Пуничев Павел Михайлович

Клан «Дятлы» на путях Хаоса [publisher: SelfPub]

– Ну вот, – Парацельс указал на особняк, – это ваш дом. Слева от центрального входа, была таверна, справа, подсобные помещения, наверху спальни. В общем, сами разберетесь, держите, – он вложил в мою руку связку ключей, развернулся и исчез в портале.

Сзади нас, из кабака, вывалилась шумная пьяная компания, но я не обращал ни на что внимание. Наконец-то, у нас хоть что-то получилось.

– Ну что, Пахан, – Пофиг хлопнул меня по плечу, – пошли, посмотрим, что нам досталось. Заодно и отпразднуем, сегодня 30 Августа, мне шестнадцать исполнилось…

Его последние слова потонули в звоне разбившегося стекла: землю еще раз сильно тряхнуло, и одно из стекол таверны лопнуло. Не успела земля успокоиться после первого толчка, как за ним сразу прошли еще три сильных сотрясения, одно мощнее другого. После последнего, особняк со стоном осел, а затем с жалостным скрипом правая его стена обрушилась, поднимая клубы пыли.

– Мда, господа, – донесся сзади нетрезвый голос, – вы в полной жопе!

Глава 1

Мои ноги подкосились, и я плюхнулся на мостовую, там, где и стоял… Наш особняк! В самом центре, одного из крупнейших городов Волшебного мира! С таким трудом он нам достался, и как легко он сейчас рушился! Пыль стояла столбом, но, все равно, было видно, что одна из его стен полностью развалилась. Стекло в половине окон лопнуло и осыпалось на землю, наполняя воздух звоном серебряных колокольчиков. Черепичная крыша целыми пластами сползала вниз, разбиваясь от ударов о землю. Но не только это привлекло мое внимание, там, где разрушенная стена упала на землю, происходило странное шевеление. Почва вздыбилась, поднимаясь все выше и выше. Землю тряхнуло так, что все, кто не сидел, повалились на землю. Поднимающийся из земли холм, заняв почти весь небольшой приусадебный участок и достигнув в высоту уровня крыши нашего особняка, остановился в росте. Затем по холму прошла дрожь, отчего вниз посыпалась земля, вырванные с корнем деревья и многострадальные обломки нашего особняка, под которыми оказалось нечто невероятно огромное, черное и блестящее. Что это, я понять не мог, никаких ассоциаций у меня этот предмет не вызывал. Только когда он начал поворачиваться вокруг своей оси, и на нас уставилась пара пламенеющих глаз, у меня мгновенно родилось желание –свалить! Титанических размеров жук, голова которого торчала около нашего дома, открыл свои жвала и заревел. Как ни странно, в его реве не чувствовалось ярости, жажды крови или чего-то подобного. Наоборот, в нем скорее слышалась боль и непередаваемая тоска. Голова жука вновь затряслась, раздался омерзительный хруст, и она, отделившись от панциря, упала на землю. А из тела, так и оставшегося под землей, на поверхность хлынул поток ползунов. Тут были и обычные особи, и раздувшиеся, словно бочки на ножках, и экземпляры вдвое превышающие размерами остальных. Их клешни, охваченные магическим пламенем, каждая размером с половину тела, то и дело вспарывали воздух, разбрызгивая целые водопады искр. Поток чудовищных насекомых разделился на несколько ручейков, выливаясь на улицы города. Группка местных НПС, на свое несчастье оказавшихся слишком близко, моментально была повалена на мостовую и обездвижена. Ползуны-рабочие, без лишней суеты, поволокли их к образовавшемуся провалу в земле. А, завалившая их, группа ползунов, во главе с пламенным гигантом, заметила нас и на полных парах рванула в нашу сторону.

– Ох, еп жеж, – раздался сзади все тот же нетрезвый голос, – Факир! Санть… Сантья… Да тьфу, ты, Санёк! Срочно сюда! У нас проблемы!

Этот голос вывел нас из ступора, и правда, не только у них проблемы. И, видимо, не один я вышел из окаменения, так как прямо передо мной, как по волшебству появился противопехотный еж. Рядом с ним еще один, и еще, перегораживая улочку хлипкой баррикадой… Защита, конечно, так себе, но это лучше чем ничего. Гигант добежал до нее и, наконец, появилась возможность посмотреть, что это за зверь.

Ползун – берсерк. уровень 95. 9500/9500.

урон 400-650.

игнорирование брони 35%.

Умения: обжигающий удар, консервный нож, огненное дыхание.

Блин, не ползун, а дракон какой-то! Ладно, хоть, перед торчащими стальными пиками он притормозил. Чего нельзя было сказать про его более легких спутников. Практически не снижая скорости, они вскочили и начали обползать ежи по стене здания. Первый, особо умный экземпляр, пришел в соприкосновение с новой Добрынинской кувалдой, на длинной, двухметровой ручке, и после недолгого полета, разрозненными частями упал под лапы своих товарищей. Шестидесятый, семидесятый уровень тварей приводил в недоумение. В городе, где средний уровень стражи, под двести, им рассчитывать не на что, их просто изрубят в капусту. Я, конечно, понимаю, что у них не было выбора, они идут туда, куда их пошлют, но Королева должна была понимать, что посылает свои войска на убой. Хотя, не все так радужно: этой самой стражи еще надо дождаться, а когда она нужна, ее, как обычно, нет.

– Пахан, не тормози! – Калян с Майором схватили стоящую у стены поилку для лошадей и выплеснули воду на стену. Я вызвал рядом ледяного габота, и стена тут же покрылась слоем льда. Карабкающийся по ней ползун, коротко матернувшись, сверзился вниз, угодив на заточенные колья. Получив удар поилкой по кумполу, ползун притворился спящим и больше нас не беспокоил. Тормозивший на время, берсерк, наконец, пришел к какому-то решению. Не обращая внимания на отскакивающие от него стрелы, схватил своей клешней сразу несколько стальных прутьев на еже. Клешни завибрировали: двух сантиметровые стальные стержни, раскалившись добела, переломились будто соломинки и попадали на землю. Это бы ладно, прутьев еще много, пока все переломает, мы его всех подручных положим, так ведь нет… До берсерка вдруг дошло, что он может поднять этот кусок шпалы, утыканный прутьями, и уже через секунду, сия конструкция полетела в нас, снося Каляна вместе с уже заряженной Немезидой. В образовавшейся бреши моментально вспыхнула Пофигская магическая стена, но берсерк, будто не замечая, прошел сквозь нее, всей своей тушей нависая над нами. На его, до этого, абсолютно черном теле начали разгораться огненные пентаграммы, полыхая внутренним огнем.

– А ну-ка, малыш, двинь в сторону, – меня схватила ручища, облаченная в зеленую, бархатную перчатку, и бесцеремонно отшвырнула в сторону. Сначала, я подумал, что это наконец-то прибывшие на помощь стражи, но это были не они.

Факир. Рыцарь смерти. Уровень 88.

Группа «Раздолбаи».

Здоровенный мужик, облаченный в простую рубаху, клетчатый килт, и два разных сапога. На руках, как я уже сказал, изумрудного цвета длинные перчатки, судя по цветочному узору явно женские. На голове кожаный шлем, с развесистыми лосиными рогами. На плечах черные шипастые наплечники, источающие фиолетовую дымку, за спиной два двуручных меча.

Сначала до меня не дошло, но через пару долгих секунд я понял, это же не нпс, а самый настоящий игрок! После нескольких долгих месяцев игры, мы наконец-то нашли живых людей. Однако радоваться было рановато: обстановка начала накаляться. Всё сопротивление в округе было сломлено, и в нашу сторону направились еще две группы ползунов. Мужик, не обратив на них никакого внимания, встал напротив берсерка, топнул одной ногой, высоко поднял вторую, а затем топнул и ей, встав в позу сумоиста перед началом боя.

– Куя, куя гун! – взревел он, и застывший было на одном месте ползун, заверещав, бросился на врага. Ползун был быстр, но не достаточно, его пламенеющие клешни вспороли воздух, разбрасывая во все стороны снопы искр. Мужик же, крутанувшись вокруг своей оси, оказался позади берсеркера: оба меча взметнулись вверх и, когда поворот закончился, обрушились вниз. Разрубленный на три куска ползун рухнул к нашим ногам, разбрызгивая раскаленные докрасна внутренности, будто у него лава по жилам текла, а не кровь.

– Серый, давай ускорение: враг мелкий сил много не надо.

Сзади зажужжало, будто здоровенное насекомое, бьющееся в окно. Я оглянулся: за нашими спинами стояло еще два игрока. В лапах одного из них была зажата балалайка.

Серый. Уровень 42.

Группа «Раздолбаи».

Богатырского сложения мужик нетрезво покачивался, но сардельки, заменяющие ему пальцы, метались по грифу словно сумасшедшие. Жужжание нарастало и до меня, наконец-то, дошло, что это композиция "Полет шмеля".

– Во! Самое оно, – одобрил, стоящий рядом с ним тип.

Сантьяго. Уровень 43.

Группа «Раздолбаи».

На руках у него вместо кистей были стальные шары. Он запястьем поправил, съехавший ему на лоб золотой лавровый венок, и махнул нам шаром.

– Не стойте столбом: через три минуты Факир отключится, надо завалить как можно больше тварей.

И он рванул к мечнику, прорубающему сквозь ползунов просеку, но в этот момент «Полет шмеля» закончился, и у нас выскочило сообщение:

Внимание! На вас наложен неизвестный баф: все основные характеристики +10%. ловкость +30. сроком на 1 час.

– Ни хрена себе, а на силу что-нибудь есть?

– Сейчас, сбацаю.

Мы не стали дожидаться начала музыки и рванули на помощь.

То не грозное небо хмурится,

Не сверкают в степи клинки,

Это батюшки Ильи Муромца

Вышли биться ученики.

Раздалось сзади, но нам уже было не до того. Факир размахивал своими мечами так, что глаз не успевал следить за их движениями. Куски ползунов фонтаном разлетались в стороны. Прикрывающий его справа Сантьяго встряхнул руками, и из стальных шаров на его руках выскочили пятисантиметровые шипы. Он с разбегу врезался в ближайшего ползуна и замолотил по нему своим необычным оружием: с первым же ударом над его головой начало наливаться грозовой чернотой маленькое облако. Чем больше он наносил ударов и чем больше их пропускал, тем темнее и больше становилось над ним облако.

За победу их ветры молятся,

Ждут их тернии и венцы,

Разгулялись добры молодцы,

Распотешились молодцы.

Песня все набирала обороты, когда мы врезались в гущу врагов. С последней нашей встречи в замке мы подняли уровней по десять-пятнадцать, и теперь бой получался на равных. Ползуны-усмирители (это те, что плюют парализующим газом), вереща что-то на своем ползунячьем, переминались с лапы на лапу, не решаясь пройти выросшую перед ними огненную стену, а обычные, оставшиеся на нашей стороне, не оказали достойного сопротивления. Мы давили их стеной щитов в сторону огненной стены. Раз в три секунды из-за щитов выныривала глефа или обрушивался Добрынинский молот. Только когда отступать стало некуда, они попытались контратаковать, но в этот миг прозвучали последние аккорды песни.

Эх, да, надобно жить красиво,

Эх, да, надо нам жить раздольно,

Богатырская наша сила,

Сила духа и сила воли.

И на нас навесился новый неизвестный баф: на плюс пятьдесят к силе. Мы уперлись в щиты и затолкали пищащих тварей в огненную стену. Она, естественно тут же погасла, ибо у Пофига кончилась манна. Стоящие за огненной стеной усмирители решили вступить в дело и выпустили в нас струи зеленого дыма. В этот момент огненная стена вновь взметнулась вверх (Ибо Пофиг выпил восстанавливающий эликсир), и попавший в огонь газ, естественно, немедленно воспламенился, обдавая нас потоком огня. Но нет худа без добра: огонь пошел в сторону ползунов и они даже пикнуть не успели, как огонь добрался до их раздувшихся брюшек. Не скажу, что сильнее взрыва я не слышал, но, все равно, когда я очухался, то подпирал стену какого-то здания метрах в десяти от поля боя. Булыжная мостовая жутко давила мне на темечко и я решил поставить себя снова на ноги, когда огонь добрался еще до двух усмирителей: двойной взрыв ползунов, среди толпы своих собратьев, осыпал нас градом хитина и сизых потрохов. Рядом со мной приземлился балалаечник и, пробормотав, что то типа «Тайм аут», отрубился. Я кое-как встал на четвереньки и огляделся. Все, кроме рыцаря смерти, валялись на мостовой. Тот, как ни в чем не бывало, шел на очередного берсеркера, пробирающегося к нам сквозь бушующее на дороге пламя. Сантьяго, над головой которого уже грохотала настоящая буря, пристроился, справа от него, а мы, кое-как собрав воедино свои части тела, вновь стали выстраиваться слева. Мелькавший в огне силуэт выбрался на открытое пространство. Но он был не один: за ним шел второй, затем третий и четвертый, на пятом ползуны берсерки закончились. Отряхнувшись, словно выбравшиеся из воды псы, усмирители стряхнули с себя капли жидкого огня, и направились к нам. Но, вновь на их пути встал рыцарь смерти. Он впечатал одну ногу в мостовую, так, что земля затряслась, поднял вторую.

– Куя, куя…– он застыл в шатком равновесии, а потом просто рухнул лицом на мостовую.

– Факир был пьян, и фокус не удался, – пробурчал Сантьяго и вышел вперед.

– Куда ломанулись гниды пархатые? Сидеть! – громыхнул он, бросившимся было к нему берсеркерам.

Лапы у тварей подломились, и они рухнули на колени или как там у них называются сочленения лап?

– Вы на кого долбоклюи жвала свои разеваете!? На кого буркалы пучите!? Всю жизнь косоглазыми ползать будете, с клешнями задом наперед!

На последних его воплях из грозового облака над его головой ударило пять молний, а туча тут же растаяла. Глаза тварей моментально разъехались в разные стороны, а клешни с хрустом стало выворачивать им за спины.

– Господа, – обратился дебафер к нам, – у нас сорок секунд, не тормозим.

Голова еще не переварила увиденное, а ноги уже несли меня вперед. Пришло время использовать что-то новенькое, а, как известно, все новенькое – это хорошо забытое старенькое. Как-то, еще проживая в замке, я обращался в жука-скоробея: медлительная и, в общем-то, бестолковая тварь, но его клешни, больше похожие на гидравлические резаки для металла, это нечто. Щелчок пальцами, и рядом со мной появляется жучара шестидесятого уровня. Манны на его поддержание у меня хватит секунд на тридцать, но, как я понял, больше у нас и не будет. Еще один щелчок: я лечу пузом на булыжную мостовую, в полете начиная превращение в такого же жука. Сообщение о том, что я не могу превращаться в то же существо, что уже было мной призвано, совпало с соприкосновением моего бренного тела с булыжной мостовой.

– Этот у вас, что, припадочный? – услышал я чей-то вопрос.

– И-И-И-и-и-и…– не согласился с ними я, пытаясь в своей книге призыва найти что-нибудь подходящее, для этого случая.

– Ну, так, временами…– ответил кто-то голосом Каляна.

– Но жук его хорош, вон как лихо Берсерку лапки отчекрыживает, – в кои-то веки поддержал меня Пофиг.

«Точно! – вспомнил я,– и почему я никогда раньше не пробовал превратиться в ледяного габота? Ведь это мой самый надежный и эффективный помощник последние несколько месяцев!» Вспомнив, что ледяной габот после вызова не может передвигаться, я вновь разбежался и прыгнул прямо под лапы, никем не атакуемого, Берсерка. Сообщение о том, что я не могу пока превращаться в магических существ, совпало по времени с очередным соприкосновением моего бренного тела и булыжной мостовой.

– Ну, я бы сказал, по большей части… – голосом Каляна, исправился отвечающий.

– М-м-м-м-м-х-х-и-и-и… – не согласился с ним я, кое-как поднимаясь на четвереньки и вытаскивая меч. Хрен с ними, с превращениями, какая-то погода сегодня не летная… Так, по старинке, лапы таракану-переростку пообкарнаю.

Оказалось, что пока я с безоглядным мужеством сражался с булыжниками мостовой, четверо из пяти берсерков, лишились своих лап. А вся толпа, включая трехметрового огра, несется на берсерка, около которого лежу я. Как я умудрился убраться с их пути, не знаю. Уже через полсекунды от ползуна во все стороны только ошметки полетели. Я вскочил на ноги и, отвесив воздуху пару сокрушительных ударов, завопил:

– Ха! Мы сделали вас! Слабаки!

В этот момент огненная стена вновь погасла, насколько хватало глаз: вся улица, за ней, была заполонена ползунами. Огнеупорных берсерков там не наблюдалось, но остальных было такое количество, что глаза разбегались, и все они смотрели в нашу сторону. Над городом разнеслось слитное шипение сотен глоток, и они бросились к нам.

– Вот жеж … – давясь очередным эликом, просипел Пофиг, и огненная стена вновь взметнулась вверх. Но в этот раз она не смогла остановить разбушевавшуюся толпу. Ползуны обползали ее по стенам домов и, превращаясь в живые факелы, прорывались прямо сквозь нее.

– Отступаем, проорал я, взваливая на себя, все еще лежащего без сознания, барда. Добрыня засунул подмышку рыцаря смерти и рванул вслед за нами. Но далеко мы убежать не успели. С другой стороны дома настоящей лавиной высыпала целая толпа членистоногих.

– В таверну! – завопил Майор, своим примером показывая нужное направление. Мы кое-как протиснулись в узкие двери, и Пофиг тут же запечатал вход огненной стеной.

– Перерыв, – простонал я, валясь на пол.

Дверь узкая, на окнах мощные решетки, можно отдышаться.

– Что, наш юродивый, в натуре опять жмуриком прикидывается? – проскрежетало у меня над ухом, – я тут хавчик ваш, что местный чепушила едой называет, заныкал. Но я, на вашем месте, хавать его поостерегся, с толчка потом неделю не слезете.

Я оглянулся. За столом, вся как-то скособочившись, сидела уродливая крыса. Кое-где на ее морде клочками торчала шерсть, в других местах она была покрыта чешуей. Один глаз был настолько выпучен, что казалось, он сейчас выпадет из глазницы. Левая лапа заканчивается культей, в правой кружка чуть ли не с крысу размером, все тело покрыто какими-то рисунками, на спине не слабых размеров горб.

– Чё уставился, болезный? Понравился что ли?

– А-а-а-а, крыса говорящая! – завопил я, пытаясь отползти подальше.

Кружка с грохотом опустилась на стол, а то, что я сначала принял за горб, расправилось, превращаясь в кожистые крылья.

В единственной лапе создания, мелькнул кухонный нож.

– А вот за крысу ответишь, козлина, – прошипел монстр, наступая на меня. Полутораметровое создание с расправленными крыльями, выглядело внушительно, не смотря на то, что они были дырявыми в нескольких местах. Я, наконец, догадался посмотреть его свойства.

Торжан-фенченкрыл (Феня). Проклятый сумчатый дракон. Уровень 12. Питомец (группа Раздолбаи).

– Феня, успокойся, он не хотел тебя обидеть, видишь, товарищ не в себе. Припадочный он, – тихо, чтобы я не услышал, добавил Сантьяго, вставая между нами.

– Еще один? А то Факира нам одного было мало. Дракон плюхнулся на стул и вновь присосался к своей безразмерной кружке.

Тем временем у дверей началась толкучка. Огненная стена вновь улетучилась и через установленного в дверном проеме ежа в таверну начали пробираться первые ползуны. Стекла на окнах, под их напором треснули, но кованые решетки пока держались. Сантьяго плеснул барду в лицо водой и отвесил пару пощечин.

– Серый, хорош валяться, нас демоны замуровали, нужно прорываться отсюда. Эта процедура мало помогла, но через пару секунд все, включая Серого и Факира, были на ногах. А над городом продолжал греметь набат, мерзкий звук, наверное, и мертвого из могилы поднять бы мог.

Наконец игра отреагировала на беспрецедентное нападение.

Внимание! Внимание! Внимание! На Другмир совершено нападение! На город напал авангард армии ползунов. Замечены прорывы у северных ворот, на центральной аллее, возле ратуши, два около герцогского замка, на улице мастеров и в квартале красных фонарей. Также зафиксировано нападение на рынок и воинский лагерь.

Жители Другмира, приказ герцога: оставайтесь в своих домах, поднимайтесь на чердаки или прячьтесь в подвалах. Баррикадируйте двери и окна. Городская стража займется зачисткой улиц.

Всем пришлым, приказ! Вооружаться и идти на помощь стражам и военным! Пробивайтесь к герцогскому замку для получения новых приказов! С этого момента опыт за убийство ползунов увеличен в три раза. За каждого убитого врага, в случае предоставления доказательств, будет выплачено вознаграждение! Все на защиту родного города!

– Вот блин, правители, что у нас, что здесь, все только о себе думают. Чуть что, все на защиту дорогого герцога.

– И не говори, – согласился со мной Сантьяго, – я бы лучше квартал красных фонарей защищать пошел, это как-то перспективней…

Наш, безусловно, интересный разговор был прерван страшным грохотом. В дверь, давя своих и чужих, протиснулась голова гигантского ползуна. Осмотрев таверну, она прицелилась и плюнула в нас кислотой. Мы с Сантьяго откатились в разные стороны, но часть кислоты попала на дракона. Тот смахнул с себя жгучие капли и, пошатываясь, вновь выбрался из-за стола.

– Ну-ка, мелочь, прочь с дороги, сейчас я этого фраера до хрустящей корочки прожарю.

Он со свистом втянул в себя воздух, увеличившись при этом чуть ли не вдвое, и выпустил струю пламени в сторону ползуна – гиганта. Вернее струя не получилась, пламя расплескалось во все стороны, не причинив никакого вреда ползуну, но спалила усы дракона, которые невесомым пеплом осыпались на пол. А струя пламени, пролетев полметра, бесследно растаяла в воздухе.

– Вот дьявол, – ни сколько не смутившись от случившегося, пробормотал Феня, – выпивка слишком слабая, вот помнится после гномьей горилки, такое пламя было – закачаешься…

Раздался громкий треск и гигант, вместе с выломанным косяком, стал протискиваться внутрь. Пофиг вылакав очередной флакон манны, запалил огненную стену прямо под ним. Естественно деревянные полы и занавески на окнах моментально вспыхнули. Секунда и огонь добрался до потолочных перекрытий. Обстановка явно начала накаляться.

– Твою-то мать, Пофиг, правильно ведь говорят – спички детям не игрушка!

Буквально через несколько секунд половина таверны была охвачена пламенем.

– Тут должна быть задняя дверь, давайте к ней!

– Не суетись салага, – громко рыгнув, прогундосил Феня, там тоже наверняка эти гады ползучие, – давайте за мной: дракон всех в очередной раз спасет.

Видимо стоять на ногах он уже не мог, поэтому свалился на три лапы и чисто по крысиному побрел за стойку. На ходу сумка на его животе раскрылась, и на пол повалилась разнообразная столовая утварь. Кружки, ложки и даже сковорода.

– Феня! – возмутился Серый – ты опять за старое? Сколько тебе говорить не греби ты себе все, что плохо лежит, а то и без второй лапы останешься.

– А чё такого? Хозяин – гад, сбежал, а здесь все равно эти умники, – кивнул он на нас головой, – все подожгли, никаких следов не останется…

Он дохромал до люка в полу и, кое-как откинув крышку, пригласил, – добро пожаловать, – и первый нырнул в темноту.

– Пофиг, зажигай свой маяк и вперед.

Когда мы все спустились вниз, пожар наверху полыхал уже вовсю. Не успели мы закрыть за собой крышку, как послышался сильный треск и грохот. Земля вздрогнула, сквозь щели в досках, вниз стали пробиваться струйки белого дыма.

Майор безрезультатно попробовал приподнять крышку, – видимо крыша обрушилась, – сказал он и махнул рукой, – пошли, вроде там еще одна дверь.

– Здесь должен быть подземный лаз за пределы города, его местные бандиты вырыли, – сказал Серый, – мы в таверне должны были с одним типом встретиться, дней уж как десять, наверное. Но он так и не появился. Мы почти весь алкоголь у хазяина таверны вылакали, пока ждали. Вот он нам и поведал, что этим ходом контрабандисты пользуются, что бы в город проникать в обход городской стражи. А вообще вы как тут оказались? Мы уж думали, нас одних сюда занесло, не знали, что уже…

Его слова прервал вскрик впереди идущего Пофига. Мы углубились в тоннель буквально на пятьдесят метров, который, кстати, был вовсе не похож на выкопанный впопыхах уголовниками. Высокий и широкий проход, со сводчатым потолком. Стены и пол аккуратно выложены кирпичом. Конечно, кругом полно пыли и паутины, кое-где сквозь расшатавшуюся кладку осыпалась земля, но все равно во всем чествовалась рука мастера. Недалеко от одной кучи обрушившихся камней Пофиг и затормозил, указывая вперед. Я разглядывал открывшуюся панораму, выглядывая из-за Добрыни, которому, не смотря на неслабые габариты, даже не приходилось здесь пригибаться. Около кучи камней лежал труп человека с размозженной головой.

– Судя по одеже, это наш корчмарь, – шепелявя из-за отсутствия передних зубов, пробурчал вылезший вперед Феня, – только у нашего голова целее была, когда он из таверны тикал.

Мы подошли ближе, и тело хозяина таверны начало подниматься.

– И-и-и-и! – раздался тонкий женский визг.

– Пофиг, кончай вопить ты, что никогда трупов ходячих не видел?

Но это был не зомби. Это камни, на которых лежал труп, начали ползти друг к другу, собираясь в кучу. В конце концов, тело свалилось на пол, а из камней начала образовываться человекоподобная фигура. Мощные колоннообразные ноги, пяток камней изображающих руки, непонятно как крепящиеся к булыжнику груди. Вот последний камень влез на свое место, утвердившись на самом верху. Он повернулся на сто восемьдесят градусов и на нас уставились жуткие, голубые глаза. Ну, глаза-то, скорее всего, были обычные – человеческие, но вырванные из головы трупа, висящие на каменном лице, и непонятно как к нему прикрепленные, они буквально нас парализовали.

Очнулись мы только после того, как получивший мощный удар Добрыня, сложился пополам и свалился на пол. Я еле успел отскочить, что бы ни быть придавленным огромной тушей.

Каменный голем. Страж. Уровень 70. 8000/8000.

– Майор, щиты! Прикрываем остальных! Калян Немезиду!

Над моим ухом пронесся огненный шар, влепившись голему в голову. Жуткие глаза лопнули, но видок у голема от этого не стал краше. Борясь с приступом тошноты, я выхватил из инвентаря здоровенный щит и рванул на помощь Майору, сотрясающемуся от мощных ударов каменюки. Мой щит был почти неподъемный (я его начал делать для Добрыни, из панциря здоровенной черепахи), но сейчас это было очень кстати. Уперев нижний, зубчатый край в пол, я был закрыт им почти до самой макушки.

Сзади раздалось треньканье балалайки, и что-то типа:

Броня крепка, и танки наши быстры,

И наши люди мужества полны…

– Пахан, – одновременно донесся сзади голос МарьИвановны, – у него семидесяти процентная защита от физического урона. Пятьдесят процентов от огненной, воздушной, водной и иммунитет к магии земли!

Ни хрена себе, час от часу не легче. Майор уже еле на ногах стоит осыпаемый градом ударов, а на меня он внимания не обращает. Еще один удар и Майор свалится на пол. Свистнуло копье из Немизиды и голем от удара делает два шага назад. Отлично, теперь габот. Как обычно, почти мгновенно проявившись из тумана ледяной габот запустил замораживающую волну. На голема это повлияло откровенно слабо, но плюющий ему в спину червь, начал снимать с того первые хэпэшки. Неожиданно вперед вылетел Сантьяго, но примерзнув к обледеневшей земле, от неожиданности свалился под ноги голему. Мощный пинок и дебафер, пролетев над нашими головами, врезался в группу эльфов, до этого безуспешно пытавшихся атаковать голема стрелами. Что-то все идет не так, половина отряда полегла, так ничего не сделав. И тут над ухом раздалось знакомое «куя, куя гун!». Это припадочный рыцарь смерти опять начал свой идиотский сумоистский ритуал. Топнул одной ногой, впечатывая ее в пол, затем второй, присел на корточки… Выхватил двуручники и юлой завертелся вокруг голема, выбивая из того каждым ударом, снопы искр. Более медлительный голем никак не мог попасть по подвижной цели. В итоге потеряв около трети хп голем просто сел на пол, закрыл голову руками и превратился в обычный кусок скалы. Мечи, жалобно гудя, все так же выбивали из него искры, но количество теряемого им хп практически сошло на нет. Да и пляска мечей продолжалась не долго, как и тогда там, на верху, Факир вдруг резко остановился и рухнул на пол.

– Бензин, наверное, закончился, – подумал я, прикидывая, что же делать дальше. Голем опять начал подниматься, а бить его уже и нечем.

…Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин

И первый маршал в бой нас поведет!

Услышал я последние слова песни и меня словно накрыло прохладной волной.

На вас наложен неизвестный баф. Защита от физических атак 30% на 10 минут. Урон +10% на 10 минут. Шанс критического удара +5%.

Точно, обращение-то я сегодня еще не использовал, а с такой прибавкой к моей собственной защите…

– Зигзаг, отвлеките эту каменюку на пару минут, смотрите только клювы об него не обломайте. Стайка птиц налетела на ходячий камень, долбя ему затылок своими клювами. Я, пихнув в сторону начавшего подниматься Добрыни щит, опять прыгнул на пол. Слава богам в этот раз все получилось, и приземлился я уже на все триста сорок маленьких лапок. Жук-скоробей и сам обладает отличной защитой, да плюс 10% от нашего штандарта, да 10% от умения моего питомца, да плюс временный баф… До 95% защита поднимется, до местного максимума. Я, споро перебирая ножками, бросился к разбушевавшейся каменюке и без всяких политесов вцепился своими клешнями ему в ногу. Голем не остался безучастным и с грохотом опустил на мой панцирь свой каменный кулак.

По вам нанесен удар 150. Броней заблокировано 142. Вы получили урон 8.

По вам нанесен удар 160. Броней заблокировано 151. Вы получили урон 9.

Я залез в настройки и убрал лишнюю детализацию.

Вы получили урон 7.

Вы получили урон 9.

Удары посыпались один за другим, и я отключил сообщения совсем, оставив только сообщение о спустившемся до 20% здоровье. До голема видимо дошло, что так он будет долго ко мне колотиться. Он сложил кулаки вместе и ударил всем весом тела. Что-то хрустнуло и передо мной опять почему-то выскочило сообщение.

Вы получили критический удар 42.

Я разозлился и вцепился ему в ногу и второй клешней. Но тут, как говорится в пословице: "Нашла клешня на камень…". Как бы сильно я ее не сжимал, максимум, что у меня получилось, это оставить на ней пару царапин. Сверху обрушился еще один удар, и снова треск. Я взбеленился, отжавшись от пола одной клешней, второй отчекрыжил у голема пару кусочков гравия, почему-то болтающихся у него меж ног. Не вовремя вернувшийся на поле боя Сантьяго получил мощный удар в грудь и отправился в очередной полет, в этот раз, приземлившись на барда, который уже начал накладывать на нас новый баф. Я, тоже получив страшный удар второй ногой, отлетел в сторону, а голем забегал кругами, странно дергающейся походкой. Чего ж я ему такое отстриг-то важное, что его так переклинило? Я уж снова хотел броситься к нему, но вдруг вспомнил об одной штуке.

– Как же я блин о ней все время забываю? – Проскрежетал я. Слава богам и в этом обличие мне был доступен режим Мастера – ломастера. В пещере вдруг стало совсем темно, но зато все предметы покрылись небольшими разноцветными циферками, а у голема на теле отчетливо проступили области, по которым проходит критические удары. Конечно, это были места соединения камней (мог бы и сам догадаться), они были отмечены желтым и оранжевым, значит, там возможен пятикратный урон. И, что самое интересное, на груди небольшая впадина была помечена красным. Точняк! Майор, когда своих големов делает, все время что-то в грудную клетку вставляет.

– Калян! Добрыня! Бейте ему в грудь, – проорал я, но конечно из моей пасти донеслись не вопли, а настолько противный хруст и скрежет, что оставшихся в сознании союзников передернуло, как от удара тока, а их волосы поднялись дыбом.

– Пахан, заткнись, – процедил сквозь зубы Калян, – а то я тебя самого застрелю!

– Ай, не хотите как хотите, – проворчал я, вызвав очередную волну судорог, – я сам все сделаю. Я, быстро перебирая ножками, рванул в сторону скачущего по тоннелю голема. В этот раз я дотянулся до "коленного сустава" бедолаги и из-за всех сил сжал клешню. Заскрипело, захрустело и клешня медленно, но верно начала сжиматься. Голем тоже не стоял без дела, вколачивая неподатливое жучиное тельце в древнюю кладку пола. Но тут хрустнуло особенно сильно, и половина ноги голема откатилась в сторону. Мои глазки, вылезшие из-под брони, радостно затрепетали на тоненьких стебельках, за что и поплатились. Половина их тут же была размазана по хитину, каменным кулачищем. Я завопил от боли, зло глянул на него оставшимися восемнадцатью глазами, и нацелился на его вторую ногу. Но эта трусливая скотина, сильно кренясь на один бок, стала отползать от меня вглубь тоннеля.

– Куда намылился? – Не понял я.

Разогнавшись, я прыгнул вперед и вцепился в его здоровую ногу. Руки не смогли ее оторвать, и я впился в его ногу зубами. Зубы заскрежетали по камню, а мой рот наполнился песком и мелким гравием. Мой рот? Черт, время обращения внезапно закончилось. Я медленно поднял голову и уставился на лицевую сторону големской головы повернувшуюся ко мне.

– Ээ, здрасти?

Удар, прилетевший после этого мне в голову, даже сравнить было не с чем. Последнее, что я успел прохрипеть, выплюнув лишние зубы: "Бейте в грудь".

Глава 2

Вселенская тьма мерно плескалась вокруг меня, мягко убаюкивая мою израненную душу. Легкий ветерок шелестел рядом, напевая свою колыбельную. Нирвана, вот ты оказывается какая…

Но что-то мне все-таки мешало. Два знакомых человеческих голоса.

– Да нет, – произнес ПалМихалыч, – говорю тебе, он выкарабкается.

– Ага, щаз, откинет копыта, а точки возрождения только две. У северных ворот и у постоялого двора. А там везде этих ползунов тьма тьмущая, вот они обрадуются, приберут к себе нашего идиота, на прокорм Королеве.

– Нет, я сказал, он не …

Я дернулся и голоса пропали, но взамен их послышались новые.

– Все что ни делается, конечно, к лучшему, но… Сколько я не бился, ничего не получилось. Я просил, что бы нас куда-нибудь поближе к центру отправили работать, в Тамбов там или хотя бы в Хабаровск, но нет. Сослало нас начальство в самую Тмутаракань. Так я и стал директором Магнитовского РЦ по штату Нью-Йорк. Дыра страшная. Ни техники, ни компьютеров, полная разруха в общем. Но вот пару месяцев назад, до нас, наконец-то добралось новое оборудование. Несколько вирт капсул, через которые во всем мире уже давно все управляют рабочими процессами. Техники все нам настроили и мы с Александром, он наш главный инженер, туда полезли… И все. Очнулись уже в замке. В стенах трещины, свет мигает, сидим, ничего понять не можем – где мы? Пошли бродить по коридорам. В некоторых комнатах освещение нормальное было, только полы немного наклонные, а так нормально. Нашли лестницу, внизу она разрушена была, вот мы и поднялись наверх. А там такая красота. Лес кругом, небо лазурное, вдалеке горы голубеют, а замок, разрушенным краем прямо в лесном озере стоит. Вниз глядим, а там, на небольшом островке, шалаш и бабка какая-то кругами скачет. Мы ее окликнули, а она нас как увидела, заголосила дурным голосом, тут мы в первый раз и умерли. Очнулись, опять та же комната. Я вообще в недоумении. А Санек почесал репу и говорит, мол, это игра, я в такие по молодости играл. Вот только, как нас сюда занесло не понятно. Долго сидели, разбирались, что к чему. Кнопки выхода не нашли. Ни чата, ни связи с администрацией нет. Стали искать выход из замка. А он, одной стороной попав в озеро, наклонился, ворота переклинило открыть мы их так и не смогли. Пока бродили по замку набрели на столовую, там все кувырком, всю мебель к одной стене снесло, и какой-то агрегат на стене моргает. Мы к нему и так и эдак, ничего не получается. Ну, тут Санек и говорит: "Мда, без ста грамм тут не разберешься". А аппарат ему в ответ, – чего желаете? Оказалось, что это синтезатор пищи, ну и напитков тоже. Мы по стопке жахнули и, прихватив с собой салатики опять на крышу пошли. Только и тут облом. Пока мы внизу бродили, на крышу гарпия прилетела, и уже даже гнездо вить начала. Нас увидела, как заорет, как набросится на нас, а много ли нам надо? У нас первый уровень, у нее сто шестидесятый, нам одного удара хватило на двоих. Ожили, побродили по замку, ни окон, ни дверей не обнаружили, что бы из него выбраться, зато на чердаке нашлось несколько бухт канатов. Дождавшись пока гарпия от нас отвернется, пробежали к ближайшей башне и спрятались за ней. Смотрим вниз, а там какие-то дикобразы здоровенные ползают. Они нас тоже как-то заметили, и давай свои иглы в нас метать. Санек одну глазом поймал и опять помер. Я же попытался незаметно до другой стены добежать, но гарпия меня все равно заметила… В общем, мы так еще полдня бегали, по очереди гарпию отвлекали, что бы второй успел канат закрепить, даже ловкость по единичке подняли. В конце концов, закрепили канат, сползли вниз. А там какой-то ядовитый туман. Две секунды и нас снова нет. Ну, тут мы чет взгрустнули и вплотную занялись познанием окружающего мира…

– Бухать они стали, как черти, – поправил кто-то рассказчика глухим басом.

– Ну, я так и сказал. Познанием мира занимались мы дня два, пока в замке Факир не появился…

– Судя по тому, что вы оба совсем синими были и по количеству разбросанных кругом косточек от вишневого варенья, которым вы почему-то вискарь закусывали, бухали вы не меньше недели.

– Ну, может и неделю, зато мы таким способом выносливость на две единички подняли, и сопротивление ядам на три, что потом нам очень пригодилось. Где-то в эту неделю мы зарегистрировались в игре, правда, единственное, что мы смогли сделать, это вписать свои ники. Как видите, я в таком состоянии не больно блеснул оригинальностью. Санек же, как протрезвел, очень своему нику удивился. Ведь Сантьяго это Святой Яков и к Саше никакого отношения не имеет. Ну да ладно, как получилось, так получилось, а дальше дела пошли поинтереснее. Первым делом Факир предложил уговорить гарпию пустить нас на крышу, и сказал, что понадобится наша небольшая помощь. Небольшая, ха! Я как вспомню, так вздрогну. Часть крепости, что в озеро попала, разрушилась, мы набили полные сумки щебенкой и поперли, вперед и с песнями. По очереди выходили на крышу и когда гарпия на нас агрилась, швыряли в нее камни. Мы, как правило, не больше одного раза успевали бросить, пока она к нам летела. Потом естественно умирали. Дальше следующий выходил, и все повторялось по новой. Факир еще успевал ей мораль прочитать, на счет добрососедских отношений. И такая круговерть два с половиной дня. Ели на ходу, спали по очереди, по паре часов. Треть хп мы ей отбили, когда она не выдержала, обматерила нас последними словами, собрала свои манатки и улетела. Было безумно жалко не доставшегося опыта за ее убийство, но с другой стороны не знаю, смогли бы мы продержаться еще пять дней в таком темпе. Мы за эти двое суток по пять, шесть очков силы и ловкости подняли, да еще по паре в выносливость. Отсыпались потом сутки, но зато, крыша была наша. Не сильно это нам помогло, конечно. С одной стороны озеро, с другой дикобразы, каждые пять секунд пуляющие своими иголками, с двух других, болото с ядовитыми испарениями, но хотя бы можно было на свежем воздухе погулять. К тому же кикимора, что на острове жила, в шалаш свой залезла, и мы решили искупаться. Хорошо, что у нас выносливость за эти дни повысилась, рыбы нас не сразу съели, но пообкусывали знатно, еле-еле успели по канату от них удрать. Но зато стало понятно, как нам начать качаться.

Раннее утро, быстрый взгляд на озеро.

– Все, бабка к себе в шалаш залезла, можно начинать. Сантьяго, Факир, веревки за борт, начали!

– Не называй меня так, – в два голоса проворчали две жертвы неуемной фантазии. Сам давай, ты же наживка.

Это точно, вздохнув, проверил крепость узлов и стал спускаться вниз. Рядом с двух сторон от меня, спускаются товарищи вооруженные двумя черенками от швабр, с привязанными на концах кирпичами. Зависли в полуметре от воды, ждут.

– Ладно, я пошел, – спускаюсь ниже, погружаюсь в воду по колено, начинаю шевелить пальцами ног. Ай! Выдергиваю ногу из воды, на большом пальце, вгрызаясь в него словно бульдог, висит рыбина.

Окунь. Уровень 9. 220/220.

– Моя! – вопит Факир, со всей дури лупя импровизированной дубиной по рыбине. Рыбина падает оглушенная, но Факир по инерции переворачивается вниз головой, выскальзывает из петли, и помирает загрызенный братанами оглушенной рыбины. Та, поплавав пару секунд вверх пузом, очухалась и скрылась в глубине.

Ждать возрождения Факира не стали, продолжили рыбалку. Опять нога в воду и очередной окунь, трепыхаясь и понемногу отгрызая мне хп, был вытащен из воды. Сантьяго учел негативный опыт Факира, одной рукой держась за канат, второй из-за всех сил врезал по рыбине. Но одной рукой по ней он не попал…

Вам нанесен критический удар 48. 54/240. На вас наложен дебаф: перелом – скорость передвижения -80%. На вас наложен дот: внутреннее кровотечение -5 хп в течение 60 секунд.

Про то, что очередная рыбина опять уплыла, говорить не буду, лично мне тогда было не до того. Десять секунд и я отправился на перерождение. Зато когда я поднялся на крышу, со жгучим желанием убить одного криворукого игрока, Сантьяго, спрятавшийся от меня на башне, зачитал интересное сообщение:

Поздравляем! Вы получаете достижение: бей своих, чтобы чужие боялись. Нанеся другому игроку увечье и наложив на него смертельный дебаф, вы научились вселять страх на окружающих существ, тем самым твердо встав на путь тайного дебафера.

Класс дебафер +1. С этого момента вы можете накладывать дебафы на существ (умение*5+5уровня).

Что это значит, мы кое-как сообразили, но как этим пользоваться у нас не было не малейшего понятия. Ну, да и ладно, время идет, а вредная бабка вечно сидеть в хижине не будет.

Не очень раннее утро, быстрый взгляд на озеро.

– Бабка все еще спит, начинаем.

Добавив в снаряжение еще пару веревочных петель, которые не дадут нам перевернуться во время удара, мы поползли вниз. В этот раз приманкой был Факир. Не прошло и пары минут, как очередная рыбина жевала его ногу. Мы замахали самодельными дубинами, но этот горе рыбак, каждый раз, в последний момент успевал отдернуть ногу, рефлекторно спасаясь от наших ударов. В итоге мы с Сантьяго ударили одновременно. Дубинки встретились в воздухе, раздался хруст и две их половинки, с громким всплеском, ушли на дно.

Очень не очень раннее утро. Быстрый взгляд на озеро.

– Бабки нет, поехали.

Сейчас мы были вооружены последними двумя черенками, с прикрученными к ним вилками, которые мы нашли на кухне. Получились примитивные остроги, с уроном три-пять. Но они были гораздо легче дубин, и бить ими можно было в два раза чаще. Сантьяго засунул ногу в озеро, мы с Факиром замерли по бокам.

– Ёж моё! – разнеслось над озером, и Санек вытащил из воды ногу, которую жевала щука десятого уровня.

Мы ожесточенно начали тыкать в нее вилками, впрочем, без особого успеха, острия в основном соскальзывали с плотной чешуи. А те редкие удары, которые все же проходили, наносили рыбине по одной единичке урона. Но мы все равно продолжали ожесточенно колоть ее и не заметили, что над головой Сантьяго стало набухать небольшое грозовое облачко. И вот, когда у него оставалось уже не больше двадцати процентов хп, бледный от боли Сантьяго не выдержал.

– Да чтоб у тебя плавники отсохли, крыса в рыбьем обличье! Чтоб у тебя чешуя облезла и зубы повыпадали!

Громыхнула мини молния, и щука, теряя по пути чешую и зубы, плюхнулась в воду, слабо трепыхая отсохшими плавниками. Секунд пять мы сидели, не веря своим глазам, затем щука начала оживать, плавающие в воде чешуйки начали прилипать опять к ее телу, а мы так и сидели, хлопая глазами. Первый очнулся Сантьяго. Схватил еще не до конца ожившую рыбину, зажал ее хвост в зубах, и быстро полез наверх. Мы полезли за ним, услышали вопль, а перевалившись через парапет, увидели только прыгающую по крыше щуку.

– Ага, – вклинился другой рассказчик, – зараза изогнулась и цапнула меня за пузо, а у меня и так хп не было, вот и помер.

– Ну, это ничего, я ее острогой к крыше прижал, а Факир затыкал ее вилкой до полусмерти. Тут и злой Сантьяго из комнаты возрождения прискакал, с табуреткой наперевес, одним ударом её добил. Опыта дофига нам отсыпали, сразу на два уровня хватило. Мы малань радостно попрыгали и опять к парапету.

Полдень, быстрый взгляд на озеро.

Молния бьёт меня прямо в темечко, и я ухожу на перерождение.

– Млин, – сказал я в пустоту комнаты перерождения, – бабка из шалаша вылезла.

– Спасибо, мы уже поняли, – донесся голос Факира.

– Ага, злобная старушенция, – подтвердил Сантьяго, – а рыбалку, до вечера, придется оставить.

– Зато, будет время подготовиться и сделать все профессионально. Пошли, у меня тут кое-какая идея появилась.

На чердаке нашлось все что нужно: пяток толстых досок, бруски, пара бухт канатов, здоровенные крюки. И работа закипела. На доски поперек положили бруски, и все это крепко перевязали веревками. По углам привязали канаты, получилось, что то вроде подвесной платформы, с которой на небоскребах окна моют. Стоило бабке снова скрыться в своем шалаше, как мы, кряхтя и сопя, перевалили платформу через край крыши и спустили почти к самой воде. И рыбалка началась: засовываешь руку в воду, на нее сразу стая окуней набрасывается, выкидываешь их на платформу и булыжниками долбишь. Красота! К ночи до десятого уровня поднялись. Увлеклись, правда, немного, очнулись опять в комнате перерождения. Эта ведьма молнией нас спалила вместе с нашей платформой. Мы-то хрен с ним, а вот платформу жалко было: досок больше нет. Ну да делать нечего, пошли по замку, с директорской ревизией, и стали все что ни найдем на склад стаскивать. Канаты, несколько бухт стального троса, ведра, небольшие бочонки, тяжеленный лом, кузнечный инструмент, в общем, собрали все что можно, наделали факелов и в подвал полезли. Дверь туда закрыта была, но часть пола, что в озеро попала, разрушилась, там и пролезли. И почти сразу померли. В воде полно голодной рыбы оказалось, ее от озера стенками замка отгородило, вот она там и бесновалась.

– Что делать будем? – поправляя превратившиеся в лохмотья штаны, поинтересовался Факир. Лаз в подвал маленький, до воды далеко, вытащить рыбу на пол не получится. Оглушить бы ее чем-нибудь. Нитроглицерин никто в домашних условиях делать не умеет случайно?

– Из пары сотен лимонов можно батарейку собрать, долбануть рыбу электричеством, только меди и цинка у нас нет…

– Водка! У нас водка есть! Наберем пару ведер и в воду плеснем!

– Водку? Вылить в воду? Да я тебя!

– Спокойно, Санек, спокойно, можно не водку. Помнишь, мы как-то с тобой под селедочку уксус брали, так нам гребаный аппарат уксусную эссенцию подсунул. Восьмидесятипроцентную. Мы тогда еще пару дней с обожженными глотками ходили.

– Точно, было дело, пошли, попробуем.

В итоге мы до вечера мучили агрегат, заполняя три самых больших бочонка уксусом. Затем все это вылили в подвальную воду. Как результат, горка дохлой рыбы, по четыре уровня на рыло и достижение – эксперт ядов, с увеличением поражения ядами на пять процентов. Правда, теперь мы сами получали урон, спускаясь в эту воду, так что пришлось возвращаться к агрегату, в этот раз уже за содой… В общем ближе к полуночи, когда пена наконец осела, добрались до середины подвала, там уже сухо было, выглянули из-за очередной стены и опять умерли. Как и почему не понятно, только в логах было написано, что нам нанесли по полмиллиона урона, магией разума. Мы так прикинули, покумекали, и решили, что нам и без подвала неплохо живется, и пошли дрыхнуть. На следующий день опять по очереди насиловали аппарат, добывая из его нутра уксус, и вечером благополучно слили его в озеро. Пара мелких рыбешек, да пяток зеленых лягух, вот и весь наш улов после этого. Вся более-менее крупная рыба просто отплыла подальше от замка и все. Зато на это безобразие приплыла взрослая лягушка, тридцатого уровня, как она нас потом своими лапками гвиздила, вспоминать страшно.

Напоследок схлопотав по маковке очередной молнией от злобной старухи, мы пошли на сеанс медитации и познания гармонии мира. Я еще с одной из стен балалайку эту снял, для полной гармонии.

– Нажрались, в общем, они опять, до поросячьего визга, – прогудел рыцарь смерти, – а потом добывать ресурсы пошли, с дикобразов этих стрелючих. Эти двое привязали к стульям веревки, и стали швырять их в дикобразов. Те естественно не в восторге от этого, но эти двое хоть и пьяные, но из-за парапета не показываются, вот стулья и получили по полной, за пяток бросков, мы штук тридцать этих игл из стульев собрали, а затем я решил приколоться…

– Ага, приколоться, очень смешно, блин, – проворчал Сантьяго, – я там, понимаешь, ценные ресурсы добываю, а этот шутник, все свободные очки в силу бросил и притащил из разрушенной части замка, булыжник под полцентнера весом. И мне такой, – на, – говорит, – лучше этим кинь. И в руки его пихает. А он тяжеленный, вот я вместе с ним вниз и нырнул… И то ли мы все иглы с дикобразов разрядили, то ли просто подфартило, я так с кирпичом в обнимку до низа и долетел. Приземлился удачно, прямо на голову твари, отчего мы тут же оба скопытились. Очнулся я уже в комнате перерождения, в логах вижу прибавку в пять уровней и достижение – Камикадзе первой степени. По нему выходит, что если у меня меньше двадцати процентов хп остается, то есть хороший шанс нанести противнику пятикратный урон. А в инвентаре, иглы, кишки и глаз дикобраза, а так же свиток. А в нем возможность изучить умение: боец ближнего боя. Я и выучил. Оказалось чем меньше во время боя у меня остается хп, тем больше режется проходящий в меня урон, до пятидесяти процентов в самом конце, но зато налагаются ограничения по используемому оружию. Мне даже меч нельзя в руки взять. Небольшие ножи, запястные клинки и кастеты, вот такая фигня… Долго привыкать пришлось. Хотя тогда у нас не то что мечей, а даже лишнего черенка от швабры не было.

– Ага, зато каменных блоков из разрушившихся стен замка полно было. Дней пять мы занимались швырянием их в дикобразов. К слову сказать, убить получалось не больше одного, двух в день, швырять же приходилось не глядя. Затем подходящие блоки закончились, пришлось привязывать к камню канат и затаскивать его вверх, на что и уходила большая часть времени. Этим мы и занимались, пока снизу нас не позвали.

– Да уж, это было неожиданно. Получилось это примерно так. Мы в очередной раз швырнули булыган вниз, когда снизу послышалось еле слышное покашливание, а затем тихий, но при этом жесткий голос произнес.

– Господа, вы не могли бы перестать швыряться камнями, всех иглострелов я убил и больше вам здесь ничто не угрожает. А у нас не так много времени, чтобы швырять камни в трупы.

Мы, естественно выглянули со стены, и правда, средь набросанных нами камней, лежали многочисленные трупы дикобразов, а среди них стояла высокая фигура, в плаще с капюшоном.

– Я, к сожалению, подняться к вам не могу, не могли бы вы спуститься, а то шея затекает, смотреть вверх.

Мы прикинули, что спорить с существом, походя убившим несколько десятков дикобразов – иглострелов, как он их назвал, будет не вежливо, и по канату сползли вниз.

– Приветствую вас пришлые, – говорящий слегка поклонился, сверкнув из под капюшона глазами. Я Слышащий, из дома Кленовых листьев. Пять дней тому назад, я почувствовал то, что не надеялся уже, когда-либо испытать. Из этого места, – он указал на замок, – пришла весть, что был найден один из стражей королевских реликвий. Я спешил, как мог, но у вас осталось всего три дня, на то, что бы их добыть.

– Чего?

– Реликвии?

– Какие реликвии?

– И почему у нас?

– Королевские реликвии, как и их страж, открываются только пришлым, и только пришлые могут его уничтожить.

– Это не тот ли страж, который наносит по пятьсот тысяч урона за раз? От которого мы умерли и даже заметить его не успели? Да мы, самое большее, что победить способны, это рыбину уровня двенадцатого, а тут страж какой-то неведомый, который не крысиное дерьмо охраняет, а королевские регалии. И как нам его валить?

– Не знаю как, это вы должны сами придумать, я только знаю, что он заточен на то, что бы убивать противников сразу, и не подготовлен для долгого боя.

Но что бы вам помочь я выдам небольшой аванс.

Внимание! Вам доступно задание – королевские регалии.

Описание: добудьте в найденном вами склепе нужный предмет и отнесите его Слышащему из дома Кленовых Листьев.

Награда: зависит от успешности выполнения задания.

Ограничение: задание должно быть выполнено в течение семидесяти двух часов.

Штрафы: нет.

Мы переглянулись, – ну если штрафа нет…

– Я, как и обещал, вам помогу.

Эльф протянул к лежащим трупам иглострелов руки, и из тех стал появляться белесый туман, который сначала собрался в одно небольшое облачко, а затем, разделившись на три потока, рванул к нам.

Поздравляем! Вы убили иглострела 69 уровень, получено опыта 56.000.

Поздравляем! Вы убили иглострела 71 уровень…

Получен уровень 15.

Получен уровень 16.

Получен уровень…

– Вот теперь вы стали немного сильнее, принимайтесь за выполнение, а я вернусь через 3 дня.

Он дошел до деревьев и сразу же пропал, как будто его и не было. Мы несколько минут постояли в недоумении от быстроты всего происшедшего. Потом, малань очухавшись, переглянулись.

– Ё мое, если аванс – восемь уровней в гору, то, что же будет, если мы добудем ему эти регалии?

– Не если, а когда. Такой шанс упускать никак нельзя. Но первым делом, давайте иглострелов оберем, может в них что-нибудь интересное будет.

Сильно интересного ничего не было, видимо, их самим убивать надо было, что бы выпало что-то существенное, но были деньги, иглы и почему-то несколько серебряных самородков. Затем добежали до не задетого ядовитым туманом участка леса, по-быстрому набрали валежника и рванули в подвал.

– Давайте осторожнее, нас за этим поворотом, кажись, в прошлый раз убили, кидайте здесь.

Мы сбросили валежник за угол и швырнули туда же факел. Через несколько минут костер уже весело потрескивал, ярко освещая подвал, и я рискнул выглянуть из-за стены. Единственное, что я успел разглядеть, до того как умер, это полуразрушенный склеп, метрах в пяти от нас, чернеющий вход и какую-то фигуру перегораживающую его. Затем воздух вздрогнул, и я отправился на перерождение.

– Могильник, а в дверях хрен какой-то стоит, – сказал появившийся рядом Сантьяго.

– Такое чувство, что это склеп и он, как будто из-под земли вылез, с крыши куски дерна свисают, – поделился возникший рядом Факир.

– А страж?

– Не знаю, я заметить не успел.

Пришлось, захватив обломки мебели, спускаться по новой. Обломки полетели в костер, и тот взметнулся почти до потолка. Быстрый взгляд из-за угла. Фигура в дверном проеме выглядит как-то неестественно.

– Там циклоп какой-то одноглазый в дверях, больше ничего рассмотреть не успел.

– Он в дверях распят, – внес свою корректировку Факир, – руки к стене цепями прикованы.

В следующий заход удалось рассмотреть, что и ноги у него не свободны, а прибиты к стене какими-то мечами, и что он действительно одноглазый. Больше деталей разглядеть не удалось.

На следующий заход попытались добежать до склепа с целью нанесения стражу тяжелых физических увечий. Эта затея провалилась с треском, мы не успевали пробежать и пары шагов. Пробовали бегать и поодиночке и все вместе, результат был одинаковый – воздушная волна и привет комната возрождения.

– Пошли на свежий воздух, думать будем.

Мы сидели на крыше, попивая чаек, когда Сантьяго воскликнул, – точно, вспомнил!

– Я как-то раз книгу читал, там группке олухов надо было божество местное замочить, которое было в виде дерева. Так они его ветками до самой макушки закидали и подожгли потом. У нас там не дерево конечно, но деться ему тоже некуда, он там к стенке намертво прибит.

В итоге два дня бегали из леса в подвал, таская вязанки хвороста. Не выглядывая из-за угла, швыряли ветки в сторону склепа. Большая их часть летела не туда, но за двое суток нам удалось завалить его дровами по пояс. Напоследок плеснули на дрова ведро масла и швырнули факел. Дрова дружно полыхнули, а в логах пришло первое сообщение.

Вы нанесли стражу гробницы 450 урона огнем. 99.550/100.000.

Когда по подвалу разнесся промораживающий до костей скрежет и огонь враз потух. Мы попробовали поджечь дрова снова, но страж сбивал пламя прежде, чем оно успевало нанести ему хоть какой-то урон. Огорченные мы плюнули на все и побрели спать. Следующее утро застало нас сидящими на крыше.

Все были смурными и не выспавшимися, все полночи провели в раздумьях о возникшем затруднении.

– Можно было бы попробовать той же уксусной эссенцией его залить, но до вечера нам нужного количества ни за что не набрать.

– В свежем миндале вроде цианид есть, но как нам этого стража им накормить не представляю.

– Может пол, над его головой получится сломать и … – яркая вспышка света и я очнулся в комнате перерождения. Гребаная старуха! Опять из своего шалаша выползла! Я весь в раздражении пошел наверх, но мужики уже бежали мне на встречу.

– Пошли, кажись, у меня идея есть, – пропыхтел Факир, – надо стража с нашей бабкой познакомить.

– Как познакомить?

– Опосредованно…

Работа закипела, и уже через полчаса почти все было готово.

– Давай, на раз, два, три!

Трос взметнулся ввысь и не попал куда требовалось.

– Попытка номер два.

Опять мимо.

Как обычно все получилось с третьего раза. Трос упал на плечо стража и, зацепившись за него, остался висеть на его плече.

– Есть! А теперь действие второе – с воплями и танцами!

– Эй! Карга старая я вызываю тебя на…

БАБАХ! Не успел я договорить, как молния ударила с небес, и немного не дойдя до моей головы, свернув в сторону, ударила в установленный рядом со мной лом. Заряд рванул по стальному тросу и из подвала донесся первый вопль.

Вы нанесли стражу гробницы 5700 урона электрической ловушкой.

Есть контакт!

– А вот и не попала! Совсем ослепла на старости лет!

БАБАХ!

Вы нанесли стражу гробницы 6200 урона электрической ловушкой.

Поздравляем! Вы получаете умение – эксперт ловушек. Урон наносимый вашими ловушками +10%.

БАБАХ!

Вы нанесли стражу гробницы 6400 урона…

Под конец мы танцевали вокруг нашего громоотвода втроем, показывая факи вредной старушке. Над нашими головами разразилась уже настоящая буря, молнии сверкали одна за другой. И вот после очередного удара появилось сообщение.

Вы нанесли стражу гробницы 6100 урона электрической ловушкой.

Поздравляем! Вы убили стража гробницы. Получено 900.000 опыта.

Вы получили новый уровень 21.

Вы получили новый уровень 22.

Вы получили новый уровень…

– Все бабуля, на сегодня достаточно!

Мы сделали ей ручкой и рванули в подвал. В свете догорающего костра мы невредимыми добрались до склепа. Страж дымящейся тушкой обвис в цепях. Стоило Факиру его коснуться, он осыпался серым пеплом, оставив на память о себе два двуручных меча, которыми он был прибит к стене. Сразу за его спиной находилась не очень глубокая ниша, в которой на каменном постаменте стоял гроб. Пустой. Вернее там лежала какая-то палка с нечитаемыми свойствами и все. Мы обыскали там все сверху донизу, но больше ничего там не было. Мы полезли наверх, что бы при свете дня хорошенько рассмотреть наши находки, и были очень удивлены, обнаружив в своей кухне гостя. Там сидел Слышащий, из дома дубовых веников, или как там его по правильному…

– Приветствую, вас, еще раз!– Ментальное поле нашего мира содрогнулось,– я понял, что страж мертв и поспешил сюда, что бы поскорее насладиться зрелищем утерянных регалий.

Мы не стали вслух удивляться его неожиданному появлению и протянули ему найденную в склепе палку.

Эльф принял ее с величайшей осторожностью, будто новорожденного младенца, и долго вглядывался в него, будто взглядом стараясь проникнуть в его глубины. На его лице сменяя друг друга, отобразилась вся гамма чувств, и он, наконец, обратился к нам.

– Вы знаете, что это такое?

Для нас все свойства этого предмета были закрыты, отображаясь в логах сплошными знаками вопроса, поэтому мы отрицательно помотали головами. Эльф горестно вздохнул. Поводил над ним руками, посыпал каким-то искрящимся порошком. Палка вдруг стала удлиняться, из серой становясь белоснежной и наливаясь внутренним светом. Потом на одном его конце вылезло несколько веток. В итоге палка стала похожей на небольшое деревце.

– Это скипетр великого правителя. Правителя-шамана гоблинов – Уль-Рахина. А точнее самой распространенной их группы – лесных гоблинов.

Скипетр сжался обратно до его первоначального состояния. Эльф сунул его мне в руки и, не говоря больше не слова, направился к двери.

Мы сначала обалдели, но Сантьяго все же опомнился до того, как гость скрылся за дверью:

– Погодите! Мы три дня вкалывали, что бы его добыть, вы обещали за него награду, а теперь просто уходите, ничего не сказав?

– Награда зависит от того, что вы добудите. Эти регалии чужого народа, я не могу их взять… Но ладно…

Он подошел ко мне и ткнул пальцем в грудь.

– На вашей карте я обозначил местонахождение города лесных гоблинов. Через пять дней у них начинается праздник начала лета, и на него соберутся практически все кланы этого народа. Если вы к тому времени доберетесь до их правителя, я думаю, вы будете впечатлены полученной от них наградой.

Внимание! Вам доступно задание – королевские регалии, часть вторая.

Описание: отнесите найденный вами в склепе скипетр правителю лесных гоблинов.

Награда: зависит от успешности выполнения задания.

Ограничение: задание должно быть выполнено в течение пяти дней.

Штрафы: нет.

Эльф поплотнее запахнулся в свой плащ и исчез за дверью. И только тут до меня дошло, что никакой карты у нас нет. Хотя… Что-то новое появилось у меня на периферии зрения. Я попытался сосредоточиться на этом, и вдруг перед моими глазами оказалась настоящая карта. Ну как карта? На ней были только очертания материка, и крохотная открытая точка с располагающимся посреди нее нашим замком. И совсем рядом, не далее чем в двадцати километрах от нас располагался красный крестик отмечающий расположение городища гоблинов. Остаток вечера мы занимались сборами. Правда Факир сказал, что плохо себя чувствует и завалился спать. Мы же с Сантьяго запасались продуктами, веревками, кое-как из тонких прутов согнули несколько железных "кошек", найденные бурдюки заполнили спиртным и водой. В общем, выгребли из замка все, что можно. Под конец мы хряпнули по рюмашке, я остался на крыше, тренькать на балалайке, а злопамятный Сантьяго пошел заниматься диверсионной работой. Вернулся он весь мокрый, с половиной хп, но чрезвычайно довольный собой, после чего мы пошли спать. Встали еще до рассвета, и оказалось, что Факир за ночь совсем сдал. На него навесилось неизвестное проклятье. Минус двадцать процентов ко всем основным характеристикам и постоянный дебаф дезориентация – потеря ориентации в пространстве раз в пять минут на одну минуту, плюс потеря зрения раз в десять минут на две минуты. Это сразу поломало все наши планы. Поэтому с бабкой мы тянуть не стали. Воспользовались тем, что пока еще совсем темно, швырнули несколько камней в её шалаш, добавив к этому несколько крепких выражений. В итоге не выспавшаяся бабуля разродилась праматерью всех молний. Долбануло, прямо скажем знатно, но нас, как и вчера не задело, весь заряд по металлическому тросу ушел под босые ноги самой старушки. Заряд был такой силы, что воспламенил волчью шкуру, на которой перед входом в шалаш топталась бабуля, а ее саму превратило в кучку пепла. На нас посыпались сообщения о повышении навыка ловушек, о поднятом уровне и различных достижениях в борьбе с более высокоуровневым противником, но мы уже, ни на что, не отвлекаясь, начали свой путь к городу гоблинов. Теперь у нас появилась цель поважнее наград. Мы не знали, сможет ли их главный шаман помочь Факиру снять проклятье, но других вариантов у нас не было. Не буду утомлять вас подробностями этого перехода, но он был не простой. Проклятье прогрессировало и в конце пути нам пришлось соорудить носилки и нести его на себе. Да еще локации все были достаточно высокоуровневыми, и нам приходилось обходить противников, во много раз удлиняя свой путь. Но в итоге у нас получилось и под конец четвертого дня мы напоролись на сторожевой пост гоблинов. Как нас сразу не изрешетили стрелами, прямо не знаю, но когда мы крикнули, что несем их главному скипетр правителя-шамана – Уль-Рахина, нас чуть ли не на руках оставшийся путь пронесли. Оказалось, что эти регалии были утеряны более трехсот лет назад, и среди гоблинов бытовала легенда, что когда они будут найдены, их народ вернет себе былое могущество и даже более того, станет правящим в этом мире.

Город гоблинов нас просто ошеломил. Он был похож на огромный муравейник: на очень шумный муравейник. И архитектура очень странная и не привычная. Как мы поняли, за основу зданий были взяты стволы живых деревьев и на них были налеплены кособокие строения, типа домиков на дереве, что мы строили себе в детстве. Только этих домиков на одном дереве могли быть десятки, если не сотни. Они, громоздясь друг на друга, поднимались на десятки этажей, оставляя свободными только самые верхушки деревьев. От одного дерева к другому тянулись гроздья канатов и веревочных лестниц. Подвесные мосты целыми гирляндами были натянуты в разных направлениях. Похоже, по земле в городе и не ходили, потому что она почти на метр была завалена различными отходами жизнедеятельности, в которых копошились крысы. За ними, в свою очередь охотились юные гоблины, с улюлюканьем проносящиеся над помойкой, на привязанных наверху канатах. Они налету ловко швыряли небольшие дротики, а после удачных попаданий, зажав в зубах хвост убитой крысы, с обезьяньей проворностью поднимались по канатам наверх к лепившимся на стволах деревьев развалюхам. О запахах, разносившихся по округе, я вообще лучше умолчу.

Слава богу, нам не пришлось передвигаться не по помойке, в которую превратилась земля, ни по общедоступным мосткам, на которых творилось сущее столпотворение. Не малое количество местных жителей увеличилось почти в трое, из-за прибывающих к началу праздника гостей. Везде стоял страшный шум. Канатные мосты были переполнены вопящими, рычащими, ругающимися существами. Факир, к тому времени стал совсем плох, проклятье снизило все его показатели на семьдесят процентов, и нам бы не за что не удалось добраться по этим мостам до центра города, но к счастью туда вел еще один путь. Сопровождающие нас гоблины переговорили с местной охраной и те, открыв деревянные перекошенные ворота, пропустили нас в подземелье. Подземный ход был не ровный, плохо освещенный, со стен повсюду свисали древесные корни, но все равно это было гораздо лучше того беспредела, что творился снаружи. Проходы постоянно вились и разветвлялись, но провожатые быстро довели нас до нужного места. Это была огромная комната, в центре которой с пола до потолка спускались огромные в два-три обхвата толщиной древесные корни.

– Будем ждать здесь, – один из провожатых ткнул пальцем в несколько валяющихся у стены тюфяков. Сейчас верховный шаман проводит ритуал благодарения духов предков, но скоро взойдет луна и праздник начнется. Вот тогда, перед самым началом празднования, вы и передадите ему посох.

Пока мы ждали, решили, что передавать посох должен Факир. Официально в одной группе мы не состояли и скорее всего выполнение задания засчитают тому, кто вернет реликвию гоблинам. И если шаман на самом деле так силен, как нам его описывали сопровождающие нас гоблины, он наверняка сможет снять с него проклятье.

Но вот время, наконец, настало и нас повели наверх. В одном из корней был прорублен лаз, переходящий потом в винтовую лестницу, по ней мы кое-как и заволокли Факира наверх.

