Мэд Ригби

Федерация Нежити

Действие книги развивается на территории вымышленного федеративного светского государства с двухпартийной системой правления. С одной стороны власти находится коллаборация — руководители научных институтов, объединённых одной целью — разработать возможность подчинить себе существующие законы физики. С другой стороны власти находится церковь, определяющая нормы и стандарты морально-этического устройства общества. Уровень жизни в республиках значительно дифференцирован. Все они определены как моногорода, имеющие на своей территории объекты федерального значения. В связи с этим они называются станциями обслуживания, или же союзными станциями, в зависимости от того, как их позиционирует федеральное правительство в различных ситуациях.

Такое устройство государство получило после великой войны. О том, в связи с чем началась эта война и как она закончилась — никто не знает, но у каждого на этот счёт своя версия. Истинная история той эпохи скрыта в библиотечных архивах, на доступ к которым ни у кого нет права. Наверняка известно только то, что последняя война уничтожила предыдущую цивилизацию, достигшую очень высокого технологического развития, что вызвало конфликт с религиозным мировоззрением.

Но эта история не о политике и не о вере, а просто трэш про зомбаков.

I. Законы, которые мы не можем нарушить

Глава 1. Побег из склепа

Она проснулась от холода и от того, что её мучил животный голод. Сделав первый вдох после пробуждения, она в полной мере ощутила затхлый воздух, заполнявший пространство вокруг. Вставать не хотелось, но больше лежать не было смысла. Свет просачивался через вентиляционные окна, позволяя оценить обстановку.

Элдис оказалась внутри самого настоящего склепа с настоящими гробами, стоявшими вдоль стен из каменной кладки. Некоторые гробы занимали почётное место в центре пространства. Какие-то из них были открыты, а какие-то были вообще без крышек. Укрыться от пронизывающего холода было негде. Кругом камни и земля. Влажная от сырости сорочка неприятно касалась кожи. Элдис надеялась, что скоро сможет привыкнуть к этому ощущению и не обращать на него внимания. Ведь сейчас она испытывала и более неприятное — ощущение, что за ней следят. Нет, в склепе кроме неё никого не было. Это она знала наверняка, конечно не имея в виду старых трупов. Ощущение наличия жизни приходило сквозь стены вместе со светом. Она присела возле стены и осмотрела вентиляционные окна одно за другим. Так и есть, какая-то тень мелькала в них. Ощущение постороннего взгляда отступило. Похоже, что так её не видно снаружи. Мысленно Элдис попросила это существо идти своей дорогой, кто бы это ни был. Ей подумалось, что если она так посидит возле стены под окном, не шевелясь, то станет ему не интересна и сможет остаться одна. Уткнувшись лицом в рукав сорочки, чтобы меньше чувствовать миазмы, Элдис начала медитативно делать глубокие медленные вдохи, считая их: один… два… с каждым вдохом ощущение безопасности усиливалось… пять…

…девять… И, когда Элдис почти успокоилась, яростный крик вывел её из состояния лёгкого транса. Сердце забилось в бешеном ритме. Страх и осознание своей обречённости сковали её. Он не просто кричит, у него есть ключи, которыми он сейчас открывает замок. Сейчас он подберёт нужный ключ и войдёт. Элдис понимала, что не сможет спрятаться, кроме неё здесь никто не дышит, и только у неё бьётся сердце. Может он нашёл её по-другому, тогда ещё есть небольшой шанс.

Вошедший мертвяк едва бы смог легко найти человека по сердцебиению, но зато он понимал, кто покоится в гробу, а кто по каким-то причинам из него выбрался. Женщина, склонившаяся в напряжённой позе над гробом посередине склепа, подрагивала то ли от страха, то ли от холода. Она была слишком слаба, чтобы что-то говорить или сопротивляться. Не стоит судить о силе мертвяка по его полуразложившейся плоти. Он схватил свою находку одной рукой за голову и потащил наружу.

До того, как мертвяк смог войти, Элдис приложила немало усилий, чтобы вытащить эту женщину из гроба и занять её место. Повезло, что погребальное платье было сшито специально для покойницы, одевались только рукава, а сзади оно просто обвязывалось поясами. Так что Элдис успела его снять с трупа и накинуть на себя.

— Прости, сестра, но так будет лучше — Элдис не узнавала покойницу, но понимала, что кроме как сестрой она не могла ей никем больше приходиться. Стараясь подавить в себе самые низменные чувства, Элдис думала о том, что главное остаться незамеченной.

Она старалась дышать как можно ровнее, когда мертвяк был возле гроба, в котором она лежала. Слишком много энергии ушло на то, что бы передать трупу импульсы своего тела, заставив её стоять и подрагивать. Элдис до последнего не знала, сработает ли это против вошедшего. Она лежала, не открывая глаз, и уже была готова к тому, что он начнёт вытаскивать её. Ей казалось, что это существо разглядывает её, но глаза так и не открыла, пока мертвяк не вышел с трупом. И после этого ещё немного подождала, но уже решила не считать выдохи. Чувство, что на неё смотрят отступило, и не возвращалось. Аккуратно подойдя к выходу, Элдис настороженно прислушивалась. Конечно, мертвяки не закрывают двери. Но прежде чем выйти, Элдис напрягла все свои чувства, чтобы оценить то, что ждёт снаружи.

Множество мертвяков бродят поблизости, патрулируя местность. Они реагируют на каждый шум, на каждое движение. И если уж что-то заметят, то не уйдут, пока не отыщут того, кто его издал. Несмотря на холод, Элдис обнадёжило, что на ней нет лишней одежды, которая бы мешала двигаться незаметно. Ощущение наличия жизни позволило ей определить, где находятся даже самые тихие притаившиеся мертвяки. Это сильно поможет ей пройти через просматривающиеся могильные ряды до деревьев. Там уже можно будет дышать спокойней.

Уже робираясь между кустов, Элдис чувствовала, что за ней идут торопливой походкой. Она отругала себя за то, что не смогла затаить дыхание, проходя в трёх метрах от спящего мертвяка. Он проснулся, когда Элдис кралась мимо, и теперь шёл за ней. Пока мертвяк не разобрался, кто тут ходит и не поднял шум. Но это вот-вот должно было произойти. Его добыча стояла, прижавшись к дереву. Платье на ней едва колыхалось, но этого движения он не мог не заметить. Когда мертвяк подошёл достаточно близко, чтобы схватить жертву, в его руке оказался кортик, снятый с ремня. Без лишних сантиментов он вогнал кортик в жертву, но беглянка тут же растворилась в воздухе, оставив только свою одежду. Наполовину разложившееся существо с иссохшим мозгом замерло в оторопении. Он чуял жертву совсем близко, где же она прячется?

Элдис, заметив, что мертвяк почти догнал её, не смогла ничего сделать, кроме как отвлечь его, выиграв для себя немного времени. А там уже может, повезёт как-то. Сняв с себя погребальное платье, Элдис повесила его на ветки дерева, создав иллюзию стоящего человека. Сама она легла с другой стороны дерева, вжавшись в торчащие из земли корни. Когда мертвяк сорвал с веток платье и бросил на землю, Элдис поняла, что он продолжит искать её и заглянет под каждый камень. Он чувствует, что она рядом, хоть и не видит, не замечает, как она опутывает пояса от погребального платья вокруг его ног. Отойдя достаточно далеко, чтобы мертвяк не смог до неё дотянуться с места, Элдис решилась показаться ему.

Мертвяк увидел жертву совсем рядом, она вновь стояла перед ним неподвижно, но на этот раз никакого обмана. Девушка была настоящая. Нужно было только сделать пару шагов до неё. Но в этот момент он запутался ногами в поясах от платья, которое только что бросил себе под ноги, едва не свалившись. Мертвяк посмотрел на свои ноги, потом с сомнением на Элдис. Обессиленная девушка покорно стояла с испуганным лицом, не способная ничего предпринять, просто ждала своей участи. Мертвяк наклонился, чтобы распутать эти тряпки в своих ногах. Что-то заставляло его суетиться. Он положил ржавый тупой кортик, не способный разрезать ткань, рядом с собой, чтобы выпутаться двумя руками. Излишняя суета и недооценивание жертвы сыграли с ним плохую шутку. Он даже не смог ничего сделать, когда Элдис подскочила, чтобы схватить кортик, и умчалась через кусты в сторону кладбища с такой скоростью, с которой могут перемещаться разве что дикие звери. Мертвяк смотрел на дрожащие кусты, не понимая, что ему делать. Жертва бежит на кладбище, поднимать тревогу нет смысла. Он поднял с земли пояса и прижал их к носу, делая глубокий вдох, и на миг закрыл глаза. Он только почувствовал, как что-то пронеслось мимо него, а затем резкая боль вонзилась в спину, продолжая усиливаться. Заполнившая горло сгустившаяся кровь не позволяла издать даже стон.

Пока мертвяк пытался выпутаться из тряпок, Элдис мысленно его торопила. «Я просто буду стоять, быстрее, просто развяжи узел двумя руками» — думала она, смотря на него. Как только он положил кортик, Элдис схватила его и спряталась за дерево, бросив в кусты попавшийся под руку камень. Так быстро и далеко бежать она конечно не могла. Но на мертвяка это сработало, как она и рассчитывала. Когда он потерял чувство действительности, Элдис подбежала к нему сзади в самый подходящий момент. Толкнув его ногой по обратной стороне коленного сустава и потянув на себя его плечо, она заставила мертвяка запрокинуться назад, одновременно вонзая ржавый кортик ему в спину. Она старалась попасть между нижними рёбрами. Кортик вошёл в плоть наполовину своей длины. Стараясь провернуть его, Элдис надеялась, что мертвяк уже не в состоянии завопить. Но наверняка она не знала. Поэтому для уверенности, не теряя время, воткнула кортик в него ещё. На этот раз в горло. Из раны на горле начала выделяться тёмная густая масса. На ближайшее время этот мертвяк не сможет продолжить гнаться за ней и позвать других мертвяков. Теперь это она знала наверняка. Стоя в сорочке среди кутов и деревьев, Элдис старалась думать о тепле. Теперь, когда она была в относительной безопасности, к ней вернулись мысли о голоде, который она испытывала. Ей нужно просто добраться до заброшенных домов на окраине ближайшего посёлка и побыть там какое-то время, вблизи людей, но на безопасном от них расстоянии. Там она сможет отдохнуть и восстановить силы.

Глава 2. Как нарушить законы физики

На закрытой конференции при НИИ Квантовых Взаимодействий, целью которой было не только привлечь сторонние вложения в проекты, но и распространение исследований в области Искривлённой Физики, выступал один из ведущих сотрудников, руководитель лаборатории Макс Левон. Его выступление не предназначалось для широкой публики. Пока у НИИ с частными производителями в этой области не было налажено взаимопонимание, и говорить что-то лишнее не хотелось. Лишь узкий круг самых заинтересованных руководителей коллаборации был удостоен возможности проникнуться в ход проведения опытов при НИИ. Макс Левон сидел за импровизированной в кабинете трибуной и пытался довести азы существующей модели квантовой физики:

— Все мы любим физику хотя бы за то, что её законы никто не может нарушить. Хотя существующая ныне модель физики пространства-времени говорит об обратном. Теоретическая отрасль — Искривлённая Физика, разработала такую модель пространства-времени, которая оказалась не только жизнеспособной, но и принесла практические плоды. Всё дело в том, что фотон, движущийся в пространстве со скоростью света в вакууме, меняет своё положение за минимальное время. Промежуточного положения для фотона между двумя моментами времени нет, так же как нет и промежуточного времени. Это касается не только фотонов, это свойство пространства-времени. Сложно? — тогда Вы сможете это понять. Если это кажется Вам глупо — то это потому что Вам должно так казаться. Никто не хочет говорить о том, что наш с вами мир похож на компьютерную симуляцию, но это так и есть.

Время и пространство в нашей Вселенной дискретны, то есть состоят из точек и тактов соответственно. Любая материя состоит из пространства. Теперь скажу метафорично. Если на стретчевой ткани сделать узелок — то это и будет аналог материи в пространстве. Так, а растянутая ткань будет аналогом растянутого пространства вокруг материи. Теперь нам ясно, что пространство имеет разную степень растяжения, ну или сжатия, в разных участках. Что это нам даёт? Если подумать — это объясняет устройство всей нашей Вселенной и даёт понятия о тех явлениях, которые не могли объяснить предшествующие теории.

Выступление Макса сопровождалось наглядными видео слайдами, на которых были изображены координатные сетки, деформирующиеся в искривлённые фигуры.

— Ну хорошо. Возьмём атом и его массу. Сума масс элементарных частиц из которых он состоит немного меньше массы самого атома. Да, это все знают, но не лишним будет напомнить. Что более интересно — кварки, из которых состоят субатомные частицы — вообще не имеют массы. А когда Кварки объединяются в какой-нибудь протон, то масса появляется. Это происходит именно потому, что пространство вокруг протона растягивается. Эти узелки в пространстве стараются занять то положение, где пространство наиболее растянуто — то есть прижаться друг к другу. Это просто чтобы Вы понимали, какими вещами на самом деле занимается коллаборация Искривлённой Физики.

За время своего существования коллаборация Искривлённой Физики несколько раз фиксировала изменения некоторых физических постоянных, таких как гравитационная постоянная, слабое радиоактивное взаимодействие или скорость света в вакууме. Конечно, эти изменения незначительны, в пределах десятого знака после запятой. Это никак не влияет на нашу жизнь, но наталкивает на мысль, что столь незначительные изменения за незначительное время существования коллабораци могли быть основательно изменены за всё время существования вселенной. Да, это связано с тем, что пространство-время нашей вселенной в разное время имеет разную степень растяжения не зависимо от количества материи. Это приводит к тому, что законы физики действуют немного по-разному в разное время. Ну и соответственно в одно время в разных участках пространства. Если бы какую-то материю можно было перенести из удалённой галактики в нашу — скорее всего материя бы распалась, так как формирующие её силы адаптированы именно под ту часть пространства, в которой эта материя находится. Но, может маленький кусочек материи из другой части вселенной, на Земле будет иметь неимоверную массу, а стрелка компаса на другом конце вселенной сможет своим магнитным зарядом притягивать звёзды.

Даже самые рисковые новаторы, желавшие разрабатывать собственные проекты на базе исследований НИИ, находились в замешательстве. Слишком мала вероятность практического применения этой отрасли. В последнее время руководство коллаборации Искривлённой Физики много средств направляет на изучение законов физики в различных частях вселенной. И хотя для нас не доступны даже соседние галактики — тратить средства для изучения окраин вселенной многим кажется глупо. Финансовые потоки от частных инвесторов значительно сократились. Никто не хочет вкладываться в бесперспективный проект, но коллаборация использует резерв своего бюджета так, будто собралась обанкротиться, что просто не имеет смысла. Ну, или они собрались выиграть джекпот, но это кажется маловероятным.

Конспирологи связывают такую работу коллаборациии с заявлением их представителей по связям с общественностью о зафиксированной скорости мюонов, которая оказалась выше скорости света в вакууме. И хотя вскоре после этого заявления представители по связям с общественностью его опровергли, сославшись на некорректную работу измерительных приборов, нашлись те, кто заподозрил коллаборацию в пособничестве тайным обществам. Научные сотрудники чуть ли не целые книги потом писали о неправильно подключённом кабеле. И вроде в итоге всех удалось обратно убедить, что ничего не может перемещаться быстрее скорости света в вакууме, а то, что эта скорость может быть разной — никто не думал. Для всех эта тема так и осталась закрытой.

Макс Левон поразил слушателей такой откровенностью, в то время как участники конференции ожидали презентацию грандиозных достижений. Теперь Макс был готов перейти к тому, для чего и было организовано это мероприятие.

— Сейчас нам с вами нужно будет пройти в лабораторию, где всё готово для проведения опыта и наглядной демонстрации наших возможностей.

Лаборатория находилась в соседнем с главным корпусом здании и занимала огромное помещение. Макс осознавал, что для понимания принципа работы настроенного оборудования нужно потратить много времени. И так он начал объяснение по порядку, начиная с огромной антенны, находившейся снаружи:

— Эта антенна улавливает сигнал с орбитального спутника. Проблема наземных радио обсерваторий в том, что невозможно создать механизм, достаточно плавно направляющий телескоп в нужную точку вселенной в соответствии с вращением Земли вокруг оси. Именно поэтому используются данные с орбитального телескопа, ведь необходимо хоть какое-то время фиксировать направленность с точностью до долей угловых секунд. Радиотелескоп улавливает шум из межзвёздного пространства с недосягаемых уголков вселенной и передаёт этот сигнал в лабораторию, где он усиливается и попадает на контур. Этот контур спроектирован так, что создаёт радио шумовое окно. Квантовая пушка бомбардирует субатомные частицы через это окно, которые при этом запутываются с частицами, находящимися в той части вселенной, которая нас интересует. Именно так мы получили мюоны, способные двигаться со скоростью света в удалённой вселенной, которая оказалась чуть выше, чем в нашей галактике.

Ввиду масштабности средств, вложенных в лабораторное оборудование, сказанное было похоже на правду и почти не вызывало сомнений. По крайней мере это объясняло, почему сторонние НИИ, не подчинённые коллаборации, не могли повторить опыт с превышением скорости света. Коллаборация скрывала опыты по запутыванию частиц, ну или просто не распространялась о них.

Но это был давно пройденный этап. Макс продолжал демонстрацию опыта. Он подошёл к металлической пластине, в которую направлялась квантовая пушка. Его объяснения были поверхностны, без лишних подробностей:

— Это полупрозрачный экран сканера. Часть запутанных частичек попадая в него, сканируются и данные об их состоянии обрабатываются компьютером. Компьютер создаёт модель физических взаимодействий этих частичек и созданным из них веществом. Таким образом, мы получаем представление о физике удалённых частей пространства. Запутанные частички, прошедшие сквозь полупрозрачный экран обладают аналогичными свойствами но, в отличие от отсканированных частичек, продолжают своё существование. Эти частички попадают в электромагнитную ловушку и находятся там.

Мы подходим к финальной части нашего изучения. Запутанные частички в ловушке подвергаются определённым воздействиям так, что способны объединяться в атомы и вещество. Это на самом деле и есть вещество из удалённого пространства, которое мы получили путём квантовой телепортации. Последние наши наблюдения показывают, что пространство-время вокруг этого вещества искривленно. А это означает, что в перспективе мы можем контролировать все процессы в соответствии с тем, как нам это понадобится.

Макс подошёл к электромагнитной ловушке и отсоединил от её тыльной части небольшой кристаллик. Демонстрируя его в открытой ладони, он продолжил объяснение:

— Благодаря алгоритмам квантового компьютера и накопленной базе данных о пространстве-времени в различных участках мы можем задавать этому веществу любые параметры, такие как масса, прочность, электропроводимость. Причём эти параметры могут выходить за рамки приемлемых нашими законами физики параметров. — каждый слушатель мог подержать кристаллик в руках. Он оказался невероятно лёгким, а измерения его прочности дали невероятные результаты. По словам руководителя лаборатории, выходило, что этот кристаллик из вещества, взятого с другого конца вселенной. — Можно задать даже силу ядерных взаимодействий, продолжил Макс. В настоящее время работы не ведутся открыто и не освещаются. Нужно ещё решить некоторые вопросы, связанные с безопасностью проводимых исследований, а также оптимизацией создания алгоритма искривления пространства-времени.

На самом деле, конечно, целью работ было не создание материалов с неземными свойствами. Коллаборация ИФ заинтересована в возможности местного изменения времени и телепортации отдельных объектов на небольшие расстояния. Однако о сути этих исследований пока говорить ещё было рано даже самым посвящённым сторонним инвесторам.

Глава 3. Научно-религиозный конклав

Собрание проходило в одном из офисов церкви Слепого Отца. На данный момент времени в здании проводился ремонт, но работы на сегодня отменили. Все коммуникации были полностью отключены, электрические провода демонтированы из стен. Никто бы не подумал, что на данном этапе ремонта в офисе будет организована встреча двух организаций. Место встречи тщательно подготавливалось специальными сотрудниками. Был произведён мониторинг радиообнаружения, на предмет нахождения каких бы-то ни было технических устройств. Также специальные сотрудники убедились в отсутствии возможности просматривать или прослушивать офис извне. Эта встреча была необходима для решения дальнейшего взаимодействия коллаборации Искривлённой Физики и церкви Слепого Отца. Конечно, служители церкви не одевали в такие моменты церковные наряды, как и научные сотрудники не одевали на такие совещания защитные лабораторные костюмы. Все четверо были почти в одинаковых деловых костюмах, и сторонний наблюдатель не определил бы кто из них кто.

Митрополита Карла сопровождал помощник для личной встречи с главой коллаборации ИФ Стивом Трудовым, которого в свою очередь сопровождал руководитель лаборатории НИИ Квантовых Взаимодействий Макс Левон. До этого подобные встречи проходили, когда коллаборация сделала ряд открытий в области генной инженерии. По просьбе церкви Слепого Отца ей пришлось приостановить проекты генной модификации организмов, результаты которых могли бы изменить весь социальный уклад и международную экономику. В обмен церковь законсервировала библиотеку, в которой хранились архивы процивилизаций времён основания церкви и подтверждающие личность и божественность Слепого Отца. Тем самым общественность лишилась неопровержимых доказательств, которые должны были полностью преобразовать социум в религиозно-фанатичное движение. После этого коллаборация вплотную занялась исследованием стволовых клеток и способов их применения. Вскоре церковь признала эти работы аморальными и не гуманными, руководствуясь какими-то своими интересами. За прекращение этих исследований коллаборация потребовала от церкви перераспределить статьи своих расходов в пользу развития медицинских учреждений за счёт снижения расходов на строительство храмов и церквей, а точнее почти полной их отмены.

Не то чтобы коллаборация подчинялась церкви, но без их поддержки инновационные введения были слишком затруднены, так как общественность крайне осторожно к ним относилась. Как это было, например, с фармацевтическими препаратами, стимулирующими работу организма. Люди недоверчиво отнеслись к ним, так как церковь не отреагировала на их появление. Несмотря на светский уклад, люди придерживались морально-этических норм, которые создавала церковь.

Сейчас решался вопрос о возможности реализации проектов современных достижений в области квантовой физики. Митрополит Карл обращался к Стиву Трудовому:

— Мы готовы поддержать вас, если это будет во благо людям и не принесёт им вреда. Конечно, подобные инновации необходимо вводить в жизнь людей постепенно, поэтому мы обязаны их контролировать. Мне необходимо ознакомиться с тем, что вы хотите им преподнести, затем я составлю план реализации ваших достижений в социальную среду.

Такая конструкция разговора казалась шаблонной и ничего не обещала. Трудовой был готов к такому рассмотрению вопроса церковью, но лучше бы не слишком затягивать с принятием решения. Хотя эти вопросы уже оговаривались по другим каналам связи, при личной встрече с митрополитом Трудовой решил напомнить ему:

— После вашего положительного решения мы готовы будем переоборудовать часть подчиняющихся нам НИИ для подтверждения теории креацизма. Мы уже достигли в этом кое-каких успехов и видим перспективу в дальнейших исследованиях. Но пока не можем, по понятным причинам, поделиться этой информацией. Конечно, я имею в виду не симуляцию нашего мира, а именно то, что развитие всего существующего во вселенной является направленным действием.

Для митрополита подобное обещание мало что значило. Научное доказательство Бога его интересовало в меньшей степени, хотя определённый интерес в этом был, и это должно было ускорить рассмотрения им вопроса о принятии квантовых процессов. Совещание было не долгим, как и планировалось. Все его участники выразили согласие с тем, что принятые решения являются обоюдовыгодными и готовность закончить переговоры. Как и было оговорено, Макс передал помощнику митрополита алмазный диск с информацией об исследованиях и концептах ИФ и все четверо собрались покинуть офис.

В следующий момент Макс увидел, как глаза помощника митрополита округлились, а из его груди появился острый предмет. Непонятная тень сформировалась за его спиной и поглотила кошель помощника в его руке, куда он успел спрятать алмазный диск. Тень растворилась также внезапно, как и появилась. К этому моменту Карл и Стив тоже успели осознать постигший ужас. Помощник митрополита замертво повалился на спину, истекая кровью. Трое участников совещания, стоявших рядом, отскочили в ужасе от него и с опаской начали переглядываться. Каждого посетила мысль, что в любой миг участь помощника может постичь кого-то из оставшихся.

Спустя полчаса, в офисе уже полным ходом шло расследование случившегося. Специальные сотрудники выполняли теперь роль криминалистов. Тот, который обследовал помещение офиса, сообщил:

— Следов червоточин нет. Пространство-время не нарушалось. Это не телепортационное явление, и нарушений законов физики в данной области не происходило.

Митрополит недовольно нахмурился:

— Но ведь мы же видели, как убийца появился из ниоткуда и туда же исчез. Ясно, что ему удалось пройти сквозь пространство. — посмотрев на Стива добавил — Такие результаты своих работ Вы хотите мне продемонстрировать?

Стив не отреагировал на столь глупое замечание. Телепортация таких сложных объектов, как люди — неосуществима. Он терпеливо ожидал следующую, более рациональную версию.

— Значит убийца был среди нас. — более логичный вывод сделал Макс — Притаился в одном из углов, пока вы какие-то прослушивающие устройства искали.

Один из специальных сотрудников, из всех сил стараясь оставаться хладнокровным, согласился:

— Так и было: убийца зашёл в офис до его осмотра, притаился и переждал его проверку уже внутри. В другое время он бы попасть незаметно в офис не мог. Поприсутствовав на совещании, он дождался его окончания. Когда двери офиса открылись, а интересовавший его диск оказался в известном месте, убийца и совершил диверсию. После этого он вышел незаметно из офиса, что мог сделать в любой момент. Но его следов мы пока не нашли.

Теперь Макс со Стивом смотрели на митрополита. Его очередь была объясняться.

— Это бред какой-то. — возмутился Карл — Служители церкви не способны на такие сильные иллюзии. Я бы мог допустить введение в транс, гипноз, манипулирование сознанием. Но оставаться невидимым столь продолжительное время — да ни один служитель на такое не способен.

— Вы можете определить орудие убийства, по характеру раны? — спросил Стив у одного из специальных сотрудников. — Тогда легко можно будет найти убийцу. Наверняка он стал видимым, как только вышел на улицу.

— Да, несомненно, это кортик. Такие были на вооружении нашей армии в период войн. Кортик вошёл со спины между шестым и седьмым ребром в левое лёгкое жертвы. Тем самым убийца лишил его возможности издавать стоны. Подобные методы убийств отрабатывались разведывательными службами. Случайно нанести такое ранение крайне маловероятно.

Период войн закончился давно. Сейчас даже не осталось тех, кто воевал. Все наставления по военному делу имеют гриф секретности, тем более документации разведывательных служб, а всё вооружение утилизировано.

— И что это может значить? — удивился митрополит. — Что рядом с нашими офисами находится подпольная воинская часть, в которой готовят экстремистских силовиков?

— Нет, исключено. — отрезал специальный сотрудник — Даже небольшая подпольная организация не могла бы оставаться тайной на протяжении столь длительного времени. Но нужно будет организовать полную проверку Кладбища Иссыхания.

Митрополит почувствовал укол в спину, конечно, фигурально выражаясь. Кладбище Иссыхания во все времена находилось в ведомстве церкви Слепого Отца. Конечно, бывали форс-мажорные ситуации, когда контроль над нежитью немного снижался, и покойники обретали зачатки сознания. Но существующие требования к охране Кладбища написаны кровью. Определённые силы не позволяют подняться нежити, за исключением мертвяков, сознание которых полностью контролируется одной из церквей, подчинённых церкви Слепого Отца. Но что касается способности обретать невидимость, или более того бестелесность — для этого понадобилась бы развитая организация среди нежити. Что в принципе не возможно.

— Сотрудник, — повелительно произнёс митрополит, — проверяйте, что хотите, но у вас должен быть полный отчёт о случившемся, а личности всех замешанных должны быть установлены.

Откровенно говоря, Кладбище Иссыхания появилось по вине церкви, когда служители прониклись верой в чудесное воскрешение. Используя знания о нейронных сетях человеческого сознания, которые им предоставила коллаборация во время разработки квантовой вычислительной техники и работающем на ней ИИ, служители проводили обряды воскрешений. Цель обрядов была ясна — продлить жизнь высокопоставленных святых. Однако дело приняло непредсказуемый оборот. Воскресшие обретали изменённое сознание, а попытки вернуть им истинный разум лишь всё усугубляли. В результате обряды были признаны недействительными, и оказались под запретом. Однако уже поднятая нежить никак не хотела возвращаться в изначальное состояние. Более того, каким-то образом воскресшие начали воскрешать других мертвецов. Дело вышло из-под какого-либо контроля. И то, что митрополит в своих речах называет форс-мажорным обстоятельством, когда ему приходится ворошить прошлое, на самом деле было настоящим восстанием нежити, которая наводила ужас на сёла и города. Для борьбы с нежитью церковь Слепого Отца создала отдельное подразделение инквизиторской церкви Вечных Мук, благодаря которому воскрешение почти полностью удалось взять под контроль. Но к этому времени заражённые обрядом кладбища превратились в целую сеть. Церковь Вечных Мук так и не смогла искоренить это явление, но нашла способ ограничить развитие изменённого сознания воскресших. Благодаря этому воскресшие сразу попадают под контроль инквизиторов, которые управляют ими как марионетками. То есть инквизиторская церковь для охраны кладбищ использует мертвяков. Такая система получила одобрение и не давала сбой с момента подавления восстания нежити.

Глава 4. Специальный сотрудник

Специальному сотруднику по имени Том поступило сообщение, что в 15:46 убийца передаст алмазный диск заказчику. Тома не переставала удивлять такая точность сведений разведки. Сделка пройдёт в баре «Свеча».

Том не так давно влился в ряды специальных сотрудников, но успел хорошо себя показать. Ещё пять лет назад после выпуска из технической академии он устроился работать младшим научным сотрудником НИИ Энергетических Исследований. Работая в научной среде, он оставался верующим человеком. Из-за того, что коллеги и руководство относились к религии с пренебрежением, Том чувствовал себя не в своей тарелке. Но это не мешало ему проводить опыты по энергообмену и развивать себя, как учёного. Но и когда Том приходил в церковь, то вечно слышал от служителей негативные высказывания об исследовательских институтах. Священники цитировали древние тексты, в которых жизнь правоверных казалась беззаботной. И вот, якобы появились учёные, которые вздумали перечить воле Божьей, объединившиеся в своих институтах, которые в свою очередь объединились в коллаборации. Том, как никто из правоверных, понимал, насколько наука облегчает жизнь, если её правильно использовать. Ведь если подумать, то и учёных создал Бог. Да, конечно, дьявол тоже приложил к этому руку. По вине учёных атомная энергетика принесла в своё время большой урон природе и продолжает его наносить. Но ведь её негативное воздействие можно значительно снизить, усовершенствовав альтернативные источники энергии или внедрив установку массивных аккумуляторных комплексов. А такими делами смогут заняться только учёные.

Проработав чуть больше года в НИИ и полностью влившись в среду института Энергетических Исследований, в один из приходов в церковь Том встретил служителя, который начал ему рассказывать о важности научных достижений для познания бытия и мира, в котором мы живём. Это было не типично для консервативных священников. Служитель сказал, что и сам не прочь бы заняться наукой, но богословное дело было для него важнее. Жаль, что большинство правоверных далеки от научных идей. Но вот есть организация, целью которой является объединение прогресса и духовности. Она объединяет как правоверных, поддерживающих техническое развитие, так и учёных, осознающих значение религии в жизни людей.

Том узнал от служителя о каналах, по которым можно выйти на представителей этой Организации и начал вести с ними переписку. Организация даже не имела названия, настолько скрытной она была. Третья сторона получила статус ультралевой, так как ни церковь, ни коллаборация не поддерживали направление действий организации. А потом и вовсе Организация была признана экстремистской и запрещённой. Поэтому, когда Том достаточно тесно начал общаться с её представителями, руководство НИИ Энергетических Исследований попросило его прервать работу в институте. Организация оказала Тому поддержку, поскольку у неё были свои способы доходов и ей требовались специально обученные штатные сотрудники. Пока Организация не вела пропаганду своей идеологии, власть закрывала глаза на её существование. Более того, когда между церковью и коллаборацией возникали сложные вопросы, требующие независимого освидетельствования или экспертизы, то те обращались к Организации, как к третьей стороне. Кроме того, на Организацию возлагались некоторые вопросы безопасности, которые касались нарушений против идеологических устоев.

За три года работы в штате специальных сотрудников Том не раз исполнял роль охранника высокопоставленных лиц или наблюдателя на различных переговорах. Несколько раз, действуя по наводке, пресекал межидеологический шпионаж. Те служители церкви, которые пытались скрытно вникнуть в суть исследований, проводимых коллаборацией, действовали не зависимо, так же как и научные сотрудники, пытавшиеся узнать методы, которыми церковь манипулирует социальным сознанием. По крайней мере руководство идеологических преступников, пойманных на шпионаже, отказывалось брать на себя ответственность за их действия.

Так что все специальные сотрудники были посвящены в суть последних событий, связанных с убийством помощника митрополита и кражей диска. Но вот общественности, разумеется, об этом знать совсем не нужно. Если Тому поступил сигнал о встрече убийцы с заказчиком, то нужно без лишней суеты прийти в этот бар и предотвратить сделку, ну или вычислить нарушителей, чтобы можно было их задержать или ликвидировать при первой возможности.

Глава 5. Сделка с заказчиком

После успешного преступления Элдис получила от своего призывателя указание о встрече: «15:46, «Свеча», слежка». То, что её не смогут опознать — она была уверена. Раз уж она смогла остаться невидимой на время проведения совещания, то и в момент убийства оставалась невидимой. Бедный помощник митрополита, чтобы завладеть алмазным диском — не обязательно было его убивать. Это необходимо было сделать, чтобы создать панику, показать иллюзию силы и ввести смуту. Элдис понимала, что слежка может вычислить её по странному поведению. Необходимо вести себя как можно естественнее. Одинокая девушка, ожидающая за столиком, привлечёт большое внимание. Учитывая, что разведка может перехватывать пси-излучения, нужно проявить изобретательность, чтобы остаться вне подозрений.

Том подъехал к бару «Свеча» заранее. Около 15:10 он начал наблюдение снаружи. Никакие подозрительные личности в бар не заходили, да и вообще время не самое посещаемое. За тридцать минут никто не вошёл и никто не вышел. Том понимал, что если преступники уже внутри, то он сразу привлечёт внимание. Поэтому специальный сотрудник подгадывал время так, чтобы можно было зайти в нужный момент, как бы случайно. 15:44 — самое время оказаться внутри и оценить обстановку.

15:45 — Том не увидел в баре ничего, что могло вызвать подозрение или указывало бы на личности убийцы и заказчика. Четверо игроков в карты сидели за одним столиком, за другим парень с девушкой. Видно, что игроки знают друг друга, преступник не может быть известен посетителям этого места, его за этим столиком явно нет. Парень с девушкой, судя по манере их общения, тоже хорошо знакомы. Нет, убийца и заказчик не знают друг друга, иначе зачем тогда назначать точное время. И они не будут общаться, чтобы их не разоблачили. Ещё остался бармен, но обслуживающий персонал вне подозрений, так же как и официант. Том находился в полной растерянности. Он ожидал, что нужные ему посетители — одиночки, как и он, зайдут в одну и ту же минуту, как бы случайно встретятся и уйдут, не задерживаясь. Все присутствующие находились здесь более получаса, а то и более часа. Пока том наблюдал за игроками в карты, пытаясь заметить какое-нибудь странное движение среди них. Официант, стоявший у бара, понёс два наполненных бокала пива к столику, где сидели парень с девушкой, на какой-то миг перекрыв Тому обзор. Что же в этот момент произошло между игроками в карты, не пропустил ли специальный сотрудник чего-то важного?

15:47 — значит, передача диска как-то состоялась, но кто кому его передал Том так и не смог понять. Девушка за столиком сидела уже одна, Том даже не смог заметить, как вышел её спутник. Без лишних комплексов он подошёл к ней и спросил:

— Добрый день. Могу ли я поинтересоваться, почему джентльмен покинул свою столь прекрасную спутницу, и означает ли это, что теперь я могу занять его место? — при этом Том сел на освободившийся стул, не дожидаясь согласия девушки.

— Конечно, ведь именно для этого я здесь. — девушка кокетливо улыбнулась. — чтобы стать спутницей на сегодня любому, кто захочет меня угостить. — фраза закончилась не двузначным подмигиванием.

Том выругался про себя. Чёртова куртизанка. Определённо один из тех, кого он искал, просто снял её для прикрытия. Кто же второй?

— Прошу прощения, — начал Том подбирать слова. — Так значит вы не были знакомы, просто со стороны казалось совсем по-другому. Вы так не принуждённо общались.

— Да, странный тип. — ответила она — Нёс какую-то чушь, всё больше намёками, но я его не понимала. А в итоге проулыбылась ему за бокал пива. А я не пью, между прочим.

— Официант, — опомнился Том. — унесите пиво и принесите пиццу и сок.

— Спасибо, конечно, — засмущалась девушка — но здесь самообслуживание. Нужно самому ходить.

Том обернулся — официанта не было. С чего он вообще решил, что тот тип — официант. Хорошо, что Том запомнил его лицо. Извинившись, он встал с места и покинул бар. Выйдя на улицу, он понимал, что шансов найти тех, кого он искал — нет. Нарушители скрылись сразу по разным направлениям. Всё что он мог сделать — передать описание и первого и второго. Теперь их личности могут быть установлены — а дальше дело времени.

* * *

Элдис решила прийти и подготовиться заранее. В бар «Свеча» она пришла ровно за сорок минут до назначенного времени. Из посетителей — только игроки в карты за одним столиком и какой-то бедолага за баром то ли спал, то ли был сильно пьян и не мог поднять головы. Её призыватель не стал бы вести себя так вызывающе. Может он один из игроков в карты? Конечно, он должен прийти один, но он может влиться в незнакомую компанию для прикрытия. Что касается разведки — те явятся в строго определённое время или вовсе, будут поджидать у выхода, осознавая как легко их можно вычислить. В первые секунды Элдис оценила игроков. Несмотря на блеф, которым они пытались дурачить друг друга, она прочла их микроэмоции и определила того, у кого было разочарование от выпавших ему карт. Подойдя как к старому знакомому, Элдис попросила его составить ей компанию. Невезунчик охотно скинул карты без лишних слов, не закончив партию, и подсел к ней. Ещё бы. Ведь люди в таком состоянии становятся очень управляемы. Дублировав его эмоциональное настроение, Элдис ввела его в зависимость от себя. Так просто, нужно стать немного похожей на собеседника, чтобы тот стал похожим на тебя.

— Давай, рассказывай — велела она, и собеседник начал рассказывать всё, что приходило ему в голову. Простая команда была дана, и тот не замолкал ни на минуту, не забывая улыбаться и смеяться при этом. Элдис в это время следила за игроками в карты. Она обратила внимание, что свободный пятый стул уже кто-то убрал. Она не знала, как понять, есть ли среди игроков призыватель, но её это и не слишком беспокоило. Она знала, что поймёт в назначенное время.

Оставалась минута, когда в бар вошёл ещё один посетитель. Кто он? Может это он её призыватель. Знает ли он её? Пока не подаёт вида. Игроки в карты сидят, как ни в чём не бывало. Случайный спутник болтает сам с собой без умолку, как ему и полагается. Тот, кого она приняла за пьяньчушку, уверенно направился к ней, зачем-то неся два бокала пива. Его шаги будто отсчитывали секунды: 57, 58, 59.. 15:46 — Элдис отдала ему алмазный диск. Ну и пусть теперь разведчик следит за ним. А от себя она подозрения отвела.

— Иди домой. — велела она своему собеседнику, оборвав того на полуслове. Элдис даже посодействовала его неприметности своим влиянием, чтобы выдать бедолагу за подозреваемого, и чтобы его не сразу взяли на допрос. Оказавшийся под её влиянием посетитель незамедлительно удалился. Элдис выполнила всё, что от неё требовалось, и теперь она стала чуть свободней.

Глава 6. Кладбище Иссыхания

Митрополит Карл прибыл на кладбище в машине в сопровождении с двумя специальными сотрудниками, назначенными организовать здесь проверку. Макс Левон ехал за ними. Когда все были на месте, митрополит начал распоряжения:

— Макс, оставайтесь здесь, можете осмотреть окрестности. На кладбище Вам нельзя. Мы с сотрудниками осмотрим всё внутри. Если что-то обнаружится — Вам будет об этом известно. Не выходите на пустырь. Кладбище хорошо просматривается изнутри, думаю, нас не будет менее часа.

Пока ведущий сотрудник НИИ Квантовых Исследований всматривался в густорастущие деревья, митрополит совместно со специальными сотрудниками направились по единственной брусчатой тропе, ведущей внутрь Кладбища Иссыхания. Кладбище занимало площадь около двух с половиной квадратных километров на окраине густого леса. Образовавшийся там пустырь был заполнен ровными рядами могил, между которыми добросовестно бродили мертвяки, как им и полагается. Управляемые инквизиторами церкви Вечных Мук, они отнюдь не были лишены способности действовать так, как им захочется в рамках выделенной им территории.

— Не отходите от меня, — дал команду митрополит сопровождавшим его. — Мертвяки не подходят к служителям, но всех остальных они не отличают от выбравшихся из своих могил мертвецов.

— Каким образом мертвяки могут воспрепятствовать поднятию мертвецов? — не удержался от вопроса один из специальных сотрудников.

— Пока поднятый не пришёл в себя — они находят его и сдавливают ему голову до смещения костей черепа. И ещё ломают сустав между двумя верхними позвонками. Таким образом, сознание поднятого мертвеца отключается, ну или может просто не взаимодействует с телом. Так или иначе, поднятый остаётся мертвяком, пополняя армию охраняющих кладбище.

— Откуда в разложившемся теле такая сила, чтобы так сильно сдавить череп? — продолжил допрос специальный сотрудник.

— Церковь Вечных Мук — очень могущественна, и никто не может знать, как её служители воздействуют на мертвяков. Вы ведь не хотите, чтобы тема поднятия нежити была освещена?

Специальным сотрудникам приходилось быть осторожными, задавая такие вопросы. Заинтересованность в том, что находится вне их компетенции, может быть расценена как шпионаж. А то, что касается данного места, является табу. Но раз есть подозрение на нарушение содержания данной территории — проверка должна проводиться Организацией. Комиссия двигалась за первым служителем, стараясь держаться как можно ближе к нему, при этом осматривая старые заброшенные могилы и наблюдая за бродящими кругом мертвяками, которые в свою очередь не обращали на гостей кладбища никакого внимания. Должно быть, специальные сотрудники пытались вообразить, как происходит поднятие из гроба, который закопан на глубине 2-х метров. Спрашивать об этом было не этично.

На самом деле процесс поднятия — довольно длительный. Какая бы прочная крышка гроба не была — она проламывается накануне воскрешения. Покоящегося в этом гробу засыпает землёй, которая полностью обволакивает его тело и заполняет все его полости. Затем земля, коснувшаяся трупа, перемещается наверх вместе с телом, которое она поглотила. Подготовленный к поднятию оказывается у самой поверхности, а иногда его и вовсе выталкивает наружу, так что ему даже откапываться не приходится.

Пройдя уже несколько рядов могил одним темпом, митрополит остановился, вглядываясь вдаль.

— Тот мертвяк, слишком уж неестественно перемещается, — митрополит указал рукой в направлении своего взора. — Даже для мертвяка это странно.

Специальные сотрудники не знали, как должны двигаться здешние обитатели, но поняли, о чём говорит митрополит. Один из мертвяков действительно перемещался, запрокинув голову назад и выкатив грудь колесом. Подойдя к нему, странностей в нём заметили ещё больше. Его голова была не просто запрокинута назад, а его горло было перерезано.

— Следы недавней борьбы. — пояснил митрополит. — Видимо, его ударили в спину, как и моего помощника.

Специальные сотрудники тоже заметили ранение в спине стоящего возле них мертвяка, который по-прежнему не реагировал на них.

— Ладно, пойдём значит дальше, пока он не заметил, что вы не служите церкви. — Митрополит не пугал, это было предупреждение.

— Но с кем он здесь мог бороться? — естественный вопрос специального сотрудника. — Может мертвяки подрались друг с другом?

— Нет, они так не делают. В этом не было бы смысла. — митрополит рассудил логически, ведь особых особенностей их поведения он не знал. — Кто-то осквернил кладбище своим появлением, и ему пришлось отбиваться…Ну или каким-то образом поднятый смог дать этому мертвяку отпор.

Комиссия проходила между могил, продвигаясь к центру кладбища. Следующая находка добавила вопросов. Труп женщины. К этому трупу можно было подойти, не опасаясь за специальных сотрудников. Женщина была мертва во всех смыслах. Она не мертвяк и не поднималась из своей могилы. Небольшая экспертиза давала понять, что её насильно вытащили из гроба.

— Так, всё таки давайте пройдём к Сёстринскому Склепу, — пригласил митрополит.

— Что за место? — специальные сотрудники, ни один, ни второй, не знали истории здешних захоронений. И митрополит попытался вкратце объяснить:

— Сёстры Слепого Отца — отдельная церковь. Женский монашеский орден. Все монахини захоранивались в склепе. Эта женщина не прорывалась сквозь землю.

— Чем занимались сёстры, и почему они умерли?

— Сёстры Слепого Отца подчинялись церкви, когда это было нужно. То есть были предоставлены сами себе на протяжении всего времени. Чем они занимались — это их дело. Монахини не интересовали церковь. Вероятно, проводили всё своё время в молитвах. А умерли, потому что орден этот существовал давно, — митрополит не смог обойтись без сарказма на глупый вопрос.

Подойдя к склепу, специальным сотрудникам бросилось, что навесной замок снаружи на распахнутой двери разомкнут. Кто и зачем открыл склеп — очередная загадка. Осмотрев склеп изнутри, комиссия обнаружила два пустых гроба. То, что найденный по близости труп женщины покоился в одном из них — было очевидно. Но куда делось тело из ещё одного гроба — оставалось загадкой.

Комиссия закончила осмотр кладбища, сделав определённые выводы, и уже двигались к выходу, когда навстречу им между могил зашагал Макс Левон. Подняв руку, он привлекал внимание комиссии, а вместе с тем привлёк и внимание бродивших поблизости мертвяков.

— Карл, смотрите, что я нашёл среди деревьев по периметру кладбища!

Митрополит всерьёз забеспокоился:

— Макс, идите скорее ко мне, уходите от мертвяков!

Макс подошёл, держа в руках изрезанное погребальное платье. Показав рукой направление, он пояснил:

— Там валялось. Возможно, кто-то утащил труп женщины.

— Макс, знаете что бы с вами сделали мертвяки, если бы схватили. Идите возле меня и пойдём быстрее на выход, а то троих мне уже сложно замаскировать. — митрополит действительно выглядел теперь уставшим.

— Карл, а что бы со мной сделали иссохшие ходячие трупы, вытолкнули бы?

Митрополит предпочёл не просвещать учёного в процедуру со смещением черепных костей и позвонков. И не стал его поправлять, что труп, похоже, покинул Кладбище Иссыхания на своих двоих, по пути заборов мертвяка с нечеловеческой силой.

Глава 7. Слежка за призывателем

Один из двух подозреваемых, пойманных по наводке, полученной из бара «Свеча», оказался штатским. После длительного допроса выяснилось, что он просто отдыхал в баре с друзьями, а потом подвергся лёгкому гипнозу. Кто-то использовал его, как отвлекающий манёвр. За вторым подозреваемым специальный сотрудник шёл по пятам, не показывая вида. Человек в чёрной куртке и с короткой стрижкой не замечал слежку, или делал вид, что не замечал. В любом случае, двигаясь в людном месте, он не переходил на бег и даже не ускорял шаг. Идя за подозреваемым, специальный сотрудник перешёл улицу. Он направился по пешеходному тротуару, обходя случайных прохожих. Он ждал, когда подозреваемый выведет его в подходящее место, где того можно было бы задержать, не привлекая постороннего внимания. Наконец человек в чёрной куртке и с короткой стрижкой зашёл в небольшой продуктовый магазин. Специальный сотрудник зашёл почти сразу за ним, задев плечом прохожего в дверях. Прошёл небольшой холл, и не увидел никого, кроме скучающего продавца.

— Куда делся человек, который только что зашёл? — сразу спросил у продавца специальный сотрудник.

Продавец оказался в таком же изумлении, как и сам специальный сотрудник:

— Никто не заходил. Вы, должно быть ошиблись.

Специальный сотрудник всмотрелся в ничего не понимающего продавца и понял, что он не лжёт, и что его сознание не подверглось какому-либо воздействию. Выйдя из магазина, специальный сотрудник осознал, что упустил того, за кем шёл столько времени. Ожидая очередного распоряжения, через пару минут он получил сообщение, что подозреваемый задержан.

* * *

После того, как некромант получил в баре «Свеча» алмазный диск от призванной им нежити, одной из бывших при жизни Сестрой Слепого Отца, знал, что за ним начнут следить. И чем больше иллюзий он будет наводить — тем быстрее его вычислят. Некромант вышел на улицу, сразу заметил нескольких разведчиков, не считая того, который зашёл в бар. Пройдя по пешеходному тротуару, он придумал не слишком хитроумный план, как затеряться в толпе. Но в любом случае, его не будут задерживать на виду у людей. Один из продуктовых магазинчиков стал идеальным местом для этого. Его вход был отгорожен от основного помещения запирающимися шкафчиками для хранения вещей посетителей, создавая импровизированный холл. Оказавшись внутри магазина, некромант быстро скинул с себя чёрную куртку, под которой он был одет в яркую зелёную футболку с ляпистым рисунком, достал из-за пазухи кепку, которую нацепил на голову и в слепой зоне мастерски перевоплотился в совершенно другого человека. Дешёвый трюк, но почти без применения иллюзии. Благодаря шкафчикам — нашлось, куда спрятать куртку, чтобы сразу не вскрыть фокус с переодеванием. Но если честно, он действовал в этот момент чуть быстрее, чем мог бы это сделать любой другой человек. Именно поэтому идущий следом за ним разведчик, с которым они даже столкнулись плечами в дверях, и не подумал сразу, что зашедший в магазин и вышедший оттуда спустя секунду — один и тот же человек. Да и вообще, разведчику было не до случайных прохожих, когда он на пятки наступал виновному в убийстве служителя церкви Слепого Отца.

Пройдя пару десятков метров, уже чуть изменив походку, с целью запутать идентификацию камерами уличного наблюдения, некромант остановил на долю секунды попавшегося случайно прохожего, чтобы сообщить ему полушёпотом:

— Они следят за тобой.

Конечно, такое заявление не могло не повлиять на прохожего. Дело тут даже не в гипнозе или чём-то ещё. Но прохожий волей — неволей начал озираться по сторонам. Такое его поведение сразу привлекло внимание умных камер уличного наблюдения. Их нейросетевые программы позволяли выделить из всей массы запечатлённых лиц подозрительное поведение прохожих. И да, идентифицировать человека по его уникальной биомеханике во время ходьбы, камерам тоже помогает нейросетевое мышление. Не имея никаких других оснований для принятия решений, разведчики полностью положились на данные программной обработки лиц и уровня их эмоционального возбуждения. Задержали выделенного камерами прохожего, который, как выяснилось после очередного допроса, просто шёл с работы на остановку общественного транспорта. Очередной отвлекающий манёвр и очередной прокол. Некромант скрылся и чтобы определить, как он это сделал, нужно было время.

Глава 8. Перезагрузка Вселенной

Глава коллаборации ИФ Стив Трудовой собрал экстренное совещание в связи с выявленными в результате последних опытов аномалиями в поведении квантовых частиц. Целью совещания было найти причину возникающих аномалий и пути решения, связанных с ними проблемами. На закрытое совещание прибыли руководители НИИ различных областей, подчиняющиеся коллаборации. Никого постороннего в закрытом помещении не было. Дело касалось только исследований коллаборации, так что даже предварительное обсуждение вопросов по средствам дистанционного общения не проходило.

— Дело в том, — начал Трудовой, — что наши опыты, перепроверенные в лабораториях разных институтов, показывают нарушения последовательности квантовых взаимодействий, чего ранее никогда не наблюдалось. Наиболее наглядно это подтверждает измерение количества распавшихся изотов радиоактивных веществ. При этом энергия атомов не увеличивается, а период полураспада снижается. Второе, на что мы обратили внимание — нарушение функций корпускулярно-волнового дуализма элементарных частиц. В определённое время были замечены наблюдаемые нами нейтроны в своей волновой форме. Такой феномен происходит впервые со времён изучения атомов. На основе проведённых нами экспериментов были сделаны кое-какие догадки. Я боюсь говорить об этом, но, коллеги, готов выслушать ваши предположения.

Слово взял руководитель НИИ элементарных частиц:

— Такое аномальное поведение, несомненно, связано с нарушением пространства-времени. Наши собственные эксперименты подтверждают Ваши слова. Причиной ускоренного полураспада может свидетельствовать о нарушении прямолинейности времени…

— То есть вы говорите о перемещениях во времени? — спросил один из участников совещания — Вы всерьёз такое допускаете?

— Да. — отрезал руководитель НИИ элементарных частиц. — Это возможно. Мы знаем это благодаря теоретической отрасли искривлённой физики, которая предполагает возможность запутывания частиц из разных частей вселенной, нарушая таким образом естественный ход времени. Если в нашем мире появляется энергия со свойствами из той части вселенной, где время движется совершенно в другом темпе, то это позволяет при правильном использовании данной энергии наложить наше пространство на деформированный темп времени. Таким образом, пространство-время можно обратить вспять. Абсолютно всё, включая наше сознание, поэтому мы ничего не заметим. Но нам повезло, элементарные частички обладают некоторыми свойствами, которые не накладываются на деформированный темп времени, то есть сохраняют последовательность квантовых взаимодействий, что мы, оказавшись перемещёнными во времени, воспринимаем как аномалию. По крайней мере, эта теория была успешно применена на практике и мы смогли создать детектор перезагрузки Вселенной. Термин может не совсем точный, но соответствует нашим представлениям о происходящем.

Трудовой предполагал возможность перемещения во времени, более того — это было одной из основных целей всей коллаборации. Но он понимал, как далека наука от создания машины времени. То, что это стало возможным, верилось с трудом, а то, что это совпало с хищением данных исследований коллаборации — казалось абсурдным. Он продолжил совещание, чтобы выслушать другие мысли коллег:

— Каким образом осуществляется перезагрузка Вселенной? Что могло стать причиной этому?

Теперь выступал руководитель НИИ релятивистских процессов:

— Ни каким образом во Вселенной не могут происходить такие процессы самопроизвольно. Это результат крайне тонко направленного энергетического обмена. Позвольте немного метафор. То, что мы есть — можно рассматривать как игровой мир в компьютерной игре. Некий герой в какой-то момент сохраняет эту игру, а когда продолжает играть и с ним происходит что-то не желательное — он возвращается к сохранённой версии. То есть аномалии взаимодействия квантовых частиц в этом случае являются аналогом затраченных процессором ресурсов. Если совсем просто, то пока герой действовал после своего сохранения — аккумулятор его компьютера разряжался, а когда он вернулся к сохранению — уровень заряда оказался невосполнимо потрачен впустую, однако для всего самоосознанного игрового мира это осталось незамеченным.

Руководитель НИИ элементарных частиц по-своему поддержал это мнение:

— Аллегория, конечно, является условной, но факты, подтверждающие такой подход, имеются. За последние сорок часов детектор фиксировал три раза перезагрузку Вселенной на 17 минут в первый раз, на 22 минуты спустя два часа и на 9 минут спустя ещё 10 часов. Последние сутки нарушений пространства-времени не фиксировалось.

Глава коллаборации признавал в глубине ответственность, которую он несёт за происходящее. Нужно было решать, что делать теперь. Трудовой обозначил следующие вопросы:

— Есть какие-нибудь идеи, как можно предотвратить последующие перезагрузки? А так же меня интересует возможность получения информации из того настоящего, которое было отвергнуто и перезапущено этим самым героем. Возможно ли узнать, что пошло для него не так?

Идеи были у руководителя НИИ головного мозга человека, который начал излагать своё понимание:

— Сразу поясню, что область исследования нашего института во многом считается псевдонаучной и наши заявления часто не принимаются официальной наукой. Я хочу сказать, что сознание человека — это многоуровневая структурированная энергия. Самые глубокие уровни структуры энергии формируются на квантовом уровне. Так же как атомы углерода и других веществ формируют полимерную молекулу, которая скручивается особым образом, а затем эти молекулы соединяются в сложную структуру, которая в свою очередь образует белковое вещество. То же самое и с сознанием, но только в энергетическом плане. Прошу прощения, за слишком абстрактное отступление. Но это важно для понимания природы пси-излучения, которая нам так до конца и не ясна. Однако наши исследования подтверждают его наличие, и мы проводили серьёзную работу по этой теме. Теоретически — человек может осознать перезагрузку, поскольку пси-излучения, являющиеся частью нашего сознания, подвергаются тем же аномалиям, что и другие квантовые явления. Внезапное обилие мыслей в голове и их скорость, могут говорить о взаимодействии этих излучений с мультимом (если придерживаться теории мульти вселенной). Мозг устроен таким образом, что эти излучения погашаются его теменной частью. (Демонстрация того, где находится темечко, была наглядной, но лишней) Данная часть мозга — теменная — отвечает за восприятие человеком пространства, своего положения в нём, размеров объектов и расстояния до них. То есть без неё человек бы не смог ориентироваться, но смог бы воспринимать некоторые явления, недоступные нам с вами. Заблокировать работу этого участка хирургическим путём или другим механическим вмешательством не представляется возможным. Однако, науке известны случаи почти полной его деградации. Всё дело в том, что во время состояния микротранса, которое является естественным для всех, в теменном участке мозга снижается его активность, что резко повышает пси-взаимодействия. Во время медитации, например, человек принуждённо лишает его активности, во время чего этот участок лишается на время поступления кислорода и происходит отмирание некоторых нейронов, которые в последствии не восстанавливаются. Встречались люди, которые по своим убеждениям большую часть времени проводили в состоянии транса, то есть медитируя. Такое состояние признано приобретённым отклонением, поскольку такие люди лишались возможности ориентироваться в пространстве, как я уже сказал, но в то же время многоуровневая структура их сознания приобретала более сложную форму, что связанно с более активным пси-излучением их мозга. Это даёт ответ на Ваш вопрос, о возможности получения информации из отвергнутого и перезапущенного настоящего.

Такой завуалированный ответ был неспроста. Значит, деградация теменного участка мозга… Коллаборация имеет возможность перенаправить силы и средства на исследования НИИ головного мозга человека, не тратя время. Но церковь никогда не даст одобрения таким работам. Для коллаборации существует табу, выдвинутое взаимовыгодным научно-религиозным договором, на проведение исследований в области пост гуманистических технологий.

— И как часто встречаются люди с атрофированным теменным участком мозга? — задал вопрос Трудовой.

— Такое было возможно только во времена религиозного фанатизма. В наше время таких людей не встретишь. — Ответ руководителя НИИ головного мозга человека был предсказуем.

Глава 9. Церковь Вечных Мук

В качестве компенсации за нарушение правил содержания Кладбища Иссыхания представитель коллаборации в лице Макса Левона подал запрос на посещение церкви Вечных Мук. Этот запрос был согласован с церковью Слепого Отца и одобрен Организацией. Макса удивило, что церковь Вечных Мук находится в нескольких километрах от охраняемой ей территории. Одно из исторических зданий, которое не напоминало своим видом ничего религиозного — стало местом обитания инквизиции. Расположение штата церкви в усадебной постройке прошлого века было не только способом маскировки, но и результатом взаимовыгодной договорённости с коллаборацией ИФ. Интерактивные поисковые системы не выдавали расположение церкви Вечных Мук, а результаты запроса отправляли на просторы историко-архивных ресурсов сети. Пришлось узнавать место расположения у Организации. Дверь Максу открыл служитель в обычной гражданской одежде со словами приветствия и последующим:

— Ученые не посещают наших краёв. Такое неожиданное появление.

Для Макса всегда оставалось загадкой, как некоторые служители вычисляют учёных по одному взгляду. Развернув разрешение на посещение, заверенное Организацией, он предъявил его служителю церкви.

— Мы всегда рады всем нашим прихожанам, не зависимо от их социального положения и наличия разрешения на посещение, так что бросьте эту бюрократию и проходите в дом. — Совершенно искренним тоном пригласил служитель. Хотя Макс попытался представить, скольких ему усилий стоило не выдать даже нотки сарказма.

Зайдя внутрь, Макс сразу сообщил, по какому он тут делу:

— Меня интересуют методы, которые использует церковь для охраны кладбища.

— Мы не разглашаем сведения подобного рода. Если хотите помолиться или просто поговорить о Слепом Отце — всегда пожалуйста. Но что касается непосредственно работы инквизиции — это таинство, которое не следует знать никому — прервал его служитель.

— Мне ещё раз показать разрешение на посещение? — парировал Макс.

Служитель сделал глубокий вдох и ответил так же искренне, как и приглашал Макса войти:

— Готов ответить на любые ваши вопросы.

— Почему церковь находится на таком удалении от охраняемой территории? — после того, как Макс Левон с трудом разобрался, какой из особняков на самом деле является церковью, этот вопрос стал для него главным.

— Мы ведём охрану кладбища дистанционно, место расположения не имеет значения. — служитель явно не собирался говорить о том, о чём не спрашивают, и Макс понял, что информацию придётся выдавливать.

— У вас там имеются камеры и сигнализационные комплексы? Что значит дистанционно?

— У нас там имеется оборудование, определяющее биоэнергетический уровень. Это можно назвать сигнализационным комплексом. — такой ответ служителя удивил Макса — В случае выявления энергетических вспышек — к нам поступает сигнал, означающий самопроизвольное поднятие нежити. Простите, если это слово оскорбляет ваши чувства к умершим людям. Повышенная биоэнергетика, как правило, краткосрочна, в виду того, что патрули мертвяков сразу пресекают её рост.

Макс не разбирался в том, о чём говорил служитель. Вопросы приходилось задавать прямые, как ответы, которые он получал:

— Произошёл случай ухода нежити с территории кладбища. Что можете сказать об этой биоэнергетической вспышке.

Служитель снова сделал глубокий вдох, как показалось Максу, даже более глубокий, чем после предыдущего компрометирующего заявления, но продолжил говорить спокойно:

— Проблема сети кладбищ не даёт нам покоя. Мы делаем всё, чтобы найти силу, провоцирующую поднятие нежити. Пока воскресшие уходят по одному, нет причин для того, чтобы паниковать. Они не смогут организоваться, находясь на больших расстояниях друг от друга. Уверен, что система городской безопасности легко обнаружит всех, кто пришёл с кладбищ и вернёт обратно в могилы. Но найти некроманта по горячим следам мы пока не можем.

Вот это поворот. Так значит, целая сеть Кладбищ оказалась подконтрольной неуловимому некроманту. Значит, стоит ожидать последующих диверсий. Оставалось непонятным спокойствие служителя. Либо он чего-то не знал, либо чего-то недоговаривал. Теперь у Макса было больше вопросов, чем до того, как он начал их задавать.

— На кладбище Иссыхания поднятая оказалась сестрой Слепого Отца. В остальных случаях некромант был так же избирателен? Чего ожидать от мёртвых служителей древних орденов?

— Избирательный случай на кладбище Иссыхания единичный. На всех остальных кладбищах воскресшие — не состояли ни в каких организациях. Мы проверили могилы всех, кому удалось сбежать. Сестра — единственная, кого подняли в склепе. После выполнения воли призывателя, убив первого помощника митрополита — она перестала представлять угрозу, как и остальная нежить. Для нас главное найти некроманта.

Такая осведомлённость служителя впечатляла, но его слова не вызывали пока доверия. Слишком туманны мотивы, которыми руководствуется главный преступник.

— Расскажите, что Вам известно о восстании нежити, чтобы я знал, о чём ещё с Вами можно поговорить? — предложил служитель.

— То же, что и всем: — Макс не интересовался историей, но был наслышан об этой эпохе. — церковь Слепого Отца проводила ритуалы по воскрешению умерших с использованием оборудования, созданного по её заказу коллаборацией ИФ. Эти опыты вышли из-под контроля, спровоцировав самовоскрешение. Поднятая нежить смогла организоваться в самостоятельную конфессию, но благодаря разработкам НИИ коллаборации в области нейросетевого манипулирования, это восстание было подавлено.

Выслушав учёного, служитель пренебрежительно констатировал:

— Нам с Вами не о чем разговаривать, уходите из этого дома. Церковь Вечных Мук подчиняется церкви Слепого Отца только в самых общих направлениях. Можете жаловаться со своим разрешением куда хотите.

Глава 10. Против времени

Стив Трудовой прибыл в НИИ кибернетики и квантового программирования для планирования работы института и определения направления его исследований в интересах коллаборации ИФ. Сам Стив находился в лаборатории, объединяющей несколько десятков рабочих мест, за каждым из которых находился программист, суетливо выполняя каждый свою задачу. Объединение рабочих мест позволяло не только сэкономить пространство, но и способствовало слаженности действий и коммуникативности работников при решении возложенной на них задачи. Их переговоры проходили в закрытом канале по выделенной сети при помощи гарнитуры. Трудовой прослушивал эти переговоры, но пока особого прогресса в них не наблюдалось:

— 17 минут. Информация не сохранилась. — только что зафиксировали очередную аномалию, сопровождавшую перезагрузку Вселенной.

— Пробую перенастроить кубитовый язык. Создаю отдельный файл памяти.

— Используются слишком грубые информационные структуры, необходимо произвести работу на более тонком уровне.

Подобные изречения проскакивали время от времени в эфире. Глава коллаборации выслушивал доклад руководителя лаборатории:

— За последние несколько дней аномалии усилились. Но их продолжительность не превышает получаса. Возможно, что их происхождение требует каких-то ресурсов. Но они стали происходить чаще, иногда по несколько раз в подряд. Мы смогли создать сеть детекторов, позволяющую приблизительно определять местонахождение источника аномалии. Согласно работе нашего аналитического отдела, в настоящее время используется десяток перезагрузчиков, являющихся причиной аномалий. Если разработан такой прибор, то он сейчас находится в стадии бета-тестирования, доступного выбранным пользователям.

— Почему у нас ещё нет такого прибора? — спросил Стив, осознавая абсурдность своего вопроса.

— Во первых, выбор пользователей для тестирования нелегального оборудования происходит очень тщательно. Вероятно, оно тестируется самими разработчиками или заказчиками; во-вторых — если бы мы могли получить какие-то данные, то пользователи оборудования, перезагружающего Вселенную, обратили бы время вспять. Можно сказать, что наши успехи стираются одним нажатием кнопки, возвращая нас к изначальной точке. Сейчас мы работаем над созданием способа хранения информации, полученной в альтернативном настоящем и её воспроизведением. Пока мы не можем справиться с этой задачей, при очередной аномалии записывающая аппаратура не воспроизводит альтернативных сигналов. Это касается и камер наблюдения, и звукозаписывающих устройств, и то же самое касается волновой передачи данных. Наши процессоры не позволяют создать архитектуру кода файла памяти, способного игнорировать аномалии. Другими словами — квантовые процессоры с кубитовым программированием слишком грубы для этого.

Выслушав доклад руководителя лаборатории, Стив в очередной раз сделал вывод, который знал изначально:

— Нам необходимо провести медицинские опыты, касающиеся возможностей сознания.

Как бы страшно это не звучало, руководитель лаборатории был к этому готов:

— Мы создали алгоритм построения нейросетей на биоматериале. Взаимодействуя с НИИ Головного Мозга, мы смогли составить и произвести теоретические вычисления возможности работы такой биологической программируемой системы. Нам нужен материал и разрешение на внедрение программируемого алгоритма в сознание. Информационные структуры мозга значительно превосходят даже самые совершенные, созданные искусственно.

Глава коллаборации отлично понимал, что ни материал, ни разрешение, не будут доступны. Предлагать на рассмотрение подобные вопросы церкви Слепого Отца — заведомо абсурдно. Самовольное проведение таких опытов приведёт к нарушению со стороны коллаборации всех взаимовыгодных научно-религиозных договоров.

— Продолжайте поиски решений при помощи квантовых информационных структур на имеющемся у нас оборудовании — констатировал Стив — Коллаборация выделила вам достаточно средств, чтобы можно было не использовать биоматериал. — На самом деле он понимал, что дело не в финансировании и не в количестве занятых рабочих. Есть некоторые задачи, решение которых просто не осуществимо.

Глава 11. Миссионеры Слепого Отца

— Скажите, верите ли Вы Слепому Отцу? — обратился человек с элементами атрибутики служителя церкви к случайному встречному.

— Верю ли я в Слепого Отца? — переспросил случайный встречный у служителя. Трудно было понять: вызывают ли служители церкви особое доверие в разговоре, или те, кто вызывает это самое доверие — становятся служителями. Быть может, дело было в выборе обстановки, в которой служители церкви старались обращаться к незнакомым людям. Обстановка, провоцирующая на откровенный и неспешный разговор, которая, например, встречается в многочисленных барах. Вот и в данном случае служитель задал свой вопрос в одном из таких мест человеку, который просто зашёл отдохнуть по пути с работы.

— Я имею в виду именно то, что вера в Слепого Отца и вера Его словам — не слишком связаны, но в этих двух вопросах кроется совершенно разный смысл — служитель знал пути подхода к людям, которые ведут светский образ жизни. — И то, во что Вы хотите верить. Вы хотите верить в то, что каждый человек создан для того, чтобы ощущать то, что ему нравится?

Уставший после работы человек — трудяга не мог с этим не согласиться:

— Хотелось бы верить в это.

— …каждый должен быть у тех, кому он нужен, но будучи глухими, люди тратят себя на тех, кто ими властвует… — служитель будто выхватил цитату из проповеди. Эти строки всегда внушительно действовали на представителей пролетариата, которые, работая на кампанию, мало времени проводили с семьёй и друзьями.

— Конечно, это правильно, — рабочий ответил обречённым тоном — но кто он, этот ваш Слепой Отец, когда учёные уже расщепляют атомы и изучают периферию вселенной, а понимание сути мироздания уже почти достигло завершения. Вашего Слепого Отца так никто и не видел, чтобы его слова обрели смысл.

— …и настал свет, из которого сделалось Солнце и звёзды, и твердь… — служитель использовал этот приём, заставляющий слушателя самому по-новому подумать над вопросами, в которых он, якобы, разбирается.

— Но ведь это уже противоречит всем известным законам природы. Свет появляется из Солнца, а не наоборот. — начал размышления работяга.

— Но тогда откуда появилось Солнце? — подтолкнул его служитель.

— Ну если так… — задумался рабочий — то здесь есть логика. Первые звёзды возникли из потока плазмы, которая и является светом, в некотором смысле. Взрываясь в конце своего существования — они инициируют термоядерный синтез в протооблаке горячего водорода, тем самым провоцируя появление Сверх Новой.

— Так значит, теория учёных о рождении вселенной не противоречит слову, сказанному задолго до появления научных институтов? — констатировал служитель. Рабочий разбирался в каких-то общих принципах мироздания, что позволяло служителю церкви вести с ним более-менее конструктивный разговор и легко манипулировать ходом его рассуждений, задавая наводящие вопросы. На самом же деле теория Большого Взрыва была разработана совместными усилиями коллаборации и церкви. Это наиболее приемлемая модель мироздания, которая устраивает и тех, и других.

— Но плазма не могла появиться из неоткуда, должно было произойти что-то, какая-то энергия… Понимаете, ну не сам по себе появился свет. — Рабочий был приверженцем общепринятой теории Большого Взрыва, которая уже давно устарела, и от которой научное сообщество потихоньку отказывалось. Но служитель позволял собеседнику развивать свои мысли именно в том направлении, в котором ему было удобно рассуждать.

— Энергия…? — служитель задумался над этим и начал смаковать цитату сначала, разделяя каждую мысль, будто стараясь найти что-то новое: — Было слово… «Да будет свет!»… и настал свет… из которого сделалось Солнце и звёзды… — глубоко вдумываясь, служитель будто не видел очевидного смысла в произнесённой им же цитате.

— Слово! — наконец, самостоятельно заметил рабочий — Плазма не могла взяться из неоткуда, должно было произойти какое-то возмущение пространства.

— Но ведь звуки распространяются только в среде. До появления материи слово не было бы слышно. — конечно, служитель наперёд знал все возможные антологии данного явления, но важно было довести самопознание рабочим божественного начала до конца.

— Нет, — теперь рабочий, чувствуя сомнение и негодование в словах служителя, перешёл на убеждающий тон — звук может пониматься именно как возмущение пространства. Это волновой процесс, который в узком смысле понимается как волна определённого спектра частот в среде, но если подумать… — далее рабочий начал рассказывать о понятиях, объединяющих религиозную и научную версию сотворения Мира в извращённой форме. Но ведь главное, что он теперь понимал значение Слова Господня, и мог спорить на счёт его важности.

— То есть Вы хотите сказать, что Слово Господа стало причиной возникновения нашей Вселенной? — не удержался служитель от издёвки.

— Вот именно! Слово Господа! — уже импульсивно маша руками делал выводы рабочий. — Не могла же она сама по себе возникнуть!

— Знаете… — произнёс служитель задумчиво — а вот мне нравится, как Вы рассуждаете. У Вас очень хорошо получается. Вам нужно делиться своими мыслями на этот счёт.

Служитель церкви без длинных монотонных речей, абсурдных доказательств и слепых убеждений мог заставить скептичного агностика поверить в Бога за пару минут. Причём поверить чуть ли не сильнее, чем сам служитель. Всего пара фраз и немного влияния на собеседника, которое магическим образом присуще служителям, — и вот: представитель рабочего класса уже верующий человек.

Конечно, такой диалог мог состояться только после того, как Организация смягчила правила социального поведения для служителей церкви в связи с появлением квантовых аномалий. Было принято решение, что пока коллаборация не возьмёт под контроль эти явления, вызванные не легальными действиями пиратских НИИ, церковь Слепого Отца будет иметь ограниченное право воздействия на некоторых граждан. Разумеется, церковь не пренебрегла этим правом и организовала миссионерское движение в рамках допущенного. Миссионерское движение сводилось не только к случайным беседам, но и публикации церковных текстов, хранившихся в законсервированных библиотеках. Служители церкви Слепого Отца всегда влияли на сознание граждан, но только немногими способами: созданием морально-этических норм, внесением поправок в программу среднего образования. Теперь, появившиеся послабления для действий служителей, на первый взгляд казались не значительными, но при продуманном использовании могли предоставить больше возможностей, действуя в рамках договоров.

Глава 12. Станция Глубокий Котлован

Обычный рабочий городок, образовавшийся вокруг свалки переработки бытовых и технических отходов — станция Глубокий Котлован, находился в стороне от научных городков. Основная масса его жителей занята непосредственно в переработке этих самых отходов, которые свозятся сюда, казалось бы, с разных частей света. Соответственно другая часть населения занята в развитии инфраструктуры города, изначально предназначенного для жизни в нём рабочих. Как это бывает на всех подобных станциях — роботизация здесь развита слабо, поэтому грубый физический и ручной труд остаются всегда востребованы. Другое дело, что оплата этого труда не всегда соответствующая. Вот и получается, что работы много, но делать её некому. Ветер со стороны котлована приносил на улице станции тошнотворную вонь и раздувал мусор по дорогам. Многие жители пользовались респираторами во время таких ветров, но большинство уже привыкло к запахам и не обращало на них внимание. Цех по сжиганию мусора добавлял ко всему этому ещё и смог, который, временами, густой пеленой ложился на улицы города. Жизнь на станции — это выбор людей, которые не смогли или не захотели реализовать себя в городах с более высоким уровнем жизни. Часто загрязнение окружающей среды сказывалось на здоровье проживающих на станции людей, в том числе вызывая патологии у рождённых в её пределах. Но что говорить о патологиях, атмосфера станции не позволяла любому человеку развиваться нормально, так как воздух был наполнен элементами, многие из которых имели влияние на психику. Аммиак, литий-образованные соединения, фторсодержащие, азотистые — возможно, что именно эти соединения были причиной частых депрессий и перепадов настроений горожан. Но всё же все прекрасно понимали, что виной этому низкий уровень жизни.

— Что это случилось там, в правительстве, что они вспомнили про нашу дыру? — спросил в пустоту человек, сидящий на бульваре. Пред человеком был развёрнут лоток со всей той мелочью, которую он продавал: сигареты, жвачки, конфеты, ампулы и таблетки с сомнительными фармацевтическими препаратами, курительные смеси для кальянов и самокруток, какая-то бижутерия и чёрт его знает что ещё. Человек держал в руках новостную газету, и видимо одна из статей и стала причиной его риторического вопроса.

Периодические издания, аудиторией которых были жители станции, не содержали обширных и развёрнутых статей. Шрифт для таких изданий использовался укрупнённый, с увеличенными пробелами. Содержалось много иллюстраций, юморных страничек, реклама всякого ширпотреба и статьи с поверхностным обзором новостей политики, культуры и спорта. Насчёт достоверности статей издания не беспокоились, предлагая каждый свою версию очередного события. Поэтому жители станции воспринимали всякого рода новости — как способ правительства промыть мозги своим гражданам.

— Наверное им там денег стало девать некуда. — ответил прохожий, остановившийся, чтобы рассмотреть выложенный на лоток товар.

— Пишут, что собираются построить у нас в городе храм. Можно подумать, кто-то будет здесь в него ходить молиться. «… фильтрационный комплекс, для очистки воздуха от смога и химикатов будет являться главной составляющей храма…» — прочёл продавец всякой всячины вслух.

— Так пусть тогда строят свои фильтры хоть под видом храма, хоть под видом капища. Главное, чтобы от этого польза была, а то вечно не пойми на что бюджет растрачивают. Это мышечный стимулятор? — спросил прохожий, показывая на флакон на витрине.

— Да, это внутримышечно вводится, есть таблетки. — ответил продавец. — Но это наш, местного производства, многие берут, он уже давно проверен. У меня друг им пользуется, ничего так. Перед сменой вкалывает — пару часов как машина работает.

Фармацевтика на станции продавалась не только в аптеках, её можно было найти где угодно. Люди думали о том, что либо станет лучше, либо ничего не изменится. Контроль качества, конечно, кое-какой был, проводился здешними независимыми лабораториями. Но никаких лицензий от коллаборации, правительства или ещё чего-то не требовалось. Только разрешение на поставку препаратов, выданное городскими властями, которые по большей части не зависели от государственного правительства, имея достаточно полноправную систему самоуправления.

— Может потом роботов-священников поставят мусор на улицах убирать. — пошутил покупатель, беря с собой флакон с препаратом кустарного производства.

