Мартин Аратои

ТИНАР

Глава 1

Я с трудом разлепил тронутые пенкой веки. Солнечный свет, струился сквозь многочисленные щели ветхого сарая, что звался домом. Несколько раз непроизвольно моргнул, прикрывая глаза от назойливых лучей, и протестующе застонал. Послюнявил кончики пальцев, протёр глаза и провел по ушам. Воды, чтобы умыться внутри не было.

Солнце не отступит. Этот бой проигран и поспать пару лишних минут не выйдет. Признав поражение, я отбросил затертое до дыр одеяло в сторону, скатился с кучи тряпья, прикрывавшей пучок соломы, служившей постелью. Зябко вздрогнул, когда босые ступни коснулись земляного, утрамбованного до твердости камня, пола.

Когда-то этот дом знавал лучшие времена. Давным-давно, когда были живы родители.

Тяжело вздохнул, но быстро прогнал прочь дурные воспоминания.

Есть дела важнее воспоминаний. Здесь делать нечего, надо отправляться на поиски еды, а возможно и подработки. Направился к двери, затем оглядел лачугу, чтобы убедиться, что ничего не забыл. Хотя чего тут забывать? Но привычка, сильнее. Затем, оглядел окрестности, сквозь щели в двери и быстро вышел в грязный проулок. Прикрыв за собой дверь, завесил ее замызганной, некогда белой, тряпкой, такими помечали дома зараженных. Убивать их не убивали, но и близко не подходили. Я не хотел рисковать быть обнаруженным другим нищим или еще хуже — стражниками.

Чудь поодаль стояла бадья, куда стекала дождевая вода и я, зажмурившись, окунул в нее голову, окончательно проснувшись. Отряхнувшись как собака, натянул, прямо на мокрое тело, через голову драную рубаху, перепоясал ее обрывком веревки и сунул ноги в ботинки. Хотя это громко сказано — ботинки, скорее деревянная дощечка с выдолбленной, найденным гвоздем дыркой и разномастными шнурками.

Вода в бочке успокоилась, и я остановился, засмотревшись на свое отражение. Метр шестьдесят ростом, серые глаза, короткий ежик неровно подстриженных волос, цвета спелых каштановых орехов. Чуть впалые щеки, да заострившиеся черты лица — от жизни впроголодь. Правый глаз пересекал шрам, особенно заметный на загорелой до бронзоты коже. Я уже не помнил, то ли стражник, то ли знатный кто или коллега по несчастью меня им наградил.

Мал был. Постоять за себя не мог, а заступиться тогда уже было некому. Никто не любит сирот, в Норосе, тем более Обделенных.

Тем в ком нет ни задатков вёлуров, ни умений санкари. Хотя мне через пару недель семнадцать лет, а они, способности эти, у местных уже лет в пятнадцать проявиться должны. А потом считай, жизнь удалась, отучись и иди под теплое крыло одной из банд, на службу к аристократам или на Арене выступай. Смотря по способностям и специализации.

Вопросов нет, были и последыши, кто раскрывался и в шестнадцать, но не в семнадцать, так уж точно.

Я уже смирился, и перестал мечтать, о чем-то большом и великом. День прожить, да брюхо набить. Вот все что мне нужно. Хотя отец, да будет им с мамой, земля пухом, все уши прожужжал, что если у него не вышло, то у меня уж все сладится, и я унаследую его уникальную кровь.

С чего он так решил? Ну да, он был пришлецом, тем, кого изредка выкидывали иные миры. Но он ничего не мог и ничего умел. Ничего полезного. Только травить байки, о своей избранности, о том, что, такие как он, меняют ход истории, завоевывают целые континенты. Возможно. Где-то в его снах, его книгах, иных мирах, но не здесь. Тут у него даже способностей не прорезалось и это его терзало всю жизнь, а его россказней хватило лишь на то, чтоб увлечь матушку небылицами о новой и прекрасной жизни. Но она хоть что-то умела, и мы могли тянуть концы с концами.

Пока болезнь не забрала их, а на лечение у вёлуров не было денег.

Да, что за день такой? Лезут и лезут в голову треклятые думы. Я презрительно сплюнул под ноги и отошел от бадьи.

Может в верхний город пробраться? Глядишь, и подаст какая дамочка монетку, хватит чего съестного прикупить.

От одной мысли о свежей пище, в отличие от полусгнившего мусора, к которому я привык, кислое настроение мгновенно испарилось, а в животе одобрительно заурчало.

Кивнув собственным мыслям, я, не переставая оглядываться, перебираясь грязными переулками вышел на широкую улицу и смешался с толпой. Я старался держаться тени домов, чтобы никого не толкнуть, не наступить на ногу, меньше всего на свете хотелось привлечь чье-то внимание. Хорошо если просто прогонят, а могут побить, смеха ради или вызвать стражу.

Пробираясь к центру, я глянул на небо, чтоб понять, который час. По всему выходило, что едва за полдень. Норм. До сумерек можно тут потолкаться, а потом буду обратно в нору пробираться.

Я ускорил шаг и случайно толкнул пару прохожих, но, к счастью, обошлось, никто не обратил на это внимания. Облегченно выдохнул и двинулся дальше.

Замер, когда натолкнулся на усадьбу графа Мэлбара, первого заместителя Владетеля, градоначальника Нороса.

Убить меня прилюдно его охранники не могут. Таков закон, но это не оградит мою шкуру от побоев. А это совсем не то, чего бы мне хотелось отведать в данную минуту. Потому я перешел на противоположную сторону улицы и притаился в тени кипарисов, что росли вдоль дороги. Обдумывая, стоит ли побродить еще или идти на Толкучку в поисках работы, поскольку милостыню подать никто желанием не горел.

Да и стыдно. Сам я ее не клянчил, но когда подавали монетку-другую, принимал, не отказывал.

С моего места просматривался внутренний двор усадьбы графа: садовые растения и цветы, дорожки, усыпанные мелким гравием, пруды с красными, синими и желтыми карпами. Цвета их Дома. Фонтаны и ажурные беседки завершали пейзаж.

Невольно я залюбовался на подобную, чуждую моей повседневной жизни красоту и не заметил, как на меня с той стороны уставилась миловидная барышня.

Моя ровесница и единственная дочь графа, Адель. Я пару раз видел ее, когда она вместе с отцом участвовала в праздновании дня города и кидала медяки в толпу.

— Эй, ты! Да ты! Оборванец! Поди сюда! — властно крикнула она.

Я оглянулся, убедившись, что слова ее обращены ко мне и неспешно приблизился. Я ей не пес шелудивый, чтобы рваться с места по первому крику. Разве что покормит? Но и это не стоит самоуважения.

Девушка дожидалась, скрестив руки на груди и хмурясь.

— Ты не очень-то спешил, — чеканя слова, произнесла она, — как твое имя?

— Тинар, госпожа, — стесняясь своего внешнего вида, и стараясь быть вежливым, промямлил я.

— Ты голоден? — снова этот высокомерный тон и спесиво изогнутые губы.

— Не отказался бы от пары пирожков, госпожа, — тая надежду стать сытым, быстро проговорил я.

— Ты не выглядишь больным и увечным, чтобы просить милостыню. Я дам тебе еды. Если докажешь, что достоин.

— Я не прошу милостыню. И как мне это сделать, госпожа?

— Очень просто, перелезь через забор. Я буду ждать тебя вон в той беседке. Той, что поросла виноградом. Даю тебе три минуты.

Указав рукой в белоснежной кружевной перчатке, девушка отвернулась и пошла в сторону беседки.

Я вернулся на свою сторону и присел в тени, разговор наш длился около минуты и мимо прошел патруль стражников. Надо считать. Дождался когда появятся очередные стражники, и начал отсчет. Дошел до тридцати, и появились следующие. Лишь они скрылись из виду, как я стремглав кинулся вперед, мысленно считая.

Успел на последних секундах, чудом удержав сандалии на ногах, наконечники копий очередного патруля показались из-за угла, когда я, перемахнув через забор, скрылся в кустарнике. Я затаил дыхание, несмотря на колотящееся сердце, когда стражники проходили мимо. Как только они скрылись из виду, я шумно выдохнул, радуясь, что меня не схватили и ринулся к беседке.

— И снова ты не спешил, — промолвила Адель, когда я запыхавшийся со свистом вдыхая воздух, появился в беседке, — но твой забег был забавен.

Она едва различимо пару раз прикоснулась ладошками, обозначив хлопки, и перевернула песочные часы, что стояли возле нее.

— Прошу… меня… простить… госпожа, — хрипя, пытаясь отдышаться, ответил ей.

Я задыхался, каждое слово застревало в горле, вырываясь между вздохами, когда пытался замедлить сердцебиение. Нелегко бегать натощак. Меня слегка повело в сторону, и я ухватился за искусно вырезанный столб, чтобы не упасть.

— Можешь утолить жажду.

Благодарно кивнул и одним глотком осушил стакан воды, что наполнил из маленького фонтанчика, что бил в середине беседки.

Я успокоил дыхание и огляделся, заприметив корзинку, накрытую салфеткой. Ага. Так вот значит где моя награда за забег.

Девушка проследила за моим взглядом и чуть потеплевшим голосом проговорила:

— Ешь, Тинар.

— Благодарю, госпожа, — прошел мимо нее и сел на лавочку, придвинув к себе корзину со снедью поближе.

— Ты что, собрался, есть прямо здесь? — не успел я даже снять салфетку, как меня осек ее окрик, — хотя продолжай, я ни разу не видела, как едят бедняки.

Ну что же, я тебя не разочарую. Родители привили мне манеры. Но этой высокомерной дурехе хочется развлечений и забав.

Я схватил буханку хлеба, разорвал ее на части и стал жадно есть, запихивая в рот огромные куски. Глотая один за другим, практически не жуя.

Адель смотрела, как я ем, со смесью отвращения и восхищения.

— Это очень грубо, так есть в моем присутствии.

— Можешь уйти, — рот все еще был полон еды, поэтому слова вырвались невнятно, и я случайно обрызгал ее хлебными крошками.

— Хам.

Я не ответил, отыскал ножку курицы и принялся ее обгладывать. Изредка утирая рот тыльной стороной ладони, когда жир грозил капнуть вниз.

— Тинар, а тебе нравится, как я выгляжу?

Вопрос застал меня врасплох, и я поперхнулся. Она может помолчать и дать мне поесть? Но вслух, как только прокашлялся, я сказал другое:

— Вы восхитительны, госпожа.

— Прости, что не похлопала тебя по спине. Я видела, так иногда делают слуги в такой ситуации, но ты грязный и пахнешь, может быть даже заразный.

— Ничего страшного, госпожа.

Она застенчиво улыбнулась, и я улучил момент разглядеть ее. Бледное тонкое лицо, голубые глаза и высокие скулы. Длинные темно русые волосы, заплетены в тугую косу, что ниспадает на спину. Чуть припухлые губы тронуты неяркой помадой, а темно-синее платье облегает прекрасную фигуру.

— Тинар, а ты вёлур или санкари?

— Ни тот, ни другой, госпожа.

Адель присела на лавочку и глубоко вздохнула:

— Разве так бывает?

Я лишь пожал плечами, но ей, по-видимому, собеседник и не особо нужен:

— Хотя о чем это я, среди людей твоей касты и крестьян, такое наверняка часто встречается. Но мы пока с наставником это подробно не изучали. А ты первый из своего сословия с кем я решилась заговорить. Сама не знаю, что на меня нашло.

Значит она одна из них, вот только кто? Спросить или помолчать, и она сама ответит? Промелькнули в голове мысли. Адель не разочаровала:

— А я вёлур. Мне было четырнадцать, как раз гуляла по саду неподалеку отсюда, когда это случилось. Закружилась голова, я подумала, что перегрелась на солнце, но затем головокружение перешло в боль, и я потеряла сознание. Проснувшись, почувствовала себя восхитительно. Мир заиграл всеми гранями, словно завеса с глаз спала.

Четырнадцать! На год раньше, чем большинство остальных о ком я слышал. Она должно быть довольно сильна и искусна для своего возраста. Если упражняется.

Девушка замолчала, заново переживая прошедшие события, я же замер с куриной косточкой на полпути ко рту, размышляя об уровне ее силы.

— Ну ты и урод, сам спросил и не слушаешь! — гневно вскидывая руки и краснея накинулась она на меня с обвинениями.

— Во-первых, госпожа, я вас не просил. А во-вторых, я могу и есть и слушать, — спокойно возразил ей, попутно отмечая, что румянец ее красит.

— Да? Возможно. Я тоже кое-что умею, и позволь, покажу тебе, — приторно-сладким тоном парировала она.

Тон этот не предвещал ничего хорошего, и я напрягся, оглядываясь и ожидая пакости от этой вредной девчонки.

— Как я уже, говорила, Тинар, ты грязен и вонюч. Но я помогу тебе.

С этими словами стебли винограда опутали мои лодыжки и кисти рук, а пока я пытался освободиться, она схватила кувшин с водой и облила меня с ног до головы.

Второе омовение за день не входило в мои планы, и я, отряхнувшись, уже собрался обрушиться на нее с гневной отповедью, как мы услышали голоса стражников.

— Он здесь! — во весь голос крикнула она, стремглав выбежав из беседки и указывая на меня рукой, — ты ответишь за свое неподобающее поведение! Сейчас стража задаст тебе!

Жаль доесть или корзинку прихватить не успел. И взбучку попробовать задать этой взбалмошной девчонке. Но стражники наступали мне на пятки, потому я, разорвав путы, чудом перемахнув через забор и разминувшись с очередным патрулем, помчался проулками, петляя как заяц.

Я слышал окрики позади, лязг доспехов, но лишь сильнее напрягал ноги, стараясь уйти как можно дальше от преследователей. С полным животом бежать было тяжело, начало колоть в боку, кружиться голова, но я упорно мчался вперед. Изрядно поплутав, вернулся на центральную улицу и, притормозив, смешался с толпой.

Головная боль нарастала, дышать становилось все тяжелее. С улыбкой заметил, как выскочившие стражники беспомощно озираются, пытаясь найти меня.

Пройдя еще с сотню метров я свернул на боковую улочку, пробираясь ближе к дому. Надо отлежаться, перетерпеть боль. Далеко уйти не удалось, очередной приступ накрыл меня. Я споткнулся, почти упав на землю, но устоял и продолжил неуклюже ковылять к дому.

Внутренний жар объял все тело. Надо присесть, отдохнуть, отдышаться. Я сполз под стену дома, о которую опирался. Тело выгнуло судорогой, я завалился на бок, корчась в агонии, пытаясь вдохнуть. Затем потерял сознание.

Адель отравила, было последним, о чем я успел подумать.

Глава 2

Очухался я в темноте и поначалу забился в панике, думая, что ко всему еще и ослеп, но быстро пришел в себя, успокоился. Вздрогнув, резко сел и на грани чувств осознал, что мир неумолимо изменился. Я прижался спиной, к забору и тут же одернул себя. Рубаха, взмокшая от пота, неприятно захолодела от остывшей стены. Надо идти домой, если я не хочу простыть и заболеть. Ночи холодны. Это большая удача, что никто не обнаружил меня в этом загаженном проулке. Поживиться у меня не чем, но мало ли.

До дома добрел как в тумане, мысли путались, воспоминания о последних часах перед потерей сознания ни как не удавалось воссоединить в четкую картину. Испив воды из бочки, в которой утром умывался я вошел в свою халупу и рухнул на тюфяк.

Боги! Казалось, я покинул ее вечность назад!

Постепенно память и силы вернулись. Память о событиях дня и настигшей меня боли. Но сейчас я ее не чувствовал. Напротив, все ощущалось по-новому, легко. Я давненько не чувствовал себя столь превосходно. Разум был ясным, тело сильным, и я ни капельки не был голоден. Что-то здесь неладно. Так не должно быть.

А может? Я вспомнил рассказ Адель об инициации. Догадка пронзила меня. Да, не, бред какой-то отмахнулся я от мысли, что мои способности пробудились.

Как-то да должны они проявиться?

К сожалению, девушка про это ничего не рассказала, а сам я не имел ни малейшего понятия. Все те крохи, что я слышал о вёлурах и санкари, это домыслы, слухи и обрывки разговоров. Мама рано ушла из жизни, да и не знала она особо ничего. Нигде не училась, да и дар был слабый.

Нет, знания не были прерогативой избранных, но и широкой огласке не предавались. Все о чем я был осведомлен, это то, что у человека могут быть способности кого-то одного. Одна способность, иногда две, в исключительных случаях три и больше. Изредка рождались люди с задатками и вёлуров и санкари, но это были герои древних легенд и сказок. Если и были такие в наши дни, то я о них ничего не слышал.

Наш Мир — Исарий разделен между санкари, вёлурами, каждый из которых обладает уникальным даром. Способности санкари позволяют им лучше сражаться в ближнем бою, в то время как вёлурам, — в дальнем.

Это очень грубо и приближено, и наверняка не совсем соответствует действительности. Но это, то немногое, что я слышал. Для больших знаний надо посещать Академию, которой нет в нашем городишке, или искать наставника.

Способностей большое разнообразие, некоторые из них безобидны, другие убийственно смертоносны. Все санкари и вёлуры начинают с первого ранга и могут увеличить его увеличить. Есть ли предел роста, я не знал.

Есть и нулевки — это обычные люди без способностей.

Обделенные. В основном это люди низших каст, нет, и среди них бывает исключение, но их способности чаще всего слабы или малопригодны.

А есть еще Зараженные, те, чей дар обернулся проклятием, свел с ума и принес ужасы. Их старались изолировать или истребить.

Собирая энергию или вару из окружающего мира, убивая врагов, санкари и вёлуры могут повысить свой ранг.

Я зажмурился.

Если я действительно обрел дар, то безумно хотел бы возвыситься, получить больше власти. Доказать что я, — Тинар Марто, не отброс с окраины Нороса, достойный лишь пинка и тухлой снеди, а лучший из лучших. Для этого мне нужно многое узнать, многому научиться. И наверняка смести с пути немало преград.

Я сделаю. Я добьюсь. Во имя памяти об отце и матери. Во имя семьи.

Но пока я слаб и беспомощен и у меня куча вопросов.

Как узнать какой дар я обрел и обрел ли? Как я должен собирать энергию из окружающего мира? Я глубоко вздохнул и откинулся на подушку.

Едва мог сдержать свое волнение. Всю жизнь я прожил, перенося насмешки и побои, сначала из-за отца, потом так как сам был обделен, а теперь у меня, возможно, есть способности.

Только вот какие? Способ узнать — только один! Надо пробовать, с этой мыслью я вышел на улицу. Единственное, я помнил, что следует сосредоточиться и почувствовать энергию.

Сконцентрировался, попробовал ощутить внутренние токи силы. Там, где сердце, словно замерла и вращалась сфера иссиня-черного цвета. Может, так выглядит вару? Я слышал, так называли не только саму энергию, но и внутренний источник, где она накапливалась.

Мысленно потянулся к нему. Голову пронзила вспышка боли. Я, не выдержав, рухнул на колени, почувствовал, как из носа тонкой струйкой стекает кровь марая и без того не особо чистую рубаху.

Оттиск и Кулак. Я теперь четко знал, какие получил способности и кто я.

Санкари.

Но чувствовалась какая-то неправильность, будто я что-то не разглядел. Не делая попытки подняться, я снова обратил внутренний взор на источник. Да, есть, есть и третий навык, но он никак не определялся. Чем упорнее я пытался понять что это, тем хуже мне становилось. В конце концов, я хрипя повалился на землю, харкая кровью.

К демонам! У меня и так целых две способности. Потрясающе! Прощай жизнь впроголодь, обноски, дырявая крыша над головой! А с этим навыком я разберусь позже.

Я с трудом поднялся и не будь столь опустошен, то пустился бы в пляс. Названия, тех навыков, что определились, мне ни о чем не говорили. Как узнать, что это и как пользоваться?

Подошел к стене и, что есть силы, ударил и тут же принялся трясти ушибленной рукой.

Попробовал сконцентрироваться на навыке, подумать о нем и ощутил легкое подрагивание воздуха, снова удар в стену и ничего. Да что такое. С досады отошел и замахнулся на висящий на заборе глиняный кувшин.

Послышался шум несущегося воздуха, и кувшин разбился, а я уставился на свои руки.

Отошел подальше, сконцентрировался, и нанес серию ударов, находясь в паре шагов от забора. Вращающийся конденсированный воздух разорвал кирпич и раствор в клочья. Быстро отпустив руки, я с благоговением уставился на зияющую дыру, которую только что проделал. Так вот что делает кулак.

Так, а оттиск? Надо вернуться в дом и потренироваться там, чтобы не привлекать излишнего внимания.

Часть ночи пролетела за экспериментами. Теперь я знал, что из себя представляют обретенные способности.

Оттиск, это не что иное, как умение сжимать с невероятной силой. Я способен сдавить или сжать, или надавить настолько сильно, что могу оставить оттиск своих пальцев или руки на очень твердой поверхности, вплоть до крепкой стали, такой конечно у меня в распоряжении не было, но кирпич в руке просто раскрошился, не причинив вреда.

Я решил, что могу использовать Оттиск в качестве угрозы, или, например, для выдавливания опор на гладких поверхностях при лазанье.

Кулак же позволял бить через расстояние. Пока я вычислил, что моя ударная дистанция около трех метров. С помощью этого умения я мог или пренебрежительно отбросить врага прочь или, приложив чуть больше усилий, отправить его в полет мощным ударом.

Путем экспериментов, я выяснил, что Кулак можно использовать и как непосредственно атаку, и в сочетании с атакой холодным оружием, хотя легче сосредоточиться, если умение используется отдельно. При атаке с холодным оружием нужно, чтоб оружие соприкасалось с врагом.

Вместо оружия у меня выступала обычная вилка, что осталась от родителей, а врагом бывшая постель — солома, закутанная в одеяло.

Хижина теперь мало напоминала жилье человека. Все уничтожено и разрушено, надо менять пристанище.

Хорошо, что соседей поблизости практически нет, а те, что есть, привыкли и не к такому шуму, иначе меня бы давно волокли по улицам стражники.

О хибаре я не жалел легко найду новую, тут полно заброшенных, а как найду работу, так можно будет и в нормальный дом перебраться или в гостинице номер снять. Теперь, когда у меня два умения это не будет проблемой.

Надо только приложить много усилий, чтобы улучшить способности и повысить свой ранг. К сожалению, я был жалкой единичкой и энергии хватало на пару мощных ударов или на пяток послабее, а оттиском я мог пользоваться около полуминуты.

Без раздумий вышел из дома уже не заботясь о маскировке и чуть ли не в припрыжку, насвистывая фривольные песни, направился в Верхний город. Когда спереди замаячил силуэт, попробовал развернуться, но дорогу позади преградил еще один.

Я грязно выругался, узнав двух личных охранников графа Мэлбара, Сарга и Бастэра. Недавно им наняты. Чем они промышляли до этого, никто не знал в нашем захолустном городишке, но явно чем-то противозаконным. Эта не та пара людей, с которой я предпочел бы столкнуться в темном переулке.

Да и без формы они сегодня. Что бы это не значило.

— Кто это тут у нас шастает? — глумливо лыбясь, спросил Сарг.

Жирный боров. Наверняка владеет какой-то убийственной способностью, иначе такого граф бы к себе не приблизил.

— А мы тебя уж обыскались, мелкий паскудник. Бастэр, подтверди! — бросил стражник, поворачиваясь к своему спутнику.

Тот утвердительно кивнул. Полная противоположность Сарга. Высок, нескладно худ с впалыми щеками. Скелет оживший, да и только. Я слышал, вёлуры на островах могли поднимать таких.

— Нашли и что дальше? Поговорить пришли?

— Графу доложили, что ты околачивался в поместье и даже посмел говорить с его дочерью. Он недоволен и просил наказать тебя. Так, чтобы ты не помышлял о подобном впредь, — скаля щербатые зубы, потянул из-за пояса нож Сарг.

Кровь застыла в жилах, когда я увидел, отблески лунного света на лезвии. Простым «я так больше не буду, не отделаться». Головоломка разгадана. У графа рыльце в пушку и он нанял этих двоих для решения скользких вопросов. Только неужели этот выродок ставит на одну доску жизнь и то, что я просто перелез через забор. И что ему сказала Адель?

Мысли пролетали в голове одна за другой, но я на удивление оставался спокоен. Пробуждение изменило меня.

Я стиснул зубы и приготовился к схватке, зная, что у меня есть преимущество. Они ожидали убить безоружного и беззащитного сопляка. Но они понятия не имели, что у меня есть способности и подошли к делу спустя рукава.

Убийцы не торопились, явно получая удовольствие от момента, чувствуя свое превосходство, хотели поиграть со мной, как кот играет с мышкой, прежде чем расправиться с ней одним безжалостным ударом.

Я же воспользовался моментом, чтобы оценить их. Судя по внешности, Бастэр вёлур, а Сарг, скорее всего, санкари. Значит, первым надо вырубать худого, поскольку он на расстоянии от меня.

— Не усложняй, малой. Просто стой и не двигайся. Ты и глазом не успеешь моргнуть, как все закончится! — с этими словами Сарг бросился ко мне, держа нож наготове, но я уже начал двигаться.

Упал на спину, перекатился и вскочив прыгнул к Бастэру. Кулак, с половинным запасом энергии, и он, взвыв от боли, с громким хрустом черепа бьется о стену. Я почувствовал прилив вару, когда его безжизненное тело упало на землю.

Затем я стремительно развернулся к Саргу, не хватало еще замешкаться и получить ножом в спину.

Сарг стоял ошеломленный и хотел что-то сказать, когда я одной рукой перехватил его руку с ножом, задействовав оттиск. А второй кулаком ударил его по лицу. Рука с ножом подломилась под моими пальцами, и он выпустил нож, а вот удар, на который практически не оставалось энергии, не принес результата.

Его толстые щеки лишь колыхнулись.

Сарг отшвырнул меня как куклу, а сам отступил на пару шагов назад. Я неудачно приземлился и рассек лоб, тут же начала капать кровь.

— Вижу, сопляк, ты обрел способности, — сказал Сарг, сближаясь и разминая пальцы, — жаль, тебе не удастся их развить. Ты жалкая единичка, — его голос завибрировал, когда его кулаки стали светиться оранжевым светом, — толстяк уже маниакально хохотал, предвкушая скорую расправу, — знаешь что, ублюдок? Я третьего ранга, моя конституция намного выше, чем способна пробить твоя жалкая сила!

Он бросился вперед, нанося дикий удар, которого я едва успел избежать. Кулак Саргаа врезался в стену, и я сглотнул, когда твердый камень раскололся от удара. Санкари полагались на силу, чтобы нанести урон своим противникам, и если я не разделаюсь с ним раньше, то это только вопрос времени, когда он меня поймает и прикончит.

Вару восполняется слишком медленно, и я не успею контратаковать.

Я не заметил, как Сарг загнал меня в угол. Похоже, у этого жирного борова мозгов куда больше, чем я предполагал. Губы Сарга скривились в мерзкой усмешке, когда тот занес кулак, чтобы нанести последний удар. Я не в силах увернуться, инстинктивно вскинул руки в защитном жесте и, морщась от боли, подставил под удар левое плечо. Затем правая рука рванулась вперед, подловив самоуверенного Сарга сильным ударом по ребрам. Но эффекта, без кулака, это не принесло. Противник даже не поморщился.

Сарг наслаждался, он упивался собственной силой и безнаказанностью. А я стоял опустошенный, чувствуя, как по лицу стекает кровь и тяжелые капли срываются вниз. Рук уже практически не ощущаю, они отбиты. И если бы не дарованная повышенная выносливость санкари лежать бы мне уже в луже крови.

Еще удар толстяка, и я успеваю только выставить ладонь. Воздух густеет, и свечение вокруг рук толстяка гаснет. Пока он непонимающе уставился на свои ладони, я ощутил, как наполнился мой источник и, не мешкая, нанес удар кулаком, опустошая вару до половины.

На этот раз, однако, Сарг не мог просто отмахнуться. Раздался громкий треск, когда кулак попал в цель, и пухлый охранник, задыхаясь от боли, отшатнулся, схватившись за бок. Сарг заскулил как побитая собачонка, когда я медленно подошел к нему, желая добить.

Жизнь на улице приучила к жестокости. Если его сейчас отпустить, то граф в следующий раз не допустит ошибки, и пришлет за мной сильный отряд. И если его оскорбило то, что я просто был в саду и говорил с дочерью, то убийство доверенных лиц точно не приведет ни к чему хорошему.

— Тинар, дружище, мы вовсе не собирались тебя убивать, мы просто пошутили, — попытался оправдаться Сарг. Я остановился в метре от мужчины и вопросительно поднял бровь.

— Неужели? — спросил я ровным голосом, — ты не пытался меня прикончить?

— Нет, вовсе нет! Мы просто хотели немного побить тебя, но потом бы отпустили. Честно.

И дураку было понятно, что жирный просто морочит мне голову. Он думал, я не заметил, как он слегка сменил позу, готовясь к атаке. Руки Сарга вновь покрылись свечением, взметнулись в попытке схватить меня, я сместился в сторону отбив их вбок. Свечение снова погасло, а источник заполнился до конца.

— Мелкий дебил, естественно мы хотели убить тебя! Надо было бежать, когда была возможность! — успел он выкрикнуть, еще не понимая, что обречен.

Кулак, наполненный энергией под завязку, пробил дыру прямо в его груди. Сарг в ужасе таращился вниз, когда я вырвал руку, оставив зияющую дыру там, где раньше билось его сердце. Он сделал шаг вперед, протягивая руку ко мне, но тут же рухнул лицом в лужу растекающейся крови.

Я ощутил небывалый прилив силы, когда противник умер. Я почувствовал, как по всему телу пробежала дрожь, смывая усталость. Я чувствовал себя сильнее и здоровее, чем раньше, и уверен, что только что повысил свой ранг.

Осталось разобраться, отчего я смог поглотить энергию Сарга. Не чем иным наполнение своего источника от срыва его атаки я не мог назвать. И почему эта способность заработала только в критической ситуации? Может это третий навык, тот, что не определился? Пожалуй, инициацию надо проводить под чьим-то присмотром, а не как я, нахрапом. А может это навык вёлуров, а я пробудился как санкари?

Не знаю. Тысячи вопросов и ни одного ответа. Я решил назвать эту способность поглощением и держать ее до поры до времени в тайне от всех.

Я заметил, что чем чаще я пользовался кулаком, тем сильнее становилась атака и быстрее отклик, росло и расстояние. Также заметил, что за убийство Сарга я получил больше энергии. Значило ли это то, что он был выше Бастэра по рангу, или был санкари или из-за того, что я разрушил его вару, вырвав сердце. Я не знал. А может я получил энергию, только когда оба противника были повержены? В суматохе боя я не запомнил, принесла ли мне смерть Бастэра желанную энергию.

Будет время подумать об этом. Я оглядел залитый кровью переулок. Я только что убил двоих, но, как ни странно, ничего не почувствовал. Я стряхнул с себя задумчивость. Сейчас не время стоять на месте. Даже если никто не слышал драки, я явно не в безопасности, оставаясь в городе, если граф Мэлбар послал этих людей убить меня.

Я должен уйти. Быстро наклонился к телу Сарга. После недолгих поисков вернулся с окровавленным кошельком. Перейдя к Бастэру, я нашел такой же увесистый мешочек. Быстро заглянув внутрь, я с радостью увидел блеск золота, а не тусклой меди или серебра.

Я не мог не отметить, что они оба необычайно тяжелы. Вероятно, аванс от этого ублюдка графа. Мрачная улыбка тронула мои губы, когда я подумал о самодовольном графе, сидящем в своем роскошном особняке и ожидающем известий о моей смерти. Я встал, отряхнул брюки и сморщил нос от гнилостной вони, исходившей от двух тел.

Бросив последний взгляд на охранников, я повернулся и выбежал из переулка, через пару кварталов перейдя на шаг. Сейчас, безопаснее идти пешком. Ночь была ясная, и я не хотел, чтобы стражники заметили бегущего подростка в окровавленных лохмотьях. Мне нужно найти сменную одежду и умыться.

Поначалу я хотел уехать из города немедленно, даже не задержавшись в своей лачуге, чтобы собрать свои немногочисленные пожитки, а одежду украсть или купить по дороге.

После нескольких минут я решил попрощаться с Адель.

Девчонка мне кое-что задолжала.

Глава 3

В конце концов, она, возможно, замешана в этой заварухе и заслуживала достойного прощания. Приблизившись к площади, где располагалась усадьба графа, я замедлил шаг и примкнул к кипарисам.

Действовал предельно осторожно, чтобы не привлечь внимания. Внешний патруль ночью ходил также с полуминутным интервалом. Дождавшись «окна» я перемахнул через стену и, перебегая от укрытия к укрытию, побежал в ту сторону, где, как я предполагал, находилась комната Адель.

Удача улыбнулась мне, ни охраны, ни собак не попалось, а спустя несколько минут блужданий, я разглядел фигуру девушки, она как раз открывала окно, пуская в комнату ночную прохладу.

Жаль, я думал, она будет спать и тогда смогу застать ее врасплох. Зато теперь не нужно плутать в поисках ее комнаты, рискуя натолкнуться на стражу.

Так. А зачем я вообще сюда поперся? Теперь, когда цель близка, а первоначальный жгучий порыв наказать ее, пропал, я не понимал, чего хочу от нее? Убить? Поговорить? Посмотреть в глаза?

А! Была, не была, увижусь, а там решу. С помощью оттиска я легко вскарабкался на второй этаж и бесцеремонно постучал по ставням. Отец учил меня быть вежливым. Не дождавшись ответа, я перелез через раму и отшатнулся, натолкнувшись на Адель, одетую в прозрачную сорочку.

Плетистая роза, что вилась вдоль стены, внезапно выпростала колючие плети и обвила мои лодыжки, больно вонзаясь шипами. Не устояв на ногах, я с грохотом рухнул на пол, с трудом сдерживая себя, чтобы не развеять путы поглощением. Делиться секретом я пока не готов.

— Адель, прекрати! Это я! — быстро и вместе с тем негромко, проговорил я, пока меня не вышвырнуло в окно, а девушка не крикнула охрану. Я так перепугался, что даже забыл добавить «госпожа».

— Тинар? — голос у нее был тихий, словно она плакала.

Ветви опали, и я, поднявшись и подойдя ближе к девушке, увидел, что глаза у нее впрямь опухли и покраснели.

— Что случилось? — против воли вырвалось у меня.

Внезапно она бросилась вперед, обняла меня и зарыдала, уткнувшись в мое плечо. Я ожидал чего угодно, но не такого. Благородная, что днем боялась прикоснуться ко мне и глумливо смеялась, науськивая стражу, сейчас плачет, не стесняясь своей едва прикрытой наготы!?

— Ох, это безумная ночь! Папа сказал, что ты осквернил наш дом одним своим присутствием и он примет меры, чтобы избавиться от тебя навсегда! Чтобы весть о расправе над тобой разошлась по городу и никто не мыслил приблизиться к нашим владениям и тем более ко мне. Мне не положено общаться со смердами.

Я стоял, неловко похлопывая и поглаживая ее по спине, давая выплакаться. Не знал, что еще могу сказать и сделать.

— Он, — гася очередной приступ и отстраняясь, проговорила Адель, — он, — она освободилась и развернулась спиной.

Спиной, что несла на себе следы ударов кнутом или плеткой. Кровь прильнула к голове, желваки заходили ходунов, и я молча развернулся к окну, намереваясь найти графа и прикончить.

Но был остановлен мягким и ласковым прикосновением Адель. Из меня словно стержень вынули, когда она произнесла бархатным голоском:

— Не стоит, прошу, — и добавила, разглядев меня получше, — ты весь в крови?

— Ну, твой отец слов на ветер не бросает. Послал двух своих подручных убить меня. Как видишь у них не очень-то вышло.

Адель горько рассмеялась.

— Я рада за тебя. Ты пробудил способность?

— И не одну, а две, — сказал я как можно беспечнее.

— Две?! Неожиданно! Это редкость! Так чьи умения у тебя? Санкари или вёлура? А какие? А как ты сам их смог распознать, без наставника? — Адель засыпала меня ворохом вопросов, и я с трудом мог поверить, что минуту назад она плакала навзрыд.

— Санкари.

— Это похвально, — изменившейся тон, не оставлял и тени сомнений, что передо мной холодная взбалмошная леди.

Развернувшись, девушка, подошла к комоду, выдвинула ящики и начала складывать вещи в заплечную сумку. Отец называл такие рюкзаками.

Мне ничего не оставалось, как ошеломленно таращиться на нее. Те мысли, что еще недавно терзали меня, смыло слезами и теперь я места себе не находил, не понимая что делать.

Не выпрыгнуть же молча в окно и убежать?

— Адель? — спросил я, совершенно сбитый с толку происходящим, — что ты делаешь?

Она повернулась, засовывая в сумку пару брюк.

— Госпожа, ты забыл добавить госпожа. И я не помню, чтобы позволяла мне тыкать. Впрочем, не важно. Можешь называть меня по имени, мне это даже нравится, — и она вернулась к своему занятию.

Мне не оставалось ничего иного как покашливанием привлечь ее внимание.

— Ты, болван. Разве это не видно? Я собираю вещи, — сказала она, доставая с полки пару книг и перевязывая их бечевкой.

— Да, вижу, но зачем ты собираешь вещи?

На этот раз Адель даже не удостоила меня взглядом:

— Я иду с тобой. Что за глупец, — она картинно вскинула руки вверх. Почему я должна объяснять очевидные вещи? — спросила она, запихивая последние вещи в сумку, — ну вот, теперь все. А теперь дай мне минутку переодеться, и мы пойдем. Да и не надо так похотливо меня оглядывать.

Я зарделся краской и отвернулся.

Адель отошла за перегородку, чтобы переодеться, а я присел на краешек кровати. Думала, я буду спорить с ней, убеждая остаться. Но я не стал этого делать. Себе дороже спорить с девушкой или женщиной. Мама мне об этом неоднократно говорила.

Через пять минут появилась Адель. Она была одета в рубашку с длинными рукавами, облегающие брюки и толстые кожаные сапоги, ее длинные русые волосы были заплетены в косу. Она перекинула рюкзак через плечо. Такой наряд шел ей куда больше чем давешнее платье.

Боги! А ведь все это случилось только утром!

— Ты готов идти? — спросила она с победоносной улыбкой, отвлекая меня от безрадостных мыслей.

Я не улыбнулся в ответ.

— Скажи мне, почему? Я хочу, чтобы ты это сказала, прежде чем мы покинем этот дом.

— Что? — переспросила она, пытаясь уклониться от ответа.

Я просто смотрел на нее, скрестив руки на груди, и ждал. Она вглядывалась в меня несколько долгих секунд. Я уже начал сомневаться, что мы когда-то покинем эту комнату, когда она глубоко вздохнула и бросила рюкзак на пол.

— Родителям плевать на меня. Они никогда не заботились обо мне. Я лишь товар, предмет мебели, породистая кобыла. Которую можно выгодно пристроить. Отец намерен отправить меня в столицу и выгодно выдать замуж. Может даже за одного из сыновей князя. А пробуждение способностей все только усугубило. Я хотела тренироваться и оттачивать свои навыки; но получила лишь крохи знаний от дряхлого наставника и побои от отца. Да, да. Сегодня не первый раз, когда его плетка прошлась по моей спине. Так он воспитывает настоящую леди, — выражение ее лица стало горьким, и она насмешливо фыркнула, а через мгновенье ее лицо закаменело — ни за что на свете я не соглашусь с этим. Так что либо ты берешь меня с собой, либо я ухожу сама! И сдам тебя страже, надеюсь, они отыграются за павших от твоих рук товарищей.

Ее горячность и откровенность застигли меня врасплох, но это не помешало мне понять ее мотивы. Деспот граф сделал ее жизнь невыносимой, и если она составит мне компанию, а возможно и станет моим другом… что ж, это прекрасно.

— Хорошо, уходим вместе.

Адель наклонилась, чтобы поднять сумку, и снова перекинула ее через плечо.

— Есть идеи, куда мы можем направиться? Я никогда не покидал город, — спросил я.

— Нигде теперь для нас нет по-настоящему безопасного места, но лучше всего держать путь в вольный город Эскус. Там есть академия для вёлуров и санкари, и это, вероятно, лучшее место, куда мы можем пойти, чтобы затеряться от погони и узнать больше о своих способностях. Я мечтала однажды поступить туда.

Я почувствовал, как защемило сердце. Академия, где я мог бы узнать о своих способностях. Раньше я только слышал о ее существовании.

— Не думаю, что у меня хватит денег на обучение, — невольно нахмурился я.

— Владыка Эскуса, Эрг Третий, покровительствует академии. Даже если бы он этого не делал, у меня есть деньги, — сказала она, доставая из сумки кошелек и позвякивая им.

Я улыбнулся. Жизнь налаживается, а впереди несмотря ни на что маячит перспектива узнать больше о своих способностях.

— Хорошо. У меня есть еще один вопрос, прежде чем мы отправимся, — я уже поставил ногу на подоконник и повернулся к Адель.

— Какой?

— Сколько ты весишь?

Щеку ожгло, позже пришла пульсирующая боль.

— Что такого? Мне надо знать, чтобы спустить тебя!

Адель, что-то пыхтя под нос, обхватила руками мою шею, а ноги сплела на талии и я, силясь не свалиться, спустился вниз.

Нам в очередной раз безумно повезло. Удалось выскользнуть за пределы поместья и города незамеченными. Пригодился мой оттиск и умение Адель управлять растениями, иначе бы нам не преодолеть защитные стены.

Как только мы удалились от города, Адель начала расспрашивать меня о моих способностях; какими навыками я обладаю и как могу использовать их в бою. Я ответил на ее вопросы, в очередной раз, утаив, что владею поглощением.

Несмотря на все передряги, мы могли поддерживать хороший темп. Проседал и после отдыха снова восполнялся вару. Я вспомнил слова Сарга, об улучшенной конституции санкари, а также о том, что победа и переход на новый ранг практически исцелили меня и спросил Адель, знает ли она что-то об этом.

— Запас источника или вару, определяют, сколько раз можно использовать навыки или заклятия.

— Это я и без тебя знаю, — на ходу уворачиваясь от удара, перебил я.

— Наставник говорил, что для удобства понимания развития навыков принято разделять пять параметров, присущих нам. Скорость их роста разнится у санкари и вёлуров, — продолжила Адель, — выделяют: силу, ловкость, конституцию, интеллект и мудрость.

— А подробнее можно, госпожа? — играя с огнем, подразнил ее.

— Можно, не купилась она на мою издевку. — Итак. Сила обусловливает физическую мощь и силу навыков санкари. Ловкость определяет как скорость, так и саму ловкость. Санкари развивают эти свойство быстрее вёлуров. Конституция — это здоровье, выносливость, регенерация, и сколько можно вынести ран, побоев, сопротивляемость организма ядам и прочему. И те, и другие развивают это свойство с одинаковой скоростью. Интеллект отвечает за то, сколько вару можно использовать единовременно; а также мощь заклятий вёлуров. Мудрость определяет скорость обучения и восстановления энергии. Вёлуры развивают эти свойства быстрее, чем санкари.

— То есть, санкари, которые склонны к физическому воздействию, быстрее развивают силу и ловкость, так как они помогают в рукопашном бою. С другой стороны, вёлуры в основном имеют дело с заклинаниями и дальними атаками, поэтому их сила и ловкость не столь важны, как интеллект и мудрость?

— Именно так.

— А что значит ре-ге-не-ра-ци-я? — по слогам произнес я незнакомое слово.

— Восстановление повреждений. Раны быстрее зарастают.

— А палец отрастет? Или зуб выбитый?

— Не знаю.

Я замолчал, обдумывая услышанное. Выходит, я, имея навыки как санкари так и вёлуров, развиваюсь быстрее. И это значительно повышает мои шансы на выживание и дальнейшее благополучие.

Я так устал, что валился с ног от усталости. Адель, так и вовсе еле волочила ноги. Мы бежали, пока не наступил рассвет. Солнце показалось на горизонте, и теперь я мог разглядеть длинную извилистую дорогу. На обочине росли редкие кусты, и все, что я мог видеть в любом направлении, — это широкие каменистые равнины.

Зевая, я начал осматривать равнину в поисках укрытия и места для отдыха. Примерно через полчаса, нашел подходящее место для лагеря. В двенадцати метрах от дороги виднелся небольшой выступ скалы, окруженный кустами. Невдалеке от них протекал небольшой ручей.

— Ох, привал? — устало пробормотала Адель.

Я пожал плечами, соглашаясь, и первым подошел к ручью напиться.

— Да, сейчас попью и спать пойду.

— Хорошо, — пробормотала Адель, пристраиваясь на мшистом участке земли рядом с выступом и ложась спать, подложив рюкзак под голову.

Как бы не хотел я пить и спать, первым делом решил умыться. Я снял рубаху, которая после драки стала грязно коричневого цвета, сполоснул ее в ручье и тщательно обтерся. Дождался, как воды унесут всю муть и еще раз сполоснул ее и повесил сушиться.

Дрожа от прохладного утреннего воздуха, я еще раз сполоснулся и, дождавшись, когда вода снова станет чистой, попил. Вода удивительно приятно текла по горлу. Я пил до тех пор, пока не утолил жажду.

Все еще мокрый, я со стоном растянулся на мягком мху, чтобы через несколько секунд уже крепко спать.

Обнявши Адель.

Она что-то проворчала сквозь сон, но руку мою не скинула.

Глава 4

Невольный стон вырвался из груди, когда почувствовал, как что-то твердое тычет мне в ребра. Сквозь дрёму сна отмахнулся и перевернулся на другой бок. Но это не помогло. Я ощутил новый тычок, в этот раз куда болезненнее.

— Тинар, проснись! Да проснись ты уже!

— Дай мне еще немного поспать! — с трудом выжал из себя, не желая вставать.

— Проснись, болван, — прошипел голос, подталкивая меня сильнее в третий раз.

Я приоткрыл глаза, щурясь от яркого солнечного света. И вовремя. Адель уже зачерпнула пригоршню ледяной воды, намереваясь окатить меня.

— Что за спешка?

Судя по положению солнца, я проспал всего часа три.

— Тише, идиот, — сказала она приглушенным голосом, подходя к краю выступа и осторожно выглядывая из-за него.

Это лучше всякой воды рассеяло туман сна. Я моментально сел и, не поднимаясь, подкрался к ней. Теперь, прислушавшись, я смутно различил стук копыт, эхом разносившийся по каменистой равнине.

Опасливо выглянув, я различил облако пыли вдали, и потянулся снять высохшую рубашку со скалы. Утомленные мышцы протестующе заныли.

— Как ты думаешь, они далеко? — тихо спросил я.

Дорога здесь просматривалась хорошо, но я слабо соизмерял расстояния и звуки. Не хватало опыта странствий.

— Я не уверена, — сказала она, прикусив нижнюю губу.

Она выглядела обеспокоенной и не без причины. Никто не ожидал, что погоня настигнет нас так быстро. Глупые юнцы и отошли недалеко и улеглись чуть ли не у самого тракта. Но сейчас не время и не место для самобичевания. Надо выжить и учесть ошибки.

— Дорога каменистая, на ней не видны следы. Как они поняли, что мы пошли этим путем? Может это просто патрульный отряд? Или торговцы?

— Предчувствия говорят мне об обратном. Следы не обязательны. Есть и другие способы выслеживать людей, — вздохнула Адель, — нам надо было продолжать двигаться.

— Мы бы не смогли, — сказал я, снова зевая и протирая глаза.

— Да, наверное, ты прав, — согласилась она.

Адель направилась к рюкзаку и начала рыться в нем.

Я же отполз к ручью, умылся, немного попил и продолжил наблюдать за дорогой. Стук копыт становился громче ежесекундно.

— Бесполезно бежать, — прервала молчание Адель, вытаскивая из рюкзака пару лепешек и бросая одну мне, — если у них есть ищейка, они нас не потеряют. Кроме того, они конные и потому движутся быстрее нас.

Я поймал лепешку, благодарно кивнул и откусил кусочек. Немного черствая, но все же лучше, чем те, к которым я привык.

— Ты готова сражаться? — спросил я, едва слышно, с набитым ртом.

— Выбора нет, — ответила Адель, — хотя это будет нелегко, это мой первый бой. И не стоит недооценивать отца. Наверняка он отправил людей достаточно сильных, чтобы вернуть меня и прикончить тебя.

— А ты какой ступени? — спросил я, продолжая грызть лепешку.

Адель ответила не сразу, задумавшись на долю мгновения:

— Думаю, в этом нет никакой тайны. Я вёлур пятого ранга. У меня три способности: плети, кол и щит. Плети ты уже дважды видел в действии. Кол этокол и есть. Деревянный, острый и прочный, размером от зубочистки и насколько хватит сил, хоть таран.

Не хило. Я догадывался, что пробудившись в раннем возрасте, она довольно сильна, но не думал что настолько. Бастэру и Саргу было, на вид, за двадцать, а их ступени были ниже.

— Что за щит?

Голоса на дороге и перестук копыт уже явственно различались, но судя по всему, в запасе остается пара минут.

Я отвернулся от дороги и глянул на Адель. От девушки исходило зеленоватое сияние, полностью покрывая ее кожу.

— Ого, и что он дает? — тыкнул я щит рукой.

На ощупь он был бархатисто-пружинистым.

— Щит — это дополнительная защита, которая есть у любого вёлура рангом выше пятого. Он создается и поддерживается за счет вару. Щит уравнивает шансы санкари и вёлуров, несмотря на то, что конституция у нас развивается одинаково, кожа у вас прочнее.

— Как пробить щит?

— Ударить достаточно сильно.

Я кивнул и повернулся, чтобы посмотреть на приближающийся отряд. Пять человек в форме городской стражи, а шестой в обычной одежде. Должно быть, это следопыт, понял я. Мужчина повернул голову в нашу сторону и указал на укрытие. Всадники свернули с дороги и рысью поскакали к нам.

— Нас застукали, — сказал я, поворачиваясь к Адель, — предлагаю позволить им приблизиться и подождать, пока они спешатся. Наверняка у них приказ вернуть тебя живой, а о моих способностях они не догадываются. Как только заговорят, вычленим самого опасного, главаря. Сначала покончим с ним, а потом упокоим и остальных.

Адель, заметно побледнев, нервно сглотнула:

— Не очень-то хороший план.

— Это лучшее, что у нас есть, — ответил я.

Я наблюдал, как группа солдат приблизилась к укрытию, но остановилась примерно в десяти метрах от выступа.

— Мы знаем, что вы там, — крикнул человек впереди, — выходите, госпожа Адель, ваш отец послал нас за вами.

Мы с Адель покинули наше убежище. Воины спешились, и я смог лучше рассмотреть их. У троих я разглядел свечение щита. Опытные, не хотят рисковать. Двое других без щита, либо обделенные, либо санкари.

От моего внимания не ускользнуло, что шестой человек, тот самый, в гражданском, не спешился. Мало того, он оставался на дороге, в добрых тридцати метрах от нас, и, казалось, был готов сорваться с места при первых признаках драки.

Адель замерла в полутора метрах от вожака. Я остановился рядом с ней, чуть сбоку, чтобы во время рывка она не заслоняла мне путь.

— Госпожа, — слегка склонил голову мужчина, делая шаг вперед и разводя руки в стороны, — батюшка переживает за вас.

Неприятный тип. Такие упиваются силой, запугивая других. Дерзкая блуждающая улыбка, глаза бусинки, приземистое грузное тело и сальные волосы. Нашивки лейтенанта. Щит насыщенного цвета. Кандидат в покойники номер один.

— Медрок, заткнись, ты говна кусок, — ответила Адель ровным тоном, — как и Рин, что стоит за твоей спиной.

— Не престало благородной леди столь вульгарно выражаться. Но это не удивительно, ведь вы провели целую ночь и день в компании этого оборвыша, — кивок в мою сторону, — надеюсь, он не посягнул на вашу девичью честь?