Зрелище, открывшееся нам, просто поражало: была уже поздняя ночь, но полная луна светила так ярко, что все было видно в мельчайших деталях. Лестница, по которой мы поднимались, оказалась вырублена в дереве, возносившемся над землей на добрых двести метров. Вокруг него, ровным кругом росли полтора десятка деревьев поменьше, но не менее впечатляющих. От них к центральному дереву тянулись тысячи переплетающихся канатов, образующих гигантскую сеть. Размером сооружение получилось не меньше чем древнегреческий Колизей, только под ногами у готовящихся к соревнованиям гоблинов, был не песок, а натянутые над пропастью канаты. И кое-где расстояние между ними было достаточное, чтобы провалиться туда на расправу гиенам, что в великом множестве бродили по земле двадцатью метрами ниже. На краях сети и на окружающих нас деревьях было не протолкнуться от стоящих, сидящих и висящих там гоблинов. Сотни горящих факелов в их руках превращали ночь в день, а уж шум… Шум стоял такой, что уши в трубочку сворачивались.

– Сейчас спустится шаман, вы передадите ему посох, – проорал мне на ухо один из сопровождающих, – а затем начнутся соревнования: метание копий, соревнования пращников, скачки на дронтах и гиенах, бои на выживание, за возможность выбрать себе понравившуюся женщину…

Зарокотали барабаны и говорящий осекся. Неимоверный шум вокруг нас моментально стих, и стало так тихо, что казалось, будто мы оглохли. На ветвях центрального дерева загорелись многочисленные огни и с вершин дерева к нам пролевитировал какой-то куст. Ну, по крайней мере, мне сначала так показалось. Оказалось, что это был гоблин, настолько увешанный различными рогами животных, древесными ветками, обрывками сплетенных в косички веревок, черепами, амулетами и прочей мишурой, что из-под них видны были только его глаза. Он заговорил, и наступившей тишине его сильный голос разнесся далеко за пределы этого странного "Колизея".

– Свободный народ! Сегодня в ночь великого праздника Долгундура, стражами наших южных границ, была принесена великая весть. Из забвения был возвращен скипетр величайшего правителя гоблинов – шамана Уль-Рахина. Вы все знаете пророчество – в день возвращения реликвии домой, начнется новая эпоха – эпоха гоблинов!

Я думал, что до этого здесь было громко, как бы ни так. Звуковая волна, воспроизведенная десятком тысяч глоток, чуть не снесла нас назад. Я уж подумал, что моя голова сейчас просто лопнет, когда шаман поднял руку. Шум вновь утих так же быстро, как и начался.

– Подойдите же, будущие друзья нашего народа, и верните нам нашу надежду. В ответ вы можете взять все, что будете способны унести, вечную нашу дружбу, помощь и поддержку.

Я вложил в руку Факира посох. Слава богам, очередной приступ слепоты с него как раз спал, и он смог проковылять отделяющие нас от шамана два шага. Уронив шест в протянутые руки шамана, он свалился к его ногам. Мы с Саньком было рванули к нему, но нас остановил страшный вопль шамана. Посох в его руках засветился, разгораясь все сильнее и сильнее. Руки, сжимающие древко в нескольких местах были насквозь пробиты острыми шипами. Окровавленные отростки все удлинялись, превращаясь то ли в корни, то ли в изогнутые ветви, оплетая руки продолжающего кричать шамана. Скипетр же, сначала превратившийся в то же светящееся деревце, что мы видели в руках эльфа, постепенно начало наливаться пульсирующим красным светом. Вдруг шаман перестал орать, как будто разом лишившись жизненных сил, а затем посох вспыхнул…

Сколько времени мы провалялись без сознания, я не знаю. Очнулись мы от тихого полу шепота, полу шипения.

– Интерессно, интерессно, оригинальная идея… Хм, найти и проклясть регалии одного народа, для уничтожения другого… Не пожалели ни детенышей, ни беременных самок… Мда, интересно и необычно… Ну, вы долго еще будете валяться в притворном обмороке?

Видимо это обращались к нам, поэтому я открыл один глаз и тут же вновь закрыл.

– Ну и?

Я вновь приоткрыл один глаз, хотя мне это не очень-то и хотелось. Первого мимолетного взгляда мне хватило, что бы понять, что я хочу быть где угодно, но только не здесь. Четырехметровая фигура шестирукого лича это последнее что я бы хотел увидеть в этот момент.

– Мне прямо сейчас забрать вас с собой в мое царство, или же вы все-таки соизволите подняться?

Мы с Сантьяго кряхтя поднялись на ноги, Факир же так и продолжал валяться, уставившись невидящим взглядом в звездное небо. Мы, в свою очередь, уставились на нависшую над нами фигуру. Высоченная высохшая мумия, с лицом засушенного на жарком солнце индейца, с которым резко контрастировал его белоснежный балахон. Практически голый череп его украшал плюмаж из перьев спускающихся практически до самого пола. Еще в наличие были три пары рук, в данный момент сложенные на груди и животе. На плече примостилась тихонько попискивающая летучая мышь.

– Мммм…Так, так, так, что у нас здесь? Люди: уровень двадцать шесть, двадцать семь и этот, – монстр кивнул головой на лежащего, – семьдесят седьмого. Но, как я понял пятьдесят уровней он взял только что, за устроенное здесь действо. Больше за один день не взять, дух – прародитель за этим внимательно следит. Одежда… Хм эти лохмотья и одеждой-то назвать нельзя… Оружие? О, а это интересно! Мечи знакомые, помнится, ими владел один из моих слуг, которого я… Та-а-ак, – оборвало само себя это не понятное существо. Под его взглядом тело Факира поднялось в воздух. Существо облетело его по кругу.

– Хм, проклятье. И зашло слишком далеко, его уже не вылечить, но как же мне отблагодарить его за то, что он тут устроил, – пробормотало оно, почесывая свой подбородок. Ладно, – оно, наконец, на что – то решилось, – уровень его, конечно, еще очень мал, но может и сработать, да и проклятье это рыцарям смерти не страшно…

Оно щелкнуло пальцами, со всех шести ладоней начал источаться серый туман, обволакивая тело Факира словно коконом, губы существа зашевелились, и окружающее пространство будто ожило. Со всех сторон заскрежетало, зашептало и забубнило, будто воздух наполнился тысячами невидимых призраков. Шепот, стоны и завыванье, казалось, доносились даже из-под земли. А потом вопить начал Факир, а мы как стояли парализованные с самого начала, так и продолжали стоять. Тела нас не слушались, язык, будто отнялся, и даже дышать удавалось с большим трудом. Слава богам продолжалось это не долго. Голоса смолкли, паралич с нас спал, туман вокруг Факира исчез. Скользнув вниз, он преобразовался во что-то, напоминающее полупрозрачный трон, на который и взгромоздилось это не понятное существо.

– Ну, а теперь рассказывай, – обратилось оно к уже поднявшемуся на ноги Факиру, – как нуб двадцать седьмого уровня смог убить двенадцать тысяч существ разом, не смотря на то, что некоторые из них были на сто пятьдесят уровней его выше?

– М-э-э, извините, не могли бы вы представиться, а то как-то неудобно обращаться к столь э-м-м-м высокому существу – эй, ты.

– Да ладно, вы, не знаете кто я? Вы пришлые совсем оборзели. Вообще-то начальство надо знать в лицо. Миктлантекутли мое имя, я бог смерти, повелитель нежити, самый главный начальник некромантов, в общем, местная шишка на ровном месте. А теперь, когда с представлениями покончено, рассказывайте, где вы взяли скипетр правителей эльфов, как умудрились его проклясть, и как догадались с помощью его уничтожения, изничтожить целый народ?

Сначала до нас не дошел смысл его вопроса, потом мы осмотрелись… Везде, где падал свет от уже затухающих факелов, лежали трупы гоблинов, вповалку, друг на друге, кое-где под деревьями, целыми грудами. По ним, противно пища, ползали полчища крыс, радующихся неожиданно свалившемуся на них пиршеству. Я оглянулся, сопровождающая нас охрана, лежала здесь же, уставившись невидящими глазами в звездное небо. Впрочем, так же, как и лишившийся рук шаман. Мы подошли к нему. Вместо рук у него остались только обгорелые культи, и сам он как будто превратился в пересушенную мумию. Посоха нигде видно не было, будто он превратился в белый порошок, которым сейчас была усыпана вся его одежда.

– Ну, так что? Так и будете молчать? – Голос бога вывел нас из оцепенения, и мы поведали ему то немногое, что знали.

– Да ладно, – удивился он, – вы, вот так просто, поверили появившемуся из ни откуда чужестранцу? Не перепроверили его слова, или хотя бы не опознали попавший в ваши руки раритет, собрались и отнесли его гоблинам? Ну, вы и раздолбаи, у меня просто слов нет. А этот эльф, который вас навестил, не так прост. Что бы просто взять посох в руки, он должен был быть королевских кровей. И при этом он намеренно проклял одну из реликвий своего народа… хм… интересно…

– Некогда нам было думать, из-за проклятых мечей Факир загибаться начал, а единственный, кто нам мог бы помочь, это был шаман гоблинов, вот мы и пошли сюда.

– А при чем здесь мечи? Даже проклятые вещи не могут никак повредить, пока вы ими не пользуетесь. А он воспользоваться ими никак не мог, они предназначены исключительно для рыцарей смерти. И тогда логично предположить, что…

– Что этот гребаный эльф, – вклинился Сантьяго в монолог бога, – и проклятье на Факира навесил, для того что бы…

– Для того что бы, вы сделали то, что ему было нужно. А именно как можно быстрее рванули за помощью в единственное известное вам место, отмеченное им же у вас на карте. И время-то как удачно выбрано, праздник лета, девять из десяти лесных гоблинов были здесь и вот их не стало. Но это уже в прошлом. А что у нас в настоящем? Трое идиотов, сотворивших беспрецедентную гекатомбу в мою честь. Честно, я не приверженец таких действ. Все рано или поздно приходят ко мне, и без особой нужды я не люблю торопить их приход, но сделанного не воротишь. Некоторые из убитых, конечно, были при жизни помечены печатью Великого духа равновесия и, погостив некоторое время в моем царстве, вернутся обратно сюда, для того, чтобы возродить свою расу, но для большинства эта смерть окончательная, и я как бы должен отблагодарить принесших эту жертву в мою честь.

– Но давайте по порядку, – продолжил он, взмахом руки останавливая Факира, пытавшегося, что то сказать, – начнем с общего. Великий Дух в этом мире свел вас вместе, так что быть по сему. Для боевого клана вас маловато, но для пати самое то. С этого момента вы группа, заработанный опыт одного, будет делиться на всех, как и получаемое материальное вознаграждение. Называться вы будете… Э,э… О, – Раздолбаи, это как раз про вас.

Он щелкнул своими костлявыми пальцами и перед глазами у нас замелькали логи об образовании пати.

– Теперь дальше. Индивидуальные награды за, в общем-то, никому не нужное, ну разве что тому эльфу, жертвоприношение. Факир, как фактический исполнитель заслужил основную награду, и он ее уже получил. Избавление от проклятья и умения рыцаря смерти, по-моему, это не плохая награда. Для развития способностей рыцаря смерти, тебе нужно будет добраться до столицы людских поселений. Там в теневой гильдии остались последние учителя, которые тебе могут помочь…

– Обоерукий воин, моя мечта, – все же вклинился Факир в монолог бога, – когда я собирался в ваш мир, я мечтал быть воином, сражающимся двумя клинками.

– Хм, места по которым вам придется путешествовать слишком опасны для вас, но умение для двух рук, что у меня есть, предназначены для разбойников и воров, и нужны только для кинжалов, а рыцарь смерти сражающийся кинжалами… Это как то странно, даже для вас. Но если хочешь, – в одной из его рук появился свиток и медленно поплыл к рыцарю смерти.

– Но на этом все, хватит с тебя, что же касается остальных, то официально вы лишь сопровождали Факира в этом путешествии, так что и награда будет скромнее. Все, что было на принесенных в жертву, теперь моё. Но вот это, пожалуй, тебе пригодится. Он протянул руку и от трупа одного из сопровождавших нас гоблинов-берсеркеров, в сторону Сантьяго полетело два стальных шара. Как раз подходит под твоё умение рукопашного боя. А ты, – он посмотрел на меня, – еще не определился со своим путем, так что… Балалайка, висевшая у меня на спине, вдруг разогрелась, чувствительно обжигая мою спину. Но не успел я ее стащить, как она уже начала остывать.

– Не расставайся с ней, она вам еще пригодится. Ну и напоследок еще пару плюшек.

Он протянул руку и достал из воздуха амулет.

– Это амулет призыва одного из моих помощников. Один раз, в сложной ситуации, вы сможете призвать его себе в помощь, не профукайте этот вызов на какую-нибудь мелкую потасовку. И второе, – на шее шамана висит ключ, у вас один час на то, чтобы обыскать его покои, что найдете, то ваше, но через час вас здесь быть не должно. Не к чему вам присутствовать при том, что произойдет здесь дальше. Все, свободны, время пошло!

Мы пару секунд постояли столбами, переваривая все только что случившееся, а затем, расшвыривая в стороны крутящихся под ногами крыс, бегом рванули к лестнице, змеёй обвивающей невероятно огромный ствол дерева. Блин, шаману-то хорошо, он туда-сюда, видимо левитировал, а нам пришлось карабкаться вверх по узким, крутым ступеням. На один только подъем у нас ушло минут пятнадцать.

– Обратно мы будем спускаться в два раза дольше, так что у нас только минут десять, пятнадцать. Но, не смотря на спешку, перед входом в жилище шамана, нам пришлось остановиться. Карты, появившиеся у нас после общения с эльфом, вдруг замигали синим светом.

Город лесных гоблинов, древо шамана. Желаете произвести привязку? В этом случая, после гибели, вы сможете выбрать это место для воскрешения.

Думать было особенно некогда, и мы согласились. А затем рванули мародерствовать. Ну как рванули, в первой же комнате мы остановились, уставившись на трех крыс, с громким писком наскакивающих на какой-то шарообразный предмет. Вернее две наскакивали, раздирая в клочья, торчащие из предмета непонятные растения, а третья слабо трепыхая лапками, моталась в воздухе, выписывая причудливые зигзаги. Озадаченные непонятным действом мы подобрались поближе. Две крысы, изогнули спины и зашипели на нас словно кошки, но напасть не решились. При нашем приближении они бросили свою товарку на произвол судьбы и со скоростью молнии прыснули в разные стороны. Третья крыса убежать не смогла, ее шея была крепко зажата в маленьких челюстях, злобно шипящего дракона. Конечно, на дракона он походил мало, разве что изодранными в клочья крыльями, торчащими из яйца, те самые которые мы приняли за какие-то растения. Но надпись над ее головой явственно определяла его как дракона.

Торжан-фенченкрыл. Проклятый сумчатый дракон. Уровень 1.

Несмотря на покрывавшие его раны, он не сдавался, из-за всех сил вгрызаясь в шею врага, на пять уровней превосходящего его самого. Правда подрагивающая красным полоса его жизни явственно намекала, что без нашей помощи он долго не протянет. Мы распинали все еще крутящихся под ногами крыс, и извлекли покалеченного дракона из прогрызенного крысами яйца. Оказалось, что крысы не только порвали крылья, но и отгрызли дракону переднюю лапу, и теперь оставляя повсюду фосфоресцирующие зеленые разводы, из нее капля за каплей вытекала кровь, все больше ослабляя его. Эликсиров восстанавливающих жизненные силы у нас не было, и мы попробовали скормить ему кусочки мяса, добытые нами во время путешествия к городу гоблинов. Но из этого у нас ничего не получилось, голова зверя безвольно свесилась набок, и проглотить жесткое мясо у него не получалось.

– Погодите-ка, – остановил нас Факир, доставая из рюкзака фляжку, еще в замке наполненную молоком. Забулькала живительная влага, и полоска хп перестала уменьшаться, застыв на одном месте, а затем очень медленно начала подниматься. Практически сразу нам пришло сообщение, что проклятый дракон выбрал нашу группу в качестве защитников и становится нашим питомцем, причем нас самих даже не спросили, хотим мы этого или нет. Оставшиеся несколько минут мы метались по комнатам, в поисках чего-нибудь ценного. Вернее метались минуту, а остальное время отпаивали молоком Факира, который нашел в одной из комнат огромный, окованный позеленевшей медью сундук. Так его от этого сундука так шандарахнуло молнией, что у него волосы на голове еще месяц торчком стояли. В общем, за оставшееся время мы нашли там только, поношенный килт и вон те зеленые перчатки.

Бархатные перчатки элегантной наездницы.

Защита +1.

Ловкость +1.

Привлекательность +2.

Откуда они взялись в логове гоблинского шамана не понятно, но на нашего танка они влезли и ладно.

На обратном пути, мы не стали останавливаться на подвесном стадионе, а спустились сразу до подземелья, через которое нас провели в город. К тому времени данный нам час истек, и нас охватила такая жуть, что мы не останавливались, пока не выбрались за пределы города и не отбежали от него на несколько километров.

Только там нас оставило чувство буквально осязаемого ужаса, нависшего над городом, и мы смогли передохнуть и собраться с мыслями. Дракончик спал, почти восстановив свое здоровье. Крылья к тому времени боле менее зажили, но вот лапа так и не отросла. Мы развели огонь и стали разбираться с тем, что нам досталось. Шары, полученные Сантьяго оказались стальными кастетами гоблина – берсеркера, но рассчитаны они были минимум на тридцать пятый уровень, пришлось отложить их до лучших времен. Что делает божественное благословение, наложенное на балалайку, мы тоже не поняли. А вот доставшийся Факиру боевой навык был очень интересен. Использование его надо было настроить на какую-нибудь фразу или определенное движение, после чего на одну минуту скорость его ударов увеличивалась в три, а сила в пять раз. Мы прикинули, что вполне может случиться, что на нас наложат заклинание немоты или просто завяжут рот, поэтому его активацию решили завязать на движение. На какое-нибудь обычное движение завязывать его было нельзя, не хватало, что бы еще оно срабатывало от хлопка ладошами или от поворота головы. Поэтому Факир выбрал движение сумоистов перед началом боя. Одна нога, согнутая в колене идет вверх, затем впечатывается в землю, затем то же происходит со второй. Боец оказывается в позе наездника и тут навык включается…

– В первый раз мы еле успели отскочить от него, так он быстро выхватил двуручники и начал ими махать, что твой вентилятор. Оказалось, что у этого умения есть несколько неприятных эффектов. Во-первых, пока оно не закончит работать, остановиться он не мог, а во-вторых… Во-вторых, когда он остановился, он тут же, как подрубленный падал без признаков жизни. Мы, конечно, всполошились, но сделать ничего не смогли. Полчаса он лежал бревном, а затем сам очнулся. Посоображав на троих, куда нам теперь податься, мы решили двигаться к центру карты. Путь пролегал через наш замок. Там мы затарились продуктами для долгого путешествия и отправились в путь. Слишком сильных мобов мы обходили стороной, с близкими по уровню сражались. Одиночных мобов семидесятого – девяностого уровня Факир забивал легко. Уровня сорокового – пятидесятого мы с Сантьяго агрили стайками на себя и приводили к нему на убой. Но после каждого использования навыка, он отрубался, и нам приходилось тащить его на себе. В итоге, на второй день мы сделали для него носилки, потому что одному тащить его тушу на себе было не очень-то весело. Так мы и двигались в течение месяца, половину которого Факир провел на носилках. Зато опыт делился на всех, и мы прилично подросли в уровнях, включая Феню, который взяв десятый уровень вдруг заговорил.

– А почему, Факир, ты, все время в обморок-то падаешь? – Вклинился в разговор Пофиг.

– Не знаю. – Отвечающий глубоко задумался. Возможно это воля богов. Может разработчики игры налажали, или это какой-нибудь баг. А может потому что, как сказано в описании навыка, он предназначается исключительно для кинжалов, а с мечами происходит большая перегрузка организма и он не выдерживает. Лично я склоняюсь к первому варианту.

– Э,э па-няятна. Ладно, проехали, а что дальше было?

– Дальше? Топали мы долго, один раз нарвались на племя каких-то дикарей, которые немедленно на нас напали. От них нам вон эта шапка с лосиными рогами досталась. Плюс три к интеллекту, плюс три к силе, плюс два процента к шансу умереть от удара молнии. Еще через месяц мы добрались до огромного разлома в земле. Насколько хватало глаз, он тянулся в обоих направлениях. Мы сутки путешествовали вдоль него, пока не набрели на растущее прямо рядом с его краем огромное дерево. Там мы встали лагерем и принялись его рубить, чтобы сделать из него мост через пропасть. Вернее рубил Факир. После применения навыка, щепки от дерева летели целым фонтаном, но, все равно, на то, чтобы его срубить у него ушел целый день. Зато я наконец-то понял, что за благословение наложили на мою балалайку. От нечего делать, я тренькал на ней какую-то песню, после окончания которой, на нас наложился баф на плюс пять к силе, и появился новый лог.

Ваши песни услаждают слух и веселят душу. Вы истинный бард.

Умение наложения бафов 1.

В итоге мы за день перебрали все песни, что помнили. Большинство на нас никак не повлияли, но были и те, что накладывали на нас по нескольку бафов за раз. Уже смеркалось, когда дерево со страшным скрипом покачнулось и начало падать. Затем хрустнуло еще раз – это верхушка дерева ударилась о противоположный край пропасти. А треск раздался, потому что верхушка не выдержала удара и отвалилась, а все дерево, как в замедленной съемке начало свой долгий полет в местную преисподнюю. Мы все еще смотрели ему в след, когда нас окликнули с того берега. Оказалось, что привлеченные устроенным нами бедламом, с ближайшего поста переправы к нам пришли местные охранники. Получилось так, что мы не дошли буквально полкилометра до устроенной властями Лохты переправы. Мы перелетели пропасть на какой-то каменюке, и уже через полчаса были в городе. Мы так обрадовались, что, наконец, попали хоть в виртуальную, но цивилизацию, что вели себя тише воды, ниже травы. И засев в местной таверне, мы даже пива не заказали, как пионеры пили компот, но тут Факиру почудилось, что он отравился старым пирожком…

– И ничего не почудилось, у меня даже логи сохранились о полученном дебафе. В общем, я рванул в местный туалет – типа сортир, ну такой, в котором из удобств только одна дырка в полу. Стал к ней пристраиваться, как вдруг у меня в руках оказались мечи и неожиданно сработал навык Стальной вихрь.

– Да уж, это было для всех неожиданно. Я чуть компотом не подавился. Мы сидим никого не трогаем, вдруг дверь в сортир разлетается щепками, и оттуда с двумя двуручниками наперевес Факир вылетает. Хорошо, что спущенные штаны ему далеко отойти не дали, но все равно один из столбов, поддерживающих потолок, был перерублен, и часть крыши обрушилась внутрь таверны. Вокруг ор, шум, вопли, крики. Не прошло и минуты, как нас стража схомутала и, вместе с впавшим в бессознательность чудо-воином, поволокли к местному правителю на суд. Его на месте не оказалось, а встретила нас там его жена. Той было плевать на разрушенную таверну, и она очень активно жаждала плотских развлечений. Мы уже практически отдались ей, но в это время приперся ее муженек со своей дочуркой. Боже, вы б ее видели! Ужас просто. И самое хреновое, что папаша её до смерти жаждал поскорее отдать дочурку замуж. Тут уж мы не выдержали, даже Факир очнулся на десять минут раньше обычного. Повыхватывали оружие, вступили в бой. Но хоть и уровень стражи был не высок, но уж больно их много набежало. Да еще Факир без использования навыка машет мечом как криворукий дровосек. Один раз из пяти только по противнику попадает. Оттеснили нас к какой-то комнате, где нам и удалось забаррикадироваться. И тут сзади кто-то нас спрашивает.

– Вы кто такие, чего в комнате телепортации забыли?

Мы оглянулись. Обычная комната, только в середине ее будто зависла черная дыра, а рядом с ней, сложив руки на груди, зло поглядывая на нас, стоял сухенький старичок. Мы с большой аккуратностью его спеленали и добавили его тельце к итак не хилой баррикаде. Он, не переставая орал на нас, так что нам пришлось запихать ему в рот старый носок, предварительно узнав, что портал ведет в какое-то Восточное Шахство. Удобная это штука я вам скажу – телепорт. Миг и мы стоим под теплым солнышком, на причале около полноводной реки. Рядом мужик какой-то мигом образовался, содрал с нас пошлину, выдал пропуска и отпустил на все четыре стороны. Ну, мы и пошли. Интересно же. Мы месяц по лесам шарились, а тут город рядом, и базар огроменный. Чего только там не было.

– Людей там не было, а вернее игроков, как не искали, никого не нашли.

– Да, первым делом мы игроков кинулись искать, думали, что сможем через них с администрацией игры связаться, но не судьба. Зато нас какой-то настырный торгаш к себе в палатку затащил. У него там броня на любой вкус продавалась, только с нашими деньгами там делать нечего было. А тут он еще наплечники вон эти вытащил, говорит, я, мол, их специально для вас хранил. Уникальная вещь, специально на рыцаря смерти, отдам всего за восемь тысяч. Мы только рукой махнули, у нас всего к тому времени чуть больше тысячи накопилось. Хотели уже уходить, но тут до Сантьяго дошло, что не игроков, ни тем более других рыцарей смерти мы за целый день на базаре не видели, и предложил купить наплечники за пятьсот золотых. Торговался лавочник как в последний раз, бился за каждый медяк аки лев. В итоге сошлись на четырехстах тридцати монетах. Этот хрен сам не понял, как так получилось, но в результате Санек целых пятнадцать очков к торговле получил. А Факир масштабирующиеся наплечники. Мда… А дальше все пошло опять не так. Еще после часа блужданий мы набрели на невольничий рынок. Не буду рассказывать, что мы там увидели, но в итоге положили всех торговцев, которые не успели убежать и десяток местных охранников. А затем, с помощью присоединившихся к нам рабов, еще один десяток из городской стражи, подоспевшей торгашам на помощь. Но пока мы с ними возились, к ним подмога прибыла, видимо это военные были, с полсотни. Убили половину рабов и нас троих. Возродились у причалов, а там еще с полсотни солдат, и половина из них с луками. Да еще некромант с десятком зомби. Пока мы сквозь них пытались пробиться, нас из луков стрелами нашпиговали, словно ежиков. На второй заход Факир свою карусель врубил, хотел до некроманта добраться, но не получилось, свалился раньше. Ходу на камень возрождения местным нет, но и нам с него было не выбраться. Мы уж собирались в очередной раз погибать, но тут посланник от шаха приперся. Сказал, что шах восхищается боевыми умениями рыцаря смерти и приглашает присоединиться к нему, вместе с друзьями в его… кхм… гареме. Ну, мы подумали, что умереть мы всегда успеем, сходим, послушаем, что нам этот шах предложит. Во-о-от.

– Да ладно, были мы у него в гареме, не тормози, рассказывай, что дальше было-то.

– А, ну если были, то вы поймете, что увиденное нас несколько потрясло. После всего, что произошло в Лохте, а затем в этом гребаном шахстве, у нас снесло крышу. Мы на рынке несколько зажигательных бомб приобрели, все они вместе с Сантьяговским проклятьем о полной импотенции, в шаха и полетели. Бомбы, к сожалению секьюрити перехватили, мир их праху, а проклятье, кажись, долетело до пункта назначения. Нас охрана тут же в капусту порубала. Очнулись на камне, а вокруг никого, военные уже убыли. Мы к пирсам, а там небольшая шхуна как раз пришвартовалась. Мы матросов за борт побросали, оставили только одного, того что штурвал крутил и отчалили в закат. За нами погоню отрядили, да только куда им, «Жемчужина» летела как стрела. Правда, не долго. Уже наступила ночь, как на корабль вдруг обрушился огненый ливень. Нас не задело, но корабль тут же охватило пламя, а с берега к нам ринулась толпа каких-то мелких гуманоидов. Капитан повернул судно к противоположному берегу, но было уже слишком поздно.

– А водилу вашего, случайно, не Джек Воробей звали?

– Капитан! Капитан Джек Воробей! Да так его звали, только жаль сгинул бедняга в том бою. Мы-то за борт попрыгали, добрались до берега, а он не стал, не покинул корабль до самого его конца.

На время воцарилась тишина.

Затем Майор спросил, – а здесь-то вы как оказались?

– После того как мы оторвались от погони, стали прикидывать, что нам делать. Самостоятельно выйти из этой гребаной игры мы уже и не надеялись. Поэтому решили искать других игроков, а заодно найти учителей для Факира, а для этого решили идти в столицу. Выбрали направление в самый центр материка и через три дня вуаля, мы уже здесь. Аккуратно порасспрашивали людей и вышли на этот трактир. Хозяин пообещал свести нас с местной воровской братией, вот мы сидели там и ждали.

– Ага, три дня, – прогудел Факир, – Серый с Сантьяго уже все синие стали от прокачки сопротивляемости ядам, а Большого Джо так и не дождались.

– Так вы Большого Джо ждали? Вряд ли вы его дождетесь, если конечно он не возрождающийся персонаж. Но я так и не понял, а в Другмире то, вы, что делаете, если вам в столицу нужно было?

– В смысле, а это что, не столица?

– Вообще-то нет, как мы поняли, столица людей располагается на острове, на самом юге континента.

В этот раз тишина затянулась надолго, а я, загрустив, что бы ни терять время, открыл таблицу своих достижений, дабы посмотреть, чего я добился в последнее время.

PAHAN, Уровень 67. Опыт: х1.123.000 / 4 362 000

Раса: Человек. Бонус расы: +1 очко за каждые 10 вложенных.

Класс: Призыватель – 36 (64%) +2 не изученные способности.

Класс: Повелитель – 10 (33%).

Сила – 39+6+1.

Ловкость – 271+6+1.

Интеллект – 61+6+40.

Выносливость – 71+6.

Мудрость – 23+6.

Свободных очков характеристик – 72.

HP: 2920/2920 (Выносливость*40).

Мана: 6240/4640+1600 (Интеллект *40).

Профессия

Землекоп – 13

Умения

Мастер – ломастер – 8 (поломка вещей с прочностью до 23).

Големостроитель – 1 (не можете строить големов выше десятого уровня)

Оружейник – 6 (урон созданного вами оружия +30%)

Виртуоз ловушек – 1. Нанесенный урон ловушками: х/10 000 000 (урон от ловушек +360%).

Бронник – 4 (броня созданных вами изделий +20).

Зачарователь – 20 (созданные вами изделия получают +5 к характеристике).

Укротитель – 1.

Навыки

Торговля – 7.

Кузнечное дело – 1.

Земледелие – 1.

Бонусы:

+14,6% к опыту постоянно.

+20% урона всем по существам.

+25% урона холодным оружием.

+10% урона стрелковым оружием.

+5% урона остальным видом оружием.

-10% стоимость призыва.

-10% требований к уровню призыва.

+5% к урону магией воды.

+10% к скорости обучения.

+12% к защите от ментальных воздействий.

+8 к отношению со всеми НПС – женщинами.

+6 к отношению со всеми НПС – мужчинами.

+6 ко всем характеристикам (бонус клана).

Глава 3

Затянувшуюся тишину, наконец, прервал Пофиг.

– Все что ни делается, все к лучшему, зато мы тут нашли друг друга, а до столицы мы еще доберемся. А сейчас, Калян, попробуй Пахана растолкать, а то у меня уже мана заканчивается.

– Пахана растолкать – это я с удовольствием.

Я вспомнил, как они будили меня, когда я отрубился в Гороховке, и резво вскочил на ноги. У меня и так после удара голема половины зубов не хватает, как бы еще и остальных не лишиться:

– Все, все, я встал, понимаю, что вам без меня никуда, так что надо делать?

Калян разочарованно покачал головой, ткнув пальцем в сторону полыхающей вдалеке стены пламени.

– Мы там еще одну кучу камней нашли, из которой голем собирается. Пофиг ее сейчас огненной стеной раскалил докрасна. Так что топай туда, и когда голем в целого соберется, достанешь из штанов свою гордость и резко его охладишь, после чего он, по идее, должен рассыпаться мелким щебнем.

– Это чего? Мне его того, как тогда у фрогов было? – тихо спросил я Каляна, – по пионерски, что ли загасить?

– Чего? – Сначала не понял он, – ты чего несешь? Не очухался, что ли еще? Поверь мне, я тебя без штанов видел, и гордиться там абсолютно не чем. Я, вообще-то, твоего ледяного габота имел ввиду.

Вот засранец, ведь точно заранее шутку подготовил.

– Ну, ничего, ничего, зато мы с тобой начальники, – глядя вниз, обиженно пробормотал я себе под нос, в ответ на замечание Каляна, и потопал к голему.

Дальше все прошло как маслу. Стоило мне подойти к багровеющей в полутьме куче камней метров на пять, из нее шипя и исходя волнами жара, стал собираться каменный голем: стоило ему полностью сложиться в человекообразную фигуру и сделать первый шаг в мою сторону, как я вызвал ледяного гобота у него за спиной. По полу прокатилась волна обжигающего холода. Высоко она не поднялась, но голем до пояса моментально почернел, а затем взорвался, заливая осколками все пространство тоннеля. Я успел отвернуть лицо, но вот мои голые ноги моментально залила кровь из множества мелких ран. Торс голема свалился на заледеневший пол и постепенно охлаждаясь, пополз в мою сторону. Слава богу, пары плевков ледяного габота хватило, что бы заморозить его окончательно, после чего он вновь рассыпался на отдельные булыжники.

Мне от него досталась запись в книге призыва.

Каменный голем. Уровень 70 – 100. Магическое существо.

Умение: блок. ( Голем не может наносить урон, но и урон, наносимый по нему, уменьшается на 95%).

Двойной удар: голем наносит удар двумя руками (Кулдаун 8 – 10 сек.) Урон 300% от обычного, игнорирование брони 40%.

Та-а-ак, уровень повелитель у меня сейчас десять. С учетом бонусов снижающих требования к призыву, я смогу призвать существ уровня шестьдесят второго. Мда, маловато. Ну, да ладно, на вырост будет.

Сердце же каменного голема и интересное колечко на плюс два к умению големостроения, отправились к Майору в рюкзак. Я хоть и имел это умение, но оно до сих пор оставалось абсолютно не прокаченным. Майору же оно пригодится, как только у нас появится возможность, сделает нам нового помощника. А, кстати о помощниках!

– Люди, у кого-нибудь мясо есть? Два куска?

Серый вытащил из воздуха мясо и передал мне. Так, что тут у нас? Ага, вот, гоблин-рудокоп, максимальный уровень пятьдесят пять, слабовато, конечно, но ничего другого у меня пока нет. Два куска мяса, пять золотых, малань маны и все готово. Храбрый, трудолюбивый, обожающий своего хозяина работник тут как тут.

– А, опять злой хозяина, – пробурчал появившийся гоблин, – что, шайтана, опять нужно серое вещество из голов бедных тварей добывать?

– В этот раз нет, – закашлялся я, – сейчас задание будет как раз по твоей специальности. Вон видишь, вдалеке лежит куча камней, пойди – разбей их в труху и кирку смотри – береги, это последняя осталась.

– Погоди, – остановил меня Сантьяго, – голем его самого в труху разотрет, надо ему помочь.

Стальные шары исчезли с его рук, а появилась металлическая кошка, привязанная к мотку бечевки. Не доходя метров десять до очередного будущего голема, он раскрутил кошку, и швырнул ее в сторону каменной кучи. С пятого раза у него получилось зацепить один из них, и он подтащил его к нам.

– Вот теперь долби, – подтолкнул он его к гоблину, а сам стал выуживать следующий, которым занялся уже Добрыня, со своим двухметровым молотом.

Перетаскав и размолотив треть камней из будущего голема, мы направились к уменьшившейся кучке. Та, как ни в чем не бывало начала собираться в голема, но почти сразу же свалилась, видимо, стоять на одной ноге ему было неудобно.

– Странно, я думал, он просто меньше станет, и с ним легче справиться получится, – заметил Сантьяго, – но так тоже ничего.

– Ага,– согласился с ним я, глядя как покалеченный каменный голем пытается подползти к нам, цепляясь единственной каменной культей за неровности пола. Очень на финальную сценку из последнего Терминатора похоже. Помнишь, после того, как Шварц с будущей бабушкой Джона Коннора, его маму зачали, а потом в него инопланетные захватчики с Кри, из орбитального дезинтегратора шандарахнули, но до конца так и не дезинтегрировали. Он точно также там, в атаку на этих синезадых полз.

– Мда, а бабулька там ничего так была, да и Арни для своих ста пяти лет хорошо выглядит, бодрячком.

– Это да. Помнится, когда его министром спорта Российской Империи сделали, он первую же зарплату на омолаживающие процедуры потратил, об этом во всех новостях передавали. А то он там, на родине, за свои американские фантики даже витаминок себе купить не мог, не то, что омолодиться.

Вы убили каменного голема. Уровень 75. Получено опыта 60.000.

Тем временем пока мы болтали, мягкосердечный Добрыня добил своим молотом голема – инвалида, и мы отправились к следующему, на котором частично восстановивший ману Пофиг уже запалил новую огненную стену.

– Черт, да сколько уже их здесь? Там весь город с землей сравняют, раньше, чем мы на поверхность выберемся. Слышь, рудокоп, блин, хорош отлынивать, пойдем, работать пора.

– Хозяина совсем хреновый, бегающие камни бить заставляет, совсем шайтан!

Охренеть, разболтались все совсем, тут не только так называемые друзья издеваются, а еще и призванные работники. Что-то с этим делать надо. Но это все потом, сейчас очередной голем ждет. В этот раз маны у Пофига хватило, что бы лишь слегка разогреть булыганы. Поэтому призыв габота не произвел нужного действия. Голем только вздрогнул от прошедшей по нему ледяной волны. Песок и несколько не больно крупных камешков упали с него на пол. Он с хрустом отодрал примерзшие ноги и шагнул к габоту. Две его ручищи поднялись и опустились на голову атаковавшего его ледяного червя. Раздался жуткий хруст и новый взрыв, в этот раз от ледяного габота. От большинства осколков своей тушей закрыл нас сам голем, но и на нашу долю хватило. Острейшие ледяные осколки забарабанили по стальному нагруднику и нанесли десятки новых порезов на руках и ногах.

Вот черт. И когда у нас уже будут нормальные доспехи? Хотя вон эльфы вообще в крестьянских обносках щеголяют. У них почему-то на Добрынинские доспехи ограничения по расе, хотя на самого трехметрового Добрыню они прекрасно влезли.

– Давай, – сказал я гоблину, – я основную работу сделал, теперь твоя очередь.

Я подтолкнул его в сторону голема, а сам отважно отступил за широкую Добрынинскую спину. А что? Я вроде как маг, хотя благодаря одному гадскому НПС в ловкость у меня очков характеристик вложено больше чем во все остальные вместе взятые. А наше место позади, среди вредных пироманов, лучников и веселых балалаечников. Так как ни стрелы, ни огонь не наносили голему хоть сколько-нибудь видимого урона, то те просто стояли, о чем-то болтая, один Серый наяривал, что-то типа:

Броня крепка и танки наши быстры

И наши люди мужеством полны…

Обновляя у нас бафы на защиту от физических атак и добавляя ловкости. А не плохо они тут устроились, хотя Олдриг у нас рога вроде, правда, как и все недоделанный. Единственное, что он своими ножиками сможет с големом сделать, это какое-нибудь матерное слово на нем процарапать. Не длинное. Буквы на три максимум. Если успеет, конечно.

Я вновь оглянулся на поле боя. Уже третье копье, ударяясь о грудь голема, разлеталось щепками, а погнутые наконечники с глухим стуком падали на пол.

– Черт, Калян, бронебойные заряжай! Не видишь что ли, эти для него как об стену горох!

– Последнее осталось, я ночей не спал, холил его и лелеял!

– Я, если выживем, тебе ночью в памперс муравьев запущу, вот тогда ты точно спать не будешь, заряжай, говорю!

Калян злобно зыркнул на меня, вытащил не длинное, иссиня-черное копье и зарядил его в Немезиду: тренькнула тетива, и наседающего на Добрыню голема, отнесло на пару шагов назад. Хищное жало копья глубоко вошло в грудь каменюки, туда, где его создатели заложили сердце, или какой-то иной предмет, оживляющий эту груду камней. Камень пошел небольшими трещинами, хп просело на пару процентов, вот и весь результат от применения нашего самого мощного антиголемного средства.

– Черт, – прорычал Калян, а первого такой выстрел, сразу пополам развалил!

Мда, этот на пятнадцать уровней повыше, да и физически выглядит помассивнее. Вон он одним ударом переломил копье у основания, оставив торчать в своей туше только наконечник, и вновь на нас попер. А древко-то было как стальное, у меня его и погнуть-то не получалось, не то что сломать.

– Пахан, что делать будем!?

А, что сразу Пахан? Чуть, какая жопа, так Пахан виноват:

– Зигзаг, собирай своих, отвлеките его на пару минут!

Кулдаун на вызов откатился, и я призвал жука – скоробея, натравив и его на неубиваемого противника. Заставить атаковать уязвимые места я его не смогу, но хоть пусть под ногами пока путается, помогает отвлекать на себя внимание.

– Калян, стреляй обычными, старайся попасть в сочленение камней. Майор, у тебя вроде камни душ оставались, давай доставай, не время жаться.

– Да, у меня лабуда всякая осталась бесполезная!

– Давай, – прохрипел я от натуги, пытаясь одновременно не попасть под удар кувалды разбушевавшегося Добрыни, под кулак голема, в две моих головы размером, убрать ноги с пути щелкающего клешнями жука, убрать задницу подальше от летящих стрел и копий, и одновременно пытаясь попасть глефой в уязвимые сочленения на теле голема.

– МарьИвановна, Альдия, сети давайте, надо его затормозить.

Пару дней назад, находясь в вынужденном заточении в одной пещере, мы сплели несколько металлических сетей, глядишь, сейчас они нам пригодятся.

Сети взметнулись в воздух: одна повисла на плече у голема, вторая попала точно на голову. На мою. Я зло глянул на смутившуюся Альдию сквозь мелко ячеистую сеть, одновременно пытаясь высвободить из нее свое оружие. То, что сейчас висело в виде супергеройского плаща на плече голема, меня окутало с ног до головы. Один неверный шаг и я, зацепившись за сеть ногой, начинаю падать вперед. Но упасть я не успел. В противоход моему движению, мне в грудь врезается кулак голема, и я еще больше запутавшись в сети, отправляюсь в короткий полет. Короткий не потому, что удар был слабый, а потому что до стены было лететь недалеко. Быстрый калейдоскоп картинок промелькнул передо мной: пол, стена, потолок, вновь стена и вот я сползаю по ней на пол. В этот раз я не потерял сознание, все ограничилось сбитым дыханием и мириадами разноцветных кругов перед глазами. Круги постепенно начали пропадать, а вот дыхание не возобновлялось. И даже появилась полоса, показывающая, что я задохнусь через полторы минуты. Кое-как опустив голову вниз, я взглянул на нагрудник. От удара он так сильно вмялся внутрь, что не давал мне дышать. Я, поняв, что скоро задохнусь и окажусь один на респе, среди толп разозленных тварей, запаниковал. Кое-как выдрав из сети одну руку, я попытался содрать с себя кирасу, но из этого естественно ничего не получилось. Попаниковав еще пару секунд, я обозвал себя последними словами и полез в инвентарь. Все время забываю, что это не реальность. Легкое движение мысли и… ничего не произошло.

Вы не можете положить эту вещь в инвентарь. Инвентарь перегружен. Освободите место.

– Твою ж, мать!

На белом пляже автоматический собиратель лута забил обе мои сумки всякой хренью до упора, и я их до сих пор не разобрал.

– Черт!

Оставалось тридцать секунд, до моей преждевременной кончины, когда я начал выбрасывать из сумки всякие потроха и внутренние органы животных. Они сползали по запутавшей меня сети и падали на колени, но я не обращал на это внимания. Десять секунд, девять, восемь, семь… уф! Смятая кираса убралась в инвентарь, и сладостный воздух хлынул ко мне в легкие. Нет, конечно, он жутко вонял от наваленных на меня потрохов, но в тот миг я этого не замечал. Я жадно дышал и заодно осматривал поле боя. Жизнь Добрыни просела почти до красной зоны. Майор, Калян и Сантьяго пытались оттеснить голема подальше от огра, но это у них не очень-то получалось. Пофиг, каким то образом, оказавшийся за спиной голема, поливал его потоком пламени, но тоже без всякого видимого успеха. За все время боя тот не потерял и трети хп. Мда, кажись в этот раз нам хана. Я подергал головой пытаясь получше рассмотреть то, что там происходит, но что-то перекрывало мой обзор.

– Хрена себе, а ты откуда взялся?

У меня на коленях сидел белоснежный, с огромными голубыми лучистыми глазами, зайчишка. Он, смешно подергивая носом, обнюхал моё лицо, а затем, зарывшись с головой в разбросанные повсюду потроха, начал ими аппетитно чавкать. Я, почему-то резко покрывшись холодным потом, посмотрел его инфу.

Белый кролик – зомби. Уровень 3. Призван игроком Майор.

– Да он что блин издевается? Кролика третьего уровня нам в помощники поднял!

От моего вопля кроль вздрогнул и, подняв от потрохов окровавленную голову, зло на меня зашипел.

Я сглотнул неожиданно подкативший к горлу ком, махнул головой в сторону сражающихся.

– Кхм, ты бы это, пошел бы что ли, помог там нашим, а то видишь, они без тебя не справляются.

Тварь еще раз на меня шикнула, но все же не торопясь поскакала к голему. А там дела наши были плохи. Мана у Пофига, видимо, закончилась и он тихонько по стеночке пробирался обратно к нам. А голем тем временем крутанулся вокруг своей оси и осаждающая его троица, словно кегли разлетелись в разные стороны. Как раз к этому моменту боевой кролик доскакал-таки до голема и забарабанил по его ноге своими лапками. Нога голема поднялась, а затем резко опустилась. Я зажмурился, а когда через миг я их вновь открыл глаза, голем, поскользнувшийся на кишках бедной зомбозверюшки, уже падал на пол. Раздался страшный грохот. Так и торчащий из груди голема наконечник бронебойного копья, вошел в нее до самого конца. Раздался треск и голем рассыпался на составляющие его булыжники.

– Уфф, – я глубоко выдохнул, осматривая поле боя, больше похожее на утро первого января. Среди павших в не равном бою с зеленым змием мужиков, бледными тенями скользили женские фигуры с бокалами огуречного рассола. У наших, конечно, были баночки с красными эликами, но, все равно, было, похоже.

– Кхэм, кхэм, если вас не затруднит, будьте так любезны, если вам не трудно, пожалуйста, освободите меня от этой сети.

Ха, да я сама любезность. Да, да, не тот я человек, что будет грубить людям, которые могут просто оставить меня куковать спеленатым в сеть, с ног до головы заваленным чьими-то кишками.

– Пахан, – ко мне подошла Альдия, – ты что, опять весь бой в сторонке провалялся?

Сеть не дала мне протянуть руки к ее тонкой шейке, и сломать ее к чертовой матери, так что пришлось, натужно улыбаясь, тихо просипеть, что-то типа того, что вот в сетке нечаянно запутался, и не смог примкнуть к рядам защитников отечества.

– А это чегой? Что за гадость? – Она ткнула пальчиком в наваленные у меня на коленях и выпирающие из сетки внутренности.

– Ну почему же гадости, – это элитные потрошки. Вот, например, это селезенка Бармоглота, это струя карликового бобра, а вот это шедевр коллекции – толстая кишка тонкого дикого мохноуха. Если ты их МарьИвановне отнесешь, она из них таких пирожков налепит, пальчики оближешь!

Олдриг неодобрительно покачав головой, отодвинул в сторону, враз позеленевшую супругу, начал выковыривать меня из сетки. Пока мы этим занимались, к полю боя подтянулась уцелевшая часть команды: Серый, МарьИвановна, да Пофиг. Фингал, под глазом мага светил ничуть ни меньше, чем магический огонек, порхавший у него над головой.

– Майор, – обратился я к начавшему подавать признаки жизни соклану, – как хочешь, но нам нужен танк. Камней душ, я так понимаю, у тебя нормальных нет, хотя кроль твой был великолепен, такого монстра сумел завалить. Но не об этом сейчас. Из подходящих материалов для твоего голема, у нас есть останки големов которых мы замочили. Выдирай им сердца, вставляй какие-нибудь из наших запасов и читай свой ахалай – махалай. Факир все еще в отрубе лежит, нам помощник срочно нужен. Мой гоблин, – я показал на поднятую с пола кирку, – возвратился в свою Вальхаллу или чистилище, или куда там местные мобы попадают после смерти. Короче, я по новой его призвать смогу только через час, а за это время там от города камня на камне не оставят, а нам, между прочим, в нем жить еще.

Мы дружно притащили к пошатывающемуся Майору останки трех разрушенных големов и выложили на полу из них человекообразную фигуру. Майор вложил ему в грудную клетку огромное сердце. Животина, при жизни, была минимум размером со слона. Призвал призрачный посох и начал читать заклинание. Ничего не произошло. Он попробовал еще раз – результат тот же.

– Пофиг, попробуй ты. Помнишь, как ты сердце у нашего первого сопляного голема разогрел огненными стрелами? Он после этого у нас зафурычил.

– Тогда сердце обозначалось как цель, а это нет. Хотя для струи пламени цель не нужна, можно попробовать.

Пламя из его рук ударило в камни, раскаляя их. В тоннеле аппетитно запахло шашлычком.

– Осторожнее, осторожнее, не спали его, равномернее прожаривай.

– Уменьши напор, спалишь все к чертям!

– Ага, с левого бока уже хорошо подрумянилось, справа заходи.

Устало глядя на открывающуюся картину, вдруг поймал себя на мысли, что я тоже больше переживаю за готовность продукта, чем за процесс поднятия голема. Поэтому я нисколько не удивился, когда МарьИвановна на время остановила Пофига, поворочала сердце на раскаленных камнях, щедро посыпала солью и ароматными специями, а затем вновь включила нашу импровизированную печь. Рядом с сердцем на камни шмякнулось два куска мяса, сразу начав аппетитно шкворчать. Я плюхнулся на пол там, где и стоял. Как-то плавно подъем голема перерос в пикник с шашлыками. Хотя чего странного? Когда мы последний раз ели? И не упомнить, вроде пару тысяч лет назад. Все. Пока не поем с места этого не сдвинусь.

Пока мясо допекалось, МарьИвановна расстелила на полу покрывало, на котором тут же оказались тарелки с зеленью, овощами и нарезанным крупными ломтями хлебом. Мясо нарезали тонкими ломтиками, посыпали мелко покрошенным укропчиком… Эх, красота. Дальнейший процесс пережевывания видимо включил в моей голове новые нейронные связи, потому что меня осенило.

– Кости!

– Ну, так выплюнь, ты чего как маленький?

– Да нет, у нас костей полно!

– Ты что, бульончику решил сварить?

– Точно, можно супчику горохового заварганить, на копченых косточках.

– Или холодец?

– Если Пахан варить будет, в лучшем случае какой-нибудь клей получится.

– Ну почему же, если часика четыре поварить, да с чесночком, да с черным перчиком, по мисочкам разлить, да на холод… Ммм, вкуснотища!

– Да нет же! Вам бы лишь пожрать! Мы вообще-то голема поднимали. Остатки старых големов не подошли, но можно же обратного голема сделать. Собрать его из костей, а внутрь вложить одно из каменных сердец которые мы здесь добыли.

Все сразу полезли в свои сумки, еще с Белого пляжа до отказа забитые различными шкурами животных, их костями, мясом и внутренними органами. В итоге гора костей получилась такой большой, что ее пришлось разделить пополам. Одна часть вновь была раскидана по сумкам, из второй стали конструировать голема. Грудная клетка, взятая от слонопатама, мощные лапы гигантского пустынного варана, череп мыши-землеройки. Правда, не хотел бы я увидеть ее когда-нибудь вживую. Череп был размером с три моих, украшен двумя серповидными рогами и такими передними зубами, что любой бобр бы удавился от зависти. Сверху на все это насыпали еще кучу костей, вдруг пригодится, а напоследок Майор в грудную клетку вложил каменное сердце. Пофиг включил свой огнемет, раскаляя его докрасна, а затем мы начали читать заклинание призыва. Вернее, Майор – заклинание поднятия, а я – призыва. Зачем я это делаю, я не знаю, но такой был ритуал в первый раз, поэтому решили не менять то, что исправно работает. Кости ощутимо вздрогнули. Начинающие тлеть ребра пришли в движение, схлопываясь вокруг раскаленного сердца, будто створки Мухоловки на неосторожном насекомом. Череп с противным хрустом встал на место, из глазниц потек слабый розовый туман. Лапы задергались, судорожно скребя по полу страшными когтями. Щедро набросанные нами мелкие кости, поползли по телу голема, образуя сплошной непроницаемый панцирь. Тварь поднялась на лапы и уставилась на нас своими жуткими глазами.

Поздравляем! Вы создали костяного голема (ящерослономышь). Уровень 64. 11.000/11.000.

Используя при его изготовлении одновременно големостроение, некромантию и стихийную магию, вы наделили свое создание повышенной прочностью, дополнительными умениями, и усиленной атакой.

Костяная броня: поглощение 30% урона от физических атак, поглощение 10% урона от магических атак.

Пассивное умение: урон огнем: + 10% урона от огня к физической атаке.

Пассивное умение: аура смерти. 120 урона в секунду, на расстоянии 0,5 метра от тела голема.

Умение: дробящий укус. Игнорирование брони 60% на 1 минуту. Кулдаун 5 минут.

Поздравляем! Ваше умение големостроитель +5, всего 6.

Судя по виду Пофига и Майора, им тоже благодати перепало неслабо. Да и голем вышел на загляденье, аж коленки дрожат. Правда урон огнем и аура нам сейчас мало помогут, но вот дробящий укус, это то, что надо.

– Ну что, поехали? И так тут уже больше часа здесь возимся.

К тому времени все боле менее очухались и мы потопали за шествующим впереди костяным големом. Эх, как мы шли, как шли! Стоило каменному голему начать собираться в функционирующий объект, наш сразу срывался с места. Вскочив на свои колоннообразные задние лапы, его страшные челюсти впивались в булыжник, заменяющий голему голову. Включалось умение – дробящий укус, и камень раскалывался как гнилой орех. Конечно, големы не сдавались без боя, выбивая своими кулачищами костяное крошево из тела обидчика, но стоило ему остаться без головы, он тут же терял ориентацию в пространстве, и добить его не составляло труда. А через пять минут все повторялось по новой. Известную трудность для нас представила только пара големов восстановившихся одновременно. Но одному отгрыз голову наш костяной, в то время как на второго я натравил жука – скоробея: первый, оставшись без головы, бестолково мотался по тоннелю, размахивая во все стороны руками; второй же, не успел ещё добить жука, как был сзади атакован костяным големом. Тот поднялся на задние лапы, его пасть сомкнулась на затылке жертвы, (хотя где у него затылок, а где лицо понять было совершенно невозможно, обычный булыжник, с какой стороны на него не посмотри) в то время как, передние лапы, снабженные грозными когтями, выбивали из его тела целые снопы искр. Его противник же не мог поднять вверх две руки для своего коронного удара. А от его хука, что справа, что слева, с боков костяного голема сыпались только мелкие кости, составляющие его броню. Мы тоже не остались в стороне, добив мечущегося безголового стража. К тому времени как они оба рухнули на землю двумя рассыпающимися горками камней, умение «дробящий укус» уже восстановилось и мы, не мешкая потопали дальше. Наша слономышь, радостно оскалившись, скрылась за поворотом. Через секунду послышался ее довольный скрежещущий рык, а затем раздался звук смачного удара и его смятый череп выкатился из-за поворота прямо к нам под ноги.

Мы всей толпой застыли как вкопанные, боясь пошевелиться. Кто бы там ни был за поворотом, но встреча с ним не принесет нам ничего хорошего. Мы нерешительно топтались на месте, не зная, что предпринять дальше.

– Знаете, – сказал резко затормозивший Пофиг, глядя на затухающие огни в единственной оставшейся глазнице поломанного черепа, – я тут подумал, ведь этими тоннелями постоянно Большой Джо мотался, со своими подручными.

– И?

– И он как-то проходил всех этих стражей, не мог же он все это время под невидимостью находиться.

– Не тяни, говори, что надумал.

– Помнишь, когда мы разбирали доставшиеся нам от его шайки вещи, там кольцо защиты было?

– Не, я в тот момент как раз в местной тюряге сидел.

– Кольцо защиты было, но никакой защиты оно не давало, мы тогда его все померили.

– Ты хочешь сказать, что оно защищает от этих големов?

– Точно, – встрял Серый, – нам трактирщик говорил, что эти тоннели только люди Большого Джо пройти могут, есть, мол, у него какая-то защита от охранников.

– Вот, – Олдриг поковырявшись в своей сумке, вытащил на свет невзрачное медное колечко. Кто пойдет его проверять?

Желающих не нашлось и нам пришлось разыграть эту честь на пальцах.

В первый раз мы соревновался с МарьИвановной. Выкинув ножницы против камня, я продул и прошел в следующий тур.

Во втором туре я выкинул ножницы против бумаги Сантьяго. Он сказал, что ему жаль, но его бумага обернула мои ножницы и я продул.

Последними оставшимися оказались мы с Пофигом. Он выкинул бумагу, а я ножницы.

– Поздравляю, – Пофиг крепко пожал мою правую руку, а в левую запихал кольцо защиты, – разрезав мою бумагу ножницами, ты победил! Иди, разведай все там, страна смотрит на тебя, смотри не подведи! – И тихонечко подтолкнул меня к повороту.

Я в некотором недоумении от того, что я каким-то образом стал разведчиком, подошел к повороту и растерянно обернулся. Вся наша группа, включая дятлов, стояла, мило улыбаясь и помахивая мне на прощанье руками и крыльями.

– Вот черт, – после нескольких ударов по голове соображал я туго, но я понял, что как-то меня точно надули, вот только как, никак не пойму. Ладно, запишем это им на счет, потом расквитаюсь за все скопом, а пока вперед! Я нацепил кольцо на палец и осторожно выглянул из-за угла. Не далее чем в трех метрах от меня, возвышаясь над грудой костей, оставшихся от нашего Слономыша, стоял очередной голем. Только он был гораздо выше и массивнее тех, что встречались нам ранее.

Гранитный голем. Страж. Уровень 250. 1.000.000/1.000.000.

Приехали. Эту каменюку нам не пройти. На меня он не реагирует, то ли не видит, то ли кольцо все же меня защищает, но что-то я сомневаюсь, что оно защитит всю нашу группу. Придется возвращаться обратно, ждать пока таверна догорит и остынет, после чего пробираться через завалы наружу. Или…

Я решительно выпрямился и направился к голему. Он поворачивал голову в такт моим шагам, но больше ничего не происходило. Я обогнул его тушу и вышел в тускло освещенный круглый зал. Все так же выложенный камнем, с потолком, теряющимся в темноте. В центре зала находилось небольшое возвышение, на котором был установлен какой-то ящик. Скорее всего, сундук, осмотрю его попозже. Я огляделся. Помимо того прохода из которого я выбрался, здесь было еще четыре выхода, и около каждого стояло по голему, плюс металлическая ржавая решетка в полу из-за которой доносится тихое журчание воды. Хм, даже если мой план сработает, куда нам идти? Я открыл карту. Соседний со мной выход шел в северном направлении. Есть большой шанс, что он ведет в сторону нашего загородного постоялого двора. Нам туда сейчас не нужно, тем более что тот проход завалило после взрывов в городе в Ночь Большой Смуты. Блин, а название-то какое придумали. Подумаешь весь город обкурился до потери сознания, а назвали это будто на них дракон какой напал. Но ладно, не будем о грустном. Куда же нам все же пойти? Я пересек зал, мельком глянув на сундук. Массивный, окованный широкими стальными пластинами, пудовый навесной замок, изящная резьба… хмм. Большой Джо не раз проходил здесь, и его не тронул. Видать это ж-ж-ж неспроста. Думаю, стоит мне хоть пальцем до него дотронуться и големы из меня кровавую кашу сделают. Схватив за шкиряк рванувшего к сундуку ПалМихалыча, я не обращая внимания на хриплые вопли, потащил его к противоположной стене. Здесь совсем рядом находилось два выхода, и я заглянул в первый. В пяти метрах от поворота стоял очередной каменный голем, восемьдесят пятого уровня. Во втором было пусто. Ну что ж, не будем думать, почему здесь никого нет, с этим будем разбираться, если сюда доберемся. Теперь предстояло проверить самую опасную часть плана. Я подошел к застывшему в проходе голему и, став в низкий старт, стащил с себя защитное кольцо. Голем вздрогнул и вдруг резко отвесил мне пенделя, но конечно не достал, ведь я был готов к этому, на секунду раньше рванув ко второму выходу. Голем, сотрясая землю, рванул за мной. Каким бы массивным он ни был, но двигался он очень шустро. Не успел я от него оторваться, как от следующего прохода ко мне бросился второй голем. Кое-как увернувшись от пронесшейся надо мной гранитной лапищи, я побежал к следующему стражу. Количество преследователей уже увеличилось до трех, когда я пробегал мимо насупившегося ПалМихалыча. Эта скотина вытянула ногу и я, матерясь, покатился по полу. Три темные фигуры нависли надо мной, один занес ногу… А затем опустил и, немного постояв, словно в раздумьях, направился к месту своей постоянной дислокации. Я утер выступивший на лбу пот, поправил на пальце кольцо защиты и побрел за своим големом. Гадский внутренний бухгалтер уже куда-то слинял, и воспитательный втык пришлось отложить на неопределенное время. Ну что ж, подведем предварительные итоги. Собрать всех големов получается. Отвести их от нашего тоннеля получается, так же как и от того, в который нам нужно попасть. Вновь одетое кольцо прекращает атаку големов. В общем, если всякие вредители не будут мешать, то я смогу потаскать за собой големов пару кругов, пока наши не проскочат в нужный тоннель, а затем, надев кольцо защиты, присоединиться к ним. Я уже огибал стража, когда страшный удар швырнул меня на стену и я, полуоглушенный, свалился на пол. В голове помутилось, перед глазами все заплясало. Первой мыслью было, что голем, наплевав на защиту от кольца, вломил мне, но оказалось, что он сам рухнул на пол и не может подняться. А прыгает перед глазами потому, что весь пол ходит ходуном. Изо всех щелей посыпался песок и мелкая пыль, сразу стало гораздо темнее, но я все равно увидел, как в дальнем краю зала быстро вспучивается земля, подхватывая валяющихся на полу двух големов и размазывая их об потолок. Но бугор расти не перестал. Свод задрожал, часть потолка вынесло наружу, часть рухнула внутрь зала, поднимая клубы пыли. Стало абсолютно ничего не видно, да мне было и не до того, я пытался сделать хоть один глоток воздуха. Пришлось оторвать рукав и дышать через тряпку, одновременно вглядываясь в сумрак зала. Глаза мне в этот раз не помогли, но вот уши уловили что-то знакомое. Сначала раздался полный тоски рев, а за ним жуткий треск. Рев оборвался, но вместо него послышался топот сотен хитиновых ног, а миникарта моментально заполнилась десятками красных точек. Прорыв! Как тогда около нашего дома! Будто подтверждая мои мысли, перед глазами вновь замелькали логи.

Внимание! Внимание! Внимание! На Другмир совершено повторное нападение! Замечены новые прорывы у западных ворот, в кузнечном квартале, возле святилища всех богов, еще одно около герцогского замка. Также зафиксированы новые нападения на рынок и воинский лагерь.

Жители Другмира, приказ герцога, оставайтесь в своих домах, поднимайтесь на чердаки или прячьтесь в подвалах. Баррикадируйте двери и окна. Городская стража займется зачисткой улиц.

Всем пришлым, повторный приказ! Вооружаться и идти на помощь стражам и военным! Пробивайтесь к герцогскому замку для получения новых приказов! С этого момента опыт за убийство ползунов увеличен в пять раз. За каждого убитого врага, в случае предоставления доказательств, будет выплачено вознаграждение! Все кто может, на помощь! Да помогут нам боги!

Интересно, около какого прорыва оказались мы? Судя по появившемуся в тоннеле ветру, потолок был разрушен и, по образовавшимся завалам, вполне можно выбраться наружу.

– Или спуститься в подвал, – зло пробормотал я, пятясь назад и прячась за груду обвалившейся земли, когда увидел сквозь начавший очищаться воздух, толпы спускающихся к нам ползунов.

Спокойно стоявший до этого времени рядом со мной голем, как и его собрат у соседнего тоннеля, рванул навстречу ползунам. Двое големов были уничтожены, третий, наполовину заваленный обрушившейся кровлей, слабо подергивался, пытаясь освободиться из-под завала. Но и оставшихся двух хватило за глаза. Одним ударом многопудовой руки или ноги, они расплющивали покрытые вязью огненных рун тела, словно человек, вооруженный тапком, расплющивает таракана. Их полыхающие внутренности расплескивались во все стороны, еще некоторое время полыхая и наполняя пещеру призрачными оранжевыми отблесками. Интересно, откуда на телах этих насекомых письмена и пентаграммы? Да и таких внутренностей не наблюдалось при штурме нашего замка. Я вспомнил свой короткий сегодняшний сон и вылезающих из огромной пентаграммы ползунов, несущих какие-то непонятные предметы. Не оттуда ли ноги растут? Со временем, думаю, мы это узнаем.

Я запустил габота в самую гущу ползунов, чтобы не упустить кучу халявного опыта, и начал отползать назад, когда в пещере появилась она… Ей предшествовала волна непередаваемого ужаса, моментально парализующая тело и мысли. Никогда не думал, что со мной может такое быть, но я буквально затрясся всем телом, с трудом заставив повернуть свою голову в сторону пролома. Там на фоне ночного неба освещенного полной луной, чернел до боли знакомый силуэт. Я застыл, на время даже забыв как дышать.

– Ну?! – вдруг громко рявкнуло у меня над ухом.

У меня нет собой зеркала, но могу сказать уверенно, мои недавно отросшие волосы, в этот миг стали абсолютно седыми.

Я поднял голову. Надо мной, уперев руки в боки, стоял Абрам Моисеевич и как-то неодобрительно на меня смотрел.

– Чего, ну? – кое-как выдавил я из себя.

– Я говорю, послание от Майора: " Ну? Сколько тебя можно ждать? Ты там живой вообще?

– Ждите, – тихо прошипел я.

Абрам Моисееча никто кроме наших сокланов услышать не мог, но меня-то каждый услышать может.

– Ну, я таки и жду, а шо ви мне прикажете еще делать?

– Да не ты! – Неистовая дрожь продолжала все еще меня колотить, и нависшее надо мной приведение никак не помогало улучшить мое состояние.

– Что не я, простите?

– Не ты жди!

– Так ответа не будет?

– Так я ответил – ждите!

– Таки я и жду! Вы уже определитесь, чего вам надо от старого приведения!

Я, было, зарычал, но она была уже здесь.

Принцесса ползунов. Уровень 300. 3.000.000/3.000.000.

Черная как смоль, нагло сворованная разработчиками игры, королева Чужих, шествовала сквозь орды ползунов, яростно хлеща во все стороны своим костистым хвостом.

– А в виде одинокой башки, приколоченной к стене, ты нравилась мне куда больше, – прошептал я глухо, и эта мысль, как не странно, помогла мне частично сбросить сковавший тело паралич.

Поздравляем! Сопротивляемость ментальным атакам +1%. Всего 13/100.

Поздравляем! Вы трижды находились под воздействием атаки феромонов. Вы получаете защиту от феромонов +1%. Всего 1/100.

– Абрам Моисеевич, передайте Майору: "Ты и эльфы, бегом сюда! Не, не так. Бегом, только ползком!" Все пошел.

Связной исчез как раз тогда, когда монстр добрался до големов, непоколебимыми волноломами, стоявших среди бурлящего моря ползунов. Их руки мерно опускались вниз, перемалывая любого, кто попадал под эти удары. Любого, но не Принцессу. Та словно плетью ударила одного из големов хвостом с такой силой, что многотонная махина отлетела назад, по пути задавив пяток ползунов расплескав по всему полу их раскаленные внутренности. Одновременно с ударом принцесса плюнула кислотой в голову второму, и та стала заметно дымиться.

– Охренеть!

Чертов Пофиг, мои волосы поседели, наверное, даже в ушах.

– Ты чего разорался! – зашипел я на него, хочешь к ним на ужин?

– Какого хрена ты тогда нас сюда позвал?

– Я позвал? Ах, да, позвал. Видишь вон ту черную?

К этому времени опрокинутый голем уже поднялся на ноги, и они вдвоем, не обращая внимания на окружавшую их мелочь, успешно обихаживали принцессу своими кулачищами. Та не отступала, хлестала их хвостом, била когтями, и даже разок попробовала пробить грудь голема, выскочившей из пасти второй челюстью. Видимо результат ей не понравился, она обиженно заверещала и отскочила, разрывая дистанцию.

– Ну, вижу и что?

– Как это что? Мы тут все вместе посовещались, и вот!

– Чего вот?

– Да как чего? У тебя же сегодня день рождения! Сначала мы тебе стриптизершу заказать хотели, но ты же несовершеннолетний еще, вот мы все скинулись и вызвали тебе это. Сейчас ты пойдешь и завалишь ее. Миллионы очков опыта, новые достижения и уровни, все это будет твоим! Правда, здоровско? Вперед, герой, почет и немеркнущая слава ждут тебя!

– Да иди ты! – Пофиг обиженно засопел, – тем более уже перевалило за полночь, так что с подарком вы опоздали.

– Ну вот, а мы так старались…

– Валим отсюда, – подползший Майор был тоже чем-то недоволен. Ты, нас, зачем сюда позвал?

– Я тут все быстренько просчитал. Значит так, план такой. Когда эти две каменюки выбьют из Принцессы почти все хп, мы ударим по ней из всех орудий и получим не только пару тонн опыта, но и голову принцессы. И хоть за ее голову нам вряд ли пожалуют баронский титул, да еще и с городом в управление, но все равно награда должна быть просто царской.