Глава 13. Храм Великого Очищения

В данный момент финансовое положение коллаборации не позволяло выделять средства на сторонние статьи расходов. Но поскольку научное сообщество было заинтересовано в поднятии уровня жизни граждан некоторых станций, обслуживающих научные отрасли, то коллаборация ИФ согласилась принять финансирование церковью Слепого Отца проекта «Великое Очищение» по разработке и созданию массивных фильтрационных комплексов. Поскольку проект был инвестирован церковью, то этим сооружениям было разрешено присвоить статус «храма». Уже вскоре была реализована установка массивных фильтрационных комплексов на крупнейших станциях, которые имели наиболее важное значение для коллаборации ИФ. Комплекс представлял собой огромную вертикальную трубу, установленную на опорах высотой немногим больше человеческого роста. Труба была сконструирована таким образом, что создавала тягу внизу, втягивая в себя тяжёлый оседающий смог и выпуская его вверх, где он доставлял жителям станции минимум дискомфорта. Работа комплекса была максимально автоматизирована и не требовала наличия специалистов. Право на управление фильтрами оставалось за служителями церкви, поскольку фильтрационная система стала составляющей храма. Рядом с огромными трубами комплекса строились небольшие здания, где должны были жить служители, согласившиеся вести свою религиозную деятельность в столь не благополучных местах. Само собой, подразумевалось, что храм Великого Очищения не просто сможет очистить воздух над поверхностью городских районов станции, тем самым улучшив здоровье жителей, но и станет местом посещения прихожан, где они могли бы узнавать о Слепом Отце. На счёт последнего — коллаборации пришлось выразить своё согласие, хоть и скрепя зубами. В противном случае церковь просто отказалась бы от инвестирования этого проекта.

— Простите, мне просто дали это приглашение на посещение вашего храма, и я подумал, здесь будет что-то интересное для меня. — сказал человек, зашедший в помещение храма Великого Очищения, предназначенное для прихожан. Изнутри стены были обвешаны стендами, дающими общие понимания религиозной направленности. Вдоль стен стояли полки с брошюрами и книжицами, в которых прихожане могли найти полезную информацию и взять эту литературу с собой. Большая часть помещения представляла собой читальный зал со столами и стульями и шкафами, в которых были разложены книги о Слепом Отце и всём том, что касается религиозного учения. Для светского человека, никогда не сталкивавшегося с религиозной тематикой напрямую, каковыми были практически все жители станций, приход в храм должен быть максимально упрощённым и информативным. Особых правил прихода в храм и поведения в его стенах церковь не предписывала. Лишь соблюдение норм поведения, понятных на интуитивном уровне: громко не разговаривать, не мешать другим, не ругаться. Об этом напоминали надписи на стендах.

— Конечно, я ждал Вас. Вы можете осмотреть, что хотите. У нас здесь много чего интересного можно найти. — приветствовал служитель.

— Ждали меня? — удивился прихожанин.

— Конечно, я жду каждого из гостей храма Великого Очищения. — не смутился служитель. По роду своей деятельности ему часто приходилось вести беседы с людьми самого разного интеллектуального уровня.

Посетитель осматривал стенды и книжные полки. Тоненькие брошюры привлекли его интерес значительно в большей степени, чем книжные тома. Но этого и следовало ожидать. Наконец он спросил служителя:

— Скажите, а я вот никогда не верил в Бога и не собираюсь в него верить. Поможет ли Он мне в этом случае?

— Разумеется, Слепой Отец поможет каждому, кто в этом нуждается, не зависимо от того, верит человек в него или нет. — Служитель церкви должен был уметь в нужный момент разговаривать на языке даже картошки, не смотря на свою образованность. И не смотря на отсутствие логики в вопросе, поддержать задавшего его в такой же манере.

— И что ваш Бог может для меня сделать? — спросил прихожанин.

— Слепой Отец сказал: Покинет каждый ненавистное ему место и будет там, где ему будет хорошо. Пусть только услышит, как я позову его. — Процитировал служитель, прекрасно осведомлённый в нежелании большинства жителей станции находиться в этом отравленном месте. — Слепой Отец знает, как решить проблему загрязнения окружающей среды, как помочь людям жить в чистом районе, в гармонии с природой. Нужно только послушать Его.

— Но ведь станция даёт мне работу и средства к существованию. Я не смогу покинуть это место. — Печально признался прихожанин.

— Это иллюзия. Представьте себе мир, в котором Вы хотели бы жить. Без свалки, смога, болезней… Вы поймёте, что эти Ваши представления не только естественны, но и реальны. Ведь если жители города перестанут обслуживать свалку, и будут заниматься тем, что нужно им, они перестанут получать деньги от правительства, но они и перестанут в них нуждаться.

Прихожанин задумался. Продолжая просматривать полку с книжицами, он выбрал одну и спросил разрешения её взять. Книга «Жить вне гето» — удачный выбор. Этот человек придёт в храм ещё раз, сомнений в этом нет.

Глава 14. Не Его сестра

В зале храма Великого Очищения, отведённого для молитв Слепому Отцу, одиноко сидела девушка болезненной худобы. Настоятель храма подошёл к ней, чтобы поприветствовать лично. Её пустой взгляд, тонкие руки, сложенные в молитве и дрожащие губы, будто произносящие молитву вслух, скрывали ту тайную власть, которую настоятель отлично прочувствовал. Элдис — она была той, кого можно было принять за нищенку, ставшую жертвой страшной болезни и ищущую утешения в стенах храма. Элдис действительно почти всё время проводила здесь, просто многие её не замечали. И дело не только в её внешнем виде и обносках одежды, которые она носила. Эта девушка обладала магическим даром быть незамеченной, когда ей это было не нужно. Но настоятель храма всегда её замечал. Именно в этом был её интерес.

— Вашими молитвами… — Обратился он к молящейся девушке. — Наш храм готов принимать прихожан, мы готовы нести людям Слово Господне. Но мы не знаем, как заставить их слушать. — Настоятель храма, как будто сам был на исповеди, начал отчитываться.

— Слушайте меня и, услышавши — вы обретёте то, чего желаете. — Слова девушки проникали сквозь сознание, действуя на собеседника самым мистическим образом. Хотя настоятель не знал, откуда она пришла и насколько сильна её вера, внутри себя он был уверен, что она святая. — Я знаю, как очистить этот город, как заставить его жителей верить Слепому Отцу, как освободить их от сдерживающей их власти возомнивших себя вершиной этого мира. Услышьте меня, и тогда жители станции услышат Слепого Отца, через храм.

Настоятель не сомневался в её словах, но ему хотелось знать, откуда в этой девушке, явившейся из неоткуда, такая уверенность. Ведь большинство жителей станции находятся в постоянной депрессии и никогда не слышали о Слепом Отце. Как целый город, в котором находится всего один храм, способен преобразиться в лучшую сторону. У настоятеля не пропадали сомнения, но именно эта девушка давала ему решимость на совершение переворота в умах местных граждан. Он осторожно поинтересовался у неё:

— Могу я узнать, что за сила в Вас таится, и где Вы были до того, как явиться в это святое место?

— Во мне Его сила, которая через храм проникнет в каждого. Я была здесь всегда и просто ждала. Ждала, когда появятся те, кто захочет донести Его Слово другим. Я молилась Ему о том, чтобы вы явились, и вот теперь вы здесь. Теперь я молюсь Ему, чтобы это место обрело Его силу, и храм обретёт её.

То, чего на самом деле хотела Элдис, взяв под свой контроль главного служителя храма Великого Очищения на станции — было частью умысла, доступного лишь ей одной. Именно она — Элдис, а не некромант, призвавший её, теперь шла к той цели, которая, казалось, уже умерла однажды вместе с ней. Заставить людей думать так, как этого хочет Слепой Отец, не взирая ни на какие взаимовыгодные договоры с посланниками дьявола, вопреки всем запретам, наложенным на церковь. Этот храм — он всего один на весь забытый всеми город, и именно это делает его таким удобным инструментом в достижении самой великой цели — обратить всех граждан в веру, избегая вмешательства со стороны. Но как бы амбициозны не были эти планы, они были не только естественны, но и реальны.

— Те, кто правит, даже здесь, на этой станции, хотят земных богатств. — Элдис говорила в своей манере с такой уверенностью, которая передавалась тому, кто её слушал. — За эти богатства они даже готовы отдать свою власть. Они глупы и не поймут, как потеряют и то и другое, в то время как это обретут услышавшие Слепого Отца. Правители охотно согласятся передать храму часть своих полномочий, если это будет в пользу их финансовых интересов. Люди, живущие в гето, пойдут за теми, кто даст им хоть какую-то надежду на счастливую жизнь.

Такая позиция устраивала настоятеля храма Великого Очищения. Но он подчинялся митрополиту — верховному служителю церкви Слепого Отца, а проявление такой инициативы могло привести к конфликту с главной церковью. Но, с другой стороны, храм имел достаточно прав на то, чтобы вести переговоры с органами местного самоуправления. Ведь именно для этого и был разработан проект Великого Очищения. Церковь достаточно консервативно и осторожно относится к влиянию на социальное мышление, но если действовать в рамках своих полномочий, не прибегая к советам верховного духовенства — можно распространить Слово и обратить людей в его веру.

— Я Вам верю, и буду делать, как Вы говорите, если не оставите своих намерений. — Признался настоятель Элдис.

— Я всегда буду рядом, буду ближе к храму, чем вам это будет казаться. — Ответила девушка. Её болезненное худое и бледное лицо не выражало никаких эмоций. Мешки под глазами и сведённые брови придавали ей вид мученицы, которую хотелось защитить, спасти. И любой, к кому бы она обратилась — сразу выразил бы полную готовность к этому.

— Могу я узнать Ваше имя? — спросил настоятель — Или то, как я могу к Вам обращаться?

— Можете называть меня Сестрой. Меня так всегда звали. — Ответила Элдис.

Глава 15. Контроль церковью

Главный настоятель храма Великого Очищения на станции Глубокий Котлован опубликовал в местных газетах своё обращение к гражданам. Сообщая о желании Слепого Отца помочь всем услышавшим Его, настоятель просил придерживаться некоторых правил:

«Слепой Отец не станет помогать тем, кто уродует свою плоть, — говорилось в статье — давайте же вместе постараемся стать лучше. То, что должно делать нас с вами сильнее — делает нас слабее. Обширная доступность фармацевтических препаратов вызывает у нас зависимость и неспособность самостоятельно сопротивляться навалившимся на нас проблемам. Если мы не прекратим быть зависимы от попыток стараться искусственно улучшить себя — мы не сможем услышать Его и оказаться там, где мы достойны находиться».

Настоятель храма, за время своей деятельности на станции, успел узнать тонкости менталитета здешнего контингента, поэтому проводить масштабную миссионерскую деятельность с использованием СМИ и властей поручалось ему. Политика церкви Слепого Отца осуждала использование всех фармацевтических препаратов, но если эти препараты были ещё и нелицензированные — то церковь имела право выказать своё нетерпение на этот счёт. Заказать статью можно было в любой местной газете. Следующим шагом готовилось выступление в передаче на местном телеканале. Ну и естественно, что одними призывами полностью достичь цели не получится. Служители храма уже обратились в администрацию станции с внесением поправок в законопроект, запрещающий кустарное производство химических препаратов и их реализацию. Пока данный вопрос только рассматривался. Местное самоуправление не извлекало для себя коммерческой выгоды при положительном ответе на обращение служителей. Но что касается возможности снизить потребление данного товара за счёт увеличения стоимости лицензии на его производство и продажу — тут администрация станции особых проблем не находила. Во избежание возмущений со стороны жителей, служители храма пообещали местным властям развить культ образа жизни без фармподдержки. Вскоре, государственные больницы станции перешли на лекарства, соответствующие государственным требованиям, отказавшись от нелегальных препаратов. Но это был самый первый шаг, чтобы прощупать, как такая реформа скажется на жителях и экономике станции. Это явление осталось почти не замеченным благодаря финансированию церковью закупок городскими больницами лекарств, произведённых в НИИ, подчинённых коллаборации.

Следующим шагом политики храма Великого Очищения стало снижение уровня безработицы. Администрация станции приняла решение о снижении льгот своим безработным жителям. Но не всё было заключено только в этом. Предоставление рабочих мест контролировалось теперь согласованно со служителями храма, которые запустили свои щупальца в программу биржи занятости. Появление дополнительных рабочих мест также увеличилось за счет распределения рабочих смен на городских предприятиях станции. Хотя руководство этих предприятий теперь тратило больше средств на зарплату рабочим, уровень производства на них увеличился в меньшей степени. Но такое распределение теперь было установлено органами местного самоуправления, которые осознали, что смогут сэкономить средства на выплатах безработным за счёт средств работодателей. Церковь стремилась не только снизить классовую дифференциацию общества, но и избавить это общество от паразитирования.

Ещё одно направление, которое не обошлось без контроля со стороны служителей храма — это, конечно же, четвёртая ветвь власти. Средства массовой информации теперь вынуждены были фильтровать свой эфир. Служители попросили телевизионные каналы, радиовещательные станции и периодические печатные издания советоваться с ними по части того, какую информацию предоставлять аудитории. Распространение слова Слепого Отца по средствам СМИ не входило в приоритеты церкви, но должно было занимать там своё определённое место. Наиболее важно было прекратить демонстрацию светской жизни в научных городах, которая отличалась своим изобилием. Церковь старалась отгородить жителей станции от наблюдения за роскошной жизнью учёных коллаборации, заменив эту тему освещением положительного роста уровня жизни на самой станции, который, конечно же, оказался возможен благодаря совместным действиям администрации органов местного самоуправления и служителей храма Великого Очищения.

Все эти изменения ввелись не сразу, а начали постепенно проникать в жизнь горожан, чтобы не спровоцировать возмущений среди населения. Церковь Слепого Отца имела опыт в проведении подобных реформ и понимала, что сейчас было важно шаг за шагом, внедряя новые устои, следить за состоянием внутри общественности, пресекая недовольства по мере их проявления и корректировать политику служителей храма Великого Очищения, исполнявшего теперь роль наместника церкви Слепого Отца на станции.

Глава 16. Синдром Дауна Грэя

Один из жителей станции Глубокий Котлован, простой рабочий мусорной свалки Даун Грэй, занимался сортировкой мусора. В его обязанности входило разделять кучу бытовых и технических отходов на металл, пластик, органику, бумагу, элактопласты и другие материалы по отдельным контейнерам. Несмотря на то, что среди всего прочего в груде мусора появлялись и довольно увесистые детали, та часть цеха сортировки, в которой работал Даун Грэй, использовала исключительно ручной труд. Когда Даун раскопал от всякого дерьма здоровую металлическую трубу, то ему потребовалось время, чтобы собраться. Была ли труба частью какого-то двигателя, или частью от какой-то насосной системы — его не интересовало. Сортировщик приподнял её и прикинул, что весит она килограмм семьдесят. Сделав вдох, как пауэрлифтер перед подъёмом штанги, Даун поднял трубу на уровень груди и закинул её в контейнер с прочим металлом, который стоял на повозке. Труба не помещалась полностью в контейнер, и часть её торчала сверху. Взяв лопату, сортировщик разгрёб мусор, который никак нельзя было классифицировать. Опять что-то здоровое попалось, о чём известил звонкий удар лопаты о что-то твёрдое. Как оказалось — на этот раз здоровая керамическая посудина, возможно, что своеобразная раковина. Весом она оказалась почти такая же, как и труба. Очередной подход — и раковина попала в контейнер с керамикой. Когда рабочий день подходил к концу — Даун почувствовал, что его физическая сила начала отступать. Он мог бы поработать ещё, но с недавних пор руководство свалки сократило рабочее время, снизив заработную плату. Возле груды мусора появился очередной сортировщик, пришедший на смену Дауну. Вот пусть теперь он и занимается ей с новыми силами.

Имя Дауна Грэя, возможно, принадлежало ему не случайно. Его врождённая патология добавочной хромосомы была хоть и редкой, но всё же распространённой среди людей его поколения на станции. Официально считалось, что добавочная хромосома — это генетическое отклонение, но не является болезнью. Однако Даун Грей был осведомлён насчёт этой своей странности чуть больше, чем ему говорили врачи городской больницы. Ему попадались кое-какие статьи, из которых он узнал, что такое нарушение препятствует нормальному развитию мозга и физиологии человека. Вопрос о физиологии был сомнительным. Даун Грэй с самого детства был крепче своих сверстников, и сейчас он остаётся сильнее большинства простых людей. Что же касается развития мозга — то Даун это осознавал, к великой своей печали. Его собственная отсталость была ему очевидно хотя бы по насмешкам всё тех же сверстников, когда он ещё воспитывался в детском доме, а они в это время ходили в школу. И то, что ему с трудом давалось выражать какие-то свои мысли или просто разговаривать — подтверждало его отсталость. Но Даун хотел победить патологию насколько это возможно. Он старался больше читать, смотреть что-то познавательное по телевизору, учил наизусть стихи. Но нормально разговаривать он так и не научился. Зато, живя и работая среди обычных людей, Даун понял, что каждый человек по-своему отсталый. Люди, не имеющие никаких генетических отклонений, не разбирались в элементарных вещах, о которых Даун так много читал. Иногда он жалел, что не может поговорить об этих вещах как минимум сразу по двум причинам: он не умел говорить и люди не хотели об этом слушать.

Уже в раздевалке для рабочих цеха сортировки мусора Даун сидел, почти лишённый сил. Он достал из шкафчика ампулу. Такие помогали пережить прекращение действия мышечного стимулятора. Ампулы эти перестали в последнее время продаваться в ближайших аптеках, и теперь их нужно было ещё поискать. Но ведь без мышечного стимулятора Даун просто не смог бы сортировать мусор. А чем ему ещё можно было бы заняться? Для людей с добавочной хромосомой очень ограничен выбор рода занятий. Работодатели не берут таких на работу куда попало, несмотря на то, что официально синдром Дауна не является болезнью. Введя себе в ногу содержимое ампулы, Даун достал упаковку с БАД. Эти ему дал врач, который его консультировал. Добавки должны были препятствовать развитию синдрома, но пока проходили тестирование, и их воздействие не было доказано, как и не ясны были побочные эффекты. Эти биоактивные добавки разрабатывались местной лабораторией в рамках программы по лечению генетических заболеваний и являлись частью курса терапии, которая ещё не была полностью доработана. Но врач вселял Дауну надежду на то, что лаборатория готова уже в скором времени реализовать проект лечения генетического отклонения — синдрома добавочной хромосомы. Врач пообещал, что уже внёс имя Дауна в список добровольцев, желающих пройти терапию лечения в тестовом режиме. Даун Грэй часто думал после этого, о том, что он сможет скоро общаться с людьми, может даже найдёт более-менее нормальную работу и питал себя всякими иллюзиями на этот счёт.

Глава 17. Лаборатория биохакинга

— Вам прекрасно известно, что для проведения таких исследований необходимо разрешение, выданное коллаборацией ИФ. — Разговор был напряжённым. Служитель навестил одну из независимых лабораторий, проводивших свои исследования на территории станции Глубокий Котлован. Директор лаборатории — Марк Инаев, прославился своим стремлением к либерализации науки путём активного внедрения биохакинга в повседневную жизнь людей. В частности на счету учёных лаборатории было создание вирусологического иммунного антидота, улучшающего иммунную систему человека, модификация гена растительных культур, способствующая неприхотливости растений к среде, в которой они растут. Проведение подобных работ без разрешения коллаборации можно было бы назвать шалостью. Но кто отвечает за риск появления в результате опытов мутированного вируса, имеющего высокую степень приспособления, или последствия на организм человека продуктов с изменённым геном. То, что действительно беспокоило церковь — это готовность провести опыты с модификацией генов на людях. Инаев слушал служителя, стараясь придумать оправдание, которое устроило бы церковника.

— Я отправлял запрос в коллаборацию, они не дают ответа, — отвечал Инаев служителю. То, почему коллаборация не даёт разрешение на проведение исследований пост гуманистического характера, служитель прекрасно знал. Потому что у коллаборации самой не было разрешения на проведение таких исследований, которое им не давала церковь. — Цель исследований лаборатории — помочь людям с генетическими патологиями. — Продолжал Марк, приводя очевидные аргументы в свою пользу. — Мы уже близки к тому, чтобы начать лечить такие заболевания, как церебральный паралич, шизофрению, аутизм или синдром Дауна введением человеку препарата, без хирургического вмешательства и дорогостоящих технологий.

— Методы, которые испытывает ваша лаборатория, являются негуманными. Вы проводите исследования на человеческих эмбрионах. — Откуда служители это знают, Марк не догадывался. Но юридически вопрос об эмбрионах был урегулирован. Служитель продолжал атаку: — В цивилизованном обществе это недопустимо.

Марк выдавил насмешку в адрес услышанного, хотя понимал, что в словах служителя есть своя правда. Ответил директор лаборатории как можно увереннее:

— Мы не проводим исследования на человеческих эмбрионах. Что за чушь?! Мы используем для этого искусственно созданный биоматериал. Мы выращиваем этот материал для изъятия из него стволовых клеток. Это спасёт жизни сотням людей. Вы знаете, сколько новорожденных рождается с патологиями в этом городе, который представляет собой огромную химическую свалку? Да мне плевать, на ваши этические нормы. — Марк разгорячился неспроста. Он понимал, что разговор ни к чему хорошему уже ни приведёт.

— Я прекрасно осведомлён в том, что собой представляет ваш биоматериал, — разоблачил Инаева служитель. — Вы клонируете человеческого зародыша и, более того, деформируете его таким образом, чтобы он ни по каким описаниям не соответствовал человеческому эмбриону. Именно поэтому изъятие стволовых клеток из искусственно созданного биоматериала запрещено всеми регулирующими структурами.

Директор лаборатории оказался разоружён. Конечно, клонированный зародыш поддерживает свои жизнеобеспечивающие функции после деформации, но ведь это такая незначительная жертва в пользу тех, кому не повезло родиться инвалидом.

— Идите к чёрту, — уже кричал на служителя Инаев, — я повторяю, что мне плевать на ваши разрешения. У нас либеральная независимая лаборатория, действующая на территории станции с полноправной системой самоуправления, и мы будем проводить исследования, которые сами посчитаем нужными. Если бы мы хотели работать с разрешения, то уже давно присоединились бы к НИИ, подчинённому коллаборации.

Служитель на глазах директора лаборатории биохакинга, достал из кармана ампулу и шприц.

— Что вы делаете? — изумился Инаев.

Набирая содержимое ампулы в шприц, служитель холоднокровно ответил:

— Хочу провести своё исследование, которое считаю нужным. — И после этих слов резко воткнул шприц в бедро Инаева и ввёл содержимое ему в мышцу. Не готовый к такому повороту, директор лаборатории успел только схватиться за руку служителя, но это уже ничего не решало.

На следующий день была проведена экспертиза трупа Марка Инаева. Криминалистическое заключение говорило: Директор независимой лаборатории биохакинга Марк Инаев скончался, в результате введения себе в мышцу бедра мышечного стимулятора с изменённой формулой в целях исследования эффекта от его действия.

Глава 18. Революция без правил

Глава коллаборации ИФ Стив Трудовой находился в административном комплексе НИИ головного мозга человека и обращался к его руководителю:

— Я лично даю вам право на проведение этих работ. Что ещё вам нужно? Я говорю, что совет коллаборации одобрил это решение, при чём здесь мнение церкви или общественности? — Трудовой едва сдерживал себя, чтобы не перейти на ругательства. Когда он провёл столько бесед с коллегами, чтобы внутри коллаборации не возникало споров по поводу правильности решения о проведении эксперимента на мозге, теперь ему ещё нужно было доказывать руководителю НИИ значимость предстоящей работы.

— Но ведь вы понимаете, что для этого нужен человек, согласный на эту сомнительную операцию. — Упорствовал руководитель НИИ. — Этот человек должен отдавать себе отчёт в том, что ему вырежут часть мозга и, скорее всего, он не сможет впоследствии думать, и при этом стать добровольцем по проведению этого эксперимента.

— Какие ещё сомнения у Вас лично по поводу проведения этой операции? — Так же экспрессивно говорил Трудовой. — Не Вы ли мне заявляли, что все ваши теоретические модели подтверждают проведение операции по удалению теменной части мозга? И не Вы ли мне говорили, что единственной преградой к проведению данного опыта на практике является отсутствие разрешение от коллаборации?

— Я. Преградой являлось отсутствие разрешения и, собственно говоря, самого подопытного. — поправил Трудового руководитель НИИ головного мозга человека. Но Вы поймите, что разрешение — разрешением. Что скажет Организация, она признает за нами нарушение взаимовыгодного договора с церковью.

— Что!? — Вот теперь уже орал Трудовой, так что руководитель НИИ даже поморщился и немного отвернулся. — Да мне плевать на эти договора. Вы знаете, как на них плюёт церковь? Вы знаете, что служитель на одной из станции убил научного сотрудника, директора лаборатории, и церкви всё сошло с рук? Что Организация посчитала это несчастным случаем? — Трудовой воздействовал на руководителя, который оказался слишком честным, только не понятно перед кем, представляя ему факты разведданных, порочащих честь церкви. — Я Вам докладываю в таком случае, что на станциях, в данный момент, служители церкви уже проводят идеологическую реформу, влияя на сознание граждан всеми способами, в том числе запрещёнными. Вам всё ещё интересно знать, что скажет Организация на счёт нашего опыта? Я напомню Вам, что Организация действует в качестве контролирующей силы, только пока мы на это согласны, так как их деятельность является экстремистской для Федерации.

То, что Организация уже давно изменила свою политику, отказавшись от рода деятельности, считающегося экстремистским, оставив за собой право лишь контролировать взаимоотношение между церковью и коллаборацией — Трудового не интересовало. Тем более что в свете последних событий обстановка действительно накалилась. Организации просто не хватало мощности, чтобы полностью контролировать ситуацию. Пока специальные сотрудники, управляющие Организацией, перебирали архивную юридическую документацию со времён войны, отсутствие решения сложных юридических вопросов успевало давать ход событиям, являвшихся последствиями сомнительного нарушения. Да и сами стороны усложняли обстановку. Вместо незамедлительного доклада в регулирующие органы, и церковь, и коллаборация закрывали глаза на эти нарушения, чтобы в дальнейшем иметь возможность привлечь оппозиционную сторону к ответственности в самый неподходящий момент.

— Пусть только попробует кто-то сказать, что коллаборация что-то нарушила — на церковь такой компромат сразу выкатится, что им не то, что храмы будет запрещено возводить — ритуальные услуги будет запрещено проводить. — Продолжал свои аргументы глава коллаборации ИФ.

— Хорошо. — Согласился, наконец, руководитель НИИ головного мозга человека. — Но то, что касается подопытного… мы не будем никого к этому принуждать.

— Готовьте оборудование для проведения операции. — Начал успокаиваться Трудовой. — Скоро вам поступит пациент. У нас полно тюрем, в которых сидят люди за самые жестокие преступления и живут на средства налогоплательщиков. Надеюсь, их мозги Вам будет не жалко.

— Вы знаете, — с сомнением возрази руководитель НИИ, — наверное, лучше попробовать другой способ поиска добровольцев.

Глава 19. Новые возможности

В очередной из визитов в городскую больницу, где Даун Грэй консультировался у врача, его ожидала крайне неприятная новость. Лаборатория, занимавшаяся разработкой курса лечения генетических отклонений, по какой-то причине заморозила свой проект.

— К сожалению, — произнёс врач, — подобное случается. Возможно, они возобновят свои исследования позже, но я не хочу обнадёживать Вас.

В ответ Даун Грэй недовольно замычал, стараясь выказать своё разочарование. Врач с трудом понимал, что хочет сказать Даун. Всё осложнялось ещё и тем, что тот не умел писать. Эта особенность была тем более странная, потому что Даун очень любил много читать, но писать — не мог. Однако, при общении с врачом, или с кем бы то ни было ещё, Даун старался иметь всё же при себе блокнот и карандаш. Эти инструменты сильно помогали ему выразить мысли. И он начал что-то рисовать в ответ на слова врача.

— Есть ещё одна новость, которая, возможно, заинтересует Вас. — Здесь врач сделал паузу, ожидая реакцию посетителя, но тот не стал делать преждевременных выводов. — Это касается исследований в области работы головного мозга одного из институтов коллаборации.

На эти слова уже последовала реакция Дауна: вначале он жестом попросил приостановить разговор, чтобы он мог показать свой рисунок. Набросок карандашом в блокноте изображал человека возле стойки с колбочками, с одной стороны которого было уродливо нарисованное гуманоидное существо, а с другой — человек в пиджаке с пачкой банкнот. Врач понял эту мысль так, будто, по мнению Дауна, лаборатория отказалась помогать людям с патологическими отклонениями и занялись каким-то коммерческим проектом. После демонстрации листок из альбома был вырван и отправился в мусорную корзину под столом. Теперь Даун изобразил готовность продолжить слушать, о чём ему хочет сказать врач.

— Институт разослал по больницам, работающим на территории станций информацию о поиске добровольцев на проведение исследований по изучению мозга. Подробности исследований не указаны. Желающим принять участие будут предоставлены жильё и проезд.

Даун уже успел сделать очередной набросок в блокноте, на котором мозг отдельно лежал на операционном столе с воткнутыми в него электродами и подсоединёнными проводами, что сразу показал врачу.

— Я не думаю, что институт при коллаборации станет заниматься такими вещами. — Не сдержав улыбки, врач добавил: — Но шутка хорошая.

В ответ Даун изобразил на своём лице глупую улыбку.

— Они ищут добровольцев среди людей, находящихся под наблюдением врачей в связи с отклонениями работы головного мозга. — Серьёзно продолжил врач. — В обмен на участие в исследованиях, они обещают помочь в лечении сложных заболеваний. Так что можете подумать, и в случае согласия я отправлю им на рассмотрение Вашу кандидатуру. Это очень серьёзный институт, он занимается исследованиями, результаты которых не всегда попадают в открытый доступ. — Добавил напоследок врач, консультирующий Дауна.

Теперь Даун сидел с серьёзным лицом и ничего больше не рисовал. Эта информация и правда заставила его задуматься. На самом же беле в городскую больницу было отправлено письмо от НИИ головного мозга человека, которое врач не стал показывать Дауну, и сообщалось в нём следующее:

«Просим предоставить базу учёта умственно неполноценных жителей станции с целью дальнейшего рассмотрения их в качестве добровольцев на проведение исследований мозга. В случае одобрения институтом добровольца, он будет доставлен на территорию НИИ на полное содержание за счёт коллаборации. При этом пациента с учёта необходимо снять и передать его личное дело вместе с ним».

Даун ещё раз показал врачу рисунок мозга с подключёнными электродами и сделал недоумевающий вид.

— Я, правда, не знаю, что за опыты они хотят проводить, — ответил на это врач Дауна, — но я могу сказать, что политика всех институтов, подчинённых коллаборации, соответствует этике, установленной государственной церковью. Этика запрещает производить серьёзные изменения в человеческом сознании хирургическими или иными способами. Я думаю, что в случае согласия, Вас ожидает что-то вроде психоанализа, с применением МРТ. Грэй, — врач дружественно обратился к своему посетителю, — это хорошая возможность для Вас. Вы будете находиться под присмотром лучших специалистов, которые согласились Вам помочь.

Даун прибыл в диспансер при НИИ головного мозга уже через несколько дней после разговора со своим консультирующим врачом. Даун выказал согласие на участие в эксперименте института сразу же. Дальнейшая оперативность объясняется срочной необходимостью НИИ в проведении своих опытов. От института на станцию Глубокий Котлован был отправлен легковой автомобиль, чтобы забрать Дауна, как только руководство института получило сообщение о его согласии на проведение исследований. И вот теперь Даун Грэй находился в одиночной палате, где уже успел разместиться. Самостоятельно выходить из палаты диспансера ему запрещалось, но это было и не нужно. Еду ему приносили, телевизор работал, показывая несколько каналов, уборная находилась тут же. Врачи, принявшиеся его исследовать, периодически заходили к нему, чтобы провести свои тесты или сканирование его головы различными приборами. В любом случае, здесь, в чистых и светлых стенах, Даун почувствовал себя комфортнее, чем дома на станции. Единственное, что ему не нравилось — в диспансере было скучно, и не было чем заняться. Наконц, в палату вошёл врач с результатами проведённых над Дауном измерений, чтобы хоть как-то пояснить цель его нахождения на территории НИИ в качестве добровольца на исследования.

— Мы провели большую часть анализов Вашего организма, — начал врач, вероятно являющийся куратором этого странного проекта, — обнаружили все допущенные у Вас отклонения. Лечение такого генетического заболевания, как синдром добавочной хромосомы, осуществимо нашими силами, но требует продолжительного по времени курса лечения. После чего код Вашего гена приобретёт нормальную последовательность. Данному синдрому, в Вашем случае, сопутствует атрофирование некоторых участков головного мозга, работу которых возможно частично восстановить. Это касается, в том числе участка, отвечающего за возможность выражать свои мысли словами. Восстановление неактивных участков также произойдёт не сразу, а потребует определённого времени.

В ответ Даун Грэй заулыбался и начал кивать головой. При этом он протянул руги к беседующему с ним врачу института исследования головного мозга и издал вопросительные стоны.

— Наша цель, — продолжил врач, верно истолковав жест, — это создание более совершенного сознания. У института нет возможностей, в связи с существующей этикой, проводить химическое или механическое вмешательство в мозг человека с целью улучшить его работоспособность. Поэтому мы решили работать с Вами, так как Вам будет проведена операция по восстановлению атрофированных участков мозга, в ходе которой также будет произведена манипуляция по задействованию области мозга, не использующейся человеком.

Получив от врача городской больницы станции Глубокий Котлован личное дело стоящего на учёте пациента Дауна Грэя, врачи НИИ позаботились о том, чтобы они могли как можно проще общаться теперь уже со своим испытуемым. В этих целях, в палате Дауна находилось несколько блокнотов разного формата, наборы цветных карандашей, ручек, фломастеров и даже кисточки с краской. Это делало палату похожей на детскую комнату. Так что, Даун по-своему мог ответить на сказанные ему слова. В своей шутливой манере он успел нарисовать человека в больничной палате с выдавленным наружу мозгом, в связи со своими огромными размерами.

— Мы будем контролировать проявление подобных проблем. — Врач, умеющий шутить так, как это могут делать только учёные, ответил максимально серьёзно, чем вызвал негодование на лице Дауна. Сразу исправившись, он успокоил Дауна: — Конечно, это аллегория, не более чем плод воображения. Задействование резервной области мозга скажется почти незаметно, на фоне вашего общего выздоровления.

Даун Грэй снова улыбнулся своей кривой улыбкой, на этот раз, сопроводив её поднятыми большими пальцами на обеих руках.

* * *

Уже на следующий день Даун Грэй очнулся после проведённой операции. Голова раскалывалась. Первой мыслью было, что его побили бандиты на улице станции, и он лежит, избитый, на улице. Потом он осознал, что находится в какой-то палате. И лишь спустя некоторое время его память и мысли воссоздали ситуацию, в которой он находился. Всё правильно, палата диспансера при НИИ головного мозга, операция проведена, сейчас он очнулся после наркоза. Дежуривший рядом медбрат заметил пробуждение Дауна Грэя и первым делом спросил, как он себя чувствует. Перекошенное от неприятных ощущений лицо Дауна говорило само за себя.

— Потерпите немного, сейчас подойдёт врач, — успокоил медбрат Дауна. — Вы хорошо видите? Попробуйте пошевелить рукой, теперь ногой, пальцами на руке, поморгать.

Выполнение всех этих просьб почти не вызывало затруднений у Дауна. Вошёл врач, с которым Даун разговаривал перед самой операцией.

— Поздравляю, — поздоровался врач, — операция прошла успешно. Уже скоро Вы сможете вести нормальный образ жизни. Атрофированные участки Вашего мозга теперь начнут медленно восстанавливаться.

Обратив внимание на стон пациента, врач достал уже набранный шприц, который показался Дауну чересчур огромным для обычного медицинского шприца. Но, это оказалось кратковременной галлюцинацией, ставшей, видимо, остаточным эффектом от общего наркоза.

— Ах да, — добавил врач, вводя содержимое шприца в плечо Дауну, — вот так, теперь Вам станет легче. Действие обезболивающего препарата начнётся в течение нескольких секунд.

Дауну и впрямь начало становиться лучше сразу после введения препарата. Он пытался определить, что же изменилось в его сознании. Пока никаких изменений не происходило. Говорить он всё так же не мог.

— Я вижу, что Ваше состояние в норме, — сказал врач, — отдыхайте. Я зайду к вам позже. — И после этих слов Даун снова отключился.

В следующий раз Даун очнулся от того, что к нему в палату вошли всё тот же главврач, уже в сопровождении трёх своих коллег в таких же белых халатах, как и у него, и вместе сними человек в строгом костюме и гарнитурой на голове.

— Операция прошла успешно, — отчитывался главврач перед человеком в строгом костюме, — в ближайшее время мы сможем определить уровень реализации нашего эксперимента.

— Вы разработали методику определения? — спросил человек в костюме таком же строгом, как и он сам. — Как вы с ним общаетесь, если он не может говорить. Имейте в виду, что вам нельзя пропускать такие моменты…

Даун Грэй очнулся ещё раз, теперь он был один в палате. Теперь он чувствовал себя лучше, чем в прошлые разы. Он подумал о том, что нужно будет сообщить врачу, с которым он беседовал, о человеке в строгом костюме. Заходили ли они к нему, или это очередная галлюцинация. Не теряя времени, Даун изобразил карандашом на странице блокнота мерещившуюся ему картину с четырьмя врачами и человеком с гарнитурой максимально подробно. От рисования Дауна отвлекла та же самая делегация врачей и тот же самый человек в строгом костюме и гарнитурой на голове.

— Операция прошла успешно, — зачем то опять высказался главврач, — в ближайшее время мы сможем определить уровень реализации нашего эксперимента.

— Вы разработали методику определения? — человек в костюме повторил свой вопрос, который он задал в прошлый раз.

Опережая продолжение о трудностях общения, Даун Грэй завопил в попытке что-то сказать, при этом показывая, как он умеет рисовать. Все посмотрели на рисунок, который Даун нарисовал перед самым приходом делегации. Глаза всех врачей при этом округлились, а человек в строгом костюме приложил указательный палец одной руки к губам, изобразив жест тишины, а другой рукой прижал наушник гарнитуры себе в ухо.

— Шестнадцать минут, только что. — Заявил человек. Что он имел в виду, Даун не понимал. Но эта его фраза странным образом повлияла на всех. — Отлично, необходимо доложить о ваших успехах совету руководителей коллаборации. Продолжайте наблюдение и анализ его поведения. Мы пока займёмся разработкой плана реализации ваших достижений.

Главврач подошёл к Дауну со своими обычными вопросами: как у Вас дела, можете шевелиться, что чувствуете? Строгий человек в строгом костюме, наблюдая за происходящим, наконец улыбнулся.

Глава 20. Обвал на инквизицию

На продолжительный стук в хлипкую дверь старого дома не было никакой реакции изнутри. Устав ждать ответа, один из специальных сотрудников с разбегу ударил в неё ногой. Дверь пошатнулась. Ещё несколько раз повторив ту же самую процедуру, специальный сотрудник добился своего, выломав растрескавшуюся дверь.

— Что!? Что вам здесь нужно? Вы знаете, куда вы ворвались? — засуетился появившийся хозяин дома. — Вам запрещено здесь находиться!

— Инквизиторская церковь Вечных Мук, находящаяся в подчинении церкви Слепого Отца, — ответил один из специальных сотрудников — Организации контроля в ваш адрес поступила жалоба на нарушение взаимовыгодного научно-религиозного договора.

Встретивший специальных сотрудников служитель изумлённо запротестовал:

— Наша церковь не подчиняется Организации, вы имеете право здесь находиться только в сопровождении служителей церкви Слепого Отца. Деятельность нашей церкви крайне конфиденциальна.

Глава коллаборации ИФ Стив Трудовой, вслед за специальными сотрудниками зашедший в здание церкви, располагавшееся в одном из старых особняков, не очень хорошо разбирался в юриспруденции, поэтому, в ответ на восклицание служителя, с силой врезал ему своим здоровым кулаком пониже рёбер. Служитель скорчился, не рискуя что-то ещё говорить, а только застонал.

— Юджин Липшиц, — обратился к нему Трудовой, — настоятель инквизиторской церкви Вечных Мук, призываю Вас к сотрудничеству с представителями коллаборации и Организацией контроля в целях сохранения взаимовыгодных научно-религиозных отношений.

— Мы не сотрудничаем ни с кем. — выдавил служитель, и получил за это очередной удар в то же самое место, на этот раз ногой.

— Ну и не сотрудничайте. — разочаровано произнёс Трудовой. — Ответьте мне на вопрос, который имел полное право задать Вам мой помощник.

— Что за вопрос? — не мог припомнить настоятель церкви, — если я обязан был на что-то ответить, то я это сделал.

— Вопрос, вместо ответа на который, Вы отправили его жаловаться в Организацию.

— Тот учёный… — наконец вспомнил настоятель визит Макса Левона, — что же вы мне голову шарадами морочите. Он хотел знать об ордене сестёр Слепого Отца. Вы можете получить всю интересующую вас информацию в церкви Слепого Отца.

— Я уже знаю, что отвечал на это митрополит, теперь я спрашиваю у Вас. — сообщил Трудовой, сжимая кулак.

— Хорошо, хорошо. — сломался Юджин Липшиц. — вижу, что вы проделали сюда сложный путь и просто так не уйдёте. Об этом ордене мало что известно. За последнее время я перерыл все архивы инквизиции, в поисках какой-то информации о нём. Название ордена упоминается в рукописях, относящихся ко времени войны. Сёстры держались в стороне от всех событий, были предоставлены сами себе.

Внезапная пауза чуть сыграла с настоятелем Юджином плохую шутку, когда Трудовой подтолкнул его:

— Что ещё? Это я слышал, — терпение Трудового было не бесконечно.

— Всё остальное на уровне мифов и легенд, возможно вымысел. — Юджин всё еще надеялся прекратить разговор, но глядя на собеседника, продолжил: — Согласно разным источникам, церковь не признавала орден. Скорее всего, это результат сексизма, характерного для церкви во времена войны. По другой версии, идеология, которой придерживались Сёстры, отличалась от той, которой придерживалась государственная церковь. Получилось что-то вроде сектантского движения. В любом случае, их монастырь находился вдали от городов, не имея никаких связей с внешним миром. Про орден придумывали всякие сказки, страшилки. Он стал таким фольклорным элементом. В некоторых из них говорится, что сёстры Слепого Отца были ведьмами, в других — что они вызывали полчища нежити, которая совершала набеги на города. Есть и версии того, что сёстры сами развязали войну. Всё это можно объяснить, как я уже говорил, выраженным в то время сексизмом среди священников.

— Всё это интересно, — на самом деле Стива Трудового не интересовал фольклор, его интересовали факты: — неужели после исчезновения ордена не осталось документации, принадлежащей самим сёстрам?

— К сожалению нет, ничего. — печально ответил настоятель инквизиторской церкви, — Опять же, только мифы о том, что сёстры копили свои знания и хранили их в таинственных свитках. Но после исчезновения ордена — никаких записей в их монастыре обнаружено не было. Честно говоря, я бы и сам хотел больше знать об этом ордене.

Трудовому показалось, что пришло время заканчивать со сказками и мифами, и поговорить серьёзно. У него было несколько вполне конкретных вопросов:

— Как осуществляется поднятие нежити, и где сейчас находится труп, сбежавший с кладбища Иссыхания?

— Поднятие нежити — очень сложный процесс. — начал пояснение Липшиц. — Тот труп, которому удалось покинуть пределы кладбища — не более чем просто ходячий труп, хотя при жизни она и была монахиней. Смерть — необратимый процесс. Ритуал поднятия нежити не так величественен, как многим кажется. Нежить неспособна существовать длительное время вне кладбища, возвращаясь к своему изначальному состоянию за его пределами. Мы следили за периметром кладбища Иссыхания — никто не нарушал его границу ни в одну из сторон, а значит, сбежавшая нежить уже лишилась всех своих сил и вновь обрела покой.

— Не может существовать за пределами кладбища? — с сомнением переспросил Трудовой.

— Ну, естественно. Вы думаете, можно просто так взять и поднять труп одной лишь верой? — Липшиц принялся аргументировать это положение: — Воскрешение — это свойство территории захоронения, накладываемое на него путём сложного сочетания энергетических полей различной природы. Именно это и остаётся причиной самовоскрешения некоторых покойников до сих пор, пока не пройдёт период полураспада этих самых полей. Как учёный, Вы должны меня понимать.

Трудовому это ничего не говорило, но уверенность, с которой говорил Юджин Липшиц его убедила… Убедила бы, если бы он сам не видел, как произошло убийство помощника митрополита Карла вдали от кладбища Иссыхания. Об этих своих наблюдениях Стив поведал Юджину, который и на это нашёл аргументированный ответ:

— Если нежить призвана некромантом, то может получать от него силы непродолжительное время. Мы проанализировали ситуацию с упомянутым Вами убийством и пришли к выводу, что некромант поддерживал биоэнергетику трупа с момента её побега с кладбища и до момента совершения с ней сделки по передаче того, ради чего он её и призвал. Этот процесс слишком энергозатратный, поэтому не имеет смысла принудительно продлевать жизнь трупу.

— Пусть так, — предположил Трудовой. — Как нам искать этого вашего некроманта?

— Он скорее ваш, а не наш, — настоятель церкви будто немного оскорбился на эти слова Трудового. — Некроманта нужно искать среди учёных.

Теперь очередь обижаться была за главой коллаборации, объединяющей научные институты.

— Объяснитесь, пожалуйста, — вежливо попросил он служителя.

— Вы понимаете, что церковнослужители не имеют никакого отношения к энергетическим полям. Во времена войны воскрешением занимались именно учёные, — заметив удивление на лицах всех, ввалившихся без спроса в особняк, служитель сообщил: — Как видите, инквизиторская церковь умеет хранить не только свои секреты.

Глава 21. Забастовки на станциях

На прошедшей неделе резко снизилась производственная деятельность на территории научных городков и, как выяснилось, дело было не в сложной политической ситуации, которую к этому времени успели прочувствовать все. Производство ядерных двигателей и элементов питания сократилось из-за несвоевременной поставки тория со станции Ториевые Залежи. Из-за непонятной аварии на пути на станцию Глубокий Котлован, пришлось перенаправлять составы с бытовыми отходами по разным местам. В обеспечении научных городков электричеством появились странные перебои. Когда совет руководителей коллаборации запросил органы самоуправления станций, снизивших свою эффективность, о причинах возникновения всех этих проблем, то все станции дали примерно одинаковый ответ. Администрации станций убеждали совет руководителей коллаборации в том, что эти проблемы временные и скоро производительность вернётся к прежнему уровню. Анализ такого веерного сбоя работ на важнейших станциях не позволял определить конкретную проблему и, соответственно, пути её решения.

— Вы понимаете, коллеги, в чём вся трудность? — докладывал руководитель НИИ логистики и грузовых перевозок на совете руководителей коллаборации, — Мы имеем дело с нестандартной для нас проблемой. Если бы всё дело было только в электростанции, которая по каким-либо причинам стала давать сбой в работе, мы бы задействовали резервные источники энергии. То же самое с поставкой тория, снижение которой можно было бы компенсировать повышением добычи урана или бензина, или же перевести часть мощностей на работу на водородных двигателях. — хотя даже такие проблемы давно не вставали перед научными объединениями, план по их устранению был разработан, на случай нештатной ситуации. — Полное прекращение работоспособности целой станции не сказалось бы на работе промышленности научных городков, за счёт перераспределения сил станций. Но такие единовременные сбои чреваты серьёзными последствиями.

— Я думаю, что многие из нас столкнулись с одинаковыми проблемами. — продолжил руководитель института роботостроения. — Для нас также стал существенным сбой в поставке металлов и композитных материалов. Мы не можем выполнить обозначенный нам план по производству специализированных машин. У нас горят заявки на бытовые аппараты. Сейчас мы вынуждены ограничиться сборкой профессионального оборудования. Что касается роботов, выполняющих второстепенные задачи, на их производство просто не хватает поставляемых металлов.

— Шанс того, что сразу на нескольких станция произойдут какие-то аварии — ничтожно мал. — продолжал руководитель НИИ логистики и грузовых перевозок. — Так что я вынужден предположить, что мы имеем дело с некими заговорами.

Некоторыми участниками совещания это заявление было воспринято как шутка. Станции не взаимодействуют друг с другом. Все их взаимоотношения происходят через научные городки. Кроме того, уровень аппарата органов самоуправления был очень примитивным на станциях, чтобы действовать за рамками возложенного на него регламента. А особенности социального устройства общества на станциях ни как не располагали к серьёзным изменениям без решения совета руководителей коллаборации. Тем не менее, серьёзный тон, с которым было высказано предположение о заговоре, многих заставил задуматься.

— Это ещё менее вероятно, чем случайные аварии. — попытался запротестовать один из членов совета руководителей. — Вы хоть представляете, что любая деятельность, направленная против идеологии федерации, пресекается моментально на любом уровне контроля. Я могу допустить заговор внутри одного городка станции обслуживания. Но то, что подпольные организации различных республик смогли сговориться между собой, причём оставшись не выявленными ни аппаратом самоуправления, ни кем-либо ещё — как минимум странно.

Руководитель лаборатории НИИ Квантовых Взаимодействий Макс Левон, выслушав мнения участников совещания, взялся подводить итоги:

— Администрации самоуправления станций обслуживания докладывают в совет руководителей коллаборации, что на станциях полный порядок, никаких волнений среди населения не выявлено. Представители церкви Слепого Отца заявляют, что от настоятелей храмов, которые ведут свою деятельность на территории станций, информации о совершении преступлений против идеологии государства не поступало. А на деле что мы имеем? Массовый пикет рабочих, забастовку обслуживающих предприятий? Мы сами не способны ничего с этим поделать, что говорит о высоком уровне организации заговорщиков. Нам нужно организовать дипломатические визиты на станции, являющиеся нашими важнейшими партнёрами, прошу заметить, а не просто обслугой. — Макс попытался воззвать к соответствующему отношению к станциям, приносящим значительную пользу научным городкам, однако большинством его коллег это оказалось воспринято как преувеличение в пользу городов периферии.

Совет руководителей принялся к разработке плана экстренного дипломатического визита республик, на территории которых находились станции обслуживания с нарушениями в работе.

Глава 22. Голос народа

Станция Ториевые Залежи оказалась не самой худшей из всех станций обслуживания, не смотря на повышенный радиоактивный фон. По крайней мере Макс Левон, прибывший сюда с дипломатической миссией ожидал, что зона гетто будет выглядеть менее привлекательной. Макс был одним из немногих прохожих, кто пользовался на улице респиратором. Возможно, что воздух на этих улицах вполне безопасен, но Макс не хотел рисковать, глотнув облучённую торием пыль. Учёного отличал не только респиратор, а также капюшон из плотного материала, такая же плотная верхняя одежда и очки. Макс понял, что не зря предусмотрительно надел всё это, когда заметил, как много облысевших людей ходит по улице. Но не только лысина была такой характерной для местных жителей. У многих Макс наблюдал на коже язвы или странные цветные пятна. Многие жители имели явные физические отклонения. Учёный не мог определить, врождённые это дефекты, или приобретённые заболевания, вызванные разрушением костей и мягких тканей организма под действием местного радиоактивного фона. Макс мысленно благодарил совет руководителей за то, что они заставили его взять в район гето толстенный костюм с климат контролем, в котором он выглядел более чем странно, учитывая особенности жаркого климата Ториевых Залежей. Станция славилась не только жарой, но и очень развитой инфраструктурой, в сравнении с другими станциями такого же уровня. Помимо промышленных зданий, заводов, шахт на Ториевых Залежах было много памятников, монументов, беседок, где можно было спрятаться в тени. Город имел большое количество парков, аллей и скверов. Всё для того, чтобы граждане могли отдохнуть после тяжёлого трудового дня. На одной из пешеходных улочек в самый оживлённый момент, когда люди шли с работы, с учёбы, а кто-то просто гулял, Макс услышал громкие восклицания. Возле фонтанчика стоял человек, собрав вокруг себя нескольких зевак, и призывал всех прохожих задуматься над его словами:

— Что нам дал капитализм? Капитализм лишил нас самостоятельности, превратив в скот и рабов, заставляя работать во благо элиты общества. — пропагандист говорил громко и выразительно, так, что его можно было услышать на другой стороне дороги. — Они говорят, что дали нам хорошо оплачиваемые рабочие места. Но что эта работа делает с нами? Вы посмотрите по сторонам? Где вы видите богатого человека, у которого есть хорошая работа? Я вам скажу: мы все рабы, ставшие инвалидами, отдавшие своё здоровье ради тех, кто сидит там, в центре федерации и использует нас. Да, у нас есть деньги. Но это деньги не наши, они принадлежат капиталистам, хоть и лежат на наших счетах.

Человек открыто вёл пропаганду против центрального аппарата федерации, и никто ему в этом не препятствовал. А кто-то говорил, что на станциях совершенная система контроля, и население не способно выражать недовольство государством — вспомнил Макс разговоры на совещании научных руководителей. Более того, человек не только открыто вёл пропаганду, но и распространял печатные издания религиозного содержания в не предназначенном для этого месте. Когда Макс начал осматривать разложенные перед человеком брошюрки, удивился их названиям: «Великое Очищение Слепого Отца — что нам даст вера», «Кто мешает нам услышать Слепого Отца?», «Слепой Отец знает, как прекратить современное рабство».

— Можете прийти на проповедь в наш храм. — обратился к Максу проповедник. — Мы всегда ждём гостей, но по воскресениям настоятель читает слова Слепого Отца для всех. — с этими словами проповедник вручил Максу визитную карточку с указанием адреса и расположения храма Великого Очищения станции Ториевые Залежи, время проведения проповеди.

Учёный не планировал оставаться на станции до конца недели в ожидании церковной проповеди, но счёл необходимым в рамках дипломатической миссии посетить храм Великого Очищения. По пути он успел ознакомиться с содержанием пропагандистских брошюрок, в которых основы морали и этики выдавались за наставления Слепого Отца, а вся социальная и экономическая система федерации описывалась в самой извращённой форме. Брошюрки издавались местной типографией, то есть были распечатаны в обход государственного контроля. Видимо, даже без ведома церкви Слепого Отца.

Храм Великого Очищения на станции Ториевые Залежи представлял собой очистительный комплекс, разработанный и установленный коллаборацией по заказу государственной церкви. Рядом с огромной трубой стояло здание самого храма, предназначенное для молитв и слушаний прихожан. Двери здания были открыты, и Макс вошёл внутрь. Немного осмотревшись, он встретил служителя, который поприветствовал:

— Рад посетителю храма Великого Очищения. Я — настоятель этого храма, Вы можете обратиться ко мне, если Вам понадобится какая-либо помощь, или если Вы просто хотите поговорить о слепом Отце. Проповедь проходит по воскресеньям каждую неделю, на которой мы будем рады Вас увидеть.

— Хочу поговорить о Великом Очищении. — оборвал Макс длинное приветствие. — Каким образом храм Великого Очищения относится к государственной церкви?

— Церковь Слепого Отца зажата рамками государства, в котором она находится. Поэтому неспособна донести слова нашего Бога. — начал отвечать настоятель. — Храм исполняет волю Отца, будучи освобождённым от договоров и компромиссов со сторонними силами.

— Вот как! А что насчёт этого говорит митрополит церкви Слепого Отца? Он одобряет такую политику храма? — удивился Макс.

— Храм не советуется с государственной церковью по вопросам религиозного учения. Храм ведёт деятельность на свободной территории, где никто не имеет право ущемлять желание людей слушать нашего Отца. — настоятель с готовностью отвечал на все вопросы. Он гордился своей независимостью, не подозревая о том, что занимается сепаратистской деятельностью.

— Каким образом проект Великого Очищения смог объединить храмы в различных республиках, не согласовав свою политику с государственной церковью? — спросил у настоятеля храма Макс.

— Служители храмов общаются друг с другом, собираясь при встречах или по переписке. В этом нет ничего таинственного. Настоятели храмов совместно разрабатывают программу, которая поможет донести слово Его до как можно большего числа жителей…

— В обход государственных договоров. — продолжил Макс. Он всё не мог понять, как настоятели сами смогли вот так объединиться, неужели никто их не подталкивал к этому? — И на какой станции находится главный храм Вечных Мук? — спросил Макс.

— Все храмы находятся в равенстве. — ответил настоятель. — Но, могу заметить, что изначально инициатива объединения поступила от храма на станции Глубокий Котлован. Этот храм и теперь продолжает играть ведущую роль в нашем объединении.

Глава 23. Новые договора

На заседании двух сторон совет руководителей коллоборации возглавлялся Стивом Трудовым, а митрополит Карл возглавлял служителей церкви Слепого Отца. Вопросов, требующих совместного решения, накопилось множество. В качестве наблюдателей за проведением совещания выступили несколько специальных сотрудников, также обеспечивавших безопасность проведения совещания.

— Как Вы посмели вломиться в инквизиторскую церковь и избить её настоятеля? — начал атаку митрополит Карл. — Даже я не имею права требовать у инквизиторов ответа на вопросы, которые не являются частью моей компетенции.

— Юджин Липшиц, настоятель инквизиторской церкви Вечных Мук, отказывался от выполнения согласованного с церковью Слепого Отца договора на предоставление данных, запрашиваемых представителями коллаборации, что вынудило применить представителей коллаборации давление на данного служителя. — отчитался один из членов совета руководителей коллаборации по поводу предъявленных обвинений.

— Давайте не будем отвлекаться на мелочи, — предложил Трудовой. — эти вопросы можно рассмотреть в частном порядке. Все мы понимаем, почему было назначено заседание двух сторон.

— Вот именно, — ответил Карл. — у меня к вам столько вопросов, что решить их все в частном порядке не представляется возможным. Для этого мы и собрались.

Стив Трудовой не удержался от того, чтобы не вспылить. Он знал все грешки за коллаборацией, но они были сущей ерундой в сравнении с нарушениями, допущенными государственной церковью, к которым он сразу перешёл в своём высказывании:

— Это у вас ко мне вопросы!? Служители церкви, занимающиеся религиозной деятельностью на территории республик периферии, организуют собственное объединение и уже готовят религиозную революцию! А у вас есть какие-то вопросы ко мне?

— Что я хочу сказать для начала… — митрополит постарался ответить как можно спокойнее и рассудительнее. — проект Великое Очищение не контролируется церковью Слепого Отца в связи с тем, что ведёт свою деятельность на территории с самостоятельной системой управления.

Органы самоуправления станций считались самостоятельной системой только на бумаге. Фактически, они зависят от центра федерации и вынуждены подчиняться её правилам. То есть степень и порядок подчинения можно рассматривать с любой удобной стороны. Для государственной церкви сейчас было удобно полное отсутствие этого подчинения. Государственная церковь не была заинтересована в создании и поддержании сепаратистских отделений на территориях с запутанной системой управления, так как это в любом случае являлось бы нарушением свода договоров. Но и противостоять самостоятельному появлению этих отделений церковь не могла. Главная причина, почему не удалось задавить новую идеологию — это её резкое развитие, так что никто не успел ничего предпринять; ну и общественное мнение, которое встало на защиту появившейся идеологии. Запрещать то, что народ успел поддержать — просто не имело смысла.

— Для решения этой проблемы — продолжил митрополит, — предлагаю снизить полномочия органов самоуправления станций и ограничить их права. Это потребует распространения государственного контроля над станциями не только со стороны церкви Слепого Отца, но и со стороны коллаборации. Так что, Стив, — митрополит обратился лично к главе коллаборации, — в этом случае я вынужден буду предъявлять в адрес коллаборации нелегальную работу всех пиратских лабораторий, действующих на территориях станций обслуживания.

По решению заседания двух сторон было принято решение о распространении влияния центрального органа федерации на республики, и был разработан план по реализации этого решения. Ведь в свете происходящих событий стало очевидно, что именно слабая организация органов управления на станциях сделала возможным проявление силы подпольных объединений. Совет руководителей коллаборации согласился бы на всё, лишь бы прекратить забастовку предприятий на станциях и восстановить в кратчайшие сроки их эффективность. Но то, что управление станциями потребует от коллаборации значительного реформирования собственной системы, вызывало неоднозначную реакцию среди всех участников заседания.

Глава 24. Запрещённая религия

Настоятель храма Великого Очищения на станции Глубокий Котлован оказался несколько обескуражен, когда в помещение для прихожан храма вошли люди в строгих костюмах с элементами атрибутики, указывающей на их принадлежность к церкви Слепого Отца.

— Лютер Сай, деятельность вашего храма признана противоправной. — с ходу начал один из государственных служителей. — Церковь Слепого Отца вынуждена отстранить служителей этого храма от их деятельности, а Вас задержать до проведения судебного разбирательства с лишением права на переписку.

— Вы хотите запретить религию, в которую обратились тысячи верующих? — улыбнулся в ответ настоятель храма.

Запрет негосударственных религий и снятие с постов руководителей сект стал первым шагом на пути глобализации республик и полного их подчинения центру федерации. Храм продолжит действовать, но уже под строгим руководством государственной церкви. После задержания Лютера Сая — настоятеля храма Великого Очищения, занявшего центральное место в распространении сепаратистского движения среди жителей станций обслуживания, государственные служители изъяли всю библиотеку храма и законсервировали её. Все книги были перевезены в подвалы федерального храма, в которые имели допуск только избранные библиотекари. Разного рода религиозные брошюрки, журналы и прочий самиздат был уничтожен на свалке мусора. Храм Великого Очищения на станции Глубокий Котлован достиг очень высокого влияния во всех сферах, которое теперь необходимо было разделить между коллаборацией и государственной церковью. Лишившись храма, который фактически взял на себя управление всеми отраслями, станция осталась просто без руля. Но никто не хотел давать гарантии, что государству удастся избавиться от сепаратистских движений.

* * *

Коллаборация создала своё собственное отдельное подразделение, предназначенное для наведения порядка на территориях станций обслуживания. Подразделение, ответственное за любую научную деятельность в периферийных республиках.

— Макс Левон, — обратился к нему глава коллаборации на одном из совещаний. — вынужден Вас поставить в известность, что должность руководителя лаборатории НИИ Квантовых Явлений, которую Вы занимаете, больше не является существующей, в связи с возложенными на коллаборацию ограничениями по проведению квантовых исследований. — Стив Трудовой уже нашёл Левону другую работу. — Обязую Вас в кратчайшие сроки принять дела и должность руководителя подразделения коллаборации по контролю и объединению независимых лабораторий и институтов.

То, что сам Макс Левон думал о назначении его на новую должность, было не важно. Трудовой осознавал, что для решения проблем, которые встанут перед новым подразделением, необходим руководитель, которого он хорошо знает. Руководитель, который сможет действовать независимо от совета коллаборации, в рамках существующих договорённостей. Человек, который должен будет контролировать работу независимых институтов, и пресекать их нелегальную деятельность, должен вызывать доверие у всего совета руководителей коллаборации. Макс отлично подходил на эту должность.

* * *

Помимо решения проблемы забастовок на станциях, совет руководителей коллаборации всё ещё волновало то обстоятельство, что личность некроманта, завладевшего диском с информацией о концептах Искривлённой Физики, так и не была установленной. Кроме того, квантовые аномалии, свидетельствующие о продолжении использования возможности перемещения во времени, не прекращались. Но и чаще они не становились. Детекторы фиксировали по несколько перемещений во времени за сутки.

В связи с договорным урегулированием взаимоотношений с церковью, коллаборация приостановила попытки проведения опытов по изменению сознания. Даун Грэй стал единственным пациентом, прошедшим исследование на возможность фиксации временных аномалий сознанием. Приобретённые им способности продолжают изучаться. Разработка алгоритма кубитового хранения данных, полученных из альтернативного времени так и не реализовалась.

Вопрос о возможности поднятия нежити также оставался открытым. Никто не мог быть уверенным, что если кто-то смог поднять труп с высокоорганизованным сознанием, то он не сможет поднять целую армию таких трупов и создать Федерацию Нежити.

Глава 25. Митинг в поддержку Лютера Сая

Созданное отдельно действующее подразделение коллаборации по контролю и объединению независимых институтов и лабораторий, действующих на территории республик, состояло не только из учёных. В его штат также было решено включить добровольцев, наёмных работников. Такое решение было принято из предположений о возможном силовом решении некоторых задач. Глава отдельно действующего подразделения (ОПК) Макс Левон вместе со своим подчинённым — бывшим специальным сотрудником Томом, и ещё двумя наёмными сотрудниками выдвинулись к храму Великого Очищения на станции Глубокий Котлован по просьбе служителей государственной церкви. Вставший совсем недавно на должность настоятеля храма Великого Очищения служитель Слепого Отца отправил в ОПК сообщение со своей просьбой:

— У нас пикет прямо под стенами храма. Митингующие с транспарантами не собираются расходиться, они готовы выставить палатки. Нужен уполномоченный представитель, способный разрешить конфликт и ответить на их требования.

Автомобиль ОПК с тонированными стёклами, не имеющий отличий от прочих легковых транспортных средств, остановился возле Храма Великого Очищения. Макс предложил понаблюдать за митингующими изнутри. Разношёрстная толпа спокойно стояла возле входа в храм. Мужчины и женщины всех возрастов, человек двадцать, держали в руках транспаранты с призывом освободить Лютера Сая, снятого с должности предыдущего настоятеля храма и содержащегося под арестом на время проведения судебного процесса. Никакого шума митингующие не создавали, вели себя мирно. Макс заметил, что некоторые люди в толпе фотографировались и снимались на камеру. Показушный митинг — вот и всё. Сотрудники группы ОПК, прибывшие на место, перед выходом из автомобиля одели респираторы и защитные очки. Никто из них не был привычен к запахам, в которые была погружена станция, несмотря на работу фильтрационной трубы храма. Плотная одежда с капюшоном также выделяла их из числа местных жителей, которые предпочитали носить лёгкую удобную одежду. Респиратор не стал одевать только старший группы Макс Левон, стянув его ниже подбородка, так как ему предстояло общение с митингующими с использованием рупора. Пройдя от автомобиля к толпе с транспарантами, группа вызвала недовольные возгласы:

— Капиталистические ублюдки! — выкрикнул кто-то;

— Мы устали быть вашими рабами! — добавил другой голос;

— Дайте свободу республикам! — прокричал ещё кто-то.

Люди с камерами и фотоаппаратами сразу уделили своё внимание прибывшей группе, стараясь заснять её исподтишка. Тут Макс сообразил, чего они хотят, и сразу дал команду своим помощникам:

— Чтобы они не затеяли — не поддавайтесь на провокации. Никаких силовых методов без особого распоряжения.

Поднеся рупор к лицу, он обратился к толпе митингующих:

— Я глава отдельно действующего на территории республики подразделения коллаборации, представляю интересы правительства федерального центра и готов вступить в переговоры. Мне необходимо пообщаться с организаторами митинга.

Это заявление не произвело на митингующих впечатления, которые даже не выразили на него никакой реакции. Сам Макс осматривал толпу, пытаясь понять, кто здесь главный. Никто из собравшихся не проявлял никакой инициативы. Видно было, что пикет был спланирован, и митингующие заранее получили определённые установки. Макс попробовал ещё раз обратиться в рупор, подойдя ближе к толпе:

— Подразделение ОПК готово договориться о частном совещании и вступить в переговоры с организаторами митинга.

Вместо ответа Мак почувствовал сильный толчок со стороны, который заставил его пошатнуться и чуть не свалил с ног. Это один из митингующих шустро подбежал к нему и, толкнув со всей силы, также шустро скрылся обратно в толпе. Один из наёмных сотрудников попытался пойти за провокатором, но Макс успел его остановить жестом.

— Прошу соблюдать порядок, представительство коллаборации прибыло с мирными намерениями. Против участников митинга не будут направлены силовые методы. — продолжал Макс свои убеждения в рупор.

Ещё один из митингующих вновь вырвался из толпы, чтобы нанести удар по лицу сотруднику ОПК. Надо сказать, что выбор цели был не случаен. Провокатор успел сообразить, кто из прибывших для разрешения конфликта сотрудников наименее морально устойчив. Наёмный сотрудник, сопровождавший Макса, и впрямь не смог устоять против провокации. На этот раз его уже ничто не могло удержать от преследования хулигана, который успел занять своё место в центре толпы. Разношёрстная толпа к этому времени уже выстроилась в особый порядок, на первый взгляд казавшийся случайным. На самом же деле, как понял Макс, то, что на передней линии митингующих оказались женщины и подростки — случайным оказаться не могло. Нехитрыми методами митингующие добились того, что один из сотрудников ОПК с агрессивным видом навалился на толпу, которая теперь, казалось, состояла из одних женщин и подростков. Фотографы и операторы не упустили возможность сделать снимки, возможно ради которых и было всё это затеяно.

Том, второй сотрудник ОПК, сразу оттащил своего коллегу от толпы, бросив беглый взгляд на митингующих. Странное ощущение заставило его всмотреться в стоящие перед ним лица, будто что-то привлекло его внимание. Наконец он заметил девушку, которую уже видел. Том вспомнил бар «Свеча» и свой недолгий разговор с ней. Сто к одному, что это была именно она, не смотря на то, что её уже все считали без вести пропавшей и перестали искать.

— Отходим, отходим, — скомандовал Макс своим помощникам. Он окончательно убедился, что организаторы митинга не будут вести никаких переговоров, а дальнейшее нахождение здесь представителей государственной власти только усугубит сложившуюся ситуацию. Подразделению, не имевшему опыта решения подобных конфликтов, предстояло заняться разработкой тактики действий при обращении к публике.

Отходя назад, Том оглянулся на митингующих с транспарантами «Освободите Лютера Сая!» и ещё раз посмотрел на знакомое ему болезненно худое лицо девушки, которая спокойно стояла в возмущённой толпе, являя собой символ покорности и незаслуженного угнетения жителей станции переработки бытовых отходов.

Глава 26. Лицо в газетах

— Что за цирк вы там устроили? — Трудовой говорил в крайне выразительной манере, ставшей для него обыденной в последнее время. — Вам нужно было прибыть к месту демонстрации и договориться о проведении частных переговоров с организаторами митинга. Попросить собравшихся демонстрантов разойтись по домам. Всё! А вы что начудили?

Глава отдельно действующего подразделения коллаборации (ОПК) Макс Левон был вынужден прибыть в центральный корпус коллаборации для проведения личного разговора со Стивом Трудовым по его команде. Но если говорить прямо — то для того, чтобы лично получить взбучку. Чтобы не получать всё одному, Макс взял в сопровождение своего помощника Тома. Оправдания тут даже не уместны, но Макс попробовал:

— Митингующие оказали силовое сопротивление при попытке установить контакт с их организатором…

— Митингующие оказали силовое сопротивление? — съёрничал Трудовой. — Что-то я не вижу ни в газетах, ни в сети никакой информации о том, что митингующие проявляли агрессию. Вы сами знаете, о чём гудят новостные статьи: «…Аппарат правительства федерации использовал силовые структуры для разгона мирной демонстрации…» — прочитал Трудовой выдержку из одной из статей с монитора своего компьютера. — Вот, пожалуйста, есть фотоотчёт, даже видеоролики, где ваш сотрудник кидается с кулаками на толпу демонстрантов.

— Это была провокация… — Макс понимал, что Трудовой это знает, но больше сказать было нечего.

— А что вы ожидали, что вас там фанфарами и аплодисментами встретят? — то, что Трудовой перешёл на сарказм, говорило о крайней степени его раздражения. — Пожалуйста, постарайтесь впредь не попадать на страницы газет, хотя бы на первые. Что у вас по результатам?

— Митинг оказался постановочным, с целью спровоцировать агрессию при урегулировании конфликта государственных структур с местным населением. Никаких адекватных требований митингующие не высказывали, вести переговоры отказались. Результаты вот: — Макс самокритично показал рукой на монитор перед Трудовым, на котором всё ещё находились вычитки из газетных статей.

— Это понятно, что касается вашей результативности — я пересмотрю свои планы на постановку вам задач. Что там ещё про какую-то девушку? — напомнил Трудовой о сведениях, упомянутых в отчёте.

Том помялся. Он надеялся, что ему ничего не придётся об этом говорить. Это ему самому теперь казалось глупым, и он просто попытался отвертеться:

— Лицо девушки, которая есть в базе данных. Мне это могло показаться, но я её заметил в этой толпе. Её лицо есть на фотографиях в газете.

Стив Трудовой всмотрелся в фотографию из газетной статьи. В соседнем окне он уже открыл программу для идентификации лиц. Подождав несколько секунд, он огласил результаты работы программы:

— Нет, на фотографии никого, кого может узнать компьютер. Я тоже не вижу здесь никого подозрительного.

Том подошёл к монитору и попытался вспомнить, где стояла эта девушка в толпе.

— Вот здесь, — показал он пальцем на точку на экране, — нужно увеличить.

Трудовой покорно вырезал указанный кусок изображения и растянул его. Здесь вообще не было лиц.

— Это же просто чьё-то плечо, — заметил он. — тень и блики.

— Нет, нет. — запротестовал Том, — она стояла здесь. Нужно просто попробовать увеличить контрастность, провести сглаживание.

Эти процедуры были сразу же проведены в стандартном редакторе, но по-прежнему ничего. Чьё-то плечо с бликами и тенью. Том выбрал в графическом редакторе инструмент «RGB-уровень» и предложил программе автоматически произвести настройки для вырезки из чёрно-белой фотографии. Спустя секунду редактор окрасил обработанный кусок, и теперь совершенно отчётливо на нём было видно женское лицо, которое было плохо изображено на изначальной фотографии из-за неудачно упавшего на него света. Тут же о себе напомнила программа идентификации лиц, работающая в фоновом режиме. Трудовой открыл ей. Программа нашла сходство обработанного графическим редактором лица с имеющейся в базе 3D моделью, составленной по записям с камер уличного наблюдения. Стив Трудовой развернул 3D модель в соответствии с ракурсом на фотографии и попытался сравнить оба изображения. Так и есть, это одно и то же лицо. В базе данных на эту девушку имелось краткое досье, которое указывало её как главного подозреваемого в убийстве помощника митрополита и хищении алмазного диска с записанной на него информацией, принадлежащей коллаборации.

— Не способна, значит, длительное время существовать вне кладбища. — вспомнил Трудовой слова настоятеля инквизиторской церкви. — Макс Левон, вам нужно разобраться с тем, что у вас там, на станции происходит. Используйте любые методы. — одумавшись, Трудовой добавил: — …ну, Вы меня поняли.

Глава 27. Свобода слова

Спустя несколько дней после провокационных действий демонстрантов на станции Глубокий Котлован, допущенных на митинге в поддержку Лютера Сая, задержанного лидера нового религиозного течения, волна недовольства прокатилась по всем республикам. Правительство федерации ожидало последующих, после шума в Глубоком Котловане, волнений среди жителей периферийных районов. Но то, что эти волнения вытекут в организованный протест против федерального центра и правительства — превзошло все предположения. В канун разгара массовых акций протеста ничего не предвещало грядущего шума. Провокаторы сепаратистского движения будто легли на дно и успокоились. Отчасти это усыпило бдительность властей федерального центра, которые уже решили, что прошедшая шумиха не сказалась на общественности. Как вдруг, в один день, одновременно на всех крупнейших станциях, разгорелись несанкционированные акции протеста. Каким образом провокаторы общались друг с другом, чтобы организовать митинги одновременно — осталось не выявленным. Но то, как резко выразились все недовольства, нанесло кумулятивный удар по репутации властей федерального центра. В дальнейшем, проводимые расследования показали, что акции протеста носили точечный характер, и ни о каком массовом движении речи идти не могло. Группы демонстрантов не превышали пару десятков человек. Действовали по уже отработанной схеме: устраивали мирную демонстрацию в ожидании прибытия федеральных служб. ОПК, в компетенцию которого вошли задачи по урегулированию местных конфликтов, уже не действовало так открыто, как при проведении митинга в поддержку Лютера Сая. Однако, свою задачу выполнили, не показываясь никому на глаза, в частности прессе. ОПК вычислило организаторов митингов. На всех станциях это оказались настоятели храма Великого Очищения. Лидера среди них выявить не удалось. Так что осталось непонятно, кто же всё-таки организовал организаторов, уж простите за туфтологию. Именно эта задача теперь возлагалась на ОПК и значилась первоочередной: вычислить и устранить лидера объединения сепаратистской секты, рассредоточенной по республикам, включённым в союз федерации. Да, сами по себе митинги, не превышающие по численности пару десятков человек, не вызывали бы беспокойства властей. Но то, какой резонанс это сыграло среди независимых новостных изданий — могло стать причиной для паники.

Крупное независимое печатное издание «Вечный Двигатель» станции Ториевые Залежи выразилось об активистских движениях в статье под заголовком «Грязь, которую мы не видим»: «…Тысячи человек[1] во всех крупнейших республиках вышли в этот день на улицы, чтобы поддержать арестованного властями федерального центра Лютера Сая. Проповедник, сделавший для истинных детей Слепого Отца больше, чем государственная церковь, оказался вне закона…»

Еженедельник «Бумажные Отходы» станции Глубокий Котлован в статье «Кто с нами?»: «…Силовые структуры федерального центра в этот раз не решились пресекать акции в поддержку свободы выбора религиозной конфессии. Видя, как много людей не хочет пресмыкаться перед капиталистическим классом, власти опустили руки…»

Газета «Горячий Сплав» станции Доменная Печь в рубрике «В топку»: «…Это стало отличной демонстрацией того, насколько прочным может получиться сплав пролетариата из различных регионов. Многие активисты отказались покидать место проведения акции до окончания судебного процесса по делу Лютера Сая…»[2]

Дэйлик «Сегодня» федерального центра из интервью с митрополитом церкви Слепого Отца: «К.: — …Люди, ставшие жертвой своей свободы. В первую очередь, это свобода слова, искажающая любую информацию в самую извращённую форму. Должны ли мы запрещать людям слушать? — Нет, так же как и не должны им запрещать думать. Но, если сам Лукавый говорит им, что нам остаётся делать? — Заставить Лукавого замолчать. Церковь Слепого Отца обязана взять под свой контроль публикацию всех информационных изданий, распространяемых на территориях республик. Очевидно то, что средства массовой информации штампуют заказные статьи, не думая о том, что люди, которые их читают, принимают всё за чистую монету. Заказчик этих статей развязывает информационную войну с целью узурпировать правительство. Кому это выгодно? — Сепаратистским движениям, желающим развалить наше государство, чтобы получить тотальную власть над отдельными регионами…»

Стоит сказать, что государственная церковь в определённой мере всегда держала на контроле СМИ регионов, но упустила тот момент, когда Великое Очищение, на которое были переложены обязанности по контролю новостных публикаций, пошло в разрез с церковью Слепого Отца. Теперь предстоял нелёгкий труд по наведению прежнего порядка в информационной сфере.

Глава 28. Храмовый допрос

— Извините, храм временно закрыт для прихожан в связи с проведением работ по обновлению убранства комнат храма. — стоящий перед закрытой дверью храма служитель предупредил прохожего, желавшего войти внутрь. На одежде служителя на манжетах и петличках сверкали эмблемы в виде аббревиатуры «СО», которые ни о чём не говорили прихожанам храма Великого Очищения на станции Ториевые Залежи.

Храм посетил митрополит церкви Слепого Отца с деловым визитом, своему помощнику он дал указание никого не впускать внутрь. Митрополит Карл вёл оживлённую беседу с настоятелем, задавая ему вопросы и получая на них ответы, которые его не устраивали.

— На ком лежит инициатива организации республиканской конфессией волны митингов в поддержку Лютера Сая? — в очередной раз Карл задал вопрос настоятелю храма Великого Очищения.

— Прихожане, случайные люди, обращались с этой просьбой… — настоятель, как и всякий служитель, хорошо умел врать, но в этот раз ложь вышла ему боком, когда, не дав договорить, Карл вцепился ему в горло своей рукой.

— Мне не нужен бред про случайных людей. — пояснил Карл. — Кто главный организатор активистского движения вашего храма?

В ответ настоятель храма, с пережатым горлом, только издавал картавые звуки, в глазах появились слёзы.

— Я не понимаю тебя. — Карл просто издевался теперь над ним, ну а что? Надо было сразу нормально отвечать. — Кто вами всеми управляет?