Адель зарделась краской, ее губы сжались в тонкую полоску, а ноздри гневно раздулись, — верный признак приближающегося гнева. Это плохо. Гнев в бою плохой советчик. Толстяк не прост, смог задеть ее.

— Если этот выродок совратил тебя дитя, то ему не поздоровится, граф сказал, что лично воздаст ему по заслугам. Как и вам.

— Нисколько не удивлена, — сказала Адель, и на ее губах появилась шальная полуулыбка, — но будь любезен, скажи, сколько из вас умрет, прежде чем вы нас схватите?

При этих словах солдаты напряглись, один схватился за меч. Медрока же эти слова не задели. Он с показной небрежностью уставился на собственные холеные ногти и скучающе произнес:

— Лучше обойтись без боя, госпожа, нас шестеро, вы одна.

Лучшего момента для атаки не будет. Зря он ослабил бдительность. Не сходя с места, я задействовал кулак. Вращающейся сгусток воздуха с громким хлопком ударилось о щит и замер на месте.

Медрок презрительно усмехнулся, глядя на это.

— Тупица, неужели ты, правда думал, что такая слабая атака… — начал он.

Щит лопнул звонко, словно стекло разбили. Вращающийся кол пробил его и Мердока навылет. Разорвав грудь в кровавые клочья, и выйдя из спины.

Все потрясенно замерли, смотря, как тело Медрока опадает на землю. Я же резко бросился вперед, чтоб сдавить руками горло другого вёлура. Кулак, против щита не особо эффективен.

Этот оказался куда как слабее, чуть старше меня и особо не сопротивлялся. Я почти придушил его оттиском, как куренка, но он откинул меня сильным ударом ноги.

Приземлившись, я кулаком, размозжил ему голову, благо щита уже не было. И еле успел отпрыгнуть, едва избежав удара меча, нацеленного мне в шею.

Я перекатился через спину назад и вскочил на ноги, тратя драгоценные секунды на оценку обстановки. Мой вару практически иссяк. Два вёлура пали, а Адель сражается против Рина.

Неприятно. Значит я один против двух. Эйфория от первых побед переполняла меня. Противники же двигались осторожно, осознавая опасность, которую я представлял.

Мечник, замахнулся, пытаясь обезглавить. Я вновь отскочил назад и попробовал проскочить мимо, чтоб расправиться со вторым.

Но меня постигла неудача.

Стражник топнул ногой, ударная волна прошла сквозь землю, и твердый камень под моими ногами всколыхнулся. Я попробовал поглотить энергию. Но умение не сработало.

Не успел задуматься об этом, как первый стражник настиг меня. Я не успел увернуться, зашипев от боли, когда ледяная сталь вонзилась в плечо, оставив широкую рану. Второй солдат замахнулся, и я едва успел вывернуться, чтобы избежать смертельного удара. Кулак охранника, нацеленный мне в голову, попал в левую руку. Раздался хруст кости, меня отбросило на добрых два метра и я, не сдержавшись, вскрикнул, приложившись об камни. Перекатился, гася инерцию и поморщившись от боли, заставил себя подняться на ноги.

Энергия улетучилась после травмы, а вару остались крохи. Боль в руке была ужасна, она пульсировала и нарастала, затмевая собой все.

Я пытался отстраниться от нее, сконцентрировавшись на противниках. Получалось слабо.

— Ну, похоже, с этим отродьем покончено, — презрительно сплюнул мечник.

— Думаю, стоит его прикончить!

— Согласен. Лучше убить его сейчас и объяснить графу, когда вернемся. Труп или голову прихватим.

Возможно, и впрямь мое время вышло. Недолго я наслаждался способностями. Но и этой падали не дам так спокойно меня прибрать. С решимостью обреченного я бросился вперед. Безоружный стражник только усмехнулся и топнул ногой, снова вынуждая землю идти волнами. Я высоко прыгнул, стараясь перелететь опасный участок, но вместо этого был насажен на меч.

Мой прыжок привел к тому, что оружие вошло в ту же рану. Стражник, не ожидавший такого шага, запаниковал, отчаянно пытаясь выхватить меч и добить меня. Я же крича в агонии, шел на него, иссушая источник до дна и активируя кулак.

Лезвие прошло сквозь плечо, когда я приблизился к охраннику. Второй, желая меня замедлить, снова применил свой навык, но тут прошло поглощение, и мой источник наполнился практически на треть.

Я сильно ударил, оглушив охранника, только он упал, как я сделал попытку дотянуться до второго, но боль в плече заставила утратить контроль и упасть на землю.

Мое зрение затуманилось, когда стражник шагнул вперед и вырвал клинок из раны, опрокинув меня ударом ноги на спину. Он уставился на меня с ненавистью в глазах, затем занес клинок, чтобы прикончить меня.

Я весь сжался, ожидая удара.

Но ничего не произошло, массивный кусок дерева пронзил бойца сзади. Тот долю мгновения смотрел на меня с непониманием в глазах. Затем опрокинулся назад, меч выскользнул из его руки и с грохотом упал на землю.

Я увидел Адель, бегущую ко мне. Смутно различил тело, лежащее в нескольких метрах позади нее. Значит, третий вёлур мертв.

Успел шепнуть ей, что один стражник оглушен и потерял сознание.

Глава 5

Проснулся в потемках, слева горел небольшой костер. Постанывая, начал подниматься, ожидая, что в любой момент меня раздавит боль. Собравшись с духом, посмотрел на левую руку.

То, что я увидел, было целой и неповрежденной конечностью. Там, где недавно зияла сквозная дыра, теперь бугрился шрам. Я повернул плечо, посгибал руку в локте, повращал ей. Чувствовались легкие отголоски травмы, но терпимо.

— Проснулся? Не наигрался? — окликнула меня Адель.

Я резко повернул голову и увидел ее у огня. Она выглядела усталой, но широко улыбалась, поднимаясь мне навстречу. Адель обняла меня, взяла за руку и подвела к огню. Я сел, взял миску с едой, вместе с деревянной ложкой. Кивнул ей в знак благодарности.

И чуть не выплюнул все обратно.

— Тебе не по нраву? — уловила мое состояние девушка, — я нашла эту крупу, или как там она называется в одной из котомок стражников, залила водой из ручья и грела в котелке. Да, немного подгорело. Но я впервые готовлю.

— Нет, нет, что ты! Все очень вкусно! — я не осознавал, насколько проголодался, пока не заставил себя проглотить первый кусочек каши.

Он был теплым, склизким и горелым. Но организму требовалась подпитка, и я глотал их один за другим, запивая водой из ручья.

Пока ел, Адель объяснила, что произошло.

— Я только что победила Рина, когда увидела, что охранник собирается проткнуть тебя мечом. Мне удалось убить его до того, как у него получилось, но к тому времени, как я добралась до тебя, ты уже потерял сознание. Ты быстро терял кровь, и рука казалась сломанной, — она помолчала, содрогаясь при воспоминании о кровавом месиве, — я думала, ты умрешь. Как могла, перевязала раны и наложила шину. Ты проспал несколько часов. Может добавки? Я читала, что исцеление может отнять много сил и надо усиленно питаться.

Я отрицательно покачал головой. Мы сидели в тишине, каждый думал о своем, а перед нами трещал и потрескивал огонь.

— Лошади, ищейка? Мы убили всех солдат. Но не думаю, что это обезопасит нас, — прервал я молчание.

— Следопыт скрылся, как только увидел, что стража проигрывает. Он, наверняка уже в Норосе и отец уже знает о твоих способностях. В этот раз он пошлет за нами опытных людей. Одного, может двух, и вряд ли мы сможем их победить. А лошади частью разбежались, частью их увел ищейка, я не успела их поймать. Да и не умею. Я вообще практически ничего не умею. За меня почти все делали слуги. Отец говорил, что самостоятельная работа, расхолаживает и для черного труда есть смерды.

— Так что же нам теперь делать? — задал я вопрос вслух, желая отвлечь ее от невеселых мыслей.

— Вообще-то есть одно дело. Незавершенное. Мы не всех солдат убили, того что ты оглушил я не добила. В запале боя смогла бы, а так — нет. Я, к слову, поднялась на целый ранг после того боя, до этого мне потребовались годы, чтобы достичь пятого ранга. Годы упорных тренировок и медитаций. Похоже, что убийство других людей со способностями — это быстрый способ возвыситься. Она слегка вздрогнула, ее лицо побледнело при воспоминании о забранной жизни.

— У тебя не было выбора. Или мы, или они. Пусть это тебя не беспокоит. Где он? Пойдем, покажешь.

Охранник лежал за валуном спеленатый, словно младенец, не в силах даже выпрямиться или сесть. Он лишь зло таращил глаза. Я попросил Адель освободить его рот от плети, и, выслушав поток грязной ругани, предложил ему заткнуться.

— Что ты будешь делать?

— Спросим, что ему известно о планах твоего отца.

— Он не скажет или соврет. Ты же мальчик, а не палач, чтобы пытать его?

— Я вырос на рассказах отца, а он болтал о многом, особенно когда выпивал, да и жизнь на улицах, знаешь ли, не подразумевает мягкости характера. Думаешь легко, одному, не примыкая ни к одной из уличных банд выжить?

Несмотря на внешнюю браваду, внутри я трусил. Мои слова больше всего предназначались для ушей охранника и девушки.

— Ты будешь смотреть или уйдешь?

— Уйду.

— И уши прикрой.

Я уставился на стражника, нервно валяющегося у моих ног. Тяжело было переубедить себя, но мне это удалось. В конце концов, эти подонки, желали моей смерти, а конкретно этот проткнул меня мечом.

Дважды.

Я оторвал у него кусок штанины и заткнул ему рот, приступая к делу. Оттиском, морщась от мычания солдата и противного хруста костей, ломал ему пальцы.

Когда охранник начал плакать и обмочился, я решил что с него хватит.

— Прости, но пощады не будет. Но ты получишь легкую смерть.

Охранник кивнул и поведал мне довольно занимательную историю, впрочем, о ней я и так догадывался.

Граф Юльм Мэлбар, решил, что тех двух охранников прикончила его дочь, которой я понравился. При этих словах я позволил себе улыбку. После я ее похитил. Я, раз встретив, совратил ее, разрушил все его планы, уведя ее с собой. Он решил, что мы направляемся в соседний крупный город Анкрим. Столицу нашего княжества.

И мы действительно обсуждали такую возможность. Город лежал на нашем пути в Академию. И миновать его значит плутать по безлюдным землям долгие недели.

Больше ничего интересного он не сказал, и я сломал ему шею, даровав легкую смерть. Я держу свое слово.

— Ну что там? — не желая смотреть мне в глаза и теребя подол куртки, спросила Адель, как только я вернулся.

— Все нормально, — сказал я, похлопав ее по спине.

Она улыбнулась мне, и я понял, что улыбка была вымученной.

— Рассказать тебе?

— Нет.

Я решил, что смена темы, вероятно, будет лучшим решением.

— Мы все еще направляемся в Академию в Эскусе?

— Да, — сказала Адель, — думаю, нам пора. У нас впереди несколько тяжелых дней пути.

— Выдвигаемся с рассветом. Пока собери, пожалуйста, вещи и ложись, тебе надо отдохнуть. Я буду на страже.

Пока Адель, собирала свой нехитрый скарб, сосредоточился на вару. По ощущениям я приподнялся еще на две ступени. Те двое, с которыми я сражался, были намного сильнее охранников, убитых мной в Норосе.

Я также убедился в том, что разрушая чужой источник, ты получаешь больше энергии. Похоже, то, что сказала Адель, было правдой.

Я отошел на удаление, чтобы проверить возросла ли мощь навыков, и убедился в этом. Сила, расстояние кулака улучшились, как и хватка и время оттиска.

Я был бы в полном восторге, если бы и поглощение работало, как следует, но бой принес больше вопросов, чем ответов. Я решил что навык скрыт из-за того что я инициировался сам, да еще и в санкари. Без должных знаний, как это правильно делать, а пробуждается поглощение в минуты наивысшего напряжения, когда кровь бурлит в венах или когда я на грани гибели и тело не хочет умирать.

Огонь начал угасать. Из сгоревшего дерева вырывались лишь маленькие язычки пламени.

Это умиротворяло.

Подкинул пару веток. Адель, закончив сборы, прилегла на добытом плаще, повернувшись спиной к огню и вскоре крепко заснула.

Я же продолжал бодрствовать, находясь в странном полутрансе.

Девушка проснулась спустя пару часов. Мы перетаскали трупы за валун, чтобы их не разглядели с дороги. Доели остатки провизии и тронулись в путь. Или Боги были на нашей стороне или еще, какое чудо, но мы достигли стен Анкрима без происшествий.

Да, мы решили не менять маршрут, надо было отдохнуть, помыться, сменить одежду, купить провиант или даже лошадей. Ночевать мы не планировали.

Кроме того, Адель говорила, что отец пошлет за нами, скорее всего человека или двух, из ближнего круга, чтоб не привлекать внимания. А в большом городе нам будет легче затеряться, главное не привлекать внимание.

Запасы съестного закончились пару дней назад, даже я привыкший к тому, что перекусить удавалось не каждый день, чувствовал постоянные приступы голода. Что уж говорить об Адель. Вот почему, несмотря на риск, мы направлялись к воротам города. Поначалу я возражал, говоря, что за ними, скорее всего, следят. После того как Адель пригрозила, что пойдет одна, я наконец уступил ее требованиям.

Потому я смотрел на приближающиеся стены города с телеги крестьянина, что за десяток медных монет согласился нас довезти. Был уже поздний вечер, и солнце, опускаясь к горизонту, рисовало на небе пурпурные полосы. Я устал и проголодался. И все тело ужасно болело. Адель было еще хуже, чем мне. Она была аристократкой и никогда не испытывала настоящих неудобств.

Сначала мы хотели ночью с помощью оттиска перелезть через ворота, но были слишком истощены, да и их высота не вызывала оптимизма. Потому мы въезжали на телеге.

Стражник бросил на нас беглый взгляд и, приняв за крестьянских детей, взял обычную подать и пропустил внутрь. Лишь миновали ворота, мы спрыгнули с телеги и, не прощаясь, растворились в толпе, входящей в город.

— Куда направимся? Ты была тут прежде? — спросил я у подруги, лишь мы остались наедине.

— Да. Когда отец представлял меня Князю и его Семье. Сначала мы должны найти лавку, где ты сможешь купить одежду, да и мне обновить гардероб не помешает. Потом гостиница или таверна, где мы сможем переночевать и перекусить, — при этих словах у Адель заурчало в животе.

— Провести ночь в городе, пока не доберемся до Эскуса, довольно рискованно. Мы не планировали этого.

— Да, — рассеянно ответила Адель, заглядывая в витрины магазинов, мимо которых мы проходили, — но я передумала. Мне нужна ванна, и я ни за что не буду спать на твердой земле, вместо того чтобы спать в кровати. В конце концов, кто из нас высокородный? Ты стал много себе позволять, Тинар, — вернулась старая Адель, о которой я уже стал забывать, — о, это место выглядит многообещающе!

Я испытал некий стыд, когда Адель толкнула дверь небольшого магазина одежды и вошла. Раньше меня бы и на порог в такие места не пустили, опасаясь, что я что-то испачкаю или украду.

Три часа спустя мы вдвоем уплетали дымящуюся похлебку в местной харчевне под названием «Кабан и брюква». Это была первая таверна, где мне довелось побывать.

Оторвав кусок от лежащего рядом со мной ломтя хрустящего хлеба, я окунул его в похлебку, намочил соком и сунул в рот. Не мог припомнить, когда в последний раз еда была столь восхитительна.

Адель, сидевшая напротив, пыталась соблюсти приличия, когда официантка принесла дымящиеся тарелки. После того, как откусила первый кусочек, она полностью сдалась и запихивала тушеное мясо в горло, как одержимая.

Я прикончил свою миску, собрав с донышка хлебом весь соус, и подозвал служку.

— Да, молодой господин, чем могу помочь? — спросил он с улыбкой на лице.

Мне было дико непривычно и неуютно от того, что люди здесь, стали обращаться ко мне «господин». Виной тому моя новая красивая рубашка, чистые брюки и кожаные сапоги. Я тщательно отмыл всю въевшуюся грязь и подстригся. Еще прикупил себе нож, что сейчас висел в ножнах на поясе, единственное оружие с которым я умел обращаться, и которое было разрешено не благородным.

С другой стороны велурам и санкари оружие без надобности.

Мы заплатили за две комнаты и ванну. После сборов, которые заняли у Адель непомерно много времени, мы спустились в общий зал, где заказали обильный ужин.

— Да, я бы хотел еще свиных ребрышек и кружку темного пива, — сказал я.

— Конечно, господин, — сказал официант, забирая миску и пустую кружку, — за все пять медяков.

Я порылся в кошельке, который когда-то снял с трупов стражников в Норосе, и протянул деньги. Дождавшись, как служка отошел, я украдкой проверил, сколько у меня осталось.

Когда я покинул Норос, у меня было всего сорок золотых, семь серебряных, десять медных монет. После покупок, а также платы за номер и баню у меня осталось тридцать семь золотых и две серебряных монеты.

Стражники, которых мы упокоили на дороге, деньгами нас не порадовали. Адель еще долго возмущалась, после того, как увидела, что я шарю по карманам мертвецов.

Денежная система в нашем Княжестве и сопредельных землях была довольно простой. Десять медных монет на одну серебряную, сто серебряных на одну золотую и тысяча золота на один эльг. Очень дорогой и редкий металл.

Взрослый мужчина, в среднем, зарабатывал около пятидесяти серебряных монет в месяц. Я непроизвольно поморщился. Я успел потратить полугодовой доход.

Адель, только посмеялась, в ответ на мои жалобы о расценках, и когда я увидел, сколько у нее денег, я понял почему.

В то время как мой кошелек был полон золота, ее, пусть и не такой пухлый, содержал эльги.

Она, конечно, отказалась платить, когда я, не стесняясь, попросил ее об этом, сказав, что у меня есть свои деньги и что настоящий мужчина не стал бы просить Леди заплатить, а сам бы заплатил за нее и оплатил ее покупки.

Я вырос на улице, и жизнь приучила меня бережливости. Да и деньги не так уж часто попадали мне в руки. Я не имел ни малейшего представления о том, что делают так называемые «настоящие мужчины», но как по мне, каждый мужчина или женщина сам за себя. Хотя отец что-то говорил о джентльменах. Не помню, что это слово значило.

Я закрыл кошелек и подвесил его к новенькому поясу. Оглядев комнату, вдруг заметил человека, который сидел в дальнем углу и бросал на нас украдкой взгляды из-под накинутого капюшона.

Я не стал вскакивать в попытке бегства, вместо этого притворился, что не замечаю незнакомца, но не спускал с него глаз.

— Не вертись, но за нами следят, — сказал я, глядя прямо перед собой.

Адель остановилась, не донеся ложку до рта.

— Кто? Где? — спросила она, сразу же начиная оглядываться.

— Я же сказал тебе не смотреть, — прошипел я.

Адель кивнула, возвращаясь к своему рагу и продолжая есть.

Мужчина слегка напрягся, когда Адель начала оглядываться, но расслабился, когда она вернулась к еде.

— Как ты думаешь, чего он хочет? — спросила она, откусывая еще кусочек тушеного мяса, — уверен, что он пришел за нами? Может, ждет кого-то?

Я молча пожал плечами, принимая от подошедшего официанта выпивку и ребрышки.

Мы подождали, пока он отойдет, и продолжили разговор.

— Как поступим?

— Закончим есть, потом поднимаемся в свои комнаты. Если он уйдет так же быстро, как мы, нам придется бежать.

— А я как раз собиралась хорошенько выспаться! — Адель разочарованно застонала.

— Ты всегда можешь остаться и попасться, — ответил я, — уверен, ничего плохого не случится с тобой. Сможешь вернуться к своему батюшке, выйдешь замуж за прекрасноликого княжича. Укрепишь позиции своего Дома.

Она сделала грубый жест рукой, и я рассмеялся. После этого мы быстро покончили с едой и направились в свои комнаты. Как только мы поднялись со своих мест, мужчина тоже поднялся.

Я вздохнул, когда он это сделал, понимая, что нам не заснуть этой ночью.

Глава 6

Поднявшись в номер, я подхватил рюкзак, который купил недавно с разной полезной мелочевкой и дорожной провизией и открыл дверь, что отделяла мой номер от комнаты Адель.

Девушка тоже уже собрала походный рюкзак и дожидалась меня. Двигались мы в тишине. Закрыли двери и подперли их стульями. Так надежней. Скорее всего за нами придут ночью, но лучше поберечься.

Затем я прошел к окнам и попеременно выглянул в каждое из них, стараясь быть незаметным. Улицы не казались пустыми, туда-сюда ходил народ, разносчики предлагали купить еды и напитков.

Слишком приметно, если выскальзывать через окно.

— Ты не знаешь, соседний номер свободен? — шепча, поинтересовался у Адель.

Она отрицательно помотала головой, глядя на меня в растерянности и ожидая какого-то решения.

— Сложи одеяла так, словно кто-то спит на кроватях, — приказал я девушке, — и дай мне заколку для волос.

Адель недоуменно уставилась на меня, но просьбу выполнила.

Придется рисковать. Я отодвинул стул в сторону и выглянул в коридор. Пусто. Стараясь не шуметь, прошел к следующей комнате и, немного поковырявшись в замке, вскрыл его.

Уличная жизнь прививает разные способности, в том числе такие. Я этим не горжусь, но порой они пригождаются. Вернулся за Адель, убедился, что кровати выглядят так, что на них действительно кто-то лежит и, позвав ее с собой жестом, вышел наружу.

Сердце бешено колотилось, но старался держать себя в руках. Моя жизнь и жизнь доверившейся мне девушки сейчас зависели от меня. Комната, в которую я так стремился, была угловой и ее окна выходили на безлюдный переулок. Открыв окно, я передал Адель свой рюкзак, подсадил ее на спину и мы выскользнули наружу.

Мы занимали третий этаж, самый верхний, потому благодаря оттиску и путам Адель мы быстро вскарабкались на кровлю. Дальше нас ждала безумная гонка по крышам города. Таясь от не нужных глаз, стараясь двигаться быстро, и незаметно мы достигли городских стен. Вышли на противоположную сторону города, где спустились вниз и, тая надежду, что нам удалось остаться незаметными, через ворота покинули город.

Можно было купить лошадей, но это лишняя трата времени, денег, да и я ездить верхом не умею.

Бежали что есть мочи, ближе к вечеру свернули в лес, что пришел на смену равнине и, найдя уединенную поляну, не в силах продолжать путь завалились спать.

Проснулся внезапно. Что-то не так. Дурные предчувствия не покидали и я замер совершенно неподвижно, пытаясь понять, что меня разбудило.

Было тихо.

Слишком тихо для предрассветного леса. Птицы и насекомые замолчали, и единственным звуком, который я слышал, был тихий шелест листьев над головой.

Солнечный свет струился сквозь листву, выходит, проспали мы несколько часов. Адель полулежала, прислонившись к дереву, слева от меня и крепко спала, смешно сморщив носик.

Может быть только одна причина, почему здесь так тихо.

Я медленно поднялся на ноги, оглядывая окружающий лес в поисках каких-либо признаков движения. Быстро подошел к Адель и разбудил ее.

— Что происходит? — спросила она сонно.

— В лесу что-то есть, и оно, возможно, преследует нас, — понизив голос, сказал я, не отрывая взгляда от окружающих деревьев.

— Откуда знаешь? Ты говорил, что ни разу за пределы города не выходил! — спросила она, поднимаясь на ноги и поднимая наши сумки.

— Сама посуди. В лесу слишком тихо. Прислушайся. Ни птицы, ни насекомые не шумят.

Тут-то я и заметил это существо краем глаза. Массивное и покрытое чешуёй.

Тело среагировало само. Толчок Адель и она отлетает в сторону. Сам отскакиваю в другую. Обернувшись, услышал сердитое рычание, треск ломающихся веток.

Низкий рокочущий рёв потряс нас до глубины души, и из-за деревьев появилось огромное нечто.

Чудовище размером не меньше двух с половиной метров в плечах и более четырех в длину. Монстр передвигался на четвереньках. Его голова лишь на треть уступала размерами туловищу, а рот был полон злобных остроконечных зубов. Чешуя покрывала тело клоками зеленого и бурого цветов. Идеальная маскировка в лесу или на болоте.

Существо выпрямилось, широкие ноздри грозно раздувались, шумно вдыхая воздух. На животе чешуйки выглядят светлее. Когти раза в два длиннее, чем мой нож.

Нам крышка. Надо бежать!

Противореча собственным мыслям, я принял боевую стойку. Адель была явно потрясена, но окуталась дымкой щита.

— Что за тварь? Ты читала о подобных в своих книгах? — спросил я, активируя кулаки.

— Не припоминаю, но оно громадно. И голодно, — следя за тягучей слюной монстра, пробормотала девушка, — если переживем эту встречу, гляну.

Чудовище вновь опустилось на четвереньки и бесшумно направилось к нам, не ослабляя внимания.

От чего столь громадная тварь движется столь тихо? Разгадка пришла внезапно, лапы существа стали окутываться синеватой дымкой. А трава куда он ступал лопаться от мороза.

Я был вынужден вернуться к реальности, когда массивный деревянный кол полетел прямо в чудовище, прорвав сантиметров на пять его шкуру. Тварь взревела от боли и бросилась прямо на нас.

Крепкие путы тут же сцепились на нем, окутав лапы и горло, замедляя его. Я запустил кулак, еще два кола ударили в существо, когда оно, не прекращая грозно рычать, почти не напрягаясь, разорвало узы.

Монстру не понравилось, что мы сопротивляемся, и он разъярясь бросился в атаку.

Я на волосок разминулся с ударом массивной лапы, едва не потеряв равновесие. Только высокая ловкость удержала меня на ногах.

В отчаянной попытке контратаковать я бросился вперед, пытаясь совместить удар кулака и ножа, но вместо того, чтобы глубоко погрузиться в тварь, как я ожидал, нож скользнул по чешуе, даже не пробив ее.

Что же это за чудовище?

Тварь была удивлена, что кто-то осмелился ее ударить столь близко, не чем иным я не мог объяснить замешательство, позволившее мне разорвать дистанцию.

Пока я атаковал, Адель запитала энергией новые путы. Как только я отскочил, она использовала их. Когда чудовище двинулось дальше, оно был медленнее, чем раньше. Я не сводил глаз с него.

— Есть идеи, как с ним расправиться? — крикнул подруге, — нож оставил царапину, а твои деревяшки тоже особо не помогают!

— Попробуй совместить кулак и оттиск, — крикнула Адель, вновь используя умения.

Голова зверя окуталась лианами. Тот яростно заревел, травяной кокон разорвался воздух вокруг него, казалось, заиндевел от холода.

— У твари способность!

— Вижу, не слепая!

Я зачарованно смотрел, как шкура чудовища приобретает синеватый оттенок. Маленькие облачка пара вырвались из его ноздрей, затем он зарычал, и температура заметно понизилась.

Адель метнула еще один кол, кончик его успел обледенеть и, ударившись об шкуру разбился. Тварь зарычала в последний раз и бросилась на Адель, оскалив зубы и сверкая крошечными глазками.

И тут я ударил его в бок. Я активировав оттиск и кулак, ударил монстра так сильно, как только мог. Я почувствовал, как кости скрежещут друг о друга, когда я пробил ему по ребрам.

Монстр с болезненным ревом сбился с курса, но быстро пришел в себя и повернулся ко мне, не колеблясь ни секунды.

На этот раз атаковала Адель, метнув увеличенное деревянное копье прямо в то место, которое я только что повредил. На этот раз копье вошло в чудовище на добрых полметра, разорвав его внутренности. Монстр взревел от боли и ярости, но не замедлил бега.

Я уперся ногами и взревел в ответ, отскочив на последних секундах. Тварь, ожидая встретить сопротивление, врезалась мордой в каменный валун, что стоял за мной. Раздался оглушительный треск, камень лопнул, а чудище замотало головой и опало на землю.

Адель подошла ко мне, ее тело дрожало от перевозбуждения и страха, когда мы оба уставились на неподвижного монстра.

— Ты думаешь, он мертв? — вполголоса спросила Адель.

— Не знаю, но я почти уверен, что у него лопнула черепушка, — ответил я, морщась от боли в руках.

— Может, пойдем и проверим? — спросила Адель, делая шаг вперед.

Я положил руку ей на плечо и покачал головой. И вовремя, тварь начала подниматься. Ее голова была изогнута под странным углом, челюсть, казалось, была вывихнута. Из пасти и развороченного бока сочилась кровь. Но монстр, несомненно, был все еще жив.

— Что делать? — в панике взвизгнула Адель.

— Закончить, то, что начали, — гася неимоверным усилием воли собственный страх, ответил я, — отвлеку его, а ты попробуй прикончить.

Адель кивнула, затем снова окутала его морду и лапы путами. Чудовище сердито фыркнуло, но сняло лишь с морды. Либо не могло использовать способность лучше, либо слишком ранено.

Я подскочил ближе и, используя оба умения ударил. Не настолько сильно, чтобы причинить реальный вред, но достаточно, чтобы отвлечь его. Монстр бросился на меня, и, несмотря на сковывающие узы, мне едва удалось избежать нападения.

Адель наблюдала, как я отбежал от разъяренного монстра и, воспользовавшись моментом, четырежды вогнала в него колья.

Я, силясь избежать очередной атаки, запнулся о корень, упал, почувствовав, как горячая боль пронзила правую ногу. В конце концов, чудовищу удалось нанести удар, оставив на ноге несколько глубоких порезов.

Я перекатился по земле, используя инерцию и в отместку, вложив все остатки энергии ударил сдвоенными руками в голову монстру. Раздался громкий хруст, когда череп уродливого существа проломился.

Но тот не спешил умирать.

— Демоны, да что ты такое! — воскликнул я, когда монстр приземлился на четвереньки.

Чудовище сделало шаг вперед, когда два деревянных копья вонзились в его череп, глубоко погрузившись внутрь. Монстр сделал еще один неуверенный шаг в мою сторону и рухнул на землю.

Мертвый.

Я пялился на труп в течение нескольких секунд, не веря, что монстр действительно мертв.

— Мы сделали это! — мой радостный вопль разнесся над лесной поляной.

Адель устало улыбнулась мне, прежде чем упасть на землю. К счастью, она оставалась в сознании, просто ослабла.

Теперь, когда волнение закончилось, почувствовал, что из меня словно извлекли стержень, что позволял сражаться. Я начал чувствовать боль от ран, накатил запоздалый страх.

Я, подволакивая раненую ногу, доковылял до Адель и присел с ней рядом. Девушка выглядела потрясенной, но невредимой.

Взгляд скользнул на рану. Тонкие струйки крови сочились из порезов, но края стягивались на глазах. Я больше расстроился из-за новеньких штанов, разорванных в клочья.

— Думал он нас схарчит, — повернув голову к девушке, заговорил я.

— Никогда раньше не видела таких, надо глянуть в Альманахе, — тихо ответила она, — не могу поверить, что мы справились.

Притянул девушку к себе, крепко обнимая. Она не отстранилась, и я заговорил вновь:

— Я тоже, — честно признался ей, — что за Альманах?

Она кивнула, глядя туда, где в медленно растекающейся луже крови лежал труп чудовища.

— Альманах это сборник, справочник, настольная книга новичка велура или санкари. Он содержит описания часто встречающихся монстров, изменённых или заражённых существ.

Девушка выскользнула из моих объятий прошла к тому месту, где в куче помятой травы лежал ее рюкзак. Раскрыв его, стала ковыряться внутри, выкладывая книгу за книгой. Наконец она остановилась на одной: толще остальных, в потрепанном синем переплете.

Достав ее девушка вернулась ко мне и села прислонившись спиной к дубу. Я хотел снова приобнять ее, но она грозно на меня глянула, и я не решился. Сама же она, послюнявив пальцы стала листать свой Альманах.

— Вот, нашла, — наконец вымолвила она, — это зорн. Измененный человек, тот чья способность привела к необратимым последствиям, изменяющим тело и разум. Так же здесь написано, что этим же термином обозначают и животных. Часто зорны обладают устойчивостью к заклятиям, а также той или иной способностью.

— Если этот монстр обладал вару, мы должны были получить энергию, убив его!

— Не все так просто, — продолжая читать, подняла на меня голову Адель, — мы, скорее всего, ничего не получили. Мало его прикончить, нужно извлечь источник и разрушить его.

— Ты должно быть шутишь?

— Нет, здесь сказано, — Адель постучала пальчиком по книге, — что все зорны тяжело уничтожимы и у них извлекаемый источник.

— Я не понимаю.

— Я не удивлена, ты же болван, — снисходительно хмыкнула Адель, — просто пойди и вырежь его. Он там.

— Где там?

— Внутри!

— А подробнее.

— Тут не сказано. Это же не пособие как вскрывать зорнов. А справочник-описание. В любом случае если мы добудем энергию, это круто. Это лучше чем убивать людей.

— Ага, особенно если не все эти твари как эта.

Я поднялся с земли и подошел к трупу чудовища. Закатав рукав, вынул нож, и с силой ударив по навершию рукояти, пробил шкуру. Затем погрузил руку в отверстие. Было тепло и противно. Долго шарив, нащупал что-то острое и необычайно твердое.

Сомкнул руку на этом предмете и с силой дернул наружу. В руке я держал что-то похожее на четыре треугольника соединённых вместе. Размером с яблоко, не больше.

Я несколько раз потряс рукой, пытаясь стряхнуть кровь, но безрезультатно. Оставив странный кристалл как есть, пошел к Адель. Ее глаза расширились, когда бросил его на землю перед ней.

— Фу, что за гадость. Обтереть нельзя было? — ее голос дрожал от благоговения, когда она смотрела на стеклянную сферу.

— Как нам выкачать из него энергию? — я присел рядом с ней и посмотрел вниз на эту штуку, — это и есть источник? У нас с тобой тоже такой есть или только у зорнов?

— Отвечая на твой вопрос, скажу, что все очень просто. Просто положи руку на это и энергия перетечет в тебя, — Адель наконец взглянула на меня и поморщилась, увидев мою окровавленную руку, — и я не знаю как выглядит наш вару. Я же людей не вскрывала.

— Интересно они всегда такие большие, — обтерев кристалл я любовался игрой света на его гранях.

— Думаю, это зависит от зорна, его ранга, если они у них есть.

Она положила руку на источнику и жестом велела мне сделать то же самое. Я подчинился.

Кристалл был теплым и, казалось, пульсировал под моей рукой, словно жил своей собственной жизнью.

— Сосредоточься, — сказала Адель, закрывая глаза, — почувствуй энергию, попробуй как бы перелить ее из кристалла в себя. Половина твоя, половина моя, это будет честно.

Я кивнул утвердительно, сконцентрировался, чувствуя, как две энергии объединяются в моем теле.

Ощутил прилив сил по мере того, как энергия заполняла мой источник и он постепенно рос. Я услышал звук, похожий на треск стекла, и, увидел, что кристалл разлетелся на тысячи крошечных осколков.

— Что с ним случилось? — спросил я, удивленный тем, что он разбился. Меня интересовало можно ли его использовать как накопитель.

— Когда вся доступная энергия в ядре израсходована, она разрушается, — сказала Адель, пожав плечами, — хотя не совсем понимаю почему.

— Повысила ранг? — спросил я, медленно поднимаясь на ноги и ощупывая раненую ногу. Поморщился, почувствовав острую боль в лодыжке. Наверняка вывих.

— Как я уже говорила становится значительно труднее расти в рангах, — Адель печально вздохнула и покачала головой, — как насчет тебя?

— Да, теперь я пятый. Не знаешь можно ли как-то накапливать энергию во внешних атрибутах?

— Неа, в Академию узнаем, — она тоже встала, с благодарностью оперевшись на мою руку.

— Жаль, хотелось бы возвыситься. И побыстрее, — я горестно вздохнул.

— Ты поднялся на пять рангов за несколько недель, и жалуешься? Мне потребовалось три года, чтобы достичь сегодняшних результатов! Три года, Тинар!

— Хорошо, хорошо! Прости меня! — я сообразил изобразить покаяние.

Она ткнула меня пальцем в грудь, ее ярко-голубые глаза сверкнули на солнце. Она так долго пристально смотрела на меня, что я трухнул, но тут Адель рассмеялась. Я моргнул от удивления, когда она, пятясь от меня громогласно расхохоталась.

— Видел бы ты свое лицо! — сказала она, согнувшись пополам, когда я начал понимать, что меня только что одурачили.

— Это не смешно, — пробормотал я.

Адель, все еще посмеиваясь, подошла и потрепала меня по щеке, словно успокаивая особенно тупую собаку.

— Кстати в другой книге говорится, что зорны могут развиваться, эволюционировать. Я, правда, не до конца поняла, что это слово значит. Так вот, если узнают что где-то бродит зверь подобно этому, — Адель зевнула, — то затевается массовая облава. Иногда даже с князем.

Мы сидели в тени деревьев, обедали и разговаривали. Адель прислонилась к дереву, сонно опустив глаза.

Мы бодрствовали всю ночь и спали всего несколько часов перед нападением чудовища.

— Помимо угрозы, которую представляют зорны, их вару имеют столько энергии, что они могут подтолкнуть кого-то от первого ранга до тридцатого, сразу. Для того, кто замер в развитии, на несколько лет или даже десятков, найти такого зверя — бесценно, — продолжила девушка.

В голове начали проноситься всевозможные сказочные варианты. Как я нахожу одного из этих зверей и убиваю его. В одиночку. Избегая многих лет тренировок и учебы. Тогда я достаточно окрепну. Мне не придется бояться таких людей, как граф Юльм Мэлбар. И убегать.

Ухмыльнувшись глупым мальчишеским мечтам, я услышал громкий храп. Подняв голову, увидел Адель, которая лежала на спине с широко открытым ртом и крепко спала.

Мы решили отправиться в путь через несколько часов, и мне тоже надо поспать. Я прислонился к дереву, заложил руки за голову и закрыл глаза, позволив своим мыслям блуждать.

Размышлял, есть ли способы улучшить свои атрибуты, не повышая ранг. Сейчас мне не хватало ни силы, ни здоровья. Я все еще думал об этом, когда наконец задремал.

Глава 7

Проснулся чуть раньше Адель. Зевнул и потянулся, медленно поднимаясь на ноги и проверяя вывихнутую лодыжку. Регенерация, делала свое дело, уже практически не прихрамывая, я подошел к девушке и плюхнулся рядом.

— Хорошо спала?

Она кивнула, подтянула к себе рюкзак поближе и достала нам по ломтю хлеба и вяленого мяса. В тишине мы принялись за еду.

— Если я не ошиблась в расчетах, — прервала она молчание, — нам потребуется еще две недели, чтобы добраться до границы Анкрима, и дней десять, чтобы добраться до Эскуса, где расположена Академия.

Я пожал плечами, откусил еще кусок жесткого мяса и медленно прожевал. Я примерно знал наших соседей, но ни разу не покидал Нороса, потому довериться ей было лучшим решением в данной ситуации.

Кроме того, одно дело путешествующая аристократка, а другое подросток-оборванец. Да еще и с кучей золота. Такого прихлопнуть, а деньги отобрать милое дело.

То, что пока мы из всех схваток выходили победителями ни чем иным как везением не назовешь. Попадись нам действительно сильные противники, нам бы не поздоровилось. Мне червей кормить, а ей княжичу постель стелить.

— Я тебе доверяю, Адель — сказал я, отправляя в рот последний кусок мяса.

Затем протянул руку девушке, помогая ей подняться. Она благодарно кивнула, и вскоре мы уже, направлялись на северо-восток, к Эскусу.

Нам потребовалось почти полтора месяца, чтобы добраться до границы вольного города. Времени ушло больше, чем мы планировали изначально, зато путешествие прошло гладко.

Никто не пытался нас задержать, ограбить или убить.

Подорожной грамотой нам служил фамильный герб Адель — вставший на дыбы конь. Медальон-печатка из эльга, искусно выплавленная.

Особого риска показывать свою печать, не было, ибо граф Мэлбар и его Дом не имели власти в вольном городе и его окрестностях. Кроме того среди знати сопредельных стран практиковалось отправлять своих детей на учебу в Эскус.

За время пути Адель объяснила мне, что в вольном городе, запрещено сведение кровных счетов. За безопасностью учеников следили лучшие из лучших стражей.

Разве что на Арене, можно было выяснить, кто сильнее.

Стражники у ворот кивнули, увидев печать Адель, сказав, что отбор в академию уже начался, и если она хочет успеть до начала учебы, то должна поторопиться.

Услышав такие слова, мы во весь опор помчались по улицам города, огибая людей. По словам стражника, сегодня последний день вступительных испытаний, и я не хотел его пропустить.

— Успокойся, у нас еще много времени! — Адель, запыхавшись, схватила меня за руку, останавливая.

— Как ты думаешь, каким будет испытание? — переходя на шаг, поинтересовался я.

— Говорят, это просто проверка наличия способностей. Определение твоего ранга.

— Обделенные тоже пытаются проникнуть внутрь? — удивлено переспросил я.

— Постоянно, у трети или даже половины из тех, кто пришел сегодня поступать нет способностей вовсе.

— Чушь какая-то! Зачем им это?

— А я почем знаю, — пожала плечами Адель.

В течение следующих нескольких минут мы шли, не прерывая молчания по широкой центральной улице, наслаждаясь теплом солнца.

Адель сказала, что погода в Эскусе всегда хороша. Здесь не бывает лютой зимы или изнуряющего жара лета.

Это, наличие Академии, удобное торговое расположение, более низкие налоги делают его привлекательным для всех. Потому город столь велик, а его население, и армия, могут поспорить с иным королевством.

Мы миновали несколько лавок, торгующих едой на вынос, и я глубоко вдохнул. Чудесный аромат свежевыпеченного хлеба и чего-то еще, неузнаваемого и манящего проник в меня. Я почувствовал, как мой рот наполняется слюной, и начал предательски раздумывать, не сделать ли небольшой крюк, чтоб купить пару пирожков.

Но не успел. Толпа вокруг нас поредела, и я впервые смог хорошенько рассмотреть Академию. К слову какого-то особого названия у нее не было.

Мы стояли на холме, возвышавшемся над ухоженным парком, и я не мог поверить своим глазам. Академия занимала огромную часть города, я с благоговейным трепетом смотрел, как люди, словно ручейки впадали через множество ворот внутрь. Территория академии была дополнительно отгорожена стеной, и со своего места я мог разглядеть сотни стражников, патрулирующих ее по периметру.

— От кого им обороняться? Зачем столько стражи? — спросил я, когда мы начали спускаться.

— Законы-законами, но некоторым на них наплевать. Здесь несколько сотен дворян. Молодежи, что только покинули отчий кров. Представь, что они могут устроить! Многие из них из враждующих родов, те, чьи Дома уничтожают друг друга столетиями. А это гвардейцы. Одни из сильнейших в изученном мире. Говорят, только чтобы тебя допустили к службе у них, ты должен быть не ниже тридцатой ступени. И это только рядовые.

Я почувствовал возросшее уважение к Владыке города. Несмотря на то, что мы оторвались от преследователей, когда бежали из Нороса, я все равно подспудно переживал, что за нами рано или поздно придут.

Граф Юльм Мэлбар не из тех, кто прощает и забывает.

Если Владыка Эрг Третий так серьезно относится к безопасности Академии и города, мы можем быть в относительной безопасности от того, кого аристократ послал за нами.

Полчаса ушло на то, чтобы добраться до ворот Академии, и еще пятнадцать минут на то, чтобы войти. Можно было и быстрее, но мне все было в диковинку и я, не переставая крутил головой по сторонам. Столько народа я никогда не видел в своей жизни. И это немного пугало.

При проходе сквозь ворота, человек в мантии и со значком стражи попросил нас остановиться. Он провел вдоль наших тел неизвестным мне артефактом, в виде удлиненного и плоского жезла.

— А это для чего? — с любопытством спросил я у этого мужчины.

Стражник выглядел удивленным, как будто не привык к тому, что с ним разговаривают.

— Это определитель или как его еще называют — «детектор» магической защиты. Им мы проверяем, чтобы никто не пронес внутрь опасных или разрушительных амулетов.

Я поблагодарил его за объяснение, и мы с Адель направились к главному двору — гигантской площадке перед массивным каменным зданием. Тут было установлено множество столиков, к каждому из которых змеилась очередь.

— Извините, — обратилась Адель к последней, блондинке с высокой грудью, — это очередь на испытания?

Девушка повернулась и бросила на Адель злобный взгляд.

— Да, но ты никогда туда не попадешь. Эта школа для талантливых и высокородных людей, а не для таких, как ты. Грязных бездарей — оборванок.

— Дружелюбная толпа, — пробормотала Адель, вызвав смех.

Характер моей подруги заметно выровнялся, за время нашего странствия. Ее закидоны и перепады настроения случались все реже. Но выглядели мы на самом деле ужасно. Времени купить новую одежду, и привести себя в порядок, совсем не было.

Опасения, что я не смогу поступить, не было. При условии что испытание, это всего лишь определение наличия способностей.

Почти два часа прошло, прежде чем мы добрались до начала очереди.

— Встретимся вон у того фонтана, когда закончим, — сказал я ей, прежде чем подойти к столу.

— Удачи.

— Тебе тоже, — сказал я, когда меня жестом пригласили пройти вперед.

Я подошел к столу, где мужчина средних лет делал заметки на листе бумаге.

— Имя, возраст, ранг, если известен, категория, — не поднимая головы пробубнил он.

— Тинар, семнадцать, пятый, санкари, — в ответ протараторил я.

Да, семнадцать. День рождение я встретил в пути. Даже не стал говорить Адель. Она решила бы устроить праздник или чего хуже, сюрприз учинить.

Мы с ней условились, что она будет поступать как вёлур, потому я смогу узнавать у нее по вечерам о специфике их занятий. Возможно, смогу развить и пробудить поглощение. А может даже овладеть щитом.

Мужчина что-то нацарапал на бумаге, потом протянул ее мне, взяв следующий листок из стопки.

— С ней в десятый кабинет. Удачи. Следующий!

Я промямлил: «спасибо» и чуть не столкнувшись плечами со следующим претендентом, прошел к зданию. Вход был массивным, а потолок возвышался над головой метров на девять. Люди толпились вокруг, держа в руках листы бумаги и оглядываясь на десятки, если не сотни дверей вдоль стен.

Глядя прямо перед собой, я увидел дверь с номером шесть, написанным синим. Посмотрев по сторонам, я понял, в какую сторону номера возрастают, и двинулся вправо, быстро найдя нужную.

Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, я постучал и вошел.

Аскетично. Так бы я охарактеризовал кабинет и его убранство. Каменный мешок, свет в который проникает сквозь щели-бойницы под потолком. За каменным же столом в углу пристроился человек.

Я кашлянул, привлекая внимание, но он, казалось, не замечает меня, потому неловко проковылял к нему.

Даже сидя мужчина выглядел довольно высоким. Близко метрам к двум. Короткие седые волосы и глаза, темные, как омуты. Лицо, без единой морщины, но на вид ему за сорок. Точно и не определить.

— День добрый! Меня зовут Тинар. Мне сказали прийти сюда, — сказал я, протягивая клочок бумаги.

Мужчина взял его, даже не потрудившись взглянуть, и положил на стол.

— Инструктор Актар. Посмотрим, что ты сможешь сделать, — со скучающим выражением лица произнес он.

— Что я могу сделать? — неуверенно переспросил я.

— Да, покажи мне свои навыки, если они у тебя есть, — сказал Актар, нетерпеливо махнув рукой.

Я несколько секунд смотрел на него.

— Прям здесь?

— Да! Здесь и сейчас! Парень, ты что, тупой? — не вытерпел он, вставая и нависая надо мной во весь свой немалый рост.

— Мне нужно ударить. И не единожды, чтобы вы смогли прочувствовать разницу, — ответил я.

Актар вышел на середину комнаты и жестом подозвал меня к себе.

— Давай, ударь меня!

— Вы уверены? Я не хочу вас поранить!

Инструктор только рассмеялся.

— Я ценю твою заботу, но сомневаюсь, что ты в состоянии причинить мне какой-либо вред. Бей, я не могу тратить на такого рохлю целый день.

Мысленно пожав плечами, я подошел к нему поближе, принял боевую стойку и, замахнувшись, активировал кулак. Поток концентрированной энергии ударил инструктора в живот.

Я мельком взглянул на него, но лицо инструктора ничего не выражало. Затем я использовал кулак и оттиск, снова ударив Актара в живот.

Ни-че-го.

Актар даже с места не сдвинулся. Он просто улыбнулся.

— Прелестно, — сказал он, разглаживая рубашку там, куда пришелся удар, — разница есть, двух кратная. Может чуть выше.

Равнодушный взгляд Актара исчез, теперь он смотрел на меня чуть более заинтересовано. Он вернулся к своему столу, сел за него и посмотрел на бумагу, которую я принес.

Что же он за монстр? Какого он ранга? Я ошеломлено уставился на инструктора.

— Итак, ты санкари и у тебя пятый ранг. Как называется твоя способность?

— Кулак и оттиск.

Актар сцепил пальцы в замок и несколько секунд смотрел на меня, оценивая взглядом.

— Способностей две. Второй раз ты бил задействовав обе. Так?

— Да.

— Оттиск сам по себе что может сделать?

Я подошел к стене и смог взобраться на метр, выдавливая опоры, а затем, подойдя к столу, сжал его край так, что он раскрошился.

Наверно совершил ошибку. Брови инструктора недоверчиво взлетели вверх, а затем подозрительно сузились. Он пристально смотрел на меня несколько секунд, да так, что меня прошиб холодный пот.

Через несколько напряженных мгновений Актар откинулся на спинку стула, и на его лице появилось довольное выражение. Как у кота, что вдоволь наигрался с мышкой и готов полакомиться. Затем он махнул рукой, и каменный стул поднялся с земли.

— Присядь.

Я некоторое время смотрел на стул, затем неохотно сел.

Значит, он, скорее всего, вёлур, понял я. Это несколько тревожно, так как он совсем не пострадал от кулака. Хуже того, он даже не потрудился воспользоваться щитом, что означало, что этот человек был на совершенно другом уровне силы.

Недосягаемом для меня.

Пока недосягаемом.

Молчание между нами между тем затягивалось.

— Кое-что меня смущает.

Я чуть вздрогнул, когда Актар заговорил.

— Наполненность энергией и сила ударов у тебя несколько выше, чем у санкари пятого ранга. Этому есть пара объяснений, — холеные пальцы побарабанили по столу, — впрочем нет. Будь у тебя еще навык, я бы почувствовал. Ты же не герой сказок? Не тот, кто обладает способностями и санкари и велуров? Не один из легендарных кангеле?

— Н-н-нет, — слегка заикаясь от боязни того, что он узнает про поглощение, вымолвил я, — я даже не знаю кто это.

— Вот и я так думаю, хлипковат ты. Так. Все равно я потратил на тебя много времени, потому предлагаю тебе пройти и второй отбор сразу. Может ты сдохнешь и не придется тратить на тебя свое время. Не люблю слабаков. Без обид.

— Что за второй отбор? — этот инструктор нравился мне все меньше и меньше, но я продолжал быть корректным и вежливым. Может этот прессинг еще одно испытание? Чего он ждет? Что я заплачу, развернусь и уйду? Ну уж нет, у меня шанс выжить и достичь успеха только тут.

— Мы проводим испытания в два этапа. Первый — определить, действительно ли у человека есть способности, а второй — выяснить боевую готовность, рейтинг в классе и достоин ли этот послушник стипендии. Владыка Эрг предлагает ее только тридцати трем лучшим ученикам каждого класса в год, посему мы должны очень тщательно выбирать, кто ее достоин. Ты наверняка нет, но проверить я должен. Результаты испытаний фиксируются, чтобы инструктора и преподаватели могли определить каких студентов они хотели бы учить.

Тридцать три ученика? Маловато, да и цифра странная, почему не пятьдесят? Не сто? Денег у меня не много, а просить у Адель себя не уважать. Потому надо заслужить эти выплаты.

