Шторк Давид

Белая Лиана

Драконы Чарынского каньона. Книга 1. Лекарь [publisher: SelfPub]

Драконы Чарынского каньона

Книга 1

Лекарь

Пролог

Над мегаполисом стояла глубокая, безлунная ночь. Ночь перед рассветом особенно темна, словно ожидая первых лучей света, природа погружается во мрак, как дельфин ныряет в море. После прошедшего осеннего дождя, дымка смога, которая обычно скрывала от глаз жителей города звезды, рассеялась, и сейчас в темноте безлунной ночи звезды казались больше и ярче.

Бледный, едва дышащий, почти безжизненный человек лежал на старом матраце, укутанный в не менее старое одеяло. В его комнате из-за высокой влажности стены покрылись плесенью, потолок и углы отсырели, краска на полу почти вся облупилась, а перегоревшая лампочка одиноко свисала на куске провода. В комнате кроме матраца на голом полу, одиноко стоял небольшой столик с большим блокнотом и карандашом, да кувшин холодной воды, стоящий у изголовья этого дурно пахнущего куска материи. Из комнаты выходили две двери – одна в коридор общежития, другая в душевую. Очередное временное жилище среди трущоб мегаполиса. Парню, который, если судить по внешнему виду, борется со смертью каждую секунду, большего и не требовалось.

Полуторамиллионный город в верхней своей части радовал глаз красивыми колоритными красивыми зданиями из стекла и бетона на фоне белоснежных гор, красуясь широкими улицами, каждое лето украшенными разнообразием цветов и декоративных растений. Здесь город стыдливо прикрывал районы трущоб, словно стыдясь и не желая вспоминать об их существовании. Трущобы нижней части города вбирали в себя всех, кто не смог «пробиться», не смог заработать себе на просторную квартиру или дом, тех, кто вынужден ютиться в крошечных комнатках старых общежитий и домов, которые власти постепенно списывали под снос. Сюда же поступал приток новых приезжающих в город на заработки из деревень и маленьких городов страны, у кого не было денег для аренды квартир в верхней части города, где воздух был более свежим, а дома и квартиры – просторнее.

Это утро выдалось особенно тяжелым. Язвы разъедали Лекаря снаружи, а опухоли внутри. Организм активно убивал их клетку за клеткой, заменяя больные ткани, на здоровые, сплетая заново нервы, растворяя на биоматериал все, что кажется мудрому организму непотребным. Обычный человек, окажись он в таком же состоянии, попрощался бы с жизнью минут через тридцать, но Лекарь не относился к категории «обычных». Он твердо намеревался не только не умереть, но и выздороветь в ближайшие сроки. По крайней мере, это была последняя мысль, которая мелькнула в сознании, перед тем как парень потерял сознание. Бред продолжался уже больше суток.

Лекарь не в силах был подняться. Обычно одну опухоль на терминальной стадии^1, которую Лекарь забирал у немощных из диспансера, его организм бесследно убивал за пару дней. Но в предыдущую ночь он перестарался и теперь, скорее всего, проведет неделю без движения. А продолжить свой нелегкий труд, он сможет не раньше, чем через две недели.

Парень понимал, что две недели, в которые его тело будет бороться с болезнью, немалый срок… Сколько же людей умрет за пару недель? Скольких Лекарь не сумеет спасти, сколько людей не получит свой спасительный «второй шанс»?

Парень не знал, но чувствовал сильнейшие угрызения совести за них. Совесть будто еще одна раковая опухоль, постепенно лишала его жизненных сил. Молодой человек еще не мог разобраться, что из этих угрызений исходит от совести, призванной сохранять жизнь человека и продлевать дни его благоденствия, а что идет от болезненного синдрома спасителя, который также поселился в его мозгу.

«Интересно, как мой организм распознает, что нужно, а что пришедшая извне болезнь?» – в полубессознательном состоянии рассуждал измученный парень.

Можно было бы предположить, что когда-то его тело взяло основу, будто художник – трафарет, и теперь красит все по нему. Но тогда сам Лекарь бы не старел, а это было не так; тогда и шрамы рассасывались бы вместе со всем, что тоже не соответствовало действительности. К сожалению, шрамы на его теле, пусть и небольшие, но все же появлялись после каждой излеченной язвы.

Не воспримет ли его измененное тело совесть как очередной пагубный элемент, не уничтожит ли ее, «зачесав под одну гребенку» со всеми заразами, копошащимися сейчас в его теле? Может быть, это было бы даже к лучшему, больше никаких страданий, только холодные, расчетливые действия, выполнение своей миссии независимо от внутренних конфликтов. Однако Лекарь точно знал, что его совесть неподвластна телу, она из другой плоскости. И она останется с ним навсегда.

– Забавно – слабо прохрипел в пустоту Лекарь, вперившись в потолок невидящим взглядом – чем больше делаешь, тем меньше, кажется, сделал.

Мысли вязкие, как густая патока, пробивались сквозь странные образы бреда и отдавались резью в висках, стучащих в такт ударов сердца, и во всем воспаленном мозгу.

Он попытался вспомнить хронологию вчерашней ночи. Все ли учел? Не допустил ли ошибки, которая в нынешнем положении вещей может оказаться критической? Если кто- нибудь узнает, что именно он проник в закрытую охраняемую зону под покровом ночи и вышел оттуда на своих двоих – дело приобретет очень плохой оборот. А за раскрытием его личности последует незамедлительное определение адреса, но это будет меньшая из бед.

Голова на секунду приподнялась в сильном напряжении и тут же безвольно упала обратно. Сейчас рано, все силы нужно направить на скорейшее выздоровление. Через пару дней сознание вернется полностью и уж тогда оно все разложит по полочкам.

Мысли о том, что рак убьет его, у Лекаря не возникало. Конечно, в таком тяжелом состоянии, он был лишь однажды. Тогда ходить он смог через неделю, а для полного восстановления понадобилось около полумесяца. Обычно, когда лечение проходит по плану, то Лекарь может даже бегать, хотя и с трудом, через два дня. Но не в этот раз. И даже тот факт, что сейчас он находится на грани смерти, не угнетал, а скорее укреплял уверенность парня в своем выздоровлении.

– Ничего, совсем скоро я пойду на поправку – едва слышно прошептал Лекарь – а когда встану, опять пойду искать тех, кто нуждается в лечении, не доступном врачам. Тех, кто нуждается в Чуде. И он дождется меня! Обязательно дождется!

Маска, напоминающая клюв белой птицы, валялась рядом с кувшином. Интересный конечно выбор, он бы мог назвать его даже вычурным, если бы не практическое предназначение маски. Если бы ее не было – валятся ему прямо там, в коридорах клиники, с пузырящимися от влажных гангрен щеками. А благодаря травам и порошкам, которыми был изнутри забит «клюв» маски, у него хватило сил доползти до укрытия. К тому же, с этой маской даже самый современный детектор распознавания лиц, коим в современном мире может хватить даже куска подбородка, чтобы в точности воспроизвести все лицо, не сможет сгенерировать ни кусочка его измученной физиономии, изрезанной шрамами убитых болезней как спина раба на средневековых галерах изрезана кнутом надсмотрщика.

Через бред, сковывающий сознание, проникла одна разумная мысль. И тут же угасла. Лекарь снова напрягся, пытаясь поймать ее за хвост. Успех…

Он не переставал удивляться скорости своего восстановления, еще час назад парень не мог понять кто он такой, жив ли он? А сейчас, пусть и нечеловеческим усилием воли, но все же вспомнил, что в клюве маски должно быть то, что ускорит выздоровление. Сквозь пелену в глазах от нестерпимой боли он видел краешек крошечного пакетика. Тункап – подарок друзей на прощание. Мощный порошок-психоделик, который вызывает галлюцинации у обычного человека, но для разума и тела Лекаря он был что-то вроде ускорителя. Конечно, его будет жестоко ломать минимум восемь часов действия препарата и после этого еще столько же, зато время восстановления организма уменьшится как минимум вдвое.

Правда, кое-что Лекарь не учел. Для того чтобы проглотить порошок, крошечный пакетик из быстрорастворимого натурального волокна, мало решимости страдать шестнадцать часов, надо еще дотянутся до маски, выудить маленькую белую гадость и проглотить, запив водой для уверенности.

На попытку встать, тело протестующее заскрипело. Радовало, что не нужно переворачиваться – волей случая, Лекарь и так лежал на боку, лицом к маске. Расстояние вытянутой руки казалось ему невозможно большим, наверное, такой же видит бескрайнюю пустыню путник, делая первые шаги по горячему песку.

Лекарь набрал воздуха в легкие. С хрипом выдохнул, одновременно вытягивая правую руку, которая раньше покоилась, прижатой к груди. Сначала парню показалось, что рука внезапно увеличилась в весе и стала весить не меньше полутоны, затем тяжесть прошла, ее место заняла жгучая боль, зародившая на кончиках пальцев, и пронзившая все тело раскаленными иглами.

Очнувшись через неопределенный промежуток времени, может час, может день, Лекарь почувствовал тыльной стороной руки прикосновение хрусткой, сушеной травы, спрессованной внутри маски. Пакетик тункапа лежал точно между пальцев. Боясь снова отключится, он медленно сжал его между пальцами и рывком поднес ко рту. Теряя сознание в очередном приступе боли, ему все- таки удалось улыбнуться кривой улыбкой мертвеца, смакуя ощущение, как маленький пакетик скользит по глотке вниз. Запивать сил не было, пусть растворяется так. В следующий раз он очнется нескоро. Надеясь на то, что следующие восемь- десять часов просто выпадут из его памяти, Лекарь отключился.

Глава 1

Сегодня утро для Виктора началось как обычно с сигареты и большой кружки горячего кофе. По утрам, едва открыв глаза, он брал сигарету в зубы и блаженно закуривал, медленно возвращаясь из царства сна к реальной жизни. Жизнь казалась бы полным совершенством, если бы не кашель, который особенно сильно раздражал по утрам. Но даже кашель сегодня не испортил блаженство неспешности утреннего подъема.

В последнее время Виктор не торопился на работу как прежде, когда работал следователем в отделе по расследованию особо опасных преступлений, и имел над собой много начальников. Недавно, уволившись из сыскного отдела, следователь открыл собственное частное агентство. Поэтому факт, что не нужно бежать на работу ровно к восьми часам все еще доставлял ему наслаждение. Выкурив сигарету, мужчина потянулся и пошел умываться.

Виктор был подтянутым мужчиной лет за тридцать, спортивного сложения, без лишнего веса следящий за тем, чтобы всегда оставаться в форме. Вечерами он занимался в спортзале также, как много лет, пока работал на государство. Врачи и тренер постоянно напоминали о вреде курения, мужчина понимал, что они правы, и не раз пытался бросить, но старая привычка держалась прочно.

В его жизни все подчинялось распорядку, любые новшества Виктор принимал «в штыки». Мужчина не сразу привыкал к изменениям, но привыкнув, прочно «вписывал» новые привычки в старый образ жизни. Однажды привыкнув к сигарете, он не мог ее оставить без очень весомых причин. Открыть частное агентство было для него почти подвигом, и он не рискнул бы сделать это, если бы не был уверен, что всегда будет «завален» работой. Количество раскрытых дел было в его случае настолько велико, что даже в толпе других следователей, он выделялся и никогда не сидел без работы.

В офис частный детектив пришел в двадцать пять минут десятого. Он вошел с прохладной улицы в тепло офиса и опять закашлялся.

«Надо сходить к врачу – подумал детектив – зима еще не началась, а я уже простыл! И никак не получается снять кашель! Достал уже!»

Отдышавшись после приступа кашля, мужчина сел на свое кресло, расслабился, включил компьютер, и вновь потянулся за сигаретой, но в этот миг раздался телефонный звонок.

– Сыскное агентство «Хипеш» – сообщил он, подняв трубку и сердясь на секретаршу, которая еще не пришла на работу.

– Здравствуйте! Вы – детектив Макицкий?

– Да, это я.

– Мне необходимо встретиться с Вами лично. Мое дело строго конфиденциально – послышался в трубке довольно резкий женский голос.

– Хорошо, Вы можете прийти ко мне в офис, и мы поговорим – Виктор сообщил адрес и спросил возможную клиентку, когда та сможет прибыть на место.

– Дорога займет не более получаса – сообщил голос.

Положив трубку, детектив продолжил начатое – поднес огонь зажигалки к сигарете и с наслаждением затянулся. Дела в агентстве шли неплохо.

«Вот только Лариса опаздывает, разбаловалась, нужно сделать замечание» – сделал себе заметку детектив.

По договоренности секретарша должна была приходить без четверти десять, а шеф, то есть он – к десяти, когда кофе уже будет сваренным. А сегодня приходилось начинать рабочий день без удивительно вкусной чашки Ларисиного кофе. Виктор не мог объяснить почему, когда кофе варил он, из тех же ингредиентов, напиток получался другим, не таким ароматным, но Лариса не раскрывала свою тайну.

Взглянув на часы, детектив понял, что сердился рано – была только половина десятого, нужно было просто подождать Ларису, разгребая вчерашний завал бумаг. Сегодня нужно было составить отчет по двум законченным делам. Хорошо, что отчитываться приходится только один раз – перед заказчиком, нет необходимости писать отчеты для руководства как раньше.

Но судьба приготовила ему неприятный сюрприз, кофе Виктор не успел выпить – посетительница появилась ровно в десять, через пять минут после прихода секретарши, которая немного задержалась, как это нередко с ней случалось.

В дверях появилась высокая худая дама, плоская, в черном строгом платье и черных туфлях, темные волосы были стянуты на затылке в тугой узел. Несмотря на строгость облика, все в посетительнице выдавало лоск и высокую цену: прическа, одежда, обувь, макияж – каждая мелочь сообщала миру о высоком статусе дамы.

Женщина держалась неестественно ровно, словно у нее вместо гибкого позвоночника был вставлен лом, все прямые линии тела казались в ней натянутыми. Лицо соответствовало стану – тонкий, острый нос, почти незаметные губы и узкие, чуть раскосые глаза. После беглого взгляда на эту женщину, казалось, что зрачки тоже должны быть вертикальными и узкими, но зрачки были круглыми, почти черными и это как- то не гармонировало с ее обликом, хотя на общем фоне терялось.

– Здравствуйте! – голос женщины звучал режуще.

– Проходите, пожалуйста, присаживайтесь! – пригласила посетительницу секретарша.

Лариса казалась вызовом на фоне строгой дамы. Девятнадцатилетняя девушка, очень женственная, девяносто- шестьдесят – девяносто. Она была на пятнадцать лет моложе своего работодателя, любительница поболтать и пококетничать. Несмотря на требование шефа носить строгую одежду, она носила яркие костюмы, была выкрашена в блондинку, носила крупные украшения, делала яркий макияж. Требование шефа девушка исполнила, на ней всегда был костюм, но про цвет шеф ничего не сказал, и про украшения тоже, и потому она проявила в этом месте свою творческую натуру.

Несмотря на требование частного детектива к строгости, в офисном помещении с ее «легкой руки» на полках и ее столе стояли различные статуэтки и украшения, но их было не много. Лариса понимала, что стоит ей поставить еще хотя бы одну вещь, шеф заставит убрать все. На стенах также с момента прихода Ларисы в офис, появились парочка безделушек в виде коричневого с черным «ловца снов» и пары строгих современных украшений из тонкой проволоки и небольших красивых спилов дерева, которые она купила на любимых ею выставке- продаже изделий ручной работы.

Виктор молча терпел изменения в офисе, но следил, чтобы Лариса не «перестаралась». Внешний вид офиса полностью отражал их отношения. Детектив и секретарша «ходили по грани». Она нередко проходила по грани увольнения, допуская вольности, Виктор терпел, замечая, что ее присутствие не позволяет ему совершенно оторваться от красоты окружающего мира и от некоторой прелести вольностей, но время от времени он думал, не заменить ли секретаршу? Несмотря на сложности, обоим казалось, что их сотрудничество окажется долгим и плодотворным. Лариса в тайных уголках души таила надежду, что «пробьет» строгую защиту шефа и «приручит» его. Она была одинокой девушкой, он – одинокий мужчина. Между ними была одна серьезная разница – Лариса искала жениха, ее шеф – преступников. Но девушка не теряла надежду, что когда-нибудь детектив ее заметит, хотя бы потому, что видит каждый день и нередко бросает взгляды на ее пышную грудь.

Посетительница прошла и опустилась на мягкий стул у стола Виктора, продолжая держать спину напряженно и неестественно ровно опустив руки на колени.

– Я бы хотела поговорить с Вами с глазу на глаз – обратилась она к Виктору.

– Лариса, ты не хочешь прогуляться до магазина? – поинтересовался Виктор у секретарши.

– Хорошо, шеф, я быстро – откликнулась девушка, отходя от кофеварки и направляясь к выходу.

– Не торопись. У меня приватная беседа – бросил он вслед уходящей Ларисе.

– Хорошо, шеф, тогда я зайду в химчистку, заберу Ваш костюм.

– Ну, вот и хорошо! – согласился детектив.

Как только за девушкой закрылась дверь, посетительница начала рассказывать. Она нервничала, но пыталась скрыть нервозность.

«Собирается врать или что-то хочет скрыть? – подумал Виктор, наблюдая за женщиной – нужно проследить».

– Меня зовут Нонна Маратовна. Я работаю администратором в онкологической клинике – начала она – наш главный врач настоял на том, чтобы мы наняли Вас… В последнее время у нас стали происходить странные вещи – время от времени кто- то приходит ночью в «тяжелое» отделение и проводит манипуляции над больными.

– После этих манипуляций случались смерти? – поинтересовался детектив.

– Нет, напротив! У больных после посещения странного человека, обычно наступает ремиссия.

– Но разве не этого добиваются врачи своим лечением?! – удивился мужчина – вы должны радоваться появлению такого гостя!

– Но этот человек обещает больным полное выздоровление, то есть «исцеление» как он говорит и через два – три дня даже самые недоверчивые пациенты уходят из клиники. Уже два отделения нашей больницы на данный момент пусты. Сначала мы пытались разобраться сами, но после последнего посещения решили обратиться за помощью. Дело в том, что среди пациентов пошел слух о «Лекаре» как они его называют, и люди не торопятся проходить наше стандартное лечение. Но мы не верим, что этот шарлатан может полностью излечить безнадежных больных одним прикосновением! Все наши специалисты уверены, что пациенты скоро снова попадут к нам, но только для того, чтобы умереть! И мы не хотим отвечать за всяких шарлатанов своей репутацией!

– Понятно – ответил Виктор и начал записывать – что Вам известно об этом странном посетителе?

– Практически ничего! – вздохнула женщина – иначе мы не стали бы нанимать вас, а справились бы силами нашей охраны.

– Но как? Разве в клинике нет камер? – детектив был удивлен.

– Камеры есть везде. Но перед его появлением кто- то проникает в нашу систему и отключает все камеры, вернее кто- то ставит вместо них записи недельной давности и охранник даже не подозревает, что видит не реальные события, а запись. Мы наняли высококлассных специалистов, чтобы они отследили, кто и как взломал нашу систему, но пока тоже безрезультатно!

– Как Вы думаете, почему ваш посетитель приходит несколько раз в одно и то же место, хотя мог бы вылечить всех за один раз и скрыться навсегда?

– Мы не знаем. Но предполагаем, что у него есть некий «резерв» то ли препарата, то ли возможностей… но в любом случае, это не небожитель с неограниченными возможностями. Но с этим Лекарем явно что-то не так! Он лечит, вскрывает железные замки любой сложности, без единой царапины; и взламывает компьютерную систему, обходит охранников, патрулирующих коридоры, да так, что никто из них ничего не видит!…. Супермен какой- то!.... – женщина оглянулась и почти прошипела с нескрываемой злостью – …ш-ш-шарлатан!!!

– Или у вас работает группа… преступников – задумчиво добавил детектив – Когда в последний раз появлялся ваш посетитель?

– В последний раз он появился на прошлой неделе в отделении интенсивной терапии.

– Почему же Вы только сейчас пришли? – удивился Виктор.

– Мы пытались найти его своими силами.

– Могу я осмотреть место… – Виктор хотел сказать «преступления», но на мгновение задумался и произнес – …происшествия?

– Да, конечно. Отделение закрыто, чтобы кто-нибудь случайно не уничтожил улики.

– Я могу поехать прямо сейчас – детектив с готовностью поднялся с места и направился к стенному шкафу.

– Хорошо – посетительница встала, словно вытянулась, отчего показалась еще более тонкой и натянутой как струна.

– Подождите, пожалуйста, еще пару минут. Мы должны оформить договор, и Вы должны внести предоплату, таковы правила – остановил Виктор клиентку.

– Я попросила бы сделать все поскорее. У меня много работы – ответила дама.

– Вы можете внести предоплату, я выдам Вам чек и акт приема денежных средств, а секретарь оформит договор и вышлет его Вам на электронную почту. Если Вы согласитесь с текстом Договора, сообщите согласие также по электронке. Секретарь распечатает его здесь, и мы сможем подписать договор сегодня вечером или завтра утром. А я тем временем смогу начать расследование – предложил Виктор.

– Меня это вполне устраивает. Так будет быстрее – ответила женщина.

Ну вот… придется начинать рабочий день без чашки ароматного кофе в компании с красивой болтушкой, которая так удачно скрашивает его молчаливость. Виктор пробил чек на кассовом аппарате, выписал акт, принял деньги и отправил их в сейф, потом вздохнул и поднялся с мягкого кресла.

Глава 2

Проснувшись вновь, Лекарь почувствовал небывалую легкость. Все- таки иметь самовосстанавливающийся организм это круто!

Легко вскочив с мокрого от пота матраца, он оглянулся. Ничего не изменилось, все та же сырая комната, полупустой кувшин с водой, окно с серой деревянной рамой, костюм с маской, лежащие на полу. Разве что стало очень душно. Подняв с пола кувшин, Лекарь подошел к окну. В мутном стекле слабо отражалось его смуглое юношеское лицо, снова здоровое, полное жизни, даже свежее чем прежде. Черные волнистые волосы, растрепавшиеся от долгого и беспокойного сна, вились до середины шеи, карие глаза озорно блестели. Жизненная сила, видимо, полученная в награду за нелегкий труд била ключом.

– Гм…Гаечным… По морде… – сказал он своему отражению и рассмеялся своей незамысловатой шутке.

Все- таки как прекрасно чувствовать себя живым! После тяжелых времен светлые дни кажутся особенно яркими и наполненными жизненной силой. Распахнув окно, Лекарь с наслаждением вдохнул утренний воздух. После спертого воздуха помещения, чистая осенняя свежесть слегка вскружила голову. Прохладный ветерок был наполнен ароматами опавшей листвы и недавно прошедшего дождя. Чистое небо над головой вызывало непреодолимый соблазн прогуляться.

Лекарь любил осеннее Алматинское небо. Нигде больше он не видел, чтобы осенью, когда деревья раскрашиваются в желто- красные оттенки, небо вдруг становилось сиреневым, словно на нем кто- то разлил чернила с водой. Что рождало этот удивительный цвет неба, он не знал, а просто любовался удивительным цветом неба с медленно плывущими по нему облаками! Здание общежития, в котором парень снимал комнату под видом «студента из аула», находилось возле частного сектора, далеко от многолюдной и шумной трассы, частный сектор отделял здание от дороги и поэтому по утрам здесь было гораздо тише, шум машин доносился лишь издалека. Из окна, несмотря на привычный смог, висящий в воздухе, просматривалась панорама гор, с блестящими на солнце снежными вершинами.

Парень закрыл окно, одним махом выпил воду из кувшина, быстро сложил маску и костюм, нечего им валятся, и выбежал в коридор. Там лежал его рюкзак, который он забыл закинуть в комнату. Возможно, парень должен был беспокоиться за сохранность своего имущества, но все соседи его знали и были хорошими людьми, так что Лекарь не сомневался, что его пожитки никто не тронет. В среднем отделе рюкзака он нащупал джинсы и майку с балахоном. Прихватив вещи с собой, Лекарь вернулся в комнату, принял душ, быстро обтерся полотенцем, спешно оделся и, вернувшись в коридор, накинул на плечи рюкзак.

– Куда опять в такую рань, айналайын? – услышал он веселый голос, когда уже стоя на лестничной площадке.

В дверях комнаты, напротив его, стояла бабушка, имя которой, он к своему сожалению, все время забывал, ввиду трудности его произношения для человека другой национальности.

– Пойду, прогуляюсь, тәте – с улыбкой отозвался Лекарь.

Насколько он помнил, это переводилось, ни то как «тетя», ни то как «бабушка», так в Алматы, где он, собственно и находился, обращались к старшим женщинам. Здесь в общежитии молодые люди называли так всех женщин, кто был старше их.

– Ты смотри у меня, Карим! – бабушка на миг нахмурилась, погрозив ему пальцем.

Конечно, оно не было его настоящим именем, Лекарь придумал имя, которое было бы простым для всех, кто его окружает. Паспорта у него не было, так что свое настоящее имя он все равно забыл, да и ни к чему оно ему.

– А что такое, тәте? – «Карим» сделал удивленные глаза.

– Я слышала, что ты позавчера опять едва на ногах стоял! Разбудил меня в три часа ночи, шагал как конь подкованный! А сейчас смотрю – вон, как огурчик! Эх, молодое здоровье чудеса творит… Но ты смотри, не пей так! – она снова напустила грозный вид.

– Не беспокойтесь Вы за меня так, тәте, я еще горы свернуть смогу!

– Только наши не трогай, джигит – она усмехнулась – дороги они мне как память.

– Не трону, тәте, не переживайте – рассмеялся Лекарь в ответ – ну, я побежал! – и он быстро выпрыгнул на лестницу, переступая через ступеньки. Старушка еще кричала ему вслед что-то на казахском языке, но парень уже не слушал. Да и не знал он языка коренного населения, хоть и внешность у него была почти казахской. И все же смешаться с толпой он мог разве что у испанцев или цыган, уж больно глаза большие, не азиатские, восточные.

Наконец выскочив на улицу и захлопнув дверь подъезда, он остановился. Несколько мгновений Карим просто вдыхал осенний воздух, наслаждаясь его свежестью, и наблюдая за окружающим его золотым осенним великолепием. Отыскав в боковом кармашке рюкзака телефон с наушниками, Карим вставил их в уши, одновременно ища подходящую песню. Ей оказалась «Viva la Vida» в исполнении Дэвида Гаррета, по его сугубо личному мнению, коим он редко с кем делился, очень талантливого музыканта- скрипача. Легкой походкой Лекарь шел в неизвестном направлении, просто наслаждаясь проплывающими мимо деревьями. Почувствовав запах чего- то вкусного, Лекарь с закрытыми глазами стал искать источник запаха. Источником запаха оказалась мини пекарня, где готовилась утренняя партия пирожков и кексов. Из бокового кармана рюкзака парень достал кошелек. После чего занял место в небольшой утренней очереди за съестным, сразу за блондинкой, одетой в несколько откровенный яркий офисный костюм. Карим никогда бы не подумал, что такие вещи как «офисный» и «яркий» могут так гармонично сочетаться.

*****

Стены онкологического диспансера давили на мозг детектива, он не мог нормально мыслить. Эта больница была особенной, ему вдруг показалось, что пациенты уходят из этой больницы, а их боль, все мольбы о помощи, оставшиеся без ответа, и их отчаяние поселяется здесь, в этих коридорах и палатах; накапливается с годами, выдавливая из следующих посетителей надежду на выздоровление и волю к победе над болезнью.

«Хорошо, что я не пациент этого отделения!» – мысленно содрогнулся Виктор, бродя по пустому отделению диспансера. Он хотел обследовать помещение сам, но его клиентка послала с детективом одного их местных охранников. Всего Виктор насчитал их пять.

«Странно, зачем так много охраны в отделении больницы? – невольно возник вопрос – кого или от кого защищают эти люди? Я бы понял, если бы сейф с лекарствами так тщательно охранялся, но почему вся больница? Интересно, эта больница всегда так охраняется или только сейчас?»

Внимательно осмотрев отделение от коридора до палат, детектив не нашел ничего, что могло бы помочь ему в расследовании дела, что указывало бы на личность ночного посетителя отделения. Собрав то немногое, что по первому впечатлению могло пригодиться в поисках, мужчина решил подняться в соседнее отделение, чтобы поговорить с больными. Но охранник остановил его.

– Не положено – коротко сообщил он – я должен сообщить руководству.

– Хорошо, сообщи. Но я не смогу полноценно работать, если мне не предоставят свободу передвижения и общения с людьми – напомнил детектив.

Охранник взял рацию.

– Нонна Маратовна – обратился он к администратору – детектив хочет поговорить с больными.

– Сейчас я приду сама! – «отрезала» рация.

– Давайте подождем пять минут – предложил охранник, и Виктор вынужден был согласиться.

Дама в черном решительно открыла дверь.

– Пойдемте, я провожу! – почти приказала она, затем обратилась к охраннику – Вы свободны!

Виктор поднялся в хирургическое отделение. Здесь в палатах лежало много людей, даже в коридоре стояла пара кроватей. Операции у пациентов были разными, от простых «жировиков» вырезанных из мышц, до сложных полостных операций. Виктор рассчитывал на то, что люди с охотой расскажут ему легенду о Лекаре, но он ошибался. Детектив видел, что про Лекаря знает каждый, но не нашлось ни одного, кто сказал бы правду. Кроме информации о Лекаре, вернее кроме отказа давать эту информацию, Виктор услышал сегодня много раз фразу: «Наша семья не может себе позволить….» После чего назывались различные виды лекарств или особого питания для онкологических больных. Мужчина еще никогда не сталкивался с раком и не общался с родственниками больных этой болезнью. Но всякий раз, когда больные произносили эту «кодовую» фразу, Нонна Маратовна хмурилась, после чего пациенты становились еще менее разговорчивыми.

«Хорошо…. придется поискать больных, которые выписались, чтобы поговорить с ними без свидетелей» – решил Виктор – уверен, эти люди созваниваются вне больничных стен».

Поняв, что вряд ли администратор даст ему спокойно работать здесь, детектив решил пока уйти и попытаться использовать свои возможности. Такое отношение для него было не впервой – нередко люди, обратившись к детективу за помощью мечтали, чтобы он чудесным образом исполнил их заказ, но не узнал ничего лишнего о жизни и делах заказчика. Детектив и сам не рвался знать о людях все, его интересовала в основном только информация, касающаяся заказа. Одна из причин его популярности среди заказчиков было сообщение о том, что он не любит копаться «в грязном белье» и не выдает секретов посторонним.

Закончив ознакомление с местом происшествия, детектив зашел к администратору «доложиться». Нонна стояла у окна, как всегда прямая как струна.

– Я зашел сообщить, что ознакомление закончил – сообщил Виктор.

– Хорошо – отрывисто бросила она – чашку чая не хотите?

– Нет, спасибо – удивился детектив неожиданному расположению администратора.

– Могу предложить кофе – не отступала женщина – сейчас должен подойти главный врач и он просил, чтобы Вы дождались его.

Отказываться было уже неприличным, и Виктор согласился. Он не думал, что кто-то сможет сварить кофе лучше, чем Лариса, но решил потерпеть и присел на кресло у журнального столика, понимая, что придется терять время на ожидание. Администратор вышла из кабинета и через минуту вернулась с двумя чашками, в одной из них был зеленый чай для нее, в другой – кофе для Виктора.

«Надо же… даже такой даме приходится носить кофе, если нет достойной секретарши! – мысленно усмехнулся Виктор – Не знал, что есть те, кто использует сахарную пудру вместо сахара… – отметил про себя детектив, заметив на краю чашки сахарную пыль.

Он не предполагал, что дело, за которое он взялся, предполагает наивысший уровень осторожности и не был внимателен.

Допив кофе, показавшееся ему форменными помоями в сравнении с тем, что он пил ежедневно в офисе, Виктор поерзал и взял журнал. Администратор молча сидела за рабочим столом. Она выпила свой чай и теперь что-то писала, читала, возможно делала свою работу, но была напряжена от присутствия постороннего в своем кабинете. Прошло не меньше четверти часа, когда раздался звонок. Нонна молча выслушала указания по телефону и положила трубку.

– Звонил главврач, он задерживается и передавал вам свои извинения. Возможно, он свяжется с вами позже – отрапортовала она.

Виктор порывисто встал с кресла и холодно попрощался.

«Эти клиенты просто хамы! – мысленно ворчал он, шагая к машине – мало того, что не дают работать, еще и время отнимают, пупы земли!»

Уже ближе к полудню детектив вернулся в офис и наконец, смог выпить свою чашку кофе.

– Как дела? – поинтересовалась Лариса, подав ароматный кофе шефу.

– Как всегда, сначала просят найти что-нибудь, потом пытаются скрыть как можно больше – усмехнулся Виктор – к тому же снобы несусветные!

– Но Вам все равно придется узнавать все… – понимающе вздохнула девушка.

– Да, придется узнавать и помалкивать. Меньше знаешь, дольше проживешь. В нашем деле это особенно важно. Даже когда ты знаешь все, люди должны быть уверены, что ты знаешь лишь самую малость.

Детектив вздохнул и принялся за работу. Он внес в файл всю собранную информацию, предположения и записал контакты людей, у которых могла оказаться информация по этому делу. Затем Виктор переключился на другую работу, которую сегодня нужно было сдать другому заказчику. Подготовив отчет, детектив обратился к секретарше.

– Лариса, ты можешь связаться с Абукаримовыми и сообщить, что мы закончили работу?

– Да, конечно – с готовностью ответила девушка.

– Все фотографии и отчет по их предприятию в этом конверте – Виктор протянул девушке большой серый конверт.

Лариса встала из-за стола, одернула костюм, поправила прическу. Рабочий стол шефа находился в той же комнате, и шеф всегда наблюдал за ее приготовлениями, но молоденькую девушку это нисколько не смущало, она подошла к столу шефа, стуча каблучками и раскачивая бедрами.

– Будет сделано, Виктор Владимирович – пропела она – сейчас же свяжусь с ними. Вы сегодня будете в офисе или опять «на выезде»?

– Я еще не знаю, сначала сделаю несколько звонков – ответил Виктор – а ты что-то хотела? Только не говори, что хотела опять уйти немного пораньше! Никаких дней рождения, поминок и встреч с родственниками! У тебя работа!

– Ну…. – Лариса пожала плечами и направилась к своему столу.

– Так что?

– Уже ничего… – жеманно вздохнула она.

– Все понятно – покачал головой детектив – в голове что угодно, только не работа! Ох уж эта молодежь современная!

Виктор вновь погрузился в бумаги и компьютер, потягивая кофе. «Лариса, конечно, работать не очень- то любит, но ее интуиция в делах достойна похвалы, и она варит очень вкусный кофе, этого не отнять!» – подумал детектив, но вслух хватить не стал, чтобы не расслаблялась.

Глава 3

10 октября

На секунду Лекарь задумался… Тәте сказала, что он шатался… позавчера? Быстро достав телефон, взглянув на дату «10 октября» он понял, что организм оправился всего за один день с небольшим! Конечно, тот порошок, который он принял, ускорял процесс, но не настолько, это точно! Это странно, а все странное опасно, особенно для Карима. Останавливать свою миссию он, конечно, не станет, но в голове парень сделал заметку:

«Надо обязательно узнать причину столь скорого выздоровления!»

Купив пару ароматных теплых булочек, Лекарь зашел в небольшой безымянный сквер, сел на лавочку и с аппетитом умял одну из них. Принявшись за вторую, он достал телефон, нашел незащищенную паролем сеть и зашел на сайт, некогда один из многотысячных безликих форумов, но сейчас выполняющих функцию его базы, куда поступали собранные по сети просьбы о помощи. Нужно было выбрать что-то одно. Он не сможет лечить сразу всех, но если сконцентрироваться на самых опасных и тяжелых случаях, то гораздо больше людей получат его «подарок». На этот форум скидывала все найденные в Сети просьбы группа его знакомых хакеров. Карим не знал ни их имен, ни псевдонимов, но это было не нужно. Лекарь в очередной раз удивился тому, сколько людей стоят за его спиной. Подавляющее большинство людей, кому он помогал или тех, кто слышал о нем что-то, преследовали одну цель – узнать, кто он такой. Даже предупреждение, что с тайной его личности пропадет и волшебный целительский дар, их не останавливало. Это понятно, они- то уже вылечились, и теперь любопытство затмевало собой понимание опасности ситуации для других. Но находились и другие, кто помогал, не спрашивая ни о чем.

Карим слушал щебетание птиц и, незаметно для себя, погрузился в воспоминания о давнем прошлом. Почему-то вспомнились его первые шаги в образе спасителя для страждущих…

– И помни! – кричал ему вслед голос из темноты – никто не должен знать откуда ты получил силу!

Тогда стояла глубокая февральская ночь, вокруг была лишь промерзшая земля степи. Лекарь вышел на обочину пустой дороги, качаясь на ветру, будто призрак. Шанс, что кто-то подберет посреди степи незнакомца, одного, без заглушенной машины рядом, что означало бы поломку в пути, был равен почти нулю. Скорее всего, это связано с тем, что несколько лет назад, на этой дороге орудовали бандиты, которые подобным образом, как говориться, «на живца» грабили доверчивых водителей. Свежи еще воспоминания, многих пострадавших, их родных и знакомых, ох свежи…

Мимо него с ревом пронеслась фура, даже не выключив дальний свет. Поднявшийся ветер сбросил с парня капюшон.

– И что же делать? – простонал в пустоту Лекарь – как мне быть?

«Как узнать, куда мне плыть…» – пропел он про себя, вспоминая мотивы одной известной российской рок- группы. Пожав плечами, направился в сторону города, хотя до него добрых двести километров, но даже сотня метров вперед лучше, чем оставаться на месте.

– Хоть разогреюсь от ходьбы… – снова пробубнил себе под нос Лекарь.

Каково же было его удивление, когда после получаса ходьбы, он заметил, что свет фар не проносится лучом рядом с ним, а подсвечивает сзади. Черная тень собственного силуэта тянулась вдаль, звук двигателя плавно нарастал.

– Далеко путь держишь? – бодро пробасил седовласый и усатый старик азиатской внешности. Водитель, приятной наружности, крепко сложенный, коренастый, в меховой шапке располагал к себе с первого слова.

Через минуту, они оба сидели внутри старенького зеленого Фольксвагена «Транспортер». Машина тронулась.

– И как только тебя сюда занесло, пацан? – спросил дед, смотря глазами на дорогу – меня, кстати, Каримом зовут, а тебя?

– Если честно, то не помню, ата, но спасибо большое что подобрали…

– Это что же, получается, что ты из этих… Ну, которым память отшибло напрочь, а они потом внезапно просыпаются в незнакомых местах, я по ящику смотрел про это. Как же та болезнь называется… Я думал ей только старики болеют…

– Вы говорите о болезни Альцгеймера или о временной амнезии? – сам удивившись тому, откуда взялась в голове информация, выдал Лекарь – но это далеко не единственная болезнь, отличающаяся подобным поведением больного и явно не мой случай – он улыбнулся.

– Ну, как знаешь, но хоть где живешь, помнишь? Или бездомный? – дед Карим поглядел на попутчика с недоверием.

– Нет, не бездомный, живу в Алматы, немного выше Рыскулова, в общежитии.

– Знаешь, думается мне, что ты медик по образованию. Может просто перенапрягся, да и выпало из памяти как до сюда доехал и зачем?

– Ну, не медик, скорее просто лекарь – разоткровенничался парень. Он был очень осторожен со всеми людьми и старался, насколько это возможно, не распространяться о себе, но этот дед удивительно располагал к себе.

– Тогда, товарищ Лекарь – ходи и лечи, коли выбрал такое призвание!

– Буду, дядя Карим, буду – с улыбкой отозвался Лекарь.

Большую часть пути они провели, слушая музыку или болтая ни о чем. Дед Карим рассказывал интересные истории из своей жизни, делился советами и проблемами. В какой- то момент он заговорился настолько, что не заметил коровы, появившейся из темноты в свет фар…

Секунда… машина пошла юзом по скользкой, укатанной дороге, и оглушительный удар заставил их обоих вылететь через переднее стекло.

Вот они катятся несколько метров по асфальту, каждый удар отзывался выстрелом боли, но все же, молодому Лекарю повезло больше, чем деду Кариму, это было понятно с первого взгляда. Лекарь вскочил, едва успев остановится, весь в осколках битого стекла и ссадинах, со сломанной рукой и подозрительно ноющими при каждом шаге, ребрами. Лекарь взглянул на деда, тот еще дышал, но жить ему оставалось явно недолго, все его лицо было в крови, а конечности изгибались под неестественными углами. Казалось он был без сознания и вряд ли очнется снова…

Лекарь положил свои руки на намокающую от крови грудь старика. Вздохнул и закрыл глаза. Ему показалось, будто все раны этого старика собираются в один небольшой шар, сплетенный из сияющих красных нитей. Затем он протягивает руки к этому шару, берет и кладет за пазуху. Открыв глаза, Лекарь понял, у него есть совсем немного времени, чтобы исчезнуть из виду, иначе его тело, все переломанное, будет лежать на дороге и старик обязательно его заметит. А может и понять, в чем дело и и начать «копать», и тогда его сила исчезнет, едва появившись. Приложив неимоверные усилия, Лекарь вернул в нормальное положение свои конечности, встал, подволакивая левую ногу, дошел до ближайшего куста и упал под ним, скривившись от нарастающей боли. Ребра у Лекаря были поломаны, одно ребро торчало наружу, порвав брюшину, левая нога была поломана в нескольких местах, правую руку он прижимал к себе с трещиной в кости, а по лицу стекала кровь от пробитой головы. Все тело было покрыто синяками и ссадинами. Все травмы деда Карима достались Лекарю, добавившись к его собственным.

Дед Карим с шумом вдохнул. Оглянулся, увидел разбитый транспортер и труп коровы рядом. Осмотрел свои руки- ноги – они были в полном порядке. Встал.

– Пацан? – окликнул он Лекаря.

В то же время его спаситель валялся в кустах, отчаянно пытаясь не стонать и не извиваться. Дедушка еще немного постоял, всматриваясь в ночную темноту. Ночь отвечала ему молчанием.

– Привиделось что- ли? – встряхнул головой старик. Затем он вновь осмотрел в темноте место аварии, ветер гнал поземку по скользкой дороге и вокруг не было ни души. – у меня уже видения начались? – не понял дед Карим – нужно в больницу сходить… а то я видел парня, как настоящий прямо… но живой человек не мог испариться, да и парень странный, без имени…

– Надо же! Что ж я был таким невнимательным на дороге! И себя чуть не угробил и пацан куда- то исчез… – вздохнул Карим, прикасаясь к мокрой от крови рубахе и не находя повреждений на теле – я уверен, что именно он меня спас!… Крови слишком много, явно не царапина была!

Мужчина не до конца понимал, что же произошло, но знал точно – сейчас его тело в порядке. Стресс, перенесенный минуту назад, не давал полностью осознать все, что только что произошло, но он был благодарен парню за жизнь и чудо. Или это был ангел или еще какое- нибудь существо? Старик снова набрал полные легкие воздуха.

– Спасибо тебе, ангел! Я не узнал твоего имени, но пусть оно будет благословлено устами многих! Лекарь! Спасибо тебе!

Теперь дед Карим будет думать, что его посетил ангел, или дух, или заблудшая душа, которая чудом спасла ему жизнь. Наверное, так зарождались городские легенды и мистические байки. Хотя вряд ли. Ведь большинство баек – откровенная чушь, за которой стоит только воспаленный мозг их создателя.

Старик направился к ближайшему поселку за помощью, чтобы перевезти свою машину на СТО.

В этот миг Лекарь почувствовал что-то новое, необычное. Будто ему в душу положили нечто светящееся, воображение нарисовало золотую монету, упавшую в «карман» его души. Несмотря на то, что это ощущение было едва уловимым, призрачным, сила, которую несла в себе «золотая монета» казалась запредельной. У Лекаря перехватило дух, от осознания того, что клятва, которую он раньше воспринимал, как ношу, груз обещания, может стать единственным возможным способом достигнуть своей, личной цели. Теперь он понял, что имел ввиду дракон во время их разговора в Проломе.

Наконец- то Лекарь сможет найти ее… и поговорить по душам, задать вопросы, которые так долго мучили его…

Старик ушел по дороге в темноту, как Лекарь в начале своего пути. Лишь спустя время, когда убедился, что остался один, Лекарь позволил себе с шумом выдохнуть и застонать. Ссадины и резаные раны уже затянулись, оставив маленькие рубцы, кости, почти все, встали на место и будто обрастали клеем.

Слава Богу, старик не запомнил ни его лица, ни имени. Кстати, насчет имени… Лекарю пришла хорошая идея. Он осторожно встал.

– Благословлено устами многих, говоришь, старик…? – Лекарь простер руки в ту сторону, куда ушел старик.

– Пусть будет имя мне Карим!!!

Карим… арим… арим… – отозвалось эхо.

Там, где- то на дороге седой старый казах, с пышными усами резко обернулся. Постоял недолго, а затем усмехнулся, продолжая свой путь.

– Ну, можешь взять мое, малец. Не посрами только…

Восстановившись, Лекарь почувствовал, как сильно замерз. Он вышел на дорогу и опять поднял руку, голосуя. В степи разыгралась метель, и Лекарь мог замерзнуть, так и не добравшись до города. Но один из водителей заметил плохо одетого молодого человека на обочине, недалеко от разбитой машины и, несмотря на то, что тот покачивался из стороны в сторону как пьяный, сжалился над ним и довез парня до города.

Что-то вывело Карима из воспоминаний. Он оглянулся – ни души. По дороге, рядом со сквером время от времени проезжали безликие машины, трава шумела мелодией ветра и жизни. Небо было все так же безмятежно чистым, сине- сиреневым, поредевшие после листопада кроны каштанов, серебристых тополей и берез плавно раскачивались. Будто сам собой, голос в наушниках запел слегка прокуренным, но все же как- то по особенному добрым, голосом Боба Марли. Голова Лекаря покачивалась в такт, а голос пел на английском «Нет, девушка, не плач». В спокойные минуты правильные решения сами всплывали на поверхность. Когда песня подходила к концу, Карим снова открыл список нуждающихся в его помощи. Глаза сами упали на одно сообщение.

«Здравствуй, дорогой Лекарь. Прошу, обрати внимание на мою просьбу, понимаю, таких как я много, но остался только ты один, кто сможет мне помочь! Мой сын… У него диагностировали чуму. Легочная форма, единственная, от которой нет спасения. Я слышала, что шанс заболеть ей, по сравнению с другими формами один к ста, но именно этот один пал роком на нашу семью. Он не святой, не примерный человек, но он мой сын, и я молю Бога, чтобы Он послал ему исцеление. И об этом же прошу тебя, Лекарь. У него мало времени, он лежит в центральной инфекционной больнице в одиночном боксе. Я знаю, там есть и другие тяжелобольные, прошу и за них, но за сына – в первую очередь. Я не могу больше видеть его таким… Чума высосала из него почти всю жизнь, оставила гнить заживо… Прошу!… Мы сейчас в изоляции, врачи наблюдают, не заразил ли он нас, но он скоро умрет, если ты не поможешь!»

Он не стал читать дальше все просьбы и благословения в его адрес от неизвестной матери. Лекарь узнал главное – центральная инфекционная больница, отделение особо опасных инфекций.

Скорее всего, это обустроенный по типу закрытых на карантин боксов, вход из здания есть, но он запечатан, чтобы инфекция не проникла в другие отделения, остается вход со двора, но он под тщательным контролем. Что-то зачастил он в большие больницы, это нехорошо, привлекает ненужное внимание. Но делать нечего, если цель определилась, отказаться от нее – нарушить клятву. Да и «золотых монет» это дело обещало немало, а это значит, что он станет еще ближе к своей заветной цели!

Решительно тряхнув головой, выветривая остатки воспоминаний, Карим пошел домой. Пора снова надеть белую маску!

Если больница под особым вниманием властей, в этот раз не обойтись без помощников. Карим вынул телефон и набрал знакомый номер.

– Сумрак, требуется помощь – коротко сообщил Лекарь.

Все помощники Карима, также, как и он сам, пользовались псевдонимами и его это устраивало. Он не хотел знать личных имен людей, их адреса или любые личные данные. Все оставались инкогнито, чтобы в случае провала, люди не могли выдать друг друга, даже если бы захотели.

Глава 4

11 октября

Допив кофе и выкурив еще одну сигарету, Виктор взял телефон и связался с другом, который до сих пор работал в органах.

– Ленька, слушай, у вас там ничего не поступало о человеке, который в больницах появляется и исчезает?

– Да, вчера поступил звонок из инфекционной больницы. В отделении особо опасных инфекций кто- то пришел и «вылечил» всех… Сумасшествие какое- то!

– Как это «вылечил»?

– Ну… все больные этого отделения исчезли. Какой- то мужик пришел и выпустил их всех. Сейчас врачи пытаются собрать их по домам и вернуть в больницу. Но люди твердят, что здоровы и в больницу не поедут… Так что война полным ходом! Такого у нас еще не было!

– А я могу присоединиться к вам? Похоже, это мой клиент – детектив обрадовался. Вот это удача!

– Он к тебе обратился? – удивился друг.

– Нет, онкология его ищет, меня наняли – объяснил Виктор.

– А у них- то что? – не понял следователь.

– Этот мужик у них тоже несколько раз был. Теперь пара отделений, стоят пустыми – объяснил детектив.

– И как? Больные действительно выздоровели или он просто их «провел»?

– Еще не знаю, только сегодня обратились. Раньше пытались сами искать – объяснил Виктор. – Так что смогу сказать позже, когда схожу к их бывшим пациентам «в гости». А у вас серьезнее! Ведь из-за этих больных может разразиться эпидемия!

– А я тебе о чем толкую! Мы даже группу ОМОНа вызвали, в спец. снаряжении больных ищут. Некоторые сами согласились вернуться на обследование, а кого- то приходится искать. У нас внештатная ситуация.

– Понимаю… но как насчет меня?

– Хорошо, попытаюсь тебе костюм достать и пропуск. Но с тебя информация, ежели чего нароешь…

– Не проблема. Обязательно поделюсь! – обрадовался Виктор.

Он положил трубку и открыл окно интернета, чтобы сократить время ожидания звонка от товарища. Затем детектива посетила идея. Он вошел в поисковик, и набрал одно слово: «Лекарь». Информации вышло много, в основном бесполезная. Но скоро в общем «хламе» натолкнулся на чат. Люди делились радостью исцеления, рассказывали о Лекаре. Но ни один из анонимов не писал ничего о личности этот странного человека. Лишь некоторые «оговорились», что Лекарь сказал, чтобы они молчали. Если люди узнают о нем – тогда исцелениям придет конец. «Никто не знает, где и когда он опять появится! – написал один из собеседников чата, похоже, модератор – но тем, кто мечтает об исцелении, могу сказать: вы можете оставить свою просьбу в нашем чате и сообщить, где вы находитесь или оставить контактный телефон. Тогда Лекарь сможет найти вас и помочь вам». Далее следовал длинный список обращений к Лекарю, душераздирающих писем, контактов и мольб.

– Здесь можно утонуть…но все же хотя бы что-то…. – пробормотал детектив, копируя ссылку чата.

В этот момент позвонил Леонид.

– Готово, подъезжай через полчаса, наши выдвигаются. Противочумный костюм, респиратор и все остальное я на тебя заказал. Но ты подумай хорошо. В отделении еще вчера лежал больной с признаками чумы. Это заболевание возникает в наше время очень редко. Его положили в бокс, приняли все меры предосторожности, всему персоналу выдали противочумные костюмы, но уже к вечеру с его работы поступили еще двое. В городе и так «красный код» во всех медицинских учреждениях, все боятся пандемии. А тут этот чудик! Он выпустил всех! И этих «чумовых» тоже, представляешь?!!

– Это вам уже не больничная администрация, переживающая за свой кошелек… – пробормотал Виктор.

– Что ты сказал? – не понял Леонид.

– Ничего, я подъеду сейчас – бросил в трубку детектив и встал из-за стола.

– Лариса, поищи, в интернете что-то похожее на чат, который я тебе сбросил на почту. Все, что только отыщешь! И попытайся узнать о тех, кто пишет этому Лекарю. Может там найдется хотя бы один под своим именем? – он быстрыми шагами направился к двери, у входа остановился, услышав ответ Ларисы.

– Хорошо, шеф, будет сделано. А потом?

– Не думай даже уходить раньше – оборвал он девушку – хотя я сегодня могу в офис уже не вернуться. Когда войдешь в чат, поймешь, что «потом» будет завтра или послезавтра – усмехнулся Виктор – ты не видела, сколько там копать!

– Ладно, буду держать Вас в курсе! – вздохнула девушка.

– Обязательно звони, если встретишь что-то достойное внимания на твой взгляд.

Виктор вполне доверял чутью своей секретарши. Несмотря на то, что они работали вместе не так давно, детектив уже имел возможность убедиться, что недостаток образования в девушке компенсируется прекрасной интуицией детектива. Она на удивление точно чувствовала, на что стоит обратить внимание при расследовании дел, какая информация приведет к цели наиболее коротким путем и уже не раз сокращала ему время расследования или поиска людей и вещей. Она не любила лишней работы и очень умело ее устраняла, находя самый короткий путь к цели.

Виктор подъехал к месту сбора вовремя. Необходимое оборудование и амуниция были уже здесь, в наскоро собранной комнатке с полиэтиленовыми стенами, полом и потолком. Виктор начал надевать на себя костюм химической защиты. С непривычки все работники опергруппы и эксперты делали это медленно. Но, наконец, все необходимое было надето, заклеено, запаковано. Вместо масок решили воспользоваться противогазами, так им казалось надежнее. Люди теперь напоминали скорее инопланетных захватчиков. Рядом с переодевающимися мужчинами остались два запасных противогаза.

– А эти для чего? – поинтересовался Виктор.

– На всякий случай, вдруг у кого- то оказался бы неисправным! Я этой чумы как чумы боюсь!

Виктор задумался на мгновение, пытаясь понять смысл последней фразы, потом усмехнулся.

– Ну да…. Сильнее чумы люди всегда боялись только чуму другого типа. Кстати, не знаешь, что за форма чумы здесь?

– Не знаю точно, кажется, говорили про легкие…

– Значит легочная… ужас! Тогда правильно, что запаслись на всякий случай! А почему врачи решились нас впустить?

– Да там в отделении, уже никого нет… а найти этого маньяка нужно срочно! Наши костюмы это так, на всякий случай. Отделение еще не обрабатывали, только после нас начнут. Кроме того, есть опасность, что с работы этого первого больного или из его дома могут еще поступить…

– Понятно! Ну что ж, пошли…

Группа в спец костюмах тронулась в сторону входа в больницу. У дверей стоял охранник в таком же костюме химзащиты, двери в остальные отделения больницы с этой лестничной площадки были заперты и заклеены пленкой. В отделение можно было войти, но не выйти из него. В данный момент во дворе больницы быстро собирали что-то вроде тамбура из плотного полиэтилена. Когда опергруппа соберется выходить, их будет ждать обработка на месте. Здесь, в этом «тамбуре» они смогут оставить свои костюмы, пройти обработку и войти уже чистыми в ту самую «комнатку», где сейчас переодевались, чтобы одеться в свою одежду. Специалисты быстро собирали три камеры и еще одну раздевалку, у самого входа в отделение.

Полицейские только начали свою работу в отделении, как вдруг от входа раздался шум, забегали врачи в таких же костюмах, как и оперативники.

– Что произошло? – поинтересовался Виктор.

– Еще один поступил – ответил пробегающий врач – в тяжелом состоянии. Это чума, поэтому в другие отделения его нельзя вносить, придется работать в нестандартной обстановке.

Виктор сделал пару шагов в сторону двери, рядом с которой стояла каталка с носилками. Больной выглядел неважно. Его лихорадило, время от времени он кашлял, не прикрываясь. Похоже было, что прикрыть рот у больного просто не хватало сил. Глаза были очерчены темными, почти черными кругами. Когда врач подошел и попытался напоить больного, Виктор заметил, что язык мужчины белый как мел. Лицо выражало непереносимое страдание! Когда Виктор шагнул в сторону больного, у того вдруг началась рвота кровью. Сгустки крови упали на пол, и детектив быстро отошел подальше. Приближение к больному ничего не давало следствию и поэтому сразу потеряло смысл.

Медики отошли лишь на пол шага, чтобы мокрота с кровью не попала на ноги. Как только рвота закончилась, два доктора подошли к больному. Один подвез штатив на колесиках и начал вводить в вену иглу для введения препаратов, второй пытался смыть кровь с растрескавшихся от высокой температуры губ больного, поливая тонкой струйкой воду из спринцовки, парень слабо двигал губами, пытаясь поймать струю воды – его мучила жажда. Несмотря на перчатки, врачи старались лишний раз не прикасаться к больному.

– Этот к нам уже поступал! Он из сбежавших тот самый «нулевой пациент»… – задумчиво проговорил один из врачей клиники, стоящий немного позади Виктора – судя по всему до завтра он не доживет…

Виктор рассердился не на шутку! Да кто же этот ненормальный! Выпустил человека, пообещав исцеление, и чуть не убил не только его самого, но и всех, с кем общался больной, этот псих подверг смертельному риску! Его нужно найти и обезвредить как можно быстрее!

Несколько минут внимание всех присутствующих было приковано к больному, но потом каждый занялся своим делом. Всем оперативникам хотелось быстрее уйти отсюда. Медицинский персонал, вынужденный находиться в отделении, был в костюмах, остальные чье присутствие было необязательным сегодня, получили внеочередной выходной.

В общей суматохе и поиске улик, оперативники отвлеклись и не обращали внимания на больного. Врачи уже не стояли у его постели, лишь проверяли время от времени систему и давали пить. В этот момент к больному подошел человек в таком же как у всех костюме химзащиты и в противогазе. Врачи считали, что он из оперативников, оперативники приняли его за врача. Никто не обратил внимания на подошедшего. Тот постоял лишь несколько минут у постели больного. Он встал так, чтобы никто не видел его рук, снял перчатку и голой рукой взял руку больного.

– Не бойся. Ты скоро исцелишься. Только прошу тебя, никому ничего не говори! Я очень хочу, чтобы ты жил и радовался жизни! Будь здоров! – тихо прошептал он – прости, что у меня вчера не хватило на тебя сил!

Не поворачиваясь, незнакомец надел перчатку и деловым, но спокойным шагом направился к выходу. Врачи решили, что один из оперативников закончил свою работу, оперативники не вмешивались в работу врачей. Незнакомец вышел свободно. В первой «раздевалке» он не задержался. Парень встал ровно у самой стенки помещения, затем в одно мгновение исчез, спрыгнув в открытый люк теплосети. Как только человек исчез под асфальтом, из люка появилась рука, аккуратно подвинула крепления полиэтиленовой стенки так, чтобы люк остался за стеной, поправила непромокаемый «пол», расправил складки на «стене, и почти беззвучно прикрыла железную крышку люка. Люди из соседнего отделения временного «коридора» увидели расплывчатый силуэт через плотный, белесый полиэтилен и приготовились обрабатывать вышедшего из здания оперативника. Когда он исчез, мужчины в недоумении переглянулись, но войти в зараженную раздевалку не решились.

– Слышь, а куда он делся?! – недоумевал парень, герметично упакованный, приготовив разбрызгиватель, обращаясь к напарнику с другой стороны.

– Не знаю, может, вернулся? Можь что-то забыл? – пожал плечами второй – ладно, сейчас остальные пойдут, попросим проверить.

Работники санитарно- эпидемиологической службы остались на месте, дожидаясь остальных оперативников. А в это время под слоем асфальта, рядом с трубой теплотрассы в довольно просторной «комнатке» распределителя, молодой парень быстро снимал с себя костюм химзащиты и противогаз, который он вынужден был «экспроприировать» из запасных оперативной группы, чтобы не отличаться от них в отделении. Теперь противогаз, это его трофей. Карим не мог оставить его здесь, чтобы не «дарить» следователям- преследователям своего ДНК или отпечатков. Захваченная из отделения чума еще не развилась в его теле, но нужно было торопиться.

Комнатка распределителя имела четыре люка, и помощники Лекаря «случайно» поставили машину скорой помощи, которая закрыла два из них от глаз тех, кто находился рядом с отделением. Сбросив костюм и противогаз в сумку, Карим поспешно пересек распределитель, словно от этого зависела его жизнь.

*****

Виктор обследовал каждый сантиметр в отделении в поисках улик против Лекаря. Все оказалось безрезультатным. Все время осмотра, как и все оперативники, он старался держаться подальше от больного, как вдруг один из врачей, подошедший к постели, громко воскликнул!

– Посмотрите! Он выглядит совершенно здоровым…

Все присутствующие, начиная с врачей, кончая оперативниками и экспертами, побежали к постели больного. Тот лежал спокойно, лицо чистое, черные круги исчезли, маска страдания сменилась на улыбку. Когда люди стали подходить к нему, больной смутился и сел на постели.

– Да ладно, чего вы… все в порядке, я здоров!

– Что с вами произошло?! – поразился врач.

– Не знаю… у меня была температура, бред… все кости как будто выворачивал кто- то! Все болело и горело! Вдруг мне привиделся человек, он был такой же, как вы… в таком же костюме и противогазе… Он просто забрал мою боль и сказал, что я здоров, вот и все! Потом он отошел. Я не знаю, кто из вас это сделал, но я чувствую себя очень хорошо, спасибо Вам, кто бы это ни был! – он растеряно оглядывался.

– Всем оставаться на местах! – приказал начальник опер группы.

– Но мы и так здесь… – нестройно ответили врачи, а оперативники только переглянулись.

– Сколько нас было всего – поинтересовался Виктор – когда мы вошли, вместе с врачами?

– Семь человек – смущенно ответил начальник опергруппы.

– Смотрите, нас осталось шесть человек! Куда исчез седьмой?! – оглянулся детектив.

– Кто- то вышел наружу – ответил врач – я думал это ваш человек.

– Проверить выход! – приказал начальник опергруппы.

Два оперативника побежали к выходу, остальные по приказу шефа бросились еще раз осматривать боксы один за другим, надеясь, что лекарь все еще в отделении, возможно прячется.

Оперативники в сопровождении детектива выскочили в первую раздевалку, она была пуста. Виктор хотел идти дальше, но парни из санитарно- эпидемиологической службы остановили его.

– Снимите с себя все! К нам Вы должны заходить по одному, обнаженными на обработку!

– Когда вы обрабатывали первого, кто вышел? – спросил детектив, делая шаг назад.

– Еще ни одного не обрабатывали – ответили парни – один из ваших вышел, а потом в отделение вернулся.

Оперативники и детектив побежали назад, в отделение. Больше часа потребовалось, чтобы проверить, не входил ли кто- то в закрытые и заклеенные отделения, обыскать всё от подвалов до крыши. Группа действовала слаженно, обыскивали тщательно, но безрезультатно.

– Он был здесь!!! – «закипел» начальник опергруппы – и мы его упустили! Как такое могло случиться!? Если от всех нас мог уйти человек из карантинной зоны, разве мы сможем удержать мельчайшую частицу, бактерию чумы?! Город обречен!

Никто не знал ответа. Виктор был в ярости! Он ненавидел проигрывать даже в сложных операциях, но здесь он «прокололся» по-крупному! Преступник был у него в руках, возможно, он даже говорил с ним… и тот ускользнул, как будто испарился! Но не привидение же он!!

Глава 5

За день до этого.

По дороге Карим зашел в один из многочисленных компьютерных клубов, рассыпанных по городу как зерна на поле по весне. Можно было бы завести свой компьютер или пользоваться хорошими интернет- кафе, но это все это легко отследить, а до компов в клубе не смогут добраться, а если и доберутся – будет уже поздно. Зайдя в душное помещение, лекарь подошел к стойке администратора. Админ был на месте, он раскладывал какой-то пазл и не обращал на вошедшего внимания. Лекарь откашлялся чтобы привлечь внимание. Администратор лениво поднял голову.

– Дай дальний угловой комп на три часа с выходом в сеть – Лекарь протянул ему несколько смятых купюр.

Утренних посетителей было всего ничего – какой-то студент, наскоро делающий реферат, да пара школьников, видимо прогуливающих занятия. Даже не взглянув на Карима, администратор сгреб деньги и кивнул ему, не отвлекаясь от игры. Карим прошел к указанному компьютеру, сел. Как только таймер вверху экрана начал отсчитывать три часа, он сразу зашел в сеть и скачал пару программ, позволяющих относительно анонимно гулять по сайтам. После чего оглянулся, никто не обращал на него ни малейшего внимания. Удовлетворившись результатом, Лекарь активировал программы и зашел в Сеть. Ему нужно было написать пару строк кое- кому. Зайдя на сайт-форум одной непопулярной игры «Кровавый мир», он нашел профиль одного из игроков. Этот профиль – все что он знал об этом человеке, и единственный канал связи, который они договорились использовать. Чтобы проникнуть в больницу незамеченным, нужно хорошо подготовиться. И для этого нужны люди. Глаз радовал зеленый огонек «онлайн» над ником персонажа «Сумрак».

«Тут?» – коротко отписал Лекарь.

«Как всегда. Есть работа?»

«Есть»

«Сюда не пиши, сейчас несколько неспокойно, вокруг твоей персоны собираются тучи, но пока ничего серьезного. Объект небольшой?»

Лекарь улыбнулся.

«Центральный. Непосредственно связан с моим образом»

Его друг- хакер был смышленым, должен сразу догадаться в какой объект он собирается проникнуть. Если где- то просыпается чума, единственное место, где ее нужно лечить, не опасаясь пандемии – центральная инфекционная больница. Небольшая пауза.

«Ты сдурел?»

«Если ты мне не поможешь, я пойду один»

Снова пауза.

«Я буду помогать тебе, даже если ты пойдешь в ад, я помню свое слово. Скину тебе на почту план, как только он будет готов. Сколько целей собираешься взять?»

«Всех. Около тридцати больных, но тот что с моим образом вроде один»

«Принято. Можно рассчитывать на то, что ты дойдешь на своих до укрытия?»

«Не знаю. Сейчас что-то странное творится с моими силами, скачат вверх- вниз»

«Учту. Время выхода?»

«Завтра, вечер»

«Все будет готово. Как будешь заходить?»

«Со стороны здания»

«Это все?»

«Да. Скажи, мне все интересно, ты реально в эту игру играешь?»

«С детства. Она давно умерла, все о ней забыли, зато локации здесь красивые, особенно без людей, да и система тут простая, любую инфу можно без особой мороки стереть без следа за пару минут»

«Ясно»

«Удачи, Лекарь. Постарайся быть осторожнее, после этой вылазки тебя будут искать, сильно искать»

«Спасибо, Конец связи».

Лекарь посмотрел на таймер. Оставалось чуть больше двух часов. Он начал искать план клиники, любую информацию, которая может пригодиться. К большому счастью, она активно себя рекламировала, выставляя напоказ максимум, который может, даже онлайн- тур по клинике сделала. Дорогое удовольствие, позволяет, будучи онлайн «пройтись» по клинике, осмотреть все глазами фотографа, который выполнял заказ. Конечно, в тур не были включены подсобные помещения и карантинные боксы, но зато прекрасно были видны уголки камер, расположенные по пути к закрытому, обклеенному бактерицидным скотчем, боксу с больными.

Когда он закончил сбор информации, оставалось еще около часа времени. В клуб зашла шумная компания парней, похожих на программистов. Нечёсаные бороды, водолазки, потертые джинсы, очки в роговой оправе и банки энергетиков… точно программисты. Они сели за компы и запустили старую версию популярной «стрелялки» «CounterStrike 1.6». Карим пожал плечами и тоже запустил игру. Никнейм нашел себя сам, прошлый пользователь пользовался ником «Зайка». Подключился к лобби, началась игра.

На половине игры, пронеслась фраза, обильно сдобренная матом, имеющая примерный смысл «Кто тут играет под «Зайкой»?!» Карим молча улыбнулся, взглянув на свой счет «35:1». Игра была простой и забавной, а ребята из противоположной команды, хоть и играли хорошо, но не сыгранно, плохо прикрывали друг друга, долго наводили прицел. Так что хорошему игроку не составляло труда перещелкать их как кроликов на охоте. Посмотрев на таймер, он заметил что остались последние пять минут. Быстро закончив последний раунд, лекарь не отказал себе в удовольствии написать в чат «GG,WP^2»

После чего, удалиться из клуба.

Когда Карим дошел до дома, переоделся, сложил костюм и маску в спортивную сумку, наступил вечер. Телефон завибрировал, на почту пришло письмо от адресата «idgaf20@gmail.com», это был, судя по всему, очередной ящик Сумрака, он еще ни разу не отправлял письма дважды с одного и того же ящика. Действительно, внутри был полный план клиники с выделенными маркером, пометками. Значит вот, как оно будет…

В 9:50 вечера того же дня Лекарь был у клиники. Он не спеша прошел в переулок, там быстро сбросил свою одежду, одел белый кожаный костюм, плотно затянув все шнурки. После чего взял в руки маску, напоминающую клюв птицы. Окуляры блестели, отражая тот слабый свет, который оставило после себя скрывшееся за горизонтом солнце. Сейчас окуляры казались живыми, они смотрели на своего владельца строго и решительно, как один боец смотрит на другого перед битвой.

– Никто не должен знать… – прошептал маске Лекарь, после чего перевернул ее внутренней стороной и начал набивать «клюв» травами и порошками, доставая пучки травы из сумки, а порошки – из небольших пластиковых коробочек, лежащих в боковом кармашке. Лекарь обратил внимание, что запасы уже обеднели, а сейчас нельзя жадничать, это испытание будет серьезным.

Ну почему нельзя оставаться инкогнито, занимаясь лечением?! Зачем нужно проникать в больницы как вор? Такие мысли сейчас вертелись в голове Лекаря все время приготовлений. Его раздражал тот факт, что стоит кому-то появится и вылечить больного, все общество сразу требует его имя и лицо. Если супергерои из комиксов, эти напыщенные персонажи скрывали свои лица так, «ради понта», и никто особо не интересовался их настоящей личностью, то сейчас, когда от этого зависит дальнейшее выполнение миссии, все как с цепи сорвались, отчаянно пытаясь сорвать с него маску. И лишь немногие, как Сумрак, смирились с тайной и решили ему помогать. Лекарь снова вспомнил их первую «встречу»…

После очередного лечения, Карим зашел в номер мотеля, в котором снимал комнату. Деньги он получал от дневной работы в какой- то забегаловке, а ночью шел на улицы, излечивая больных, просящих подаяние и бездомных. Свое лицо он скрывал тогда под вязанной лыжной шапочкой, оставляя открытыми только глаза.

В ту ночь Карим оставался в номере лишь несколько минут. Он наскоро перекусил и исчез в ночи. Гуляя по подворотням, Лекарь вдруг услышал крик. Резко изменив направление, он пошел в сторону, откуда раздавался крик, который через мгновение сменился громким плачем. Походка Лекаря изменилась, стала крадущейся, парень старался избегать света фонарей и луны. В стороне от фонаря на тротуаре сидела девушка и рыдала, держащая на коленях голову парня, истекающего кровью. Парень держался за живот, его руки были в крови, как и одежда, земля рядом с ним и колени девушки. Кто- то, скрываясь в тени, быстро бежал от места преступления. Судя по всему, ограбление. Похоже парень начал геройствовать и получил ножом в живот.

«Это ж какой длины должен быть нож?! – удивленно подумал Лекарь – да и бил, похоже, тертый уголовник, точно знал куда и как нанести удар!»

Лекарь раньше никогда не лечил при свидетелях, если они не были пьяны или не спали, но сейчас ситуация не оставила выбора – придется показаться ненадолго. И Лекарь подошел к девушке. Она на секунду замолкла, но из ее глаз по-прежнему текли слезы.

– Вызовите скорую! Мой брат же сейчас умрет!

Лекарь лишь отрицательно покачал головой. Подошел поближе к этой паре, взглянул на лицо парня. Молодой, лет семнадцати, худощавый, но с приятным, хоть и очень бледным лицом. Кажется, кровоточит одна из магистральных артерий, брюшная аорта, скорее всего – заметил Лекарь, игнорируя девушку и ее эмоции, осмотрел парня. Много крови потерял, уже не понимает, что происходит вокруг.

– Вы кто? – все с теми же истеричными нотками в голосе, спросила девушка.

– Друг – отозвался Карим. После этого снял перчатку и прижал рукой открытую рану на животе парня. Несколько секунд – и в глазах лекаря помутнело. Он не любил забирать физические повреждения, они, хоть и быстро исчезают, но не дают толком времени, чтобы спрятаться. В ушах зазвенела очередная «золотая монетка». Взгляд пострадавшего обрел четкость. Внезапно Лекарь почувствовал, как что-то теплое разливает волнами внизу живота. Кровь заливала спортивный костюм, окрашивая белую ткань и кожу в алый. Лекарь пошатнулся и быстро побрел в тень.

– Постой! – парень вскочил – ты же ранен! Вызови скорую, Даш!

Даша, видимо он обращался к своей сестре, находилась в ступоре. Естественно, она только что почти потеряла брата, а тут пришел некто и парень практически воскрес из мертвых. Ответила она не сразу.

– Он… забрал телефон…

– Не нужно… скорой… – прохрипел через маску Карим, а после собрался с силами и попытался сбежать. Запнулся, упал, быстро поднялся, живот пронзила вспышка боли, раскаленной иглой войдя в тело. Лекарь осел, опираясь на стену одного из домов. Он терпеть не мог физические ранения…

Парень с девушкой подбежали к нему.

– Ему нужен воздух – осторожно прошептала девушка, парень потянулся к его маске. Лекарь, сколько было сил, отбил протянутую руку. Девушка вскрикнула, парень зашипел.

– Не трогайте… Не снимайте…Пожалуйста… – бормотал Лекарь, кашляя кровью – уходите!

И отключился.

Когда он проснулся, все еще была ночь, раны затянулись, стояла полная тишина, которую нарушали лишь сверчки, наскрипывая свои песенки. Тень, рядом с Каримом пошевелилась. От неожиданности, он вскочил и пригляделся. Тенью оказался тот парень, которого он спас.

– Значит вот оно как… – медленно проговорил незнакомец – не беспокойся, я так понимаю, что ты не хочешь показываться. Не хочешь раскрывать свою личность, значит, есть причины и я уважаю твое решение. Ты спас мою жизнь, и я хотел сказать тебе спасибо за это, знаешь…

– Где девушка? – резко оборвал его Карим.

– Дома – успокоил его парень – это моя двоюродная сестра, я провожал ее с работы домой. Она никому ничего не расскажет о случившемся, я прослежу за этим. И все же… если я правильно тебя понял, в твоей работе нужна секретность, а я хорошо умею скрывать людей. Если будет интересно – напиши мне – он протянул листок бумаги. На нем был написано три слова «Кровавый мир. Сумрак»… и добавил ё- я в этой игре. Мы можем через нее связываться, если захочешь.

Писк будильника, означающего, что наступило 10:00 вывел его из воспоминаний. Пора начинать.

Глава 6

Карим не знал, что в городе уже не один месяц работала тайная организация Wingcorp, раскинувшая свои «щупальца» почти по всему миру. В организацию входило много высокопоставленных персон, политиков и бизнесменов из самых различных отраслей. Руководство организации ставило перед собой «скромные цели» – завоевание мирового господства. Но на данном этапе их господство имело различную силу в разных странах, и пока Wingcorp не обозначала себя в Казахстане никак, скрываясь под множеством личин, компаний и организаций, пытаясь проникнуть в умы простых граждан и власть имеющих политиков. Но все компании и посвященные люди имели связь с всемирной организацией Wingcorp через Главу местного отделения, который в свою очередь держал ответ перед руководителями всемирной сети, за продвижение идей и целей организации в регионе.

В медицинских кругах страны на данный момент было уже немало приверженцев организации, и сейчас инфекционная больница попала под их влияние – в ряды Wingcorp вступили некоторые врачи больницы. В отношении здравоохранения тезисы организации были жестки и просты – «улучшить генофонд народа».

Это означало, что приверженцы идей организации использовали все свое влияние, чтобы избавиться от слабых и больных, оставив сильных, умных и крепких. Эволюционно можно оправдать подобные поступки, но не морально. Организация проникала в больницы, детские сады и школы, пытаясь найти способ безнаказанно убить всех, кто не «проходил по канонам». Эти страшные люди не останавливались ни перед чем, если появлялась малейшая возможность осуществить их планы. В центральной инфекционной больнице появились люди, готовые исполнять приказы, поэтому в боксах нередко совмещали больных с разными заболеваниями, чтобы они заражались один от другого. Затем врачи переводили больного из одного бокса в другой – лишая больных возможности уйти из больницы живыми.

Лекарь натянул на лицо тугую маску. В нос ударил резкий запах трав.

Аккуратно выглянув из переулка, Карим убедился, что закрытые обычно на электронный замок двери сейчас открыты. Выйдя на свет медленно загорающихся фонарей, Лекарь быстро зашагал в сторону входа в отделение. Следующая проблема – охрана. Их около семи человек, но большая часть сидят в охранной комнате, смотрят в камеры, играя в карты. Один из охранников сидит у входа.

Тихо открыв дверь, Лекарь обнаружил приятный сюрприз – охранник у двери крепко спал. Неслышно подойдя к мерно посапывающему мужчине, он аккуратно снял с его шеи ключ- карту. Мало ли, понадобится. Когда лекарь развернулся и пошел к боксам сзади раздался голос:

– И дрогнет рука смерти!

Резко развернувшись, готовый в несколько прыжков достать охранника и вырубить его, Карим обнаружил, что тот полулежит на стуле в той же позе и спокойно улыбается. Значит, он все- таки узнал лекаря и отнес себя к тем, кто готов помочь. Приятно… Выпрямившись, Карим развернулся к входу в инфекционный блок и быстрым шагом направился к боксам. Пост дежурной медсестры почему-то пустовал. Может она помогает кому-то из больных или спит где- то в своей каморке? Если медсестра в боксах, нужно быть осторожным, лучше бы спала где- нибудь. Свет в отделении погас – видно Сумрак работает «как часики» и это тоже очень приятно! Второй охранник вряд ли окажется столь лояльным к ночному гостю, но Карим надеялся, что тот просто не заметит белую тень.

Когда Карим уже видел опечатанный вход в палаты, впереди замерцал луч фонаря. В коридоре не было ничего, кроме нескольких скамеек, шкафчика с одноразовыми масками и бахилами, стоящего в углу, да одиноких носилок. Выбор невелик, прятаться почти негде, Лекарь аккуратно пододвинул носилки к шкафу так, чтобы те стояли вдоль стены, рядом со шкафом, каталка коротко скрипнула. В образовавшийся уголок, Карим встал, затем опустился на корточки. Парень был почти уверен, что охранник его обнаружит, но только тогда, когда подойдет поближе, на такое расстояние, чтобы Карим мог рассыпать перед его лицом слезоточивый порошок, выхватив его из набедренной сумки, а после отключить коротким ударом по шее.

Охранник обратил внимание на скрип и теперь медленно приближался, Лекарь затаил дыхание, запустив руку в набедренную сумку. Когда он был готов выпрыгнуть из укрытия, выбросив руку с порошком вперед, рация на плече охранника зашумела.

– Ром, ты скоро там? Мы начинаем раздавать следующую партию.

– Сейчас буду – отозвался охранник, резко разворачиваясь. Карим неслышно выдохнул.

Теперь все должно пройти как по маслу. Коротким острым ножом, он вспорол бактерицидный скотч, снял слой пластикового материала и открыл дверь. В помещении было душно. Несмотря на то, что бокс рассчитан на троих, в нем стояло семь кроватей. Лекарь собрался с духом, раздавил пальцами капсулу в «клюве», запахло чем- то резким и кислым и направился к первой койке…

Он лечил одного за другим, вскрывая все новые слои скотча. И почему люди с различными тяжелыми заболеваниями лежат в одних и тех же боксах, заражая друг друга? Неужели кто- то в своем уме может положить в один бокс человека с корью и с гепатитом или с сибирской язвой? Словно это не боксы инфекционной больницы, а камеры смертников? И еще его беспокоило то, что он никак не мог найти парня, за которого просила мать. Силы лекаря подходили к концу, он стал беспокоиться, не ошибся ли он где- то, может того парня перевели или выписали? Или он просто умер?

Вскрывая дрожащими руками последний бокс, Карим загнулся и закашлялся. Руки задрожали, он выронил нож, в глазах потемнело. К запахам трав в «клюве» добавился запах свежей крови. Организм был уже на пределе, но дело нужно было закончить. Открыв дверь, Карим, нетвердой походкой направился к первой койке. В этой палате было всего три кровати. В первой была девушка с явными признаками кори, забрав которую, Карим охнул, и оперся на кровать. Несколько секунд кровь стучала в висках, затем, когда немного отпустило, он подошел ко второй кровати. Там лежала женщина с малярией. Забрав еще одну порцию инфекции, лекарь осознал, две вещи – первая – он достиг своего предела. Вторая – на последней койке лежал он. Тот самый парень. Больной тяжело дышал, его зрачки закатились вверх, как будто во сне, но веки были широко распахнуты. На плече и шее больного красовались черные татуировки, правда из-за бледности его кожи, сейчас казавшиеся серыми – девочка обнимает скалящегося дракона, похожего на огромную змею, такие драконы популярны в дальневосточной и китайской мифологии. У Карима подкосились ноги, он упал под тяжестью разрывающих его бактерий, вирусов, токсинов… Он не был готов найти в этом отделении то, что увидел.

«Почему так много больных свезли в одно место? Почему не объявлена чрезвычайная ситуация? И почему этот парень в боксе не один?» – Карим не мог найти ответа на свои вопросы. Он попытался приподняться и встать на ноги.