Можно было уже и не сжимать настоятелю горло, но во избежание необходимости повторения процедуры, Карл решил максимально эффективно провести её сразу.

— Храм в Глубоком Котловане. — наконец произнёс настоятель осипшим голосом, когда Карл его отпустил.

— Там у меня все свои. — засомневался митрополит, назначивший на место Лютера Сая хорошо проверенного подчинённого.

— Не этот храм, не который здание, — пояснил настоятель. — Храм, который вера. Я не знаю, что у них там сейчас, они ушли в подполье, — голос его всё ещё оставался сиплым.

— Как они связываются с вами и остальными членами Великого Очищения? — спросил митрополит, который понял, сколько много у него теперь проблем будет, если ему придётся иметь дело с подпольщиками.

— Они присылают письма, без обратного адреса. — ответил настоятель. Теперь он уже не врал и не юлил.

— Письмо! — сразу дал настоятелю команду Карл. Через минуту настоятель принёс вскрытый конверт с пометкой «экспресс», на котором и впрямь не было обратного адреса. Только название станции Глубокий Котлован, откуда отправлялся конверт. Отправитель, в соответствующей графе на конверте, вместо своего имени нарисовал какие-то руны. — Что за символы? — спросил у настоятеля Карл.

— Я не знаю. Он всегда так подписывается, но я не знаю, как это читается и что значит. — ответил настоятель уже нормальным голосом. — Просто такая подпись.

Карл достал из конверта довольно обширное рукописное письмо и бегло ознакомился с его содержанием. В письме давались указания по порядку действия, в том числе как нужно регулировать прессу, в каком издании заказать статью и как предупредить репортёров о готовящейся акции, как должен проходить митинг, о чём говорить прихожанам во время еженедельной проповеди, и ряд других указаний.

— Как часто вы получаете письма с такой подписью? — спросил Карл настоятеля, продолжая изучать письмо.

— Каждые несколько дней, — ответил настоятель.

— И где все остальные письма, мне нужно всё! — заявил Митрополит, на что настоятель только развёл руками. Перевернув страницу и взглянув на нижние строчки, Карл прочитал в конце письма: «…Ещё раз обратите внимание на все моменты, указанные выше, чтобы не оставалось вопросов. После этого прошу в обязательном порядке уничтожить данное руководство его сожжением вместе с конвертом…» Снизу письмо подписывалось символами, как на конверте в графе «от:__».

— Сожжение письма — обязательно каждый раз, — пояснил настоятель храма, заметив, что взгляд митрополита направлен в низ страницы письма. — Это я получил последним, и просто… не успел его сжечь.

Как бы предугадав мысли человека, для которого не предназначено это письмо, его автор прописал даже такой пункт: «Копирование данного текста полностью, ровно как и его частей, а также воспроизведение в любой форме будет караться отстранением от дел Великого Очищения и наложением проклятия на нарушителя прописанных правил».

— И ты сжигал все письма, не копируя их содержимого, потому что боялся какого-то проклятья, — уточнил митрополит на всякий случай.

— Не совсем, — настоятель засомневался. — Я не очень понимаю значение «проклятия», какой-то ветхий термин, вероятно, из той же области, из которой символы, которыми подписывается куратор. Дело в том, что Великое Очищение избавит наш мир от всей несправедливости, которая в нём царит.

Вот как. Служителю государственной церкви промыли мозги, как обычному прихожанину. Карл то думал, что за этим скрывается некий алчный умысел. Неизвестные символы и древнее понятие «проклятия». А ещё владение тактикой и приёмами развязывания революционного движения. Карлу вдруг вспомнилось об ударе кортиком в спину своему покойному помощнику. «Даже небольшая подпольная организация не могла бы оставаться тайной…» — вспомнил митрополит услышанные им по этому случаю слова. Тогда откуда она взялась ни с того ни с сего? И кто он, этот куратор, владеющий тайными устаревшими знаниями? Выйдя из здания храма, митрополит оставил двери открытыми и дал знак помощнику, что он закончил. Карл набрал номер Левона и сообщил на автоответчик:

— Ситуация продвигается понемногу, но в целом новости не очень хорошие. Их нужно обсудить.

Глава 29. Запах на дороге

На полдороги к федеральному центру от станции Ториевые Залежи, митрополит церкви Слепого Отца испытал некий дискомфорт. Проезжая мимо поворота на станцию Глубокий Котлован с приоткрытой форточкой в автомобиле, он уловил странные запахи. Сложилось впечатление, что он обогнал грузовик мусоровоза. Но, никаких транспортных средств на дороге, кроме автомобиля СО, не наблюдалось. Митрополит с сожалением закрыл окно, подумав о том, как приятно ветерок обдувал лицо через форточку, пока воздух за окном был свежим.

— Похоже, что мусор не довезли до станции переработки отходов. — поделился своей версией водитель, заметив недовольство митрополита, сидевшего рядом на пассажирском сидении.

— Не думаю, что это нормально. — ответил митрополит, который впервые ощущал подобный запах. — К засорению окружающей среды по всей федерации всегда относились очень строго.

Спустя пару минут, проехав километров пять, водитель и пассажир автомобиля СО увидели движущийся им на встречу грузовик, вероятно, выехавший из федерального центра в сторону станции переработки мусора.

— Притормози. — попросил Карл водителя. Служитель, сопровождавший митрополита в качестве водителя, послушно выполнил просьбу, прижимаясь к обочине. — Это грузовик службы вывоза мусора? — уточнил Карл, на что получил утвердительный ответ.

— Да, — пояснил водитель, — это автомобиль коммунальной службы федерального центра. Такие ездят по всему району, собирают баки с мусором, чтобы доставить их на станцию обслуживания Глубокий Котлован.

Митрополит государственной церкви был далёк от таких бытовых особенностей. В задачи церкви, помимо всего прочего, входило контролировать, чтобы порядок на улицах поддерживался и мусор убирался своевременно, а не то, на каких машинах это будет делаться.

— Давай за ним. — распорядился митрополит — Может там, куда он едет, авария мусоровоза. — Да, не смотря на свой социальный статус, митрополит не стал бы проходить мимо беды. И если рядом кому-то нужна была помощь, этот человек был готов отложить все свои дела, чтобы протянуть руку помощи тому, кто оказался рядом с ним в беде. Этакое своеобразное понимание выражения о том, что самое страшное — гвоздь в собственном сапоге. В отношении Карла, оно бы, наверное, звучало как «…боль ближнего страшнее войны на другом конце света».

Автомобиль церкви Слепого Отца развернулся, пропустив грузовик, и поехал за ним, держась на расстоянии. Грузовик повернул в сторону станции Глубокий Котлован, выехав на извилистый участок дороги. Водитель автомобиля СО на время потерял из виду мусоровоз, а когда выехал на более менее ровный участок, то удивился тому, что грузовика нет совсем.

— Должно быть, свернул куда-то в лес с дороги, куда бы ещё он делся? — высказал очевидное предположение водитель.

И впрямь, вскоре обнаружился съезд с дороги в сторону леса, который спускался вниз по склону холмистого участка местности. Что там понадобилось грузовику, вёзшему мусор на станцию переработки отходов — оставалось не ясным, но Карл уже начал подозревать самое ужасное. На небольшой скорости автомобиль СО спустился по серпантину и оказался в окружении деревьев. Наконец, и водитель и пассажир увидели грузовик, который преследовали.

— Подождём. — приказал Карл, понимая, что их низенький седан не заметен в такой растительности так, как грузовик коммунальной службы федерального центра.

Ждать пришлось недолго. Грузовик начал разворачиваться так, чтобы подъехать задом к крутому склону. И вот его кузов начал медленно подниматься, готовясь свалить всю кучу мусора в ущелье. Автомобиль СО, бибикая из всех сил мягким сигналом (тональность сигнала была установлена так, чтобы не раздражать слух), с пробуксовкой стартонул к грузовику. Водитель коммунального транспорта заметил седан, ехавший к нему, но уже не мог остановить кузов самосвала. Карл успел выйти из машины, чтобы увидеть, как несколько тонн мусора вываливается в ущелье.

— Представитель церкви Слепого Отца, — сразу представился митрополит. — пожалуйста, предъявите путевой лист на транспортировку мусора.

Водитель мусоровоза, чувствуя за собой вину, полез в кабину доставать документы. В путевом листе значился маршрут: «пункт сбора мусора федерального центра — станция переработки отходов Глубокий Котлован».

— Все вопросы к моему начальству. — отрезал водитель мусоровоза, не дожидаясь, что его начнут отчитывать.

— Почему Вы не доехали до пункта назначения? — спросил митрополит водителя, проигнорировав его заявление.

— Станция закрыта для мусоровозного транспорта. — грубо ответил водитель — Когда хотят — впускают, но не всегда. А мне что? Ждать стоять? Мы так план вывоза мусора из центра не выполним, если ждать, когда станция его переработает.

Карл посмотрел вниз ущелья. Этот самосвал был определённо не первым, и даже не вторым, кто сбросил сюда мусор. Целая нелегальная свалка образовалась внизу. Сколько несчастных деревьев теперь вынуждены питаться отходами человеческой жизнедеятельности, в том числе и разного рода химикатами. Самое печальное в этой свалке было то, что внизу ущелья протекал недавно чистый ручей, теперь же представляющий собой ядовитый поток.

— Кто Вам дал право…? — изумлённо воскликнул Карл.

— Коммунальная служба. — спокойно ответил водитель. — От меня Вы что хотите? Чтобы я обратно весь мусор загрузил и на улицы центра вывалил?

— Почему не едете на Доменную Печь? Там тоже есть свалка. — не отставал Карл от водителя самосвала.

На станции Доменная Печь действительно имелась своя свалка мусора, как и на многих станциях, рассчитанная на отходы местных граждан. Большой излишек мусора из другого района она принять не могла. Кроме того, до неё дольше ехать.

— Коммунальной службе задавайте свои вопросы. — вновь отрезал водитель мусоровоза.

Глава 30. Древние архивы

Вечером того же дня Карл уже был в библиотеке. В первую очередь его интересовала информация, полученная в храме на Ториевых Залежах. Проблема нелегальных свалок оставалась на потом. Включив старенький компьютер, пришлось подождать, пока он загрузится. Карл выбрал нужный профиль пользователя и ввёл пароль. Загрузил изображение росписи отправителя, отсканированное с конверта, и начал поиск по графическому запросу. Программа поиска была написана линейным кодом, поэтому поочерёдно сравнивала все изображения в базе, что заставляло ждать. На монитор выводилась информация о просматриваемых файлах и количество соответствий «0». Сервер, к которому были подключены по локальной сети компьютеры библиотеки, содержал очень много информации. Программа поиска считала, что на проверку всех файлов уйдёт 23 ч… 27 ч… 3 д… Оставшееся время продолжало расти, а количество соответствий не изменялось. Карл пока рассматривал символы подписи, надеясь понять их смысл без помощи компьютера. Всего два символа, и так много времени нужно, чтобы понять, что за ними скрыто. Символы достаточно сложные, составлены из извивающихся линий. Почти отсутствуют углы. Нарисовать такой символ по памяти сложно, необходимо для начала понять его элементы. Карл достал ручку и начал срисовывать символ, надеясь, что это поможет понять его значение. Ему начало казаться, что символы являют собой переплетение букв. Буквы. Карл нашёл на компьютере графический конвектор и форматировал изображение символа в буквенный формат. Введя эти две «буквы» в поисковую строку, он увидел, как программа поиска по базам данных сразу оживилась. Автоматически выбрав только те файлы, которые содержат неалфавитные символы в формате букв, программа начала быстро закрашивать свою строку состояния, выводя результаты найденных соответствий. В окне быстрого поиска уже появились данные из словаря процивилизации. Левый символ означал слово «сестра», а правый значился как не имеющий конкретного значения фонетический символ. Вариант прочтения — «элдис». Большинство обнаруженных текстовых файлов имели название на языке процивилизации, обозначались сложными символами, значение которых пришлось бы искать отдельно. Нашёлся и словарь значений символов процивилизации целиком. Карл обратил внимание на файл, имя которого было написано сразу на двух языках. Три символа языка процивилизации и в скобках перевод: (легенды и сказки древнего мира). По крайней мене, подумал Карл, здесь сразу есть перевод текстов с оригинального языка. При попытке открыть этот документ, произошло нечто мистическое. В общем, не совсем мистика, учитывая древность машин, которыми была оснащена библиотека. Компьютер, за которым работал Карл, просто завис, отказываясь открывать выбранный файл или проводить другие операции. Не очень верилось, что на этот документ было наложено цифровое проклятие, просто возможности компьютера не позволяли ему открыть файл с таким количеством сложных символов, что и вывело его из строя. Подождав, может компьютер одумается, Карл был вынужден признать, что без стороннего вмешательства машина не выйдет из ступора. Ни клавиша Esc, ни Alt+F4 не могли решить проблему. Кто решил сохранить информацию, которую нельзя копировать с компьютера, который не может её воспроизвести? Карл, осознавая, что нарушает табу при обращении с машинами этого поколения, просто выключил компьютер из кнопки. Последующие его включения и перезагрузки так и не реанимировали операционную систему.

«Ну и ладно, — подумал Карл, — пусть IP-шник решает эту проблему».

То, что он узнал значение подписи на конверте: «сестра Элдис» — уже было неплохим результатом. Можно будет поискать информацию о ней в открытых источниках или в печатных версиях, а при необходимости — обратиться в библиотеку уже с помощью её хранителя.

Митрополит так устал за весь день, что его мысли путались, он не мог ни о чём думать. Но вдруг он повторил, глядя на конверт: «Сестра Элдис». Он опомнился, что в его руках не какое-то любовное письмо, а наставление по проведению провокационных акций, одно из тех, которые адресованы региональным лидерам сепаратистской секты. И то, что куратор этого возникшего движения — женщина (ну или он просто так подписывается), — путало теперь вообще всё. Куратор набирающей силу оппозиции, знающий методы развязывания идеологических конфликтов, вдобавок, откуда-то знающий символы ушедшей цивилизации — называет себя «сестрой». Митрополиту будто передалось состояние компьютера, который пытался открыть файл, выведший из строя операционную систему.

Глава 31. Пожар на заводе полимеров

На радиостанциях и телеканалах федерального центра вышел экстренный выпуск новостей, предупреждающий о надвигающемся на территорию региона ядовитом облаке.

— Внезапно разгоревшийся сегодня ночью пожар на заводе полимерных материалов к северу от федерального центра привёл к выделению в атмосферу опасных токсинов. — вещало радио. — В связи с погодными условиями, облако движется в южном направлении. Просьба всем жителям по возможности оставаться дома или в офисах и не выходить на улицу. Подготовьте средства индивидуальной защиты дыхательных путей. На территории центра организованы пункты выдачи угольных респираторов. Городские власти просят соблюдать спокойствие и не паниковать.

Ведущий одного из телеканалов вёл прямой эфир на фоне горящего здания. Облачившись в средства химзащиты, он стоял в чёрном дыму, который стелился вокруг.

— Я сейчас нахожусь на станции Пластмасс, где, как уже известно, сегодня ночью произошёл пожар на заводе по производству деталей из пластичных и эластичных полимеров. — экспрессия ведущего передавалась через мониторы телевизоров. — Позади меня всё ещё горит завод. Как только что стало известно, есть жертвы. На самом заводе среди работников ночной смены многие просто не успели покинуть свои места. Точное количество жертв пока устанавливается. Официальная версия причины пожара на данный момент — нарушение работниками завода мер пожарной безопасности.

Правительство центра с утра собрало коллегию по анализу и решению возникшей чрезвычайной проблемы.

— Это не может быть просто халатностью. — упорствовал глава коллаборации ИФ Стив Трудовой, выступая перед своими коллегами и служителями церкви Слепого Отца. — Уровень безопасности на предприятиях союзных регионов обеспечивается при поддержке подразделений коллаборации. Не достаточно просто поджечь что-то на заводе, чтобы разгорелся пожар. Необходимо для начала перекрыть подачу воды из резервуаров и обесточить системы пожарной безопасности, отсоединив аккумуляторы. Не смотря на легковоспламенимость материалов, которые используются на заводе, чтобы устроить на нём пожар — необходимо провести целый комплекс мероприятий.

— Что сложного в том, чтобы разлить немного масла и поджечь на складе полимерных материалов, которые легко возгораются? — спросил кто-то из членов собравшейся коллегии, — Это вполне могло произойти случайно, учитывая время суток, когда произошло возгорание.

— Это не просто. — подтвердил слова Трудового начальник отдела безопасности труда. — Завод полимерных материалов входит в группу риска по пожароопасности, именно поэтому это одно из самых защищённых, в плане обеспечения пожаробезопасности, мест. На заводе установлены самые совершенные комплексы по пожаротушению и предупреждению возгорания. Необходимо провести достаточно организованные действия, чтобы вывести из строя одновременно анализаторы воздуха в помещениях, термодатчики и датчики задымлённости, и не дать заработать системе автоматического тушения пожара.

— Так что же, какая официальная версия возникновения пожара? — спросил кто-то из членов коллегии. — Террористический акт?

— Официальная версия — нарушение требований пожарной безопасности рабочими завода. — оборвал Трудовой. — Но нам с вами, — обратился он ко всем собравшимся, — необходимо продолжать вести совместное расследование. Потому что теракт — это не официальная, но основная версия.

На улицах центра в разгар дня царила тишина и спокойствие. Никто не желал покидать дома и офисы. Чёрное облако смога уже поднималось над северной окраиной федерального центра, и никто не знал, как быстро оно будет продолжать двигаться на юг.

— Власти центра предупреждают об опьяняющем действии угарных газов. — вещало радио центра. — Если Вы вдруг оказались на дороге за рулём автомобиля — не открывайте форточки и постарайтесь не выходить из автомобиля без необходимости. Это может привести к временному нарушению координации и реакции водителей транспортных средств, что может создать аварийно-опасную ситуацию на дороге. По возможности, не отключайте автоматические системы контроля автомобиля. То, что касается в том числе и пешеходов: воздействие угарных газов влечёт за собой сонливость, умственную и физическую утомлённость, апатию и невроз. При ощущении этих симптомов, отложите все свои дела и направляйтесь в ближайшее здание, оборудованное фильтрационной системой вентиляции воздуха. Медицинские пункты готовы оказать помощь любому обратившемуся с данными симптомами, или почувствовавшему на себе отравление ядовитыми выбросами.

* * *

Глава подразделения ОПК, занимавшегося урегулированием конфликтов, возникших на территориях станций обслуживания, Макс Левон двигался на своём автомобиле прямо в гуще ядовитого облака угарных газов, образовавшихся от горения полимерных материалов. Радио не переставало сообщать о подробностях возникшего происшествия. Угольный респиратор в пластиковом корпусе Макс не снимал даже внутри герметичного автомобиля.

— Работа фильтрационного комплекса храма Великое Очищение на станции Пластмасс временно приостановлена из-за возможного выхода из строя. — говорил по радио ведущий новостей. — Комплекс не рассчитан на экстремальный уровень загрязнения воздуха. Напоминаю, что если Вы оказались на улице — не забывайте менять фильтры респираторов и противогазов.

Припарковавшись возле офисного здания, которое находилось рядом с всё ещё горящим заводом, Макс надел на лицо маску с капюшоном, полотно прилегающую к респиратору и поднял воротник, крепящийся на липучках к нижней части защиты лица. Он вышел из автомобиля и оказался поглощённым чёрным ядовитым облаком, почувствовав себя аквалангистом, вышедшим из батискафа. В офисном центре в данный момент расположились представители прессы и должностные лица завода и различных служб, прибывших к месту аварии. Внутри здания с закрытой вентиляцией дополнительная защита уже не требовалась, но респиратор рекомендовалось не снимать. Макс прошёл по коридору до офиса, в котором собралось руководство завода для обсуждения своих решений. Без лишних слов, Макс открыл дверь офиса и представился, демонстрируя документ: представитель ОПК. Один из руководителей завода, сидевший во главе, среагировал на это представление как на команду. Встал и подошёл к Максу.

— Я директор завода по производству пластичных и эластичных полимерных материалов и изготавливаемых из них деталей, — представился руководитель. — Готов с Вами переговорить.

— Давайте пройдём в другое место, чтобы не прерывать совещания ваших коллег, — попросил Макс.

Директор завода согласился на уединённый разговор.

— Здесь есть свободный кабинет, выделенный для личных переговоров, — уведомил директор. Такое место Макса вполне устраивало и оба направились туда.

— Это не могло быть халатностью. — начал директор, как только они с Максом расположились в кабинете. — Все наши противопожарные системы были исправны. Но пока нет конкретных данных, нас попросили говорить прессе именно эту версию, о случайном возгорании.

— Я понял, — ответил на это Макс. — Скажите, меня интересует, как изменилась производительность завода за последнее время на фоне прошедшей волны митингов? Насколько сильны были возмущения среди рабочих вашего предприятия?

— Вы знаете, — начал директор, — я не могу сказать, что это было заметно. Я, конечно, слышал про эти акции, но как я понял, их эпицентр находится в южных республиках. На станции Пластмасс митинги проходили без особых последствий. Эти события вскользь упоминались в новостях и прессе. Я могу понять, к чему вы клоните. На юге они переросли в блокады рабочих на предприятиях федерального значения, у нас это так жёстко не выразилось.

В этот момент кто-то дёрнул снаружи ручку двери кабинета и, не сумев открыть заблокированную дверь, вежливо постучался. Макс нажал на столе кнопку разблокировки замка и раздражённо прокричал:

— У Вас что-то срочное?

В дверь вошёл митрополит Карл. Извиняясь, он заявил:

— Прошу прощения, я только сейчас смог прибыть. Думаю, что должен присутствовать при вашей беседе. — и не дожидаясь ничьего согласия, занял своё место за столом.

Макс не был против нахождения рядом Карла, но и никакой необходимости пока не видел, по которой митрополит должен здесь присутствовать.

— То есть все рабочие выходили в свои смены, без каких-либо проблем? — продолжил Макс опрос.

— Именно так, как я уже сказал. — подтвердил директор. — Никаких жалоб или заявлений от начальников цехов и комплексов по этому поводу мне не поступало. План производства и поставок продукции соблюдался.

— Скажите, — вмешался Карл, обратившись к директору. — получали ли Вы в последнее время какие-нибудь подозрительные письма или сообщения с просьбами или угрозами?

Директор задумался, стараясь вспомнить что-то подобное. Наконец он решил:

— Нет. Ничего такого я не получал. А что должно было быть? — тут он задумался ещё раз. — Хотя… знаете, мне на телефон пришло странное сообщение, но я не смог его открыть, если Вы это имеете в виду. Сообщение содержит неподдерживаемый формат символов. Сейчас посмотрю, кажется, я не смог его удалить.

Директор достал телефон и начал в нём искать.

— Вот, — произнёс он. — У меня даже не определился отправитель, видимо, поэтому телефон не может его прочесть.

— Позвольте, — Макс взял телефон из рук директора.

Сообщение и впрямь не содержало в заглавии имя отправителя, но это не помешало Максу переслать его на свой адрес. Сигнал телефона главы подразделения ОПК сразу издал сигнал, подтверждающий передачу сообщения, после чего Макс вернул телефон директора завода хозяину.

— Спасибо, — поблагодарил Карл директора. — Вам необходимо продолжить совещание со своими коллегами.

Получив это разрешение, директор завода покинул кабинет для личных переговоров, оставив Карла и Макса двоих. Карманный гаджет Макса с определением имени отправителя справился, но Максу это ничего не дало. Два странных символа в заглавии сообщения, которые Макс показал митрополиту. Карл понимающе кивнул, давая знать, что эта подпись ему знакома и спросил:

— Вы можете открыть это сообщение со своего телефона?

— Кажется, никаких проблем. — ответил Макс и показал карлу сообщение: — «Завод по производству полимерных материалов сгорит». Ничего нового. — Заметил Макс, понимая, что они опоздали с прочтением этого сообщения. Так и что за подпись? Она вам знакома?

— Знакома. — подтвердил Карл. — Это подпись куратора региональных лидеров секты Великое Очищение. Читается, как «Сестра Элдис».

— Не та ли это сестра, которая сбежала с кладбища и похитила диск? — спросил Макс. По крайней мере, он знал только одну сестру.

— Это было бы смелое заявление, но отрицать не могу. — ответил Карл. — Возможно, что это просто псевдоним.

— Насколько по-Вашему смелым должно быть это заявление? — тут Макс решил уведомить Карла о подозрениях Тома, которые неожиданным образом подтвердились программой идентификации лиц. — Один из моих помощников видел недавно нашу героиню. Можно сказать, в самой гуще народных возмущений.

— Вот как. — спокойно ответил Карл. — Значит, это подтверждает подлинность подписи и объясняет, откуда куратор знает символы языка процивилизации.

Так же это объясняло, откуда куратор знает тактику развязывания революционных действий и как ему удаётся подчинять себе лидеров секты и небольшие группы людей. Но эти умозаключения митрополит оставил при себе.

— Что же, — подвёл итоги Макс. — у нас есть организация, взявшая на себя ответственность за пожар на заводе, и мы знаем, как зовут мёртвую девушку, разгуливающую по улицам. Осталось только выяснить, почему она ещё не приобрела покой.

Глава 32. Свалка мусора запрещена

Бывшему специальному сотруднику, представителю ОПК Тому было поручено узнать всё возможное об организации забастовки на мусорной свалке федерального значения на станции Глубокий Котлован. Том видел, как сзади него, над горизонтом поднимается токсичный чёрный дым, ставший результатом горения полимеров. Сейчас Том ехал прочь от него — на юг, вероятно, не в более приятное место. Конечно, вонь от свалки мусора, появившаяся уже на повороте в сторону станции Глубокий Котлован, не так губительна, как токсины, результаты горения полимеров, но Том предпочёл дышать через маску для лица. Уже на подъезде к городу, на узком участке дороги, дальнейшее движение перекрывали два грузовых автомобиля. Похоже, что на таких самосвалах перевозят мусор. Оба грузовика стояли в направлении от города в сторону дороги на федеральный центр. Том подъехал к ним, чтобы узнать, в чём дело. Грузовики просто стояли и не собирались разъезжаться. Том подал сигнал на автомобиле. В кабине одного из грузовиков появилось движение, заметное через его лобовое стекло.

— Что нужно? — прокричал водитель мусоровоза. — Въезд на станцию закрыт.

— Я с деловым визитом. Мне нужно проехать на станцию. — попытался убедить водителя Том. Попытка не вызвала никакой ответной реакции, тогда Том перешёл в контрнаступление: — На основании какого решения въезд в город оказался перекрытым?

— На основании моего решения. — с издёвкой выкрикнул водитель. — Попробуй в объезд, заехать с южной стороны. Может там ребята более сговорчивее с капиталистами.

Том нажал на гудок пару раз, на что сразу из кабины второго автомобиля получил отзыв:

— В жопу себе засунь свой гудок! — и оба грузовика начали сигналить наперебой друг другу в сторону легкового автомобиля, пока Том не показал поднятыми руками жест капитуляции.

Представитель ОПК набрал номер телефона своего начальника, чтобы доложить о внезапных проблемах. Разговор был не долгим. Том засомневался в версии Левона, но попытаться можно. Он подошёл к кабине и крикнул водителю:

— Я по приглашению, вы должны знать.

— Какому ещё приглашению, от кого? Я не знаю ни одного болвана на всей станции, который пригласит к себе в гости федерала. — было заметно, что водитель мусоровоза только сделал вид, что не повёлся на блеф, но нотка сомнения в его интонации присутствовала.

— Сестра Элдис. — чётко прокричал Том.

Кто она такая, сам Том не знал, но Левон упомянул именно это имя. И это подействовало на водителей, которые обменялись взглядами, затем один из них подал жест другому, и грузовик, стоявший на левой полосе, завёлся. Медленно продвигаясь вперёд, мусоровоз открывал проезд на станцию. Наконец, Том сел в свой автомобиль и проехал между мусоровозами. В зеркало заднего вида он видел, как грузовик встаёт на прежнее место, пятясь назад.

* * *

Спустя четверть часа Том уже был на бескрайней мусорной свалке федерального значения. Он медленно проезжал по лабиринту, выложенному кучами бытовых и технических отходов. На глаза не попадалось ни души, будто свалка и впрямь перестала функционировать и оказалась безлюдной. Всё-таки возле одной из груд, копошился толи сортировщик, толи мародёр. Том подъехал к нему и опустил стекло. Вонь почувствовалась даже через респиратор.

— Решил привезти свой мусор собственноручно? — съёрничал незнакомец.

— Мне нужен человек, отвечающий за работу свалки. — заявил Том, пропустив мимо ушей глупую шутку.

— Я отвечаю за работу свалки. — весело заявил незнакомец.

— Мне нужно передать решение федеральных властей о переносе места сбора мусора и очистке данной территории от загрязнений. — Том сказал то, что пришло в голову, лишь бы это вызвало доверие и убедило незнакомца помочь ему.

Незнакомец сдался и показал, куда нужно ехать.

— …там будет будка. Король обычно в ней сидит. Он отвечает за работу свалки и даёт распоряжения всем, кто на ней работает. — пояснил он Тому.

Вскоре Том добрался до какой-то будки. Внутри сидел человек, наверное, самый немытый и самый грязный, каких Том когда-либо встречал. Сразу можно было понять, кто на этой свалке «король». Человек вышел из будки, чтобы поприветствовать столь необычного для здешних мест гостя.

— Заблудились? — спросил Король. — Федеральный центр к северу отсюда.

Видимо, Том отвлёк Короля от трапезы, потому что тот всё ещё что-то дожёвывал. Казалось, что пропитание Король себе находит тут же, в отходах.

— Мне нужно поговорить о работе станции. — ответил Том, уже вышедший из автомобиля.

— А что тут говорить? Не работает станция. — не смотря на величие своего имени или псевдонима, Король оказался простым, как пять копеек.

— Кто отменил все работы на свалке? — продолжил опрашивать Том.

— Никто не отменял, сами отменились. — по прежнему просто отвечал Король. — У нас тут, знаете, забастовка. — последнее слово было произнесено с сарказмом. — Народ дурью мается, некогда им работать. Ну а что? Центр деньги работникам выделяет, зарплату они получают. А свалка как стоит со времён войны, так никуда и не денется.

— Ну а когда центр перестанет выделять деньги на зарплаты бастующим рабочим? — поинтересовался Том.

— Начнут грабить и убивать друг друга. — Король оказался проницательным. Именно из-за этих же соображений центр не прекращал финансирование неработающей свалки мусора. — А когда надоест, вернутся на рабочие места, но уже будут работать за гроши.

Король видел в этом позитив, что всё разрешится само собой, однако такой сюжет никого не устраивал.

— Что ещё вы знаете о забастовке? — продолжил Том.

— То же, что и все. Что в газетах пишут. — Король, видимо, не имел ничего общего с подпольщиками и сам немного страдал от накатившихся на его «королевство» проблем. — Вот только газеты мне, знаете ли, с опозданием приходят.

— Кто организовал перекрытие движения на станцию? — спросил Том.

Король искренне удивился, будто газеты с этими новостями на свалку ещё никто не выкидывал.

— Понятия не имею. — ответил он. — Так вот почему сюда не заезжают грузовики из других регионов. Я думаю, что это бандиты.

Том понял, что обратился не к тому человеку, чтобы узнать что-то о забастовках. Король больше не командует мусоровозами и понятия не имеет, кому они подчиняются. Ну что ж, отсутствие результата — тоже результат.

Глава 33. Епитимия в храме

Настоятель храма Великое Очищение на станции Ториевые Залежи уже закрыл двери, не ожидая больше никого из прихожан. Время позднее, и он собирался идти отдыхать. Тут он заметил, что внутри храма, в зале для молитв, всё ещё кто-то сидит. Это девушка, но она сидела к нему спиной. Как он не заметил её раньше? Настоятель решил, что эта девушка просто увлеклась молитвой, и тоже не заметила, когда он пошёл закрывать двери храма изнутри.

— Простите, но храм закрывается. Мы не принимаем прихожан на ночь. — сообщил настоятель, подойдя к девушке. — Приходите завтра с рассветом или в любое удобное для Вас время в течение дня.

Девушка не обратила внимания на настоятеля, продолжая сидеть, сложа перед собой руки. Тут настоятель заметил то, что заставило его покрыться мурашками: девушка перебирала конверты с письмами, полученные настоятелем от куратора Великого Очищения. Как она их нашла?

— Простите, — стараясь сохранить спокойствие и оставаться вежливым, настоятель попросил: — это личная почта, давайте, я уберу письма с посторонних глаз. Для прихожан в ней нет никакой информации. Я могу предложить Вам книги и другие печатные издания о Слепом Отце, которые Вы можете взять с собой на дом. — настоятель надеялся, что девушка не успела вникнуть в содержание писем.

Девушка резко обернулась и посмотрела на настоятеля с такой злобой и таким ужасающим выражением лица, что казалось странным, откуда в этом маленьком тихом человеке столько эмоций, никак не сочетающихся с внешностью.

— Эти письма писала я, — девушка сказала так же зло, как и смотрела. Мурашки пробрали настоятеля ещё сильнее. — Где последнее письмо?

— Я хотел всё сжечь, но это такая ценность… — попытался оправдаться настоятель, но не успел.

Элдис, не вставая с места, наотмашь нанесла настоятелю пощёчину пачкой бумаги так, что у того на лице остались порезы. Настоятель покорно стерпел, ожидая продолжения наказания.

— Кому ты отдал последнее письмо? — повторила свой вопрос Элдис и, не дождавшись ответа, вцепилась своей ладонью за подбородок настоятеля. Настоятель ощутил холодное прикосновение и полное отсутствие воли сопротивляться ему. В другой руке Элдис сжимала одно из предыдущих писем, которое начало тлеть, когда её ладонь раскрылась, на глазах настоятеля превращаясь в пепел. — Его взял глава церкви, заключающей договора с насмешниками над Богом? — Высказала догадку Элдис, попав в цель.

— Да. — только смог простонать настоятель со сжатой челюстью. Элдис отпустила его, оставив на лице сильный ожёг. — Он должен знать, как мы сильны. — объяснил свой поступок настоятель, когда цепкие пальцы перестали сдавливать его лицо.

— Только я решаю, что он должен знать. — Элдис стала ещё злее. Она встала со скамейки, на которой сидела, и приказала: — На колени!

Настоятель, лишённый всякой воли, встал перед ней на колени так же покорно, как и стерпел уже понесённое наказание. Её ладони опустились ему на голову, уже не горячие, а вновь холодные и такие нежные. Настоятель смотрел ей в глаза снизу вверх, желая, чтобы это прикосновение никогда не прекратилось. Его умилённая улыбка запечатлелась на лице и так и осталась на нём, когда Элдис сжала его голову так сильно, что кости черепа слегка разъехались по костным швам. Этого было достаточно. Резко перекрутив руками, Элдис предала его голове неестественное положение. Настоятель упал, парализованный. Теперь он мог шевелить только глазами, чтобы осматриваться по сторонам.

— Скажешь им, чтобы не искали меня. — приказала Элдис. Настоятель пытался дать понять, что он теперь ничего не сможет сказать, но девушка просто уходила прочь, больше не обращая на него никакого внимания. Письма и конверты, оставшиеся на полу, затлели, потихоньку исчезая из истории, которую так хотел сохранить настоятель. Непонятно, как она покинула стены храма, но двери остались закрыты изнутри, и теперь неизвестно, сколько времени настоятель должен был вот так лежать в неподвижной позе, пока «они» не решат его проведать. Теперь он понимал значение проклятия, наложенного на него за несоблюдение условий уничтожения писем и то, что бывает, когда пренебрегаешь той силой, которой подчинён. Сейчас у него было время думать о ней и восхищаться.

Глава 34. Разговор, которого не было

Глава коллаборации ИФ Стив Трудовой наконец-то смог договориться о встрече с основателем Организации Дэвидом Кором. На самом деле, Дэвид Кор был только приемником этого запрещённого движения, призванного объединить научную и религиозную идеологии. Но, поскольку под его влиянием, внутри Организации прошли существенные реформы, то он считал себя её основателем. Найти его не представлялось возможным, поскольку сами специальные сотрудники, работающие на Организацию, не знали своего начальника. Связь с ним поддерживалась дистанционно и, как правило, в одностороннем порядке. Тем не менее Дэвид, по каким-то причинам, решил всё-таки лично выйти на Трудового с предложением о личной встрече.

— Видимо, Вам есть что рассказать. Что-то важное. — предположил Трудовой, начав беседу с основателем Организации в своём кабинете.

— Всё зависит от того, что Вы хотите спросить. — ответил Дэвид и приготовился выслушать вопросы.

— Что за игры в шарады. — Трудовой терпеть не мог, когда с ним разговаривают в такой манере. — Вы знаете, что меня интересует в первую очередь. Ваша Организация занимается поисками некроманта. У вас уже должны быть какие-то результаты.

— Стив, давайте сейчас поговорим начистоту. — в интонации Дэвида чувствовалось непонятное величие. — Мои люди в этом деле безнадёжны. Да и в принципе, это безнадёжное занятие. Всё станет ясно, когда придёт время. Но позвольте узнать, зачем вы торопите события и всё время меня ищите?

Стив Трудовой опешил от этого заявления. Его глаза округлились, а рот приоткрылся. Он вдруг понял, что ничего сейчас не сможет сделать. У «игрока» всегда есть преимущество перед NPC (не игровым компаньоном). Такая аллегория была представлена институтом исследования релятивистских процессов на одном из заседаний. Трудовой незаметно набрал на телефоне код «48», включив на нём микрофон.

— Вы ведь понимаете, что ваши технические средства не смогут записать наш разговор. — Дэвид всё-таки уловил движение Трудового. Ну и пусть. Главное, что он уверен в своих словах. — Уровень вашего научного прогресса ничтожен, для понимания подобных вещей.

— А вашего? — автоматически переспросил Трудовой, всё ещё приходя в себя.

— Честно говоря, не нашего, — скромно заметил Дэвид. — а уничтоженной и забытой цивилизации. Мне нравится ваш примитивный термин, — Дэвид произнёс, будто пробуя на вкус: — «перезагрузка вселенной». В древних документах это называется «отмена варианта симуляции».

— Тогда зачем понадобилось похищать диск с информацией о наших разработках? — Трудовой пытался направить разговор в более конструктивное русло. — …и весь цирк с преследованием некроманта?

— Диск похищен, чтобы церковь не дала вам разрешения на реализацию ваших проектов, и чтобы расшатать ваше хрупкое равновесие. — Казалось, что Дэвид противоречит сам себе. Но, с другой стороны, сам он и не говорил, что хочет объединить науку и религию. — Что касается «цирка» — я бы сказал, что люблю посмеяться, но мне нужно, чтобы ваше двухполярное правительство осознавало приближающийся ужас и соблюдало осторожность, вмешиваясь в то, что уже начинается. Так сказать, посеять панику в ваших рядах.

— Начинается что? Восстание рабочих на объектах федерального значения в республиках? — недоумённо спросил Трудовой.

— Восстание нежити. — не понятно было: шутит так Дэвид, или говорит всерьёз. — Вы ведь понимаете, что Вам об этом знать не обязательно, а мне просто нужно было посмотреть вашу реакцию. Интересно, что это всё ещё остаётся для вас неожиданностью. — Дэвид продолжал говорить, пока вводил нужные команды в свой карманный гаджет. Трудовой понимал, что даже если он успеет помешать Дэвиду осуществить перезагрузку, её осуществит кто-то другой. Несколько источников квантовых аномалий связаны в целую сеть, дублируя друг друга.

— Последний вопрос. — попросил Трудовой. Дэвид одобрительно вздернул брови, выказав готовность подождать. — Почему сестра?

Дэвид задумался, стоит ли отвечать на этот вопрос. Рассудив, что от этого ничего не зависит, он соизволил:

— Она уже как-то развязала одну войну. И сейчас всё сделает правильно.

* * *

Глава коллаборации ИФ Стив Трудовой находился в своём кабинете, ожидая встречи с основателем Организации контроля Дэвидом Кором. На его телефон поступило сообщение: «Стив, простите, но встреча не состоится». Что за ерунда? — подумал Трудовой. Зачем назначать встречу, если не получается на неё явиться? И о чём этот Кор хотел, но передумал говорить с ним? Такое поведение основателя Организации разозлило Трудового. Спустя некоторое время на телефон пришло ещё одно сообщение: «12 минут. С Вашего адреса получен код 48». Трудовой даже подскочил, прочтя его. Значит, их разговор с Дэвидом уже мог состояться, и… Нужно было теперь выяснить, что с ним происходило за прошедшие 12 минут до перезагрузки.

Глава 35. Схема «48»

Принцип схемы «48» был известен только нескольким самым надёжным людям. Конечно, никакие технические приборы так и не смогли записать информацию из альтернативного времени. Тот, кто почувствует нечто странное, а вернее обнаружит, что кто-то собирается использовать возможность выполнить перезагрузку, должен включить все имеющиеся приборы передачи данных. В случае с Трудовым, у него оказался с собой только телефон с включенным микрофоном. Команда «48» включала мониторы и динамики (или только динамики, как в этот раз), расположенные в палате диспансера при НИИ головного мозга, и предавала на них всю информацию с места, откуда команда была оправлена. Пациент Даун Грэй знал, что в этом случае ему нужно максимально точно запомнить всё, что он услышит и увидит по телевизору. После регистрации каждой перезагрузки, врачи диспансера должны были проверять состояние Грэя и, если он показывал, что получил команду «48», уведомить об этом того, кто отправил команду и попытаться максимально точно узнать, что происходило на месте событий.

К сожалению, по непонятным причинам, состояние Грэя так и не начало улучшаться за время его диспансеризации. Выражать свои мысли словами он так и не научился. Грэй только стал жаловаться на галлюцинации, которые начали появляться после операции. Он объяснял, как мог, что его галлюцинации делятся на два типа: первые — когда что-то повторяется дважды в подряд, беспокоили не сильно; вторые — когда некоторые предметы меняли формы и размеры, появлялись всё чаще и мешали ориентироваться. Главврач, постоянно проверяющий состояние Грэя, заметил, что его рисунки стали более абстрактными, и поэтому понимать Грэя становилось всё сложнее. После детектирования очередной перезагрузки, главврач заглянул в палату Грэя. Тот сразу начал показывать, что только что включались колонки с важным сообщением и то, что в них он слышал имя Стива. Некоторые ключевые слова заранее были оговорены. Больше главврач толком ничего понять не мог, что хотел сказать ему Грэй. Да и сам Грэй не совсем понимал, что он хочет сказать, поскольку не разбирался в том, о чём Стив разговаривал со своим собеседником. Главврач сообщил Стиву Трудовому, что может передать изображения рисунков на телефон, но Трудовой запретил это делать, сказав, что уже сам едет в диспансер побеседовать с Грэем.

* * *

После длительного и утомительного разговора с Дауном Грэем, Стив в очередной раз постарался подвести итог того, что он понял из объяснений:

— Хорошо. Сейчас я ещё раз прочту, что у меня получилось, а Вы мне подскажете, если я снова что-то понял не так: Я разговаривал с Дэвидом Кором (эту часть Стив добавил от себя, так как ему больше не с кем было разговаривать, а Грэй его не знал).

— (Грэй пожал плечами).

— Во время разговора Дэвид меня оскорблял и грубил.

— (Грэй устало махнул рукой, что значило: не совсем то, но пойдёт).

О перезагрузке, симуляции, и прочих вещах Грэй понятия не имел, поэтому эту часть разговора даже не упоминал.

— Я спросил его про диск, на что он ответил, что хочет уничтожить церковь и учёных.

— (Грэй задумчиво согласился кивком головы).

— Ещё он сказал, что любит цирк и улыбку.

— (Снова верно).

— …и что все должны его бояться.

— (Нет, не его, а рисунок с могилой, в которую наполовину вкопан человек).

Понадобилось ещё достаточно много времени, чтобы Стив, перебирая возможные варианты, произнёс словосочетание «восстание нежити». Грэй сразу радостно захлопал в ладоши.

— Отлично, восстание нежити, разобрались. — саркастически произнёс Стив, не зная радоваться ему, что он угадал слово, или начинать бояться восстания нежити. — Ещё я спросил про девочку.

— (Подберите более точное слово).

— Что? Не пойму. — Стив разглядывал рисунок с детьми, взрослыми и ещё много всего на этом рисунке, по которому Грэй водил пальцем. — Про сестру. — сообразил Стив, поняв, как страшно прозвучало это слово.

— (Отлично, в точку).

— Он ответил что-то про драку. (Грэй не совсем понимал, как должна проходить война, знал только общий смысл, поэтому не мог уточнить). Сестра была причиной большой драки?…Войны? И это скоро повторится.

— (Вот, именно так и сказал Ваш собеседник. Разговор закончился).

Стив Трудовой серьёзно посмотрел на присутствующего главврача и обратился, на этот раз к нему:

— Если мне ещё раз придётся разгадывать эти загадки, я назначу ещё одного добровольца, который умеет разговаривать по человечески, или научите уже этому его.

Глава 36. Последнее слово

Криминалистическая группа из числа специальных сотрудников работала в храме Великого Очищения на станции Ториевые Залежи. Дело оказалось жуткое. Специальные сотрудники получили от своих руководителей сообщение о том, что прихожане не могут попасть внутрь храма по причине его закрытия, что являлось из ряда вон выходящим. Специальные сотрудники, прибывшая к месту, взломали дверь, а далее им пришлось запретить вход внутрь всем гражданам. Картина была не для слабонервных. Посреди зала для молитв настоятель лежал в неестественной позе, с искажённым лицом. Вокруг него валялся бумажный пепел. Когда специальные сотрудники попытались оказать настоятелю помощь, выяснилось, что он полностью парализован, но остался жив. Немедленно было решено вызвать группу специалистов по расследованию чрезвычайных ситуаций, поскольку сам настоятель ничего бы рассказать не мог о том, что с ним произошло. А произошло с ним что-то странное. Естественно, что подробности случившегося не должны были покинуть стены храма, кроме как в головах компетентных лиц. Даже бывалых криминалистов пробивало в дрожь от того, как настоятель водил взглядом на своём искажённом лице, то ли пытаясь осмотреться, то ли пытаясь что-то сообщить. В любом случае, согласно инструкции, его никто не поднимал и не двигал, пока криминалисты пытались воссоздать ситуацию, при которой он оказался в таком положении.

— У пострадавшего выявлена компрессия головного мозга, а также разрыв каналов нервной системы в шейном отделе, — делал заключение медик. — Характер травм говорит о насильственных действиях.

— Может просто упал и ударился об что-то головой? — предположил кто-то.

— Нет, — заверил медик. — Череп сжат, а не ушиблен. Для создания давления, которое было оказано на его череп, необходим какой-нибудь громоздкий инструмент, возможно работающий на винтовом или гидравлическом принципе.

— В помещении присутствуют следы нарушения пространства, — сообщал свои результаты специалист по паранормальным явлениям. — Преступник использовал магию удалённого альтер-эго. Поэтому двери остались замкнутыми изнутри, при том, что других выходов из помещения нет.

— Пепел, по всей видимости, является остатком от конвертов и писем. — сообщил ещё один криминалист свои наблюдения. — Тление происходило под воздействием высокотемпературной обработки без открытого огня. Механизм появления ожога на лице пострадавшего пока не выявлен. Форма и размер ожога соответствуют детской, либо женской ладони. Скорее всего, клеймо выполнено из эластичного жаростойкого материала. Возможно, что ожог появился в результате прикосновения горячей перчаткой.

— Но он всё равно счастлив, — заметил один из специальных сотрудников, смотря на умилённую улыбку настоятеля храма, которая запечатлелась на его перекошенном лице. — …был счастлив, когда с ним это произошло. У него есть шанс поправиться?

Медик однозначно ответил на этот вопрос:

— Его состояние может измениться только в одну сторону.

Во время проведения расследования, в храм вошёл митрополит государственной церкви. Карл бросил все свои дела и помчался на Ториевые Залежи, как только ему сообщили о случившемся здесь происшествии. Митрополит сразу спросил, возможно ли установить личность преступника, на что получил отрицательный ответ. На самом деле, Карл был уверен, что эту личность он знал, просто ему нужны были подтверждения. Подтверждением версии Карла, которой он пока не собирался ни с кем из присутствующих делиться, стал доклад специального сотрудника, содержащий глупости про перчатку, оставившую ожог, и хитроумный инструмент для сдавливания головы. Блуждающий взгляд на перекошенном лице парализованного настоятеля храма остановился на митрополите церкви Слепого Отца. Той самой церкви, которая, по мнению подчинившей его волю наставницы, вступала в сделку с насмешниками над Богом. Если в зале для молитв находился кто-то, кто не считал это происшествие достаточно жутким, то в следующие несколько секунд это изменилось. Настоятель храма, глядя прямо на Карла, самым неожиданным образом приподнял и повернул свою голову. Звук, который он затем издал, был похож на зов из преисподней:

— Не ищите её, — произнёс либо настоятель, либо та сущность, которая им овладела. Далее стало ясно, что это были его последние слова. Настоятель окончательно умер и перестал всех пугать своим блуждающим взглядом.

II. Миром правит смерть

Глава 1. Колонна катафалков

На кладбище Иссыхания мертвяки бродили без дела между рядами могил, высматривая новых воскресших. Всё было спокойно. Никто из новеньких не поднимался. Гул двигателей грузовых автомобилей оказался слышен ещё издалека. Грузовики подъехали к брусчатой тропе, ведущей на территорию кладбища. Три мусоровоза припарковались с краю дороги. Что им здесь делать, если на кладбище некому мусорить? Задаться этим вопросом было некому. Живые старались держаться подальше от этого места. Открылась дверь с пассажирской стороны кабины мусоровоза, ехавшего первым в колонне. Из грузовика вышел Дэвид Кор. Он осмотрелся по сторонам. Никакого ощущения присутствия по близости жизни. Значит всё в порядке. Периметр кладбища Иссыхания и его территория мониторились камерами уличного наблюдения и различными сигнализационными системами, сигнал от которых поступал в церковь Вечных Мук. Дэвида все эти железки не беспокоили. Зачем ему переживать о том, что кто-то может наблюдать за ним сквозь расстояние, когда он просто остановил время. Магическое заклинание, сопровождаемое специальным движением рук, открыло отложенную симуляцию и остановило всё, кроме заклинателя: ветер, дождь, вращение Земли, электронный сигнал от камер в проводах и электромагнитные волны в пространстве, передающие информацию. Время остановилось везде, но только за периметром кладбища, а внутри периметра мертвяки продолжали всё так же спокойно разгуливать между рядами могил. Дэвид улыбнулся, подумав о том, как это явление назвали бы в коллаборации: «режим редактора вселенной» или что-то в этом роде, наверное. Он прошёл по брусчатой тропе на территорию кладбища и направился в его глубь. Мертвяки начали следовать за ним, сначала поодиночке, затем увязались всем скопом. Дэвид не обращал на них пока внимания. Мертвяки относились к некроманту не как к служителю церкви, но и не как к обычному смертному. Они следовали за некромантом не чтобы раздавить его череп, а чтобы незамедлительно выполнить любое возложенное на них поручение, которое было им под силу. Через сотню метров неспешной ходьбы, Дэвид оказался окружён своими слугами. Некоторые мертвяки шли впереди него, другие двигались параллельно сбоку, большинство держались чуть позади. Единственная постройка на пустынном кладбище была видна из любой его точки. Склеп сестёр Слепого Отца. Именно к нему Дэвид держал свой путь. Когда некромант проходил мимо нетленного трупа одной из сестёр, то остановился и окинул взглядом толпу мертвяков. Те расступились в ужасе, сделав вид, что никто из них здесь ни при чём. Дэвид, оценив ситуацию, продолжил идти к склепу. Несколько мертвяков уже открывали двери нараспашку. Делегация из шести мертвяков во главе с некромантом вошла внутрь сёстринского склепа. Мертвяки, чувствуя волю Дэвида, взяли выбранные им три гроба, и вынесли их наружу. Некромант шёл не спеша, так же в окружении мертвяков, но уже в сторону выхода, а мертвяки теперь тащили на себе гробы. Подойдя к воротам, ведущим за периметр кладбища, некромант оглянулся на мертвяков, тащивших гробы. Он прикинул возможности и распространил на них заклинание персонализированной симуляции. Теперь эти мертвяки могли не на долго покинуть кладбище, игнорируя эффект остановки времени за его периметром. В течение нескольких минут гробы были помещены в грузовые автомобили. Для каждого гроба предназначался свой мусоровоз. И каждый мусоровоз от этого места должен был ехать по своему маршруту. Мертвяки, выполнив телепатический приказ, медленно побрели обратно на кладбище. Обратным заклинанием и движением руки, Дэвид вернул нормальный ход времени. Снова подул ветер, зависшие в воздухе капли дождя продолжили своё падение, завращалась Земля, а сигналы с электронных устройств, расположенных на кладбище, вывели из строя приёмную аппаратуру в церкви Вечных Мук.

* * *

Юджин Липшиц, настоятель храма инквизиторской церкви федерального центра, сидел в подвале особняка, наблюдая за происходящим возле кладбища Иссыхания. Датчики уловили движение на дороге. Потом на экране с изображением от камер, расположенных возле входа на кладбище, появилось три грузовика. Странно, что мусоровозы приехали в это место, и тем более странно, что они здесь остановились. Юджин следил за происходящим во все глаза. Из одного из грузовиков вышел человек с пассажирской стороны. Постоял, посмотрел в сторону кладбища, а потом что-то произошло. Все датчики и камеры на территории кладбища и его периметра разом отключились. То, что пришло на ум Юджину, что в грузовиках была спрятана аппаратура, глушащая сигналы, на манер «пелены». По крайней мере, камера, установленная на дороге, продолжала работать. С неё было видно, как вышедший из грузовика человек постоял ещё немного, потом забрался обратно в кабину, и колонна мусоровозов продолжила своё движение. На всё про всё ушло менее пяти минут. Юджин некоторое время пытался разобраться с мониторами и датчиками, но вскоре всё вновь заработало само собой. Значит, дело всё же было в грузовиках. Настоятель инквизиторской церкви не видел ничего странного, для чего необходимо было глушить все сигналы. Мертвяки, как им и положено, разгуливали по кладбищу, никаких изменений на его территории не произошло. Ну вот, кто то уже видимо забеспокоился по этому поводу, потому что телефон Юджина издал сигнал о входящем сообщении. Юджин уже приготовился ответить на него, что всё под контролем, ничего страшного не произошло. Но сообщение оказалось немного о другом: «С кладбища Иссыхания только что было похищено три трупа».

Глава 2. Поклонение мощам

На станции Доменная Печь прихожане храма Великое Очищение уже за неделю знали, что сегодняшний день будет объявлен выходным. Многие верующие с нетерпением ждали этого события, когда в их город должны доставить нетленные мощи святой Дасти, сестры Слепого Отца. Мусоровоз, приехавший с кладбища Иссыхания, остановился перед въездом на станцию. Служители храма Великое Очищение выгрузили из него гроб и переложили в багажник представительского автомобиля. Именно в этом автомобиле гроб сестры Дасти был доставлен к въезду в город, где его уже встречали верующие паломники. Большинство хотело поучаствовать в шествии с несением мощей. Несколько паломников взяли сам гроб и выдвинулись по дороге. Ещё несколько человек несли крышку, идя следом. Впереди всего шествия ехал автомобиль, на котором в город были доставлены мощи, чтобы при необходимости расчищать дорогу. Автомобиль ехал не спеша, чтобы паломники успевали нести за ним гроб. Замыкали шествие дежурные автомобили скорой помощи и охранных служб на случай нештатной ситуации, если кому-нибудь потребуется медицинская помощь, или будут допущены акты вандализма. Движения всех транспортных средств, не участвующих в шествии, в этот день в городе были запрещены. Многие люди пришли, чтобы просто постоять с краю дороги и увидеть появление святой в городе. При этом был слышен шёпот молитв. Верующие знали, что сестра Дасти помогала молящимся ей людям при жизни, и может помочь сейчас. Об этом говорил на проповеди настоятель храма Великое Очищение. Многие люди просили излечить их от различных болезней, кто-то молился святой о финансовом благополучии, некоторые о благополучии в семейной жизни, другие о чём-то личном. Настоятель храм шествовал рядом с гробом. Его молитва прозвучала так громко, чтобы как можно большее число окружающих могло её услышать:

— Сестра Дасти, я знаю, ты многое можешь. Я не прошу тебя о своём здоровье, любви и личных выгодах. — паломники притихли, услышав слова настоятеля, в которых появилась интрига. — Я прошу, дай силу всем этим людям, любящим тебя, выдержать все издевательства, которые они терпят от своих поработителей. — многим присутствующим пришлись по нраву эти слова. Некоторые испытали стыд за свои молитвы, в которых они просили о себе. Настоятель продолжал: — Прошу тебя, сестра, сделай равенство нашего мира совершенным. Пока одни распределяют общие блага, мы, преклоняющиеся перед тобой, не видим ничего, кроме тягот, которые нас убивают.

Кто-то из числа участников шествия подбежал к гробу и начал кричать так же громко и в такой же манере, как настоятель храма, заранее выученную молитву:

— Сестра Дасти, прошу, помоги своему Отцу одолеть удерживающие его оковы насмешников над ним. Помоги ему вновь обрести ту силу, на которую он способен, во имя всех нас, любящих и почитающих тебя и твоего отца.

Случайные, не подготовленные участники шествия, глядя на это со стороны, заразились передавшимся им настроением. Кто-то пытался продолжить цепочку откровений на политическую тему, но получалось криво. Видя, как атмосфера пропиталась духом религии Великого Очищения, настоятель храма перешёл к более радикальным высказываниям:

— Молю тебя, сестра Дасти, избавь от режима, наложенного на нас капиталистами. Помоги, любящим тебя верующим, обрести независимость, которую они заслуживают.

Участники шествия продолжали подхватывать молитвы, на заданную настоятелем храма тему. Кто-то из заранее подготовленных участников выкрикнул короткую фразу:

— Верующие Слепому Отцу, не верят в договора с насмешниками над ним.

Настоятель храма Великое Очищение мгновенно продублировал эту фразу. Жестами призывая всех повторять эти слова, он добился того, что вся толпа скандировала слоган: «Верующие Отцу не верят насмешникам».

Гроб сестры Дасти принесли к входу в храм Великое Очищение на станции Доменная Печь, где он простоял до самого вечера. Люди не расходились, продолжая обращаться к святой со своими просьбами. Для многих стало великой честью просто прикоснуться к гробу, увидеть нетленное тело сестры Слепого Отца, которая, по приданию, знала Его лично и выполняла Его волю, находясь в мире изгнанных. С наступлением темноты, гроб с мощами занесли внутрь храма, где ему предстояло находиться долгое время. Теперь прихожане могли в любое время дня обратиться к одной из самых великих святынь. Настоятель храма с наступлением ночи запер двери изнутри. Он остался один в зале для молитв и смотрел на покойную сестру Дасти. Её хрупкое тело и такое покорное выражение лица вызывали готовность защитить её в случае, если ей что-то могло угрожать. Хотелось исполнить любое её желание. Как жаль, что она ничего не может желать.

Глава 3. Атака на северном направлении

Группа отдельно действующего подразделения ОПК находилась на дороге от федерального центра в сторону станции Пластмасс. Именно на этом направлении ожидалась транспортировка груза, похищенного на кладбище Иссыхания. Группа получила распоряжение досматривать все автомобили, движущиеся на этом участке дороги. Два служебных автомобиля ОПК стояли припаркованные на обочине в безлюдном глухом месте. С одной стороны дороги в этом месте находился отвесный склон холма, с другой — такой же отвесный овраг. Когда издалека послышался шум приближающегося автомобиля, один из членов группы ОПК заранее вышел из своего легкового автомобиля, приготовившись остановить очередную машину, которых здесь проезжало не так уж и много. Приближающийся со стороны федерального центра автомобиль оказался грузовым мусоровозом, стремительно нёсшимся в сторону служебных автомобилей, несмотря на опасный участок дороги. Водитель мусоровоза среагировал на стоявшего посередине проезжей части агента ОПК и затормозил. Колёса мусоровоза неприятно заскрипели по асфальту, но грузовик остановился прямо перед легковыми автомобилями. Агент подошёл к кабине с водительской стороны и прокричал:

— Подразделение ОПК. Пожалуйста, предъявите Ваши водительские документы.

В кабине не происходило никаких движений, дверь не открывалась. Тогда агент повторил, уже в более настойчивой форме? и добавил:

— Выйдите из машины.

Только тогда дверь кабины открылась, и агент увидел сбоку ухмыляющееся лицо драйвера, смотрящего прямо перед собой. Можно было подумать, что драйвер перебрал с психотропными препаратами, чтобы отработать несколько смен в подряд. «Чёртов наркоман» — подумалось агенту, но вслух произнёс:

— Заглушите автомобиль и покиньте машину. При оказании Вами сопротивления или неповиновения, мы будем вынуждены Вас задержать. — при этом агент дал знак своим коллегам, чтобы они были начеку. Неизвестно, чего можно ожидать на дороге от неадекватных водителей.

Драйвер повернулся в открытую дверь, и только тут служащего охватил ужас. Скалящаяся ухмылка водителя являлась не выражением эмоций, а результатам усыхания и разложения плоти на его лице, покрытом струпьями. По коже ползали личинки насекомых. Агент ОПК отскочил от кабины с криком:

— Парни, здесь живой мертвец за рулём.

Мёртвый драйвер переключил передачу и со шлейфом рванул прямо по дороге. Один из агентов ОПК, стоявших возле багажника служебного автомобиля, с готовностью достал из него трубу реактивной гранаты. С недавнего времени, такие трубы стали выдавать силовым подразделениям, на которые возлагалась задача по противодействию террористическим атакам. Агент взвёл реактивную гранату и прицельно выстрелил ей в зад уезжающего грузовика мусоровоза. Куда точно попал снаряд — определить не удалось из-за поднявшегося дыма. В кузов, или в задний мост — но грузовик завилял по дороге и съехал в обрыв. То, во что превратился мусоровоз, оказавшийся внизу, не вызывало никаких сомнений в том, что чтобы в нём не находилось, теперь не более чем куча мусора, которую из него невозможно достать. Со стороны станции Пластмасс послышался непонятный гул. Видимо, кто-то ехал по дороге с той стороны. Сотрудники ОПК, бросив в обрыв гильзу от использованной гранаты, сели в автомобили и быстро тронулись в сторону федерального центра. Лишний раз показываться случайным свидетелям на глаза в такой ситуации не стоило.

* * *

Небольшой вертолёт, вылетевший со станции Пластмасс, заметил в обрыве свалившийся с дороги горящий мусоровоз. При наблюдении через зрительную трубу было видно, что в кабине мусоровоза всё ещё кто-то шевелится и пытается выбраться через окно. Вертолёт завис над местом аварии и медленно начал спускаться на минимальную высоту. Далее из вертолёта выпал привязанный трос со спасательным роботизированным оборудованием на свободном конце. Робот спустился на кузов мусоровоза и начал активно использовать свой режущий лазер и гидравлические щупальца для вскрытия смятого куска металла. Через минуту из груды металла стало показываться тело девушки, оказавшейся в кузове мусоровоза в момент аварии. Ещё через несколько секунд роботу удалось это тело полностью освободить от всех зажавших его деталей. Робот обхватил его и трос начал медленно подниматься в вертолёт, а сам вертолёт стал набирать высоту и лететь в сторону, откуда прилетел.

Уже в салоне вертолёта служители храма Великое Очищение смогли оценить понесённый урон. В результате подрыва, тело святой Беллы оказалось страшным образом изуродовано. Урон был не только косметический. Ожоговые и рваные повреждения кожи на теле выглядели пугающе, но их можно будет восстановить хирургически или за счёт регенерации тканей покойной. Но вот что делать с оторванными конечностями? Левая кисть и правая стопа покойной Беллы оказались оторванными. Мощи с такими оторванными повреждениями могут вызвать отторжение у прихожан храма.

Но даже эта проблеме не казалась теперь серьёзной, когда с вертолёта, принадлежащего негосударственной церкви, был зафиксирован акт применения правительственными силовыми структурами фугасного оружия по святыне этой церкви. Дэвид Кор смотрел на изуродованное тело святой Беллы, которому служители оказывали помощь в вертолёте, и улыбался. Трудно теперь правительству будет оправдать свои действия.

Глава 4. Молитва грешника

Молитвенный зал храма Великое Очищение на станции Глубокий Котлован представлял собой на первый взгляд мрачное место. Тусклый свет пронизывал это помещение, не раздражая зрение. Пустота, царившая в нём, казалась из параллельной вселенной. Шоркающие шаги вошедшего прихожанина эхом отдавались от стен храма. Своей неспешной походкой он прошёл ряды скамеек, пока не оказался перед самым алтарём. Уставший от своих проблем человек сложил руки в молитве. Никого рядом с ним не было. Никого, кроме Слепого Отца, к которому он пришёл, чтобы попросить у него прощения.

— Слепой Отец, — начал человек молитву. — Я прошу у Тебя прощение за то, что пытаюсь найти Тебя в этом храме, в себе, в небесах. На самом деле понимаю, что Ты повсюду. Я прошу у Тебя прощения за то, что приношу Тебе свою молитву, что смею просить у Тебя что-то. Я знаю, что Ты заботишься о моём благосостоянии больше, чем я сам. Слепой Отец, прости, что говорю тебе эти слова. Я понимаю, что только Ты сам решаешь, стоит ли меня извинять. — такая вступительная часть была не обязательна, но молящиеся говорили эти слова, когда желали попросить о чём-то, что им действительно необходимо. Прихожанин перешёл к следующей части своей молитвы: — Прошу Тебя, Слепой Отец, избавь меня от болезни. Моё тело разлагается, пока я ещё живу. Я не могу терпеть больше эту боль. Прошу, излечи меня. — Молящийся человек продолжил стоять перед алтарём, в позе для молитвы, думая о своих словах и погружаясь в транс.

— Сильна Ваша молитва, Слепой Отец её услышал. — нежный женский голос тихо прошептал ему на ухо. Прихожанин вышел из ступора и осмотрелся по сторонам. Ему казалось, что он один в этом зале. И он по-прежнему никого не замечал. Наконец он увидел на дальнем ряду скамеек девушку, которую, теперь казалось, трудно было не заметить сразу. Можно было подумать, что она оказалась здесь случайно. Одета просто, никакой церковной роскоши и атрибутики. Если бы она не говорила такие странные вещи, прихожанин подал бы ей милостыню, приняв за нищенку.

— Простите? — молящийся не знал, как реагировать на это изречение от незнакомого человека.

Для Элдис оказалось возможным не только услышать его слова, но и найти незаражённую версию этого человека в мультимуме и спроецировать её на существующий вариант. Ещё несколько несложных манипуляций с персонализированной деформацией временной сетки позволят ускорить энтропию тела этого больного, направленную в обозначенное состояние. Несколько дней понадобится, чтобы излечиться ему от сложного заболевания, вызванного химически-бактериологическим отравлением. Это может звучать невероятно, потому-что медицина не способна обращать вспять такие повреждения организма. Но, раз этот человек пришёл не в больницу, а в храм, то и помочь ему можно.

— Ваше тело заживёт, Вы ведь об этом просили. — прошептала Элдис, не вставая со скамьи и даже не поднимая глаз. — Я Его сестра. Слепой Отец может не слышать всех, кто к нему обращается. Молитесь Его сёстрам. Скажите, кто будет спрашивать, что Вы молились Элдис.

Прихожанин всё ещё пытался понять, верить ей или не обращать на неё внимания, как вдруг совсем рядом к нему обратился новый, мужской голос:

— Могу я Вам чем-нибудь помочь? — теперь прямо перед ним стоял служитель в церковной одежде с соответствующей атрибутикой, который бесшумно подошёл, пока прихожанин отвлёкся от молитвы на девушку. — Я настоятель этого храма, можете обращаться ко мне, если нужна какая-то помощь.

— В вашем храме служат женщины? — сразу спросил прихожанин, удивлённый произошедшим разговором.

Вопрос смутил настоятеля. Женщины в храме не служили. Но как объяснить видение, мерещившееся молящимся у этого алтаря, настоятель не знал.

— Ваши демоны сжирают Вашу душу. — ответил настоятель на неловкий вопрос. — Будьте сильнее них и продолжайте молиться Слепому Отцу.

— А кто… — хотел узнать прихожанин, но осёкся. В молитвенном зале теперь не было никакой сестры. Только он и настоятель храма. — …эта девушка? Вы ведь не хотите сказать, что в вашем храме живут демоны?

Сам настоятель храма Великое Очищение на станции Глубокий Котлован никогда не видел Эту загадочную Элдис, но много слышал о ней после того, как занял пост Лютера Сая. Приходилось признавать, что в храме действительно обитает призрак. Настоятель разговаривал об этом с митрополитом церкви Слепого Отца. Карл советовал не обращать на неё внимания, но всё же просил держать его в курсе, когда у прихожан начинаются эти странные видения.

— Древнее зло, оно внутри Вас, боритесь с ним. — единственное, что смог ответить на это настоятель.

Глава 5. Только во сне

Такая привычная обстановка. Свалка бытовых и технических отходов. Сортировочная зона. Даун Грэй перебирает кучу мусора, рассортировывает его по контейнерам в зависимости от материала. Совершенно неожиданно на этой свалке появляется его лечащий врач из диспансера при НИИ головного мозга в своём белом докторском халате.

— Рад, что у Вас всё хорошо, — обращается доктор к Дауну.

— Я в восторге, доктор, — отвечает Даун. — Могу выражать свои мысли так, как хочу.

— Это просто чудесно, — доктор дружественно улыбается, смотря на Дауна. — Жаль, что Вы можете общаться только со мной и только здесь.

Даун не понимает, о чём ему говорит доктор, но тот продолжает:

— Чтобы начать говорить по-настоящему, Вы должны по-настоящему оказаться в этом месте. Я постараюсь Вам помочь. Вы поняли меня, Грэй… Грэй…

…Грэй…Грэй? — Даун подскочил с кровати в палате диспансера. Приснившийся сон произвёл на него сильное впечатление. Доктор стоял рядом и будил его.

— Даун, у Вас всё хорошо? Я пришёл проверить Ваше состояние, — сказал доктор.

Даун попытался ответить словами, что он только что мог разговаривать, но сразу растерялся, и у него получилось только издать непонятные звуки:

— Эааэ ЫЫа АААААААААААААААААААААААААААА! — он вскочил, не понимая, что делает. Как так, ведь он только что разговаривал, почему не получается теперь. Он схватил доктора за грудки начал его тормошить, пытаясь спросить, что тот хотел сказать ему во сне. Но получалось так, что Грэй просто рычит на доктора. В следующий момент Грэй почувствовал укол в бедро. Доктор ввёл своему пациенту успокоительное и тот сразу обмяк и присел на кровать.

— Хорошо, отдыхайте, — разрешил доктор. — Я зайду к Вам позже, — и вышел из палаты диспансера.

Даун Грэй вновь вырубился, получив дозу успокоительного, и в следующий раз проснулся только среди ночи. Никого рядом не оказалось. Он всё ещё испытывал эйфорию от сна, который видел ранее. Нужно по настоящему оказаться на станции Глубокий Котлован, вот что было понятно из сна. Грэй вспоминал свою работу на свалке. Теперь он не мог просто ни лежать, ни сидеть. Грэй подошёл к зарешёченному окну. Прикинул силы, которые должны понадобиться для разгибания прутьев, и усомнился в своих возможностях. О двери, ведущей в коридор, даже мысли не было — бесперспективный вариант. Окно палаты диспансера выходило на задний двор. «Я постараюсь Вам помочь…» — вспомнилось Грэю сновидение. Аккуратно открыв окно, он вцепился в стальные прутья решётки и попробовал их пошевелить. Они оказались прикриплёнными намертво. Ещё пару качков, и решётка поддалась. По бокам от окна послышался шорох. Ещё немного… Штукатурка вокруг оконной рамы начала осыпаться. Ещё… Решётка подалась вперёд. И вот, почти бесшумно, после очередного толчка, вышла из стены наружу вместе с анкерами. Держа решётку на вытянутых руках над землёй на высоте третьего этажа, Грэй прикинул, как бы поаккуратнее от неё избавиться. Спустя секунду снизу раздался металлический звонкий грохот. Поаккуратнее не получилось. Ну да ладно. Окно третьего этажа, единственный способ спуститься… Грэй был физически крепче большинства людей. И падение почти с шести метров на асфальт особо не повлияло на его самочувствие. Главное, что знал начитанный беглец, приземляться нужно на три конечности одновременно, при прыжке с большой высоты, а коснувшись земли — перекатиться через свободное плечо. Всегда хотелось проверить, действительно ли это сработает. Да, всё прошло успешно. Наверняка в диспансере уже подняли панику. Ещё бы. Выломанная решётка, металлический грохот среди ночи. Да и отсутствие Дауна в палате наверняка уже заметили по изображениям с камер, установленных в палате. «Беги!» — подумалось Дауну. Он так чётко услышал в своём разуме это слово, что это показалось невозможным. Он даже думать словами не может. Но что-то внутри него этой ночью взяло верх над ним самим. «Не выбегай на главную дорогу, беги через задние дворы» — мысль промчалась в его голове. Это оказалось тем более странно, потому что Даун даже не знал особенностей застройки районов в центре. Но он прекрасно понимал, в какую сторону ему нужно бежать, и как аккуратно двигаться, чтобы остаться незамеченным. А что дальше? Ему нужно будет найти мусоровоз. Все мусоровозы с грузом едут в то место, которое он видел во сне. И так Даун сможет оказаться там по-настоящему.

Глава 6. Ритуал

В этот день на станции Глубокий Котлован происходило отпевание в храме Великое Очищение. Родственники одного из покойных дождались, когда настала их очередь и гроб с покойным занесли внутрь храма. Отпевание проводил сам настоятель в молитвенном зале. Его речь по этому случаю была стандартной:

— Слепой Отец, прими сына твоего, да прости ему все грехи, которые он совершил при жизни. — вся церемония проходила при свечах и воздух был наполнен запахом ладана. Когда родственники уже почти смирились с тем, что покойный покинул их окончательно, и его душа находится в состоянии перехода в лучший мир, один из них вышел из общей толпы.

Надо сказать, что покойник оказался довольно молодым мужчиной лет тридцати, погибшим в результате несчастного случая. Хотя для жителей станций обслуживания такой возраст не считался маленьким, но и умирать так рано никому не хотелось. Кем был этот покойник, оставалось неизвестным, но родных на отпевание собралось гораздо больше, чем это обычно бывает. Тот из них, который вышел из общей массы, к удивлению всех собравшихся, попросил настоятеля прекратить отпевание. Его слова, с которыми он обратился к настоятелю, действительно оказались странными:

— Стойте. Ему ведь рано покидать нас, он ведь мог ещё жить, если бы его не задавил фургон. Вы ведь можете сделать так, чтобы он вернулся к жизни. — человек говорил искренне. Он действительно верил в чудеса, но никто не мог ничего поделать.

— К сожалению, — сочувственно сообщил священник, — он умер, и мы можем только принять это.

— Это потому что вы молитесь Слепому Отцу, а нужно молиться Его сестре Элдис. Вы что, не знаете? — продолжал стоять на своём человек, который уже казался сумасшедшим, а не просто убитым горем. — Себя отпевай. — Присутствующие начали успокаивать его, но он прокричал: — Элдис, прошу тебя, воскреси любящего тебя.

Крик сумасшедшего эхом отразился от стен молитвенного зала. Казалось, что эти слова заполнили всё пространство. Эхо перебивало даже произнесённые чуть позже удивлённые и испуганные возгласы. Собравшиеся отказывались верить, что они стали участниками такого события, которое уже не казалось курьёзным. Все отчётливо видели, как руки покойника, сложенные на груди, поднеслись к лицу. Создавалось ощущение, что он пытается унять таким движением головную боль. Никто не знал, что делать и что думать. Либо покойник находится в коме, от которой вот-вот отойдёт, либо это движение стало результатом неправильно подобранного погребального костюма, либо что-то ещё. Но ещё прошло немного времени, и покойник издал вопль. Он стонал так, что не было сомнений, он испытывает агонию. Ещё немного времени спустя, не переставая стонать, покойник принял полусидячее положение в своём гробу. Некоторые из присутствующих родственников почувствовали слабость в ногах и остальных частях своего тела, что заставило их просто повалиться на пол. Настоятель храма, проводивший отпевание, сам уже не мог сохранять равновесие. Он отказывался верить в увиденное, и перед его глазами всё поплыло. У него даже не хватило сил произнести молитву Слепому Отцу. Настоятель грохнулся на пол, ударившись головой о гроб, перед которым он стоял. Лужа крови, образовавшаяся вокруг его головы, привела всех в ужас, но этот ужас не мог сравниться с тем, что происходило в гробу. Покойник теперь не просто стонал, сидя в и держась за голову. Он осматривал окруживших его родственников, будто стараясь узнать кого-то. Некоторые начали приносить хвалу Слепому Отцу, другие — Его сестре Элдис, веря, что покойник действительно воскрес. Но никто уже не скажет наверняка, что это было. Один из присутствующих служителей храма Великое Очищение на станции Глубокий Котлован, среагировал на это так, как посчитал нужным.

То, как закончилось воскрешение, шокировало всех ещё больше, чем то, как оно началось. Служитель, быстрыми скользящими шагами, приблизился к покойнику и, без лишних слов и сантиментов, вонзил в его грудь какой-то предмет, что заставило покойника успокоиться и лечь обратно в гроб, но уже с перекошенным лицом. Воспользовавшись тем, что присутствующие находятся в ступоре, служитель с силой оттолкнул сумасшедшего, упомянувшего Элдис, который мог помешать. Далее он быстро закрыл тяжёлую крышку гроба и ещё несколько служителей храма быстро понесли гроб на выход.

— Душа окончательно покинула сына слепого отца, предадим его тело кремации. — быстро объяснил он, как мог, свой поступок.

Элдис, находящаяся в храме при отпевании, выругалась про себя на служителей, уносивших гроб. К её сожалению, они оказались подготовлены даже к такой ситуации. На самом деле ей самой было интересно, что у неё получится. Заклинание воскрешения, которое она провела, отличалось от ритуала поднятия нежити. Тут всё просто. Энергия, составляющая сознание покойника, ещё не рассеялась из его тела, но сильно деструктировалась. Для воскрешения достаточно было вновь задать алгоритм структурирования сознания, а не инсталлировать новое. Но для этого нужно было разложить имеющуюся сформированную структуру. Говоря проще, принести жертву, на роль которой как ни как хорошо подошёл настоятель храма, служащий противной церкви. Вернее, сам настоятель был не нужен, нужна была его смерть. Жаль, что она принесла так мало пользы, ведь покойник воскрес только для того, чтобы его сожгли в крематории заживо. Сам он спасибо за такое Элдис не скажет. Ну что же, жечь то его не она будет. Зато стало известно, в том числе и ей самой, на что теперь способна сестра Слепого Отца. Родственники покойника постепенно приходили в себя, после наложенного на них служителями храма трансового состояния. Но то, что здесь произошло, они не забудут. Гроб с покойником уже вынесли, тело настоятеля убрали, сообщив присутствующим, что он просто ударился, и сейчас ему окажут помощь. Но сами служители храма успели понять, что настоятелю помочь уже нечем.

