Пола Грейвс

Сюрприз для богатой и знаменитой

Paula Graves

The Girl Who Cried Murder

Copyright © 2016 by Paula Graves

© «Центрполиграф», 2019

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2019

Глава 1

Майкл Стронг обвел глазами спортивный зал, машинально проверяя, все ли в порядке. За пятнадцать лет службы в морской пехоте, в зонах военных конфликтов от Африки до Центральной Азии, он научился не терять бдительности ни на секунду. Выйдя в отставку, он остался верен этой привычке, тем более что она была весьма уместна в его теперешней должности консультанта по вопросам безопасности.

Одной из главных задач компании «Академия Кэмпбелл-Коув», в которой он служил, считалась как раз подготовка к отражению разного рода угроз.

Шестичасовая утренняя программа предназначалась для группы первой ступени – гражданских лиц, которые хотят научиться навыкам самообороны.

В более поздние часы Майкл занимался с теми, кто уже имел некоторую подготовку, – группой второй ступени. На тренировках они изучали новые приемы и методики. Майкл и согласился на такую работу, ожидая, что тренировки будут сложными.

Он сразу обратил внимание на высокую, красивую, рыжеволосую девушку со вздернутым носиком, россыпью веснушек на бледном лице и большими светло-карими глазами. Она настороженно смотрела по сторонам, словно ее повсюду подстерегала опасность. Стройная, одетая в свободную футболку и плотно облегающие лосины для йоги, она выглядела вполне тренированной. Девушка с радостью приступила к упражнениям на растяжку и разогрев, но то и дело с тревогой осматривала зал.

Майклу стало интересно, чего она боится? Он начал перекличку, запоминая имена и лица своих подопечных. Моложе всех и в лучшей форме была рыжеволосая Чарли Уинтерс.

– Добро пожаловать на начальный курс самообороны «Академии Кэмпбелл-Коув», – громко объявил Майкл. – Давайте начнем.

Последовав примеру Чарли Уинтерс, он проделал вместе с группой несколько упражнений на растяжку.

– Нужно, чтобы у вас выработалась привычка делать эти упражнения каждый день, сразу после того, как вы встанете с постели, – пояснил он.

– Чем нам поможет растяжка, если какой-нибудь террорист взорвет себя перед нашим носом? – проворчал один из учеников. Майкл вспомнил, что его зовут Клайд Моррис.

– Ничем, Клайд, – прямо ответил тренер. – Зато упражнения на растяжку сделают вас более быстрым и ловким, и вы успеете умчаться к чертовой матери до того, как террорист приведет детонатор в действие.

От его внимания не ускользнуло, как нахмурилась Чарли Уинтерс.

Наконец он усадил всю группу на маты, разложенные на полу спортивного зала, при этом внимательно наблюдая за Чарли.

– А теперь – главный принцип самообороны. Никакие приемы, которым я могу вас научить, не гарантируют, что вы выйдете живыми из возможной схватки. Итак, первое правило самообороны гласит: избегайте конфронтации.

– Героизм в действии, – проворчал Клайд Моррис.

– Наши курсы не предназначены для того, чтобы делать из вас героев. Они предназначены для того, чтобы вы могли остаться в живых и позвать на помощь тех, кто обладает соответствующей подготовкой и профессионально справится с подобной ситуацией. Вы же должны живыми и здоровыми вернуться домой, к родным и близким.

Майкл то и дело посматривал на Чарли Уинтерс. Она не сводила с него взгляда, пока он не закончил последнюю фразу. Тогда девушка нахмурила брови, уголки ее рта поползли вниз. Она опустила взгляд, ее кулаки непроизвольно то сжимались, то разжимались.

«Хм, любопытно», – подумал Майкл.

– Наверное, здесь придется сделать шаг назад, – объявил он. – Потому что, помимо необходимости избегать конфронтации, вам придется запомнить кое-что еще. Вы все время должны быть начеку. Поднимите руки те, у кого есть мобильные телефоны!

Руки подняли все.

– А кто из вас утыкается в экран телефона, идя по улице или заходя в здание? Или, например, поднимаясь в лифте?

Все снова подняли руки.

– О чем я и говорю, – улыбнулся Майкл. – Как вы можете обращать внимание на то, что происходит вокруг вас, если не отрываетесь от своих смартфонов?

Ученики опустили руки и смущенно переглянулись.

– Слушайте, нам очень повезло со временем, в которое мы живем. Достижения техники в кризисные моменты бывают бесценными орудиями. Невозможно переоценить значение фотографий и видео для расследования преступлений. Смартфон способен помочь тем, кто попал в ловушку, оказался в изоляции. С помощью сигнала, идущего от вашего телефона, вас можно разыскать, если вы заблудились.

– Слава богу. Я боялся, что вы велите нам избавиться от своих айфонов, – пошутил один из учеников.

– Нет, зато я предлагаю вам начать воспринимать смартфоны не как игрушки, а как полезные орудия в вашем арсенале.

Он снова невольно покосился на Чарли. Она ответила прежним серьезным, но абсолютно спокойным взглядом. И он подумал, что ей уже известны данные рекомендации.

Так что же она забыла в группе для начинающих?

– Итак, повторим первое правило: будьте начеку, – напомнил он и написал эти слова на доске. – А теперь давайте поговорим о том, как избегать конфронтаций.

В семь часов, когда закончились занятия, несколько учеников, окружив его, атаковали вопросами. Он отвечал, скрывая нетерпение, но с облегчением вздохнул, когда из зала вышел последний ученик. Майкл поспешил к себе в кабинет, скорее кабинетик. Три на три ярда, зато в нем имелся письменный стол и телефон. Окно выходило на парковку.

Из окна он увидел, как Чарли Уинтерс идет по мокрому асфальту через парковку. Поверх тренировочного костюма она надела потертую кожаную куртку и мешковатые брюки. Он узнал ее по рыжим волосам, которыми играл холодный ветер, и энергичной походке.

Она остановилась у маленькой, видавшей виды синей «тойоты». Но села за руль не сразу. Сначала обошла машину, проверила покрышки, заглянула в салон и даже легла на спину и заглянула под раму.

Видимо удовлетворившись тем, что она увидела, – или чего не увидела, – она встала, отряхнулась, распахнула дверцу и села за руль.

После того как она уехала, Майкл взял со стола телефон и набрал номер Мэддокса Хеллера. Хеллер ответил после второго гудка.

– Говорит Стронг, – сказал Майкл. – Ты просил сообщить, если у меня возникнут сомнения насчет новой группы.

– И что, возникли?

– Возможно, «сомнения» – это слишком сильно сказано, скорее, любопытство.

– Близкие понятия, – заметил Хеллер. – Значит, ты хочешь, чтобы мы проверили чью-то биографию?

– Да, – ответил Майкл после недолгих раздумий. – Хочу.

Чарли то и дело посматривала в зеркало заднего вида, пока на полной скорости неслась домой. Хорошо бы успеть принять душ до ранней утренней телефонной конференции, на которую она уже могла опоздать. Может ли она действительно позволить себе курсы самообороны дважды в неделю, учитывая любовь ее начальника к ранним совещаниям?

Кроме того, после сегодняшнего занятия она вообще не была уверена, что оно стоило потраченного на него времени. Они только сделали растяжку, а потом начались разговоры об основных принципах самообороны. Все это можно узнать, покопавшись в Интернете.

Ей нужны практические навыки, черт побери! Не хочется следующие недели сидеть и ждать, пока инструктор-зазнайка соизволит оторваться от доски и научить их чему-нибудь полезному.

Вымещая свое недовольство на педали газа, она так быстро добралась до своего съемного домика на Сикамор-Роуд, что у нее в запасе оказалось почти полчаса. По привычке, приобретенной в последнее время, она задержалась у входной двери, прислушиваясь.

Изнутри доносились шорохи и стук, но она не удивилась: в доме жили кошка и кот. Стук и шорохи – дело обычное.

Глубоко вздохнув, она попробовала дверь. Заперто. Уже неплохо!

Чарли отперла дверь, бесшумно вошла, остановилась в прихожей и снова прислушалась. Его высочество, как она называла своего подобранного на улице кота со слегка косящими глазами, выбрался в гостиную, приветственно мурлыкнул и потерся о ее ноги.

– Ты охранял дом, как я тебя просила? – Она наклонилась, чтобы почесать кота за ушами, не переставая озираться в поисках следов незваных гостей. Но ничего не заметила.

Наверное, у нее просто паранойя, и ее никто не преследует!

В последнее время не происходит ничего особенного, хотя ей постоянно кажется, что за ней следят. Но, поскольку новое чувство появилось одновременно со странными снами, возможно, и то и другое – просто плод ее воображения.

Она прошла по комнатам, вглядываясь, нет ли признаков посещения ее дома незваными гостями. Кошка Нелли смотрела на нее с опаской. Если бы в дом кто-то проник, нервная черепаховая кошка спряталась бы у Чарли под кроватью. Значит, здесь никого не было.

Понемногу успокаиваясь, Чарли приняла душ, а затем устроилась за своим рабочим столом и присоединилась к конференции.

Поскольку она работала в компании «Орднанс солюшенз», которая выполняла государственные заказы, конференции в основном состояли из официальной болтовни с редкими вкраплениями важной информации. Сегодняшний сеанс не стал исключением.

Она подробно доложила о том, как идет работа над проектом: редактирование новейшего протокола об операции по уничтожению устаревших боеприпасов с недавно закрытых военных баз. Большинство изменений было внесено после внимательного прочтения этих протоколов техническими специалистами компании. Чарли привыкла много раз перерабатывать тексты; очень часто специалисты, изучавшие протоколы, расходились во мнениях.

Нелли запрыгнула на стул рядом с ее письменным столом. Она позволила Чарли почесать себя за ухом, а затем свернулась клубочком и начала вылизываться.

– Я схожу с ума, Нелли? – спросила Чарли.

Нелли покосилась на нее зеленым глазом и вернулась к своему занятию.

Трудность заключалась в том, что Чарли ни на кого не могла опереться. Отец почти двадцать лет назад погиб в аварии на шахте, а мать несколько лет назад переехала со своим последним мужем в Арканзас. Два брата в тюрьме, еще два – в Южной Дакоте, пытаются что-то выгадать на сланцевой нефти. Сестра в Калифорнии, танцует в ночном клубе в Энсино и надеется сделать карьеру…

Нельзя сказать, что ее близкие – плохие люди, даже те братья, которые сейчас сидят за решеткой. Просто никто из них никогда не понимал и не поймет Чарли. И уж конечно, они не поймут, зачем она решила выкопать из земли старые кости, зарытые десять лет назад. Друзей у нее нет. Она превратила добровольную изоляцию в вид искусства.

Чарли приложила отредактированный протокол к электронному письму и отправила своему начальнику, а затем проверила почту. Папка входящих сообщений была пуста, если не считать рекламы. Весь мусор она отправила в папку «Корзина».

Потом открыла текстовый процессор и глубоко вздохнула.

Сейчас или никогда! Закусив нижнюю губу, она открыла новый файл. На пустой странице мигал курсор.

Опустив дрожащие руки на клавиатуру, она начала печатать.

«Моя подруга Элис Берден погибла почти десять лет тому назад, за два дня до Рождества. В полиции ее смерть назвали несчастным случаем. Ее родители тоже так думают. В ту ночь она много пила; заказывала коктейли под названием «Баламут». В состав коктейля входило: пюре из клубники и огурцов, водка, французский аперитив под названием «Бональ», сок лайма и сахарный сироп. Рецепт я отыскала в Интернете позже.

Очень долго я ничего не помнила о ночи, когда погибла Элис, кроме того, что сама выпила всего лишь три глотка пива.

И вдруг неделю назад мне стали сниться кошмары. Я убеждала себя, что страшные сны появляются от стресса, вызванного новым заданием.

Но невозможно объяснить сцены, которые я видела в своих снах. Я постоянно слышу шепот Элис, хотя вокруг по-прежнему темно.

«Прости меня, Чарли, – шепчет она. – Но остальное я должна сделать сама».

Что она имела в виду? Что она должна была сделать?

В тот вечер мы собирались повеселиться, расслабиться перед последним семестром выпускного класса. Потом нам предстояло напрячь все силы ради поступления в колледж. Элис собиралась учиться в престижном колледже «Лиги плюща». Я получила стипендию в колледже Джеймса Мерсера в десяти минутах езды от дома.

Мне почему-то кажется, что тот вечер должен был стать началом нашего прощания. Мы поклялись, что будем оставаться на связи.

Мне бы сразу следовало догадаться: Элис что-то задумала. Она всегда что-то замышляла. Она жила как в сказке: красивая, милая, богатый папочка ее обожал. Она собиралась поступать в Гарвард; все в жизни было преподнесено ей, как на блюдечке. Сначала поучится в Гарварде, потом в Йельском университете юриспруденции, а затем – волнующая карьера в ФБР.

Она хотела стать детективом.

В ту ночь она что-то задумала. И кажется, нервничала. Мы выбрали место, где нас никто не знал. Бармену показали поддельные удостоверения личности, которые Элис где-то раздобыла. В ответ на мой вопрос она улыбнулась: «Не спрашивай, Чарли». От ее улыбки я всегда теряла голову и послушно следовала за ней, какие бы неприятности нас ни ожидали.

На короткое, прекрасное мгновение мне показалось, что моя жизнь только начинается. А потом – ничего. Никаких мыслей. Почти никаких воспоминаний. Только шепот Элис и навязчивое чувство: мне что-то известно о той ночи, но что – я не могу вспомнить.

Несколько дней назад я пробовала связаться с мистером Верденом. Позвонила в его администрацию, попросила передать, что хочу поговорить с ним насчет Элис.

Он не перезвонил мне.

Но уже на следующий день у меня появилось ощущение, что за мной следят».

Майкл завершил свою третью за день тренировку – на этот раз в рамках курса по восстановлению навыков для новых сотрудников агентства. Он направился в душ, вымылся и переоделся в джинсы и рубашку поло с длинным рукавом. «Переоделся в гражданское»… Он криво улыбнулся, сознавая, что еще не привык к тому, что больше не служит в морской пехоте.

На телефоне в его кабинете горела лампочка: кто-то оставил ему сообщение на автоответчике. В трубке прозвучал низкий голос Мэддокса Хеллера:

– Зайди перед выходом ко мне в кабинет, – произнес он. – У меня для тебя кое-что есть.

Майкл прошел в главное здание, ежась от порывов холодного ветра. Ему случалось переносить даже лютые морозы, но влажный горный воздух пробирал до костей.

Когда Майкл просунул голову в дверной проем, Хеллер разговаривал по телефону. Начальник жестом пригласил его войти и указал на один из двух стульев, стоявших у его стола.

Майкл сел, наслаждаясь приятным теплом помещения. В кабинете, по-мужски аскетично обставленном, на всех поверхностях, включая широкий письменный стол орехового дерева, стояли семейные фотографии. Снимки Айрис, хорошенькой жены Хеллера, и двух очаровательных детей – Дэйзи и Джейкоба.

Похоже, даже морских пехотинцев можно приручить.

Мэддокс закончил разговор и посмотрел на Майкла:

– Извини. Дэйзи сегодня заняла первое место в школьном конкурсе на знание орфографии. Она по буквам продиктовала мне все слова с конкурса.

Майкл улыбнулся:

– Как низко пал могучий боец!

Хеллер только ухмыльнулся в ответ и взял со стола папку.

– Когда-нибудь ты окажешься на моем месте и тогда сам все поймешь.

– Что пойму? – спросил Майкл, беря у Хеллера папку.

– Что семья делает тебя сильнее. Вот, взгляни, что удалось выяснить нашим ребятам из службы безопасности.

– Быстро они сработали. – Майкл открыл папку. – Наверху лежала глянцевая фотография юной девушки. В ее взгляде было нечто загадочное. Он ее не знал. – Здесь не та девушка из моей группы.

– Знаю. Эту звали Элис Верден.

– Звали?

– Она погибла около десяти лет назад. За два дня до Рождества кто-то сбил ее на машине и скрылся. Водителя так и не нашли.

Майкл поморщился. Такая молодая!

– Верден… – повторил он. – Она не родственница тому типу – Вердену, его портретами обклеены все столбы отсюда и до Падаки?

– Крейг Верден. Кандидат в сенаторы США. – Хеллер кивнул в сторону папки, которая лежала у Майкла на коленях. – Читай дальше.

Майкл пролистал документы. В основном это были распечатки газетных статей из Интернета о несчастном случае, некоторые из них – об участии Крейга Вердена в предвыборной гонке в сенат.

– Верден воспользовался гибелью дочери для укрепления своих политических позиций… Очаровательно!

– Его восемнадцатилетняя дочь где-то раздобыла поддельное удостоверение личности, по которому покупала спиртное в баре. Может быть, ей и удалось одурачить бармена поддельным удостоверением, но это не снимает с него обвинений. Он продолжал наливать ей алкоголь даже тогда, когда она уже едва держалась на ногах. Может быть, именно поэтому она стала переходить улицу прямо перед проезжавшим автомобилем… Водитель скрылся с места преступления; он не остановился и не вызвал скорую помощь.

– Против чего сейчас выступает ее папаша?

– Наверное, против всего, о чем я только что сказал. Бармена так и не привлекли к ответственности, да и бар, похоже, существует по сей день. Так что, я полагаю, если Берден и подавал на них в суд, то проиграл. Может быть, таким образом он пытается хоть как-то добиться справедливости для своей дочери.

Майкл снова посмотрел на фотографию Элис Берден.

– При чем здесь Чарли Уинтерс? – спросил он.

– Прочитай последнюю страницу.

Майкл взял листок. Наверху стояла дата: 26 декабря – через три дня после трагедии. Он просмотрел статью и задержался на четвертом абзаце.

«В последний раз мисс Берден видели около полуночи в баре «Хедхантер» на Мидлберг-Роуд в обществе другой несовершеннолетней, Шарлотты Уинтерс из Бэгвелла».

– Чарли Уинтерс была с Элис в момент ее гибели?

– Похоже, именно в этом заключается загадка, – ответил Хеллер. – Судя по всему, никто не знает, что произошло после того, как они вышли из бара, и до того, как тело Элис несколько часов спустя было обнаружено на дороге.

– Чарли отказалась давать показания?

– Хуже, – ответил Хеллер. – Я поговорил со следователем, который вел дело и давал интервью для той статьи. Он по-прежнему работает в департаменте окружного шерифа и ничего не забыл. По его словам, Шарлотта Уинтерс утверждает, что вообще не помнит, как они вышли из бара. По ее словам, та ночь превратилась для нее в огромное черное пятно.

– А он сам что думает?

– Он думает, что, возможно, убийство сошло Чарли Уинтерс с рук.

Глава 2

Четыре копии – явно перебор.

Чарли посмотрела на флешку, спрятанную во внутреннем кармане спортивной сумки. Четыре копии – признак паранойи или нет?

– Интересно, женат ли Майкл, – послышался рядом с ней заинтересованный женский голос.

Подняв голову, Чарли заметила еще одну ученицу из ее группы, та красила губы, глядя в маленькое карманное зеркальце. На вид – около тридцати пяти лет, в хорошей форме, довольно симпатичная. Чарли вспомнила, как ее зовут: Ким. Имя она услышала в понедельник, на перекличке. Она постаралась запомнить всех, кто ходил вместе с ней на занятия. Отчасти такая игра помогала справиться со скукой, кроме того, такие знания вполне могут когда-нибудь пригодиться.

– Не ожидала, что инструктор окажется таким красавчиком, – продолжала Ким, захлопывая свое карманное зеркальце. – Я не видела у него на пальце кольца.

– Может, на время тренировок он его просто снимает.

– Может быть, – улыбка Ким померкла. – Наверное. В этом возрасте такие красавчики либо женаты, либо геи.

– Или он боится серьезных отношений, – предположила Чарли.

– Дорогая, боязнь серьезных отношений – дело поправимое. – Ким провела рукой по своим волосам цвета светлого меда и улыбнулась: – Ну что, пошли?

– Конечно. – Чарли следом за Ким вышла из раздевалки в спортзал. Там уже собрались одногруппники. С понедельника их ряды поредели, осталась примерно половина. Чарли заметила, что на полу спортивного зала, практически от стены до стены, уложены гимнастические маты. По всей видимости, сегодня они будут не только записывать.

Вот и хорошо!

Майкл Стронг стоял, прислонившись к стене, и с сосредоточенным видом перебирал листки бумаги, прикрепленные к планшету с зажимом.

Наконец он положил планшет на пол и посмотрел на собравшихся перед ним учеников. На мгновение его взгляд задержался на Чарли, и он ей улыбнулся. К ее удивлению, желудок словно сделал сальто.

– Ух ты, – пробормотала Ким. – Похоже, не гей.

Майкл посмотрел на часы, продемонстрировав накачанный трицепс, и желудок Чарли сделал еще одно сальто.

– Пора начинать. Все помнят упражнения на растяжку?

Чарли заставила себя отвести взгляд от Майкла Стронга и дать нагрузку мышцам. Когда она отважилась снова бросить взгляд на инструктора, оказалось, что Майкл медленно ходит между учениками, проверяя их успехи. Он задержался перед ней и, наклонившись, заметил:

– Вы не новичок.

– В старших классах любила физкультуру, – ответила она, стараясь не смотреть ему в глаза.

– А в колледже?

– И в колледже тоже. Физкультура относилась к обязательным предметам.

– Да, так говорят, – расплылся он в улыбке.

– У вас в колледже не было физподготовки?

– Сразу после школы я отправился на тренировочную базу морской пехоты «Пэррис-Айленд», – с улыбкой ответил он. – Физподготовки там хватало.

Чарли поспешила опустить глаза, но было уже поздно. Теперь она живо представляла себе Майкла Стронга в камуфляжной форме.

Когда она снова решилась поднять глаза, инструктор уже продолжил обход. Он подходил к каждому ученику по очереди и показывал, как лучше выполнять те или иные упражнения.

– Хорошо, – объявил Майкл несколько минут спустя. – Сейчас я разобью вас на пары и мы поговорим о некоторых базовых приемах, которые позволят вам убежать от нападающего. Начинать нам следовало бы не с этого, но, судя по тому, как поредели наши ряды, вам, наверное, хочется меньше слов и больше дела.

Слова Майкла были встречены смехом и одобрительными возгласами. Майкл стал разбивать группу на пары.

Чарли он оставил напоследок. Для нее партнера не осталось, осознала она с легкой тревогой.

– Ты со мной, – просто сказал Майкл, кивком приглашая ее встать перед всей группой.

Чарли с неохотой последовала за ним.

Ее обдало жаром, она поняла, что покраснела. Руки дрожали так сильно, что она засунула их в карманы тренировочных штанов и постаралась не встречаться взглядами ни с кем из соучеников.

– Если вы читали какие-нибудь пособия по самообороне, видели фильмы или телепередачи, то представляете, какие у вашего противника могут быть слабые места и куда лучше бить. Коленом в пах. Ногой по подъему стопы или колену. Пальцами в глаза, ребром ладони по носу. Это довольно чувствительные места. Но легко ли невысокому человеку нанести урон более сильному и высокому противнику? Попробуем сегодня поэкспериментировать.

Чарли поняла, что он разбил учеников на пары не случайно: поставил высоких с коротышками.

Майкл кивнул в сторону дверного проема. Там стоял человек; рядом с ним – какой-то предмет, напоминавший большую бельевую корзину.

– Познакомьтесь с Эриком Бренноном. Он врач. Сегодня он на всякий случай будет рядом с нами.

Эрик широко улыбнулся. Одногруппники Чарли не спешили ответить ему тем же.

– Кроме того, сейчас он раздаст вам полезные приспособления.

Эрик достал из корзины нечто, напоминающее одновременно бронежилет и нагрудник вратаря. Он протянул его ученику, стоявшему к нему ближе всех, а затем раздал жилеты остальным парам, всякий раз выбирая более высокого из партнеров.

Чарли покосилась на своего инструктора, Майкл широко улыбнулся в ответ, а затем повернулся к группе:

– Мы начнем с самого главного: как действовать, если вас неожиданно хватают.

Без предупреждения он схватил Чарли за плечи и притянул ее спиной к груди.

Застигнутая врасплох, она вначале задохнулась, а затем принялась инстинктивно вырываться. Он крепче прижал ее к себе и приподнял.

Ей показалось, что вокруг все потемнело. Она снова оказалась в темной аллее, где находился бар «Хедхантер». Мир вокруг нее закружился.

Она пяткой лягнула его в голень; удар пришелся по касательной, он даже не крякнул, а лишь крепче сжал ее. Она попробовала вцепиться ногтями в его твердые, словно камень, предплечья – и снова безрезультатно. Тогда она с силой топнула по его ноге, но он был в жестких кроссовках. Нога соскользнула.

Она снова услышала шепот Элис: «Прости, Чарли, но остальное мне придется сделать самой».

Она перестала вырываться, и его хватка немного ослабла. Постепенно начали возвращаться свет и краски, и гнев победил страх. Она резко присела, выскользнув из захвата, и что было сил пнула его в колено. Майкл повалился на мат, а Чарли вскочила и метнулась к двери. Дрожа, она помнила только одно: она должна убежать отсюда.

Эрик Бреннон поймал ее за руку, заставив остановиться. Она приготовилась драться, когда вдруг заметила, что он улыбается.

Чарли перевела дух. Она на тренировке. То, что происходит, – всего лишь игра. Нет никакой темной аллеи.

– Молодец, – негромко произнес Эрик. Его голубые глаза весело сверкнули.

Чарли посмотрела на Майкла – тот успел подняться. В отличие от Эрика он не улыбался. Он смотрел на нее так многозначительно и настороженно, что у нее засосало под ложечкой. Однако спустя мгновение его лицо прояснилось, и он поманил ее к себе.

– Вообще-то, сейчас вы видели отличный пример того, о чем мы сегодня собираемся поговорить, – объяснил он, когда она неохотно вернулась к нему. – Чарли воспользовалась обманным ходом, чтобы отвлечь меня и изменить ситуацию. Чем больше она сопротивлялась, тем крепче я ее держал. Когда мне показалось, что она перестала сопротивляться, я ослабил хватку. Это естественная реакция – нападающие тоже устают от сопротивления жертвы, даже если они гораздо выше и сильнее.

Чарли со скептическим видом покосилась на инструктора. Он совсем не выглядел усталым. Она была более чем уверена, что он мог бы удерживать ее гораздо дольше.

Их взгляды встретились. Майкл улыбался, но одними губами, взгляд был настороженным.

– Еще один прием, который она применила, я бы хотел сегодня обсудить, – добавил он. – Очутившись в выгодном положении, Чарли сбила меня с ног. Она воспользовалась своим весом, чтобы нарушить мое равновесие, что ей удалось, несмотря на то что я тяжелее ее фунтов на десять, а может, и больше. Ее поведение показывает: даже если на вас напал человек, превосходящий вас по размерам, у вас все равно есть больше возможностей, чем вы думаете.

Чарли обхватила себя руками. Слушая, как Майкл Стронг рассказывает о самых уязвимых местах нападающего и как эффективнее по ним бить, она пятилась к стене.

– Старайтесь использовать вес. Если вам удастся причинить боль нападающему, у вас больше шансов сбить его с ног и убежать. А теперь прошу высоких партнеров надеть защитное снаряжение и сыграть роль нападающих. Партнеры маленького роста, постарайтесь бить в уязвимые места. Пока не бейте в нос и в лицо. Я хочу, чтобы вы научились вкладывать в удары весь свой вес. Превратите свое тело в оружие.

Пары приступили к упражнению. В зале стало шумно; во многих местах слышались смущенные смешки. Какое-то время Чарли наблюдала за остальными, а потом почувствовала на себе взгляд Майкла.

Он изучал ее. Конечно же, он заметил, что ее страх был неподдельным.

– Ты раньше ходила на курсы по самообороне? – спросил он.

– Я была тощей, рыжей и веснушчатой девчонкой и училась в обычной государственной школе, – ответила она с напускной беззаботностью. – У меня было двенадцать лет занятий по самообороне.

Он едва заметно улыбнулся.

– А какие-нибудь настоящие тренировки?

– Я много читала. И смотрела кучу видео в Интернете.

– Значит, ты занималась теорией, но не практикой.

– Вроде того.

– Я веду и занятия в группе второй ступени, по вторникам и четвергам в четыре часа дня. Не хочешь туда перейти?

– У меня гибкий рабочий график. На самом деле я начинающая, – добавила она быстро. – А твое нападение я отразила случайно… мне просто повезло.

– Нет, тебе не просто повезло. У тебя сработали нужные инстинкты. Теорию ты усвоила прекрасно. Но теперь твоему телу нужно научиться применять на практике то, что ты уже поняла в теории. Для тебя нет смысла начинать с азов.

Чарли прищурилась. Майкл что-то недоговаривает. Почему он хочет перевести ее в другую группу? Он и раньше бросал на нее настороженные взгляды.

– По-твоему, я справлюсь? – спросила она.

– Мне так кажется. Если через один-два урока тебе покажется, что ничего не выходит, ты всегда сможешь вернуться в группу для начинающих.

– В той группе ты обучаешь только самообороне? – спросила она, не обдумав до конца свой вопрос.

– А что еще тебе бы хотелось там изучать? – Его брови от удивления поползли вверх.

Чарли откашлялась.

– Я хотела сказать… ведь для самообороны важно не только уметь уходить от физического столкновения!

Майкл некоторое время молча смотрел на нее, а затем переключил внимание на остальных учеников.

– Дэррил, наличие защитного жилета вовсе не означает, что можно бить что есть силы. Сегодня наша первая тренировка. Пожалуйста, постарайся не сломать Мелани шею!

Чарли наблюдала, как ее одногруппники смеются и отдуваются, выполняя упражнения, а Майкл показывает приемы. Она бы предпочла стать одной из тех, кто работает в паре, а не торчать в центре зала.

Наконец Майкл вернулся к тому месту, где она стояла.

– В группе второй ступени мы в основном отрабатываем физические приемы самообороны, – пояснил он. – Но если у тебя возникнет конкретный вопрос о том, как защитить себя, ты всегда можешь спросить.

– Если у меня возникнут такие вопросы, обязательно спрошу, – ответила Чарли. Майкл Стронг, как ей показалось, не доверял ее побудительным мотивам. Учитывая ее поведение несколько минут назад, она, в принципе, не могла его в том винить.

– Значит, увидимся завтра после обеда в группе второй ступени? – Майкл посмотрел на нее.

– Да, – наконец ответила она. – Я приду.

– Ты не можешь сейчас остаться до конца занятия?

Глаза у него сверкнули, и она замялась, но потом все же выдавила из себя улыбку.

– Мне нужно отказаться?

– Я собирался показать группе еще несколько приемов. А раз уж ты здесь… – Он засмеялся.

– Мне нужно еще немного побыть девой в беде?

Он покачал головой:

– Чарли, я совершенно уверен, что дева в беде – это не про тебя.

– Итак, что ты думаешь?

Майкл отвернулся от окна, оторвав взгляд от синей «тойоты» Чарли. Она еще не вышла из спортзала.

Он посмотрел Мэддоксу Хеллеру в глаза.

– Не знаю. Сложно понять, что творится у нее в душе.

– В каком смысле?

– Она то застенчивая, то самоуверенная. А сегодня произошло кое-что необычное… даже не знаю, как описать.

– А ты попытайся.

– Я показывал, как быстро и неожиданно кто-то может напасть сзади. Отчасти как пример, отчасти потому, что хотел посмотреть, как она отреагирует. Я рассчитывал, что она будет бороться.

– А она не боролась?

– Боролась. Но как-то… странно. Мне показалось, что сначала она как будто видела перед глазами нечто совсем другое.

Хеллер смерил его задумчивым взглядом:

– Посттравматический синдром?

– Может быть. И все же спустя несколько секунд она сумела собраться и даже вырваться, причем сделала это неплохо. Ей удалось застать меня врасплох.

– Помимо того, что я тебе рассказал, в ее прошлом нет ничего необычного. Местным стражам порядка очень не нравилось, что она ничего не помнит о гибели подруги. Возможно, все дело в ней самой, точнее, в ее семье.

– Что не так с ее семьей?

– По словам моего источника из местных правоохранительных органов, Уинтерсов можно назвать неблагополучной семьей. Двое из ее братьев в тюрьме. Отец погиб в аварии в забое, когда дети были маленькими, а мать, по всей видимости, пыталась заменить его другими мужчинами, но у нее ничего не получалось: каждый из ее кавалеров лишь усугублял неприятности.

– У самой Чарли были проблемы с законом?

– Когда она стала взрослой – нет. А если что-то было в подростковом возрасте – такая информация засекречена.

– Я перевел ее в группу второй ступени, – сообщил Майкл. – В начинающей ей будет скучно, и она, скорее всего, бросит занятия.

– Чего тебе совсем не хочется?

– С этой девушкой творится что-то непонятное. Пока я еще не знаю – что. Но мне кажется, в наших интересах это выяснить.

Он снова повернулся к окну. Чарли вышла на парковку и открыла автомобиль. Потом села за руль и тронулась с места, направляясь в сторону Поплар-Роуд.