Нужно… еще один… последний остался… И до завтра этот не доживет. Организм уже балансирует на грани жизни и смерти. Лекарь дотянулся до «клюва» и раздавил еще одну ампулу запашистого вещества. Повторного эффекта не возникло, но в голове чуть- чуть прояснилось, ноги снова начали слушаться. Шатаясь, лекарь подошел к татуированному парню и коснулся оголенной рукой его груди, где красовалась татуировка. Сейчас Лекарь ощущал себя резиновым шаром, в который перекачали воздуха, он был готов разорваться на части, но свое дело он сделал. В какой- то момент, Кариму показалось, что он умирает и рука, лежащая на груди парня сама одернулась. Но все же, дело было сделано, пусть и дорогой ценой. Характерного «звона» он не услышал, или не обратил внимания, учитывая, что звон в ушах заглушал все окружающие звуки.

– Не теряй сознания… Только не здесь… – как мантру повторял себе под нос Лекарь и, шатаясь, пошел в сторону выхода.

За ним, потянулись вылеченные им пациенты. Пациенты знали, что никто не отпустит их, если обнаружит на выходе. Но больные не хотели оставаться в больнице, где намеренно нарушались все правила карантина, и никто никого не лечил. Они не знали причины всех нарушений, но видели, что их здесь держали даже не как в больнице, а как в тюрьме, почти не оказывая помощи. Создавалось впечатление, что их заперли здесь, ожидая, пока все они просто вымрут. Доказать свои предположения никто из них не мог, но нарушения были налицо! И сейчас каждый пациент торопился уйти, пока появилась возможность и здоровье, но никто не обгонял человека в маске. Лекарь был для них указателем безопасного выхода, но этот «гарант» уже едва переставлял ноги!

К счастью пациентов, дежурную медсестру и охрану вызвали в приемное отделение на инструктаж по безопасности – поступил звонок о том, что утром перед концом их смены будет внеплановая проверка по безопасности. Если бы Карим и вылеченные пациенты знали об этом, они должны были бы благодарить Сумрака и его помощников за изобретательность.

В руке Карим зажал небольшой брелок, похожий на пульт от сигнализации машины. Сумрак дал ему этот брелок при их последней встрече, со словами:

– Это тебе на крайний случай

И, как оказалось, не зря… Карим нажал на кнопку, но не понял зачем, потому что ничего не произошло.

Не дойдя пары шагов до двери выхода, Карим услышал шум за дверью сбоку. За этой дверью находился приемный покой, который работал круглосуточно. Рванув в противоположную от этой двери сторону, Карим понял, что падает. Потом он вдруг завис над полом. Лишь через несколько секунд лекарь понял, что его несут. Приподняв голову, Карим увидел лицо, скрытое серо- черным шарфом и широкими очками, как у сноубордистов.

– С…сумрак? – слабо прохрипел Карим.

– Я. Разговоры потом, береги силы.

Шум за дверью приемного отделения стих, заставив больных облегченно вздохнуть. Затем один за другим больные последовали за Сумраком и лекарем, исчезнувшими в темноте ночи.

Оставив больницу позади, Сумрак буквально понес на себе товарища домой. Больные, оказавшись на улице, быстро «рассосались». Едва заметным кивком головы указывая направление, лекарь довел Сумрака до своего дома. Это было небезопасно, но другого выбора сейчас не было. Сумрак молчал всю дорогу, и лишь после того как положил лекаря на его матрац, позволил себе сказать.

– Ну ты и дал, конечно. Уже полгода с тобой сотрудничаем, но чтобы столько за один раз… Ты вообще думал о том, как уходить будешь?

Лекарь прохрипел что-то невнятное.

– Верно говоришь, не думал нифига. Ты стал неосторожным. Если продолжишь в таком же духе я не смогу тебе помогать. Мои силы не безграничны, как и твои…

Сумрак положил товарища на матрац, принес и поставил воду в кувшине на пол рядом. Он без объяснений понял, что самое важное сейчас. Укрыв Лекаря его же плащом, Сумрак осмотрелся, обратив внимание на убогость обстановки комнаты товарища. Нужно быть действительно «не от мира сего» чтобы жить в такой нищете, имея сотни благодарных людей, готовых отдать последние деньги человеку, спасшему их жизни!

– Карим, тебе поесть что-нибудь оставить?

– Нее… – едва прошептал Карим, чуть качнув головой.

Сумрак сел, облокотившись на стенку, переводя дух, затем успокоился и закурил. Карим вроде бы не такой уж крепкий парень, а тяжелый, когда обвисает, словно сделан из желе и без костей…

Глава 6 (продолжение)

11 октября на рассвете.

Карим услышал чирк зажигалки, через секунду послышался резкий запах табачного дыма. Это последнее, что он запомнил, перед тем, как погрузился в тяжелый, бредовый сон…

Кариму снился огонь. Куда бы он не посмотрел, повсюду бушевало дикое пламя. Огонь вырывался из груди Карима, капал раскаленными каплями на руки, стекал на живот тонкой струйкой жидкой магмы. Хотелось кричать, но дыхание перехватывало всякий раз, когда парень пытался вдохнуть. Горло Лекаря напоминало ему трубу доменной печи, а легкие были двумя огромными мехами, раздувающими огонь в груди. Лишь на секунду Карим отвернулся, не желая наблюдать, как сам сгорает заживо, как вдруг он увидел темный силуэт. Какой- то человек горел рядом с ним. Измученные глаза отказывались фокусироваться на темном силуэте, лишь отдельные детали попадали в его поле зрения. Огонь человека рядом, был зеленым, и он выдыхал этот огонь вместе с криком. Из уголков губ и глаз сочилась едкая кислота, она пузырилась и пенилась, стекая вниз, обжигая шею и плечи. На груди и шее у несчастного была татуировка в виде девочки обнимающей скалящегося дракона, похожего на большую змею…

Лекаря буквально вырвало из бредового сна, он резко сел на матраце, тот был сухим и пыльным. Весь пот, что Карим выделял, содрогаясь в лихорадке, сейчас хлюпал в складках его костюма и маски. Нестерпимо хотелось сорвать ее и вдохнуть свежего воздуха. Он не закончил! Его сил не хватило на того, ради кого он полез в самое охраняемое место городских больниц!

– Я… – прохрипел Лекарь, все еще отходя от ужасного сна, все его тело болело и отказывалось слушаться. За окном только начинали свою песню первые утренние птицы.

– Спокойно, Лекарь, я здесь… – послышался обеспокоенный голос Сумрака – все в порядке…

– Не в порядке! – резко, срываясь на гортанный хрип, напоминающий вой шаманов, оборвал Карим, вставая с матраца. Голова закружилась, но на ногах он устоял. Зрение постепенно обретало ясность, разноцветные пятна отступили, сквозь мутные от испарины окуляры маски стали вырисовываться очертания жилища.

Наступила недолгая пауза.

– Я пойду туда… снова! Сегодня! – все тем же гортанным голосом, заявил Карим – Я… Не… Закончил… – едва мог выговорить он, задыхаясь. – Тот парень… я смог забрать только внешние симптомы, но болезнь осталась! Он опять вернется в больницу! Кроме того, меня еще обвинят в распространении чумы! Если я правильно помню, тот парень ушел домой вместе с остальными, с теми, кто полностью исцелился!

Сумрак сидел в темном углу комнаты, опершись затылком о стенку с окном и курил. Он глубоко и горестно вздохнул. Лицо Сумрака тоже было скрыто, но лишь на пол- лица, сноубордисткие очки отражали уличный свет, поблескивая оранжевой глянцевой поверхностью. Свое лицо он скрывал, возможно, чтобы в случае чего, Карим не смог его описать, а может просто, поддерживая атмосферу таинственности и мрака. Белая кожа щек в темноте казалась сизой.

– Пойми, Лекарь… Я помню о своем спасении, которое ты мне подарил. Помню о клятве помогать тебе нести исцеление другим… Но это уже не просто опасно. Это даже не безрассудно. Это невозможно, просто абсурд! Я не многорукий мафиози и не Господь Бог, я скромный хакер, имеющий в друзьях несколько «темных» личностей, каждого по своей специальности. У меня в друзьях есть такие же хакеры, есть вор, есть шпион, есть «свой человек» в отделах полиции и даже КНБ. Но у меня нет тех знакомых, которые могли бы помочь тебе проникнуть в карантинную зону, оцепленную силами полиции и еще черт знает какими странными личностями! Да еще и вплотную приблизится к зараженному, а потом как сквозь землю провалится! И все это организовать за каких- то пять часов! Мы с тобой не один день вместе работаем, и я тоже научился видеть границы твоих возможностей и то, по какому принципу у тебя все происходит. Ты на себя посмотри, ты и четверти от того, чего набрал в той больнице, не перенес, куда ты еще возьмешь? На руках до дома донесешь, или в банке какой-нибудь?.. Если ты еще что-то возьмешь, ты и шагу после этого не сделаешь, протянешь ноги там же, рядом с больным и преподнесешь им себя «на блюдечке с голубой каемочкой»!

Внезапно Сумрак завис на несколько секунд. А потом медленно проговорил:

– Как… Сквозь… Землю… Провалится… – он хлопнул в ладоши и заулыбался, оскалив белоснежные зубы. Мы сделаем это!

– Я в тебе и не сомневался, друг… – ответил Карим, переходя на шепот на последнем слове.

– Но тебе понадобится вся твоя сноровка, так что мой план тебе не понравится… Ты ведь умеешь не только «забирать» болезни, но и отдавать, я угадал?

Лекарю стало немного не по себе… Но у него не было других вариантов, и он согласился. Сумрак хорошо знал схему больницы и всего, что было вокруг, так как всегда основательно подходил в своей работе даже тогда, когда делать ее надо было быстро. Он знал, что перед запасным входом в отделение особо опасных инфекций под землей расположен довольно большой распределитель труб теплотрассы. Он позвонил своему человеку из полиции и узнал о том, что специальная группа готовится к выезду в больницу для расследования.

– Только бы хотя один люк попал в огороженную карантинную зону… – вздохнул Сумрак.

– Я попытаюсь воздействовать на тех, кто будет устанавливать – обещал мужчина.

– Только чтобы они не догадались, что ты заинтересован в этих люках… – напомнил Сумрак.

– Обижаешь… – знакомый положил трубку.

Как в последствии узнал Карим, сидя в распределителе теплотрассы, вместе с Сумраком, «не понравится» означало, что теперь в рубрике «самая абсурдная и опасная выходка в жизни» появился новый лидер. Сам план был сложен и весьма рискован, но роль Карима была проста. Так как дело имели с чумой, все должны быть в костюмах с замкнутой системой дыхания. Все сводилось к тому, что человек «из полиции» которому Сумрак звонил, возьмет со склада два запасных костюма и противогаза. Далее неподалеку, за грудой оборудования, выходит из теплотрассы Карим, уже в подброшенном в распределитель костюме, проходит, стараясь не привлекать внимания, смешиваясь для врачей – с полицией, а для полицией – с врачами. Забирает болезнь и так же оперативно уходит, выпрыгивая из наскоро поставленной «раздевалки» прямо в люк распределителя.

Роль Лекаря – прийти, вылечить, уйти, не привлекая внимания. Одно «но» не могло дать ему смешаться с толпой – он едва передвигался, угнетаемый огромным количеством болезней. Когда Карим дослушал план Сумрака до конца, он хотел крепко намять бока последнему, но едва смог сделать размах. Сумрак предложил, нет, поставил перед фактом, что Лекарь на время предстоящей операции передаст все свои болезни ему. Это было не просто рискованно с его стороны, это было форменное самоубийство.

Несмотря на то, что часть инфекции Карим уже вывел из своего организма, и пока больной вернется в больницу, выведет еще, оставшейся гадости с лихвой хватит обычному человеку для того чтобы умереть за десять – двадцать минут. Сумрак не хотел его слушать, уперся как танк. Не зная причину такого поведения и за неимением других вариантов, Лекарь сдался. Сумрак никогда не совершал необдуманных действий, до этого момента. Но сейчас он рисковал умереть в страшной агонии и за что, за незнакомого парня? Или же просто потому, что Лекарь полез рисковать собой, а Сумрак решил помочь? Кариму стало не по себе. Неужели для этого человека нет более важной цели, кроме помощи ему? Это было далеко не так. Зная Сумрака, Карим был уверен, что в своем деле тот мастер, каких мало, а значит, очень и очень ценный и дорогой кадр. Но если и было что-то, что двигало товарищем сейчас, помимо обещания, которое Сумрак выполнил сполна уже давно, то Карим не догадывался, что именно.

Пока Сумрак организовал все задуманное, Лекарь «переработал» много клеток болезни, но до выздоровления было еще очень далеко!

И вот, ближе к обеду одиннадцатого числа, они сидели в подвале распределителя теплотрассы, из которого на улицу выходило шесть люков. Странный белый парень в костюме рабочего теплосети и в черной лыжной маске, и еле живой человек в костюме химзащиты и в маске из белой кожи с травами и лекарствами в ней. Свет их фонарей был единственным источником света, из распределителя в нескольких направлениях уходили трубы. Если бы кто- то спустился в один из люков распределителя, парням не просто было бы прятаться здесь среди больших труб, обернутых в утеплитель. Сумрак следил в щелочку чуть выдвинутого четвертого люка, находящегося в стороне от машины и места всех основных действий за всем, что происходило снаружи. Между люком, который будто случайно оказался под полиэтиленовым полом первой камеры, и люками на другой стороне распределителя стояла машина скорой помощи, ожидающая очередного вызова. Водитель этой машины ушел, чтобы его не попросили переставить машину подальше от входа в больницу в момент появления специальной группы. Эта машина должна была закрыть от посторонних глаз люк, через который Сумрак и Карим будут покидать подвал распределителя.

Когда основная группа оперативников вошла в отделение, Сумрак и лекарь подождали еще немного. Вскоре к входу подъехала еще одна машина скорой помощи. Около машины засуетились врачи в противогазах.

– Пора… – коротко выдохнул Сумрак.

Лекарь снял перчатку, обнажив бледную, сухую и очень горячую руку.

– Учти – посмотрев ему в глаза, предупредил Сумрак – я не смогу тебя прикрыть в случае провала, так что, если тебя обнаружат – беги.

– А как же…

– За меня не беспокойся, сам разберусь.

– Хорошо… я подумаю – Карим кивнул, незаметно скрестив пальцы на руке.

Он не помнил, откуда этот жест ему знаком? Но скрещивал как маленький мальчик пальцы всякий раз, когда «заранее брал свои слова обратно» – не собираясь исполнять обещание, которое кто- либо вынуждал его давать. Отвернувшись от Сумрака, он сменил свою маску на простую лыжную шапочку чтобы не вызывать подозрений у тех, кто может случайно встретиться пока он будет входить в комнату, где он должен был взять противогаз и идти дальше по полиэтиленовому коридору, но и не открыть своего лица случайным прохожим. Ведь и это исцеление будут расследовать… Затем он подвинулся к Сумраку.

– Тогда начали! – решительно сказал Сумрак, посмотрел на часы и крепко схватился за оголенную руку Лекаря.

Карим никогда еще не передавал болезни другим людям, хоть и знал, как это делается. Он много раз видел этот процесс при обучении. Его учителя все делали молча, им слова не были нужны. Учителя просто вкладывали образы напрямую в сознание, так что он досконально помнил процедуру передачи, но все равно боялся, что не сможет передать все страдания другому человеку.

Совесть прободной язвой впилась в сердце, скручивала живот и отзывалась дрожью во всем теле, но другого выхода не было. Лекарь сконцентрировался. Это необходимо. Ментально «собрав» все болезни своего тела в один комок в районе груди, он плавно пустил его по венам, тот послушно поплыл по руке. Когда комок доплыл до того места, где руки парней соприкасались, Лекарь вобрал в легкие побольше воздуха и плавно, но сильно, выдохнул, как бы «сдувая» болезненный комок на чужую руку. В этот момент глаза Сумрака помутнели, из уголка рта потекла вязкая слюна, а его и без того бледная кожа приобрела мертвенно- зеленый оттенок. Нужно поторопиться. Каждая секунда может оказаться последней для товарища.

Наибольшее количество сил у Лекаря уходило на то, чтобы заставить себя двигаться на той же скорости, что и окружающие его люди. Главный враг конспирации – спешка, об этом знает каждый шпион. Но когда Лекарь уже забрал чуму из парня с татуировкой дракона и девочки, явившихся Лекарю во сне, и услышал до боли знакомый «звон» золотых монет, ноги отказались слушать голову и несли его со скоростью, близкой к бегу. Наверное, именно это и спасло Лекаря от обнаружения.

Один из полицейских, был явно настороже, он был похож на гончую, почуявшую добычу. Лекарь не был уверен, что этот мужчина из полиции, даже скорее наоборот, он был почти уверен, что с копами этот человек связан весьма относительно, «шапочно». Уж больно живой и цепкий взгляд! Этот явно не на окладе сидит, а имеет свой, особый интерес.

Когда Карим снова погрузился во мрак распределителя, спрыгнув в люк теплотрассы, прикрыв его за собой, на секунду его пробрала дрожь. Лекарь не видел Сумрака, хотя по плану, тот должен был лежать здесь. Быстро сбросив костюм, сменив противогаз на маску, по ходу раздавив одну из ампул в ней одним привычным движением и включив фонарик, Карим посветил вглубь подвала распределителя, вдоль проложенных в теплотрассе труб. Силуэт сидящего в углу подвала сгорбленного человека заставил его радостно, с шумом выдохнуть и рвануться к нему.

Сумрак был уже на грани, его била мелкая приступообразная дрожь перед смертельной агонией, когда мозг старательно пытается выжить, но уже на грани гибели от токсикоза и недостатка кислорода. Еще на бегу Лекарь схватил его бледную, горячую руку.

– Живи, пожалуйста! Отдай все то, что убивает тебя. Болезни больше не властны над твоим телом!

Сказав последнее, Лекарь осел. Груз неизлечимых заболеваний вновь упал на его плечи и теперь, на фоне недавнего здоровья, казался неподъемным. Он вдыхал запах трав и лекарства, которое поддерживало его в борьбе, не в силах больше держаться на ногах.

– И дрогнет рука смерти… – слабо отозвался Сумрак, сигнализируя о своем существовании в мире живых. – И ты переносишь такое каждый раз?! Ты болен на всю голову!

– И… И какой же идиот… придумал эту фразу? – Карим никак не мог отдышаться, боль волнами проходила по всему телу, сочетаясь с судорогами.

– Я. В инете именно под этим «тэгом», или, если угодно, под этой «кодовой фразой» существует твой сайт. По этой фразе можно найти все форумы, которые «мониторим» мы с моими ребятами, набирая базу просьб и посланий к тебе. С недавнего времени твоя персона стала чуть ли не самой спорной в стране, появилось много фейковых^3 Лекарей, которые пытаются требовать за «исцеление» аванс, а потом исчезают. Мы конечно, это дело пресекаем, пишем предупреждения и «дэдосим^4» сайты, но они как грибы после дождя появляются – Сумрак выключил фонарик. В мгновение все стало однотонно- черным.

– Ну и славно… Тяжелее будет меня… настоящего найти – едва слышно прохрипел Карим.

– И то верно – сказала темнота голосом Сумрака. Послышался чирк зажигалки. В нос ударил едкий запах табачного дыма. – Надо выбираться отсюда, дружище. И поскорее… Одно плохо, эти аферисты портят твою репутацию. Многие теперь уверены, что ты деньги берешь за исцеление.

Но Карим уже не слышал последней фразы, от чумы и всех возвращенных Сумраком остатков вчерашних заболеваний, он потерял сознание и начал бредить, ощутив все тот же огонь в груди, растекающийся по телу тонкими, обжигающими струйками. Сумрак немного посидел, чтобы собраться с силами после пережитой боли и ужаса, затем позвал второго помощника от машины, стоявшей рядом с дальним люком распределителя, который тоже был одет в комбинезон работника теплосетей, и они вместе приподняли товарища и поволокли его к машине. Вместе товарищи довезли Карима до его жилища. Дальше Сумрак пошел один, оставив друзей у подъезда. Он поставил рядом с матрацем Карима кувшин с водой, закрыл двери и оставил Лекаря одного.

Глава 7

14 октября

Прошло три дня. Работы у Виктора хватало, и поиск Лекаря был не единственным делом на данный момент. Детектив старался успевать все и сдавать дела вовремя, вот только с Лекарем продвигалось медленно. Лариса всю неделю сидела в интернете, перечитывала море чатов, писала по поручению шефа различные «душещипательные» письма на сайты, где администраторы предлагали помощь Лекаря, таких сайтов оказалось, на удивление, немало. На письма Ларисы пришло много ответов, но все они были похожими на спам. Общий смысл ответов был похож на фразу: «Вышлите нам деньги и после этого мы свяжемся с вами, чтобы помочь…» – явно кто- то из аферистов пытался заработать на славе Лекаря.

Заказчикам он отправил отчет о проделанной работе, они пока были довольны и не торопили, но по опыту детектив знал, что уже через месяц заказчики потеряют терпение. И все же, несмотря на ловкость и удивительный ум Лекаря, детектив не терял надежды на его скорую поимку. В отчете детектив, конечно же, не стал упоминать о том, как Лекарь сбежал от целого отряда полиции, не оставив им даже волоска для экспертизы.

Войдя в офис утром, Виктор был неприятно удивлен. Лариса была одета просто вызывающе. Костюм был какого- то нереально яркого цвета, блузка имела настолько глубокий вырез, что мужчина даже усомнился, есть ли на ней пуговицы, или блузка просто заправлена в брюки, которые фантастическим образом не лопались по шву всякий раз, когда девушка садилась.

Конечно, детектив сам иногда поглядывал на грудь секретарши, и там было на что посмотреть… Но Виктор прекрасно понимал, что эта довольно умная, но при всей своей сообразительности поразительно инфантильная девочка не может быть партнером для серьезных отношений. Малейшая «слабинка», даже улыбка в хорошем расположении духа, давала ей повод позволять сумасшедшие вольности. Эта девочка хороша только на «очень коротком поводке». После первой жены, избалованной и капризной женщины, и тяжелого развода при котором он согласился остаться на улице, отставив ей квартиру, только бы больше ее не видеть и не слышать капризного голосочка, Виктор не собирался строить отношения с еще одной инфантильной дамочкой, моложе первой!

Нередко, глядя на свою сотрудницу, детектив вздыхал: «Угораздило же эту девчонку получить мозги выше среднего уровня и оставаться при этом инфантильным ребенком. Как это может совмещаться в одном человеке?!»

И поэтому как настоящий спортсмен на диете, он проходил мимо красавицы- сотрудницы как мимо кексов и тортов, которые любил, но не мог себе позволить. Это стало для него нормой жизни помнить, что ему можно, а что нельзя. Но когда Лариса своей чрезмерно открытой одеждой мешала ему работать, детектив сердился.

В последнее время «офисная пустышка», как называл ее раньше Виктор среди бывших коллег, изменилась, и он уже не раз удивленно поглядывал на свою секретаршу. «Неужели серьезнее стала? Быть не может! Я уж думал, что она безнадежна!» Но сегодня девушка вновь взялась за старое!

– Лариса! Мы неоднократно разговаривали о том, как можно и нужно одеваться в офисе! – окинул он ее строгим взглядом. Он всегда переходил с ней на «вы», когда сердился, и Лариса испугалась гнева шефа.

– Ну… я думала, что это офисный костюм… – пролепетала девушка.

«Ничего она не думала! За нее думали гормоны!» – мысленно возмутился детектив, но вслух сказал другое.

– Лариса! Вы сейчас же пойдете домой, и оденете приличный костюм и блузку! Эту одежду можете носить где угодно, кроме моего офиса! Время, которое Вы потратите на переодевание, Вы сегодня отработаете вечером! Вам понятно?!

– Да, конечно, шеф… – Лариса вскочила и простучала каблучками к выходу.

Ларису раздражала стойкость шефа. Только тот мужчина, что был первым в ее жизни, ушел от нее сам, и девушка тяжело пережила разлуку. После этого она приняла решение стать незаменимой, стать «роковой женщиной» которую нельзя забыть и освоила это нелегкое ремесло. Теперь если она уходила, то сама. Девушка искала «того самого» от которого захочется иметь ребенка, с которым захочется прожить всю жизнь. Иногда она позволяла себе мимолетные романы, но всегда прекращала отношения первой, и ее очередной любовник потом не раз просил ее вернуться. Виктор был на удивление упрям и непробиваем, и девушка уже не знала, привлекает он ее или раздражает своей неприступностью? Общение с ним заставило Ларису усомниться, все ли способы покорения мужчин ей знакомы? Лариса заметила, что ценит в женщинах ее шеф и начала учиться проявлять заботу, слушать, не перебивая и не вставляя фразы о себе. Она училась помнить о том, кто рядом и о его нуждах не только «по долгу службы», но и в бытовых мелочах, и в последнее время у нее это стало неплохо получаться.

Виктор подошел к кофеварке. Стоило ему протянуть руку к чашке, к горлу подступил кашель. Пришлось убрать руку и подождать, пока приступ кашля закончится. Кашель был настолько сильным, что детектив плохо контролировал свои движения во время приступа. Прокашлявшись, он взял, наконец, чашку.

– Хорошо, что успела сварить кофе – усмехнулся он, налил себе кофе и пошел к рабочему столу.

Сегодня нужно было сдавать дело о муже, изменяющем своей жене. Виктор распечатал фотографии, а также отправил в печать отчет, который закончил вчера вечером. Затем он сложил все в конверт, заклеил его и подписал. Нужно будет наведаться к ревнивой жене и отдать конверт, забрав у нее оставшуюся сумму. На сегодня других дел нет. Поэтому этот день можно полностью посвятить поискам Лекаря.

Виктор решил наведаться в инфекционную больницу еще раз, чтобы узнать о состоянии больного чумой. Детективу хотелось узнать, был ли у него рецидив? Судя по тому, что тот попал в больницу второй раз, «лечение» Лекаря дает кратковременный положительный результат и потом болезнь возвращается с новой силой.

Вход в отделение все также был закрыт временными тамбурами из полиэтилена, у входа стоял охранник. Когда Виктор предъявил пропуск, который выдал ему друг из следственного отдела, охранник долго и внимательно рассматривал его.

– Ну что вы тянете? – Виктор начал терять терпение – я уже был здесь и у меня вообще не проверяли пропуск, только у старшего следователя проверили…

– Вот потому сейчас мы проверяем тщательно! – резко ответил мужчина – того охранника уволили за халатность. Если вы были здесь, тогда знаете, что тогда произошло и не Вам возмущаться!

– Да, я хорошо это помню. Если бы сам не был здесь, тогда тоже сердился бы не на себя, а на того, кто упустил… – согласился Виктор – а тот чумной больной как? – решил он сократить время ожидания и «заговорить» охранника.

– Вы разве не знаете? Он выздоровел! Удивительно!

– Я могу с ним поговорить?

– Это к заведующему отделением, не ко мне. Тут у нас «кипиш» больной отказался принимать лекарства и два раза пытался сбежать из больницы. Его решили подержать до конца недели, чтобы убедиться, что повторения не будет, а больной шум поднял и его родственники тоже! Грозятся в жалобах похоронить! Ладно, проходите, сами с заведующим поговорите.

Детектив добился своего, охранник разговорился, расположился и «размяк», забыв убедиться, что пропуск многоразовый. Если бы охранник позвонил в отдел выдачи пропусков, то Виктор ушел бы от отделения «не солоно хлебавши», так как пропуск, частному детективу выдали только на один день, и он не являлся штатным сотрудником. Но охранник, разговорившись, отдал бумажку и открыл дверь, уверенный, что чужому не выдали бы пропуск.

– Кабинет заведующего справа. В отделение без его разрешения не пропустят – напутствовал он.

– Понятно. А костюм я смогу получить? – поинтересовался детектив.

– Да, у заведующего выдают. Только уже не такие как у вас были, у них свои.

Побеседовав с заведующим, Виктор получил разовый защитный костюм из тонкой синтетической ткани, одевающийся поверх одежды посетителя, и респиратор.

– А этого хватит для защиты? – поинтересовался мужчина.

– Да, этого достаточно – успокоил заведующий, встретив детектива как старого знакомого – бактерий чумы не обнаружено нигде в отделении, но эта предосторожность на всякий случай.

В бокс детектива проводила медсестра. Она открыла металлическую дверь бокса своей магнитной картой, и Виктор убедился, что в бокс не так просто попасть и если в первый раз Лекарь посетил все боксы, значит, у него должен быть такой же магнитный ключ, или универсальная отмычка, может быть вместе с хорошим «медвежатником» в придачу. Это подтверждало мысль, что Лекарь или «супермен», владеющий множеством различных необычных навыков или у него много помощников.

– Здравствуйте! – радостно приветствовал бывший больной новоприбывшего – Вы из органов?

– Да, а как Вы догадались? – удивился детектив.

– Мои родственники обещали написать столько жалоб в разные инстанции, чтобы меня выпустили, наконец! – больной зло посмотрел на медсестру, которая тоже была в костюме и респираторе – Я здоров, а они пытаются пичкать меня сильнейшими антибиотиками «на всякий случай». Им на всякий случай, а мой организм должен страдать, и мне потом с этим жить. Если бы я был болен, то молча терпел бы, но раз я здоров, зачем пить и колоть всякую дрянь!?

– Простите, но я не имею полномочий заставить врачей выпустить Вас.

– А зачем Вы тогда вообще пришли? – не понял больной.

– Я хотел задать вам несколько вопросов о Лекаре, который вылечил Вас – объяснил Виктор.

– А… так Вы охотник за этим добрым человеком?! Тогда я Вам ничего не сказал бы, даже если бы знал!

– Вы не поняли, я был здесь, когда он вылечил вас – детектив решил сыграть новоиспеченного горячего поклонника – и то, что я увидел, можно назвать настоящим чудом!

– Так вы не из полиции? – недоверчиво спросил пациент.

– А полицейские что, не люди? – парировал Виктор – я был на задании, но поразился тому, что сделал это человек! И был даже рад, что он потом исчез, потому что его достали бы, если бы он попался тогда!

– Я тоже был рад – немного расслабился больной.

Было видно, что молчание мучит его. Бывшему больному очень хотелось рассказать хоть кому-то свои переживания, но он не говорил никому, боясь навредить своему спасителю. С родными и друзьями ему запрещали видеться, а врачам он не хотел рассказывать. Теперь парень обрадовался, что есть сочувствующий человек, пусть даже из полицейских, но не желающий зла его спасителю.

– А как это произошло? Он вам какое- то лекарство дал? – детектив «загорелся», он был практически уверен, что сейчас все узнает.

– Нет. Он просто взял меня за руку… Хотя, может быть у него что-то было в руке… потому что я почувствовал удивительное тепло!

– И все? Он ничего не говорил?

Мужчина вдруг насторожился. Их беседа все больше напоминала допрос.

– Вы не радоваться со мной пришли,… вы ищете его, чтобы посадить… – грустно произнес молодой человек. – Как Вы можете! Этот человек ничего плохого не делает.

Теперь не было смысла прятаться, и детектив жестко ответил:

– Он обманывает людей, обещая полное исцеление, а сам только на время снимает симптомы!

– В первый раз у него просто сил не хватило! Он пришел ко мне совершенно больной! Я в последнем боксе оказался! – воскликнул парень и вдруг понял, что дал слишком много информации про Лекаря, и эта информация будет использована против его спасителя и замолчал.

– Но как? Разве больной может лечить больных? – продолжал Виктор.

– Ничего я Вам больше не скажу – устало промолвил пациент и замолчал.

Больше детектив не смог ничего выудить у пациента. На все вопросы он отвечал молчанием или монотонными ответами типа:

– Я не видел, я не знаю…

Виктор рассердился на себя, что не сумел сыграть правильно «спектакль», не узнал возраст Лекаря, национальность, цвет волос… хотя бы цвет бровей, которые больной мог заметить за стеклами противогаза. Теперь он знал, что этот Лекарь не супермен, что он или болен сам или старик и что у него может чего- то не хватить… А может быть это разные люди ходят по больницам и что-то приносят, что создает эффект удивительного тепла в руке и снимает боль?

Но видя чистую, розовую кожу бывшего больного, его бодрость и темперамент, детектив был склонен поверить, что тот здоров, но надолго ли?

Покинув инфекционную больницу, детектив достал распечатанный лист бумаги с адресами бывших пациентов онкологического отделения. Во время первого посещения онкологического диспансера Виктор оставил свой запрос и электронный адрес, на который должны были выслать адреса. Лариса подготовила ему распечатку и теперь детектив планировал проработать список.

По первому адресу Виктора встретила пожилая женщина. Она восторженно рассказывала про свое видение человека, укутанного в плащ и с какой- то белой маской с клювом, похожим на клюв птицы.

– Этот сон был таким ярким, как будто все было наяву! Я знаю, что это было видение Ангела! Но почему у него маска была на лице, я не знаю! – огорчилась она. Эта маска из белой кожи, я видела даже швы на ней, настолько правдоподобным был сон! Ангел взял меня за руку и очень добрым голосом сказал: «Я хочу, чтобы ты была здорова! Твои страдания закончены…». И боль вдруг исчезла. А вы не представляете, как я устала от боли за эти полгода! – она вздохнула, вспоминая все пережитые страдания – Я готова была отдать все, даже умереть уже согласилась, но смерть все не приходила! А тут пришел Ангел и исцелил меня! Кто- то из отделения говорил, что это был настоящий человек, но я не верю. Люди не бывают такого огромного роста! Его голова касалась потолка! И его плечи были на половину палаты!

– Так этот человек был огромного роста? – уточнил Виктор.

– Это был Ангел! – словно тупому медленно повторила женщина! – Люди такими огромными не бывают, молодой человек! Я же вам говорила, что это не- че- ло- ве- к!

– Хорошо. Это было видение… – согласился детектив – а что-то еще Вы запомнили? Какие-нибудь подробности?

– Нет, это все, что я запомнила… – вздохнула женщина – и все, что я могла сделать в благодарность за Ангела, я пошла в церковь, поставила свечку и милостыньку раздаю нищим. Может это «зачтется» мне как благодарность?

– Может быть… – устало вздохнул Виктор.

Виктору понимал, что он ходит по кругу. В какой- то момент казалось, вот сейчас все разрешится, появится новая зацепка, но потом все возвращалось к самому началу. Детектив вздохнул, пожелал женщине здоровья, попрощался, вышел из дома и поехал по следующему адресу. Садясь в машину, зло пробормотал:

– Люди готовы все отдать за иллюзию здоровья и дополнительную неделю жизни! Эта дама все равно умрет через пару лет, но готова все имущество отдать за год жизни!.. Хотя у нее выгодное положение, «видения» не нуждаются в деньгах, и не могут потребовать платы…

В следующем доме больной не пожелал встречаться и уехал из дома, когда детектив позвонил. На беседу согласилась только его мать. Больной отказывался идти на проверку в больницу и не отвечал на звонки врачей по телефону.

– Здравствуйте! – сухо поздоровалась пожилая женщина маленького роста худенькая и хрупкая, сложением напоминающая подростка – кому не дает покоя здоровье окружающих?

– Ну… здоровье или временная иллюзия, это только время покажет – ответил Виктор.

– За время болезни моего сына я научилась отличать – резко ответила женщина – мы боремся с раком пять лет, и у меня было время научиться видеть, когда ему действительно хорошо, а когда наступило временное улучшение. Кстати, кто вы?

– Частный детектив Макицкий Виктор – представился он и показал удостоверение, затем продолжил. –       Если ваш целитель настолько силен, что реально лечит неизлечимые болезни, тогда почему он прячется? Что ему скрывать, если он делает добрые дела? – Виктор решил «забросить удочку сомнения», кто знает, может не в этот раз, но позже, она усомнится и позвонит?

– Ни одно доброе дело не останется безнаказанным – с сарказмом усмехнулась собеседница – онкология «очистила» весь наш дом! За пять лет мы истратили все наши сбережения, продали все ценные вещи из дома, а они все назначают и назначают новые препараты! Илюша мог бы уже умереть от язвы желудка или от проблем с печенью, если бы он был чуть слабее, когда заболел! Одно лечат, другое калечат!

– Простите, как Вас зовут? – поинтересовался Виктор.

– Зоя Васильевна – представилась женщина.

– Я не стал бы его арестовывать, только задал бы несколько вопросов и, кто знает, может смог бы сделать так, чтобы его перестали преследовать власти? – он решил попытаться «завербовать» эту женщину.

Если женщина каким-то образом связана с Лекарем, может быть удастся заманить его в ловушку?

– Если Вы – детектив и хоть чего- то стоите, вам должно быть уже известно из интернета, что если раскроется тайна Лекаря, он потеряет свои способности целителя – резко ответила она.

– А может это ширма для прикрытия шарлатана? – прищурил глаза детектив – Вы об этом не думали?

– Если это шарлатан, то дай Бог побольше таких шарлатанов, тогда наши больницы были бы пусты! – женщина не сдавала позиции.

Виктор понял, что их спор ничего не даст и попытался разузнать хоть что-то, методом «научного тыка». Он изобразил, словно что-то знает о Лекаре.

– Конечно, пока он молод, хорошо давать такие обещания и знать, что твои клиенты верят в росказни, а потом быстренько убегать… – съязвил он и сам добавил мысленно «ты хоть возраст его знаешь?»

– Молодой он или старый, ему бежать нет смысла, только если он не хочет видеть, как благодарные исцеленные и их родные в ноги ему кланяются!?

«Не колется! – возмутился мысленно детектив – или сама не знает!»

– Мне одна женщина рассказывала, что Лекарь огромного роста, вы подтвердите это? – продолжал он.

– Да он ниже меня – рассмеялась женщина, и вдруг «прикусила язык» – да какая разница, какого он роста?!

«Так, и в этом полная неразбериха…!» – мысленно вздохнул детектив, но продолжал допрос.

– Интересно, если за один визит он «исцелил» целое отделение, может он не один работал? Может у него просто есть какие- то наклейки на ладошку, чтобы больным стало тепло от прикосновения, и они поверили, что их исцелили? Вера удивительная штука!

– Пусть и вера… главное мой сын здоров! А почему – это не моя проблема и не моя задача! – отмахнулась женщина.

Так Виктор и уехал от женщины ни с чем. Такого в его карьере еще не было! Он уже ненавидел этого молодого- старого, великана- коротышку, здорово- больного Лекаря, который хуже хамелеона менял не только цвет, но и размер от свидетельства к свидетельству. Детектив потратил несколько дней напряженного труда, но не смог узнать даже, был ли в инфекционном отделении именно Лекарь или его помощник? Виктор помнил, что среди врачей все мужчины были среднего роста, ни великанов, ни карликов среди них не было. А потому как своих оперативников детектив знал всех, то из незнакомых в отделении были только врачи! Единственная женщина- врач осталась в отделении после исчезновения Лекаря, да и все свидетельства все же оставляли один факт неизменным – это был мужчина и все, не великан и не коротышка… хотя бы основываясь на том, что он видел сам в отделении, когда Лекарь вылечил чумного.

Виктор уже собирался ехать в офис, считая все поездки бессмысленными, но последний адресок оставлял одну слабую надежду и детектив решил все же проверить его.

Глава 8

Выходя от пожилой женщины, детектив глянул на часы, подошло время обеда, и он решил перекусить, прежде чем идти в следующий дом. Но по пути не попалось ни одного кафе, и мужчина зашел в магазин, где был кулинарный отдел. Купив три крупных пигоди^5 и бутылку холодного напитка Тан^6, он попросил продавца разогреть пигоди в микроволновой печи, стоящей на рабочем столике. В магазине не было места для еды, и он вернулся в машину. Обратив внимание на то, что неудачно припарковался, Виктор вздохнул и поехал к месту назначения в надежде, что в частном секторе найдет место для парковки и сможет нормально поесть.

Подкатив к небольшому домику на тихой, заросшей вишнями улочке, Виктор остановился и, заглушив машину, принялся обедать. Наевшись, мужчина потянулся, расслабился и закурил. Он устал от суеты и бесполезности сегодняшнего дня и потому позволил себе отдохнуть. Поздняя осень в этом тихом переулке еще не заставила деревья сбросить свой прекрасный желто- оранжевый наряд. Было необычно в паре кварталов от центра города окунуться вдруг в деревенскую тишину. Этот район города местные называют «Компот» из-за названий улиц: «Вишневая, Грушевая, Дачная, Садовая, Водная». Этот район сочетает близость к центру города, огромные дорогие особняки и старые, нередко покосившиеся домики постройки начала двадцатого века. Жители района также составляют удивительную смесь респектабельных бизнесменов и служащих с самыми низкими зарплатами, у которых нет возможности даже подлатать протекающую крышу дома. Многие бедняки района, в то время, когда цены на их участки возросли до космических высот, продали их и переехали чуть дальше от центра в прекрасные новые дома. И лишь самые упрямые из старых жителей, все еще живут здесь и их дома действуют на нервы богатым соседям, мечтающим сделать район дорогим и красивым.

Дом, который был указан в записной книжке Виктора, рядом с которым остановился детектив, был средним между новыми особняками и старыми развалюхами. Когда- то этот дом был самым дорогим на улице, и его хозяин занимал серьезную должность. Но вот уже три года к калитке даже почтальон подходил с опаской. Соседские дети слагали ужасные легенды о чудище, которое живет в этом доме, дети хозяина и его жена не появлялись здесь уже не один год. И многим понятен был этот ужас. В доме жил мужчина у которого был рак кожи какой- то странной формы. Его лицо или то, что от него осталось, сложно было назвать человеческим. Только одно пятно здоровой кожи на лбу напоминало о том, что когда- то это лицо было нормальным. Но с момента заболевания, лицо стало опухать и покрываться черной коркой, которая постоянно трескалась. Из трещин часто сочилась кровь, и сукровица капала на пол. Врачи постоянно пытались вылечить мужчину, и время от времени клали в больницу, с его согласия испытывая на нем все новые лекарства и аппараты, которые поступали в их распоряжение. Но болезнь только прогрессировала. В последнее время его лицо было ужасной черной маской, покрытой сочащимися кровью трещинами. Сам мужчина уже обнищал, у него не осталось денег на лечение, он стал худым как тень и огромная черная голова, держалось на худой, тонкой шее, переходящей в тело, скорее напоминающее скелет, обтянутый желтой кожей. Глаза казались крошечными влажными точками.

Мужчина был настолько уродлив, что от акимата^7 ему выделили человека, которому он набирал по СМС список продуктов и тот два раза в неделю приносил продукты и оставлял ему сразу за калиткой, боясь войти в дом. Ни один человек не согласился бы брать из его рук наличные и потому мужчина оплачивал все покупки через интернет со своей пенсии. Благо, что уровень развития и навыков позволял больному делать это.

Если бы Виктор знал, что именно от этого человека читал душераздирающее письмо, мольбу о помощи на сайте Лекаря, с добавленной к письму фотографией, то сейчас вряд ли решился бы зайти в дом. Но детектив не знал, что в интернете уже видел фото своего будущего собеседника.

Сейчас наслаждаясь сигаретой, Виктор обдумывал как вести беседу, чтобы хоть что-то узнать о разыскиваемом Лекаре. Скорее всего этот больной также будет скрывать все… Но как добиться от него полезной информации?

«Сидеть и наслаждаться тишиной, журчанием речки неподалеку и подставлять лицо прохладному ветру нужно после работы!» – напомнил себе детектив, закрыл окно машины и открыл дверцу. Нажав на кнопку звонка у калитки, Виктор не был уверен, что его пригласят пройти в дом, но хозяин на удивление радушно пригласил войти и предложил горячего чая, чтобы согреться.

– Спасибо, я не замерз – ответил вежливо детектив – и все-таки, от горячего чая не откажусь.

– В доме стоял застаревший запах, похожий на запах плесени. Но вместе с ним ощущался довольно резкий запах хлорки и лимонного освежителя воздуха. Похоже, здесь недавно обрабатывали хлоркой все помещение, а освежителем пытались перебить хлорку. Несмотря на запахи, дом встречал строгостью, чистотой и уютом, хотя женской руки здесь не было заметно.

Хозяин, радостно хлопоча, поставил на чисто вымытый стол чайные чашки, печенье, сахар и небольшую тарелочку с тонко нарезанными дольками лимона.

– Когда Вы позвонили, я не понял, откуда Вы, но я рад принять гостей! Я много лет живу один, и у меня давно не было гостей! Я рад посидеть с вами за чашкой чая!

– Как я и сказал по телефону, я хотел бы спросить у вас о человеке, который вылечил Вас – начал Виктор, глотнув ароматный крепкий чай – а Вы, как я вижу, ценитель хорошего чая! – похвалил он.

– Я ценю красоту жизни! Особенно после болезни! Это такое счастье снова жить здоровой, полноценной жизнью! – воскликнул мужчина. Но в его голосе почему-то прозвучали вымученные, высокопарные нотки и от этого фраза казалась фальшивой.

– Вы помните человека, который вылечил Вас? – стараясь изобразить беспечность, поинтересовался детектив.

– К сожалению, он пришел ночью. В темноте мало что можно разглядеть – с готовностью ответил хозяин дома.

– А что он сделал?

– Он только взял голой рукой мою руку. У него очень теплые руки! В тот же миг мне показалось, что боль через мою руку вдруг перетекла к нему!… Я прямо чувствовал, как боль вытекает, как будто вода! Я не видел его лица, только через стекла его маски, похожей на клюв птицы, видел глаза, и я понял, что он ощутил мою боль! В его глазах появилось страдание! Такое же страшное как мое! Он даже скорчился от боли! И чем легче становилось мне, тем больнее становилось ему, мне так показалось! – на лицо мужчины легла тень грустных воспоминаний.

– Он Вам что-то дал? Может лекарство какое- то или в руке было что-то? Может аппарат какой- то? – допытывался Виктор.

– Нет! Точно у него были пустые руки!

– А Вы уверены, что выздоровели? Или может быть, Вам только показалось?

– Знаете, я очень долго болел и пережил всё презрение, на которое только люди способны! Мне сделали много зла! Моя болезнь изуродовала меня и из-за моего уродства люди часто поступали со мной крайне жестоко! Если бы этот человек не вылечил меня, Вы бы не стали со мной сейчас разговаривать! – мужчина вдруг разоткровенничался. Заметно было, что его давно никто не слушал и теперь он говорил, забыв о том, что у слов могут быть последствия – …Я думал, что как только вылечусь, моя жизнь сразу станет как прежде! И что я сам стану прежним. Но я ошибался! Внешнее уродство навсегда изменило меня! Этот Лекарь вылечил мое тело, но уродство осталось в моей душе. Вот здесь – он ударил себя в грудь – живет комок ненависти ко всем людям! Мне стыдно, но я даже этого Лекаря ненавижу, хотя он был единственным, кто не побрезговал прикоснуться ко мне! Теперь я понял, моя болезнь живет во мне! Она только изменила свое местоположение! Раньше она жила на лице, теперь вот здесь! – и он снова ударил себя в грудь.

– Вы можете описать Лекаря?

– Да что там описывать? Он был среднего роста. Кажется, не толстый, под плащом и каким-то комбинезоном, тем более еще в темноте было плохо видно. На лице белая кожаная маска похожая на клюв птицы, на глазах окуляры… они поблескивали иногда в свете фонарей, которые горели во дворе больницы. Руки очень теплые и мягкие… больше я ничего не видел.

– Вы уверены, что болезнь не вернется?

– Нет, я ни в чем не уверен! Я же сказал, что мне кажется, что она не исчезла, только в душу ко мне перекочевала! К сожалению, моя жизнь почти не изменилась! Моя жена уже замужем за другим, дочь все также боится видеть меня, хотя я битый час пытался ей втолковать, что меня уже вылечили! Ничего не изменилось!

– Вы говорите, что я не согласился бы зайти к Вам в гости, если бы Вы не выздоровели – детектив решил чисто по- человечески помочь тому, кто по мере сил сейчас помог ему, – может быть вам просто завести новых друзей, кто не знал Вас до того, как Вы заболели, и не видел Вас болеющим? Может даже место проживания сменить, чтобы соседи не могли рассказать о вашем прошлом Вашим новым друзьям..?

– Слушайте! Почему я сам до этого не додумался?! Ведь это же так просто! – обрадовался мужчина.

Они еще немного поговорили. Виктор понял, что больше этот человек действительно ничего не знает, и он откланялся, несмотря на то, что хозяин приглашал его еще задержаться и поболтать. Когда Виктор уже выходил со двора, он вспомнил, что не задал еще один важный вопрос:

– А как Лекарь узнал о том, что Вам нужна помощь?

– Я на один из сайтов написал, где предлагают его помощь и фотографию приложил, чтобы он не сомневался, что его помощь мне нужна! – ответил мужчина – на сайте столько ужасных вещей люди написали, что я хотел удалить свое письмо, но решил сделать это, когда меня из больницы выпишут. Но Лекарь меня раньше нашел! Теперь я удалил свое письмо, но мое фото уже разошлось по интернету. Они из меня «страшилку» сделали!

Перед глазами детектива вдруг встала ужасная черная голова с фотографий в интернете, с сочащимися ранами, и его обед подкатил к горлу вместе с выпитым в доме этого человека чаем. Видавший виды бывший оперативник едва сдержался, чтобы не оставить обед у калитки дома. Сегодня его и без этого немного мутило, но сейчас Виктор не смог остановить воображение, нарисовавшее ему картину, которую он видел недавно. Как только хозяин вместе с домом исчезли за поворотом улицы, Виктор остановил машину, и его вывернуло в ближайший арык. Он не смог удержать пищу в желудке после мысли о том, что на этот стол, с которого он брал чашку чая, капала кровавая жидкость со страшного черного лица.

После того как желудок детектива очистился, его задушил кашель. Следующие пять минут, мужчина пытался успеть вдохнуть воздух в коротких перерывах между приступами кашля. В конце приступа в уголках губ мужчины появились капельки крови. Виктор не знал, откуда эти розовые капли, из желудка или из легких, но ему сейчас было все равно. Когда он смог, наконец- то вздохнуть, мужчина добрался до сиденья и рухнул в него совершенно обессиленным.

– Да… старым знакомым тяжело будет общаться с этим человеком! – прошептал детектив – да и я почему-то больше не хочу с ним видеться – скривился он в грустной и саркастичной ухмылке.

И все же в этом случае вмешательство Лекаря налицо, вернее на лице! Этот Лекарь действительно сделал невозможное! Если медики пытались лечить этого человека не один год, а Лекарь убрал ужасную маску с его лица одним прикосновением, даже если болезнь не эмоционально, а физически ушла внутрь… тогда все равно стоит признать, что этот человек что-то может, что он не такой уж шарлатан!

Вернувшись в офис, Виктор составил отчет и отправил его заказчику на e- mail. Ему нечем было похвалиться, но и молчать тоже было бы не правильно. По договоренности детектив должен был не только найти Лекаря, но и дать подтверждение, что этот легендарный Лекарь – шарлатан. В начале, Виктор легко мог писать об этом, но сегодня он отправил первый отчет, в котором поставил под сомнение непрофессионализм Лекаря.

Войдя в офис, Виктор попросил Ларису сходить в ближайшее кафе и взять для него сорпу на вынос. Он хотел отдохнуть в тишине офиса, но желудок сводило после всего, что с ним случилось. Съесть твердую пищу Виктор сейчас не мог, а от вкусного бульона совсем бы не отказался!

Лариса захватила из офиса пластиковую герметичную емкость, чтобы донести заказ горячим и выскользнула из двери. Девушка заметила необычную бледность и усталость шефа, и ее не пришлось просить дважды.

Отправив отчет, Виктор медленно выхлебал свое любимое блюдо из баранины, добавив в нее побольше перца.

– Интересно – медленно и лениво произнес детектив – почему, когда я попытался дома сварить бульон из баранины, на нёбе оставалась неприятная жирная пленка, а у этого повара вкусно и без этой пленки?

– Просто, когда повар варит мясо, то добавляет в бульон немного растительного масла – спокойно ответила Лариса.

– Откуда Вы это знаете? – удивился Виктор.

– Многие хозяйки это знают – уверенно ответила девушка. – Ну… те, кто часто готовят блюда из баранины. Ну, и… еще его горячим едят – обворожительно улыбнувшись, добавила секретарша.

– Я в курсе – усмехнулся детектив – спасибо, госпожа очевидность. А чайник у нас горячий?

– Да, я только что пила чай. Но после сорпы, думаю, лучше будет подогреть, для здоровья полезнее – она пошла за свое изобретение – изящную стенку из диагональной решетки из бамбуковых палок, с небольшими букетиками из искусственных цветов на каждом «крестике», которую она также купила на выставке современного творчества. На столике стоял электрический чайник, кофеварка, и все необходимое к чаю, включила чайник, затем сообщила – я Вам пирожные купила, не знала, будете ли Вы обедать в офисе или только чай будете пить?

Сегодня Виктор хотел уйти пораньше с работы – день оказался тяжелым, да и грудь заболела после последнего приступа кашля. Выпив чая, он собрался идти домой.

– Лариса, завтра я немного задержусь – сообщил он секретарше – если будут важные звонки, скажи, пусть звонят на сотовый.

Назавтра с утра Виктор решил сходить в поликлинику, проверить свои легкие. Он уже давно не проходил флюорографию и решил не рисковать и провериться. Предполагая, что в поликлинике могут оказаться большие очереди, он предупредил сотрудницу.

Виктор пришел в поликлинику рано, еще до открытия регистратуры. Ему повезло, он получил первый номерок и как только доктор вошел в кабинет, детектив был у него. Осмотрев и послушав больного, доктор нахмурился, посетовал, что тот как все мужчины – идет в поликлинику только когда совсем «приспичит» и выписал несколько бумажек.

– Это направление на обследование. Сегодня Вам нужно сдать все эти анализы, сделать рентген, и желательно попасть на прием к нашему УЗИсту для исследования органов брюшной полости. Сегодня принимает очень опытный специалист. Завтра будет работать девочка- интерн, поэтому советую пройти сегодня.

– Так много всего! – расстроился Виктор. Он так надеялся, что уйдет из поликлиники быстро, если попал на прием первым!

– Это очень важно! – строго ответил доктор – ваш кашель может оказаться серьезнее, чем обычная простуда!

– Но мне сейчас совсем некогда болеть! – с досадой выдохнул детектив.

– Болезнь никогда не бывает вовремя… – напомнил врач – но любую болезнь легче победить, пока организм еще силен и может с ней бороться, так что не тяните! Как только анализы будут готовы, сразу ко мне!

– Хорошо. Я пройду сегодня все – обещал Виктор и покинул кабинет.

В этот день детектив на полдня оказался в роли больного, и эта роль ему совсем не понравилась, длинные очереди из старичков и старушек в лабораторию, затем на УЗИ. Кашель, словно испугавшись врачей, сегодня совсем не донимал и мужчина даже задумался, не поспешил ли он с больницей? Может болезнь сама прошла бы? Когда он, наконец, выходил из поликлиники, позвонила Лариса.

– Виктор Владимирович, Вам звонили из онкологии, сказали, что это срочно. Так что, наверное, будут скоро звонить Вам на сотовый – предупредила она.

– Хорошо, спасибо – коротко ответил он.

Не успел он нажать кнопку «отбой» как телефон зазвенел опять.

– Детектив Макицкий слушает – представился Виктор.

– По результатам вашего последнего отчета – заговорила трубка голосом администратора онкологии – у нас было совещание и руководство решило поручить общение с Вашим агентством другому человеку. Сегодня он подойдет к вам в офис, чтобы познакомиться с Вами и поговорить – сухо сообщила она. – Когда Вы будете на месте?

– Через пол часа, если не будет пробок – ответил Виктор и попрощался.

Он перезвонил Ларисе и попросил взять ему в том же ближайшем кафе на обед фирменный плов с добавлением небольшого количества салата из огурцов с помидорами.

– Похоже мне не удастся посидеть спокойно в кафешке, нужно будет пообедать быстрее, в офисе, пока их новый представитель не придет! Я им время с запасом сказал – сообщил он Ларисе.

После чего сел в машину и довольно быстро добрался до офиса. Перед приходом посетителя он успел пообедать и спокойно выкурить сигарету.

Виктор словно знал, что встреча с новым представителем будет не простой. Вошедший в офис мужчина был одет «как все», но видно было, что каждая деталь его, неприметной одежды тщательно продумана. Этот легко растворится в толпе, если не смотреть ему в глаза.

Глаза посетителя казались похожими на фотоаппарат. Они отмечали мельчайшие детали всего, что попадало в поле зрения. Посетитель был холоден, умен и казалось, что даже обоняние у него развито больше, чем у нормальных людей. Мужчина напоминал прекрасную ищейку.

«Если у них есть «ищейки» такого класса, зачем им нужен я?» – невольно задумался Виктор.

И посетитель, словно прочитал его мысли.

– Наша организация выражает Вам благодарность за Вашу помощь в поиске нарушителя – начал Сыщик и детектив понял, что это «отставка», еще до того, как посетитель закончил фразу, а посетитель продолжал – но дальше расследование буду вести я. Вопрос оплаты Вы можете решить с администратором, если вы издержали сумму больше, чем она Вам оплатила. Сейчас Вы должны передать мне всю информацию на этого человека и я должен убедиться, что Вы уничтожите всякое упоминание о нем и о сотрудничестве с онкодиспансером с вашего компьютера. Если нам еще потребуется Ваша помощь, я Вам позвоню.

– Я что-то сделал не так? – поинтересовался Виктор.

– Нет, все прекрасно! Вы сделали свою работу хорошо, если Вам это будет нужно, наше начальство даст Вам хорошую рекомендацию.

– Так почему у меня забирают дело? – не отставал детектив.

Он ненавидел бросать дело посередине. Когда он работал на государство, его раздражало, что самые интересные дела нередко забирали и отдавали «в высшие инстанции». Теперь он был хозяином себе, и эта фраза резанула слух. Кто посмеет сейчас заставить его бросить дело, если он пожелает продолжать его расследовать?!

– У вас нет достаточного уровня доступа – объяснил Сыщик. Его глаза улавливали малейшие движения на лице частного детектива. Он заметил огорчение и добавил – если Вы попытаетесь проводить расследование, у Вас будут серьезные неприятности, вплоть до лишения лицензии. Так что не советую… Если нам еще будет нужна информация, мы с Вами свяжемся!

– Понятно – ответил Виктор.

Но сам подумал: «Перетопчешься! Лекарь мой, и я его найду! Вот только говорить вам или нет, я буду решать сам!» Понимая, что перед ним сидит профессионал, детектив применил все свои артистические способности, чтобы посетитель не догадался, о чем он думает. Сыщик прищурился и пристально наблюдал не только за Виктором, но и за Ларисой, которая изобразила полную «дурочку» и увлеченно играла в какую- то детскую игрушку на компьютере. Сегодня она была в цветастой блузе и красной юбке, которая заканчивалась чуть ниже того места, где начинались ноги. В «комплекте» с обесцвеченными волосами, ярким макияжем и маникюром она создавала впечатление глупышки, думающей только о том, чтобы привлечь внимание мужчин к собственной персоне. Сыщик едва заметно поморщился, после Ларисы бросив взгляд на Виктора, явно презирая частного детектива за то, что тот нанял глупую «пустышку» ради ее внешности. И только теперь детектив до конца оценил своего сотрудника – никто из клиентов не подозревал об остром уме Ларисы и при ней никто не скрывал своих истинных мыслей и чувств.

«Так вот почему Лариса так много знает о клиентах! – догадался, наконец, Виктор. Как любой одинокий мужчина, работающей с «озабоченной» дамочкой рядом, он защищался, как мог от ее влияния и не сообразил, что у этого «оружия» есть и другое назначение! – Молодца! – невольно восхитился детектив – нужно будет выписать ей премию! И пусть она не догадывается за что, пусть не знает, что я «раскусил» ее!»

– Вы должны при мне уничтожить все файлы, касающиеся Лекаря и всю нашу переписку.

– Конечно, без проблем – с готовностью согласился Виктор – только я слишком мало узнал за это время. Ничего важного о его месторасположении.

– Ничего, дальше я сам – все также бесстрастно продолжал Сыщик.

– Простите за любопытство, но почему нанимали меня, если у них были Вы? – решил все же спросить детектив – и если они могут позволить себе нанять специалиста Вашего уровня?

– А какого это, «моего» – усмехнулся Сыщик.. – и… они не наняли меня, я в штәте… но не онкологии. Теперь мы берем это дело.

– Понял, что я задаю слишком много вопросов… – пробормотал Виктор и замолчал.

В эти короткие мгновения вопросов возникло намного больше, чем было получено ответов! Но спрашивать дальше было уже опасно. Придется довольствоваться своими наблюдениями и потом спросить у Ларисы, что она заметила?

Удаление файлов заняло несколько минут, папку с бумагами и немногими фотографиями, Виктор тоже передал Сыщику. Он не сказал, что основная часть материалов хранится в компьютере у Ларисы. Сыщик не мог представить, что такой «пустышке» любой, хотя бы сколько- то понимающий в своей работе детектив, мог доверить важную информацию!

«Вот это Лариска! Ай да молодца! – ликовал в душе детектив, глядя как его секретарша беззастенчиво разыгрывает полную и ужасно обаятельную дурочку. – Если она даже такого сыщика провела, все остальные ей просто нипочем!»

А Лариса тем временем предложила чай сыщику, старательно строя ему «глазки» и мило улыбаясь. Она несколько раз слегка поправила на груди блузку, чуть приоткрывая грудь, но не настолько откровенно, чтобы выглядеть вульгарно «чтобы не спугнуть» – прокомментировала бы этот жест другая женщина, если бы была рядом.

Закончив «чистку» офиса от дела Лекаря, сыщик направился к двери. Виктор поднялся из-за стола, чтобы проводить посетителя. Прощаясь, сыщик смерил взглядом хозяина кабинета, словно говоря: «Я был о Вас лучшего мнения! Куколок нормальный детектив держит дома, а не в офисе. На работе умные люди работают… Удивляюсь, что вы в подобной атмосфере еще что-то делать успеваете! Один с «грузилом» в шестьдесят килограммов!»

– Зато приятно приходить на работу! – вслух парировал Виктор.

Посетитель презрительно скривился и покинул офис.

*****

Сыщик не всегда был только сыщиком. Макс вырос в бедном квартале в нижней части города, в местечке, где крошечные халупки были построены плотно одна к другой. В тесных кварталах этого района было прописано так много людей, что власти города много лет мечтавшие снести их, не могли себе позволить сделать это. По закону каждый, кто попал под снос, должен был обеспечиваться жильем, не меньше одиннадцати квадратных метров на человека. Но в этих трущобах на одиннадцати квадратных метрах было прописано до двадцати человек. Они не все жили в комнатке, но прописались задолго до принятия закона о минимальном количестве квадратов на человека. И теми, кто был прописан в одном маленьком квартале, можно было заселить половину микрорайона и потому власти терпели трущобы в развитой части города.

Почти каждый мальчишка или девчонка, выросшая в этих кварталах, мечтали вырваться из своего района, хотя и научились выживать здесь. Но, даже вырываясь и проживая в других районах города, они сохраняли прописку своего района, в надежде, что властям все же надоест терпеть трущобы в городе и им дадут квартиру. Большинство мальчишек района начинали пить и курить, едва начав говорить, девочки легко шли «по рукам» чуть достигнув зрелости, если они были хоть сколько- то привлекательными. Местная банда не впускала чужаков, и посторонним здесь было опасно даже проходить по улице после восьми вечера.

Нередко по ночам в районе раздавались выстрелы, в каждом доме почти обязательно хранилось оружие, даже если применялось только для защиты. Пьяные драки и разборки банд были здесь обычным делом, и никто особенно не волновался на эти темы, люди скрывались в своих домах, стараясь не вмешиваться, чтобы не попасть под случайную пулю или под шальной нож в поножовщине.

Детство Макса прошло в эпоху лихих девяностых – развал страны, бесчинства банд, делящих территорию. Тогда жизнь стоила не много. Наркотики, пьянство, грабежи и убийства были нередким явлением на фоне парализованной власти и бездействия органов правопорядка.

Макс мечтал о другой жизни, как и многие ребята, кто не спился до семнадцати лет. Он был поздним ребенком одинокой женщины, и его мать должна была выйти на пенсию, когда Максу исполнилось двенадцать лет, но она не могла себе этого позволить из-за мизерной пенсии от государства. Мать всю жизнь проработала за станком на заводе, где подорвала здоровье и к совершеннолетию Макса выглядела древней старухой, хотя была еще и не так стара. Она воспитывала сына одна и учила выживать:

– Кроме тебя у меня никого нет, сын, ты должен выжить. Запомни, главное – это выжить! Принципы для интеллигентов. Ищи сильных и богатых людей, попытайся стать для них незаменимым, и тогда ты сможешь найти лучшее место, чем наши трущобы.

В детстве Макса был один закон – закон джунглей, где выживает сильнейший и он выжил в то непростое время в своем сложном районе.

Счастье улыбнулось Максу, когда один из главарей местной банды приблизил его к себе, заметив его незаурядный ум и внимательность к деталям. Макс замечал мимолетные движения на лице собеседника, «читал людей», и в большинстве случаев делал правильные выводы. Поэтому главарь нередко брал Макса с собой на «стрелки»[8], прислушиваясь к его советам.

Затем появился Марат – будущий глава казахстанского отделения Wingcorb – очень умный, расчетливый и жесткий. Он убил главаря банды, «подмяв под себя район». Здесь, в этих трущобах зародился местный филиал Организации, которая, по слухам раскинула свои «щупальца» по всему миру и существовала уже не одно столетие. Большая часть участников была набрана из банды этого района. Глава предложил молодому перспективному на его взгляд человеку оплатить образование, если тот обещает отработать в его Организации десять лет. Потом, если парень пожелает, он мог, по словам Главы, уйти.

Макс согласился, почти не раздумывая. Жизнь в его районе редко дарит подобную удачу. Марат предложил Максу с матерью переехать в новую квартиру сразу после поступления парня в юридический колледж. Пока Макс учился, после учебы он должен был работать охранником при Марате. Сначала Максу платили мало, и мать продолжала содержать сына. Но уже через полгода Максу добавили зарплату, и он смог освободить мать от работы. Ее пенсия теперь называлась «на мороженное» и женщина могла насладиться заслуженным отдыхом.

После года обучения, Марат проверил навыки и знания Макса и оставался доволен вложениями. Парень получал все более сложные задания и блестяще с ними справлялся.

Не успев закончить колледж, Макс исполнил совет матери, он стал незаменимым сыщиком и Глава приблизил его к себе, сделав вхожим на заседания организации с правом голоса. О том, чтобы уйти из Wingcorp Макс и не думал. Он прекрасно понимал, что подобного высокого положения, при его прошлом, он еще многие годы не сможет занять ни в одной организации мира! Кроме того Макс узнал так много, что теперь его никто бы и не отпустил из Организации живым.

Двое детей Главы росли при Максе, и он видел их формирование и частично влиял на их воспитание, но с Киром и Нонной Макс признал свое бессилие и ограниченные возможности, потому что он не мог даже предполагать, что из ласковых и любознательных детей вырастут те взрослые, которых он видел сейчас! Они выросли совсем не такими, как представлял себе Макс, хотя их ум, внимательность и цепкая память остались с ними. Но он не мог понять, куда делась их доброта и мягкость?

Глава 9

Когда гость отъехал от офиса, Виктор подошел в секретарше и только открыл рот, чтобы похвалить ее, как вдруг она яростно замахала руками, указывая на стол шефа. Детектив сразу понял, что Сыщик оставил «жучок». Виктор кивнул Ларисе, склонился к полу и заглянул под столешницу со стороны клиента, там действительно был приклеен крошечный микрофон, затем спросил:

– На сегодня работа закончена, может чашку чая с пирожным?

– Конечно! Спасибо! – жеманно ответила девушка – Вы приглашаете, шеф?

– Да, я приглашаю! – ответил Виктор.

Они пошли в ближайшее кафе и сели за столик.

– Не нравится мне это! – проворчал детектив – я теперь в собственном офисе не могу спокойно говорить!

– Ну да… неприятно – ответила девушка – но если сейчас снять, он опять придет, и может подкинуть незаметно, тогда не факт, что мы будем знать. Наверное, он хотел убедиться, что Вы не будете продолжать поиски Лекаря. Если это так, то через время, если он поймет, что Вам это неинтересно, может, снимет сам или «уборщица случайно смахнет…» Но только нужно, чтобы он интерес потерял.

– Спасибо, что ты заметила и предупредила – от души поблагодарил детектив – ты вообще у меня ценный кадр, внимательный…

Больше Виктор не стал ничего говорить, чтобы Ларису «не понесло», он знал меру во всем, в том числе и в похвале. Сидя в кафе, они поговорили о новом знакомом. Как Виктор и надеялся, Лариса заметила множество деталей в поведении Сыщика.

– Он так сильно боится, что мы что-то узнаем, что мне даже интересно стало, чего же мы не должны знать? – кокетливо улыбнулась девушка.

– Запретный плод сладок? – усмехнулся детектив.

– А что, Вы действительно больше не будете искать Лекаря? Мне удалять инфу про него?

– Нет, не торопись. Сначала запиши мне копию на сотовый… вдруг пригодится? – усмехнулся Виктор, привычно крутя в руках небольшой металлический цилиндр. – А с рабочего компа точно нужно убрать… зачем нам неприятности? – Если я правильно понял, то этот товарищ не из онкологии, а значит «это птица высокого полета», вдруг они обыск устроят? В первый раз мы смогли их обойти, но везение не бывает бесконечным!

– Хорошо, шеф, будет сделано – коротко рапортовала секретарша – кстати, простите за любопытство, можно узнать, что Вы часто крутите в руках?

– Это подарок от одного бывшего клиента. Для меня он стал что-то вроде «талисмана». Когда я сталкиваюсь со сложными делами, кручу его в руках и почему-то приходят в голову простые решения сложных вопросов. У этого цилиндра почти идеальные формы на мой взгляд! Сейчас мне нужно просто успокоиться… – Виктор продолжал задумчиво крутить цилиндрик в руках.

– Что касается нашего посетителя, мне показалось, что он догадывается, или даже уверен, что Вы будете следить за Лекарем, так что если что, будьте осторожны! – сообщила Лариса.

– Мне нужно, чтобы ты следила за сайтом, где была выставлена та фотография с ужасным черным лицом, но только под псевдонимом…

– Обижаете, шеф… – изобразила обиженную Лариса – там все под «никами», я что, левая, писать свое имя!

– Хорошо. Постарайся вовремя меня предупреждать, если кто- то особенно «тяжелый» появится. Если я правильно понял, Лекарь к таким в первую очередь идет. И еще, теперь будем называть его только Клиентом… – он слегка приподнял брови, чтобы показать, как именно этот клиент будет отличаться от других, то есть, только мимикой. – Чтобы кто- то ненароком не услышал, что мы им интересуемся… и еще, если я тебя приглашу в кафе перекусить, не воспринимай, пожалуйста, это как лишний знак внимания…

– Понятно, шеф – Лариса кокетливо «взяла под козырек».

Когда детектив с секретаршей вернулись, они продолжили работу так, словно Лекаря больше нет, и он их совсем не интересует. На удачу, позвонил новый клиент и попросил найти сбежавшего с данными и деньгами бухгалтера. Он не хотел привлекать полицию, так как с налоговыми документами не все было гладко. Поэтому новый клиент был готов оплатить работу частного детектива. Виктор как всегда не стал задавать лишних вопросов, на этот раз не только для того, чтобы самому спать спокойно, но и для того, чтобы люди Сыщика не получили лишней информации, кем бы они ни были.

Наряду с новым делом, детектив искал информацию о Лекаре. Кроме новой работы, в жизни Виктора появилась новая забота. В поликлинике доктор посетовал на нехорошие анализы и отправил его на дополнительное обследование в онкологию. Виктор сжался.

«Этого мне еще не хватало! – Виктор вспомнил свой визит в центральную онкологию и презрительно скривился – я не хочу быть их пациентом… – Он посидел в коридоре поликлиники, не торопясь покидать здание – …ну вот я и понял тех, кто ищет Лекаря и пишет ему… хотя, думаю, я еще не до конца их понял, у меня еще есть надежда, что диагноз не оправдается…»

Не желая больше встречаться с администратором центральной онкологии и тем более давать Сыщику информацию о своем возможном заболевании, детектив решил пройти обследование в областной больнице.

*****

Рабочий день тянулся неимоверно долго, Лариса уже не знала, куда себя деть! Вчера Виктор пришел в офис бледный как полотно, измученный и сам не свой, но на ее вопросы отвечал односложно, явно не желая посвящать ее в свои проблемы. А сегодня уехал с утра и сказал, что не будет на работе весь день!

«Сколько мне его еще «обхаживать»! – возмущенно думала она. – Я так и останусь для него просто работником! Он даже не замечает меня кроме моментов, когда пялится на мою грудь! Но и это все равно не помогает! А время идет! И чего я на него свою молодость трачу! Смысл?!»

Сегодня вечером она решила оторваться в известном в городе ночном клубе, потанцевать, а может и познакомиться с кем-нибудь, и не могла дождаться конца рабочего дня.

«Шеф так и не пришел на работу – похоже у него серьезные проблемы со здоровьем! Наверное, скоро начнет искать Лекаря не для информации, а для себя…» – усмехнулась про себя Лариса. Раньше она могла и вслух такое сказать, но не сейчас, когда под крышкой стола микрофон!

Наконец стрелки часов показали шесть, и Лариса подпрыгнула как пружина. Раньше бывало, что она задерживалась на работе, но не сегодня! Сегодня в офисе ничего интересного, а за его стенами вечер обещал хороший отдых! Хотелось сказать по привычке: «Адьёс!» – пустому креслу детектива, но Лариса опять сдержалась. Она не хотела, чтобы эти странные заказчики узнали о ее маленьких секретах.

Лариса забежала домой, поела и переоделась в наряд, по ее мнению подходящий для ночного заведения.

– Может не на всю ночь?… – пожала она плечиками, обращаясь к своему отражению – вдруг повезет, и я раньше с кем-нибудь познакомлюсь? Но никаких провожаний после первого знакомства! И не пить слишком много, это опасно! – погрозила она пальчиком своему отражению и вполне довольная собой рассмеялась.

Через полчаса Лариса вышла из подъезда дома «во всеоружии» и махнула проезжающей машине наугад. Многие частники подрабатывают после рабочего дня.

– Парк Панфиловцев – бросила Лариса и водитель тронулся.

После последней операции Сумрак долго «переваривал», с ужасом представляя – Что именно переживает Лекарь каждый раз после их «вылазки»! Вспоминая о том, что он сам пережил в короткие минуты, пока Лекарь передал ему «подержать» болезни, Сумрак покрывался холодным потом!

«Лекарь ненормальный! – ужасался Сумрак – я- то думал, что он так… немного потемпературит и все! Зачем он все это делает? Нафиг ему все это нужно?! Что за героизм!? Все эти болезни в полной реальности дают ему «жару»… почему он продолжает лечить?!!!»

После всего, что парень почувствовал, его желание помочь Лекарю возросло во много раз. После чумного больного он даже лишний раз зашел к Лекарю, налил чистой воды и принес с собой две смены постельного белья, чтобы Лекарю было не так противно лежать на мокром от пота матраце. Теперь Сумрак принял решение приходить к другу, наполнять кувшин, и менять постель, если Лекарь не позвонит через два дня после их очередной «вылазки»! После пережитого Сумрак сочувствовал Лекарю намного больше чем прежде!

В последнее время их отношения изменились, и Лекарь сообщил Сумраку причину своего «инкогнито»:

– Никто не должен знать, откуда я получил способности лечить, иначе они сразу исчезнут и моя жизнь тоже будет разрушена. Но если кто- то узнает мое лицо, тогда они могут найти меня, поэтому я скрываю его. Ты уже знаешь, что я иногда лежу у себя в бреду и кто знает, что я могу сказать? Поэтому никто не должен знать где я живу или иметь возможность проследить за мной. Когда я не лечу – могу просто ходить по городу ка все, не прячась.

Теперь, когда Сумрак все равно узнал, где Карим живет, маска между ними тоже потеряла смысл. Но Карим попросил, чтобы Сумрак никогда не оставался в его комнате, когда тот болеет. Ведь тогда Сумрак мог услышать лишнего, пока Карим мечется в бреду.

С чумой и всем последним «букетом заболеваний» Лекарь лежал уже пятый день. Сумрак пришел посетить друга и для безопасности надел наушники и включил громкую музыку . После этого он наполнил кувшин, приподнял голову больного и напоил, затем опять положил на матрац. Сумрак принес больному одеяло, подушку и постельное белье, заправил постель, осторожно «перекатывая» Лекаря с одного края матраца на другой.

Несмотря на предосторожности, Сумрак не хотел оставаться рядом долго, чтобы случайно не услышать чего-нибудь, ведь тогда из-за него кто- то мог лишиться надежды, а этого парень не мог допустить! Поэтому он приходил дважды в эти дни, приносил воду, один раз поменял белье, стараясь уйти как можно быстрее, несмотря на надетые наушники, потому что Лекарь постоянно что-то бормотал в бреду.

Видя, что Лекарь пытается привстать, Сумрак догадался сводить его до туалета, тот едва волочил ноги по дороге туда, и парню пришлось полностью тащить его на себе обратно. Простая процедура отняла у Лекаря последние силы! Изнуренный вид человека, ставшего почти родным, его слипшиеся от пота волосы и потрескавшиеся губы все еще стояли перед глазами Сумрака, когда он шагал домой с сумкой мокрого от пота постельного белья.

Войдя в квартиру, Сумрак сунул белье в стиральную машинку, всыпал стиральный порошок, включил и пошел в кухню. На столе лежала записка:

«Сын, ужин в холодильнике, в пластиковом контейнере, разогрей. Я в ночную смену»

– Все же, как хорошо жить с мамой! – улыбнулся парень, но в тот же миг лицо омрачилось, он вспомнил Лекаря, каково ему сейчас? Где его родные, кто мог бы помочь?

И все же молодость не терпит долгой грусти и Сумраку захотелось расслабиться. Завтра с утра на работу, но это не важно, пока ты молод и полон сил, можно выдержать еще один рабочий день, если поспать только пару часов! До встречи с Лекарем парень не рискнул бы не выспавшимся идти на работу – с его пороком сердца и всем букетом заболеваний, сил едва хватало, чтобы двигаться и дышать. Но теперь после исцеления, подаренного Лекарем, Семен по прозвищу «Сумрак» мог себе позволить жить как все молодые люди!

Сумрак быстро поел и вышел на улицу. Бар, в который парень собирался, был совсем рядом, так что можно прогуляться. О том, что время от времени он посещает ночной бар, помогает Лекарю и нередко не спит по ночам, матери говорить, конечно же, не стоит. Она все еще не привыкла, что ее сын здоров, ведь с самого рождения она с ужасом ждала, что в какой- то момент сын перестанет дышать, и исчезнет с земли единственный родной человек.

Сумрак вошел в бар, там как всегда было довольно много посетителей, играла музыка. Обычно он приходил сюда для встреч с разными людьми, которые помогали вместе с ним Лекарю, если эта встреча была необходима. Потом они общались с этими людьми по телефону, пользуясь кодовыми фразами, чтобы невозможно было понять их намерения, даже если кто- то прослушал бы их разговор.

Сегодня звучал его любимый плей-лист, Sum41, Slipknot, Arctic Monkeys. Он уже знал, что в баре нередко просто включают готовый сборник песен.

Сумрак подсел к барной стойке на свободный стул. Рядом сидела яркая крашенная блондинка – обычно таких он всегда обходил стороной из-за склада их ума или, скорее, отсутствия оного. И сейчас парень совсем не собирался с ней общаться. Благо, что девушка, похоже, тоже не стремилась к общению. Она спокойно и задумчиво рассматривала меню напитков, возможно пришла недавно и не часто бывала в таких заведениях.

– Мне «Мятную жвачку» – Сумрак устало облокотился на стойку.

– Вкусно? – поинтересовалась девушка, обращаясь к Сумраку.

– Мне нравится. Главное не крепкий, но ароматный коктейль.

– Тогда мне такой же – решила она и посмотрела на бармена.

Бармен приготовил два коктейля. Молодые люди выпили.

– И правда вкусно – согласилась Лариса, именно она, волей судьбы сидела рядом с Сумраком у барной стойки и через время добавила – можно повторить?

Сегодня девушка хотела расслабиться и забыть свои волнения, но без алкоголя у нее ничего не получалось, поэтому она решила начать с барной стойки, в то же время не хотела пить слишком крепкие напитки, и любимый коктейль Сумрака ей вполне подошел.

После первого бокала, Ларисе стало легче, она задумчиво уставилась на что-то прямо перед собой, было заметно, что она не видит сейчас ничего вокруг. Девушка наслаждалась чувством тепла, растекающегося по жилам и состоянием легкой эйфории, накатывающим как волна.

– Мне тоже повтори – бросил Сумрак бармену.

Минут через пять алкоголь дошел и до крови Сумрака. Делая очередные коктейли, бармен, молодой парень с рукавом татуировок решил поболтать с пришедшей парочкой, полностью уверенный, что они пришли сегодня вместе.

– Ну как жизнь? – обратился он к Сумраку.

– Что за жизнь! Если человеку говоришь – он сделает точно наоборот. Не обращать на него внимания не получается, не чужой же! С таким точно ни жизни, ни покоя нету…

Он говорил о Лекаре, все не мог забыть боли, которую тот переживает после каждого похода в больницу и о сумасбродном до безумия поведении. Ведь последняя вылазка легко могла как выдать их личности, так и просто убить.