– Да, а вот это ты просчитал?

Я оглянулся. Полоса хп големов сократилась только на четверть. Но голова одного, в того что плюнула в начале боя принцесса, почти развалилась. От нее отваливались большие куски, и она все еще продолжала дымиться. Рука второго была оторвана по локоть, и это было не самая большая их проблема. Наверху, в образовавшейся бреши мелькнуло два гибких силуэта и на поле боя появились новые игроки.

Наместница королевы ползунов. Уровень 250. 2.000.000/2.000.000.

Мда, и хотя Принцесса потеряла уже половину хп, сейчас у големов не осталось и тени шанса на победу. Вот если бы их было пятеро, я думаю, они справились бы и с этими… Я быстро глянул на третьего погребенного голема. Сейчас и торса его было не видать. Он весь был завален трупами неосторожно подползших к нему ползунов. Похоже, пора предпринимать стратегическое отступление. Остальные пришли к тому же выводу, и начали потихоньку сдавать назад, но как обычно слинять мы не успели. Наместницы, первым делом, плюнули кислотой в уже пострадавшего голема, и тот окончательно потеряв голову, стал неуправляемо мотаться по пещере, беспорядочно размахивая руками. Второго, окружив с трех сторон, завалили на пол и уже не дали подняться. Среди мелькавших сообщений, что я поучаствовал в убийстве очередного ползуна, появилось новое.

Поздравляем! Вы убили гранитного голема. Уровень 250. Получено опыта 636.000.

А так же улучшение достижений "Давид и голиаф", а также "Кто, ты, тварь?", добавляя очередные десятые доли процента к постоянно получаемому опыту. Видимо этот голем попал под ледяную волну моего габота…

Мы застыли, не смея пошевелиться, если нас обнаружат… Нам не продержаться и секунды. Но как только последний голем затих, все застыли на своих местах, только одна принцесса, прихрамывая на раненую ногу, направилась к решетке, за которой, видимо, находился проход в городскую канализацию. Она протянула лапу и зацепила решетку когтями. Вспышка, последовавшая за этим, казалось, сожгла мне глаза до самого мозга.

Внимание! На вас наложен дебаф: слепота. Потеря зрения на 3 минуты.

Затем было долгое мельтешение цветных кругов перед глазами, потом просто белые искры, пока, наконец, зрение восстановилось, и все это время зал оглашало нестерпимое шипение раненой твари. Мы пришли в себя почти одновременно. Я успел увидеть, как она валяется на полу, суча ногами и заливая из оставшейся культи кислотой пол и не успевших отскочить ползунов. Те там же и оставались: попавшая на них кислота убивала, практически моментально разъедая их панцири. Наконец Принцесса немного пришла в себя и поднялась.

Принцесса ползунов. Уровень 300. 147.000/3.000.000.

Ничего себе! Знатно ее приложило. Принцесса видимо тоже так решила. Она врубила свою ауру страха на полную катушку, так, что даже стоявших рядом с ней ползунов затрясло мелкой дрожью, что уж говорить о нас. Затем она зашипела на всех и, схватив ближайшего ползуна единственной лапой, швырнула его на решетку. В этот раз я успел закрыть глаза. Ну, почти успел. Вспышка была хоть и мощная, но все же не такая как первая. За первым ползуном, моментально превратившимся в горстку золы, полетел второй, за ним третий, пещера осветилась вспышками как от сварочного аппарата. На десятом ползуне все закончилось. Обожженная тушка отковыляла на трех оставшихся ногах в сторону и к решетке вновь подошла Принцесса. Когти единственной оставшейся лапы зацепились за решетку и, выдрав ее с корнем, отшвырнули прочь. Принцесса еще миг постояла на месте, и напоследок одарив меня еще одним процентом сопротивляемости менталу и феромонам, с головой занырнула в образовавшийся провал. За ней последовали Наместницы и все оставшиеся в живых ползуны. Десять секунд и мы остались в подземелье одни.

Глава 4

Как говорится, все что ни делается, все к лучшему, тем более мы остались не совсем одни. Зал был полон убитых и раненых ползунов, обломков големов, боли, дыма и смрада.

– Надо позвать всех, у нас пять минут на мародерку, а затем на выход, надо как-то пробиваться к герцогскому дворцу. И это, големов не трогайте, один из них попал под раздачу моего габота, и его убийство мне записалось, хочу такого в свою книгу призыва.

– Так, – стоило всем собраться в зале, как я стал раздавать указания. Мужики, разбиваемся на две группы, обходим зал по кругу, добиваем раненых и собираем лут, пригодится отчитываться перед начальством. Если после сегодняшней ночи будет перед кем отчитываться, – добавил я тихо. Альдия прикрывай нас. МарьИвановна на вас сундук, соберите все, что сможете вокруг него найти.

В горячке боя Принцесса стегнула по нему хвостом, и он взорвался золотыми брызгами, усыпав весь пол тяжелыми кругляшами. Сам я, призвав жука – скоробея в защитники, направился к остаткам големов. Пару раз недобитые ползуны пытались подползти ко мне, но жук быстренько отчекрыживал им лапки своими страшными клешнями.

Поздравляем! В вашей книге призыва появилась новая запись. Гранитный голем. Магическое существо. Уровень 150-250.

Умение: блок. (Голем не может наносить урон, но и урон по нему уменьшается на 95%).

Двойной удар: голем наносит удар двумя руками (кулдаун 10 сек.) Урон 500% от обычного, игнорирование брони 60%.

Умение защитник: забирает 20% урона направленного на его хозяина.

Умение каменный шип: каменный шип выскакивает из земли, нанося урон противнику на расстоянии до двадцати метров. Урон равен 200% от его обычной атаки (кулдаун 10 мин).

Неплохо, а что там у нас по луту?

Сердце гранитного голема. Используется в големостроении. Используется как основной ингредиент для великого эликсира каменной кожи. Необходимо для создания свитка вызова гранитного голема.

Свиток заклинания каменной кожи.

3200 золота.

Со второго выпало то же самое плюс латные перчатки, на милишника уровня 150+.

Мой жук, выжрав всю ману, растаял и я, вытащив свою глефу, присоединился к МарьИвановне, собирая разбросанное по полу золото, вещи и лутая павших ползунов. Из ползунов в основном выпадало золото, в небольшом количестве, хитиновые панцири и слизь. Слизь я брать не стал, но панцири, выкинув из сумки половину барахла, забрал все. Вещи из сундука были поинтереснее.

– Пофиг, иди-ка сюда, похоже, я все же нашел тебе подарок.

Нахлобучив найденное на голову мага прямо поверх черепа единорога, я, склонив голову набок, залюбовался получившийся картинкой.

Темно-синий колпак почти метровой высоты, расшитый золотыми звездами и маленьким серебряным колокольчиком, болтающимся на самом кончике. Этот шикарный головной убор немного портил торчащий из-под него рог единорога, но ничего, зато какие плюсы!

Колпак сумасшедшего мага. Класс редкий. 250/600.

Мудрость + 10.

Интеллект + 20.

Мана + 1500.

Сила стихийных заклинаний +5%.

Привлекательность с нпс -3.

Я глянул на мага, который с торчащим рогом единорога и колпаком, стал точь-в-точь похожим на исхудавшего Буратино, и мысленно содрогнулся.

– Великолепно, ты просто красавчик, вот, держи тебе в утешение… Э-э, то есть я хотел сказать в дополнение, свиток каменной кожи, изучай, пора расширять твой ассортимент заклинаний.

Я, наконец, смог отвести взгляд от хмурого лица мага и зарылся в сундук с головой.

Малый посох Нагаша. Класс редкий. 640/1000.

Мудрость + 30

Интеллект +20

Контроль +2

Требования к подъему нежити -30%

Встроено заклинание: радужная сфера. (Магия смерти). Зарядов 0/50

Требования: класс некромант, уровень 60.

Наконец-то, что нужно, а то половина инвентаря завалено высокоуровневыми вещичками, а мы сами в труселях до сих пор рассекаем. Что там у нас еще?

Амулет маны. Класс обычный. 200/200.

Мана +1000.

Требования: уровень 30.

Так – это мне, с маной у меня жуткий напряг. Амулет лег на мою волосатую грудь как родной, моментально и существенно повысив у меня запасы маны. Так, дальше.

Струны сладкоголосого Русэса. Класс уникальный.

Установленные на любой струнный инструмент, они добавят +20% к усилению наносимых бафов.

И последнее.

Тога эльфийского лучника. Класс редкий. 500/500.

Защита +70.

Защита от ядов +20.

Сила +5.

Ловкость +15.

Умение владения луком +5.

Требования: раса эльфы, уровень 50.

Да, да, да. Пока не доберемся до Восточных лесов, я и не надеялся найти, что-то подходящее для наших эльфов, а оказывается кое-что можно найти и здесь. А вообще непонятная хрень творится, ни на одну расу ограничений, кроме эльфов нет, почему их так выделили – не понятно.

– Пахан, ты, чего там так долго возишься, мы уже закончили.

– Да вот, с МарьИвановной вещички разглядывали. Держи, – я протянул подошедшему Майору посох, – развлекайся.

Майор неверяще протянул к посоху руки и вцепился в него, как сиротка на новый год в пакетик с мандаринами.

– Господи, – после минутного молчания, выдал он, – я уже перестал верить, что это когда-нибудь случиться в этой проклятой игре. Ты не представляешь, как после Битвы Богов мне не хватало этого ощущения, когда в твоих руках лежит надежное оружие.

– Ну, ты, главное, не раскисай давай, пока все трупы не развеяли, поднимай кого-нибудь помощнее.

Реакция Альдии на накидку, была не менее эмоциональной, та чуть не зарыдала, быстро сменив рваные тряпки на тогу. Мда, что-то с боевым духом у нашего отряда совсем кисло, да и денек выдался не из легких… и когда, и как он закончится не известно. Срочно нужна впечатляющая, красивая и безоговорочная победа. Вопрос только, где б такую взять? Пока я тупо пялился себе в пупок, остальные занимались делом. С единственной оставшейся в подвале кучки трупов, тела снимали с помощью металлической кошки, привязанной к канату. Так как кулачищи, размахивающего во все стороны придавленного голема, любым попаданием способны были превратить нас в мешок с перемолотыми костями.

– Нихрена себе, вот это да!

Радом с Майором, попеременно припадая на все переломанные ноги, топтался ползун – берсерк девяностого уровня, но некромант на этом не успокоился. Он вновь начал свой танец с бубнами и из кучи трупов к нам похромал еще один ползун. Их поломанные тела, противно скрепя, начали принимать первоначальную форму. Письмена и пентаграммы, покрывающие их броню, расползлись, приобретая бледно-зеленое свечение.

– Вот это посох! Не поверите, я еще одного зомби смог бы контролировать, да мана закончилась, а запасы эликов почти вышли.

– Ладно, думаю как выберемся на улицу, трупов будет завались, только чур уговор, если меня убьют, зомби из меня не делать!

Внезапное озарение, разгладило черты Майора, но он практически моментально стер его со своей наглой хари, черт, язык мой – враг мой, зачем я об этом вообще заикнулся? Ладно, теперь придется не помирать. Правда у меня такие друзья, которые сами мне по кумполу кувалдой врежут, что бы посмотреть какой из меня зомбак получится.

– Всё, давайте на выход. Факир, ты, первый – мы за тобой.

Город встретил нас призрачным светом полной луны, отблесками редких пожаров, воплями, плачем, и шелестом тысяч членистых ног. Яма, из которой мы вылезли, находилась в парке, окружавшем герцогский замок, и рядом с нами никого не было. Но буквально в тридцати-сорока метрах от нас, большая группа насекомых атаковала отряд стражников, пробивающийся с выходящей на замок улицы, в парк. В первый момент мне показалось, что это хреновая идея. Стража была в два раза выше по уровням, чем наседающие на них ползуны и, казалось бы, организованная группа бойцов, на узкой улочке имела преимущество чем, если бы она находилась на открытом пространстве. Но с этим врагом все было не так. Дома не защищали людей от нападения с боков, а служили плацдармом для десанта, который шустро поднявшись по стене, прыгал на людей сверху, оказываясь за спинами бьющихся в строю людей. Ползуны нападали большими группами, совершенно не жалея себя, вырывали бойцов из рядов сражающихся и пространство оглашалось полными ужаса воплями людей, уволакиваемых в темноту ночи. На соседней улице происходило то же самое. Но это было ни что по сравнению с тем, что происходило у самого замка. Светящиеся таинственными письменами толпы ползунов бесконечными волнами накатывались на стены замка. Штурмовали защитные сооружения, вползали в разбитые окна и выломанные двери. Весь замок был покрыт ими словно елка новогодними игрушками, мерцая рубиновыми искорками, как только что потухший костер. Там их были сотни, а скорее даже тысячи, и все не ниже нас по уровню, а многие и выше, у замка нам точно делать не чего.

– Сначала поможем страже, затем вместе попробуем к замку пробиться.

Но нашему плану не суждено было сбыться. Не успели мы пройти и пары шагов, из глубины улицы, словно селевый поток, после проливных дождей, в парк выплеснулась новая армия ползунов. Оборонявшийся отряд стражи захлестнуло с головой, а когда поток спал, на том месте остались одни трупы. И тут они заметили нас.

– Отходим обратно! – завопил я, – вниз! Попробуем забаррикадировать один из проходов. Серый, Сантьяго, вы чего застыли? Бегом вниз!

Но они меня, похоже, не слышали. Встав рядом с Факиром, они смотрели на разгорающийся огонек в его руках. Он разгорался все сильнее, источая зеленоватый туман, а затем потух. Я убрал руку от глаз, которой защищался от предполагаемой вспышки, и увидел его.

Темный Эвер. Архилич. Наместник Миктлантекутли. Внеуровневый. Босс города мертвых.

Выглядел он, конечно, совсем неподходяще к столь громким званиям. Ростом ниже среднего, что, правда, скрывало то, что он парил примерно в метре над землёй. Он был одет в потрепанную черную одежку с парой кинжалов в ножнах, да посохом в руках, на правом плече примостилась какая-то отвратная тварь, напоминающая горгулью. Но как бы он не выглядел, дело он свое знал. Я не заметил никакого движения, но вокруг нас образовалась невидимая сфера, в которую тут же врезались несшиеся к нам ползуны. Было странно смотреть на то, как их расплющивает о воздух, силой напирающих сзади товарищей. Лапы ломались с глухим треском, панцири лопались, изливаясь лавовыми потоками внутренностей, но сдвинуть преграду не смогли ни на миллиметр. Лич же, не обращал на них никакого внимания, он смотрел на нас и на его, кажется, безэмоциональном лице вспыхивали искры незамутненной ненависти, но через полсекунды он вновь был спокоен, а затем все повторялось вновь.

– Это Босс, – обреченно проговорил Пофиг, – нам хана.

Точно! Вот что резануло мне глаза – значок босса.

Хрен моржов, из-за которого мы не можем выбраться из этой игры, имел доступ к управлению всеми боссами, а их мы положили не мало, чем окончательно вывели этого маньяка из себя. Ну, так сейчас он с нами и рассчитается за все. Я устало закрыл глаза в ожидании неизбежного. И скоро все началось. Невероятный грохот обрушился на мои уши, и я открыл глаза. Лич, продолжая парить над землей, поднял свой посох и от него во все стороны потек туман. Попавшие в него ползуны моментально скукоживались, высыхая почти вдвое, против своего обычного размера, и рассыпались прахом от любого дуновения ветра. Затем грохот повторился, и в землю ударили ледяные глыбы, размером от кулака, до размера взрослого человека. Они падали сотнями, ломая ползунам конечности и вминая их в землю. При ударе об землю лед взрывался, выкашивая уцелевших насекомых. За ледяным дождем сразу же последовал огненный. Поле боя моментально заволокло взметнувшимся вверх паром, а еще через пол секунды туда же ударила волна холода. Пар, моментально замерзнув, колкими снежинками осел наземь, покрывая ковер из переломанных тел ползунов, блестящим погребальным саваном.

– Три уровня, за двадцать секунд боя, охренеть! – Пробормотал Сантьяго, глядя на призванного ими лича.

Действительно не плохо, если учесть, что за ползунов сейчас дают пятерной опыт, удивляюсь, что они не десяток уровней подняли, хотя похоже этот лич только начал.

Все его тело трясло как в лихорадке, но колдовать это ему не мешало. Он повернулся к герцогскому замку и тот, в один миг, с самого фундамента до самого высокого шпиля покрылся ледяной коркой. Послышался возмущенный вопль, исторгнутый из тысяч глоток и, оскорбленные в лучших чувствах ползуны, горохом посыпались вниз, образуя у подножия замка приличную кучу-малу. Затем лич совершил что-то непонятное: ничего не было видно, но по ползунам словно вдарили невидимым гигантским тапком. Сразу сотня ползунов спрессовалась в плоскую хитиновую лепешку. Еще удар и еще, и снова удар. У подножия замка образовалась настоящая дорожка из прессованного хитина. Туда б еще немного гудрона добавить, и будет дорога на загляденье. Блин, о чем я думаю? Херня какая-то в голову лезет. Это все нервы. Вокруг твориться какой-то сюр. Уровни падают на Раздолбаев, как из рога изобилия и даже нам перепадает чуток. Но, все равно, толпы жуков переростков мечутся по парку в призрачном свете огромной луны, отбрасывая резкие тени на залитую серебром землю. Замок с темными окнами, больше похожий на кусок скалы, торчащий посередине леса. И слабосветящийся внеуровневый лич, который валит врагов пачками, но при этом успевающий бросать быстрые, злые взгляды на нас. Но вот что-то изменилось: взревели трубы и из-за замка появились ощетинившиеся длинными пиками, ряды военных. В первом ряду шли щитоносцы, закрывающие остальных, огромными щитами, от самых щиколоток и до закрытого забралом лица. Через узкие зазоры между щитами быстро били пики с иглообразными навершиями. Они, пробивая ползунов насквозь, так же легко выходили из их тел, что бы через секунду нанести еще один смертельный удар. А из центра строя, сплошным потоком лились стрелы, выкашивая в рядах врагов целые просеки. Ответные же атаки пропадали втуне. Кислотные и огненные плевки разбивались о воздушный щит, бессильно стекая на землю, оставляя на земле выжженные проплешины.

Я выдохнул, уф… спасены. Повиснем у них на хвосте, против такой силы ползунам не выстоять.

Ползунам нет, а вот личу… Небеса разверзлись, открывая окно в преисподнюю, и на шеренги военных хлынул огненный поток. Большая часть хлынувшей на людей лавы, обезвредил воздушный щит, но часть, все же пробилась внутрь. В ночи разносились вопли заживо сгоравших людей.

– Ты что творишь? – Завопил Факир, хватая лича за пояс, пытаясь развернуть его к нам, – это свои!

Лич не оборачиваясь, хлестнул его тыльной стороной ладони по лицу. Я обескуражено смотрел на подкатившуюся ко мне голову рыцаря смерти и на его свалившееся укороченное тело. К личу с воплем подскочил Добрыня, обрушив на его голову свой молот. Тот, вспыхнув еще в воздухе, взорвался алыми брызгами, даже не долетев до цели.

Костлявая ручка лича схватила огра за горло, хрустнули кости, и тот мешком свалился на землю. Вторая же рука продолжала выводить пассы. На воинов рухнул ледяной дождь, а от земли стал подниматься угольно черный пар, разъедая броню и плоть людей. Все это произошло буквально в течение секунды. Мои сокланы и оставшиеся в живых Раздолбаи еще бежали с обнаженным оружием к взбунтовавшемуся личу, когда я с головой нырнул в суму.

– Это плохая идея, очень, очень плохая идея! Но, похоже, лич постепенно переходит под управление Малыша и ничего другого не остается…

Выхватив искомое, я сдавил до крови в ладони амулет в виде пентаграммы. Окружающие нас тысячи ползунов, с ног до головы покрытые огненными рунами и пентаграммами, не призрачно намекали, что за всем этим беспределом маячит большая, рогатая тень демонов. А у меня тут как раз вроде как амулет связи с их главным. Лича нам не остановить, а так как он только что положил несколько сотен этих самых ползунов… Мысли несутся галопом, как взбесившийся носорог. Быстро, неукротимо, мощно и даже где-то грациозно, но всё как-то не туда:

– Твою ж, мать! Как же тебя активировать?!

И тут моя кровь из рассеченной ладони капнула на него, и он активировался сам.

Сказать, что я ждал именно такого способа связи, значит нагло соврать. Вокруг меня как будто все замерло, а от амулета начали звучать гудки, как в старых моделях айфона 65Х, которые еще не были вживлены в мозг, а носились в руках.

Пип, пип, пип, пип…

– Алло, на связи нижний круг преисподни, приемная Владыки. К сожалению, господина Астарота сейчас нет на месте, если желаете, на ваш вызов ответит его заместитель – господин Вельзевул, – на том конце провода умолкли, а я не мог произнести ни слова. Голосом, которым только что ко мне обратились, надо минимум просить продать душу и тело. Чарующий, завораживающий, лишающий силы воли. От него у меня весь организм встал дыбом. Что душа, если бы меня этим голосом попросили продать весь род людской, я бы только спросил: «куда их сдавать?».

– Ну, так что, вам подходит наше предложение?

– Мда… – Прохрипел я, не понимая о чем меня спрашивают, но согласный на все.

– Отлично, ожидайте.

Время вновь вошло в свое русло, и я увидел, как МарьИвановна безжизненно оседает на землю. Майор распадается серым пеплом, который тут же развеивает налетевший порыв ветра. Альдию и Олдрига пробивает воздушным копьем, и они в объятиях друг друга валятся на покрытую инеем траву. Лицо лича, освещенное багровым заревом, обращается ко мне. Видно его плохо, воздух над разгорающейся между нами пентаграммой дрожит, как над асфальтом в жаркий июльский день.

– Тринадцатый! Чтоб твою душу на веки в храме паладинов заперли…

Гороподобный, увитый жуткими канатами мускулов субъект, подозрительно уставился на меня.

Вельзевул. Соправитель преисподней. Вне уровней.

– Ты не тринадцатый… – прозорливо догадался он, когда ему в затылок, прямо промеж рогов, ударило лезвие титанической ледяной секиры, секунду назад сформировавшейся в воздухе. Удар был такой силы, что пламенеющего гиганта бросило на колени, прямо мне под ноги. Когда его глаза вновь поднялись от земли, я увидел в них маленькую уютную пыточную камеру, где-то в самых глубинах ада и себя, навечно захороненного в ней.

Протянув дрожащую руку, я проблеял, – это он, не я, я б ни за что…

Голос мой умер, но этого было достаточно. Многотонная туша развернулась на месте, будто была невесома. В двух правых руках полыхнули клинки огненных мечей, левые подняли в воздух гигантский ростовой щит, закрывающий все тело колоса. Лич хоть и левитировал в метре от земли, но даже так он дышал демону в пупок. Но, как я понял, у таких сущностей размер это не главное. Лич хлопнул перед собой в ладоши, и демона снесло, вращая и крутя над землей во все стороны. Вельзевул снес с десяток деревьев и верх тормашками прикорнул у одиннадцатого. Меня краем этой волны тоже задело. Хорошо хоть на моем пути деревьев не встретилось, а то я сразу бы откинул копыта, да и все остальные части тела тоже. Мне вполне хватило появившейся асфальтовой болезни, стершей и соскоблившей с моей тушки две трети хп. Я все еще пересчитывал оставшиеся при мне части моего организма, когда меня кто-то подхватил подмышки и куда-то потащил. Я не видел кто, но судя по жалобному звону колокольчика, один из них был Пофиг. Меня швырнули в какую-то нишу в стене и кое-как обтерли с лица, кровь, заливающую глаза.

– В норме, – я пододвинул в сторону Каляна и выглянул наружу, интересно же.

А смотреть там было на что: новые волны ползунов наскакивали на сферу защиты лича, отвлекая его внимание от демона, и точно так же гибли, так до него и не добравшись. Зато это дало демону время прийти в себя. Подобрав один из выроненных в падении мечей, тот не сближаясь, взмахнул им, и небеса пронзил след от падающего метеорита. Прозрачная оранжево-рубиновая глыба врезалась в землю, сотрясая все вокруг и оглушая нас невероятным грохотом. Хорошо, что в это время я лежал, падать было не далеко. Нас подбросило вверх метра на полтора, а затем шмякнуло об землю. А затем снова подбросило и вновь шмякнуло, перемешивая наши тела, словно в блендере, и все это в полнейшей тишине. После удара метеорита на нас навесился дебаф глухоты на полчаса. Когда нас перестало швырять из стороны в сторону, у меня даже сил подняться не было, полоса жизни моргала где-то около критической отметки, а устал я за эти сутки, как не уставал никогда, даже в армии в первые дни службы. Моих губ коснулось что-то холодное, и в глотку полилась освежающая жидкость. Черный силуэт темного эльфа, склонившийся надо мной, показывал куда-то своими мосластыми руками, да и я чувствовал, что по моему бренному телу бьют, падающие сверху камни от разрушающегося замка. Калян рывком поднял нас на ноги и потащил к дыре в земле, откуда мы только недавно выползли. Земля ходила ходуном, и добраться до входа в подземелья нам удалось не сразу. Но когда добрались, у меня не хватило сил что бы убежать в безопасное место. Творящееся вокруг завораживало, как зрелище змеи, целиком проглатывающей ежа. Противно до тошноты, но оторваться не возможно. Как партизаны мы выглянули из дыры, что бы полюбоваться открывающимся зрелищем. Картина за эти пару минут разительно изменилась: повинуясь взмахам демонского меча, небеса один за другим пробивали вспышки падающих метеоритов. Они били в одну точку, где вместо земли уже плескалось небольшое лавовое озеро. Десятка три ближних домов были разрушены до основания, с замка сыпался целый водопад разноцветных стекол из разбитых витражей, но само здание еще держалось. Но долго ли? Вельзевулу надоело швыряться метеоритами, и он огромными прыжками помчался вперед, расплескивая лаву во все стороны своими огромными лапами. Посреди рукотворной преисподни, стоя на одном колене и упершись в землю одной рукой, в небольшом шаре силового поля, находился лич. Никаких повреждений на нем видно не было, но по его заторможенному состоянию было видно, что бомбардировка метеоритами, для него не прошла бесследно. Когда лапа демона беспрепятственно прошла сквозь силовое поле, он даже не попытался защититься. Разъяренный демон развернулся, и как из катапульты швырнул хрупкое тельце лича в сторону замка. Хрупкое-то оно хрупкое, но почему-то от удара сломалось не оно, а двухметровой толщины гранитный столб, в который он врезался. Демон не останавливаясь ни на секунду, рванул к нему, схватив его тело своей когтистой ручищей, которая была размером, с половину тела лича, и сразу завопил. Звука я так и не услышал, но мне и картинки хватило за глаза. Демон разжал держащую лича руку, которая вся покрылась черно зелеными нарывами. Лич не долетев до земли, завис в воздухе, в его руках сверкнуло два кинжала. Он спланировал к земле, и вбил их в ступню демона. Рева раненого демона я не услышал, спасибо дебафу, но даже до нас дошла вибрация, шедшая из его глотки. Видимо эта выходка окончательно взбесила рогатого. Здоровой ногой, он запулил лича обратно в озеро магмы, затем весь как-то сжался. Огненные прожилки, избороздившие его тушу начали расширяться и расширялись до тех пор, пока он весь не стал оранжево-желтым, словно расплавленный металл. Пораженные неизвестным ядом конечности отвалились черными головешками, а на их месте тут же выросли новые. Он в три огромных скачка забрался на верхушку замка, отломил там один из шпилей и прыгнул вниз, на только что выбравшегося из лавы лича. От удара куском крыши, тот опять с головой ушел в расплавленный камень, но разбушевавшийся демон, выдернул его оттуда, и вновь швырнул лича в многострадальный замок. Тот своим бренным телом сломал очередную стену, и дымящимся, безжизненным кулем свалился около нас. Мы застыли, не имея возможности пошевелиться, словно мыши загипнотизированные змеей. Потом наши глаза поднялись. Ну что сказать? Этот демон вблизи был еще больше, чем мне казалось, а друзья у меня умнее, чем я думал, оба они уже скатились вниз в относительную безопасность подвала. Я же, подхваченный невидимой рукой вознесся к самым глазам обитателя ада. Тот что-то проревел, и меня обдало нестерпимым жаром. Видя отсутствие осознанной реакции с моей стороны, он щелкнул пальцами, и водопад звуков вновь хлынул мне в уши.

– Отвечай букашка! Откуда у тебя амулет тринадцатого и почему меня здесь этот хрен поджидал? Ты что, с его помощью меня пленить хотел?

Я стряхнул с лица, превратившиеся в пепел брови, и кое-как откашлявшись, четко, кратко, лапидарно, как нас учили в армии, доложил все, что знал.

– Хрен его знает, господин Вельзевул! Если Тринадцатый – это тот демон, которого Астарот послал нас убить пару раз, то мы с ним подружились, и он подарил этот амулет мне. А на счет лича, так тут все просто, я увидел, что он ваших ползунов валит пачками, вот и вызвал вас, что бы вы с ним разобрались.

– Ты думаешь, я поверю этой хер…

Договорить он не успел. Два призрачных десятиметровых копья, проламывая роговые пластины, вылезли из груди демона, и тот захрипел, валясь на колени. Я, оставшись без поддержки, грохнулся на землю с пятиметровой высоты, отбив все, что еще не было отбито до этого но, слава богу, вроде ничего не сломал. Демон, раздирая грудь, на которой все сильнее расширялись черные пятна, еще сильнее захрипел, и начал крениться в мою сторону. Четыре руки, вдруг вцепились в мои плечи и поволокли подальше от заваливающегося колоса. Еще секунда и мы вновь сползаем в свою нору.

– Господи, да закончится это когда-нибудь? – пробормотал я себе под нос и ничего не услышал, дебаф глухоты вновь вернулся на свое место. Но даже ничего не слыша, было понятно, что ничто заканчиваться не собирается. Над упавшим на четвереньки демоном зависла изломанная фигура лича, держащая в руках два призрачных копья. Демон явно поторопился, списав его со счетов. Того хоть и мотало из стороны в сторону, как будто моряка в девятибалльный шторм, но за копья свои он держался крепко, превращая пламенеющее нутро демона, в безжизненный камень. Казалось, победа осталась за личем, но одного из архидемонов не так легко завалить. За его спиной вдруг развернулись огромные, усыпанные шипами крылья, и в следующий миг сошлись за спиной, словно огромные ножницы, рассекая призрачные копья и откидывая лича назад. Темные пятна на груди демона тут же перестали расти и демон смог подняться на ноги, рвануть к противнику, и начать вколачивать того в землю, прямо вместе с вновь включившимся защитным полем. И тут на сцене появилось третье действующее лицо. Вернее их было много, но сразу было понятно, что главный там один, а остальные не больше чем просто массовка. Герцог, светящийся холодным белым светом, словно неоновая лампа, и с таким же мечом в руках, вышел из-за замка и остановился. Справа от него встал Вандэнбрук, а сзади столпилось еще с десяток воинов. Судя по их лицам, они ожидали увидеть что угодно, только не двух сражающихся внекотегорийных монстров. Однако же герцог не впал в ступор. Он что-то резко бросил Управляющему и твердой походкой направился к сражающимся монстрам. Те тоже не сидели без дела. Лич от ударов демона уже вошел в землю настолько, что его стало не видно, но и голову демона скрывала непроницаемая пелена абсолютной черноты. Она постоянно двигалась, меняя форму, и из нее во все стороны летели капли все прожигающей жидкости. Тем временем воины, сопровождающие герцога, построились в круг, и подняли мечи, соединяя их в воздухе. Герцог перешел на бег, подпрыгнул метра на два в воздух и рубанул занятых друг другом монстров, своим мечем. До того как нас снесло внутрь провала и погребло обвалившимся сводом пещеры, я успел увидеть как освещенный ярчайшей вспышкой, начал рушиться герцогский замок.

– Пахан спал глубоко и спокойно, но он знал, что ровно через двадцать минут он проснется бодрым и отдохнувшим, – пронеслась откуда-то смутно знакомая мысль, и измученный разум рухнул в блаженное беспамятство.

Господи, какая гнусная ложь!

Нет, я очнулся ровно через двадцать минут, даже дебаф на глухоту не успел спасть и только отдельные тени настоящих звуков, кое-как пробивались в мою черепную коробку. Тело болело даже в тех местах, о которых я раньше и не подозревал. Непонятная тяжесть давила на грудь и дышать было почти невозможно. Напрягая все оставшиеся силы, я кое-как перевернулся на бок, сбрасывая с себя груду камней и пыли. Сплюнул на землю забившую рот землю. Немного передохнул и непослушным языком выковырял из-за щеки застрявший там кусок гравия.

– Твою-то мать, да что бы я еще хоть раз в жизни влез в разборку с этими тяжеловесами. Нет уж, сначала баня, потом неделя сна, а затем примусь за восстановление нашего особняка. Чтоб я еще хоть один шаг за пределы города сделал, да ни за что! Тем более вон, какие дела начали твориться. Это в замке раньше было хорошо, даже если умрешь, тут же возродишься в комнате возрождения, в полной безопасности. А сейчас? Утащат тебя гребаные ползуны в свои норы и будешь каждые пять минут возрождаться среди рассерженного муравейника, или еще того хуже, отложат в тебя личинку паразита и будешь год в своей груди чужого вынашивать. Да и личи всякие с демонами. Надо подальше от них держаться, недоросли мы с ними силушкой богатырской меряться. И вообще, веду себя в последнее время как клоун: пора уже за ум браться – на мне клан, взрослеть пора.

– Пахан, хорош бубнить, спать мешаешь!

–Давай, подъем, город все еще кишит различными паразитами, некогда спать.

Кое-как, совместными усилиями мы выкопали Каляна из-под завала. Его количество жизни, как впрочем, и у Пофига пульсировало где-то у самой кромки красного спектра. Я глянул на свое состояние. Тринадцать единиц жизни, нихрена себе, стоит кому-то на меня чихнуть и мне конец. Как так получилось интересно? глянул в логи. Прошерстил последние записи.

На вас наложен баф – последний шанс.

А затем.

Вам нанесено 1.678.098 урона взрывом астрала.

Сработала защита – последний шанс. Хп 1/2920.

Кто это на нас такой баф интересно наложил? Психованный лич? Демон? А может и Герцог, хрен его знает, но кто бы это ни был, сделал он это очень вовремя.

От мыслей меня отвлек тычек в плечо.

–....., ....., – спросил меня Пофиг, – ........?

– Ничего не слышу, дебаф на глухоту все еще шалит. Ты давай приводи Каляна в порядок, потом свяжитесь с нашими, а я пока наверх поднимусь, осмотрюсь.

За прошедшие двадцать минут обстановка значительно изменилась. Во-первых, небо на востоке, наконец, начало светлеть. Значит, эта ночь подходит к концу. Во-вторых, лавовое озеро, сотворенное демоном, почти остыло, и его поверхность сейчас напоминала причудливый лунный пейзаж. В-третьих, нигде не было видно ни одного живого ползуна. Трупов не убавилось, а вот живых как не бывало. В-четвертых, замок не разрушился полностью. Рухнуло только два верхних этажа, а все остальное было боле менее целым, если конечно не считать полного отсутствие витражей. И в пятых, около его подножия было установлено несколько походных палаток, около которых суетились военные.

Я, завороженный произошедшей переменной, поплелся к разбитому лагерю, попеременно хромая на обе ноги и ковыряя в ухе ногтем, пытаясь выковырять оттуда остатки дебафа.

– Немедленно! Сейчас же! Нужно организовать погоню!

– Ваша светлость, вы же знаете, нам туда хода нет!

Хм, похоже, здесь пахнет квестом! Я, заинтересованный услышанным, выглянул из-за палатки, не обращая внимания на пялящихся на меня солдат. На небольшом походном лежаке, полусидела мумия. Ну, или мне так сначала показалось. Фигура была с ног до головы перетянута бинтами и то, кто находился под ними, было бы узнать не возможно, если бы не торчащий из-под повязок благородный орлиный нос. Ну, еще слова Главного управляющего, обращающегося к мумии: "Ваша светлость", можно было считать косвенной подсказкой. Герцог, собственной персоной. Видимо и его взрывом неслабо шандарахнуло.

Немедл....., ......

Черт бы побрал эту глухоту, так можно и без квеста остаться. А квест от самого градоначальника нам нужен как воздух, репутация у нас с ним не очень, а нам здесь еще жить.

– Кому можно это поручить?

– Ой, я смогу, я! – я запрыгал, вовсю размахивая руками.

Они оба повернулись в мою сторону и одновременно вздрогнули, синхронно чертя перед собой какие-то религиозные символы.

– Может кто-нибудь другой? Хоть кто-нибудь? – отчаянно прохрипел герцог.

– Я, я! – подпрыгивал я на месте, еще сильнее размахивая руками, пытаясь привлечь их внимание.

– Кто еще?

– Выберете меня, я смогу, я, я! – На плечах у меня повис как-то незаметно оказавшийся у меня за спиной ПалМихалыч, но я не обращал на него внимания.

– Ох, ну что ж, пусть… – Вандэнбрук махнул нам рукой, и сдерживающие нас солдаты опустили алебарды, пропуская к начальству.

– Так, слушайте сюда, и не перебивайте, дело крайней важности ..........

Вандэнбрук резко взмахивал руками, то показывая на герцога, то куда-то нам за спину, говоря все быстрее и быстрее, к сожалению, из-за дебафа я ничего не услышал, но, когда он закончил беззвучно шевелить губами, и выжидающе уставился на нас, я был уже готов.

– Не беспокойтесь! Мы все сделаем! Все будет в лучшем виде! Вам не найти более достойных помощников чем мы! Мы лучше, чем Чип и Дейл, которые всегда спешат…

Тут я спохватился и резко закруглил речь.

– Доверьтесь нам, мы не подведем!

Все еще висевший на моих плечах ПалМихалыч, перестал зажимать мой рот, закатил глаза и с глухим стоном упал в обморок.

Вандэнбрук тоже закатил глаза, только в раздражении, но видимо приперло их основательно, да и выбирать им было особо не из кого. В общем, он взял перстень, который снял с указательного пальца герцог, и передал мне.

– Выключайте уже свой дебилизм, судьба всего мира на ваших плечах. Всё, забирайте своего озабоченного мага и идите, время не ждет.

Я оглянулся на смотрящего на меня немым укором Пофига, к которому подошел Калян, говоривший до этого о чем-то с герцогом.

Я хлопнул легковесного мага по плечу и мы, оставив моего главного бухгалтера валяться на выжженной травке, побрели подальше от лишних ушей. Стоило нам отойти на приличное расстояние я, наконец-то, смог расспросить Каляна о предстоящем деле.

– Слушай, я там не все до конца уяснил, что конкретно от нас требовалось их светлостям?

Я успел сделать десяток шагов в ожидании ответа, когда понял, что Каляна рядом со мной нет. Обернувшись, я увидел, что Калян стоит на месте, буравя меня недобрым взглядом.

– Ну чего ты, у меня просто после последнего взрыва глухота временная была, вот я и не все расслышал.

– А что ты услышал?

– Ну, типа здрасте, а потом сразу – вперед мои юные герои, не подведите, мы верим в вас. А в логах я только название увидел – Изгнание, наверное, опять крыс надо из герцогских подвалов выгнать, а то ему жить негде, верхние этажи-то порушили.

– ..............., ................,........

Я вновь поковырял в ухе. Нет, в этот раз я все расслышал. Просто такой сложности матерных конструкций я не слышал от Каляна никогда. Да вообще ни от кого не слышал. Да что там ни от кого, даже наш сержант в учебке не мог так заковыристо завернуть, казалось бы, знакомую словесную конструкцию.

– Читай пока задание, а я с нашими свяжусь, надо их сюда вызвать и Раздолбаев этих тоже, сейчас нам понадобится любая помощь.

Получен уникальный квест: Изгнание.

Описание: в Логово Хаоса проникли чужаки. Вы обязаны остановить их до того как они доберутся до телепорта к первозданному Хаосу.

Награда: не известно.

Штраф: если задание не будет выполнено, то волшебный мир погибнет (скорее всего).

– Это что за хрень? Я ничего не понял.

Калян отправил сообщение с Абрам Моисеевичем и повернулся ко мне.

– Наши на подходе, пошли. Я догнал Каляна около надоевшего до чертиков провала, из которого мы только вылезли. Хрен я еще раз туда когда-нибудь полезу.

– Ну чего застыл, спускайся.

– Куда? И зачем, и вообще, что там у нас за задание-то?

Но Калян не ответил, скрывшись в яме. Я, кряхтя, полез за ним.

Когда я все же туда сполз, Калян уже стоял у решетки, ведущей в канализацию.

– Калян, ты че сдурел? Отойди нахрен от туда. Не дай бог чужие обратно из люка полезут, блин, как вспомню их, ноги сами подгибаются.

Калян как-то странно сжал кулаки и пошел на меня, но сзади меня раздались голоса, по насыпи запрыгали камни, зарождающийся солнечный свет на миг померк и вот наши сокланы рядом с нами. Я быстро оглядел их, вроде все здесь, вместе с раздолбаями.

– Вы не поверите, что с нами было, – начал Добрыня, но Калян его прервал.

– Погодь, по дороге расскажешь, если успеешь, конечно, а нам сейчас надо немедленно в катакомбы спускаться.

– Зачем это, – испугано спросил я, – чего мы там забыли?

– Спускаться надо потому, что наш, кхм… недальновидный глава, взял квест на погоню за скрывшимися там Ползунами и их многочисленным начальством.

Я обернулся, выискивая взглядом идиота, втравившего нас в эту авантюру, но никого не увидел.

– Да ладно тебе, – вновь обернулся я к Каляну, ты хочешь сказать, что герцог послал кучку оборванцев спасать мир? Да они там что, охренели совсем что ли? Это задание для группы трехсот уровневых игроков, а ты на нас посмотри, у вас из брони одни кирасы только, а у меня и той нет. Вы чем там думали? Почему меня не остановили?

– Да тебя остановишь разве? На все предостережения управляющего только машешь радостно своей башкой, как китайский болванчик, я думал, у тебя очередной приступ гениальности случился, и план какой-то созрел!

– Чего-то мы ничего не поняли, – вмешалась МарьИвановна, – какой поход? Мы второй день уже на ногах: в голове каша сплошная.

– Там, – Калян кивнул головой на решетку, – располагаются древние катакомбы, под которыми шахты, под которыми пещеры, а в самом низу находится портал к первозданному Хаосу. Когда-то давно, все разумные расы совершили ритуал, и портал стал не доступен ни для кого из них. Но демоны придумали хитрую штуку, получили контроль над королевой ползунов, сколотили из них армию и отправили сюда. И если эти твари достигнут портала, то они смогут разрушить этот мир, вернув его первозданному Хаосу. Вот такая краткая история. И теперь дело за нами, так как местные не могут зайти даже на первые уровни этих катакомб. Городские склады с боевой алхимией, не без нашей помощи, взлетели на воздух еще дней десять назад. Броня же и оружие для городской стражи, рассчитаны минимум на сто пятидесятый уровень, так что помочь нам с экипировкой они не смогут, придется справляться с тем, что есть. Нас одиннадцать человек, семь питомцев, Майор может поднять трех зомби и, если успеем, сделаем нового голема. Но это даже не так важно. На всем пути к порталу на пути ползунов встанут стражи подземелий, на которых и возлагается основная надежда. Нам лишь надо им помочь в пределах наших скромных сил.

Все горестно застонали, бросая на меня не ласковые взгляды, но все же, усталой толпой, двинулись к входу в подземелье.

– Стойте, подождите, – донеслось сверху и, осыпая с насыпи целые водопады земли, вниз скатилась темная фигура. Освещение было прямо скажем не очень, но запылавший над головой Пофига магический огонек разогнал тьму.

– Кихот, ты что ли?

За прошедшие две недели, проведенные в учебном военном лагере, Донкихот сильно возмужал, и казалось, еще подрос, минимум на пол головы. Да и уровни подросли.

– Сто с лишним уровней? За две недели? Да ты там что, радиоактивными мутантами питался?

– Да нет, просто у нас очень хорошие наставники, да и гоняют нас и в хвост, и в гриву.

Услышав о наставниках, почти все мои сокланы сделали стойку, ведь это то, чего нам больше всего не хватает. Но ни смотря, ни на что, добраться ни до одного нам так и не удалось и мне они стали казаться каким-то мифическими существами, о которых все слышали, но никто не видел. Но нет, вот перед нами стоит результат их работы, достигший минимального – сто пятидесятого уровня необходимого для поступления в стражу в Другмире или в регулярные войска, которые занимаются защитой границ. Я уже открыл рот, что бы выпытать у него их месторасположение, но он еще не закончил:

– Я увидел, как вы разговариваете с герцогом и, узнав от ребят, куда вас послали, рванул за вами.

– О, ты хочешь с нами? Такой бравый боец нам бы не помешал, я помню как ты на себя всякое зверье агрил, это то, что сейчас нам бы очень пригодилось.

Кихот как-то поник, но продолжил:

– Вы же слышали слова Вандэнбрука о том, что никто из коренных жителей этого мира не сможет спуститься туда, но вот тут мы с ребятами скинулись тем, что у нас было. Вот! Он начал доставать из своего рюкзака разные разноцветные пузырьки: тут есть и лечебные, и на манну, есть на силу, ловкость и даже для подводного дыхания. Оружия и доспехов на ваш уровень у нас нет, но вот несколько пучков отличных стрел и копий для стреломёта, взрыв бомбы и много еще всякого разного. Берите. Не известно, что там вам может пригодиться.

Мы, не глядя, распихали полученное богатство по сумкам.

– Калян, давай, ты первый. Спускайся вниз и осмотрись, потом нам напишешь как там и что, а мы пока по-быстрому подготовимся к походу. Майор, давай лезь наверх, найди три боле мене целых трупа и подними их, возьмем с собой. А мы пока вон того голема откопаем, уж больно мне понравилось как такие же двое принцессу ползунов почти завалили.

Сейчас его почти полностью завалило обрушившимися обломками. Из-под земли торчала лишь одна подрагивающая гранитная ручища. Я взялся за лопату, и земля полетела во все стороны. Через пять минут прибыл Абрам Моисеич с докладом от Каляна.

– Здесь обычный коллектор. Выложенные из камня стены, кругом грязь, вонь и разлитая по полу слизь. То там, то здесь на стенах и потолке зеленые пятна, будто светящимися соплями кто-то все испачкал. Далеко уходить не стал, жду у входа. Кстати, выбраться обратно не получается. Я попробовал, мне написали, что выбраться можно будет только со щитом или на щите, поэтому я так понял или мы задание выполним или нас ногами вперед вынесут. И еще у вас двадцать четыре минуты осталось, что бы спуститься вниз, а то нам провал задания засчитают.

– Вот зараза! – Я еще больше подналег на лопату, освобождая голову голема от земли. Стоило тому оторвать взгляд от пола и глянуть на меня, я показал ему данный герцогом перстень и перед глазами сразу побежали строчки.

Гранитный голем. Магическое существо. Уровень 250. Страж подземелья. Желаете взять его в свиту? Да. Нет.

Желаю, конечно!

Гранитный голем. Магическое существо. Уровень 250. Присоединился к вашей свите. 250/3.000.

Отлично! С таким стражем нам обычные ползуны не страшны, теперь попрем вперед как танки, осталось только его откопать. И уложиться при этом в двадцать три минуты. А повозиться видимо придется, землю я почти всю откидал, но спина голема была придавлена здоровенной каменой балкой. Пришлось припахать к работе Майора, вернувшегося в сопровождении трех спотыкающихся о свои лапы ползунов. Те выглядели, прямо скажем, не очень. Поломанные лапы, растрескавшиеся панцири, у одного из треснувшей башки вниз капают взбитые в однородную массу мозги. В общем, копия меня утром после пол-литра Калянского самогона. Зато сам Майор хоть и выглядит помятым, но со своей профессией рудокопа, и неуничтожимой киркой, здесь как нельзя кстати. Еще ему в помощь я вызвал гоблина-рудокопа, всучив ему в руки подобранную после его недавней смерти кирку.

– Что опять? Сын шайтана! Ты даже в посмертии не можешь оставить меня в покое! И ладно бы вызывал меня руду добывать или камни дробить на худой конец! Но ведь нет, меня каждый раз убивают зверски, что б тебе – сыну ишака, всю жизнь наискосок писать, изверг проклятый!

– Да ладно тебе, подумаешь, пару раз в лепешку расплющили, чего так ругаться-то? Тем более, сейчас как раз и надо камень долбить.

Две кирки замелькали в воздухе, глубоко вонзаясь в камень и выбивая из него целые снопы искр. Через десять минут раздался громкий треск, и каменная балка развалилась пополам. Повинуясь моему приказу, голем крутанулся вокруг своей оси, уперся руками в балку и толкнул. Раздался еще боле громкий треск и нашему взору предстала половинка гранитного голема. Появившаяся у меня иконка свиты замигала, а надпись изменилась.

Половина гранитного голема. Магическое существо. Уровень 250. Присоединился к вашей свите. 145/3.000.

– Черт! И почему я не удивлен?

Конечно, даже сейчас без ног, стоя на упирающихся в землю руках, он был с меня ростом, а в плечах так и в три раза шире, но с той машиной смерти, что дала здесь бой ползунам, у него не было ничего общего.

– Ладно, надеюсь, это будет у нас последним разочарованием на сегодня. Осталось пять минут, надо спускаться. Майор, заводи своих зомбаков, потопали.

– Добрыня ты следующий, если ты там поместишься, значит и все пройдут.

Добрыня шагнул к провалу, но его нога как будто наткнулась на невидимую стену.

– Слушай, мне тут пишут, что локация закрыта и без получения особого квеста мне туда не пройти.

– О чем ты говоришь? Квест есть, вот он у меня перед глазами висит – "Изгнание" называется, и время до того как мы должны спуститься вниз так и капает.

– Может у тебя чего висит и капает, но у меня такого нет, и меня туда не пускают.

– Конечно, – вмешался Донкихот, – я даже издалека слышал, как герцог только вам троим это задание давал, и еще очень удивился, когда ты сказал, что вы и так отлично справитесь, и ничья помощь вам не понадобится. Ты тогда еще себя с какими-то легендарными героями себя сравнивал: Сэр Чип и Господин Дейл кажется…

После минутного молчания.

– Майор, попробуй ты. Что значит никак? Да вы что, издеваетесь? Зомбоков хотя бы попробуй туда послать, прикажи им Каляна охранять. Хм, зомби прошли. А ну-ка, Зигзаг, собирай своих и все в подвал. И эти пролетели. Гоблин, как там тебя по батюшке, давай вниз, не тормози. Так, а этот не пролезает, плохо.

Я отозвал, уже было начавшего радоваться, рудокопа и, подняв с земли упавшую кирку, обратился к магу.

– Пофиг, лезь давай, раз дурной язык свой за зубами сдержать не смогли, будем теперь втроем все расхлебывать.

Тот, начал что-то возмущенно шипеть, но легкий пинок в нужное место, прервал его гневную тираду, отправив в неизведанные глубины.

– Так половинка голема, пожалуй, я тебя Половинчиком звать буду, твоя очередь спускаться.

Половинчик уперся колоннообразными руками в землю и буквально зашвырнул свое тело в провал.

– Все минута осталась, я пошел, – я махнул рукой нашей растерянной команде и спрыгнул вниз.

Не успел я даже осмотреться, как рядом возник Абрам Моисеич с воплем: "В сторону!"

– Чего? – не понял я.

Ответ пришел сам. Сверху мне на голову, загудев как колокол, свалилась стальная кираса, а вслед за ней посыпались и множество других вещей, ранее распиханных по мешкам наших сокланов. В конце, на погребшую меня кучу вещей свалилось два свитка. Вновь возникший заменитель чата пояснил:

– Это от Кихота. Он сказал, что на днях они на великанов охотились и вот внутри одного из них, он эти свитки и нашел. Они конечно не боевые, но может, вам на что сгодятся.

Последним на кучу завалившего меня барахла спрыгнул подросший на один уровень Феня, выдавив из меня очередной полупридушенный писк.

– Ну чего встали салаги? Руки в ноги и покондыбали помолеху.

Но сразу мы никуда не покандыбали. Под кучей вещей навалившийся на меня я не мог и пошевелиться, а Пофиг с Каляном, о чем-то ожесточенно споря, совсем не торопились ко мне на помощь. Я так и не понял, чего они не поделили. Пофиг орал, что очень давно об этом мечтал, а Колян уже два раза совсем недавно это делал. Тот в свою очередь настаивал на том, что в то время был под управлением суккубов и ничего не помнит. Пофиг же настаивал на том, что это неважно, и что…

– Хорош уже спорить, – просипел я, сделайте это вместе и снимите, наконец, с меня это барахло.

– Вообще, насколько я понял, они спорят о том, кто первый тебя порешит, – поведал мне Феня, так что сначала разгрести вещи им по любому придется…

Глава 5

– Все что ни делается, все к лучшему, – опасливо выглядывая из под кучи барахла, поспешил я уведомить недобро щурящихся на меня сокланов. Гляньте, пещера там сужается, – я указал вперед, туда, где мечущийся над головой огонек Пофига, выхватывал из кромешной тьмы очертания низкой арки. Там коридор совсем низкий, Добрыне ни за что не пройти. Женщин наших тоже сюда брать нельзя, они больше суток на ногах, еле держатся уже. А одних их тоже оставлять нельзя, а Майор с Олдригом за ними присмотрят. Так что сами справимся, тем более нам и надо то всего, что идти вслед за кучкой калечных насекомых, пробивающихся сквозь ряды могучих стражей, да добивать подранков.

– Не все так просто. В эти якобы закрытые для всех разумных рас пещеры ведет аж семь входов и, по крайней мере, через шесть из них сюда пробрались захватчики и где-то там, далеко внизу, они соединятся в огромную все сметающую армию.

– Зашибись, – пропыхтел я, – а плохие новости будут?

– Будут, – сделав вид, что не понял моего сарказма, продолжил он. В сдвоенном отряде, что напал на воинский лагерь, кроме мелочи, Принцесс и их Наместниц, был замечена гуманоидного вида тварь. Четырехрукая, пятиметровой высоты тушка, которая в пять минут разбила воинские порядки и в темпе вальса, протащила свой отряд до центра города, прямо к герцогскому замку, где продержалась еще с десяток минут против элитной стражи во главе с самим Вандэнбруком. А этот вроде имеет двести пятидесятый уровень и саблю таких размеров, что ей можно и Кинг-Конга на антрекоты нашинковать. Но не в этот раз. Эта хрень выдержала все их удары, пока его сподручные не взломали вход в подземелье, прикрыл их отход и живой и почти здоровый нырнул за ними вслед.

– Калян, да, ты, охренел что ли? Какого черта здесь происходит? Почему нас нубов – недоучек на такое дело послали?

– Потому что, ты, их, речистый наш, уговорил, – хором ответили Пофиг с Каляном, наконец-то выволакивая меня из-под кучи барахла.

Подняв с пола Майоровскую кирасу, нацепил ее взамен расплющенной големом, сразу прибавив пятьдесят единиц к защите. Странный, какой-то у меня персонаж получился. Стальные доспехи одеваются без штрафов. Мое оружие – глефа, завязана на ловкость. Основное умение класса связано с интеллектом и, наверное, мудростью… Мда… Накосячил я знатно. С другой стороны, когда ты ничего не знаешь про свой класс, в игре тяжело не накосячить. Ну, да и хрен с ним, лирику в сторону, пора за дело браться. Монстры сами себя не убьют. Скорее всего. Пора в путь.

– Так, люди, ну и все остальные тоже, двигаемся максимально тихо. У нас архиважное задание и лишнее внимание нам ни к чему.

На меня в шестнадцать глаз недобро посмотрели темный эльф, полуорк, похожий на облезлую крысу дракон и стайка наших пернатых питомцев. Но, слава богу, никто ничего не сказал. Птицы расселись у нас на плечах, Калян, в своих белых тапочках с ушками, мягко выступил вперед, возглавляя нашу процессию. За ним так же бесшумно двинул наш темный эльф. Дракон, туго обернув свое тело крыльями, упал на четвереньки и посеменил вперед, тихо как настоящая крыса. Я, ступая голыми пятками па неровному полу, тоже был бесшумен, как какой-нибудь ассасин в засаде. Отлично, так мы сможем прошмыгнуть мимо любого.

Боом, хрвииии, баам, хрвиии, бабах! Грохот ударов гранитных кулаков и скрежет покалеченного торса о камень пола, похожий на скрежет металла по стеклу, сотряс стены подземелья и наши измученные организмы. Боом, хрвииииии, баам, хрвиииии, бабах! Волокущий на руках свое тело голем, догнал нашу замершую процессию и тоже остановился.

Я передернул плечами, выгоняя из тела охватившую его дрожь:

– Так, новые вводные, к черту тишину, как можно скорее догоняем всех сюда вошедших ползунов и мочим их, долго я этот скрип не вынесу. Все, поехали.

И, вновь, уехать далеко не получилось. Уведенная на периферии зрения карта, замигала ярким ультрамарином.

– Ух ты, камень привязки!

Я положил руку на залитый какой-то слизью и заросший слабо светящимся мхом каменный блок.

Подземелье Другмира. Уровень первый. Совершить привязку? Да. Нет.

– Да, конечно, теперь если что, хоть не от городских ворот сюда бежать.

Пофиг с Каляном тоже приложились к плите.

– Привязались? – Я незаметно вытер руку о Калянский доспех, – погнали тогда.

И вновь погнать не удалось. Стоило мне нырнуть в грубую каменную арку, которой заканчивался короткий коридор, у меня в башке взревели фанфары и мужественный голос произнес:

Внимание первопроходцы! Вы первыми вступили в это подземелье. Вы получаете достижение: "Всегда первый" 3 степени. Шанс найти редкие вещи в этой локации увеличен на 25%. Шанс найти легендарные предметы увеличен на 10%. Шанс...шааанссс…шшаа-аан-ссс…

Раздался жуткий скрип и голос оборвался.

– Зашибись, кажись, один из местных ИИ накрылся.

Мы подождали еще с минуту, но больше ничего не произошло.

– Пойдем уже, и до этого нас вещами не больно баловали, и сейчас как-нибудь обойдемся.

И мы, наконец, нырнули в благоухающий, светлый и ласковый мир местной канализации, потому что открывшийся нам коридор ей и был. Замшелый, извилистый проход, по полу которого тек достаточно глубокий бурный ручей. И он был не узенький, а занимал всю ширину коридора. Хитромудрые птицы тут же расселись у нас на плечах, а проклятый дракон, не смотря на свою крысиную внешность, сим местом тоже вовсе не восхитился. С отвращением подергав своим острым носом, спрятал зажатый в лапе кинжал, и взгромоздился на спину Половинчику, обвив тому шею своим длинным облезлым хвостом.

Ну, что ж, вперед, навстречу приключениям!

Выдвинув вперед нашего недотанка, и поставив наш остроухий осветительный прибор в центр строя, мы вступили в мутные воды местного Стикса. Пол был не ровным и жутко скользким, выложенные камнем стены закончились, а дальше проход шел в естественной пещере, чьи своды лишь кое-где были грубо выровнены. Каменные стены были усыпаны приличных размеров моллюсками, которые приоткрыв свои створки, свешивали вниз тоненькие стебельки с крохотным огоньком на конце. Время от времени около этих огоньков в воде начинали мелькать небольшие тени и тогда моллюск выстреливал в воду удивительно длинным языком. Пару раз мы увидели, как удачливые охотники вытягивали наружу мелких пучеглазых рыбешек, створки смыкались, надежно пряча добычу внутри. Я подошел к одному поближе и прищурился, пытаясь прочесть его инфу.

Подземный удильщик. Ур 12. 240/240. Страж подземелий. Желаете взять его в свиту? Да. Нет.

Чего? И это страж? Если здесь все стражи такие, у нас явно будут проблемы с выполнением этого задания. А на счет свиты, пополнять ее конечно надо, но как я понял, вакансии в ней не бесконечные, так что как-нибудь обойдемся без улиток. Так что нет.

По створкам удильщика вдруг побежали красные всполохи, они распахнулись, а быстро вылетевший язык шлепнул меня по лбу, намертво к нему приклеиваясь.

Внимание! Вам нанесен урон 30. На вас наложен дебаф – отравление. На вас наложен дебаф – частичная парализация.

В следующий миг язык напрягся, резко сокращаясь. В итоге я со всей дури влепился головой в острые створки гребаной улитки. Моллюск, явно не довольный тем, что моя голова не влезла внутрь створок, открыл их пошире и еще пару раз дернул меня к себе. Тупая скотина никак ни хотела понимать, что с ее размером, ей надо наизнанку вывернуться, чтоб моя дурная голова в нее залезла. Но сдаваться она явно не собиралась, долбя и долбя меня головой о створки раковины. После пятого удара ноги мои поскользнулись, и я рухнул в воду. Раздался треск, и гребаный моллюск, оторвавшись от стены, рухнул со мной, где начал охаживать меня своими светящимися стрекалами. Электрические разряды прошивали воду, еще больше сводя мои мускулы, в итоге я начал тонуть. Но тут до моих сокланов, наконец-то, дошло, что что-то пошло не так, и они выдернули меня из воды.

– Ух ты, какой единорог!

– Ага, как настоящий, только страшнее, и трясется так прикольно.

Конечно, трясусь: вся голова облеплена электрическими отростками, а мой мозг каждые пол секунды пробивает охренительный электрический разряд.

– Пофиг, держи Пахана, я сейчас его освобожу.

В лапе Каляна появился топор, порхая в опасной близости от моего носа. Удар по Удильщику и мой скальп, вместе с моллюском, чуть не отделился от черепа. В шее хрустнуло, ноги подкосились, и я снова оказался в воде, содрогаясь от ударов электричества. Через пару секунд я вновь был вытащен на воздух, перед моим мутнеющим взором предстал Пофиг, в руке которого уже наливался мощью фаербол.

– Ща, потерпи, я его быстренько поджарю.

Ага, вместе с моей головой.

– Неее, неее.

Сведенные судорогой мышцы лица не дали мне нормально донести до него мысль, но основной посыл Пофиг видимо понял. Фаербол в его руках погас, но в моей голове разгорался свой раскаленный шар. Яд, впрыснутый тварью, казалось, прожег череп до самого мозга, опаляя нервные окончания.

– Ладно, ладно тварина, беру! – Кое-как смог побулькать я.

На грани потери сознания, я влез в управление свитой и принял в нее долбонутого моллюска.

Подземный удильщик. Ур 12. 240/240. Страж подземелий. Присоединился к вашей свите. 262/3.000.

Стрекала моментально убрались внутрь створок, язык отлепился от многострадального лба и моллюск шлепнулся мне в руки, а я вновь свалился в воду.

Вам необходимо дать вашему новому союзнику кодовое имя.

– Су-у-ука, тварь липучая! – Пробулькал я.

Отлично, имя зарегистрировано.

Не успел я подумать, что в гробу я видел такие приключения, меня вновь вытащили из прохладных и уютных вод канализации. Лоб все еще горел огнем, и я, со смаком прилепив тварь к гранитному боку Половинчика, нарычал на всех, и скомандовал продолжение похода.

– Гляньте, а Удильщиков этих здесь раньше гораздо больше было.

И действительно, на стенах было полно пустующих гнезд, в которых сидели моллюски. Сейчас там ничего не было, только кое-где торчали осколки раковин, как будто их проехавшим грузовиком со стен ободрало.

– Вот и отлично, – потеря трети жизни в противостоянии с мелкоуровневой улиткой, не добавило мне хорошего настроения, – все равно они только и годятся, что на моллюсковый суп.

Гребаный деликатес, прилепленный к каменному боку голема, что-то недовольно забулькал, бешено замахав в воздухе вновь запылавшими стрекалами, и как ни странно его поддержал Калян.

– Не скажи, глянь-ка вон.

В двух шагах от нас из воды торчал слабо шевелящийся бугор. Мы все резко повыхватывали оружие, но оно нам не понадобилось. В воде лежал полупереваренный труп ползуна, весь покрытый мирно мигрирующими Удильщиками. Многочисленные электрические разряды пронзали дохлую тушку, броня покрывалась все расширяющимися трещинами. Затем в дело вступали языки, сначала выламывающие куски хитина, а затем и лакомые сизые потроха. Мы, от греха подальше, обошли пирующих моллюсков стороной, даже не пытаясь собрать лут с их добычи.

– Ну что же, неплохое начало, если десятиуровневые стражи умудрились кого-то завалить, то нам и делать ничего не надо будет.

Я ничего не ответил, только включил режим Мастера-ломастера, в желании найти что-нибудь интересненькое, но меня заворожил открывшийся вид. Склизкий, сырой тоннель озарился неземным разноцветьем. Холодные фиолетово – голубые стены, сплошь покрытые, будто живыми сердцами. Красно – оранжевые моллюски мерно помаргивали на фоне холодных стен, а канализационные воды будто наполнились светящимся планктоном, превратившись в прозрачный поток лавы. Там, будто разноцветное конфетти, мелькали стайки рыбешек. А среди них в стремительном движении скользит настоящее чудо – огненный змей с гривой разноцветных перьев и горящей потусторонним бледно зеленым светом чешуёй. В своем совершенстве она была завораживающе прекрасна.

– Ёп, ты, что за уродина, – услышал я вскрик Каляна, – глист-переросток, что ли?

Я скинул режим Мастера – ломастера. Белое пульсирующее нечто, покрытое сеткой синюшных вен, торчащее на полметра из воды, открыло пасть в беззвучном оскале. Грязно розовые, покрытые слизью перья, свисающие вокруг непонятного существа, вдруг резко встопорщились, образуя вокруг головы что-то вроде телескопической антенны. От головы к кончикам перьев побежали все ускоряющиеся всполохи.

– Ложись, – завопил Пофиг и первым занырнул в мутные воды.

Я к этому времени уже достаточно накупался, да еще не совсем отошел от предыдущего мордобоя, поэтому погрузиться в воду не успел и увидел, как огоньки на миг застыли на самых кончиках перьев, а затем с них в сторону головы сорвались десятки тонких лучей. Пасть твари раскрылась еще шире, и из нее полоснул настоящий лазерный луч. Пройдясь веером над нами, он выбил из головы Половинчика целый сноп искр, заодно опаляя шерсть на макушке вовремя спрятавшегося Фени. Три обезглавленные туши зомбо – жуков, с плеском рухнули в воду. Зашибись: миг и мы остались без трети отряда.

– Ку-ку-ре-куууу!

Глаза мои еще не отошли от ярчайшей вспышки, а уши уже недоверчиво вслушивались в неразборчивое кукареканье вынырнувшего Каляна.

– Ку-ка-ре-куууу!

Во второй раз у него получилось лучше, правда я так и не понял, когда он успел стукнуться головой, но как ни странно, вопль привлек к нему взгляд твари.

– Я держу его, – заголосил Калян, выхватывая топор и щит, – валите его!

Я так и не понял, как он может держать кого-то, находясь в трех метрах от объекта, но тот действительно следил за Каляном, не отрывая взгляда. Я выхватил глефу и рванул вперед:

– Не убивайте его, я его в свиту возьму, он мне нравится!

Мне никто не ответил: Пофиг был занят, наливая магической мощью фаербол, Калян же, моментально обвитый склизким телом змеи, только и мог, что тихо материться, врезаясь то в стены, то ныряя под воду, то ударяясь тушкой об низкий потолок. Щит его улетел в неизвестном направлении, топор же хоть и мелькал в воздухе с завидной регулярностью, но, видимо, нашему паладину не хватало ловкости, лезвие постоянно соскальзывало с упругого бронированного тела. Единственный результат его атаки – пара перьев кружащихся в воздухе, видимо срезанных с воротника пернатого гада.

– Так, и что, ты, такое? – Я наконец-то подобрался достаточно близко, чтобы идентифицировать монстра.

Личинка чужого. Уровень 70. 7721/8000.

– Черт, а где тут иконка о принятии в свиту?

Этот и последующие вопросы мне уже пришлось задавать под водой. Личинка чужого с силой распрямилась и швырнула в меня Каляном, в итоге, он благополучно проехал на мне несколько метров по полу. В следующую секунду он схватил меня за грудки, буквально вышвыривая из воды:

– Разуй глаза! Это не страж! Я его держу! Валите его срочно! Ку-ка-ре-ку!

От нереальности происходящего у меня малань поплыла крыша, но в одном он прав, в названии твари нет обозначения, что он страж, надо его валить, как и сказал Калян – срочно! Глефа прыгнула ко мне в руку, и я устремился вперед.

– Ку-ка-ре-ку! Я держу его! – еще раз заорал он, но в следующий миг в игру вступил наш маг.

Огромный, гудящий огненый мяч, разбрызгивая искры, врезался в воду, куда только что нырнула тварь. Грохот. Визг перегретого пара. Струя раскаленной взвеси рванула к потолку, ошпаривая нам кожу и моментально заволакивая обзор. Температура резко подскочила градусов на сто. С потолка посыпались вареные моллюски. Ошпаренная Су-у-ука тварь липучая, что-то возмущенно пропищав, спряталась за спину голема. Волна кипящей воды добралась до наших чресл, заставив вспомнить всю родню одного криворукого пиромана, до седьмого колена:

– Я его потерял! Ку-ка-ре-ку? – Как-то неуверенно прозвучало в сплошном туманном мареве,– ку-ка-ре-ку?

Затем раздался визг: удар тупым по стальному и громкий плеск воды.

– Так, с этой херней пора заканчивать. Где там моя книга призыва?

Миг, и посреди бурлящих вод появляется ледяной габот. Волна обжигающего холода ударила в стороны, и все моментально стихло, лишь медленно оседали вниз блестящие снежинки, только что бывшие непроглядным туманом. Да падали вниз заледеневшие моллюски. Воздух быстро очищался, ноги, вмерзшие в лед по колено, вот-вот готовы были с хрустом отломиться, отделившись от глупого тела.