Глава 7. Всё по-настоящему

Грэй, оказавшись на улице центра, просто растерялся и не знал, что теперь делать. Ночью рядом никого не было. Интересно, как скоро его начнут преследовать, и как быстро поймают. То, что он не сможет добраться до станции Глубокий Котлован, в какой-то момент стало для него очевидным. Мысли больше не складывались в слова. Как далеко он убежал от здания института, в котором находился диспансер, Грэй не мог даже предположить. Снова всё начало менять размеры. Ночная тишина центра делала все объекты в изменённом сознании Грэя, ничтожно маленькими, превращающимися в удалённые точки. И только механический монстр, который издавал гул, становился всё больше, заполняя всё пространство. Куда теперь бежать? Убежать от того, что распространилось вокруг, и приближается со всех сторон — невозможно. Грэй просто старался двигаться хоть куда-то, лишь бы не стоять на месте. Но механический монстр становился всё больше и всё ближе, в какую бы сторону не шёл от него Грэй. Когда гул от монстра поглотил потерявшегося беглеца, то издал победоносный высокий вопль и со всей силы ударил Грэя, прижав его вниз.

Скрип колёс по асфальту резко затормозившего кара стал финальной нотой в шуме дрейфа, который он издавал, нарушая спокойствие ночного центра. Испуганный гонщик даже не успел понять, что произошло, когда на дорогу выбежал то ли человек, то ли огромное животное. Уличный гонщик с осторожностью вышел из кара, чтобы проверить, что случилось с его автомобилем. Обойдя спереди кар, он увидел, что действительно наехал на человека, который теперь лежал неподвижно на дороге. На автомобиле видимых повреждений не было. Гонщик выругался и хотел выместить свою злость на том, кто стал причиной этой аварии. Скорее всего, камеры уличного наблюдения засняли это происшествие, но гонщик не особо думал об этом. Он подошёл к лежащему пешеходу, делая вид, что пытается ему помочь. В худшем случае, если кто-то на это смотрит, подумает именно так. Гонщик с размаху ударил ногой пострадавшего, который уже казался мёртвым. Затем присел на корточки, посмотрел, что никаких признаков пострадавший не подаёт, и ударил его по голове с силой, но уже кулаком. Ладно, что время тратить, надо сваливать. Уличный гонщик открыл дверь кара с водительской стороны, чтобы занять своё место, но в этот момент почувствовал, что кто-то схватил его за шею.

Грэй во время пришёл в себя. Удар кара оказался более серьёзным, чем прыжок с третьего этажа. Да и удары, которые нанёс ему водитель ногой и кулаком, давали о себе знать. Грэй никогда не отличался особой агрессией, но чувство достоинства заставляло его всегда отвечать сдачей. Он сумел схватить обидчика за шиворот в последний момент, расположил его голову возле дверной рамы и так хлопнул по этой голове дверью автомобиля, что сомнений остаться не могло: теперь на каре есть повреждения — как минимум искривлённая дверь. Что касается водителя, получившего удар дверью по голове, то повреждения кара, как и многие другие вещи, его в одно мгновение перестали интересовать. Он просто обмяк, и Грэй отшвырнул его назад. Добивать водителя ногой с размаху Грэй не стал, посчитав понесённое обидчиком отмщение достаточным. Он сел на водительское место и попытался захлопнуть дверь, но та почему-то плотно не закрывалась. По центру панели управления светился монитор, на котором отображалось меню водителя. «Назовите место назначения» — произнёс приятный компьютеризированный голос. Грэй нервно постучал по панели, негодуя о возникшем затруднении. На мониторе появилась карта федерации. Нажатие пальцем по сенсорному монитору в нужном месте заменило голосовую команду. «Вы выбрали дорогу в направлении на станцию Глубокий Котлован. — сообщил компьютеризированный голос. — Подтвердите Ваш выбор». В недоумении грэй ещё раз стукнул ладошкой по панели. Компьютер, видимо, распознал это, как подтверждение, потому что перешёл к следующему сообщению: «Для осуществления поездки, плотно закройте дверь». Грэй начал понимать, как разговаривать с этой машиной. Повторив свою предыдущую команду, удар по панели, он смог «объяснить» компьютеру, что всё нормально и можно трогать. Мотор завёлся и кар начал движение. Расчётное время прибытия к месту назначения составляло чуть более двух часов. Как раз к утру.

Спортивный автомобиль въехал на территорию мусорной свалки федерального значения с началом рассвета. Даун Грэй переключился на полуручное управление с автоматического, чтобы медленно проехать через груды наваленного мусора. Обычно в это время нескончаемый поток мусоровозов уже создавал затор на этом участке. Рабочая смена на свалке на свалке начиналась до рассвета. Сейчас здесь царила тишина и спокойствие. Никаких самосвалов и других машин, нет сортировщиков, работающих людей. Всё оказалось заброшенным. Ветерок гонял по свободной дороге бумагу, полиэтилен и другой мусор, который он мог разнести. Необычная пустота передалась от окружающей обстановки самому Грэю. Что он здесь делает? Сейчас бы спокойно находился в палате. Проезжая по свалке, он направлял кар к будке, где должен находиться Король. Ещё несколько минут спустя, Грэй оказался в самом сердце опустевшей рабочей зоны. Будка была пуста и закрыта. Видимо, капитан покинул свой корабль, вместе с матросами. То, что даже Король оставил это место, с которого никогда не уходил, вселяло чувство тревоги. Грэй вышел из кара, осматривая бескрайнюю пустыню бытовых и технических отходов. Для чего он сюда приехал, что заставило его это сделать? Ведь он просто увидел сон. И что теперь, возвращаться обратно? Как глупо было думать, что оказавшись именно на этом месте, он вдруг начнёт разговаривать. Вдруг показалось, что рядом кто-то за ним наблюдает. Не похоже, что это крысы. Грэй осмотрел кучи мусора и издал вопросительный вопль. Где-то вдалеке взлетели вверх вороны. Рядом послышались шорохи, издаваемые местными грызунами. А из-за будки, в которой обычно жил Король, на него настороженно смотрела девушка. Она казалась напуганной, и было непонятно, что она здесь делает. Как ей сказать, что он не хочет её обидеть, а может довезти до дома, или куда ей нужно, и что ей нечего бояться. Но, вместо слов, у него получалось только одно:

— ЫЫЫ… — вырвалось у Грэя, когда он посмотрел на неё. Девушка продолжала на него смотреть, оставаясь на месте, будто хотела знать, что он от неё хочет. Тогда Грэй попытался ещё раз: — ЫЫЫ… АСсиИЯа. — и вновь у него получился стон, похожий на рык.

Но вдруг произошло нечто странное, что удивило Грэя. То, чего он никак не ожидал. Девушка смущённо ответила ему полушёпотом:

— Спасибо. — она теперь избегала смотреть ему в глаза. Уголки её губ немного искривились в неловкую улыбку. Так же полушёпотом она добавила: — Ты тоже красивый.

Элдис не привыкла к животному огоньку во взгляде тех, кто смотрит на неё. Она даже на мгновение почувствовала себя живой. Конечно, её тело постепенно восстанавливалось, но она всё ещё была слишком похожа на нежить. Когда она увидела Грэя, ей показалось, что это мертвяк, непонятно откуда здесь взявшийся. Его движения, звуки, которые он издаёт, и даже энергетика легко путались с тем, что присуще мертвякам. Но всё-таки Грэй оказался человеком. Он продолжал смотреть на неё и издавал при этом едва разборчивые звуки. Элдис удалось понять, что он спрашивает её, не попадался ли ей здесь доктор.

— Нет. Доктора здесь нет. — секунду ей потребовалось, чтобы понять, что телепатический сигнал в изменённом сознании Грэя принял искажённую форму. Тогда она добавила: — Это я тебя позвала.

— Ыы? — Грэй недоумевающе посмотрел на неё, но теперь в его голове сложился какой-то пазл. Он сделал пару шагов по направлению к девушке, но это оказалось слишком опрометчивым.

Элдис не могла полностью сканировать его разум, и не знала, чего от него можно ожидать. Всё-таки он достаточно длительное время провёл в институте при коллаборации ИФ, и неизвестно что они там с ним делали, и как это на него повлияло.

— Замри! — крикнула Элдис на него уже в полный голос, глядя прямо ему в глаза. Команда подействовала, как и ожидалось. Грэй замер в самой неудобной позе во время очередного шага. При этом он ничего не мог поделать, тело больше не подчинялось его сознанию. Тогда Элдис смилостивилась и произнесла: — Ладно, можешь шевелиться, только близко не подходи.

В глазах Грэя читался вопрос. Он по-прежнему хотел знать, зачем она его позвала. Ну что же, это жестоко, но ведь он всё равно догадывался об этом, а её слова просто подтвердят его догадки:

— Им нужно было использовать твой разум в своих интересах. — начала Элдис, не стесняясь нагонять жути. — Они изменили твой мозг так, что у тебя начались галлюцинации, но их это не беспокоит. Для них важно только то, что ты можешь видеть альтернативное будущее. Но ты ведь хотел другого. Эти доктора не могут научить тебя разговаривать, а я могу. Именно поэтому ты здесь.

— Ыы оОогая. — попытался вновь сделать комплимент Грэй но, не добившись нужного результата, сделал ещё одну попытку: — Ыы хороая. — и сразу же ещё одну: — Ты хо-ро-шая.

Это оказались его первые слова. Он никогда раньше не произносил ни одного слова, но теперь он это сделал. И он с неимоверным удовольствием произнёс ещё и ещё несколько раз в подряд эти слова. Это был для него прогресс, но он помнил, что во сне разговаривал гораздо лучше, а значит, скоро сможет так же свободно разговаривать и по-настоящему.

Глава 8. Суперспособность

Глава коллаборации ИФ Стив Трудовой прибыл в НИИ головного мозга, как только ему сообщили о побеге подопытного пациента Дауна Грэя из диспансера, находящемся при институте. Вопросов у Трудового было много, которые он сыпал один за другим то на руководителя НИИ, то на главврача отделения диспансера, которые оба находились в одном кабинете, на одном ковре.

— Я не понимаю, — возмущался Трудовой, — в палате подопытного установлена система наблюдения. Он сбежал среди ночи, а известно об этом стало только утром. И то, как я понял, из выпуска новостей.

Руководитель института сам не понимал, но ему было что ответить:

— В связи с перепадами подачи электроэнергии и недостаточной ёмкостью аккумуляторных батарей, было принято решение в ночное время обесточивать некоторые неосновные узлы, в том числе вспомогательные охранные системы. Техники по ошибке отсоединили от сети систему наблюдения, находящуюся в палате пациента Дауна Грэя.

Что и следовало ожидать, Трудового такая халатность никак не устраивала. Он сразу начал давать советы, для которых теперь-то уже было поздно:

— Нужно было поставить человека рядом в палате. У вас в штате нет лишних людей? Так я найду, за две минуты, кого можно выставить на ночное дежурство.

Доктора и руководство института уже думали об этом. Но ведь Грэй не проявлял никакого желания сбежать. Да и вообще, вёл себя спокойно, можно даже сказать, дружелюбно. Трудовой продолжал допрос:

— Ваш пациент знал о том, в какое время диспансер снимается с охраны?

Руководитель института замямлил. Он не мог понять, откуда Грэй мог это знать и сообщил:

— Нет, конечно. Пациенту Дауну Грэю не говорилось о подробностях работы системы наблюдения. Он мог видеть камеры и микрофоны, расположенные в палате, но принцип их работы ему не был ясен. Если кто-то из докторов или технического персонала института мог ему что-то сказать… но это исключено.

— Выходит, что это совпадение. — констатировал Трудовой, но было видно, как он скептически к этому относится.

Слово взял главврач диспансера, чтобы сообщить о результатах последних наблюдений за Грэем:

— Позвольте, я добавлю ещё некоторые недавно ставшие известные факты состояния пациента. Результаты наших наблюдений, которые мы получили в канун побега пациента, также могут дополнить цепочку совпадений. — главврач понимал, что чем больше совпадений, тем меньше вероятность того, что они случайны, но появившуюся информацию нельзя было скрывать. — Моделирование структуры энергии, образующей сознание подопытного с атрофированной теменной частью мозга показывает неограниченное развитие пси-энергетики его мозга.

— Что? — удивился Трудовой. — Я не разбираюсь в этих структурах, скажите проще.

— Мы частично оцифровали сознание нашего подопытного пациента, насколько это оказалось возможным. — попытался объяснить главврач как можно понятнее. — Таким образом, мы получили код для ИИ.

— Ну, получили, это обычная процедура. — перебил в нетерпении Трудовой. — Что пошло не так?

— Данный код начал оказывать вредоносное воздействие на операционную систему. — продолжил главврач. — Вернее, код, полученный при оцифровывании сознания Дауна Грэя, начал создавать собственные копии в различных файлах, иногда меняя место своего расположения.

— Так установите антивирусную утилиту. — Всё ещё не понимал Трудовой, о чём говорит главврач диспансера.

— Дело не в поражении компьютера сторонними программами, которые попросту не могли быт загружены в данную систему. — продолжил объяснение руководитель института головного мозга. — Мы продолжаем сотрудничать с институтом кибернетики. Но они не могут нам предоставить достаточно определённую резолюцию о вредоносной работе кода, полученного при оцифровывании сознания данного пациента. Код просто начал самопроизвольно работать за пределами среды, в которую он помещён. При этом его архитектура постоянно усложняется и может подстраиваться под скрипты файлов, в которые он попадает. Если мы не допускаем несанкционированного воздействия на данный вид ИИ, а мы этого не допускаем, то можно предположить, что сознание подопытного пациента Дауна Грэя приобретает сверх структурированную форму, если это можно назвать так.

— То есть, — уточнил Трудовой, — вы считаете, что пациент может воздействовать на сознание других людей?

— Мы отправили доклад об этом в институты коллаборации с просьбой объяснить вредоносность кода, при переложении его на сознание человека. — продолжил руководитель НИИ. — Институт исследования релятивистских процессов выразил свою заинтересованность по этой теме. От них нам пришло заключение о том, что такая архитектура энергии, образующей сознание, способная работать в фоновом режиме на недоступном для программирования уровне, может больше, чем влиять на сознание других людей.

Теперь Стив Трудовой оказался заинтересованным в этом исследовании. Но для понимания его значения, не хватало объяснений.

— Что конкретно может сознание, при оцифровывании которого получился такой код? — задал вопрос глава коллаборации, готовясь получить самый невероятный ответ. Руководитель НИИ головного мозга с сомнением решил ответить:

— Учёные института исследования релятивистских процессов считают, что Даун Грэй может путешествовать во времени. Вернее, его сознание, конечно же, а не тело. И ещё то, что он способен мыслить в не рамках нашей вселенной. В зависимости от того, какой теории мы придерживаемся, можно говорить о том, что он думает на уровне структуры, создавшей симуляцию нашего мира, или в масштабах мультивселенной, частью которой является наш мир, или же способен общаться с Всевышним. По крайней мере, если бы мы могли его найти и найти способ общаться с ним так, чтобы он мог подробно изложить свои мысли, мы бы это узнали наверняка.

Теперь сомнений не оставалось. Побег Дауна Грэя оказался неслучайным. Это нужно было злоумышленникам, которые смогли воздействовать на расстоянии. Но что им нужно? Постичь с помощью человека с изменённым сознанием тайны бытия, или у них есть какие-то свои цели?

Глава 9. Южные Кресты

Глава отдельно действующего подразделения ОПК, выполняющего задачи по обеспечению безопасности на территориях республик, Макс Левон, ехал на юг, туда, где он ещё ни разу не был. Объезжая по окружной дороге станцию Ториевые Залежи, он видел впереди бескрайнюю равнину. Эта равнина восхищала и ужасала одновременно. Навигационная карта показывала границу, за которой маршрутизация пути следования прекращалась. Проехав мимо последнего поворота, который мог вывести на Станцию Доменная Печь, Макс остановился, чтобы увеличить клиренс своего автомобиля поднятием амортизаторов. Далее дорога не обслуживалась уже длительное время и, судя по всему, не использовалась. Позади остались посёлки и частные дома. Что было впереди, Макс не знал. Карта перестала отображать местность. Проехав ещё минут двадцать по болотистой дороге, Макс увидел предупреждающую табличку, говорящую о том, что дальнейшее движения является опасным. А вскоре показался проволочный забор, перекрывающий дорогу и местность в сторону от дороги. На проволоках висела ещё одна предупреждающая табличка, старая и ржавая. Краска на ней начала местами отколупываться. Макс остановился, чтобы прочесть:

«Внимание! Вы пересекаете границу Федерации. Дальнейшая территория является зоной испытания и применения аннигилирующих средств. Последствия, полученные при нахождении в данной зоне, могут оказаться непредсказуемыми».

Макс проехал на пониженной передаче дальше по дороге, сорвав проволочное заграждение с прикреплённой к нему табличкой. Последствия аннигиляции толком не изучены, но долговременные эффекты от них не обнаружены. Однако совершенно уверенным в этом по прежнему никто не может быть. Тем не менее, аннигилирующее оружие в своё время стало хорошей альтернативой ядерному. Конечно, Макс бы не стал испытывать последствия нахождения в аннигилированной зоне на себе из праздного любопытства. Но информация, поступившая в ОПК, требовала конфиденциальной проверки. Со спутниковых систем были получены данные о появлении на территории вблизи внешней границы федерации жилых поселений. Но, если это действительно так, то нужно было выяснить, кто и зачем покинул пределы республик и поселился в нежилой зоне. По обе стороны дороги можно было видеть редко расставленные в пустом поле могильные кресты. Сохранившиеся места захоронений делали эту зону похожей на огромное неконтролируемое кладбище. В отличие от тех кладбищ, расположенных в пределах республик федерации, здесь даже мертвяки не ходили. Дорога, по которой ехал автомобиль, исчезла, осталось только направление. Теперь Макс ехал по болотистому полю, мечтая о том, чтобы не застрять нигде, и не заблудиться. Со всех сторон одинаково чистая местность, без каких-либо ориентиров, за исключением разве что крестов. Но все кресты похожи друг на друга, так что ориентирами их считать было нельзя. Наконец, впереди показались ветхие частные дома. Похоже, что это деревня, или скорее кошера. Макс не знал ничего о том, что было раньше на этой территории, и какие объекты на ней сохранились. Подъехав ближе, ему начало казаться, что это остатки какого-то хозяйственного предприятия. Дома явно не были приспособлены для того, чтобы в них можно было зимовать. Скорее всего, люди в них жили только во время пастбищного периода, разводя в этом месте скот и получая от него молоко и мясо. Какого же было удивление Макса, когда он увидел издалека, что рядом с домами действительно кто-то ходил. Значит, здесь всё же вновь появилось жилое поселение. Подъехав к тому месту, где начиналась кошера, Макс вышел из автомобиля. Теперь он видел, как много людей находилось возле домов. Хотя скота и других животных не было, люди были заняты своей деятельностью. Одни рубили дрова, другие очищали местность от высокой травы, кто-то ремонтировал разваливающиеся постройки. Все они были одеты просто, без каких-либо средств защиты. На Макса никто не обращал внимания. Даже когда агент ОПК обратился к одному из местных, просто сидящему на лавочке, тот даже не повернул головы, продолжая смотреть в пустоту перед собой. Макс успел заметить, что большинство здешних обитателей отличается странной худобой и болезненным цветом кожи. У многих на лице и открытых участках тела были язвы и ссадины. Макс сделал ещё одну попытку обратиться к одному из местных с вопросом:

— Скажите, почему вы живёте здесь?

Ответ был более чем странный. Как будто человек, к которому он обратился, не видел ничего, кроме своей деревни.

— А где ещё жить? — спокойно ответил местный. — Здесь все живут.

— Вы не пытались попасть на территорию федерации, там вам оказали бы помощь, предоставили работу и жильё. — посоветовал Макс жителю обнищавшего поселения.

— Шутишь что ли? — удивился тот. — Что там есть в федерации? Она же вся уничтожена. Или ты из другой вселенной прибыл.

Макс спросил, сколько человек проживает в этом посёлке. Незнакомец задумался, но ответил:

— Человек пятьдесят. Но постоянно прибывает. Думаю, скоро будет несколько сотен, а потом и тысяч. Ещё недавно едва ли пару десятков можно было насчитать.

— Откуда прибывают? — не понял Макс. То есть он понимал, что, скорее всего из районо гетто ближайших республик, но почему тогда местный считает федерацию уничтоженной.

— С войны. — просто ответил местный. — Кому надоело воевать, тот возвращается сюда, больше и некуда. Здесь восстанавливаемся, набираемся сил для следующего похода.

— А с кем воюете? — Макс понял, что имеет дело с умалишённым, но не мог не поинтересоваться, что у него в голове.

— Друг с другом воюем. Скоро на север пойдём. Вон ещё подкрепление. — местный указал рукой в даль. — Но они пока совсем ослабшие.

Макс заметил, что дома в посёлке сколочены из таких же досок, из которых сделаны кресты поблизости. Это наблюдение появилось у него, когда он увидел вдалеке нескольких человек, тащащих могильные кресты. Присмотревшись, он ужаснулся увиденному. В сторону поселения шли несколько мертвяков, которых местный определил, как подкрепление. Потом Макс внимательно осмотрелся по сторонам. Все здешние жители, все кто здесь есть, несколько десятков человек, так же точно приходили сюда со своими крестами и собирали кресты в округе для досок, чтобы построить эти дома. Все они были мертвяками, организованными в более разумную форму нежити. И все они собираются идти войной на север, то есть на федерацию. При этом они считают себя живыми, их воспоминания о войне сохранились, а их разум находится где-то в другом времени и в другой вселенной. Макс больше не хотел здесь задерживаться. Нужно валить отсюда, пусть сюда отправляют армию, или какую-нибудь ракету. Ему здесь делать нечего. В задачи ОПК не входит противодействие живущей поблизости роте нежити.

Глава 10. «Рихт-Раут»

Прицельная планка свелась с мушкой, как раз напротив цели. Выстрел. Ружьё почти не дёрнулось в уверенных руках. Мертвяк, стоявший в метрах ста, упал на землю, как подкошенный.

— Может хватит над ними издеваться. — сурово заметил Дэвид Кор.

Ученик некроманта, державший ружьё, задорно хихикнул.

— Я же не в голову стреляю. Смотри, прямо в колено попал. — весёлость и жестокость ученика можно было списать на его юный возраст, но Кор понимал, что он просто придурок. — Осколки кости наружу вылетели. — Также весело сообщил ученик, посмотрев в бинокль.

— Мне вот интересно, — задался вопросом Кор, — что тебе быстрее надоест. Оживлять мертвецов, или убивать их?

— Ни то, ни другое мне не наскучит, — ответил ученик. — И потом, этот сам заживёт. Я же говорю, что голова у него на месте. — Оценив мертвяка с повреждённым коленом и поняв, что он теперь долго не сможет встать, ученик выкрикнул заклинание: — «Рихт-Раут», — и где-то рядом с валяющимся мертвяком задрожала земля. Ученик наблюдал за этим местом в бинокль. Спустя несколько секунд, из земли начал появляться ещё один мертвяк, активно раскапывая землю перед собой руками. Ученик перезарядил ружьё и вновь прицелился.

Эти забытые необитаемые земли, лежали к востоку от станции Глубокий Котлован. Проход на эту территорию был запрещён, поскольку во времена войны на ней испытывалось аннигилирующее оружие. Последствия применения оружия такого типа не были полностью исследованы. Да и так никому не хотелось сюда соваться, даже до войны это место было необитаемо. Здесь всегда находилось кладбище. Сколько людей было здесь похоронено и в какое время — никто не знал. Дэвид Кор, изучая законсервированную литературу времён процивилизации, нашёл только то, что название этой территории можно понять, как Братские Земли. До войны эта земля была священной для некоторых религиозных течений. По мифам, в ней хоронили святых, чтобы те смогли воскреснуть, когда придёт их время. Однако, никаких произвольных воскрешений после аннигилирующего удара, на этом громадном кладбище не происходило. Дэвид испробовал в этом месте наложение некромагических полей, что получилось у него успешно. Используя опыт процивилизации, подчёркнутый им в обнаруженных архивах, он связал поднятие нежити с колдовским заклинанием, которым пользовались члены тайного древнего общества. Что значило это слово, Дэвид не знал, но заклинание работало безотказно.

— Нужно будет поднять как можно большую армию в канун воскрешения. — напомнил Дэвид своему ученику. — Поднять армию мертвяков, и направить её на запад.

— Да, да. — беспечно отозвался ученик. — Я помню. Частота полей резонирует, увеличивая амплитуду. Уже через несколько дней она достигнет максимальной фазы. Знаешь, — заявил ученик, будто гурман, пробующий изысканное вино. — Эти земли, как ни как лучше всего подходят для поднятия. Может в них правда хранится особая магия, или это результат применения аннигилирующих средств?

Ученик владел лишь базовыми знаниями истории и механизмами проявления магии различной природы. Только теми, которым его научил Кор. Да и Кор сам был далеко не совершенен, лишь поверхностно изучив небольшую часть законсервированных архивов времён процивилизации, содержащих трактаты о магии. Действительно странно, поднимать нежить здесь было даже проще, чем на Южных Крестах, хотя там также было применено аннигилирующее оружие. Значит, дело было в чём-то другом. Да и какая разница, когда армия нежити уже почти готова атаковать провинции в республиках и федеральном центре. Никакая церковь не сможет противостоять тысячам мертвяков. В федерации даже нет оружия. А если бы и было? Никто не будет бросать бомбы в жилые зоны, чтобы вернуть нежить в покойное состояние, а вместе с тем уничтожить мирных жителей. Сейчас, когда в федерации происходит раскол и смута, республики не смогут объединиться, чтобы совместно противостоять возникшей угрозе. Самое замечательное, что этой армией уже есть, кому управлять во всех регионах.

— «Рихт-Раут» — произнёс некромант в полголоса, и это заставило его ученика выругаться.

— У меня же патронташа сейчас не хватит. — возмутился ученик, наблюдая, как земля вокруг и под ногами начала дрожать. Спустя несколько секунд десяток мертвяков начали выкарабкиваться из-под земли. Те из них, кто успел встать на ноги, шли прямо в сторону некроманта и его ученика, чувствуя в них наличие жизни. Да, эти не были приручены, как патрулирующие федеральные кладбища. Они не признавали в некроманте своего хозяина, а двигались на него, чтобы раздавить ему череп.

— Я помогу. — весело поддержал Кор, доставая из-за пазухи шестнадцатимиллиметровый револьвер, и уже целясь одной рукой в ближайшего мертвяка. Патроны револьвера разносили полуразложившиеся тела на мясо, оставляя дыры в их животах. Брызги крови и осколки вылетающих костей. Вот это настоящее развлечение.

— Может, просто откроем в этом месте аттракцион. — предложил ученик, войдя в кураж от разрывной стрельбы по трупам. — По-моему, тоже гениальный план.

— Ага, откроем. И отправимся с ним на гастроли. — Согласился Дэвид с шуточным предложением. — Пора афиши вешать. Карл, тебе гостевой билет в первом ряду. — и очередной выстрел в подошедшего слишком близко мертвяка разнёс его в фарш, разнёсшийся в направлении полёта технологичной пули.

Глава 11. Их имена

Агент ОПК Том смог найти ветхий особняк, значившийся по предоставленным ему данным как инквизиторская церковь Вечных Мук. Странность этого строения заключалась в его массивной железной двери, установленной совсем недавно. Хотя само здание церкви было старое, давно не реконструировавшееся. Том нажал на кнопку дверного звонка и подождал, никакой реакции изнутри. Ещё несколько раз повторив нажатие и постучав по железной двери, он стоял в ожидании. По-прежнему никто не открывал. Тогда агент ОПК осмотрелся по сторонам и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, отошёл от двери и подошёл к окну. Звон разбивающегося стекла оказался громче, чем он рассчитывал. Ну, ничего, в следующую минуту Том уже был внутри здания церкви. Хотя, в этом он сомневался. Обычная жилая комната с домашней мебелью. Никаких религиозных символов в интерьере не наблюдалось. Из-за стены с соседней комнатой послышался топот и недовольная ругань:

— Что там происходит? Здесь есть кто-то?

В межкомнатном проходе появился хозяин особняка. Во всяком случае, Том подумал именно так. Увидев незнакомца в своём доме и разбитое окно, хозяин оценил ситуацию, и сразу начал причитать:

— Что Вы себе позволяете? Вы хоть понятие имеете, куда вы вломились и что Вы натворили?

— Агент отдельно действующего подразделения коллаборации ИФ по противодействию сепаратистской деятельности на территории федерации. — Сразу представился Том, демонстрируя свои документы. А кто Вы и что это за место?

На хозяина дома документы Тома, удостоверяющие его принадлежность к ОПК, никак не подействовали. Но хозяин представился:

— Это место — церковь Вечных Мук, а я — её настоятель Юджин Липшиц. Что за ОПК? Меня не волнует, что это за организация. Вы разбили окно и вломились в святое место. Какое право вы имеете? Я обращусь в Организацию и вынужден буду доложить туда о данном инциденте. — Юджин говорил торопливо и напыщенно, не давая агенту ОПК вставить слово. Но Том, всё-таки его перебил:

— Я представляю интересы безопасности на территории федерации и имею вламываться в любые места в рамках проведения расследования о краже трупов с кладбища Иссыхания.

— Вот оно что. — сразу успокоившись, констатировал Юджин. — Значит, расследуете кражу трупов. Сразу скажу, что церковь Вечных Мук ведёт своё расследование, но эта информация не предназначена для открытого доступа.

— И каких результатов вы добились? Мне нужно знать всё об этом происшествии: кто, каким образом и кого украл. — Том не знал о краже ничего, кроме того, что из сёстринского склепа пропали трупы. Подробности от руководства ОПК ему не сообщались, но была дана ссылка на церковь Вечных Мук, в которой он должен получить максимально полную информацию об этом происшествии.

Юджин не стал юлить, сразу честно признался, что личность некроманта, который, скорее всего и стал инициатором преступления, по-прежнему не установлена. Неизвестно также, сам он похитил эти трупы, или только заказал похищение. Также не ясно, каким образом ему это удалось сделать.

— Он похитил три гроба за несколько минут. — объяснял Юджин. — Так, что система наблюдения не уловила никаких посторонних движений на самом кладбище. Это необъяснимо, потому что незаметно пронести три гроба через всю территорию кладбища, которая мониторится десятками камер и охраняется ордой мертвяков — это просто немыслимо.

— Но Вы же говорите, что расследование идёт полным ходом. — удивился Том. Ему стало непонятно, чем вообще занимается церковь, в задачи которой входит обеспечение безопасности кладбищ.

Настоятель церкви восхищённо начал докладывать о результатах:

— Это потрясающе, мы смогли разработать механизм, позволяющий идентифицировать покойниц сёстринского склепа. — нервозно сообщил Юджин так, будто это действительно была важная информация. И хотя Том не видел в этом очевидной значимости, приготовился к выслушиванию. — Мы смогли разработать алгоритм, позволяющий дешифровывать фонетические руны. — также нервозно пояснял Юджин Липшиц. — То есть мы можем расшифровать значение имён похищенных сестёр, и это великолепно.

— Так что скрывают их имена? — скептически уточнил Том, всё ещё не догадываясь о значимости работы инквизиторской церкви.

Юджин попросил минутку, которая ему оказалась необходимой для того, чтобы принести распечатку рун и их значений. Результаты работ заняли целую папку на нескольких листах, изрисованных странными символами.

— Нам удалось разделить фонетические символы на элементы и найти соответствия этих элементов в словарях. — восхищённо демонстрировал изображения на листах настоятель церкви. — Вот, смотрите: первое имя звучит как «Элдис». Нам удалось найти значения элементов этого символа, которые можно понять как «старый», ну или «древний». Это основной символ в фонетической руне. Также ей составляют символы, которые можно понять как «зло», «святыня», «знания», «хранилище»…

Тому показалось, что Липшиц начал перечислять все слова, которые приходили ему на ум и не имели общего значения. Наконец Липшиц перешёл к выводам:

— Таким образом, мы получаем отсылку к тезису «Альфа и Омега этого мира, начало и конец». Наиболее контекстный перевод имени «Элдис» означает «Древнее Зло». - закончил Юджин, обосновав первую руну.

Эта информация мало что значила. Что означали имена людей в культуре процивилизации не вызывало никакого интереса. Но, было странно, что человек, тем более женщина, носила имя, означающее «Древнее Зло».

— «Начало и конец этого мира» вы перевели как «зло»? — удивился Том.

— Да, это тезис из языческого культа, запрещённого во времена, предшествующие войне. — объяснил Липшиц. — Официальная идеология понимала такую лингвистическую конструкцию как проявление зла. Похожие слова приписаны одному из главных противников Слепого Отца. Поражены?! Это только первая руна из тех, что мы расшифровали.

Юджин Липшиц перевернул страницу в папке, и Том увидел ещё целую кучу непонятных символов.

— Дасти. — начал Липшиц доклад по значению имени очередной похищенной усопшей.

Видя, как много символов составляют каждую руну, и как громоздко развёрнуто их значение, Том попросил настоятеля изложить значения вкратце. Липшиц постарался донести только саму суть рун:

— «Дасти» состоит из символов, означающих состояние вещества, которое можно определить как дисперсия, пыль, туман… и ещё диффузию. И ещё в руне «дасти» есть символ, означающий высокую плотность. Нам удалось найти похожее слово в научных трудах. Древние учёные называли таким словом теоретическое состояние вещества, которое является одновременно сильно сжатым и разреженным. Возможно, что Вы, как человек, посвятивший много времени науки, понимаете, о чём идёт речь. Мы не можем найти конкретного слова в современном языке, которым можно описать значение этой руны.

Том действительно много времени посвятил науке, но никогда не слышал о таком состоянии вещества, возможном хотя бы в теории. Он сам подвёл итог в этот раз:

— Значит Дасти — одновременно плотное и разреженное состояние вещества.

— Это следует понимать именно так. Конечно, это звучит нелепо, но существующие положения о корпускулярно-волновом дуализме элементарных частиц для далёкого человека звучат ещё более нелепо. Теперь имя «Белла».

Том напомнил настоятелю о краткости. Но Липшиц просто не мог изложить содержание символов древнего языка в двух словах. В современном языке не существует аналогов многим понятиям культуры процивилизации. Настоятель начал:

— Руна «белла» состоит из символов звука волны и возмущений. Но в её значении подчёркнуто отсутствие какой-либо физической среды. То есть имя «Белла» означает распространение звука в пустом пространстве.

— Полли. — перешёл настоятель церкви к следующему имени похищенной покойницы. — Это имя означает вариативность выбора. В древнем культе была богиня с таким именем, которая покровительствовала путикам в дороге. Но в широком смысле, руну «полли» нужно понимать, как единовременное развитие мира по различным сценариям. Эта руна является частью описания теории симуляции.

Все имена похищенных покойниц, которые при жизни служили ордену сестёр Слепого Отца, были растолкованы. Для настоятеля инквизиторской церкви это был большой успех. Для Тома — пустая трата времени. Липшиц напомнил ещё об одном пустом гробе в сёстринском склепе:

— Вы ведь помните, что одна из покойниц так и осталась на кладбище, среди мертвяков? Ей не удалось сбежать, либо произошла какая-то ошибка. Она пятая из сестёр, стоявших в вершине иерархии ордена. Её имя — Адалада. Основные символы её имени означают случайное снижение энтропии в закрытой системе, нарушение равновесия, ну или появление упорядоченной конфигурации в изначальном хаосе.

Том облегчённо вздохнул, когда понял, что странный доклад настоятеля инквизиторской церкви закончен. Он спросил:

— И Вы считаете, что это действительно важно? Как тогда вы сможете вычислить некроманта и понять, как и зачем он похитил покойниц?

— Вы что, совсем ничего не поняли? — искренне удивился Липшиц. — Значения имён святых открывают нам тайну идеологии языческих культов во времена, предшествующие войне. Вся космология, которой придерживается коллаборация ИФ, и которая является одной из причин разногласия науки и церкви, ранее была священна и имела точно такое же место в религии, как и религиозный креацизм. То есть раньше церковь и наука были ближе друг к другу, чем принято считать. Более того, знания процивилизации опережали те, которыми владеет наше современное общество. Расшифровка имён подтверждает эти положения, как и то, что древняя цивилизация была более развита, чем наша. Те новые знания, которые пытается получить руководство коллаборации ИФ, они все есть в архивах, запрещённых и законсервированных в библиотеках церкви Слепого Отца.

Только теперь Том начал осознавать значение сложившейся ситуации: настоятель инквизиторской церкви сходит с ума. Сепаратистская языческая секта, строящаяся на идеологии научной космологии и придерживающаяся взглядов реальности симуляции нашего мира в мультимуме. Как только Том до конца осознал абсурдность этой теории, Липшиц добил его своим заключением:

— Все эти убеждения были не только доказаны, но и были найдены способы применения этих знаний на практике.

Глава 12. Реклама Бога

В газете «Горячий Сплав», печатающейся на территории станции Доменная Печь на этой неделе появилась довольно интересная научная статья, ну или псевдонаучная. Интересно то, что она была написана настоятелем храма Великое Очищение, который таким образом обращался ко всем жителям, и особенно верующим. Статья была посвящена устройству вселенной с космологической точки зрения, раскрывая тему большого взрыва.

«… Вы представьте только себе, — слова автора в опубликованной статье, — вся наша вселенная, со всеми её галактиками, и даже всё пустое пространство между галактиками, всё это могло находиться в шарике, размером с голову, ну или даже с кулак. Всё это было ещё меньше, размером с фалангу пальца. Это может показаться бессмысленным, но именно то же самое вам скажут и учёные из коллаборации ИФ. Так что же происходило внутри этого гиперплотного шара, какого было вещество внутри него?

Все мы знаем, ну, во всяком случае, большинство в этом убеждены, что чем больше плотность и масса объекта, тем медленнее вокруг него протекает время. А вот теперь подумайте, с какой скоростью протекает время во вселенной, сжатой до размера игольного ушка? Оно стоит на месте. Вот вам парадокс. Вселенная не может расти, потому что время в ней не существует. Получается, что она бесконечно долго находится в своём зачаточном состоянии. Читатель скажет: «Ну, она же всё-таки разрослась до своих существующих размеров». Именно об этом я и хочу поговорить. Необходимо понять, что в этой вселенной, размер которой всё еще не превышает игольное ушко, сосредоточена вся энергия, причём структурирована одновременно во все возможные формы. То есть этот объект является абсолютным разумом, чей интеллект выше, чем всех нас вместе взятых и всех наших компьютеров. Информация обо всех наших процессорах уже находится в этом пучке, но закодирована универсальным образом. Такую систему архивации можно назвать энтропией гиперплотного состояния. Хорошо, вот простой пример, как следует рассматривать это положение: возьмём любое графическое изображение в простом формате. png и уменьшим его до одного пикселя. Никто не сможет по одному пикселю определить, что было изображено изначально, но изображение от этого не перестало существовать. Также все возможные изображения будут идентичны друг другу, когда их разрешение равно одному пикселю. При этом сжатый рисунок может быть одновременно абсолютно любым, пока не начнёт растягиваться. Конечно, в компьютерном графическом редакторе всё произойдёт по-другому, но в сжатой вселенной, именно так. Это и есть состояние энтропии высокой плотности. Ну, или другой пример: посмотрим сбоку на шахматную доску, на которой в каждой линии и столбце есть, по крайней мере, одна фигура. С любой стороны нам будет казаться, что всё место на доске занято фигурами но, если мы посмотрим сверху, то увидим, что фигуры занимают меньше клеток, чем осталось свободных. То есть при обратной проекции, мы получаем состояние, которое очень плотное и очень разреженное одновременно. Мы знаем, что в отношении шахматной доски, это не применимо, на самом деле, давайте не забывать, что вселенная объёмна, и наш мир является лишь её упрощённой трёхмерной проекцией. Ещё один пример энтропии высокой плотности, который не вызывает никаких вопросов и который можно отнести к начальному моменту жизни нашей вселенной. Это луч света, который состоит из непрерывного потока фотонов, одновременно является инфракрасным, ультрафиолетовым и каждым цветом, для которого подходит лишь определённая частота волны.

Наблюдательный читатель скажет, что в таком случае вселенная, в первые моменты своего существования, способна сама выбирать скорость, с которой ей расти. Ведь в ней заложена и высокая плотность пространства и низкая одновременно. Сразу отвечу — что это правильное наблюдение. Тогда возникает вопрос, почему она не развивается, а только симулирует своё развитие по разным проекциям, создавая различные миры. Для того чтобы понять это, давайте применим к абсолютному сознанию нашей вселенной постулаты, применяемые к высокоинтеллектуальным системам. Первое: интеллект стремится к развитию. Второе: интеллект стремится к вариативности выбора. То есть, яйцеклетка нашей вселенной стремится создать как можно большую вариативность возможных событий, и как можно более сложную. При этом для развития симуляции будет выбираться тот вариант, который оказывается наиболее жизнеспособным. Но, как только пройдёт, скажем, секунда времени жизни этой нашей яйцеклетки, её вариативность сразу снизится. Если вы, проснувшись, планируете, как провести утро выходного дня — у вас есть куча вариантов. Но, как только вы встали и включили компьютер, или открыли бутылку пива, количество вариантов резко снизилось. Для нас время определено и на нас влияют сторонние события. Для вселенной — нет. Она может думать о том, как ей развиваться, не ограничивая себя ходом времени.

Поэтому я ещё раз всё обобщу и повторю убеждение: наш мир — одна из множества проекций вселенной, обладающей абсолютным сознанием и находящейся в зачаточном состоянии своего развития»…

Статья больше оказалась псевдофилософской, чем даже псевдонаучной. Вряд ли она найдёт своего читателя. Но, сам факт того, что резидент религиозной секты попросил опубликовать столь странное мировоззрение, привлёк внимание социальных аналитических служб. Эти взгляды никак не соответствовали тем, которые мог иметь сам настоятель храма Великое Очищение, а значит, ему их кто-то навеял и даже попросил напечатать в прессе. Это мог сделать только тот, кому подчиняется настоятель храма, то есть тот, кто создал этот культ и стоит во главе секты.

* * *

Статья, опубликованная служителем нового культа в газете «Горячий Сплав», должна была остаться незамеченной и нечитаемой. Но по странным обстоятельствам, в информационной сфере сразу появились ссылки на неё. Некоторые учёные, представляющие интересы независимых научно-исследовательских институтов, сделали по этой статье полный разбор, кто-то предоставлял на эту тему целые научные труды, подтверждающие очевидность таких взглядов. Заказные были эти исследования, или учёные независимых институтов были заинтересованы в развитии этой темы, оставалось неясным. Но вот когда на страницах печатных изданий появилась маркетинговая реклама со ссылкой на статью в «Горячем Сплаве», правящие федеральные структуры просто ахнули и осознали, что они упустили нечто важное в изменении социального сознания общественности станции обслуживания.

«Разработанная технология позволяет соприкоснуться с параллельными симуляциями, — говорилось в одной из реклам. — Это достижение стало возможным благодаря вере служителей храма Великое Очищение и их совместной работе с научными институтами, не подчинёнными правительственной коллаборации. Имплантирующийся в кору мозга чип позволяет сознанию оперировать структурами, проецирующимися на наш мир от супер вселенной».

Реклама призывала к проведению операции мозга, в целях обрести изменённое сознание. Судя по тексту, такая работа проводилась при поддержке храмом. Что ещё тут шокировало федеральные органы, это то, что указывалась неправительственная коллаборация. Неужели независимые НИИ решили объединиться. Конкретный институт или хотя бы адрес, где можно проделать такую операцию по имплантации чипа не указывался. Возможно, что подобный маркетинговый ход был разработан просто для того, чтобы внушить населению возможность обрести супер способность при поддержке храма, хотя сам чип не был разработан, и его имплантация была невозможной. Тем не менее, такая возможность действительно оказалась востребована. Как показали исследования, многие люди согласились бы на подобную операцию, не очень беспокоясь о последствиях, и что с ними от этого будет. Но фактов проведения такой процедуры выявлено не было. Значит, действительно фэйк. Зато яйцеклетка Вселенной стала настоящим мемом в сети. Теперь все знали, как устроена вселенная, и что большой взрыв не состоялся.

Странно, но учёные правительственной коллаборации ИФ не могли опровергнуть такую модель, не смотря на все усердия, вызванные просьбой церкви Слепого Отца. В пух и прах можно разбит любую, даже самую логически правильную теорию, если она не подтверждена практически. Но, на всякую публикацию коллаборации ИФ на тему абсурдности теории симулируемой вселенной, поступало по несколько критических рецензий, расписывающих несостоятельность данного опровержения. Сложность заключалась ещё и в том, что никто не хотел брать на себя ответственность за распространение всех этих вирусных реклам в информационной сфере. Служители храма уверяли, что сами не понимают, о чём идёт речь, и все разговоры о поддержке храма и сотрудничестве с учёными — просто клевета. Руководство независимых институтов опровергало неправительственное объединение НИИ. Печатные издания отказывались выдавать заказчиков своих статей, ссылаясь на то, что они получают оплату заказов от анонимных партнёров. Всё было устроено так, будто это случайная вспышка нового мировоззрения, которую подхватила общественность. Просто эффект бабочки какой-то.

Глава 13. Канун новой эры

Этот день был знаменательным для храма Великое Очищение на всех станциях обслуживания. Служба проходила во всех филиалах религиозного объединения. Настоятель храма на станции Доменная Печь читал в этот день проповедь для десятков собравшихся прихожан. Если бы службу можно было проводить на улице, то он бы так и поступил, потому что места в молитвенном зале просто не было. Его голос с трибуны заполнял всё пространство. Помещение было построено именно так, чтобы акустика распространялась именно с этого места, и чтобы говорившего с трибуны было слышно даже на задних рядах скамеек. Он обращался ко всем прихожанам:

— Друзья, грядёт день, когда наша вера обретёт физическую силу. Я попрошу каждого из вас о скромной жертве.

Перед алтарём в зале стоял гроб с мощами святой Дасти, по легенде, одной из сестёр Слепого Отца, покровительствующей жителям Доменной Печи. Сказания об этой святой располагали к ней всех жителей станции, чувствующих себя угнетёнными и нуждающимися в поддержке. Настоятель храма продолжил:

— Друзья, наша сестра хочет есть. Она голодна. Приходя в храм, приносите ей яства, самую лучшую пищу, которую вы хотите с ней разделить.

Многие, даже самые искренне верующие, умилённо улыбнулись при этих словах. Все были готовы поделиться самым лучшим со святой и то, что Дасти хотелось того, что мог преподнести ей даже самый бедствующий прихожанин, говорило о её скромности. Даже понимание того, что усопшая сестра не сможет физически принимать пищу, не разочаровывало прихожан, которые надеялись, что их жертвенные приношения хотя бы в каком-то смысле помогут святой. Большая часть проповеди была посвящена голоду и съестным предпочтениям. Рядом с гробом с мощами в конце службы служители храма установили контейнер для приношений.

— Откажитесь в эти дни от еды ради нашей сестры, которая желает получить её в дар. — заканчивал свою речь настоятель.

На станции Ториевые Залежи в этот день служители храма проводили службу немного в другом русле. Храм обозначил в ближайшее время день великого пира, на который приглашались все, кто желает посидеть за одним обеденным столом вместе с сестрой Полли, гроб с мощами которой находился у них на хранении. Трудно было представить, как это должно выглядеть. Многие думали об иссушенном теле, которому придадут сидячую позу за столом. Тем не менее, служители обещали настоящий пир с жертвенным приношением молодого поросёнка, приготовлением хлебов и раздачей пряных напитков. Всё это служители храма обещали в знак благодарности прихожанам за их пожертвования, которые они преподносили по собственной воле на развитие религиозного учения Великого Очищения. В этот день внимание всех было приковано к ложу сестры Полли. Служители храма уже переложили её мощи в изысканный гроб, украшенный лучшими художниками и закрытый прозрачной крышкой из мелкозернистого стекла. Крышка гроба спроектирована так, чтобы все могли видеть сестру внутри без искажений. И конечно же, один её вид вызывал желание оказаться рядом с ней, когда она встанет из своего ложа, чтобы сесть за стол.

На станции Пластмасс служба проходила менее скромно. Хирурги всё ещё заканчивали восстановление повреждённых конечностей сестры Беллы. На место утраченной кисти и стопы усопшей были разработаны технологичные протезы. После эвакуации святыни с места аварии, ей были приставлены восковые муляжи конечностей. Теперь искусственная стопа Беллы могла бы амортизировать при походке, реагируя на движение ноги и положение центра тяжести тела. Искусственная кисть снабжалась датчиками, способными распознавать движение мышц в сохранившейся части руки и сигналов, поступающих от ЦНС, то есть, если бы у Беллы была нервная система. Многим казалось непонятным, зачем покойной сестре нужны роботизированные протезы, если можно обойтись косметическими. Но служители храма провели серьёзную работу по разыгрыванию тендера на разработку и производство искусственных конечностей для святой. Косметические повреждения кожного покрова на теле покойной, особенно это касается лица, были тщательно замаскированы специальным составом, напоминающим искусственную кожу. Восстановление тела покойной Беллы было выполнено так, что если бы она была не мертва, а находилась в коме, то очнувшись — ей бы в голову не пришло, что в неё стреляли реактивной гранатой. Самым абсурдным в восстановлении трупа было то, что служители подготовили капельницу с раствором. О том, что можно вводить в мощи через капельницу, можно было догадываться. Большинство думало о том, что таким образом труп охлаждается для лучшего сохранения, либо так вводится формалин. Служители храма никому не говорили, что через капельницу они вводят питательный раствор, предназначенный для поддержания жизнедеятельности организма в комовом состоянии.

На территории федерального центра действующего храма Великое Очищение не было. Но это не помешало приверженцам новой религии принести свои пожертвования сёстрам Слепого Отца. Съестные яства появились около кладбища Иссыхания. Заходить на территорию, патрулируемую мертвяками, никто не собирался, чтобы принести пожертвования в сёстринский склеп, их выложили на брусчатой тропе перед входом. Пища была принесена такая, которая может долго не портиться, чтобы не разводить гниль и антисанитарию. Помимо этого, многие приносили к входу женские маски. Это веяние стало загадкой для непосвящённых. Многие маски были действительно очень красивые и закрывали полностью лицо, оставляя открытыми только глаза. Были и маски с капюшоном, которые должны были полностью скрывать форму головы.

Прошедшее по всей федерации приготовление сторонниками новой религии говорило о том, что все они верят, что со дня на день настанет новая эра, эра правления святых.

Глава 14. Наденьте маску

— Так зачем здесь все эти продукты и эти женские маски? — спрашивал Макс Левон у митрополита Карла, когда они вдвоём оказались перед входом в кладбище. Макс собирался зайти внутрь один, чтобы найти ответ на этот вопрос, но руководство коллаборации ИФ, в лице Стива Трудового, дало запрет на самовольное посещение кладбища Иссыхания. Пришлось Карлу выступить проводником Макса, хотя сам митрополит избегал этого места, не смотря на свой иммунитет к ходячим мертвякам.

— Насчёт продуктов, я не совсем понимаю. — ответил Левону Карл. — Может, задобрить мертвяков. Ну и на счёт женских масок у меня есть только предположение, что они связаны с сёстринским склепом, находящимся на территории. Видимо, просто такой символ. Макс, — обратился митрополит к руководителю подразделения ОПК, — когда мы войдём на территорию кладбища, не отходите от меня ни на шаг. Мертвяки опаснее, чем Вы о них думаете.

Вдоль брусчатой тропы, на которой можно было сломать ногу, если поскользнуться на камнях, были расставлены корзины со сладостями, фруктами, мучными изделиями. Различные полуфабрикаты, мясные и рыбные, в вакуумных упаковках. Здесь же стояли сосуды с кисломолочными продуктами, винами и другими напитками, были выложены всякие разные женские маски и цветы. Создавалось впечатление, что кто-то пришёл помянуть покойников, хотя эта традиция, казалось, давно канула в воду. При желании, собранными здесь приношениями, можно было бы накормить всех голодных граждан. Переступая через приношения, Макс Левон и митрополит Карл подошли к арочным воротам кладбища, сплетённым из ржавых металлических прутьев. Карл спросил на всякий случай у Макса об инциденте с похищением гробов:

— Я слышал, у коллаборации есть предположение о возможности совершения кражи с территории кладбища.

Макс Левон не был посвящён во все дела, которыми теперь занимается объединение НИИ, но кое-что он тоже об этом слышал. Как учёный, он слышал об этом даже больше, чем митрополит государственной церкви, но вдаваться в подробности было лишним, поэтому Макс ответил кратко:

— Время было остановлено, вот и всё. Как это возможно, я не знаю. — опередил он следующий вопрос Карла, заметив его удивление. — Каким образом некромант Дэвид Кор вынес гробы, остаётся непонятным. Не на своём же горбу он их тащил. Чтобы понять, кто ему помогал, нужно провести криминалистическое расследование на месте преступления, но разрешение на проведение каких-либо работ на кладбище не выдаётся.

Действительно, то что Карл с Левоном оказались сейчас здесь, стало возможным лишь благодаря долгим и упорным переговорам. Причиной закрытия для посещения кладбища Иссыхания стал запрет церкви Вечных Мук. Инквизиторы объясняли своё решение возникающей необъяснимой опасностью этого места. Макс по этому поводу шутил, что мертвяки вдруг только сейчас стали опасны, а раньше, якобы, можно было на прогулку сюда ходить. Инквизиторская церковь запрещала третьим лицам проникновение внутрь, но глава коллаборации ИФ смог найти к главному инквизитору индивидуальный подход, и Юджин Липшиц дал разовое разрешение на краткосрочное посещение этого места. Карл шёл не спеша, осматривая местность, и Макс не отходил от него ни на шаг. Карл поделился своим наблюдением:

— Мне кажется, что гробы выносили мертвяки, патрулирующие эту территорию. Вот, посмотрите на следы. — Макс уже заметил, что они идут по протоптанной широкой свежей тропе, но характер поведения мертвяков и маршрут движения их патрулей он не знал. Карл сделал выводы:

— Значит, наш некромант повелевал этой армией нежити, пока время за периметром кладбища было остановлено.

Подходя к сёстринскому склепу, Макс заметил лежащий рядом труп и обратил на это внимание митрополита.

— Оу, — отозвался Карл, уже видевший эту картину. — Та самая сестра, которой не удалось покинуть кладбище. К сожалению, ей ничем нельзя уже помочь.

Когда Макс зашёл в склеп, в нос ему ударила вонь от миазм, исходящая от иссыхающих трупов. Не смотря на то, что двери склепа были открыты и внутри имелись вентиляционные окошки, находиться в склепе долго было нельзя. Макс пожалел, что оказался здесь без респиратора с угольным фильтром. Карл начал перечислять пропавших сестёр, указывая на свободные места в склепе:

— Элдис, та самая восставшая сестра; это место Адалады, которую мы только что видели. — Карл показывал рукой на пустые гробы. — А здесь стояло ещё три гроба, которые и были похищены: Полли, Белла и Дасти. Никого из пяти сестёр здесь не осталось.

— А остальные? — спросил Макс митрополита.

— Остальные — это адепты ордена. Просто прислуга. Некоторые из них тоже поднимались, чтобы пополнить ряды мертвяков, ну или просто выйти погулять. Честно, об этом ничего неизвестно. — Некоторые гробы были пустые, помимо двух обозначенных Карлом. Крышки с этих гробов были скинуты.

Когда Макс вышел из склепа и прошёл несколько метров, то остановился и оторопело уставился вперёд.

— Адалада, — прошептал он.

Карл не сразу понял, что удивило Макса но, проследив за его взглядом, он увидел, как та самая покойная сестра Адалада, мимо которой он проходил несколько раз, начинает переворачиваться и медленно встаёт. Карл не мог дать этому объяснение. Неужели поднятие нежити происходит прямо у них на глазах. Картина предстала мерзкая. Иссыхающий труп с раздавленным черепом встал перед ними в полный рост. Голова трупа оказалась деформирована самым жестоким образом. Глаза сестры находились на разном уровне, сам череп оказался перекошен, нос располагался на лице наискосок.

— Я понял, для чего на входе лежат маски. — вдруг осенило Макса, хотя это наблюдение в данный момент перестало иметь значение.

Мертвяки не подходили к сестре. Возможно, что считали её одной из своих, ну или реагировали на неё как на служителя церкви. Макс и Карл продолжали смотреть на неё, пытаясь понять, что она будет делать дальше. Обоих интересовало, сможет ли она покинуть кладбище. Сестра Адалада оценивающе смотрела прямо на них.

— Нужна помощь? — спросил у неё Макс. Митрополит никак не мог привыкнуть к такому юмору Левона. Тем более что подобные шуточки он обычно отпускал в самый неподходящий момент.

Адалада будто попыталась ответить, но на выдохе в полный голос произнесла своим кривым прогнившим ртом только:

— Рихт-Раут.

Звук оказался резким и звонким. Земля вокруг сразу задрожала. Макс не понимал, что это только что сейчас произошло. Могилы начали шевелиться, будто в них кто-то копался.

— Не отходите от меня ни на шаг, — напомнил Карл.

Хотя становилось ясно, что мертвяки, которые уже бродили на кладбище, и которые только что вылезли из-под земли, уже не настроены к служителю церкви Слепого Отца так же дружелюбно, как несколько минут назад.

— В лес! — крикнул Макс и не отошёл, а отбежал в сторону, где было меньшее расстояние до конца просматриваемого участка территории. Карл замешкался но, придя в себя, побежал за Левоном.

Мертвяки больше беспокоились о том, чтобы окружить воскресшую сестру, а не преследовать живых на кладбище. Адалада шла в сторону входа в кладбище, а за ней послушно следовали живые мертвецы. Значит, это для неё там были выставлены все приношения. Цветы, маски на лицо и еда. Неужели сектанты предусмотрели даже то, что восставшему мертвецу больше всего после пробуждения будет хотеться есть, или они об этом знали. Кто-то ведь навеял эту мысль верующим. Хорошо, что на входе в кладбище так много еды, а то бы Адалада не пошла есть людей.

Глава 15. Обед с мертвецом

На станции Ториевые Залежи наступил праздничный день. День, когда состоялся обещанный служителями храма Великое Очищение пир со святой Полли. Если кому-то казалось, что это просто такая метафора, то он ошибся. Служители храма на самом деле накрыли на стол, приготовив изысканные угощения, большое количество мясных блюд и десертов. Место во главе стола занимала Полли. Её иссушенное тело служители поместили на стул, придав ему сидячее положение. Некоторым прихожанам храма, явившимся на званый пир, показалось жутким сидеть за одним столом с трупом. И даже понимание, что это труп святой сестры, не уменьшало отвращение к сложившейся ситуации. Сестра Полли была единственной, кто сидел за столом. В остальном, пир был оформлен как фуршет, в связи с тем, что места за столом всё равно всем не хватило бы. А так каждый желающий из собравшихся в храме, мог подойти и угоститься блюдом, которое ему по душе. Один из служителей храма налил бокал вина и начал тост:

— Прошу внимания. — его голос привлёк внимание всех в зале. — Сегодняшний день для всех нас является настоящим праздником. Не только потому, что вместе за столом сидит святая сестра, а потому что в этот день она сможет вкусить пищу, которую мы приготовили. Я прошу запомнить этот момент, чтобы мы могли рассказывать о нём своим потомкам. — и после этих слов он отпил вино из своего бокала.

Один из прихожан, явившийся на этот обед, решил перенять эстафету торжественной речи. Во всяком случае, одет он был по светски, но говорил на манер служителя храма:

— Сестра, — обращался он к мёртвой женщине, сидящей во главе стола. — я хочу сказать тебе, что все мы тебя ждём. Мы все готовы к твоим словам, которые мы будем слушать, и которым будем подчиняться. Мы устали без тебя. И все бокалы вина выпиваются в твою честь.

Своей краткой речью он настроил атмосферу в храме на то, что к мёртвой женщине следует относиться именно так, с готовностью подчиняться её словам. Кто-то в это время ел горячее, кто-то пришёл только на аперитив, но голодных в зале не было, если не считать сестру Полли, которая, как ей и полагалось, сидела неподвижно, но внимание к ней от этого меньше не уделялось. Один из служителей храма поставил перед ней полную тарелку с едой и налил огромный бокал вина. Все присутствующие постепенно влились в жуткую атмосферу проходящего обеда. Один за другим поднимались тосты во славу святой Полли. Можно было подумать, что у неё сегодня день рождения, тысячелетний юбилей. Но служители вскользь упоминали, что сегодня другой день, день воскрешения, хотя внимание на этом не акцентировали. И ещё о том, что сегодня первый день новой эры. Из прихожан никто не знал подробностей организации этого пира, так же как никто не знал истинной причины, по которой он был устроен. Тем не менее, праздник вскоре всем пришёлся по душе, и уже не так важно было, почему служители храма решили отметить день воскрешения святой Полли именно сегодня. Казалось, приглашённые гости храма, видя, как все едят и пьют в честь иссохшего трупа женщины, расположенного на стуле перед столом в сидячей позе, уже ничему не будут удивлены, но в зале раздался поросячий визг. Именно визг и хрюканье настоящего поросёнка. К такому мало кто был готов. К алтарю храма, находящегося на месте трибунной сцены молитвенного зала, служители подвели небольшого поросёнка. В это время за столом уже произносился очередной тост:

— Смерть, постигшая святую сестру, не остановит её деяния. Пища, которую мы подготовили для неё, не сможет вернуть её к жизни, но животный разум обретёт в ней человеческую форму, когда на этом алтаре прольётся кровь.

Через несколько секунд поросёнок издал свой последний визг, уже лежа на полу и конвульсивно дёргая ногами. Все в зале смотрели на то, как закалывают поросёнка, и как он он теряет свои жизненные силы вместе с истекающей из него кровью.

— Слепой Отец, — крикнул кто-то. — Это происходит, она, она…

Она сидела, подперев рукой повешенную голову, с закрытыми глазами. Теперь же её взгляд был направлен исподлобья на всё происходящее в молитвенном зале. Её рука, лежащая на столе, медленно поднялась, и зависла над тарелкой, как бы выбирая, что из этого нужно взять. В зале повисла тишина. Все смотрели на мёртвую до недавнего времени сестру. Полли, будто так и не решившись есть с тарелки, тяжело встала в полный рост. Теперь все увидели, как она на самом деле прекрасна и нежна. Спроектированное и сшитое специально для неё длинное платье викторианского стиля скрывало все недостатки тела, приобретённые за время смерти. Естественный макияж на лице превращал уродливые язвы в незаслуженно нанесённые шрамы. Она взяла в руки бокал и, оценив его содержимое, выплеснула вино на пол. Гордо расправив осанку, Полли пошла к алтарю. Несмотря на невысокий рост, она поражала всех своей величественностью. Полли поднесла к шее поросёнка свой бокал, и тёплая кровь наполнила его. Подняв бокал, Полли окинула взглядом окружавших её людей и заговорила на непонятном языке. Жаль, что никто не мог понять, о чём она говорит, ведь её речь была такой экспрессивной. Наконец, она выпила всё содержимое бокала и закрыла глаза от разлившегося по её телу удовольствия. Находящиеся в молитвенном зале люди встали перед ней на колени и склонили головы. Всех переполнял восторг. Сестра теперь среди нас, она с нами, она говорит нам. Никто из присутствующих не заметил, как она ушла. Только что стояла здесь, перед алтарём, и пила свиную кровь, а теперь просто исчезла.

— Сестра Полли с нами, — заверил служитель, — она идёт творить свои деяния.

Теперь в атмосфере повисла обида и разочарование. В честь святой был устроен такой пир, а она просто встала и ушла, не оставшись с теми, кто пришёл пообедать с ней за одним столом.

— Давайте теперь веселиться и продолжим пиршество, — предложил служитель храма. — Полли придёт к нам, когда мы будем в ней нуждаться.

Да, этот день запомнят все, а очевидцы воскрешения будут рассказывать об этом всем своим потомкам. Для всех этот день ознаменовал начало новой эры. Люди думали о том, что именно с этого момента их жизнь на станции обслуживания станет более счастливой. В то, что теперь у них есть защитница, с помощью которой они смогут начать жить для себя, и для неё. Жители богатого радиоактивными залежами региона устали работать на капиталистический центр. Они ощущали, что правительство федерации прибирает себе богатства, которые хранятся в недрах их земель и верили, что когда станция обретёт абсолютную независимость, то все их природные богатства пойдут на достижение нового уровня жизни. Они уже давно поняли, что религия государственной церкви не приносит свои плоды многие года, и не несёт радости. Слепой Отец, живущий в другом измерении, не способен без своих сестёр помочь людям этого мира. Именно это объясняли своим прихожанам служители храма Великое Очищение на еженедельной проповеди. Служитель храма вновь обратился ко всем приглашённым с торжественной речью. Все слушали внимательно, потому что понимали, что сейчас он должен сказать нечто очень важное:

— Друзья, я сообщаю вам, что с этого дня храм Великое Очищение действует открыто на всех станциях. Никакая политическая сила больше не сможет узурпировать значение нашей веры. Храм слишком долго действовал в подполье, управляя всеми аспектами социальной сферы. Теперь, мы готовы брать на себя ответственность за свои действия, и объявляем себя правящим органом. Мы будем добиваться признания нашей власти лживой церковью и насмешниками над Богом, с которыми она подписывает свои договора.

Такое смелое заявление оживило присутствующих, хотя многим эти утверждения показались сомнительными, даже на фоне произошедшего на их глазах воскрешения.

Глава 16. Служи мне

Кажущаяся всё ещё слишком болезненной, Элдис стояла посреди того места, которое придавало ей силу и смотрела в глаза, которые всегда хотела выдавить. Восточный ветер обдувал её лицо и развеивал ломкие волосы, часть которых ложилась на лицо. Напротив стоял Дэвид Кор и смотрел на неё сверху вниз, будучи на две головы выше. Позади Кора где-то вдалеке дрожала земля. Ветер поднимал в воздух пыль, а в пыльном облаке над землёй уже начинали появляться силуэты, похожие на людские. Решительности Кора, с которой он разговаривал с Элдис, в то время как сзади в их сторону приближалась толпа мертвяков, мог бы позавидовать любой.

— Я дал тебе новую жизнь. — навязчиво говорил Кор, стараясь, чтобы его слова не улетали вместе с ветром мимо хрупкой девушки, на которую он смотрел испепеляющим взглядом. — Всё, чего ты заслуживала. Дал тебе свободу, подготовил армию, которой ты можешь управлять, которая готова выполнить любой твой приказ. Я вернул твоих сестёр.

— Ты не обязан был этого делать. — перебила его Элдис, как обычно полушёпотом, но её шёпот всегда доходил до ушей того, к кому она обращалась, и никакой ветер не смог бы воспрепятствовать этому. — Тебя никто не просил.

— Ты просила, Элдис. Ты меня об этом просила, ты просто не помнишь. — Кор едва сдерживался от того, чтобы не схватить её. Он боялся, что потеряет над собой контроль и распустит руки.

— Нет. Я не этого просила. — Элдис оставалась спокойной. Её трудно было вывести из себя, как и всех «слепых», но некромант этого уже почти добился. — Я хотела жить в мире, а не создавать его.

— Ты должна служить мне, чтобы жить в том мире, который я тебе подарю. — Дэвид становился одержимым. Он считал, что Элдис ему всё ещё обязана.

Облако пыли приближалось, а за ним и наступающая темнота. Ветер усиливался. Слышать и слушать Кора становилось всё сложнее.

— Я научила тебя останавливать время и обращать его вспять. Я научила тебя воскрешать покойных. Что ещё ты хочешь? Я больше не служу тебе. — Элдис говорила спокойно и уверенно. Язвы на её лице почти зажили. Она была почти живой. Почти такой же, какой была перед своей смертью. Она понимала, что Дэвид действует в своих интересах, и никакие высокопарные слова о мире, который она хочет, не обманут её.

— Я хочу, чтобы ты научила меня своему языку, я хочу понимать тебя. — взмолился Кор.

— Нет. — ещё раз повторила Элдис. — Ты хочешь слишком многого.

Язык, на котором разговаривали «слепые», сильно отличался от человеческого. Тот, кто мог разговаривать на нём, мог общаться с Отцом на равных. Но людям слишком сложно понять даже значения отдельных слов. Облако пыли достигло двоих, и Элдис ощутила, как ветер теперь стал покалывать её лицо. Приходилось опускать голову и закрывать глаза. Однажды, люди уже научились разговаривать со слепым Отцом. Ничем хорошим это не закончилось, когда они ощутили себя с ним на равных. Кор попытался выставить ультиматум:

— Ты глупа. Я могу подчинить себе всю нежить. И я предлагаю тебе стать моей королевой.

Элдис не стала сдерживать улыбку, которую у неё вызвали эти слова. Люди настолько не понимают, что с ними происходит, что начинают ощущать себя кем попало. Никто из живущих не может сделать больше, чем ему позволено.

— Давай, подчини. — задорно бросила она ему вызов.

— Рихт-Раут. — выкрикнул в полный голос Дэвид, когда толпа мертвяков уже проходила мимо них. Ничего не произошло. Мертвяки никак не отреагировали ни на заклинание, ни на самого некроманта. Дэвид оказался так удивлён, что даже впал в ступор. Сейчас ему нечего было больше сказать. Армия нежити, которой он собирался править, вдруг утратила своё подчинение ему. А ведь он так готовился к этому моменту, и вроде всё было перепроверено.

— Ты забыл своё место, Король? — строго сказала ему Элдис. Вся её весёлость куда-то исчезла в один миг. Вероятно туда же, куда и некромагическая сила Кора. — Ты оскверняешь святые земли. Земли, в которых покоятся братья. И ты думаешь, что они тебя будут слушать?

Братские Земли. Да, эта территория была священной, и Кор покусился на слишком большой куш, решив проводить здесь свои ритуалы. Он совершил большую ошибку, занявшись тем, в чём не разбирается. Изучал бы себе некромагию понемногу, да поднимал бы себе мертвяков, чем все некромаги занимаются. Нет, ему этого мало оказалось. Захотел поднять высокоорганизованную нежить. Как это наивно было думать, что бывшие при жизни святые станут исполнять его волю. Без знания языка этого никому не удастся.

— Что?.. Куда они все теперь идут? — запаниковал Кор. — Они ведь больше не исполняют мои повеления. — Некромант смотрел в спину идущим мертвякам. Он обернулся и увидел, что позади вслед за ними шла ещё большая толпа. Слишком удачно получилось провести обряд массового воскрешения.

— А ты не видишь? — съёрничала Элдис. — Они идут на запад. Ты ведь знаешь правила. — Мертвяки шли в сторону границы федерации. — Ты ведь этого и хотел. — Да, Кор хотел этого, но чтобы он мог управлять этой армией, и он хотел до конца подчинить себе Элдис. Но теперь, когда он перестал их контролировать, ситуация приобретала необратимый поворот.

— Останови их. — приказал некромант (теперь, видимо, бывший). — Если я не могу, то ты можешь. Какие правила я должен знать?

Теперь Элдис играла с ним, как он когда-то играл с подчинённой ему нежитью. Она изобразила деловой тон:

— Правило конца времён, одно из них. Мёртвые восстанут из своих могил, когда настанет конец времён. Те из них, кто вёл праведную жизнь, обретут её вновь. Ты, — резко и укоризненно обратилась она к Кору, — нарушил его. Ты спровоцировал моё поднятие, не дождавшись этого срока. Что, по-твоему, сейчас должно произойти? Живые должны подчиниться мёртвым, или присоединиться к ним. Я не стану останавливать эту армию, которую ты поднял.

Дэвид почувствовал толчок в спину. Толпа мертвяков становилась такой плотной, что они уже не могли свободно обойти вставших на их пути. Ещё и ещё толчок. Не оставалось ничего, кроме как начать идти в общем потоке. Элдис. Она куда-то пропала и Дэвид её теперь не видел. Он осознал, как страшно оказаться среди оживших трупов одному, без своих способностей и без того, кто мог подчинять себе эту мёртвую толпу. Но больше всего его пугало, что он не сможет увидеть Элдис. Вдруг, если она так просто ушла и не захочет видеть его снова, не вернётся к нему. Дэвид на всякий случай засунул руку за пазуху. Он чувствовал себя увереннее среди мертвяков, когда в руке лежал тяжёлый шестнадцатимиллиметровый револьвер. Хотя, если бы его пришлось применять в сложившейся ситуации, толку было бы не очень много, разве что пристрелиться, пустив себе в голову разрывную пулю. Но Дэвид не собирался умирать таким образом, он хотел ещё пожить. Он прикинул, какова территория Братских Земель, и как долго придётся идти, и самое главное, куда? Потом в его голову пришла мысль об аннигилирующем оружии и Дэвид ускорил шаг, обгоняя всех остальных участников безумного шествия. Нужно как можно быстрее оторваться от эпицентра этой толпы, и желательно, как можно быстрее пересечь границу федерации. Он шёл быстро, но не быстрее, чем может идти обычный человек. Мысль о том, как легко он передвигался, пока не наступил этот роковой момент, только добавляла усталости. Хватило бы сил, иначе его просто затопчат.

Глава 17. Сюрприз из могилы

Митрополит церкви Слепого Отца оказался на кладбище Иссыхания вместе с руководителем подразделения ОПК Максом Левоном в тот самый момент, когда произошло массовое поднятие нежити. Им обоим повезло, что мертвякам не было до них дела. Тем не менее, оба хотели бы как можно быстрее покинуть это место. Но, куда идут мертвяки, во главе с воскресшей сестрой? Неужели они тоже хотят побыстрее покинуть территорию кладбища? Сейчас был не самый подходящий момент думать об этом. Кар и Левон, что есть сил, бежали в сторону лесного насаждения, стараясь держаться подальше от поднятых тварей. Земля вокруг и под ногами дрожала, из своих могил то и дело подымались новые монстры, которым было не важно, кто перед ними стоит: атеист или служитель церкви. Они не распознавали никого. Макс перескочил через очередную могилу, но вот Карлу, следующему за ним, это сделать не удалось. Прямо между ними раздался металлический лязг и могила начала подниматься вместе с землёй, которой она была присыпана. Нечто массивное преградило путь к отступлению митрополита. Это не был очередной мертвяк, это было больше любого человека. Сложенная крупнокалиберная турель поднялась прямо из этой могилы и, похоже, была готова начать действовать. Карл уже успел заметить, что такая штука здесь «похоронена» была не одна. Большая часть турелей располагалась около периметра кладбища, в отдельно стоящих могилах, вернее в блиндажах, замаскированных под могилы.

— Что это такое? — спросил Карл, не слишком сведущий в оружии.

— Пулемёты. — на самом деле, Макс сам впервые видел нечто подобное. Но, судя по описанию, это можно было назвать так.

— И что они здесь делают? — продолжал допытывать митрополит.

Вот почему все считают, что если появляется оружие, значит к этому приложили руку учёные. Институты коллаборации уже давно не занимаются подобными вещами. Последний учёный, разрабатывавший какое-то оружие, вероятно умер ещё во времена войны.

— Не знаю. — честно ответил Макс. — Охраной кладбища занимаются Ваши подчинённые. Это находится не в моей компетенции.

Где-то на другом конце кладбища послышалась первая пулемётная очередь. Металлическое стрекотание оглушало даже на большом расстоянии. Макс успел лечь, вжавшись в землю и накрыв голову руками, скорее инстинктивно, чем из практических соображений. Митрополит последовал его примеру. Карл воспользовался тем, что очередь стихла, чтобы сказать:

— Тогда позже с этим разберёмся. Кажется, осталось немного до леса, где можно укрыться за деревьями.

Мертвяки тоже ложились на землю, но не инстинктивно, а подкошенные пулемётной очередью с перебитыми ногами. Отлично, так они далеко не уйдут, но многие из тех, кого зацепила турель, всё ещё пытались ползти в своём направлении, используя одни руки. Что ж, Макс вынужден был признать, что он недооценивал охрану кладбища инквизиторской церковью. Сбежать с его территории оказалось сложнее, чем он предполагал. Он понимал это особенно хорошо, оказавшись в ситуации, когда нужно самому сбежать. Ну, или выползти по-пластунски. Вставать в полный рост, или даже на четвереньки, не хотелось. Хорошо, что могильные плиты на этом кладбище оказались такими большими и тяжёлыми. Можно было укрываться за ними, двигаясь от одной к другой короткими перебежками. Крошки мрамора, гранита, искусственного камня и прочих материалов разлетались на большие расстояния, нанося незначительные осколочные повреждения. В нескольких рядах от Макса с грохотом упал один из огромных могильных камней. «Нет уж, — понял Макс. — не стоит рассчитывать на укрытие от пулемётной очереди за этими плитами, за которыми только кажется безопасно». Турели продолжали вести огонь, причём делали это довольно точно, не стреляя просто так. Хотя некоторые турели не замолкали, пытаясь уничтожить бесчисленное количество мертвяков. Преимущественно отстреливались те, кто оказывался ближе к периметру кладбища. Те, кто оставался в середине, страдали в меньшей степени. Макс нашёл глазами Адаладу в тот самый момент, когда она подняла руки вверх и, резко опустив их, упала на землю. Все мертвяки легли следом за ней. На территории кладбища повисла гробовая тишина. Турели издавали тихое поскрипывание, вращая своими пулемётными башнями. Огонь не открывался. Мак, вместе с Карлом, воспользовались этим моментом, чтобы рывком добраться до лесного заграждения из деревьев. Никто из них не знал, что может так быстро бегать, тем более увязая в кладбищенской грязи. Как только они забежали в лес, пробежав немного вглубь, остановились перевести дыхание, тяжело и громко дыша. Митрополит чувствовал, как у него сердце колошматит в груди, отдаваясь в самих пятках. Кажется, что теперь они находились в относительной безопасности, при этом могли из далека наблюдать за мертвецами на кладбище. Один из них начал медленно вставать. Это Адалада, её можно было узнать даже из далека. Она двигалась слишком медленно, ещё не придя в себя после своего пробуждения. Более подвижные мертвяки последовали её примеру и опередили свою повелительницу, быстрее неё встав в полный рост. Вновь оглушительный металлический лязг. Пулемёты застрочили с новой силой. Ожившие трупы, не утратившие способность идти, старались плотно окружить Адаладу, создавая для неё живой щит из своих тел.

Адалада уверенно шла к выходу из кладбища. Она понимала, что никто из мертвяков, сопровождавших её, не способен будет дойти до конца. Главное, самой дойти и выбраться из этого места. Её мысли путались и оказались подавлены, она не могла сосредоточиться. Что с ней стало? Будто ей раздавили мозги. Но, она не полностью утратила свои способности, хотя способность к регенерации оказалась слишком ослабленной, но не это сейчас было важно. Адалада думала о вероятности попадания в неё очереди. Слишком мало шансов, чтобы уйти, но они есть. Её матемагические умения позволяли вывести любую возможность в рациональное значение, создав упорядоченность в хаотическом формировании симуляции. Именно это, а не что иное, позволило ей добраться до выхода и оказаться в слепой зоне турелей. Она оказалась здесь одна. Никто из мертвяков её больше не сопровождал. Камни брусчатой тропы за арочными ржавыми воротами кладбища состарились и покосились, что затрудняло ходьбу по ним. Как много еды здесь было выложено. Неужели это всё для неё? Вдоль тропы лежали всевозможные угощения, выложенные на блюда или сложенные в специальные контейнеры. Как же давно ей хотелось есть. Адалада взяла яблоко с блюда и с наслаждением откусила от него, но нужно было найти что-то белее существенное. Еда оказалось не единственным, что ей было приготовлено на входе. Цветы. Это так трогательно… и неуместно. Неужели кто-то действительно думал, что ей нужны будут цветы после того, как она прошла мимо пулемётных очередей десятка турелей. Вдруг она осознала, насколько она обезображена. Смерть сделала её настолько уродливой, что теперь ей придётся носить маску. Да, вот что ей сейчас по-настоящему нужно. Маска с капюшоном. Адалада выбирала ту, которая ей понравится, идя по брусчатой тропе. Ничего привлекательного ей не попадалось. Слишком пёстрые, слишком яркие, слишком много украшений. Здесь можно было найти маски с выражением самых разных эмоций: злые, добрые, грустные, весёлые. Любые. Адалада выбирала, пока не увидела блюдо, на котором лежал кусок сырого мяса. Мясо немного заветрелось и испортилось, но не до конца. То, что ей сейчас нужно. А рядом лежала простая чёрная тканевая маска на лицо с капюшоном, хорошо скрывающая форму головы и лица. Великолепно. Это просто то, что нужно. И ещё что-то здесь было. Адалада взяла небольшую записку и различила несколько рун. Так хорошо ей известные символы имени её сестры и извинения. Адалада не сердилась на Элдис за то, что мертвяки раздавили ей голову. Так нужно было. Скоро она восстановится и сможет высказать сестре благодарность за этот кусок мяса.

