с папой. Он так серьезно относится к этому футболу!

Каапо ухмыльнулся:

– Папа много к чему относится слишком серьезно.

– Ты слышал спор про чашки? – фыркнула Хилла. – У папы теперь столько идей!

– Лучше бы их было поменьше, – проворчал Каапо.

И тут папа заглянул в ванную.

– Что вы тут делаете? – дружески поинтересовался он. – Может, расскажете мне тоже?

Хилла с Каапо переглянулись. Незримый Глас стал слишком уж зримым и осязаемым.

– Каапо пытается поговорить с халатом, а я жду своей очереди в душ, – объяснила Хилла.

Папа задумчиво покивал. У него явно зрела новая идея.

– Я заметил, что у нас в доме дети привыкли мыться в очень странное время.

– А когда положено мыться? – спросила Хилла.

– Обычно моются утром или вечером. Или в определенные дни. А вы принимаете ванну и душ когда попало, – продолжал папа. – Надо установить время для купания.

– Зачем? – спросил Каапо.

– Ну… Чтобы знать, кто когда в ванной, – сказал папа.

– А зачем это знать? – не сдавался Каапо.

– Вроде это и так понятно, – подхватила Хилла. – Разве сложно заметить, когда кто-то в ванной? Посмотри, например, на Каапо. Он в ванной, и это сразу видно!

– Ну, как знаете, – с сомнением отозвался папа. – Пойду приготовлю поесть. А как продвигаются поиски Майкки? Мама очень нервничает.

– Подозреваю, что она нервничает не только из-за этого, – пробурчала Хилла.

– Что? – не понял папа.

– Как только что-то прояснится, мы вам скажем, – пообещал Каапо.

Папа кивнул:

– Скажите обязательно, – и закрыл дверь.

Хилла попинала лежащий на полу красный халат.

– Похоже, не действует.

Каапо пожал плечами:

– Мне кажется, нам с ним лучше остаться наедине.

– Почему?

– Ну, вдруг он тебя боится.

– Почему это он тебя не боится, а меня боится? – Хилла снова ткнула халат ногой. – Это же просто халат, у него вообще нет чувств.

– Может, он тебя боится, потому что ты его пинаешь? – Каапо начал раздражаться.

Хилла недоверчиво хмыкнула:

– Я не пинаю, я его просто пошевелила. Вот так. – И она опять толкнула халат ногой.

– Может, хватит уже?! – не выдержал Каапо. – Я хочу, чтобы он мне доверял. А так он вообще не заговорит.

Хилла снова засмеялась:

– Доверять! Ты точно сошел с ума. Говорю же: я его не пинаю.

– По-моему, это называется пинать.

– Нет, пинать – это по-другому.

– Ну конечно, тебе лучше знать, ты же футболистка. Тебе позарез надо пинать все, что только попадется. Это болезнь всех футболистов.

Хилла сердито соскочила с унитаза:

– Именно! Сейчас я покажу тебе и твоему дурацкому халату, что такое пинать по-настоящему, смотри внимательно!

И Хилла точно, мощно и, без сомнения, профессионально ударила ногой по лежащему на полу красному махровому халату.

Халат взмыл в воздух, хлопнулся о потолок и прилетел обратно на пол. Послышался негромкий стук. Стук? Каапо наморщил лоб.

– А-а-а! – взвыла Хилла, хватаясь за ногу. – Ты бы предупредил, что в кармане камень! Я небось палец сломала!

– Не было там никаких камней! – Каапо потянулся к халату.

– Был! – заспорила Хилла. – Ую-юй, больно! Ноготь точно сойдет.

– Может, надо смотреть, что пинаешь? – сухо предложил Каапо.

Каапо осматривал халат, Хилла с обиженным видом потирала ногу.

– Очень странно, – пробормотал Каапо. – Действительно что-то в кармане. И не вытаскивается.

– Дай сюда, – потребовала Хилла и на одной ноге подскакала к брату. Каапо протянул ей халат, она сунула руку в карман.

– Какая-то гигантская жвачка, – решила Хилла. – Не отдирается, прилипла. – Хилла заглянула в карман. – Темно, не видно ничего.

Хилла повернула халат к свету и снова вгляделась.

– Ну что там? – спросил Каапо из пены.

– Что-то такое… – Хилла покрутила головой. – Деревянная игрушка?

– Деревянная игрушка? – повторил Каапо. – Откуда она там? Что хоть за игрушка? Машинка, утенок?

– Не знаю какая. Наверно, та, которую ты здесь когда-то забыл, – предположила Хилла. – А теперь она почему-то приклеилась к карману.

– Да я вообще не носил этот халат, – возразил Каапо.

– Ну, значит, Майкки забыла. Наш пострел везде поспел.

Каапо с сомнением покивал. Майкки – это хотя бы логично. Хилла снова запустила руку в карман.

– Ага, ухватила. Погоди, вроде бы отрывается…

Хилла тянула изо всех сил. Вокруг Каапо с шипением лопались пузырьки мыльной пены.

– Никак не лезет, – бормотала Хилла. – Похоже, оно больше, чем я думала. Ну вот, пошло, сейчас…

Хилла тащила, тянула и дергала, и наконец это деревянное вылетело из кармана, точно пробка из бутылки.

– Ого! – изумленно выдохнула Хилла.

В ванной воцарилась тишина. Каапо и Хилла во все глаза таращились на то, что Хилла только что вытащила из кармана красного махрового халата.

– Ну вот этого в кармане точно не было, – заявил Каапо.

– И все же оттуда я его только что вытащила, – проговорила Хилла – впрочем, тоже с сомнением.

Глава 7

Связь с подземлей

Майкки прижалась щекой к пыльному мохнатому плечу и закрыла глаза. Покачиваясь в бучьих объятиях, она почти задремала. Так путешествовать гораздо приятнее, чем брести следом за Привратницей, спотыкаясь о корни. Хорошо, что Уруру все-таки пришла. Глаза у Майкки слипались, еще чуть-чуть, и она заснет и проснется только дома у Уруру, до которого уже совсем недалеко…

Вдруг приятные сонные мысли оборвались, и Майкки открыла глаза. Под мохнатым костюмом у нее что-то шевельнулось. Что же это? Движение повторилось, слабое, но отчетливое. Кто-то возился у Майкки в кармане. Она взвизгнула.

Уруру остановилась и буркнула. Майкки почувствовала, как громко застучало буки-но сердце.

– Что ты кричишь? – с беспокойством спросила Привратница.

– У меня в кармане кто-то есть, – шепнула Майкки.

– В кармане? – не поверила Привратница.

– Какое-то животное, оно там шевелится. В кармане халата, – испуганно пролепетала Майкки.

Привратница покачала головой:

– Не надо было брать с собой эту синюю одежку. У тебя же есть мохнатый костюм. Говорила ведь я.

– Помоги мне! – заверещала Майкки.

– Поглядим, сейчас поглядим. Сними-ка костюм.

Уруру осторожно опустила Майкки на землю, и Привратница помогла девочке выбраться из костюма-невидимки. Под ним был замусоленный синий халат, и в его кармане действительно кто-то возился. Уруру тихонько заворчала.

– Наверное, это один из тех огоньков, которые бегают по стенам, и скоро он укусит меня за живот, – прошептала Майкки.

– Под землей никто не уходит со своего места, – проговорила Привратница.

– Еще как уходит! Все время все отовсюду уходят, например, ты и Уруру! – заспорила Майкки. – Почему бы и огонькам не уйти?

– Дай-ка погляжу. – Привратница осторожно заглянула в карман, и на ее зеленоватом лице появилась улыбка облегчения. – Да это же корешок! Когда только ты его успела переложить в свою синюю одежку?

– Если это просто корень, зачем он шевелится? – спросила Майкки.

Привратница задумчиво поглядела на корень, который и вправду извивался, точно пытался зарыться поглубже в карман.

– И раньше он был намного длиннее, посмотри, – продолжала Майкки.

Она вцепилась в корень, который уже едва выглядывал из кармана, и потянула.

– Застрял. – Майкки подергала снова.

– Застрял, – недоверчиво повторила Привратница.

Корень вдруг выскользнул из пальцев и провалился в карман.

– Где же он? – удивилась Привратница.

Майкки заглянула внутрь кармана.

– Он исчезает! Втягивается туда! – воскликнула она.

Карман резко колыхнулся, и корень пропал. Майкки сунула в карман руку:

– Пусто.

Привратница снова с тревогой покачала головой:

– Никогда такого не видела, никогда. Одежда поедает корни. Что же еще она ест? Нехорошо это, неправильно.

– Раньше он ничего не ел, – заметила Майкки. – Может, там завелась какая-нибудь бактерия?

– Кто? – не поняла Привратница.

– Ну, какая-нибудь болезнь! – крикнула Майкки.

– А ты не кричи, моя птичка, не кричи. Не слыхала я о такой болезни, чтобы карман принялся поедать корешки, нет, не слыхала.

– Вообще-то я тоже, – призналась Майкки. – Но, может, он простыл, когда я оставила его на земле?

Майкки вдруг замерла.

– Что такое, птичка моя? – еще больше встревожилась Привратница.

– Там опять кто-то шевелится. Наверное, он лезет обратно.

Майкки сунула руку в карман и пощупала.

– Не клади туда руку, стрекотунья, не клади! Кто знает, что еще он ест! – запричитала Привратница.

– Если он попытается отъесть мне руку, я его ущипну, – решительно сказала Майкки. – Там что-то маленькое и твердое. Очень твердое, примерно как леденец от кашля.

– Леденец? – переспросила Привратница.

– Нет, не леденец… Оно растет.

– Растет?! – ахнула Привратница.

– Да, оно сначала было совсем маленькое, а теперь высовывается все больше, хотя я его даже не тянула.

– Силы подземные, да что же это?! – Привратница в ужасе прижала зеленоватые ладошки к щекам.

– Давай подождем. Мне кажется, это… – Вид у Майкки стал очень удивленный.

– Что же это?

– Моя зубная щетка! Как она оказалась в кармане? – И Майкки действительно вытащила потертую розовую зубную щетку.

– Не понимаю. Что это? – недоумевала Привратница.

– Ты что, не знаешь, что такое зубная щетка? Ею чистят зубы. – Майкки оскалилась, показав два ряда белых молочных зубов. Привратница с сомнением покивала.

– Почему синяя одежка прислала тебе эту щетку?

– Наверное, чтоб я не забывала чистить зубы… Но как халат раздобыл ее из нашей ванной, вот вопрос!

– Откуда?

– Из ванной.

– Там еще что-то! – ахнула Привратница.

Из кармана высунулось что-то белое, такое тонкое и невесомое, что Майкки даже ничего не почувствовала. Это оказался свернутый в трубочку лист бумаги. Майкки сняла резинку, которой он был стянут, развернула его и с довольным видом кивнула.

– Что это? – прошептала Привратница.

– Письмо от Каапо, моего старшего брата. Как я сама не догадалась! Это Каапо помогает халату. Это он прислал щетку!

– Где же этот Каапо? Тоже в кармане?

– Нет, конечно. Каапо у нас дома, в ванной.

– Наверху? Он прислал что-то сверху тебе в карман?

Майкки кивнула.

– И что же он пишет?

Майкки повернула лист к Привратнице.

– Только одно слово! – Привратница склонилась над листком.

– Тут написано ОПААК, «Каапо» наоборот. Это тайный шифр, – объяснила Майкки.

– Почему же твой брат так пишет?

– Каапо ведь не знает, кому в лапы попадет письмо. Может, космическому чудовищу.

– Космическому чудовищу, – в ужасе повторила Привратница.

– Да не бойся, они только в космосе водятся, – успокоила ее Майкки. – Надо срочно ответить Каапо. Надо рассказать, что я под землей.

Майкки сдернула со своего разлохмаченного хвостика резинку так, что в ней запуталось несколько волосков.

– Это Каапо точно узнает, – удовлетворенно проговорила Майкки.

Привратница озадаченно смотрела, как Майкки вталкивает резинку в карман, а потом завязывает себе новый хвостик той резинкой, которая стягивала записку.

– Отправилось? – поинтересовалась Привратница.

Майкки заглянула в карман.

– Еще нет.

– Может, оно больше не работает?

– Работает! Просто Каапо иногда такой медлительный!

Тут карман встрепенулся раз, другой, и резинка пропала. Майкки с победным видом взглянула на Привратницу.

– Ушло! Это как почтовый ящик прямиком к нам в ванную!

Привратница только недоуменно качала головой:

– Никогда такого не видела, даже когда была маленькой. Как дверь, только в одежде. Кто же сторожит эту дверь?

– Наверное, я, – решила Майкки. – Я тоже немножко привратница. Теперь мы с тобой коллеги!

Майкки вдруг стало ужасно весело. Казалось, она теперь может весь подземный мир пройти туда и обратно. Усталость как рукой сняло.

– Идем! Я хочу скорее посмотреть, где живет Уруру, – хихикнула Майкки, беря буку за руку. Букины толстые пальцы осторожно обхватили крошечную ладошку.

– Идем, идем, – закивала Привратница. Потом она подняла с земли мохнатый костюм, аккуратно сложила и сунула куда-то под свою волосяную мантию.

Глава 8

Каапо и его исследование. Часть 2

Каапо раскрыл тетрадь на пружинке и старательно вывел заголовок:

Наблюдения 2

И начал писать.

Связь с Майкки установлена. О том, как я ее установил, расскажу чуть позже. Сейчас запишу только, что связь налажена через карман красного халата. Но человек в карман не влезет, поэтому вернуть Майкки домой этим путем мы не можем. Зато можем посылать Майкки письма и вообще что угодно. На данный момент мы уже отправили зубную щетку и тайное письмо и получили ответ: резинку с некоторым количеством волос, которые явно принадлежат Майкки. Резинку я прикрепляю сюда. По ней, разумеется, невозможно понять, в каких условиях Майкки находится, но, как говорит мама, главное, что она жива.

Каапо оторвал зубами полоску скотча и аккуратно прилепил резинку к странице. Облокотившись на письменный стол, Хилла с уважением наблюдала за действиями брата.

– И все-таки говорить, что ты установил связь – это преувеличение, – заметила она. – Ты просто сидел в ванне и пытался побеседовать с халатом. А потом я пнула халат, нашла в кармане корень и выдернула его оттуда. И это я придумала сунуть в карман щетку, потому что она оказалась поблизости и подошла по размеру. Так что на самом деле связь установила я.

– Но халат-то нашел я, – отозвался Каапо. – И вообще, какая разница?

– Наверное, есть разница, раз ты в своем дневнике так приукрашиваешь действительность.

– Это не дневник.

– А что же?

– Это исследование. Такое же, как у Рунара.

– Что-то непохоже. Слишком короткое.

– Я же только начал! Оно потом станет побольше.

– И в исследовании нельзя перевирать факты.

Каапо устало фыркнул:

– Я не могу сосредоточиться, когда ты все время бухтишь.

– Да что ты? Я вообще не понимаю, зачем тратить столько времени на эту писанину.

Я думала, мы собирались придумать план, как вернуть Майкки домой.

Каапо взглянул на Хиллу:

– Мы и собирались. И до сих пор собираемся. Но я должен делать записи. Так устроены исследования, понимаешь? Слушай, мне надо побыть одному.

Хилла ненадолго задумалась, а потом сказала:

– Ну хорошо.

– Да ладно? – не поверил Каапо.

– Ага. Пойду пока поиграю в футбол во дворе. Пока.

Хилла ушла. Каапо с удивлением глядел ей вслед. Хилла редко бывала такой сговорчивой.

Каапо перевернул еще одну страницу и начал писать.

Исследуемый объект: красный халат

Действие кармана проверено несколькими способами.

Тест № 1: поместить в карман обернутый в прозрачную пленку бутерброд

Результат: успешно

Тест № 2: поместить в карман бутылку с какао

Результат: успешно

Тест № 3: поместить в карман теплый свитер

Результат: неудачно (слишком большой, не влез в карман)

Тест № 4: кричать в карман

Результат: похоже, что звук через карман не проходит. Во всяком случае, ответа мы не услышали

Тест № 5: помахать рукой в кармане Результат: ничего не происходит

Тест № 6: отправка сообщений

Результат: успешно, но точнее исследовать не удается, потому что Майкки отвечает редко. Чем это объясняется: ленью или сложными условиями, в которых Майкки находится, выясним, как только придумаем как. (См. План дальнейших исследований.)

Прочие тесты:

* Выворачивание кармана – ничего особенного

* Свечение в карман фонариком – ничего не происходит

* Встряхивание халата – ничего не происходит

* Разговоры с халатом. Несмотря на длительное ожидание, халат не заговорил. Вывод: он не умеет или не хочет говорить

План дальнейших исследований

Попробуем с помощью кармана отправить Майкки фотоаппарат, чтобы она сфотографировала местность, в которой находится. Было бы интересно увидеть, как устроена жизнь под землей. Правда, у нас пока нет фотоаппарата. Мама свой потеряла.

Каапо задумчиво перечитал написанное. Исследование идет по плану, и скоро Майкки будет дома.

Каапо снова перевернул страницу и написал сверху:

Новые идеи

Хорошо бы узнать побольше о том месте, где Майкки находится. Майкки не самый удачный корреспондент. Как бы попасть туда самому? Тогда я смог бы исследовать местность и доставить Майкки домой. Если бы мне удалось найти дорогу под землю, это принесло бы много пользы исследованию.

Каапо отложил ручку и поднял взгляд от тетрадки. Вообще-то он знал, что делать.

Он достал из шкафа рюкзак. Сунул туда книгу Рунара Калли, свою тетрадку, перочинный нож и фонарь. Потом пошел в кухню и сделал несколько бутербродов (их тоже сложил в рюкзак). Снова сел за стол, выдернул листок из Майккиного альбома и написал письмо.

Привет, Хилла!

Пишу тебе, потому что не знаю, вернусь ли сегодня домой. Я хочу попробовать попасть туда, где Майкки. Надеюсь, получится. Больше ничего сказать не могу, поскольку опасаюсь преследования. Оставайся дома с мамой и Зримым Гласом. Постарайся их успокоить. Отправляйте с помощью кармана бутерброды и шоколад. На случай, если не увидимся в ближайшее время, удачи в футбольном лагере!

С приветом, Каапо

Каапо аккуратно сложил листок и написал: «Хилле». Потом встал и решительно взял рюкзак. На ходу наврал сидящей в гостиной маме:

– Мам, я пошел к Оскару!

– Возвращайся к ужину, – отозвалась мама. – Отправим Майкки еще что-нибудь поесть. И я схожу куплю новый фотоаппарат, если старый так и не найдется.

Каапо не ответил. Входная дверь закрылась за ним, чуть слышно хлопнув. Удивительное дело – иногда даже в хлопанье двери слышен зов приключений! Каапо улыбнулся, включил в коридоре свет и нажал кнопку лифта.

Глава 9

Неожиданное купание

Майкки остановилась и сунула руку в карман халата:

– Мама прислала мне бутерброд!

Привратница наклонилась к Майкки и с подозрением оглядела присланное:

– Как оно сплющилось по дороге.

– Оно не сплющилось, глупенькая, бутерброды всегда такие, – засмеялась Майкки.

Она сдернула пленку и с удовольствием съела бутерброд, а в кармане тем временем появился еще один.

– А это тебе, – сказала Майкки Привратнице.

– Нет уж, спасибо, – отказалась та.

– Тогда тебе? – предложила Майкки буке.

Бука отчаянно замотала головой.

– Тогда съем сама, – решила Майкки. – А то я ужасно проголодалась. Давайте устроим привал?

– Что там еще? – спросила Привратница, с беспокойством глядя на карман.

– Какао! – обрадовалась Майкки. – И бублик!

– Да что же это такое, – заохала Привратница, – и когда же это кончится?

– А очень скоро, – беззаботно откликнулась Майкки. – Когда я наемся, последний бутерброд отправлю назад, и мама не будет больше посылать. Мама не любит зря переводить еду.

Привратница задумалась.

– Ну хорошо. Остановимся и поедим. Я кое-что захватила из дома. А бука поест, когда дойдет к себе.

Привратница села на пол, сунула руку под волосяную мантию и достала оттуда что-то круглое и бурое, похожее на высохшую мясную тефтельку. Майкки уселась рядом и принялась поглощать бутерброд.

– А тут пахнет как-то совсем по-другому, – проговорила она с набитым ртом.

Привратница принюхалась.

– Ничего не чувствую. Наверное, это твоя плоская еда так пахнет.

– Нет, это не бутерброд, понюхай получше. Здесь как будто стало больше воздуха. Может, где-то рядом открыли окно?

– Под землей нет окон, – наставительно сказала Привратница.

– И все-таки. – Майкки снова подергала носом. – Уруру, ты не чувствуешь?

Бука покрутила головой, но ничего не ответила.

Привратница сунула свою тефтельку обратно под мантию, встала и с сосредоточенным выражением принялась медленно ходить туда-сюда.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась Майкки.

– Слушаю. Может, дорога подскажет.

– И что же она говорит? – Майкки тоже вскочила на ноги.

– Пока не понимаю. Как будто… – Привратница снова затопталась на месте.

– Как будто что?

– Как будто нам надо здесь остановиться, – с удивлением проговорила Привратница.

– Но мы и так остановились, – заметила Майкки, но Привратница, казалось, не услышала.

– Как бы не здесь была наша дверь. Подождем. Если подождать, придет привратник.

Уруру утробно буркнула и беспокойно заходила взад-вперед.

– Это не опасно? – спросила Майкки, поглядев на буку.

– Не опасно, птичка моя. Дорога не говорит про опасность. Надо подождать.

Уруру таращилась желтыми глазами на Майкки, а та сунула недоеденный бутерброд обратно в карман и спросила у Привратницы:

– А где ты чувствуешь, что дорога говорит?

Привратница потопталась, покачалась на ступнях, остановилась и кивнула:

– Вот здесь.

Майкки подошла к ней и встала совсем рядом. Уруру тоже сделала несколько быстрых шажков и чуть не вплотную прижалась к Майкки мохнатым пузом.

– Чудо-бука, отойди немножко, – попросила Майкки, – а то я опять расчихаюсь.

Уруру нехотя отступила.

– Ничего не чувствую. Может, надо снять кроссовки?

– Ты и не услышишь, – откликнулась Привратница. – Маленькая ты, легкая. И ноги твои маленькие.

– А если посильнее потопчусь? – Майкки затопала, бука предостерегающе буркнула и снова подошла поближе.

– Уруру, ну хватит! – Майкки ткнула буку в бок. – А если попрыгать? – Майкки подпрыгнула, бука схватила ее за руку. – Уруру, пусти!.. – Майкки вырвалась. – Ой, а что это за звук? Как будто дверь скрипит.

– Какой звук… – начала было Привратница, но не договорила, потому что земля стала медленно уходить у них из-под ног.

– Это и есть дверь? – пискнула Майкки.

Земля исчезла – сдвинулась в сторону и пропала, и они начали падать. Майкки взвизгнула, Уруру попыталась сгрести ее в охапку, но не успела – мохнатые лапищи ухватили воздух, а Майкки полетела в пустоту.

– Уруру, на помощь! – позвала Майкки. Ответный рев буки заполнил весь туннель.

– Это дверь! – крикнула Привратница на лету. – Где же привратник? Дверь нельзя оставлять без привратника!

– Ты-то свою оставила! – крикнула и Майкки, но Привратница не слышала, она была уже далеко внизу, махала руками, волосы развевались.

Майкки попробовала оглядеться, но все проносилось мимо, сливалось. Ветер свистел в ушах, становилось все светлее. Далеко внизу зазеленело, как будто там был бассейн.

Вдруг мимо Майкки с ревом пролетело что-то большое и темное.

– Уруру! – крикнула она, но бука умчалась вниз. Изумрудно-зеленое приближалось с каждой секундой, и теперь Майкки даже не сомневалась: это огромный бассейн, полный прозрачной изумрудной воды.

Первой в него упала Привратница. Ее безутешные причитания оборвались, и она исчезла под водой. Несколькими секундами позже туда же бултыхнулась бука, подняв целый фонтан брызг. Вода вокруг нее сделалась серой и мутной.

Последней нырнула Майкки, плавно и почти по правилам – не зря она занималась плаванием с тренером! Теплая, прозрачная, ласковая вода сомкнулась над ней, затормозила падение, ноги коснулись шершавого каменистого дна. Майкки оттолкнулась и легко всплыла к поверхности.

«Класс! – подумала она. – Наконец-то удалось искупаться. Может, и халат теперь проснется».

Довольная Майкки закачалась на воде, как поплавок. Впрочем, не всем было так весело. В нескольких метрах от Майкки то показывалась над водой, то снова скрывалась под ней мокрая растрепанная голова Привратницы.

– Спасите, тону! – кричала Привратница и отчаянно махала руками.

Из темно-серого пятна на воде показалась бучья голова, непривычно маленькая и гладкая. Непривычно большие желтые глаза быстро нашли Майкки. Убедившись, что с ней все в порядке, бука поглядела на Привратницу, которая брызгалась, кашляла и колотила руками по воде.

– Помоги ей, Уруру! – крикнула Майкки, но бука сама уже устремилась к Привратнице. Крупное бучье туловище хорошо просматривалось сквозь воду. Ловко, точно тюлень, она поднырнула под Привратницу, подхватила ее под мышки и потащила к краю бассейна. Привратница уцепилась за край и повисла на нем, откашливаясь. Уруру снова нырнула и поспешила к Майкки, в воде остался ее след – серая полоса.