— Ну что готов сдать второй тест сейчас? Что скажешь? — с легким смешком превосходства промолвил Актар.

— Готов!

Актар кивнул и снова указал на центр комнаты. Раздался громкий грохот, а затем с земли поднялся каменный голем, сложившись из камней брусчатки.

Он был грубо очерчен и всего на десяток сантиметров выше меня.

Я подошел к нему и осмотрел со всех сторон. Пока я обходил существо, его голова, с противным трескоскрежетом вращалась вслед за мной.

— Ты будешь сражаться с этим големом, пока не уничтожишь его или пока он не изувечит тебя. О травмах не беспокойся, у нас много целителей.

Мое сердце бешено колотилось, адреналин хлынул в кровь, и я принял боевую стойку.

— Готов? — услышал я голос Актара.

Сделав последний глубокий вдох, я кивнул.

— Тогда приступай!

Глава 8

Я напрягся, когда магический конструкт бросился на меня с поразительной скоростью. Ожидал, что он будет намного медленнее, так как сделан из камня.

Быстрый уклон в сторону, подныриваю под замах голема и, выпрямившись, бью его ладонью в грудь. Сила кулака, наряду с инерцией, должна была легко разбить обычный кусок камня, но единственное заметное повреждение, которое я смог нанести — небольшая линия трещин, распространяющаяся от места удара.

Кувырок в сторону, но недостаточно быстро, чтобы полностью увернуться от атаки ногой в туловище. Быстро поднялся на ноги и потрогал ребра. К счастью, целы, хотя я уверен, что под рубахой уже расползается ужасный синяк.

Мне не повредил бы доспех. Я видел на некоторых поступающих кожаные нагрудники.

Голем едва задел меня и все равно причинил нестерпимую боль. Стараясь не сближаться с ним, я попробовал на дистанции ударить кулаком в то же место, куда бил до этого.

Безрезультатно. Он очень быстр или способен видеть поток силы. А может им управляет инструктор?

Гадать некогда.

Я ринулся к голему, как только тот бросился на меня. Увернувшись от размахнувшегося кулака, я снова ударил в то же место, куда бил раньше. Мои усилия были вознаграждены. Я услышал громкий треск и, когда конструкт снова повернулся ко мне, я увидел, что линии трещин стали шире и длиннее.

«Еще один или два удара» — мелькнула мысль.

Голем вновь атаковал, и я решил использовать ту же тактику, что и в прошлый раз. Лишь я начал заносить руку для удара, как конструкт внезапно провернулся на одной ноге и молниеносно ударил меня в колено. Я хмыкнул, почувствовав, что моя нога чуть не подломилась, и скорее разорвал дистанцию.

Голем наступал, осыпая меня градом убойных ударов, все, что мне удавалось делать — это уклоняться.

Удары сыпались со всех сторон, и я начал слабеть. Попытался отпрыгнуть, чтобы уйти из зоны досягаемости, но как только ноги оторвались от пола, голем подловил меня коварным ударом в печень.

С хрипом упал на землю. Я хватал воздух, словно рыба выброшенная на берег.

Но конструкт не даст мне разлеживаться, я перекатился под стену и с трудом поднялся.

Голем прыгнул приземлившись в полуметре от меня.

Это создание очень быстрое и ловкое, я едва мог поспевать за ним.

Я наблюдал, как голем резво рванул в атаку, но и я не собирался ждать, пока он прикончит меня. Я бросился вперед и получил сильный толчок в живот, но и мне удалось нанести еще один удар по голему, услышав изрядный треск.

Несмотря на боль, я улыбнулся, когда конструкт покачнулся на одной ноге. Думая, что это мой шанс закончить, я бросился в последнюю безрассудную атаку.

Но голем в очередной раз смог меня удивить. Вместо того чтобы упасть, он развернулся на триста шестьдесят градусов и, используя инерцию вращения, ударил меня другой ногой прямо в грудь.

Я застонал от боли, когда меня отбросило назад и ударило о противоположную стену. Каким-то образом удалось сохранить равновесие, и я поморщился, схватившись за ребра.

По крайней мере, два из них сломаны. Голем — магический конструкт, но поглощение задействовать нельзя иначе этот Актар сразу смекнет, что к чему, да и не факт что навык сработает.

Если этот бой продлится дольше пары минут, я буду слишком истощен и изранен, чтобы продолжать. Сомневаюсь, что смогу добить голема. Последний удар, что я пропустил, был достаточно силён, теперь, со сломанными рёбрами и пульсирующей ногой, у меня нет ни единого шанса.

Разве что…

Я отошел от стены и краем глаза посмотрел на Актара.

Мужчина бесстрастно наблюдал за дракой. Так змеи смотрят на свою жертву.

Я оглянулся и как раз вовремя, чтобы увернуться от удара голема.

Нужно быть осторожным.

Я остановился посреди комнаты и сосредоточил взгляд на груди голема, когда тот снова повернулся ко мне. Линия трещин была видна и глубока, один хороший удар разнесет его вдребезги.

Конструкт снова метнулся вперед, и я понял, что это мой шанс. Либо я уничтожу его и завершу схватку победителем, либо голем уложит меня на лопатки.

И тогда мне не видать стипендии как Адель в своей постели.

Когда голем приблизился, я подсел, выкачал источник на всю, задействовал оттиск и кулак. Конструкт быстро подступил и нанес удар, который, несомненно, раскроил бы мне череп.

Попади он.

Я уклонился от удара, стараясь, чтобы тот пришелся вскользь, но не настолько, чтобы потерять сознание. Я поморщился от боли, пронзившей череп в том месте, куда ударил каменный кулак конструкта.

Голем вложил все силы в этот удар и теперь был открыт для моей контратаки. Я поднялся с корточек, используя инерцию и сверхскорость санкари, ударив конструкта кулаком в грудь.

Раздался оглушительный грохот, и голем разлетелся на тысячу мелких осколков. Я поморщился, пожимая руку, когда осколки посекли открытые участки тела. Затем упал на землю, хрипя от разрывающей внутренности боли. Кровавые пузыри выступили на губах, должно быть сломанные ребра повредили легкие или что-то еще.

Я услышал, как Актар пару раз одобрительно хлопнул в ладоши, что-то выкрикнул, но сквозь пелену предсмертной агонии не мог разобрать, что именно.

Затем пришло чудесное ощущение покалывания по всему телу и смыло все недомогания.

Я моргнул, мои глаза, наконец сфокусировались, и я увидел склонившегося надо мной человека. Его рука лежала на груди и слегка светилась. Через мгновение мужчина убрал руку и повернулся ко мне.

— Что-то беспокоит тебя?

— Нет, вовсе нет, — ответил я с благоговейным трепетом в голосе, — спасибо.

— Я просто выполняю свою работу, но спасибо, юноша, — мужчина улыбнулся, отряхивая длинную белую мантию.

Затем он повернулся к Актару, который снова сидел за столом.

— Что-нибудь еще?

— Нет, это все. Спасибо, Кирэн.

Мужчина кивнул ему, повернулся и вышел из комнаты.

— Садись, Тинар, — сказал Актар, снова указывая на каменный стул перед столом и впервые называя меня по имени.

Я сделал, как он сказал, заметив, что все следы борьбы исчезли. Комната выглядела целой и невредимой, голема, вернее того, что от него осталось, нигде не было видно.

Пока я сидел, Актар записал еще несколько слов на листке бумаги. Я не знал, что именно пишет инструктор. Надеюсь это не что-то плохое.

— Молодец, — сказал Актар, отложив перо и обратив все свое внимание на меня.

— Спасибо, — ответил я, не зная, что еще сказать.

— Да, настоящий подвиг. Впечатляет, что тебе удалось победить. Особенно учитывая, что голем был на целых три ранга выше тебя, — он улыбнулся и откинулся на спинку кресла, — но это и не удивительно, учитывая, что у тебя есть способность велура. Ведь так? Хоть ты о ней и умолчал. Выходит ты все же кангеле.

Услышав эти слова, я почувствовал, как у меня внутри все оборвалось, а по спине побежали мураши холодного пота. На мгновение я задумался о борьбе, но потом вспомнил, как Актар легко, даже не шелохнувшись, отбил мою самую мощную атаку.

Из кабинета не сбежать и его не победить, я замер признавая свое поражение в сохранении тайны. Ни мне жалкому юнцу тягаться с многоопытным инструктором.

— Что меня выдало? — собравшись с духом, выдохнул я.

— Череда множества отдельных вещей, никак не связанных, но которые собрались вместе, сложив для меня нужную картину, — сказал Актар с усмешкой, — не смотри так мрачно, — добавил он, махнув рукой, — я никому не скажу.

— А вы? Тоже? — спросил я, немного оживившись, но, все еще не веря, что этот человек говорит правду.

Жизнь меня рано отучила от излишней доверчивости.

— Я не аристократ и меня не волнуют политические игры. Я не принадлежу ни к одному их Домов. И не вижу угрозы в таких как ты. Если я могу помочь другому из нашего рода разблокировать способность кангеле, почему бы и нет? В первую очередь, я — учитель, наставник, остальное не существенно.

При этих словах мое настроение немного улучшилось. Хотя была некая странность в его последней фразе.

— Что вы имеете ввиду говоря «другому из нашего рода»?

— Уловил, да? Выходит, ты не столь безнадежен, как я решил поначалу. Есть мозги внутри твоего толстого черепа!

Прозвучало как комплимент или оскорбление. У меня не было четкой уверенности в том, какой смысл им заложен в сказанное. Потому я решил благоразумно промолчать.

— Как ты думаешь, сколько мне лет? — продолжил меж тем инструктор.

Вопрос прозвучал неожиданно, и я выпалил первое, что пришло мне в голову:

— Сорок?

— Это очень любезно с твоей стороны, но нет, — рассмеялся Актар, — несмотря на внешность, мне уже двести восемьдесят четыре года, и сто пятьдесят из них я посвятил преподаванию в этой школе.

Очуметь! Почти триста лет? Я слышал, что люди со способностями могут жить так долго, но никогда не верил, что это правда.

— За все время, что я здесь преподаю, только один человек с такими способностями, как у тебя, проходил у нас обучение, и я имел удовольствие быть его инструктором, — он еще больше откинулся на спинку стула и тоскливо вздохнул, — он был такой же, как ты. Не привязан ни к одной знатной семье, но все равно горел страстью учиться. Отчаянно боялся, что его поймают и убьют за то, кем он был.

— Кто он такой? — тихо спросил я, — и зачем нас ловить и убивать?

Это было первое упоминание о кангеле, кроме меня самого, и даже если тот человек мертв, возможно, я смогу узнать чуть больше.

— Ты имеешь в виду, кто он? — спросил Актар, все еще улыбаясь, — прошу прощения, но я поклялся не разглашать никаких сведений о нем и сдержу свое слово. А что касается твоего второго вопроса. Это очень длинная тема, поэтому уясни вот что. Считается, что кангеле это миф, но я знаю, что некоторые из них рассеяны по Исарию, ты тому подтверждение. Короли не любят угрозы своей власти, потому людей со способностями как санкари так и велуров, выслеживают и убивают. Это краткая версия, иначе мы проторчим здесь всю ночь. Я не могу себе этого позволить, другие ученики тоже ждут своего часа. Просто уясни это. Мы еще вернемся к этому вопросу, обещаю.

— Откуда мне знать, что все, что вы сейчас сказали, правда? Вы могли все это выдумать, чтобы завоевать мое доверие, — сказал я, скрестив руки на груди и подозрительно прищурившись.

— Нет, — ответил Актар, — но что ты теряешь, доверяя мне?

Пожалуй, он прав. Желай Актар моей смерти, он, в состоянии прикончить меня собственноручно и без какого-либо сопротивления с моей стороны. Однако это не означает, что я не попытаюсь вытянуть из него как можно больше сведений, прежде чем соглашусь.

— Если я останусь, мне понадобится кое-что от вас, кое-какие уступки.

— Естественно, — сказал Актар.

— Во-первых, со мной здесь подруга. Ее зовут Адель и она талантливый вёлур. Если вы собираетесь взять меня в ученики, вам придется взять и ее тоже и предложить нам стипендию.

Она в ней особо не нуждается, но при таком раскладе, ей не придётся раскрывать свое богатство, что чревато проблемами.

— Это приемлемо, — ответил он.

— Во-вторых, вы даете мне слово, что никому не расскажете о моем секрете.

— Клянусь своей силой, что не раскрою твоей тайны.

Я кивнул. Клятва была более чем серьезной. Отец, мать, а может, кто на улице рассказывал, не помню, но суть в том, что никто не знал, откуда взялись силы. По крайней мере, из простого люда. А вот, то, что они могут исчезнуть, если ими поклясться и клятву нарушить, знали.

— И в-третьих, мне нужны доказательства, что вы действительно что-то знаете о кангеле. Вы утверждаете, что обучили одного, поэтому что-то о них да должно быть вам известно.

Испытание, вот что это. Если он не врет и действительно обучил другого человека со способностями обоих аспектов силы, то доказать его знания будет легко.

— Очень хорошо, внеплановая лекция, — Актар с улыбкой поднялся со своего места и начал возбужденно расхаживать по комнате.

— В то время как вёлуры и санкари имеют разные цвета источника, те, кто обладают твоей способностью, имеют единый цвет. Чтобы поднять свой статус, человек, обладающий обеими формами энергии, должен сначала объединить их, иначе он не откроется в полной мере. Слияние двух энергий создает совершенно новый источник энергии, называемый вару, который станет основным источником энергии, как только будет разблокирована способность кангеле.

— Но ведь вару и есть источник? Разве не так?

— Не совсем так. Позже так стали называть источник вообще. Изначально слово вару буквально означало «универсальная жизненная энергия», то есть нет источника энергии более чистого или более мощного, чем этот. Это причина, по которой кангеле намного сильнее обычного санкари или вёлура, которые используют только половину от целого. Для тех, кто еще не разблокировал свои способности кангеле, манипуляция энергией ограничена. Скорее всего, у тебя есть навык велура, но он или вовсе не работает или проявляется спонтанно в нестандартных ситуациях. Так будет до тех пор, пока ты не разблокируешь способность кангеле.

Актар остановился и повернулся ко мне.

— По твоему изумленному лицу я вижу, что ты убежден в моих знаниях.

Я молча кивнул. Не было никаких сомнений в том, знает ли Актар, о чем говорит. Вот почему поглощение срабатывает, только когда смерть хватает меня за горло или адреналин в крови зашкаливает.

Если я хочу выжить, покарать обидчиков и достичь успеха мне нужно стать истинным кангеле.

— Ты только посмотри на время, — рассмеялся инструктор, — прости, что так долго держал тебя здесь, — Актар поднял глаза к потолку, где сквозь окна пробивались лучи закатного солнца.

У меня все еще оставались некоторые сомнения по поводу этого человека, но большинство из них были отброшены.

— До свидания, — сказал Актар, кладя руку мне на плечо и ведя к двери, — занятия начнутся только через два дня, но я позабочусь обо всех бумагах для тебя и твоей подруги Адель.

Он протянул мне листок бумаги с надписью «Квартал М, секция 13» и тонкий железный ключ.

— Это твое общежитие и номер комнаты.

— А как насчет комнаты Адель? — спросил я.

— Не терпится завалить ее? Шучу, не смотри на меня так. Не беспокойся, ты и твоя подруга будете жить со мной в одном домике. Он довольно просторный, так что не нужно беспокоиться о комнате.

— Хм, хорошо, — сказал я, немного ошеломлённый ворохом новой информации.

— Прежде чем ты уйдешь, я хочу задать тебе еще один вопрос. Как называется твоя способность велура?

— Поглощение.

— А я думал удача! — махнул мне на прощание наставник, широко улыбаясь.

Глава 9

Я поспешно вышел из здания на открытый двор. Судя по положению солнца, время перевалило далеко за полдень. Выходит я провел у Актара не меньше трех часов.

Я внутренне съежился, подумав о том, какой сумасшедшей от ожидания может стать Адель и бросился бежать. Через минуту заметил ее сидящей у фонтана и замедлил шаг.

Довольной она не выглядела.

— Прости, что так долго, — крикнул я, не пытаясь приблизиться и примиряюще выставляя ладони вперед, — испытание затянулось. Ты долго ждала?

Если бы у Адель была способность испепелять, я бы вспыхнул от ее взгляда на месте. Мгновение и я увидел, как ее глаза метнулись к кусту розы, словно решая, покарать меня или нет. Она глубоко вздохнула, и ее жесткое выражение лица смягчилось.

— Почти два часа! Я боялась, что с тобой случилось что-то непоправимое!

Я выдохнул, испытав облегчение. Ссориться на пустом месте не хотелось. Я приблизился, протянул руку, чтобы помочь ей подняться. Она неохотно приняла ее и вскочила на ноги.

— Мне нужно многое тебе рассказать, но прежде чем начну, у меня есть пара новостей!

Адель задумчиво приподняла бровь, и я быстро продолжил:

— Первая хорошая новость заключается в том, что я поступил на полную стипендию!

— Поздравляю! Я знала, что ты справишься! — лицо Адель расплылось в улыбке.

— Вторая. Ты тоже получила стипендию!

Радость на ее лице сменилось обеспокоенностью.

— Объясни, — потребовала она, скрестив руки на груди.

— Не здесь, — сказал я, оглядывая суетящуюся толпу, — нас ждет комната или домик, и как только мы туда доберемся, я расскажу тебе все, что произошло.

Нам потребовалось удивительно много времени, чтобы добраться до секции «М». Заблудившись и несколько раз спросив дорогу, мы, в конце концов, оказались в начале длинной мощеной улицы с буквой «М» на боковой стороне.

Вдоль улицы стояли маленькие однотипные домики, в которые то и дело входили и выходили люди.

— Не совсем то, что ожидал, — сказал я, когда мы пошли вниз по кварталу.

Я полагал увидеть одно огромное здание с кучей комнат, а не квартал с настоящими домами.

Мы шли по улице, выстланной брусчаткой, пока не достигли дома номер 13. Вытащив ключ из кармана, я отпер дверь и придержал ее для Адель.

Войдя попали в опрятную комнату с несколькими обитыми тканью стульями, столом и большой книжной полкой у задней стены. В стороне была кухня с различными принадлежностями и плитой. Вдоль стен стояли маленькие деревянные шкафчики, в которых, как я предполагал, хранилась еда, а возможно какие-то крупы и специи.

— Не дворец, но, думаю, сойдет, — сказала Адель, осматриваю комнату, — значит мы должны готовить сами?

— Кому с чем сравнивать. Лачугой, где я раньше обитал тоже не назвать.

По обе стороны от гостиной располагались две двери, на одну из них была прикреплена табличка «студенты».

— Я так понимаю, нам туда? — спросила Адель, когда я открыл дверь.

Комната, в которую мы вошли, была почти такой же, как и предыдущая, за исключением тафты и пары кресел у стены. Из комнаты вели четыре двери. Две в спальни, из обстановки во всех — комод, шкаф и кровать. Одна комната туалет, а другая ванная.

Разложили свои немногочисленные пожитки и уселись в кресла. Я без утайки рассказал Адель о событиях дня. К тому времени, как завершил рассказ, девушка крайне разволновалась и нервно кусала губы.

Несколько минут провели в молчании, пока она обдумывала сказанное.

— Не думаю, что мы можем доверять этому человеку, — наконец вымолвила она.

— А выбора то особого и нет, — сказал я, откидываясь на мягкую материю кресла.

Я не мог припомнить, чтобы когда-нибудь в жизни чувствовал себя столь комфортно.

— Хотелось бы избегать подобных ситуаций, — вздохнула Адель, — но что сделано, то сделано. Ты разузнал про школу? Где купить одежду? Продукты? Поесть? Когда начнется семестр? Куда нам идти и что делать?

— Воу-воу. Притормози. Столько вопросов. Актар сказал, что живет здесь же. Наверняка его комната на другой стороне дома, и он, вероятно, объяснит о местных распорядках позже. Что касается одежды и еды… — я пожал плечами, — мне было не до этого. Можем, проверить кухню.

— Я не готовлю, Тинар, — сказала Адель, — у нас этим занималась прислуга. Ты умеешь?

— Могу. Были бы продукты.

С теплом вспомнил отца и матушку, которые научили меня этому, хотя в последнее время еду я добывал где попало. Разве что не на помойке.

— До начала занятий еще есть время, пойдем глянем, не найдется ли где поесть и амуницией разжиться, — сказал я, неохотно поднимаясь с кресла.

— А помыться с дороги ты для начала не хочешь?

— Не-а, — и мой живот одобрительно забурчал, — позже! Как сменную одежду добудем.

Адель кивнула, соглашаясь.

Столовая отыскалась на удивление легко. Я предположил, что такая имелась в каждом квартале.

Повар на раздаче пояснил, что питание для учеников трехразовое и бесплатное. Но, поскольку мы официально еще не приняты, нам пришлось раскошелиться на пять серебряных монет. Платил я, у Адель не было монет мельче золота.

Для меня все здесь было в диковинку, как и для моей спутницы. Сначала мы взяли по металлическому подносу со стойки. Там же нам дали столовые приборы. Потом, двигаясь в очереди, прошли к поварам, где нам выделили по курице с картофельным пюре, овощному салату и компоту из сухофруктов.

Затем мы присели за один из длинных столов. Вокруг уже сидели сотни студентов.

— Что-то аристократов здесь не видно, — высказался я, оглядываясь.

Я сомневался, что высокомерное и самодовольное дворянство опустится так низко, чтобы сидеть среди простолюдинов, которых они и за людей не считают, несмотря на то, что здесь люди со способностями. Обделенные так вообще практически на положении рабов.

— Насколько я слышала, у них свой квартал. Там самое лучшее жилье, превосходные повара и первоклассная охрана, — сказала Адель, пожав плечами.

— Ты уверена, что не хочешь перевода в сектор благородных? Нахождение здесь должно быть доставляет тебе неудобство!

— Я ценю твою заботу, но на самом деле мне нравится. Конечно, жилье не то, к чему я привыкла, и еда не такая роскошная, и я никогда раньше не ела в комнате с таким количеством людей. Зато мы вместе. Ты отличный друг, единственный мой друг. Потому я разделю твою компанию, — улыбнулась она.

В Норосе меня могли побить или продать в рабство в Дикие Земли или приговорить к смерти. Будь на то повод и желание аристократа. Здесь же всем плевать кто я и откуда. Никто даже не удостоил меня взгляда.

Неудивительно, учитывая, сколько здесь народа. Люди всех княжеств и королевств собрались здесь. Я их никогда прежде не видел, Адель пришлось шикнуть на меня, чтобы я перестал столь пристально таращиться на окружающих.

Тут были люди с желтой кожей и кошачьими глазами откуда-то с Востока, темнокожие обитатели Западного Предела, соседствовали с краснокожими Юга.

Среди этих разномастных людей я чувствовал себя уютно и наслаждался каждой минутой.

Мы быстро расправились с едой и, отнеся подносы на моечную, поинтересовались у одной из служанок, где мы можем купить одежду.

Женщина улыбнулась и наклонилась за сложенным листком бумаги.

— Вот, возьми, — протянула она мне плотный лист. Странно, что вам не выдали комплект карт. Она включается в приветственные документы, содержащие базовые знания о местном укладе.

Я поблагодарил женщину и мысленно выругался на Актара за то, что тот не удосужился упомянуть эту очень важную деталь.

Когда мы выходили из столовой, Адель едва сдерживала смех, вызванный моим негодованием. Я, решив не обращать на это внимания, порывисто развернул карту и принялся изучать ее.

Карта показывала, что Академия построена в виде сетки, разделенной линиями. Масштаб внизу позволил определить, что ее территория это квадрат десять на десять километров.

Я определил место, где мы вошли, где сдавали испытания. Была здесь Арена, но в данный момент меня интересовало другое. Наконец я нашел то, что искал. Область, отмеченную «Торговая площадь» которая была расположена в центре.

— Нам сюда, — тыкнул я в карту, — эй, Адель, глянь-ка, — привлек я внимание девушки, указывая на область на карте отмеченную литерой «А», — как думаешь это сектор благородных?

— Ну, учитывая, что он находится в лесопарковой зоне, отгорожен от остальных, вполне вероятно, что ты прав, — сказала она, пожав плечами.

Мда, наш родной городок и то меньше. Нам потребовался почти час, чтобы добраться до Торговой площади.

Народу здесь было еще больше, чем в столовой. Изобилие выставленного в витринах товара поражало. Так можно и все деньги растранжирить.

Оглядев свою рваную одежду, я направился в магазин, где торговали оружием и доспехами. Адель же решила пройтись по другим лавкам, мы условились, где и когда встречаемся и расстались.

Когда я вошел, над головой звякнул колокольчик. Как ни странно, внутреннее помещение оказалось полупустым, что меня несказанно удивило.

Из задней комнаты в магазин вошел дружелюбного вида мужчина и сверкнул профессиональной улыбкой.

— Добро пожаловать, молодой человек, я могу вам чем-нибудь помочь?

— Да. Как видите, я немного поизносился. Мне нужно несколько комплектов добротной одежды, которая выдержит тренировки и сражения, — сказал я, подходя к стойке.

— У меня есть то, что вы ищете. Как раз разбирал новую партию, следуйте за мной, и я покажу вам, что у меня есть, — улыбка мужчины стала куда как искренней.

— Можно один вопрос? Если не возражаете, — сказал я, следуя за мужчиной в комнату, полную одежды и доспехов.

— Нисколько. Спрашивай.

— Почему у вас так пусто? Не хочу показаться грубым, но разве ваш магазин не должен быть забит покупателями? Повседневная одежда не годится для тренировок и боев. Люди должны понимать это.

— Наверняка ты не первого и даже не второго ранга, верно? — мужчина достал длинный кусок веревки и начал измерять меня.

Я кивнул, а он продолжил обмеры.

— Так вот. Большинство новых учеников первого ранга. Хорошо если второго. Они, наверняка, никогда не видели настоящего боя, и не знают, чего ожидать. Тебе повезло, что пришел сейчас. Через недельку и выбор будет ограничен и от покупателей будет не протолкнуться.

Он завершил измерения и сделал несколько пометок на листке бумаги.

— Так-так-так. Есть четыре варианта: шерсть, шерсть с кольчужной сеткой, кожа и габардин. Последний зачарован и усилен металлом, потому выйдет дороже.

— Что бы вы посоветовали? — подумав, спросил я.

Улыбка мужчины стала еще шире, если это вообще возможно.

— Умный мальчик, — сказал он со смехом, — шерсть самая дешевая и самая популярная. Кожа есть кожа. Если есть лишняя монета, я бы рекомендовал потратиться и взять габардин. Это удобно, легко и практично. Он не препятствует движению и обеспечит минимально необходимую защиту.

— Сколько? — осторожно спросил я, заинтересованный.

— За полный комплект габардина, в который входят рубашка, брюки и пара сапог, будет три золотых.

— Вы не возражаете, если я немного подумаю, прежде чем принять решение? А вы можете порекомендовать что-нибудь еще, что может быть полезным? Может быть хорошая скидка? — мой предыдущий комплект одежды обошелся мне гораздо дешевле, с другой стороны если вещь действительно стоящая, то можно раскошелиться.

— Хорошая шутка. Конечно, я не тороплю с выбором. Дай мне минутку, я сейчас вернусь.

Мужчина вышел из комнаты и через минуту вернулся с одеждой, перекинутой через руку. Он протянул ее мне, и я ощупал материал, поражаясь его качеству и тому, насколько прочным он казался.

Темно-коричневая рубашка с длинными рукавами, застегнутыми на запястьях тонкой металлической заклепкой. Других пуговиц не было, рубашка надевалась через голову, и утягивалась ремнями, идущими по бокам.

Брюки были почти такие же, но темно-зеленые. Пара карманов, да широкий пояс в придачу.

Сапоги из того же материала, но на ощупь несколько отличались.

— Пропитка от воды и грязи, — ответил на невысказанный вопрос продавец.

— У вас случайно нет трех таких костюмов моего размера? И могу ли я переодеться прямо здесь?

— Конечно, примерочная вон там. А я пока остальные принесу.

Ткань была удивительна. Она облегала тело, позволяя комфортно двигаться. Сапоги удобны и легки. Поприседал и порастягивался, чтобы определить это. Смущало, что не чувствовался металл о котором говорил продавец. В любом случае только первый бой или тренировка покажут стоящая это покупка или нет.

Лавочник вернулся с двумя другими наборами, которые я просил, и еще одним свертком, зажатым под мышкой.

— Нравится? — спросил он, кладя одежду на прилавок.

— Да! Спасибо, — сказал я, вытаскивая девять золотых из кошелька и протягивая ему.

Мужчина улыбнулся, принимая золото и пряча его в карман.

— Ты санкари, я прав? — спросил мужчина.

Я кивнул. Не совсем понимая, к чему этот вопрос.

Лавочник же развернул сверток. Внутри оказалась пара перчаток без пальцев с накладками на костяшках и наручи с поножами из плотной кожи.

Эти вещи пригодились бы в бою с каменным големом раньше. Можно бить людей и без перчаток, но тогда риск травмы выше.

— Я возьму их, — сказал я с улыбкой, — сколько?

— Девяносто пять серебра.

Я заплатил нужную сумму, душа внутреннего скрягу. В конце концов, это не слишком высокая цена за то, чтобы избежать переломов.

— Если тебе еще что-нибудь понадобится, приходи. Меня зовут Тодд. Буду счастлив помочь.

Я поблагодарил купца и вышел из магазина. Заглянув в кошелек, я увидел, что в нем осталось чуть больше двадцати семи золотых.

Надеюсь это моя самая дорогая покупка.

Появилось чувство, что кто-то за мной наблюдает. Несколько мгновений я оглядывался по сторонам, но ничего и никого не заметил.

Дойдя, до места встречи с Адель я присел на ближайшую скамейку и приготовился ждать.

У меня маленький опыт общения с девочками. Но что-то мне подсказывает, что девушка с деньгами, да после месяца в дороге при виде такого изобилия товаров, рано не вернется.

Глава 10

Солнце уже садилось, когда мы наконец добрались до дома. После того как Адель увидела мою новую одежду, а я объяснил, для чего та нужна, она настояла на том, чтобы вернуться в лавку и приобрести себе несколько комплектов.

До этого, она себе ничего не купила. Бросила мне лишь по возвращении: «Ничего не говори! Бесишь!».

Владелец магазина, Тодд, был так рад, что я привел еще одного покупателя, что предложил мне десятипроцентную скидку на все будущие покупки.

Чем я и воспользовался, купив себе нож. Обоюдоострый клинок, с костяной рукоятью и в кожаных ножнах с простенькими чарами на остроту, обошелся мне еще в пятьдесят серебра.

Покончив с покупками, заскочили домой, где оставили вещи, а сами снова направились в столовую, где поужинали ароматной свининой с печеным картофелем и овощами.

Совершенно измученные мы вернулись когда стемнело и разошлись по комнатам, пожелав друг другу спокойной ночи. Но поспать нам не удалось. Тишину прервал громкий стук по двери в нашу секцию.

Широко зевая, я отпер входную дверь.

— О, хорошо. Вы еще не спите! Пойдёмте! — широко улыбаясь, проговорил наставник.

Вместе с такой же измотанной Адель мы прошли на половину Актара.

Комната была хорошо освещена несколькими лампами, в воздухе стоял густой запах жареного мяса. Наверно он только что поужинал.

С минуту инструктор оценивающе осматривал мою спутницу, потом улыбнулся и жестом пригласил нас садиться.

— Рад знакомству, Адель. Я прочел твою характеристику и потрясен. Ты лучшая из велуров нынешнего потока.

— Мне тоже приятно познакомиться с вами, господин-инструктор. А что вы имели в виду, говоря, что я лучшая? — щеки Адель слегка порозовели от похвалы.

— Можно обращаться ко мне просто наставник или Актар. Сначала я планировал отложить вводную лекцию, но потом решил провести ее сегодня, чтобы потом не тратить на это время. Заодно отвечу на ваши вопросы.

Мы оба кивнули и Актар продолжил:

— Все студенты сдавая испытания получили рейтинг, ступень, звание, называйте как пожелаете. Он очень важен, получая его в начале года можно рассчитывать на полную стипендию. А она, как я говорил, Тинару, достается только лучшим тридцати трем ученикам. Из каждой группы. На текущий момент Адель занимает первое место среди вёлуров, а Тинар девятое место у санкари.

— Рейтинг статичен? Или можно менять позицию? Если да, то как? Отчего это зависит? — спросил я.

— Каждые неделю студенты, желающие сохранить свою позицию в рейтинге, должны драться хотя бы в одном официальном бою. Соответственно, чтобы подниматься надо побеждать тех, кто стоит выше тебя в градации и не проиграть тем, кто ниже.

— А что будет, если ты не будешь соревноваться? — спросила Адель.

— За каждую неделю, которую вы не сражаетесь, с вас будет сниматься строчка в рейтинге. В первую неделю будет одна позиция, во вторую — две, в третью — три и так далее. Вот и представь сама, сколько тебе понадобится времени, чтобы остаться без стипендии.

— К слову о стипендии, на что она распространяется? — спросил я.

— Она покрывает все уроки, расходы на проживание, питание и немного на амуницию. Кстати говоря, молодцы, что закупились комплектом одежды. И одобряю ваш выбор материала. Да, он дороже, но академия возместит вам данные траты, как только вы будете официально зачислены.

Кого-кого, а меня эта новость изрядно обрадовала.

— Стипендия продлится три месяца или семестр. Далее если вы не сохранили свой статус одного из тридцати трех лучших, ее вас лишают. Да, и еще одно. В конце каждого семестра отчетные поединки. Так сказать — это квалификационные бои, они позволяют студентам проявить себя и быстро двигаться в рейтинге. А за ним и турнир воспоследует. Но о нем подробнее я расскажу как-нибудь в другой раз.

— Я так понимаю особого смысла пробиваться в лидера рейтинга нет? Если для получения стипендии достаточно быть одним из тридцати трех? — спросил я.

— Молодец, Тинар, отличный вопрос, — Актар улыбнулся, — те, кто занял первое место в своем классе в конце семестра, автоматически получат место в турнире, без необходимости сражаться в квалификационных поединках. И стипендия за ними на следующий семестр сохраняется.

— Значит, если мне удастся сохранить первое место, я попаду на этот турнир? — спросила Адель.

Наставник кивнул, отхлебнув из кружки ароматного чая.

— А участие в турнире обязательно?

— Скажем так. Награда того стоит, — сказал он с загадочной усмешкой, — послезавтра будет официальное начало занятий. Вы двое должны быть перед главным корпусом ровно в восемь утра. Все новые студенты будут там, а также преподаватели, которые официально выберут своих подопечных.

— Значит, мы еще не твои ученики? — спросила Адель, — а что, если мы понадобимся другому учителю? Разве это не проблема?

— Вовсе нет, — сказал Актар, пренебрежительно махнув рукой, — когда я сделаю свой выбор, никто не будет со мной спорить. Как только все ученики будут выбраны, директор Рендезо объявит тех, кто получил стипендию. Это делается для того, чтобы подстегнуть других и дать им цель соревноваться.

— Похоже, это привлечет к нам много излишнего внимания, — сказал я, нахмурившись, — хотелось бы этого избежать.

— Ну, если ты не хочешь платить триста золотых за обучение, тебе придется с этим смириться, — ответил Актар.

— Проклятье! Триста золотых! Если школа такая дорогая, как столько людей могут позволить себе здесь находиться? Аристократы я понимаю, но простые люди не имеют таких денег!

— Их обеспечивают родные королевства и княжества. Или кланы. Они приезжают сюда учиться, а затем должны служить год в армии своих стран или кланов за каждый семестр, проведенный здесь.

Я замолчал, обдумывая услышанное. Пожалуй, если у тебя нет денег, то это вполне разумный способ овладеть навыками санкари или велура. В конце концов, что такое десять-двадцать лет военной службы, если можно прожить сотни? Конечно, риск велик, но судя по увиденному здесь, для многих он вполне приемлем.

— Как я уже говорил, — продолжил Актар, — как только директор закончит свою приветственную речь, мы отправимся на первый урок. Я составил расписание таким образом, что у Адель со мной будет два занятия ежедневно и три у тебя, Тинар. Первым уроком будет физическая подготовка. Длительность два часа, затем завтрак.

— Подожди, мы не будем завтракать до десяти? — Адель выглядела потрясенной.

— Можете перекусить заблаговременно, но я бы не советовал. Если не хочешь облевать свою новую одежду с тренировочным залом в придачу.

Адель заметно побледнела, но все же кивнула.

— На завтрак вам отвожу полчаса. Затем урок Тинара со мной. У тебя же Адель, будет свободное время. В одном из корпусов будут вестись общие лекции для велуров, я бы порекомендовал их посетить. Заниматься мы будем около двух часов, после чего перерыв на обед. Также часа два не больше. Перекусите, отдохнете, расслабитесь. Ваш третий урок у меня в половине третьего. Длиться будет порядка четырех часов и будет посвящен увеличению ваших личных рангов.

— Весьма длинный урок, — сказала Адель с неуверенным выражением лица.

— Как мы будем расти? — взволнованно спросил я.

— Да, это долгий урок, но на то есть причина. Кто-нибудь из вас слышал об зорнах?

— По пути сюда мы убили одного. Ледяной монстр. Это был нелегкий бой, — высказался я.

— А как он выглядел? Опиши, — глаза Актара слегка расширились.

Я подробно рассказал ему о нашем сражении с чудовищем.

— Впечатляет, вам повезло, что вы выжили в той схватке больше, чем думаете, — выслушав мою историю, сказал Актар, — мы с вами будем ходить в так называемые Заказники. Есть специальные порталы, созданные, чтобы доставить нас туда. В этих районах зорны встречаются довольно часто. Порой их создают наши велуры и выпускают размножаться, иных добывают наши рейнджеры. Кроме того испытательский сектор занимается селекцией. Начнем с тех зон, где зорны послабее. Кристаллы что сможете с них добыть, пойдут на ваше усиление. Когда вернемся, вы свободны. Ужин подается до одиннадцати, так что сможете пойти, куда захотите.

— При таком загруженном графике, когда мы будем драться в рейтинговых поединках? — спросила Адель.

— В первый год обучения бои проводятся с семи до девяти вечера, поэтому времени на это достаточно. Уясните, что сражаться в рейтинговом матче нужно только раз в неделю, поэтому найти время для этого не проблема. Еще есть вопросы?

Мы на минуту задумались, потом покачали головами.

— Тогда спокойной ночи вам обоим, — сказал Актар, поднимаясь со своего места, — да, и еще одно. Адель, я удивлен, что мне приходится говорить тебе об этом. Ладно Тинар, но ты то! В общем, я ожидаю, что вы помоетесь, и будете принимать минимум одну ванну ежедневно. Мы будем много работать, и вы будете вонять. Одежду будет забирать и стирать прачка, оставляйте ее в специальном коробе, — он указал на белый ящик с крышкой у входной двери.

Мы пожелали ему спокойной ночи, и вернулись в свою часть дома.

После нескольких удивительно освежающих минут в ванне я свернулся калачиком под самым пушистым одеялом, которое когда-либо чувствовал. Я не мог дождаться начала семестра. Одна только мысль о том, чтобы отправиться в те Заказники, о которых упоминал Актар, заставляла мои пальцы дергаться в предвкушении.

Постель была мягкой и теплой, и, несмотря на волнение, которое я испытывал, уснул через несколько минут.

Я метался по комнате, отчаянно пытаясь натянуть второй ботинок и подтягивая штаны.

Конечно, я проспал! Единственное утро, когда я должен быть вовремя, а мы из-за меня опоздаем!

— Ты уже готов? — поторапливала Адель, нетерпеливо вышагивавшая за дверью.

— Дай мне еще минутку! — крикнул в ответ, наконец-то втиснув себя в штаны и утягивая рубашку.

— Через десять минут мы должны быть на главной площади, а до нее не меньше двадцати минут ходьбы!

Я распахнул дверь и увидел, что меня ждет очень сердитая Адель. Волосы она заплела в косу, а поверх нашей формы одела красную курточку.

— Мы успеем за десять, если побежим, — сказал я.

— О, нет, придурок! Я не бегаю! Если нам придется бежать, ты понесешь меня, — сказала она, уперев руки в бока и вызывающе глядя на меня.

— Хорошо, хорошо. Я ловок и силен! Как и положено мужчине и санкари! — сказал я, открывая входную дверь.

Адель уже собиралась возмущенно ответить, когда я наклонился и взвалил ее себе на плечо. Громкий возмущенный вопль и барабанная дробь кулачков по спине были мне наградой.

— Отпусти меня! — крикнула она, привлекая внимание соседей.

— Сама же просила понести тебя! — воскликнул я, опуская ее на землю.

— Я имела в виду на спине, а не как мешок с картошкой, олух!

— О да, так будет лучше, — сказал я застенчиво, поворачиваясь к ней спиной и присаживаясь, чтобы она могла забраться на меня.

Адель раздраженно фыркнула, забираясь на спину. Я почувствовал, как ее руки обвились вокруг моих плеч. Прежде чем выпрямиться, я убедился, что крепко держу ее за бедра, и несколько секунд привыкал к ее весу, затем побежал к главному зданию.

Мы производили довольно странное зрелище, но все ограничивалось лишь удивленными взглядами, никто ничего не сказал. На бегу я почувствовал, что она прижимается ко мне. Ее мягкоупругое тело терлось об меня, а мои руки обхватывали ее бедра. Заставляя сердце биться чаще.

Она определенно прибавила в весе за последние несколько недель, подумал я, поправляя захват. Чуть меньше трех килограммов, если мое предположение верно, хотя, скорее всего, это было вызвано увеличением мышц, а не жира.

Говорить ей об этом будет плохой идеей, поэтому я благоразумно оставил эту мысль при себе.

Мы выбежали на площадь как раз в тот момент, когда зазвонил колокол, и я вздохнул с облегчением, увидев, что мы успели вовремя.

К счастью для Адель, все остальные ученики стояли лицом к сцене, и она смогла соскользнуть с моей спины прежде, чем кто-либо заметил.

Я посмотрел на нее, когда мы присоединились к толпе новых студентов и направились к выходу. Ее лицо было раскрасневшимся, интересно почему? В конце концов, бежал я, а не она.

Мы остановились в первых рядах толпы, и я уже собирался спросить, не плохо ли ей, когда кто-то на сцене заговорил.

Все студенты немедленно затихли, и я обратил свое внимание на мужчину на помосте, одетом в официальную парадную форму.

За его спиной стояло несколько десятков мужчин и женщин, все смотрели на толпу. После недолгих поисков я заметил среди них Актара и почувствовал себя спокойнее.

— Добро пожаловать в славный город Эскус, в Академию вёлуров и санкари. Меня зовут Рендезо, и я ваш директор. Как вы знаете, наша школа предназначена для того, чтобы помочь тем, у кого есть способности, оттачивать свои навыки и умения, чтобы они могли работать на благо своих стран и кланов.

Здесь он кивнул на группу хорошо одетых людей, стоящих в стороне и окруженных охранниками.

Скорее всего, высшие аристократы, — подумал я, оглядываясь.

— Вы все сдавали испытания, когда поступали, и, поскольку вы все еще здесь, вы все, очевидно, сдали.

Он замолчал, и все вежливо рассмеялись. Я понятия не имел, почему они смеются в такой момент, для меня это выглядело неискренне и не смешно.

— Однако в этом семестре стипендию получили только тридцать три ученика каждого класса. Я буду зачитывать имена. Когда назовут ваше имя, сделайте шаг вперед.

По толпе пробежал тихий гул, когда директор Рендезо вытащил из кармана сложенный лист бумаги и начал зачитывать имена.

Один за другим студенты начали пробираться сквозь толпу, пока не оказались впереди. Наконец назвали имя Адель, она бросила на меня обескураженный взгляд, прежде чем шагнуть вперед.

— Это лучшие тридцать три ученика в классе вёлуров за этот год, — продолжил Рендезо, — запомните их имена и лица. Их вы должны победить, если хотите получать стипендию в следующем семестре.

Затем он достал еще один листок бумаги, и я почувствовал, как учащается мое сердцебиение. Когда я, наконец услышал свое имя, то двинулся вперед, чувствуя на себе взгляды сотен людей.

Когда прозвучало последнее имя, Рендезо сказал то же самое о том, что мы лучшие в своей категории.

Затем он повернулся к мужчинам и женщинам, стоявшим позади него.

— Уважаемые наставники, прошу вас, выбирайте студентов!

Некоторые шагнули вперед, и я почувствовал, как мое сердце екнуло, когда услышал имя Адель, упомянутое несколькими из них. Я глянул туда, где она стояла перед толпой вёлуров. Выглядела она весьма обеспокоенно.

— Я возьму Адель в ученики.

Все люди на сцене мгновенно затихли, когда Актар с полуулыбкой выступил вперед.

— Я также заберу Тинара из санкари.

Я не двинулся с места, когда все вокруг повернулись и уставились на меня.

Почему заявление Актара привлекло столько внимания?

После секундного потрясенного молчания Рендезо наконец заговорил:

— Вы уверены?

В его голосе звучало удивление, хотя я не понимал, почему инструктор, выбравший учеников, вызывает такую реакцию.

— Совершенно, — спокойно ответил Актар.

— Очень хорошо, — сказал Рендезо, поворачиваясь к толпе, — Адель из вёлуров и Тинар из санкари, пожалуйста, обойдите сцену и подождите своего нового инструктора.

Я быстро пошел вперед, видя, что Адель сделала то же самое.

Чувствовал себя очень неуютно, когда все взгляды были устремлены на меня, и мне хотелось как можно скорее скрыться.

— Мне это не понравилось, — сказал я, когда мы оба остановились, обойдя сцену, — никогда в жизни я не чувствовал себя так неуютно!

Адель согласно кивнула.

— Рад, что ты выжил, — сказал Актар, выходя из-за угла с неизменной улыбкой, — готов начать обучение?

Я скрестил руки на груди и уставился на него.

— После того, как расскажете нам, почему все так отреагировали, когда вы сказали, что будете нас учить.

— Ты заметил это, да? — сказал Актар, смущенно потирая затылок.

Адель и я кивнули, первая даже посмотрела на него как на дебила.

— Ну, возможно, я немного преуменьшил свою значимость в школе, — уклончиво начал он.

— Что значит, «немного»? — спросила Адель.

Актар вздохнул и слегка опустил плечи.

— Хорошо. Если хочешь знать, я самый высокопоставленный вёлур в академии. Я заместитель директора школы и за последние шестьдесят лет не взял ни одного ученика.

Глава 11

— И вы не сочли нужным упомянуть об этом раньше? — Адель практически кричала.

— Нет, — сказал Актар, пожимая плечами, ни в малейшей степени не извиняясь.

— Я думал, мы стараемся не высовываться, — сказал я. Мой тон был спокойным, в отличие от Адель, — разве обучение у кого-то, занимающего столь высокий пост не будет прямо противоположным?

— Ну… сейчас это не так важно, — ответил он, — сомневаюсь, что у нас возникнут какие-то проблемы, и, кроме того, уроки со мной, будут гораздо полезнее, чем у других.

— Каким образом? — мы спросили одновременно.

— А немного подумать? Тинар, ты в курсе, что я как никто другой осведомлен о кангеле. А что касается тебя, Адель, ты действительно думаешь, что кто-то будет иметь доступ к Заказникам, каждый день по четыре часа?

— Разве не все тренируются в этих Заказниках? — спросила Адель, уже тише и спокойнее.

— Хорошо если кто-то из первокурсников окажется там хоть раз за семестр! Всё. Хватит пустых разговоров. И так много времени потеряли, а у нас много работы!

— Где мы будем тренироваться? — спросил я, — и как нам возвращаться на перерыв? Между уроками мало времени, мы можем не успевать.

— Не волнуйся, — сказал Актар и быстро зашагал по оживленной дороге, — рядом с площадкой, где мы будем тренироваться, есть столовая. Можете кушать там.

К счастью, нам потребовалось всего десять минут, чтобы добраться до назначенного сектора. Странное место. Территория огорожена, поверх натянута остроконечная проволока, всюду охранники и боевые псы. Тут и там, словно гигантский ребенок кинул кубики, разбросаны однотипные квадратные домики. Все одноэтажные и раскрашены во всевозможные цвета.

Актар подошел прямо к воротам, и один из охранников протянул ему бумажный бланк, прежде чем пропустить нас. Инструктор вписал туда наши имена, затем протянул обратно охраннику, получив от него взамен три значка. Округлые, синего цвета с выбитой цифрой три по центру.

— Прикрепите это к рубашкам. Это пропуск. Он показывает, что вам разрешено здесь находиться и в каком именно здании позволено тренироваться.

Сзади была маленькая булавка, и после недолгой возни с ней я сумел прикрепить значок к рубашке.

Мы продолжали двигаться вглубь сектора, пока не увидели нужное здание — монолит из цельного камня, и я не знал, как мы войдем, потому что двери не было видно.

На мой вопрос вскоре был дан ответ, Актар вдавил на одному ему известное место, и часть стены скользнула в землю.

— После вас, — сказал он, приглашая нас войти.

Внутри комната выглядела больше чем снаружи. Большой манеж для бега, деревянные манекены по бокам, турник, брусья, штанги, гантели, стойка с оружием и многое другое чему я не знал название.

— Красиво, правда? — спросил Актар, когда мы вошли.

— Как все это здесь уместилось? — сказала Адель, тоже оглядываясь.

— Над этим зданием и всем этим кварталом поработали лучшие велуры, что умеют проделывать и не такие фокусы.

— Для чего вон те снаряды? — спросил я, указывая на предметы у стены.

Зловещая улыбка тронула губы Актара, когда я спросил об этом, и у меня появилось отчетливое чувство, что я вскоре узнаю об этом и пожалею. Следующие слова Актара подтвердили мои мысли.

— Скоро узнаешь. А теперь беги! — рявкнул он.

Крик был настолько неожиданным, что мы оба подскочили.

— Что? — переспросила Адель.

Улыбка сползла с лица Актара, лишь только он услышал это, и сменилась хмурым взглядом, — я сказал, беги!

— Сколько нам бежать? — спросил я.

— Пока я не скажу остановиться! А теперь шевелитесь, бездельники! — взревел он.

Адель бросила на меня взгляд, полный ужаса, и помчалась вперед. Я следовал за ней по пятам.

Кто знал, что Актар может быть таким свирепым? С другой стороны, если я хочу достичь высот, надо привыкать. А не жаловаться.

Мы бегали по комнате, а Актар время от времени кричал, чтобы мы бежали быстрее и правильно дышали. Хорошо еще кнут не взял, чтобы подстегивать.

По моим прикидкам круг занимал около трехсот метров. Снаружи строение выглядело не более чем на пятнадцать квадратных метров! Кто бы ни заколдовал это здание, он должен быть очень могущественным.

После того как мы пробегали минут десять, Адель заметно ослабела, и ее дыхание стало прерывистым. Мне было намного лучше, я почти не чувствовал никакой усталости.

Должно быть, благодаря повышенной ловкости, силе и конституции.

Это, однако, не ускользнуло от внимания Актара и он решил быстро исправить ситуацию.

— Я вижу, пока Адель усердно работает, ты сачкуешь. Даже не вспотел.

— Верно, наставник, — я пожал плечами, плохо понимая к чему он клонит.

— Это неприемлемо! — взревел он буквально мне в ухо, — с этого момента ты будешь бегать вдвое быстрее Адель, и при этом неся это!

Актар накинул мне на плечи ранец чем-то набитый под завязку. Да и сам ранец казался металлическим каркасом обшитым тканью с пружинистой подкладкой в тех местах, где он касался спины и плеч.

Я почувствовал, как дрожат мои ноги под тяжестью навалившейся на меня. Чуть не согнулся под ней.

— Из чего эта штука сделана? — мне удалось с трудом выдохнуть.

— Сталь, специально обработанная кузнецами санкари. И внутри тоже. Он цельной, не полый.

— Сколько весит эта штука?!

Актар сделал вид, что задумался.

— О, я бы сказал, около восьмидесяти килограмм.

Почти центнер груза?