– Ну и почему так? – обратился бармен к Ларисе, уверенный в том, что именно она явилась причиной грусти парня рядом. Лариса не обратила внимания на диалог парня с барменом, ее мысли были обращены внутрь нее самой, а этот вопрос тоже вертелся в голове, но связан был с образом ее босса.

– Ну не знаю! Вот что ни делаешь, ни на что внимания не обращает! И юбочку цветастую, и в кабинете приберусь и статуэтку красивую поставлю, а он как сыч ходит и все о работе и о работе… – вздохнула Лариса о своем.

– У тебя тоже такая заноза есть? – усмехнулся Сумрак, обращаясь к Ларисе.

– Ага… устала я! Очень устала! Мне кажется, что он будет доволен, только если я в робота превращусь! А я не хочу, я же человек из плоти и крови! – вздохнула Лариса.

– Кто? – поинтересовался бармен.

– Да шеф мой! – отмахнулась Лариса.

– А по работе он доволен? – с сомнением протянул Сумрак.

– Там все нормально… вчера сказал, что я находка для него, премию обещал. Да я и сама знаю, что умею дурочку играть, и клиенты все мне рассказывают, даже то, что ему боятся рассказать. Они не могут представить, что за этой внешностью – она лениво махнула сверху вниз, указывая на себя – еще и мозги есть…

Алкоголь развязал ей язык, хотя и не отнял рассудок. Лариса понимала, что говорить опасно, а что не особо.

– Да… это не бросается в глаза – подтвердил Сумрак, приглядываясь к соседке по стойке более внимательно.

– Кстати, как тебя зовут? – поинтересовался Сумрак.

– Лариса, а тебя?

– Семен. Во дворе прозвали «рыцарь». Они издевались надо мной, что я «рыцарь сердечных дел» – прикалывая меня моим пороком…

– А ты действительно мастер по «сердечным делам»? – усмехнулась Лариса, прекрасно видя, насколько парень неопытен! Но ей хотелось польстить новому знакомому, пусть думает, что выглядит Дон Жуаном!

– Нет… в общем не очень… а что, разве похоже?

– Ну да… умеешь быть сногсшибательно обаятельным… – бросила она лениво и почти в сторону, зная точно, что ее спутник запомнит ее слова, может быть даже навсегда! Судя по его зажатости, парень вряд ли слышал что-то подобное в своей жизни от девушки, а тем более симпатичной.

Бармен понял, что нечаянно познакомил двух молодых людей и что они заинтересовались друг другом и решил оставить их наедине, отойдя к новому клиенту. Болтая «ни о чем» молодые люди просидели за стойкой больше часа, они быстро перешли на «ты» и теперь уже болтали как давние знакомые.

– Наверное, ты хотела потанцевать? – поинтересовался Сумрак.

– Уже расхотела. Я поняла, что мне нужно было просто поговорить…

– Да, и мне… – согласился Сумрак – дома я могу говорить только о том, что не расстроит маму и не заставит ее переживать. Она все еще никак не поймет, что я здоров! – вздохнул парень.

Лариса внутренне приняла стойку охотничьей собаки, учуявшей дичь, даже хмель из головы улетучился в миг, а внешне только повела плечиками.

– Да, наши матери никак не могут поверить, что мы выросли, все носятся с нами как с детьми…

– Ну да… а мой случай еще «с добавочком» – все детство между жизнью и смертью! Вот мама и привыкла трястись надо мной… – вздохнул Сумрак, понимая, что алкоголь слишком сильно развязал ему язык и пора двигаться домой – прости, мне уже пора… – добавил он.

Даже Лекарь не знал о том, что в тот момент, когда он забрал из тела парня ранение от ножа, он еще и «прихватил» одну болезнь, которая долго не давала тому спокойно жить. Сумрак никому бы в жизни не пожелал лично узнать, что такое серьезный врожденный порок сердца…

– Мне тоже, в общем- то пора, а то потом будет опасно ехать в такси. До меня далеко – Лариса расплатилась, слегка поправив кофточку на груди и на талии.

Тактический ход сработал, Сумрак окинул взглядом ее пышную грудь, тонкую талию и задержался на ее маленьких ручках, расправляющих складки обтягивающей юбочки на бедрах.

– А я рядышком здесь – Сумрак тоже расплатился с барменом – он был намного моложе ее шефа и из-за болезни сердца, знал все о лечении своего порока в сердце, но был совсем не опытным в «сердечных делах».

– А тебе не пора спать, если ты болеешь? – уточнила она, когда парень предложил погулять в парке недалеко от бара.

– Нет, меня полностью вылечил один прекрасный человек! По гроб жизни ему обязан!

– Тогда пошли, прогуляемся – согласилась она, больше ни о чем не расспрашивая.

«На сегодня достаточно! – решила она – нужно будет обменяться телефончиками…

Выйдя в свет уличных фонарей, парочка пошла, не торопясь, по направлению к Свято Вознесенскому Кафедральному собору, стоящему посреди парка, увлеченно беседуя. Лариса ничего не знала о пороке сердца, но женским чутьем в сфере «сердечных дел» обладала. Она понимала, что если сейчас начнет расспрашивать о том, как парень вылечился, то может спугнуть его. Поэтому девушка решила сначала втереться к нему в доверие и дождаться пока тот сам расскажет. Она боялась даже предположить, что выйдя на «охоту на парня», вдруг узнает что-то о Лекаре! Это была не просто удача, это была судьба!

Они бродили долго, давно минуло полночь, и легкий алкоголь давно выветрился из их голов, но и на трезвую голову, они оба находили друг друга привлекательными. Сумрак был трезв как стеклышко, но теперь дофамин – называемый гормоном любви и желания, контролировал его мозг, заставляя чувствовать себя безмерно счастливым, расхаживая по холодному осеннему парку и не чувствовать холода. Этот гормон, вместе с другими будоражили кровь парня, отнимая способность трезво мыслить. И Лариса бессовестно пользовалась этим, время от времени делая пару шагов на сближение, чтобы парень уловил запах ее духов, потом она, подчеркивая его удачную шутку, брала его за предплечье, не торопясь отпускать, но и не задерживая долго, чтобы парень не насторожился.

Наконец парочка распрощалась, обменявшись телефонами. Лариса готова была прыгать как маленькая девочка! Судя по коротким оговоркам, Семен знал Лекаря лично! Вот это удача!

«Нужно будет шефу сказать, как мне подфартило!» – думала девушка, мечтая дождаться утра. И все же новый знакомый был для нее интересен не только как источник информации, но и как парень.

«Выглядит неглупым… – резюмировала Лариса – сложен, тоже очень даже ничего! Худоват, но это поправимо, не качается… это тоже можно изменить. Говорят, что женщина может принять мужчину таким как он есть, но никогда не позволит ему таковым оставаться! – мысленно рассмеялась она – Зато моложе шефа, не ворчун, веселый, кажется зарабатывает, но не все ли равно? Был бы не нищим, не глупым и с интересной внешностью, все остальное – наживное! В конце концов! Пока шеф надумает жениться, я уже двоих детей родить успею! Я нормальную семью хочу, а не мечту о ней! И пошел он!» – решила девушка, вспомнив лицо Виктора.

Так, не успев познакомиться, Сумрак уже прошел тест на возможное отцовство и вступил на дорогу, ведущую в ЗАГС сам не подозревая об этом!

Глава 10

Виктор решил не тянуть с обследованием и на следующий же день поехал в областную больницу, чтобы пройти его еще раз.

– Вы же к городу относитесь! – удивилась девушка в регистратуре – там у вас лаборатории лучше и там Вы сможете обследоваться бесплатно. А у нас можно это сделать только на платной основе.

– Я знаю. Но я хочу здесь. Имею на это право? – настойчиво ответил Виктор

– Да, конечно! – девушка достала бумажки и заполнила несколько направлений – сдайте, пожалуйста, эти анализы и можете зайти к доктору.

– Я сдал такие же на днях – возразил Виктор.

– Тогда держите номерок к врачу, у Вас результаты, надеюсь, с собой?

– Да, все.

Пообщавшись с доктором, Виктор получил неутешительные вести. Но врач был озадачен некоторыми анализами и предложил дополнительный осмотр.

– Понимаете, по многим признакам у Вас рак легких… хотя результаты биопсии еще не пришли – сообщил врач – но меня удивляют некоторые показатели. Это нетипично для данного заболевания! Простите, но создается впечатление, что это либо какая- то новая форма рака, либо какая- то инфекция, выведенная искусственно. Поэтому я хотел бы убедиться.

– Вы хотите сказать, что возможно, кто- то меня заразил специально?!

– Пока я не могу этого утверждать, но предполагаю… – пожал плечами доктор – после дополнительных результатов я смогу сказать более уверенно.

Виктор судорожно пытался вспомнить, кому могло потребоваться заражать его и как они могли это сделать? Память услужливо подбросила новых клиентов, ищущих Лекаря и злосчастную чашку кофе, которую эта странная женщина вынудила его выпить. Он проклял тот день и час, когда нарушил свой принцип не принимать в незнакомых местах ничего внутрь. После этого он вдруг вспомнил второй случай, когда опять нарушил этот принцип – в доме человека с черным лицом и мгновенно покрылся холодным потом.

– Доктор, скажите, хотя бы приблизительно, когда я мог подхватить эту инфекцию, если это она? – поинтересовался он.

– Скажите, когда ваш обычный «кашель курильщика» усилился?

– Ну… недавно… кажется недели две, не больше… – невнятно пробормотал Виктор.

– Вот от этого времени и стоит начать отсчет. Если мое предположение оправдается, в любом случае инфекция должна была иметь два- три дня инкубационного периода… Но, давайте лучше вы позвоните мне завтра, я постараюсь ускорить получение ваших результатов. В случае, если я ошибся и это не инфекция, то время получения результата Вы уже знаете. На получение результата биопсии нужны десять дней от того момента, когда Вам делали бронхоскопию.

– Но мне еще не делали бронхоскопию…

– Странно! Я был уверен, что в городе ее сделали! – пожал плечами врач – Тогда сегодня вам необходимо остаться у нас для проведения бронхоскопии, Вы сможете?

– Я ради этого приехал к вам – вздохнул Виктор и закашлялся.

– Во время бронхоскопии вам нужно попытаться сделать все, чтобы не кашлять. Эта процедура длится от получаса до часа.

– Хорошо, я постараюсь.

Из всех предположений о заражении оставались только двое – человек, который раньше имел черное лицо и заведующая онкологией! Человек с черным лицом сказал, что ненавидит весь мир, но детектив- то ему что сделал? Если же заведующая и сыщик, им это зачем? И если вдруг заведующая заразила его, тогда почему они забрали дело Лекаря? Или это просто трюк, чтобы не платить?!

«Если они сделали это чтобы не платить, то это ниже плинтуса! – поразился детектив – эта компания не нищая!»

Виктор перебирал события последнего времени, пытаясь понять, где и кто мог его заразить. В этот момент он вспомнил кофе у Нонны Маратовны и самое главное – он вспомнил порошок на краю чашки.

«Значит она! Но какую цель преследует эта женщина? Зачем им потребовалось заражать меня? Я и так нашел бы для них все, что смог. Они же «пробивали меня» и знают, что я не отказываюсь от дела, даже если становится трудно, чего же они хотели добиться?»

Из больницы Виктор поехал домой, он был без сил! Хождение по кабинетам, бронхоскопия и тяжелые мысли о неотвратимости близкой смерти лишали сил. Несмотря на то, что детектив всегда работал с людской подлостью и злобой, раньше все это не касалось его так близко. Раньше она была направлена на тех, с кем он работал, и не грозила ему самому мучительной смертью, от болезни, заражение которой почти невозможно доказать!

Рабочий день еще не закончился, когда Виктор вошел в свою холостяцкую квартиру и рухнул одетым на диван. Через минуту он уже спал.

Проснулся Виктор только на следующее утро. Зарядку делать не хотелось, какой смысл в нагрузках, если они не прибавляют здоровья, а только отнимают силы, которых и так не много осталось?

«Интересно… сколько дней мне осталось?» – с тревогой думал мужчина.

Он никогда прежде не мерил жизнь днями или месяцами? Он вообще не думал раньше о том, что жизнь может закончиться! Даже во время перестрелок, на задании, когда другие ребята задумывались о смерти, Виктор почему-то не думал о ней. И вот сейчас смерть подкралась так близко, всего в нескольких месяцах! Хотя, кто знает, если это инфекция, то может быть и в днях!

Всегда здорового и крепкого мужчину охватил ужас, незнакомый ему прежде! Словно черная тьма медленно затягивала его, выпивая из тела жизнь! Сегодня ночью его мучили кошмары. Снилась черная пасть, затягивающая его в глотку неведомого чудовища, а он не мог сопротивляться, парализованный страхом! И теперь, едва протерев глаза, Виктор выскочил на улицу. Он не мог оставаться один! На улице, в толпе людей, спешащих на работу, детектив почувствовал себя лучше, несмотря на пасмурную и холодную погоду. Но когда он сел за руль, отгородившись стеклами от людей, паника вновь подкралась, туманя взгляд. Хотелось бежать куда угодно и кричать от ужаса!

«Да что со мной! – сердился на себя Виктор, едва сдерживаясь – я никогда не боялся смерти! Что со мной? Может это инфекция делает что-то с моей головой?»

По дороге в офис Виктору на мобильный, который он купил только вчера, для страховки от прослушки, позвонил врач.

– Виктор Владимирович, боюсь у меня неутешительные новости – у вас действительно какая- то новая инфекция. Возможно, выведенная в лаборатории. Она развивается удивительно быстро, и у нас нет способа ее лечения!

– Сколько у меня времени?! – сердце мужчины сжалось в предчувствии беды.

– Простите… но боюсь не больше месяца! В легких уже начался процесс….

– Доктор, скажите, я опасен для тех, кто меня окружает?

– Вам необходимо быть осторожным, пользоваться только собственной или разовой посудой, инфекция нам неизвестна, хотя мы выяснили, что для заражения нужно выпить ее споры, растворенные в воде. Воздушно-капельным путем она не передается. На всякий случай следует воздержаться от половых контактов и пользования общей посудой с домашними. Если бы Вы были опасны, мы не выпустили бы вас из больницы. Но сейчас Вы можете быть свободны.

Виктор не стал выяснять подробности, он закашлялся, прикрыв рот платком, и на ткани остались сгустки крови.

«Да… похоже я уже легкие свои «выкашливаю»…» – невольно вздрогнул детектив.

Он поспешил нажать «отбой» на телефоне и сосредоточился на дороге, но управлять машиной сегодня было сложно, у мужчины поднялась температура. Войдя в офис, Виктор обрадовался Ларисе как самой родной душе!

– Как я рад тебя видеть! – воскликнул он, забыв о прослушке – у меня работает самая красивая женщина в мире!

«Он что, издевается?! – мысленно возмутилась Лариса – пока я его обхаживала, ему было по барабану! Как только нашла себе парня, так он вдруг меня заметил! Неужели фортуна повернулась ко мне лицом, как только я посмотрела в другую сторону?!»

Она повела плечами, невольно кокетничая.

– Чашечку кофе не желаете? – Ларисе очень хотелось перейти на «ты», но она сдержалась. Кто знает, что произойдет с ним через день! Похоже, что болезнь действовала на шефа странно, он становился эмоционально нестабильным. Но выглядел он сегодня сногсшибательно – яркий румянец подчеркивал черные брови и ресницы, глаза блестели, волосы были слегка растрепаны, и это очень шло ему. Виктор взял из ее рук ароматную чашку.

– Ты варишь самый вкусный кофе в мире!

– Виктор Владимирович, Вы сегодня завтракали? – поинтересовалась секретарша, странно вращая глазами, указывая взглядом сначала на его стол, затем на дверь, напоминая о подслушивающем устройстве.

– Нет, не хотелось с утра – ответил Виктор честно, но поняв ее знаки, добавил – был бы рад составить тебе компанию.

Они вместе направились в кафе, закрыв офис и оставив записку на двери для возможных неожиданных клиентов. «Будем через 10 минут». Но в кафе Виктор не стал заходить, а медленно пошел по улице.

Не успели они выйти из дверей офиса, как Лариса затараторила:

– Вы не поверите, Виктор Владимирович! У меня такое приключилось!

– Жениха нашла? – устало пошутил детектив.

– Кто знает, может и нашла – бросила Лариса – но я не об этом… я познакомилась с парнем, который лично знает Лекаря!

– Быть не может! – чуть не подскочил Виктор.

– Да, случайно, вчера, в баре! – выпалила Лариса и быстро добавила – в свободное от работы время.

– Ради такого я бы тебе выходной дал на целый день! – улыбнулся детектив.

– Но я нашла его не днем, а ночью… – поддразнила Лариса, пытаясь заставить шефа ревновать.

– Где ты по ночам бродишь, когда все нормальные люди спят? – Виктор явно «проглотил наживку». Его брови сдвинулись.

– Имею право на отдых – парировала девушка – я молода.

– Да, конечно – немного стушевался мужчина.

– Но главное, что я нашла серьезную зацепку! – Лариса решила не заходить слишком далеко, чтобы шеф не «сдался» – там был парень, у которого был раньше порок сердца и еще «букет заболеваний» и, кажется какое- то ранение… и Лекарь его вылечил. Кроме того я поняла по его оговоркам, что они и сейчас связь поддерживают – она перешла к профессиональным вопросам, чтобы показать, что не забывала о работе и поручении шефа даже в свободное время.

– Вот это удача! – Виктор обрадовался новости как новогоднему подарку в детстве. – Ты можешь связаться с твоим новым знакомым еще раз?

– Да, мы обменялись с ним телефонами.

– Надо же! Шустрая ты… – ревниво заметил Виктор.

«Так…! Неужели ревнует?…» – Лариса невольно повела плечиками и стрельнула глазами.

– Работаем даже в свободное время – девушка решила дать понять, что не личные мотивы двигали ею во время общения с новым знакомым.

Она еще не решила, продолжить ли «морочить голову» шефу или переключиться на нового знакомого и поэтому «держала оба фронта». Она не была полигамной, просто хотела выйти замуж и иметь хорошую, стабильную семью, но пока не знала, кто из мужчин лучше подходит на роль ее будущего мужа. Вечно недовольный и строгий, но стабильный Виктор или молодой, впечатлительный и, похоже очень верный, но «начинающий» и неопытный во многих сферах, включая любовную, Семен?

Кроме того, Лариса хотела оценить свои шансы на победу. Виктор был для нее большой загадкой, и с ним она не могла быть уверенной ни в чем, пока он твердо что-то не решит. Уже завтра он мог опять кардинально измениться и стать опять холодным и строгим. С Семеном все было проще. Его девушка могла «влюбить в себя» и была в этом почти уверена. И все же сейчас Виктор смотрел на нее «щенячьими глазами» предано и восхищенно и этот взгляд заставлял ее время от времени поправлять блузку на плечах, на груди и приглаживать пояс на талии.

– Когда ты можешь встретиться с твоим новым знакомым? – оглянувшись, чтобы их не подслушивали, поинтересовался детектив.

– Могу хоть сегодня вечером… только я бы не стала, а то он может заподозрить, что у меня к нему слишком пристальный интерес. Лучше, если он сам позвонит. Я не хочу, чтобы Семен понял, что я знаю, о ком он говорил и что мне известно что-то о Лекаре.

– Да… только не пропусти момента! – Виктор не хотел говорить секретарше о своей болезни, но вдруг закашлялся долго и надрывно. Когда он отнял платок от рта, на белой ткани красовались кровавое пятно.

– Вы больны?! – ужаснулась Лариса.

– Да… похоже это инфекция. Сначала мне сказали, что у меня, возможно рак легких, но сейчас предполагают выведенную в лаборатории инфекцию, так что я не хочу идти в кафе и пожалуйста, не мой мою кофейную чашку. Не хочу, чтобы и ты заразилась. – Виктор вытер с края губ кровь, а Лариса невольно немного отстранилась – судя по моему самочувствию, болезнь прогрессирует очень быстро, так что мне сейчас нужен Лекарь не только для сбора данных. Мне срочно нужна его помощь.

Они побродили еще немного, составляя план как выяснить местоположение Лекаря и связаться с ним, не привлекая внимание бывших заказчиков и не спугнув Семена. Затем Лариса заметила, что Виктора знобит.

– Вам холодно?

– Что-то нехорошо мне… – поежился мужчина.

– Может Вы домой пойдете?

– Наверное, так будет лучше. Вряд ли я сегодня смогу работать! – согласился Виктор.

– Мне кажется, Вам сейчас нельзя за руль! – встревожилась девушка, заметив, что у него слегка заплетаются ноги. – Давайте я Вас довезу. У меня права есть.

– Давай зайдем в аптеку, я маску на всякий случай куплю и антибиотик, может хотя бы на время приостановит эту инфекцию… – согласился детектив.

Через полчаса он уже лежал в своей квартире, а на кухне орудовала Лариса. Она согрела ему чай, заварив какие- то травы, которые заставила его купить в аптеке.

– Этот отвар прибавит сил – уверенно сообщила девушка, протягивая чашку больному – моя мама занималась травами всю жизнь, и я кое- что тоже знаю о них.

– Выпей отраву тварь…. Фу ты…. Выпей отвар трав…. – грустно пошутил Виктор, принимая чай – отойди немного, я маску сниму – напомнил он – не хочу, чтобы ты через такое проходила, это ужасно!

Лариса отошла, оставив парящий бокал с травяным чаем на прикроватной тумбочке. Выпив отвар, Виктор поблагодарил и попросил девушку посидеть сегодня в офисе до обеда, чтобы сдать очередной заказ. А потом он готов был отпустить ее хоть на неделю, если только Лариса найдет Лекаря. Девушка обещала не тянуть и выйти на Лекаря в ближайшее время, обещав быть осторожной, чтобы не спугнуть ни Семена, ни Лекаря.

Глава 11

Знойное лето в Египте.

Группа археологов уже полгода работала, осторожно очищая найденную недавно новую небольшую гробницу. Ажиотаж, связанный с радостью очередного открытия уже утих. Дверь в гробницу нашли, и останки похороненного уже обработали и закрыли колпаком. Спонсор раскопок хотел позже устроить здесь что-то вроде музея – открыть доступ посетителям в гробницу. После отшумевшей радости первого открытия, осталась рутина – осторожно освободить гробницу от слоя песка и глины, не повредив деталей и подготовить ее к посетителям. Ученые и нанятые местные рабочие не спешили, главное не навредить найденной древности! А время… для археологов это особо размытое понятие. Они привыкли мерить время веками и тысячелетиями, а не днями и часами. Ученым некуда спешить, кроме редких исключительных случаев, а в этот раз спонсор не торопил.

Джефри тихо работал на своем участке, освобождая от наносного слоя одну из плит пирамиды. Молодой студент, отрабатывающий практику, не раз сетовал на то, что все основные открытия на этом месте были сделаны, пока он сидел в душной аудитории в университете, и этим летом вряд ли будет что-нибудь новое и интересное. Будущему ученому очень хотелось совершить что-то важное в своей жизни, поведать миру о том, что еще не было открыто! Но грустно было, о того, что все открытия в данном месте уже совершили без него!

Дни университетских летних каникул летели, а на месте раскопок не происходило ничего интересного! Джефри не нашел даже ни одного предмета обихода египтян и это было обидно! Другие хоть что-то находили, хотя бы небольшие вещички, о применении которых в древнем мире можно было порассуждать, а на его участке только песок и глина наносного слоя. К входу в гробницу вели ступени вниз, в котлован, вырытый вокруг захоронения древности.

Сегодня Джеффри вышел из палатки как всегда рано, едва только рассвело. До начала жары хотелось сделать хоть что-то. Многие сотрудники работали здесь ночами, потому что только ночью было легко дышать – в безветренные дни термометр в обед нередко показывал до пятидесяти градусов жары. Джеффри иногда работал ночами, но все же предпочитал работать утром и вечером, разделив суточную норму сна также на две части, ему так больше нравилось. Многие товарищи предпочитали такое распределение дня, и потому всем оказалось удобно.

Медленно продвигаясь вглубь, очищая сантиметр за сантиметром стену гробницы, парень стоял на каменной плите, сосредоточив все внимание на горизонтальной стене. Как вдруг сделав небольшой шаг в сторону, туда, где песок еще не был до конца убран из-под ног, он провалился ногой в расселину. Сердце парня екнуло – неужели там есть полость?! Надежда первооткрывателя вспыхнула в сознании будущего ученого.

– Неужели судьба подарила мне шанс!? – прошептал он, вынув ногу из расселины, стал осторожно увеличивать отверстие.

Сейчас он не хотел, чтобы кто- либо видел его открытие. Надеясь найти нечто ценное, Джеффри не желал делить славу с кем- то еще. Наконец он понял, что расселина между камнями достаточно велика, чтобы он мог пройти сквозь нее. Пока он расчищал отверстие, падающие камешки убедили парня в том, что под камнем, на котором он стоит большая полость. Как бы ни хотел он сохранить тайну открытия, пришлось звать помощников, чтобы спуститься вниз. Джеффри сообщил только рабочим, не рассказав ничего ученым, поэтому сейчас оспаривать право Джеффри на то, чтобы первым спуститься вниз, никто не стал.

– Я первый открыл пещеру, и я первый спущусь – сообщил он тоном не терпящим возражений.

– Будь осторожен, помни о правилах! – напомнил ему один из рабочих, волнуясь за молодого парня.

– Конечно! – беспечно откликнулся парень.

Джеффри обвязался веревками, взял с собой на всякий случай несколько палок ХИС^9, и начал спуск. Рабочие страховали парня и через каждую пару минут интересовались, все ли у него в порядке? Расселина была довольно узкой, спускалась вертикально вниз метров на десять или немного больше. Скоро Джеффри отрапортовал.

– Я на дне! Здесь почти пустое помещение, высота потолка чуть больше обычной комнаты. Иду осмотреться.

– Подаем веревку, не отвязывайся – ответили сверху – если будет грозить опасность, несколько раз резко дерни веревку, тогда мы будем вытаскивать. Может, все же напарника возьмешь?

– О’кей – коротко ответил он – если что дам знать! Напарник не нужен! Это мое открытие. Если что потом все вместе пойдем… но только я первый! – добавил он, и двинулся вперед.

Комната, в которую попал Джеффри, была небольшой, но из нее был выход вглубь земли, в направлении гробницы. Следующее помещение было под гробницей, но на пару этажей ниже.

Помещение под гробницей, в котором оказался будущий ученый, было довольно просторным, но почти пустым. Но на радость парня посередине находился круглый камень похожий на древний жертвенник, на котором стоял небольшой каменный ящик, напоминающий сундук. Джеффри восторжествовал, наконец- то он прославится! Он сделал свое открытие, это его находка! И только его!

Крышка каменного ящика была плотно закрыта и, похоже когда- то замазана то ли глиной, то ли еще чем- то, что от древности растрескалось, но не осыпалось. Джеффри оглянулся, хотя знал, что один. Он принял решение нарушить правила и оглянуться это был случайный рефлекс. Подойдя к сундуку, парень попытался приоткрыть крышку и заглянуть внутрь. Сначала это показалось ему невозможным, но применив некоторое усилие, он, наконец, смог это сделать. На дне сундука лежало что-то давно истлевшее. Джеффри не понял, что это было и огорченный, опять закрыл крышку. Затем он с огромным усилием смог поднять сундук и направился обратно.

Как только по лагерю пронеслась весть о новой полости под каменной плитой, к расселине собрался народ, пришли ученые, распекая рабочих, что те не предупредили и позволили парню спуститься одному!

Подойдя к месту подъема, парень крикнул.

– Парни, здесь какой- то каменный ящик… или сундук… спустите большой и крепкий мешок, чтобы не порвался. Нужно поднять его наверх.

– Ты что, притащил его сюда!!!? – возмутился старый ученый, отвечавший за раскопки – кто тебя учил?! Как ты мог!!! Знаешь что, ты больше здесь не работаешь!

– Это моя находка! – резко ответил парень расстроившись, что рабочие рассказали старшим раньше его. Он хотел сам сообщить новость и сразу показать свой «трофей».

– Ты – безмозглый червь, слепой крот, вандал! Да как ты мог в своей бессмысленной гордыне нарушить все, чему тебя учили?! За место отвечаю я – пожилой ученый, не стесняясь в выражениях, кричал на новичка. – Ты не имел права трогать ничего в том помещении, которое ты нашел. Тебя что, процедурам не обучали!? Сначала мы должны были все обследовать и сфотографировать и только после этого, соблюдая все процедуры безопасности, поднимать что- либо наверх! Ты уволен, безмозглый пацан! Я тебе еще рекомендацию напишу, с которой тебя туалеты мыть в исследовательском институте не возьмут!

– Тогда вы не получите ящик! – крикнул Джеффри в запальчивости.

– Попробуй что-нибудь с ним сделать, и ты сядешь в тюрьму, я тебе обещаю! – пригрозил ученый.

Поняв, что сильно перегнул, Джеффри пошел на попятную.

– Все равно я уже принес его, спустите мешок…

– Ох, этот бестолковый молодняк! –покраснев от досады, махнул рукой старый ученый – мозги вообще отсутствуют!

Сундук подняли и, стряхнув пыль с крышки, обнаружили надпись на незнакомом всем присутствующим языке. После Джеффри в расселину спустились еще двое ученых, обследовали находку по всем правилам, заметив надпись на косяке, прохода, ведущего к месту, где парень нашел сундук. Еще в нескольких местах подземных помещений, оказалась та же надпись, что и на крышке сундука. Снимок надписи отправили сразу в несколько институтов. Среди ученых, кому был отправлен снимок, нашелся человек, сумевший прочесть надпись.

– Будьте очень осторожны с ящиком! – предупредил ученый языковед с другого конца планеты по скайпу – надпись гласит: «Проклятие!» Я не суеверен, но там может оказаться какая- нибудь инфекция! Не вскрывайте крышку без герметичной камеры!

– Но крышка не герметична! – встревожился старший научный сотрудник – пацан, который нашел сундук, нес его на руках. Представляешь! А потом упаковал в мешок… даже если он раньше был герметичен, то уже давно открыт… по крайней мере там есть трещины!

– Вызывайте врачей и эпидемиологов! – вздохнул языковед – боюсь, что они могут вам потребоваться!

Утром палатка Джеффри осталась закрытой, он не вышел к завтраку. Один из его товарищей заглянул в палатку и отшатнулся – Джеффри лежал в спальнике с ввалившимися глазами и кашлял, почти не прекращая. Из глаз, из носа и со всех слизистых оболочек парня сочилась кровь. Инфекция по внешним признакам напоминала эболу.

– Томми, с Джефом что-то не так! – подбежав к палатке старшего научного сотрудника, сообщил мужчина.

Джефа вынесли на носилках и поместили в лазарет, вызвав бригаду врачей, предупредив их об опасности. Бригада в защитных костюмах прибыла на место раскопок. Проведя необходимые анализы, врачи сообщили, что вряд ли смогут помочь парню, хотя будут делать все, что в их силах. Это была неизвестная науке древняя инфекция, от которой ни у кого не было лекарства.

Лагерь был закрыт на карантин. Спустившиеся вслед за Джеффри ученые также были помещены в лазарет, хотя пока не проявляли признаков болезни. Сундук герметично упаковали со всеми возможными предосторожностями, и отправили в лабораторию по исследованию особо опасных инфекций. Джеффри умер в тот же день. Через неделю из присутствующих на месте раскопок на момент находки никого не осталось в живых. Место раскопок закрыли, помещение в котором была найдена инфекция, подвергли самой тщательной обработке, боясь, что инфекция вырвется наружу. Данные, полученные учеными до момента их гибели, были сохранены и обработаны.

Помещение под гробницей датировали приблизительно пятью тысячами лет до нашей эры. Кому оно принадлежало, осталось неизвестным, так как на момент захоронения человека в гробнице, это помещение уже было похоронено под землей не одну сотню лет. После окончания исследования, все данные были засекречены. Кто- то из ученых обмолвился, что антидот все же был изобретен, но был законсервирован также как и сама инфекция, которая, как выяснилось, передавалась через пыль и твердые частицы. Воздушно- капельным путем она не переносилась. Ученые и все сотрудники раскопок были инфицированы, когда рассматривали находку и стряхивали с нее пыль.

Кто- то очень влиятельный запретил упоминание обо всем, что было связано с находкой и исследованием. Лагерь археологов сожгли, тела всех участников экспедиции кремировали, отправив родным лишь урны. Но даже пепел в урнах был заменен на более безопасный, на всякий случай. Родным сообщили о гибели экспедиции, не вдаваясь в подробности. Дело закрыли.

Глава 12

На берегу озера Ньяса^10, принадлежащем республике Малави^11, вдали от поселков и городов, расположилась сеть невысоких зданий мало отличающихся от основных построек этого региона, разве только тем, что охраны здесь было не меньше, чем у диктатора Хастингса Банды^12. Кроме охраны на территорию входили только группка ученых. Что исследовали эти ученые, и чем занимались на строго охраняемой территории, никому не было известно. Ученые не только работали на территории, но и жили здесь же, в домиках на берегу озера. Они не часто покидали территорию, и никто из местных не знал, держали здесь ученых насильно или они работали в лаборатории добровольно? С диктатором у владельцев лаборатории, похоже, были очень плотные взаимоотношения, потому что в стране могло измениться все, кроме высокого статуса этого маленького местечка. Все местные мужчины мечтали попасть сюда на работу охранниками, так как зарплаты у сотрудников были выше чем по всей стране, но не многие счастливцы проходили конкурс, но если уж прошли, то держались за место изо всех сил.

Сегодня Бумба задержался на работе позже обычного, он часто сидел в лаборатории допоздна. Он был единственным черным из ученых и работал со специалистами со всех уголков планеты. Почти никто из ученых не знал их настоящего работодателя. В основном ученых выбирал не он, но Бумба знал, что их искали из самых увлеченных людей. Предпочтительнее были те, кто из-за увлеченности наукой почти утеряли связи с близкими и кого ничто не привлекает «на большой земле», кто не будет часто проситься в отпуск, и не повезет с собой свою семью. Таковых нашлось не так много, но их хватало для обеспечения работ по исследованию древнего вируса, над которым они сейчас работали и для решения поставленной перед ними задачи. Вирус был не только исследован, но и модернизирован. Нанороботы, связанные с вирусом, считывали сигналы мозга. Затем к телу зараженного подключали устройство, считывающее информацию с нанороботов, обрабатывали и передавали на главный сервер лаборатории, из которой информация уходила в центр, в головной офис корпорации Wingcorp, которой принадлежала лаборатория.

Бумба задумчиво сидел за своим рабочим столом руководителя лаборатории и привычно крутил на пальце кольцо, подаренное за особые заслуги в науке Главой Организации. Кольцо было золотым с крыльями из демантоида^13 – редкого дорогого камня. Такими кольцами награждали в Wingcorp за достижения перед организацией, за особо важные научные работы.

Кольцо было подарено более полугода назад, когда Бумба смог отчитаться о том, что исследование древнего вируса закончены и их сотрудники готовы перейти к следующей фазе – внедрению в него нанороботов.

Бумбе нравилось, что все самые новейшие достижения науки и техники всего мира появлялись здесь при малейшем упоминании его перед руководством. Он и его команда имели неограниченные возможности для работы! Это кольцо являлось причиной зависти всех в лаборатории и давало ему почти неограниченные возможности по всему миру, где только Wingcorp имела своих людей и где обладала властью. А эта власть очень быстро распространялась по всей земле и во многих странах Организация владела всеми ресурсами и возможностями. Особенно просто эта власть достигалась в развитых странах, где имелись огромные датацентры, объединяющие все видеокамеры городов и куда стекалась вся информация. В небольших и бедных странах, таких как Малави, отследить кого- то или что-то было значительно сложнее, и оттого Wingcorp была не столь всемогущей даже несмотря полную поддержку главы этой страны.

Но никто из сотрудников не знал о жертве, которую пришлось ему принести ради получения этого символа власти и о сомнениях, которые заставляли Бумба часто вертеть это кольцо на пальце. Сомнения, а не гордость были причиной того, что руководитель лаборатории постоянно крутил кольцо на пальце, стоило ему о чем- то задуматься. Глава Организации потребовал, чтобы Бумба, у которого и так не осталось родных, отказался от каких- бы то ни было связей вне Организации. Молодой мужчина скрыл от руководителей факт, что из его деревни, которую головорезы правителя вырезали от стариков до младенцев за то, что те попытались проявить неповиновение, спасся мальчик. Бумба очень скорбел о потере близких и вот уже три года втайне содержал Ункулункулу, передавая ему часть своей зарплаты. Иногда мужчине казалось, что Организация тоже участвовала в уничтожении его деревни, но доказать этого мужчина не мог и потому не рисковал выдвигать обвинение.

Доверять нельзя было никому, и поэтому они изредка встречались лично, и Бумба передавал пареньку наличные, на которые тот жил и учился в городе. Паренек подавал большие надежды, в пятнадцать лет изобретя ветровик, питающий весь дом в котором он жил, электричеством и Бумбе очень хотелось помочь ему вырваться из нищеты и, если возможно будет, уехать из страны, где Ункулункулу был в опасности всегда из-за своего происхождения – весь его род был приговорен, также как и сам Бумба, если бы Банда узнал о его происхождении. Но Бумба покинул деревню много лет назад, учился в Европе и сейчас люди Хастингса Банды не знали о его связи с деревней бунтарей…

Между двумя одинокими людьми установилась тесная душевная связь, и Бумба на самом деле не готов был прервать ее даже ради всех возможностей Организации, полюбив Ункулункулу как собственного сына. Но так как у них не было никаких родственных уз, Бумба счел нужным скрыть факт эмоциональной связи.

Сегодня вечером Бумба сидел за столом, яростно вращая дорогое кольцо вокруг пальца – он получил новый приказ! Внедрение нанороботов было закончено, выведенный препарат был опробован на грызунах, затем на обезьянах, которых в изобилии поставляли местные жители, радующиеся даже малому заработку. Но сегодняшний приказ выбил мужчину из колеи!

«Перейти к следующей фазе – жестко и неумолимо гласил он – первую партию детей от восьми до тринадцати лет доставят через две недели. Собрать информацию нанороботов из человеческого мозга, обработать и распознать все образы!»

«Нет! Этому не бывать!» – мысленно кричал Бумба, помня, в каких муках умирали животные, зараженные вирусом. Он вспоминал кровь, сочащуюся из глаз, носа и рта маленьких шимпанзе, их почти детский плач и стоны! Это было мучительно и не давало спать не одну ночь. А тут человеческие дети! Это немыслимо!!!

Конечно, антидот они уже изобрели, но ученый также знал – чтобы собрать данные и распознать их, нужно довести не одного ребенка до смерти! Картина должна быть полной и исчерпывающей! Предыдущие опыты показали, что мозг взрослых животных дает очень мало информации и они умирают от вируса быстрее, чем нанороботы успевают считать импульсы нервных центров коры головного мозга. Нужны были более здоровые организмы, чтобы у нанороботов было больше времени для работы.

«Всего две недели! – скрежетал зубами Бумба – скорее всего эти тоже убьют всех взрослых и захватят детей! Я не могу предотвратить убийства в моей стране, но я не могу участвовать в них! Как мне спасти этих несчастных?! Я бы предупредил, чтобы они бежали, если бы я знал, на кого будут охотиться головорезы! Но если я сейчас хотя бы дрогну – они найдут другого на мое место и все продолжится! В нашей лаборатории почти все мечтают получить это проклятое кольцо! – Бумба сквозь пелену невольной влаги на глазах с ненавистью посмотрел на дорогое украшение из каменных крыльев искусно сработанных прекрасным мастером. – Но как мне помочь этим людям?!»– мысленно вопил он, позой за столом изображая скуку и отдых после рабочего дня.

Наконец решение было принято! Изображая ту же усталость и скуку, он поднялся из-за стола, снял халат и направился к выходу из лаборатории, помня, что за каждым шагом всех сотрудников следит охрана через камеры.

Оставшееся время Бумба потратил на подготовку лаборатории к принятию новых испытуемых. Предстояло много работы, нужно было приготовить камеры для содержания людей – клетки для приматов не годились. Работа давала множество возможностей для осуществления того, что задумал Бумба. Руководитель лаборатории мог без подозрений пройти и заглянуть в каждый уголок научного центра, часто выезжал в город. Он встретился с Ункулункулу, сообщив обо всем, что придется сделать. Бумба связался с группой лиц за которыми власти охотились уже не один год, но имеющей немалые связи за границей и выдающей поддельные паспорта и заказал загранпаспорт себе и названому сыну на вымышленные имена и фамилии. После чего договорился о том, чтобы Ункулункулу отправили в Америку, где тот должен был поселиться в приемной семье.

Ункулункулу уже осваивался в Соединенных Штатах Америки с новыми документами приемного ребенка в хорошей семье. Новое имя, новые родители, радующиеся тому, что к ним в дом попал настолько необычный и одаренный ребенок, к тому же так хорошо воспитанный и внимательный. По достижении совершеннолетия он получит доступ к собственному счету в банке. С колледжем уже заключен договор и как только мальчик сдаст тест, в чем Бумба не сомневался ни минуты, он поступит в него, и со счета аккуратно будет поступать оплата за его обучение. Приемные родители не смогут отнять у паренька его будущего, если вдруг Бумба ошибся в них, хотя на первый взгляд они порядочные люди и проблем возникнуть не должно. Теперь Бумба не был нужен мальчику как раньше. И если что-то случится – Ункулункулу выживет самостоятельно.

До дня-Х остался всего один день! Подготовка зала для содержания новых испытуемых уже закончена, остались мелочи. Но Бумба заметил пристальную слежку за собой. Или начальник охраны, что-то заподозрил или руководство засомневалось в лояльности руководителя лаборатории. В любом случае, действовать нужно с особой осторожностью! Возможно начальника охраны насторожил вопрос, откуда привезут испытуемых? Но сейчас это уже не важно. Нужно все сделать умно, без сучка и задоринки! Если лаборатории не будет, не нужны будут убийства и лишние жертвы! И, нужно уничтожить все, что только возможно, чтобы опыты невозможно было возобновить! Но как добраться до центральной базы данных?

Бумба заказал программный вирус, который по словам исполнителя невозможно отследить и теперь нужно было пронести флешку мимо охраны, но каждого, кто покидал базу, тщательно обыскивали как на входе, так и на выходе. Поэтому Бумба завез ее на территорию вместе с оборудованием, рискуя тем, что флешку первыми обнаружат техники. Но все обошлось, также как и со всем остальным, что он вез на территорию. Теперь она покоилась в кармане, ожидая своего часа.

И вот этот час наступил! Бумба, как всегда в последнее время, задержался на работе. Он задумчиво сидел в кресле, изображая ленивый отдых после трудного дня, и медленно писал на клочке бумаги список дел на завтра, прекрасно зная, что через камеры охрана читает все, что он пишет. Закончив запись, он перенес список с бумаги в компьютер, прикрыв системный блок телом от камеры, вставил флешку с вирусом. Затем не спеша закончил переносить список дел на завтра в компьютер. Он знал, что программа с флешки просочилась на его компьютер и по прямому соединению улетела в центр. Сегодняшний отчет Бумбы пройдет обычным путем до центра, затем окажется в главном архиве данных организации. И на всем пути этот отчет принесет с собой вирус, который через четверть часа уничтожит всю информацию.

Отправив отчет, Бумба закончил со списком дел и снова привычным жестом покрутил кольцо на пальце, встал, выключил комп, вынув флешку и направился в зал для новых испытуемых, изображая желание проверить еще раз. Система видеонаблюдения нового зала еще не была запущена и Бумба прекрасно знал об этом. Бумба должен умереть для всех, хотя умирать совсем не хотелось!

В новом зале мужчина вошел в специальный металлический ящик, настоящего назначения которого не знал никто. Этот ящик для всех сотрудников был просто боксом для испытаний. Мужчина вошел в бокс, закрыл прочную дверь и нажал на кнопку. Раздался оглушительный взрыв, потолок рухнул, погребя под собой оборудование на сотни миллионов долларов. Комната охраны находилась недалеко от въезда на базу лаборатории, и они остались живы, но для того, чтобы добраться до здания лаборатории им нужно было около четверти часа. А для того, чтобы войти в горящее здание, нужно было сначала потушить пожар, на что ушло несколько часов, так как на всей территории система пожаротушения была централизованной и после взрыва не работала – тушили вручную.

Сразу после взрыва, все еще оглушенный его звуком, Бумба покинул ящик и убежал в джунгли, воспользовавшись дырой в ограждении из колючей проволоки, образовавшейся во время взрыва. Зная прекрасно все сильные и слабые стороны лаборатории, Бумба рассчитал, что пламя от взрыва в лаборатории подожжет запасы горючего, расположенные недалеко от заграждения. И действительно, взорвавшиеся бочки с горючим оставили большую дыру в ограждении.

Бумба был уверен, что продумал все до мелочи и все подумают, что он погиб под развалинами лаборатории. Но если даже они будут проверять каждый квадратный сантиметр и через время выяснят, что его останков нет в той воронке, что осталась от лаборатории, то за это время Бумба успеет покинуть страну по новым документам, которые он заказал у доверенного знакомого, и исчезнет в огромном мире. За оградой, в джунглях его должны были ждать люди с машиной и отвезти его до города еще до того, как стихнет пожар в лаборатории.

Бумба пересек границу территории лаборатории и углубился в джунгли, скрывшись от глаз в зарослях. Дойдя до тайника, он достал из него новый спутниковый телефон, купленный для этого случая, и позвонил названному сыну.

– Могу я поговорить с Джейкобом? – поинтересовался Бумба, услышав голос приемной матери паренька. Она позвала Ункулункулу к телефону и Бумба облегченно вздохнул – Как ты? – поинтересовался он у мальчика.

– У меня все просто прекрасно! Спасибо тебе огромное! Я живу как в сказке! Представляешь, здесь все работает! Иногда даже скучно, не нужно ничего изобретать! – рассмеялся мальчик.

– Ничего, как только пообвыкнешься, начнешь замечать, что еще можно придумать или добавить. Там, конечно, техника шагнула дальше чем у нас. Но главное скажи – ты проверял, слежки за тобой нет?

– Нет, все тихо…

– Будь внимателен! И, если что, кричи, не стесняйся, зови полицию. Наша организация еще не настолько там сильна, чтобы контролировать силы правопорядка. Пока – это твоя защита! Но лучше бы никто не замечал твоего присутствия там!

– Я тоже был бы рад! – откликнулся новоиспеченный Джейкоб – хотелось бы получить местное образование. Мне здесь так интересно!

– Удачи, сынок! – вздохнул Бумба – надеюсь на скорую встречу!

Нажав кнопку сброса, Бумба стер номер вызова, затем вынул батарею из телефона, для уверенности, разобрал телефон и закинул далеко в озеро. Теперь нужно найти заказанную машину.

Но он не знал, что начальник охраны Домро, заподозрив что-то неладное, тоже подстраховался и назначил награду за его поимку в случае, если в лаборатории будет ЧП. Охранник не мог поймать ученого с поличным и не мог понять его стратегию, но создать собственную он догадался, основанную на человеческой жадности и потому безотказную. И поэтому вместо того, чтобы довезти ученого в город, люди с машиной привезли Бумбу прямо к уцелевшему пункту охраны!

– А вот и наш «погибший» герой – язвительно приветствовал ученого начальник охраны – я так и думал, что у этого умника что-то не так!…

Бумба молчал. Он не хотел видеть эту продажную физиономию, скользкую улыбочку, но знал, что сейчас он самый бесправный из всех людей на земле! Никто не может защитить его! Родственников нет, друзья должны оставаться неизвестными этим жестоким людям… правительство с Организацией заодно и на суд надеяться бесполезно… Поэтому он молча стоял и ждал жестокой смерти, надеясь, что хотя бы Ункулункулу останется жить! Домро размахнулся и ударил Бумбу по челюсти наотмашь, кулаком с зажатой в руке рукояткой пистолета, в глазах ученого потемнело!

Но в этот миг, то ли на счастье, то ли на беду, у мучителя зазвенел телефон.

– Да… – вытянулся Домро слушая голос в трубке – …да…да… Есть! – отрапортовал он. Затем с нескрываемым огорчением и злобой повернулся к Бумбу – ..шеф сказал привезти тебя живым и по возможности полностью здоровым! А жаль! Я бы порезвился! Я уже неделю за тобой слежу, предатель! Жаль, что не смог раньше поймать! Теперь из-за тебя мы можем без работы остаться! – не выдержав, он с силой ударил ученого кулаком в живот, сквозь зубы добавив, обращаясь к подчиненным – он во время взрыва ударился, не так ли?

– Да… да… – дружно поддержали охранники. Они все ненавидели того, кто отнял у них прекрасно оплачиваемую работу.

Бумба не мог понять, почему его не убили на месте? Кроме того, как только его привезли в город, то сказали принять душ и переодеться. Охрана была с ним везде и сбежать не было никакой возможности. Когда Бумба принял душ и оделся, в гостиничный номер, снятый для него, вошел незнакомый человек, на руке которого красовался перстень из белого золота с крыльями из камня «голубой гранат», который при дневном освещении обычно переливался зелеными и голубыми оттенками, меняя цвет в искусственном освещении на пурпурный или красный. Этот перстень указывал на Главу Wingcorp местного значения.

«Надо же! – удивился Бумба – они прислали ко мне важную «шишку»!»

– Сядь – коротко приказал вошедший.

Ученому ничего не оставалось, как подчиниться, он молча сел. Его вина была доказана, мотивы обычно никого не интересовали – не та организация, чтобы интересоваться мотивами людей. Люди это всего лишь пешки для них!

– Сообщники?

– Нет. Разве кто- то будет рисковать? Вы нас стравили всех и давно! – усмехнулся Бумба.

– Ты знаешь, что достоин смерти, и ты ее получишь, не сомневайся – спокойно продолжал мужчина, но ты можешь сохранить жизнь Ункулункулу. – Бумба вздрогнул при имени названого сына, но постарался овладеть собой, но не званный гость заметил, что его слова попали в цель и он продолжил – если ты исполнишь последнее поручение Главы, тогда мальчика не тронут…

– Что я должен сделать? – едва сдержав стон, поинтересовался Бумба.

– Вот так- то лучше – усмехнулся мужчина – тебя проводят до Швейцарии и там Глава сам скажет, что ты должен будешь сделать? Если в дороге что-нибудь выкинешь, паренька убьют.

– А чем вы докажете, что еще не убили? – попытался узнать ученый.

– Ничем. Мы ничего не будем никому доказывать! Глава тебе сам все скажет! – резко ответил мужчина.

В глазах Бумбы поплыли круги, ему хотелось убить того кто перед ним стоял и охранника за спиной, и сбежать! Но если Ункулункулу у них, ничего не остается делать как повиноваться… может быть им будет не просто стирать имя мальчика из всех баз данных, в которые его внесли как приемного ребенка американских граждан и они действительно отпустят его? Остается надеяться на то, что почти невозможно! Но рисковать жизнью паренька Бумба не мог, он согласился сделать все, что ему приказали, а дальше только надеяться на чудо.

Глава 13

В полете охранник не спускал с него глаз, а как хотелось сейчас Бумбе позвонить названому сыну, попытаться узнать, действительно ли до него добрались или только узнали о существовании паренька и блефуют^14?

Он плохо помнил, как добрался до нужного здания в городе Берн, как в тумане смотрел на черепичные крыши старинного города, раскинувшегося у подножия снежных гор. Большинство зданий были построены много лет назад, и город создавал ощущение устойчивости и надежности. Но именно из-за этой надежности Бумба ощутил свою крайнюю уязвимость. Люди на улицах не суетились и никуда не спешили, словно дома, простоявшие многие годы, передавали нынешнему поколению знание о том, что спешить не нужно, жизнь продолжается и все что действительно необходимо, человек успеет, а о другом не стоит волноваться.

Какая огромная разница! Не так давно Бумба был здесь для получения награды и посвящения в элиту Wingcorp и был счастлив! Его принимали как дорогого гостя в том самом здании, куда теперь ведут, чтобы приговорить к смерти! В первый приезд Бумбы в Швейцарию, старинные дома давали ему ощущение устойчивости и незыблемости его положения в организации, он чувствовал себя непобедимым! Он гордился принадлежностью к мощной организации, похожей на это государство, сохраняющее мир не один век, являющееся символом стабильности и мира для многих. И вот сейчас все с точностью до наоборот!

Сейчас он прилетел сюда как на плаху! Он знал, что обратно не вернется, но сможет ли спасти названого сына? В Организации люди исчезают и за меньшие провинности, что им стоит устроить аварию или просто исчезновение «мелкой сошки», каким себя считал Бумба?

Как хотелось бы мужчине попасть сюда еще раз, в другом положении и ощутить как раньше эту атмосферу стабильности и размеренности, чтобы проникнуться духом прежних веков! Но Бумба знал, что его жизнь меряется сейчас минутами, а не годами.

«Сейчас я поднимусь по этой лестнице и все… дальше этот город, как и прежде, будет жить своей размеренной жизнью, а меня не будет…» – грустно размышлял он, медленно считая ступеньки старинного роскошного здания.

В сравнении с лачугами, в которых жили многие его знакомые в его родной стране, эти дома казались дворцами!

– Здравствуйте… – несмело поздоровался он по-английски, войдя в роскошный кабинет Главы. Пышность убранства подавляла, заставляя чувствовать себя ничтожным.

За столом сидел пожилой мужчина с колким взглядом, каждая строчка его костюма говорила о роскоши. На мизинце, как и у всех представителей властных структур Wingcorp сиял камень в виде распростертых крыльев. Но у этого Главы на пальце красовался грандидьерит^15 на платиново- иридиевом^16 кольце. За столом перед Главой сидели два незнакомых Бумбе человека. На мизинцах обоих красовались кольца из белого золота с крыльями из голубого граната^17 – Главы местных филиалов Wingcorp – представители каких- то регионов. Когда- то вся эта роскошь прельщала Бумбу, и он готов был работать не покладая рук для того, чтобы попасть в элиту Wingcorp, но сейчас он понимал, как сильно тогда ошибался! Вся эта роскошь строилась на крови. Руки этих людей, чьи пальцы сейчас украшали драгоценные редкие камни, были обагрены кровью их соотечественников. И сейчас его самого казнят только потому, что он не желает убивать детей своего народа! Бумба знал, что не уничтожь он лабораторию – его участь была той же что и сейчас – Wingcorp не отпускала живыми тех, кто побывал в элите организации.

– Ты уничтожил исследование, над которым мы трудились несколько лет и я уверен, что вирус, уничтоживший информацию на центральном сервере – это твоих рук дело или твоих сообщников… – начал Глава, всматриваясь в лицо Бумбы.

– Я был один – тихо отвечал ученый и информацию не уничтожал. Я не программист, работаю с нашим, медицинским оборудованием, и Вы это знаете…

Глава говорил медленно, делая паузы после каждой фразы, словно вбивал в мозг собеседника каждое слово.

– Что ж, похвально, если Вы прикрываете своих товарищей… если они у Вас вдруг появились… или были как Ваш юный друг Ункулункулу… Вы нарушили кодекс организации, отказались повиноваться прямому приказу, кроме того нанесли немалый ущерб своими действиями… надеюсь Вы понимаете что это не может пройти незамеченным? – Глава словно мечтал выжечь Бумбу взглядом, стереть его с лица земли, затем продолжил – …но могу Вас огорчить, Вы не смогли уничтожить наш дорогой древний вирус. Не Вы один работали над ним. Наша европейская лаборатория кое в чем добилась успеха тоже. Завтра Вы полетите в Казахстан вот с этим человеком – он указал легким кивком головы на одного из присутствующих – и там отдадите вирус. Мы скажем кому именно. Надеюсь, Вам не захочется, чтобы ваш юный друг получил в подарок наш вирус? Мне бы не хотелось видеть талантливого многообещающего мальчика в том состоянии, в котором Вы сжигали своих испытуемых приматов….

Бумба едва стоял на ногах под этим взглядом смерти! Он никогда не думал, что не сможет выдержать взгляд человека! Но эти глаза, словно погружали сознание в бездну ужаса, который страшнее самой смерти! Молодому ученому вдруг показалось, что из углов кабинета поползли к его ногами страшные черные тени! Он хотел оторвать взгляд от этих ужасных глаз и отбросить наваждение, но не мог! Колени невольно задрожали! Захотелось закричать не своим голосом от ужаса, и бежать что было сил, но тело словно парализовало. Бумба не мог пошевелиться или закричать и только мелкая дрожь, пробившая все тело, напоминала ему о том, что он еще жив, что находится не в аду, а на бренной земле! Ученый тщетно призывал здоровый скептицизм, пытаясь убедить себя, что ничего не существует кроме физического мира и что здесь сейчас он стоит посередине кабинета и никаких чертей или живых теней не существует! Бумба ненавидел себя за этот парализующий мышление страх, но не мог справиться с собой и дрожал всем телом, едва сдерживая тремор^18.

Хозяин кабинета слегка пошевелил рукой, и появилась охрана. Подхватив ученого под руки, его буквально выволокли из кабинета всемирного главы компании Wingcorp. Как счастлив был Бумба покинуть этот кабинет, чтобы не видеть больше эти глаза!

Бросив пленника в одну из комнат с решетками, охранники удалились, закрыв за собою дверь. Молодой ученый был обречен, но смерть все отдалялась, словно издеваясь и дразня! Оглянувшись, Бумба горько усмехнулся. Умышленно или случайно, но его «поселили» в ту же комнату, в которой он был прежде. Тогда, в первый приезд, он не замечал решеток на окнах, но сейчас решетки казались основными в богатом интерьере комнаты. Удобства и роскоши не убавилось в помещении, но сейчас мягкая кровать показалась каменной, а дорогая мебель – убогой.

Утром Глава казахстанского филиала вылетел вместе с Бумбой в Алматы. Бумбу сопровождал один из охранников, следя за каждым его движением. Бумба уже смирился с тем, что обречен, он мечтал только об одном – чтобы названый сын не узнал мук, которые порождает вирус! Но никто не давал ему пробирку с вирусом.

«Как я могу передать вирус, если мне его так и не дали?» – удивлялся ученый, садясь в самолет.

Глава Казахстанского филиала расположился в бизнес классе, тогда как охранника и Бумбу посадили в эконом. В дороге милые стюардессы, улыбаясь, разносили пищу и напитки. Есть Бумба не мог – кусок не лез в горло, но пить очень хотелось и он не раз просил принести простую воду. Он не обратил внимания на то, что стюардесса принесла первый стакан воды, который он попросил, из салона бизнес класса. Но уже через час ученый перебирал в памяти все возможные способы заражения и вспомнил этот злополучный стакан воды, который наполнили не при нем! Температура поднялась резко и сразу стала выше тридцати девяти градусов!

Еще через пол часа у Бумбы пошла носом кровь. Стюардессы быстро освободили места, соприкасающиеся с креслом Бумбы и забегали.

«Теперь я, кажется, понимаю, как должен передать инфекцию… – едва удерживая сознание от помутнения сообразил Бумба – значит, я умру как все мои подопытные приматы…! Мы, конечно, постарались вывести не заразный штамм и в конце у нас получилось, но кто знает, что за версия у них сохранилась? Вряд ли это последняя, контролируемая…. А вдруг это одна из первых версий?! Тогда весь самолет обречен! Все до одного, включая Главу филиала! Да и все, кто встретит самолет в аэропорту, тогда тоже обречены! Неужели эти люди настолько больны на голову, что пожертвуют сотнями людей и своим же, преданным Организации человеком?…» – мелькнула последняя мысль угасающего сознания и Бумба погрузился в мир бредовых образов.

*****

В центральную инфекционную больницу поступил звонок из службы аэропорта:

– Красный код! У пассажира, прибывшего из Швейцарии, обнаружен вирус. По всем признакам, это Эбола: высокая температура, мышечные боли, кровянистые выделения со всех слизистых оболочек. Если наши предположения верны, он очень заразен! Нужно подготовить бокс для больного, мы везем его в машине скорой помощи! Кроме того нужно выслать спец. группу к нам. Мы организовали карантинную зону для всех пассажиров самолета и экипажа. Вы должны проверить всех на наличие инфекции! Во время перелета у больного поднялась температура, если наш диагноз верен, значит, инкубационный период Эболы к тому времени уже закончился!

Все сотрудники больницы забегали, включая санитарок.

– Да что это за напасть такая! – причитала пожилая санитарка, готовя бокс – сначала чума, теперь эта Эбола проклятая! Что же это за зараза такая, если все так забегали? Даже с чумой меньше паники было! От этой чумы мы еще не отошли! Кто же нам подкидывает всю эту напасть? Или грешим мы много?!

Причитая, санитарка обрабатывала пол антибактериальным раствором и протирала все поверхности влажной тряпкой с раствором. Женщина была в толстых перчатках, ставших привычными в работе, волосы тщательно убраны, рукава заправлены в перчатки, края форменных штанов заправлены в полиэтиленовые сапожки, на лице респиратор. После чумы сотрудники еще не расслабились и не пренебрегали правилами безопасности. Но когда женщина увидела больного, которого привезли на каталке, она невольно отшатнулась. Темнокожий мужчина, на вид меньше сорока лет, в приличном костюме, сейчас выглядел ужасно! Изо рта, из носа и из глаз сочилась кровь, он стонал и корчился от боли.

Врачи в спец. костюмах ввезли больного в бокс и поставили ему капельницу, а санитарка поспешила ретироваться. Ее дома ждали дети и внуки, и женщина была уверена, что ее жизнь только начинается…

Скоро больной остался один. Врачи не могли ему больше ничем помочь. От этой болезни еще не было лекарств, и они могли только поддержать больного, снимая температуру, избавляя организм от обезвоживания. У изголовья постели стояла вода, и больной время от времени прикладывался к трубке у его губ, потягивая спасительную влагу, все меньше контролируя свои жесты. Мед персонал изредка появлялся чтобы сменить флакон с лекарством или физ. раствором. Но ни один человек не желал оставаться в боксе ни минуты лишней.

Наступила ночь. Стоны больного некому было слышать. Дверь бокса была накрепко заперта. Ночная медсестра сидела за своим столом в коридоре и заполняла журнал. Она должна была в начале смены проверить больного и потом каждые пол часа заходить к нему, но пренебрегла своими обязанностями, боясь заразиться. Ее спецкостюм покоился в соседней комнатке нетронутым. В бокс в последний раз заходила только дневная медсестра в конце смены. Вдруг в отделении погас свет. Женщина подняла голову от бумаг, потом медленно и лениво поднялась, направилась в сестринскую, ощупью нашла свечи и зажигалку. Женщина жила в частном секторе, где выключение света было обычным явлением, и она реагировала на это спокойно.

Неторопливо зажигая свечу, медсестра услышала легкий шорох в коридоре, затем входная дверь отделения хлопнула, и щелкнул автоматически закрывающийся замок.

– Почудилось что ли?! – поежилась женщина, невольно заговорив сама с собой – чертовщина какая- то! То свет гаснет, то двери хлопают…

Она знала, что электронный ключ от двери, ведущей в отделение, лежит у нее в кармане, и никто из посторонних не может войти в отделение, не постучав. Именно дежурная медсестра после ухода врачей должна решать, впускать кого-нибудь в отделение или нет? Услышав звук, женщина невольно прикоснулась к карману халата, где держала карточку- ключ – она была на месте.

Вдруг дверь в сестринскую захлопнулась. Женщина испугалась не на шутку! Сработал аварийный генератор, но лишь на несколько мгновений – кто- то щелкнул выключателем уже внутри отделения. Медсестра начала стучать в дверь, которую кто- то подпер снаружи.

Когда медсестра смогла, наконец, открыть дверь и вышла из комнаты в коридор, свет в отделении уже горел, но ее сердце сжалось от ужаса – дверь в самый опасный бокс была открыта! Женщина рванула обратно в сестринскую, дрожащими руками надела противомикробный костюм и быстрыми шагами направилась в бокс. Войдя, женщина невольно вскрикнула – бокс был пуст. Она вышла из комнаты, пятясь, боясь повернуться спиной к пустой кровати, словно там сейчас появится чудовище, вместо потерянного больного, если она повернется к кровати спиной.

Добежав до поста, она попыталась набрать на телефоне нужный номер, но пальцы в больших перчатках не слушались, и женщина рискнула снять перчатку. Набирая номер, медсестра дрожала крупной дрожью. В сознании ужасные картины сменяли одна другую, то она представляла город, погруженный в ужас пандемии, где горожане ходят с кровью, струящейся из глаз, носа и рта и падают на тротуарах замертво. То представляла себя на тюремных нарах…

Ее сознание не могло нарисовать ни одной утешительной картины, ведь предшественницу, в дежурство которой исчезли больные, включая «чумного» до сих пор держат под следствием, или, по крайней мере так говорят… Никто из сотрудников еще не видел ее после того случая.

Нужный телефон никак не набирался, и женщина едва сдерживалась, чтобы не зарыдать. Набрав, наконец, номер охраны, медсестра завопила:

– Больной эболой сбежал или его выкрали!

После этих слов она рухнула на свой стул и разрыдалась. Через несколько минут в отделение громко постучали, она, едва держась на ногах, дошла до двери и открыла ее. В отделение вбежал охранник, проверил слова медсестры, не прикасаясь ни к чему руками и вызвал полицию по своей рации, предупредив, что эбола очень заразна.

Опергруппа в спецкостюмах так быстро появилась в отделении, что могло показаться, что они сидели в холле больницы.

Глава 14

Худая, плоская, женщина в черном строгом платье и черных туфлях достала мобильник. Она стояла на пошарпанном полу старой квартирки, находившейся на третьем этаже здания расположенного напротив центральной инфекционной больницы. Возле окна стоял крупный черный бинокль на штативе. На стене висел ковер в коричнево-бежевых тонах, стояла кровать, заправленная старым, но выстиранным красным покрывалом. В этой комнате она сегодня провела часть ночи, чтобы лично проконтролировать и убедится в том, что «цель съела наживку». Женщина дождалась, когда в больнице через дорогу началась суета, забегали оперативники, и набрала номер на мобильнике.

– Докладывай – послышался хриплый голос Макса из трубки.

– Все прошло в соответствии с планом. Он появился внезапно, вылечил цель и пропал. Я не успела заметить, как и куда он исчез, но оперативники сейчас ищут. У него точно есть помощники, и их немало. А вы уверены, что он не сможет вылечить ваш вирус, как другие заболевания.

– Наши ученые разрабатывали его больше полугода, основываясь на результатах реакции клеток ткани пойманных Аджахаров^19 и на вирусе, найденном при раскопках. Этот вирус не заразен для людей вокруг, но убивает этих тварей. Если Лекарь один из них, а это не вызывает сомнений, то скоро ему станет не по себе. Все идет по плану… – голос на секунду остановился.

– Простите, не поняла, разве это не эбола?

– Нет, это инсценировка. Только внешние признаки эболы. Эта штука не заразна для окружающих в городе, но для «туриста» была смертельна. Но врачи об это не знают. Теперь весь наш «букет» получил Лекарь, и мы его найдем!

– Каковы дальнейшие расположения? – холодно спросила дама.

– Больного найти и убрать. Контроль за Лекарем мы усилим, он не должен ускользнуть от нас. Не показываться на глаза, избегать любых контактов, он не должен знать, что мы следим за ним.

– Вы уже знаете, где он живет?! – удивилась Нонна.

– Нет, пока нет. Но я уверен, что в ближайшее время детектив его найдет, кажется, у него появилась новая причина искать.

– Я могу узнать какая? – осторожно спросила Нонна, ей было очень неприятно, что Макс знает намного больше, чем она – дочь Главы.

– Это не тайна, Вы помогли ему в этом тем порошком, что я сказал Вам подмешать в его кофе.

Женщина дернула плечом.

– Как давно я стала исполнителем, делающим за Вас черную работу?

– С тех пор как Вы пожелали делать карьеру в Wingcorp – сухо ответил Макс – все мы проходили через это.

– Что мне делать с детективом? – сменила тему Нонна.

– Он неплохо собирает информацию, не зря его характеризовали как опытную и цепкую ищейку, пусть продолжает собирать для нас информацию и пусть думает, что мы не знаем об этом. На днях ему сообщат, что его курение привело его к раку легких, а может уже и сообщили. Пусть верит, что именно это стало причиной болезни. Врачи не смогут его вылечить, потому что я дал Вам наш, лабораторный вирус, очень похожий по симптомам, чтобы добавить ему стимул для поиска к его духу противоречия. Так что вскоре ждите нашего общего друга в вашем отделении и потяните время, чтобы он занервничал и начал искать Лекаря активнее. Я добавил кое- что к препарату, чтобы расшатать его нервную систему…

– Принято – спокойно отозвалась женщина и положила трубку.

Затем она поспешно принялась собирать наблюдательную установку. Отодвинула чуть дальше окровавленный молоток, который старушка сама ей принесла, когда Нонна представилась соседкой, которой нужен молоток. Бинокль сложился в небольшой кейс, она взяла его в руку. Открыв дверь комнаты, женщина окинула взглядом беспорядок, творившийся в квартире, все было перевернуто, полки сброшены, создавалось ощущение, что ворвавшийся человек торопясь искал деньги у престарелой жительницы квартиры. Сама бабушка лежала на полу посреди беспорядка с пробитой головой. Следователи скажут – ограбление, заполнят свои протоколы, хмурясь и думая лишь о том, как бы поскорее отвязаться от этого дела.

Нонна подошла к трупу, проверила, не осталось ли ее вещей или волоса? Нужно быть острожной, все должно быть сработано чисто. Найдут эту квартиру дней через пять, когда трупный запах появится в подъезде. За это время исчезнет все, что могло бы хоть немного навести на мысль о работе профессионала. Но это не важно, важно сейчас заслужить одобрение Главы, возможно, после этого дела, ее посвятят в круг приближенных. Доверие надо заслужить, оно по наследству не достается, а значит, что все должно пройти без сучка, без задоринки. А так и будет! Женщина мягко закрыла за собой дверь квартиры и поспешила в проулок, в сторону которого пошел исцеленный больной.

*****

Бумба не помнил, как оказался в больнице в незнакомой стране, не зная их языка и не понимая, что с ним происходит? Сознание лишь изредка выхватывало короткие мгновения просветления, в которые он видел обрывочные картинки: противогаз с незнакомыми, немного раскосыми глазами, видными через окуляры, раскачивающаяся стенка машины, похожей на скорую помощь, мчащей его куда-то под вой сирены, чьи-то руки, перекладывающие его тело с каталки на кровать…

Все остальное время было заполнено неимоверной болью в каждой клеточке тела! Бумба не мог увидеть себя со стороны, но прекрасно знал, как выглядит – кровавые струйки из уголков глаз, изо рта и носа, красные, налитые кровью белки глаз, воспаленное красное небо и горло, пятна облезшей кожи с которых сочится сукровица, тело почти сплошь покрыто черными пятнами отмершей кожи. Его темная кожа не могла скрыть эти пятна – они были намного темнее, в некоторых местах покрытые водянистыми волдырями. Врачи в спецкостюмах все же боялись прикасаться к телу пациента, стараясь минимизировать все контакты. Еще в аэропорту, когда Бумбу спускали с самолета, ему поставили систему для поддержания жизни. Врачи были в растерянности, они никогда не видели вируса, развивающегося с такой скоростью!

На территории аэропорта была наскоро оборудована карантинная зона и все пассажиры рейса и экипаж сейчас проходили обследование на наличие вируса эболы.

Бумба не помнил бокса, куда был помещен, не помнил врачей, торопливо вводящих новые препараты в систему и также спешно покидающих его одиночный бокс. Но вдруг что-то изменилось – боль утихла, словно кто- то выключил тумблер электрического тока. Затем глаза стали различать свет, возможно фонарь в руках посетителя и Бумба услышал короткую фразу на незнакомом языке:

– Ты здоров и можешь быть свободным!

– What? What did you say?

В комнате находился кто- то еще, потому что по-английски ответил другой голос.

– You are healthy. You can get out of here – с сильным акцентом ответил второй голос из темноты. Бумба едва мог разобрать сказанное. Ученый легко понимал акцент жителей южной Азии и Африки, но у этого парня был совсем другой акцент, и Бумбе требовалось напрягаться, чтобы разобрать в его речи знакомые английские слова – Here are the clothes for you. You must leave this place right now! If you not hurry, your doctors will not let you go home.[20]

– Thank you very much! – обрадовался Бумба – You are my savior! I’ll never forget this![21]

Он вскочил с постели невероятно легко, словно и не болел никогда, быстро оделся и через минуту они вместе покинули бокс, стараясь передвигаться бесшумно, как тени. Оказавшись на улице, незнакомец в плаще и странной маске, напоминающей клюв птицы, быстрым шагом направился в темный переулок, а его напарник в вязаной лыжной шапочке, также скрывающей лицо, указал Бумбе на темный проулок и проговорил:

– I can’t help you anymore. There you will find a man who will try to help you more.

– You are very kind! Thank you very much![22] – Бумба еще не мог поверить в свою счастливую звезду.

– You are welcome![23] – отозвался незнакомец, скрываясь в темноте в том же направлении, что и мужчина в странной маске.

Не успел Бумба шагнуть в темноту переулка, как его подхватили и буквально «закинув» в машину, помчали по ночному городу. Ученый не мог понять, радоваться этому или пугаться? Кто эти люди – обещанные помощники или убийцы Wingcorp?

*****

Нонна выскочила из подъезда жилого дома, стоящего недалеко от здания инфекционной больницы. Она должна была первой встретить исцеленного ученого и отправить его «на тот свет» пока власти не обнаружили сбежавшего пациента. В глубине души честолюбивая дама мечтала не только убить чернокожего, но и схватить Лекаря в том же переулке. Она видела исчезающую в темноте переулка спину больного, и рванула вперед, надеясь перехватить обоих. Но каково было ее удивление, когда добежав до переулка она увидела только пустоту сонных окон ближайших домов и тишину спящего района! Женщина быстро осмотрела все повороты – ни души…!

– Проклятье! – прошипела Нонна – быть не может! Я же сама видела, как он сюда вошел! Не могла же здесь его машина ждать!? – она вдруг резко остановилась – …хотя кто знает? Может и ждала?! Неужели он всех своих больных домой доставляет?! Да нет же! Знаю, что это не так! Неужели он знает, что это за больной?! Неужели у нас «крот» завелся?!

*****

Через несколько минут быстрой езды по переулкам ночного города, водитель выехал на центральную освещенную улицу и сбросил скорость до разрешенной, чтобы дорожный патруль не остановил за превышение скорости, и заговорил с ученым на свободном английском языке. Взглянув в зеркало, Бумба увидел лишь большие темные очки и высокий воротник свитера – водитель скрывал свое лицо.

– Вы к нам в город приехали в гости ли по работе?

– Ну… и то и другое… – неопределенно ответил Бумба, еще не зная, можно ли доверять незнакомцу?

– Если Вам нужно вернуться в свой номер за вещами, то нужно сделать это немедленно, иначе скоро там будут Вас ждать, чтобы снова отвезти в больницу – предупредил водитель.

– Нет, мне нельзя нигде появляться, да вещей здесь у меня нет – рискнул довериться Бумба – могу ли я попросить у Вас телефон, чтобы сделать один звонок в Америку?

– Я могу дать только разовый номер, только что купленный – предложил водитель – мой дать не могу! Но для того, чтобы сделать международный звонок, нам придется остановиться где-нибудь в магазине, где есть терминал и пополнить счет.

– Это самое лучшее, что Вы можете предложить! – обрадовался молодой ученый – как только я выберусь, я все вам компенсирую! Даю слово!

– Ладно, кто знает, может и придется воспользоваться вашей помощью..? Мы стараемся помогать людям, а это иногда наказуемо… – усмехнулся водитель.

Он остановился у небольшого продуктового магазинчика, вошел в него и пополнил счет на телефоне, затем отдал Бумбе.

– Надеюсь, номер помните наизусть?

Бумба уже не слушал. Он дрожащими пальцами набрал номер Ункулункулу, который купил ему для экстренной связи. Услышав в трубке до боли знакомый голос, Бумба чуть не подпрыгнул от радости.

– Джейкоб? – спросил он, допуская мысль, что служба безопасности Wingcorp могли установить в Американской сети кодовое слово для прослушивания – редкое в тех местах имя. Он воспользовался новым именем Ункулункулу.

– Да… это ты, отец…? – Осторожно поинтересовался Ункулункулу не веря своим ушам.

– Да…! Значит, они до тебя еще не добрались!!! – обрадовался Бумба – не называй меня по имени. Я просто Майк, хорошо? И дальше будем говорить только по-английски. Так легче затеряться в общем шуме.

– Да, хорошо, отец…

– У тебя все спокойно?

– Да. Мои родители очень хорошие люди! Они во всем мне помогают. Кстати, они сказали, что если тебе потребуется помощь, они готовы помочь.

– Неужели?! А как ты думаешь, им можно доверять? – в голосе Бумбы звучало напряжение.

– Если не воспользуемся помощью, не узнаем… – резонно заметил мальчик – у тебя есть другие люди для помощи?

– Нет. Меня вычислили, и сейчас меня уже не должно было быть… – вздохнул Бумба – добрые люди помогли мне, но я не могу пользоваться их услугами еще раз…

– Тогда придется проверить, можно ли им доверять – закончил «Джейкоб».

Когда Бумба нажал «отбой» на телефоне, водитель обернулся.

– Куда едем?

– Не знаю… – вздохнул Бумба – мне нужно переждать здесь некоторое время. Если повезет еще раз, мне привезут все необходимое для того чтобы я мог покинуть страну.

– Как я понимаю, под другим именем… – резюмировал водитель.

– Да… вы правильно поняли.

– Тогда нужен будет наш человек, который проводит вас через паспортный контроль, ведь вы не въезжали в страну… Ладно, мы поможем Вам.

– Чем я заслужил такое прекрасное отношение чужих людей?! – удивленно покачал головой Бумба.

– Наверное, что-то правильное сделали?.. – пожал плечами водитель – я отвезу вас на квартиру, мы арендуем ее на несколько дней. Там не нужен паспорт.

– Еще раз огромное вам спасибо! – улыбнулся счастливый Бумба – как только все успокоится, я пришлю Вам деньги, чтобы Вы имели возможность сделать больше добра для таких как я!

– Да, деньги иногда бывают нужны – согласился водитель – Мы не лекарь, мы не можем лечить, но иногда можем помочь в других вещах. Иногда нам приходится «разводить» проблемы с помощью денег.

– А кто такой Лекарь?! – удивился Бумба.

– Есть у нас один такой… Тот, что Вам помог. Никто не знает, откуда он появился. Но все мы, кто ему помогает, имели неизлечимые болезни, а он нас вылечил. Поэтому мы стараемся хоть так отблагодарить его. Только никто не должен знать ни его имени, ни лица, а иначе он потеряет свою силу. А мы все хотим, чтобы Лекарь еще многим людям помог…

– Удивительно!… – покачал головой Бумба – наукой это не объяснишь… по крайней мере пока… но я могу подтвердить, что никто не мог бы вылечить мою болезнь без антидота… а он ничего мне не колол! Вынужден признать, ваш Лекарь – чудотворец!

– Он просто забирает болезни – напомнил водитель.

– Ладно… забирает, так забирает… – Бумба не хотел спорить со своим помощником, слишком многое в жизни ученого зависело от этого простого человека, так свято верящего в своего «суперцелителя». Верит – пусть верит.

Водитель отвез Бумбу в тихий спальный район города, проводил до квартиры и договорился с хозяйкой на казахском языке, предварительно попросив Бумбу посидеть в машине и не показываться хозяйке на глаза.

– Как только наши люди видят иностранца, цена на квартиру сразу поднимается – сообщил он причину своих действий – кроме того, если вас вдруг будут искать, лучше если хозяйка квартиры не будет знать Вас. А мы с ней свои люди – сочтемся.

Оказавшись один в машине и ожидая пока представится возможность войти в квартиру, Бумба еще раз позвонил названному сыну и рассказал где он спрятал свои новые документы, которыми так и не успел воспользоваться. Ункулункулу сообщил, что его приемные родители согласились полететь в Африку и достать документы Бумбы из тайника, а также привезти их в Казахстан.

– Я очень им благодарен! – обрадовался ученый – Мне нужен будет весь пакет, который они найдут в тайнике, и я отблагодарю всем, чем смогу, как только выпутаюсь из этой ситуации! Пусть позвонят на тот телефон, что высветился у тебя, и скажут слово «освобождение», тогда я буду знать, что это они. Тогда я скажу, как и где мы встретимся.

Не уставая удивляться доброте и отзывчивости людей, попавшихся ему на пути, Бумба дождался пока уйдет хозяйка помещения, поднялся в квартиру, принял душ, растянулся на постели и отключился – день был слишком долгим!

Проснулся Бумба когда солнце стояло высоко над землей, хотя на улице было холодно. Водитель оставил в комнате новую одежду для него и чистое белье. На родине ученого, в Малави, в это время года сухо и жарко, но здесь на улицу невозможно было даже выглянуть без теплой одежды. Бумба не мог себе представить, что где-то бывает холодней. Но судя по рассказам, в этом городе бывает значительно холоднее, чем в «теплом» по мнению местных жителей октябре. Неделю Бумба не выходил из квартиры. Тот же водитель приносил ему еду и сообщал новости. Звонить названному сыну еще раз он не решался, чтобы не рисковать быть отслеженным.

Спустя неделю его телефон зазвенел – Бумба вздрогнул! Затем он нажал кнопку ответа и молча прислушался.

– Алло, Майк? – раздался голос с американским выговором – Освобождение близко.

– Да, я слушаю – отозвался Бумба.

– Мы прилетели. Где возможна встреча?

– Местный помощник дал мне координаты безопасного для встречи кафе недалеко от места, где для меня сняли квартиру. Кафе «Оазис» на улице Абая?

– Да, хорошо.

– Вы найдете?