– Ты как плавучая акварелина, – засмеялась Майкки и погладила мокрую бучью голову. – Спасибо, что спасла Привратницу!

Я и не знала, что ты так хорошо плаваешь.

Бука повращала глазами и странно заурчала. Серое пятно вокруг нее становилось все шире.

– Вылезай уже, пока от тебя весь бассейн не посерел, – посоветовала Майкки.

Бука уркнула, ухватила хихикающую Майкки под мышку и в несколько гребков подплыла к краю.

– Вообще-то я тоже умею плавать, – заявила Майкки. – Видела, как я классно нырнула?

Уруру подсадила Майкки на край бассейна и неуклюже взобралась следом. Она была совсем непохожа на себя. На что она была похожа, так это на тощее привидение, с которого бежали серые ручейки и собирались в серые лужицы. Уруру опустила голову и затрясла плечами – сначала медленно, потом все быстрее, как центрифуга, распространяя вокруг себя густое серое облако брызг.

– Ты тут все залила! – восторженно заверещала Майкки. Она обожала купаться, обливаться и брызгаться.

Отряхнувшись, бука опять распушилась, но теперь стала светлее – как будто полиняла.

– Зато я вся серая, – хихикнула Майкки.

Из-за края бассейна выглянули испуганные глаза Привратницы.

Майкки перестала смеяться.

– Ты чего там сидишь? Не можешь выбраться? Сейчас я тебе помогу. Почему у тебя такой странный вид?

Маленькие темные глазки Привратницы испуганно оглядывали пещеру.

– Вылезай. – Майкки протянула Привратнице руку. – У тебя что-то болит?

Привратница взялась за руку Майкки и шустро выбралась из бассейна.

– Мне кажется, нас постигло большое несчастье, – прошептала она.

– Какое еще несчастье? – удивилась Майкки.

Привратница придвинулась к Майкки и прошептала:

– Я думаю, это не та дверь. Дорога нас предостерегала, а я не поняла. Через эту дверь мы упали на этаж Сливающихся Залов. Сама я никогда здесь не бывала, но слыхала о нем, слыхала. Это нехорошее место. А я еще и промокла, вся вымокла в местной воде, а привратникам нельзя промокать.

– Может, немножко намокнуть – это ничего? – легкомысленно спросила Майкки.

Привратница покачала головой:

– Не понимаешь ты. Мне теперь нужно высохнуть, остаться одной и высохнуть. А как только я высохну, мы пойдем отсюда. Сразу же пойдем.

– Ладно, – согласилась Майкки. – Но как…

Привратница повернулась на пятках и засеменила прочь. Под мокрыми волосами мелькали тощие коленки, босые ноги шлепали по полу, и эхо отдавалось по всей полуосвещенной пещере.

Майкки задумчиво наморщила лоб.

– Почему это плохое место? Что с ним не так? – спросила она у буки, которая беспокойно возилась рядом.

Бука быстро завращала желтыми глазами в разные стороны, заворчала и оглядела свою побелевшую шкуру.

– Хочешь, тоже пойди посушись, – предложила Майкки.

Бука буркнула. Майкки похлопала ее по мягкому, как вата, плечу.

– Я подожду Привратницу. Надеюсь, она быстро высохнет, здесь прямо жара.

Уруру нервно переступала на одном месте. Майкки взглянула на зеленую, манящую теплую воду в большом каменном бассейне. Бассейн занимал всю пещеру. Или даже так: вся пещера была одним большим бассейном.

– Я хочу выкупаться. Быстренько, пока Привратница сушится, – сказала Майкки. – И заодно постираю халат. Вода такая теплая!

Уруру замерла. Кажется, она сомневалась.

– Мне обязательно надо выкупаться, посмотри, я вся серая! – прыснула Майкки.

Бука буркнула.

– Я люблю купаться. У меня даже купальный халат с собой, – уговаривала Майкки. – А ты пока пойди погуляй.

Бука тихонько заурчала и огляделась, словно выбирая, куда пойти. Потом она повернулась и потрусила не туда, куда ушла Привратница, а в противоположную сторону. В пещере гулко отдавались тяжелые бучьи шаги.

Майкки посмотрела ей вслед.

– А ты больше не пылишь! – крикнула она, но бука даже не обернулась.

Глава 10

Советы халата

Майкки нашла укромный уголок, идеальный для купания и стирки.

Первым делом она выстирала халат, страшно грязный и пыльный. Вода от него сделалась серой и мутной и снова посветлела только после того, как Майкки хорошенько побултыхала в ней ногами.

– Ах ты грязнуля, – ласково приговаривала Майкки, оттирая, полоща и выжимая халат. Постепенно махровая ткань опять стала синей, а халат – похожим на себя.

Майкки разложила халат на камне на просушку. Камень был такой теплый, точно весь день пролежал на солнце. Но уж точно не солнце его тут согрело! Тепло шло откуда-то из-под земли, подогревался не только каменный пол, но и вода. Свет тоже шел не сверху, но Майкки никак не могла понять откуда. Он будто бы просачивался сквозь стены, камень и воду – мягкое слабое свечение, похожее на мерцание ночника.

Наплескавшись вволю, Майкки легла на воду и стала ждать Привратницу. Было тихо и хорошо, как в ванне, разве что пена не шипела. Халат на камне светлел на глазах – высыхал. Наверное, и Привратница скоро высохнет.

Майкки посмотрела вверх, рассчитывая увидеть потолок, но он был так высоко, что терялся, таял в темноте. Откуда же они упали? Никакого окошка сверху не видно. Очень странно.

Майкки перевернулась на живот и подплыла к халату.

– Ну как, сохнешь? – спросила она, плескаясь, точно дельфин.

И услышала сдавленный кашель.

– Просыпаешься! – обрадовалась Майкки. Халат покашлял снова. И проговорил:

– Будь добра, отцепи меня от этого камня.

– А ты что, прилип? – забеспокоилась Майкки.

Она схватила халат за рукав и дернула. Халат отошел от камня легко, но был жестким и плоским, будто из картона, и даже стоять не мог – со стуком повалился на пол.

– Тебя парализовало? – Майкки испуганно выпрыгнула из бассейна, наклонилась к халату и осторожно его погладила.

– Встряхни меня, – попросил халат. Ему явно трудно было говорить.

Майкки взяла халат за плечи и трясла, пока материя не сделалась мягкой, как раньше.

– Пожалуй, хватит, – произнес халат уже знакомым голосом.

– Что с тобой случилось? – Майкки с трудом перевела дыхание.

Халат потянулся, как потягивается человек после долгой поездки.

– О, хорошо! В меня набилось слишком много подземной пыли. А ты еще выстирала меня в очень странной воде.

– Чем же она странная? – поинтересовалась Майкки.

Халат заглянул в бассейн.

– Похоже, цеолиты[1], – важно проговорил он.

– Что это? – с тревогой спросила Майкки.

– Нужно лучше полоскать, друг мой. Или в другой воде.

– Вообще-то я очень хорошо полоскала, – заспорила Майкки.

– Понятное дело, дружок. И все же я утратил гибкость. Должно же этому быть какое-то объяснение?

– Пфф, – фыркнула Майкки.

– Вот и я о чем. Прыгай в воду, поговорим. Твоя зеленая приятельница вот-вот высохнет.

Майкки с удовольствием плюхнулась обратно в теплую воду. Халат присел на тот самый камень, от которого только что отлип, и спросил:

– Так о чем ты хотела поговорить?

Майкки посмотрела на пустой капюшон, выжидающе качнувшийся в ее сторону. С чего бы начать?

– Почему ты не отвечал, когда я тебя просила? Я позвала раз сто!

– Потому что тебе не нужна была помощь, – дружески отозвался халат.

– Еще как нужна была! У меня было срочное дело!

Халат сел поудобнее:

– Ну так говори. Какое дело?

Майкки нахмурила брови:

– Оно было срочное. Пришлось во всем самой разобраться!

Халат понимающе покивал.

– И мне пришлось бросить тебя на землю, когда Привратница принесла мне этот мохнатый костюм.

– Все верно. Я знал, что ты сама разберешься. Не трудись даже просить прощения за то, что меня бросила. Ты все сделала как надо. В этом и заключался мой план.

– Твой план? – изумилась Майкки.

– К счастью, вы все такие внушаемые, – усмехнулся халат. – Что ты, что твоя бука…

Иначе мне не удалось бы навести ее на твой след.

– Уруру сама меня нашла! – заспорила Майкки. – У бук очень хороший нюх, если ты не знал.

– Это верно, а все же ты, наверное, заметила, с кем именно пришла бука? Ну же, включи голову. – Халат наклонился поближе и продолжил: – Дружок, тогда я знал, что ты отлично справишься без меня. Но сейчас ситуация изменилась.

– Стала хуже?

– Где-то да, где-то нет. Но в любом случае помощь тебе понадобится.

Майкки нахмурилась:

– Это и правда опасный этаж? Привратница очень испугалась.

Халат наклонил капюшон.

– Да, – задумчиво проговорил он. – На этом этаже дело пойдет быстрее. С другой стороны, будет не так легко. Тут вы не одни.

– А кто еще тут есть?

Халат взмахнул пустыми свежеотстиранными рукавами:

– Да неважно. Важно другое: не бросаться в чужие залы. И ни в коем случае не бежать! Потише, потише. Рано или поздно вы найдете, как отсюда выбраться.

– Очень странно. В каком смысле потише? Надо помедленнее идти? Или потише разговаривать?

– Делай как хочешь, – хохотнул халат. – Главное, не забывай мой совет.

Майкки кивнула. Именно такие советы он всегда и давал – одни намеки… И тут халат вздрогнул и оглянулся.

– Кто-то идет? – прошептала Майкки.

Халат снова повернулся к Майкки:

– Кто бы мог подумать, что твоя зеленая приятельница так быстро сохнет. Кажется, ее костюм сделан не из того материала, что я предполагал… А впрочем, неважно. Теперь слушай. Скоро ты кое-кого встретишь. Он тебе поможет, хотя и не собирался. Дороги он не знает и думать не любит, поэтому может задержаться или заблудиться.

– Задержаться? – повторила Майкки. – А как я его узнаю?

– Об этом не беспокойся.

– Как это?

Халат склонил капюшон набок, точно прислушиваясь.

– Твоя зеленая уже совсем близко, – быстро прошептал он. – Слушай, что я тебе скажу. Наш внезапный помощник выйдет с собственным светом из темной двери.

И дверь, и помощника надо найти раньше, чем это сделают другие. И вот еще…

– Как же я найду дверь? – заволновалась Майкки.

– Она сама выйдет тебе навстречу. Главное, смотри в оба – даже в темноте. И помни: тише едешь – дальше будешь. Не беги, тогда никого не разозлишь. И…

Халат быстро обернулся – послышались шлепающие шаги Привратницы.

– И что еще?

– Уходите скорее из этой пещеры, – прошептал халат совсем тихо. – Тут нельзя находиться. В этой воде нельзя купаться. Уходите скорее и не оставляйте следов. У вас еще десять минут. Нет, уже девять. И спасибо, дружок, что меня выстирала.

– Девять минут? – ахнула Майкки, но халат уже осел на камень, а с него соскользнул на землю.

Привратница зашлепала совсем близко.

– Где же ты прячешься, земная птичка? Я чувствую, нет, я знаю – нам пора идти.

– Уже иду! – откликнулась Майкки, торопливо выбираясь из воды и натягивая пижаму, а за ней халат. – Ты права, надо идти. Прямо сейчас.

Глава 11

Один мечтает, другой копает

В лесу, как известно, очень легко затеряться. Можно ходить в двух шагах от кого-нибудь знакомого и не подозревать об этом. Именно так произошло с Хиллой и Каапо. Оба направились в лес втайне друг от друга с одной и той же целью: найти дорогу к Майкки и привести Майкки домой. Но даже к общей цели можно прийти разными способами.

Каапо отправился по лесной тропинке к Бучьей скале. Походив вокруг, он уселся на пенек с другой стороны и прислонился спиной к нагретой солнцем скале. Каапо надо было подумать. Он знал, что дверь к букам совсем рядом, но понятия не имел, как ее открыть. Он достал тетрадь, с минуту поизучал свои записи (их было немного), потом захлопнул ее и убрал в рюкзак. Достал книгу Рунара Калли – «Буки. Видовые особенности в свете опыта» – и привычно вчитался в содержание: «Внешность и сущность», «Естественное окружение…», «Питание…», «Человеческие черты», «Животные черты»…

Непрочитанной оставалась только последняя, четвертая часть – «Эмпирические исследования». Там были в основном карандашные рисунки Рунара и результаты измерений. Ничего интересного. Какая разница, в самом-то деле, какой длины у буки пальцы? Или сколько раз она пыталась произнести звук «с», которому так в итоге и не научилась? Каапо полистал страницы. Рисунки, конечно, были трогательные: крупным планом букина рука, букина нога, волоски на букиной шкуре и так далее.

После картинок шли «Выдержки из дневника» – там были разные заметки под датами. Каапо стал читать.

14 июля

Я решил посвятить день максимально подробному и точному измерению буки. Поначалу все шло хорошо, но по прошествии приблизительно часа и десяти минут бука выразила желание немедленно прекратить подобные действия. Я пришел к пониманию того, что быть объектом измерений – не самое приятное для буки времяпрепровождение. Ниже я привожу список сделанных за сегодняшний день измерений, сами результаты измерений приводятся…

Каапо стал листать дальше. Все пометки были однотипными: Рунар что-то измерял, отмечал, пробовал и обдумывал. На предпоследней странице Каапо задержал взгляд.

…расставшись с букой, я сосредоточился на записи всего, что о ней помню, – насколько позволяют текущие дела. Скажу, ничуть не преувеличивая, что скучаю по существу, которое изначально было лишь объектом исследования, однако впоследствии стало не менее чем другом. Я обдумываю возможность увидеть ее снова, но на этот раз в ее естественном окружении…

Это что-то новенькое! То есть Рунар тоже собирался навестить буку?

Я планирую закончить эту книгу для будущих поколений. Завершив свой труд, я буду свободен и займусь поисками пути туда, откуда бука явилась к людям. Не знаю точно, как найду этот путь, однако, сведя воедино уже известное, можно предположить, откуда лучше всего начать поиски…

Ну и откуда же? Каапо нетерпеливо скользнул глазами по странице. Выходит, Рунар все же знал больше, чем Каапо? Может, Рунар даже дошел до бук? Он ведь пропал много десятилетий назад, и с тех пор его никто не видел. Каапо дочитал последние строки.

…должен признать, что поиск мой продиктован целями не только и не столько научными, сколько личными: соприкоснувшись с этим особенным, тонко чувствующим существом, я осознал, что разнообразие животного мира на нашей земле куда больше, чем мы склонны полагать. Мир удивителен и таит еще множество сюрпризов. И во мне зреет желание пуститься в путь и изведать нечто ранее неизведанное, поселиться среди незнакомых существ, в чужой стае. Не знаю, что сулит мне будущее, знаю только, что не чувствую страха. Я хочу увидеть мир бук своими глазами.

Каапо с удивлением оторвался от чтения. Что это значит? Что все-таки произошло с Рунаром?

– Я тоже хочу увидеть, – пробормотал Каапо. – И не боюсь. Ну, почти. Но что же делать дальше?

Каапо смахнул с руки комара. Наступал вечер. Надо было что-то предпринять, но что? Как поступает исследователь без страха и упрека, не имея ни малейшей ниточки, ведущей к разгадке?

А по другую сторону скалы Хилла не сидела и не раздумывала. Она снова и снова втыкала в землю лопату и чувствовала, как струится по спине пот. Лопата была тяжелая, но с хорошим острым лезвием. Хилла взяла ее из сарая, где хранились садовые инструменты, хотя их, конечно, предполагалось использовать в пределах двора.

Хотя вообще-то инструменты принадлежат товариществу жильцов. И один из жильцов, а именно Майкки, сейчас блуждает где-то под землей. А другому жильцу, Хилле, приходится тратить время на ее поиски, потому что с третьим жильцом, то есть с Каапо, каши не сваришь, а четвертый жилец, мама, так переживает и нервничает, что, того и гляди, передумает отпускать второго жильца (Хиллу) в футбольный лагерь. Так что в интересах такого количества жильцов Хилла вполне имеет право взять лопату.

И вот теперь Хилла, отдуваясь, вонзала лопату в землю. В лесу земля была не такой, как на клумбах возле дома. Ей не нравилось, что ее копают и куда-то перемещают. Она была твердой и упрямой, просто какой-то несгибаемой! Но и сама Хилла была такой же и привыкла рано или поздно побеждать. Поэтому она продолжала копать, и понемногу маленькая трещина в земле стала в три раза больше, потом в четыре, потом в пять… В нее можно было уже заглянуть, но Хилла побаивалась муравьев и не заглядывала. Трещину надо было расширить настолько, чтобы пролезть в нее, не помешав муравьям, – а они, не обращая на Хиллу ни малейшего внимания, так и тянулись двумя нескончаемыми цепочками под землю и из-под земли.

Муравьи бегали, Хилла копала, пот заливал глаза. Наступал вечер. Над головой звенела целая туча комаров, но Хилла снова и снова поднимала и опускала лопату. Раз за разом. Без устали. Пыхтела, но не сдавалась. Вообще-то она копала с удовольствием. Это было настоящее дело, настоящее решение проблемы, а не бессмысленные размышления за письменным столом, которые так любил Каапо и с помощью которых Майкки домой не вернешь.

Но вот лопата провалилась в землю неожиданно глубоко, почти выпала из рук – и застряла. Хилла тянула и дергала, но лопата не двигалась.

А потом земля вокруг лопаты начала оседать. Хилла отпрыгнула назад. Земля стала рыхлой и комьями посыпалась из-под лопаты вниз. Образовалась яма примерно в метр глубиной, на дне которой и оказалась теперь лопата.

Хилла опустилась на колени и заглянула в яму. На дне лежала куча мягкой земли – ее несложно будет выбросить. У другого края ямы, чуть присыпанное землей, темнело отверстие, похожее на вход в туннель. Именно в нем исчезали муравьи.

Хилла спустилась в яму, взяла – теперь без всякого труда – лопату и принялась расширять отверстие. Туннель резко уходил вниз. Пожалуй, ползком в него можно было пробраться, но Хилла не испытывала особого желания ползать по туннелю вместе с кусачими муравьями. Но и увеличить вход оказалось непросто: земля вокруг него была прошита корнями.

Хилла швырнула лопату на край ямы, вытащила из кармана рюкзака фонарик и заглянула поглубже в туннель. Похоже было, что чуть дальше ход расширялся. Осторожно, стараясь держаться подальше от муравьев, Хилла сунула в отверстие голову и посветила вниз. И действительно, там, впереди, туннель превращался в пещеру, такую просторную, что Хилла могла бы встать в ней в полный рост.

Хилла посветила фонариком на муравьев. Они невозмутимо бежали по своим делам. Хилла опустила руку на землю сантиметрах в двадцати от муравьиной цепочки – просто для пробы. Никакой реакции не последовало. Муравьев беспокоило только то, что лежало у них на пути. Хилла взяла фонарик в зубы и осторожно поползла на четвереньках к пещере.

По ту сторону скалы Каапо поднялся на ноги. У него так и не возникло ни одной идеи. Он решил пойти посмотреть на муравейник, в который они клали записку для Майкки. Может, там его осенит.

Обойдя скалу, Каапо издалека заметил под елью красно-желтую садовую лопату и удивленно остановился. У подножия ели темнела яма, в ней мелькнули знакомые голубые кроссовки и тут же скрылись под землей. Хилла!

Каапо хотел было окликнуть сестру, но вдруг различил за деревьями какое-то движение. Он тут же присел за кусты, чувствуя, как колотится сердце. Три ведьмы, снова! Почему они целыми днями тут крутятся? Каапо осторожно выглянул из-за веток. Ведьмы не замечали его. Хиллиных кроссовок тоже не было видно. Оставалось только надеяться, что Хилла не высунется из своего укрытия.

Ведьмы подплыли к муравейнику и остановились. Зеленая снова бросила что-то муравьям – что именно, Каапо не разглядел, сколько ни щурился. Что бы это ни было, муравьи немедленно подхватили посылку и потащили к ели. Каапо сглотнул. К той самой ели, у корней которой скрывалась Хилла. Каапо приподнялся. Что сейчас будет?

Ведьмы повернулись к ели и застыли – заметили яму. Яркая лопата на темной земле бросалась в глаза. Не обменявшись ни словом, ведьмы тронулись к яме и остановились на краю.

Ведьма в зеленом платье спустилась в яму. Каапо вытянул шею. Она что, сейчас полезет за Хиллой? Но нет, произошло кое-что гораздо более странное. Стоя на дне ямы, ведьма взялась тонкими белыми пальцами за край. Потянула, и край поехал к ней, как дверь шкафа-купе. У Каапо открылся рот.

Когда яма почти закрылась, ведьма выбралась наружу, наклонилась и задвинула земляную дверь до конца. Ямы больше не было. Две другие ведьмы прошли по вскопанной земле и легонько погладили ее узкими пальцами. Кустики черники встали на свои места, кочки зазеленели. Земля снова выглядела нетронутой. Никак нельзя было догадаться, что секунду назад здесь была яма. Каапо не верил глазам. Где теперь Хилла? Как она оттуда выберется?

Ведьма в сером платье подобрала с земли лопату и сунула ее под мышку. И все три ушли, в несколько мгновений растаяли за деревьями.

Каапо поднялся и бесшумно подбежал к ели.

– Хилла! – шепотом позвал он. Ухватился за ближайший кустик черники и выдернул его с корнем. Похлопал рукой по земле, думая, что она отзовется пустотой. Но земля была обычной, сплошной и плотной, и где-то под ней была Хилла. Как ему сейчас пригодилась бы лопата, которую унесли ведьмы!

Каапо надел рюкзак и побежал домой в очень расстроенных чувствах – какие и положено испытывать человеку, у которого уже вторая сестра исчезла под землей и которому предстоит сообщить об этом родителям.

А в то самое время, когда Каапо бежал домой, Хилла выпрямилась во весь рост в подземной пещере размером с небольшой школьный класс. Огляделась по сторонам и выключила фонарик – в пещере был свет. По замшелым стенам перебегали, пропадая и снова загораясь, маленькие огоньки. Муравьиные цепочки тянулись по земляному полу дальше, туда, где начинался новый туннель.

Хилла сунула фонарик в рюкзак и пошла за муравьями. Когда не знаешь дороги, самое умное – последовать за тем, кто знает.

Глава 12

Опасный выбор

Пещера с бассейном давным-давно осталась позади, а Привратница все нервничала.

Она шла впереди, то и дело опасливо озираясь, точно ждала, что вот-вот кто-нибудь на них набросится.

– Мы не одни тут, не одни, – приговаривала она, проходя сквозь новые и новые пещеры. – Раз это этаж Сливающихся Залов – а уж я знаю, это он, – надо отсюда выбираться, поскорей выбираться.

– А что плохого в том, что тут есть кто-то еще? – выдохнула Майкки. За Привратницей трудно было поспевать.

– Не все добрые, ох не все, – откликнулась Привратница.

– Но некоторые ведь добрые, – заметила Майкки. – Например, ты, и я, и Уруру.

А кроме нас, кстати, тут никого и не видно.

– Не видно – не значит, что нет. Ох, птичка моя земная, опасный это этаж. Целый этаж опасностей, а каменная дорога ничего не говорит моим ногам. Иду без знаков, вслепую иду. Страшно мне.

Майкки поняла, что успокаивать Привратницу бесполезно. Раз уж она решила бояться, значит, ничего не поделаешь. И Майкки стала оглядываться по сторонам. Вообще-то все пока было хорошо. Пещеры шли одна за другой, точно бусины, и все выглядели совершенно безопасными – просто пустые каменные залы разной величины. Пол был теплым, сквозь стены просачивался тусклый свет. Если тут и водился кто-то еще, заметить его было невозможно.

Вдруг Привратница остановилась так внезапно, что Майкки врезалась ей в спину. Уруру буркнула от неожиданности, но столкновения избежала.

– Этого только не хватало! – воскликнула Привратница. – Дорога разветвляется. Немая дорога, да еще разветвляется, и как узнать, какая верная?

– Ох, – вздохнула Майкки.

И правда – впереди не было, как раньше, прохода, ведущего в следующую пещеру, такую же светлую. На этот раз перед ними открылось три туннеля, и за всеми лежала тьма.

– Там нет света, – проговорила Майкки.

– Нет, – мрачно подтвердила Привратница. – Не к добру это. Но и назад дороги нет. Знать бы только, какая правильная. А я не знаю, нет, не знаю!

Майкки взглянула на Уруру, которая топталась сзади:

– А ты не знаешь?

Но бука отчаянно замотала головой. С ней тоже было что-то не так, будто падение в бассейн не только смыло с нее пыль. Бука стала пугливой, светлой, тусклой и взъерошенной.

Наверное, теперь она даже не сможет исчезать. Шкура ее осталась без пыли и лишилась земляного запаха.

Майкки с беспокойством похлопала буку по плечу и предложила:

– Ну давайте выберем хоть какую-то. Можем бросить жребий.

Привратница молча вглядывалась в темный проем.

– Хотите, я брошу? – продолжала Майкки.

– Мы здесь не одни, – пробормотала Привратница.

– Ты это уже говорила, – терпеливо заметила Майкки. – Ладно, тогда я сама выберу, куда идти.