– А где Калян? – Заключенный в ледяной водоворот маг, с любопытством осматривал замерзшее великолепие. Вода застыла мгновенно, вместе с волнами, всплесками, и миллиардом бриллиантовых брызг. Среди всей этой красоты, вверх торчала знакомая, зеленоватая лапа, сжатая в кулак, а рядом с ней изо льда торчала замерзшая дуга змеиного тела.

– Зигзаг, – хотел я позвать своего питомца, но голос сорвался, пришлось откашляться и позвать еще раз.

– Зигзаг!

Я осторожно оглянулся, все шесть наших питомцев опасливо выглядывали из-за спины вмерзшего в лед голема. Их настороженный взгляд спрашивал, мол, все закончилось? Тоже мне помощнички. Поверх их голов возвышалась заиндевевшая голова Фени, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Э, Зигзаг, давай, бери своих: трое долбят змею, трое выковыривают Каляна.

Но моему плану не суждено было сбыться полностью. Торчащая из-подо льда рука задрожала, лед на ней треснул и вверх поднялся средний палец. Затем рука подернулась маревом и растаяла. Вот черт, Калян ушел на перерождение. Но перед смертью он куда-то в потолок пальцем показывал, может, что на потолке интересное разглядел? Ну да, не до этого сейчас. Поток воды-то никуда не делся, уже почти весь заиндевевший участок оказался под водой, только вокруг габота продолжают расти ледяные торосы. Тот почти обездвижен этой ледяной тюрьмой, но продолжает методично обрабатывать противника замораживающими плевками. Дятлы принялись барабанить своими клювами по замерзшей тушке, даже Феня спустился вниз, колупая неподатливое тело кинжалом.

Наша победа совпала со временем, когда голем, на половину оттаяв, смог выбраться сам и начал выколупывать нас, а так же с возвращением Каляна.

Вы убили – личинка чужого. Уровень 70. Получено опыта 26.765.

Калян был явно не доволен своей кончиной, но, увидев в каком положении, мы оказались, немного оттаял. В отличие от нас: мы не оттаяли. Нам пришлось выбираться изо льда при помощи подручных инструментов. Пофиг огненной струей грел вокруг себя воду, потихоньку освобождаясь от ледяных оков. Мне же пришлось задействовать свою верную лопату, ковыряя замерзшую воду.

– Ну что Коленька, колись, что это за вопли кастрированного петуха ты тут давеча изображал?

– Глас Зари.

– Кандырбийский Кандырбай!

– Чего?

– Чего?

– Глас Зари. Умение паладиновское так называется – Глас Зари.

Калян подвигал зрачками, будто что-то читая:

– Вот: Глас Зари, петух птица гордая и сильная, и магически не простая. Издревле людям было известно, что пение петуха отгоняет нечистую силу и различных неупокоенных. С остальными же он отважно вступает в бой, не смотря на силу противника. Во-о-от. А дальше тут пояснение идет, мол, введите кодовое слово и дальше при его использовании будет включаться умелка – Глас Зари. Нечисть распугивает на столько-то секунд. Насколько именно, вычисляется при помощи охренительной формулы, в которую включено, среди прочего: « Уровень игрока и противника, уровень развития умения, наличие сопротивления и иммунитетов у мобов, встала ли Луна в созвездии Козерога, как давно в этой местности шел дождь из лягушек и есть ли у эльфийской королевы любовник – карлик». То же самое с остальными врагами, только наоборот. Вопль агрит их на меня с той же вероятностью и шансами на удачу, как и с нежитью. Для агра нежити, кстати, тоже умелка есть – Зов Крови. Ну, в общем, вы поняли.

– Вопрос первый: откуда такое чудо?

– Герцог облагодетельствовал. Он, оказывается, глава паладинского ордена. Пока ты там делал вид, что внимаешь Вандэнбруку, он меня подозвал, и одним щелчком все заблокированное разблокировал. Вот так просто, да еще ворох начальных умений и заклинаний отсыпал. Мы несколько месяцев горбатились, золото собирая на простейшие заклинания, а тут вот так просто: раз и все.

– Ну, так и здорово! Чего там у тебя еще есть?

– Много всякого, разбираться надо, я только полчаса назад получил все это, вместе с пинком под жопу. С тех пор и лечу, секунды спокойной нет.

– Ладно, тогда вопрос второй: что за хрень с кукареканьем?

– Так петух же… Гордый и сильный птиц, вот я и выбрал кукареканье.

– Ну, ты блин Калян и ступил, можно было бы любой клич выбрать. "Барра" там или "За родину, за Сталина!", например, вот ты лопух!

Рука, выколупывающего меня изо льда Каляна дрогнула, топор ударил сильнее, чем обычно.

– Ёшкин кот! Калян, ты мне большой палец отломил!

– Извиняй, нечаянно получилось. Ну что, есть еще вопросы? Думаю, штук эдак на девять я еще смогу ответить.

– Не, не, вопросов больше нет, но ты это, если в умениях будет что-то интересное, ты, того, не стесняйся: используй мощный рык зайца, или зверский вопль мыши.

– Шутник, блин хренов. Надеюсь, семи пальцев на двух ногах тебе хватит, что бы от нас не отстать, а то мы, такими темпами, никогда ползунов не догоним.

Мы вновь тронулись в путь.

– Пофиг, а у тебя, что там с заклинаниями? Вроде, пара новых появилось? Почему мы до сих пор в каменной коже не щеголяем? И что там за второе заклинание?

– Да, оно не боевое совсем, для мирного применения: "Зерно в муку" называется. Но я, на всякий случай, изучил. Вызывает каменные жернова, которыми можно муку молоть некоторое время. Пока мана не закончится. А каменная кожа, пожалуйста. Пофиг сделал несколько танцевальных па, под одному ему слышимую музыку, и я умер. Не сразу конечно. Сначала очень быстро у меня окаменели ноги, затем торс, затем голова, не удержавшись на одной ноге, я свалился, ударившись головой о стену. Шея треснула, и голова откатилась в сторонку.

Внимание вы умерли. Вы теряете 6% накопленного опыта.

Где желаете возродиться?

Я выбрал подвал и, поднявшись с плиты возрождения, рванул отрезать чьи-то слишком длинные уши. Хорошо, что отряд не ушел далеко, и я догнал их довольно быстро.

Опытный маг прозорливо спрятался от меня за тушу голема и оттуда уже кричал.

– Я не правильную интонацию использовал, вот так надо.

В этот раз окаменение пошло с головы, но я успел расслышать, что-то типа: "Я б этим мог целый день заниматься!".

А может мне это показалось, потому что я опять умер.

Внимание вы умерли. Вы теряете 6% накопленного опыта.

Где желаете возродиться?

Поднявшись с плиты возрождения, кипя от негодования, я вытащил глефу и со всей дури врезал по свисающему со стены удильщику. Следующие пять минут я провел, колотясь головой о стену и сотрясаясь от ударов электричества.

Внимание вы умерли. Вы теряете 6% накопленного опыта.

Где желаете возродиться?

Поднявшись с плиты возрождения, я убрал глефу и, стараясь держаться подальше от потолка и стен, рванул догонять свой отряд.

Там тоже время зря не теряли, веселясь вовсю. То и дело издалека слышалось бодрое кукареканье, и были видны всполохи магического огня. Маленькие членистоногие уродцы, выглядевшие как кусок студня на многосуставчатых лапках, надвигались на наши ряды, используя и пол и потолок, хотя основная их масса накатывалась валом под водой. Голем, бесформенной грудой лежащий в воде, исполнял роль двойного шлагбаума. Его вытянутые в стороны руки мерно поднимались и резко опускались, размазывая по дну десятки мини монстров за раз. Вода рядом с ним превратилась в бурлящую тошнотворную похлебку, но сдержать всех у него не получалось, тем более что до тех, что на потолке и стенах он не дотягивался.

– Пофиг! – я рванул вперед. Стену огненную врубай! Задавят!

– В воду не ставится! Пробовал уже!

– Сцука. На потолок тогда ставь!

Пофиг тряхнул головой и перевел взгляд наверх. На потолке тут же полыхнула огненая стена. Сначала языки ее жадно рванули вниз, почти достав до воды, но затем физические законы взяли свое и огонь прильнул к потолку, разливаясь по нему плазменными лужами. Ну, что ж, и так сойдет. Вон равномерно обугленные тушки так и посыпались вниз. А огненные стены одна за другой продолжали вспыхивать на потолке, словно лампы дневного света уходя все дальше, и вдруг стали гаснуть. Пофиг повалился на пол кулем, неуверенно мотая головой и складывая пальцами непонятные фигуры на высоко поднятых руках.

– Ку-ка-ре-ку! Странно дергающийся Калян, вместо того, чтобы бить тварей, танцевал танец с бубнами, используя вместо бубна Су-у-уку тварь липучую.

– Дурдом на выезде, – пробормотал я, осторожно приближаясь к полю боя.

Несколько членистоногих запрыгнули Каляну на спину. Вуди, сидящий у того на голове, тут же вступил с ними в бой, защищая хозяина.

– Тттта-ам стт-рело-ок и кку-укло-овод, – запинаясь на каждом слове, пробормотал Калян, – кку-укло-овод По-фи-га вы-ру-бил, по-омо-гиии.

Какой там помоги, нас сейчас волна членисто-холодцовых захлестнет, неужели при самом входе в подземелье придется тратить один из козырей?

На лицо мне свалился кусок студня, и даже не поздоровавшись, полез своими лапами в нос и уши, пытаясь добраться до опилок в моей голове. На ощупь он таким и оказался, будто обломки костей, залитые желатином. Кое-как оторвав его от себя, шарахнул им о стену, но по моей ноге ползли уже трое новых. Видимо без козырей не обойтись…

Добытые в Самарканде, дай бог памяти, примерно полтора миллиона лет назад, свитки с заклинаниями массовой магии. Изучить их было нельзя, но вот шандарахнуть по площади это, пожалуйста. Я, стараясь не обращать внимания на вцепившиеся в мою коленную чашечку мелкие зубы, начал стремительно тасовать свитки:

– Огненый дождь, не то… Запрет на использование в закрытых помещениях. Сапог невидимого великана… Блин, что это? Ладно, читать некогда, тем более я могу представить его действие. Что-то навроде невидимого пресса, превращающего противников в ровный блин, – перебирал я,– ай, тварь! Ну-ка отползла от сокровенного! Не для тебя уродина, мама красавчика растила!.. Короче, сапог не подойдет, тут враги повсюду, а не только на полу…

– Пригнись, салага! – что-то мохнатое и пахучее ударило меня в спину. Я растянулся в воде. Сверху громыхнуло, в затылок впились каменные осколки, а в стене, на высоте груди, образовалось несколько выбоин. Если бы не Феня, то эти выбоины были бы во мне, и я снова топал бы сейчас сюда с респа. Однако ж, получилось даже не плохо, градом осколков вокруг меня расчистило приличную площадку. Но кто это так в меня запулил? Ага, длинноухий наш! Тело его безвольной массой осело на пол, руки же, будто прикованы невидимыми цепями к потолку, вздернуты вверх, а пальцы строят в мою сторону нехорошие фигуры.

– Ку-ка-ре-ку! – Мимо, высоко подбрасывая ноги, вновь прошествовал Калян. Дятлы всей стаей окружили его, защищая от слизней.

– Там! – Феня резко развернул меня, указывая вглубь тоннеля.

Там почти в полной темноте, двигалось нечто непонятное, похожее на кучу сгнившего тряпья.

– Ясненько, Половинчик ко мне!

Пока безногий гигант полз ко мне, я выхватил книгу призыва:

– Опять ты шайтан! Я только тепленькое место в аду нашел, а тут опять ты!

– Заткнись, хватай свою кирку и добудь мне из того холма что-нибудь полезное!

– Я рудокоп, а не воин! Сколько можно повторять?

– Поведешься с нами, научишься добывать всякую гадость. Половинчик!

– Да я не…

Не успел призванный рудокоп договорить, как перевернувшийся на спину голем, сжал его своими ручищами и зашвырнул вглубь тоннеля. В помощь ему я призвал на максимальном удалении ледяного габота. Гоблин с воем приземлился на ледяную площадку, и проскользив по ней, плюхнулся в воду прямо рядом с непонятным существом. Отлично, на некоторое время непонятный кукловод будет занят. Теперь мелкие твари…

– Черт!

Пальцы Пофига наконец скрутились в нужную фигуру, и из появившейся над ним серой мглы, в меня полетело с пяток каменных дисков. Пришлось устроить очередной заплыв в приветливых водах канализации. Когда я вынырнул, все кардинально поменялось. Видимо гоблин добрался-таки до кукловода, и ему стало не до нас. Пофиг сидел, прижавшись спиной к стене и до того, как будто не замечавшие его слизни, наконец рассмотрели вкусную добычу. Пришлось отправить ему на помощь всех дятлов. Я же вытащил из воды весело пускающего пузыри Каляна. С помощью пары бодрящих и освежающих пощечин глаза его стали смотреть примерно в одну сторону, и мы рванули на помощь рудокопу. Половинчик тащился сзади, прикрывая нам спину.

Внимание! Управление призванным вами существом – гоблином рудокопом, было перехвачено. Чтобы вернуть над ним контроль обезвредьте его нового хозяина. Приятной вам игры!

– Спасибо суки, поиграем, куда ж деваться.

Первым делом отослать чертового рудокопа, обратно, в места его нынешнего обитания. Вторым делом, убедиться, что ничего не получается. Третьим, удостовериться, что контроль над ним перехвачен полностью, и я не могу не только им управлять, но и не могу прервать его пребывание в нашем мире. В четвертых, грязно выругаться, уворачиваясь от ударов моей же кирки.

Хорошо хоть у габотов и големов иммунитет к ментальной магии и их опасаться не приходится. Не успел я так подумать, как получил страшный удар щитом, и вновь нырнул в воды, уже ставшими мне родными. Калян дерганой походкой двинулся ко мне, поднимая свой топор. Кое-как сопротивляться ментальному внушению у него получалось, чего нельзя сказать о гоблине: тот наседал на меня с явным удовольствием, пытаясь добыть из меня пару литров крови, но благодаря замораживающим плевкам моего габота, получалось у гоблина это плоховато, но совсем скоро мана у меня кончится, и все станет совсем грустно.

– Половинчик, Каляна держи, только не убей его! Если получится… – добавил я уже про себя, отбивая удар кирки глефой. Все же хорошо, что гоблин рудокоп, а не воин, не смотря на всю свою ловкость, машу глефой, будто пьяный рыбак веслом. То ли умений, каких-то не хватает, то ли навыков, хрен его знает, я не большой знаток рпг игр, а в этой игре вообще ничего не понятно. Вокруг сплошной хаос, а мы в нем будто обкурившиеся клоуны. Бегаем, прыгаем и скачем, пытаясь отбить летящие в нас удары, и нихрена не понимаем в том, что твориться вокруг.

Хрясь, последняя моя кирка разваливается на две половинки. Чпок, остриё глефы вошло в подбородок бедного гоблина, выйдя где-то из макушки. Жалко мужичка, ругался он конечно сильно, но служил верой и правдой. А еще жальче кирку, без нее вызвать гоблина больше не получится. Скривившись от омерзения, я сорвал с плеча склизкого слизня, пытавшегося добраться до моей шеи, и размазал его о стену. Вытекшие из него внутренности огнем опалили мою руку, махом опустив мои хп на десяток процентов, да еще наложив долгоиграющий разъедающий дот.

Быстрый взгляд вокруг: все заняты своими делами – Калян лежит прижатый к стенке телом голема, словно первокурсница, пойманная в темном проулке выпускником физкультурного факультета. Феня, теперь ставший совсем похожим на канализационную крысу, ворочается в воде, раздавая тварям удары своим ножичком. Наибольшую же пользу приносит Пофиг, уткнувшийся рогом единорога в пол, и пускающий пузыри в воду, зато на его обсиженной спине примостились все наши дятлы, отдыхающие от трудов ратных. Да еще его магический огонек продолжает гореть, освещая все вокруг неверным, мигающим светом. Так, все при деле, кольцо защиты от ментальных атак на месте, пора и мне внести свою лепту в нашу будущую победу. Глоток зелья маны. Удар по прыгнувшей на меня живой слизи. Пузырек с зельем жизни зажать в зубах. Окунуть зашипевшее от кислоты лезвие в воду. Подобрать выпавший из Калянских рук щит. А теперь вперед!

Быстро брести по колено в воде не получается, пришлось бежать подкидывая колени чуть ли не до груди.

– Я крокодил, крокожу и буду крокодить, – пыхтел я, все ускоряясь.

– Я крокодил, крокожу и буду крокодить…

Пришли мне на ум слова незабвенной классики, и бежать стало гораздо легче. Становится все темнее и непонятная ожившая куча все ближе. Мигрирует неспешно по полу, поднимая небольшую волну. Атаковать ей вроде нечем, так что щит за спину, глефу перехватываю двумя руками. Могучий замах. Страшный удар. Лезвие глефы с хрустом врезается в низкий потолок, выбивая из него сноп искр. Оружие выворачивается из рук и улетает в темноту. Я ошарашено смотрю на надвигающуюся на меня кучу, но доползти она не успевает, страшный удар в грудь выбивает из меня весь воздух и опрокидывает на пол. Темные воды смыкаются надо мной, но даже сквозь них я слышу ужасный вопль, сотрясший тоннель…

Отдыхать хорошо, особенно когда тебя никто не пытается убить. Вот только как бы ни было хорошо лежать в этих ласковых уютных водах, но секунд через десять у меня закончится воздух, и я отправлюсь в начало тоннеля, да и к тому же последняя запись в логах настраивала на оптимистичный лад.

Поздравляем! Вы убили перерожденного мозгожуя. Уровень 100. Получено опыта 317.000.

Внимание! Вы обнаружили баг в игре! Вам вручается памятная медаль – тимуровцы волшебного мира 2 степени. За помощь создателям игры вы получаете 2 свободных очка к основным характеристикам. Данный баг будет устранен в ближайшее время. Приятной игры!

Я вынырнул из воды и увидел приближающийся ко мне свет.

Глава 6

– Видишь, все что ни делается – все к лучшему…

– А эликсир все равно жалко, их не так и много осталось.

– Да, ты, охренел совсем, стоуровневого монстра за одну секунду завалил, о чем тут жалеть?

– Ну да…

– Так ты просто…

– Да.

– Плюнул и все…

– Да не плевал я. Мне в грудь что-то сильно ударило, а у меня в зубах пузырек с эликсиром жизни был зажат. Видимо он треснул и вылетел прямо на это.

Мы еще раз посмотрели на внушительную кучу чего-то, с вершины которой и почти до самого пола была проплавлена, облитая красной жидкостью, дыра. Мы долго не могли понять, что здесь произошло, пока не нашли в дыре несколько осколков флакона от эликсира.

– В любом случае гадский ИИ уже исправил этот баг, и повторить этот подвиг не удастся.

Я наклонился и дотронулся до кучи.

Вы развеяли перерожденного мозгожуя. Уровень 100. Запись о нем записана в вашу книгу призыва.

Вы нашли: средний эликсир смерти. (Уничтожает любое существо, до сотого уровня включительно). Исключение – не живые существа.

Перчатки мертвеца: не опознано. Класс редкий.

Выглядели они как пережившие не одну стройку рабочие перчатки, с парой оторванных пальцев и кучей мелких дыр. Но класс редкий, так что берем.

Кольцо мертвеца: не опознано. Класс редкий.

Не плохо.

Золото: 650шт.

На этом плюшки закончились.

Поэтому я сразу залез в книгу, что бы глянуть инфу о развеянном существе.

Перерожденный мозгожуй. Уровень призыва 100-150.

Существо, бывшее когда-то мирным поедателем мха и лишайников и использующий ментальную магию лишь для защиты, был изменен злой волей, превратившись в повелителя безумной стаи.

Умения ???

Навыки ???

Параметры ???

Что за лажа? Никогда раньше такого не было. Обо всех существах в книге всегда была самая полная информация. Здесь же одни вопросы. Тень какой-то мысли мелькнула у меня в голове, и я поспешил открыть книгу на другой странице.

Проклятый удильщик. Уровень призыва 10-25.

Существо, бывшее когда-то мирным ловцом рыбы, было изменено злой волей, превратившись в члена безумной стаи.

Умения ???

Навыки ???

Параметры ???

Ага, что-то становится понятным.

– Надо найти мою глефу и двигать дальше. Найти сухое место, сделать привал, все обмозговать.

Все бы хорошо, да вот только моей глефы нигде не было.

– Ее, наверное, течением унесло, – предположил Калян. Течение хоть и не сильное, но все же есть.

– Сдурел что ли? Как оружие могло унести?

– Так оно же у тебя из пера сделано, а мне Майор рассказывал, что в доисторические времена из перьев даже поплавки делали.

– Зашибись, тут где-то недобитый стрелок бегает, а я опять без оружия. Продвигаемся вперед, не торопясь, осматриваем все тщательно, может там еще что-то интересное течением смыло.

Следующие полчаса выдались боле менее спокойными. Мы прошли примерно километр, поймав по пути мирно дрейфующую глефу. Мозгожуев больше не попадалось, а одинокие слизни опасности не представляли, к тому же на них агрились немногочисленные простые удильщики, хватая и засасывая их в свои раковины. Через полчаса мы вышли к просторной пещере. Половину ее пространства занимало озеро, в которое и нес свои воды мутный канализационный поток. Судя по небольшому водовороту в его середине и тому, что видимого продолжения ручья нет, вода уходила куда-то под землю. Наверняка, так как вокруг нас игра, если нырнуть в этот водоворот, там найдется много чудесного.

– Ага, – встрял внутренний голос, например чудесная стальная решетка, к которой тебя будет прижимать течением, пока ты не захлебнешься.

– Тьфу, вечно ты норовишь все испортить, пессимист хренов.

– Если бы я был пессимист, я бы сказал, что поток уходит в цифровое ничто, и, попав туда, ты исчезнешь навсегда. Или на дне озера сидит монстр, пропускающий через свою глотку местные воды, ловя мелкую рыбешку и тупых путешественников, которым не сидится спокойно на берегу. И именно сейчас он продвигает по дну все свои сто восемь щупалец, в надежде выковырять тебя из консервной банки по недоразумению названой кирасой, и полакомиться твоим миниатюрным мозгом.

Видение несметных сокровищ, ждущих меня на дне потока, слегка померкло, и я поспешил отойти от края озера. Вправду сказать щупалец в этой пещере хватало. Четырех – пятиметровые белесые черви безжизненными гроздями свисали с потолка. Хотя над водой они были вполне живые. Ворочая безглазыми головами, выдвигая зубастые челюсти, будто что-то вынюхивая, но видимо чувствуя энергию кольца, не проявляли в отношении нас никакой агрессии. Те же черви, что висели над землей, казались просто пустыми оболочками. От греха подальше мы обходили их стороной, ведь совсем недавно они явно были вполне живыми, судя по нескольким разорванным на куски ползунам. Я попинал тушку одного из них: берсерк, мощная броня, полыхающий внутри огонь, ничего ему не помогло. Клешни, лапы, голова все вырвано из бедной тушки без всякой жалости.

– Пахан, хорош, бездельничать, давай, помогай с дровами, надо пожрать приготовить.

Калян бродил вдоль озера, собирая принесенные водой деревяшки. Пофиг разгреб кучу щебня покрывающего пол, создавая небольшое углубление для костра. Сзади него, полностью перекрывая один из выходов из пещеры, полыхала огненая стена. Ползущие из хода многочисленные мутировавшие слизни, сгорали до тла, наполняя воздух ужасными миазмами. Я принюхался к запаху паленой слизи. Мда, поесть не помешало бы. Я развеял ползуна и побрел собирать дрова, а так же растущий вдоль воды папоротник. Калян обещал показать, какой-то охотничий рецепт приготовления мяса.

– Берем мясо, хорошенько натираем его солью и специями. Можно сверху обмазать оливковым маслом или обложить тонкими кусочками сала. Затем плотно заматываем в листья и завязываем все это крысиными хвостиками. Теперь складываем сюда.

Мы примостили свои корявые свертки рядом с аккуратным Калянским в углубление из камней. Сверху засыпали яму гравием, а поверх сложили костер. Огненный поток на пару секунд и огонь ярко полыхает, весело разбрызгивая искры.

– Так, а теперь я бы хотел разобраться с тем, что произошло с самого начала нашего похода. И начну, пожалуй, с отрубания кривых рук одного оборзевшего мага.

– Э, меня нельзя убивать, а то огненая стена потухнет, и слизни вам спокойно поесть не дадут. И вообще, с чего такие наезды?

– Охренеть, а кто меня два раза закаменил и убил?

– Тебе не повезло просто, – влез Калян, – тебе…

Но я, его не дослушав, перебил.

– Ага, мне не повезло, достались сокланы, по вине которых я опыта потерял больше, чем от всех монстров вместе взятых!

– Да нет, ты не должен был помереть, просто…

– Конечно, не должен, просто кому-то мой ум и красота покоя не дают, вот он и норовит, чуть что…

– Да помолчи ты уже. Заклинание «Каменной кожи» слишком мощное нам досталось: на пять секунд полностью тело окаменевает, затем окаменение спадает, и ты на полчаса получаешь десятипроцентное сопротивление физическому и пятипроцентное – магическому урону. Просто когда его на тебя накладывают, надо твердо на ногах стоять, а лучше сесть. А ты закаменел и свалился, отломив о стену свою умную и красивую голову.

– Ага, а второй раз?

– Второй раз тебя стрелок убил, который каменными дисками стреляет. Мы одного такого завалили, а второй уполз в неизвестном направлении.

– Уполз?

– Ну да, это что-то типа большой волосатой гусеницы, она сначала раздувается и дрожит, а затем резко выстреливает диском из задней части тела.

– Это получается меня убила…

– Да.

– Зашибись. А Пофиг? Он в меня два раза такими дисками швырял.

– Я? Каким образом? У меня такой магии… Хотя стой. Охренеть! У меня магия новая появилась: "Копролит" называется. И сразу улучшенная версия – выпускает пять дисков вместо одного. Однопроцентный шанс оглушить противника, еще такой же на отбрасывание назад и разрушение доспеха. Это что получается, меня этот ментальный хрен, с помощью телекинеза новому заклинанию обучил, пока я в отрубе лежал? Вот это повезло!

– Все как всегда. Всем плюшки, а мне только опыт минусуют. Из лута хоть что-то хорошее есть?

– Как обычно, слизь в промышленных масштабах. Разрабы на ней повернутые какие-то. Мы ее, наверное, больше всего остального вместе взятого собрали. Из слизней еще несколько первоклассных черных жемчужин выпало.

– Жемчуг? Ну-ка, дай, один.

Крупная, чуть не с грецкий орех жемчужина перешла из рук в руки.

– Зигзаг, подь сюда.

Я протянул на вытянутой руке драгоценность, глаза Зигзага округлились больше обычного и он рванул ко мне.

– Не подавись только, вишь камешек, какой большой.

Какой там подавись? Жемчужина исчезла в клюве дятла, будто ее и не было. Дрожь пошла по его телу, перья встали дыбом, а затем все прошло, только вокруг глаз дятла появилась черная обводка, как будто ресницы тушью покрасили. Да еще сразу три уровня поднялось. Вуди живо заинтересовался происходящим и с ним повторили эту процедуру. И ему три уровня в плюс. Остальные, как обычно, камнями не заинтересовались. У них своя диета: кто слизней из скорлупы выковыривает, кто редкие минералы ищет на сводах пещеры.

Прошло минут двадцать, и к запаху горелой слизи примешался аромат запеченного мяса. Феня доглодал поджаренную на углях клешню ползуна и, завернувшись в свои крылья, завалился спать. Мы же, раскидав покрасневшие камни, вытащили запеченное мясо. Пахло оно просто изумительно и мы, отряхнув с него засохшие листья папоротника, приступили к трапезе.

– Калян, а откуда такие познания в кулинарии? Ты, в том мире повар, что ли?

– Не, просто я, когда маленьким был, с отцом несколько раз в походы на лесные озера ездили, вот там и научился.

– Как в леса? Все леса же частная собственность Российского Императора.

– Ну не всегда так было, представляете, я еще помню времена, когда по проселочным дорогам можно было бесплатно ездить.

– Да ладно, не может быть такого! Ты еще скажи, что тогда налога на чистый воздух не было.

– Не, ну это, вы, уж хватили. И как вам такое в голову-то могло прийти?

Я хотел сказать, что-то еще, но мое внимание отвлекли начавшие происходить в пещере изменения. Свет стал гаснуть, пока вскоре почти не пропал совсем.

На полу начал высвечиваться странный орнамент-Образ. Откуда-то я точно знал его название. Пол был абсолютно черным и казался гладким, как стекло. И Образ в причудливом переплетении линий сверкал, словно холодное пламя, собственно, это и было пламя. Оно дрожало, мерцало, и это волшебное свечение делало все в зале каким-то нереальным. Поразительный орнамент был создан силами света. Прямых линий в нем было крайне мало, только ближе к самой середине. Светящийся Образ напоминал мне чрезвычайно замысловатый рисунок фантастического лабиринта – словно в популярной игре, когда требуется с помощью карандаша или еще чего-нибудь в этом роде «выбраться» наружу с другой стороны, например, или куда-то войти. Мне казалось, я уже вижу надпись: «Старт» – где-то у себя за спиной. Протяженность лабиринта, на мой взгляд, была метров ста в поперечнике, и ста пятидесяти – в длину.

Я подошел чуть ближе и увидел цепь, спрятанных в глубине, огней: Образ начинался почти в том месте, где стояла сейчас моя правая нога. Только свет лабиринта рассеивал непроницаемую тьму вокруг. Я знал, что за стеной зала ледяные глубины вод. Я чувствовал, что бы вспомнить: кто я такой и что тут делаю, мне необходимо пройти этот лабиринт. Поддернул черный, расшитый серебром камзол. Поправил на груди серебряную же розу.

И шагнул вперед с левой ноги. Очертания моей стопы были повторены цепочкой голубовато-белых искр. Потом я шагнул правой ногой и сразу ощутил электрический ток. Потом снова шагнул. Раздался треск, я почувствовал, как волосы мои встают дыбом, но не остановился.

Тропа начала довольно резко изгибаться, как бы возвращаясь к исходной точке. Я сделал шагов десять, и мне показалось, что нечто невидимое противится моему дальнейшему продвижению вперед. Передо мной как бы вдруг вырос барьер, сделанный из тьмы, из загадочного вещества. Барьер этот не давал мне сделать ни шагу.

Я боролся, как мог. Я догадался, что это Первая Вуаль. Если ее преодолеть, то, как бы докажешь, что сам ты тоже стал частью Образа. Уже только поднять и опустить ногу, было невыносимо трудно. Из волос сыпались искры.

Я сосредоточил все свое внимание на изгибе светящейся волшебной линии. Я двигался вдоль нее, тяжело дыша. Но не только сам лабиринт выматывал, там впереди меня ждала смертельная опасность. Темная фигура с мечом в отведенной в сторону руке.

Я сделал еще шаг. Вдруг сопротивление ослабело. Преграда исчезла так же внезапно, как появилась. Я преодолел ее, я чего-то добился.

Еще шаг. Темная тень все ближе.

Шаг назад…

Мертвецы. Они окружали меня со всех сторон. Чудовищный запах разлагающейся, сгоревшей плоти висел в воздухе; я услышал истошный визг собаки, забитой ногами до смерти. Клубы черного дыма застилали небо, свистел ледяной ветер, несущий мелкий противный дождь. Горло мое горело, руки дрожали, голова была как в огне. Я, спотыкаясь, брел по пустынным улицам, перед глазами плыл туман: меня пожирала лихорадка. Сточные канавы были завалены мусором, дохлыми кошками, содержимым ночных горшков. Раздался звон колокольчика: мимо с грохотом проехал воз, доверху нагруженный трупами, и обдал меня грязью и ледяной водой. Потом какая-то девица схватила меня за руку, и я разглядел череп – точнее, кольцо с черепом у нее на пальце. Она отвела меня к себе, но обнаружилось, что у меня, во-первых, нет денег, а во-вторых, я в бреду. По размалеванному лицу женщины пробежала гримаса ужаса, на губах задрожала блуждающая улыбка, она выбежала из комнаты, а я упал на ее постель и потерял сознание.

И вновь изгибы лабиринта свели нас вместе, и вновь ожили наши мечи.

И вновь замызганная комната. Пришел сутенер девицы. Сквозь пот и слезы, заливавшие мне глаза, я вдруг ясно разглядел его лицо, услышал его пронзительный крик, увидел раззявленный рот, полный гнилых зубов… Его правая рука в том месте, где я вцепился в нее, была сломана.

Он отшвырнул меня левой рукой и, подвывая, упал на колени. Я сел на пол, и на какое-то мгновение голова моя прояснилась.

– Я… я… останусь здесь, пока мне не станет лучше. Убирайся. Вернешься – убью.

– У тебя чума! – крикнул он. – За твоим трупом и так придут завтра! – Он сплюнул, поднялся на ноги и, спотыкаясь, вышел из комнаты.

Но я, по-прежнему, не мог вспомнить, кто я и что здесь делаю.

Зато это помнил мой братец. Последний изгиб лабиринта, здесь и сейчас решится все. Живым отсюда уйдет только один. Я зло ухмыльнулся и поднял меч.

Неожиданно начавшийся ливень, скрыл от меня черты врага. Струи воды текли по моему лицу, заливая глаза. Откуда-то издалека слышался знакомый голос.

– Слышь, припадочный, очнись! Ты сейчас мордой в костер упадешь! Мне в лицо ударила невидимая рука, а затем меня вновь окатили водой.

– Боже моя голова!

В глазах плясали цветные круги, и через минуту я понял, что это светятся угли затухающего костра. Я попытался подняться, но меня так резко повело в сторону, что я упал, проехав щекой по острым камням.

– Полежи пока, я других посмотрю.

Недалеко послышались хлопки по щекам, увещевания и угрозы. Затем чьи-то маленькие ручки схватили меня за грудки, и привел в сидячее положение. Рядом раздался болезненный хрип, и ко мне приткнулась подрагивающая тушка Пофига. Затем с другого бока прижалось еще одно туловище. А вот и Калян.

– Охренеть как вас накрыло! Такое чувство, что вы в первый раз траву берсерка пробуете.

Видимо Феня, что-то прочитал в наших глазах, потому что удивленно присвистнул.

– Правда, что ли, в первый раз? А я-то уж подумал, что вы наркоты конченые. Только совсем безбашенные берсерки из степных гоблинов решаются перед боем себе в еду добавить этой травы. А вы сначала ее парами надышались и затем еще мясо в ней приготовленное сожрали. Как вас всех только на тот свет не отправило? Хотя бой, надо признать вышел у вас знатный, всем по уровню упало.

Я ничего из сказанного не понял, остальные, похоже, тоже.

– Какой бой? Ты че несешь?

– Какой бой!? Да вот такой!

Дракон швырнул на угли охапку веток, и ввысь взметнулось яркое пламя. Вся пещера выглядела как поле боя, после ковровой бомбардировки. Всюду подпалины, кратеры от мощных ударов магии, и кучи, горы растерзанных тел.

– Что это, как это, откуда это?

– Так оттуда.

Дракон показал на потолок, еще недавно увешанный дохлыми червями.

– Как только вы мясом накидались, из червей этих, как из коконов твари змееобразные поперли, похожие на ту, что ты в воде заморозил. Да только их тут несколько сотен было. Ну, тут ты такой вскочил и со словами: "Братэлла, сука такая", начал их рубить в капусту. Затем и длинный вскочил, да как завопит: "От Мерлина вам не скрыться твари!" шандарахнул таким файерболом, что пол озера мигом вскипело, я думал, мы тут сваримся, как рыба в пароварке. А затем молнией шандарах, ледяной глыбой бабах! Основную массу змей он тут положил. Хотя должен сказать, что и Калян не отставал. Встал так гордо, окутался белым светом, будто белыми доспехами, засветился весь, да как завопит тонким голосом: "Смерть нечестивцам!" Хватает змею и голыми руками пополам рвет. От очередного Пофигского файербола увернулся и хрясь призрачным мечом – три твари минус. За пять минут всех положили, а потом вас чуть карачун не взял. Что, в общем, и не странно при такой дозе озверина.

– Че, правда, что ли так и было?

– Хм… Как бы вам сказать… Нет, конечно. Вы что и правда, купились? Это же трава берсерков. Вы просто брызгали слюной, пучили глаза и рвали змей зубами. Хотя ваш маг все же иногда магичил, мы с дятлами вашими еле успели за голема спрятаться. Да вы на себя посмотрите.

Ну, себя-то я рассмотреть полностью не мог, но то, что я видел, было сплошь залито кровью, заляпано чешуей и какими-то сгустками, сильно похожими на обрывки кишок. Во рту металлический привкус свежей крови. Пофиг выглядел получше, чего нельзя было сказать о Каляне, у которого от налипшей крови даже волосенки на голове превратились в слипшиеся иголки. Я дополз до воды, занырнул на мелководье, отмокая. Кажется, там меня все же стошнило, на радость обитающим здесь рыбкам. Оттирая себя песком, я заодно прошерстил логи за последние полчаса.

Вы вдохнули пары травы берсерка. Сила +1%. Ловкость +1%. Выносливость +1%. Интеллект -1%. Мудрость -1%. Привыкание 0,1%. Действие 3 минуты.

Вы вдохнули пары травы берсерка. Сила +2%. Ловкость +2%. Выносливость +2%. Интеллект -3%. Мудрость -3%. Привыкание 0,3%. Действие 3 минуты.

Вы вдохнули пары травы берсерка. Сила +3%. Ловкость +3%. Выносливость +3%. Интеллект -5%. Мудрость -5%. Привыкание 0,5%. Действие 3 минуты.

Вы съели мясо, приправленное травой берсерка. Сила +420%. Ловкость +420%. Выносливость +420%. Интеллект -97%. Мудрость -97%. Привыкание 68. Действие 10 минут.

Внимание! Стопроцентное привыкание к траве берсерка ведет к негативным эффектам. Среди них: потеря в пространстве, головные боли, уменьшение количества ХР, силы, ловкости, мудрости навсегда. Возможно непроизвольное жидкий стул, слюнотечение, косоглазие, глазная экзема и мозговые колики, а также…

Что там дальше, я смотреть не стал, мне вполне хватило того, что я уже прочитал.

Дальше было и сообщение о поднятом уровне.

Поздравляем! Вы получили новый уровень 68. Свободных очков характеристик 79.

Вы полностью вылечены.

После чего было еще два десятка сообщений об убийстве.

– У меня привыкание на 97% остановилось, – прочитал Пофиг, – повезло, а то я бы тут уже все видимо своими слюнями закапал.

– У меня 45% всего, и тут в конце написано, что привыкание постепенно падает.

Я заглянул в конец списка и действительно.

Не достигшее 100% привыкание, постепенно спадает. Скорость очищения организма зависит от процента привыкания, коэффициента сопротивления отравляющим веществам, расе, количеству выносливости, наложенным бафам и дебафам, и еще от семидесяти одного важнейшего пункта, каждый из кото…

Я вздрогнул, кажись от этой нудятины я начал засыпать. Или моя тушка уже не выдерживает этот бесконечный марафон? И вообще, откуда здесь столько недружелюбных тварей? Калян, кажись, утверждал, что с защитным кольцом мы пройдем подземелье как по маслу. Ответ нашелся у того же Каляна.

– Это твари Принцессы и ее заместителей. Заражают местных стражей и из них вот эти чудища вылезают, вы, что Чужих не смотрели? Змеи из этих вот червей. Слизни выглядели как улитки с ножками из разломанных на куски ракушек, а что там дальше нас ждет вообще не известно.

– Получается, чем больше мы отстаем от отряда ползунов, тем через большее количество тварей нам надо будет пробиваться?

– Получается так. Нам срочно надо их догонять, и уничтожать еще не вылупившиеся личинки, да еще и сам отряд ползунов надо потихоньку обкарнывать.

– Так. Собираем здесь весь лут и траву эту гребаную, и вперед выдвигаемся через пять минут. И это, Феня, ты, если увидишь, что мы что-то не так делаем, останавливай нас.

– Если я вас каждый раз останавливать буду, мы с этого места никогда не сдвинемся. Вы же ведете себя как обкурившиеся тролли в посудной лавке. Но мне нравится. Не веселился так с тех пор, как Сантьяго у одного каменного идола золотой лавровый венок спер. Он его только на чело своё водрузил, в зеркальце смотрится, а тут аборигены. Целая толпень набежала. Сантьяго не растерялся, в грудь себя пару раз ударил, потом руку вздернул, да как гаркнет: "Авэ мне!" Но аборигены не впечатлились, орут, плюются, угрожают принудительным усекновением всего торчащего. А сами мужикам по колено, только шаман их – великан по пояс, башка огромная, умная и говорливая. Что ни слово, то дебаф, что не предложение, то усиление мелюзги. Ох и отгвиздили они нас тогда, ох и отпинали, любо дорого вспомнить. В итоге загнали нас на деревья. А у нас ноги уже от дебафов не ходят, руки не шевелятся, жопы от пинков посинели, сидим пригорюнившись. А Шаман только шапку свою поправляет рогатую, да новые дебафы навешивает. Тут Серый с Сантьяго пошушукались и предложили переговоры провести. В обмен на венок, затребовали шапку шаманскую, а не то пригрозили броситься с деревьев вниз и возродиться где-нибудь в неизвестных далях. Шаман сильно огорчился, но делать нечего, стал с Сантьяго торговаться. В итоге: в обмен на венок, тот выторговал шапку шаманскую, сотню цветных ракушек (оказалось, что других денег у них в ходу не было), и одну золотую вещицу, принадлежащую племени на наш выбор. В итоге как дебафы спали, мы слезли, взяли шаманскую шапку, сотню ракушек и одну золотую вещицу на наш выбор. Как вы поняли, это был золотой лавровый венок, после чего сделали ноги. Шаман без шапки не магичит. Карапузы нас метров двести попреследовали да отстали. Куда им с их короткими ножками. Стыдно конечно было очень, обидели мы малышей. Факир даже предложил вернуться, и все отдать. Но мы потерли сизые ягодицы и подумали, что возвращаться целых двести метров, как-то не охота, и пошли дебилы дальше. А через полчаса проснулся местный божок, которого мы обворовали. И грянул ливень. Мощный и не прекращающийся. Главное в пяти метрах от нас сушь и благодать, а на нас льет как из ведра. Попытались разделиться, но тучка тоже поделилась и каждому досталась своя. Так и топали три дня. Ни поесть нормально, ни поспать. Под конец думал, хвост от сырости отвалится, но все-таки ушли. Видимо зона влияния местного авторитета закончилась, вот и ушли. А вы чего салаги уши развесили? Собрали все? Тогда потопали.

Я, механически переставляя ноги, ковырялся в луте. Шкуры, шкурки, шкуренции различных змей. Некоторые почему-то прямо с головой. Производители ремней будут ими довольны. Может и себе тоже такой заказать? Целых шкур, правда, не много, но несколько черно – красных, выглядели просто великолепно. Пряжку же можно сделать прямо из головы.

– Точно, – опять подкатил внутренний голос, – что бы при каждом шаге, ее ядовитые зубы тебе в пузо втыкались. Просто великолепная идея! Я за!

– Вечно ты критикуешь, а как говорят: «Критикуя – предлагай».

– Да легко! Предлагаю! Не делай себе ремень, из которого при каждом шаге тебе в пузо будут ядовитые зубы втыкаться.

Я задумался и не заметил, как все затихло. Тьма, окружавшая нас, сгустилась. Огонек, мечущийся над головой мага, казалось, больше не разгонял её. Впереди и сзади только тьма и равномерный глухой стук падающих капель. На меня накатило ощущение непередаваемого ужаса. Ноги с трудом делали очередной шаг. Затем еще. Шум воды пропал. Тьму оглашает только наше хриплое дыхание. Резко похолодало, из-за рта вырвалось облачко пара, закрывая и так не большой обзор. Никого и ничего вокруг, мы одни во всей вселенной. Мы одни. Я и неотвратимая, ужасающая смерть. Движения стали совсем дергаными, словно у сломанных игрушек. Песок на полу заглушил звук шагов, и мы оказались в полнейшей тишине, и тут я краем сознания услышал это. Мелодия, с самого раннего детства навивающая на меня ледяной ужас.

Па-ба, па-ба, па-ба.

Перед глазами тут же встали кадры древнего ужастика.

Па-ба, па-ба, па-ба.

Огромная белая акула разрезает своим телом ледяные воды океана.

Па-бам, па-бам, па-бам.

Музыка становится громче и теперь ощущается не только напряженными нервами, но и обострившимся слухом.

Пабам, пабам, пабам.

Нет. Мне не кажется. Я точно её слышу.

Пабам, пабам, пабам.

Мелодия все ускоряется. Сердце колотится словно бешенное, порываясь вырваться из груди.

Пабам, пабам, пабам, пабам, пабам, пабам…

Ритм ускоряется. Сжавшие глефу руки белеют от напряжения.

Пабам, пабам, пабам, пабам, пабам, пабам…

– Пофиг, – раздается сзади шепот Каляна, – заткнись нахрен и так жутковато.

Мелодия прерывается.

– Да ладно тебе, все замолчали, вот я и решил музыкой развеять обстановку.

Я резко развернулся, сведенные судорогой руки протянулись к хлипкой шейке идиота, но он, будто что-то заметив, уставился за мою спину. Капля холодного пота скатилась по моему носу, со звоном разбилась о камень.

– Они за моей спиной да?

Пофиг обреченно кивает головой.

– КАК ВАШЕ НИЧЕГО? – Проорало у меня за спиной.

Прыгнув с места метра на три вперед и развернувшись в воздухе, замахал перед собой глефой.

– Вам послание от Майора!

– ССССУКА! – я метнул в призрака глефу и полез в сумку за святой водой, – гребаный недоорк, только не исчезай я тебя…

– От Майора послание, – в этот раз тише и как-то не уверенно зачастил Абрам Моисеич, прячась от меня за тушу Каляна.

– Ну, давай, – Калян в очередной раз сделал шаг в сторону, вновь вставая между мной и гадским призраком.

– В городе полная разруха, треть домов уничтожено, та же история с жителями. Кругом неразбериха и хаос. Раздолбаи взяли задание на зачистку города. Кое-где еще попадаются отбившиеся от стаи ползуны…

– Калян, – не выдержал я, поудобнее перехватывая ведерную бутыль со святой водой, – ну будь ты человеком! Дай я ему башку святой водичкой окроплю. Очень надо!

– Да подожди, ты, давай, дослушаем сначала. Продолжай, давай.

– Э, на чем я остановился? Ах да. Раздолбаи ушли и договорились встретиться около нашего дома. По пути нам встретился местный, по кличке Лис, так этот парень учит, как делать доспехи из брони ползунов, так что скоро приоденемся. И кстати, а дом-то наш выстоял! Одна стена, конечно, обрушилась, но левое крыло все цело. Столовая, подсобка и пяток комнат над ними. Майор уверен, что нам удастся его отремонтировать. Просит поскорее доделывать тут ваши дела и возвращаться с победой домой.

Новость действительно отличная. Стоп, а где этот гад? Договорил и сразу слинял говнюк.

– Абрам Моисеич, вернитесь на секундочку, мне Майору весточку передать надо.

Извините! Данный вид связи временно не доступен!

– Сука!

Неизрасходованная нервная энергия требовала выхода. Я схватил с пола глефу и, споткнувшись обо что-то мягкое, растянулся на полу.

– Пофиг, твою мать, сделай свет поярче! Нихрена не видать!

Пофиг чего-то помагичил и свет вспыхнул с утроенной яркостью. Оказалось, что раньше свет не освещал стены, потому что мы просто вышли в очередную пещеру. Пар из-за рта шел, потому что мы спустились очень глубоко, и здесь было чертовски холодно. А страшно было, потому что посреди пещеры была свалена трехметровая куча трупов, так и источающих миазмы ужаса. Уродливые морды, огромные когтистые лапы, усыпанные шипами хвосты, все это смешалось в одну грязно-серую массу. Я положил руку на один из трупов, но он не развеялся, как я ожидал, а продолжал спокойно лежать и потихоньку разлагаться.

– Они заражены, – я повернулся к сокланам, – надо их уничтожить, пока из них не вылупилось что-нибудь ужасное.

Направившийся ко мне Пофиг, вдруг резко остановился, выпучив глаза на нечто над моей головой.

– Ну, это уже не смешно, хочешь сказать, что там кто-то есть?

Но Пофиг ничего не ответил, начав пятиться назад, няньча в руке зародившийся фаербол.

Ну, засранец, если ты и сейчас меня обманул… Проснешься как-нибудь, а у тебя в памперс полкило жгучего перца засыпано.

– Воздушный щит!

Орать, конечно, было не обязательно, достаточно мысленной команды, но это уж так, для подстраховки. Встроенное в глефу заклинание окутало мое тело полупрозрачным коконом, который давал девяностопятипроцентную защиту от любого урона. Держался он всего пять секунд, а ждать перезарядки приходилось целый час. Если я зря его использовал…

Додумать я не успел, получив сильный удар в спину, покатился по полу.

Вам нанесен урон 6300. Заблокировано воздушным щитом 5985. Урон 315.

Внимание! Умение наместницы: "Преобразование", было заблокировано воздушным щитом.

Перекат по полу – быстрый взгляд назад.

На самом верху кучи, словно уродливый птенец в сложенном из трупов гнезде, возвышалась Наместница. Видимо, при зачистке этого зала ей досталось по первое число. Левой половины морды, вместе с глазом, практически нет. Страшные шрамы истекают дымящейся, едкой жидкостью. Левая верхняя лапа так же отсутствует. Весь бок и нога исполосованы страшными ранами. Видимо, во время боя ее повалили на один бок и напрочь разодрали другой. Длиннющий хвост, словно плеть мечется из стороны в сторону. Полоса хп у нее ушла далеко в оранжевую зону. С ее убийственными ударами это нам не поможет, но все же, все же…

– Пофиг, каменную кожу на Каляна и Феню.

Калян у нас самый толстый, а с защитой от кожи и нашего кланового флага, может и переживет один удар. А Фене, уже мчащемуся на врага со своим ножичком на перевес, лишние пять секунд на раздумья, пока длится окаменение, не помешают.

– Стену огня прямо перед ней! Нет, клетку строй вокруг нее! Половинчик, ату ее!

Огненая стена взметнулась прямо на горе трупов, бросая оранжевые блики на лоснящуюся морду монстра. Вторая стена, третья, четвертая, а в завершение в ту же сторону полетел фаербол. Резко пригнувшись, Наместница пропустила огненый мяч над собой, а затем, шагнув прямо сквозь огонь, по расползающейся куче трупов стала спускаться вниз.

– Стена! Еще стена!

Огненные стены вставали прямо перед тварью, но она шла сквозь них, словно не замечая. С искалеченных челюстей тек целый ручеек кислотной слюны, длинный хвост разрезал воздух и высекал искры из камней.

Да, где там Калян? А Калян застыл, не в силах пошевелиться. Точно! Ментальная аура, заставляющая кровь леденеть в жилах. У Нас Пофигом иммунитет к ней, благодаря вещичкам, да и то потоки феромонов вгоняли сознание в ступор. Я призвал ледяного габота под ноги спускающейся твари, и бросился к Каляну. Стянул с него одно из колец на интеллект и нацепил защитное от ментальной магии. Калян сразу ожил и, отставив меня в сторону, бросился на врага. А я, скованный ужасом, остался стоять на месте.

Тем временем паладин не терял времени даром. Во-первых, над его головой вдруг вспыхнула вспышка света. Для нас он показался мягким, зверь же взвыл дурным голосом, скребя единственной лапой последний же оставшийся глаз. Калян, тем временем, перепрыгнул метнувшийся к нему хвост и вдарил топором по сухожилию на поврежденной ноге. Сразу же вновь разорвал дистанцию и окутал себя защитными аурами. Затем по пещере разнесся вопль пернатого будильника, и Калян начал разворачивать привлеченную тварь раненым боком к нам.

– Пофиг, – я кое-как разжал челюсти, – диски, каменные, по ноге.

Не успел я договорить, как пальцы на руках мага заплелись в косички, и в покалеченную ногу твари ударило пять каменных дисков. Нога подломилась, и Наместница с грохотом повалилась на пол.

Не успел я договорить, как маг завопил дурным голосом: "Мне б пожрать не помешало!"

Да, ёшкин кот, что с моими сокланами не так?

Но сомневался я зря. Оказалось это кодовая фраза, вызывающая не боевое заклинание: "Зерно в муку". Примерно в метре от пола воздух замерцал и преобразовался в два весело крутящихся каменных жёрнова, примерно с прикроватную тумбочку размером. Они на миг зависли в воздухе, а затем свалились на больную ногу твари. Не успела та проклясть дурного мага на своем наместничьем, как пальцы на руках Пофига заплелись в косички, и в покалеченную ногу ударило еще четыре каменных диска. Нога вновь подломилась, и Наместница вновь оказалась на полу. Тут как раз подоспел наш неспешный Половинчик. Как-то утвердившись на покалеченном торсе, он с силой опустил оба кулака на тело врага. Та тут же плюнула в ответ и одна из рук голема начала крошиться. Но его это не остановило и руки продолжали подниматься и опускаться вниз с ритмичностью метронома, уверено вгоняя уровень жизни монстра в красный диапазон. Все же это не наши комариные укусы, билось два равноуровневых бойца. От дятлов толку в бою не было, пара клевков по неподатливой броне и они чуть не остались без клювов: кислота разъедала все. Магия немного помогала, Пофиг уставил огненными стенами весь пол, накрыв им и зверя и малочувствительного к огню голема. Зелья маны исчезали в его глотке, как пиво в желудке неделю странствовавшего в пустыне алкаша. Из бушующего пламени несколько раз вылетал кончик вражьего хвоста, на котором висел призванный мной жук – скоробей. Кроме этого, были видны лишь две темные тени, ведущие свою борьбу в бушующем пламени. Туда же влетали каменные диски, каждый раз роняя пытающегося подняться противника. После очередного падения Наместница уже не поднялась.

Поздравляем! Вы убили Наместницу королевы ползунов. Уровень 250. Получено опыта 1.322.555.

Получена награда +3 свободных очков характеристик.

Получена награда +2 свободных очков характеристик для всех членов клана.

Огонь потух, обессиленный Пофиг плюхнулся на пол, я охотно к нему присоединился. Мы смотрели на багровеющую в темноте груду голема, возлежащую на дымящейся туше Наместницы. Пока пол не остынет, туда будет не подойти. Ну и ладно у нас есть чем пока заняться. Сотня зараженных трупов вот-вот может разродиться новыми кошмарными тварями тьмы. Этого мы точно не переживем.

– Давайте, встаем, надо с этой кучей разобраться. Только, чур, без магии: во-первых, ты, наверное, половину эликов на ману выглотал, а во-вторых, я не вынесу, если запах паленого усилится еще хоть на чуть-чуть.

Дальше пошла кровавая мясницкая работа. Калян, как самый сильный стаскивал с кучи трупы и тащил их к нам. Мы разделывали их на несколько частей, время от времени орошая землю содержимым взбунтовавшегося желудка. Сколько часов мы провели за этим занятием, я не знаю. Если мне еще раз выпадет такая работенка, то я лучше, все-таки, помру. Был, во всем этом ужасе, и приятный момент: опыт, с не родившихся тварей, шел как с нормальных и здоровых. Несколько раз из бездвижных тел вырывались почти созревшие преобразованные твари, но в первые мгновения они были довольно неуклюжи, и нам втроем удавалось с ними справляться. В итоге мы все подняли еще по два уровня, а я почти взял третий. К тому времени, как мы закончили, пол уже остыл и голем подполз к нам, помогая добивать тварей. Но вот, дело сделано и осталось самое приятное: подобрать лут.

Поздравляем! Вы развеяли труп наместницы. Данные о ней занесены в вашу книгу призыва.

Получено: золото 7800.

Головная пластина наместницы. Класс редкий.

Полутораметровой длины хрень, видимо при жизни защищавшая черепок твари. Штука была похожа на панцири жуков скоробеев, что мы использовали для щитов, только поуже и поглубже.

Латные перчатки из панциря королевы прародительницы. Класс уникальный. Не опознано.

Обалденой красоты иссиня-черные латные перчатки, жаль ни на кого из нас они не влезли.

Ошейник фаворита. Класс уникальный. Не опознано.

Тот же черный материал, простой гладкий, блестящий ошейник, его никто почему-то даже пробовать примерять не стал.

Кинжал из панциря королевы прародительницы. Класс уникальный. Не опознано.

Невероятная вещь, явно из мастерской того же мастера, что и другие вещи. В наши руки он не лег, но вот Феня спокойно повертел его, признал, что вещица ничего так, и что он, так и быть, заберет ее себе.

Феромоны наместницы. Алхимический ингредиент. Класс уникальный.

Желтая, дурно пахнущая соплеобразная хрень, медленно стекающая с моих рук. Запихнул их в баночку из-под зелий, поплотнее закрыл и зашвырнул в сумку. Разбираться с этим будем позже.

На этом все, но выдвинуться дальше сразу не удалось. Измученный недосыпанием организм мага не выдержал и он отключился. Пришлось привязать его к спине Половинчика, хотя тот и сам выглядел не очень. Весь покрытый сажей, да еще и с одной крошащейся рукой. Той, в которую попала кислота Наместницы. Она уже стала в два раза тоньше другой, и с нее все еще продолжал осыпаться песок и мелкие камешки. Мда, что-то мне начинает казаться, что легкой прогулки у нас не получится.

– Что-то надо менять, – в тон моим мыслям высказался Калян, – если мы продолжим плестись в хвосте, то вместо того что бы командовать здешними стражами, только и будем, что в одиночестве сражаться с ордами преобразованных монстров.

– Знаю, но что можно с этим поделать не представляю. К сожалению, я тактик, а не стратег. У меня неплохо получается выбираться из задницы, в которую я сам же и влез, но что-то планировать наперед у меня плохо получается.

– Надо учиться, ты ж все же лидер клана.

– Ага, я лидер только потому, что остальные все умнее и смогли отбрыкаться от этого поста.

– Нет, во-первых: лидер тот, за кем хотят идти другие люди.

Я приосанился.

– Так значит, за мной хочется идти?

– Конечно, тебя каждый раз так гвиздят, что любо дорого посмотреть. Ни за что не пропущу эти волшебные моменты.

– Понятно, блин. А во-вторых?

– Что, во-вторых?

– Ты сказал, во-первых, должно быть и во-вторых.

– А, во-вторых: лидер не тот, кто все делает правильно, а тот, кто не боится взять на себя ответственность за других.

– Ага, и пинками их повести к светлому будущему.

– Часто бывает и так. Обычно человек – создание, рожденное на пару, с ленью и лень бывает старшим близнецом. Так что и к светлому будущему стремиться лишь под веселыми пенделями руководителя. И это если ему еще повезет с ним встретиться.

– Ладно, я тебя понял. Давай разложим проблему по полочкам. Мы плетемся за Принцессой и её подручными по узкому коридору, освещенному одним из трех имеющихся в нашем распоряжении факелов, потому что наш штатный светоч сейчас в отрубе и едет на издыхающем големе. Извини Половинчик, не скрипи так сердито. Но уж больно тебе сильно досталось от Наместницы, впрочем, мы и сами еле ногами шевелим. Но ладно, что-то я отвлекся. Если мы, каким-то чудом, догоним убегающих в этом коридоре, нас просто и без затей отправят всех на перерождение. А может не просто и очень не весело нашпигуют личинками и оставят тут вылупляться. Меня, кстати, когда Наместница хотела хвостом проткнуть, заодно и как инкубатор использовать хотела, да только повезло мне, воздушный щит спас.

Вариант второй: подземелье разобьется на несколько отнорков, и мы можем выбрать не тот, который выберет Принцесса, в надежде обогнать ее, а затем устроить с помощью местной стражи ей засаду. Но тут слишком много но. Соединятся ли эти тоннели потом и выведут ли к одному и тому же месту? Не будет ли наш путь длиннее, и не окажемся ли мы снова в хвосте процессии? Судя по всему, твари знают куда идут, в отличие от нас.

Вариант третий: мы догоняем их в одной из местных пещер, где они, как по заказу, бьются со стражей. Мы по-тихому, проскальзываем вперед, а оторвавшись на приличное расстояние, начинаем вербовать стражей в свою свиту. Вот только как далеко мы сможем убежать от этих тварей?

– Я бы выбрал вариант четвертый, – сказал Калян, – сесть на фуникулер и обогнать ползунов по воздуху.

Он остановился и поднял факел вверх. За рассуждениями я и не заметил, как мы выбрались из узкого коридора в просторную многоуровневую штольню. И на самом верху почти полностью скрытые темнотой, на толстенном канате висели вагончики фуникулера. Воздушная линия брала свое начало от небольшой платформы, к которой вела крутая, железная лестница. Дальнейший путь по земле утопал в непроглядной тьме и, судя по раздающимся впереди нарастающим воплям, ползуны добрались до очередного отряда стражи. Одни монстры мочат других в полной темноте. Жуть какая.

– Как глава клана, я принимаю решение, попробовать оживить фуникулер, и в случае успеха поехать на нём, как белые люди. И ответственным за выполнение этого мероприятия я назначаю, хм, дайте-ка я подумаю. О! Калян, вот идеальный кандидат! Поздравляю, твои уроки не прошли даром, вперед, в светлое будущее!

– Да, твою-то мать!

Хоть и ржавые, но еще крепкие стальные ступени даже не заскрипели под его весом, и он довольно быстро скрылся за ближайшим выступом скалы. Я же остался внизу, с тревогой прислушиваясь к усиливающимся воплям, доносившимся из темноты. Это были вопли боли и предсмертные хрипы. Плохо дело, ползуны и их правители помирали практически беззвучно, значит, умирают не они.

– Кхэм, кхэм, послание от Каляна, – произнесли сзади тихо. Выглянувший из-за ближайшей колонны Абрам Моисеич не увидел в моих руках святой воды и немного осмелел, выбравшись на открытое пространство.

– А, Иуда. Явился? Что там у тебя?

– Калян передает: «Надо чтобы вы все поднялись наверх».

Я с сомнением посмотрел на крутые ступени и на покалеченного Половинчика. Но делать нечего, не оставлять же соратника здесь. Подлез к нему под рассыпающуюся руку, обхватил за широченную спину. Хряк, позвонки мои затрещали, а я почувствовал себя Гераклом, взвалившим на свои плечи небесный свод. Шаг, еще шаг, поручень сминается под ручищей голема, ступени предательски скрипят и раскачиваются. Шаг, еще шаг. Ноги дрожат от напряжения. Шаг затем еще один, пот заливает глаза. Быстрый взгляд вверх и по сторонам, и хриплые проклятья.

– Вуди, тварь ты пернатая, я щаз пополам сломаюсь, а вы всей толпой на Половинчике расселись, а ну кыш, а то на перья для стрел всех вас пущу. Шесть жирных дятлов спорхнули со своего насеста, и даже утащили с собой Су-у-уку тварь липучую, которая как-то выжила во всех передрягах и вновь путешествовала на спине голема.

Стало немного легче. Шаг и еще один, надо было и Пофига от него отвязать, худой-то он худой, но ведь длинный как жираф, вон волочащиеся ноги за все ступени так и цепляются. Шаг, второй, третий. ПалМихалыч, поплевав на ладони, подставил свое плечо под вторую руку. Шаг, шаг, шаг, а хорошо иметь в своем распоряжении сильного внутреннего бухгалтера. Ступенька, еще одна, и еще. Внутренний голос, обретя призрачную форму, вцепился в ноги Пофига, облегчая нам подъем. Шаг и снова шаг. А вот и последняя ступень. Я как подкошенный валюсь на площадку. В ушах бьют барабаны, но и через них я слышу Калянский вопрос.

– Пахан, ты нахрена голема наверх припер? Я только вас с Пофигом звал. Давай спускай его обратно… Ээй, ты чего, чего? Ножичек-то убери!

Глава 7

– Ладно, ладно, я все понял. Может действительно, все что ни делается, все к лучшему. Вы лучше идите, гляньте, что я нашел.

Видимо когда-то это была комната управления фуникулером, а рядом находилась площадка, где производилась посадка в вагончики, и погрузочная площадка, так как из четырех вагончиков, три были грузовыми. Вернее это были даже не вагончики, а стальные короба без верха. В комнате управления было полно шестеренок, рычагов и один труп.

Виды рычагов были самые разные: длинные и короткие, тонкие и толстые, витые и прямые, квадратного сечения и круглого, шестиугольного и звездообразного, сделанные из металла, камня и стекла, были там красные, оранжевые, зеленые и синие, и даже в цвет волшебных палочек – в черно-белую полоску. А также…

Ладно, ладно, естественно никаких рычагов я сначала и не заметил, все внимание на труп, а вернее на доспехи, сидящие на невообразимо древнем кресле. Да и был ли это труп? Слишком тонкие у него сочленения, включая поясничный отдел. Может это механизм? Гуманоидной формы. Если поднять на ноги будет метров двух ростом. Корпус или все же доспех, сделан из желтоватого металла, ни много ни мало сантиметров трех толщиной, но явно не из золота. Попытка поцарапать его ни к чему не привела. Попробовал поднять ему руку, в итоге раздался треск, и в моих руках оказалась массивная перчатка. Судя по её весу и застрявшей внутри сухой кости, это все же был доспех, и носящие его существа были гораздо сильнее ныне живущих рас. Одну только перчатку я еле мог поднять, что уж говорить о полном комплекте. Информация тоже была скудна.

Латная перчатка предтечей. Предмет не опознан.

Не знаю, не знаю, но судя по весу, комплект явно рассчитан на силушку не меньше пятисот, что для танка трехсотого уровня вполне достижимо, но где б нам такого взять.

– Пахан, глянь, тут одна шестеренка сломана и, похоже, что фуникулером мы сможем воспользоваться, только если сами по канатам полезем.

Я отвлекся от неподъёмных доспехов и подошел к механизму, на который показывал Калян. Передаточный механизм с множеством шестеренок, одна из которых, размером с обеденную тарелку и сделанная из почерневшего дерева, двумя сломанными половинками валялась на полу.

– Хм, если бы это была нормальная игра, сейчас бы здесь появился призрак того трупика и предложил бы нам задание на восстановление работоспособности фуникулера. Мол, где-то глубоко в подвалах есть такая же машина и надо принести с нее шестеренку. Но судя по затихающему бою, заниматься нам этом квестом абсолютно некогда.

– Ну не хотите, как хотите, – проскрипел обиженный голос у нас за спиной. Мы с Каляном синхронно подпрыгнули, резко разворачиваясь назад, но произнесший эти слова призрак уже исчез в стене.

– Эй, ты, мы передумали, вернись! Тьфу, улетел козел безрогий. Кто мне скажет, вот, что это сейчас такое было?

В ответ из стены высунулась левая рука, правая ударила ее по сгибу локтя, отчего та резко подскочила, после чего призрак исчез окончательно.

– Охренеть, вот и поговорили. Но все равно искать шестерню некогда, быстрее новую сделать. Калян, у тебя же всегда с собой полно деревяшек, есть подходящей ширины?

– Найду, а из чего зубья делать будем?

Давай мне доску, а сам от копий для Немизиды навершия отделяй. Сколько там зубьев? Восемь? Давай делай, затем в доску остриями вколотим, а толстые концы за зубья будут.

Быстро очертил ножом окружность на доске по двум сложенным половинкам старой шестерни. Затем пилу в зубы и вперед. Спустя пять минут в руках у меня был слегка кособокий круг. У Каляна оказалась целая пачка не использованных наконечников. Еще пять минут и навершия вбиты в доску под нужными углами. В очередной раз, порадовавшись расширенному набору инструментов мастера ломастера, вытащил коловорот и просверлил центр для оси.

Поздравляем, вы создали малую шестеренку для грузовоза предтечей. Качество низкое. Прочность 17/100.

Для завершения первой части задания, установите ее на место.

Стоило воткнуть шестерню на место, вновь появились новые строки.

Поздравляем, вы отремонтировали грузовоз предтечей.

Вы завершили первую часть цепочки.

Награда отсутствует – вы не взяли задание!

Для получения второй части задания обратитесь к хранителю.

– Эй, ты там? Выходи, поговорить надо! Ну чего дуешься как мышь на крупу, вылазь говорю! Ну, нет, так нет, не больно-то и хотелось, старый хрен.

Из стены еще раз высунулась рука, повторила неприличный жест и опять исчезла.

– Ну и ладно, давай попробуем включить эту механизму, посмотрим, работает ли она вообще?

Я подошел к самому большому рычагу и всем весом на него налег. Скрип и скрежет, который раздался после этого и мертвого бы на ноги поднял. Пол ощутимо вздрогнул, и сверху посыпались пыль и мусор. Что-то еще раз взвизгнуло, заскрипело, и вагончики тронулись с места, все ускоряясь и ускоряясь. Одновременно с этим вдали раздался последний предсмертный вопль стражей подземелий.

– Вот черт, что-то мне это не нравится.

Я бросился к краю платформы. Внизу в полной темноте замелькали огненные блики. Пламенные надписи и пентаграммы, нанесенные на броню Принцессы, рассеивали непроглядную тьму. И эти пентаграммы стремительно приближались к нам, и сама Принцесса тоже, насколько я понимаю.

– Все на борт! – завопил я, рассекая веревки, держащие Пофига и пинком направляя его в нужном направлении. Калян, брось его! Сдохнем все здесь!

Калян, кряхтя и вздувая мускулы, пытался поднять кирасу от доспеха предтечей.

– В инвентарь не лезет, – чуть ли не со слезами прокряхтел он.

– Брось, нахрен, бежим!