Я едва мог двигаться. Как мне сделать вдвое больше кругов, чем Адель?

— Ну, иди, — сказал Актар с отеческой улыбкой и помахал рукой.

Он чудовище! — подумал я, начиная бежать.

С добавлением рюкзака темп резко снизился. Через несколько минут я хрипел, обливаясь потом и переставляя ноги лишь на одной силе воли.

Не может быть, чтобы груз весил всего восемьдесят килограмм. Адель весила чуть больше половины, и у меня не было никаких проблем с бегом с ней на спине.

Я застонал от боли, обгоняя Адель, которая двигалась гораздо медленнее. Мои мускулы протестующе скрежетали, легкие горели огнем, но я продолжал бежать.

Без боли нет роста как говорят.

Эта пытка продолжалось, как мне показалось, несколько часов, и когда, наконец, услышал голос Актара, прорывающийся сквозь пелену боли и пота, я подумал, что это сон.

— Ладно, можешь остановиться.

Я сделал еще с десяток неуверенных шагов, прежде чем слова достигли мозга.

Оглянувшись через плечо, я увидел, что Адель рухнула на землю, обливаясь потом и тяжело дыша.

— Не сидеть! Пройдитесь! — велел инструктор, освобождая меня от груза.

— Пейте медленно, — посоветовал наставник, протягивая нам по чашке с водой.

Я последовал совету, медленно потягивая из глиняного стаканчика, чувствуя, как сердцебиение приходит в нормальный ритм. Я едва успел отдышаться, когда инструктор снова рявкнул во весь голос.

— Упор лежа принять! Тинар, а что это ты без рюкзачка разлегся? На-ка миленький, примерь!

Я застонал, но на этот раз сделал, как мне велели без лишних слов. Я чуть не упал, когда мышцы запротестовали от боли, но мне удалось вовремя взять себя в руки.

— Отжаться, подтянуть ноги к голове, подпрыгнуть и чтоб я слышал хлопок руками над головой! Выполнять! — прогремел он.

Я никогда раньше не делал ничего подобного, но быстро освоился.

— Ладно, думаю, на сегодня достаточно, — сказал наконец Актар.

Мы с Адель просто стояли, опустив головы и тяжело дыша, как загнанные лошади, разве что пена хлопьями изо рта не летела.

Я застонал от облегчения, когда рюкзак сняли с моих плеч.

— Теперь я хочу, чтобы вы раздвинули ноги таким образом, — Актар продемонстрировал технику.

— Я думала, на сегодня мы закончили, — простонала Адель.

— Если вы не хотите, чтобы мышцы ужасно свело судорогой, я бы рекомендовал растянуть их.

Затем мы внимательно следили за его движениями, переходя от одной позы к другой и растягивая каждую мышцу.

К тому времени, когда закончили, у меня было исключительно два желания — поесть и поспать.

Никогда в жизни я так не уставал.

Я был весь в поту, и, судя по тому, как она выглядела, Адель было не намного легче. Лицо у нее было красное, глаза опущены, коса распущена и прилипла к лицу потными прядями. В другой раз надо будет нам с ней повязать тесемки.

— Как мы будем есть или ходить на занятия, когда мы такие потные и измотанные? — спросила девушка.

Актар быстро взглянул на часы, затем указал на заднюю стену. Две каменные плиты отодвинулись в сторону, открыв две ниши с маленькими купальнями и сменой одежды.

— Я взял на себя смелость принести вам по запасной форме. Отныне вы должны будете приносить ее сами. Чтобы закрыть двери, достаточно подвести ладонь к двери. Вода будет в лучшем случае теплой, поэтому я рекомендую вам быстро искупаться. Тинар, встретимся здесь через сорок минут.

Он кивнул и вышел из здания.

Мы проводили его взглядом, потом устало поплелись к купелям.

Я закрыл дверь и быстро разделся, морщась от боли при каждом движении. Затем подошел к дальней стене, плюхнулся в бочку и вздрогнул, когда ледяная вода омыла меня.

— Я никогда в жизни не чувствовала такой боли! Клянусь, этот ублюдок пытается нас убить! — услышал я голос Адель, когда из ее отсека донесся звук льющейся воды.

Я огляделся, прежде чем заметил кусок мыла, и быстро намылился. Может предложить Адель намылить ее и потереть спинку? Пошлые мысли помогли отвлечься от физических страданий и ледяной воды.

— Я и раньше чувствовал боль, — ответил я, хорошо помня тяжелые дни на улицах, а также свои недавние бои, — но я никогда не испытывал подобной.

Она была другой. Я никогда не изнурял себя подобным образом. Это было хуже, чем когда я сломал ребра или получил удар мечом в плечо.

— Этот человек — зло! — закричала Адель и застонала от боли, — ты думаешь, он такой тихий, скромный человек, а он превращается в это!

— Согласен. Превращение Актара было, мягко говоря, неожиданным.

Я сполоснулся и выключил воду, оглядываясь в поисках чего-нибудь, чем можно было бы обтереться. Нашел рядом с чистой одеждой грубое полотенце и быстро вытерся, морщась при каждом движении.

Я надел чистую одежду и повернулся, чтобы взять старую, но с удивлением обнаружил, что ее нет.

— Адель, твоя грязная одежда исчезла? — спросил я, оглядываясь по сторонам.

На мгновение воцарилось молчание, затем из своей комнаты вышла Адель, все еще натягивая через голову рубашку. Успел разглядеть ее бледный живот, прежде чем ткань скрыла его.

— Да, — сказала она, поправляя волосы и заправляя рубашку.

— Было бы неплохо, если бы Актар упомянул об этом заранее, — проворчал в ответ.

Адель подняла на меня глаза, как будто только сейчас поняла, что я здесь, и, пискнув, побежала обратно в ванную.

Я с минуту смотрел на закрытую дверь, не понимая, что произошло.

— Адель? — я позвал, — ты в порядке?

— Все нормально, — сказала она, выходя из комнаты минуту спустя. Ее рубашка была заправлена, а ремни на талии затянуты. Ткань прилипла к телу в нескольких местах, а волосы все еще свисали влажные по спине.

Ее лицо снова покраснело, и я начал задаваться вопросом, хорошо ли она себя чувствует. Уж не я ли ее смутил?

— Может, нам что-нибудь поесть? — спросил я, чувствуя, как громко урчит в животе.

— Определенно! — с улыбкой промолвила Адель.

Я улыбнулся ей в ответ, и мы вдвоем, с трудом волоча ноги, вышли из комнаты в поисках еды.

Глава 12

— Что ты знаешь о способностях?

— Не так уж много, если не считать того, что вы с Адель рассказали мне, — я пожал плечами.

Я вернулся в тренировочный зал, но выглядел тот совсем иначе, чем до завтрака.

У стены стояли: большая книжная полка, письменный стол, за которым сидел Актар, и большое плюшевое кресло, в которое я с благодарностью опустился.

Адель уже ушла на следующий урок, и мы решили встретиться в доме после урока, чтобы вместе пообедать.

Наставник вернулся к своему обычному, благонравному состоянию и учил меня, как будто последних двух часов не было.

— Я так и думал, — улыбнулся Актар, — прежде чем начнем изучать способности и то, как они работают, сначала обсудим, почему мы существуем в первую очередь. Ты когда-нибудь задумывался, почему наши способности функционируют именно так? Почему нам нужна инициация, чтобы увидеть их, или почему необходимо повысить ранг, чтобы стать сильнее?

Я начал засыпать, так как болезненность в теле и усталость от упражнений начали проявляться. Но мои глаза широко раскрылись и я выпрямился, когда наставник затронул эту тему.

Я размышлял обо всем этом с тех пор, как проснулись способности. Может быть, существует высшее существо, которое следит за законами этого мира?

— Теперь я вижу, что полностью завладел твоим вниманием, — усмехнулся Актар. — Да, Тинар, есть причина, по которой мир таков, каков он есть. И она также связана с тем, почему сегодня так мало кангеле. А те, что есть, если они не привлекаются тайно к службе у правителей, то уничтожаются.

Он откашлялся и продолжил.

— Этой истории с десяток тысяч лет. В те времена не было такого понятия как ранги. Не было никакого разделения между санкари и вёлурами. Когда в ком-то пробуждалась сила, он обретал ее всю и сразу. Тот запас, что ты получал при рождении оставался с тобой до смерти.

Актар прочистил горло, отпил воды из стакана и вернулся к рассказу.

— В те дни не существовало королевств и княжеств. Люди жили родами и кланами. Даже Эскус еще не был основан. Все изменилось, когда появился человек, известный только как Изверг. Он обладал колоссальной силой не похожей ни на что, что видел мир, и вскоре он объявил войну кланам, требуя, чтобы те передали ему свои земли и власть над людьми.

Голос Актара мрачнел и становился все серьезнее, когда он продолжил лекцию.

— Грянула война. Одна из самых жестоких, что знавал Исарий. Изверг вскоре собрал многотысячную армию из таких же, как он сам опьяненных силой отщепенцев и обратил свой взор на клан Нугатра, что владычествовал на востоке. Он мог бы занять их земли мирно, если бы не сын владыки, который категорически отказался отступить. В порыве неповиновения тот убил собственного отца и принял на себя командование кланом. Но это вызвало раскол между старшими родами. Многие отвернулись от отцеубийцы и примкнули к Извергу и его ратям. Битва продолжалась много недель, десятки тысяч людей погибли, земля была влажной от крови, а небо черным от воронья. Но, в конце концов, узурпатор одержал победу. Он вырезал весь род Владыки, затем сел на трон, объявив себя Первым Королем. Но, как это бывает со всеми тиранами, ему было недостаточно просто править Востоком. Этого было мало. В течение следующих нескольких лет он вновь собрал свои силы и напал на Юг, на земли клана Этэла.

Актар надолго замолчал, словно погрузившись в воспоминания.

— А что потом? — жадно поторопил я его.

— Так началась еще одна кровавая война. На юге тоже были крепкие воины, но ни один из них не мог сравниться с Извергом и его закаленными в боях солдатами, и вскоре казалось, что люди Этэла падут. Два других клана, Эсзаки с севера и Келет с запада опасаясь, что они станут следующими, вскоре объединились в надежде остановить Первого Короля. Война бушевала годами, и даже с объединенным могуществом всех трех кланов казалось, что король-тиран победит. Затем настал день, когда три союзных клана столкнулись с ним в последней битве. Изверг собрал огромную армию и был уверен в своей победе. Владыки встретили его в центре поля боя перед началом битвы в надежде решить дело в схватке и сберечь своих людей. Первый Король отказался от мира, требуя капитуляции и угрожая убить их всех, если они не подчинятся.

— И-и-и?

— На поле боя появилась фигура и приблизилась к собравшимся правителям. В истории не ясно, кем был этот человек и было ли это существо человеком, но мы знаем одно — оно было само воплощенное Могущество. Олицетворённая Энергия. Будь то мужчина, женщина или Бог, это существо требовало, чтобы все сложили оружие и вернулись в свои земли.

Изверг рассмеялся над его требованиями и шагнул вперед, чтобы убить это создание.

Актар сделал паузу, чтобы отпить воды, я наклонился вперед, впитывая каждое его слово.

— Что было дальше?

Он улыбнулся и продолжил, радуясь, что я внимательно слушаю.

— Сверкнула яркая вспышка, и Первый Король упал на колени. Существо повернулось к Владыкам, и его голос прогремел над полем, чтобы все услышали. Там говорилось, что все мы растратили свой дар на войну и смерть. Что мы недостойны владеть энергией мира, дарованной им. Потом всех окутала волна силы, что исторгла из каждого его способности.

Затем существо запретило кланам снова вести открытую войну. После он объявил, что власть над энергией впредь никогда не будет дароваться так легко, свободно и в таком большом количестве. Но Изверг этого не принял. Несмотря на то, что он был лишен своей силы, он поднял меч и побежал к фигуре, крича от ненависти и ярости. Создание подняло руку и одним движением стерла его с лица земли.

Вскоре после этого был основан Эскус и назначен новый Владыка. Могущественное существо не взошло на трон, чтобы сохранить равновесие, а вместо этого назвало другого, того кого история запомнила как Эрга Первого, а затем исчезло. Потомок основателя нашего града правит и по сей день. Внутри кланов вспыхнули мелкие стычки и грызня за власть. Земли, где безраздельно правили Владыки распались на королевства и княжества. А места где бушевала та битва, сейчас известны как Дикие земли.

— Вы хотите сказать, что Владыка Эрг первородный? — спросил я.

— Именно так. На самом деле, Владыка Эрг Третий — единственный живой человек, который возможно что-то знает о таинственном существе, изменившем мир в тот день. После этой битвы никто больше не получал огромной силы в одночасье. Начали появляться ранги, родилась градация источника и вару. Люди могли контролировать только очень ограниченное количество своей силы. Вскоре были обнаружены первые зорны, и люди начали понимать, что власть нужно заслужить и что она больше не будет передаваться им просто так. Однако лишь немногие люди все еще могли владеть истинной силой мира, и они стали известны как первые кангеле.

Актар закончил говорить, а у меня голова шла кругом от вопросов.

— Почему я никогда раньше не слышал этого? Если это наша история, то разве она не должна быть общеизвестной?

— Хороший вопрос, — одобрительно кивнул Актар, — эти сведения, как и сведения о кангеле, очень хорошо скрыты. Сегодня очень мало людей знают об истинном положении вещей, но для тебя важно владеть этими познаниями, так как это даст лучшее понимание собственных способностей.

Раздался громкий звон, и Актар, казалось, вздрогнул, удивленно взглянув на напольные часы.

— Похоже, наше время на сегодня вышло.

— Но у меня так много вопросов, — пожаловался я.

— Если ты не хочешь прогулять обед, я бы посоветовал отложить их до завтра.

Я подумал, не пропустить ли обед, но урчание в животе и обещание встретиться с Адель заставили меня отказаться от продолжения урока.

— И последнее, прежде чем ты уйдешь. Я хочу подробно услышать все о твоих способностях. Как ты их обрел, как сам распознал. Как и когда проявлялось твое поглощение. Будь достоверен, так как мне нужно точно понять, что ты можешь, чтобы лучше научить тебя.

Я вздохнул, когда мой желудок снова заурчал, но изложил все Актару.

— У меня к тебе еще один вопрос, — сказал Актар, когда я с трудом поднялся с плюшевого кресла.

— Ты уже знаешь, как пользоваться щитом?

— Нет, я покачал головой, — Адель показала мне свой, и я очень хочу научиться делать собственный.

— Хорошо. Тогда этому посвятим завтрашний урок. Свободен.

Я хотел спросить, когда он поможет разблокировать поглощение, но Актар уже ушел и я решил что спрошу завтра. А может когда я открою вару то и откроется этот навык? С этими мыслями я устало повернулся к двери. Теперь меня ждут двадцать пять минут ходьбы до столовой, вот что меня волнует в данный момент больше всего на свете.

Я со стоном опустился на каменную скамью. Все мое тело страдало, даже двигаться больно.

Адель уселась рядом со мной, громко жалуясь на свою нелегкую судьбу.

— Я бы хотела заставить этого засранца бегать по кругу целый час, — проворчала она, запихивая в рот дымящиеся ложки куриного супа.

Я хмыкнул в ответ, запихивая в рот такую же большую ложку. Откуда она набралась этих ругательств? Или ей доставляет удовольствие выражаться подобным образом поскольку она раньше вела себя как высокородная?

Я слишком устал, чтобы разговаривать и много думать. Все чего я хотел, это поесть, а затем пойти вздремнуть до следующего урока.

— Ты в порядке? — Адель, несмотря на плохое настроение, выглядела обеспокоенной.

— Я в порядке, просто очень устал. Думаю, я лягу спать, когда поем.

— И не говори! — воскликнула Адель, — мой последний урок вышел не утомительным, но я все еще чувствую, что могу беспробудно спать неделю!

Мы быстро покончили с едой и направились к дому.

Посмотрев на настенные часы, я увидел, что до следующего урока осталось чуть больше часа.

Адель сбросила сапоги, бесцеремонно кинув их в коридоре, прежде чем войти в комнату и закрыть за собой дверь.

Я подумал, не пойти ли к ней или себе в комнату, но вместо этого решил вздремнуть на тахте. Я удовлетворенно вздохнул, накрылся мягким покрывалом и через несколько секунд заснул.

Легкое постукивание по лбу вывело из глубокого сна. Я несколько раз моргнул и, прищурившись, посмотрел на улыбающееся лицо наставника.

— О, хорошо. Наконец-то проснулся, да? Я решил взять на себя смелость разбудить тебя. Наш следующий урок будет через десять минут, лучше подготовиться, — с этими словами он повернулся и вышел из комнаты.

Я услышал, как Адель ругается за дверью, и понял, что она не спит. Попытался сесть, потом вскрикнул, когда все тело запротестовало. Я откинулся на подушки, чувствуя себя так, словно каждый мускул тела связан в узел.

Стиснув зубы, заставил себя сесть, поморщившись, когда сведенные судорогой и ноющие мышцы медленно вытянулись.

Теперь я очень жалел, что задремал. Заставив себя встать, я начал вспоминать и выполнять упражнения, которые показал Актар для расслабления мышц. Я морщился при каждой новой позе, но удерживал их, прежде чем перейти к другой.

К тому времени, когда Адель вышла из своей комнаты, растрепанная и полусонная, я чувствовал себя намного лучше.

— Ты должна сделать те растяжки, которые Актар показал нам сегодня утром, — сказал я, морщась от напряжения, — это поможет справиться с болью.

Адель не ответила, но сделала, как я предложил. Она перебрала все позы, которые я только что завершил. Когда она закончила, наставник вернулся в комнату и одобрительно кивнул.

— Хорошо. Я вижу, вы готовы идти. Вы будете сражаться, поэтому, если что-то необходимо, сейчас самое время это взять.

Я хотел сказать, что мне ничего не нужно, но вспомнил, что в моей комнате лежат накладки и перчатки. Я быстро вбежал и схватил их. Нацепил наручи и поножи, проверил как выходит нож. Затем натянул перчатки без пальцев, которые должны были защитить мои руки.

Теперь я готов.

— Тебе нужно что-нибудь взять, прежде чем мы уйдем, Адель? — спросил учитель.

Она покачала головой, и Актар кивнул, доставая что-то из кармана. Только тогда я понял, что он одет по-другому. Его обычная одежда состояла из длинного халата с разрезом по центру и свободных облегающих брюк.

Теперь он был одет в черный кожаный нагрудник, наручи и поножи из того же материала и те же самые парусиновые штаны, что были на мне и Адель.

Инструктор заметил мой оценивающий взгляд и усмехнулся.

— Ты же не думал, что я пойду в Заказник в одном халате?

Я пожал плечами.

Актар извлек артефакт в виде сферы, на которой попеременно что-то наживал и проворачивал. Мои глаза расширились, а Адель удивленно вскрикнула, когда в центре гостиной открылась сияющая зеленоватым светом дыра.

— Проклятье? Что это? — закричала Адель, отшатываясь от нее.

— Это наш путь в Заказник, — ответил Актар, — это портал и единственный способ добраться до места назначения. Только после вас. Он сделал Адель знак идти первой, но она только покачала головой.

— Я ни за что не пойду!

Актар повернулся ко мне и указал на портал. Я еще раз пожал плечами, потом прошел прямо сквозь дыру в пространстве.

Возникло странное чувство головокружения, и я оказался на тропинке перед огромной каменистой равниной. Небо было серым и облачным, и в воздухе, как ни странно, пахло тухлыми яйцами.

Я услышал звук шагов по камню и, обернувшись, увидел Адель, выходящую из прорехи. Она покачнулась, потом подошла ко мне.

— Где мы? Чем это тут так воняет?

В ее голосе звучали одновременно благоговение и отвращение, когда она оглядела окружающий пейзаж.

— Понятия не имею, но мы точно не в Анкриме или любом другом княжестве.

— Ты права! — мы оба обернулись, когда материализовался Актар и подошел к нам.

От внимания не ускользнуло, что дыра в пространстве захлопнулась за ним, оставив нас в ловушке.

— На самом деле мы даже не на Исарии. Прямо сейчас мы вошли в Заказник, который находится в совершенно другом месте! И пока мы здесь никто нас не побеспокоит! Я единственный, у кого сейчас есть ключ к этому сектору. Если кто-то еще хочет прийти сюда, я сначала должен открыть портал в их местоположение.

— Так что именно мы будем здесь делать? — спросил я в нетерпении.

— Вы будете сражаться и убивать зорнов. Я здесь, чтобы наблюдать и вмешиваться, только если вы в смертельной опасности. Однако, местные обитатели вам под силу. Разве что на Вожака натолкнемся.

— Не могли бы вы объяснить, подробнее, прежде чем мы начнем? — спросила Адель.

— Я с удовольствием объясню вам, как действуют Заказники и как они работают. Эти зоны богаты энергией мира и поэтому здесь можно встретить очень много зорнов. Как я говорил, многих мы выводим, а потом запускаем сюда, иных отлавливаем.

— Их же всех перебьют!

— Наши велуры достигли определенных высот в их разведении, потому не бойтесь опустошить этот сектор. Он будет заполнен в ближайшие дни. Все заказники получают градацию, основанную на силе большинства местных обитателей. У всех зорнов есть кристаллы, вы соберете их и передадите мне. В конце урока я разделю источники пополам и вручу каждому из вас вашу долю.

Актар огляделся, отпил из фляжки, что болталась у него на поясе и, обтерев губы тыльной стороной ладони продолжил.

— Я ожидаю, что ночью вы выкачаете всю энергию из кристаллов и расскажете мне о своих успехах. Остатки источников, как только они разобьются передадите мне. Академия нуждается в пыли кристаллов и требует, чтобы любой студент, использующий кристалл передал ее после использования. И последнее, прежде чем мы уйдем. Обратите внимание, — наставник повысил голос, — есть одно исключение в каждом секторе. Это животное называют Вожаком заказника. Этот зорн будет намного сильнее, чем другие, с которыми вы столкнетесь, поэтому будьте осторожны, сражаясь с ним. Его убийство, если он нам попадется, завершит сегодняшнюю тренировку. Есть вопросы?

Я и Адель разинули рты, но не успели спросить, как Актар воскликнул:

— Никаких вопросов? Здорово! Вперед-вперед! Я не собираюсь торчать здесь с вами вечно!

Он прошел мимо нас и, насвистывая, вступил на каменистую равнину.

— Если он не собирался отвечать, зачем спрашивал? — пробормотал я, когда мы последовали за ним.

— Это был ри-то-ри-че-ский вопрос. Потом объясню, — проговорила Адель.

Потребовалось всего пять минут ходьбы, чтобы наткнуться на первых зорнов. Мы остановились, увидев небольшое стадо существ похожих на помесь овцы и кабана, пасущихся на небольшом участке луга впереди.

— Что ж, это твой первый бой, — сказал Актар с усмешкой, — иди и напади на них.

— Это зорны? — недоверчиво спросила Адель, — это просто стадо безобидных животных!

С другой стороны, я просто сделал, как мне было сказано. Я побежал вперед, преодолевая расстояние между собой и зверями и готовясь к атаке.

Подойдя ближе, я увидел, что это не обычные существа. Шерсть у них была густая, рыжая и жесткая, совсем не похожая на белую пушистую, что я видел у овец раньше. Кроме того, они были намного крупнее, выше пояса. А их клыкам позавидовали бы иные волки.

Я притормозил перед одной из тварей и ударил ее ногой в бок с разбегу. Существо сердито хрюкнуло и развернувшись ударило меня копытами в грудь.

Это было не больно, поскольку габардиновая рубашка поглотила большую часть удара, но я был ошеломлен реакцией безобидного на вид животного.

Зорн повернулся ко мне, и я увидел, что он невредим и не столь безобиден, как мне показалось издалека.

Тягучая слюна капала с клыков, а красные глазки буравили меня.

Улыбка коснулась губ, когда все шесть овец повернулись, взглянув на меня.

Пошла потеха!

Глава 13

Я встал в боевую стойку, чтоб принять первую свиноовцу.

Надо бить их в морду и не покрытые шерстью места. На всякий случай извлек нож и взял его обратным хватом, как учил отец.

Нравится мне встречать противника лицом к лицу, рад, что я все же санкари, а не велур.

Я перенес вес на одну ногу, готовясь уклониться и пробить зверю в шею ножом, когда деревянный кол ударил животное в бок, пригвоздив к земле и мгновенно прикончив.

Я повернулся и посмотрел, как Адель проворно убила еще двоих, задушив плетью.

— Эй! — крикнул я, когда она приготовила еще одно копье, — что ты делаешь?

— Что? — Адель повернулась ко мне, глядя растерянными глазами.

— Это мои свиноовцы! Не порядочно вклиниваться в чужую забаву!

Другие зорны замерли в нерешительности, переводя взгляды с нас на своих поверженных сородичей.

— Извини, — сказала Адель, поднимая руки, — тогда добивай эту троицу!

Я кивнул и повернулся к другой свиноовце. И вовремя, та как раз сочла меня легкой поживой и бросилась вперед с сердитым хрюканьем, закатив глаза и оскалив клыки. Я быстро сместился в сторону, ударил кулаком и услышал хруст кости. Поверженный зверь пал к моим ногам.

Отступил назад, пропуская удар копыт следующей, но не успел контратаковать, как получил болезненный толчок в спину от другой.

По инерции полетел вперед, успев попутно подхватить другую овцу за ухо, довернуть ей голову и полоснуть ножом по горлу. Когда я отдернул руку, то поморщился, так как кровь забрызгала штанину.

Где же третья? Я закрутил головой в ее поисках.

Не знаю, что нашло на нее, возможно, она обезумела, видя смерть товарок по стаду. Но последняя скотина бросилась на меня в прыжке. Меня это ошеломило, я не придумал ничего лучше как подхватить ее, с усилием провернуться, и, добавив пинка под зад, отправить к ближайшему валуну. Благо она весила гораздо меньше, чем казалась.

Паническое блеяние сменилось треском костей, и я с мрачным удовлетворением отметил свою возросшую от тренировок силу и точность, позволившие сделать столь дивный бросок.

И это я еще навыки не задействовал.

Я обернулся и увидел, что Адель и Актар смотрят на меня: она — с раздражением, он — с удивлением.

— Молодец, Тинар! За творческий подход — хвалю! За излишнюю трату времени — осуждаю. Скажем так, это было эффектно, но не эффективно, — сказал наставник, подходя к нам.

— Работа сделана, не так ли? — сказал я, чувствуя, что надо бы побольше читать. В последнее время я слышу много не знакомых слов, значение которых порой от меня ускользает.

— Да, — согласился Актар, — но Адель убила двоих за то время, пока ты убивал одного. Если ты намерен сражаться и побеждать, то нужно научиться использовать навыки. Сейчас ты не использовал ни одного. Я не против если ты будешь придерживаться выбранного стиля впредь, но при этом держи любой навык активным. Хочу чтобы твой источник постоянно опустошался и наполнялся! Адель это и к тебе относится!

Вероятно, он прав.

Я подумал, какой навык будет наиболее полезен, и решил использовать кулак.

Решил отточить его вкупе с клинком. Думаю, это позволит быстрее заканчивать бои. К тому же придется действовать точнее, а не грубой силой.

— Тинар, я вижу у тебя нож. Как предусмотрительно! Иди и принеси мне их кристаллы.

Вот блин. А я еще из-за одной заляпанной штанины переживал. Сейчас с ног до головы перепачкаюсь.

Пока я возился с одной свиноовцой, с трудом преодолевая сопротивление шерсти, краем глаза заметил, как Адель с каким-то стержнем подходила к поверженным ею зорнам.

— Эй, Адель! Что это у тебя! — крикнул ей, прерывая свое занятие.

— Артефакт! Чтоб кристаллы доставать и не пачкаться! — она, дразня меня, высунула язык.

— Ну Адель! Всю малину испортила! Зачем так быстро все рассказала? — раздался разочарованный вздох инструктора, — Тинар, марш ко мне! Вот, — Актар, вручил мне продолговатый стержень с навершием.

— Для чего это и как работает? — спросил я.

— Задача этого устройства одна и довольно проста — помочь извлечь кристалл. Не все же, как ты готовы к кровавой работе без лишних слов и раздумий?

Я промолчал, никак не реагируя на его высказывание, и он продолжил.

— Видишь эти заострения с одной стороны? Этим концом приставляешь к груди зорна. После, вот так, проворачиваешь навершие. Острие пробьет плоть и сомкнется на кристалле. Давай, попробуй! Он подтолкнул меня к трупу зорна, причем я чуть не упал споткнувшись.

Я наклонился к одной из свиноовец и сделал, как велел Актар. Протолкнув устройство глубоко в грудную клетку зверя, я провернул навершие. Послышался щелчок, и я почувствовал, как по телу пробежала легкая дрожь.

Вытащив его, я увидел, что от кончика торчат пять зубцов, обернутые вокруг кристалла размером, цветом и формой похожим на желудь.

Маловато будет! Хотя как говорил отец: — с паршивой овцы хоть шерсти клок!

Глупо от таких слабых существ ожидать чего то существенного.

Я вздохнул и пошел потрошить других зорнов.

Закончив с этим, мы передали кристаллы Актару, который положил их в холщовый мешочек на поясе. Затем он показал нам, как прикрепить артефакты к ремням.

Двигаясь к горам, что виднелись на горизонте, мы встретили и уничтожили еще несколько мелких отар.

Использовали одну и ту же тактику. Я бросался в самую гущу стада, раздавая удары направо и налево. Адель держалась позади, отсекая тех, кто пытался сбежать и напасть с тыла.

— Не унывайте! Чем дальше пройдем — тем сильнее враги. Если поспешим, то и Вожака встретим. Кстати, Тинар. Я вижу ты хорош в рукопашной. Позже отточим технику под твои навыки и покажу упражнения на развитие силы, ловкости и скорости. Где ты научился так драться?

— Отец научил. И улица.

— Должно быть он великий боец.

— Да. Был. В своем мире, — не желая продолжать разговор на эту тему, я двинулся вперед.

Но отошел не достаточно далеко, услышав разговор Адель и наставника.

— Тинар довольно осторожен со всеми кроме тебя, — сказал он девушке.

— Он сирота, — они последовали за мной, — вырос на улице, так что у него нелегкая жизнь.

Следующие пару часов мы продвигались вглубь Заказника. По мере того как мы шли, свиноовцы становились все сильнее.

Когда Адель высказалась об этом, Актар кивнул.

— Не удивительно, ведь мы приближаемся к Вожаку.

— Сколько еще осталось?

Актар на секунду прикрыл глаза ладонью, затем указал на вершину ближайшего холма, где огромный камень закрывал нам обзор.

— Он там, наверху. Возле валуна.

Как только Актар закончил говорить, я прибавил скорость и побежал к вершине взгорья.

— Подожди! — я услышал, как Адель окликнула меня, но не обратил внимания.

Добравшись глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Сейчас не время терять самообладание. Зря я оторвался, это был необдуманный поступок.

Вожак показался из-за большого валуна, и я почувствовал, как сердце учащенно забилось от волнения и трепета.

Зверь стоял в центре массивного плато, усеянного камнями и небольшими пучками травы. Высокая каменная стена поднималась по краям плоскогорья, образуя нечто вроде замкнутого полукруга.

Баранокабан или кабанобаран — я не мог понять, кому из животных он ближе, стоял посреди отары, поводя ушами взад и вперед и опустив голову, чтобы попастись.

Он был в полтора раза больше окружающих овец, два массивных рога обвивали его голову по бокам, а четыре устрашающих клыка довершали картину.

Я присел на корточки, обдумывая стратегию нападения.

Вожака окружало восемь овец. Если я буду двигаться достаточно быстро то, вероятно, смогу убить половину из них прежде, чем они поймут, что происходит. Затем я прикончу остальных и возьму на себя Вожака.

Завершив свой план, я воспользовался кулаком и почувствовал знакомый порыв воздуха, когда вращающееся энергия формировалось на руке.

Именно тогда Адель, наконец, догнала меня.

— Что за дурацкая идея сбежать, придурок?! — закричала она, уперев руки в колени и задыхаясь.

Я поморщился, увидев, что все звери смотрят прямо на нас.

— Проклятье, Адель! — закричал я, когда овцы издали коллективное блеяние и бросились на нас.

Подняв глаза, девушка заметила, в каком затруднительном положении мы оказались. Ее щит вспыхнул, рука взметнулась, когда она использовала свое умение путы, и стадо заметно замедлилось.

— Это даст тебе время. Я прикрою!

Я кивнул и молниеносно помчался к свиноовцам. Я встретил приближающихся животных с мрачной улыбкой, моя рука с ножом метнулась вперед и проткнула одной из них глаз.

Ошметки крови, кости и мозга разлетелись в стороны, когда голова животного разорвалась на части.

Мне удалось избежать встречи с другой, прыгнув в сторону. Я развернулся на месте, рука взметнулась, блокируя атаку.

Но меня опередили.

Деревянное копье пролетело мимо моего лица и вонзилось в череп овцы, которая пыталась подкрасться ко мне.

Я благодарно махнул рукой и перекатился на бок, избежав пары хлещущих копыт, и удара клыками.

Звук, одновременно похожий на блеяние тысячи овец и визг тысячи свиней, потряс плато, и я резко повернул голову, чтобы увидеть, что Вожак, решил вступить в битву.

Я медленно поднялся на ноги, когда Адель, попутно прикончив недобитков, подошла ко мне, не сводя глаз с кабанобарана. Тот покачал головой, копаясь в земле и грозно фыркая. Недолго думая он топнул копытом и бросился на нас.

— Замедляй! Я убиваю! Если видишь возможность нанести удар, бей!

Не дожидаясь ответа, ринулся к Вожаку. Земля дрожала под весом этой махины, и я уже сомневался в своей способности упокоить его.

От первой атаки я уклонился. Кабанобаран яростно фыркнул, промахнувшись. Рев перешел в визг, когда я с помощью оттиска и кулака распорол ему бок.

Когда зверь снова повернулся ко мне лицом, вокруг его рогов, клыков и копыт появилось предательское алое мерцание. Зорн покачал головой и снова заревел.

Вот дерьмо! Он использует способность!

Я приготовился, когда вожак снова ринулся в атаку, опустив свои пылающие рога и целясь прямо в меня. Раздался приглушенный удар, когда два кола вонзились в спину барана, и тот взвизгнул от боли.

Еще пара должны были пробить его ноги, но Адель промахнулось.

Я увернулся от приближающегося зверя и с ужасом наблюдал, как его светящиеся рога ударились о ближайший камень. Тот взорвался дождем каменных осколков, и зверь пролетел несколько метров, прежде чем обернуться и еще раз посмотреть на меня.

Он ударил копытом по земле и фыркнул, на этот раз, казалось, с большим гневом, взревев от ярости и боли, прежде чем снова броситься в атаку.

— Вызов принят, мохнатый ублюдок! — закричал я.

Я устремился на зверя, намереваясь завершить бой.

Сократив дистанцию, я вонзил нож прямо между глаз зверя.

Вожак умер мгновенно, однако успев ударить. Из меня выбило дух, когда туша весом в пару центнеров протаранила меня на полной скорости. Я подлетел на несколько метров в воздух, и со свистом приземлился на спину.

Отчаянно охнул, пытаясь дышать и подняться.

— Ха — ха — ха — ха! Вы бы видели! Великий и грозный кангеле побежден сельскохозяйственным животным! — передо мной появилась смеющаяся Адель.

Я застонал от боли, заставляя себя сесть. Актар стоял в стороне, на его лице блуждала веселая улыбка.

— Ничего смешного, — сказал я, нахмурившись, и поморщился, поднимаясь на ноги.

Вроде ничего не сломано, но тело один сплошной синяк.

— Только безрассудный идиот, как ты способен на такое!

— По крайней мере, мне удалось убить его, — сказал я, подходя к мертвому барану и вытаскивая металлический стержень из-за пояса.

Потребовалось всего несколько секунд, чтобы извлечь кристалл. Этот был намного больше, чем другие, размером с крупный персик.

— Хорошо поработали, ребята! Тинар — зорны, по полетам один один.

— Кто получит последний кристалл? — решил я прояснить один вопрос, уходя от этой темы.

— Сегодня ты, учитывая, полученную взбучку, — я считаю, что это заслуженная компенсация, — сказал Актар с усмешкой, — Адель возьмет следующую.

Я кивнул, чувствуя, что если дело и дальше пойдет таким чередом, смогу получить новый ранг в ближайшие дни.

— Согласна, он определенно заслужил это ядро, — все еще посмеиваясь сказала девушка.

— Спасибо, — сухо ответил я.

— Ладно, хватит об этом.

Мы обернулись и увидели Актара, открывающего портал. В следующее мгновение в пространстве разверзлась дыра, и все мы вышли из Заказника, войдя в гостиную.

— На сегодня уроки закончены. Я бы посоветовал вам умыться и сменить одежду перед едой, — сказал он, указывая на грязную и забрызганную кровью амуницию, — я пересчитаю кристаллы и разделю их. Они будут ждать вас в ваших комнатах, когда вы вернетесь с ужина.

Он усмехнулся и повернулся, чтобы выйти из комнаты.

— Увидимся завтра ровно в восемь утра, и не забудьте ваши значки.

Потом он исчез.

Я несколько секунд смотрел на закрытую дверь, прежде чем услышал вопль Адель.

— Нам придется повторить все это завтра?!

Глава 14

Приняв ванну и перекусив, я бросил грязную одежду в корзину для белья и взгромоздился на кровать, выложив перед собой небольшую кучку кристаллов.

Сначала думали сходить с Адель на арену и посмотреть несколько рейтинговых матчей, но почти сразу же передумали. Мы оба были слишком измучены.

Теперь я рассеянно перекатывал кристаллы перед собой, подстелив под них войлочную ткань. С предвкушением я взял первый кристалл и выкачал из него энергию, когда сердцевина разлетелась вдребезги, ткань собрала все осколки.

Когда наконец закончил, собрал вместе углы тряпки и перевязал их небольшим куском бечевки. Затем положил в угол, планируя утром передать наставнику.

Я лег в постель, погасил лампу, натянул одеяло до подбородка и скоро заснул.

— Бегите быстрее, ленивые, ни на что не годные задницы! Я видел улиток, которые могли двигаться быстрее вас! Прибавить темп!

У меня даже не было сил застонать, вместо этого я изо всей мочи старался бежать быстрее под тягостным весом ранца. Мои мышцы протестующе кричали, и я чувствовал, что скоро выплюну легкие. Но несмотря ни на что я продолжал бежать.

— Прыгай на землю и отжимайся пятьдесят раз! Ранец не снимать!

Спотыкаясь, я остановился, принял упор лежа и начал считать.

Я сделал ошибку, посчитав в уме, и Актар заставил меня повторить все снова, сказав, что если он не слышит, как я считаю, то, значит, я могу сжульничать.

Закончив, с трудом поднялся на ноги.

— На турник! Подтягивайся!

Руки предательски дрожали, а ноги восстановились ровно на столько, чтобы я смог дойти до перекладины. Я прошел мимо Адель, которая выглядела ничуть не лучше.

На ней тоже был рюкзак, хотя и намного легче, чем у меня. Она совершила ошибку, спросив, зачем вёлуру нужна физическая подготовка, и инструктор наказал ее за это.

После еще одного часа мучений Актар наконец объявил, что урок окончен. В этот момент мы, пошатываясь, побрели в душ, не говоря ни слова.

Это был наш четвертый день обучения под его руководством, и уроки, казалось, с каждым днем становились все труднее. Особенно мне, физические упражнения я чередовал с отработкой ударов на мешках и манекенах, а в конце меня ждал обязательный спарринг с Актаром.

Я стиснул зубы, когда ледяная вода омыла измученное тело. Из соседней кабинки не доносилось ни звука. У Адель не осталось сил даже на ругань.

Когда мы вышли из душа, то с удивлением увидели, что Актар все еще в зале, в сопровождении еще одного человека, смутно знакомого.

— У нас мало времени. Вы двое, подойдите.

Задаваясь вопросом, что за пакость выдумал Актар, мы осторожно приблизились, замерев в нескольких метрах от них.

— Ты действительно их здорово обработал, — сказал мужчина, поворачиваясь к наставнику, — как будто тебе нравится мучить их.

На лице нашего учителя появилась широкая улыбка, и он поднял руки, как бы говоря: «ну, ты меня поймал».

Мужчина подошел к Адель и положил руку ей на плечо. Она слегка вздрогнула от его прикосновения. Секунду она стояла совершенно неподвижно, потом с ее губ сорвался восторженный крик, и она выдохнула с явным облегчением.

Затем он приблизился ко мне и проделал туже манипуляцию. Я почувствовал, как облегчение нахлынуло на меня, когда избитое и измученное тело снова собралось вместе.

Я застонал от удовольствия, когда все мои боли исчезли, оставив меня здоровым и бодрым.

— Вы, Кирэн, верно? — спросил я, — вы тот, кто исцелил меня после вступительного испытания.

— Приятно, когда тебя помнят, — сказал Кирэн с доброй улыбкой, отступая назад и становясь рядом с Актаром.

— Зачем он исцелил нас? — нерешительно поинтересовался я, заметив, что Адель внезапно напряглась.

Актар сделал вид, что на секунду задумался, прежде чем ответить.

— Ну, раз вы оба игнорировали целителей, с того момента как мы начали тренироваться, решил взять на себя смелость и лично привести вам одного.

Я разинул рот, глотая воздух словно рыба.

Все это время нам полагался целитель?!

— Ты нарочно, не так ли? У-у-у-у, садист! — Адель чуть не взорвалась от возмущения.

— Кто я? — спросил Актар, напустив на себя невинный вид, который не обманул ни одного из нас ни на секунду, — ты очень непочтительна! Сто отжиманий и сто кругов!

— Давай, Тинар, мы уходим! — она схватила меня за руку и потащила к двери.

— Не забудь, Адель, наш следующий урок в половине третьего, — крикнул он нам вслед, и ты мне еще должна за оскорбление наставника.

В ответ она только подняла руку и выставила средний палец, ясно давая понять, что она думает об его уроке и грядущем наказании.

Сумасшедшая девчонка!

Но мне нравится.

— Ты действительно больной ублюдок, Актар, — сказал Кирэн, слегка похлопав того по спине, прежде чем последовать за нами.

Я раздраженно зарычал, когда энергия выскользнула из моих рук и сиреневый свет вокруг меня погас.

— Это невозможно! — сказал я, в отчаянии всплеснув руками.

Я пытался удержать щит, но энергия ускользала из-под моего контроля.

— Это не невозможно, просто трудно освоиться, — терпеливо ответил Актар, — попробуй еще раз.

Я глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, затем снова попытался сформировать щит. Потянулся к источнику. Ухватившись за энергию разумом, я начал медленно откачивать ее, распределяя изнутри своего тела.

Пот выступил у меня на лбу, когда слабое сиреневое свечение начало исходить от кожи. Я захотел усилить потоки энергии, и свет вокруг меня стал ярче. Попытался добавить еще немного и вновь потерял контроль.

— Проклятье! Да что не так-то!

Я следовал инструкциям наставника до последней буквы, но как ни старался, ничего не получалось! Как будто энергия боролась со мной на каждом шагу.

Актар сидел молча, пока я кипел от злости и пытался понять, в чем проблема. Я закрыл глаза и начал мысленно представлять весь процесс.

Адель делала все быстро и легко, а метод, предложенный мне инструктором занимал уйму времени и сил. Что-то тут не вяжется.

Тут меня осенила идея. Что, если вместо того, чтобы тянуть и формировать энергию, я попытаюсь заставить источник вывернуться наружу?

Стоит хотя бы попытаться.

Глубоко вздохнув, я открыл глаза и попробовал заставить источник расшириться одновременно во все стороны. Почувствовал потоки энергии, затем ярко-сиреневое свечение покрыло мое тело.

Потрясённый, потерял контроль и щит исчез.

Я повернулся к Актару с довольным выражением лица.

— Знал, что ты справишься.

— Из-за вас, учитель, я вначале делал все неправильно, — воскликнул я, возмущено.

— Но, в конце концов, ты все понял, не так ли? — спросил Актар, подняв бровь.

— Да, спасибо, наставник. Хотя я не понимаю, почему терплю все это и не обучился щиту, просто спросив Адель.

Сердце бешено колотилось, кулаки сжаты до белых костяшек. Обычно я сдержан и спокоен, но Актар мучил нас уже несколько дней без всякой видимой причины. Всякий раз, когда мы спрашивали почему или жаловались что нам тяжело, он давал нам еще более изощренные упражнения.

Истощение и непонимание логики происходящего привели к моему эмоциональному всплеску.

— Скажите мне, почему я не могу уйти отсюда прямо сейчас и никогда не возвращаться? — спросил я.

— Далеко ли тебе до следующего ранга?

Я привык к, казалось бы, нелепым вопросам Актара, поэтому просто ответил, не спрашивая почему.

— Нет.

С недавнего времени Актар научил нас технике, позволяющий оценивать запас энергии противника и свой и предчувствовать, сколько нам нужно, для переходя на следующий этап развития силы.

— Хорошо. Предлагаю сделку. После сегодняшней зачистки Заказника у тебя достаточно кристаллов для перехода. Если после того как взойдешь на следующую ступень еще останутся вопросы и ты решишь бросить тренировки у меня я тебя отпущу.

Я на мгновение задумался, затем неохотно кивнул.

— Хорошо. На сегодня урок окончен. Увидимся в половине третьего, — сказал наставник, выходя из комнаты.

Я уставился на кристалл Вожака. Все, что мне нужно сделать, — это выкачать энергию, и я обрету новые силы. Слова Актара не выходили у меня из головы, я вновь и вновь возвращался к ним, пытаясь осмыслить и понять, что он имел в виду.

Есть только один способ узнать.

Глубоко вздохнув, я выкачал энергию, почувствовал, как по телу пробежало предательское покалывание, и вздрогнул.

Я чувствовал себя потрясающе. Гораздо лучше, чем в предыдущие разы.

Чувство собственной силы пьянило. Жаль, что нельзя измерить в цифрах свои атрибуты, уверен, что мои показатели возросли многократно.

Адель рассказывала, что она читала о подобном в книгах. Что там все можно измерить и силу и ловкость и мощь ударов. Глупая девчонка, забивает голову всякими пустяками.

Мысли с Адель перескочили снова на себя. Есть только один способ подтвердить догадки. Позади нашего дома имелся небольшой сад. Выйдя туда, я проделал комплекс силовых упражнений, а также базовые тренировки на ловкость и скорость. Поработал с кулаком и оттиском.

С удовлетворением отметил, что я значительно подрос. Проверил источник и убедился, что и мой запас энергии увеличился.

Уверен, что и остальные возможности организма выросли!

Каков прохиндей! Актар знал, что это произойдет, но не сказал ни одному из нас. Каков! Знал, что тренировки на изнеможение приведут к таким результатам и не сказал.

Я вернулся в дом и, подойдя к комнате Адель, постучал в дверь.

— Я сплю. Уходи!

— Тогда просыпайся. Я должен сказать тебе кое-что важное!

Я услышал приглушенные проклятия и топот ног, затем дверь распахнулась, и на пороге появилась Адель, одетая в ночную рубашку и выглядевшая не очень счастливой.

— Что? — раздражено спросила она.

Я хотел ей рассказать о своем открытии, но мой взгляд уперся в вырез ее ночнушки. Я залюбовался ложбинкой меж грудей, облизав в раз пересохшие губы.

— Не очень-то тепло, — сказал я, совсем не то, что собирался.

— О чем ты…? — спросила Адель, прежде чем посмотреть вниз.

Лицо ее покраснело, она стремительно нырнула обратно в комнату, хлопнув дверью у меня перед носом.

Я поднял руку, чтобы постучать еще раз, когда дверь внезапно открылась. Адель стояла там, ее лицо все еще оставалось пунцовым. Одеяло было накинуто на плечи, скрывая ночную рубашку.

— Чего ты хотел? — спросила она.

— Насколько ты близка к седьмому рангу? — спросил я.

— Вот столечко осталось, — она сблизила большой и указательный пальцы, оставив между ними небольшую щелочку.

Она улыбнулась, и я понял почему. Она рассчитывает завтра совершить переход на новую ступень.

— Вот, — сказал я, порылся в карманах и протянул ей пять желудей, — это кристаллы тех свиноовец, тебе должно хватить.

Она нерешительно взяла их и посмотрела на меня с характерным прищуром.

— Не то чтобы я не оценила этого, но в чем спешка?

— Просто поверь мне и выкачай наконец из них энергию.

— Не надо повторять дважды, — сказала она с улыбкой.

В следующее мгновение все кристаллы в ее руке рассыпались и упали на пол. Адель вздрогнула, довольная улыбка тронула ее губы.

Я увидел, как ее глаза расширились, она застыла от шока. Я молчал, пока она осмысливала происходящее. Она вышла в коридор и проделала пару упражнений, вызвала пару кольев, плети.

— Не наигралась? — спросил я с усмешкой.

— Почему атрибуты так сильно возросли?

— Думаю, ты уже догадалась, — ответил я.

Она открыла было рот, чтобы спросить, что я имею в виду, но передумала.

— Ах, этот подлый ублюдок! Ну я ему…

— Ладно, я спать. Прибери здесь, — сказал я и быстро нырнул в свою комнату.

— Тинар, что за…!

Но я уже закрыл дверь.

— Раз я наблюдаю вас здесь, предположу, что вы оценили и увидели преимущества моих занятий, — сказал Актар, когда мы пришли на утреннею тренировку.

Ни один из нас не клюнул на его приманку, ожидая, что он предпримет дальше.

— Никаких вопросов? Требуются ли объяснения? — он изобразил удивление.

— Нет, наставник, — пожала плечами Адель.

На этот раз на его лице появилась искренняя улыбка.

— Отлично, вы поняли, что физические упражнения на износ повысили вашу силу, ловкость и телосложение, но вы ощутили рост и других атрибутов?

— Да. Источник стал полнее, отклик на умения короче, восполнение энергии быстрее. Думаю это от тех книг, что ты нам предлагал читать и упражнений на контроль, а Тинару, помогло решение задачки со щитом.

Актар с энтузиазмом кивнул.

— Да, молодцы! Все таки выскажусь от чего так давлю на вас. Дело в том, что на ранних рангах прокачать и увеличить атрибуты проще. Особенно в вашем юном возрасте. Исключение составляет преодоление порога.

— Это еще что за ерунда? — спросил я.

Если Актар столь разговорчив, не мешает попытаться вытянуть из него полезную информацию.

— Переход на ранг кратный десятому. То есть собственно десятый, двадцатый, тридцатый и так далее.

— И на сколько возрастет мощь? — спросила Адель, — нам никто и никогда не объяснял об этом.

— Скажем так, если встретишь кого-то данного ранга, беги в другую сторону. Пока не сравняешься.

— Ты думаешь, мы не сможем победить? — спросил я, подняв бровь, — я лично убивал врагов на несколько рангов выше меня.

— Всего лишь везение. В настоящем бою против поистине сильного противника у тебя нет шансов. Поверь мне на слово.

Я снова кивнул. Актар, может, и взбалмошный сумасброд, но знающий. Если он говорит, что люди десятого ранга опасны для нас, значит так оно и есть.

— Итак, как я уже сказал, каждый раз, когда порог пройден, человек чувствует значительное увеличение сил. Однако эта способность уменьшается с каждым прорывом. Теперь, есть еще вопросы? — спросил наставник, и знакомая озорная усмешка сменила научное воодушевление.

Никто из нас не рискнул отвечать.

Это была еще одна из его любимых проделок. Он спрашивал, есть ли у нас вопросы, а когда один из нас пытался задать их, обрывал.

— Что-то вы сегодня не веселы. Берите рюкзаки у стены. Адель, не забудь про должок.

Я окрыленный подскочил к весам и одним махом закинул рюкзак на плечи. Я достаточно окреп, чтобы вес практически не беспокоил меня. Я не мог дождаться, чтобы увидеть выражение лица Актара, когда легко побегу по залу.

Как жестоко я ошибался.