– Мы думаем, таксисты знают город – успокоил Бумбу собеседник.

Через четверть часа двое американцев средних лет сидели в уютной кабинке кафе и ожидали ученого. Соблюдая все меры предосторожности, Бумба вошел в кафе и был несказанно рад, что все сложилось мирно и удачно. Честные люди не прикоснулись к наличности, который они нашли в тайнике вместе с документами на имя Майкла Моррея, гражданина Канады с фотографией Бумбы. Крупная сумма в Канаде лежала на счету новоиспеченного Майкла Моррея и теперь он мог свободно распорядиться той наличностью, что была у него с собой.

– Я не думал даже, что вот так просто можно купить такие документы! – удивился приемный отец Ункулункулу – когда Джейкоб попросил нас не удивляться ничему и несмотря ни на что поверить, что вы – хороший человек, я не предполагал, что мне придется иметь дело с поддельными документами, ведь прежде Вы представлялись нам под другим именем…

– Я очень благодарен вам, что Вы все же принесли мне все это! – вздохнул облегченно Бумба – на самом деле я работал на очень влиятельных людей, но они потребовали от меня стать жестоким и я не смог! Но во время работы я сталкивался с разными людьми и сейчас мне потребовались их таланты…

После встречи Бумба позвонил по тому телефону, который ему оставил водитель перед отъездом. Бумба разменял часть наличности, привезенной приемными родителями Ункулункулу из его тайника, чтобы оставить оплату за аренду квартиры. Он оплатил все затраты приемных родителей Ункулункулу и оставил немалую сумму помощникам Лекаря. После чего он исчез также бесследно, как и появился, пройдя через таможню и паспортный контроль по новым документам через знакомых помощника Лекаря.

Глава 15

В день, когда Бумба получил исцеление от болезни, Нонна искала пропавшего больного почти до утра, так ничего и не отыскав! Женщина была в ярости! Больше всего на свете ей хотелось доказать отцу, что она работает лучше мужчин, которых тот нанимает в команду, а тут она пропустила такого важного предателя! Она не могла себе простить провала.

Глава не считал работу дочери провалом. Он отправлял других киллеров на «зачистку хвостов» и с них спрашивал исчезновение Бумбы. Его дочь должна была только проследить, вылечит ли Лекарь Бумбу? И она прекрасно исполнила свою работу, за что получила от него благодарность. Он не знал, что Макс дополнил приказ Главы своим приказом. Макс тоже был недоволен работой Нонны, но рассказать о своем решении добавить ей работы шефу не решался.

Киллеры Wingcorp обыскивали район за районом. Они сумели выйти на службу аэропорта и прослеживали всех отбывающих в течении недели, но все было безрезультатно! Один из сотрудников Wingcorp смог получить доступ к базе данных паспортного контроля пограничников, но даже этот «прорыв» не принес результата, Бумба не пересек границу ни в одном из направлений, он словно в воду канул! Чтобы не поплатиться креслом руководителя, через три дня после исчезновения ученого, Глава казахстанского отделения отправил отчет о смерти Бумбы, приложив фотографию изуродованного болезнью мужчины, которую его сотрудники сделали, когда больного везли в инфекционную больницу. Теперь Бумба был официально мертв!

Тем временем Майкл Моррей посетил приемную семью Джейкоба, убедился, что у мальчика все хорошо и уехал в «свою Канаду», где устроился на работу в небольшую научную лабораторию, надеясь, что бывшие работодатели забудут о нем.

*****

Виктор пролежал почти весь день в постели. Он много пил, принимал самые сильные антибиотики, которые смог купить в аптеке без рецепта. Ему необходимо было встать! По его поручению Лариса должна была выйти на Семена и установить у него «жучок» который был удаленно соединен с ноутбуком у постели Виктора. Если вдруг парень действительно свяжется с Лекарем, Виктор должен быть хотя бы временно «на ногах», чтобы через парня выйти на Лекаря. Поэтому сейчас мужчина лежал, глотал таблетки и отвар, который оставила ему Лариса, и набирался сил.

*****

Ларисе не пришлось искать причину позвонить Сумраку. Он едва дождался перерыва у себя на работе, вышел в холл и набрал номер своей новой знакомой.

– Привет! Помнишь меня?

– А я похожа на дауна? – усмехнулась Лариса.

– Не понял…

– Ну… провести с обаятельным парнем почти всю ночь на холоде, бродить по парку под осенней луной и забыть его к обеду того же дня… это должно быть странно – кокетливо улыбнулась Лариса, зная, что ее улыбка слышна в голосе.

– Ну да… конечно – растерялся Семен.

– Конечно, я вчера замерзла и почти простудилась… – жеманно протянула девушка – но могла бы принять искупительный коктейль в баре вечерком…

– Прости, но не сегодня. Моя мама не знает, что я стал пропускать иногда стаканчик коктейля, и будет тревожиться, а я не хочу ее расстраивать… – он явно смутился – я, наверное, выгляжу маменькиным сынком?

– Ты выглядишь заботливым сыном, это удивительно и даже трогательно… – честно призналась Лариса – я еще не встречала парня твоего возраста, который умел бы заботиться о родителях! – «Наверное, ты будешь заботливым папашей и мужем… хотя, кто знает?» – мысленно добавила она. – Тогда в другой раз…

– Нет, нет, я не отказываюсь встретиться – поспешил исправить положение Семен, просто может быть, в другое место сходим?

– Можно и в другое… можно по торгово- развлекательному центру походить побродить, там тепло – согласилась Лариса – давай на Розыбакиева. Это недалеко от моей работы.

– Хорошо! Я рад! Давай! – быстро согласился он – во сколько?

– Можно в половине седьмого – предложила Лариса – не хочу идти домой после работы, можно поужинать там, если не возражаешь.

– Да, давай!

Семен спустился в ближайшее кафе, наскоро пообедал и вернулся в офис. Он хотел сегодня быстрее закончить и сбежать чуть раньше с работы, чтобы успеть купить цветы.

Встретившись у торгово- развлекательного центра, молодые люди побродили среди витрин и мест для развлечений, но Лариса скоро заскучала.

– Может, в кино сходим? – предложила она.

– Давай!

Семен был согласен на все, только бы быть рядом с этой красивой и неожиданно умной девушкой, вдыхать тонкий запах ее духов, иногда, словно случайно прикасаться к ее руке или плечу. Он не заметил, что слишком быстро потерял голову и стал неосторожен.

Не успел начаться фильм, как Лариса придвинулась к парню настолько близко, что тот затаил дыхание, затем она склонила голову на его плечо. Семен не заставил себя долго ждать и положил руку на ее плечи и притянул к себе. Лариса приподняла голову, и чуть прикасаясь губами к его щеке, прошептала:

– Теперь я согрелась…

Семен не помнил больше ничего, он припал губами к нежным, упругим губам и она не сопротивлялась. Лариса не знала, что этот поцелуй был для Сумрака первым в жизни! Из-за болезни, парень вел замкнутую жизнь и был уверен, что не может быть интересен для девушек, поэтому сторонился их. Его незаурядные способности в программировании и создании сложнейших компьютерных сетей нисколько не способствовали общению с людьми, и он жил в своем мире, чувствуя себя странным и чужим среди людей. Но сегодня невидимая стена, созданная парнем для защиты «своего мира» рухнула от одного прикосновения жарких женских губ к его щеке.

Но Ларису жаркий поцелуй не заставил забыть задание шефа. Сначала она закрепила микрофон на куртке Семена, после чего поддалась приятному и волнующему чувству. Девушка не часто меняла партнеров, но и первым Семен не был. Ее страсть уже научилась подчиняться голосу разума, мужчина мог исчезнуть из ее жизни, а жизнь продолжалась, и работа тоже была ей нужна всегда, потому что девушка не знала своего отца и жила одна после смерти матери и могла рассчитывать только на себя. Виктор платил ей хорошо, работа нравилась, и поэтому все остальное могло подождать несколько минут.

За первым поцелуем следовал еще и еще один. Молодые люди не запомнили ни одной сцены из просмотренного фильма. После сеанса они еще долго бродили по холодным улицам, пока не продрогли. Сначала Лариса хотела пригласить парня к себе, но потом передумала – легкая победа могла спугнуть его. Поэтому она попрощалась и отправилась домой спать.

Сумрак проводил девушку домой и сначала пошел к себе, но спать не хотелось, мать сегодня придет поздно со второй смены, можно было погулять, и он направился проведать друга. Войдя в комнатку Лекаря, он застал его в тяжелом состоянии, Карим бредил и метался на постели. Сумрак пожалел, что не взял с собой наушники как всегда в последнее время. Кувшин был пуст. Семен быстро наполнил кувшин, приподнял Карима и напоил его.

– Стой! – вскрикнул вдруг Карим – за спиной!

Сумрак чуть не выронил больного друга, он резко обернулся, за спиной была обшарпанная стена, вокруг все тихо.

– Там тени! Они поедают все живое! – опять вскрикнул Лекарь.

– Тише, тише, все спокойно… все хорошо… – прошептал Сумрак и поднес к его губам холодную воду.

– Нет! Они гонятся за тобой! Они следят, чтобы поймать и пытать тебя! Они убьют меня, а тебя запытают до смерти! – Глаза Лекаря воспаленные, были наполнены ужасом! Он смотрел прямо в лицо Сумрака, но было чувство, что он видит кого- то другого. Ужас сквозил в каждом слове, жесте, но он не мог подняться и только чуть- чуть передвигал пальцами, словно пытаясь уползти от чего- то ужасного! И все же Лекарь обращался к Семену, потому что мгновениями взгляд больного обретал осмысленность и тогда он опять повторял – Беги! Они следят, я чувствую это! Беги, заляг на дно! Не приходи больше сюда!

Карим сделал еще несколько жадных глотков, после чего Сумрак уложил его на матрац. Оставаться долго здесь ему нельзя и потому Сумрак поспешил уйти, на счастье Лекаря Сумрак не был болен любопытством.

*****

Виктор слышал звуки передвижения парня, шелест куртки, затем по звукам определил второй голос, что-то невнятно бормочущий, шорох куртки Семена не позволял расслышать слова, затем опять звуки дороги. Сумрак не был многословен, его знакомый, как видно, тоже. Пока микрофон ничем не помог детективу и все же встреча Ларисы со знакомым Лекаря, была огромным прорывом в деле.

Лекарства помогли, и через пару дней Виктору стало легче. Он даже понадеялся, что лабораторная инфекция Нонны лечится антибиотиками. Но когда Виктор съездил к врачу, его надежды рухнули.

– Анализы становятся все хуже… – покачал головой доктор – …хотя инфекция распространяется не так быстро, как в начале. Ваше решение было верным, но только на время. Я добавлю к терапии вот этот препарат – врач протянул бумажку с рецептом – купите в аптеке, препарат должен помочь на время. И еще, я выписал успокаивающее, у вас очень встревоженный вид и время от времени наблюдается тремор подбородка и пальцев, возможно это побочный эффект от инфекции, а может и что-то еще. Вам необходимо срочно искать антидот. Если Вам известен, источник заражения, идите к этим людям и просите лекарство. Я не верю, чтобы ученый, создавший болезнь, не создал лекарство от нее.

Виктор поблагодарил и поехал в офис. Конечно, он не мог и не хотел ехать к Нонне Маратовне и просить о помощи. Глядя на эту женщину, сразу можно понять, что пули от нее дождаться намного легче, чем помощи! Но сегодня он мог работать, и нужно было закончить массу дел. Когда он выпил прописанные доктором препараты, смог на время даже забыть о болезни, кашель прекратился, тревога улеглась. Войдя в офис, он молча приступил к работе. Детектива только злило, что он не может разговаривать свободно даже в собственном офисе. Ларисы не было на месте, похоже ушла на обед, но даже звонки пришлось «фильтровать». Самые важные звонки он сделал из ближайшего кафе.

«Да уж… мне скоро придется платить владельцу кафе за аренду его помещения, мы его кафешку в офис превратили!…» – сердито подумал детектив, сидя в кафе и набирая один за другим номер на своем сотовом.

Лариса пришла в офис через полчаса и принялась за работу. Она светилась от радости и гордости за себя и ждала похвалы. Виктор написал на листочке «большое спасибо!» и поднял над головой. Она написала «пожалуйста» и тоже показала шефу, затем забрала обе бумажки и сожгла в металлическом баке за дверью.

«Истинный конспиратор! – усмехнулся про себя детектив – интересно, а пепел она уничтожит?»

Словно услышав его мысли, Лариса растерла пепел в бачке и бросила сверху мусор из кухонной урны.

«Зачет! – усмехнулся про себя Виктор, все больше ценя свою сотрудницу – а она меняется!… невольно удивился он – может зря я игнорировал знаки ее внимания? Может, стоит ответить на ее «позывные»?»

Но Лариса больше не флиртовала. С момента, когда она рассказала про Семена, что-то в ней изменилось, словно она чуть- чуть спряталась внутрь. И эта таинственность возбуждала детектива больше, чем ее откровенный флирт.

«Да уж… Ванька дома, Маньки нет, Манька дома, Ваньки нет… – опять усмехнулся детектив, глядя как секретарша скрылась в «кухонном отсеке» и начала заваривать кофе – видно теперь, я ей уже не интересен!»

Прошла неделя. Виктор чувствовал себя неплохо, но слабость увеличивалась, несмотря на все препараты и травы. Прослушивание Сумрака дало свои результаты – Виктор узнал, где он работает, несколько раз слышал его разговоры по телефону, которые явно были связаны с Лекарем. Отношения Ларисы с Семеном стали настораживать Виктора своей серьезностью, он даже стал ревновать, хотя понимал, что это глупо, он ведь сам отказался от нее!

Лариса прекрасно знала о прослушке, и нисколько не смущалась! Виктору даже показалось, что она мстит ему за то, что не обращал на нее внимания, доказывая, что достойна любви и обожания! Заметно было, что Семен влюбился без памяти!

– Слушай! Лариса, ты – чудо! – выпалил в один из дней Виктор секретарше, когда их не могли услышать – ты не представляешь, кого ты «закадрила»! Это координатор работы Лекаря! Он сейчас дает всем «отбой», говорит, чтобы подождали и что Лекарь еще болен и не может никому помочь! Это парень – центр всей работы Лекаря!

– Скажите, что я молодца! – рассмеялась и кокетливо прищурилась Лариса – и что я незаменима и хороша в своем деле!

– Ты незаменима и молодца! – улыбнулся Виктор – вот если бы ты не забыла купить сегодня бумаги в офис, тогда было бы совсем все хорошо… не забывай, пожалуйста, что детектив я, а тебя я нанял для того, чтобы о тысяче мелочей кто- то заботился… мы еще не поменялись ролями… – предупреждающе приподнял он бровь.

– Понятно, шеф, извините, исправлюсь… – вдруг сникла Лариса, словно ее погасили.

«И все же, хоть она и изменилась, все равно еще совсем ребенок!» – вздохнул Виктор.

Глава 16

Прошло еще три дня. Лекарь все также бредил, лишь изредка приходя в сознание на несколько секунд. Сумрак несколько раз приходил, соблюдая все предосторожности, чтобы проведать друга. Он оставил рядом с постелью хлеба, но Лекарь не прикоснулся к нему. Тогда Семен спросил у матери, что обычно дают тяжелобольным, кто не может есть. Она посоветовала крепкий бульон из домашней курицы, и он сварил его, пока мать была на работе. Придя опять к Лекарю, Семен с трудом напоил его бульоном, затем дал запить водой. Сводил, вернее, стаскал на себе, друга до туалета, немного проветрил душную комнату и опять оставил его на матраце.

На следующий день Сумрак планировал встретиться с любимой девушкой. Он уже начинал привыкать к тому, что в его жизни произошли изменения, и они нравились парню.

Начало ноября выдалось холодным, и молодые люди не могли гулять долго, холодный ветер пробирал до костей.

– Может в кафешку? – предложил Семен.

– Нет… не хочу… слушай, у меня сюрприз! Давай возьмем чего-нибудь в кулинарийке и пойдем куда- то… я потом покажу…

– Ок, я согласен! Главное с тобой! – без раздумий согласился Сумрак.

«С ума сойти! Неужели он так доверяет мне, что согласился без проверки идти? А я почти что предала его! Насколько я понимаю, Лекарь для него много значит!… Что же я делаю? Но как мне выбрать между работой и Семеном!? А вдруг Семен возьмет и исчезнет!? Особенно если узнает, что я ему микрофон подсунула! Я все же должна попытаться как- то развести все это! Я не хочу выбирать! Я хочу быть с Семой и работать у Виктора! Неужели это так много для бедной девушки!» – мысленно закричала Лариса.

Девушка не предполагала, что Семен сдастся без боя, но решила закрепить свои позиции. Она повела парня в свою уютную квартирку, зная, что там она сможет добиться многого даже от опытного мужчины. С некоторых пор Лариса научилась вести себя так, чтобы ее любовникам трудно было забыть ее, а неопытный Семен уже сейчас совсем потерял голову, и все же она хотела большего! Но с недавних пор, выяснив у Виктора, что забота запоминается мужчине даже больше, чем страсть, Лариса напомнила по дороге к ней домой, прижавшись к груди Семена в такси.

– Сем… напиши СМС маме, чтобы не волновалась. Я не знаю, что ты напишешь, но придумай что-нибудь…

– Спасибо что заботишься… я сейчас… – ответил он, набрав сообщение – …я написал ей, что к другу заеду…

– Ты самый лучший! – прошептала она, просунув руку в расстегнутый замок куртки, проведя ладошкой по груди, затем нежно обняла за шею, проверяя крошечный микрофон на воротнике куртки парня.

«Раз шеф не оценил меня, пусть слушает и завидует!» – сердито подумала Лариса, убедившись, что микрофон на месте.

Семен не подозревал о «двойной игре» своей новой знакомой и размяк, он опять прильнул к ее манящим губам.

– Подожди – шепнула она парню на ухо – сейчас будем дома.

– А ты что, одна живешь? – удивился Сумрак.

– Уже два года, с тех пор как мамы не стало.

– Сочувствую – слегка отстранился он.

– Все нормально, я привыкла уже… – Лариса быстро и страстно скользнула рукой вниз, к талии и Семен вздрогнул, но Лариса остановилась на таллии, сделав вид, что ничего более не подразумевала – …таксист смотрит на нас – все также шепотом сообщила девушка Сумраку, в упор посмотрев на водителя в зеркало заднего вида – Вы аварию не сделаете? – громко поинтересовалась она – … вот здесь остановите, мы уже приехали!

Молодые люди вышли из такси, Семен расплатился, и они быстро скользнули в подъезд. Лариса не хотела добавлять старушкам повода для сплетен, они и так судачили о ней постоянно, яркая внешность девушки и ее необычные наряды не давали им покоя.

Но уже с порога квартиры молодые люди перешли к жарким поцелуям и объятиям. Ночь у Сумрака выдалась бурная! Он еще не знал женской ласки и плохо представлял, как это бывает, и не предполагал, что после ласк этой женщины ему трудно будет найти ей замену. Лариса постаралась, чтобы Семен не смог так просто ее забыть, она была страстной и нежной, заботливой и властной. Она еще не знала, что Семену будет ближе, поэтому «прошлась» по всей гамме чувств, как опытный пианист проверяет звучание незнакомого рояля.

Куртки обоих с микрофоном остались в прихожей с первых шагов в квартире. На пороге спальни осталась валяться разбросанная в спешке обувь, и до самой кровати дорожка была отмечена сброшенной одеждой. Сумрак сначала был скован и растерян, но Лариса была терпелива и обворожительно нежна. Она подбадривала его, шептала, что он неповторим и вскоре он забыл о смущении, позволив страсти поглотить его без остатка. Утром парень плохо помнил детали этой ночи, словно был пьян. Семен помнил только одно – ночь была прекрасна! Уснули они оба только под утро, вернее отключились, совершенно обессилев.

Нередко молодые люди испытывают разочарование от первой ночи, но Сумрак получил больше, чем ждал в своих скромных и иногда пугливых мечтах. Кроме физических ощущений, он впервые почувствовал себя нужным кому-то, кроме матери, и это чувство оказалось очень волнующим.

Лариса очень устала в эту ночь. Она старалась не расслабляться, держала все под контролем, обвораживала, увлекала, манила, доставляла наслаждение, проявляла заботу и внимание. Наконец она встретила умного, с приятной внешностью, неплохо зарабатывающего, почти непьющего парня, да еще и свободного. Лариса была уверена, что не простит себе, если упустит его. Поэтому она решила «брать быка за рога» и не позволить Семену отдышаться или подумать, вплоть до самого ЗАГСа, а потом можно будет подумать, как жить дальше. Молодость брала свое и иногда девушка забывалась в наслаждении, но заставляла себя контролировать все. Она очень хотела понравиться Семену!

Никто не учил ее практике отношений между мужчиной и женщиной, она все познавала сама. Ее мать прожила жизнь одна, воспитывая дочь, и в их квартире редко появлялись мужчины и ни один из них не жил в ней, никогда. Поэтому науку совместного проживания Ларисе тоже предстояло проходить самостоятельно, без опыта, приобретенного в детстве.

*****

На следующий день Семен встал рано, приготовил завтрак Ларисе, взглянув на часы, тяжело вздохнул и подошел к спящей девушке.

– Прелесть моя, нам обоим пора на работу – шепнул он на ухо – завтрак готов.

– Ты это серьезно?! Ты приготовил завтрак?! – поразилась Лариса.

– Конечно, а что в этом странного? Почему ты удивляешься? Могу я приготовить завтрак для самой прекрасной девушки в мире? – он нежно провел по ее спине, и Лариса невольно выгнулась как проснувшаяся кошечка.

Выйдя на кухню, Лариса убедилась, что стол сервирован на двоих и на тарелках пара жаренных яиц каждому и по чашке кофе.

– Спасибо милый! – нежно поцеловала она Семена и мысленно добавила «Теперь я точно умру, но не отпущу тебя от себя!»

После завтрака молодые люди пошли на работу, Сумрак отзвонился матери, которая очень волновалась. Семен очень редко возвращался поздно, и почти никогда не ночевал вне дома. Мать позвонила его друзьям, которых знала, но ни у кого сына не было, и теперь она очень ждала его звонка.

– Сёма, где ты был?! Я тревожусь! – начала мать, но Сумрак перебил.

– Мам, прости, я не должен был обманывать, но ты переживала бы еще больше, если бы я сказал тебе правду. Я был у девушки. Я взрослый человек и ты должна это понять… Тебе придется подготовиться морально и физически… наверное, я скоро женюсь.

– ….

– Мам, ты еще там?

– Да, конечно… просто дар речи потеряла. Я заметила, что ты стал пропадать в последнее время и таинственный какой- то… но я не думала, что сразу все так серьезно?

– Да, мам, серьезно, но ты не волнуйся, на днях я вас познакомлю. Я уверен, Лариса тебе понравится!

– А, так значит ее Ларисой зовут… – голос матери был тихим и задумчивым – … ну вот и мы дожили до этого сообщения…. Хотя я надеялась, что ты сначала познакомишь, потом станешь пропадать у нее…

– Заранее не получилось… я как-то не сообразил… прости.

– Ладно, жизнь иногда преподносит сюрпризы, знаешь, сын, этот сюрприз хороший, я рада за тебя, ведь ты давно хотел, чтобы тебя полюбила девушка…

– Мам, она очень красивая! И на удивление еще и умная! Я думал такого не бывает! – в голосе Сумрака звучал детский восторг, и мать грустно улыбнулась, подумав: «Кто знает, что ты скажешь через годик, другой… но что ж, будем надеяться на лучшее!» А вслух добавила – я рада… жаль только, что отец не увидел этого!

– Мне тоже жаль! – немного погрустнел Семен – мам, я на работе, вечером встретимся, поговорим.

Он едва дождался конца рабочего дня, за день втихую написал несколько СМС, звонки из офиса по личным делам были запрещены! За час до конца работы Семен вышел в туалет и быстро набрал номер Ларисы.

– Так мы сегодня встретимся?

– Прости, вряд ли… – вздохнула девушка – шеф нагрузил работой… придется сидеть в офисе допоздна. Он даже денег на такси дал.

– Я могу помочь?

– Знаешь прикол? Молодая девушка собирает в час килограмм малины, молодой парень собирает восемьсот грамм, но если они пойдут собирать вместе, не факт, что они наберут кило восемьсот… Просто, если ты придешь, я сама не смогу работать… да и ты вряд ли… а работа срочная!

Лариса сама не возражала продолжить… но ей хотелось бы начать со сцены утром… за те короткие минуты совместного завтрака она отдохнула душой и телом и получила компенсацию за напряжение ночью.

«Если он действительно такой… я смогла бы даже быть с ним собой… и не выжимать из себя то, чего нет… – вздохнула про себя девушка, прощаясь с парнем на улице и отправляясь на работу – …нет, это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой!»

– И все же я буду ждать тебя в том баре где мы познакомились до половины девятого. Если закончишь раньше – сообщил Сумрак.

Лариса действительно задержалась на работе до восьми часов. Виктор попросил ее найти чат, где Лекарь мог находиться, и разместить там просьбу о помощи от него как от частного лица с описанием заболевания, но без указания, что этот вирус вывели в лаборатории. Ларисе нужно было отследить и понять, как отличить ложных «лекарей» от реального, не обращаясь к Семену и оставить сообщение, которое составил Виктор. Когда девушка закончила работу и уже встала из-за стола, чтобы идти домой, в дверь вдруг вошел сыщик. От неожиданности Лариса вздрогнула и невольно оглянулась, в поисках телефона. На быстром номере у нее стоял шеф и его друг – начальник оперативного отдела, Виктор настоял на этом, чтобы в случае опасности его секретарша могла вызвать подкрепление. Она знала обо всем, что сыщик и Нонна принесли в их офис и в жизнь Виктора.

– Здравствуйте… неужели я так страшен, что ты вздрогнула, милочка – фамильярно и нагло улыбаясь, протянул сыщик, одним прыжком вставая между ней и ее телефоном.

По агрессивному поведению посетителя, Лариса поняла, что добра ждать от него не придется, и рванула к выходу, оставив ему свой телефон. Когда вернется Виктор, тогда можно будет поговорить и о телефоне, который все равно заблокирован. Но стоило ей открыть дверь, как девушка невольно сделала шаг назад – за дверью ее ждал мужчина с пистолетом.

– Что ж ты убегаешь, не поговорив со старым знакомым? – продолжил сыщик, хищно улыбаясь.

– Вы вошли как бандит, а не как представитель правовых структур! – ответила Лариса холодно.

– Надо же, какие сложные слова мы выучили! – сыщик явно не спешил – тогда такой… умнице не сложно будет ответить на пару наших вопросов, даже если они покажутся сложными такой прекрасной головке!… – продолжал он.

Лариса поняла, что почти выдала себя своим ответом, пока сыщик не догадался о своей ошибке, нужно срочно ее исправить. Если не играть дурочку, придется отвечать как умной – по полной программе… и она поспешила «включить дурочку», жеманно съеживаясь.

– Вы испугали меня! Вы вошли как бандит не позвонили… я должна закрыть дверь, потому что шеф сказал уйти до того, как сигнализация в восемь включится…

– А что, она сама включается? – уточнил Сыщик.

– Ну конечно! – выпучила глаза Лариса – а разве она не у всех сама включается?

– Тогда я коротко спрошу – сыщик перешел к делу – с кем ты встречаешься?

– Я со многими встречаюсь, каждый день и на работе, и в автобусе… – изобразила удивление она.

– У тебя есть парень! – раздраженно объяснил он, пытаясь говорить без матов – кто он?

– Я встречаюсь с парнями после работы! Про это мне шеф сразу сказал! Он мне не запрещает!

– Понял… значит, он еще и не брезгует быть очередным… не думал… – прошипел сыщик – так кто твой парень?

– Не знаю… мы с ним в баре познакомились… он, кажется что-то с компьютерами делает… может ремонтирует?… я точно не помню. Он очень симпатичный! – протянула она жеманно – ну просто душка! А почему Вы спрашиваете? Он Вам тоже понравился? А Вы ему тоже? Он что – гей?! – она сделала большие глаза – а я так надеялась!… – губки Ларисы надулись, она чуть не заплакала…

– Как меня достали эти дуры!!! – не выдержал сыщик – ты хоть о чем- то можешь думать кроме секса?!

– Но разве с парнями встречаются ради чего- то другого? – удивленно распахнула ресницы Лариса.

– Ладно, передай привет шефу – сыщик подошел вплотную и жестко схватил Ларису за ворот пальто – и не знакомься больше с парнями в баре. Это плохая примета!

– Но почему же… так многие знакомятся. Разве это правда плохая примета? Он что точно гей?! – ужаснулась Лариса – это что был бар для геев? Почему я не знала об этом?! Осторожнее! Это дорогое пальто, Вы его помнете! И вообще, мне больно!

– Да уж… про пальто сказала раньше… – едва сдерживаясь, чтобы не ударить девушку прошипел сыщик – эти сучки неисправимы! Тряпки, мужики, секс… удивительно широкий круг интересов! – бросил он, отпуская ворот пальто и поправляя воротник – твой парень преступник, а не гей. Если будешь с ним трахаться, тебя когда-нибудь убьют!

Лариса осторожно поправила воротник, чтобы сыщик не стал проверять свой жучок, который он приколол к воротнику, когда схватил девушку. Она точно знала, где именно стоит жучок и потому поправила только кончики воротника, затем привычным жестом провела по таллии, бедрам и стряхнула невидимую пыль с края пальто. Сыщик отошел в сторону, собираясь уйти.

– Вы арестовали его?! – с надеждой поинтересовалась Лариса – если он преступник, его нужно арестовать!

– Арестуем, как только найдем! – обещал сыщик – если он вдруг тебя найдет, позвони мне – сыщик подал бумажку с телефоном без имени или другой информации – надеюсь, это у тебя хорошо получается? Просто нажимаешь циферки на телефоне и говоришь: «Алло, я нашла своего парня!»

– Хорошо, я обязательно позвоню! Я не хочу встречаться с преступником! – обещала Лариса, закатив от ужаса глаза – еще не хватало! Тогда ни один порядочный мужик на меня не посмотрит!

Сыщик оставил ее «переваривать информацию» и направился к выходу.

– А разве на такую куклу хоть один нормальный мужик вообще посмотрит? – шепнул он своему напарнику с пистолетом.

Он вышел на улицу, бросив второму охраннику у двери:

– Отбой! Она не знает, с кем познакомилась. Ищем дальше.

Как только все стихло, Лариса закрыла офис, включила сигнализацию, стараясь сделать так, чтобы с улицы это невозможно было заметить, если Сыщик еще не ушел далеко, и села в такси. Водителю она показала бумажку с адресом ее дома, пока не придумала выход, стоило помолчать. В такси она проверила жучок на пальто, он стоял именно там, где она установила Сумраку… Сняв «заколку» Лариса осторожно зажала ее пальцами.

«Все в жизни нам возвращается… – молча вздохнула она – что же теперь со всем этим делать? Пока они не знают, как звучит мой голос через микрофон, нужно найти кого- то с похожей манерой говорить…»

Поразмыслив немного, Лариса придумала выход. Она написала другой адрес и протянула водителю, тот без вопросов повернул в другую сторону. Подъехав к бару, славившемуся большим количеством девушек легкого поведения, Лариса вышла из машины и расплатилась. Приблизившись к стойке, она оглянулась. У столика неподалеку сидела одинокая девушка. Лариса знала, как выглядят дорогие проститутки, и направилась к столику, где сидела девушка древнейшей профессии в ожидании хорошего клиента. Рядом с девушкой, на соседнем стуле лежало дорогое пальто, которое она не пожелала сдать в гардероб.

Загадочно улыбаясь, Лариса присела на край стула так, что между ними оказался стул с пальто, и слегка кивнула головой.

– Вы ошиблись! – сдержано, но возмущенно произнесла девушка.

Лариса молча отрицательно покачала головой и пересела на край стула, где лежало пальто, нежно протянув руку к холеной шее незнакомки. В тот же миг другой рукой ловко приколола микрофон с обратной стороны лацкана ее пальто.

– Что Вы себе позволяете! – уже громче возмутилась девушка.

В тот же миг мужчина брутального вида у стойки приподнялся и направился к столику девушки.

«Сутенер занервничал» – усмехнулась мысленно Лариса и встала, пожав плечами.

– Немая что ли? – нахмурилась девушка, проверяя, не помяла ли странная незнакомка ее пальто?

Лариса пожала плечами, изображая разочарование, махнула рукой и вышла из бара. От микрофона она избавилась на время, пока девица его обнаружит или пока Сыщик не поймет, что он стоит не там, где должен был.… Теперь нужно предупредить Семена, что его ищут.

Глава 17

Сумрак не мог смириться, что после прекрасной ночи у его любимой не найдется для него времени. Он позвонил матери и предупредил, что задержится. Теперь она уже не спрашивала с кем он, только поинтересовалась.

– Ты ночевать будешь дома?

– Скорее всего да… – также коротко ответил он, удивляясь тому как легко мать приняла изменения в его жизни.

Он пошел в знакомый бар и присел за стойку, алкоголя не хотелось, и он заказал апельсиновый сок.

– Сухой закон? – пошутил бармен.

– Угу… – лениво буркнул Сумрак.

Потягивая сок, Сумрак задумчиво уставился перед собой, пытаясь понять, откуда у него возникло неприятное ощущение, что за ним кто- то пристально наблюдает. Изображая лень, он окинул взглядом бар. В дальнем углу молодой мужчина показался ему подозрительным. Затем парень посмотрел в другую сторону – охранник сменился, и почему-то Сумраку показалось, что охранник смотрел в его сторону, пока на него не смотрели. Сейчас он «срочно» заинтересовался вазоном у входа.

– Можешь добавить? Попросил Сумрак бармена.

– Без проблем… – отозвался тот.

– А новый охранник когда появился? Что-то я раньше его не видел?

– У нас нет новых охранников. Это просто посетитель. Наверно Мишка в сортир отлучился, а мужик на его место пристроился… – ответил бармен.

«Не нравится мне все это! – невольно поежился Сумрак – уж больно они здоровые! Вот если бы Лекарь не только лечил, но и тело сильное мог дать… а то я как пацан… надо начинать качаться…» – решил Семен.

Но от принятого решения мышцы не нарастают, и сейчас нужно было что-то делать. Сумрак решил проверить. Он встал и пошел к туалету, «охранник» лениво, словно прогуливаясь, двинулся за ним.

«Точно! За мной слежка! Думай! Думай!» – тревожно повторял себе Сумрак, шагая к туалету.

Как только он вошел – в тот же миг рванул к кабинке, в которой было окно, выходящее на улицу. Он решил бежать, бросив куртку в гардеробной. Быстро закрыв за собой дверь кабинки, Сумрак открыл окно и вылез наружу.

«Хорошо, что я не такой здоровый, как тот кабан!» – невольно порадовался он, сравнивая себя с мускулистым мужиком немаленького роста, сидящим у столика – но в лапы к нему я не хотел бы попасть, согнет в бараний рог, и пикнуть не успею!»

Оказавшись на улице, парень бросился в переулок что было сил! Надо срочно поймать такси и бежать отсюда!

– Кто мог сдать? Кто мог подставить? – гадал он, изо всех сил перебирая ногами, вдруг из-за угла показался еще один мужчина и прежде чем Сумрак успел понять, что происходит, его лицо полетело на встречу с тротуаром.

– Я его поймал – отрапортовал мужик в переносную рацию, пока Сумрак считал коленками и ладонями трещины и мелкие камни растрескавшегося асфальта переулка.

Упав, Сумрак попытался вскочить, чтобы бежать дальше, но в этот момент его резко придавили к асфальту и его губы, вмеcто поцелуя любимой девушки, поймали мокрый и холодный асфальт.

– Не рыпайся, если жить хочешь! – рявкнул мужик с рацией – ловко выкручивая его руки и стягивая наручники на запястьях. Сумрак взвыл от боли!

– Не надо! Я не буду дергаться!

– Так- то лучше, хлюпик! Нашел с кем тягаться!

В этот момент подбежали двое из бара.

– Ловко ты его! – радостно похвалил тот, который сидел у стола – а то Серый упустил, прошляпил! Я уж думал смоется хлюпик!

– Да уж… – протянул тот, кого «Серым» назвали.

Сумраку обидно было слышать прозвище, которое эти мужики ему дали, но он не мог ничего изменить.

– Вы, наверное, меня с кем- то спутали… – попытался уговорить Сумрак – я ничего плохого не делал!

– А чего убегал тогда?

– Просто увидел, что вы следите и испугался что вы – грабители… ночь на дворе…

– Надо же! Какие у Лекаря помощнички пугливые оказывается! – усмехнулся один из мужиков.

Сердце Сумрака оборвалось! Так вот оно что!? Кто- то сдал его!

«Может Лариса? – первой пришла мысль – Нет! Лариса не могла! Да и если бы сдала, тогда показала бы мой дом, так проще или к себе бы этих зверей притащила… Тогда кто? Из последних помощников только «домушник» появился, который замки в инфекционном отделении вскрывал. Старый, проверенный в этот день был на работе, отпроситься не смог… Может он? Должен быть кто-то кто знает только одно место, где Сумрака можно найти… Но какая теперь разница?»

– Мужики! Вы не того взяли! Я не знаю ни про какого там врача…! – изобразил испуганный лепет Сумрак.

– Ты знаешь, что не врач нам нужен, а Лекарь! Вернее не нам, а шефу. Если ты не тот… тогда попытайся его убедить! А он-то умеет языки развязывать! – усмехнулся самый здоровый – я бы не хотел к нему в пыточную попадать!

Сумрак понял, что это просто наемники и их босс намного страшнее. Он прекрасно знал, что если его будут пытать, то он не сможет не выдать Лекаря! Зная, что у Лекаря есть особые способности чувствовать состояние тех, с кем он связан, Сумрак мысленно возопил: «Лекарь! Беги! Тебе опасно оставаться в твоей квартире! Прости! Я не смогу тебя защитить! Я никогда не переносил сильную физическую боль, и я боюсь ее! Я в панике! Беги, пожалуйста, услышь меня и прости, если сможешь! Я знаю, что ты болен и тем ужаснее мое положение! Я постараюсь выдержать все, что они обещают, но не уверен, что смогу!»

Надеясь, что Лекарь почувствует его состояние и сумеет сбежать, Сумрак решил терпеть до последнего, чтобы у его друга было больше времени понять сигналы бедствия, покинуть его комнату и скрыться.

Мужики скрутили Сумрака, сунули ему в рот кляп и поволокли к машине, стоявшей недалеко, в соседнем переулке. Как вдруг из-за поворота показалась фигура мужчины в широком плаще. Он был метрах в четырех от группы с пленником посередине, как вдруг Сумрак скорее почувствовал, чем увидел как мощная рука вырвала его из объятий тех, кто его поймал и он полетел по направлению к странной фигуре в плаще легко, как маленькая кукла. Затем его аккуратно опустили на землю.

– Мужики! Аджахар! – в ужасе вскричали наемники.

«Кто это, если здоровенные наемники его так боятся!?» – поразился Сумрак, но больше ничего сделать не успел.

Мужчина в плаще вдруг оказался рядом с наемниками. Один из наемников стал торопливо доставать пистолет и в этот момент таинственный незнакомец ударил его кулаком! От соседней стенки отлетели брызги и то, что осталось от тела в одежде сползло по стене. Остальные послушно подняли руки, и незнакомец остановился. В считанные секунды, даже не приближаясь к ним, странный мужчина отнял у наемников все оружие и телефоны и приказал!

– Уходите! Живо!

Крепкие мужики бросились наутек как маленькие мальчики, которых испугали из-за угла. Семен рассмеялся бы, если бы не бесформенная груда мяса и костей у соседней стены.

– К- к- к-то ты?! – пролепетал Сумрак.

– Лекарь не может тебя услышать! Он болен сильнее чем обычно! Я услышал тебя! Никто из нас не осудит тебя, но ты должен скрываться и не попадаться Организации! Больше не приходи в этот бар! Постарайся вообще не появляться на улицах.

– Х- х- х- хорошо… я всех предупрежу, чтобы не ходили сюда! А кто ты? Как тебя зовут?

– Если узнаешь мое имя, не останешься в живых… Организация с тебя не слезет, пока не запытает до смерти! Беги. Скоро сюда придут! Ты должен исчезнуть!

Незнакомец приблизился и на его лицо упал свет одинокого фонаря. Сумрак поразился красоте и выразительности его глаз! Лицо этого мужчины было мужественным красивым, но глаза были особенными! Трудно было поверить, что обладатель этих огромных, добрых и чистых как у ребенка глаз мог только что убить человека одним ударом!

– Спасибо тебе! Я жизнью тебе обязан! Чем я могу отблагодарить тебя?!

– Никому не говори о том, что здесь произошло, и что ты видел. И не только ради меня, но ради себя самого. Если расскажешь, твоя жизнь будет в опасности! А теперь беги! За углом есть такси. Езжай домой.

– А Вы?

– Я могу за себя постоять, ты уже видел. Кроме того, они вернутся сюда минут через пятнадцать, когда мы с тобой будем уже далеко отсюда. Они только за своим воином придут…

«Он немного странно выражается…» – отметил про себя Сумрак, садясь в такси.

Скоро он был дома к большому удовольствию матери. Толстовку не стал снимать – на руках красовались красные ссадины от перетянутых наручников. Если будут синяки, ее придется носить постоянно всю неделю, пока синяки не сойдут!

Мать очень ждала разговора «по-душам» и Семен не смог ей отказать. Но начав говорить о Ларисе, он и сам обрадовался, за этим разговором он быстро забыл свои волнения и переживания сегодняшнего вечера. Мать и сын долго беседовали, и к концу разговора настроение Семена было прекрасным – мама рада за него! Рада, что в жизни сына, наконец, появилась девушка добрая и умная, пусть даже пока по его словам. Когда они с матерью уже пожелали друг другу спокойной ночи, вдруг зазвонил сотовый.

– Семен, прости за поздний звонок – услышал он голос Ларисы – но мне ненадолго нужно с тобой увидеться.

– Сегодня?! – удивился Сумрак.

– Да. Это серьезно и важно!

– Хорошо… – немного настороженно согласился парень – где встретимся?

– Я здесь, у твоего подъезда – прозвучал неожиданный ответ.

Из подъезда Сумрак не торопился выходить, он выглянул из окна – на противоположной стороне улицы так, что ее можно было осмотреть со всех сторон, но все же не в свете фонаря, стояла Лариса, похоже, что она была одна. Сумрак отметил, что девушка ведет себя демонстративно открыто, только что руки в стороны не развела, чтобы показать, что она безоружна. Это насторожило его еще больше. Неужели она знает о покушении в баре? Если так, то она причастна к нему! – Сердце предательски заныло! Как много сейчас Семен отдал бы, чтобы убедиться, что Лариса не предавала его! Но узнать можно было только одним способом – рискнуть выйти на улицу и встретиться.

Выйдя из подъезда, Сумрак, осторожно оглядываясь, приблизился к девушке.

– Привет! Ты оглядываешься… Тебя что, уже достали? – начала она.

– Кто достали?… – вскинул бровь Сумрак.

– Ко мне в офис приходил сыщик…я не знаю из какого он бюро, и не один, а с автоматчиками! Он сказал, что ты – преступник. Я разыграла полную дуру, ты же знаешь, у меня это хорошо получается. И еще он сказал, что в баре знакомиться – плохая примета! Наверное, он будет искать тот бар, в котором мы познакомились.

– Он уже нашел… – вздохнул Сумрак.

– Так тебя не арестовали, значит, ты не виновен?! – обрадовалась Лариса.

– Нет… он не из полиции. Меня хотели украсть и пытать. За меня один мужик заступился и помог смыться… – радостно рассказал Сумрак.

«Если Лариса все это спрашивает, значит, есть еще одно подтверждение, что она не предавала!» – ликовал в душе Сумрак.

– Сем, нам нельзя пока встречаться! Я боюсь, что за мной теперь будут следить и за моей квартирой тоже могут установить слежку! Я не хочу тебя подставлять! Теперь я стала опасна для тебя! – вздохнула девушка.

– Спасибо за заботу! Я очень ценю! Ты даже не представляешь, какие это страшные люди! – Сумрак прижал девушку к себе – ты сейчас точно одна пришла или за тобой следили?

«Не только представляю, но знаю, какие они… но не могу тебе рассказать об этом…» – мысленно ответила Лариса, а вслух произнесла:

– Точно одна пришла. Я проверяла не один раз! Мне микрофон прицепили, а я его проститутке в баре «подарила»…. – она захихикала – пусть послушают!…

– Ты умница! Пусть теперь слушают…. Пойдем ко мне!

– Нет, я не хочу знакомиться с твоей матерью вот так… Нет. Я хочу к тебе прийти, но иначе и в другой раз!

– Но я не могу тебя отпустить! Не хочу!

– Тогда может номер в гостинице? – предложила Лариса. После пережитого стресса ей очень хотелось положительных эмоций!

Сумрак согласился без раздумий. Он в тот же миг написал матери СМС и направился к ближайшей гостинице. Следующая ночь прошла менее бурно, но оба были счастливы, что оказались рядом вовремя. Вместе не так страшно переживать превратности судьбы.

Успокоившись и приняв душ, они в допустимых подробностях поделились друг с другом о визитах неизвестных боевиков и стали придумывать план будущих встреч. От свиданий оба не хотели отказываться, но и рисковать было нельзя.

– А почему они охотятся за тобой? – спросила Лариса.

– Прости, я не могу сказать тебе об этом, иначе и ты будешь в опасности. Как говорят: «меньше знаешь, крепче спишь». Я хочу, чтобы ты спала крепко – Сумрак нежно поцеловал любимую в плечо.

– Но я и так буду плохо спать, зная, что тебе грозит опасность! – возразила девушка.

– Вот и не нужно усугублять – вздохнул Сумрак – прости, это не моя тайна. Про себя я готов рассказать тебе все!

«Ладно, не буду выспрашивать, Виктор и так все узнает» – мысленно усмехнулась Лариса, но совесть кольнула ее… Девушка хотела быть открытой с этим хорошим и верным своим друзьям парнем, хотела настоящих отношений. А как она может доверять ему, если сама обманывает?

– Нам нужно быть очень осторожными! Наверное, не получится встречаться часто – вздохнула она, переворачиваясь поперек кровати и положив голову на живот парня.

– Но я хочу видеться с тобой каждый день! Я хочу просыпаться с тобой и засыпать! Выходи за меня замуж! – Семен повернул ее лицо к себе и посмотрел в глаза.

Лариса растерялась. Да, она очень хотела услышать эту фразу, и готова была потрудиться для этого, но не думала, что услышит так скоро! Лариса никогда не получала от мужчин того, что на ее взгляд она не отработала. И вот сейчас она впервые оказалась в положении, когда уверена была, что не заслужила того, что ей предложили. Она смутилась.

– Я… я… – она не знала, что сказать.

– Так ты не хочешь этого? Ты не любишь меня? – сник Семен.

– Люблю… но я не думала, что все так скоро произойдет! Да… да… я выйду за тебя, но только сейчас самое ужасное время для такого разговора! Нам нужно реже встречаться, а ты говоришь о совместном проживании!

– Но просто я сказал о том, чего я хочу… и хотел услышать, чего хочешь ты. Остальное – детали! – обрадовался Сумрак и вскочил с кровати, затем упал рядом с Ларисой и прижался к ней – я подожду сколько будет нужно чтобы мы могли не бояться никого! Мы все преодолеем вместе, только бы знать, что ты тоже меня любишь!

– Да, я люблю тебя! – Лариса скрыла свое лицо на его груди, чтобы не смотреть в глаза, а сама мысленно простонала: «Что я делаю?! Меньше всего я хотела бы предавать тебя, но я не могу сказать, что тебя прослушивают из-за меня! Я не хочу, чтобы Виктор умер! Он хороший человек! Если бы это была только работа, то наверное, я сейчас рассказала бы все, а там будь что будет… Но не сейчас! Простишь ли ты меня потом, если узнаешь все?!»

Глава 18

Лекарь лежал в кровати уже три недели. Легче ему, почему-то не становилось. Сумрак несколько раз выходил на связь и был крайне обеспокоен состоянием Карима. Сначала внезапное излечение за день, теперь такое. В начале кто- то приносил Кариму воды и даже чем- то поил, от чего прибавлялись силы, выносил на себе до туалета. Этот кто- то говорил с Каримом, но даже голос посетителя в ушах Лекаря звучал искаженно, превращаясь в странное булькание. Карим не мог открыть глаза, но был благодарен неизвестному другу.

Все это было в начале, и Лекарь не мог назвать сроков, но вот уже несколько дней он лежал один. Кувшин давно высох, не осталось даже влаги на стенках. Карим смог, наконец, открыть глаза, и теперь они красные, воспаленные, смотрели в потолок. Сейчас ему было страшно, как никогда раньше. Карим чувствовал, как силы покидают его, будто кто- то узнал о его личности.

«Может Сумрак все-таки?… Нет, он бы так не поступил, он лучше других знает, что поставлено на карту. Тогда… Кто- то еще? А кто? Тәте никогда не заходит ко мне в комнату, больше никто не знает о моем местоположении. Может быть, больничная камера засекла лицо? Тоже не вариант, маску я не снимал, лишь тогда, когда надевал костюм… или на улице, когда не лечил, а гулял как все нормальные люди… Но это не опасно, это мне можно, главное чтобы никто не связал исцеления с моим лицом и именем…. Нет, тут что-то другое!…» – мысли Карима метались как молнии во время грозы, то вспыхивая, то угасая.

Карима не покидало ощущение, будто его «точит» что-то, но не те болезни, которые сейчас были в его теле. Это было нечто новое, незнакомое.

За три недели тело Лекаря избавилось от острых заболеваний, остались только хронические. Периодически на него накатывала «волна» слабости, нередко в эти моменты, он терял сознание и просыпался потом с засохшей пеной у рта. Было похоже на последствие припадка, но что это за припадок?!

Лекарь надеялся, что это лишь мелочи, припадки пройдут, когда исчезнет последняя зараза, но паника и страх неизвестности сдавливали горло точно холодные тиски и аутотренинг не помогал. Карим никак не мог поверить, что в его теле появилась болезнь, которая неподвластна его новым способностям!

Лекарь не знал, сколько времени прошло. Но немало. Для самого Карима время, проведенное на матраце, уже сухом и жарком, как и его тело, казалось целой вечностью. Сначала в минуты прояснения сознания, он начинал судорожно искать выход из сложившейся ситуации, пытаясь найти «заначку» трав и порошков, пытался медитировать, мысленно собирая волю в кулак, сосредотачиваясь на изгнании болезней. Один раз он даже решил, что у него хватит сил снова наполнить кувшин. В итоге следующие три «пробуждения сознания» он провел на холодном полу в изнеможенном параличе. Раньше его осознанные мысли напоминали щупальца осьминога, которые вслепую ищут по всем углам выход, излечение. Сейчас, стоило ему пробудиться, все что мог выдать его воспаленный мозг – лишь одну мысль «пожалуйста, пусть это прекратится»!

Он не знал, кто и когда наполнял его кувшин водой, но при очередном пробуждении сознания видел воду в кувшине и делал несколько судорожных глотков, от этого становилось немного легче. Но теперь вокруг ни души! И все же хорошо иметь друзей, которые делят тяжесть его предназначения и как трудно, когда они исчезают, пусть даже лишь на несколько дней!

Карим уже не мог лежать на таком жарком и жестком матраце, поэтому титаническими усилиями он смог подползти к стене и сесть, опершись на нее спиной.

«Пожалуйста, пусть это прекратится!… Пожалуйста, пусть это прекратится!… Пожалуйста, пусть это прекратится…!» – словно мантру повторял он про себя и вновь отключился.

В какой- то момент Лекарь открыл глаза. Он боялся верить самому себе, но кажется, тело выздоровело. Странные судороги не давали подняться или даже вдохнуть полной грудью, и все же он был уверен – победа близко. Скоро все пройдет…

Еще через два часа Карим смог подняться. Он размял одеревенелые мышцы, немного попрыгал. В комнате было очень душно, воняло потом, гнилью и смертью. Карим сделал несколько «пробных» кругов по комнате, стараясь прислушаться к своим ощущениям. Что-то изменилось, что-то было не так. Будто огонек, который он так долго берег и лелеял, почти потух и напоминал о себе лишь редкими волнами, как от теплых углей. Поначалу Карим счел это еще одним психосоматическим эффектом, страх подсознания перед очередным применением силы. Он открыл окно, чтобы проветрить комнату и отправился в душ, затем надел свой любимый теплый свитер и закрыл окна, теперь нужно опять нагреть комнату. Но даже когда он привел себя в порядок внешне, назойливое чувство некой приближающейся смерти не отстало.

– Так! – громко заявил сам себе Карим – хватит ныть, я не позволю себе боятся своего дара! И в доказательство этому – я пойду на улицу и заберу болезнь у первого попавшегося больного! И все сразу встанет на свои места, а страх исчезнет навсегда!

Он решительно зашагал к выходу. Стоило Лекарю выйти на улицу, как его пробрало до костей порывом холодного, предвещающего зиму, ветра. Вечерние сумерки сгущались над городом, и осенний ветер принес запах снега. Не отказавшись от своей затеи, Лекарь незаметно прошмыгнул в переулок. Очень кстати, там оказался спящий в алкогольном бреду бездомный. На его щеке красовалась огромная кровоточащая язва. Не такая уж страшная болезнь, ее может вылечить любой доктор, а уж Лекарю это раз плюнуть.

Карим твердым шагом приблизился к спящему и, протянув руку, дотронулся до раны. Но ничего не произошло. Она не исчезла, не появилась на лице Карима. Он ощущал плотную, воспаленную структуру раны с сочащимся из нее гноем и не мог сделать ровным счетом ничего! Сначала Карим начал отрицать очевидное, бормоча себе под нос незамысловатые:

– Да быть того не может!....Да что же это!..

Осознание приходило медленно. Руки Лекаря задрожали, ноги подкосились, а лицо побелело. Он лишился своих сил! Кто- то видел его! Он предал себя и тех, кто в него верил. Отчаяние ударило по вискам подобно молоту, оглушив бедного Карима на несколько минут. Он словно опять вернулся на тот злосчастный матрац, тело начала бить крупная дрожь, из глаз против воли потекли слезы. Послышался шорох камней.

– Что-то не так, брат? – рядом с ним появилась фигура человека, одна рука которого была прикрыта теплым плащом.

– Кто вы? – слезы не прекращали литься. Он знал кто это. Это Охотник, один из охотников. Житель того места, откуда Лекарь получил свои силы.

Охотник из деревни Кори. Аджахар. Это место было замечательным! Там обитали странные существа, не похожие на людей. Возможно, внешне, они и имели сходство с людьми, но их мысли, их способности, их образ жизни… они называли себя Аджахары. Нет, они явно не имели с людьми ничего общего, слишком созидательно и прекрасно было их существование. Их деревня скрывалась от людских глаз в глубинах Чарынского каньона, для верности прикрытая магическим покровом их Годи.

Годи – маги Аджахаров. Они способны управлять самой материей Мироздания, создавая волны, колеблющие космические лучи и создающие электромагнитные волны. Эти колебания похожи на удивительной красоты песню, но без звуков, ощутить ее может только ребенок или очень чуткий юноша.

Но что понадобилось охотнику, от страдающего Лекаря? Ответ напрашивался сам собой. Теперь Карим – отступник. При получении своих сил, он дал две клятвы. Первая клятва – он никому не расскажет о деревне Кори. Вторая – никто и никогда не должен узнать, его настоящее имя, как он получил свои способности, пусть и взятые взаймы.

Но если Лекарь лишился своих сил – значит, кто- то раскрыл тайну его личности. А это значит, что пока Лекарь жив – информация о местоположении деревни может попасть в плохие руки. И Охотник, Аджахар из единственной касты, помимо самого Лекаря, имеющей право находиться вне поселения пришел, чтобы расправиться с ним.

– Только прошу, сделай это быстро – вместо ответа на заданный ему вопрос, сказал Карим. Он уже смирился со своей судьбой. Карим не раз видел тренировки Охотников, пока был в поселении. Под плащом Охотник прячет единственное, что может выдать его, единственное отличие Охотника- Аджахара от обычного человека – многосуставная, сложенная в несколько раз, рука. Когда охотник резко выпрямляет ее, скорость удара достигает скорости пушечного ядра, а ее длина – около пяти метров.

Однажды один из молодых Охотников, будучи на тренировке поспорил с другим, что сможет одним ударом расколоть валун. Валун он расколол. А вместе с ним и четырехметровую скалу, стоящую позади булыжника. Вспоминая об этом, Карим посерел и стал почти неотличимым от пьяницы, рядом с которым стоял.

– Брат! Почему ты боишься меня? Я пришел к тебе, потому что почувствовал, что ты в опасности! Скажи мне, где опасность? Кто угрожает тебе, брат? – Охотник сел на корточки, откинув капюшон и посмотрев на него своими огромными, голубыми глазами. Глазами Воина, насколько сильного, настолько доброго и верного.

– Ты не убьешь меня? – немного растерянно спросил Лекарь. Он еще не отошел от состояния «снятого с плахи приговоренного».

– Зачем мне это делать, брат? – немного насмешливым тоном поинтересовался Охотник – ты же вроде как родня моя.

– Но мои силы… покинули меня. Это вынуждает меня думать, что кто-то раскрыл тайну моей личности и значит, мое существование – угроза остальным…

– И что, разве это причина приносить тебя в жертву? – не понял Охотник – Верховный Годи учит нас, если идея требует для своего осуществления одной невинной жизни любого существа, эта идея сама не имеет права жить. Мы можем убивать только агрессора, кто причиняет зло нам или своему собрату. И, к тому же, я до сих пор чувствую в тебе пульсацию Пролома, а значит, твои силы с тобой. Но что-то ослабило твою пульсацию… – Охотник прикоснулся своей «нормальной» рукой ко лбу Карима – Ты же почти на грани смерти!!! Вот почему меня так терзает чувство опасности! Брат, тебе срочно нужно домой! Я чувствую в твоем теле какую- то заразу, что-то поедает тебя изнутри… и это не те, людские болезни, которые ты носил раньше, эта болезнь намного более страшная… Срочно иди в деревню Кори и призови Совет. Они помогут тебе! И будь осторожен, помни, за последние месяцы пропали уже четыре Охотника. Я не чувствую их пульсации, даже запаха нет. И это не совпадение… Организация охотиться на нас, а ты – легкая мишень. – После этих слов, Аджахар скрылся в переулке, растворившись в тенях.

– С…Спасибо… – неуверенно проговорил Карим, но его уже никто не слышал, Охотник быстро ушел. Карим до сих пор не мог понять их, всех из рода Аджахаров. Любой человек, ставший опасным для других людей по правилам внешнего мира, должен быть сразу изолирован, а если дело попахивает войной или, как в случае с этими существами, геноцидом^24, то «слабое звено» на протяжении всей человеческой истории истреблялось безо всяких угрызений совести… Но Аджахары другие!

– Воистину, удивительные существа! – пробормотал Карим.

Радуясь, что Аджахар не убил его, более того, он дал очень ценный совет, без которого Карим никогда бы не посмел пойти в деревню Кори и, скорее всего, умер бы от этой непонятной болезни, отнявшей его исцеляющую силу, Карим выпрямился и вдохнул холодный воздух полной грудью – надежда есть! Теперь лекарь точно знал, что ему делать! Быстро достав мобильник, он набрал номер Сумрака, затем нажал на экране кнопку «отправить сообщение».

«Прости что поздно, выбора нет. Транспорт. На Кульджинскую трассу, угол Рыскулова. К одиннадцати часам ночи. Код красный»

Карим не любил все эти «шпионские штучки» но в таком виде до Сумрака легче всего было достучаться. Конечно, не факт, что к назначенному времени он сможет достать машину, но сейчас даже велосипед сгодился бы. Лишь бы ускориться хоть на километр в час. Часики тикают, неизвестно, сколько еще времени осталось до того момента, как Лекарь упадет без сил в последний раз…

«Организация охотиться на нас, а ты – легкая мишень – уходя проговорил Аджахар когда скрывался в переулке и Лекарь не мог забыть эти слова! – Что за организация? Почему охотятся? Что им нужно?»

Глава 19

Охотник был обеспокоен. Серые здания с пустыми глазницами окон смотрели на него со всех сторон. Плохое место, тяжелое. И как люди могут здесь жить? Этим вопросом Охотник задался впервые, когда пересек границы деревни Кори и вышел в «большой мир» и задавался им до сих пор. Даже достаточно зеленый город Алматы, после его родного дома казался мрачным и недружелюбным местом, наполненным людьми, чьи помыслы так редко бывают чисты. Но сейчас кажется, что помимо уличной «гопоты», локальных банд и просто недружелюбных людей, в городе появилась другая опасность.

Враг, очень сильный и умный, и оттого очень опасный. Бывали случаи, когда Охотники не возвращались после вылазок, но они случались один раз в тридцать-пятьдесят лет, а никак не четыре раза за шесть недель. Кто-то выслеживает Охотников. И этот «кто-то» очень хорошо подготовлен и обучен, потому что поймать Аджахара, даже мертвым – задача не из легких. Далеко не из легких! По крайней мере, так было раньше. Люди с дурными намерениями получили много информации о племени и используют ее против Охотников, к сожалению, весьма успешно, а значит, опасность для деревни реальна!

Подавленный тяжелыми думами, Охотник шагал по непривычно пустынным для этого времени суток улицам. Чутье не подвело его, он внезапно подался влево, уворачиваясь от летящего в него дротика.

– Неплохо! – восторженно отозвался бодрый мужской голос сзади. Охотник не медлил, отпрыгнув от места, где только что стоял, через мгновение, в плиту под ним впились еще три дротика. Стекло ампул разбилось в мелкую крошку.

– Хорош! – с еще большим энтузиазмом отозвался голос.

Пора бежать! Интуиция помогала ориентироваться, не поворачиваясь. Аджахар рванулся в переулок между зданиями, передвигаясь зиг-загами, дротики пролетами в миллиметре от его тела, один с хрустом разбился о фонарный столб, обдав его пылью осколков. Зажмурившись, чтобы не повредить глаза, Охотник полностью доверился Чутью, уходя от преследователей. Он был прав! В городе появились люди, которые знают о них, знают их слабые места и каким- то образом могут отслеживать! Но кто? Кто мог поведать людям об этом? Карим? Нет, это точно не он, ведь тогда бы пульсация Пролома покинула его, а верховный Годи сразу бы узнал об этом, подав остальным ментальный сигнал при помощи Совета. Но люди, наполненные пороками и злобой знают, на кого охотятся, и это не оставляет сомнений. Внезапно он почувствовал головокружение, оступился и повалился на бетонные плиты. Из глаз брызнули слезы, к горлу подступил комок, недомогание во всем теле быстро нарастало.

– Ну и проворные же твари! – послышался все тот же молодой мужской голос позади! Прав был Макс, опасная затея!

С силой открыв глаза, Охотник перевернулся на спину и увидел своего противника. Шесть людей, одетых в темную униформу со шлемами, были похожи на спецподразделение какой- то армии. Посередине стоял обладатель голоса – парень лет двадцати пяти, одетый в строгий белый костюм, с пистолетом, заряженным дротиками. Такие же были и у обладателей темных спецкостюмов.

– Знаешь, друг мой – парень в белом, легкой походкой приблизился к лежащему на тротуаре Охотнику – никогда бы не подумал, что интуитивно можно уворачиваться от пуль. Но кое- что твоя супер- чуйка не просчитала… – он осклабился – ведь не обязательно стрелять прямо в тело, чтобы отравить мишень!

– Летучий… газ? – тяжело выдохнул Аджахар.

– Который, вдобавок, оседает на кусочках стекла – подтвердил его догадку человек в белом, после чего ударом рукояти отправил парализованного Охотника в царство сна.

– Чисто сработано – подала голос фигура, плавно вышедшая из тени – и все же, не стоит научному сотруднику, тем более из высшей лиги, подвергать себя опасности контакта с этими тварями. Это работа сыщиков. Моя работа.

– Перестань, Макс, к чему весь этот официоз? Я знаю тебя с поста телохранителя своего отца, а ты меня – с пеленок, а говоришь так, будто познакомились вчера, и я тебе уже денег должен.

Сыщик поморщился. Он не любил упоминать свое настоящее имя при исполнении, да еще и в присутствии команды отлова. И этот щеголь прекрасно об этом знал.

– Тем не менее – гнул свою линию сыщик – пока Цель не очнулась, нужно его обездвижить и изолировать, не мне Вам объяснять, на что способен Аджахар, взятый в плен.

– Да – невольно согласился парень, сморщившись – последний перед смертью успел уложить половину группы отлова, а у них, в отличии от нас, не было приказа брать его живым. Поторопимся, регенерация у них – секунды, как доктор заявляю!..

*****

Человек в черном плаще шел по узким коридорам, напоминающим больничные. Макс работал сыщиком в Организации почти тридцать лет и до сих пор не мог привыкнуть к этим коридорам. Как и к палатам, в которые они ведут, и поэтому редко приходил сюда. Но сейчас был особый случай. День, которого так долго ждала, к которому так долго стремилась вся Организация от рядового исследователя до самого Главы. Им, наконец, удалось захватить живого Аджахара!

«Думаю после такого триумфа всю группу отлова ждет внеочередное повышение!» – предвкушал он, меряя шагами чисто вымытую плитку пола.

Макс уже давно был в круге приближенных к Главе, так что ему повышение не светит – некуда выше. В руководящем круге было несколько человек: он – начальник сыскного отдела и команды отлова, Владимир по прозвищу «Влад» – коренастый седой мужик одного с ним возраста, отвечающий за внутреннюю охрану; сын Главы – Кира, заведующий научным блоком и последний, недавно скончавшийся, по официальной версии «от сердечного приступа» начальник отдела спецопераций Дэвид. Макс никогда не любил этого иностранца, уж больно много он темнил. Конечно, это легко было списать на издержки профессии, но в конце концов, Влад поймал его с поличным за передачу конфиденциальных сведений о проекте «Аджахар» третьим лицам. Сейчас на освободившийся пост активно претендует дочь Главы, Нонна, известная в узких кругах как «черная леди» за пристрастие к одноименному дрескоду. Макс не одобрял ее кандидатуру, считая ее слишком вспыльчивой и импульсивной. Если рядовому сотруднику спецотдела такое может сойти с рук при должном профессионализме, то начальнику – никак. И этого она решительно не понимала, стремясь, видимо, доказать отцу, что она работает не хуже своего эксцентричного братца, который в противовес, а скорее всего, просто чтобы позлить сестренку, предпочитал белые костюмы. Устроили тут маскарад, как дети малые! Но, по крайней мере, обоим умений было не занимать, так что их выходки терпели, до поры до времени. Нонна прямо из кожи вон лезла последнее время – и начальницей диспансера прикинулась, и детектива наняла, и отравила того, и экспериментальную инфекцию для Аджахаров под видом эболы до конечной цели довела, лично контролируя процесс… Старается конечно, но, по мнению Макса, в «высшей лиге» ей делать нечего… Начнет с братом грызню, как пить дать…

Дойдя до последней двери с полустертым знаком «операционная», Макс открыл дверь. Среди снующих по операционной врачей, электроники и различных скальпелей, зажимов и прочей медицинской ерунды, он заметил Аджахара. Высокий, чуть меньше двух метров ростом, человек был распят на вертикальном столе, сейчас больше напоминающем дыбу. Его многосуставная рука была полностью распрямлена, вытянута и зафиксирована титановыми кандалами. Длиной она была метров пять, не меньше, Макс на секунду вспомнил, как эти существа ее выбрасывали вперед при атаке. Поежился, отгоняя неприятные воспоминания. После такого удара тело, даже в бронежилете превращалась в груду костей и каши, сочащейся из всех отверстий. Мерзость!

Помимо стандартной атаки, эта часть его тела обладала так же одной очень неприятной особенностью – она была полиморфна, то есть, могла превратиться практически во все известные человеку материалы. Чаще всего во время затяжного боя, чтобы не тратить силы на мощный, энергозатратный и требующий много времени на подготовку удар, Охотники превращали ее в лезвие или меч из металла, отдаленно напоминающий сталь, но крепче ее в несколько раз. Острота такого клинка превосходила даже самые острые заточки, которые Максу приходилось видеть. Ужасающая сила, помноженная на невероятную живучесть, ум и скрытность – вот краткая характеристика Аджахаров полученная Организацией в практике охоты за ними. Только поэтому Организация, более двадцати лет активно охотясь на Аджахаров, не могла заполучить даже трупа.

Даже смертельно раненный Аджахар успевал скрыться и умереть где- то в тени, откуда потом их тела забирали сородичи. До последнего времени… Всего за два года работы в лаборатории, Кира смог синтезировать паралитический яд, позволивший поймать одного из них живьем, разгадал загадку их ментальной связи, так что теперь все убитые сразу помещались в специальную капсулу, откуда их не могли обнаружить другие Охотники. С помощью своего нового источника информации, Макс смог организовать сдерживающие меры для изучения живого существа, сильнее которого ученому видеть не приходилось. Воистину, впечатляющий молодой человек, не удивительно, что Глава поставил его на столь высокий пост! И родственные связи тут не имеют никакого отношения. Макс точно не знал, почему Глава так сильно заинтересовался этой разумной расой гуманоидов, но имел некие представления. Из их организма можно было выделить материал- универсал, из которого состояла его рука.

Правда на трупах исследования не дали ничего – плоть как плоть, обычная гладкая и поперечно-полосатая мускулатура, просто с дополнительными суставами. Но пока Аджахар жив, она имеет удивительные свойства! Хотя для изменения руки требуются силы и ясность сознания гуманоида и поэтому сейчас его держали под наркотиком, специально выведенном для Аджахаров. Нужно было изучить руку, не позволяя Охотнику превратить ее в лезвие или молот.

Сейчас эта рука была почти полностью лишена кожи, суставы и связки были бережно оголены, тут и там исследователи наносили все новые надрезы, бережно протирая кровь марлевой салфеткой. Аджахар постанывал каждый раз, когда очередной вивисектор в халате проводил новую манипуляцию над его телом. Судя по всему, ученых не сильно заботило состояние изучаемого, и он был на грани болевого шока. На рабочих столиках валялись шприцы, скальпели, молоточки, пол местами был залит кровью, огромные операционные фонари были расставлены по всей длине распрямленной руки. Какой- то особо пытливый врач копался в суставе, с хрустом расковыривая его долотом. Видимо у Аджахара не осталось сил кричать, потому что боль от такой процедуры невозможно купировать ни одной анестезией. По щекам Аджахара беззвучно текли слезы. Макс мотнул головой, отгоняя непродуктивные мысли. Нужно мыслить рационально, долой сентиментальность!

Помимо руки, важным аспектом являлась их фантастическая регенерация и ментальная связь этих существ. Верно! Существ, не людей! Изучение даже одного из этих аспектов гарантировало огромный прорыв в науке! Хотя, зная Главу, дело не в «продвижении человечества к светлому будущему» и не в деньгах, их у Организации более чем много. Тут что-то другое и пока Макс не мог понять, что именно. А если бы понял, кто знает?.. Может, был бы сейчас в компании с Дэвидом – мерил температуру адских котлов «по ощущениям». Из толпы докторов и научных исследователей вышел Кира.

– Я все забываю спросить, как твое полное имя, разве Кира это не женское имя? – громко, чтобы слышали все, поинтересовался Макс у своего бывшего подопечного.

– Вообще по документам меня зовут Кир, и ты это прекрасно знаешь, как Кира Булычёва. Кира – это кличка. Во время учебы меня так часто дразнили, вот я и взял себе это имя за кличку и больше никто не мог меня так дразнить. И не надо делать вид, будто не знаешь этого! Тебе просто хотелось меня подразнить перед подчиненными, не правда ли? – Кир усмехнулся – Не получиться, друг мой, я на это давно не обижаюсь.

– Неплохой выход из положения – признался Макс.

– Может, пропустим остальную часть светской беседы и перейдем к делу – уже более серьезно спросил Кира.

Макс снова оглянул Аджахара.

– Крепления выдержат?

– Выдержат, не беспокойся.

– А полиморфизм?

– В руку капельно вливают несколько разных миорелаксантов и прочих анестезий, у него нет возможности манипулировать ею. Сейчас мои люди заканчивают брать пробы тканей, и будем изучать ее свойства. Немного ослабим действие препаратов, после несколько раз пройдемся электрошокером, если результатов не будет – вежливо попросим превратить ее в карамельку или еще что-нибудь.

– Юморист… – невесело отозвался Макс – как ты понимаешь, я к вам не узнать о ваших успехах пришел.

– Да- да, я в курсе, что тебе нужно поговорить с ним, узнать парочку деталей о его месте жительства.

– Он в состоянии говорить?

– Да, правда мы тут развлекаемся уже больше четырех часов… – Кир выдал улыбку, похожую на оскал, в его глазах проблеснула безумная кровожадность – так что он может быть не особо разговорчивым, уж извини Макс, что осложнил тебе жизнь.

– Не в первый раз – холодно отозвался тот.

Макс не мог перестать удивляться, как такой добрый и смышлёный ребенок, каким был Кира в детстве, мог превратиться в безжалостного эскулапа, который стоял перед ним сейчас. Ведь в детстве у Кира не было тяжелых бед или стрессов, которые могли бы покалечить душу ребенка.

Они оба подошли к скованному Аджахару.

– Развлекайтесь! – сказал Кира и удалился в сторону, вместе с учеными в халатах. Макс и пойманный Охотник остались наедине.

– Я знаю, что ты меня прекрасно слышишь, существо, и что знаешь наш язык. И если ты не прекратишь притворяться спящим, я уверяю тебя, то, что ты уже пережил, покажется тебе детской сказкой!

Охотник не поднимал головы.

Макс отошел на шаг назад и с размаху саданул ему носком ботинка по оголенному и частично разобранному суставу руки. Один из ученых вскрикнул, и хотел было остановить и отругать наглеца, посмевшего тронуть такой ценный образец, но увидев, кто стоит перед ним, быстро попятился назад, зарывшись в бумаги.

Следующий удар пришелся в пах, третий, по диафрагме. Аджахар взвыл с новой силой и запрокинул голову.

– А я предупреждал – тихо прошептал ему на ухо Макс – а теперь говори!

– Что тебе нужно, человек? – прохрипел Аджахар.

– Тоже что и другим. Ответы.

– Вы – проклятый род, вы потеряли себя в этом мире и отчаянно пытаетесь найти ответы, даже не зная вопроса.

– Ну, философия мне не чужда, правда – Макс пожал плечами – как-нибудь обязательно это обсудим, но, к сожалению, сейчас у меня слишком мало времени. Просто скажи, где находится ваше поселение и сколько вас там, как обороняетесь. Ну, скажем так, краткая сводка, хочу с экскурсией туда наведаться.

Вместо ответа привязанный человек просто глубоко вдохнул и плюнул кровью на своего мучителя, после чего улыбнулся, получив еще один тяжелый удар, на этот раз по

челюсти.

– Ты же понимаешь, что ответы на эти вопросы ты никогда не узнаешь. Моя смерть унесет меня к праотцам, в Великий Пролом, где я обрету покой, а твоя душа никогда не найдет покоя. И деревню никто из вас никогда не найдет.

– Ну, скажем так, если ты мне не скажешь, то твой друг мне просто покажет. Разговор с тобой – не более чем уточнение деталей, если быть откровенным. Мы уже знаем, что некий Лекарь, направляется к деревне, чтобы излечиться от непонятной болезни, заблокировавшей его способности, это наши ученые эту болезнь вывели. Здорово, правда? Конечно, мы не знаем точной личности этого человека, но мы давно послали за ним ищейку. Очень хорошую, кстати ищейку. И она приведет нас прямо к нему, а он – к деревне. Конечно, мы могли не морочить себе голову и поймать его самого, но тогда неизвестно, как поведут себя его знания и способности, все-таки не каждый день появляется симбиоз человека и Аджахара…

Эта фраза повергла Охотника в отчаяние его голова безвольно опустилась, он явно не ожидал от врагов такой осведомленности.

– Всеже не такой уж мы и проклятый род, верно, Охотник, раз вы впустили одного из нас в ваш дом? – с издевкой спросил Макс.

– Он не человек более – почти ледяным голосом сказал Аджахар – он принял Пролом в свое сердце, а Пролом признал его. Он живет ради спасения жизни, а не ради ее уничтожения, как люди подобные вам – последние слова он практически выплюнул из своего рта. Вязкая смесь слюны и крови тонкой струйкой потекла по его губе вниз, голова Охотника снова безвольно упала на плечи.

– Но рожден он был человеком, не правда ли? А значит все- таки симбиоз. Поэтому мы с ним так осторожничаем, не хотим потерять такой интересный образец.

– Вам никогда не поймать его!

– И тебя, наверное, тоже мы не могли поймать. Но ты здесь. А действия твоего друга- Лекаря…

– Брата!

– Да хоть свекра!… – Макс начал «закипать» – его действия мы строго отслеживаем, он приведет нас к вашей обители и поверь, ваш род на этом будет окончен. Ваша участь – зоопарк и пробирки. Запомни это, тварь!

Макс развернулся и направился к выходу. Он был раздосадован, поняв, что Аджахар слишком крепок для пыток и не скажет ему больше ничего. Получается, что это Макс пленнику информацию выдал, а не наоборот. Впервые за всю его практику с ним случилось такое и это очень злило сыщика.

– И ты запомни, человек – прохрипел ему в спину Аджахар.

Макс остановился. Загривком он почувствовал какое- то непонятное тепло, волнами исходившее от тела этого существа. Аджахар утробно зарычал, его глаза начали наливаться кровью, он начал что-то невнятно бормотать. Его бормотание было похоже на молитву или попытку вхождения в транс, Максу это сильно не понравилось, ученые переполошились, переговариваясь друг с другом медицинскими терминами, аппаратура, к которой был подключен Охотник, запищала и завибрировала.

– Кетанал, Рометар! – кричали доктора, наполняя трясущимися руками шприцы.

– Пятьдесят кубов, быстро! – скомандовал громким голосом Кира.

– Пульсацию Пролома не остановить! – прорычал Аджахар, который еще минуту назад выглядел обессиленным. Его кожа покраснела и будто раскалилась, начала шипеть в местах, где титановые пластины соприкасались с ней. Одним рывком он освободил гипертрофированную руку, разметав ученых, которые в этот момент находились рядом с ней. Титановые пластины с визгом пролетели по всей операционной, рикошетя и разбивая кафель, небольшой осколок пластины вонзился в череп одного из исследователей на уровне глаз. Тот мгновенно обмяк и упал на пол мешком. Макс выхватил пистолет с транквилизатором. Не прекращая свою непонятную молитву и пользуясь созданной суматохой, Охотник плавно опустился на колени, бережно обхватив свою шею кровоточащей, освежеванной рукой. Внезапно он открыл глаза и посмотрел на Макса в упор. И улыбнулся… безмятежно, как ребенок, почти счастливо.

И в следующий момент резко распрямил руку, сломав себе шею. Голова изогнулась под неестественным углом и оторвалась. Затем с мерзким шлепком упала на пол и прокатилась несколько раз, остановившись у тела мертвого исследователя с пластиной в черепе.

– Проклятье! – гневно закричал Кира – почему никто его не остановил?! Вы понимаете ЧТО мы только что потеряли! Идиоты! Рецидивисты! Висельники! Анархисты в халатах! – дальше шел список терминов, которые крайне редко можно услышать даже от пропитых сапожников. Кира бесновался, рвал и метал, не в силах изменить произошедшее. Макс же наоборот, стоял как вкопанный, с пистолетом в руке. Из его головы не выходила улыбка Охотника. Чистая, светлая, без намека на иронию или злорадство. Будто он точно знал куда и зачем отправляется… Сейчас ни о чем другом, Сыщик думать не мог. Он просто пошатываясь вышел из лаборатории, в которой сейчас громил все, что попадется под руку глава научного отдела Кир, и направился к выходу. Теперь он еще долго не сможет спуститься в эти подвалы…

И теперь за Лекарем, а точнее за нанятым для слежки за Лекарем частным детективом Макицким, он проследит лично. Это последняя ниточка, ведущая к обиталищу Аджахаров, ее Макс никому не доверит кроме себя. И Глава тоже…

Глава 20

Карим стоял на Т- образном перекрестке, образованным улицей Рыскулова и Кульджинской трассой, уходящей вдаль. Где-то там, вдалеке находился каньон Чарын. Как и ожидалось, Сумрак не смог достать машину и соответствующие документы, поэтому на углу Лекаря ждал аккуратно припаркованный мотороллер. Лекарь любил велосипеды и мотоциклы, умел передвигаться на большие расстояния на них. В глубине души он был даже рад такому раскладу событий. Была только пара моментов, которые делали другие виды транспорта предпочтительней. И один из главных – скорость.

Конечно, можно было бы попробовать добраться автостопом, но сейчас, когда весь город постепенно окутывало напряжение и в новостях все чаще звучало упоминание о «шарлатане, обещающем исцеление», этого было бы лучше избежать. Карим достал широкий плотный шарф из рюкзака. Отличная защита от ветра и возможной слежки. Его не покидало чувство, что стоит ему выехать из города, как невидимые глаза начнут преследовать его силуэт. А интуицию не стоит недооценивать, ведь она является совокупностью множества факторов столь многочисленных, что сознание не может соединить их воедино, поэтому это делает подсознание, обычно выдавая интуитивно правильное решение на выходе.