Она заглянула в первый туннель:

– Так, здесь темно и пусто. Но смотри, там вдалеке есть проход, и из него идет свет. Надо просто набраться смелости и пройти эту темную пещеру, а потом снова станет светло!

Уруру тревожно заурчала. Майкки взяла ее за руку:

– Не бойся, глупенькая, это же просто пещера. Разве ты боишься темноты?

Майкки выпустила букину руку и шагнула во второй туннель.

– Так, а здесь большие камни, но пройти можно. И дальше тоже есть пещера.

Потом она заглянула в третий:

– Фу, вот здесь страшно, да еще вода на полу. Или это какой-то бассейн для ночного плавания? – Майкки повернулась к Привратнице и заявила: – По-моему, первый ход легче всего, пойдемте туда.

– Но это может быть не та дорога, – предостерегла Привратница.

– Ну а как мы узнаем, если не попробуем? Хватит уже бояться! Ты подземный житель или как?

– В этих пещерах я не живу, – со значением проговорила Привратница. Вдруг тревога на ее лице сменилась удивлением. – Тсс. Стойте, не двигайтесь. Я что-то слышу.

Привратница покачалась с пятки на носок.

– Ну, что? – не утерпела Майкки.

– Слышу маленькие шаги. Совсем маленькие. Хорошо бы это был привратник.

Желтые букины глаза остановились на первом туннеле.

– Этот маленький привратник появится оттуда? – шепнула Майкки.

Привратница неуверенно кивнула.

– Только привратник ли это? Мы не знаем, – тихонько проговорила она, тоже не отводя взгляда от темного проема.

Прошло несколько минут.

– Долго еще? – не выдержала Майкки.

– А вот и он, – кивнула Привратница.

В дверях появился кто-то маленький и черный, его едва можно было разглядеть в темноте.

– Кошка? – удивилась Майкки.

– Тсс, – шикнула на нее Привратница. – Я сама с ней поговорю.

Кошка села и стала оглядывать всю троицу. Хвост ее ходил из стороны в сторону. Привратница поклонилась и заговорила:

– Приветствуем тебя, о кошка. Ты привратница этой двери?

Кошка подняла переднюю лапку и принялась ее вылизывать.

– Позволь нам пройти через твою пещеру. Нас всего трое. Ребенок с земли и бука, которая отбилась от стаи. Я провожаю их домой.

Кошка посмотрела на Уруру, потом на Майкки, протяжно мяукнула, поднялась и направилась обратно к темному туннелю. Обернулась на Майкки, снова мяукнула и плавно шагнула в темноту.

– Она хочет, чтобы мы шли за ней. Пойдем, пока она не убежала, – заторопила Майкки.

Привратница, кажется, осталась недовольна.

– Ну хорошо, – решилась она наконец. – Может, не все привратники разговаривают.

Все трое шагнули во тьму. Сначала ничего не было видно, но потом глаза попривыкли, и Майкки огляделась. Туннель был пустой, с высоким сводом – насколько высоким, не различить: свод терялся во мраке. Светлый проход в конце туннеля был точно маяк, к которому они медленно двигались.

Кошка плавно, не оглядываясь, шла впереди. Майкки шагала за ней. Земля казалась твердой, но время от времени под ногами что-то шелестело, как бумага. Майкки наклонилась и подобрала на память несколько шуршащих листочков. Посмотрела назад и вздрогнула.

– А где Уруру?

«Уруру-ру-ру…» – подхватило эхо, и Майкки покрылась гусиной кожей.

Привратница ничего не ответила, но тоже обернулась, а потом пожала плечами.

– Уруру! – тихонько позвала Майкки, глядя по сторонам. Где же бука? Она что, заблудилась?

И вдруг Майкки услышала тихий стон.

– Уруру, ты где? – испуганно спросила Майкки.

«Где-де-де-де…» – откликнулось эхо.

Привратница взяла Майкки за плечо, а другой рукой махнула туда, откуда они пришли. Далеко позади маячил темный силуэт буки. Она все еще стояла в проеме, не решаясь войти. Майкки увидела, как бука тоскливо топчется и переминается у входа. Ей не хотелось ни идти вперед, ни оставаться одной.

– Где же кошка? – шепнула Майкки.

«Кошка-шка-шка-шка…» – повторило эхо.

Привратница прижала зеленый палец к губам, а потом указала на сумрак впереди. Кошка была уже почти в самом конце туннеля. Майкки с тревогой посмотрела на темный силуэт буки. Почему она не идет?

Кошка дошла до проема, из которого лился свет, и уселась, глядя желтыми глазами на Привратницу и Майкки. Она ждала.

Привратница взяла Майкки за руку и подвела к кошке.

– Надо поблагодарить, – шепнула она.

Кошка склонила голову – то ли тоже кланялась в знак благодарности, то ли ей уже наскучила их компания. Привратница с облегчением шагнула в освещенную пещеру.

– Вот и хорошо, – проговорила она. – Иди сюда, моя птичка, иди.

Но Майкки осталась в туннеле:

– А Уруру?

«Уруру-ру-ру…» – вздохнуло эхо.

Темный силуэт на другом конце туннеля застыл, точно ожидал помощи.

– Бука не хочет идти. Каждый сам решает, идти или оставаться. – Привратница нетерпеливо махнула рукой. – Идем, земная птичка, идем.

– Не пойду. Ты что, глупая? Мы ведь идем к Уруру в гости. Я не оставлю ее тут одну! – закончила Майкки громко.

«Ну-ну-ну-ну…» – отозвалось в пещере.

И вдруг за эхом послышался еще какой-то звук, похожий на шелест, – будто сто человек одновременно листали газеты и даже трясли ими. Майкки удивленно огляделась. Что такое? Черная кошка снова принялась равнодушно вылизывать лапку.

– Пойдем, стрекотунья. – Привратница протянула руку. – Ну, выходи из туннеля. Мне кажется, сейчас что-то случится.

Но шелест прекратился, снова стало тихо. Майкки вспомнила про листки, которые подобрала. Куда она их положила? В карман? Ну да, вот они.

– Пойдем, Уруру, – шепнула Майкки. – Пойдем, чудо-бука, я ведь жду тебя. Не бойся, пойдем.

И бука вдруг пришла в движение. Она с ревом вбежала в темный туннель и поскакала вперед. Эхо подхватило рев. Майкки как зачарованная смотрела, как бука набирает скорость и несется к ней, отчаянно топоча. Туннель полнился отзвуками, и Майкки не сразу снова различила шелест. Когда Уруру пробежала уже половину, шелест стал громче эха, и в него вплелся новый звук – пронзительный визг:

– А-а-а!

– И-и-и!

Визг бился о стены, вокруг все пришло в движение: кто-то метался, кружил, пикировал. Один за другим зажигались в воздухе огоньки, как будто начался не то звездопад, не то фейерверк.

– Вредэльфы! – закричала Майкки, но крик ее потонул в шуме. – Чудо-бука, не останавливайся!

Но бука замедлила бег, окруженная десятками, даже сотнями светящихся точек. Они были похожи на летучую елочную гирлянду – но это была не гирлянда, ох, нет! Это были жаждущие крови бучьи комары – сморщенные мордочки, острые пики, которые они наверняка уже вонзили в беззащитную буку. И Майкки, конечно, прекрасно знала, что будет дальше. Уруру застынет на месте, потому что больше всего на свете боится этих мелких кровопийц.

– Беги! – Майкки бросилась к буке.

– Нет, не туда! Сюда! – закричала Привратница, но напрасно – Майкки уже была в эпицентре визжащей стаи, рядом с букой.

– Оставьте ее в покое! – вопила Майкки, и, если эхо и повторяло ее крик, он затерялся в прочих криках и шелесте крыльев.

Вредэльфы метались туда-сюда, и, как Майкки ни отмахивалась, их становилось все больше. Бука тихонько подвывала и не двигалась с места, а комары облепляли ее мохнатое тело, вонзали в нее свои пики и жадно сосали бучью кровь – или что там течет в буках.

– Я сейчас разозлюсь! – отчаянно крикнула Майкки.

Она ухватила пару эльфов, одного за ногу, другого за крыло, и зашвырнула куда хватило сил. Но вредэльфы кишели, визжали и нападали снова.

И вдруг в туннеле раздался резкий свист. Непонятно было, откуда он идет, но для вредэльфов это был знак. Вся стая взмыла, словно подхваченная ветром, и растворилась во тьме. Через пару секунд от них не осталось и следа.

– Пойдем! – скомандовала Майкки буке, но в этом не было необходимости – бука уже подхватила ее под мышку и в ужасе бросилась бежать.

– Не туда! Сюда! – Голос Привратницы звучал все дальше и тише.

Бука остановилась, и Майкки открыла глаза. Привратница кричала не зря: бука действительно побежала обратно. Майкки чувствовала, как в бучьей груди барабаном стучит бучье сердце. Майкки изо всех сил обняла ее.

– Это был просто ужас, – шепнула она. – Ты ведь знала, что они там? Унюхала их или еще как-то учуяла?

Бука беспомощно вращала желтыми глазами. Вредэльфы ужалили ее раз сто, не меньше.

Майкки подняла взгляд от бучьей шкуры и взвизгнула. Рядом стояло странное существо, невозмутимо разглядывая Майкки и буку. Существо походило на вредэльфа, но было гораздо крупнее, ростом почти с человека, и у него не было пики, зато была сплетенная из корешков корзинка, полная конфет в разноцветных фантиках. Кожа у него была как у лягушки и казалась такой же влажной, и нос был плоский, похожий на лягушачий. Блестящие, выпуклые зеленые глаза не двигались и даже не мигали, и от этого существо особенно напоминало пресмыкающееся, хотя и стояло на двух ногах и было одето в какое-то бурое одеяние, а на шее у него висел рог.

Существо не сводило с Майкки глаз. Майкки вспомнила, как Привратница кланялась кошке, и поклонилась. Существо поклонилось в ответ.

– Здравствуйте, – сказала Майкки.

Она видела, что Привратница стоит в дальнем конце туннеля и, вытянув шею, пытается разглядеть, что у них происходит.

– Разрешите нам пройти? – очень вежливо попросила Майкки. – Привратница уже там, и мы шли туда же, но потом на нас напали эти ужасные эльфы.

Майкки махнула в сторону первого туннеля, но существо туда и не взглянуло – зато медленно покачало головой. Майкки недоуменно воззрилась на него:

– Что, правда? Нельзя?

Существо снова покачало головой. Может, оно не умело говорить? Существо подняло руку и показало на вход во второй туннель.

– Что, нам надо пойти туда? А как же Привратница? Она ведь вон там!

Существо не ответило. Оно равнодушно поклонилось, повернулось и явно собралось уходить. Напоследок оно сунуло руку в корзинку и бросило на землю горсть конфет.

Пещера тут же наполнилась визгом и шелестом: стая вредэльфов набросилась на конфеты. Откуда-то из сумрака вновь возникла черная кошка и ушла следом за лягушкоподобным существом.

– Фу! – с отвращением проговорила Майкки. – Как я сразу не догадалась? Тут живут вредэльфы, а это их мамочка, которая кормит их конфетами. Интересно, на этот раз я права?

Существо вместе с кошкой исчезло в темноте, мечущиеся огоньки понемногу растаяли, визг смолк.

Привратница стояла в дальнем конце первого туннеля и смотрела на Майкки и Уруру.

– Подожди нас! Мы идем! – крикнула Майкки в наступившей тишине, крепко взяла буку за большую мягкую руку и прошептала: – Не бойся, я о тебе позабочусь.

Глава 13

Хилла идет

Хилла вгляделась в замшелую стену. Точно. Вот они, муравьи. Сначала они бежали, как положено, по земле, а потом вдруг полезли на стену, а поскольку стена была облеплена мхом (или что там на ней росло), казалось, что они просто исчезают.

Если бы Хилла не была хладнокровной спортсменкой, она бы уже заволновалась. Все-таки под землей, где никого нет, радуешься и муравьям. С муравьями – это все-таки не в одиночестве.

Хилла не сразу заметила, что муравьи пропадают. Она шла себе спокойно по туннелю, стараясь не упасть, хотя коварные корни все время лезли под ноги. На ходу она представляла, как встретит Майкки или хоть кого-нибудь – не зря же тут прокопали этот туннель, наверняка по нему кто-то ходит. Если навстречу выйдет не Майкки, а местный житель, надо поговорить с ним вежливо: «Добрый день, меня зовут Хилла, и я, как видите, человек. Не попадалось ли вам тут еще одного человека, чуть поменьше меня?»

С Майкки, конечно, разговор будет совсем другой: «Вот ты дурында! Чем ты думала, когда рванулась под землю? Ты хоть понимаешь, что поставила под угрозу, например, мой футбольный лагерь? А мама с папой просто с ума сходят, так что пошли сейчас же домой!»

Вот тут-то Хилла запнулась о корень, растянулась на земле и обнаружила, что муравьи пропали. Взяли и исчезли по-тихому, как обычно и делают подобные мелкие существа.

Хилла поднялась и пошла обратно, не сводя глаз с земли. К счастью, муравьи ползают одними и теми же маршрутами и с одной и той же скоростью – и Хилла вскоре обнаружила на полу знакомую деловитую цепочку. И легко нашла то место, где муравьи вдруг устремлялись на стену и терялись во мху.

Тогда Хилла наклонилась к стене. Осторожно стала ворошить мох в разных местах, стараясь, однако, не подставлять пальцы муравьям (если муравьи вдруг найдутся). И вскоре заметила движение и самодовольно ухмыльнулась. Все-таки человек способен одержать победу над насекомыми, хоть в документальных фильмах о животных и утверждают иногда обратное.

Хилла раздвинула мох – да, теперь следовать за муравьями станет сложнее. Под мхом обнаружилась большая трещина, в которую муравьи ныряли так торопливо, точно спешили с утра на работу. Выходит, Хилле надо попасть туда же. Она поковыряла пальцем мох и землю вокруг трещины. Муравьи не обращали на нее внимания, бежали мимо двумя цепочками.

«По той, которая бежит обратно, будет легко найти дорогу домой», – подумала Хилла. Но сейчас ее больше интересовала другая цепочка.

Хилла подергала мох. Он отрывался крупными мягкими лохмотьями, но земля под ним была плотной и твердой. Хилла пожалела, что не взяла с собой лопату, в туннеле совершенно нечем копать – одни корни.

Хилла вцепилась в ближайший толстый корень и потянула. Корень не поддавался. Хилла со вздохом выпустила его и тут вспомнила про перочинный нож в кармане. Отлично. Он, правда, старый и тупой, но попробовать стоит. Хилла вытащила нож и принялась пилить корень.

Нож оказался еще тупее, чем Хилла ожидала, но постепенно корень сдался и хрустнул.

Сунув нож в карман, Хилла изучила корень. Слишком гибкий, но все же лучше, чем копать ногтями.

Хилла поскребла стену корнем. Трещина неожиданно легко раздалась. Не слишком ли легко? Хилла нахмурилась и тронула стену пальцем. Нет, твердая. Может, Хилла раздобыла какой-то суперкорень? Ладно, какая разница. Раз им копается, надо копать. Главное, что трещина растет.

Вскоре Хилла могла уже заглянуть в трещину. Куда же бегут муравьи? Не видно, света мало.

Можно было достать из кармана рюкзака фонарик, но Хилла торопилась и решила, что свет есть и поближе. Она оторвала от стены кусок мха, на котором то вспыхивал, то тускнел маленький огонек, и попыталась посветить им в трещину. Кусок мха был мягкий и бесформенный, Хилла сложила его вдвое, чтобы половчее ухватить. И тут кто-то укусил ее за палец.

– Ой! – Хилла выронила мох и затрясла рукой. – Ую-ю-юй!

Муравьи кусались больно, но с этим их укусы ни в какое сравнение не шли.

– Ую-ю-ю-юй! – подвывала Хилла, зажав руку под мышкой.

Палец жгло, он ныл и пульсировал. Хилла попыталась разглядеть след от укуса, но в туннеле было слишком темно. Не видно было ни крови, ни даже красноты. Хилла снова сунула руку под мышку и поддела носком кроссовка упавший на землю мох, на котором все еще ритмично мигал огонек. Кто же ее укусил?

Хилла наклонилась над огоньком и тут же отскочила, содрогаясь от отвращения. На мху сидело остроносое насекомое, похожее на помесь ящерицы с гигантским пауком, – зад у него вспыхивал и снова гас, как лампочка новогодней гирлянды. Существо покачивалось на месте, держась шестью цеплючими лапками за мох. Маленькие черные глазки изучали Хиллу.

«Вот он меня и тяпнул», – поняла она.

Потом она поняла еще кое-что. Подняла глаза и вгляделась в огоньки на стенах. И да – все они оказались такими же существами. У каждого были маленькие черные глазки, с подозрением изучающие Хиллу. Весь туннель кишел отвратительными кусачими чудовищами! В таком месте лучше не задерживаться.

Хилла бросилась снова расширять трещину. И в спешке далеко не сразу заметила перемену – трещина уже не темнела, ее что-то освещало. Что же?

Перестав копать, Хилла изумленно уставилась на собственную руку. Источником света была она сама! Указательный и большой пальцы светились, как два фонарика. Свет был тусклый и неуверенный, будто у фонариков садились батарейки.

Теплый красноватый свет шел из-под кожи. Пальцы жгло, и на ощупь они были горячие. Хилла недоверчиво фыркнула. Это чудовище заразило ее какой-то световой бактерией. Наверное, дома надо будет принять антибиотик. Хорошо хоть больше ничего не болит. Быстрее найти Майкки и возвращаться домой!

Хилла воткнула корень в дальнюю стенку, как кинжал, и полезла следом. Скоро она отсюда выберется.

«По крайней мере, муравьи больше никуда не денутся, – подумала Хилла, светя пальцами в туннель. – Удобно все-таки».

Глава 14

Попытка номер два

Глубоко под землей Майкки вглядывалась во второй темный туннель, низкий, полный больших валунов. Там странно пахло – как будто мокрыми шерстяными носками, – и Майкки не особенно хотелось туда заходить.

– Эй, есть тут кто живой? – негромко позвала Майкки, оглядывая туннель. Никакого движения, только темнота.

– Ну наконец-то! Я уж думала, что вы пошли обратно, – послышался издали знакомый ворчливый голос.

Майкки и удивилась, и обрадовалась:

– Привратница! Как ты туда попала? Я думала, ты пошла другим путем!

Но Привратница совсем не радовалась:

– Нет никакого другого пути, путь только один. Все темные туннели ведут в одно место – сюда. Как думаешь, почему, птичка моя?

– Почему?

– Сливающиеся Залы заманили нас в ловушку! Нас проверяют. Испытывают! Говорила ведь я. Туннели не хотят нас пропускать! – прокричала Привратница.

– Не волнуйся, мы с Уруру отсюда выберемся, – заверила Майкки.

– Почему вы побежали? Да еще в другую сторону? – причитала Привратница.

– Но ты же видела, что комары напали на Уруру.

– А ты забыла, что говорил твой синий приятель? Не беги в чужих залах, не беги. Буке ты рассказала об этом?

Майкки примолкла. Не рассказала. Она оглянулась на неподвижно стоящую буку с застывшими от страха глазами.

– Я забыла тебе кое-что рассказать, – начала Майкки.

– Что-что? Говори громче! – прокричала Привратница.

– Я сейчас ей скажу! И мы придем к тебе! – крикнула Майкки в ответ.

– Посмотрим. Не забывай, нас проверяют, нас испытывают. Мы не знаем, что в этом туннеле, – не унималась Привратница.

– Ну хватит, глупая! Мама всегда говорит, что друзей нужно не пугать, а поддерживать! – сердито воскликнула Майкки.

Она отвернулась от темного прохода и Привратницы – и повернулась к буке, посветлевшей, взъерошенной и испуганной.

– Послушай, мохнатая, – проговорила Майкки. – Здесь нельзя бегать. Не знаю почему, но так велел халат. Может, и комары стали нападать именно потому, что ты побежала. Понимаешь?

Бука кивнула. Майкки взяла ее за руку.

– Ты сможешь не бежать в этом туннеле? – уточнила Майкки.

Бука снова кивнула, и Майкки улыбнулась:

– Вот и отлично. У нас все получится.

Надо только медленно идти между камнями. Это не очень трудно.

Гибкие сильные пальцы буки сомкнулись вокруг ладошки Майкки.

– Ну, пойдем, – шепнула Майкки и потянула буку вперед.

Бука с сомнением последовала за Майкки ко второму туннелю. Они посмотрели на темные валуны, на Привратницу в дальнем конце, и Майкки вспомнила ее слова. Будет ли и здесь какое-то испытание? Майкки крепко сжала губы и решила вообще об этом не думать.

– Пойдем, – снова шепнула она буке. – Не бойся, просто иди рядом.

Осторожно, держась за руки, они вошли в туннель. Потолок был такой низкий, что Уруру могла бы его коснуться. Было тихо, даже эхо не отзывалось. Стены были так далеко, что не разглядеть, а потолок покрыт мягким темно-зеленым мхом.

«Странно, откуда под землей такие большие камни?» – подумала Майкки. Она протянула руку и погладила ближайший валун. Он был мягкий, шершавый и шевельнулся у Майкки под рукой – едва заметно, но все же шевельнулся! Майкки взвизгнула и отдернула руку.

Уруру остановилась и воззрилась на Майкки.

– Он шевелится, – шепнула она.

Бука обвела желтыми глазами пещеру и, кажется, не обнаружила ничего подозрительного.

– Но может, я и ошиблась, – решила Майкки. – Идем дальше.

И вдруг поодаль раздался скрежет. Майкки ахнула, а Уруру повернула голову на звук. Большой круглый камень на другом конце пещеры сдвинулся с места.

– Почему он двигается? – прошептала Майкки. – Он же камень.

– Поспешите, – послышался голос Привратницы издалека. – Только не бегите!

Уруру медленно наклонилась и взяла Майкки на руки. Майкки прижалась к мягкой бучьей шкуре и на всякий случай закрыла глаза. Скрежет становился сильнее, он звучал уже со всех сторон. Да что же это? Майкки снова открыла глаза. Все в туннеле будто раскачивалось. Похоже, камни разошлись не на шутку.

Майкки слышала, как громко стучит бучье сердце. Уруру осторожными медленными шажками пробиралась среди камней.

– Если они разгонятся как следует, мы превратимся в пюре. Пойдем скорее, а? – попросила Майкки.

Бука кивнула. Ей было страшно. Все ее огромное тело дрожало.

– Но только спокойно, совсем спокойно, – прошептала Майкки.

Огромный валун покатился прямо на них и чуть не раздавил. Но Уруру рыкнула и вовремя отскочила назад. К несчастью, бука споткнулась о камень, качнувшийся позади нее, и чуть не упала. Майкки двумя руками вцепилась в бучью шкуру. Уруру отпрыгнула в сторону, но это не помогло. Во всем туннеле не было ни одного тихого места. Камни скрежетали и раскачивались. Уруру нервно буркнула, подпрыгнула раз, другой, и Майкки почувствовала, что бука не просто прыгает, а беспорядочно мечется по туннелю.

– Перестань, глупая, перестань! – закричала Майкки. – Ты обещала, что не побежишь!

Но испуганную буку трудно было остановить. Сердце ее стучало, как барабан, и вдруг она взревела, повернулась и бросилась обратно, откуда они пришли.

– Не туда! Слышишь? – Майкки заколотила кулачками буке в грудь.

Бука то ли не слышала, то ли ей было все равно. Весь туннель позади них скрипел и грохотал. Майкки глянула из-за букиного плеча на ряды камней и вдруг заметила поблескивающие то тут, то там огоньки. У камней были глаза! Горящие зеленоватые глаза, они мигали и переглядывались. Майкки недоверчиво помотала головой, и тут Уруру, охнув, рухнула на колени, все так же крепко прижимая Майкки к громко стучащему сердцу. Они выбрались из туннеля.

Майкки снова вгляделась в темноту. Зеленые глаза пропали, скрежет и громыхание стихли. В несколько мгновений камни успокоились, и все стало как раньше. Только камни лежали на новых местах.

– Почему вы опять побежали? Бегать нельзя! – пронзительно крикнула им Привратница.

Майкки посмотрела на Уруру – та выпустила ее из объятий и неуклюже поднялась на ноги. Похоже, она спасла Майкки жизнь. Ну как там можно было не побежать? Разве Привратница не видела, что творилось?

– Остался только один туннель! – укоризненно прокричала Привратница.

– Сами знаем, – огрызнулась Майкки.

– Скажи буке, что бежать нельзя! Она должна понять!

Бука взглянула на Майкки. Та вздохнула.

– Слушай. Мне совершенно не хочется идти в этот последний туннель, но у нас нет выбора. Поэтому помни: что бы ни случилось, бежать нельзя. Понимаешь?

Бука без всякого выражения смотрела на Майкки. Потом перевела взгляд на третий вход.

– Понимаешь или нет? Кивни хотя бы.

Бука кивнула.

– Вот и хорошо. Тогда идем.

Бука снова кивнула. Заурчала, как кошка, и встряхнулась, как будто хотела встопорщить шерсть еще сильнее. Взяла Майкки за руку и решительно направилась к последнему туннелю.

Глава 15

Свет в стене

Бука стояла у входа в третий туннель и таращилась в темноту. Майкки выглянула из-за буки. Туннель был широкий и низкий, скорее даже не туннель, а просто подземное озеро. Темная неподвижная вода начиналась у самого входа и тянулась от края до края. Глубоко ли тут? Водятся в этой воде рыбы или еще кто-нибудь? Наверное, лучше сейчас об этом не думать.