Вдруг Майкл заметил влажное пятно на асфальте под тем местом, где находился тормозной шланг «тойоты» Чарли.

Он выругался и почти выбежал из кабинета Хеллера. Спустился на парковку и присел, чтобы получше рассмотреть темное пятно.

Определенно тормозная жидкость. Он посмотрел на дорогу и увидел, что «тойота» начинает подниматься в гору. Майкл вытащил из кармана ключи от машины и побежал к своему пикапу.

«Тойота», похоже, была на последнем издыхании, старушке уже пятнадцать лет, и на ней достаточно поездили до того, как Чарли ее купила. Отопление и кондиционер часто подводили, что не слишком удобно морозной зимой и душным летом. А когда она поднялась в гору и начала спускаться, неожиданно оказалось, что педаль тормоза не реагирует.

Чарли переключилась на более низкую передачу. Машина покатила медленнее, но ненамного.

К счастью, на двухполосной дороге движение было не очень интенсивным. Вскоре впереди показался перекресток у подножия холма. На перекрестке стояло несколько автомобилей. Издали они напоминали разноцветные пятна. И эти пятна стремительно приближались.

Чарли несколько раз отчаянно ударила по тормозам, но педаль не реагировала.

«Не паникуй, не паникуй, не паникуй»…

Рев мотора приближающегося сзади автомобиля заставил ее перевести взгляд с дороги на зеркало заднего вида. К ней быстро приближался большой пикап. Внезапно он перестроился влево, обогнал ее и вернулся на ее полосу, почти подрезав ее.

Что делает этот придурок?

Оказавшись перед ней, пикап затормозил, и она инстинктивно ударила по своим бесполезным тормозам. Перед ее автомобиля жестко ударился в задний бампер пикапа. Ее швырнуло назад, а потом снова вперед – и так несколько раз. С каждым разом удары были менее ощутимыми. Наконец обе машины остановились. Чарли включила аварийку и поставила рычаг коробки передач в режим парковки.

Водительская дверца пикапа распахнулась, и из него вышел высокий и хорошо сложенный красавец. Он повернулся к ней и мрачно улыбнулся. Майкл Стронг. Каким образом?

Глава 3

– Тормозной шланг перерезан, – заключил Билл Харди, механик «Мерсервиль моторс», и показал Чарли разрез на шланге.

Чарли бросила на него испуганный взгляд. Она старалась не думать о том, что если бы Майкл Стронг не применил навыки экстремального вождения и не остановил ее автомобиль…

– Как такое могло произойти? – спросила она у Билла.

– Возможно, тебе на дороге попался какой-нибудь острый камень или, например, гвоздь, – с сомнением ответил Билл.

– Но ты так не считаешь?

– Честно говоря, похоже на то, что шланг перерезали намеренно. – Он искоса посмотрел на нее. – Чарли, признайся, ты не нажила себе врагов?

Она бросила взгляд в сторону крошечной комнаты ожидания, где на стуле у стены, напротив автомата с напитками, сидел Майкл Стронг. Она сказала ему, что он вовсе не обязан ее ждать, но Майкл настоял. И она не спорила – в конце концов, сегодня он спас ей жизнь.

– Нет, новых врагов у меня нет, – ответила она.

Кроме тех, кто, как она предполагала, убил Элис.

Она снова повернулась к Майклу. Он уже стоял в дверях гаража.

– Ну, что скажете?

– Тормозной шланг перерезан, – сообщил Билл.

Майкл нахмурился.

– Кто-то сделал это нарочно?

– Сложно сказать наверняка, но такое возможно. – Билл посмотрел на Чарли: – Что мне сделать? Если по минимуму – заделать вмятину на капоте и заменить тормозной шланг…

– А можно взять испорченный шланг? – спросил Майкл.

– Зачем? – нахмурилась Чарли.

– Это улика, – ответил Майкл.

Билл переводил взгляд с Чарли на Майкла и обратно.

– Может, вызвать полицию?

– Не надо, – хором ответили Чарли и Майкл.

– Ладно. – Билл со смущенным видом облизнул губы.

– Подремонтируй капот и замени тормозной шланг, – попросила Чарли.

– Хорошо, – кивнул Билл. – Послушай, работа займет пару дней.

– Я что-нибудь придумаю. – Чарли закусила губу, размышляя о том, сможет ли она это время ездить на велосипеде. По графику на следующие несколько недель не было запланировано никаких совещаний в офисе. В полумиле от дома есть небольшой продуктовый магазин, так что ни она, ни ее питомцы с голоду не умрут. Даже до «Академии Кэмпбелл-Коув» не больше мили. Прогулка до академии – неплохая разминка.

– Давай хоть домой тебя подброшу, – предложил Майкл.

– Спасибо.

– На чем же ты пока будешь передвигаться? – спросил Майкл, когда они подошли к его пикапу.

– У меня есть велосипед.

– А если дождь? – Он покосился на нее, распахивая перед ней пассажирскую дверцу.

– Как-нибудь справлюсь.

Он подождал, пока она пристегнет ремень безопасности, и завел двигатель. Часы на приборной панели показали 11:35. К досаде Чарли, у нее заурчало в животе. Она вспомнила, что завтракала уже очень давно.

– Я бы не отказался от раннего обеда, – негромко заметил Майкл. – Не хочешь ко мне присоединиться?

– Пообедать? С тобой? – Чарли покосилась на него.

– Если хочешь, можем сидеть за разными столиками, хотя это и неудобно.

«Мейфэр Дайнер», небольшая закусочная, была одним из трех заведений, располагавшихся в кирпичном одноэтажном здании на углу Мейфэрлейн и Сикамор-Роуд. Чарли часто заходила сюда, поскольку ее дом находится поблизости, на Сикамор-Роуд. Здесь ее все хорошо знали. Когда они вошли, официантка с ними поздоровалась.

– Что здесь есть хорошего? – спросил Майкл, когда они направились к стойке.

– Зависит от того, сколько фунтов ты хочешь набрать.

Он улыбнулся и посмотрел наверх, на большое табло с меню.

– Как тут омлеты, ничего?

– Мне нравятся, – ответила Чарли, пожимая плечами. – Особенно с сыром и беконом.

– Не сомневаюсь.

Стоявшая за стойкой Джин, симпатичная сорокалетняя толстушка, улыбнулась им, когда они подошли, чтобы сделать заказ.

– Привет, Чарли! Что я могу предложить сегодня тебе и твоему другу?

– Мне – сыр на гриле, с жареной картошкой и маринованными огурцами, а еще холодный кофе со сливками и сахаром, – заказала Чарли.

– А вам, дорогой? – ласково спросила Джин, поворачиваясь к Майклу.

– Будьте добры, вегетарианский омлет и маленький фруктовый салат, – сказал он. – А из напитков – воду.

«Здоровая еда до безобразия», – подумала Чарли.

– Выбирайте столик, через несколько минут вам все принесут, – объявила Джин и одарила Майкла кокетливой улыбкой, а затем вышла на кухню, чтобы передать их заказ.

Чарли и Майкл уселись в угловой отдельной кабинке. Чарли заметила, что он сел на место, откуда просматривалась входная дверь. Он всегда начеку на случай неприятностей?

Какое-то время в кабинке царило неловкое молчание, первым заговорил Майкл.

– Похоже, ты не слишком удивилась, когда автомеханик предположил, будто тормозной шланг на твоей машине перерезали, – хрипловатым полушепотом заметил он.

– О чем ты? – Чарли резко вскинула голову.

Он пожал плечами:

– Если бы мне сказали, что на моей машине перерезали тормозной шланг…

– То ты бы начал с приемов самообороны? – Она широко улыбнулась, стараясь не показывать, как ей не по себе.

– Возможно, – улыбнулся он в ответ.

Она даже самой себе не хотела признаваться в том, что кто-то хотел ее убить. Большую часть своей жизни она старалась не привлекать к себе внимания. Достаточно ее братьев, которые вечно попадали в переделки и не способствовали доброму имени семьи. Лучше быть невидимкой, чем пользоваться дурной славой, как братья…

К ним подошла улыбающаяся официантка с большим подносом – совсем девчонка. Она спасла Чарли от необходимости искать новую тему для разговора. Девчонка не сводила с Майкла восхищенного взгляда; когда он улыбнулся и поблагодарил ее, она хихикнула. Чарли не была уверена, заметила ли официантка, что Майкл за столиком не один.

– Часто такое бывает? – спросила она, отпивая холодный кофе.

– Что именно? – Майкл оторвал взгляд от тарелки.

Чарли кивнула в сторону девчонки, которая то и дело бросала взгляды на Майкла.

– Женщины таращат на тебя глаза и теряют дар речи.

Он нахмурился:

– Никогда этого не замечал.

– Как ты вообще заметил, что из моей машины вытекает тормозная жидкость?

– Я увидел в окно, как ты уезжаешь. На том месте, где стояла твоя машина, образовалось большое пятно. На всякий случай я решил его осмотреть и понял, что это тормозная жидкость…

– Вскочил в свой пикап и поспешил мне на помощь?

– Мне показалось, что так надо было поступить.

– Сначала, когда ты меня обогнал и подрезал, я решила, что какой-то идиот решил поиграть. – Чарли покачала головой. – Безумие какое-то!

– Во всем виновата академия. Нас там, среди прочего, и экстремальному вождению обучают.

– Там обучают экстремальному вождению только сотрудников или простых граждан тоже?

– На данный момент – только сотрудников правоохранительных органов, – ответил Майкл, покачав головой. – Это очень сложные и дорогие курсы, а большинству гражданских лиц такие навыки никогда в жизни не пригодятся.

– Позволь с тобой не согласиться, – возразила Чарли.

Он подался к ней и понизил голос:

– Ты в самом деле не догадываешься, кто мог испортить твою машину?

– Откуда мне знать?

– Ты записалась на курсы самообороны. Не прошло и нескольких дней, как кто-то испортил твою машину… Невольно напрашивается вывод, что эти события связаны.

– По-твоему, кто-то сломал мою машину, потому что я записалась на курсы самообороны?

– Я имею в виду другое. Не потому ли ты записалась на курсы самообороны, что кто-то тебе угрожает? Тебя преследуют? Кто?

– Мне никто не угрожает.

Он откинулся на спинку дивана, изучая ее прищуренными глазами.

– После сегодняшнего дня ты не можешь быть в этом уверена. Если, конечно, автомеханик прав и тормозной шланг перерезали не случайно.

– Я не знаю, кто хотел бы мне навредить, – твердо произнесла она.

– Ну ладно, – заговорил Майкл после продолжительного молчания. – И все-таки тебе лучше быть осторожнее. Может быть, сегодня ты получила предупреждение.

– Я планирую быть осторожной.

– По-прежнему собираешься передвигаться на велосипеде?

– Или пешком. В основном я работаю дома, а до большинства мест, куда я хожу каждый день, можно легко добраться пешком.

– Не уверен, что пешие прогулки – хорошая мысль.

– Учитывая сегодняшнее утро, и передвигаться на машине для меня небезопасно, – парировала она.

– Завтра придешь на занятия?

Чарли покачала головой:

– До академии на велосипеде не добраться… Наверное, запишусь попозже, когда откроете следующий набор.

– Машину тебе скоро вернут. А пока я могу подвозить тебя на занятия. Будь готова примерно за полчаса до начала. Я за тобой заеду.

– Почему? С какой стати тебе меня подвозить?

– По-моему, курсы тебе нужны. А мне нетрудно за тобой заезжать.

Она закусила нижнюю губу, размышляя над его предложением. Майкл Стронг как-то чересчур интересуется ее благополучием. Похоже, с самого первого занятия он относится к ней с подозрением… или ей кажется?

В голову пришла мысль, мог ли Майкл перерезать тормозной шланг?

– Что с тобой? – спросил он. Его лицо внезапно приняло озабоченное выражение.

– Ничего. Я просто вспомнила сегодняшнее утро. Не могу избавиться от воспоминаний.

– Это естественно, – заверил он ее с легкой улыбкой. – Ты пережила несколько ужасных минут.

– Определенно. – Она вымученно улыбнулась. – Кстати, ты прав. Машину мне отдадут уже на следующей неделе, так что нет смысла пропускать занятия.

– Значит, я заеду за тобой за полчаса до начала тренировки. Если не возражаешь, мне бы хотелось приехать в академию пораньше и до занятий немного поработать с документами.

– Я не против, – заверила его Чарли, снова улыбаясь. – Мне нужно принести что-нибудь еще, кроме себя самой и моей выдающейся личности?

Он ухмыльнулся:

– Того, что ты назвала, должно хватить. Остальное за мной.

По ее просьбе Майкл позволил ей заплатить за обед. Зато он настоял на том, чтобы зайти вместе с ней в дом, а не просто подвезти ее до двери.

В ответ на ее замечание, что он ведет себя как параноик, он объяснил:

– Я хочу убедиться в том, что, войдя в дом, ты не наткнешься на незваного гостя.

Поморщившись, Чарли согласилась.

Когда они вошли, в доме было тихо. Никаких признаков незаконного вторжения. Кот с кошкой спрятались, на полу посреди гостиной лишь валялась потрепанная игрушечная мышь.

– У тебя есть домашнее животное? – спросил Майкл, поднимая игрушку.

– Даже два. Кот и кошка. Сейчас они прячутся, потому что почуяли тебя.

Он понимающе кивнул.

Беглый осмотр дома его, похоже, удовлетворил. Чарли проводила своего защитника до двери.

– Спасибо, что помог.

– Рад быть полезным. – Он внимательно осмотрел улицу, но улица выглядела такой же тихой и безопасной, как дом. – Значит, до завтра?

– Да. Спасибо.

– Запри за мной дверь. – Он сбежал с крыльца и направился к пикапу. Стоя у машины, обернулся и повторил: – Запри дверь, Чарли!

Она закрыла и заперла дверь, но, как только рокот мотора затих вдали, поняла, что совсем не чувствует себя в безопасности.

Майкл съехал с дороги на усыпанную гравием смотровую площадку, вышел из машины и поспешил к стальным перилам. Ему надо было собраться с мыслями.

Обед с Чарли Уинтерс прошел не очень удачно. Он рассчитывал кое-что о ней узнать. Но Чарли удалось сохранить все свои секреты.

А он, вместо того чтобы расспросить ее о прошлом, просто сидел и слушал. Потому что ему нравилось ее слушать. Ему нравился ее легкий кентуккийский акцент и как изгибаются ее губы, когда она насмешливо улыбается. Нравилось, как блестят ее глаза, когда ему удавалось рассмешить или позабавить ее. Ему нравился ее запах чистоты и свежести – так пахнет летним утром в саду.

Он несколько раз глубоко вздохнул и посмотрел на туманные голубые горы. Вдали виднелся городок… Может быть, он слишком много думает о том, какое действие на него оказывает Чарли. Он привык иметь дело либо с сослуживицами, либо с безымянными «гражданскими лицами», которых он был обязан защищать по долгу службы.

После того как он ушел из морской пехоты и поступил на гражданскую службу, ему еще долго не удавалось привыкнуть к обычной жизни, в которой не было ежедневных перестрелок, взрывов и бесконечных пыльных и занесенных песком дорог.

Ему нужен настоящий роман. Хорошая девушка, ужин, танцы, может быть, кино… Вернуться в мир любви. Но никаких обязательств, никакого давления.

Он достал из кармана телефон и увидел на экране надпись «Пропущенный вызов» от Рэндала Фини. Майкл тут же перезвонил.

– Рэндал Фини, – прозвучало в трубке. На заднем плане Майкл услышал низкий гул голосов и дребезжание телефонов – звуки оживленного офиса.

– Мистер Фини, с вами говорит Майкл Стронг из «Академии Кэмпбелл-Коув». Вы мне только что звонили.

– Да-да, чуть раньше вы звонили в офис избирательного штаба и хотели поговорить с кем-нибудь насчет Элис Верден. – Его собеседник слегка понизил голос. – Позвольте спросить, каковы причины вашего интереса?

Майкл заготовил ответ заранее, хотя рассчитывал пообщаться непосредственно с мистером Верденом.

– Предпочитаю побеседовать об этом с мистером Верденом.

– Это невозможно, – твердо сказал Фини. – Но я давний друг Берденов и первый помощник мистера Вердена. Если у вас есть какие-то вопросы об Элис или о трагедии, связанной с ее гибелью, я, возможно, смогу вам помочь. Правда, предпочтительнее будет личная встреча. Скажите, вы сможете приехать в штаб избирательной компании в Мерсервиле завтра во второй половине дня? Скажем, около трех?

– Нет, извините, в это время я буду занят. Может быть, мы встретимся сегодня, немного позже? Скажем, в шесть вечера… Такое время вас устроит?

– Да, в шесть, это возможно. Приезжайте сюда, в избирательный штаб. Вы знаете, где он находится?

– Знаю.

– Однако позвольте заметить: интерес вашей компании к трагедии, которая произошла с Элис, меня несколько озадачивает, – настороженно продолжал Фини.

– Это может помочь нам в деле, которое мы сейчас расследуем, – сказал Майкл, стараясь сохранять невозмутимость. – При личной встрече расскажу больше.

– Что ж, договорились. Увидимся в шесть.

Майкл убрал телефон в карман. Он расспросит Рэндала Фини и услышит историю гибели Элис Берден от человека, который, по его собственному признанию, давно дружит с Берденами. И кому, как не первому помощнику Крейга Бердена, знать о той роли, которую могла сыграть в смерти Элис Чарли Уинтерс!

Глава 4

Чарли хотела научиться основам самозащиты. И теперь, когда она будет заниматься в группе второй ступени, возможно, справится с этой задачей быстрее, чем предполагала.

Но что, если красавец инструктор окажется проблемой? Уж очень странно он на нее смотрел – как будто знает, что она записалась на курсы не потому, что живет одна и хочет научиться приемам самообороны.

Надо попробовать поговорить с мистером Верденом. С отцом Элис.

Она понимала, что поговорить с матерью Элис, Дайаной, у нее нет никакой возможности. На похоронах Дайана даже не смотрела на Чарли, хотя до трагедии всегда была к ней добра.

Честно говоря, и Чарли не очень-то хотелось встречаться с Дайаной Берден. Справедливо или нет, но Чарли всегда чувствовала себя виноватой в том, что случилось с Элис.

В последний раз она видела Крейга много лет назад. Зато кругом наталкивается на его фотографии, которые расклеены по всему Восточному Кентукки с тех пор, как он вступил в предвыборную гонку в сенат США.

Отец Элис никогда не произносил этого вслух, но Чарли не сомневалась: он обвиняет именно ее в том, что случилось с Элис. Как и большинство людей. В конце концов, Чарли была из семьи Уинтерс из Бэгвелла. Можно сказать, с самого дна. К тому же всем была известна ее детская любовь к выдумыванию небылиц.

Мистер Берден не пожелал ее слушать, когда она поделилась с ним своими предположениями о том, что в ту ночь Элис встречалась в баре с кем-то еще. Известие о трагической гибели восемнадцатилетней дочери и без того стало для него непомерно тяжелым.

Крейг Берден не изъявил желания обсудить версию, согласно которой смерть его девочки не была несчастным случаем.

Спустя некоторое время Шарлотте стали сниться кошмары. Она не сразу поняла, что обрывочные сцены, наполненные страхом, – на самом деле воспоминания, которые хранились в глубинах ее подсознания.

Чарли пыталась принять распространенную версию: две несовершеннолетние девчонки раздобыли поддельные удостоверения личности и отправились выпить. Одна отключилась, а вторая, пьяная в стельку, вышла на середину дороги, где ее сбила машина. В крови Элис обнаружили повышенное содержание алкоголя.

Но могла ли она потерять ориентацию настолько, что вышла на дорогу прямо перед мчавшимся автомобилем?

Чарли допрашивали в связи с гибелью Элис и заставили пройти тест на алкоголь, когда прошло уже несколько часов с того момента, как она очнулась на своем заднем дворе, дрожащая от холода, с больной головой.

Чарли потерла лоб, чувствуя приближение головной боли. Вряд ли сейчас подходящее время для того, чтобы говорить с отцом Элис о смерти его дочери, тем более что он пообещал избирателям, если его выберут в сенат, ужесточить наказание за продажу алкоголя несовершеннолетним и за опасное вождение.

Кроме того, она не так давно ему звонила, но не получила ответа. Ну, если не считать испорченных тормозов. И действительно ли она думала, что Крейг Берден способен на что-то подобное?

Чарли резко отодвинула стул от стола, и он ударился о стеллаж, на котором сидела Нелли. Кошка испуганно посмотрела на хозяйку. Его высочество лишь покосился на нее – ему хорошо было лежать на залитом солнцем подоконнике.

– Маме нужно выйти, – сказала она питомцам и сразу поняла, что не может уйти. Во-первых, ей необходимо к сроку доделать сегодняшнюю работу; во-вторых, у нее пока нет машины. А велосипед нельзя назвать безопасной заменой…

В глазах возникла картина: мертвая Элис лежит на дороге в неестественной позе – лужа крови растекается по асфальту.

Чарли резко села, так как у нее внезапно задрожали ноги. Почему у нее вдруг всплыла в голове картина изуродованного тела Элис? Когда Элис погибла, ее рядом не было.

Или была?

Майкл добрался до предвыборного штаба Крейга Бердена довольно быстро. У него в запасе оставалось несколько минут.

Часы на приборной панели показали 17:59. Пора!

Избирательный штаб Бердена располагался на первом этаже, широкие окна выходили на улицу. Над дверью висел большой плакат с призывом, набранным крупными красными буквами: «Вердена – в сенаторы». В штабе толпились штатные сотрудники и волонтеры, в том числе энергичная молодая женщина в джинсах, у которой на свитере красовался большой круглый значок с портретом Бердена.

– Голосуйте за Бердена! – сказала она, заметив Майкла. – Вы пришли записаться в волонтеры?

– Вообще-то я приехал поговорить с Рэндалом Фини. Он здесь?

– Ох нет, простите. Вы ведь господин Стронг? Мистеру Фини позвонили, и ему пришлось неожиданно уйти. Я должна была переговорить с вами, чтобы узнать, не сможете ли вы встретиться с ним в другой день, но у меня внезапно появилось много дел.

Майкл подавил свое недовольство, извлек из бумажника карточку и передал ее молодой женщине.

– Пожалуйста, передайте господину Фини эту карточку. Он сможет перезвонить мне, и мы назначим встречу, когда его расписание будет не таким плотным.

– Я передам, – оживилась девушка. – Вы точно не хотите поработать волонтером за нашего кандидата?

– Я не очень политичен.

Он вернулся к своему внедорожнику, размышляя о том, побеспокоится ли Фини о том, чтобы ему перезвонить. Наверное, нет.

Майкл позвонил Хеллеру и рассказал о том, как повел себя Фини.

– Девушка в штабе избирательной компании сказала, что его срочно куда-то вызвали, но я не уверен, не было ли это просто предлогом, чтобы не явиться на встречу.

– Может быть, Фини согласился поговорить с тобой до того, как ему удалось поговорить с Крейгом Берденом.

– А потом Берден велел ему отменить встречу?

– Политики очень аккуратно выбирают людей для общения, – сказал Хеллер. – Может быть, он решил узнать о тебе больше, прежде чем его люди будут отвечать на твои вопросы.

– Я оставил визитную карточку, скажу ему, как меня зовут и на кого я работаю.

– Это может понизить, а не повысить твои шансы на разговор с ним, – предупредил Хеллер. – Что ты собираешься делать дальше?

– Я не собираюсь сдаваться, если ты об этом.

– Кстати, Стронг, Кэмерон хочет поговорить с тобой завтра после вечерней тренировки. Можешь зайти к ней в кабинет около пяти часов?

– Зайду. – Он положил трубку, открыл приложение «Календарь» и вписал в него напоминание о завтрашней встрече с Ребеккой Кэмерон.

С Хеллером они дружили давно, еще со службы в морской пехоте. Александер Куинн, бывший агент ЦРУ, настоящая легенда среди шпионов, время от времени попадался Майклу на пути во время очередного боевого задания. Зато Кэмерон, в прошлом служившую в дипломатическом корпусе, он практически не знал. Она была помощницей американского посла в Казиристане в те два года, что Майкл провел в этой разоренной войнами стране. Но виделись они всего лишь однажды, очень коротко, при непростых обстоятельствах.

Зачем ей понадобилось сейчас говорить с ним? Имеет ли это какое-то отношение к тому, что случилось с Чарли?

В четверг после обеда было холодно и дождливо, короткий период тепла, которое радовало их в начале недели, давно прошел. Прогнозы даже предсказывали мокрый снег и снегопады в выходные. Посмотрев в окно, Чарли порадовалась тому, что Майкл подвезет ее на курсы.

Он приехал за полчаса до начала, как они и договорились. Она лишила его возможности проявить галантность и выйти из машины под проливным дождем, выбежала из дома сразу, как только услышала шум мотора. Стараясь двигаться быстрее, она забралась на пассажирское сиденье его пикапа и улыбнулась:

– Прими мою официальную благодарность! Твое предложение подвезти меня было отличной идеей.

– Я так и подумал, – с ответной улыбкой ответил он.

Несмотря на то что Майклу удалось найти место на парковке довольно близко к спортивному залу, они успели вымокнуть до нитки, пока бежали к двери.

– Если хочешь, подожди меня в зале. До начала тренировки мне нужно немного поработать с документами в кабинете и сделать несколько телефонных звонков. Тебе там будет скучно.

– Хорошо. – Она едва заметно помахала ему рукой, когда он вышел через боковую дверь, с трудом подавив порыв последовать за ним.

К тому времени, как начали подтягиваться остальные ученики, она уже почти закончила делать свои упражнения на растяжку. Остальные приветствовали ее кивками, расположились на матах и тоже стали упражняться.

За пять минут до начала занятия вошли еще семь учеников, преимущественно мужчины. Чарли сразу поняла: почти все они – полицейские или сотрудники правоохранительных органов.

Когда она встала, открылась входная дверь, и в зал вошел еще один ученик. Он остановился и осмотрелся по сторонам, словно ожидал, что в любой момент может столкнуться с опасностью.

Чарли посмотрела на него и подавила тяжелый вздох.

Столкнуться в «Академии Кэмпбелл-Коув» именно с ним…

Новоприбывший был высоким, хорошо сложенным, широкоплечим и стройным. Он не набрал ни фунта с тех пор, как Чарли видела его в последний раз, а было это почти десять лет назад. Когда он подошел к мату, на котором стояла Чарли, его губы растянулись в улыбке.

– Шарлотта Уинтерс! Какая встреча!

Она скрыла свой ужас за самоуверенной улыбкой.

– Какая встреча, детектив Траск!

Арчер Траск заулыбался шире, но по-прежнему одними губами. Серые глаза смотрели холодно и серьезно.

– Вы что же, снова очнулись на заднем дворе и совершенно ничего не помните?

Боковая дверь открылась, и в зал целеустремленно вошел Майкл Стронг. Лицо его излучало воодушевление.

Не отвечая, она отошла от Траска к другим ученикам.

– Еще пять минут! – крикнул Майкл, занимая свое место перед своими учениками в зале, и все продолжили свои упражнения на растяжку.

Чарли тоже усердно разминалась, от всей души надеясь, что Арчер Траск оставит ее в покое. Однако этого не случилось.

– И как же вы здесь оказались? – Голос Траска звучал обманчиво беззаботно.

– Где, в Кэмпбелл-Коув?

– Нет, на курсах самообороны. Вас что, кто-то преследует?

Чарли на мгновение подняла на него взгляд, размышляя о том, не узнал ли он о вчерашнем происшествии с ее машиной.

– Кроме вас – никто.

– Я слышал, вы вчера попали в аварию.

– Детектив Траск, неужели в уголовном розыске теперь занимаются и дорожно-транспортными происшествиями?

– Надеюсь, вы находились за рулем не в состоянии опьянения?

– Убирайтесь к дьяволу! – Она метнула на него испепеляющий взгляд.

– Что-то не так?

Услышав голос Майкла, и Чарли, и Траск сделали шаг назад.

– Ничего, – сказал Траск и отошел.

Майкл наклонился к Чарли:

– Вид у тебя сердитый.

– У меня все в порядке.

– Вы с Арчером знакомы?

– Да, но не близко. Мы много лет не виделись. – Она велела себе успокоиться. Ссориться с Арчером Траском спустя столько времени – не самый умный ход, если она всерьез решила докопаться до истинных причин гибели Элис. Траск тогда одним из первых примчался на место преступления. Рано или поздно ей может понадобиться его помощь.

Майкл понизил голос:

– Он тебе и раньше докучал?

Чарли резко вскинула голову, сообразив, что он имеет в виду.

– Нет, что ты! Просто заместитель шерифа Траск… Нет. Он не имеет никакого отношения к тому, что произошло с моей машиной. Я клянусь.

– Ты не знаешь, кто повозился с твоей машиной. Точно так же ты не можешь знать, кто этого не делал!

– Траск – полицейский, а я из семьи Уинтерс. Нас нельзя назвать друзьями.

Ей показалось, что такой ответ не вполне устроил Майкла. Тем не менее он кивнул ей и встал лицом к ученикам:

– Итак, начнем.

Он подвез ее домой. Всю дорогу Чарли молчала. Ей удалось собраться после встречи с Арчером Траском, и она совсем неплохо вписалась в новую группу. Она двигалась слегка неуклюже и напоминала Майклу щенка-подростка, который учится бегать. Зато она восполняла нехватку изящества рвением, с каким участвовала в спаррингах. Она дралась как человек, которому уже доводилось попадать в неприятности и который сражается за выживание.

Когда они повернули на Сикамор-Роуд, Майкл первым нарушил молчание.

– Не хочешь рассказать, как ты познакомилась с детективом Траском?

– Нет! – Чарли вызывающе вскинула подбородок.

– А ты попробуй. Может, полегчает.

– Не полегчает, – улыбнулась она.

Майкл оставил попытки разговорить ее. Контактная информация Арчера Траска у него имеется. Если ему захочется побольше узнать о том, какие отношения связывают их с Чарли, он может расспросить самого заместителя шерифа.

– Сегодня ты неплохо поработала. Совсем неплохо! Молодец!

– Спасибо.

Он остановился на обочине у ее дома.

– Хочешь, я зайду вместе с тобой?

Она покачала головой:

– Нет. Я уверена, в этом нет необходимости. Спасибо, что подвез. Надеюсь, к следующему занятию мне уже вернут машину.

Она выскользнула из пикапа и по выложенной плиткой дорожке зашагала к своему крыльцу. Майкл ждал.

Неожиданно Чарли остановилась, прислушалась и неуверенно взялась за дверную ручку. Потом обернулась и посмотрела на него.

– Что случилось? – Майкл вышел из машины и направился к ней.

Она ждала его на крыльце, ее глаза от страха стали огромными.

– Я ведь заперла дверь перед уходом. Ты видел, как я запирала дверь?

Он кивнул.

– Так вот, сейчас она не заперта.

Он тронул ее за плечо:

– Подожди здесь.

Он взбежал на крыльцо и осмотрел дверь, она последовала за ним.

На случай если на дверной ручке остались отпечатки, Майкл оттянул край футболки и обернул им руку.

Открывая дверь, он готовился к тому, что нападающий ждет внутри. А пистолет Майкла остался в машине, в бардачке.

Майкл вошел в дом и быстро, по-военному, обошел помещение: повсюду были видны следы вторжения.

– Господи… – дрожащим голосом прошептала Чарли у него за спиной, когда увидела масштаб разрушений.

В комнате не осталось ни одного не сломанного и не вспоротого кресла и дивана. Деревянный пол был усеян осколками – взломщик сбросил со стен застекленные фотографии в рамках.

Кроме того, он разбил и растоптал в пыль фарфоровые статуэтки. Осколки и обломки смешались с синтетическим наполнителем из разорванных диванных подушек. Деревянное кресло-качалка лежало на боку перед камином, почти расколотое надвое.

– Кто мог все это натворить? – всхлипнула Чарли.

– Выйди-ка на улицу, – велел Майкл, увидев в клочьях набивки что-то темное и влажное. Что-то, похожее на…

– Там что, кровь?! – спросила Чарли.

– Не знаю, возможно.

– Господи!

Он не успел ей помешать. Чарли побежала в спальню.

Майкл отправился за ней.

– Чарли, подожди!

Добежав до дальней комнаты, Чарли громко заплакала. Майкл резко остановился в дверях, ожидая самого худшего.

Чарли стояла на коленях перед сиамским котом, который лежал на боку. Его дымчатый мех потемнел от крови.

Глава 5

– Хиззи… – У Чарли перехватило дыхание.

Кровь оглушительно стучала у нее в ушах, когда она потянулась к темному меху его высочества.

Услышав ее голос, кот приоткрыл голубые глаза и приподнял голову, но сразу же зажмурился. Ему было тяжело дышать.

– Ты жив, малыш! – Подавляя свою панику, она несколько раз глубоко вздохнула и ощупала кота. Дрожь в ее пальцах начала униматься, когда она обнаружила источник кровотечения. – У него рана на плече. Глубокая. Но он все-таки жив.

Майкл смотрел на нее, нахмурив брови.