Обернув шарф вокруг шеи так, чтобы он закрывал большую часть лица, Лекарь достал из рюкзака широкие солнечные очки. Теперь большая часть лица закрыта, и ему нечего бояться. Карим сел на мотороллер и поехал. Равномерное движение успокаивало, в свете напряжения последний дней, подобная поездка была Кариму как елей на душу. Столько событий… Сам он чуть не умер от странной болезни, чуть не поймали Сумрака, пропажа Охотников. И наконец, неизвестное заболевание, заблокировавшее его способности. Все это сильно давило на Карима. Но сейчас, ощущая свежий, хоть и холодный ветер в лицо, наблюдая за плавной сменой пейзажа, Карима «отпустило» после этого непонятного и мучительного детектива с элементами мистики…

Он внимательно оглянулся, кажется, никто не следил, пока он добирался сюда, но осторожность не помешает! Ничего подозрительного не заметив, Карим продолжил путь. Где- то через двадцать- тридцать километров он на ходу достал плеер с наушниками. Старая, но от того еще более душевная американская группа RHCP зазвучала в ушах.

«Да – подумал Карим – это то, что надо!»…

Карим часто ловил себя на мысли что его меломания постепенно превращается в листоманию – постоянную потребность слушать музыку. Пока он не придавал этому значения, не мешает и ладно, только пользы больше. Ведь кому-то для того чтобы расслабиться нужны жесткие условия – тренировка в спортзале или ночь с какой- то конкретной женщиной, наркотики или алкоголь в компании. А ему – лишь плеер да пара наушников и в любой момент появляется возможность окунуться в нирвану. Так что такое только к лучшему. Ветер становился прохладнее, солнце постепенно вступало в вечернюю фазу, а Карим продолжал размеренно ехать, погрузившись в ритм музыки, звучащей в наушниках.

*****

Немного заторможенный в результате болезненного состояния, Лекарь не заметил Виктора, который сидел в машине, припаркованной среди многих машин стоящих у обочины. Подождав немного, тот медленно тронулся по трассе вслед за Лекарем. Преследовать мотороллер на машине оставаясь незамеченным задача не из легких, но детектив справился с ней, хотя удерживать внимание ему становилось все сложнее. За последнюю неделю он сильно сдал. Лекарства, выписанные доктором, какое- то время помогали, но сейчас приступы кашля были все чаще, и каждый раз заканчивались кровяными пятнами на платке. Дышать было все труднее.

На письмо, оставленное на сайте, так никто и не ответил и если бы не микрофон, установленный Ларисой, Виктор умер бы, так и не узнав, где находится Лекарь, но когда Сумрак искал среди доверенных друзей транспорт для Лекаря, у Виктора появилась слабая надежда на встречу. Но, когда он увидел покачивающуюся походку Лекаря, ввалившиеся глаза и неловкие жесты больного человека, Виктор почти потерял надежду.

– Куда же ты едешь? – шептал Виктор потрескавшимися губами с запекшейся на них кровью – могут ли там помочь и тебе и мне? Если бы не было надежды, ты, наверное, сам бы не поехал туда!… Хотел бы я подвезти тебя, было бы быстрее и проще, но ведь ты тогда не поедешь вовсе… наверное, это место важно для тебя, если вы все так охраняете его! – бормотал Виктор, обращаясь к тому, кто никак не мог услышать его.

Болезнь Виктора также притупила и его внимание и, пытаясь не попасться Лекарю, он пропустил еще одну машину, следящую за ним. Сыщик долго не мог понять, кого преследует детектив, но через пару часов понял, что меняется все, остается только старый мотороллер, одиноко жужжащий вдали, двигающийся по обочине дороги, но нападать на Лекаря не входило в его сегодняшние планы, он ждал большого улова! Сегодня ему нужно было все или ничего!

Дорога до Чарынского каньона заняла почти пять часов с небольшим. Обычно автобус преодолевал это расстояние за три часа, но лекарь вынужден был ехать с остановкой. Больные Лекарь и детектив были измучены долгой дорогой, даже Сыщик устал «ползти» среди летящих машин, сохраняя приличное расстояние между собой и детективом.

*****

Лекарь был измучен. В горле саднило, в висках словно били два огромный барабана, отбивая ритм его сердца, в глазах мелькали цветные пятна, а руки уже давно перестали чувствовать руль. Его вела одна мысль – успеть. Скорее… В какой- то момент из луча тусклой фары, разрывающей беспросветную тьму ночи, выскочила небольшая кочка. Колесо мотороллера повело, впрыск адреналина в кровь заставил Карима проснуться и попытаться не потерять равновесие. Он давно не следил за спидометром, все что он видел – узкая линия дороги, освещаемая тусклой фарой мотороллера, и время от времени освещаемая проезжающей попутной машиной, но машин на трассе становилось все меньше – большинство людей не любят ездить по ночам. И с каждым километром эту линию все больше и больше покрывали цветные пятна, погружая Карима в мягкую, колкую, будто стальная вата, дремоту, сопровождающуюся лишь стуком барабана его сердца. Только после встряски, он заметил, что плеер давно сел, руки онемели и казалось, вмерзли в руль.

«Нет, нужно сделать остановку, хотя бы на пятнадцать минут! Смысла во всей этой спешке не будет никакого, если я разобьюсь по дороге» – решил Карим, и начал постепенно сбавлять скорость, прижимаясь к обочине. Населенных пунктов в округе не было, единственные признаки цивилизации ограничивались не подсвеченной полосой асфальта и далекими огнями какого- то незнакомого маленького поселка. До Чарынского Каньона оставалось несколько десятков километров. После недолгих раздумий он принял решение развести небольшой костер, отогреться от промозглого степного ветра и разогреть тот паек, что оставил ему Сумрак в сумке вместе с мотороллером. Пара булок, бутылка с водой да консервы с килькой в томате лежали в большом отделе рюкзака рядом с запиской «Береги себя. С.»

Карим коротко хохотнул, откашлявшись. Сумрак пытался совмещать в себе напускно- боевой образ Джеймса Бонда, о чем говорили его слова, и чисто материнскую заботу, что наглядно показывали его дела. Карим не помнил образа своей матери, так же как и отца. До совершеннолетия он жил в детском доме и единственной родной для него душой была девочка из того же детского дома, но младше почти вдвое. Он называл ее Мелкой, и часто подтрунивал над ней, когда они оставались вдвоем, но стоило кому-то из старших или его ровесников посмотреть в ее сторону косо, или, не дай Бог, обидеть, Карим не глядя на пол и возраст сразу лез в драку. Так уж распорядилась судьба, что благодаря Кариму у Мелкой никогда не пропадали вещи, а одета она всегда была чисто и опрятно. Возможно, поэтому ее вскоре забрали из приюта в семью. Конечно, она просила забрать их обоих но, когда встал выбор между тем, попадет ли она туда одна или не попадет никто, Карим был вынужден надавить на нее и практически заставить принять их предложение. После этого он не видел ее много лет. Глядя на пляшущие языки огня, поглощающего сухие ветки, Карим задремал.

– Красиво, не правда ли? – раздался голос рядом с ним, заставив Лекаря вздрогнуть и закрыть лицо руками. На нем сейчас не было ни маски, ни очков, а значит, что если этот кто-то догадывается о цели его путешествия, то все пропало.

Перед ним сидел человек в светлом плаще и шляпе на старинный манер. И та и другая вещь были сильно потерты, в некоторых местах виднелись следы штопки. Учитывая высокий рост, и ясные голубые глаза, Карим решил, что перед ним Аджахар. Эта мысль позволила ему расслабиться и убрать руки от лица. Но что-то в этом незнакомце, помимо его внезапного появления, настораживало Карима. В то, что перед ним Аджахар, Карим верил, почти не сомневаясь, но он не чувствовал спокойствия и родства, которое неизбежно сопровождало общение с любым из этого племени.

– Не беспокойся, Лекарь, я знаю о тебе и не раз тебя видел, хоть ты об этом и не знаешь.

– Ты Охотник? – все еще сомневаясь, спросил Карим. Это было хорошо продумано, ведь если он все-таки ошибся, то человек подумает о профессии, частой в этих краях, а если нет – Аджахар все поймет.

– Я из деревни Кори, если ты об этом – улыбнулся незнакомец – правда ты вряд ли слышал обо мне когда-то. Но это и не важно. Как я и сказал, я следил за вами довольно давно, вы, знаете ли, интересная компания, но я не мог не заметить, что твое состояние вряд ли даст тебе доехать до деревни целым, так что… – он засунул руку под плащ, достав что-то из кармана, и протянул Лекарю сжатый кулак. Карим подставил ладонь, на нее упала пара сине- зеленых таблеток.

– Ты сказал «компания»? Я тут вроде бы один…

– Это ты так думаешь, Лекарь… – коварно улыбнулся Аджахар.

– Значит, за мной погоня?

– Скорее слежка, причем цели этого человека не навредить. Думаю, скоро ты о нем узнаешь. А узнает ли он о тебе… зависит от тебя, друг мой. – Он снова улыбнулся, в это время дуновение ветра раздуло угли костра, освещая пространство вокруг. Это позволило Кариму разглядеть лицо незнакомца – острые черты, грустная, понимающая улыбка, добрые глаза с легким прищуром хитреца. Выраженные скулы и тонкий, острый нос. Это все что он успел разглядеть, перед тем как угли снова потухли и мир снова погрузился во мрак.

Некоторое время они сидели молча. Разум Карима был все еще затуманен, поэтому он, не задавая лишних вопросов, закинул в рот лежащие у него на ладони таблетки, после чего запил водой из бутылки. Рыбные консервы уже разогрелись, поэтому Карим достал их из костра и принялся есть. Отломив первый кусок от булки, он протянул его Аджахару, но тот отказался. В голове прояснилось, видимо, лекарство начало постепенно действовать. Кариму было интересно, откуда незнакомец знал, что именно за хворь его съедала, и откуда он нашел лекарство от нее, но решил, что это не так уж и важно. Аджахары есть Аджахары, они готовы с легкостью пожертвовать собой ради других, и поделиться последним куском хлеба с ближним, а остальное не важно.

– И все же – решился спросить, закончив трапезу, Карим – кто ты?

Незнакомец молчал, смотря на угли, затем, видимо все-таки решившись выдал:

– Я – Аджахар, но не такой как остальные. Я единственный из всех, кому удалось победить Пролом. Я не стал его рабом, не поддался его влиянию и вышел оттуда Избранным. Я познал его Суть и теперь обладаю знанием, которое стало моим проклятием и моей миссией, сделало меня изгоем. Не говори остальным, что ты видел меня, они не готовы к этому. Как, впрочем, и ты пока. Ты ведь был в Проломе, но даже ты не способен до конца понять, о чем я говорю. Пока не готов… – Он замер, затем быстро вытянул свою руку, крепко схватив Карима за плечо, посмотрел ему прямо в глаза. Взгляд Незнакомца был наполнен болью и состраданием. – Не доверяй Пролому! Ты ведь не Аджахар, ты другой, ты можешь не поддаваться Его влиянию! Он вовсе не божество, коим его мнят мои соплеменники, он – чистое Зло! Сейчас ты не можешь понять, но мы с тобой еще встретимся, а до того момента не поддавайся ему! Ты не видел то, что видел я! Я видел…-

Карим закрыл уши и отвернулся. Одно из самых строгих правил гласило: «никто и никогда не должен упоминать о том, что видел в Проломе и услышать это, означало столкнуться с последствиями».

Аджахар умолк.

– Ясно, твой разум затуманен так же, как и у остальных – с грустной обидой сказал незнакомец.

– Откуда тебе знать, что ты зашел дальше других, держу пари, тебе никто не рассказывал о своих похождениях в Проломе! – в такт ему ответил Карим.

– Поверь, друг мой, победивший Пролом знает это наверняка, потому что обладает полной силой Пролома, а не малой частью, как ты и остальные! – Сказав это, Аджахар встал и повернулся спиной к Кариму. Его плащ развевался на холодном осеннем ветру.

– Мы с тобой еще встретимся… Когда бы будешь готов… – сказал он и начал таять на глазах. Его тело менялось, обрастало шерстью, суставы изгибались, он опускался на четвереньки.

Сначала Кариму показалось, что глаза обманывают его, секунду назад перед ним стояло существо, неотличимое от человека, теперь же перед ним был огромный матерый волк с огромными, желтыми, словно гипнотизирующими глазами.

– Кто ты? – Карим дрожащим голосом снова задал этот вопрос.

– Я Полиморф. Но ты можешь звать меня Кодом – сказал волк и в один прыжок исчез в ночной тишине, оставив Карима наедине со своими мыслями. Лекарь знал много об Аджахарах, они действительно не похожи на людей и обладают феноменальными способностями, но о таком он не слышал никогда и ни от кого. Зато голова посветлела и ему полегчало, Карим снова мог продолжать свой путь в Деревню- в- Скалах, именуемую «Кори». Но он знал, что не забудет этого странного Аджахара и поставил в голове пометку разузнать о нем у Главного Годи или Совета, хотя Совет Карим, по правде говоря, недолюбливал…

Многие из Совета не были на его стороне и не хотели отпускать его в мир людей после прохождения Пролома. Но даже когда большинством голосов Карим получил свободу передвижения – за ним была установлена слежка и парню это не понравилось. Он понимал Совет, ведь на их плечах лежала защита деревни и ее жизнь, но понимая, он все таки не соглашался с их решением и потому старался не встречаться с Правителями лишний раз, лучше уж Годи. Они мудрые, всегда доброжелательные и могут себе позволить быть такими под защитой Совета Правителей от внешнего грубого мира.

*****

Виктор вынужден был долго стоять на обочине с выключенными фарами, ожидая когда Лекарь согреется у костра и поужинает. Незаметно для себя он задремал от усталости и слабости. Проснулся детектив от того, что ощутил присутствие кого- то в машине. Открыв глаза, детектив невольно потянулся к пистолету – на пассажирском сиденье, рядом с ним сидел мужчина не меньше двух метров ростом, крепкого сложения. Даже под плащом было заметна мощная мускулатура незнакомца, и ему явно было тесно на пассажирском сидении машины.

– Кто ты? Как ты сюда попал?! – выпалил Виктор, судорожно пытаясь понять, неужели он так крепко заснул, что не услышал, как крупный, мускулистый незнакомец открыл дверь, сел и захлопнул ее снова?

– Во-первых, здравствуй – спокойно ответил незнакомец.

– Кто ты?! – дотянувшись до кобуры, Виктор ощутил, что она пуста и испугался еще больше. Неужели этот мужик так ловок, что смог вынуть пистолет, не разбудив?! Такое Виктор мог представить, только если бы он был без сознания! Для того, чтобы войти, нужно было впустить струю холодного воздуха, после чего расстегнуть его куртку, затем кобуру… нереально!

– Не бойся, я не причиню тебе зла… – едва заметно усмехнулся «пассажир» – я забрал пистолет только на время знакомства, чтобы ты не напугал Лекаря… кто знает, что тебе спросонья в голову взбредет?

– Где мой пистолет?

– У меня. Я отдам его, как только буду уверен, что ты не попытаешься выстрелить в меня.

– Хорошо? Стрелять я не буду – примирительно произнес детектив.

– Держи – незнакомец подал пистолет так, словно его обучали как это делать правильно и попытался изобразить дружелюбную улыбку – он тебе еще может пригодиться.

Для Виктора было очевидным, что мужчина знает детектива и ненавидит его. Что ужерживало его от того, чтобы убить сонного противника? Возможно была какая- то причина… Но незнакомец всеми силами пытался изобразить дружелюбие. Виктор вернул оружие в кобуру и еще раз спросил.

– Кто ты?

– Можешь считать меня другом Лекаря… – усмехнулся человек в плаще.

– Как ты сюда попал и что ты делаешь в степи, и почему ты не с Лекарем, если ты его друг? – детектива не так просто было заставить поверить словам – ты следил за ним?

– Ну не то чтобы… – видно было, что незнакомец не умеет лгать, но и говорить правду не хочет – мы с ним только что разговаривали – нашелся он, и видно было, что он говорит правду, но старается не отвечать на поставленный вопрос.

– Ты не любишь Лекаря – прищурился Виктор – и это мягко сказано, ты ненавидишь его, как и меня! Удивительно, если ты разговаривал с ним, почему ты не попытался убить его? – Виктор смотрел на невысокую фигурку Лекаря в степи, растаптывающего угли костра, собираясь покинуть место стоянки.

– Ты слишком любопытен! – глаза незнакомца вдруг стали злыми и колкими – да, у меня есть причина пока не убивать Лекаря и тебя. Но эта причина скоро исчезнет!

– Тогда и у меня исчезнет причина не стрелять в тебя… – процедил детектив – Лекарь хороший парень! Что вам нужно то него? Почему вы охотитесь за ним?

– Есть причина – уклончиво ответил собеседник.

– Я постараюсь убрать все с пути этого парня, даже если это «все» будет похоже на таких громил как ты! – во время всего разговора Виктор сдерживал кашель, чтобы не показать свою слабость, но тут он не смог и закашлялся.

– Да уж… у вас мощная команда! – съязвил собеседник – Лекарь едва ноги волочет, его «охранник» скоро встретится с праотцами… сила! Что и говорить!

– Не зли меня, а то я забуду что обещал не стрелять… – «закипел» детектив – если попытаешься обидеть Лекаря, я пристрелю тебя, даже если в этот момент сделаю последний вздох…

Детективу вдруг показалось, что сквозь странного незнакомца он увидел свет догорающего костра Лекаря, впору было встряхнуть головой! Но когда тот нагнулся вперед, подвинув свое лицо почти вплотную к лицу Виктора, детектив понял, что ему не показалось – сквозь этого странного человека был виден свет, как сквозь очень тусклое стекло, как будно он был раза в два менее плотным чем обычные люди.

– Запомни, я – часть природы, а природа сильный противник, не стоит бросать ей вызов… – усмехнулся нежданный собеседник, открыл дверь машины, впустив в нее холодный ветер, и исчез в ночи, словно этим ветром его и сдуло. С силой захлопнулась дверь машины, оставив детектива гадать, был ли это порыв ветра или незнакомец сердито ею хлопнул?

В этот момент Лекарь вышел на обочину дороги, завел свой мотороллер и тронулся в путь. Виктор облегченно вздохнул и медленно поехал следом.

Глава 21

Ночь уже подходила к концу, когда Виктор заметил, что тусклая фара мотороллера Карима, скользнула с трассы в сторону и задрожала на грунтовой дороге. Виктор выключил фары и придавил педаль газа, чтобы не потерять преследуемого. Как только он съехал с трассы, стало очень сложно управлять машиной, она то и дело наскакивала на торчащие в грунтовке камни, но свет фар выдал бы его и Виктор двигался, как мог. Карим был так измучен дорогой, так замерз, что уже не мог оглядываться, двигаясь по грунтовке, сил едва хватало, чтобы следить за часто встречающимися камнями и не упасть.

Виктор знал местность и был уверен, что на пустынной грунтовой дороге Лекарь с включенной фарой будет хорошо виден. Полная луна, сейчас уже склонившаяся к горизонту, позволила ему самому ехать без фар. Скоро Лекарь бросит свой мотороллер и пойдет пешком, если не вернется. Но он отъехал от трассы довольно далеко – на десять километров, когда заметил, что одинокая фара мотороллера остановилась и через минуту погасла. Детектив быстро остановился, закрыл машину и побежал вперед, чтобы не потерять Лекаря из виду.

Карим спустился в каньон, он шел медленно, то и дело спотыкаясь в темноте о камни, но Виктор едва успевал за ним. Он мечтал о том, чтобы луна, спрятавшаяся сейчас за тучами, вышла, наконец из-за них. Он боялся сломать ногу среди камней и рытвин, промытых дождями. Вдруг детектив отвлекся на странное движение в темноте справа от себя, в предрассветных сумерках что-то метнулось в сторону. Виктор остановился и присмотрелся. Сначала он решил, что показалось, и продолжил путь, боясь упустить Лекаря. Но пройдя чуть больше сотни метров, понял, что не показалось – за ним шли волки, стая была небольшой, три или четыре особи, но для детектива это было опасно – от человеческого жилья они были далеко, стрелять в данный момент было бы безумием. Ведь это значило бы, что детектив потеряет след Лекаря, а в его положении это означало бы смертный приговор.

Возможно, волки почуяли запах крови, которой был пропитан кусок простыни в его кармане. Виктор оторвал тряпицу дома вместо носового платка, который быстро пришел в негодность. Салфетки и носовые платки сейчас уже не могли решить проблему и потому он взял кусок ткани побольше. Волки шли медленно, они ждали момента, чтобы напасть на ослабленную болезнью добычу.

– Наверное, я бы сказал, что это правильно, естественный отбор, если бы не был на месте добычи – процедил сквозь зубы Виктор – что же с вами делать? Даже камнем не кинешь, Лекарь может услышать… Придется рискнуть, догнать его и попросить помощи! А дальше будь что будет!

Его задача усложнилась. Теперь ему нужно было не только следить за Лекарем, но и за волками, пытаясь предугадать, когда они нападут. Сначала волки шли за детективом, следуя издали, но скоро они поняли, что он по какой- то причине не защищается.

Предрассветная тьма начала редеть, восток порозовел, и скоро вся окрестность осветится солнцем. Нужно было торопиться, если Лекарь заметит слежку слишком рано, он сможет скрыться, а это верная смерть для детектива! Виктор прибавил шаг. Он уже видел спину преследуемого, как вдруг оступился и упал. Нога застряла между камнями и хрустнула. В глазах потемнело от боли! Виктор простонал сквозь зубы и этим выдал себя. Лекарь резко обернулся.

– Помоги!!!– уже не скрываясь, прокричал Виктор – пожалуйста!

Но Лекарь не остановился, не вернулся. Он рванул вперед что было сил, и через минуту скрылся за поворотом дороги.

«Ну вот и все… – понял детектив – по крайней мере волки не дадут умереть медленно и в мучениях. Пусть это будет быстро! Хотя… я все равно уже раскрыл себя… – вздохнул он и достал пистолет – …и все же стоит побороться. Вдруг он одумается и вернется, чтобы меня вылечить?! Говорят, Лекарь не может пройти мимо страданий людей!»

Карим на мгновение остановился, услышав стон человека, но потом вспомнил, что ничем не может ему помочь, а деревня уже близко и если этот человек увидит, как Карим пересекает заколдованную стену, тогда он может привести сюда тех, кто охотится за Аджахарами! Кто знает, а вдруг эти люди смогут снять защиту? Карим, собрав остаток сил, побежал за поворот и обрадовался, когда скала скрыла его от глаз случайного прохожего.

«А вдруг это слежка?! – обожгла догадка – вдруг он из тех, кто охотится!? Тогда пусть лежит там пока не рассветет, и здесь не появятся люди! Если я уйду в деревню незамеченным им не добраться до нее, туристы здесь бродят не один десяток лет, и никто ее не видит! – решил Карим и побежал из последних сил.

Сыщик был экипирован по последнему слову техники и не нуждался в свете луны. На нем были очки ночного видения, и он легко следил за двумя фигурками, спешащими по грунтовой размытой дороге вглубь Чарынского каньона. Заметив, что за второй фигуркой идут волки, он усмехнулся.

– Так тебе будет значительно быстрее и проще умереть… Но что вы оба делаете в этом каньоне? Кира в эту сторону по трассе тоже постоянно ездит… это неспроста! – бормотал он себе под нос. Когда Виктор упал, Макс выскочил из машины и побежал за скрывшимся Лекарем. Он не собирался встречаться с детективом или мешать раннему завтраку волков и поэтому Сыщик решил обогнуть скалу, за которой скрылся Лекарь с другой стороны. Чуть дальше по каньону дорога и тропа, огибающая скалу, встречались, и Макс был уверен, что за поворотом увидит спину Лекаря, уходящего дальше по каньону. Чуть больше четверти часа ушло у Сыщика на погоню, он спешил. Карабкаясь по камням, Сыщик услышал из-за скалы два выстрела, затем визг волка.

– Дебил! – проворчал Сыщик – его теперь все услышали в районе двух километров! Если эти существа живут где-то здесь, теперь точно нападут или сбегут! Но, кто здесь может жить? Я эти края как свои пять пальцев знаю! Нет здесь поселка!

Когда Макс обогнул скалу и выбежал на грунтовую дорогу, она была пуста.

«Проклятье! Что за… – растерялся Сыщик – … не может быть! Тропа короче дороги! Я не мог опоздать! Может он куда- то в пещеру залез? Но здесь нет пещер! А может он вернулся? Говорят, этот Лекарь уж больно сердобольный! – Макс скривился – может быть, он, хоть и сам больной, но слышал выстрелы и вместо того, чтобы бежать, полез защищать детектива от волков?»

Макс побежал назад по дороге, огибая скалу, чтобы успеть арестовать Лекаря и Виктора пока они не вернулись к машине детектива. Очки для ночного видения были уже не нужны, рассвело.

*****

Виктор не мог встать, нога нестерпимо болела! Применив огромное усилие, он встал на одно колено и прицелился в медленно «нарезающего круги» волка. Теперь уже можно не прятаться, Лекарь все равно уже сбежал! Нажав на курок, он услышал лишь легкий щелчок – осечка. Волк с каждым кругом подходил все ближе. Предрассветный сумрак уже почти рассеялся, и теперь было видно, что рядом с жертвой три волка и Виктор увидел глаза нападавшего вожака. Невольно в памяти всплыла шутка, которую рассказал ему товарищ.

«Существует народная примета: если ты встретишься взглядом с волком в степи и не дрогнешь, не отведешь взгляда, тогда ты станешь заместителем акима^25»

– Да… даже если я выдержу его взгляд, не стать мне заместителем акима – усмехнулся Виктор. – Я могу стать только завтраком для волка…

Волк еще сократил круг, и Виктор увидел глаза охотника за человечиной совсем близко. Со стороны волка трудно было бы отличить от обычной крупной овчарки, но стоило увидеть этот взгляд, разница становилась очевидной. Если даже собака решалась напасть на человека, в ее глазах виден гнев, даже ярость. Ведь где- то в подсознании собаки «прописан» закон – нельзя нападать на людей. Переступить этот закон собака может лишь в приступе ярости. Детектив не один год работал с преступниками и в них он ясно видел ту же закономерность – перешагивая внутри себя Закон, который человек хорошо знает, преступник обычно ощущает гнев. Именно поэтому в среде преступников ненавидят полицейских, ведь именно слово «коп» напоминает им о возмездии, о том, что их действия не останутся безнаказанными. Эти чувства: гнев, ярость, ненависть и завуалированный страх всегда помогали Виктору в работе. Ведь испытывая эти чувства, человек становится предсказуем. Виктор пользовался своими знаниями психологии преступников и поэтому был спецом в своем деле.

Те же правила «работали» с собаками и детектив не раз усмирял разъяренных псов. Но здесь было иное. Волк не нарушал никаких правил. Он не злился. Его взгляд был холоден и спокоен. Перед ним была еда…

Как в анекдоте, когда человек идет по пустыне и вдруг навстречу ему лев. Человек падает на колени: «Господи, дай ему христианские мысли!». Лев поднимает голову к небу: «Господи, благослови эту пищу!».

Но сейчас Виктору было не до анекдотов или сравнений, он просто старался выжить, хотя сам не знал, зачем? Ведь очень скоро инфекция все равно убьет его… Но это был простой инстинкт самосохранения, который не позволял опустить руки.

Волк не сердился, он спокойно рассчитывал место и расстояние, чтобы напасть на свою жертву и поесть. И от этого ледяного взгляда у Виктора побежали по спине мурашки, в этот раз испугался он. Мгновение и волк решил, что место и время выбрано удачно. Зверь прыгнул. Виктор нажал на курок дважды подряд, направив дуло пистолета прямо в морду хищника, раздались два выстрела и на детектива приземлился еще теплый труп матерого волка. Мужчина, едва дыша, сбросил с себя зверя и повернулся в сторону других волков. К его ужасу в стае прибавился еще один волк, почти вдвое крупнее того, которого он только что убил. И волк приближался огромными скачками. Глаза зверя уже были видны. Виктору показалось, что они светились желтым светом!

«Почудится же от страха!» – мелькнула мысль.

Волк был в пяти или шести метрах от места, где лежал Виктор, но преодолел разрыв между ними, в два невероятно огромных прыжка… детектив увидел оскаленную пасть хищника, он выстрелил, но промахнулся, пуля «прошила» загривок зверя, только разъярив его.

*****

Лекарь думал, что бежал, но на самом деле едва переставлял ноги. Парню казалось, что он бежит в ночном кошмаре, когда переставляешь ноги так быстро, как можешь, но реально почти не двигаешься! Скрывшись, наконец, за скалой, Карим продолжал бежать из последних сил. Вот она, нужная скала! Сейчас, еще шаг, еще один… и невидимая заколдованная стена закроет его от глаз людей, впустив в деревню! Карим еще раз оглянулся на всякий случай – вроде бы его никто не мог видеть… от раненного мужчины и от дороги его закрывает скала, по краям каньона ни души… Карим делает шаг в сторону и произносит:

– Анохтовар…

Со стороны могло показаться, что Лекарь растаял в воздухе, почти прижавшись к отвесной скале, самому Лекарю это виделось как вход в дом. Он просто переступил порог. Перед глазами открылась долина, чуть тронутая первыми утренними лучами. Невдалеке раскинулись хижины Аджахаров, радуя глаз округлостью форм из самых светлых воспоминаний в жизни Карима. От ближайших хижин встречать его вышли три Охотника.

– Мы рады видеть тебя, брат! – их лица осветила радостная и светлая улыбка – Советник ждет тебя, мы чувствовали твою беду, но сейчас Совет нам запретил выходить в мир людей.

Карим задумался. Он понимал, что незнакомец может умереть, если Охотники не помогут ему, но говорить ли им? Хотя Годи, конечно, знают о незнакомце, но ведь нередко они ждут решения своих людей, не вмешиваясь без крайней необходимости. А смерть постороннего человека – это не крайняя необходимость для Аджахаров. Но ведь для Карима этот мужчина все же соплеменник! Кто же роднее сейчас Лекарю, Аджахары и их покой или жизнь человека? Не повлечет ли этот шаг за собой опасность для деревни?! Что делать?! Вдруг он вспомнил слова Полиморфа: «…слежка, но не для того чтобы навредить, а чтобы помочь…» и он решился:

– Там на дороге, прямо рядом со стеной мужчина, он сильно болен…

Охотники замерли на мгновение, мысленно связавшись с Советом, затем двое из них исчезли за стеной.

*****

Получив пулю в загривок в полете, огромный волк с желтыми светящимися глазами приземлился прямо на Виктора, ударив его мощной грудью. От удара детектив потерял сознание, он был слишком слаб, сломанная нога вывернулась под неестественным углом, обнажив острую кость посередине бедра, торчащую из разорванных мышц! Но в тот миг, когда волчьи зубы готовы были порвать горло детективу, вдруг мощный удар отшвырнул волка в сторону, больше чем на десять метров. Ни один зверь не выживал обычно после такого удара! Но матерый волк взвыл, это значило, что все еще жив! Охотник не пошел добивать зверя – цель сегодня была не охота, а спасение человека и защитник встал между оставшейся парой волков и мужчиной, лежащим на дороге. Второй охотник бережно поднял больного, освободив из расселины больную ногу. Богатырь поднял Виктора на руки легко, как маленького ребенка и через мгновение группа скрылась за невидимой стеной. А недалеко от стены волк с желтыми светящимися глазами изменил цвет, затем, словно перетекая, вдруг превратился в камень и стал невидимым для подбегающего к месту схватки сыщика.

*****

Сыщик бежал настолько быстро, насколько позволяла размытая дождями дорога, но когда он подбежал к месту, где лежал Виктор, там лежал только убитый волк, над которым уже немного потрудились два голодных сородича. Когда Макс выбежал из-за скалы, волки отпрыгнули от туши и оскалили зубы. Макс выхватил пистолет и выстрелил в одного из них, затем убил второго, он уже не скрывался. Дорога просматривалась до самого брошенного мотороллера – там никого не было.

– Что за наваждение!? – потряс головой Сыщик. Лишь пять минут назад он торжествовал победу, уверенный, что вся деревня Аджахаров у него «в руках» и вдруг поймал лишь пустоту и тишину.

Каньон жил своей жизнью, мертвая тишина осенних голых скал лишь изредка нарушалась карканьем ворон и шелестом скудного кустарника под порывами холодного ветра. Природа выглядела так, словно не было здесь лишь несколько минут назад погони и борьбы больного человека за жизнь! И только мертвые волки напоминали о недавних событиях сегодняшнего раннего утра.

Сыщик обходил весь район, в котором пропали два человека, обследовал каждый камешек и расселину – пещер в этой части каньона не было. Потеряв в каньоне полдня, злой и недоумевающий сыщик вынужден был вернуться в город.

Глава 22

Тьма вокруг Виктора сгущалась. Ему мерещились звуки. Звук ударов молотка по железу. Пение отдаленной скрипки, тихие звуки города. Но не шум, к какому привык Виктор – в нем не было ни звуков тысяч моторов, ни криков и переругиваний прохожих, ни сирен. Послышался звук тимпанов, гулкий и глубокий, затем, на удивление, звуки шофара, кажется гуслей и еще каких- то неизвестных мужчине инструментов. Виктор знал звуки этих инструментов, потому что в свое время увлекался изучением редких музыкальных инструментов. К звуку музыкальных инструментов примешивалось странное пение, похожее на пение крошечных птичек «перi перi перi перi» этими звуками, казалось, наполнен воздух, но они были настолько тихими, что ухо различало их только в полной тишине, все остальное время тихое пение растворялось в других, более громких звуках, таких как оркестр, играющий тихую музыку за окном. Но даже этот удивительно красивый оркестр звучал ненавязчиво тихо. Стоило немного задуматься и звуки словно исчезали, не мешая мыслям, создавая лишь фон покоя и наслаждения.

Почти забытые звуки заставили Виктора прийти в себя, распахнуть глаза и с хрипом выгнуться вперед. Детектив не мог понять, жив он или нет, может это бред больного сознания? Мужчину вдруг охватила паника, которую он испытал во время нападения волка, чувства человека за секунду до смерти. Тяжело дыша, он попытался собраться с мыслями и успокоить расшатавшиеся нервы, сконцентрировавшись на тихой музыке, доносящейся их окон.

Несколько раз повторив глубокий вдох- выдох, Виктор осмотрелся. Он лежал голым на чистых белых простынях, которые горько пахли степным разнотравьем, стены, пол и потолок были сделаны из глины, острых углов на стыках не было, просто пол плавно переходил в стену, стена в потолок, будто большой глиняный пузырь, приплюснутый сверху и снизу. Глина была приятного коричнево- желтого цвета, такой оттенок глины Виктор видел впервые. Его вещи лежали рядом на деревянной тумбе, кровать, кстати, как он заметил, нагнувшись за вещами, была монолитной с полом, будто все помещение вырезали прямо внутри огромного глиняного бруска. Сверху на встроенную в пол кровать был постелен матрац тонкой ручной работы, одеяло было также произведением искусства, цена на каждый из этих предметов в городе могла бы быть очень высокой.

Несмотря на небольшое количество вещей в интерьере и скромный размер помещения, состоявшего из полукруглых стен, одного окошка и деревянной двери, все создавало теплое ощущение комфорта, а в совокупности со звуками, доносящимися с улицы, давало чувство умиротворения и покоя! Детали каждого миллиметра этой глиняной комнаты- пузыря были отточены и сделаны на таком уровне качества, какой «мастерам» нашего времени и не снился. В глине время от времени встречались прожилки стланцевых пород, и умелый мастер создал шедевр из этих простых материалов. Виктор невольно вспомнил историю про подкованную блоху.

«Н- да… мастер, который это создавал, наверное, и для инфузории заколку сделать сможет…» – мысленно усмехнулся детектив.

Из окна бил луч солнечного света, мягко освещая всю комнату, отражаясь от пола, в котором вкрапления пород самых разных оттенков, создавали причудливый и удивительный рисунок. На этот пол почему-то казалось кощунственным поставить ноги, ведь по чудесным картинам не ходят! Взглянув в окно, мужчина на мгновение замер – чуть выше по каньону среди яркой не по сезону зелени из- под земли поднималась радуга.

«Странно… дождя нет и вчера не было, откуда радуга?! – удивился мужчина – к тому же радуга странная – у земли яркая, а потом бледнеет и веером расходится… Но красиво и удивительно! – невольно восторженно вздохнул он – неужели это не сон? Неужели в такой удивительной красоте можно жить?»

Виктор встряхнул головой, словно отгоняя наваждение. Не стоит забывать, что он находится в неизвестном месте, с неизвестными существами, которые, возможно даже не люди!

«С другой стороны… Если бы они хотели меня убить, они бы просто оставили меня волкам, не так ли? Хотя, кто знает? Может у них есть обычаи, требующие жертвоприношения чужака, вот они меня и оставили?.. Не стоит терять бдительности».

Виктор услышал шаги и снова принял горизонтальное положение, прикинувшись спящим. Дверь легонько скрипнула, шаги смолкли.

– Не прикидывайся, у тебя плохо получается… – в голосе молодого человека словно искрилось счастье, и слышалась добрая усмешка.

Открыв глаза, Виктор узнал его – это был Лекарь, фигура, походка, рост, одежда. Точно тот самый, который еле передвигался в Каньоне, хотя раньше Виктор и не видел его лица, но даже если бы и видел, сейчас его трудно было бы узнать. Он сиял и улыбался, в глазах сверкали искры молодецкого озорства, а похода была легкой и пружинистой.

– Ты…?

– Карим, по крайней мере, сейчас меня в городе так зовут, очень приятно. Но ты меня знаешь, скорее всего, под псевдонимом Лекарь.

– Так ты… – Виктор запутался, в голове вертелось столько вопросов! Мысли, как рой обнаглевших раздосадованных пчел, жужжали в его в голове.

– Послушай, братец, вроде бы мы не знакомы, хотя мне кажется, что мы раньше встречались, но что я точно знаю – все вопросы потерпят. Сейчас тебе нужно набираться сил, хорошо? – Карим подошел к кровати и сел на край. – Теперь мне не надо убегать и прятаться, так что не спеши, отдохни, а потом мы с тобой поговорим, и ты задашь мне все свои вопросы, а я задам свои, хорошо? Кстати, с минуты на минуту к тебе подойдет Лекарь…

– А ты разве…

– Нет, что ты, я лишь подобие Аджахарских Лекарей.

– Аджахар… Это тот мужик, который спас твоего паренька и о котором мне Лариса рассказывала?

– Не знаю о ком ты… – Карим нахмурился – но Аджахары – это раса, причем высшая раса, намного превосходящая людей, но ты это и сам скоро увидишь. А вот и он!

В стене перед Виктором проступили белые пятна, затем из нее плавно вылетел призрак.

Виктора снова обуяла паника. Он видел много фильмов про привидения, но столкнувшись с паранормальным явлением в своей жизни, невольно понимаешь, что годы подготовки прошли зря. Сейчас он мог только ворочаться и бессильно хватать ртом воздух, выпучив глаза. У призрака не было ног, он просто постепенно растворялся в пространстве ниже колен, одет он был в подобие савана, чистого, белого. У него не было лица, на том месте, где должно было быть лицо, красовалась гладкая серо-синяя как и весь призрак, поверхность. Повеяло холодом.

– Да что ты так напрягся, это Лекарь, именно он спас тебя от всех болезней, которые тебя так долго мучили.

Внезапно Виктор почувствовал, будто в его голову «вложили» образ, картинку, которую он увидел лишь на секунду, но прочувствовал всей душой. На картинке был изображен Лекарь, извлекающий боль и хворь из тела, лежащего на чем- то отдаленно напоминающем операционный стол или жертвенный камень. После чего взятую из тела заразу он помещает в шакала, которого держал странный человек с очень морщинистым лбом. Затем этот морщинистый человек произнес странную фразу на непонятном ему языке и убил шакала коротким ударом ножа точно в сонную артерию. В ушах Виктора прозвучал голос «Да будет благословенен Пролом и сила его, пусть сие существо станет жертвой во избавление от страданий наших. Спасибо, тебе, брат наш, за твою жертву!». Посмотрев на призрака- лекаря Виктор понял, точнее почувствовал, что все эти «образы» исходят от него.

– Они телепаты – пояснил Карим. – Они общаются при помощи образов и картинок, которые легко передают друг другу и нам. То, что ты видел – ритуал очищения, он взял твои болезни и перенес их на шакала, после чего ритуально оборвал его жизнь, чтобы тот не страдал. Такой ритуал проводят очень редко, только если болезни очень серьезные и несовместимы с жизнью. Где же ты так умудрился?..

Виктор невольно вспомнил лицо Нонны злое, полное презрения и ненависти. Призрак, висящий в воздухе рядом, видимо почувствовав его, забеспокоился, сделал несколько простых па…[26] руками в сторону Карима. Лицо последнего помрачнело, он мысленно начал переговариваться с призраком. После чего поднялся и пошел в сторону выхода.

– Я вернусь через время, а пока Лекарь еще раз проверит и исцелит те мелкие недуги, которые еще сидят в твоем теле. И да, не называй его Призраком, ему немного обидно такое слышать.

– Ну уж простите, если неприятны мои мысли, можете их просто не читать – беззлобно парировал Виктор, но все же сделал пометку в памяти постараться избегать напрашивающегося сравнения.

Карим ушел, а Лекарь принялся за работу. Его полупрозрачные белые руки мягко коснулись оголенного торса Виктора, после чего пальцы плавно «провалились» внутрь. Виктор почувствовал, будто у него зашевелилось нутро. Это было похоже на мелкие электрические импульсы, которые Лекарь пускал из своих пальцев и ждал, пока они пройдут по нервам больного и вернуться обратно, собрав нужные данные. После чего он «вынул» одну руку и коснулся указательным пальцем лба Виктора. Виктор увидел очередной образ – огромную опухоль, будто сделанную из беспорядочно расположенных волокон легочной ткани, жира и прочего естественного для человеческого тела материала. В показанном образе эта опухоль стала быстро уменьшаться, а затем и вовсе пропала, превратившись в маленькие, почти микроскопические комочки, блуждающие по кровяному руслу.

– Значит, опухоль ты уже уничтожил, но метастазы все еще гуляют по крови? – предположил Виктор, на что получил одобрительный импульс.

Затем Лекарь передал ему образ часов, время на которых быстро поменялось на три часа вперед. «Значит, процедура займет три часа…» решил Виктор. Детективу предложили это время поспать, пообещав показать красочные, цветные сны. Он послушал совета и опустил голову на подушку, и невероятно быстро, с точки зрения человека, для которого погружение в сон обычно напоминало огромное усилие над «выключением» организма, погрузился в сладкий, теплый сон.

Три часа пролетели незаметно, и все же они показались целой жизнью! Обычно Виктор редко видел сны. Но даже когда они снились, то это был набор разорванных образов. Но в этот раз он будто смотрел прекрасный и очень длинный фильм, словно ему показали чью- то прекрасную жизнь в самых ярких красках! Мужчине показалось, что даже в его подсознании и в памяти не нашлось бы настолько сказочных образов! Наверное, только самый мечтательный ребенок может придумать тот удивительный мир, который увидел мужчина во сне. А Виктор даже в детстве не отличался особой мечтательностью. Он всегда жил данным мгновением и обычно не мечтал, а реагировал на раздражители и его мечты были скорее похожими на планы будущего.

В том мире, который Виктор увидел во сне, не нужно было реагировать в мгновении ока, он был безопасным местом, даже более безопасным, чем утроба матери. Поразительной красоты природа окружала его, Виктор свободно летал и лежал на легких облаках, он пил сок необычных плодов и чувствовал, как приятная животворящая влага растекается по клеткам его тела, неся им здоровье и почему-то радость… Мужчина ложился на камень и вместо холода ощущал память, которую вобрал в себя камень за долгие века и мозг словно «считывал» эту память как флешку. Детектив вспомнил, что в древности люди ставили камни при заключении важных договоров в память об этих событиях, призывая камни в свидетели…

«Если бы можно было вот так «читать» все, что видели камни, тогда они были бы лучшими свидетелями в мире на всех судах – невольно вздохнул детектив – это бы значительно упростило нашу работу!»

Странное состояние между сном и бодрствованием! Виктор смотрел сны, но мог думать и реагировать на образы, мог перемещаться во сне по своему желанию в любое место, он имел власть над природой и над некоторыми ее законами и творил нечто новое. Эта власть не была полной, и накладывала какую- то ответственность, которую Виктор еще не до конца понял, и все же от этого удивительного чувства хотелось остаться в этом мире навсегда.

Когда сон закончился, Виктор сел на постели, пытаясь понять, что же с ним было сейчас?

«Да… базовые потребности! – наконец дошло до него – безопасность, власть, совмещенная с ответственностью, любовь… и даже познание нового и творчество! И именно это дало ощущение счастья!

В комнате Виктор был один, из окна доносились прежние звуки размеренной жизни деревни Кори. Виктор чувствовал себя совершенно здоровым, он бодро вскочил. Быстро, по-солдатски оделся и открыл дверь. Прохладный воздух заставил поежиться и запахнуть рубашку, и все же здесь было значительно теплее, чем за стеной. Детектив огляделся. Его окружали домики, размеры и форма которых практически ни разу не повторялись. Были дома в форме цветов и плодов, геометрической формы и витиеватые. Казалось, что дома сразу рассказывают все о характере своего владельца. В середине деревни возвышалась башня, похоже только она одна сохраняла строгие линии и пропорции со всех ее сторон, к которой так стремятся обычно люди, все стальное больше было похоже на разнообразие природы, чем на жилища.

У дверей многих домов сидели пожилые люди, дети и подростки, играя на различных инструментах, знакомых Виктору и совершенно необычных. Время от времени кто- то вставал и уходил в дом, покидая «оркестр», но это не мешало музыке литься как ручеек, не теряя своей красоты. Потом другой выходил их дома со своим инструментом и также гармонично сливался в общую импровизацию.

«Так вот откуда доносилась музыка. Надо же, у этих людей прекрасный слух и незаурядные творческие способности – импровизировать на ходу, слушая друг друга и подстраиваясь, для этого нужно быть виртуозом – музыкантом, а здесь дети так развлекаются!» – поразился он.

На столике рядом с входом в дом, где находился Виктор стоял бокал с водой. Это оказалось кстати. Мужчина припал к краю и выпил его до дна. Прохладная вода показалась ему немного сладковатой, как дождевая, но очень чистая. Виктор поставил бокал на то же место и засмотрелся на картину необычной деревни.

– Надо же! Оказывается, разнообразие это не так уж и плохо!… Это может быть очень красивым! – удивленно пробормотал Виктор.

– Ты уже встал? – раздался голос рядом и детектив вздрогнул.

– Ну да… а чего бока отлеживать днем – быстро взял себя в руки Виктор и повернулся на голос. Рядом стоял Лекарь.

Приятно было видеть счастливое лицо этого парня! Наверное, так выглядит сын, вернувшийся домой с войны, после нескольких лет боев, утрат и горя. Карим сейчас не улыбался, но на его лице лежала печать безмятежного детского счастья. Видеть лицо, которого уже коснулись морщины боли и страдания, с этой печатью беззаботности было особенно радостно!

– Хочешь небольшую экскурсию? Совет позволил.

– Как же так? Я же чужак для них? А вдруг я пришел сюда, чтобы все разрушить как Сыщик, который был у меня в офисе? – усмехнулся детектив.

– Лекарь и Годи уже давно «прочитали тебя», еще до того как позволили Охотникам принести тебя в деревню – отмахнулся Карим.

– Да… забыл! Здесь же телепаты живут! А что за огромные дома там, вверху, на склоне?

– Это Големы. Они сами большие и дома у них большие, хошь познакомлю?

– Конечно! В жизни Голема не видел, только в сказках на картинках – с готовностью отозвался детектив.

Они подошли к кузнице, где работали два Голема. Они были втрое больше Виктора, и это только по росту. В плечах же каждый из них был, наверное, раз в десять, а то и больше. Один раздувал огонь в горниле, второй работал с металлом. Виктора удивило то, что в горниле был только огонь, без намека на топливо, угли или чего-то подобного. Голем, похожий на ожившую статую из черного камня. В просветах между ними текли ручейки, похожие на вены, наполненные магмой. Его большие руки были сложены пригоршней, похоже, он «согревал» их содержимое своим огненным дыханием.

– Чуть горячее, брат – проговорил громовым голосом, но мягко Голем-кузнец.

Он положил металлический прут в пригоршню огненного Голема и тот послушно прибавил температуру. Огромными кулачищами Голем свернул металлический прут в витиеватый узор, затем по его рукам поползли странные жуки, и стали разминать раскаленный металлический прут и на глазах у удивленных гостей, металл превратился в цветок удивительно тонкой работы.

– Им не горячо? – поразился Виктор.

– Это же их стихия… – не понял Карим.

– Ладно, отставим глупые вопросы… – смутился детектив.

– Это не глупые, просто ты еще не знаком с ними… а я наоборот давно привык и забыл, что это необычно… – улыбнулся парень.

Они пошли дальше. Виктор заметил другого Голема, который огромными ладонями «вскапывал» землю, после чего делал ямку одной рукой, второй как травинку сажал в эту «ямку» большое дерево.

– Поразительно!… не успев закончить фразу, Виктор резко остановился и собрался наступить на огромного таракана, выползшего из старой травы. Голем резко обернулся с рычанием бросился на детектива. Карим дернул Виктора за куртку и тот промахнулся, не сумев наступить на таракана.

– Ты что! Он же тоже наш! – возмутился Карим.

Увидев, что Карим защитился за таракана, Голем успокоился, подставил ладонь, позволяя таракану взобраться на нее, и продолжил свою работу. Таракан заполз в трещину между мощными мышцами Голема и спрятался там.

– Я, кажется, чего- то недопонимаю в устройстве этой деревни…. – смущенно пробормотал Виктор – я не думал, что они буддисты и считают что нельзя никого убивать… Мне показалось, что Охотники убивают…

– Они не буддисты – улыбнулся Карим, просто ты чуть частичку Земного Голема не убил.

– Ого, прошу прощения…! – обратился детектив к Голему, но тот спокойно продолжал работать, словно ничего не произошло только что…

Мужчины шли по поселку и разговаривали. Виктору все больше нравился Карим, было в нем что-то необыкновенно доброе и в то же время сильное, умное и тонкое, в то же время спокойное и устойчивое. Карим не спешил с выводами, всегда находил оправдание даже неприглядным поступкам, в то же время не был наивным. Виктор невольно зауважал этого темноволосого парня, а он не часто отдавал дань уважения молодым людям!

А у Големов есть дети? – Виктор взглянул на детвору, играющую между домами Аджахаров, ничем не отличающихся от людей.

– Нет, дети бывают только у «неизменных» или тех, кто не был в Проломе – спокойно ответил парень.

– Разве это честно? Неужели другие не хотят иметь семью?

– Не знаю, просто так заведено. Я не интересовался этим вопросом – спокойно ответил Карим.

– А у тебя есть семья?

– Нет… – в этом простом, односложном ответе вдруг послышалось горе, неизбывное, безысходное…. Или Виктору показалось? Затем повисла пауза, и через минуту Карим словно спохватился – … я еще молодой, чтобы думать об этом!

– А сон, который мне приснился – перевел тему Виктор – был запрограммированным или случайным?

– Конечно запрограммированным! Это же терапия! Когда проходишь терапию, то Лекари лечат не только тело, но и разум, поэтому дают исцеляющие сны. Но ты можешь сопротивляться и тогда твоя душа не получит исцеления в некоторых частях, но это не запрещено, ты свободен выбирать здоровье или старые болячки…

– А ты сопротивлялся, когда тебя лечили? – догадался Виктор.

– Только в одном месте… это для меня важнее здоровья и покоя… – сознался Карим.

Больше вопросов Виктор не задавал.

«Если захочет, потом сам расскажет… – решил он – пока я ему никто, с чего ему доверять мне?»

– Смотри, там в башне живут Правители Аджахаров – показал Карим на башню в центре деревни.

– А почему башня такая пропорциональная и с правильными углами… почти как у людей? – поинтересовался Виктор.

– Коллективный разум подразумевает ограничения, на которые соглашается каждый Правитель, входя в общее. Поэтому их дом отражает их общий характер – ограничения ради достижения общего блага. Чем выше ранг, тем больше ответственность…. По крайней мере у Аджахаров…! Все остальные не ограничивают себя в фантазии.

– Да уж заметил – усмехнулся Виктор, заметив, как пара мальчишек спускаются по канатам из окон своих комнат родительского дома в форме гриба.

– Да… – перехватил его взгляд Карим – подросткам лень идти к ступенькам внутри «грибной ножки»…

Глава 23

Виктор в изумлении бродил по деревне вместе с Каримом. Тот рассказывал ему историю этой деревни, о ее жителях. Его глаза сияли чистым и радостным светом. У Виктора скопилась просто гора вопросов – как появилась эта деревня, почему все жители так не похожи друг на друга, почему о ней никто не знает, кто такие годи и правители и многое другое. Но прежде чем он сумел их задать, к ним подлетел уже знакомый им обоим Лекарь. В это время они проходили между большим, похожим на спираль со столбом внутри зданием, из окна которого были слышны звуки скрипки и более приземистым и простым зданием, над деревянной дверью которого было написано «Стеклодувная мастерская», из редких окон этого здания шел едва заметный пар.

Лекарь подлетел к ним и быстро замахал руками перед Каримом. Тот некоторое время послушал, затем ответил

– Все хорошо, мы немедленно идем к ним.

– Что случилось? – забеспокоился Виктор.

– Ничего страшного, просто нас вызывают в Совет, сейчас неспокойное время, около пяти Аджахаров, из той касты, которая тебя спасла, пропали и они хотят лично познакомиться с тобой и узнать последнюю информацию от меня. Так как я человек, я у них, как говориться, «на учете».

– А остальные разве не люди? В смысле, никогда не были ими?

– Нет, Аджахары – это отдельная раса, единственное сходство с людьми – и те, и другие – гуманоиды.

Виктор кивнул, и они быстрым шагом направились к башне, точнее «Шпилю» как его назвал Карим. Если бы Виктор шел один, он наверняка бы заплутал, это он понял в первые пять минут ходьбы по переулкам. Здесь было невероятно красиво и не отвлекаться на шедевры архитектуры и искусства, которые находились здесь почти на каждом углу, было почти невозможно. Но Карим не сбавлял шага, увлекая удивленного Виктора за собой. Через двадцать минут они были на месте. Перед ними во всей красе предстала величественная башня правильной, угловатой формы. Она стояла, почти прижавшись к одной из скал каньона, высота у них была одинаковой, цветом башня была немного более серой, по сравнению с теплыми и яркими красками остальной деревни.

Пройдя через большую, добротную, но как и у всех остальных зданий в деревне, деревянную дверь, Виктор ожидал увидеть либо что-то напоминающее обычный офис с его постоянной суматохой, либо что-то похожее на зал суда. Но перед ними была лишь белая, почти сияющая квадратная комната, в центре которой стоял стол и три стула. На одном из них сидел Аджахар, выглядящий как человек, но с огромным, распахнутым глазом посередине лба. Этот глаз не двигался, но у Виктора создалось стойкое ощущение, что через этот глаз множество аджахаров за ним следят. У Карима же напротив, такого чувства не было, потому что он знал точно, что это так.

– Совет приветствует тебя, брат мой – Аджахар встал, кивнул в сторону Карима и тебя, незнакомец. Присаживайтесь! – его голос отражался от стен, создавая гулкое эхо, казалось, что его устами говорят тысячи, если не миллионы.

– А почему ты говоришь Совет, ведь ты здесь один! – удивился Виктор.

– Не смотри на то, что телесная оболочка Правителя тут одна, она, как и другие наши тела ведомы нашим общим духом – ответил Аджахар своим множащимся голосом.

«Значит, коллективный разум!» догадался Виктор, «Умно…»

Они сели на предложенные стулья.

– Итак – начал Правитель. – Совет обеспокоен всеми недавними событиями. Пять наших братьев Охотников пропали без вести и даже самые чуткие из нас не могут их разыскать. Годи тоже бессильны, сколько бы ни старались. Помимо этого всего – он начал говорить более приказным, и несколько недовольным тоном – Карим! Когда ты попал в нашу деревню, будучи человеком, Совет долго решал, как нам с тобой поступить. И вот уже второй человек пересекает наш покров и узнает о деревне. Это нужно прекратить! Когда мы будем готовы – мы откроемся человеческой расе, но ни секундой раньше! Так что Совет предупреждает тебя, лекарь Карим, если ты попробуешь привести сюда еще одного человека – деревня Кори закроется от тебя навсегда и память о ней мы у тебя сотрем, таково наше решение!

Карим нахмурился.

– Не пойми неправильно, брат – сказал Аджахар уже более мягко – мы рады тебе и понимаем, что ты не мог бросить того, кто попал в беду, равно как и ты когда- то. Тогда тебя спасли Охотники, и теперь ты сочувствовал этому человеку. Но бездумное сочувствие навлечет беду на тебя и на тех, кто тебе дорог, так что постарайся больше не допускать подобной ошибки.

– Я понимаю… – ответил Карим, погрустнев.

– Теперь человек – начал Правитель таким же ледяным тоном, как в начале – тебе волей судьбы дано было лицезреть деревню Кори и народ Аджахаров, сынов Пролома. На то не было твоей воли, так что Советом решено стереть у тебя память о нашей деревне и отправить обратно, в мир людей.

– Но постойте! – возмутился Виктор – я не хочу забывать это место! Я понимаю, конспирация, но разве нельзя обойтись без подобной процедуры? Ведь Карим, как вы только что сказали, тоже был на моем месте, так что же получается, я «лысый» что ли?!

– Карим доказал свою пользу для деревни, он дал две клятвы и вошел в Пролом. Это было рискованно как для него, так и для нас, но мы дали ему шанс, потому что он показал, что понял, что значит быть Аджахаром. Он доказал, что может быть полезным и будет стараться принести пользу для всех нас, и до сих пор он славно трудится. А что ты можешь предложить нам? – с нажимом на последнюю фразу, ответил Правитель.

Виктор на секунду задумался, а затем выдал:

– Я детектив, я умею искать и находить. Я могу предложить вам всем информацию, столько, сколько смогу найти. В том мире у меня не осталось ничего, ради чего можно жить и сражаться. За то малое время, которое я гулял по вашей деревне, я понял, что такое место одно на планете. И я не хочу о нем забывать.

Аджахар «завис» на несколько секунд, видимо, переговаривался с остальными.

–Тем не менее, есть определенные условия, не выполнив которые, мы не можем избежать очищения твоей памяти. – Виктор заметил, что «лед тронулся», Совет начал обсуждать возможность одобрения его кандидатуры. Видимо с теми «пропавшими» действительно дела очень плохи, а значит, ситуацию можно использовать. Помимо того, что Виктор был воистину поражен их бытом, силой и счастьем существования, он еще и очень боялся того, что кто-то проникнет к нему в голову и удалит что-то из нее. Людям его профессии и склада ума очень дороги любые крошки воспоминаний и сама мысль о том, что в его «картотеку памяти» зайдет кто- то посторонний повергала его в ужас.

– Что же за условия? Я готов попробовать! – решительно отозвался Виктор.

– Ты должен найти Учителя, который согласиться взять тебя, после чего научить Истинам нашей жизни, и подготовиться к испытанию Проломом. Затем ты должен пройти Пролом и принести две клятвы. Но не все так просто, как звучит. Конечно, мы считаем, что ты, как и Карим, были посланы сюда, волей Пролома и никак иначе, однако это не значит, что мы позволим тебе уйти. У тебя есть три пути – первый и самый простой. Ты позволишь нам стереть твою память и отправить обратно, в мир людей. Совет настоятельно рекомендует поступить так, из соображений твоей же безопасности. Второй путь – доказать свою полезность и тогда Совет рассмотрит твою кандидатуру на то, чтобы остаться в деревне жителем. Но в таком случае ты навсегда потеряешь возможность уйти обратно в мир людей. Третий путь – отдать свою душу на волю Пролома, чтобы он преобразил ее и решил твою судьбу. Его воле никто не станет противиться.

– И где же тут подвох? – иронично спросил Виктор.

Аджахар пожал плечами.

– Ну, ты можешь умереть в Проломе, можешь не найти себе учителя, можешь умереть в процессе обучения Истинам…

– А как еще я могу умереть? – еще более иронично спросил Виктор.

– В процессе поиска учителя… – тихо добавил Аджахар, и отвел взгляд.

– Это как так? – удивился Виктор.

Карим усмехнулся.

– И правда…

– Почему каждый раз, когда я получаю ответы, за ними кроется только еще больше вопросов? – мучительно взвыл Виктор.

Его голова последнее время была просто переполнена. Ведь Сыщик, который приходил к ним, очевидно что-то знал и возможно больше, чем нужно, Нонна тоже могла быть с этим как- то связана, хотя Сыщик и сказал, что онкоцентр тут не при чем, меньше всего он верил в то, что та дамочка действительно заведует больницей и ничем более. Он чуть не умер от какой- то инфекции, потому что его заразили умышленно. Виктор почти наверняка знал кто, но вот зачем? Он загривком чувствовал, что за каждым его шагом следит невидимка, но причину столь пристального внимания тоже плохо понимал. И вот наконец- то, находясь на волоске от смерти, он получил ответ, который относительно хорошо мог ответить на большинство вопросов – эта деревня. Эти существа, обладающие феноменальными способностями!

Если люди узнают об этих удивительных существах, появится тысяча влиятельных кампаний и людей, которые начнут охоту, и видимо кто-то все-таки узнал, несмотря на великолепную конспирацию, в этом Виктор не сомневался, слишком долго они находились инкогнито, а в современном мире это почти невозможно. И что теперь? Вопросов стало только больше и никто, судя по всему, не намерен ему отвечать. Ввиду своей профессии, он обладал железной выдержкой, но сейчас даже она была на пределе. Детектив вздохнул…

– Должен заметить – медленно проговорил Правитель – что наша беседа ушла не в то русло. Виктор, если вам интересна информация об этом вопросе – обратитесь к Годи или к Кариму, они вам подробнейшим образом все объяснят. А сейчас, я попрошу вас по очереди рассказать о событиях последний дней, возможно, там скрыта подсказка о том, куда пропали наши братья… Лекарь Карим, начнем с тебя.

– Если честно, я не знаю, с чего именно начать… пожалуй, начну с того момента, как я лежал у себя дома, в очередной раз разъедаемый язвами снаружи и опухолями внутри…

Карим рассказал свою историю. Настолько подробно, насколько смог. Сначала он немного стеснялся присутствия Виктора, но потом перестал обращать на него внимание. Он ничего не укрыл, честно рассказал и про Сумрака, и про онкоцентр, про больного эболой и парня, больного чумой. Про неизвестную заразу, которая чуть не лишила его способностей, про Охотника, который помог ему спастись. Правитель слушал не перебивая, Виктор периодически хмыкал, удивляясь, насколько красочно и точно Карим передавал информацию. Когда парень закончил, Аджахар сказал:

– Лекари изъяли ту болезнь, которая чуть не убила тебя, пульсация Пролома снова наполнила твои вены. С тем, что это за болезнь, сейчас разбираются наши Лекари вместе с Годи. Но уже понятно, что она не естественного происхождения. Тебе нужно внимательнее следить за своим другом Сумраком, ты подпустил его слишком близко к себе, а значит и ко всем нам. Ради его же блага, будь с ним осторожнее, чтобы Охотникам не пришлось похищать его и везти сюда на очистку памяти.

«И почему же его просто не убрать?» подумал Виктор.

– Потому, что мы не люди. Мы стараемся избежать любой капли крови, если это возможно сделать.

Поняв, что Правитель прочитал его мысли, Виктор смутился. Он начал постепенно понимать разницу между людьми и жителями этой деревни и серьезно задумался, сможет ли он настолько измениться, если хочет стать одним из них…

–Теперь очередь человека – Правитель говорил так, будто забыл только что сказанную им же фразу.

Виктор молчал в течении пары минут, собираясь с мыслями, рефлекторно нащупал в кармане пачку сигарет и поймал себя на мысли, что ему вообще не хочется курить. Сейчас этот незначительный обыденный обряд казался чем- то диким и неестественным, будто он думал не прикурить сигарету, а устроить перестрелку в торговом центре. Отбросив мысли о потерявшей свое значение в его жизни, сигарете, Виктор начал.

– То утро для меня началось как обычно – с сигареты и большой кружки горячего кофе…

Его рассказ заинтересовал как Карима, так и Правителя. Детектив старался уделить особое внимание деталям, связанным с безымянным Сыщиком, леди из онкологического центра и тому, что могло бы их связывать. Несколько раз Правитель задавал интересующие его вопросы, все они касались либо этих двоих, либо слежки за Сумраком. По наводящим вопросам Правителя, Виктор тоже многое понял.

История Карима была эмоциональна и похожа на фильм о Джеймсе Бонде с множеством рискованных моментов и тайных заговоров, история же Виктора – напротив – напоминала документальный отчет, который отлично дополнял историю Карима. На том моменте, где Виктор искал Лекаря Карим сначала хмурился, а потом удивлялся, лишь однажды выдав фразу:

– И как ты меня не поймал при таком- то подходе!….

Оба упомянули свои встречи в степи с необычным незнакомцем. Когда Виктор рассказал о волке с желтыми глазами, Карим привстал:

– Он при мне трансформировался в волка!

– Странно, что наши Охотники не ощутили его… – Правитель вздохнул и задумался – значит пульсация в нем угасла или почти угасла… Это нужно выяснить!

Ни Карим, ни Виктор не поняли, о ком идет речь, но Правитель не стал объяснять.

Под конец рассказа многое встало на свои места, теперь Карим знал почти все, что знает Виктор, и наоборот. Многие вопросы, что мучили Виктора нашли свой ответ, часть во время того, когда рассказывал Карим, часть – когда рассказывал он сам…

Аджахар был обеспокоен, но доволен.

– Совет благодарит вас за переданную информацию, особенно Виктора. Видимо Пролом и правда послал тебя, чтобы предупредить нас об опасности. Это еще не значит, что Совет разрешит тебе остаться, но в том, что ты можешь быть полезен, ты нас убедил. Возвращайтесь в деревню, отдохните и перекусите, все остальные дела могут подождать до завтра, Совету надо решить, что со всем этим делать…

Глава 24

Выйдя на свежий воздух, Виктор удивился тому, что стояла ночь. За разговорами он не заметил, как пролетело время, да и Лекарь, судя по лицу, был удивлен не меньше.

– Виктор – первым нарушил тишину Карим – ты, конечно, можешь вернуться в тот дом, в котором Лекарь лечил тебя, но вместо этого я бы хотел предложить тебе пожить некоторое время у меня, а заодно, познакомить тебя с тем, кто может рассказать тебе больше о Проломе и о том, что будет дальше.

– Это кто же, предсказатель какой-нибудь? – Виктор говорил без тени иронии, в этом месте, как он понял, могло быть что угодно.

– Скорее Годи, а точнее Великий Годи, это что-то типа отца- настоятеля. Он действительно может предсказывать будущее, хоть и туманно, но это не раз спасало жизнь всей деревни. По дороге я могу тебе рассказать немного о том, как устроена деревня.

– Меня больше интересует информация о ритуалах и прочей дребедени, связанная с тем, чтобы мне не стирали память…

Они шли по лестнице, вытесанной из камня, спускаясь вглубь деревни. За их спинами темнел монолит Шпиля, находившийся на возвышении, рядом с ним не было ни факелов, ни фонарей, даже лестница не освещалась. Но темно не было, все-таки в каких-то двухстах метрах жила своей жизнью деревня Кори, наполненная огнями и музыкой. Находясь на возвышенности, Виктор не мог не заметить интересной детали, огни в городе не стояли «как придется», каждый факел стоял в математически точно выверенном месте, в некоторых местах стояли зеркала и линзы таким образом, что причудливая игра света завораживала, а каждый уголок деревни, каждое глиняное строение освещалось идеально. Кроме монолитной башни Правителей. Возможно, это показывало, что Правители, несмотря на свою вольную и яркую природу, должны и будут оставаться холодными, беспристрастными судьями, тактиками и стратегами, снимающими подобную ответственность с других жителей деревни, позволяя им творить и радоваться.

– Как-то грустно это… – заметил Виктор.

– Ты о чем? – не понял Карим.

– Ну… Все вокруг радуются, кроме Правителей, которые погружены лишь в свои беспокойства о безопасности деревни…

– Я бы не сказал, что они несчастны – улыбнулся Карим, поняв ход мыслей Виктора – просто у них иные развлечения. Их радость – непрерывное общение друг с другом, они никогда не могут быть одинокими, потому что их коллективный разум представляет собой особый, почти духовный тип общения. Стоит возникнуть какому- либо вопросу, они в несколько секунд решают его, затем погружаются снова в общение друг с другом. Годи говорит, у Правителей есть личная связь с Проломом… даже не могу представить, каково это!

– Кстати, о Проломе. Что это вообще такое? От каждого Аджахара, которого я встречал, я слышал о некоем Проломе, и никто не удосужился объяснить, что это, блин, такое! – всплеснул руками Виктор.

– Ну, тут в двух словах не объяснишь… – проговорил Карим, снова созерцая огни ночной деревни.

Мужчины остановились и присели на ступеньки. Видимо им обоим разом пришла мысль, что просто так такой вид оставлять нельзя.

– Сколько раз любовался отсюда зрелищем огней, еще ни разу не видел, чтобы световой рисунок повторялся… – восхищенно прошептал Карим. Он некоторое время сидел, собирался с мыслями, любуясь игрой света и теней над деревней – Посмотри вокруг, Виктор. Скажи мне, чем это место отличается от мира людей?

– Сложный вопрос. Думаю, есть одна вещь… тут все счастливы! Даже угрюмые на первый взгляд Правители!

– Может и не все, но подавляющее большинство – точно. Мне кажется, что это все потому, что каждый точно знает свою цель в этой жизни. Стремясь к этой цели и исполняя свою миссию, он становится счастливее сам и делает счастливее всех, кто его окружает. И в этом суть Пролома. Если ты заметил – дети все похожи на людей, единственное отличие заключается в третьем глазе аккурат посередине лба, но не как у Правителей, у которых он широко открыт, у детей он открыт лишь наполовину. Когда молодой Аджахар хочет определить свое место в деревне, он идет к Пролому, там решается его судьба. Выходит он оттуда уже преображенным.

– И сколько видов таких «преображений» существует.

– Ну – Карим вспомнил про Полиморфа, но решил умолчать о нем – всего их шесть – Охотники, Годи, Правители, Големы, Лекари и простые Аджахары- жители.

– А если Аджахару не понравится та роль, на которую его определит этот ваш Пролом?

– Такого еще не случалось – удивленно ответил Карим – а к чему такие вопросы?

– Насколько я понял, скоро мне предстоит встретится с этим Проломом лицом к лицу, хотелось бы узнать, что к чему.

– Второй раз оттуда еще никто не возвращался, потому что в первый раз Пролом преобразовывает душу в ее наисильнейшую форму, второй раз он забирает ее к себе.

– Это что-то типа их аджахарского божества! – догадался Виктор.

– Нашего – поправил Карим – и может быть, твоего. Но мы не приносим ему жертв, не устраиваем кровавых ритуалов или чего-либо подобного, как люди. И, несмотря на это, Пролом является фундаментом всей нашей жизни. И, раз уж зашла эта тема, еще не факт, что ты будешь допущен к ритуалу посвящения, перед этим тебе нужно найти Учителя, который согласится тебя принять. Тебе, можно сказать, еще повезло, ведь такое уже случалось раньше, когда я только попал в деревню. Когда я заявил, что хочу пройти ритуал, у Правителей ушел час разъяренных споров по этому поводу. А теперь пойдем, подробнее о ритуале я расскажу по дороге к создателям Покрова.

Как оказалось, там все не то чтобы «не так просто», лучше подойдет термин «практически невозможно». Если бы перед Виктором не стояло живое доказательство того, что это реально, он бы подумал, что ему просто ставят заранее невыполнимые условия. Понятие Учитель было для Аджахаров чуть менее священно чем отношение к Пролому, и найти того, кто возьмет в ученики человека было чудом. Ведь если один раз ученик подведет учителя – последний покрывается вечным позором. Если же он все- таки найдет учителя – обучение Истинам будет суровым, если не сказать больше. При всем том, что детей Аджахаров готовят к нему с рождения, больше половины ломаются на этом этапе отказываясь идти к Пролому.

Как объяснил Карим, это делается неспроста – если в Пролом попадет слабый духом, Пролом поглотит его. Вдобавок, обучение Истинам для молодых Аджахаров проходит два года, у Виктора же есть на все про все – неделя, а ему еще учителя искать! И даже если он успешно завершит тренировки и обучение, его ждет дача клятвы. Поначалу Виктор подумал, что тут все понятно, соберутся несколько авторитетных личностей, и он торжественно произнесет: «Клянусь!» как это было в военно-полицейской академии, но увидев, как задрожал Карим при упоминании о клятвах, Виктору самому стало не по себе. Карим называл это первой частью испытания – когда тебя испытывают Аджахары. Вторая часть – испытание Пролома. На этом его словесный поток иссяк.

– Один из самых жестких запретов нашего народа – никто и никогда не должен говорить о том, что произошло в Проломе. Нарушение этого запрета может грозить изгнанием. Поверь, ты поймешь, почему это так, как только войдешь туда.

Тем временем, самые яркие огни деревни остались позади, перед ними плыли аккуратные маленькие глиняные купола «юрт», наподобие той, в которой проснулся Виктор. В самой верхней части каждого полукруга было небольшое отверстие, через которое выходил дым. Правда дым этот был странным. Он был яркого сиреневого цвета и буквально светился, вытанцовывая и переливаясь всевозможными бликами. Выходя ровно по вертикали, в метрах двух над землей, он плавно менял свою траекторию на почти горизонтальную, и, играя, уплывал куда- то в сторону каньона.

– Одной из самых главных задач любого Годи – поддержание Покрова – морока, защищающего деревню от обнаружения всеми доступными человечеству средствами – ответил Карим на молчаливый вопрос своего спутника.

– Этот «морок» даже спутники обманывает? – удивился Виктор.

– Даже если ты соберешь огромный аппарат компьютерной томографии в космосе и зальешь с небес на землю контрастное вещество – единственное что ты увидишь – миллиарды долларов, растраченных впустую.

– Серьезные ребята, эти Годи, такого бы в спецотдел… – подумал вслух Виктор.

Они гуляли между глиняных юрт пока не подошли к самой крупной, почти в два человеческих роста, ну или в полтора – аджахарских. Карим взялся за ручку деревянной двери и вздохнул.

– За этой дверью живет мой учитель. Он мне как отец, даже больше, ведь своего родного отца я никогда не знал… Постарайся быть с ним поуважительнее, у него довольно сложный характер, но душа чиста и добра, как и у любого из Аджахаров.

– Карим! – раздался грозный голос из-за двери. Причем грозной, как заметил Виктор, была только интонация, сам же голос был глубоким, грудным баритоном… – Я успею состарится, пока ты открываешь эту дверь! Заходи уже, отрыжку козью тебе в глаз!

Они зашли. Изнутри юрта освещалась огнем, горевшим на невысоком постаменте посередине юрты. Огонь был белым, в некоторых местах желтым, дым от него исходил самый обычный, сизый. Вокруг костра стояло несколько возвышений, как в студенческой аудитории прерывающихся только в том месте, где находилась дверь. Самый первый от костра круг был разделен на прямоугольники, видимо это были места особого почета, хотя, рассуждать об этом сейчас Виктор не мог. Он был в замешательстве, перед ним, на одном из «почетных» мест сейчас стоял… стояло… существо, больше всего похожее на сатиров из средневековых мифических книжек с очень злым видом. Ростом не более метра «с кепкой», раздвоенные копыта, изогнутые, покрытые густой шерстью ноги, на талии – подвязанный кусок ткани с яркими узорами, старческое, но очень мускулистое тело, густые каштановые волосы почти скрывали округлые рога, тянущиеся к затылку. Черты лица же были острыми, с типичными стариковскими морщинами, выдающими, что большую часть своей жизни старик улыбался, а не хмурился. Глаза хозяина жилища пылали огнем, а руки требовательно уперлись в бока. Остальные «почетные места» пустовали, однако кроме них все остальные сидения были заняты странными существами, похожими на людей и на животных одновременно. Ближе всех к Виктору сидела, удивленно вытаращив глаза, девушка с вертикальными зрачками и характерным для чешуи рисунком кожи – по левую руку от сатира; и молодой Аджахар, напоминавший оленя по правую.

– А вам кто разрешал прекращать упражнения? Человека никогда не видели?

– Нет… – честным нестройным хором ответили находящиеся в зале.

– А на моей памяти этот – он указал на Виктора – уже второй. А если вы сейчас же не продолжите занятия, скоро их тут появится толпа! Так что набрали в легкие воздуха, чакры в руки и поехали!

Все годи, а никем другим они быть не могли, разом присмирели, выпрямились и глубоко вздохнули. А затем они продолжили пение… Не торопясь, глубоко и загадочно. Сначала подали голос несколько буйволоподобных взрослых Аджахаров, их горловая нота постепенно набирала силу, потом ее подхватили все остальные, музыка лилась, будто вода или мёд, растекаясь по жилам. И последней запела та самая девушка, похожая на змею. Ее тонкий, сильный, отточенный до высшего мастерства, голос нараспев читал слова, не похожие ни на один из человеческих языков. В этот момент старик- сатир закинул в костер какие- то металлические стружки, костер вспыхнул и засветился, из него поплыли клубы сиреневого дыма…

– Не останавливаться! Приду – проверю! – пригрозил им старик и жестом показал Кариму и Виктору на дверь, направившись туда же, звучно цокая копытами. Когда они закрыли дверь, музыку будто отключили.

«Потрясающая звукоизоляция!» – восхитился Виктор.

Он посмотрел на старого Аджахара, ожидая нового всплеска гнева или же нескольких жестких острот. «Сатир» смотрел на Карима, хмурое лицо старика внезапно озарила счастливая улыбка, на глазах его выступили слезы, и он раскрыл объятия, в которые немедленно упал Карим. На лице парня отражались те же чувства, что и у старика.

– Сын мой! Как же долго тебя не было! Каждую ночь я молил Пролом и все силы природы сохранить тебя от всех напастей на твоем пути. И теперь я вижу, тебя не тронул ни яд, ни кинжал, а сердце твое до сих пор не очернено враждой и ненавистью! – старик плакал, обнимая Карима.

– И я счастлив видеть тебя в здравии, отец! Мне столько всего нужно тебе рассказать, ты даже не представляешь! И даже кое с кем познакомить! Это Виктор, мой друг и гость нашей деревни.

– Ишь ты! – лицо Годи снова стало хмурым – совсем распустился! – он отвесил ему подзатыльник – деревня Кори теперь стала постоялым двором?! Если да, то прошу, скиньте меня в Пролом сей же миг! Ты какого лешего сюда кого ни попадя водишь? Сам прибежал, так еще и друга притараканил! Ух, я тебя! – старик ругался, грозя крепким, сухим кулаком. Затем вздохнул и повернулся к Виктору.

– Рад приветствовать тебя, Виктор. Долгим же был твой путь, если память меня не обманывает, ох долгим…

– Вы провидец? – удивился Виктор.

– Я Годи. Старший Годи, если тебе это о чем- то говорит. Я не только допущен до любой магии этого места, я еще и имею голос на любом совете, при любом споре и вообще, один из самых уважаемых и почитаемых Аджахаров этой священной обители.

Виктор дернулся, рефлекс «отдать честь», отработанный еще в армейские годы, чуть не взял вверх, но детектив вовремя спохватился.

– И давай тут без своих армейских штучек, у нас тут так не принято – ухмыльнулся старик – меня зовут Дереком, титул мой ты знаешь, помимо этого я еще и учитель вот этого распутного раздолбая – он указал пальцем на Карима – шарится по полгода-год непонятно где, ни слуху, ни духу, ни весточки какой, потом объявляется и вечно с новостями, почти всегда нехорошими. Не бережет своего старого отца, вообще не бережет!

– Да не такой уж вы и…

– Мне пятьсот с лишним лет, малец.

– Виноват! – Виктор снова чувствовал себя «салагой», стоящим перед командиром. Воистину, Дерек не просто так занимал свой пост.

– Принес, что я просил? – хитро прищурился Дерек, смотря на Карима.

– Принес, отец. – Карим с некоторым благоговением протянул старику довольно крупный мешочек, достав его из-за пазухи.

Открыв его и мимолетом глянув внутрь, старик, видимо, остался доволен.

– Другое дело, сынок, вот за это – молодец!

Виктор с интересом посмотрел на мешочек.

– Это, мой дорогой гость – Дерек потряс мешочек, содержимое мягко прошелестело – та причина, по которой Охотники раз за разом покидают безопасные стены родного мира и идут в ваш. Литий. Только благодаря этому металлу и держится наш магический покров. Он для защитной магии представляется чем-то в виде катализатора, большего сказать не смогу, чтобы не запутать.

– Да оно мне и не особо-то… – пробубнил Виктор – мне бы…

– Погоди с расспросами, уважь седину. А который сейчас час, молодой человек?

Карим посмотрел на звезды.

– Часа два после полуночи, не меньше…

– Удивлен, что не клонит в сон, а Виктор? – хитро улыбнулся старик.

Виктор был действительно удивлен, ведь его годами отточенный распорядок предполагал отбой до двенадцати, и если этого не происходило – к часу ночи он был уже без сил. Сейчас же детектив был бодр, будто только что встал!

– Это одна из самых полезных, на мой взгляд, способностей Лекарей – сон, который они внушают, позволяет организму выспаться на несколько дней вперед, этот вот – он через плечо указал большим пальцем на Карима – в первый раз неделю прыгал, никак не мог успокоится. А время, кстати, он сказал неверно – сейчас уже половина третьего. Самое время пойти пообедать! Составишь компанию?