Над поверхностью воды возвышались крупные ровные камни. Они образовывали тропки, ведущие в разные стороны. Большая часть троп терялась в сумраке, но одна шла прямиком от одного входа к другому – туда, где вырисовывался напоминающий гусеницу силуэт Привратницы. Даже по нему ясно было, что она очень встревожена.

– Смотри, вот тут легко пройти, – подбодрила буку Майкки.

Бука урурукнула в ответ. Глаза ее вглядывались в сумрак. Возможно, она видела что-то, чего не видела Майкки. Но бука почему-то больше не боялась. Она наклонилась к проходу, как будто прислушиваясь. Как будто ей вдруг захотелось пройти именно тут.

– Слышишь что-нибудь? – спросила Майкки.

Уруру повернулась к Майкки и странно заурчала.

– Что ты хочешь сказать? – не поняла Майкки.

Бука протянула мохнатые руки и подхватила ее.

Майкки прижалась к букиной груди и услышала спокойный, ровный стук. Наверное, сейчас все получится.

Уруру осторожно ступила на первый камень. Он был крепкий и устойчивый и даже не покачнулся. Бука шагнула на следующий. Он тоже устоял. Они медленно и осторожно переходили с одного камня на другой. Весь свет, какой был в туннеле, вдруг сконцентрировался на этих камнях, образовав световую дорожку, по которой они и шли.

Внезапно Уруру буркнула и остановилась, наклонив голову к теряющейся во мраке стене. Прислушалась.

– Что такое? – Майкки посмотрела туда же. В темноте обозначился слабый свет, он перебегал из стороны в сторону, точно подмигивая. Был ли он там с самого начала? Майкки сглотнула. Главное, не нервничать. – Пойдем дальше, – шепнула она буке.

– Почему вы остановились? Нельзя останавливаться! – закричала Привратница.

Теперь стало заметно, что огоньков два – свет будто разделился надвое.

– Что там? Это опасно? – тихонько спросила Майкки.

Уруру шевельнулась и уркнула, но скорее с интересом, чем в страхе. И собралась уже свернуть на другую каменную тропу, которая вела к огонькам.

– Ты точно туда хочешь? – прошептала Майкки.

Бука воззрилась на нее и неуклюже покивала.

– Но это ведь последний туннель. Если мы его не пройдем, нам, наверное, придется возвращаться, а я понятия не имею, как пробраться через потолок пещеры с бассейном обратно.

Бука тихонько взвизгнула.

– И Привратница ужасно рассердится, – продолжала Майкки.

Бука молча смотрела ей в глаза.

«Это очень важно», – поняла Майкки.

– Ну ладно, пойдем. Только быстро, договорились?

Бука буркнула в знак согласия. Майкки вгляделась в темноту. Каменная тропа просматривалась всего на пару метров. Уруру попробовала ногой первый камень. Он показался надежным.

– Почему вы свернули? – закричала Привратница.

– Мы только на минуточку, – отозвалась из объятий буки Майкки.

– Ни в коем случае! Остановитесь! Это последний туннель, последний! – Привратница, казалось, сама готова была броситься к ним. Не обращая на нее внимания, Уруру шагнула на следующий камень. Ее явно что-то заинтересовало. Что бы ни пряталось там в темноте, бука хотела подобраться к нему поближе. Майкки этого было достаточно.

Привратница осталась позади. Майкки и Уруру все дальше углублялись в темноту.

Отражения блуждающих огоньков поблескивали в воде. Майкки посмотрела на водную гладь. На миг ей показалось, что под водой шевельнулось что-то белое, но, когда Майкки протерла глаза и взглянула снова, вода была такой же черной и неподвижной, как раньше.

Наконец они дошли по камням до боковой стены.

– Ой, – выдохнула Майкки. Огоньки светили из стены, прямо изнутри.

Уруру осторожно опустила Майкки на ближайший камень и наклонилась к огонькам поближе. Накрыла их своей огромной ладонью, как будто пытаясь их почувствовать сквозь стену, и ласково урурукнула. Потом сжала пальцы в кулак и ударила. Послышался хруст. Уруру ударила во второй раз.

– Что ты делаешь?! – вскрикнула Майкки. – Перестань!

Но бука не перестала. Она стукнула по стене снова, мелкие камешки посыпались в темную воду.

– Ты с ума сошла? – закричала Майкки. – Зачем ты ее ломаешь?

Бука заурчала и наклонилась к стене. Огоньки не сломались, они горели заметнее прежнего – Уруру раскрошила только тонкую каменную прослойку. Теперь их отделял от Уруру и Майкки слой земли, прошитый корнями, и стало понятно, что огоньки изо всех сил стараются прокопаться навстречу. Они врезались в землю, как маленькие лопаты.

– Это какое-то животное? – шепнула Майкки буке. Та принялась копать огонькам навстречу, скребла землю и сдвигала в сторону упрямые корни. Внезапно огоньки выпрыгнули из образовавшегося отверстия, но не успокоились на этом, а продолжали его расширять.

– Уруру, кто это? – испуганно спросила Майкки. – Может, пойдем отсюда, пока оно не вылезло?

Снова послышался треск, большой ком земли бултыхнулся в воду. В стене возник довольно широкий проем – Майкки легко бы в него пролезла. Но в него уже и так кто-то лез, в тусклом свете пальцев обозначилось растерянное, измазанное грязью лицо. В свете чего-чего? Да, огоньки оказались светящимися пальцами – и чьими!

– Хилла! – ахнула Майкки. – Что ты тут делаешь?

Перепачканное лицо недовольно скривилось.

– Я так и знала, что ты тут! О, как я на тебя зла! – выпалила Хилла.

Глава 16

Пройти третий туннель

– Зла? Почему? – удивилась Майкки.

– Потому что ты дурацкая девчонка! Я тут все перерыла, пока тебя нашла, у меня, наверное, на всю жизнь останется земля под ногтями. А посмотри, что стало с моими пальцами! Мне теперь даже летом придется ходить в перчатках.

Хилла помахала светящимися пальцами у Майкки перед носом.

– Ты что, трогала огоньки на стенах? – ахнула Майкки. – Больно?

– Да! А ты что, знала про них? Могла бы предупредить!

– Как же я могла тебя предупредить? Я ведь не думала, что ты сюда собираешься. А если бы пальцы у тебя не светились, мы бы тебя и не нашли.

– Да что ты говоришь, – буркнула Хилла, сгребая землю и камни с прохода.

– Помочь тебе? – предложила Майкки.

– Сама уж справлюсь.

– Как ты сюда добралась?

– Пошла за муравьями. Вон за этими. – Хилла посветила пальцами на каменную стену, по которой ползли, как маленькие автомобильчики, муравьи – двумя цепочками, каждая по своей полосе.

– Ого! Они пришли сверху, с земли? – заинтересовалась Майкки.

– Небось за тобой следом, – фыркнула Хилла. – А я шла за ними от самой Бучьей скалы.

Майкки пригляделась к муравьям.

– Но сейчас они бегут мимо. Может, не замечают меня в темноте?

– Ай, ладно, какая разница, – отмахнулась Хилла. – Ну-ка подвиньтесь.

С этими словами Хилла вылезла на край прокопа и прыгнула. И хорошо, что Уруру была начеку и в последний момент ее подхватила – иначе Хилла бултыхнулась бы прямо в темную воду.

– Ой, – испуганно выдохнула Хилла, цепляясь за букину руку.

– Тут надо поосторожнее, – посоветовала Майкки.

Хилла огляделась:

– А мы вообще где?

– Я сама не знаю, – призналась Майкки. – Но тут может быть опасно. Надо поскорей дойти до Привратницы, пока не началось.

– Что не началось? – уточнила Хилла.

Майкки пожала плечами:

– Заранее никогда не знаешь.

– Очень странно, – проговорила Хилла.

– Это точно, – кивнула Майкки.

Бука опустила Хиллу на камень. Хилла взглянула на буку:

– А она стала другая на ощупь. Очень мягкая. Ты что, причесала ее?

Майкки с тревогой покачала головой:

– Нет, она упала в воду, и с нее смылась вся пыль. Теперь, наверное, Уруру не сможет исчезать.

– Ничего себе. А она вообще станет как раньше? С другой стороны, удобно, когда она не пылит.

Бука буркнула. Майкки сочувственно покивала:

– Наверное, станет, когда вернется домой. Наверное, ей надо поваляться в грязи или в чем она обычно валяется.

– Надеюсь, дома у нее грязи хватает, – хохотнула Хилла. – Ладно, пошли уже?

– Куда? – удивилась Майкки.

– Домой, конечно. Сейчас пойдем за обратными муравьями и придем куда надо.

– Но я же еще не была у Уруру в гостях, ты разве не понимаешь? Я пока не могу вернуться.

– Майкки, ну перестань! Я пришла тебя забрать, так что тебе придется пойти со мной. Дома тебя заждались, и вообще что за дурацкая идея – лезть под землю!

– Если она дурацкая, зачем ты сама сюда пришла? Сидела бы дома. – Майкки взяла буку за руку. – Пойдем, Уруру.

– Вот дурочка! – возмутилась Хилла. – Но не думай: одну я тебя тут не оставлю. Ты сама говоришь, что здесь опасно.

– Вообще-то да. Но я не одна, со мной Уруру и Привратница.

– Какая еще привратница? – спохватилась Хилла.

– Ну… трудно объяснить. Скоро сама увидишь. Только веди себя прилично.

– А я как себя веду, – огрызнулась Хилла. Майкки оглядела Хиллу.

– Халат говорил, что ко мне придет помощник, который везде застревает и может заблудиться. Наверное, тебя он и имел в виду.

– Никакой я не помощник и еще ни разу нигде не застряла!

Майкки повернулась к буке и попросила:

– Можно Хилла тоже пойдет к тебе в гости? Она обещает хорошо себя вести. Я не хочу оставлять ее одну, ты же сама знаешь, какие тут бывают ужасы.

Бука покивала.

– Какие ужасы-то? – снова спросила Хилла.

– Я же сказала: заранее никогда не знаешь. Всегда что-нибудь новенькое.

– И далеко еще идти?

– Понятия не имею. Да, вот еще что: тут нельзя бегать.

– Почему?

– Точно не знаю. Но как только начинаешь бежать, происходит что-нибудь ужасное.

– Ну, например? – не унималась Хилла. – Эй, а что это с букой?

Уруру вдруг зарычала. Низкий угрожающий рык рвался из груди, желтые глаза вращались, бука дернула Майкки за руку – ей явно хотелось поскорее отсюда уйти.

– Хилла, идем, – позвала Майкки.

– А вода почему закачалась? – спросила Хилла.

Вода и впрямь покрылась мелкой рябью, как от дуновения ветерка.

– Уруру, там что-то есть, – шепнула Майкки.

Бука перевела взгляд на волнующуюся воду и снова дернула Майкки за руку.

– Да что тут вообще происходит? – возмутилась Хилла.

– Надо идти. Хилла, дай Уруру руку! – скомандовала Майкки. – У нас мало времени.

Бука протянула Хилле руку, та нехотя ее приняла. Она не привыкла разгуливать за ручку с буками. Вдалеке снова запричитала Привратница:

– Птичка моя! Я слышу странные звуки, поторопитесь!

– Уже идем! – откликнулась Майкки.

– А это кто? – спросила Хилла.

– Да Привратница же! Скорей, скорей!

Первой шла Майкки, за ней Уруру и последней Хилла. Вода едва заметно колыхалась.

– Тут что, рыбы? – поинтересовалась Хилла.

– Ой, вряд ли, – покачала головой Майкки.

Шаг, еще один. Камень за камнем они приближались к освещенному проходу, где ждала Привратница. Но как ни быстро они шли, этого было недостаточно. Вода колыхалась все сильнее.

Вдруг послышался громкий плеск, а за ним странное фырканье. Майкки обернулась.

– Хилла, почему ты вся мокрая? – ахнула она.

Хилла вытерла футболкой лицо.

– В меня кто-то плюнул! – возмущенно проговорила она.

– Плюнул? Фу! Кто же?

– Да чтоб я знала. Я увидела в воде кого-то с круглыми белыми глазами. Потом оно вдруг вынырнуло и плюнуло, – сердито продолжала Хилла. – Какая-то дурацкая рыба!

Надеюсь, у меня не будет на нее аллергии.

Уруру сжала руку Майкки и заскулила.

– Пошли скорее, – сказала Майкки. – Мы уже почти у цели. Осталось восемь камешков.

Вода волновалась, брызги летели, но и идти оставалось всего ничего. Привратница с тревогой качала головой.

– Пять камешков, – сосчитала Майкки.

Вдруг бука пошатнулась, точно вот-вот упадет, и Майкки снова обернулась.

– Ой, почему ты взяла Хиллу на руки?

Хилла прижималась к буке, вцепившись в нее обеими руками:

– Я снова видела глаза. Как минимум, три пары. И это не рыбы, а такие… Не знаю, короче, но надо отсюда сматываться! Бегом!

– Только не бегом, – поправила Майкки. – Просто быстро. Всего пять камешков.

Майкки ступила на пятый камень, на четвертый, на третий… Привратница стояла в проходе, зажмурив глаза.

– Открой глаза и подвинься, – велела ей Майкки.

Привратница с облегчением послушалась, но тут же ее маленькие темные глазки сделались круглыми от ужаса. Майкки проследила за ее взглядом и завизжала. Следом завизжала Хилла, еще громче. И Майкки вдруг почувствовала, что ничего не может поделать со своими ногами: они бегут сами собой, и их невозможно остановить, да Майкки и не собирается, потому что видит в темной воде ужасное бледное существо. Это не рыба и не девочка, а что-то среднее. Она покачивается на воде и плавно шевелит тонкими ногами с плавниками вместо ступней. Вместо рук у нее серые кожаные ласты с острыми когтями. Существо таращится круглыми глазами на Майкки, и рот его растягивается в нехорошую усмешку.

Когда Майкки бросилась бежать, бука вынуждена была последовать за ней. Рыбья девочка захохотала, вытянула когтистые ласты и попыталась схватить буку за ногу, но не успела. Тогда она нырнула, быстро кувыркнулась под водой к соседнему камню и нажала на него своей ластой. Камень медленно опустился под воду и пропал. Уруру едва успела с него соскочить. Рыбья девочка засмеялась и тоже исчезла под водой. Спустя мгновение она была уже у следующего камня. Такие же существа выныривали по всему озеру, и камни тонули один за другим.

Правда, Майкки этого не видела – она прыгнула с последнего камня прямо к Привратнице. Рука ее выскользнула из букиной руки.

– Ты спасена! – провозгласила Привратница.

– А Хилла и Уруру?

Бука застыла на предпоследнем камне с Хиллой на руках и не отводила взгляда от своих ног. Камень, на котором она стояла, медленно погружался в воду.

– Прыгай, дурацкая бука, прыгай! – закричала Хилла.

Рыбья девочка уже тянула ласту к щиколотке Уруру.

– Прыгай! – крикнула и Майкки.

И бука прыгнула. Плеснула вода, бука перелетела с Хиллой на руках через последний камень и тяжело приземлилась рядом с Майкки.

– Ой, Уруру, ну зачем же ты там стояла? – Майкки бросилась обнимать буку.

Хилла, все еще сидевшая на руках у буки, оказалась зажата между ними, как котлета между двумя половинками гамбургера, но ничего не имела против: объятия ей сейчас нужны были как никогда. Из безопасного укрытия Хилла бросила взгляд на озеро позади. Дорожка из каменных плит исчезла, остались только темные волны. Над поверхностью воды то тут, то там показывалось то белое бедро, то белая рука – рыбьи девочки поглядывали на пришельцев и смеялись странным шелестящим смехом.

– Как мы вообще попадем домой? – спросила Хилла.

– Может, в следующих пещерах привратники будут поуступчивее, – сказала Привратница.

– А может, камни всплывут снова, – пробубнила Майкки в бучью шкуру.

– Майкки!

Майкки подняла голову.

– Ты вот этих имела в виду, когда говорила, что здесь может быть опасно?

– Естественно, – откликнулась Майкки. – Привратница ведь предупреждала, что это нехорошее место.

– Мы здесь не одни, – мрачно подтвердила Привратница.

Хилла ничего не ответила. Она все еще была бледной после пережитого.

– Что это за земную птичку вы нашли в пещере? – Привратница наконец ее заметила.

– Это же моя сестра Хилла! – воскликнула Майкки. – Хилла, это Привратница, она умеет слушать дорогу ногами и все тут знает.

– Сестра, – уважительно повторила Привратница и поклонилась.

– Здравствуйте. – Хилла тоже изобразила неуклюжий поклон.

– А как сестра попала под землю? – поинтересовалась Привратница.

– Копала. Лопатой, – объяснила Хилла.

– Лопатой, – повторила Привратница, и Хилла почувствовала, что ей не верят. Потом зеленое существо пожало плечами и продолжило: – Что ж, лопатой так лопатой. А у меня для вас хорошие вести. Я чую ногами бучью стаю. Мы почти пришли. Скоро мы выберемся с этого недоброго этажа.

– Уруру, ты слышишь? Мы скоро придем к тебе домой! – воскликнула Майкки.

Уруру поурчала.

– О, в кармане что-то появилось, – заметила Майкки.

Карман халата зашевелился, точно кто-то небольшой пытался там угнездиться.

– Снова плоская еда из ванной, – предрекла Привратница.

Майкки ощупала карман.

– Да, бутерброд. Хилла, это тебе. Ты, наверное, страшно проголодалась, пока копала.

Хилла повернулась спиной к темному озеру, развернула бутерброд и откусила. И ей сразу полегчало. Бутерброд – это что-то надежное и безопасное. Хилла опустилась на каменный пол и закрыла глаза.

– Вот и хорошо, вот и славно. – Привратница присела рядом с ней. – Сейчас поедим и пойдем дальше.

Глава 17

Фотографии и прочие послания

Каапо опустил в карман красного халата шариковую ручку и подождал, пока она, чуть подрагивая, втянется внутрь. Потом сунул туда же маленький блокнот на пружинке. На первой странице он написал: «Хилла, ты там? Сейчас пришлем фотоаппарат, пофотографируй». Когда исчез и блокнот, Каапо положил в карман маленький фотоаппарат – мама только что купила новый.

– Ну, ушло? – не утерпела мама.

– Еще нет, слишком большой, – отозвался Каапо. – Вот, теперь ушло.

Мама покивала:

– Это был самый маленький, какой я нашла. На, отправь еще один бутерброд… И еще один.

– Подожди, не так быстро, – пробормотал Каапо.

Мама протянула ему еще бутылочку с водой.

– А потом шоколадку.

– Давай сделаем перерыв, – предложил Каапо.

– Почему? – удивилась мама.

– Майкки не сможет ответить, если карман будет все время занят. Мы же хотим узнать, добралась ли до нее Хилла?

Мама нехотя кивнула. Каапо заглянул в карман:

– Ну вот, бутылка ушла. Теперь ждем ответа.

– А долго ждать?

Каапо пожал плечами:

– Посмотрим.

Они подождали. И еще подождали.

– Наверное, Хиллы там нет, – решила мама. – А то она бы ответила. Хилла такая быстрая.

– Не всегда. Вообще не факт, что Хилла догадается открыть блокнот. А вот Майкки догадается.

– Думаешь?

– Но Майкки сначала поест, а потом будет разбираться, что еще пришло. Поэтому и не надо больше слать бутербродов.

Мама, кажется, удивилась:

– Откуда ты все это знаешь?

– Ну, я ведь давно знаком с ними обеими.

Мама промолчала. Они подождали еще немного.

– Сколько нужно времени, чтобы съесть один бутерброд? – поинтересовалась мама.

– Смотря кто ест. Хилла быстро, Майкки медленно.

Карман шевельнулся.

– Ну вот, – прошептала мама.

Каапо сунул руку в карман, пощупал и протянул разочарованно:

– Какой-то мусор.

– Не мусор, а обертка от бутерброда, – поправила мама. – Значит, Майкки не наелась. Надо отправить еще.

– Подожди, опять двигается. Теперь что-то побольше… А, пустая бутылка.

– И вода у нее закончилась. – Мама выхватила у Каапо бутылку. – Пойду налью.

Мама убежала в кухню, а карман снова пришел в движение. Он пыхтел и надувался, казалось, оттуда пытается вылезти какое-то живое существо. Каапо осторожно заглянул внутрь.

– Мам, иди сюда!

– Что такое?

– Иди скорей!

Мама появилась в дверях ванной с бутылочкой в руках. Каапо пытался что-то вытянуть из кармана.

– Фотоаппарат застрял. Майкки сунула его не той стороной.

– Дергай сильнее!

Каапо дернул, и фотоаппарат наконец оказался у него в руках.

Мама протянула ему бутылку и шоколадку.

– Отлично! А теперь отправь вот это.

– А бутеброды?

– И бутерброды, обязательно! Ребенок там голодный…

– Возможно, там два голодных ребенка, – заметил Каапо, засовывая в карман один за другим два бутерброда. Потом он положил халат на пол и включил фотоаппарат. – Давай посмотрим, что там.

Мама села рядышком.

– Всего шесть фотографий. – Каапо щелкнул на начало. – Вот первая.

– И что же это? Какая-то колбаса?

– Наверное, палец на чьей-то ноге, просто смазался, – решил Каапо. – Видимо, там мало света.

– Как думаешь, это может быть Хиллин палец? – Мама вгляделась в фотографию.

– Пальцы у всех примерно одинаковые…

Давай смотреть дальше.

Мама кивнула. Увы, следующая фотография тоже оказалась смазанной. Там не было даже пальцев, только серые и черные пятна.

– Это что, стена? Почему такие плохие фотографии? – недоумевала мама.

– Майкки не умеет пользоваться фотоаппаратом, а если там еще и Хилла, они просто не поделили фотоаппарат, – объяснил Каапо.

– Да неужели Хилла с Майкки будут ссориться из-за фотоаппарата? – не поверила мама.

– Еще как будут… О, вот теперь четко!

– Хилла там! – ахнула мама, взглянув на третий снимок. – И Майкки, кажется, в порядке, какое счастье! А у Майкки на плече, видимо, букина рука? Ох, а это еще кто?

Зеленоватое существо на фотографии наклонялось поближе к фотоаппарату, видимо пытаясь получше

его разглядеть. Оно щурило маленькие темные глазки и недоверчиво смотрело прямо в камеру.

– Наверное, какой-то подземный житель, – пожал плечами Каапо.

– Я думала, под землей живут буки, – заметила мама.

– Кто знает, кто там еще живет.

– Тоже верно… Это явно не человек и не бука. – Мама наклонилась к экрану. – Тебе не кажется, что оно как-то недобро смотрит? И все такое всклокоченное… Что, если оно опасное?

– Если бы оно было опасное, вряд ли Хилла и Майкки стали бы с ним фотографироваться, – рассудительно проговорил Каапо.

Каапо щелкнул на следующий снимок. Он оказался почти такой же, как предыдущий, только менее четкий: зеленое существо сунуло нос еще ближе к объективу. Каапо снова нажал на стрелочку:

– Так, это уже пятый.

– Да что же тут такое? – не поняла мама.

– Наверное, живот буки крупным планом… А у фотографа опять дрогнула рука.

– Давай уже шестую, – попросила мама. – О, вот это куда лучше! И видно, что там вокруг.

Каапо кивнул.

– Какая большая пещера. И растений нет, только камни. А вообще там довольно светло. Откуда же идет свет? Наверное, в потолке есть щель.

– Гляди, у Майкки за спиной начинается какой-то коридор.

– Что, если они там заблудятся? – забеспокоилась мама.

– Вряд ли, смотри, как быстро Хилла нашла Майкки, – успокоил Каапо.

Мама кивнула и снова вгляделась в фотографию. Майкки стояла в самом центре кадра, в халате и такая же лохматая, как зеленое существо по левую руку от нее. Она смотрела на Хиллу, которая ухмылялась прямо в камеру.

– Говори что хочешь, но взгляд у него недобрый, – пробормотала мама.

– Может, оно никогда не видело фотоаппарата, – предположил Каапо.

– Давай следующую.

– А больше нет, было всего шесть.

– Может, отправить фотоаппарат обратно? – предложила мама. – Пусть еще поснимают.

Каапо кивнул:

– А давай тоже сфотографируемся и отправим им? Типа привет с земли.

– Точно! – обрадовалась мама.

Они сели рядом, и Каапо вытянул руку. Щелк.

– Покажи, что получилось, – попросила мама.

Каапо повернул экран к маме. На фотографии два бледных существа сидели на кафельном полу, глуповато уставившись в камеру. Взлохмаченные волосы, неестественные позы. На заднем плане корзина с грязным бельем, а в углу еще куча каких-то тряпок и скомканный красный халат.

– Мартышки-кочерыжки! – воскликнула мама.

– Ну что?

– Как думаешь, что подумает это зеленое существо, когда нас увидит?

– Наверное, испугается, – ухмыльнулся Каапо.

Мама с беспокойством посмотрела на Каапо:

– И правда. У нас такой ужасный вид. Давай переснимем. Сейчас я тут немножко приберусь. А ты причешись и поправь капюшон. Где же моя расческа?

Мама принялась заталкивать полотенца и кучу белья за стиральную машинку и вдруг остановилась.

– А может, папу тоже позвать? Сфотографируемся все вместе в гостиной, там почище и света больше. Каапо, что ты делаешь? Ты ведь не отпра…

– Именно. – Каапо уже заталкивал фотоаппарат в карман.

– Каапо, не посылай эту фотографию!