Наставник без лишних слов снял с меня старый рюкзак и водрузил новый. Глаза расширились, когда вес лег на плечи. Мои ноги начали дрожать под тяжестью, когда я в недоумении уставился на иструктора.

— Ты действительно думал, что я оставлю тебе прежний груз? — с притворным удивлением спросил Актар, — я думал, ты знаешь меня лучше.

Я увидел, как ноги Адель подогнулись, когда на нее водрузили рюкзак, и смирился с тем, что мне придется провести два несчастных часа.

— Я заметил, что вам двоим еще предстоит сразиться в рейтинговых поединках, — сказал Актар, когда мы вышли из портала.

Я и Адель повернулись к нему, когда он сунул ключ в карман. Мы оба были измучены и с головы до ног забрызганы грязью и кровью.

Этот заказник выдался особенно трудным. На этот раз Вожак атаковал Адель, а не меня, и сумел разбить ее щит своими светящимися рогами, а клыками прокусил кисть.

Мы оба сильно пострадали, так как бой велся без какой-либо тактики. Актар, ничем не помог нам, вместо этого он стоял в стороне и раззадоривал Вожака атаковать нас сильнее.

— О, не смотрите на меня так, — сказал тот пренебрежительно, — если вы не будете бороться и побеждать, по крайней мере, в одном бою в неделю, ваш рейтинг начнет падать. Нужно ли напоминать вам, что произойдет, если вы упадете ниже тридцать третьей строчки?

— Нет, — вздохнул я.

Хотя Адель не бедствовала, я определенно нуждался в стипендии. Это означало, что после ужина, мне придется посетить арену.

— Ты пойдешь со мной? — спросил я, когда мы вышли из столовой.

— Почему бы и нет, — покорно ответила Адель, — может, встретимся с кем-нибудь из нашего класса, посмотрим, с кем мы имеем дело.

Мы заскочили домой, где сменили одежду. Пока Адель переодевалась в боевую форму, я пристегнул поножи и наручи и одел бойцовские перчатки, те самые без пальцев и с накладками на костяшках.

Затем я достал карту, чтобы определить местоположение арены. Минут через десять Адель была готова, и мы вышли.

Арена находилась всего в паре кварталов от нас и минут через пятнадцать мы подошли к огромному округлому зданию.

Когда мы приблизились, то разглядели группу других студентов, ожидающих у одного из входов, и направились к ним.

— Как ты думаешь, как она выглядит изнутри? — спросил я, когда очередь быстро двинулась вперед.

— Я никогда раньше не была на арене, так что моя догадка не хуже твоей, — ответила она.

Еще десять минут ушло на то, чтобы добраться до входа, где за столом сидела приятная женщина с большой стопкой бумаг перед ней.

— Имена и классы, год обучения? — спросила она, когда мы встали в очередь.

— Тинар, санкари. Первый.

— Адель, класс вёлуров. Аналогично.

Женщина начала рыться в стопке бумаг, все больше и больше раздражаясь, так как никак не могла нас найти. Даже переспросила как по буквам наши имена пишутся и их полную форму.

— Я не вижу вас в списке. Какие строчки занимаете? — она с подозрением уставилась на нас.

— Я на девятом месте в своем, а она на первом в своем, — ответила я, испытывая внутреннее беспокойство.

Выражение лица женщины мгновенно изменилось. Недоверие сменилось радушной улыбкой.

— Почему ты сразу не сказал? — спросила, поднимаясь и жестом приглашая кого-то занять ее место, — следуйте за мной, — добавила она, проходя через маленький вход на арену.

Я и Адель обменялись смущенными взглядами, но та только пожала плечами и последовала за женщиной. Я поспешил за ними, отставая на пару шагов.

Я в наглую пялился по сторонам, открыто разинув рот. Величественное зрелище предстало передо мной. Потолка над головой не было, и арена была открыта темнеющему небу. Несмотря на полумрак, она была ярко освещена. Ряды сидений поднимались вверх, окружая большое открытое пространство в центре. Площадь была огромной, с моего места я насчитал около двадцати секторов, где велись поединки.

— Обычно студенты из тридцати трех лучших не входят через главный вход, — заговорила наша провожатая.

— А где? — спросила Адель.

— Вон там, — сказала та, останавливаясь и указывая на огороженную территорию.

В то время как остальная часть арены была довольно переполнена, эта область практически пустовала, только один или два человека стояли внутри.

— Поговорите с мужчиной, сидящим за этим столом, и он расскажет все, что нужно знать.

— Спасибо за помощь, — сказала Адель, и мы направились к воротам.

Мы вошли и увидели небольшую группу людей, слоняющихся у входа, и я подумал, что они выглядят довольно неприятно. Судя по тому, что я слышал, один из них бахвалился своей боевой доблестью и тем, что никто не может даже надеяться сравниться с ним.

Когда мы подошли к мужчине, сидевшему за столом, группа хвастунов двинулась вперед, образовав полукруг, чтобы преградить нам путь.

— Чем могу помочь? — спросил я, совершенно не заинтересованный в общении с этими людьми.

— Да, есть кое-что, с чем ты можешь помочь, — сказал парень впереди, скрестив руки на груди и насмешливо глядя на меня, — проваливай, безродный. Этот сектор для людей, занимающих в классе тридцать третью строчку или выше, и поскольку ты явно слабак, тебе здесь не место.

Мне потребовалось мгновение, чтобы оценить паренька. Он был на десяток сантиметров выше, примерно метр семьдесят пять, с коротко остриженными каштановыми волосами, карими глазами и дряблым лицом. Один из слабаков, что чувствуют необходимость казаться сильнее, унижая окружающих. Насмотрелся на подобных на улицах Нороса.

Я знал, как обращаться с такими типами.

— Уйди с дороги. Если кому здесь и не место, так это тебе, — сказал я ровным тоном.

Снисходительная усмешка соскользнула с лица подростка, и его лицо залила краска гнева.

— Мы в первой тридцатке, а теперь отойди в сторону и дай нам пройти, — сказала Адель, становясь передо мной и пытаясь разрядить обстановку.

— О, и как тебя зовут, красавица?

Еще один парень отделился от группы и подошел к нам. Он был высоким и долговязым, с бледной прозрачной кожей. Длинные пряди сальных белых волос падали на лицо, а когда он улыбался, я видел рот, полный очень желтых зубов.

— Не твое дело, слизняк, — сказала подруга, с отвращением сморщив нос.

— Да ладно тебе, не будь такой, — сказал тот, делая шаг вперед и злобно глядя на нее красными глазами, — в конце концов, я думаю, тебе понравится мое общество.

— Убирайся с нашего пути, — сказал я, шагая рядом с ней, нахмурившись, — мы здесь, чтобы биться в рейтинговом бою. Если вы хотите сражаться и входите в тридцатку, тогда я буду рад выступить против любого из вас.

— Такое ничтожество, как ты, ни за что не окажется среди лучших, — сказал первый подросток, подходя ко мне и хватая за рубашку, — а теперь я предлагаю тебе убраться отсюда, пока ты меня не разозлил.

Я вздохнул и ударил его кулаком в солнечное сплетение. Парень захрипел, отпустил меня и согнулся пополам, хватая ртом воздух.

— Пойдем, Адель, — сказал я, проходя мимо потрясенных людей и подходя к столу.

Мужчина поднял голову, когда началась суматоха, и теперь смотрел на нас с прищуром.

— Ты ведь знаешь, что драться вне официального матча против школьных правил, верно? — его тон был ледяным, а взгляд — стальным.

— Он напал на меня первым, — сказал я, пожав плечами, совершенно не извиняясь, — к тому же я не использовал умений.

— Мы сожалеем, что причинили вам столько хлопот, — быстро вставила Адель, — они отказывались пропустить нас.

— Почему вы не вошли через этот вход, если являетесь стипендиатами?

— Мы не знали про него, — ответила Адель, — женщина у главного входа привела нас сюда, поскольку мы впервые на арене.

— Ну, с этим мы легко разберемся. Назовите ваши имена и текущий рейтинг в вашем классе.

Адель быстро передала ему информацию, и мужчина посмотрел на свой стол, проверяя наши имена и соответствующие звания. Через несколько мгновений он с улыбкой поднял голову.

— Ваши имена в списке. Однако я хотел бы предостеречь, чтобы вас не поймали за дракой вне одобренных академией матчей, поскольку любого, кто это сделает, ждут серьезные последствия.

Он подождал, пока мы оба кивнем, прежде чем продолжить.

— Я вижу, что ни один из вас прежде не сражался на арене. Вы хотите, чтобы я объяснил, как все устроено?

— В этом нет нужды, — ответил я, — мы здесь только на еженедельный матч.

— Тогда вперед, задохлик!

Я обернулся и увидел, что юноша, которого я ударил, снова приближается со своими приспешниками. Его лицо было красным, как свекла, и он выглядел так, словно вот-вот лопнет.

— Меня зовут Тензин, и я на пятом месте среди санкари. Я с тобой разберусь!

Глава 15

— Тьенсин? — переспросил я.

— Не Тьенсин, тупой крестьянин, а Тензин! Надо свернуть язык особым способом, но не думаю, что швале вроде тебя это по плечу!

— Я займусь девкой, — сказал альбинос, подходя к столу, — меня зовут Фенсин, и я занимаю третье место среди вёлуров.

Я заметил, что он тоже произносит свое имя со странным звуком «с» или «з», и подумал, не соплеменники ли они.

— Ты все время называешь меня безродным. Не от того ли что ты сам не благородных кровей? — спросил я, когда мужчина проверил имена подростков, чтобы удостовериться в их личности.

— Пока нет, но вполне могу, — похвастался Тензин. Я и Фенсин родом из очень богатой семьи, и это только вопрос времени, пока наш князь Моркок воздаст нам должное.

Значит, я прав, они родственники.

— Значит, вы южане, из клана Этэла — сказала Адель, теперь выглядевшая более заинтересованной.

— Верно, красавица, — сказал Фенсин, глядя ей прямо в грудь, — может быть, после того, как я побью тебя и займу первое место, ты вернешься в мою комнату, и я покажу тебе, чем мы славимся — и он похотливо облизал губы.

Лицо Адель густо покраснело от этого намека. Она была зла, очень зла.

— Довольно об этом! — все обернулись и увидели, что служитель смотрит на нас, — если у вас есть какие-либо претензии, вы можете урегулировать их во время поединка.

Он огляделся по сторонам, словно бросая вызов любому из нас. Когда никто не ответил, продолжил:

— Право на поединки подтверждаю. Пожалуйста, следуйте за мной.

Мы догнали остальных как раз в тот момент, когда вошли в главную зону, поделенную на сектора. В каждом размещалось что-то вроде огороженной клетки, с номером поверху. У каждой, где велся бой, дежурили по двое людей, в форме служителей Академии.

Я наблюдал за несколькими драками, пока мы пробирались сквозь толпы людей. Никакого впечатления они на меня не произвели. За редким исключением. В основном жалкие потуги и никчемные барахтанья в надежде решить дело одним единственным ударом. Ни тебе реальной техники, ни тактики боя на изматывание или всесокрушающего натиска.

— Вот мы и пришли. Сектор семнадцать.

Мы вошли в другую зону. Тут было всего две клетки и возле каждой дежурило по четыре человека. От моего внимания не ускользнуло, что, как только мы вошли, все, кто не дрался, обратили свое внимание на нас.

К нам подошел мужчина и спросил у сопровождающего имена и звания, чтобы записать их.

— Меня зовут Туомар. Я старший мастер и отвечаю за рейтинговые матчи между студентами из тридцати трех лучших.

Я посмотрел на говорившего. Он был лыс, широк в плечах, высок, за метр девяносто, с красно-коричневой кожей и угольно-черными глазами. Я смекнул, что он заслуживает уважения и с ним стоит считаться.

В конце концов, вряд ли бы слабака назначили главным распорядителем боев среди лучших студентов. В том числе и среди старшекурсников.

— Правила для боев первого года просты. Чтобы выиграть матч, вы должны либо лишить противника возможности сражаться, либо нанести гипотетический смертельный удар.

Он оглядел нас четверых, стараясь встретиться взглядом с каждым.

— Простите мастер, что значит гипотетический? — под смех прихлебателей соперника я задал вопрос.

— Это значит условный, — и не подумав удивиться сказал Туомар и продолжил, — нанесение вреда вашему противнику разрешено, попытка на самом деле убить, запрещена. Если я или другие мастера посчитают, что вы собираетесь нанести смертельный удар, матч будет остановлен. Мы в этом хороши, потому после команды следует немедленно прекратить сражаться. В противном случае — предупреждение. За его игнорирование — наказание.

Его глаза сверлили нас, а голос наполняла угроза:

— Итак, преступите предупреждение и вас понизят в рейтинге на десять строк, продолжите сражаться после этого, я вмешаюсь и покараю вас. Если я буду вынужден сделать это, провинившегося ученика вышвырнут из Академии без права появления здесь снова. Я ясно выразился?

Все энергично закивали, не желая спровоцировать гнев этого человека.

— Хорошо. Санкари, налево. Вёлуры, направо.

— Удачи, — сказала Адель, когда я направился к указанной клетке.

Хотя вблизи это оказалось не совсем ей. Скорее площадка на возвышении посыпанная песком и огороженная пружинистой сеткой чуть выше роста.

В центре стоял младший мастер, который подозвал нас подойти ближе. Он, взяв нас обоих за запястья, развернул лицом к себе.

— Я уверен, что Туомар объяснил правила, так что я не буду утруждать себя их повторением. Этот матч между Тензином, что занимает пятое место и Тинаром, который занимает девятое. Поскольку Тензин выше, в случае победы его рейтинг не увеличится. Если поединок выиграет Тинар, то он возвысится на две ступени, а Тензин потеряет те же позиции. Есть еще вопросы?

Он посмотрел на нас обоих, но мы покачали головами.

— Очень хорошо. Каждый из вас, отойдите на свою половину и ждите моего сигнала.

Тензин бросил на меня полный превосходства взгляд, прежде чем отойти на свою сторону.

Я заметил, что за воротами собралась целая толпа зевак, все возбужденно переговаривались. Проверил, как сидят перчатки, поножи и наручи. Сделал пару разминочных упражнений, что показывал наставник.

Площадка была квадратов двадцать, на ней удобно биться, есть место для маневра, но и сбежать не получится.

Толпа все прибывала. Наверняка бои между стипендиатами вызывают повышенный интерес.

Я принял боевую стойку, когда мастер поднял руку в воздух. На другом конце сцены Тензин с уверенным видом хрустнул костяшками пальцев.

— Начинайте!

Судья взмахнул рукой в воздухе и выскочил за пределы площадки.

Я медленно двинулся вперед.

Я не знал, на что способен Тензин, поэтому был осторожен. Кроме того, мой кулак с быстрым противником на расстоянии не очень хорош.

С другой стороны, Тензин выглядел совершенно беззаботным. Он с важным видом вышел на середину сцены, широко расставив руки.

Я колебался.

Он действительно такой дебил или это коварная ловушка?

А, будь, что будет!

Я двинулся к нему, обманчиво медленно и плавно. Тензин вовсе не удивился, вместо этого сложив руками в воздухе какую-то замысловатую фигуру.

Пространство перед ним замерцало на мгновение, затем куски льда начали проявляться из ниоткуда и подлетать к нему.

Я остановился, зачарованно глядя, как противник медленно облачается в льдистые доспехи. Он почему-то оставил лицо открытым и с уверенной улыбкой направился ко мне.

Я не двинулся с места, глядя на него и гадая, как сильно мне стоит влупить по этой самодовольной морде, чтобы мастер счел это смертельным ударом?

— Тебе нечего сказать, мелкий ублюдок? — Тензин ухмыльнулся и несколько раз ударил в воздух передо мной, — только гляньте на него, пацаны! — крикнул он своим прихвостням, стоявшим у сцены, — никак он в штаны наложил, узрев мою силу!

— Ага, у него такой вид, будто он сейчас обмочится и побежит к мамочке! — крикнул один из них, вызвав взрыв смеха у остальных.

— Что скажете, ребята? Прикончить его быстро или немного поиграться? — спросил Тензин, уперев руки в бока и прохаживаясь вдоль сетки.

— На что спорим, ударь его достаточно сильно и он заплачет!

— Бьюсь об заклад, через десять секунд он будет визжать как девчонка и молить о пощаде!

Каждый из прихлебателей моего соперника счел нужным высказать свое мнение, как именно я буду унижен.

А я просто смотрел, как этот олух расхаживает вокруг, наслаждаясь вниманием своих приспешников и полностью игнорируя меня.

Я ошибался, думая, что он представляет угрозу. Он законченный идиот!

— Ребята, вы слишком много себе позволяете, — сказал Тензин, держась за бока и хохоча.

Это был шанс, которого я ждал.

Олух настолько утратил бдительность, что у него нет шанса защититься.

Воздух вокруг моего тела исказился, когда я активировал свой навык кулак и нанес удар по открытой голове Тензина.

— Стой!

Я остановился как вкопанный, мой кулак замер всего в нескольких сантиметрах от головы противника. Я уставился на него, не веря, что кто-то может быть настолько глуп.

Этот кретин даже не заметил, что проиграл. Он все еще говорил о том, как заставить меня молить о пощаде.

Его подпевалы заметили, что бой им проигран и заткнулись, однако он все продолжал распаляться:

— Я сорву с него одежду и заставлю бегать по академии голышом! А может, потом изваляю в говне и перьях!

Тензин расхохотался, но вскоре смех утих, когда он сообразил, что смеется в одиночестве. Его лицо нахмурилось, и он уставился на своих молчаливых подельников.

— Почему вы не смеетесь? Это смешная шутка!

Вместо ответа один из них указал на меня, я все еще стоял с вытянутым кулаком и недоверчивым выражением лица.

Обернувшись, он увидел кулак всего в нескольких сантиметрах от своего лица. Он вздрогнул и отпрянул назад.

— Бой окончен! Тинар победил смертельным ударом!

При этих словах в толпе воцарилось гробовое молчание, а Тензин вытаращил глаза — сначала в шоке, потом в ярости.

— Это не считается! — закричал он, брызгая слюной, — он напал на меня, когда я отвернулся!

Мастер с отвращением посмотрел на него.

— Ты первосортный дурачок! Поединок официально начался, а ты достаточно туп, чтобы не следить за противником, вместо этого позволяя себе бахвалиться. Если бы он не напал, я бы сам отделал тебя! Тинар поднят до седьмой строчки. Поскольку ты не можешь упасть на два ранга и сравняться с ним, будешь понижен до восьмой! Тебе повезло, что я не отбросил тебя на сотню рангов за твое скудоумие!

Мастер повернулся ко мне, его гнев немного улегся.

— Поздравляю, парень. Будь я на твоем месте, не думаю, что вытерпел бы столь долго.

Я поблагодарил его, пожал протянутую руку и повернулся, чтобы уйти со сцены, радуясь, что поединок выдался столь легким.

— Этот бой не должен считаться! Я требую реванша! — раздался голос Тензина, все еще облаченного в свои доспехи.

— Отвали, полоумный. Я уже участвовал в еженедельной схватке, — сказал я, пожимая плечами, — если хочешь еще подраться, придется подождать до следующей недели. Хотя, я не уверен, что снизойду до боя с тобой, учитывая, что ты сейчас ниже меня в рейтинге.

— Нет, мы будем драться прямо сейчас! — закричал тот, вне себя от ярости, — ты сжульничал, и я заставлю тебя заплатить!

Когда он угрожающе шагнул ко мне, голос судьи прозвучал снова.

— Стоять! Это — предупреждение! Еще один шаг, и ты будешь понижен на десять позиций!

Тензин замер на месте, и я увидел, что в его налитых кровью глазах идет нешуточная борьба. Через несколько напряженных мгновений льдистые доспехи начали падать, разлетаясь на куски от ударов об пол.

— Это еще не конец, ничтожество! Ты заплатишь за это, будь уверен!

Я снова пожал плечами и сошел с помоста. Увидел, что поединок Адель еще не начался, и подошел к краю сетки, чтобы посмотреть.

Адель стояла совершенно неподвижно и ждала, когда мастер начнет матч. Фенсин в это время выкрикивал разные непристойности и рассказывал, как именно он будет пользовать девушку после победы.

Проклятый урод! Если она его не отделает, я найду способ покарать его за такие слова.

— Не волнуйся, милая, я буду нежен! Или груб! Все что пожелаешь! — крикнул альбинос.

Глянул на мастера. Женщина замерла в нерешительности, словно не понимая стоит ли ей начинать бой.

— Прошу прощения, мастер, — окликнул ее я.

Женщина повернулась ко мне и быстро подошла, почему-то испытывая облегчение.

— Почему вы не объявите начало схватки?

— Разве ты не слышишь, что этот мальчик говорит ей? — спросила она в шоке.

— Поверьте это не помешает эй победить, — сказал я.

— Ты уверен, что ее душевное равновесие позволит ей сражаться? — наконец спросила она.

— Просто разрешите. Эй это нужно.

Судья еще раз оглянулась на Фенсина, который в это время двигал бедрами и кричал очередные пошлости.

— Очень хорошо. Мы начнем бой прямо сейчас, — сказала она, жестом приказав двум целителям быть наготове.

— Спасибо, — сказал я и обошел помост, чтобы лучше видеть.

Проходя мимо Адель, я хотел пожелать ей удачи, но передумал. Она выглядела очень сосредоточенной, и я не хотел нарушать ее концентрацию.

Мастер вышла на середину площадки и дала отмашку начинать.

Не успел отзвук ее голоса затихнуть, как Адель создала четыре кола и послала их в сторону белолицего.

— Отведай-ка это, падаль! — выкрикнула она.

Фенсин, все еще вытворяющий движения бедрами, внезапно оказался пронзенным в четырех местах. Сила всех копий сбила его с ног и пригвоздила к помосту, где он лежал, корчась и крича от боли в растекающейся луже крови.

Ни один из кольев не был смертелен. Адель позаботилась об этом. Вместо этого она распяла его, причинив невероятную боль.

Я в шоке смотрел, как она метнулась через сцену, создав плеть. Она остановилась на краю сцены, где целители уже пытались остановить кровотечение.

Мастер, которая тоже склонилась над раненым мальчиком, открыла рот, чтобы предупредить ее, но передумала.

По крайней мере, Адель заслужила право на месть. Фенсин, который теперь тихонько поскуливал, когда копья убрали, вдруг вскочил и тут же рухнул обратно, завывая в агонии. Его голос звучал выше, чем прежде, и целители, подняв глаза, увидели Адель с самодовольным выражением лица.

Мы не совсем понимали, что произошло, пока мастер не заговорила.

— Предупреждение, Адель. Если атакуешь снова, будешь понижена на десять строк.

Однако, говоря это, она улыбалась, и Адель почтительно поклонилась ей.

— Мое извинение. Это больше не повторится.

Только когда она ушла, целители заметили плеть, торчащую между ног альбиноса.

Глава 16

Я потянулся, чувствуя удивительное облегчение от того, что мое избитое тело в очередной раз лечит целитель.

— Месяц прошел, а я никак не могу свыкнуться с этими изнурительными тренировками! — я слышал, как жаловалась Адель, когда ее тоже лечили, — как только мы начинаем справляться, наставник все усложняет и усложняет!

Все так. В течение последнего месяца ежедневно Актар методично истязал нас на занятиях. Но это приносило немыслимый результат. Я достиг седьмого ранга, а Адель восьмого.

Еще я много читал, обогащая свой словарный запас и общие знания.

Кроме того он начал обучать меня обретению вару и открытию способности кангеле. Для первого требовалось переформировать источник из шара в систему, пронизывающую все тело, создавая не единый сосуд энергии, а множество.

Это был медленный процесс, но у меня понемногу получалось. Только вот поглощение по-прежнему не работало, как следует. Но я надеялся, а Актар, подтверждал мои догадки, что я открою его или после того как стану кангеле или после десятого ранга. А как будет на сам деле, ни он, ни я не знали. Мы могли лишь строить домыслы и предполагать.

Когда я спросил, что произойдет, когда я переделаю источник, учитель объяснил, что процесс будет весьма неприятным. Очевидно, я начну чувствовать невообразимую боль. Лишь только энергетическая система соединится с телесной, вару начнет действовать как еще одно сердце, перекачивая энергию.

Актар также объяснил, что желательно достигнуть девятого ранга, чтобы при переходе Порога я стал кангеле десятого ранга.

— Как ты думаешь, Актар скоро приведет нас в новый Заказник? Я устала убивать свиноовец, — сказала Адель, разрезая очень большую стопку блинов.

После лечебных процедур мы направились в столовую и сейчас лакомились ими.

— Не знаю, — ответил я, — кто бы ни придумал рецепт этих потрясающих блинчиков, он должен быть королем всех кулинаров-поваров, — проговорил я с набитым ртом, с наслаждением пережевывая свою порцию.

— Лучше бы наставнику поторопиться! Мне нужна вечность, чтобы добраться до следующего ранга.

— Не понимаю, на что ты жалуешься. До того, как мы покинули Норос, ты была в пятом, и тебе понадобилось несколько лет, чтобы добраться до него!

— Я знаю, — фыркнула она, — думаю, я просто зажралась от такого количества доступной энергии и быстрого роста.

— Весьма самокритично, — я хмыкнул в ответ, слишком занятый едой, чтобы уделить ей все свое внимание.

Адель, видя, что пока ем, я не особо разговорчив, покорно вздохнула и сосредоточилась на пище.

Я откинулся на тахту в гостиной нашего дома, блаженно расслабив ремень на брюках. Урок с наставником скоро начнется, и меня гложет предчувствие, что сегодня действительно отправимся в новый Заказник.

Актар намекал на это в течение недели, и велел обзавестись нам комплектом теплой амуниции, поскольку возможно вскоре отправимся в места довольно прохладные.

У меня не было никакой одежды для зимы, так как лето, когда мы покинули свое княжество. Поскольку в Эскусе круглый год тепло, я себе ничего подобного не покупал.

Поэтому, пообедав с Адель, мы нанесли визит знакомому лавочнику Тодду, который с радостью снабдил нас всем необходимым для холодной погоды.

Поскольку в данное время она не пользовалась высоким спросом удалось все прикупить по скидке. Конечно, расходы на одежду покрывала стипендия, но природная прижимистость не давала мне спокойно, не торгуясь, купить себе что-либо. Да и Тодду нравилось, когда умело спорили о цене на товар.

Потратился себе и на новый клинок. Прошлый не выдержал и сломался. Новый стоил дороже, но зато зачарован, на остроту, прочность, да и размером побольше.

Одежду пока сложил в угол. Там ждали своего часа: толстая холщовая куртка, подбитая мехом и шерстью, усиленная стальной сеткой, пара толстых брюк из того же материала, сапоги, подходящие для холодного климата, шерстяная шапочка и варежки-перчатки.

Еще раз кинул взгляд на обновки. Надеюсь, что мы окажемся там сегодня. Мысль о новом Заказнике и новых соперниках всецело поглощала меня.

За это время я немного подрос, ловкость и скорость по-прежнему оставались моими главными показателями. Сами навыки чуточку увеличивались в силе и продолжительности. Теперь я мог пользоваться кулаком и оттиском практически без остановки. Запас энергии с восстановлением превосходил затраты на их активацию.

Актар сказал мне, что навыки развиваются с течением времени, и что если навык используется достаточно часто и по назначению, он, в конечном счете будет улучшен, изменен или обновлен. А у некоторых могут появиться еще навыки.

Это была удивительная новость!

Может быть, когда стану кангеле все изменится?

Открылась дверь и вошла Адель, в обычном боевом облачении и с привычной косой, свисающей меж лопаток.

— Адель, а если тебе в косу проволоку вплести, то голову будет труднее отрубить!

— Знаешь, Тинар, уж чего-чего, но уж только не этого девушка от парня услышать хочет! — возмущено фыркнула она.

— А что я такого сказал? Я о тебе забочусь!

— Так что ты думаешь? — сменила она тему, плюхаясь рядом со мной, — мы сегодня отправимся в новый Заказник?

— Конечно!

Мы оба обернулись, когда Актар вошел в гостиную. На нем были толстые брюки, зимние ботинки, а через руку перекинуто меховое пальто.

— Неужели? — спросил я, вскакивая на ноги от волнения.

— Да, действительно. Прежде чем вы броситесь переодеваться в теплую одежду, я хочу кое-что рассказать вам об этом Заказнике.

Я уже вытащил зимнюю одежду, но прекратил свое занятие и вернулся на тафту.

— Место, куда мы направляемся, очень интересно. С большим разбросом зорнов по силе, — начал Актар, затем поднял руку, предупреждая любые расспросы, — я объясню, и если в конце у вас возникнут вопросы, постараюсь ответить на них.

— Да, конечно, — пробормотала Адель себе под нос.

— Повторюсь. Этот заказник особенный. Один из двух рукотворных, созданных и заселенных исключительно под контролем Академии. К тому же он ступенчатый. Это означает, что он поделен на сектора, на каждом из которых свои звери и свой Вожак. Каждый этап сложнее предыдущего, с куда более опасными и мощными зорнами. Уникальность и в том, что выход будет невозможен до тех пор, пока не будет достигнут конец сектора, и повергнут Вожак. Сейчас мы отправимся на первый ярус зорны там примерно шестого класса. Мы не будем ходить туда каждый день, так как это популярный заказник и очень востребованный, но я постараюсь, чтобы мы бывали там хотя бы раз в неделю.

— Вы говорили о ярусах, как устроен заказник? — спросила Адель, как только он закончил объяснения.

— Это пирамида, воздвигнутая в заснеженной пустыне. Там весьма холодно и много снега. Она разбита на девять ярусов, первый из которых у основания. Как только вы победите Вожака данного сектора, у вас будет возможность двигаться дальше или уйти. Чем выше поднимаешься, тем выше ранги у зорнов.

— Можно ли начать сразу с вершины? — спросил я, очарованный всей этой новой информацией.

— Возможно, — с улыбкой ответил Актар, — в то время как обычный заказник имеет только один ключ, подобный имеет несколько ключей, каждый из которых ведет к своему ярусу. Есть и еще одно. Как только вы победите Вожака на заключительном этапе, портал автоматически откроется, есть ли у вас ключ или нет. Этим порталом можно перенестись куда угодно, в пределах обитаемого мира. Да, прежние санкари и велуры обладали колоссальной мощью, умениями и знаниями.

Он закончил.

— Меня уже давно кое-что интересует, — сказала Адель, — это не имеет никакого отношения к этому Заказнику, просто я хотела прояснить один момент.

Актар посмотрел на напольные часы.

— У нас есть время еще на один вопрос, и будем поторапливаться.

— Если заказники доступны, почему людям требуется так много времени, чтобы достигать высших рангов? Я знаю, что энергии от мелкого зорна не так много, но энергии от зверя ранга, допустим тридцатого или сорокового, должно быть более чем достаточно.

— На самом деле ответ очень прост. Помимо того факта, что заказники зорнов высокого ранга крайне редки и большинство людей вообще не имеют доступа ни к одному из них, как только вы достигнете двадцатого ранга, вы больше не сможете поглощать энергию от зорнов ниже вашего ранга. Кланы Этэла и Келет контролируют очень высокоуровневые заказники, но они берут непомерную плату за любого, кто пожелает войти. У них также есть кристаллы высокого ранга для продажи, но они взимают за них даже больше, чем за вход в заказник.

— В каком высшем заказнике вы были? — спросил я, когда мы оба встали с дивана.

— В Академии есть заказник тридцать девятого ранга. Однажды я был в заказнике на юге, но это было много лет назад.

Он печально улыбнулся, когда я вытащил теплую одежду и начал переодеваться. Адель последовала моему примеру.

— Это было восхитительно и ужасно, его населяли зорны с сорокового по пятидесятый ранг. Я чуть не умер и был вынужден позвать на помощь, чтобы иметь возможность уйти. Я даже Вожака не видел, так как люди, которые пришли, чтобы спасти меня, оставили меня снаружи, в то время, как сами убивали его.

— Серьезно? — спросила Адель, — сколько стоит вход?

— Зачем? — Актар спросил с озадаченным выражением, — вряд ли ты выживешь в таком месте.

— Нет, но если я смогу позволить себе отправить вас туда, может быть, зорны прикончат вас за нас, — ответила она со злой усмешкой.

Пронизывающий ветер и стужа встретили меня, когда я привычно первым вышел из портала. Порыв ледяного ветра пронесся сквозь слои одежды и пробрал до костей. Слегка вздрогнул, увидев новый пейзаж.

Я стоял посреди заснеженного плато. Снег летал повсюду и собирался в огромные сугробы, затрудняя видимость.

Я мог видеть тень пирамиды в некотором отдалении и полагал, что именно туда лежит наша дорога.

И почему Актар не открыл портал сразу к подножию?

Услышав хруст снега, я обернулся и увидел Адель и наставника, выходивших из разрыва в пространстве.

— Как холодно! — первое, что она сказала, — прах вас забери, наставник!

— Я предупреждал тебя, — прозвучал его ответ, — а теперь пошли, время уходит, нам предстоит пройти долгий путь, прежде чем вы сможете сразиться с Вожаком.

Адель что-то проворчала под нос, и мы направились к далекой пирамиде, хрустя ногами по снегу.

— Кто нас здесь ожидает? — спросил я, притоптывая ногами, чтобы разогнать кровь по конечностям.

— Несколько видов зорнов, — бодро ответил Актар, — этот сектор для новичков. Вам по плечу, не бойтесь, — по своей обычной привычке ушел от прямого ответа наставник.

— Кажется, я что-то вижу впереди! — привлекла наше внимание Адель.

Прикрыв глаза ладонью, я с трудом разглядел движение в снежных сугробах.

Если бы все звери так смешивались с ландшафтом, было бы намного труднее бороться с ними. Надеюсь, это единственный такой.

Когда мы подошли ближе, я различил четвероногое существо с белым мехом и большим пушистым хвостом.

Лиса или песец?

Раздалось громкое рычание, и, обернувшись, увидел, что ко мне приближаются три подобных создания.

— За нами еще! — крикнул я, глядя на них.

Они не казались крупными, примерно по колено, но выглядели довольно опасными. Похожи на лис, но мех белый, а не обычный красно-коричневый. Большие блестящие зеленые глаза, длинные морды и рот полный острых зубов.

Я принял боевую стойку и активировал щит.

Буду осторожен, они выглядят быстрыми. Адель умчала вперед, а Актар не вмешается, пока я не окажусь при смерти.

Я напрягся, когда одна из лис залаяла и бросилась на меня. Однако от моего внимания не ускользнуло, что, как только она прыгнула, две других двинулись в мою сторону, заходя с боков.

Они были не только сильнее и быстрее свиновец, но и умнее.

Я дважды подряд использовал кулак, слыша знакомый гул, когда на руках концентрировалась энергия. Но безрезультатно. Затем я ловко уклонился в сторону, избегая нападающего зверя, вонзив нож в одну из лис, которая пыталась обойти меня с боку.

Удивился, не убив ее сразу. Секунду или две я ощущал настоящее сопротивление, прежде чем лезвие вошло в зверя, оборвав его жизнь.

Я отпрыгнул назад, едва увернувшись от клацнувших клыков, затем перекатился в сторону, чтобы избежать пары зловещего вида когтей, которыми атаковало другое существо.

Я поднялся на ноги, быстро оценив ситуацию.

Справа смутно виднелась человеческая фигура — вероятно, Адель сражалась с собственными лисами. Одна лиса убита, но прикончить ее оказалось не так просто, как я думал. Их мех весьма прочен и жесток.

Я быстро отступил и стоял в защитной стойке, ожидая нападения. Лисы не собирались ждать, и одновременно бросились вперед, целясь в разные места.

Я увернулся от одной и нанес короткий боковой удар. Услышал удовлетворенный хруст костей, когда ребра зверя прогнулись под ударом. Затем я зашипел от боли, почувствовав, как что-то острое пронзило кожу на ноге.

Посмотрев вниз, увидел, что лиса прокусила щит, все защитные слои одежды, и вцепилась прямо в ногу.

Я чувствовал, что укус неглубок, но тот факт, что лиса смогла пробиться, говорил больше об опасности, заказника, чем все, что Актар говорил нам раньше.

Выходит, что щит и защитная одежда, бесполезны. Снял щит — толку от него нет, а лишняя трата энергии есть.

Я использовал кулак и ударил лису ножом по затылку. Прочувствовал сопротивление, но через пару мгновений лезвие вошло в череп, и я ощутил, как расслабились челюсти, что сжимали ногу.

Наклонившись, я ножом разжал лисьи челюсти и осмотрел рану.

Сквозь дырки в штанах виднелось несколько крошечных пятнышек крови, но ничего серьезного.

Затем я выпрямился и бросился туда, где видел сражающуюся Адель.

Актар, как обычно, ничем не помогал, просто стоял с бесстрастным выражением лица и наблюдал за дракой.

Когда она появилась в поле зрения, я увидел, что девушка сражается не с группой лис. Вместо этого она вступила в схватку с одним большим пушистым существом с серо-бурым мехом. Морда похожа на медвежье-волчью, с маленькими черными глазками и короткой мордочкой.

В то время как рост лис примерно до колена, это существо достигало середины бедра и выглядело гораздо устрашающе. Конечности зорна светились голубоватым.

Адель тяжело дышала, я разглядел несколько мест, где животное нанесло удары по ее щиту.

Поразительно, что она продержалась так долго в одиночестве, тем более что ее щит выдержал, а мой нет.

Зорну тоже досталось. Два обломанных копья торчали с одной стороны, окрашивая мех красным. Одна, из его лап выглядела раздавленной, и существо двигалось медленнее, чем я предполагал.

— Рада, что ты соизволил явиться, — выдохнула она, формируя копье и бросая его в зверя.

Я с изумлением наблюдал, как передняя лапа существа взметнулась вверх и разрубило его.

— Что за зорн? — спросил я, когда она начала новую атаку.

— Понятия не имею.

Она указала на участок земли, который превратился в сплошной лед.

— Это сделали когти, так что берегись их.

Зверь зарычал, оскалил зубы и, выпустив клубы пара из ноздрей, рысью помчался к нам.

— Пожелай мне удачи, — сказал я, убегая в сторону.

Зверь налитыми кровью глазами сосредоточился на Адель.

Я использовал оттиск и кулак одномоментно и бросился на него сбоку.

К чести зверя, тому удалось увернуться, когда я ударил его в бок. Удивительно, как он смог почувствовать нападение, ведь меня он видеть не мог, а его собственный топот заглушал мои шаги. Но этого хватило, чтобы он отвлекся, а Адель добила его.

Теперь мы оба стояли, пытаясь отдышаться, и смотрели на мертвую тушу зорна. Адель хорошо постаралась — из одного глаза торчало длинное зазубренное деревянное копье.

— Это было не так уж плохо.

Мы оба обернулись и увидели, что к нам приближается Актар, медленно хлопая в ладоши.

— Я ожидал, что придется вмешаться во время боя. Вы меня приятно удивили.

— Ты получишь кристалл от этого. Я вернусь за остальными. Хочу посмотреть, с какими животными мы имеем дело, — сказал я, полностью игнорируя его.

Адель кивнула и наклонилась к зверю, вытаскивая артефакт, чтобы достать кристалл.

Я повернулся и прошел мимо Актара, который выглядел одновременно возмущенным и обиженным. Я не купился на это.

Вытащив из-за пояса жезл, быстро извлек кристаллы из трех лис, отметив, что они намного больше, чем у свиноовец. Я решил не проверять их сразу и вместо этого вернулся к Адель, которая к этому времени уже извлекла другой кристалл.

— Так от какого же это зверя? — спросила она, кивая на три сердечника, зажатые в моей руке.

— Проверь сама, — сказал я, бросая ей один из них и сам, вглядываясь в другой.

Актар научил нас распознавать эти кристаллы, или сердечники, как он сам их называл. Дело в том, что у зорнов они заменяли сердце.

Морозный песец, вот кто это такие.

Бой с ними конечно не шуточный, но и энергии намного больше.

Я передал кристаллы Актару, который положил их в мешочек, ворча на неблагодарных студентов.

Затем Адель протянула мне сердечник зверя, которого она убила, и я сосредоточился на нем.

Льдистая росомаха. Никогда раньше о них не слышал.

— Ты знаешь, о росомахах? — спросил я Актара, протягивая ему кристалл.

— Да, — сказал наставник, кладя его к остальным, — нам лучше двигаться дальше, теплее не становится, и если вы хотите упокоить Вожака, нам придется ускорить темп, — с этими словами он прошел мимо нас.

Я и Адель переглянулись, понимающе улыбнувшись.

Конечно, он нам не скажет!

Глава 17

Мы шли два с половиной часа, наткнувшись еще на три стаи песцов и двух росомах. Силуэт пирамиды рос и становился все отчетливее. Теперь я мог разглядеть ее, правда, только часть, так как вершину покрывали облака кружащегося снега.

Я заметил, что чем дольше мы шли, тем больше беспокоился Актар. В конце концов, я не выдержал и спросил:

— Что-то не так?

— Мы столкнулись с гораздо большим количеством особей зорнов, чем раньше. Что-то здесь не так, — ответил он, указывая на окружающий ландшафт.

— Думаешь, нам стоит вернуться? — спросила Адель, придвигаясь ближе к нам.

— Нет, — сказал Актар после минутного молчания, — кроме того, портал откроется только тогда, когда мы достигнем конца сектора. Просто будьте начеку. Через несколько минут мы будем на территории Вожака.

— Давно пора, — сказала Адель, — становится так холодно, что я едва чувствую пальцы! Почему ты держишься так легко? Словно по парку гуляешь!

Этот вопрос был адресован наставнику, который снял пальто и нес его, перекинув через руку.

— Преимущества высокой конституции, — рассеянно ответил тот, без своих обычных шуточек и увиливаний.

Это более чем что-либо другое, показало, насколько серьезна ситуация.

— Вот территория Вожака, — сказал Актар, указывая на большой ледяной проход у подножия пирамиды.

Когда мы вошли в туннель, воздух стал заметно теплее. Завывающий ветер остался снаружи. Еще через минуты три проход резко оборвался и превратился в огромную ледяную пещеру. Я услышал вздох облегчения и, обернувшись, увидел, что Актар смотрит на зверя, спящего в центре пещеры.

Это был медведь, не похожий ни на что, виденное мной раньше. Он был огромным больше обычного, которых я иногда наблюдал на выступлениях приезжих артистов, и покрыт щетинистым бело-голубым мехом. Его лапы громадны, а когда он взрыкивал во сне, я видел гигантские клыки.

— Это что, Вожак? — спросила Адель, понизив голос, чтобы не разбудить зверя.

— Нет, Вожак тут высокоранговая росомаха. Это белый медведь. Он намного сильнее, их ареал выше.

— Так что он здесь делает? И где Вожак? — спросил я.

— Время от времени зорны спускаются с других ярусов. Это необычно, но не неслыханно. А что касается Вожака…, — Актар указал на дальнюю стену, где за выходом из туннеля виднелся труп какого-то животного, — я рад, что это всего лишь белый медведь, а не что-нибудь похуже, — добавил наставник, доставая из кармана активатор портала и продолжил, — доложу об этом руководству Заказника, и они пришлют кого-нибудь сюда, разобраться.

— Значит, мы просто уйдем, не сражаясь с этой тварью? — спросила Адель.

— Он слишком силен. Вам двоим не по зубам, и это не моя работа — убивать зверей, которые случайно забредают сюда, — ответил Актар, возясь с портальным артефактом.

— Он всего на один-два ранга выше Адель, самое большее на три, — сказал я, вставая на ее защиту, — держу пари, мы справимся с этим без особых трудностей.

— Этот зорн переступил порог. Вы оба полностью забыли, что я говорил вам о подобных существах и людях? — спросил Актар, подняв бровь.

— Мы помним. Ты сказал, что у нас не будет ни единого шанса, — сказала Адель, — но этот зверь выглядит не намного крепче монстра, с которым мы сражались, будучи намного слабее.

— Ты думаешь, так же? — Актар повернулся ко мне с серьезным выражением лица.

Я на мгновение заколебался.

Я знал, что, несмотря на свои причуды и склонность к садизму, Актар очень хороший учитель. Если он сказал, что этот зверь слишком силен и опасен для нас, то, скорее всего, так оно и есть.

Но это не помешает нам попытаться!

— Я верю вам, но все равно хочу попробовать. Нам пока не попадались серьезные враги в Заказниках, потому я хотел бы, с вашего позволения, оценить насколько мы с Адель выросли в своих умениях.

Актар некоторое время молчал, обдумывая услышанное. Он молчал так долго, что я начал бояться, что он нас поколотит за ослушание.

— Хорошо, — сказал он наконец, — позволю вам сразиться с белым медведем, но при одном условии. Если мне придется вмешаться, мы начнем наши утренние занятия в шесть вместо восьми в следующем месяце. Если вы согласны, то по рукам.

Актар завел руки за спину, качнулся с пятки на носок и самодовольно улыбнулся, уверенный, что ни один из нас не пойдет на такой риск.

— Договорились, — взволнованно сказал я.

— Неужели?! — спросила Адель, глядя на меня широко раскрытыми глазами, — я согласна, что борьба со зверем хорошее испытание, но ты действительно хочешь рискнуть?

Я кивнул, безумно улыбаясь при мысли о предстоящей схватке.

— Хорошо, — сказала Адель со вздохом покорности судьбе, — но если мы проиграем, я возлагаю на тебя ответственность за всю дополнительную боль, которую мне придется терпеть в течение следующего месяца!

Мы повернулись к Актару, который выглядел одновременно удивленным и довольным.

— Ладно, только не говори потом, что я тебя не предупреждал, — сказал он с широкой улыбкой, — я буду с нетерпением ждать этих дополнительных двух часов тренировок!

Я уже собирался войти в пещеру, когда Адель положила руку мне на плечо.

— Подожди минутку, — сказала она.

Она повернулась к Актару с проницательным выражением лица, — что вы дадите нам, если мы победим?

— Почему я должен что-то давать? — спросил тот, подняв бровь, — я позволяю вам сражаться с медведем. Это ваша награда.

— Значит, если мы сражаемся и побеждаем, мы ничего не получаем, но если мы сражаемся и проигрываем, мы получаем месяц дополнительной подготовки? Разве это справедливо?

Я хотел возразить.

Сражение с медведем хорошая награда.

Почему Адель хочет большего? Что нужно этой взбалмошной аристократке?

— Хорошо, хорошо. Я понимаю, к чему ты клонишь, — признал наставник после минутного раздумья, — чего ты хочешь, если выиграешь?

— Прекрасно, — сказала она, махнув рукой, — нам все равно нужна тренировка. Что мы хотим, так это не возвращаться к борьбе со свиноовцами после сегодняшнего дня. Мы знаем, что не можем приходить сюда каждый день, так что в другие дни, вы отведете нас в более сложный Заказник.

— Хорошо, — ответил он через несколько секунд, — но у вас всего десять минут, чтобы победить медведя, а потом я вмешаюсь! — сказал он, протягивая руку.

— Договорились! — быстро сказала Адель и пожала ее.

— А я-то думал, что сошел с ума, — сказал я, когда Адель вернулась ко мне с самодовольной улыбкой на лице.

— Так и есть, — сказала она, слегка похлопав меня по спине, — а я только что многое для нас выиграла.

— Да, — согласился я, — но неужели ты думаешь, что мы управимся за десять минут?

— Если мы не сможем одолеть его за это время, то будем либо слишком ранены, чтобы сражаться, либо слишком слабы, чтобы причинить ему вред — пожала она плечами.

— Хорошо. Но если мы проиграем, ты не будешь винить меня за дополнительные часы тренировок.

— Согласна. А теперь давай убьем медведя!

К моему удивлению, зорн даже не дернулся за все время, пока мы стояли там и громко разговаривали.

Интересно, сможем ли мы подкрасться к нему и прикончить во сне?

Однако в ту же секунду, как мы покинули туннель и вошли в пещеру, медведь резко выпрямился и повернулся, чтобы посмотреть на нас. Он медленно развернулся на земле и поднялся во весь рост.

Я почувствовал, как сердце забилось чаще, когда я увидел ледяного медведя во всем его великолепии. Более двух метров в плечах и не меньше четырех метров от морды до хвоста — с этим зверем шутки плохи.

— Так каков план? — спросила Адель, когда щит очертил ее тело в ярком зеленоватом сиянии.

— Думаю, как всегда, — ответил я, используя кулак и оттиск, — притормози его, используя путы, а затем атакуй копьями. Я проверю его защиту и посмотрю, пройдут ли мои атаки. Если нет, мне придется переключиться на что-то другое, поэтому замедление будет весьма кстати.

Она понимающе кивнула и протянула мне руку.

— Обратный отсчет запущен! — услышал я голос Актара позади себя.

Я ухмыльнулся Адель и бросился к огромному медведю. Тот, увидев мое приближение, запрокинул голову и испустил рык, сотрясший своды пещеры. На мгновение я споткнулся, почувствовав внезапный приступ страха.

Медведь — менталист?!

Я встряхнулся, делая мысленное усилие, чтобы идти дальше, а не поджимать хвост и бежать вопя в ужасе.

Быстро сократил расстояние между нами.

Повышенная ловкость позволяла атаковать, избегая контратак, но я не стал сближаться.

Я отскочил в сторону, когда медведь замахнулся на меня и нанес шесть молниеносных ударов в незащищенный бок медведя.

Я застонал от разочарования, когда каждая атака отскакивала от шкуры, не оставляя даже следа.

Гладко было на бумаге, да забыли про овраги, как нередко приговаривал отец.

Я отпрыгнул назад, когда медведь повернулся, чтобы укусить меня. Затем я увидел, как четыре кола вонзились в череп медведя и разлетелись в клочья, оставив его целым и невредимым.

— Вот дерьмо, — услышал я голос Адель с другого конца пещеры, — если мы не сможем даже поцарапать его, то не сможем победить!

— Адель, притормози его, чтобы я мог использовать что-то другое! — крикнул я.

Даже при том, что моя скорость увеличена, я все еще едва мог избегать ударов, и не осмеливался действовать, пока Адель не задержала его.

Медведь немного замедлил бег, но не так сильно, как следовало бы, лед плохо влиял на растительность, заставляя плети быстро крошиться.

Или может, высокий ранг врага приводит к тому, что эффект от заклинания ослаблен?

В любом случае, не похоже, что я выйду из боя невредимым. Ну что ж.

Я отбежал на добрых двадцать метров.

Зорн повернул ко мне голову и зарычал, его ледяные голубые глаза светились злобой. Он побежал на меня, я принял боевую стойку, готовясь к удару.

Увернуться не успел, медведь вцепился в меня передними когтями. Я вздрогнул, когда они разорвали бронированную одежду и глубоко вонзились в кожу на правом боку.

Я закричал, ударив клинков по голове медведя, проворачивая бедра для дополнительной силы.

Голова медведя качнулась в сторону, но звука ломающейся кости, который я ожидал, не последовало. Выругался, тряся рукой от боли, когда медведь повернулся ко мне, рыча от ярости.

Я сделал шаг назад, когда он снова атаковал, и на этот раз удалось избежать удара. Семь кольев обрушились на голову зверя. Все они были направлены в одну и ту же точку.

Мне не оставалось ничего другого как отступить к Адель, пока она сдерживала медведя шквалом атак.

Я остановился рядом с ней, тяжело дыша и держась за бок, который сильно кровоточил.

— Ты в порядке? — спросила она, с беспокойством глядя на меня.

— До свадьбы заживет, — ответил я еще одной присказкой отца, не сводя глаз с медведя, который тряс головой и слегка покачивался, как будто у него кружилась голова.

— Значит, не удалось пробить его шкуру? — спросила она, почему-то смущено.

— Нет, я могу дотянуться только до черепа. Он очень быстр и силен, и у него длинные лапы. Но после того, что ты только что сделала, у меня появилась идея. Если мы ударим его по голове достаточно сильно, мы сможем раскроить ему череп. Проблема лишь в том, что для этого надо быть рядом, и он может проделать тот же фокус со мной, — я невесело ухмыльнулся.

— Не бойся! Актар вытащит, Кирэн вылечит!

— Обнадежила!