– До этого… Отец, я все- таки должен кое о чем тебя попросить! – неуверенно подал голос Карим – но без лишних ушей… – он повернулся к Виктору – не в обиду.

– Все понимаю, дела семейные – улыбнулся тот в ответ и ушел в сторонку за ближайший глиняный колпак.

Через несколько минут напряженного перешептывания, которые доносились до Виктора, повисла тягостная тишина, после чего последовал взрыв эмоций.

– ЧТО?! – рёв Дерека, кажется, сотряс стены Шпиля Правителей, Виктор подпрыгнул от неожиданной оглушающей мощи этого возгласа.

– Идиот, остолоп, рецидивист проклятый, чернила осьминожьи, курдюк ишачий!!! – Виктору показалось, что количество эпитетов на квадратный метр явно превысило норму раз эдак в тридцать – Ты хоть понимаешь, индюк некошерный, о чем просишь?! Да чтобы я…

Дальше последовали уж совсем неприличные фразы, смысл которых был «я умру, но не сделаю того, о чем ты просишь». После этой короткой беседы, из-за которой со стороны деревни из окон показались заинтересованные лица зевак, послышалось цокание копыт. Из-за угла показались Дерек, весело пританцовывая, и Карим, на которого будто кирпичей мешок уронили.

– Мы разобрались, а теперь пойдем есть! – как ни в чем не бывало, заявил Дерек, не сбавляя шаг.

Не решаясь лишний раз спорить, Виктор последовал за ним, Карим плелся последним.

Глава 25

Вся троица завернула в довольно большое здание без двери, напоминавшее кафе, собственно таковым оно и являлось. Усевшись за один из столов, посетители некоторое время молчали. Внутри просторного зала стояли круглые столы и стулья, все помещение освещалось свечами, укрепленными на хрустальных люстрах под потолком. Из темного прохода в противоположной стене к ним плавно подошла красивая девушка, на вид ей было лет двадцать пять, но после того, как Виктор узнал возраст самого Дерека, он не решился бы утверждать наверняка. На лбу девушки красовалась аккуратная линия, похожая на тоненький шрам, это все что осталось от того ока, что было дано ей при рождении, но саму девушку, судя по всему, не особо печалил этот факт. Ее темно-каштановые густые волосы вились до пояса, а одета она была в красивое платье с фартуком из белой ткани.

– Здравствуйте! Карим, Дерек, эм…

– Виктор – представился детектив.

– Очень приятно! – она лучезарно улыбнулась, затем повернулась к Дереку.

– Как дела у моей дочери?

– Она делает успехи, друзья ее уже прозвали «сладкоголосой Нагой», гоняю ее, чтобы нос не задирала. А как поживаешь ты сама, К`лор Дин?

– Неплохо, весьма. Хорошо, что Ди`Рьян закончила обучение, теперь хоть может видеть меня и помогать с домашними делами.

– Вы мама той девушки с вертикальными зрачками? – заинтересовался Виктор – ваша дочь поет просто божественно!

– Спасибо на добром слове, кстати, я тоже неплохо пою – кокетливо подмигнула она – будете что-нибудь?

– Да, принеси нам, пожалуйста, тарелку фруктов, дуриан и кувшин вина – попросил старик.

Через минуту большая глубокая тарелка с нарезанными фруктами, вино и три небольших блюдца с желтой мякотью, напоминающую банановую, но очень ярко и своеобразно пахнущую, уже были перед ними. Сначала Виктор думал, что вряд ли сможет утолить этим свой голод, но уже после половины тарелки дуриана, почувствовал, как голод уходит.

– Хорошо быть природным големом, любые лакомства на себе вырастить можно! – похлопал себя по животу Дерек, расправившись со своей порцией – но ближе к делу! – он налил вино в три деревянных бокала.

Карим потупился.

– Как ты, наверное, понял, Карим попросил меня об одном одолжении. Он ввел меня в курс твоей ситуации с Правителями и деревней Кори, рассказал, что ты ищешь учителя.

– И вы отказались… – иронично продолжил за него Виктор. Конечно, можно было начать слезно умолять сатира взять его, но даже при самой аховой ситуации, Виктор знал, что нужно сохранять честь и лицо.

– Верно, он подумал, что раз я один раз взял в сыновья человека, то пойду на такое второй раз, но он просчитался. Не знаю, в курсе ли ты, насколько важно для нас это понятие…

– Карим объяснил в общих чертах! – Виктор скрестил руки на груди.

– Но пойми, отец, никто не возьмет его, кроме тебя! Вспомни, как обстояли дела со мной! Если бы ты тогда не вмешался – меня бы выгнали навсегда! – выпалил Карим.

– Но с того момента много воды утекло, может и рискнет кто?.. – пожал плечами Дерек.

Виктор проследил за его мимикой и понял, что сам сатир не верит в свои слова. Старик стрельнул глазами в Виктора, уловив его мысль.

– Знаешь, дорогой мой! – он очень хитро улыбнулся, сузив глаза практически до щелок, как это делают торговцы на рынке, когда вот- вот вас обманут – будь по- твоему! В награду за твою наблюдательность я дам тебе шанс. Конечно, не прямо сейчас, ведь наблюдательность – ничто если нет памяти. Так что выполни одно мое задание, и я соглашусь тебя обучать! Слушай мое задание – найди Голема, вырастившего эти фрукты и спроси его имя. А затем возвращайся и скажи его мне, хочу поблагодарить за столь прекрасную трапезу.

«И всего- то?» поразился Виктор, «Одно имя? А пугали смертельной опасностью!».

Голова Карима звонко ударилась о столешницу. Этот звук заставил Виктора заподозрить неладное.

– Времени у тебя – до восхода.

Виктор встал, взял со стола бокал с напитком и, потягивая вкусную жидкость, медленно подошел к проходу, в который ушла девушка, накормившая их. Приглядевшись, он заметил ее, она стояла в полутьме, ловко орудуя тонким и острым, как бритва, ножом, нарезая яблоки.

– Простите, мисс… – начал Виктор, она обернулась, ее глаза сияли во тьме желтоватым светом, это немного смутило его.

– Да- да? – она продолжала резать, не глядя на свои руки.

– Вы не знаете, где можно найти того Голема, который вырастил те фрукты? Дерек попросил меня передать ему комплименты.

– Ах, ну что за душка, согласитесь? – звонко засмеялась аджахарка – конечно знаю, выходите из дома и сразу налево, на перекрестке с тройной розой посередине – направо, а там дальше увидите его, он сейчас как раз должен заканчивать новую партию. Он очень сентиментальный, словно ребенок!

– А как его… – так и не задал вопрос Виктор, понимая, что если сжульничает, Дерек может узнать – благодарю покорно!

– Приходи еще, Виктор – тепло ответила она и снова ушла в свое занятие с головой.

Выйдя в ночную прохладу, Виктор задумчиво поставил бокал на перила кафе и пошел по указанному маршруту. Он не мог не заметить, что учитывая время года, здесь должен стоять осенний холод и дуть промозглый ветер, однако прохлада была почти летней, осень выдавал лишь пряный запах опавших листьев.

– Магия – усмехнулся он в пустоту. Возможно, эта была не магия, вполне может быть, это было очень удачное расположение деревни, плюс тепло от костров и факелов, или близость каких-нибудь пещер, уходящих в глубины земли. Но сейчас Виктор понял то наслаждение, которое пронизывало людей прошлого, когда все можно было объяснить одним единственным словом и не морочить себе голову предположениями и догадками.

– Нам не нужна вода в использованный бокал – услышал он за спиной замечание – не могли бы Вы пустые бокалы не оставлять на открытом воздухе?

Виктор оглянулся, аджахарка вышла из помещения и забрала оставленный им бокал.

– Простите, я рассеян сегодня – извинился Виктор – больше этого не повторится.

Но смысл замечания аджахарки не дошел до мужчины. Понятно, что где попало не нужно оставлять бокалы, но почему она подчеркнула «на открытом воздухе» и при чем здесь «нам не нужна вода в использованный бокал»? Но в этой деревне было так много непонятного, что Виктор не стал уточнять детали.

В прекрасном настроении он быстро дошел до указанного перекрестка, посередине которого на клумбе рос замысловатый цветок с тремя охапками ярких разноцветных лепестков на вершине каждого стебля. В прожилках листьев светясь, струился светло- салатовый сок. Когда детектив дошел до окраины, то заметил, что все больше растений, которые попадались у него на пути, светились так же, а вскоре его глазам предстал виновник этого богатства растительности, столь необычной для поздней осени. Сначала Виктор подумал, что перед ним нагромождение камней, но потом заметил, что груда шевелится, а между камнями вспыхивает все то же сияние, что и в растениях рядом. Эти вспышки напоминали биение сердца. Подойдя поближе, детектив заметил, что камни стоят не в разнобой, а по четкой структуре, напоминающей спину большого существа. В два ряда от лопаток до талии располагались коричневые прямоугольные, будто коробочки из темного дерева, наросты.

– Прости, друг! – набравшись смелости, окрикнул Голема Виктор.

В начале его посетило странное чувство, будто он говорит с обычной кучей камней, придав этой груде некое сакральное значение. Но стоило ему закончить фразу, как груда пришла в движение. Виктор был прав, Голем сидел к нему спиной, сейчас же он встал, опираясь на крупные, похожие на корни деревьев, ноги и помогая себе огромными, как колонны, руками. Лицо у Голема было добрым, крупные брови, которые представились в виде плоских камней, обросших мхом, нависали над желтыми огоньками глаз. Все лицо было собрано из множества маленьких камешков, а довершала образ густая, зеленая, цветущая в некоторых местах, борода.

– О, гость! Ты не из наших… – подозрительно скрипнули камни бровей.

– А гости из своих и не бывают – широко улыбнулся Виктор, хотя, как ему показалось, слегка натянуто.

– Что ты хотел?

– Моему другу, ты его знаешь, очень понравились фрукты, которые ты вырастил…

– А тебе?

– Что? – не сразу понял Виктор, удивившись как легко Голем смог его перебить – да, мне тоже очень понравились, я впервые попробовал дуриан!

– Хорошо – довольно пробасил Голем – но ты не ответил на мой вопрос.

– …нам очень понравились твои фрукты, и мой друг попросил меня передать нашу общую благодарность тебе лично! А еще он хотел узнать твое имя, чтобы в следующий раз попросить именно твои фрукты.

– Мои братья выращивают фрукты ничуть не хуже меня – ответил простодушный Голем – передай ему, что он может взять труды любого из нас и он не найдет разницы.

– Но все же, мне хотелось бы узнать твое имя… – Виктор понял, что юлить бесполезно, простодушие этого существа обезоруживала любого манипулятора.

– Но зачем? – не понял Голем.

– Он сказал, что если я назову ему твое имя, то он возьмет меня в ученики…

Голем притих. А потом залился басовитым, громким смехом.

– Я рад тому, что ты захотел стать моим братом, и не буду пытаться помешать тебе. Меня зовут Алеф.

«Почему же Карим так отреагировал на задание? Все оказалось проще, чем я ожидал! Я думал, будем имя с километр размером, а тут…»

Наросты на спине Голема со свистом открылись, из них побежали, ловко перебирая лапками, орава существ с ладонь размером, напоминающих богомолов, но будто сплетенных искусной плетельщицей. Все они выстроились в несколько рядов, их было не меньше сотни.

– А это Б`эт, по прозвишу Бейс, Ги`мель, Да`лет, Хей, Вав, За`ин, Хет, Тет, Йод, Каф… Этот список он продолжал, кажется, бесконечно… Лям- Алиф, Ра, Мим- Ро, Нун- Ка`лид, Ха- Ба`шев, Йа и Джефф…

– Погоди, но твое имя Алеф, я правильно понял?..

– Да – снова проговорил голем – а еще Б`эт, по прозвищу Бейс, Ги`мель, Да`лет, Хе… и он снова повторил имена всех «богомолов» перед ним. Каждый раз, называя имя одного из них, они слегка подпрыгивали.

«Ах ты ж хитрый сатир, рога бы тебе…» в сердцах подумал Виктор и осекся. Мало ли, вдруг услышит еще. Из глубин деревни послышался счастливое, злорадное «Хе-хе-хе-хе», голоса Виктор, конечно, не расслышал, да и без надобности оно было, этот смех не мог принадлежать никому другому.

«Хоть со смертельной опасностью пронесло, а то послали бы волков голыми руками раскидывать» – снова подумал Виктор.

– Прости, Алеф…

– М? – прогудел Голем в ответ.

– Можно еще раз, но немного помедленнее, я не успеваю запомнить…

– Конечно, ты же мне все- таки почти стал братом. Итак – Я – Алеф, а еще я Б`эт по прозвищу Бейс, Ги`мель… – медленно пересчитывал он, два первых богомола прыгнули.

– А чем отличаются ты «Б`эт» и ты «Ги`мэль»?

– Ну как же! – обиженно воскликнул Алеф – И кстати мое прозвище Бейс, это важно! Б`эт-ом я рисую узоры на листьях, а Ги`мэль-ем – плету кожуру на фруктах, как их вообще можно перепутать?!

– И все же, чем они отличаются внешне?.. – с опаской задал вопрос Виктор. «Мне, конечно, говорили, что он сентиментален, но вот что обидчив как тот самый ребенок – не упомянул никто!»

Голем слегка зарычал, потом глубоко вздохнул и терпеливо, как будто объясняет это ребенку- дауну уже в двадцать пятый раз, кивком головы указал на первого богомола.

– Посмотри, у моей формы Б`эт, по прозвищу Бейс – лапки на конце зеленоватые, а у Ги`мэль – коричневые, но коричневые не как у Мим-Ро, а светлее, зато у Мим-Ро крылья туловище светлее, тут точно не перепутаешь, а у Хе цвет тела на полтона темнее чем у Мим-Ро, но лапки на солнце блестят светло- медовым… Если честно я устал представляться тебе столько раз и меня обижает, когда ты путаешь меня со мной же, это очень грубо для големов! Очень!!! – обиженно повторил Алеф – вот тебе было бы приятно, если бы… кстати, как тебя зовут, гость мой?

– Виктор… – обреченно ответил он.

– Ну так вот… тебе было бы приятно, если бы я называл тебя то Пиктор и Миктор то вообще Витиликтор?!

Виктор сострадательно кивнул. Но сострадание его было направлено не на оскорбленные чувства Голема, а на самого себя. Наконец- то он понял, насколько он попал…

Дерек сидел на стуле, опершись спиной о глиняную стену заведения К`лор Дин и наблюдал, как встает рассвет, пил травяной чай, заедая его свежими сладкими булочками и наслаждался утренним замиранием природы. Эти мгновения были прекрасны, до тех пор, пока со стороны поляны Алефа не послышался разъяренный вой Голема. После этого звука утро стало просто неописуемо хорошим для Дерека! Он сладко зажмурился, постукивая копытами по полу и потирая руки.

«Так- то! – злорадствовал он – выскочка нахальный! Был уверен что пройдет Пролом широко шагая, но после такой проверочки он станет на порядок осторожнее и внимательнее…».

На самом деле Старший Годи понял, что возьмет детектива в ученики еще тогда, когда они входили в заведение мисс К`лор Дин, но если бы тогда он сразу попытался приступить к обучению, излишняя смелость и наглость Виктора не позволили бы подготовить его как следует, а времени и так всего ничего.

Дерек услышал топот ног и громыхание каменных колон. Создавалось ощущение, что какой-то дурной спринтер решил устроить соревнование с грузовым составом поезда. То тут, то там раздавались звуки разбивающейся посуды и возмущенные возгласы жителей. Буквально пулей мимо пролетел Виктор, его огромные глаза выражали ужас

– Наш герой немножко испугался… – захихикал сатир. Он давно так не веселился…

Вслед за Виктором, из переулка вылетел внушительных размеров булыжник, пропахав метра два земли.

-Там… Этот… Он же… – руки Виктора дрожали, лоб вспотел, а один глаз дергался… но самое главное для Дерека – Виктор перегородил своим телом весь вид на каньоны!

-УБЬЮ!!! – взревел «грузовой состав», громыхая все ближе и ближе.

Спокойно сделав последний глоток чая, Дерек встал, и спокойным шагом направился в ту сторону, откуда прибежал Виктор. Встал посреди улицы и раскинул руки крестом. Мчавшийся на него голем резко затормозил, оставляя четыре глубокие борозды в земле и остановившись прямо перед Старшим Годи.

– Старейшина Дерек, рад вас приветствовать в это утро! – отрапортовал Алеф.

Заметив Виктора у него за спиной, богомолы, сидящие на плечах гиганта, возмущенно зашумели, а сам он нахмурился.

– Рад приветствовать тебя Алеф! И тебя, Б`эт, по прозвищу Бейс, Ги`мель, Да`лет, Хей, Вав, За`ин, Хет, Тет, Йод, Каф… – неимоверному удивлению Виктора не было предела! Годи не только называл имена но и указывал пальцем то на одного, то на другого «богомола» – … Лям-Алиф, Ра, Мим-Ро, Нун-Ка`лид, Ха-Ба`шев, Йа и Джефф! А чего вы с утра такой шум подняли?

– Ну вот, видишь! –  обиженно заявил голем, обращаясь к Виктору – ничегошеньки трудного!!!

– Ну, а сам то? – продолжил Дерек – посмотри, что ты в гневе натворил! Ай-ай-ай. Теперь найди своих Каменных и Глиняных братьев и помоги им исправить последствия своей злобы. А после, в виде возмещения – вырасти две полные горсти салака и поставь у моего порога. Это будет тебе уроком терпения к более неразумным, чем ты существам.

– Да, старейшина. Спасибо. Я исправлюсь. – Прогудел Голем, развернулся и пошел, видимо искать других Големов.

– Справился? – иронично поинтересовался у Виктора сатир.

– Да я!… А он!.. А Вы!… А потом!.. Да чтоб меня! – не вышедший адреналин требовал немедленной разрядки, собрав всю волю в кулак, Виктор объяснил внятно – Сначала я думал, что меня «пронесло», несмотря на все предупреждения насчет сложности и даже смертельной опасности, которой грозили все на пути к вашему Пролому, даже на стадии поиска Учителя! А как оказалось, меня «пронесло» и, причем по полной! Вы не нашли задание поубийственней?

– Что такого в том, что я попросил тебе напомнить имя моего старого знакомого? Помнишь сколько мне лет? Вот я и запамятовал, а как увидел его – сразу вспомнил! – простодушно отозвался Дерек – да и могло быть гораздо хуже, поверь! Я ведь могу не принять тебя, так как ты не смог выучить одно простое имя голема, а это значит не только факт, что это все было зря, но и то, что тебе придется выполнить не меньше пяти «простых» поручений подобного рода, пока кто- то из Аджахаров над тобой не сжалиться, а мы народ такой знаешь, ли… с юмором…

Виктор устало взвыл, подняв лицо к небесам и плавно осев на землю. Понаблюдав за этой картиной, Дерек вздохнул.

– Да ладно тебе так убиваться, встань! Не хочу, чтобы моего ученика видели скулящим. То был мой первый урок – никогда не думай, что в нашем мире может быть все так же просто, как в твоем. У каждой дикой травинки мудрости больше чем во всех ваших городах вместе взятых, и ты сможешь использовать эту мудрость, если будешь достаточно внимателен и вежлив.

– С травинкой? – изнеможённо поинтересовался Виктор.

– С тем, кто создал травинку, через нее же.

Виктор немного оторопел. Он ожидал каких-нибудь буддистских нравоучений в стиле китайских фильмов с Джеки Чаном, но никак не учение, построенное на более близкой ему концепции единения с создателем этого мира…

Наблюдавший с одного из ближних к тому месту высоких камней Карим, наслаждался чувством ностальгии, ведь когда-то это был первый урок и у него…

Сзади к Кариму подошла «сладкоголосая Нага» Ди`Рьян. Карим был одним из посвященных в круг ее друзей.

– Ди? Разве ты не должна быть сейчас на пении Покрова?

– Нет, мы этой ночью спели достаточно, чтобы Покров был наполнен еще двое суток.

– Хорошо постарались, это из-за тебя такие результаты хорошие? – без тени флирта поинтересовался Карим, но это все же заставило ее слегка покраснеть.

Воздух был напоен песнями, музыкой и романтикой. Ди`Рьян улыбнулась и призывно встряхнула копной густых, вьющихся волос. Ей была приятна похвала доброго и симпатичного молодого человека. Карим понравился ей с первого дня, когда появился в деревне. В начале его пребывания в деревне они сдружились, и она поддалась на его рассказы о внешнем мире, рискнула выйти за стену Морока и поплатилась за это. Если бы не Охотники, ее не было бы в живых. Лекари смогли вылечить ее и на ее теле остались только несколько тонких шрамов, которые остались ей в напоминание о том, что руководители не напрасно защищают деревню – там, во мире людей есть много опасностей, которые могут навредить слабой девушке.

После этого случая парня чуть не прогнали из деревни, стерев ему память. Но Ди`Рьян тогда умолила руководителей дать ему второй шанс, и они уступили. Потом он стал одним из них, и девушка стала проявлять к нему интерес, больше, чем дружеский. Но она заметила, что Карим не замечает ее симпатию, закрывшись в какой-то своей тайне, которая причиняет ему боль. Ди`Рьян не понимала, зачем оставлять в памяти то, что причиняет боль, если можно попросить Правителей стереть лишние воспоминания и быть безмятежно счастливым? Но, как истинная аджахарка, она свято ценила право каждого выбирать свою жизнь и потому никогда не спрашивала ни о чем, чем Карим сам не хотел поделиться. Их отношения сложились как добрые и дружеские.

– Мы все молодцы – нашлась наконец она – но я, к сожалению, пришла не погулять с тобой этим прекрасным утром, а для того чтобы предупредить. Лекари просили передать, что та болезнь, которую ты подцепил во внешнем мире еще сидит в твоем теле, тебе нужно обратится к Годи чтобы ослабить ее и лишь потом к Лекарям.

– Сделаем – отстраненно сказал Карим, не отрывая взгляда от пары фигур внизу – что может пойти не так, мы же в деревне Кори!?..

А внизу Дерек продолжал обучение Виктора.

– Наш мир наполнен тысячей важных мелочей… – начал он.

«Впрочем, как и наш тоже…» – подумал Виктор.

– А ты не перебивай, когда тебя учат! – возмутился Дерек.

– Простите, я же молчал… – смутился Виктор, опять забыв о телепатических способностях Дерека и поплатился за это.

– Так не молчи так громко! – проворчал Годи, затем продолжил – в вашем мире, конечно, много мелочей, но они не такие живые, как наши мелочи! Вот посмотри…. – он капнул воду из своего бокала на камень.

Сначала Виктор не мог понять, что же он должен увидеть и смутился, неужели он намного глупее и невнимательнее, чем ожидал от него учитель? Но через минуту его глаза округлились, и рот постепенно начал открываться. Капля воды, в начале, расплющенная по поверхности камня, вдруг сама по себе начала собираться, затем превратилась в круглую каплю, поднялась в воздух и вновь опустилась в бокал Дерека.

– Мистика!! Что это? – не понял Виктор.

– Это наши «мелочи», которые очень важны для нас! И которые мы очень любим – Дерек нежно провел ладонью по воздуху и вдруг обычное «перi, перi, перi, перi, перi», которое мужчина уже перестал замечать, стало чуть громче и веселее.

После этого Дерек взял Виктора за руку. На мгновение, Виктор вдруг увидел себя со стороны. Более того, он видел не только себя, а все вокруг, но по-иному. Большая четкость зрения. Иные цвета и краски. Детектив невольно охнул. Он увидел то, на что указывал ему Годи, дав смотреть собственными глазами. Тысячи крошечных существ, которые летали в воздухе. Многие из них держали в лапках крошечные капельки воды. Дерек вновь капнул на камень, и все существа, чьи лапки оказались свободными от капелек, рванули к большой капле воды на камне. Они быстро собрали всю воду в каплю, осторожно приподняли ее и вернули в бокал.

– Это изумительно! – восхитился Виктор.

– Это наши водоносы, наши собраться племени Перi. Они поднимают воду из-под земли и наполняют все емкости, которые мы выставляем на открытом воздухе. Големам они помогают поливать растения. Мы делимся с ними энергией кристаллов, которые мы добываем в пещере, в земле, а они дают нам воду.

– Но ведь вода с пыльного камня грязная… – напомнил Виктор.

– Нет. Племя Перi похожи на ваших пчел, они не просто несут в лапках каплю, но и очищают ее от не полезных для здоровья примесей. И они любят ласку – улыбнулся годи и вновь мягко провел рукой по воздуху. Тысячи существ подлетели под его ладонь, словно ловя его ласковое прикосновение спинками. Прикоснувшись к руке Дерека, существа запели громче свою извечную песенку: «перi, перi, перi, перi, перi»

– Так вот откуда радуга из- под земли! – понял Виктор – и оказывается поют не птички, как я раньше думал…

– Да, по утрам радуга видна ярче всего – улыбнулся Дерек, слегка встряхнув головой. Виктор заметил, что все Перi рванули к Годи, и опять потерлись о его щеки, волосы и шею, ласкаясь как щенки, или котята трутся о ноги хозяев.

– Не устаю удивляться вашему миру! – не сдерживаясь, охнул детектив – теперь я понимаю, кто постоянно наполняет мой бокал на уличном столике!

– Так скажи спасибо Перi. Они прекрасно понимают нашу речь – улыбнувшись, напомнил годи. Помолчал, затем резюмировал: – Именно поэтому мы знаем о ценности мелочей «чуть больше» чем вы – закончил свой урок Дерек. Затем сообщил – ты должен еще раз сходить к Лекарю, тебе нужно поспать .

– Но… спать что-то совсем не хочется… – начал было детектив, но Годи перебил:

– Это следующее твое задание.

– Хорошо.

Виктор вернулся в хижину, где его лечили в первый раз, выпил бокал прохладной воды и сказал просто в воздух:

– Спасибо, вода очень вкусная! – улыбнулся и лег на кровать.

Он все лучше понимал беззаботную и счастливую полуулыбку, почти не сходящую с лица Карима с тех пор, как они появились в деревне. Теперь он и сам, не замечая того, улыбался все чаще. Опустившись на кровать, Виктор невольно потерся о подушку щекой, как котенок, не задумываясь, почему захотелось это сделать?

Лекарь также тихо приблизился к детективу, пройдя сквозь стену, и детектив поймал себя на мысли, что так скоро многие вещи в деревне перестали его удивлять. Лекарь прикоснулся к руке мужчины, и он вдруг словно провалился в мягкую черную вату. В этот раз образов не было, Виктор ничего не видел кроме темноты, но эта тьма была наполнена покоем и тишиной. Но тишина была не мертвой! С каждой минутой она наполнялась звуками. Это было пение сверчков, ночных птиц и неизвестных Виктору животных. Но удивительно как все эти звуки не мешали тишине, а лишь подчеркивали ее! Это была тишина, заполненная жизнью и дарящая жизнь как прекрасная музыка!

«Пойми сущность жизни, ее ценность и красоту! – услышал Виктор мысль, так и не облаченную в слово – научись видеть жизнь во всем, где она есть. Научись дорожить ею! Слушай…!»

Виктор вновь погрузился в море звуков, наполнявших тишину. Ему казалось, что покой, который дарит эта живая тишина, разливается по его жилам, наполняя каждую клетку его тела, преображая их, заполняя собой, делая каждую клеточку почти вечной.

«Может потому аджахары живут так долго! – невольно пришла мысль – если они видят такие сны каждую ночь, тогда, наверное, их тело может жить до бесконечности…» Детективу хотелось остаться в этом мягком потоке тишины, наполненной звуками, темноты, которая убаюкивает, наполниться ими. А если когда- то придется покинуть этот удивительный мир, то не забывать подаренные минуты счастья никогда!

Когда Виктор открыл глаза, солнце уже стояло в зените.

– Вот это я поспал! – он вскочил с постели и обнаружил, что так и не разделся ночью.

Выйдя за дверь, детектив вдруг ясно осознал, что не только его тело, но и душа изменилась во сне. Он словно ощутил другую сторону жизни, и сейчас казалось, что эта сторона жизни ведет в бесконечность! Это было незабываемое переживание!

Глава 26

Кира был очень зол! Такая удача – поймали живого Охотника и так бездарно потеряли, сведя почти на нет великую удачу! Теперь он очень хотел, встретиться с информатором! Ведь информатор сказал, какими препаратами можно обездвижить Охотника и как держать его в нужном состоянии, чтобы тот не умер, но и оставался бессильным! И вдруг эта информация оказалась неверной!

Кира как всегда послал СМС и приготовился ждать. Люди Организации уже знали, что информатора по сотовому найти невозможно. Сотовый просто лежал в ящике, скрытом от глаз людей, и никто не знал, когда информатор его берет, когда читает СМС. Кира приказал отследить телефон в самом начале, когда информатор только вышел на него и предложил свои услуги. Когда Кира понял, что не может диктовать условия, он согласился просто принимать спонтанную помощь от информатора ни имени, ни адреса которого не знал…

Вот и сейчас приходилось ждать… а молодой ученный этого не переносил! СМС давно была отправлена, а звонка все не было! Прошел день, потом еще один… подошел вечер следующего дня, когда, наконец, пришла ответная СМС – «угол Джамбула – Аблайхана, нижняя сторона». Кира сорвался с места. Если бы он мог лететь, то полетел бы обязательно! Когда он оказался на углу улиц, названных в СМС- ке, он оглянулся – знакомой высокой фигуры не было видно нигде. Он вышел из машины, помаячил на пересечении улиц, чтобы показать, что пришел один. Это помогло. Из въезда во двор метрах в двадцати от перекрестка показалась знакомая крупная фигура. У Кира не раз возникала мысль, не Аджахар ли его информатор? Ведь они все были очень крупными людьми. Но при каждой встрече ученый внимательно приглядывался к рукам Информатора – никаких признаков гипертрофированной руки! Да и зачем Аджахару предавать своих же? С другой стороны, откуда этот человек так много знает об Аджахарах?

– Твоя информация оказалась неправдой! – с ходу налетел он на информатора.

– Это не так… – спокойно и холодно отвечал тот.

– Мы сделали все так, как ты сказал….

– И поймали Аджахара – закончил фразу информатор.

– Да, но после этого он разнес нам пол лаборатории и убил несколько ученых! – почти закричал Кира.

– Если не изменишь тон, я уйду – холодно сообщил информатор.

– Хорошо, извини… просто я никак в себя прийти не могу!

– Если ты еще не в себе, зачем меня звал? – глаза информатора сузились, в них промелькнуло презрение, он готов был уйти.

– Нет, ладно, все в порядке – Кира взял себя в руки – но ты можешь сказать, почему препараты сначала действовали, а потом перестали?

– Он что сбежал от вас?

– Нет, он себе шею свернул собственной рукой!

– Не может быть! У них в генах прописано, что жизнь нужно сохранять хоть свою, хоть чужую! Это первоочередной закон! Что вы такого с ним сделали, если его психика была так сильно разрушена?! – информатор был раздосадован и зол!

– Мы ничего особенного не делали, наши ученые изучали его руку, а наш Сыщик стал спрашивать про деревню и пригрозил пыткой – соврал Кира.

Но информатора не так легко было провести, он заметил нервозность собеседника и вдруг взял его за плечо. Кира не подозревал, что в это мгновение его собеседник увидит все, что было в памяти ученого, и о чем он так старательно старался сейчас не думать. Но как только Кира услышал вопрос, картины экзекуции мгновенно предстали перед его глазами, и собеседник увидел их. Аккуратно разрезанные и растянутые мышцы, медленное и осторожное распиливание костей и суставов на живом Охотнике, словно тот давно уже умер. Он услышал стоны Аджахара, увидел его боль, кровь и деловитую бессердечность ученых.

Информатором Кира был полиморф Код. Кира вздрогнул от неожиданного прикосновения, и это спасло Кода, потому что тот тоже невольно вздрогнул от той картины, что он увидел, и этим чуть не выдал себя!

– Не стоит… – Кира отпрянул от Информатора, невольно отряхнув свой белый костюм в том месте, где информатор только что к нему прикоснулся, Кира не переносил прикосновений, тем более прикосновений малознакомых людей! Из-за этого у него даже с женщинами были проблемы, а тут посторонний мужик!

Полиморф не мог, как Лекари читать мысли всех на расстоянии, ему нужно было прикоснуться к человеку, чтобы увидеть его мысли. С некоторого времени чувствительность Кода сильно притупилась, даже при прикосновении он теперь мог видеть только самые яркие мысле-образы, а не так как раньше, когда он мог видеть все образы собеседника, стоило только, словно невзначай, прикоснуться к нему. Сейчас же возможность видеть даже это стала для Кода роскошью, он и своих соотечественников уже не ощущал. С тех пор как он ушел из деревни, эмоциональная связь с ее жителями становилась все меньше, и он уже почти не ощущал Аджахаров! Раньше полиморф мог с точностью до метра знать, где находится Охотник. Как только Аджахар пересекал стену морока, Код «слышал» его. Но вот уже несколько дней он не «слышал» ни одного Охотника!

«Значит, все же связь постепенно угасает, как сказал председатель Совета во время нашей последней беседы, хотя тогда Совет с их коллективным разумом и с Лекарями, читающими мысли, не подозревал, на что я способен!» – вздохнул полиморф Код, когда перестал ощущать Охотников.

Они не думали даже, что Код покинет деревню и уж тем более не могли поверить в то, что он их предаст! После выхода из Пролома полиморф Код научился защищаться от Лекарей, и они уже не могли прочитать его мысли. Лекари читали только те мысли, которые Код им показывал. Но сейчас полиморф нервничал из-за того, что не ощущал ни одного Охотника в городе!

– Значит, вы причинили Аджахару боль, несовместимую с жизнью… – отчеканил Код как на уроке – Аджахар не может убить себя, если только он не уверен, что умрет все равно, но может принести больше проблем своему народу остатком своей жизни…

– Откуда ты знаешь? – напрягся Кир.

– Нас так учили… это азбука… – соврал Код.

– Скажи, где этому учат, и я пойду туда учиться – с готовностью отозвался ученый.

– Таких курсов уже нет…

– А Аджахары в городе еще есть?

– Нет Аджахаров не осталось, вы всех уничтожили – сухо ответил Информатор.

– Ты же говорил их много? – не поверил Кир.

– Было много, но, наверное, они отозвали всех обратно… – пожал плечами Код, он не мог признаться, что раньше чувствовал своих собратьев, а теперь не чувствует…

– Так чем же ты можешь еще помочь исследованию? Может, ты покажешь, где их деревня? – Кир очень надеялся, что информатор знает расположение деревни!

– Нет, я не могу…

– Не можешь или не хочешь? Так ты что, покрываешь этих нелюдей!? – разозлился Кир.

– Я не знаю, где они живут – соврал Информатор.

Код не мог сказать ученому, что не может подойти к стене морока слишком близко, ведь тогда его могут схватить и отправить обратно в Пролом, а из него второй раз никто не выходил. Код не приближался к каньону с тех пор как покинул деревню Кори. Только пару дней назад, когда он гнался за Лекарем и детективом, он рискнул приблизиться к стене чтобы не позволить детективу попасть в деревню. И он чуть не попался к Охотникам в руки. Код не знал тогда расстраиваться ему или радоваться. Когда Код был в образе волка, Охотник не почувствовал в нем своего, хотя должен был! Сначала Код испугался, что его сейчас схватят, но потом, когда Охотник только отбросил его как обычное животное и продолжил заниматься своими делами, где- то глубоко в душу закралась тоска. Теперь Код даже не знал, сможет ли он пройти сквозь волшебную стену? Ведь только своим был открыт туда вход, и стена не пропустит чужого, даже если он будет знать пароль, нужна душа с особой вибрацией, чтобы пройти сквозь нее, или же нужно держать за руку того, чью вибрацию слышит стена. И все же пробовать пройти сквозь стену из простого любопытства не хотелось… для этого нужно тщательно подготовиться. Если Код придет в деревню, то он придет с целой армией, когда будет готов к последней битве.

– Я ничем не могу Вам помочь… – высокий мужчина собрался уходить в темный проход во дворы.

– Подождите! А Вы знаете, как Аджахары меняют состав тканей своей руки? Что лежит в основе этой химической реакции? Или это не химия?

– Я не знаю… – опять соврал Информатор.

Полиморф Код знал, он очень хорошо знал, ведь все его тело после прохождения Пролома состояло из того же материала, из которого была гипертрофированная рука Охотников. И он мог показать перед любым аппаратом, как именно происходит изменение тела по приказу мозга, но он не собирался становиться подопытной крысой этих зверей в человеческом обличии!

«Как они могли так поступить!» – невольно ужаснулся Код. Он впервые засомневался в правильности своих решений! Конечно, все жители деревни, по его мнению, обмануты Властителем Пролома и если они будут настолько фанатичны, что ничего не соглашаются слушать, то их можно и нужно уничтожить. Но убить и зверски пытать, это все же разные вещи!

Код резко развернулся и зашагал прочь. Он заметил, что со стороны улицы Байсеитовой бегут двое мужчин. Код не был уверен, что это подручные Кира, но проявлять при свидетелях свои способности не испытывал никакого желания, а без применения силы победить троих мужчин было бы сложно.

– Подожди! – крикнул вслед Кир – мы с тобой еще не договорили!

– Договорили…. – буркнул Код, сворачивая в подворотню и, как только оказался в тени, слился с ближайшей стеной, словно «втапливаясь» в нее как кусок сливочного масла на горячей сковороде.

Два парня подбежали к Киру.

– Шеф, куда он пошел?

– Дуболомы!! – разорался Кир – неужели нельзя было спрятаться поближе и не бежать открыто? Кто вас обучал!? – кричал на подручных Кир, вбегая вместе с ними в проход и видя пустой двор многоэтажного дома, освещенный фонарями – он что, сквозь землю провалился?! – закончил ученый, оглядываясь! Ну вот… теперь мы все ниточки потеряли! Опять на нулевой отметке! Ни Аджахаров, ни информатора! Он теперь вряд ли появится!

Код стоял, распластавшись по стене ближайшего дома, задумчиво слушал неудачно выбранного компаньона и размышлял, что же ему теперь делать? Он предал свой народ и среди людей не стал своим. Впервые за время ухода из деревни, ему вдруг стало тоскливо и одиноко, но ничего изменить он уже все равно не мог. Среди его способностей не было умения повернуть время вспять…. Ожидая, когда его преследователи, которых он лишь пять минут назад считал компаньонами, уйдут, бросив поиски, полиморф Код сердился на неуемную жестокость людей, на своих соплеменников, на себя самого. Наконец люди Кира и он сам покинули перекресток и уехали. Код оглянулся – вокруг никого. Он отделился от стенки и пошел прочь от места встречи, перед глазами все еще стояла ужасная картина пыток Охотника, его отчаянный рывок и мольба к Пролому… Код еще и еще раз видел, как его соплеменник сворачивает сам себе шею! Это было противоестественно и оттого ужасно!

– Он, конечно, глупый фанатик, но не заслужил этого! – с обидой и злостью повторял Код.

*****

Лариса не могла знать заранее, сколько продлится ее неожиданный отпуск. Довольно поздно вечером шеф прислал ей СМС «Лариса, не могли бы Вы сдать последние заказы, а потом можете взять отпуск до моего возвращения, я оплачу его, надеюсь, вы не начнете искать работу, думаю, что мы неплохо сработались. Ту штучку, которую я просил Вас установить, можно снять».

Виктор был прав, предложив оплатить девушке неожиданный отпуск, потому что иначе она быстро нашла бы себе другую работу. Лариса обрадовалась, что за ее новым другом и любимым парнем больше не нужно следить и во время следующей встречи она ловко сняла жучок с его толстовки.

После внезапного отъезда детектива, она пару дней еще приходила в офис, закончила все дела, получила оставшиеся суммы от клиентов и вышла в отпуск. Для их отношений с Семеном это оказалось как нельзя кстати, они решили пожениться и подали заявление в ЗАГС, после чего Лариса переехала к своему будущему мужу, закрыв на время свою квартиру.

– Пусть теперь Сыщик побегает, поищет нас с шефом! – радостно усмехнулась она.

Сумрак тоже был рад неожиданному перерыву. Когда его поймали, парень сильно испугался возможных пыток и даже серьезно задумался, готов ли он помогать Лекарю с таким риском? Но прошло немного времени, и Сумрак понял, что все равно будет помогать Кариму, когда тот вернется. Он не мог представить, что из-за него кто-то может лишиться своего шанса на исцеление! Сумрак ждал возвращения Карима, найдя новое место для встречи с возможными помощниками и более серьезно продумав способы конспирации.

*****

Тем временем Лекарь спал в своем домике в деревне Кори. В начале Лекари были уверены, что победили болезнь Карима, что вычистили из его тела инфекцию. Еще один шакал пал жертвой его неизлечимой смертельной болезни и теперь они могут быть спокойны, но при следующем обследовании Лекарь с удивлением обнаружил, что не только Карим, но и сам он носит споры этой болезни и даже в трупе шакала были найдены живые споры инфекции, как споры грибов!

Совет Правителей обратился к мудрости древних и нашли источник появления первоначального штамма вируса. Болезнь зародилась пять тысяч лет до нашей эры и была самой древней из ныне существующих болезней. Но первоначальный штамм был изменен недавно, и даже в современных информационных потоках об этом не говорилось, Охотники, прикасавшиеся ко многим людям, не встречали даже отголосков информации о подобной болезни среди людей. Иногда Охотники, уходя в город, входили в интернет- кафе и просматривали в интернете то, что им было поручено Правителями. Но ничего об этой новой болезни им не было известно. Обработав всю информацию, Правители поняли, что штамм был адаптирован именно к аджахарам.

– Это работа Кода – пришли все к горестному заключению – никто раньше не знал строение тела аджахаров! Наши Охотники попали к людям, которые вывели этот вирус, значит, они уже никогда не вернутся к нам!

Несколько дней Годи и Лекари усиленно трудились, разгадывая тайну нового заболевания. Лекарь и Карим не покидали стен дома, труп же шакала был сожжен сразу после обнаружения у Лекаря вируса. Карим слабо помнил эти дни, разве что отчетливо запомнил, как в дом со всех сторон проникли другие Лекари во главе с мощной фигурой Старшего Лекаря. Он был размером с голема, но сохранял природную тонкость и остроту ума Лекарей. Вместо тающего «савана» на нем был пояс и что-то наподобие белого килта, ну, или части медицинского халата. Торс был оголен, обнажая почти идеальное тело. Лица также не было, однако сине-серые волосы развевались в воздухе, будто бы он сейчас находился в воде. Палец Старшего Лекаря, размером в четверть тела Карима, плавно провалился в грудь и Карим отключился…

Наконец тела аджахара – Лекаря и Карима были очищены от всего лишнего и опасного для них, а шакал сожжен!

Все свободное от учебы Виктора время мужчины проводили, бродя по деревне, рассматривая самобытные дома аджахаров, и беседуя. Виктор познакомился со многими «неизменными», общался с детьми, и ему все больше нравилось это место!

В один из поздних вечеров, когда Дерек уже отпустил своего ученика спать, Карим и Виктор шли по тропинке к дому Карима и разговаривали. Виктора сильно волновал процесс будущего «посвящения». Больше всего на свете он боялся потерять память!

– Карим, мне жители уже не раз говорили, что пользуются «услугами» Правителей по стиранию из памяти неприятных и травмирующих событий. Я понимаю, может им это и нравится, но хотелось бы узнать, Правители всегда пользуются своей способностью только с согласия тех, кому стирают память?

– Да, обязательно. Исключение составляют только те люди, кто случайно увидел аджахаров за стеной покрова, в каньоне. Но у таких случайных посетителей Правители отнимают только это короткое воспоминание. Все остальное остается неприкосновенным.

– А ты? Ты же не на все согласился? Как они к этому отнеслись?

– У меня есть события, о которых всегда больно вспоминать и из-за этого я в свое время чуть не лишился права на прохождение Пролома – тихо ответил Карим.

– А что это, если не секрет?

– Ну… я воспитывался в детском доме, и там было не много людей, кого хочется помнить всегда… Конечно, нам всегда говорили, что мы должны держаться вместе, выручать друг друга как родные. Но в нашей группе эти правила не очень- то прижились. Я полюбил только одну девочку. Она была намного младше меня и была мне как сестренка… А потом ее убили… – Карим прерывисто вздохнул, словно горло сдавил спазм и посмотрел на яркие звезды, Виктору даже показалось, что парень сдерживает слезы, готовые покатиться по щекам. Он сделал вид, что не заметил и просто слушал – … больше всего на свете я мечтал отомстить этим людям! Но мести не место в деревне Кори…

*****

Карим задумался. На него нахлынули воспоминания.

Яд скорпиона вызывал невыносимые страдания! Высокая температура вызывала галлюцинации. Он плохо помнил, как попал в деревню Кори. Но когда Лекарь вылечил его, Карим осваивался очень осторожно. Он не помнил сейчас свое прежнее имя, но помнит, как трудно было поверить, что этим существам не наплевать на него. Парень много дней вел себя довольно агрессивно, словно защищаясь. Аджахары не могли понять, зачем защищаться, если никто на тебя не нападает?

Но со временем Карим поверил, что окружающие желают ему добра и стал чаще улыбаться. Скоро он привязался к аджахарам со всей страстью человека, мечтающего о любви, но не получившего ее с детства. Для Карима народ этот стал семьей, и он захотел пройти Пролом, чтобы стать частью аджахаров. Но никто не хотел становиться его учителем и только Дерек, старый сатир присмотрелся к парню и сказал:

– Я согласен научить тебя, но ты должен отпустить то, что гложет твое сердце или позволить Правителям стереть травмирующие воспоминания.

– Нет… не могу! Дайте мне время!

– Хорошо, я подожду. А пока ты должен прилежно учиться. Я рискую, соглашаясь быть твоим учителем!

– Я Вас не подведу! – с готовностью отозвался новый ученик.

Дерек учил парня всему, начиная с бытовых мелочей и отношений, кончая непосредственной подготовкой к проходу Пролома. Но однажды сатир вызвал парня к себе и сухо сказал:

– Я долго терпел и ждал, но всему приходит конец! Ты должен идти в город.

– Нет! Учитель! Отец! Не отправляйте меня! Мне некуда идти! – взмолился Карим.

– Я не изгоняю тебя, неразумный зеленый юнец! Но с жаждой мщения, которая живет в твоем сердце, ты останешься в Проломе навечно и не вернешься из него. А ты дорог мне как память – сощурился сатир – Поэтому я отправляю тебя в город для того, чтобы ты решил свою проблему. Или ты оставишь там свои мысли об отмщении, или можешь оставаться там жить.

И Карим ушел. Конечно, тогда у него было другое имя, да и характер тоже. Но сейчас, вспоминая прошлое, парень не мог вспомнить прежнего своего имени, но он прекрасно помнил, что двигало каждым его шагом:

«Если я убью этих людей, тогда Мелкая будет отмщена, и я смогу жить дальше и вернуться в деревню» – решил он.

Прежде чем пересечь стену Морока, Карим взял с Дерека слово, что его впустят обратно, когда он вернется.

– Хорошо. Но если твоя душа изменится безвозвратно, ты не пойдешь в Пролом, а останешься жителем деревни навечно – предупредил Дерек. – Сейчас у тебя будет время еще подумать, хочешь ли ты жить с нами или с людьми?

– Этот вопрос для меня решен! – твердо ответил Карим.

Оставив деревню Кори позади, Карим вышел на дорогу. Был жаркий летний день. Группа туристов собиралась возвращаться в город, и парень попросился с ними. Водитель согласился взять и не передумал даже тогда, когда парень сказал, что у него нет денег.

К вечеру Карим был уже в городе и направился в общежитие к ребятам, с которыми учился вместе в интернате. Парни не выказывали большого энтузиазма, но приняли. Все детство ребятам твердили воспитатели и учителя:

– Вы должны поддерживать друг друга в жизни. Вы – одна семья. Кто вас поддержит, если вы не будете держаться друг за друга?

Карим поделился с ребятами запасами, которыми его снабдили аджахары, но ни слова не сказал, откуда пришел. Он знал, что Правители не поддерживали идею Верховного Годи, но согласились довериться его мудрости. Знал также, что Охотники наблюдают за ним, хотя не знал, какой приказ они получили.

Когда совсем стемнело, Карим взял у одного из ребят большой самодельный охотничий нож, выточенный из рессоры большого грузовика, заточенный с обеих сторон, и ушел. Владельцу ножа Карим не сказал, что забрал его, но как-то так повелось у ребят, что подобный поступок не сочтут воровством, если тот кто взял вещь без спроса, просто скажет, что она была очень нужна. Простая фраза оправдывала поступок в глазах ребят. Поэтому уходя, Карим бросил остающимся в комнате:

– Скажите Ромычу, что нож мне сейчас очень нужен! Если смогу, я обязательно верну его или отплачу…

– Если «спалишь» его, не возвращай, лучше утопи! – посоветовал вслед Кайрат, рассудительный, спокойный парень из тех, на кого действительно можно было положиться – Ромычу «палево» ни к чему. Он старается жить нормально. Да и тебе стоит подумать, нужно ли тебе лезть на рожон?

– Хорошо – пообещал Карим. Он вернулся, взял влажную тряпицу и тщательно вытер нож со всех сторон, чтобы уничтожить отпечатки пальцев Романа или других ребят – это только мое дело! – угрюмо произнес он, глядя в пустоту и надевая перчатки.

Никто не спрашивал Карима куда он идет, никто не хотел становиться невольным соучастником, потому что по его взгляду всем было понятно, не на доброе дело собирается их бывший одноклассник.

А Карим уже скользил по ночным улицам, стараясь держаться в тени и не попадаться патрульным. Он пешком дошел до дома, его детская любовь – девочка, которой он не мог коснуться. Ребенок, которого он защищал и к которому был привязан всей душой. Эти люди отняли ее жизнь и заплатят теперь!

Остановившись у знакомого забора, парень внимательно осмотрел забор, пытаясь проследить угол обзора камер слежения и мысленно прокладывая безопасный путь к дому. Затем подобрал довольно широкую доску рядом со строящимся домом напротив и приставив ее к забору быстро взбежал на верх. Затем он опустил доску в сад.

Охранники, видимо спали или смотрели кино, надеясь на высоту забора. Карим быстро добежал до дома, прячась в тени деревьев. Фонари с улицы бросали тусклый свет на сад убийц единственной родной души на этой земле! Сейчас они оба отправятся вслед за их приемной дочерью, которую они погубили!

Входная дверь богатого особняка, конечно же была заперта, да он и не стал бы проверять – ее видно от сторожевой будки, где сидит охрана. Карим как кошка вскарабкался по колонне на балкон второго этажа, полосонул ножом по москитной сетке и вошел в спальню хозяев. До сих пор луна скрывалась за облаками, и только тусклый свет далеких фонарей немного рассеивал тьму. Но сейчас вдруг полная луна показалась из-за туч, и Карим увидел мирно спящих хозяев особняка.

Эти люди мирно спали в своей мягкой постели, не подозревая, что через минуту они будут зарезаны, как скот на бойне. Настал час возмездия. Глаза Карима метали искры ненависти. Он плавно скользнул к изголовью большой кровати и вдруг остановился, словно натолкнувшись на стену. Сейчас, глядя на рыхлое, покрытое складками и морщинами лицо этого человека, он задался вопросом, станет ли он убийцей? Карим потряс головой, отгоняя те мысли, которые считал слабостью.

Но вместо необходимой решимости, перед мысленным взором встало лицо светловолосой девочки. Она звонко смеялась и показывала на птенца, неумело порхающего с ветки на ветку. Карим до боли сжал зубы.

– Нет! – прошипел он сквозь зубы.

Одеяло зашевелилось, тревожно хрюкнуло. Карим замер, взяв нож наизготовку. Никто из спящих не проснулся, но адреналин, ударивший в голову, отрезвил его.

Он не может обагрить кровью память о ней! Кариму показалось, что если сейчас он опустит нож – больше никогда не увидит эти сияющие радостью и жизнью глаза, что лицо Мелкой смоется из его памяти кровью этих жестоких людей. Что их кровь навсегда останется в его сердце, вытеснив любую памятью Мелкой. Карим опустил нож, едва сдержав стон.

Парень вышел из спальни на широкий балкон. Здесь стоял столик и пара стульев, обращенные сиденьями к саду. Он тихо сел на один из стульев – ноги подкашивались и отказывались держать. Карим никогда не думал, что не сможет убить человека! Он всегда бы решительным, и всегда доводил задуманное до конца и вдруг не смог! Карим понимал, что рискует быть пойманным и надолго попасть в тюрьму, но ему нужно было время для того, чтобы решиться. Посидев немного, направив невидящий взор на сад, Карим тяжело вздохнул. Он не знал, что делать дальше? Как жить? В последнее время ненависть двигала им и давала стимул к жизни и он был уверен, что не упустит шанса отомстить. И вот он – прекрасный шанс. Но он не может! Но и уйти просто так он тоже не может, иначе не простит себе этого никогда! Что же делать?

Взгляд невольно скользнул по балкону, затем остановился на столике. Здесь лежала бумага, придавленная пресс-папье, чтобы ветер не унес листочки. Рядом лежала пара ручек – возможно, хозяева недавно писали что-то. Не частое занятие в наше время компьютеров и офисной техники.

Карим принял решение. Не снимая перчаток, он взял листок бумаги и ручку и наскоро написал что-то на листке.

В комнате Алибековых послышался громкий, гулкий удар. Хозяин дома подскочил, моментально покрывшись липким потом. Его глаза, еще не привыкшие к темноте, бегали из одного угла комнаты в другой, ища источник разбудившего их шума. Его жена лениво открыла глаза, гадая про себя, не был ли шум частью ее сна. Увидев встревоженное лицо мужа, она окончательно проснулась. Тот поднял трясущуюся руку, указывая на их старинный деревянный шкаф. На шкафу, слегка раскачиваясь от холодного сквозняка, висела записка, пригвожденная лезвием широкого ножа.

Лоскуты разорванной москитной сетки развевались на балконной двери. Испуганные хозяева не успели заметить тень, показавшуюся на балконе только для того, чтобы в следующее мгновение исчезнуть во мраке ночи. Карим через сад побежал к забору в том самом месте, где вошел – там он оставил себе доску от верха забора до земли, чтобы быстрее взобраться на него.

Выругавшись на невнимательность охраны, хозяин зажег свет. Мужчина выбежал на балкон – у самого забора в призрачном свете луны скользила тень.

– Проклятье! – выругался мужчина, вернулся в спальню и набрал номер охранника – что за остолопы меня охраняют! – закричал он, как только охранник поднял трубку – в моей комнате только что кто-то был!

– Не может быть! – раздался встревоженный голос из трубки – никто не проходил!

– Ага!!! Он вам обязательно доложился бы! – заорал мужчина и посмотрел на жену.

Та стояла у шкафа и смотрела на листок бумаги, словно боясь прикоснуться к огромному ножу с грубой рукоятью, которым неизвестный прибил его к шкафу. На листке было написано одно единственное слово:

«Убийцы»

Глава 27

Покинув жилище, Виктор спустился по тропинке прямиком к кафе К`лор Дин. Но не только голод гнал детектива к уютному кафе, понимая, как глупо выглядит, Виктор не мог отказать себе в удовольствии полюбоваться красивой аджахаркой и поговорить с ней хотя бы немного. Детектив не раз пытался убедить себя, что К`лор Дин скорее всего уже за полторы сотни лет перешагнула, но ноги сами несли его к знакомой двери, а мысли придумывали самые простые и незамысловатые причины, почему он оказался здесь едва продрав глаза?

Но к своему огорчению, войдя в кафе, Виктор увидел не миловидное личико К`лор Дин, а ухмыляющуюся физиономию сатира.

– Доброе утро тем соням, что сутками готов спать, вместо того, чтобы испытания проходить! – усмехнулся Дерек.

– Вы же сами отправили меня спать! – возмутился детектив.

– А ты рад стараться… вместо пары часов проспал почти сутки! – не отставал сатир – а стоило проснуться, ты не побежал в дом учений, а прямиком к хорошенькой женщине туда, где всегда изумительно вкусно пахнет! – затем он повернулся к сидящему рядом Кариму – Я же говорил, что он сюда побежит! Эх молодежь, молодежь, как вы предсказуемы!

«Типа сам таким не был!» – мысленно проворчал Виктор, забыв о телепатических способностях сатира.

– Потому и пришел сюда тебя вылавливать – усмехнувшись, громко ответил Дерек – если бы не был таким же, тогда ждал бы тебя в доме учений до скончания века!

– Да… простите… – смутился Виктор.

В этот момент подошла К`лор Дин, плавно покачивая бедрами, внесла поднос в едой. Здесь была какая- то необычная каша, украшенная фруктами, три чашки приятно пахнущего кофе и неизменные в этой деревне фрукты.

– Как спалось, Виктор? – поинтересовалась она.

– Ну да… а у нас с Каримом не спросила… – опять проворчал сатир.

– Да что с тобой, Дерек, ты сегодня копытами ударился что-ли, когда с постели вставал? – удивилась К`лор Дин, вкладывая в улыбку все обаяние на которое только была способна.

– Ладно, подлиза… давай свою еду… С твоей едой я про все неприятности всегда забываю! – Дерек потянулся к тарелке.

– А что за неприятности? – поинтересовался Виктор – я могу узнать, или это не мое дело?

– Пока ты спал, соня, я решил сделать эти неприятности твоим делом! – хитро и насмешливо прищурился сатир – когда ты так резво удирал от голема, ты случайно не заметил у входа в его жилище большую чашку с сиреневыми красивыми кристаллами?

– Да, я обратил внимание, что эти кристаллы слегка фосфоресцируют. Я тогда даже подумал, что растения, которые выращивает голем, получают ту же способность немного светиться… – вспомнил Виктор – только вот когда фрукты срезают, они как будто гаснут…

– Это та самая энергия жизни, которой питаются големы. Но когда фрукты или листья растений лишаются связи с источником этой жизненной силы – они становятся обычными листьями и плодами. Ладно, «зачет»! Даже в стрессе, спасая свою жизнь, ты все же заметил эти важные мелочи, значит небезнадежен! Но вот что я тебе скажу… для нашей деревни наступают непростые времена. Много веков мы добывали эти кристаллы в пещерах под землей. Мы верим, что наш великий Властитель Пролома посылает нам их. Но в последнее время, возможно мы чем- то прогневили его, но нашим шахтерам все меньше и меньше попадается кристаллов. Скоро в деревне может наступить нехватка пищи, огня и домов… наши големы не могут трудиться, если не получают кристаллов вволю.

– Так в чем заключается моя роль в этом? – решил уточнить Виктор.

– Ты меньше ростом чем наши люди – начал Дерек, затем поймал взгляд прищуренных глаз Виктора и неожиданно «взорвался» – Как смеешь ты сравнивать меня, великого Годи с собой или еще кем-то! Ты думаешь старый Дерек пойдет в пещеры добывать кристаллы, когда здесь сидит молодой бездельник, который только и умеет как жрать и строить глазки нашей прекрасной К`лор Дин! Да, я меньше тебя ростом, но пойду в пещеру не я, а ты! Или вали в свой город людей!

– Да что Вы! Я даже не думал… – начал было оправдываться Виктор, но в это момент, не выдержав, «прыснул» от смеха Карим – а ты-то что ржешь?! – обиделся он на Карима.

– Я что… я ничего… но хотя я и не телепат, но даже я понял, о чем ты подумал… – смеясь ответил Карим.

– Эта телепатия ваша с ума меня сведет! – Виктор даже аппетит потерял от расстройства.

В этот момент Дерек вдруг продолжил объяснять, словно и не прерывался.

– Для того, чтобы уйти глубоко под землю, нашим шахтерам приходится копать очень широкие пещеры. Точнее сказать, лазы в породе уже есть, шахтерам приходится расширять их и на это уходит много времени и сил, хотя оставшуюся породу мы используем для строительства домов. Но ты и Комег пойдете сегодня туда, в пещеры. Комег самый щуплый из моих учеников и самый молодой. Он не много вещей умеет, но очень хорошо знает подземный лабиринт. С ним ты всегда найдешь дорогу обратно. Я уже позвал его сюда. Поэтому заканчивай трапезу, пора собираться в дорогу. Вам обоим выдадут немного еды с собой и мешочки для кристаллов. Ждем вас к вечеру!

В этот момент в кафе вошел молодой аджахар с рогами, похожими на оленьи.

– У нас не было возможности ближе познакомиться – протянул он руку – Комег.

– Виктор – детектив протянул руку – но ты, скорее всего в курсе…

– Ага… – Комег пожал протянутую руку и повернулся к хозяйке кафе – К`лор Дин, а Вы не угостите меня вашим фирменным завтраком? Я голоден как волк!

– Тогда с тебя кристалл – улыбнулась К`лор Дин – самый яркий!

– А вам-то зачем? Вы же не голем!

– Я пойду к Алефу и попрошу дополнительную порцию овощей и фруктов – призналась К`лор Дин – я приготовлю вам их к ужину, но Алеф любит внимание и поэтому мне нужно будет вечером сделать ему приятное и принести уникальный кристалл.

– Понятно! Тогда поищу обязательно самый яркий! – обещал Комег.

– А почему Вы у меня не попросили? – немного обиделся Виктор – я бы тоже с радостью поискал кристалл для Вас!

– Не хочу обижать Вас, но пока Вы не способны отличить уникальное сияние от самого блеклого свечения! Может быть, позже Вы и научитесь? Но сейчас мне нужен взгляд специалиста…

«Ладно, посмотрим…» – обиделся детектив. Он не стал скрывать от Дерека свои мысли, а К`лор Дин не умела их читать.

Скоро сборы были закончены, мужчины получили небольшой запас еды и воды с собой, К`лор Дин добавила к обычному рациону немного фруктов и мешочек полюбившихся Виктору плодов салака.

– Балуешь ты его, К`лор Дин – усмехнулся Дерек – а разница в возрасте в полторы сотни лет тебя не смущает?

– Неа – кокетливо рассмеялась К`лор Дин, тряхнув головой, позволив волне густых волос рассыпаться по хрупким плечам и с удовольствием ловя восхищенные взгляды всех мужчин, включая Дерека – угощая фруктами мужчину я не беру на себя обет выйти за него замуж.

Виктор был удивлен тому, что вход в пещеру оказался сразу за выступом скалы, рядом с кафе К`лор Дин.

– Вы мастера пряток! – поразился он, когда Комег зажег фонарь и скользнул в овальное отверстие в горе – я даже не подозревал, что здесь находится вход в пещеру! Я думал, что знаю больше о деревне…

– Наивность и самомнение людей меня восхищает! – рассмеялся Комег – Вы и половины домов деревни не видели и уж тем более проходов в гору! Вы хотя бы к источнику ходили?

– Н-н-ет… а что он есть?

– Ну да, конечно, позже, если Вам позволят, я покажу, откуда Перi воду берут – обещал Комег, скрываясь за поворотом прохода.

– Неужели в деревне еще есть закрытые для меня места?

– А вот это правильный вопрос… Неужели Вы всегда, узнав крошечную часть чего-либо, так легко верите, что узнали все? – Комег вновь свернул в узкий проход на очередной развилке и, качнув рогами, чтобы не зацепить камни, торчащие из потолка, скрылся в проходе, так ничего и не ответив.

Виктор и Комег шли долго, больше трех часов, пробираясь по лабиринту из больших подземных залов и узких проходов. Некоторые из них можно было смело назвать лазами. Рога Комега не раз грозились застрять и доставить множество проблем, но мужчины все же находили способы протиснуть их и идти дальше. За все время им не попалось ни одного кристалла.

– А где ваши шахтеры? – поинтересовался Виктор – что-то я ни одного не видел.

– Они разрабатывают другое направление. Там проходы значительно шире, ведь над ними поработали. А это направление открыли только исследователи и пока неизвестно, найдем ли мы здесь кристаллы?

– Так нас послали без особой надежды?

– Какая надежда на того, кто проходит испытание перед Проломом! Смеешься? – хмыкнул Комег и полез в очередной лаз – мы до следующего колодца прогуляемся и вернемся.

«Так…. Значит, от меня не ждут ничего доброго… – вздохнул Виктор – …хотя, может они и правы? Кто я им? Да и зачем я им нужен? Он без меня живут очень даже неплохо…» – детектив молча пролез вслед за своим оленеподобным спутником, затем на следующей развилке повернул в другую сторону.

– Виктор, ты куда? – не понял Комег.

– Я уверен, что ты ведешь меня по тому пути, который ты уже проходил. А это значит, что мы ничего там не найдем – ответил Виктор, шагая по каменистому дну прохода.

– Но в незнакомом лабиринте мы можем заблудиться и умереть здесь, в горе, так и не найдя из нее выхода.

– Давай тогда делать пометки, чтобы не заблудиться – детектив был непреклонен.

Мужчины взяли по острому камню и на каждой развилке рисовали на стене стрелки, указывая направление в котором был выход из подземного лабиринта. Время от времени из пещеры вверх виднелись небольшие колодцы, в конце которых был виден свет. Рядом с колодцами дышалось легко, с поверхности в пещеру поступал свежий воздух. Через час блужданий по пещерам и лазам, Комег издал короткий радостный возглас и полез на стену очередной пещеры, попавшейся им на пути.

– Что там? Не вижу – Виктор осветил стену и вдруг тоже заметил чистый кристалл под самым потолком пещеры.

– Это не уникальный кристалл, но все же что-то – обрадовался Комег, пряча его в сумку.

Через четверть часа Виктор сам заметил небольшой кристалл, торчащий из стенки прохода. Этот был вполовину меньше того, что нашел Комег и Виктор молча и деловито сунул его в сумку, радуясь, что тоже хоть что-то нашел. Проходя мимо одного из провалов, Виктор остановился.

– Комег, вернись. Слушай, мне почему-то кажется, что если мы разберем этот завал, то там будет еще один проход.

– Ну и что? Зачем разбирать завал, если можно пройти по открытому проходу?

– Ну… знаешь… – Виктор боялся быть осмеянным как новичок и поэтому не решался сказать – понимаешь, я тут по дороге маленький кристалл нашел, но сейчас мне показалось, что когда мы проходили мимо этого провала, он как будто засветился…

– Ну ка покажь! – удивился Комег – ты посмотри! Ну почему новичкам так везет?! – воскликнул оленеподобный, взяв в руку кристалл – это самый дорогой и самый лучший кристалл, который можно только найти! Он еще совсем молодой и полон жизненной энергии! Обычно те кристаллы, которые мы добываем лет на тридцать старше! В них энергии остается шишь да маленько! А этот совсем молодой!

– Так этот и есть тот самый светящийся? – обрадовался Виктор.

– Один из лучших среди тех, что мы добывали!

– Класс! – расцвел детектив, подумав об обаятельной улыбке, которую получит за свою находку.

Мужчины потрудились разобрать завал из камней, скрывающий проход, нарисовали очередную стрелку и полезли внутрь. Узкий проход заканчивался довольно обширной подземной залой, невысокий потолок которой нависал над рогами Комега лишь в десяти, пятнадцати сантиметрах. Когда Комег осветил фонарем стены, он невольно присвистнул!

– Вот это чудеса!!!

Стены залы были сплошь усеяны кристаллами, переливающимися в свете фонарей. Но даже когда мужчины выключили свет, то в зале оказалось не так уж и темно – каждый кристалл светился ровным чистым светом. Добытчики на мгновение замерли, затем кинулись заполнять кристаллами свои сумки.

– Вот это удача! В жизни со мной такого не было! Ты везунчик! – причитал Комег, как вдруг вскрикнул.

– Ай! Ты чего?!

– Я ничего… – не понял Виктор, как вдруг получил небольшим камнем прямо в лоб.

– Ты чокнулся что ли? За что?! – взвыл он.

– Это не я! – закричал уже в голос Комег и, включив свой фонарь, направил в ту сторону, откуда ему прилетел очередной камень.

На большом камне, метрах в пяти от мужчин стояло существо, похожее на обезьяну, летучую мышь и на лемура одновременно. Глаза, которые казались единственными на небольшой голове, сейчас были зло прищурены. Существо не ждало, пока нежданные гости рассмотрят его, оно запустило очередной камешек прямо в лоб Виктору. Мужчина попытался увернуться, и камешек поцарапал ему висок.

– Да что это такое!? – возмутился детектив – кто это?!

– Не знаю!… растеряно произнес Комег – мы таких не встречали!

– Эти Ви кто такой! – возмущенно пропищало существо – Ви вор! Камни мой!

– Он говорит! – обрадовался Виктор – послушай, друг!… – начал он, обращаясь к существу.

– Сам послушай! – возмутился малыш – Ви – вор! Я не будет слушать!

– Разве это твои камни? – Виктор достал кристалл из сумки.

– Да, это мой камень! Мне мой невеста сделал камни! – существо указало вглубь пещеры – я украшать наш дом камни и свет делать, чтобы в темноте не сидеть!

Когда Виктор и Комег направили лучи фонарей в сторону, куда указывало существо, то заметили еще одного зверька, но у этого зверька не было крыльев. Пушистая, нежная шерстка покрывала ее спину мягкими волнами и казалась настолько мягкой, что хотелось притронуться. Зверек сидел на камне и смотрел на свои ладони, в которых, она держала пригоршню света. Внутри клубка света медленно формировался кристалл.

– Так вот как они появляются! – воскликнул Комег – мы столько веков пользовались ими и гадали, как они возникают?

– Вы свет делать! – радостно воскликнул зверек – ваш свет сильнее чем каменный!

– Мы живем там, где свет еще лучше и его не нужно делать, он сам светит – быстро смекнул Виктор. Решив «заполучить» создателей кристаллов.

– Быть не может! Там где есть свет, там нельзя жить! Там нельзя устоять! Там камни совсем маленькие и они висят и даже падают. Там опасно! – не поверил зверек.

Тем временем зверек – девочка закончила формировать кристалл, спокойно встала и подойдя к своему жениху, отдала ему ярко светящийся кристалл. Затем она посмотрела своими огромными глазами на нежданных гостей и уточнила:

– Вы живеть там, где много свет?

– Да, там много света – подтвердил Виктор.

– Мне не нужно это место – решительно и спокойно сообщила она.

– Почему?

– Тогда я не буду нужна – ответила зверюшка.

– А как зовут вас? – поинтересовался Комег.

– Я – Свист, моя жена Свет – ответил зверек – вы должны вернуть все наши камень!

– А что вы здесь едите, под землей? – Виктор попытался уйти от неприятной темы.

– Там выше есть корни – сообщил Свист – я должен приносить своей жене корни, петь ей песню, а она делает свет, дает жизнь и дает кристал для получить вода.

– Слушай, Свист – Виктор решил поторговаться – у меня есть другая еда, но мне кажется, она вам понравится – он достал плод салака из сумки и протянул Свисту.

Зверек понюхал плод, фыркнул, затем надкусил и сморщился. После чего он протянул плод своей избраннице:

– Вкусно.

Свет взяла плод и надкусила. Затем она начала жевать салак вместе с кожурой и косточкой.

– Нет, нужно кожуру и косточку выбросить – сообщил Виктор.

– Выбрасывать еду!? – хором поразилась парочка.

– Ну да, кожура и косточка не вкусные и не полезные, их нужно выбросить – объяснил Комег.

– У вас так много еда, что вы выбирать что есть, а что выбрасывать? – прищурился Свист.

– Ну да… – не поняли его удивления гости.

– Вы врать! – возмутился Свист – вы будеть наказан! – он вскочил на ноги и пристально посмотрел на гостей, затем он начал бормотать почти бессвязные на первый взгляд слова очень быстро, так, что разрыва между словами почти не было слышно.

Мужчины не поняли, что произошло, но вдруг стены пещеры сомкнулись и вход исчез. Куда ни глянь, везде стояли на стенах светящиеся кристаллы, но прохода между ними не было. Зверек что-то бормотал и земля стала ускользать из под ног незваных гостей. Уплывая в мир грез и ярких бликов, Виктор вдруг протянул руку к Свисту. Детективу показалось, что этот зверек похож на его секретаршу в моменты, когда ее «понесло» и она болтает без умолку. Самый эффективный был метод, заставлявший ее замолчать – это будто случайно провести пальцем по плечу или по спине. Лариса в такие мгновения замолкала на полуслове и потом молчала еще около получаса. В это время Виктор придумывал способ заставить девушку молчать дальше. Он грузил ее работой или давал что-нибудь послушать. Вот и теперь, слыша тираду, Виктор невольно протянул руку и провел по мягкой шерстке спины животного, между кожаными, сложенными крыльями.

– Я… не понимать… ну… что ты делать… – все медленнее и медленнее, словно обесточенный патефон, диск которого все еще крутится, но постепенно тормозит, произнес Свист.

Глаза Свиста закатились, маленький язычок блаженно вывалился изо рта, лапки вытянулись. Он не мог заставить себя противиться ласке и блаженно растянулся на камне. Виктор же, сам еще не понимая до конца что и зачем делает, продолжал гладить пальцами по мягкой шерстке. Как только тирада перешла в эти простые и почти бессвязные слова, туман в головах гостей начал редеть и они увидели, что не пещера изменилась, а их мозг. Теперь они увидели выход, камни на стенах, друг друга и подкрадывающуюся сзади Свет с веревками.

– Так вот оно как! – возмутился Комег – значит, избавиться от нас решили!

Он схватил Свет и быстро скрутил ей лапки ее же веревкой. Свист не мог двигаться, его словно парализовало. Полузакрыв глаза он погрузился в нирвану и даже возмущенные возгласы Свет не заставили его выйти из блаженного небытия. Чтобы успокоить Свет, Комег решил сделать с ней то же, что и Виктор со Свистом. Это сработало и через минуту оба существа блаженствовали, ничего не видя и не помня, распластавшись на камне и подставляя то спинку, то бочек под поглаживания гостей. Тем временем Виктор и Комег держали совет, как выбраться отсюда живыми и поскорее, чтобы тирада Свиста опять не затмила им разум. Во время беседы, Виктор, поглаживая зверька одной рукой, второй судорожно рылся по карманам.

– Да что ты там все ищешь? – не выдержал Комег.

– Клейкую ленту, кажется, у меня с собой рулончик был. Для их маленьких ртов как раз будет! Кстати, вот она! – обрадовался Виктор и подцепив одной рукой край ленты, протянул Комегу.

Оленеподобный оказался достаточно сообразительным и не заставил себя долго ждать. Он оторвал кусочек ленты и быстро приклеил его на рот Свет. Вторым кусочком он заклеил рот Свисту.

– Пока они будут отклеивать, у нас должно хватить времени смыться! – Виктор указал кивком головы на выход.

– Помчались! – согласился Комег.

Мужчины прекратили гладить зверушек и бросились бежать к лазу в стене пещеры. Но как только Свист очнулся от эйфории, он не стал отклеивать от своих губ пластырь. Он взмахнул лапками и вдруг от гостей отделились пара почти прозрачных, но переливающихся разными цветами шариков и тот же миг оба гостя начали безудержно хохотать. Они не могли понять причину смеха, но и сдержать на могли. Смех не позволял им двигаться, они хохотали, схватившись за животы.

– Ты чего? – едва вымолвил Комег.

– А ты? – простонал Виктор.

В эту минуту мужчины взглянули на Свиста, который ловко поймал прозрачные шарики и собирался сбежать в другую сторону, где едва виднелся еще один проход.

– Это он! Ха-ха-ха – указал Комег на зверька.

– Ха-ха-ха… Лови! – рванул Виктор, перегораживая Свисту путь к отступлению.

Началась погоня по всей пещере. Свист прыгал с камня на камень, затем взлетел. Но потолок пещеры был невысоким, поэтому зверьку приходилось маневрировать между руками гостей. Он прорывался к естественному колодцу, который уходил высоко, к самой поверхности.

– Не дай ха-ха-ха-ха – вытирая слезы с глаз, выдавил из себя Виктор – он уйдет и мы задохнемся от смеха!

– Держи! Ха-ха-ха… я задыхаюсь – едва выдавил из себя Комег.

В этот момент он смог изловчиться и прижать Свиста рогами к потолку пещеры. Зверек взвизгнул и выронил прозрачные шарики, те разлетелись в стороны и буквально «провалились» в своих хозяев. Мужчины мгновенно перестали смеяться и с облегчением набрали в легкие воздуха.

– Ох, наконец! – выдохнул Комег.

– Ты чего! Чокнулся что-ли!? – заорал Виктор на Свиста – мы к тебе со всей душой, в гости приглашаем, а ты убить нас задумал?! – Но заметив, что Свист все еще не расклеил свой рот, махнул на него рукой и быстро схватив его, связал зверьку руки и ноги на всякий случай. – Кто знает, может он и ногами что-то может творить! – прокомментировал он свои действия – пусть их соплеменники развязывают!

Наконец мужчины могли бежать! В сумках было достаточно кристаллов, зверьки лежали связанные и с заклеенными ртами. Когда гости были уже у самого выхода, Комег остановился.

– А вдруг их не будут искать еще пару дней? Они же погибнуть могут!

– А ты не забыл, что они нас убить хотели? – напомнил Виктор.

– И все равно… они же живые! И тоже дети Пролома, я уверен! – вздохнул Комег.

Услышав слово «Пролом» – Свист бешено замычал и начал вращать глазами. Комег вернулся к камню, на котором только что оставил Свиста. Тот активно и радостно закивал.

– Ты знаешь о властителе Пролома? – уточнил Комег.

Оба зверька активно закивали. Теперь они проявляли дружественность и готовность помочь.

– Не верь им! – попытался остановить товарища детектив – они же только что нас дважды вокруг пальца обвели!

– Но если они знают властителя Пролома, значит мы – один народ! – уверенно произнес Комег.

Зверьки активно закивали головами, поддакивая. Виктор не был так уверен, как его спутник, но Комег настоял на том, чтобы зверьков отпустили и расклеили им рты. Процедура снимания клейкой ленты с волосатых мордашек можно было назвать пыткой, но зверьки мужественно вынесли ее. Когда они, наконец, были свободны, Свист удивленно спросил:

– Если вы – дети Пролома, почему мы про вас ничего не знаем?!

– Я хотел спросить то же самое – откликнулся Комег – мы живем здесь не один век, а про вас ничего не знаем!

– А наш народ совсем молодой! Нас сотворил Хозяин Пролом совсем недолго

– Ты хотел сказать недавно?

– Да, недолго… – подтвердил Свист – Он сказал, что раньше он сам творил кристаллы, а сейчас наши жена делать кристалл, а мы кормить и заботиться о жена. Кристаллами мы делаем свет дома и злые ромент нас не достать.

– А кто такие ромент? – поинтересовался Виктор.

– Злой ромент ловят нас и едят. Они страшный! Наши жена делает свет, а ромент боится свет и поэтому мы дома в безопасность. А когда мы ищем еду, тогда мы брать свет и ромент не ловить нас. Только когда мы без свет, тогда ромент ловить нас и съесть! – Свист поежился.

– Если и вы дети Пролома, мы хотели бы познакомиться с вашим племенем! – обрадовался Комег – мы могли бы помогать друг другу как с племенем Перi.

– Вы знать Перi?! Мы с ними воду берем!…

– У них воду берете? – уточнил Виктор.

– Да. Мы даем им кристалл, а они дают нам воду…

– Мы тоже получаем у них воду! – Комег словно родню дальнюю встретил! Он не мог насмотреться на смешных зверьков.

– Ты кто? – ткнул Свист в Кромега пальцем.

– Я – Комег, ты же знаешь!

– Твой народ?

– Аджахары – сообразил оленерогий что от него требуют.

– О! Радость! – подпрыгнула от радости Свет.

– Нам Хозяин Пролом, великий Аджахар сказал, что народ аджахар должны учить нас хорошо говорить и дать нам какую-то пользу… только мы не знать какую? – объяснил Свист.

– А почему Хозяин не научил вас говорить нормально сам? – не понял Виктор – он что, не умеет нормально говорить?

– Ты! Ты глуп! – обиделся Свист – Хозяин может все! Он сказал, что аджахарам так будет смешно и хорошо…

– Так у вашего хозяина Пролома с чувством юмора все в порядке?! – удивился Виктор.

– Похоже, что с появлением людей даже у Хозяина что-то изменилось… – пожал плечами Комег – раньше я не слышал о таком!

– А ты кто? – Свист ткнул в Виктора – почему Хозяин не знать?!

– Он – наш гость – объяснил Комег. Хозяин учил нас уважать гостей. Он скоро к Хозяину на испытание, в Пролом пойдет – поторопился объяснить Комег, боясь, что зверьки что- нибудь сделают с его спутником.

Было заметно, что Свист обладал многими способностями и был очень активен, в то время как Свет была спокойна и чаще была послушной, чем инициативной. Но Свист относился к подруге с большим почтением, и его можно было понять, если она давала свет, воду и жизнь… как бы это ни понималось Свистом.

– А сколько времени назад вас Хозяин создал? – поинтересовался Комег.

– Мы жить три рождения – ответил Свист.

– Не поняли… – промычали гости хором.

– Быть один пара. Потом они рождать две пара, а после этого все три пара рождать все по еще … но не все пара имеют новых детей народа шурт – Свист был уверен, что встретил дебилов, которым нужно объяснять простейшие вещи!

– Так значит, у вас только три поколения сменились? – удивился Комег.

– Никто не сменялись, мы все живем вместе – усмехнулась Свет.

Так вы можете познакомить нас со своими?! – обрадовался Комег.

– Вы может идти домой – сообщил Свист – мы будеть смотреть на ваш рисунок и скоро все прийти в гости к вас! – обещал он – мы принести кристалл, вы учить нас говорить и принести нам польза…

– А какую пользу? – уточнил Комег.

– Мы не знать, мы посмотреть потом… – обещал Свист – мы позвать своих встретиться с вас! Вы там не пройти – он указал на узкий проход дальше – вы о-о-о-чень большой!