– Половинчик, ты чего застрял?

Но Половинчик ожидаемо не ответил, встав на верху лестницы и перегородив нападающим путь.

–Половинчик, – Калян схватил его за плечо, – давай за нами, успеем!

Но голем толкнул Каляна в сторону подвесной дороги, а сам обернулся к врагам.

Я схватил Каляна и потащил к вагончику, в который уже загрузился Пофиг, швыряющий в темноту файерболы. К пассажирскому вагончику мы не успели, с руганью забрались в грузовой короб. В этот же момент Половинчик схлестнулся с первым ползуном – берсерком, одним ударом отправляя его в короткий полет с лестницы. Затем еще удар, и клешня очередной твари отделяется от тела. А затем платформа закончилась, и поле боя погрузилось в кромешную тьму. Я со стоном осел на дно, и приварился спиной к стене. Моя энергия закончилась окончательно, я почувствовал, что в любой момент могу отрубиться. Мои глаза уже стали самопроизвольно закрываться, когда страшный удар перекосил нашу клетушку. Мы с Каляном, изрыгая проклятия, покатились к противоположной стене. Раздался душераздирающий скрежет и еще один удар. Наконец вспыхнул факел, и я уставился наверх. Борт вагончика был смят вцепившимися в него страшными когтями. Три будто стальных, сорока сантиметровых когтя скрежетали по металлу, пытаясь понадежней уцепиться за край. Я привстал на цыпочки и выглянул наружу. Наместница, в невероятном прыжке уцепилась за вагончик и теперь пыталась влезть к нам в гости. Неслабый был прыжок, даже учитывая ее рост, ей пришлось прыгнуть метра на три, три с половиной вверх. Теперь окончательно становится понятно, если бы предыдущая наместница была жива – здорова, она, не напрягаясь, раскатала бы нас в тонкий блин. У этой же со здоровьем, не смотря на недавний бой, все прекрасно, но вот подтянуться вверх на тонких передних лапках она не могла.

– Что-то вы, девушка, давно на маникюр не заглядывали, – я посмотрел на измазанные оранжевой, свернувшейся кровью когти. Вам их постричь, подравнять, отполировать не мешало бы. А то в этом сезоне кровавые подтеки уже не в моде. И, вообще, где ваш проездной билет, вы что заяц?

Тварь зашипела, рот ее открылся, и из него вылетела еще одна челюсть поменьше, щелкнув зубами в трех сантиметрах от моего лица. Я не испытал ничего кроме безграничной усталости, точно зная, что сейчас отключусь.

– И не надо лезть ко мне с поцелуями, всех безбилетных попрошу покинуть транспортное средство.

– Пахан, ты совсем рехнулся, – в пределах моего мутнеющего взора мелькнул отблеск топора, и тварь беззвучно скрылась во тьме. Тут же раздался удар и со всех сторон донеслись вопли вышедших на охоту стражей пещер. Ужас какой-то, на порождение ночных кошмаров охотятся не менее мерзкие твари. А мы посередине всего этого.

Но эту мысль я додумывал уже во сне, уютно примостившись на стальном полу, подложив под голову кусок завалявшейся здесь руды.

– А, ты опять здесь, это хорошо. Мне некоторое время было не до вас. Я совершил небольшое путешествие до королевства лесных гоблинов, в надежде собрать там войско и разгромить логово Королевы. Но… – Остап горестно поцокал языком, – я нашел там лишь смерть. Зато в горах я обнаружил одну из ветвей нашего рода. Ну что сказать, за триста лет они сильно изменились. Выбив из пещер гномов, они заняли их место. Нашли гномьи кузнечные рецепты, несколько богатых рудных жил и постепенно превратились в мирных ремесленников. Со мной отправились только несколько молодых и горячих орков. Они смелы, но пока неумелы в бою, а обойдя долину с другой стороны, мы нашли вот это. Взгляд мой переместился, и я увидел нечто странное. Около крутого склона горы, в сплошном покрывале зелени, словно серая раковая опухоль, раскинулось нечто. Строение похожее на оплывшие под солнцем соты диких пчел, будто проткнутые под разными углами острыми бревнами. По всему строению ползали какие-то существа, а по тропе, ведущей к строению, тянулся караван, еле двигающихся созданий.

– Как понимаешь, нам туда соваться нельзя, при встрече я отмечу тебе это место на карте, а сейчас держись.

– Что?

– Де-е-ержись!

Грохот, скрежет, жестокий удар, затем еще один.

– Что такое, – испуганный голос Каляна, – падать приказа не было!

Скрип, треск рвущейся стали, опять удар, нас взболтало в стальной коробке, словно яйца для омлета, затем резко наступила тишина.

– Приехали, граждане, конечная – все на выход.

Где-то в районе моей левой ноги загорелся слабый огонек и издалека донесся голос Пофига.

– Вы как там, живы? Что случилось?

А нам-то, откуда знать? Хотя, что бы ни случилось, взбодрило это хорошо, сна ни в одном глазу. Я привел себя в вертикальное положение, похрустел шеей, ощупью нашел на дне не догоревший факел. Оказалось, крепления троса к потолку сломалось, и наша кабинка рухнула вниз, не долетев до пола каких-то полметра, и теперь качалась на тросе из стороны в сторону, тихо поскрипывая. К нам скользя по канату, со своей кабинки спустился Пофиг в сопровождении дятлов. Все вместе мы извлекли Каляна из-под горки руды и выбрались наружу.

– Пофиг, факел совсем не светит, а ну-ка врубай свою светомузыку на полную.

Вспыхнул яркий свет, и мы увидели, что окружены со всех сторон подбирающимися к нам монстрами: белесые, склизкие тела, уродливые безглазые черепа, с огромными усаженными зубами-иголками челюстями, припавшие к полу на все четыре конечности, причем вместо рук, длинные, загнутые, зазубренные колья.

– Охренеть, вон тот, второй слева, ну просто копия моей тёщи, аж жутко. Только усов не хватает, а так бы было один в один.

Я не стал обращать внимания на тупые шутки Каляна, хотя зная его, может это и не шутка, а с воплями бросился на подступающих монстров.

– Господи! Радость-то какая! – Я сжал в объятиях первое существо и бросился дальше.

– Дорогие мои, родные мои!

– Поправились-то как, а загорели-то!

Хотя, стоп, это кажется слова из другого произведения.

– Наконец-то мы нашли вас!

Я обнял уже пятую тварь. На шестой я остановился, это был тот, кто нужно.

Малая чепырыжность. Вождь племени. Уровень 115. 17.000/17.000 страж подземелий хаоса.

Я залез в нужный раздел и принял мелкую чепырыжность в свою свиту.

Малая чепырыжность. Вождь племени. Уровень 115. 17.000/17.000 страж подземелий хаоса. Присоединился к вашей свите. 377/3.000.

Вам необходимо дать вашему новому союзнику кодовое имя.

Ну, раз он вождь, пусть и будет ВОЖДЬ.

Кодовое имя принято.

– И так Вождь, не знаю известно ли тебе, но судя по тому, что у тебя полностью отсутствует черепная коробка, то нет, но за нами гонятся страшные и ужасные монстры. Нет, нет, не такие ужасные как вы, но тоже ничего. Они хотят прорваться к логову хаоса, посрамив ваше звание непобедимых стражей. А затем они разрушат весь мир и все, что вам так дорого. Ну, там заплесневевших личинок, радиоактивный мох и ваши родные затхлые болота, или что вы там любите. По твоему виду я понимаю, что для вас это неприемлемо, так вот, что вам нужно сделать…

– Так, немного поперчить, подрумянить на угольках и можно есть, и не надо заворачивать мясо ни в какие неизвестные листья. Посыпать готовый шашлычок укропчиком. Рядышком рядком душевно порезанные помидорки взбрызнутые крупной сольцой, огурчики, ржаной хлебушек и все это по мужицки, накрыто на шкуре какой-то бедной животины, убитой нами ни за что ни про что. Не хватает только стопочки беленькой. Но скоро бой, так что это и к лучшему.

Сидящий рядом со мной и прилаживающий к копьям наконечники из осколков брони ледяных габотов, Калян, шумно сглотнул. Я последовал его примеру.

– Пофиг, давай к нам! Ребята и без тебя справятся.

Наши бледные друзья были заняты разбором узкоколейки проходящей по полу. Жалко ее конечно, но скоро бой и света нужно будет много, а иных дров кроме шпал здесь не было.

– Мда, – маг восхищенно посмотрел на накрытую поляну,– мда, мне б пожрать не помешало!

Воздух перед ним сгустился, и на шкуру уставленную яствами свалились весело жужжащие мельничьи жернова. Миг и весь хавчик был перемолот в труху, а затем пришла пора и шкуры. Жернова взвизгнули, но справились. Шкура была успешно перемолота и в воздух взвились клочья шерсти, а жернова не успокоившись, принялись за одну из заготовок Каляна, превращая копье в горстку мелкомолотых опилок. На этом действие заклинания закончилось. Я флегматично стер с лица мясо – помидорно – хлебный паштет. Лизнул палец. А ничего так, соли только малань не хватает. Выскреб из зубов опилки, стряхнул с ног лишнюю шерсть.

– Еще, старые лепешки есть и немного кваса, только он кажется, забродил. И это…

– Да, понял, я понял, изменю я фразу вызова гребаных жерновов… через недельку, почему-то ее только раз в неделю можно менять.

В общем, после обеда мы были достаточно голодные и злые, что бы убить кого угодно. Да и, все равно, времени на подготовку больше не было. Невдалеке уже слышался шум боя. Принцесса с подручными пробивалась через очередной заградительный отряд. К тому же у нас и ресурсов было немного и все, что было, мы использовали. Несколько ежей – бревен утыканных стальными заточенными прутьями, установлены в ряд в самом узком месте и все это закреплено наваленными поверх камнями. Конечно, это Принцессу не остановит, но хоть немного лишит ее маневренности. Сзади сложен гигантский костер – света будет много. Мы с Каляном успели сделать десяток замораживающих копий. Гложут меня смутные сомнения, что против наполненной демоническим пламенем твари, они не помогут, но может хоть на подручных ее подействуют. Ну и главное, больше сотни бойцов, двадцать из которых, примут на себя первый удар. Сейчас они поджидают прямо сразу за хлипкими защитными сооружениями. Остальные со всеми удобствами устроились на потолке, сжимая своими кривыми лапками по увесистому булыжнику. Не бог весть, какая артиллерия, но все же. Пофиг, забравшись наверх, в относительную безопасность, как заведенный пилит отобранной у меня ножовкой толстенный канат фуникулера. К сожалению, свалить на головы врагам подвесные вагончики не получится, уж больно неудачно они застряли. Но маг почему-то уверен, что кое-чем они помочь смогут. Калян распаковал свою Немезиду, теперь ищет где лучше ее установить. Я занят самым важным, все же я глава клана и как бы то ни было, вся ответственность на мне, поэтому я досыпал недоспанное… Пара уродцев, одолженных мне Вождем, размахивали надо мной обрывками шкур, не очень умело имитируя опахала, но я человек простой и не привередливый, поэтому жаловаться на такие мелочи не буду. Остап в этот раз мне не снился, а разбудил меня грохот обрушавшихся на врагов дубовых балок. Мы просто приставили их к двум противоположным стенам коридора, соединив канатами, и ворвавшаяся в зал Принцесса повалила их на шествующих за ней союзников. Ловушка незамысловатая, но быстровозводимая и довольно убойная. Принцессе-то все равно, но если ты простой ползун, то схлопотать по голове балкой в два центнера весом бывает обидно.

– Идите, воюйте, – я жестом отпустил опахальцев, и те с радостными воплями бросились в самую гущу боя. Пофиг, огонек засвети, а то что-то темновато!

Но темновато уже не было. Огненая стена моментально воспламенила сложенный костер, и огонь взвился до самого потолка, освещая всю пещеру. На миг все застыло как при стоп кадре. Потрясающая своей ужасной красотой Принцесса, оскалившись, смотрит на посмевших атаковать ее пигмеев. Пяток ползунов-берсеркеров, пока безуспешно пытаются выбраться из-под завалов. Наместница, в отличие от Принцессы, вся изранена, но жива. Спаслась-таки после падения с фуникулера и нападения стражей. Она появилась последней, прикрывая отряд сзади. Защитники, настоящие лилипуты рядом с ними, но не отступают, скалят свои страшные пасти, скрежещут заостренными передними лапами. Даже копье, выпущенное Каляном, тускло мерцая бледно голубым наконечником, казалось, зависло в воздухе. А в следующий миг все будто взрывается, приходя в движение. Легкий поворот головы и копье, вместо того, что бы воткнуться в горло твари, лишь слегка задевает ее, разлетаясь ледяными осколками. Видя, что ее отряд попал в засаду, Принцесса сразу пошла с козырей. По пещере разнеслось ее шипение, что страшнее любых воплей, а вслед за шипением пришел ужас. Кольцо защиты сейчас у Каляна, и я прочувствовал его в полной мере.

На вас наложен дебаф: волна жути. Все ваши показатели -25%

Аура "прямое воздействие" накладывает на вас дебаф – все ваши показатели -15%.

А потом она показала новый фокус. Рисунки на ее теле раскалились добела и на наступающих, из пасти хлынул поток горящей кислоты. Не знаю, может ли в реальной жизни кислота гореть, но здесь смогла. Не буду рассказывать, что случилось с нападающими. Казалось, они просто испарились. Двухсантиметровые стальные стержни защитных ежей оплывали как восковые свечи, камни растворялись, как куски рафинада в кипятке. По всему залу расплылась, обжигающая легкие, волна кислотного смрада.

– А вечер перестает быть томным… Вождь! Давай, все, что есть! Приоритет Наместница и Берсерки! Лишим Принцессу поддержки…

– …и возможности пополнять свое войско, – уже про себя подумал я. Из всех пришедших в подземелье тварей, только Наместницы не были разукрашены непонятными письменами. И не полыхали внутренним огнем, как остальные. И это ж-ж-ж, явно неспроста. Возможно их не стали модифицировать, для того что бы те могли откладывать потомство в поверженных тварей. Но так ли это, скорее всего я никогда не узнаю.

Повинуясь моему приказу, сверху на тварей тут же обрушился целый камнепад. Так и не выбравшиеся из-под завалов ползуны, были погребены под новым, теперь уже каменным потоком. Ничего, на то они и тараканы жучиные, чтобы в камешках и веточках барахтаться. Правда, загоревшиеся наверху получившейся груды, огненные стены, делали это место больше похожим на духовку, чем на кусок песочницы, но это уже детали. На двух главных же противников камнепад не произвел никакого впечатления. Булыганы отскакивали от их бронированных тел, словно песок, осыпаясь по бокам. Чипырыжности же наоборот осыпаться не стали. Густым потоком, низвергнувшись с потолка на тушу Наместницы, они слету вбивали в ее тело свои лапы-косы и вгрызались в спину зубами-иголками. Результат был страшен для обеих сторон. Броня Наместницы в один миг покрылась сотней трещин и разломов. Мелкие твари вгрызались в нее как – будто в последнюю жертву на своем веку. Хотя почему как – будто? Стоило им вскрыть броню и впиться своими зубами в плоть врага, как кислота, идущая у той по венам вместо крови, тут же начинала разъедать их тела. Головы нападающих моментально начинали дымиться, растворяясь и распадаясь на части. Колья, растворившись внутри тела, переставали держать обезглавленные, дымящиеся тела и те падали вниз. Но на их месте тут же оказывались новые стражи. Видимо наказ оставивших их здесь на охрану существ, был гораздо сильнее их тяги к жизни. Словно пчелы, что могут ужалить врага лишь раз, они нападали и умирали, но, как и пчелы, они побеждали количеством. Так и не произнеся ни звука, Наместница завалилась на бок и забилась в агонии. Взбеленившаяся Принцесса накрыла ее тело и копошащихся на ней чипырыжностей, потоком пылающей кислоты, а затем фуганула еще одной струей в потолок, прямо над собой.

Поздравляем! Вы убили наместницу ползунов. Уровень 250. Получено опыта 1.322.555.

Получена награда +3 свободных очка характеристик.

Получена награда +2 свободных очка характеристик для всех членов клана.

Черный, жирный пепел, в который превратились с полсотни нападающих и обрывки расплавленной сети, посыпались на растворяющийся труп Наместницы.

– Вот это поворот, что-то пошло не так, да Пахан?

Калян конечно прав, по моему плану, Королеву должна была накрыть сеть, сплетенная нашими дамами из стальных тросов, еще на Белом берегу. Та, по идее, должна была хотя бы частично лишить Королеву мобильности, но того, что от нее осталось даже на носовой платок не хватит. Черт!

– Ты как всегда не прав, мой недальновидный друг. В дело вступил план Б: мы избавились от лишних союзников, что бы дать остальным больше оперативного простора. Теперь мы перегруппируемся и завалим мамонта, а ты стреляй, давай, видишь, узоры на ее шкурке погасли, глядишь, теперь и заморозка подействует.

«Господи, что же делать! – Мысли галопом так и метались по голове,– мама моя! Мы все сейчас умрем!»

– Они все умирают, если у тебя есть план Б, то самое время его воплотить в жизнь, пока еще союзники остались.

А союзники таяли с пугающей быстротой: один взмах хвоста или лапы и на пол валился очередной труп.

– Калян, собирай свою пукалку, стрелы не помогают, пора вводить в действие план: "Наш маг – криворукий идиот".

Согласен, для экстренного случая название длинновато, но мы все проголосовали и, принимая во внимание то, что мнение Пофига не учитывалось, название было принято единогласно. По этому плану нам необходимо отвести тварь к тому кресту, что он на полу начертил. Но для этого надо ее как-то увлечь за собой.

– Где наша липучка?

Калян отодрал от плеча моллюска и бросил мне. Тот, как и все стражи рвался в бой.

– Твое время пришло, не подведи!

Моллюск, пролетев по красивой дуге, плюхнулся на морду Королеве. Не потратив ни мига на раздумья, (думать-то нечем), Су-у-ука выстрелила языком и намертво присосалась к левому глазу монстра, туда же впились сверкающие электрическими разрядами стрекала.

Королева затрясла головой, попыталась достать прилипалу короткими передними лапками, пару раз ударила себя по морде хвостом, но героический моллюск держался, раз за разом ударяй электричеством в глазной нерв чудища. Чудище хотело было взвыть, но вылка в нее встроена не была. Поэтому она лишь зашипела, нашла взглядом единственного глаза меня, и почему-то посчитав, что я причина всех ее бед, прыгнула в мою сторону. Не допрыгнула она всего пару метров.

– АААААААААААААААААА! – Поддерживая своих немногочисленных союзников героическим воплем, я помчался прочь.

На Принцессу, то и дело сверху падали все новые чипырыжности, но она не обращала на них внимания, продолжала бежать за мной.

– Пахан, давай!

Я с зажатым в руке свитком, повалился спиной на нарисованный на земле крест. Надо мной склонилась тварь.

– Давай, – прошептал я.

Феня взмахнул кинжалом, канат фуникулера окончательно лопнул и вагончики рухнули вниз. Освободившийся канат, выстрелил как из пушки и его конец чудовищным ударом откинул Принцессу назад. Прямо в уютные объятья мельничных жерновов.

Свиток пеплом осыпался у меня в руках.

Заклинание зерно в муку.

При изучении сила и размер жерновов зависит от мудрости мага, время работы от интеллекта.

При использовании свитка, заклинание срабатывает на уровне гранд мастера.

Вес жерновов – 5 тонн, время работы 10 минут, возможное количество перемолотого зерна – 10 тонн.

Думаю, что Принцесса не потянет на десять тонн, но мы не в обиде.

Сначала между жерновов попал хвост, жернова взвыли, засасывая ее вместе с облепившими ее чипырыжностями. Миг, и ее всю затянуло внутрь, и тут же пещеру оросило кислотным дождем. Мы благоразумно скрылись от него под заранее приготовленными шкурами.

Поздравляем! Вы убили принцессу ползунов. Уровень 300. Получено опыта 2.322.555.

Вы получаете новый уровень 72.

Получена награда +5 свободных очков характеристик.

Получена награда +2 свободных очка характеристик для всех членов клана.

Поздравляем! Прогресс выполнения квеста "Изгнание" 1/6.

Есть! Мой план сработал, да я просто гений!

– Хха! Мы сделали это! – Завопил рядом Калян.

Магические жернова, залитые кислотой, последний раз взвизгнули и разлетелись на сотню крупных осколков.

Один из них насквозь пробил вскочившего Каляна. Тот еще секунду постоял с вздернутыми в победном жесте руками, а затем исчез.

– Пофиг, твою жеж мать, твой план убил Каляна, бестолочь, ты, криворукая. Теперь придется переть назад. Калян он же, как маленький ребенок, ни на что без нас не способен. Ладно, не оправдывайся, пошли, соберем трофеи и в путь, выручать нашего паладина.

От Принцессы, к сожалению, мало, что осталось, мельничьи жернова оказались неожиданно жесткими. Нам удалось собрать несколько пригоршней молотого панциря, шмоток феромонов, да один коготь, неизвестно как избежавший участи остальных частей тела. Мы еще попытались собрать немного кислоты, разлитой по полу, но стеклянные банки просто плавились от соприкосновения с ней. Зато среди дымящихся луж мы нашли нашу прилипалу. Её некогда блестящие створки помутнели, края потрескались, в некоторых местах раковину проело почти насквозь, но когда я тихонько в него постучался, створки раскрылись и на меня радостно пискнув, уставилась Су-у-ука тварь липучая.

– Мужик, (хотя конечно может он гермафродит какой-нибудь) ты был нереально крут, переименовываю тебя в Прилипалу! Дай пять!

Десяток весело сверкающих стрекал, радостно ударили мне в ладонь. В течение последующих пары минут я станцевал все известные мне па из брейк-данса, пока эта тварь не сообразила убрать нахрен свои гребаные электрические щупальца.

– ПРИВЕТСТВУЮ ПОБЕДИТЕЛЕЙ! – в какой уже раз появляясь у меня за спиной, проорал Абрам Моисеевич. ВАМ ПОСЛАНИЕ ОТ КАЛЯНА!

– Слушай ты, Абрам Моисеевич, или как там тебя…

– Абордажных дел мастер, Морей исследователь, Еванделии уничтожитель! Для краткости Абрам Моисеевич!

– Насрать, хоть Красная шапочка, Подружка серого волка! Если ты еще раз подкрадешься ко мне сзади, и начнешь вопить, я найду твои бренные останки, половину отдам некромантам, вторую экзорцистам и устрою между ними соревнование. Они будут одновременно призывать тебя в этот мир, и изгонять из него прочь. И это будет продолжаться вечно. Мы с тобой друг друга поняли?

– Кстати, на счет моих бренных останков, у меня есть задание…

– Все, заткнись, пока я не вернусь домой и не просплю хотя бы неделю, лучше не лезь мне под руку – зашибу. У тебя вроде послание было от Каляна, так давай, докладывай.

– А ну да, в общих словах, он советует вам двигать вперед. Говорит, что хотя этот отряд мы и добили, но к искомому месту движется еще пять отрядов и не факт, что мы доберемся первыми. А он вас догонит, когда сможет.

– Ну-ка передавай Каляну. Как ты нас найдешь, если у тебя только один факел на два часа работы, а топать сюда гораздо дольше?

Ответа пришлось ждать подольше, и мы пока пошли обшаривать Наместницу. Облитая кипящей кислотой она, тем не менее, не превратилась в расплавленную лужу, сопротивление кислоте естественно было у нее на уровне и, в отличие от Принцессы, ее получилось развеять и собрать лут.

Внутренняя челюсть Наместницы ползунов. Алхимический ингредиент. Класс уникальный.

Длинная черная хреновина с шишкой на конце, чертовски похожа на здоровенное достоинство вороного коня. Услышавший, что это алхимический элемент Пофиг сначала протянул к нему руки, но потом, поморщившись их убрал. Видимо в глупые головы приходят одинаковые образы.

– Герцог, конечно в своей комнате вместе с головами Королев это не повесит, но я, пожалуй, знаю, кому это подарить. Уважаемый господин Вандэнбрук. Советчик по распределению очков умений и даватель умопомрачительных квестов. На его письменном столе ЭТО будет смотреться просто великолепно.

Тут вернулся связной:

– Калян говорит, что договорился с удильщиками, они включили иллюминацию и теперь он идет как по вечернему проспекту, освещенному сотней огней, а потом несколько штук согласились путешествовать с ним, освещая дорогу дальше.

– Договорился с удильщиками? Некоторые будут путешествовать с ним? Что за ересь? Лети к Каляну и пока не выпытаешь все подробности, не возвращайся.

На этот раз его не было еще дольше, и мы смогли рассмотреть весь оставшийся лут.

Амулет подчинения. Не опознано.

Классическая подвеска в виде пентаграммы, выполненной из кроваво-красных, полупрозрачных камней. А вот и еще одна жирная стрелочка, не двусмысленно указывающая в сторону зачинщиков всего этого. Одевать этот амулет явно не стоит, но окончательно судить об этом будем после опознания.

Кольцо страха. Не опознано.

Абсолютно гладкий кругляш все из того же черного материала, что и в предыдущих находках.

Великое кольцо защиты. Не опознано.

Ничем не отличается от предыдущего, они абсолютно идентичны, но название разные.

Жезл костяных клинков. Не опознано.

Опять же черная совершенно гладкая палка, с метр длиной. Никаких рисунков и украшений. Мне даже стал нравиться сделавший все это человек. Сучок лаконичный!

Палку сразу заграбастал Пофиг. Ну и пусть, скорее всего вещичка и так для него. Тут, наконец, вернулся связной и зачитал официальным тоном.

– Созданное вами существо достигло пятидесятого уровня. Оно действует и развивается.

Награда: животноводство +1. Вы имеете возможность приучить любое неразумное существо до семьдесят пятого уровня включительно, с вероятностью 5%.

Говорящий приостановился, но это было не все.

– Созданное вами существо достигло семьдесят пятого уровня. Оно заняло доминирующую позицию в своей локации. Нет никого сильнее его в этой местности.

Награда: вы настоящий уникум, вы понимаете животных как никто. Вы имеете возможность приучить любое неразумное существо до сотого уровня включительно, с вероятностью 5%. Существа до пятидесятого уровня не нападут на вас первыми с вероятностью 90%. Нейтральные и дружелюбно настроенные существа, до пятидесятого уровня, могут помочь вам даже без приручения.

Охренеть. Калян перестал нам рассказывать о подобных достижениях, потому что они стали причиной множества шуток. Конечно, ни кто из нас всерьез не думает, что он произвел на свет какого-нибудь кентавра. Но тогда кого? Калян всегда был на виду и селекцией вроде как не занимался. Может голем? Он всегда к ним относился с трепетом. Слепил втихаря, а тот возьми и оживи. Но там где мы жили, практически все существа были выше семьдесят пятого уровня, и такой малыш не смог бы там доминировать. Ну, гадать тут можно долго, а нам надо выдвигаться. Со светом у него проблем не будет, стражи на нас не нападают, всех измененных мы вроде зачистили, но оставлять его одного…

– Я за ним схожу, – поигрывая новым кинжалом, предложил Феня. Нельзя шкета одного оставлять, а вы топайте, чую на счету каждая минута.

Тоннель дальше опять сузился и пошел под уклон. Узкоколейка занимала почти всю ширину пола, а идти по шпалам было ужасно неудобно. Никогда не понимал, почему нельзя делать шпалы на удобном для ходьбы расстоянии. Если на каждую наступать, шаг получался слишком маленьким, через одну, слишком длинным. Может это рассчитано на гномов?

– На вагонетки это рассчитано, – оказывается, я рассуждал вслух, – на вагончики которые по рельсам ходят, а не на пешеходов. Какими бы они ни были. Даже вон для этих, наверное, не подойдут, Пофиг кивнул наверх. Там вылезая из каждой щели, нас провожали взглядами Средние Чепырыжности. Логично предположить, что где-то будут и большие, и охренительно великанские Чепырыжности, но торопиться с их приемом в свиту я не буду. Количество принятых туда строго ограничено тремя тысячами уровней, и погибшие в бою не освобождают занятое место. Не знаю как там наш спаситель Половинчик, может он и выжил, но Вождя однозначно убило. Он возглавил последнюю атаку, и его вместе с Принцессой затащило в жернова. А в кольце цифры остались те же.

– Надеюсь, создатели игры читали приключенческие романы и где-нибудь недалеко нас ждет быстрая вагонетка, которая и отвезет нас до самого конца подземелья.

– Я думаю, создатели игры читали только эротическую садо-мазо литературу и ничего хорошего нас ждать не может.

– Это в тебе говорит юношеский пессимизм. Прыщи на лице, проблемы в школе, девчонки смеются вслед, вот и причины твоего фигового настроения.

– Это во мне говорит прагматизм, сопоставление фактов, плюс голос интуиции, анализ ситуации и игры в целом, а главное, мы здесь с тобой, а у тебя вечно все через жопу получается. Но хоть в чем-то, ты, прав, вагонетка доехала до самого конца подземелья.

– Мда, и ничего хорошего из этого не получилось.

Мы стояли в конце зала, около вагонетки, доехавшей до конца и разбившейся вдребезги о стену. Весь пол был завален кусками руды, а на стене висело два впечатавшихся в нее скелета.

– У них в вагончике, наверное, тормоза не было, вот их о стену шандарахнуло.

– В вагончике целых два тормоза было, вон, их как раз о стену шандарахнуло.

– Может ты и прав, пойдем, пошарим у них по карманам.

В карманах, к сожалению, ничего не оказалось, как и самих карманов собственно. Вся одежда давно истлела и пыльной грудой лежала внизу. Каким-то чудом продолжавшие висеть скелеты, рассыпались в пыль от легчайшего прикосновения. Пришлось пошарить внизу. Там нашлось два кожаных кошеля, они сохранились получше, но не намного. Кожа высохла так, что их еле удалось открыть. Там было немного золота и несколько великолепных драгоценных камней. Притихший было Зигзаг, встрепенулся, но к камням не подлетел. Я уже давно заметил, что больше одного камня в день он не ел, впрочем, как и одинаковых тоже. Он мог съесть мелкий жемчуг и совершенную жемчужину, но вторую совершенную есть не станет, видимо количество уровней, получаемых таким образом, разработчики все же ограничили. А жаль, самая трудная часть пути впереди и пара лишних уровней моему питомцу не помешала бы.

Кирка предтечей. Не опознано.

Трындец какая тяжелая хреновина, все из того же желтоватого металла, что и виденные ранее доспехи. Витая ручка, жало все исчерчено незнакомыми рунами, и повторюсь, тяжелая сволочь! Хорошо хоть влезла в сумку без перегруза, и теперь мне снова можно будет призвать гоблина-рудокопа на помощь. А то, что он, скорее всего, не сможет эту кирку даже приподнять, это уже не мои проблемы. Никто и не говорил, что жить будет легко.

Лампа предтечей. Класс обычный. Радиус освещения 30 метров.

Просто отличная вещь, можно носить и в руках и на голове, внутри находится кристалл, подзаряжаемый магией. Одно плохо – все тот же вес. По ощущениям, килограмм сорок. Если я ее к голове пристегну, она внутрь тела провалится, до самого таза. Но как стационарный осветительный прибор он хорош.

Кроме руды больше вокруг ничего не нашлось. Руда видимо была источником неподъемного металла, надеюсь это не уран какой-нибудь местный. Светиться в темноте, может и прикольно, но другие побочные эффекты для меня не желательны, я ж еще молодой. К тому же я глава клана, на мне серьезная ответственность за судьбы людей…

– Ну, ты так и будешь стоять с пальцем в носу? Или все же выберешь, куда мы пойдем дальше?

– К этому вопросу надо подойти ответственно, перед нами три портала и все ведут в Пути Хаоса. Различаются они только цветом и куда идти не понятно.

– Я думаю, они разноцветные неспроста, и ими обозначено, какие испытания нас ждут впереди…

– Вряд ли не войдя во все порталы, у тебя получится представить, что там нас ждет, поэтому предлагаю использовать чисто научный метод.

– Опять что ли? Хотя, ладно:

Эники

Беники

Ели

Вареники

Эники

Беники

Бац

Вышел

Пузатый

Матрас

Ну, этот портал хотя бы светлый, поехали.

Внимание! Вы входите в закрытый инстанс – Пути хаоса. В случае вашей смерти, вы окажетесь на точке последнего вашего воскрешения. Войти в инстанс повторно не получится.

Войти? Да. Нет.

Куда ж деваться, выбираем да.

– Твою ж, мать, что это?

Да, в общем-то, ничего особенного. Сверху туман, под ногами серая тропа, вокруг до самого горизонта снежная равнина. И ветер, ледяной, пронизывающий, убийственный.

На Пофиге броня из скелета единорога, сквозь которую видны торчащие ребра носителя, драные крестьянские штаны, да колпак волшебника с бубенчиком, мелко позвякивающим в такт дрожанию владельца.

У меня одежка не лучше. Стальная кираса поверх дырявой рубахи, штаны превратились в драные шорты, на ногах только личные волосы, прям как у хоббитов. А вокруг неожиданно оказалась лютая зима.

– Ноги. Шкуры, любые.

Шкур оказалось достаточно много. Вчера на Белом берегу ими забило пол сумки. Много я выкинул по пути, но кое-что осталось. Одну сразу на землю, встать на нее окоченевшими ногами. Кирасу к чертям в сумку, вторую шкуру на плечи. Две мелких шкурки на ступни, привязать их к голени крысиными хвостиками. Руки уже почти не слушаются.

Внимание! На вас наложен дебаф: малое переохлаждение! Все показатели снижены на 20%.

Только этого не хватало.

Одну шкуру вокруг талии, завязать двойным узлом свисающие лапы на поясе. Третью шкуру прямо на голову. Невыделанные шкуры страшно воняют, но нам сейчас не до этого. Глянул на Пофига, тот повторил мой наряд, дрожащими руками завязывая лямочки под подбородком. Как говорят чукчи: убивает не холод, убивает ветер. Может в чем-то они и правы. Но они наверняка не проверяли это выражение, разгуливая на морозе в килте. От ветра мы защитились не плохо, но поднимающийся от мерзлой земли холод, никуда не делся. Пришлось брать ноги в руки, и топать по тропе. Того что на нас могут напасть, я не очень опасался, все же кругом должны быть стражи хаоса, но вот холод, это другое дело. Мои опасения, к сожалению оправдались. Никаких местных тварей мы вообще не встретили. Зато мороз и ветер казалось, усиливались с каждым шагом.

Внимание! На вас наложен дебаф – среднее переохлаждение! Все показатели снижены на 40%.

Шаги стали медленнее и не увереннее. Пришлось упереться плечом в плечо мага, чтобы как-то компенсировать начавшееся непроизвольное раскачивание. Хриплое дыхание. Пар, вылетающий изо рта, тут же уносится ветром, превращаясь в кристаллики льда. А мороз все усиливается.

Внимание! На вас наложен дебаф – сильное переохлаждение! Все показатели снижены на 60%.

Мир погрузился в белый туман. Виднеющееся вдали темное пятно не более чем мираж. В мире остался лишь холод и ветер. Сколько мы тут идем? Пять минут или целую вечность? Ног я уже давно не чувствовал, да и есть ли они еще у меня? Наклонить голову и проверить, сил у меня не осталось. Интересно, на всех путях к Логову Хаоса встает эта преграда, или это только нам так повезло. Если везде, то нам может и не о чем беспокоиться. Ползуны все перемерзнут сами. Хотя с их модификацией, с их пламенем, горящим внутри, может и не замерзнут. Боже, как тяжело думать. Переставлять ноги и цепляться за падающего Пофига, все, на что еще пока хватает сил.

Внимание! На вас наложен дебаф – смертельное переохлаждение! Все показатели снижены на 80%. Смерть наступит через одну минуту.

Я не удержался и упал, рядом на колени свалился маг. Вот нам и конец. Или нет. Какая-то мысль не давала покоя. Маг, маг, маг.

Смерть наступит через 30 секунд.

–Господи, мы – тупицы! Пофиг, не отрубайся. Давай огненную стену.

Несколько секунд я думал, что он меня не слышит, но вот совсем рядом, в метре от нас вспыхнула обжигающая стена. Она буквально зажаривала нас целиком, но я все равно протянул к ней руки, пусть обгорят хоть до костей, сейчас мне все равно. Выбравшись из-под шкур, повеселевшие дятлы попрыгали ближе к огоньку. Но полностью обогреться мы не успели. Переохлаждение снизилось до среднего, когда огонь потух.

– Интеллект и мудрость рухнули, ни маны, ни силы заклинаний не хватает.

– Ничего, у меня немного есть, и стена огня тоже, доберемся. Только двигать надо быстрее, похоже, намечается ураган.

Запихав птиц запазуху, мы припустили к виднеющемуся впереди зеву пещеры. Через пару минут Пофигу пришлось поставить еще одну стену с подветренной стороны. Мы, не останавливаясь, прошли мимо, а ветер, пронзая ее, обдал нас горячим воздухом, немного затормаживая переохлаждение. Когда до пещеры осталось метров триста, пришла моя очередь. Заклинание огненной стены было и у меня, но со смехотворным количеством мудрости, да еще и порезанной вдвое дебафом, высота ее не превышала и двадцати сантиметров, а уж жара от нее было не больше чем от теплых полов. В общем, прямо по ней мы и пошли. Три секунды и старое заклинание прерывается и кастуется новое.

– Мы с тобой круче, чем любые звезды. Они ходят по красным дорожкам, а мы по огненным.

Ноги у нас, наконец, отогрелись, а с нею и головы. Пелена с глаз спала, мысли начали вновь прыгать по отмерзшим синапсам. Настроение улучшилось. Так по огненной дорожке мы вбежали в очередной портал.

Глава 8

– Все что ни делается, все к лучшему, – я сладко зевнул и потянулся на мягком, упругом ложе, – хоть отдохнули малань.

– Кто отдыхал, – выискивая взглядом очередного настырного паука, не согласился со мной Пофиг, – а кто и работал.

Это да. Стоило нам с ним сигануть в портал, как мы оказались летящими в бездонную яму. Ну, конечно, не совсем бездонную, но пару минут мне так точно казалось, а потом мы приземлились на услужливо сплетенную паутину. Пауки оказались Стражами и поначалу на нас внимания не обратили. Но мы, потрепыхавшись пару минут в клейкой паутине, начали ее выжигать, постепенно проваливаясь вниз. Вначале я, конечно, вызвал гоблина-рудокопа, что бы он новой киркой попробовал разрубить держащую нас паутину, но тот с выпученными глазами вцепившись в нее, со свистом улетел вниз. Судя глухому удару и по восторженным воплям, благословляющим меня, за то, что я вновь вырвал его в этот прекрасный мир, он таки долетел до самого дна, и при этом не разбился. Теперь, наверное, следуя полученным инструкциям, он прыгал на дне, пытаясь достать киркой до ближайшей паутины. Наплевав на этого неумеху, я передал судьбу нашего освобождения в руки специалиста. А сам серьезно задумался над тем, что сейчас с нами происходит. Последние два испытания явно рассчитаны на то, что бы остановить нечаянно забредших сюда детсадовцев. Ни одной боле менее серьезной боевой группе ни холод, ни тридцатиуровневые пауки не помеха. Я долго ломал над этим голову, но громкий храп все время сбивал меня с мысли. Оказалось, что храпел я сам (это если конечно поверить такому ненадежному типу как Пофиг). И пока я размышлял о будущем, и строил долгосрочные планы, мы практически достигли дна ямы. Последние паутины лопнули, пав в неравном бою с огненной струёй, последний бросившийся на защиту своего имущества, паук весело шкворчащей тушкой рухнул на пол.

– Угощайся, – щелчком большого пальца ноги, я пульнул его в сторону гоблина, лежащего под придавившей его киркой. Ругаться он закончил. То ли у него воздух в легких закончился, то ли он побоялся, что мы так и оставим его лежать здесь. Выход из пещеры открыл нам взгляд на пустыню. Особенно рассказывать о ней нечего. Небо, песчаные дюны и жара. Жара такая, что яйца могут свариться вкрутую за пару минут. Правда, памперс было не снять, так что я не проверял, но ощущения были именно такими. Быстренько смонстрячив из тех же шкур по примитивному зонту, мы пошли по едва видимой тропе. Скоро нам стало так хреново, что пришлось призвать рядом с собой ледяного габота. От его ледяной волны ноги промерзли насквозь, но нам уже было все равно. Это было спасение, хоть и кратковременное, от невыносимого пекла.

Вслед за пустыней последовали горы, но мы, связав пару десятков змеиных шкурок, быстро спустились по ним к следующему порталу.

Теперь же мы топали по болоту. Вязкая жижа доходила нам до колена, с радостью засасывала наши ноги в свои приветливые глубины, но вот отдавать обратно она их не спешила. Везде вокруг нас раздавалось раздражающее кваканье. На каждом листе кувшинки, куда бы мы ни шли, сидело по жабе. Они вдруг ни с того ни с сего раздувались в шар, не меньше метра в диаметре, а затем над болотом разносилось оглушающее и крайне бесящее кваканье. Ладно, хоть комаров здесь не было, но и без них все было достаточно хреново. От всех этих перемен и недосыпа голова стала как чугунная, тело перестало повиноваться, двигались мы на полном автомате. Даже ужасные миазмы, разлитые в густом воздухе уже не ощущались так, как в начале пути.

Если с другом вышел в путь,

Если с другом вышел в путь -

Ужасная дорога!

Без друзей так хорошо,

Без друзей так хорошо,

А с друзьями плохо!

Бам. О, что то новенькое. Бам. До этого слышно было только хлюп, чмок, и журчание воды наполняющей ямы, оставшиеся от наших ног. Бум. Мой импровизированный посох стукнулся о твердое еще раз. Шаг, второй третий.

Тут и снег, тут и зной,

тут и дождик проливной,

Когда мои друзья со мной!

Пришлось протянуть руку, что бы остановить хрипящего песню и чуть не улетевшего в яму Пофига. Добрались! А может, и нет. Круглая каменная площадка, выложенная вокруг круглой каменой дыры, из которой дует легкий теплый ветерок. Бросили вниз камень, посчитали время, которое ему понадобилось, что бы долететь до дна. Посчитали глубину по формуле: время полета, поделенное на скорость падения. У Пофига получилось примерно двести восемьдесят метров. У меня – полдень четверга. Потом я пересчитал, получилось, что мы все умрем, в итоге я бросил это неблагодарное занятие. Вытащил на каменную площадку подползшего к кругу гоблина.

– Давай! – я требовательно протянул к нему руку.

Гоблин видимо и хотел, что то ответить, но сил у него не осталось.

– Ну?!

– Чего тебе от меня еще надо, сын шайтана?

– Я видел, ты весь путь бедных лягух жрал, а пузыри их шейные запазуху засовывал, давай гони.

Гоблин хотел было повозмущаться, но силы его совсем оставили, и он вывалил на камень целый ворох лягушачьей кожи. Вернее это были тончайшие мембраны, после смерти земноводных, превратившихся в прозрачную пленку, кое-где пронизанную мелкими кровеносными сосудами. Как лягушка размером максиму в десять сантиметров может иметь горловой пузырь площадью метра полтора, я не представляю, да мне и плевать. За последние часы я понял, что хотя сами по себе локации по большому счету не слишком опасны, но вот стоило хотя бы присесть на пару минут, и природа начинала бунтовать. Песчаная буря в пустыне или землетрясение в горах. Эти уютные, облепленные болотной жижей, и обсиженные лягушками камни так и манили прилечь на них, но нельзя. Неизвестно, сколько у нас есть времени на подготовку здесь, пока под болотами не начнут тлеть торфяники, или вдруг налетит куча гнуса, способного сожрать бармоглота целиком.

– Пофиг, помнится ты еще с самого замка, пару банок с клеем пер. Осталось еще?

– Пара и осталась. Что делать задумал? Липучки на ноги и руки, что бы как Человек Таракан вниз по стене спуститься?

– Не, есть идея получше. Зигзаг, бери руки в ноги, своих братьев под крылья и вперед на охоту, нам понадобится еще столько же лягушачьих пузырей. А мы пока эти склеивать начнем.

Через полчаса мы втроем стояли на краю колодца, прислушиваясь к басовитому гудению, нарастающему над болотом. Ха, предсказуемо, все-таки комары. Вовремя. Без них сделать шаг в пустоту было бы трудновато.

– Давайте, на счет два.

– Всегда же было на счет три.

– Некогда считать до трех. Два! Пошли!

Мы спрыгнули вниз, вцепившись в кожаные тесемки. Купол парашюта с треском раскрылся, натянулся, и мы заскользили вдоль стен в неведомую темноту. Восходящий поток воздуха помогал нам не падать слишком быстро, все же площадь купола была маловата для троих мужиков. Но главное тонкие мембраны не рвались и проплывающие мимо нас стены не сливались в сплошную серую пелену, а проплывали медленно, так что можно было рассмотреть грубую кладку и выщербленные швы. Потом мы опустились еще, и все скрыла непроглядная тьма. Через минуту руки устали. Через две мне стало казаться, что мое тело отлито из свинца. Через три, что можно включить свет и осмотреться. Оказалось, что мы висим метрах в десяти от пола, благодаря восходящему потоку, бьющему из бокового тоннеля, то поднимаясь на пару метров вверх, то спускаясь вниз.

– Есть одна идейка, – пробормотал Пофиг, – надо бы ее проверить.

Я только успел сжать ягодицы в кулачек, как полыхнул фаербол, и в центре парашюта образовалась дыра. Мы незамедлительно рухнули вниз, а сверху нас накрыло полыхающим полотнищем.

– Надо было дыру каменными дисками делать, – поправляя последний камешек на символической могилке гоблина, оповестил я мага.

Тот утер покрытое сажей лицо, и прочитал мне целую лекцию о том, что разные заклинания требуют разных техник применения, и что для дисков ему нужны пальцы, которые в тот момент вцепились в стропы парашюта, и что наш рудокоп сам виноват, нечего было приземляться на голову и что…

Через пять секунд я перестал слушать, что он говорит, полностью сосредоточившись на окружении. Мы в уже бессчетный раз оказались в пещере. Сначала все вокруг было тускло и невзрачно, но затем в серых, будто отлитых из дешевого бетона стенах тоннеля все чаще стали попадаться искристые вкрапления, озорно сверкая разноцветными вспышками. Через минуту я не выдержал, подошел к стене, вгляделся в блестящую песчинку.

Малый кристалл Хаоса.

Очень лаконично и совершенно не понятно. Какие у него свойства и как Хаос может иметь кристаллическую структуру? Я поковырял его ногтем. Некоторые свойства кристалла сразу стали более ясными. Я посмотрел на культю, оставшуюся от моей руки, и поделился своими наблюдениями с Пофигом:

– ААААААААААААААА!

От моего вопля, пещера начала резонировать и с потолка сорвалась еще одна песчинка. Зигзаг, будто заправский акробат, перехватил ее в воздухе. Сообщение о том, что мой питомец получил сразу три уровня, совпало с громовым раскатом и ударной волной, отправившей нас в короткий полет. Нас осыпало ворохом перьев, а мне пришло сообщение, что мой пет, отправился в краткосрочный отпуск и будет доступен только через десяток часов. Выплюнув из моментально пересохшего рта забившийся туда пух, я простонал.

– Не поверишь, они блин взрываются, да еще и дебаф накладывают!

– Безрукий кретин называется? – Пофиг туго затянул у меня на культе повязку из змеиной шкуры, – с уменьшением ловкости, силы и возможности совать свои кривые руки, куда не надо?

Твою ж, мать, как он так точно угадал, чародей фигов?

– А теперь давай, скажи аааа.

– Аааа?

– Нет, вот так – АААААААААААА! – С его руки полыхнула короткая огненная струя, прижигая кровоточащую культю.

– АААААААААААААА!

Зря я так орал. Сзади нас на пол свалился очередной кусочек кристаллизировавшегося Хаоса, и нас вновь швырнуло на пол. Пещеру ощутимо затрясло и рядом рвануло вновь.

– Дорогой, многоуважаемый сударь, не соблаговолите ли вы подняться и последовать за мной? – Произнес Пофиг. Ну, наверное, он произнес это, потому что, то выражение, которое услышал я, наверняка было следствием моей временной контузии. Я схватился здоровой рукой за его плечо, и мы побежали. Количество взрывов все увеличивалось, пещера тряслась не переставая, нас швыряло из стороны в сторону, будто алкашей после литра незамерзайки. Но нам повезло, пару раз я чуть не свалился, но кто-нибудь из оставшихся в живых питомцев, хватал меня за шкиряк и рывком ставил на ноги. Взрывы стали отдаляться и мы даже немного замедлились. Достаточно для того, чтобы наше дыхание перестало походить на потуги пары рыбин выброшенных на берег, когда Пофиг наступил на очередной гадский кристаллик Хаоса. Теперь я видел происходящее со стороны, и на взрыв это было не очень похоже. Его ногу как будто аннигилировали. Неяркая вспышка, ни тебе брызг крови, ни ошметков конечности. Просто сильная ударная волна, а нога по колено просто испарилась, вместе с большей частью здоровья. Проклиная все на свете, а особенно кривоногого мага, и засранца Вандэнбрука, всучившего нам это задание, я закинул Пофига на плечо и рванул дальше.

Поздравляем! Ваша выносливость +1. Ваша сила +1.

Из-за чертового сообщения, так не вовремя выскочившего перед глазами, я чуть сам не наступил на яростно сверкающий камень. И он был не с песчинку, а с хороший грецкий орех. Я вытер заливающий глаза пот. Этот камень был не один. Они были везде, и если хоть один из них рванет, ногой или рукой мы не отделаемся. А сзади приближается волна взрывов…

Вокруг нас пещера. Гладкая и круглая, как шланг изнутри, матово белая, полупрозрачная. Внутри молочной белизны неторопливо мигрируют разноцветные огоньки. Из стен, потолка, и пола торчат небольшие округлые гейзеры, то и дело извергающие веселые стайки мыльных пузырей. Те весело лопаются, вспыхивая на миг разноцветными лепестками пламени. А еще вокруг тишина. Нет не так:

ТИШИНА.

Абсолютная.

Совершенная.

Даже шума бешено колотящегося сердца не слышно.

Я будто обложенный со всех сторон ватой, бездвижно лежал на полу.

Толчок в бок, на меня смотрит бледный маг и чего-то шевелит губами.

Тьфу ты, опять, что ли дебаф: "Оглушение" на меня навесился? Так и есть, что не удивительно после последнего взрыва.

Долго с Пофигом на плечах мне бежать не пришлось. Вскоре весь пол перед нами был усыпан взрывными кристаллами. Пришлось задействовать давно простаивающую без дела силу. Три наших пета, вцепились в костяные доспехи Пофига и таки смогли оторвать его от пола. Хорошо, что он у нас такой худой, да еще сейчас на пол ноги легче стал… Бренное тело, трепеща тремя парами крыл, будто низвергнутый Серафим упорхнуло вглубь тоннеля. Я не отставал. Перекинувшись шершнем, я устремился за ним. Далеко лететь не пришлось. Коридор скоро закончился залом с очередным телепортом. Но вот зал, в котором он находился…

Солнце, утонувшее в горе самоцветов.

Радуга, заточенная в алмазах.

Живой Хаос на миг застывший в неподвижных кристаллах.

Не знаю, может, все дело было в моих временно фасеточных глазах насекомого, или просто сознания не хватало, что бы осознать то, что нас окружало… Не знаю. Знаю только, что ничего прекраснее я в жизни не встречал. И через пару мгновений все это исчезнет. Пещеру сотряс удар, и тысячи хрустальных сталактитов и миллионы сверкающих бриллиантов, как в замедленной съемке начали свой последний полет к полу и развоплощению.

Наверное, мы успели нырнуть в портал раньше, чем прогремел титанический взрыв. Не знаю. Знаю только, что в этот раз портала за нашей спиной не оказалось. Даже он не вынес того, что произошло с той стороны, и просто беззвучно схлопнулся.

– Еще одно такое приключение и мы прибудем в Логово Хаоса в виде запчастей.

О, глухота спала.

– А мне это не нравится, не знаю как ты, а я привык к своим конечностям. Можно даже сказать у нас взаимная любовь. Горячая и бескорыстная.

– Не знаю, не знаю, вон одна нога ушла от тебя, видимо нашла кого получше. И, вообще, мне кажется, что скоро от меня самого голова уйдет. Такая каша в ней, мысли превратились в холодец. Они сейчас растают и потекут из ушей.

– Мне кажется, что все эти испытания для того и предназначены, что бы превратить наш мозг в кашу. Так сказать привести его в нужное состояние, для встречи с первозданным Хаосом.

Не успел Пофиг это сказать, как окружающее пространство сжала судорога, пол немного накренился и мы заскользили вниз. Великолепно, лично мне нравится такой вид транспортировки. Таким образом, я могу путешествовать хоть вечность, ну или, по крайней мере, пару дней точно. Пока не высплюсь. Тишина, приглушенный свет, неспешная езда, что еще нужно для хорошего отдыха. Глаза мои стали закрываться, улыбка растянула губы, я протянул открытую ладонь и поймал на нее опускающийся мыльный пузырь. Он легонько коснулся моей ладони и испарился в легкой вспышке перламутрового огня, испарился вместе с моей ладонью. Оставшиеся без поддержки пальцы упали мне на грудь.

Не успел я проораться, а Пофиг высказать мне все, что обо мне думает, как пяток пузырей разбилось о его грудь. Квестовая единорожья броня выдержала, чего нельзя сказать о хлипкой шкуре темного эльфа. Одно хорошо, кровь не лилась, раны сразу покрывались черной коркой ожога.

Я выхватил из инвентаря зонт. Ну как зонт? Кусок шкуры грубо примотанной к перекладине из палок, который спасал нас в пустыне от палящего солнца. Помог он тогда, помог и сейчас. Ненадолго, но помог. Через пять секунд он стал похож на экзотический дуршлаг, а через десять просто развалился у меня в руках. Но за это время, задыхающийся от боли маг, хотя бы успел найти в инвентаре щит, за который тут же мы попытались забиться все впятером. Но не тут то было. Щит отлично держал напор, превращающихся в раскаленную плазму, мыльных пузырей, но те, повинуясь завихрениям воздуха, обтекали его, так и норовя ударить нас в спину. Пофиг довольно успешно сбивал их огненной струей, но тут пол накренился еще больше и наша скорость значительно увеличилась. Пещеру огласили радостные, восторженные вопли типа: "ААААА! МА-МОООО-ЧКА ПО-МО-ГИ! МЫ ВСЕ УМРЕМ!" Дятлы орали, что-то похожее на своем дятлячьем наречии, но это нам не помогло. Некоторое время помогали огненные стены, поставленные прямо впереди нас, они брали на себя удар калечащих шаров, но пару раз Пофиг не успевал их убрать с нашего пути, и скажу вам ехать сквозь огонь тоже не сладко. На мне сгорело все, что не сгорело до этого, а что не сгорело, тлело, пуская в воздух клубы серого дыма. Запас эликсиров жизни таял на глазах. Надо было срочно что-то делать.

– Садись на меня и хватайся крепче, а на себя кастуй каменную кожу! Постоянно!

– Чего?

Очередной мыльный пузырь, мимолетно коснувшись моего плеча, вырвал из него такой дорогой моему сердцу кусочек, и я передумал что-либо объяснять. Обхватил мага культями и взвалил себе на пузо, а затем обратился в жука скоробея. Гладкий панцирь легко заскользил по полу, скорость увеличилась многократно.

– Да хватит уже визжать! Ты что жука перевернутого никогда не видел? Кастуй заклинание лучше!

Конечно, из моей глотки вместо слов вырвался лишь пронзительный скрип, вой и скрежетание, но он хотя бы перестал вопить. Покрепче ухватился за мой панцирь и прочел заклинание. Окаменел он практически сразу и очень вовремя, мы ворвались в целое облако мыльных пузырей и я, зачем-то выдвинувший из-под брони на стебельках свои глазки, моментально ослеп. Из ощущений осталось только давление на меня временно окаменевшей тушки и боль в сломанной ножке.

– Ты мне ногу сломал, – обижено прогундел я.

– Какую ногу?

Голос Пофига был необыкновенно тих и безжизненен.

– Шестую заднюю, в семнадцатом ряду. Я тебя понимаешь, на своем горбу вывез, а ты мне ногу сломал.

– Ничего, у тебя в том обличие еще триста девяносто девять целых ножек осталось. Да и в этом обличие руки восстановились.

Действительно. Раньше я не заострял на этом внимания, но обращение в животное и обратно, восстанавливало покалеченные части тела. Очень приятный побочный эффект.

А вот маг так и остался без ноги. Весь обгоревший, будто вытащенный из доменной печи.

– Я не могу больше идти.

– Я тоже.

– Но мы идем?

– Конечно.

Я отодвинул от себя ветки пролетающего мимо серого дерева. Листья на его корнях недовольно зазвенели, кора запульсировала, ветви, как щупальца гиганского осьминога изогнулись, и дерево рывком уплыло в сторону, напоследок забросав нас потоком дурнопахнущих серых цветов.

Я поднял мага на руки и зашагал по серому туману. Все вокруг было серым, что очень гармонировало с состоянием моего сознания. Я не понимал, сплю я или нет. Может мы погибли в том тоннеле, а это теперь место пребывания наших душ? А есть ли душа у игрового персонажа? Слишком сложный вопрос для меня. Все мое внимание сосредоточено на том, чтобы ни упасть с края серого облака, по которому я иду к серому нечто. Серая радуга, свернувшись колесом, мельтеша и подпрыгивая от нетерпения, ведет меня туда. Куда туда? Я не знаю, здесь одно неотличимо от другого, но радуге виднее. И я следую за ней. Один раз она, увидев, что-то страшное, метнулась к моим ногам, и дрожала там несколько минут. Или дней? От меня ускользает осознание этого понятия. Я просто любуюсь проплывающим мимо нас могучим стадом туманных мамонтов. Их шкуры горят ярким серым пламенем, взметая клубы дыма и искр к серым небесам. Их мощные бивни взрывают туманную твердь, а уши мерно покачиваются, еще больше раздувая огонь. Они добрели до берега серого океана, и рассыпались серым пеплом по его волнам. Я вступил на этот пепел и побрел дальше по воде, подгоняемый нетерпеливой радугой. Вода рядом со мной вскипела, заставляя трепетать и рассыпаться мою тропу из пепла, затем она успокоилась, и из ее глубин показался край новой, зарождающейся галактики. Ее серые сверкающие спирали, вспарывая водную гладь, поднимались все выше и подбирались все ближе. Вот одна стайка звезд прошла сквозь меня, щекоча и будоража. Когда-нибудь, вокруг этих звезд появятся планеты, и там будет жизнь, сейчас я знал это абсолютно точно. Небольшая стайка летучих рыб, выпрыгнув из воды, накинулась на пока беззащитную галактику, пожирая одну звезду за другой, и ее центр быстро опустел, наливаясь опасной чернотой. Я, было, хотел прогнать их, но руки были заняты ношей. К тому же мы уже пришли. Серый сгусток на фоне серого ничто. Осталось несколько шагов, и мы будем на месте. Шаг. Я не сдвинулся ни на миллиметр, вместо этого мои руки самопроизвольно опустились, и тело мага поплыло в сторону сгустка. Я судорожно попытался схватить его, но руки даже не пошевелились, вместо них у меня зашевелились уши. Напрягшись так, как не напрягался еще никогда, я потянулся руками к уплывающему телу, уши затрепетали как листья на ветру, руки же даже не шелохнулись.

Да, твою же, мать!

Непонятность ситуации и полное переутомление требовало выхода, но слова так и не вырвались с моих губ, вместо этого мое тело присело пару раз.

Что происходит?

Еще одно приседание.

Тело перестало выполнять приказы мозга. Мозг взбунтовался.

Шаг к цели, еще и еще. Руки немного подергались и на этом все.

Я решил присесть все обдумать. Пузо выпятилось и заурчало, сесть не получилось.

Все. Силы на исходе. Голова сейчас взорвется. Я закрыл глаза. Глаза не закрылись, но мои ноги подпрыгнули вверх, и я плюхнулся на задницу. Попытался закрыть один глаз – правая нога судорожно согнулась, подтаскивая меня на несколько сантиметров к цели. Закрыл второй глаз – другая нога проделала то же самое. Я бросил взгляд на уплывающего Пофига. Взгляд отказался бросаться, вместо этого я бешено защелкал пальцами, пускаясь по кругу вприсядку.

– Уф! Кажется, понял! Тело стало выполнять команды мозга самопроизвольно, реагируя на импульсы как придется. Естественно произнести мне ничего не удалось. Вместо этого у меня из района третьего глаза ударил ослепительный луч, отшвыривая меня в сторону. Выставить руки, что бы смягчить удар не вышло. Вместо движения рук тело покрылось веселыми мурашками, а челюсти укусили принявшее нас облако. Мозг окончательно перегрузился, сознание начало проваливаться в серое нечто. Последнее что я помню, это мысль что надо сесть и, не смотря ни на что, доморгать до цели, но тут сознание потухло, и наступила благословенная тьма.

Пробуждаясь, я на пару минут почувствовал себя Терминатором, темнота перед глазами посветлела, а затем по ней побежали строчки текста.

Голова была на удивление ясной, и я стал вчитываться в проносящийся текст.

Поздравляем! Вы первыми из игроков достигли Логова Хаоса.

Достижение первооткрыватель +1.

Первая часть квеста "Изгнание" выполнена. Получено опыта 1.000.000.

Вы приступили ко второй части квеста "Изгнание" – "Защита Логова Хаоса" выполнено 1/6.

Нападение на стражей начнется через 4 часа 56 минут. До этого времени вы должны встретиться с Хранителем и организовать оборону портала.

После небольшого перерыва строчки побежали вновь.

Клан "Дятлы" приступил к выполнению уникального квеста: "Великое переселение".

Часть 1: "Возобновить работу шахты". Завершено.

Награда: одно свободное очко основных характеристик.

Часть 2: "Освобождение". Завершено.

Награда: два свободных очка основных характеристик.

Часть 3: "Переселение" в процессе выполнения.

Видимо это Майор что-то там замутил. Молодец, без дела не сидит. Я попробовал вызвать Абрам Моисееча, но безрезультатно, написали, что он уж больно занят. Чем интересно таким может быть занят призрак? Приведение себе посимпатичней выбирает для совместного проживания? Ну, да и хрен с ним, надо хоть оглядеться, что это за Логово Хаоса такое?

– Твою мать! – я повернулся на бок и чуть не сверзился со скального выступа. Откатившись назад, я налетел на ругнувшегося Пофига.

– Мать твою! – с его стороны скала так же заканчивалась пропастью.

Острый, как клинок, скальный выступ, вырастая из скалы, гордо возносился над пропастью. Около той части, что выходила из скалы, были видны спускающиеся вниз небольшие выступы и трещины. Видимо по ним мы и должны будем спуститься вниз. Вернее сверзиться с них вниз. А что с другой стороны?

– Вот это да!

Ни на какое Логово Хаоса это не походило нисколько. Огромная цветущая долина, окруженная со всех сторон невообразимо высокими отвесными скалами. В некоторых местах из скал били потоки воды, превращаясь в многокилометровые сверкающие водопады. Низвергаясь на землю, они ручьями и реками устремлялись к центру долины, где раскинулось широкое озеро. С нашей высоты, тяжело было рассмотреть какие-либо детали, но, кажется, около озера раскинувшийся по всей долине лес заканчивался, и начинались возделанные поля. Небольшие, белые облачка, проплывающие под нами, закрывали часть обзора, да и дальняя часть долины скрывалась в дымке, но нам, скорее всего, придется добираться до озера, что бы встретиться с местными. Пара километров вниз, да десяток по лесу и на все про все у нас четыре часа и пятьдесят шесть минут, вернее уже пятьдесят три.

– Придется связаться змеиными шкурами, а вместо крючьев использовать клыки, их у меня с десяток есть.

– Не выйдет, – маг помахал у меня перед носом обрубком ноги, – я то не восстановился в отличие от тебя, но у меня есть одна идейка…

– Боюсь спросить какая.

С головы сорвал ветер мой колпак,

Я хотел любви, но вышло всё не так.

– Чего? Я опасливо отодвинулся от свихнувшегося мага. Отодвинуться, правда, далеко не получилось, за спиной бездонная пропасть…

Знаю я, ничего в жизни не вернуть,

И теперь у меня один лишь только путь…

– Ты что, бредишь?

РАЗБЕЖАВШИСЬ, ПРЫГНУ СО СКАЛЫ! – уже во всю глотку надрывался псих.

– Нет!

ВОТ Я БЫЛ И ВОТ МЕНЯ НЕСТАЛО!

– Нет! Нет! И нет!

И КОГДА ОБ ЭТОМ ВДРУГ УЗНАЕШЬ ТЫ,

ТОГДА ПОЙМЕШЬ, ЗАЧЕМ НАМ ПУЗЫРИ!

Окончание песни несколько сбило меня с толку.

– Какие еще пузыри?

– Лягушачьи.

– Что лягушачьи?

– Пузыри.

– При чем тут лягушачьи пузыри?

– Так ты же только, что вниз прыгать собирался.

– Я собирался? Да ни за что, мне и здесь хорошо.

– Хорошо, да не на долго, скоро время квеста выйдет, и мы отправимся назад, не солоно хлебавши. Если после этого вторжения будет куда отправляться.

– Ну и что ты предлагаешь?

– Я ж сказал – пузыри!

– Я сейчас один на твою голову натяну и подожду, пока у тебя воздух не кончится, это будет лучшее их применение.

– Все просто, мы берем клей и приклеиваем один пузырь к рукам, второй к ногам…

Через пять минут мы стояли на краю пика в костюмах белки летяги и смотрели на проплывающие под нами облака.

– Так, собрался, собрался, собрался, разобрался! Еще раз. Соберись тряпка! Собрался, собрался, разобрался! Все я передумал, прыгай сам, а я по стене полезу.

– Глянь-ка, это там случайно не Пугачева летит, со своим новым мужем?

– Где!? А-а-а-а-а-а-с-у-к-а-а-а-а-а-а-а!

Я камнем падал вниз. Теплый, напоенный влагой и запахом цветов воздух ударил мне в лицо. Затем пузыри между рук и ног натянулись, и падение стало более управляемым.

– К ОЗЕРУ РУЛИ!

Рядом со мной пронесся упоенно вопящий недокормленный маг. Настолько худой, что с этими прозрачными крылышками был больше похож на стрекозу. На его спине, как и на моей, сидел питомец, который своими крыльями пытался выровнять наш полет. В одиночку тащить наши туши они не могли, но как несравненно более опытные летуны, помогали нам держаться нужного направления.

– Е-Е-Е! Кла-а-ас!

Восторгается, понимаешь, мелкий засранец. Ну, ничего, ничего, я тебе еще припомню твой предательский пендель. Найду самую страшную гоблиншу, напою, и запру с тобой в одной комнате. Посмотрим тогда, кто похихикает последним.

– Берегись!

Вот черт! Замечтался и чуть не врезался в стаю размалеванных на индейский манер гарпий. Миг, и их удивленные физиономии промелькнули мимо. Ни хрена себе – гарпии. Натуральные птицы, с человеческими миловидными лицами. Куда это они такие вооруженные до зубов летели? Надеюсь не за нами, хотя мы падаем явно быстрее, чем они летают, так что если что оторвемся.

Мы спустились еще ниже и вошли в облачный слой. Зигзаг что-то прокаркал, наверное: "Видимость нулевая, лечу по приборам!", или: " Я задолбался, и целый день не ел", но мы резко изменили курс, огибая какую-то тень, спрятавшуюся в облаках. Миг, и мы вновь вылетели на простор. Открывающийся вид был великолепен. Темно-зеленые, с фиолетовым оттенком густые леса; изумрудные, покрытые цветами поляны. Веселые речки и озерца с чистейшей прозрачной водой, блестящие, словно зеркала в малахитовой оправе. Мы мчались все быстрее, все больше снижаясь. Вот уже верхушки деревьев мелькают прямо под нами.

Игрок Пофиг посылает вам приглашение на дуэль. Принять? Да. Нет.

Принимаю. Лес уже закончился, под нами поле, да редкие деревца по берегу озера.

Игрок Пофиг предлагает вам сдаться. Принять? Да. Нет.

Я послал ему ответку. Хоть мы и летим рука к руке, сдастся тот, кто первый долетит до земли. Первым долетел я, врезавшись в единственное стоящее на берегу дерево. За миг до этой душещипательной, шкуросдирательной, и костеломательной встречи, я успел признать свой проигрыш в дуэли. Золотистое исцеляющее облако окутало меня, когда я врезался в ствол дерева. В сопровождении целого фонтана щепы, я проскакал по гравию, песчаному пляжу и рухнул в воду. И надо сказать защитного поля хватило далеко не на весь этот путь. Еще пару минут я лежал полуоглушенный, пуская в воду пузыри и свою кровь, когда что-то твердое и гибкое обхватило мое тело и вытащило на свет божий. Пару раз, не церемонясь, сжало мою грудную клетку, будто я был резиновый утенок, выжав из меня полведра воды, и писк как у резинового утенка. Затем меня бесцеремонно поставили на берег и отпустили. Я не теряя не секунды, воспользовался удобным моментом, свалился на песок и отрубился. Отдыхать долго не пришлось, через несколько минут рядом со мной плюхнулся пришибленный маг. Один глаз его смотрел направо, другой внутрь головы (жутковатое зрелище я вам скажу), но он хотя бы дышал, а в нашем случае это уже не мало.

– ПРИШЛЫЕ! – громыхнул над нами резонирующий бас.

Пофиг очнулся и, глянув на говорившего, немного заикаясь, удивленно произнес:

– Так это же Энт!

– Я не Энт! Я дерево! Разве я похож на этих пучеглазых недоростков?

– Э, ну может немного. Ветвями. И стволом. И корнями. Вы точно не Энт?