– Уже послал.

Это было не совсем правдой – фотоаппарат еще подрагивал в кармане, но через пару секунд исчез.

– Каапо! – воскликнула мама. – Зачем ты так поступил? Совсем на тебя непохоже.

– Ну надо же когда-то начинать, – лучезарно улыбнулся Каапо.

Глава 18

По следам буки

– Скажи ей, чтоб вернула фотоаппарат, – прошептала Хилла.

– Привратница, отдай, пожалуйста, фотоаппарат, – попросила Майкки и протянула руку.

– Погоди, моя хорошая, – пробормотала Привратница. – Выходит, эта штука умеет останавливать время? Запирает его в этой коробочке?

Привратница держала фотоаппарат обеими руками, точно опасалась, что он сбежит.

– Ну, можно и так сказать, – с сомнением проговорила Майкки.

– Да нет же! – запротестовала Хилла. – Это фотоаппарат. Он делает фотографии. На них можно потом смотреть, если хочется, но это просто картинки, понимаешь?

Привратница задумчиво покивала:

– Скажи-ка еще раз, как оно называется?

– Фо-то-ап-па-рат, – проговорила Хилла по слогам.

– А то, другое место?

– Ванная? – догадалась Майкки.

– Да, ванная, – повторила Привратница. – Что там делают, в ванной?

– Смотря кто, – засмеялась Майкки.

– А если я попаду в ванную, что я там буду делать?

– Кто тебя знает? Это тебе надо самой попробовать, – фыркнула Хилла.

Привратница недоверчиво взглянула на Хиллу:

– Я тоже могу оказаться в ванной?

– Если влезешь к Майкки в карман, – пожала плечами Хилла.

– Но ты ведь пришла не из кармана.

Привратница повернулась к Майкки:

– И ты, стрекотунья, тоже. Выходит, дверей больше, чем я думала, куда больше.

– Ну да, я шла за буками, а Хилла – за муравьями. А ты можешь пойти за нами, когда мы пойдем домой, – радушно предложила Майкки.

– Вообще-то нет. – Хилла скорчила Майкки рожу. – Или надо сначала хотя бы спросить у мамы. Да, а теперь еще и у папы.

– У папы? А думаешь, он не разрешит? – удивилась Майкки.

– Трудно сказать, – с нажимом проговорила Хилла.

– В ванной можно упасть? – продолжала выяснять Привратница.

– Да нет, – хмыкнула Хилла. – Там обычно не происходит ничего неожиданного. Ну, разве что из душа сначала пойдет холодная вода.

Привратница покивала и решила:

– Я хочу попасть в ванную.

Хилла округлила глаза, а Майкки тут же согласилась:

– Конечно приходи! Маме мы отправим записку. А кстати, может, уже пойдем дальше?

– Пойдем дальше, – кивнула Привратница, возвращая фотоаппарат.

– Ну наконец-то, – буркнула Хилла.

Майкки сунула фотоаппарат в карман халата и посмотрела на буку, которая давно нетерпеливо топталась на месте.

– Уже идем, Уруру, уже идем.

Поначалу проход был таким узким, что казался просто трещиной в скале, но постепенно он становился шире, а потолок выше.

В какой-то момент Майкки заметила, что они идут уже не по каменному полу – под ногами снова была земля, корни и что-то шуршучее, может, даже сухие листья и кустики черники.

Привратница остановилась и похлопала по земле ступней.

– Что-то чувствую, – пробормотала она и принялась сосредоточенно ходить по кругу.

Майкки, Хилла и Уруру терпеливо ждали.

– Что она делает? – шепнула Хилла.

– Ищет дверь. Но ближе лучше не подходить. В прошлый раз мы все провалились в подземный бассейн, тогда Уруру и промокла.

Привратница опустилась на колени и приложила ухо к земле.

– Вот здесь, – с довольным видом заключила она и ощупала тонкими пальцами землю.

– Что там? – заинтересовалась Майкки и шагнула поближе.

– Дверь, вот что. И новая дорога. Наконец-то выберемся с этого этажа.

– Дорога, по которой ходят буки? – Майкки подошла почти вплотную к Привратнице.

– Именно так, птичка моя. – Привратница стряхнула землю с пальцев. – Мало кто про нее знает, а все же это дорога.

На земле обозначилась маленькая круглая дверца.

– А ручки-то нет, – заметила Майкки.

Привратница подобрала с земли толстый корень и поддела им дверцу. Но дверца даже не двинулась, а корень разломился.

– Ах ты, вершки-корешки, – пробормотала Привратница.

– Что она говорит? – шепнула Хилла.

– Ругается, – шепнула в ответ Майкки.

Уруру нетерпеливо зарычала у них за спиной.

– Постой спокойно, – попросила Майкки, но бука не хотела стоять спокойно. Она протолкнулась к дверце, решительно подсунула под нее толстые пальцы и потянула. Послышался легкий треск, и в земле возник люк.

– Ну и силища, – уважительно проговорила Хилла.

Майкки кивнула.

Но Уруру даже не смотрела на них. Взгляд ее был прикован к темному отверстию. А потом бука сгруппировалась и нырнула в него, даже не оглянувшись. Земля дрогнула.

– Уруру, подожди! – ахнула Майкки.

– До ее дома уже рукой подать, – покачала головой Привратница. – Здесь ей положено быть со своей стаей.

– Уруру не стайное животное, – запротестовала Майкки. – Она обязательно меня подождет.

– Похоже, что она решила подождать тебя внизу, – усмехнулась Хилла.

– И подождет, вот увидите! – Майкки подошла к люку и, взмахнув лохматым хвостиком, прыгнула вниз.

– Стой! – закричала Привратница.

Хилла метнулась к отверстию в земле и посветила в него пальцами.

– Ну, следовало догадаться, – фыркнула она.

– И догадываться нечего, если заранее знаешь, – откликнулась Майкки из объятий буки.

Бука выжидающе посмотрела наверх.

– Прыгайте, Уруру вас поймает. – Майкки встала на ноги. – Может, она и вас тоже ждала.

– Пфф, – фыркнула Хилла. – Скажи своей буке, чтобы отошла с дороги.

Хилла села на край люка и прыгнула. Прыгать было невысоко, а земляной пол смягчил падение. Хилла посмотрела наверх. Привратница опасливо заглядывала в люк. Уруру протянула мохнатые руки, и Привратница осторожно опустилась буке в объятия, а из них на землю.

– Надо закрыть дверцу? – спросила Майкки.

Уруру вытянула руку и задвинула крышку на место. Послышался тихий стук – дверца закрылась. В туннеле стало темно, хоть глаз выколи. Точнее, стало бы, если бы пальцы Хиллы не мерцали, как две маленькие свечки.

– Я тоже такие хочу, – с восхищением проговорила Майкки.

– Ишь ты, – буркнула Хилла.

Она посветила пальцами вокруг. Темный земляной туннель тянулся только в одну сторону. Тут уж не заблудишься.

– Светоносец пойдет впереди, – провозгласила Привратница.

– Хилла, ты слышала? Можешь идти первой. Ты ведь любишь быть первой, – обрадовалась Майкки.

Хилла, как ни странно, промолчала, просто встала впереди маленького отряда и посветила перед собой. Свет был слабый и едва захватывал Хиллины кроссовки. А дальше начиналась непроглядная тьма.

– Плохо видно. Так что извините, будет медленно, – сказала Хилла.

Почти сразу туннель резко пошел вниз, идти стало трудно.

– Будто в шахту спускаемся, – заметила Майкки. – Интересно, буки живут в самом центре земли?

– Я думаю, что этот туннель лежит под водой, – откликнулась Привратница.

– Под водой? – испуганно повторила Майкки.

– Под маленькой водой, – успокоила Привратница. – Я слыхала, что буки живут на острове. Думаю, это туннель к их острову.

– Собственный остров! Я люблю острова! – обрадовалась Майкки.

Бука довольно заурчала.

Туннель постепенно выровнялся.

– А скоро мы придем? – спросила Майкки у Привратницы.

– Как придем, так и узнаем, – в своем духе ответила та.

– Хилла, ты что-нибудь видишь впереди?

– Темноту, – буркнула Хилла.

– Надо просто идти, – наставительно произнесла Привратница.

Хилла вдруг остановилась.

– Ого, – удивленно выдохнула она.

– Что такое? – забеспокоилась Привратница.

– Туннель кончился. Тут стена. Я в нее чуть не врезалась.

Хилла посветила пальцами в разные стороны: они действительно уткнулись в тупик.

– Мы что, пошли неправильной дорогой? – огорчилась Майкки.

– Нет, нет, не может быть. – Привратница обошла Майкки и принялась простукивать стену рядом с Хиллой.

– Чувствуешь что-нибудь? – поинтересовалась Майкки.

Привратница покачала головой.

Уруру тихонько забурчала и нетерпеливо затопталась позади всех.

– Да как это может быть? – бормотала Привратница.

Уруру протянула толстую лапищу над Майккиным плечом, словно хотела отодвинуть Привратницу. Та отпрыгнула в сторону и укоризненно посмотрела на буку:

– Что это с ней?

Майкки не успела ответить – бука протиснулась мимо нее и Привратницы. Привратница охнула, а бука заворчала – похоже было, что она обнюхивает стену.

– Чего она толкается? – возмутилась Хилла.

– Буки – дикий народ, – обиженно начала Привратница, но тут же смолкла.

Под верхним слоем земли бука обнаружила чуть вдавленную в стену веревочную лестницу. Лестница вела вверх. Бука отцепила ее от стены и несколько раз сильно дернула, точно проверяя, выдержит ли та. Лестница выдержала. Бука встретилась глазами с Майкки.

– Иди первой, – проговорила Майкки дрожащим от волнения голосом. – А я за тобой.

Бука ухватилась сильными пальцами за перекладину, устремила взгляд вверх и полезла.

Привратница покачала головой:

– Иногда буки знают то, чего не знают другие. Я думаю, мы почти пришли. Полезешь за ней, птичка моя?

– Конечно полезу, – ответила «птичка».

Глава 19

Обитатели бучьего острова

Хилла высунула голову из туннеля, как заяц из норы, и огляделась. Вокруг рос синеватый кустарник. Пахло лесом и свежим воздухом, а еще чем-то сладким: цветами или фруктами. Вверху, далеко, мерцали маленькие огоньки – звезды? Стояла ночь, над головой шелестели высокие старые деревья, в сумраке летали бражники и какие-то светящиеся бабочки. Это явно была не пещера. В таких местах Хилла еще не бывала.

– Сестра земной птички, можно нам вылезать? Сил больше нет висеть на лестнице, – пожаловалась снизу Привратница. Это привело Хиллу в чувство.

– Сейчас! – крикнула она и выбралась из туннеля, а потом протянула руку Привратнице. Та неуклюже выкарабкалась и принялась поправлять волосяную мантию.

– Вот и прибыли! – торжественно провозгласила она, осматриваясь. – Мои ноги не соврали. Какие высокие тут потолки!

– Мы разве не на поверхности земли? – удивилась Хилла.

– Вот уж нет, – ответила Привратница. – Мы у бук на острове. А где же стрекотунья?

– Похоже, что там. – Хилла махнула в сторону скрюченных деревьев – оттуда слышались треск, бурчание и Майккин смех.

– Ага. Надо пойти посмотреть, – решила Привратница.

Между высокими кривыми деревьями каталась по земле, разбрасывая листья, довольная бука.

Рядом хихикала Майкки. Заметив Привратницу и Хиллу, она закричала:

– Смотрите, скоро она опять станет пыльной!

Бука заурчала. Казалось, она купается в грязи. В воздухе витал запах земли и прелых листьев.

Но Привратница смотрела не на кувыркающуюся буку, а на лесок позади нее.

– Быстро нас заметили, – проговорила она.

– Что значит «заметили»? – уточнила Хилла. Посмотрела туда и ахнула: из зарослей на них смотрели десятки, если не сотни желтых круглых горящих глаз.

Уруру медленно поднялась и послала своей стае ответный взгляд. Хилла покосилась на нее, потом снова на заросли. Что, если остальные буки разозлились, что Уруру не вернулась вместе с ними? Но ничего не происходило. Было совершенно тихо.

– Почему они так смотрят? – шепнула Майкки.

– Не знаю, птичка моя, – откликнулась Привратница. – Чего-то ждут.

– И чего же? – поинтересовалась Хилла.

Из леса послышался шорох – тихий, легкий, непохожий на хруст и треск, производимые буками. Майкки вопросительно поглядела на Привратницу – та щурила маленькие темные глазки, вглядываясь туда, где шуршало.

Из-за деревьев показался кто-то небольшой, лохматый и, похоже, очень старый. Он шел согнувшись, опираясь на удивительно сучковатую палку. Заметив на краю леса Уруру, он радостно стукнул палкой оземь:

– Пришла наконец! Я уж боялся, что заплутала. Как это ты отбилась от остальных?

Голос был высокий и скрипучий. Уруру ласково заворчала в ответ.

– Кого же ты к нам привела? Привратницу узнаю, а остальные – неужели люди? Люди из верхнего мира?

Старик с трудом подошел поближе, всматриваясь в гостей блекло-голубыми глазами. Майкки вежливо поклонилась:

– Да, мы люди, с поверхности земли. Я Майкки, а это моя сестра Хилла. А вы что за существо?

Старик хохотнул:

– Существо? Я человек, такой же, как и вы.

Хилла с Майкки недоверчиво оглядели его зеленоватую кожу и длинные седые космы.

– Прямо вот обычный человек? – уточнила Хилла.

– Самый что ни на есть, – усмехнулся старик. – А по мне и не скажешь?

Майкки с Хиллой переглянулись, а старик, не дожидаясь ответа, продолжал:

– С годами начинаешь походить на местных жителей. Крайне интересное явление! Кожа зеленеет, вы заметили? Космы отрастают, как у привратников. Вероятно, это связано с отсутствием солнечного света. Или с изменениями в питании. Поди знай.

Привратница обиженно прищелкнула языком.

– Только не поймите меня неправильно, – торопливо поправился старик. – Я восхищен вашими волосами! Но давайте поспешим – пройдем в мое логово, там и поговорим. Ведьмы вряд ли обрадуются, узнав, что сюда пожаловали новые люди.

Старик повернулся и побрел по тропинке, опираясь на палку.

– Интересно, он про тех самых ведьм? – шепнула Хилла.

– Здесь есть ведьмы, которые всем управляют, – ответила Майкки неопределенно. – Пойдем скорее, а то еще потеряемся!

Первой шла Привратница, за ней Хилла, последней Майкки. Буки внезапно растворились в лесу, только их темные тени мелькали за деревьями да слышался треск и хруст. Майкки уже не знала, где Уруру, – наверное, присоединилась к остальным букам.

– Подозреваю, что вы попали сюда через тот же туннель, что и буки, – заговорил старик. – А дверь вы за собой закрыли? Замаскировали?

– Забросала я ветками, забросала, – успокоила Привратница. – Мало кто про этот путь знает, правильно я думаю?

– Неофициальный маршрут, что и говорить, – согласился старик. – Лучше ему таким и оставаться.

Привратница покивала. Тропинка вела все глубже в лес, между замшелыми валунами, мимо журчащего ручья, сначала на холм, потом вниз. Заросли становились гуще, синие листья – темнее, почти фиолетовыми. Тропа сужалась, ветви сплетались над головой. И вдруг они вышли из леса и оказались на полянке перед высокой, поросшей мхом скалой.

На краю поляны стояло больше десятка сплетенных из корней шкафов. В скале различался вход в пещеру, внутри, похоже, горел огонь. На другом краю виднелись ямы, наполненные, судя по всему, хворостом и землей.

– Здесь Уруру и живет? – радостно спросила Майкки.

Старик кивнул:

– Да. Буки живут здесь. А я – вон там в пещере.

– Прямо рядом с буками? – ахнула Майкки.

– Да, живу по соседству, наблюдаю. Можно сказать, жизнь этому посвятил.

– А что в тех шкафах? – поинтересовалась Хилла.

Старик оперся на палку и посмотрел на Хиллу:

– Крайне интересный вопрос! Долгое время я полагал, что шкафы являются для бук подобием жилья. Но позднее у меня возник вопрос: для чего буке жилье? Она ведь никогда не спит. У нее нет никакого имущества. Зачем ей шкаф, а?

– А правда, зачем? – спросила Майкки.

– Низачем, – предположила Хилла.

– Нет-нет, шкаф просто необходим, – с воодушевлением продолжал старик. – Эти мудрые существа уходят в шкаф, когда нуждаются в покое, хотят очертить свои границы. Именно для этого предназначены шкафы.

– Ого, – проговорила Майкки.

– Поэтому твоя бука и втискивалась в шкаф в прихожей, – усмехнулась Хилла.

Лес вдруг затрещал и захрустел. На поляну одна за другой выскакивали буки, земля сотрясалась от их топота. Уруру легко было узнать – ее светлая шкура все еще выделялась среди остальных.

– Вам что, удалось ее помыть? – удивился старик.

– Можно и так сказать, – кивнула Майкки.

– Бука упала в бассейн в Сливающихся Залах, – покачала головой Привратница.

– Не самый простой путь вы выбрали, – заметил старик.

– Не мы его выбрали, а он нас, – поправила Привратница.

– И все-таки все закончилось хорошо! – воскликнула Майкки и подмигнула Привратнице.

Старик помахал худой рукой в воздухе:

– Эй, Уруру! Ступай в ванную, приведи себя в порядок. Все готово!

Бука подошла к ямам на краю поляны, немного потопталась перед ними, наконец выбрала одну и плюхнулась в нее животом вперед, растопырив руки. В воздух взметнулось облако пыли, а из ямы послышалось довольное урчание.

– Скоро станет как новенькая, – усмехнулся старик. – Можно сказать, что для буки чистота противоположна тому, что понимает под ней человек. Это крайне интересный факт! Чем больше пыли и грязи, тем лучше ее самочувствие.

Хилла фыркнула, а старик продолжил, с нежностью глядя на бук, которые топтались по полянке:

– Уникальные, невероятные создания. Их можно обучить чему угодно. И они очень верные друзья. Но проходите же, проходите! Крайне любопытно будет узнать, как и почему вы здесь оказались. А я только что сварил крепчайший, ароматнейший бульон из кореньев, на земле вас нигде таким не угостят.

Изнутри пещера старика совсем не походила на пещеру – скорей это был небольшой уютный дом в несколько комнат. В камине что-то горело – но не огонь, а ярко-оранжевые огненные шарики под стеклянным колпаком.

– Что это? – спросила Майкки.

– Спящие золотые курочки, – объяснил старик. – Крайне интересные существа. Днем летают в поисках пропитания и не испускают совершенно никакого свечения. А вечером, когда я ставлю на крыльцо стакан, слетаются туда, засыпают и начинают светиться. Утром я выношу их обратно, они просыпаются и улетают. Я уже некоторое время веду за ними наблюдения.

– Ого! – восхищенно выдохнула Майкки. – А они кусаются?

– Нет, что вы. Они только спят и излучают свет.

– Хилла, ты слышишь? Они не кусаются, – заметила Майкки.

Старик с интересом посмотрел на Хиллу.

– А вас, барышня, похоже, укусила туннельная ящерка? Не беспокойтесь, свечение через какое-то время прекратится, это не очень стойкий эффект.

– Да я и не беспокоюсь, – пробормотала Хилла, сунув руки в карманы.

– Присаживайтесь же. – Старик махнул рукой, приглашая гостей к большому столу.

По обе стороны стола стояли длинные скамьи, серые от пыли. Пол под ними тоже был в серых катышках. Не оставалось никаких сомнений, кто обычно сидит на этих скамьях. Старик проковылял к высокой полке в дальнем конце комнаты и потянулся за красноватой глиняной бутылочкой.

– Прошу прощения за пыль. С бук сыплется всякое… Ну, вы сами знаете.

– Ничего-ничего, – вежливо ответила Привратница и села на серую скамью. Майкки устроилась рядом. Старик поставил на стол бутылочку, и в воздух взмыло облако пыли.

– Минуточку, я забыл чашки, – спохватился старик и захромал обратно к полке.

Привратница взглянула на Майкки и со значением подняла брови.

– Что? – шепнула Майкки.

– Это тот человек, которого я провела через свою дверь много лет назад. Он был тогда другим, но я все равно его узнала. Он пришел с букой.

– Тот самый лучший друг? – шепотом уточнила Майкки. Привратница кивнула.

– Вы что там шепчетесь? – сердито спросила Хилла. Она попыталась смахнуть пыль со скамьи рукавом, но рукав стал серым, а скамья особенно не изменилась. Хилла сердито плюхнулась рядом с Майкки и чихнула. Старик все еще гремел чашками у полки. Привратница наклонилась к девочкам и прошептала:

– Он все это время был здесь. Не смог выйти обратно.

– Может, просто не захотел, – предположила Майкки.

– Или ему не позволили, – зловеще прошептала Привратница.

– Кто не позволил? Что вы мелете? – прошипела Хилла. – Я лично собираюсь вернуться домой. У меня футбольный лагерь.

Косматый хозяин пещеры наконец подошел с чашками к столу.

– Это вас моментально подкрепит, – заверил он и разлил по чашкам золотисто-зеленоватую жидкость.

Хилла понюхала остро пахнущий напиток и сморщила нос. Майкки из вежливости взяла чашку в руки. Только Привратница решительно приняла чашку и одним махом ее осушила. Старик присел и подлил ей еще.

– Ну, а теперь поведайте, что вас сюда привело, – попросил он.

– Я хотела посмотреть, где живет Уруру, – начала Майкки.

– А я пришла забрать Майкки домой, потому что она ушла без спроса и дома все волнуются, – подхватила Хилла.

– Где же вы познакомились с Уруру? – спросил старик.

– Она была у нас няней, – сказала Майкки. – Это какой-то экс-пе-ри-мент. Но он, кажется, не получился. И я не знаю, кто его устроил. Но мы с Уруру все равно стали друзьями. Лучшими!

Старик отхлебнул из своей чашки и задумчиво кивнул:

– Эксперимент? А можете поподробнее рассказать, как именно он проходил? Я слышал от ведьм, что буки сбежали и бесчинствовали в лесу. Верится с трудом, но так они говорили. Приходили ко мне сюда жаловаться на бук. Ведьмы считают, что я имел к этому какое-то отношение, но совершенно безосновательно.

Майкки с Хиллой удивленно переглянулись.

– Это не вы прислали бук? – прямо спросила Хилла.

– Что вы, конечно нет! – воскликнул старик. – Ведьмы их и прислали. Я-то сам уверен, что буки могут свободно передвигаться куда им вздумается, даже и к поверхности земли. И я неоднократно рассказывал ведьмам, насколько хорошо буки обучаются. Но я бы ни при каких обстоятельствах не отправил стаю бук нянчить детей. Какое безрассудство!

– А у них хорошо получалось, – тихо сказала Майкки.

– Зачем тогда ведьмы прислали бук? – спросила Хилла, удивленно взглянув на Майкки.

– Если бы я знал! – хмыкнул старик. – Ведьмы всегда боялись, что люди узнают о подземных жителях. Зачем в таком случае отправлять бук прямо к людям? Мне видится здесь какой-то коварный умысел. Да еще выдавать его за мое намерение! Я всегда хотел, чтобы буки были свободными, а не прислуживали человеку. Ведьмам следовало бы это уяснить.

– Может, им хотелось посмотреть, как живут люди? – предположила Майкки.

– Они хотели сами вылезти на поверхность, но боялись и поэтому послали сначала бук, – подхватила Хилла.

Привратница молчала – она с довольным видом допивала уже вторую чашку корешкового варева.

– Поди знай, – проговорил старик. – Но как ни крути, бук отправили наверх, а мне надлежало выучить их хорошим манерам. Я спрашивал, нельзя ли мне пойти с ними, но получил категорический отказ. Ведьмы сказали, что буки должны справиться в одиночку. А потом буки вернулись, причем куда раньше, чем ожидалось, и одной не хватало, Уруру ведь отстала – хотя буки всегда передвигаются стаей. Ведьмы были в бешенстве. Они крайне подозрительные создания. К счастью, они не осознают, насколько умны буки. Им даже в голову не пришло, что буки способны сами открыть дверь. Теперь ведьмы, вероятно, долгое время будут выяснять, кто же из привратников их впустил.

– Это не я! – испуганно вставила Привратница.

– Разумеется, нет! – воскликнул старик, а потом наклонился над столом и перешел на шепот: – Я сам их впустил. Точнее сказать, это сделала Уруру-руру, но я попросил ее привести их домой, пока они не натворили дел.

– Уруру-руру, – задумчиво повторила Хилла. Почему-то это имя казалось знакомым.

– Именно. Старшая из бук, моя любимица. Как старшей ей разрешили остаться на острове.

– Как же человек из верхнего мира открыл дверь? – недоверчиво спросила Привратница. – Ведьмы давным-давно забрали ключи у всех привратников. Ни у кого их больше нет.

Старик улыбнулся – хитро, как мальчишка:

– Я-то попал сюда раньше, чем изъяли ключи. Вот парочки и недосчитались.

– А как вы сюда попали? – спросила Майкки.

– Это было очень давно. Я познакомился с Уруру-руру наверху, мы подружились и вместе пришли сюда. Я в те времена даже не подозревал, что бук такое множество! Мне захотелось узнать о них побольше. Двери тогда были открыты, ключи в дверях – оставалось только найти нужную дверь в нужный момент. Мы пришли сюда через дверь в скале и забрали ключ с собой. С тех пор он у меня.