— Отвлеки его, мне нужно время, чтобы создать много копий. Хочу спеленать путами его пасть и лапы, чтобы он не мог укусить тебя и разорвать на части.

Я кивнул, а медведь выпрямился и свирепо уставился на нас двоих, устрашающе рыча.

Я почувствовал, как у меня по коже поползли мурашки, когда шерсть медведя встала дыбом, а на ее поверхности затрещал лед. Когда он, наконец, перестал рычать, его мех торчал из тела ледяной щетиной, которая выглядела весьма острой.

Теперь он казался даже больше, чем раньше, из-за того, что шерсть стояла дыбом.

Я мчался вперед, в душе сгорая от страха, напущенного зверем.

— Отведайка силушку санкаринскую! — закричал я, пробивая медведю в голову.

Хотел ударить в ухо, но тот провернул голову и я закричал от невыносимой боли, когда острые шипы прорезали мне голень.

Немедля отскочил, чувствуя, как горячая кровь стекает по ноге. Я бросил взгляд на ногу и с облегчением увидел, что рана подсыхает на глазах, а это означает, что артерия не повреждена, иначе моей регенерации на подобное бы не хватило.

И в очередной раз добром помянул Тодда, за мои поножи.

Я снова ринулся вперед, когда медведь поднял голову и утробно зарычал, нанося еще один ментальный удар. Как я и ожидал, медведь снова тряхнул головой, но на этот раз я нанес удар, остановившись в нескольких сантиметрах от щетинистого меха и тут же отступив.

Где же Адель? Чего она медлит?

Медведь поднял голову, оскалил зубы и собрался цапнуть меня. В этот момент массивных путы образовались вокруг его лап, а пятая плеть запечатала его челюсти.

Спасибо, Адель!

Теперь, все зависит от меня.

Я использовал кулак и ударил клинком по голове медведя. Он попыталась снова опустить ее, но я ударил под подбородок. Голова зверя взметнулась вверх от силы атаки, и я начал наносить шквал ударов, целясь в одно и то же место между глаз.

Чувствовал себя киркой, что долбит горную породу.

Но я не остановился. Громкий треск набатом прозвучал в ушах, сообщая, что медведь начал освобождаться от пут, и я удвоил свои усилия, вколачивая клинок в башку медведя так сильно и так быстро, как только мог.

Но нож в очередной раз меня подвел и сломался.

Ничего. Не в первой мне полагаться только на свои кулаки.

Удар за ударом приземлялись на одно и то же место, оставляя кровавые следы.

Уже не соображал моя ли это кровь из раздробленных костяшек или медведя. Я, хватая ртом воздух, атаковал снова и снова, но кость не поддавалась. Раздался еще один треск, и я вздрогнул, когда одна из задних лап освободилась.

— Тинар, скорее убей его! — крикнула Адель из-за спины.

— Пытаюсь, но глупый зверь не хочет умирать! — крикнул я в ответ, — еще путы!

— Я пуста!

Раздался еще один треск, и я закричал от боли, когда зубы медведя глубоко вонзились в мою левую руку, вырывая клочья мяса. Тем не менее, я не прекращал атаковать, снова и снова ударяя кулаком между его глаз.

Раздался треск, и я снова закричал от боли, так как кость в раненой руке подломилась. Увеличенная конституция даровала мне возросшую крепость суставов, но она была не безмерной.

— Я не проиграю! — зарычал я не хуже медведя.

Я поднял свою здоровую руку высоко в воздух, затем опустил острие локтя между его глаз, опуская при этом все свое тело. Раздался громкий треск, когда локоть врезался в медвежий череп, а рука обмякла, кость сломалась от удара, но сломалась не только рука.

Громко взвыв от боли, медведь выпустил мою изуродованную руку и отшатнулся, опустив голову и тряся ею туда-сюда. Я выпрямился, мое зрение затуманилось от потери крови и шока.

Зорн не был мертв. Мне нужно закончить работу.

С яростным воплем я бросился к раненому медведю желая вцепиться в него зубами и разорвать на части!

Медведь опустил голову на землю и принялся лапать то место, где проломился череп, когда я добрался до него. С воплем я взмахнул здоровой ногой, желая обрушить ее на череп медведя.

Но меня опередило массивное копье, что словно таран пробило голову медведя.

Раздался последний громкий треск, и зверь наконец затих.

Я несколько секунд смотрел на мертвого зорна, быстро моргая, чтобы прояснить зрение. Затем развернулся, слегка пошатываясь, когда комната поплыла вокруг меня.

— Я же говорил, что сможем! — завопил я с безумной ухмылкой, падая на землю и пуская кровавые пузыри.

Глава 18

Я лежал в постели, вертя в пальцах сердечник медведя, размышляя, не слишком ли мы жестоки убивая зорнов? Но как нам объяснял наставник они вовсе не животные, а скорее магические конструкты, в чьих жилах течет квазикровь.

Эдакий суррогат, а кристалл заменяет сердце.

Дикие зорны следствие мутаций и перерождений, а выведенные, результат долгой и кропотливой работы велуров. И теми и другими движет только инстинкт убийства живых существ и утоления голода.

От размышлений меня отвлек стук в дверь.

Я вздохнул, сел, положил кристалл на комод и пошел открывать.

Адель стояла с поднятой рукой, готовая постучать снова.

— Чего надобно?

— Обойдемся без вот этого «чего надобно», — она помахала пальцами перед моим лицом, затем, уперев руки в бока, — какие у тебя планы на сегодня?

— Наверное, спать.

— У нас весь день выходной, а ты собираешься проспать? — спросила она, приподняв бровь.

Я пришел в себя накануне, после того как убил медведя, и обнаружил, что Кирэн склонился надо мной. Лекарь проделал отличную работу по моему лечению, и, если не считать шрамов на руке, тело было как новенькое.

Я чувствовал себя измученным, когда исцеление закончилось, и Кирэн сказал, что потребуется, по крайней мере, день, чтобы тело восстановило всю кровь, которую я потерял.

Актар, похлопав меня по плечу и поздравив, на следующий день отпустил нас с Адель делать все, что нам заблагорассудится, несмотря на его прежние заверения.

— Ну да, — сказал я, широко зевая, — я должен взять выходной и отдохнуть.

— Я не позволю тебе хандрить весь день, — заявила Адель, — а теперь надевай сапоги, мы уходим! Живо-живо!

Я хотел захлопнуть дверь у нее перед носом, но решил, что лучше всего просто согласиться.

В любом случае нужно кое о чем позаботиться, и она не оставит меня в покое, пока я не присоединюсь к ней. Зимняя одежда полностью уничтожена, так же как и щитки и один комплект униформы.

— Спокойствие, только спокойствие! Что ты предлагаешь? — спросил я, закрывая дверь позади нее и собираясь натянуть сапоги.

— Ну, я подумала, что мы могли бы исследовать академию, — начала Адель, широко улыбаясь, — мы можем пойти поесть в ресторан, осмотреть торговый район, может быть, даже посетить спектакль! Я слышала, что здесь даже есть огромный пляж у озера!

Я лишь кивал, когда она говорила.

Все это звучало довольно скучно. Свой свободный день, я предпочел бы провести во сне и тренировках, может быть, пойти посмотреть на какое-нибудь классное оружие в торговом районе, или глянуть схватки старшекурсников на арене.

— Ты слышал, что я только что сказала?

Я очнулся от мыслей и увидел, что Адель выжидающе смотрит на меня.

Ох, эти ее перепады настроения!

— Да, ты хочешь променять бесплатную еду в столовой на баснословно дорогую в ресторане. Ты желаешь несколько часов бродить по торговым павильонам, а затем поплескаться в воде и позагорать на солнышке. А еще глянуть спектакль, правда, мне не известно, что это такое.

Адель несколько секунд смотрела на меня, потом горестно вздохнула.

— Я заплачу.

Эти слова прозвучали волшебной музыкой.

— С этого стоило начинать! Я в деле! — сказал я с улыбкой, — с чего начнем?

Домой мы направились уже в сгущающихся сумерках.

Днем мы вдвоем пообедали в роскошном ресторане, потом отправились на торговую площадь, где я заказал кучу новой одежды у Тодда. И набор метательных ножей. Наставник сказал, что попробует научить меня вкладывать в них энергию кулака.

Тодд удивился и огорчился, узнав, что я опять сломал клинок и клятвенно заверил, что лично разместит для меня заказ у лучших оружейников Академии. Разорил Адель и на новые поножи с наручами.

Гулять, так гулять!

Новых габардиновых комплектов амуниции, как и зимней одежды, нужного размера не оказалось. Сделал заказ и лавочник, записав номер моего дома, пообещал, что как товар поступит, мне все сразу доставят с курьером.

После этого я битый час провел на лавочке, ожидая пока Адель выберет купальник. Она заставила меня сесть возле магазина и отказалась впускать внутрь.

А потом мы почти час плелись на другую сторону академического городка, к пляжу.

Когда я впервые увидел это место, то возблагодарил подругу, за то, что она взяла меня с собой. Восхитительное зрелище! Огромное озеро, наполненное чистой и сверкающей голубой водой, стояло в обрамлении песчаных берегов.

Адель покопалась в своих сумках, прежде чем вручить мне брюки, обрезанные чуть выше колена. Затем она указала на низкое деревянное здание и велела переодеться.

Когда я спросил зачем, она покачала головой и сказала, что я могу плавать в военной форме, если хочу или голым. А эти короткие штанишки она назвала новым для меня словом — шорты.

Затем она удалилась облачиться в купальник.

Переодевшись, я просто стоял и ждал, когда она появится. Я видел множество других людей, гуляющих по песчаному пляжу. Мужчины одеты в такие же шорты, а женские наряды отличались большим разнообразием.

Некоторые щеголяли в плавательных костюмах закрывающих их от груди до талии, в то время как тела других прикрывали лишь два куска ткани.

Для себя я решил, что последние это простолюдинки. Ведь ткань стоит дорого и они не могут раскошелиться, чтобы позволить себе полный купальник.

Я кивнул сам себе, радуясь, что догадался, не спрашивая кого-то еще. И что мои шорты довольно туги, чтобы скрыть некую неловкость.

Очень уж соблазнительны некоторые особы.

Адель вышла в закрытом купальнике. В конце концов, она богата, поэтому может позволить себе костюм с таким количеством ткани.

Значит, мои выводы верны. Беднячки ходят полураздетыми.

Она спросила, как она выглядит, и ее лицо мило покраснело.

Я, задействовав все свое красноречие, осыпал ее комплиментами, и она пребывала следующий час в превосходном настроении.

Остаток дня мы провели, плескаясь в воде.

Несмотря на свои прежние опасения, я хорошо провел время и решил, что нам следует сюда обязательно вернуться.

— Тебе понравилось сегодня? — спросила Адель, обхватывая меня за плечи и прижимаясь ко мне.

— Да, действительно, — сказал я, улыбаясь ей и приобнимая за талию.

— Держу пари, ты рад, что я вытащила тебя, — сказала она, крепче прижимая мою руку к себе.

— Да, особенно после того, как ты заплатила за все, — ответил я, отстраняясь и вытаскивая карту из кармана, чтобы проверить, где мы сейчас находимся, — если срежем вон те здания, то сэкономим двадцать минут, — сказал я, складывая карту и пряча ее обратно в карман.

— О, но разве ты не хочешь проделать долгий путь назад? — спросила Адель, надув губы.

— Давай в другой раз? Я очень устал и голоден!

— Как скажешь, — вздохнула она, когда мы свернули в темный проулок.

Несколько минут мы шли молча, держась за руки. Когда шум с главной дороги начал стихать, стало ясно, что в этом районе люди по ночам не бродят. Чем дольше мы шли, тем крепче Адель прижималась ко мне, поворачивая голову из стороны в сторону при каждом малейшем шорохе.

С другой стороны, я чувствовал себя как дома. В конце концов, эти места ничем не отличались от переулков Нороса.

Еще через минуту я внезапно остановился. Адель, по-прежнему державшая меня за руку, остановилась вместе со мной.

— Что случилось? — спросила она приглушенным голосом, испуганно оглядываясь.

— Я знаю, что ты там, выходи, — сказал я, поворачиваясь к открытому входу в переулок, справа от нас.

— Итак, ты нас заметил, — раздался голос из темноты, — не думай, что тебе удастся уйти только потому, что ты это сделал!

Пока мы смотрели на вход в переулок, из темноты материализовались шесть фигур.

— Я же говорил тебе, что это еще не конец, ты, вонючий простолюдин. Я здесь, чтобы выполнить свое обещание и отделать тебя как следует! — сказал Тензин, когда четверо его дружков окружили нас, а Фенсин с важным видом отошел в сторонку.

Я удивленно моргнул.

Я знал, что кто-то следит за нами, и даже ожидал драки. Темные переулки вроде этого, привлекали таких людей, но я ожидал карманника или грабителя, а не этого полоумного.

Тензин ухмыльнулся, глядя на нас сверху вниз, а его бледнолицый родич двинулся вперед.

— Я тоже не забыл, что ты со мной сделала, красавица, — сказал тот, посылая Адель воздушный поцелуй, — но я не сумасшедший, — добавил он, обходя ее, пока не оказался позади, — все, что я хочу это извинение, и тогда я буду счастлив отдарить тебя ночью любви!

Я почувствовал, что Адель отпустила мою руку, но не придал этому значения, так как мое внимание сосредоточилось на идиоте передо мной.

Да и этот альбинос не представляет угрозы, она гораздо сильнее него.

— Теперь я отомщу тебе, грязный смерд, за то, что ты обманом лишил меня законной победы на арене, — прорычал Тензин, хрустнув костяшками пальцев.

— Ты проиграл, честно и справедливо — в ответ я пожал плечами, — я не виноват, что ты такой тупица.

И без того сердитое выражение лица Тензина сменилось яростью.

— Нет! Ты сжульничал, и я собираюсь избить тебя до потери сознания здесь и сейчас, чтобы показать тебе, кто действительно сильнее! — брызгая слюной, завопил он.

Я собирался ответить, когда звук глухого удара рядом со мной заставил остановиться. Я быстро повернулся и увидел, что Адель схвачена Фенсином, и не двигается.

Лихорадочно попытался осмыслить ситуацию и решить, как лучше с ней справиться. Адель несомненно сильнее, чем Фенсин. Выходит, он использовал умение, чтобы парализовать ее. Но она смогла привлечь мое внимание, уронив маленький деревянный шар у своих ног.

Я заметил, что Фенсин прижимается к ней и лапает повсюду.

Почувствовал, как закипает кровь, и сжал кулаки.

Глухой удар, крик боли и Фенсин, прижат лицом к земле. Уперся ногой ему в спину, взяв руку на болевой и выкручивая ее.

Медленно подталкивал ее все выше и выше, в то время как урод подо мной кричал в агонии.

Давил до щелчка.

— Как ты? — спросил девушку.

— Этот выродок заблокировал мои умения, я даже пошевелиться и слова вымолвить не могла. Чудом шар материализовала.

— Он что-нибудь натворил?

Ответить она не успела.

— Взять его! Я хочу, чтобы этот ублюдок умер! — крикнул Тензин, его лицо исказилось от ярости и ненависти.

Поначалу он замер в оцепенении наблюдая быструю расправу над его дружком. Но теперь гнев вывел его из ступора, и он хотел отомстить.

Адель обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как остальные набрасываются на нас.

— Проклятье! — она зарычала, повернувшись лицом к надвигающейся угрозе.

Она держала руки вверх и пять копий образовались в воздухе перед ней. Приспешники Тензина, ожидавшие легкой схватки, застыли на месте, когда деревянные колья зависли перед ними.

— Я не в очень хорошем настроении, потому что эта жаба пыталась изнасиловать меня, а вы все просто собирались посмотреть, — сказала Адель со злой усмешкой, — вот вам ультиматум. Или вы уйдете, когда я досчитаю до пяти, или умрете. Ваш выбор?

Приятели на мгновение заколебались, переводя взгляд с нее на Тензина. Они видели, что она натворила на арене, и не горели желанием отхватить люлей. Но в то же время, Тензин из влиятельного рода и идти против него может означать неприятности в будущем.

— Один! — громко сказала Адель, и этого оказалось достаточно.

Крича от ужаса, парнишки бросились бежать, бросив своего вожака и его родича на произвол судьбы. Они могут попасть в беду позже, но сейчас они боялись нас больше, чем их.

Я действительно не думал, что у них были какие-то проблемы с нами. Они просто слабы и следовали за Тензином, то ли из страха, то ли в надежде на большую силу.

— Кучка трусов, — пробормотала Адель, позволяя кольям исчезнуть, и повернулась ко мне, — Тинар, сзади! — закричала она, поднимая руки, готовясь пустить в ход заклятья.

Я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть каменный кулак, летящий в лицо.

Только высокая ловкость и своевременное предупреждение Адель спасли меня.

Я дернул головой в сторону, отчего кулак едва коснулся щеки.

Тензин, который ожидал, что ударит меня, споткнулся, потеряв равновесие. Я воспользовался возможностью использовать кулак и ударил в центр груди.

Это был не очень сильный удар, так как у меня не было пространства для размаха, но атака возымела эффект. Тензин отшатнулся, давая больше простора для маневра, я развернулся на месте, отпустив руку Фенсина и нанеся боковой удар.

Удар пришелся с такой силой, что полностью разрушил броню толстяка, сломал, судя по звуку, несколько ребер, и отбросил его назад. Он врезался в противоположную стену переулка и затих, стоная без сознания.

Затем я обернулся и увидел, что Фенсин поднялся на ноги и пытается ускользнуть. Я побежал за подонком и схватил его за сломанную руку. Тот закричал.

Я снова швырнул его на землю, а потом с силой ударил по колену. Раздался громкий треск, и крики Фенсина удвоились. Он корчился на земле моля о пощаде.

— Это удержит тебя от побега.

Я обернулся и увидел, что Адель расслабилась.

— Нет, ты остановил его прежде, чем он успел что-либо сделать. Это ответ на твой вопрос, а то нас немного отвлекли, — она улыбнулась.

— Расскажешь?

— Не место и не время, да и желанием не горю. Но если вкратце, то этот кусок дерьма, — она с силой пнула Фенсина, использовал свой дар чтобы заблокировать мои способности и безнаказанно лапать, шепча непристойные гадости. Он, оказывается, проделывал такое с девушками неоднократно. Только сейчас мы смогли его остановить, и дело не зашло далеко.

Я уже сломал Фенсину руку и теперь перешел на пальцы, ломая их один за другим. Адель вздрагивала от громкого треска, сопровождаемого воплем боли, каждый раз, когда один из них ломался.

— Тинар, боюсь этого недостаточно. Такого больного ублюдка нужно остановить. Иначе он продолжит так поступать с другими девушками. Да и нам попробует отомстить. Мне не нравится идея хладнокровного убийства, но это необходимое зло.

Она шагнула к нам, а в ее руке начало формироваться копье.

Я отпустил альбиноса и он отполз к стене, дрожащими пальцами здоровой руки баюкая сломанные конечности, и оставляя на брусчатке мокрый след.

Подлец обмочился.

— Адель, что ты делаешь? — спросил я.

— Я хочу повесить его, чтобы он не смог сделать это снова! Вон туда вобью копье, создам петлю и вздерну ублюдка!

Услышав это, Фенсин широко раскрыл глаза, испуганно заскулил и засучил ногами в попытке отстраниться, когда Адель остановилась в нескольких сантиметрах от него.

— Ты не можешь, — сказал я, положив руку ей на плечо.

— А почему бы и нет? — она спросила, повернувшись ко мне, — с каких это пор ты заботишься о спасении жизней своих врагов?

— Ни с каких, — сказал я, сохраняя спокойное выражение лица, — но подумай сама. Даже если мы убьем этих двоих, есть еще четверо свидетелей. В лучшем случае нас исключат, а в худшем — казнят.

Адель, казалось, на мгновение заколебалась, а затем вздохнула.

— Тогда что мне делать?

Я пожал плечами.

— Оставь им напоминание о нашей встрече. Я уже оставил, — указал я на сломанные конечности альбиноса, а затем на бесчувственное тело Тензина.

Адель на мгновение задумалась, потом ее лицо озарила злая улыбка.

— Спасибо, Тинар. Это отличная идея!

Фенсин, наблюдавший за нами все это время, вздохнул с облегчением, услышав, что его жизнь спасена. Адель махнула рукой и шесть копий воткнулись в мостовую.

— Две руки, две ноги и голова? Зачем столько? — не понимая что она хочет поинтересовался я.

— Увидишь.

Шесть плетей соткались в воздухе и растянули Фенсина. Тот закричал, но этот крик не был похож ни на один из тех, что он издавал раньше.

— Перестань ныть, — сказала Адель, закатывая глаза, — я уверена, что целители смогут все исправить, если тебя вовремя найдут и к ним направят.

— Это действительно было необходимо? — спросил я с болью на лице, — это кажется чрезмерным.

Не то чтобы я жалел выродка, но любой мужчина, увидев, за что его тянет шестая петля, почувствовал бы укол жалости.

Адель приподняла бровь, не обращая внимания на воющего альбиноса у наших ног.

— И это говорит человек, который сломал ему руку и все пальцы на ней?

Она уперла руки в бока, и ее лицо окаменело.

— Это совсем другое, — я махнул рукой, — пошли, нам нужно рассказать все, что здесь произошло наставнику.

Она кивнула в знак согласия.

Я бросил последний взгляд на воющего Фенсина, внутренне содрогнулся и подсадив Адель себе на спину помчался так быстро, как только мог, чтобы заглушить крики боли.

Глава 19

Я снова вертел в пальцах сердечник льдистого медведя, восхищаясь тем, как лазоревый цвет искрится внутри.

Мы постучали в дверь Актара, как только вернулись прошлой ночью, и рассказали ему все. Как только закончили рассказ, он велел нам идти спать и сказал, что поговорит с нами на следующий день. Затем он выбежал из дома, оставив нас вдвоем.

Адель поблагодарила меня за то, что я спас ее от Фенсина и не дал ей убить его. Тогда она совершила нечто совершенно неожиданное. Она наклонилась и поцеловала меня в щеку, потом ее лицо стало совершенно красным, и она побежала в свою комнату.

Бросил кристалл на кровать и вздохнул.

Я все еще не был уверен, что чувствую по этому поводу. Никто никогда не целовал меня прежде, кроме матери.

Я не мог решить, так или иначе, как мне с ней быть и кто я для нее, в первую очередь.

Снова взглянул на кристалл и не найдя в нем ничего интересного вздохнул и бросил тот на комод. Медведь оказался лишь на пару рангов выше и сердечник не содержал так уж много энергии.

Меня беспокоило не то, что в нем так мало энергии, а то, что я чуть не погиб, в схватке со зверем, который всего на два ранга выше меня.

Я сражался и убивал воинов с гораздо большей разницей в рангах. Я даже убил того монстра, получив меньше травм, но этот медведь девятого ранга почти прикончил меня.

Нужно разблокировать способности кангеле и достичь ранга девять. Это единственный способ получить истинную силу и власть над энергией. Если разница между восьмым и девятым рангами действительно так велика, то я обязан возвыситься.

И не плохо бы улучшить качество своих способностей, пока я в этом не особо преуспел.

Актар должен вернуться в течение часа или около того, но до тех пор я буду работать над преобразованием источника в вару.

Закрыв глаза, я сконцентрировался и приступил к работе.

В дверь постучали, и я медленно открыл глаза.

Я достиг больших успехов в преобразовании и теперь вару занимал половину от нужного объема. Теперь все, что мне нужно было сделать, — это продолжить работу и достичь следующего ранга.

Я медленно разогнул затекшие ноги и пошел открывать дверь.

Адель стояла с бодрым видом, что показалось странным, учитывая то, что произошло прошлой ночью.

— Наставник ждет нас в главной комнате, и он попросил прийти за тобой.

Я кивнул, закрыв за собой дверь, и последовал за ней из гостиной на кухню.

Актар сидел за столом и, когда мы вошли, оторвал взгляд от тарелки с мороженым, жестом пригласил нас сесть.

Мы сидели и ждали, пока он закончит есть, прежде чем заговорить.

— Ты все испортила, — сказал он, облизав и положив ложку на стол.

Прозвучали эти слова смертельно серьезно, и в них не было даже проблеска его обычного юмора.

— Юноши, которые напали на вас прошлой ночью, были доставлены в лазарет, и, к счастью, их обоих вовремя излечили. В том числе и растянутого.

Адель, услышав последние слова глупо хихикнула.

— В свете того, что произошло, руководство Академии решило, что они не исключат вас за то, как вы вели себя, но будет пристально следить за вами впредь.

— Подожди, что?! — взорвалась Адель, — они напали на нас! Почему мы те, за кем следует внимательно присматривать?

Она вскочила на ноги, в негодовании прижав руки к бокам и прохаживаясь по комнате.

— Единственная причина, по которой ты все еще здесь, а не в тюрьме, это то, что они напали на вас первыми. С другой стороны, именно из-за того, как вы с ними справились, за вами следят. Если бы вы просто избили их и остановились на этом, они, скорее всего, были бы исключены из академии. С тех пор как вы решили отыграться и оставить свои «напоминания», Академия решила отпустить обе стороны с предупреждением. Если кто-то из вас снова выйдет за рамки, вас вышвырнут.

Услышав это, я поморщился и бросил на Адель извиняющийся взгляд.

В конце концов, это была моя идея — оставить тем уродам напоминание о нашей встрече.

Адель проигнорировала меня и продолжила кричать.

— То есть вы хотите сказать, что после того, что эти куски дерьма пытались сделать, их просто отпустят?

— Я хочу сказать, что в следующий раз, когда случится что-то подобное, ты обязательно завершишь начатое!

Адель была так потрясена внезапной вспышкой Актара, что подпрыгнула. У обычно спокойного мужчины на лице проявилось такое выражение гнева, что она испугалась.

— Чтобы быть предельно ясным, я не в восторге от того, что случилось с тобой! С вами обоими! Я хотел, чтобы мальчишку вздернули за тощее горло, а остальных исключили. Но кто-то мешает мне. Кто-то с реальным влиянием и властью.

Он наклонился вперед, его глаза сверкали, когда он смотрел на нас двоих.

— Ты понимаешь?

Мы оба кивнули, его послание предельно ясно.

Фенсин, и Тензин происходили из очень богатого и влиятельного рода и, вероятно, подкупили немало людей, чтобы на них не обращали внимания. И хотя Адель происходила из благородной семьи, она должна молчать, если не хочет выдать себя.

— Хорошо, — сказал Актар, позволяя гневу утихнуть, — теперь, когда с этим покончено, мы можем перейти к более интересным вещам. Тинар, я знаю, что ты сейчас в седьмом ранге, насколько ты близок к следующему?

— Один поход в Заказники, наставник и дело сделано!

Тот же вопрос был задан Адель.

— Аналогично.

— Хорошо. Тинар, мы поработаем над тем, чтобы ты взял восьмую ступень в ближайшие несколько дней. Тогда сможем начать настоящую работу по разблокированию способности кангеле. Адель, я хочу, чтобы ты пока воздержалась от перехода в следующий ранг.

Девушка вспыхнула и порывалась что-то сказать, но наставник выставил руки вперед в умиротворяющем жесте и продолжил:

— Это еще одна вещь, о которой я хотел поговорить с вами сегодня, — сказал он, откидываясь на спинку стула и улыбаясь своей обычной улыбкой, — окончание семестровых боев начнется через три недели, после чего лучших восьмерых учеников в каждом классе ждет…, — он пробарабанил затейливую дробь по столу, — турнир!

Я почувствовал, как сердце учащенно забилось от волнения.

Я ждал соревнований с тех пор, как впервые услышал о них. Актар не сообщал никаких подробностей, так что, надеюсь, теперь мы узнаем больше.

— По выражению ваших лиц я вижу, что вы заинтересованы. Отвечаю на твой невысказанный вопрос, Адель: главная причина, по которой я против перехода, в том, что это привлечет слишком много внимания. Никто в твоем возрасте не должен иметь такого высокого ранга. Мне удалось подделать ваши звания в школьных записях, но как только вы достигнете девятого ранга, это будет невозможно скрыть.

— Подожди, ты хочешь сказать, что мы не можем подняться выше восьмого ранга, пока мы обучаемся здесь? — спросил я.

— Я не это имел в виду. Вам следует воздержаться от дальнейшего роста до окончания турнира. Если вы выиграете, а я ни на секунду не сомневаюсь, что сможете, каждый из вас получит очень мощный сердечник сорокового ранга и один эльг.

Он подождал мгновение, чтобы до нас дошло то, что он только что сказал.

— Проклятье! Эльг и куча энергии!

Я чуть не выпрыгнул из кресла, когда услышал это.

Один эльг стоит тысячу золотых монет. С такими деньгами, даже если я потеряю стипендию, я смогу прожить, по крайней мере, год. И с сердечником такой энергетической емкости я, вероятно, смог бы повысить себя сразу на несколько рангов, особенно после того, как преобразую источник.

— Неплохой приз, я знаю, — мягко сказал Актар, — теперь вы понимаете, почему ваш рост после турнира не вызовет подозрений? А случись это раньше, возникнет куча ненужных вопросов.

Я и Адель энергично закивали.

Деньги волновали ее меньше, чем меня. В конце концов, в потайном отделении ее комнаты хранилось более семидесяти эльгов.

Сердечник, с другой стороны, был более чем достойным трофеев.

— Так как же мы попадем на турнир? Вы сказали, что только восемь лучших учеников каждого класса будут соревноваться, — спросил я.

— Как я уже упоминал ранее в этом году, лучший ученик каждого класса проходит на турнир, минуя отборочные схватки. Адель, если сможешь продержаться следующие три недели, твое участие в турнире обеспечено.

— Тинар, в настоящее время ты занимаешь пятое место в своем классе, что означает, что ты, скорее всего, не добьешься первого места вовремя. Через три недели ты пойдешь на арену со всеми остальными учениками твоего года. Там вы будете сражаться один раз в день, пока не проиграете бой или не дойдете до конца. Весь этот процесс может занять до двух недель, затем, как только останутся только восемь, будет недельная отсрочка для бойцов, чтобы подготовиться, и для людей, желающих посетить турнир.

— Кто будет смотреть, как мы сражаемся? — спросила Адель.

Понятно, что она нервничала из-за того, что ее могут узнать сородичи, или кто-то за пределами академии. Если отец узнает, что она здесь, он потребует, чтобы ее вернули ему и его Семье.

Эскус будет вынужден подчиниться, иначе рискует потерять нейтралитет.

Семья, род, клан это то, на чем зиждиться наш мир. И хоть после тех событий, о которых мне рассказывал Актар и возникли княжества, баронства, графства и королевства, сути вещей это не меняло.

Всем заправляли кланы и их Владыки.

Да и пущенных графом за нами в погоню наемников не стоит скидывать со счетов. За прошедшее время я изрядно осмелел и расслабился, но ухо все же стоит держать востро. Не думаю, что он отказался от идеи прикончить меня, а Адель вернуть домой.

— Кроме родителей, желающих посмотреть, как дерутся их дети, сюда допускаются жители Эскуса и ученики с преподавателями Академии.

Услышав это, Адель вздохнула с облегчением и улыбнулась мне.

— Ты думаешь, что сможешь пробиться на турнир?

Я усмехнулся ей в ответ той же слегка безумной улыбкой, что и перед боем с льдистым медведем.

— За эльг и кристалл сорокового ранга? Я разнесу любого в пух и перья!

Следующие несколько недель дались нам нелегко. Новости о предстоящем турнире стали всеобщим достоянием, и нам обоим постоянно бросали вызов на поединки на арене.

Люди хотели побить Адель, в надежде занять первое место и одолеть меня, в надежде получить более высокую строчку в рейтинге к концу семестра.

Сначала мы попытались отказаться от драк, заявив, что дрались в официальном матче. Потом нам обоим сказали, что если мы не будут драться, по крайней мере, с одним противником в день, то рискуем потерять свой рейтинг.

Когда мы спросили Актара об этом, он с обыденно-невинным видом сообщил, что, должно быть, забыл упомянуть конкретно это правило. Поэтому в последние две недели перед началом официальных боев каждый из нас был вынужден защищать свои места ежедневно.

Это не остановило Актара от тренировок, во всяком случае, он давил на нас сильнее, чем обычно. К концу дня мы оба в изнеможении падали на кровати и сразу засыпали.

Тензин и Фенсин не подходили к нам в течение нескольких недель, предшествующих турниру, но иной раз, я замечал, как они наблюдают за нами из укрытий.

Я не думал, что Адель замечала их, и решил не говорить ей об этом для собственного спокойствия.

Время пролетело как один миг, и вскоре наступила ночь, перед отборочными боями. Я лежал на кровати, снова играя с сердечником медведя. Решил не использовать энергию кристалла, а оставить его как память о той схватке.

Вздохнув, положил сердцевину на комод и уставился в потолок. Адель, несмотря на все драки, сумела сохранить первое место в классе вёлуров, и поэтому завтра ей не придется сражаться.

Я, с другой стороны, сумел добраться только до третьей позиции в рейтинге и должен буду пробиться на турнир.

Хорошо хоть Тодд выполнил обещание и доставил новый комплект амуниции.

Я сел, слишком взволнованный, чтобы спать, и погрузился в транс. Способности никак не хотели расти или преображаться.

Когда я рассказал об этом Актару, то он тоже удивился. Он никогда не сталкивался с этим. Затем он велел мне успокоиться и сказал, что, я, вероятно, не смогу продвинуться дальше, пока не стану кангеле, и для этого мне сначала нужно будет закончить преобразование источника в вару.

После этого наставник убежал, возбужденно бормоча себе под нос о новых открытиях и тайнах мира.

Я вышел из транса, с одной стороны, счастливый, что не придется тратить тонну энергии, переходя на новый этап развития силы, но, с другой стороны, я боялся, что учитель не прав и я застряну в развитии навсегда.

К этому времени мне уже удалось завершить преобразование более чем на три четверти. Синие жгуты энергии и утолщения пронизывали практически все тело, концентрируясь в области сердца. Я чувствовал, как что-то внутри меня неотвратимо меняется.

Но чем дальше я продвигался, тем дело шло тяжелее порой мне стоило больших усилий поддерживать поток короткими всплесками, пока напряжение не становилось слишком сильным для меня, и я рисковал потерять контроль.

Я чересчур нервничал, чтобы спать в данный момент, поэтому вместо того, чтобы беспокоиться, почему бы не потратить время на то, чтобы продолжать преобразование.

Мысленно ухватился за источник. Теперь это было действительно трудно, и мне приходилось бороться, чтобы удержать энергию, когда я медленно расплетал его, формируя вару.

Теперь источник в десять раз меньше него и с каждой минутой уменьшался по мере того, как я все больше и больше расплетал его.

Актар предупредил меня, что, как только останется только двадцатая часть источника, я должен воздержаться от продолжения, пока не буду готов стать кангеле. Потому что, как только я пройду эту точку, останется вытянуть последнюю нить энергии, уничтожив источник. А это может быть весьма болезненно.

После часа кропотливой работы я был совершенно измотан. Мне удалось обратить почти все, но я слишком устал, чтобы сделать последнюю часть. Я лег в постель и натянул одеяло до подбородка.

При таких темпах я определенно достигну своей цели до турнира. В этом я уверен.

Я стоял напротив нервно выглядевшей девушки на одной из многочисленных боевых сцен арены.

Это был четвертый день отборочных схваток, и более трех четвертей студентов уже исключены. Поначалу я тоже нервничал, но после третьего боя подряд, в котором мой противник не представлял для меня серьезной угрозы, я расслабился.

Я смотрел, как мастер-распорядитель выходит на сцену и объявляет правила. Он спросил нас обоих, поняли ли мы их, и когда мы кивнули, начал драку.

Я принял боевую стойку, когда девушка бросилась на меня.

Она явно надеялась на быструю победу и считала, что атаковать сразу лучший выход.

Я легко уклонился от ее первых атак, затем ударил ногой. Я должен быть осторожным, чтобы сдерживаться в боях, чтобы не убить противников.

Актар предупредил меня, что, поскольку мой ранг подделан, а мастер не будет останавливать бой, если мои удары не направлены в жизненно важную часть тела, то нужно быть предельно аккуратным и осторожным.

Поскольку моя сила, скорость и ловкость так высоки, я мог легко убить кого-нибудь, если бы ударил изо всех сил, даже если область, в которую я целился, обычно не считалась смертельной.

Девушка вздрогнула, когда ее отбросило назад, и схватилась за бок, куда пришелся мой удар. Соперница выглядела удивленной, что ее атака не имела ожидаемого эффекта.

Она ткнула себя в бок, чтобы убедиться, что ничего не сломано, прежде чем повернуться ко мне с дерзкой ухмылкой.

— Ты крепкий орешек, надо отдать тебе должное. Думаю, мне придется начать использовать свои умения, если я хочу выиграть.

Дурехе невдомёк, что я еще не начал использовать свои. Мои удары ногами, руками и локтями стали столь сильны, что многие принимали их за мою способность.

Кожа соперницы изменилась в цвете и приобрела чешуйчатый вид. Я с интересом наблюдала, как ее черты искажаются, становясь змеино-птичьими. Ногти на пальцах сменились когтями, а нос — острым клювом.

Я никогда раньше не видел такой способности. Я даже не знал, что трансформация возможна. Мне пришлось пересмотреть свое мнение о девушке, возможно, она заслужила свое место здесь.

Вряд ли она смогла продвигаться через постель или деньги.

Не в таком облике.

— Я вижу, ты впечатлен моей силой, — сказала девушка, разминая руки и улыбаясь, — как насчет того, чтобы взглянуть на меня поближе? Ты миленький, проиграй, и я отблагодарю тебя, — змеиный раздвоенный язык облизал губы, а голос больше походил на птичий клекот.

Я не понимал, почему так много людей чувствовали необходимость болтать в середине боя. Они хвастались своей удивительной силой и тем, что у меня нет ни единого шанса. Поначалу я просто забавлялся, наблюдая, как один идиот за другим устраивают шоу, прежде чем сбить их с ног. Теперь это просто раздражало.

Все это впустую потраченное время и ради чего?

Я легко увернулся от нападения девушки и ударил ее коленом в живот. Раздался громкий свист воздуха, когда девушка согнулась почти вдвое, затем я поднял руку и потянул локоть к ее затылку.

— Стой!

Я замер в нескольких сантиметрах от черепа девушки. Ее упругие груди мягко касались колена, а попка там и призывала шлепнуть по ней.

Проклятье, что за чушь лезет в голову!

Затем я расслабился и сделал несколько быстрых шагов назад.

Я научился этому вскоре после того, как начались ежедневные испытания. Не все были счастливы после проигрыша.

— Победитель смертельным ударом — Тинар Марто, — сказал мастер, выходя на середину помоста.

Девушка выпрямилась и позволила своим чертам вернуться к нормальным. Она слегка поморщилась, когда ощупала свой живот, но я ударил ее недостаточно сильно, чтобы вызвать что-то большее, чем неприятный синяк.

— Думаю, я заслужила это за свое хвастовство, — сказала она с печальной улыбкой, протягивая мне руку для рукопожатия.

Я был немного удивлен, так как никто из тех, кого я бил раньше, не воспринимал это так хорошо.

— В следующий раз сосредоточься на противнике, а не на себе, — сказал я, пожимая руку девушки.

— Значит, тебя зовут Тинар, и ты обладаешь немалой способностью наносить такие повреждения, — улыбнулась она, придвигаясь ко мне поближе, — кстати, меня зовут Мадлен.

Я, чувствуя себя неловко от ее близости и жаркого дыхания, отступил на шаг.

— Я не использовал свои способности, только знание рукопашного боя.

— Неужели? Ну, это делает тебя еще более интересным! Дашь мне парочку частных занятий? Может вечером в моем домике? Сектор «К», дом номер двадцать три. Мы живем вдвоем с подружкой.

Теперь в ее глазах появился хищный блеск, от которого я занервничал еще больше. Я лихорадочно огляделся в поисках предлога, чтобы уйти, и заметил Адель.

— О, смотри, мой друг ждет меня. Было приятно поговорить с тобой, — с этими словами я спрыгнул со сцены и практически убежал от девушки. Оглянувшись через плечо, я увидел, что Мадлен стоит с обиженным выражением лица.

Я действительно чувствовал себя неловко из-за своей грубости, но она заставляла меня смущаться. Если я когда-нибудь встречусь с ней снова, то извинюсь.

А может, стоит нанести визит вежливости? Купить вина, конфет и цветов?

Маме нравилось, когда папа иногда баловал её подобным.

Жаль, сейчас нет денег и времени на подобные глупости. Надо будет вернуться к этому после турнира.

— Отличная работа, — сказала Адель, когда я подошел к ней, что от тебя хотела эта расфуфыренная кукла?

— Кто вас девушек поймет, — ответил я, когда мы направились к выходу, — вроде чтоб я потренировал ее немного.

Мы остановились у информационного стенда и посмотрели на большую доску с именами участников. Согласно таблице мне придется выиграть еще три боя, чтобы попасть на турнир.

Я разочарованно вздохнул, жалея, что не могу покончить с противниками сегодня, а не в ближайшие три дня.

Из головы не выходило и то, что как только завершаться наши бои, мне придется ждать, пока вёлуры закончат свои. Это займет еще целую неделю. Затем еще неделя, прежде чем начнется турнир.

Почему все это занимает так много времени?

Мы уже покидали арену, когда я снова краем глаза заметил крадущихся Тензина и Фенсина. Они оба смотрели угрюмо и с такой ненавистью, что я чуть не поперхнулся баранкой, которой меня угостила подруга.

— Что тебя так расстроило? — спросила Адель, когда эти ушлепки скрылись из виду.

— Это все ожидание. Это сводит меня с ума!

Она рассмеялась и легонько ударила меня по руке, — с каких это пор ты стал таким нетерпеливым?

— С тех пор как появились эльг и кристалл сорокового ранга, — пробормотал я, когда мы свернули к своему кварталу.

— Ладно, почему бы нам не зайти в ресторан, прежде чем идти домой? Я угощаю!

Я усмехнулся, услышав это.

Бесплатная еда, да еще и на халяву!

Адель действительно знала меня лучше, чем кто-либо другой.

Глава 20

Вот оно.

Все, что остается сделать, чтобы пробиться на турнир, — выиграть эту схватку, но это легче сказать, чем сделать.

Я уставился на помост, где стоял Нэйн, номер два в нашем классе. Раньше мне не довелось биться с ним в рейтинговым поединке или посмотреть его бои, но, судя по тому, что я слышал, он довольно жесткий боец.

Мастер-распорядитель вышел на середину помоста и еще раз повторил правила. Затем он спросил, готовы ли мы, и объявил о начале поединка.

Я принял оборонительную стойку, когда Нэйн осторожно приблизился.

— Я много слышал о тебе, Тинар, — крикнул он, держа кулаки поднятыми, и двинулся вперед.

Я проигнорировал его, внимательно следя за движениями противника.

Он пытался отвлечь меня разговором, но я ясно видел, как напряглись мышцы Нэйна, а это означало, что вскоре он атакует.

И действительно, соперник бросился ко мне. Левой прямой, правой боковой. Я уклонился от первого, нырнул под второй и затем нанес короткий апперкот в солнечное сплетение.

Как ни странно, Нэйн провернулся вбок, и мой удар пришелся вскользь. Затем он сам подшагнул вперед, пробив сильным ударом в незащищенный бок.

Я вздрогнул. Словно кувалдой огрели. К счастью, конституция у меня высока и ни одна кость не сломалась. Однако я не собирался позволить Нэйну уйти безнаказанным. Разворот и моя пятка бьет ему точнехонько в челюсть.

Мы оба отступили на несколько шагов, оценивая уровень угрозы противника.

— Жаль, что тебе пришлось встретиться со мной лицом к лицу, Тинар, — крикнул Нэйн после нескольких секунд молчания, — мне бы хотелось сразиться с тобой на турнире. В нашем классе не так уж много тех, кто потратил время на то, чтобы научиться драться, так что из уважения, я покончу с тобой быстро.

Обычно я не шутил в разгар драки, но Нэйн сделал то, что до сих пор не удавалось никому в Академии. Ему удалось произвести на меня впечатление. Я почувствовал, как улыбка невольно расползается по моему лицу.

Передо мной был кто-то, с кем я мог, наконец, испытать себя. Не зверь или каменный голем, а настоящий человек, который умеет драться! И делает это мастерски.

— Я не проиграю. Ты единственный, кто проиграет, — ответил я и внутренне поморщился от того, как это коряво прозвучало.

Нужно поработать над шутками и ораторским искусством. Вот и Адель с Актаром мне об этом говорили.

Нэйн просто рассмеялся, услышав это и, покачав головой, произнес:

— Ты странный парень.

Улыбка вскоре погасла, он моментально сменил позу, встав фронтально и скрестив руки на груди.

Его выходка сбила с толку.

Почему он принял такую ужасную стойку?

Ответ на мой вопрос последовал мгновение спустя, когда что-то блеснуло на коже Нэйна. Затем его поглотила потрескивающая рыжая энергия, которая каждые несколько секунд всполохами отскакивала от него.

Мне не известно, что это такое, но раз он задействовал способность, стоит ждать атаки.

Я чуть сменил стойку, кулаки окутала энергия.

Несколько секунд мы стояли неподвижно, и единственным аккомпанементом служило легкое потрескивание, исходящее от тела Нэйна.

Вот он устремился в атаку, но на этот раз все было по-другому.

Нэйн, казалось, пролетел расстояние между нами, покрыв его менее чем за секунду, и ударил в живот.

К моему полному шоку, я даже не успел среагировать. Воздух со свистом вылетел из меня, когда удар достиг цели, и я сам сделал несколько шагов назад, пытаясь прийти в себя и сохранить равновесие.

Нэйн не собирался давать мне поблажки и начал сыпать ударами со всех сторон. Его скорость была невероятной! Даже с ловкостью, которую я считал своим высшим атрибутом, я не мог поспевать за всеми. Я попытался нанести несколько ударов сам, надеясь, что мастер остановит бой за смертельным ударом, но каждый раз Нэйн уходил в сторону, или подлавливал меня на контратаке.

Я вздрогнул от удара в правый бок, затем в левый, а затем снова в правый. Я опустил локти, пытаясь прикрыться, и тут же пропустил в голову. Я попытался защититься, сумев отразить несколько ударов, но Нэйн слишком быстр, чтобы уклониться от всех.

Несмотря на побои, меня разбирало веселье и кураж поединка, на лицо сама собой выползла дурацкая ухмылка.

Давненько я не испытывал подобного, дикий прилив адреналина и восторг борьбы с достойным противником.

Нэйн заметил, что я улыбаюсь, отскочил на добрых десять метров и грациозно приземлился, готовый тут же атаковать снова.

— Почему ты улыбаешься? Ты идиот? У тебя явно нет шансов. Ты ни разу не ударил меня. Не знаю, почему мастер еще не окончил поединок.

— Все очень просто, — сказал я, выпрямляясь и расправляя плечи, — мне весело. А что касается того, что поединок не окончен, ты не смог нанести смертельного удара.

Я усмехнулся, встряхнул руки, ссутулив плечи. Ноги чуть согнуты и пружинисты.

Если у меня есть шанс выиграть этот матч, я должен как-то добраться до него. Нужен тонкий расчет и хитрость, тупой силой его не победить.

Нэйн только покачал головой, затем присел и ринулся вперед. Если это вообще возможно, сейчас он двигался еще быстрее и, казалось, телепортировался ко мне, а не покрыл расстояние ногами.

Я содрогнулся, когда кулак врезался в поднятую руку, чувствуя, как кость скрежещет сквозь защиту.

Если так будет продолжаться, мне до конца боя на ногах не устоять. Адель и Актар не простят мне проигрыша и я не получу тысячи монет и прорву энергии.

Оттиск! Я успеваю поймать Нэйна за руку, удар кулаком в печень, лбом в переносицу, ногой в грудь и он отлетает к сетке, утирая выступившую кровь.

Он утерся, склонил голову в знак уважения и снова бросился на меня, взвинчивая темп до небес.

Проклятье как же он быстр!

Я выдержал новый натиск атак, исключительно блокируя те, что приходились на важные части тела. Не успевая поймать его вновь. Мои ребра, ноги и руки серьезно пострадали. Я чувствовал, как накапливаются боль и усталость.

Отшатнулся, тяжело дыша и расправляя плечи, чтобы немного передохнуть.

Сейчас переломный момент. Самая опасная часть плана. Если я ошибся, то бой будет завершен, и я проиграю.

Нэйну тоже воспользовался заминкой и отступил тяжело дыша.

Значит, и его выносливость не безгранична. Возможно, его способность поглощает уйму энергии.

Я чуть-чуть выпрямился, слегка опуская кулаки ниже.

— Похоже, этот твой навык сжигает много энергии. Думаю, через минуту-другую тебе придется притормозить, — сказал я, позволяя кулакам опуститься еще на сантиметр.

Я знал, что это движение, каким бы легким оно не было, не ускользнет от его внимания. Мне пришлось спрятать усмешку, когда глаза Нэйна забегали между моим лицом и руками.

Нэйн не купился на уловку, да я и знал, что не купится. Мы вновь схлестнулись, он принялся осыпать меня шквалом ударов, рассчитанных скорее на то, чтобы измотать, а не причинить подлинный ущерб.

Секунды тягуче тянулись одна за другой. Я позволил локтям соскальзывать сантиметр за сантиметром, притворяясь более измученным, чем был на самом деле. Момент действовать настал, когда я выставил блок, чтобы отразить удар крюком, нацеленный в лицо. Я блокировал удар, но когда вернул руку в защитную позицию, она была слишком низко.

С торжествующим криком кулак Нэйна устремился вперед, к лицу, к победе. Только когда Нэйн заметил мою широкую ухмылку, он понял свою ошибку.

Оттиск! Захват руки! Проворот! И вот он летит через мое плечо, с грохотом приземляясь на землю.

Я держал руку Нэйна оттиском, когда тот падал, и теперь выпрямил ее, прижав к внутренней стороне бедра. Затем я ударил его в бок, услышав треск ребер, и, нанес удар в лицо кулаком.

— Стой!

Я замер, когда раздался голос мастера, и быстро отступил, давая целителям возможность позаботиться о поверженном противнике. Я почувствовал руку на своем плече и, оглянувшись, увидел другого целителя, стоящего с сосредоточенным выражением лица.

Через несколько мгновений я испытал облегчение, когда вся боль улетучилась из избитого тела. Я поблагодарил целителя и, обернувшись, увидел, что Нэйн уже поднялся на ноги и приближается ко мне.

Несмотря на поражение, он не выглядел расстроенным. Вместо этого на его лице появилась широкая жизнерадостная улыбка.

— Отличный финт, — сказал он, сердечно похлопав меня по плечу, — не многие люди, пройдя через такое избиение, все равно победили бы. Я не сомневаюсь, что именно ты заслуживаешь участие в турнире.

— Не скрою, был момент, когда я уже думал, что моя песенка спета, — признался я, тоже улыбаясь, — но одно я знаю точно, когда-нибудь нам стоит снова сойтись в поединке!

Нэйн ухмыльнулся еще шире, и мы пожали друг другу руки, зная, что схватка-реванш обязательно состоится.

— Ты выиграл! Ура! Ты сделал это!

Я немного опешил, когда Адель налетела на меня, как только я покинул сцену, и обняла меня.

— Да, спасибо, — ответил я, неловко поглаживая ее по спине и стесняясь опустить руку пониже.

Никак не мог привыкнуть к подобным объятиям, которыми она в последнее время частенько меня одаряла.

Из всех людей меня обнимала только мама да изредка отец.

Однако я не высказал этих мыслей вслух, просто подождал, пока Адель отпустит меня, и повернулся к входу на арену.

Сегодняшний день немного отличался от остальных, так как после шести дней боев осталось всего четырнадцать человек прошедших отборочные бои.

Я видел, что большинство людей собрались перед возвышением, которое установили здесь только сегодня. Там стоял директор с несколькими инструкторами, а за его спиной высилась большая крытая доска.

— Я был последним, кто закончил бой? — спросил я Адель, когда мы пробирались сквозь толпу.