– В прихожей есть две кошачьи переноски, – продолжала Чарли. – Слева от кухни. Принеси их, пожалуйста. А в ванной должны быть сухие полотенца. Мне нужно два.

– Нелли! – ласково позвала Чарли, надеясь, что пугливая черепаховая кошечка спряталась, когда в дом вломился кто-то чужой.

Из-под кровати донеслось жалобное мяуканье. Чарли поспешила к кровати и заглянула под нее. Оттуда на нее большими и испуганными зелеными глазами смотрела Нелли.

– С тобой все в порядке, маленькая? Выходи, дай-ка я тебя осмотрю!

Услышав, как возвращается Майкл, она крикнула:

– Погоди минуту, не входи!

Черепаховая кошка выползла из-под кровати и потерлась о плечо Чарли. Кажется, не ранена.

– Чарли, а сейчас можно войти?

Услышав негромкий голос Майкла, Нелли поспешила снова спрятаться под кровать.

– Да. Ты нашел переноски?

Он вошел в комнату, держа в руках полотенца и две пластиковые переноски.

– С кошкой все в порядке. Она прячется под кроватью.

Чарли взяла у Майкла полотенце и осторожно завернула в него окровавленного Хиззи. Она поморщилась, когда кот тихо мяукнул от боли.

– Все хорошо, милый. Мы тебе поможем.

Майкл поставил переноску на пол рядом с ней и спросил:

– Что мне сделать?

– Открой дверцу переноски и держи, пока я его укладываю.

Майкл сделал так, как она попросила, и она уложила кота на матрасик, стараясь не паниковать оттого, что кот совсем не сопротивляется. Обычно сажать его высочество в переноску было нелегким делом.

– Очень не хочется оставлять Нелли одну – вдруг незваный гость вернется!

– Я позвонил сотрудникам из нашего агентства. Они пришлют человека охранять дом в наше отсутствие.

Она с удивлением посмотрела на него:

– Ты вызвал сотрудников своего агентства?!

– Да. Формально твой дом – место преступления. Советую тебе вызвать полицию.

Чарли решительно покачала головой.

– Послушай, вчера кто-то испортил тормоза в твоей машине. Сегодня злоумышленники разнесли твой дом и ранили кота. Вызови полицию.

– Нет времени. Сначала отвезем Хиззи к ветеринару. Кстати, нужно позвонить и предупредить, что мы едем – убедиться, что доктор на месте.

Чарли набрала номер ветеринарной клиники и по пути к пикапу вкратце описала ситуацию сотруднице регистратуры. Та заверила ее, что доктор будет их ждать.

– Эрик Бреннон уже едет сюда. – Майкл пристегнулся и завел машину. – Ты должна позвонить в полицию.

Чарли вздохнула, понимая, что он прав.

– Случай не экстренный… наверное, нет необходимости набирать номер 911…

– У меня есть номер телефона детектива Траска, – пробормотал Майкл.

– Ну уж нет! – Чарли покосилась на него.

– Значит, между вами все-таки что-то произошло.

Когда они остановились на перекрестке, Чарли махнула вправо.

– Ветеринарная клиника примерно в полумиле отсюда, с левой стороны.

Переноска стояла у нее на коленях. Не услышав дыхания кота, она испугалась, заглянула внутрь сквозь прутья. Хиззи открыл глаза и посмотрел на нее, у нее в сердце затеплилась надежда.

У дверей клиники их встретил доктор Пит Террел, коренастый бородач в джинсах и голубой фланелевой рубашке под белым халатом.

– Я подожду на улице и заодно узнаю, как там Эрик, – сказал Майкл, доставая мобильный телефон. – Ты не против, если я и полицию заодно вызову?

Взгляд Чарли перебегал с него на ветеринара.

– Да. Только не Траска.

Она прошла за доктором в смотровую и поставила переноску на стол.

– Я обнаружила его на полу. Кровь текла у него с левой стороны туловища, из плеча.

– Ну ладно, здоровяк. Давай-ка тебя осмотрим! – Доктор Террел бережно вытащил кота из переноски и развернул полотенце. Махровая ткань пропиталась кровью; к счастью, ее было немного.

Кот не сопротивлялся, как обычно, кажется, он понимал, что ему нужна помощь, и не пытался с ними бороться.

В смотровую вошла ассистентка. Она кивнула Чарли и жестом показала, что сама будет присматривать за котом. Чарли отошла и стала наблюдать за происходящим со стороны.

– Рана в области левой лопатки, – негромко произнес доктор. – Глубокая. До кости. Края раны чистые и ровные. Скорее, его ударили ножом, а не резали…

Чарли прижала ладони к лицу, при этих словах ей стало нехорошо.

– Она не слишком широкая. – Доктор поднял на нее глаза. – Что случилось?

– Не знаю, – ответила Чарли. – Я вернулась домой после занятий и увидела, что в доме все перевернуто вверх дном. Мебель поломана, вещи разбиты и разбросаны по полу… А потом я заметила кровь, пошла по следу и обнаружила Хиззи.

– Он у вас везунчик. Удар пришелся по касательной. Внутренние органы не задеты, но все же нужно сделать рентген.

– Конечно.

Полчаса спустя доктор зашил рану Хиззи и уложил кота в клетку, возле которой стояла капельница.

– Он потерял много крови, – объяснил доктор Террел. – Если не возникнет осложнений, вы уже завтра сможете забрать его домой.

– Вы уверены? – Чарли смахнула слезы.

– Когда вы его привезли, он находился в состоянии шока, а сейчас почти пришел в себя. Он молодой и крепкий кот. К тому же вы почти сразу привезли его. – Доктор Террел похлопал ее по плечу. – А как дела у Нелли? Судя по всему, она не пострадала?

– Она спряталась, с ней все хорошо.

– Я надеюсь, вы найдете того, кто это сделал. – Ветеринар перестал улыбаться. – Кстати, возможно, кот оцарапал того, кто его ранил. Я могу подстричь ему когти, вдруг на них остались следы ДНК.

Чарли посмотрела на него широко открытыми глазами. Хотя ее била дрожь, она улыбнулась:

– ДНК на когтях кота! Надо же… а я и не подумала!

Она вернулась в холл, где на скамейке ее ждал Майкл. Он поднял голову и нахмурился, не увидев у нее в руках переноски.

– Что с ним?

– С ним все будет в порядке, но они хотят оставить его на ночь под наблюдением. Ему поставили капельницу и вкололи обезболивающее. Доктор надеется, что завтра его уже можно будет забрать домой.

– Прекрасные новости. Значит, ты готова ехать?

Она оглянулась в сторону коридора, который вел к ночным палатам.

– Готова, насколько это вообще возможно.

В машине Майкл сообщил ей, что дома ее ждут полицейские.

– Я рассказал им, что случилось вчера с твоими тормозами.

– Ну и напрасно, – поморщилась Чарли.

– Так и думал, что тебе не понравится.

– Зачем же ты им все рассказал, если знал, что мне это не понравится?

– То, что происходит, – не игра. Тормозной шланг можно было списать на несчастный случай. Но злоумышленник вломился к тебе в дом и ранил твоего кота…

– Доктор Террел думает, что Хиззи мог поцарапать человека, который его ранил.

– А можно попросить его подстричь коту когти, чтобы сохранить следы ДНК?

– Да. Он и сам до этого додумался!

– Бреннон ждет полицейских перед домом. Мы решили, что до их приезда лучше ничего не трогать на месте преступления.

– Ко мне проник взломщик. Копы на такие вызовы не приезжают.

– У тебя не просто взлом, а взлом и разбойное нападение.

Она посмотрела на него, широко открыв глаза.

– Злоумышленник ранил кота. Это вряд ли произведет впечатление на местную полицию. У них здесь хватает дел поважнее – наркоторговля, убийства, подделка документов…

– Копы делают то, что считают нужным. Но я расцениваю случившееся как серьезную угрозу.

– Что ты имеешь в виду? – вздрогнула Чарли.

– Если полиция не воспримет происшествие всерьез, делом займусь я.

Какое-то время Чарли молча смотрела на него, не зная, что сказать.

– С какой стати тебе заниматься моим делом?

– Защищать людей – моя профессия.

– За деньги. Я не так много зарабатываю.

– Я не прошу у тебя платы.

– Ты сам понимаешь, что это звучит странно, правда?

Они подъехали к дому Чарли. На ее подъездной дорожке стояла всего одна патрульная машина, а на обочине был припаркован серебристый седан.

– Машина Эрика, – пояснил Майкл, кивая в сторону седана.

Увидев их, Бренной пошел навстречу по дорожке.

– Офицер Бентли сейчас фотографирует место преступления, – сообщил он Чарли. – Он просил вас внимательно осмотреться и сказать, не пропало ли что-нибудь.

«Ноутбук», – подумала Чарли, холодея.

Все файлы Чарли хранит в «облачном» архиве, так что ничего не пропадет. Кроме того, взломать ее пароли нелегко. Но если злоумышленник доберется до файлов, связанных с Элис, он сразу поймет, что ей известно. И что пока неизвестно.

Она вошла в дом, стараясь подавить растущую тревогу, и поспешила в спальню. Ноутбук был на месте.

Чарли опустилась в кресло, открыла крышку ноутбука и ввела пароль. Похоже, никто не открывал файлы с информацией об Элис Берден.

– Чарли, твой дом считается местом преступления, – с расстановкой произнес широкоплечий полицейский с обветренным лицом.

– Офицер Эверетт! – Чарли встала. – Я все понимаю. Просто я должна была проверить…

Боб Эверетт заулыбался.

– Господи, Чарли! Ты стала совсем большой девочкой… Как поживает твоя мама?

Чарли помнила, что Боб всегда был неравнодушен к ее матери. Они учились в одной школе, и, похоже, Боб с тех самых пор не переставал испытывать к Мерлин нежные чувства.

– У нее все хорошо, – ответила Чарли. – Сейчас она в Арканзасе со своим новым мужем.

– Да… – Улыбка исчезла с лица Боба.

Она поспешила сменить тему, чтобы отвлечь его от грустных мыслей.

– Думаю, вы хотите узнать, не украли ли что-нибудь у меня?

– Знаешь, я хорошо здесь все осмотрел. Злоумышленник, конечно, перевернул все вверх дном, но все мало-мальски ценные вещи на месте. Телевизор и музыкальный центр разбиты, но не украдены.

«Зато компьютер цел», – подумала она. Может быть, потому, что хотели добраться до файлов? Но почему тогда они просто не унесли ноутбук с собой?

– Весь дом разгромили? – спросила она.

– Похоже, ограничились только гостиной. В кухне и в прихожей, по-моему, все на своих местах, и в спальне вроде бы все в порядке.

– Может быть, кто-то им помешал?

Услышав голос Майкла, Чарли и Боб вскинули голову. Он стоял на пороге спальни, его широкие плечи занимали весь дверной проем.

– Кто вы такой? – поинтересовался Боб.

– Майкл Стронг. Я друг Чарли.

Боб перевел взгляд с Чарли на Майкла и обратно.

– По-моему, грабителям кто-то помешал, мистер Стронг. Я намерен расспросить соседей. Может, кто-нибудь из них видел или слышал что-нибудь необычное. Чарли, если у тебя ничего не украли, а похоже, у тебя ничего не украли, то, скорее всего, это обычный вандализм. Позвони-ка в свою страховую компанию и вызови оценщика ущерба.

Чарли посмотрела на Майкла, тот вздохнул и отвел взгляд.

– Спасибо, что приехали, офицер Эверетт, – сказала Чарли и проводила полицейского до двери.

На пороге Боб обернулся, его лицо потемнело.

– Я слышал, они ранили одну из твоих кошек. Надеюсь, с твоим любимцем все будет в порядке.

– Доктор Террел считает, что он поправится.

– Рад слышать. Дай мне знать, если что-нибудь еще случится, договорились?

– Спасибо, обязательно. И насчет мамы, мне кажется, она бы очень обрадовалась, если бы вы заехали к ней в гости.

Боб радостно ей улыбнулся.

– Так и сделаю.

Чарли смотрела ему вслед, подавив тяжелый вздох.

– Ты была права, копы тебя не защитят, – констатировал Майкл.

– Надо будет врезать новые замки. Может быть, установлю охранную систему.

– Ты не можешь оставаться здесь одна. Тем более без машины.

– Со мной все будет в порядке. Я не думаю, что они вернутся так скоро.

– Чарли, посмотри. – Он положил руки ей на плечи и развернул так, чтобы она видела следы разгрома.

Девушка посмотрела на разбитый музыкальный центр, и на ее глазах выступили слезы. Она купила его на свой двадцать первый день рождения на скопленные за четыре года деньги. Это была первая вещь, которая принадлежала ей одной.

Она сморгнула слезы.

– Я все уже видела.

– Это не просто вандализм. Это терроризм.

– Терроризм?! – Она круто развернулась к нему.

– Чарли, терроризм – это не только взрывы в Багдаде или Иерусалиме. Терроризм – это оскорбительные надписи на стене дома, где живет чернокожий или еврей. Терроризм – это и злоумышленники, которые рассылают жертвам угрожающие письма. Это… – Он обвел рукой беспорядок. – Это сделано для того, чтобы тебя запугать.

– Ничего у них не выйдет, – решительно ответила Чарли.

– Отлично! Но ты не можешь жить по-прежнему.

– Если я изменю свою жизнь, не значит ли это, что террорист победит?

Майкл убрал прядь, упавшую ей на лицо и погладил ее по щеке:

– Я не прошу тебя менять свою жизнь. Я просто предлагаю тебя подстраховать.

– Почему?

– Потому что я ненавижу террористов, – просто ответил он.

– Вот как?..

– Сегодня я останусь здесь.

– У меня больше нет дивана, – тихо произнесла она.

– Ничего, посплю на полу в гостевой комнате. У меня в машине есть рюкзак с походными принадлежностями.

– Я не могу тебе заплатить, – напомнила она.

– Сегодня бесплатно. – Он улыбнулся ей уголком рта, и ее сердце так и подскочило в ответ на его улыбку. – Переговорю с Эриком и сразу же вернусь. Если хочешь, попробуем разобрать хоть часть обломков или сделаем это завтра?

– Я была бы дурой, если бы отказалась, верно?

– Ты совсем не дура, – негромко ответил он.

Судорожно вздохнув, Чарли осмотрелась в гостиной, оценивая масштабы разрушения.

Меньше всего ей хотелось оставаться здесь одной.

Глава 6

Она делает вид, что не боится, но я знаю, что она напугана. Вчера – испорченные тормоза, а сегодня – это.

– И она не имеет представления о том, кто может за всем стоять? – спросил Эрик.

– По ее словам, ни малейшего. Не знаю, можно ли ей верить.

– Ты сегодня переночуешь у нее?

– Да, если она не передумает и не выгонит меня.

– А если выгонит?

– Тогда буду наблюдать за домом из машины.

Эрик кивнул, потом посмотрел на Майкла:

– Ты действительно думаешь, что ей грозит опасность?

– Да. Кое-что в ее прошлом… к сожалению, не могу об этом говорить… дает основания для беспокойства.

– Она сделала что-то не то?

– Может быть. Пока не знаю. Она попала в историю много лет назад. Тогда погиб человек. Откровенно говоря, не знаю, какова была ее роль в произошедшем, но с этого стоит начать поиски.

– У нее что-нибудь украли?

– Чарли говорит, что нет.

– Значит, злоумышленники просто все перевернули вверх дном?

– Может быть, это было своеобразное предупреждение, – предположил Майкл.

– Начальство в курсе, что ты влезаешь в это дело?

– Я позвоню Хеллеру. Все ему расскажу.

– Если хочешь, я еще немного тут побуду, – предложил Эрик.

– Да нет, езжай домой. Если что-нибудь случится, я позвоню.

– Хорошо. Будь осторожен.

Майкл вошел в дом и застал Чарли за уборкой.

– Чем я могу помочь? – спросил он.

Девушка подняла на него потемневший от гнева взгляд, и на секунду он решил, что она сейчас его выставит. Но она сунула ему совок.

– Я буду подметать, а ты собирай.

Они молча работали в течение часа, пока наконец гостиная не приобрела более-менее нормальный вид.

– Хорошо, что кто-то их спугнул, – буркнула Чарли, забирая у него совок. – Иначе нам пришлось бы убирать здесь всю ночь.

– Ложись спать, – предложил он. – А я запру дверь.

– Толку-то… – пробормотала она. – Замок взломан.

– Завтра врежем новый. А охранную систему можно поставить одну из тех, что предлагают у нас, в «Академии Кэмпбелл-Коув».

– Так ты окружил меня заботой с целью что-то впарить?

– Нет, что ты…

– Я шучу! – Она слабо ткнула его кулаком в плечо и широко улыбнулась, но он ответил ей суровым взглядом.

– Чарли, ты осознаешь всю серьезность ситуации, правда?

– Да, осознаю. Просто не понимаю, почему это происходит.

– Ты уверена?

– Поверь, если бы я знала, кто за всем стоит, придумала бы, как остановить его без посторонней помощи.

– Просто… Все как-то совпало. Ты записалась на курсы самообороны, и вдруг с тобой происходят два таких угрожающих события.

– Совпадение.

– По-моему, я сумею это починить, – сказал Майкл, осмотрев кресло-качалку.

Чарли сделала несколько решительных шагов ему навстречу.

– Значит, ты правда думаешь, что я тебя обманываю, да?

– Да. Но это твое дело. Я мог бы научить тебя лучше защищаться, если бы ты была со мной откровенна.

– Я иду спать, – отрывисто проговорила она и вышла из комнаты.

Улыбка Элис была заразительной, ее ровные белые зубы сверкнули в голубоватом полумраке бара.

– Расслабься, Чарли. Нас здесь никто не знает. И потом, это ведь только пиво, правда?

А у нее сводило живот от страха. Если ее мать узнает, как они развлекаются, она ее убьет. Предполагалось, что Чарли – единственный нормальный ребенок в семье. А «нормальный ребенок» сидит в одном из самых захудалых баров в Западном Кентукки, пьет светлое пиво и надеется, что никто из знакомых сюда не войдет.

– Разве здесь не классно? – Элис прихлебывала свой коктейль «Баламут» через длинную черную соломинку, ее голубые глаза лучились восторгом. – Сегодня у нас важная ночь, Чарли. Даже важнее, чем ты думаешь.

– Почему? – спросила Чарли.

Элис обвела взглядом зал. Чарли показалось, что подруга заметила знакомого. Но когда Чарли обернулась, увидела лишь зануду в рубашке при галстуке, который пил нечто золотистое со льдом. Виски… Скорее всего, бурбон.

– Тот тип – твой знакомый? – спросила Чарли.

Элис покачала головой и потянула через соломинку свой коктейль.

– Пей пиво, Чарли. Это просто пиво.

Чарли сделала глоток, поморщилась от горького дрожжевого привкуса и подумала, что лучше бы она заказала красное вино.

Итак, она сидела в баре в коротком платье, которое ее совсем не украшало, и пила дешевое пиво, как какая-нибудь деревенщина… кем она, собственно, и была.

Элис куда-то упорхнула. Благодаря ее женственной фигуре она выглядела старше своих лет. На ней было великолепное очень короткое облегающее красное платье на тонких бретелях. Рыжеватые волосы Элис собрала в подобие конского хвоста, когда она шла, локоны плясали вокруг шеи и лица.

Чарли стало душно; кроме того, у нее заурчало в животе. Перед уходом она сделала себе бутерброд, но так нервничала, что не смогла проглотить ни кусочка.

Она в третий раз отпила пива. В животе по-прежнему урчало, а на лбу выступил холодный пот. Стены помещения словно смыкались вокруг нее. Ей казалось, что свет танцует вместе с музыкой, вырывавшейся из динамиков. Она отошла от стойки, оставив недопитое пиво.

Чарли вышла в крытый дворик за баром. Был теплый вечер – редкость для этого времени года. Чарли накинула на плечи свою кожаную куртку.

На свежем воздухе туман у нее в голове как будто начал развеиваться.

Но потом у нее закружилась голова, и она почувствовала странную, невероятную усталость. Она нашла свободный столик поблизости от крыльца и села, прикрыв глаза ладонями.

– Вон она, – услышала она мужской голос вдали. Голос казался смутно знакомым, хотя Чарли никак не могла вспомнить, кому он принадлежит.

– Сколько еще ждать? – спросила женщина шепотом.

– Я думаю, уже скоро, – ответил мужчина.

Чарли положила голову на стол. Потом все пропало. Ей казалось, что прошло очень много времени.

Темнота рассеивалась постепенно, сменяясь грязно-желтым мерцанием прямо перед ее сомкнутыми веками. Ее веки отяжелели, казалось, она не может их разлепить. И все же она с трудом заставила себя открыть глаза.

Свет шел от уличных фонарей.

На дороге в нескольких ярдах от нее что-то лежало. Красное и мертвенно-белое. Скомканное. Неподвижное. Рыжеватые волосы разбросаны вокруг головы, забрызганы кровью. Один голубой глаз открыт и смотрит в никуда.

Элис. О боже, Элис!

Затем все исчезло в бесконечной черной пустоте. Чарли боролась с темнотой, но не могла пошевелиться, не могла закричать.

Кто-то схватил ее за предплечья и потряс, в темноте она услышала голос:

– Чарли!

Девушка резко проснулась, судорожно хватая ртом воздух. На какое-то мгновение ей показалось, что она все еще в ловушке темноты, но затем она заметила тусклый свет, проникавший с улицы сквозь занавески, и поняла, что находится в своей постели, в маленьком доме на Сикамор-Роуд.

А сильные руки, державшие ее за плечи, принадлежат широкоплечему мужчине, который сидит возле нее на кровати.

– Чарли! – встревожено повторил он.

Она осознала, что, сжав руки в кулаки, упирается ими в мускулистую обнаженную грудь Майкла.

Она опустила руки на колени.

– Прости. Мне приснился страшный сон.

– Ты звала кого-то по имени, – тихо произнес он.

– Правда? – Чарли покачала головой.

– Ты звала Элис. Это имя для тебя что-нибудь значит?

– Да.

– У тебя был испуганный голос.

Картинка сна не уходила, она стояла перед глазами. Чарли видела Элис, лежавшую посреди дороги в неестественной позе.

Раньше она не помнила, что видела Элис. Голоса, обрывки слов и фраз, которые запутывали ее сознание, – да. Но она еще ни разу не видела во сне мертвую Элис, лежавшую на дороге.

Чарли понимала: что-то не сходится. Она выпила три глотка светлого пива, и у нее закружилась голова. А ведь для того, чтобы по-настоящему захмелеть, трех глотков пива недостаточно.

– О чем ты думаешь? – спросил Майкл.

Чарли покачала головой. Она не была готова делиться своими мыслями с малознакомым человеком.

– Я просто пыталась вспомнить свой сон, – ответила она.

– И тебе это удалось?

– Только обрывки. – Она прижала ладони к лицу. – Который час?

– Начало четвертого.

– И ты из гостиной услышал, как я кричу?

– Я перетащил спальный мешок в коридор у твоей двери.

– Почему?

– Потому что не был уверен, что услышу, если кто-то попробует пробраться к тебе с черного хода.

– Ой… Жаль, что нельзя устроить тебя на диване. Представляю, как неудобно спать на жестком полу.

– Гораздо хуже, чем ночевать зимой в горах Афганистана, – усмехнулся он.

– Ты долго был в Афганистане?

– Несколько лет. Сначала в Афганистане, потом в Ираке… И еще несколько лет в Казиристане.

– А потом?

– Потом я вышел в отставку и вернулся в Штаты.

– Как давно это было?

– Пару лет назад. Чуть больше года работал охранником в разных местах. Потом мне позвонил один из моих нынешних начальников и спросил, не хочу ли я поработать в «Академии Кэмпбелл-Коув». Он искал инструкторов и считал, что я подойду для такой работы.

– По-моему, ты прекрасно подходишь. Правда, я не могу сказать, что у меня много знакомых инструкторов по самообороне.

– Я просто делюсь некоторыми умениями, которым научился в военном лагере. Приспосабливаю приемы для гражданского населения.

– Да, на наших тренировках нет ни ружей, ни штыков.

– По крайней мере, не для начинающих и не для среднего уровня.

Наверное, глаза наконец привыкли к темноте; она увидела, как сверкнули его белоснежные зубы, и поняла, что он шутит.

– Почему охранное агентство разместило свою штаб-квартиру в маленьком городке Кэмпбелл-Коув в Кентукки? – спросила Чарли.

– Сам не знаю, – ответил Майкл. Возможно, один из владельцев компании родом из этих мест. Или уединенность пришлась им по душе. Сюда не так просто добраться. Мы находимся там, откуда можем увидеть надвигающуюся беду задолго до ее появления.

Чарли машинально кивнула.

– Мне здесь нравится, – признался он. – Напоминает о доме.

– А где твой дом? – спросила она, опьяненная его близостью.

– В Северной Каролине.

– Где именно?

– К востоку от Чероки, в Смоки-Маунтинс в городке Блэк-Рок.

– Что-то знакомое.

– Правда?

Она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Он напоминал ей о долгих жарких летних днях, проведенных ею в детстве в окружении гор и лесов – великолепные воспоминания.

– Представляю себе те края. Городок маленький. Окружен горами и лесами. Может быть, через него бежит маленький ручей, а весь центр можно обойти за несколько минут. Я угадала?

– Да, довольно точное описание, – ответил он. – Ты уверена, что никогда там не была?

– Да. – Чарли открыла глаза. – Просто поселок, где я родилась, похож на те края. Бэгвелл, Кентукки. Население – шестьсот человек.

– По-моему, я проезжал через него. Это по дороге к Пайнвиллу, правильно?

– Да.

В комнате воцарилась тишина, в которой чувствовалось странное напряжение. Влечение, догадалась Чарли. Что ж, неудивительно. Майкл – высокий, стройный брюнет, с фигурой, от которой млеют все женщины, если верить глянцевым журналам. Его лицо словно вылеплено умелым скульптором, а голос создан для обольщения.

– Постарайся снова заснуть, – посоветовал он, вставая и направляясь к двери.

– Хорошо, – ответила она, скрыв разочарование.

– На этот раз – только сладкие сны, хорошо?

– Постараюсь. И ты тоже спи.

– Спокойной ночи. – Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

Глава 7

– Шланг определенно разрезали. Эксперты-криминалисты пытаются установить тип лезвия…

Майкл открыл холодильник и порадовался тому, что злоумышленники не успели добраться до кухни. Упаковка с яйцами на дверце осталась нетронутой.

– Даже если они его установят, – сказал он в трубку, – придется найти нужное лезвие, чтобы было с чем сличать, ведь так?

– Видимо, так, – согласился Мэддокс Хеллер. – И все же не плохо бы установить, чем они резали. Насколько я понимаю, вчера больше проблем не возникало?

– Нет, было тихо, как в церкви. – Он уже успел осмотреть дом изнутри и снаружи и убедиться, что больше никто не пытался вломиться к Чарли. Возможно, злоумышленников отпугнул его пикап, припаркованный на дорожке.

Любопытно, почему вандалы не разнесли весь дом. Видимо, разгромленная гостиная должна была служить своего рода предупреждением. Или их что-то спугнуло?

– Не думаю, что местные стражи порядка опросили соседей насчет взлома, – произнес он вслух.

– У меня есть знакомый в полиции. Могу спросить.

– Спасибо. Буду очень признателен.

– Кстати, Кэмерон по-прежнему хочет тебя видеть.

– Ах ты, черт! – Майкл дернулся, ударившись головой о дверцу холодильника. – Я ведь должен был встретиться с ней вчера под вечер!

– Я рассказал ей, что случилось. Она все поняла. Но говорит, что все равно ей нужно с тобой повидаться, если можно, сегодня.

Майкл услышал шаги в коридоре; они приближались к кухне.

– Позвоню ей, как-нибудь договоримся, – сказал он. – Мне пора.

Он положил телефон в карман и повернулся к Чарли, которая как раз входила в кухню.

На ней по-прежнему была теплая пижама, которую она надела вчера после душа. Верх задрался, и он заметил плоский живот и пирсинг на пупке.

– Кофе! – со вздохом произнесла она.

Он взял кружку, которую выбрал для нее – темно-зеленую с надписью «Сначала кофе, потом логика», – и налил ей свежесваренного кофе.

– Ты какой пьешь?

– Горячий, и немедленно. – Она взяла кружку, сделала глоток, потом еще глоток и оперлась о рабочий стол, глядя на него сонными глазами. – Ты давно не спишь?

– Час или около того. Я тебя разбудил?

– Нет, меня разбудил внутренний будильник. – Она отпила еще кофе. – Насколько я понимаю, больше сюда никто не вламывался?

– Во всяком случае, я никого не видел. – Майкл повернулся к холодильнику. – Ты из тех, кто завтракает?

– Да. А ты из тех, кто готовит? – Чарли немного оживилась. – Пожалуйста, скажи, что да!

– Готовлю, если тебя устроит яичница-болтунья.

– Меня устроят даже овсяные хлопья без воды, а яичница – вообще красота! – Она налила себе еще кофе, добавила подсластитель и ложку сухого молока с ореховым привкусом, помешала в кружке и устроилась за столиком у окна.

– В какое время тебе нужно на работу? – спросил Майкл.

– Обычно я сажусь к компьютеру в восемь тридцать – к тому времени в офис приходят штатные сотрудники.

– Ты работаешь дома? – нахмурился Майкл.

– Я же говорила, что у меня гибкий график! – Она тряхнула головой.

– Да, но я не понял, что ты работаешь дома.

Она поставила кружку на столешницу.

– Ты что… испугался?

– Я думал, на работе, где много народу, ты будешь в большей безопасности. – Он достал три яйца. – Где сковородка?

– Над плитой.

Он включил конфорку и поставил на нее сковородку.

– Ты работаешь на ноутбуке, который стоит в спальне, или у тебя есть другой компьютер?

– На ноутбуке, – ответила она, беря кружку и подходя к нему. – Ты в самом деле волнуешься из-за того, что я останусь одна дома?

– А ты разве нет?

Чарли задумалась.

– Раньше не волновалась. Я решила, что незваные гости не станут нападать на меня в собственном доме.

– Но они хотели убить тебя в собственной машине.

От конфорки веяло жаром. Майкл положил на сковородку кусочек масла, и оно сразу же зашипело. Он заставил себя ненадолго сосредоточиться на готовке. Вскоре он уже раскладывал кусочки желтой пухлой яичницы-болтуньи по тарелкам, которые Чарли достала из ближайшего шкафчика. Она сунула в тостер два ломтика хлеба.

За завтраком Майкл вспомнил, о чем они говорили раньше.

– По-моему, ты и сама не веришь в то, что испорченные тормоза стали всего лишь попыткой тебя напугать.

– Умеешь ты утешить, – сухо заметила она.

– Чарли, я не шучу.

– И я отношусь ко всему случившемуся совершенно серьезно.

– Я еще не сошел с ума, чтобы оставлять тебя одну в этом доме! Ты не можешь работать где-нибудь в другом месте?

– Могу, – кивнула она и взяла вилку. Попробовала яичницу. – Вкусно!

– Спасибо.

– Только у нас в округе нет модных интернет-кафе, – продолжала она со вздохом. – А если я поеду в Мерсервиль, в офис, начальство еще решит, что мне лучше, и придется работать там.

– А это плохо?

– Очень плохо. – Она воинственно вздернула подбородок. – Одной из причин, по которым я устроилась именно на эту работу, было то, что можно работать дома и поддерживать гибкий график.

– Тогда поехали ко мне на работу.

Она покачала головой:

– Не могу уехать отсюда. Просто не могу. Одна травмированная кошка по-прежнему прячется у меня под кроватью, а другого мне сегодня нужно забрать от ветеринара – возможно, несколько дней ему придется ходить с пластиковым воротником на шее. Я не могу оставить их здесь одних.

– Ты можешь взять их ко мне домой.

Его слова разорвались, словно бомба посреди комнаты. Чарли посмотрела на него как на сумасшедшего, и внутри у него все сжалось, как если бы ему нанесли удар в солнечное сплетение.

– Какое… неожиданное предложение, – после паузы произнесла Чарли, нарушив звонкую тишину.

– Да. Кстати, я и сам удивился.

– И я тебя не виню.

Он бросил вилку.

– Чарли, я вовсе не утверждаю, что это плохая мысль.

– Переехать к тебе с двумя питомцами, которым требуется особый уход – неплохая мысль? – Она излучала скептицизм.

– Нет, послушай. – Идея больше нравилась Майклу. – У меня надежные замки и самая современная система сигнализации. В моем доме есть гостевая комната, значит, мне не придется спать на полу. Кабельное телевидение, вай-фай, центральное отопление и конди…

– Хочешь уговорить меня навсегда переселиться к тебе?

– Чарли. – Майкл заставил себя улыбнуться. – Все получится. Я живу близко от работы; если с тобой что-нибудь случится, примчусь через несколько минут. Мой дом почти в центре Мерсервиля; можно добраться пешком до пары ресторанчиков и магазинов. А кошек я люблю.

– Даже сумасшедших?

– Сумасшедшие – моя любимая порода, – заявил он. Кстати, это касалось не только кошек, но и людей.

Чарли вздохнула и задумчиво склонила голову набок.