– Вы же пришли через мою дверь! – всполошилась Привратница. – И забрали ключи от моей двери!

– Ну, не бойся, – успокоил ее старик. – Ведьмы знают, что ключ от твоей двери утерян давным-давно, им и в голову не придет тебя в чем-то подозревать.

– А дальше? – поторопила Майкки.

Старик подлил себе и Привратнице еще отвара и продолжил:

– И вот я заявился сюда, ничего не зная ни про двери, ни про ведьм. Первым делом мы с Уруру-руру дошли до Великого Средоточия. Ведьмы тогда еще не слишком боялись людей, потому что им и в голову не приходило, что кто-то из верхнего мира может добраться сюда через туннель. Но, увидев меня, они испугались. Сначала хотели навеки упрятать меня в темную пещеру. Но я снова и снова объяснял им, что хочу только исследовать бук и ничего более. Что я просто ученый. Наконец они согласились пустить меня к букам на остров. Но при одном условии.

Старик посерьезнел.

– Каком же? – У Майкки перехватило дыхание.

– Мне нельзя выходить отсюда до тех пор, пока у нынешних ведьм не окончится срок правления. Похоже, при моей жизни власть так и не сменится. Но тогда я этого не знал.

– И какой у них срок правления? – уточнила Хилла.

Старик отхлебнул отвара:

– Здесь действует не очень логичный, но, как ни удивительно, всех устраивающий закон, согласно которому каждый из подземных видов правит по очереди. В Великом Средоточии есть трон, на нем сидит старейший представитель вида, и вид считается правящим до тех пор, пока этот представитель не умрет или не состарится до крайности. Подземные жители очень многообразны. У какого-то вида срок жизни недолог, возможно, всего один световой день – соответственно и править этот вид будет мало. Проблемы возникают с долгожителями. Старейшая представительница ведьм не состарится никогда – по крайней мере, на это уйдет несколько столетий, как я теперь понимаю.

Привратница кивнула:

– Очень старые и очень недоверчивые, очень.

– А ведьмы, случайно, не знают, что мы здесь? – спросила Хилла.

– Надеюсь, что нет, – ответил старик. – Вы ведь прошли не через Великое Средоточие, а тайной тропой Уруру-руру. Ведьмы не знают об этом пути, и, возможно, вас никто не заметил. Но в любом случае вам лучше побыстрее вернуться. Я попрошу Уруру-ру-ру проводить вас, чтобы вы не угодили снова в Сливающиеся Залы.

За столом воцарилась тишина. Привратница подлила себе еще отвара.

– Хороший отвар, крепкий, – сказала она Хилле. – Ты даже не попробовала?

Хилла придвинула свою чашку Привратнице:

– Забирай.

Привратница с удовольствием взяла чашку. Майкки задумчиво посмотрела на старика и спросила:

– А вы совсем не скучали по земле?

– Скучал и скучаю. Часто мне не хватает человеческого общества. Солнца, неба, воздуха. Особенно я тоскую по дождю. Здесь его никогда не бывает.

– Тогда почему вы не вернетесь? Вы можете выйти наверх вместе с нами.

– Не могу, – добродушно усмехнулся старик.

– Почему? Можно ведь просто сбежать, – сказала Хилла. – Той же тайной тропой.

– Нет, барышня, тайная тропа мне не поможет. Поздно мне возвращаться. Поймите меня правильно – не обещание, данное ведьмам, меня удерживает. Здесь труд всей моей жизни. Все книги, исследования, образцы. Путь к людям долог и непрост, а я старый человек. Я не смогу ни оставить все это, ни унести с собой.

Старик махнул рукой в сторону маленькой комнатки в глубине пещеры. Комнатку отделяла занавеска, сейчас немного отдернутая. К потолку там была подвешена стеклянная банка со спящими золотыми курочками. На крепком письменном столе лежали высушенные листы, нитки, тонкие кисточки, там же стояла чернильница. По стенам тянулись сплетенные из корешков полки с корзинками и чашками. Нижняя полка была наполовину заполнена маленькими книжечками в мягких обложках.

– Что у вас там? – поинтересовалась Хилла.

– Мой кабинет и библиотека. В ней все мои труды – пятьдесят книг.

– Вы написали пятьдесят книг? – изумилась Майкки. Она выбралась из-за стола и бросилась мимо Хиллы в кабинет.

– Да, они на полке. Посмотрите, если хотите.

Майкки взяла одну книгу. Обложка была, похоже, из коры, страницы оказались легкими и гибкими, они были мелко исписаны красивым старомодным почерком. Изредка попадались картинки, изображающие бук.

– И все эти книги про бук? – спросила Майкки.

– Абсолютно все, – подтвердил старик.

Хилла подошла к Майкки, тоже взяла в руки книгу и ахнула, а потом показала пальцем на буквы на обложке:

– Смотри!

– Я же еще не понимаю по-письменному, – сказала Майкки. – Что тут написано?

Хилла нагнулась к сестре и прошептала:

– Здесь написано: «Обучающие занятия с буками, часть вторая. Написал Рунар Калли».

– Рунар Калли! – взвизгнула Майкки.

– Что, барышня?

Майкки и Хилла подняли глаза от книги и посмотрели на старика.

– Вы – Рунар Калли? – уточнила Хилла.

– Он самый, к вашим услугам, – ответил старик.

– Мы читали вашу книгу! – закричала Майкки, подпрыгивая на месте. – Мы читали дома, точнее, это Каапо читал нам вслух. Он все время ее читает!

Привратница наклонилась к удивленному Рунару Калли и пояснила:

– Каапо – брат нашей земной птички, он живет наверху, в пещере, которая называется ванная.

– Вы имеете в виду мою первую книгу? – уточнил Рунар у Майкки. – Я не знал, что она уцелела. Думал, все экземпляры уничтожены.

– Нет, нет, не все! – воскликнула Майкки. – Мы нашли ее в библиотеке. У Каапо это любимая книга. А вы – его любимый ученый!

– Майкки, не кричи, – одернула ее Хилла.

– Вам обязательно надо пойти с нами наверх, – не унималась Майкки. – И взять с собой все книги!

Рунар Калли посмотрел по очереди на Майкки, на Хиллу, на Привратницу и на свою чашку с недопитым отваром.

– Ну и дела, – проговорил он. – Ну и дела.

Глава 20

Великое решение

Майкки проснулась. Это уже утро? В комнате царил полумрак. От одной из спящих в стакане золотых курочек шел слабый свет. В гостевой комнате у Рунара не было окон, только дверь-занавеска.

Майкки приподнялась и огляделась. Рядом спала Хилла, замотанная в одеяло, как колбаса. Тут же похрапывала Привратница. Она отказалась от предложенного Рунаром матраса, утверждая, что привратники всегда спят на полу.

Встав и натянув поверх пижамы халат, Майкки тихонько просеменила к выходу и выглянула за занавеску. В соседней комнате никого не было. Откуда-то доносился мерный храп Рунара, но из-под плотной входной занавески пробивался свет. Похоже, было все-таки утро, просто все его проспали.

В кабинете тоже стоял полумрак – золотые курочки светились слабее, чем вечером. Майкки проскользнула к полке и взяла в руки одну из пятидесяти книг. Ей пришла в голову кое-какая идея, и хотелось ее проверить. Если бы Рунар не спал, она, конечно, спросила бы у него разрешения, но, раз уж он спит, можно пока провести небольшой эксперимент, который, конечно, никому не повредит.

Майкки опустила книгу в карман халата. Как и следовало ожидать, книга вошла легко, и Майкки улыбнулась. Все Рунаровы пожитки можно будет переправить на землю.

Надо сказать ему, как только он проснется.

Карман шевельнулся. Майкки сунула туда руку, но книга скользнула между пальцев и исчезла. Ой-ей-ей! Каапо, оказывается, тоже уже не спит! Об этом Майкки не подумала. Ну ничего, Рунар, наверное, не рассердится. Каапо посмотрит и пришлет обратно.

Майкки снова взглянула на полку. Некоторые книги были толще остальных. Майкки взяла одну из толстых книг проверить, удастся ли ее тоже отправить наверх через карман. Для этой книги карман оказался тесноват, но Майкки все-таки втиснула ее внутрь. И успела бы выдернуть обратно, но не стала – хотела выяснить, отправится ли такая толстая книга. И книга отправилась!

Уличная занавеска качнулась, за ней возник крупный темный силуэт.

– Уруру, это ты? – шепнула Майкки.

Мохнатая лапища отдернула занавеску. В темную комнату хлынул дневной свет и сунулась взъерошенная голова Уруру. Майкки радостно ахнула:

– Ты снова пыльная! И пахнешь картошкой!

Уруру буркнула в ответ и слегка встряхнулась. В воздух поднялось облако пыли, Майкки чихнула. Уруру и впрямь была как новенькая.

Майкки подбежала к буке и выглянула из-за нее на улицу. Днем все стало совсем не таким, как было накануне. Повсюду стояли, сидели и даже лежали буки, и все они были чем-то заняты. Две буки катали тонкий ствол дерева. Одна рыла большую яму. Третья, кажется, собирала землю в маленькие мешочки.

– Что они делают? – спросила Майкки.

Уруру не ответила, она смотрела Майкки за спину и разве что не улыбалась. Майкки обернулась – в дверях своей спальной пещеры появился Рунар.

– Доброе утро! Не пора ли нам выпить утреннего отвара? – сказал он и направился к полке с бутылками, хромая и опираясь на палку. Майкки смотрела на него с сочувствием: ходить ему явно было нелегко.

– У вас нога болит? – спросила она.

– Ничего, сейчас хлебну отвара из корешков – и сразу полегчает! От любой хвори излечивает.

– Привратница тоже все время его пьет, – заметила Майкки.

– Секрет долголетия и зеленой кожи. – Рунар налил себе полный стакан. – Вы, верно, знаете, что привратники живут долго.

Я тоже прожил немало. И я исследовал действие отвара. Если не ошибаюсь, я описал его в тридцать восьмой книге.

Майкки бросила взгляд на книжную полку и быстро проговорила:

– Рунар, мне надо вам кое-что рассказать.

– Я весь внимание. – Рунар глотнул отвара.

– Я придумала, как отправить ваши книги на землю. Я попробовала, и у меня получилось.

– Что значит «вы попробовали»?

– Вы только не пугайтесь, – заспешила Майкки. – Я отправила пару ваших книг Каапо.

– Кому? – Рунар поставил стакан с отваром на стол.

– С ними ничего плохого не случится. Каапо очень аккуратно обращается с книгами.

Рунар с тревогой повернулся к книжной полке.

– Вы брали мои книги? Без спросу?

– Только две, – призналась Майкки. – Про остальные я собиралась спросить, когда вы проснетесь.

– Ну и дела, – пробормотал Рунар, ковыляя в кабинет.

– Вы ведь сказали вчера, что хотели бы вернуться на землю, но не можете оставить книги, потому что их так много, а дорога длинная. А я придумала, как их отправить, чтобы не надо было нести. Это ведь хорошо, разве нет?

Рунар покачал головой, с беспокойством оглядывая полку.

Майкки заволновалась. Рунар, кажется, не понимал.

– Ваши книги никуда не исчезли, они будут ждать вас дома! Они просто отправились туда раньше вас.

– Раньше меня! – загремел вдруг старик. – А если я не собираюсь никуда отправляться? Я старый человек! Я могу не перенести дороги.

– Хилла сказала, что надо идти за муравьями, и тогда скоро окажешься в нашем лесу, – не сдавалась Майкки. – Вряд ли это такой уж трудный путь, раз он под силу даже муравьям.

Рунар покачал головой:

– Сюда не заходят никакие муравьи.

– Ну, тогда придумаем что-нибудь еще, вы только не волнуйтесь, – успокоила его Майкки.

Рунар повернулся к полке спиной и побрел обратно к столу. Налил себе еще отвару и выпил его медленно, с задумчивым видом.

– А каким образом вы отправили наверх мои книги? – поинтересовался он наконец.

– Сейчас покажу, – спохватилась Майкки.

Она подбежала к полке, взяла книгу и опустила ее в карман халата:

– Вот так.

Рунар, опираясь на палку, подошел поближе. Отвар, похоже, начал действовать – двигался старик уже порезвее.

– Не понимаю, – проговорил он. – Книга в кармане, и что дальше?

– Смотрите! – воскликнула Майкки.

Карман шевельнулся.

– Книга отправляется, сейчас она исчезнет. Вот, уже!

Рунар с интересом оглядел пустой карман.

– Видите? Исчезла!

– И вам известно, в каком направлении она исчезла? – уточнил Рунар.

– Конечно! К нам домой.

– Такого я еще не видел, – пробормотал Рунар. – А возможно ли отправить книгу обратно тем же путем?

– Конечно! – Майкки приоткрыла карман пошире. – Тогда она снова появится здесь. О, а сейчас тут письмо, наверное, от Каапо.

Майкки вытащила из кармана листок бумаги, развернула его и вручила Рунару.

– Можете прочитать? Я по-письменному еще не умею.

Рунар взял листок, уткнулся в него носом и прочел:

Хилла и Майкки!

Где вы взяли эти книги? Вы заметили, что их написал Рунар Калли? Наверняка заметили! Если найдете еще, присылайте. Мама спрашивает, не голодные ли вы. Можете не отвечать, она в любом случае сейчас пришлет бутерброды. Пофотографируйте там еще! Мама говорит, фотоаппарат у вас. Когда вы вернетесь?

Рунар удивленно поднял глаза:

– Получается, это ваш брат?

Майкки кивнула и ощупала второй карман. Фотоаппарат действительно был там.

– Ваш брат пишет о моих книгах?

– Каапо обожает ваши книги!

Майкки вынула из кармана фотоаппарат и включила его.

– Что это? – заинтересовался Рунар.

– Просто фотоаппарат, – ответила Майкки. – Вы ведь знаете, что такое фотоаппарат?

– Знаю, разумеется, но в мое время они выглядели несколько иначе.

– Можно я сфотографирую вас для Каапо? Он же ваш фанат.

– Фанат? Это значит, поклонник? Ну что ж… – Рунар приосанился и строго уставился в объектив.

– Можно еще взять книгу в руки, – предложила Майкки.

Рунар схватил с полки книгу и прижал к груди.

– Я готов, – сказал он.

Майкки нажала на кнопку.

– Отлично! Сейчас отправлю Каапо.

Она опустила фотоаппарат в карман, и тот почти мгновенно исчез. Пару секунд спустя в кармане появился бутерброд.

– А вот и завтрак! – Майкки протянула бутерброд Рунару.

Тот взял его и повертел в руках.

– Несколько десятилетий я не ел бутербродов…

– Так снимите пленку и съешьте. Мама сейчас пришлет еще. – Майкки достала из кармана второй.

Рунар осторожно развернул, откусил… В кармане тем временем появился еще один бутерброд, а потом шоколадка и бутылка с какао.

– Необычайно вкусно. Может быть, вернемся за стол? Разрешите поинтересоваться, а что в бутылке?

– Какао, очень вкусное, – ответила Майкки.

– Какао… – Рунар, казалось, смаковал это слово. – Если не ошибаюсь, это то же самое, что горячий шоколад? Мне в детстве нечасто доставалось это лакомство. Ваша мама вас балует.

Майкки рассмеялась:

– У нас дома можно пить какао сколько хочешь, сейчас на земле оно совсем не редкость.

– Что вы говорите? – удивился Рунар.

Он поставил на стол чашки и сел. Майкки разлила какао по чашкам, и Рунар тотчас же опустошил свою.

– Невероятно. Я почти забыл этот вкус.

Еда на земле столь многообразна…

Карман снова шевельнулся.

– Опять письмо от Каапо. – Майкки протянула листок Рунару.

– Хм, – пробормотал Рунар, жуя бутерброд. Проглотив последний кусочек, он развернул листок и прочитал вслух:

– «Хилла, привет! Кто этот человек на фотографии? Это же не может быть сам Рунар Калли? Там есть еще его книги? Хилла, если это действительно он, передай ему, что я восхищаюсь его трудами. Я знаю, ты не любишь говорить такие вещи вслух, но на этот раз, пожалуйста, так и скажи! Вряд ли у меня будет еще когда-нибудь возможность поговорить с самим Рунаром Калли, понимаешь? Или… Спроси у него, вдруг он согласится прийти к нам? Будь с ним повежливее! Мама не отпускает меня к вам, говорит, что не хочет лишиться всех троих детей сразу. Может быть, Рунар сам придет? Маме очень понравились его книги».

Рунар опустил письмо на стол. Он был взволнован. Лицо его казалось уже не таким зеленым. В бороде застряли крошки от бутерброда.

– Ну хорошо, – сказал он.

– Что хорошо?

– Хорошо, я приду. Я попробую, хоть путь и нелегок. Давайте отправим вашему брату книги и еще пару вещей, если вас это не затруднит. Возможно, пару бутылочек отвара. И некоторые образцы. Я готов пойти с вами. Я готов вернуться на землю.

– Отлично! – обрадовалась Майкки.

Рунар протянул Майкки свою чашку из-под какао:

– Не осталось ли там немного этого божественного напитка?

– Осталось, и мама скоро пришлет еще. – Майкки вылила остатки из бутылки в чашку.

– Восхитительно, – проговорил Рунар.

Глава 21

Сборы

– Войдет? – Рунар протянул Майкки сплетенную из корней коробочку.

– Войдет!

Коробочка исчезла в кармане.

– А кисти? Они довольно длинные…

– Легко! – Майкки сунула кисти в карман, и они сразу начали туда втягиваться.

– Великолепно! А гербарий? – Рунар взял со стола толстую папку.

Майкки оглядела ее.

– А если странички отцепить и отправить по отдельности? Вся папка, наверное, не влезет.

– Попробуем. – Рунар разложил папку на столе и начал осторожно разъединять листы. – Пожалуй, их можно будет аккуратно свернуть…

На пороге кабинета возникла, позевывая, Хилла.

– Что это вы делаете?

– Привет! Отправляем вещи Рунара, – весело откликнулась Майкки. – Он пойдет с нами! Книжки мы уже все отправили.

– Да что ты? – Хилла оглядела комнату. С ночи тут многое изменилось. Книжная полка опустела. Мешочки, развешанные по стенам, исчезли. Корзинки с верхних полок тоже стояли пустые на полу. Майкки с Рунаром успели насовать в карманы халата прилично вещей. И где теперь все эти вещи? У Каапо в ванной? Хилла нахмурилась. – А где Рунар собирается жить на земле?

– У нас, конечно, – беззаботно откликнулась Майкки.

– У нас? А мама разрешила? – не поверила Хилла. – У нас и так тесно.

– Ну, вообще мы еще не спрашивали…

Хилла фыркнула:

– То есть вы еще не спрашивали, но уже отправили к нам домой кучу вещей?

Рунар с тревогой посмотрел на Майкки.

– Мы как раз ждали, когда ты уже проснешься и напишешь маме! – терпеливо объяснила Майкки. – Вот тебе бумага и кисточка, пиши.

– А почему я?

– Ну, потому что ты умеешь писать, а я нет, и получится неловко, если Рунар сам напишет и спросит, понимаешь? Это должен быть кто-то из родственников.

– Ну ладно, давай.

Хилла присела за стол, к стопке желтоватых листов.

– А это что? Явно не бумага.

– Неважно. На этом очень даже можно писать. Рунар вон сколько книг написал!

Хилла взяла кисточку. Она на удивление удобно легла в руку.

– И что писать?

– Ну, ты сама придумай. У тебя хорошо получается!

Хилла хмыкнула и начала писать:

Мама, привет,

Майкки хочет привести Рунара Калли к нам жить. Рунар ОЧЕНЬ старый. Ну, что скажешь? И все его вещи Майкки собирается переслать к нам, ты, наверное, уже заметила. По-моему, они оба сумасшедшие. Где он будет спать? Разве что в шкафу в прихожей, ха-ха! Если только Майкки не притащит с собой еще и буку.

Хилла опустила кисточку. Рунар вглядывался в нее блеклыми старческими глазами.

– Ну что? – глуповато спросила Хилла и покраснела.

– Надеюсь, в будущем я найду способ отблагодарить вас и вашу сестру, – проговорил Рунар. – Мне было хорошо здесь, но сейчас я осознал, что больше всего на свете хочу вернуться. Вернуться к своим. Это мое последнее желание.

Хилла смутилась. Все ли она правильно написала? Рунар такой грустный и так хочет вернуться… Но почему именно к Хеллемаа? Куда они его поселят вместе со всеми вещами?

– А что станет с буками без вас?

Рунар улыбнулся:

– Буки жили здесь сотни лет до меня. Будут жить и дальше. За все эти годы я ни разу не видел, чтобы буки рождались или умирали. Здесь их дом, в лесу они находят пропитание. Их благополучие не зависит от меня. Я попрощаюсь с ними, как с добрыми друзьями, в чьем краю нашел приют.

– А может, буки еще придут в гости! – предположила Майкки, но ее, похоже, услышала только Уруру, сидевшая за дальним столом. Оттуда послышался тихий рокот, как будто в буке включился маленький моторчик.

– А вы понимаете, что там, на земле, многое изменилось? – строго спросила Хилла. – Вашего дома, скорей всего, уже нет. И никого из ваших знакомых.

– Хилла! – сердито воскликнула Майкки.

– Я думал об этом, – сказал Рунар. – Но я ведь знаю вас. И вашего брата, с которым у нас, похоже, много общего.

– Да, Хилла, так и напиши! – подхватила Майкки.

Хилла посмотрела на Майкки. Потом на Рунара. Потом наклонилась и приписала:

Рунар очень хочет отсюда выбраться. Мне кажется, надо ему помочь. Ответь поскорее.

Хилла

Хилла положила кисточку, быстро свернула листок и протянула его Майкки:

– Вот.

– Что ты написала? – полюбопытствовала Майкки, засовывая листок в карман.

– Спросила, можно ли Рунар придет к нам, – неопределенно ответила Хилла. – А завтрак будет?

– Конечно! – Майкки кивнула на стол в соседней комнате. – Мама прислала целую кучу бутербродов.

Глава 22

Проблемы в кустах

Луч света медленно кружил на месте и странно покачивался из стороны в сторону. Потом вдруг перескочил дальше. Тени переместились, и все стало выглядеть иначе.

– Странно, – пробормотала Майкки.

Она лежала рядом с Уруру на темно-синем мягком мху и смотрела в небо. Или не небо? Оно было синим, но без солнца. Вместо солнца по небу плыли светящиеся облака, они то покачивались на месте, то внезапно приходили в движение, как будто танцевали. Майкки прищурилась, но смотреть на их свет все равно было невозможно.

– Это какие-то насекомые?

Майкки уже заметила, что под землей свет идет в основном от живых существ: ящериц, бабочек или мух. Ясно, если нет солнца, должно же что-то его заменять.

Уруру не ответила. Она лежала, закрыв глаза, и ровно дышала.

– Эй, ты что, спишь? Так быстро устала?

Бука молчала – может, и вправду спала. Они обошли весь остров – ну или почти весь, а Майкки-то все время путешествовала у буки на руках.

Всю дорогу Майкки то радовалась, что можно провести целый день в родном лесу Уруру, то грустила, думая о скором расставании. Вечером Майкки, Хилла и Рунар отправятся домой. Привратница с Хиллой пошли проверить маршрут, а Рунар остался прощаться с буками.

В начале прогулки Уруру показала Майкки свой собственный шкаф – пыльный и уютный, гораздо уютнее, чем у семейства Хеллемаа в прихожей.

Потом они заглянули в купальные ямки: там уже возились, сопя и покрякивая, две довольные буки. Грязь вперемешку с листьями летела во все стороны, на краю ямки стояла третья бука и большой лопатой (или чем-то похожим) подбрасывала земли.

Потом Майкки с Уруру углубились в лес.

– Возьмешь меня на руки? – попросила Майкки. – Я уже, наверное, миллион километров нашагала тут под землей, а вечером еще домой идти.

Уруру подхватила Майкки в косматые объятия, и они вошли в темно-синие заросли. Тут все было не зеленое, а синее или фиолетовое. Повсюду, на стволах и на корнях деревьев, рос густой мох, и весь пейзаж казался мягким, как диван. Земля пружинила у Уруру под ногами.

Лес, как ни странно, выглядел пустым. Птицы не пели, и никто не шел навстречу. Правда, из-под ног иногда шмыгали маленькие светлые лягушки – заметив путников, они ныряли в мох.

Высоко в ветвях сидели существа, которых Майкки приняла поначалу за птиц, но это были не птицы, а скорее бабочки, разноцветные, с человеческими лицами. Уруру показала толстым пальцем на верхнюю ветку – по ней тянулся ряд аккуратных круглых домиков, похожих на глинобитные хижины.

– Они там живут? – ахнула Майкки. Бука кивнула.

Они еще полюбовались на бабочек, а потом Майкки предложила:

– Пойдем на берег?

Бука кивнула и зашагала вперед. А Майкки, уткнувшись лицом в бучью шкуру, добавила:

– Уруру, я буду очень по тебе скучать.

Бука не ответила. Майкки еще потерлась о буку лицом и чихнула.

Бука вдруг замедлила шаг, будто засомневалась. Потом совсем остановилась. Майкки высунулась из букиных объятий и огляделась. Они все еще были в лесу, вокруг синели высокие деревья.

– Что такое? – спросила она.

В кустах кто-то шевельнулся. Потом оттуда высунулась знакомая рука со светящимися пальцами. Хилла! Уруру беззвучно наклонилась и раздвинула ветки.

– Вы чего тут сидите? – удивилась Майкки.