Древо. Смотритель Логова Хаоса. Уровень 450.

Дерево как дерево, бледно серая кора, на ветвях немного пятиконечных листьев, корни неторопливо елозят по земле. Высотой небольшое, метров пять – шесть, но очень толстое. Кстати, одной ветви не хватает, неслабо я об него приложился.

Тем временем дерево, не обращая внимания на наши вопросы, продолжало вещать.

– Оракул предсказал нашу встречу и назвал место. Я пришел сюда к берегу священного озера, а вы… Да ты мне ветку сломал! А я, между прочим, ее растил последние три тысячи лет! Я надеялся на встречу, но не на такую же! Но ладно, я отвлекся.

Резко успокоившись, Древо продолжило.

– Так вот, как вы знаете это место было создано Великим Духом, почти сразу после сотворения мира, для того чтобы оградить портал Хаоса от посягательств любого разумного, проживающего в этом мире. Был созван великий сход всех представителей разумных и тут они принесли великую клятву, которую никто не в силах нарушить, о том, что никто не потревожит покой первозданного Хаоса. Ведь это, скорее всего, приведет к разрушению мира. Но случилось неожиданное: около восьмиста лет назад с пролетающей мимо кометы в наш мир явились слуги богини Мораны. Их было множество, но самые живучие, и при этом наименее разумные погибли при приземлении. Все, что от них осталось – это одно яйцо с носителем внутри. И надо было такому случиться, что на него наткнулся обыкновенный ползун. Он был поглощен и изменен. Он-то и стал первой королевой своего народа. Через несколько лет ее обнаружили и с большим трудом убили, но к тому времени ее небольшая частичка была в каждом ползуне на континенте. И при стечении благоприятных обстоятельств каждые четверть века она возрождается. Королева и ее свита достаточно разумны, они могут восстанавливать свою популяцию, используя поверженных врагов, и они не из нашего мира, поэтому они имеют возможность проникнуть сюда. Чем, как я понял, и воспользовалось демонское племя, приручив их и усилив. И теперь они идут сюда, что бы убить всех и открыть портал Хаоса. Этот день был предсказан, но так же было предсказано появление ИХ.

– ПРИШЛЫЕ! ПОСЛАННИКИ ИНОГО МИРА!

– Волнующие умы и будоражащие сердца. Пришельцы Мудрые и справедливые.

Мы с Пофигом поднялись на ноги, пытаясь стоять не шатаясь.

– Великие, несгибаемые воины, облаченные в легендарную броню!

Наши ноги перестали трястись, а спины выпрямились.

– Прозорливые лидеры, готовые вести народы обоих миров к миру и процветанию!

Плечи наши расправились, подбородки вздернулись.

– Величайшие мастера в ремеслах и искусствах! Врачеватели и маги.

Взгляд прояснился, грудь вздыбилась колесом.

– Интеллектуальные собеседники, и мудрые советчики, наблюдательные, справедливые и решительные!

Ладони сжались в кулаки, глаза засверкали голубым пламенем. Неожиданно задувший ветерок налетел на нас. Затрепетали за спиной порванные крылья, наполняя воздух печальным и торжественным шелестом.

– С рождения, наделенные острым, проницательным умом, изысканной внешностью и утонченным чувством юмора! Скажите, в своем изнурительном путешествии по лабиринтам Хаоса, не встречали ли вы их на своем пути? Очень нужна их помощь!

Вот же, пень трухлявый! Сейчас я у тебя под ногами огненную стену вызову, посмотрим у кого тут утонченное чувство юмора.

Тем временем дерево, схватившись ветками за бока, ржало искренне, весело и беззаботно.

Мы стояли набычившись, с насупленными лицами, а этот дуб заливался все сильнее.

– Ну, все, – я достал кольцо. Сейчас я этого хохотуна приму в свиту, а потом заставлю на одном корне все озера три раза обскакать.

– Ха, мое кольцо, давненько я его не видел, – Древо резко успокоилось, – уж почитай как восемь тысяч лет. Но ты зря его достал, здесь от него помощи не будет, оно лишь для подчинения хранителей путей Хаоса, и служит тому, что бы добраться сюда. И кстати, простите за смех, это нервное. Сегодня мне предсказана смерть, а я хоть и подустал жить, но умирать все равно как-то непривычно и волнительно. Но не будем обо мне. Они еще в пути? Сейчас любая помощь будет не лишней.

– Кто они-то?

– Ну как кто? Стражи из путей Хаоса, с этим кольцом вы могли собрать достаточно внушительную свиту. Так, где они?

– Кхм, они все погибли в пути.

Из-под моей кирасы выглянул Прилипала и возмущенно пискнул.

– Ах да, вот единственный выживший страж.

– Поправьте меня, если я неправильно понял. Когда я был еще совсем молодым деревцем, хранители отчекрыжили у меня вот эту ветвь, – он помахал у нас перед носом обрубком ветки. Они, применили все свое искусство и мастерство, что бы создать из нее это, – он вырвал из моих пальцев кольцо, – для того что бы пришедшие сюда, могли привести с собой серьезную помощь, а вы притащили с собой одного удильщика семнадцатого уровня.

– Ну да, и между прочим, когда мы его выбрали, он был двенадцатого, и поднял пять уровней всего за несколько часов!

– Все бесполезно. Мы все умрем. Но это бы ладно, но мы не выполним свой долг, не защитим портал, а значит, мы прожили свои жизни зря.

– Не беспокойся, – вперед пропрыгал Пофиг, – расскажи лучше, какие силы есть в нашем распоряжении, мы все здесь разрулим.

Глава 9

– Все что не делается, все к лучшему, – рассудительно пробасило Древо. Была у тебя нога простая и бесполезная, а стала волшебная и очень даже полезная. Пока оно говорило, его ветви плотно обвили покалеченную ногу мага (почему она не восстановилась после дуэли), удлинились, достигнув земли, а затем с сухим треском отломились. В итоге обрубок ноги скрылся за переплетением тонких ветвей, заканчивающихся имитацией ступни.

– Вот это да! Плюс тридцать интеллекта, двадцать мудрости и плюс три… Чего? Навсегда плюс три к привлекательности с лесными фавнами?

– Ну да, фавны. Они любят мудрых и интеллектуальных, но не переживай, в нашей долине их всего пара и сейчас они в разведотряде.

– Спасибо конечно, но надеюсь, моя нога в скором времени ко мне вернется. А сейчас, вы хотели ввести нас в курс дела.

– Да, время поджимает, пойдемте.

Поздравляем! Вторая часть квеста "Встреча с хранителем" выполнена. Получено 100.000 опыта.

Вы приступили к третьей части квеста "Изгнание" – "Организация защиты Логова Хаоса" – выполнено 1/6.

Нападение на стражей начнется через 4 часа 33 минуты.

– У нас информация, что нападение начнется через четыре с половиной часа, надо торопиться.

– На самом деле нападение уже началось. Из одного прохода, ведущего в долину, настоящим потоком хлещут различные монстры. Ни Принцесс ползунов, ни Наместниц среди них нет, видимо они погибли, не дойдя до нас, но обратили в себе подобных великое множество стражей. Но, не смотря на свою силу и многочисленность, они почти не опасны. Летающих тварей среди них нет. Есть способные к непродолжительному парению. Эти благополучно достигли земли и сейчас неорганизованной толпой мчатся сюда. Остальных же расстреляли из луков или сбросили с многокилометровой высоты, и никто из них не выжил. Лорэйн со своими воинами уже летят обратно.

– Лорэйн это кто?

– Гарпия. Обычно они живут вон на том утесе, и ведут мирный образ жизни, но сейчас все задействованы в защите и они в том числе.

Древу надоело ждать, когда мы его в очередной раз догоним, и он подхватил нас и посадил на ветви.

– Есть у нас еще пятеро эльфов, но они живут здесь с момента создания долины, а восемь тысяч лет много даже для них. Есть небольшое племя кентавров с двумя десятками мужчин и тремя десятками женщин с детишками. Есть Мастер Молний, но он уже давно сошел с ума. Вряд ли он нам будет пакостить, но и помощи ждать от него не придется. Да, и жив ли он еще? Несколько лет уже его не видел. Еще есть несколько приведений, но не знаю, будет ли от них какой-нибудь толк. И есть еще я. Но самое печальное, что среди нас нет настоящих воинов. Все кроме меня должны были покинуть долину после ее создания. А защищать ее должны были Древние. Раса полулюдей-полумеханизмов. Но они так и не появились здесь. И пришлось остаться нам, в надежде дождаться смены, но видимо не судьба.

– И все? А на что тогда можно надеяться?

– Мы надеялись на помощь, которую вы с собой приведете.

– Так, проехали, сами справимся, тем более вы говорите, что летающих врагов нет, а остальных можно просто скинуть с большой высоты.

– Все не так просто. Я сказал, что одна из пяти групп лезет напролом, та, у которой не осталось руководителей. В остальных группах все не так. Я чувствую, что две из них уже достигли входа в долину, но они чего-то ждут. Может подхода других групп, что бы идти в атаку вместе. И боюсь, гарпии здесь не помогут, против Принцесс им никак не выстоять.

– Нужна карта местности, и хотя бы примерные места предполагаемого появления противников. Нельзя допустить, что бы они объединились, будем бить их по отдельности.

– Карта будет, мы как раз добрались до места.

Мы спрыгнули на землю около небольшой рощицы, в тени которой располагалось несколько небольших домиков. На крыльце одного из них сидела пара седых старичков, о чем-то горячо споря, но при нашем появлении они резко замолчали.

– Лопни мои глаза, новенькие! Проходите, присаживайтесь и рассказывайте, что там творится в большом мире.

– Все как всегда, война, мир, любовь и предательство, корыстолюбие и благородство, и все это вместе и сразу. Но нам сейчас не до болтовни дедуля, защитим долину, найдем вам смену, подниметесь наверх и все сами посмотрите. А сейчас нам карта долины нужна.

– Дедуля? А ты-то кто сам будешь? Немного смахиваешь на уродливую лесную фею, а дружок твой с клювом, на комара переростка, только крылышки вам кто-то пообкарнал.

Я попытался отодрать от себя приклеенную пленку, но не тут-то было, та прицепилась намертво. Бросив это бестолковое занятие, я вырвал из рук веселящегося пенсионера карту и расстелил на столе. На развернутом листе оказалась изображена ладонь с отставленным средним пальцем. Старички – идиоты, загибаясь от хохота, повалились под лавки, Древо тоже не осталось в стороне, хохоча на всю долину. Трындец, если они себя считают нормальными, то тогда какой у них недавно упомянутый сумасшедший Мастер Молний?

Наконец отсмеявшись над своей незатейливой шуткой, один из эльфов Эльглудодориэль (Эль для краткости) повел рукой над столом, и там замерцала трехмерная голографическая карта. Будто я вновь стоял на скальном уступе и глядел вниз на настоящую долину.

– Здесь появится первый отряд, они дошли до долины первыми, но как я уже говорил, стоят и ждут.

– На карте не видно, есть тут что-нибудь особенное? Болото, река, противопожарный ров на крайний случай, любое препятствие, которое можно укрепить на скорую руку.

– Никаких болот у нас отродясь не было. Там только лес, чистый как парк и ровный как стол. Мы здесь уже восемь тысяч лет, а заняться то нечем, кроме как за долиной ухаживать. Правда, пару лет назад перестарались малань. Вот от этого участка, где второй отряд вторжения поджидает, реку отвели, а лес возьми да и высохни. Теперь деревья там сводим, живы будем, сад там фруктовый разобьем, но сейчас там бардак. Мы планируем, когда твари туда спустятся, поджечь там все, пусть они пару лиг по горящему лесу протопают.

– Отличная идея. Демоны их, конечно, модифицировали, от огня у них приличная защита, но они все же не огненные элементали, огонь и для них небезопасен. Хорошо бы за оставшееся время повалить как можно больше деревьев, что бы затруднить им передвижение.

– Скоро прибудут союзники, они помогут. А на счет первого места… Я могу попросить деревья чуть-чуть подвинуться, что бы вокруг тропы ведущей в долину, образовался полукруг из близко стоящих деревьев.

– Вы можете деревья заставлять ходить? Тогда какие проблемы? Заставьте деревья разорвать всех врагов на куски, и все дела. Они конечно твари сильные, но против живого леса не выстоят.

– Я конечно Древо и Хранитель, но я не всемогущ, я сказал немного подвинуться, а не ожить и всех убить. Я такой ходячий один, а им что бы проползти пятьдесят шагов, несколько часов надо.

– Тогда не теряйте время зря, идите, организуйте там поляну, окруженную как можно более плотным частоколом из деревьев. У меня есть идейка, чем их встретить, а мы пока с Элем и Ромом, (производное от Ромариоагро) тут закончим.

– Чегой-то? Как ты нас сейчас назвал?

– Эль и Ром, а то я пока ваши имена запомню, нас уже всех убьют.

– Действительно, а тебя мы для краткости Пах будем звать, а то Пахан, уж больно длинно получается.

Я почесал репу, – хреновое конечно сокращение, не дай бог Калян с Майором узнают, потом от их дебильных шуточек не отмашешься.

– О, что то у нас Пах зачесался, не мытый, наверное.

– Шутники хреновы, – я отдернул руку от головы, – лучше бы рассказали об оставшихся двух отрядах.

– Вот здесь их выходы в долину совсем рядом друг с другом. И сразу скажу, здесь даже леса нет. Чистое поле с лютиками ромашками, а рядом небольшое озерцо Тоньки. Там при строительстве долины несколько кретинов утонуло по пьяни, так до сих пор призраками тут обитают.

– Так, а если вот здесь от озера ров прокопать, в окружную, от скалы до скалы, да кольями потом наш берег защитить?

– Даже если бы у нас не четыре часа было, а четыре года, то не успели бы.

– Вы просто не видели, как я копаю, такие котлованы вырывал, что не поверишь.

– Там грунта с две ладони, а затем сплошная скала идет, поэтому леса и нет.

– Ладно, про ров забыли. Утопленники ваши на что-нибудь способны? В воду кого затащить, да притопить там?

– Тела-то их уж давно в прах обратились, одни призраки шляются, гадят потихоньку от безделья. Лес из-за них и посох. Мы поколдовали, хотели поток чуть в сторону сдвинуть, чтобы русло почистить. А они к заклинанию присосались и усилили его раз в десять, вода под землю и ушла с концами, теперь ни один год нужен, что бы обратно её вернуть.

– В каком смысле присосались?

– Да они своих заклинаний не знают, их повторюшами называют. Надо тебе горы поднять вокруг долины, читаешь заклинание, а они за тобой повторяют. Помогают каждый на своем участке. Но при этом сами ничего не могут.

– То есть если я огненную стену поставлю, они ее размножить смогут? Это же здорово! Сколько их тут, утопцев ваших?

– С полдюжины, хотя больше трех за раз их никто не видел, они редко здесь появляются.

– Ну а как их найти-то, вы, знаете?

– Подходишь к озеру и зовешь: кто-нибудь да появится… Может быть… Не наверняка, конечно, но может и повезти.

– Так понятно, какой-то у вас кругом разброд и брожение. Когда надо никого не найдешь. Зайдем с другой стороны. Оружие, доспехи, алхимия, есть что-нибудь из этого, надоело уже голыми пятками сверкать. Или вы тут все в тогах ходите?

– Вряд ли вам подойдет доспех эльфийского гранд-мастера лучника, разве только дроу, как-никак мы близкая родня, но у него, похоже, уже есть броня. А насчет обуви… У народа Тонга она пользуется особой популярностью.

– Отлично, нам две, – я посмотрел на Пофига, – нам полторы пары, пожалуйста.

– Пойдемте, они в том здании, выберете себе любую по вкусу.

Мы прошли к соседнему дому.

– Очень блин смешно!

Хотя по наличию рядом с домом наковальни, я мог бы и сам догадаться. Эль и Ром аж на землю повалились, смеясь над своей тупоумной шуткой, пока мы недоуменно рассматривали висящие на стене разнообразные подковы. Слава богу, продолжалось это не долго, и мне не пришлось бить по пустым головам сильно пожилых эльфов. Топот потенциальных носителей подков прервал дурацкое веселье. Издалека послышались вопли, крики, свист и улюлюканье исторгаемое глотками десятка существ. Веселость мигом спала с эльфов, и они моментально оказались на ногах. Из ближайшей рощи на свободу вырвалось десяток классических кентавров, только очень могучего телосложения, а с верхушек деревьев, в нашу сторону мелькнули две черные тени. Я не успел даже очухаться, как в них полетел фаербол, но гораздо раньше в эти тени впились две двухметровые стрелы. Я как безучастный зритель смотрел то на эльфов, держащих в своих руках невесть откуда взявшиеся луки, каждый на метр выше своего владельца, то на двух извивающихся тварей свалившихся нам под ноги. Проткнувшие их стрелы лишили их былой мобильности, они били кожистыми крыльями и громко шипели, но я даже не успел их, как следует рассмотреть, как они оказались под копытами налетевших кентавров. Мне самому пришлось отскочить в сторону, что бы ни быть затоптанным разъяренными воинами.

Поздравляем! Прогресс квеста: "Организация защиты Логова Хаоса" выполнено 2/6. Получено 200.000 опыта.

Нормально, если все так и пойдет дальше, нам и делать ничего не надо будет для выполнения этого квеста. Это конечно просто мечты, но почему бы и не помечтать о несбыточном?

– С дороги, малек!

А вот и ответ, размечтаешься не вовремя, тебя и затопчут.

– Осади лошадей, громила, и не маши зазря топорами, скоро они тебе пригодятся деревья валить.

– Лошадей? Деревья валить? Да, кто, ты, такой? Это я так интересуюсь, что бы знать, что на твоей могилке написать!

– Меня зовут Пах, и я пришел сюда, чтобы померить твои подковы.

Тьфу ты, что я несу? Но знаете, очень трудно сосредоточится, упершись носом в пупок надвинувшегося на тебя качка – переростка.

– Вернее меня зовут, Пахан, и Великий Дух прислал нас к вам на помощь.

– Вот прямо-таки Великий Дух? Нашел пару деревенщин, не достигших и сотого уровня, и прислал нам на помощь. И что вы делать будете, улицы от мусора чистить пока мы воюем?

– Во-первых: мы один из отрядов по пути сюда уже завалили, а во-вторых: и до этого валили монстров покруче тебя. Так что хорош на меня напирать, времени и так мало.

Кентавр что-то начал рычать в ответ, но, слава богу, между нами вклинился Эль.

– Тонг, докладывай, как обстановка?

– Эль, у нас трое раненых, – кентавр отодвинул меня в сторону, больше не обращая внимания, – нужны твои эликсиры.

Вот так, эта полулошадь старичка тоже Элем кличет и ничего. Загрузившись бутылями, пара молодых кентавров ускакала обратно, а на эльфа накинулся наш маг.

– Так вы алхимик? Коллега значит!

– Я боевой алхимик, без моих эликсиров тут ничего не делается.

– Ничего себе, взрывающиеся бомбы, разъедающая всё и вся кислота, ледяные снаряды, превращающие врагов в глыбы льда, жидкий негасимый огонь! Научите, научите, научите!

– Хм, ну что ж, времени у нас мало, но кое-что я успею тебе показать. Смотри вот, например, мощная вещь: Эль вытащил из воздуха баночку с какой-то желтоватой мазью.

– Что это? Взрывчатка типа С-4? Универсальная кислота? Мощный яд, убивающий любого? Радиоактивные изотопы?

– Если это была бы универсальная кислота, то тогда баночка давно бы уже растворилась.

– Что же это такое?

– Мазь от радикулита.

– Мазь от радикулита? Вы же сказали, что вы боевой алхимик!

– Конечно боевой, думаешь удобно воевать, когда ты с утра разогнуться не можешь? Или когда у тебя копыто натерло, как преследовать врага? Или, например…

Дальше я слушать не стал, что делать Пофиг знает, пусть дальше сам разбирается. К тому же Древо вернулось с сообщением, что все идет по плану: деревья выстраиваются полукругом, образуя преграду. С его помощью, наконец, удалось уговорить норовистых кентавров отправиться на лесоповал. Заодно, я попросил принести оттуда три десятка бревен, затем, договорившись с Древом, вновь отправиться к расчищенной поляне, рванул к кузне. Ром, оказавшийся кузнецом, с удивлением принял у меня заказ на три десятка здоровенных загнутых расчесок.

– Наш Пах неистово чесался

Расчесок множество себе он заказал,

Теперь его блаженству нет предела,

Со всех сторон он пах свой почесал…

Плюнув на бесталанного рифмоплета, я рванул к Древу. Тот вновь закинул меня на ветвь и зашуршал своими корнями в нужную сторону.

– Мне нужно найти ваших приведений и еще Мастера молний. Кто он вообще такой? Маг погодник, или стихийник – воздушник?

– Техник-наладчик он. Я ж тебе говорил, охранять долину должны были древние, а они наполовину механизмы. Вот их обслуживанием и должен был заняться Мастер. Молниями он пулять стал уже позже, от безделья, обслуживать-то ему некого. А затем на этой почве, вообще, рехнулся, да и пропал он уж давно, кружит в небесах на своем дрындралете, вниз не спускается.

– А гарпии, они же могут летать, может они знают, где он?

– Не любят они его, он пару раз пытался съесть их, вот они и перестали его навещать.

– Съесть? Вот черт! Но все равно. Он мне нужен, нам сейчас все понадобятся, даже чокнутые пуляльщики молниями.

Древо не останавливаясь, весь завибрировал, и во все стороны пошел низкий, на грани слышимости звук.

– Сейчас кто-нибудь прилетит.

И действительно, не успели мы еще дойти до места, как на Древо опустилась гарпия. Похожая на сову, полутораметровая птица, с человеческим лицом. Правда человеческого голоса у нее не было, и общалась она тихими пощелкиваниями и свистом. Пришлось Древу переводить, но в итоге она поняла, что от нее требуется, и упорхнула, сразу набирая высоту и теряясь в облаках.

Три часа до нападения, а ничего не сделано, надо еще ускоряться. Соскочив с Древа, я протиснулся между все еще двигающимися деревьями и выскочил на поляну: вернее на пашню. Деревья передвигаясь, взрыли землю так, что ноги проваливались в нее чуть ли не по колено. Но это не важно, главное, что череда уступов, идущая по почти отвесной скале зигзагами, спускалась ровно к середине поляны. Нападающим по любому придется спускаться сюда.

– Нужны дрова, много дров.

Спалить таракашек у нас не получится, но это и не понадобится. Есть план получше.

– Нету здесь дров, не видишь все до последней иголочки выметено? Мы следим за долиной, я же тебе говорил.

– Нет, так надо принести. И еще нужно, что бы два, три человечка здесь поработали. Когда ползуны тут полезут, извините за тавтологию, надо развести тут большой костер, а сверху сырых веток накидать, как можно больше. Тут и так дорога еле различима, а они пусть еще в дыму вниз поползут, когда же до них метров двести останется, в костер надо будет вот эти листья бросить.

Я вывалил из рюкзака несколько охапок травы берсерка, которую мы собрали на берегу пещерного озера.

– Беречь ее как зеница око, а когда бросят ее в костер, сразу пусть делают отсюда ноги. Если надышатся этим дымом, мало им не покажется. И вот еще что, только что в голову пришло: еще нужны гарпии, все какие есть.

Древо опять завибрировало и заголосило, в итоге после бесконечных пятнадцати минут ожидания, послышался топот. Раздвигая редкий подлесок своими мощными торсами, к нам подскакало с пяток кентавров, волокущих в каждой руке по сухому дереву, да еще на спинах трех из них сидело по старому эльфу. Повторив им свои слова, и особо предупредив о траве берсерка, я переключился на подлетевших гарпий. Разговор на гарпином у меня не задался, пришлось снова привлекать Древо. Тот в это время, погрузив корни в землю, колдовал. Толстые, усыпанные шипами лианы, оплетали вставшие полукругом деревья, образуя непроходимую полосу препятствий.

– Для начала спросите, нашли ли они Мастера Молний?

Получив утвердительный ответ, продолжил:

– Тогда пусть парочка их останется, им придется отнести меня к нему. Для остальных будет другое задание. Скалы, по которым будет спускаться сдвоенный отряд. Внизу нам сделать с ними, что-то будет трудно, а вот наверху… В сотне метров над землей, надо будет облить тропу водой. Сырую полосу надо сделать как можно шире, и разложить на уступах вот это. Только аккуратнее, пальцы не отморозьте.

Я развернул кусок шкуры и показал им на кучу осколков брони ледяного габота. Уж сколько времени прошло, как мы их добыли, а они все источают ледяной холод. Магия-с.

Раздав всем указания, я начал готовиться к полету. Ну, как готовиться, завязал кусок змеиной шкуры подмышками, что бы гарпии было, за что хвататься и все дела. Но не тут-то было, одной полуптицы не хватило, что бы поднять меня в воздух. Вторая, не слова не говоря, впилась своими когтями мне в труселя, пытаясь помочь своей подруге. Сотней ругательств спустя, план полета был исправлен. Четыре змеиные шкуры были привязаны к моим рукам и ногам, а в их концы впряжены пернатые бестии. Через минуту мы поняли, что одновременно сквозь густые кроны деревьев четыре гарпии взлететь не могут. Извергая проклятья и цепляясь привязанными шкурками за все колючки этого леса, мне пришлось продираться на расчищенный участок. Там, наконец, гарпии впряглись в концы буксировочных тросов и, чуть меня не четвертовав, вознесли к небесам. В полете, что-то пошло не так, меня развернуло, и я полетел лицом вниз, руки чуть не выломало из суставов, поэтому, когда через десять минут меня, наконец-то, с грохотом швырнули на стальной пол летящего в облаках дрындролета, я был безмерно счастлив. Кое-как, выгнувшись в правильную сторону, я огляделся вокруг. Что бы вокруг меня не было, это находилось в облаке, и уже через три метра ничего нельзя было рассмотреть. Подо мной находился стальной пол, усеянный заклепками, чей точный рисунок только что отпечатался на моем бренном теле. Стальные перила огораживали его, не давая упасть вниз. На полу тут и там тянулись связки проводов и тонких медных труб. Кругом разнообразные клепаные, бронзовые котлы, установленные в беспорядке на полу, свисающие из тумана на пружинах, раскачивающиеся как маятники. Все покрытое каплями конденсата, птичьими перьями и абсолютно безжизненное. Я вытащил глефу и поминутно оглядываясь, пошел вперед. Все новые детали выплывали из тумана. Вот вскрытый стальной шкаф, наполненный различной электрической лабудой, типа аккумуляторов или конденсаторов, я в этом ничего не понимаю. Вот витая лестница, уходящая в туман обеими концами. Немного постоял у лестницы. Решил подняться до самого верха и оттуда начать планомерные поиски хозяина. Самый верх оказался на следующем этаже, там же оказался и хозяин.

Когда обросшее, пахучее нечто, с воплем: "Еда, много, много еды!", впилось своим беззубым ртом в мою волосатую ляжку, я с испуга чуть не насадил его на свою глефу. Слава богам успел, заметить его имя – Мастер Молний, и просто огрел его по голове рукоятью. Тот перестал царапать мою ногу оставшимися двумя пеньками зубов, и обижено воззрился на меня.

– Еда? – так жалобно посмотрело на мою ногу нечто, что мне даже немного стыдно стало, что я не поделился с ним своей нижней конечностью.

– Да нет, не еда, – кое-как отпихивая его в сторону другой ногой, я одновременно рылся в сумке. На, держи вот, правда, не очень свежая…

Договорить я не успел, Мастер выхватил у меня из рук лепешку, и активно помогая себе пальцами, запихал ее себе в рот. Его щеки раздулись как у хомяка, лицо покраснело от недостатка воздуха, но он запихивал ее, пока не проглотил целиком.

– Еще еда! – еле отдышавшись, потребовал он.

– Подожди, после долгой голодовки нельзя сразу много есть, заворот кишок может случиться, и вообще, еды не осталось, надо за ней вниз спускаться.

– Не могу, – существо заплакало и, обхватив голову руками, плюхнулось задницей на пол.

– Почему не можешь? – я посмотрел на странное, покрытое свалявшейся серо-голубой шерстью существо. Рассказывай, что случилось.

Оказалось, случилось вот что. Если опустить миллионы вздохов, стенаний и сморканий в не очень чистый платок, история была проста и неказиста.

Свой летучий корабль Мастер сделал давным-давно. Парил он за счет магии древних, которая хоть и не работала бесконечно, но была чертовски близка к этому. Поэтому летать он мог о-очень долго. А вот для того что бы спускаться и подниматься, он приспособил четыре огромных винта, работающих от его любимого электричества. Вот оно-то его и подвело. Случилось это, как обычно и бывает, когда все что могло случиться, случилось одновременно. Однажды, будучи не в особо ясном уме (со мной такое иногда бывает, тихонько сознался Мастер), он взобрался на свой корабль и отправился парить в небеса. Но стоило ему подняться к облакам, как случилась страшная авария. Сначала он долго лежал без сознания, придавленный стальной балкой, кое-как освободившись, пополз разбираться с возникшими проблемами. Затем он углубился в такие технические термины, что я ни хрена не понял, но в итоге оказалось, что поломку он устранил. Но пока он возился, у него сдохли все батареи, и корабль остался без питания. От слова – полностью. Что естественно никакая не проблема для Мастера Молний, да вот только и тут случилась заминочка. Во время ремонта, гремлин (а оказалось что Мастер Молний – гремлин), истратил всю ману, что, конечно же, ерунда, если ты ее можешь восстанавливать или у тебя есть склянки с маной. Вот только раса гремлинов от рождения лишена возможности самостоятельно восстанавливать ману, а пузырьками, во временном помутнении рассудка, он запастись позабыл.

Вот такая замечательная история. Последние два года, пленник корабля провел, питаясь залетающими птицами, (пару раз залетали особо крупные особи, но их съесть у Мастера не вышло), да водой конденсировавшейся на металлических частях корабля: «Я полкорабля уже своим языком вылизал, в прямом смысле этого слова, только об этом ни кому!»

Почему он не сделал водосборник или хотя бы не слизывал влагу с уже чистых частей корабля не ясно, но это уже незначительные детали.

Внимание! Мастер Молний предлагает вам квест: "Починка корабля".

Описание: вам необходимо зарядить пусковые батареи летучего корабля. Заряд 0/100.

Награда: свиток заклинания молния.

Принять. Да. Нет.

– Так тебя прикурить надо, что ли? – Наконец-то дошло до меня. Так это ж легче легкого, только награда уж больно мала. Нам помощь ваша нужна. Мастер Молний, на долину надвигается страшная опасность. Да и не только на долину. Если твари прорвутся к порталу Хаоса, всей жизни в этом мире может прийти конец. У нас только сухопутные войска и одним нам не справиться. Десяток гарпий не в счет, много во время боя они сделать не смогут. Помогите нам. А мы вам за оставшиеся два часа до боя баньку организуем, да шашлычков с квасом, со свежими лепешками, да спелыми помидорчиками…

– Ладно, ладно, согласен, но сначала корабль почини – заряди батареи! Только курить не надо, не переношу табачный дым.

– Ээ, не курить? А, прикурить! Не, курить, не буду, но давайте договоримся так. Я вам зелье маны дам, а вы сами свои батареи зарядите, и засчитаете нам выполнение задания.

– Договорились!

Спустя полчаса мы сидели на краю платформы, свесив ножки в пустоту:

– Шкуры у тебя есть. Сейчас мы их выскоблим, разрежем на очень тонкие полосы, свяжем сети. Силки я тебя тоже научу вязать. Ты будешь охотиться на нижней палубе, а я на верхней. К птицам всего лучше подкрадываться сзади, а когда до них остается метра два, быстро прыгаешь и откусываешь ей голову, после этого они, как правило, помирают. Может нам повезет и снова гарпия залетит, вдвоем, глядишь, ее и одолеем. А воду вкуснее всего с левого крыла слизывать, там уже почти совсем чисто, только немного машинным маслом отдает…

Как вы уже поняли, зелья маны у меня в сумке не оказалось. Гарпии улетели с концами. Зигзаг, не перенесший жесткого приземления, возродится часов через восемь, а Пофигского Карыча я позвать могу только голосом, когда он находится в поле зрения…

Через полтора часа начнется нападение, а я сижу тут в компании сумасшедшего. Желудок предательски заурчал, и мысль о свежепойманной птице стала менее отвратительной. Желудок заурчал опять, заворочался и пополз вверх. Я чуть не поседел от неожиданности, пока не понял что это.

– А, Прилипала, это ты? Тоже проголодался? Стоп. Прилипала. Прилипала! Вылезай сюда мой хороший, для тебя есть работенка. Мастер, живем! Где там твои батареи?

Через минуту мы уже стояли около развороченного шкафа, забитого батареями. Прилипала аккуратно раздвинул створки и на свет появились стрекала, с бегающими по ним маленькими голубыми искорками. Мастер восхищенно вздохнул, это явно была любовь с первого взгляда. Тем временем Прилипала обвил клеммы батарей стрекалами и огоньки замелькали как бешенные.

ЗАРЯД 18/100. 33/100…100/100. Заработало! Заурчал генератор, пришли в движение паровые машины, замигали, все сильнее разгораясь лампы, разгоняя влажную хмарь. Прилипала, сложил свои щупальца и свалился вниз. Мастер метнулся рыбкой и поймал его около самого пола.

– Вы, кажется, нашли друг друга. Забирай. Он был нам хорошим попутчиком и будет тебе верным питомцем. Посадишь его на плечо, научишь кричать: «Прилипала – хороший!» А сейчас капитан, полный вперед! Курс на деревню эльфов!

Пол дрогнул, накренился, и мы помчались к центральному озеру, посередине которого, прямо на воде мирно мерцал портал. Для чего надо было в упорядоченном мире оставлять вход в первозданный всеразрушающий Хаос, непонятно. Разве только что бы придать жизни остроты. Ведь живое существо никогда так полно и остро не ощущает ценность жизни, как перед лицом смерти… Не знаю. Когда мы вырвались из облаков, я ощутил только ужас. Сухой лес уже горел, с другой стороны долины валил густой дым. Нападение началось раньше на полтора часа.

Вниз! Вниз! Вниз! Быстрее! Корабль, сотрясаясь как в лихорадке, взревел винтами, останавливаясь около самой земли. Я, не ожидая, пока он сядет, спрыгнул на землю и понесся к домам. Из двери алхимической лаборатории как раз выходил один из пожилых эльфов, тащивший на коромысле две здоровенные бадьи, доверху наполненные черным порошком. Недалеко от дома три кентавра женского пола, засыпала порошок в глиняные горшочки и, вставив фитиль, плотно закрывали их крышками и замазывали щели жидкой глиной.

Я перехватил эльфа около стола:

– Где все? Что там с моим заказом кузнецу? Куда Древо подевалось? Сколько нападающих?

– Спокойно малек, спокойно. Заказ твой кузнец выполнил, только что все к ущелью повезли. Древо с ними, как все сделает, сюда вернется. Малец твой с Элем в мастерской. Один вот этот порошок делает, второй взрыв зелье. Если хоть один из них ошибется, врагам и делать ничего не надо будет, только очень большую воронку в земле по краешку обойти, да в портал нырнуть.

– За Пофига я ручаюсь, он не подведет. Меня больше интересуют нападающие, везде уже началось?

– Да вроде нет. Основная их группа еще не появилась, но из двух других порталов лезут сплошным потоком. Траву вашу уже закидали и отошли подальше. По донесениям, вроде как в дыму ничего не видать, но такое чувство, что они друг друга рвут на части. А вот в сухом лесу дела плохи. Горят твари неохотно и страх неведомый нагнетают такой, что стоять на ногах невозможно.

– Как туда можно попасть, только побыстрее?

– Так вон Тонг со своими, сейчас бомбы заберут и обратно поскачут.

– Пофиг! Эль! – я с воплем вломился в алхимическую мастерскую. Те не дрогнув ни одним мускулом, спокойно отложили свои реактивы, а затем швырнули в меня самым тяжелым, что у них оказалось под рукой. Не попал ни один, вот что значит две сотни в ловкости, чтоб этому Вандэнбруку икалось всю ночь.

– Я нам Мастера Молний добыл, все зелья маны к нему на борт, и жратвы побольше, а то еще загрызет кого-нибудь. Давайте, давайте, как говорится: «цигель, цигель айлюлю».

Не знаю, правда, чего я сейчас такое сказал, видимо из глубин генетической памяти всплыло. Но, чую, изречение как раз в тему.

Увернувшись еще от двух тяжелых хреновин, я вылетел из мастерской и с разбегу вскочил на спину груженого кентавра. Немного посодрогался от его возмущенного рева, потом предложил убить меня за наглость завтра. На этом мы и порешили, рванув вслед за остальными.

Место для встречи основного отряда вторжения было выбрано достаточно успешно. Узкая, голая ложбина, зажатая между двумя поросшими лесом холмами. Скальные выступы и густой еловый подлесок, делали холмы труднопроходимыми. Труднопроходимой решили сделать и ложбину между ними. Когда мы добрались туда, работы были в самом разгаре. Кентавры устанавливали ловушки, Древо ускорял рост травы, что бы скрыть их от чужих глаз. Наша помощь здесь не требовалась, и мы помчались дальше. Через пять минут вокруг было не продохнуть от дыма, а жар от горящего леса был просто невероятный. Хорошо хоть, что мы были отделены от него небольшой быстрой речкой и огонь остановился на том берегу. А плохо было то, что вырывающихся из горящего леса тварей было гораздо больше чем защитников. Кентавров было слишком мало, и находились они друг от друга в метрах двухстах-трехстах. Спасало пока только то, что твари выбирались из леса не сильно здоровыми, да и уровень их был пониже, чем у защитников. Добираясь сюда, я в тайне надеялся, что проведу этот бой верхом, но мой конь был об этом иного мнения. На всем скаку вступив в схватку, он встал на дыбы, и я моментально оказался на земле. Чертыхнувшись, откатился подальше от непарнокопытного и вскочил на ноги. Тот схватился с двумя противниками, но еще трое, дымя и коптя опаленными панцирями, вырвались из пожара и рухнули в реку. От их раскаленных тел повалил густой пар, и я решил им помочь охладиться побыстрее. Ледяного габота им за спину и кусок реки моментально превращается в глыбу льда с частично вмороженными в него насекомыми. Глефа запела, потихоньку кромсая потрескавшийся хитин. Чертовски слабые у меня удары, персонаж поломан кардинально, ни магии нормальной, ни урона в ближнем бою, скорость атаки только хорошая, но бронированные противники доставляют много проблем. Увернувшись от огненного сгустка, выплюнутого одним из ползунов, вогнал лезвие в сочленение брони и с силой крутанул. Раздался хруст и одна из лап ползуна отвалилась. Еще пяток и будет совсем хорошо. Кентавр добил своих и ринулся ко мне на помощь, несколькими ударами топоров обезглавливая замороженные полуфабрикаты. Так дальше и пошло. Мы мчались в наступающих сумерках вдоль речки, вылавливая нарушителей границ. Если успевал откатываться призыв габота, я их притормаживал, а кентавр рубил их на антрекоты. Через пятнадцать минут, когда поток насекомых резко иссяк, вдалеке раздался звук рога. Ни слова не говоря, мой напарник зашвырнул меня к себе на спину и помчался на звук. По пути мы нагнали еще двоих израненных кентавров, отпоив их лечебными зельями, мы погнали дальше. Через пару минут мы наткнулись на внушительную группу их четвероногих сородичей, которые заворожено всматривались в огненные всполохи горящего леса. И тут из глубин леса, на нас накатила волна ужаса: будто грузовик на полном ходу врезался в нас, оставив наши дрожащие тела корчится на земле. Одно из деревьев в глубине леса рухнуло, в раскаленном воздухе замелькал целый фонтан искр, за ним упало еще одно дерево, затем еще. Черная, дрожащая в перегретом воздухе тень, выступила из потоков огня. Еще одна волна ужаса прокатилась сквозь нас, лишая остатков мужества и желания бороться за свою жизнь. У одного из раненых кентавров подогнулись ноги, и он повалился набок. А тень все приближалась, валя подточенные огнем деревья. Жуть. Без кольца, защищающего от ментальных атак, сопротивляться этому ужасу практически невозможно. И почему я не сделал вторую единорожью броню? Ведь его уполовиненный скелет так и болтается в одной из сумок Пофига. Но теперь жалеть об этом поздно, теперь мы можем только умирать. Или нет? Дрожащими руками я зашарил в своей сумке. Нет, не то, нет, нет, а вот оно! Пузырек с мутноватой фиолетовой жидкостью. Ложное зелье храбрости или по-простому – Калянский самогон, в нужном количестве. Давясь, выхлебываю все до последней капли.

Поздравляем! Вы не получили защиту от ментальных атак, не получили защиту от пси излучений, не получили защиту от феромонов, но теперь вам уже все равно.

Я расправил плечи, похрустел шеей, поудобнее перехватил глефу. Принцесса? Валили мы и принцесс. Тут, видимо, в затуманенный спиртными парами мозг пробилась последняя трезвая мысль о том, что батьку все же легче бить гуртом.

– Мужики! Ну и прекрасные дамы, конечно, есть предложение накатить! Я впихнул каждому в руку по бутылочке.

– Пьем до дна, пьем до дна, пьем до дна! Молодцы! А теперь мы идем пинать вон ту тварь.

Огромная черная фигура, вся покрытая пылающими письменами сломала последнее дерево и на миг остановилась, нервно стегая во все стороны хвостом… Какая смешная зверушка.

– На счет раз, пли! Раз!

Моментально захмелевшие четвероногие метнули ручные изделия компании Пофигинкорпорейтед, те оставляя за собой дымный след, устремились к монстру. Точно попали лишь двое, видимо спиртное ударило им в голову гораздо сильнее, чем должно было, но эффект все равно получился ошеломительный. От грохота взрывов у меня заложило уши, а тварь накрыло десятком мощнейших взрывов. Вверх взметнулись облака пепла и пыли, закрывая ее от наших взглядов. А в следующий миг вокруг воцарился ад. Из облака пыли вырвалась залитая собственной кровью черная тень, одним прыжком преодолев разделяющую нас речку. Страшная пасть разверзлась, и на наши ряды выплеснулся поток горящей кислоты. Трое кентавров просто растаяли, как свечи в доменной печи. Не помогли ни щиты, ни броня. Взмах уполовиненным хвостом и вожак кентавров, поломанной куклой улетел в кусты. За один миг мы лишились трети отряда. Но, по крайней мере, мы не застыли на месте, сраженные аурой страха, а подгоняемые гневом начали действовать. Вызываю ледяного габота рядом с ее ногой. Это задерживает ее лишь на полсекунды, но этого хватает для того чтобы мои окосевшие братья по оружию успели метнуть в нее свои толстенные копья. Странное и завораживающее зрелище: воткнувшиеся копья подергиваются белым паром, а древки, каждое толщиной с мою руку моментально разъедаются кислотой. Еще миг и они падают на землю. Израненная тварь будто взрывается. Бросок вперед, страшные челюсти смыкаются на голове защитника долины. Внутренняя челюсть выстреливает со скоростью бронебойного снаряда, пробивая голову насквозь. Взмах искалеченного хвоста и еще одно обезглавленное тело оседает на землю. Оставшись впятером, мы со всех сторон набросились на чудовище, рубя его всем, что у нас было. Хотя о чем я, какое там мы? С тем же успехом я мог размахивать зубочисткой. Давненько я не чувствовал себя настолько бесполезным. Те несколько свитков с массовой магией, которая действовала на открытом воздухе, сейчас находились у Пофига, у меня же были только те, что действуют в закрытых помещениях. Мои же физические атаки не выдерживали никакой критики. Я только и мог что со скоростью четыре удара в секунду, царапать ей броню. В итоге, получив удар задней лапой в грудь, я улетел отдыхать. Хорошо хоть, что во время удара успел активизировать воздушный щит, который принял на себя девяносто пять процентов урона, а то сейчас возрождался бы где-нибудь у северных ворот Другмира. Когда через минуту я сумел подняться, кентавров осталось только двое. Все «финита ля комедия!» как говаривал наш дворник-алкаш, вспоминая, как получал свое третье высшее образование в Гарварде. У Принцессы ползунов еще больше трети хп, а мы втроем еле стоим на ногах. Хотя…

– Эй, тварь, иди ко мне, я тебя на голову укорочу.

С этими словами я швырнул в нее глефу, очень удачно попав той в межягодичное пространство. Тварь с шипением развернулась мордой ко мне. Ко мне мордой, а к поднимающемуся из кустов вожаку боком. Я заметил в его руках две дымящиеся бомбы, теперь надо сделать так, чтобы их не заметила тварь.

Я поднял с земли половинку щита кентавра, как раз хватит, что бы меня с головы до ног закрыть. Вытащил из сумки свою неуничтожимую лопату.

– Иди, иди, ты слишком зажилась на этом свете, – я пару раз стукнул лопатой по щиту и, сделал несколько шагов в сторону, уводя вождя из ее поля зрения, – сейчас тебя лопаткой отрихтую, и ей же тебя прямо здесь прикопаю. А то вонь от твоего трупа всех жителей долины разгонит!

Кажется, мне удалось привлечь ее внимание, а я боялся даже взгляд от нее отвести, посмотреть, что происходит вокруг; боялся выдать вожака своим взглядом. Я ждал, когда в нее прилетят бомбы, в надежде, что их хватит на то что бы ее добить, но случилось другое. Трехногая фигура, с зажатыми в руках бомбами взметнулась в долгом прыжке. Руки обхватили залитую кислотной кровью шею, стискивая ее в могучем захвате. Плоть кентавра закипела, он завопил нечеловеческим голосом, но при этом только сильнее сжал руки. А потом фитили догорели.

Я как-то успел спрятаться за обломком щита, прикрывшись от потоков кислоты. Рядом со мной упала голова принцессы, а через секунду рухнуло и тело.

Поздравляем! Вы учувствовали в убийстве Принцессы ползунов. Уровень 300. Получено опыта 1.121.555.

Получена награда +3 свободных очка характеристик.

Получена награда +2 свободных очка характеристик для всех членов клана.

Поздравляем! Прогресс квеста: «Защита Логова Хаоса» выполнено 3/6. Получено 300.000 опыта.

Хм, голова… За голову Принцессы баронство вряд ли пожалуют, но может, дадут небольшую деревеньку с сотней крепостных? Мне бы хватило. Поселился бы в тереме, построил бы рядом коровник, что бы в нем доярки водились, штуки три-четыре, больше мне не надо, я человек не привередливый. А в свободное время мемуары бы писал, или фантастику какую-нибудь. Интересно, местные фантастику читают? Должны бы, ведь фантастика – это история будущего, без нее человеку никак. Хотя местные, вроде как предпочитают любовные романы. Я парочку читающих дам видел во время нашего короткого променада по еще не разрушенному городу. Глупые, идиотский мысли. Все что угодно, что бы ни видеть того, что меня сейчас окружает. Растекшуюся по земле плоть, торчащие из нее дымящиеся кости… Не видеть и не думать, не видеть и не думать…

Двух оставшихся в живых кентавров я нашел там, же где они и сражались. Оба были то ли без сознания, то ли, судя по негромкому храпу, просто спали. На всякий пожарный, влил им в рот по лечебному пузырьку. Здесь вроде закончили.

Над долиной пронесся протяжный вой…

Глава 10

– Да ребята, все что ни делается все к лучшему, – я хлопнул спящего кентавра по крупу и поднялся, – вы, все равно ничем уже не поможете, уж лучше полежите здесь.

Я глядел на залитую закатным солнцем скалу, сейчас почерневшую от ползущих по ней монстров. Их были сотни, тысячи. А нас десяток, два, если считать женщин.

Вы убили ледяной ловушкой Чепырыжность – чужак. 140 уровень. Получено опыта 454.777.

Вы убили ледяной ловушкой Выбросышь – перевертыш. 120 уровень. Получено опыта 234.334

Вы убили ледяной ловушкой Чепырыжность – чужак. 130 уровень. Получено опыта 398.987

Поздравляем, вы, получили новый уровень – 73.

Вы убили ледяной ловушкой Лапошлеп – 160 уровень. Получено опыта 656.434…

Вы получили новый уровень умения – Виртуоз ловушек 2. Урон от ловушек +370%.

Сообщения сыпались одно за другим. Их было очень много, но я не понимал, почему опыт идет мне. Ловушки устанавливали гарпии, я только предложил идею и дал нужные ингредиенты. Но дареному коню в зубы не смотрят, лишнего опыта не бывает, к тому же радоваться рано. Далеко не все падающие вниз твари были срывавшимися с ледяной поверхности неудачливыми пешеходами. На землю, словно уродливые черные снежинки опускались и явно летающие твари. В этот момент в бой наконец-то вступил Мастер Молний. Это было впечатляющее зрелище. Подведя свой летучий корабль на сотню метров к скале, он начал свою симфонию разрушения. Для начала в самую гущу спускающихся тварей, невыносимо яркой вспышкой, ударила праматерь всех молний. Фонтаны из каменных осколков и оглушенных тварей обрушились вниз, а через десяток секунд до меня дошел и оглушительный грохот грома, а затем раскаты грома слились в сплошной рокот. От корабля во все стороны били стрелы молний, оплетая парящие в воздухе тела. Иногда в музыку воздушной стихии вплетались огненные нотки. Видимо Пофиг решил прокатиться на кораблике и теперь вносит свою лепту в дело защиты портала хаоса. Ну и правильно, чтобы навредить монстрам, спустившимся вниз, ему придется полдня своими фаерболами по ним пулять. А если перебить летучему гаду крыло, или ползучему – лапу, гравитация доделает все остальное. Но тварей было слишком много, и дело стало приобретать хреновый оборот. Все больше парящих бестий умудрялось добираться до летающего корабля и вступать с его защитниками в схватку. Тем пока удавалось оборониться, но капитан принял решение отступить, и все еще отплевывающийся молниями, фаерболами и стрелами корабль начал удаляться от нападающих. Плохо дело, сейчас твари находятся в самом уязвимом для атаки положении. Когда они спустятся, управиться с ними будет гораздо сложнее. Надо спешить к расщелине, если мы не остановим врагов там, скорее всего, не остановим их нигде.

Я сориентировался на местности, прикинул, куда надо бежать, развернулся на сто восемьдесят градусов и рванул в том направлении. С детства замечал, что с ориентировкой на местности у меня полная беда, но мой способ как всегда сработал. Побежав в обратную сторону, я через пятнадцать минут был в нужном месте – у входа в расщелину. Здесь в спешном порядке заканчивали приготовления к встрече незваных гостей. Вбивались колья, копался неглубокий ров. Жест отчаяния, конечно, никого он не остановит и даже не задержит, но все продолжали работать, лишь бы занять руки, лишь бы не думать о том, что их ждет впереди. От Древа пользы было больше, он строил деревья. Выстраивал их в одну шеренгу, создавая на холмах непроходимую живую стену. Там же суетился Пофиг. Увидев меня, он бросился ко мне навстречу.

– Видел сообщение. Вы третий отряд добили, молодцы, а где все остальные?

– Все остальные остались там, так что помощи не будет. Что с четвертым отрядом? Как наше окуривание прошло?

– Сам не видел, эльфы говорят, что твари будто взбесились, вцепились друг другу в глотки, устроили настоящий бой на выживание на огороженном нами участке. Как не удивительно выиграла предводительница – Принцесса того отряда. Правда потом стала вести себя как-то странно. Разломала ограду, и стала бессмысленно кружиться на месте, кусая деревья, пуская слюну и ежеминутно гадя под себя. Но стоило эльфам пустить в нее по стреле, как та сорвалась с места и с умопомрачительной скоростью умчалась вглубь леса.

– А где Мастер Молний? Вы вроде с ним были?

– На дозаправку улетел, сейчас заправится эликсирами и прибудет. Древо говорит, что твари будут здесь через десять минут. Что делать будем?

– А что тут делать? Будем зрителями, больше ничего не остается. Господа! – я обратился к копающимся фигурам, – заканчивайте работу, собирайте свои вещи и уходите. Враги не должны вас здесь увидеть, а то они могут выбрать другой путь к озеру.

Ложь, конечно, нашествие уже никто не остановит, но эти жертвы ни к чему, они не смогут переломить ход событий. Сами мы просто влезли на подошедшее Древо и уселись там поудобнее. Говорить не хотелось, и мы просто молча ждали, вглядываясь в озаренную сумрачным светом трех лун расщелину. Спустя пять минут они пришли. Лавина черных тварей, среди которых как Голиаф среди толпы Давидов возвышался четырехрукий монстр. Его более-менее человеческая фигура никак не сочеталась с окружающей его сворой, но он явно был здесь вожаком. Он махнул зажатыми в руках дубинами и стая, не останавливаясь, устремилась к нам. Быстрые, легковесные твари, вырвавшиеся вперед, пробежали беспрепятственно, чего нельзя сказать о семи Принцессах и Наместницах, вступивших в расщелину вслед за ними. Взрывающаяся жидкость, изготовленная Элем, видимо была волшебным аналогом нашего нитроглицерина, срабатывающая от сильного удара. И вот одна из Наместниц наступила на бутыль с этой жидкостью. Взорвалась она гораздо сильнее Пофигского пороха. Гораздо. Безногую тушу швырнуло в сторону, где она, видимо, попала еще на один пузырь. Раздался еще один взрыв и ошметки твари разбросало по округе. Вслед за этим взрывом практически одновременно произошел еще десяток взрывов. Горы камней, пыли и кусков тварей взмыли в воздух. Через секунду из этого облака вырвался мчащийся четырехрукий гигант и тут же резко остановился. Гигантские грабли, на которые наступил монстр, подскочили, влепив ему ручкой по физиономий. Удар простой деревяшкой его бы, конечно, не остановил, но вот подвешенные к граблям бомбы – смогли. Слитный тройной взрыв на миг оглушил нас. Огонь и дым скрыли монстра с наших глаз. Через миг налетевший ветерок отогнал дым в сторону, и перед нами предстала обезглавленная фигура. Ударившие в ноги и грудь бомбы только раздробили панцирь, погасив начертанные на них руны, а вот голову снесло начисто.

– Да! Да! Да! Моя грабельная ловушка сработала!

Я радостно запрыгал на ветвях Древа. Только что-то никто не прыгал вместе со мной.

– Смотри, – Пофиг толкнул меня в плечо.

На плечах так и оставшегося стоять гиганта, что-то зашевелилось. Прозрачная, бледно-зеленая жидкость поднялась из туловища, образуя новую голову. Разбросанные вокруг куски брони поползли сначала по земле, потом заскользили по ногам, туловищу, доползли до головы, образуя вокруг нее защиту. Буквально за минуту гигант полностью восстановился. Вокруг гремели взрывы, две Наместницы, получив граблями по морде, уже не поднялись, но главная цель была не достигнута. Предводитель встряхнулся как собака и бросился вперед окруженный поредевшей, но все еще огромной стаей.

– Нас обходят, – Пофиг показал на поросшие деревьями холмы.

Там мелькали тени летунов, стремительно перепрыгивающие с одного дерева на другое. Слава богу, полноценно летать они не могли, только парить, но зато они могли пройти там, где не пройдут остальные.

– Не пройдут, – подало голос Древо, эти останутся здесь.

С этими словами из-за наших спин вылетел летучий корабль, увитый молниями, словно туповатый кот, решивший поиграть сразу с пятью клубками бабушкиных ниток. Перейдя на бреющий полет, он пролетел над самыми верхушками деревьев, утюжа летящих монстров. Те градом посыпались вниз. Затем корабль развернулся и полетел над расщелиной. С его бортов взлетели крылатые фигуры, несущие в своих лапах округлые предметы. Они взмыли вверх и сбросили свой груз на великана. Его четыре дубины взметнулись вверх, складываясь и превращаясь в щит. Бомбы, упавшие на него превратились в яркий свет, грохот, вонь и много, много дыма. Целый и невредимый великан побежал дальше, действуя как танк, разминирующий дорогу для прохода пехоты. Еще дважды он наступал на гигантские грабли, но оба раза принимал удар на дубины, лишившись одной, но сам не пострадав ни на йоту. Зверье, что-то скумекав, выстроилось за ним в цепь, проходя безопасной тропой. Безопасной относительно конечно. Сверху на них продолжали сыпаться бомбы и молнии, выкашивая мелочь десятками. Так продолжалось до тех пор, пока гиганту это не надоело. Когда корабль в очередной раз пролетал над ним, он схватил бегущую рядом с ним Принцессу и метнул ее прямо на палубу корабля. Было очень плохо видно, что там происходит, но через пару минут он сильно накренился и со страшным грохотом рухнул в лес.

– Это конец, – пробормотал Пофиг.

– Да. Пришло время умирать, как и было предсказано, но сделаем это около озера.

Древо развернулось и быстрыми прыжками устремилось к деревеньке эльфов. Твари не стали преследовать нас. Вырвавшись из расщелины, они остановились, выстраиваясь в одном им понятном порядке.

Деревенька встретила нас тишиной. Как и несколько часов назад здесь были только Эль с Ромом.

Малыш наш – Пах обижен был,

У Древа на руках в калач свернулся

Большой он палец отогнул

Засунул в рот и улыбнулся!

Гребаный рифмоплет. Они в шаге от смерти. Мы в шаге от смерти, провала задания и возможно разрушения этого мира. Что будет с нами после этого неизвестно, а их хоть бы что, стишки свои дебильные сочиняют.

– Никто меня не обидел, – я вытащил палец изо рта, – а на пальце просто заусенец был, вот! Я показал палец лыбящимся эльфам. Ай, да перед кем я оправдываюсь? Два сумасшедших старпера, давно выживших из ума.

– Пахан, глянь-ка, что тут у нас есть.

– Ну что еще? – Я раздраженно обернулся на голос Пофига.

В воде, вобрав в себя красные блики горящего вдалеке портала Хаоса, мерцали хорошо видимые полупрозрачные фигуры. Семь призраков, стоящих ровной шеренгой по пояс в воде…

– Это же Повторюши, – в руке Пофига загорелся фаербол.

Семь вспышек и в семи руках появились огненные мячи. Бросок и фаербол врезается в дерево. Яркий всполох и семь файерболов, словно залп из ракетной установки превращает дерево в столб ревущего пламени.

Может, еще повоюем? Хотя вряд ли. Повторюши же будут повторять заклинания Пофига, а не какого-нибудь архимага – создателя этой долины. Пофиг что-то завопил, и с небес рухнула ослепительная молния. За ней пророкотало еще семь, на миг, высвечивая плотные ряды выстроившихся врагов. Я даже не вздрогнул, только подумал, что Пофиг почему-то получил от Мастера Молний мою награду. Ну, да и ладно, все равно свиток для него был предназначен.

Еще один вопль и вдоль шеренги врагов одна за другой вспыхнули восемь огненных стен. Миг, и гигант проходит сквозь них, а за ним и пара Принцесс с тремя Наместницами. Гигант жестом остановил своих подручных. Сделал пару шагов вперед и указал дубиной на Древо, недвусмысленно вызывая его на бой.

– Через тридцать секунд будь готов принять дуэль!

– Что это? Я с воплем подпрыгнул, успев в прыжке дважды обернуться вокруг себя.

– ПЯТНАДЦАТЬ СЕКУНД ПРИДУРОК! ГОТОВЬСЯ!

Вопить второй раз я не стал, потому что, наконец, увидел перед собой Абрам Моисеича.

Игрок Калян вызывает вас на дуэль!

Не успел я принять вызов, как пришло второе сообщение.

Игрок Калян признал свое поражение, вы победили в дуэли.

Золотистое сияние окружило меня. Такое же сияние вспыхнуло в небесах. Золотой метеор прочертил короткую дугу, закончившуюся прямо на одной из Принцесс. Земля содрогнулась, и Принцесса сложилась внутрь себя, наполовину уйдя под землю. В этот момент время для меня как будто остановилось. Я успел передумать кучу тупых мыслей, пока до меня не дошло, что если внутри золотого сияния был Калян, то он сейчас плавает в луже кислоты. Я послал ему еще один вызов на дуэль, но место падения будто взорвалось и вверх взлетела человеческая фигура.

– Железный человек!

Хм, а Пофиг прав, очень даже похоже. Но висел в воздухе железный человек не долго. Раздался скрежет, фигура задымилась, ее швырнуло в сторону, и она с грохотом рухнула к нашим ногам.

– Твою мать, – донесся до нас знакомый голос, – выковыряйте меня плиз из доспеха, а то он пипец какой тяжелый.

Мелькнула еще одна тень, и рядом с нами плавно опустился проклятый дракон.

– Привет салаги, скучали без нас?

Ответить мы не успели. Монстры завопили, но гигант несколькими ударами восстановил порядок, снова вызывая Древо на дуэль. И тот пошел. Гигант тоже вышел вперед. Его доспехи и дубины загорелись красными рунами. Древо тоже засветилось, по серой коре заструился растительный орнамент, на концах ветвей выросли тяжелые наросты и шипы. Долго не раздумывая, они бросились друг на друга. Ну не совсем бросились, ноги гиганта опутали мгновенно взметнувшиеся из земли гибкие корни. Он запнулся, свалившись на четвереньки, и тут же схлопотал здоровенным шипастым наростом по затылку.

– Пахан… Сука… Снимиии…

Черт! Калян, как ты не вовремя!

– Калян, ты прибыл как нельзя кстати, – я вцепился в его шлем обеими руками и содрал его с головы. Кое-как отпихнул в сторону, тяжеленный просто пипец, как и сказал Калян.

– Очень кстати, – чуть запыхавшись, повторил я, – сейчас нас всех тут будут убивать.

Подтверждая мои слова, коленопреклоненный гигант, не смотря на обрушившийся на него град ударов, отвел в сторону две правых руки, и мощным боковым ударом подсек корни Древа.

Не отрывая взгляда от боя, я взрезал кожаные ремни, стягивающие его нагрудник на спине. Уперся ногами в Калянское бедро и голову, и отогнул одну прикрывающую спину пластину.

– Как ты вообще умудрился в эту хрень влезть? Она же неподъемная.

– Там антигравы… и усилители различные… на кристаллах Хаоса работают… мой, видимо, закончился…

Тем временем так и не поднявшийся гигант стал больше похож на куколку бабочки, настолько его оплели корни и лианы. Они не прекращали лезть из земли: слой, за слоем вплетаясь в кокон.

Я перешел на другую сторону, вновь уперся ногами в Калянское бедро и голову, и отогнул вторую пластину. Затем, чуть не сломавшись пополам, вытащил Каляна из его скорлупы и бросил на траву. Теперь уже не задохнется, а из штанов пусть сам вылезает.

На поле боя же творилось что-то не то. Поднявшееся Древо стояло пошатываясь, а изнутри кокона начал бить рубиновый свет. Огненая вспышка и кокон распадается невесомым пеплом, освобождая гиганта из плена. Я бросил быстрый взгляд на остальных монстров, те смирно стояли, ожидая конца схватки. Значит и нам не стоит вмешиваться, в схватке стенка на стенку у нас нет даже призрачного шанса. Вся надежда на Древо. Но гигант оставлял ему мало шансов. Три его дубины крутились как лопасти вертолета, успевая наносить удары и по Древу и по вырастающим из земли побегам. Единственный шанс Древа был в том, что бы сократить дистанцию и биться вплотную. Древо это тоже поняло и налетело на врага, запуская свои ветви во все щели и сочленения брони гиганта. Тот не остался в долгу, ломая тому ветви и дробя ствол. Оба начали интенсивно светиться, один красным, другой зеленым, разгораясь все ярче.

– Что за хрень тут происходит?

Я не стал отвечать на Калянский вопрос, завороженный открывшимся зрелищем. Вскоре на свет стало невозможно смотреть. Затем раздался громоподобный треск и во все стороны брызнули осколки брони, ветви, кора, листья. На минуту настала полная тишина, свет потух, а затем с сухим треском разорванное пополам Древо рухнуло наземь. А над ним высился лишенный брони гигант. Будто морская вода, принявшая гуманоидную форму, а в его груди багровело раскаленное глиняное сердце, пуская по всему телу веселые воздушные пузырьки.

***

Вот уже пятый день как мы вернулись в Другмир и четвертый, как я хожу учиться. По утрам мы восстанавливаем наш дом, заново поднимаем обрушившуюся стену. А вечером я хожу на занятия. Наш преподаватель Флориус, очень милый старичок, всей душой болеющий за свое дело. На его лекциях никогда не бывает скучно, как например и сегодня. Тема нужная и полезная – связь человека (эльфа, гнома, сатира, гремлина и тд.) и призванного животного.

– Тут ведь что важно понять, у каждого животного своя душа, и вы никогда не станете мастером в своем деле, если не поймете одну простую вещь. Вы, конечно, сможете призвать его, но никто не будет защищать вас в полную силу, пока вы его не прочувствуете. Я не говорю "не поймете", потому что это не то, вы должны именно прочувствовать его. Ведь он не только зверь, но и помощник, попутчик и даже ваш друг. Приведу пример: многие призывают себе на помощь медведей и видят лишь его грубую мощь и толстую шкуру, а он может быть и ранимым поедателем меда и взорвавшимся, непредсказуемым монстром. А ведь многие мои ученики так и не сумели раскрыть полный потенциал призванного соратника, и их медведи остаются посредственными бойцами и используются, в основном, для перевозки грузов. А ведь почувствуй они его, и могли бы использовать такие его умения как Сокрушительная лапа, Взрыв ярости, Костолом …

Четыре дня я прихожу сюда, что бы отвлечься от грустных воспоминаний, но сегодня они с новой силой нахлынули на меня, возвращая в ту ночь.

Над поверженным Древом стоит лишенный брони гигант. Будто морская вода, принявшая гуманоидную форму, а в его груди багровеет раскаленное глиняное сердце, пуская по всему телу веселые пузырьки.

– Да как так? Не может такого быть! Калян стиснул мое плечо, неверяще уставившись вперед. Гоша! – Калян пошатываясь, побрел вперед. Гоша, ты вернулся!

Ничего себе – Гоша. Изначально сделанный нами из слизи ползунов, двухметровый красавец голем, видимо не смог противостоять зову своей плоти и бросив нас у лесной лачуги, умчался на защиту своей королевы. С тех пор он знатно подрос, набрал лишнюю тонну веса, четыре сотни уровней да оброс самовосстанавливающейся броней.

Вон, по гигантской фигуре так и ползут куски брони, вновь складываясь в цельный доспех. Гигант стоял не шевелясь, глядя на приближающегося к нему пигмея. А тот уже почти бежал, не обращая на окруживших его, ярящихся монстров.

– Гоша, мы так переживали, ты убежал, а мы переживали, не понимали, что могло случиться?

Калян, наконец, добежал до голема и обнял того за колено.

– Ничего, ничего, главное, что ты вернулся. Теперь тебе нечего бояться, мы тебя защитим.

Гигант поднял вторую ногу, и я закрыл глаза, не в силах смотреть, как растопчут нашего спятившего друга.

Страшный хруст, и громкое шипение.

Я открыл глаза. Под ногой Гоши билась Наместница, а остальные бешено хлеща себя хвостами по бокам, окружали голема со всех сторон. Гоша поднял дубину и торцом врезал по голове, прижатой к земле Наместницы. Та забилась в предсмертных судорогах, что послужило сигналом для атаки остальных тварей. Голем только успел толчком ноги отправить Каляна в полет, как был тут же погребен под горой вражеских тел. А я, как последний кретин, успел поймать нашего паладина, в итоге проехался на спине несколько метров по гравию, прижатый сверху неслабой тушей полуорка. Вокруг творился хаос: Гоша крутился как волчок, раздавая удары налево и на право, Пофиг усиленный Повторюшами, подключился к веселью. Молнии ярились, как будто Зевс на своем Олимпе проснулся утром с бадунища и узнал, что вчерашние гости украли его столовое серебро, девственность всех его дочерей и главное, утащили последнюю бочку вина, оставленную на опохмел. Потоки огня и целые рои каменных дисков, тоже находили своих жертв. Сагрившиеся твари, временами бросались на него, но тут же получив по десятку стрел от старперов – эльфов отправлялись обратно в ад, к своей Моране. Гоше тоже приходилось не сладко. Он уже дважды лишался руки, и на третий раз она отрастала уже очень неохотно.

– Абрам Моисеич, передайте Пофигу, пусть готовит свитки с массовой магией.

Но они не понадобились: Гоша все же справился – каждый удар его был смертельным, о чем говорил и льющийся на нас полноводным ручьем опыт и падавшие на нас дополнительные свободные очки характеристик за участие в убийстве Принцесс и Наместниц. Среди этих сообщений к нам пришли и долгожданные, о выполнении квеста.

Поздравляем! Прогресс квеста: «Защита Логова Хаоса» выполнено 4/6. Получено 400.000 опыта.

Поздравляем! Получен новый уровень 74.

А затем после очередного града файерболов:

Поздравляем! Прогресс квеста: «Защита Логова Хаоса» выполнено 5/6. Получено 500.000 опыта.

Вдруг все прекратилось, и на нас навалилась тишина.

Гоша сидел на земле, подогнув одну ногу, вторая по колено была откушена, как и две правых руки. Вокруг него были нагромождены горы трупов, земля дымилась, разъедаемая пролитой на нее кислотой. Броня голема тоже пострадала, она вся была испещрена царапинами и выбоинами и не спешила восстанавливаться. Изначально сделанный из слизи ползунов и пошедший против своих, он лишился возможности восстанавливаться за их счет? Или просто было нанесено слишком много увечий и механизм восстановления не справляется? Хрен знает. В этой игре мы как слепые котята, тыкающиеся носами во все стороны в поисках маминой сиськи, в то время, когда их уже положили в мешок и несут, что бы смыть в унитаз.