Глава 18. «Весёлый пехотинец»

— Алло, Стив, это Ваши люди находятся возле южной границы?

Глава коллаборации ИФ Стив Трудовой не сразу понял, кот ему звонит но, услышав голос Юджина Липшица, оказался сильно удивлён, что настоятель инквизиторской церкви сам ему позаонил.

— Да, мои. — честно ответил Стив. — Если Вас интересует, что они там делают, то можете не беспокоиться. Продолжайте заниматься своими делами.

— Я просто хотел предупредить. Скажите им, чтобы не заходили за проволочное ограждение.

Юджин закончил телефонный разговор. Ему вообще не хотелось общаться с таким болваном, но в его обязанности входило предупредить в случае необходимости об опасности пересечения границы. Он выбрал на компьютере меню удалённого доступа и ввёл команду: «весёлый пехотинец». В появившемся диалоговом окне нажал кнопку «актив».

Для обитателей Южных Крестов наступил день, ради которого они собрались в этом месте. Многие уже успели восстановить свои силы. Пришло время выдвигаться на север. Армия оживших трупов оказалась достатосчо организованной благодаря своему лидеру — капитану Сторму, который возглавлял поход.

— Вперёд, войска. Мы захватим противника. — раздавался над заболоченной опустошённой местностью его голос. Сотни мертвяков двинулись в направлении, указанном рукой Сторма.

Капитан Сторм при жизни командовал армией и погиб на территории современных Южных Крестов во время сражения, как и большинство покойников этого места. Смерть от аннигилирующего удара оказалась настолько внезапной, что большинство воинов даже не успели понять, что они уже умерли. Теперь, когда они оказались поднятыми из земли и обрели зачатки сознания, то продолжили вести свою священную войну так же, как делали это перед смертью. И капитан Сторм продолжал выполнять приказ, полученный ещё перед своим последним сражением: уничтожить армию еретического государства и войти на его территорию.

Противопехотные мины, вкопанные вдоль южной границы федерации с внешней стороны, мирно лежали под слоем земли. Сигнал «весёлый пехотинец», дистанционно полученный на умные устройства, одновременно поставил на боевой взвод тысячи противопехотных мин. Первый взрыв нарушил относительную тишину. Тела нескольких мертвяков, оказавшихся рядом с взрывом, разлетелись по разным сторонам.

— Продолжить движение, не останавливаться. — командовал Сторм, заметив в рядах своего войска появившееся смятение. Мертвяки двигались в одном направлении. То здесь, то там, в бесчисленной толпе детонировали взрывные устройства, эффект от взрыва которых дополнялся кровавыми всплесками и разлётом конечностей мертвецов на большие расстояния. Любой солдат предпочёл бы погибнуть от пули отряда заграждения, чем на этом минном поле, но войско мертвяков это не останавливало. Металлические осколки, которыми начинялись мины, куски разлагающейся плоти, и обломки костей летели со всех сторон. Никто из мертвяков даже не думал лечь на землю и прекратить движение.

Силовое подразделение федерального центра, занявшее позицию с внутренней стороны южной границы федерации, находилось в готовности вести оборонительное сражение. На горизонте с юга пока ничего не было видно. Один из силовиков встал прямо возле проволоки, которая преграждала дальнейшую дорогу. Толку от такого заграждения не было, разве что на него можно было повесить табличку с надписью: «Внимание! Вы пересекаете границу федерации». Ждать неизвестно чего никому не хотелось. Если где-то там впереди какие-то мертвяки идут в эту сторону, то нужно пойти им навстречу и уничтожить их. Или, если наёмщик армии сомневается в её возможности, можно отправить вперёд разведчиков, чтобы точно сопоставить свои силы и силы противника. Но команда была получена однозначная: никаких движений за проволочное ограждение. Вдруг, где-то вдалеке, со стороны Южных Крестов, послышались глухие звуки, похожие на удары барабана. Никто из силовиков не понимал, что там может так взрываться. Неужели кто-то другой уже воюет там с нежитью. Звуки взрывов постепенно приближались и становились всё чаще. Под ногами уже можно было ощутить вибрацию земли. Вскоре на горизонте появились поднимающиеся клубы пыли. Вот оно. Приближаются. Потом в пыльном облаке уже можно было различить силуэты, похожие на человеческие. Мертвяки уверенно шли к своей цели, но стало заметно, что их ряды быстро пустеют. Некоторые мертвяки взлетали вверх, некоторые взлетали вверх только по частям.

— Всем отойти от проволочного заграждения на триста метров в тыл. Отогнать машины. Не выходить из укрытия. — скомандовал командир силового подразделения.

В зрительную трубу он видел, как разрываются мертвяки. Они разлетались в радиусе сотни метров от каждого взрыва. Не очень хотелось быть испачканным кровью взорвавшегося мертвяка, но ещё меньше хотелось получить ранения осколками, пробивающими броню автомобиля. Но, все эти факторы, были малоэффективны против нежити, которая продолжала движение даже с оторванными конечностями, что уже говорить о сквозных ранениях осколками, которые мертвяки даже не замечали. Наступив на мину, они подлетали от взрыва вверх, падали обратно на землю, вставали и продолжали идти, даже не отряхнувшись. Не везло только тем, кому отрывало ноги. Идти в одном ряду с товарищами они уже не могли. В худшем случае, полежит какое-то время на месте, пока раны не затянутся, и только потом дальше пойдёт.

— Приготовить гранаты. — дал очередную команду командир силового подразделения предвкушая, что скоро его ребята зададут здесь жару.

Капитан Сторм шёл в первом ряду, время от времени смахивая со своего тела осколки. При очередном неудачном шаге, он вновь наступил на мину. Струя пламени от земли ударила его по ногам и в лицо. Сторм даже не поднимался в воздух, а продолжал идти, не замедляя движение. Ещё несколько шагов, и ещё одна мина под ногами. Полученный приказ наделил тело Сторма чрезвычайными свойствами, а повреждение от аннигилирующего удара придало ему необычную форму бестелесности. Проволочное заграждение на границе вражеского государства уже было совсем близко. До него оставалось дотянуться рукой, и… Первая шеренга мертвяков оказалась парализованной. Сигнал «весёлый пехотинец» не только поставил противопехотные мины на боевой взвод, но и пустил ток с большой силой по натянутой проволоке. Мышцы уткнувшихся в неё трупов сократились и утратили свою эластичность. Сзади в них врезались следующие за ними мертвяки, которые также оказывались парализованными. А спереди, со стороны вражеского государства, армия противника открыла по ним огонь.

Командир силового подразделения, удалившегося на несколько сотен метров в тыл от границы, дождался, когда армия нежити запуталась в проволоке, преграждавшей им дорогу. Некоторые из мертвяков начали светиться и тлеть. Но их толпа продолжала сгущаться перед заграждением. Командир дал отмашку, и выстрелы реактивных гранат с термодинамическими зарядами вырвались в сторону безумной толпы. Попавшие в цель гранаты сжигали плоть мертвяков, оставляя обожжённые кости. Место сгоревших мёртвых воинов сразу занимали другие. Количества снарядов просто не хватало, чтобы уничтожить всю эту армию нежити. Пришла очередь за танковым пулемётом, установленным на крыше одного из бронированных автомобилей и приспособленного под крупнокалиберный осколочно-фугасный зажигательный патрон. Пулемёт косил всех, кто находился перед ним на расстоянии до полутора километров. Этого оказалось более чем достаточно, чтобы перебить ноги всем мертвякам. Тем, кто продолжал ползти на руках, патрон попадал в голову. Похоже, что армия нежити пока передумала продолжать своё шествие. Командир силового подразделения понимал, что это только временные меры. Скоро мертвяки смогут вновь подняться на ноги, через несколько дней или через неделю.

Глава 19. Ожившая кукла

В храме Великого Очищения на станции Пластмасс день Воскрешения прошёл на день позже, чем было запланировано изначально. Такое промедление было вызвано служителями храма намеренно, поддержанием святой Беллы в искусственной коме, для создания наиболее эффектного её пробуждения. Служение господу Слепому Отцу и Его сестре состоялось в торжественной обстановке с проведением литургического пения. В обстановке молитвенного зала, казалось, из ряда вон выходила прозрачная капсула, служившая своеобразным саркофагом для сестры Беллы. Саркофаг-капсула был расположен вертикально, так что покойная в нём как бы стояла. На самом деле он был наполнен специальным раствором, способствующим регенерации омертвевших тканей, поэтому труп в прозрачном саркофаге плавал. На лицо Беллы была одета кислородная маска, а в её тело были воткнуты различные трубочки от капельниц с поступающими по ним питательными веществами. Кисть левой руки покойной была не настоящей, а сделана из пластика телесного цвета, так что при беглом взгляде трудно было заметить протез, но при более внимательном наблюдении это увиденное уродство было трудно развидеть. Кожа покойной тоже казалась неестественной, покрытой пластиком, что делало труп похожим на пластмассовую куклу в натуральный рост. Но всё это не портило красоты сестры Беллы, которую в ней видели прихожане храма. Кукольное лицо хоть и казалось неестественным, но притягивало к себе взгляд, который уже потом было трудно оторвать. Трудно было определить, чья это заслуга: пластических хирургов, поработавших над восстановлением трупа, изуродованного разрывом реактивной гранаты, или же это влияние истинной красоты самой покойной. Конечно, прозрачный саркофаг привлекал к себе больше внимания, чем настоятель храма, произносящий свою речь, находясь возле алтаря. Слова настоятеля разливались по всему молитвенному залу, и их нельзя было пропустить мимо ушей:

— Слуги господа нашего, — обратился настоятель к прихожанам, переводя на себя их внимание. — сегодня свершится знаменательное событие. Сестра Белла придёт в наш мир, чтобы направить всех верующих на путь истинный.

Не сведущим прихожанам такие слова показались слишком смелыми. Даже приняв о внимание их метафоричность, которую усмотрели прихожане храма, эти слова можно было расценить как кощунство над покойной. Никто не может указывать сестре, когда ей следует прийти в этот мир. Но, настоятель уверенно продолжал:

— Сестра Белла явится к нам, как только я призову её. Она ждёт, когда я дам ей знак, что её время пришло и ей позволено вступить в этот мир, чтобы начать вершить свои святые дела.

Настоятель сошёл с трибуны молитвенного зала, чтобы подойти к саркофагу и встать напротив него. Теперь, оказавшись перед покойной, он и сам мог перепутать её с искусно выполненной куклой. Настолько правильной была ей красота. Идеально гладкая кожа лица казалась ненастоящей. Глаза покойной были закрыты, а чуть приподнятые брови придавали ей немного удивлённый вид. Казалось, что она хочет спросить смотрящих на неё о том, что здесь должно произойти? Через прозрачную кислородную маску, одетую на покойницу, можно было распознать её немного вздёрнутый маленький носик и едва выпяченные губы, которые создавали на её лице выражение сдержанной обиды и готовность стойко её перенести, в то же время это придавало ей немного капризный вид. Но это всё вызывало желание у всех, кто смотрит на неё, оказать ей любую помощь. Поклонники сестры Беллы готовы были воспрепятствовать любому её обидчику, защитить её от любой опасности. Длинное платье на покойной сверху до пояса облегало её фигуру. Ткань на рукавах и длинной юбке платья, доходящей до самых стоп, свободно плавала в растворе, делая образ в саркофаге огромным и значимым. Настоятель храма обратился к покойной, глядя на неё снизу вверх:

— Сестра Белла, я даю тебе знак и позволяю тебе явиться в наш мир.

Оператор системы поддержания жизнеобеспечения, находящийся в это время за кулисами разворачиваемых событий, подал по дыхательной трубке саркофага кислород и дозу адреналина по вставленным в покойную катетерам. Белла открыла глаза и её грудь резко расширилась, когда она сделала свой первый вдох. Некоторые прихожане были готовы к воскрешению сестры, они в это верили. Но то, что она явится в этот мир с позволения настоятеля храма, произвело на публику невероятное впечатление. Зрачки пробудившейся двигались из стороны в сторону, а ресницы ритмично хлопали. Похоже, что раствор, в котором находилась сестра Белла, раздражал её глаза. Тут начало происходить нечто, что напугало всех, и больше всех самого настоятеля. Белла начала стучать ладошкой сохранившейся руки по стеклу саркофага изнутри. Она всем своим обиженным и одновременно удивлённым видом давала понять, что ей необходимо покинуть это место. Хорошо, что купол саркофага выполнен из высокопрочного полимерного материала. Это было специально предусмотрено на случай, если Белла начнёт проявлять агрессию после пробуждения. Оператор системы поддержания жизнедеятельности подал по катетерам дозу транквилизаторов, но Белла резко выдернута из себя все иголки. Она продолжала стучать по капсуле изнутри, при этом шевеля губами, стараясь что-то сказать, но все её усилия не приносили никаких результатов. Раствор, наполнявший саркофаг, не позволял её словам покинуть капсулу. Публика громко охала, перешёптываясь между собой на манер: «- Смотрите, смотрите. — Что сейчас будет? — Она хочет выбраться». Рука Беллы не наносила капсуле никаких повреждений ни ладошкой, ни даже сложенная в кулак. Белла набрала в грудь воздух и сняла кислородную маску с лица. Она сложила целую ладонь с протезированной рупором и, таким образом, приложила руки к стенке купола. Что есть сил, она прокричала в сложенный рупор нечто непонятное, и стекло дало трещину. Нанеся несколько нерезультативных ударов кулаком по образовавшейся паутинке, Белла продолжила кричать в сложенный ладонями рупор, набирая воздух в лёгкие для каждого очередного крика из кислородной маски. Лёгкий оттенок обиды выражения её лица перешёл в настоящую истерическую злость. Трещины на стекле купола разрастались. Снаружи начали появляться капельки раствора, переходящие в потёки.

— На колени. Все на колени. Преклонитесь перед могуществом святой сестры. — скомандовал настоятель. Он не в силах был скрыть панику в своём голосе. Все присутствующие упали на колени перед саркофагом, повинуясь словам настоятеля храма. — Прости нас, сестра Белла. Ты слышишь? Я прошу у тебя прощения. Мы все преклоняемся перед «слепыми», так будь же милосердна к нам.

Стенка купола лопнула, и наполнявший его раствор потёк по полу. Белла отломила осколки стекла, мешавшие ей выйти из саркофага. Легко и грациозно она спрыгнула со своего пьедестала. Протезированная стопа никак не затрудняла её размашистую походку. В руке Белла держала оторванную кислородную маску. Она за пару шагов подошла прямо к настоятелю храма и наклонилась к нему. Выражение обиды на её лице мешалось с выражением злорадства. Она плотно прислонила маску к лицу настоятеля, зажав поступление воздуха. Настоятель пытался сопротивляться, но его попытки оказались настолько жалкими, что это только развеселило Беллу. Она поднесла к нему своё лицо и прошептала что-то, что мог услышать только сам настоятель. Его тело задёргалось в конвульсиях. Кожа на нём начала лопаться и из образовавшихся ран потекла кровь вперемешку с сукровицей и гноем. Раны расползались по всему телу с такой скоростью, что вскоре на нём вообще не осталось никакой кожи. Это произошло быстрее, чем настоятель успел задохнуться от перекрытой подачи воздуха. Белла отпустила это гноящееся тело и встала в полный рост, осматривая собравшуюся публику. Её губы искривились в заигрывающей улыбке, принимая брошенный ей вызов.

— Пу. — просто прошептала она ничего не значащий звук. Но этот звук так напугал всех явившихся на служение, что они в панике помчались наперегонки к выходу из храма. И прихожане, и служители храма, в своих праздничных нарядах, мчались в одном направлении. — Пу. — Ещё раз повторила Белла, и паника усилилась. Через несколько минут в зале не осталось никого. Никто потом не мог объяснить, как через такой небольшой дверной проём входа в храм, выскочило на улицу такое количество людей за такой короткий срок. Верующие, ставшие очевидцами воскрешения сестры Беллы, надолго запомнят это событие и будут рассказывать о нём своим потомкам.

Глава 20. Зона бедствия

Диктор радиостанции, вещание которой проходило по территории станции Глубокий Котлован, призывал обходиться без паники. Он с самого утра давал советы, как жителям станции нужно действовать. Сейчас он в очередной раз повторял самые важные правила:

— Возьмите с собой только самые необходимые вещи: документы, деньги, запас воды и еды, гигиенические средства первой необходимости. Можете взять с собой небольшую аптечку. Лучше уложить всё в рюкзак, даже если вы передвигаетесь на личном автомобиле, могут возникнуть непредвиденные обстоятельства, и весь багаж придётся нести в руках. Автомобильная аптечка вполне подойдёт. Главное, чтобы в ней имелись средства остановки кровотечения: жгуты и бинты. Можно доложить обезболивающие средства и оставить баллончик с антисептиком. Всё остальное будет лишним. Запасная пара обуви, скорее всего Вам не понадобится. Лучше сразу оденьте ту, в которой вам будет удобно идти на большие расстояния. Возьмите с собой топор. Если нет топора, то вместо него можно взять хороший нож. Также не забудьте про спички и другие предметы жизнеобеспечения. Ночи сейчас тёплые, поэтому из запасных вещей можно взять лёгкую демисезонную куртку, рассчитанную на защиту от осадков в виде дождя. Желательно, чтобы вес полностью укомплектованного рюкзака не превышал пятнадцати килограмм. Если Вы применяете стероиды или другие фармацевтические препараты, увеличивающие физическую выносливость, вес вашего рюкзака может доходить до тридцати килограмм, не больше.

На дорогах станции образовывались пробки. Если в южном направлении в сторону Доменной Печи и Ториевых Залежей ещё можно было проехать, то в сторону Федерального Центра можно было только стоять. Те, кому некуда было деваться, ехали в Район Беженцев. Запасной жилой район был построен как раз на случай срочной эвакуации. Правительство федерации приняло решение предоставить эту площадь жителям станции Глубокий Котлован для того, чтобы освободить территорию, подвергшуюся угрозе атаки армии мертвяков. Те жители, которые не имели личных транспортных средств, ожидали прибытия транспорта гуманитарной помощи. Несколько правительственных вертолётов летали от станции до Района Беженцев, эвакуируя жителей в безопасную зону. На обратном пути, летя без пассажиров, вертолёты двигались вдоль восточной границы федерации, оценивая ситуацию внизу. Многотысячная армия нежити уже зашла на территорию Глубокого Котлована. Скоро мертвяки окажутся возле ближайших к границе населённых пунктов. Эти пункты уже должны быть эвакуированы, во всяком случае, местных жителей здесь не было видно. А вот что касается западных районов республики, там всё ещё царила неразбериха. К сожалению, не все жители станции осознавали надвигающуюся на них опасность и продолжали просто сидеть по домам перед телевизором и причитать:

— С какой стати я должен покидать свой дом? — говорили они. — Мне не нужна помощь от этих грёбанных капиталистов. Пусть подавятся своими долбанными новыми квартирами. Это всё из-за них в нашу сторону сейчас идёт армия нежити. Я не собираюсь переселяться в Федеральный Центр, чтобы стать там марионеткой федералов. Вот увидите, мертвяки не станут трогать жителей станции обслуживания. Они пройдут мимо, и пойдут как раз в новый Район Беженцев.

Как правило, так считали люди, которым было нечего терять и которые оставались одни. Тем, у кого в машине сидели дети, было не до того, чтобы ругаться на капиталистический режим государства.

— А зачем дядя сказал взять с собой топор? Мы что, будем отрубать бошки мертвякам? Круто. — парнишка лет восьми приставал к родителям с заднего сиденья автомобиля, направлявшегося в Район Беженцев.

— Сэм, не говори ерунды. — отвечала мама с переднего пассажирского места. — Может так случиться, что нам придётся остановиться на ночь на дороге. И тогда нам понадобится нарубить сухих веток, чтобы развести костёр.

Девочка, которая была на два года младше брата, тоже не давала покоя. Она совершенно невинным тоном поделилась со всеми:

— Интересно, мертвяки уже вошли к нам в дом? Я перед уходом включила на кухне плиту и поставила на неё кастрюлю с кашей, которую мама утром варила, чтобы она не остыла. Мертвяки придут, а там горячая еда.

Мама чертыхнулась про себя от этого заявления, но постаралась сдержать себя в руках.

— Всё в порядке, дорогая. — постарался её успокоить отец семейства. — Это уже не имеет значения. Ричи позаботится об этой каше, он всё равно не собирался никуда уезжать.

— Не думаю, что нашего соседа позаботит запах горелой еды, — мама не была так же оптимистична, как отец. — Тем более что дверь в дом заперта. Как бы он канистру с маслом в окно не подкинул, почуяв, что наш дом горит изнутри.

— А когда армия нежити захватит всю станцию, что они будут делать потом? — продолжал задавать неловкие вопросы Сэм. — Останутся жить в наших домах, или пойдут дальше, в Федеральный Центр?

Отец семейства точного ответа на этот вопрос не знал, как и никто не знал, но ответил без запинки:

— Останутся жить в наших домах, а когда поймут, какая отвратительная экология на станции, вернутся обратно на свои земли.

— А Расти сказал, что когда мертвяки очистят территорию Глубокого Котлована от неверных, на это место придут святые. Его отец ходит в храм.

— Сэм, тебе следует поменьше слушать то, что говорят твои друзья и побольше слушать учителей в школе. — ответила мать на фанатичное предположение. — Никаких святых нет. Мёртвые ожили только потому, что учёные проводили на их землях какие-то свои эксперименты.

— А я тоже воскресну, после того как умру. — пролепетала малявка.

— Сьюзен, деточка, тебе ещё рано об этом думать. Никто не умрёт. — попыталась переубедить мать не осознающую свои слова малышку.

— А когда воскресну, стану повелевать мертвыми, и они будут мне подчиняться, как сёстрам. — мечтательно продолжила малявка, не обращая внимание на слова матери.

— Ага, только сначала вырасти нужно. — машинально вставил отец, следящий за дорогой, и сразу пожалел о своих словах. — Вырасти и состариться и ещё отучиться и завести семью… — попытался он исправить ситуацию.

— Так, никто не будет повелевать мёртвыми, и никто не будет умирать, чтобы воскреснуть. — Грозно заявила мать. — Сьюзен, тебя это особенно касается.

— А я стану агентом и буду взрывать мертвяков супероружием, которое учёные разработали против них.

— Сэээм, — в один голос ответили ему родители.

— Будет лучше, если ты станешь просто разрабатывать оружие против мертвяков и устроишься в каком-нибудь научном институте, — посоветовал отец и приготовился выслушивать недовольное бурчание матери.

— А я не против, — заявила мама, — если Сэм станет учёным и будет работать в исследовательском институте.

— В институте исследования некромагии и танатологии, — предположил сам Сэм.

— Не уверен, что такие институты существуют… — разочаровал его отец и осёкся: — Откуда ты вообще взял эти слова?

— Из мультика про семью «слепых», — невинно ответил Сэм.

— Что-о-о? — удивилась мать. — Я думала это детский мультик про семью супергероев. Больше никаких мультиков. Джон, ты понял? Должен будешь сам просматривать все мультики, от начала до конца, прежде чем включать их детям.

— Ага, — машинально ответил отец. — Приготовились, ребята, сейчас выезжаем на трёхполосную магистраль.

Глава 21. Мы так похожи

Даун Грэй оставался на мусорной свалке федерального значения. Он знал, что его могут искать учёные из правительственного НИИ, потому что им нужно изучать его изменённое сознание. В городе он не чувствовал себя в безопасности, а здесь, на замусоренном пустыре, он мог время от времени общаться с той, которая научила его разговаривать. О том, что творится за территорией свалки, ему неоткуда было узнавать. В отличие от всех жителей станции Грэй, находясь на передовой позиции армии нежити, даже не слышал ничего о поднятых мертвяках. Какого же было его удивление, когда он увидел вдалеке человеческие силуэты. Несколько людей бродили в самой удалённой части свалки, прилегающей к границе федерации, куда обычно никто даже не заходил. Восточная зона была закрыта для сброса и сортировки мусора ещё до того, как Грэй устроился сюда работать. «Вероятно, какие-то мародёры» — подумал он. «А может, такие же беглецы, как и я?» Грэй пошёл разведать, что происходит в заброшенной зоне. Хотя, сейчас уже вся свалка была заброшенной, а вот в восточной её части как раз появились какие-то признаки оживления. Один из показавшихся людей заметил Грэя и начал идти прямо на него. Остальные люди продолжали бродить по восточной зоне, мародёрствуя в кучах мусора, хранивших в себе старые секреты чужих отходов. Грэй уже заметил, что движения человека, вышедшему ему на встречу, плохо скоординированы. Он передвигался так, будто его церебральная система частично парализована. «Видимо, всё-таки он как я» — эту мысль подтверждали явные признаки неполноценности идущего навстречу человека. Когда человек подошёл на расстояние чуть более вытянутой руки, Грэй заметил, что нарушенная координация — не единственное его отклонение. Серьёзные проблемы с кожей и мышечная атрофия были хорошо заметны с этого расстояния. Встретившийся человек попытался что-то сказать Грэю в лицо, но получилось только звериное рычание. От этого Дауну показалось, что он встретил родственную душу.

— Кто ты? — со второй попытки получилось прорычать у мародёра.

— А ты кто? — спросил Грэй, не зная как ответить на этот вопрос.

— Я воин. Священного войска. — ответил мародёр, шатаясь на своих ногах так, что казалось он вот-вот упадёт.

— А я здесь живу.

— Тогда подчинись мне, — рыча, скомандовал непонятно откуда взявшийся этот мародёр.

Грэй решил, что он шутит или бредит. Да что взять с инвалида.

— Иди в… в… — Коренной житель свалки никак не мог закончить фразу. Что-то в его мозгу всё ещё находилось в недоразвитом состоянии.

В следующую секунду, так и недоговорив, Грэй ощутил в голову удар такой силы, который мог убить простого человека. Человек нанёс удар сверху, будто кувалдой. Но Грэй был гораздо крепче обычных людей, лишь пошатавшись от небольшого сотрясения. Видимо, природой было так задумано для сохранения баланса физического здоровья и умственных способностей. Он никак не ожидал, что этот болезненный на вид человек, на теле которого даже нельзя было разглядеть мышц, может обладать такой силой.

— На колени. — рыком приказал мародёр.

Всё ещё приходя в себя от полученного удара в голову, Грэй не стал долго раздумывать и запустил ответочку своему обидчику. Прямой удар в челюсть со всего маху заставил мародёра сделать несколько шагов назад и упасть на спину. Мародёр так и остался лежать, даже не делая попытку подняться. Грэй подошёл к нему и деликатно спросил:

— Живой?

— Нет. — прорычал обидчик, не меняя позы. — А ты?

И тут вдруг Грэй вспомнил, что он услышал из разговора Стива Трудового со своим странным собеседником и сделал определённые выводы.

— Нежить? — уточнил он у валяющегося мародёра.

— Да.

Грэй презрительно сплюнул себе под ноги и, наконец, смог закончить фразу:

— Иди в могилу.

Дальнейший диалог двух существ с ломаной речью был похож на театральную сцену. Вот только режиссёр оказался не очень хорошим.

Мертвяк: — Не могу.

Грэй: — Почему?

Мертвяк: — Приказ.

Грэй: — Какой?

Мертвяк: — Священный.

Грэй услышал знакомый женский голос. Шёпот, совсем рядом. Трудно было определить, с какой стороны он его услышал. Грэй замотал головой, осматриваясь по сторонам. Голос что-то прошептал на незнакомом языке и затих. Мертвяки вдалеке так же, как и Грэй, осмотрелись по сторонам и, не обнаружив источник звука, продолжили свои дела. Тот, который лежал перед Грэем и наблюдал за ним, спросил:

Мертвяк: — Тоже слышишь?

Грэй: — Да. Не понимаю.

Мертвяк: — Я научу. Сказала не трогать. Тебя.

Грэй: — Кто?

Мертвяк: — Предводительница. Наша.

Грэй ушам своим не верил. Девушка, благодаря которой он смог разговаривать, и которая так хотела ему помочь… предводительница войска нежити. Нет, нет, нет. Он отказывался это понимать.

Грэй: — Мёртвая?

Валяющийся мертвяк не спешил с ответом, а начал подниматься. Грэй терпеливо ждал, когда тот сможет выпрямиться во весь рост и продолжить разговор. Но когда мертвяк встал, то даже не посмотрел на него, а сразу отвернулся и собрался идти в сторону своих сослуживцев. Грэй схватил его за плечо и развернул так, что мертвяк теперь не мог не смотреть мимо него.

— Мёртвая? — повторил свой вопрос Грэй, показывая своим видом, что собеседник не сможет уйти от ответа.

Мертвяк задумался. Вероятно, он сам не знал ответа. Ну, или не знал, как ответить, если это не одно и то же. В итоге он сбросил руку Грэя со своего плеча и просто сказал:

— Наша.

Что? Что ещё этот оживший мертвец знал о своей королеве? Что он не договаривал о ней? Он наверняка знает о ней всё. Нельзя ему просто так дать и уйти. Грэй догнал его и последовал за ним.

— Научи. — попросил он мертвяка, который уже пообещал ему научить понимать незнакомый язык. Тот ответил, рыча и фыркая, что для этого нужно время, и если Грэй будет разговаривать с солдатами священного войска, то сможет понимать их язык. Ещё мертвяк объяснил, что скоро этот язык станет главным, и все будут на нём разговаривать.

Оба зашли в восточную часть свалки, где в кучах мусора ковырялись остальные мертвяки. Тот, который разговаривал с Грэем, присоединился к своим товарищам. Даун никогда раньше не заходил в эту зону и начал задумываться о том, как бы он рассортировал эти кучи по материалам. Под самым обычным мусором скрывались металлические трубы странной конфигурации. Много труб. И ещё непонятные детали. Эти предметы интересовали мертвяков в первую очередь. «Оружие» — объяснил один из них Грэю. Бывший работник этого места взял одно из них в руки и начал вертеть, так и не поняв его предназначение. Мертвяк, стоявший рядом, достал небольшое «оружие» размером чуть больше ладони и дал Дауну. Грэй ощутил, как удобно эта вещь держится в руке. «Меня из такого убили» — пояснил мертвяк, показывая продырявленную одежду и свой продырявленный живот. Грэй попробовал потыкать пистолетом в разные участки своего тела, затем в участки тела стоявшего рядом мертвяка. Ничего не происходило. Мертвяк направил ствол оружия, которое он держал теперь, вверх. Раздавшийся сильный грохот от этого оружия заложил уши. Несколько мертвяков на удалении тоже сделали по паре выстрелов вверх. Это заметно их веселило. Даун, поняв как работает эта вещь, последовал их примеру. Он ощутил небывалую мощь в этом маленьком предмете, который оказался у него в руке и ещё раз посмотрел на продырявленный живот стоявшего рядом мертвяка. Вот значит как. Все эти штуки, которые раскапывают здесь мертвяки, созданы лишь для того, чтобы убивать.

Глава 22. Удар с тыла

Пара патрульных машин преграждала дорогу от мусорной свалки Глубокого Котлована в центральный и западный районы станции, которые ещё не были эвакуированы. Агенты силового подразделения не питали иллюзии по поводу того, что смогут остановить многотысячную армию поднявшихся мертвецов, но должны были держать в курсе городские власти о надвигающихся мертвяках. На этом участке дороги было тихо. Восточные районы станции местные жители давно покинули, и в ту сторону, где уже стояли мертвяки, ехать никто не собирался. Вдалеке показался грузовой автомобиль. Мусоровоз. Он двигался со стороны мусорной свалки, что стало причиной для глупых шуток между агентами:

— Самое время заняться очисткой города от мусора. — высказался один из них.

— Пока одни спасаются от апокалипсиса, покидая свои дома, другие продолжают выполнять свою работу, как ни в чём не бывало. — подхватил другой. — Останавливаем?

— Да, нужно разобраться, что за клоун. Спросите его, почему так долго оставался в зоне бедствия и вообще, что он там видел, может, там уже и нет никакой нежити?

Грузовик стремительно приближался и, когда до патрульных автомобилей, преграждающих дорогу, оставалось несколько десятков метров, резко затормозил. Один из агентов подошёл к кабине со стороны водителя. Дверь грузовика открылась, и изнутри послышалось недовольное рычание, за которым последовал громкий гудок грузовика.

— Слышьте, парни. Здесь мертвяк. — сообщил агент своим товарищам. — Похоже, что он один.

Грэй, сидящий за рулём мусоровоза, никак не мог сконцентрироваться на словах из-за нервного возбуждения и продолжал рычать на агента силового подразделения. Он вдавил ногой педаль газа, давая понять, что готов двигаться дальше, даже если силовики не уберут свои автомобили с дороги.

— Да какой это мертвяк. — возразил другой агент, стоящий чуть поодаль, своему товарищу. — Ты что, никогда не видел, как здесь обколотые драйверы мусор возят? Обычный наркоман. Пусть вылезет из кабины.

Грэй увидел, как по дороге в их сторону неслось нечто с бешеной скоростью со стороны города. Почуяв что-то неладное, он вышел из кабины грузовика и уставился прямо на дорогу, пытаясь понять, что там едет.

— Я же говорю, что мертвяк, — стоял на своём первый агент.

— Да ты посмотри на него, он сильно вкачанный для мёртвого. — сопротивлялся второй. — А там что ещё такое? — заметил он странный объект на дороге, проследив за направлением взгляда Грэя. — Прижимай машину к обочине. Чёрт его знает, кто он такой и куда направляется, но пусть проезжает.

В сторону стоянки нёсся пикап, рёв двигателя которого стал слышен ещё издалека. Из автомобиля доносились звуки из встроенных динамиков, напоминавшие музыку. Адская железяка напугала всех не шумом, который она издавала, а тем, что в её кузове был установлен пулемёт на вращающейся башне. Не похоже было на то, что это правительственные силовые структуры. Во первых, военные не ездят по одиночке, а во вторых не слушают такую музыку. Но, судя по пулемёту в кузове и направлению движения пикапа, можно было сделать вывод о том, что он едет истреблять мертвяков. Не тут-то было. Несмотря на освободившуюся для него дорогу, автомобиль остановился, не доехав до стоянки. За пулемётом показался наводчик и, с криком: «Дорогу нежити», начал стрелять. Агенты успели попрятаться за один из патрульных автомобилей. Хорошо, что его бронированный кузов выдерживал пулемётную очередь. Грэй смог забежать за мусоровоз, на котором приехал. Долбанные сепаратисты совсем ума лишились. Пулемёт обстреливал укрытие силовиков, не давая им шанса высунуться и сменить позицию. Оба агента держали на изготовке свои пистолеты, но выстрелить по пикапу никак не получалось. Никому не хотелось рисковать, высовываясь под пули. Пикап медленно продвигался вперёд, пока пулемётчик продолжал шмалять, обстреливая позицию агентов по бокам. Грэй, поняв что находится вне сектора обстрела, выглянул из-за мусоровоза, приготовившись выстрелить из своего пистолета. Но пикап был увешан броне листами. Спереди в него даже попадать было некуда. Пистолет против такого монстра казался просто смехотворным. Грэй рискнул и попытался подойти поближе. Экипаж пикапа даже не обращал на него внимание.

— Грёбанные федералы. Вот ваш билет в лучший мир. — раздался голос из кабины пикапа, уже таранившего патрульный автомобиль. В следующее мгновение, когда Грэй уже нашёл уязвимое место в бронированном обвесе кабины пикапа, из неё вылетела граната и полетела через патрульный автомобиль прямо на сторону укрывшихся агентов. Всё это происходило под весёлую музыку, звучащую из колонок пикапа.

Грэй в самых подробных чертах разглядел, как при замедленной съёмке, что за патрульным автомобилем раздулось облако пламени. Сам автомобиль от этого приподнялся. В этот момент его салон тоже наполнился огнём. Затем автомобиль опустился обратно на землю, но уже на спущенные колёса. Пламя быстро погасло, полностью обуглив весь салон. А потом стёкла автомобиля не выдержали и разлетелись во все стороны на мелкие осколки. Фары лопнули, а зеркала просто куда-то исчезли. Снаружи кузов автомобиля моментально почернел, крышки капота и багажника приподнялись. Что было на другой стороне автомобиля, Грэй не видел. Вокруг взрыва начала разрастаться едва различимая сфера, образованная взрывной волной. Как только мутноватая стена достигла Грэя, он потерял сознание.

Очнулся Грэй от того, что его швыряло из стороны в сторону по твёрдому полу. Весёлая и музыка продолжала звучать совсем рядом, но уже не так громко. С разных сторон раздавались голоса. Кто-то беседовал между собой:

— Зачем вообще нужно было гранату бросать?

— Я не заметил, что он подошёл так близко. — отвечал другой голос. — Ты видел, какие у них патроны в обоймах? Они бы всех нас завалили при первой возможности.

Грэй неуклюже приподнял голову, издавая при этом нечленораздельные звуки. Он открыл глаза и увидел, что над ним болтается пулемёт на вращающейся башне. Оценив обстановку, он сообразил, что лежит в кузове пикапа и его куда-то везут, судя по всему по пересечённой местности. По обе стороны от него сидело двое нападавших.

— О, он начал приходить в себя. — заметил один из них и добавил: — Я же говорил, что это мертвяк. — Последнее, видимо, было сделано из анализа изданных Грэем звуков, заменявших слова.

— Лежи, лежи, парень. Восстанавливайся. — дружески посоветовал Грэю человек с другой стороны и продолжил беседу со своим партнёром: — Я не думал, что он вот так один может встретиться, тем более что он какой-то мускулистый.

Грэй попытался влезть в разговор, и ему удалось вставить слово:

— Мертвяки.

— Да, да. — сразу ответил ему один из сидящих в кузове. — Скоро твои друзья тоже здесь будут. Просто подожди.

— Ты думаешь, что он тебя понимает? Он просто бредит.

— Ну, не знаю. — и снова один из нападавших обратился к Грэю: — Парень, мы едем на кладбище Тихий Дом. Что-нибудь слышал про это место? Это целый город, построенный специально для таких, вроде тебя. Как ты?

Грэй, не очень понимая, что ему пытаются объяснить, вырвал лишь часть контекста из услышанного. Тихий Дом для таких, как он. Ему понравилась эта перспектива, и он скривил губы в кривой улыбке, подняв большие пальцы вверх на обеих руках.

Глава 23. Руна «Рихт»

Юджин Липшиц устало откинулся на спинку своего мягкого кресла, ему необходимо было отдохнуть от всей полученной информации. Информация, которая поступала к нему со всех прослушивающих устройств и камер скрытого наблюдения, расположенных в самых необычных местах. Он включил небольшой телевизор, транслирующий кабельное телевидение, как будто ему было мало всех тех мониторов, которые находились перед ним. Юджин постарался расставить все события, произошедшие за последнее время, в хронологическом порядке. Но, вместо абсциссы времени получался какой-то клубок. Собрать мозаику тоже не получалось: её детали накладывались друг на друга или оставляли незаполненное пространство. «Неисповедимы пути Господа» — подумал Юджин и закрыл глаза, чтобы не смотреть на мониторы, и теперь он только слышал трансляцию телевидения. Начинался мультик про супер семейку, мальчик из которой дружил с обычным ребёнком. Да, не только дети любят мультики, но и главный инквизитор федерации тоже. Юджин распутывал клубок: глава Организации, третьей силы, Дэвид Кор воскресил сестру древнего монашеского ордена, чтобы она, совершив диверсию, воспрепятствовала продвижению научных исследований правительственного научного объединения. Так, если принять за правильность убеждения Трудового, то эти исследования могли бы позволить в некотором смысле изменять ход времени, или даже путешествовать во времени. Но, если Дэвид уже овладел подобным умением, изучив запретные научные трактаты древней цивилизации, то нельзя исключать возможность, что Элдис тоже владеет какими-то такими способностями. Здесь пока в клубке Юджина остаётся петля. Ладно, идём дальше: Элдис, выполнив свой долг перед воскресившим её некромантом, обрела часть свободы и оказалась вправе действовать так, как ей заблагорассудится. Но Дэвид при этом продолжает поддерживать её. Вот ещё одна петля. Что делает Элдис?

Юджин продолжал лежать в кресле с закрытыми глазами, не замечая, как уходит из реальности и попадает в какой-то мир грёз.

Элдис создаёт сепаратистскую секту, настроенную против федеральных властей. Не на это ли рассчитывал Дэвид? Да, тогда можно распутать несколько петелек. Дэвид предоставил Элдис полную свободу действий в расчёте, что она создаст движение, пошатнувшее устройство федерации, а его Организация сможет после этого занять значимое место в правительстве. Слишком смелый расчёт. В мозаике Юджина появилось слишком много незаполненного пространства. Что пошло не так? Для чего потребовалось привлекать многотысячную орду нежити, которая способна полностью истребить всех живых, чтобы занять их место, если Элдис уже удалось создать мощный культ своей веры?

На фоне демонических мыслей о приближения конца времён, слух Юджина улавливал детские голоса:

— …Я увидел, что ты провалился в яму и не можешь выбраться. Поэтому я и пришёл на помощь, ведь я был совсем рядом.

— Спасибо. Ты смог увидеть то, на что никто не обратил внимание. А тебя ещё слепым называют…

Сознание Юджина начало распутывать другой узелок. Если Трудовой всё-таки провёл свои эксперименты по изменению сознания на подопытных, то получилось ли у него подтвердить возможность контролировать ход времени? Тот несчастный инвалид, который доставил ему так много хлопот, Даун Грэй, кажется что-то смог подтвердить. Ну конечно, ведь Элдис бы не стала призывать его к себе просто так. И то, как она его опекает, должно о чём-то говорить. Пациент, подвергшийся операции по изменению работы мозга в рамках проекта искусственного изменения хода времени, обладает возможностями, которые нужны ей самой. Не поэтому ли Дэвид воспрепятствовал передаче того диска, на котором хранилась информация о возможности накладывания разной скорости протекания времени друг на друга? Теперь мозаику складывали дети, голоса которых он слышал:

— …Меня так называют, потому что на вашем языке нельзя описать точный перевод этого слова. Оно скорее означает «закрывающий глаза». Помнишь, когда мы были у меня дома и случайно разбили рамочку с нашей семейной фотографией, а когда мама пришла, то ничего не сказала и даже не стала нас ругать.

— Это потому что она не заметила.

— Нет. Она заметила это, как только вошла домой.

— Значит, твоя мама просто добрая.

— Тебе только кажется так. Она закрыла на это глаза. Это то, что вы называете «слепая». Но поверь, мама совсем не добрая, и лучше её не злить…

Теперь уже детский пазл в сознании Юджина начинал сходиться: Элдис нужен преданный ей человек, способный переопределить ход времени. Дэвид Кор на эту роль не годился, поскольку оказался одержим желанием властвовать над ней, за что и был лишён своей некромагической силы. И все верховные служители межрегионального сепаратистского культа Великое Очищение были подвержены такой же одержимости. Все они хотели подчинить себе иерархическую верхушку монашеского ордена сестёр Слепого Отца. Сёстры не всесильны. Элдис обладает мощным даром внушения и даром изменять сознание других людей, творить иллюзии, но она не смогла изменить саму человеческую сущность. Лидеры сектантского движения, которое она создала, не подчиняются ей полностью, а хотят использовать способности сестёр в личных целях, чтобы добиться абсолютной власти. В какой-то момент, направление политики Великого Очищения разошлось с целями умершего монашеского ордена. Ведь никто же не хотел прийти к тому, чтобы пришлось спасаться от армии мертвяков. Так чего хотели сёстры? Дети, собиравшие мозаику в голове Юджина, не могли вставить последний пазл на свой место. При этом они продолжали разговаривать:

— …И как же это слово звучит на вашем языке. То, которое мы понимаем, как «слепые»?

— Оно произносится как «Рихт»…

Юджин слышал недавно это слово. Карл говорил, что это часть заклинания, поднимающего мертвяков. Юджин открыл глаза. Настолько неожиданно было услышать такие рассуждения в детском мультике. Он и сам никогда не задумывался о том, почему Отца называют «Слепым». По сюжету выходит, что этот термин перешёл от процивилизации, развязавшей войну. Он вошёл в глобальную сеть через компьютер и начал искать какую-либо информацию о детском мультике, который он сейчас смотрел. Его создатели явно ставили перед собой вполне конкретные цели, а именно: расположить детей к пониманию сектантского учения. Вдобавок, мультик действительно оказался познавательным, не то что для детей и взрослых, но и для настоятеля инквизиторской церкви. К сожалению, его создатели не сильно распространялись о себе. Это частная независимая мультипликационная компания, нигде даже не указывала адрес своего расположения и контакты, по которым с ней можно было бы связаться. Мультик выпускался под брендом «Тихий дом», но это ни о чём не говорило. Так чего же хотят поднятые при помощи некромагии умершие? Недостающий кусочек мозаики в голове Юджина встал на свой место, а распутавшийся клубок абсциссы времени приобрёл форму аккуратной паутинки. От этого по всему телу инквизитора пробежала дрожь. Мёртвые хотят заново обрести жизнь, и жить в том мире, где они могут на равных общаться со своими богами. «Мёртвые восстанут из своих могил, когда настанет конец времён. Те из них, кто вёл праведную жизнь, обретут её вновь» — вспомнились Юджину слова древнего пророчества.

Глава 24. Тихий Дом

Кладбище Тихий Дом не является кладбищем, в полном смысле этого слова. Объекты такого типа представляют собой города, построенные наспех на базе заброшенных предприятий. Эти места не получили своего обозначения на картах, поскольку ни администрация республик, ни правительство федерации, не несли ответственность за их возведение. Как правило, такие места располагаются достаточно далеко от населённых пунктов. Дорога к новому кладбищу не обозначалась на карте, скорее всего потому, что её просто не было. На объектах такого типа не было могил или захоронений, лишь небольшие жилые комплексы со слабо развитой инфраструктурой, и ещё имелись свои церкви. Последнее — не единственное, что объединяло эти места с настоящими кладбищами. Население этих мест преимущественно состояло из поднятых мертвецов, доставленных сюда с мест крупных захоронений. Но и живущие в таких городах люди чувствовали себя вполне комфортно. Кладбище Тихий Дом представляло интерес своим расположением. Оно находилось достаточно далеко от столиц станций, и достаточно близко к пересечению границ важнейших из них с границей федерального центра. Пикап проезжал вдоль высокого бетонного забора, пока не оказался возле тяжёлых железных ворот, преграждающих въезд на территорию Тихого Дома. Остановившись, водитель автомобиля посигналил, а пассажир из кабины вышел на кого-то по станции:

— Открывай. Я что тут, до вечера стоять буду?

Скрипучий механизм начал раздвигать воротины, и автомобиль въехал внутрь, не дожидаясь полного открытия дверей. Члены экипажа, сидящие в кузове, приветственно помахали рукой назад. Грэй никого не увидел с той стороны, зато увидел возле ворот бетонную башню с маленькими окошками. Сидя в открытом кузове, Грэй в первую очередь обратил внимание на то, что внутри этого укреплённого объекта дороги были, причём совершенно ровные. Наконец его перестало трясти и укачивать.

— Ну что, дружище, — обратился к нему сидящий рядом человек. — вот мы и дома. Можешь начинать выбирать место, где будешь жить. Пока большинство домов свободно. Сначала только отвезём тебя в пункт распределения. — при этом человек показал рукой в сторону, где Грэй увидел возвышающийся над двухэтажными зданиями купол собора.

Пока автомобиль двигался по аккуратным широким улицам, Грэй продолжал осматриваться по сторонам. Не сказать, что на улицах было полно народу, но всё же кое-какое движение здесь было. Некоторые люди прогуливались по тротуарам, или сидели на лавочках. Выглядели они не так опрятно, как жители федерального центра, но лучше, чем большинство жителей станции Глубокий котлован. Но всё же в их облике и движениях было что-то, что их всех выдавало. За то короткое время, что Грэй провёл с мертвяками, он кое-что понял о них, и поэтому спросил:

— Город мертвяков?

— Вот именно. — ответили ему. — Хотя, может и не совсем город. Все называют это место по-разному. По сути это перевалочная военная база, так что здесь ведётся восстановление и подготовка воинов.

— Военная? — недопонял Грэй. То есть он понял, что идущие со стороны восточной границы мертвяки считают себя войнами священного войска, но при чём здесь он? Тем более что если не считать оборонительных сооружений по периметру базы и автомобиля, в котором его везли, это место не было похоже на военную базу.

— Да, понимаю, не очень на это похоже, но база всё ещё строится и подготавливается к приёму основной части войск. Скоро сюда начнёт осуществляться завоз вооружения. — после такого ответа Грэй точно почувствовал себя не в своей тарелке, в очередной раз подумав о том, что лучше бы отдыхал сейчас в палате диспансера.

Автомобиль подъехал к собору с тыловой стороны, и весь экипаж боевого пикапа вышел наружу. Оказалось, что в кабине было ещё два человека, помимо водителя. На заднем сиденье всю дорогу сидела девушка, находясь там и во время нападения на патруль силовиков. Выйдя, она с облегчением жалобно произнесла:

— Наконец-то, сколько можно было? Вся попа уже болит. В следующий раз с пулемётчиком местами поменяюсь. Всё равно он стрелять не умеет.

Парень, ехавший в кузове, вероятно и был пулемётчиком, воспринял это как заигрывание и улыбнулся:

— Посмотрю, как у тебя получится не выпасть отсюда на полном ходу по скальнику, не то, что стрелять.

Только сейчас Грэй заметил, что весь экипаж из пяти человек был одет в одинаковую одежду. Тёмно-зелёные комбинезоны со светлыми ляпами, прочные высокие ботики на ногах и ремневые системы на теле для удобства переноса и быстрого доступа к нужным предметам. Один из ребят вызвался проводить Грэя внутрь собора через задний вход, сказал:

— Так, парни, ждите. — и, обратившись к Грэю: — А ты давай со мной. — видимо, свою боевую подругу члены экипажа тоже считали за парня. Её это не обижало. Видимо, она и была падцанкой, но не упустила случай передразнить:

— Так, парни тебя будут ждать, а я тогда дальше поехала. — и улыбнулась собственной шутке.

Войдя внутрь собора и пройдя небольшой холл, Грэй вместе со своим спутником оказались в огромном церемониальном зале, где уже собралось несколько десятков мертвяков. Спутник сообщил:

— Ну всё, здесь все твои. Освоишься. Скоро тебя определят. Пока просто находись здесь и жди.

После этих слов спутник развернулся и собрался идти обратно, но его остановил грозный голос одного из служителей собора.

— Стойте там, это что? — голос прозвучал издалека, но был хорошо слышен. В сторону Грэя и его спутника уже шёл служитель в рясе, которая резко отличала его от всех остальных присутствующих. Подойдя ближе, он продолжил разговор, пока приведший Грэя человек, думал, что ответить на первый вопрос. — Мы не принимаем беженцев.

— Этого мертвяка мы подобрали на дороге со стороны свалки в Глубоком Котловане, откуда войско скоро выдвинется. У нас приказ, вести их всех сюда. — наконец ответил человек в тёмно-зелёном комбинезоне.

Служитель собора посмотрел на него, как на идиота. То есть он посмотрел так на обоих, и сделал вывод:

— Вы придурки. — видимо относилось к команде боевого пикапа, но Грэй воспринял и на свой счёт. — Вам объяснить, как отличить покойника от живого человека? Как вы друг друга только не поубивали?

Человек в тёмно-зелёном комбинезоне с сомнение посмотрел на Грэя и спросил у служителя:

— Так что делать то?

— Что, что. Вывезите его за периметр базы и там… Да кому я объясняю. — служитель не стал вдаваться в подробности требуемых действий. Внезапно он оглянулся назад, будто его позвали и сказал: — Так, ждите пока здесь, на этом месте. — и ушёл в сторону, куда оглядывался.

Человек в тёмно-зелёном комбинезоне тупо уставился на Грэя. Чтобы разрядить ситуацию, тот улыбнулся и произнёс рычащим басом, присущим мертвякам:

— Я живой.

Служитель собора вернулся через минуту. Его настроение резко поменялось за это время. Теперь он давал новые распоряжения приведшему Грэя человеку:

— Всё, этого оставляй. Идите, работайте дальше. Только не нужно сюда больше инвалидов всяких приводить. Если что — Район Беженцев на севере отсюда, езжайте за потоком машин, чтоб не заблудиться.

— Да понял я уже. — виновато ответил на сарказм служителя собора человек в тёмно-зелёном комбинезоне. — Мертвяков тоже туда везти?

— Идите отсюда. У начальства своего не забудьте спросить, как мертвяки выглядят. — крикнул служитель вдогонку уже уходящему человеку.

Глава 25. Неправительственная коллаборация

— Мы расшифровали данные по результатам анализа работы головного мозга. Это сведения, полученные в результате утечки информации из федерального центра.

Важное заявление было сделано на собрании представителей научных институтов, подчинённых неправительственному научному объединению. Целью данного объединения стал поиск путей решения задач, связанных с возможностями человеческого сознания, а также поиск принципиально нового подхода к развитию и стимулированию разума. Объединение получило название коллаборация Изменённого Сознания. Большая часть институтов, включённых в состав коллаборации ИС, дислоцировалась и проводила свои исследования на территории станции Доменная Печь. Некоторые НИИ, заинтересованные в этом объединении, работали и на территориях соседних республик, активно поддерживая связь и предоставляя данные своих исследований неправительственной коллаборации Изменённого Сознания. Собрание проходило на территории дислоцирования большинства институтов, с инициативы администрации станции Доменная Печь. Темой собрания стала готовность научного объединения перейти к практическим методам изменения разума. Теоретическое моделирование работы показывало, что такой переход возможен. НИИ метакибернетики разработало чип, взаимодействующий с любым сознанием, при имплантации его непосредственно в кору головного мозга. Алгоритм работы кода, записанного на чип, был разработан с учётом данных, полученных при тонатологических исследованиях.

— Насколько нам известно, — возразил один из участников собрания, — коллаборация Искривлённой Физики признала подобные методы изменения сознания не представляющимися возможными. Проект по всем этим разработкам был закрыт из-за своей не ликвидности.

— Не совсем так. — пояснил руководитель лаборатории НИИ метакибернетики. — Коллаборация Искривлённой Физики признала этот проект не этичным. Вернее, церковь Слепого Отца, с которой коллаборация ИФ поддерживает определённого рода договорённости, запретила развитие этого проекта. Но есть некоторые сведения говорящие о том, что в рамках исключительного эксперимента, на базе правительственного института была реализована возможность развития энергетических структур, составляющих сознание и взаимодействующих с мультимумом.

Это заявление потребовало уяснения, и один из участников переспросил:

— Вы говорите, что единственной причиной заморозки этого проекта стало решение государственной церкви. Каким образом проведение этих работ на территории станции Доменная Печь скажется на отношениях нашего научного объединения с властями?

Руководитель лаборатории НИИ метакибернетики на секунду замялся от столь нелепого вопроса. Конечно, всё это уже давно было решено на самом высоком уровне.

— Храм Великое Очищение высказал своё одобрение, насчёт исследований возможности изменения и развития сознания и перехода к практическим методам в этой области. Насколько нам известно, официальной религией на станции Доменная Печь является культ Великое Очищение, поэтому морально-этическая направленность церкви Слепого Отца не имеет никакого отношения к сфере исследований коллаборации изменённого сознания. — в подтверждение своих слов, выступающий руководитель лаборатории привёл и так известные факты: — храм оказал нам помощь и содействие в накоплении базы оцифрованных моделей сознания.

То, что служители храма проводят свои исследования, знало большинство. Именно благодаря влиянию храма удалось создать универсальную систему воздействия на сознание и подсознание. Служители имели такой дар, врождённый, или приобретённый, а благодаря их заинтересованности в разработках коллаборации ИС, природу этого дара удалось изучить. Но, большинство участников знало не всё, о значении храма в их работе. Руководитель лаборатории НИИ метакибернетики продолжил, как бы между прочим:

— Да, служители применили методику оцифровки сознания к имеющимся у них на сбережении мощам…

По аудитории сразу прокатился возмущённый шёпот, что заставило разговаривавшего прерваться и приготовиться держать оборону. Из зала аудитории сразу поступил вопрос:

— Вы хотите нам сказать, что служители храма оцифровали сознание трупа? Покойного человека, давно переставшего думать? Что интересного может быть в этих результатах?

Видимо эта часть работы храма находилась в закрытом доступе, но теперь деваться было некуда, и руководитель лаборатории перешёл к объяснениям:

— Вот именно. Благодаря храму мы получили модель частично оцифрованного сознания покойной, и эта модель на восемьдесят процентов схожа с оцифрованным сознанием обычных людей. Но, я вынужден вас поправить: покойная не перестала думать. Я повторю, что речь идёт о мощах святыни, хранящейся в храме, а не об умершем на улице от передозировки наркомане. Поэтому, прошу разделять понятия «труп» и нашей покойной, сознание которой находилось при ней даже после смерти в состоянии гибернации и не покидает её. Используя разработки коллаборации ИС, переданные служителям Великого Очищения, сознание покойной удалось вернуть в активный режим.[3]

— Ну хорошо. — согласился участник собрания, споривший с выступающим руководителем лаборатории. — Все мы знаем, что покойную удалось оживить. Так почему её сознание соответствует любому другому только на восемьдесят процентов, а что удалось установить об остальной пятой части работы её мозга?

Руководитель лаборатории НИИ метакибернетики подошёл к основной части своего выступления и с готовностью ответил:

— Анализ сложившегося положения позволил установить, что эта часть сознания святой Дасти определяет её к «слепым»…

И снова по аудитории прокатился возмущённый гул. Из зала сразу поступил вопрос, перебивший выступающего:

— Что это значит? Поясните пожалуйста.

— Это значит… — выступающий руководитель лаборатории хорошо разбирался в метакибернетической отрасли, но плохо понимал религиозное учение, поэтому ответил просто, без подробностей: — Это означает, что если мы изменим сознание человека, согласившегося на проведение данной операции, то мы сделаем из него Бога, святого. Понимайте это как хотите, но человек с изменённым таким образом сознанием обретёт бессмертие. Но главное для нас сейчас, что он сможет поднимать нежить и управлять ей, не говоря уже о возможности общаться со «слепыми» из более высокоуровневого мира.

Ещё один вопрос из зала:

— Скажите, как скоро будет осуществима возможность проводить операции по имплантированнюю чипа и назначена ли уже дата проведения первых практических экспериментов?

— Технически, это возможно уже сегодня. — заявил выступающий руководитель лаборатории. — Нам осталось согласовать некоторые юридические вопросы с руководством научного объединения Изменённого Сознания. Ну и конечно же, сразу после получения положительного результата, необходимо будет организовать выбор добровольцев на проведение этой операции.

Вопрос из зала:

— Какова вероятность того, что в ходе практического эксперимента может выявиться ошибка в расчётах и выбранные добровольцы получат повреждения, вместо ожидаемого результата?

— Конечно, нельзя ничего исключать. — ответил руководитель лаборатории НИИ метакибернетики, как должен отвечать любой учёный. — Но, выполненные расчёты перепроверены на различных моделях, и вероятность наличия в них ошибки можно считать пренебрежительно низкой.

Глава 26. Армия капитана Сторма

Капитан Сторм, как и положено настоящему полевому командиру, первым пришёл в себя и поднялся на ноги. Вся его армия продолжала находиться в состоянии гибернации. Тела многих воинов уже регенерировали, и они были вполне способны продолжить вести войну. Пусть даже так, шаг за шагом, терпя неудачу за неудачей, рано или поздно бессмертная армия живых мертвецов достигнет своей цели.

— Встать! — прорычал Сторм так громко, что его команда была услышана даже на дальних флангах. — Продолжить движение!

Многотысячная армия нежити начала приходить в себя. Все, кто лежали на этом поле, почти одновременно встали, чтобы выполнить поставленный приказ. На этот раз рядом никого не было, кто мог бы оказать сопротивление. Покалеченные войны хромали, падали и поднимались вновь. Многие из них регенерировали ещё не до конца, волоча за собой культяпки конечностей или передвигаясь в скрюченной позе с переломанными во многих местах костями. Но идти они могли. Остальное — дело времени. Кости срастутся, а на месте вырванных, появятся новые. Мясо затянется, а органы мертвякам не нужны. Несмотря на общепринятое мнение, войны армии капитана Сторма могли не только ходить, но и воевать даже без мозгов. Если бы инквизиторы наблюдали за этим поднятием армии нежити, то выпали бы в осадок, заметив в числе движущегося войска воинов даже с оторванными головами. Наверное, они сразу бы пересмотрели свои убеждения о неспособности к организации мертвяка, получившего компрессионное сжатие мозга. Что касается самого Сторма, не смотря на то, что он получил прямой удар гранатой в тело, находясь в первой шеренге, его голова, руки и ноги были на месте. Сейчас по нему уже даже нельзя было сказать, что он собрал все мины, вставшие у него на пути, если не считать его порванную одежду. Но сам он, его тело — не получило никаких повреждений. Армия, одержимая приказом уничтожить еретическое государство, продолжила движение на север. Далеко впереди над горизонтом в небо взлетела звезда, затем ещё и ещё одна. Сторм завороженно смотрел на этот явление и громко выкрикнул предупреждение:

— Идти! С нами Бог!

Уже через несколько секунд звёзды посыпались на армию капитана Сторма, разрываясь при падении. Несколько ракет упало на пути следования мертвяков, а несколько попало прямо в цель. Небольшая часть армии, попавшая под удар, разлетелась по сторонам, но команда капитана заставила подняться всех, получивших повреждения от разрыва ракет и продолжить шествие. Сторм указал рукой в сторону, откуда вылетели ракеты, и сообщил своим мертвякам:

— Нам туда.

Южные районы станции Ториевые Залежи, по которым двигалась армия нежити, уже были эвакуированы. Правительство федерации предоставляло жителям зоны бедствия жильё в резервных городах, построенных специально на такой случай. Но эти города быстро оказались переполнены. Никто не рассчитывал, что придётся освобождать такую большую часть территории. Приходилось дополнительно оборудовать палаточные места рядом с пунктами оказания помощи жителям районов бедствия. К счастью, армия нежити держала путь строго на север, обходя стороной республиканский центр Ториевых Залежей, что позволило не вносить главный город станции в категорию эвакуации первой очереди. Администрация города даже смогла предоставить временное жильё беженцам с эвакуированной территории. Но пока никто не мог знать, куда дальше пойдёт эта бессмертная армия восставших мертвецов. Созданные силовые подразделения правительства федерации объединились в армию, но не могли оказать достаточного сопротивления врагу, против которого оказывалось бессильно любое оружие. Склады с оружием, законсервированные сразу после окончания последней войны, теперь быстро опустошались, став единственным источником боепитания, поскольку промышленность федерации не была приспособлена для производства нового оружия.

Юджин Липшиц смотрел на карту с нанесёнными на неё данными, полученными от спутниковой и воздушной разведки. Он никак не мог понять, куда держит путь армия нежити. Логично было бы с их стороны захватить по пути все крупные города. Ожидалось, что нежить Южных Крестов, вошедшая на территорию станции Ториевые Залежи, в первую очередь пойдёт на республиканский центр. Теперь было чётко видно, что армия нежити обходит крупные города стороной и движется прямо в направлении Федерального Центра. Не может же эта армия сама принимать решение. Тогда кто ей управляет, и какими мотивами он руководствуется при этом? Никакой оперативной информации на этот счёт не появлялось. Увеличенная картинка с низкоорбитального спутника, принадлежащего церкви Вечных Мук, в режиме онлайн показывала под быстро меняющимся углом, как армия движется плотной шеренгой, не останавливаясь даже под наносимыми ей ударами ракет. В самый последний момент Юджин заметил, как многотысячное шествие нежити остановилось, но что стало причиной остановки, уже не было видно из-за того, что спутник слишком далеко отлетел. «Нужно будет поднять его повыше над этим местом на следующем обороте» — принял решение Юджин, пожалев, что не располагает парочкой беспилотных летательных аппаратов. Для него осталось непонятным, почему же армия нежити вдруг остановилась? Может, мертвяки просто решили передохнуть? Сомнительно. Мёртвым не нужен отдых.

Казалось, что чувство страха покинуло мертвяков вместе с жизнью. Они не боялись ничего: ни разрывающихся поблизости снарядов, ни взлетающих вдалеке ракет, продолжая целеустремлённо идти вперёд. Но то, что встало у них на пути, заставило их усомниться в выполняемом ими приказе. Большинство мертвяков просто остановились, в готовности развернуться и бежать назад, но властный голос капитана Сторма удержал их:

— Не поворачивать назад! Идти вперёд.

Впервые армия нежити замешкалась перед выполнением приказа своего командира. Мертвяки продолжали стоять на месте, изумлённо вглядываясь вперёд. Сторм уже понял, что его полномочия вдруг стали сильно ограничены. Теперь придётся действовать более аккуратно. Если подчинённая ему армия перестанет выполнять его приказы, дальше придётся идти самому. Он смотрел прямо перед собой. На фоне взрывов не долетевших до него ракет появлялось едва заметное мерцание. Магия. Значит, цель близка, и противнику больше ничего не остаётся, кроме как пойти на крайние меры. Мерцание, появившееся на пути армии, сфокусировалось и приобрело материальную форму. Возникший силуэт никак нельзя было назвать устрашающим, но именно эта появившаяся фигура заставила остановиться армию нежити, а не те вспышки пламени от разрыва ракет, на фоне которых она появилась. Капитан Сторм единственный сделал несколько шагов вперёд навстречу низенькому силуэту, приобрётшему уже свою материальную форму, чтобы обратиться к нему:

— Полли, дай нам пройти.

— Пусть твоя армия остаётся на месте, Сторм. — образ сестры сам по себе казался здесь неуместным, а то, с каким спокойствием она разговаривала с полевым командиром армии нежити, выходило за пределы любого понимания. — Время ещё не пришло.

Капитан Сторм обрушился на неё в ярости:

— Наше время пришло уже давно. Мы и так ждали слишком долго. Нас ничто не сможет остановить. Я дал клятву освободить эти земли от всех, кто отказался подчиняться нашему Отцу.

Глава 27. Новости с Восточного фронта

Вертолёт канала новостей облетал восточные районы станции Глубокий котлован, передавая запись на телевидение с камеры, снимавшей с высоты нескольких сотен метров. Зрители новостей в прямом эфире видели, как бесчисленная толпа поднятых мертвецов совершает свой поход в западном направлении, углубляясь в территорию Глубокого Котлована. Специальный корреспондент передавал свой эфир прямо с борта вертолёта, высовывая голову в проём двери для лучшего обзора. Он говорил нервно и возбуждённо, как это бывает во время трансляции шокирующих новостей:

— Внимание. Да, вот мы видим мертвяков. Их действительно очень много. Они растянулись в колонну, которая всё ещё начинается от территории Братских Земель. Они уже прошли мусорную свалку федерального значения и движутся в сторону центральных районов Глубокого Котлована. Информация о том, что мертвяки вооружены, подтвердилась. Это странно, потому что когда эта армия только пересекла границу федерации, информации об имеющемся у них оружии не поступало. Мы пролетели вдоль всей колонны и не смогли заметить на пути их движения никаких баз формирований, где мертвяки могли бы найти оружие, но вот мы с вами можем видеть, что возглавляющая колонну нежить держит в руках оружие.

На экранах телевизоров на фоне отснятой с высоты армии нежити появилось окно с изображением студии новостного канала. Ведущая задавала вопросы спецкору, находящемуся на борту вертолёта:

— Что находится на пути следования колонны? Вы можете сказать, есть ли впереди них то, куда они так целенаправленно идут?

— Впереди колонны только эвакуированные населённые пункты. — передавал репортёр. — Судя по карте, впереди нет никаких объектов, заслуживающих внимание. Нам всё ещё не понятны их цели. Судя по всему, они просто решили заполонить собой всю территорию станции.

— Они всё ещё двигаются по дороге? Как скоро они доберутся до республиканского центра — продолжала ведущая, сидящая в студии.

Оператор в вертолёте приблизил изображение головной части колонны мертвяков, а спецкор ответил на вопрос:

— Нет, нет. Сейчас мы уже видим, что колонна сошла с дороги налево. Сейчас направление их движения изменилось, и они направляются в сторону границы со станцией Доменная Печь. Думаю, это может стать поводом для начала беспокойства на соседней территории. Отсюда, с высоты, видно, что колонна собирается обойти стороной наиболее заселённые районы Глубокого Котлована.

Толпа мертвяков шла по пустынной территории. У жителей центрального района станции Глубокий Котлован появилась надежда, что их дома никто не тронет. Никто не собирался преграждать дорогу вооружённой нежити, видимо понимая, насколько это было бы бессмысленно. Оборона на южном направлении это показала. Во всяком случае, нежить не несла прямой угрозы в настоящий момент. Некоторые жители станции Глубокий Котлован, отказавшиеся покидать свои, смотрели телевизор и комментировали происходящее:

— Мертвые обходят нас стороной, чтобы пойти на Федеральный Центр. Их цель — продажная государственная церковь, поэтому нас они не трогают.

Кто-то делал предположение, что армия просто заблудилась и не знает, куда ей идти. Другие считали, что мертвяки идут на пустынную территорию, потому что ненавидят живых и не хотят с ними сталкиваться. В студии новостного канала ведущая уже общалась со специальными гостями, приглашёнными для интервью в прямом эфире. Служитель храма Великое Очищение делал свои выводы о поведении мертвяков, говоря, что невидимая сила оберегает живых от этой напасти и призывал благодарить всех «слепых». Научный сотрудник правительственного института социального развития высказывал предположения совсем другого рода:

— Согласно анализу поведения поднятых покойных, мы можем говорить о том, что их сознание находится в другом мире. Если точнее — в другом времени. Они взяли в руки оружие, значит, хотят воевать, но их противник, с которым они сражались перед смертью, уже давно закончил свою войну с ними.

— То есть, Вы хотите сказать, что мы столкнулись с заблудившимся во времени войском? — уточнила ведущая новостного канала. — Получается, что для живущих ныне людей эта армия не представляет опасности?

— Нет, нет. — запротестовал научный сотрудник. — Мы не можем знать, насколько опасна эта армия. Об их целях и мотивах мы можем только догадываться. По крайней мере на данный момент они не идут целенаправленно в населённые пункты, но что будет потом, когда они поймут, что территория, за которую они сражались, населена нами? Не захотят ли они отобрать её у нас и выселить нас за пределы федерации, или сделать своими рабами?

Специальный корреспондент, передававший информацию с борта вертолёта над местом события, снова вышел на связь:

— Мы поднялись не несколько сотен метров выше и пролетели по направлению движения колонны. Думаю, что сейчас у нас всех добавится вопросов. Мы обнаружили на территории пустыни укрепление, не обозначенное на карте. Это похоже на военную базу. Головная часть колонны находится всего в десяти — пятнадцати километрах от этого укрепления. Остаётся непонятным, зачем нежить идёт на засекреченную военную базу. Сейчас мы попытаемся спуститься пониже, чтобы рассмотреть, что происходит на этой территории, огороженной бетонным забором…

В этот момент связь со спецкором оборвалась и транслируемая с места события картинка пропала с экранов мониторов. Вместо неё режиссёр несколько раз повторил последние секунды полученной съёмки, в том числе и в замедленном воспроизведении. На кадрах было видно, что на ограждённой территории имеются площадки, на которых была выставлена старая техника. По виду, это были артиллерийские установки. Длинные стволы нескольких из них быстро направились в объектив камеры, после чего произошёл залп. На этом трансляция обрывалась. Сомнений не оставалось: вертолёт новостного канала завис над военной базой и оказался сбит из артиллерийских пушек. Военная база, в сторону которой идёт армия нежити. Почему именно туда? — это стало новой причиной для обсуждений в прямом эфире и всякого рода домыслов. Одни предполагали, что нежить в первую очередь хочет уничтожить армию противника, другие начали думать, что военные сами призвали к себе мертвяков. Последнее убеждение объясняло, почему вертолёт новостного канала оказался сбит с территории военной базы. Без наблюдения с воздуха трудно было делать какие-либо прогнозы. Да и как теперь узнать, что будет, когда нежить доберётся до военной базы? Судя по всему, это произойдёт уже через три — четыре часа.

Если бы вертолёт новостной компании не оказался бы сбит, то зрителей новостей в следующую минуту увидели бы, как за пределы ограждённой бетонным забором базы выезжает боевой пикап с установленным в кузове пулемётом на вращающейся башне. Автомобиль начал своё движение в сторону идущей колонны нежити.

— Они что, сами не дойдут? — переговаривался между собой экипаж автомобиля.

— Сказано сопроводить. Может наши боятся, что их команда новостей остановит. — отвечал другой член экипажа наблюдая, как вертолёт с эмблемой новостной кампании стремительно теряет высоту, оказавшись подбитым из зенитной установки.

— Ура, нас покажут по телевизору. — саркастично обрадовалась девушка в составе команды. — Интересно, что теперь будет? К нам придут федералы, чтобы взять автографы?

Глава 28. Суицид на операционном столе

Олдион оказался третьим добровольцем в проекте коллаборации Изменённого Сознания, только он об этом не знал. Первый доброволец, согласившийся на имплантацию чипа, расширяющего сознание до уровня Бога, как ему было обещано, так и не пришёл в себя после проведённой операции. Следующий подопытный оказался более живучим, чем первый. Очнувшись после проведённой имплантации чипа, разработанного НИИ метакибернетики, он находился в состоянии аддикции в течение нескольких минут, отказываясь разговаривать с врачами. После чего исхитрился взять в руку лежащий рядом скальпель и воткнул его себе в горло. Помочь ему не успели, не смотря на то, что он в момент получения ранения уже находился в операционной. Естественно, что информация об этих двух случаях не покинула стены больницы института, в которой проводилась имплантация чипа. Как можно заметить, прогресс в проведении опытов хоть и не значительный, но всё же был. Третья по счёту операция готовилась более тщательно, чем предыдущие. Дело даже не в растущем количестве невинных жертв науки, а в потраченном времени. Поэтому очередная неудача была просто недопустима. Добровольцы на операцию проходили несколько этапов отбора. Стандартные критерии требовали отсутствия у добровольцев близких родственников и друзей. Среди добровольцев, изъявивших желание испытать на себе последствия сомнительной операции, таких оказалось достаточно много. Из их числа выбрали наиболее физически полноценных людей со здоровой психикой. То есть, конечно же, относительно здоровой. Для опытов коллаборации ИС требовался человек, способный адекватно реагировать на ситуацию даже в самых необычных для него условиях. Что за условия, не знали сами учёные и хирурги. Предшественник Олдиона ничего не сказал о своих ощущениях и о том, что именно ввело его в состояние аддикции и заставило покончить жизнь суицидом столь скоротечно после возвращения его сознание. Олдион оказался наиболее подходящим кандидатом на роль испытуемого нового доработанного импланта, и теперь лежал в той же самой операционной, где до него странным образом погибли двое предшественников. Все меры безопасности были приняты. Операция по вживлению чипа прошла успешно. Олдион начал отходить от наркоза и открыл глаза, сразу же услышав голос врача, который курировал этот проект:

— Как Вы себя чувствуете?

Умные камеры, установленные в разных местах операционной, тоже среагировали на пробуждение подопытного и настроили свой фокус на его лицо, сканируя эмоциональное состояние.

— Хорошо, — ответил подопытный немного уставшим голосом, как обычно разговаривают люди, отходя от наркоза. — Почему я связан и что это за место?

Это был прорыв. Испытуемый не только не отказывался разговаривать, но и понимал, что он связан. Ремни на столе фиксировали его руки и ноги.

— Это для Вашей же безопасности, — ответил врач, не стесняясь этого клише. — Вы находитесь в операционной, где Вам вживили квантовый чип, способный расширить Ваше сознание. Подробности оговаривались с Вами накануне операции, но я могу повторить, если есть такая необходимость.

— Нет, не надо. Я вспомнил. Просто я думал, что я ещё там.

— Где, там? — удивился врач словам испытуемого.

— В доме «слепых», — спокойно ответил Олдион.

Пока рано было делать какие-либо выводы. Возможно, что испытуемый просто бредит после наркоза, но врач посчитал не лишним уточнить:

— Вы были в доме «слепых»? — и получил утвердительный ответ. — Расскажите об этом месте.

— Трудно описать, — начал Олдион. — Это не совсем место, скорее, просто область пространства. Но Они сами говорили что-то вроде того, что я пришёл к ним в дом.

Даже если это просто бред, то врач просто начал подыгрывать:

— Как долго Вы с ними общались? — спросил он, прекрасно понимая, о ком идёт речь.

— Достаточно долго. Многое запомнил. Можно меня развязать? — Олдион казался совершенно адекватным, и хирург приготовился снять ремни, ожидая согласия врача, но тот отрицательно покачал головой.

— Сначала нам нужно удостовериться, что с Вами всё в порядке. Что Вам показалось наиболее важным из того, что Вы услышали?

— Они сказали, что религия и наука не должны слишком плотно соприкасаться друг друга, — выделил Олдион из всего услышанного. — Так уже было, давно. Это стало причиной войны, которая всё ещё не закончилась. Мне нужно в туалет.

Одна из умных камер подала сигнал о зафиксированном нехарактерном возбуждении. Воач внимательно посмотрел на испытуемого, но ничего странного в выражении его лица не заметил.

— Пожалуйста, потерпите. Вы запомнили что-нибудь ещё?

— Да, запомнил, — продолжал Олдион. — Мне сказали, что теперь нужно выбирать, — и замолчал, подбирая слова.

— Между религией и наукой? — попытался помочь ему врач, нарушив правило дознания, запрещающее подсказывать опрашиваемому варианты ответа.

— Да, между религией и наукой, — сразу согласился Олдион. Умные камеры на этот раз не подали никакого сигнала об отклонении эмоционального состояния. — Долго ещё терпеть?

«Не может же человек врать, что хочет в туалет», — подумал врач, курирующий проект, и подал хирургу знак проявить максимальную осторожность. Послабление было допущено только потому, что туалет находился за дверью в операционной, и не нужно было далеко ходить. Один из ассистирующих хирурга медицинских работников аккуратно ослабил ремни. Пациент продолжал оставаться спокойным, находясь в полуаморфном состоянии, всё ещё под влияние наркоза и вколотого ему успокоительного препарата. Ассистент снял ремни и Олдион смог встать с операционного стола.

— Они сказали, что я не должен теперь находиться здесь, — продолжил Олдион, уже стоя на ногах.

— Дверь туалета вон там, — показал жестом ассистент. — Я вас проведу.