Хилла быстро прижала палец к губам и прошептала:

– Прячьтесь скорее!

Майкки оглянулась на Уруру. Та в кусты явно не помещалась.

– У тебя уже хватит пыли, чтобы исчезнуть? – спросила Майкки.

Уруру кивнула, опустила Майкки на землю, и та быстро закатилась в куст. Уруру прижала голову к груди и затрясла плечами, все быстрее, быстрее, со шкуры начали сыпаться комочки пыли, и пыль в мгновение ока образовала серое облако. Буки больше не было видно. Майкки кивнула:

– Молодец, Уруру.

Хилла скорчила страшную гримасу – мол, замолчи! – и показала пальцем за кусты. Майкки выглянула из-за веток. Три ведьмы! Те самые, которые были в лагере и съели вредэльфа. Майкки скривилась:

– Фу! Что они тут делают? Это же остров бук!

– Это специальные ведьмы, они ищут, – прошептала Привратница. – Ищут, если кто-то пропал. Наверное, уже знают, что вы здесь. Просто так ведьмы не ходят к букам на остров.

– Ах вот они какие! – фыркнула Майкки.

– Тсс, – снова шикнула Хилла.

– Откуда они про нас узнали? – не унималась Майкки.

– Нашли наш туннель, – объяснила Хилла. – Тот, через который мы сюда пришли.

– Да что ты? – не поверила Майкки.

Хилла кивнула:

– Мы туда ходили – там больше нет дороги. Только земля.

– Может, вы просто заблудились?

– Нет, стрекотунья, – прошептала Привратница. – Место правильное, а дороги нет. Ведьмы закрыли дорогу. А теперь ищут того, кто этой дорогой пришел.

– Тогда нам придется искать другую дорогу, – заметила Майкки. – Ну и подумаешь! Мы их уже вон сколько нашли. Тем более Привратница чует их ногами.

Привратница покачала головой:

– К другим дверям нужен ключ. У меня ключа нет.

– А как же муравьи?

Хилла выглянула из-за веток:

– Ведьмы уходят.

– Надо предупредить Рунара! – Майкки вскочила на ноги.

– Стрекотунья правильно говорит. Надо идти, быстро идти!

Майкки выбралась из кустов и огляделась. А где Уруру? Все еще прячется?

– Сюда. – Привратница свернула на неприметную тропинку в направлении, противоположном тому, куда ушли ведьмы.

Фиолетовый куст у тропинки вдруг качнулся.

– Уруру, это ты? – облегченно выдохнула Майкки.

Но из куста показалась не бука. Оттуда встало, выпрямившись в полный рост, высокое костлявое существо в фиолетовом маскировочном костюме. До этого оно, очевидно, сидело скрючившись за кустом – сейчас этот куст едва доходил ему до колен. Майкки испуганно выставила вперед руки, Хилла взвизгнула. У великана был большой шишковатый нос, брови карнизами нависали над маленькими пронзительными глазками.

– Силы подземные! – охнула Привратница.

– Привратница южного входа, – прогремел великан, – ты и твоя компания находятся в розыске.

Привратница поклонилась:

– Приветствую тебя, стражник Великого Средоточия. Я не знала, что меня ищут. Я провожаю двоих гостей. Мы привели буку, которая потерялась в туннеле возле моего входа.

– А где бука? – громыхнул великан.

– Вернулась в стаю.

Маленькие глазки великана остановились на Хилле и Майкки.

– А кто эти двое?

Секунду поколебавшись, Привратница ответила:

– Это человеческие гости с земли.

– С земли? Великое Средоточие желает видеть вас.

– Не стоит беспокоить Великое Средоточие из-за таких мелочей, – проговорила Привратница. – Бука вернулась, гостей с земли я провожу к выходу, как и следует привратнику. Как только мне дадут ключ…

– Двери заперты, – отрезал великан.

– Верно, но эти двое попали сюда по ошибке вместе с букой. Наверное, ты слышал о том, что буки побывали на земле и вернулись. Мне нужен ключ, чтобы проводить этих двоих…

– Двери заперты, – повторил великан.

«Глупый какой-то», – подумала Майкки. Она сунула руку в карман. Там снова появился фотоаппарат. Мама и Каапо ждали новых фотографий.

– Следуйте за мной! – рявкнул великан, разворачиваясь и тяжело ступая на тропинку.

Привратница крепко сжала губы, подмигнула Хилле с Майкки и прошептала:

– Пойдемте, земные птички. Что-нибудь да придумаем.

Глава 23

Великий дух с поверхности земли

Шаг у великана был не только тяжелый, но и широкий. Чтобы не отстать, Майкки и Хилле приходилось почти бежать. Великан даже не оглядывался – очевидно, не сомневался, что Привратница и ее спутницы никуда не денутся.

– А где Уруру? – выпалила Майкки на ходу.

– Побежала своей дорогой. – Хилла даже не запыхалась.

– А она не заблудится?

– С чего бы? Она тут живет.

– Тсс, – шикнула на них Привратница.

Они перешли короткий мостик, связывающий остров бук с противоположным берегом. На мостике Майкки оглянулась – какой он все-таки маленький, бучий остров! Авось Уруру успеет предупредить Рунара.

От самого берега начиналась мощеная тропинка, она вела в густой фиолетовый лес. Между деревьями то и дело мелькали домики – то каменные, то глиняные, но жители не показывались.

Лес закончился, и тропинка вывела их к широкому двору, почти площади. Впереди высилась скала с округлым входом. Не сбавляя шага, великан направился туда.

Они вошли в пещеру. Тяжелый великаний топот тут же подхватило эхо. Над головой Хиллы метнулось какое-то крылатое существо.

– Это еще кто? – прошептала Хилла.

Существо было похоже на стрекозу размером с ворону и что-то тащило в лапах. Привратница запрокинула голову:

– Где?

– Смотри, летит обратно!

Гигантская стрекоза промчалась назад, теперь уже без поклажи, с тихим стрекотанием, выскользнула из пещеры и исчезла.

– Посланец Великого Средоточия, – кивнула Привратница. – Понес что-то в большой зал. Посланцев много, посланцы всякие бывают. Любят их ведьмы.

– Майкки, ты видела? – Хилла подергала Майкки за рукав.

– Помолчи, я не слышу, что говорит халат! – сердито прошипела Майкки. – Это что-то важное.

Хилла скорчила рожу, а Майкки натянула на голову капюшон.

– Алло, халат! Скажи еще раз, погромче, – прошептала она оттуда.

Сквозь капюшон голос халата был едва слышен, но Майкки разобрала:

– Дружок, теперь слушай внимательно и делай, как я скажу. Понимаешь?

– Понимаю, – горячо закивала Майкки.

– Не снимай капюшон, тогда будешь меня слышать. Попозже я снова выйду на связь.

Следом за великаном они перебежали в следующий зал. Там тоже было пусто, но великан замедлил шаг и наконец оглянулся.

– Мы входим в правительственный зал, – пророкотал он.

– Силы подземные, – тихонько взмолилась Привратница.

Они остановились у входа, и у Хиллы дыхание перехватило от удивления. Зал был точно таким же, как первый, но полон народу, и какого народу! Тут были и карлики, и великаны. Одни с крыльями, другие очень мохнатые, третьи совсем без шерсти. Кто-то с длинным клювом, кто-то с пушистым хвостом. Все толпились у стен и заняты были кто чем. Зал был похож скорее на рыночную площадь или палаточный лагерь. Кое-кто уже развел в углу костерок и грел над ним свое варево.

– А где эти правители? – прошептала Майкки из-под капюшона. – Их много или он один?

Хилла махнула рукой влево. Там, в полумраке, стоял на возвышении трон, сплетенный из корней разной толщины. На троне сидела старуха – маленькая, худая и очень-очень старая, с убранными в пучок белыми волосами. Платье на ней было точь-в-точь как у трех ведьм, которые недавно прочесывали остров бук. Вокруг трона сидело еще несколько ведьм в таких же одеяниях, все они смотрели равнодушными светлыми глазами на спешащую за великаном компанию.

Над головой Хиллы снова стрелой пронеслась гигантская стрекоза, уронила что-то на возвышение и исчезла. Ведьмы не обратили на это никакого внимания, но Хилла заметила, что вокруг трона набросано уже множество небольших предметов. Что бы это могло быть?

– Там на троне – самая старшая ведьма? – спросила Майкки у Привратницы.

– Тсс, – шикнула на нее Привратница.

– Почему она так трясет головой? – поинтересовалась Майкки.

– Тсс!

– Тут что, вообще нельзя разговаривать? Привратница кивнула.

Майкки фыркнула и сунула руки в карманы халата. Рядом с ней притихшая Хилла тоже сунула руки в карманы толстовки. Пальцы светились сквозь ткань. Майкки снова посмотрела на ведьму на троне. Чем ближе они подходили, тем старше она казалась. Сколько вообще живут ведьмы? Майкки задумчиво погладила махровый халат.

А Хилла приглядывалась к предметам вокруг трона. Это подарки правительнице? Или еще какие-то ценности? Предметы походили на рожки для обуви, бутылочные пробки или затычки для лодок. Один из них показался Хилле знакомым. Ключ, тот самый, который ведьмы бросили в муравейник! Хилла покосилась на пол. Муравьев здесь не было. Зато прилетели новые посланцы. Гигантская стрекоза точно вертолет опустилась на край возвышения и выпустила из лапок бутылочную пробку.

– Кто здесь? Кто пришел? – проскрипела правительница.

Великан остановился перед троном и доложил:

– Тридцать восьмой стражник, то есть я, обнаружил привратницу южного входа, которая обнаружила двух существ с земли и потерянную буку. Говорит, что бука уже вернулась в стаю.

– Кто? Существа с земли? То есть люди?

– Так точно. Похоже, что люди.

– Подойдите поближе, – проговорила ведьма. – Так, чтобы я могла вас расслышать и разглядеть.

Ведьма наклонилась поближе. Глаза у нее были прозрачные, кожа тонкая, как папиросная бумага. В углах зала зашуршали, зашелестели, затопали ноги, лапы и лапки. Многообразные, как сказал бы Рунар, местные жители подтягивались поближе, чтобы слышать разговор.

– Вы и вправду люди с земли? – спросила правительница.

Хилла покосилась на Майкки, которая стояла, натянув на голову капюшон, и кивала. Опять разговаривает с халатом. Значит, придется самой отдуваться.

– Да, мы люди с земли, – громко объявила Хилла.

Зал ахнул.

– Как вы сюда попали? – тонким голосом продолжала ведьма.

Хилла задумалась. Вот что ей отвечать? Был бы здесь Каапо, он бы что-нибудь придумал… Хилле не хотелось снова слышать аханье.

– Ну, я выкопала яму. Лопатой, – неуверенно проговорила она.

– Говори громче, я не слышу, – потребовала ведьма.

– Я говорю, лопатой копала! И докопала досюда.

В зале послышались смешки. Смех – это уже лучше. Но ведьма, кажется, была недовольна ответом.

– Сюда не попасть с помощью лопаты.

Кто открыл тебе дверь?

– Никто. – Хилла занервничала.

Ведьма еще больше подалась вперед:

– Ты говоришь неправду.

– Правду! – возмутилась Хилла. – Я взяла в сарае лопату и выкопала яму. Никто мне не помогал. Хотя вообще-то я бы не отказалась от помощи! Я вся употела, пока копала.

Привратница выразительно посмотрела на Хиллу, и та замолчала.

– Зачем вы сюда пришли? – спросила ведьма.

– Я пришла за своей сестрой, вот за ней. – Хилла показала на Майкки. Та пряталась под капюшоном и, похоже, не слушала. Хилла подтолкнула ее плечом. Майкки вздрогнула, выглянула из-под капюшона, вежливо покивала ведьме, но ничего не сказала. Хилла нахмурилась и продолжила: – А моя сестра пришла сюда вместе с букой, проскользнула в ту же дверь, что и буки.

Зал снова ахнул. Ведьма наклонилась еще ближе.

«Сейчас она свалится с трона и рассыплется в пыль», – подумала Хилла. Но ведьма пока держалась.

– Ты говоришь, что вы пришли с буками. А букам кто открыл дверь?

– Не знаю, – растерялась Хилла. – Было темно, ничего не видно. Наверное, это как-то связано с полнолунием.

Ведьмы у подножия трона переглянулись, точно прочитали мысли друг друга. Правительница не сводила глаз с Хиллы.

– Почему твоя сестра пошла вслед за букой?

Хилла пожала плечами:

– А я почем знаю.

– Я хотела посмотреть, где она живет, – звонким голосом откликнулась вдруг Майкки из-под капюшона.

– Бука была у вас няней? – догадалась ведьма.

– Да, была! Но ваш экс-пе-ри-мент не получился, уж извините. Наверное, вы его плохо подготовили. Например, забыли написать в инструкции, что бук надо выводить покормить. А почему про них нельзя было рассказывать?

– Стрекотунья, – предостерегающе пробормотала Привратница. Майкки замолчала.

Ведьма, похоже, встревожилась. В какое-то мгновение она, казалось, хотела приподняться с трона, но, поскольку ей это не удалось, осела обратно и проговорила слабым голосом:

– На острове бук живет человек. Он живет здесь давно. Он заставил нас поверить, будто буки умнее и полезнее, чем мы думали. Будто они способны научиться тому, чему никто их раньше не учил, будто эти глупые, никчемные существа выйдут на земную поверхность, но не приведут сюда людей. Это было ошибкой! Я ошиблась, поверив ему. Ошибкой было позволить ему здесь остаться.

Ведьма говорила так долго, что закашлялась. Похожее на выдру существо из зала поднесло ей чашку с горячим чем-то. Ведьма залпом осушила ее, и кашель прекратился. Устремив колючий взгляд на Хиллу и Майкки, ведьма прошипела:

– Ошибкой было связываться с людьми.

– Ну, мы-то не собираемся тут задерживаться, – успокоила ее Хилла.

Ведьма покачала головой:

– Нет уж. Вы останетесь здесь вместе с тем первым человеком. Мне вы не нужны, но у меня нет выбора. На земле не должны узнать о нас.

Зал наполнился шуршанием и шушуканьем. Привратница заволновалась. Хилла дернула Майкки за рукав.

– Майкки, вылезай из-под капюшона! Ты вообще слышишь, что тут творится? Я не собираюсь здесь оставаться, у меня футбольный лагерь! И мама не разрешит, а уж о папе и говорить нечего! И вообще – я хочу домой.

Майкки не отвечала. Она стояла, наклонив голову, спрятав лицо в капюшоне. Хилла потыкала ее локтем, но Майкки не реагировала. Что это с ней?

– Я хочу знать, кто открыл дверь, – дребезжащим голосом продолжала ведьма. – Я думаю, что это была ты, привратница южного входа.

Зеленая кожа Привратницы посерела.

– Нет-нет, это не я, – испуганно пролепетала она.

– Майкки, проснись! – Хилла дернула сестру за рукав.

Из-под капюшона послышался шепот:

– Вот прямо сейчас? Что? Фотоаппарат, наверное, в кармане. Не знаю почему. Ну неважно.

– Что? Майкки, перестань, поговоришь с халатом как-нибудь потом! Ты вообще понимаешь, что происходит? – прошипела Хилла, снова потянув Майкки за халат.

Майкки вдруг сбросила капюшон и сердито на нее уставилась:

– Ну что ты меня все время трясешь?

– Надо спасать Привратницу, балда! Эта ведьма обвиняет ее в том, что она нас сюда привела.

– Привратница южного входа, почему ты не на своем посту? – допрашивала ведьма.

– Я провожала буку и человеческих детей, – ответила Привратница. – Нам ведь положено, если путник заблудился…

– Это ты провела человеческих детей через вход? – оборвала ее ведьма.

– Нет, не я, – чуть слышно проговорила Привратница. – Они пришли сами. Я их только нашла. Я знаю, что привратник не может открывать верхним жителям. У меня и ключа нет!

– Я думаю, ты врешь. Иногда привратники умеют открывать и без ключа.

– Я не умею! – простонала Привратница.

– Скажи что-нибудь, – прошептала Хилла Майкки.

– Сейчас, – прошептала Майкки в ответ. – У нас с халатом есть идея.

Майкки снова набросила капюшон и сунула руки в карманы.

– Да, здесь, – пробормотала она. – Уже доставать?

Хилла скептически наблюдала, как Майкки достает из кармана мамин фотоаппарат, поднимает его повыше и нажимает на кнопку. Сверкнула вспышка, в разных концах зала испуганно запищали.

– Эй, вы меня слышите? – крикнула Майкки. – Помолчите, я хочу сказать что-то важное!

– Важное? – удивленно переспросила ведьма. – Говори.

– Сейчас. Сначала я должна… Должна вас спасти. Всех, кто здесь находится. Не двигайтесь, сейчас я вас спасу!

Майкки снова подняла фотоаппарат повыше и защелкала им в разные стороны. При каждой вспышке кто-нибудь ахал или взвизгивал.

– Теперь вы в безопасности! – объявила Майкки, убирая фотоаппарат в карман. Фотоаппарат тотчас исчез. Мама, наверное, испугается таких фотографий, но тут уж ничего не поделаешь. Халат сказал, что посверкать вспышкой – единственный способ заставить этих всех тебя услышать.

– От чего ты нас спасла? – недоверчиво спросила ведьма. – И что это был за свет?

– Это такое волшебство, – неопределенно пояснила Майкки. – Специальное, для защиты. Мы на земле всегда таким пользуемся, правда, Хилла?

Хилла с сомнением покивала.

– А теперь смотрите! – Майкки обвела глазами зрителей, которые и так вовсю таращились на нее, сняла халат и положила его у своих ног. – Ну вот, все готово. – Она наклонилась к халату, взмахнула руками и воскликнула, как цирковой конферансье: – О купальный халат! Восстань!

Хилла в ужасе помотала головой. В зале было так тихо, что у Майкки зачесались уши. И вдруг, внезапно, как и всегда, халат раскинул рукава в стороны, точно потягиваясь, и медленно поднялся. Он встряхнулся, выпрямил капюшон и грациозно поклонился Майкки. Потом повернулся к зрителям и отвесил им глубокий поклон. В зале поднялся удивленный ропот.

– Что это? – с подозрением спросила главная ведьма.

– Теперь слушай, дружок, – шепнул Майкки халат. – Меня слышишь только ты. Повторяй за мной слово в слово.

Майкки кивнула.

– Кивать не надо. Скажи так: «У Великого Духа есть к вам дело».

– У Великого Духа есть к вам дело, – повторила Майкки вслух, покосившись на халат. Движения его рукавов вызывали у собравшихся уважение, смешанное с ужасом.

– Теперь скажи так, – продолжал халат. – «Великий Дух Ванной с поверхности земли приветствует вас как друзей».

– Великий Дух Ванной с поверхности земли приветствует вас как друзей, – торжественно произнесла Майкки.

– Дальше так, – наставлял халат, медленно поводя рукавами. – «Великий Дух заметил, что дети с земли полюбили бук. Он открыл детям с земли дорогу под землю. Они должны были отвести испорченную буку домой. Поэтому я открыл им дверь. Привратница южного входа не виновата. Но теперь люди должны вернуться на землю».

Майкки послушно повторила слова халата.

– Почему это бука была испорченной? – с подозрением спросила главная ведьма.

– А, она стала слишком чистая. – Майкки махнула рукой. – Ей надо было поваляться в земле. Но теперь она уже поправилась.

– Это Великий Дух так говорит? – уточнила ведьма.

– Нет, это я говорю, – ответила Майкки.

Халат несколько раз величественно колыхнулся в сторону трона.

– А теперь скажи так: «Когда эти люди вернутся домой, они никому не расскажут о подземных жителях. Я за это ручаюсь».

– Что теперь говорит Великий Дух? – осведомилась ведьма.

– Когда эти люди – то есть мы – вернемся домой, мы никому не расскажем о подземных жителях. Халат за это ручается, – перевела Майкки.

– За людей нельзя ручаться, – сказала ведьма.

– Великому Духу можно! – заверила Майкки.

– Почему Великому Духу так важно, чтобы вы вернулись домой?

Майкки наклонилась к халату, послушала и сокрушенно покачала головой:

– Да что ты? Это очень неприятно!

– Что говорит Великий Дух? – нетерпеливо спросила ведьма.

– Он говорит, что мы опасны для подземных жителей. Что от нас надо как можно скорее избавиться. А то это будет такая большая ошибка, каких еще не было! Люди с поверхности земли прибегут сюда нас искать. Прибегут большой толпой и будут искать, пока не найдут!

Ведьма помолчала, явно раздумывая. Ее блеклые глаза изучали то Майкки, то халат.

– Великий Дух с земли, – наконец начала она. – Твоим словам легко поверить, ибо они звучат разумно. Здесь нам не нужны люди. Но я никогда не слышала о тебе. Никто здесь никогда о тебе не слышал. Что, если ты не Великий Дух? Тебя не оскорбит, если я попрошу подтверждения твоим словам?

– Конечно нет! – Майкки повела руками так же, как халат рукавами.

Ведьма кивнула:

– Хорошо. Великий Дух сказал, что он открыл вход. Я хочу, чтобы он сделал это снова. Пусть Великий Дух Ванной выведет людей на поверхность, если только он найдет дорогу и откроет дверь без ключа. На это я даю Великому Духу один световой день. Если эти люди будут здесь с наступлением ночи, им придется остаться здесь навсегда.

Майкки и Хилла с тревогой посмотрели на халат.

– Получится? – шепотом спросила Майкки.

– Да без проблем, – самоуверенно отозвался халат. – Она думает, что все пути перекрыты, а это не так. Только смотри не ляпни это вслух! Скажи так: «Великий Дух согласен».

– Великий Дух согласен! – провозгласила Майкки.

Главная ведьма кивнула, махнула костлявой рукой и велела стражнику:

– Выведи их отсюда и отпусти.

Глава 24

Неожиданный разговор

Покачиваясь на руках у буки, Майкки поглядывала из-за ее плеча назад. Следом за Уруру шла Хилла, а рядом с ней бодро и независимо вышагивал халат. Хилла косилась на него так, точно не верила своим глазам. Привратница плелась позади и непрерывно бубнила себе под нос:

– До вечера… А если стрекотунья не найдет дорогу? Меня обвинят, меня… А времени всего только до вечера. А когда он, тот вечер?

– Слушай, помолчи, а? – не выдержала Хилла.

– Не волнуйся, – успокоила Привратницу Майкки. – Халат сказал, что мы найдем Рунара и сразу отправимся домой, это уже скоро. И как хорошо, что Уруру ждала нас в лесу! Она сможет понести вещи, если у Рунара еще что-то осталось.

– Тебе, конечно, хорошо, – проворчала Хилла.

Лес закончился, и они оказались на песчаном берегу. С берега был виден остров бук, но что-то в пейзаже изменилось.

– А где мост? – ахнула Майкки.

– Может, это не тот берег? – предположила Хилла.

– Тот это берег, тот, – запричитала Привратница. – А мост ведьмы унесли.

Уруру тихонько буркнула.

– Как можно унести мост? – удивилась Майкки.

– Это ненастоящий был мост, ведьминский мост. Куда пожелают, туда его и приносят. А сейчас им не нужно, чтобы мы быстро прошли, они хотят проверить, на что у нас сил хватит.

– Ну и как теперь? – поинтересовалась Хилла. – Вплавь?

Бука снова буркнула, закинула Майкки на плечо, как свернутый коврик, и зашлепала по воде.

– Ты что творишь, глупая? – хихикнула Майкки. – А если там глубоко?

– А нас кто понесет? – сердито крикнула Хилла.

– Ты-то ведь отлично плаваешь! – откликнулась Майкки. – А вот халат утонет, он же так хорошо впитывает воду.

– Не волнуйся, дружок, я никуда не поплыву, – успокоил ее халат. – Мы тут слегка побеседуем с твоей сестрой.

Халат вальяжно раскинулся на песке. Хилла изо всех сил пнула камушек, валявшийся на берегу, а потом уселась рядом с халатом.

– Ну и ладно. Не очень-то мне и хотелось на остров.

Привратница сзади кашлянула:

– Пойду погляжу, что тут и как. Не сидеть же просто так, вечера дожидаться.

– Ну иди, – пожала плечами Хилла. – Смотри не потеряйся.

– Привратники не теряются, – с достоинством отозвалась Привратница.

Хилла посмотрела на озеро. Широкая спина Уруру была уже далеко, они с Майкки почти дошли до острова. То есть озеро неглубокое, и его можно просто перейти. Интересно, Рунара бука тоже понесет на руках?

Халат похлопал Хиллу по плечу и, когда она оглянулась, показал рукавом на большую груду камней чуть поодаль.

– И что? – спросила Хилла.

Халат легко поднялся и направился к камням, повернулся и поманил Хиллу пустым рукавом. Хилла нехотя встала и пошла следом. Халат обошел камни, выглянул и снова помахал, а потом несколько раз кивнул.

За камнями Хилла увидела высокие заросли камыша, тянувшиеся до самой воды. Камыш шелестел и похрустывал, там кто-то возился. Какой-то зверь? Хилла не питала особенной симпатии к местной фауне… Но тут за стеблями мелькнуло красное и зеленое, и оттуда показалась ведьма в красном платье. Она держала что-то, похожее на деревянный рожок для обуви – такой же, какие лежали у подножия трона. Ведьма завела руку с рожком за спину.

Тотчас же за него ухватилась другая рука. Теперь ведьмы – и красная, и зеленая – вместе держались за рожок. И вдруг обе пропали, как будто их и не было. В камышах стало тихо. У Хиллы приоткрылся рот.