— Да, — ответила она, стараясь держаться поближе ко мне.

— Так что же происходит сейчас?

— Я думаю, что они собираются объявить всех, кто сделал это среди санкари. Я вижу Актара на сцене, так что они, вероятно, вызвали всех наставников, чьи воспитанники прошли.

Глядя на сцену, я насчитал семь человек, не считая Актара и директора.

— Да, ты, наверное, права, — сказал я, — ты случайно не видела, кто еще прошел?

Мы с трудом протолкались в передние ряды. К самой сцене не подойти, очень тесная толпа.

— Нет, я за твоим боем наблюдала, не отвлекаясь, — Адель покачала головой.

— Всем успокоиться и собраться перед сценой! — голос Рендезо перекрыл шум толпы.

Директор терпеливо ждал еще несколько мгновений, пока притихшие ученики все повернутся к нему.

— Прежде всего, хочу поздравить тех, кто боролся за то, чтобы попасть на турнир. Более половины первокурсников даже не пытались соревноваться, так что ко всем, кто сражался, я отношусь с уважением.

При этих словах раздались вежливые аплодисменты. Он подождал, пока они стихнут, прежде чем продолжить.

— Поскольку я уверен, что мое уважение слишком эфемерно, все, кто участвовал в соревнованиях, получат достойную награду. Когда-нибудь в следующем семестре вам всем будет позволено посетить один из наших Заказников. Для тех, кто не знает, что это такое, Заказник — это место, где вы сможете собрать большое количество энергии. Если у вас есть еще вопросы, спросите своих наставников.

На этот раз аплодисменты прозвучали заметно громче, и я в очередной раз порадовался, как мне повезло, что я могу посещать Заказники почти ежедневно.

— Без дальнейших церемоний, я объявлю участников первого в этом году турнира. Актар, прошу вас.

При этих словах наставник протянул руку и дернул ткань, покрывавшую стенд.

Раздался громкий свист и гул, все подались вперед, чтобы лучше видеть. Доску занимала интересная схема: снизу восемь табличек с именами, выше четыре пустых, затем два и, наконец, один.

Мое имя второе справа, но мои глаза прикованы к третьему слева.

Я отвернулся, оглядывая толпу, пока мой взгляд не упал на того, чье имя появилось на экране. Того, кто вообще не должен был туда попасть.

Тензин стоял в стороне от сцены. Его приспешники стояли вокруг него, хлопая по спине и улыбаясь. Фенсин обнаружился там же, чуть в сторонке.

Я понятия не имел, как этот болван умудрился попасть на турнир, но знал наверняка, что если столкнусь с этой швалью на арене, то не проявлю милосердия!

* * *

— Если хочешь победить, тебе надо быть легче на ногах! Подвижней! — раздался голос Актара, когда конструкт ударил меня каменным кулаком в лицо.

Я вскрикнул от боли, рука метнулась к тому, что, несомненно, являлось сломанной челюстью. Кулак каменного голема ударил прямо в нос. Я распластался на земле, а перед глазами поплыли звезды.

Мгновение спустя по телу пробежала теплая волна исцеления, и туман отступил вместе с мучительной болью на лице.

— Спасибо, Кирэн, — сказал я, садясь и потирая нос и челюсть.

До турнира оставалась неделя, и Актар взял нас в нешуточный оборот, сказав, что не позволит, чтобы мы его опозорили.

Справа от себя я видел, как Адель швыряет копья и использует плети против такого же голема. Так же, как и мой, этот конструкт проворен и мощен, не позволяет ни одной атаке пройти успешно. Пока я смотрел, голем бросился на Адель, разбив ее щит и отправив в глубокую отключку.

Услышал, как Кирэн вздохнул и побежал, чтобы исцелить ее.

Сам я медленно поднялся на ноги, не сводя глаз со своего конструкта. Актар сказал мне, что это тот самый голем, с которым я столкнулся, когда проходил вступительное испытание.

Я был не настолько глуп, чтобы поверить в это хотя бы на секунду.

Этот конструкт намного сильнее, быстрее и выносливее, чем тот. Мне не удалось нанести ни одного удара, и каждый раз, когда я попадал в него, то трещали кости.

— Не вижу смысла в этом упражнении, — крикнул я, когда голем вновь двинулся вперед, чтобы сокрушить меня, — как постоянное избиение поможет нам в турнире?

Я сумел увернуться от удара и попытался нанести ответный, но все, что мне удалось сделать, — это дотянуться до бока конструкта.

— Ой! — закричал я, когда меня в очередной раз швырнуло на землю.

Мои глаза слезились от боли, спасибо лекарю, что в очередной раз исцелил меня.

На этот раз я не потрудился подняться на ноги, вместо этого уставившись на Актара.

Раздался звук разбивающегося щита Адель и приглушенный глухой удар.

После того, как ее исцелили — на этот раз она потеряла сознание от удара по голове — она тоже отказалась подниматься.

Актар скрестил руки на груди и покачал головой в притворном разочаровании.

— Вы двое, кажется, вообще не понимаете смысла этого упражнения. И зачем я взял столь никчемных бездарей не способных уловить моего гениального замысла?

— Тогда расскажите нам, а не заставляйте этих каменных истуканов избивать нас до полусмерти! — закричала Адель.

Она была в отвратительном настроении. Квалификация на турнир вёлуров закончилась накануне, и Фенсину удалось попасть внутрь. Так что можно с уверенностью сказать, что сегодня у нее не самый лучший день.

— Я могу сказать вам, но ни один из вас не получит повышения интеллекта или мудрости, если я это сделаю. Так что решать вам. Не забудьте к чему приводит решение не тривиальных задач самостоятельно.

Адель хотела ответить за нас обоих, но я остановил ее.

— У нас есть несколько минут, чтобы подумать, прежде чем мы примем решение?

Актар кивнул, на его лице появилась улыбка.

— Хорошо. Радует, что иногда ты используешь голову. Даю вам пять минут, после этого либо вы продолжите драться, либо я объясню вам суть упражнения.

Я кивнул, затем медленно поднялся на ноги, не сводя глаз с голема. Когда тот не двинулся с места, чтобы напасть, я подошел к Адель и сел рядом с ней. Как и я, она была покрыта потом и выглядела измученной после двух часов непрерывных избиений.

Когда мы пришли сегодня утром, Актар объявил об изменении расписания на неделю, предшествующую турниру. Теперь наша первая тренировка продлится четыре часа, после чего у нас будет двухчасовой перерыв. После перерыва будет еще двухчасовой урок. После чего мы будут свободны весь день. Вся неделя будет посвящена боевой подготовке, так что мы не пойдем ни в какой Заказник и не займемся другими занятиями до окончания турнира.

— У нас есть пять минут, так что давай попробуем выяснить, что мы делали не так. В конце концов, мы ведь не хотим, доставить ему удовольствие, прося о чем-то.

Адель захлопнула рот. Она собиралась возразить, что мы должны просто спросить, но одной мысли о самодовольном лице Актара достаточно, чтобы умерить ее пыл.

— Я, кажется, не могу понять, что я делал не так, так как насчет такого варианта: ты говоришь мне, какие ошибки я делал, а я говорю тебе твои. Справедливо?

— Да, это действительно хорошая идея, — сказала Адель, впервые за день улыбнувшись.

Я кивнул, затем начал делиться своими мыслями.

— Я заметил, что ты склонна нападать одномоментно. Это не проблема веди ты бой с неподвижной мишенью, но у тебя возникают сложности, когда цель движется.

— Так что ты посоветуешь мне делать? Я всегда могу бросать копье за копьем, но эта штука слишком быстрая, чтобы попасть. Кроме того, из-за того, как сильно конструкт бьет, вероятно, невозможно уничтожить его, даже если не промажу.

— Необязательно… — задумчиво произнес я, — Актар сказал, что этот голем такой же, как тот, с которым я столкнулся, когда проходил тест на поступление в Академию. До сих пор я ему не верил, потому что тот был намного слабее и медленнее. Сначала я подумал, что раз я не могу использовать скорость, как в прошлый раз, я просто слишком медленный, но потом я вспомнил, как рос с тех пор, как попал сюда. Даже без навыков я очень быстр, так что голем явно быстрее.

— Это все хорошо, но какое отношение это имеет к нашей ситуации? — спросила Адель.

— На самом деле все очень просто. Если я прав, то у тебя не должно быть проблем с уничтожением конструкта одной атакой.

Адель задумалась на несколько секунд, переваривая новую информацию.

— То есть ты хочешь сказать, что голем не стал могущественнее, чем раньше, но его свойства перекошены в сторону силы и ловкости. В результате его конституция резко снижена, что означает, что один удар прикончит его.

— Вот именно! — сказал я, возбужденно кивая, — думаю, ты должна наблюдать, как голем двигается. У каждого есть шаблон, поэтому внимательно следи за ним, а затем направляй свои атаки туда, где он будет, а не там, где он сейчас.

— Отличная идея, — сказала она с улыбкой, — я уверена, что на этот раз мне удастся прищучить этого поганца!

Я посмотрел на часы, отмечая время.

— У нас осталось всего две минуты, так что скажи мне, что я делал не так. Теперь я уверен, что голема можно уничтожить. Если попасть в него. Но это не отменяет того факта, что я недостаточно быстр, чтобы сделать это.

— Ну, я заметила, что во время последних боев ты двигался гораздо меньше, — начала Адель, — раньше ты больше перемещался, чем стоял на месте и нападал в лоб без оглядки. Еще я заметила, что ты не используешь все свои навыки на всю катушку.

Адель замолчала, собираясь с мыслями и через мгновение продолжила:

— Ты, предпочитаешь полагаться на скорость и кулак, и совсем забываешь про оттиск или их совмещение. Так как Актар запретил тебе использовать поглощение вообще, это ставит тебя в крайне невыгодное положение.

Запретил. Хорошо бы коли так, просто я сам не знал и не умел активировать его по желанию. Даже в те минуты, когда я был на подъеме или присмерти навык не срабатывал. Я уже начинал бояться, не пропал ли он. Правда, наставник о подобном никогда не слышал.

Подумал о том, что она сказала.

Я всегда использовал скорость и кулак, потому что из двух умений оно всегда казался более полезным. Да и зачастую этого оказывалась достаточно.

А ведь может в этом кроется причина того что у меня нет их роста? В негармоничном развитии способностей?

— Спасибо за это, — сказал я, вставая и протягивая ей руку, — ты определенно дала мне пищу для размышлений.

— Для чего еще нужны друзья? — ответила она, беря протянутую руку и поднимаясь на ноги.

— Время вышло! — раздался голос Актара, — вы приняли решение?

— Да, — ответил я за нас обоих, — мы будем сражаться с големами, не слушая твоих советов.

— Что ж, хорошо. Лучше вернуться на позицию, потому что они нападут через десять секунд.

Когда отсчет времени закончился, голем бросился на меня, как будто хотел сломать что-то новое, но я уже находился в движении. Когда голем побежал, я начал двигаться в сторону, заставляя его менять направление и немного замедляться.

Конструкт приблизился ко мне и нанес удар, рассчитанный на то, чтобы сломать мне ногу, но я бросился в сторону и использовал оттиск.

Эта идея пришла мне в голову после того, как Адель упомянула о том, что я не двигаюсь в бою, а также о том, что я не умею использовать свои навыки.

Возможно, я и не мог быстро передвигаться, но это не означает, что я не могу использовать свое умение, чтобы замедлить противника и перехитрить его.

Рывок, и он пробегает мимо двигаясь вперед по инерции.

Я засмеялся, в пару шагов настигнув его и ударив в сочление головы и плеч. Конструкция разлетелась на тысячу осколков.

Я издал торжествующий вопль и обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Адель посылает точно нацеленный деревянный шар навстречу своему атакующему голему. Я увидел, как она потрясает кулаком в воздухе, делает очень грубый жест в сторону теперь уже неживой груды обломков и истерически хохочет.

Сумасшедшая девчонка!

— Мо-лод-цы!

Мы оба замолчали, когда Актар приблизился вместе с Кирэном, первый медленно хлопал, а второй выглядел удивленным.

— Вы сами придумали, как победить големов, отличная работа, — сказал Актар, продолжая аплодировать.

Мы оба смотрели на его насмешливые аплодисменты, но даже это не могло испортить наше хорошее настроение.

— Ты видел, как мы уничтожили эти штуки, Кирэн? — взволнованно спросила Адель.

— Действительно, — с усмешкой ответил целитель, — это было очень впечатляюще.

— Заставляет задуматься, нужен ли нам вообще такой наставник, как Актар. Все, что он делает, это избивает нас до крови, а потом называет это уроком, — сказала Адель, делая воздушные кавычки, когда она сказала слово «урок».

— Мне больно! — сказал Актар, положив руку на грудь и приняв обиженный вид.

— А потом он делает вот что, — вздохнул я, — указав на учителя.

В этот момент выражение лица Актара сменилось негодованием, и мы все трое глубокомысленно кивнули, пряча ухмылки.

— Да, кажется, он каждый раз повторяет одно и то же. Раз за разом, — сказал Кирэн, потирая подбородок, — не удивительно. Старческое. Ведь вряд ли он в состоянии придумать что-то новое после стольких лет.

— Ладно, хватит, — сказал Актар, запальчиво, — никто из вас не ценит мою доброту, и сколько я вкладываю сил и умений в обучение кучки выскочек. Считаю, что големы обходились с вами мягко, но мы можем это исправить, не так ли?

Теперь он улыбнулся злой улыбкой, которую Адель и я прекрасно знали.

Следующие два часа обещали быть не из приятных.

Глава 21

Наконец наступил день турнира, и я не мог припомнить, чтобы когда-нибудь в жизни так нервничал. Сейчас я сидел рядом с Адель в отдельной ложе на первом этаже арены.

По-видимому, у всех участников свои комнаты, но так как у нас общий наставник, мы решили разделить и ложу.

— Как ты думаешь, сколько там людей? — спросил я, подвязывая поножи.

— Думаю, около ста тысяч, — весело ответил Актар, входя.

Я заметно побледнел от такой цифры.

Сто тысяч человек будут смотреть, как я сражаюсь?!

— Как здесь вообще может поместиться такое количество людей?

— На случай, если ты не заметил, площадь в центре арены сократилась, — сказал Актар, усаживаясь в одно из мягких кресел, — догадываешься, куда делось все это дополнительное пространство?

Должно быть, уставили все скамьями, чтобы люди могли наблюдать за боями.

Я высказал свои мысли вслух, и Актар усмехнулся.

— Приятно видеть, что ты, несмотря на нервозность, сохраняешь ясный ум.

Я только нахмурился и еще раз оглядел открытое пространство перед нами.

Мы, как и все остальные участники турнира, занимали места рядом с ареной, где непосредственно будут вестись поединки.

Она была сильно уменьшена и теперь имела всего метров пятнадцать в поперечнике. Вместо обычного камня земля под ногами превратилась в песок, а середину прочертила белая линия.

Сейчас на арене находились три фигуры: директор, мастер-распорядитель и Кирэн, наш целитель.

— Как все устроено? — спросила Адель, — сначала поединки санкари, потом велуров? Или чередуются?

— Они пройдут по кругу, — ответил Актар, казалось, отвлекшись, — у санкари первый круг, потом у вёлуров свой. Так будет продолжаться до конца турнира. Это даст всем участникам возможность отдохнуть между схватками.

— А как насчет турниров старшекурсников? — спросил я.

— Турнир второго года пройдет через два дня, а турнир третьего — на следующей неделе. Все остальные пройдут через две недели, так как иностранные сановники захотят посмотреть, как соревнуются лучшие студенты.

— Зачем им это нужно? — спросил я.

— Тинар, ты то тупишь на ровном месте, то гений многоходовок. Элементарно же! Чтобы предложить им работать на них, — заговорила Адель, прежде чем Актар успел ответить, — ты должен помнить, что студенты, которые попали на турнир, лучшие из лучших, а это значит, что они получают стипендии. Следовательно, их княжества и кланы не платят за обучение, а это означает, что они не должны сражаться в армии.

— Очень хорошо сказано, Адель, — сказал наставник, похлопав ее по плечу.

— Когда начнется первый бой? — спросила Адель, глядя на открытое пространство, где нам скоро предстояло сражаться.

— Минут через тридцать или около того. А до тех пор, почему бы тебе просто не сесть и не расслабиться, — ответил Актар.

Я, времени зря не терял, сосредоточенный на соединении последнего кусочка вару.

Открыл глаза, когда Адель встряхнула меня. Позволил концентрации ослабнуть и почувствовал, как энергия втягивается в сферу, что теперь обволакивала мое сердце.

Я сделал это. Все, кроме двадцатой части, обращено и как только турнир закончится, я объединю последний кусочек и, наконец, стану кангеле.

— Почему у тебя на лице эта жуткая улыбка?

Я, погруженный в собственные мысли, понял, что действительно улыбаюсь.

— Мне удалось, — сказал я взволнованно.

Я старался говорить тише, так как вокруг много людей, и я не хотел, чтобы кто-нибудь подслушал нас.

— Удалось что? — спросила Адель.

— У меня получилось объединить все, кроме последней части!

— Это прекрасная новость, — вмешался Актар, — но сейчас не время обсуждать ее. Директор собирается начать турнир.

Адель, которая хотела еще что-то спросить, сердито посмотрела на учителя за то, что он прервал ее.

Именно в этот момент над ареной раздался голос Рендезо.

— Добро пожаловать на ежеквартальный турнир первокурсников!

Я был шокирован тем, насколько громок его голос и как хорошо он звучит.

Его слышно даже сквозь гомон многотысячной толпы.

— Я не буду вас долго утомлять, расскажу как работает система турнира и каковы его правила. Они просты: чтобы победить, вы должны лишить противника сознания или сделать его неспособным продолжать борьбу. Предположительно смертельные удары здесь не считаются победой. Убийство противника разрешено, как указано в главе семнадцать, раздел восемь, пункт двадцать один закона официального турнира, организованного Владыкой Эргом Третьим. Использование оружия запрещено.

— Соперников можно убивать?! — я и Адель одновременно повернулись и уставились на наставника.

— Это не противоречит правилам, — сказал Актар, пожимая плечами, — но за все годы, что я здесь, это случалось всего несколько раз, так что вам не о чем беспокоиться.

Я хотел расспросить об этом подробнее, но остановился, когда Рендезо продолжил свою речь.

— Однако мы решительно отговариваем вас от подобных действий. Мастер может остановить бой, если сочтет, что соперник больше не в состоянии сражаться. Если боец считает, что он в состоянии продолжать, вопрос будет передан в Совет Мастеров.

Здесь он указал на ложу, где за каменным столом сидело пятеро человек. Я заметил, что вокруг них стояло около десятка стражников Академии.

В такой большой толпе это неудивительно.

— Порядок турнира следующий, — продолжал Рендезо, — первый бой будет схваткой между двумя первокурсниками санкари. Следующий — вёлуров, и так по очереди.

Он остановился на мгновение, когда один из мастеров подошел к нему и что-то прошептал на ухо, затем вернулся к краю арены.

Мне не понравился этот человек. Толстый, с сальными волосами, что едва прикрывали проплешину, но в дорогой одежде, и весь увешанный драгоценностями.

— Чуть не забыл упомянуть, — сказал Рендезо, когда мужчина вернулся на место, — у нас есть специальный гость, который будет выступать в качестве арбитра в наших поединках вместо моего заместителя — мастера Актара. Несправедливо позволять ему наблюдать за турниром, поскольку двое его воспитанников участвуют в нем.

Директор отпил воды из услужливо поданного стакана и продолжил:

— Вместо него у нас есть уважаемый Ройзан, второй по старшинству в торговой ветви клана Этэла. Он любезно проделал весь этот путь из резиденции клана, чтобы наблюдать за этим турниром.

Раздались вежливые аплодисменты, и тот жирдяй поклонился, самодовольно улыбаясь.

Что-то в словах Рендезо щекотало, но я не мог понять, что именно. Только когда Адель возмутилась, я наконец понял, кто этот человек.

— Как может человек из торговцев Этэла быть мастером на турнире? — она практически взорвалась, — и Тензин, и этот выродок Фенсин из Этэла, как раз из торговой ветви клана! Если они не позволяют вам судить турнир, мы не должны позволять и этому человеку!

Актар только вздохнул и, положив руку ей на плечо, мягко усадил обратно на место.

— Не надо на меня орать. Вы участвуете и как следствие я лишен права голоса. У меня не было возможности повлиять и оспорить это решение. Да, бесспорно эти двое его фавориты, однако он не может откровенно им подыгрывать. В противном случае Совет Мастеров отменит его решения. Кирэн тоже будет там, и он предостережет Ройзана, от необдуманного поступка.

Это, немного успокоило Адель, но а я испытал беспокойство.

Если убийство разрешено и Ройзан здесь главный, то это может быть только одно — подстава.

— А теперь последнее, прежде чем мы объявим о наших первых бойцах, — снова раздался голос Рендезо, — к сожалению, наш уважаемый правитель, Владыка Эрг Третий, не смог попасть на открытие турнира первокурсников, так как в настоящее время он находится на дипломатической миссии. Он извиняется перед соперниками за свое отсутствие и надеется увидеть их всех на следующем турнире. Теперь, без лишних слов, давайте начнем этот турнир. Все бои будут выбраны случайным образом!

Он запустил руку в специально установленный ящик и передал два вынутых оттуда шарика Ройзану.

Я почувствовал, как мое сердце заколотилось, в предчувствии. Я застонал, обхватив голову руками.

— Думаю, ты первый, — сказал Актар с усмешкой, похлопав по спине, — удачи тебе там!

Я почувствовал, как мое сердце практически выпрыгнуло из груди, когда медленно вышел на песок арены. Я услышал рев толпы, когда приблизился к белой линии в центре, где меня ждал мастер Ройзан.

С другой стороны увидел приближающуюся девушку. Высокая и стройная, с загорелой кожей, яркими золотистыми глазами и длинными иссиня-черными волосами, уложенными в затейливую прическу. Одета так же, как и я: в плотно облегающую габардиновую форму, и идет с уверенностью опытного бойца.

Я знал имя этой девушки даже без оглашения. Дария, единственная, кроме Адель, кому не пришлось пробиваться на турнир. Номер один в санкари классе.

Как мне так повезло?

Я почувствовал, как моя нервозность испаряется под напором возбуждения от предстоящего поединка.

Если Нэйн, номер два, чуть не победил меня, насколько силен номер один? Мне не терпелось узнать.

Я остановился, как только добрался до белой линии, лицом к своему первому противнику, когда Ройзан начал говорить.

— Вы оба слышали правила, теперь пожмите друг другу руки и возвращайтесь в ваши концы арены.

Я и Дария сделали, что он велел оценивающе глядя друг на друга и разошлись по сторонам.

Как только мы добрались до назначенного места, Ройзан поднес к губам маленькое устройство-артефакт.

— Дамы и господа, правила установлены, и наши бойцы готовы. А теперь, без лишних слов, начинаем бой!

Раздался громкий рев, толпа приветствовала нас, но я не обращал на них внимания, сосредоточившись на Дарие. Как только мастер начал бой, она помчалась вперед с невероятной скоростью.

Не так быстро, как Нэйн, но близко к моей собственной скорости.

Я ухмыльнулся и тоже бросился вперед, в последний момент подпрыгнув, я развернулся в воздухе, используя инерцию, чтобы увеличить силу удара.

Моя нога ударила Дарию по голове, и она отлетела в сторону. Не желая упускать свое преимущество, я приземлился, затем прыгнул к ней.

Когда я подскочил, Дария уже была на ногах и, к моему удивлению, выглядела совершенно невредимой. Я с ходу нанес удар правой ногой ей прямо в лицо.

Она не успела увернуться, но нога не попала в цель. Вместо этого я ударил в невидимое что-то всего в нескольких сантиметрах от ее кожи.

Не шит велуров, но что-то очень похожее.

Она усмехнулась, увидев удивление на моем лице, и тоже ударила. Я наклонил голову, чтобы избежать удара, но когда кулак прошел мимо, второй ударил меня в лицо, и я отшатнулся.

Дария подошла и пнула меня ногой. Я вскинул руки вверх, но, поймав ногу, почувствовал сильный удар в бок. Я стиснул зубы и оттолкнулся, заставив Дарию споткнуться и потерять равновесие, затем я потянулся, чтобы схватить ее за воротник для броска, но мои руки снова остановил невидимый барьер.

Дария восстановила равновесие и снова ударила меня, но я уже начал двигаться, как только моя хватка ослабла. Я бросился назад, сделав гигантский прыжок, в добрых пять метров от нее.

Что за способности у этой девушки?

Этот ее щит и удивительная сила грозят мне неприятностями.

Я занял оборонительную стойку, когда Дария вновь приблизилась. Я внутренне поморщился, почувствовав, как мое лицо и бок пульсируют от боли.

Дария не просто искусный боец, она обладает способностью, способной вызвать мой проигрыш.

Я не мог позволить этой схватке затянуться и искать выход, как я сделал это с Нэйном. Ее удары слишком сильны, чтобы я выдержал так долго.

Попади она по мне еще пару-тройку раз, и я выйду из боя.

Я не уверен, как работает ее способность, но думаю, что у меня есть идея о том, как противостоять ей. Нужно проверить и надеяться, что это сработает.

Тем более если моя догадка с щитом велуров верна.

— В чем дело, Тинар? — крикнула соперница, медленно сокращая расстояние между нами, — ты выглядишь обеспокоенным. Потому что ты не можешь причинить мне боль?

Я удивился легкому и беззаботному голосу Дарии.

Ожидал чего-то более глубокого и грубого.

— Приму твое молчание за согласие, — крикнула она, внезапно бросаясь вперед и преодолевая пятиметровый промежуток за секунду.

Я внимательно следил за ее движениями. Видел, как удар направлен в лицо. Я повернул лицо в сторону, когда кулак прошел мимо, затем вскинул руку не для того, чтобы блокировать этот удар, а чтобы остановить следующий, который, как я знал, точно последует.

Почувствовал удар в поднятую руку, поморщившись от силы удара, но радуясь, что не получил его лицом. Такой удар, по меньшей мере, оглушил бы меня.

Я ухмыльнулся, увидев шок на лице Дарии, затем использовал кулак и оттиск и нанес свой собственный удар. Дария стояла слишком близко, чтобы вдарить кулаком, поэтому я провернулся на задней ноге, нанося мощный удар локтем в челюсть.

Мой локоть врезался в барьер, и я услышал отчетливый треск, затем удар проскользнул сквозь него. Сила моей атаки значительно уменьшилась из-за поглощающего ее щита, но Дария все равно отшатнулась, схватившись за лицо.

— Как ты это сделал?

Дария выглядела одновременно потрясенной и впечатленной.

— Никому еще не удавалось пробить мой щит. Скажи, какие возможности у тебя?

— Я могу задать тебе тот же вопрос, — ответил я, используя ту же тактику, что и раньше, и бросаясь вперед, как только закончил говорить.

Она подняла руки как раз вовремя, чтобы отразить два моих удара, но третий пришелся ей в живот. Я, ожидавший блокировки щитом, вложил в удар всю силу, на какую был способен, но ошибся.

Щита не было.

Мой кулак ударил ее в живот, и я почувствовал, как он подался. Я пытался смягчить удар, но было уже слишком поздно. Сгустки крови вылетели у нее изо рта, она вскрикнула от боли, когда ее внутренние органы разорвались.

Под силой удара девушка отлетела назад, кувыркаясь и подпрыгивая на песке, прежде чем остановиться и затихнуть.

Она не встала.

Я побежал к ней, чувствуя приступ липкого страха, когда приблизился к ее распростертому телу. Толпа погрузилась в мертвую тишину, и я отчетливо слышал хруст песка под ногами.

Я использовал свое мастерство во всю силу, когда ударил ее, и без щита на пути, моя атака вполне могла убить ее!

Когда я приблизился к лежащей девушке, то увидел, что Кирэн и Ройзан тоже подбежали к ней. Они добрались до нее первыми, и Ройзан поднял руку, останавливая меня.

Я наблюдал, как Кирэн склонился над девушкой, положив руку ей на живот, который я теперь мог видеть, содержал отвратительную вмятину в форме кулака.

Ждал, затаив дыхание, пока Кирэн работал над Дариёй, чувствуя растущее чувство паники, что случайно убил кого-то без причины.

Конечно, я убивал и раньше и не испытывал никаких угрызений совести, но эта девушка не заслуживала смерти! Все, что она делала, это пыталась выиграть бой.

Я слышал, как за моей спиной зашептались люди, когда Ройзан оставил Дарию и подошел поговорить с Рендезо. Кирэн все еще склонился над девушкой, и теперь, когда Ройзан отошел в сторону, мне было лучше видно ее распростертое тело.

Ее широко открытые глаза смотрели в небо. На губах запеклась кровь, грудь не двигалась.

Почувствовал, как мое сердце упало еще больше, когда увидел это.

Я насмотрелся на трупов. Дарии определенно не было среди живых.

Так почему же Кирэн все еще пытается исцелить ее?

Сделал шаг вперед, думая оттащить целителя, когда крупная дрожь сотрясла ее тело. Затем она моргнула, несколько раз кашлянула, повернула голову в сторону и начала извергать фонтан крови.

Кирэн оказался весь в этой дряни, но, к его чести, даже не вздрогнул, все время держа руку на Дарие. Еще через минуту она, наконец, остановилась и начала набирать полные легкие воздуха.

— Назад, больной ублюдок! Я думаю, ты причинил достаточно вреда бедной девушке.

Я поднял голову и увидел приближающегося Ройзана. Он не выглядел расстроенным, и мерзкая полуулыбка исказила его лицо.

— Мне говорили, что у тебя злой характер, но я никогда бы не подумал, что ты попытаешься убить кого-то во время первой схватки. Впрочем, что еще можно ожидать от грязного безродного выродка?

Я не собирался поддаваться на приманку.

Я мог серьезно ранить Дарию, но она была жива, а это означало, что мне не в чем себя винить. Я извинился бы за то, что чуть не убил ее, но чувствовать себя виноватым просто глупо.

Ухмылка Ройзана исчезла, когда я не ответил, и вместо нее на его лице появился сердитый взгляд.

— Ты слышал, что я сказал, пес? Или ты ко всему прочему еще глух и нем?

— Я слышал, — сказал я, поворачиваясь, и смотря бесстрастным взглядом на рассерженного мужчину, — это был несчастный случай. Я подумал, что она все еще держит щит поднятым, и в результате ударил ее гораздо сильнее, чем обычно. Она не умерла, благодаря Кирэну, так что у вас нет причин злиться и ругаться на меня. А теперь, если не возражаете, я буду весьма признателен, если вы объявите о моей победе, чтобы я мог отдохнуть перед следующим поединком.

Ройзан недоверчиво уставился на меня. Затем его лицо исказилось от ярости и из светло-розового, как у поросенка, превратилось в темно-красное за считанные секунды.

— Послушай, болван! Я здесь мастер, а не ты, и я говорю, что ты дисквалифицирован за попытку убийства соперника!

Я скрестил руки на груди и уставился в ответ, не позволяя даже намеку на эмоции коснуться моего лица.

— Насколько я знаю, убийство не противоречит правилам. Теперь, вы объявите о моей победе, или я пойду к Совету Мастеров и попрошу их сделать это.

При этих словах Ройзан побледнел и, оглянувшись на стол Совета, признал свое поражение. Он поднес усиливающий голос артефакт к губам и объявил:

— Дария не может продолжать бой, победа достается Тинару!

Толпа разразилась радостными криками, а я двинулся мимо него, чтобы поговорить с Дариёй. Однако я остановился, когда рука Ройзана опустилась мне на плечо.

— Не забывай, кто распоряжается на турнире, мальчик, — прошипел он так, чтобы только я мог слышать.

Потом он отпустил меня и ушел.

Послание было совершенно ясным. Если я пойду против Тензина, Ройзан сделает все, что в его силах, чтобы я проиграл.

Я опустился на колени рядом с Дариёй, которая пила что-то из чашки, которую Кирэн подносил к ее губам.

— Извини, — сказал я, как только лекарь убрал чашку, — я ожидал попасть в твой щит и не сдержался.

Дария несколько секунд смотрела на меня, сжав губы в тонкую линию. Затем она улыбнулась, и я сразу почувствовала облегчение.

— Я не могу винить тебя за то, что пострадала во время драки. Но я должна знать, какие у тебя способности? Никому еще не удавалось пробить мой щит. Меня никогда в жизни так сильно не били! Насколько высока твоя сила?

Я улыбнулась в ответ, оживляясь с каждым вопросом.

Мне нравится эта девушка, она чем-то напоминает Адель.

— Я отвечу на один из твоих вопросов, поскольку чуть не убил тебя. Я не скажу тебе о силе, но поведаю, что делают способности, которые я использовал. Они удваивает мою силу на определенное время, вот как мне удалось пробить твой щит.

Ее брови взлетели вверх.

— Этот звучит потрясающе! Так у тебя два навыка? И почему ты не номер один с такими умениями?

Я пожал плечами.

— Я не использую их одномоментно в боях, где я не пытаюсь убить своих противников. Я склонен больше полагаться на навыки рукопашного боя, чем на любые связанные с энергией. Если кто и удивителен, так это ты. Я не мог понять, какие у тебя способности, да и бьешь ты сильнее, чем все, с кем я сталкивался до сих пор, — сказал я, похлопывая себя по боку и морщась.

Я почувствовал на плече чью-то руку, потом пульсирующая боль от ударов Дарии отступила и исчезла.

— Вам двоим лучше убраться с арены, пока вас не вышвырнули, — сказал Кирэн с усталой улыбкой.

Я поднялся и протянул руку, чтобы помочь Дарие подняться.

— Спасибо, Кирэн. Ты всегда делаешь потрясающую работу.

— Да, спасибо, — сказала Дария, принимая протянутую руку и поднимаясь на ноги, — без вас я бы, наверное, умерла.

— Просто делаю свою работу, — смиренно ответил Кирэн, но все равно широко улыбнулся.

И тут я понял, что Дария все еще не отпускает мою руку. Я попытался это сделать, но она притянула меня к себе, похлопала по спине, прежде чем отпустить.

Разве что в щечку не чмокнула.

— Думаю, мы снова будем драться, — сказала она, ослепительно улыбаясь, — я с нетерпением жду этого дня.

Затем она повернулась и вышла за пределы бойцовской площадки, грациозно покачивая бедрами.

Я несколько секунд смотрел ей вслед, пытаясь понять, что только что произошло. Затем повернулся и направился к своей ложе, удивляясь странному поведению людей из других княжеств.

Я вошел в комнату и увидел, что Актар стоит там с улыбкой, а Адель смотрит на меня немного несчастно.

— Поздравляю с победой в первом поединке, хотя ты был на волосок от гибели, — сказал наставник, хлопая меня по плечу.

— Да. Думаю, мне следует быть осторожнее в следующем бою, — ответил я.

— Что эта вертихвостка хотела от тебя?

Я отвернулся от Актара и увидел, что Адель пристально смотрит на меня.

Я понятия не имел, что могло ее так разозлить. Разве она не должна быть счастлива, что я выиграл бой? Раньше она радовалась моим победам.

— Я извинился за то, что чуть не убил ее, — осторожно сказал я, не уверенный, что это не разозлит ее еще больше.

— Вы говорили о чем-нибудь еще?

— Хм, нет, — ответил я, чувствуя, что так будет лучше всего.

И почему она так себя ведет? Не понимаю.

Наверно, как и я нервничает перед предстоящим поединком.

— Ну, тогда поздравляю с победой в первом бою, — мой ответ удовлетворил ее, и она мгновенно просияла.

В этот момент Ройзан объявил следующий бой, на этот раз среди велуров.

Все обратили внимание на директора, который снова извлек два шарика из коробки и передал их толстяку.

Это наверняка подстроено! По-другому и быть не может в первом бою!

На лице Ройзана появилась злобная улыбка, когда он объявил о двух бойцах.

— Итак, первая схватка среди велуров состоится между Фенсином и Адель!

Глава 22

Я и Актар одновременно повернулись к Адель, ожидая услышать еще одну вспышку гнева. Однако она не выглядела обеспокоенной, на ее лице застыло задумчивое выражение.

— Это такая очевидная подстава, что даже смешно, — сказал Актар, поворачиваясь, чтобы выйти из кабинки, — я собираюсь поговорить об этом с Советом Мастеров!

— Нет.

Актар остановился и повернулся к Адель, которая теперь улыбалась.

— Это прекрасно! Я уверена, что этот белесый клоп все еще страдает от того, что я сделала с ним в прошлый раз. Он не доставит проблем, если я не позволю ему коснуться меня.

— Ты уверена? — спросил Актар, вопросительно глядя на нее, — в конце концов, нельзя забывать, кто будет наблюдать за этой битвой. Скорее всего, поединок устроен таким образом, чтобы Фенсин мог тебя убить.

— Я знаю, — ответила она, пожав плечами, — но я не собираюсь проигрывать. Этот слизняк и пяти секунд не протянет. Да и вы будете приглядывать.

Она повернулась ко мне и одарила лучезарной улыбкой, — пожелай мне удачи.

— Зачем? Удачу желают неудачникам! Тебе она не понадобится, чтобы победить, только умение. Этого у тебя в достатке.

— Просто сделай это, болван, — раздраженно ответила она.

— Ты же знаешь, что иногда в твоих словах нет никакого смысла, верно? — проворчал я.

Адель сложила руки на груди и нетерпеливо топнула ногой.

— Удачи!

— А поцеловать? — ответила она с дерзкой улыбкой, и не дожидаясь ответа повернулась и вышла из кабинки.

Адель остановилась на своей стороне линии, меньше чем в трех метрах от нее замер насильник. Она смотрела на него, пока Ройзан произносил свою речь перед боем, но когда он попросил их пожать друг другу руки, она резко повернулась к нему спиной и пошла к своей стороне арены.

Хорошо, что ложи участников на передней линии и нам прекрасно видно и слышно, что происходит на ристалище.

Ройзан бросил на Адель свирепый взгляд, но она просто проигнорировала его. Согласен. В конце концов, он родич треклятого альбиноса, значит, она ему ничего не должна.

Увидев, что Адель полностью игнорирует мастера-распорядителя, тот просто махнул Фенсину отойти на свою сторону арены и объявил бой.

Щит Адель вспыхнул вокруг нее, как только началась битва. Плети оплели ноги Фенсина. Он гораздо медленнее активировал свой щит и в результате ей удалось замедлить его.

Адель мрачно улыбнулась, увидев, что ее атака прошла успешно. Обе ее руки взметнулись вверх, когда она начала использовать копья. В течение нескольких секунд, семь копий возникли на пути Фенсина, и, раскинувшись широким узором, чтобы она не могла промахнуться, стремглав понеслись к нему навстречу.

Фенсин оказался на удивление проворным и сумел увернуться от всех копий, кроме двух. Один из них срикошетил от щита, забирая его энергию, а второй ударил в неприкрытый живот.

Увидев это, Адель бросилась вперед, на ходу наколдовав несколько копий.

Правильно! Он беззащитен! Надо добить, пока бой не остановлен!

На полпути она внезапно споткнулась, копья опали на землю, а взгляд ее словно затуманился. Что происходит? Еще одно умение Фенсина?

Я оглянулся на Актара, но тот лишь пожал плечами, велев мне успокоиться и наблюдать.

Фенсин медленно подошел к ней, с криком боли вытаскивая копье из живота.

Со своего места я видел кровь, запятнавшую его форму, но рана, очевидно, не настолько серьезна, чтобы остановить его.

Адель попыталась сделать шаг вперед, но упала на колени. Кулак Фенсина врезался ей в лицо. Она закричала, когда от удара растянулась на земле, схватилась за щеку и огляделась будто не понимая, кто и за что ее бьет.

Фенсин стоял с озорной улыбкой на лице. Теперь я мог видеть, что он изменился. Его кожа покрыта темными прожилками, глаза из красных превратились в багровые.

Кто он такой, черт возьми? И как он пробил ее щит?

Я места себе не находил, кипя от ярости и невозможности вмешаться. Я так сильно сдавил поручни, что они затрещали и сломались.

Ощутил прикосновение Актара к своему плечу и чуточку успокоился.

Еще не все потеряно, наставник рядом!

Адель неуверенно поднялась на ноги, пошатываясь словно пьяная.

Щит окутал ее тело, а в воздухе появились короткие колья.

— Не знаю, что ты только что сделал со мной, но я постараюсь прикончить тебя быстро! — донеслись до нас ее полные злости слова.

Она начала поднимать руку, чтобы послать колья в обидчика, когда что-то окутало девушку. Ее рука безвольно упала, и Фенсин подскочил ближе, вновь ударив ее по лицу кулаком.

Адель упала с криком боли, но на этот раз альбинос не удовлетворился одним тычком. Он набросился на нее сверху и начал осыпать градом ударов, один за другим.

Она пыталась сопротивляться, но ей это не удавалось. Словно кто-то вычерпал ее силы и подавил волю.

Она вскрикнула, когда кулак Фенсина с громким щелчком ударил ее по носу. Тот сломался, и кровь хлынула из раны.

От ударов ее голова качалась из стороны в сторону. Она попыталась поднять руку, чтобы защититься от ударов, но та сразу же упала.

— Проклятье, что там происходит?

Я расхаживал взад и вперед по ложе, взбешенный, что ничем не могу помочь.

— Это неправильно! Она прекратила атаку, когда этот идиот полностью открылся! Затем она опустила щит и позволила ему напасть на себя.

— Я не знаю, что происходит, но что-то пахнет гнилью, — сказал Актар, тоже поднимаясь на ноги.

Я бросил быстрый взгляд на Ройзана, который стоял в стороне, когда Фенсин набросился на Адель и начал бить ее по лицу.

У него был странно довольный взгляд, словно только он один знает какую-то тайну, в которую никто больше не посвящен.

К этому моменту он уже обязан вмешаться и прекратить драку, но, похоже, мы не могли на него рассчитывать.

И тут ужас осознания происходящего обрушился на меня, как тонна кирпичей.

Это Ройзан! Он вмешался в драку. Нет никакой другой причины, почему Адель так себя вела. Конечно, Фенсин мог парализовать кого-нибудь одним прикосновением, но Адель находилась в десятке метров от него, когда упала в первый раз.

— Это Ройзан, не так ли? — спросил я, быстро поворачиваясь к Актару, — он что-то с ней делает.

Актар кивнул, уже закатывая рукава мантии и затягивая пояс покрепче.

— Что ты собираешься делать? — спросил я, тоже готовясь к схватке.

— Я убью его, — спокойно заявил Актар, — вмешательство в официальный турнир преступление, караемое смертью.

— Мне пойти с тобой?

Мне не терпелось драться, превратить уродливых ублюдков в кровавое месиво, а потом заставить Кирэна исцелить их и сделать это снова.

— Нет! — резко сказал Актар, — оставайся здесь. Это неприятная ситуация, и чем меньше людей вовлечено, тем лучше.

Я кивнул, когда Актар закончил приготовления и выскочил из комнаты.

Я терпеть не мог сидеть в стороне, когда мою подругу избивали до смерти, но Актар более чем способен справиться с ситуацией.

Я молча кипел от злости, наблюдая, как Фенсин продолжает колотить явно потерявшую сознание Адель, и все это время Ройзан просто наблюдал. Я мог слышать, как толпе становится неловко от происходящего. Зрители, вероятно, задавались вопросом, почему поединок не останавливается.

Я сжал кулаки, внутренне злясь на свою неспособность помочь прямо сейчас.

Оставалось надеяться, что Актар знает, что делает.

— Ройзан! Ты достаточно долго вмешивался в эту борьбу! — гулкий голос потряс всю арену.

Я заметил, как некоторые пошатнулись под напором этого голоса, а несколько человек упали на землю в глубоком обмороке.

М-да, моему наставнику никакой артефакт не нужен, если он хочет быть услышанным.

Ройзан вскинул голову, поморщившись, как только раздался голос Актара.

— Как ты смеешь вмешиваться в середине схватки? — крикнул он в ответ, — это преступление карается смертью! Рендезо, убери этого человека отсюда.

Рендезо подошел к ограждению с того места, где сидел, и приблизился к Актару с сердитым выражением лица.

— Что ты делаешь, Актар? Ты же знаешь, что вмешиваться в схватку противозаконно!

— Тогда ты не будешь возражать против казни Ройзана за нападение на мою ученицу, — ответил тот, указывая на Фенсина, распростертого на земле рядом с Адель.

Как только Актар вошел на песок ристалища, он вырубил ублюдка. Теперь между ним и Адель стоял каменный голем, скрывая Кирэна, уже ухаживающего за девушкой.

— Как ты смеешь обвинять кого-то в таком серьезном преступлении? — заорал Рендезо, — вы перегибаете палку, заместитель директора, — он сделал ударение на слове «заместитель», напомнив Актару о его должности под его началом.

— Понятно, — сказал Актар, скрестив руки на груди и нахмурившись, — теперь мне все становится ясно. Мне было интересно, кто не допускал меня к разговору с Советом об исключении этих двух юношей. Или чья идея была позволить Ройзану, человеку, который явно предвзято относится к моим ученикам, судить этот турнир! Я понимаю, почему парня, который пытался изнасиловать, и другого, который пытался убить, не исключили сразу. Я ожидал, что многие люди будут продажны, но я никогда не подозревал, что ты будешь одним из них, Рендезо.

Лицо директора на мгновение побледнело. Актар говорил с такой силой, что вся арена могла слышать их разговор, и он бросал довольно серьезные обвинения.

Затем, казалось, к нему вернулась уверенность.

— Я предлагаю, чтобы вы позволили Прорицателю выяснить, насколько правдивы мои утверждения. Если директор невиновен, как он утверждает, и Ройзан не вмешивался в драку, то я приму заслуженную кару. Если я прав, то я требую, чтобы вы позволили мне убить их обоих по закону невмешательства в турнир Вольного города Эскуса.

Ого, отчаянный ход. Совет Мастеров наделен той же властью, что и Владыка, когда дело доходит до принятия решений во время турнира.

Формально они могли бы дать ему возможность немедленно свершить правосудие над обеими виновными сторонами. Опасность заключалась в том, что один или более из мастеров могут оказаться в кармане Ройзана, и тогда нам придется бежать.

Я не думаю, что наставник позволит кому-то вот так просто лишить его и нас жизни. Хотя, кто знает, что в голове у этого почти двухсотлетнего человека?

Мастера собрались на мгновение, пока Актар бесстрастно смотрел на Ройзана и Рендезо, а те в ответ пронзали его взглядами. Имей они способность испепелять, наставнику бы не поздоровилось.

После минуты переговоров мастера, наконец, повернулись, чтобы вынести приговор.

— После некоторого обсуждения мы решили, что заместитель директора Актар обосновано предъявил свои претензии. В конце концов, если Ройзан вмешивался во время схватки и директор Рендезо знал об этом, то это заслуживает дальнейшего расследования. Пригласим Прорицателя разобраться в этом вопросе и принять решение на основе его слов.

— Очень хорошо, — быстро заговорил Рендезо, — мастер Ингвар, спуститесь сюда и убедитесь, что я и уважаемый Ройзан невиновны.

— Не так быстро, — тут же вмешался Актар, — достопочтенные Мастера, я полагаю, что в подобной ситуации наставник Ингвар может быть предвзят в своих суждениях. Я предлагаю, чтобы вы позволили посторонней стороне разгадать истину в этом вопросе.

Те сразу же согласились с его предложением.

— Если мы не ошибаемся, княжна Ланья, дочь Владычицы Келет здесь, чтобы наблюдать за соревнованиями своей младшей сестры. Мы считаем, что она достаточно нейтральная сторона, чтобы разобраться с этим. Это приемлемо?

Актар кивнул, затем мастера обратили свое внимание на Рендезо и Ройзана. Они оба застыли, уверенные взгляды, которые были у них минуту назад, исчезли.

Очевидно, они рассчитывали, что мастер Ингвар вынесет нужный вердикт в их пользу.

— Нет! Мне это не нравится! — закричал Рендезо, — это вопиющее оскорбление моих прав! Я требую отменить это нелепое решение!

Глаза мастеров посуровели, и тот, кто говорил за всех, сделал шаг вперед.

— Или ты подчинишься Прорицателю, или мы вынесем решение сейчас. Вы утверждаете, что невиновны, но ведете себя так, словно признаетесь в содеянном. Так скажите мне, директор кто из вас прав?

Рендезо переводил взгляд с Актара на мастеров, потом на его лице появилась мерзкая улыбка.

— Я не сделаю ни того, ни другого! Я слишком много работал и слишком долго, чтобы покорно оставаться здесь! Я отомщу вам всем за это, попомните мои слова!

Затем он внезапно исчез во вспышке портала.

Ройзан с ужасом уставился на то место, которое тот только что занимал. Действия Рендезо не что иное, как признание вины, а это означает, что теперь он остался совсем один. Без покровителя среди руководства Академии.

Он повернулся к мастерам и попробовал в последний раз блефовать, чтобы выйти из ситуации сухим.

— Директор, как и я, был явно расстроен столь тяжким преступлением! А теперь сними с меня это нелепое обвинение, или тебе придется иметь дело с гневом всего клана Этэла!

Торговая ветвь суть одна из рук клана. Ройзан подумал, что одной этой угрозы должно быть достаточно, чтобы полностью закрыть дело.

Я не особо сведущ в политике, но мне кажется, что он зря прибегнул к такому аргументу.

— Тогда мы вынесем решение, — объявил Старший Мастер, — мы признаем мастера Ройзана виновным во вмешательстве в турнир вольного города Эскус. Кроме того, мы признаем его виновным в сговоре с бывшим директором Рендезо, чтобы попытаться убить ученика во время турнира. Приговор для обеих сторон — смерть, приговор Ройзана будет немедленно приведен в исполнение исполняющим обязанности директора Актаром. Рендезо будет выслежен гвардейцами и казнен за свои преступления. Мы также отчитаемся перед Владыкой и начнем расследование, чтобы узнать, сколько сотрудников было подкуплено торговой ветвью клана Этэла.

Актар почтительно кивнул мастерам, затем повернулся к Ройзану, лицо которого стало болезненно бледным.

— Ну, вы слышали приговор, — сказал он с усмешкой, — я бы солгал, скажи, что сделаю это без удовольствия.

— Это все из-за тебя, напыщенный ублюдок! — закричал Ройзан, развернулся на месте и бросился к выходу.

— Думаю, да, — ответил Актар.

Ройзан не прошел и пяти метров. Из земли вылетел массивный каменный шип, пронзил его насквозь и поднял в воздух. Он издал пронзительный крик, когда шип вышел из его груди. Его тело несколько раз содрогнулось, когда из раны хлынула кровь. Затем его голова упала вперед, и он обмяк.

Я смотрел, как Актар пронзил человека, пытавшегося убить Адель. Наблюдая за его предсмертной агонией, я испытывал удовлетворение.

И поделом ему за то, что он сделал.

Жаль только, что я не мог убить этого человека сам.

— Я покарал Ройзана, но как насчет Фенсина и его родича Тензина? Они очевидно в курсе этого плана, и Тензин, вероятно, планировал убить моего другого воспитанника таким же образом, — снова взял слово Актар.

Я увидел, как один из мастеров открыл рот, чтобы ответить, когда весь сектор, в котором они стояли, взорвался, разлетясь ливнем пыли и обломков, оставив зияющую дыру в стене арены.

Глава 23

Я среагировал, когда начались крики. Перепрыгнул ограждение своей ложи, буквально пролетел несколько метров до арены и бросился туда, где у стены сидела Адель.

Пыль клубилась вокруг меня, когда я бежал, и я закрыл лицо, чтобы не вдыхать ее.

— Ты в порядке? — спросил я, резко останавливаясь и садясь рядом с ней.

— Да, я в порядке, — ответила она, слабо улыбнувшись.

— Я подлатал ее, как мог, — сказал Кирэн, поднимаясь на ноги, — ее тело полностью исцелено, но разуму может понадобиться немного больше времени, чтобы восстановиться. Теперь, если вы меня извините, вероятно, есть много раненых, которым понадобится моя помощь.