— Не нужно, — ответил ему Олдион не смотря на то, что предложение не подразумевало отказа. Проявив невероятную ловкость, Олдион сделал несколько больших шагов в совершено другую сторону и вышел в окно. Никто даже не успел среагировать, чтобы остановить его. Некоторые сотрудники медицинского персонала, ставшие очевидцами этого события, бросились к открытому окну. Но всем и так было понятно, что испытуемый вышел через окно из помещения на двенадцатом этаже явно не для того, чтобы подышать свежим воздухом и даже не для того, чтобы пописать.

Врач осознавал, что столь лёгкая халатность стала причиной очередного срыва проекта. Тут даже за голову руками хвататься не хотелось, а просто пойти следом за испытуемым. Он уточнил, когда к нему вернулся дар речи:

— Камеры всё записали?

— Да, всё записали, — ответили ему.

— Удалите запись, — дал указание куратор. — Об этом случае тоже никто не должен знать.

Говоря «тоже», он имел в виду предыдущие опыты проекта по имплантации в мозг чипа, расширяющего сознание. Он даже не мог понять, что является причиной случившегося: то, что он разрешил подопытному сходить в туалет или хирурги неправильно проводят операцию с инсталлированием квантового устройства к нейросетям головного мозга? Всё же он склонялся к тому, что программисты института метакибернетики что-то напутали в написании кода для чипа. Как это обычно бывает, после выхода бета-версии какого-либо приложения, требуется несколько выходов исправленной и доработанной версии, прежде чем конечный продукт будет работать без багов.

Глава 29. Оружие Федерации

Глава коллаборации Искривлённой Физики теперь обязан был встретиться с главой государственной церкви митрополитом Карлом, Чтобы ещё раз обсудить ключевые вопросы и сложившуюся ситуацию в целом. Встреча проходила конфиденциально тет-а-тет, в кабинете Карла. Стив Трудовой чувствовал себя не в своей тарелке. Ему было что сказать, но и было что выслушать. Первоочередной вопрос касался вооружения федерации, хранящегося в законсервированных складах. Об этом, до недавнего времени, вообще никто не знал, за исключением верхушки руководства коллаборации ИФ. Трудовой довёл эту информацию до Карла только потому что понимал, что скрыть применение всего того вооружение, которым он собирался укомплектовать образованную армию всё равно не получится. Государственная церковь долгие годы считала, что всё вооружение времён войны было уничтожено, и когда Трудовому пришлось опровергнуть это убеждение, он преподнёс это в качестве просьбы на разрешение вскрытия забытых хранилищ с оружием.

— Мы можем использовать его, как меру борьбы против армии нежити. — ставил он в известность Карла ещё совсем недавно так же при личном разговоре. — Вы всё ещё думаете о нарушении с нашей стороны обоюдной договорённости? Лучше подумайте о том, как нам избежать апокалипсиса, без применения силы.

— Хорошо. Расконсервирование этих складов находится в вашей компетенции. — согласился тогда Карл, стараясь как можно к меньшей ответственности привлекать церковь за данное разрешение. — Я так понимаю, что в настоящий момент, хранящееся в них оружие находится в небоеспособном состоянии?

— Если это имеет значение, то пусть будет так. — глупо было обсуждать такие юридические моменты, когда армия нежити уже пересекла границу федерации, но оба понимали, что когда восстание будет подавлено, если конечно так произойдёт, то по делу о сохранившихся складах с вооружением будут проводиться серьёзные разбирательства.

И вот теперь, когда стало известно, что запас вооружения странным образом оказался в руках мертвяков, находящихся на территории станции Глубокий Котлован, и что вертолёт новостного канала оказался сбитым из артиллерийского орудия над военной базой, разговор глав оппозиционных взаимоконтролирующих партий строился уже совсем по-другому. Трудовому изо всех сил приходилось держать оборону, опровергая неопровержимое:

— Подчинённые коллаборации силовые структуры лишь на днях приступили к масштабному расконсервированию складов.

Карл был бы полным идиотом, если бы поверил в это, даже если бы это было правдой. Но сами факты опровергали слова Трудового. Карл и сам хотел бы в этом всём разобраться, но что можно было тут думать? Митрополит просто приводил данные:

— Схроны с оружием, предположительно приготовленные для мертвяков на территории заброшенной свалки мусора станции Глубокий Котлован были организованы там не несколько дней назад, а гораздо раньше. То есть оружие было вынесено из складов уже давно. Учёт хранения оружия на складах находится в ведении руководства научного объединения, и эти склады не были уничтожено только под его ответственность.

Не то чтобы Трудовой хотел оправдаться, но он просто обрисовывал ситуацию, как её нужно понимать:

— Склады не были уничтожены только потому, что их никто не уничтожил. Информация об их существовании и расположении хранилась в запечатанных архивах, принадлежащих коллаборации. Когда силовые структуры приступили к их расконсервированию с разрешения церкви Слепого Отца, то обнаружили, что большая часть вооружения была похищена из них. Силовые структуры предоставили данные о том, что эти склады были вскрыты неизвестными незадолго до их прихода, после получения разрешения на проведение этих работ. Я не берусь сказать, кто похитил вооружение, но стало очевидным то, что это было сделано для оказания помощи армии нежити. Могу только предполагать, что это дело рук приверженцев нового религиозного культа, фанатиков, которые жаждут уничтожить федерацию руками мертвяков. И кто должен был контролировать это распустившееся явление?

Конечно, переводить стрелки было низко, но Карл и сам должен понимать, что это упущение не только коллаборации, но митрополит продолжал давление:

— И вы, конечно же, не несёте ответственность за действия военных, сбивших вертолёт новостного канала, передававшего съёмку территории военной базы в прямом эфире?

— Конечно же, нет. — твёрдо ответил Трудовой. — Карл, я Вас уверяю, что сам узнал о существовании этой военной базы из новостей. Мои люди ведут расследование, чтобы узнать, кто её организовал, но пока точных данных нет. Это база радикального движения, выродившегося из сепаратизма храма Великое Очищение.

Вопрос о том, как возведение этой базы посреди пустынной территории на границе четырёх республик осталось никем не замеченным, сейчас уже не имел значения. В первую очередь нужно было решать, как организовать противостояние идущим в сторону федерального центра вооружённым трупам имеющимися средствами.

— Судя по всему, эта база построена как перевалочный пункт для армии нежити. — предположил Карл. — Если мертвяки идут туда, можем ли мы дождаться, когда все они окажутся внутри, чтобы уничтожить их всех разом парой-тройкой ракет? — план был, казалось, гениален и слишком прост, поэтому митрополит с сомнением посмотрел на Стива.

— Ракеты не наносят мертвякам особого вреда. — разочаровал митрополита Трудовой, уже успевший узнать некоторые особенности их тел. — Но могут не на долго задержать. Насколько мне не изменяет память, у вас есть специальное подразделение для контроля поднятых мертвяков.

— Церковь Вечных Мук не является силовым подразделением, она не сможет подавить уже организовавшуюся нежить. — возразил Карл. И тут он начал понимать, о чём думает Трудовой. — Как долго ваша армия сможет удержать армию мертвяков внутри периметра этой базы?

— Если запустить достаточно много ракет на эту территорию, то мертвякам понадобится около суток, чтобы восстановиться. А сколько времени вам нужно?

Карл не был готов ответить на этот вопрос, но напомнил Трудовому:

— Мы пока не знаем точно, как поведут себя мертвяки, добравшись до этой базы, но даже если всё будет так, как мы рассчитываем, то этого времени может не хватить. Мне нужно будет поговорить об этом с Липшицем. К тому же, их уже кто-то контролирует.

Но оба понимали, что слишком рассчитывать на инквизицию не стоит. Одно дело подчинить мертвяка с городского кладбища, которому для этого достаточно сдавить голову, и другое дело подчинить армию нежити, войны которой продолжают сражаться даже с оторванной головой. Однако другого способа подавить восстание мертвяков, против которых обычное оружие оказывается практически бессильным, пока не было. Ещё одна трудность в ведении боевых действий заключалась в том, что нельзя было предсказать поведение местного населения. Ведь никто не ожидал, что жители станции сами дадут мертвякам в руки оружие. И никто не думал, что люди построят для них базу. Так что теперь нельзя быть уверенным, что во время атаки на эту базу и при попытке подчинить армию нежити, религиозные фанатики не совершат какую-нибудь диверсию. Эта база наверняка защищена не только от силовых атак. Прежде чем принимать какое-либо решение, нужно хотя бы найти того, кто организовал военную поддержку нежити.

Глава 30. Покаяние некроманта

Глава подразделения ОПК находился в центральном районе станции Глубокий Котлован, в оцеплении зоны эвакуации, когда на его телефон поступил звонок от неизвестного. Макс взял трубку, не понимая, кто это может быть.

— Макс, я Дэвид Кор. Возможно, Вы обо мне слышали. — сказал голос в трубке.

Макс Левон задумался, припоминая, но это имя было ему совершенно незнакомым.

— К сожалению, не был удостоен. — признался глава ОПК — Чем могу быть обязанным?

— Так даже лучше, что вы меня не знаете. Мне нужно с Вами поговорить. Вы должны приехать на мусорную свалку…

— Ту, что возле восточной границы федерации? — удивился Левон, не дав Кору договорить.

— Да, мусорную свалку федерального значения, которая находится возле восточной границы.

— Откуда в сторону федерального центра движется армия нежити. — Макс своим тоном показывал, что это слишком похоже на замануху.

— Послушайте, Макс, — говорил голос на другом конце. — ничего не бойтесь. Я сейчас нахожусь в этом месте, Вы можете проверить это при помощи системы слежения по исходящему вызову с телефона, по которому я разговариваю с Вами. Просто езжайте по дороге и не останавливайтесь. Вы не представляете никакого интереса для ходячих трупов.

— И что же для них представляет интерес? — попытался Макс на месте разговорить собеседника, но его ответ оказался предсказуемым:

— Приезжайте ко мне, и я Вам всё расскажу. Это касается вашего подразделения.

Человек на другом конце линии закончил разговаривать и повесил трубку. Какой смысл проверять, откуда он звонил? Звонивший мог использовать подложный адрес для совершения звонка, чтобы заманить главу ОПК в самую гущу мертвяков. Но кому и для чего это нужно? — Макс не понимал. Он сразу же сообщил о поступившем звонке Трудовому. Ответ главы правительственной коллаборации удивил Макса ещё больше, чем звонок неизвестного:

— Дэвид Кор сам вышел на вас? Делайте так, как он говорит, и не забывайте обо всём сразу докладывать мне.

Что? Макс ушам своим не верил. Да что это за человек такой, этот Дэвид, о котором он мог слышать, но почему-то только сейчас о нём узнаёт? Что-то не верилось Максу, что армия нежити позволит ему просто так проехать мимо. Да и не нравилась ему эта конструкция выражения: «мне нужно… Вы должны…». Ну что же, Трудовой не стал бы говорить так, не будь он уверен в своих словах. Левон ему доверял, поэтому почти сразу покинул центральный район и направился по дороге в восточном направлении. Он понятия не имел, где там, на свалке, по которой ходят мертвяки, можно кого-то найти живого в это время. Проехав мимо нескольких точек с выставленными патрулями на автомобиле с обозначением ОПК, он добрался до организованного блокпоста, преграждавшего въезд, ну или проход, со стороны границы. Дежурившие на нём военные, наверное, меньше удивились бы появлению нежити с восточной стороны, чем легковому автомобилю, который ехал к ним со стороны центра. Когда Левон подъехал к перегородившим дорогу бронированным автомобилям, укомплектованным станковым вооружением, пришлось остановиться. К нему подошёл один из военных в бронежилете и каске, с автоматом за спиной. На всякий случай, Макс воспользовался остановкой, чтобы приподнять рессоры своего автомобиля, увеличив клиренс.

— Дальнейшая дорога перекрыта. Цель Вашей поездки? — спросил у него военный.

Макс даже не знал, что на это ответить. Он и сам не совсем понимал, зачем едет в этом направлении.

— Цель туманна. — ответил Левон только потому что так и не смог ничего придумать.

— Разворачивайтесь и езжайте обратно. — приказал военный. По его тону стало понятно, что вести переговоры он не намерен.

— Какая у Вас здесь задача? — спросил Левон, понимая, что военный не должен об этом говорить с кем попало, поэтому вопрос был с подвохом.

— Перекрыть дорогу. — всё же ответил военный, не нарушив запрет на предоставление третьим лицам информации о задачах блокпоста.

— Вот и перекрывайте дорогу. — поддержал его глава отдельно действующего подразделения, съезжая с дороги на скальный грунт, чтобы объехать выставленную технику блокпоста. Представительский автомобиль проехал по каменистому бездорожью и оказался на дороге с другой стороны. Дежурившие военные только переглянулись между собой и махнули рукой.

Проехав достаточно большое расстояние, Левон не наблюдал ничего необычного. Он-то ожидал, что ему уже вот-вот должны повстречаться мертвяки, не обращающие на него совершенно никакого внимания. Левон не наблюдал их, пока не посмотрел в окно с правой стороны. Где-то вдалеке вдоль дороги двигалась колонна мертвяков. Перепутать их с нормальными людьми было сложно даже с большого расстояния. «Подъезжаю» — подумал Макс о том, что уже скоро въедет на территорию свалки. Но это заключение оказалось преждевременным. Когда он действительно начал подъезжать, мертвяки стали ему встречаться прямо на дороге. Не смотря на то, что Левон оказался среди них в бронированном автомобиле, он почувствовал нервозность. Трудно сохранить хладнокровность в окружении ходячих трупов, даже осознавая свою полную безопасность. Чем ближе становилась свалка, тем плотнее становился поток мертвяков, который шёл по дороге ему на встречу. Приходилось маневрировать, чтобы ни кого не сбить. Из-за задавленного мертвяка, конечно, прав на вождение не лишат, и угрызений совести не появится, но лучше не злить этих ребят, пока они не обращают на него внимания. Въехав на территорию самой свалки, Левон получил от Дэвида новое сообщение с указанием ехать к будке и описанием того, как до неё добраться. Странное дело, но мертвяки на территории свалки уже реагировали на представительский автомобиль ОПК моментально, расходясь по сторонам и уступая ему дорогу. Вот и будка показалась на виду. На подъезде к ней несколько трупов стояли с оружием на изготовке. Можно было подумать, что они возомнили себя настоящими военными, получившими приказ охранять это место. Пока ничего не происходило. Левону начало казаться, что Дэвид Кор — один из этих мертвяков, потому что живых людей он здесь не видел. Глава ОПК продолжал стоять возле будки, когда к нему подошёл один из мертвяков, охранявших территорию. Пока мертвяк вглядывался в салон автомобиля через тонированное стекло, Левон понемногу начал сползать вниз по сиденью, наблюдая перед собой разлагающееся лицо и забывая при этом о том, что нужно дышать. Наконец, мертвяк убрал свою рожу от стекла и дал знак рукой, приглашая пройти в будку. Внутри будки действительно сидел человек, живой.

— Я так понимаю, Дэвид Кор? — уточнил Левон, когда вошёл.

— Макс, Вы правильно сделали, что приехали сюда один. — ответил человек, не считая нужным подтвердить догадку гостя. — Сразу скажу, чтобы Вы знали. Это я воскресил Элдис и армию нежити. — слишком громкое признание, как показалось Левону.

— Мои аплодисменты. — Макс не знал, какой ещё реакции от него ждёт этот человек.

— Прошу Вас, не паясничайте. Это Вам не к лицу. Я пригласил Вас к себе, чтобы попросить не оказывать сопротивление нежити.

— Тогда прикажите поднятым Вами войнам вернуться обратно на свои земли. — компромиссное решение возникло само собой, но для Дэвида вызывало затруднение.

— Не могу. — кратко пояснил он. — Я не управляю этой армией.

— Тогда какой смысл? — не понимал Левон. — Я не разбираюсь в некромагии, но знаю, что некромант должен повелевать поднятой нежитью.

— У Вас глубокие познания. — теперь Дэвид использовал свою очередь паясничать. — Есть силы, которые об этом не так осведомлены.

— Тогда почему армии нежити нельзя оказывать сопротивление? — спросил Левон, осознавая абсурдность просьбы некроманта.

— Потому что ей управляет Элдис. — заметив непонимание во взгляде Левона, Дэвид пояснил: — Она «слепая». Понимаете?

— Боюсь, что я ничего не понимаю в религиозных взглядах сепаратистских объединений. Это как если бы я сказал Вам о зависимости свободной аннигиляции от спинового значения…

— Я прекрасно разбираюсь в квантовой физике. — оборвал Дэвид бывшего руководителя лаборатории НИИ квантовых явлений. — Я хочу сказать, что Элдис сама знает, что делает. Она лишила меня способностей потому что, если бы я продолжил управлять этими войсками, служители церкви Слепого Отца уже сидели бы передо мной на коленях.

— И Вас замучила совесть, или гложет обида?

— Я не знаю, что задумали сёстры, но если ваши войска окажут им сопротивление, то все жители федерации станут поднятой нежитью.

— Можно вопрос? Зачем Вы мне всё это говорите? — это волновало Левона с самого начала.

— Чтобы Вы передали это Стиву Трудовому. Просто меня он слушать не будет.

— А меня значит послушает? — Левон сомневался в этом.

Дэвид напомнил ему о том, о чём не должен был знать:

— Он сказал Вам делать так, как я Вам скажу. И держать его в курсе нашего разговора. Я утратил не все свои способности, а только ту часть, которую мне… — Дэвид запнулся в своих словах, решив их не продолжать.

— Которую? — попытался узнать Макс.

— Езжайте обратно и передайте своим властям мои слова. Делайте, как я говорю.

III. Каждый может быть богом

Глава 1. Приказы не отменяются

Армия, перешедшая границу Федерации со стороны Южных Крестов, продолжала стоять на месте. Сестра Полли использовала контроль над нежитью, чтобы замедлить её движение, но полностью подавить волю солдат ей не удалось. Слишком силён оказался их предводитель, выполнявший священный приказ. Она стояла на пути многотысячного войска в надежде изменить ход развития событий.

— Я не смогу тебе помешать. — её слова мог слышать только Сторм, который в любой момент готов был заставить свою армию двигаться дальше. Но вначале он надеялся кое-что узнать у появившейся сестры:

— Тогда зачем ты здесь?

Стоявшей в окружении взрывающихся со всех сторон ракет Полли не обязательно было находиться в этом месте, если она планировала провести выбор сценария загружаемой симуляции. Но уже всё было определенно, она не может применять подобные методы против того, кто эти сценарии создаёт. Но тогда какие методы она ещё может применить, пытаясь изменить реальность? Сторм понимал, что не в состоянии осознать всего того коварства, на которое может пойти сестра.

— Чтобы сказать тебе что приказ, который ты выполняешь, больше не действует. Его отменили.

Эти слова Полли могут дорого ей обойтись, если это ложь. Если она решит изъявлять Его волю, то должна отдавать себе отчёт в том, что Он не потерпит, если Его слова перевирают. И уж точно, сестра не будет прикрываться Его именем, чтобы сказать какую-нибудь чушь, отстаивая свои интересы. Но Сторм не собирался принимать их на веру.

— Меня бы поставили в известность. — ответил он. Между ним и Отцом не существует посредников, через которых Отец мог бы передавать свои приказы.

— Уже никто не воюет, тебе не смогли об этом сказать. — Полли говорила добродушно так, будто разговаривает с врагом, после заключённого с ним перемирия. Таким тоном пытаются наставить на правильный путь оступившихся сынов, заставляя их одуматься. Но только у сестры нет на это права: решать, когда должна прекратиться война.

— Твои слова ничего не значат. — непреклонно ответил Сторм. Полли могла быть богом или полубогом, или кем бы она себя там не возомнила, её возможности этому соответствовали, поэтому разговаривать с ней стоило учтиво. Но предводитель армии нежити Южных Крестов был другой веры.

— Я бы не стала говорить тебе об этом просто так, если бы это не было правдой. Война закончилась, наши стороны заключили мир.

Сторм очень хорошо помнил слова Отца о том, что никакие компромиссы не допустимы. Никаких переговоров с еретиками он проводить не собирался. Что же могло измениться? Что Сторм пропустил? Или Отец перестал держать слово? Нет, это недопустимо. Это решение было принято, чтобы дать возможность вероотступникам покаяться. Но теперь, Он вновь призвал своего сына, выполняющего Его приказ, чтобы Сторм мог продолжить своё дело.

— Если меня подняли, значит, перемирие нарушено.

— Это была ошибка. Тебя поднимут вновь, когда это потребуется, но сейчас тебе лучше успокоиться.

Не смотря на все старания Полли казаться убедительной и применить все свои навыки внушения, эти её слова показались Сторму абсурдными. Если его подняли, значит, это уже потребовалось. Сестра сама не знает, о чём говорит. Не стоит её вообще слушать. Пусть это скажут те, кто ей управляет.

— Полли, просто скажи мне, как найти тех, кому ты подчиняешься.

— Нет. Уже никто никому давно не подчиняется.

Те, кто пошёл против Отца, не могут просто так находиться в этом мире, оставаясь не преклонёнными. Война может закончиться только победой, а всякое перемирие лишь временно. Если предатели Отца утратили власть над созданными ими богами, то это не значит, что они сами не должны никому подчиняться.

— Тогда передай им, что теперь все подчиняются мне. — заявил Сторм.

Полли наблюдала, как механизм, запускающий устаревший сценарий, составленный Слепым Отцом, приходит в действие. И этот механизм не имеет никакой предохранительной системы на случай выявления скрытой вариативности. Никаких аварийных выключателей, проще говоря, и никакой возможности его взлома. Будто в подтверждение этому, по всей площади раскатом прозвучала команда капитана Сторма для его солдат: «Вперёд!». И вся многотысячная армия нежити продолжила движение, уже не обращая внимания на казавшуюся здесь лишней девушку, которая исчезла так же, как и появилась. Взрывы от прилетающих ракет прекратились. Сторм не мог понять, с чем это связано, но повисшая тишина насторожила его. Где-то впереди послышался приближающийся звук двигателя, который объяснил прекращение артобстрела.

Из-за бугра в воздух взлетел автомобиль, перескочив через него, как через трамплин. Не представляя никакого интереса для мертвяков с Южных Крестов, перед которыми он вылетел, пикап начал стрекотать установленным на нём пулемётом. Армия нежити и не собиралась на него отвлекаться. Слишком бесполезными оказались попытки боевой машины нанести хоть какой-то урон уверенно идущему вперёд войску.

— Лин, мертвяки не летают. Ты всё небо изрешетила. — послышался голос из кабины.

— Заткнись. — крикнула в ответ Лин, временно выполняющая обязанности пулемётчика мобильного взвода. Ей было не до попаданий, когда она изо всех сил старалась остаться в кузове и не выпасть из него.

— Как твоя попа? — тот же голос из кабины заботливо поинтересовался у Лин, выполнявшей непривычные для себя обязанности.

— Её попа в полном порядке. — ответил вместо Лин сидящий рядом с ней помощник пулемётчика, которого этот момент самого интересовал даже больше, чем приближающиеся мертвяки. Вибрация от пулемёта, передававшаяся пулемётчице, хорошо была заметна на месте пониже спины, облегаемом комбинезоном.

— Эрик, ты здесь вообще для чего сидишь? — раздражённо спросила Лин, не терпящая подобных шуточек, у своего помощника. — На пулемётчика пялиться?

— Я здесь на случай, если пулемётчик из кузова выпадет, а я запасной. — Эрик пошутил, но Лин была готова принять его слова за чистую монету. Уж очень она не доверяла ремням, которыми была пристёгнута к пулемёту.

— Нам точно сказали провести разведку этой армии и уничтожить её? — недоверчиво спросил Эрик у экипажа в кабине, видя, что обстрел ходячих трупов, не приносит абсолютно никаких результатов.

— Вообще-то сказали провести разведку. Уничтожить — это я от себя добавил. — признался старший мобильного взвода.

— Это радует. Я имею в виду, что наши начальники не совсем кретины. — облегчённо признался Эрик и попытался уколоть самонадеянность старшого: — Я про тех начальников, которые на базе сидят.

Стрельба из боевого автомобиля мобильного взвода прекратилась, ввиду своей нецелесообразности. Бронированный пикап теперь просто проезжал вдоль флангов движущейся в походном порядке армии, держась на расстоянии от мертвяков и ведя видео документирование при помощи камеры, высунутой из окна кабины. Хорошо, что эту часть войска не стали вооружать сразу, а то так близко подъехать бы не получилось. Было заметно, что их тела более устойчивы к повреждениям, чем тех трупов, которые с Братских Земель вышли. Эти вообще кажутся неуязвимыми. Таких солдат нужно в свою армию набирать. Экипаж боевого пикапа смог по достоинству оценить регенеративные свойства этих мертвяков. Вот только судя по всему, эта часть войска не согласится воевать на стороне Тихого Дома. Ходячие трупы начали выстраиваться в своём шествии так, чтобы окружить докучающий им пикап. Но куда там с их манёвренностью пытаться угнаться за автомобилем. Хотя один из трупов совершенно неожиданно прыгнул в сторону пикапа на несколько метров, чуть не схватившись за лист брони. Пришлось добавить газу. Демонстрация такой проворности заставила экипаж, увлечённый оценкой мертвяков, вспомнить о мерах собственной безопасности.

Глава 2. Собор Смерти

Представительский автомобиль с дипломатическим флажком на крыше пересекал пустынную территорию, двигаясь с севера на юг. За рулём находился агент ОПК Том. Именно ему была поручена миссия провести разведку недавно обнаруженной секретной военной базы, находящейся вблизи границы четырёх республик. Коллаборация ИФ посчитала необходимым установить контакт с руководством базы, поэтому было принято решение вначале отправить на этот объект дипломатическую миссию, а не силовиков на боевой технике. Том уже видел впереди что-то похожее на то, что ему требовалось найти. Военная база не была указана на карте, и никакой дороги поблизости тоже не проходило. Всё, что было известно Тому, это в каком направлении нужно двигаться от указанного места. Он всё ещё не был уверен, что нашёл то, что ему нужно. Из далека казалось, что впереди находится старое заброшенное предприятие, не представляющее никакого интереса. Старый бетонный забор и ржавые высотные конструкции внутри. Этот объект не обслуживался уже давно. Даже подъезжая к нему ближе, Том не менял о нём своего впечатления. Что нахохлилось по ту сторону бетонного забора — разглядеть было невозможно, но складывалось впечатление, что там никого нет, и никаких движений внутри не происходит. Если бы Том сам не видел новостной репортаж в прямом эфире, где с территории очень похожего объекта был сбит вертолёт новостного канала, то он бы и не подумал, что это то самое место. Сейчас бы с высоты посмотреть, что находится внутри, потому что Тому казалось, что на этой базе его не ждут. Уже подъехав к самому забору, Том начал двигаться вдоль него и заметил, что по всему периметру наверху установлены пулемёты. Агент ОПК не боялся быть обстрелянным, когда находился в своём служебном автомобиле. Он уже убеждался за время своей бывшей деятельности, что это один из самых безопасных видов транспорта. На то, что дипломатический флажок даёт ему определённый иммунитет, Том не рассчитывал, поскольку даже лейбл новостной компании никак не уберёг их вертолёт.

За высоким бетонным забором был виден купол собора, который казался здесь не на своём месте, поэтому привлёк внимание Тома. Вот уж странно, что на территории военной базы находится такое сооружение. Тому всегда казалось, что армия и духовенство — совершенно разные вещи, пересекающиеся лишь в исключительных случаях. Хотя, по некоторым предположениям, если эта база принадлежит Великому Очищению, то это можно понять. Двигаясь вдоль забора, Том оказался около въезда внутрь охраняемой территории. Въезд перекрывали массивные железные ворота, которые начали со скрипом отодвигаться в сторону, когда автомобиль с дипломатическим флажком на крыше оказался перед ними. Ворота открылись полностью, а автомобиль продолжал в нерешительности стоять. Агент ОПК видел в лобовое стекло, как возле ворот маячит военный с автоматом на плече. Даже человек, который никогда е видел поднятого мертвяка, сразу понял бы, что этот солдат давно не живой. Водитель продолжал оставаться на месте, но откуда-то снаружи раздался телефонный звонок. Том увидел, что телефонный аппарат находится сбоку от ворот. Мертвяк никак не реагировал на издаваемый звонок. Значит, звонят Тому. Агент ОПК не знал, как на это реагировать. Ему очень не хотелось покидать в данный момент свой автомобиль, чтобы взять трубку с этого аппарата довоенного времени. Мертвяк не подавал виду, что задумал что-то плохое, и Том решился сделать это. Оказалось, что звонок и впрямь адресовался ему. Голос на другом конце дал краткую инструкцию:

— Езжайте к собору с главного входа и проходите внутрь. Там вас встретят.

Когда представительский автомобиль пересекал линию ворот, шатающийся поблизости мертвяк, совершенно неожиданно встал по стойке смирно и отдал воинское приветствие, приложив руку с раскрытой ладонью к виску. Отчего-то Тому показалось, что издевательская улыбка мертвяка является не результатом усыхания мышц и кожи лица, а выражением его эмоций. Оказавшись внутри базы, Том заехал на широкую асфальтированную дорогу, старую и побитую, но ехать по ней было гораздо приятнее, чем по бездорожью пустыни. Улицы здесь оказались довольно оживлёнными, если, конечно, обилие ходячих трупов можно назвать оживлением. Из-за этого казалось, что база на самом деле является огромным кладбищем-городом, только без могил. Чтобы добраться до собора, знание улиц не требовалось. Его купол и так было видно из любой точки, так что нужно было просто ехать в ту сторону. Как давно здесь стоял этот собор, неизвестно, но он пережил всё то время, когда коллаборация ИФ ввела запрет на строительство религиозных сооружений и обязала государственную церковь убрать здания с элементами, указывающими на принадлежность к ней. Том по достоинству оценил архитектуру собора, оказавшегося на территории военной базы, о которой долгое время никто не знал. Сейчас, наверное, уже никто и не знает технологий создания элементов фасада этого здания, украшающих его. Чего только стоят одни только пятиметровые колонны. В современных городах федерации с их эргономичной архитектурой такого не встретишь. Может, только в историко-культурном фонде жилых построек можно увидеть что-то похожее в упрощённом виде. Войдя внутрь собора, Том сразу оказался в громадном зале. Сейчас это место напоминало вокзал в столице федерального центра. Там всегда было столько же людей, как здесь мертвяков. Том даже подумал, что попал на какую-то службу, которая проводилась специально для нежити.

— Не обращайте на них внимание, если не хотите, чтобы они обращали внимание на Вас. — сказал ему появившийся из неоткуда служитель собора, которого выдавала парадная ряса. — Они недавно прибыли и ожидают здесь своего распределения.

— Представитель отдельно действующего подразделения коллаборации, — сразу представился Том встретившему его служителю. — Очень рад, что здесь есть люди. Мне казалось, что эта база захвачена нежитью.

— Вам правильно казалось. — без тени иронии подтвердил служитель. — База на самом деле захвачена нежитью, как и большинство городов станций, а мы просто служим ей.

Всё правильно. Служитель и должен служить. — Том попытался объяснить себе это положение вещей, но были моменты, которые следовало уточнить:

— Но почему нежити?

— Так мы оказываемся ближе к Слепому Отцу, чем когда служим государственной церкви. — уверенно ответил встретивший Тома служитель собора.

Настрой сепаратистского движения против церкви Слепого Отца был понятен. Но то, что эти люди предпочли подчиняться поднятым мертвякам, а не государственным властям, никак не укладывалось ни в какие понятия. Чего они пытаются таким образом добиться? Оказаться порабощёнными высокоорганизованной нежитью?

— И каковы цели вашего движения? — спросил Том. Ответ оказался достаточно размытым:

— Мы просто исполняем Его волю, но нам не дано понять замысел высшего сознания. — типичные слова религиозного фанатика с промытыми мозгами.

Но не могут же этот фанатик заявлять, что служит безмозглым мертвякам. Агент ОПК попытался это выяснить для себя:

— Так кто здесь всем управляет? У этих мертвяков, которым вы подчиняетесь, есть главный?

— Здесь всем управляют «слепые».

Том придерживался официальных религиозных взглядов, в отличая от большинства своих коллег, которые гордо называли себя атеистами. Но вот о появившихся конфессиях он знал не так уж много. Да, он слышал, что новая религия, распространившаяся на союзных станциях, исповедует языческий культ. Но то, что большинство городов станций уже официально приняло эту веру — он воспринимал как паранойю отдельных представителей этого движения. И вот теперь он слышит, что Боги новой веры уже захватили республики федерации, а ни он, ни федеральные власти, об этом ничего и не знают. Это просто фанатичный бред свихнувшегося сектанта. Но ведь совсем недавно факт того, что люди могут встать на сторону нежити в войне против федерации, Тому казался таким же точно бредом.

Глава 3. Площадь Артиллерийского Вооружения

Поскольку Даун Грэй оказался на территории кладбища Тихий Дом, населённого мертвяками, на исключительных условиях, ему были объяснены некоторые правила поведения на базе. Покидать её пределы Грэю запрещалось, но можно было свободно находиться в любой части кладбища-города внутри периметра. Запрещалось вступать в конфликты с местным населением, состоящим преимущественно из трупов. Если к нему поступят какие-либо просьбы от живущих здесь людей, беспрекословно их выполнять. Хотя это правило и могло показаться отягощающим, на самом деле Грэй оказался здесь предоставлен сам себе. Никто от него ничего не просил, и казалось, что про него вообще забыли. По всем вопросом он мог подходить к служителям собора, за которыми в этом городе была закреплена исполнительная власть. Грэй уже успел узнать, что этот собор называется собором Смерти и является сердцем города мертвецов. Он был своего рода администрацией управления, только вместо уполномоченных представителей все дела там решались священнослужителями. Основная цель кладбища Тихий Дом была собрать в одно место всех поднятых мертвяков и обеспечить их организацию до более высокого уровня. Простым смертным, вроде Дауна Грэя, здесь делать было нечего, и незачем вообще было знать об этом месте. Видимо поэтому ему и запретили покидать периметр базы, чтобы он не мог никому о ней рассказать. Живые люди в городе имели высокий социальный статус и помимо служителей собора Смерти, занимали должности, требующие интеллектуальной занятости: учёных, медиков, военных командиров, занимающихся кабинетной работой. Были и такие наёмные работники, вроде экипажа мобильного взвода, которые доставили в это место Грэя по ошибке. Они выполняли работу по обслуживанию базы, которую нельзя было переложить на мертвяков. Непосредственно охраной и обустройством города занимались сами мертвяки, для которых он и был построен. По большому счёту, Грэю в этом месте нравилось. Его не пугало то, что по улицам свободно разгуливает нежить. На кладбище-городе Тихий Дом было много интересных мест, которые можно было подолгу разглядывать. Грэй мог чувствовать себя туристом в совершенно незнакомой стране.

Одним из мест, которое заинтересовало его больше всего, оказалась площадь Артиллерийского Вооружения. Когда Грэй только попал на эту базу, площадь была совершено пустой. Её название он узнал случайно и думал, что это отсылка к историческому значению этого места. Теперь на площади Артиллерийского Вооружения были выставлены различные установки, о назначении которых он мог только догадываться. Все стволы этих установок были повёрнуты в одну сторону. Некоторые орудия были установлены на кузовах грузовых автомобилей, а некоторые стояли прямо на асфальте. Хитроумные установки представляли собой прицеп, но когда их доставляли на место, они за несколько секунд трансформировались в устойчивую конструкцию. Грэй видел, как автомобиль затащил на эту площадь зенитную установку на буксире. Когда её отцепили, один из мертвяков подошёл к ней и что-то сделал. Грэю показалось, что мертвяк её сломал, потому что колёса установки развалились по сторонам, а сама установка упала на землю. «К бою готова» — пояснил мертвяк. И таких разных штук на площади находилось несколько десятков. Грэй даже видел, как они стреляют, а на территории города мертвяков часто стоял шум выстрелов, который заглушал все остальные звуки. Сюда же свозились и снаряды для выставленных на площади орудий. Снаряды были самого разного калибра. Некоторые были размером со стакан, другие — размером с человека. Грэй даже не мог представить, для чего делать такие большие «патроны». Когда мертвяки собирались на площади Артиллерийского Вооружения, чтобы пострелять, Грэя просили держаться подальше, где-нибудь в том месте, куда не смотрят стволы. Он охотно выполнял эту просьбу, так как побаивался издаваемого шума и вспышек. Но когда орудия замолкали, с интересом приходил сюда и рассматривал их. Один из мертвяков, заметив интерес Грэя, поделился с ним, показывая в сторону, куда направлены стволы всех орудий:

— Враг не пройдёт.

— А от туда? — попытался уточнить у мертвяка Грэй, показывая рукой в противоположную сторону.

— Свои. — ответил мертвяк. Но для Грэя было непонятно, где расположена база, и что с какой стороны от неё находится, поэтому и не понимал он, кто для мертвяков свои, а кто враг.

Грэй плохо отличал мертвяков друг от друга по их разлагающимся лицам, но вот сам он оказался достаточно колоритным персонажем на фоне всех прочих. Вначале он не удивился, когда его окликнул какой-то мертвяк словом «живой», потому что он не запоминал их, даже с кем общался, а вот его узнавали сразу даже в толпе. Высушенные улыбки трупов придавали их лицам добродушное выражение, как казалось Грэю. Вот и в этот раз его окликнул какой-то добродушный мертвяк, которого он поначалу не узнал. Но присмотревшись, вдруг вспомнил и искренне обрадовался, ведь это оказался его старый знакомый со свалки мусора, с которым они чуть не убили друг друга ударами по голове во время дружеской перепалки. Мертвяк тоже был рад этой встрече. Он шёл навстречу Грэю с протянутой в приветственном жесте рукой.

— Здорова!

— Здорова!

Два друга обменялись рукопожатиями и словами приветствия. Грэй помнил, что на свалке лицо мертвяка было гораздо злее, хотя там он тоже всё время улыбался, но на этот раз улыбка мертвяка оказалась эмоциональной.

— Хорошо выглядишь, — не мог не заметить Грэй, о чём сообщил мёртвому другу.

— Ты тоже, — оба продолжали обмениваться дружескими словами, хотя и одному и другому речь давалась с большим трудом. Не привыкший к такой дикции человек, наверное, не с первого раза понял бы даже такие простые слова, когда их произносил мертвяк или Даун Грэй. Но два друга будто разговаривали на одном языке, не испытывая никаких проблем. Грэй чувствовал, что теперь ему будет кого держаться и не придётся бродить одному.

— Давно? — спросил он мертвяка.

— Только что, — ответил тот. Это стало поводом для того, чтобы Грэй сразу почувствовал себя ветераном этого места. Он хотел показать всё, что интересного видел на этой территории. Грэй пригласил мертвяка:

— Пошли. Покажу.

— Я знаю. Был здесь, — такой ответ стал неожиданным и разочаровал Грэя, вернув ему статус новичка этого места. Но когда мертвяк успел побывать на базе и осмотреть её, если он только пришёл со свалки? Грэй был слишком впечатлён встречей, чтобы задумываться о таких вещах.

— Смотри, — Грэй с восхищением показал рукой в сторону площади Артиллерийского Вооружения.

— Пойдём. Постреляем, — предложил мертвяк так, будто он здесь был у себя дома. То есть эта база и была временным домом для мертвяков, но создавалось впечатление, что для некоторых мертвяков она была родным домом.

Мертвяк пошёл вглубь площади, пока Грэй в нерешительности оставался на месте. Ему было бы сейчас стыдно признаться, но он боялся. Стрелять из такого большого оружия было очень страшно. Мертвяк, сделав несколько шагов, обернулся и показал Грэю приглашающий следовать за ним жест. Ничего не поделаешь. Пришлось идти.

— Моя малышка, — пояснил мертвяк, когда они с Грэем подошли к одной из ржавых ракетных установок.

Слово «малышка» никак не вязалось с этим агрегатом. Мертвяк смотрел на здоровенную установку как на любимую девушку. Обошёл её несколько раз с разных сторон, потом взял из стоящего рядом ящика ракету и начал засовывать в подаватель.

— Живых двое нужно. — объяснил мертвяк, получивший невероятную силу после своего поднятия, имея в виду, что ракета тяжёлая, и один человек не сможет её зарядить.

Грэй, недолго думая, воспринял это как вызов, и взял ещё одну ракету в руки. Она и вправду оказалась тяжёлой, но Грэй прикинул, что он бы мог справиться.

— Осторожно, а то как я будешь. — предупредил мертвяк, говоря о своей смерти. От этих слов Грэй снова начал бояться и перестал покачивать ракету в руках, пытаясь определить её вес. Он максимально осторожно положил её на место и сделал пару шагов назад. Мертвяк продолжал ходить вокруг установки, уже поместив ракету на место. Он потянул на себя какой-то длинный трос, взведя ударный механизм, и полез на кресло. На установке было два кресла, и хотя на ней не было колёс, мертвяк пошутил, приглашая своего друга:

— Прокачу.

Грэй сел на свободное место и крепко вцепился в сиденье, ожидая чего-то страшного. Мертвяк покрутил рычаги и рули, смотря на шкалы возле прицела. Стволы немного скорректировали своё направление. Потом он нажал на педаль и раздался громкий металлический звон, за которым последовал свист. Куда-то в сторону полуденного солнца полетела «звезда», выпущенная из установки. Свист прекратился и всё… Грэй расслабился, поняв, что ничего страшного не произошло. Но через несколько секунд в направлении выстрела послышался глухой отзвук взрыва. Ракета упала где-то далеко, но было понятно, какая мощь в ней содержится. У грэя заиграл адреналин. Теперь ему самому хотелось попробовать выстрелить, но друг его переубедил:

— Нет. Пока далеко.

— Куда стреляем? — спросил Грэй. Добродушное лицо мертвяка внезапно стало серьёзным и даже злым, после этого вопроса. Мертвяк прорычал в ответ:

— Сторм.

Глава 4. Мы уйдём

— И Вы хотите сказать, что лично общаетесь со «слепыми»? — Том попытался подловить фанатичного служителя собора Смерти на элементарных вещах, но служитель совершенно серьёзно ответил ему:

— Да, разумеется это так. И я сейчас не имею в виду то, как общаются со Слепым Отцом служители его церкви, а говорю о совершенно реальном общении. Лично, как Вы сказали.

Идея того, что «слепые» могут находиться в материальном мире, казалась стороннику государственного религиозного учения еретической, оскорбляющей чувства истинно верующих, но служитель собора продолжал стоять на своём:

— Как Вы думаете, ко разрешил Вам попасть внутрь этого кладбища поднятых мертвецов, где никто из простых смертных не должен находиться?

— Вы. — не задумываясь ответил Том. Он понимал, что служитель имел ввиду другое, но Том не хотел слушать эту еретическую ложь.

— Нет, мне это совсем не нужно. — спокойно ответил служитель и аргументировал: — если бы я решал такие вопросы, Вас бы расстреляли ещё на подъезде к периметру, и никто не узнал бы об этом. И не надейтесь на броню легкового автомобиля. Если его хорошо встряхнуть, он останется целым, а всё то, что находится в салоне, превратится в фарш.

На самом деле Том мало задумывался об этом, поскольку ему приходилось иметь дело только со стрелковым оружием. Он и представить не мог, что когда-нибудь возникнет опасность наехать на мину или попасть под обстрел из гранатомётов.

— Вы здесь, потому что так захотели «слепые», распоряжающиеся на этом кладбище. — пояснил служитель не догадавшемуся до этого агенту отдельного подразделения. — И она хочет поговорить с Вами.

Том уже перестал смотреть на встретившего его служителя собора как на свихнувшегося фанатика. Уж слишком определённо он говорил. И что же, в этом месте действительно живёт языческое божество, принявшее материальную форму, чтобы иметь возможность взаимодействовать с этим миром? Ну уж нет, слишком похоже было на то, что какой-то лидер этой секты готов выдать себя за бога, что прекрасно соответствует политике храма Великое Очищение.

— Вашего «бога» ожидает заключение, если он откажется сотрудничать с властями и оказывать им содействие в противостоянии поднятой им нежити. — заметил Том показывая, что он крайне скептически относится к идеям такого рода, призванным привлечь в секту малоумных верующих.

Служитель, с которым беседовал Том, иронично улыбнулся на эти слова. Вот она вся суть федеральных властей, заявленная прямым текстом: заключить Бога, упрятать его куда подальше.

— Если Она сама решила поговорить с Вами, то делайте, как сочтёте нужным. — просто ответил служитель собора Смерти.

Она сидела на установленном специально для неё троне в передней части зала собора. Там, где должен был располагаться алтарь. Именно здесь она оказалась той, кем является на самом деле, а не в храме Великое Очищение на территории станции Доменная Печь, где над ней пытались проводить эксперименты. Ну ничего, люди городов, смотревшие на неё как на диковинный экземпляр, поплатятся за это. Позже. Сейчас у неё были другие дела. Дасти слышала со своего места весь разговор служителя собора с агентом отдельно действующего подразделения. Люди, приближённые к властям. Как велики их возможности и как низменны их цели. Дасти не переставала удивляться этому парадоксу за время жизни, и не перестаёт удивляться этому во время смерти. Том был единственным в зале собора, кто не замечал сестру Дасти. Мертвяки просто не подавали виду, что сестра находится среди них, в одном помещении, но на деле они все считали её своей королевой. Когда сестра Дасти пожелает чего-нибудь, всё это полчище поднятых трупов сделает всё, чтобы исполнить её волю. Но пока их королева ничего не желала от них, они шатались по залу так, будто на троне никого и нет. Только когда служитель, разговаривавший с Томом, показал рукой в сторону трона, только тогда Том увидел на нём того человека, который хотел с ним поговорить от лица Бога. Не нужно было отдельных пояснений, что это мёртвая сестра древнего ордена. Уж очень она похожа была на Элдис, одетая в платье своей эпохи. Но даже из далека можно было понять, что это не та девушка, которую Том уже видел несколько раз.

— Сестра? — уточнил агент у служителя, прежде чем пойти в её сторону.

— Да. Вы удостоены чести быть приглашённым на разговор сестрой Дасти. Прошу, больше не стоит заставлять её ждать. Можете попросить её отправиться за Вами, чтобы Вы могли её заточить. — не унимался служитель.

Том не обратил внимания на этот укол. Он уже разговаривал как-то с сестрой Элдис, но тогда он этого не понимал. Тогда он думал, что общается с какой-то куртизанкой. Этот опыт общения с божеством языческого культа стоило переосмыслить. С Дасти в такой манере пообщаться не получится. Она не была настроена на то, чтобы строить из себя простушку. Когда Том подошёл к трону достаточно близко, Дасти встала, обозначив свою величественность, и первой обратилась к агенту:

— Вы находитесь здесь, чтобы я могла Вас предупредить о наших дальнейших действиях. — Том был готов принять то, что перед ним действительно находится божество. Настолько величественной в этот момент казалась сестра Дасти, встав со своего места. — Мы скоро уйдём.

Не очень развёрнутый план, но вполне понятный. Местная королева не тратила слов, чтобы разъяснить это предупреждение, пока Том сам не спросил:

— И что нам делать?

— Просто ждать. — такой ответ не имел смысла. Это как на вопрос «пПчему?» ответить «Потому». И ради этого агент отдельного подразделения находится здесь? Чтобы ему сказали: «Просто ждать»? Но сестра всё-таки соизволила объяснить: — Ничего не делайте. Если ваши власти что-то предпримут, будет только хуже. — Если бы Том знал, что в это же самое время Левон слушает похожий совет от некроманта, то воспринял бы эти слова более вразумительно. Сейчас же для него это походило на фальшь.

— Куда вы уйдёте? — спросил Том. На самом деле ему казалось непонятным, что войско нежити пришло в это место, чтобы просто уйти. Не обратно же им теперь на аннигилируемую территорию идти. Ответ сестры прозвучал более, чем уверенно:

— Мы готовы идти в бой.

Так совпало, что после того, как Дасти произнесла эти слова, снаружи послышались радостные крики мертвяков. На самом деле эти слова сестры Дасти предназначались не для агента отдельно действующего подразделения, а для всех, кто её слышит.

После того, как Грэй узнал название цели, по которой должен вестись огонь, произошло что-то странное. Сторм. Но что это должно значить? Знакомый шёпот заполнил пространство. Он уже слышал похожий голос на свалке. Теперь слова были другие, и голос немного другой. Грэй понял, что этот шёпот принадлежит не той, с кем бы он хотел сейчас встретиться. Он посмотрел на мертвяка, который показывал ему, как нужно управляться с ракетной установкой, ожидая от него объяснений.

— Мы готовы идти в бой. — перевёл мертвяк произнесённые шёпотом слова, заглушающие все остальные звуки.

— Ваша? — спросил Грэй своего друга, не понимая, почему вместо Элдис теперь использует её способность кто-то другой.

— Дасти. — ответил мертвяк. — Наша. Она нас поведёт.

— А моя? — Грэй имел в виду сестру, которая научила его разговаривать и стала для него такой хорошей. Мертвяк понял, о ком он говорит и попытался помочь советом:

— Жди. Она придёт.

Грэй сомневался в этом. Что будет, когда его друг и остальные мертвяки уйдут, куда они собираются, а он так и останется здесь один и никто не захочет его искать? Ведь для чего предводительнице целой армии нежити нужно приходить к нему? Не стоит питать иллюзий на этот счёт. Грэй был готов принять решение, о котором его никто не спрашивал и внезапно сказал, обращаясь к своему другу-мертвяку:

— Я с вами.

— Как знаешь. — мертвяк не поддержал этого решения Грэя, но и отговаривать не стал. — Но она не отпустит.

Грэй не понимал, почему мертвяк в этом так уверен. Что он знает такого, чего не знает он сам. То есть Грэй уже понял, что мертвяки знают очень много, но не говорят о том, о чём не хотят говорить. Как давно они служат Элдис? Со времён войны, в которой погибли, или служили ей ещё до этого времени? Грэй понимал, что не узнает ответа на эти вопросы, но он просто должен верить всему тому, что ему говорят.

Глава 5. Утилита для мобильных устройств

Учёные НИИ метакибернетики провели серьёзную работу, дорабатывая чип «Бога». Пришлось изменить параметры компиляции записанного на нём кубитового кода. Как выразился один из руководителей проекта: «Вся проблема была в том, что мы пытались запустить приложение, разработанное для ПК на мобильном устройстве». Алгоритм работы кода был упрощён, чтобы снизить воздействие на сознание человека. Теперь взаимодействие с мультимумом или параллельными симуляциями не должно было оказывать такого полного внушения, как это происходило прежде. Говоря на языке применяемой аллегории: «Мы разработали версию кода для потребительских устройств. Для работы основной версии необходимо специализированное оборудование». Однако совместные достижения коллаборации Изменённого Сознания превзошли все ожидания уже на данном этапе. Испытуемые уже не пытались совершить самоубийство и перестать существовать после имплантации в кору головного мозга чипа «Бога». После пробуждения от наркоза они размышляли о новых постигших идеях, как будто им пришло это во сне. Далее они воспринимали свои видения различных проекций симуляции как галлюцинации. Даже наиболее впечатлительных подопытных можно было контролировать, используя успокоительные средства. Успех этих экспериментов означал достижение человеческим сознанием божественного. Оставалось совсем малость: научить испытуемых самостоятельно контролировать свои возможности и запустить полную версию кубитового кода. Обе проблемы находились в стадии разработки. Насчёт использования испытуемыми полученных возможностей руководство коллаборации ИС соблюдало осторожность, предпочитая ограничиваться анализом и моделированием, и не переходя к практическим попыткам. Насчёт «специализированного оборудования» можно было сказать то же самое. Пока оставалось непонятным, как получить сознание, к которому можно было бы применить полную версию кода, оцифрованного с сознания «слепой» сестры, но это был вопрос времени. Пока учёные довольствовались тем, что собирали информацию, полученную от испытуемых во время их видений галлюцинаций. Все их показания имели некоторое сходство, и имели различие. Эти данные обобщались и анализировались, в попытке выстроить модель мироздания. Как было сказано на одном из совещаний коллаборации ИС: «Мы приблизились к высшему сознанию, но пока можем только наблюдать за ним». В итоге, в газете «Горячий Сплав», распространяемой на территории станции Доменная Печь, была опубликована статья, которую можно было принять за псевдонаучную. Но только под этой статьёй подписывались учёные из авторитетных институтов, подчинённых неправительственному научному объединению. Вот наиболее примечательные выдержки из этой статьи:

«…Нам удалось подтвердить модель симуляции мироздания. Да, вся наша вселенная — это код, подчиняющийся изменению и корректированию. В этом схожи слова самых разных участников эксперимента разного уровня образования и заинтересованности и совершенно не знакомых друг с другом. Мы же воспринимаем мир как нечто материальное лишь потому, что наше сознание находится в данной проекции, что определяет нас как плагины именно существующей для нас реальности. — конечно, эта часть статьи была понятной не для всех, а только для тех, кто уже сталкивался с похожими темами. Далее текст становился ещё белее сложным для понимания: — Конечно, многие люди на сегодняшний день являются верующими, и в свете происходящих в нашем мире событий мы просто не можем оставаться атеистами. Творящиеся в нашей реальности дела можно объяснить лишь божественным вмешательством, и все испытуемые, сознание которых было искусственно изменено, подтверждают этот тезис. Тогда возникает вопрос о месте Бога в симулируемом мире. Ответ становится очевидным: Бог — это часть симуляции. Возможен ли мир без такового? — Да, возможен. Но как мы можем понимать, в таком случае симуляция являлась бы законченной. То есть имела бы ограниченную степень вариативности. Возможен ли мир, в котором живут одни лишь боги? — Тоже возможен. Здесь не возникает никаких препятствий для существования проекции с такой концепцией, и существование именно такого мира доказано нашими экспериментами. Почему возможности высшего сознания ограничены в нашей симуляции и безграничны в параллельной? Наш мир стоит рассматривать как попытку создания модели высокой степени вариативности с минимальными требованиями. Будто яйцеклетка нашей вселенной, находясь в зачаточной стадии своего существования и являясь универсальным объектом, пробует проработать наиболее простую версию самой себя. Но вот мы создали механизм, позволяющий нам взаимодействовать нашему сознанию с более совершенным миром. Метакибернетика рассматривает это как инициированный сбой в работе всей системы. Так работает компьютерный вирус, законсервированный в одной программе и способный внедряться в различные приложения на этом же компьютере.

Но я говорил о возможности изменения законов симуляции. Давайте разберёмся, что может сделать компьютерный вирус. Он может внести изменения в собственные скрипты для более простого взаимодействия с другими приложения. Мы тоже можем вносить изменения в код вселенной. Теоретически. Но мы к этому идём и уже скоро сможем подстраивать весь алгоритм работы законов нашей вселенной под собственные нужды. Это можно назвать «божественным сознанием». Мы можем сами стать теми, кого называем «слепыми», находясь в этом мире. Подводя итоги, я хочу сказать, что совсем скоро, как только закончится тестирование наших разработок и начнётся их повсеместное внедрение, любой человек сможет стать «слепым»».

То, что эта статья была опубликована в такой малотиражной газете, не умиляло её важности и цитирования. Аналитики Федерального Центра давно уже поняли, что газета «Горячий Сплав» полностью подчинена управлению сепаратистского движения и в ней часто публиковалась информация такого рода. Благодаря своему ограниченному тиражу, этот факт долгое время оставался незамеченным. Но статьи, опубликованные в «Горячем Сплаве» обретали вирусное распространение по обсуждениям и созданию мемов. Не всегда даже было понятно, откуда ноги растут, когда даже небольшая статья определялась тегами, заполонявшими цифровое и кубитовое сетевое пространство. Похожая ситуация произошла и в этот раз. Признание учёных независимых НИИ, или вернее учёных из институтов независимой коллаборации, в том, что они почти достигли возможности наделять обычных людей божественным сознанием, не могла остаться незамеченной. В это время учёные правительственного объединения сразу задумались над этим же вопросом, но только с другой стороны. Правительственный аналитический отдел, состоящий как из учёных, так и из служителей государственной церкви, находил это совершенно абсурдной идеей. То есть теоретически достичь сознания Бога возможно, и практически тоже. Абсурдность заключалась не в самой возможности изменения сознания, а в его целесообразности. Все предупреждения о недопущении такого рода процедур, высказываемые государственными информационными агентствами, тонули в информационном море. Что же такого страшного видели и коллаборация ИФ и церковь Слепого Отца в возможности безграничного совершенствования сознания. Конечно то, что каждый сможет изменять законы природы и подстраивать их под себя. Не придя к единому согласию, большое количество сверх сознаний может просто создать конфликт на этом уровне. Вначале, прежде чем переходить к практическому внедрению такого проекта, необходимо хотя бы создать законодательную базу применения возможностей такого рода, а так же разработать систему наказаний за нарушение этих законов и создать органы, контролирующие сверх мышление. Нельзя кому попало имплантировать в мозг чип «Бога». Но, ограниченные жители станций так не думали. Идея обрести всемогущество, вдохновляла каждого. И любые запреты или ограничения на её реализацию, вызывали сильную негативную реакцию общества. Люди были осведомлены о том, что «слепые» способны управлять нежитью, поэтому многим казалось, что изменение сознания — лучший способ остановить зомби-апокалипсис. Ну и конечно, лично пообщаться со Слепым Отцом.

Глава 6. Соглашение во Дворце культуры

Совет руководителей правительственной коллаборации Искривлённой Физики рассматривал различные варианты недопущения проведения массового искусственного изменения сознания, технология проведения которого уже была полностью разработана объединением НИИ, проводящих несогласованную с церковью Слепого Отца деятельность. Проблема состояла в том, что правительство федерации не могло найти нужных рычагов воздействия на неолиберальную структуру, достигшую большого авторитета среди граждан и проводящую пост гуманистические разработки. Все уже понимали, что в случае конфликта двух научных объединений, коллаборация ИС получит поддержку от народа, а правительственная структура станет всеми ненавистной. Когда для масс станет очевидным ошибочность программы изменения и совершенствования сознания, уже будет поздно. Руководство коллаборации ИФ даже не рассматривало возможность договориться со своими оппонентами обычным способом. На республиканские структуры не распространялись многие договора и законы, действующие на территории Федерального Центра, а об использовании силы против структуры, расположенной на союзной станции, и речи идти не могло. Здесь нужен был совершенно особый тонкий подход.

Государственная церковь искала рычаги воздействия на неолиберальную структуру со своей стороны. При попытке взять под контроль деятельность коллаборации Изменённого Сознания при помощи храма Великое Очищение, который оказывал поддержку неправительственному научному объединению, церковь Слепого Отца испытала похожие трудности, связанные с общественным мнением жителей станций. Проще говоря, сепаратистскую секту храм Великое Очищение, изначально образованную как конфессию государственной религии, так и не удалось взять под контроль.

В связи с происходящими на территории федерации экстраординарными событиями, руководство правительственной коллаборации всё-таки решило применить попытку ограничения развития пост гуманистических проектов. Для этого руководители двух коллабораций договорились о встрече с проведением конфиденциальных переговоров. Естественно, что инициатором этих переговоров выступила правительственная коллаборация, а руководство научного объединения Изменённого Сознания лишь позволило провести такую встречу, предоставив собственную площадку для этого события, находящиеся на станции Доменная Печь. При этом руководство объединения ИС заранее предупредило, что не желает идти на уступки правительству и заранее предупредило членов совета коллаборации ИФ о напрасно потраченном времени.

Правительственный кортеж выдвинулся в сопровождении автомобилей силовых подразделений. Это было не данью престижу, а реальная необходимость. Теперь, на карте дорог обозначались участки, нерекомендуемые к проезду по ним в связи с опасностью быть атакованным мертвяками, а также участки, закрытые для движения. Участок федеральной трассы, пролегающей по территории станции Ториевые Залежи и вблизи неё, пришлось объезжать по второстепенным дорогам. Такая поездка доставляла мало удовольствия, даже для водителей и пассажиров автомобилей с повышенной проходимостью. Эти дороги не обслуживались уже долгое время, и не смотря на их изначальное хорошее качество, сейчас они были порядком избиты и местами было проще двигаться вдоль них по пересечённой местности. Но даже такой, наиболее безопасный путь, не оказался совсем уж безопасным. Кортеж повстречал на своём пути несколько небольших групп мертвяков, двигающихся отдельно с юга в направлении базы Тихий Дом. Встречались и мертвяки-одиночки. Ни те, ни другие, не могли нанести особого вреда бронированной технике, но всё же все попадавшиеся на пути ходячие трупы были обстреляны. Такие действия лишь показали несостоятельность стрелкового оружия федерации нанести серьёзный урон нежити. Поднятые мертвецы не возвращались в покойное состояние, даже попав под огонь, а только лишались на время возможности передвигаться, если им перебивали нижние конечности. Но в задачу охраны кортежа и не входило уничтожение нежити. Кроме того, отдельные мертвяки являлись не единственной опасностью на этом участке дорог. Время от времени в небе пролетали ракеты, запущенные далеко на севере и падающие где-то далеко на юге. Правительству федерации оставалось только надеяться, что эти боевые действия ещё не являются результатом гражданской войны и не вышли за рамки стычки на территории федерации двух сторон, столь бесцеремонно проводя свой конфликт, в который было решено пока не вмешиваться.

Только когда федеральная трасса повернула на восток, в сторону станции Доменная Печь, делегация вновь почувствовала себя в безопасности. Сюда уже мертвяки не заходили и этот участок на карте был помечен как безопасный.

Встреча руководства двух коллабораций должна была состояться в населённом пункте недалеко от станционного центра Доменной Печи. Это оказался вполне приличный посёлок с достаточно хорошо развитой инфраструктурой. Вот только в этом посёлке уже давно никто не жил. Развитие городов и низкий уровень жизни в провинциях заставил людей покинуть это место. На самом деле было видно, что в прежние времена посёлок был густо населён и хорошо развивался. Сейчас он походил на зону отчуждения. Старые здания с роскошной архитектурой разваливались, и некому было заняться их ремонтом. Одно из самых красивых и больших зданий в этом месте являлось дворцом культуры. В нём и состоялась запланированная встреча. Между тротуарными плитками возле ДК прорастала трава, выворачивая дорожку наизнанку. Стены когда-то величественного здания осыпались снаружи, придав ему унылый вид и создавая атмосферу упадка. Представительские и военные автомобили в этом безлюдном заброшенном месте были как бельмо на глазу, портя весь антураж. Когда из автомобилей вышли люди в деловых костюмах и направились к входу в заброшенное здание, казалось, что произошло смешение эпох, будто руководители правительственной коллаборации на самом деле являются путешественниками во времени, обошедшего стороной этот посёлок. Внутри здание ДК было ещё более заброшенным, чем снаружи. Голые осыпавшиеся стены отражали любой звук разносившимся эхом. По полу зала, выложенному декоративной плиткой, которая теперь стала совсем затёртой, нельзя было бесшумно пройти в туфлях. Создаваемое цоканье непривычно заполняло пустоту. Делегации двух научных объединений встретились в одном из залов ДК, который более-менее сохранил свою свежесть и вмещал всех участников переговоров. Необычная атмосфера дополнялась деревянными стульями, вместо мягких офисных кресел и длинным шатким столом для переговоров. Внешний вил руководителей коллаборации Изменённого Сознания соответствовал этому месту куда как больше, чем вид людей, прибывших сюда в деловых костюмах. Даже сторонний наблюдатель смог бы с первого взгляда отличить, кто на чьей стороне в этом зале для переговоров.

— Вы просили о конфиденциальной встрече. — вместо приветствия сказал один из людей в штатской одежде, вальяжно облокотившись на спинку деревянного стула с высокими подлокотниками и подпирая рукой голову. — Могу вас заверить, никакая информация не сможет выйти за пределы этого здания. Хотя мне кажется, что ваша организация не планирует работать с нами, тогда о чём мы будем вести разговор.

Человек в деловом костюме сразу выделил основную тему начинающегося совещания:

— Мы хотим вас попросить о замораживании проекта по разработке и имплантации созданного вами чипа. Кажется, «Чип Бога» — название одной из рабочих версий.

— Прошу вас, вникните в нашу ситуацию, прежде, чем обращаться к нам с такими просьбами. — ответил тот человек в штатской одежде, представляющий интересы неправительственной организации. — Мы стремимся к тому, чтобы усовершенствовать сознание всех людей, а значит, сделать этот мир лучше. Ну и конечно, наше объединение сможет получить от этого большой доход, средства от которого будут потрачены на развитие коллаборации Изменённого Сознания и храма Великое Очищение, — говоривший представитель отслонился от спинки стула и подался чуть вперёд, демонстрируя свою решительность. Он даже немного повысил тон, чтобы обозначить свою значимость и задал вопрос: — Почему мы должны заморозить свой проект по улучшению сознания?

— Потому что вы не можете контролировать развитие этого проекта, и никто не может предсказать, во что он выльется. — ответ был очевидным, но, как и ожидалось, не убедительным для людей в штатской одежде. — Что начнётся, когда каждый сможет управлять временем и сознанием других людей, поднимать нежить и делать всё это так, как ему это благорассудится? — спрашивал человек в деловом костюме.

— Не волнуйтесь об этом. — участник переговоров, представляющий интересы коллаборации ИС ожидал, что такой вопрос обязательно поступит. Ответ был уже готов: — Каждый чип персонализирован и может отключиться нами в любой момент. Конечно, мы тут все не идиоты, защита от дураков была продумана в обязательном порядке. Надеюсь, вас большего ничего не волнует?

— Ну, мы просим вас не обезопасить ваш проект, а заморозить. Закрыть. — пояснил человек в деловом костюме. Никакие подобные компромиссы не устраивали правительственные органы. — В противном случае наши действия в отношении кладбища Тихий Дом не будут согласованы с администрацией управления станции, на территории которой оно находится. Мы уже сейчас готовы нанести ракетный удар по этой базе. Как только нам станет известно о том, что высказанные нами требования не исполняются, мы реализуем свои действия.

От поставленного ультиматума люди в штатской одежде возмущённо засуетились и тот из них, который вальяжно говорил от имени руководителей коллаборации ИС, теперь нервно кричал:

— Что? Да вы знаете, сколько людей работает на этой базе? Она обслуживается гражданским персоналом: учёными и духовенством. А вы хотите сбросить на неё ракету? Ваши действия погубят сотни мирных людей, а мертвяки только перейдут в гибернацию на короткое время. И чего вы хотите этим добиться?

— Эвакуируйте всех живых людей с кладбища Тихий Дом. — продолжал гнуть своё человек в деловом костюме вместо ответа на прямой вопрос. — Решение правительства будет реализовано независимо от того, сколько мирных жителей находится на базе. Мы обязаны остановить армию нежити любой ценой. — выражение «любой ценой» оказалось подчёркнуто. — Но мы вам даём возможность не допустить этого.

Это был не блеф со стороны правительственной коллаборации, и все это понимали. План по уничтожению базы мертвяков действительно разрабатывался и был хорошо продуман. Но уничтожение базы, подчинённой республиканскому объединению, лишило бы правительство федерации любой возможности вести переговоры с неправительственными объединениями. Это стало единственным способом повлиять на руководство коллаборации Изменённого Сознания, которое согласилось пойти на любые уступки ради сохранения кладбища Тихий Дом. Но эти меры были временными, ведь такое шаткое соглашение могло нарушиться любой из сторон в любой момент.

Глава 7. Слова ободрения

Том уже знал, как проехать на кладбище Тихий Дом. Очередная поездка по пустыне с очередной миссией. Он надеялся, что на этот раз разговор с сестрой Дасти, возомнившей себя королевой нежити, выйдет более конструктивным и удастся наладить связь с управлением базы. Тому была поставлена задача убедиться в отсутствии намерения нежити нападать на федеральный центр и постичь замысел их действий. Снова скрипучие ворота и улыбающийся мертвяк, дежуривший на въезде, и снова широкие улицы и толпы не до конца разложившихся, или, вернее, не до конца восстановившихся блуждающих по ним трупов. Том знал, о подготовленном по базе ударе, но когда будет нанесён этот удар, он не знал, поэтому действовать приходилось быстро. В этот раз он не ждал звонка на стационарный телефон, установленный на пропускном пункте, а сразу проехал на территорию базы, как только ворота открылись. Он уже и так знал, что ехать нужно в собор Смерти, купол которого возвышался над всеми другими строениями. Встретившийся на входе служитель собора попытался что-то сказать, но успел произнести только:

— Прошу, Вы можете переговорить с любым…

— Где Она? — оборвал его Том. — Она на своём месте?

— Да, но…

Том и тут не дал ему договорить, а сразу пошёл к установленному в передней части зала трону. Никто не мешал ему пройти и все понимали, что если бы сотруднику федерального подразделения не следовало так поступать, он бы уже был задержан. Сестра Дасти располагалась на своём месте в величественной позе, как ей и полагалось. Тому показалось, что королева, способная управлять своими мёртвыми людьми одной лишь силой мысли и слова, не вставая со своего места, никогда не покидает стен собора. Сестра Дасти никак не реагировала на появление Тома, который нёсся к ней стремительной походкой, пока он не подошёл к самому возвышению, на котором был установлен трон. Может быть, «слепая» использовала свои возможности, чтобы прочитать его мысли, а может, это было и так очевидно, но Она начала говорить первой:

— У вас слишком много вопросов и Вы слишком многое хотите знать.

— Вы должны мне ответить на все. — попытался убедить Том но сразу понял, что ему в этом месте ничего не должны и он здесь находится только с разрешения сестры. — Пожалуйста, это важно не только для меня.

Дасти продолжала сидеть в своей напряжённой позе, не шевелясь и не выказывая никаких эмоций. Казалось, Она набирается терпения для того, чтобы начать вести этот разговор. Она спокойно произнесла:

— И что же для всех стало таким важным и срочным, что Вы вновь прибыли сюда в самый разгар подготовки к решительным действиям?

— Что за войну вы ведёте? — задал Том первый вопрос.

Дасти не считала нужным говорить об этом с третьими лицами и всеми теми, кто не был посвящён в это дело. Но теперь, когда армия противника была уже на подходе, а собственная армия собрана и готова вести оборону, можно было приоткрыть немного завесу тайны.

— Это дел «слепых». Всех остальных оно не касается. Отец, создавший этот мир, исключил из него определённые возможности, но мы нарушили эти правила. В программу нашей реальности записан код, исключающий любое уподобление Его сознанию.

— То есть когда вы достигли соответствующего уровня мышления, в этом мире для вас не оказалось места?

Сестра не могла объяснить всё, что произошло, но продолжила:

— Это взаимоисключающие понятия. Если говорить на вашем несуразном языке с приземлёнными аллегориями, то это как создать непробиваемую стену и всё пробивающий снаряд. Мы смогли не только достичь высокого уровня сознания, но и подстроить этот мир под своё существование.

— Вписали свою строчку в код, но не смогли удалить вписанную изначально.

— Если так понятно, то да. Хотя законы мультивселенной мало похожи на программный код. — заметила сестра и привела свою модель этих событий: — Мы сами встали на место Богов, но нам не удаётся изменить ход событий, задуманный нашим предшественником. — и сразу поправила себя: — … пока ещё не до конца удалось.

Том всё ещё не понимал, что заставило всю эту армию подняться из своих могил и продолжить вести эту войну, которая должна была закончиться после их смерти и спросил:

— Что будет потом?

— Это уже вы будете решать. — Дасти продолжала оставаться надменной и гордой. — Сможете занять наше место и создавать свой мир таким, каким хотите.

— А если вы проиграете? — Том не скрывал своих сомнений насчёт возможностей армии нежити, располагавшейся на базе. Он не понял, как восприняла это сомнение Дасти, потому что выражение её лица так и не поменялось, но она не стала исключать такого варианта развития событий и просто пояснила:

— Вы останетесь рабами. Продолжите жить в этом мире, который создан для вас, и не сможете ничего менять. — Дасти сделала небольшой вдох и произнесла на выдохе: — Нам пора выходить.

Последнюю фразу сестра произнесла в таком же тоне, в каком разговаривала с Томом, но он понял, что эти слова адресованы не ему. Эту последнюю фразу сестры сейчас услышали все, кто находится на территории Тихого Дома, хотя она не была произнесена слишком громко. Но мертвяки, обитавшие в соборе, начали выдвигаться к выходу, а значит и снаружи нежить готовится выполнить поставленный приказ. Дасти не собиралась больше разговаривать, а встала со своего места и лишь сказала, обратившись на этот раз уже к Тому:

— Вам лучше остаться здесь, для Вашей же безопасности, и не покидать стен собора.

— Но почему Вы так обеспокоены моей безопасностью?

Дасти попыталась объяснить, как могла:

— Наложенные заклинания и пророчества, направляющие симуляцию по выбранному пути и меняющие код вселенной, не допускают сохранения возможностей «слепых» за стороной, разрушившей структуру сознания, не подверженную изменению, при разрешении конфликтной ситуации. То есть «слепые» не должны убивать живущих своей жизнью, при исполнении воинского долга, иначе лишатся своего божественного статуса.

Небольшой рост девушки не лишал её всего превосходства, которым она обладала, а даже наоборот, казалось, что власть внутри неё компенсирует её хрупкий вид. Лишь едва заметные черты отличали её от живой и выдавали принадлежность к нежити, но Том заметил, что она обрела более здоровый вид с их предыдущего разговора. Когда она встала перед ним и начала спускаться со своего места, на это нельзя было не обратить внимание. Верх её наряда уже не сидел на ней свободно, а плотно облегал тело, подтверждая отсутствие болезненной худобы. Том поймал себя на мысли, что при жизни ей не обязательно было обладать сверх сознанием или магическими способностями, чтобы повелевать миром. Наверняка ей достаточно было и естественного очарования.

Команду на выдвижение, прокатившуюся тихим эхом, услышали все, находящиеся на территории кладбища Тихий Дом, кроме одного человека. Его эти слова не касались, хотя он так не думал. Даун Грэй заметил, что все мертвяки внезапно засуетились, но не мог понять, что стало этому причиной. Он спросил одного:

— Куда?

И тот ответил ему:

— Пора идти.

Значит, Сторм уже близко. Настал тот момент, к которому готовилась эта армия. В голове Грэя крутилась фраза, произнесённая в качестве совета: «Жди. Она придёт». Но Грэй уже решил, что ждать не стоит. Как его кто-то может не пустить вместе со всеми, если он тоже хочет помочь? И он просто пошёл вслед за остальными.

С площади Артиллерийского Вооружения уже доносились звуки выстрелов. Грэй знал, что его друг где-то там со своей малышкой, с которой он тоже хотел пострелять. Но основная масса мертвяков двигалась к собору Смерти, выстраиваясь в ровные шеренги и колонны прямо на широкой дороге. Мертвяки заполняли строй и находились в ожидании. Из главного входа собора Смерти вышла королева нежити. Она осматривала своё войско, и Грэю казалось, что она ищет, не затесался ли он в эти ряды, чтобы не пустить его. Грэй подумал бы, что это та, кого он считал своей, но знал, что это Дасти, которая и поведёт эту армию дальше. Она заговорила так громко, что все на улице могли её слышать без какой-либо магии. Её голос заглушал не успокаивающийся в строю гул и звуки выстрелов на площади за собором. Но говорила Она на том языке, который Грэй так и не успел выучить. Что она говорила? Слова ободрения или объясняла тактику действий? Неважно. Грэй просто пойдёт вместе со всеми и будет делать то же самое, что и все. Он знал что то, что сейчас говорит Дасти, то же самое сказала бы и та, которая его.

— Смелые слова, даже для нашей королевы. — поделился своим мнением служитель собора Смерти с Томом, находясь внутри здания, где тоже была слышна речь сестры Дасти.

Тому понадобилась секунда, чтобы сопоставить этот комментарий с тем, что ему было известно и опешить. Он просто уставился на служителя, оценивая его, и был уверен, что перед ним живой человек. Но тогда как?

— Вы что, знаете этот язык? — спросил Том, исполненный удивлением.

— Я служитель этого собора и я служу королеве нежити, и в знак благодарности я получаю от неё знания, которыми ни с кем не вправе делиться. — спокойно ответил служитель.

— Но ведь Вы можете сказать, о чём Она говорит? — интрига переполнила Тома, когда он увидел, какое сильное впечатление произвели на служителя Её слова.

— К сожалению, наш язык слишком примитивен для перевода с сохранением полного контекста, поэтому Вы не сможете понять всю суть, но общий смысл в том, что Она дала приказ уничтожить вражескую армию. Но это не просто «приказ», как в понимании нашего языка, а который никак нельзя нарушить. Это как определить физическую константу. — видя, что Том не совсем понимает о чём он говорит, служитель попытался объяснить немного по-другому: — Используя терминологию компьютерной симуляции, это как задать нужные параметры и использовать варп. Нельзя ничего отменить или исправить, даже если что-то пойдёт не так, пока приказ не будет выполнен.

Глава 8. Палатки беженцев

Сьюзен проснулась от того, что снаружи шумели люди. Внутри почти никого не было, только несколько человек продолжали лежать на своих кроватях. Похоже, что было уже позднее утро, или даже день, потому что внутри стало довольно душно. Малявка поняла, что скинула одеяло, которым мама накрывала её ночью. В тот момент оно действительно было не лишним, но сейчас Сьюзен уже даже вспотела от духоты. Родителей и брата рядом не было. Вероятно, они проснулись уже давно и сейчас находятся снаружи. Сьюзен завидовала Сэму, потому что он спал на отдельной кровати. Ей же отдельного места не хватило и пришлось спать вместе с мамой на и так неудобной кровати. Все они покинули свой дом в центре станции Глубокий Котлован и уехали в это удалённое место центральной республики, спасаясь от мертвяков. И вот теперь они с родителями и братом, вынуждены жить в этой огромной палатке с другими беженцами.

Сорокаместный шатёр был установлен на пустыре возле дороги, ведущей в сторону города Район Беженцев. В нём жили те, у кого не оказалось с собой личных палаток, в которых жили другие люди, эвакуированные из станции Глубокий Котлован. Шатёр, в котором жила Сьюзен со своей семьёй, был не единственным. По близости располагалось ещё три таких же. Итого, более двухсот беглецов от армии нежити оказались расположены на этом пустыре, не оборудованном соответствующим образом, где правительственные власти пытались оказать помощь жителям станции Глубокий Котлован, покинувшим свои дома.

Сьюзен думала о том, как хорошо сейчас дома. Интересно, мертвяки нашли записку, которую она оставила им у себя в комнате? Конечно, ничего важного, просто слова приветствия, ведь они пришли в брошенный дом и наверняка не знают, что им теперь делать, бедненькие. Несмотря на этих гостей, Сьюзен предпочла бы остаться там. Теперь она понимала дядю Ричи, который жил рядом с ними и не захотел ехать в Федеральный Центр. Сейчас он наверняка поселил в своей квартире нескольких мертвяков, и они рассказывают ему о своей жизни, которая у них была до того, как они умерли. А её семья вынуждена жить в этом месте, где еду и воду привозят грузовики, и рядом нет магазинов, детских площадок, и вообще ничего, кроме палаток, шатров и всех этих странных людей, которые в них живут.

По звукам снаружи, Сьюзен поняла, что сейчас проходит раздача еды. Кушать ей совсем не хотелось, но вот ради холодного компота, пожалуй, стоило встать и выйти из шатра. Вот и мама вошла, чтобы вытащить Сьюзен, и сказала:

— Солнышко, вставай, хватит валяться, пойдём сейчас покушаем, пока вместе со всеми.