– Это и есть вход? – шепнула она.

Халат кивнул.

– И куда он ведет?

Халат указал пустым рукавом на Хиллу, вверх и снова на Хиллу.

– Домой, наверх?

Халат покивал. Тут ведьмы возникли снова. Их стало трое, и рожок держала ведьма в сером. Они, кажется, говорили о чем-то. Серая протянула рожок красной.

– Зачем им рожок? – спросила Хилла.

Халат покачал капюшоном.

– Это не рожок? А что?

Халат вытянул рукав вперед, слегка покрутил им. И Хилла поняла:

– Ключ!

Значит, ведьмы хотят спрятать ключ, чтобы через этот вход сбежать на землю было невозможно.

– Нам придется искать другую дверь? – спросила Хилла у халата.

Халат покачал капюшоном.

– Надо идти через эту? Почему?

Халат развел рукавами и пожал плечами, потом поднес рукав к капюшону, и Хилла примолкла. Ведьмы тем временем заскользили к лесу. Там они остановились, красная нагнулась и выпустила из рук рожок.

– Где-то мы это уже видели, – пробормотала Хилла.

Как только ведьмы исчезли, Хилла бросилась по берегу к лесу. Как она и предполагала, у корней синего замшелого дерева обнаружился муравейник. Значит, в него ведьмы и положили ключ. Хилла огляделась. Ключ должен быть где-то рядом! Но от муравейника не тянулось никаких цепочек. Сами муравьи выглядели так же, как и на поверхности земли, но никуда не спешили. Наверное, это были ленивые муравьи. Даже муравейник у них был неаккуратный, сверху валялся мусор и даже какие-то смятые бумажки. Интересно, зачем муравьям мусор?

Хилла наклонилась и повнимательнее вгляделась в белую бумажку. Взять ее в руки она не решилась, но и без того узнала. Это был ее собственный рисунок: тот семейный портрет, который они с Каапо отправили Майкки.

На муравейник опустилось какое-то крылатое существо, Хилла вздрогнула и отступила на шаг. Не обращая внимания на Хиллу, существо схватило в лапки изогнутый сучок и снова взмыло в воздух. Хилла присвистнула. Похоже, это главпочтамт. Именно сюда приходят все посылки с земли. Но где же рожок? Хилла снова покрутила головой.

– Не его ищешь, сестра земной птички? – послышался знакомый голос.

Привратница выглядывала из-за дерева и протягивала Хилле ключ.

– Его!

– Возьми, спрячь. Не должна я тебе его отдавать, ох не должна, – покачала головой Привратница. – Хорошо, что муравьи не умеют говорить.

– Вообще-то кто их знает. – Хилла быстро сунула деревянный рожок в карман.

Привратница покивала:

– Осторожно идите. Ведьмы быстро заметят, что ключ пропал, так что пойду-ка я туда, где народу побольше, пока вечер не наступил. Тогда уж никто меня ни в чем не заподозрит, а там можно будет и к своему входу вернуться. Передай стрекотунье мои приветы. Может, еще и свидимся.

Хилла в последний раз посмотрела на зеленое лицо, длинные волосы, мантией облегающие фигуру, маленькие темные глазки и попыталась подобрать приличествующие случаю слова. Увы, она таких не знала. Ладно, пусть Майкки сама разбирается со всякими прощаниями.

– Ну, пока, – буркнула Хилла и помахала мерцающими пальцами.

Привратница помахала в ответ и ушла по длинной лесной тропинке не оглядываясь.

Хилла побежала обратно к халату, который расслабленно валялся на песке возле камней. Увидев Хиллу, он приподнял капюшон.

– Нашла, – выдохнула Хилла. – Точнее, это Привратница его нашла.

Халат одобрительно покивал.

– Пойдем проверим, как он работает, – предложила Хилла.

Халат покачал капюшоном и похлопал рукавом по песку рядом с собой.

– Что, просто сидеть и ждать? – разочарованно протянула Хилла.

Халат кивнул и махнул рукавом в сторону острова. Ну да, логично. Надо дождаться Майкки и Рунара.

Халат вытянул рукав вверх и указал на светлые облака, которые покачивались туда-сюда. Никак не понять было, утро сейчас, полдень или вечер.

– Когда у них тут вечер? – спросила Хилла.

Халат пожал плечами.

– Ну, значит, подождем. – Хилла покорно села на песок.

Глава 25

Побег

Уруру осторожно опустила Майкки на землю. Майкки чихнула.

– Смотри, пижама вся испачкалась! – Она чихнула снова. – Тебе обязательно надо было вываляться в грязи на берегу?

Бука довольно заурчала. Видимо, вываляться было просто необходимо.

– Тсс, – тихонько шикнул кто-то неподалеку. – Идите сюда!

– Халат, ты где? – прошептала Майкки, оглядываясь.

Синий рукав призывно замахал ей из-за груды камней. Майкки взяла буку за руку.

– Фу, даже руки грязные!

Хилла, увидев Майкки, вскочила на ноги.

– Ну наконец-то. Где вас носило? Я не понимаю твоего халата, он все время только машет рукавами.

– А вы что тут делаете? Прячетесь?

– Можно и так сказать. Где Рунар?

– У Рунара оказалось ужасно много вещей! – хихикнула Майкки. – Я-то думала, что все отправила через карман, но он вспомнил еще про кучу всего. Пришлось плыть на плоту. Надеюсь, ведьмы нас не видели. Да, Рунар сказал, что скоро ночь и надо торопиться.

Хилла посмотрела на небо – оно было все таким же светлым.

– И откуда он это знает?

– Откуда-то знает. А где Привратница?

– Привратница велела передать тебе привет и что, может, вы еще свидитесь.

– Она что, ушла? – обиженно спросила Майкки. – И даже не попрощалась со мной.

– Ей сейчас надо побыть на виду, чтобы никто не заподозрил, что она помогла нам сбежать, – объяснила Хилла.

Майкки грустно погладила буку по плечу:

– Ну, хоть ты здесь.

Из-за груды камней послышался шорох.

– Рунар! – Майкки выбежала посмотреть.

Рунар тащил за собой два сплетенных из камыша мешка. Дойдя до груды камней, он остановился, опираясь на палку, вытер пот со лба и изумленно воззрился на халат.

– Самоходная одежда, – проговорил он.

– Он еще и говорить умеет, – похвасталась Майкки.

– Да что вы? Будьте добры, попросите его что-нибудь сказать. Впрочем, потом, все потом. Наступает вечер, а я хотел отправить на землю еще некоторое количество важных образцов. Думаю, вашего брата они тоже заинтересуют. Это не слишком много? – Рунар с тревогой посмотрел на Майкки.

– В самый раз! А халат сказал, что знает, куда идти, и у Хиллы есть ключ.

– Прекрасные новости! – Рунар подтащил мешок поближе, и они с Майкки стали складывать в карманы халата камни, корни и кусочки мха.

– А теперь помолчите, мне надо поговорить с халатом, – попросила Майкки.

На несколько минут стало тихо.

– Халат говорит, что проход на землю – здесь, в камышах, и у Хиллы есть ключ, но ведьмы наложили на дверь еще какое-то заклятие, – сказала наконец Майкки.

– Так нечестно! – возмутилась Хилла.

– Но это не очень сильное заклятие. Ведьмы его наложили просто для порядка, они ведь не знали, что у нас есть ключ. С наступлением ночи оно совсем развеется.

– С наступлением ночи нас тут быть не должно, – заметила Хилла.

– Ночь здесь – понятие растяжимое, – вставил Рунар, опуская в карман халата очередной образец. – Темнеть может долго, но настоящая ночь наступает, только когда спрячется последнее световое облако.

Майкки еще пошепталась с халатом и произнесла с сомнением:

– Даже не знаю, согласится ли Уруру. – А потом перевела для всех: – Халат говорит, надо спрятаться у входа и дождаться сумерек. Когда света почти не останется, волшебство тоже почти рассеется, и мы сможем пройти.

– А прятаться зачем? – уточнила Хилла.

– Ведьмы нас уже ищут. Они заметили, что одного ключа не хватает.

– И где мы тут спрячемся? Зароемся в камни? – Хилла посмотрела на небо. Света стало заметно меньше, и груда камней казалась теперь пугающе темной и зловещей. Хилла посветила на нее пальцами, но темнота победила.

– Халат еще сказал, что, когда мы будем проходить через дверь, надо крепко держаться за руки. Если отцепишься, можно провалиться совсем в другое место.

– Провалиться? – недоуменно повторила Хилла.

– Ну, наверное, это какой-то очень быстрый маршрут. И я лично рада, что не надо будет больше блуждать по пещерам и туннелям.

– Согласен с вами, – сказал Рунар. – Но куда же мы спрячемся?

– Уруру, халат спрашивает, сможешь ли ты натрясти столько пыли, чтобы пыльное облако укрыло нас всех? А потом уйти отсюда, чтобы ведьмы ничего не заподозрили?

– Интересная мысль, – заметил Рунар. – А ведь это возможно, по крайней мере, на некоторое время. Если не будет сильного ветра и никто не будет двигаться…

– И не чихнет, – подхватила Хилла.

– Чихать можно, – разрешил Рунар.

– Ну, что скажешь, Уруру? – Майкки крепко сжала букину руку.

Бука тихонько буркнула, посмотрела на Майкки и кивнула.

Халат тряхнул капюшоном и, подняв рукав, указал вверх. За несколько минут небо изменилось. Световые облака превратились в рассыпанные по небу точки. Казалось, они спокойно покачиваются в воздухе, но, приглядевшись, можно было заметить быстро исчезающие полоски – это световые точки улетали одна за другой.

– Скоро стемнеет, может быть, пройдем уже к двери? – предложил Рунар. – А это, видимо, останется здесь. – Он с сожалением похлопал по второму, еще не разобранному мешку.

Халат сочувственно покивал и снова повернулся к Майкки.

– Да, конечно. – Майкки приняла халат в свои объятия, быстро набросила на себя и взяла за руки Хиллу и Рунара. – Ну, пойдем. А кстати, кто-нибудь знает, куда?

– Ну я знаю, – отозвалась Хилла. – А кто-нибудь знает, как пользоваться ключом?

– Да, халат сказал, его надо просто бросить в дверь, как камень в море!

Хилла провела всех к зарослям камыша. Найти дверь оказалось несложно: ведьмы вытоптали вокруг нее всю траву.

– Халат говорит, надо отойти на три шага, – шепнула Майкки. – Уруру, теперь спрячь нас.

Бука подошла поближе, прижала подбородок к груди и задрожала, сначала медленно, потом все быстрее. От шкуры стали подниматься темные, похожие на дым струйки, они поднимались выше, выше и таяли в воздухе. Уруру сделала шаг в сторону и повторила действия. Постепенно она описала вокруг Майкки, Хиллы и Рунара полный круг.

– И что, мы теперь невидимые? – Хилла огляделась. Все казалось таким же, как и раньше.

– Тсс, – прошептала Майкки. Она понимала, что бука ее уже не видит, но сама видела круглые желтые глаза по другую сторону пылевой завесы. Уруру тихо буркнула, покосилась в сторону леса и, словно заметив что-то, потрусила прочь и вскоре растаяла в наступающих сумерках.

Хилла от всей души надеялась, что сердце у нее стучит не слишком громко. От леса в их сторону двигалась целая процессия. В центре ехала на троне ведьма-правительница, завернутая в мантию. Ее несли два крупных существа, похожие на троллей. Рядом шагали четыре ведьмы.

– Теперь главное – тихо, – шепнул халат на ухо Майкки.

Майкки сжала губы. Ведьмы были уже так близко, что могли коснуться Рунарова плеча. Все затаили дыхание. Ведьмы переговаривались на собственном журчащем языке и поглядывали на небо. Они тоже ждали ночи. Майкки поглядела вверх. Световых точек в небе почти не осталось. Темнота начала побеждать.

– Совсем скоро заклятие рассеется и тогда – прыгаем, – прошептал халат. – Не забудь сказать своей сестре, когда бросать ключ. Должен признаться, что ошибался на ее счет. Она сделана из качественного материала!

Часть ведьм разбрелась по берегу. Одна из них что-то крикнула. Они нашли оставленный Рунаром мешок и принялись его потрошить. Темнело на глазах.

– Пора, – шепнул халат. – Готовьте ключ.

Майкки выпустила руку Хиллы и похлопала ее по плечу. Хилла поняла. Она вытащила из кармана ключ-рожок и вопросительно посмотрела на Майкки.

– Еще пару секунд, еще секунду, – бормотал халат Майкки на ухо. – Давайте!

Майкки кивнула Хилле, Хилла схватила ее за руку и метнула в заросли камыша ключ – уверенно, быстро и метко.

– Прыгайте! – крикнул халат.

– Прыгаем, – прошептала Майкки.

И они прыгнули. Нырнули прямо в камыши, хотя там не было ничего, даже отдаленно напоминающего дверь или хотя бы яму. Успели услышать визг ведьм и приближающиеся шаги – и начали падать в открывшийся под ногами провал.

– Работает! – крикнула Хилла на лету. – Держитесь крепче!

Они падали, падали… и вдруг Хилле стало казаться, что они летят уже не вниз, а вверх. Что, в общем-то, логично – ведь они летят из-под земли к поверхности… Домой!

– Домой! – повторила Хилла вслух, и захохотала, и заболтала ногами в воздухе. – Наконец-то домой, красота!

– Ура! – подхватила Майкки. – Рунар, только держитесь как следует! Теперь уже скоро!

Путешествие закончилось так же внезапно, как и началось. Полет прекратился, и они плюхнулись на что-то одновременно твердое и мягкое.

– Ух! Где это мы? – крикнула Хилла, с закрытыми глазами убирая что-то колючее с лица.

– Мне куст в спину колет, – пропыхтела Майкки. – Ну и теснота.

Хилла открыла глаза. Они действительно оказались в кустах на краю футбольного поля, совсем недалеко от дома. И все вокруг было такое знакомое!

– Фантастика, – пробормотала Хилла, выбираясь из куста. – Сработало!

Она оглядела землю. Ничего особенного. Ни ямки, ни дырки, ну просто никаких признаков потайной двери.

– Сработало, а как же. – Майкки тоже выпуталась из веток и встала. – Рунар, вам помочь? Палка ваша не сломалась?

– Да-да, сейчас, – засуетился Рунар.

Из куста высунулась его седая голова. На фоне знакомых пейзажей Рунар выглядел особенно странно: зеленоватое лицо, подземные одежды… Казалось, он явился с карнавала. Светлые старческие глаза округлились от изумления.

– А ведь я знаю это место! Здесь раньше росли яблони.

– Не помню такого, – покачала головой Хилла.

– Наверное, они росли здесь еще до нас. – Майкки протянула Рунару руку. – Хилла, ну помоги же. Подай ему палку.

– Мы живем вон в том белом доме, – сообщила Хилла, махнув на пятиэтажный дом за деревьями.

– Ну и дела, – пробормотал Рунар. – Моего дома и вправду больше нет.

– А вы жили здесь?

– Да, вон там, на холме.

– Значит, мы соседи, – засмеялась Майкки. – Хилла, мне не терпится познакомить Рунара с Каапо!

Код на двери был тот же, что и раньше, лифт ждал на первом этаже.

– Какой современный дом, с лифтом, – похвалил Рунар.

А Майкки уже звонила в звонок, еще и еще, хотя знала, что мама этого не любит.

Послышались торопливые шаги. Мама распахнула дверь и, казалось, потеряла дар речи – она только открывала и закрывала рот, как рыба. И вдруг закричала:

– Вернулись! Мои дорогие дети! Заходите же, заходите, дайте я вас обниму! Боже мой, грязные-то какие…

Майкки и Хилла бросились к маме и обняли ее изо всех сил.

– Мои дорогие, грязные, непослушные дети! – Мама гладила их по волосам. Из-за ее плеча выглядывали Каапо и папа. Каапо не сводил глаз со старика с зеленоватым лицом и длинными белыми волосами.

– Разрешите представиться, – учтиво поклонился старик. – Я…

– Рунар Калли, – выдохнул Каапо. Он протиснулся мимо обнимающихся родственников и протянул старику руку.

– Совершенно верно, – кивнул старик. – А вы, по всей видимости, брат этих барышень?

– Да, меня зовут Каапо. – Глаза у Каапо сияли.

– Я слышал, что у нас с вами много общих интересов.

– Да, да, – закивал Каапо. – Я уже разложил по баночкам из-под йогурта ваши камни и корни. Я здесь никогда таких не видел!

– Я расскажу вам о них, – с довольным видом пообещал Рунар, а Каапо все улыбался и кивал, кивал и улыбался.

Мама наконец оторвалась от своих грязных дочерей:

– Добро пожаловать, Рунар, проходите же! Сейчас мы заварим чаю, сделаем какао, а вы расскажете нам обо всем с самого начала.

– Превосходный план, сударыня, – согласился Рунар и застучал тросточкой вглубь квартиры Хеллемаа.

Глава 26

Неделю спустя

– Пан… Пансина… Хилла, что там написано? – Майкки наморщила бровки.

– Написано «Пансионат для пожилых», – сказала Хилла. – Учись уже читать.

– А где тогда дом престарелых? – Майкки закрутила головой.

– Пансионат для пожилых – это он и есть. – Хилла потянула на себя дверь.

– Странное сокращение, – заметила Майкки.

– Это не сокращение, глупая. Пошли.

В холле пансионата было просторно и светло. В стеклянной будке сидел, уткнувшись в телефон, тощий молодой охранник. Хилла постучала по стеклу. Охранник вздрогнул и открыл окошечко, с удивлением покосившись на Хиллины мерцающие пальцы.

– Здравствуйте, – вежливо начала Майкки.

– Здравствуйте. Чем могу помочь? – осведомился охранник.

– Мы пришли забрать нашего брата домой пообедать, – сказала Майкки. – Мама говорит, что надо все-таки иногда бывать дома.

– Ваш брат живет здесь? – недоуменно спросил охранник. – А кто-нибудь из взрослых с вами есть? Мы отпускаем проживающих домой только в сопровождении совершеннолетних.

Хилла фыркнула, а Майкки объяснила:

– Наш брат здесь не живет. Он ребенок, такой же, как мы, понимаешь? Но он пришел сюда уже много часов назад, поэтому мы пришли забрать его домой.

– Понятно. А в какой он комнате?

– У Рунара Калли, – ответила Майкки.

– Мы пока не знаем номер комнаты, Рунар поселился здесь только вчера, – добавила Хилла.

– Сейчас посмотрим. Рунар Калли… – Охранник застучал по клавиатуре. – Это ваш дедушка?

– В каком-то смысле, – уклончиво проговорила Майкки.

– Нет, не дедушка, – отрезала Хилла.

Охранник вопросительно поднял голову.

– Он друг семьи, – со значением произнесла Хилла.

Охранник покивал, вгляделся в экран компьютера и задумчиво поджал губы.

– Рунар Калли, чрезвычайно преклонного возраста, родственники неизвестны, документы отсутствуют. А вы, значит, друзья?

– Ну да, – согласилась Майкки. – Так где он?

– Минутку… На лифте на второй этаж, первый коридор, третья дверь. На двери написаны имя и фамилия. Позвать кого-нибудь вас проводить?

– Сами найдем, – решительно сказала Хилла.

Найти комнату Рунара действительно оказалось несложно: их с Каапо оживленная беседа слышна была даже в коридоре. Хилла постучала.

– Входите-входите, – отозвался Рунар.

Майкки приоткрыла дверь и заглянула. Рунар с Каапо сидели за столом, заваленным книгами, карандашами и какими-то схемами. Каапо раскраснелся от удовольствия.

– Добро пожаловать. – Рунар гостеприимно махнул рукой.

– Что это вы тут делаете? – спросила Майкки.

– Рунар мне кое-что объяснял, – сказал Каапо.

– Каапо – весьма подающий надежды молодой ученый, – похвалил его Рунар.

– Мы принесли еще книжек. – Майкки кивнула на пластиковый пакет у Хиллы в руке. – Теперь все здесь.

– Замечательно! – воскликнул Рунар. – Там должна быть вторая часть исследования, касающегося шкуры буки, мы его как раз сейчас обсуждали. Дайте-ка взглянуть.

Хилла протянула Рунару пакет. Рунар выглядел уже куда аккуратнее, чем под землей. Волосы ему подстригли и причесали, бороду сбрили. На нем был мягкий домашний костюм и толстые очки. Кожа потеряла зеленоватый оттенок.

– Вот она. – Рунар вытянул из пакета книгу.

– Мама прислала вам еще записную книжку – вдруг пригодится для исследований, ну или для воспоминаний. – Майкки подала Рунару толстую тетрадку в красной обложке.

Рунар раскрыл ее и с удовольствием погладил страницы.

– Отличная белая бумага! Передайте большое спасибо вашей маме.

– Каапо, – начала Хилла, – вообще-то мама велела позвать тебя домой.

– Прямо сейчас? Мы с Рунаром еще не закончили…

– Прямо сейчас! Ты тут уже часов пять, как минимум.

Каапо с тревогой посмотрел на Рунара:

– А можно мне завтра опять прийти?

– Нет, завтра Рунар сам придет к нам на целый день! – напомнила Майкки.

– Да? Ну тогда послезавтра?

– Когда вам только будет угодно! – торжественно произнес Рунар.

– Значит, послезавтра, – решил Каапо.

– До завтра, Рунар! – помахала с порога Майкки.

– До завтра, барышни, до завтра, коллега, – улыбнулся Рунар.

Ребята уже заходили во двор, когда Майкки вдруг спохватилась:

– Моя кофта осталась у Рунара на стуле!

– Не было у тебя с собой никакой кофты, – заспорила Хилла.

– Была, я точно помню! Идите домой, я сбегаю за ней и догоню вас.

– А не заблудишься? – засомневался Каапо.

– Не заблужусь!

Майкки промчалась через парковку, остановилась у дверей пансионата и оглянулась. Каапо и Хилла остались далеко и не смотрели в ее сторону, поэтому не видели, что их сестра не открыла стеклянную дверь, а проскользнула вдоль здания на задний двор, на узкую, ведущую к лесу тропинку и дальше в лес.

Майкки бежала по лесу, как лисенок, легко и весело, и вскоре оказалась у муравейника. Две цепочки муравьев тянулись, как и раньше, в двух направлениях: под землю и из-под земли.

Майкки достала из кармана свернутый вчетверо листок и осторожно опустила его на муравейник. Несколько муравьев отделились от остальных и забегали вокруг листка.

– Привратница южного входа, – прошептала Майкки, – я спросила у мамы. Можешь приходить в ванную когда захочешь. Добро пожаловать. Я знаю, что ты не умеешь читать, поэтому я нарисовала тебя в ванной. Надеюсь, ты догадаешься, что это приглашение. Еще я нарисовала тебе карту, как найти наш дом. Пока. Майкки.

Муравьи подхватили листок и потащили его с собой. Майкки провожала его глазами, пока он не исчез в трещине у корней ели.

Тогда она достала из кармана второе письмо, опустила на муравейник и прошептала:

– Чудо-бука, Уруру. Приходи ко мне в гости. Я по тебе скучаю. Ты не умеешь читать, а я не очень умею писать, поэтому я нарисовала тебя и себя у тебя на руках. Мне очень хочется тебя обнять, хоть я и снова расчихаюсь, но это неважно. Пока, лохматая.

Муравьи подхватили письмо и потащили туда же, куда и первое – к корням большой ели. Майкки проследовала за муравьями и удовлетворенно кивнула, когда письмо исчезло под землей.

Потом она снова пустилась бежать – по лесной тропинке, мимо пансионата, через парковку… Хилла и Каапо не торопились возвращаться домой: мама явно не обрадовалась бы, узнав, что Майкки снова потерялась.

Запыхавшаяся Майкки остановилась возле них.

– Ну? – требовательно спросила Хилла.

– Что «ну»?

– Кофта-то где?

– А, ее там не было. Наверное, дома забыла, – махнула рукой Майкки.

– А я что говорила, – покачала головой Хилла.

– Ты была почти права, – улыбнулась Майкки.

– Что значит «почти»? Я была права целиком и полностью. Как всегда. Ну, почти. – Хилла ухмыльнулась и схватила Майкки за руку. – У меня самая странная младшая сестра в мире! Ну, пошли уже обедать, пока все не остыло!

Примечания

1

Цеолиты – минералы, способные поглощать и отдавать влагу, впитывать запахи и некоторые вещества.

Content

Туутикки Толонен
Бука. Под землей

Глава 1 Под землей

Глава 2 Муравейник

Глава 3 Кто стоит за буками

Глава 4 Каапо и его исследование. Часть 1

Глава 5 Кто-то идет

Глава 6 Действует ли халат

Глава 7 Связь с подземлей

Глава 8 Каапо и его исследование. Часть 2

Глава 9 Неожиданное купание

Глава 10 Советы халата

Глава 11 Один мечтает, другой копает

Глава 12 Опасный выбор

Глава 13 Хилла идет

Глава 14 Попытка номер два

Глава 15 Свет в стене

Глава 16 Пройти третий туннель

Глава 17 Фотографии и прочие послания

Глава 18 По следам буки

Глава 19 Обитатели бучьего острова

Глава 20 Великое решение

Глава 21 Сборы

Глава 22 Проблемы в кустах

Глава 23 Великий дух с поверхности земли

Глава 24 Неожиданный разговор

Глава 25 Побег

Глава 26 Неделю спустя

Примечания