– Ладно, мы тогда пойдем предупредим в деревне чтобы ждали гостей – согласился Виктор – предупреждаю, что там, в деревне все больше нас. И там есть О-о-о-чень большие големы и они о-о-о-чень обидчивы. Вы с ними поосторожнее!

Комег хихикнул в ладошку, вспомнив недавнюю историю. После этого мужчины попрощались и радостно двинулись к выходу из пещеры. Зверьки тоже схватили по кристаллу для освещения пути, скользнули в трещину между камнями и скрылись в узком проходе на противоположной стороне пещеры кристаллов.

Виктор был горд и счастлив преподнести К’лор Дин самый редкий и свежий кристалл!

– Надо же! Удивил! – обрадовалась аджахарка, взяв в руки кристалл – я сама еще не видела кристалла такой свежести!

После этого мужчины рассказали Дереку и всем присутствующим в кафе о своем приключении и Дерек заторопился.

– Мы должны срочно все это рассказать Правителям! Предсказанные большие изменения продолжаются!

Глава 28

Не успели Дерек с Виктором и Комегом пообщаться с Правителями, как из пещеры вразвалочку, настороженно оглядываясь по сторонам и щурясь от вечернего неяркого солнца, потянулись маленькие зверьки. На открытом пространстве они казались еще меньше, чем в пещере. Когда глаза зверьков сузились до щелочек, стало лучше заметно выражение их мордашек, и сейчас на них было написано огромное удивление. Они переговаривались между собой вполголоса, подталкивая друг друга в бок и указывая то на дома аджахаров в виде ягод, грибов, кристаллов, цветов и фонтанов, то на живые цветы и деревья. Их удивлению не было границ! Зверьки столпились у входа в пещеру и не решались отходить от него. У каждого зверька через плечо висела сумка с светящимися свежими кристаллами, которые они захватили из пещер в качестве подарка хозяевам. Виктор и Комег поспешили встретить гостей, сейчас знакомые лица им были просто необходимы.

– Приветствуем вас в деревне Кори! – радостно поздоровался Комег – теперь вы будете нашими гостями!

– И мы не собираемся вас гипнотизировать или мучить… – съязвил Виктор.

– Помнить ошибка нехорошо – фыркнул Свист, и только по голосу язвительности Виктор угадал знакомца, потому что сейчас все шестнадцать зверьков казались ему совершенно одинаковыми – я хоть и не хорошо говорить, но это знать!

– Я просто сообщил, чтобы вы не волновались – усмехнулся детектив, изображая оскорбленную невинность.

Из группы вразвалочку, по- обезьяньи вышел, на вид, самый старый «шуртик» как зверьков уже окрестил Виктор. Он спросил, с кем из старейшин может поговорить? В деревне уже пошел слух о том, что в пещерах нашлось интересное племя, но еще официального объявления не было, поэтому у входа гостей встретило немного аджахаров. Из големов вообще никто не пришел, и для племени шурт это оказалось очень кстати. Когда к группе шуртиков приблизились десяток аджахаров, те явно струхнули. Все невольно сделали шаг назад, к входу в пещеру. Из группы аджахаров вышел Правитель и дружелюбно улыбнувшись, поздоровался.

– Мы рады приветствовать вас, народ шурт в нашей деревне! – начал он.

– Наш Господин, хозяин Пролома, говорить нам про вы, но он не сказать нам про ваш большой рост! – растеряно пробормотал шуртик, еще немного отступая.

Казалось, что сделай хоть один из встречающих резкое движение и шуртики ломанутся обратно в пещеру, сбивая друг друга с ног. Но у аджахаров хватило такта и ума не делать ничего, что могло спровоцировать и без того напуганных шуртиков. Из толпы медленно выдвинулась К’лор Дин, неся в руках большой поднос с фруктами. Виктор уже рассказал ей о том с каким удовольствием Свет и Свист съели салак с кожурой и косточкой и теперь она решила снять напряжение, возникшее при встрече с помощью угощения.

– Мы хотим угостить вас тем, что выращивают аджахары – тихо произнесла она, опуская перед группой гостей большой поднос.

Видно было, что все в группе шуртиков уже знали о том, что наверху есть что-то вкусное, и каждый мечтал попробовать, поэтому повторять не пришлось. Видно было, что шуртики не особенно считались с правилами хорошего тона, и их, возможно не учили искусству вести себя красиво. Сначала осторожно, но потом как истинные обезьянки они расхватали различные фрукты и, отбежав в сторону, принялись уплетать их, торопясь и смешно урча от удовольствия. Попробовав один фрукт, они подбегали к сородичу, выхватывали у него из лапок другой, а свой фрукт вручали ему, затем смачно, иногда брызжа соком во все стороны, кусали следующий фрукт. Некоторые фрукты не оставляли следов на их мордашках, но арбуз оставил потеки на шее, щечках и даже на животиках. Наевшись, шуртики осмелели. Теперь они не боялись огромных на их взгляд аджахаров.

– Мы хотеть посмотреть вашу деревню – сообщил старший.

– Как вас зовут? – поинтересовался Комег.

– Я – шурт-Жотр – ткнул себя в грудь старейшина – а это моя Жортаи, потом Свист, Свет, Комн, Камони Грог, Грай – Ровт, Роки – … он называл всех соплеменников парами, но Комег не смог запомнить имена всех гостей, решив что позже ему удастся научиться отличать шуртиков и запомнить их имена.

После получасовой экскурсии по деревне, шуртики устали щуриться. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, но и этот света для них было слишком много. Их глаза, размером почти на всю мордашку, покраснели и воспалились.

– У нас есть Лекари – сообщил Правитель – хотите ли вы вылечить ваши глаза?

– Да! Очень хотим! – хором ответили шурты.

Шуртиков пригласили в самый большой дом земляного голема. Когда они увидели хозяина дома, в мгновении ока исчезли, спрятавшись по щелям скал и под листьями растений. На помощь пришли «тараканы». Они разбежались по всем укромным уголкам, где прятались шуртики и уговорили их вернуться. Только через четверть часа шуртики, наконец стали понемногу собираться и входить в дом голема. Огромный хозяин расстроился и огорчился, что кто-то счел его настолько страшным! Пришлось успокаивать громилу, что его части оказались напротив, самыми любимыми для шуртиков из всех жителей деревни Кори.

Шуртики разлеглись на подстилках из сухой и мягкой травы, многие из них украдкой сжевал несколько стебельков из своей подстилки, восклицая и поражаясь, как можно лежать на еде!

– Аджахары очень богатый народ! – не уставали удивляться шурты – столько еда нет нигде в земле!

– Слушай, они ведут себя как сбежавшие из голодного края! – покачал головой Дерек, оборачиваясь к Кариму, который все это время старался быть рядом с названым отцом, истосковавшись по сатиру за время разлуки – у нас могут возникнуть с этим проблемы. Но не потому, что мы не прокормим этих малышей, а потому, что они не знают меры в еде и могут заболеть… Читая их мысли, только поражаюсь, неужели можно думать только о еде…. и размножении?!

После лечения и небольшой корректировки глаза шуртиков стали способны видеть при дневном свете и не воспаляться. Они проспали весь вечер и всю ночь. Сообщение о необычных гостях уже прошло по деревне, и теперь все жители хотели посмотреть на шуртиков, ожидая с нетерпением, когда же они проснутся? Но аджахары не понимали, какое великое благо для всех жителей – сон шуртиков! И что очень скоро им захочется, чтобы эти мелкие гости спали… желательно подольше и, может быть, не появлялись никогда в пределах видимости деревни!

Пробуждение шуртиков ознаменовалось воплем соседки голема – обычно улыбчивой и доброжелательной мастерицы, ткущей ковры с удивительно тонким рисунком, но теплых и мягких.

– Что это! Кто это сделал?!

Соседи вбежали в дом мастерицы, больше напоминающий огромный стол, покрытый узорчатым ковром. Когда соседи вошли, их глазам предстал дом после разгрома или очень неаккуратного обыска. Все банки были на полу, посуда почти вся разбита, на полке с едой вообще полный разгром! Здесь все было вскрыто и надкушено! Не было ни одного фрукта или мешочка со злаками, где не красовались бы дырки, выгрызенные кем-то похожим на огромных крыс! Когда аджахары, догадываясь о том, кто мог сделать подобное, вошли в комнату голема, где они оставили шуртов, то пришли в еще больший ужас! Здесь все было перевернуто, и зверьки носились по комнате, увлекшись брачными играми. Комната больше напоминала бордель. Здесь были в наличии все сцены процесса спаривания от первичных игр, до усталого отдыха парочки после шумных и бурных сцен. Если бы аджахары хотели узнать о данном процессе у шуртиков, они получили бы исчерпывающую информацию за пятнадцать минут наблюдения. Все пары без исключения были вовлечены в процесс!

Аджахары отступили, прикрыв дверь гостиной голема. Они были намного более целомудренны, и подобная картина не укладывалась в их сознание!

Не успели аджахары сообщить правителям об инциденте по телепатической связи, и не успел Правитель прийти к дому голема, как из окон и дверей посыпали разгоряченные шуртики. Они помчались по деревне как маленькие обезьянки, перекликаясь и весело смеясь. Шуртики выхватывали из своих сумок и из сумок своих подруг кристаллы и вбивали их в стены домов, в стволы деревьев, забрасывая в окна. Шуртиков не заботил факт, что окна домов защищены от осенней прохлады стеклами. Кристаллы разносили в дребезги стекла в домах и приземлялись внутри. Некоторые хозяева, попавшиеся на пути, получали травмы летящими тяжелыми кристаллами.

Приглашение в гости обернулось нашествием и ужасом! Некоторые аджахары попытались поймать шуртиков, тогда те применили свои способности к заговору, и незадачливые агрессоры распластались на том месте, где стояли, отключившись. За время отключки аджахара, шуртики разоряли его дом надкусывая все, что видели. Привыкшие питаться корнями деревьев, они пробовали на вкус даже мебель!

Самое страшное случилось, когда шуртики обнаружили, что големы очень возбудимы! Маленькие паршивцы вбивали кристаллы между пластинами големов на их спинах и потом стремительно ретировались. Грог выложил кристаллами на заднице голема сердечко, Ровт написал кристаллами на спине голема «я был здесь», очень развеселив свою подругу этим.

Взбешенные големы носились по деревне, выискивая обидчиков. Голем огня бросался огненными шарами, которые стали причиной нескольких пожаров, голем-кузнец бросался острыми металлическими прутьями и рисковал попасть не в маленького шуртика-самца, а в кого- то из соплеменников. Големы в гневе нанесли даже больший урон деревне, чем сами шуртики. Для самцов шуртиков големы были наиболее опасным развлечением и оттого особенно ценились. Игра с големом казалась им верхом удали! Самочки радостно хлопали в ладоши, когда очередной голем бежал по деревне, руша все на своем пути или сжигая.

Аджахары заметили, что пакостили, всегда самцы, пытаясь произвести впечатление на своих самочек. Весь погром в деревне был лишь продолжением брачных игр шортиков, и каждый аджахар уже ненавидел брачные игры маленьких, красивых и удивительно мягких чудовищ!

Правители попытались ввести шуртиков в транс, но те оказались неподвластны их чарам! Весь следующий день превратился в кошмар в деревне Кори! Дом в форме гриба упал, подкошенный более чем десятью вбитыми в «ножку» кристаллами. Благо, что хозяева и их дети успели выскочить из дома-гриба! Жилище мастера каменных цветов, напоминающее по форме огромную розу, был исколот кристаллами и сейчас был весь покрыт щелями, через которые продувался полностью прохладным осенним ветром. Если бы не магический покров деревни Кори, частично защищающий ее от холодного почти зимнего ветра каньона, семья мастера замерзла бы следующей ночью!

Все жители были в растерянности! Неужели Правитель Пролома действительно создал эту расу для того, чтобы его дети – аджахары сотрудничали с ними?! Если это так, то каким образом можно справиться с этим нашествием? А вдруг шуртики обманули? Вдруг они не создания Великого Аджахара? Тогда что делать с этими с виду безобидными, но такими зловредными мелкими тварями?!

– Вы зачем им дорогу на поверхность показали!? – возмутился Дерек, зло выдергивая светящийся кристалл из стены дома учения.

– Мы же думали, что они правду говорят! – попытался оправдаться Виктор – да и кристаллы! Они же очень дорогие и нужны деревне!

– Но не в таких количествах и не в стенах, а в «каминах» големов! Вы не представляете! Эти твари бегают в пещеру по очереди и приносят все новые партии кристаллов! – возмутился сатир.

– А может быть можно произнести «довольно!» и все кристаллы превратятся в черепки^27? – усмехнулся Карим.

– Мне не до шуток! – обрезал Дерек, вырвав из стены кристалл и в сердцах бросив его на землю. Затем он осмотрел дыру в стене, которую проделал кристалл – нужно идти к Пролому просить ответов и мудрости!

Не успел он закончить фразу, как к дому учения приблизился один из Правителей.

– Нам пора, брат – сообщил Правитель.

– Да, давно пора! – вздохнул Дерек – я почти готов! – он вошел в дом учения и позвал учеников – дети мои, вы должны обеспечить нам прикрытие! Сегодня в каньоне есть люди! Вы знаете, что делать!

– После сообщения, группа учеников села вокруг костра и затянула песню. Сегодня морок вокруг деревни должен быть во много раз сильнее чем обычно. Морок как колпак, должен покрывать не только деревню, но и группу, отправляющуюся к Пролому. Ученики будут усиливать покров, пока делегация не вернется обратно!

Дерек, один из Правителей и пара охотников для защиты для непредвиденных ситуаций, покинули ганицу деревни и ушли к Пролому. Холодный ветер напомнил путникам о том, что морок защищает деревню не только от глаз людей, но и создает микроклимат, отличающийся от климата каньона. Выйдя за границу, все невольно запахнули поглубже свои теплые плащи.

Когда группа приблизилась к Пролому, впервые в жизни у всех возникло странное чувство – словно мрак Пролома наблюдал за пришедшими не пристально как прежде, а с юмором, с иронией. Аджахары, привыкшие к тому, что Пролом глазами тьмы, покрывающей его пристально наблюдает за ними, заставляя робеть при приближении к нему даже на пятьдесят метров, были смущены. Каждый из присутствующих, включая всех Правителей, наблюдающих через глаз пришедшего к Пролому, растерялся, не зная, как относиться к тому, что им показалось.

– Великий Аджахар! – обратился Правитель с поклоном к тьме Пролома – мы знаем, что ты видишь нас сейчас, и верим, что ты мудр. Но мы не можем понять, за какую вину Ты наказал всю нашу деревню, прислав к нам шуртов! Мы не знаем, что делать с ними? Веря, что они твои создания, мы не желаем их смерти или боли, но то, во что они превратили нашу деревню – немыслимо! – голос Правителя размножился и теперь казался голосом целой толпы. Это была не просьба, а надрывная мольба о помощи. Правители впервые не знали, что делать? Ведь маленькие существа – творения Аджахара и их нельзя уничтожать, но и жить с ними рядом совершенно невозможно! Правитель продолжал голосом собрания – Помоги нам! Дай нам мудрости!

Все, включая отважных охотников, спрятались за ближайшие камни и прикрыли на всякий случай голову, когда вдруг из глубины тьмы Пролома послышались мерные звуки. Звуки приближались, нарастая. Вдруг у посланников неожиданно открылись от удивления рты – из Пролома доносился не просто громогласный звук! Он был похож на хохот! Никто не мог поверить своим ушам!

Вдруг все стихло. Посланники не решились ничего больше говорить. Они медленно, как всегда не поворачиваясь спиной к Пролому, покинули площадку перед Проломом.

– Этот звук мы слышали впервые – осторожно произнес Правитель – Великий Аджахар что-то произнес, но мы не поняли… – он смущенно помолчал – звук был похож на рокот бездны – видно было, что Правитель не просто говорит, он убеждает Охотников, чтобы те не говорили лишнего в деревне. Теперь Охотники будут помнить только то, что сказал им Правитель.

Дерек стоял в стороне и лукаво ухмылялся. Он не сомневался в том, что услышал верные звуки, но его знание останется при нем, как и многое другое.

Всю обратную дорогу посланник – Правитель провел в смущенном молчании. Охотники уже не смущались и не волновались – они были уверены, что слышали рокот бездны, а Дерек и Правители размышляли о том, что же это было? Кроме всех странностей, каждый понимал, что проблема все- таки не решена!

Но к удивлению, как только посланники пообщались с Великим Господином Пролома, шуртики вдруг успокоились и собрались в гостиной голема, куда их пригласили на лечение.

Правитель аджахаров и Годи осторожно вошли в гостиную голема. Они боялись думать, что сейчас опять увидят! Но все шортики смирно сидели вдоль стен и чего-то ждали. Когда Дерек понял, что маленькие пушистые зверьки, наконец способны слушать, он обратился ко всем сразу:

– Вы хоть понимаете, что вы натворили?!

– Нет, мы не совсем понимать… – вздохнул старейшина – пятнадцать светов в год у нас идет игра. Мы должны получить потомство. Сегодня все кончилось. Следующая игра через год. Мы почти не помнить, что мы делать в эти дни. Простите, нас очень стыдно, что мы испортить вам деревня! Мы столько радость получить, когда вы нас избавить из нашей пещеры, что наша соображать отключилась! Надеемся, мы в другой год так не будеть делать! Мы же за год узнать как деревня жить и научиться что можно и что нельзя… – старейшина стоял, потупившись, как мальчишка, пойманный с поличным.

Его ушки грустно обвисли, глаза прикрылись и смотрели в землю. Он представлял собой очень комичное зрелище. Вся группа стояла перед Дереком и молчала с виноватым видом. Девочки – шуртики спрятались за спины своих кавалеров и робко выглядывали из-за них.

– А почему ты раньше не сказал об этом? – возмутился Годи.

– Я не помнить, что говорить… – погрустнел старейшина Жорт – если бы вы нашел нас в этот день, как сегодня, тогда все было бы хорошо…

– Да! Спасибо человеку! Всех повеселил! Даже Великого Аджахара! – покачал головой Дерек и посмотрел на Виктора.

– А я что? Вы меня послали вчера на разведку! Я вам столько кристаллов нашел, а вам все не угодишь! – пожал плечами детектив.

– Я убью тебя, мальчишка! – замахнулся Дерек – но потом сменил гнев на милость – ладно, хорошо, что все закончилось. – он позвал големов – ваша задача теперь все починить! – сообщил сатир големам. Работы у вас будет очень много в ближайшие дни. Но кристаллов у вас теперь хоть отбавляй, так что приступайте!

Големы в угрюмом молчании покинули площадку перед домом земляного голема. Они были очень недовольны тем, что маленьким зверькам, похоже, все сойдет с рук…! Остальные аджахары были тоже не очень- то довольны тем, что на первый раз Правители решили не наказывать шуртиков. Напротив, гостей опять накормили сырыми фруктами и овощами, сколько они могли съесть и оставили жить в деревне, настояв на том, чтобы големы и им построили домики по их характерам и желаниям.

Глава 29

Пролом

Неделя для Виктора пролетела незаметно, слившись в один бесконечный день. Он почти не спал, да это в этом и не было надобности. В те моменты, когда он падал от усталости, пролетающий мимо Лекарь восстанавливал его силы и уходил по своим делам, оставляя Виктора наедине со своими мучениями, а по другому эту «подготовку» назвать у него язык не поворачивался. Там были и балансирование на острие камней, и медитация, и рукопашные бои, и даже, несмотря на первоначальную абсурдность, тактика словесного боя. На этой части Дерек видимо собаку съел за свои пятьсот лет. Виктору казалось, что он боец спецподразделения, которого форсировано готовят к «тому, не знаю чему» потому как готовили его по такому количеству профилей, о котором он раньше даже не подозревал.

Дерек неустанно изматывал его и физически и морально, приговаривая:

– Я должен высечь на камне твоего сердца и дереве твоей башки мои уроки о тех вещах, на которых держится жизнь Аджахара. «Жизнь священна. Братья никогда не бросят в беде. На все воля Пролома, она же приносит счастье, она же дает испытания. Горе – в твоей голове и нигде больше. Все вокруг пропитано высшей силой, а купаешься ты в ней или собираешь по крупицам – твой личный выбор»…

Эти и многие другие уроки Виктор запомнил надолго. За неделю он очень изменился. Его характер и личность остались при нем и нисколько не были затуманены, как это случается, если человек попадает в религиозную секту, наоборот, он стал сильнее, чем прежде, а это позволило ему быть более добрым и чутким. Подаренная сила освободила детектива от прежних привычек, которые, как ему казалось раньше, были плохой, но неотъемлемой частью его жизни. Теперь же он сам выбирал – курить ему или бросить, думать о себе или о других, сохранять жизнь или отнимать ее. Виктор выбросил оставшуюся пачку сигарет и знал, что уже не вернется к ним. Но покрутив в руках зажигалку, длинную, тонкую, напоминающую шариковую ручку – подарок старого друга, он подумал и вернул в карман. Там, в этой зажигалке, снизу открывалось крошечная дверца, где лежала одна сигарета – неприкосновенный запас курильщика. Виктор забыл о сигарете, но от зажигалки, подаренной другом, не пожелал отказываться.

Сейчас стояло раннее утро, солнце только взошло и слепило глаза. Они с Дереком находились почти на самом краю Покрова, чтобы выйти из- под него, достаточно было пробежать от силы метров двести навстречу восходящему солнцу. Сама деревня начиналась на двести метров к западу. Под ногами была лишь сухая растительность и камни различных размеров и форм, за одним из которых сейчас прятался Виктор.

– Так вот что я имеют в виду под освобождением от рабства своего запрограммированного образа мысли… Приятно, ничего не скажешь! Так… пьяняще, что ли… Будто твое старое начальство внезапно стало перед тобой по струнке ходить! – довольно бормотал себе под нос Виктор, выполняя очередное упражнение, на этот раз – на тренировку скрытности.

Годи поведал ему интересную вещь, при помощи которой они долго скрывали свою деревню еще до появления высоких технологий. Человек предпочитает не видеть то, что разниться с его представлением о реальности и только сильное желание быть обнаруженным заставляет его обратить внимание на что-то. И так, если внутри каньона не может быть деревни, значит, и нет ее вовсе. И все жители этой деревни были с этим полностью солидарны. На этом строилась вся скрытность до появления радаров и фотоаппаратов. Прекрасно, кстати строилась, если верить словам Дерека. И прямо сейчас его начал искать знакомый Лекарь, пытаясь «учуять» его мысли, а сам Виктор отчаянно старался не выдать себя, думая о том, о чем думает большинство в этой деревне, или не думая вообще, превращаясь мысленно в «белый шум». После получаса поисков Лекарь вдруг посмотрел в сторону и быстро удалился. Виктору показалось, что он внезапно почувствовал себя лишним. К Дереку подошел Правитель- Аджахар с широко раскрытым глазом. Они некоторое время говорили, после чего Дерек махнул в сторону, противоположную от Виктора и крикнул.

– Вылезай, ученик, для тебя есть важные новости!

Когда Виктор показался из-за спины, издав неприкрытый мысленный посыл, Дерек вздрогнул и развернулся.

– Хорош! Прямо молодец, ты видел? – впервые за эту неделю Виктор услышал похвалу в свой адрес.

Несмотря на суровейшие тренировки по всем направлениям, он все больше привязывался к этому сварливому старику- сатиру. Если бы на его месте был старшина, или кто- либо другой из армейки, которую Виктор проходил раньше, он бы возненавидел этого человека самой лютой ненавистью, на которую был бы способен. А старик же, стоило ему заметить, что Виктор делает упражнение «спустя рукава» терпеливо объяснял, зачем это нужно и почему именно это, а не что- либо другое. Такой подход Виктор встречал впервые и оттого старался «впитать» от нового учителя как можно больше.

– Так что за новости? – заинтересованно спросил он. Правитель, стоявший рядом был невозмутим.

– Твое обучение завершено. Я, как твой наставник, хочу поведать тебе о следующей части испытания. Ты еще не Аджахар, но мыслишь ты почти как мы. Правителям пришлось отойти от первоначального сценария, когда ты должен был дать две клятвы перед Советом. Поэтому сначала ты должен будешь спуститься в Пролом. Как твой отец, я хотел бы предупредить тебя! Несмотря на то, что я сделал все, чтобы подготовить тебя к этому событию, ты еще слишком слаб и глуп! Поэтому прошу тебя, несмотря на твои успехи – спустись в Пролом и сразу поворачивай обратно! Ты не выдержишь Взор Пролома столько, сколько нужно для полного прохождения, времени для подготовки было слишком мало.

– Думаю, ты зря переживаешь, отец – Виктор решил выбрать именно это обращение, хотя и использовал его впервые – я готов на большее! Я не посрамлю твою честь и стану твоей гордостью.

– Идиот – обреченно вздохнул Дерек.

– Как бы то ни было – подал свой «хоровой» голос Правитель – больше ждать нельзя. Теперь перед тобой стоит выбор – спуститься в Пролом, надолго или нет – решать тебе, и стать нашим братом или же – уйти и оставить все воспоминания об этом месте здесь.

– Я не для того готовился, чтобы сейчас отступить – серьезно ответил Виктор – верно ли я понял, что если я только «окунусь» в Пролом, то получу статус Аджахара, но все равно не буду иметь права выйти во внешний мир?

– Тот, кто не выдержал испытание Проломом, не выдержит и того, что ждет его во внешнем мире. Твой новый облик и новые силы, которые с ним придут, породят трудности, о которых ты раньше и не подозревал. И неизвестный враг, победивший уже пятерых наших братьев – ясное тому доказательство.

– Но ведь они прошли испытание Проломом… – вызывающе ответил Виктор.

– И погибли с честью, отдав свои души ему же. Ни они, ни мы не были готовы к такому исходу. Несмотря на всю нашу магию, есть вещи, которые нельзя предвидеть… – холодно отчеканил Правитель, с нотой сожаления в голосе.

–Тогда пошли? – примирительно улыбнулся Виктор.

–Не сейчас – спокойно ответил Правитель. Сначала ты должен выбрать одного человека, которого считаешь наиболее близким тебе. После чего тот, кого ты выберешь, один из нас – Правителей и твой учитель проводим тебя к Пролому.

–Карим. Думаю тут бесспорно, ближе у меня сейчас нет никого. Несмотря на то, что мы знакомы не так уж давно, мне кажется, что прошла вечность и мы не раз, желая того или нет, спасали и прикрывали друг друга.

–Совет услышал тебя, мы передадим Кариму твой выбор. Когда солнце склониться к закату, мы отправимся в путь!

Закончив, Правитель развернулся и пошел к деревне, Виктор с Дереком пошли за ним. Дерек посоветовал плотно поесть и отдохнуть перед походом, Виктор не видел смысла отказывать себе в таких удовольствиях. Ведь поесть – означало лишний повод увидеться с К`лор Дин… Он конечно не влюбился, такой мысли он не мог себе позволить, разница в возрасте на сто с лишним лет может охладить пыл у самого смелого мечтателя, но каждый раз, когда они разговаривали, на душе мужчины становилось теплее…

Узнав о том, что Виктор идет к Пролому К`лор Дин не на шутку разволновалась, побежала куда- то в глубь своего заведения, вернувшись со стеклянным кувшинов в руках. Внутри плескалась сине- голубая жидкость, от которой, даже при дневном свете, исходило слабое свечение. Объяснив, что глоток этого напитка придаст ему сил и притянет удачу, длинноволосая аджахарка уговорила его выпить стаканчик. Напиток невероятно освежал и прочищал голову… До самого заката, они с К`лор Дин проговорили, не заметив, как летит время…

*****

Группа из четырех фигур поднималась по каньону около получаса. Деревня Кори осталась далеко позади. Еще в начале пути, стоило Виктору пересечь невидимую границу деревни, он обернулся, но единственное что детектив увидел, были песчаные столбы Чарына. Магический барьер покрывал деревню отлично и, даже оказавшись в двух шагах от границы морока, деревню невозможно было разглядеть. Он вспомнил, где и как стояли особо приметные здания, такие как шпиль Повелителей. Попытался сконцентрироваться на том месте, где, по его мнению, должно стоять это высокое сооружение. Несколько секунд он пытался направить все внимание в эту точку, но каким- то магическим образом, не мог этого сделать. Взгляд постоянно ускользал, падал на объекты рядом с иллюзорной точкой. Боковым зрением можно было разглядеть мутную тень шпиля, но при попытке посмотреть прямо на него, взгляд Виктора будто парировал невидимый меч.

Бросив бесполезное занятие, детектив побежал догонять спутников. У него было несколько вопросов относительно предстоящего события. Посмотрев на путников со стороны, обычный человек удивился бы – откуда в каньоне внезапно оказались старик в огромном головном уборе из ярких перьев, сложенных на манер индейской перьевой шляпы, молодой парень испанско- цыганской наружности, сухой, худощавый белый человек в одеяниях, похожих на бедуинские и сам Виктор в обычных джинсах, водолазке и куртке. Подойдя поближе, кто угодно ужаснулся бы. Мало того, что на лице худощавого белого бедуина он бы обнаружил метку Правителей – широко открытый глаз посреди лба, так еще и у «индейца», доброго на вид старичка с иссечённым морщинами лицом, были бы найдены весело цокающие по камням копыта вместо ног.

Правда, детектива не очень волновало лишнее внимание к группе, Правитель «сканировал» местность ежесекундно в радиусе около двух километров на предмет сложномыслящих существ. Что Виктора действительно беспокоило – так это предстоящее событие, о котором он не знал почти ничего Только то, что оно определит его дальнейшую судьбу и, что это событие будет невозможно сложным.

Группа шла по каньону, окруженная желтыми камнями, песком и скудной растительностью. Стены и столбы каньона постепенно разгорались оранжевым огнем заходящего солнца. Виктор решил узнать хоть что-то о Проломе и предстоящем ритуале. Приблизившись к Дереку, он не знал, как завести разговор.

– Расскажи мне, пожалуйста, что меня ждет? – наконец выдохнул Виктор.

– Ты хочешь предсказания будущего или что-то более определенное? – с усмешкой отозвался Верховный Годи.

– Я хотел задать несколько вопросов относительно Пролома… – начал Виктор

Услышав это, старик посерьезнел мгновенно, его веселость будто рукой сняло.

– Ну, задавай, коли свербит. Если честно, на Совете я выступал против твоего похода туда именно сейчас. Ты плохо подготовлен и слаб, несмотря на работу Лекарей. Они, конечно талантливы, но есть предел и их возможностей… Интересно, как себя чувствует Карим…

Услышав свое имя, Карим слегка вздрогнул, но Дерек сделал вид, что не заметил этого. По обоим мужчинам было видно, что они сильно нервничают

– Раз у тебя не было времени на подготовку – продолжил Годи – остается надеется, что ты был готов к нему всегда…

– Готов к чему? – не унимался Виктор.

– К Пролому.

На секунду наступило молчание. Эти слова прозвучали как гром в небе.

– Видишь ли – набрав воздуха, проговорил старик – испокон веков каждый в нашей деревне знает свое призвание. Это залог общего счастья, ведь нет человека счастливее, чем тот, кто знает свое дело, любит его и выполняет оное на высшем уровне. Вам, обычным людям, приходится искать «свое дело» едва ли не всю жизнь, а нам, аджахарам, повезло больше. У нас есть великий Пролом. Тебе уже довелось познакомиться, с жителями нашей прекрасной Кори, но ты никогда не задумывался, почему они такие разные?

– Задумывался – кивнув, согласился Виктор.

– Ну вот! – улыбнувшись, ответил старик. – А все это из-за Пролома. Хотя ты уже почти все знаешь… Когда рождается новый член нашей общины это праздник для всей деревни. Первоначально, дети деревни выглядят так же, как и большинство жителей, похожими на вас, людей, только с приоткрытым третьим оком на лбу. В течении восемнадцати лет его готовят к предстоящему испытанию. А по достижении совершеннолетия, он допускается к Пролому. Из здесь присутствующих все побывали там, кроме тебя. Но говорить о том, что происходило внутри – один из строжайших запретов народа аджахар!

Хотя тем, кто прошел его, не особо хочется рассказывать о том, что там было. Кто- то выходит оттуда смеясь, кто- то плачет, большинство – просто молчит с таким лицом, будто на душе поставили клеймо, а некоторые остаются в Проломе навсегда.... Провожают молодого аджахара несколько человек – его наставник, один самый близкий человек, и один Правитель из числа тех, кто живет в шпиле Правителей, для того, чтобы остальные увидели обновление молодого жителя деревни через его глаза. Наставник как до, так и после прохождения Пролома, считается равным с родителями своего ученика. В течении трех дней те, кто провожает испытуемого к Пролому, ждут у входа. Если за это время аджахар не выходит – его объявляют погибшим и с этими вестями трое возвращаются обратно.

– И часто такое происходит? В смысле, часто ли испытуемые не возвращаются из Пролома?

– Редко… – Годи посмотрел вдаль с тревогой – но чаще чем хотелось бы. Единственное время, когда аджахар может позволить себе рассказать о том, что происходило там – это по пути обратно в деревню Кори. После этого – никогда больше. Но если он не выходит – все трое, кто ждал его у входа, обривают голову в знак траура и хранят обет молчания тридцать полных лун. Кроме Повелителя, конечно, они и так редко с кем говорят. Тяжелее всего наставнику – он теряет право наставлять других молодых учеников навсегда.

– Но если Карим тут как мой близкий, это значит…

– Все верно, он тоже идет на большой риск, как и я. И сейчас я делаю это с тревожным сердцем, ведь я всего неделю делал то, чем должен был заниматься много лет.

– Простите за наглость, но зачем вам идти на такой риск? – только сейчас Виктор понял, почему никто другой не стал бы и слушать о том, чтобы взяться обучать его. И был крайне удивлен, что Верховный Годи, один из самых уважаемых членов деревни, поставил сейчас на карту столь ценную для него вещь – право воспитывать молодежь. Тем более что Виктор – рискованная ставка – ничего не сказать.

Дерек показал пальцем на Карима.

– Потому что он меня попросил. Когда- то я сделал то же самое для него. Кариму было дано больше времени на подготовку, но никто из людей раньше не спускался в Пролом, так что риска было не меньше. Никто не хотел становиться его наставником. Никто кроме меня. И в итоге у меня есть прекрасный, одаренный, хотя и эксцентричный сын. И я люблю его безмерно. И он попросил принять в семью тебя. Ну как я мог отказать? – старик снова улыбнулся, глядя на Карима. – Но это еще не все. Я же не рассказал тебе, для чего все это нужно! – Дерек на мгновение затих, а затем закончил рассказ.

– Если в течении трех дней молодой аджахар возвращается из Пролома происходит одно из двух. Первое – он возвращается неизмененным. А второе – он возвращается, приобретя характерные черты своего призвания. И от изменений зависит то, чем он будет заниматься. Теперь я расскажу тебе об основных видах аджахаров, хотя, возможно, ты и так уже их видел и все знаешь.

Начнем, пожалуй, с Охотников. Выходя, новоиспеченный Охотник, как и большинство обновленных теряет третий глаз, но вместо него приобретает гипертрофированную многосуставную руку, которую он, по своему желанию, может изменять, как ему заблагорассудится. Рука полиморфна, то есть, может приобрести свойства любого материала, но на короткое время. Чаще всего Охотники применяют ее как оружие разного рода – хлыст, меч, молот, палица, шпага, шип. Или же когда они близки к обнаружению людьми – в обычную, человеческую руку. Однако самая сильная форма все же остается их рукой. Одним ударом руки они могут расколоть каменную глыбу или разбить пуленепробиваемое стекло. Однажды на моих глазах два охотника на тренировке, в порыве азарта спарринга одновременно отклонили удары друг друга в одну точку, ей оказалось основание одного из Чарынских столбов. Основание будто смело в пыль, а остальная часть чуть не похоронила обоих шутников и вызвала землетрясение, которое привлекло ненужно внимание к каньону, за что оба хорошенько получили по ушам… – он хохотнул, поперхнулся, откашлялся и продолжил.

– Кстати говоря, Охотники единственные, кому разрешается уходить за пределы деревни в ваши, человеческие, города. – Он не раз заострял внимание на том, что Виктор еще не аджахар, чем неоднократно расстраивал его, но Виктор терпел. А Верховный Годи продолжал –  …их основная задача в городах – раздобыть важные для существования деревни вещи, которые невозможно создать внутри деревни. Одна из основных таких вещей – литий, я тебе уже говорил о нем.

Второй тип – Големы. Они бывают четырех видов – Земные, Водные, Огненные и Природные. Каждый получает власть над своей стихией. Хотя Огненные, скорее подвид, они работают только в кооперативе с остальными видами, обжигают глину для строительства, разжигают огонь в кузнях и так далее. Не было еще Големов ниже трех метров ростом, а отличить их по видам не составляет труда, так как они практически сотканы из той стихии, которой служат. И у всех Големов есть отличительная черта, помимо их и так неординарной внешности – на плечах и спине у них есть особые квадратные «ячейки», наросты, внутри которых сидят небольшие существа, похожие на пауков с вытянутым вертикально, точно бур или игла, телом. У природных, как ты помнишь, они напоминают богомолов.

– Уж помню! – поморщился Виктор, вспоминая урок недельной давности. Большую часть из всего, что сообщил Дерек, он уже знал, но не перебивал, пополняя свои знания новыми деталями.

– Каждый из них содержит в себе личность основного Голема. Это как коллективный разум, как часть тела, которая может отделиться от основного и бродить, сколько ей вздумается. Земляные Големы используют их для мелкой и тонкой работы, на которую их огромные руки неспособны, поэтому все здания в Кори – произведения искусства. Думаю, когда мы вернемся, я покажу тебе, как они работают, это прекрасное зрелище!…

– Если вернемся… – невзначай добавил Виктор. Дерек сделал вид, что не услышал этих слов, хотя его брови слегка сдвинулись.

– Третий тип – продолжил Дерек – Лекари. Выходя они теряют голос, становятся похожи чем- то на призраков без лиц. Они способны летать. Их специфика не только лечение. По сути, они могут забрать что-то у тебя и перенести в другое тело. Чаще всего они используют свои способности для врачевания, забирая недуг из больного и отдавая его какому-нибудь животному. Лекари предпочитают отдавать болезни крепким животным, чтобы те быстрее выздоравливали, уничтожая, таким образом болезнь. Если недуг тяжелый – Лекарь может раздать его сразу нескольким носителям, к примеру, стае шакалов, разделив его на несколько частей, чтобы не погубить несчастное животное. Они очень трепетно относятся к жизни и, кажется, знают гораздо больше чем говорят. Поговаривают, что Верховный Лекарь способен отнимать и дарить жизнь… но это лишь слухи, хотя, действительно, мало кто до конца знает, на что они способны.

Карим, пройдя испытание, стал Лекарем, но он не аджахар от рождения, так что физически не изменился. А вдобавок, получил невероятную регенерацию, близкую к бессмертию. Почему так – не знает никто, кроме разве что, Властителя Пролома, но его никому не удавалось увидеть дважды и выжить…

«Есть! Все- таки, желая того или нет, а Дерек обмолвился о Проломе больше, чем стоило бы, видимо, там все-таки есть некий разумный «распределяющий элемент», но лучше не подавать вида, что я обратил на это внимание!» – подумал Виктор, стараясь скрыть эту мысль от самого Дерека.

– Следующий тип Годи – продолжал Дерек – Как и у всех, у нас пропадает третий глаз, но взамен, мы получаем возможность слиться с одним животным, избирая его своим тотемом. Не для того, чтобы поклоняться, нет, а для того, чтобы впитать мудрость окружающего нас мира и его обитателей. Как ты уже заметил – мое тотемное животное – горный архар, поэтому я даже в своем весьма преклонном возрасте благополучно скачу по горам аки молодой козлик. И чем больше мудрости ты почерпнешь от своего тотема – тем выше становится твой ранг, так что для годи выбор своего животного – одно из важнейших событий в жизни. На наших плечах – он поднял вверх палец – одна из важнейших миссий деревни Кори!

– Ну да, каждый кулик свое болото хвалит – пробормотал Виктор, отчего и получил ладонью в лоб.

– Не думай, что я не слышу тебя, сорванец, уважай своего наставника! – хоть Дерек и пытался выглядеть грозно, но у него это плохо получалось. А от его отцовского «пожуривания» у Виктора на душе становилось только теплее.

– Понял, прошу простить! – отчеканил Виктор – с вашего позволения, продолжу слушать ваши наставле… ой! – ему прилетело по лбу во второй раз.

– Ты сначала думай, а потом уже говори, юнец. То же мне, армию тут нашел…

Они рассмеялись.

– Но все же… – снова заговорил Дерек через время – мы действительно выполняем очень важную миссию – мы скрываем наш общий дом от людских глаз и всех напастей, которые могут подстерегать нас на нашем жизненном пути. Мы занимаемся много чем – от предсказывания погоды, до создания огненных смерчей, если таковые могут понадобиться. Все зависит от ранга, конечно. И сказав «одна из важнейших миссий» я не имел ввиду свое, личное превосходство над остальными жителями, или превосходство моего класса. Все в деревне выполняют свою, уникальную работу, с которой под силу справится только им. И у нас нет более или менее важных, и тем более, никто не получает каких-то привилегий, хоть со стороны может показаться иначе. Просто если бы было по- другому, то мы бы не смогли успешно выживать и прятаться столько столетий.

И последний измененный тип – Правители. Они единственные, кто не теряет третий глаз, наоборот, у них он широко распахнут, что позволяет им видеть гораздо больше, нежели мы. По факту, у них отсутствуют другие органы восприятия, они им не нужны. Для нас невозможно понять, как можно увидеть звук, вкус, или чувства, но для них – все это лежит на ладони. Они видят Суть всех этих вещей, а значит и все вариации и интерпретации всех вещей в этом мире. Если аджахар становится Правителем – у него есть две судьбы. Первая – он присоединяется к общему разуму всех Правителей и селиться в шпиле, который ты так старательно рассматривал, когда мы были возле деревни. Конечно, в какой- то мере, он потеряет свою индивидуальность, но взамен приобретет тысячи других индивидуальностей, что представляет собой их коллективный разум. Но есть и второй путь – он отказывается от этого и становится, так сказать, «локальным» правителем. Аджахар-правитель связан с остальными только телепатической нитью, а задачей его становится оптимизация какого- то конкретного процесса. К примеру, строительство группы зданий. Локальный правитель, точно клей, связывает умы Големов, помогая им в точности доносить мысли и идеи между собой.

– Ну, прямо супервысококвалифицированный прораб.

– Можно и так сказать – весело отозвался Дерек. – Все Правители способны читать мысли и внушать свои мысли другим. И общему разуму дозволено использовать свой дар полностью, информируя всех о важных событиях, а так же принимая важные решения, влияющие на судьбу деревни. Однако, если локальный Правитель использует свои способности вне компетенции или же для извлечения собственной выгоды – это страшное преступление! Потому что таким образом он уподобляется, только без обид, человеку, от которых мы столько времени отгораживаемся. И кара за такое преступление против всей деревни одна – его насильно прививают к общему разуму, попутно лишая воли и личности. Он становится чем- то типа компьютера, или информационного носителя. В крайних мерах, когда ущерб от такого Правителя слишком велик – его могут отправить в Пролом, откуда никто не вернулся во второй раз, но, на моей памяти, такого еще никогда не было.

И последний вид аджахаров – Неизмененные, и их роль важна не меньше чем у остальных. Видишь ли, подвергаясь подобным метаморфозам Аджахары более не способны продолжать свой род, поэтому неизмененные – заводят семьи, рожают и взращивают новое поколение наших детей. И если по достижению восемнадцати лет аджахар не уверен, что пройдет Пролом, у него есть право просто не ходить туда. Со временем его третий глаз закроется сам и он сможет счастливо жить в нашей большой семье… Вроде все, я рассказал тебе все, что мог.

К концу рассказа путники почти достигли своей цели. Солнце село за горизонт, Чарынский каньон погрузился в сумерки.

– Можно задать еще один вопрос, Дерек? – Виктор вспомнил встречу с Полиморфом – это точно все виды аджахаров? Вы точно никого не забыли?

– Точно! – достаточно резко, если не сказать агрессивно ответил Годи, всем видом давая понять, что разговор окончен. По его жестам и мимике, Виктор прочитал что-то странное. Смятение? Испуг? Или скорее какую- то внутреннюю боль, будто этим вопросом он посыпал солью старую незажившую рану.

Сейчас Виктор стоял перед огромной пещерой, Хотя нет, скорее именно Проломом в скалах. Он не понимал, как полость в каньоне такой величины могла пройти мимо геологов. Ответ один – магия, по- другому никак. Если бы он взялся описать его, это было бы затруднительно. После небольшого плато, которое внезапно заканчивалось, начинался тоннель, похожий на кроличью нору размером с хороший самосвал. Шла нора под углом вглубь, легче всего перебираться по ней – просто перепрыгивать с камня на камень и так осторожно спускаться. Вместо округлых краев тут и там выступали куски породы и мелких камней, будто кто- то невообразимо большой просто пробил себе путь внутрь Земли огромными кулаками, разбивая по пути все, что мешало. Изнутри веяло холодом и неестественно густой темнотой, которая начиналась уже спустя несколько шагов внутрь. «Н- да, нелегко будет в такой темноте прыгать зайчиком…» – подумал Виктор.

Все присутствующие сохраняли молчание несколько минут. Глаза их были устремлены к Пролому. Все, кроме самого Виктора вспоминали свои истории, связанные с этим местом, с одной стороны, являющимся основой идеального общества, с другой – проклятым местом, местом казни, гильотиной судьбы. На их лицах не было улыбок. Обратной дороги нет, а впереди – тьма. На секунду Виктору стало по-настоящему страшно. Настолько, что он почти согласился на стирание памяти, лишь бы не ходить туда. Тьма проникала через глаза и впитывалась в мозг, создавая ужасающие фантазии. Но это было лишь секунду. Стоило детективу тряхнуть головой, как наваждение пропало. Он пройдет Пролом или умрет. Ему не нужны никакие способности, наподобие тех, что были у Карима. Ему просто нужна свобода. Свобода передвижения, возможность вернуться в свой родной город, в уютный, обставленный безделушками Ларисы офис. Пусть деревня стала для него родной, но и Ларису, работу, друзей забывать не стоило… Пока тьма Пролома играла с Виктором, остальные члены экспедиции исчезли из поля его зрения. Обернувшись, он увидел, что сопровождающие стоят полукругом за его спиной. Годи вышел вперед.

– Виктор. Сейчас ты войдешь в священный Пролом. Никто не знает, что тебя там ожидает, но будь готов встретить все свои страхи лицом к лицу. И пусть этот путь не станет для тебя последним… – он подошел к нему и по- отечески крепко обнял. Следом подошел Карим.

– Друг мой, я верю, что ты сможешь пройти его без труда, но ты смотри там, не говори с незнакомцами, по сторонам оглядывайся почаще что ли…

– Да понял я, не малец все же… – Виктор выдавил из себя успокаивающую улыбку, но судя по серому лицу Карима, воспоминания об этом месте еще слишком свежи, чтобы это помогло.

И последним подошел Правитель.

– Виктор, ты будешь вторым человеком, вошедшим в Пролом, и, честно говоря, Совет крайне обеспокоен подобным количеством людей, знающих о нас. Но когда ты выйдешь оттуда, ты по праву будешь считаться нашим братом, так что от лица Совета, хотел сказать… Удачи. – Третий глаз Правителя был широко открыт и смотрел на него не моргая.

«Похоже, Совет наблюдает. Интересно им, что будет делать человек, столкнувшийся с неведомой силой феерических масштабов, струхнет ли и убежит, поджав хвост? Думаю, такой расклад порадовал бы определенную часть Правителей. Но сегодня я им такого удовольствия не доставлю!» – решил Виктор.

Развернувшись, он прыгнул на первый камень великого Пролома. Пройдя еще несколько метров, он почувствовал, как его окутывает тьма…

Глава 30

Стоило тьме окутать Виктора, как ландшафт кардинально изменился. Шел он все так же, наощупь, темнота перед глазами была густой как патока, но теперь детектив шагал по ровному полу, звук шагов наводил на мысли о том, что он идет по монолитному камню, типа гранита или скорее мрамора. Если бы в такой тьме пришлось перепрыгивать с камня на камень, то путешествие Виктора закончилось бы в тот же миг. Его глаза, видимо, отчаявшись что-то увидеть, начали рисовать образы, пугающие и завораживающие.

Несколько раз Виктор терял равновесие, испугавшись очередного фантома, кидающегося на него. Воображение буйствовало, а рассудок испытывал удар за ударом. С каждым следующим шагом идти становилось все труднее, темнота не любила гостей. Виктор ощущал Тьму всем телом, он вдыхал ее. Частицы этой влажной, ужасно холодной темноты через легкие попадали в кровь и устремлялись к сердцу, печени, почкам как яд. Больше всего сейчас мужчина боялся упасть, ведь если бы он упал – ни за что не встал бы снова, оставшись навсегда мумифицированной куклой в этой вязкой смоле тьмы. Он просто шагал вперед, потеряв зрение, постепенно теряя слух, не ощущая даже своего тела. Прямо перед ним внезапно появилась темная, когтистая лапа, с нее капала черная жижа. Виктор был бы рад почувствовать ее зловоние, ведь это означало бы, что запахи он все еще чувствует, может быть, это привело бы его в чувство, заставив встрепенуться, но галлюцинации не пахнут. А это было лишь очень детализированное воплощение его страхов. Виктор услышал свист ветра сзади, в следующую секунду послышался глухой удар, отправивший его в небытие…

Прошло не более часа, а Кариму казалось, что прошла целая вечность. Он сильно переживал за своего друга, боясь худшего. Дерек сидел на еще не успевшем остыть камне «по- турецки», с закрытыми глазами. Со стороны могло показаться, что он медитирует, но Карим знал – он молится Пролому, силам природы, духам предков. Карим подумал, что если бы от молитвы темным силам мог быть какой-то толк, Дерек и им сейчас готов был молиться! В таком состоянии Карим видел его лишь однажды, когда Лекари лечили дочь К`лор Дин, Ди`Рьян после того как она, сговорившись с Каримом, сбежала за пределы деревни, где ее едва не загрызли волки. Карим на секунду вспомнил картину – все тело юной годи, покрытое кровью, красной, с синим отливом. Глаза девушки полные слез и зубы волков, отрывающие кусок от ее щеки. Карим отбивался от волков как мог, старался не подпускать близко, но волки время от времени подкрадывались за его спину и открывали столько сколько могли.

Тогда волку не досталось ничего, щека уже беззвучно плачущей девушки повисла на тонком куске эластичной кожи… Их спас возвращавшийся в деревню Охотник, но Ди`Рьян была на краю смерти несколько дней, настолько сильно ее разорвали… Самого Карима Дерек, который почитал «сладкоголосую Нагу» за свою внучку, запер в своем доме без разговоров, а сам стоял у глиняного колпака, в котором сутками находились Лекари в такой же позе, и молился, не останавливаясь ни на секунду. Мать Ди носила Дереку воду, от еды в любом виде он отказывался…

Карима пробрала дрожь. Неужели теперь все настолько опаснее?… Карим подошел к Пролому, тайно надеясь разглядеть темную фигуру Виктора. Затем подошел немного ближе…

*****

Виктор с шумом вдохнул, раскрыл обезумевшие от ужаса глаза и резко вскочил. Он находился в комнате, напоминавшей средневековую камеру – крупные, почти неотесанные квадратные камни пола, сырость, отсутствие окон или каких- либо других источников света, но в сравнении с предыдущим местом, здесь было прекрасное освещение. Виктору удалось рассмотреть дверь, тяжелую, дубовую, с железным кольцом вместо ручки. Голова жутко болела, казалось, будто об нее разбили булыжник. Тьмы уже не было, но Тишина, которая ей присуща, до сих пор не была нарушена. Он хотел закричать, но дыхание перехватило, к горлу подкатил комок. Его стошнило. В потугах, падая лицом в свою же блевотину, Виктор почти не слышал звуков. Они были, но едва на уровне слышимости, так человек слышит, будучи оглушенным или контуженным. Когда вместо темных сгустков неизвестно чего из Виктора стал выходить лишь желтоватый желудочный сок, позывы прекратились. Он отполз в противоположную часть камеры – теперь запах был ужасен.

Силы не возвращались, сознание плыло. Внезапно раздался посторонний шум, он был похож на тяжелые шаги. Дверь распахнулась, грохнув кольцом о стену, выбив из нее фонтан щебня и длинная, настолько белая, что казалось, будто она светиться, рука с длинными черными ногтями, напоминавшими когти, кинула в камеру какой- то крупный ворох тряпья, размером чуть больше самого Виктора. После чего неестественно изогнулась, цепляя дальний конец двери. Виктора сковывал страх, но желание увидеть хотя бы чуть- чуть больше, заставило его наклониться и выглянуть за дверь. Перед ним открывалась часть коридора и огромное тело уродливого существа. Оно было около четырех метров ростом, имело пять многосуставных конечностей – три длинные белые руки с когтями, одну недоразвитую, маленькую ручонку на уровне груди, конец которой венчал острый коготь, с которого капала на пол жижа болотного цвета. Приземляясь на пол, жижа начинала шипеть и пузыриться.

Ноги по размерам и форме не уступали рукам, сейчас существо стояло на четвереньках. Существо было огромным, немного напоминало медведя. Все его тело покрывала шкура с очень длинным ворсом, и везде, куда попадала тень этой шкуры, образовывалась непроглядная тьма, такая же, как в первом помещении, куда попал Виктор. Вместо лица у существа был виден череп с ветвистыми оленьими рогами, на некоторых из отростков оставалась засохшая кровь, но это была маска, потому что из- под нее выступал мерзкой волной, крупный подбородок и нижняя челюсть, которая свисала и болталась, как будто ее выбили. Периодически шлепал и причмокивал сине- багровый язык, свисавший над челюстью, мерзкая слизь сочилась и капала, уже успев на полу образовать лужицу. Все остальные части тела были плотно укутаны тенями от огромной шкуры. Создавалось впечатление, исходя из тонкости и длины рук, что все остальное тело должно быть тощим, но размер сильно добавляла шкура. Попытавшись шумно втянуть капающие слюни, чудовище повернуло свою голову к Виктору и проговорило

– Кафли слок! Шлишта чан! – в глазницах тускло блеснули огоньки, и дверь с грохотом захлопнулась.

Сверток, лежащий на полу, зашевелился. Из него, кряхтя вылез… Карим.

– Что?.. – не веря своим глазам, проговорил Виктор в пустоту, а после его будто током ударило!

– Что ты тут делаешь, придурок?! Ты ведь знаешь, что в Пролом нельзя спускаться дважды!

– Я почувствовал, что тебе нужна помощь и не смог сдержаться… – слабо оправдывался Карим.

Виктор шокирован, но все равно, где- то в глубине души был рад встретить друга, который готов пожертвовать собой ради него.

– Ты видел это чудище раньше? – спросил Виктор, собравшись с мыслями…

– Да… это что, блевотина?! – Карим сморщился от омерзения, одернув руки от того места и поспешно освобождаясь от тряпья, в которое его замотало это нечто и объяснил – его называли Сорель. В мифах и легендах его описывали иначе, но, даже если раньше он выглядел почти как человек, Тьма Пролома изменила его… В прошлый раз я от него просто смог спрятаться…

– А здесь ты бывал?

– Нет, но видел это место, пока прятался. Это камеры, в которых он хранит людей «про запас». Мы для него просто куски вкусного мяса.

– А отсюда есть какой-нибудь выход?

– Только один – он указал на дверь – но ее сможет открыть только он, вряд ли у нас сил хватит …

Виктор подумал. Значит, если Сорель не откроет эту дверь, то сбежать не получится. Немаловажным фактом было то, что он посадил Карима в одну камеру с Виктором, но Карим упоминал несколько Камер и вряд ли они все переполнены… Значит чудовище привыкло хранить всю еду в одном месте, ему важно, чтобы запасы были легкодоступны, неизвестно, когда поступит «следующая партия». Значит существо глупо, и действует на уровне инстинктов. Мрачных, безобразных, темных до истерического безумия, но все же инстинктов. Когда- то давно, знакомая пригласила его в одну церковь, из вежливости Виктор пошел. Так уж получилось, что в тот же день к священнику прямо во время службы подошел один из служителей и отозвал его от кафедры. Как Виктор узнал позднее, привели «одержимого бесами» и просили того священника возглавить обряд экзорцизма. Из интереса, не нарушают ли «люди Божьи» законов о свободе человека и несколько других, Виктор тайком приблизился к тому, кого назвали бесноватым. Тогда этот человек начал кричать, плакать, орать на неизвестном древнем языке, а потом пристально посмотрел на Виктора, сказав ему не своим голосом: «Я лично прослежу, чтобы ты сдох под колесами, как собака!» После этого Виктора несколько раз сбивало машиной… один раз почти насмерть, а подруга слезно просила его, чтобы он согласился пригласить в палату священников, чтобы те благословили тело Виктора и избавили от проклятия, но сейчас прошлое не важно. Важно то, что существо вело себя точно так же – в его мрачном и на первый взгляд, безумном поведении просвечивалась логика и осознанность. У Виктора появилась идея…

– Карим… – сказал он, вставая – у меня есть идея, как отсюда выбраться…

– Правда? – удивился Карим, но как- то безрадостно.

– Но тебе она не понравится… – спокойно произнес Виктор и с размаху ударил Карима в лицо кулаком.

Карим закричал от боли и неожиданности, из его носа пошла густая, почти черная кровь. Виктор подошел к нему и, не мешкая, ударил снова, на этот раз в челюсть. Карим захрипел, выплевывая кровь.

План сработал, из коридора послышались торопливые тяжелые шаги. Схватив за шкирку еще не пришедшего в себя Карима, Виктор встал сбоку от двери так, чтобы как только она распахнется, Виктор смог выбежать. Он спешно наматывал на свободную руку куски тряпок, в которые был замотан до этого Карим. Сорель и не подозревал о том, что один человек может начать избивать другого в таком месте! А если человек продолжит это делать – плакала половина запаса свежего мяса – или жри сейчас, или давись потом падалью.

Дверь резко распахнулась. Виктор рванулся в сторону выхода, прямо под ноги ошалевшего существа, выбрасывая вперед Карима, который по инерции продолжил бег вслепую. Сам Виктор тем временем, одним движением, нагнувшись, опустил кисть руки, замотанную в тряпки, в пузырящуюся лужицу кислоты, образовавшуюся под острым «грудным когтем» и провел по лицу монстра, просунув руку под череп. Тряпку на руке детектива кислота уже почти полностью разъела, и руке было горячо.

Существо пронзительно завизжало, некоторые капли шипящей гадости попали ему на язык, часть черепа начала быстро покрываться необычной коррозией. В руке у Виктора все еще была часть тряпки, и он с размаху всадил ее в центр темной как смола тени, пытаясь запихнуть шипящий кусок материи поглубже. По его руке сразу, мерзко вереща, поползли огромные тараканы и сколопендры. Теперь Виктор понял – под «плащом» у него не непроглядная Тьма, а полчища отвратительных насекомых, которые не прекращали постоянно ползать по нему. Один из жирных тараканов, заполз к существу на язык, существо, не прекращая визжать, рефлекторно шлепнуло языком под основание черепа, проглатывая насекомое. Изо рта чудовища послышался хруст панциря.

Виктор побежал.

Существо не сразу поняло, куда пропал человек, мгновение назад стоящий перед ним. Виктор слышал о Сорелях в древнетюркской мифологии, но там он упоминался как человек, мужчина с копытами, кровопийца склонный изуверствам. А это… Виктор старался не вспоминать ощущение прикосновения к множеству жуков, но рука сама по себе дергалась, чтобы стряхнуть невидимых насекомых, вспоминая прикосновения их лапок… Страх придал сил, Виктор никогда не думал, что сможет бежать с такой скоростью, почти не замечая поворотов и комнаток, с закрытыми деревянными дверьми. Он бежал, таща за собой, так ничего и не понявшего Карима, пока совсем не выбился из сил, а потом еще столько же. Стоило ногам начать подкашиваться, Виктор вспоминал лицо существа, хруст таракана в мерзком, слюнявом подобии рта. Не давал ему покоя еще один факт – Карим находится в большей опасности чем он сам… На смуглого черноволосого парня было жалко смотреть – он не только оплевывал кровью пол, но и несколько раз спотыкался и падал, окончательно разбив себе нос.

Когда Виктор понял, что находится на пределе своих возможностей, он увидел большую железную дверь в одном из тупиков коридора. Пинком открыв ее, он заволок Карима в комнату с клетчатым черно-белым кафельным полом и захлопнул дверь. Найдя на двери мощные засовы, Виктор с силой налег на них. С оглушительным скрипом металла о металл, засовы поддались. Виктор хотел удивиться, почему везде, даже в их камере, двери были деревянными, а тут – стальная, да еще и такие огромные засовы. Хотел бы, но не мог, у него не осталось сил, поэтому он просто обессиленно сполз на кафельный пол…

*****

Карим стоял перед Проломом. Он слышал шепот, исходящий из тьмы. Шепот тысячи голосов. Тело парня само потянулось вперед, хотя носки и так уже висели на краю…

Внезапно кто-то резко схватил его за плечо и одернул в сторону с такой силой, что Карим упал и проехался по пыльной каменистой почве плато, ободрав себе руки, на которых сразу начался процесс регенерации^28.

– Сдурел – прошипел Дерек с яростным блеском в глазах – сейчас я, возможно, лишусь одного сына, а ты решил еще и сам сдохнуть, чтобы старику страданий приумножить?!

– Прости, отец… – растерянно промямлил он – я не специально, просто… меня будто кто- то звал! Я слышал голоса и не смог сопротивляться…

– Не подходи к нему ближе, чем на три метра, сын – успокоившись, ответил старик – это место обладает очень сильной, древней как жизнь, магией. Не стоит злить своим присутствием его Хозяина…

*****

Очнулся Виктор так же быстро, как и отключился. Сейчас у него были силы рассмотреть комнату. Как только детектив вспомнил, что существо все еще близко, в кровь опять хлынул адреналин. Виктор вскочил и быстро осмотрелся. Стальная дверь, черно- белый кафельный пол, как в больницах совершенно выбивались из интерьера «средневекового подземелья». Помимо этого были и другие странности – стены помещения уходили высоко вверх, теряясь во Тьме… На этот раз это точно была Тьма Пролома, она нависала над ними, поглотив верх комнаты, создавалось ощущение, что после четырех метров стены не было ничего – ни потолка, ни стен, лишь ужасающая пустота и Тьма. В углу комнаты, а точнее залы, учитывая ее простор, находились поломанная и сваленная в кучу деревянная мебель – ножки стульев, кресла, даже небольшие, изломанные в мелкую щепку, столы. Понять, что когда-то это было мебелью, позволяла лишь резьба на некоторых сохранившихся подлокотниках, да несколько грязно- красных сидений. Посередине залы стоял невысокий постамент с лестницей в три ступеньки. На этом постаменте вертикально как шкаф, был укреплен открытый гроб. От вида этой комнаты на Виктора напал благоговейный ужас, он завороженно оглядывал все вокруг и не сразу заметил, что Карим тоже пришел в себя. Заметив это, он помог другу встать. Карим утер темную, почти черную кровь, стекавшую из носа.

– Ну и мразь же ты!… – в сердцах воскликнул Карим.

Виктор не реагировал. Человеку нужно выговориться, особенно после подобного… в эти моменты лучшее, что можно сделать – «выключить» уши и перестать воспринимать то, что человек говорит, потом он же за это большое спасибо скажет…

«Отключившись» на несколько минут, пока Карим выскажется, Виктор ненадолго впал в раздумье. Из комнаты не было выхода, но сейчас даже не это беспокоило Виктора. В его голову начали заползать сомнения, вязкие и холодные, как черная смола…

Виктор не торопясь зашагал к гробу.

– Карим, ты бывал тут? – спросил Виктор, не оборачиваясь.

– Нет, я никогда не был так далеко… – ответил Карим. По звуку голоса, Виктор понял, что Карим пошел за ним. Карим продолжал – пошли отсюда! Не видишь, отсюда нет выхода, если Сорель поймает нас здесь и вышибет дверь, бежать будет некуда, второй раз трюк с кислотой не прокатит!

– Почему этот гроб такой странный? Что это за материал? Он не деревянный, а металлический, но этот металл… Он пропускает свет, он какой-то полупрозрачный! – говорил Виктор, подходя к гробу.

– Да что ты пристал к этому гробу, лучше бы о жизни своей подумал – Карим скрестил руки на груди, не переставая сближаться с Виктором.

Внутри полупрозрачного гроба торчали аметистово-черные шипы, как в «железной деве» – древнем устройстве пыток. Виктор подошел вплотную к нему, взявшись рукой за дверцу.

– Кажется, тут что-то написано! По- моему это поможет нам одолеть Сореля! Убить его навсегда!

– Быть того не может, он же неуязвим! – воскликнул Карим.

Наступила секундная пауза.

Неизвестно каким способом почуяв опасность, Виктор изогнулся, схватил за руку подлетевшего к нему Карима и, используя силу инерции, кинул его внутрь гроба, тут же захлопнув дверцу. Он едва успел закрыть засов, когда Карим взвыл от боли и начал молотить по крышке. Острые шипы впились в его тело, заставляя извиваться, но каждое движение приносило лишь еще больше боли. В слезах, Карим посмотрел на Виктора.

– Что на тебя нашло, выпусти меня, прошу, мне больно! – плакал он, но Виктор не слушал. Его глаза стали стеклянными, казалось, что в них отражалась Тьма. Он молча начал перетаскивать деревяшки и щепки, складывая их под металлический полупрозрачный гроб.

– Да что с тобой, брат! Помоги мне, я истекаю кровью! – всхлипывал Карим – ПОМОГИ МНЕ! – закричал он, и залился душераздирающим плачем…

Виктор перетаскал остатки деревяшек, потом снова зашел на постамент.

– А теперь отвечай, кто ты?!

– Я Карим, твой друг! – скулил человек за полупрозрачным стеклом.

– Врешь! – прошипел Виктор. Потом сделал небольшую паузу, рефлекторно похлопывая по карманам в поисках пачки сигарет. Курить хотелось безумно. Пачки не оказалось, но он вспомнил о своем любимом «талисмане на удачу» – очень дорогой иностранной сигарете, которую ему подарил один богатый друг. Выбрасывая сигареты, Виктор оставил подарок на память. Цилиндрический портсигар размером под одну сигарету, помимо прочего, являлся фирменной зажигалкой «Zippo» эксклюзивной модели, сделанной на заказ. Достав мини портсигар из кармана джинсов, Виктор достал ароматную сигарету и чиркнул зажигалкой, глубоко затянувшись.

– Знаешь, ты меня почти убедил! – зло сказал детектив сквозь зубы – тварь! Знаешь, где ты прокололся? Я удивился, когда ты появился, ведь второй раз в Пролом можно пойти только в поисках смерти. Однако, я подумал, что ты не аджахар, может, поэтому ты решился пойти мне на помощь, ощутив мой страх. Я был удивлен, когда ты появился там, да еще в одной камере со мной. Какое бы ни было тупое существо, оно должно понимать, что один человек – добыча, два – уже охотники. Я оторопел, когда ты легко начал говорить о Проломе, даже не задумавшись, что это может стоит тебе изгнания. Конечно, мы сейчас в Проломе, но Карим бы точно об этом задумался, просто на рефлексе. Я не обратил внимания на то, что ты безошибочно определил, что это за существо, Сорель, хотя его описание в корне разнится с тем Сорелем, о котором рассказывают наверху в мифах, мало ли, может в страшилках аджахаров подслушал. Я забеспокоился, когда ты, пока я дрался с этим чудовищем, вслепую пробежал несколько поворотов, завернув в один из них, даже не касаясь стен…

– Но я же бывал тут раньше, все еще скуля, но уже гораздо тише – произнес Карим.

– Один раз, не тысячу… – с холодной ненавистью отозвался Виктор. – Я не мог не заметить, с какой брезгливостью ты отнесся к блевотине на полу камеры, хотя до этого не раз блевал кровью и гноем, когда лечил других людей. Так же не мог не обратить внимания, как ты закричал от боли, когда я тебя ударил, а ведь за то время, сколько ты забирал чужую боль, давно должен был привыкнуть ее терпеть… Настоящий Карим на твоем месте, может быть, промычал бы что- нибудь, но не кричал бы, а ты заорал как женщина! Все это я заметил, но не придал большого значения. Но вот скажи- ка мне две такие вещи… Куда делась твоя регенерация и откуда ты знаешь что Сорель неуязвим, если в прошлый раз, по твоим же словам «только прятался» от него?! – взревел Виктор, пнув крышку гроба ногой, плашмя. Та дернулась, шипы глубже вошли в тело «Псевдокарима». Вздохнув и последний раз затянувшись, Виктор бросил окурок через плечо, посмотрев прямо в глаза человека, изнывающего от боли множества уколов. Из проколов шла черная, как смоль жидкость, в темноте, похожая на кровь. – Я изучал мифы, демонологию и бестиарий тюркских народов, ввиду моей работы, нужно знать как можно больше, мало ли, где пригодиться. У Сорелей есть одна интересная черта… Они – не самые опасные существа тех мифов… Самый опасный персонаж казахского фольклора – это Жезтырнак, жена Сореля.

При этих словах, лицо псевдокарима резко перестало выражать какие-либо эмоции. Он в упор посмотрел на Виктора, лицо Карима начало сползать, словно подтаявшая маска. Перед ним, в полупрозрачном гробу стояла молодая девушка с длинными черными волосами и глазами без зрачков.

– Жезтырнак – будто не замечая перевоплощения, продолжил Виктор – что-то вроде вампирши. Но в отличие от европейской нечисти, Жезтырнак серебра не боится – ее одежда может быть украшена золотыми и серебряными украшениями. Своих рук с длинными металлическими когтями она никогда не показывает – прячет их под длинными рукавами. Жезтырнак гипнотизирует человека холодным, немигающим взглядом, и когда он засыпает, впивается в него своими железными когтями, высасывая всю кровь. Эти существа невероятно мстительны и злопамятны. Если Жезтырнак удается убить, то за нее начинает мстить ее супруг – Сорель. Ее почти невозможно убить оружием, но она очень боится огня. Чаще всего Жезтырнак – воплощение духа покончившей с собой из-за неразделенной любви девушки, а Сорель – ее первая жертва и объект ее любви при жизни. И, наконец, самое интересное – она имеет очень сильную телепатическую связь с супругом, а так же прекрасно перевоплощается, беря образы из памяти жертв. И если Жезтырнак можно убить, просто спалив, то неуязвимого Сореля – только уничтожив место последнего захоронения его тела. Это ведь его гроб, не так ли? Только сейчас я понял, почему учитель тренировал меня скрывать свои мысли от телепатов! Не на радость тебе, тварь!

– Ты прав, человек – заговорила Жезтырнак холодным, голосом безо всякой интонации – И когда ты ударил меня там, в камере, мой супруг шел защитить меня, хотя это и лишило бы меня удовольствия усыпить тебя и выпить твою кровь, оставив твою сухую плоть на ужин моей единственной любви. Если бы ты тогда не оглушил меня, не давая прийти в себя всю дорогу, Сорель давно настиг бы тебя. К сожалению, мой дорогой муж почти ничего не видит, да и в остальном, кроме, силы, конечно, испытывает некоторые трудности, поэтому вижу, слышу и думаю за него я. А он доверяет любым моим мыслям. Но ты забыл одну деталь, кусок мяса… Сейчас я уже давно в сознании… И муж меня слышит.

*****

Послышался гулкий, очень сильный удар, сотрясший стены. На стальной двери выступило очертание большого кулака.

– Слишком поздно. Прощай, воплощение Тьмы. – С этими словами Виктор снова чиркнул зажигалкой и бросил ее в груду деревяшек. Она пролетела по воздуху, несколько раз отщёлкнувший от выступающих щепок и приземлилась на красивую, старую «сидушку» темно- красного цвета. Ткань и синтетический наполнитель вспыхнули лучше топлива. Почти сразу загорелись соседние сиденья, которые Виктор специально сложил под низ всей конструкции, полукругом. Едкий дым поднимался вверх и исчезал в бездонной темноте помещения без потолка.

– Что ж – заметив это, проговорила женщина в прозрачном, шипастом гробу – если мне придется умереть, тебе придется смотреть на то, как сгорают все, кого ты любишь! – прошипела Жезтырнак. Внезапно перед Виктором выросло подтянутое, фигуристое тело Ларисы.

– Прошу, шеф, не делайте этого, пожалуйста! – навзрыд заплакала Лариса – за что вы так со мной?! Неужели я плохо служила вам или слишком много кокетничала?

Виктор хотел отвернуться, но не мог. Он будто чувствовал, что нельзя этого делать, это придаст ей сил, а значит – придаст их существу, которое удар за ударом корежило дверь позади Виктора. Виктор смотрел в глаза Ларисы, стараясь, чтобы ни один мускул на его лице дрогнул. Фигура Ларисы внезапно стала Фигурой Карима.

– Нет, нет, нет, НЕЕЕТ! – кричал он, извиваясь. Пол гроба начал накаляться и краснеть. – Ты предатель! Как ты мог убить того, кто спас тебе жизнь?! – орал он, но быстро замолчал, видимо все нарастающая боль делала свое дело, отнимая силы, не давая сконцентрироваться. Пламя бушевало, его языки лизали гроб, оставляя черные следы копоти, Виктора ослепило, но он был рад этому. Ведь следующей на очереди была К`Лор Дин.

– Прошу, милый, одумайся! Мне больно, пожалуйста, выпусти меня отсюда и я все прощу! Прошу, не делай мне больно! – плакала она. К горлу Виктора подступил ком, руки затряслись, но в голове стучала ударами сердца лишь она мысль «Не показывай слабости! Не показывай слабости!» и он продолжал смотреть. Шипы раскалились и начали оплавляться, раскаленный металл капал на ее лицо, оставляя уродливые пузырящиеся ожоги, из-за двери послышался отчаянный рев и звук вырываемой с корнем стальной двери. Жезтырнак предприняла свою последнюю попытку. Фигура начала постепенно уменьшаться, превращаясь в маленькую девочку. Она прильнула к последнему чистому от копоти, месту, оперлась на него, обжигая детские ладошки до кости. Большие голубые глаза и черные, дымящиеся волосы.

– Ты не она! – заорал сам не свой Виктор – Я пытался спасти ее из той машины! Я не смог выбить стекло!

– Ты виноват… что я умерла… – прозвучал детский голосок – а я ведь… верила тебе… до последнего стучала и стучала… ты виноват… а я верила…

– Нет!!! – заорал Виктор, пытаясь дотянулся до раскаленного докрасна замка. Он плакал, не в силах был остановиться. В этот момент какая- то невидимая сила отбросила его в сторону с пьедестала. Детектив больно ударился и прокатился по кафелю, оказавшись на расстоянии трех метров от гроба. Будто кто- то невидимый пнул его ногой в грудь. Только сейчас он заметил, с какой скоростью Сорель несется к гробу. Секунда – и он таранит своим безобразными, дымящимся в нескольких местах, телом, постамент, обняв гроб всеми пятью длинными конечностями. Если бы Виктор сейчас был на том месте – его влепило бы в раскаленный, плавящийся гроб. Яд, который выделял недоразвитый палец с когтем, легко вспыхнул точно магний в костре и поднялся огромным огненным столбом! Слились воедино тонкие, женские крики Жезтырнак, мерзкий, булькающий вой Сореля и тоненькое шипение насекомых, которые в панике забегали по его телу, сгорая. Виктор закрыл уши, зажмурил глаза и лег, прижав ноги к коленям, свернувшись в «позу эмбриона». Он шептал себе под нос:

– Это не ты, это не ты это не ты не ты нетынеты… Так он и пролежал до тех пор пока снова не отключился…

Дым от костра поднимался наверх, разгоняя Тьму, которая учтиво или даже почти пугливо растворялась в обычных танцующих тенях. Когда детектив очнулся, гроб и костер под ним догорал. Мужчина вскочил и рванул в проем выбитой Сорелем двери. Он бежал подальше от этого ужасного места, почти не выбирая пути, вглубь пещеры… Сначала он что-то видел, потом глаза перестали что- либо различать в непроглядной тьме. Виктор остановился и, закрыв лицо руками, прислонился к ближайшей стене, затем сел, обхватив колени руками, и опять забылся на несколько мгновений. Лицо девочки, ребенка, которого он пытался, но не смог спасти все еще стояло перед глазами. Виктор не один год учился с этим жить, загоняя в самые потаенные уголки памяти те страшные минуты и невольно отмечал каждый год, сколько ей сейчас исполнилось бы… И вот теперь вся боль, скопленная годами, как водопад, вырвалась наружу!

Виктор открыл глаза. Он не знал, сколько прошло времени, но сейчас не видел ничего. Даже своих рук. Он снова был во Тьме Пролома.

– Нет, прошу, только не снова! – взмолился Виктор.

– Встань, дитя! – послышался величественный, басовитый и какой- то слегка шипящий голос…

Тьму озарил огонь… Яркая струя огня прошла над головой Карима, развеяв Тьму и зажигая факелы, расставленные вдоль стен. Он увидел, что находится в огромной пещере, ее свод был украшен тысячами факелов, а по бокам пещеры тянулись небольшие желобки, по которым струилась темная смола. Сейчас она загорелась, обрамив всю пещеру огненными линиями. На огромном каменном возвышении сидел Дракон. Его глаза были плотно закрыты, а чешуя блистала золотом.

– Я – Аджахар, Хранитель Пролома! Ты с честью встретился лицом к лицу со злом и болью, что таились в твоем сердце! И отныне я дарю тебе новое, чистое сердце! Я пристально следил за тобой и могу сказать, что давно не встречал столь одаренных глаз. Ты многое увидел в темноте, за это я дам тебе видеть многое и при свете!

Дракон принюхался.

– Отныне ты – правитель своего сердца. Отныне ты – Правитель от моего имени! – взревел он, выдувая новые столбы пламени. От звука его голоса дрожали стены. – Подойди же, дитя! И взгляни в мои глаза, пойми, чего желает мое сердце.

Виктор не мог противиться, он подошел, а Дракон вытянул длинную шею, наклонив голову. Один его глаз был размером с Виктора целиком, так что сейчас, когда он приблизился на расстоянии двух- трех метров, у Виктора подкосились ноги. Он выпрямился и широко открыл глаза, будто боясь упустить что-то важное.

Дракон распахнул свои глаза. В следующий же момент Виктора ослепило. Если бы Дракон стоял с открытыми глазами еще на секунду больше – Виктор бы ослеп навсегда, а еще через десять секунд – вся его плоть превратилась бы в пыль. Сейчас в теле и душе Виктора происходили колоссальные изменения, он становился частью народа аджахар, потомков великого Дракона Аджахара…

Глава 31

Перед рассветом третьего дня ожидания, никто не спал. Ни Карим, ни Дерек, ни даже Правитель не могли сомкнуть глаз. Такой стресс угнетает, отнимает все силы и совершенно, лишает человека сознания, погружая его в сон против воли. Но Карим не мог позволить себе отдохнуть, поэтому каждый раз, когда чувствовал, что его начинает клонить ко сну – аккуратно, чтобы не заметил учитель, делал глубокий надрез на ноге. Сейчас на обеих ногах было по два продольных разреза – от колена и до середины бедра. Капал мелкий моросящий дождик, но туч почти не было, точнее, они все были расположены очень высоко, поэтому не создавали типичной для дождя «давящей» атмосферы. В проломе время течет не так, как вне его, Карим знал это, поэтому переживал за Виктора. Это был третий день их ожидания, сегодня вечером они либо пойдут на праздник, либо на похороны. Забрезжил первый луч нового дня.

Из Пролома послышались шаги…

Вышедшего из Пролома, Виктора озарил луч восходящего солнца, на его лбу горел полупрозрачный знак, в виде третьего ока. Мелкие капли, падая на тело Виктора, с шипением обращались в пар. Все трое замерли. Они никогда раньше не видели ничего подобного – человека избрал в Правители сам великий Аджахар. Из Пролома подул ветер, и послышался гул.

– Приветствуйте нового Правителя! – торжественно зарычало эхо Пролома.

Все трое встали, прижали кулак ко лбу, а после вытянули его по направлению к Виктору. Мужчина, пошатываясь, едва переставлял ногию

– ХРО! – хором гаркнули Дерек, Карим и Правитель.

Издав радостный возглас, двое из них сразу бросились на шею Виктору, поражаясь, насколько же температура его тела превышает все нормы! К обнаженным участкам тела невозможно было прикоснуться без прослойки ткани! Измученный мужчина обмяк, ноги подкосились, и он упал в их объятия друзей совершенно истощенным…

Очнулся Виктор лежащим на мягкой, сплетенной из веточек и шкур, подстилке, его укрывало мягкое, пушистое одеяло, а на голове лежало влажное полотенце. Он простонал, к нему тут же подошел Карим и дал воды из кожаного бурдюка.

– Сколько? – прохрипел Виктор, зажмурив глаза.

– Несколько часов, тебе нужно было выспаться. Дерек скоро вернется с дровами, приготовим еду, поедим и пойдем, а ты отдыхай. Не послушался ты все- таки учителя, пошел в самую глубь!

– Ты видел?! – на выдохе простонал Виктор.

– Нет, но твои глаза выдали тебя еще до того, как ты переступил морок Пролома, ты ведь у нас не из тех, кто любит полумеры, не так ли? – усмехнулся Карим.

– Ну ты.. Ну ты… и гад! – счастливо задыхаясь ответил Виктор.

– С чего это я гад? – возмутился Карим.