Сэм уже стоял в очереди за завтраком, держа в руках миску, ложку и кружку. Эти предметы ему, как и всем остальным, выдали по приезду в это место. Вначале он удивился, что ему придётся постоянно приходить на приём пищи со своей посудой, но теперь уже он привык. Питаться по времени поначалу было тяжело. В первое время он мог позволить себе пропустить приём пищи, но потом понял, что, не поев вместе со всеми, придётся ждать следующего раза, и никаких перекусов между едой. Прицепы с котлами для варки еды стояли на этом месте всё время, и несколько поваров постоянно готовили в них еду. А вот еду, которую нужно приготовить и воду, сюда привозили на грузовиках. Сегодня возникли какие-то проблемы с доставкой, поэтому завтрак раздавали позже, чем обычно. От этого Сэм ощущал, что у него начинало подсасывать под ложечкой. Отец стоял сзади, заняв очередь для мамы и Сьюзен, поэтому держал в руках два комплекта посуды. Сьюзен не полагалась отдельная порция, но им с мамой на двоих накладывали больше, чем всем остальным.

— Джон. — позвала мама, чтобы найти своё место в очереди, когда вышла из шатра с малявкой за руку.

Отец в ответ поднял руку вверх, и мама сразу направилась к ним. Когда они со Сьюзен подошли и встали между Сэмом и отцом, мама спросила:

— Не узнавал, что там дают? Что-то Сьюзи не хочет есть, еле заставила её подняться и выйти.

Джон хотел ответить, что сейчас дают завтрак, но просто сказал, что не знает. В общем-то, он понимал свою дочь. Ничего нового и интересного всё равно поесть не дадут. Если бы была возможность, они пошли бы завтракать в другое место.

Наконец, Сэм дождался своей очереди на получение еды. Он уже успел понять, что его ожидает какая-то каша, в которую клали кусочек чего-то. Когда он протянул свою миску, чтобы ему наложили, повар на раздаче спросил:

— Соус острый, или кислый добавить?

— А что за каша? — сразу, спросил Сэм, хотя он и без этого мог бы ответить, что ему вообще не нравятся соусы.

— Мамалыга. — повар ответил так, будто Сэм должен знать, что это такое. — С куском сыра.

Такое не каждый день бывает. Сэм хотел попросить просто кусочек сыра, но ему интересно было, что это за каша со странным названием. Если она так необычно называется, то наверняка вкусная. Он уже отошёл от раздачи и ждал остальных, рассматривая, что лежит у него в миске. Может это та еда, которой питаются все жители федерального центра? И теперь он попробует, что едят богачи, которым повезло жить здесь, а не на станции обслуживания. По виду было не понятно, из чего сделана эта каша.

Когда все получили свою порцию, то сели где обычно сидят за столом под навесом, вместе с теми, кто уже заканчивал есть. Сэм аккуратно отломил ложкой кусочек застывшей каши и попробовал её на вкус. Оценив, он разочарованно сделал вывод:

— Это синтезированная еда. У неё даже вкуса нет. — мамалыга на самом деле оказалась совершенно безвкусной, и Сэм пожалел, что отказался от соуса. Хоть какой-нибудь вкус ей добавить не помешало бы.

— Синтезированной еды не бывает. — поправил отец. — Это каша из кукурузы.

Похоже, что отец уже не в первый раз пробует это блюдо, потому что он попросил себе соуса побольше. Даже острая аджика не казалась ему острой, когда он ел её с этой самой безвкусной мамалыгой. Сэм решил съесть из миски только сыр. Хорошо, что здесь не было никаких подвохов. Сыр на самом деле оказался с настоящим вкусом, а не «синтезированным». Маме и Сьюзен на двоих положили два кусочка сыра, а каши мама попросила совсем чуть-чуть, просто попробовать. Видимо, ей тоже не понравилась эта еда богачей. Лучше бы гречку с тушёнкой давали, или макароны с котлетой. Но, выбора не было.

— Может, в обед повезёт больше. — предположил отец, заметив, что никто особо не поел кукурузную кашу.

— Может армия нежити пойдёт на Федеральный Центр через это место, и тогда нам придётся ехать в какое-нибудь другое. — высказал Сэм своё смелое желание, думая куда масштабнее, чем отец.

— Это маловероятно, что нежить пойдёт в эту сторону. — разочаровал отец. — Я звонил Ричи. Он сказал, что мертвяки пошли к югу, обойдя центральный район Глубокого Котлована и свернув на Доменную Печь.

Мама сразу спохватилась, когда услышала о разговоре с Ричи, с которым обычно разговаривал Джон:

— Серьёзно, ты снова звонил ему? Почему сразу не сказал? Ему удалось попасть в нашу квартиру? Там всё в порядке?

— Нет, он сам перезванивал. — Джон даже не знал, как ответить на все эти вопросы и в какой последовательности. — Он взломал наш замок, и теперь дверь всё время открыта. Каша, которую оставила Сьюзи, спасена. По крайней мере, не сгорела. Работала соседняя конфорка и Ричи просто вырубил нам все пробки на щитке.

Мама сразу успокоилась, стараясь вспомнить, не осталось ли чего в холодильнике, из-за чего потом придётся отмывать всю квартиру. Ладно, хоть не пожар — и то хорошо.

Услышав это, Сьюзен надула щёки, поняв, что она оплошала, а Сэм спросил с новой надеждой:

— Так значит, мы можем собирать вещи и возвращаться?

— Нет. С Котлована пока не сняли статус зоны бедствия. — ответил отец. — Мертвяки всё ещё могут туда вернуться, и видимо нам всё же придётся побыть пока здесь какое-то время.

Сэм не так представлял себе обещанную правительством помощь, когда слышал о новеньких незаселённых квартирах, находящихся в резерве специально на случай бедственного положения. Чтобы жить в палаточном городке, не обязательно было ехать так далеко от цивилизации. Да и никто из людей, которые оказались в этом месте, не предполагал, что придётся жить в палатках. Либо город Район Беженцев оказался переполненным, либо возникли другие сложности, но всех этих людей остановили на дороге к Району и перенаправили сюда, не разрешив проезжать дальше.

Бородатый мужчина в старой одежде, типичный представитель восточной части Котлована, сидевший рядом, вдруг обратился к родителям Сэма:

— Район Беженцев совсем рядом, но он построен не для нас. Вы видели ночью зарево на севере? Это и есть огни того города, который живёт полной жизнью. И свободных мест там предостаточно, в этом я могу вас заверить?

— Почему же нас туда не пустили? — спросил отец, поддерживая разговор, пока мама старалась не замечать внезапного собеседника.

— А Ты что, федерал? Или приближённый к ним? Ты скотина, которая должна работать на правительство. А кто позволит жить скотине в развитом городе? — Джон понимал, что не стоит воспринимать эти слова бородатого собеседника, как оскорбление. Это просто его мнение. Хотя не могло же это мнение появиться из неоткуда. И что ему ещё известно о Районе Беженцев? Джон поинтересовался вслух:

— И кто там сейчас живёт?

Бородач ответил так, будто знает наверняка:

— Это элитный город в экологически чистой зоне. Там живут капиталисты и те, кто их поддерживает. Но таким людям как мы, жителям станции обслуживания со свалкой мусора, туда дорога закрыта. Вы заметили, что грузовики с едой и водой приезжают с той стороны, со стороны Района Беженцев? Это правительственная элита, занявшая наши дома, кидает нам подачку за то, что нам приходится жить здесь. Они вывозят нам из города крупы и муку только потому, что сами это не едят.

— Откуда Вы это всё знаете? — спросил Джон.

— Я разговаривал с водителем грузовика, который доставляет сюда еду. — ответил бородач. — Он говорит, что город уже занят жителями станции Пластмасс, не захотевшими поддерживать новое правительство их республики, и поэтому им присвоили статус беженцев и предоставили резервный город. Вот так. — бородач сплюнул на пол. — Для нашего правительства важнее предоставить политическое убежище оппозиционерам производственной станции, чем жильё людям из зоны бедствия.

— Что? — всё-таки включилась в разговор мама. — Разве власти станции Пластмасс не поддержали правительство федерации при появлении сепаратизма в южных провинциях?

— Детка, ты что, с луны свалилась? — ответил человек с бородой маме Сэма. — Ты разве не знаешь, что там началось после воскрешения сестёр? Сейчас там дела идут даже похуже, чем в Глубоком Котловане.

Глава 9. Всё по правилам

Армия, возглавляемая королевой Дасти, покидала стены кладбища Тихий Дом. Теперь полчище мертвяков двигалось по пустыне на юг, туда, откуда им навстречу шёл противник, ради уничтожения которого они все поднялись. Почти все они были вооружены огнестрельным оружием, хотя уже было известно, что в этом сражении от него будет мало толку. Грэй понятия не имел, зачем он пошёл вместе с мертвяками. Скорее всего, его убьют в первые секунды после столкновения с армией противника. Ну и пусть, зато так он станет мёртвым. Таким же мертвым, как и та, которая его. И таким же мертвым, как все те, кто идут рядом с ним. Хотя Грэй понял, что в этом сражении он не единственный живой человек, когда услышал позади рёв мотора. Мертвяки не ездят на транспортных средствах, почему-то. Но на своей боевой машине здесь может ездить мобильный взвод из пяти человек, который уже как-то прокатил Грэя к этому месту. Маневрируя между поднятыми войнами, пикап ехал на передовую. Когда звук двигателя стал слышен слишком близко за спиной, Грэй услышал и доносящиеся из автомобиля человеческие голоса:

— Вот он, давай к нему.

— Что он тут делает. Не сидится ему ровно, а мы должны следить за ним.

Для Грэя осталось непонятным, как эти люди смогли обнаружить его среди сотен мертвяков, с которыми он так легко путался. Может, командование доходчиво объяснило, как отличать живого от мёртвого, но пикап подъехал прямо к нему. Два человека в кузове бронированного автомобиля переглянулись, и один спросил другого:

— Нашли. И что теперь с ним делать? Не с собой же брать?

Грэй и сам не понимал, что они от него хотят и собираются с ним делать, но, судя по всему, очень обеспокоены его нахождением в этом месте. Тот, который приводил Грэя в собор Смерти и разговаривал со служителем, обратился к нему:

— Эй, если собрался на войну, то давай запрыгивай. Мы выезжаем вперёд.

Ух ты. Для Грэя это стало настоящей удачей. Он сможет побывать в составе мобильного взвода, уже не в качестве мертвяка. Хотя это стало возможным только потому, что экипаж решил, что так будет безопаснее. Грэй улыбнулся и сразу забрался в кузов, произнеся:

— Вперёд! Уничтожим Сторма.

На самом деле, никто из членов экипажа не собирался бросаться в гущу событий, пытаясь уничтожить армию противника. Им хватило прошлого раза, когда они убедились в беспомощности пулемёта против мертвецов армии капитана Сторма. Пикап продолжил своё движение, ловко маневрируя между мертвяками. Грэй теперь думал о том, как можно будет отличить одних мертвяков от других. Сидя в кузове автомобиля, он махал рукой всем тем, кого обгонял пикап, с улыбкой на лице. Но заметил, что мертвяки не настроены шутить и радоваться. По их лицам, не смотря на усохшую плоть, можно было понять, что они стали одержимы этим сражением. Все они сейчас выполняли приказ, который нельзя отменить. Война — это то, ради чего они умерли и воскресли, чтобы, возможно, умереть вновь. Впереди уже было видно мертвяков, которые шли первыми. А вскоре, пикап обогнал и их. Это были наиболее решительные войны и наиболее проворные. Их лица выражали самую настоящую агрессию. На них было страшно смотреть, не то, что подходить к ним. Интересно, до того как они стали мёртвыми, они так же решительно вступали в бой, или вели себя более сдержанно?

Пикап прибавил скорости, когда обогнал армию, и не нужно было больше маневрировать между мертвяками. Вскоре войско, выдвинувшееся со стороны Тихого Дома, исчезло из поля зрения, и в это же время впереди оказалась видна армия капитана Сторма. Грэй поймал себя на том, что у него поджилки начали трястись, хотя трусом он себя никогда не считал. Остальные члены команды казались более спокойными, так что Грэй даже позавидовал их храбрости. Он показал на пулемёт, имея в виду, что уже можно начать стрелять по противнику.

— У нас другая задача. — ответил пулемётчик. — В этот раз пулемёт нам не понадобится.

Грэя разочаровал такой ответ. Тут же на крыше кабины появился флажок. Самый обычный белый флажок, без каких-либо обозначений. Грэй начал разглядывать его, пытаясь найти хоть какие-то символы или обозначения на нём.

— Это знак того, что наша команда готова вести переговоры. — объяснил пулемётчик.

— И что мы живые люди. — добавил его помощник.

Мобильный взвод выехал навстречу противнику, чтобы провести разведку на случай, если между армиями появится кто-то посторонний. Их задача была не допустить вмешательства того, что могло бы повлиять на ход событий. По крайней мере, командование было уверенно, что этого нельзя допустить. Подъехав достаточно близко к войнам армии капитана Сторма, пикап повернул и продолжил движение уже вдоль первой шеренги, держась на безопасном расстоянии. Все смотрели в сторону вражеского войска, выглядывая предводителя или того, кто изъявил бы желание выйти навстречу автомобилю с белым флажком на крыше. Внезапно пикап резко затормозил. Никто не заметил, что впереди, на пути пикапа встал мертвяк, специально выйдя на пару десятков метров из своего строя. Он смотрел прямо перед собой на чуть не задавивший его автомобиль. Вернее на сидящих в нём людей. Грэй сразу понял, как отличить мертвяка вражеской армии от того, который вышел из Тихого Дома, но словами объяснить это не смог бы. А может это и есть…

— Сторм? — спросил Грэй у тех, кто сидел вместе с ним в кузове.

— Похоже, что это он и есть. Предводитель всей этой армии. — ответил пулемётчик и занял своё место за пулемётом, не зная, чего ожидать.

— Живые, — гроулом прорычал Сторм, обратившись к экипажу автомобиля, которому он перекрыл путь. — Не путайтесь под ногами. Идите, сидите по своим домам. Это наше дело.

Живые продолжали оставаться на месте, ожидая продолжения речи. Никто не знал, о чём тут можно разговаривать. И Сторм добавил, выдержав паузу:

— Я веду тех, кто предан Отцу. За мной идут и мёртвые, и живые.

Старший мобильного взвода выкрикнул из кабины с пассажирского сиденья:

— В твоей армии нет живых. Вы все давно умерли.

Сторм улыбнулся от этих слов так, будто смог всех одурачить.

— Я их не звал, но они сами пришли. — снова прорычал главный мертвяк. — Если попытаетесь помешать, они умрут сразу.

К этому моменту остальные мертвяки почти выровнялись со своим предводителем, и пикапу пришлось откатываться назад, чтобы не оказаться в гуще враждебной армии. Мертвяки, идущие со стороны Тихого Дома, тоже теперь оказались в поле зрения. Экипаж пикапа с белым флажком на крыше видел сразу обе армии, идущие навстречу друг другу. О каких живых в своих рядах сказал Сторм, что он имел в виду? Лин, сидящая на заднем сиденье, уже смотрела в зрительную трубу сквозь тонированное стекло пассажирской двери. Она поделилась своими наблюдениями:

— Слушайте, там, похоже, и правда люди есть. — вначале никто не понял, что это может быть правдой, но Лин уточнила, не отрываясь от прибора наблюдения: — В этой армии мертвяков есть и живые люди, которые идут вместе со всеми.

Вот эта новость заставила всех понервничать. Кто это такие, решившие присоединиться к фанатичной армии нежити? Неужели нашлась шайка экстремистов, желающих поддержать армию капитана Сторма? На эти вопросы можно будет ответить позже, сейчас нужно думать о другом. Но водитель высказал своё смелое предложение:

— Может заедем в толпу и выцепим кого-нибудь из них в качестве языка?

Пока старший взвода был занят тем, что передавал текущую обстановку на поле боя по радиостанции, установленной в машине. Он показал рукой жест, требующий ожидания решения руководства. Дослушав распоряжения, он озвучил:

— Нам запретили принимать какие-либо меры, особенно открывать огонь. Просто валим отсюда. Наша работа здесь заканчивается.

Прежде, чем пикап повернул и начал удаляться в сторону кладбища Тихий Дом, все успели заметить, как один из воинов армии Сторма упал, подстреленный с противоположной стороны. Затем упал ещё один мертвяк, и ещё. Почему-то получалось так, что мертвяки могут нанести вред друг другу, а люди не могут им никак навредить. Лин предположила, что дело в оружии и высказала пожелание:

— Нам бы такие патроны. Уже все дела бы тут решили.

Старший, сидящий впереди, немного разочаровал её:

— Важно при этом не зацепить людей, затесавшихся в армию Сторма. Поэтому, от пальбы толку не очень много было бы.

Мертвяки Тихого Дома уже почти столкнулась с врагом. Его уже можно было видеть вдалеке. Те, кто шёл впереди, и у кого было оружие, начали стрелять по противнику. Скоро на армию капитана Сторма должен обрушиться град ракет. Способности предводительницы Дасти позволили наделить используемое мертвяками оружие специальными возможностями. Оно наносило урон силам противника сразу в нескольких проекциях существующих реальностей. Так что особая форма бестелесности противоборствующей армии не позволяла уклониться от таких поражений. Когда бессмертные мертвяки, идущие за Стормом, начали падать после попадания по ним, появилась иллюзия того, что бой заочно выигран. Воины, возглавляемые сестрой Дасти, имели неоспоримое преимущество. Но, в этот самый момент прозвучал шёпот, приказывающий всем сложить оружие. Мертвяки не могли ослушаться этой команды, хотя это было странно и в корне меняло шанс на победу. Значит, и на помощь артиллерии больше рассчитывать не приходится. Сколько единиц оружия и патронов было сброшено на землю в один момент, по этой команде, даже не сосчитать. Теперь у мертвяков оставались при себе только кортики, штыки и ножи. Но уже никто не мог быть уверенным, что они сыграют вес в рукопашном бою против воинов, которые наверняка имеют такое же оружие.

Хотя решение на отказ от оружия вызывало недоумение, объяснять его было не самое время. То, что Сторм набрал в свою армию живущих людей именно для того, чтобы использовать их в качестве живого щита. Вот только откуда он их взял, оставалось непонятным. Сейчас всё дело было в другом. В наложенных заклинаниях и пророчествах, о которых мало кто знал, и в том, чтобы их соблюсти. Воины армии, исполненные решимости, были готовы нанести удар штыком или кортиком любому, кто его заслуживал, но им нельзя было убивать живых. Такое воздействие на мир живых сегодня сделает их идеи, за которые они боролись много лет, ложными. Не все могли понять, как такое возможно, но приказ нужно выполнять, а не понимать.

Глава 10. Как это работает

— Хорошо, давайте я вам попробую объяснить так, чтобы Вы поняли. — на самом деле Липшиц сейчас пытался объяснить, почему так важно соблюдать пророчества «слепых», не только главе коллаборации ИФ, но и себе. — Вы умеете играть в шахматы?

Стив кивнул головой в качестве положительного ответа, но инквизитор всё равно передумал и решил применить другую аллегорию:

— Нет, это слишком сложно. Давайте я лучше объясню Вам на примере крестиков-ноликов.

Трудовой мог счесть это за оскорбление, но продолжал терпеливо выслушивать путаное объяснение. Липшиц продолжал:

— Представьте поле три на три, где в центре уже стоит крестик. Куда Вы поставите нолик?

— В угол. — сразу ответил Стив, даже не думая о том, что так степень вариативности будет выше, чем если поставить нолик сбоку.

— Вот. В угол. А в какой? — спросил Липшиц. Конечно, это глупый вопрос, ведь нет никакой разницы, в какой из четырёх углов ставить нолик.

— В любой. — Стив отрезал, не понимая направление мысли инквизитора. Тогда тот снова передумал насчёт сравнения и начал по новому:

— Хорошо, давайте тогда лучше на примере шахмат. Какой фигурой Вы скорее пожертвуете: офицером, или конём?

— В зависимости от ситуации на доске. — снова предсказуемый ответ на простой вопрос.

— Так, хорошо. — продолжил Липшиц. — Теперь представьте такую ситуацию: во время эндшпиля вашей партии на этой же доске начинается другая игра.

Стив посмотрел на настоятеля церкви Вечных Мук, как на идиота, каким он вполне мог и являться, но продолжил дискуссию:

— Простите, но мне сложно представить подобную бесцеремонность. Вы хотите сказать, что можно играть две партии на одной доске одновременно?

— Н ведь Вы и сами мечтали научиться путешествовать во времени. — заметил Липшиц. — Разве Вы никогда не представляли себе, как это будет выглядеть, если время будет накладываться само на себя? Просто представьте, что случилось именно так: две партии на одной доске в одно и то же время. Пусть вы играете белыми фигурами. А у другого игрока, который тоже играет белыми фигурами, коней не осталось. И тут он использует Вашего офицера, чтобы съесть фигуру противника. Что Вы на это скажете?

— Вы слишком мало отдыхаете. — ответил Стив, даже не собираясь думать о таких глупых вещах, но Липшиц не унимался:

— А я бы сказал, что офицера, нарушившего правило, следует исключить, чтобы не создавать путаницы. Ведь это невозможно, проводить игру, если фигура из одной партии влияет на ход другой партии в связи с тем, что имеет несколько проекций самой себя.

— Шаг и мат. — заключил Стив. — Партия закончена, Вы так и не объяснили мне то, о чём я Вас просил.

— Хорошо, хорошо. — не собирался сдаваться Липшиц. — Тогда другой пример: возьмём программный код, или логическую модель, выраженную алгебраической формулой.

Стив согласился послушать, потому что в кибернетике он разбирался лучше, чем в шахматах. Липшиц в очередной раз начал сначала:

— У нас есть бесконечное выражение с огромным количеством переменных, которое решается по ходу развития определённого сценария.

Глава научного объединения сразу пожалел, что позволил инквизитору говорить на эту тему, продолжая слушать в пол уха. Слова Липшица проходили сквозь сознание:

— Все переменные определены в шапке уравнения. И есть у нас переменная b.

Стив, думая о ситуации, к которой было приурочено это объяснение, решил для себя, что b- может значить «слепой». Голос Липшица продолжал проникать в глубокую бездну сознания:

— Когда в уравнении в очередной раз появляется эта наша переменная, то в коде оказывается сразу два значения: b равно единице, и b равно нулю.

— Этого не может быть, код не будет работать. — критично заявил Стив, находясь в полу сонном состоянии. — Это взаимоисключающие значения.

— Представьте, что код работает. Но какое значение он выберет для переменной с двумя показателями?

— Которое указано первым.

Такой ответ удивил Липшица, и расстроил своей очевидностью, но он поправил главу научного объединения:

— Мы говорим о коде, которым написана наша вселенная. Понятие «первый» в данном языке программирования отсутствует.

Стив задумался на мгновение, и дал новый ответ:

— Одно из значений ошибочно. Будет выбрано верное значение, найденное путём проверки.

— Возможно. — согласился Липшиц, который на самом деле разбирался в кибернетике хуже, чем собеседник. — Но наш язык программирования начинает действовать по-другому: он запускает антивирусную утилиту, которая мониторит значения для сравнения и выявления ложного.

— И как антивирусная утилита определит, какое из значений ложное?

— Ложным будет то значение, которое уже использовано в другом скрипте. — Липшиц почувствовал, что он подходит у финалу, и Стив наконец сделал правильное замечание:

— Но ведь это совсем не обязательно. Одно и то же значение может применяться в разных скриптах.

— Вот именно. Но антивирусной утилите просто необходимо найти ошибку, и поэтому она будет придираться к любой вероятности её обнаружения.

Стив открыл глаза, и попытался перефразировать всю эту кашу в одно предложение:

— То есть можно сказать, что при противостоянии двух конфессий, истинной окажется та, которая в большей мере будет соответствовать собственному определению.

Липшиц задумался над этим, и на ум ему пришёл тезис о том, что гениальность в простоте.

— Можно сказать и так. — заключил он. — Просто я рассматривал это со стороны симуляции.

— Каким образом мы можем предопределить истинность конфессии своими действиями, и возможно ли это вообще? — спросил Стив у инквизитора и получил ответ в прежнем стиле:

— Для начала нам нужно получить доступ к среде, в которй работает язык кода вселенной.

— Тьфу. — выругался глава научного объединения. — Я спрашиваю о наших возможностях, а не о компьютерах.

Липшиц поправился, подумав над ответом, и предположил более понятный вариант:

— Это возможно, теоретически. Но для начала нам нужно исследовать область вселенной, с которой взаимодействует изменённое сознание. Насколько мне известно, такие опыты уже проводились. То есть, я говорю о проекте, позволяющем любому человеку обрести сознание Бога, при инсталлировании ему в кору головного мозга специального квантового чипа.

Такие опыты с изменённым сознанием действительно проводились пиратскими НИИ, но они были запрещены. Насколько было известно Стиву, их результаты достигли определённых успехов, но почему-то ему казалось, что настоятель инквизиторской церкви осведомлён в этом лучше, чем он. Стив решил вытянуть из Липшица всё, что тому известно об этих экспериментах.

— И каковы на сегодняшний день наши познания об этой области вселенной? — спросил Стив у своего собеседника, надеясь узнать что-то новое.

— Ну не очень много. По сути, только то, что нас там не ждут. На самом деле не каждый может в полной мере получить такие возможности. Я имею в виду сознание, которым обладают «слепые». Возникающая при этом проблема может иметь несколько вариантов решения: либо необходимо дорабатывать кубитовый чип с использованием более профессионального подхода, либо найти сознание с такой структурой энергии, которое будет способно использовать возможности своего изменения в полной мере с уже имеющейся версией этого чипа.

— Не каждый сможет… — выделил основную мысль Стив, параллельно думающий о чём-то своём. — Есть какие-нибудь предположения на этот счёт, кто сможет?

Липшиц закатил глаза, будто ему задали извечный вопрос, на который никогда не существовало ответа. Предположение было, но он не хотел бы брать на себя ответственность за это, высказав его вслух. Тем не менее, он решил поделиться:

— Это должен быть человек, приближённый к Отцу. Возможно, что служитель церкви Слепого Отца и смог бы пообщаться с Богом лично, если бы над ним провели такую процедуру, но нужно иметь в виду, что у него будут свои интересы в этом эксперименте.

Такое предположение аналитический центр коллаборации Искривлённой Физики категорически отверг. ВО первых, не было оснований считать, что служитель церкви Слепого Отца может быть достаточно близок к Богу. Во вторых, последствия такого эксперимента никак не могли контролироваться в дальнейшем. Невозможно было просчитать, как поведёт себя человек, которому удастся попасть в мета область вселенной, если он окажется заинтересованным в предопределении истинности той религии, к которой относится сам.

Аналитический центр высказал своё предположение. Возможно, даже более смелое, чем вариант настоятеля инквизиторской церкви. В результатах работы говорилось следующее:

«Приняв во внимание опыты, проводимые пиратскими институтами, объединёнными в коллаборацию Изменённого Сознания, а также медицинские эксперименты, проводимые на базе НИИ Головного Мозга, мы можем заключить, что необходим психически полноценный человек. Так же предлагается рассмотреть кандидатуры, уже испытавшие на себе возможность изменения сознания без применения инновационных технологий, посредством собственных способностей. Посему сказанному, аналитический центр принял решение на выдвижение кандидатуры утратившего свои силы некромага Дэвида Кора. Его сознание считается уникальным по большинству требуемых параметров, а факт его общения и сотрудничества с поднятыми членами ордена сестёр Слепого Отца указывает на его возможность взаимодействовать в различных параллельных вселенных».

Да, досье на Дэвида Кора имелось в правительственных органах, но не факт, что оно соответствовало истине. Слишком странно было то, что некромаг невероятной силы лишился своих возможностей в самый неподходящий момент. Однако, аналитический центр, собиравший информацию о нём, не должен был ошибаться. С другой стороны, доверить человеку расхлёбывать кашу, которую он сам заварил и с которой не смог справиться — не лучшая идея. По большому счёту, аналитический центр просто предложил вернуть ему утраченную силу посредством применения инновационных технологий, разработанных на нелегальной основе и доработанных по правительственному заказу. Судя по всему, обладая своей силой, этот человек действовал исключительно из личных побуждений, разрабатывая план по созданию собственного государства, населённого нежитью. Неужели центр решил, что он раскаялся, и теперь захочет работать на правительственную коллаборацию? Эти моменты нужно было ещё раз проанализировать. А шахматные фигурки тем временем продолжали влиять на развитие партии, в которой они не должны были участвовать.

Глава 11. Проповедь по СМИ

На станции Пластмасс в храме Великое Очищение проходила необычная проповедь, которая транслировалась по местным средствам массовой информации. Несмотря на то, что станция Пластмасс была удалена от южных республик, культ «слепых» достиг в ней определённого уровня и храм начал занимать важное место в жизни местных жителей. Фильтрационная система храма вышла из строя сразу после крупного пожара на заводе полимерных материалов. Важность храма заключалась именно в его духовной составляющей. Проповедь читал не настоятель, как это обычно бывает и должно происходить, а женщина в парадном церковном одеянии. Не все знали, кто она такая, и многие посчитали её монахиней. Но её речь опровергла это убеждение почти сразу. Смысл и общий контекст всей проповеди сильно отличался от того, что привыкли слушать прихожане храма. Однако камеры местного телеканала не прекращали снимать и записывать.

Из-за прожекторов, установленных телевизионной компанией, в молитвенном зале было больше света, чем обычно. Но даже при таком освещении, и даже на экранах телевизоров с технологией бесконечного разрешения, невозможно было понять, что идеальная кожа на лице сестры искусственная, как и нельзя было понять, что совсем недавно она была мертва. Это заслуга не только пластических хирургов, поработавших над ней, но и процесса обратной энтропии тканей, стремящейся к заданной упорядоченности.

Сестра Белла стояла на трибуне, где обычно располагается алтарь. Перед ней была установлена тумба с микрофонами, не только усиливающими громкость её речи, но и ведя запись для радио и телеэфира. Она обращалась ко всем:

— Все мы знаем, что в этот момент творится в мире. — говорила она скорее как политик, а не как служитель храма. — Но никто не понимает, как мы смогли этого достичь, и кого стоит винить. В этот мир была ниспослана сила, способная изменить его в лучшую сторону. А что с ней сделали служители Великого Очищения? Они попытались её приручить. — небольшая пауза, чтобы до всех могло дойти это обвинение, и снова экспрессивным тоном: — Люди. Они пытались использовать ниспосланную им силу, чтобы утвердить собственную власть. — в конце фразы интонация перешла на выкрик, что заставило содрогнуться не только тех, кто находился на месте, но и кто сидел дома перед телевизором. — Вы думаете, «слепые» хотели всей этой розни, которая сейчас происходит? Нет. Если кому-то нравится жить по существующим правилам, пусть так и поступает. «Слепые» поднялись ради тех, кто от этого всего устал. Но почему в этот момент сами люди посчитали себя всемогущими? Им что, власть ударила в голову? Кто позволил им говорить от имени тех, перед кем они преклоняются? Когда сестра Элдис вернулась в этот мир, Она сделала это для того, чтобы помочь всем угнетённым людям обрести свободу. А те, кто вызвался служить Ей, попытались воспользоваться этим, чтобы самим обрести власть над этими людьми. Это мир и всю человеческую сущность никто и ничто не сможет исправить.

Голос сестры Беллы эхом отражался от стен зала храма, производя сильное впечатление на тех, кто его слышал. Но сложно было сказать, о чём думали эти люди: испытывали разочарование, хотели покаяться или воспринимали это как вызов того, что они всё же смогут сами измениться. Белла продолжила:

— Не тот обретёт власть, кто сможет поработить силу, которой мы обладаем, а тот, кто сам станет рабом этой силы. — эти слова позже стали самыми цитируемыми из всей сегодняшней проповеди, обсуждаемой в дальнейшем на многих ресурсах. — И не нужно воспринимать это как то рабство, которое сейчас берёт над вами верх. Нужно понимать, что наша религия не противоречит религии Слепого Отца, и мы не пытаемся пойти против него. Мы настроены против тех, кто подчинил себе Его так же, как теперь другие пытаются подчинить себе нас. И да, вы все забыли, что на самом деле говорил Отец, и чего он хотел. Вместо этого вам приходится слушать слова служителей церкви Слепого Отца, произносимые от Его имени.

Можно было заметить, что среди жителей станции светского государства, мало кто вообще слушал религиозные наставления, поэтому они не отнесли это обращение на свой счёт. Ведь никто и не думал, что правила, по которым они все живут, написаны служителями государственной церкви, или с их подачи, скрыто манипулирующими общественным сознанием.

— Задумайтесь, почему церковь Слепого Отца законсервировала документы, связанные с Его пришествием, а многие даже не знают об их существовании? — говорила сестра Белла. — Потому что этой церкви не нужно, чтобы жители, которыми она манипулирует, могли услышать Его.

Это утверждение не могло вызвать сомнения в силу своей логичности. Возможно, что эта мысль уже посещала многих, но только сейчас она была озвучена.

— Так кто же Он, этот Слепой Отец? Он ли нас создал и Он ли создатель всего? Или Его создали мы, живя в симулированном мире? — Белла сама ответила на собственный вопрос: — Всё, что находится в симулированном мире, является лишь симуляцией. Бог создал этот мир, в котором появился сам. Думаете, это звучит неразумно? Да, невозможно понять, что появилось первым: яйцо, или курица. Но курицы уже не те, которые существовали тысячи лет назад, они эволюционировали, и несут уже другие яйца. Так и мы изменили своего Бога за всё время, которое существуем. Его изменили те, кто служит Ему, чтобы сделать Его более удобным. И весь наш мир уже не такой, каким задумывался изначально. Вся эта система давно перестала обслуживаться и поэтому в ней появились баги, которые мы даже не замечаем. Но это положение вещей можно исправить. Для этого только нужно понять, что нашему Слепому Отцу требуется ремонт. Что мы получим, вернув всё на свои места? Мы получим неограниченное сознание, бессмертие, возможность подчинять себе законы физики и управлять временем. Конечно, не все смогут этого достичь, а лишь те, кто окажется избранным, способным поддерживать идиллию мира.

Эти слова звучали слишком смело, но то, как они были сказаны, заставляло в них верить. Желание получить обещанные возможности присуще всем людям, без исключения. Каждый хотел оказаться избранным, а для этого необходимо было служить сёстрам. Белла не стала говорить в своей проповеди о том, что это уже не первая попытка создать мир, в котором каждый может стать богом, и даже не вторая. Каждый раз что-то происходит не так, и остаётся совсем немного для достижения заветной цели. В прошлый раз всё закончилось войной, после которой люди решили забыть об этом навсегда. Но сёстры ордена оказались предусмотрительны, и создали механизм, дающий им доступ в будущее. Это глобальная модификация, работающая с более поздними версиями реальности, взламывающая все защиты, установленные на программу вселенной. Но и вызывающие сбои в работе кода, ввиду своей сложности. Конечно, сравнение устройства вселенной с компьютерной программой является далеко не точным, но так наиболее понятно можно передать существующую космогонию.

Ордену нужно было позаботиться о том, чтобы не возникало лишних помех и дополнительных сбоев. В связи с этим храм Великое Очищение на станции Пластмасс проводил жёсткую политику в отношении тех, кто желал оставаться верным правительству федерации. Те, кто не хотел принимать новую веру, подвергались репрессии и выселялись в Районы Беженцев, расположенные на территории Федерального Центра.

Эта проповедь, транслируемая по местным каналам радио и телевидения, вызвала настоящий резонанс. Кто-то обсуждал смысл сказанного, а кто-то образ сестры. Многих интересовало, что могло случиться с её рукой, вместо которой был протез. Это увечье совсем не портило впечатление о выступавшей, а даже наоборот. Многим становилось её жалко, а кто-то пустил мульку о том, что отстаивая права и свободы граждан, она подверглась инквизиторскому наказанию. Такая информация сильно добавила ненависти к властям, которые втайне используют негуманные способы наказания. Кроме того, некоторые сообщества окрестили её в связи с этим покровительницей людей с ограниченными возможностями и ампутированными или оторванными конечностями. Где-то сравнивали её с пластиковой куклой, а где-то окрестили её полубогом — полу киборгом. Мистическое влияние сестры передавалось даже по средствам массовой информации, поэтому все были готовы выказать поддержку ей, даже не смотря на резкость некоторых её высказываний.

Упоминания о прошедшей проповеди были опубликованы и в некоторых независимых печатных изданиях южных станций обслуживания. Крупное печатное издание «Вечный двигатель» станции Ториевые Залежи опубликовало статью, в которой говорилось о том, что совсем скоро наступит эпоха «завтра», в которой люди станут абсолютными хозяевами вселенной. То, о чём мечтали футуристы, застигнут все, кто живёт сегодня. Статья была опубликована на жёлтой полосе, поэтому в ней были допущены кое какие искажения, и добавлена отсебятина, но, тем не менее общий смысл в ней передавался:

«Мы подошли к тому, что способны оцифровать не только сознание, но и весь мир. И теперь мы сможем существовать в этом оцифрованном мире. Если кто-то не надеялся дожить до этого момента, то он ошибся. Будущее наступило быстрее, чем предполагал любой из нас. Нам стали доступны процессорные технологии, работающие на более тонком уровне, чем привычные кубитовые системы. Всё это происходит благодаря нашему стремлению к познаниям и переходу на новые технологии. Мы идём вперёд семимильными шагами, навсегда забывая о том, что осталось позади и не пригодится нам больше. Жители станций обслуживания общими усилиями добились того, чего им не захотела давать ни государственная церковь, ни коллаборация Искривлённой Физики. Нам не нужно такое правительство, когда станции сами способны развивать свои собственные технологии и объединять свои институты в независимые коллаборации. Мы на пути к тому, чтобы создать новое государство, с неограниченными возможностями».

Прессу Доменной Печи тоже не обошло стороной это выступление на проповеди. Газета «Горячий свлав» в рубрике «В топку» высказалась о том, что капитализм Федерации побеждён. Станции теперь переходят на совершенно новый социальный порядок, подразумевающий отсутствие классовой и социальной дифференциации.

Сарафанное радио сработало в пользу Великого Очищения, хотя тут даже не было никакого заговора. Просто люди склонны слышать то, что хотят, и говорить, что думают. И никаких маркетинговых ходов для этого не нужно.

Глава 12. Лучший щит

Отношение федеральных властей к нежити, занятой своими делами на территории федерации можно было понять. Руководство коллаборации Искривлённой Физики сохраняло политику невмешательства, пока мертвяки не имели цели воевать с людьми. Эта политика правительственных органов исходила из соображений того, что попытки вмешаться в действия нежити могут спровоцировать обратную реакцию со стороны сепаратистской организации храм Великое Очищение на станции Доменная Печь. По имеющимся оперативным данным храм на Доменной Печи обладал достаточными возможностями, чтобы перевес сил оказался на его стороне, и это позволило бы в дальнейшем сепаратистам действовать в своих интересах, возможно даже без помех. Таким образом, был составлен договор о сохранении нейтралитета в отношении данного конфликта управляющими структурами республики и Федерального центра. Во всяком случае, никто не хотел рисковать, вмешиваясь в дела нежити, поскольку неизвестно было, во что это выльется. Не смотря на политику невмешательства и договор, который был согласован и властями Федерального центра, и органами управления Доменной Печи, было допущено появление живой силы в рядах армии нежити, выдвинувшейся со стороны Южных Крестов. Это стало полной неожиданностью для всех, кто был заинтересован в сохранении человеческих жизней. Очевидно, что люди присоединились к армии капитана Сторма уже на территории федерации, а именно, при движении через территорию станции Ториевые Залежи. Подробности этого симбиоза сил, в корне изменившего замысел правящих организаций, стали известны несколько позже, уже после того, как сестра Дасти повела свои войска в сторону противника. Не смотря на все попытки выдать появление людей в армии капитана Сторма за неконтролируемый фанатизм отдельных лиц, позже было установлено, откуда ноги выросли, но пока об этом ещё никто не знал.

Дело же было так. Когда инквизиторская церковь Вечных Мук заявила, в ответ на запрос митрополита, что стандартные методы подчинения мертвяков не могут быть применены к целой армии нежити, даже при нахождении её в состоянии гибернации, государственная церковь разработала собственный план действий. Рассудив, что как только война между нежитью закончится, а закончится она победой ордена сестёр с большим преимуществом, одержавшие победу мертвяки начнут отстаивать свои интересы в мире живых, а этого никоим образом нельзя было допустить. План, предложенный доверенными служителями церкви СО, оказался довольно прост как по задумке, так и в исполнении. Необходимо всего лишь уравнять силы противоборствующих армий мертвяков, чтобы по окончанию боевых действий их осталось как можно меньше, и таким образом их можно было бы упокоить сразу после этого. В общем-то, государственная церковь провела такое вмешательство не своими руками. Такую тактику она навязала храму, расположенному на станции Ториевые Залежи. Служители храма на станции Ториевые Залежи, получив дополнительное стимулирование, нашли в этом большой плюс для себя, сразу изменив свои убеждения. Теперь они убеждали прихожан, что армия, выдвинувшаяся с северного направления, идёт со стороны Федерального Центра, и поэтому необходимо оказать ей сопротивление. Таким образом, храм Ториевых Залежей набрал рекрутеров, которых закинули в гущу событий, предварительно промыв им как следует мозги.

Для того, чтобы сестра Дасти отдала приказ «сложить оружие», достаточно было бы внедрить в армию противника пару десятков живых людей, но их оказалось несколько сотен. Такая пассивная помощь из солдат, которым ничего не нужно было делать, а по сути выполнявших роль живого щита, напутала все планы и стратегии. Битва двух армий нежити состоялась исключительно рукопашным методом. Как оказалось, мертвяки из Южных Крестов значительно превосходят в этом деле своих оппонентов из Братских Земель. Преимущество, скорее всего, было вызвано тем, что армия Дасти не была готова использовать такие методы, и просто не успела подготовиться, тем временем как Сторм заранее наложил на штыки и кортики своих воинов нужные заклинания, аналогичные заклинаниям, наложенным сестрой Дасти на огнестрельное оружие, которое так и не применилось. Соответственно, результат боя не оправдал ничьих ожиданий. Хотя, некоторые говорили позже, что государственная церковь совместно с храмом на Ториевых Залежах действовали, исходя именно из такого расчёта, но эта версия осталась скорее конспирологической. Армия капитана Сторма разгромила противника с большим преимуществом, практически не потеряв своей численности. Ошибка церкви СО в расчётах привела к катастрофическим последствиям. Сторм и его армия направились дальше на север, с целью захватить кладбище Тихий Дом. Дальнейшие его действия уже не могли прогнозироваться, но было определённо ясно, что теперь нужно будет принимать меры и как можно скорее. Однако, план по оказанию сопротивления силовыми структурами правительства не был разработан, а все имеющиеся задумки отвергались ввиду свей неэффективности. Было ясно, что необходимы нетривиальные методы борьбы с нежитью, иначе федерация окажется вынужденной подчиниться новому предводителю. Не смотря на неудовлетворённость большинством граждан существующим правительством федерации, такая перспектива мало кому нравилась больше. Но коллаборация Искривлённой Физики уже поставила задачу отдельно действующему подразделению, выполнение которой могло расставить всё на свои места. Лидеру ОПК Максу Левону необходимо было в кратчайшие сроки найти некроманта Дэвида Кора и доставить его руководству правительственного научного объединения.

И снова Макс отправился на восток. Проехав по участку дороги с плотным движением автомобилей на территории станции Глубокий Котлован и попав в зону бедствия, откуда были эвакуированы все жители, он оказался на абсолютно свободной трассе. Теперь на ней не было ни блок постов, ни бродячих трупов. Можно было подумать, что зона отчуждения теперь начинается уже здесь, просто никто не стал дополнительно вешать заграждение из колючей проволоки. Макс уже достаточно хорошо знал дорогу не только на свалку мусора федерального значения, которая перестала функционировать за долго до начала массового поднятия мертвяков, но и территорию самой свалки, которая представляла из себя некое подобие заброшенного города, с той лишь разницей, что вместо зданий на ней располагались кучи мусора. Ну и конечно, сердцем свалки был фургон, выполняющий роль местной администрации, в котором находился только один человек.

Может быть, Король лишился и не всех своих некромагических способностей, но очередное появление правительственного автомобиля для него в этот раз стало настоящей неожиданностью. Он встретил Макса Левона с искренне удивлённым видом. Выйдя из своей будки, он даже не представлял, для чего к нему приехали, и попытался сделать догадку, когда Макс вышел из автомобиля ему навстречу:

— Неужели властям стала нужна помощь от человека, которого никто не стал воспринимать всерьёз, когда это было необходимо?

— Власти до последнего вели политику невмешательства, придерживаясь Вашего совета. — попытался оправдаться Макс, понимая, что новости не обходят стороной это заброшенное место. — В этот раз я приехал, чтобы задержать Вас.

Кор явно недоверчиво отнёсся и к первому, и ко второму заявлению, но начал высказываться по порядку:

— Кто-то ведь вмешался в ход событий, иначе проблем такого масштаба, который вас всех теперь ожидает, можно было бы избежать. Кто-то помог Сторму, это очевидно, и я сомневаюсь, что это фанатичное поведение людей, вмешавшихся в естественный ход развития событий, оказалось случайностью.

— Эти действия классифицируются властями как нарушение федерального договора, и если станет известно, кто сынициировал данное поведение, то он понесёт за это наказание. Но я приехал сюда поговорить не об этом. — Макс ожидал, как Кор отнесётся к тому, что теперь он окажется в распоряжении властей, и Кор ответил на это:

— Я не собираюсь ни с кем сотрудничать. Если Вы меня задержите, как Вы изволили выразиться, то вся федерация рискует оказаться порабощённой нежитью. Все это прекрасно должны понимать.

Примерно такого ответа и ожидал Макс. Пока Кор самовольно находился в отшельничестве, к нему не возникало никаких вопросов только из таких соображений. Но теперь пришло время переговоров, а если понадобится, то и применения силы. У правительства было что предложить экс-некроманту, и Макс озвучил это предложение:

— Надеюсь, Ваша позиция изменится, когда я скажу, что правительственное научное объединение приняло исключительное решение и готово вернуть Вам утраченную некромагическую силу. В ответ за это, вы примените свои возможности для…

Макс не успел договорить, как Кор резко перебил его:

— Я уже наигрался в эти игры, и не собираюсь становиться марионеткой федералов. Мной уже и так достаточно воспользовались, когда у меня была такая сила. Меня просто обвели вокруг пальца, и теперь я здесь, на свалке.

К такому развитию событий лидер отдельно действующего подразделения тоже оказался готов. В общем-то, отправляясь в такой путь, который проделал Макс с важной миссией, необходимо предусмотреть любые варианты. В данном случае ответ Макса был довольно прост:

— Ну нет, так нет.

После чего Макс выстрелил из электрошокера в несговорчивого собеседника. Это был наиболее простой вариант уговора, так как связывать сопротивляющегося человека сложнее, чем когда он на время оказался парализованным и без сознания. Хотя, с другой стороны, затаскивать его на заднее сиденье автомобиля оказалось достаточно сложно. Макс, несмотря на свою физическую подготовку, с трудом справился с этим. Обратный путь в Федеральный Центр был достаточно продолжительным, поэтому в автомобильной аптечке находился запас успокоительных средств, конечно для пассажиров именно такого рода. Один из шприц-тюбиков Макс использовал сразу, остальные необходимо вводить по времени, пока пассажиру не пора будет просыпаться. Каким бы сильным магом или медиумом, или кем там ещё не был бы человек, фармацевтика оказалась сильнее всех этих штук. Макса не интересовало, каким образом коллаборация ИФ собирается вернуть Кору его силу, и он не хотел об этом думать. Его больше интересовало, что будет делать некромант, обретя утраченное могущество. Оставалось надеяться, что руководство правительственной коллаборации отдаёт себе отчёт в том, что собирается выполнить.

Глава 13. Новый бог

Орда мертвяков подошла к ржавым воротам кладбища Тихий Дом. Но это уже были не те мертвецы с высушенными улыбками, который покинули это место, чтобы провести свой последний бой, а проделавшие долгий путь от территории Южных крестов и сразившие по пути вражеское войско. Впереди всех был капитан Сторм, который остановился перед самыми закрытыми воротами. За ним встали не только трупы, которых он вёл за собой, но и присоединившиеся к нему люди. Командир армии получил несколько сотен ранений от холодного оружия самой разной степени тяжести в последнем проведённом бою. Это не могло никак не повлиять на его состояние, не смотря на впечатляющие регенеративные способности и особую форму бестелесности. Он был ослаблен, и для восстановления сил требовалось время. Сторм в нетерпении громко прорычал:

— Открывай.

Несколько секунд ничего не происходило. Турели над воротами уставились на армию, вставшую перед входом, но живой щит не позволял им открыть огонь. Сторм повторил свою команду:

— Открывай, я сказал.

Ворота начали со скрипом отодвигаться в сторону. Видимо, до часового наконец дошло, что у него нет другого выхода, кроме как исполнить приказ. Когда воротина отодвинулась достаточно широко, чтобы можно было пройти внутрь, не задевая её, Сторм вошёл на защищённую территорию и сделал несколько шагов в направлении мертвяка, открывшего ворота.

— Почему я должен повторять дважды? — грубо сказал он. Сторм не желал получить ответ на этот вопрос. Он просто достал из ножен свой зачарованный кортик и вонзил его в часового, который не успел оказать даже попытку к сопротивлению. Часовой мертвяк мгновенно аннигилировал так же, как все те, кто встал на пути армии нежити из Южных Крестов. Каким образом удалось зачаровать оружие таким образом, что оно производило аннигиляцию материи без выброса энергии, не мог сказать ни физик, ни маг самого высокого ранга. Эта технология осталась за гранью понимания. Армия капитана Сторма зашагала за своим предводителем по широкой асфальтированной улице под сопровождением турелей, беспомощно склонивших свои пулемёты с высоты башен, на которых они были установлены. Вновь прибывшая нежить расползалась по улицам и переулкам, заполняя собой опустелое пространство. Сторм, в сопровождении своих приближённых, неспешно двигался по направлению к собору Смерти, чей купол возвышался над всеми остальными строениями.

Уже никто не смел преграждать ему путь, и никто не стал закрывать главный вход в собор. Было ясно, что Сторм зашёл слишком далеко и уже поздно оказывать ему сопротивление. Главные ворота собора распахнулись сами собой, когда Сторм только поднимался к ним по лестнице парадного входа. Его тяжёлые шаги застучали по кафельной плитке, покрывающей полы внутреннего зала. Пройдя несколько десятков метров, он взошёл на лестницу из нескольких ступенек, чтобы оказаться перед пустующим троном. Небрежно усевшись на трон в расслабленной позе, он ощутил себя королём и издал свой первый приказ в новом для себя статусе:

— На колени.

Мертвяки, проследовавшие за ним, моментально выполнили это действие, встав на колено и склонив голову. То же самое сделали и те, кто присоединился к армии победителя на территории станции Ториевые Залежи. Было непонятно, желали ли эти люди, оказавшие пассивную помощь, влившись в ряды нежити, подчиниться новому королю, или они выполнили этот приказ из страха. Их эмоции не говорили ни о чём. Сейчас они больше походили на мертвяков, чем сами поднятые трупы. Сторм, не удовлетворившись реакцией на свои слова, добавил:

— Я что, говорю на языке «слепых»? На колени.

Теперь продублированный приказ разнёсся за стены собора. Все, кто находился на территории кладбища, на его улицах или в зданиях, услышали этот рёв прямо у себя над ухом и оказались вынужденными выполнить это требование. Служители собора, не обратившие внимание на первый призыв, теперь повернулись к трону с восседавшим на нём мертвяком и встали перед ним на колено, преклонив голову так же, как это уже сделали остальные. Теперь Сторм оказался доволен полным повиновением и позвал:

— Подойди ко мне.

Не все поняли, к кому обращены эти слова, но продолжали находиться в неподвижной позе. Спустя несколько секунд по залу собора Смерти застучали лёгкие шаги, повиновенно приближающиеся к трону. Когда ве наконец поняли, к кому обратился Сторм, атмосфера зала наполнилась неприятным удивлением и разочарованием. Сестра Дасти, возглавившая армию против капитана Сторма, теперь послушно стояла перед ним, смотря на него снизу вверх. Это было не только её личное унижение, но и всех тех, кто служил ей, и мёртвых, и живых.

— Целуй мне руку.

Дасти поднялась по ступеням, оказавшись на одном уровне со Стормом, в нерешительности посмотрела на него. Теперь, когда он мог вот так вальяжно сидеть на троне, когда-то принадлежащем ей, любое неповиновение было лишним. Дасти села перед ним, чтобы выполнить приказ. Никогда раньше она ни кого не касалась губами. Сторм схватил её своей усохшей рукой, на которой оставались незаживающие язвы за волос на затылке и сказал на этот раз так, чтобы теперь его слова слышала только она:

— Теперь ты полностью подчинена мне. А скоро, мне подчинятся твои сёстры. А знаешь, почему это произойдёт?

Дасти старалась смотреть сквозь него, расфокусировав взгляд, но не видеть его она не могла, когда он держал её за голову, так же как и не могла не услышать того, что он хочет сказать. Сторм шепнул ей так, будто открывает очень большой секрет:

— Потому что люди не хотят становиться Богами, а хотят, чтобы Он был там, где он и должен находиться. Где-то в далёкой-далёкой области пространства, которая находится в абсолютной недосягаемости.

В этот момент, вдали от этой обстановки, ставшей противоположностью торжественности, на территории Федерального Центра, проходило собрание руководителей коллаборации Искривлённой Физики по вопросу изучения и исследования упомянутой области пространства.

— Стоит ли нам вмешиваться туда, где нас не ждут, откуда нас гонят прочь? — задал вопрос один из руководителей. Его обращение сразу подверглось критическим заявлениям о том, что правительственная коллаборация обязана вести такие исследования. Сомнениям на этот счёт не должно быть места.

— Мы имеем возможность изучить структуры, обладающие Божественным началом. — начал на эту тему доклад руководитель одного из подчинённых НИИ. — На данный момент, у нас есть определённые познания, позволяющие нам обойти запреты на проникновение в мир Богов, с вашего позволения. Мы уже получили достаточные знания, чтобы иметь возможность лично пообщаться с тем, кого церковь называет Слепым Отцом. — большая часть этих знаний была получена из-за информационной утечки данных пиратской коллаборации Изменённого Сознания, но эта база знания расширилась и собственными исследованиями правительственных институтов. О методах, которыми были добыты имеющиеся результаты, не принято было говорить. Доклад продолжался: — Было установлено, что указанная область создана искусственно, поэтому полностью подчиняется манипулированию с нашей стороны.

— Минуточку. Вы хотите сказать, что мир, в котором обитает Создатель нашей реальности, создан нашей же реальностью? — поступил вопрос, перебивший ход мысли.

— Совершенно верно. — выступающий продолжил доклад. — Данный парадокс вызван тем, что яйцеклетка нашей вселенной создаёт вариации не только будущего, но и прошлого. Таким образом, можно определять те события, которые уже прошли. Философски изъясняясь, можно сказать, что наше прошлое может быть таким, каким мы его настроим, если конечно обретём для этого достаточные возможности. Планируемые в дальнейшем работы будут направлены на то, чтобы установить связь между двумя мирами, при этом сохранить контроль над этим объединением. Как уже было замечено в более ранних донесениях, это позволит любому человеку, получившему соответствующее одобрение, стать Слепым Отцом, находящимся в нашем мире.

— И таким образом, первое одобрение получит некромант, синициировавший тотальное поднятие нежити. — заметил кто-то из участников, имея ввиду то, что коллаборация ИФ собирается насильственно изменить сознание Дэвиду Кору. Выступающий руководитель понял, что на этом моменте нужно остановиться и начал пояснение:

— Я понимаю, что данное решение выглядит абсурдным, но таковы механизмы управления реальностью. Когда Дэвид Кор обретёт соответствующие возможности под нашим руководством, мы сможем создать постоянный путь к интересующей нас области пространства.

— Простите, но почему так важно, чтобы первым связным оказался человек, которому нельзя доверять, и которого следует лишить любых прав, упрятав в заключение? — раздражённый вопрос поступил из зала. Ответ на него был вполне исчерпывающим:

— Механизм маршрутизации энергетической структуры, образующей сознание, исследован лишь поверхностно. На этом этапе мы сталкиваемся с большими рисками. Поэтому Дэвид Кор подходит для данного опыта как никто другой. Необходим образец энергетической структуры, который можно устранить в любой момент без сожаления и имея на это полное моральное и юридическое право. Кроме того, изучив образовавшуюся модель в сознании подопытного, необходимо будет провести её анализ на предмет выявлений багов разного уровня. А в том, что изменённое сознание приобретёт ошибки, появление которых невозможно предусмотреть, сомневаться не приходится. Таким образом, ход работы будет заключаться в том, что некроманту Дэвиду Кору будет изменено сознание, после чего оно сразу подвергнется процедуре оцифровывания, а самого Кора можно будет устранить в любой момент, как только на это будет принято соответствующее решение.

Поступил логичный вопрос из зала от участника собрания:

— Что Вы имеете ввиду, говоря о маршрутизации и обнаружении путей? Будут ли в дальнейшем возникать подобные сложности?

Выступающий ответил сравнением сознания человека с компьютерной программой, как это уже давно стало принято:

— Насколько нам известно, Дэвид Кор единственный человек, способный перенести процедуру наиболее полного изменения сознания с применением той технологии, которой мы владеем на сегодняшний день. Таким образом, его можно сравнить с мастер-картриджем, на котором можно создать программу и запустить её работу, без компиляции, с возможностью редактирования. Ну и соответственно, это поможет создать нам универсальный компилятор, преобразующий в программный код самые тонкие структуры сознания и наоборот.

После выступления и совещания, руководство правительственной коллаборации приняло решение одобрить представленный план проведения научных работ.

Глава 14. Головная боль

Экс-некромант Дэвид Кор оказался доставленным в то же самое место, откуда когда-то сбежал Даун Грэй. Диспансер при НИИ головного мозга. Вот только Кор был сюда доставлен не по своей воле, и его палата охранялась гораздо лучше, а по удобствам оказалась несколько скромнее. Сам Дэвид смутно представлял себе то, чего от него хотят, отчасти из-за того, что уже длительное время находился под психотропными препаратами. Но, когда пытался осознать это, то сразу предпочитал думать о каких-нибудь отстранённых вещах. Он успел осмотреться и обратил внимание, что окна зарешёчены снаружи, несмотря на то, что он находится на третьем этаже. В палате только кровать, шкаф и тумбочка. Из мебели больше ничего. Зато техники здесь находилось сполна, вот только предназначенной не для него. Скрытые микрофоны и камеры, вмонтированные в разные участки стен и потолка. Да, за ним теперь наблюдают постоянно с разных ракурсов. Дэвид почувствовал, что начал отходить от наркотических средств, вводимых ему принудительно. Значит им, наконец, понадобилось, чтобы он пришёл в себя и смог вновь трезво мыслить. Это была правильная догадка, потому что в палату вошёл какой-то врач, желая осмотреть нового пациента. Конечно, врач не был один, а в сопровождении нескольких охранников, имеющих при себе шокеры. Да и у врача в кармане под рукой был заряженный шприц-тюбик. Оценив появившуюся делегацию, Дэвид подумал о том, что они явно преувеличивают его решимость и возможности. Никаких сил, ни волевых, ни физических к сопротивлению у Кора не было.

— Как Вы себя чувствуете? — задал врач стандартный вопрос, хотя определить состояние пациента мог бы гораздо точнее, не опираясь на его субъективные ощущения.

— Что за исследования вы собрались проводить? — в лоб спросил Дэвид, проигнорировав вопрос врача, на который в принципе не обязательно было отвечать.

— Я рад, что вы себя хорошо чувствуете. — дерзко ответил врач, мгновенно подхватив манеру общения собеседника. Стало понятно, что никакой врачебной этики в этих стенах не существует, и никто здесь не собирается церемониться с некромантом, хоть и бывшим, спровоцировавшим массовое поднятие нежити.

Сразу за этими словами Кор ощутил удар в шею, и снова почувствовал наркотическое опьянение. Он успел увидеть, что к нему в палату закатывают носилки с ремнями до того, как полностью отключился.

Персонал хирургического отделения переложил Дэвида на носилки, чтобы отвезти в операционную. Операция с трепанацией черепа и вживлением в кору мозга кубитового чипа заняла не очень много времени. Гораздо сложнее оказалось установить драйвера на инсталлированное устройство для подключения его к сознанию. Дэвид продолжал лежать под анестезийной маской, даже после того, как операция была завершена. Из соображений безопасности и сохранения результатов проводимого опыта, было принято решение предотвратить пробуждение пациента до окончания процедуры оцифровывания его сознания, вернее, той части сознания, которая осталась доступной в этом состоянии. Сидевший здесь же, в операционной приглашённый программист института метакибернетики, стучал костлявыми пальцами по клавиатуре компьютера, время от времени разводя руками.

— Слишком большой объём информации поступает. — объяснил он свою нервозность. — Я установил пороговую скорость входящих данных, чтобы сохранить производительность для фоновых процессов, но это потребует времени.

— Хоть что-то уже имеется? — поинтересовался руководитель проекта.

Программист пожал плечами и цокнул, подчёркивая разочарование от ответа:

— Он создаёт собственную языковую среду программирования. У меня нет инструментов, чтобы распознать её. Нужно произвести доработки нашей технологии, чтобы получить возможность взаимодействовать с ним. Этим можно заняться только на базе НИИ.

Хирурги переглянулись между собой, а руководитель проекта только подытожил:

— Оставайтесь здесь, пока не сделаете всё, что сможете. — он не мог принять на себя ответственность переломить ход проведения опыта, позволив отсрочить процедуру оцифровывания но, видимо, действовать согласно первоначальному плану не получится. Руководитель проекта добавил: — Он не выйдет из под наркоза, пока мы не получим кубитовую версию его сознания.

То, что последняя фраза была шантажом, сомневаться не приходилось. Находящиеся рядом хирурги понимали, что дальнейшее пребывание пациента в таком состоянии может свести на нет старания руководства всего научного объединения. Дэвид мог просто умереть от передозировки. А приглашённый программист из пиратского НИИ понимал, что он не сможет сделать в данных условиях ничего с полученным кодом. Расшифровывание строк выявляло несуществующие символы, это сильно нагружало систему. Слишком грубая кубитовая структура в этом случае не справлялась с нейросетевым потоком загружаемых данных.

— Мне необходимо сохранить всю информацию, для дальнейшей её обработки на стационарном оборудовании института. — повторил программист, в более настойчивой и понятной форме.

Руководитель проекта потёр подбородок, принимая сложное решение и всё-таки решился, дав команду хирургам:

— Отсоединяйте маску, пусть приходит в себя. — …и уведомил программиста: — У вас мало времени.

Дэвид пришёл в себя после операции, находясь в палате. Чувствуя сильнейшую боль в голове, он осознал, что над ним провели операцию. Он пытался вспомнить свой разговор с лидером ОПК, который состоялся на мусорной свалке Глубокого Котлована. «Правительственное научное объединение приняло исключительное решение и готово вернуть Вам утраченную некромагическую силу» — вспоминал он сказанные ему слова. Интересно, как правительственная коллаборация намеревается заставить его, Дэвида Кора, использовать свою силу в интересах властей. В палату вошёл врач. Наверняка ему дали знак о пробуждении пациента те, кто мониторил камеры внутри диспансера. Поздоровавшись, врач спросил:

— Как Вы себя чувствуете?

— Голова сильно болит. — на этот раз Кор решил не игнорировать заданный ему вопрос. На самом деле он чувствовал, что хочет раздавить любого, кто причастен к проведённому над ним эксперименту. — Что теперь будете делать со мной? Отрезать мозг по кусочку и каждый раз спрашивать, как я себя чувствую?

Врач смутился такой версией. Юмор некроманта соответствовал его способностям.

— Такого в планах у нас не было. Если эксперимент пойдёт нормально, больше никаких операций Вам не предстоит. — заверил врач. Его интересовала не боль в голове пациента, а как повлияла на него операция, и он спросил Кора: — Не чувствуете ли Вы какие либо изменения после операции? Может, Вам что-нибудь снилось, пока Вы находились под наркозом?

— Нет. — твёрдо отрезал Кор. — Я чувствую, что пираты впарили вам неработающий чип, потому что никаких изменений со мной не произошло. И мне никогда не снятся сны, к сожалению.

Врач подумал о том, что сознание Дэвида Кора должно было вызывать интерес НИИ Головного Мозга, даже не подвергаясь изменению. Но теперь это уже было не важно. Хорошо, стало понятно, что пока необходимо подождать. Хотя, в других случаях с другими подопытными, результаты изменения сознания и имплантации чипа проявлялись сразу.

— Нет желания совершить самоубийство? — спросил врач, вспоминая доклады о результатах подобных опытов, проводимых пиратскими институтами.

— Вы идиоты здесь все что ли? — возмутился Кор. Его по-настоящему удивило это предположение, что он захочет совершить самоубийство. Врач осознал странность своего вопроса и сразу закрыл тему:

— Вот и хорошо. Значит операция прошла успешно. — на самом деле врач засомневался, всё ли сделано правильно. Поведение пациента после операции не соответствовало тому, которое следовало ожидать, а ещё мысль о неработающем чипе не казалась совсем уж ироничной. — Тогда отдыхайте, я зайду к Вам позже.

Отдыхать с собранным после выворачивания черепом было сложно. Но Кор сам отказался от обезболивающего. Большую часть времени после этого разговора, он предпочитал делать вид, что спит. Пока к нему никто в палату больше не заходил. Его перестали пичкать психотропами, а значит, можно было нормально мыслить, впадая в трансцендентное состояние. При этом мысли некроманта покидали реальность и направлялись в ту часть вселенной, которая была ему очень хорошо известна, и которую многие бы хотели изучить. Мысли не только удалялись, но и множились при этом. Их становилось всё больше, будто его сознание теперь уже принадлежало не ему одному, а кто-то думал за место него. В голову, пронзая боль, врывались фразы приветствия: «С возвращением», «Нашёл способ вернуться?».

— Я и не искал. Меня заставили, — пришлось ответить.

«А ты, значит, не рад оказаться в шкуре Бога?» — поступил издевательский вопрос из другого мира.

— Это не для меня.

«Это не для кого». «Многие хотят покинуть это место».

— Многие? — некромант ощутил перемены с того последнего раза, когда он был здесь.

«Я». «Скоро здесь никого не останется».

Прочипированный мозг Дэвида Кора мог выдавать искажённую информацию за диалог со вселенной. Слишком странно было слышать такие мысли из другого мира. Когда правительственное научное объединение всерьёз занялось его изучением, чтобы отправить в него любого желающего, получившего на это одобрение. Но как можно заставить исчезнуть целый мир, пусть даже параллельный?

— Это возможно?

«Это определено». «Нужно только вписать одно слово в код». «Успей до этого времени найти…»

Кор вскочил со своей кровати, не понимая, где он находится. Это палата диспансера, в которой он находится после операции. Но теперь он видит всё совсем по-другому. Будто через линзу виртуальной реальности. Такого с ним ещё не было. Он понял, что возможности не просто вернулись к нему, а вернулись в кратном размере. Наверное, такой видят реальность «слепые». «Найти что?» «Что найти?» — задавал он вопрос, но теперь уже сам себе. Сколько всего осталось не досказанным, помимо этого, что не давало ему покоя. Что произойдёт с той областью пространства, куда все уйдут из неё и каким образом это произойдёт? Кор понял, что это не его ума дела, ведь Их пути неисповедимы, а замысел не постичь. Сейчас он пытался понять, перечисляя про себя, что ему необходимо найти. Нужно действовать. Каким-то образом Дэвид начал понимать, что произойдёт в следующие минуты. Дверь откроется и в неё войдёт врач. Нужно воспользоваться дверью. Когда врач действительно вошёл, Дэвид мог видеть, ну или понимать его мысли: «Что-то произошло. Кажется, есть результаты» — прокрутилось в голове врача.

— Не двигайся, — произнёс Дэвид то ли заклинание, то ли он сказал слово из древнего языка, сам того не понимая, но врач замер в проходе, с мыслью в голове: «Что это значит?». Сказать врач ничего не мог. Кор вышел в коридор. Персонал диспансера уже бежал к нему с двух сторон. Куда деваться? Дэвид начал манипулировать пространственно-временными осями, причём он с удивлением для себя заметил, что может делать это более свободно, чем когда-либо. В глазах всех наблюдавших за ним, он просто растворился в пространстве, ушёл в другое измерение, телепортировался в любую другую точку. Что произошло точно, никто не знал, но найти его теперь будет невозможно.

Глава 15. Ещё больше нежити

Правительственные силовые подразделения Федерации выставили позиции вокруг кладбища Тихий Дом. Власти решили любой ценой воспрепятствовать выходу из укреплённой базы занявших её мертвяков и не допустить дальнейшего движения армии нежити. Штурмовать кладбище пока никто не собирался. Было очевидно, что остатки вооружённых сил не смогут пройти на территорию. Даже попав внутрь, что можно будет предъявить уже и так мёртвым воинам? Определённой тактики действий на этот случай просто не существовало. Нужно было чего-то ждать. Тактика применения инквизиционных сил оказалась не действенной. По признанию церкви Вечных Мук, её возможности подчинения нежити сильно ограничены и неэффективны в подобной ситуации. Если руководство правительственного научного объединения и надеялось попросить самого сильного некроманта федерации оказать помощь, то теперь эти надежды растворились, как и сам некромант. Силовые подразделения окружали кладбище снаружи. Что происходило внутри — никто не знал. Никакой возможности получить хоть какую-то информацию о дальнейших действиях армии капитана Сторма не представлялось. Насколько было понятно, воздушное пространство над Тихим Домом защищено и также недоступно, как и территория за бетонным забором. Турели по периметру неподвижно смотрели наружу. Создавалось впечатление, что они готовы уничтожить любого, попытавшегося подойти к базе слишком близко. Сейчас можно было только жалеть, что люди, работающие и обслуживающие базу, так и не были выведены с её территории по просьбе правительственного научного объединения, обращавшегося с этим вопросом к коллаборации ИС.

А на территории кладбища Тихий Дом, в самом главном его здании — соборе Смерти, тем временем капитан Сторм расслабленно сидел на своём троне и ухмылялся. Его не могло напугать то, что база окружена силовыми подразделениями федерации после того, как его войско одержало победу над «слепыми». Чувствуя свою силу, он издевательски произнёс:

— Насколько глупы люди. Мне не нужно покидать эти стены, мне даже не нужно вставать с этого места, чтобы подчинить их волю себе. Как ты думаешь, — обратился Сторм к покорно стоящей рядом с его троном Дасти, — твои сёстры так же повинны мне, как и ты?

Дасти надеялась, что ей не придётся отвечать на это, но Сторм не собирался лишать себя удовольствия, услышав, что она скажет. Дасти поняла, что он не отступит, и произнесла:

— Ты повелеваешь всеми «слепыми» от имени нашего Отца, действуя в рамках полученного от него приказа. Мои сёстры также подчинены тебе, как и я.

Сторм уже выполнил священный приказ, он одержал победу над теми, кто стал на одну ступень с Богом. Теперь он хозяин всего, пока Отец не решит вновь обратиться к нему. Люди должны понимать это. Их извращённая вера не заслуживает уважения. Их государственная религия должна быть переосмыслена, а власти должны выполнять то, что он им говорит. Он, единственный, кто может направить людей на выполнение ими воли Отца и заставить их соблюдать Его законы. Теперь Сторм самопровозглашённый монарх не только с неограниченной властью, но и с неограниченными возможностями. Он скомандовал:

— Адалада.

Почти мгновенно в зале собора раздался ответ, будто эхом отразившийся на призыв. Отзыв призываемой сестры прозвучал в знак понимания воли Сторма и готовности её выполнить.

Сестра Адалада, тенью бродившая вокруг склепа, в котором когда-то покоилась, услышала голос, подчинивший её себе. Теперь она могла применить ту силу, которой владела. Командой «Рихт» она начала поднимать мертвяков, покоившихся прямо у неё под ногами и на всей территории кладбища Иссыхания. Пулемёты инквизиции, установленные на могилах, больше не причиняли вред нежити. После первой же очереди, орудия сразу замолчали. Упорядочив энергию пространства в нужной последовательности, сестра Адалада направила возникшие структуры на пулемёты, от чего они моментально нагрелись и оплавились, а искривление пространства скорёжило стволы так, как ничто другое не могло их повредить. В считанные минуты на кладбище Иссыхания сформировалась новая армия нежити, чтобы выступить на столицу федерации под предводительством Адалады от туда, откуда её никто не ждал.

Сторм удовлетворённо улыбнулся. Он способен на большее, чем заставить сестру поднять нежить с кладбища. И он желал использовать свои возможности.

— Белла, — подал он очередную команду. И вновь зал эхом наполнил ответ на призыв.

Все те, кто оставался на станции Пластмасс и находился на улице, не могли понять, что вдруг начало происходить. Сестра Белла, оставаясь незамеченной, покинула стены пустующего храма Великое Очищение. Случайные прохожие не обращали на неё абсолютно никакого внимания, несмотря на то, что Белла сильно отличалась от них своим внешним видом. Даже когда сестра издала вопль на своём языке, никто не понял, откуда изошёл этот крик. Огромное здание храма от произнесённого звука резонировало, его стены слегка задрожали и рухнули с сильным грохотом. Строительные обломки разлетелись в разные стороны, нанеся урон соседним объектам. Окружающим казалось, что здание рухнуло само по себе, без каких-либо причин. Некоторым в голову сразу пришла мысль о теракте. Большинство людей ни о чём не думали, а просто испугались и в панике попытались удалиться от этого места. Десятки разбегающихся людей подняли невероятный шум своими испуганными криками. Некоторые прохожие впали в ступор и остались стоять на месте. Кому-то показалось, что падение храма является плохим знаком. Для многих из них в этот момент стало видимым то, что оставалось незаметным. Они увидели сестру Беллу, стоявшую рядом с ними и спокойно наблюдавшую за происходящим. Эти люди не нашли ничего лучшего, как упасть ниц в её сторону, шепча ей молитвы. Их переполнял страх от понимания того, что сестра способна одним своим воплем разрушить любое здание, целый город, если пожелает, но никто не сможет ей помешать. Те, кто был предан ей, ощущали на себе вину за её гнев и теперь просили пощады и клялись в повиновении.

В соборе Смерти на кладбище Тихий Дом Сорм, сидя на троне, ощущал силу, которую он покорил.

— Смотри, Дасти, — сказал он подчинённой ему королеве. — Люди преклоняются перед вами. Разве не этого вы хотели?

Дасти хотя не видела и не слышала, к чему приводят команды Сторма, но ощущала это всё на другом уровне. Его язвительное замечание нельзя было отрицать. Всё действительно происходило именно так. Люди готовы были подчиниться сёстрам, вот только сами сёстры подчинялись Сторму. Он продолжал язвить:

— Ведь такой расклад не противоречит пророчествам. Как ты можешь заметить, законы вселенной продолжают работать. Это компромисс двойного значения переменной. Вы — Богини, я — Бог. И то и другое может существовать одновременно. Это не ошибка кода, это программная скрытая вариативность.

Скорее такой расклад походил на взлом системы, или на читерство, ставшее возможным благодаря уязвимости кода программируемой вселенной. Так или иначе, Сторм действовал по правилам, хотя и по своим. Он подал очередную команду:

— Полли.

Отклик пришёл мгновенно. Насколько безупречным оказался механизм управления теми, кто захотел когда-то стать «слепым».

Вблизи границы Южных Крестов, откуда недавно вышла армия нежити под предводительством капитана Сторма, сестра Полли оказалась вынужденной поднять ещё одну армию мертвяков, чтобы они могли продолжить выполнение своего приказа. Чтобы эти воины могли совершить то, чего сами сестры не хотели. Полли оказалась вынужденной действовать против своей воли, возглавив армию врага и направив её на города федерации, захватить всю станцию Ториевые Залежи. Жителям станции придётся покориться, ведь эвакуироваться, освободив населённые пункты, они не успеют. И им просто некуда бежать. Бессмертная армия спешно двигалась на северо-запад, чтобы Сторм смог установить там свой порядок чужими руками. Руками сёстринского ордена, оставаясь при этом в тени.

Сейчас он видел, чувствовал, что всё идёт, как он хочет. И он подал команду, которая должна подчинить его контролю весь орден и силу, которой владеют сёстры:

— Элдис, — на этот раз что-то пошло не так. Никакого отзыва не последовало. — Элдис. — повторил Сторм ещё громче, будто от громкости что-то зависело. Вновь никакого отклика. Для Сторма это стало неожиданность, когда его отделяло только одно слово от желанного результата. Он разозлился, не зная, что следует предпринять. Сторм обратился к Дасти бешеным тоном: — Где, она? Почему она не откликается на мой призыв?

Дасти не могла ответить на этот вопрос. Она просто не чувствовала связь со своей сестрой. Пока она перебирала возможные варианты такого сбоя, Сторм уже сам нашёл ответ на свой вопрос:

— Она контролируется кем-то. Я не могу дать ей команду, пока она находится в чужом подчинении.

Дасти не могла знать, каким образом Сторм мог это определить, но было очевидно, что его познания древних заклинаний и возможности, гораздо шире, чем она себе это представляла. Может, он сможет объяснить и ей.

— Кому она подчинена? — спросила Дасти. не понимая, как такое возможно. Если «слепых» может контролировать ещё кто-то, помимо Сторма, то трудно представить, во что это может вылиться.

— Я не знаю. — честно ответил он. — Ментальный путь к Элдис просто перекрывается и пропадает, он не прослеживается. Я понятия не имею, каким образом она создала себе такую защиту, но возможностей, которыми располагает ваш орден, для этого не достаточно.

Настоятель инквизиторской церкви Юджин Липшиц, наблюдал за тем, что происходит в различных сторонах всей Федерации. Он пытался объяснить для себя такое странное поведение поднятой нежити. То, что начали вытворять сёстры, пытаясь захватить власть такими агрессивными методами, просто не поддавалось никакому анализу. Может, они просто мстят за своё поражение? Но почему тогда они не пытаются отбить обратно Тихий Дом, а идут в сторону городов людей? И как долго Сторм будет бездействовать в такой ситуации? Мозаика в голове Липшица рассыпалась. Он осознавал свою глупость, не понимая какой-то простой вещи, но ничего не мог с этим поделать. К чему приведёт то, что нежити скоро станет больше, чем людей? Глава инквизиции не мог найти способ, как исправить эту ситуацию.

Глава 16. Каждый может стать богом

Станция Доменная Печь осталась бесконтрольной, поскольку её территория не подвергалась опасности, а пиратские институты могли продолжать работать в штатном режиме. Для коллаборации Изменённого Сознания стало большим прорывом сотрудничество с правительственным научным объединением. В частности, благодаря этому удалось получить оцифрованную версию изменённого сознания некроманта Дэвида Кора. Вот только не смотря на все договорённости, делиться своими результатами в области изучения полученного кубитового кода с коллегами пираты не спешили. Если учёные, подчиняющиеся коллаборации Искривлённой Физики, хотят получить эти результаты в первую очередь, пусть тогда проводят самостоятельные исследования. У них есть для этого материал. Расшифровка кода заняла слишком много ресурсов. Потребовался целый штат сотрудников, чтобы решить эту задачу, вдобавок пришлось обращаться за помощью к служителям храма Великое Очищение, поскольку в процессе потребовался доступ к законсервированным библиотекам, содержащим документы процивилизации. Для расшифровки исходного кода пришлось создавать новую платформу для компьютера, поскольку имеющиеся не располагали достаточной производительностью и не имели возможность обрабатывать заложенные алгоритмы. В конечном итоге скрипт, содержащий символы нескольких языков, был полностью расшифрован и программисты получили возможность его изменения и адаптации под необходимые требования. После распознания алгоритма написания скрипта сознания, появилась возможность вносить в него модификации. Отдельных трудов требовала разработка компилятора, позволившего создавать программу для чипа-имплантата, устанавливающего в сознание будущих сверхлюдей необходимые плагины, повышающие уровень искусственно изменённого разума. Проводя расшифровку, учёные НИИ метакибернетики смогли осознать все тонкости его создания и всю его сложность. Для того чтобы создать нечто подобное без имеющейся версии, полученной только лишь благодаря инициативе правительственной коллаборации, учёным потребовался бы не один год. Благодаря тому, что правительство попросило пиратское объединение о помощи ввиду собственной бездарности в расчёте на честное сотрудничество, коллаборация ИС достигла успеха уже сегодня.