– От кошек много грязи… А еще они иногда носятся по всему дому.

– Справлюсь.

Он и сам удивлялся, что уговаривает девушку переехать в свою квартиру. Прослужив почти десять лет в Корпусе морской пехоты, он понял, что жить одному – большая радость. Он ни перед кем не отчитывается, слушает любимую музыку, смотрит, что хочет, ложится и встает, когда вздумается. С чего вдруг ему не терпится поместить в свои владения эту непредсказуемую рыжую девицу с двумя кошками?

– Хорошо, – сказала Чарли.

– Хорошо, – повторил Майкл, гадая, во что же он только что вляпался.

В кабинете в доме у Майкла Чарли придвинула эргономичное «кресло руководителя» с красной плюшевой обивкой, на литых колесиках, которые катались по полу совершенно бесшумно, к широкому дубовому столу.

Ей было не по себе, оттого что она очень быстро позволила Майклу уговорить себя переселиться вместе с кошками к нему домой.

После гибели Элис Чарли даже не пыталась завести новую лучшую подругу. Лучшим друзьям принято признаваться во всем. Перед ними раскрываются, становясь уязвимыми для потери и боли. А ей в жизни с лихвой хватило и того и другого. Так что спасибо, не надо.

Ей никто не нужен. Она, черт побери, сильная независимая женщина!

И защитник ей не нужен.

Так какого черта она заселилась в дом почти незнакомого человека под охраной суперсовременной сигнализации?

Раздраженные раздумья прервало жалобное мяуканье. Его высочество смотрел на нее в упор недобрыми голубыми глазами; вокруг темной мордочки торчал пластиковый жесткий воротник, который надел ветеринар, чтобы кот не разлизывал швы.

– Извини, Хиззи. Всем нам приходится нести свой крест.

– Все в порядке?

Голос Майкла заставил ее вздрогнуть, а Хиззи из-за воротника неуклюже метнулся под стол и, споткнувшись, растянулся у ее ног. Чарли взяла кота на руки и развернулась в кресле лицом к Майклу.

– Да, все замечательно, – сухо ответила она.

– Прости. Я сейчас поеду на работу – сегодня у меня деловая встреча. Ты точно справишься тут одна?

– Конечно, справлюсь!

– Бери все, что найдешь в холодильнике. К телефону не подходи – я включил автоответчик. Если мне понадобится с тобой связаться, я позвоню тебе на сотовый.

– Да, мамочка.

Он расплылся в улыбке.

– Я скоро приду. По пути домой, если хочешь, куплю что-нибудь к ужину. Рядом с работой есть хорошая пиццерия. Любишь пепперони?

– Конечно, как все.

– Если у меня изменятся планы, я тебе позвоню. Запри за мной дверь. И включи сигнализацию.

Она опустила кота на пол и следом за Майклом вышла в гостиную.

– Майкл, не волнуйся за меня. Твой дом – настоящая крепость.

– Хорошо. Звони, если тебе что-нибудь понадобится.

Она послушно заперла за ним дверь и убедилась, что охранная система включена, потом вернулась в уютный кабинет. Хиззи успел запрыгнуть на стол и укоризненно смотрел на Чарли своими чуть косящими глазами.

– Если я сниму воротник, клянешься, что не будешь разлизывать швы?

Кот скорбно мяукнул.

Со вздохом она развела края воротника и выпустила его высочество из пластикового конуса. Кот немедленно принялся лизать плечо.

– Если швы разойдутся, придется снова надеть воротник, – предупредила Чарли и поставила кота на пол рядом со стулом.

Она задержала несколько проектов, пока занималась машиной и уборкой в доме. Теперь надо наверстывать упущенное. Каждые несколько минут она проверяла, не начал ли Хиззи выкусывать швы.

Час спустя она закончила три самых срочных документа из своего списка и собиралась взяться за четвертый, когда громкая пронзительная трель заставила ее вздрогнуть от неожиданности.

Телефон заверещал во второй раз. Он стоял в базе справа от стола, рядом с изогнутой лампой. На дисплее высветился номер телефона и имя.

Крейг Берден, кандидат в сенаторы.

Чарли смотрела на номер, испытывая замешательство и ужас. С какой стати Майклу Строигу звонят из предвыборного штаба Крейга Бердена?

«Чарли, а может быть, это предвыборный обзвон избирателей. Не будь такой подозрительной».

Убедиться в том, что ее подозрения беспочвенны, можно было только одним способом. Она взяла трубку.

– Алло!

– Можно Майкла Стронга? – Голос на том конце линии показался ей смутно знакомым. Однако он принадлежал не Крейгу Бердену. Берден был обладателем красивого, звучного баритона. Тенор на том конце линии звучал чуть сдавленно, со слабым кентуккийским акцентом.

– Мистера Стронга нет дома. Что ему передать?

– Говорит Рэндал Фини. Я хотел бы перенести нашу встречу и извиниться за то, что не встретился с ним два дня назад.

У Чарли внутри все опустилось. Теперь она поняла, почему голос показался ей знакомым. Рэндал Фини был правой рукой Крейга Бердена с тех пор, как Крейга выбрали в окружную комиссию. Элис тогда была еще жива.

– Простите, но я не знаю, когда он освободится. Я передам, чтобы он вам перезвонил.

– Я сам перезвоню позже, – сказал Фини и отключился, не попрощавшись.

Чарли поставила трубку в базу и скукожилась в кресле. Мысли у нее в голове путались. Значит, Майкл договорился о встрече с Рэндалом Фини всего через несколько дней после того, как Чарли пришла к нему на занятия по самообороне.

Простое совпадение? Вряд ли.

Она открыла сумку и достала из внутреннего кармана телефон. Вошла в список контактов. После смерти Элис она сменила пять телефонов, но всегда включала номер Элис в список контактов на новом телефоне, как будто этот маленький жест каким-то образом оставлял Элис среди живых.

Интересно, сменили ли номер Бердены? Ответит ли кто-нибудь, если она наберет его?

Она долго держала дрожащую руку над клавиатурой. Потом положила телефон на стол и судорожно вздохнула.

Если она хочет выяснить, почему Майкл Стронг связался с предвыборным штабом Крейга Бердена, ей придется спросить у него.

Она взяла телефон, сунула его в карман и схватила куртку, висевшую на спинке кресла. Действовать нужно как можно быстрее, пока она не растеряла самообладания.

Глава 8

Ребекка Кэмерон наводила страх на подчиненных. И не только потому, что была настоящей красавицей, обладавшей к тому же безупречными манерами и замечательным умом. Она поднялась из низов: афроамериканская девушка, выросшая в семье рабочего сталелитейного завода и воспитательницы детского сада в самом сердце американского Юга. Дискриминацию и угнетенность она преодолевала с решительным достоинством и к среднему возрасту стала одной из самых уважаемых сотрудниц дипломатического корпуса.

Ребекка Кэмерон, женщина, обладающая стальной волей, хладнокровно подавляла самых агрессивных мачо во властных структурах. Когда Майкл вошел в ее кабинет, Ребекка холодно улыбнулась ему и жестом указала на стул напротив своего стола.

– Скажите, пожалуйста, – без предисловий начала она, – зачем вы связались с избирательным штабом Крейга Бердена?

– Хотел навести справки кое о ком.

Кэмерон удивленно подняла идеально выщипанные брови.

– Не знала, что вам по должности положено заниматься расследованиями.

– Строго говоря, не положено, – согласился Майкл, выдерживая ее взгляд. В нем крепла стальная решимость. – Но в поле моего зрения попал кое-кто из учащихся, проходящих у меня курс самообороны…

– И вы решили проверить его прошлое?

– Ее прошлое, – уточнил Майкл. – Кстати, я все обсудил с Мэддоксом Хеллером.

– Ясно. – Кэмерон приняла более расслабленную позу и окинула его задумчивым взглядом, сцепив руки на животе.

Глядя на ее длинные холеные пальцы, Майкл вспомнил, что она скрипачка. Ребекка выступала в концертных залах по всему миру.

Из-за ее долгого молчания ему стало не по себе.

– Вы поэтому хотели меня видеть?

– Не только. Но другой вопрос пока может подождать. Гораздо больше меня интересует ваше импровизированное расследование. Почему вы связались с мистером Берденом?

– Позвольте узнать, как вы выяснили, что я с ним связался?

– У меня есть общие друзья с мистером Берденом и его женой. В прошлом мы несколько раз встречались. Естественно, после того как один из моих подчиненных позвонил в его избирательный штаб, он пожелал узнать, в чем дело.

– Понятно. Что вы ему сказали?

Кэмерон улыбнулась:

– Я сказала, что вы проверяете прошлое человека, который ищет работу у одного из наших клиентов.

– Ваш ответ его устроил?

– Он хотел выяснить, кого именно мы проверяем.

– А вы не знали.

Судя по выражению ее лица, Кэмерон совсем не нравилось, когда ей задавали вопросы, ответы на которые она не знала.

– Я сказала, что вы работаете в другом отделе и я непременно свяжусь с вами, чтобы все выяснить. Именно этим я сейчас и занимаюсь.

– Ее зовут Шарлотта Уинтерс. Я попросил Мэддокса Хеллера навести предварительные справки – подтвердить ее имя, адрес и так далее. Он выяснил, что она была подозреваемой в деле об убийстве.

– Чьем убийстве? – Кэмерон прищурилась.

Судя по ее тону, Майкл решил, что она уже подозревает правду.

– Элис Берден.

– Ясно. – Кэмерон тяжело вздохнула. – Ее подозревают по сей день?

– Если ее в чем-то и подозревали, никаких обвинений ей не предъявили.

– Что вы о ней думаете? – Майкл вспомнил ироничную улыбку Чарли, живо представил ее длинные ноги, слегка развинченную походку, хрипловатый голос с протяжным выговором и отрывистый смех. Он не мог поверить, что Чарли сбила Элис Берден и уехала, даже не попытавшись ей помочь.

– По-моему, она не могла так поступить, – произнес он вслух, не успев вовремя прикусить язык.

– И тем не менее вы изучаете ее прошлое?

– За последнее время произошли кое-какие новые события. – Он рассказал Кэмерон о том, что кто-то испортил тормоза в машине Чарли и вломился к ней в дом. – Кроме того, злоумышленники ранили ее кота. Если бы Чарли тогда оказалась дома, возможно, пострадала бы именно она.

– И все, о чем вы мне рассказываете, как-то связано с гибелью Элис Берден? – с сомнением переспросила Кэмерон.

– Не знаю, – вздохнул Майкл. – Маловероятно, чтобы сейчас ее жизнь подвергалась опасности из-за такого давнего события. Насколько мне известно, в деле Элис Берден не появилось ничего нового. – Правда, он еще не связывался с сотрудниками полиции и не спрашивал о ходе расследования… Хотя к нему в группу второй ступени ходит заместитель шерифа из Мерсервиля, Арчер Траск.

Кстати, вчера он заметил, что Арчер Траск и Чарли разговаривали с неприязнью друг к другу.

– О чем вы думаете? – спросила Кэмерон.

– Думаю, что мне необходимо задать еще несколько вопросов. Поэтому я и хотел побеседовать с Крейгом Берденом или, по крайней мере, с кем-то из тех, кто на него работает.

– Я передала Крейгу, что ему следует поговорить с вами. Не сомневаюсь, скоро вам позвонят. Он сам или кто-нибудь из его избирательного штаба.

– Вот и хорошо.

– А что, мисс Уинтерс есть где жить, пока ее дом опечатан?

Майкл, к своему ужасу, почувствовал, что краснеет.

– Сейчас она живет у меня, – ответил он.

Кэмерон смотрела на него без выражения и ничего не говорила. После его последних слов в комнате воцарилась звенящая тишина.

– У меня есть гостевая комната и установлена хорошая сигнализация. Кроме того, я всегда рядом и смогу прийти на помощь, если понадобится.

– Вы поступаете альтруистично.

– Кроме того, так мне легче за ней присматривать, – продолжал Майкл, надеясь, что он не оправдывается. – Если она попала в беду по собственной вине, я сразу сумею понять, в чем дело.

– Логично. – Судя по тону, Кэмерон вовсе так не считала. – Может быть, учитывая вашу теперешнюю близость, вам стоит подробнее расспросить мисс Уинтерс о ее прошлом?

– Вы правы. Так я и поступлю.

Кэмерон отодвинула кресло и встала.

– Возможно, через одну-две недели мне понадобится ваша помощь в связи с одним проектом. А пока вам следует прислушаться к своему чутью относительно мисс Уинтерс. Если она использует нашу академию по сомнительным причинам, нам нужно знать, каковы эти причины. А если ей в самом деле грозит опасность… что ж, устранение опасности и есть одна из наших главных целей!

Майкл тоже встал, понимая, что беседа окончена.

– Буду держать Хеллера в курсе того, что выясню.

– Непременно. – Кэмерон проводила его до двери. – И пожалуйста, будьте осторожны!

Он вышел из кабинета и направился в спортивный зал. Тренировка поможет прочистить мозги и мысли.

Но до зала он не дошел. Распахнулась боковая дверь, за которой бушевал ветер и лил дождь, в дверном проеме Майкл увидел знакомый длинноногий силуэт и тут же побежал ему навстречу.

Темная фигура двигалась на него в тусклом свете потолочных светильников. Чарли промокла с головы до ног. Рыжие волосы потемнели, свитер и джинсы липли к телу, подчеркивая неожиданно женственные формы, которые она обычно прятала под свободной одеждой.

– Какого черта ты здесь делаешь? – выпалил он. – Неужели пришла сюда пешком под дождем?

Ее светло-карие глаза были широко раскрыты и казались темными на бледном лице, она вся дрожала.

– Тебе позвонили и просили кое-что передать.

Он уловил в ее голосе неподдельную злость.

– И звонок оказался таким важным, что из-за него ты прошла целую милю под холодным дождем, рискуя жизнью и здоровьем? Неужели не проще было позвонить по телефону?

Она метнула на него раздраженный взгляд:

– Ты что, издеваешься?!

– Просто стараюсь понять, зачем ты пришла.

– Я пришла, – процедила она, по-прежнему стуча зубами, – потому что тебе звонил тип по имени Рэндал Фини.

– Ты подошла к моему телефону?

– А что не так?

– Я же включил автоответчик.

– Имя показалось мне знакомым. А ненасытное любопытство – один из моих худших недостатков. – С волос на лицо стекали струйки воды; она убрала со лба мокрую прядь и провела ладонями по щекам. – Зачем тебе понадобилось встречаться с Рэндалом Фини?

– Слушай, я с удовольствием все тебе объясню. Но с тебя натекла целая лужа. Ты, наверное, совсем продрогла. Давай переоденем тебя в сухую одежду, а то ты заболеешь.

Она резко отстранилась.

– Не нужно мной командовать, ясно? Скажи правду – и все. Ты что же, наводишь обо мне справки, расследуешь мое прошлое?

– Откуда у тебя такие мысли?

– Оттуда, что ты вдруг очень озаботился моим благополучием. Пришел мне на помощь, охраняешь меня и даже поселил в своем доме, где за мной удобнее следить. Я что, подозреваемая?

– Не знаю, – вздохнул он. – Знаю одно: ты не просто так и не вдруг записалась на мой курс самообороны. У тебя есть какие-то намерения… Ты с первого дня возбудила мои подозрения.

– Ты поэтому предложил мне перейти в следующую группу?

– Нет. Я сказал правду насчет того, почему перевел тебя в другую группу. Но я невольно гадал, совпадение ли то, что ты записалась в группу самообороны всего за пару дней до того, как кто-то испортил тормоза в твоей машине, а к тебе домой проникли вандалы.

Она какое-то время молча смотрела на него. Потом опустила голову и запустила пальцы в мокрые волосы.

– Мне холодно.

– Знаю. Давай найдем, во что тебе переодеться.

Спортивный свитер и трикотажные брюки, позаимствованные у одной из сотрудниц Майкла, оказались коротковаты для длинных рук и ног Чарли, зато они были сухими и приятно теплыми. Она съежилась, дрожа, в кресле перед столом Майкла и смотрела, как он роется в старом зеленом сундучке, пока не нашел, что искал, – тускло-оливковое одеяло, которое выглядело так, словно побывало не в одной горячей точке.

– Наклонись-ка, – буркнул он. После того как она послушалась, он накинул одеяло ей на плечи. – Оно теплее, чем кажется.

Чарли плотнее закуталась в одеяло, а он сел за стол.

– Спасибо.

– Так лучше?

Она кивнула.

– Теперь можешь рассказать, зачем прибежала ко мне под дождем?

– Я уже сказала.

– Ты узнала, что я собираюсь встретиться с человеком из избирательного штаба Крейга Бердена. – Майкл прищурился. – Но не объяснила, почему это настолько тебя встревожило, что ты бросилась ко мне, несмотря на дождь.

– Зачем тебе понадобился Рэндал Фини?

Он развалился в кресле поудобнее и посмотрел на нее в упор, словно оценивая. Затянувшееся молчание стало неловким. Наконец он заговорил.

– Ты привлекла мое внимание на первом же занятии.

– Знаю. Ты мне говорил.

– И я попросил одного из своих сотрудников проверить твое прошлое.

Она посмотрела на него в упор:

– Ты наводил обо мне справки?

– Мне нужно было понять, нет ли у тебя дополнительного стимула для того, чтобы заниматься в моей группе. В «Академии Кэмпбелл-Коув» занимаются важными делами. Мы обучаем гражданских лиц основам самообороны, чтобы простые люди были способны защитить своих близких и соседей во время теракта или других происшествий, способных вызвать многочисленные жертвы. Или, если возможно, предотвращать подобные события.

– Я знаю, в чем смысл работы твоей компании. И ты в самом деле решил, что я представляю опасность?

– Мне приходится всех считать потенциальными источниками опасности. Приходится постоянно прокручивать в голове все возможные варианты развития событий и убеждаться, что я не впускаю сюда врагов.

– Значит, вот кем ты меня считаешь!

– Да, я действительно подумал, что ты можешь оказаться врагом, поэтому и попросил навести о тебе справки.

– Что привело тебя к Крейгу Бердену?

– Ты была с Элис Берден в ту ночь, когда ее убили. Полиция долго считала тебя подозреваемой.

– Я не вела ту машину, которая сбила Элис.

– Что же тогда произошло?

Чарли прищурилась:

– Разве тот, кто наводил обо мне справки, не сообщил тебе все в подробностях?

– Не все. Ты кое-что можешь рассказать.

– Сейчас-то какая разница? Все произошло очень давно!

– Десять лет назад, верно?

– Плюс-минус несколько месяцев, – кивнула она.

Майкл встал и, обойдя стол, подошел к ней.

– Те события связаны с твоим решением прийти в группу самообороны?

Как могла она ответить на его вопрос, не раскрывая, что на самом деле у нее на душе? Она никому еще не говорила о своем решении понять, как и почему погибла Элис. Кто-то вышел сухим из воды, убив человека, но не похоже, что гибель Элис была заранее спланированным преступлением. Или?..

Воспоминания Чарли были обрывочными. Но в последнее время во сне она видела что-то новое. Ее сны казались вопросами без ответов; они тревожили ее.

Чарли нужно было найти ответы на свои вопросы. Разгадать загадки.

Но захочет ли Майкл Стронг помочь ей отыскать нужные ответы?

– Говори, Чарли. – Он присел перед ней на корточки – он словно искушал ее. А она уже поддалась его обаянию, испытывала желание взвалить все свои страхи и горести на его широкие плечи.

Она внушала себе, что не имеет права сдаваться. Детство у нее было трудным, но она выжила только потому, что никогда ни на кого не рассчитывала.

Можно ли начать сейчас? В одиночку у нее пока ничего особенно не получалось…

Он дотронулся до ее руки, высунувшейся из-под одеяла:

– Ты хочешь все мне рассказать, но боишься.

Чарли смотрела на него в упор, но продолжала молчать.

– Ты вспомнила что-то новое? – Видя, что она не отвечает, он продолжал: – Судя по всему, кое-кто считает, что да.

Он прав. А она дура, если думает, что способна справиться в одиночку. Ей придется довериться кому-то, возможно, Майклу.

– Расскажи, Чарли. – От его хриплого шепота холодок пробежал у нее по спине. – Тебя пытались убить. Перевернули вверх дном твой дом. Те, кто это сделал, не шутят. Они настроены серьезно.

– Знаю! – Если она позволит себе думать о том, что произошло, вспоминать, как беспомощно давила на тормоз, снова впадет в панику. – Но понятия не имею почему.

– Ты уверена?

– Майкл, я почти ничего не помню про ту ночь, когда погибла Элис.

– Почему? Ты была пьяна?

– Не должна была. Я никогда не напивалась. Я выросла в семье алкоголиков и давно поняла: спиртное лишь усугубляет человеческую глупость. – Она покачала головой. – Во всяком случае, я бы не стала напиваться в стельку, чтобы отключиться.

– Почему же ты ничего не помнишь?

Он сидел слишком близко, Чарли это смущало, она отодвинула кресло и встала, кутаясь в одеяло. Подошла к окну. Снаружи моросил дождь; капли барабанили по стеклу, и парковка казалась туманной, как во сне.

– По-моему, мне что-то подмешали в пиво.

Она еще ни разу не произносила этого вслух. Но только это придавало какой-то смысл тому немногому, что она запомнила.

– Тебя… – Неожиданно голос Майкла прозвучал совсем близко.

– Нет, – быстро ответила она, поворачиваясь к нему лицом. Она прекрасно знала, что потенциальные насильники любят подмешивать своим жертвам рогипнол или гамма-гидроксибутират. Но ей вовсе не казалось, что она стала жертвой сексуального нападения. На следующее утро после того, как она побывала в баре с Элис, она очнулась у себя на заднем дворе – замерзшая, мокрая, но невредимая.

Конечно, голова у нее болела и кружилась, а в памяти ничего не осталось, но вся ее одежда была на месте, и у нее не возникло ощущения, что с ней занимались сексом.

– Не думаю, что меня изнасиловали. По-моему, меня… убрали с места происшествия.

– Что это значит? – Он склонил голову набок.

– По-моему, Элис пошла в «Хедхантер» в надежде встретиться там с кем-то. Меня она взяла за компанию, чтобы не пришлось весь вечер отбиваться от пикаперов…

– Ты поделилась с копами своей версией?

– Я не была в ней уверена. К тому времени, как у меня появилась возможность что-то обдумать, обо всем уже написали в новостях. В баре продают спиртное несовершеннолетним. Одна из таких несовершеннолетних девушек погибает – ее сбивает машина. Охваченный горем отец клянется в память о дочери преодолеть пробелы в законе, которые допускают подобные вещи. – Чарли покачала головой. – Других версий никто и слышать не желал.

– Я желаю, – негромко возразил Майкл.

– И я, – кивнула она. – Но трудность в том, что версии у меня по-прежнему нет. По крайней мере, такой, которую можно доказать.

Майкл обхватил ладонями ее щеки; они казались очень холодными. Он легко провел по ее лицу подушечками пальцев, стирая влагу, и Чарли поняла, что плачет.

– Тогда давай найдем доказательства вместе, – предложил он.

– Как? Все произошло десять лет назад.

– Мы сделаем то, что должен был сделать следователь, – решительно и твердо произнес он, и она вдруг поняла, каким он был, когда служил в морской пехоте. – Осмотрим место преступления.

Глава 9

Чарли не ожидала, что выспится в первую ночь в квартире Майкла. Помимо того что она спала в чужой постели и остро ощущала присутствие мужчины в соседней комнате, ей пришлось еще успокаивать сварливого сиамского кота в пластиковом воротнике и пугливую черепаховую кошку, которая вздрагивала от каждого шороха.

Но прогулка под дождем и долгий вечер, когда они с Майклом разработали план похода в бар «Хедхантер» вечером в субботу, очевидно, истощили все ее запасы адреналина. Она крепко проспала всю ночь и проснулась, только когда Хиззи прыгнул ей на грудь и оцарапал ее висок острым краем пластмассового конуса.

– Ай! – вскрикнула она и мягко столкнула кота. – С этой штукой ты настоящая угроза.

В дверь постучали, и приглушенный голос Майкла спросил:

– Ты уже проснулась?

– Просыпаюсь. – Чарли села на край кровати. – Дай мне несколько минут.

– Завтрак почти готов.

Одевшись и выйдя на кухню, она обнаружила, что Майкл снова приготовил яичницу-болтунью и тосты. Кроме того, ее ждал горячий кофе – то, что ей было нужно. Когда они сели за стол, на кухню вышел Хиззи и, цепляясь своим воротником за все, что только можно, направился к ней.

– Сколько ему еще придется носить этот конус позора? – спросил Майкл.

– Ветеринар разрешил снимать его на несколько часов в день, только надо следить, чтобы он не перекусил швы. – Она нагнулась и протянула Хиззи кусочек яичницы. – Кстати, мне нужно взять из дома упаковку кошачьего корма. Утром я скормила ему последний пакетик из тех, что взяла с собой.

– Я сам заеду за кормом, – вызвался Майкл. – Мне все равно по пути на встречу с Рэндалом Фини.

Чарли застыла, не донеся чашку до рта.

– Он тебе перезвонил?

– Я сам ему позвонил. Вчера вечером, пока ты была в душе. – Майкл тоже протянул Хиззи кусочек яичницы. Кот понюхал еду и соизволил осторожно поесть из руки Майкла.

– А мне ты не сказал!

– Ты устала, а потом, тебе вчера и так досталось.

– Что ты ему скажешь?

Майкл вытер руки бумажным полотенцем.

– Что навожу справки о тебе.

– А если он спросит, зачем тебе это понадобилось?

– Я объясню, что мы проверяем всех, кто ходит на наши занятия.

Чарли покачала головой:

– Не говори ему, что я хожу на занятия в академии!

– Почему?

– Не хочу, чтобы он знал, и все. – Она сама не знала, почему у нее такие чувства.

Майкл с любопытством покосился на нее, но кивнул:

– Тогда скажу, что это нужно для будущего работодателя.

– Так-то лучше.

– Кстати, о работе. Вчера все прошло нормально? Компьютер работает без сбоев?

– Все было прекрасно. Мне удалось сдать работу в срок – не придется сидеть в выходные.

– Вот и отлично, потому что на вечер у нас большие планы.

– Да, верно… – Представив себе их поездку в бедный район Мерсервиля, Чарли поморщилась.

Он наклонился к ней:

– Если не хочешь ехать, так и скажи. Я придумаю что-нибудь другое.

– Нет. Мы поедем. Мне нужно проверить, вдруг удастся еще что-нибудь вспомнить.

Он как-то странно посмотрел на нее:

– Еще что-нибудь? Ты уже что-то вспомнила?

Чарли не рассказывала ему о своих снах. Она совсем не была уверена, что сны – действительно ее воспоминания. Сны могут быть обманчивыми.

– Чарли!

– Последнее время мне снятся сны… – начала она.

Еще размышляя о том, что рассказала ему Чарли, Майкл повернул пикап на дорожку перед ее домом и какое-то время оставался в кабине. Мотор работал на холостых оборотах. Не вылезая, он осмотрелся. После вчерашнего дождя солнце, словно нехотя, постепенно освещало окрестности по мере того, как день двигался к середине.

Несмотря на то что погода улучшилась, квартал казался нежилым. Кругом царила тишина. Дети не играли во дворах, по-зимнему бурых. Домовладельцы не сгребали остатки осенних листьев.

Должно быть, подумал Майкл, в этом квартале все сами по себе. Он уже побеседовал с полицейским из Кэмпбелл-Коув, который приехал к Чарли после того, как к ней вломились вандалы. Офицер Бентли обошел квартал, опрашивая соседей. Никто ничего не видел, хотя ближайший сосед в тот день вернулся домой раньше обычного. Возможно, поэтому злоумышленники сбежали, не закончив того, зачем пришли.

Кто-то очень боится, что к Чарли возвращается память. Вот единственная возможная причина для того, что происходит с ней сейчас.

По словам Чарли, несколько недель назад она попыталась связаться с Крейгом Берденом – после того, как начала видеть сны. Она наговорила на автоответчик сообщение: выразила желание побеседовать с ним о гибели Элис. Она даже упомянула, что у нее начинает восстанавливаться память; надеялась, что он ей перезвонит и они вместе постараются понять, что на самом деле случилось в ту роковую ночь.

Мог ли кто-нибудь из сотрудников Бердена перехватить ее сообщение? Или Крейг прослушал его, но упомянул о нем не тому человеку? Не может ли Крейг Берден оказаться причастным к гибели дочери?

Перебирая в голове возможные версии, Майкл подошел к крыльцу. Ключом, который дала ему Чарли, отпер парадную дверь. Надо будет уговорить ее потратиться на приличную систему сигнализации.

Гостиная выглядела удручающе пустой; ночью они с Чарли убрали почти все обломки в переулок за домом.

Без своей яркой подвижной обитательницы и двух ее пушистых питомцев дом казался безжизненным. Майкл остановился посреди коридора, потом решительно прошел в спальню. Увидел кровать, покрытую лоскутным одеялом, на которой они с Чарли недавно сидели и рассказывали друг другу о себе.

Он погладил узор, обратив внимание на то, что лоскутки выцвели, а швы выполнены вручную. Скорее всего, одеяло сшито много лет назад. Фамильная реликвия? Вещь из секонд-хенда?

Он сдернул одеяло с кровати и свернул аккуратным квадратом, подумав, что одеяло как раз по размеру кровати в гостевой комнате. С ним Чарли будет уютнее.

Положив одеяло на кухонный стол, Майкл направился в кладовую, краем глаза уловил движение, заметил что-то черное и красное. В следующий миг висок взорвался острой болью; он зашатался и, чтобы не упасть, привалился к дверному косяку. Боль вспыхнула, как ядовитое облако, заполнив ошеломленную голову туманом цвета засохшей крови. Какое-то время он ничего не слышал и не чувствовал, кроме тянущей боли в голове. Потом ощущения вернулись – он увидел яркую вспышку света и услышал грохот. Солнечный луч проник в окно прихожей и в его голову, как кинжал. Он услышал, как открывается и закрывается дверь у него за спиной.

Оттолкнувшись от стены, он поморщился. Пошатываясь, подошел к двери черного хода и выглянул в окно. Осмотрел задний двор. К дому Чарли с трех сторон подступал лес, закрывая вид. Сначала он видел только ветви деревьев, потом заметил человека в темно-зеленом камуфляже, зигзагами продвигавшегося в кустах в нескольких шагах от дома.

Майкл открыл дверь, ноги его не слушались. Ему удалось не упасть, но, когда равновесие восстановилось, мужчина в камуфляже исчез.

Он дотронулся до виска и увидел на пальцах кровь. Снова вошел в прихожую и огляделся, пытаясь определить, чем его ударили. На полу валялась помятая банка помидоров в собственном соку. На верхней полке, в контейнере, стояла большая упаковка кошачьего корма.

Он потянулся за контейнером и поморщился – голова снова взорвалась болью. Он с трудом вынес контейнер в кухню и поставил на стол, рядом с одеялом.

Потом оторвал от рулона бумажное полотенце, прижал его к ране и направился в ванную. Рана оказалась неглубокой, значит, зашивать не придется. Он нашел в аптечке пластырь и склеил края раны. Глядя в зеркало, он пришел к выводу, что выглядит вполне прилично. Пятна крови на рубашке скроет куртка.

Что же искал злоумышленник в доме Чарли?

– Что думаешь, Нелли? Снять нам воротник с Хиззи? – Чарли почесала Нелли за ушами.

Хиззи сидел напротив с величественным видом. Он наконец перестал натыкаться на все предметы, но торчащий воротник определенно делал кота несчастным.

– Иди сюда, Хиззи. Давай-ка снимем с тебя воротник.

Кот настороженно посмотрел на нее. Потом он медленно подошел к хозяйке и даже позволил погладить себя по голове. Чарли расстегнула пластиковый воротник, и кот немедленно начал вылизываться.

Чарли следила за ним, желая убедиться, что он не разлижет швы. Но коту как будто интереснее было умыть лапки и мордочку.

Трель сотового телефона заставила ее вздрогнуть. Чарли достала телефон из кармана джинсов и увидела на дисплее номер Майкла.

– Алло!

– У вас все нормально? – Голос у него звучал как-то глухо, ей даже показалось, что у него заплетается язык.

– Все отлично. Ты нашел кошачий корм?

– Да. Так и везти его в контейнере с крышкой?

– Да, если не хочешь, чтобы кошки разорвали упаковку и рассыпали корм по всему дому!

– А-а, вот зачем корм в контейнере!

– Я думала, у тебя раньше были кошки.

– С тех пор прошло много времени.

– Голос у тебя какой-то странный. Все в порядке?

– Да. – Последовала долгая пауза, потом он вздохнул. – Когда я вошел в дом, там кто-то был.

– Господи! – Чарли крепче сжала телефон. – Ты его видел?

– Только издали. Он застал меня врасплох и убежал.

– Что значит «застал тебя врасплох»?! С тобой все в порядке?

– Все отлично. Расскажу, когда вернусь. Но пока я еще здесь… ты не догадываешься, что мог искать у тебя злоумышленник?

– Нет, – не колеблясь, ответила она.