– Потом расскажу… – отмахнулся Виктор и уронил голову на мягкую шерсть, мгновенно провалившись в сон. Поначалу Карим хотел забрать его усталость и сразу двинуться в путь, но Дерек запретил это делать, заявив, что такая усталость организму лишь на пользу, и что Карим случайно может забрать у него частицу Пролома. А вдобавок Дерек напомнил, что это часть ритуала посвящения. Да к тому же, после выхода Виктора, Правитель быстро передал информацию Совету, а тот в свою очередь, передал информацию жителям… сейчас в деревне готовиться большой праздник. Правители в нем участвовать не будут, сказали, что им нужно обсудить, что делать. Противиться воли Пролома они не могут, но и Человека- Правителя они не рискнут принять в командующую ячейку, а Правитель ведь именно на это направлен и к этому приспособлен, так что воля Властителя Пролома поставила перед ними непростую задачку. Но остальным жителям нужно подготовиться к празднику.

Проснулся Виктор уже под вечер, воздух был наполнен манящим ароматом жареного мяса. Утренний дождь уже закончился, над головой стояло чистое небо. Дерек жарил мясо, остальная часть их группы занималась нарезкой овощей и прочими приготовлениями к ужину. Имея в распоряжении немного свободного времени, Виктор встал, потянулся и сделал небольшую разминку. Тело ныло от спринтерской пробежки внутри Пролома, но это было почти незаметно на фоне головной и душевной боли. Виктор был удивлен тому, что ни Карим, ни его новоиспеченный отец, ни Правитель за трапезой не произнесли ни слова. «Видимо, один из их обычаев» – подумал Виктор, поедая свою порцию мяса. Он был очень голоден и рад, что никто не нарушает тишину. Только сейчас он понял, насколько в Проломе было тихо! Не только во Тьме, а везде. Природа снаружи была наполнена жизнью, шумел ветер, перекликались птицы разных размеров, где-то далеко выли волки… А в Проломе, несмотря на всех его обитателей, тишина нарушалась только оглушительно громкими звуками, типа звона петель укрепленной железной двери.

После позднего обеда группа двинулась в путь. Пока последний луч солнца не исчез за горизонтом, все шли молча.

Почти всю дорогу к деревне, Правитель, что был с ними, находился в некой прострации, передвигаясь лишь механически. Как подумали остальные участники экспедиции – он участвовал в Совете.

В это время вся деревня гудела – в ней готовился грандиозный праздник! Аджахары любили праздники – в их спокойной, размеренной жизни на праздниках выплескивалась вся нерастраченная энергия, скопленная в будничные дни. Они любили трудиться и делали это с душой, творчески, но и отдыхали также, подходя к праздникам творчески!

Идя по влажной после недавнего дождя тропе, желтой от обилия глины, Виктор резко остановился, будто натолкнулся на невидимую преграду. Уставившись в даль, взглядом, лишенным каких- либо чувств, он сказал:

– Я убил ее. Жезтырнак мертва. И Сорель тоже. Я видел Его.

Группа удивленно вздохнула.

– И какой он? – поинтересовался Карим.

– А ты разве не видел? – удивился Виктор.

– Не довелось, да и само испытание у меня было абсолютно другое.

– А что было у тебя?

– К сожалению, он не может рассказать – вмешался в разговор Дерек – по дороге назад только тот, кто был в Проломе, может облегчить душу, если это требуется.

– Тогда ладно – отмахнулся Виктор – что было там, останется там навсегда. Но удовлетворить ваше любопытство я, чувствую, обязан.

Они продолжили путь. Пока они спускались к границе знакомых Виктору скал, он успел рассказать о Драконе, об испытании, не особо вдаваясь в подробности и, исключив отрывок, в котором Жезтырнак перевоплощалась в огне. Незачем им это знать.

– Одного я не могу понять… – сказал Виктор после окончания рассказа – почему Аджахар создал настолько мрачное и тяжелое испытание для своего народа? Неужели нельзя было обойтись какой-нибудь «Распределяющей шляпой» или устным экзаменом?

– Видишь ли – улыбнулся Дерек – Пролом не был создан Великим. Он поселился там, не более того. А вокруг настолько сильного магического существа, сама природа меняет свои законы. Те существа, которых ты видел, существуют лишь отчасти.

– Типа фантомов моего разума, интерпретации моих страхов? – с некоторой иронией отозвался Виктор в ответ.

– Не совсем… Они реальны и бессмертны, но к каждому вошедшему они относятся по- разному и принимают разные формы, а это уже зависит как раз- таки от тебя. Каждый, кто спускается туда, спускается с единственной целью – увидеть Великого Дракона, но если ты придешь к нему, будучи угнетенным своими страхами и пороками, его лик уничтожит тебя. Поэтому у него на службе и состоят Сорель и Жезтырнак, они вовсе не плохие, но становятся просто ужасающими, если это потребуется.

– И я, получается, убил слуг Пролома?

–Ты как слушаешь? Я же сказал, они – бессмертны. Но да, ты уничтожил их воплощение, ограничивающие их истинные сущности. Как бы тебе объяснить… Вот представь: ты – актер и каждый раз, когда зритель входит в зал, на тебя надевают костюм, из которого ты не сможешь вылезти, пока зритель в зале. И выйти из роли ты тоже не можешь. Сказали играть монстра с интеллектом, способным выдать только «ээээ» да «уууу» и ты действительно отупеешь на время спектакля, не помня, кем являешься на самом деле. Но цель испытания и этого «спектакля» всегда одна – ты должен победить физические отражения своих слабостей и страхов, для того чтобы Дракон мог принять тебя.

– Тогда понятно… – ответил Виктор, не поворачивая головы – в любом случае, не хотелось бы мне снова их увидеть.

– И не придется – успокоил его Дерек, остановившись у границы Покрова – Виктор, сын мой!

Виктору не очень- то нравилось, когда старый сатир начинал говорить высокопарно, это означало, что сейчас он скажет что-то важное, а значит, покоя ему не светит.

– Мы стоим на границе деревни, если у тебя остались еще вопросы или тяжбы, которые посетили тебя в Проломе, сейчас – последний шанс облегчить душу. После – никогда.

– Больше ничто не тяготит меня, отец. Я жив, я теперь Аджахар!

– Тогда войди в свой дом гордо! – улыбнувшись, хитро сощурив глаза, ответил Дерек.

И они вошли. С каждым шагом морок рассеивался все больше, открывая глаза на огромный поток огней и красок.

– Что простите? – повернувшись к Виктору усмехнулся Карим – я говорил, что ночью деревня Кори всегда наполнена огнями? То, что раньше было, скорее напоминало мерцание светлячков! Вот это красота!

Всюду играла музыка, звучали скрипки и кельтские арфы, тимпаны и флейты, големы огня стояли полукругом, мелкие паучки из горящей лавы быстро- быстро бегали по их спинам, сплетая огненные нити. То один, то другой Голем выпускал в воздух яркий фейерверк! Повсюду горели факелы и бумажные фонарики. Первой группу выбежала встречать К`лор Дин, она пыталась сдержать слезы, но у нее плохо получалось. Виктору очень грело душу, что за него так переживали, ведь раньше к нему никто так не относился! Казалось бы, грубый мужик, следователь со стажем, ищейка, а как оказывается, беспокойство и волнение близкой души, когда идешь на опасное задание, нужно каждому, а таким как он – особенно!

*****

Но для Совета подготовка была намного сложнее! Они совещались и бурно спорили – второй раз в жизни. Первым «камнем преткновения» был Карим и вот сейчас – совсем неприемлемо – человек- Правитель! Хозяин Пролома выбил их из колеи окончательно. Такого никто из них не мог себе представить – чужак, имеющий право вмешиваться в уклад жизни их народа.

– Не бывать тому! – возмущался один.

– Но властитель Пролома Аджахар и он лучше знает – возражал другой – он мудрее нас и знает будущее!

– Но нам Он тоже дал право думать и принимать решения! – шумели остальные.

Хотя назвать шумом полное безмолвие сидящих в позе медитации Правителей, было сложно и только Правители понимали, что сейчас твориться в их головах. И для них это был невообразимый шум! Нервы каждого были на пределе и поэтому все понимали, что в этом состоянии невозможно принять разумного решения. Нужно было что-то делать! Ждать, пока все успокоятся не было возможности, нужно было просто получить эмоциональную разрядку здесь и сейчас…

*****

Жителей деревни Кори не очень- то волновали проблемы Правителей, они радовались и праздновали. Столы, которые вытащили под открытое небо, ломились от кулинарных шедевров, на которые только были способны талантливейшие кулинары деревни Кори, в качестве напитков были легкие игристые вина из фруктов и трав. Особенно Виктору понравилось вино, сделанное из мятной вытяжки, поэтому он без зазрения совести приватизировал парочку бутылок себе. Все пели и плясали, Виктору показалось, что он попал на традиционную ирландскую или кельтскую вечеринку. Каждый, мимо кого они проходили, сердечно поздравлял Виктора со столь важным в жизни шагом. От братства Големов ему подарили дом, поставив его рядом с жилищем Карима. Как выяснилось, они обратились к тому Лекарю, который помогал Виктору с ранами и тренировками, и попросили его создать чертеж идеального дома для детектива. Домик получился прекрасным!

Снаружи дом оказался почти неотличим от скалы, рядом с которой находился. Стены дома напоминали склоны горы, глинистые, с промоинами склоны с камнями и выступами. Даже подойдя вплотную нужно было применить некоторое усилие, чтобы увидеть дом, а не очередную скалу. Но внутри он имел вертикальные ровные стены, привычные простому человеку. Дом имел много тонированных окон, через которые невозможно было увидеть, что твориться внутри, но через них прекрасно просматривалась вся деревня. Желание, превратившееся в карьеру – видеть всех, стараясь оставаться незамеченным, было реализовано големами полностью в жилище детектива.

Внутри дома все было очень просто и практично, но Виктор невольно рассмеялся, заметив украшения на стенах и полках.

– Оказывается, выдумки Ларисы нравились мне больше, чем я хотел себе в этом признаваться! Они действительно стали казаться мне неотъемлемой частью офиса и моей жизни!

Виктор выглянул из окна своего жилища и замер на несколько минут. Его взгляду открылась панорама деревни Кори. Сегодня она была пропитана огнями и светом. Казалось, что не только жилища сияют огнями, но даже растения светятся. Здесь были дома острые, словно неровные шпили, круглые шары с окнами, дома в виде цветов, лепестков, камней, и даже дом в виде всплеска воды при падении в нее камня. Дома были маленькими и огромными, длинными и короткими. Каждое жилище отражало характер своего владельца как нельзя лучше. Мужчине показалось, что он мог бы неделями рассматривать этот пейзаж на досуге и ему не наскучило бы.

– Наши ребята знали, что тебе нужен дом с видом на деревню – послышался за спиной голос Дерека. – Ты всегда можешь любоваться деревней на отдыхе. Не все наши жители любят смотреть на дома соседей.

– А я наслаждаюсь этим зрелищем – улыбнулся Виктор.

– Я знаю – просто ответил Годи.

– Я был уверен, что тебе понравится – улыбнулся в ответ Карим – аджахары умеют понять, что нравится другому и сделать это. Они умеют любить по- настоящему!

Виктор рад был, что в деревне Кори у него теперь есть свой дом! Это значило, что теперь он сможет жить здесь, а если уйдет – всегда сможет вернуться сюда в любой момент! И от этой мысли становилось особенно тепло на душе!

После прогулки и осмотра нового дома, когда Карим пошел с друзьями к столу, к Виктору подошел Дерек.

– Сын, присмотри, за зеленым пацаном! Дорог он мне, но рискует слишком часто, меры не знает… молодость, молодость! – вздохнул он, глядя как весело смеется Карим у стола, о чем- то беседуя с двумя Охотниками.

– Обязательно! Но что может ему угрожать, пока он не начнет лечить опять?! – удивился Виктор – ведь там, снаружи, пока никто не знает, где он живет!

– Правители, возможно, сделают для него подарок. Карим давно ждет его. Это амулет. Думаю, что о нем Карим должен сам тебе рассказать, но хочу тебя предупредить, что если он активирует амулет, это позволит Полиморфу Коду «услышать» его… – при упоминании имени Кода, Дерек как- то неловко сжался.

– Это тот, которого мы с Каримом встречали?– уточнил Виктор.

– Да… у нас здесь не принято говорить о нем. Всем жителям Правители стерли память о нем и Правители ждут возможности вернуть Кода в Пролом, считают его предателем… – Дерек тяжело вздохнул – …но это мой сын и мне так тяжело видеть его заблуждение! Я очень хочу верить, что он вернется сам, что изменится, осознает свою ошибку!

– Но сейчас Код опасен для деревни Кори? – уточнил детектив.

– Да… – тяжело вздохнул Дерек, неловко переступив копытами – …он опасен и для тебя и для Карима…. Судя по тому, что знает о нас Организация, Код дал им информацию о нас… Но мне дает надежду на его исправление тот факт, что он не показал им где расположена наша деревня! Значит, он все еще не безнадежен! Я каждый день прошу Пролом вернуть ему разум и подарить смирение!

– А что произошло? – решил все же уточнить Виктор, несмотря на то, что Дереку было очень тяжело о нем говорить.

– Код прошел Пролом, и вышел из него Правителем… но непростым… Он не только обладал силой Правителей но и стал полностью полимофным, то есть получил изменяющееся тело… Ему предложили роль Правителя…это не было ничем необычным, дальше он должен был принять решение – отказаться от своего «я» и вступить в общий разум наших Правителей или принять менее высокую должность местного Управителя големов строителей или аграриев. Но он был слишком горд для этого и посчитал, что это унижает его достоинство! Код был обижен, но научился скрывать мысли даже от Лекарей и Правителей. Мы раньше даже не знали, что этому можно научиться… мы всегда учимся чему- то новому…

– И что потом?

– Потом Код отказался от всех, предложенных ему мест и сказал, что хочет быть самым старшим Правителем, может быть даже единственным! Он попытался внести смуту в умы жителей деревни. Никто не мог позволить подобные вещи и ему предложили выбор – изгнание или второй вход в Пролом!

– И он ушел… наверное затаив обиду… – усмехнулся Виктор.

– Да… но мы не думали, что наш родной брат опустится до предательства! Мы думали все, что он соскучиться и вернется, согласившись на роль управляющего големами… – вздохнул Дерек – Когда мы поняли, что Код предал нас, Правители стерли у всех память о нем…

– А вы?

– Я не захотел… наверное, я похож немного на вас, людей. Я согласился страдать… надеясь на возвращение моего сына…

Дерек процокал копытами по камням, поднялся на скалу и посмотрел на деревню с высоты. Виктор последовал за своим учителем и новым отцом. Он взглянул на беспечно веселящихся аджахаров и догадался.

– Они сами согласились, чтобы им стерли воспоминание о Коде…!

– Да, подобные воспоминания омрачают их радость, и они согласились изъять их из памяти – подтвердил Дерек

Сатир посмотрел на веселящихся собратьев и улыбнулся светло и нежно:

– И все таки, как люблю я нашу деревню и каждого ее жителя! Я так рад, что они могут веселиться сегодня! Кто знает, сколько у нас еще будет таких вот беззаботных дней?

Праздник, совмещенный с новосельем, длился два дня. К утру третьего дня, Виктор проснулся от того, что его кто- то тряс. Голова не болела совершенно, да и не напивался он. Напитки, которые подавались, можно было пить в любом количестве, оставаясь в состоянии легкого веселья, не переходящего в пьяный угар. Будил его Карим.

– Нас ждет отец, есть какие- то новости от Правителей.

Быстро собравшись, они направились к дому сатира. В доме их ждал сам Дерек и незнакомый Правитель с синеватой шишкой на лбу и мешками под глазами. Последний, насупившись, молчал, всем своим видом выказывая недовольство.

– Присаживайтесь, дети мои! Сейчас я расскажу несколько важных новостей. Первая и хорошая – Виктора освободили от клятв, так как Правители, хотят они того или нет, подключены к общему разуму телепатической нитью, поэтому, в случае острой надобности – всегда можно будет связаться. После соответствующих тренировок само собой, но пока на них времени нет. Вторая новость – Карим! Тебе больше не нужно скрывать лицо, но клятва о защите деревни останется как на тебе, так и на Викторе. Третья новость! – Дерек едва сдерживал смех, то и дело прыская в кулак – Правители… долго думали, что им делать с Виктором… Около двух дней велись дебаты о истолковании воли Пролома… и, вдобавок, по общему решению, они – он все- таки засмеялся, не сдержавшись – они даже назначили отдельную группу Правителей, которая билась головой о стену, чтобы, испытывая физическую боль, каждый мог сдержать и контролировать свои эмоции, и чтобы от избытка эмоций не принять поспешного и необдуманного решения! Ну ты и дал, Виктор! Это было самое долгое принятие решений, которое мне приходилось наблюдать за пятьсот лет! Как говориться, смеялись всей деревней! – он утер слезы, Правитель его радости не поддержал, угрюмо потирая лоб.

– В конце концов – отсмеявшись, закончил Дерек – они пришли к единому мнению, что силы были даны тебе для борьбы с нашим внешним врагом, поэтому, путь в деревню и из нее всегда открыт для тебя, мой дорогой сын. Четвертая новость – Карим, сын мой, пока мы лечили тебя от древнего проклятия, я заметил, что твоя карма сияет ярче солнца пустыни. Я могу с уверенностью сказать – ее хватит для зарядки амулета Встречи.

На этих словах спина Карима покрылась потом, а руки задрожали.

– Ты уверен в этом, отец? – его голос дрогнул, и сам он трепетал, как осенний лист на ветру.

– Полностью. Когда мы закончим этот разговор, я помогу тебе зарядить его – вид Дерека стал очень серьезен, почти суров.

– А что за амулет Встречи? – поинтересовался Виктор.

– Тебя это не касается!.. брат… – резко ответил Карим. Виктор не узнал его, стоило упомянуть этот непонятный амулет, как Карим стал жестким, резким, даже неуравновешенным!

– Карим! – строго воскликнул Дерек – ты ему до сих пор не поведал? От братьев не должно быть секретов, мой дорогой сын. Я не буду торопить тебя с этим, но как только представится случай – расскажи ему всю правду!

– Какую еще правду?! – на этот раз взбрыкнул Виктор.

– Поверь, Виктор, это действительно не касается тебя. Это… кое- что мое, личное… – на этот раз мягко сказал Карим.

– Потом это обсудите! – не терпя возражений заявил Дерек – И наконец, последняя новость – Правители дают вам особое задание – вам нужно разузнать о нашем враге. Столько, сколько сможете. Правители и все Годи будут неустанно стараться помочь вам, но, к сожалению, Охотников мы с вами не пошлем. Их и так осталось мало, все оставшиеся останутся охранять деревню в случае неожиданного нападения, вы будете там одни… – Дереку тяжело далась эта фраза.

– Не беспокойся, отец, мы оба выросли там и знаем все что нужно, да и одни мы не будем, вон того же Сумрака возьмите и остальных друзей! – уверенно ответил ему Виктор. Дерек внимательно посмотрел на него и не увидел сомнений, это сколько- то успокоило сатира.

– Тогда, как бы ни хотелось мне обжить свою новую жилплощадь, но придется с этим повременить. Мы выдвигаемся завтра утром! – хлопнул ладонями Виктор.

– За домом присмотрят, не беспокойся – отозвался Правитель, впервые подав голос – К`лор Дин вызвалась следить за ним в твое отсутствие… – в этой фразе послышалась скрытая враждебность, но возможно, Виктору это просто показалось.

– Ладно – отозвался Карим

Правитель, не говоря ни слова, направился к Шпилю, а Виктор пошел к К`лор Дин, чтобы поблагодарить за дом и рассказать о своем скором отъезде. Она не стала его уговаривать остаться, лишь попросила быть аккуратнее там, во внешнем мире. Она сама не бывала там ни разу, но это ее не беспокоило, женщина знала о нем многое, через Годи и Правителей, так что не стремилась попасть в столь враждебное для слабой аджахарки, место.

Виктора и Карима провожали как воинов, поэтому ни слез, ни долгих прощаний не было. Ведь их наличие означало бы, что видятся они в последний раз, а так не считал никто. Каждый из друзей вручил по подарку Виктору и Кариму. К`лор Дин – немного еды и припасов, Дерек – по талисману в виде дракона в круге огня, сделанному из дерева, а Правители – по короткому кинжалу, который Виктор сразу спрятал в ботинок, подобное оружие никогда не было лишним. А Карим от своего кинжала отказался, мотивируя это тем, что он дарует жизнь, а не забирает ее, осуждать его никто не стал. На следующее утро жители деревни и друзья планировали проводить Карима и Виктора в путь, а сейчас, вручив подарки, все хотели продолжить веселье.

*****

Праздник был в разгаре, когда Карим вдруг отошел от веселящихся аджархаров и затих. Он услышал мысленное послание от Правителей и направился в сторону башни. Виктор не сразу заметил исчезновение друга, увлекшись беседой с К`лор Дин и местными красавицами, но обнаружив исчезновение, пошел его искать. Искать долго не пришлось, Карим возвращался от башни к веселящемуся народу задумчивым, немного грустным, но довольным.

– Ты куда пропал? – начал было Виктор, но осекся, заметив отрешенный взгляд друга, а теперь еще и брата.

– Я… так нужно было… – рассеянно произнес Карим – наверное, мне идти нужно…

– Куда ты собираешься? – не понял Виктор.

– Мне нужно в одно место… – все также «вникуда» произнес Карим.

Детектив не стал тревожить друга и вернулся к друзьям, а Карим исчез в толпе. К Виктору подошел Дерек и отвел его в сторону от всех.

– Послушай, сын… я волнуюсь за Карима. Он получил заряженный амулет от Правителей и не стал дожидаться тебя, направился на кладбище к своей любимой, а это за стеной и… он в опасности! Если он активирует амулет, это позволит Коду «услышать» его… – при упоминании имени Кода, Дерек как-то неловко сжался.

– Это тот, которого мы с Каримом встречали?– уточнил Виктор.

– Да… у нас здесь не принято говорить о нем. Всем жителям Правители стерли память о нем, и Правители ждут возможности вернуть Кода в Пролом, считают его предателем… – Дерек тяжело вздохнул – …но это мой сын и мне так тяжело видеть его заблуждение! Я очень хочу верить, что он вернется, что изменится, осознает свою ошибку!

– Но сейчас Код опасен для деревни Кори? – уточнил детектив.

– Да… – тяжело вздохнул Дерек, неловко переступив копытами – …он опасен и для тебя и для Карима…. Судя по тому, что знает о нас Организация, Код дал им информацию о нас… Но мне дает надежду на его исправление тот факт, что он не показал им где расположена наша деревня! Значит, он все еще не безнадежен! Я каждый день прошу Пролом вернуть ему разум и подарить смирение!

– А что произошло? – решил все же уточнить Виктор, несмотря на то, что Дереку было очень тяжело о нем говорить.

– Код прошел Пролом, и вышел из него Правителем… это не было ничем необычным, дальше он должен был принять решение – отказаться от своего «я» и вступить в общий разум наших Правителей или принять менее высокую должность местного Управителя големов строителей или аграриев. Но он был слишком горд для этого и посчитал, что это унижает его достоинство! Он был обижен, но научился скрывать мысли даже от Лекарей и Правителей. Мы раньше даже не знали, что этому можно научиться… Но мы всегда учимся чему- то новому! А теперь я специально учил тебя этому перед входом в Пролом. Так мы были уверены, что Пролом очистит ненужное из твоей души.

– И что потом?

– Потом Код отказался от всех, предложенных ему мест и сказал, что хочет быть самым старшим Правителем, может быть даже единственным! Он попытался внести смуту в умы жителей деревни. Никто не мог позволить подобные вещи и ему предложили выбор – изгнание или второй вход в Пролом!

– И он ушел… наверное, затаив обиду… – усмехнулся Виктор.

– Да… но мы не думали, что наш родной брат опустится до предательства! Мы думали все, что он соскучиться и вернется, согласившись на роль управляющего големами… – вздохнул Дерек – Когда мы поняли, что Код предал нас, Правители стерли у всех память о нем…

– А вы?

– Я не захотел… возможно, я похож немного на вас, людей. Я согласился страдать… надеясь на возвращение моего сына…

Дерек процокал копытами по камням, поднялся на скалу и посмотрел на деревню с высоты. Виктор последовал за своим учителем и новым отцом. Он взглянул на беспечно веселящихся аджахаров и догадался.

– Они сами согласились, чтобы им стерли воспоминание о Коде…!

– Да, подобные воспоминания омрачают их радость, и они согласились изъять их из памяти – подтвердил Дерек – кстати о Кариме, ты должен немедленно идти на поиски брата, если не хочешь его потерять и подвергнуть опасности всю нашу расу, он в большой опасности!

– Где я могу найти его?

– На кладбище, его любимая похоронена там. Но, может быть ты догонишь его раньше, если поторопишься. Он не мог уйти далеко.

– Хорошо, я пошел?

– Да, иди, и да будет с тобой сила и мудрость Аджархара, Правителя Пролома! – выдохнул Дерек.

Теперь Виктор мог понять всю опасность и важность своей миссии, потому что знал, что упоминание Правителя Пролома допустимо только в самых важных и опасных случаях. Аджархары никогда понапрасну его не упоминают! Он быстро переоделся, взял свою теплую куртку, здесь, в деревне она была ему не нужна, и отправился за стену.

Глава 32

Макс стоял в просторном холле перед дверью кабинета Марата. Предстоял непростой разговор, судя по бледному, как смерть, лицу клерка, который передавал просьбу «зайти в кабинет Главы на беседу». И ведь, что странно, Марат не воспользовался личным посланием по почте или другому методу связи, значит, дела очень плохи. Из пяти выслеженных Аджахаров, не осталось ни одного живого, мертвых тел у Организации всего два, а если верить китайскому сектору Организации – всего одно. Китайцы забыли положить его в специально разработанный контейнер и к ним в здание ворвались шестеро вооруженных незнакомцев, ростом по три с половиной метра и с боем забрали тело собрата. Конечно, за качественность сведений никто бы не поручился, а китайцам по природе небольшого роста, рослый Охотник вполне мог показаться трехметровым, но упускать возможность изменения роста и комплекции нельзя…

Ничего нельзя упускать, а Макс как раз упустил, за что сейчас и будет отвечать. После потери живого экземпляра, о других аджахарах, Лекаре или даже о нанятом детективе ни слуху, ни духу. Кира до сих пор рвет и мечет, периодически кляня какого- то информатора, но это его, научные проблемы. Ведь детей Главы, какими бы непутевыми они ни были, будет очень тяжело обвинить перед Маратом, даже если результаты изуверских опытов, приведшим к потере последней ниточки – прямо перед глазами. Но Глава столь серьезной организации как эта не может избежать личностного и семейного влияния на ситуацию, а значит за все отвечать Максу. Вздохнув, он потянулся к ручке двери. Не успел Макс дотронуться, как она открылась сама. У двери стоял личный секретарь Главы, это он распахнул дверь перед Максом.

– Я уж думал, ты с силами так и не соберешься – сказал пожилой мужчина, сидящий в черном кожаном кресле.

Войдя, Макс преодолел расстояние до противоположного края кабинета почти строевым шагом, он не собирался так идти, но его нервозность делала все за него. Сам кабинет был обставлен дорого, можно даже сказать «вычурно». Повсюду висели различные картины, на письменном столе из красного дерева стояла дымящаяся кружка крепкого чая с молоком и небольшая корзинка со сладостями «к чаю». Макс сел в кресло напротив Главы.

– Я полагаю, ты в курсе, почему я тебя позвал – начал Марат. Первое впечатление стремящегося к показной роскоши богача «недалекого ума», которое производил Марат, было ошибочным. Это становилось очевидным, стоило ему заговорить. Наблюдательный человек сразу заметит, что перед ним находится расчетливый профессионал, а маску безрассудного, туповатого богача он использовал для того, чтобы обмануть своих конкурентов и потенциальных врагов, ведь от подобного не ожидаешь мыслей больше чем на пол хода вперед. И каково же было их удивление, когда богатенький владелец фармацевтической сети и других предприятий обставлял их на тридцать, а то и пятьдесят ходов вперед.

– Да, я понимаю, но хотелось бы услышать это от Вас – сразу принял оборону Макс.

– Пять наших клиентов пропали, лишь двое оставили материал…

«Ага – подумал Макс – значит он не в курсе о китайской ситуации! Слабеешь, старик!»

А Глава продолжал:

– От тебя давно нет вестей о новых клиентах, так же никто не знает, куда делись эти двое – Лекарь и Детектив. Тьфу, бульварная конспирация, чтоб ее. Хотелось бы услышать твой личный отсчет.

– После смерти последнего объекта – начал как по протоколу Макс – я решил лично продолжить слежку за целями, мне повезло, что они и так шли вдвоем.

– Вместе? – уточнил Глава.

– Нет, один преследовал другого, мне оставалось только следить за Детективом, чтобы выяснить, куда направлялся Лекарь. Таким образом, сделав одну остановку в пути, они доехали до Чарынского каньона. Я наблюдал с возвышенности, боясь обнаружения.

– Твое чутье редко тебя подводило… – задумчиво проговорил казах, отпивая горячий чай.

– В процессе слежки за целью произошел непредвиденный случай, Детектива начали преследовать волки, он упал ногой в расселину и не смог продолжать движение. Он позвал на помощь, поэтому я спустился с возвышенности, обходя скалу, мешающую обзору, и направился непосредственно за Лекарем с максимально доступной скоростью, так как Детектив мог спугнуть Лекаря своими криками. Когда я дошел до места предполагаемого обнаружения Лекаря, его там не оказалось. Скалы вокруг никак не могли стать укрытием, да и свернуть он не мог. Так же через время пропал и Детектив. На месте его теоретической гибели был лишь труп волка, поедаемый его же сородичами. При помощи пистолета с глушителем я отогнал волков, но дорога дальше так же была пуста, вплоть до покинутых транспортных средств.

– То есть ты приходишь сюда и заявляешь «вот они были и вот они исчезли»? Может их инопланетяне похитили? Или один из них оказался магом- волшебником и перенес их обоих в Азгард, к Зевсу на поклон? – процедил Глава – Я специально дал тебе десять дней с того происшествия, чтобы у тебя было время добыть хоть какую- то информацию. Я спрошу еще раз, что у тебя на руках?

– Результаты есть, но лишь отрицательные, мой Глава – честно признался Макс – после испытаний Кира, можно с уверенностью сказать, что все аджахары плотно связаны телепатически, а так же после смерти они выделяют особый фермент, запах которого его сородич может учуять за несколько десятков километров. – Он продолжил отчет – по ситуации с Лекарем: в том месте откуда исчезли Лекарь и детектив, до сих пор наши люди, три группы по десять человек ищут хоть какие- то зацепки…

– Отозвать! – резко оборвал его Владыка.

– Но… – начал было Макс, но тут же осекся, Глава не тот человек, которому стоит перечить…

– Ты что-то сказал? – осведомился он.

– Есть! – тем же тоном произнес Макс.

– Так- то лучше. Послушай, Макс, мы с тобой почти вместе начинали и мне сильно не хочется расставаться со столь доверенным лицом… поэтому я дам тебе еще один шанс, но если твой провал повториться, мне придется задуматься о твоей компетенции…

«Так же, как задумались о компетенции Дэвида» – мысленно продолжил за него Макс.

– Как только узнаешь хоть что-то больше, чем «мы ничего не нашли» сразу ко мне! И ни к клеркам, ни к секретарям, а ко мне напрямую. Никому не позволяй тебя остановить. Можешь даже применить силу – в этом случае потом разберемся. Я не хочу снова звать и выискивать тебя, а то у меня создается ощущение, что я тебя преследую…

– Можете положиться! – Макс старался не выказывать свою тревогу и у него это получалось.

– Уж могу! Пока… – сердито пробубнил Марат в ответ – а теперь иди.

Макс вышел из кабинета и шумно выдохнул. Вполне вероятно, что даже сейчас Глава наблюдает за ним, но это было Максу только на пользу. Пусть знает, что Макс перед ним вроде как «на цыпочках», тогда у Главы не возникнет вопроса «а в полную ли силу работает мое доверенное лицо?». На самом деле Макс вовсе не боялся Главу, слишком много он о нем знает, даже того же Кира с его вспыльчивым характером, он опасался больше.

Уже несколько лет Макс ждал, пока Глава потеряет контроль над ситуацией, чтобы в нужный момент сместить его и стать новым Главой, но пока он точно знал, что даже мелочи в этом направлении делать не стоит, ведь из-за этого он может потерять доверие, которое в его ситуации равносильно жизни. Поэтому он будет играть выносливого, преданного и боязливого слугу столько, сколько придется, чтобы защитить себя и свою мать. Макс быстро передал распоряжение Главы об отбое слежки за каньоном и направился в свой кабинет, нужно было уладить кое-какие детали, проверить отсчеты и думать, что делать дальше

*****

Как только Виктор пересек морок стены, его «ударом» встретила мысль, словно крик, замороженный на время и ожидающий быть услышанным, как сообщение на автоответчике. Это была мысль Ларисы:

– Шеф! Куда же вы пропали? Люди сыщика перерыли весь наш офис! Они ворвались как бандиты! Где же вы? Что с вами? Может Вы сейчас в опасности?! Как бы я хотела Вам помочь! Но я не знаю даже где Вас искать и что делать? Ваш телефон не отвечает! Хорошо, что я пришла намного позже! Но мне пришлось проверять, не следят ли за мной! Они установили камеры по всему офису! Они теперь ищут меня и Вас! Я вынуждена скрываться у Семена, домой боюсь возвращаться, даже выходить на улицу боюсь, а вдруг у них есть возможность просматривать уличные камеры!? Хотя… тогда бы они уже схватили Семена!…

Детектив даже вздрогнул от неожиданности! Неужели теперь можно читать мысли людей? Кроме того, вряд ли она именно сейчас думает об этом!?

– Сейчас ты можешь слышать мысленные послания, если они направлены к тебе – вспомнил он наставление Правителя, когда они возвращались в деревню – Чем более эмоционально послание, тем больше расстояние, на котором ты его сможешь услышать даже без тренировок. Если потренируешься, то сможешь слышать послания, тебе адресованные с любой точки планеты. Но тебе нужно тренироваться, чтобы научиться читать мысли, не адресованные тебе! Это может однажды спасти тебе жизнь!

Сейчас Виктор в полной мере понял значение этого урока! И он был очень благодарен Ларисе за ее верность и за желание помочь!

«При встрече нужно будет обязательно поблагодарить ее!» – подумал детектив и запахнул куртку, защищаясь от холодного ветра со снегом.

Но до города, полного опасностей сначала нужно было добраться и, желательно перед этим найти Карима, пока он не уехал из каньона сам.

Не успел Виктор спуститься, как увидел спину друга, шагающего по дну каньона. Солнце согревало холодные камни, но ветер заставлял людей кутаться в куртки. По противоположной стороне туристы поднимались к стоянке, чтобы отправиться в город.

– Ты напрасно поторопился – крикнул Виктор вслед удаляющемуся Кариму.

Парень вздрогнул и обернулся.

– Не надо было тебе идти за мной. Это личное. Лучше бы мы встретились с тобой завтра в городе.

– Дерек так не думает – усмехнулся детектив, догоняя друга.

– Ладно. Вместе так вместе – удивительно быстро согласился Карим.

– И куда поехали все эти машины? – спросил Виктор даже не Карима, а скорее самого себя, наблюдая пыль из-под колес колонны черных «гелендвагенов» поднимающих пыль с грунтовой дороги и направляющихся к трассе. – А, не важно, пошли к стоянке, может затормозим машину или автобус?

Друзьям повезло, стоило им выбраться на поверхность «младшего брата Гранд Каньона», как они увидели полупустой автобус, собирающийся к отъезду. Быстро договорившись об оплате, они купили у водителя два места в конце салона, где никого не было и сели. Двери плавно захлопнулись, автобус пришел в движение.

– Может теперь расскажешь? – убедившись в отсутствии лишних ушей, спросил Виктор.

– О чем? – Карим сделал вид, что не понял.

– Не прикидывайся, друже… – нахмурился детектив – что у тебя за история с этим медальоном?

Карим поник. Потом вздохнул.

– Помнишь, я говорил, что не дал Лекарю вылечить кое- что? – грустно начал Карим, Виктор не перебивал – это непосредственно связано с этим, с моим детством и в принципе с тем, зачем я надеваю Белую Маску снова и снова…

*****

Вырос я в детском доме, отца и мать не знал никогда, но, сдается мне, не такие уж они хорошие люди были, если избавились от меня. Иногда в детстве я надеялся на другое, что у них были трудности, которые они решат и приедут за мной на шикарной машине, привезут в большой дом и будут любить до конца жизни. Но ближе к тринадцати понял – они не вернуться. Да и никто им я, чужой. В то же время в нашем детдоме росла одна щупленькая, красивая девочка лет восьми. Ее часто обижали, даже били из-за ее природной миловидности, девчонки завидовали. Унижениями ее обидчики надеялись «задушить» ее красоту и снизить конкуренцию на возможное место в семье, ведь таких обаятельных, тихих и красивых девочек чаще берут в приемные семьи! Все в детском доме звали ее просто «Мелкой». Сначала я старался не замечать ее бед, но в один день подошел и без вопросов сломал нос той девке моего возраста, что таскала Мелкую за волосы. С тех пор к ней приставали все реже и реже. Она держалась меня везде, боялась отойти на шаг.

– Эй, Мелкая! – как-то раз крикнула девчонка со сломанным носом – а не староват ли он для твоего парня, а? – в ее словах было столько яда, что им можно было убить взрослого слона, но после моего предупреждающего взгляда она вынуждена была отступить.

– Послушай, Мелкая – сказал я – ты знаешь кто твои родители?

Она отрицательно покачала головой.

– И я не знаю. Но я знаю, что тебе не нужно учиться выживать. Мне пришлось это сделать и теперь я готов защищать тебя, пока ты не найдешь свою семью. Все что я потребую взамен – не становись такой же жестокой, как эти уроды, что нас окружают, поняла? Ты другая. И если я узнаю, что ты начала кого-то задирать, то сразу перестану тебя защищать и вообще, знать тебя не буду, поняла? – строго спросил я у нее.

– Да… – ответила она тихим голоском. Это было первое слово, которое я от нее услышал, да и, наверное, первое ее слово вообще. Голос у нее был как колокольчик, чистый, не хриплый, как у меня тогда, еще нескладного, но очень сильного подростка.

И с тех пор мы почти везде были вместе. Так продолжалось три года. Мне было шестнадцать, когда на очередном «родительском дне» пришла одна пара, муж казах, а жена русская, которые выглядели дорого и престижно, поэтому я сразу зыркнул на остальных, которые потянулись к ним. Они поняли посыл, но некоторых особо наглых, перекрывающих дорогу Мелкой, в белом платье с бантом, пришлось слегка ткнуть в бок, чтобы они почувствовали остроту заточки в моей руке!.. Их сразу сдувало ветром, точно воздушные шарики, а богатая пара почти сразу выбрали Мелкую…

Она указала на меня пальцем и прошептала на ушко «новой маме» что хочет, чтобы меня тоже забрали, ни о чем другом она не могла попросить, но посмотрев на меня, быдловатого, чумазого пацана- подростка, прячущего что-то металлическое в рукав слегка порванной рубашки, ее приемные родители сразу отказали, я не возражал. Мне давно не нужна была семья, я научился выживать один… Мелкая обняла меня напоследок и пообещала найти, связаться, как только получится… И ушла…

В восемнадцать я получил пропуск на волю и второй условный срок, жизнь была не особо добра ко мне. Тогда она и связалась со мной впервые. Узнав, что я работаю грузчиком на железной дороге, она нашла меня на вокзале. Мелкая была рада встрече, а я не мог не заметить, что на ее плече, под лямкой платья, красовался большой синяк. На мои вопросы она отнекивалась, говорила, что упала с лестницы, но я слишком часто встречал подобное в интернате.

Когда я надавил на нее, она все-таки рассказала. Плача, она поведала, что после того, как ее забрали, она подумала, что попала в рай. Большой дом выше проспекта Аль- Фараби, вкусная еда, чистая постель… Но все оказалось не так радужно. Каждый день, мачеха лупила ее за любые провинности, но рука у нее была слабой, так что Мелкая не обращала на это внимание. Было обидно, но не более того. Однако потом она поняла причину ненависти приемной матери к ней… Она увидела глаза приемного отца в тот момент, когда она, будучи тринадцатилетней, выходила из душа… Недавно он пытался увести ее в свой кабинет, но она отбивалась, за что он и побил ее. Я был в ярости! Я потребовал от нее адрес этого извращенца! Она отказалась давать адрес, тогда я силой затащил ее в отделение милиции, благо я точно знал, где оно находится, и заставил написать заявление. Увидев меня в роли обвинителя, «менты» сначала удивились, а потом иронично подняли брови. Они даже не повезли Мелкую в больницу, для судмедэкспертизы! Просто ничего не сделали! Но домой ее отвезли на полицейской машине.

Через несколько дней, я пришел к ее дому (я адрес подсмотрел, пока она заполняла заявление в участке) и увидел по всему дому черные шторы… В саду работал садовник и я, ловко перепрыгнув через ограду, выбил из него всю информацию. Как оказалось, после разбирательств с полицией, ее отчим пришел в ярость и забил ее насмерть острой металлической кочергой. Похороны уже провели и сейчас я видел силуэт жирного урода, сквозь черную штору из дорогого шелка. Он пил что-то вроде коньяка, сидя на своем кресле и смеясь над чем- то в телевизоре. В этот момент я потерял голову. Я схватил большой камень и запустил прямо в силуэт этого мерзкого существа, человеком его точно назвать было нельзя! Послышался звон и ругань на казахском языке, когда я бросил следующий камень, он открыл штору, а камень заехал ему по брови, сорвав кожу вместе с частью брови.

На меня уже бросились охранники, но я смылся! Бежать в полицию не было смысла – меня там бы и похоронили, но просто так сдаваться я был не намерен. Я поклялся отомстить ему за смерть Мелкой, чего бы мне это не стоило. Спасло меня одно – кто- то, наверное, какой-нибудь почтальон или жена этого урода, оставил велик у открытой калитки. Как я потом узнал, это был профессиональный горный велосипед, и я уехал на нем за город. Я был зол, напуган и не знал, куда ведет меня дорога, пока не наткнулся на поворот к Чарынскому Каньону. Я никогда там не был, поэтому поехал туда, заодно решив обчистить местных неосторожных туристов. Но пока я гулял внизу каньона возле речушки, я совсем заблудился. В то время там не было ни одной души, а я все плутал и плутал, уходя вглубь каньона. Тогда и случилось то, что случается с неосторожными путниками, не подготовленными как следует. Я почувствовал острое жжение в ноге и быстро поднял ее, на лодыжке висел скорпион. Это была крупная тварь, очень ядовитая в это время года… Мне стало дурно, перед глазами поплыли круги. Я прошел еще от силы метров двести, после чего упал без сил. Тогда меня и нашли они, аджахары… Они вылечили меня, обучили всему, дали волю к жизни, дали семью, которой никогда не было ни у меня, ни у Мелкой…

Они забрали у меня всю боль, кроме одной. Я отказался отдавать эту память и эту боль! Она мне нужна и с этой болью я не расстанусь. Знаешь, аджахарам запрещено говорить о Проломе, но я могу сказать, что после его прохождения, я заметил, что излечивая других людей, спасая кого- то от неминуемой участи, благодарность и радость близких этого человека не просто витают вокруг меня бесплотной материей, я вижу ее! Каждый раз, спасая кого- то конкретного, правда не могу объяснить, как именно, но я их «конкретизирую», оно само так получается… Так вот, каждый раз после исцеления, я слышу некий звон в ушах и будто в душу упала золотая монетка… Это тяжело объяснить, но потом я начал называть их «монетами души», а Годи, включая отца называют это кармической благодарностью.

Годи рассказали мне, что это не просто что-то абстрактное, это энергия, которую копит каждый человек, она понемногу тратиться в жизни, уберегая тебя от бед, подобно магическому щиту, но ее так же можно использовать для создания мощных и редких заклинаний, и одно из них – Встреча. Всю карму, которую я накопил, можно было сконцентрировать в медальоне, что они и сделали для меня. Вот этот медальон, форма двух прямоугольников, вписанных в круг. Каждая из получившихся плоскостей должна быть украшена огромным количеством слов на арамейском, руническом, иврите и еще нескольких древнейших языках и вся работа – из чистейшего золота. Мой запас арамейского ограничивается заклинанием призыва, но тот, кто его ковал, уверял меня, что жил еще в те времена, когда все эти языки были действующими. Мне дали возможность провести всего пятнадцать минут с человеком, чья душа покинула этот мир… Я столько всего не успел сказал ей. За столько времени я даже не узнал ее настоящего имени, как это ни странно! Я виноват в том, что отпустил ее к той семье и сделал все, чтобы она туда попала. Я виноват в ее гибели и хочу попросить у нее прощения. Сейчас ей, наверное, было бы семнадцать-восемнадцать, я не знаю, когда у нее день рождения…? И, стареют ли призраки…? Теперь ты понимаешь, почему для меня это так важно? Я не могу позволить кому-то пойти со мной, это… это слишком личное…! – Карим тайком показал крупный, величиной с ладонь, золотой амулет, который описывал. Он был не плоским, а скорее выгнутым с одной стороны, как линза или точнее, как глаз. Получалась такая своеобразная золотая клетка, внутри которой ярко сияло нечто белое, надо думать, «карма» Карима.

– Я понимаю твои чувства, брат – ответил Виктор – но все же, не могу сделать то, о чем ты просишь, в городе опасно, тебя ищут и они могли, даже не видя твоего лица, догадаться кто ты, а значит, если не будешь осторожен – тебя схватят и все на этом!

– Я скрывался большую часть своей жизни! И ты считаешь, что я не умею быть осторожным?! – усмехнулся Карим..

В этот момент автобус подъехал к городу. Когда мужчины сошли с автобуса на остановке автовокзал «Саяхат», Карим предложил взять чего-нибудь попить и обсудить, что делать, дальше. В небольшом ларьке они взяли по большой чашке горячего кофе. Когда Виктор обернулся на неожиданно громкий звук, Карим быстро высыпал какой-то порошок ему в стакан. Лишь допив напиток, Виктор заметил, что вместо того, чтобы взбодриться, теряет силы. Детектив с упреком взглянул в глаза Кариму.

– Не беспокойся, брат, это всего лишь слабый наркотик. Он вызовет у тебя кратковременный обморок и ничего более… – грустно ответил Карим – прости меня, но все же я ДОЛЖЕН сделать это один!

– Идиот – проговорил Виктор, смотря, как силуэт Карима тонет в мутных тенях…

Глава 33

Очнулся Виктор от того, что почувствовал, как кто-то бьет его по щекам. К своему великому удивлению, он обнаружил Ларису, которую было почти не узнать из-за больших солнцезащитных очков и платка… Когда он встал, девушка начала быстро-быстро говорить, судя по интонации, задавать вопросы, но головная боль не давала сконцентрироваться на сути вопроса.

– Так, Ларис, давай отойдем, и ты скажешь все помедленнее, голова болит – страх! – с усилием проговорил детектив.

Так они и сделали. Когда Виктор и его секретарша отошли в тихий сквер и присели на холодную скамью, Лариса опять повторила свои вопросы.

– Где вы пропадали? Я вас обыскалась! Вы знаете – она перешла на шепот – Вас ищут! Люди из той организации, что наняли Вас по делу о Лекаре. Они… они… – она всхлипнула – они позвонили мне и сказали… сказали, чтобы я пришла в офис…

У Виктора внезапно проснулось новое чувство, словно все вокруг внезапно стало серым, белые контуры обрисовывали людей и предметы, небо, казалось, было проявлено в темном негативе… Среди толпы выделялись две красные фигуры, которые медленно продвигались к нему спереди и сзади. Он услышал голос Ларисы:

«Нельзя говорить ему! Если я расскажу, что Организация заставила меня отдать им шефа, из-за страха за моего любимого, то они убьют Сумрака! И меня убьют! Прости, Виктор, за себя я не так сильно беспокоюсь, но жизнь Семена для меня важнее всего!»

Одним движением, он развернулся, хватая руку со шприцом, почти достигшую его спины и заломил ее, после этого выхватил шприц и вонзил нападающему в спину. Всадив половину дозы, следующим движением детектив вырубил ничего не понимающего агента и, падая вместе с ним на тротуар, увернулся от шокера, который промелькнул у него возле носа. Затем он пинком заставил упасть нападающего с шокером и всадил ему в руку вторую половину дозы, хорошенько приложив ботинком по голове, для пущего эффекта. Вокруг стала собираться толпа зевак, поэтому, схватив за руку Ларису он побежал оттуда. Забежав в один из многочисленных дворов старых «хрущевок», они сели на лавочку отдышаться.

– Но как вы… – начала Лариса, но потом посмотрела на ставшими вдруг какими- то очень глубокими, умными и по- отечески добрыми, глаза своего шефа и замолчала.

– Эх, Лариса, столько у меня работаешь, а забыла первое правило детектива!

– Какое правило? – недоуменно спросила она.

– Если кто-то пропал – убедись, что он на самом деле пропал! – потряс он перед ее носом указательным пальцем, доставая телефон.

– Но они сказали даже не пытаться узнать, как у него дела, иначе убьют! – дрожащим голосом сказала она.

– Что еще раз убеждает меня в моей правоте! – сказал Виктор, находя номер, который не удалил чисто случайно, но сейчас не пожалел об этом – пригодился таки.

Набрав номер, Виктор услышал длинные гудки. Лариса, сидя рядом, активно жестикулируя, требовала немедленно положить трубку.

– Да? – послышался напряженный голос в трубке.

– Доставка пиццы! Заказ на имя Семена. Вам удобно говорить?

– Вообще-то я не заказывал пиццы – подозрительно отозвалась трубка.

– Все уже проплачено, не беспокойтесь. Скажите, куда вам ее подвести?

– Ну, коли так… – все так же подозрительно отозвалась трубка – подвезите домой. Адрес ул. Тулебаева тридцать, квартира одиннадцать.

– Хорошо, встречайте курьера через полчаса, пожалуйста!

– Хорошо – сказал Семен и положит трубку. В телефоне Виктора послышались короткие отрывистые гудки.

– Какая же я дура! – схватилась за голову Лариса – столько выплясывала перед ними дурочку, что ей и оказалась! Они сказали, что Сема уже у них, и они убьют его, если я не сделаю все, что они скажут! А сами даже не знали, где он находится! Вас чуть не убили из-за меня! – она начала всхлипывать.

– Не плачь, а то Сумрак подумает, что что-то случилось – одобрительно приобнял ее Виктор.

– Но я…

– Никаких но! Езжай к нему и объяснись, почему тебя так долго не было. Если заметишь опасность, у тебя в сотовом записан контакт «Валерий Горякин» – позвони ему, это мой друг из следственного отдела, хороший мужик, он сможет защитить и тебя, и Семена твоего.

– Спасибо… – прошептала она, все еще не унимая слез.

– Все ради хорошего сотрудника – пошутил Виктор. Она хохотнула и, наконец, улыбнулась, ее глаза высохли. На том они и расстались, Лариса села на такси, а Виктор начал поиски Карима.

Он не знал, куда точно идти, на территории Алматы было несколько очень больших кладбищ. Но даже если бы он знал, на какое именно кладбище идти, раньше он никогда не смог бы найти на нем Карима.

Но сейчас Виктор вдруг ясно ощутил нечто особенное, он не предполагал, он знал, где находится Карим! Интуиция вела его в верхнюю часть города. Детектив шел вперед, пока не понял, что в той стороне есть только одно кладбище… Остановив проезжающую машину мужчина открыл дверь и сказал:

– Кенсайское кладбище!

– Садись, ответил ему молодой светлый парень за рулем.

– А сколько захочешь? – Виктор знал, что многие водители в городе, в свободное время подрабатывают, развозя людей за деньги, и обычно сумма оговаривается сразу на месте остановки машины.

– Брать плату за проводы до кладбища – грех! – сказал парень, ничуть не смутившись – так что не предлагай.

Виктор удивился.

– Сколько в Алматы живу, а о таком никогда не слышал!

– Это мои принципы, никому их не «навешиваю»… – коротко ответил водитель.

Поблагодарив доброго водителя, Виктор свободно вошел на территорию кладбища. Сторож даже не вышел к нему, несмотря на то, что была почти ночь, видимо, он привык к поздним визитам на этом месте, или просто не заметил, уставившись в телевизор…

Виктор на секунду остановился, разглядывая последние лучи солнца. Когда светило совсем скрылось за горизонтом, детектив пошел, втягивая носом воздух, точно ищейка. Не только интуиция, но и все чувства мужчины обострились после прохода через Пролом

*****

Карим быстро нашел нужную могилу. Он никогда не был здесь раньше, но в голове точно осел план, который ему пересказал садовник во время последней их встречи. Тот жирдяй был очень богат, а это значит, что скорее всего не поскупился на большой памятник или даже небольшой мавзолей. Да и похоронена Мелкая должна быть близко ко входу, там земля дорогая, а он выглядел как человек, который старается сделать все «подороже» да поярче, чтобы ни у кого не возникало вопросов по поводу того «а любил ли он свою погибшую приемную дочь»? Да и вообще, чтобы где-нибудь на своей вечеринке толстосумов залихватски заявить «Я потратил столько- то на похороны своей дочурки, а она мне ведь даже родной не была!» Показывая всем… «вот какой я щедрый и богатый!».

Карим сплюнул. Даже от мыслей о подобном лицемерии становилось противно на душе. Искать долго не пришлось, он остановился у высокого столба, изрисованного художником. В центре, в обвитой стеблями шипастых роз рамке, была выгравирована изящным шрифтом, каллиграфически, надпись: «Любимой дочери, от В.Т. Алибекова и С.М. Алибековой».

Карим едва не разбил надгробие! Как они могли! Даже на ее надгробии вместо ее имени, красуются имена этих двух ужасных, человекоподобных существ! Жажда к славе и лести сгноила их души под корень. И их гордость станет их надгробной плитой! Пожив в деревне Кори, Карим узнал многое и стал мудрее и теперь был уверен, что доживет до этого момента. Убить тогда их он не смог, но и простить до конца не может. Пусть же мудрая жизнь расставит все по своим местам!

Но сейчас было не до этого. Солнце село, и недавно зародившаяся молодая луна поднималась над горизонтом. Пора было начинать…

Карим сел перед ее надгробием, и вздохнул. У него всего одна попытка, поэтому перед тем как приступать, нужно очистить свою душу от всякого гнева и сконцентрироваться на ней. Он вспомнил образ Мелкой, когда она встретила его на вокзале. Счастливые, смеющиеся глаза, белые как снег волосы…

*****

Виктор знал, что где-то здесь находится могила, куда стремился Карим, но не знал, где именно она находится? Стемнело. Он пробрался на кладбище, проскользнув мимо сторожа, делающего последний обход, прежде чем отправиться в свою сторожку. У сторожки были привязаны две собаки, которых обычно сторож отпускал на ночь, чтобы нежданные гости не застали его врасплох. Поправив двустволку, заряженную холостыми патронами: «пугач» как любил называть ее мужчина, он деловито осмотрел опустевшее кладбище.

Один из жителей на улице, проходящей недалеко от кладбища, вышел в ближайший магазин за сигаретами. Он лениво вышагивал по тротуару, наблюдая, как к воротам кладбища подъехала машина, и из нее вышел мужчина, направляясь к воротам. В сгущающихся сумерках невозможно было рассмотреть лицо позднего посетителя усопших, но ту минуту, когда мужчина проходил мимо фонаря у ворот, сосед кладбищенской тишины увидел его лицо.

– Не может быть! Вот удача! – невольно вырвалось у него.

Недавно один из его друзей, частный детектив, сказал, что ищет своего пропавшего коллегу, такого же частного детектива. Сказал, что за того пообещали кругленькую сумму и если вдруг кто-то поможет найти этого человека, он готов поделиться гонораром, показав несколько фотографий. Мужчина не мог предполагать, что удача так скоро улыбнется ему. Он быстро достал сотовый телефон и набрал номер друга-детектива, провожая объекта своей надежды на вознаграждение в темноту кладбища.

Виктор скрылся между могилами, внимательно вглядываясь в сгущающиеся сумерки. Как найти здесь Карима? Как заставить его уйти вовремя? Ведь если его увидят и поймают, жизни парня, да и всей деревне будет грозить опасность!

Вдруг он увидел свет, словно у одной из могил поставили большой фонарь, направленный в небо. Детектив побежал.

*****

В то время, когда Карим медитировал, в кабинете Макса раздался звонок. Послушав отсчет одного из нанятых «ищеек» сыщик положил трубку и тут же нажал на кнопку в столе.

– Собирай группу быстрого реагирования. Немедленно, достань лучших их тех, кто сейчас доступен. Выезжаем на Кенсайское кладбище!

Он отдал приказ очень громко и был слишком взволнован, чтобы заметить тонкую черную женскую фигуру, стоящую за приоткрытой дверью…

*****

Карим начал читать заклинание на арамейском. Слова были напевными, и поймать их ритм было легко. Медальон в его руках засветился, сначала одна часть, затем вторая… Когда медальон засветился, его луч ударил вверх, как от мощного фонаря и Виктор нашел Карима по этому лучу. Но вспомнив рассказ Карима и зная, что поставлено сейчас на карту, не решился его прерывать… Он тихо стоял в темноте и наблюдал за действиями друга.

Медальон открылся.

Сквозь налетевший внезапно ветер, послышался скрежет могильной плиты…

Свет от медальона перешел в глаза Карима, теперь они засветились, а сам он встал, смотря на надгробие. Виктора внезапно посетило то же состояние, что было, когда Лариса хотела предупредить его и мысленно просила прощения, только теперь послание было от Правителей.

«Бегите! Вас нашли и скоро поймают!»

Детектив быстро отошел в сторону, где могилы спускались вниз по склону горы. Оттуда открывался хороший вид на город. Со стороны города плавно нарастало красное облако, оно, точно рассвет, медленно приближалось. Детектив сейчас не мог сказать, он один видит это облако, или любой человек на его месте увидел бы его, но медлить было опасно!

Поняв, что это вопрос жизни и смерти, Виктор решился прервать Карима. Он вернулся и подошел к Кариму, тряхнув его за плечо.

– Карим! Нам нужно уходить!

Но тот не реагировал, продолжая стоять как вкопанный, невидящим взглядом уставившись в темноту…

«Хорошо, что хотя бы теперь свет не виден издалека…» – подумал с облегчением Виктор, тревожно оглядываясь вокруг и пытаясь понять, как защитить друга, если его невозможно увести?

*****

Карим не понял, как он здесь оказался. Было такое ощущение, словно он был в двух местах одновременно… Первое место было темным, повсюду были расставлены черные камни с надписями, а второе было наполнено светом и запахом диких трав. Он пошел вперед, плавно плывя в воздухе, пока перед ним не оказалась одинокая девичья фигура. Он бы никогда не перепутал эти волосы ни с чьими другими. Плавно подплыв к ней сзади, он приобнял ее за таллию.

– Привет, Мелкая!..

Она не вздрогнула, лишь прижала свои руки к его рукам, затем развернулась прямо в его объятиях и заключила в свои.

Карим заплакал.

Он хотел рассказать ей многое, но она и так все знала… И ни за что его не винила.

– Катя – ласково прошептала она ему на ухо – меня зовут Катя. Ее голос звенел, как тогда, в самый первый раз…

– Прости… – не смог сдержаться Карим.

– Мне не за что тебя прощать, ты сделал так много для меня…

– Но я же…

– Так было предопределено судьбой, от этого не убежишь, не защитишь. Но ты все равно сделал все, чтобы изменить и это. Спасибо за то, что ты появился в моей жизни…

– Я отомщу за тебя! – не прекращая плакать, сказал Карим – я не могу простить такого!

– Не надо – ее голос был так же спокоен, он не требовал, просто просил – не давай своей ненависти поглотить тебя… Ведь у тебя такая чудесная судьба!

– Я все равно доберусь до него. Он так ужасно поступил с тобой…

– Мне было плохо, но сейчас мне хорошо. Больше не будет больно и плохо, а сегодня не кончится для меня никогда. И я буду ждать тебя в нем. В моем Сегодня.

– Я приду… – мягко пообещал ей Карим – столько слов я хотел тебе сказать. О многом хотел бы узнать, о стольком рассказать. А сейчас не могу вспомнить и одной вещи…

– Я все знаю, Карим! И ты все это время знал все, просто не видел за стеной раненных чувств.

Остаток времени они просто стояли в небытии, в великом Ничто, пахнущем дикими травами…

– Тебе пора идти – наконец собралась с силами Катя – мое время между мирами иссякает, да и твой друг сильно беспокоится. Враги, как всегда близко – сказала она, едва заметно усмехнувшись. Она говорила так, словно сказала актеру, играющему пьесу, который должен выйти на сцену и сразить всех.

– Мы еще увидимся, обещаю! – прислонив ее голову к груди сказал Карим.

– Только не торопись ко мне навсегда – нежно попросила она.

– Не обещаю – честно, но с толикой юмора ответил Карим.

Они снова помолчали.

– Будем прощаться? – снова спросила она.

– А! К черту это прощание!

И они стояли так до тех пор, пока Карим не обнаружил себя все на том же кладбище, у той же могильной плиты, но вместо фразы «Любимой падчерице, от С.М. Алибековой и В.Т. Алибекова» была выгравирована фраза «Екатерине, любимой подруге, по прозвищу «Мелкая»».

Карим улыбнулся, с души как будто упал камень, висевший на ней с того самого дня…

Глава 34

…Ночь окутала кладбище мраком, густым, почти осязаемым.

– Быстрее, Карим! Они приближаются! – Виктор нервничал все сильнее. Он ощущал, почти физически волну злобы и ненависти, приближающуюся к ним! Но Карим словно не слышал друга, он бережно держал амулет на ладони и выговаривал слова заклятия, ничего и никого не замечая вокруг!

Виктор проверил табельное оружие, запасную обойму. Затем он перезарядил короткоствольный автомат и проверил гранату на поясе, то, что сумел купить на черном рынке и забрать по дороге сюда. Если бы власти поймали бы его с этим арсеналом, то осудили бы как террориста, но сейчас не до того, что могло бы быть!

Из приобретенных способностей, Виктор еще не до конца развил умение слышать мысли людей и оценивать расстояние до них. Но даже без точного знания, детектив был уверен, что врагов много и они окружают кладбище! Но кто мог сообщить им местоположение Карима и Виктора? Неужели Код все еще обладает способностью «слышать» тех, в ком есть вибрации Пролома и предать их?

Взвод наемников быстро передвигался между могилами кладбища. Точное расположение могилы никто не знал, но пришла информация о том, что детектив сейчас находится на кладбище и, возможно там же находится Лекарь, потому что по предположениям они должны быть вместе. Команде, отправленной на их поимку, приходилось прочесывать весь большой квадрат. Наемники действовали тихо и слажено – никто не сможет уйти или «просочиться» между бойцами. Шеф приказал постараться брать живым детектива, а если повезет, то и лекаря. Но если не получится – можно стрелять «на поражение». Сыщик сам шел впереди своих бойцов, боясь, что что-то пойдет не по плану, он никому сейчас не доверял, даже себе! Бойцы должны были помочь ему, в случае если он не справится или допустит ошибку. Но Макс не знал, что Нонна решила «забрать себе пальму первенства» и, подслушав его разговор по телефону, сама пошла искать детектива.

Бойцы, медленно и тщательно прочесывая оградку за оградкой, двигались не спеша. Нонна решила положиться на свою интуицию, и пошла вперед. Она хотела показать отцу свое рвение и взять Лекаря самостоятельно, пристрелив его защитника. Женщина знала планы Макса, который хотел захватить обоих живыми, и не разделяла их, уверенная в том, что детектив ничем не поможет в раскрытии деревни аджахаров, являясь лишь помехой!

*****

Виктор спрятался за гранитный памятник, стоявший недалеко от места, где стоял у могилы Карим, и осторожно выглянул. В темноте трудно было что- либо рассмотреть, но он увидел черную тень на фоне звездного неба. Человек, похоже женщина, двигалась ловко, плавно, как кошка. В руке она держала пистолет с глушителем. Виктор замер и продолжал наблюдать. Фигура двигалась медленно, приглядываясь почти к каждой могиле. Похоже, что тот, кто привел ее сюда, не знал точно, где находится нужная могила. «В этих местах живые намного опаснее мертвецов! Лучше бы здесь были только мертвые, было бы тише и спокойнее!» – подумал детектив и осторожно вернулся к Кариму. Тот все еще не шевелился и не подавал признаков жизни.

– Пошли – едва слышно прошептал Виктор – путь назад уже отрезан, придется импровизировать!

Карим продолжал стоять на месте в трансе, сжимая в ладони амулет. Виктор взял инициативу на себя, он хотел вывести друга с кладбища живым, но на Карима сейчас нельзя было рассчитывать! Фигура с пистолетом, как видно что-то услышала. Женщина сначала замерла, затем пошла в их сторону так быстро, как только могла в темноте. Виктор пошел навстречу, пытаясь увести ее в сторону от Карима, как птица уводит хищника от гнезда с птенцами. Он умышленно сделал несколько неосторожных движений, чтобы привлечь внимание к себе, после чего повел фигуру в сторону от друга, чтобы дать ему время закончить свое дело, каким бы это дело ни было…

Несколько минут продолжалось это «преследование теней», каждый пытался сохранить в тайне свое месторасположение, но темная фигура и не предполагала, что тот, кого она преследовала, давно мог ее застрелить, но хотел обойтись без крови.

Стена, ограждающая кладбище от домов по соседству быстро приближалась, Нонна занервничала. Вдруг она заметила фигуру в темноте.

– Наконец- то! – восторжествовала она.

Но как отличить кто это, Лекарь или детектив? В тот же миг, когда она, наконец, увидела фигуру, та скрылась в тени чьего- то мавзолея, теперь женщина могла лишь приблизительно угадывать его местоположение.

– Стой! – приказала женщина в черном брючном костюме – иначе я буду стрелять!

– Хорошо – ответил Виктор – не нужно крови! Чего ты хочешь?

– Лекаря живым!

Виктор устал скрываться! Раньше он преследовал и разыскивал «плохих парней» или, по крайней мере тех, кому было что скрывать. Он привык к роли того, кто ищет, но сейчас, оказавшись «по другую сторону» никак не мог привыкнуть к этому.

В тот миг, когда Нонна поняла, что перед ней не Лекарь, она чуть пригнулась, чтобы высмотреть в темноте детектива и убить его. Виктор вдруг ясно услышал ее мысли. Он увидел все как в фильме – Главу организации, отдающего приказы, разговор Макса по телефону. Увидел, как Нонна выведывала информацию об аджахарах, как убивала, пытаясь выслужиться перед отцом, как всыпала порошок ему в чашку с кофе. Образы были обрывочны и для того, чтобы связать их, нужно было применить усилие. Он еще не полностью освоил вновь приобретенные таланты. В тот самый миг он понял одно – без крови не получится. У этой женщины цель одна – убить его здесь, на месте. Виктор скрылся за очередным памятником и на миг задумался – убить ее или попытаться избежать крови?

Воспользовавшись моментом, Нонна нажала на курок наугад, выстрелив в темноту. Раздался хлопок глушителя и рядом с Виктором послышался удар пули о металл.

– Лекарь- то вам что сделал? Он ведь лечит людей, добро делает!

– Что, не убила тебя, умник? – процедила Нонна – Лекарь-полукровка! Он знает, где скрываются аджахары и мы найдем их деревню и выведаем тайны их силы и магии, сколько штук ни пришлось бы их убить!

Виктор старался бесшумно передвигаться, прячась за памятниками, деревцами и мавзолеями, чтобы не попасть под пулю, если женщина выстрелит на голос и это спасло ему жизнь, когда Нонна выстрелила. Но сейчас он замер на мгновение!

«Если существует такая Организация, что-то типа «всемирного заговора» о котором прожужжала уши «желтая пресса» и эта Организация узнала про деревню Кори, значит аджахарам грозит намного более серьезная опасность, чем я думал!» – понял Виктор. Он попытался снова проникнуть в мысли женщины, но не смог, сожалея, что не успел научиться читать мысли как правители и Лекари аджахаров.

Не успел он опомниться, как прозвучал еще один приглушенный выстрел. Виктор невольно сжался, пытаясь понять, куда попала пуля. Боли не было… щелчка рядом тоже. Вдруг в темноте он увидел, как падает женская фигура в черном. Детектив не мог понять, кто стрелял в Нонну или это случайно и целились в него? Но в следующий же миг он каким- то «шестым чувством» он угадал, что сзади кто- то есть и наотмашь ударил. Под кулаком оказалось что-то упругое, через мгновение послышался удар металла о камень. Детектив выбил пистолет из руки того, кто подкрался к нему сзади. Защищаясь, Виктор невольно отступил в сторону лежащей на земле женщины. Завязалась борьба не на жизнь, а на смерть. Вернее, не на смерть, а до победного. Виктор понял, что его пытаются взять живым, да и он не хотел убивать противника. Противник оказался профессионалом и был сильнее детектива. Но вдруг Виктор почувствовал, вернее, предугадал следующий шаг врага. Он уклонился, даже не зная, что тот сейчас нападет, детективу просто показалось, что сейчас мужчина в камуфляже нападет, и он угадал. Спустя несколько минут борьбы, «узнавание» повторилось. Виктор понял, что может читать мысли противника, даже не видя его лица в темноте.

Очередной удар детектива попал противнику по груди, и вдруг в его кармане загорелся свет – это была палка ХИС, и при ударе по нагрудному карману, где она была припасена, началась реакция. Виктор увидел лицо Макса – сыщика. В гневе Макс резко выдернул ХИС и бросил от себя. Палка упала недалеко от трупа, и Виктор увидел лицо Нонны с аккуратной дыркой во лбу. На затылке зияла большая рана – видно было, что пуля прошла навылет – выстрел был сделан с близкого расстояния.

«Так вот в кого метил Макс! – догадался детектив – странно, разве они не вместе?! Не мог Макс метить в меня и так «удачно» попасть в Нонну!»

– Что уже своих убираете? – попытался разговорить он Сыщика.

Но Макс не поддался, он молча бросился в атаку. Несмотря на случайное чтение мыслей, Виктор понял, что перевес сил был не в его пользу, а нынешняя освещенность оказалась еще хуже для него, потому что давала преимущество Максу. Через несколько минут Макс уронил Виктора на землю, заломив ему руки, и уже потянулся за наручниками.

«Нужно опять начинать занятия… – успел подумать детектив – этот мужик профи!» – как вдруг ощутил неожиданную легкость. Когда он резко повернулся, то увидел огромного волка с желтыми светящимися глазами, стоящим над Сыщиком. Волк одним ударом буквально снес Макса, освободив детектива. В тот миг, когда детектив повернулся и увидел их, Макс лежал на спине, вцепившись в густую шерсть на шее хищника, но сжать горло не мог – шея волка была намного крупнее руки сыщика. Наручники, которые он только что пытался вытащить из-за пояса, со звоном ударились о ближайший памятник и упали на землю. Волк оскалился и приготовился добить врага.

– Нет! – не понимая зачем, вскрикнул Виктор.

Он знал, что если это действительно волк – возглас не поможет, но если это Полиморф, тогда есть шанс оставить человека в живых, хотя, кто знает, может быть, он потом пожалеет об этом….

Волк остановился на мгновение, затем рванул Сыщика за плечо, еще несколько раз укусил за руку, перехватывая зубами от плеча к кисти.

Сыщик не знал о первоначальной цели волка, и не понял, что цель изменилась после возгласа. Он посчитал это удачей и попытался вывернуться из- под туши хищника и ему это удалось! Не веря своему везению, Макс вскочил и рванул в сторону, заметив краем глаза, как волк метнулся к Виктору.

– Ну, вот и хана детективу! – успел подумать Макс, скрываясь за ближайшими памятниками – …но откуда здесь, в пригороде волк?! Скорее бы наши парни сюда дошли! Но если я закричу, вряд ли успею добежать до своих, этот громила погонится за мной, а я даже без пистолета! Пусть лучше эта тварь детективом ужинает!

Как только сыщик скрылся с глаз, помчавшись за подмогой, Полиморф остановился. Он выждал мгновение, убеждаясь, что сыщик уже не услышит его и тихо произнес.

– Я рад, что успел к тебе на помощь, брат!

– Кто ты?! – опешил Виктор.

– Ты знаешь, не прикидывайся. Я понимаю, там, в деревне вам с Каримом нельзя произносить мое имя, но здесь не деревня.

– Код…? – то ли сообщая, то ли спрашивая, произнес детектив.

– Собственной персоной! – откликнулся полиморф.

– Что ты здесь делаешь?

– Надо же! Он не догадался! Тебя защищаю!

– Но как…?

– Как я понял где ты? Ты разве забыл, что теперь ты тоже можешь пользоваться нашей «чуйкой». Ты Карима нашел, а почему меня не «услышал»? Я же тебя «услышал»!

– Ах, да… – растерялся Виктор – вибрации Пролома…. Я еще не практиковался, времени не было…

– Да, кстати о Проломе. Я хотел тебя предупредить. Аджахары фанатично верят в его непогрешимость, но вспомни, что это?! Пролом – это зло! В чистом виде! Это мрак и ужас! Они боятся даже усомниться в его священности, но мы, такие как вы с Каримом – наполовину люди и такой как я – получивший всю мощь Пролома и встретившийся лично с его Властителем – драконом и победившим его, только мы можем судить о реальности того, что он из себя представляет! Пролом нужно уничтожить и освободить племя аджахаров от его власти! Подумай об этом! А сейчас вам с Каримом нужно исчезнуть, наемники с минуты на минуту нагрянут, сыщик Макс их ведет сюда прямиком! Времени нет! Но ты подумай об этом!

– Спасибо тебе за помощь… – растерянно пробормотал Виктор – … но ты же в прошлый раз пытался убить меня!

– Я изобразил смертельную опасность для тебя, чтобы Охотники рванули тебя спасать, и чтобы ты смог в деревню попасть… – ответил Код – другого шанса у тебя не было!

На основании всего приобретенного знания, Виктор вынужден был согласиться – другого шанса попасть в деревню, кроме смертельной опасности у него не было…

– Тогда еще раз спасибо… – задумчиво произнес детектив.

– Только Кариму пока не нужно говорить о нашей встрече, он еще не готов… Кстати, он уже вышел из транса, забери нашего общего друга, а то наемники схватят его и будут пытать, чтобы он выдал расположение деревни! Держитесь подальше от Макса, Кира и их Организации – это страшные люди!

– Что ты знаешь о них? – Виктор не успел закончить вопрос как остался один рядом с трупом женщины, тускло освещенным угасающей палкой ХИС. Волк исчез в темноте.

Не теряя ни минуты, Виктор вернулся к Кариму, молча подхватил его под руку и побежал вниз с холма, к ближайшей стене кладбища. На бегу высмотрев оградку, ближе всех стоящую к забору, детектив подбежал к ней и подтолкнул Карима.

– Быстро, прыгай!

– Что случилось? – так и не понял Карим, без сопротивления повинуясь другу.

– Солдаты Организации уже здесь! Они ищут нас! – коротко бросил детектив, одним прыжком взбираясь на оградку, затем влезая на забор.

Оказавшись по ту сторону забора, мужчины побежали к ближайшему переулку. Жители домов, соседствующих с этой стеной, могли уверенно сказать, что у них очень тихие соседи. Но сегодня впервые за много лет через этот забор перелезли ночные посетители, хотя они тоже старались не шуметь.

*****

Когда наемники подбежали к Нонне, ХИС уже почти погасла, и в ее тусклом свете труп женщины был едва различим. Макс был с ними. Его правая рука безвольно повисла, и он едва сдерживался, чтобы не кричать от боли, но не ушел. Он продолжал искать Лекаря, надеясь найти его в эту ночь!

– Похоже, здесь Нонна встретилась с Лекарем – произнес он задумчиво, стоя над телом – видно этот Лекарь не такой уж гуманист, как о нем рассказывают… Стреляет метко…

Чтобы никто не смог узнать из какого оружия сделан бы выстрел, Макс намеревался найти пулю, как только представится возможность. Сейчас или вернуться сюда утром!

– Найдите мне его! – приказал он наемникам – Лекарь не мог уйти далеко! Прочешите остаток кладбища!

Когда солдаты ушли, Макс использовал еще одну палку ХИС чтобы отыскать пулю. Через десять минут его старания увенчались успехом, он вынул свою пулю из коры деревца, растущего на соседней могилке, и спрятал ее в карман. Заодно он отыскал свой пистолет и наручники. Когда солдаты вернулись, Макс приказал забрать труп Нонны с собой и засыпать землей следы крови.

– Если кто-то на соседней улице слышал выстрелы, они могут вызвать полицию. Следов оставлять нельзя – напомнил он наемникам.

Скоро на кладбище установилась привычная тишина, все живые покинули его территорию. Пьяный сторож так и не понял, были ли хлопки выстрелов реальными, или они ему приснились после просмотра очередного боевика по телевизору?

*****

Дерек оторвался от сферы Провидения. Стоящие рядом ученики, среди которых снова была «Сладкоголосая Нага» и еще один из взрослых, двухсотлетних Годи, высокий парень, тотемом которого был осьминог. Все с шумом вздохнули.

– И чем закончится их история?.. – ухая, спросил осьминогоподобный, вертя прямоугольными зрачками.

– А кто их, остолопов, знает. Но я точно знаю две, нет… три вещи! Первая – очень хорошо, что они нашли друг друга. Каждый из них по одиночке – слаб, но вместе они как два чистых стёклышка, которые если присоединить друг к другу, то оторвать будет очень сложно. И разбить их тоже будет трудно. Второе – их судьба связана Проломом с нашей деревней и нашим народом, так что от их успеха будет зависеть жизнь и процветание нашего народа.

– А третье? – спросила Нага.

Впервые на памяти учеников, Дерек достал из рукава длинную трубку, забил ее какими- то травами и закурил… Выпуская струю дыма на сферу, где сейчас бежали по переулку Виктор и Карим, он произнес.

– Грядут темные времена. Силы врага собираются на западе. Да избавит нас Пролом от руки их и от помыслов их.

Конец первой книги

Шторк Давид, +7 747 036 6724, (есть WhatsApp) dshtork1@inbox.ru

Лиана Белая +7 701 728 55 92, (есть WhatsApp) ludmila@shtork.com

В оформлении обложки использована фотография Сергеевой Лилии,

Рисунок получен с бесплатного ресурса http://st.gde-fon.com/wallpapers_original/568375_glaz-drakona_3d_art_1920x1200_www.Gde-Fon.com.jpg

Примечания

1

Под определением терминальная стадия рака подразумевается последняя стадия заболевания, которая является непоправимым, неконтролируемым процессом распределения и разрастания опухолевых клеток в организме.

2

игровая аббревиатура, означающая GoodGame, Well Played ( Хорошая игра, Отлично Сыграл)

3

Fake (фэйк) – ложный (англ.)

4

Ddos – атаки – распространённое явление, имитация одновременного подключения к сайту многомиллионного количества пользователей, что перегружает систему, «вырубая» сайт.

5

Пигоди (корейские манты из дрожжевого теста)

6

Тан – кисломолочный напиток, приготовленный на основе мацони, разведенного водой, с добавлением соли и ароматных трав. Мацони готовят из буйволиного и верблюжьего молока.

7

Администрация района города, районов области и сельских округов.

8

Стрелка – встреча (блатной жаргон)

9

Хемилюминесцентные источники света

10

Озеро, которое заполняет глубокую впадину в земной коре между Малави, Мозамбиком и Танзанией.

11

Государство в Восточной Африке.

12

Президент Малави. Установил однопартийный режим партии «Конгресс Малави», уничтоживший тысячи (по разным оценкам, от 6000 до 18000) политических оппонентов

13

Демантоид – редкий драгоценный камень оттенков зеленого цвета

14

Блеф – поведение в покере, создающее у противников впечатление, будто у вас на руках гораздо более сильная карта, чем есть на самом деле

15

Редкий минерал зеленовато- голубого, зеленовато- синего или голубовато- зеленого цвета.

16

Платина химический элемент, драгоценный металл, являющийся биржевым товаром.

17

Самый редкий представитель ряда данных минералов, но дешевле грандидьерита

18

Тремор, или дрожание, относится к происходящим ритмично непроизвольным колебанием отдельных групп мышц различных частей тела

19

Аджахар в мифологии народов малой и средней Азии – дракон, многоголовый дракон мудрый тысячелетний змей, крайне опасный и страшный.

20

Вы здоровы. Вы можете уйти отсюда – …. Вот одежда для вас. Вы должны покинуть это место прямо сейчас! Если вы не поторопитесь, врачи не отпустят вас домой.

21

Большое спасибо! – Вы мой спаситель! Я никогда этого не забуду !

22

Я больше не могу Вам помочь. Там вы найдете человека, который постарается помочь Вам больше.

– Вы очень добры! Большое спасибо!

23

Пожалуйста!

24

Геноцид – Истребление отдельных групп населения или целых народов по политическим, расовым, национальным, этническим или религиозным мотивам.

25

Должность в Казахстане, равная должности губернатора.

26

Pas (па) – шаг; движение или комбинация движений; употребляется как равнозначное понятию «танец»

27

Мультфильм «Золотая антилопа» по мотивам индийских сказок, Автор сценария Н. Абрамов

28

Регенерацией называется образование новой ткани на месте погибшей, отмершей.

Content

Шторк Давид и др Драконы Чарынского каньона. Книга 1. Лекарь [publisher: SelfPub]

Драконы Чарынского каньона Книга 1 Лекарь

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 6 (продолжение)

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Примечания