Честно говоря, программисты НИИ метакибернетики немного лукавили, говоря, что смогли полностью разобраться в работе кода. На самом деле, написанная на созданном языке программа просто не должна была работать сама по себе. В работе кода происходили фоновые процессы на уровне, недоступном для программирования. Получалось что-то вроде того, что задавая рэндом некоторых параметров, они принимали нужное значение. Но в любом случае, результат всех устраивал. Компьютерное моделирование показывало, что полная версия обновлённого чипа-имплантата может свободно инсталлироваться в мозг любого человека, не вызывая конфликтов с собственными процессами сознания. Таким образом, оцифрованную версию разума некроманта можно было установить любому желающему, получившему на это разрешение. Одновременно с выбором первых кандидатов на роль пациентов коллаборации ИС разрабатывалась и правовая основа, предусматривающая правила использования способностей, обретённых после имплантации чипа Бога, а также система наказаний за нарушение этих правил. Вскоре было проведено несколько операций на живых людях. Эксперимент себя полностью оправдал. Добровольцы с изменённым сознанием больше не пытались себя убить. Они оставались адекватными после выхода из-под анестезии и испытывали чувство удовлетворения от полученных результатов. Конечно, на данном этапе, возможности чипа были ограничены, в целях недопущения предоставления людям возможностей, с которыми их нельзя было бы контролировать. Но, такие базовые функции, как взаимодействие с чужим сознанием посредством пси-коммуникаций, трансцендентное состояние, позволяющее оказаться в удалённых областях, ограниченное манипулирование материей и энергией — всё это стало доступным. Следующий шаг предполагал снятие ограничений на использование людьми всех возможностей. Для перехода на новую стадию пост гуманистического прогресса требовалось согласовать ряд вопросов со специалистами, оставшимися и продолжающими проводить свои исследования на территории кладбища Тихий Дом, населённого мертвяками. В отличие от федеральных органов, пиратские структуры имели возможность связываться с теми, кто находится в этом месте. Иначе, какой смысл был бы оставлять там этих людей?

В ответ на запрос, отправленный в исследовательский центр Тихого Дома с просьбой дать рекомендации по поводу снятия ограничений на изменение сознания и анализа возможных последствий данного перехода, выполненного на основе данных, полученных при изучении поднятых мертвяков, пришёл довольно странный ответ. Оказалось, что учёные, продолжавшие работать на территории кладбища Тихий Дом, располагают куда большей информацией, чем от них это ожидалось. В рекомендациях говорилось:

«Кроссплатформенная система изменения сознания является само ограниченной, то есть имеет собственную защиту, не требующую вмешательства со стороны оператора. Представленный код при инсталляции в сознание создаёт дочернюю функцию, процедурно-генерирующую барьер на применение сверх возможностей, посредством взаимодействия с серверными данными. Под данным тезисом следует понимать, что весь контроль над людьми, прошедшими процедуру изменения сознания, будет обеспечиваться обладателем рабочей среды сознания следующего поколения Стормом, достигшим верхнеуровнего значения разума.

Посему сказанному, исследовательский центр Тихого Дома одобряет план перехода на новый этап развития постгуманистических технологий в области работ, проводимых коллаборацией ИС и подтверждает безопасность применения концептуальных технологий имплантации чипа».

Такой ответ внёс некоторые разногласия внутри научного объединения Изменённого Сознания. Во-первых, не все были согласны с тем, что следует развивать проект, который может контролироваться сторонними силами, в лице Сторма, предводителя армии нежити. Однако, путём голосования было принято решение продолжить развитие этих технологий, внедряя их в повседневную жизнь обычных людей. Кроме того, было решено снизить значение ограничивающих механизмов и расширить категорию лиц, которым разрешено проходить новую процедуру. Во-вторых, решался вопрос этики, который вновь встал ребром. Стоит ли раскрывать информацию о том, что изменённое сознание будет взаимодействовать с серверными данными, или же она должна оставаться недоступной? Решено было отсрочить предоставление этой информации на период более подробного исследования пси-коммуникаций. Кроме того, последние эксперименты не показали никакого ощутимого стороннего влияния или воздействия, так что некоторые разработчики приняли опасения за паранойю, возникшую в результате какого-то непонимания или ошибочных результатов исследований научного центра Тихого Дома.

Несмотря на все противоречия, возникшие внутри коллаборации Изменённого Сознания, обновлённая версия чипа прошла презентацию без указания всех нюансов его работы. После серии первых коммерческих операций, разработка получила массу положительных отзывов от её пользователей. Представленный им пакет возможностей позволял вести общение посредством телепатии, получать информацию различного рода из удалённой области пространства, давал ограниченную возможность манипулировать пространственно-временными осями и имел ряд других функций, работающих на пользовательском уровне и не вызывающих конфликт с законами вселенной. В короткое время человечество вплотную приблизилось к тому, что называло божественным началом, и теперь каждый прогрессивный человек мог стать Богом. Службы социологических исследований пытались найти в этом подоплёку, но механизм перехода общественного сознания на новый уровень работал безупречно. На эту тему был представлен объёмный доклад, выложенный в открытый доступ, в котором говорилось о позитивно направленном новом развитии:

«…Наконец, люди перестали подчиняться высшим силами, природу которых не могли объяснить до этого. Теперь каждый человек, подвергшийся изменению сознания, стал совершенно независимым. Мы сами вправе создавать свою вселенную и действовать без ограничений…».

Подобные суждения говорили об иллюзорности собственного величия, но на тот момент об этом никто не догадывался. Нельзя было сказать, что этот переход проходил совсем без зазоринки. Были и случаи обращений к производителю с вопросами и даже жалобами. Некоторые пользователи новой разработки высказывались о том, что ощущают собственную непонятную ущемлённость. В резолюциях на это говорилось о периодах адаптации и привыкания. Некоторые жаловались на то, что не могут использовать новые возможности в полной мере, что для плагина телепатического общения необходимо создать систему модерации. Но у разработчиков наиболее сильные опасения вызывали сообщения о том, что пользователи время от времени принудительно лишаются некоторых функций или же их действия никак не связываются с их желаниями. Это могло говорить о внешнем контроле, предупреждение о котором поступало от исследователей на территории Тихого Дома. Хотя, могло быть и просто системным сбоем. Коллаборации ИС пришлось довести пользователям своих разработок эту информацию. Было высказано предупреждение, что люди, подвергшиеся процедуре изменения сознания, могут действовать не по своей воле, частично предоставляя ресурсы своего разума на сервер платформы. Такое положение не вызвало паники или ряда возмущений, как это могло ожидаться. Предупреждение осталось вообще не замеченным. То есть люди понимали, что могут в любой момент лишиться своей воли, но количество желающих обрести сверх способности от этого меньше не становилось. И даже когда компания, разработавшая программное обеспечение для чипа, сняла с себя ответственность за нежелательные последствия его применения, люди соглашались на неизвестные им риски, подписываясь на отказ от претензий.

Храм Великое Очищение оказывал поддержку этому переходу, сотрудничая с коллаборацией ИС. Великое Очищение по-своему объясняло проблему лишения собственной воли, используя теологическую версию: «Становясь на одну ступень со «слепыми», мы только начинаем понимать Их правила. И они нам подсказывают эти правила, ведут за собой, отчего мы ощущаем на себе стороннее вмешательство».

Глава 17. Прикажи мне

Обретя способность изменять время и пространство, управлять материей и энергией, Дэвид Кор предпочёл ничего этого не делать. Исчезнув из диспансера, в котором проходил реабилитацию поле вживления чипа и в котором находился в качестве подопытного, он появился на безлюдной аннигилированной территории Братских Земель. Он уже понял, что ему требовалось найти и где это нужно искать. Древние знания. Но некромант пока не знал, как сможет использовать их. Пустая долина вокруг него расстилалась настолько, насколько хватало взгляда. А ведь это священные земли, в которых покоятся «слепые» братья. Интересно, насколько «слепыми», или правильнее будет сказать «рихт», должны они быть, чтобы простить ему то, как он использовал свои возможности. Теперь он больше не собирался никого себе подчинять, ни мертвяков, ни кого-либо ещё, хотя мог бы сделать это так же свободно, как щёлкнуть пальцами. Дэвид думал об информации, полученной им из удалённой области пространства, из мира «слепых». Его как будто просили о помощи. Но что он мог сделать?

— И вот я здесь. — крикнул он в пустоту. — Что теперь? Что я должен здесь искать и для чего?

— Меня. — услышал он в ответ знакомый голос, что стало для него полной неожиданностью.

Теперь Дэвид видел перед собой Элдис, непонятно откуда взявшуюся в этом месте. Хотя, он и сам попал сюда не совсем обычным способом. Дэвид обратил внимание, что Элдис больше не была тем трупом, какой он её запомнил с последней встречи, на этом же самом месте, когда она растворилась в толпе мертвяков. Вначале ему даже показалось, что перед ним стоит самая настоящая девушка. Даже её энергия не выдавала в ней причастность к нежити.

— Я думал, ты сейчас со своими сёстрами занята подчинением людей. — признался ей Дэвид. Не смотря на всё, он продолжал злиться на Элдис за то, что на так просто ушла в прошлый раз, не посвятив его в свои планы, ну и вдобавок лишив силы, чтобы он не путался под её ногами.

— Людей хватит на всех. — выдержала Элдис. Ей на самом деле было неприятно осознавать, что орден сестёр находится под контролем вражеского предводителя. А ведь она сама в последний момент создать для себя защиту, хоть и весьма паршивым методом. — И тебе тоже достанется.

— Ну уж нет. — категорично заявил Дэвид. — Чтобы быть Богом, не достаточно иметь изменённое сознание. Я уж как-нибудь сам по себе. — и повелительно обратился к Элдис: — Ты тоже свободна.

— Рада, что ты понял это. — ответила она на протест. — Я не могу уйти.

Элдис продолжала оставаться на месте, пытаясь определить, смог ли Дэвид понять, что произошло. Некромант тупо уставился на неё, нахмурив брови. Неужели сверх интеллекта недостаточно, чтобы понять, что она хочет от него? Элдис в нетерпении нервно крикнула ему в повышенном тоне:

— Ты, прикажи мне поднять братьев и повести их туда. — её рука вытянулась на запад. — Если ты мне этого не скажешь, это сделает кто-то другой. Ты сам обещал. — экспрессия, с которой были выражены эмоции, подтверждала то, что Элдис больше не нежить, что она стала сама собой.

Дэвид продолжал молчать, пытаясь припомнить, что он когда либо такого обещал. Их двоих начал обдувать ветерок, развеивая волосы Элдис, которые ложились на её лицо и лезли в глаза. Наверное, ветер в этих местах появляется по собственному желанию, либо когда кто-то начинает кричать. Кто знает, какие секреты хранят эти земли. Элдис, пряча глаза от поднявшейся пыли, опустила голову.

— Ах, это обещание. — вспомнил наконец Дэвид их разговор на этом же месте и при таком же ветре. — Мне тоже много чего обещали. Что ж теперь? А проводить некромагические ритуалы на священных землях мне запрещено. Вначале скажи, зачем вы всё это затеяли со мной.

— С тобой? — удивилась Элдис. — Да ты сам влез во всё это. Про тебя вообще никто не знал, что ты тут появишься. В эпоху войны я создала лаунчер с отсрочкой, который должен был сам запустить запрограммированный на него сценарий. Всё так и было бы, если бы тебе не захотелось начать поднимать здесь мертвяков. Своей безалаберностью ты инициировал его работу раньше времени. Никто не давал тебе эту силу, ты сам на неё наткнулся. Программа сценария подразумевала поднятие «слепых» и начало времени их правления, но мы не рассчитывали на то, что его действие распространится на армию Южных Крестов. Так что извини, что не позволила и дальше тебе захватывать мир. И так, знаешь ли, хлопот набралось.

Элдис смотрела на Дэвида исподлобья, говоря всё это. Ветер не утихал, а пыль больно колола лицо.

— То есть виной всему ваш коряво созданный лаунчер, а оказалось так, что я начал этот зомби-апокалипсис. — Дэвид был не исправим, он вновь пытался оправдать себя. Раньше он думал, что орден спровоцировал его на поднятие нежити, отправив ему приказ из прошлого. Теперь он начал винить коряво созданное заклинание.

— Ну извини. Не до того было, чтобы перепроверять всё и создавать защиту от дурака. Ты у нас вообще ни при чём. Просто в своё удовольствие время проводил. — Элдис язвила, но следующие слова произнесла невероятно агрессивно: — Прикажи мне повести братьев на запад, иначе мне даст эту команду Сторм.

Дэвид помешкался, не желая подчинять себе никого и брать на себя ответственность за ещё одно массовое поднятие нежити. Но, с другой стороны, допустить полного подчинения ордена сестёр фанатичному монарху было нельзя. Как только Дэвид представил, что такое возможно, что Сторм начнёт повелевать Элдис, он отрёкся от собственных принципов и властно произнёс:

— Подними братьев, и веди их за собой…

— Рихт-раут, — резко в нетерпении выкрикнула Элдис, не дав даже некроманту договорить. В этот же миг земля задрожала прямо у них под ногами. Между ними начал расти бугор, из которого появился мертвяк. Вокруг уже вылезло несколько десятков мертвяков, оглядывающихся по сторонам. Нежить вылезала из каждого квадрата участка земли. Трудно было понять, как они все помещались там. То ли их хоронили штабелями, то ли под землёй у них был свой портал. Уже через несколько минут много сотенная армия нежити оказалась готова пойти за Элдис, чтобы выполнить любой её приказ.

Элдис, полная решимости, уверенно пошла на запад, в сторону границы федерации возглавляя всё это войско. Некромант не отставал он неё. Он вспоминал, как уже проделывал этот путь, идя пешком по этим землям, спотыкаясь на ровном месте в окружении разлагающихся трупов. Теперь идти было гораздо легче, но и путь ожидался более длинным. Как далеко она собралась идти? На Федеральный Центр, или на кладбище Тихий Дом?

— Ты сможешь одолеть его? — с надеждой спросил Дэвид, имея в виду Сторма.

— Нет. — спокойно ответила Элдис. — Сил моей армии недостаточно для того, чтобы организовать нападение. Я лишь хочу занять оборону, чтобы меня больше никто не беспокоил. Просто хочу немного побыть одна.

Дэвид догадался, что Элдис спешит занять территорию отчуждения на ближайшей приграничной станции и выставить там мертвяков. Сейчас на станции Глубокий Котлован почти не осталось людей. Все они эвакуированы, кроме тех, кто категорически не захотел покидать свои дома. Но скоро, когда смута в федерации успокоится, люди начнут возвращаться туда. Станция обслуживания начнёт функционировать в прежнем режиме, находясь под контролем федеральных властей, не зависимо от того, кто окажется к тому времени у власти.

— Я выгоню всех, кому вшили этот чип. — поделилась она своими планами с Дэвидлм и добавила: — Ну, кроме тебя. Ты сможешь остаться.

— Такая щедрость. Прямо не знаю, как благодарить. — иронизировал Дэвид. — А что насчёт сектантов Великого Очищения? Разрешишь им остаться?

— Нет. — твёрдо заявила Элдис, не сбавляя шагу и не оборачиваясь. — Пусть служат друг другу в каком-нибудь другом месте. Я уже достаточно опытна, чтобы понять, что любая религия для людей — только возможность прибрать к рукам власть, говоря и действуя от имени Отца. В моё время было всё так же, и ничего не поменялось. Я изгоню их всех со станции. Я выгоню всех наркоманов, учёных, с их нелегальными исследованиями и всех, кто хочет работать на Федерацию. Мне хвати на это сил, чтобы создать свой мир на этой территории.

Дэвид слушал её. Это было похоже на каприз, но не было сомнений, что Элдис его исполнит. Ему стали интересны эти планы, и он попытался развить тему:

— Если ты выгонишь всех этих людей с территории станции, то тогда на ней никого не останется.

— Останется. — уверенно заявила Элдис. — Найдутся люди, которые захотят простой жизни, чтобы быть предоставленными самим себе.

— И ты думаешь, я смогу защитить тебя, когда Сторм сам лично придёт в Глубокий Котлован, чтобы захватить его?

Элдис улыбнулась. Слишком большую ответственность на себя брал некромант.

— Меня не придётся защищать, когда я сделаю всё по-своему. — ответила она — Твоя сила больше тебе не пригодится.

— Оу, ну да. — согласился Дэвид, — ведь тебе не нужен конкурент, который сможет повелевать твоим маленьким государством, которое ты планируешь основать.

— Ну почему же? Я вообще-то думала, что это будет общее государство. И к тому же я не могу раскороновать истинного короля мусорной свалки.

Элдис ехидно засмеялась от собственных слов прямо на ходу. Она знает, как сильно Кора обижает этот титул. Ну ничего, это ему месть за все те острые шуточки, которые он отпускал в её адрес и в адрес ордена. Пусть знает своё место. Но в этот раз Кор постарался не обижаться, а постарался найти нужное утешение своей участи:

— Не место красит человека, а человек красит место.

— Твои слова прямо мне в уши, — снова развеселилась Элдис. — Хотя бы про это обещание не забудь.

Дэвид плохо себе представлял, что будет происходить дальше и что она собирается устроить. Установит контроль над подданными и будет распоряжаться ими, не вставая со своего трона так же, как это сейчас делает Сторм? Наведёт ужас среди населения, и при помощи запугивания будет заставлять их служить себе, пока мертвяки, идущие за ними, будут патрулировать улицы и искать нарушителей порядка? Некромант не мог представить себе это как-то по другому. Когда Богиня, возродившаяся из нежити и ненавидящая людей, будет руководить целой республикой, то служение Сторму должно показаться наиболее разумным вариантом.

Глава 18. Никому не нужные

До этого дня жители палаток беженцев оставались на своих местах. Редко кто-то освобождал своё место. Это были люди, которым хоть куда-то можно было уехать. Зато новые беженцы приезжали сюда постоянно. Всем почему-то казалось, что федеральные власти должны вот-вот заняться распределением жителей этого места, но никаких намёков на это не было. Сэм подружился со многими мальчишками примерно своего возраста, но было заметно, как он больше не хочет здесь оставаться. Сьюзен тоже уже устала мечтать о том, как она с родителями вернётся домой и встретит там мертвяков, а может и слепую сестру, которая представлялась ей настоящей принцессой. Да что там говорить о детях, когда для многих взрослых дальнейшее пребывание в палаточном городке становилось невыносимым. Отсутствие каких-либо условий и антисанитария не могли положительно сказаться на настроении оказавшихся здесь беженцев.

Новости из ближайших городов приходили сюда на уровне слухов. Или их привозили с собой новые беженцы, или они узнавались от персонала, приезжавшего с гуманитарной помощью. От нечего делать, люди мусолили одни и те же темы на каждом шагу. Если группа людей состояла более чем из двух человек, то любая информация принимала в их обсуждении самый извращённый характер. Трудно было отделить новости от надуманных сплетен, поэтому более-менее разумные люди предпочитали вообще не обсуждать то, что творится на территории федерации. Джон, отец Сьюзен и Сэма, относился к тем, кто слушал, о чём говорят люди, но воспринимал это как пустословие, поэтому в дискуссии не вступал. Джон вообще по своему характеру был очень приятным собеседником: никогда не спорил и соглашался почти со всем, что ему говорят, часто думая при этом о своих делах, и поэтому быстро забывал то, что ему было не интересно. Видимо такая манера общения и притягивала к нему различных болтунов, которые знали всё обо всём. Вот и сейчас, когда он вместе с другими людьми строил новый навес, а дети играли возле палаток с другой стороны шатра, один из жителей бомжеватого вида поделился с Джоном информацией, которую сам недавно где-то узнал:

— Администрации Района Беженцев скоро не до нас будет. Сегодня они привезли еду и воду. А что мы будем делать, если завтра это не повторится? Ведь никто не заставляет их приезжать сюда каждый день. Это их добровольная помощь. Ну вот как Вы думаете, много добровольцев останется в городе, когда в него войдёт армия нежити под командованием бессмертного предводителя?

— Я бы не остался. — механически ответил Джон.

— Ну вот и я о том же. — обрадовался житель, найдя в словах Джона поддержку своим собственным. — А вы знаете, кто живёт в том городе? — спросил он, показывая на север, где можно было увидеть высотки. Джон дал понять, что это ему уже известно. Такая осведомлённость немного разочаровала собеседника, лишив его возможности совершить для этого цивильного семьянина шокирующее открытие, но он продолжил свою мысль: — Там живут те, кто сопротивлялся Великому Очищению. А когда Белла соберёт армию нежити, куда она направит её в первую очередь? Правильно, на Район Беженцев. — одобрил бомжеватый житель мнение Джона, хотя тот ничего и не отвечал на этот раз. — И тогда мы останемся без хлеба. Что Вы будете делать тогда?

Вопрос поставил Джона в затруднительное положение, поскольку на него нельзя было просто ответить «Да» или «Нет». На самом деле они с женой уже думали об этом, но никакого определённого плана на этот случай так и не придумали.

— Даже не знаю. — ответил Джон как можно проще. Собеседник выложил свою версию:

— А я Вам скажу, что нужно делать. Нужно идти туда, — он показал куда-то на запад, но Джон не знал, что там находится. — и ставить палатки там, прямо на улицах столицы. Они, — показывая рукой в том же направлении, вместо того, чтобы копать с Джоном яму под очередную опору. — они обязаны предоставить нам помощь и защиту. Мы жители правового государства, и мы оказались в зоне бедствия, лишившись своих домов. Так почему им на нас…

Джон перебил собеседника вопросом, устав выслушивать за время пребывания в палатках разговоры о том, кто кому что должен:

— И что, на самом деле собираетесь идти туда и думаете, что они будут Вас слушать?

Собеседник отставил лопату, вероятно, она мешала ему разговаривать, и начал экспрессивно пояснять:

— Будут, не будут — у них не останется выбора, когда мы все вместе пойдём туда и устроим пикет. Общество узнает о том, что власти готовы бросить своих граждан на произвол. А им это надо? Нет. Им ничего не останется, кроме как выделить нам жильё с нормальными человеческими условиями.

Подобные суждения Джон слышал постоянно, но сам не верил, что кто-то из правительства будет заниматься этим вопросом, тем более, когда нежить заходит в города людей. Его жена Кейт тоже не сидела без дела и занималась тем, что у неё получалось. В это время с другой стороны шатра маленькая Сьюзен уже наигралась и подошла к котлам, где её мама устроилась поварить. Сьюзен плохо пообедала, но теперь проголодалась. Время подходило к ужину. Она спросила у мамы, что сегодня будут давать.

— Сегодня вечером не будут раздавать еду. — ответила мама. — Машины не привозили еду на следующий день и нам нужно быть готовыми к тому, что завтра они тоже не приедут. — Такое распоряжение Кейт получила от начальника службы питания, связывавшегося с органами социальной помощи в Районе Беженцев. С учётом количества людей, обитающих в лагере, запасов провизии хватит на всех только на два приёма пищи. Было принято решение отменить приготовление ужина, чтобы в случае, если возникшие трудности не будут решены, можно было завтра приготовить обед. Кейт предложила Сьюзи кусочек хлеба. Больше на котлах ничего съестного не было. Повара были заняты тем, что вычищали котловое оборудование и наводили порядок вокруг. Малая взяла корку и сжевала, запив водой, чтобы не думать больше о еде.

Когда навес был установлен, а на месте приготовления и раздачи пищи был наведён порядок, Джон с Кейт сидели в вечерней прохладе и обсуждали свои дела и планы на ближайшее время.

— К нам больше никто не собирается приезжать. — поделилась Кейт с мужем информацией, которую узнала случайно, и которую не до кого не доводили. — Машины с провизией и гуманитарной помощью не будут сюда приезжать из города.

Джон сразу вспомнил, что слышал сегодня от напарника о захвате Района. Может, совпадение? Он рассказал эту версию Кейт. Она скептически отреагировала на эту версию и ответила:

— Я не знаю, что могло случиться. Мне просто кажется, что никто не хочет тратиться на провизию и перевозки. Им проще забыть вовсе про этот лагерь. Джон, — серьёзно обратилась она к мужу. — нам нужно что-то решать. Уже завтра детям нечего будет есть.

— Большая часть беженцев собрались отправиться в столицу, чтобы требовать поддержки от правительства. — Джон сказал это как констатацию фактов, но подразумевал под этим вариант их дальнейших действий. Кейт поняла именно это так, и категорично ответила:

— Они собрались туда, чтобы просить милостыню на улицах. Это они здесь говорят, что будут чего-то требовать. Но в столице никто не будет с нами церемониться. Уже после первого ответа властей, когда ни у кого не окажется лайма, все претензии иссякнут. Ты не связывался с Ричи?

О том, что идя на митинг, люди берут с собой лайм, потому что он помогает преодолеть воздействие средств разгона демонстрантов, Джон узнал недавно, ещё на станции, случайно оказавшись в месте применения специального газа. Поэтому он понял, что имела ввиду Кейт, говоря об ответе властей. Но он не сразу понял, почему она вдруг заинтересовалась тем, как дела у их соседа Ричи, с которым она старалась не общаться и даже не видеть его лишний раз.

— Ах, ты вот о чём? — наконец понял её Джон. — Он в порядке. Первая волна мертвяков обошла наши дома стороной. Но находиться там всё ещё опасно.

— Первая волна? — не поняла Кейт. — А что, была ещё и вторая?

— Вторая волна только надвигается. Ричи убеждён, что теперь мертвяки точно заселятся в наши квартиры.

— А как он сам относится к этому? Его это не пугает? — Кейт спрашивала о Ричи не потому, что её интересовало, как он себя чувствует. Но может он знает что-то такое, что и они должны знать.

— Он говорит: «Будь что будет». - ответил Джон, передав его слова. — Но ты ведь знаешь, что он чокнутый фанатик.

— Так чем мы завтра будем заниматься? — напомнила Кейт о том, что решать нужно уже сегодня.

Джон не хотел говорить прямо, но его завуалированный ответ она поняла. «Будь что будет» — ответил Джон. Значит, всё-таки, он согласился с решением жены.

На следующий день с самого утра стало понятно, что именно этот день стал для многих беженцев решающим, когда они решили покинуть лагерь. Несмотря на, то что информация о прекращении гуманитарной поддержки не распространялась открыто, большинство смогли об этом прознать. Кейт не принимала участия в приготовлении завтрака. Еды была приготовлена к рассвету. Это было спланировано для того, чтобы люди, которые решили покинуть это место, смогли поесть перед выходом. Большая группа беженцев смогла организовать совместный выход в столицу, заранее предупредив об этом службу питания, которая пошла им на уступки. Далеко не у всех были автомобили, так что даже сложно было себе представить, какой путь придётся проделать тем, кто решился пойти пешком. Джон и Кейт собрали после завтрака детей и вещи, которые у них были, и тоже покинули лагерь. Они выехали на машине. К счастью, её никто не пытался угнать или просто взломать. Видимо от того, что она была предусмотрительно припаркована в стороне от дороги, задолго до поворота на палаточный городок. Сьюзи и Сэм обрадовались, когда узнали, что едут домой. Но Кейт была уверена, что если бы детям сказали, что они едут в столицу, радости было бы не меньше. Лишь бы покинуть это место. Родители предупредили детей, что обстановка вблизи Глубокого Котлована им неизвестна, поэтому как только возникнут хоть какие-нибудь проблемы, если по пути им попадётся мертвяк, даже где-то вдалеке, они сразу развернутся и поедут обратно.

— …Так что не спите, а смотрите в оба, чтобы заметить их раньше, чем они заметят нас. — завершил Джон инструкцию к поездке.

— А когда приедем домой, тоже не будем спать? — спросил Сэм. Кейт мгновенно разработала тактику и довела до остальных:

— Будем, только по очереди. Но сначала нам нужно туда ещё попасть.

Глава 19. Жизнь рядом с мусорной свалкой

Джон с Кейт и детьми ехал по свободной трассе. Никакого транспорта на всём протяжении пути ему не попадалось. Дорога казалась совсем заброшенной. Уже при приближении к республиканской границе станции Глубокий Котлован, и дети, и Кейт крепко спали на своих сиденьях. Они вырубились в дороге. Вероятно, сказалось эмоциональное переутомление, вызванное принятием такого сомнительного решения, как поездка в город, который должен вот-вот оказаться захваченным нежитью. Но пока Джон не видел ни одного мертвяка. Он думал о том, как на самом деле поступит, если это произойдёт. Разворачиваться, и ехать обратно было просто некуда. Наверное, если мертвяк будет один, Джон предпочтёт не заметить его. А вот если встретится даже небольшая группа, придётся отнестись к этому по-другому. Тогда они с женой и детьми будут вынуждены направиться в столицу, чтобы просить нам милостыню на улицах, как выразилась Кейт. А если всё пойдёт гладко, что будет тогда? Они всей семьёй окажутся в опустевшем городе. Тогда смогут поселиться в заброшенном супермаркете, где найдут всё необходимое для существования, пока ситуация не нормализуется. Скорее всего, те, кто остался в городе, так и сделали. Наверное, объединились уже в коммуну, чтобы рационально использовать сохранившиеся припасы.

Джон думал о таких вещах, даже не представляя, как на самом деле обстоят дела на территории заброшенного города. На самой границе станции все его предположения об отсутствии людей на этой территории развеялись. Впереди на дороге стоял пост. Издалека было видно, что на нём происходили движения. Странно, что пост контролировал въезд на территорию станции. Оставалось непонятным, для чего нужно осуществлять контроль пропуска в зону бедствия. Подъехав к этому месту, пришлось остановить машину. Хотя прижиматься к обочине было не обязательно, Джон сделал это по привычке, чтобы не стоять посреди проезжей части. К нему сразу подошёл вооружённый человек и попросил выйти для разговора. Джон в нерешительности помешкался. Он не понимал, что это за люди, установившие здесь этот пост, но на военных они не были похожи.

— Какие-то проблемы? — спросил он в приоткрытое окно, оставаясь внутри.

— Мы осуществляем пропуск на территорию Глубокого Котлована. У нас задача не допустить проникновения на станцию лиц, поддерживающих режим федерации.

В это время от разговора проснулась Кейт. Она едва открыла глаза и ещё не совсем пришла в себя. Полусонная, первым делом она увидела человека в окне и поняла, что они стоят. Кейс спросила мужа сонным голосом:

— Джон, почему мы стоим? Кто это?

На её вопрос ответил человек, смотрящий на них в окно:

— Мы сотрудники службы поклонения сёстринскому ордену. Выйдите, пожалуйста, из машины.

У Кейт сразу широко раскрылись глаза от такого заявления, и она вопросительно смотрела на мужа. Джон и сам ничего не понимал. Уже у обоих в голове возникла мысль, что не нужно было пытаться вернуться домой, но сожалеть об этом решении было поздно. Джон открыл дверь и, выходя, сказал жене:

— Оставайся внутри. Смотри, чтобы дети не просыпались. Я сам поговорю с этими людьми.

Кейт обернулась назад, когда Джон уже захлопнул дверь снаружи. Сэм и Сьюзен мило спали на заднем сиденье, не просыпаясь. Хорошо маленьким, им не нужно много места для того, чтобы чувствовать себя комфортно. Заднее сиденье автомобиля для детей было полноразмерной кроватью. Хорошо, что они уснули так крепко и не видели, как сзади к машине хромой походкой приближался кто-то, пока не смог заглянуть в заднее окно. Кейт вскрикнула, закрыв ладонью себе рот. Это был мертвяк. Он изучал салон автомобиля, посмотрев на неё и на детей. Кейт не знала, о чём ей беспокоиться больше. Джон был совсем рядом на улице. Что с ним сделает этот мертвяк? Или мертвяк сразу выломает стекло и полезет внутрь автомобиля?

— Не беспокойтесь. Они так же подчинены правилам станции, как и живущие здесь люди. — сообщил Джону вооружённый поклонник сестёр, указывая на мертвяка.

Джон упустил из виду, что его жена в это время, смотря на поднятого мертвеца, места себе находит, сидя в машине и не слыша этот разговор. Джон продолжал спокойно общаться с остановившим их патрульным, стараясь не обращать внимания на мертвяка.

— Так значит, вы решили покинуть палатки беженцев, чтобы вернуться домой? — уяснял патрульный то, что ему объяснил Джон. — Хорошо, вы можете проехать дальше. О том, как вам стоит поступать дальше, вам доведут на месте.

После этого разрешения, патрульный отошёл в сторону, махнув рукой мертвяку, и тот последовал за ним. Джон сел обратно на водительское место, не сразу обратив внимание на шоковое состояние, в котором находилась его жена.

— Всё в порядке, мы продолжаем дорогу домой. — объяснил он ей.

Кейт готова была просто разорвать его в этот момент, но сдержалась, чтобы не поднимать шум.

Сэм проснулся, когда они уже ехали по городу. Вначале он подумал, что всё ещё сипт и ему просто снится сон. Из окна на заднем сиденье он видел, как по дорогам и тротуарам разгуливают мертвяки так же, как когда-то здесь гуляли люди. Но сейчас они определённо были мёртвыми. Живых людей он тоже видел. В окружении нежити, они вели себя довольно спокойно. Родители не сразу поняли, что он уже не спит. Когда мама посмотрела назад, то увидела как Сэм молча удивлённо таращится в окно. Она пыталась представить себе тот ужас, который его охватит, когда он поймёт что происходит, но Сэм стойко держался. Он ничего не боялся, когда родители были рядом. Следом за ним проснулась и Сьюзен. Малышка тоже не стала пугаться. Как и Сэм, она не могла понять, что происходит. Вроде, кругом толпа нежити, а никто не паникует. Она поняла, что раз они спокойно продолжают ехать по дороге со скоростью пешехода, значит всё в порядке и волноваться не стоит. Нежить не проявляла никакой агрессии к людям. Но вот несколько мертвяков просто разламывали одно из зданий, пользуясь своей силой, полученной после поднятия. Кейт увидела, что это здание бывшей аптеки. Зачем мертвякам понадобилось его ломать, она не понимала. Может, им нужны фармацевтические препараты? Но ведь им говорили, что мертвяки в городе соблюдают какие-то правила, а эти почему-то занимаются вандализмом.

Они семьёй приехали домой, когда время уже было после обеда. В спальном районе, где они жили, нежити уже почти не было, было больше людей. Видимо, мёртвые и живые условно разделили территорию, на которой могут находиться, не мешая друг другу. Так что Джон с женой и детьми решились выйти из автомобиля, когда подъехали к входу дома, и быстро прошли внутрь, не задерживаясь снаружи. В квартире всё было так, как они оставили, только пробки электрощитка были выключены. Но это не испортило холодильник, о чём боялась Кейт. Кто-то вытащил из него всю еду. Но кроме этого всё остальное было на месте. Джон подумал о том, что по пути надо было попробовать заехать в какой-нибудь супермаркет, а то время скоро ужинать, а никто из них ещё даже не обедал.

— Ребята, я взял еду в вашем холодильнике, а не то бы она всё равно испортилась. — в дверях на входе в квартиру стоял Ричи. Он услышал, как его соседи вернулись, и вышел их поприветствовать. — Ну как вам отпуск? О, Сьюзи, отдохнула с родителями?

Кейт, уставшая от всего того, что произошло с ними за последнее время, не могла терпеть сейчас иронию на этот счёт, но ответила сдержанно:

— Спасибо, что не дал нашей квартире сгореть. Может, расскажешь, как тут можно достать еду, чтобы накормить детей, при этом, чтобы нас самих не съели мертвяки?

В ответ на это Ричи пригласил их всех к себе. Он недавно наварил целую кастрюлю «баланды», как он сам выразился, и она должна сойти для того, чтобы забить кишки. За столом он немного рассказал вернувшимся соседям о жизни в городе, и о том, как теперь здесь всё устроенно.

— Можете не бояться мертвяков, вас они не должны трогать. — заверил Ричи. — Они выполняют задачи армии Глубокого Котлована. Будут защищать эту территорию, если на неё влезут посторонние. Еду, и если потребуется что-то ещё, можете брать у меня. Позже вам выделят запасы провизии. У нас тут всё поровну распределяется, но если нужно, спрашивайте больше.

— Мертвяки защищают город? — недопоняла Кейт, а Сэм привёл противоречивые факты:

— Мы видели, как они ломают аптеку. Они разрушают всё, как бульдозеры.

Ричи сразу оправдал эти действия, объяснив:

— А, я понял, о чём вы говорите. Это сеть фармацевтических препаратов коллаборации Изменённого Сознания. У них там склады с наркотой. Теперь такие вещи в городе запрещены. Если нужна настоящая аптека, или потребуется полечиться — я могу сказать, куда сможете обратиться. Только там нужно будет показать, что вы живёте в Глубоком Котловане, а если у вас есть старые документы, они больше не действуют. В любом случае, это всё решается через центр занятости. Меня вот направили на свалку работать, чтобы я смог получить от них помощь. Вообще им требуется много водителей, уж не знаю для чего, но мне водить машину запрещено, поэтому я мусор сортирую. Так что Джон, у тебя есть более приятные перспективы. Ты ведь за баранкой, сколько знаю тебя. Ну да, Кейт, тебе может тоже не придётся ковыряться в мусоре, там ещё повара нужны.

— А что, свалка снова функционирует? — удивился Джон. Ведь никто не хотел, чтобы на неё продолжали свозить мусор со всей федерации.

— Да нет, свалка закрыта. — ответил Ричи. — Но работать на ней нужно. Меня, можно сказать силой заставили. Я-то сам по себе брезгливый. А когда меня притащили туда, я смотрю, мертвяки в мусоре ковыряются. Думал, что они там оружие ищут. А потом понял, что они мусор в баки складывают и вывозят. С их силищей то, что им стоит. А я полдня поработал, у меня потом до вечера всё тело болело.

— А сколько платят за работу на свалке? — поинтересовалась Кейт. — Тебе то хватает?

— Да ничего не платят, о каких деньгах можно говорить, когда апокалипсис прошёл? — ответил Риичи, который раньше считал копейки. — Здесь за работу разрешают жить. Но, если это кого-то не устраивает, никто никого не держит. У вас целая федерация есть, чтобы капитал заработать.

Для всех было понятно, что то, что происходило за периметром станции Глубокий Котлован, не могло устроить никого в большей степени, чем жизнь рядом со свалкой мусора.

Глава 20. Руна «Зерод»

— Я всё равно доберусь до неё. До неё, и до того, взял над ней верх. — причитал Сторм, сидя на своём троне в соборе Смерти Тихого Дома. — Подчинённая мне нежить, из-под земли её откопает. Дасти, дай ей понять, что чем дольше твоя сестра будет скрываться, тем хуже для неё.

Дасти, даже если бы и хотела сказать что-то Элдис, всё равно ничего не могла сделать. Она просто не знала, как можно её найти. Если она находится в подчинении, то очень сильного некроманта, а значит тем более с ней нельзя связаться. С одной стороны она понимала, что им всем на руку то, что Сторм не может подчинить себе Элдис. С другой стороны, неизвестно было, как её использует тот некромант, которому удалось это сделать.

— Ты ведь понимаешь, что я ничего ей не могу передать, пока над ней кто-то властвует. — ответила Дасти своему повелителю.

— Над ней никто не властвует. — повысил голос Сторм, как будто упрекая Дасти во лжи. — Твоя сестра всех обманывает. Ей удалось каким-то образом взломать систему. Я могу смотреть глазами людей с искусственно изменённым сознанием, которые могут за десятки километров обнаруживать «слепых» в этом мире, я могу перенимать все их знания, я направляю их по всей федерации, но я нигде не вижу Элдис. Как она могла так спрятаться?

— Орден не располагает знаниями, позволяющими скрыть свою приверженность к «слепым» от тех, кто встал на один уровень с ними. — пояснила Дасти. — Если ты не можешь её найти, значит, она покинула границы Федерации и находится за её пределами.

— Или в той её части, где люди отказались от использования своего чипа. — выдвинул предположение Сторм, основываясь на только что услышанные слова. — Я направлю всю нежить в Глубокий Котлован. Она находится там, я в этом уверен. А тот, за кого она прячется, не сможет ничего сделать. И тогда я буду повелевать Элдис.

«…Я буду повелевать Элдис». Эти слова Сторм намеренно произнёс так, чтобы их слышали все, кто находится на территории Тихого Дома, и те, кто ему уже подчинился. Все должны были принять эти слова как неизбежность. Когда орден сестёр Слепого Отца полностью покорится Сторму, он станет единственным обладателем божественного статуса. Но, на территории Тихого Дома оказался тот, на кого влияние Сторма не распространялось. Даун Грэй мыслил, можно сказать, на другой волне. Для него Сторм оставался обычным мертвяком вражеской армии, а не повелителем. И когда Грэй услышал, как и все вокруг, слова Сторма, произнесённые им со своего трона, Грэй не мог пропустить их мимо ушей. Он не переставал думать об Элдис, его не оставляла надежда увидеть её снова. Даун Грэй испытывал к этой девушке необъяснимые чувства, независимо от того, была она живой или мёртвой. Может, это не переставали действовать наложенные на него чары, но это ничего не меняло. Когда все вокруг встрепенулись, услышав зычный голос предводителя, Даун Грэй только зло нахмурился и, забыв обо всём, направился в собор Смерти.

Сторм, находясь в соборе, давно привык к тому, что ему все подчиняются беспрекословно и что у всех подавлена воля к сопротивлению. Но, когда двери зала распахнулись, и в проходе появилось это создание, способное действовать без команды предводителя, Сторм малость растерялся. Грэй уверенно шёл на него. Сторм не понимал, что происходит и дал команду: «Стой». На Грэя это не подействовало, он продолжал приближаться. Сторм повторил: «Остановись», но у него не было такой силы над волей Грэя, как над всеми остальными. Когда Грэй подошёл к трону сильно близко, в его голове раздалось сразу две команды одновременно. Команда Сторма, которую для простоты можно понять как «исчезни», прошла на том уровне, на котором должна была оказаться действенной. И Грэй бы просто аннигилировал в никуда так же, как и нежить, против которой сражался Сторм, если бы в этот же миг не была получена другая команда, пришедшая непонятно откуда. «Зерод» — именно эта команда и стала доминирующей, которая подействовала на Грэя, переместив его по временной оси в начало координат.

Где-то там, где никто не мог её найти, на станции Глубокий Котлован Элдис не могла чувствовать себя в безопасности, даже подчинив себе армию нежити Братских Земель. Она слышала, как усердно Сторм зовёт её, чтобы взять над ней верх. Но пока она создавала иллюзию своей занятости, никто не мог до неё достучаться. Кор ещё не знал, для чего она попросила найти её, и сейчас было самое время ему это объяснить. Элдис была уверенна, что силы его способностей хватит на то, чтобы исполнить её волю. Дэвид Кор, после того, как ему вернули силу, имплантировав чип, оказался единственным, кто сможет составить нужное заклинание, способное расставить все точки. Элдис говорила Дэвиду о том, что Сторм пытается установить с ней связь, и что она постоянно сопротивляется его приказам. А теперь, когда он решил прочесать в её поисках весь Глубокий Котлован, прятаться даже не было смысла. Когда его мертвяки подойдут сюда, никто не сможет оказать им сопротивление.

— Лучше бы я вообще не составляла тот лаунчер. — призналась Элдис Кору, наблюдая за его реакцией. Для него это было сложно понять, он ждал пояснений и спросил:

— И что было бы тогда?

— Да ничего бы не было. Сейчас бы спокойно лежала в склепе, забытая всеми, и никто бы меня не искал. А ты бы не смог стать некромантом, не проводил бы свои ритуалы на священных землях и не инициировал бы массовое поднятие нежити.

Такой сюжет Кора не утраивал. Он был готов поспорить с этим.

— Я бы не хотел лишиться всего, что у меня сейчас есть.

— То есть ты не хотел бы лишиться своей магии? — уточнила Элдис, не понимая его. — Но зачем она тебе, если ты не хочешь занимать место, которое занял Сторм?

— Я не про магию, и не про власть. Обойдусь без этого.

Элдис не могла понять, что он ещё мог получить от лаунчера, дающего только допуск к магическим возможностям и возможность повелевать высокоорганизованной нежитью.

— Знаешь, можно всё исправить. — сообщила она. — Не будет у тебя никакой магии. И для этого даже не придётся снова вскрывать тебе голову, чтобы вытащить из неё чип. Ты ведь помнишь, для чего я просила, чтобы ты меня нашёл?

— Чтобы я дал тебе приказ поднять нежить на Братских Землях.

— Нет. Я говорила о слове, которое может всё исправить, и о том, что мира слепых больше не будет. А ты единственный, кто может выполнить заклинание такого уровня, которое может изменить момент составления мною лаунчера и исправить ошибку нулевого дня.

Кор с сомнением воспринял это предположение.

— Я не могу в такой форме путешествовать в далекое прошлое. Тем более я не могу оказаться в том времени, в котором никогда не был.

— Есть тот, кто сделает это. Тебе просто нужно произнести заклинание. Раз, и всё. — Элдис сказала это так, будто вынуждала Кора вытащить занозу.

— Раз, и всё. — передразнил Кор. — А там уже делайте что хотите, мне будет всё равно.

— Ну а что ты предлагаешь. Дэвид, предала орден, чтобы дать сёстрам возможность избавиться от проклятия, которое они принимали за милость. И на меня тоже наложено это проклятье. А ты руководствуешься какими-то своими личными интересами, думая выполнить мою просьбу, или оставить всё по-своему. — Элдис начинала злиться, и это моментально подействовало на Кора. — Все изменённые области мира исчезнут. Останется только одна реальность, без каких-либо наложений на неё исправленных версий.

Глубоко вдохнув, как в последний раз, он высказал, пока не передумал:

— Что за заклинание я должен произнести? Я сделаю это.

Элдис подняла руку на уровень его глаз, демонстрируя свою ладонь. Она заранее написала нужную руну. В этот момент Кор пожалел, что знает этот язык и может прочесть то, что написано в сложно составленном символе.

— «Зерод», — прочитал он, и дело было сделано.

Этот приказ самостоятельно дошёл до того, для кого он был создан. Даун Грэй, приняв его, моментально переместился в далёкое прошлое за миг до того, как должен был исчезнуть в никуда. Сторм, не успевший покончить с Грэем, смотрел в пустое пространство перед собой. Он не мог понять, как этому недочеловеку удалось проделать такое. Кто-то оказал ему помощь. Но что за игры тут происходят? Сторм только понял, что столкнулся с проявлением такой силы, о которой даже не подозревал. Он посмотрел на Дасти, и снова принялся за своё:

— Я чувствую, это всё твоя сестра. Ваш орден что-то затеял. Но это ничего. Я и без неё стану полноправным обладателем мира «слепых» с безграничными степенями свободы. Она мне не помешает, действуя из-за укрытия. А я могу взять под контроль и редактировать любую изменённую область мира.

Дасти сама не понимала, каким образом Грэю удалось переместиться, оставив после себя глубокую червоточину, по характеру которой можно было судить о силе наложенного на него заклинания. Орден располагал достаточными знаниями, для создания такого заклинания, но для его реализации требовались невероятные мощности. Но эти знания не должны были оказаться доступными для того, кто обладает необходимой силой. Если к этому причастна Элдис, то что она затеяла и кто ей управляет? Дасти только надеялась, что её сестре удалось найти возможность исправить ошибку в написании скрипта лаунчера, создав его более совершенную версию. Но, казалось, уже были рассмотрены все возможные варианты внесения изменений в запущенный сценарий, и никакой скрытой вариативности обнаружено не было. Дасти понимала, что уже скоро не одна она почувствует изменения, но не знала какие. Учитывая то положение, в котором она находилась, эти изменения могли быть только к лучшему. Она вспоминала, скольких усилий стоило сохранение скрипта, написанного в этом самом соборе.

Глава 21. Сотни лет назад

Мир вокруг Грэя изменился, как только до него дошло заклинание издалека. То есть, он остался в том же самом месте, где и был, в зале собора Смерти, но вот сам собор изменился изнутри, будто с него убрали налёт времени. Трон, на котором восседал Сторм, теперь оказался пустым. Пустым, и совсем новым, будто его совсем недавно установили. Вокруг, в зале собора также были люди. То есть теперь это были живые люди, а не те мертвяки, которых Грэй привык видеть вокруг себя. Значит, заклинание переместило его в прошлое. Но насколько далеко? Грэй привык перемещаться во времени, но раньше он возвращался назад на несколько минут. Судя по всему, в этот раз он переместился на несколько столетий. Он не знал, о чём и думать в этом случае. Как же все те, кого он знает в своём настоящем. Чтобы дождаться, когда он снова кого-то встретит, ему жизни не хватит. А может он сейчас снова переместится обратно? Но, больше никаких изменений с ним не происходило. Как же он удивился, когда увидел в стороне знакомое лицо. Сестра Дасти, ставшая королевой нежити, в это время ещё была обычной королевой для тех, кто признавал её в этом качестве. Она удалялась куда-то в задние комнаты. Люди, которые согласились служить ей, суетились в соборе, решая какие-то свои важные дела. Некоторые обращались к Дасти, чтобы доложить обстановку и получить следующее распоряжение. Грэй попытался приблизиться к ней. Может, она его вспомнит и узнает? Он догнал Дасти, но его кто-то опередил, обратившись к ней:

— Моя королева, — остановил её своим обращением один из подданных, — федеральные войска штурмуют стены базы, мы не сможем удерживать оборону слишком долго.

Дасти величественно ответила, успокаивая обратившегося:

— Нам не нужно долго. Нам нужно продержаться ещё совсем немного времени. Снимите охрану с периметра базы, усильте оборону стен собора. Никто не должен войти сюда. Снаружи пусть делают что хотят.

— Но если войско войдёт на базу, оно захватит всё вооружение, и мы не сможем продолжить сопротивление.

— Я сказала, что нужно продержаться ещё совсем немного. — прикрикнула Дасти, чтобы её лучше можно было понять.

Подданный, говоривший с ней, выразил согласие с этим мнением и встал так, чтобы его все видели. Он поднял руки, привлекая к себе внимание, и начал давать команды, пока Дасти продолжила своё удаление:

— …Внимание, запереть все двери на запоры… держать оборону, что бы ни произошло… будем стоять до последнего…

Грэй проследовал за королевой. Дасти скрылась за перегородками, вышла в коридор, тянущийся за залом, по обе стороны которого были закрытые двери. Она вошла за одну из них, и Грэй, оставшись незамеченным, прошёл следом, встав под той же самой дверью. Он услышал разговор с другой стороны, поэтому помедлил, прежде чем войти в комнату и, остановившись, напряг слух. Дасти разговаривала со своей сестрой, которую в его мире никак не мог подчинить себе Сторм.

— Мне нужно ещё совсем немного времени. — говорила Элдис. — Я всё успею. Но мне нужно будет провести проверку работы скрипта.

— Они уже на базе. — предупредила Дасти. — Для нас главное, чтобы он работал. Ошибки можно будет исправить позже.

Элдис озадаченно взвесила ситуацию и приняла решение:

— Тогда я начну компиляцию. После этого работа всех изменённых элементов будет приостановлена. Кто-то нашёл способ изменить целую армию, придав ей симулированные способности. После того, как скрипт будет скомпилирован, войско, перешедшее южные границы, окажется уничтоженным.

— Что произойдёт с нашими армиями? — спросила Дасти.

— Я прикреплю их силу к ордену и произведу отсрочку действий. Запуск записанного сценария осуществится лаунчером после его активации. До этого времени все модификации будут неактивны. Я заблокировала к ним путь через земли, которые переданы под охрану братьям.

Дасти дослушала свою сестру и, удовлетворившись ответом, сообщила ей:

— Хорошо. Заканчивай. Я пока постараюсь задержать захватчиков Тихого Дома.

После этих слов она вышла обратно в коридор и направилась в зал собора. Грэй притаился за открытой наружу дверью и подождал, пока Дасти не скроется за перегородками. После этого он вошёл внутрь комнаты, в которой происходил разговор, и увидел Её. Он узнал Элдис даже со спины и даже в совершенно другой форме. Определённо она была живой, такой же живой, как и все сёстры ордена. Элдис была слишком погружена своими действиями, чтобы обращать внимание на случайного гостя. Узнает ли она его. Грэй наблюдал, как она, стоя перед компьютерными мониторами во всю стену, управляет протекающими на них процессами размашистыми жестами рук. Её окружали голографические изображения, появляющиеся и исчезающие в бешеном темпе. Грэй ни как не ожидал, что сможет увидеть в прошлом технологии будущего. На одном из мониторов на короткое время мелькнула карта федерации. Грэй только успел заметить, что эта карта значительно больше той, которую он видел в своём мире. Но сейчас ему было не до этого. Он пришёл сюда, чтобы помешать Элдис. Она, не отвлекаясь от своего занятия, сказала, не поворачиваясь:

— Что Вы здесь делаете? Вам нельзя здесь находиться.

Грэй уже собрался рассказать ей всё как есть на самом деле, но у него, вдруг, получилось только длинное: «Э-ээ». Он снова ощутил проблему с произношением.

— Я прошу не мешать мне. Мне необходимо закончить работу. — всё так же не глядя на него говорила она.

— Элдис. — прорычал Грэй.

— Что? Вы знаете моё имя? — она быстро жестикулировала руками перед собой, меняя изображение на окружающих её экранах. Это работа, требующая полной концентрации внимания, и не терпящая отвлечений.

— Ты меня.

— Нет, извините. — говорила она, стоя спиной к нему. — Если бы я Вас встречала раньше, то запомнила бы.

Грэй прошёл вглубь комнаты, чтобы встать перед ней. Теперь он видел, насколько красивая Элдис в своей истинной форме. Ради того, чтобы находиться с ней рядом, он мог отдать всё что угодно. И он должен был выполнить всё, о чём она его попросит.

— Потом. Знала. — попытался объяснить ей Грэй.

Элдис посмотрела на него только лишь потому, что он загораживал ей обзор. Она оценила его скептическим взглядом и произнесла:

— Это должно быть какая-то ошибка. Отойдите, пожалуйста, в сторону. Вы мне мешаете.

Продолжая стоять перед ней, Грэй начал махать руками и орать.

— А, я поняла. Вы специально прибыли из будущего, чтобы помешать мне. Что же, должна Вас разочаровать, работа уже закончена, и я не собираюсь ничего отменять. Так что у Вас ничего не выйдет. Но Вы можете сообщить мне, кто Вас направил, чтобы в будущем орден расквитался с Вашим повелителем.

— Ыы. Тыы.

— К сожалению, Вы ошиблись. Я не могла дать Вам такую команду. Создание лаунчера — это смысл существования всего ордена. Я не могла принять на себя такую ответственность. Но мне льстит, что кто-то использовал моё имя, пытаясь действовать своих интересах. Спасибо, в дальнейшем я буду знать о подобных методах.

— Зерод. — как можно отчётливее произнёс Грэй.

— Что? — испугалась Элдис и сразу перестала жестикулировать руками. — Нет, не повторяйте. — её охватил настоящий ужас. Она постаралась объяснить, но скорее сам себе, чем Грэю: — Эта скрытая команда прописана в скрипте, но применение данного заклинания возможно только в случае объединения фракций. Если кто-то кроме меня знает это слово, значит, дела обстоят действительно ужасно.

Грэй сделал жест рукой, означающий, что её суждения верны, но не совсем.

— Да, да, я понимаю. Орден никогда ни с кем не объединится по доброй воле. Судя по всему, в будущем он подчинился противникам. Но как такое возможно? Исходный код лаунчера специально оставили открытым, для сохранения возможности внесения в него изменений и исправления ошибок, в случае их выявления. Значит, скрипт изначально написан неверно. — Элдис замолчала, глубоко обдумывая собственные мысли, и наконец, поделилась сделанными ей выводами: — Если я отменю действие, то все отложенные процессы закроются.

Грэй попытался понять её слова. Он перефразировал их по-своему и уточнил:

— Тебя не будет?

— Меня к тому времени не будет, а нежить лишится возможности подниматься.

Грэй попытался скрыть своё разочарование, но Элдис продолжила:

— Оси пространства-времени станут стабильными, я не смогу отправить Вас обратно. — Элдис сказала с сожалением, но на Грэя это произвело противоположный эффект. Он облегчён ответил:

— Не нужно.

В главные ворота собора будто долбили тараном. Войско уже здесь. Вот-вот затвор не выдержит, и они ворвутся внутрь. Ну что там сестра так долго копошится с компилятором? Дасти создавала энергетические сингулярности, усиливающие ворота, Она едва успевала латать образующиеся трещины изменённой материей, но бесконечно это продолжаться не могло. Наконец наступил тот момент, когда очередное её заклинание не сработало. Это означало, что Элдис завершила свою работу, а значит, федеральные войска опоздали. Теперь пусть делают что хотят, лаунчер уже скомпилирован и в любом случае начнёт свою работу в нужное время. Она дала своим подданным приказ завершить сопротивление. Очередной удар по воротам снаружи вынес их напрочь. Несколько десятков военных вломились в собор, чтобы обезвредить девушку, спокойно встретившую их на входе.

— Обыскать здесь всё. — говорили они. — Здесь скрывается ещё одна.

Элдис сама вышла из задних комнат. Она оказалась последней из сестёр, задержанных федеральными властями. В отличие от остальных она одна знала, что компиляция лаунчера осталась незавершённой, но это не давало повода к сопротивлению.

— Всё в порядке, я просто уйду вместе с ними. — сказала она сопровождавшему её Грэю. В его голосе почувствовалась обречённость, когда он спросил:

— Увижу?

— Нет. Вы меня больше не увидите, и я сделала всё, чтобы обо мне никто больше ничего не услышал.

Глава 22. Когда пропадают боги

В мире, покорившемся нежити, во главе которой встал тот, кто служил Слепому Отцу только для того, чтобы стать его приемником и перенять Его могущество и власть, начало происходить то, что никто не мог объяснить. Мертвяки, вошедшие в города людей и принявшиеся там наводить свои порядки, начали обретать то своё состояние, которое им удалось избежать при помощи цифровой магии. Жители городов на станции Ториевые Залежи, которые находились в состоянии ужаса от того, что ими повелевает нечеловеческая сила, увидели, как мёртвые, поднявшиеся из своих земель, ложатся прямо на улицах, испытывая агонию в своих разлагающихся телах. Полли, против своей повелевавшая армией, которая должна была обрести покой сотни лет назад, села на колени прямо посреди молитвенного зала храма Великое Очищение Ториевых Залежей, из которого она командовала не своим войском. К ней пришло осознание того, во что она никак не могла поверить. Её возможности, веками хранившиеся на запустелых территория Братских Земель, чтобы дать ей право на новое существование в качестве одной из верховных сестёр самого могучего ордена, покидали её. И вместе с этим, она обретала свободу, которой её лишал Сторм. Его имя оказалось вписанным в скрипт без какого-либо права на это.

Белла осознала, что лишилась возможности изменять своим голосом пространство, когда воздух от её крика перестал содрогаться по всей территории станции Пластмасс. Но люди, в панике не знавшие, куда им деться, продолжали пытаться скрыться в подвалах своих домов от непонятной для них силы. Даже самые преданные поклонники сестёр Слепого Отца, которые верили, что орден обрёл силу, хранившуюся в тайне сотни лет, чтобы внести в их мир обещанный мир и порядок, не могли оправдать весь тот царящий хаос, который происходил теперь. Когда содрогания воздуха и пространства, разрушавшие материю, прекратились, люди долго продолжали сидеть в укрытии и молиться теперь уже истинному, как они считали, Слепому Отцу, у которого нет сестёр. Но, их молитвы больше ничего не стоили. «Слепые» перестали слышать обращения к ним, лишившись связи с изменённым миром и находясь в физически стабильной реальности. Белла почувствовала фантомную боль в тех частях своего тела, которых она лишилась. Боль была такой силы, которую не способна испытывать нежить. Преодолевая её, Белле нужно было как можно скорее найти для себя укрытие, пока люди не осознали, что она будет не способна оказать им сопротивление, когда они захотят уничтожить её, возможно не без применения методов дознания, которые ей теперь полагались.

Ададлада не успела дойти до столицы федерации, чтобы наводнить её улицы армией мертвяков, которую вела за собой. Она остановилась посреди простор, окружающих кладбище Иссыхания. Адалада лежала, не в силах подняться, в окружении уже обрётших свой покой мертвяков. Что-то её задержало в этой реальности, не позволив покинуть мир одновременно со всей нежитью. Повреждения, нанесённые её голове, не оставляли шанса к жизни. Её сознание в деформированном компрессионным сжатием мозгу просто не должно было существовать. Адалада понимала, что эти несколько минут подарены ей лишь для того, чтобы она успела подумать о сёстрах и об ордене, способном изменить реальность. Всё то, к чему они стремились, было лишено всякого смысла. Как это наивно было полагать, что достигнув уровня Бога, они обретут власть, которая даст им возможность создать такой мир, каким его хотел создать сам Отец. Но, люди не будут делить власть даже со Слепым Отцом. Они предпочтут замуровать своего Бога туда, откуда он никогда не выберется и где его никто не найдёт. А когда у кого-то появится возможность взять верх над всеми остальными людьми, он обязательно это сделает. Адалада больше не могла знать, что происходит с её сёстрами, но она была уверенна, что её жертва была не случайной. Её сестра, вместо которой раздавили голову ей, обязательно изменит этот мир. Адалада умерла, а её тело так и осталось лежать невредимым среди кучи гниющих трупов.

Те мертвяки, которые населили кладбище Тихий Дом, в это время сгнивали прямо на глазах, а их кости крошились в прах. Дасти наблюдала, как толпа поднятых трупов превращается в толстый слой пыли. Несколько минут назад, до того как мятежник обратился в червоточину, их тела были не рушимы. Что же произошло теперь? О нет. Дасти не предполагала, что кто-то из сестёр осмелится на этот шаг. Элдис уничтожила лаунчер, разработке которого орден посвятил своё существование. И всё из-за того, что кто-то другой оказался в более выгодном положении.

— Дасти, что происходит? — простонал Сторм со своего трона, занимая в нём привычную расслабленную позу. — Я не могу подняться с этого кресла.

— Область «слепых» разрушена. — ответила она ему. — Ты больше не сможешь управлять всем, что существовало на её платформе.

— Что? Но ведь ты сама, все твои сёстры, вся ваша сила была изменена с её помощью. Зачем вы это сделали? — Сторм даже не рассматривал такой вариант. Для него это было равносильно преднамеренному саморазрушению, и такие действия никак не подчинялись логике абсолютного сознания, стремящегося к увеличению собственной вариативности.

Дасти не знала, что ответить. Но теперь она и не была обязана это делать. В её голове крутились мысли, превращаясь во взбитую кашу. Что теперь на самом деле с ними со всеми произойдёт?

— Ты тоже превратишься в пыль, как и все эти твари? — спросил Сторм, будто залезая в её голову и указывая на зал собора, покрытый толстым слоем праха.

Дасти пыталась вспомнить содержание лаунчера. Что за плагины были на него установлены для избегания конфликта с реальностью?

— Когда буду мёртвой. — ответила она, припоминая наиболее важные правки. — Живые люди не разрушаются при прекращении работы платформы удалённых областей. — На самом деле Дасти не могла объяснить всего произошедшего даже для себя. На неё не распространялись задачи детализированного составления скрипта. Её роль в ордене была определена организацией защиты.

— А я, Дасти? — жалобно стонал Сторм, оказавшийся парализованным. — Почему я не могу двигаться?

Это был вопрос к медицине. Слишком сильные повреждения, полученные организмом Сторма во время его сражений, не могли пройти бесследно. Но это не помешало его сознанию обрести ту форму, которую деинсталлятор воспринял за живой разум. Встретившая его в таком положении реальность, оказалась к нему крайне недружелюбной.

Фургон, двигавшийся по пересечённой местности, остановился перед территорией, на которой оказались сотни разлагающихся трупом. Из него вышли люди в деловых костюмах. На их запонках можно было рассмотреть заглавные буквы «ВМ». Пробираясь через тела усопших, они почти не замечали трупный запах, к которому были привыкшими. Им была поставлена определённая задача, выполнение которой могло вызвать неоднозначное мнение. Найти труп женщины в чёрной тканевой маске с капюшоном. Посвящённые прекрасно знали, кто она такая. Большинство признавало в ней одну из ведьм, призвавшей апокалипсис для истребления тех, кто откажется преклониться перед мёртвыми. Но люди с буквами «ВМ» на запонках подняли её труп с должным почтением и бережно перенесли его к фургону. В кузове уже лежал приготовленный гроб, в который служители и положили тело Адалады. Когда дело было сделано, катафалк тронулся с этого места в сторону, противоположную той, в которой находилось кладбище Иссыхания. Для сестры Адалады инквизиторская церковь приготовила более почётное место.

Не для всех людей события, едва не ставшие решающими их жизни, стали самыми важными за это время. Многих пользователей имплантируемого чипа гораздо сильнее беспокоило то, что приобретённый ими продукт просто перестал работать и отвечать на любые запросы. В адрес разработчиков посыпались жалобы и даже угрозы. Никакой техподдержки по обеспечению работы устройства не осуществлялось. Уже никто не думал о том, что использование платформы, поддерживающей работу чипа, раньше приводило к фатальным последствиям. Можно сказать, что людям сильно повезло, что кубитовые имплантаты просто перестали работать и всё, и что от этого никто не умирал. Но недовольству пользователей не было предела. Коллаборация ИС обещала в ближайшее время устранить все неисправности, не вдаваясь в подробности вызванной ошибки. Её представители и специалисты по связям с общественностью пытались объяснить что-то то про новое тестируемое оборудование, то про вносимые модификации и патчи в работу обновляемого устройства. Но дело стояло на месте, и все эти объяснения лишь сотрясали воздух, фигурально выражаясь. На самом деле управление НИИ метакибернетики могло только развести руками. Программисты не могли понять, из-за чего вылетела вся система. Поиск решения этой проблемы не давал результатов. Даже кубитовый код отказывался признавать, что удалённой области больше не существует. При работе над ошибкой, разработчики снова и снова читали одно и то же системное сообщение, о том, что сервер не обнаружен в связи с изменением места своего расположения в домене, или изменён путь его обнаружения. Но никто не собирался сдаваться. Правительственное научное объединение уже готово было оказать помощь коллегам, взяв их под свой контроль и сосредоточив в этом направлении общие усилия.

Глава 23. Коротко о главном

Элдис и Дэвид Кор сидели вдвоём возле въезда на свалку на старой покрышке, которую не довезли до места сброса мусора. Под ногами протекал ручеёк, вытекающий из замусоренной территории. Элдис уже не носила одежду своей эпохи. Теперь, когда она не могла оставаться незамеченной при помощи своих способностей, ей приходилось одеваться более современно, чтобы не выделяться. Сейчас, когда она сидела в брюках и футболке, никто бы и не догадался о том, кто она такая на самом деле. Кор неловко обратился к Элдис:

— Знаешь, всегда хотел узнать… — она напрягла своё внимание к нему. — А как ты умерла?

Элдис отвела глаза в сторону, вспоминая давно прошедшие события и начала рассказывать:

— Когда правительственные силы задержали всех сестёр ордена, то передали их инквизиторской церкви тех времён. Нас замуровали в стене, о которой никто не должен был знать, где она находится. Я умерла от истощения. Как и все остальные. Позже, когда все события связанные с орденом сестёр Слепого Отца забылись, объявился какой-то поклонник ордена, который каким-то образом нашёл эту самую стену и перезахоронил замурованных сестёр в склеп, возведённый рядом с этим местом. В некоторых данных говорится, что орден призвал его из другого измерения перед тем, как перестал существовать. Позже в склеп начали подзахоранивать тех, кто считал себя последователями сестёр Слепого Отца и хотел воскреснуть вместе с ними в назначенное время. А потом вокруг этого места стали хоронить всех в подряд для того, чтобы мертвяки, в случае своего поднятия, охраняли склеп и не позволили сёстрам выйти из него.

— Ого. И ты всё это помнишь? — сочувственно спросил у неё Кор. — Даже не представляю, что тебе пришлось пере… — он одумался, произнося последнее слово.

Элдис продолжила, без всякого разочарования, будто это всё было не оней:

— Нет, конечно же. Карл предоставил мне доступ к скрытым библиотекам, чтобы я перевела для него некоторые документы.

— Что? Ушам не верю. Ты общаешься с этим насмешником.

Элдис ответила Кору доброжелательно, стараясь показать своим тоном, что она не потерпит таких возмущений:

— Да ну брось. Ты относишься к нему слишком предвзято. Сейчас церковь уже не действует, и он простой библиотекарь, занятый хранением и изучением законсервированных архивов. Кроме того, я помогла ему перенести на современные процессорные системы всю информацию о процивилизации, хранившуюся на древних компьютерах.

Серьёзно? А кто же занимается созданием и поддержанием морально-этических норм, если государственной церкви больше нет?

— У них там, в федерации, теперь Великое Очищение — государственная религия. Но она полностью поддерживает коллаборацию Изменённой Физики.

— Что? — удивился Кор новому необычному названию. — Это ещё что такое?

— Стив Трудовой объединил под своё начало все институты, занятые поиском возможности создать новую платформу, на базе которой будет возможно оцифровать реальность. — когда Элдис поделилась этой новостью, то заметила, что на лице Кора отобразилось возмущение. — Не волнуйся ты так. — успокоила она. — Ты бы слышал их доклады. Настоящая умора. Они на самом деле всё ещё думают, что где-то во вселенной есть удалённая область, в которой находится Бог. Так что Глубокий Котлован быстрее избавится от мусорной свалки, чем они создадут технологии, в действительности способные изменить мир.

Кор оглянулся назад, уда, где за их спинами находилась свалка, в которую когда-то свозился мусор со всей федерации. Сотни людей сейчас сортировали отходы на бумагу, металл, композиты и другие материалы, чтобы в дальнейшем утилизировать их или отправить на переработку. На свалке, среди мусора, было всё необходимое для того, чтобы открыть производство чего угодно из вторсырья. Но этим нужно было заниматься, а работы было немерено. Но люди на свалке усердно работали за право жить в этом небольшом автономном государстве, свободном от капиталистического строя федерации, на которое не распространялись нормы производства, и которое оказалось изолированным от научного прогресса. Кор иронично заметил:

— Каких-то пару сотен лет, и в моём королевстве будет полный порядок. И тогда на этой земле, когда она освободится от мусора, будут посажены первые сады и огороды, а тем, где вырастет трава, смогут пастись стада животных.

— Раньше примерно так всё и было. Здесь очень плодородные земли, но в какой-то момент стали никому не нужны. — вспомнила Элдис картины из своей эпохи.

— А что с твоими сёстрами? Они всё ещё злятся на тебя?

Элдис не любила говорить об этом, но с Кором она могла поделиться:

— Да, они расстроены, что лишились своих способностей, но объединяться снова, чтобы создать всё заново, никто не хочет. Видимо, их всё-таки утраивает обычная человеческая жизнь. Полли работает в социальном центре аналитического прогнозирования, а Белла на предприятии, занимающемся разработкой технологичного протезирования. Правда они сменили имена, и никто ничего не знает об их прошлой жизни. Дасти так и осталась на базе Тихий Дом. Никто не знает, что происходит внутри, но он по-прежнему охраняется частными силовыми структурами. Знаю только, что Сторм находится там же в парализованном состоянии, и врачи мед центра Тихого Дома не могут ему помочь.

— А что с тем учёным, который отвозил меня на операцию? — продолжал интересоваться Кор.

— А, ты про Левона? У него своя частная кампания, занимающаяся разработкой энергетических систем под заказ. Жаль, что они с Адаладой не смогли познакомиться. Она у нас хорошо разбиралась в квантовой динамике, смогла бы подсказать, как наиболее эффективно извлечь энергию из синтеза ядер. Кстати, Липшиц мне сказал, что пытался опровергнуть мнение о том, что сёстры ордена оказались ведьмами, но инквизиция больше не существует, и её мнение никому не интересно. Он каким-то образом догадался, что орден был силой подчинён демону, в войне с которым потерпел поражение. Но, с его подачи, Адаладу похоронили в саркофаге в федеральном храме ВО, присвоив ей статус великомученицы. А инквизиция была переорганизована в службу государственного контроля правопорядка. С той аппаратурой, которой она располагает, ни одно преступление не проходит незамеченным.

Кор продолжал задумчиво сидеть, и наконец, поделился своими мыслями:

— Я вот так и не могу понять. Если удалённой области пространства не существует, то откуда вообще взялся этот Слепой Отец и что с ним стало?

Элдис смотрела на ядовитый ручей, вытекающий со стороны мусорной свалки, потом посмотрела в сторону самой свалки, ощутив, насколько неприятный запах тянется с той стороны, к которому уже все давно привыкли и, глядя на Кора со сдержанной улыбкой, решила промолчать, мол «на глупые вопросы не отвечаю».

Кор внезапно навострил внимание. Он услышал на дороге шум машин. Целая колонна оранжевых грузовиков коммунальной службы ехала в сторону свалки. Он выбежал на дорогу, чтобы понять, что происходит, перекрыв движение. Мусоровоз, ехавший первым, остановился, а за ним и все остальные машины. Из кабины с пассажирского сиденья вышел человек в респираторе и в плотном капюшоне на голове, которые одевают федералы, когда находятся на станции обслуживания.

— Что происходит? — возмутился Кор на федерала. — Вы незаконно находитесь на территории, получившей значение резервации. Пересечение границ Глубокого Котлована возможно только при получении разрешения от администрации местного самоуправления. Свалка мусора на территории запрещена, везите свои отходы обратно в федерацию.

Вышедший человек снял респиратор, который закрывал всё его лицо, и Кор увидел, что это один из его бывших подчинённых. Том почтительно кивнул ему и подошёл к Элдис, которая уже тоже шла навстречу.

— Госпожа, — обратился к ней Том, — согласно арендному договору, властями федерации в Ваше распоряжение переданы единицы спецтехники, в числе которой самосвалы, экскаваторы, бульдозеры и кузовные грузовики, оборудованные измельчителями, в обмен за предоставление сырьевой продукции, добытой при ликвидации мусорной свалки.

— Проезжайте на территорию. Часть продукции уже готова к отправке и будет вывезена в ближайшее время.

Том запрыгнул на своё место в кабине, и колонна продолжила движение. В конце ехал автобус, чтобы увезти обратно водителей, когда они оставят свои машины на свалке. Кор снова остался один на один с Элдис и непонимающе спросил:

— Как тебе всё это удаётся? Я имею в виду управлять людьми, лишившись своих магических возможностей.

— Не забывай, что я занималась финальной стадией разработки лаунчера. Больше я тебе сказать ничего не могу. — Элдис произнесла это наигранно серьёзным видом. На самом деле лаунчер, попав во временную петлю, так и не был создан, и его работа больше никак не могла сказываться ни на Элдис, ни на ком-то ещё. Но другого объяснения бывший некромант просто не смог бы понять.

Конец.

Примечания

1

Согласно анализу ОПК суммарное количество вышедших на митинг людей на всех станциях было около ста.

2

В рубрике были выложены фотографии митингующих возле выставленных ими палаток. В действительности фактов ночёвок на месте проведения митингов зафиксировано не было.

3

Результаты работы по воскрешению сестры Дасти применением метода расширения структуры сознания покойной были предоставлены храмом Великое Очищения. В последствии, этот факт был опровергнут церковью Вечных Мук, а служителям храма были обвинены в приписании себе воскрешение сестры Слепого Отца.

Content

Мэд Ригби
Федерация Нежити

I. Законы, которые мы не можем нарушить

Глава 1. Побег из склепа

Глава 2. Как нарушить законы физики

Глава 3. Научно-религиозный конклав

Глава 4. Специальный сотрудник

Глава 5. Сделка с заказчиком

Глава 6. Кладбище Иссыхания

Глава 7. Слежка за призывателем

Глава 8. Перезагрузка Вселенной

Глава 9. Церковь Вечных Мук

Глава 10. Против времени

Глава 11. Миссионеры Слепого Отца

Глава 12. Станция Глубокий Котлован

Глава 13. Храм Великого Очищения

Глава 14. Не Его сестра

Глава 15. Контроль церковью

Глава 16. Синдром Дауна Грэя

Глава 17. Лаборатория биохакинга

Глава 18. Революция без правил

Глава 19. Новые возможности

Глава 20. Обвал на инквизицию

Глава 21. Забастовки на станциях

Глава 22. Голос народа

Глава 23. Новые договора

Глава 24. Запрещённая религия

Глава 25. Митинг в поддержку Лютера Сая

Глава 26. Лицо в газетах

Глава 27. Свобода слова

Глава 28. Храмовый допрос

Глава 29. Запах на дороге

Глава 30. Древние архивы

Глава 31. Пожар на заводе полимеров

Глава 32. Свалка мусора запрещена

Глава 33. Епитимия в храме

Глава 34. Разговор, которого не было

Глава 35. Схема «48»

Глава 36. Последнее слово

II. Миром правит смерть

Глава 1. Колонна катафалков

Глава 2. Поклонение мощам

Глава 3. Атака на северном направлении

Глава 4. Молитва грешника

Глава 5. Только во сне

Глава 6. Ритуал

Глава 7. Всё по-настоящему

Глава 8. Суперспособность

Глава 9. Южные Кресты

Глава 10. «Рихт-Раут»

Глава 11. Их имена

Глава 12. Реклама Бога

Глава 13. Канун новой эры

Глава 14. Наденьте маску

Глава 15. Обед с мертвецом

Глава 16. Служи мне

Глава 17. Сюрприз из могилы

Глава 18. «Весёлый пехотинец»

Глава 19. Ожившая кукла

Глава 20. Зона бедствия

Глава 21. Мы так похожи

Глава 22. Удар с тыла

Глава 23. Руна «Рихт»

Глава 24. Тихий Дом

Глава 25. Неправительственная коллаборация

Глава 26. Армия капитана Сторма

Глава 27. Новости с Восточного фронта

Глава 28. Суицид на операционном столе

Глава 29. Оружие Федерации

Глава 30. Покаяние некроманта

III. Каждый может быть богом

Глава 1. Приказы не отменяются

Глава 2. Собор Смерти

Глава 3. Площадь Артиллерийского Вооружения

Глава 4. Мы уйдём

Глава 5. Утилита для мобильных устройств

Глава 6. Соглашение во Дворце культуры

Глава 7. Слова ободрения

Глава 8. Палатки беженцев

Глава 9. Всё по правилам

Глава 10. Как это работает

Глава 11. Проповедь по СМИ

Глава 12. Лучший щит

Глава 13. Новый бог

Глава 14. Головная боль

Глава 15. Ещё больше нежити

Глава 16. Каждый может стать богом

Глава 17. Прикажи мне

Глава 18. Никому не нужные

Глава 19. Жизнь рядом с мусорной свалкой

Глава 20. Руна «Зерод»

Глава 21. Сотни лет назад

Глава 22. Когда пропадают боги

Глава 23. Коротко о главном

Примечания