Опасным для кого-то может быть то, что спрятано у нее в голове, но достать эти сведения пока не может даже она сама.

– Тогда зачем он к тебе вломился?

«Чтобы остановить меня», – подумала Чарли. Чтобы не дать ей даже вспомнить, что случилось той ночью в Мерсервиле.

– По-моему… мне кажется, он пришел меня убить.

Вдруг откуда-то из коридора послышалось громкое электронное пиканье. Майкл на том конце линии тихо выругался.

– Что там? – спросила она, вставая и идя на звук.

Дойдя до источника звука, она увидела монитор, на котором мелькала красная лампочка. Майкл воскликнул:

– Сигнализация сработала. Кто-то ходит возле дома!

Ее и без того натянутые нервы готовы были лопнуть.

– И что мне делать? Скоро приедут копы?

– Нет. Возможно, какой-то зверь пересек сенсорный луч. Я не программировал автоматическое оповещение полиции.

– Мне звонить в полицию?

– Я гораздо ближе. Приеду до того, как твой звонок передадут кому следует. Держись, я уже еду. Чарли, не выключай телефон. Что бы ты ни делала, держи телефон возле уха!

Его слова напугали ее.

– Разве не лучше посмотреть, кто там у двери?

– Нет! – тут же ответил он. – Не подходи к двери.

– Я могла бы посмотреть на экране…

– Дверь из укрепленной стали, но окна обычные. Ты можешь стать мишенью. Держись подальше от дверей и окон. Где ты сейчас?

– В коридоре, возле пульта сигнализации.

– Там и стой. Я приеду через несколько минут.

Она услышала три быстрых удара, которые доносились с той стороны коридора.

– Кто-то стучит в дверь!

– Чарли, не открывай!

– Я не двигаюсь с места! – заверила она.

В дверь стукнули еще два раза.

– А если кто-то ищет тебя?

– Придется им вернуться попозже, – ответил он. – Чарли, я знаю, ты любопытна, как котенок…

– Я не дура, – отрезала она. – Поверь, я никуда не выйду из коридора, пока ты не приедешь.

– Отлично!

Майкл замолчал, видимо, сосредоточился на дороге. Она немного успокоилась, зная, что он уже едет и скоро будет здесь.

И тут она услышала скрежет металла.

Глава 10

Майкл услышал тихий вздох Чарли, потом – лишь ее учащенное дыхание.

– Чарли! Ты где?

– Кто-то ломится в дверь! – задыхаясь, прошептала она. – О господи…

– Иди в мою спальню и запри за собой дверь. У кровати стоит стол – придвинь его к двери. Потом иди в чулан и сиди там.

– Хорошо!

Он услышал быстрые шаги – она побежала по коридору в спальню. Потом послышался скрип – она забаррикадировала дверь столом. Через миг она снова заговорила:

– Я в чулане. Дверь не запирается.

– Знаю. Я хотел, чтобы ты зашла в чулан, потому что там я держу оружие.

Чарли изумленно ахнула.

– Ты умеешь обращаться с пистолетами или ружьями?

– Мне приходилось стрелять из ружья, – тихо сказала она. – Но это было давно.

– Вряд ли с тех пор ружья сильно изменились. Видишь что-нибудь в чулане?

– Нет, – прошептала она.

– У двери есть выключатель.

Он услышал приглушенный щелчок и выдох Чарли:

– Так-то лучше.

– Теперь видишь сейф с оружием?

– Большой сейф с клавиатурой?

– Он самый. – Он назвал ей комбинацию и подождал, пока она ее наберет.

– Не работает, – встревожено сообщила она.

Он сразу понял, как она напугана.

– Погоди, Чарли. Остановись, сделай пару глубоких вдохов. Давай. Вдох-выдох.

Ему оставалось проехать всего пару кварталов. Заряженный «Глок-19» в набедренной кобуре, так что он ворвется в дом в полной боевой готовности. И все же ему нужно готовиться психически и тактически – тем более что опасности подвергается гражданское лицо.

– Попробуй еще раз, – велел он, останавливаясь на перекрестке. Оттуда до дома рукой подать. Буквально несколько шагов…

– Открыла, – сообщила Чарли и тут же изумленно выдохнула: – Боже правый, сколько человек ты собираешься пристрелить?

Он ухмыльнулся. Ему принадлежало несколько пистолетов, дробовик и снайперская винтовка. Он надеялся, что воспользоваться ими не придется, но за жизнь в свободной стране тоже приходится расплачиваться.

– Знакома с чем-нибудь из моих запасов?

Она ненадолго затихла.

– У брата было помповое ружье «Моссберг». Я умею его заряжать.

– Отлично. Заряжай. Но не стреляй, если твоя жизнь не будет в опасности, понимаешь? Не хочу получить заряд, когда войду в дом.

– Буду сидеть в чулане и постараюсь никого не застрелить, – пробормотала она.

– Я почти приехал.

Майкл уже видел дом. У обочины стоял синий седан – машина незнакомая. Ни в салоне, ни на крыльце никого не было; очевидно, водителю каким-то образом удалось открыть замок и войти в дом.

Он проехал мимо, припарковался через два дома и побежал к двери черного хода через соседние дворы. Он по-прежнему слышал частое, неглубокое дыхание Чарли в гарнитуре.

– Чарли, я уже иду. Слышишь что-нибудь из чулана?

– Вроде бы шаги. Я не уверена.

– Никто не пытался войти в спальню?

– Никто.

– Отлично. Держись. Я ненадолго отключусь, чтобы сосредоточиться, хорошо?

– Хорошо… – слабым голосом ответила она.

– Скоро услышишь, как я вхожу через дверь черного хода.

– Ты ворвешься с грохотом, как спецназ?

– Тебе нравится грохот? – как можно веселее спросил он.

– Очень сексуально. – Голос ее уже не так дрожал. – Как только все будет под контролем, не буду против, если ты снимешь рубашку и покажешь, как ты дымишься.

Он не удержался от улыбки:

– Чарли, ты слишком много читаешь.

– Слишком много читать невозможно. – Она явно стала спокойнее.

– Скоро поговорим. – Он разъединился, снял гарнитуру и сунул ее в карман.

Он стоял у двери черного хода. Вставил ключ в замок и повернул его как можно тише. Дверь открылась почти бесшумно; он вошел в кухню и огляделся. Все чисто.

Со стороны прихожей послышался тихий скрежет.

Он прокрался в коридор, целясь из «глока». Остановился на пороге гостиной и прислушался. Теперь он слышал дыхание. Спокойное. Расслабленное. Если незваный гость и нервничал, вломившись в дом Майкла, то виду не показывал.

Осторожно передвигаясь вперед, Майкл заглянул в прихожую и мельком заметил незваного гостя, вернее, гостью. Высокая и худощавая, с коротко подстриженными светлыми волосами, она ворошила кочергой дрова, стараясь разжечь огонь в камине.

Майкл опустил руку с пистолетом.

– Мама!

Амелия Стронг вздрогнула и круто развернулась к нему, размахивая кочергой:

– Майкл, ты меня до смерти напугал!

– Что ты здесь делаешь? – Он в замешательстве смотрел на мать.

– Сюрприз! – Амелия Стронг неуверенно улыбнулась и раскинула руки в стороны.

– Сюрприз? – нахмурился Майкл.

Она поставила кочергу на место.

– Завтра твой день рождения, а ты не позвонил и не сказал, как хочешь его отпраздновать…

– И ты решила приехать и взять дело в свои руки. – Он убрал пистолет в кобуру и быстро обнял мать. – Прости. Я действительно должен был позвонить и предупредить, что занят.

Мама уже разглядывала повязку на голове.

– Что ты с собой сделал?

Он поднес пальцы к ране:

– А, ерунда!

– Боже мой, что это у тебя на лице – кровь?

– Мама, уверяю тебя, со мной все в порядке.

– У тебя кровь, ты весь вспотел и бледный.

– Я решил, что ко мне в дом забрался взломщик, – буркнул он. – Когда я давал тебе ключ, мы договорились, это только на крайний случай. Помнишь?

– Забытый день рождения и есть крайний случай.

– Мам, погоди немного, хорошо? – сказал он и поспешил в спальню. Постучал в дверь: – Чарли, это Майкл. Все в порядке. Можешь выходить. А помповое ружье оставь в чулане.

Он услышал, как открывается дверь чулана; с той стороны послышались шаги. Заскрипел стол, отодвигаемый от двери. Чарли распахнула дверь, бросилась к нему, крепко обняла и ткнулась носом ему в шею.

– Эй, погоди-ка. – Он обнял ее, вдыхая аромат чистоты. – Все нормально. Это была ложная тревога.

Она запрокинула голову назад:

– Хочешь сказать, что здесь никого нет? Клянусь, я слышала, как кто-то входил. А минуту назад мне показалось, будто я слышала голоса.

– Майкл! – послышался нерешительный голос матери.

Майкл и Чарли развернулись.

– Простите. Я вам помешала? – спросила Амелия.

Майкл глубоко вздохнул и повернулся к Чарли:

– Чарли, познакомься со взломщицей. Моя мама.

– Он уже неделю не подавал о себе вестей, и я решила: раз он так занят, что не приедет ко мне на свой день рождения, попросила Лорен на несколько дней заняться магазином, пока я навещу своего красавчика сына. – Амелия Стронг наградила Чарли улыбкой. – Ну, Майкл, признавайся. Где ты все это время прятал Чарли?

– В чулане, – усмехнувшись, ответила Чарли.

– Чарли – моя клиентка, – осторожно пояснил Майкл. – Ее преследует неизвестный тип. Она несколько дней поживет здесь, чтобы мне удобнее было присматривать за ней.

– Она и кошку с собой привезла? – Амелия покосилась на его высочество, который устроился рядом с ней на диване.

– Кошек, – уточнила Чарли. – Нелли почти не выходит из-под кровати.

Она беспомощно посмотрела на Майкла, взгляд ее снова задержался на полосках пластыря на его виске.

– Мама, напрасно ты не предупредила заранее. Я бы сказал тебе, что гостевая комната уже занята.

– Насчет этого не волнуйся, – возразила мама, снова улыбаясь Чарли. – Я уже позвонила в один славный гостевой дом в Кэмпбелл-Коув. Помнишь – тот, что рядом с твоей работой? Мне сказали, что комната для меня найдется; я сняла ее на три дня. Так что все решено, правда?

Майкл улыбнулся матери, но Чарли его напускная веселость не обманула. Амелию, судя по всему, тоже, потому что лицо у нее вытянулось.

– Прости. Я должна была позвонить. Я просто… – Она огорченно всплеснула руками. – Я думала, что буду чаще тебя видеть после того, как ты уволился в запас. Я на это рассчитывала!

Майкл встал, наклонился и взял руки матери в свои.

– Извини. Я был так занят, надо было тебе позвонить. Ну ничего, мы придумаем, как отпраздновать мой день рождения. И Рождество.

– Ты и День благодарения пропустил, – проворчала мама.

– На День благодарения я звонил.

– Да, звонил. – Она погладила сына по щеке.

– Мы что-нибудь придумаем, пока ты здесь. Может быть, съездим в Лексингтон и посмотрим праздничную иллюминацию?

– Кстати, там есть чудесные магазинчики, где можно купить подарки к Рождеству. Я подберу елочные украшения! – оживилась Амелия. – И Чарли с нами поедет, да?

– Вряд ли… – начала Чарли.

– Конечно! – Майкл бросил на нее умоляющий взгляд. – Кстати, Чарли местная. Наверное, она подскажет тебе, где лучше делать покупки.

– Не такая я любительница ходить по магазинам, – буркнула Чарли.

– Насчет этого не волнуйтесь. Ходить по магазинам буду я. – Улыбка Амелии оказалась заразительной. – Значит, завтра, да? Что ж, поеду в свой гостевой дом. Разложу вещи и постараюсь выспаться. От Блэк-Рока путь неблизкий.

– Прекрасная мысль! У нас с Чарли на вечер есть дела. – Майкл встал вместе с матерью, которая направилась к своим чемоданам у двери. Он подхватил ее вещи и покосился через плечо на Чарли. – Но утром я тебе позвоню, и завтра мы придумаем, как развлечься. Договорились?

– Отличный план! – Амелия улыбнулась, потом посмотрела на Чарли, которая вышла следом за ними. – Приятно было с вами познакомиться, Чарли, – сказала она, пока Майкл относил ее вещи к машине. Она понизила голос: – Заставьте его снять куртку. По-моему, у него на рубашке кровь. Он притворится, будто это пустяки, но пусть даст вам взглянуть, что у него под пластырем.

За добродушием, поняла Чарли, скрываются сообразительность и острый ум.

– Уже думаю над этим, – обещала она Амелии.

Амелия взяла ее за руку:

– Вы мне нравитесь, Чарли Уинтерс. Должно быть, Майклу вы нравитесь тоже, раз он тратит такие усилия на то, чтобы вас защитить.

– У него такая работа.

– Верно. – Амелия сжала руку Чарли и вышла следом за сыном.

Майкл вернулся через несколько минут; он нес контейнер с кошачьим кормом и лоскутное одеяло с ее постели.

– Подумал, что тебе захочется сохранить хоть частичку дома. Помимо кошек, конечно.

На глаза у нее навернулись слезы. Она поспешила их смахнуть.

– Спасибо. Какой ты заботливый!

Он поставил контейнер на кофейный столик.

– Извини, что так вышло – я имею в виду, с мамой. Она должна была позвонить заранее.

– Не волнуйся. Немного адреналина посреди дня – вещь полезная.

– Отец умер незадолго до того, как я вышел в отставку, а брат работает в Англии; он продюсер службы новостей на кабельном телеканале…

– Мама скучает по тебе? – закончила за него Чарли.

– Да. – Он рассеянно дернул себя за ворот куртки. – Если хочешь, я отнесу контейнер к тебе в комнату.

– Сейчас. – Она подошла поближе и стала рассматривать багровый синяк у него на голове. – Не хочешь вначале показать свою рану?

Он коснулся пластыря кончиками пальцев:

– Это всего лишь царапина.

– Споткнулся? Ударился о дверь?

Он опустил руку.

– Помнишь незваного гостя у тебя дома?

– Это он сделал? Ты с ним дрался?

– Нет. Он сразу меня ударил.

Она расстегнула молнию на его куртке.

– Рана только на голове или есть и в других местах?

Он сбросил куртку.

– У меня всего лишь царапина на виске. Пустяки. Сознания я не терял.

Она отклеила кусочек пластыря и увидела уродливую, изогнутую рану.

– Ах, Майкл! До чего же жуткий вид! Чем он тебя ударил?

– Судя по всему, консервной банкой… с помидорами. – Майкл перехватил ее руку, когда она начала отклеивать вторую полоску пластыря: – Я сам.

Он отлепил пластырь и посмотрелся в зеркало. Рана оказалась примерно два дюйма длиной, дугообразная, явно нанесенная краем металлической банки. Вокруг раны уже багровел синяк.

– Может, тебе к врачу? – спросила она.

– Зачем? Сотрясения нет, да и рана неглубокая, зашивать не нужно. Промою как следует и обработаю мазью с антибиотиком.

– Пойдем на кухню. Дай-ка я получше тебя осмотрю.

– Там мне придется снять рубашку и показать, как я дымлюсь?

– Да. – Она взяла его за руку и потащила за собой в кухню. – Где у тебя аптечка?

– Ш-ш-ш… Дым уже идет!

– Ты не можешь дымиться в рубашке. Аптечка в ванной?

– На верхней полке в шкафчике. – Он преувеличенно вздохнул. – Может, пропустим это и сразу перейдем к чему-нибудь более приятному, например, к поцелуям?

Она склонилась над ним; их губы оказались совсем близко. Взяв его пальцами за заросший щетиной подбородок, она развернула его лицо к себе, о чем почти сразу же пожалела. Он был настоящим красавцем.

Потребовались все ее силы, чтобы отвернуться и ответить:

– Нет.

Аптечку в ванной она отыскала сразу. На то, чтобы успокоиться, ушло немного больше времени. Она вернулась в кухню и нашла Майкла сидящим за столом. Он снял рубашку и обнажил стройный, мускулистый торс.

Чарли замерла на месте и судорожно вздохнула.

– Посмотри, пожалуйста, что у меня на спине. Когда он ударил меня банкой, я налетел на дверной косяк, почему-то плечо саднит. – Он повернулся к ней спиной, снова демонстрируя превосходную мускулатуру и узкий, длинный шрам.

– Всего лишь кровоподтек, – сказала она, – правда, довольно большой. Ты уверен, что у тебя не сломаны ребра?

– Уверен. Мне уже доводилось ломать ребра. Такое не пройдет незамеченным. – Майкл снова повернулся к ней лицом. – Рану на голове могу обработать сам.

– Мне лучше видно, – негромко возразила она, не желая отказываться от возможности дотронуться до него. – Как по-твоему, стоит вызвать полицию из-за того, что случилось?

– И что они сделают?

– Например, поищут отпечатки пальцев…

– Тот тип был в перчатках.

Она открыла аптечку, достала оттуда антисептическую салфетку, вскрыла упаковку.

– А еще что ты запомнил?

– У него был шрам. С внутренней стороны запястья. Похожий на полумесяц. Кажется, под большим пальцем.

– Ты многое вспомнил. – Надо забыть о влечении к нему, хотя бы пока она будет обрабатывать его рану.

Он раздвинул ноги, приглашая ее подойти поближе.

– Вперед, Чарли. Ты, кажется, хотела поиграть в медсестру? Что, испугалась?

Она вздернула подбородок:

– Да ни за что!

Глубоко вздохнув, она встала между его ногами, заставив себя сосредоточиться на кровоточащей ране.

– Должна тебя предупредить. Скорее всего, будет больно.

– Нет, если ты все сделаешь как надо, – прошептал он.

Глава 11

Майкл склонил голову набок, чтобы ей удобнее было обрабатывать рану, и искоса посмотрел на нее. Она тоже смотрела на него, и ее глаза мерцали, как глубокие озера, скрывавшие ее мысли.

– Вперед, Чарли, – еле слышно повторил он. – У тебя все получится.

Она осторожно приложила антисептическую салфетку к ране и поморщилась из сочувствия, когда он зашипел.

– Прости.

– Как по-твоему, буду я жить?

Она присмотрелась повнимательнее к ране.

– Порез не слишком глубокий. По-моему, ты прав, зашивать действительно не нужно. Наверное, тебе вовремя делали прививки от столбняка, раз ты служил в армии.

– Да… – протянул он, снова глядя на нее пламенным взглядом.

– Ты уверен, что не терял сознания?

– Я видел звезды, но не отключался.

Чарли попятилась и потеряла равновесие. Майкл поддержал ее, снова поставил между своими ногами и положил ладони ей на бедра.

– Поймал!

Так приятно было прикасаться к ней, такой угловатой и такой нежной. Интересно, знает ли она, что красива?

– О чем ты думаешь? – спросил он.

Она долго молчала. Он взял ее руку и провел пальцем по ладони.

– Я… – Голос у нее сел, и Майкл довольно улыбнулся, видимо, она не такая хладнокровная, какой хочет казаться.

Чарли заговорила снова:

– Я думала, можешь ли ты вспомнить еще что-нибудь о том типе. Раз ты видел его запястье, наверное, можешь сказать, белый он, латиноамериканец или афроамериканец…

– Белый, – ответил Майкл. – По-моему, сравнительно молодой. Не старше сорока. Или в превосходной форме для человека своего возраста. Во всяком случае, убегал он очень быстро.

– Рост? Вес? – Она по-прежнему смотрела вниз, на его руку, следя за тем, как его большой палец медленно гладит ее ладонь.

– Примерно с меня. Может, чуть ниже. И немного тяжелее – совсем немного.

Ее дыхание участилось, а глаза потемнели, как будто в них отражались грозовые облака. Он подбирался к ней. Разрушал ее сдержанность, приникал к источнику чистого желания внутри ее.

Трудность в том, что одновременно он разрушал и свои укрепления, которые строил годами. Жизнь на войне погубила его веру в человечество. Даже сейчас, работая в «Академии Кэмпбелл-Коув», он не питал никаких иллюзий относительно своих целей. Он не спаситель. Он не способен защитить невинных. Да ведь и невинных-то почти не осталось. После того что он повидал, он был почти уверен: мир обречен быть поглощенным собственным мраком – рано или поздно.

Он лишь отодвигал ночь, насколько это было возможно.

Свободной рукой она мягко провела по его подбородку и приподняла его, чтобы он смотрел на нее.

– Ну, а ты что думаешь? – хрипло спросила она.

Он обхватил ладонью ее шею и притянул к себе.

– Думаю, что мне очень хочется тебя поцеловать, – прошептал он, прежде чем прижаться к ней губами.

Она обняла его за плечи и прижалась к нему. Разве он не знал, что она окажется роскошной, непостижимой… и именно такой, как надо.

Когда она провела языком по его губам, он понял, что пропал. Она водила пальцами по его шее, играла его волосами.

Когда зазвонил его сотовый телефон, Чарли первая оторвалась от его губ и отступила на шаг, разрушая чары.

– Ответь, – хрипло сказала она.

Он посмотрел на дисплей и вздохнул:

– Привет, мама.

– Хотела сказать, что я хорошо устроилась в гостевом доме.

– Отлично! – Посмотрев на часы, он, к своему ужасу, понял: уже почти два часа. Он совсем забыл о том, что должен встретиться с Рэндалом Фини. – Мама, мне нужно срочно позвонить по работе. Я перезвоню тебе, хорошо?

– Конечно. До скорого!

– Ты должен встретиться с Рэндалом Фини, – сказала Чарли после того, как он нажал отбой. – Во сколько?

– Через пять минут.

Она одернула блузку и холодно посмотрела на него:

– Тебе лучше скорее выдвигаться. Я знаю, где спрятаться, если снова сработает сигнализация.

Ему совсем не хотелось встречаться с Рэндалом Фини. Ему хотелось снова заключить Чарли в объятия и завершить начатое.

Но она снова воздвигла вокруг себя барьеры – и, наверное, ему лучше последовать ее примеру. Как бы его ни тянуло к Чарли, не надо забывать об опасностях, которые скрываются под ее безмятежностью.

Возможно, сегодня Рэндал Фини сообщит ему о Чарли нечто такое, что ему совсем не понравится.

Чарли откинулась на спинку кровати в комнате для гостей и посмотрела на Нелли.

– Он – это нечто, Нелс. Огромное, здоровое нечто.

Кот свернулся клубком неподалеку.

Чарли вздохнула. Ей нужны и двуногие друзья. Когда-то она всем делилась с Элис, но Элис погибла. С тех пор Чарли даже не пыталась обзавестись подругой, с которой она могла бы делиться своими секретами.

Но Чарли всегда была более открытой с Элис, чем Элис – с нею. Элис всегда была искушеннее Чарли. Наверное, все дело в том, что она выросла в богатой и влиятельной семье. Она часто путешествовала и каждое лето отдыхала на курортах, а Чарли оставалась в Бэгвелле и нянчила детей двоюродной сестры, получая взамен немного денег на карманные расходы и стараясь не думать о последних выходках старших братьев.

Что расскажет о ней Майклу Рэндал Фини? Вряд ли что-то хорошее. Бердены были к ней вполне добры, они снисходительно относились к выходцам из низов. Даже милосердно.

Нет! Чарли покачала головой. Она несправедлива! Крейг Берден и его жена Дайана относились к ней с неподдельной добротой и симпатией.

Во всяком случае, при жизни Элис.

Потом многое переменилось.

Ну, а Рэндал Фини, правая рука Бердена, вряд ли когда-нибудь вообще вспоминал о ней. Он, если верить Элис, близко подружился с Крейгом Берденом и даже Дайаной.

Чарли вспомнила, что Элис недолюбливала Фини. Иногда она называла его подхалимом. Правда, Элис отличалась острым язычком, особенно по отношению к тем, кто гладил ее против шерстки.

Элис настояла на том, что будет учиться в обычной муниципальной школе. Она с детства была своевольной. А ее отцу, как политику, импонировало то, что в нем видят человека из народа, а не очередного «жирного кота». Поэтому он согласился с желанием дочери. Правда, он, наверное, пожалел о своем решении, когда Элис подружилась с Чарли.

Чарли поднялась и направилась в кабинет Майкла, где по-прежнему стоял включенным ее ноутбук. Она проверила рабочий почтовый ящик.

Одно сообщение было озаглавлено: «Чего я жду?» Подписчица досадовала на себя, потому что никак не могла взяться за новую книгу. За несколько дней до того агент отказался принять у нее книгу, которую она рассылала повсюду в надежде на публикацию.

И все же ее положение лучше, чем у Чарли, которая вообще избегала браться за что-то новое. Чарли всегда была выдумщицей. Иногда она выдумывала разные истории, чтобы не попадать в неприятности, или хотела приукрасить свою совсем не идеальную жизнь.

Но она уже давно, очень давно не записывала истории, которые рождались у нее в голове. С тех пор как преподавательница английского в колледже сказала, что ей лучше сосредоточиться на том, чтобы стать техническим писателем – так она вернее найдет себе работу.

Она последовала этому совету – и, надо сказать, добилась неплохих результатов. За последние шесть лет ей удалось стать хорошим техническим писателем.

Но иногда в голове по-прежнему возникали истории, сказки, которые очень хотели, чтобы их услышали.

– «Чего я жду?» – негромко повторила она, глядя на экран ноутбука.

Она вошла в текстовый процессор. Самый последний файл, помимо документов с работы, назывался «Элис».

Она открыла файл и прочла первые строки:

«Моя подруга Элис Берден погибла почти десять лет тому назад, за два дня до Рождества…»

Она дочитала все, что тогда написала, задумалась и застучала по клавиатуре:

«Кто-то испортил мне тормоза. Потом кто-то вломился ко мне в дом и все разгромил. Возможно, это предупреждение: если я и дальше продолжу вспоминать, что произошло в ту ночь, когда погибла Элис, мне придется плохо. А может быть, еще у кого-то есть причина желать мне смерти?»

Но она была уверена: все, что с ней происходит в последнее время, связано со смертью Элис. Чарли занимает не настолько высокое положение в «Орднанс солюшенз», чтобы ее заметил злоумышленник, который, например, желает причинить ущерб компании.

Все возвращалось к Элис и той ночи.

Она стерла последнюю строку и заменила ее новым предложением:

«Единственный способ выяснить, почему кто-то сделал меня мишенью, заключается в том, чтобы вернуться в ту ночь, когда погибла Элис. Теперь я кое-что вспоминаю. Хотя я не могу доказать реальность воспоминаний, они кажутся мне правильными. Они вполне логичны. И в них есть кое-что знакомое, что доказывает, что это правда.

Вот почему сегодня я вернусь на то место, где все началось.

В бар «Хедхантер».

К удивлению Майкла, на пороге избирательного штаба его встретил не Рэндал Фини, а сам кандидат в сенаторы, Крейг Берден. Он выглядел точно так, как на снимках, расклеенных по всему Кентукки: белозубая улыбка, идеально уложенные каштановые волосы, чуть тронутые сединой на висках. Его голубые глаза смотрели прямо; рукопожатие было сухим и твердым.

– Извините, мистер Стронг, что не сразу удалось встретиться с вами… Вы позволите называть вас Майклом?

– Да, конечно. – Следом за Берденом Майкл прошел в помещение поменьше, где на диванчике в углу сидела высокая, стройная женщина с рыжеватыми волосами и проницательными голубыми глазами.

– Майкл, это моя жена Дайана. Дайана, это Майкл Стронг. Он работает в новом агентстве в Кэмпбелл-Коув.

– Приятно познакомиться. – Дайана протянула ему холеную руку с длинными пальцами.

Майкл пожал ей руку, сел на то место, которое указал Берден. Хозяин тем временем закрыл дверь, отсекая шум в приемной избирательного штаба.

– Майкл, как вы, наверное, понимаете, за много лет нам с Дайаной пришлось общаться с самыми разными людьми, которых интересовали эмоциональные последствия гибели моей дочери. Некоторые из них оказались настоящими стервятниками, поэтому я обычно очень избирательно отношусь к тому, с кем соглашаюсь беседовать. – Берден сел за стол и скрестил руки на столешнице. – Но Бекки Кэмерон заверила меня, что вы не из таких, и сказала, что мне следует выслушать вас. Итак, мы слушаем.

– Я думал, что встречусь с Рэндалом Фини, – начал Майкл. – Не ожидал, что буду непосредственно беседовать с вами и вашей женой.

– Какая разница?

– Не хочу оживлять печальные воспоминания.

– Они не умерли, – прямо ответил Берден. – Горе не умирает. Оно остается с тобой, пока не умрешь ты сам.

– Простите. Конечно!

Дайана Берден раздраженно отмахнулась:

– Не думайте, что вам нужно чего-то стесняться. Спрашивайте обо всем, что вам нужно узнать.

– В мою группу в «Академии Кэмпбелл-Коув» записалась некая Шарлотта Уинтерс. – Майкл внимательно смотрел на Крейга, ища признаки перемены.

Его наблюдательность оказалась не напрасной: он заметил, как Берден едва заметно прищурился.

– Любопытно! Чем именно она у вас занимается?

– Самообороной.

Дайана Берден удивленно подняла брови:

– Шарлотта Уинтерс вполне способна сама позаботиться о себе.

– У нее неплохие инстинкты самозащиты, – осторожно согласился Майкл.

– И что же в связи с Шарлоттой направило вас ко мне? – с любопытством спросил Берден. – Она упоминала меня в разговоре с вами?

– Нет. Мы просто проверяем прошлое наших курсантов. Чтобы убедиться в том, что мотивы, по которым они принимают участие в наших программах, именно таковы, как они говорят.

– И всплыло имя нашей дочери. – Берден медленно кивнул. – Элис и Шарлотта были близкими подругами. Наверное, слишком близкими.

– Что вы имеете в виду?

– Шарлотта и наша дочь происходили из разных миров, – напрямик ответила Дайана. – Возможно, я выражаюсь как снобка, но от этого мои слова не становятся неправдой.

– Чарли выросла в бедной семье.

– Не просто в бедной, – сказал Крейг. – Во многих отношениях ее семья была неблагополучной. Отца нет. Необразованная мать с шестью детьми, которых после его смерти ей пришлось поднимать в одиночку. Почти все время дети бегали без присмотра. Естественно, начались проблемы, в первую очередь у двух старших мальчиков. Наверное, вам известно, что два брата Шарлотты в тюрьме?

– Да, она что-то об этом говорила.

– О таком мире нашей дочери ничего не было известно.

– Пока она не познакомилась с Чарли?

– Шарлотта была другой, уверяю вас. Нескладной, но очень сообразительной. Она охотно всем угождала и не боялась тяжелой работы, лишь бы получить то, что ей хотелось.

– Угадываю в ваших словах но, – негромко заметил Майкл.

– Вы правы. Шарлотта отличалась… скажем, своеобразным отношением к правде.

Дайана Берден негромко фыркнула, но, когда Майкл повернулся к ней, ее лицо по-прежнему было невозмутимым.

– Хотите сказать, что она лгунья? – У Майкла внутри все сжалось.

– Не совсем лгунья. Возможно, лучше сказать, что она любит приукрасить действительность, – ответил Крейг. – В ее историях имелось зерно истины, но, похоже, ей всегда хотелось сделать действительность больше и лучше, чем на самом деле. Например, она рассказывала, что ее отец не просто погиб во время несчастного случая на шахте. Он погиб, спасая дюжину товарищей.

– Так и было?

– Если так и было, никто, кроме Шарлотты, об этом не говорил.

– Вполне понятно ее желание видеть в отце героя.

– Разумеется. Но понятная ложь не делает ее правдой.

– Чарли была с вашей дочерью в ту ночь, когда Элис погибла?

– Да. – Берден поджал губы.

– Вы обвиняете ее в смерти дочери? Берден ответил не сразу.

– Я обвиняю в смерти дочери того, кто ее сбил. Полиция заверила меня: нет абсолютно никаких доказательств того, что в той машине сидела Шарлотта. Начнем с того, что в то время у Шарлотты не могло быть машины…

– А если бы была… Как по-вашему, была ли Шарлотта способна сбить вашу дочь и бросить ее умирать?

Верден снова ответил не сразу.

– А по-вашему как? – спросил он наконец.

– Я недостаточно хорошо с ней знаком, – уклончиво ответил Майкл.

– Чутье подсказывает, что нет, – признался Берден. – Пусть Шарлотта и была выдумщицей, пусть иногда она заводила Элис в такие ситуации, которые оказывались плохими для них обеих. Но в том, что она была привязана к нашей дочери, я никогда не сомневался. Нет, не думаю, что Шарлотта бросила бы Элис умирать.

– Насколько я понимаю, Чарли почти ничего не помнит о том, как погибла ваша дочь.

– Похоже, девочки отправились выпить в какой-то бар в Мерсервиле. – Дайана Берден крепко сцепила руки перед собой. – Нам они сказали, что идут в кино.

– По-моему, многие старшеклассницы делают то же самое.

– Да, это дело обычное, – согласился Берден. – Но от своей дочери мы ожидали большего здравомыслия, что бы ей ни предлагала Шарлотта.