Я убрал так и не пущенную в дело глефу, сделал шаг к голему. Ночную тьму прорезала еще более темная тень, и Гоша повалился на землю, расплескивая во все стороны осколки брони и частички своего тела. Пофиг ожил, и вокруг Гоши взвились ввысь восемь огненных стен, освещая новую напасть. Это была Принцесса ползунов, но двигалась она просто с невероятной скоростью. Многотонная туша, порхала как невесомая пташка, нарушая все законы физики. Нанюхавшуюся травы берсерков тварь переклинило, она давно уже должна была свалиться обессиленная, но произошел какой-то глюк и теперь она убивала нашего голема. Удары и укусы наносились с такой скоростью, что тот не успевал на них никак среагировать, так же как и мы. Даже стрелы, казалось бы, не знающих промаха эльфов, били в пустоту.

Удар, удар, еще удар. Одна из рук голема отлетела, оставляя в воздухе след из брызг слизи.

– Нет! – Калян заорал, и рванулся было на помощь, но было поздно. Хвост твари пробил грудь Гоши насквозь, раздался хруст и он осыпался вниз грудой изломанной брони.

Темные, словно черные дыры глаза, уставились на нас, когда на взбесившуюся тварь сверху обрушился многократно усиленный ураган. Рывок монстра к нам пропал втуне, семикратно усиленное Повторюшами заклинание, слилось в единый супер торнадо, всосав в себя её, кружа и разрывая на части.

– Не жалей заклинаний, – я схватил мага за грудки, и перекрикивая рев ветра проорал, – добей эту гребаную тварь!

В руке Пофига растаял еще один свиток, и на ураган посыпался целый дождь раскаленных метеоритов. Все это слилось в настоящую гигантскую мясорубку. Торнадо ежесекундно прорезаемое молниями и сталкивающимися друг с другом каменюками, ревело и ярилось еще с минуту, а потом исчезло, вместе с попавшей в его крепкие объятья, тварью.

Поздравляем! Прогресс квеста: «Защита Логова Хаоса» выполнено 6/6. Получено 600.000 опыта.

Поздравляем! Квест «Изгнание» выполнен! Получено 1.500.000 опыта

Награда: +1 уровень. +1 ко всем основным характеристикам. +1 к умениям класса. +1 к умениям профессии. +1 к репутации со всеми расами волшебного мира.

Подарок из рук герцога.

Я сел там, где и стоял, тупо глядя в землю. Рядом рухнул Пофиг, прислонившись своей костлявой спиной к моей спине. Сил ни на разговоры, ни даже на мысли не было. Я сидел и глядел: на Каляна, садящегося около останков убитого Гоши; на старых эльфов, стоящих упершись на свои луки; на обожженного и израненного Мастера молний, вышедшего к нам из темноты. По его виду сразу стало ясно, что эльфы, бывшие с ним на корабле, погибли. А я сидел, поглаживая сброшенный Каляном доспех, работающий от кристалов Хаоса, стараясь не вспоминать всех, кого мы так и не смогли спасти. Игра приняла нашу победу, а у меня сделать это не получалось. Не знаю, сколько мы так просидели, но вскоре небо над долиной покрылось светящейся голубой сеткой и из каждого перекрестья сети вниз спустилось по гуманоидной фигуре.

Наполовину механизмы, наполовину живые существа… Киборги… Раса древних.

Ближайший из них подошел к стоящим эльфам.

– Благодарим вас за помощь.

С этими словами он толкнул их в открывшийся за их спинами портал.

Мы с Пофигом подняться не смогли и подошедший древний после своей идиотской благодарности, открыл свой портал прямо под нами. Мы с воплем рухнули вниз, но вопили недолго. Приземлились мы около герцогского замка в Другмире.

– Это был самый длительный день в моей жизни, – пробормотал я и отрубился.

Проснулся я только через сутки, болея всем телом. Оказалось, пришедшие за нами сокланы так и не смогли меня поднять. Им пришлось подкапываться под мое тело, что бы просунуть под него стальные ломики, и только вшестером они смогли поднять мою тушку и дотащить до дома. А когда я проснулся и выгрузил из сумки Калянский доспех, то узнал, что в разрушенном городе жизнь потихоньку налаживается. Например, вновь открылась школа господина Флориуса. Тот со своими учениками днем помогал восстанавливать город, а по вечерам проводил обучение у себя на дому. С тех пор я по вечерам и слушаю его лекции, пытаясь постичь тайны своего игрового класса.

– …так откройте свои сердца и прислушаетесь к естеству призванных вами помощников, и ваши совместные возможности усилятся многократно.

– На сегодня теории достаточно, завтра жду вас у себя для практических занятий.

Я дождался, пока все разойдутся, и обратился с вопросом:

– Учитель, я уже был у вас и на теории и на практических занятиях, но у меня ничего не получается. Я стараюсь изо всех сил: честно, но результат нулевой, может, я делаю, что-то не так?

– Господин Пахан, для начала, я уже вас не раз просил приходить на занятия подобающе одетым. Ваши алые…, эмм,… трусы и помятая стальная кираса никак не могут быть униформой для обучения в этом древнем и уважаемом заведении. Вот, например, хотя бы простые штаны, плащ …

– А я вам уже сто раз говорил, что мне негде их сейчас взять. В городе не открылся еще не один магазин, а если я надеваю одежду, найденную в развалинах дома каких-нибудь бедолаг, то первый же патруль опознает в них пропавшие вещи и забирает их, да еще и штрафует меня заодно за мелкое воровство!

– А во вторых, – будто не слыша меня, продолжил преподаватель, – не смотря на то, что вы сделали для нашего города, за что я вам искренне благодарен, у вас ничего и не может получиться! Ведь вы призыватель, а я учу друидов!

– Да какая разница, вы призываете животных для защиты и я тоже, ну научите меня, вам, что жалко, что ли?

Учитель закатил глаза, горестно вздохнув.

– Присаживайтесь, я постараюсь еще раз вам все объяснить. Мы друиды взаимодействуем с живой природой, мы пользуемся ее силой, но в свою очередь оберегаем и защищаем ее. Мы взращиваем своих помощников или призываем живущих в этом мире существ. Умения же призывателей, больше похоже на некромантию. Что бы получить власть над существом, вам надо убить его и запечатать в свою книгу призыва. Во время призыва же, вы вырываете на время его из посмертия, а это никак не похоже на нашу работу с природой. Я вообще удивлен, где и от кого вы получили такой класс? О нем я лишь встречал несколько упоминаний в древних книгах, но не слышал ни об одном живом учителе этого класса.

– Ну, строго говоря, это и не был живой учитель, – я вспомнил наш замковый распределитель, – это была одна наглая и рыжая железяка, но она уже того… поломалась.

– Ну, тогда, я не знаю, чем я могу вам еще помочь. Мой вам совет, доберитесь до большой библиотеки в столице, если там нет информации об интересующем вас вопросе, то ее нет нигде…

В расстроенных чувствах я добрел до дома, зашел в таверну, открытую МарьИвановной на первом этаже нашего дома. Та, первые дни после нашествия ползунов, подкармливала пострадавших и весть о ее непревзойденной готовке быстро облетела весь город, и теперь в обеденные часы таверна была полна народу, но наш столик всегда оставался свободным. МарьИвановна суетилась за плитой, Альдия лавировала между столиками. Слава богу, публика вела себя прилично и к ней не приставала, а то в первый день работы, по словам Майора, пришлось выкинуть пару распускающих руки клиентов прямо через закрытую дверь. С тех пор здесь все было тихо. Я взял со стойки стакан морса и присел за столик к Майору и Пофигу, что-то бурно обсуждающим.

– Ты чего такой кислый, как твое обучение проходит?

– Да ушел я от них. Трусы их мои красные, понимаешь, не устраивают, не вписываются в их изысканный интерьер. А, вы, тут чего обсуждаете?

– Таверну. Гляди сколько народу, а у нас до сих пор вывески с названием нет.

– Можно назвать "Дохлый единорог". А вместо вывески Пофига над дверью приколотить, все равно он единорогий и плоский у нас как доска. Сидишь тут, МарьИвановну позоришь своими торчащими ребрами.

– Хха, неплохо. А кстати, насчет единорога, ты с нами? А то сегодня уже вылетать надо.

Вот чертов Майор, пристал с этим дурацким единорогом. Стоило мне после прибытия очнуться, как он сразу же пристал. Представляешь, оказывается герб Другмира – единорог, не просто так. Он их типа покровитель и каждые три года самолично является в определенный день, что бы благословить народ … и бла-бла-бла, бла-бла-бла. Так не позволим же злобной твари и дальше дурачить и так пострадавших горожан, сживем его со свету.

Я и так после последнего приключения никак отойти не могу, а он за старое.

– Ладно, давай еще раз, рассказывай свой план, посмотрим, что к чему.

– Вот, я совместил местную старинную карту с той, что у Пофига появилась для выполнения единорожьего квеста. Идти он может только от этой точки. По берегу реки он не идет, это точно. Здесь и здесь крутые холмы, по ним идти неудобно да еще в сопровождении огромной свиты. Местные говорят, что природа за ним расцветает на несколько километров, это явно единорог не из последних, раз за собой такую ауру тащит. Так вот, здесь, – он показал на карту, – единственный удобный проход. А вот здесь, прямо рядом с тропой высокая скала, идеальное место для засады.

– Засады пары людей, против нескольких сотен врагов?

– Ну, так нам всех убивать и не надо, только лошадку.

– Во-первых, этой карте уже лет четыреста и как там изменилась местность за это время никому не известно. А во-вторых, ты каждый раз забываешь упомянуть, что эта территория нынче называется темной и что там живут всяческие вурдалаки, вампиры, русалки, дикие Добрыни, огры то есть, еще тысяча и одна тварь, для которой мы самый изысканный деликатес. А твоя скала находится чуть ли не в середине этой области. Но это не главное, а главное, что мы точно не знаем, там ли он пройдет или нет. Зато мы знаем, где и когда он точно будет.

Мой палец двинулся вниз по карте, все дальше и дальше.

– Вот здесь, – я ткнул в точку на карте.

Пофиг и Майор с изумлением посмотрели на меня.

– Это Другмир, – Майор понизил голос, – ты хочешь убить символ города на глазах у всего города?

– Ну да. Он всегда идет этой дорогой, – я ткнул в карту, – на тот берег выходит вот здесь, переплывает реку и выходит вот здесь. Ты видел там кусок белой скалы, торчащий из берега. Полгорода выходит его поприветствовать, ну и пополнить его свиту, идеальное место, по-моему.

– Если бы я с самого начала не знал, что ты шибанутый, то подумал бы, что ты головой ударился. И как ты собираешься все это дело провернуть?

– Согласен, это будет трудно, тем более что вы меня к Добрыне даже не подпускаете.

– Я тебе сто раз говорил, у него квест от гильдии кузнецов. Он и так по двадцать часов в сутки из кузницы не вылезает. Работает над восстановлением города. Зато когда закончит, у него будет допуск к лучшим учителям и мастерам города.

– Но мне он нужен, как я, по-твоему, должен убить крутого единорога, без хорошей лебедки?

– Чего? Лебедки?

– Ну, лебедка или ворот, как у нас в замке на воротах был, только маленький, не больше метра в длину, – я развел руки на нужное расстояние. Ну и конечно канат, стальной, а где мне его взять как не у кузнеца? Ты об этом подумал? А вы меня к Добрыне не пускаете, – обижено закончил я.

– Тебе. Нужен ворот? – Почему-то как с дебилом, раздельными словами заговорил со мной Майор. Чтобы. Убить Единорога. На глазах всего города? И сделаешь ты это так, что бы нас не распяли и, главное, не выгнали навсегда из города?

– И канат, – напомнил я, – без каната никак не получится.

– Гвиздец, мне кажется, что у меня самого крыша с тобой скоро съедет. Если я тебе это достану, ты все сделаешь?

– Э, мы, вообще-то, команда, вместе сделаем. У вас будет ваша любимая роль.

– ?

– Роль пьяных поджигателей и отвлекателей внимания.

– Все, я больше не могу это слушать, я пошел.

– Про лебедку и канат не забудь, у тебя полтора дня.

Майор только безнадежно махнул на меня рукой и скрылся за дверью, а я обратился к магу.

– Слушай, Пофиг, не знаешь, где здесь можно найти длинную шелковую, розовую ленточку?

– Что, волосы в ушах отросли, решил косы заплести?

– Ты вообще слышал наш разговор? Мы тут единорога убивать собираемся, ты нам помогать будешь, вообще?

– А при чем здесь розовая лента?

Я посмотрел на него как на больного, – а как ты собираешься без нее единорога убить?

После этого Пофиг почему-то тоже ушел. А я, выпросив у МарьИвановны две самые большие порции жаркого, подсел к столику одиноко сидящей дамы прямо-таки героических пропорций, в волосах которой ранее заметил вплетенную, розовую, шелковую ленту.

– Добрый день мадам, добро пожаловать в наш скромный ресторан – «Дохлый единорог…» Тьфу ты, пардон, я хотел сказать: «Гарцующий единорог». Вы сегодня наш сотый посетитель, и я очень рад, что сегодняшним нашим победителем стала столь шикарная дама, наделенная здоровым аппетитом. Вот вам комплемент от шефа, специально для вас, угощайтесь.

Так, слово за слово, мы познакомились, и я узнал о ней много никому не интересных деталей. О том, что она была самой красивой девочкой в своей семье, о ее учебе в столице. О том, как она вышла замуж за богатого купца, рано овдовела и теперь ищет надежного спутника жизни, чтобы сбросить со своих хрупких, (в два раза шире моих) женских плеч, бремя управления семью магазинов и тремя производственными мастерскими. Через полтора часа я уже был готов вернуться к своему первоначальному плану – огреть ее дубинкой по голове, где-нибудь в темном переулке… Но тут мне, наконец, удалось ввернуть комплимент, мол, жаль, что она скрывает свою настоящую красоту и мне хотелось бы посмотреть на нее с распущенными волосами. А после того, как она сняла ленту, вцепиться в нее, сказав, что она будет напоминанием о нашей незабываемой встрече. После чего быстро слинять к себе в комнату.

– Какие же, все же, приставучие бабы бывают, – бормотал я себе под нос, – никакого такта. Отдала по-быстрому ленточку и свалила, так нет ведь, чуть голова не закипела от ее болтовни.

Я аккуратно заглянул к себе в комнату. Аккуратно, потому что вместе с нами из Долины Хаоса выкинули не только нас, но и двух древних эльфов, которые не только умудрились найти нас в городе, но и заселились, временно, в мою комнату. И сколько продлится это временно, не понятно. На предыдущем месте жительства они прожили восемь тысяч лет, что наводит на меня жуткую тоску. Нет, старички они ничего такие, но я в первый же день был смещен с кровати на пол. А куда деваться, они ведь очень, очень старые люди, вернее эльфы. А еще они на спор могут бегущему человеку со ста метров в любое яичко стрелой попасть, только выбрать надо в какое. Поэтому я добровольно и уступил им кровать.

А еще их стишки дурацкие, типа:

Кривоногий глупый Пах,

Так запутался в ногах,

Роз кусты он не заметил,

Видно юбку вновь приметил.

Сел он задницей на розу,

В раскорячку принял позу.

Хочет розой пахнуть Пах.

На учебу лишь в трусах

Убежал наш глупый Пах

Нескладные, идиотские стишки, а я всего лишь на их розы свалился. А как не свалиться, если еще вчера в этом месте дорожка была? Хорошо, что они почти все время проводят в нашем маленьком саду. Облагородили его так, что мне кажется, у нас скоро травинки строевым шагом будут ходить. И сейчас, видимо, там, не будут опять своими анекдотами доставать, которым уже по восемь тысяч лет. Вытащив из стола засохшую чернильницу, плюнул туда, разложил на столе ленточку, вырвал из хвоста Зигзага перо, почесал поклеванную наглой птицей голову, выгнал засранца на улицу, и принялся за письмо. Ну, как письмо? Получившиеся коряги даже стыдно называть письменами, но, главное, суть они передавали. Затем достал из сумки внутреннюю челюсть Принцессы ползунов, по форме один в один похожую на главное достоинство вороного коня и красиво перевязал ее розовой ленточкой. Снял кольчугу, почти целиком залез в камин и стал натирать тело золой.

– Ух, ты ж, ёпсель! – разнеслось сзади, затем резкая боль в правой полупопице, и я умер…

Вы умерли. Вы теряете 7% накопленного опыта.

Желаете посмотреть момент смерти?

Выбрал да. Вот я, готовлюсь к ответственному делу, натираю тушку углем и золой. Вот дверь открывается, и в комнату вваливаются эльфы с кувшином вина в руках. Вот они видят меня, кувшин пропадает, а в руках появляются луки. Две стрелы втыкаются в самую выпуклую часть моего тела, и я умираю.

Охренеть, мои постояльцы меня порешили, вот старые пердуны! Но с чего вдруг? Перепили что ли? Черт и вся моя работа насмарку пошла, я опять весь белый как простыня. Удушу мерзавцев!

Возродился я у северных ворот и решил местью заняться позже. Зашел на первое попавшееся пепелище и вымазался сажей с ног до головы. А теперь к герцогскому замку! Все бы хорошо, да только я не учел, что до замка идти через полгорода. А здесь не деревня, ночная жизнь в полном разгаре. Вначале я шарахался по темным щелям, стараясь не попасться прохожим на глаза. Но, пройдя за час только пятьдесят метров, плюнул на это и пошел не скрываясь:

– Чистим трубы, дымоходы, печи и котлы. Прочищаем камины, очаги и кузнечные горны! Девушка, что вы так смотрите? Засорился дымоход? Прочистим! За всю работу лишь медная монета. Оплачивать лично в руки главному управляющему, господину (чтоб его черти драли) Вандэнбруку. У него же требуйте бумагу с договором о проведении работ! Чистим трубы, дымоходы, печи и котлы! Приходите сами и приводите друзей! Кто приведет пятерых, получит наши услуги бесплатно! Прочищаем камины, очаги и кузнечные горны! Торопитесь, акция продлится только три дня! Спешите успеть! Обращайтесь к господину Вандэнбруку! Начало акции в пять часов утра! Пришедшим первыми – скидки и подарки!

Пусть этот засранец – ценный указатель распределения характеристик и даватель неподъемных квестов, попрыгает с утра пораньше, не понимая, какого хрена к нему набежала толпа народа с просьбой прочистить дымоход.

Пока добирался до замка, я почти охрип, но с моего лица не сходила злобная ухмылка предвкушения, ведь мой вид и вопли привлекли внимание не менее пары сотен людей. Думаю, Вандэнбруку завтра скучать будет некогда. Кое-как отделавшись от наседающей на меня толпы, я юркнул в окружающий замок парк. Здесь мой камуфляж заработал в полную силу, и я слился с местностью. Мягко ступая по траве босыми ногами, я добрался до разрушенной части замка. Герцог видимо все же неплохой человек, все силы направил на восстановление города, оставив ремонт замка напоследок. А пострадал он неслабо. Обрушившиеся верхние этажи, трещины и проемы в стенах, все, что нужно для успешной диверсии. Ну и конечно охранник, «выигравший» приглашение на бесплатный обед, в только что открывшийся ресторанчик, и получивший в подарок большую бутыль теплого глинтвейна, с крохотулечной дозой снотворного. Служака благополучно спал, удачно прижавшись спиной к стене. Встав ему на плечи, я дотянулся клинком до первой трещины в стене: подтянулся, вставил следующий, и уже через пару минут, нырнул в пролом в стене. Открыл карту, посмотрел схему дворца, она была почти полностью закрыта, но в кабинете Вандэнбрука я пару раз бывал, так что маршрут на карте у меня был. По разрушенным коридорам удалось проползти прямо до его этажа. Правда, у самого кабинета стояла пара стражей, пришлось вызывать подмогу. Стражи и оглянуться не успели, как мимо них промчалась стайка здоровенных, галдящих дятлов. Они уселись на соседнюю дверь и в шесть голов забарабанили по ней. Стоило страже кинуться их прогонять, они перелетели на следующую, уводя за собой охрану. Долго они не продержатся – надо действовать быстро. Книга призыва открыта на нужной странице, миг, и передо мной стоит вор – заместитель Большого Джо. Необходимых ингредиентов, что бы вызвать его на сутки, у меня не было, пришлось поддерживать его жизнь, тратя ману. Всучив ему отмычки и указав на дверь, я сам припал к пузырю с синей жидкостью, восстанавливая стремительно утекающую магическую энергию. Вор возился с замком дольше, чем я надеялся, в итоге, легкий хруст в замке раздался уже, когда в коридоре послышались шаги возвращающейся охраны. Я моментально развеял временного помощника, подхватил падающие отмычки и нырнул за дверь. В коридоре было тихо. Уф, вроде бы успел. Подождав пять минут, что бы глаза привыкли к темноте, я прошел к столу и водрузил на него, перевязанную розовой ленточкой хреновину. Пошарил по ящикам стола и, не найдя там ничего интересного, так же тихо открыл окно, на подоконнике которого меня уже дожидались питомцы. Шесть пар когтей впились в мои телеса, шесть пар крыльев заработали как бешеные, и мы, рухнув с огромной высоты даже умудрились не разбиться.

– Парни молодцы, – я пожал каждому крыло, – поздравляю, первая часть охоты на единорога удачно завершилась! А теперь все домой, Майор позвал нас завтра на рыбалку, вернее, уже сегодня и, зная его, встать придется уже часа через три.

Через пятнадцать минут я ввалился в свою комнату, мечтая только о своем матрасе.

– Ух, ты ж, ёпсель! – только успел услышать я перед смертью, после чего получил сообщение о семи процентах потерянного опыта и очнулся около северных ворот.

– Вот же, козлы старые! Доберусь до них, запихаю им в задницу их луки и колчаны со стрелами заодно!

Потом я еще целый час ругался со стражами у ворот, которые не хотели пропускать непонятную личность, щеголяющую в одних труселях, в город. Я им тыкал под нос пропускной кулон, грозил карами небесными и местными в виде герцога и Главного управляющего. В итоге, когда я доплелся до дома, я уже был готов поспать на столе в нашем ресторанчике, лишь бы не подниматься наверх.

– А, Пахан, уже проснулся? Молоток! – удивительно бодрый и радостный Майор впихнул мне в руки корзинку, – держи, здесь харчи. Подождите меня с Каляном здесь, я Пофига подниму и пойдем.

Я непонимающе посмотрел на корзину и на смурного Каляна. Тот после возвращения из долины бухал все дни, и сегодня, видимо, начнется его реабилитация по возвращению в мир живых. В его взгляде я тоже не нашел понимания ситуации, поэтому горестно вздохнув, стал ждать Майора. Он появился через пять минут, подстегивая спящего на ходу Пофига удочкой, будто пастух, заблудшую овечку. Согнав нас в пошатывающуюся отару, он погнал нас к выходу из города. Измученный сверх меры, я еле дотащил всученную мне тяжеленную корзину до берега реки, где и свалился со стоном на траву.

– Твое стремление, Пахан, прокачать силу и выносливость достойны всяческого уважения, но в твоем состоянии лучше бы ты убрал корзину в сумку. Ну, а впрочем, как хочешь. Что там с твоим планом?

– Первый пункт плана выполнен, – я одним глазом посмотрел, как он раскладывает снасти. Сегодня сходим в гости к Вандэнбруку и, надеюсь, выполним второй… Хотя, если бы Добрыня мне полденька уделил, все прошло бы гораздо легче.

– В сто первый раз тебе говорю…

– Да, понял я, понял, сами все сделаем. Ты главное лебедку мне достань. А сейчас лучше давай Каляна послушаем, пока он пиво не нашел, а то мы так и не знаем откуда он этих киборгов в долину Хаоса приволок.

История Каляна была скучна и банальна. Если бы я потрудился об этом подумать, я бы отгадал ее процентов на девяносто.

Калян после смерти встретился с Феней, они вновь добрели до начала фуникулера, и первым делом пошли проверить, что осталось от Половинчика. Тот оказался жив, если так можно сказать о безногом, одноруком големе, который и в лучшие времена, строго говоря, жив не был. Вокруг него кружился давешний некультурный призрак. Слово за слово, призрак припер откуда-то бутыль спирта, с выдержкой в восемь тысяч лет. В итоге через полчаса они уже побратались, а через час, выпив на брудершафт, начали присобачивать Половинчику части валяющегося рядом доспеха. Как ни странно это у них получилось, голем зашагал. Двое алкашей прослезились и хряпнули еще раз. После чего призрак с непроизносимым именем, по ба-а-а-альшому секрету признался, что ему требуется помощь. Оказалось, что народ Древних усиленно готовился к переселению в построенную ими же долину, но тут случился катаклизм (полнейшая банальщина, в общем), который похоронил их в какой-то пещере. А так как Древние были киборгами, они поставили свои организмы в режим ожидания и проспали все это время. Призрак ждал настоящего героя, минимум триста пятидесятого уровня, но для такого хорошего человека может сделать исключение. В общем, они обнялись, поцеловались (не знаю как, не спрашивайте меня) и побрели спасать народ. Ну как побрели, дошли до лестницы, скатились на щите вниз, а дальше, повинуясь невнятным приказаниям, их потащил на себе Половинчик. Разгребал вход в пещеру и сражался с поселившимися там монстрами тоже он. Калян же вместе с призраком только пускали слюни на пол. И очнулись они только, когда из пещеры поползли первые спасенные. Приняв благодарность и награду в виде бесполезного доспеха, (потому что он работал только на кристаллах Хаоса, а они вручили ему песчинку, которой хватило лишь на пару часов работы), он был отправлен куда подальше, с пожеланием не путаться под ногами. После чего, несколько обескураженный Калян, в сопровождении призрака, побрел дальше. Брел, брел, пока не набрел на зал с телепортами.

– Ну, а потом я просто лег спать, а проснулся уже на скале в долине Хаоса.

– Как так? А как же Пути Хаоса? Мы там несколько часов бродили, чуть не умерли несколько раз.

– А мне призрак подсказал одну хитрость. В долину Хаоса нельзя попасть в сознании. Надо или быть в отрубе или просто спать, а пути Хаоса служат, что бы человек притомился и отключился, в конце концов. А я просто уснул перед порталом, я ведь до этого чутка принял на грудь, а меня спящего Половинчик потом в портал спихнул.

– Твою-то мать, – простонал Пофиг, – а мы там чуть не замерзли насмерть, потом поджарились, затем на лягушачьих мочевых пузырях в колодец прыгали, а надо было просто спать лечь!

– Ладно, не стони, – я вспомнил стоящую в моем шкафчике баночку с зельем жизни, в вязкой глубине которого плавал кристалл хаоса, размером с грецкий орех, – ты же знаешь, все к лучшему. А ты Калян продолжай, что там дальше то было?

– Да ничего особенного. Кстати Древние решили из Половинчика нового хранителя долины сделать, ритуалы какие-то проводили, но я к вам отправился. Очнулся на скале, антигравы врубил и на свет полетел.

– Ага, эдакий двухтонный мотылек, видел бы, что с Принцессой ползунов произошло, когда ты в нее попал.

– Да я в нее не целился, у моего костюма бензин почти кончился, вот я и свалился, потом снова взлетел и он окончательно сдох. Вот, в общем, и все. Разве что еще вот.

Калян аккуратно вытащил из сумки большое глиняное сердце.

– Это Гошино, вернее четырех из них. И еще, вот это было у него с собой.

Еще бережнее он вытащил нечто, до боли напоминающее детский ночной горшок с крышкой, и лаконичным названием.

Ваза Единого Великого Духа. Божественный предмет. Вне категорий. Неразрушимый.

– Ничего себе это что, ночной горшок Великого Духа?

Громыхнула молния, ударив меня прямо в темечко. Хорошо хоть площадь заземления пятой точкой была довольно обширной, и ток, пробежав по телу веселой змейкой, благополучно ушел в землю.

– Все, понял, я понял, – я аккуратно стряхнул превратившиеся в пепел волосы, потрогал образовавшуюся проплешину, – все, больше не шучу. Но тогда, что это?

Я откинул зажимы, приподнял крышку – пусто. Провел рукой по внутренней поверхности, абсолютно чисто и гладко:

– Горшочек вари?

В этот раз громыхнуло гораздо сильнее. Стоящее рядом дерево расщепилось пополам и загорелось.

– Пахан придурок, – Майор отцепил мои скрюченные пальцы от горшка и убрал его к себе в сумку. Надо подумать для чего оно, а пока пусть у меня полежит.

Он печально посмотрел на догорающее дерево, на поплавки так и ни разу не нырнувшие в воду.

– Блин, а я ведь целую неделю здесь рыбу прикармливал, куда она вся подевалась?

Мимо нас прошлепал старикан, с огромными ступнями и какими-то странно обвисшими ушами.

– Здесь рыбы нет. Нету рыбы.

Тяжело вздохнул и побрел дальше.

– Да, как нет? Я даже отсюда вижу, вон тени в воде мелькают.

– Нету рыбы…

– Да ладно вам, нету, – я лег на берег и опустил голову в воду. Открыл глаза. Две сотни двухметровых рыбин глянули на меня в ответ. Длинные, тощие, будто высохшие тела, с торчащими сквозь чешуйчатую кожу ребрами. Впереди стаи, мерно покачивая хвостом, завис особо крупный экземпляр.

Морская погибель. Мертворожденный вожак. Уровень 204. 112.000/112.000.

Умения: атака стаей, кровопускание, неутолимый голод, регенерация.

Особенности: защита от магии воды 50%. Защита от магии жизни 50%. Иммунитет к магии смерти. Иммунитет к ментальной магии.

(создатель игрок PAHAN).

Огромные челюсти, усаженные зубами – иголками, тускло светящиеся глаза, и аура разнообразных чувств, будто окружающих их. Голод, боль, злоба и… любовь? Я ошарашенный вытащил голову из воды. Пожалуй, мне надо будет вернуться сюда одному.

– Пришлые Пахан и Пофиг, – басом прогудело у меня над ухом, – вы арестованы за незаконное проникновение апартаменты господина Вандэнбрука!

Глава 11

– Э, мужики, че за дела, – между нами и стражей влез Майор, – за что? Какое еще проникновение!?

– Майор успокойся, все в порядке, – я отстранил его в сторону и с повинной головой шагнул к стражам, – виновны, ведите. Только это, Пофига не забудьте. Успокойся, – это уже возмущенно пискнувшему Пофигу, – все что ни делается, все к лучшему. Полежим, отдохнем малань в клетках. Все лучше, чем весь день слушать, как Майор ноет, что рыба не ловится.

Вспышка света, толчок в спину и мы уже стоим в подвале герцогского замка. С прошлого нашего визита тут ничего не изменилось. Обширное каменное помещение, заставленное клетками и освещенное единственным факелом.

– За незаконное проникновение и порчу имущества вы приговорены к одним суткам ареста и штрафу в двести золотых монет.

Монеты звякнули, стальные двери проскрипели, кандалы тихо сомкнулись на ногах, стражи скрылись за дверью дежурки, а мы остались одни, каждый в своей клетке.

Я встал и начал измерять клетку шагами.

– И что это такое было? Что за арест? И куда это я проник и что попортил?

– Два с половиной на три и в высоту нормально.

– Чего?

– Клетка говорю просторная, хорошая.

– Да при чем здесь клетка? Я тебя спрашиваю…

– Как причем клетка? Ты и здесь хочешь откосить? С розовой лентой не помог, оставил меня наедине с этой толстой теткой, и здесь опять за старое?

– Какая нахрен тетка? Какая розовая лента и при чем здесь клетка?

– Ты, вообще, собираешься нам помогать с охотой на единорога? Не успели мы вернуться, как вы с Майором мне все уши прожужжали, что это теперь наш город и всех его врагов надо валить. Я согласился, разработал план устранения чертового единорога. Ты, будешь мне помогать, или, ты, в стан врага переметнулся?

– Совсем сдурел, в какой стан? Какого врага?

– Тебе виднее, ты же переметнулся.

– Так, стоп. Ответь только на несколько вопросов. Первый – почему мы здесь?

– Потому что, вы, меня к Добрыне не пускаете из-за его дурацкого социального задания.

– Ладно, ничего не понятно, но пойдем дальше. Для чего мы здесь?

– Когда я выберусь из этой клетки, я тебя задушу. Нет, ты тогда переродишься и снова себе ногу отрастишь, а мне нравится, как ты на своей деревяшке скачешь. Лучше я тебе вторую сломаю.

– Ты можешь просто ответить?

– Чтобы единорога замочить.

– Хрен с тобой, а почему меня посадили, я то никуда не проникал.

– Ну, это ты так думаешь. А надписи говорят о другом.

– Какие к чертям надписи?

– Первая на розовой шелковой ленте, в которую был наш подарок завернут: "Главному Управляющему, от Пахана и Пофига с любовью".

– Пусть так, – с кряхтением согласился он, – но это не значит, что я там был.

– Для этого служит вторая надпись, я ее нацарапал глефой на его столе: "Пахан и Пофиг были здесь. 2058 год".

– Зачем? Для чего ты это сделал?

– Я устал повторять, что бы завалить единорога, и к тому же, стол этот. Такой огромный, полированный, весь аж сверкает в лунном свете, вот и не выдержал, нацарапал на крышке… Бесит.

– Постой-ка, до меня только дошло, ты, сколько сегодня спал?

– Это не правильный вопрос.

– Понятно. Ты, сегодня спал?

– А вот это уже правильный вопрос…

– Понятно, устраивайся на этой восхитительной, сравнимой по твердости с бетоном соломе, и дрыхни, а то у тебя совсем крыша поехала.

– Пожалуй, действительно посплю, – на меня разом накатилась страшная усталость, и я свалился на солому. Действительно твердокаменная, с нашего прошлого посещения данного заведения ничего не поменялось. Герцогу что ли пожаловаться, совсем не следит за своей тюрьмой.

Потом мысли стали путаться, но я все же спросил мага, о чем это они все шепчутся с Майором.

– Да не о чем, – он устало откинулся на решетку и начал рассказывать. Я его про тот день расспрашивал, когда мы к Логову Хаоса ходили. У них тут тоже было весело. Раздолбаи срулили выполнять квест по зачистке города, а наши домой пошли. Майор первым делом к провалу метнулся, который образовался после того, как тот огромный жучара из земли вылез. Танкер что ли называется? Ну, тот, внутри которого ползуны приехали. А он на месте оказался, все там же и торчит. А внутри перегородками весь разделен и коридорами прорезан, будто жилая многоэтажка. Они с Добрыней до самого низа спустились и там где у обычных жуков выходное отверстие нашли работающий портал. Майор вспомнил, как ползуны сюда людей волокли, сложил два плюс два и понял, что с той стороны портала его ждет город ползунов и рванул к герцогу. Тот к тому времени еще в отрубе был, он, кстати, до сих пор еще не отошел. Но гонцов своих прислал, сказал, как только сможет, всех нас наградит за Логово Хаоса, но я сейчас о другом. Майор Вандэнбрука из постели поднял, рассказал о том, что видел. Тот вскрыл неприкосновенные запасы взрывчатых веществ. По огромной бочке пороха с зажженными фитилями в каждый портал закатили, после чего порталы потухли. Только один, самый дальний от города работать оставили. Обложили весь труп взрывчаткой, поставили охрану, если что сразу все взорвут…

Перед моим взором пронеслась странная картина. Когда-то зеленая долина, посреди которой пламенеет гигантская пентаграмма. Ближе к горам и пронзающим ее пещерам расположено странное сооружение. Будто гигантский скелет доисторического динозавра, антрацитово – черного цвета, увитый такого же цвета, то ли кабелями, то ли лианами, спускающимися до земли и еще дальше к провалам в земле, на дне которых светятся голубые овалы. Вокруг суетятся тысячи ползунов, занимающихся своими делами, и вдруг порталы мигают и во все ямы одновременно вкатываются огромные бочки. Пятисекундная тишина, а затем грохот взрывов. Земля и ошметки насекомых взмывают в воздух. Пыль закрывает всю панораму. Камера будто отъезжает, и я вижу склон заросший лесом. На вершине самого высокого дерева сидит Остап и вглядывается в открывающуюся картину. Затем пара прыжков с ветки на ветку и он оказывается на земле среди своего отряда, указывая рукой в направлении взрывов. Отряд, состоящий из сотни самых разных существ, направляется в ту сторону. Сам Остап на секунду останавливается и глядит на меня.

– Двести сорок шесть.

– Что?

– Я говорю двести сорок шесть заявлений. Сержант, давай, поднимай этого лежебоку, ночью поспит.

Ведро холодной воды обрушилось на меня, моментально сбив весь сон. Чьи-то руки подняли меня и поставили на ноги.

– Господа, – пробурчал я, вытирая лицо, – вам срочно надо что-то менять в вашем методе побудки. Мягкий массаж, имитация дневного освещения, приятная музыка, ну или, по крайней мере, обычный будильник.

– Странно, до тебя никто не жаловался. Да и ты привыкнешь, заходи только почаще.

– Кхе, кхе. Нет. Уж, лучше, вы, к нам.

– Обязательно зайду, о вашем ресторане уже легенды по городу ходят, но сейчас я к вам с благодарностью.

– Мда?

– А, как же. Во-первых, ваш подарок – очень редкий алхимический ингредиент. Такие, один раз в сто лет появляются в нашем мире. Не знаю, как вы узнали, что я увлекаюсь алхимией, ну да это и не важно. В общем, из него получилась сотня изумительных зелий. Девяносто восемь из них пойдут на аукционы крупнейших городов. Я уверен, что толстосумы неслабо раскошелятся, наш город удвоит свой годовой доход, и мы сможем очень быстро его восстановить.

– Удвоить годовой доход города? Что там у вас за зелья такие? Они что, дарят вечную жизнь или превращают свинец в золото?

– Не совсем. Они восстанавливают мужскую силу… Навсегда… Так что, я думаю, стареющие богатеи не поскупятся.

– А почему на продажу девяносто восемь пойдет? – Влез Пофиг. Для себя парочку оставили?

– Нет, конечно, для вас. Не мог же я столь благое дело оставить без награды. Ты может, наконец, найдешь себе достойную самку единорогого суслика, или кого, ты, там своим доспехом приманиваешь? Пахан же тоже может, начнет в окна к девушкам лазить, а не к старому больному управляющему.

Он торжественно вручил нам по одному невзрачному пузырьку темного стекла.

Великий Индивидуальный Альтернативный Гарант Радости (ВИАГРа) – название странное какое-то, но, надеюсь, оно делает то, что и положено. За такое зелье можно получить много чего интересного.

– Ну, по поводу зелий мы еще с вами встретимся. Мы с герцогом посовещались и решили выделить вам два процента от суммы их продажи.

– Два процента? Уж лучше бы поделились рецептом, вдруг нам такая хреновина еще раз попадется.

– Два миллиона золотом и рецепт ваш.

– Ладно, пять процентов так пять, уговорили.

– Два и перейдем к следующему вопросу.

– К какому еще следующему вопросу?

– Ну как же? Ваш подряд на очистку труб, дымоходов, каминов и так далее.

Мое сердце неприятно сжалось.

– Никаких очистных работ, это какая-то ошибка!

– Никакой ошибки, вот двести сорок шесть заявлений, – он потряс перед моим носом внушительной кипой бумаги, – где люди утверждают, что вы подрядились помочь им с их бедой.

– Клевета и поклеп, – попытался вклиниться я, но был остановлен чувствительным пинком по седалищу.

– Не знаю, продолжил Управляющий, – откуда вы узнали, что один из прорывов ползунов случился прямо около гильдии трубочистов, и все они погибли. Но это, к сожалению, так. Время прошло мало, и проблема еще не встала очень остро, но она все же существует и я рад, что вы добровольно взялись ее разрешить. Да еще в такие короткие сроки – три дня на две с половиной сотни объектов, это очень смелое заявление.

– Или очень тупое, – вновь влез Пофиг.

– Возможно, – согласился Вандэнбрук, – но я уверен, у вас все получится. Тем более, что за невыполнение – штраф сто золотых монет.

– Я согласен на штраф, – быстро согласился я.

– С каждого заявления.

– Дайте сюда, – я выхватил из его рук кипу заявлений.

– Вот и отлично, я даже сокращу вам срок отсидки: до завтрашнего утра. Поспите в наших уютных камерах и за работу.

– Спасибочки, ваша забота так трогательна.

– Да, всегда, пожалуйста, завтра в четыре утра вас выпустят. Сержант закрывайте их и на выход.

Хлопнули двери, проскрежетали ключи, прошуршали шаги, скрипнула еще одна дверь и мы опять остались одни.

– Ты подарил этому засранцу алхимический элемент, стоящий как наш дом?

– Ну, чисто технически да, но без рецепта он нам все равно не нужен.

– Спорное утверждение, но допустим. Но двести сорок восемь заказов на очистку труб…

– Всего двести сорок шесть.

– Двести сорок шесть, для чего?

– Не для чего, а почему.

– Почему?

– Во-первых, потому что меня не пустили к Добрыне.

– А во-вторых, почему?

– А во-вторых, не почему, а для чего.

– Так для чего?

– Алиби.

– Понятно.

Я перекинулся в мышь и, умудрившись ни разу не начать охотиться на тюремных тараканов, добрался до клетки Пофига. Там я перекинулся обратно, через решетку толкнув сидящего мага в плечо:

– Ну чего расселся, давай за работу.

Пофиг от неожиданности вздрогнул и непонимающе уставился на меня.

– За какую работу?

– Пофиг, надеюсь, ты сюда пришел не на свидание с местными клопами? Ты, вообще, собираешься мне помогать? Или мне опять одному все здесь делать?

Я бегал кругами, разбрасывая вокруг клетки старые звериные шкуры.

– Помогать? Чем помогать-то!?

– Клетку разбирать, конечно.

– Клетку? Зачем? Как?

– А! Тут такое дело, я в прошлый раз, когда здесь сидел, заметил, что штыри, соединяющие стены, короткие. Если взять скамейку и надавить, они снимутся.

– Какая скамейка? Здесь одна старая солома только.

– Не боись, скамейку я с собой принес.

Я вытащил из сумки скамейку и подставил под одну из стен.

– Ты притащил скамейку? Почему тогда не лом?

– Не знаю, скамейкой, по-моему, правильнее будет. Ты длинный, давай, держи верхнюю решетку, что бы она на нас не свалилась.

Резкий рывок, и одна из стенок приподнявшись, отвалилась, мягко упав на шкуры. За ней вторая, затем мы сняли верх. В кандалах Пофигу работать было не удобно, но ключей от них я в столе Вандэнбрука не нашел, хоть и надеялся на это. Упала третья, а затем четвертая стенка. Обычно в играх тюрьмы защищены от всяческого воздействия игроков, но эта игра явно сырая, много всяческих багов, чем мы сейчас и воспользуемся.

– Держи мелок, подписывай пруты, полностью стена в сумку не лезет, придется разобрать, а потом собрать заново.

Слава богам, охранники не тревожили нас своим вниманием, и к двум часам ночи работа была завершена. Я закинул в свою клетку пару шкур, вновь перекинулся в мыша, залез внутрь и уснул.

– Ты почему не в клетке!

Побудка опять была жесткой. Какой-то дебил разорялся, не свет ни заря.

– И вообще, где она! Что здесь происходит!

Я кое-как дополз до решетки и уставился на сержанта, который орал на, лежащего на кучке соломы, Пофига. Это было все, что осталось от его клетки.

– Еще раз спрашиваю, где клетка?

– Похоже, вас ограбили, вынесли только клеть.

– Сержант, ну что, вы, так орете, не думаете же, вы, что он ее забрал?

– А, ты, заткнись вообще! И почему на тебе кандалы не одеты?

– А, не обращайте внимания, в них просто спать неудобно и, вообще, уже четыре часа, – я помахал у него перед носом кипой бумаги. Нас выпускать пора, у нас поручение от господина Вандэнбрука.

– Двести сорок шесть поручений, – поддакнул Пофиг.

– А если вам что-то не нравится, пойдемте к нему, я думаю, он будет рад нашему раннему визиту.

Сержант весь покраснел, но ничего не ответил, приказав нас освободить, и пинками погнал к выходу.

На улице только начинался рассвет, и меня всего передернуло от холода.

– Какой дубак. Сержант, не продадите свой шикарный плащик?

– Два, пожалуйста, – поддержал Пофиг.

Створки дверей перед нашим носом с грохотом схлопнулись, и из-за них послышались удаляющиеся раздраженные шаги.

– Ну и ладно, не больно-то и хотелось.

Я посмотрел на аккуратные связки стальных шестов сложенных в сумку, вторая часть плана почти закончена.

– Пошли домой, предстоящие деньки будут жаркими и суетливыми.

– Ты это имел ввиду, говоря о жарких и суетливых деньках?

Мы с Пофигом сидели на крыше, суетливо ковыряясь палками в печной трубе дома.

– А что, жарища вон какая, у меня уже все ноги обгорели, а тело в этой чертовой кирасе просто сварилось. Но ты прав, суетимся мы зря. Уже три часа прошло, а мы только измазались как черти, а еще ни одного задания не выполнили. Но тут у меня возникла идейка, надо ее проверить.

– Мы все умрем.

– Да нет, не должны. Не знаешь, Парацельс все еще ходит к нам в ресторан на завтраки?

– Ни дня не пропустил, по-моему, еще толще за эти дни стал. Я, кстати, с ним договорился об обучении, будут подтягивать меня в алхимической науке.

– Это дело хорошее, а сейчас давай, спускаемся, надо к этому делу пару дармоедов припахать.

– Доброе утро господин Парацельс, – как только мы вошли в зал, я сразу же взял быка за рога, подсев к главе местных алхимиков. Просто прекрасно выглядите, да вы не отвлекайтесь, кушайте, кушайте. У меня к вам один вопросик. По-моему, ваша гильдия занимается производством взрывчатых веществ? Мне нужны триста связок карнавальных петард.

– К сожалению, все производство, как вы выразились, взрывчатых веществ, направлено на пополнение городских запасов, уничтоженных в ночь Большой смуты и последующего нападения ползунов.

– Действительно жаль, ведь если я не добуду эти петарды, нас выгонят из города и ресторанчик наш закроется. Но вы не переживайте, я распоряжусь что бы за этот завтрак у вас платы не брали, все таки он будет здесь для вас последним. Доброго вам дня, – я откланялся, – прощайте.

– С другой стороны, как можно не помочь своим компаньонам, коллегам и, можно сказать, друзьям? Что вы говорите вам нужно и когда?

– Триста связок петард, а на счет времени, можете не беспокоиться, у вас есть целый час.

Я еще раз поклонился закашлявшемуся алхимику и смылся, пока он не передумал. Все-таки МарьИвановна у нас настоящее сокровище. Подсадим местный бомонд на ее готовку, и все двери в городе будут для нас открыты. Только ремонт надо здесь организовать, да прислугу нанять, а то наши уже зашиваются.

С этими мыслями я ввалился в свою комнату. Как ни странно, престарелые эльфы оказались здесь. Обычно они с самого утра ошивались в саду, но видно принятая вчера на грудь бутыль вина, подкосила дряхлые телеса.

– Подё-ё-ём! Рядовые стройсь!

Видимо сработало шестое чувство или давно дремлющий внутренний голос подсказал, но я успел нырнуть за дверь до того, как в нее воткнулись две стрелы.

– Опять этот вчерашний упырь вернулся, – донеслось из-за двери, – и чего ему только неймется? К Паху нашему, небось, шастает, извращенец проклятый.

– Да это я, придурки! Пахан! Просто я в саже испачкался, а вы меня чуть третий раз уже не убили! Подъем и марш во двор, через пять минут там общее построение.

Я начал спускаться с лестницы, но затем вновь поднялся:

– И сами, вы, упыри!

Ушел и вновь вернулся:

– И извращенцы!

Общее построение вышло так себе. Эльфы развалились на лавочке в тени дерева, передавая друг другу бутыль с чем-то освежающим. Надеюсь там не спиртное, они мне сегодня нужны во вменяемом состоянии. Пофиг же расхаживал по двору, перебирая в руках кучу свитков из пожелтевшего пергамента. Они один за другим превращались в пепел, который тут же уносил поднимающийся ветерок. Я, наконец-то оттертый от слоя сажи, нервно барабанил пальцами по стене дома.

– Пофиг, ты чего все суетишься, пора инструктаж проводить, отвлекаешь. Чего ты там вообще делаешь?

– Парацельс рецепты алхимические приволок. Сказал, что бы гарантировано делать средние по сложности зелья, нужно знать сотню простых рецептов. Чтобы начать учить сложные, надо знать сотню средних и так далее. Только этот скряга приволок сорок три рецепта малого зелья маны и пятьдесят семь малого зелья жизни. Теперь я могу их сделать из чего угодно. Например, смешав банановую кожуру и толченый гравий, сопли выхухоли с хухлями соплевика, или свиные пятачки со щепоткой перхоти, но как делать другие зелья я не узнал. Надо будет сделать так, что бы ему завтра столика в нашем ресторане не досталось, будет знать, как наших обижать.

– Хорошая мысль, сделаем. И еще. Если ты мне хоть раз всучишь зелье из свиных пятаков и перхоти, всю оставшуюся жизнь будешь вывеской ресторанной работать.

Пофиг убрал оставшиеся рецепты и уставился на меня.

– Ты, чего нас позвал-то.

– Я позвал? А, да, позвал. Как ты знаешь, на послезавтрашний день у нас назначена операция, результат которой может вызвать негативную реакцию у властей города. Поэтому мной было придумано гениальное алиби – мы три дня без перерыва занимаемся чисткой труб. Если что-то произойдет, мы не причем, нам не до безобразий, мы по уши в печной золе и саже скачем по городу. На самом деле, нам надо справиться быстрее, поэтому вот!

Я показал на веревку, к которой были привязаны пяток петард.

– Мы спускаем ее в трубу, зажигаем запал и вуаля. Вся сажа осыпается вниз, где ее и ловят в мешок наши временные постояльцы.

– Я не понял, ты это про нас что ли? Хочешь, что бы мы трубочистами работали?

– Напомни-ка, – поддержал его другой, доставая стрелу, – у тебя какое яйцо-то было лишним? Правое вроде?

– Так. У меня все нужное. Если хотите сами на крыши лазайте. Двести сорок шесть раз. А мы внизу будем с мешком дежурить.

Эль убрал стрелу и забрал у меня связку петард. Фитиль загорелся, петарды полетели на дорожку. Эльф смотрел, отбивая дробь пальцами. Секунд через шесть-семь петарды по очереди рванули.

– Где тут у вас ближайший адрес? Пошли кое-что проверить надо.

– Добром эта затея не кончится, – хором пробормотали мы с Пофигом и обреченно зашагали к первому адресу.

Первый адрес был всего в двух домах от нас. Впустивший нас хозяин, показал жестом на камин. Пара минут и мешок закреплен под дымоходом, мы с Пофигом его поддерживаем, а хозяин вышел на порог крикнуть помощникам, что можно начинать.

– А что это они делают? – удивился хозяин, глядя на меня.

– А что они делают? – поинтересовался я.

– Они… – он не успел закончить, как в трубе загрохотало и что-то свалилось в мешок. В следующий миг это начало взрываться, превращая в решето мешок, и заодно мою нервную систему. А еще через миг сверху рухнуло с полцентнера мелкой как тальк золы. Она клубами разошлась по комнате, медленно оседая на нас, на полу, коврах, мебели и на хозяине дома. Я заглянул в трубу, подошел к часто моргающему хозяину, взял его безвольно висящую руку и приложил его большой, испачканный сажей палец к договору.

– Поздравляю, ваша труба чиста и свежа, как майская роза. Заказ выполнен, если что, обращайтесь к нам еще.

Схватил так и застывшего у камина Пофига и выволок на улицу, где два дебила почему-то спорили о влажности окружающего воздуха и поправке на ветер. Увидев нас, они осеклись, перестав размахивать руками.

– Ёксель-моксель, а вы чего такие черные? – удивился Ром.

– Из-за тебя болван! – влез Эль, – говорил тебе фитиль на два пальца укоротить надо, а то слишком поздно петарды взорвутся, а ты нормально, нормально, пока еще стрела до трубы долетит, как раз все будет.

– Вы что петарды в трубу стрелой забросили?

– Естественно, ты ж не думал, что мы на крышу полезем? Но хватит болтать, а то вон хозяин дома начал первые признаки жизни подавать, валим отсюда, в следующий раз все будет хорошо.

И как не удивительно, дальше действительно все пошло хорошо. Минута на натяжку мешка, высокая дуга полета стрелы, микровзрывы, пара минут, на то, что бы зола осела в мешок, подпись хозяина и следующий дом. Была только одна проблема, наши великовозрастные дитяти чуть не передрались за право стрелять в очередную трубу.

К полудню мы так приноровились, что я назначил Пофига главным трубочистом, а сам от них слинял, под предлогом срочных дел. Дела и на самом деле были. Перво-наперво, я выбрался из города, и кое-как отмывшись в первом же ручье, зашагал к Сытому Борову, таверне на целый месяц ставшей нам домом. Там, до сих пор, стоял наш Драккар и надо было убедиться, что с ним все в порядке, конечно, с многотонной каменюкой мало что можно сделать, но все же.

Все оказалось нормально, но встречал нас не старый хозяин, а молодой веселый паренек. Я уж было огорчился, что со старым произошла беда, но все оказалось намного лучше. Оказалось, что за два дня до нападения ползунов тот нашел клад. Да, да настоящий клад. Целую кучу драгоценностей и волшебных вещей. Не раздумывая долго, он подарил таверну своему племяннику, оплатил телепорт в столицу и отбыл туда на постоянное место жительства. Про Драккар он племянника предупредил и тот стоит в амбаре, как и прежде. Расплатившись с ним за постой, я повел Драккар в город. Ворота в город были огромные, центральные улицы широкими, так что добрался я до дома без проблем, разве что пришлось заплатить пошлину за въезд, как за груженую телегу, да немного постоять в пробке из запряженных лошадями экипажей. Прибыл я как раз вовремя, мужики из сокланов стояли около нашего дома и чесали репы. Мое предложение назвать таверну: «Гарцующий единорог», народ отклонил, а непросыхающий в последнее время Калян, сотворил шедевр вывесочного искусства с другим названием, но как повесить его над рестораном сообразить они не могли. Ведь это была здоровенная бандура – черная воронка из обожженного дерева, из которой вылезала голова и передние лапы королевы ползунов, а под ней готическими буквами было вырезано название "Голова Мертвой Королевы". Строго говоря, это была голова Принцессы ползунов, но королевской у нас пока не было, как только добудем, поменяем. Или, может, на титул барона для кого-нибудь из наших махнем. Не знаю, время покажет. Но и сейчас вывеска привлекала внимание абсолютно всех. С помощью Драккара нам удалось поднять и закрепить ее над дверью и посмотреть на нее вышли даже уже сидящие внутри посетители. Мда…, вышло мощно. Правда память о нападении ползунов на город слишком свежа и еще кровоточит, но надеюсь, у нас найдется бальзам и на эту рану. Пришлось вырвать из толпы Майора и полететь к герцогскому замку.

– Мы к Вандэнбруку? Что время пришло?

– Ну, судя по тому, что передает Абрам Моисеич, то у нас еще час. Надо заручиться поддержкой начальства и добыть помощь.

– Может, свернем к восточным воротам, там говорят, наконец-то, начали открываться магазины. Прибарахлились бы, надоело уже в этих лохмотьях ходить.

Я глянул на таймер:

– Не плохо бы, но не успеваем, придется на обратном пути заехать, неизвестно, сколько еще нас ждать заставят.

Я спрыгнул на землю и забарабанил кулаками в ворота замка. Раньше тут стояли часовые, но после нападения на город, весь почетный караул поснимали, отправив военных на патрулирование улиц или на восстановительные работы. Дело конечно благое, но как теперь до начальства достучаться?

– Отойди-ка в сторонку, – Майор отлетел и, разогнавшись, треснул по воротам углом Драккара.

Открывшего в этот момент одну из створок сержанта унесло на несколько метров. Невезучий какой-то этот сержант, то его зубной щеткой полы заставляют чистить, то ценное имущество во время его дежурства из тюрьмы пропадает, теперь вон дверью чуть не пришибло, надо ему помочь немного. Схватив его за грудки, я вздернул его вверх, поставил на ноги и влепил пяток пощечин, что бы его немного взбодрить. Пусть только после этого он когда-нибудь посмеет еще сказать, что от нас одни только неприятности.

– Сержант, дружище, нам бы с твоим начальником повстречаться, давай бегом, одна нога здесь другая тоже уже здесь, но только с Вандэнбруком.

– Опять ты! – сержант, наконец, смог сфокусировать на мне свой взгляд, – чего, ты, опять приперся, от тебя тут только одни неприятности!

А кто ему, спрашивается, только что подняться помог? Вот ведь неблагодарная скотина!

– Чего, тебе, опять надо, ирод?

– Вандэнбрука, – видя, что человеку нехорошо, просто повторил я.

– Вали отсюда, пока я солдат не позвал, голодранец!

– Начальник, зачем обижаешь честных эксгибиционистов? – начал было я, но тут с небес громыхнуло Майоровским голосом.

– Молчать! Перед тобой стоят два Рыцаря его величества! Или, ты, немедленно докладываешь о нас Вандэнбруку, или проведешь остаток дней, добывая уран на медных рудниках! Пшёл вон!

Бедного сержанта, будто ветром сдуло. А, Майор-то молодец, я лично забыл давно про пожалованное нам звание, а оно вон как удобно оказывается. Подошел, например, к какой-нибудь милашке, взял ее нежно за руку, к ушку ее наклоняешься и так вкрадчиво, как только рявкнешь: " Перед тобой целый рыцарь стоит! Панталоны прочь, ать-два!" И все, красотка разомлела и вся твоя.

– Убери эту идиотскую улыбку со своей рожи, – спустившийся с небес, а вернее с Драккара Майор, толкнул меня в плечо, – у нас важная встреча, а ты опять о бабах думаешь!

Твою мать, как он все время мои мысли читает?

– И ничего не о бабах, я думаю, как лучше провести предстоящую операцию.

– О предстоящей резне только Чикатило с такой улыбкой может думать, или ты у нас тоже маньяк-убийца?

Достойного ответа я найти не успел, прискакал наш запыхавшийся посыльный:

– Господин Вандэнбрук ожидает вас.

Полыхнул портал, и мы оказались в кабинете Главного управляющего. С моего последнего посещения здесь ничего не изменилось, даже надпись на столе все еще присутствовала на месте. Сидящий на краешке стола, сын герцога, обсуждал что-то с управляющим, водя по надписи пальцем.

– Господа, – увидев нас, он приветливо кивнул, – рад снова вас видеть, жаль что судьба так и не благоволит вам, одежка на вас еще хуже, чем в нашу первую встречу. Не могу смотреть на такую несправедливость, ведь вы столько сделали для нашего города. Пойдемте ко мне, подыщем что-нибудь подходящее из моего гардероба.

Сказочное предложение, особенно для Майора, нахаляву получить вещи некроманта…

– Очень щедрое предложение, но время не терпит. Господин Вандэнбрук, нам нужен пропуск через портал, оставленный нами в одном из жуков-танкеров. Туда и, главное, обратно.

– Для чего позвольте спросить?

– У нас есть шанс возвратить часть похищенных ползунами граждан Другмира.

– Возвратить? Из логова ползунов? Это невозможно, они все уже мертвы.

– Их уже освободили, хм, наши союзники и продвигаются в сторону портала. Но сопротивление оказалось гораздо сильнее ожидаемого и им нужна помощь. Нужно расчистить площадку перед телепортом.

– Сколько у нас времени?

– Можете сильно не торопиться, у вас есть целых три минуты.

– Понятно. Лейтенант! – этот вопль предназначался уже амулету, – спецотряд во внутренний двор, через минуту общий сбор! Святош, лекарей туда же.

Управляющий, раздавая указания, открыл шкаф и начал доставать оттуда части затейливого доспеха. Механика игры облегчила ему жизнь, доспехи одевались сами, стоило к ним прикоснуться, без этого он полдня бы в них облачался. Последним на место встал глухой шлем с узкой прорезью для глаз и гигантская загнутая сабля, закинутая за спину. Гора железа повертела идеально пригнанными сочленениями доспеха и уставилась на меня. Я разгладил складочки на труселях и уставился на него:

– Куда-то собрались?

– Пахан, заканчивай со своими тупыми вопросами, я тебе это уже говорил. Сейчас в городе осталось слишком мало боеспособной стражи и военных. Я с вами.

– А кто тогда городом управлять будет?

– Димитр справится, да и герцог почти уже поправился.

– Не, я с вами, – влез молодой некромант, – каждый боец на счету.

– А, кто городом управлять будет?

– Отец уже почти поправился, а мне надоело сидеть без дела, я с вами.

– Нельзя оставлять город без правителя…

– Стоп, – влез Майор, – если все пойдет как надо, мы вернемся через полчаса. Так, что все на выход.

Некромант отсалютовал нам жезлом и первым исчез во вспышке портала. Вторым исчез Вандэнбрук, а мы с Майором остались одни в комнате, недоуменно переглядываясь друг с другом. Через пять секунд из воздуха вылезли две закованные в латы руки и утащили нас к себе. Во внутреннем дворе замка царила сумятица: закованные в полный латный доспех воины, вокруг которых крутились одетые в черную тканевую одежду ниндзя. Скорее всего, это были не они, но уж больно похожи. Здесь же были и десяток арбалетчиков, с ручными арбалетами, размером не меньше нашей Немизиды. Среди всех выделялся одинокий, пожилой маг – стихийник, сидящий на лавочке подальше от остальных и с кислой миной внимавший что-то говорившему ему Пофигу. Сзади того бестолково переминался с ноги на ногу здоровенный черный голем, поблескивающий желто-оранжевыми искорками. Здесь же тусовались Альдия с Олдригом, Каляном и двумя приблудными эльфами.

– Вы, чего здесь делаете? Договорились же на месте встретиться.

– Сержант местный нас перехватил, сказал, бафы будут на рейд накладывать.

– А этот громила черный откуда?

– Так Пофиг, трубочист наш доморощенный, столько сажи натаскал, пол двора ей завалил. Вот Майор и сделал из него голема, что бы зола под ногами не мешалась.

– Надеюсь, он ему сердце не ползуна поставил, нам одного перебежчика за глаза хватило.

– Нет не ползуна, – подошедший Майор покачал головой, – я же слышал ваш рассказ о Гоше, и вообще заканчивайте болтать, бафер явился, получаем благословения и на выход.

Процесс получения благословения был больше похож на выступление танцоров – чечеточников. Пара подростков, как писал один поэт: "Юноша бледный со взором горящим", вышли перед строем, пританцовывая под одну им слышимую музыку. Один выбивал ритм стремительно мелькавшими пятками, второй ходил вокруг него вприсядку, отчебучивая коленца и активно махая руками. Довольно увлекательное зрелище, но действо трудоемкое, я смотреть-то устал на то, как они стараются, а выделывать такое самому… Да ладно еще здесь, а если на поле боя? А ребята все больше входили в раж. Первый начал прихлопывать в ладоши, что-то подвывая себе в такт, второй поскакал вокруг первого в обратную сторону, все выше подкидывая ноги, подбадривая себя воплями: "Хэй, хэй, хэй, хэй!"

– Простите, извините, – мимо нас протолкался бронированный Вандэнбрук и схватил пацанов за уши.

– Старски, Хатч! Придурки малолетние! Вы что, опять мухоморовыми спорами надышались? Вы же целый день под присмотром, когда вы в лес за грибами бегать умудряетесь? Быстро благословения наложили, и марш сортиры чистить, утырки недоделанные! Извините, – обратился он к нам, – прислали из столицы придурков. Из академии их отчислили, вообще в штрафные роты должны были забрить, да родня подсуетилась, к нам на шею их посадили, на перевоспитание.

– Еще раз и вышлю вас к военным, там цацкаться с вами не будут. Чего молчим? Благословения давайте!

– Благословляем и все такое, – пробормотал один.

– Ну, типа того, – поддакнул другой.

На вас наложено групповой баф: Великое благословение Единого Духа. Все основные характеристики +50% сроком на три часа.

На вас наложено групповой баф: Великий дар Единого Духа. Сопротивление всем видам урона +25% (но не более 95%) сроком на три часа.

– Охренеть, а у ребят-то талант.

– Только поэтому я их и не придушил пока, как котят.

Незадачливых пацанов уволокли на ассенизаторские работы, а мы, наконец, выдвинулись в путь. Ну как выдвинулись? Местные исчезли во вспышках индивидуальных телепортов, им надо еще разминировать дорогу, подготовить пути отступления для мирных жителей. А мы по старинке полетели на Драккаре, управляемом сыном герцога. Тот напросился полетать с нами, порулить столь экзотическим средством передвижения. Я показал ему, как работать управляющим бревном и мы направились к городским воротам.

– Извините, что оторвали вас от дел, наверняка вы занимались чем-то серьезным?

– Нет ничего серьезней жизни, доверившихся тебе людей, так что остальное подождет. Тем более что нужный человек еще не прибыл, а без него у меня вряд-ли что получится.

– А что за дело, если не секрет?

– Не секрет, все жители уже знают, в реке завелась непонятная нежить. Она уничтожила всех речных обитателей, включая гигантских груперов, волшебных созданий типа русалок, водяных и кикимор. На вид они похожи на обычных рыб-зомби, но тут не все так просто. В отличие от первых, эти словно живые, растут и обучаются, если они еще и размножаться начнут, то это станет бедой всего мира. И самое главное, я не могу почувствовать хозяина создавшего их. Проще всего было бы перехватить управление ими у хозяина и просто приказать выброситься на берег. Но его как будто нет, такое чувство, что их родила уже давно мертвая рыба, что конечно невозможно. Вот мы и ждем одного человека. Он преподает в столичной академии, обучает юных друидов и специализируется как раз на водных обитателях. Надеюсь, вдвоем нам удастся справиться с этой бедой, тем более что эта нежить не пошла вверх по течению, а по непонятной причине остановилась около Другмира, будто чего-то ожидая.

Хм, чего-то или кого-то. Вслух я этого произносить не стал, слушая продолжающего говорить некроманта.

– А, как вам известно, послезавтра у нас великий праздник – День Единорога. Нашего защитника и покровителя. Нежить с ним, конечно, ничего сделать не сможет, но все равно, лучше к тому времени ее уничтожить.

Вот, уж нет уж, на них у меня пока свои планы, как и на вашего единорога.

– Это было бы великолепно, надеюсь, у вас все получится. А сейчас прошу меня извинить, мне надо дать последние инструкции моей команде.

Я перешел назад Драккара, по пути получив от Пофига непонятную хреновину на веревке.

– Это чегой-то?

– Бомба, я сам смастерил, вешаешь на шею, и если тебя ползуны схватят и к себе в логово поволокут, дергаешь за веревочку, голова и отваливается. Дешево, удобно, элегантно.

– Охренеть, ты, маньяк, ладно давай сюда, вдруг на самом деле пригодится. А сейчас иди к водиле, отвлеки его разговором, мне с Элем и Ромом пошушукаться надо.

Услышав, что Пофиг начал отвлекать Димитра разговором, начавшегося со слов: "Извините, не подскажете, как пройти к библиотеке?" – Я начал инструктировать старых эльфов.

– Так мужики, слушайте сюда, ваша задача изменилась. Вы неделю жили в моей комнате, выносили мне мозги, как в прямом, так и в переносном смысле, пришло время отрабатывать. Видите вон того молодого человека? Во время вылазки с ним должен произойти несчастный случай.

Эль показал вытащенную стрелу и посмотрел на меня, вопросительно выгнув бровь.

– С ума сошел? За парня отвечаете головой. Он просто должен споткнуться и нечаянно удариться головой об худую, костистую эльфийскую коленку. После чего он пару дней должен провести, бродя по лесам и долам в сопровождении дряхлеющих, но еще довольно крепких лучников. Вы меня поняли? Два дня минимум.

Аль Капоне себя возомнив,

И нож перочинный, в ручках сжимая

Вопил: « Похищаю я их!»…

– Все, стоп! Хватит ваших тупых стишков. Задача вам поставлена. Не выполните – будете в собачьей будке жить во дворе. Все ясно? И, кстати, откуда вы Аль Капоне знаете?

– Так это же родоначальник всего орочьего племени, знатный бандюга был, вот помнится как-то раз…

– Я сказал все, закончили с рассказами, мы прибыли.

Оставшийся рабочим портал находился внутри панциря Танкера, напавшего на военный лагерь, который находился за пределами города. Вспучившаяся бугром земля скрывала под собой гигантское тело насекомого. Отвалившаяся уродливая голова валялась здесь же, буравя пространство десятками застывших глаз.

– Как хоть немного освободимся, надо будет пробежаться по всем этим трупикам, глазки там повыковыривать, усики оторвать, кусочек панциря выломать. Вы, помнится, говорили, что какой-то местный хрен, Лис вроде, умеет из панцирей ползунов броню делать? Представляешь, что может из такого панциря получиться?

– У нас этих панцирей и так завались, весь склад забит. А Лис просто так доспехи не делает, там вначале какое-то задание надо выполнить, а у нас и так дел невпроворот, зашиваемся. Еще баба эта всех уже достала, даже Альдия не выдержала, сбежала из ресторана, с нами на войнушку подалась.

– Что за баба?

– Тебе лучше знать. Дама с восьмым размером торса и достаточно миловидная, если не учитывать, что из нее двух толстух можно сделать. Пришла в ресторан с самого утра, сидит, волнуется, ест не переставая, ждет своего ненаглядного принца со впалой грудью и в красных трусах. Не знаешь, кто это бы мог быть? А то она каждые пять минут про него всех спрашивает. А с ней, кстати, и священник какой-то занюханный сидит, для чего только, не понятно.

– Священник? Для чего священник?

– Мне-то откуда знать, ты, ей чего, балбес, наобещал?

– Да я не помню, мне просто ленточка ее нужна была, но вроде ничего особенного. Жениться вроде, свадебное путешествие на Райские острова, ерунду всякую, в общем. Она же во все это не поверила? – я посмотрел на Майора, – или п-п-поверила?