С этими словами Кирэн скрылся в облаке пыли.

— Мы должны выбраться отсюда, — сказал я, обнимая Адель за плечи и поднимая ее на ноги.

— Да, наверное, хорошая идея, — ответила она, опираясь на меня для поддержки, — ты видишь Актара? Он был довольно близко к стене, когда прогремел взрыв.

Я покачал головой, оглядываясь в поисках свободного выхода с арены.

— Он довольно крепкий, так что я сомневаюсь, что такая мелочь, как взрыв, может причинить ему вред. Да и остальным мастерам тоже.

— Возможно, ты и прав, но мне было бы гораздо спокойнее, если бы он сейчас находился с нами. Как ты думаешь, что вызвало эти разрушения? — спросила она, когда я направился к выходу, который выглядел наименее забитым.

— Не знаю. Но что бы это ни было, я сомневаюсь, что это был несчастный случай.

— Сколько людей только что умерло, потому что они сидели не там? — Адель посмотрела на открытый проем в стене арены и вздрогнула.

Она собиралась спросить, что-то, когда громкий треск перекрыл панические крики людей вокруг нас.

Я узнал этот звук и немедленно бросился вместе с Адель на землю. Мгновение спустя выход, к которому мы направлялись, разлетелся на части, подобно предыдущей атаке.

Я поморщился, увидев, как в воздух взлетают разорванные тела, в одно мгновение обрывая их жизни.

Кто на Исарии обладает такой силой?

Не теряя времени, я поднял Адель на ноги.

— Эта арена превратилась в смертельную ловушку! Нам нужно убираться отсюда немедля!

У меня не было времени, чтобы заставить Адель забраться мне на спину, поэтому я просто подхватил ее на руки и побежал к открытой части стены, незатронутой взрывом.

Адель тихонько вскрикнула, когда я это сделал, а затем крепко прижалась ко мне, когда я побежал, лицо ее побелело, когда она увидела опустошение, вызванное нападением.

Не успели мы пройти и половины пути, как на песок высыпал отряд солдат в зелено желтой форме. Они все были окутаны щитами и начали бросать боевые заклятья в убегающих людей, убивая всех без разбора.

Увидев людей, я развернулся и бросился к противоположному выходу. Я видел, что и этот переполнен, так как паникующие люди пытались пробиться наружу, даже не помышляя дать отпор нападавшим.

Очередная секция стены арены взорвалась, заставив обернуться еще раз.

Если бы это не звучало абсурдно, то я бы решил, что кто-то намерено не дает нам выбраться с арены. Загоняя словно дичь.

Я увидел, как что-то алое устремилось прямо на меня, и быстро пригнулся, едва сумев избежать атаки.

Один из воинов оторвался от отряда и последовал за нами.

Я выругался себе под нос и прибавил скорости.

Я не мог бежать, держа Адель в объятиях. Она была слишком уязвима, и задача избегать нападений становилась на порядок сложнее.

— Ты уже можешь двигаться самостоятельно? — спросил я, уклоняясь от очередной атаки.

— Думаю, да, — ответила она, все еще крепко прижимаясь ко мне, пока я пробирался через заваленную щебнем землю.

Я резко остановился и быстро поставил ее на ноги, затем повернулся на месте и побежал обратно к нападавшему. Моя рука дернулась, когда я выхватил клинок с которым не расставался. Использовал оттиск и кулак, воздух закружился вокруг моих рук, и устремился к вёлуру.

Резкое увеличение скорости и внезапная смена направления полностью сбили того с толку. Он снова попытался использовать свое умение, но я уже был на нем.

Я сделал выпад ножом, и его острие соединилось с щитом.

Щит раскололся от удара, и клинок глубоко вошел в глаз вёлура, вынырнув из затылка. Лезвие яростно завертелось, разорвав череп человека на куски, и к тому времени, когда я отдернул его, от головы почти ничего не осталось.

Я убрал нож в ножны как раз в тот момент, когда Адель подошла ко мне. Она выглядела бледной и очень боялась. Я ожидал, что она испугается в такой ситуации, но ее буквально трясло.

— Что случилось?

— Я узнаю эту форму, — тихо сказала она, — это элитные солдаты Владыки Азелия. Самые могущественные санкари и велуры клана Нугатра.

— Подожди, ты хочешь сказать, что восточный клан ответственен за это? — спросил я, потому как легко сдох этот парень на элиту они не тянут.

Предполагалось, что это нейтральный клан, как и остальные. Что может Восток получить от развязывания войны?

— Да, нет сомнений, что за всем этим стоит Владыка Азелий, хотя я не уверена, что он выиграет от нападения на Академию.

— Владыка устал от нейтралитета и решил заявить о своих правах законного правителя всего Исария. Кланы должны склониться пред мощью его воинства. А Эскус ближайший надел, к тому же ваш Владыка и его лучшие воины далеко отсюда.

Мы оба обернулись на звук этого голоса, и Адель побледнела еще больше.

Из клубящихся облаков пыли появился человек. Облаченный в черные доспехи, за спиной висит массивный меч. Голова непокрыта, короткие черные волосы и жесткие черты лица довершали картину.

— Селдар?! — воскликнула Адель.

— Рад вас видеть, госпожа Адель. Ты и этот малец, — кивок в мою сторону, — вовлекли меня в веселую погоню, — ответил Селдар с лукавой улыбкой.

Я не был уверен, кто этот человек, но, судя по реакции Адель, встреча с ним не сулит нам ничего хорошего.

Из дымовой завесы с криком выскочил человек, на ходу формируя жгуты энергии в подобие булавы.

Я узнал форму гвардейца академии и вздохнул с облегчением. Они хорошо обучены, и ни один из них не ниже тридцатого ранга. Кто бы ни был этот человек, он без труда справится с ним.

Селдар даже не изменил походку. Повернувшись на месте, он, с громким хрустом, ударил солдата по лицу кулаком в перчатке и голова стражника взорвалась кровавым месивом.

Я почувствовал, как мое сердце забилось с удвоенной силой, когда увидел это, и впервые по-настоящему понял, с чем мы столкнулись.

Чудовище. Монстр с силой, с которой я даже близко не мог сравниться.

— Может, нам бежать? — тихо спросил я, когда Селдар повернулся к нам, но Адель уже качала головой.

— Бежать нет смысла. Я его знаю, это наемник моего отца. Он догонит нас раньше, чем мы успеем сделать несколько шагов.

Она казалась совершенно побежденной, и я хорошо понимал эти чувства. Кто бы ни испугался, столкнувшись лицом к лицу с такой мощью?

Кто-то с такой же силой, подумал я, когда другой охранник академии бросился на Селдара.

В данный момент я слаб, но, возможно, если я стану кангеле, то сил станет достаточно чтобы противостоять ему.

Я поморщился, когда из спины охранника вырвало грудную клетку, и Селдар снова повернулся к нам лицом.

Возможно, и нет, но что я теряю?

Я сосредоточился, окончательно формируя из источника вару. Неприятно, но умирать гораздо хуже, чем чувствовать боль.

Это человек графа Мэлбара. У него, скорее всего, приказ убить меня или привести к отцу Адель для казни. Ни один из исходов не кажется привлекательным в данный момент, поскольку смерть не входит в список моих дел на сегодня.

— Адель, я попытаюсь раскрыть свои способности кангеле. Я знаю, что это, вероятно, не принесет нам ничего хорошего, но это лучшее, что я могу придумать.

— Ты уверен, что это хорошая идея, чтобы делать это сейчас? — спросила она, не сводя глаз с Селдара, который сражался с группой охранников, бросившихся на него.

— Нет, — ответил я с кривой усмешкой, — но это лучшее, что у меня есть. Тебя он не тронет, а мне при любом раскладе грозит смерть.

— Тогда я постараюсь его разговорить. Полагаю, ты догадался, почему он здесь?

— Чтобы схватить тебя и убить меня. Я об этом уже говорил тебе!

— Почти, дурень, — ответила она, слабо улыбнувшись, — а теперь поторопись, не думаю, что эти охранники надолго его задержат.

Я кивнул, затем сосредоточился на себе. Я поморщился, когда поток энергии начал медленно перетекать в вару. Боль началась через несколько мгновений после этого. Началось с тупой пульсации в груди, когда мой источник истончался все больше и больше, затем боль резко усилилась, когда грудь начала сжиматься.

Я снова повернулся к приближающемуся мужчине, пытаясь отвлечься от боли, как раз вовремя, чтобы увидеть, как последний из нападавших стражников падает на землю.

Селдар улыбнулся и повернулся к нам.

— Я вижу, что вы были достаточно умны, чтобы не пытаться сбежать, — сказал он, продолжая приближаться и замерев в нескольких метрах от нас.

— Что ты здесь делаешь, Селдар? — спросила Адель, встав передо мной и уперев руки в бока.

— Я думал, это совершенно очевидно. Я здесь, чтобы забрать тебя по приказу твоего отца и принести ему голову мальчика, которого ты пытаешься спрятать.

— Я вполне довольна его обществом. Я остаюсь здесь, большое спасибо за беспокойство, так что можешь идти обратно и передавать отцу привет!

— Я не подчиняюсь твоим приказам, — сказал Селдар, скрестив руки на груди и бесстрастно глядя на нее, — а теперь отойди в сторону, чтобы я мог убить мальчика.

— Кем, проклятье, ты себя возомнил? — закричала она, повысив голос от гнева.

Селдар улыбнулся широкой зубастой улыбкой, больше похожей на оскал хищника, чем человека.

— Сейчас я всего лишь наемник, выполняющий приказы, но как только эта атака закончится и Эскус станет нашим, меня повысит сам Владыка!

Его улыбка исчезла и превратилась в жесткую линию.

— В последний раз повторяю: уйди с дороги!

От этих слов воздух задрожал, и Адель отшатнулась, наткнувшись на меня, я положил руку ей на плечо.

Она посмотрела на меня, ее лицо побледнело, а слезы угрожающе нависли на ресницах, рискуя сорваться.

— Не плачь обо мне, — процедил я сквозь зубы.

Боль ужасна. Все мое тело горело, дышать стало так трудно, что я едва мог набрать в легкие воздуха.

— Я буду сдерживать его столько, сколько смогу. А теперь беги, — прохрипел я, отталкивая ее и становясь перед ней лицом к лицу с Селдаром.

Я никогда раньше не отказывался от драки и не собирался начинать изменять своим привычкам.

— Тинар, ты не можешь! Он убьет тебя! — умоляла Адель, слезы текли по ее щекам.

— Возможно, но он все равно убьет меня. А теперь иди, — попытался крикнуть я, но это прозвучало скорее как хриплое карканье.

Адель попыталась схватить меня за руку, но я стряхнул ее и, шатаясь, вышел навстречу Селдару, стиснув зубы от мучительной боли, сотрясавшей все мое тело.

Увидев это, Селдар усмехнулся и насмешливо развел руки в стороны.

— Как благородно с твоей стороны. Удерживать злодея, в то время как девушка совершает побег. Достойно романа. Я должен поаплодировать твоему чувству драмы, хотя и не понимаю, отчего тебе так больно.

Я только поморщился и использовал один из любимых жестов Адель, чтобы дать мужчине знать, что я о нем думаю.

Выражение лица Селдара поменялось, он напрягся и сжал кулаки.

— Ты вынудил меня к бессмысленной погоне, которая длилась почти три месяца! Твоя смерть принесет мне спокойствие и удовольствие! — он взревел от ярости и бросился на меня.

Я поморщился, принимая боевую стойку.

Я знал, что у меня нет шансов, но я должен сделать все возможное, чтобы выиграть время для побега Адель.

Селдар в мгновение ока преодолел расстояние и нанес мощный удар в голову.

С того момента, как Селдар начал атаку, я знал, что не успею увернуться. Я отчаянно пытался использовать поглощение, но в очередной раз навык отказывался активироваться.

Я мрачно усмехнулся, когда одетый в металл кулак полетел к моей голове.

По крайней мере, я умру на ногах, лицом к лицу с противником в открытом бою, а не в темном переулке Нороса от голода.

Глава 24

Я держал глаза широко открытыми, отказываясь закрывать их до самого конца.

Вот почему смог увидеть, когда массивный молот, сделанный из камня, врезался в человека и отправил его через всю площадь.

Я с удивлением наблюдал, как Селдар столкнулся со стеной арены, создав кратер силой своего удара.

— Оу. Это должно быть больно!

Я резко повернул голову, услышав этот голос. Усмехнулся, когда Актар появился из клубящихся облаков дыма и пыли, выглядя совершенно невредимым, с облегчением глядя на Адель, стоящую примерно в метре позади него.

— Как раз вовремя, — воскликнул я.

Затем жгучая боль пронзила все тело, и я упал на землю. Я находился в странном состоянии, испытывая жуткие мучения, но не теряя сознания, видя и слыша, что происходит кругом, не имея ни малейшей возможности что-то сказать или сделать.

Я перестал ощущать, как бьется мое сердце, как движутся легкие, как кровь бежит по венам.

Словно тело умерло, а разум заперт в ловушке.

Адель подбежала, когда я грохнулся об землю, явно испугавшись, что Селдар успел напасть на меня до того, как прибыл Актар.

— Тинар, проснись, — сказала она, грубо встряхивая меня и начиная паниковать, когда я не ответил. Она пощупала пульс, приложила руку к моим губам и даже прижала ухо к груди.

И ничего не услышала.

Я был мертв.

Она посмотрела на наставника, я даже представить себе не мог, что происходило в душе у девушки.

— Успокойся, Адель, — сказал Актар, присев на корточки рядом с ней и положив руку мне на грудь. Его ладонь на секунду вспыхнула синим, а затем он убрал ее, качая головой в задумчивости.

— Из всех времен, чтобы стать кангеле, это, вероятно, худшее.

— Значит, он не умер? — спросила Адель с надеждой в голосе.

— Ну, грубо говоря, у него теперь нет сердца и прочих органов как таковых. Все они в данный момент, если он все сделал правильно, переплетаются с энергией, формируя единую систему. Так что да, он мертв.

Адель прижала ладошки ко рту, выражая тревогу.

— Но это ненадолго, — продолжил Актар через несколько секунд, — дай ему несколько минут, и он снова будет на ногах, сильнее, чем когда-либо прежде.

— Тинар, ты такой засранец! — закричала Адель, покраснев от гнева.

Бедняга, это слишком для одного человека. Столько всего испытать, жаль я лежу словно овощ, содрогаясь от внутренней боли, и не могу обнять ее и утешить.

— Похоже, твой друг встает. О, а он мне кое-кого напоминает. Не его ли тогда исключили, когда на турнире он принялся убивать и калечить соперников? Сколько же лет прошло…

Селдар выбрался из разлома в стене, оттолкнул соратников, что пришли ему на помощь и теперь мчался к нам.

— Что же нам делать? — испуганно спросила Адель.

Я ее понимаю. Актар силен, но Селдар судя по всему тоже не промах. Мы видели, как с легкостью он расправлялся со стражниками.

— Мы ничего не будем делать, — сказал Актар, — я позабочусь о нем, пока ты присматриваешь за Тинаром. Я постараюсь закончить это быстро, Арена, возможно, почти опустела, но основная борьба происходит за пределами этих стен.

Адель кивнула, поднимаясь на ноги и активируя щит.

Селдар громадными прыжками мчался к нам, лязгая доспехами. Несколько пластин оказались ужасно искорежены в том месте, куда ударил Актар, но сам санкари, не пострадал.

Слышалось отчетливое скольжение металла по коже, когда Селдар вытащил из-за спины огромный меч и сжал его обеими руками. Раздался громкий свистящий звук, и лезвие внезапно охватило багровое пламя.

Огонь придавал его чертам потусторонний оттенок. Он несколько раз взмахнул клинком в воздухе, оставляя за собой ярко-малиновые следы. Затем он издал яростный рев, который потряс всю арену, и бросился в атаку.

Невыносимо чувствовать себя безмолвным свидетелем таких событий.

Я думал, что познал силу, но борьба, развернувшаяся перед нами, заставила меня пересмотреть свое представление о том, что такое настоящая сила.

Как только Селдар бросился в атаку, щит Актара окружил его сверкающей синей вспышкой, но он не был похож ни на один щит, виденный раньше. Обычно, когда щит использовался, он только очерчивал тело человека и казался почти нематериальным. Он лишь обволакивал одежду и кожу человека тонкой пленкой.

Щит Актара походил на доспехи — сплошная масса голубой энергии, покрывающая каждую часть его тела. Единственное, что оставалось открытым — его лицо, покрытое пленкой привычного щита.

Актар поднял руку, и массивные куски камня оторвались от окружающих стен.

Он махнул рукой, и они устремились к Селдару, приближаясь к нему с большей скоростью, чем это возможно для таких глыб.

Селдар не собирался отступать и с криком бросился вперед, чтобы перехватить их. Лезвие прошло сквозь камень так же легко, как горячий нож сквозь масло, оставив ярко-красные пятна. Актар раздраженно прищелкнул языком, затем большие камни разлетелись вдребезги, и осколки начали сыпаться на Селдара со всех сторон, но ему удалось отразить их все.

— Это все, что ты можешь сделать, вёлур? — прорычал Селдар, разрубая надвое еще один массивный валун, затем взмахнул клинком, посылая в наставника столб красного огня.

Актар щелкнул пальцами, и между ними материализовалась каменная стена, блокируя пламя, затем он махнул рукой наружу, и стена взорвалась тысячами крошечных осколков.

Селдар зарычал и поднял кулак, используя то же умение, которое использовал, чтобы пробить стену арены. Осколки камня рассыпались в пыль, прежде чем достигли его, и он ухмыльнулся, убирая кулак, чтобы снова атаковать.

Внезапно ему на голову упал булыжник размером с пони. Селдар вскрикнул от боли, когда его повалили на землю, выпустив из рук пылающий меч. Он быстро пришел в себя и, оттолкнув валун, вскочил на ноги.

Голова оказалась рассечена, с нее сочилась кровь.

Актар еще раз взмахнул запястьем, и в противника полетел еще один валун. Селдар повернулся и изо всех сил ударил по нему кулаком, камень разлетелся на куски, пролетая мимо. Актар улыбнулся, и тысячи мелких каменных осколков внезапно изменили направление, отлетев назад так быстро, что даже глаз потерял их из виду.

Раздался оглушительный звук, когда каменная шрапнель ударила Селдара со всех сторон. Большинство из них заблокировала броня и его жесткая кожа, но несколько фрагментов прорвались, разрывая мышцы и ломая кости, прежде чем выйти с другой стороны.

Крик боли, вырвавшийся из горла Селдара, был столь громок, что его наверняка услышала вся академия.

— Ну, я думаю, это все, — сказал Актар, когда его щит исчез.

Он выглядел ничуть не хуже и смотрел на собеседника с бесстрастным выражением лица.

Меня разрывали эмоции, но я даже не мог промычать что-то.

Сознание то возвращалось в израненное болью тело, то разум мой затухал.

Селдар сделал еще несколько неуверенных шагов, затем рухнул на колени, пытаясь дотянуться и нащупать раны. Он перевел на нас налитые кровью глаза, попытался что-то сказать, но ртом хлынула кровь.

— Я думаю, что теперь его можно усмирить, — крикнул Актар.

По его приказу из одной из лож вышла группа гвардейцев академии и подбежала к коленопреклоненному мужчине.

— Это еще не конец, вёлур! — закричал Селдар. — Эскус падет под мощью нашего клана!

— С того места, где я стою, — сказал Актар, — кажется, что ты проиграл. Солдаты скоро сломаются и будут разбиты, когда увидят, что ты, их командир, вышел из боя. Тогда мы пошлем весточку Владыке Эргу, что договор нарушен, и он призовет другие кланы сокрушить Азелия и его клевретов.

Селдар еще несколько мгновений смотрел на наставника, потом рассмеялся.

Это не походило на смех побежденного.

— Ты решил, что я командую этим вторжением? — он захихикал, и с его губ слетела кровавая слюна, — ты действительно думаешь, что Владыка Азелий доверил бы всю свою армию наемнику? У тебя старческий маразм, Актар!

Смех продолжался, но вскоре перешел в приступ кашля. Его ладони ударились о землю, когда он попытался вдохнуть, затем его начало рвать кровью.

— Если не ты здесь главный, то кто? — спросил Актар, делая шаг вперед и поднимая руку.

— Это я.

Все обернулись на звук этого чарующего голоса.

Сквозь пелену боли я заметил, как глаза Адель расширились, когда на арену вышла самая роскошная женщина, которую я когда-либо видел.

Высокая, почти метр восемьдесят ростом, одета в глянцевые доспехи, окрашенные в темно-красный цвет. Броня облегала тело столь плотно, что легко угадывалась ее точеная фигура, вместе с тем ничего не показывая. Длинные золотистые волосы, развевались при ходьбе, фиалковые глаза светились в свете полуденного солнца. Безупречная, слегка загорелая кожа, а когда она улыбалась, открывался рот, полный идеальных белых зубов.

М-да. Я не знаток женщин, но зная, свою подругу, догадываюсь, как она возненавидит эту женщину. В ее понятии любой, кто совершенен и лучше нее, заслуживает этого.

— Стойте, идиоты! — завопил Актар.

Отряд гвардейцев, что минутой ранее окружал Селдара, решил напасть на новую гостью.

Ее улыбка ничуть не померкла, когда она подняла ладонь в сторону приближающихся солдат. Затем она рубящим движением опустила ее вниз, и сам воздух разорвался на части.

Раздался громкий треск, похожий на звон разбитого стекла, и стражники вспыхнули фонтаном крови, за исключением их голов, которые одна за другой с глухим стуком упали на пропитанную кровью землю.

Закричала Адель, затем она наклонилась в сторону, и ее вырвало, рвало и рвало, пока она опустошала содержимое желудка.

Когда она выпрямилась, женщина уже подошла к Селдару и смотрела вниз на него неодобрительно.

— Мой отец будет очень разочарован твоим выступлением, Селдар. Только посмотри, позволяешь так себя избивать. Хотя, полагаю, я не могу винить тебя за это, ты столкнулся с одним из самых могущественных вёлуров, которых может предложить эта академия. Ну, не лежи! Вставай!

Селдар медленно поднялся на ноги, лицо его побледнело от боли и потери крови.

— Адель, я хочу, чтобы ты взяла Тинара и убежала.

Адель отвернулась от женщины, когда Актар начал говорить.

— Почему? Кто она?

— Это властительница Илура.

На лекциях и в книгах мне попадалось это имя. Властительница Илура старшая дочь Владыки Азелия и одна из самых могущественных санкари мира.

Хотя в последние несколько столетий не было войн, между кланами всегда возникали территориальные споры, особенно у границ. Именно там Илура сделала себе имя, безжалостно убивая тысячи солдат и прекращая споры в течение нескольких часов после прибытия.

— Я вижу, ты понимаешь наше нынешнее затруднительное положение, — сказал Актар.

Он снова взглянул на властительницу, но она все еще была занята тем, что отчитывала Селдара.

— Возьми это.

Он вытащил из кармана маленький кожаный мешочек и протянул ей. Она взяла его, озадаченно посмотрела на наставника, когда он наклонился и поднял меня.

— Как ты думаешь, ты сможешь нести его? — спросил он, когда она положила мешочек в карман.

— Он не тяжелее тех рюкзаков, что ты заставлял носить, — попыталась пошутить она, но ничего не вышло.

Актар подошел к ней сзади и уложил меня ей на спину.

Наставник отпустил мои колени, и она приняла на себя весь мой вес.

— Легок, — пробормотала она себе под нос, — хотя это неудивительно. Возможно, последние три месяца он регулярно питался, но это не могло стереть годы недоедания.

Актар в последний раз оглядел нас и отдал распоряжения.

— Эскус больше не в безопасности. Если Илура здесь, я предполагаю, что Академия уже пала, и захват города, дело времени.

— А как же Владыка Эрг? Он мог бы остановить ее, — спросила Адель.

— К сожалению, Владыка далеко в данный момент на дипломатической миссии, вместе со своими самыми могущественными солдатами. Возможно, именно поэтому Восток чувствовал себя достаточно уверенным, чтобы атаковать. К тому времени, когда владыка вернется, они уже надежно окопаются, и будет сложно вытащить их отсюда.

— Так что же нам делать? Мой отец не перестанет искать меня, и если кто-нибудь узнает о Тинаре, его выследят и убьют!

— Нет, не все его убьют. Бегите на Север, а там отправляйтесь к князю Агмунду и княгине Сольвейг. Они мои старые друзья и будут счастливы принять вас. Им можно доверить наш секрет, и они помогут дальше развить ваши способности. Все, что тебе понадобится в пути, в той сумке, что я тебе дал. А теперь иди, я задержу их, пока ты будешь убегать.

Адель широко раскрытыми глазами смотрела, как наставник улыбнулся ей и похлопал по плечу.

— Я буду ждать. Ты можешь победить ее?

— О, определенно нет, — ответил он с широкой улыбкой.

— Ты не можешь здесь оставаться, ты умрешь!

— Да, но если я смогу спасти своих учеников, то с радостью пожертвую собой, — торжественно сказал он, — с другой стороны, у меня есть способ сбежать, когда ты уйдешь достаточно далеко, так что, может быть, я воспользуюсь им вместо того, чтобы умереть, — добавил он задумчиво.

— Ты настоящий засранец, ты знаешь это? — закричала Адель.

— Ага! Теперь тебе лучше идти. Думаю, передышка окончена.

Адель повернула голову, и действительно, Илура уже приближалась к нам, Селдар, шатаясь, шел за ней с совершенно несчастным видом.

Адель рванула что есть мочи, крепче вцепившись в мои ноги, когда почувствовала, что я сползаю. До нас донесся крик позади, оглянувшись, увидели, как Актар воздвигает массивную каменную стену между собой и соперницей.

Это не остановит ее, но может замедлить.

Раздался громкий гулкий удар, и я отчетливо услышал треск камня. На этот раз не оглядывались, сосредоточившись на том, чтобы бежать еще быстрее.

Адель покинула арену и покачала головой взад-вперед, ища лучший выход из Академии.

Мне оставалось только гадать, что она думает и какое зрелище мы представляем со стороны.

Она знает, что есть много способов войти и выйти, но улицы кишат солдатами, и нам не резон на них натыкаться.

Наконец, приняв решение, она повернула на восток и побежала по мощеной дорожке. Я знал эту дорожку, это самый прямой путь, наверняка она надеяться сократить дорогу и никого не встретить.

На бегу я сквозь туман боли видел, какой ущерб нанесен Академии. Более половины зданий, мимо которых мы проходили, либо в огне, либо полностью разрушены, либо находились в процессе разграбления. Солдаты двигались небольшими группами и поэтому всякий раз, когда Адель замечала солдат в зелено-желтом, она ныряла за здание и ждала, когда они пройдут.

Мертвых на улицах академического городка было больше чем живых. Улицы усеяны телами, некоторые еще дышали, другие лежали зловеще неподвижно. Как по мне так пробегать мимо мертвых проще, чем мимо живых. Когда мы проходили мимо последних, те звали на помощь. Тяжело игнорировать их жалобные мольбы.

Адель дошла до конца квартала и, беззаботно метнулась между домами, натолкнувшись прямо на отряд солдат. Несколько мгновений она и они таращились друг на друга, затем первый солдат поднял руку и послал в нас какое-то заклятье.

Щит Адель вспыхнул вокруг нее, и атака отскочила. Другие солдаты приготовились атаковать, но она не собиралась ждать, пока они убьют нас. Она ловко проскочила в один из боковых проулков.

Может быть, они не станут нас преследовать.

— За ней! — донеся до нас запоздалый крик.

Конечно, они нас отпустят.

Их пятеро, и поскольку Адель приходится тащить меня, они вскоре догонят нас. Она резко свернула за угол и поскользнулась на пятне крови. Ей повезло: угол здания рядом с ее головой оказался снесен начисто.

Она поморщилась, отпрянула от стены и попыталась бежать быстрее.

— Мы догоняем ее! Она не может так долго! Тащит какого-то пацана!

Адель бросила взгляд через плечо и снова выругалась.

Преследователи отстали метров на тридцать и достигнут нас в считанные секунды.

Она выскочила из переулка и попала в аллею. По бокам росли различные кусты и деревья, а в конце лесного туннеля виднелся выход в город.

Аллея была совершенно пуста, это означало, что никто из солдат еще не добрался сюда. Если ей удастся остановить их, мы сможем сбежать.

Обогнув раскидистый дуб, что рос по центру, она осторожно опустила меня на землю, прислонив к стволу.

— Надеюсь, ты скоро проснешься, Тинар. Мне бы очень пригодилась твоя помощь! — сказала она, быстро поднимаясь на ноги.

Она едва успела отойти, когда появились солдаты.

— Наконец решила сдаться? — спросил первый солдат с ухмылкой, когда остальные быстро рассредоточились впереди, — иди к нам крошка, больно не будет! Мы только чутка позабавимся с товарищами.

— Отвали, придурок! — закричала Адель, затем использовала свое умение управлять растениями.

Ее умение уникально в том смысле, что она в состоянии использовать его в любых масштабах, хотя и при значительном увеличении потребления энергии.

Сейчас тот момент, когда не место и не время беречь ее.

Первый солдат сделал шаг вперед, когда деревья вокруг словно взорвались.

То, что она сейчас делала, возможно, только благодаря аллее и большому количеству растений и деревьев.

Дерзкий взгляд солдата мгновенно исчез, он открыл рот, чтобы отдать команду, но не успел.

Адель закричала, когда растения закружились вокруг нее в водовороте, затем она выбросила руки вперед, посылая их по широкой дуге в солдат. Двое из них успели атаковать до того, как ударила зеленая волна. Один из них промахнулся, но второй врезал ей в плечо каким-то заклятьем.

Ее щит едва успел поглотить атаку, прежде чем раскололся под давлением, но она ни на мгновение не прекратила атаку. Ветви рвали солдат на части, а колья и щепки пронзали на огромной скорости.

Раздался громкий треск разрываемой плоти, она рухнула на землю, когда ее источник был вычерпан досуха.

Несмотря на рвущую меня изнутри боль я не мог не восхищаться, тем, что она, что только что сделала.

Аллея перестала существовать.

Все солдаты истерзаны, даже чудом из них никто не выживет и погони не будет.

Все, что нам нужно, — это минута или две, чтобы прийти в себя, а потом мы сможем отправляться в путь.

Она поднялась на ноги, слегка покачиваясь от усталости.

Я все еще лежал, таращась на мир широко открытыми глазами, но не в состоянии что-то сказать или сделать.

Прошло почти пятнадцать минут с тех пор, как я запустил процесс преобразования источника в вару, и я понятия не имел, сколько времени необходимо для этого.

И тут я заметил то, чего раньше не замечал, за этими мучениями и беготней.

Я снова дышал и сердце начало отбивать ритм.

Адель быстро приложила ухо к моей груди и через несколько секунд услышала очень слабое сердцебиение.

Я сделал это! Вару успешно распределилось по телу, обволакивая все мои органы и нервные окончания, что означает, что я могу проснуться в любую секунду.

Адель выпрямилась, улыбаясь, хотя происходящее вокруг ужасно. Академия разграблена, и тысячи, скорее всего, погибли.

— Вот они! Я же говорил, что видел, как эта потаскуха шла сюда!

Услышав этот голос, я почувствовал, как кровь, только начавшая свой бег, застыла у меня в в.

Это последний человек, с кем бы мы хотели встретиться в данный момент.

Свет померк в моих глазах, последнее, что я увидел, падая к стволу дуба, как из переулка выходят Тензин и Фенсин и оба улыбаются от уха до уха.

Глава 25

Глаза открылись, и я глубоко, прерывисто вздохнул. Несколько раз моргнул, когда яркий солнечный свет просочился сквозь изумрудную листву над головой. Я сидел на поляне, окруженной со всех сторон исполинскими деревьями, которые возвышались на сотни метров над головой.

Где же я?

Медленно поднявшись на ноги, я начал осматривать поляну, пока мой взгляд не остановился на маленьком домике в противоположном конце. Перед домом обнаружился стол, за которым никого не было.

Как странно. Как я сюда попал?

Пусто. Ни в доме, ни в округе.

Все казалось каким-то эфемерным и расслабляющим.

Я знал, что должен бы удивиться, оказавшись здесь, но по какой-то причине этого не произошло. Место, казалось, источало ауру покоя, и я чувствовал себя лучше, просто находясь здесь.

Я сел за стол, мне казалось, что я знаю это место, но в то же время я никогда не видел его раньше.

Все мои тревоги просто растаяли и отошли на второй план.

Очуметь!

Пришло понимание того, где я.

Актар нам рассказывал о таком, что порой при проходе Порогового ранга, может закинуть в подобное место.

Своеобразный мир между мирами, ни в царстве смертных, ни в царстве богов. Оставаться здесь слишком долго опасно для тех, кто еще не разорвал оковы смерти.

Мое физическое тело все еще находится в мире смертных, только разум путешествует здесь.

Наставник говорил, что не знает, кем и как так заповедано, но это время обычно уходит на знакомство с новыми способностями и возможностями.

Ужасная боль пронзила голову, заставив губы замереть в страдальческой гримасе.

Адель в опасности, я должен вернуться к ней как можно скорее!

Но пока не истекут отмерянные минуты, я не смогу самостоятельно покинуть это место. Потому стоит потратить время здесь с умом.

Я сконцентрировался и обратил свой внутренний взор на вару.

* * *

— Чего вы, придурки, хотите? — спросила Адель, с гримасой поднимаясь на ноги.

Ситуация хуже некуда. Ее энергия восстанавливалась медленно, она не сможет использовать навыки больше, чем пару раз.

Кроме того, Тинар все еще без сознания, и она не думала, что эти двое будут ждать, пока он проснется, прежде чем напасть на них.

— Думаю, ты знаешь, чего мы хотим, — прорычал Фенсин, — ты не подохла на арене, как мы планировали, вместо этого из-за тебя погиб наш дядюшка Ройзан!

— И не думай, что мы забыли о другом поганце, — вставил Тензин, — я должен был прикончить его, но твой назойливый учитель лишил меня этой возможности!

Он усмехнулся, когда куски льда стали покрывать его тело.

— Мой назойливый учитель?! — закричала Адель, покраснев, — единственная причина, по которой у вас был шанс против нас на арене, это то, что ваш ублюдочный родич жульничал! Без него у вас нет и не было ни единого шанса. И поскольку никто не смотрит, ничто не помешает мне убить вас сейчас.

Она сжала кулаки, и перед ней появились копья.

Конечно, это был блеф, так как три копья, которые она вызвала, снова полностью исчерпали ее источник. Все, что она могла сделать, это надеяться, что они отступят. Они еще не видели Тинара, потому что тот скрыт за стволом дуба, но она знала, что если они подойдут ближе, то заметят его.

Фенсин сделал шаг назад, когда копья появились в воздухе, но Тензин только рассмеялся.

— Ты блефуешь! — сказал он, когда ледяная броня скрыла его полностью, — довольно трудно не заметить что произошло с аллеей и этими солдатами, и, учитывая, что вы еще не сдвинулись с места, бой закончился всего несколько минут назад. Даже если ты не истощена схваткой, а я уверен, что ты истощена, ты не сможешь причинить мне боль этими маленькими колышками.

— Ты уверен в этом? — спросил Фенсин.

— Да, конечно. Будь у нее полный источник, не думаешь, что она бы сразу напала на нас?

Адель выругалась, когда выражение страха на лице Фенсина сменилось высокомерием.

Подлый трусишка.

Минуту назад он трясся в ужасе, когда думал, что она может сопротивляться.

— Я всегда знал, что рано или поздно я возьму свое, тварь! — взволнованно взвизгнул Фенсин.

Его кожа начала менять цвет, пока не покрылась теми же темными прожилками что и на арене.

— Теперь я смогу отомстить тебе за унижение и боль, которые ты мне причинила. Несмотря на то, что целителям удалось все исправить, это не ощущалось как прежде, независимо от того, сколько девушек я убедил удостовериться в этом! — он громко захихикал.

Затем немного успокоился и пошел к ней, заметно подпрыгивая.

— Но не волнуйся, я уверен, что ты поможешь мне проверить это в последний раз, прежде чем умрешь!

При этих словах у Адель закипела кровь.

Так этот садистский ублюдок изнасиловал целую кучу девушек с тех пор, как она его покарала, и снова собирается сделать то же самое с ней?

Ни за что!

Без всякого предупреждения она послала в него все три копья, намереваясь закончить бой и позаботиться о Тензине.

Фенсин отшатнулся, когда копья приблизились, но Тензин невероятно быстро сместился и прикрыл родича. Три копья врезались в его броню, одно разлетелось вдребезги от удара, но двум другим удалось пробить брешь в обороне.

К несчастью для Адель, ни один из них не зашел достаточно глубоко, чтобы причинить какой-либо действенный вред.

— Что ты себе позволяешь, дрянь? — взревел Тензин.

Адель выругалась, бросив последний взгляд на Тинара.

Теперь она могла сделать только одно. Ей придется увести их от него и надеяться, что его не заметят.

Она выскочила из-за дуба и бросилась в один из переулков налево.

— О нет, не надо! — закричал Фенсин, прыгая за ней и догоняя в считанные секунды.

Он потянулся, чтобы положить руку ей на плечо, но Адель увернулась и пнула его в голень.

Он отшатнулся, ругаясь от боли, когда Адель попыталась вырваться.

— Сделай еще один шаг, и твой парень сдохнет!

Адель обернулась, и ее худшие опасения подтвердились. Тензин заметил Тинара и склонился над ним с озорной улыбкой на лице.

— А теперь будь хорошей девочкой и не сопротивляйся тому, что сейчас произойдет. Иначе… — Тензин провел большим пальцем по горлу в очень четком жесте.

Фенсин, оправившийся от удара, сверкнул гнилой улыбкой. Затем он повернулся к Адель. Облизнул губы, и Адель вздрогнула, увидев длинный скользкий язык вместо человеческого.

— Вам, ублюдкам, это с рук не сойдет! — закричала она, когда Фенсин подошел ближе.

Она хотела убежать, но знала, что если попытается сопротивляться, Тинар будет убит. Скорее всего, они оба умрут в любом случае, но если она выиграет ему достаточно времени, чтобы проснуться, они смогут выбраться отсюда.

— А, я думаю, мы так и сделаем, — сказал Фенсин, положив руку ей на плечо.

Адель ожидала, что ее тело вновь онемеет, но удивилась, когда этого не произошло.

— О, нет, глупышка, я не собираюсь парализовать тебя, — сказал Фенсин, проводя пальцами по ее подбородку, — как я услышу твои крики и стоны, если ты не сможешь двигаться и сопротивляться?

Он убрал руку от ее лица и сильно ударил. Она поморщилась, когда ее голова качнулась в сторону, и замерла, не желая его провоцировать.

Когда Фенсин увидел ее дерзкое выражение лица, его улыбка стала еще шире.

— Хорошо. Мне нравится, когда ты такая. Строишь из себя крутую девочку. Будет еще приятнее, когда ты сломаешься и начнешь умолять меня остановиться!

Он снова ударил ее, в то время как другая его рука двинулась вниз и начала расстегивать ремень, удерживающий ее брюки на месте.

Адель снова поморщилась, когда пощечина качнула ее голову в сторону, но она не доставила ему удовольствия, закричав. Она чувствовала, как Фенсин дергает ее за штаны, но ее глаза оставались прикованы к Тинару.

Несмотря на внешнее спокойствие, она почувствовала, как сердце бешено колотится в груди.

— Тинар! Ты мне очень нужен прямо сейчас!

Она слышала, как Фенсин задыхается от возбуждения, когда его большие пальцы вцепились в пояс ее брюк, и она закрыла глаза, ожидая неизбежного.

* * *

Я почувствовал, как энергия перетекает по жилам, когда впервые обратился к вару.

Это не было похоже на прежние ощущения источника и энергии. По сравнению с тем, что я чувствовал сейчас, то была лишь дешевая подделка.

Я вспоминал чему меня учил Актар чтобы открыть и пробудить новые способности.

Ого!

Это были серьезные изменения. Наставник не шутил, говоря, что новые умения станут куда как энергозатратнее.

Потребление энергии выросло втрое, а атрибуты практически удвоились. Неудивительно, что разница между девятым и десятым рангами столь велика.

Поглощение стало доступно, правда как оно работает каковы его пределы пока не ясно.

Как и не ясно получил я новые силы от того что стал кангеле или от того, что переступил Порог. Придется спросить Адель после того, как она возьмет десятый ранг, чтобы узнать, как обстоит дело на самом деле.

Ну, так глянем, что я получил.

Оттиск теперь действовал чуть ли не постоянно. Кулак, то есть возможность бить энергетическими импульсами на расстоянии, а вблизи наносить повышенной урон, теперь распространялся на все мое тело.

Наноси я удар локтем, ногой, пяткой, головой эффект будет един.

Теперь я мог из энергии формировать любое оружие на свой выбор. Я решил назвать данное умение клинок. Потому что из всего многообразия оружия предпочитал и более-менее умел обращаться только с ножом.

Мои новые навыки удивительны, но затратны, придется прокачивать вару, если хочу пользоваться ими сколько-нибудь долго. Не говоря уже о том, что если я решу использовать несколько навыков одновременно, запас энергии будет истощен в течение нескольких минут.

Я вздохнул, решив, что буду судить о своих новых умениях только после того, как проверю их в бою.

Класс! Я нашел ответ на свой вопрос об уникальности кангеле. Не знаю как, но я на интуитивном уровне понял, что отныне я имею и другие навыки, которые не требуют энергии.

Актар упоминал о них, называя пассивными.

Покров — окружает тело плотным полем, понижая атаки по мне на десятую часть.

Урон — все мои атаки по носителям силы и зорнам выросли также на десятую часть.

Реген — полное исцеление организма вне зависимости от травмы в течение суток-двух.

Воистину все прожито не зря! Мне хотелось кричать от радости!

Но не все это было самым потрясающим. Поскольку я как кангеле сочетал в себе силы и санкари и велуров, я получил один убойный навык.

Навык, столь сильный, что я пока не мог его использовать.

Назывался он просто Шторм. И если я правильно действовал, вспоминая наставления Актара, то этот навык создавал энергетическую бурю на области в тридцать метров, сроком на полминуты. Да и будь у меня энергии в достатке я смогу им пользоваться не чаще, чем раз в сутки.

Но стоило поторопиться. Адель там одна одинёшенька с этими уродами!

Я собрался пока есть время опробовать новые умения, но тут лесная поляна исчезла, и я обнаружил, что лежу на спине, а Тензин опирается мне на грудь коленями, зловеще скалясь.

* * *

Адель стиснула зубы, почувствовав, как пальцы Фенсина начали стягивать с нее брюки.

— Тинар, где ты?!

Она прикусила губу, когда почувствовала, что ее штаны спустились еще на сантиметр. Затем она ощутила, как пальцы на поясе необъяснимо ослабли. Она задрожала, гадая, какую новую извращенную идею придумал Фенсин, когда услышала, как тот вскрикнул от боли. Ее глаза мгновенно открылись, и она увидела новую сцену, разворачивающуюся перед ней.

Фенсин отшатнулся от нее и закричал от боли, глядя на два обрубка там, где раньше были его руки.

Его кожа снова приобрела нормальный болезненно-бледный цвет, когда кровь с невероятной скоростью хлынула из отрубленных конечностей.

— Проклятье! — воскликнула Адель, недоверчиво глядя на кричащего мальчика.

— Прости, что так долго.

Этих слов было достаточно, чтобы ее сердце пропустило удар, и она повернулась к Тинару, широко улыбаясь.

* * *

Воздух вырвался из моих легких, когда Адель врезалась в меня, и я обнял ее в ответ.

— У тебя штаны расстегнуты, — не преминул отметить я, как только она меня отпустила.

— Вот дерьмо! — закричала Адель, и ее улыбка растаяла, сменившись гримасой, — это благодаря вон тому засранцу.

Она указала на Фенсина, который не придумал ничего лучше, как сунуть обрубки рук под мышки, чтобы остановить кровотечение.

— Вот паскуда, — я дёрнулся к альбиносу, когда был остановлен Адель.

— Ну уж нет. Я сама. Дай мне секунду, пока я разберусь с одним незаконченным делом! — она зарычала, потом подкралась к Фенсину.

Приближаясь, Адель образовала большое, острое как игла копье. Фенсин застонал от боли, когда она схватила его за воротник и дернула вперед, пока он не посмотрел ей в глаза.

— Я же говорила, что тебе это с рук не сойдет, — прорычала Адель, когда в глазах паскудника вспыхнул ужас, — это не только для меня, но и для всех женщин, которых ты изнасиловал за свою жалкую жизнь!

— Нет, не надо, — только и смог выдавить он, прежде чем Адель воткнула кол ему под подбородок и глубоко в мозг.

Она отпустила его тело и позволила тому упасть на землю, где он несколько раз дернулся, прежде чем успокоиться. Она застегнула брюки и плюнула на труп юноши.

Он заслуживал гораздо худшего, чем быстрая смерть, но, по крайней мере, он немного пострадал после того, как я отрубил ему руки.

— Э-э, Тинар, — сказала Адель, когда Тензин использовал свое умение и лед снова начал формироваться над его телом, — думаю, тебе стоит оглянуться.

Второй этэловец времени зря не терял, несмотря на сломанную руку, он поднялся, опираясь здоровой, на ствол дуба и решил напасть.

Ничего кроме раздражения его атака у меня не вызвала.

Я действительно ничего не имел против этого идиота. Единственным, кого я ненавидел, был Фенсин, и это потому, что он обижал и домогался Адель.

Но по какой-то необъяснимой причине Тензин возненавидел меня с момента нашей первой встречи. Что ж, я дал ему достаточно шансов отступить. Если этот кретин так сильно хочет умереть, я сделаю это.

Рывок, и громкий воющий звук раздается над руинами академии, когда копье энергии цвета индиго сформировалось вокруг моей руки, и я ударил его в грудь.

Я вырвал клинок, наблюдая, как Тензин падает на землю, кровь уже собиралась вокруг него, когда он смотрел в небо. Через несколько мгновений его тело замерло.

— Это было потрясающе! — воскликнула Адель, — думаю, тогда все это дело с кангеле не было выдумкой.

— Да. Все по-настоящему.

— Ты крутой боец. Только твои социальные навыки требуют большой работы. Когда мы доберемся до князя Агмунда, к которому нас отправил Актар, я позабочусь, чтобы у тебя был учитель! И не плохо бы нам скорее отправится туда.

— Тогда ладно. Прыгай мне на спину. Я сильнее, быстрее, выносливее, чем прежде, так что теперь доставлю тебя куда надо в два счета.

— Ух ты! Если твои навыки получили такой большой импульс, я не могу дождаться, чтобы тоже стать десяткой! — взволнованно ответила она.

Она уже собиралась сесть мне на спину, когда вдруг отошла в сторону и принялась внимательно рассматривать тело Фенсина. Со своего места я тоже увидел что-то блестящее, торчащее из его кармана.

— Что случилось? — спросил я, — что там у него?

— У Фенсина что-то торчит из кармана, — сказала она, прищурившись и пытаясь рассмотреть получше.

Ох уж эта Адель, самой любопытно, но не настолько, чтобы грабить труп.

У меня не было таких сомнений. Я подошел к мертвому подонку и наклонился, чтобы пошарить по карманам.

Через несколько мгновений я встал и расхохотался.

— Что тут смешного? — спросила Адель, не видя, что я держу в руках.

Я обернулся, и она увидела два больших кристалла в одной руке и два блестящих эльга в другой.

— Этот подлый ублюдок украл турнирные призы?! — закричала Адель.

Я, продолжая смеяться, подошел к ней и протянул один из сердечников.

— Насколько я понимаю, мы бы выиграли, если бы они не жульничали, так что один из них по праву твой.

Адель несколько секунд смотрела на кружащуюся перламутровую энергию в своем сердечнике, затем снова посмотрела на меня, ее глаза сияли.

— Лучше проверить, чтобы убедиться, что они не забрали из них энергию, — сказала она.

— Хорошая мысль.

Я на мгновение сосредоточился, затем углубился в кристалл.

Оказалось, что этот сердечник взят из лазурного грифона. Количество доступной энергии было ошеломляющим! Здесь ее столько, что она в состоянии поднять меня на четыре или пять рангов.

Я понятия не имел, кто такой грифон, но одно я знал наверняка: мне нужно найти больше таких зорнов, как этот!

— Мой не тронут, а количество энергии огромно! — сказала Адель.

— У меня тоже. От какого зорна твой кристалл? — спросил я, пряча свой сердечник в карман.

— Лазурный грифон, а твой?

— То же самое, — ответил я, немного разочарованный тем, что у нее такой же кристалл, — о, одна из них тоже твоя, — сказал я, бросая ей один эльг.

Адель ловко поймала монету и, благодарно кивнув, сунула ее в карман.

— Мы должны вернуться в наш дом, чтобы забрать наши вещи?

Адель покачала головой.

— Актар сказал, что это слишком опасно, но он дал мне крохотный мешочек и сказал, что там есть все, что нам нужно.

Она сунула руку в карман и вытащила маленькую кожаную сумочку.

— Как все, что нам нужно, поместится в эту крошечную вещицу? — спросил я, придвигаясь ближе и пытаясь заглянуть внутрь.

Адель развязала шнурок и перевернула сумку, но ничего не вышло. Она потрясла ее несколько раз, ожидая, что что-то застряло, но ничего не произошло.

— Ты думаешь, это одна из его дурацких шуток? — спросил я.

— Может быть, — вздохнула она и сунула руку в сумку, чтобы проверить, не упустила ли чего.

Через несколько секунд ее глаза расширились, а затем все предплечье исчезло по локоть. Она громко рассмеялась и вытащила руку, сжимая большую коричневую сумку, которая оказалась ее кошельком.

Я уставился на нее, не понимая, как такой большой мешочек мог поместиться в такой маленький.

Наконец до меня дошло.

— Этот мешок, должно быть, обладает теми же чарами, что и здания, в которых мы тренировались! — взволнованно воскликнул я, — быстро, проверь, что еще он упаковал для нас.

После нескольких минут поисков Адель извлекла всю нашу одежду, включая новое снаряжение для холодной погоды, месячный запас походных пайков и все сердечники, которые нам удалось собрать с тех пор, как мы перестали ими пользоваться.

Я быстро нашел свой кошелек с деньгами и обнаружил, что все золото на месте. Вскоре к ним присоединился мой эльг, и я сунул кошелек в карман, не доверяя никому другому распоряжаться своими деньгами.

Я также нашел сердечник льдистого медведя среди других и быстро переложил его в карман.

Последнее, что Адель вытащила из сумки, был еще один маленький кожаный мешочек с четырьмя маленькими круглыми артефактами и запиской.

— Что это? — спросила Адель, роняя маленькие металлические кружочки на землю.

Все они были помечены номерами: восемь, другой тринадцать, а третий семнадцать. Последний был отмечен двумя цифрами, разделенными строчкой семь — двадцать девять.

Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что это такое, но как только пришло понимание, мое лицо расплылось в широкой улыбке.

— Это портальные ключи Заказников, и, похоже, что он даже включил ключ Заказника-пирамиды! — воскликнул я.

Адель тоже несколько мгновений смотрела на них, потом открыла записку и прочитала вслух: «Вы не можете сказать, что я никогда ничего для вас не делал. Актар».

— Конечно, он мудак, — сказала Адель, складывая записку, и при этом улыбалась, — но он наш мудак.

Мы сложили все обратно в сумку, и Адель затянула шнурок, засовывая ее обратно в карман.

— Думаю, нам пора идти, — сказал я, вытягивая руки над головой и разминаясь.

— Да. Нам предстоит долгое путешествие, если мы направляемся на Север, — сказала она, забираясь мне на спину.

Адель устроилась позади, прижимаясь щекой к спине, когда я оторвался от земли, набирая скорость.

— О, а ты уже не такая толстенькая, как когда мы бежали из Нороса, — сказал я покрепче берясь за ее ноги.

Громкий звенящий удар эхом разнесся по пустой аллее, затем наступила тишина.

Content

Мартин Аратои
ТИНАР

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25