Судя по тому немногому, что сообщила ему Чарли, в бар в тот вечер предложила пойти не она, а Элис. Но Бердены лучше знали ту Чарли, какой она была тогда. Кроме того, они знали свою дочь.

– Не уверен, что мы сообщили вам то, что вы надеялись услышать, – негромко произнес Берден.

– Вы оба мне очень помогли, – возразил Майкл.

Берден был прав в одном: они определенно не дали ему тех ответов, на которые он надеялся. Чем больше вопросов возникало в связи с той ночью, тем больше ему казалось, что Чарли угрожает опасность.

Берден встал, давая понять, что пора заканчивать встречу.

– Я сказал Бекки Кэмерон, что мы и в будущем рады будем ответить на ваши вопросы. Надеюсь, мы с Дайаной сегодня не напрасно потратили ваше время.

– Наоборот. Спасибо за то, что уделили мне драгоценное время.

Дайана осталась на диване, а Берден пошел проводить Майкла к выходу. Он протянул руку, и Майкл ее пожал.

– Спасибо!

– Шарлотта была неплохой девочкой. Кроме того, с тех пор прошло почти десять лет, она успела вырасти. Говорят, она работает техническим писателем в «Орднанс солюшенз».

«Значит, – подумал Майкл, – Берден все же следит за жизнью подруги своей дочери. Любопытно!»

– Возраст и опыт имеют обыкновение сглаживать шероховатости в характере, – согласился он вслух.

Лицо Бердена помрачнело.

– У Элис не было возможности вырасти.

Майкл не знал, как ответить, поэтому лишь кивнул и направился к своему пикапу. Сев в кабину, достал телефон.

Чарли ответила после второго гудка.

– Как все прошло?

– Было интересно, – уклончиво ответил он.

– Ты… не слишком красноречив.

– Ну, а как насчет того, что, как я надеюсь, тебе поможет?

– Ты о чем?

Он вставил ключи в замок зажигания:

– Надевай танцевальные туфли. Сегодня вечером мы с тобой пойдем в бар «Хедхантер».

Глава 12

Бар «Хедхантер» за прошедшие десять лет не изменился. Со стены по-прежнему свисали искусственные засушенные головы; владельцы не оставляли убогих попыток поддерживать «гавайскую» обстановку, для чего соорудили соломенный навес над стойкой в центре зала.

Из динамиков гремел классический южный рок.

Чарли показалось, что она перенеслась в прошлое, и по коже у нее побежали мурашки.

– Кто предложил в тот вечер пойти сюда? – до предела повысив голос, чтобы Чарли его услышала, спросил Майкл.

Он положил руку ей на плечо и слегка сжал.

– Элис. Все и всегда предлагала Элис.

– А ты соглашалась на все, что она предлагала?

Чарли покачала головой:

– Не на все. У меня с детства срабатывал инстинкт выживания. Я понимала: есть вещи, которые сойдут с рук девочке из богатой семьи, зато не сойдут девчонке из Бэгвелла.

– Что-нибудь противозаконное?

– Ничего ужасного. – Чарли кивнула в сторону пустого столика у дальней стены бара – он стоял достаточно далеко от динамиков.

Крепко держа ее за руку, Майкл первым пошел через плотную толпу и выдвинул для нее стул.

– Ты сказала «ничего ужасного?» – Майкл сел напротив и склонился к ней, чтобы лучше слышать.

– Элис считала себя девушкой-детективом. Она всегда что-то расследовала. Я еще поддразнивала ее: мол, ей слишком легко живется, если она ищет неприятности. – Чарли покачала головой. – Знаешь, нарваться на неприятности в округе Мерсер не так уж трудно!

– В тот вечер она тоже нарывалась на неприятности?

– На что-то она, безусловно, нарывалась. Только мне так и не объяснила, кого или что она ищет.

У Чарли возникло ощущение дежа-вю, и у нее закружилась голова. А может быть, все дело было в громкой музыке или в близости Майкла Стронга?

– Давай потанцуем.

Она встала и направилась на танцпол. Исполнялась баллада, достаточно медленная для того, чтобы танцевать под нее смогла даже не слишком гибкая Чарли. Майкл обнял ее за талию и притянул к себе.

– Чего ты боишься? – спросил он в самое ухо.

– Этого места, – призналась она.

– Чего именно? Воспоминаний?

Она кивнула, прижавшись лбом к его подбородку.

– Здесь ничего не изменилось. Я как будто перенеслась в прошлое…

– Имей в виду, я не позволю, чтобы сегодня с тобой что-нибудь случилось.

Как же ей хотелось ему верить, думать, что кто-то в самом деле будет на ее стороне! Элис не была на ее стороне. Во всяком случае, в ту ночь.

«Прости меня, Чарли… Но остальное я должна сделать сама».

– Элис пришла сюда не случайно, но мне не объяснила, в чем дело. И позаботилась о том, чтобы я так и не узнала, что она собирается сделать.

– Позаботилась? – переспросил Майкл.

Чарли запрокинула голову и посмотрела на Майкла снизу вверх.

– Я думаю, именно Элис что-то подмешала в мое пиво.

Майкл долго молчал, и Чарли невольно напряглась. Возможно, и он решил, что у нее не в порядке с головой.

– Зачем ей было так поступать?

– Я говорила тебе, что мне начали сниться сны о той ночи?

Он кивнул.

– В одном из снов Элис произнесла кое-что странное. Я точно помню ее слова: «Прости, но остальное я должна сделать сама».

Он нахмурился:

– Что «остальное»?

– Не знаю! – в досаде воскликнула Чарли и тут же поспешила понизить голос, не желая привлекать к себе внимания: – Она считала себя кем-то вроде героини сериала «Вероника Марс»[1], которая всегда искала тайны!

– Думаешь, она нашла тайну, которая ее убила?

– Да. Но что это за тайна, я не знаю! Возможно, Элис и была моей лучшей подругой, но не уверена, что меня она считала своей лучшей подругой.

– Хочешь сказать, что у нее были подруги ближе, чем ты? – спросил Майкл.

– Я имею в виду не совсем это.

Песня закончилась, Майкл взял ее за руку и повел к их столику. К ним подошла официантка:

– Что вам принести?

– Я буду имбирную газировку, – сказал Майкл и посмотрел на Чарли: – А ты чем будешь травиться?

Если она пришла сюда, чтобы оживить в памяти ту ночь, наверное, ей следует заказать светлое пиво – как тогда.

– Любое светлое пиво в бутылке.

Официантка записала заказы.

– Меню принести?

– Чарли, как ты? – спросил Майкл. Она покачала головой, и он сказал: – Нет, спасибо.

Официантка ушла, Майкл нагнулся к Чарли, тронул ее за руку:

– Похоже, что тебе действительно страшно.

– Прости. Я просто… я не была здесь после того, как Элис умерла.

– Если ты еще не готова, можно вернуться сюда еще раз… – Он не выпустил ее руки, и тепло его пальцев успокаивало ее, как будто он передавал ей свою силу через пальцы. – Или не приходить вообще.

– Последние дни я пыталась понять, кто еще может мне вредить и почему. – Она сжала его ладонь. – И ничего не смогла придумать. Моя работа не может быть такой причиной.

– Если тебя преследуют из-за того, что тогда случилось с Элис, почему именно сейчас? С тех пор прошло почти десять лет.

– По-моему, все дело в том, что я начала кое-что вспоминать.

– Может, что-то подхлестнуло твою память? Какое-нибудь событие… – Он начал водить подушечкой большого пальца по ее запястью. Эта ласка и утешала, и возбуждала ее.

– Несколько недель назад в романе Диккенса я нашла записку от Элис. Мне не спалось, и я решила, что Диккенс поможет. – Так странно! Элис не слишком любила писать записки. Она предпочитала звонить, писать эсэмэски или разговаривать лицом к лицу. А накануне своей гибели она сунула в мою книгу записку. Вскоре нам предстояло сдавать выпускные экзамены. Наша жизнь только начиналась.

– Что она написала? – мягко спросил Майкл, и Чарли вдруг осознала: так по-доброму к ней еще никто не относился. Уж точно не Бердены. И не одноклассники, которые никогда не понимали, почему хорошенькая, популярная Элис Берден взяла под крыло девчонку из семьи «этих Уинтерсов». Этого не понимали даже мать Чарли и ее братья и сестры. Они недоумевали, почему Чарли всюду ходит с Элис Берден. «Мы с ними не монтируемся, – озабоченно говорила ее мать. – Ничего хорошего из вашей дружбы не выйдет».

Может быть, мама была права.

– Тогда начались рождественские каникулы, – продолжала Чарли. – В школу нам нужно было только через неделю и тогда предстояло готовиться к экзаменам. Элис написала мне, предложив хоть одним глазком взглянуть на взрослую жизнь. Она назначила встречу у ее дома в семь вечера. И велела одеться понаряднее.

– Ты уверена, что записка была от Элис?

– Повторяю, она сама сунула ее мне в книгу.

– Наверное, на самом деле я хочу спросить вот о чем: ты уверена, что мысль прийти сюда изначально принадлежала ей?

– А… – Чарли задумалась. – По-моему, да.

– Если она собиралась одурманить тебя и бросить, зачем вообще приглашать тебя сюда?

– Не знаю. Вначале я думала, что ее, наверное, тоже одурманили, хотя никто об этом не заикался, даже когда меня допрашивали в полиции.

– Они не поверили, что тебе что-то подмешали в пиво?

– Не забывай, откуда я родом. И из какой я семьи. Мы были бедными. Отец и мать много пили, в пьяном виде нарывались на неприятности. Два моих старших брата – законченные алкоголики. Они то и дело сидели за решеткой за мелкие преступления. Потом они оба сели надолго. В общем, если девочка из семьи Уинтерс пришла в себя на заднем дворе и ничего не могла вспомнить о предыдущем вечере… никто не удивился.

– Но у тебя такое не входило в привычку, ведь так?

– Так, – вздохнула она. – А в полиции, наверное, решили, что мой алкоголизм – лишь вопрос времени.

– Им следует лучше разбираться в людях, – сердито произнес Майкл.

– Может, и следует. Но я их понимаю.

– Расскажи, пожалуйста, что произошло в тот вечер. Как думаешь, тебе удастся вспомнить подробности? Куда вы пошли, когда вошли в бар?

Чарли покосилась на дверь и наморщила лоб.

– Играла громкая музыка, как сейчас. Южный рок… или кантри. – Она испуганно улыбнулась, и Майкл живо представил себе ее в тот вечер, когда они переступили порог бара. – На Элис были короткое платье, кожаная куртка, красные ковбойские сапоги из змеиной кожи. Все смотрели на нее. Как всегда.

– Ты уверена, что они смотрели не на тебя?

Чарли заглянула Майклу в глаза и увидела в них восхищение.

– Нет, поверь мне. Я не умела одеваться и решила посоветоваться с братом. Он велел надеть джинсы и свитер, сказал: мол, так будет нормально. По-моему, так он старался по-своему уберечь меня от неприятностей.

– Я видел тебя в свитере, – негромко заметил он. – Даже в свитере ты напрашиваешься на неприятности.

– Льстец! – невольно улыбнулась она.

– К вам кто-нибудь приставал?

– Липли, как пчелы на мед. Но Элис всех отшивала. А я шла за ней.

– Куда вы сели?

Она кивнула в сторону пустого столика у задней стены, ближнему к туалетам:

– Вон там, у того окошка сзади. Элис села спиной к стене, чтобы видеть весь зал. Тогда я еще подумала, что она кого-то ждет.

– Давай сядем туда же, где вы сидели в ту ночь. Я скажу официантке, что мы пересели.

Чарли взяла сумочку и перебралась за столик у задней стены, в голове замелькали обрывки воспоминаний. Волосы Элис забраны наверх в небрежный конский хвостик, волнистые локоны подпрыгивают у шеи. Она злоупотребляла подводкой, которая делала ее голубые глаза большими и загадочными. В тот вечер Элис улыбалась. Ее улыбка словно говорила: «У меня есть тайна. Хочешь ее узнать?»

Чарли не пыталась выпытать у подруги ее секреты. Она успела достаточно хорошо изучить Элис и понимала: ее невозможно уговорить сделать то, чего она не хочет. Элис скажет, в чем дело, когда захочет сама.

Может, она и рассказала бы, если бы ее не убили.

– Вот, держи! – Голос Майкла отвлек ее от воспоминаний. Он поставил перед ней бутылку и сел напротив. – У тебя испуганный вид!

– Элис хранила какую-то тайну.

– Она сама тебе это сказала?

– Ей не нужно было ничего говорить. Все было написано у нее на лице. – Чарли посмотрела на бутылочку пива. Внутри все взбунтовалось при мысли о том, что ей придется пить, но все же заставила себя сделать глоток. Пиво показалось ей горьким и невкусным – как она и боялась. Она судорожно сглотнула и отодвинула от себя бутылку.

– И ты понятия не имеешь, что у нее была за тайна?

Чарли покачала головой:

– Я тогда подумала, что она сама мне расскажет, когда захочет. Но до этого не дошло.

– Почему ты решила, что Элис что-то подмешала тебе в пиво?

– Должно быть, она сделала это, пока я ходила в туалет. Она оставалась за столиком с нашими сумками и напитками.

– Я думал, девушки всегда ходят в туалет вместе, – улыбнулся Майкл.

– Да, обычно так и бывает. Я тогда немного удивилась, что Элис не вызвалась пойти со мной.

– И пока тебя не было, она могла что-то подмешать тебе в пиво?

Чарли кивнула.

– Ты выпила несколько глотков и отключилась?

– Позавчера мне приснился сон. Всего лишь обрывок. Я лежала на земле ничком… А напротив меня, через дорогу, лежала Элис. Один глаз у нее был открыт, но я знала, что она ничего не видит. – Чарли передернуло.

– Ты видела ее уже мертвой?

Чарли резко открыла глаза:

– Да, должно быть. Теперь все кажется таким ярким, как будто я в самом деле там была. Но как?

– Что ты сделала, когда пришла в себя на своем заднем дворе?

– Заползла в дом, залезла под одеяло. Я до полусмерти замерзла. Мне еще повезло, что в ту ночь не похолодало, но стоял декабрь, на улице было холодно.

– Как долго ты оставалась на улице?

– Наверное, несколько часов.

– Странно, что у тебя не было переохлаждения.

– Да, странно. Правда, я лежала, можно сказать, в укрытии. Под кустом можжевельника на заднем дворе. Наверное, куст спас меня от обморожения.

– И тем не менее. – Майкл еще больше нахмурился; на лице у него проступили морщины. – Тот, кто бросил тебя там, не мог знать, что ты придешь в себя до того, как потеряешь все тепло.

– Хочешь сказать, тому, кто бросил меня на заднем дворе, было наплевать, умру я или нет?

– А может, он как раз надеялся, что ты умрешь.

Чарли обхватила себя руками, борясь с дрожью.

– Наверное, он очень удивился, когда я выжила.

– Что ты подумала, когда пришла в себя и поняла, что ничего не помнишь о предыдущем вечере?

– Конечно, я испугалась. И, честно говоря, пришла в замешательство. Ведь все знали: из всех Уинтерсов я – единственная, кто не напивается до беспамятства!

– И ты не задумалась над тем, как туда попала?

– Я решила, что домой меня отвезла Элис, просто не стала дожидаться, когда я войду в дом. Я поспешила внутрь, надела пижаму и легла в постель, чтобы быть в комнате, когда мама придет меня будить.

– Никто не удивился, что тебя не было всю ночь?

– Нет. Я предупредила маму, что вернусь поздно, и попросила не ждать меня. Она поверила мне на слово… Только я из всех детей не доставляла ей хлопот, во всяком случае, серьезных.

– Значит, какие-то хлопоты ты все же доставляла?

– Мелкие. В основном из-за выдумок. Безвредных мелких выдумок, благодаря которым моя жизнь казалась лучше, чем на самом деле. Я лгала, чтобы учителя не знали, что мама всю ночь пила и у нее не было времени постирать мои джинсы. Выдумывала, как я утром упала в грязь по пути на автобусную остановку, и у меня не было времени переодеться, иначе я опоздала бы на автобус. Или выдумывала какую-нибудь экзотическую болезнь, которая не позволяла мне несколько дней ходить в школу… а на самом деле мама уходила куда-то и не могла взять с собой младшего брата.

– Что ты выдумала наутро после гибели Элис? – тихо спросил Майкл.

– Я сказала маме, что мы с Элис красились, а потом заснули, пока смотрели кино.

– И она тебе поверила?

– Да. Я ведь ее не обманывала. В основном я лгала, чтобы ее выгородить.

Она приготовилась увидеть в его глазах жалость, но он просто кивнул.

– Когда ты узнала, что случилось с Элис?

– Ближе к обеду. Кто-то из школы начал обзванивать всех учеников, потому что в понедельник должны были состояться похороны. – Она безрадостно улыбнулась. – Моя мать очень удивилась, узнав, что Элис сбила машина в такое время, когда она должна была спать в своей постели, устав после кино.

Майкл сделал глоток имбирной газировки.

– Ты сказала ей правду?

– Пришлось. – Чарли дернула себя за ворот блузки. Ей казалось, что стены бара все сильнее давят на нее. – Давай уйдем отсюда! Мне, правда, нужно выйти на воздух.

– Конечно. – Майкл одним глотком допил свою газировку, встал, положил на стол двадцатку и подал Чарли куртку. – Хочешь домой или осмотреться – вдруг что-то оживит твои воспоминания?

Она кивнула в сторону окна рядом со столиком:

– Видишь ту аллею? Она выходит на Пивайн-Роуд. Там нашли Элис. Я подумала: может, там я еще что-то вспомню?

– Тогда пошли. – Он повел ее к двери, положив ладонь ей на поясницу так, как будто имел на нее права.

А может быть, ей так казалось, потому что она начинала о нем думать.

Ее Майкл. Высокий парень, который всегда оказывается рядом и защищает ее. Который смотрит на нее с плохо скрываемым желанием в зеленых глазах. Чьи пальцы легко поглаживают ее по спине, вызывая жар ответного желания во всем ее теле.

Она первой вышла на улицу. Узкая полоска гравия темнела за неоновыми огнями на фасаде бара, приходилось ступать очень осторожно, обходя кучи разбитого стекла и окурков.

Здесь было тихо; лишь шелестели ветви деревьев над головой. Чарли поймала себя на том, что не сводит взгляда с пустыря. Вдруг она вспомнила: тогда пустыря не было. Там находилось одноэтажное строение из шлакоблоков. Вглядевшись, она заметила остатки фундамента, заросшие бурьяном.

Они подходили к концу аллеи, где она вливалась в Пивайн-Роуд, как вдруг Майкл схватил ее за подол куртки, увлекая за собой на землю. Чарли ударилась плечом и перекатилась на живот, уткнувшись лицом в грязь.

На улице по-прежнему было пусто. Откуда-то сзади раздался стон. Чарли перекатилась на бок и села. Она увидела Майкла, который лежал на гравии позади нее. Его глаза были открыты, но, казалось, он с трудом способен сосредоточиться.

Она подползла к нему, не обращая внимания на камешки, впивавшиеся в ладони и колени.

– Майкл, что с тобой?

Он закатил глаза. Потом его веки сомкнулись.

Глава 13

– Нет, Майкл! Прошу тебя, не надо! – Чарли прижала дрожащие пальцы к его сонной артерии. Вздохнула с облегчением: пульс был, хотя и медленный. И дышал он еле-еле… Когда она тряхнула его за плечо и позвала по имени, он не отреагировал.

Она достала из сумки телефон и набрала 911, стараясь не паниковать. Утром его ударили по голове. Может, травма оказалась более серьезной, чем он думал?

Не услышав гудка, она посмотрела на экран и, к ужасу своему, поняла, что батарея почти села.

– Нет, нет! Майкл! – Она похлопала его по щекам. – Майкл, очнись! Поговори со мной!

Его глаза ненадолго открылись, на миг ей показалось, что он ее увидел. Рот у него приоткрылся, и он что-то прошептал.

– Наркотик, – разобрала она перед тем, как Майкл снова закрыл глаза.

Наркотик? Какого черта? Он что-то принимал? Или ему что-то подлили в бокал в баре? Но зачем?

«Оглянись по сторонам, Чарли, – прошептал ее внутренний голос. – Ты одна. Ты беззащитна. Никто не услышит, если ты закричишь – ведь в баре так шумно».

Ее затрясла дрожь. Она полезла в куртку Майкла, пытаясь найти его телефон, но ни в одном из карманов его не оказалось. Она начала было перекатывать его на спину, но остановилась, сообразив: может быть, падая, он ударился позвоночником. Если она его передвинет, то может ухудшить его положение.

Но ей нужен телефон, будь он проклят!

– Я должна привести кого-то на помощь, но я сейчас вернусь, – сказала она Майклу. – Обещаю!

Она с трудом поднялась и неуверенно зашагала по дорожке назад, к освещенному фасаду бара. Примерно на полпути она заметила тень в конце аллеи.

Мужчина в черных джинсах, рубашке или свитере с длинным рукавом… и с капюшоном. При таком плохом освещении трудно было понять, как он выглядит, его лицо под капюшоном казалось просто черным овалом.

Он ничего не говорил. Не окликал ее, не спрашивал, все ли в порядке. Просто стоял на месте, темный и угрожающий.

Потом он сделал шаг по направлению к ней. Один, второй…

Чарли попятилась и едва не упала, споткнувшись о камешек. Она развернулась и побежала, с трудом удержавшись от того, чтобы не схватить тело Майкла и не потащить его за собой.

Она ничем не поможет Майклу, если сама разобьется. Ей нужно вернуться в переполненный бар – там ее никто не тронет. Надо попросить о помощи кого-нибудь из завсегдатаев.

Добежав до конца переулка, она повернула налево, в сторону улицы, которая вела к парадному входу в бар. Но едва она повернула за угол, как кто-то схватил ее за плечи. От страха она перестала соображать. И все же она вспомнила, что нужно воспользоваться собственным весом. Опустив плечо, она всей тяжестью врезалась в нападающего. Удар пришелся ему в область солнечного сплетения. Человек согнулся пополам – а Чарли упала на тротуар.

В первое мгновение ей показалось, что она очутилась во сне о смерти Элис – в том, где она распростерлась на тротуаре и смотрит на мертвую, окровавленную подругу.

Но сегодня Элис не было. Зато она слышала учащенное дыхание человека, из чьей хватки она только что вырвалась.

Она с трудом встала и побежала. Но чья-то рука схватила ее за локоть и дернула назад.

Когда она снова принялась вырываться, знакомый голос с трудом произнес:

– Чарли, ради всего святого, прекратите. Это я.

Перестав сопротивляться, она развернулась и посмотрела в стальные глаза заместителя шерифа Арчера Траска.

– Что вы здесь делаете? Зачем вы здесь?

– Я мог бы спросить вас о том же самом. Представьте мое изумление, когда я заметил, как вы с Майклом Стронгом направляетесь в бар «Хедхантер». Учитывая обстоятельства, никак не ожидал, что вам снова захочется посетить это место…

– Майкл! – Страх немного ослабел, и способность соображать вернулась. – Траск, вы должны мне помочь. Майкл там, в переулке. Он отключился… не знаю почему. Утром его ударили по голове, но он уверял, что никогда не теряет сознания. Весь день он вел себя как обычно, и я не знаю, из-за удара ли это, или кто-то что-то подмешал в его газировку… Погодите! – добавила она, видя, что заместитель шерифа разворачивается в сторону аллеи. – Там, в аллее, кто-то стоял. Он ничего не говорил, не спросил, что с Майклом. По-моему… мне кажется, он следил за нами. Вы вооружены?

Траск достал из-под куртки пистолет.

– Оставайтесь здесь.

– Будьте осторожны!

Она прижалась спиной к стене, вибрировавшей от оглушительной музыки. Сердце у нее билось учащенно, голова кружилась.

Вскоре она услышала голос Траска, который звал ее.

– Все чисто! – крикнул он.

Она побежала в аллею. Траск склонился над телом Майкла, освещая всю сцену лучом фонарика.

– Он дышит? – спросила Чарли.

– Похоже на то. Но пульс довольно медленный. – Траск посветил фонариком в конец аллеи. – Я никого не увидел, когда повернул сюда.

– Траск, он был здесь. Я его не выдумала.

Траск посмотрел на нее:

– Я и не утверждаю, что вы выдумываете. Возможно, он услышал наши голоса и убежал в другую сторону. По-вашему, он охотился за вами или за Майклом?

– Не знаю. Может, за мной. А может, я все неправильно поняла.

Голова Майкла перекатилась со стороны на сторону, как будто он пытался освободиться от дурмана. Он что-то пробормотал – как ей показалось, ее имя – и снова затих.

– У меня сел телефон. Нам нужно позвонить в службу спасения.

Траск достал свой телефон.

– Я сам позвоню. Никуда не уходите. Мне нужно задать вам несколько вопросов.

Да уж, конечно, подумала Чарли. Она помнила: Траска не устроили результаты официального расследования гибели Элис.

Когда Траск вернулся, Чарли сидела на корточках возле Майкла и гладила его по голове.

– «Скорая» уже в пути.

– Спасибо.

– А вы как себя чувствуете? Голова не кружится? Вы много выпили?

– Один глоток пива. Со мной все в порядке. По-моему, кто-то решил убрать Майкла с пути и оставить меня без защиты.

– Без защиты от кого?

– В том-то и вопрос. – Она потерла лоб, над глазами вспухала тупая боль. – Не знаю. Мы пришли сюда специально, чтобы проверить, не удастся ли мне что-нибудь вспомнить.

– Что именно вспомнить? – настороженно спросил Траск.

Чарли заставила себя не отводить глаза от его стального взгляда.

– Что на самом деле произошло в ту ночь, когда погибла Элис.

Бледная Амелия Стронг расхаживала туда-сюда по залу ожидания; от беспокойства она как будто сразу состарилась на несколько лет. Какое-то время Чарли наблюдала за ней, чувствуя себя виноватой. Потом в зал вошел Арчер Траск с двумя чашками кофе, и Чарли отвлеклась.

Одну из чашек Траск протянул Амелии, а вторую отнес Чарли. Чарли его поблагодарила, он кивнул и сел на соседний стул.

– Врачи еще не выходили?

Она покачала головой:

– Кажется, сначала его повезут на компьютерную томографию – надо убедиться, что у него нет закрытой черепно-мозговой травмы. Кроме того, сделают токсикологический анализ крови, чтобы исключить обычные наркотики.

– Я попросил еще взять у него анализ мочи на ГОМК, – тихо сказал Арчер.

Чарли вскинула на него взгляд:

– Значит, вы в самом деле считаете, что его одурманили.

– Не хочу ничего исключать, – осторожно ответил Траск.

– По-моему, меня тоже одурманили в ту ночь, когда погибла Элис.

Траск едва заметно прищурился.

– Я почти ничего не помню о той ночи. Помню, что сделала три глотка пива, а потом очнулась у себя на заднем дворе.

– Почти ничего? – Траск развернулся к ней всем корпусом. – Значит, что-то вы все-таки помните?

Она пожалела, что призналась Траску. Он подумает о ней самое плохое, извратит ее слова самым невыгодным для нее образом.

– Это что, допрос? – прошептала она.

– Нет, я просто… – Траск осекся, когда в зал ожидания вышел худой чернокожий мужчина в зеленом хирургическом костюме и направился к Амелии Стронг.

– Миссис Стронг? – обратился к ней врач. Амелия перестала расхаживать туда-сюда и встревожено смотрела на него. – Я доктор Лебоу, лечащий врач вашего сына.

– Он поправится? – спросила Амелия, протягивая руку к Чарли.

Чарли подошла к Амелии и сжала ее руку. По другую сторону от нее встал Траск.

– У меня хорошая новость. Компьютерная томография не показывает черепно-мозговую травму, да и порез на лбу, похоже, остался без последствий. Там лишь небольшой кровоподтек и синяк. – Низкий голос доктора Лебоу был спокойным. – Результат токсикологического анализа крови также негативный. Зато анализ мочи, о котором попросил заместитель шерифа Траск, выявил положительный результат на гамма-оксимасляную кислоту, или ГОМК. Скорее всего, она поступила в организм незадолго до того, как он потерял сознание.

– Как вы лечите подобные вещи? – спросила Амелия.

– При передозировке ГОМК мы в первую очередь назначаем поддерживающую терапию. Сейчас ваш сын дышит самостоятельно, но, если частота дыхания снизится до критической отметки, мы подключим аппарат искусственной вентиляции легких. Так сказать, будем дышать за него, пока наркотик не выйдет из организма.

Сердце у Чарли сжалось, когда она представила себе, как из Майкла торчат трубки… И все из-за того, что он пытался ей помочь.

– По-вашему, такие меры необходимы?

– Пока нет. Он уже начал понемногу приходить в себя, так что мы сейчас просто наблюдаем за его жизненно важными органами. Он в хорошей форме, и, судя по всему, здоровье у него отменное. У него превосходные шансы на то, что он полностью восстановится. – Врач понизил голос, хотя, кроме них, в зале ожидания никого не было: – Подобное уже случалось с мистером Стронгом раньше? Он принимает наркотики?

– Нет! – воскликнула Амелия. – Конечно нет!

– Сегодня он никаких наркотиков не принимал, – решительно заявила Чарли. – Я была вместе с ним примерно с пяти часов, он отошел от меня в баре только за тем, чтобы взять наши напитки у официантки. Он заказал имбирную газировку. По-моему, ему туда что-то подмешали.

– Понятно… – Доктор Лебоу смерил ее скептическим взглядом.

– Вряд ли вы впервые в жизни видите человека, которого накачали наркотиком, – заметила Чарли, не в силах скрыть раздражение.

– Да, но обычно такие наркотики подмешивают женщинам. – Доктор Лебоу покосился на Траска. – Извините, меня ждут другие пациенты. Отделение интенсивной терапии на четвертом этаже. Сообщите сестре, что вы пришли, и она позволит ненадолго зайти к нему.

Амелия следом за врачом вышла из зала. Когда Чарли шагнула было за ней, Траск схватил ее за плечо.

– Что?! – рявкнула она.

– Мы еще не закончили разговор. Вы ведь понимаете, что сразу вас к нему не пустят. Постарайтесь выслушать меня! Обещаю, после нашей беседы мы вместе поднимемся к Майклу, и я попрошу, чтобы вас пустили к нему, если сейчас вы ответите на мои вопросы. Договорились?

Чарли досадливо вздохнула: Траск прав, она не член семьи Стронг, ее не пустят к Майклу, разве что помощник шерифа договорится. И может быть, настало время поделиться с Арчером Траском своими подозрениями.

Она села на стул и скрестила руки на коленях. Траск развернул стул и устроился напротив.

– Чарли, что вы запомнили о событиях той ночи?

И она рассказала ему о своих снах.

– Вам наверняка покажется, что это всего лишь сны. Что у меня разыгралась фантазия. Но я считаю их реальными.

– Значит, вы были на улице в ту ночь, когда убили Элис.

– Я так думаю. А еще, по-моему, я ничего не могу вспомнить из-за того, что меня одурманили – совсем как сегодня Майкла.

Траск прищурился:

– Кто вас одурманил?

Она прекрасно понимала, что Траску трудно будет поверить в то, что она скажет. И все же она больше не могла молчать.

– По-моему, Элис.

Траск какое-то время молча смотрел на нее.

– С чего вы взяли?

– Я вспомнила… я слышала, как Элис обращалась ко мне, когда я была не в себе. Она сказала: «Прости, но остальное я должна сделать сама».

– Вы понимаете, что она имела в виду?

Чарли покачала головой.

– Но она держалась загадочно. Изображала Веронику Марс. Элис любила разгадывать загадки. Она часто совала нос не в свое дело, и кое-кто в школе злился на нее. – Чарли мрачно улыбнулась. – Хотя обижаться на нее долго было невозможно. Элис умела располагать к себе людей.

– Да, у меня тоже сложилось такое впечатление.

Чарли посмотрела на Траска, сузив глаза. Ей показалось, что она впервые видит в заместителе шерифа человека. Когда он взялся за расследование смерти ее подруги, ему было лет двадцать пять, не больше. Значит, сейчас ему лет тридцать пять.

– Вам ведь тоже не показалось, что ее сбили случайно, да? – спросила она.

Какое-то время Траск молча смотрел на нее в упор. Потом опустил взгляд на свои руки, судорожно стиснутые между коленями.

– Да. Мне так не показалось.

– По-моему, вы подозревали меня. Я права?

– Вы были подозреваемой, – признался Траск. – Конечно! В ту ночь вы с Элис были вместе. Потом вы исчезли. Потом заявили, что ничего не помните. Вы не могли сказать, где находились с восьми вечера до четырех утра следующего дня.

– Когда вы так говорите… – пробормотала она.

– Кроме того, вы не слишком охотно шли нам навстречу…

– Представители семьи Уинтерс не идут навстречу полиции. – Она криво улыбнулась.

– Что ж, логично. – Уголки его губ дернулись в подобии улыбки.

– Вы верите, что я сегодня действительно видела человека в аллее? – спросила она.

– Да, верю.

– Хотя сами никого не видели?