Я почему-то вдруг начал заикаться.

Майор похлопал меня по плечу:

– Прощай друг. Нам было с тобой весело.

– Ага, я ее тоже видел, – поддержал его Пофиг, – тебе конец.

Развернулся и стал спускаться в нутро Танкера.

– Как же так? – я бросился за ним, – можно же что-то сделать? Делать… делать… елать…

Голос гулким эхом отразился от панциря жука, потихоньку стихая вдали.

– Прости, но от этого монстра нам тебя не спасти… пасти… пасти… пасти… Нарожаете детей, чтоб хватило на целый детский сад… ад… ад… ад… ад… Будете жить душа в душу, пока вас не разлучит смерть… смерть… смерть… смерть… И смотри куда наступаешь, все пальцы мне отдавил… дебил… дебил… дебил…

– Эй, это, ты, сказал, а не эхо! Хо… хо… хо…

– Ладно, не боись, найдем мы тебе какую-нибудь уютную пещерку в глухом лесу, спрячем там тебя на годик другой, пока твоя невеста другого женишка себе не найдет.

Плюнув на шутника, я огляделся кругом. Местечко так себе. Похоже на многоэтажку оплавленную изнутри ядерным взрывом. Стен, кроме внешней, нет, одни только перекрытия и пронзающая их вертикальная шахта. Веревочная лестница идет от этажа к этажу, а под нами провал метров двадцать. Если у нас такая же хрень около дома, из нее шикарный подвальчик может получиться. Холодно, сухо и места хватит, что бы пару тысяч тонн жратвы там поместить. Или может водой его залить, карпов развести? В ресторане всегда свежая рыба будет…

– Ты куд… – донеслось сзади, когда я, задумавшись о карпе на гриле, шагнул в сиреневое марево.

Порыв ветра швырнул мне в лицо горсть песка, легкие резануло парами серы и я, наконец, догадался остановиться и осмотреться. Из чрева жука меня перенесло в небольшое рукотворное ущелье. (Или ноготворное? А может лапотворное? Или чем там ползуны строят?) Невысокие покатые стены, залитые липкой слизью, сбоку возвышается нечто похожее на поставленный вертикально скелет гиганского диплодока, облитого кипящей смолой, оплавленный каменный пол завален песком и остатками жизнедеятельности ползунов. Ярящийся воздух наполнен пылью и серой, а на выходе из ущелья стоят два демона-стража. Просто великолепное место, здесь я и поселюсь. Надеюсь, здесь меня сумасшедшая невеста не найдет. Я представил себе, как ста пятидесятикилограммовая дама спускается на веревке до самого дна жучиного нутра, распихивает в стороны бочонки с взрывчаткой, вступает в портал, душит голыми руками вставших на ее пути демонов и тянет их ко мне… Брр, надо валить еще дальше, или взрывать к чертям и этот портал тоже! Я огляделся, в тщетной надежде найти ранее не обнаруженную мной бочку с динамитом.

– Чего-то потерял? – поинтересовался вылезший из портала Пофиг, – и какого хрена влез сюда первым, достижение не терпелось отхватить?

Только теперь я увидел зависшее сообщение.

Вы влезли в воду, не зная броду и у вас все получилось. Вы первый из "разумных", кто воспользовался стационарным порталом ползунов. С этого момента вашим личным девизом будет: "Слабоумие и отвага!"

Мудрость -1. Сила +3. Ловкость +3. Выносливость +3.

Внимание! Возможно выполнение квеста: разрушить малый алтарь Мораны. До места силы 897 метров.

На моей карте замигал зеленый огонек указывающий направление движения.

– Вообще-то, вперед должны были танки пройти и тихушники, – продолжал гундеть этот зануда, показывая обтекающих нас со всех сторон воинов, – зачистить тут все, а мы должны были идти третьим эшелоном. Но нет, ты как зомби перешагнул через еще не обезвреженную бомбу (местные чуть не поседели все) и вломился в телепорт. Когда ты уже начнешь думать, что делаешь? Ведь ты лидер клана…

Дальше я этого зануду уже не слушал, в голове моей созрел план. Я припомнил все его нудения, как он пенделем скинул меня со скалы…

– Пофиг, – я показал ему за спину, – а там случайно не твой трудовик из школы идет?

– Где?

Обалдуй повернулся ко мне спиной. Отлично, а теперь все надо сделать быстро. Железный крюк зацепить за его костяную броню. Веревку в одну руку, мини парашют, тот, что я клеил из лягушачьих пузырей на лекциях вредного друида, в другой. Вообще-то я его готовил, что бы лететь на нем за Драккаром, охотиться там или просто для развлечения, но и здесь он пригодится.

– Какой еще трудовик? Ты чего несешь?

– Который этот парашют сделал. А теперь скажи ААААА!

– Чего?

Я подбросил сверток вверх. Бушующий над ущельем ветер подхватил его, пленка развернулась и…

– ААААААААААААА!

Никогда еще не видел, что бы человека уносило вверх с такой скоростью, ну или эльфа, как в данном случае. Им будто из катапульты выстрелили, я еле успел свободный конец веревки зацепить за непонятное ребро, торчащее из стены. Глянул вверх – доверчивый простофиля, продолжая вопить, метался на парашюте, метрах в двадцати над землей.

– Зигзаг, Карыч, дуйте к нашему магу, прикройте его там. И донесите до него как-нибудь мысль, что он не развлекаться сюда пришел, – я присел, пропуская над собой огненый шар, брошенный одним из демонов-охранников, – пусть перестает вопить, и прикроет наших с воздуха.

Так, а теперь, когда я организовал для нашего главного дамагера шикарную позицию для боя, пора подкрысить немного опыта и для себя. Жука – скоробея под ноги недобитому демону, скамеечку себе под пятую точку, кружку кваса в руку. Вот теперь повоюем. Наша команда столпилась рядом со мной. Эльфы попытались пострелять по демону из своих стареньких луков, но вокруг того крутилось слишком много народа, то и дело запинающегося об призванного жука, падающего и матерящегося. Но жук свое дело сделал, пару раз цапнул клешнями ногу демона, до того как его затоптали и немного опыта за его убийство мне все же перепадет. А вот остальные…

Я оглядел свою команду: у Майора был голем, хороший, сорок восьмого уровня, сделанный из золы он спокойно выдержал два влепившихся в него огненных шара, и моментально рассыпался той же золой от первого же удара демонского хвоста. Подходящих трупов здесь нет, так что его некромантский талант тоже пропадает втуне. У эльфов потрескавшиеся луки, сделанные еще на тридцатый уровень. Калян вроде открыл свои паладинские способности, но сейчас ими воспользоваться он вряд ли сможет. Вон он даже сидит, пошатываясь от недельного запоя и двух неподъемных перчаток от брони древних. Нафига он их нацепил? Они же каждая килограмм по сорок весят и без кристалов Хаоса нормально функционировать не будут. В общем, здесь у нас одна функция, что бы временные союзники друг друга не поубивали, а затем домой. База есть, найти локацию для планомерного кача, поднять уровней и денег, оплатить телепорт в столицу. Сходить в библиотеку, найти информацию об учителях призывателей. Майора устроить в тамошнюю школу некромантов, а затем в Восточные леса – эльфов-то тоже обучать надо…

– Пошли, – Майор толкнул меня в плечо, – последнего демона добили.

Да уж, вокруг того была целая толпень народа, но подошел Вандэнбрук и развалил его пополам своей железякой.

Вы участвовали в убийстве демона-стража. Уровень 180. Получено опыта 8600.

Что за лажа? Почему так мало опыта дали? Обычно столько за простого ползуна давали. НПС что ли себе все загребли?

Мы добрели до поверженного стража. Руку на труп. Запись о новой твари в мою книгу призыва. Рога и копыта демона в сумку. Вопль в воздух. Обожженную руку запихать в банку с лечебным зельем.

– Вот, ни хрена ж себе.

– Ага, – подтвердил я, поднимая голову и разглядывая открывшуюся картину.

Глава 12

– Мда, хорошо, что мы с собой помощников взяли.

– Ну, все что ни делается, все к лучшему, без них мы бы тут и минуты не продержались.

Место было из моих снов, но в реальности оно выглядело не совсем так. Вернее, совсем не так. Долина, когда-то цветущая среди гор, перестала существовать. В ее центре пламенел провал в виде сложной пентаграммы. Воздух над ней дрожал, как будто от сильного жара, закрывая обзор на дальнюю часть долины. С одной стороны горы были покрыты засыхающими деревьями, только кое-где там еще мелькали островки жухлой зелени. С другой стороны склон был словно живой. Среди огрызков, торчащих из земли стволов, сновали миллионы ползунов. И посреди этого месива в нашу сторону двигалось занявшее круговую оборону войско. Они еще были слишком далеко, но, кажется, в центре кольца двигались похищенные ползунами горожане. Над ними гудя и завывая, двигалось торнадо, пронзенное десятками молний и сотней бледных завывающих духов. Волны насекомых накатывались на строй защищающихся и разбивались, как вода о прибрежные скалы, оставляя на месте столкновения сотни покалеченных трупов. Этот противник, не смотря на свою невероятную многочисленность, пока не представлял для отряда особой опасности, но вот демоны это другое дело. Примерно десятка три их двигалось сейчас к отряду, рассекая море ползунов словно ледоколы, взламывающие арктические льды. Расталкивая, отшвыривая, или просто давя их, как обычных насекомых они пробивались к отступающему отряду.

– Построение четыре! – завопил Вандэнбрук, – отсекаем демонов! Галхорд, врубай свою шарманку! Пришлые, оставайтесь здесь, там вам делать нечего. Димитр, будешь замыкающим!

Стоящий и оценивающий обстановку некромант резко кивнул и принялся за работу. Ближайшие трупы ползунов задергались, поломанные лапы с омерзительным хрустом восстанавливались, пробитые панцири переставали источать слизь, насекомые начинали подниматься, бредя за выстроившимся отрядом. Впереди сам Главный управляющий, за ним клином шли тяжеловооруженные рыцари, за ними лучники, пара целителей, а в самом центре маг, который что-то бормотал, махая руками и сплетая из своих пальцев узловатое макраме. Сзади словно пастух, шел сын герцога, подгоняя свое странное и жутковатое стадо. Минута и мы остались одни у выхода из ущелья, ведущего к телепорту. Ползунов вокруг нас было совсем мало, и с ними легко справлялся все еще вопящий Пофиг, зависший на своем ненадежном парашютике над нашими головами, да пара эльфов изредка пускающих свои смертоносные стрелы. Вся их масса скопилась около продвигающегося в нашу сторону отряда Остапа, да двигающегося ему навстречу клина Вандэнбрука.

– Когда отряд дойдет сюда, здесь будет полтора миллиона ползунов, – сказал Майор, – надо как-то вход в ущелье защитить.

– Ага, – согласились все, но никто не стронулся с места, завороженные открывающимся зрелищем.

Первыми вступили в схватку демоны. Особо крупная троица, шествующая в центре строя, взревела и на пути отступающего отряда запарила земля, затем вспыхнула, быстро превращаясь в бурлящее лавовое озеро.

Это хорошо, что перед ними, значит, демонам надо не просто всех убить, а остановить и пленить по новой. С другой стороны это плохо, потому что, кажется, демоны уверены, что это им удастся. Еще один вопль и земля загорелась уже сбоку от отряда. Отступающих быстро брали в кольцо огня, не считаясь с тысячами погибающих в огне ползунов. Отряд не остался в долгу. Сотни молний и вопящих духов покинули свое место в центре урагана и обрушились на отряд демонов. Поднялись черные щиты, замелькали огненные плетки – семихвостки, оглушающе завопили духи, развоплощаясь окончательно. Один демон, дымящийся грудой, повалился на обгорелую землю. И тут вступил в дело престарелый маг: небо над демонами потемнело еще сильнее и на рогатые головы, в сопровождении недобитых духов рухнули тонны ледяных глыб. Вновь поднялись щиты, троица что-то сделала и их отряд сверху накрыла радужная полусфера. Маг, видимо, ожидал нечто подобного, поэтому не успели еще ледяные глыбы долететь до щита демонов, как он сделал несколько пасов руками, и земля под ногами копытных разошлась, поглощая в свои недра почти весь отряд. Земля с жутким треском схлопнулась, и обессиливший маг свалился на руки отрядных лекарей.

– Читер, – пробормотал Майор, – Отряд двухсот уровневых демонов обратно в преисподнюю послал одним заклинанием.

Действительно, над землей осталась парить только троица продвинутых демонов, прикрытых куполом и тяжело взмахивающих расправленными крыльями.

– Поэтому их так мало в этой игре, уж больно имбалансный класс. Я думаю, что игрокам до таких высот добраться просто не дадут, ну или только лет через двадцать прокачки. Но к тому времени, и местные соответственно подрастут.

Тем временем над отступающим отрядом разразилась настоящая буря. Потоки дождя хлынули на озеро лавы. Раздался пронзительный свист, громкое шипение и отряд тут же скрылся в густом тумане. Поэтому весь гнев оставшейся троицы демонов обратился на группу Вандэнбрука. Над ней открылось окно в преисподнюю, и хлынул огненный дождь. Лежащий на руках лекарей маг, что-то прокричал, и поднявшийся ураганный ветер отнес пламенеющие капли в сторону, прямо на атакующих людей ползунов, после чего чародей окончательно отключился. Дальше в дело пришлось вступать главе отряда. Он сорвал с шеи амулет и рухнувший с небес метеоритный дождь разбился о накрывшую отряд полусферу воздушного щита. Защита была не абсолютной, но процентов девяносто камней, разбились об нее пламенными фейерверками. Сам отряд тоже не бездействовал. Из земли вырос целый лес мертвых рук, хватающий низко парящих демонов за копыта и притягивающий к земле. С полсотни поднятых зомби, включая одного демона-охранника, набросились на тройку демонов, пытаясь задавить их массой, смять крылья, втоптать в землю. Пяток размытых теней местных тихушников, кажется, проносясь прямо по головам зомбо – союзников, закружились в смертельном вихре, заходя врагам за спину и полосуя их своими отравленными клинками. Очень скоро демонам это надоело. Громыхнуло, от демонов будто разошлись ударные волны и зомби разлетелись во все стороны, нелепо размахивая поломанными конечностями. Лес рук осыпался пеплом и демоны, выхватив огненные клинки, бросились к отряду вторжения. Но тот тоже уже заволокло туманом, как и большую часть этой стороны долины. Мы беспомощно всматривались в белесое марево, внутри которого мелькали непонятные тени, магические всполохи и вспышки молний.

– Остап!

– Остап!

– Остап!

Бесполезно, отклика нет. На секунду вокруг воцарилась тишина, а затем…

– Ё-ё-жик! Ё-ё-жик!

Понурый Калян, усевшись на землю и положив неподъемные перчатки себе на колени, всматривался покрасневшими глазами в непроглядный туман.

– Ё-ё-жик! Ё-ё-жик! – время от времени безнадежно продолжал кричать он в пустоту.

– Ё-ё-жик! Ё-ё-жик!

И вдруг…

– Медвежено-о-ок!?

Калян вскочил на ноги.

– Он запомнил! Представляешь, я ему про мульт рассказывал, а он запомнил! Остап! Мы здесь!

– Абрам Моисеич, бегом к Пофигу, пусть организует фаер-шоу, людям нужен маяк.

Связной исчез и через пять секунд в высоте полыхнуло. Во все стороны полетели файерболы и огненные стрелы, а из рук мага полились огненные потоки.

– Остап! Остап! – загалдели уже мы все разом.

В наступающем тумане замелькали темные тени.

– Остап, сюда! Я рванул в туман и сразу же влетел в объятия ползуна – берсерка. Едва успел нырнуть на землю и клешни щелкнули над головой. Глефа бесполезно проскрипела по панцирю твари, и я прокатился еще дальше, прямо под брюхо насекомого, отбросив оружие, вцепился в одну из ног и, закряхтев от натуги, перевернул его на спину. Закрутив вокруг себя струйки тумана, мелькнули четыре стрелы, пронзая извивающуюся тварь. Рядом с нами вынырнула сгорбленная фигура Каляна. Посинев от натуги, он воздел к небу руки и опустил их на голову ползуна. Перчатки древних не заметив препятствия, прошли насквозь, глубоко уйдя в землю. Жук забился в предсмертных конвульсиях, а Калян так и остался стоять, в несколько двусмысленной позе, не имея сил разогнуться. Пришлось поработать дедкой, который, уж столько веков, каждый день тянет свою репку и обычно успевает вытащить до того, как родители уснут над кроваткой бодрого малыша… Короче Колян был разогнут и отправлен в тыл, а мы продолжали орать:

– Остап! Остап!

– Да, здесь мы! Хорош вопить.

Туман потемнел, мгла надвинулась на нас, мимо нас полетели живые ползуны и отдельные их части. Перемолотый вал тел, словно морской прибой, накатился на нас, а из волн броней горя, вышли тридцать три зеленых упыря. Точнее несколько орков, тролль, пара гоблинов и еще с десяток тварей, рядом с которыми гоблины выглядели как отфотошопленные красотки из модных журналов. Все залиты с ног до головы слизью и сизыми потрохами, а впереди, с двумя огромными топорами наперевес наш бывший замкоуправитель.

– Остап! – Альдия запрыгнула ему на шею, мы тоже отстали не намного. Воины, от этой картины, застыли соляными столбами, впрочем, как и сам Остап.

– Э, ладно, ладно, я тоже рад вас видеть, но сейчас не до этого, он махнул рукой назад. Там сбившись плотной перепуганной группой, толпились жители Другмира. Ободранные, грязные, многие ранены, и большинство еле стоит на ногах.

– Сюда, бегите на огонь – Альдия указала на все еще фонтанирующего огнем Пофига.

– Остап, давай за нами, телепортируем вас в город. Герцог, конечно, будет не очень рад, но мы с ним договоримся, вас не тронут.

– Нет, у нас еще здесь есть дела. За нас не беспокойся, Умрра*кей нас вытащит. Спасайте своих, и если можете, возвращайтесь, здесь любая помощь не будет лишней.

Ответить я не успел, весь туман исчез. Разом и бесповоротно. Все на миг замерли, а перед нами вновь открылась вся долина.

Отряд Вандэнбрука, в окружении поднятых зомби, пробивался сквозь живое море к телепорту всего в сотне метров от нас. Окружившие горожан воины расступились, и те из последних сил бежали к ущелью, ведущему к телепорту. Не смотря на то, что тысячи и тысячи ползунов погибли, при том их количестве, что было вокруг, этого было не заметно. Задние ряды отряда Остапа были почти погребены под их телами и если бы не ураганные порывы ветра, бьющие из центра отряда и отшвыривающие искромсанные трупы в сторону, им было бы не выстоять.

Порыв обжигающего ветра и прямо среди бегущих людей опускается троица демонов. Брызжет кровь, вскипая на раскаленных копытах, рассеченные тела как в замедленной съемке падают на изрытую, обожженную землю.

Рука плотнее сжимает глефу, ноги непроизвольно делают шаг вперед.

Маг-демон. Четвертый круг преисподни. Уровень 250.

Тяжелая рука опустилась мне на плечо.

– Вперед батьки в пекло не лезь, – проворчал Остап, отодвигая меня назад, – я конечно еще не вошел в свою былую силу, но одну рогатую башку открутить еще способен.

Рядом с ним встал шаман: древний старик, практически лысый, только с жиденьким хвостиком волос, перевитых разноцветными лентами. Слегка сгорбленный и худой, но при всем при этом, раза в три больше меня. В одной руке простая корявая клюка, на поясе старый бубен, на шее и руках килограмм двадцать различных амулетов и браслетов.

– А ты говорил, что десять минут и домой.

Рядом со мной встал Вандэнбрук.

– Ждать некогда, еще немного и нас сомнут числом, мой вон тот – однорогий. Повешу его тупую голову над камином, таким рогом удобно бутылки с вином открывать.

Демон махнул мечом, и перед нами вспыхнула полоса земли. Вандэнбрук легко перепрыгнул горящий участок и, не замедляясь, ринулся в атаку. Рядом с ним несся Остап. Шаман, тяжело опираясь на клюку, брел за ним следом.

Тем временем Вандэнбрук, не добежав до демона, запнулся на неровной земле и свалился прямо в ноги своего однорогого противника. Тот пошатнулся, но устоял, рубанув упавшего своим ятаганом по спине. Закрепленный на спине щит треснул, развалившись на две части, но управляющий извернулся как змея и моментально вновь оказался на ногах. Он тряхнул рукой и из брони на запястье, со щелчком выдвинулись пластины, складываясь в небольшой круглый щит. Он затанцевал вокруг демона, вертя своим оружием словно пушинкой.

– Не может быть, так не честно! – глядя на ноги демона воскликнул подошедший юный некромант, – это же дуэль!

– На Управляющем сейчас ответственность за несколько сотен мирных жителей, ему некогда разводить политесы, к тому же оружие не было обговорено, так что все честно. Ты лучше глянь, как Остап работает.

Топоры того превратились в два вентилятора. Противостоящий ему демон уже получил несколько ранений и, отчаявшись победить в рукопашной схватке, попытался магичить, но заклинания постоянно сбивались и он полностью ушел в глухую оборону. А вот с шаманом все было наоборот. Отступая от своего врага, он посылал в атаку одного духа за другим. Но тот каждым взмахом семихвостки разрывал души на клочки, подбираясь все ближе к шаману. А тот был плох. Грудь его судорожно вздымалась, изо рта вырывались сиплые хрипы. И вот нога его подогнулась, и он свалился на одно колено, опустив голову и хрипло дыша. Демон подскочил к нему, высоко вознеся свой меч.

– Не-е-ет!

Наш общий вопль разнесся над долиной, а меч рухнул вниз.

И вонзился по самую рукоять.

В землю.

Шаман, легко извернувшись, оказался сбоку от демона. В его руках мелькнул призрачный серебристый росчерк и голова, по инерции наклонившегося демона, откатилась к нашим ногам. Тело, еще пару секунд постояв неподвижно, рухнуло, заливая все вокруг пламенем.

В этот момент фитиль на бомбе, прицепленной, во время падения, Вандэнбруком к ноге демона, догорел. После чего, бескопытный однорог, отправился в недалекий полет, приземлившись прямо на саблю Главного Управляющего. И буквально через миг, последний демон, сражавшийся с Остапом, развалился на три неравные части, разбрызгивая пламя и искры.

– Жаль, здесь нельзя пленку назад открутить, я бы посмотрел этот момент еще разочек.

Я только согласно кивнул.

Остап развернулся к нам и махнул топором.

– Уходите! Мы долго не продержимся!

Но тут за его спиной полыхнуло, части порубленных демонов взлетели, сплетаясь друг с другом и выстраиваясь в непонятную конструкцию. Одна голова примерно там, где и должна быть. Две других оказались на концах первой пары рук. Их длинные вывалившиеся языки превратились в огненные клинки. Стекающая по телу демонская кровь полыхала, окружая фигуру нестерпимым жаром.

Демон – Франкенштейн. Уровень 300.

Остап успел повернуться и вскинуть топоры, защищаясь от удара. Огненные клинки рассекли металл и плоть. Обломки оружия и превратившаяся в пепел левая рука предводителя осыпались на землю. Демон захохотал и ударил еще раз, но в этот раз Остапу удалось уклониться, откатившись в сторону. В демона полетели десятки стрел, но они, загораясь еще на лету, даже не долетали до его тела, превращаясь в пепел. Только две, пущенные эльфами-ветеранами, достигли цели, нанесли микроскопический урон, лишь на миг его притормозив. Нам хватило этого мига, что бы сорвать с шей бомбы, которые мы повесили туда перед вылазкой, и швырнуть их во врага. От адского жара окружающего демона они воспламенились и взорвались. Покалеченного предводителя отшвырнуло к нам, демон тоже сделал пару шагов назад. Опять рассмеявшись классическим демонским смехом, фуганул в нас водопадом расплавленной магмы. Та ударила в прозрачный щит и опала. Вперед вышел Умрра*кей, загораживая Остапа от магии демона. Мы бросились поднимать предводителя, но передо мной возник Абрам Моисеич.

– Послание от Пофига: это ловушка! – вдруг завопил он, – демоны идут!

Я оглянулся назад. Из пентаграммы, волна за волной поднимались демонские рати. Каких там тварей только не было: летающие, идущие и прыгающие. Стало сразу ясно – нам конец.

Опять вернулся наш посыльный.

– Отвлеки демона! Мы поможем!

Интересно, чем здесь могут помочь игроки шестидесятого уровня? Но отвлечь, так отвлечь.

Я вышел вперед, прижал согнутые в локтях руки к своим голым бокам и захлопал ими как крыльями:

– Ку-уд, ку-уд, кудах, тах-тах!

Я забил крыльями сильнее, выискивая в обгорелой земле чудом уцелевшие семена.

– Ку-уд, ку-уд, кудах, тах-тах!

Кажется, есть!

Я отбросил ногой несколько комков земли. Нет, показалось, я принял за семечку обычный камешек. Я злобно закудахтал, разрывая землю ногой.

Демон, опустив оружие, недоуменно смотрел на меня. И не он один. Даже безмозглые ползуны в недоумении уставились на меня. Поэтому не многие увидели как парашют, до этого поддерживающий Пофига, взвился в небеса, трепеща освободившимися стропами, а он сам, поддерживаемый дятлами рухнул вниз. Ветер донес до нас обрывок вопля.

…Делаю я левый поворот, я теперь палач, а не пилот…

А потом он долетел…

– Куд – кудах, петушара.

Я посмотрел демону в глаза, между которыми через миг с хрустом вышел рог единорога. Пофиг попал отлично, прямо в затылок демона, пробивая его голову насквозь, швыряя его на колени. Тут же с воплем: "За Остапа!" на него обрушился Калян, ломая опорную руку демона ударом перчаток древних и рассыпаясь пеплом, как и Пофиг, за секунду до этого. Но свое дело они сделали. Умрра*кей и Вандэнбрук обрушили на упавшего демона свои удары. Одежда шамана вспыхнула, доспехи и оружие главного управляющего раскалились докрасна, но они не остановились до тех пор, пока демон не перестал подавать признаков жизни.

Поздравляем! Ваш клан участвовал в убийстве Демона – Франкенштейна. Уровень 300. Получено 1.700.988 опыта.

Вы получаете 1 свободное очко характеристик. Разблокирована одна из веток развития вашего класса.

Все представители клана «Дятлы» получают по одному свободному очку характеристик.

Остап, схватившись за мое плечо, поднялся на ноги, прижимая культю к груди, толкнул меня в сторону ущелья.

– Бегите, – прохрипел он, – быстрее!

Люди уже бежали к порталу, огибая пламенеющие останки. Майор, Альдия и Олдриг помогали раненым, так же как и большая часть отряда Вандэнбрука. Юного некроманта и эльфов было не видно, когда они могли исчезнуть непонятно, но это и к лучшему – момент был выбран идеально. Я еще раз глянул на останки демона, и внутренне содрогнулся. Вытащил из сумки ложное зелье храбрости и одним глотком опорожнил бутылек. Пофиг и Калян сгорели заживо, они не поймут, если я просто уйду. Я положил руку на труп демона. Он осыпался на землю пеплом, как и моя ладонь. Хрустнул на зубах пузырек с лечебным зельем. Я, почти теряя сознание от боли, выгреб из пепла выпавший лут и, пошатываясь, побежал к порталу. Перед входом в ущелье я остановился и оглянулся. Отряд Остапа, ощерившись оружием, занял круговую оборону, а над пентаграммой поднималась исполинская фигура верховного демона.

– О-С-Т-А-П!

Казалось, сами горы заговорили, настолько низкий и грозный был голос.

– Т-Ы, М-О-Й!

Все небо от горизонта до горизонта вдруг запылало и обрушилось на землю.

В тот же миг отряд Остапа будто накрылся стеклянным колпаком, замерцал и исчез.

Зашибись, они-то исчезли, а я чего стою тут одинокий, как тот самый пресловутый тополь на Плющихе? Поддерживая обгоревшую до костей ладонь другой рукой, я побежал по ущелью к телепорту. Пламенеющее небо уже коснулось самых высоких горных вершин. Снежные пики тут же превратились в перегретый пар, деревья не горели, а сразу осыпались золой на вскипевшие склоны холмов.

Десять шагов.

Плавящаяся горная порода потоками устремилась вниз по склону.

Пять шагов.

Здание похожее на скелет динозавра вспыхнуло.

Три шага.

Раскаленная порода, с глухим хлюпаньем падает под ноги, разбрасывая обжигающие искры.

Прыжок и я влетаю в замерцавший портал.

Резкая боль в ногах.

Вам нанесли 1.454.000 урона заклинанием Армагеддон.

Вы умерли! Вы теряете 6% накопленного опыта.

Где желаете возродиться?

Выбрал северные ворота Другмира. Сел на плите воскрешения. Осмотрелся. Тишина. Стражи о чем-то переговариваются у ворот, заходящее солнце отражается в воде небольшого ручейка. Сверчки начали свою ночную песнь.

– Уф. Сходили, называется на пятнадцать минут прогуляться. Руку спалил, ноги мои длинные не в меру, не успели в портал влететь, теперь где-то за тридевять земель удобряют собой почву. Да еще эти слуховые галлюцинации. Не мог же архидемон и вправду выкрикнуть мой никнейм за миг до того, как я улетел в портал. Нет, нет, нет. Пожалуй, заменю-ка я нахрен в таверне наших эльфов, поработаю официантом месяцок, другой. Отдохну, подлечу нервы. Еще этот гребаный Майор: «Прогуляемся! Спасем местных, будем в шоколаде!», а Пофиг этот…

Так ворча на всех на свете, я кое-как добрел до дома.

– Слава богам, мои постояльцы на время съехали и теперь моя комната только моя. Сейчас поднимусь наверх, прижмусь к пуховой подушке…

– Добрый вечер, – раздался томный голос у меня за спиной, – наконец-то, я вас дождалась, где же вы так долго были?

Я оглянулся…

– Господи, боже мой! Твою-то, мать!

– Вы, что не рады меня видеть, – толстуха обиженно надула пухлые губы.

– Э-э, – я еще раз оглядел тушку, облаченную в довольно фривольного вида платьице и судорожно сглотнул,– конечно, рад, я хотел сказать, господи боже мой, какая радость! Спасибо что навестили меня. Но сегодня был трудный день, а завтра рано вставать…

Договорить я не смог, меня придавили к стене, выжав из легких весь воздух.

– В прошлый раз, вы так быстро убежали, сейчас я вам такого не позволю.

Я еще рез сглотнул и тут в черной беспросветности окружившей меня, сверкнул лучик надежды.

– Конечно, конечно, – смог выдавить я, – но не здесь же, пройдемте в мою комнату.

Пузо отодвинулось, и живительный воздух вновь хлынул в мои сплющенные легкие.

– Прошу, вас, за мной. Разрешите заметить, вы, сегодня просто обворожительны.

Я поднимался наверх, лихорадочно вспоминая расположение комнат. Ближняя – это МарьИвановны, дальше – Альдии и Олдрига, ага кажется эта…

– Прошу вас, – я толкнул дверь, – заходите.

Дама протиснулась в дверной проем, а я быстро закрыл за ней дверь, приперев ее своей походной лавочкой.

– Что такое?– Из-за двери донесся невнятный восклик. Куда, вы, пропали?

Так же за дверью раздавался легкий храп, и я поспешил объясниться.

– Послушайте меня, я невольно ввел вас в заблуждение, извините меня за это. Все, что я говорил прежде, я говорил от лица другого человека. Это ваш тайный воздыхатель. Он очень робок и постеснялся сам подойти к вам, и я согласился помочь ему и устроить эту романтическую встречу. И сейчас он снедаемый неземным желанием, возлежит на своем ложе в ожидании своей богини. Так не дайте счастью пройти мимо вас двоих, возьмите это дело в свои нежные, но крепкие ручки… И удачи вам и счастья…

За дверью раздался топот, а затем сонное ворчание Каляна.

– Мадам? Что, вы, тут забыли? Мадам? Мадам!?

Затем раздался приглушенный вопль, дробный, но мягкий стук белых тапочек по полу и сильный удар в дверь. Затем еще один вопль, хруст царапающих полировку когтей, и жалобный скрип матрасных пружин, на которые бросили тяжелое тело.

– Вот так, Коленька. После этого, ты или загуляешь еще на месяц, или, наконец, выйдешь из своего алко – марафона.

Я устало потопал к своей комнате и не успел даже дойти до двери, как дом начало ритмично потряхивать. Надеюсь, они оба выдержат, (я имею ввиду и Каляна, и дом) а не выдержат и хрен с ними. Я рухнул на кровать и отключился.

Проснулся ни свет не заря, вслух пообещав отрубить разбудившему меня все, что плохо торчит. Сидящий в кресле ПалМихалыч поежился и примеряюще выставил руки.

– Стой, стой, ты сам вчера просил разбудить тебя пораньше.

Настроение было слишком хреновым, что бы соглашаться с кем бы то ни было, а уж тем более со своим же внутренним бухгалтером, но, что правда, то правда, просил. Ворча поставил ноги на ледяной пол, поежился, но накинув одеяло на плечи, пошаркал на улицу. По пути приложил ухо к Калянской двери. За ней раздавался дружный храп. Калян храпит, значит, его позвоночник все же выдержал и не сломался. Ну и отличненько. Я поплотнее запахнулся в одеяло и побрел к реке. Нарычал на недовольных охранников у ворот, спустился к воде, где мы рыбачили на днях с Майором. Скинул одеяло, поежился от утренней свежести, тронул пальцем ноги скрытую легким утренним туманом воду. На удивление теплая. С удовольствием погрузился в нее полностью, улегшись на мелководье. Почти сразу ко мне в руку ткнулась шершавая рыбья голова. Мне не надо было открывать глаз, что бы почувствовать их всех. Мои детки, они все здесь. Вечно голодные и страдающие. Ничего идите ко мне, я вас успокою. Я провел по кажущемуся сухим даже под водой боку мертворожденного создания.

– У меня будет к вам одна просьба: помогите мне в завтрашней битве и я расскажу вам о месте, где вы сможете унять свой вечный голод.

Волна счастья пробежала под водой, вода вокруг меня забурлила, все новые тела прижимались ко мне. Пришлось погладить и успокоить каждого, в итоге, когда я вылез из воды, солнце уже давно встало. В голове бродила одна мысль, что все предыдущие приготовления были напрасными, с такой армией мы бы справились и так. Но сердце говорило, что надо действовать, как было задумано, тем более нам нужно не только уничтожить единорога и его свиту, но и получить с этого опыт.

Когда я добрался до ресторана, все наши были уже там, включая живого, трезвого и не сломанного в восьми местах Каляна. Все бурно обсуждали тонкости травокурения:

– О, Пахан, а ты об этом что думаешь?

– Скажем наркотикам – у нас еще самогон не кончился! – Твердо заявил я. А, вы, МарьИвановна туда же, уж от кого от кого, а от вас я такого не ожидал!

– Чегой-то? А, ты ж еще не в курсе: мы о другом. Помнишь, у нас за столовой маленькая комнатка есть? Там еще столб стоит с прибитым тазиком наверху. Оказывается, там находился кристалл, отвечающий за состояние нашего дома. Во время нашествия он взял на себя основной удар, дом не разрушился полностью, но кристалл погиб. Достать новый в разрушенном городе практически невозможно. Они сейчас гораздо дороже, чем на вес золота. Их добывают из некоторых древних предметов, оружия и монстров. Боссов в основном. Нам, вроде, такие не попадались, но вот с утра случилось чудо. Калян встал с нужной ноги и вдруг вспомнил, что у него с самого первого дня в сумке болтается некий Кристалл Роста, добытый из дубины Хозяина Леса. Мы показали его Парацельсу, так тот чуть слюной не подавился. Сразу пятьдесят тысяч за него предложил. Но мы сказали, что такая корова нужна самому.

– И?

– Что и? Парацельс сказал, что никакая корова ему не нужна, а нужен кристалл, и поднял цену до шестидесяти кусков. Но был послан за дальний столик доедать свой завтрак. Вот мы и обдумываем, как развивать кристалл. До пятого уровня развитие идет одинаковое. Ну, там поддержание чистоты в доме, уменьшенный износ здания, а затем и постепенное восстановление полученных повреждений. Еще защита от пожаров, от мелкого ворья и так далее. А затем, из-за того что наш кристалл все же не совершенен, его развитие делится на три ветки. Совершенная защита дома. То есть мой дом – моя крепость. Если вошел в него, все, ты под железной защитой. Второе направление – наш кач. Ночуешь в доме, и тебе в течение определенного времени, после этого, идет увеличенный опыт. Третье – в доме можно вырастить свой телепорт. На первых порах можно будет парироваться домой только из города. Но дальше – больше. Телепортация по всему континенту и, возможно, за его пределы.

– Так, а при чем здесь курение травы?

– Не курение, а окуривание. На первых порах для роста кристалла, его окуривают дымом разных редких трав. Затем пойдут разные жидкости, типа слюны сухопутной черепахи, крови тыгдымского коня и ушной серы котийского шестихвоста. Потом дробленые металлы. Золотой песок, порошок серебра, мифриловая пыль… Ну, в общем, ты понял суть. И от того, чем мы на него будем воздействовать, будет зависеть в каком направлении он будет развиваться.

– А если сразу во всех направлениях развивать?

– Я ж тебе сказал, с нашим кристаллом так не получится.

– А с этим? – Я выложил на стол красный, с черными прожилками кристалл, добытый из одной из Наместниц, в пещерах Хаоса.

В ресторане воцарилась тишина. Только сидящий за соседним столом Парацельс закашлялся, подавившись куриной ножкой.

Блин, надо зал совещаний переносить в другое помещение, здесь всегда слишком много людей.

– Вам надо зал совещаний переносить в другое место, здесь слишком много людей.

Обширная тень легла на стол вместе с пузом владельца. Грузный Парацельс навис над нами, не отрывая взгляда от кристалла:

– Вы хоть понимаете, что сейчас лежит перед вами?

Он замолчал почти на минуту.

– Наверняка, нет. Я с радостью предложил бы вам за него пять миллионов золотом, но не буду. Ни один здравомыслящий человек такие вещи не продает.

Ну, среди нас здравомыслящих немного, но вслух этого я говорить не стал.

– Так что это такое? Вы можете рассказать?

– Могу, но не бесплатно. Взамен возьму тот кристалл, который вы показывали мне до этого, он теперь для вас, все равно, бесполезен.

– Так, что-то, я чую, все становится слишком крутым, что бы говорить об этом здесь. Майор, возьми камни, поднимитесь с уважаемым Парацельсом наверх и обсудите все там обстоятельно. И надо перестать, уже светить нашими находками прямо посреди ресторана. Карманников-то никто не отменял.

– Если мы договоримся, – встрял, глава алхимиков, – то здесь никакие воры вам будут не страшны.

Я еще раз указал на лестницу и, дождавшись пока они скроются на втором этаже, взял в оборот Каляна.

– Что там у нас с делом белого и рогатого? Все готово?

– Все.

Он перешел на шепот.

– Только нам пришлось сразу все вывезти за город, а то стража такой переполох устроила, как будто мы королевскую казну грабанули, а не какой-то паршивый ворот с Герцогского колодца уперли.

– Вы, что? Какого хрена? Вам, что, больше обычный колодезный ворот не откуда было взять, как из герцогского замка? Вы, что, совсем оборзели?

– Ты сам у него клеть из тюрьмы украл, и ничего.

– Ну, во-первых, не я один: я с Пофигом был. А во-вторых, вы меня сами к Добрыне не пускали, а он бы такую клеть за пару дней сделал.

– Да ладно, не кипишуй, там и делов-то было, дуги отогнуть, и в сумку его себе запихать. Никто и не заметил, все за выступлением пацанов – баферов наблюдали.

– Гвиздец, нас пригласили бафы перед боем получить, а ты их имущество в это время прихватизировал. Стыдно, товарищ. Ну да ладно, не обратно же теперь отдавать. Тросы, цепи, крючья?

– Все есть. Лучшего качества.

– Венок?

– С венком сначала заминка произошла. Местный главный ювелир, даже говорить с нами не хотел. Опять через Парацельса пришлось просить, но и то, он цену в десять тысяч заломил. Сука. Но нам пришлось согласиться, другого такого мастера нам быстро не сыскать. Но что-то эта охота нам очень дорогой становится.

Я почесал репу. Десять штук это круто, конечно. Но может быть и отобьем, если повезет.

– Все за реку переправили?

– Почти, остатки ночным рейсом довезем, все равно лететь, все там собирать.

– А "Отвлекалочка" как?

– Не знаю, её Майор разрабатывал, сказал, такая отвлекалочка будет, что все просто опупеют.

– Пофиг, как зелья?

– С запасом. Кое-что от Донкихота досталось, еще до пещер Хаоса, кое-что у Парацельса докупил.

– Тогда вылетаем немедленно: ночью делать этого нельзя. Стража бдит, а дело у нас уж больно щепетильное, лишние подозрения нам ни к чему.

До другого берега добрались без проблем. Разгрузились на вытоптанном в тростнике участке берега. Стена трехметровой травы скрыла нас от любопытных глаз. Нам только и осталось, что пенделями выгнать с нашей территории пару тростниковых котов, и взяться за сборку клети. Благодаря тому, что все прутья были размечены, сборка прошла без проблем и к закату она была готова. Помня про короткие штыри, дополнительно скрепили все стены цепями. Затем все улеглись спать, впереди нас ждет бессонная ночка и напряженный день. Когда еще удастся отдохнуть, неизвестно. Проснулись часа в два ночи. Зацепили клеть за Драккар и отбуксировали до места. Еще с час устанавливали ее и закрепляли, а с первыми лучами солнца, оставив Пофига на страже, полетели в город. Похваставшись перед стражей, в качестве алиби, связкой свежепойманной рыбы, направились домой. Единорожек прибудет в двенадцать, ноль, ноль. К десяти я должен быть на том берегу реки, так, что время есть. Первым делом выволок из пастели Майора. Наконец-то! А то, почему-то только меня все считают необходимым поднять ни свет не заря, и запрячь в какое-нибудь общественно полезное дело. У Майора я потребовал венок, что мы заказали у герцогского ювелира. Что сказать? Мужик свое дело знает. По форме больше похожий на лошадиный хомут, по содержанию был шедевром ювелирного искусства. Цветы, покрытые росой, из ограненных кристалликов. Тончайшие серебряные лепестки. Нити хрустальных тычинок, рубиновые божьи коровки. Крупные бутоны роз, изумрудные стебли… Хорошо, что материалы мы выбрали недорогие. Если бы это были настоящие рубины и алмазы, десятью тысячами мы бы не отделались. Но и так это было потрясающе красиво.

Параллельно я слушал доклад Майора, о его вчерашних переговорах с главным алхимиком. Вчерашний кристалл оказался с сюрпризом. Из известных, таких на весь Волшебный Мир, было с десяток. Один из них работал в Королевском дворце, в столице людей. Второй в оркском храме бога войны. Третий, в норе Императора Фродо, в столице хоббитов. И так далее. И ни одно из этих сооружений, никем и никогда не было завоевано. Никем и никогда. Тот кристалл, что принадлежал эльфам и когда-то находился прямо здесь, на месте Другмира, был перенесен эльфами в восточные леса добровольно, когда после проигранной войны они не захотели оставаться в окружении темных земель. И вот, один из них у нас в руках. С одной стороны, что тут думать, активируй его, да радуйся. С другой, все не так просто: таким кристаллом можно из любого замка, неприступную крепость сделать, а у нас особнячок, двухэтажный, плюс чердак.

– Ну и что, ты сам говорил, что эльфы свой кристалл с одного места на другое таскают. Добудем себе замок, перенесем туда. Какие проблемы?

– К проблемам мы сейчас как раз и подошли. Во-первых, при переносе кристалл теряет часть уровней. Во-вторых, чтобы поднять Калянский кристалл до пятого уровня, когда он реально начинает помогать, нам бы понадобились ингредиенты на сумму в триста золотых. Пользы от твоего, на том же уровне будет больше, но и ресурсов он потребляет неслабо. Чтобы поднять его на тот же уровень, понадобится чуть меньше пятидесяти тысяч золотых. Еще пятьдесят на шестой. Сто пятьдесят на седьмой. В общем, суть ты понял. А после десятого все становится еще интереснее. Некоторые ингредиенты становятся, просто не доступны. Их нет в продаже. Нужно искать о них инфу по всему миру, а затем добывать их самому. На тот кристалл, что в королевском замке, работает все королевство. Один процент от всех налогов идет на его обслуживание. И при этом, в последний раз его уровень поднимался еще при правлении деда нынешнего короля.

– Неслабо. И какой он?

– Кто?

– Уровень.

– Сорок седьмой.

– Не такой и большой.

– И на него все королевство работает. Потянем ли его мы?

– Что-нибудь придумаем. До какого уровня мы сможем поднять его сейчас?

– До третьего спокойно. Когда откроются все мастерские, и мы сможем продать все, что у нас накопилось, поднимем еще минимум на три.

– И что это нам даст?

– Я ж тебе говорил. Постепенное самовосстановление, защита от пожаров и воровства. Кстати, насчет воровства. Все эти вылазки в Герцогский замок были возможны только потому, что их кристалл также разрушился при нападении на город, как и наш. Иначе тебя бы пришибло молнией, стоило тебе только на него посмотреть. Да еще и в черные списки тебя занесли, замучался бы от стражи бегать. Но, вроде кристалл им из столицы уже прислали, так что лафа закончилась. С сегодняшнего дня, к замку ни ногой.

– Жаль, были у меня на него планы, но нет, так нет. Ладно, пошел я, дел еще полно.

– Стоп, а что с кристаллом-то?

– Врубай, конечно, не уж-то у нас сил хватит на то, что бы, не узнать, что из этого получится?

Кое-как доведя мысль до нелогического конца, я вприпрыжку рванул к свету, счастью и приключениям. Далеко я не убежал: рок в виде домашнего сумрака, несчастного брака и домашней рутины настиг меня. Из дверного проема появилась пухлая рука, загребла к себе, чувствительно припечатав спиной к стене. Затем меня прижала туда же объемная фигура страстной воздыхательницы. И на меня полился поток слов. Смысла я их разобрать не мог, борясь хотя бы за один глоток воздуха. Когда силы на энергичные движения закончились, я прикорнул, уютно пристроив голову на подушках восьмого размера. Но минут через пятнадцать в измученный кислородной голодовкой мозг, стал доходить смысл льющегося на меня монолога.

Суть его сводилась к следующему: к огромному огорчению и, не смотря на то, что я довольно симпатичный, она не может быть со мной. Так как ее сердце, ну и все остальное, отныне принадлежит другому.

Дошедшие до меня слова, так меня возрадовали, что это предало мне сил на то, что бы проблеять что-то скорбно утешительное, типа того, что сердце мое разбито, но я никогда не встану между ней и моим другом. Будьте счастливы, а я в скорби удаляюсь. Можно? Пожалуйста?

Давление на мою грудную клетку исчезло, и я рухнул на пол. Дама, смахнув набежавшую слезу, скрылась за дверью, а я ползком рванул к свету, счастью и приключениям. Хорошая все-таки женщина, надо хоть имя ее узнать. И свечку за здравие в церкви поставить. Господи, береги Каляна!

Эта небольшая задержка выбила меня из графика и я, плюнув на все второстепенное, рванул по магазинам. Как и говорил Майор, у восточных ворот, в наименее пострадавшей части города, открылись первые магазины. В один из таких я и завалился.

– Месье, вы прекрасны, прекрасны!

Это продавец магазина одежды. До тошноты угодливый лизоблюд. Не разгибая спины, кружится вокруг меня, награждая непонятными титулами, осыпая сомнительными комплементами и поднося один комплект одежды за другим. А одежда… Все пестрое, непонятного, но смутно знакомого покроя.

– Скажите, э, уважаемый, откуда одежка?

– Из восточного герцогства, прямые поставки от лучших, самых модных модельеров. Только самый качественный товар.

Понятно. Шаха – извращенца мы завалили, но дело его живет. Это как в Италии было, пока выходцы из Африки ее не завоевали. Геи-модельеры шили одежду для геев – покупателей…

– А для плебеев, у вас что-нибудь есть?

– Простите?

– Для нас. Для рабоче-крестьянского класса, – я гордо показал на серп и молот, золотом горящих на моих труселях, – в общем, Руссо-туристо, облико марале, ферштейн?

Время десять ноль, ноль. Майор выкинул меня на берегу, где уже давно маялся от безделья Пофиг, и полетел отдавать венок, группе, что встречала единорога на этом берегу. Я переживал за этих людей, но не очень. Ведь там были только старейшины города, а они не во вкусе кровожадной лошадки.

– Во! – Я крутанулся вокруг себя, – как тебе мои обновки?

– Ты что, военный склад вторсырья ограбил?

Почти. Я хотел рассказать, что меня вовсе не выгнали с позором из модного бутика, а просто я гордо сам оттуда ушел. После чего мне пришлось отовариться у старшины-завхоза, втихую приторговывающего списанным бельишком на рынке, но Пофиг меня перебил.

– Хотя мне пофиг, где ты взял этот камуфляжный, охотничий костюм. Снимай его, пора делом заняться.

– Эх, Пофиг, нет в тебе романтики. Ни цветов не подарил, ни на ужин не сводил. Сразу раздевайся и за дело. Трудно тебе с женщинами будет.

– Ничего, как говорит Калян, – Пофиг изменил голос, подражая пьяному Каляну, – «Чем больше девушку мы меньше, тем меньше больше мы ее»! Не знаю, что это значит, но с девушками у него проблем нет. Вон, говорят и у тебя одну отбил.

При упоминании об этом, я ещё раз возблагодарил небеса, не забыв еще раз напомнить себе, поставить свечку за Калянское здоровье.

– Ладно, в одном, ты, прав.

Я опять разоблачился, пробуя пальцем ноги речную воду.

– Нам действительно пора.

Локация будущей битвы.

Дно реки, на котором громоздится, удивительно правильной параллепипедной формы, огромный булыжник, поросший редкими зелеными тряпками, которые должны были имитировать водоросли. С "подветренной" стороны, к нему притулились два потрепанных кресла и обгорелый маленький столик, прижатый сверху булыжником, дабы предотвратить самопроизвольное всплытие мебели. Над ним трепещет призрачным светом тусклый огонек. В одном кресле сижу я, в алых труселях и поясе увешанном камнями, закрытыми глазами наблюдая за тем, что происходит на берегу. Вернее наблюдал Зигзаг, а я с помощью умения "Разведчик", присосался к его небольшому мозгу и подслеповатым глазам. Может у него глаза и нормальные, но стыкуемся мы плоховато, и картинка получается мутной. Но все равно, то, что я вижу, затмевает все, что я видел до сих пор. Теперь понятно, почему это благороднейшее из созданий красуется на гербе Другмира. У меня не хватит слов, что бы описать эту красоту. Единорог, светясь ослепительной белизной, величественно шествовал меж холмов, и природа вокруг расцветала. Экзотические цветы, тяжелыми гроздьями свисали с изумрудных ветвей деревьев. Поляны просто превратились в сплошной разноцветный ковер, над которым порхали гигантские бабочки и юркие райские птички. Казалось, даже сам воздух пронзали серебряные и золотые искры, и это чудо растянулось на несколько километров.

– Ужас да? Кошмарнее зрелища я еще не видал.

Пофиг, вернулся с поверхности, где разглядывал процессию своими глазами, и решил поделиться своими, никому не интересными впечатлениями.

– Одних баб вокруг него, с полсотни не меньше, а уж охраны… Даже птицы есть и всякие летающие ящеры, никогда такого еще не видел.

Он опять поплыл к поверхности, в очередной раз, рискуя открыть наше местоположение. Конечно, до того берега с полкилометра, а на этом только полуслепые старцы, но все равно, торчащая из воды голова с выпирающим вперед рогом, и нелепым колпаком чокнутого мага, может вызвать вопросы у любого случайного наблюдателя.

Вновь закрыв глаза, я опять посмотрел на единорога. Все было так же прекрасно, как и раньше, но для меня магия пропала. Я знал, как все выглядит на самом деле: среди пыльных клубов, поднятых сотнями ног, плетутся покалеченные пленницы бездушного монстра, за ними движутся рыкающие варги, раззевая покрытые засохшей кровью пасти, дальше плетутся падальщики, роняющие густую, тягучую слюну в придорожную траву; за ними еще монстры; затем еще и еще.

Отключившись от глаз Зигзага и поежившись, я скрючился в кресле. Почесал зудящие жабры и поднес к губам чашечку горячего кофе. Да, да, набираюсь опыта помаленьку. Мы сидели в воде уже не первый час, и ледяной коктейль был бы тут некстати, а вот кофеёк, да с сахарком, да с настоящими деревенскими сливками… М-м, красота-а…

Пригубил ароматный, согревающий напиток.

– Тьфу, твою ж, мать!

Пока доставал его из сумки, оно на половину смешалось с мутной, речной водой. Облом, зараза. Да еще эти жабры… Чешутся невероятно. Когда мы устанавливали клетку, пользовались эликсирами, которые дал нам Донкихот и они создавали вокруг головы, воздушный пузырь, а эти… Эти мы купили у Парацельса. Сначала я чуть не свихнулся от боли, когда жабры начали прорезаться, а теперь чешусь, как шелудивый пес. Пожалуй, я знаю, в чью туалетную бумагу надо втереть припасенный драконий перец…

Я недобро посмотрел на спускающегося ко мне костлявого мага.

– Церемония закончена, венок на него навесили, сейчас он начнет спускаться к реке.

– Ну, что? Пришло время повоевать?

– Ага, раздавай, твоя очередь.

Колоду старых карт Пофиг нашел в своей комнате, и теперь мы коротали время за игрой в покер. Сегодня мне не везло. За утро я проиграл уже пять золотых, и проиграл бы больше, но разок у меня прошел блеф, и мне удалось три золотых отжать обратно. Вот и сейчас: карты – дерьмо. На руках семерка, девятка, двойка, десятка и король. Полный швах. Да еще течением у нас уже унесло половину колоды, и какие карты в ней остались, неизвестно.

Зависшая рядом с моим плечом, мертво рожденная рыбина, раздраженная долгим бездействием, резко махнула хвостом. Поднявшийся водяной мини смерч, подхватил оставшуюся колоду и утащил на глубину. Я, сделав вид, что огорчился, отпустил свою раздачу, отправив ее вслед за колодой. Откинулся на кресле, побарабанил пальцами по животу. Придется сидеть ждать и нервничать, а затем, понервничав, еще подождать и понервничать.

– Яинтхес таейх телхи

Митамин, митамин

Яинтхес таейх телхи

Митамин, митамин

О! Как говорится: «Нам песня жить и строить помогает». На следующем куплете я присоединился к Пофигу:

– Антихпссахт тваеххт ки

Нихтох нехнатх ноях в еххёхорхле

Митамин, митамин

Мда, мощная песня и слова проникновенные, цепляют прямо за душу:

– Япхрихх тваеххт ки

Ехепыхтрехе, пысхина нехё

Митамин, митамин

И пусть завистливые злопыхатели говорят, что с новой вставной челюстью, Скриптонит стал не тот, не верьте. Это все поклеп и клевета. Вот только Пофиг все портит.

– Стоп. Ты не так поешь: не "Митамин" надо петь "Мхиитамхин".

– Мхи?

– Да нет, "Мхии-и-и". Представь, что у тебя рак легких и бронхиальная астма, отягощенная двусторонней пневмонией. Представил? Вот. А теперь представь – ты делаешь последний в своей жизни выдох, с которым твоя душа выходит из тела и отправляется в ад. Теперь попробуй "Мхиитамхин"… Во, уже лучше. Твою мать! Единорог! Чуть не пропустили его из-за тебя!

Глава 13

– Да, ладно, – присасываясь к эликсиру маскировки, пробормотал Пофиг, – все что ни делается, все к лучшему, нам хотя бы сидеть и нервничать было некогда.

– Ну, что ж, битва начинается, импресарио, музыку!

– Песня будущего мертвого троглодита подойдет?

– Давай, жги! – побулькал я, окончательно теряя воздушный пузырь вокруг головы.

Теперь остались только жабры и на удивление, с ними было даже удобнее. Попав в родную стихию, они перестали гореть и чесаться, прекрасно снабжая организм кислородом. Я опять подключился к глазам Зигзага, глядя как божественной красоты создание грациозно заходит в воду. Пустотелые бутоны роз, в его венке, прекрасно поддерживают голову на плаву. Он отталкивается от дна, и начинает свой последний заплыв.

Я бреду по выжженной земле,

Старый шлем склонив на голове.

Хозяин мой, стрелою белой на распластанной ноге,

С бульком набирает глубину

Пофиг – молоток, хорошую песню выбрал, только слова там как-то немного исправлены, но от оригинала отошел недалеко.

Глазами Зигзага я продолжаю наблюдать за единорогом сверху, а посмотреть есть на что. Мутноватая, речная вода, превращается в, текущий меж изумрудных берегов, жидкий горный хрусталь. Ее неправдоподобно прозрачные глубины, прорезают тела мириадов разноцветных рыб. Они целыми стайками выпрыгивают на поверхность, взбивая на воде белоснежную пену и зажигая в воздухе десятки микро радуг. В глубинах вод, мирно кочуют гигантские манты, освещая воду, светом своих фосфоресцирующих тел. Но я знаю правду. На самом деле мутную воду освещают лишь небольшие огоньки разбросанных нами по дну магических светляков.

Вижу голубеющую даль.

Нарушать такую просто жаль.

Третий день мы месим глину, путь наш труден и далек.

Тащит нас хозяин на восток.

Строго говоря, на северо-восток, но, в главном, Пофиг прав: свита единорога добралась до реки и выпрыгивающая из воды рыба здесь неспроста. Ведь вода вскипела не от нее, а от напора сотен обрушившихся в нее тел сопровождения. Качественно маскирует скотина. Но мы-то знаем, что тут на километр ни одной рыбешки нет. Живой. Ее всю мертвая пожрала. Я глянул на свое, ставшее, от выпитого эликсира, полупрозрачным тело. Не поторопился ли я? Действие жутко дорогого элика длится всего пять минут. Но нет. Единорог и свита из одержимых уже видны сквозь толщу воды. Снизу они сильно похожи на пятьдесят одноруких Чапаевых, плывущих за вороной лошадью через Урал. Надеюсь, для бедных созданий все закончится так же, как и для легендарного комдива.

Делаю я левый поворот.

Я теперь палач, а не проглот.

Копье с петлёю мчатся к цели, не попал,

Вот невезенье, делаю еще один заход.

Спокойно, это пока ложная тревога, одному из троглодитов не понравился наш светлячок. Он попытался убить его копьем, но из этого ничего не получилось. Раздраженная тварь раззявила свою пиранью пасть, и со скоростью молнии метнувшись вперед, одним махом проглотила его. Магический огонек оправдал свое название, легко пролетев сквозь брюхо твари, вновь свалившись на дно. Опасные это твари – троглодиты. Один такой был записан в моей книге призыва, и я знал, что он как раз хорошо сражаются в мутной, холодной воде. А если нас один такой проглотит, то в отличие от огонька, выходить мы будем с трудом и, явно, не из пуза.

Уф, пара глубоких взмахов жабрами. Пора! Надеюсь, у Майора получится отвлечь народ, а то там, похоже, весь город собрался. Ага, а вот и Абрам Моисеевич, видимо послание от него принес:

– Буль, буль, буль. Буль, буль, буль.

Тьфу ты, почему-то в отличие от нас, у приведения не получается говорить под водой. Я отмахнулся от бестолкового связного, не до него сейчас. Единорог уже в пяти метрах от нас.

В одну руку стальной трос, во вторую – крюк. В трусы запихать наполненный воздухом пузырь. Миг, и я стал возноситься к небесам. Мы были достаточно далеко от берега и, как я и рассчитывал, однорукие пловчихи отстали от своего повелителя. Поэтому я спокойно накинул петлю ему на копыто и затянул ее. В тот же миг, Пофиг прочел заклинание, данное ювелиром. Оказывается, что тот очень страдал от налетов на его мастерскую диких дриад, больших любительниц халявных драгоценностей и ювелирных украшений. И тот согласился сделать венок только для поимки их главной самки. Мне почему-то кажется, что принятое Майором задание на ее поимку, так и останется не выполненным. Но сейчас заклинание сработало как надо. Небольшие шипы искусственных цветов, резко удлинились, изгибаясь и впиваясь в шею единорога. Тот, почуяв неладное, взбрыкнул копытами, но и тут его ждало разочарование. Пофиг, из-за всех своих, не очень больших сил, крутил рукояти ворота, уволакивая животину на глубину. Изящное, но крепкое украшение, не давало и так не слишком поворотливому существу, дотянуться рогом до троса. К тому же наполненные воздухом бутоны тащили его голову наверх, когда же его круп волокло вниз.

В воде я вижу красную черту.

Повелитель вмиг теряет высоту.

Мое копье – его спасенье, трос на пятке,

Невезенье, ему на помощь быстро я плыву.

–Молодец Пофиг, – вовремя предупредил. Наверху взвыли Одержимые, ныряя за своим повелителем, и оставляя в воде за собой кровавую взвесь. Из глубины, бешено работая своими ластообразными лапами, ко мне устремились троглодиты. Я, зависнув в речной толще, помахал уходящему на дно Единорогу ручкой, улыбнулся подплывающим монстрам и щелкнул пальцами.

Ничего не произошло. Ни щелчка, и как следствие, ничего остального.

– Хэлп? – тихо побулькал я, и речное дно взорвалось.

Две сотни серых молний взметнулись из речного ила, пронзая нападающих своими заостренными мордами, разрывая их иглообразными зубами. Пара моих помощников, вцепились в почти доставшую меня одержимую, еще пара отвели от меня удар костяного гарпуна, брошенного троглодитом. Они вцепились в деревянное древко, будто бультерьер, в палку брошенную хозяином, и чуть не рыча, раскрошили ее на щепки. Я быстро огляделся. Отлично, все под контролем. Основная масса сопровождающих Единорога существ, еще не доплыла сюда. Мои помощники получили мысленный приказ не жалеть троглодитов и одержимых. Опыта от их убийства мы не получим, ну да и ладно, нам и остальных хватит. Пофиг крутит рукояти изо всех сил, и Единорожек медленно, но верно, затягивается вглубь гостеприимно распахнутой клетки.

Бабах!

Меня завертело и закружило в воде так, что я потерял всякую ориентацию в пространстве.

– Что за…

Кое-как сориентировавшись по всплывающим к поверхности пузырькам воздуха, я привел себя в вертикальное положение и завертел головой, в поисках виновника происшествия. Он оказался совсем рядом. Огромная птица вцепилась своим клювом в единорога, в попытках вырвать его из нашей ловушки.

Аццкий баклан. Уровень 230.

Лебедка заскрипела и застопорилась, Пофиг покраснел от натуги, но не мог сдвинуть рычаги ни на миллиметр. Трос уже готов лопнуть, а все мои помощники далеко и заняты своими врагами.

Не зная, сработает моя идея или нет, вызываю ледяного габота, прямо под пузом гиганта. Ледяной габот появился, как обычно, пустив вокруг себя ледяную волну. В воде она оказалась гораздо меньше, чем на воздухе, но все равно ее хватило, что бы заключить ноги Аццкого Баклана в ледяную сферу, трех метров в диаметре. Баклан выпучил глаза, но клюва не раскрыл, тряся головой из стороны в сторону. Пришлось подплыть и ткнуть в выпученный глаз птицы, острием глефы. Та не выдержала, и что-то возмущенно закудахтала, выронив своего хозяина и возносясь к поверхности вслед за всплывающей глыбой льда. Барабан закрутился вновь и бесполезно взбивающий копытами воду единорог, наконец, очутился внутри стальной клети. Я толкнул крышку, и она с глухим звоном встала на место. Щелкнули замки, и клеть приобрела несокрушимую целостность. Пинок и решетка ощетинилась во все стороны стальными клинками. Сотню их все же выковал для нас Добрыня, закончивший, наконец, свой квест на восстановление города. Ворот тоже щелкнул, зажав ноги единорога в медвежьих капканах. И вовремя. Не смотря на преимущество родной стихии, мертворожденная кета проигрывала этот бой. Их изломанные, покалеченные тела тихо дрейфовали вниз по течению. Они потихоньку восстанавливались, но сейчас были бесполезны. Но то же самое произошло с их противниками. Одержимые и троглодиты не добрались до своего хозяина, все полегли на месте. Вернее зависли на месте, или что там делают трупы, померев в воде? И они уже не оживут. Но сквозь их плавающие тела пробивался новый вал тварей. Варги, обычные волки, трупоеды и шакалы. Не виденные нами раньше саблезубые кролики, размером с лошадь, пара медведей и еще множество невероятных тварей, таких опасных на суше и таких бестолковых здесь. Но деваться им было некуда. Зов хозяина, требующего своей защиты, пересиливал все, даже инстинкт самосохранения. И вот, вся эта масса, захлебываясь и калечась о торчащие лезвия, навалилась на клеть. Я еле успел оттащить от нее свое кресло. Пропер его метров десять по илистому дну, а затем плюхнулся на него, с отвращением уставившись на открывающееся зрелище. Его вновь попытался закрыть собой, что-то продолжающий булькать Абрам Моисеич, но я, отмахнувшись от надоеды, обратился к усевшемуся рядом Пофигу:

– Ну что там дальше, там вроде куплет про то, как этот доходяга приземлился, про вопль из кустов и верещавших вьетнамцев был. Давай споем.

– Нет.

– Почему?

– Это была песня почти мертвого троглодита. Теперь он сдох. Песенке конец.

– Ах, ты, вот так вот! Я тебя хотел офицером назначить, своим заместителем, а, ты, вот так? Все, ты уволен!

– А я Брумгильде тогда скажу, что ты в нее на самом деле влюблен, и просто стесняешься в этом признаться.

– Что за Брумгильда такая?

– Стопятидестикилограммовая дама, которую у тебя Калян отбил.

– Понятно. Но мы с тобой, что-то отвлеклись. Так какую должность, ты, хотел в нашем клане?

– Да ни какую, и на это я смотреть тоже не хочу. Я как-то по головизору видел, как металлической сеткой с нарубленной треской акул приманивают, там точно такая же тошнотворная картина была.

Хм, действительно похоже. Только здесь "акула" в сетке, а иссеченная, порубленная "треска", снаружи. От пролитой крови вода замутилась так, что, клеть стало почти не видно, а твари все рвутся к своему хозяину. У нас всех уже поднялось по уровню и по уровню виртуоза ловушек, а они все лезут и лезут. Хотя их хозяин находится в относительной безопасности. Ему-то пузырь с воздухом на башку мы наколдовали, в отличие от его подчиненных. У одного из саблезубов получилось подлезть к прутьям клетки и вцепиться в нее своими страшными челюстями. Решетка заскрипела и на этом все закончилось. И энергия твари и ее воздух.

У меня еще раз апнулся уровень. И еще больше упало настроение. Так. Мне все это надоело, сплаваю, посмотрю, что там на поверхности делается. Оставив Пофига бдеть и тренироваться в использовании магии под водой, я всплыл на поверхность.

– Вот, никуя ж себе!

Такого я точно не ожидал. Я много раз пенял Майору на его не творческий подход к делу, его привычке действовать чисто игровыми способами, но я явно его недооценил. Он был прав, когда утверждал, что от его отвлекающего маневра все опупеют. Я лично опупел, как и бегущий в город народ, как и не до конца выздоровевший герцог, хромая отступающий под защиту родных стен, в сопровождении своей гвардии.

Над городом парил настоящий дракон. Не наш карликовый Феня, а настоящий, полномасштабный дракон. А через поля, топча посевы, двигалась небольшая, но хорошо организованная армия. Охренеть, вот это Майор дает!

– Сообщение от Майора! Отменяй все! Ничего не получилось!

Передо мной опять замелькал Абрам Моисеич.

– Чего не получилось? – не понял я, любуясь парящим драконом. Черный, с синим отливом, а по хребту, то и дело пробегают огненные всполохи. Красота.

– Отвлекалка не получилась! Спички промокли! Отменяем операцию!

– Что?

Смысл его слов, наконец, начал доходить до моего сознания.

– В смысле не получилось? А это, тогда, что?

Дракон ответил на мой вопрос сам. Приземлившись на городскую стену, чуть не достав при этом кончиком хвоста до земли, он выдохнул в сторону защитной башни облако черной пыли. Попавшие под нее люди на миг замерли, а затем просто рассыпались золой. Но это не все. Сами камни, составляющие кладку, стали рассыпаться песком, пока вся башня не рухнула вниз.

А затем над городом разнесся, хоть и измененный драконьим горлом, но все равно до боли знакомый голос Малыша:

– Букашки! Набор ничтожных цифр! Я ищу пришлых. Так называемых дятлов! Если в течение пяти минут вы доставите их ко мне, то умрете быстро. Если нет, то вы будете жалеть об этом, очень, очень долго! Время пошло!

***

Послесловие.

Книга написана по просьбе моего сына Дмитрия, как подарок ему на семнадцатилетие.

P

.

S

.

Все названия в моей книге придуманы лично мной. Такие похожие друг на друга названия типа: Другмир и Друмир Дмитрия Руса, или лич Темный Эвер и Темный Эвери Ивана Субботы, являются непреднамеренными совпадениями и не имеют отношения к параллельным вселенным других авторов.

P

.

P

.

S

.

С каждой книгой мне все труднее впускать в себя демона, который диктует мне Это, поэтому в следующем томе, я постараюсь завершить основную сюжетную линию. Приятного чтения и до встречи в Волшебном мире…

Фото для обложки взято с сайта https://www.goodfon.ru/download/fantastika-apokalipsis-konec/640x960/

Content

Пуничев Павел Михайлович Клан «Дятлы» на путях Хаоса [publisher: SelfPub]

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Послесловие.