– Я поручил своему сотруднику опросить посетителей бара, – ответил Траск. – По приметам с ваших слов три посетителя вспомнили, что примерно так одетый мужчина вошел в бар вскоре после вас и Майкла. На нем был свитер с капюшоном. Мой сотрудник сейчас отсматривает записи с камеры наблюдения, установленной в баре, – возможно, удастся разглядеть того типа.

– О камере наблюдения я даже не подумала. – Чарли потерла усталые глаза. – Я вообще не думала ни о чем, кроме того, что с Майклом… Жаль, что я втянула его во все это.

– Насколько я знаю Майкла Стронга, сомневаюсь, что вы могли помешать ему сделать то, что он считает нужным, – вздохнул Траск. – А вам не кажется странным, что десять лет назад вас одурманили в этом баре, а сейчас, стоило вам туда вернуться, как вашему приятелю Майклу что-то подмешали в питье?

– Да. Что, если одно связано с другим?

– Вы считаете, что вас одурманила Элис?

– Да, я так считаю. Перед тем как мы ходили на вечеринки, ее отец предупреждал нас обеих о том, что насильники незаметно подмешивают девушкам наркотики на свиданиях. Элис была очень целеустремленной. Наверное, если ей понадобилось раздобыть рогипнол, ГОМК или что-то в этом роде, она без труда добилась желаемого. Возможно, считала, что наркотик пригодится ей в расследовании.

– В расследовании, – скептически хмыкнул Траск.

– А нельзя поговорить об этом потом? Мне очень нужно увидеть Майкла. Хочу своими глазами убедиться в том, что ему уже лучше.

Лицо Траска смягчилось, он встал.

– Ладно, пойдемте. Посмотрим, что удастся сделать.

Глава 14

Рядом с ухом Майкла раздавался какой-то писк.

Время от времени издалека до него доносились голоса. Телефонный звонок. Голос, который звучал словно по внутренней связи, резкий запах лекарств, отчего ему делалось немного не по себе.

– Майкл! – Ее голос прорезал пелену в голове, и он ухватился за него, как за спасательный круг.

Чарли.

– Майкл, ты меня слышишь? – Голос встревоженный. Испуганный. – Майкл, пожалуйста, проснись! Прошу тебя! Мне нужно знать, что с тобой все хорошо.

«Ради тебя, Чарли, – подумал он, – я поползу по битому стеклу».

Веки были тяжелыми, словно свинцовыми, но он заставил себя открыть глаза. Вокруг него все повернулось несколько раз и остановилось.

Он в больнице. Скорее всего, в палате интенсивной терапии. Много мониторов, и все раздражающе жужжат и пикают. В носу трубка, через которую поступает кислород; на правом запястье манжета тонометра. Клипса на пальце – ему измеряют уровень кислорода в крови.

А рядом с ним стоит бледная Чарли Уинтерс, она смотрит на него, и губы у нее дрожат.

– Эй, – произнес он неожиданно с трудом.

– Привет! – Она улыбнулась, и ему показалось, будто взошло солнце. – Ты знаешь, где находишься?

– Похоже, в больнице. Что произошло?

– Ты ведь ничего не помнишь. Так?

– Так. – Он поморщился, поднося руку к голове. За глазами вспухала тупая боль. Пальцы дотронулись до повязки сбоку.

Верно. Кто-то напал на него в доме Чарли и ударил по голове. Когда это было? Вроде бы несколько минут назад, но ведь ему как-то удалось добраться до дома! Он поспешил домой, потому что был нужен Чарли.

Но зачем он ей срочно понадобился?

– Неужели меня ударили сильнее, чем я думал? – Он попытался восстановить события после того, как в доме Чарли на него набросился незваный гость, но все тонуло в тумане.

– Нет. – Чарли взяла его руку в свою. Пальцы у нее были холодными, но она крепко сжала ему руку. – Ты хоть что-нибудь помнишь о вчерашнем вечере?

– Вчерашнем? – Он нахмурился. – Который час?

– Полчетвертого утра. Ты в больнице.

– Не понимаю.

– Мы с тобой поехали в бар «Хедхантер». Помнишь?

Верно. Вечером они собирались пойти в бар. Он ездил повидаться с Рэндалом Фини, но в результате беседовал с Крейгом Берденом.

– Чарли, что со мной случилось?

– Похоже, в твое питье в баре что-то подмешали.

– В «Хедхантере»?

Она поглаживала его запястье, что очень отвлекало.

– Официантка спросила, что мы будем пить. Ты заказал имбирную газировку, а я – бутылку светлого пива. Ты почти сразу выпил весь бокал – возможно, поэтому наркотик подействовал так быстро и так сильно.

– Я что, отключился прямо в баре?

– Нет, ты упал снаружи. Мы пошли проверить, не оживит ли мои воспоминания улица, где умерла Элис.

– И как, оживила?

– До улицы мы так и не добрались. – Она нагнулась, и он почувствовал, как ее чистый, прохладный аромат побеждает больничные запахи. Он сделал глубокий вдох, впуская Чарли к себе в легкие. – Майкл, прости меня! Мне очень жаль, что я втянула тебя в свои дела.

Он коснулся пальцами ее лица, не обращая внимания на то, как натянулась трубка капельницы.

– А мне совсем не жаль. Я пытался тебя защитить и докопаться до сути того, что с тобой происходит. Так что убери с лица виноватое выражение и улыбнись.

Ей с трудом удалось улыбнуться.

– Так лучше?

– Гораздо лучше. Кто здесь еще?

– Твоя мама. Какое-то время здесь был заместитель шерифа Траск, но сейчас он поехал домой поспать, утром обещал вернуться.

– Арчер Траск? Из моей группы?

– Вчера вечером он тоже был в баре. Когда ты отключился, он очень мне помог.

– Ты звонила кому-нибудь с моей работы?

Она покачала головой:

– События развивались очень быстро, а потом мы ждали, когда ты очнешься. Хочешь, я позвоню кому-нибудь?

– Позвони Мэддоксу Хеллеру. Расскажи, что произошло. И попроси его заехать за тобой и моей мамой. Пусть отвезет вас ко мне. Передай: я хочу, чтобы кто-нибудь побыл там с вами, пока меня не выпишут.

Он ожидал, что она будет возражать, но Чарли просто склонила голову и ответила:

– Хорошо.

Теперь он точно знал: она чего-то недоговаривает.

– Меня выгонят в любую минуту, так что будь любезен, выздоравливай скорее. Договорились?

– Можешь на меня рассчитывать.

Тут вошла медсестра:

– Посмотрите-ка, кто у нас проснулся!

– Надеюсь, я не доставил слишком много хлопот, – сказал Майкл. – Я долго здесь пробыл?

– Несколько часов. Вы уверенно идете на поправку. – Медсестра с сочувственным видом повернулась к Чарли: – К сожалению, вам придется ненадолго уйти. Кто-нибудь даст вам знать, когда мистеру Стронгу снова можно будет принимать посетителей. А пока… попробуйте немного поспать, если не хотите тоже здесь оказаться.

Майкл схватил Чарли за руку:

– Позвони Хеллеру. И уговори мою мать поехать домой с тобой.

Она нагнулась и поцеловала его в лоб:

– Постарайся не форсировать свое выздоровление. Выполняй все предписания врачей и медсестер. Я скоро с тобой свяжусь.

Он смотрел ей вслед. Ему очень хотелось, чтобы она осталась.

Раньше он не задумывался о постоянных отношениях с женщиной. Неужели его чувства к Чарли серьезные?

Надо выбираться с больничной койки, решил он, как только медсестра взяла все необходимые анализы. Поскорее вернуться к Чарли. Защищать, охранять и помочь ей распутать тайны ее прошлого.

И будь он проклят, если передаст эту задачу другому.

– Ну, что вы думаете? – спросил Арчер Траск.

Чарли смотрела на запись на экране компьютера, стараясь различить размытые фигуры.

– Рост вроде такой и капюшон как у того. Но изображение ужасное.

– Самое лучшее, что у нас есть, – вздохнул Траск.

– Знаю. Простите. Тогда я не успела рассмотреть его как следует. Он показался мне просто силуэтом, а лица я вообще не разглядела.

– Что ж, я особенно и не надеялся. – Траск вынул флешку из компьютера и убрал в пакет для вешдоков, который спрятал в карман куртки. Кивнул в сторону открытой двери, где стоял Мэддокс Хеллер. – Зачем тут этот громила?

Чарли увидела, как Хеллер скривил губы.

– Он будет присматривать за мной и миссис Стронг, пока Майкл не вернется домой.

Траск прислонился к окну и склонил голову набок:

– Чарли, о чем вы умалчиваете? Вы со Стронгом пошли в бар, где вы с Элис провели ее последний вечер, и вот он в больнице с передозировкой ГОМК. Потом он посылает телохранителя, который будет охранять вас и его мать, пока он не вернется домой. Он считает, что на вас кто-то охотится?

– Наверное, кто-то охотится на нас обоих, – нехотя призналась Чарли.

– Когда все началось?

– Несколько недель назад у меня возникло чувство, будто за мной следят, – после того, как мне начали сниться сны о смерти Элис. Я попыталась связаться с Крейгом Берденом, оставила ему сообщение на автоответчике. Я спрашивала, не согласится ли он встретиться со мной, но он так и не перезвонил.

– Что вы сказали в своем сообщении?

– Я сказала, что кое-что вспомнила о той ночи и хочу поговорить об этом с ним.

Серые глаза Траска прищурились.

– Значит, он так вам и не перезвонил?

– Странно, правда? – Чарли прикусила губу. – Я думала, если в деле появится что-то новое, он первым захочет обо всем узнать. Но он так и не перезвонил.

– Может, он не получил ваше сообщение. Вы звонили ему домой или на работу?

– На работу.

– Может, кто-нибудь перехватил ваше сообщение и забыл ему передать.

– А может, он просто считает меня большой лгуньей, из-за которой погибла его дочь, – буркнула Чарли, глядя на свои руки. Когда она тревожилась, то непроизвольно начинала ломать руки. Она заставила себя успокоиться и крепко сцепила пальцы. – В общем, вскоре после звонка у меня возникло очень странное чувство, будто за мной следят. Знаете, иногда так бывает, когда кто-то смотрит на тебя. Но я ни разу никого не увидела.

– Вы поэтому решили записаться на курсы самообороны?

– Да. А через два дня кто-то испортил тормоза в моей машине.

– Что?! – Траск резко оттолкнулся от окна.

И Чарли рассказала, как у нее отказали тормоза и как Майклу удалось остановить ее машину за несколько секунд до аварии.

– Он спас мне жизнь.

– Какая удача! Интересно, как он понял, что тормозная жидкость вытекла именно из вашей машины?

Услышав его подозрительный тон, Чарли нахмурилась.

– Он видел, как я уезжала.

– Значит, за вами следил не только кто-то неизвестный, но и Майкл Стронг? И все на одной неделе?

– Траск, идите к черту! – Она встала и направилась к двери.

Траск удержал ее, схватив за руку.

– Простите, Чарли. Я полицейский. Подозрительность – мое второе имя. Расскажите, что еще с вами случилось. Почему вы сейчас здесь? Из-за того, что кто-то перерезал тормоза?

– Нет. Мы не придали тому происшествию особого значения. И автомеханик не мог сказать наверняка, как именно был перерезан шланг. На всякий случай Майкл передал шланг специалистам. А через день после тренировки кто-то вломился ко мне в дом и учинил настоящий погром… – Она рассказала о вандале и о том, как Майкл предложил ей пожить в безопасном месте, пока он не поймет, кто ее преследует.

– Вы не подумали о том, чтобы вызвать полицию?

– Подумала, а как же! Офицер Бентли из полицейского управления Кэмпбелл-Коув написал рапорт для моей страховой компании, но сказал: раз ничего не украдено, лучше постараться получить страховое возмещение…

– Возможно, он прав, – согласился Траск, задумчиво скрещивая руки на груди. – А что с головой Стронга? Это имеет какое-то отношение к тому, что происходит с вами в последнее время?

– Мы считаем, что да.

Она рассказала и о том, как у нее дома кто-то напал на Майкла. Траск покачал головой:

– Знаете, вы могли бы позвонить мне и поделиться своими соображениями, раз считаете, что происходящее как-то связано с гибелью Элис.

Она бросила на него недоверчивый взгляд:

– Траск, вы относились ко мне как к главной подозреваемой в гибели Элис. С какой стати мне к вам обращаться?

– Что ж, логично. Надеюсь, теперь вы понимаете, что я готов вас выслушать. Чарли, мы с вами на одной стороне. Я тоже хочу выяснить, что же тогда случилось с Элис.

– Тогда нам нужно найти того, кто разгромил мой дом, испортил мне тормоза и одурманил Майкла.

Шорох у входной двери привлек их внимание. Траск вышел из комнаты, Чарли следовала за ним по пятам. Мэддокс Хеллер замыкал шествие. Войдя в гостиную, они увидели, как Амелия Стронг заключила сына в объятия.

Встретившись с Чарли взглядом, он улыбнулся, но на его лице сразу же появилось подозрительное выражение, как только он заметил Арчера Траска.

– Заместитель шерифа! Какой сюрприз!

– Чарли посвящала меня в подробности того, что тут у вас творится. – Траск подошел к Майклу и протянул руку: – По-моему, мы все хотим одного и того же. Чтобы Чарли ничего не грозило… И выяснить, что на самом деле случилось с Элис.

Майкл замялся и снова покосился на Чарли. Она едва заметно кивнула, и он пожал Траску руку.

– Чарли сказала, что меня быстро доставили в больницу благодаря вам.

– Да я-то что… – Траск развернулся к Чарли. – Она рисковала жизнью, чтобы помочь вам.

Майкл снова перевел взгляд на Чарли:

– Рисковала жизнью?

– Не сказала бы, что я рисковала жизнью. Я побежала звать на помощь, только и всего, – объяснила Чарли.

– Какого черта ты бежала? – спросил Майкл.

– Следи за языком! – машинально укорила сына Амелия, отчего все заулыбались, даже Майкл.

– Миссис Стронг, давайте пойдем на кухню и приготовим для всех бутерброды, – предложил Мэддокс Хеллер, мягко отводя Амелию от Майкла. И обратился к Траску: – Вы тоже можете нам помочь – разложите лед по стаканам.

Через несколько секунд в гостиной остались только Майкл и Чарли. Она отважилась улыбнуться, но он не улыбнулся в ответ. Он подошел к ней, взял ее за руку, привел в гостевую спальню, заключил в объятия и нашел ее губы своими. Застигнутая врасплох, она крепко прижалась к нему.

Как будто внутри что-то щелкнуло, Чарли вдруг освободилась от оков. Она поняла, что наконец может стать той, кем она всегда хотела быть. Она свободно, без страха и стыда, может принять то, чего больше всего хотела. А хотела она – любить и быть любимой.

Его губы медленно, нарочито медленно скользили к вырезу блузки, в котором виднелась ложбинка между грудями.

Неожиданно он отпрянул, и ноги под ней подогнулись. Он подхватил ее на руки, отнес на постель, сел на край, а ее посадил себе на колени.

– Ладно, – проговорил он, – прежде чем мы увлечемся, мне нужно кое-что узнать. Вчера ночью, когда я очнулся, я понял: ты что-то от меня скрываешь. Рассказывай, отчего ты бежала в переулке.

Глава 15

Когда Чарли и Майкл вошли на кухню, Хеллер отвел Майкла в сторону:

– Я тут по наитию проверил твой пикап. Преследователь Чарли должен был как-то следить за вами так, чтобы ты ничего не заметил.

– Да уж.

– Так вот, чутье меня не подвело. Тебе поставили примитивный жучок, GPS-трекер. Пока я оставил его на месте.

– Зачем?

Хеллер кивком позвал Майкла за собой. Они подошли к столу, где уже сидела Чарли.

– Мне не нравится прятаться, – тихо и сдержанно произнесла Чарли.

– До тех пор, пока мы не поймем, кто на вас охотится, спрятать вас – лучший способ сохранить вам жизнь и здоровье. – Арчер Траск склонился над Чарли.

Майкл заметил, как изменилось отношение Траска к Чарли. Майкл порадовался, что теперь на стороне Чарли больше людей. Но Траск только что уселся с ней рядом, на стул, который Майкл собирался занять сам, – это и теплота в глазах Траска все больше раздражали его.

– Так давайте вычислим, кто за мной охотится, – сказала Чарли, в голосе которой послышался намек на досаду. – Все должно быть связано с той ночью, когда погибла Элис, ведь так?

– Да, наверное, – согласился Мэддокс Хеллер. – Вы говорили, что ощущение слежки появилось у вас вскоре после того, как вы позвонили в избирательный штаб Крейга Бердена и наговорили сообщение на автоответчик. Так?

– Так.

– А что, если тебе пройти сеанс гипноза? – спросил Майкл.

Чарли вздрогнула и с подозрением покосилась на него.

– По-твоему, я больше вспомню под гипнозом? – скептически спросила она.

– Если бы тебе больше нечего было вспоминать, вряд ли какие-то подробности приходили бы к тебе во сне.

Чарли рывком встала и принялась расхаживать туда-сюда.

– А если это не настоящие воспоминания? А если мои якобы воспоминания просто рождаются у меня в голове, чтобы заполнить зияющие пустоты?

– По-твоему, ты все выдумываешь? – Майкл преградил ей путь и обнял за плечи.

Она ненадолго закрыла глаза, немного подумала и покачала головой:

– Нет. По-моему, это настоящие воспоминания.

– Значит, с ними можно работать. – Майкл развернулся к остальным: – Вы согласны?

– Согласен, – ответил Траск.

Хеллер кивнул:

– Наверное, для всех будет лучше, если мы получим доступ к вашим воспоминаниям.

– Кто-нибудь из вас знает человека, который практикует гипноз для оживления памяти? – спросил Майкл.

– Гипноз не считается надежным способом что-то вспомнить, – предупредил Траск. – Иногда подопытные вообще вспоминают то, чего не было, если, конечно, гипнотизеру удается ввести их в нужное состояние. Особенно если такие люди изначально отличаются богатой фантазией…

– То есть я, – негромко пояснила Чарли, оборачиваясь к Майклу.

– Лорен Пелл – дипломированный психиатр, – сказал Хеллер, глядя на Майкла. – Она служит в нашем тренировочном центре психологических операций.

– Можно ли попросить ее быстро приехать сюда? – спросил Майкл.

– Сейчас выясню. – Хеллер достал телефон.

Майкл взял Чарли под локоть и отвел в сторону.

– Ты не обязана соглашаться, если не хочешь. Мы придумаем что-нибудь другое.

Чарли покачала головой:

– Мне нужно это сделать. Пусть даже мысль о гипнозе меня пугает.

Он отбросил с ее лба прядь шелковистых волос.

– Почему мысль о гипнозе тебя пугает?

– Мне страшно, что я вспомню то, чего не могла вспомнить десять лет, потому что меня чем-то опоили. Что, если я натворила нечто такое, о чем не хочу вспоминать?

Майкл оглянулся на Траска и еще больше понизил голос:

– Полицейские считали тебя подозреваемой и изучали твои действия. Если бы что-то связывало тебя с тем, что произошло с Элис, тебе предъявили бы обвинения.

– Я ее не убивала, – сказала Чарли. – Но вдруг я сделала что-то такое, из-за чего она попала в беду?

– Скажу тебе то же, что говорил мне Крейг Берден. Единственный человек, который виноват в случившемся, – тот, кто наехал на Элис. И больше никто.

– Он так сказал?

– Да.

Его ответ вызвал ее улыбку.

– Было время, когда мне казалось, что мистер и миссис Берден любят меня. Оба всегда были добры ко мне и не возражали против того, что Элис дружила со мной. Но после ее смерти…

– Иногда смерть оказывает на людей такое влияние.

– Знаю. – Она подошла ближе и ткнулась лбом ему в плечо.

В их разговор вмешался голос Хеллера:

– Лорен уже едет сюда. Она велела всем уйти, кроме Чарли и Майкла, предпочитает сводить отвлекающие факторы к минимуму.

Траск встал и потянулся:

– Вернусь в участок и проверю, нет ли чего-то срочного. Звоните, если я вам понадоблюсь. И постарайтесь записать сеанс.

Следом за Хеллером он направился к входной двери. Майкл и Чарли пошли за ними. Майкл запер за ними дверь, а затем повернулся к Чарли. Она смотрела на него, беспокойно хмурясь.

– Чарли, все будет хорошо. Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

Она шагнула в его раскрытые объятия.

– Знаю. И спасибо.

– Нам с тобой много о чем нужно поговорить, – прошептал он, зарывшись лицом в ее волосы. – Ты не против?

– Я не против. Но сейчас я вообще ни о чем не могу думать. Понимаешь?

– Да, – ответил он, хотя ее нерешительность внушала ему легкое беспокойство. Что, если она не хочет продолжения того, что между ними началось? Что, если она не чувствует того же, что начинает чувствовать он?

«Потом, – внушал он себе. – Подумаем об этом потом».

Лорен Пелл оказалась высокой женщиной за тридцать, с короткими черными волосами и добрыми голубыми глазами. Благодаря ее мягкости и деликатности Чарли сразу почувствовала себя непринужденно в ее обществе.

– Расскажи, какое пиво ты пила, – предложила Лорен. – Оно было холодным или теплым?

– Теплым, – ответила Чарли, поморщившись. – И горьким. Помню, я еще пожалела, что не заказала то же самое, что и Элис. Ее коктейль выглядел классно, но я боялась пробовать напитки с крепким алкоголем. Элис за это называла меня трусихой.

– Ее слова тебя злили?

– Нет. – Чарли улыбнулась. – Я в самом деле была трусихой. Но и не собиралась спиваться, как мой дядя Джим. Поэтому не слишком жалела о том, что выбрала пиво.

– Должно быть, ты была уравновешенной девушкой.

– Вряд ли кто-нибудь еще обвинял меня в этом.

– Вернемся к пиву. Ты сказала, оно было горьким. И все же ты его выпила?

– Сделала пару глотков. Может, три. В основном меня занимало то, что делала Элис.

– И что же она делала?

– Мы сидели за столиком у окна, и она то и дело смотрела в него. Пила свой красивый коктейль и наблюдала за аллеей позади бара.

– За чем она наблюдала?

– Сама не знаю. А когда я спросила, она ответила, что ей просто скучно. – Чарли нахмурилась, поняв странность того, что она только что сказала. – В наш большой греховный вечер! Странно, правда?

– Не знаю. Я не была знакома с Элис.

– В самом деле, это было странно. Весь тот вечер был странным. А потом вдруг Элис схватила меня за руку и сказала, что пора идти.

– Куда идти? – спросила Лорен.

Чарли встала и зашагала вперед, слегка пошатываясь. Она чувствовала руку Элис, которая держала ее за запястье и тянула вперед, когда они вышли из бара в промозглую зимнюю ночь.

Только она никуда не шла, а по-прежнему сидела на диване в гостиной у Майкла. Лорен Пелл расположилась в кресле наискосок от нее, а теплое, надежное присутствие Майкла ощущалось где-то справа. И все же ее передернуло от промозглого ветра; ноздри уловили аромат любимых духов Элис, когда они вышли в аллею за баром «Хедхантер».

«Здесь кто-то есть», – подумала Чарли. Она слышала голоса, обрывки слов. Сначала это был мужской голос, потом женский.

И еще было темно. Очень темно! Тусклый свет попадал в аллею только из окон бара и из окна здания из шлакоблоков, стоящего напротив бара.

В том здании кто-то был. Чарли различала движущиеся тени за занавесками.

Но мир вокруг нее начал кружиться. Кружиться и вращаться, делаясь все темнее.

Она почувствовала, как падает. Ее обхватили чьи-то руки, ноздри снова уловили аромат духов Элис. Вдруг она поняла, что лежит на земле, уткнувшись лицом в тротуар, – там, где аллея пересекалась с переулком.

– Прости, Чарли, – тихо и как-то печально произнесла Элис, – но остальное я должна сделать сама.

Мир казался полным мрака. Очень долго вокруг нее клубилась пустота, густая, огромная, это ее пугало. Она дышала быстро и неглубоко, а внутри нарастал страх, горячий и горький, как желчь.

– Мир исчез! – задыхаясь, проговорила она.

– Чарли, все хорошо, – негромко произнесла Лорен. – Если нужно, можешь пойти в безопасное место.

Чарли представила себя в объятиях Майкла. Почувствовала его руки, сильные и теплые. Не о таком безопасном месте она думала вначале, когда Лорен объясняла, как они проведут сеанс гипноза, но все казалось ей правильным.

Ее безопасное место – Майкл.

Дыхание понемногу успокоилось, страх прошел.

– Хочешь продолжать? – спросила Лорен.

– Да.

– Ты была без сознания, да?

– Да, наверное. По-моему, Элис что-то подмешала мне в пиво. – Чарли нахмурилась. – Она что-то задумала, как я и догадывалась… И ее планы были как-то связаны со зданием напротив бара.

– Ты не знаешь, что это было за здание?

Чарли задумалась.

– Аллея шла вдоль его тыльной стороны… Не знаю, на какую улицу выходил фасад. В юности я не очень много времени проводила в Мерсервиле. Тогда я считала его большим городом, – рассмеялась она. – Подумать только! Считала крошечный Мерсервиль большим городом! Ну надо же!

– Давай не будем зацикливаться на том здании. Эти сведения мы можем проверить позже, – произнесла Лорен. – Меня гораздо больше интересует, что случилось, когда мир вернулся.

– Не помню… – Ее сковало напряжение.

– Ты уверена? Может быть, ты просто не хочешь вспоминать?

Чарли покачала головой:

– Хочу. Но все пусто.

– До того, как мы начали, ты говорила, что к тебе пришло воспоминание, как ты видела Элис мертвой. Можешь вспомнить тот момент?

Чарли вздрогнула, но позволила себе мысленно вернуться в темную аллею. Она лежала ничком на тротуаре на краю улицы – Пивайн-Роуд. Именно там нашли труп Элис.

Она открыла глаза, готовя себя к тому, что сейчас увидит.

Но Элис не была мертвой.

Она стояла посреди Пивайн-Роуд и плакала. Блузка на плече была надорвана. Вьющиеся рыжеватые волосы намокли под моросящим дождем. Свет шел будто из-под воды – из-за тумана, который накрыл улицу.

Чарли попыталась окликнуть Элис, но язык ее не слушался. Да и Элис никого не слушала. Даже мужчину, который стоял рядом с ней и что-то быстро и напряженно говорил.

Потом все стало стремительным и страшным. Большой черный седан ехал очень быстро и странно бесшумно; рокота мотора почти не было слышно из-за громкой музыки в баре. Автомобиль ударил Элис сзади, подбросив ее в воздух. Она упала на капот, а потом скатилась с него и упала на мостовую с тошнотворным глухим стуком.

– Я видела, как это случилось! – ахнула Чарли. Сердце заколотилось быстрее. – Я видела, как убили Элис!

– Что ты можешь сказать о машине?

– Большая, черная. Кузов седан. Кажется, дорогая, хотя я не очень хорошо разбираюсь в машинах. Помню, что мотор работал тихо.

– С Элис разговаривал какой-то мужчина. Как он выглядел?

– Он показался мне знакомым. И теперь кажется, но я не могу вспомнить, кто он.

– Ты по-прежнему лежишь неподвижно на обочине. Видишь тело Элис на дороге. Должно быть, ты испытываешь потрясение и боль.

По спине побежали мурашки.

– Да. Это кажется нереальным, хотя все случилось у меня на глазах… Я думаю, что должна подойти к Элис, помочь, но не могу пошевелиться. И только вижу, как на мостовой вокруг ее головы растекается кровь.

– Можешь сказать, что делает мужчина, который только что разговаривал с Элис?

– Он выходит на дорогу. Я вижу его только со спины…

– Что на нем надето?

– Джинсы. Куртка… Может, дождевик. С капюшоном. – У нее перехватило дыхание. – Как у того типа, которого я видела в аллее вчера ночью!

Она наблюдала, как мужчина склонился над телом Элис. Вытянул дрожащую руку, как будто хотел до нее дотронуться, но в последний миг отдернул.

У него на руке задрался рукав, и она увидела шрам в виде полумесяца на запястье.

– О господи! У него шрам на запястье! Шрам в виде полумесяца.

Она инстинктивно потянулась к Майклу. Тот схватил ее руку, и холодная, темная аллея исчезла. Она снова очутилась в гостиной Майкла у теплого камина. Напротив сидела Лорен Пелл с пытливым выражением лица.

– Я знаю, кто был тот мужчина, – сказала Чарли. – Я помню. Он выпрямился, развернулся ко мне, и я увидела его лицо. – Теперь она ясно видела пряди рыжеватых волос, выбивающиеся из-под капюшона дождевика. Холодные голубые глаза, потемневшие от страха. Прямые резкие черты лица, искаженные от потрясения и отчаяния.

– Кто он? – спросил Майкл.

– Рэндал Фини. Первый помощник Крейга Бердена.

– Вы уверены, что он не сидел в машине? – спросил у Чарли Арчер Траск.

Они с Мэддоксом Хеллером вернулись по просьбе Майкла вскоре после того, как уехала Лорен Пелл. Она оставила запись сеанса у Майкла и Чарли; они воспроизвели запись вскоре после того, как вернулись Хеллер и Траск.

– Совершенно уверена. Я слышала, как он разговаривал с Элис перед тем, как ее сбили. – Чарли, сидевшая рядом с Майклом, как будто полностью пришла в себя после гипноза, хотя сердце у Майкла сжималось, когда он видел напряженную грусть в ее светло-карих глазах.

У нее на глазах убили ее лучшую подругу. Она по-прежнему верила, что ее одурманили, но некоторые воспоминания, которые, как ей казалось, совершенно испарились из памяти, были просто подавлены травмой.

– Но он видел, как ее сбила машина, и ничего никому не сказал, – произнес Майкл. – Значит, как мы считаем, он должен хотя бы догадываться, кто сидел за рулем.

– Когда мы вышли в аллею, я слышала голоса. Они звучали неразборчиво, я даже не могу сказать наверняка, мужские они были или женские. Но думаю, что они разговаривали в снесенном здании напротив бара.

– Там находился мерсервильский филиал избирательного штаба Крейга Бердена, когда он баллотировался в сенаторы штата, – сообщил Траск. – Я помню это, потому что, когда мы обыскивали окрестности в поисках потенциальных свидетелей, туда зашли в первую очередь. Помню, я тогда гадал, вернется ли туда Берден, зная, что его дочь погибла на улице буквально в нескольких шагах от его штаба.

– И он вернулся? – с любопытством спросил Майкл.

– Нет. Больше ни разу там не был. Филиал закрыли, а здание продали. На вырученные деньги учредили стипендию имени Элис.

– Фини ни разу не допрашивали?

– Нет. Насколько нам было известно, у него не было мотива преступления. И Берден, и его жена сказали, что Элис не принимала участия в политической кампании отца, поэтому нечасто общалась с представителями его штаба. Вот почему мы решили, что ее сбил водитель, который находился в состоянии алкогольного или наркотического опьянения… особенно учитывая, как близко к бару все произошло.

– Но призвать Фини к ответу будет не так просто, – заметил Хеллер.

– Да, – согласился Траск, глядя на Чарли. – Не обижайтесь, но ваши воспоминания, похоже, не дают нам никаких оснований для того, чтобы вызвать его на допрос. Он наймет хорошего адвоката, который разобьет наши доводы в пух и прах.

Чарли в досаде покосилась на Майкла. Тот нагнулся и взял ее за руку. Она сжала ее и посмотрела на Траска:

– Так давайте придумаем веские основания!

Арчер Траск прищурился.

– Что вы имеете в виду? – спросил он у Чарли.

– Если мы правы, Фини прослушал мое сообщение Крейгу Бердену, в котором я сказала, что начинаю кое-что вспоминать о той ночи, когда погибла Элис. Он стал следить за мной, потом испортил мне тормоза и вломился в мой дом, желая меня напугать. Может быть, он проник ко мне дважды, если Майкл прав и видел шрам на запястье незваного гостя. Потом, вчера вечером, он, очевидно, подмешал что-то в газировку Майкла, чтобы подобраться ко мне. Думаю, он собирался меня убить.

– Наверное, вы правы, – согласился Траск.

– Так давайте предложим ему то, что он хочет.

– Чарли… – предостерегающе начал Майкл.

– По-моему, мы должны расставить ловушку для Рэндала Фини. А в качестве приманки использовать меня.

Глава 16

– Безумная мысль. – Майкл перестал расхаживать по комнате и посмотрел на Чарли. – Тебе вовсе не нужно туда идти.

– Нет, нужно. Он каким-то образом следит за нами. Пусть видит, как ты высаживаешь меня у моего дома и уезжаешь. Иначе он не решится действовать.

– Кстати, забыл тебе сказать, у меня в машине был жучок. Хеллер пока оставил его на месте, чтобы Фини ничего не заподозрил. Но ты не должна засовывать голову в петлю.

– А Траск и Хеллер согласны со мной.

Майкл поморщился:

– Они думают о деле, а не о тебе.

Чарли преградила ему путь:

– Я и есть дело!

– Не для меня. – Он обхватил ее лицо своими большими ладонями. – Для меня ты не просто дело.

– Знаю. Да и ты для меня не просто телохранитель.

Он нагнулся и поцеловал ее в лоб, потом привлек к себе, зарывшись лицом в ее волосы.

– Я хочу, чтобы все поскорее закончилось. Хочу, чтобы ты была свободна и невредима.

Она погладила его по спине, радуясь ощущению стальных мускулов под пальцами.

– У меня все получится, – сказала она, запрокидывая голову и заглядывая в его глаза. – Все будет хорошо.

– Надеюсь. – Он погладил ее по щеке. – Но неужели все надо сделать сегодня? Разве нам нельзя провести еще одну ночь наедине?

– Всего одну?

Он прищурился и поцеловал ее – крепко и страстно… У нее закружилась голова, а сердце бешено забилось. Но он отпрянул, подошел к камину и стал смотреть на языки пламени.

– Ну нет, не одну, конечно, – проворчал он. – После сегодняшнего вечера у нас будет столько ночей, сколько нам захочется.

Его взгляд сулил столько, что у нее сладко заныло сердце. Но прежде чем она сделала шаг, сработала охранная сигнализация, и Майкл насторожился.

После неожиданного приезда матери он повесил над парадной дверью камеру, которая была связана с телефоном. Посмотрев на экран, он успокоился.

– Кавалерия, – негромко заметил он, отпирая дверь и впуская вновь прибывших.

Помимо Хеллера и Траска, в дом вошла стройная рыжеволосая женщина, отдаленно похожая на Чарли. Прежде чем поздороваться с Чарли, она бегло улыбнулась Майклу.

– Сходство не идеальное, – негромко заметила она, – но издали сойдет.

– В чем дело? – спросила Чарли.

– Майкл прав. Нет необходимости подвергать вас ненужной опасности. Познакомьтесь с Мередит Чендлер. Она работает у нас в агентстве. Мередит, это Чарли Уинтерс. А Майкла ты знаешь.

Чарли посмотрела на Мередит – короткие рыжие волосы, высокая, стройная фигура и бледное лицо. Они были похожи в общих чертах, хотя вблизи никто бы их не перепутал. Отчасти потому, что Мередит была настоящей красоткой, а отчасти потому, что она ходила грациозно, как танцовщица, а походка Чарли была довольно нескладной.

Чарли объяснили, что Мередит пройдет лишь по дорожке до парадной двери ее дома и войдет внутрь. Фини постарается не показываться им на глаза, а издали ему трудно будет отличить одну высокую рыжеволосую девицу от другой.

– Вряд ли он купится на то, что ты высадишь меня у дома и оставишь одну, – заметила Чарли, поворачиваясь к Майклу.

– Мы согласны, – ответил за него Траск, – но у нас появилась одна мысль.

К тому времени, как он рассказал Чарли и Майклу, что они придумали, даже Майкл согласился с тем, что план неплох.

– Я побеседовал с Биллом Харди. Он починил тормоза, так что ваша машина на ходу. Майкл повезет Мередит в автомастерскую, чтобы забрать машину. Мы предупредили Билла, что машину заберет другая девушка. Мередит заплатит за ремонт и поведет машину к вам домой, а Майкл поедет следом.

– На полпути мой пикап неожиданно сломается, и мне придется притормозить, чтобы проверить, что случилось, а Мередит поедет дальше. – Майкл кивнул. – Если Фини следит за нами, у него появится время перехватить ее.

– Только она не будет одна. С ней будем мы, – подхватил Хеллер.

– Возможно, он попытается вломиться в дом и застать вас врасплох. Но мы будем рядом, – заверил ее Траск.

– Я получу сигнал от Хеллера, как только он клюнет, – сказал Майкл, – и поеду к твоему дому в качестве подкрепления. Тем временем ты будешь сидеть здесь, за запертыми дверями, а охранная система моментально даст тебе знать, если к дому подойдет кто-то чужой. Я поставил приложение и на твой телефон, так что ты сразу увидишь, кто ходит возле твоего дома. Если почувствуешь угрозу, звони мне.

– Похоже, вы все предусмотрели, – заметила Чарли.

Майкл подошел к ней и взял ее руки в свои.

– Если хочешь, можешь отказаться.

Чарли покачала головой:

– Зачем мне отказываться? Ведь опасность мне не грозит.

Майкл сжал ее руки.

– Знаю, ты не любишь сидеть в стороне, но…

– Я не люблю сидеть в стороне? – Она состроила удивленную гримасу. – Майкл, я с детства обожаю сидеть в стороне. В этом я настоящий профессионал.

– Знаю-знаю, – тихо сказал он. – Но сейчас нужно, чтобы ты была в безопасности.

Чарли совсем не нравилось, что незнакомка, которую она впервые увидела несколько минут назад, будет рисковать своей жизнью вместо нее. Но Мередит Чендлер заверила ее, что она не новичок. Бывший агент ФБР, к тому же только что прошла переподготовку в «Академии Кэмпбелл-Коув». Она – настоящая находка для их задания.

– Ладно, – согласилась Чарли. – Давайте приступим. Я позвоню в избирательный штаб, попрошу мистера Бердена приехать ко мне домой через час. Если все пойдет так, как мы думаем, скоро все завертится.

Однако она не предвидела, что в избирательном штабе к телефону подойдет сам Рэндал Фини. У Чарли ненадолго перехватило горло, и он во второй раз сказал:

– Алло!

Она откашлялась.

– Говорит Чарли Уинтерс. Мистер Берден у себя?

На сей раз долго молчал Фини. Наконец он ответил:

– Нет, сегодня его не будет. Что ему передать?

– Я надеялась поговорить с ним лично. Более того, мне очень нужно повидаться с ним.

– Не знаю, какое у него на сегодня расписание, – нерешительно произнес Фини.

– Пожалуйста, постарайтесь связаться с ним. Дело срочное. Мне нужно поговорить с ним по поводу того, что случилось с Элис. Я еще кое-что вспомнила и хотела узнать его мнение о том, что со мной происходит в последнее время. Примерно через час я буду у себя дома и пробуду там до вечера. Мой адрес: Кэмпбелл-Коув, Сикамор-Роуд, 425. Пожалуйста, передайте ему, что дело важное.

– Хорошо, передам, если найду его.

– Спасибо. – Чарли нажала отбой. Руки у нее дрожали. – Подошел сам Фини!

– Превосходно! – воскликнул Трас к.

– Если мы правы относительно того, кто поставил жучок в пикап Майкла, именно так он за вами следит. Он будет ждать случая, когда можно будет отделить вас от Майкла. – Из небольшой спортивной сумки Хеллер извлек четыре головные гарнитуры и раздал их своей команде. – С их помощью можно общаться в том случае, если что-то пойдет не так.

– А мне тоже можно взять такую? – спросила Чарли.

Остальные непонимающе посмотрели на нее.

– Понятно… Мое дело – сидеть здесь и волноваться.

Майкл подошел к ней:

– Я вернусь к тебе, ты и оглянуться не успеешь. Я вернусь, Фини окажется за решеткой, а мы начнем выяснять, кто сидел за рулем той машины.

Она вздохнула, понимая, что он прав: здесь ей гораздо безопаснее, чем с Майклом и остальными. Траск и Хеллер вскоре ушли. Мередит отправилась в гостевую спальню надеть что-нибудь из вещей Чарли. Майкл и Чарли остались в гостиной одни.

Он подошел к камину, где стояла Чарли, и обхватил ее сзади.

– Все получится!

– Ты прав, – ответила она.

– Я быстро вернусь, ты и заскучать не успеешь.

Она обернулась и посмотрела на него:

– Возвращайся целым и невредимым! Слышишь?

– Слушаюсь, мэм!

Она обхватила его лицо ладонями:

– Записавшись на твой курс самообороны, я приняла лучшее решение в своей безумной жизни!

Он улыбнулся в ответ:

– Как только ты вошла в спортзал, я сразу понял: от тебя нельзя ждать ничего, кроме неприятностей. – Он поцеловал ее в кончик носа. – Так оно и оказалось. Но у меня слабость к неприятностям.

Вблизи кто-то откашлялся, и он тяжело вздохнул. Чарли высвободилась из его объятий и развернулась к Мередит. Та надела джинсы Чарли и одну из ее любимых футболок, ярко-зеленую. Рыжие волосы топорщились из-под синей бейсболки с логотипом Кентуккийского университета.

– Как по-вашему, сойду я за Чарли?

– Вполне, – ответил Майкл. – Вы готовы?

– Да.

Майкл повернулся к Чарли:

– Посмотри телевизор. Или почитай. Главное – постарайся не волноваться. Мы знаем, что делаем. – Он быстро поцеловал ее и кивком призвал Мередит следовать за ним, а сам направился к двери в гараж.

«Посмотри телевизор, – повторила про себя Чарли. – Почитай… Главное – постарайся не волноваться».

Как будто она сейчас способна что-нибудь делать!

Первая часть плана прошла как по маслу. Мередит заплатила за ремонт с кредитной карты Чарли. Заранее предупрежденный, Билл Харди принял платеж. Потом вручил им ключи от «тойоты» Чарли и помахал рукой.

Оставшись один в «форде», Майкл оставил сообщение о том, где он находится. Мередит в «тойоте» сделала то же самое.

– Фини начал действовать, – передал Траск. Они с Хеллером расположились у дома Чарли, спрятавшись на тот случай, если Фини решит проверить, нет ли засады.

– Откуда это известно? – спросил Майкл.

– Я посадил одного своего помощника ему на хвост.

– Могли бы и раньше сказать, – буркнул Майкл. – А если он заметит слежку?

– Не заметит. – Голос у Траска звучал уверенно.

Майкл подъехал к перекрестку Милл-Роуд и Олд-Мерсервиль-хайвэй. Вполне подходящее место для поломки.

«Тойота» впереди проехала перекресток. А Майкл притормозил у обочины, заехал в «карман» и включил аварийку. Подождал, пока мимо проедет несколько машин, вышел из пикапа, поднял капот, укрепил его.

– Я на углу Милл-Роуд и Олд-Мерсервильхайвэй, – негромко сообщил он в микрофон. Для случайных наблюдателей он как будто разговаривал по головной гарнитуре.

– Фини едет на серебристой «хонде-аккорд». Похоже, едет в твою сторону.

Притворившись, что проверяет воду в радиаторе, Майкл следил за немногочисленными проезжающими мимо машинами. Вскоре мимо действительно проехала серебристая «хонда». Он с трудом различил мужчину за рулем; ему показалось, что пассажиров в машине нет.

– Вижу его. Объект едет по Милл-Роуд. Будет на Сикамор-Роуд минуты через две.

– Я минуты на три впереди, – ответила Мередит. – Поворачиваю на дорожку у дома Чарли.

– Пора! – сказал Траск. – Стронг, вы знаете, что делать.

Майкл еще несколько секунд возился с радиатором, пока «хонда» Фини не скрылась из вида. Посмотрев на всякий случай через плечо, он закрыл капот и сел за руль. Выключил аварийку, завел пикап и снова выехал на дорогу.

Чарли в двадцатый раз посмотрела на часы над каминной полкой. Мередит уже наверняка у нее дома. Траск и Хеллер приехали туда на несколько минут раньше и залегли в засаде.

Ей остается только ждать, когда все закончится.

От трели мобильника она вздрогнула. Взяла трубку с кофейного столика, посмотрела на дисплей.

Знакомый номер! Сердце у нее забилось чаще.

– Алло!

– Шарлотта… давно мы с тобой не разговаривали. – За десять лет голос Дайаны Берден совсем не изменился. По-прежнему негромкий и теплый. Дружелюбный, но с оттенком настороженности.

– Миссис Берден! Я… не ждала вашего звонка.

– Знаю. Извини, что столько лет держалась на расстоянии. Я просто… трудно, когда тебе напоминают о смерти Элис.

– Мне тоже было трудно. – Чарли смахнула слезы, навернувшиеся на глаза. – Я тысячу раз собиралась позвонить вам и мистеру Бердену. И недавно в самом деле позвонила ему на работу. И сегодня тоже. – Она замолчала, вспомнив, почему звонила в последний раз.

– Крейга сейчас нет в городе. Он уехал в Луисвилл на встречу с избирателями. Я тоже должна была поехать, но… – Она замолчала, и какое-то время Чарли казалось, что ее собеседница прервала звонок.

– Миссис Берден!

Когда мать Элис заговорила снова, Чарли показалось, что она плачет.

– Прости, Шарлотта. Сама понимаешь… все так близко. А твой голос через столько лет пробудил много воспоминаний.

– Извините. – Слезы жгли Чарли глаза.

– Вряд ли сегодня у тебя найдется несколько минут, чтобы встретиться со мной, – сказала Дайана. – Может быть, тебе все же удастся ко мне заехать?

– Я… у меня нет машины.

– Давай тогда я к тебе приеду.

– Нет. Это тоже не годится. – Чарли подумала о Майкле и остальных. Возможно, сейчас, когда они с Дайаной беседуют, остальные рискуют жизнью. Майкл велел ей оставаться на месте. На карту поставлена ее безопасность.

– Я просто… чувствую себя такой одинокой. Крейг не понимает. Он, похоже, думает, что может все исправить, если победит и изменит законы, которые много лет назад могли спасти Элис. Но ее это не вернет. – Дайана беспомощно плакала. – Ничто не вернет ее! А я… мне нужно поговорить с кем-то, кто понимает. По-моему, ты меня понимаешь, ведь так, Шарлотта?

Чарли с трудом подавила рыдания.

– Хорошо. Приезжайте сюда. – Она продиктовала Дайане адрес. – Буду ждать.

– Спасибо, – тихо ответила Дайана. – Возможно, сейчас ты спасаешь мне жизнь. Я буду у тебя через несколько минут. – Она отключилась.

Чарли положила телефон на кофейный столик и села на диван, крепко сжав руки. Почти сразу после того, как она согласилась встретиться с Дайаной, она пожалела о своем решении. Наверное, Майкл придет в ярость из-за того, что она позволила Дайане Берден приехать к нему домой. Возможно, она и правда поступила как дура.

Но как она могла отказать матери Элис после стольких лет?

Она посмотрела на телефон – вдруг Майкл оставил ей сообщение, пока она беседовала с Дайаной. Но на автоответчике ничего не было.

Судя по часам над каминной полкой, прошло всего семь минут с тех пор, как она в последний раз смотрела на них. За окном сгущались сумерки. Небо заволокло тучами.

– Фини припарковал машину. Сигнал GPS не двигается две минуты, – послышался в гарнитуре голос Траска.

– Ты определил его местонахождение? – спросил Майкл.

– Где-то между этим местом и Милл-Роуд. Где ты находишься?

– Только что завернул на Сикамор. Буду следить за «хондой».

Он заметил машину в нескольких кварталах от Сикамор-Роуд; она стояла у обочины в полумиле от дома Чарли.

– Вижу «хонду», – сказал он в микрофон. – В полумиле от Сикамор. Никого нет. Должно быть, Фини идет пешком.

Он поставил пикап за «хондой» и вышел, на ходу вынимая из ножен на лодыжке нож. Заглянул в салон, убедился, что в нем никто не прячется, и проколол переднюю и заднюю покрышки «хонды» со стороны дороги.

– Машина выведена из строя, – произнес он в микрофон. – Фини еще не объявился?

– Пока нет, – ответил Хеллер. – Будь осторожен. Нельзя, чтобы он тебя заметил.

– Понял.

Майкл прошел насквозь через двор и направился в рощу за домами. Скрывшись за деревьями, он достал из рюкзака баллончик с камуфляжной краской и покрыл ею лицо.

Майкл немного беспокоился из-за того, что Чарли совсем одна у него дома, а на улице темнеет.

– Видим его, – загудел в ухе голос Траска. Майкл остановился и вгляделся в надежде заметить Рэндала Фини.

Вот он! Одет в темное и идет по роще примерно в сорока шагах от того места, где прячется Майкл.

– Пора! – прошептал он.

Глава 17

Поднялся ветер, закруживший сухую листву у ног Майкла. Он ближе подкрался к тому месту на опушке, где, пригнувшись, стоял Рэндал Фини. На какое-то мгновение Фини повернул голову в ту сторону, где прятался Майкл, и тот застыл на месте, затаив дыхание.

Потом, когда с неба упали первые крупные капли дождя, Фини бросился через задний двор и скрылся за углом дома. Он огляделся, проверяя, не следят ли за ним, открыл окошко в фундаменте, протиснулся в него и скрылся внутри.

Майкл негромко выругался. Надо было проверить весь дом и перекрыть все возможные точки доступа. Он убедился в том, что заперты все окна на верхнем этаже, а о подвале в маленьком доме даже не подумал. Почему он не спросил Чарли?

Многое нужно было сделать по-другому…

– Фини вошел через подвальное окно. Я даже не подумал проверить, заперто ли оно. Наверное, сейчас он входит через внутреннюю дверь. – Майкл по следам Фини направился к окошку и присел рядом, вслушиваясь.

Потом заглянул в подвал. В тесном пространстве было темно; мрак нарушали лишь тусклый свет из окна и узкий луч фонарика в нескольких шагах от него.

Фини съежился у стены рядом с чем-то, похожим на печку. Со спины не было видно, что он делает, но, судя по всему, он находился рядом с трубами.

Вдруг Фини встал и повернулся к окну.

Майкл поспешно отпрянул. Он прижался к стене.

Что-то вылетело из окна и ударилось о землю, покатившись по мокрой траве. Похоже на моток зеленой бечевки. Но это была не бечевка. Майкл понял, что понадобилось Рэндалу Фини в подвале.

Майкл подполз к зеленому мотку и сообщил в микрофон:

– Он перерезал газовую трубу в котельной под домом. Хочет устроить взрыв. Вылезайте!

События стали развиваться с бешеной скоростью. В окошке показались голова и плечи Фини – он вылезал. Майкл схватил моток зеленого фитиля и перерезал ножом конец, торчащий из окна. Одной рукой он бросил моток подальше, а нож направил в сторону Фини, застывшего в окошке.

– Двигайтесь очень осторожно, мистер Фини, – предупредил он, когда тот посмотрел на него огромными, испуганными глазами. – Вы только что поставили очень нехорошее взрывное устройство, не хочу, чтобы вы вместе с домом взлетели на воздух.

Из-за угла, пригнувшись, выбежал Хеллер, готовый к прыжку.

– Траск отключил газовый кран. Если никто не наделает глупостей, возможно, обойдется без жертв.

Траск тоже вышел из-за угла, за ним шла Мередит. Майкл подошел поближе к подвальному окошку и жестом подозвал Хеллера к себе. Они вдвоем вытащили Фини из окна и рывком поставили его на ноги.

– Мне нужен адвокат, – сказал Финн.

– Это можно устроить, – ответил Траск, прислонив Фини к стене дома. – Ноги шире, руки к стене!

Фини подчинился.

– Что в карманах? Шприцы, оружие есть?

– Зажигалка в переднем кармане. Телефон в заднем.

Траск достал из карманов Фини зажигалку и телефон, передал их Майклу, а сам обыскал пленника.

Неожиданно на ладони у Майкла завибрировал телефон. Он посмотрел на дисплей и прочел сообщение от абонента, помеченного буквой «Д». «Девчонки там нет. Беру все в свои руки».

С бешено бьющимся сердцем он подошел к Фини и приставил к его лицу телефон:

– «Д» – это кто?

Фини молча смотрел на него; уголки его губ дернулись в улыбке.

Майкл показал сообщение Траску.

– Мы знали, что у него, возможно, есть сообщник – тот, кто сидел за рулем машины, сбившей Элис.

Майкл послал ответное сообщение:

«Где ты сейчас?»

Ответа не последовало.

– Фини, черт побери, кто такой «Д»?

Фини по-прежнему улыбался.

Сигнализация сработала в тот миг, когда Чарли достала из сумки помаду. Она впервые лицом к лицу встретится с матерью Элис почти через десять лет. К такому событию стоит отнестись с уважением.

Она уже подошла к двери, когда вспомнила о приложении на своем телефоне. Поднеся телефон к лицу, она проверила запись с камеры.

Перед ее дверью стояла Дайана Берден. Чарли снова поразило то, как похожи были мать и дочь друг на друга.

Чарли сунула телефон в карман джинсов и отперла дверь.

В первое мгновение Дайана просто смотрела на нее через сетчатую дверь; взгляд ее голубых глаз был внимательным и вопросительным, как будто она пыталась прочитать, что у Чарли на душе. Неприятное ощущение заставило Чарли напряженно улыбнуться. Она распахнула дверь.

– Я так рада, что вы приехали. – Она сделала шаг назад, впуская Дайану.

Заперев за ними дверь, Чарли развернулась, чтобы посмотреть на мать Элис, мысленно репетируя то, что она собиралась сказать: «Мне так жаль»… И еще: «Я скучаю по Элис, как ненормальная».

Мысли о том, что ей следует сказать, настолько захватили девушку, что она не сразу поняла, что видит перед собой.

Дайана держала в холеной руке пистолет, целясь Чарли в сердце.

– Ты не могла оставить все как есть, верно? – спросила Дайана.

С упавшим сердцем Чарли медленно покачала головой:

– Нет. Не могла.

Вибрация на бедре ненадолго отвлекла внимание Майкла от улыбающегося Рэндала Фини. Его телефон послал сообщение, что сработала сигнализация по периметру его дома.

– Кто-то ходит у моего дома! – крикнул он Хеллеру, уже подбегая к пикапу.

Он включил приложение, проверил запись и с удивлением остановился, узнав рыжеволосую женщину в синем костюме, которая стояла на пороге его дома.

Что там забыла Дайана Берден?

Он набрал номер Чарли. Его сразу переключили на автоответчик.

Подбежавший Хеллер схватил Майкла за плечо:

– Что происходит, черт побери?

– У моего дома Дайана Берден! Чарли только что впустила ее.

На записи было видно, как Чарли впускает Дайану. Дверь закрылась, и через секунду запись закончилась.

– Дайана… – Голос у Хеллера внезапно сел.

«Д», – вдруг сообразил Майкл. Сердце у него бешено забилось. Он повернулся к Хеллеру:

– Дайана Берден. Вот кто сообщница Фини!

– И сейчас она в твоем доме с Чарли.

Майкл побежал, не дожидаясь, пока Хеллер закончит фразу.

– Знаете, я ведь ничего не помню. – Чарли пыталась сдержать дрожь, которая усиливалась всякий раз, когда она смотрела на пистолет в руках Дайаны. Большая черная дыра на конце ствола по-прежнему казалась огромной, и ствол по-прежнему был нацелен ей в сердце.

– Ты помнишь достаточно, – возразила Дайана. – Поэтому ты сегодня позвонила моему мужу?

– Вам сказал Фини?

– Он говорит мне все. – Дайана повернула ствол, обвела им гостиную. – Где ванная?

Вопрос застал Чарли врасплох.

– Вам нужно в ванную? Сейчас?!

Дайана расхохоталась:

– Нет. Нужно, чтобы туда пошла ты. Вперед!

Чарли медленно зашагала по коридору к двери ванной. Когда они проходили мимо открытого кабинета, она заметила, что на пороге сидит его высочество и с ненавистью смотрит голубыми глазами на Дайану Берден. Он оскалил зубы и зашипел.

Дайана повернула пистолет и прицелилась в кота. Хиззи не двигался с места и глухо рычал.

Только такого момента и ждала Чарли. Она с силой толкнула Дайану плечом в грудь. Та вскрикнула, попятилась, ударилась спиной о стену, головой о дверной косяк и упала.

Как только Дайана очутилась на полу, Чарли со всей силы наступила ей на запястье. Послышался тошнотворный хруст. Пистолет выпал из пальцев Дайаны, она взвыла от боли. Чарли отпихнула пистолет ногой и села на Дайану верхом, прижимая ее к полу обеими руками.

– В машине сидели вы! – закричала она. – Вы сбили Элис нарочно! Вы бросили ее умирать! А я-то думала, что сама во всем виновата! Как вы могли поступить так с родной дочерью?!

Дайана пыталась высвободиться, но из-за сломанного запястья не могла сбросить Чарли.

– Почему? – Чарли плакала; слезы жгли ей лицо. – Почему вы поступили так с Элис?

– Потому что она все знала! – взвизгнула Дайана. – Она знала и собиралась рассказать Крейгу о том, чем мы занимались!

Свет в здании из шлакоблоков за баром «Хедхантер»… Чарли все поняла. Голоса, которые она слышала, когда вышла в аллею, доносились оттуда. Из старого избирательного штаба Бердена.

– В ту ночь Элис следила за вами. Вот почему она уговорила меня пойти именно в тот бар. Она знала, что оттуда удобнее всего наблюдать за старым избирательным штабом. Она знала, что вы там с кем-то встречаетесь, пока мистера Бердена нет в городе?

Мгновение Дайана молча смотрела на девушку, а потом дернула бедрами, стараясь сбросить ее.

Чарли сильнее нажала на сломанное запястье, и Дайана закричала.

– Вы боялись, что она расскажет Крейгу о вас и все погубит. Конец политической карьере Крейга. Ваши мечты стать женой сенатора можно спустить в унитаз. А Фини потеряет уютную работку подхалима. Вы не могли этого допустить. Элис… – Голос у нее сел. – И вы пожертвовали дочерью, вашим единственным ребенком!

Она отвлеклась от мрачного взгляда Дайаны, услышав поворот ключа в замке. Дайана сделала последнюю попытку сбежать, ударив Чарли тыльной стороной здоровой руки в подбородок, отчего у Чарли запрокинулась голова.

Чарли чуть ослабила хватку, и Дайана с силой толкнула ее. Чарли ударилась о стену и с трудом выпрямилась, но Дайана уже метнулась на середину кухни к пистолету.

Чарли ударила Дайану по ногам, повалила ее на пол и выкрутила левую руку, которой Дайана схватилась за пистолет.

Сзади послышались тяжелые шаги.

– Чарли, она у меня на прицеле, – послышался низкий голос Майкла.

Она нагнулась и оттолкнула пистолет. Он заскользил по полу и замер под столом. Потом она отползла от Дайаны и, повернувшись, посмотрела на Майкла.

Тот внимательно оглядел Чарли, затем убрал в кобуру пистолет. Потом он нагнулся и рывком поставил Дайану Берден на ноги.

В коридор вошел Мэддокс Хеллер, тоже с пистолетом в руке. Он остановился, оглядывая сцену. Потом вздохнул и опустил руку с пистолетом.

– У вас тут все в порядке?

– У нас все хорошо. – Майкл снова посмотрел на Чарли. – Кстати, когда вернемся в академию, можешь вычеркнуть Чарли из списка группы по самообороне.

– Это еще почему? – Хеллер убрал пистолет в кобуру под курткой.

Майкл криво улыбнулся:

– Потому что экзамен она уже сдала.

– Фини почти все свалил на Дайану Берден, – сообщил Траск Майклу и Чарли несколько часов спустя. – Но мы поймали его на месте преступления, когда он пытался взорвать дом Чарли, так что сухим из воды он не выйдет.

– Он признался, что опоил Майкла? – спросила Чарли.

– По его словам, Дайана шантажировала его и заставила так поступить. Очевидно, он присваивал деньги из казны избирательной кампании Бердена и рассчитывал, что Дайана его прикроет. Но ей, видимо, хватило ума сделать так, чтобы, едва все станет известно, вся ответственность легла на него.

– Вы ему верите? – спросил Майкл.

– Да. По-моему, он понял, что правда – его единственная защита.

– Он сказал, зачем опоил меня? Что он собирался сделать?

Траск покосился на Чарли:

– По-моему, мы оба знаем, что он собирался сделать.

Чарли, стоявшая рядом с Майклом, вздрогнула. Он положил руку ей на плечо и притянул к себе.

– Откуда Дайана узнала, что Чарли у меня? Она ведь послала Фини к ней домой.

– Она пока молчит, зато Фини раскололся. По его словам, Дайана заподозрила, что мы за ним охотимся. Поэтому, когда Чарли вдруг позвонила и оставила сообщение со словами, что она кое-что вспомнила, Дайана решила, что, возможно, это ловушка. – Она позвонила тебе, быстро поняла, что ты не там, где тебе положено находиться, и вычислила, что ты одна.

– И сразу начала действовать, – вздохнула Чарли. – Подумать только, в детстве я мечтала, чтобы моя мать была такой, как миссис Берден!

Майкл крепче сжал ее плечи:

– Рад, что она не такая.

Чарли подняла взгляд на Арчера Траска:

– Мы уже закончили?

– Пока да. Возможно, скоро у меня появятся еще вопросы, но на сегодня все.

Шел холодный дождь, от земли поднимался туман. Майкл подвел Чарли к пикапу и помог забраться на пассажирское сиденье. Сев за руль, он включил печку.

– Так лучше?

Она робко улыбнулась:

– Я вроде не замерзла, но никак не могу перестать дрожать.

– Запоздалая реакция. Но у меня для этого есть один рецепт, – улыбнулся он.

– Вот как? Что за рецепт, доктор Стронг?

– Для начала – большая чашка горячего шоколада со взбитыми сливками. Потом – пылающий огонь и теплое одеяло, под которым поместятся двое…

– Я готова. – От ее улыбки у него внутри все начало плавиться. – Мы скоро туда доберемся?

Скандал с изменой, предательством и убийством в кругу богатых и знаменитых занимал местные СМИ целую неделю. Хиззи сняли швы. Страховая компания оплатила Чарли новую мебель и современную охранную сигнализацию. Мать Майкла вернулась домой, взяв с Майкла и Чарли слово, что те навестят ее на Рождество.

Майкл передвинул диван поближе к камину и отряхнул руки от пыли.

– Ну, теперь ты довольна? – спросил он у Чарли.

– Безумно! – Она подошла к нему и обняла его за талию.

Он широко улыбнулся и крепко обнял ее.

– Вот и хорошо. Я намерен и дальше поддерживать тебя в таком состоянии. Безумная Чарли – мой любимый вариант. – Нагнувшись, он поцеловал ее, скользнув языком по ее губам.

– Давай не будем спешить, – возразила она, мягко высвобождаясь из его объятий. – Нужно добавить еще кое-что для полноты картины.

Майкл тяжело вздохнул:

– Только не говори, что ты купила еще один диван!

Она слегка сжала его плечо:

– Нет, только вещицу, с помощью которой этот угол станет идеальным! – Она повела его в прихожую, куда спрятала свое последнее приобретение.

Майкл смотрел на елочку, прислоненную к окну.

– Дерево!

– Рождественская ель, – уточнила она и взяла корзину с елочными украшениями. Майкл ухватил дерево, и оба направились в гостиную. Они вместе установили елку в углу и накрыли подставку красной бархатной накидкой.

– Выглядит чудесно, – заявила она и счастливо вздохнула.

– Оказывается, ты любишь Рождество, – улыбнулся Майкл.

Неожиданно глаза у нее наполнились слезами. Она смахнула их, когда открыла корзину и достала оттуда серебристую гирлянду.

– Знаешь, раньше я не любила Рождество. Долго не любила, особенно после гибели Элис. Она ведь умерла за два дня до Рождества. Мне казалось, я никогда не смогу радоваться этому празднику…

Майкл взял у нее гирлянду и привлек Чарли к себе:

– Извини. Знаю, тебе нелегко, особенно сейчас.

Чарли прижалась головой к его груди. Она думала о страницах, которые написала об Элис, о той ночи. Настало время закрыть главу и написать что-то новое. Что-то более светлое. Полное надежды и смысла.

– Теперь я знаю, – сказала она. – Я знаю, что с ней случилось и почему. И мне так грустно. Но теперь я понимаю, что наконец могу все отпустить. Элис наверняка не хотела бы, чтобы я оплакивала ее вечно.

– Да, судя по твоему описанию, наверняка не хотела бы.

Чарли запрокинула голову и посмотрела на него.

– Ты бы ей понравился. Большой, сильный, крутой. Возможно, она попыталась бы отбить тебя у меня. Возможно, ей бы это удалось.

Он нагнулся и поцеловал ее в нос:

– Даже не думай, Чарли. У нее бы ничего не вышло.

– Неужели мы наконец говорим о нас с тобой, хотя оба боялись этого разговора? – спросила она, прижимаясь к нему.

– Да, наверное. Давай я начну. Чарли, я весь горю. Ты для меня все на свете. Я понял это с нашей первой встречи.

Она расплылась в улыбке:

– По твоим словам, я такая интересная!

– Ты в самом деле интересная. Женщины интереснее тебя я в жизни не встречал.

– И поэтому, – она похлопала его по спине, – ты создан для меня, Майкл Стронг. Ты, наверное, слеповат и туповат, так что мне всегда удастся поддерживать в тебе убеждение, что я – просто сказка. А еще ты – самый лучший, – добавила она, и глаза у нее заблестели. – Мужчина, который по какой-то странной причине в самом деле верит в меня.

Он нагнулся, чтобы еще раз поцеловать ее:

– Неизменно, Чарли. Неизменно!

Примечания

1

Американский детективный телесериал, рассказывающий о девочке-подростке Веронике, которая помогает в расследованиях своему отцу, частному детективу.

Content

Пола Грейвс
Сюрприз для богатой и знаменитой

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Примечания